Александр Быченин

Оружейники: Оружейники. Неестественный отбор. След химеры

© Александр Быченин, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

Оружейники

Глава 1

Колония Порт-Бриггс, орбитальная станция STG-17,

26 августа 2135 года

Терминал гудел как пчелиный улей. Не подумайте, что я такой уж деревенщина и ничего в этой жизни не видел – на родном Новом Оймяконе транспортные узлы тоже не подарок, но там хотя бы речь понятная да люди выглядят более-менее привычно. Здесь же… хаос. Непрестанное мельтешение лиц всех возможных типов и оттенков кожи – от бледных вампирских до угольно-черных. Еще бы! Колоний несколько тысяч, типов светил едва ли не столько же, так что природные условия в них самые разные, от откровенно тепличных до отменно суровых, как у меня дома, вот и нивелировались расовые признаки. Вернее, сформировались новые – теперь совершенно свободно можно наткнуться на европеоида с зеленоватыми волосами и дивной оранжевой физиономией. Или типичнейшего потомка африканцев с неестественно белым ликом. Или… впрочем, отвлекся.

Признаться, в первый момент я слегка растерялся – куда идти, к кому обратиться? Это вам не тихая и спокойная корпоративная зона. Кругом люди, тележки, чемоданы, узлы, баулы… и снова люди – спешащие, говорящие на ходу по телефону или просто треплющиеся со спутниками. И все это на добром десятке основных языков Колониального союза и множестве вариаций галактического пиджин-инглиша, коих примерно столько же, сколько и населенных планет. Что поделать – освященная теперь уже целым веком традиция. Экипажи Первой волны были интернациональными, по-английски тогда не говорил только ленивый, вот и пошел процесс. А если какой-то процесс запущен, то обратить его вспять или хотя бы просто замедлить нечего и пытаться.

Терминал в первое же мгновение оглушал и сбивал с толку. Особенно если учесть тот факт, что ранее домашний мир Корпорации «Space Technologies Group», то бишь Новый Оймякон, мне покидать как-то не доводилось. Хорошо хоть в КПК заранее догадался план станции вбить. Строго говоря, STG-17 являлась территорией Корпорации, на что недвусмысленно намекало ее название – аббревиатура с порядковым номером, – и непосредственно к Колонии Порт-Бриггс отношение имела весьма опосредованное. Однако местный анклав в свое время умудрился занять мир, впоследствии ставший перекрестком нескольких галактических (и я ничуть не преувеличиваю!) трасс, что и привело его сначала к закономерному экономическому росту, а затем и к не менее закономерному – и более того, неизбежному – бардаку. Лет двадцать назад самым большим бичом Порт-Бриггса были пираты, наводнившие периферию системы и практически взявшие планету в осаду, но большим игрокам такое положение дел быстро надоело, и флибустьеров прижали к ногтю силами объединенных флотов трех Корпораций. Взамен местному правительству пришлось уступить долю в товарообороте – так в Колонии появились три перевалочные станции, в результате непродолжительной, но жестокой конкурентной борьбы разделившие зоны влияния. Транзитники, впрочем, от этого только выиграли – у них появился выбор плюс труд логистов немного облегчился. Зато пассажирские линии буквально захлебнулись в нескончаемом потоке путешествующего народа. Однако никто не жаловался – я так подозреваю, что доходы местных воротил с избытком перекрывали любой ущерб. А проблемы туристов исключительно их самих и должны волновать. Все логично. Ничего личного, только бизнес. Хоть бы указателей понатыкали, уроды!..

– Эй, смотри, куда прешь!

– Извините…

– Да пошел ты!..

Какой невоспитанный… парень, наверное. Ладно, пусть себе шагает. Его уже природа достаточно наказала. А вот мне куда?..

– Эй!!!

– Черт! То есть, простите, сэр! Уй!..

Этот только зыркнул злобно, в последний момент сдержав тяжеловесные, пусть и однообразные, английские матюги. Оно и к лучшему, не хватало еще в драку ввязаться. Зато следующий бугай в ярко-оранжевом комбезе задел плечом так, что я крутанулся, зацепив рюкзаком еще нескольких прохожих. И только тогда, сопровождаемый разноголосыми и разноязыкими ругательствами, напролом рванул к ближайшему спокойному островку в людском море – входу в какую-то забегаловку.

Ф-фух, вроде выбрался… Правда, чуть рюкзак не содрали. Про оттоптанные ноги молчу. Не-эт, надо валить. Копа, что ли, корпоративного поискать? Им вроде по инструкции положено оказывать помощь членам Корпорации. Или все же самостоятельно добраться до девятого парковочного сектора, где меня ждет – по крайней мере, я очень на это надеюсь! – корабль? Как минимум полгода придется проторчать на лоханке с пафосным названием «Lightning», то бишь «Молния». И это если крупно повезет. А если нет, то пребывание на «Молнии» станет лишь первым этапом на длительном пути. Все это в универе называют стажировкой, а я именую проще – пустая формальность. А название, кстати, у кораблика еще и на редкость банальное. Но деваться некуда: приписали – значит, приписали. Против Корпорации не попрешь.

Все-таки КПК – хорошая вещь, хотя бы из-за встроенного навигатора. Предки знали толк в гаджетах, раз сумели такую штукенцию придумать. А мы вот, потомки неблагодарные, даже толком идею развить не можем. Как были сто лет назад сенсорные дисплеи, так и остались. Есть, правда, браслеты с интегрированными пикопроекторами, что выдают картинку прямо на ладонь, но там с управлением беда. Разве что в качестве коммуникатора весьма неплохо. А вот тот же фильм толком не посмотришь – у любой, даже самой дешевой матрицы разрешение намного выше. Что самое печальное, это едва ли не единственный высокотехнологичный продукт, который инопланетными аналогами не заменишь. И дело тут в элементарной разнице в строении органов зрения. Зато, с другой стороны, производство сенсорных дисплеев поставлено на поток, даже в самой захудалой Колонии найдется мини-заводик, штампующий матрицы – погонными метрами, в рулонах. Напылять светодиоды на любую поверхность мы еще в начале двадцать первого века научились, вот только дороговато получается. Да и, честно говоря, обычных гибких экранов за глаза – прикупил кусочек нужного размера и приляпал на стенку…

Так, нефиг на мелочи отвлекаться. Судя по картинке, до нужного парковочного сектора еще идти и идти. Это ж надо, практически на противоположной стороне умудрился высадиться! Если верить карте, мне в первую очередь нужно перебраться в пятый пассажирский терминал – именно он обслуживал стыковочные узлы с двадцать шестого по тридцать седьмой. Собственно, так и сделаю. А дальше будем смотреть по обстановке.

Приняв это судьбоносное решение, я спрятал КПК в специально для него предназначенный карман на бедре, и выбрался на… хм, улицу. Коридором, честно говоря, эту обширную расщелину назвать язык не поворачивался – где-то высоко вверху можно было рассмотреть нескончаемый поток грузовых капсул на антигравитационной тяге – наследие создателей станции. Корпорация в свое время наложила лапу на поистине циклопическое сооружение представителей погибшей расы Этту, колонией которых, собственно, когда-то и являлся Порт-Бриггс. Ровно до тех пор, пока весь народ не загнулся от неизвестной хвори – по крайней мере, в общедоступной (читай – сокращенной на порядок, если не на два) версии базы данных Бродяг о ней не было сказано ничего конкретного. Видимо, просто не успели точно установить возбудителя. Или даже не пытались – в те годы, если верить тем же Бродягам, неестественно быстрый упадок развитых цивилизаций с последующим вымиранием приобрел массовый характер. Как так получилось, не знал никто. А в наше время эта загадка интересовала только профессиональных космоархеологов и ксеноисториков. Коих можно по пальцам пересчитать – столь сомнительные исследования даже Корпорации финансировать не соглашались. Все на чистом энтузиазме. Помнится, на первом курсе я тоже бредил романтикой дальних странствий. Все мечтал, закончив Университет, посвятить себя разгадкам тайн мироздания. Примерно до четвертого курса. Потом резко поумнел. Сейчас, если разобраться, даже предстоящую полугодовую (в самом благоприятном случае) стажировку на корабле бродячих Оружейников рассматривал больше как пустую трату времени. Да и студенческий кампус с тоской вспоминал – нынешние пассажирские посудины комфортом не отличались.

Впрочем, унынию я предавался недолго – до первого не в меру упитанного прохожего, который, даже не пытаясь увернуться, просто своротил меня с пути, задев плечом. Одновременно с этим кто-то потянул меня за рюкзак, и я и думать забыл о разожравшемся хаме – дернулся, вырываясь из захвата, и махнул кулаком, благо закрутился по инерции вокруг собственной оси. Удар пришелся в пустоту – кто бы ни посягнул на мою собственность, нарываться на неприятности он не стал и благоразумно свинтил, затерявшись в толпе. Н-да. Этак можно и без штанов остаться. Шустрые тут обитатели, на ходу подметки режут. В корпоративной зоне хоть какое-то подобие порядка было. А здесь прямо бетонные, вернее, органометаллопластиковые, джунгли. В таком месте задерживаться точно не стоит. Но и пешком тащиться себе дороже. Ну-ка, что тут у нас с общественным транспортом?

С ним все было в порядке – шагов через двадцать я наткнулся на небольшое строеньице, напоминавшее цилиндрическую кабинку лифта. Собственно, это он и оказался, разве что вместо такового использовалась платформа без ограждения, а то, что стояло внизу, являлось своеобразным павильончиком. Видимо, чтобы заранее потенциальных пассажиров не отпугивать. Когда-то давно, еще при жизни создателей, невзрачная подвижная площадка при подъеме и спуске окутывалась силовым полем, сейчас же эта хитрая система вышла из строя. Хотя могли и сознательно отключить, ради экономии энергии. А у меня, знаете ли, боязнь высоты. Но делать нечего, пришлось выдержать короткую экзекуцию – поднявшись метров на десять, шагнул в низкий коридорчик, и вскоре попал на станцию пневмотранспорта. Попутная капсула пришла лишь через несколько минут, я даже заскучать успел, однако ожидание было с лихвой компенсировано скоростью перемещения – путь до пятого терминала занял считаные секунды.

Выбравшись из кабинки, я осмотрелся и в первый момент поразился относительной пустоте зала, но, приглядевшись, понял, что обрадовался рано – искомый терминал представлял собой обычный контрольно-пропускной пункт, с той лишь разницей, что таможенных постов было около десятка. Но у каждого змеился длинный хвост очереди, и, судя по скучающим лицам пассажиров, местные клерки торопиться не привыкли. Хотя нет, одно исключение нашлось – крайняя левая цепочка была заметно короче других. К ней я и пристроился, хоть и заподозрил какой-то подвох.

Примерно через четверть часа меня начали одолевать смутные сомнения: соседние очереди двигались заметно быстрее, даже с учетом постоянного пополнения контингента, а наша тащилась еле-еле. Однако, памятуя об известном правиле мерфологии – соседняя очередь всегда движется быстрее – и его более продвинутом варианте – как только вы перейдете в соседнюю очередь, ваша бывшая очередь начнет двигаться быстрее, – я остался на месте. Нечего такими подарочками разбрасываться. Не мне же одному мучиться, в конце-то концов… Правда, еще через десять минут я пожалел о собственном решении, но усилием воли задавил порыв смалодушничать – передо мной осталось всего трое бедолаг. Да уже и просто из принципа хотелось понять, в чем тут дело.

Когда наконец настал и мой черед, я победно улыбнулся скопившимся позади неудачникам и шагнул в крохотный закуток, отделенный от тесного коридора турникетом. И оказался у непримечательной стойки ресепшена, разве что отгороженной от разгневанных пассажиров перегородкой из закаленного стекла. За ней скрывался тип, сразу же напомнивший мне гарсона из давешней забегаловки – такой же черный и лоснящийся.

– Маста приходить Порт-Бриггс по делу? – не замедлил поинтересоваться тот, окинув меня подозрительным взглядом.

– Нет, – ответил я по-английски, хоть пиджин клерка и напоминал язык международного общения весьма отдаленно. Но, боюсь, с русским у него вообще беда.

– Маста назвать причина визит Порт-Бриггс?

– Э-э-э… вообще-то я на планету высаживаться не собираюсь…

– Маста транзит? – поскучнел горе-таможенник.

– Ага! То есть да, конечно.

– Маста предъявить ай-ди. Пжалста.

На, пжалста. Может, хоть так шустрее шевелиться начнешь.

Пластиковый прямоугольник неприметной расцветки канул в щель приемника.

– Спасибо. Маста ждать.

– Чего ждать?

– Процесс… э-э-э… айден… иден… фикация. Машина думать, – пояснил клерк. – Минута, пжалста.

Бог с тобой, поскучаю немного. Но такое ощущение, что клерку в радость над транзитниками издеваться. Кстати, уже гораздо больше обещанной минуты прошло. Поторопить этого охламона, что ли?

– Маста сказать имя, – ожил тот, сверхъестественным образом прочитав мои мысли.

– Новиков Денис Викторович.

– Как?

– Тебе по буквам продиктовать?! – взорвался я, сообразив, что на идентификаторе все мои данные выдавлены в пластике. Чтобы уж точно не стерлись. – Или ослеп?!

– Маста не нервничать, – укоризненно зыркнул на меня клерк. – Извинить, трудный шрифт. Маста сказать имя еще раз. Пжалста.

– Новиков…

– Это есть имя?

– Нет, фамилия, блин!

– Назвать, пжалста, имя.

– Хрен с тобой, – смирился я с неизбежным. – Денис.

– Дэннис?

– Нет. Де-нис. Через «е» и с одной «н». Понял?!

– Да, понять. Теперь назвать фамилия.

– Новиков.

– Но-вак-кофф? Правильность?

– Нет, блин, не правильность!!! Но-ви-ков!.. Диктую по буквам: эн, оу, ви, ай, кей…

– Извинить. Пжалста, секунда.

Что?! Куда?! А ну стоять!..

Поздно. Клерк, увлеченный каким-то делом, вырубил аудиосистему и крутнулся в кресле, выставив напоказ мясистый лысый затылок. Ч-черт… И долго он так трындеть будет?

– Парень, он там что, умер? – поинтересовался бородатый, коротко стриженный, громила – мой ближайший сосед по очереди. – Постучи ему.

– Бесполезно, сэр, – вздохнул я. – Он не услышит.

– Ну давай я стукну.

– Пожалуйста, – пожал я плечами и уступил соседу место.

– Хорошее стекло! – одобрительно цокнул тот, когда перегородка отозвалась на пробный удар низким гулом. – Нам бы такое. А то купола то и дело течь дают. Не знаешь, кто поставщик?

– Без понятия, сэр. Поинтересуйтесь у чертова бездельника.

– Попытаюсь, – хмыкнул тот без особой надежды. – А может, ему туда взрывпакет забросить?

– А у вас есть? – оживился я. – Только, боюсь, он в стеклянном кубе сидит. Иначе его бы уже давно покалечили.

– Тоже верно, – вздохнул громила.

– Да что этот обезьян о себе возомнил?! – не выдержал наконец еще один страдалец – миниатюрный азиат, дышавший в спину бородачу. – Где менеджер?! Богиня Аматэрасу, дай мне терпения!

– Успокойтесь, Наката-сан, я сейчас во всем разберусь, – заверил его сопровождающий – чуть более крупный и молодой японец. – Это, в конце концов, неуважение к гостям.

– Да, Кимура, разберись!

– Сию секунду, Наката-сан.

Ага, как же. Разберется он. С другой стороны, хоть какое-то развлечение. Глядишь, и скрасит слегка ожидание…

– Маста визит Порт-Бриггс?

От же ж е-мое! Он неприятности… загривком чует, что ли?!

– Нет, блин! Я транзитник! Я не собираюсь высаживаться на планете!

– Маста потерпеть, пжалста. Цель визит маста?

– Я пассажир рейдера «Молния». Он сейчас в двадцать девятом стыковочном узле.

– Секунда…

О боги, дайте мне терпения!

– Парень, хочешь, я тебе бластер одолжу? – совершенно серьезно предложил бородач. – А мы потом подтвердим, что это была самооборона. И вообще, ты был в состоянии аффекта. Ведь подтвердим, а, Наката-сан?

Тот коротко кивнул, не зная, как обращаться к громиле. А показаться невежливым, учитывая его габариты, не захотел. Тем более что и Кимура как в воду канул.

– Боюсь, не поможет…

– Маста забрать ай-ди! – буквально выплюнул набычившийся клерк, и из узкой щели в столешнице выпрыгнул знакомый неброский прямоугольник.

– Наконец-то! – облегченно выдохнул я. И подмигнул соседу: – Может, его на всякий случай из бластера?..

– Ну вот, молодец! – хлопнул меня по плечу громила. – Все, дуй давай, не задерживай очередь.

– Всего хорошего, джентльмены.

Проломившись через турникет, я показал переборке неприличный жест и зашагал по коридору – судя по карте, тот должен вывести в общий зал пятого терминала, а оттуда и до стыковочного узла недалеко. Если никаких непредвиденных задержек не возникнет. С другой стороны, нужно верить в хорошее. Глядишь, и впрямь повезет. Хотя мой любимый Мерфи утверждал обратное – целый свод законов подлости в свое время придумал. И чем дольше живу, тем больше убеждаюсь, что Мерфи был оптимистом. В общем, согласен с неким Каллаганом, предложившим этот едкий комментарий.

Зал ожидания был заполнен едва ли на четверть. Я поначалу даже растерялся – как так, куда все делись? Потом сообразил, что соратники лоснящегося гнуса за стойкой служили неплохой преградой для случайных людей. И чего я парюсь? Меньше народа, больше кислорода, как говорится. Зато никто не толкается и не пытается на ходу рюкзак подрезать. Плюс количество далеко не всегда означает качество – толпа в терминале тому доказательство. А здесь я сразу же наткнулся взглядом на интереснейшего типа – долговязого мужика, состоящего чуть менее чем полностью из контрастов: тяжелые армейские берцы, камуфляжные штаны и красная толстовка с совершенно диким принтом – то ли лев, то ли какое-то мифическое чудище с оскаленной пастью. Молодой, чуть за тридцать, темноволосый, но изрядно траченный сединой – хоть и стрижка ежиком, а все равно заметно. Роскошные бакенбарды и гладко выбритый подбородок. Твердые черты лица и лукаво прищуренные, блекло-синие, как будто выцветшие, глаза. В поднятых над головой руках – пятнадцатидюймовый планшет с жирной строчкой во весь дисплей: «Danny Novikoff». Меня встречает, что ли? Видел я в одном старом фильме подобное, только там размалеванная маркером картонка фигурировала. И искаженное на англосаксонский манер имя как бы намекает…

Перехватив мой заинтересованный взгляд, долговязый вопросительно вздернул бровь, тряхнул планшетом и гаркнул на весь зал:

– Парень, ты, что ли, пассажир «Молнии»?!

Вроде как уточнил, ага. На что мне оставалось лишь кивнуть. Правда, орать не стал, подошел поближе.

– Я пассажир. Вернее, новый инженер-аналитик.

– Стажер?

Интересный акцент, кстати. Что-то никак распознать не могу.

– Да.

– А чего так долго? – ледяным тоном поинтересовался мой собеседник. – Первый день на борту и уже опаздываем! Капитану это не понравится.

– Да я не виноват… есть тут одна гнусная лоснящаяся тварь… – Я непроизвольно покосился на коридор, из которого совсем недавно вышел относительно довольным жизнью, и скривился, сдерживая ругательство.

– А, ты с Гнусом Эдди пообщался! – хмыкнул долговязый и радостно заржал. Куда только напускная строгость делась… – Ну что, поздравляю! Считай, что прописался в дальнем космосе.

– У-у-у, он тот еще козел!..

– Это еще мягко сказано.

– Денис, – протянул я руку.

Хватит уже тупому таможеннику кости перемывать, пора знакомиться поближе.

– Дэннис?

– Зови Дэном, если тебе так проще, – отмахнулся я. – Только фамилию не коверкай по возможности. Понимаю, трудно. Но ты постарайся.

– Главное, чтобы тебя капитан правильно называл, – после краткого раздумья резюмировал мой собеседник. – А он у нас русский, так что проблем не будет. Гленн. Гленн Макдугал.

Я пожал крепкую ладонь, подивившись силе, скрытой в жилистой руке встречающего, и недоверчиво хмыкнул:

– Что-то ты не похож на шотландца…

– Все так говорят, – усмехнулся Макдугал. – Кстати, можешь звать меня просто Мак.

– Заметано. А насчет шотландца… в тебе шотландского, на мой взгляд, только акцент и бакенбарды.

– А вот и нет, – обиделся тот. – Есть еще берет. И фамильный палаш. На стене в каюте висит. Потом покажу. Мы, кстати, с тобой соседи.

Вот так номер! А я-то размечтался: каморка с откидной кроватью, отдельный санузел… И самая засада в том, что от человека, с которым делишь комнату, ничего не утаишь. Особенно когда есть что скрывать.

– Чего расстроился? Не бойся, я не храплю. Пошли, что ли?

– Куда?

– Как – куда? На корабль, – пожал плечами Мак. – Мы здесь только из-за вас, ваше величество. Офигенный крюк дали, чтобы такого ценного специалиста на борт взять. Капитан был очень рад. А Грег вообще писал кипятком от счастья. Погнали, короче.

Колония Порт-Бриггс, борт исследовательского рейдера «Молния», 26 августа 2135 года

Мак в моем понимании оказался весьма приятным собеседником – то есть понапрасну языком не трепал и не донимал вопросами едва знакомого человека. По натуре я несколько… э-э-э, нелюдим. У меня это даже в характеристике с места учебы отмечено – да, не удержался, залез в файл. Пароль там был – смех один. Не суть. Главное, что Гленн проявил максимум такта и не мешал морально готовиться к переменам. Что для меня само по себе нож острый. Как вспомню рейсовик Корпорации, а потом еще и базу, с которой, строго говоря, еще не убрался, так плохо становится. А тут – полная неизвестность. Я про эту самую «Молнию» ничего и не знал, за исключением того, что работают Оружейники по лицензии «Спейс Текнолоджиз Груп». Только поэтому меня и пропихнули к ним в экипаж стажером. Иначе фиг бы они согласились. Да я и сам бы рад на кафедре остаться, но папенька решил иначе. Мол, пора тебе, сын, учиться общению с реальными людьми. И волшебный пендель выписал на дорожку.

Невеселые думы одолевали меня до самого стыковочного бокса, оказавшегося двойником ангара, занятого моим рейсовиком. Разве что раз этак в пять поменьше – аккурат под размер раскорячившегося в телескопических опорах-фиксаторах корабля. Одна из стен технологического тоннеля, в который нас вывел унылый коридор, была прозрачной, и я во всех подробностях рассмотрел посудину. Процесс этот порядочно затянулся – кораблик оказался столь занятным, что я поневоле замедлил шаг и принялся теребить бороду, что являлось верным признаком волнения и крайней заинтересованности. Даже про Гленна забыл. А вот он обо мне – нет.

– Дэнни-бой, чего застыл?

– А?..

– Пошли, говорю, капитан ждать не любит.

– Ага… сейчас…

– Дэ-эн!

– Да иду! – раздраженно отмахнулся я свободной рукой, не переставая терзать бородку. Прищурился для верности – нет, не показалось. Корабль упорно мозолил глаза, всячески сопротивляясь моим усилиям по борьбе со зрительными галлюцинациями. – Это как же?..

– Ты чего там бормочешь? – Заинтригованный Мак вернулся с явным намерением уволочь тормозного стажера на борт силой, но мой пришибленный вид заставил его отказаться от этой затеи. Встав рядом, он окинул ангар недоуменным взглядом и облегченно выдохнул: – Порядок. А я уж, грешным делом, подумал, стряслось что. Ты, Дэн, поаккуратней с растительностью-то, выдернешь с корнем.

– А?..

– Бороду, говорю, оставь в покое! – И буркнул себе под нос, в надежде, что я не расслышу: – Если это можно назвать бородой.

– Не трожь бороду, это святое! – очнулся я.

– Ну-ну, – многозначительно хмыкнул Мак. – Капитану расскажешь. Он тебя быстро к порядку приучит. И гардеробчик бы тебе сменить, слишком уж заметный.

Кто бы говорил. И чем его мой внешний вид не устроил? Вроде закупался в одном из лучших магазинов Новооймяконска – а это, на минуточку, все-таки столица домашнего мира Корпорации. На себе, любимом, не экономил, хоть и выбирал вещи из чисто практических соображений – и ботинки, и туристического фасона брюки, и куртку с бейсболкой. Одни сплошные мембранные технологии и продвинутые покрытия – от водоотталкивающих до насекомоотпугивающих.

– И что со мной не так?

– Да все не так! – осклабился Мак. – Слишком чистенький и новенький, прямо мажор на пикнике. Как тебя не ограбили только, ума не приложу.

– Хм… пытались, если честно. Рюкзак чуть не подрезали.

– Ну вот, что я говорил?! А борода твоя…

– Не трожь бороду!

Блин, в больное место попал. Если самую чуточку приукрасить действительность, то можно сказать, что парень я хоть куда – не худой и не толстый, не каланча, но и не полурослик, да и на лицо не особо страшен. По крайней мере, с девчонками в универе проблем не было. И масти удачной – темно-русый, как папенька. Хорошо, что в мать не пошел – та рыжая. Но вот борода… еще один привет, помимо чуть раскосых глаз, от отцова дедули, то есть моего прадеда – чистокровного манси. Если верить сохранившимся фоткам, растительность на подбородке у него была такая же – черная и отменно жидкая. Буквально три волосинки. Вот и я теперь мучаюсь с жалкой эспаньолкой. А без бороды нельзя, меня бы члены студенческого клуба не поняли. И так на уступки пошли. Да, клуб у нас так и назывался – «Ассоциация бородачей». У основателя чувство юмора было извращенное, ага.

– Мак, ты мне вот что скажи, – вернулся я к взволновавшему меня вопросу, – что это у вас за корабль такой?

– Что, интересно? – с привычной иронией хмыкнул тот. – Все спрашивают, когда впервые видят. Это, чтоб ты знал, настоящий исследовательский рейдер цивилизации Архонт. Таких на весь союз всего десяток.

– Иди ты! – присвистнул я от удивления.

Повод был железный: любые корабли Архонтов – большая редкость. Эта гуманоидная раса, если верить Бродягам, не стремилась к экспансии – владела несколькими мирами в отдаленном секторе и была абсолютно самодостаточна. Если хотите, Архонты в некотором роде коллеги Бродяг – тоже посвятили себя познанию мира. Только специализировались на физических проблемах, тогда как Бродяг больше интересовали разумные существа как таковые. В общем, жили тихо-мирно, никого не трогали, но кончили плохо, как и все остальные Предтечи: судя по обрывочным данным, Архонтов погубил сверхэкзотический вирус, с которым махровые «физики» не сумели справиться по причине относительно низкого уровня развития медицины и сопутствующих дисциплин. Но прославились они не этим – в те времена удивить кого-то внезапным закатом цивилизации было трудно, – а своими кораблестроительными технологиями.

Рейдер больше всего походил на песчаного ската из Новооймяконского экваториального океана, а если копнуть глубже, то и на земного ската-хвостокола, разве что как раз хвоста и не было, – но своеобразные «крылья», размахом этак метров двести, присутствовали. В поперечнике корпус достигал, если на глаз, метров тридцати, а полная длина примерно равнялась ширине. Опять же благодаря отсутствию «хвоста» – он был, фигурально выражаясь, обрублен у основания. С моего места плохо видно, но, насколько я знал, там располагались сопла ионных двигателей – эту технологию Архонты использовали очень широко, умудрившись создать мощные и экономичные агрегаты, способные потреблять в качестве рабочего тела практически любой газ, включая рассеянный в пространстве водород. «Крылья», собственно, для его сбора и предназначались. Плюс улавливали чуть ли не все известные виды излучения, преобразуя его в удобную для использования электрическую энергию. Автономность такого кораблика поражала воображение. А если еще принять во внимание массово-скоростные характеристики… стоит ли говорить, что как раз за это рейдеры и ценились? Плюс кое-какие уникальные особенности корпусных материалов. Цены на такие суда варьировались от баснословных до космических – и не только из-за их редкости. Впрочем, и для своих создателей они наверняка выливались в копеечку, потому и строили их так мало. А может, ровно столько, сколько нужно – я уже, кажется, говорил, что Архонты были самодостаточной расой. И еще один, не очень приятный для людей нюанс – для управления их техникой требовались некие определенные особенности мозга, подкрепленные не самыми распространенными личностными качествами. Сгинувшие исследователи были эмпатами, так что везде, где это было возможно, прикручивали ментальные интерфейсы. А коннекторы, считывающие мысленные команды, на среднестатистическую человеческую особь рассчитаны не были – согласно статистике, только один пилот из тысячи вписывался в заданные Архонтами узкие рамки. И лишь каждый десятый из них был способен держать мысли в узде. Или хотя бы попытаться развить этот навык. Плюс конкретно рейдеры, как правило, оборудовались своеобразной охранной системой – при первом официальном контакте корабельный искин прописывал характеристики владельца в базу данных и наделял оного исключительными полномочиями. Отменить их мог только сам владелец посредством достаточно муторной процедуры – я где-то встречал ее описание, но до конца так и не дочитал, бросил на половине второй страницы. Пойти на такое можно было лишь по очень серьезной причине – например, за десяток-другой миллионов кредитных единиц Банка союза. А убивать владельца и реквизировать корабль бессмысленно по определению – он тут же терял в стоимости процентов восемьдесят, если не больше.

Понятно теперь, почему папенька «Молнию» рекомендовал в качестве места первой стажировки. Если бы я потрудился узнать о ней хоть что-то, то и не бухтел бы понапрасну. Какая, на фиг, кафедра, когда тут такое!..

– Мак, а вы где его раздобыть умудрились?

– Второй по популярности вопрос, – подмигнул мне Макдугал. – Его нашел дед нашего капитана. Он входил в один из экипажей Первой волны. А потом передал его Ива́нову по наследству.

Бедный капитан! Уж на что у него фамилия простая, и ту коверкают. Хотя, если подумать, с ударением на первый слог звучит даже забавно.

– А вон там что за горб?

– Небольшая модификация базовой модели, – отмахнулся Гленн. – Стандартный жилой модуль производства «Спейс Текнолоджиз Груп». Их у нас два – второй на «брюхе». В одном обитает команда, в другом – верхнем – мы, Оружейники. Довольно удобно, если честно.

А по-моему – очень сомнительное решение. Слышал, что корабли Архонтов и по комфорту всем остальным фору давали.

– Чего кривишься? – правильно истолковал мою гримасу Мак. – Это вынужденная мера. Капитан у нас один, работы у него полно, еще и за пассажирскими палубами следить некогда. Машинного отделения и лабораторий с мастерскими хватает.

Ну да, правильно. Один эмпат на команду. И управление всей машинерией мысленное. Остальные в таких условиях беспомощнее слепых котят.

– Вот дедуля нашего Майка, говорят, все успевал, – грустно хмыкнул Макдугал. – Я его не застал, к сожалению. Так что приходится ютиться в стандартной титанопластовой коробке.

– А как вы модули умудрились так вмонтировать? Они продолжением корпуса кажутся и выглядят очень органично.

– А это уже заслуга корабля, – засмеялся Мак. – Или ты думаешь, что корпоративные монтажники так расстарались? Кэп что-то там намудрил с искином, он и сформировал в корпусе гнёзда. А когда модули на места поставили, зарастил прорехи.

– Так, значит, это правда – про «живой» металл?

– Ну, насчет «живого» ты явно загнул. Но вот форму менять корпус способен. И повреждения ликвидировать. Он… я даже не знаю, как объяснить. Наши физики до сих пор не поняли, как он это делает. Какое-то новое агрегатное состояние – одновременно и жидкий, и не жидкий. И холодный. Что-то там такое с пределом текучести. Такая же фигня, как у робота из второго «Терминатора».

– Ты такое старье смотришь?

– Не старье, а бессмертную классику! – припечатал Макдугал, для верности ткнув указательным пальцем мне в нос. – И тебе советую. Все, хорош глазеть, капитан уже весь на нервах.

Угу, как же. Еще один эмпат нарисовался. Иначе как объяснить, что Гленн почувствовал эмоциональное состояние родного начальства сквозь такую толщу металла, пластика, бионики и еще черт знает чего? Разве что только обширным опытом, ни в жисть не поверю, что такой товарищ, – да без косяков обходится.

Идти оставалось немного, и уже через пару минут я уткнулся в спину внезапно остановившегося Мака. Сдавленно чертыхнувшись, осторожно выглянул из-за товарища и уперся взглядом в стандартную для данной базы переборку – на вид будто хитиновую, влажно отблескивающую, с разводами болотного цвета. Странно, но материал стен походил на самый обычный облицовочный алюминий, алиены-создатели даже на краску поскупились, а нынешние владельцы тем более не были расположены тратиться, благо и следа коррозии за сотню лет на нем не появилось. С «биопластиком» несколько дисгармонировал сенсорный дисплей, к которому Мак незамедлительно приложил ладонь. Дождался противного писка и шагнул в открывшийся дверной проем. Мне ничего не оставалось другого, как последовать за ним.

– Мак, а как у вас насчет… – Я не договорил, повторно уткнувшись в спину Макдугала.

Он, как нетрудно догадаться, остановился у очередной переборки и повторил фокус с возложением длани на сенсор. Но удивило меня не это, а открывшийся за скользнувшей вбок дверью длинный низкий тоннель, весьма смахивавший на кишку. Разве что слизью не сочился, а так один в один.

– Ч-что это?.. – судорожно сглотнул я, когда «кишка» вдруг сократилась и еле заметно завибрировала.

– Переходный рукав, – равнодушно пожал плечами Мак. Ему, судя по скучающему виду, подобное зрелище было не в диковинку. – Что ты там про «живой» металл говорил? Ну как, похоже?

– Н-не очень, – наконец пришел я в себя. – Вынужден с вами согласиться, коллега. Это не пойми что.

– Зато удобно. Кэп скомандовал – кораблик «кишку» вырастил. И никакой мороки с герметизацией стыка. Пошли, чего встал?

– Стремно как-то…

– Да не боись, все путем. Подошвы не разъест. И не продавишь ты его ничем. Я как-то попытался ради интереса ножом ковырнуть. Угадай с трех раз, что получилось.

– Ничего?

– Бинго! А вот с ломом результат был куда круче – его я воткнул и даже стенку насквозь пробил, только лом тут же расплавился и залатал дырку.

– Как это – расплавился?

– А фиг его знает. Я, пожалуй, неправильно выразился – он не расплавился, он просто… растекся. И впитался в стенку.

– То есть он даже не нагрелся?

– Именно. Ты там что-то спросить хотел?..

– А, точно. У вас тут как насчет спиртного?

– При большом желании можно Сьюзи развести на пузырь-другой спирта, – озадаченно нахмурился Мак. – А тебе зачем?

– Мне? Проставиться.

Судя по озадаченной физиономии Макдугала, такая простая мысль ему в голову не пришла. Впрочем, версия ему явно понравилась – он посветлел ликом и ободряюще хлопнул меня ладонью по плечу:

– Это дело хорошее. Даже больше скажу – правильное. Только ты пока с этим повремени. До, скажем так, первой высадки. Иначе поймут неправильно. Особенно наша Сьюзи. Мигом ославит как последнего пропойцу.

– А что так? Настолько строгая дама?

– Нет, нормальная. Знаешь, как говорят у меня на родине? Нет людей, которые не любят виски. Есть люди, которые еще не нашли свой сорт. Вот Сьюзан как раз из таких. Пунктик у нее относительно алкоголя. Прощает эту маленькую слабость только кэпу и Грегу. Оно и понятно – им попробуй что скажи.

– А Грег – это кто?

– Наш финансовый директор. А еще совладелец… хм, предприятия.

Поня-а-атно… Тоже начальство не из последних.

– А Сьюзан…

– Наш эксперт-биолог. И по совместительству судовой врач.

– А вообще в команде народу много?

– Порядочно, – не стал вдаваться в подробности Мак. – Сам увидишь, за ближайшим обедом капитан всех представит. А пока не тормози, сейчас сразу в каюту и в койку – они у нас вместо противоперегрузочных коконов. Рейдер уже на всех парах, только нас и ждут.

– А что, бывает, и ускорение бьет?

– Угу. Это из-за нестандартных модулей. Временами кэпу не до удобства экипажа, поэтому на всякий случай все свободные от вахты кукуют на лежаках. Хорошо хоть только при стартах с планет или вот как сейчас, когда от станции отстыковываться будем и маневрировать. Перестраховываемся по большому счету но порядок есть порядок. Я даже подозреваю, – понизил голос Гленн, – что Майк нас по каютам разгоняет исключительно из вредности, чтобы не болтались по кораблю всякие, пока спецы заняты. Замашки у него, как у махрового флотского. Он на эту тему не распространяется, но у меня глаз наметанный. Зуб даю, что он раньше какой-то боевой посудиной командовал. И, есть такое подозрение, не в захудалой Колонии, а в корпоративной эскадре.

Н-да. Зря я от досье отказался, которое папенька предлагал. Сейчас бы подтвердил подозрения Мака. Или не подтвердил – все-таки не моя тайна.

Переходный рукав вывел нас в помещение, отдаленно напоминавшее стандартный пассажирский шлюз с внутренней дверью гильотинного типа. Внешняя же, такое впечатление, при нашем приближении сначала расплавилась на манер полиэтиленовой пленки – ну знаете, когда в середке дырка появляется и начинает расширяться – а потом в обратном порядке заросла. Однако Гленн полюбоваться чудом не дал, уволок за собой в новый коридор, на этот раз совсем короткий, и вскоре, миновав нормальную – раздвижную – дверь, мы вышли в… э-э-э – кубрик? склад? – в общем, какой-то непонятный зал, наполовину забитый всяческим хламом. Большую часть из разбросанных тут и там объектов я не смог идентифицировать, зато в мрачном, гладко выбритом типе, торчащем посреди экзотической свалки и со зверским видом осматривающим окружающей бардак, безошибочно распознал капитана. Одет тот был в мышастый комбез, украшенный бейджиком на нагрудном кармане и, самое главное, золотыми капитанскими звездами на стоячем воротнике. Ну да, они же по корпоративной лицензии работают… и, судя по количеству звезд, мужик у руководства на хорошем счету. Если воспользоваться флотской иерархией, он капитан второго ранга, что соответствует подполковнику у десантуры. И несколько дисгармонирует с классом корабля по классификации Ллойда – да-да, того самого, что родом с Земли, – рейдер Архонтов можно отнести к сверхмалому межзвездному классу. Меньше только внутрисистемные каботажники и планетарный транспорт. Таким суденышком только лейтенанту командовать. Но, как говорится, есть нюансы. Опять-таки связанные с происхождением корабля.

– Кэп, я привел новенького! – немедленно наябедничал Макдугал, расплывшись в ехидной ухмылке. – Прикажете разместить?

Тип в комбезе окинул Гленна – да и меня заодно – мрачным взглядом, потом иронично вздернул бровь, скептически поджал тонкие губы, сокрушенно покачал головой – видать, внешний осмотр бравого меня разочаровал его – и, выдав этот сложный набор вербальных сигналов, буркнул:

– Веди в каюту, потом будем разбираться.

– Сэр, есть, сэр!

Однако, вопреки продемонстрированной готовности к действию, Макдугал и не подумал двинуться с места. Я, соответственно, стоял рядом, пожирая новое начальство преданным взглядом – папеньку он изрядно выбешивал, – и ждал у моря погоды. В конце концов капитан Иванов раздраженно дернул щекой, заложил руки за спину, четко развернулся кругом и твердой поступью направился к ближайшему выходу, привычно огибая самые большие кучи хлама.

– А ты ему понравился, – подмигнул Мак. – Я думал, он тебя с места в карьер строить начнет. Хотя… спишем это на спешку.

– Это типа он спешил? – не поверил я. – А что же бывает, когда он никуда не торопится? Вообще еле ползает?

– Не-а. В этом случае дело обстоит совершенно так же, – пояснил Гленн. – Наш дорогой кэп придерживается мнения, что спешка уместна лишь при ловле блох – это такие мелкие противные…

– Я знаю, кто такие блохи…

– …насекомые. Соответственно, суеты не терпит. Двигается всегда неторопливо, но еще никто ни разу не видел, чтобы капитан в чем-то накосячил. Все степенно, уверенно и наверняка. Если бы он сейчас не спешил, ты бы обязательно узнал о себе много нового. А так у тебя есть время подготовиться. И мой тебе совет – сбрей это непотребство с физиономии.

– И не подумаю.

– Как знаешь, – пожал плечами Мак, – мое дело предупредить. Все, пошли, а то, не дай бог, и впрямь дернет.

– А что вы хлам не уберете? – поморщился я через некоторое время, неудачно зацепив носком ботинка не знаю уже какую по счету кучу. – Он же даже не закреплен, как он вам отсек не разнес?

– А с чего ты взял, что он не закреплен? – ответил вопросом на вопрос Мак. – Присмотрись.

Ну-ка… вот это да! Тут, оказывается, пол такой же, как в давешнем переходном рукаве. И все железяки в нем утоплены примерно на полсантиметра и удерживаются наплывами «живого» металла.

– Еще одно преимущество корабля Архонтов, – подмигнул мне спутник.

– И что, у вас во всех помещениях так?

– Нет, только в этом и еще в парочке предназначенных для схожих целей. Капитан расстарался. Это, чтоб ты знал, склад запасных частей. А бардак тут потому, что Свен сюда никого, кроме кэпа и транзитников вроде нас, не пускает. Он говорит, что после любой уборки приходится месяц все на места возвращать. Мы разок попробовали – и что бы ты думал? Поставили стеллажи, разложили все по полочкам, так через тот самый обещанный месяц Свен снова бардак устроил. Да еще и стеллажи умудрился в расход пустить, мы от них даже стоек не нашли в итоге. Так что пусть его…

– А Свен – он кто?..

– Техник-технолог. Мастер на все руки. Обслуживает непосредственно Оружейников, в дела команды не вмешивается, – кратко описал нового члена экипажа Макдугал. – А вот, кстати, еще один типчик. Познакомься!

Я глянул в указанном направлении и остолбенел – прямо на нас мчалось нечто широкогрудое, коротконогое, слюнявое и отменно уродливое. Чудовище, хорошо, что относительно маленькое – едва мне до колена.

– Берегись! – ожил я и запрыгнул на ближайшую кучу металлолома. Та, крепко удерживаемая полом, даже не шелохнулась, хотя выглядела откровенно хлипко. – Мак!!!

– Чего? – удивленно задрал тот голову вверх. Монстр тем временем приблизился к нему вплотную и принялся, радостно повизгивая, лизать предоставленную в его полное распоряжение ладонь. – Слезай. Это всего лишь Бадди. Хороший, хороший пес!

Гленн присел на корточки и потормошил свободной рукой загривок чудища. То отозвалось довольным урчанием.

– Э-это ч-что?!

– Не «что», а «кто». Наш корабельный питомец. Вернее, питомец конкретно капитана, но об этом все очень быстро забыли. Так что он теперь общий. Слезай, говорю. Не тронет.

– Уверен? – Я скептически поджал губы, но все же последовал совету напарника. Оказавшись на полу, с опаской приблизился к дурачащейся парочке. – Это собака?

– Угу. Самый настоящий французский бульдог. Породистый! – гордо подытожил рекламу друга Мак. – У нас даже сертификат есть. А ты что, раньше собак не видел? У тебя дома их нет?

– Есть. Новооймяконские хаски. Только они действительно собаки, а не… вот это.

– Ты поаккуратней! – оскорбился за любимца Гленн. Означенный же любимец на мои слова не обратил внимания – видать, привык уже к такой реакции. – Твоим… как их там, сколько лет? Пятьдесят? Шестьдесят? Я имею в виду как породе?

– Да без понятия, я не собачник.

– Вот и молчи тогда! А Бадди чистопородный француз.

– Только кличка у него почему-то английская! – не остался я в долгу.

– Нормальная у него кличка, русская. Только мы ее не выговариваем, вот и перевели на нормальный язык.

– Так его что, Дружок зовут?! – удивился я. – Хорошее имя для чистопородного мсье!

– Ага, именно так капитан его и называет, – не врубился в хохму Мак. – А французская кличка у него тоже есть, в паспорте записана. Проф Куатье нам как-то зачитал. Я из длинного списка только и запомнил, что Жак и Базиль. И это самое простое, на чем язык не сломаешь.

Пол под ногами вдруг ощутимо дрогнул, и Макдугал незамедлительно перестал валять дурака – отпихнул разыгравшегося пса и подорвался к выходу, не забыв и меня окликнуть:

– Дэн, идем! Похоже, капитан не шутит! И ты за мной давай, монстр!

Судя по предвкушающей улыбке Мака, инцидент с собачкой для остальных соратников тайной вряд ли останется. Вот и рухнула моя надежда хотя бы день не косячить…

Отпустив провожатого чуть вперед, я потрусил следом за колоритной парочкой. И вскоре поневоле расплылся в улыбке – Дружок семенил, смешно подрыгивая задом, и периодически оглядывался – видимо, обо мне беспокоился. Я и раньше знал, что собаки способны улыбаться, но подобная одновременно чудовищная и невероятно располагающая к себе физиономия мне встретилась впервые. А ничего так пес, подружимся. Наверное.

Стандартный жилой модуль производства родной Корпорации размерами не поражал – из склада мы выбрались прямиком в сквозной коридор, по обе стороны которого располагались каюты Оружейников. Причем, как я понял, на одной палубе ютились все члены объединения, включая начальство. Хотя было бы логичнее, если бы капитан делил жилище с командой корабля, а не с наемным персоналом. Но тут были свои порядки, так что лезть в чужой монастырь со своим уставом я не стал, лишь машинально пересчитал двери, пока Мак вел меня к моему новому обиталищу. Всего боксов оказалось десять. Даже если предположить, что кэп и финансовый директор, как его там – Грег? – занимают отдельные апартаменты, то в остальных можно разместить еще восемнадцать человек. Для такой посудины очень даже прилично. Но что-то мне подсказывало, что реально народа меньше. Возможно, это только мне повезло как утопленнику – буду делить комнату с Макдугалом. И даже понятна причина такой дискриминации: новичок – всегда большая проблема, за ним глаз да глаз нужен.

Остановившись у самой дальней слева каюты, Мак привычно пробежался пальцами по дисплею замка и, дождавшись, когда дверь скользнет в сторону, сделал приглашающий жест:

– Добро пожаловать!

Однако меня опередили – бесцеремонный пес с длиннющей родословной и неопровержимыми признаками породы просочился в каюту, едва меня не своротив, и без зазрения совести протрусил через прихожую в основной модуль.

– И ты не тушуйся, – хмыкнул Гленн, – это теперь и твой дом тоже.

– Что-то пока я этого не чувствую…

– Да расслабься, первый день всегда так. Воспринимай это как кампус.

– Надеюсь, что это все-таки далеко не общага, – пробормотал я, но Мак услышал и немедленно уцепился за незнакомое слово.

– Ты это о чем?

– Ну, как бы попроще… вот кампусы, они же разные бывают?

– Ну да.

– Так вот, общага – это наихудший вариант кампуса.

Трэш, ад и угар. Плавали, знаем.

– Кажется, я тебя понял, – задумчиво кивнул Макдугал. – Но не переживай, я не такой. К порядку приучен; где живу, там не гажу.

– Это радует. Ну давай показывай, где тут что.

– Да в общем-то все стандартно. Санузел, душ, прихожая – вот эта половина шкафа твоя, ее содержимое тоже. Рекомендую к обеду переодеться.

– А когда обед?

– Через пару часов, когда от станции отстыкуемся и отойдем чуток, чтобы у остальных под ногами не путаться, – отмахнулся Мак. – Ложись, а то и впрямь капитан встряску устроит.

– Рюкзак куда можно убрать?

– В шкаф. Или под кровать – вряд ли он оттуда вылетит. С искусственной гравитацией у нас полный порядок, даже при самых замороченных маневрах вектор не меняется. Трясет, только когда ускорение врубают на полную мощность и напряженность поля гравикомпенсаторов падает. Еще вопросы?

– Пока нет.

Я по совету новообретенного товарища пинком отправил рюкзак под лежанку – довольно широкую и на вид относительно удобную – и задумчиво уставился на радостно лыбящееся чудище. Н-да. Хорошо хоть слюни подобрал.

– Э-э-э… Дружок! Не соблаговолите ли…

Пес осклабился еще шире (хотя, казалось бы, куда больше?!) и завилял обрубком хвоста – вернее, замотал задом, ибо сам хвост на это высокое звание не тянул – с удвоенной энергией, дескать, а я чего? Лежу, никого не трогаю, и вообще, весь такой милашка. Ну, дя-а-денька, ну не выгоня-а-айте!

– Ладно, черт с тобой! – сдался я. – Подвинься только, образина.

Однако и этого намека товарищ не понял, так что пришлось отпихнуть его ногой ближе к краю. С достоинством выдержав укоризненный собачий взгляд, я устроился поудобнее, бросил бейсболку на прикроватную тумбочку, закинул руки за голову и принялся вдумчиво изучать интерьер своего нового жилища.

Посмотреть, надо признать, было на что. Начну с того, что данный конкретный жилой бокс несколько выбивался из моего представления о стандартных клетушках – минимум в пару раз больше, с высоким потолком и встроенными по всему периметру световыми панелями. Стены, пол и потолок выкрашены в одинаковый скучно-серый цвет, что тоже скорее плюс – самый нейтральный из всех возможных оттенков. На таком фоне любое незатейливое украшение выделяется и привлекает внимание. Этакий минимализм. Что характерно, вполне в моем вкусе. Да и Мак, судя по обстановке в его половине каюты, к кричащей роскоши равнодушен. Из всех украшательств – пленочный дисплей на полстены, той, где дверь, да анонсированный не так давно палаш над койкой. И еще коврик из чего-то подозрительно напоминавшего медвежью шкуру.

– Мак, а ты про блох серьезно?

– Каких еще блох?

– Ну тех, которые противные мелкие насекомые? Они что, реальная проблема?

– Нет, конечно! – немедленно отперся Гленн. – Так, к слову пришлось.

– Ага, значит, коврик синтетический, – пришел я к очевидному выводу.

– С чего ты так решил? – оскорбился Мак за свое имущество. – Самый натуральный, фамильный. Просто обработан качественно. А почему это тебя так волнует?

– Блох не люблю.

– Тогда, по логике, тебе с Бадди не по пути.

– Так ты блохастый? – неприятно удивился я, перехватив печальный собачий взор.

Пес в ответ сделал большие глаза – да как вы, сударь, могли такое подумать! И не соблаговолите ли взять свои слова обратно? Или вас на дуэль вызвать?

– Нет, кэп о нем хорошо заботится, – отмазал друга Макдугал. – Бадди, дезинфекция!

Тот жалобно сморщился, одарил Мака грустным взглядом, но спорить не стал – уткнулся носом в матрас и смешно отклячил зад.

– Да ладно, расслабься!

Бадди обрадованно дернул хвостом-обрубком и от полноты чувств попытался лизнуть мою ногу. Впрочем, обломался: шершавый язык, вступив в соприкосновение с тканью штанины – той самой, мембранной, с множеством наворотов – плотно в ней завяз, и пес застыл в нелепой позе.

– Выплюнь, чудовище! – не смог я сдержать улыбку. – Ладно, будем считать, что ты безвредный. И даже забавный.

С некоторым трудом вызволив язык из плена, Бадди кивнул – мол, ты тоже! – и свернулся клубком, выставив напоказ спину, обтянутую рыжей с крапинками шкурой.

– Мак, палаш можно посмотреть?

– Можно, – буркнул тот, даже не попытавшись подняться с кровати. – Сам бери, мне лень.

Ободренный этим напутствием, я было слез с койки, для чего пришлось пронести ноги над сладко храпящим (!) псом, но тут пол дернулся, и я поспешно плюхнулся обратно на лежанку.

– Оперативно, – прокомментировал Макдугал. – Все-таки очень кэп эту станцию не любит… на, держи.

Легко дотянувшись до палаша, Гленн снял его с крюка и перекинул мне. Однако проверку на вшивость я прошел – среагировал вовремя и легко поймал длинную железку. Повертел в руках, стараясь не потревожить Бадди, осторожно взялся за рукоять и вытянул клинок из ножен. Полюбовался холодным блеском стали, подивился тонкой вязи чашеобразной гарды, полностью закрывающей ладонь, оценил кожаную подложку, выстеленную для удобства фетром, и вернул оружие законному владельцу.

– Что скажешь? – поинтересовался тот с затаенной надеждой.

Вот и хороший случай наладить отношения. Похвалю, чего уж. Мне не сложно, а ему приятно.

– Хорошая вещь, – с умным видом покивал я. – Настоящий basket sword, если не ошибаюсь. Сколько ему лет?

– Бог знает… Если верить семейным байкам, он принадлежит роду примерно с семнадцатого века.

– И так хорошо сохранился? – не поверил я.

Если честно, очень уж на новодел похож.

– Ухаживали качественно. А когда появилась возможность, я его еще и киотскими защитными средствами обработал.

Теперь понятно. Колония Киото, старейшая из японских, славилась химической промышленностью, доставшейся поселенцам в наследство от цивилизации Тхи-Алунг. Предтечи Тхи хоть и были гуманоидными, но в свое время выбрали биологический путь развития и достигли в биотехнологиях невиданных высот. Да вот беда, не помогли они им, когда на расу обрушилось бедствие – серия однотипных техногенных катастроф, приведших к выбросам в атмосферы занятых ими миров какой-то специфической гадости. Оная гадость, уж не знаю, как так получилось, изменила оптические свойства среды, и та стала пропускать какое-то не менее специфическое излучение, в буквальном смысле сжигавшее Тхионов заживо. Переход на ночной образ жизни новоявленных вампиров не спас, и примерно за двадцать лет раса полностью исчезла. Что тут сказать? Закон Мерфи в действии: если неприятность может произойти, она обязательно произойдет. И подобных примеров в относительно недавнем прошлом не десятки и даже не сотни – тысячи! Загадка века, что ни говори. Жаль, Бродяги ее так и не разгадали. Хотя ходят слухи…

– Мак, а ты фехтовать умеешь?

– Не-а, – помотал Гленн головой. – Так, вершков нахватался у ныне покойного дядюшки. Предпочитаю штурмовую винтовку. Или шотган. Впрочем, за неимением лучшего и пистолет сойдет. Хотя неэстетичные они.

Угу. Неэстетичные. Послал бог соседушку… Я-то думал, что он прямой как стрела, дубовый вояка… а он вон как – со слоями!.. Интересно, здесь все такие или Гленн – уникум?

Окрестности Колонии Порт-Бриггс, борт исследовательского рейдера «Молния», 26 августа 2135 года

Предстартовое маневрирование не заняло много времени: один короткий импульс непосредственно для отстыковки, а потом чуть более длинный для набора скорости. Ускорение, вопреки мрачным пророчествам Макдугала, практически не ощущалось, в противоперегрузочные коконы лезть не было нужды. Тем не менее мы на всякий случай активировали соответствующие функции у лежанок. Бадди так и валялся у меня в ногах, полностью довольный жизнью. Его не смутили даже выросшие из стены изогнутые эмиттеры нейтрализующего поля – этакой «гравитации наоборот». В случае искажения вектора или увеличения нагрузки хитрая система генерировала противополя, в результате чего в капсуле, в которую превратилась койка, поддерживалась нормальная сила тяжести. Одна из немногих технологий Предтеч Диарру, которые сумела воспроизвести «Спейс Текнолоджиз Груп». Корпорация, кстати, именно на ней и поднялась, да и поныне оставалась одним из лидеров по производству жилых модулей для модифицируемых инопланетных кораблей. Почему инопланетных? Очень просто – сами люди еще ни одного не построили. Уровень развития не позволяет. А скопировать технику кого-то из Предтеч еще сложнее – слишком уж она специфична. Есть, конечно, отдельные организации, которые что-то пытались в этом направлении изобразить, но абсолютное большинство уже давно пришло к выводу, что быстрее и дешевле приспособить под собственные нужды какой-нибудь артефакт былых эпох. Не таких уж и далеких, к слову.

Где-то через полчаса после первого рывка Мак облегченно выдохнул и вырубил гравикомпенсатор.

– Все, Дэн, подъем! И ты тоже, псина! – жизнерадостно рявкнул Гленн и без тени стеснения сграбастал Бадди за шкирку.

Обвисший соплей бульдог даже не подумал выразить возмущение – просто безропотно дождался, пока лыбящийся агрессор поставит его на пол. Утвердившись на своих четырех, невозмутимо облизнулся, изобразил на морде нечто напоминающее добродушную ухмылку, протопал к двери и уселся на задницу, вывалив язык.

– Чего это он?

– А, не обращай внимания! Ждет, когда в коридор выпущу.

– А можно?

– Теперь уже да, – кивнул Мак. – Бадди, несмотря на внешность, пес умный. Ты думаешь, он просто так за нами увязался? Процедуру знает, технике безопасности обучен. Мы бы не подвернулись – еще к кому-нибудь пристроился. Он неприятности седалищным нервом чувствует. За что и ценим.

– Хочешь сказать, вы его и в работе используете?

– Периодически, – подтвердил Макдугал. – Если на планете условия относительно благоприятные, то я его с собой беру. Несколько раз больших проблем избежал благодаря ему.

– А ты, чувачок, не так уж прост! – Я с уважением глянул на пса и последовал примеру Мака – то есть слез с кровати и прошествовал к двери, намереваясь выпустить страдальца. – А код у нас какой?

– Сам придумай, – отмахнулся Гленн. – Замок программируемый, на несколько пользователей.

– Все, чудовище, свободен! – наконец сообщил я терпеливо ждущему псу, и тот невозмутимо выбрался в коридор, напоследок одарив меня многообещающим взглядом.

Я так и не понял, что он имел в виду – то ли благотворное сотрудничество, то ли грядущие проблемы. Или, что скорее всего, все сразу и много.

– Внимание, коллеги! Наш уважаемый капитан поручил мне сообщить, что через сорок пять минут состоится торжественный ужин по случаю прибытия нового сотрудника «Lightning Inc»! – раздалось из нескольких динамиков сразу – неведомая дамочка с довольно приятным голосом воспользовалась системой аварийного оповещения не по прямому назначению. – Просьба не задерживаться. Явка строго обязательна, можно без подарков.

Я удивленно заломил бровь – с чего такая честь? «Явка строго обязательна»! А можно я в каюте спрячусь? Тут в прихожей шкаф удобный, при должном старании я в него влезу. Или все-таки не стоит?..

– Чего застыл? Переодевайся!

Голос Мака вернул меня к реальности, но обстановка яснее не стала. Я озадаченно покосился на напарника.

– «Переодевайся»? – дошло до сознания ключевое слово.

– Ага. Ты теперь член объединения, так что изволь на официальные посиделки являться в форме, – с удовольствием добил меня Мак. – А вот это непотребство у тебя на морде однозначно к форме не относится!

– Сказал же: не сбрею.

– Как знаешь. Но комбез надень, или народ не поймет.

Я, кажется, уже говорил про чужой монастырь и свой устав? Так что придется быть последовательным…

Выудив под насмешливым взглядом Мака из шкафа серый комбинезон – кроме него ни на вешалке, ни на полках ничего не было – я бросил его на койку, развернулся к соседу спиной и стянул куртку.

– Оп-па! А это еще что? – изумился Макдугал, узрев мой затылок. – Крысиный хвостик?

– Нет, блин! Это я таким оригинальным способом пытаюсь подчеркнуть свою индивидуальность! – огрызнулся я.

Вот что за человек, а? Мало бороды, теперь еще и моя косичка ему не понравилась. И если насчет первого я с ним полностью согласен, то куцая – и десяти сантиметров не наберется – тоненькая косица на коротко стриженном затылке мне определенно шла. Зря, что ли, я столько времени убил, чтобы волосы отрастить, да потом еще и научиться не глядя ее заплетать? Но результат того стоил – все знакомые девчонки были в восторге. Да и парни многие посматривали задумчиво, на предмет: «А не обзавестись ли мне такой же?» В повседневной жизни она ничуть не мешала, что тоже дополнительный плюс.

– Полностью застегивайся, под горло, – посоветовал Мак. – Иначе знаков различия не видно.

– Каких еще знаков?..

– Обыкновенных, как у меня.

Поспешно обернувшись, я перехватил очередной его насмешливый взгляд, однако этот факт проигнорировал, уставившись на стоячий воротничок такого же, как у меня, комбеза. И когда только переодеться успел! На том месте, где у ранее встреченного капитана располагались звездочки экипажного состава, у Макдугала красовались эмблемы в виде скрещенных «калашникова» и чего-то отдаленно напоминавшего старинный миноискатель, и не менее древнего бинокля на переднем плане. Плюс по три лычки.

Ну-ка, а у меня что? Почти такие же знаки, только вместо бинокля – штангенциркуль на фоне распечатки с графиком нормального распределения. Хм, и за что же меня так осчастливили?

– Стесняюсь спросить…

– Да ладно, не грузись, – ухмыльнулся Гленн. – У меня эмблема и лычки мастера-рейнджера – сотрудника объединения, работающего «в поле». А ты, согласно знакам отличия, инженер-аналитик с правами полевика. То есть можешь в рейды ходить. Разумеется, под присмотром. А лычек нет, потому что ты стажер.

– А с соцпакетом у вас как?

– Тебе не положено. Только стипендия и стандартный набор услуг, предоставляемых на борту. А вот я могу и отпуск оплачиваемый взять, и на курорт за счет Корпорации смотаться. Периодически.

Н-да. В непростое объединение я попал. Однозначно непростое. Где это видано, чтобы среди «вольных стрелков», купивших лицензию ради прикрытия и скидок на техобслуживание, такие порядки царили? Не иначе папенькины происки…

– А где мой бейджик? И пояс? И кобура?!

– Не дорос еще.

– Зеркало есть?

– В умывалке.

Вид в зеркале меня категорически не устроил. Все во мне хорошо: и телосложение – достаточно стройное, и прическа – вполне себе военная, даже косица из образа не выбивается, и лицо – я бы сказал, мужественное. Только борода… как бы помягче… не к месту, да. Если на фоне цивильного платья она хоть как-то смотрелась, то форменный комбез безжалостно выставил напоказ все ее недостатки.

– Ну что, пойдем?

– Не-а. Рано еще.

Ладно я – мне предстоящее мероприятие словно нож острый. Но Мак-то чего?

– Чтоб ты знал, – соизволил пояснить Макдугал, – у нас в объединении считается хорошим тоном виновнику торжества прибыть вовремя, плюс-минус минута. Тем более если повод такой – знакомство. Ты еще не представлен, как себя вести в твоей компании – не понятно. Получится неловко. Так что ждем еще минут пятнадцать.

Ждем, кто спорит-то? Однако много условностей в обществе «вольных стрелков». Стоп, я вроде уже это говорил?..

Означенную четверть часа я просидел как на иголках и испытал нешуточное облегчение, когда Гленн соизволил слезть с койки и пройти к двери.

– А разве нам головных уборов не положено? – озвучил я терзавший меня вопрос, направившись следом.

– А разве мы на военном флоте? – ответил вопросом на вопрос Мак.

– Ну, знаешь, меня уже смутные сомнения одолевать начали…

– Нет, Дэнни-бой, так не пойдет, – покачал головой напарник. – Ну-ка расслабься. Не надо воспринимать происходящее слишком критично. Абстрагируйся от окружающей действительности, представь, что идешь знакомиться с родителями своей девушки. Хотя в нашем случае даже проще. Тебя всего лишь коллективу представят. И помни еще одно – ты не новенький полтинник, чтобы нравиться всем.

Ого, как заговорил! Бывший боец корпоративной армии, да? Конечно-конечно… Слои.

– Ну-ка выдохнул! И смотри бодрее!

В типовую кают-компанию, выполнявшую заодно и функции столовой, мы с Маком заявились ровно за минуту до озвученного приятным женским голосом срока. Судя всего по двум свободным местам за общим столом, все Оружейники уже были в сборе, ждали только нас. Мы тоже время тянуть не стали, оперативно уселись, вооружились салфетками и принялись поедать глазами родное начальство. Не знаю, как Мак, но я в основном глазел на капитана, намеренно обделив вниманием остальных сотрапезников. Пусть сначала их кэп отрекомендует, а потом уже будем выводы делать.

– Итак, господа, – поднялся со своего места капитан, – разрешите торжественный ужин в честь новоприбывшего коллеги считать открытым. Прошу любить и жаловать – наш новый инженер-аналитик Денис Новиков!

Все присутствующие послушно посмотрели на меня, и я был вынужден подняться и коротко раскланяться, едва сдержав страдальческую гримасу под взглядом блондинистой пигалицы, расположившейся напротив.

– Садитесь, господин Новиков. – Капитан вооружился высоким фужером, загодя наполненным чем-то похожим на шампанское, и продолжил речь: – Корпорация оказала нам честь, выбрав наше скромное объединение местом стажировки такого высококвалифицированного молодого специалиста, каковым, вне всяких сомнений, и является наш новый коллега. Прежде чем поднять тост «за прибытие», позволю себе представить присутствующих. Надеюсь, возражений нет?

Кэп окинул стол вопросительным взглядом, возражений, понятное дело, не дождался и добродушно улыбнулся.

– Начну с себя. Иванов Михаил Владиславович, капитан «Молнии», по совместительству председатель совета директоров и совладелец предприятия.

Вот так, коротко и ясно. С момента нашей встречи на складе он ничуть не изменился – все такой же серьезный и аккуратный. Только многословный. Человек-загадка. Пока что про него сказать ничего не могу, нужно приглядеться. Разве что с возрастом не ошибусь – хорошо за сорок. При этом вполне себе крепкий, даже мощный и кряжистый дядечка.

– Свен Свенссон, – отрекомендовал капитан сидящего рядом крупного блондина с зелеными глазами. Тоже хорошо за сороковник, но понять это можно лишь по небольшим морщинам и характерному взгляду много повидавшего на своем веку мужика. – Главный техник предприятия. По основной специальности инженер-электронщик, а так мастер на все руки.

Ага, и эмблемы на стоячем воротничке комбеза соответствующие – стилизованная газовая горелка с языком пламени на фоне скрещенных гаечного ключа и паяльника.

– Астрид Свенссон, – переключился кэп на блондинистую пигалицу. – Младший техник.

Ну, тут все предельно ясно. Родственные связи со здоровяком, даже если не принимать во внимание фамилию, на лице написаны огромными буквами. И мастью в папашу удалась, и цветом глаз. Симпатичная, хотя и чуть скуластая. Зато пухлые губы, пикантная родинка на левой скуле и изящный нос с лихвой компенсировали этот маленький недостаток. Лет восемнадцать на вид, не больше. И косички! Пусть и жидковатые, но все же! Обожаю косички, особенно у блондинистых молоденьких девчонок. Лишь бы стервозиной не оказалась (что, судя по насмешливому взгляду, весьма вероятно), а там, глядишь, и поближе можно будет познакомиться. Про фигуру пока ничего определенного не скажу, разве что комбез в районе груди топорщится не очень сильно – явно не третий размер, что тоже плюс (на мой взгляд). Ну и эмблемы как у предка.

– Филипп Нэш, системный администратор и специалист по компьютерной технике Предтеч.

– Привет, – отсалютовал мне вилкой, зажатой в татуированной ладони – по крайней мере, с тыльной стороны точно – худощавый парень с растрепанной шевелюрой.

Его воротник украшали стандартные эмблемы корпоративных айтишников – изящная загогулина на фоне монитора. Загогулина – руна «ноос» из универсального алфавита Предтеч Диарру – вот уже несколько десятилетий служила символом доставшейся людям в наследство от инопланетян инфосети, охватывающей все известные Колонии – Ноосферы. Этакий увеличенный на несколько порядков Интернет. По сути, такая же информационная помойка, разобраться в которой могли лишь особо одаренные личности типа этого самого Нэша. А ведь паренек-то ненамного меня старше! Лет двадцать семь максимум. И о чем это говорит? Да совершенно ни о чем. Так, заметка на полях. Может быть, в силу возраста легче на контакт пойдет.

Следующим по списку оказался и самый старший – явно за полтинник – украшенный благородными сединами мужик. Черты лица немного грубоваты, нос крупнее обычного, правда, не настолько, чтобы перейти в категорию «шнобель», но от всего облика коллеги так и веяло некой утонченностью. Пока что непонятной природы.

– Профессор Грегуар Куатье, доктор наук, главный научный эксперт объединения и ведущий специалист-теоретик по технике Предтеч, – отрекомендовал мужика капитан. – Он же главный аналитик. Плюс исполнительный директор.

Проф вежливо привстал со своего места и склонил голову в легком поклоне. Я ответил тем же, заодно бросив беглый взгляд на его эмблемы – такие же, как у меня, только без «калаша» и миноискателя. Чистый теоретик, значит. Мозговой центр, так сказать. А что? Вполне. Этакий усредненный университетский профессор, напоминавший сразу всех моих преподов вместе взятых. Ничего, уж с ним-то точно общий язык найдем.

Далее шли братья-близнецы Джейк и Джон Джонсоны – эксперты-аналитики из команды профа Куатье. На мой взгляд, ярко выраженные эмэнэсы – младшие научные сотрудники. Рабочие лошадки, основная мыслительная мощь, и наверняка они же – реализаторы самых смелых идей руководства. В общем, ничего особенного. Парни ботанического облика. С такими я уже неоднократно общался, проблем быть не должно.

А вот после них кэп Иванов добрался до противоположного торца стола, занятого весьма примечательным типом. Высокий стройный брюнет чуть старше сорока, как бы не папенькин ровесник, единственный из присутствующих облаченный в строгий черный костюм в комплекте с белейшей сорочкой и галстуком оригинальной, но совершенно не аляповатой расцветки, уже давно буравил меня изучающим взглядом. И под этим взглядом мне становилось как-то неуютно. Сразу видно, серьезный товарищ. К тому же явно уделяющий очень большое внимание своей внешности – все в нем, от стрижки до маникюра (!) и гладко выбритых щек, прямо-таки вопило о сотнях, если не тысячах, кредитов, потраченных на лучших мастеров. Метросексуал? Или просто для работы нужно?

– Грегори Слоун, – представил щеголя капитан. – Наш корабельный юрист. Он же финансовый директор и совладелец предприятия. Ну и, несомненно, главный специалист по ведению переговоров.

Понятно. Для работы нужно. При такой специальности имидж – прежде всего. Не зря же говорится, что по одежке встречают…

По левую руку от Слоуна сидела вторая в объединении представительница прекрасного пола – строгая дама лет тридцати пяти. Довольно симпатичная, но какая-то… холодная, что ли? На вид суровей, чем наш университетский физрук. А может, это квадратные очки так на восприятие влияют. Если верить фильмам определенного толка, такой аксессуар должен бы, по идее, увеличивать сексуальную привлекательность. Но явно не в нашем случае. Плюс довольно короткие, забранные в хвост волосы. Дама, кстати, шатенка – то есть, на мой вкус, ни рыба ни мясо. Предпочитаю ярко выраженные цвета. Вон как у Астрид, например.

– Сьюзан Старкова, – отрекомендовал тем временем женщину кэп. – Корабельный медик, биолог и эксперт-ксенопсихолог.

Я вежливо раскланялся и с ней, правда, мысленно поежился, перехватив ее строгий взгляд. Брр… Аж мурашки по коже. С этой дамочкой уж точно натерплюсь, к гадалке не ходи. Хотя… чем-то напоминает мою мать; наверное, характером. У той тоже особо не забалуешь.

Воротник госпожи Старковой был украшен всем известными эмблемами в виде обвившей чашу змеи.

Следующим был Энди Чан – ассимилированный китаец с одной из британских Колоний. Пилот малой авиации и ангел-хранитель Мака со товарищи – в его задачу входила доставка разведгруппы на место проведения операции и, что более важно, последующая эвакуация. Плюс он же являлся штатным водилой Грега Слоуна – зачастую на планетах, пользующихся услугами Оружейников, автотранспорт отсутствовал как класс, и приходилось довольствоваться флаером либо катером, в зависимости от обстоятельств. Эмблемы на воротнике оригинальностью не поражали – стандартные крылышки и вписанная в окружность буква «А» – как не сложно догадаться, сокращение от «aviation».

Замыкали список Виктор и Диего Рамиресы – просто братья, не близнецы. Капитан Иванов представил их как помощников Макдугала, о чем свидетельствовали и аналогичные Маковым знаки различия. Разве что лычек было только по две – то есть братья являлись обычными рейнджерами, без уважительной приставки «мастер». Ярко выраженные латиносы под тридцать – кто старше, я так и не понял, хотя выглядели они абсолютно по-разному: Виктор мощный и коренастый, а Диего высокий и стройный, но тоже не слабак.

– С мистером Макдугалом вы наверняка уже познакомились, – подвел итог ритуалу Иванов, – так что предлагаю наконец выпить. За встречу!

Пришлось, следуя примеру новых коллег, подняться со стула и чокнуться со всеми по очереди. В фужерах, как я и предполагал, оказалось довольно неплохое шампанское, и я, не стесняясь присутствующих, осушил его залпом. В горле что-то пересохло. Видимо, осознал масштаб проблемы.

Когда суета улеглась, капитан вновь поднялся со своего места, а я мысленно застонал – что, еще не все?!

– Хоть наше объединение и существует меньше десяти лет, – зашел кэп издалека, – но у нас уже есть маленькие традиции. Одна из них – вручение новоприбывшим небольших подарков, даже, скорее, символов, свидетельствующих об их новом статусе. Так что, господин Новиков, примите и носите с честью!

Жестом фокусника он извлек откуда-то из-под стола непримечательный сверток и передал его мне, благо тянуться было недалеко. Я презент принял и, подбадриваемый нетерпеливыми взглядами, немедленно его распаковал. Вернее, просто развернул свернутый в рулончик пояс – такой же, как у Мака, – и едва успел поймать выпавший из центра скрутки бейджик, гласивший, что владелец сего – инженер-аналитик Danny Novikoff. Тьфу, зараза! С этим надо что-то делать, а то так и останусь навсегда Новикофф. Ухо режет и раздражает, если честно. Демонстративно повертев бейджик перед глазами, я перевел взгляд на Иванова и неожиданно для себя выпалил по-русски:

– Э-э-э… премного благодарен, но… Капитан! Извините, я не Новикофф. Я Новиков. Но-ви-ков. Денис.

– Да? Удивительно! – прикинулся тот простачком. – А в вашем личном деле именно так написано…

Вот в это охотно верю. У нас в универе всякой твари по паре, могли транслитом накатать.

– Кэп, что он там лопочет? – бесцеремонно влез в беседу Макдугал, но Иванов его проигнорировал, пристально глядя на меня – дескать, дальше что?

– Хм… тут целая история. Я примерно догадываюсь, как это произошло. Могу рассказать, если настаиваете…

– Ни в коем разе! – тут же отперся капитан. – И что же вы предлагаете?

– Не знаю, – замялся я. – Может, как-нибудь бейджик исправить?

– Ну, давайте попробуем, – в тон мне отозвался Иванов и протянул руку.

Я вложил в его ладонь злополучную табличку на липучке – к слову, на нагрудном кармане комбеза красовалась ее вторая половина – и недоуменно уставился на начальство. Кэп без тени сомнения принял бейджик и выудил из кармана черный маркер, коим зачеркнул уже имеющийся текст и вывел аккуратным, почти каллиграфическим шрифтом «Денис» над «Danny» и «Новиков» над «Novikoff». Полюбовался на работу и с вопросом: «Нормально?» – вернул бейджик мне.

Я, признаться, от такого развития событий порядочно опешил, поэтому безропотно принял сомнительный подарок и тупо уставился на результат творчества капитана Иванова. Вот как это понимать? А?! Издеваются они все, что ли?! Ну я вам сейчас устрою!

Однако, подняв гневный взгляд на капитана, я первым делом наткнулся на его добродушную улыбку, и это решило дело. Будь в ней хоть капля ехидства, и я бы вряд ли остановился. Но вот такая, открытая и слегка отеческая, мигом сбила с меня весь пыл. Успокоившись так же быстро, как и вспыхнул, я ухмыльнулся и приляпал бейджик на законное место. Выкатил грудь колесом и обвел присутствующих орлиным взором – типа а хрен вам! У меня же теперь такой эксклюзив есть!

Первым не выдержал Мак. А уже через миг его заразительный хохот подхватили остальные. Да и сам я помимо воли расплылся в улыбке. Приколисты! Это надо же, так подловить! Что важнее всего, ни в басовитом громыхании Свенссона, ни в интеллигентном баритоне профа Куатье, ни в смехе остальных не чувствовалось ни капли злой радости. Даже белобрысая Астрид, утиравшая слезы и с явным намеком теребившая подбородок, не раздражала. И с каждой секундой уходило то царившее за столом напряжение, что отличало официальное мероприятие от дружеской посиделки. Похоже, меня приняли.

– Давай, Дэнни-бой, садись уже! – похлопал отсмеявшийся Мак по стулу. – А то представление затянулось, а я есть хочу!

– Все-таки вы гады! – Я укоризненно покачал головой, но не сдержался и вновь широко улыбнулся. Опоясался – ремень в руке откровенно мешал, а больше деть его было некуда – и плюхнулся на свое место. – Весело у вас. Надеюсь, сработаемся.

– Конечно, сработаемся, куда ты денешься! – подбодрил меня Гленн и уткнулся в тарелку.

Глава 2

Колония Пандора, борт исследовательского

рейдера «Молния», 6 сентября 2135 года

– Эй, Дэнни-бой, проснись и пой!

– А?.. – Я вскинулся было спросонок, но, узрев довольную рожу Мака, снова уткнулся в подушку.

Идет он лесом! Я полночи не спал – выполнял задание дорогого господина финансового директора. Ему-то что, он в Локвуде с позавчерашнего дня зависает, а я, значит, отдувайся. Впрочем, я к нему немного несправедлив – получается, что пока только мистер Слоун действительно занят делом. Мне, скажем прямо, к роли «принеси – подай» не привыкать. Последние две недели только этим и промышлял – капитан Иванов вполне справедливо решил, что раз я стажер, то и шуршать должен по полной. А потому на время перелета понизил в должности до мальчика на побегушках, аргументировав свой поступок тем, что я, видите ли, должен «вливаться». Куда или во что – он, разумеется, не пояснил. Вот я и «вливался». И если с профом Куатье и его клонами-помощничками, равно как и с мадам Старковой (как я тут недавно выяснил, подпольная кличка – Мисс Лёд), особых проблем не возникло, то с обитателями мастерской не все так гладко. Ладно, со Свеном я вроде бы общий язык нашел, на почве укрощения навороченного пресс-штамповщика. Но вот его дочурка… Она, кстати, меня и подбила на авантюру… Но об этом как-нибудь потом, сейчас я слишком сонный.

– Дэн, выползай давай, – не пожелал угомониться Гленн. – Нам на выход через час.

– Чего?!

– Грегори рвет и мечет, старина Энди уже на чемоданах, только мы с тобой тормозим.

– А я-то тут при чем?! – Я в сердцах откинул одеяло и сел на лежанке, свесив ноги. – Мак, тебе приспичило? Я в три ночи лег…

– Ну тут уж ты сам себе Злобный Пиноккио, – ухмыльнулся Макдугал. – Подъем, через час вылет. Или ты хочешь отказаться от полевого выхода?

Я обалдело помотал головой, прогоняя сонную одурь, и уставился на Мака:

– И когда же это решилось?

– Полчаса назад, когда Грег капитану отзвонился. Да ты не переживай, мы быстро. Если все пойдет путем, к вечеру вернемся.

– А как же по девочкам?

– Обломайся, мы не в Локвуд.

Да? Занятно. И досадно – какая-никакая, а столица. То бишь по определению достаточно приятное место с магазинами, кафешками и прочими ништяками.

– А куда?

– В провинцию, мой мажористый друг, в провинцию. Я бы даже сказал, в глубинку. К земле и плугу. Впрочем, – подмигнул Мак, – фермерские дочки бывают оч-чень даже ничего. Во всех смыслах.

Ага. Кровь с молоком, типа Астрид. Сплю и вижу.

– Короче, у нас на сегодня предельно простая задача – побывать на местах проявлений аномалии и опросить свидетелей, – подвел итог Гленн. – Рутина, потому кэп и тебя приказал взять. Или ты отказываешься?

– Не-эт! – от души зевнул я и соскочил с лежанки. – Форма одежды? Снаряжение?

– Летим в деревню, – пожал плечами напарник. – Сам думай. Из снаряги инфор возьми, связь держать будем. Сотовые там только местные работают, но нам симки покупать некогда.

– Оружие?

– Тебе не положено. А я Милашку взял.

Я вновь окинул напарника заинтересованным взглядом, но демаскирующих признаков не обнаружил – затрапезная джинсовка с капюшоном, накинутая поверх клетчатой рубахи, нигде не оттопыривалась. Стало быть, за пояс ствол сунул. Рубашка-то навыпуск, как это среди лесорубов принято. Кстати, очень даже ничего – «лесоруб-стайл» Маку шел. Встреть я его в подобном облачении в деревенском кабаке – даже на секунду бы не усомнился, что он местный. Джинсы потертые, ботинки в меру замызганные, даже небритость минимум двухдневная – все по классике.

Одевайся так одевайся. На прошлой стоянке, когда мы торчали на станции Троя-7 в одноименной Колонии, мне пару раз удалось вырваться на самостоятельные прогулки, временно избавившись от опеки мистера Слоуна, и я таки умудрился прошвырнуться по дешевым супермаркетам. По рекомендации Мака. Он мне однажды, через несколько дней после моего появления на «Молнии», целый блиц-курс устроил на предмет экипировки мастера-рейнджера. Как сейчас вижу – развалился вальяжно на лежаке, мечтательно прищурился и вопросил:

– Ну что, салага? Будем учиться?

Я пожал плечами – а куда деваться?

– Уроки дядюшки Мака. Откровение первое – не выделяйся из толпы!

Угу. Открытие вселенского масштаба.

– Рассмотрим простейшую ситуацию: мы прибыли на место проведения операции. С клиентом все обговорено, руководство умыло руки, пришел наш черед действовать. Вот прямо сейчас нужно высаживаться на шарик. Ты что наденешь?

– Э-э-э… залезу в Ноосферу и поищу информацию по быту и нравам местных жителей. И уже потом буду принимать решение.

– Ответ академически правильный, – кивнул Гленн, – однако с практической точки зрения – в корне неверный. Знаешь два основных признака присутствия человека на планете?

– Эмм…

– Не угадал. На самом деле это тараканы и джинсы.

Видимо, что-то такое на моей физиономии отразилось, как ни силился я сохранить спокойствие, и Мак, одарив меня сочувствующим взглядом, развил мысль:

– Джинса, как и тараканы, неистребима. Да не икнется на том свете Леви Страуссу. Поверь моему обширному опыту – более универсальной одежки, нежели банальные джинсы, не найти. Разве что на самых диких планетах в шкуры одеваются. Или в домотканщину. Но, как правило, тамошним обитателям наши услуги не по карману. Поэтому не ошибешься в девяноста случаях из ста, если влезешь в свои любимые потертые джинсы и старые ботинки. Считай, что это дресс-код на все случаи жизни. Такой прикид не вызывает удивления нигде – ни в тропиках, ни в какой-нибудь Новой Гренландии, где дубак и снег девять месяцев в году. У тебя джинсы есть?

– Есть.

– Покажи. Да не жмись, не отберу. И вообще, это для работы.

Пришлось лезть в шкаф. К тому же Мак попал в точку с сентенцией насчет «любимых потертых» – именно такие у меня и были. В меру заношенные, со слегка размахрившимися штанинами, давно утратившие былой лоск.

– О, самое то! Можешь, когда хочешь! – снизошел до скупой похвалы наставник. – Таких штанов в Колониальном союзе миллиарды, не побоюсь этого слова. В них ты невидимка. Такой же, как все. А непохожесть – первый повод для подозрений. Никому не интересно, какие тараканы у тебя в башке, но если ты вызывающе выглядишь, то о-очень себе жизнь усложняешь. С тобой просто никто не захочет общаться. А могут и прибить где-нибудь в подворотне. Потому что непонятное подозрительно, а подозрительное, как правило, опасно. Прослеживаешь логическую цепочку?

Я кивнул.

– Тогда вот тебе домашнее задание – при первой же возможности наведайся в магазин. Джинсы, футболки поскромнее, ботинки позатрапезней и какая-нибудь неброская куртейка – необходимый минимум. Нынешний твой гардеробчик за сто шагов выдает в тебе мажора. А с такими простой люд разговаривать не любит. Так что запиши главный принцип: полевой агент не должен выделяться из толпы. И накрепко его зазубри.

Памятуя об этом разговоре, я и обзавелся предметами первой необходимости, которые как раз сейчас и пригодились. Влез в любимые заношенные джинсы, натянул футболку потемнее – кто знает, в какие… хм, дыры придется забираться, обулся – тут решил проявить принципиальность и предпочел уже проверенные пижонские «туристы», те самые, в которых на корабль впервые заявился, – и выжидательно уставился на Мака.

– Там прохладно, – хмыкнул тот, сокрушенно покачав головой.

Я молча полез в шкаф за курткой – среди прочего и имитацию пилотского реглана неброского серого цвета прикупил.

– Пойдет?

– Нормально. Инфор не забудь.

– Еще что-то?

– На твое усмотрение.

Ну, раз на мое усмотрение… Папенька с раннего детства меня учил, что настоящий мужчина не выходит из дома как минимум без двух вещей: ножа и спичек. На худой конец, зажигалки. И, как я впоследствии неоднократно убедился, был прав. Так что компактный мультитул «десять в одном» в один карман, неубиваемую «Зиппо» производства Колонии Рехау в другой, ну и КПК во внутренний карман куртки – чтобы был. Очень уж инфор – банальный браслет, из тех самых, со встроенным пикопроектором – малофункционален.

– Эй, Бадди, иди сюда, чувачок! – позвал Гленн, едва мы оказались в коридоре.

– Мак! Он что, с нами?! – не на шутку удивился я, узрев радостно ринувшегося нам навстречу пса.

Тот от избытка чувств повизгивал и, за неимением нормального хвоста, мотал на ходу куцым задом, обильно смачивая слюнями палубу под лапами.

– Ф-фу, отвали! – Я проворно спрятался за Мака, уступив тому сомнительное удовольствие общения со слюнтяем, но ритуала братания все равно не избежал – пришлось-таки потрепать бульдога по холке.

Можно сказать, легко отделался. Впрочем, перчатки без пальцев я снимал только за едой да во сне, так что в любом случае ничего страшного бы не стряслось.

– Да ладно тебе, Дэнни-бой, – вступился за приятеля Гленн. – Бадди хороший, Бадди умный. Бадди больше не будет пускать слюни…

Пес от такого обращения сомлел и развалился на полу, выпятив брюхо и сморщив страшную морду в потешной ухмылке.

– Все, все, погнали! – закруглился наконец мой собаколюбивый напарник и неторопливо зашагал по коридору.

Я двинул следом, для порядка оглянувшись, – пес немного повалялся в прежней позе, но, убедившись, что больше ничего не обломится, ловко извернулся и посеменил за нами. Даже несмотря на короткие лапы, обогнал, благо заблудиться было весьма проблематично – коридор вел прямо к лифту.

Через три с половиной минуты неспешного «дрейфа» (капсула перемещалась в активной массе корпуса корабля, в которой в режиме реального времени протаивал тоннель) мы оказались в стартовом модуле малых пилотируемых аппаратов, от стандартных ангаров отличавшемся лишь сферической формой. В остальном же сплошная банальность – череда аппарелей с арками магнитных захватов, занятых разнообразной летающей техникой – от сверхлегкого двухместного глайдера до солидного орбитального тягача с хороший лимузин размером. Но нас интересовал конкретный образец – средний катер класса «борт – атмосфера», представленный в экспозиции лишь одним экземпляром. Обнаружили мы его сразу по выходу из лифта – возле машины торчала сухопарая фигура пилота Чана. Славившийся немногословностью и азиатской невозмутимостью Энди при нашем появлении недовольства не выказал, лишь мотнул головой в сторону гостеприимно распахнутого люка пассажирского салона и нырнул в пилотскую кабину.

Мы забрались внутрь, не забыв пропустить вперед Бадди, и с удобством разместились в анатомических креслах. Пес, что характерно, проявил инициативу и тоже оккупировал одно из свободных мест, оставив без внимания сработавшую систему фиксации. Компьютер с нестандартной задачей справился блестяще, принайтовив негабаритного пассажира к сиденью парой ремней, но удивило меня вовсе не это, а реакция самого пса. Судя по всему, подобную процедуру он переживал далеко не впервые.

– Хорошая собачка! – не преминул похвалить соратника развалившийся в соседнем кресле Мак. И для полноты картины потрепал бульдога по холке, что, с учетом длины конечностей моего напарника, большого труда не составило. – Кстати, Дэнни-бой, давно хотел тебя спросить… а ты на фига все время в перчатках? Я бы еще понял, если бы они целые были…

На фига, на фига… Тренер дядя Коля посоветовал. Костяшки у меня слабые, вмиг стесываются, вот и вся отгадка. Но ведь не скажешь же напрямик? Еще приставать начнет, в спортзал затащит. А это, между прочим, самый простой путь запалиться. Посему я обошелся, так сказать, официальной версией:

– Привычка, еще с универа. Я все пять лет в студенческом научном обществе ударно трудился, где и убедился в справедливости первого закона работы в лаборатории.

– Ну-ка, ну-ка…

– Горячая колба выглядит точно так же, как и холодная.

Юмор до Гленна дошел далеко не сразу, но потом он все же хохотнул понимающе и на этом посчитал тему закрытой. Не обратив, как и многие до него, внимания на логическую нестыковку: в случае с горячей колбой перчатки без пальцев что есть, что нет – одинаково.

– Мак, а мы куда вообще? – поинтересовался я, переждав не самые приятные первые мгновения после старта – удар ускорения получился чувствительным, виной чему размеры нашей скорлупки, исключавшие установку нормального гравикомпенсатора.

– Грег дал наводку на пару мест, – отозвался напарник. – Побывать нужно в обоих, но очередность он велел самим устанавливать. Я решил начать с Вилсонс-Хоуп. Кстати, лови карту.

Вот с этого и надо было начинать! Я торопливо извлек на свет божий КПК и ткнул в мигающую иконку беспроводной связи. Через мгновение понятливый девайс развернул на весь экран кусок спутниковой карты, на котором я поначалу сумел рассмотреть только обширнейшие руины – все, что осталось от крупного города аборигенов Брахни. Потом в пару касаний прокрутил изображение и вывел на середину дисплея нечто более удобоваримое: кучку легко узнаваемых модулей, типовых, но уже успевших обзавестись индивидуальными чертами – где палисадом, где лужайкой, а один домик и вовсе притулился с краю затейливо изрезанной территории, в которой я с изумлением опознал поле для гольфа.

– Ни фига себе!

– А ты как думал! – хмыкнул Мак, правильно поняв причину моего удивления. – Это у местного мэра такая фазенда.

– Ворует?

– Вряд ли. Если только у самого себя – ему вся округа принадлежит, включая аборигенские развалины. А это настоящая золотая жила.

– Неплохо устроился.

– А то! Но не суть. Короче, здесь за последние недели участились аномальные явления. Наша задача – осмотреть проявления и опросить свидетелей.

– Поня-а-атно… А второе место?

– Парой сотен миль южнее, такой же городок, Саутспринг. Только там все перепахано аномалиями; народ, те, кто выжил, в бега ударился. Так что ловить там нечего.

– А зачем Грег нас туда посылает?

– Без понятия. Но я надеюсь, что после Вилсонс-Хоупа тащиться в эту глушь не придется.

На том разговор и заглох. Зато нахлынули воспоминания о событиях не столь давних – как раз тех, что и привели нас на Пандору, бывшее владение Предтеч Брахни, а я еще и бороды лишился в результате.

Территория корпорации «Спейс Текнолоджиз Груп», Колония Троя, орбитальная станция «Троя-7»,

семь дней назад

Новый день, как я и надеялся, начался с сюрприза – в девятом часу утра по корабельному времени позвонил Грег и поставил в известность, что сегодня он отправляется по делам на станцию, к которой, оказывается, мы ночью пристыковались, а я его буду сопровождать – все в той же роли мальчика на побегушках. А так как посетить мистер Слоун планировал приличные места, то форма одежды должна статусу оных соответствовать. Не сообразив спросонок, я на вопрос о наличии «приличного костюма» ответил утвердительно, собираясь огласить весь список, но Грег сразу же отключился. Зато потом, когда я явился в слегка облагороженном туристическом прикиде, устроил мне разнос – он, оказывается, и впрямь имел в виду костюм. То есть туфли, брюки и пиджак. Правда, выказал неудовольствие он предельно кратко:

– Стыдно, молодой человек. Придется из-за вас нарушать график.

– Эмм… Мистер Слоун?

– Да, Денис?

Надо отдать нашему финансовому директору должное, имя мое он старался не коверкать – видимо, из принципа. И, что характерно, у него это получалось. Думается, по той причине, что он вообще русским неплохо владел. Равно как и французским с немецким. По-китайски и по-японски он тоже изъяснялся, хоть и не так свободно. Уникальный человек, короче. Папенька таких ценил, и мне наказывал.

– Я должен купить костюм?

– Непременно. В нашем деле имидж – далеко не на последнем месте. Как у вас, русских, говорится – встречают по одежке?

– Есть такое. А какие-то дополнительные требования будут? Я имею в виду фасон. Да и цвет.

– На месте разберемся. Или вы, молодой человек, думаете, что я этот вопрос на самотек пущу? Тогда вы явно не годитесь на роль моего помощника.

Вот так, коротко и ясно. Что ж, не будем возражать. Тем более что прибарахлиться не мешает. Грег далеко не первый, кто претензии к моему гардеробу высказал.

– Пойдемте, Денис, – напомнил о себе мистер Слоун. – Если поторопимся, успеем заглянуть к одному моему старому знакомому. Пора вам обзаводиться связями.

Хм… а вот это уже интересно! Папенька особенно предупреждал о пользе блата. И, если вспомнить кое-какие факты его биографии, можно убедиться, что он не так уж и не прав. Особенно если абстрагироваться от порочащих его доброе имя сомнительных знакомств.

И вообще, у Грега многому можно поучиться. Взять вот хотя бы место парковки. «Молния» пристыковалась к орбитальной базе в финансовом секторе, этаком городе в городе, куда путь простым смертным был заказан – наверняка это удовольствие влетело нам в копеечку. Однако мистер Слоун шел на такие затраты сознательно, стало быть, иной вариант был попросту неприемлем – Грег деньги считать умел и видел выгоду даже там, где ее по определению быть не могло. И таким нехитрым способом он показал заинтересованным людям, что игроки мы серьезные и дело с нами иметь можно. На транспорт тоже не поскупился – бесшумно опустившаяся у наших ног капсула при неброской типовой внешности могла похвастаться роскошным внутренним убранством. В отличие от той же STG-17 станция Троя-7 подразумевала использование индивидуальных средств передвижения – эргонианцы, ее создатели, предпочитали строить с размахом, так что данный орбитальный объект неподготовленного зрителя поражал как очертаниями, так и габаритами – этакий решетчатый куб с гранью в двадцать километров. Ячейки у решетки соответствующие – километр на полтора. Вся инфраструктура размещалась в «арматуринах», из которых и была собрана конструкция, а пространство между ними было занято причалами и открытыми складами, загроможденными в большинстве своем разномастными контейнерами. Где уж тут пешком ходить или общим лифтом пользоваться! Вот и придумали смахивавшие при жизни на изнеженных киношных эльфов алиены любопытную транспортную систему – совместили решетку материальную с решеткой из силовых линий, вдоль которых скользили индивидуальные капсулы. Наша, как я уже упоминал, отличалась роскошной отделкой и была всего лишь двухместной.

Через некоторое время, когда капсула сначала ускорилась до такой степени, что огоньки, усыпавшие «арматурины», превратились в размытые полосы света, а потом замедлилась практически до черепашьего темпа, я окликнул Грега:

– Сэр?

– Да, Денис?

– Где мы?

– Эта часть базы называется Даун-таун, – не очень понятно пояснил тот. – С позволения сказать, пригород Маркет-плэйс.

– А чем это место знаменито?

Грег вздернул бровь, но его характерного «стыдно, молодой человек!» я так и не дождался.

– Это район мелких ремесленников.

– Рай для туристов? – рискнул предположить я.

– Скорее, для людей, знающих толк в качественных вещах. Все здешние обитатели настоящие мастера своего дела. Но сейчас нас интересует портной. Хороший портной. Мистер Ароновски как раз из таких.

На парковке, отделенной от остальной каверны все тем же силовым полем, сила тяжести оказалась заметно ниже привычной, что говорило о наличии индивидуального гравигенератора – вещицы хоть и распространенной (в том или ином виде они существовали практически у всех сгинувших цивилизаций), но отнюдь не копеечной. Да и чисто было вокруг, чего греха таить. В остальном же обиталище загадочного мистера Ароновски являло собой торжество строгого минимализма, по крайней мере, снаружи – я даже дверь не сразу разглядел, ибо она почти полностью сливалась с серой стеной. И лишь приблизившись, удалось различить выгравированную прямо на массивной плите табличку: «Р. Дж. Ароновски. Платье на заказ». Никаких тебе финтифлюшек и рекламных слоганов – кто в теме, и так поймет. А другим и знать о существовании этого места не обязательно.

– Похоже, сэр, ваш знакомый не стремится к известности, – не преминул заметить я, остановившись у двери. Понятно, пропустив вперед Грега. – Он настолько в себе уверен?

– Ему не нужна дешевая шумиха. – Мистер Слоун смерил меня строгим взглядом, но отчитывать за бестактность не стал. – Надеюсь, со временем вы, молодой человек, все-таки осознаете, что репутация – великая сила. Зарабатывается огромным трудом, а теряется в считаные мгновения.

Вот-вот. Прям как мой папенька заговорил. Если бы не Грегова внешность, я бы уже заподозрил, что они родственники. Или из одного инкубатора вышли.

Грег потянулся ладонью к окну сканера, выделявшегося на дверном полотне лишь узкой каемкой, но остановился на полпути:

– И еще одно, Денис. Постарайтесь сдерживаться, что бы мистер Ароновски ни пожелал вам высказать. А еще лучше – прислушайтесь к советам знающего человека. Я могу на вас надеяться?

Я нехотя кивнул – не самое обнадеживающее вступление, – и Слоун коснулся-таки сканера.

Коридор, скрывавшийся за дверью, оказался не сильно длинным – метров пять, не больше, – и заканчивался такой же неприметной плитой, украшенной аналогичной табличкой, но снабженной еще и контактными данными мастера, а также расписанием рабочего дня. Судя по нему, заявились мы рановато, но открытая входная дверь вселяла надежду. Собственно, задержались мы лишь на несколько секунд – Грегу даже не пришлось прикладываться к сканеру, створка сама поднялась, открыв доступ в очередной проход – на сей раз коротенький тамбур, отделенный от торгового зала матовой силовой пленкой. Финансовый директор без колебаний протопал к прилавку, больше напоминавшему барную стойку, и сразу же сцапал – по-другому и не скажешь – объемный фолиант вроде древней амбарной книги. Торопливо раскрыл где-то на середине, перелистнул несколько страниц и впился взглядом в текст, игнорируя окружающих. Я удивленно хмыкнул – что же там такого интересного, что педант Грег так возбудился? – но сдержал любопытство. Не время сейчас лезть с расспросами. Вместо этого лишь ненавязчиво поинтересовался:

– Мистер Слоун, я тут осмотрюсь?

– Да, Денис… – рассеянно кивнул тот, не пожелав даже на миг оторваться от чтения, – определись пока с предпочтениями…

Хм… определись. Легко сказать.

Оставив Грега в покое, я огляделся. Насчет торгового зала не ошибся, разве что представление об оном у загадочного мастера несколько расходилось с общепринятым – одна вешалка вдоль стены, плотно завешанная костюмами на плечиках, и все. Образцов этак под сотню, если не больше. На глаз не определишь, тем более что и выбор расцветок разнообразием не поражал – все оттенки серого с коричневым да банальный черный. Прямо даже и не знаю, с чего начать…

Все же разочаровывать мистера Слоуна не хотелось, и я шагнул к вешалке. Помял рукав первого попавшегося пиджака, задумчиво поковырял пуговицу и неспешно побрел вдоль длинного ряда костюмов, без всякой задней мысли пересчитывая их рукой на манер штакетин в заборе, как в беззаботном детстве.

– Кхм!..

Я резко развернулся на деликатное покашливание и поспешил спрятать руки за спину, как нашкодивший первоклассник. Очень уж укоризненно на меня смотрел хозяин заведения. Мастер Ароновски оказался абсолютным воплощением киношного образа лондонского портного: невысокий щуплый человечек в жилетке с нарукавниками и свисающим с шеи портняжным метром. Помятые брюки и не очень свежая рубашка явно из ближайшего супермаркета, как и потертые туфли. И для полноты картины – большие квадратные очки.

– Позвольте представиться, молодой человек – Роберт Джойс Ароновски, владелец и единственный сотрудник данного скромного предприятия.

– Денис… эмм… Дэн Новиков.

– Очень приятно. Вы уже определились с выбором? Или желаете получить действительно хороший костюм?

– Э-э-э…

– Не примите за бахвальство, но у меня лучшие костюмы в ближайшей округе. А под ближайшей округой старик Ароновски понимает полтора десятка окрестных Колоний. Если бы вы только знали, Дэн, как сейчас трудно найти достойный костюм! Посмотрите на меня! Извечная проблема – я лучший портной, и потому шить одежду у других мне не позволяет совесть. Сшить же самому не получается по причине невозможности нормально снять мерку, а доверять этот ответственный шаг кому-то другому опять же не позволяет совесть! Видите, какая дилемма! А в супермаркете разве найдешь что-то приличное?! Про бутики вообще мне не напоминайте! Вот и приходится щеголять в этом! Я уже не помню, сколько лет работаю ходячей антирекламой сборища дилетантов, что возомнили себя портными! И вот что я вам скажу, молодой человек, – хороший костюм можно пошить только на заказ, по индивидуальной мерке. Нечего заглядываться на этот ширпотреб, проходите в примерочную! Оформим все в наилучшем виде. Старик Ароновски еще никого не обманывал!

– Эмм… мистер Ароновски… у меня со временем не…

– Молодой человек, оставьте эти условности! Роб! Просто Роб! Идемте скорее, не будем терять ни мгновения! Я гарантирую, что мой костюм вы не захотите снимать даже на ночь! Закажете пижаму такого же фасона! Так редко можно встретить настоящего ценителя в наше суетливое время! А вы мне понравились с первого взгляда! Вот – сказал я себе – этот молодой человек оценит твои старания, Роб!

– Роб! Старина!

– А, Грегори! – моментально переключился словоохотливый (мягко говоря) мастер на моего начальника. – Наигрался в шпионов? Когда наконец соизволишь обновить гардероб? Или тебя уже не устраивает качество несчастного Ароновски?!

– Роб, Роб, остынь! – ухмыльнулся Грег; своего несколько ироничного отношения к эксцентричному мастеру он совершенно не скрывал. – Хватит заговаривать зубы моему помощнику. Мы торопимся, так что подбери нам что-нибудь более-менее приличное…

– Грег! Ты в очередной раз поразил меня до глубины души! Явиться к старому Ароновски за типовой поделкой! Я оскорблен!

– Это на первое время! Не думаешь же ты, что я приведу помощника в приличное место в таком виде? А мерку еще снимешь, у нас тут стоянка несколько дней, так что готовься поработать. Надеюсь, не забыл, как держать иголку с ниткой?

– Обижаешь! – укоризненно покачал головой говорливый портняжка. – Хорошо, уговорил. Будет вам костюм, но на приличный он все равно не потянет – ширпотреб и есть ширпотреб. Какой фасон предпочитаете, молодой человек?

– А вы что посоветуете?

– Вы таки решили взвалить груз ответственности на плечи старого Ароновски? – хитро сверкнул очками портной. – И правильно сделали! Старина Роб еще никому плохого не советовал! Секундочку…

Мистер Ароновски неторопливо побрел вдоль вешалки, задумчиво перебирая костюмы, а я беспомощно зыркнул на безучастного Грега – дескать, что делать-то?! Заговорит же до смерти!

– Доверься Робу, – правильно понял тот мои сомнения.

– Да он даже размер мой не спросил!

– А старине Робу это и не нужно, молодой человек! – проскрипел у меня за спиной вернувшийся мастер. – У старины Роба глаз – алмаз! И пусть я буду вовек проклят, если ошибусь хоть на полдюйма! Вот, молодой человек, извольте! Настоящая английская шерсть, прямиком с Нова-Скоттии! Не стесняйтесь, молодой человек, пощупайте!

Я машинально помял полу поданного портным пиджака, несколько ошеломленный словесным потоком, но потом опомнился и в очередной раз попытался переложить ответственность на чужие плечи:

– Я вам целиком и полностью доверяю, мистер Ароновски!..

– Не торопитесь, молодой человек, не торопитесь! – не повелся тот. – Прошу в примерочную! Старый Роб должен убедиться, что не потерял квалификацию!

Уступив напору портного, я торопливо накинул поданную им кремовую рубашку, с трудом справившись с запонками, застегнулся под горло, натянул носки и влез в брюки – те сели как влитые. «Настоящая английская шерсть прямиком с Нова-Скоттии» приятно щекотала кожу, да и вообще вдруг стало удивительно комфортно – куда там моим туристическим штанам! Мембраны, мембраны! Хорошо забытое старое в очередной раз доказало состоятельность, победив современные технологии с разгромным счетом.

– Прошу пиджак! Не сутультесь, молодой человек, не сутультесь! Вот так… вроде ничего сидит?

Ничего – слабо сказано. Темно-серый, почти черный костюм облегал мою не самую стандартную фигуру без малейшей лишней складки и абсолютно не стеснял движений. И выглядел… солидно? Точно. Похоже, именно это и имел в виду Грег. И у старого еврея еще хватает совести плести тут что-то про ширпотреб! Костюм попросту великолепен! Или он способен создать нечто более совершенное?! Ч-черт, поневоле к старому мастеру уважением проникнешься…

Но мистер Ароновски на этом не остановился, и вскоре я стал обладателем стильного галстука и дорогущих даже на вид классических брогированных ботинок из темно-коричневой кожи. С содроганием подумал о жалованье за месяц, с которым однозначно придется расстаться, но смирился с неизбежным. Тем более что костюм сидел просто идеально. Все как в наставлениях по правилам хорошего тона: длина штанин оптимальная – до половины каблука сзади и с одной складкой спереди, рукава – то же самое: строго до середины ладони. Сорочка великолепна, а галстук прекрасно гармонирует со всем ансамблем. Аплодирую стоя, как говорится. Вот только одна ма-аленькая деталь все портила. Я еще раз задумчиво покосился на зеркало, тяжко вздохнул и решился:

– Мистер Ароновски, не одолжите бритвенные принадлежности?

Бог с ней, с бородой. По правде говоря, никогда она мне не нравилась, просто из принципа не сбривал. А вот косичку не отдам. Ее и не видно с фасада, в отличие от бороды.

Территория корпорации «Спейс Текнолоджиз Груп», Колония Троя, орбитальная станция «Троя-7», тогда же

– А вы хитрец, мистер Слоун! – заявил я, кое-как устроившись в кресле нашей шикарной капсулы.

– Я рад, что вы, Денис, все правильно поняли, – холодно улыбнулся мой начальник. – Будем считать, что урок номер один вы усвоили. Да, хотелось бы еще услышать вашу формулировку этого важнейшего базового принципа.

– Ну, тут все просто, – хмыкнул я. – Сила есть, ума не надо – это не про нас.

– Согласен, – кивнул Грег. – Так что запишите, Денис, первое правило Грега Слоуна: всегда думай, прежде чем что-то сделать. В девяноста девяти случаях из ста наверняка найдется неконфликтный вариант решения проблемы. Надеюсь, вы в этом убедились на собственном опыте.

– Должен признать, мистер Слоун, вы очень ловко вынудили меня расстаться с бородой. Раньше любые попытки воздействия сводились к примитивному давлению – как силовому, так и чисто психологическому.

– Что-то вы, молодой человек, слишком академически правильно заговорили, – подмигнул мне Грег. – А я выражусь проще: если хочешь переупрямить упрямца, сделай так, чтобы он сам принял выгодное тебе решение.

– Я, наверное, так не смогу, – покачал я головой в ответ на последнюю тираду начальника, – склад ума не тот.

– Пустое, – отмахнулся мистер Слоун. – Дело наживное, как вы, русские, говорите. Нужно всего лишь тренироваться. Кстати, сегодня мы именно этим и займемся. Пока же запомни следствие из правила Слоуна номер один: никогда, ни при каких обстоятельствах не применяй силовые методы необоснованно. Даже если тебе кажется, что проблема будет решена одним ударом, остановись и взвесь все еще раз: наверняка существует фактор, который ты упустил из виду. И именно он в решающий момент сыграет против тебя.

– Первое следствие из закона Мерфи.

– Правда? – удивленно заломил бровь Грег. – Просветите меня, Денис.

Он что, реально не в курсе или притворяется? Кстати, его манера перескакивать с «ты» на «вы» и обратно слегка напрягает. Впрочем, не будем перечить родному начальству.

– Закон Мерфи гласит: если какая-то неприятность может произойти, она непременно случается, – тоном примерного ученика-зубрилы отрапортовал я. – И первое следствие: все не так легко, как кажется.

– А этот Мерфи был умным сукиным сыном, – улыбнулся мистер Слоун. – Не думал, что нынешняя молодежь помнит это учение.

– Да нам его вскользь преподавали, в рамках курса истории инженерного дела, – нехотя, словно оправдываясь, признался я, – но меня почему-то зацепило.

– Ну и как, помогает в жизни?

– Периодически, – не стал я вдаваться в подробности. – А куда мы сейчас, мистер Слоун?

– Как и обещал, на Биржу.

А вот это уже интересно. Про данную организацию я слышал много чего, и не только из официальных источников – папенька, бывало, упоминал Брокеров к месту и не к месту. А это показатель.

– На станции есть торговый зал?

– Конечно. У Биржи есть филиалы во всех Колониях без исключения, даже в самых диких, – развеял мои сомнения Грег. – Просто кого попало туда не пускают. Эти заведения скорее на клубы по интересам похожи. Или, я бы сказал, на клубы викторианской Англии, куда вход не джентльменам был заказан.

– Мистер Слоун?

– Да, Денис?

– А что это мистер Ароновски про шпионские игры плел?

– Обратил внимание? – прищурился мой начальник. – Молодец. В нашем деле незначительных деталей не бывает.

– Да просто ухо резануло, – отмазался я.

Не хватало еще, чтобы Грег мои возможности переоценил. Мне ведь еще наверняка проверка на вшивость предстоит, так что не стоит щеголять способностями. Самому же потом проще будет.

– А я как сказал? – притворно удивился мистер Слоун. – Что, кстати, вы по этому поводу думаете?

– У вас есть тайный осведомитель на Бирже. Теневой партнер.

– Ответ верный. Что ж, вот вам, Денис, правило номер два: информация – ключ к успеху. Что скажете, молодой человек?

– Это зависит от того, что вы хотите услышать.

– Выкладки. Хочу проследить твою логику.

– Ну, для начала я удивился вашей реакции – вы будто обо всем позабыли и с ходу рванули к книге. Вы ведь это специально, мистер Слоун?

– Естественно. Продолжайте, Денис, прошу вас.

– Ну вот, вы привлекли мое внимание к книге жалоб и предложений, которая заполняется вручную. Зная вас, я понял – вы это сделали с какой-то целью. Оставалось лишь выяснить с какой. Когда старый Роб упомянул шпионские игры, я убедился в правильности своей догадки – этот печатный анахронизм используется в качестве канала связи. Значит, у вас есть осведомитель, поставщик конфиденциальной информации – называйте как хотите.

– Пока все верно, – благосклонно кивнул Грег.

– Вывод второй: раз вы не можете встретиться лично или созвониться, значит, этому есть причина. Какая? Элементарно – вы не хотите, чтобы кто-то связал вас с этим человеком, даже случайно увидев вместе. Ибо даже такая недоказанная связь может повредить вашему делу. А дальше совсем просто: основная сфера ваших интересов замкнута на Биржу. Следовательно, информацию вам поставляет Брокер. Что совершенно незаконно, но тем не менее практика эта широко распространена. Единственное условие – глубочайшая конспирация. Смею предположить, что вы, мистер Слоун, своего партнера даже не знаете. Лично, я имею в виду.

– Угадали, молодой человек.

– Одного не могу понять: почему вы допустили утечку информации? Настолько мне доверяете?

– Вовсе нет, – хмыкнул Грег, – я никому не доверяю, даже себе. Особенно себе. Просто вы, Денис, неверно сформулировали проблему. Задайтесь простым вопросом: а что конкретно вы сумели извлечь из утечки информации? Как это поможет вам вывести негодяя меня на чистую воду?

Хм… уел. Причем в очередной раз.

– Я убедился, что у вас есть теневой партнер… – все же предпринял я слабую попытку побарахтаться.

– И что? Покажи мне бизнесмена, пользующегося услугами Биржи, у которого его нет, и я рассмеюсь тебе в лицо – ибо это будет последний идиот. Или просто жалкий неудачник. В крайнем случае подставной для отмывки капитала. Еще что?

– Ничего, – вынужденно признал я. – Хотя цель у вас была – преподать мне очередной урок.

– А вот тут все верно, молодой человек. Что-то еще можете сказать по этому поводу?

– Разве что незначительные детали раскрыть, – пожал я плечами. – Вы пользуетесь каким-то кодом – вряд ли ваш таинственный партнер пишет открыто, на чем сейчас можно нагреть руки.

– Такова неумолимая логика шпионских игр.

– Ну и самое последнее – вы получили какую-то наводку, и мы сейчас наверняка провернем выгодное дельце.

– Ну для такого вывода тоже не нужно быть гением, – улыбнулся мистер Слоун. – Впрочем, урок усвоен, я доволен. Продолжайте в том же духе, молодой человек. Приехали, кстати.

Высадились мы в неприметном закутке, который отличался от своих собратьев лишь скромной вывеской «Клуб любителей колониальных товаров». Прямо под ней змеилась еще одна малозаметная строчка: «Филиал номер семь, Колония Троя». У входной двери нас продержали секунд тридцать, потом створка утонула в стене, и мы оказались в тесном тамбуре. Здесь порядки были куда строже, но в конце концов мы оказались в холле – невероятно дорого, хоть и неброско обставленном, что выдавало работу талантливого дизайнера. Встретивший нас легким поклоном молодой человек, облаченный в строгий костюм «от лучших портных Даун-тауна», крепко пожал нам руки, улыбнулся Грегу, как старому знакомому, и переключил внимание на меня.

– Джеймс Олли, – представился он. – Старший распорядитель клуба.

– Денис… э-э-э, Дэн Новиков, – вынужденно заполнил я несколько затянувшуюся паузу.

– Разрешите ваш идентификатор, мистер Новикофф? Извините за доставленное неудобство, но, сами понимаете, традиция. В следующий раз, смею заверить, доступ к нам будет проще. Необходимые документы уже составлены, дело за малым.

– Конечно-конечно, – поспешил я протянуть лощеному Джеймсу пластиковую карточку.

– Одну минуту. – Джеймс передал мой ай-ди неведомо откуда вынырнувшему «брату-близнецу», который таким же сверхъестественным способом моментально испарился, и снова занялся гостями, то бишь нами. – Надолго к нам, мистер Слоун?

– Еще дня три здесь пробудем, – не счел тот нужным скрывать информацию. – Вы что-то хотите мне предложить, Джеймс?

– Увы, сейчас ничего для вас интересного нет, – покачал головой распорядитель, весьма натурально изобразив на лице сожаление. – А всякую мелочь я вам предлагать не стану даже под угрозой расстрела.

– А зря, – рассмеялся Грег, – мы хоть и не на мели, но были бы рады небольшой подработке.

Тут как нельзя вовремя материализовался давешний «близнец», и мистер Олли вернулся к делам насущным:

– Вот, Дэн, держите – это ваша членская карточка. Пока что у вас гостевой статус, поэтому доступ к некоторым ресурсам клуба без сопровождения действительного члена вам ограничен. Прошу понять меня правильно: это общепринятая практика.

– Полноте, мистер Олли, – немного высокомерно отмахнулся я, вспомнив разлюбезного папеньку.

Тот, бывало, именно с таким выражением и интонациями обращался к высокооплачиваемому, но все же обслуживающему персоналу.

– Следуйте за мной, господа.

Кабинет под номером семь, предоставленный нам в пользование на ближайшие два часа, затерялся в глубине бокового ответвления от основного зала. Оказался он весьма скромным – три на три метра, если на глаз. Обстановка тоже роскошью не поражала – на полу мохнатый ковер, стены отделаны пластиком под гобелен, потолок же и вовсе металлический – похоже, межуровневая переборка. Пара сферических светильников, роскошное кресло в центре – его незамедлительно оккупировал Грег – и второе, типичное офисное. Не самое удобное, но спасибо и на этом. Главное, обстановка рабочая – тихо, спокойно, тепло и даже уютно.

– Всегда мечтал побывать на Бирже, – хмыкнул я, заняв свое место. – Правда, теперь задаюсь вопросом, почему все произносят это слово будто с большой буквы.

– Ты тоже заметил? – обернулся ко мне Грег. – А я, грешным делом, думал, что мне одному это мерещится… Ладно, пошутили, и хватит. Будь посерьезнее, Денис.

– Да, мистер Слоун.

– Так, значит, раньше ты услугами Биржи не пользовался?

– Никак нет. Только обучающие фильмы видел, в Ноосфере.

– Ничего не изменилось, – ностальгически вздохнул мой начальник. – Не понимаю я вузовскую профессуру: всё берегут вас, пылинки сдувают, вместо того чтобы учить уму-разуму. А мы потом за них отдувайся…

– Знаете, сэр, как говорил один из моих преподавателей? Человек не способен учиться на ошибках. От слова вообще. Ни на своих, ни на чужих.

– Он был не так уж и не прав, – кивнул мистер Слоун. – Похоже, умный парень. Все, давай делом заниматься. Хотя бы с интерфейсом Биржи ты знаком?

– В общих чертах.

Иначе и быть не могло – главное и единственное ограничение Биржи касалось именно точек доступа. Таковые предоставлялись только в специально предназначенных заведениях, типа местного «Клуба любителей колониальных товаров». Владельцы предприятий платили за выделенную линию бешеные деньги, но все расходы с лихвой окупались. А не плодились они в геометрической прогрессии лишь потому, что лицензию получить было очень трудно, практически невозможно. По крайней мере, случайному человеку. Плюс у держателей сервиса был строгий лимит, превышать который они категорически не желали.

– Хорошо. На незначительных деталях останавливаться не будем.

– Да, мистер Слоун.

– Тогда вот тебе вводная: мы ищем что-то. Где это искать, тоже непонятно. Но тут у тебя есть послабление: нас интересуют предложения в пределах трех соседних секторов. Твои действия?

– Давайте отфильтруем развитые и условно колонизированные планеты. В развитых мирах нам делать нечего, там и сами с проблемами могут справиться, причем не афишируя таковые – кому нужны лишние поводы для слухов и паники?

– Продолжайте, Денис.

– Условно колонизированные нам тоже не подойдут – интересного на них может быть уйма, но некому об этом сообщить в большой мир. Остается средний сегмент – Колонии развивающиеся. Доступ к Ноосфере есть, более-менее грамотное население есть, а вот ресурсов для самостоятельного решения проблем может и не хватать.

– Молодец, Дэн. Шаг первый принимается. Что дальше?

– Дальше отсекаем предложения типа «купи – продай».

– Есть. И?.. Легче стало?

Я окинул тоскливым взглядом нехилой диагонали дисплей, плотно забитый ссылками на объявления, не удержался – шумно поскреб непривычно голый подбородок – и задумчиво хмыкнул:

– Посмотрим предложения с тегом «требуются»?

– Готово, – уже не скрываясь, ехидно ухмыльнулся шеф.

Н-да. Список стал реально короче – с нескольких тысяч источников сократился до семи сотен, однако даже такое глобальное купирование погоды не сделало.

– Эмм… теперь отфильтруем по тегу «узкий специалист».

– Молодец! – одобрительно кивнул мистер Слоун, когда длиннющий перечень скукожился до жалкой одной странички. – Всего двадцать семь предложений. Запиши себе второй плюсик.

– Спасибо, сэр.

– Потом поблагодаришь. И забирайся-ка на мое место. Так тебе будет удобнее. А я пока кофейку глотну.

– Сэр, может, стоит продлить время?

– Уймись, Денис, у тебя еще час сорок две, уложишься.

– Да, сэр, – вздохнул я.

Впрочем, прибеднялся я зря – уложился в полтора часа, сократив список до девяти наименований.

– Очень хорошо, молодой человек! – снизошел до похвалы мистер Слоун, когда я сдался и известил шефа об окончании работ. – Хм… Интересно. И это тоже. И это… Запишите-ка себе еще два плюса, господин Новиков. И будем считать, что ваш экзамен завершен. Оценка – «хорошо», но нужно еще постараться. Впрочем, опыт – дело наживное. А сейчас можете выпить кофе.

Ага, намек понял. Освободив трон, я перебрался на менее козырное место, но к чашке не притронулся – что я, дурной, застывшей бурдой давиться?

– Не буду больше вас томить неизвестностью, молодой человек, – продолжил между тем Грег. – Вы действовали по правильному алгоритму. Скажу сразу – в вашем списке присутствует объект, на который мне указал теневой партнер. Я доволен. Но не совсем – если бы вы сократили список до пяти пунктов, я бы поставил оценку «отлично». Но для первого раза более чем удачно.

– Спасибо, сэр.

– И все? Тебе разве не интересно, куда мы отправимся?

– Я уверен, что вы посвятите меня в наши дальнейшие планы, сэр.

– Поражаюсь вашей выдержке, молодой человек. Я бы в ваши годы уже извелся весь.

– Терпение – главная добродетель бойца.

– Снова закон Мерфи?

– Первое правило дяди Коли.

– К моему огромному сожалению, не имел чести быть знакомым с этим достойным человеком.

– Мой тренер по виртбоксингу.

– Так вы еще и спортсмен? – весьма натурально удивился Грег.

– Любитель. Так куда же мы отправляемся?

Вместо ответа мой начальник коротким касанием выделил на мониторе третью ссылку сверху, и я мысленно чертыхнулся. Практически угадал, ага.

– Колония Пандора? – все же счел я необходимым изобразить легкое удивление. – Думаете, сэр, нам там светит что-то крупное?

– Не притворяйся, Денис, не притворяйся. Ты ведь и сам хотел предложить этот пункт, только перестраховался. Я же видел.

– Да, сэр. Вы меня раскусили, сэр.

– Не ерничай. И вот тебе еще одно задание: обоснуй, почему именно этот мир.

– Ничего сложного, сэр. Просто тут самый загадочный случай.

И действительно, по сравнению с остальными очевидными проблемами (где с крупными хищниками, где с пандемией неизвестной болезни, а где и с сорным растением, заполонившим полконтинента), на планетке с дивным названием творилась настоящая чертовщина. В одной из сельскохозяйственных областей начались таинственные происшествия, которые местные связывали кто с призраками, кто с нечистой силой, кто с происками инопланетян – каковые все вымерли столетие назад. Самые умеренные аналитики списывали загадки на неизвестное природное явление, но никто ничего толком сказать не мог. Ясно было лишь одно – пропадают люди. И не просто пропадают – в нескольких случаях еще и непонятное нечто полностью уничтожило инфраструктуру. Правительство Колонии предлагало неплохое вознаграждение за решение проблемы, но меня привлекла не сумма как таковая, а именно что нетипичность происходящего. Со стороны все это смахивало на сюжет мистического ужастика. И на страх, у которого, как известно, глаза велики, не спишешь – предложения на Бирже строго модерируются, и за ложные сведения грозит вечное отлучение от услуг этой уважаемой организации. Следовательно, в Колонии Пандора и впрямь происходит нечто из ряда вон.

– Согласен, – в очередной раз кивнул Грег. – Еще что можешь сказать?

– Да ничего, собственно, – развел я руками, – разве что убогости фантазии первопроходцев подивиться. Это надо же – Пандора! В каждом втором фантастическом фильме и каждой третьей книге так планета называется. Ничего банальнее придумать не могли?..

– Это ты зря, – не согласился шеф, – с этой Колонией в свое время было много слухов связано. И название более чем справедливо отражает ее сущность. Мир этот, к вашему, Денис, сведению, на всю округу славится непредсказуемостью.

– Если вы так говорите, сэр… Но все равно, без огонька. Назвали бы как-нибудь… ну, не знаю…

– Большая Неприятность. Первые колонисты прозвали ее именно так, – поставил меня в известность Грег. – За пару десятилетий после высадки там произошло столько всего загадочного и непонятного, что название это приклеилось чуть ли не намертво, и бытовало до самого образования Колониального союза. Лишь тогда правительство сочло его несолидным, и планета была переименована в Пандору.

– Что, президент настолько любил классику?

– Ты про «Аватара»? Очень может быть… Но не суть. Неприятностей население хлебнуло с избытком, и все из-за очень оригинального технического мышления бывших хозяев планеты – Брахни. Никогда не слышал? Странно. Но картинки наверняка видел – похожи на мелких орангутангов с зеленоватой шерстью. Они были псионами и широко использовали в технике пси-модули – даже для управления простейшими механизмами типа дверных замков приспосабливали. Представляешь масштаб проблемы?

Еще бы я не представлял! По сути, все поселенцы должны были быть вроде нашего капитана, то есть с соответствующими способностями. А среди нашей расы такие люди справедливо считались уникумами. К тому же заселялась планета в Третью волну, как и большинство развивающихся Колоний, а в те времена пройти отбор в экспедицию было уже куда проще, чем во Вторую или тем паче Первую. Так что сброд был еще тот. А если еще и сектанты какие-нибудь планету облюбовали, тогда вообще беда.

– Знаешь, как эту проблему решили? – Дождавшись моего отрицательного покачивания головой, мистер Слоун продолжил: – Ты будешь смеяться – им помогли шапочки из фольги. Они отсекали неконтролируемое пси-излучение, и механизмы на него не реагировали. Не знаю, кто первый до этого додумался, но прозрение это иначе как гениальным не назовешь. Уже потом стали делать защитные шлемы с внутренним экранирующим слоем, и количество летальных исходов резко пошло на убыль. И постепенно поселенцы научились справляться с техникой Брахни, приспосабливая к оборудованию новые управляющие модули. Конечно, более примитивные, а посему полностью использовать промышленный потенциал доставшегося им мира они не смогли, чем и объясняется текущий статус Колонии. Но нынешний кризис – нечто из ряда вон даже для них. И какой же из всего этого следует вывод, а, Денис?

– Может, не стоит связываться с этим делом?

– Вывод логичный, но неправильный! – сурово помахал шеф указательным пальцем перед моим носом. – В нашем деле от опасностей бегать не принято. Да и опять же опыт показывает, что таковая бывает частенько преувеличена.

– Нельзя ничего сказать о глубине лужи, пока не попадешь в нее, – счел я нужным вставить свои пять копеек.

– Глубокомысленно… – кивнул Грег, поджав губы. – Что за закон на этот раз?

– Закон Миллера.

– Хороший закон. Значит, вы, Денис, предлагаете измерить лужу? Что ж, пожалуй, в этом есть некий сакральный смысл. К тому же, как верно подмечено, и не только мной, потенциальная прибыль предприятия находится в прямой зависимости от степени риска. Решено. Летим в Колонию Пандора.

Колония Пандора, Вилсонс-Хоуп, 6 сентября 2135 года

Перелет с орбиты до первой точки, как я и предполагал, занял больше часа. Мне даже удалось немного вздремнуть – каюсь, с Бадди пример взял. Больно уж он смачно дрых, оглашая пассажирский салон беззастенчивым храпом. Так что вход в нижние слои атмосферы – со всеми сопутствующими удовольствиями, как то: вибрация, тряска, быстрый нагрев и заунывный вой обгорающих плоскостей катера – благополучно проспал. Очнулся лишь когда Мак потряс меня за плечо:

– Просыпайся, Дэн. Приехали. Бадди, тебя тоже касается!

– Так мы уже?..

– Ага. Отстегивайся, и погнали. – Подумав немного, Макдугал уточнил: – Начнем с бара – лучшего места для сбора слухов не найти.

И занялся бульдогом, дабы слова не расходились с делом.

Освободив от души зевнувшего Бадди, Мак деловито похлопал себя по карманам, потом запустил руку за спину и извлек на свет божий Милашку – «беретту-супернова», широко распространенный в армиях Колониального союза шестнадцатизарядный пистолет производства Корпорации «Штайер». Разве что обретший некие отличительные черты в виде потертой рукояти и выгравированной неведомым мастером на боковине ствольной коробки томной красавицы откровенно латинского облика. Понятно, я эти подробности выяснил заранее – тщеславный Гленн не упустил случая похвастаться пушкой чуть ли не на второй день после моего прибытия.

– Э-э-э… Мак?..

– Чего? – Макдугал неторопливо извлек из рукояти магазин, убедился, что за время полета боеприпасы не испарились бесследно, и вернул его на законное место, постеснявшись, впрочем, передернуть затвор.

– Ты бы поосторожнее со стволом… Может, Энди его оставить, для надежности?

– Зачем? – Гленн с хищной ухмылкой упрятал пистолет за пояс, прикрыв курткой, и наставительно ткнул мне указательным пальцем в нос: – Запомни, Дэн: не все Колонии одинаково полезны для здоровья. И если законодательство оной Колонии позволяет носить личное оружие, это обязательно нужно делать. Тут тебе не корпоративные территории! Народец независимый и своенравный, а в таких условиях у кого пушка больше, тот и прав.

– Поня-а-атно! А почему мне тогда пистоль не дал?

– А у тебя разрешения нет. Недоросль ты.

Ну да, тут, что называется, уел. И не в возрасте дело, а в квалификации. Пока не получу полноценный сертификат специалиста – читай, не пройду стажировку – кое в каких правах так и буду урезан. А выправлять разрешение как физическое лицо – сильно хлопотно. По крайней мере, в зоне влияния «Спейс Текнолоджиз Груп». Впрочем, в других Корпорациях отношение к бесконтрольному распространению огнестрела похожее.

– Все, шутки в сторону! Эй, Бадди, что с предчувствием?

Пес вывалил язык и преданно уставился на Мака.

– Значит, пока все путем, – сделал тот весьма утешительный вывод и шагнул к люку. – Смотри, Дэн, красотища какая!

Э-э-э?.. Смеется он, что ли? Или у всех шотландцев такое своеобразное чувство прекрасного? Лично я, окинув взглядом окрестности, ничего впечатляющего не обнаружил – взлетно-посадочный пятачок располагался в чистом поле, даже ограждения вблизи не было, гуляй кто хочешь. Впереди, метрах в трехстах, белел корпус аэровокзала. Соседи отсутствовали как класс – по всему видно, прибытие нашего катера станет событием номер один на ближайшую неделю. Да и людей что-то не наблюдается. Зато прекрасно просматриваются титанические развалины вдалеке. На карте они масштабом не поражали, но вживую все оказалось куда забавнее. Холодно, кстати, тут Гленн угадал. Не трескучий мороз, навскидку градусов пятнадцать выше нуля. Ч-черт, надо было свитер надеть…

Поплотнее запахнув куртку, я тяжко вздохнул и пожаловался вслух:

– Офигеть! Первый полевой выход, и в такой дыре!..

– Ты в настоящей дыре еще и не был! – хмыкнул Мак. – А тут, можно сказать, цивилизация.

– Деревня!

– Не без этого. Ты вроде новости вчера анализировал, ну-ка дай характеристику местным. Только коротко.

Вот умеет же врасплох застать! Зар-раза!..

– Да не стой столбом, шагай! – И Гленн споро двинул следом за уже усвистевшим довольно далеко Бадди. – Энди, нас не жди, мы в лучшем случае к вечеру освободимся.

– Ладно.

– Повезло Чану, – буркнул я под нос, но от напарника отстать не решился, даже прибавил ходу, дабы совсем уж не оторваться. – А к чему это ты про местных?

– Урок дядюшки Мака номер два: мелочей не бывает. Хочешь избежать неприятностей – изучи поле деятельности. Уясни менталитет аборигенов, и процентов шестьдесят сомнительных ситуаций просто не возникнут. Соответственно и шанс звездюлей снизится пропорционально. Запомнил?

– Да.

– А чего молчишь? Я жду.

– Я думаю, местные должны быть очень похожи на староамериканских реднеков.

– Молодец.

– Что, угадал?

– А вот это мы скоро проверим. – Летное поле как-то внезапно закончилось, и Мак остановился посреди закатанной чем-то похожим на асфальт улицы. Повертел головой и решительно зашагал по направлению к центру поселения, благо улица являлась радиальной и, скорее всего, начиналась от самой ратуши. – Не отставай. А насчет твоего предположения… предки нынешних пандорианцев – именно что реднеки из Алабамы, в Третью волну сюда централизованно переселились. Они из какой-то религиозной общины, но сейчас это дело подзабросили – не до теософических споров, выжить бы. Но к ручному труду привычные. А конкретно этот регион – сельскохозяйственный, так что люди тут простые, нравы патриархальные, развлечения немудреные – выпить самогона да подраться в баре.

– Н-да, недалеко от предков ушли в развитии.

– Это ты к чему, Дэн?

– Да вспомнил любимую папенькину песню, мол, человечество в стагнации, а скоро и вовсе деградировать начнет.

– Интересное мнение, – задумчиво кивнул Гленн. – И чем аргументирует?

– Да много чем, всего и не упомнишь. Вот взять хотя бы твою Милашку.

– А что с ней не так?

– Все прекрасно. Отличная конструкция, надежная и достаточно мощная. Вот только морально устаревшая.

– Это новейшая модификация, десяти лет нет еще.

– Я не в том смысле. Ответь на простой вопрос: а чем она отличается от, допустим, той же «Беретты» М-95? Которая полтораста лет назад придумана и выпускалась более полувека?

– Как это чем? – Мак даже на мгновение дара речи лишился от изумления. – Тебе все нюансы объяснить? Или самые большие отличия?

– Ну давай хотя бы большие.

– Материалы – раз. Рамка пластиковая, ствол по ресурсу минимум втрое превосходит. Точность и кучность – два. Да элементарно патрон – унитарный, безгильзовый!

– И все?

– А тебе мало?

– Да. Я спрашивал, чем Милашка отличается от «девяносто пятой» принципиально. Понимаешь? А из твоей речи следует, что ничем. Такой же огнестрел, с таким же ударно-спусковым механизмом, с такой же автоматикой. Все одинаковое. Нет новой идеи, изюминки. В начале двадцать первого века прогресс шагал семимильными шагами, пардон за пафос. А после Контакта что? Все возжаждали халявы. Человечество разучилось фантазировать, потому что куда проще взять уже готовое решение, а не биться головой о стену. Мы застыли на месте. Поступательное движение прекратилось, развитие сейчас экстенсивное – мы занимаем и осваиваем все новые и новые миры, только бы не бороться с возникшими на старых проблемами. Мы нахлебники, иждивенцы.

– Суров твой папенька.

– Есть немного. И в чем-то он, несомненно, прав.

– Вот именно, что в чем-то. Но и не прав одновременно.

– Обоснуй.

– Элементарно. Я бы целиком и полностью с ним согласился, если бы не одно ма-а-аленькое обстоятельство, тебе прекрасно известное: мы сами, то есть Оружейники, являемся опровержением теории твоего уважаемого родителя. Не знаю, какое у тебя сложилось впечатление о нашей работе…

– Да пока еще никакого…

– Вот-вот. Короче, смысл нашей деятельности вовсе не в том, чтобы решить сиюминутные проблемы каких-нибудь фермеров с захолустной планеты. Мы охотимся за новыми, еще не освоенными людьми технологиями. Именно поэтому Грег выбирает наиболее примечательные случаи, а не перебивается тем, что поближе да без особых хлопот. Хотя на первый взгляд такая стратегия вполне бы себя оправдала – зарабатывали бы мы всяко больше.

– Ой ли?

– Я же сказал – на первый взгляд. Вот видишь, ты сразу суть уловил. Основной заработок идет именно с новых технологий. Даже если хотя бы один из десятка контрактов имеет подобный результат. Оно того однозначно стоит. А ты говоришь, не развиваемся! Еще как развиваемся! Потому и спрос есть на результат нашего труда!

– Не-а. Топчемся на месте уже которое десятилетие! – с удовольствием пригвоздил я Мака. А то разошелся, разве что руками у меня перед носом не машет. – Тебя ничего не смущает в твоем якобы доводе?

– Что еще?!

– Ключевое слово – охотимся. Не разрабатываем. Ищем уже готовое. А для человечества как расы это плохо. Это путь в тупик. Что и требовалось доказать.

– Ты и правда так думаешь?

Гленн резко остановился, так что я едва успел притормозить, и развернулся ко мне. Сузил глаза, но не от гнева. Скорее от реальной заинтересованности.

– Хм… как тебе сказать…

– Да говори уже как есть.

– По большей части да. Но считаю, что папенька, как это ему свойственно, немного преувеличивает масштаб бедствия.

– Может быть, может быть… – задумчиво хмыкнул Мак.

Судя по его виду, слова мои произвели должное впечатление.

– Умный мужик – твой старик, – подвел он итог после непродолжительной паузы. – Признаться, я и сам временами думал о том же. Только не мог сформулировать вот это все. Чтобы коротко и емко.

Ф-фух, пронесло. Сколько раз говорил себе – не поминай папеньку всуе, никогда ничем хорошим это не заканчивалось. Правда – она никому не приятна. Особенно горькая правда жизни. А Мак-то, шельма! Так успешно маскировался все это время!.. Сработаемся, однозначно сработаемся.

Окончательно разрядил обстановку вовремя вернувшийся из разведзабега пес – укоризненно уставился на нас огромными глазами и требовательно выдал:

– Вуф!

– Бадди, блин! – подпрыгнул Мак – к нему питомец подобрался аккурат со спины. – Не делай так больше! Все, Дэн, погнали, дела не ждут.

– Э-э-э… а куда, собственно, «погнали»?

– Ну… – задумался напарник на секунду, – сначала в самое логичное место – в мэрию. Или в ратушу, смотря что тут имеется.

– А на фига? Мы же вроде свидетелей должны опрашивать?

– А где ты их будешь искать? На улице народ останавливать и спрашивать: не видели ли вы что-то странное?

– Почему нет? – хмыкнул я.

– Потому что нерационально, – отрезал Гленн. – И вообще, урок дядюшки Мака номер три: если есть возможность установить контакт с официальными лицами, сделай это. Дабы потом было на кого сослаться.

– Ага, знакомый принцип.

– Ну-ка, ну-ка?

– Восьмое правило Финэйгла: «Работа в команде очень важна. Она позволяет свалить вину на другого».

На этот раз Мака пробрало конкретно – хохотал он несколько минут, не на шутку встревожив Бадди. Наконец, от нас даже какая-то пейзанка испуганно шарахнулась, и только тогда Гленн заткнулся. Утер скупую мужскую слезу и выдал:

– В самую точку! Все-таки занятная штука эта твоя мерфология.

– Суровая правда жизни.

– Ладно, пошли…

Гленн не договорил, обернувшись на подозрительный свистящий звук, да и я не удержался – скосил глаза на приближающийся… аппарат? Нечто летающее, однозначно, но точнее классифицировать эту шайтан-арбу я не сумел. Да и не очень-то хотелось, если честно. Куда сильнее было желание свалить с проезжей части и заныкаться в кустах, впрочем здесь отсутствующих как класс. Жутковато, ага. Того и гляди, рванет.

Загадочный аппарат застыл прямо перед нами, натужно гудя антигравом, боковое стекло неспешно погрузилось в дверцу, и на нас с Гленном уставился местный житель – паренек лет двадцати. Румяный, рыжий и улыбчивый. Все при нем – и некогда белая футболка с закатанными рукавами, и рабочий комбез из вездесущей джинсы, и даже травинка в уголке рта.

– Хай, парни!

– Привет, – хмыкнул я, опередив Макдугала.

Тот кивнул, отвечая на приветствие, и поспешил оттереть меня в сторону:

– День добрый. А не подскажешь, приятель, как до мэрии добраться?

– Впервые у нас? – понятливо ухмыльнулся паренек. – Давайте подброшу, мне не в лом.

Я с сомнением покосился на шайтан-арбу, но возразить не успел – Мак широко улыбнулся и без промедления ухватился за ручку задней дверцы.

– Не боись, долетим! – заверил словоохотливый абориген, уловив мою неуверенность. – Забирайся, с ветерком домчу.

Ага. Как раз это и напрягает.

– Бадди, ко мне!

А Мак, похоже, и тени сомнения не испытывает. Отчаянный парень. Одно непонятно – я-то почему должен страдать? Пришлось, всем видом выражая недоверие как к сомнительному транспортному средству, так и к водителю оного, забраться на заднее сиденье, чуток потеснив Бадди. Тот возражать не стал, хоть и оказался зажат между мной и весело скалящимся Маком. И даже сморщил морду в чудовищно миловидной ухмылке, заставив водилу-аборигена удивленно уронить челюсть. Надо отдать парню должное – оклемался он очень быстро и, как и обещал, поднял аппарат на пару метров над дорожным полотном и поддал газку.

Сразу же выяснилось, что внутри шайтан-арбы перемещаться не так уж и страшно – звукоизоляция хорошая, так что скрипы и свисты просто-напросто не слышны. К тому же салон сохранился куда лучше, чем внешняя обшивка, да и чувствовалось, что хозяин приложил к интерьеру руки – чехлы мягкие и пушистые, обивка на крыше целая и почти не пыльная, стекла все целы – что еще для счастья нужно? Разве что музыка в стиле кантри… Черт, сглазил! На динамиках, как оказалось, владелец шайтан-арбы не экономил – оглушило качественно.

– Парни, а вам в мэрию зачем?! – проорал водила несколько мгновений спустя, абсолютно без напряга пересилив магнитолу.

– С мэром хотим перетереть! – не отстал и Мак.

– А вот это вряд ли! У Мэра Смитти приемные часы до полудня!

Мне показалось, или «Мэр» – с большой буквы?! Весьма примечательный факт. Большой человек, видимо.

– А зачем он вам?! – не дождавшись ответа, продолжил допрос паренек. – Если по важному делу, могу подсобить!

– Не, мы сами! А дело у нас секретное! Хотим место под корпоративную базу присмотреть! Да только ходят слухи, что у вас тут неприятности какие-то начались!

– Врут! – уверенно отбрехался водила. – Все у нас путем! Но только Смитти в мэрии мы сейчас не застанем, он домой ушел, на сиесту.

– И когда вернется?

– Да кто бы знал! Может, через час, а может, и вовсе завтра!

Спасибо, добрый человек, обнадежил.

– А чего мы тогда туда премся?!

– Вы же сами сказали, что вам в мэрию надо! К тому же уже приехали!

С этими словами парень ловко притер шайтан-арбу у парадного входа в длинное приземистое здание, и вырубил движок. С музыкой заодно, за что ему отдельное спасибо.

– А где ваш Мэр живет-то? – предпринял Мак последнюю попытку прояснить ситуацию.

– Известно где – в Стаут-лодж. Миль тридцать к северу, ближе к Руинам.

– Не подбросишь?

– Рад бы, парни, но не могу. Если только через пару часиков.

– Спасибо и на этом.

Мак оперативно выпростался из салона, едва не выворотив дверцу, дождался нас с Бадди и елико возможно аккуратно закрыл салон.

– Пока, приятель. И еще раз благодарю.

– Да не за что! Бывайте!

Шустрый аппарат чуть приподнялся на антиграве и рванул с места в карьер, окатив нас подозрительно серой пылью. Я в сердцах ругнулся – отряхивайся теперь. Ладно я, вон Бадди больше всех досталось, аж расчихался, бедный. Очень у него это забавно получается: щеки вразлет, сопли и слюни во все стороны, да еще и башкой смешно вертит.

– Оклемались? Можно вас в приличное место вести?

– Так мы все-таки идем в мэрию? – удивился я. – Нет же начальства…

– А не пофиг ли? – отмахнулся Мак. Но, перехватив мой недоуменный взгляд, пояснил: – Не переживай, сейчас все устроим в лучшем виде. И вот тебе правило Мака номер четыре: незаменимых людей нет.

Не дожидаясь вопросов, Гленн неторопливо поднялся по широкой (и весьма представительной) лестнице к не менее широкой двустворчатой двери под дуб, лениво пихнул правую створку и скрылся в холле. Я рванул следом, не забыв кликнуть пса, так что мы почти не отстали. По крайней мере, беседу Мака с секьюрити (или это вахтер был?) застали полностью.

– Эй, мистер, вы куда? – подорвался с места объемный во всех отношениях детина средних лет, облаченный в форменную рубашку и брюки с лампасами.

От резкого движения кобура у него на боку смачно шлепнула по обтянутой штаниной ляжке, а шестиугольная фуражка свалилась с макушки на стол. Впрочем, помешать Макдугалу бесцеремонно протиснуться в рамку древнего металлоискателя он не смог – чревом за столешницу зацепился и рухнул обратно на стул. Безвинно пострадавшая мебель застонала сочленениями, но удар выдержала.

– Эй, а вы куда?!

Мы с Бадди, как более воспитанные господа, дисциплинированно застыли на месте, одарив стража недоуменными взглядами. И чего пристал? Раз идем, значит, надо. Простая логика. Да и Мак ждать не будет, ищи его потом по всей мэрии… однако разъяснить свою позицию обиженно сморщившемуся охраннику я не успел – Мак соизволил вернуться и поинтересоваться у секьюрити:

– А скажи-ка, любезный, кто из начальства есть в наличии?

– Эмм… а кто нужен?

– Да если бы я знал, то и не спрашивал бы, – хмыкнул Гленн.

Секьюрити, сраженный этим убийственным доводом, глубоко задумался.

– Ну, Мэр Смитти еще до обеда к себе на виллу усвистел…

– Да мы как бы в курсе. Еще кто-то есть?

– Э-э-э… шериф заходил с утреца.

– Парень, напряги мозг! – начал терять терпение Мак. – Давай вспоминай. Может, секретарша на месте?

– Это Дженни-то? Так она вместе с Мэром…

– Тьфу! Забудь про Мэра! Кто еще из начальства здесь обитает?

– Из начальства – никто.

– Ага! То есть не начальство – в наличии?

– Ну да. Том Аткинс, наш местный пустобрех. Типа наблюдатель от Корпорации. А он вам зачем?

– Пока не знаю. Как пройти?

Детина снова завис, переваривая столь противоречивое заявление, и в конце концов сдался:

– Второй этаж, левое крыло, самый дальний кабинет.

– Номер какой?

– Восьмой, но там все равно таблички нет.

– Большое спасибо.

– Эй, вы куда?! А пропуск?!

Гленн, проигнорировав это по большому счету справедливое требование, направился к лестнице, я же пожал плечами – мол, куда начальство, туда и я – и прошествовал мимо начинающего багроветь грозного стража. Чем я хуже напарника? Не будет же этот, смешно сказать, секьюрити в нас стрелять? Или будет?! Блин, уже лапу к кобуре тянет!

– Мак!

– А? – оглянулся тот, но предпринять ничего не успел: всеми забытый Бадди ловко замахнул на стол и увесисто изрек:

– Вуф!!!

Охранник перестал шарить граблей по бедру и застыл в нелепой позе.

– Р-р-р-р!!! – немедленно закрепил успех наш питомец.

Секьюрити побагровел еще сильнее и начал обильно потеть.

– Спасибо, Бадди! Сторожи! Дэн, не отставай.

– Мак, а на фига нам этот, как его… местный пустобрех?

– Он наблюдатель от Корпорации. Считай, официальный стукач. Собирает информацию обо всем: от рождаемости до урожайности местной дури. Работа у человека такая – вести статистику и затем оную анализировать, дабы скорректировать политику Корпорации в данной конкретной Колонии.

– И что же такой большой человек делает в этой дыре?

– А с чего ты взял, что он большой человек? Как раз мистер Аткинс – ярко выраженная мелкая сошка. Маленький винтик огромного, прекрасно отлаженного механизма. Отвечает за свой конкретный участок – Вилсонс-Хоуп. Передает информацию в столичный Центр, аналитикам. А те уже делают выводы. Но в чем-то ты прав. Для местных он большой человек, хоть и бездельник. С их точки зрения.

– То есть ты думаешь, что он обладает нужной нам информацией?

– Наверняка. Я даже уверен, что он кое-какими документами поделится по нашему профилю. А зная, что, где и когда стряслось, нам проще будет найти нужных свидетелей.

– А если он не захочет нам помогать?

– Бадди позовем. У него есть фирменный прием – «яйцехват».

Я почувствовал, как у меня вытягивается лицо. Ну и методы у моего напарника!

– Шучу! Не будем мы на него пса натравливать, просто морду набьем… А если серьезно – это в его интересах. Напомни-ка мне, кто разместил заказ на Бирже?

– Э-э-э… местное отделение «Джоунс Агрикалчурал».

– Вот именно! Корпорация. А он – ее служащий. Вот его кабинет, кстати…

Глава 3

Колония Пандора, Вилсонс-Хоуп, 6 сентября 2135 года, вечер

Ближе к вечеру, после трудов праведных и не очень, мы с напарником решили перекусить. Да и горло промочить не мешало бы – как оказалось, работа полевого агента подразумевала непрерывную болтовню с небольшими перерывами на перемещение от одного источника информации к другому. А их, спасибо мистеру Аткинсу, набралось довольно много. Другое дело, что ничего толком выяснить мы так и не сумели, но это уже камешек в огород Мака. Зато я достиг своей цели – получил четкое представление о работе оперативника объединения. И, надо сказать, мне это не особо понравилось – в детективах все обставлено куда увлекательнее. А тут рутина: стандартный перечень вопросов и такие же стандартные недоумевающие, но чаще мучительно силящиеся что-то припомнить пейзане. Так что не мудрено, что уже через пару часов я только и мечтал о кружечке холодного пива.

Радовал тот факт, что Макдугал придерживался аналогичного мнения. Разве что ответственность чувствовал, потому и упорствовал до последнего – я имею в виду, до последнего фермера, на которого дал наводку Аткинс. Но нет худа без добра – мистер Джеремайя Хопкинс проживал неподалеку от лучшего городского кабака, ибо относился к небольшой прослойке зажиточных хозяев и мог себе это позволить. Его и фермером-то назвать можно было лишь с натяжкой – скорее, владелец «заводов, земель, пароходов» – отдавал в аренду наделы менее удачливым коллегам, самостоятельно обрабатывая едва ли десятую часть угодий. И то, как он выразился, чисто для души.

– Вроде ничего так выглядит, – оценил Мак, когда мы добрались до вожделенного заведения. – По крайней мере, двери целые.

– Что, еще какое-то правило дядюшки Мака? – не удержался я от подколки.

– Именно, – кивнул тот. – Если у заведения целы окна и двери, то оно в девяти случаях из десяти относительно приличное. То есть сразу же бить не начнут. Да и пойло терпимое наверняка.

Любопытная градация. А я-то, по невежеству своему, привык оценивать степень «приличности» исключительно по фасаду да наличию швейцара… ну еще парковка крайне желательна. Но тут с последним компонентом полный порядок – вон целая площадка уставлена рыдванами типа незабвенной шайтан-арбы. Кстати, а не она ли вон там, с краешку, красуется?..

– Бадди, а ты что скажешь? – обратился Мак к главному эксперту по неприятностям.

Пес непринужденно прошествовал к дверям, посторонился, пропуская хорошо подвыпившего аборигена – тот его даже не заметил, да и на нас с Гленном никакого внимания не обратил, – принюхался и вывалил язык, закапав слюнями шипастый пластиковый коврик.

– Ага, все путем! – сделал вывод мой напарник и потянул ближайшую створку.

Развалившийся у входа на табурете вышибала – полностью аутентичный: в джинсе, остроносых сапогах и цветастой бандане – проводил рванувшего за Маком пса безразличным взглядом, вызвав у меня очередной разрыв шаблона – в известные мне приличные заведения животных обычно не пускали, – и снова принялся меланхолично жевать зажатую в зубах спичку.

Я пожал плечами – в чужой монастырь со своим уставом не ходят – и последовал за соратниками. Если уж начистоту, в подобных заведениях мне бывать как-то не приходилось даже в веселые студенческие времена. В Новооймяконске существовал свод неписаных правил, регламентирующих жизнь молодежных тусовок, так что без явного умысла на конфликт нарваться было проблематично. А тут кто его знает, что за порядки… вдруг как в старых вестернах – что ни вечер, то мордобой. Или того хуже – стрельба. Интересно, есть тут эти… как их – ганфайтеры? Не хотелось бы выяснять это на практике. Лишняя дырка в родной шкуре мне ни к чему.

– Чего жмешься, Дэнни-бой? – правильно понял мои колебания не в меру проницательный Мак. – Не боись, прорвемся. Вон, кстати, оч-чень неплохое местечко.

Проследив направление взгляда Макдугала, я с ним мысленно согласился – свободный столик практически в самом углу просторного зала выглядел весьма привлекательно.

– Пошли, Дэн, в дверях пива не нальют.

Весело ему. Следователь хренов. Я тут уже который час со скуки помираю, пятки чуть не до крови сбил, а он лыбится. Впрочем, повторного приглашения дожидаться не стал – грубый, но прочный на вид стул манил, обещая отдых натруженным мышцам. А Мак… да что Мак? Зол я на него. Вот что ему стоило не отпускать Энди? Конечно, мощный космокатер с возможностью выхода на орбиту использовать в качестве такси по меньшей мере странно, но ноги-то не казенные! С другой стороны, не усвисти мистер Чан в столицу в распоряжение Грега, лететь бы нам сейчас к ближайшему месту проявления аномалии. А это миль полста от города – пешком не добраться. Поэтому сидим, ждем. Час-полтора в запасе есть, что весьма радует.

– А тут неплохо, – хмыкнул Мак, – и тепло.

Это точно. Я хоть и облачился в куртейку (спасибо тому же Гленну), но все равно чувствовал себя на улице неуютно. Уже в разговоре с Аткинсом выяснилось, что в этих широтах сейчас середина осени, то бишь урожай уже убрали, но работы в полях еще достаточно, поэтому столпотворения в городе можно не ждать. И это плюс. С другой стороны, за свидетелями придется побегать – и это минус, как показала практика. Побегал – вспотел. Постоял – замерз. Повторить энное количество раз… Зато сразу оценил маленькие радости жизни: всего-то и нужно для счастья – опустить пятую точку на стул, расслабить натруженные ноги да наслаждаться теплом. Пивка бы еще…

– И пожрать бы не мешало…

– Мак, ты мысли мои читаешь?

– Нет, просто у тебя на роже мечты написаны большими буквами, – осклабился тот. – Смотри, какая штучка!

Я оторвался от созерцания столешницы, окинул зал безразличным взглядом и почувствовал, что расплылся до ушей – уж в чем в чем, а в девицах напарник разбирался. И вкус имел с моим схожий. Впрочем, справедливости ради нужно сказать, что на юную пейзанку стойку бы не сделал лишь закоренелый… хм… этот самый. Стройная, хоть и далеко не миниатюрная, светловолосая и на лицо весьма удачная. Плюс коротенькие шортики и оставляющая открытым живот жилетка. Джинсовые, естественно. И сапожки – до колен, с декоративными шпорами. Фермерская дочка в лучшем смысле слова.

– Что, Дэнни-бой, нравится? Таких у вас в больших городах не водится. Там все больше бледные да худосочные.

Поспорил бы, да лениво. Лучше на местную Мэри поглазеть.

– Эй-эй, напарник! – похлопал меня по плечу Гленн. – Смотри, Асти пожалуюсь.

– А она тут при чем?

– Хочешь сказать, ты ее еще не окучил? – округлил глаза Макдугал. – Не ожидал я от тебя такого, Дэнни-бой!

– Да иди ты!

– Ага! Значит, есть такие намерения!

Ну да, есть. Тем более Свен оказался не так страшен, как о нем болтали. С самой Астрид проблем куда больше, чем с ее заботливым папашей… но не орать же об этом на весь кабак?!

– Эй, красавица, ты не к нам ли? – переключился Мак на новый объект домогательств. – Мы с друзьями скучаем.

– Да? А я думала, вам и так хорошо! – не моргнув глазом, хмыкнула та, остановившись у нашего стола. Жестом волшебницы извлекла откуда-то из-за спины небольшой КПК, пробежалась пальцами по дисплею и глянула на Мака: – Что будем заказывать, мистер?

– Э-э-э… Мисти… – опередил меня Гленн. Тоже бейджик заметил. – Мы бы не прочь перекусить. Что порекомендуете? Чтобы сытно и без особой экзотики.

– Перечный стейк, мистер.

– Отлично. Большой перечный стейк… Два, – поправился Мак, наткнувшись на мой возмущенный взгляд.

– Вуф!

– Четыре стейка. Два гарнира, два пива. Тебе какое, Дэн?

– А какое есть?

– Светлое, темное, нефильтрованное, – без запинки перечислила Мисти. – С местной пивоварни.

– Темное, пожалуй.

– А мне светлого, – вновь перехватил инициативу Макдугал. – И нефильтрованного моему приятелю. Он предпочитает натуральный вкус.

– Вуф!

– Какой милый, – улыбнулась Мисти, ничуть не впечатленная голосовыми данными Бадди. – Только страшный.

– Р-р-р-р!..

– Не обижайся, песик! Одну минуту, господа.

Юная прелестница одарила нас улыбкой и удалилась к стойке раздачи, соблазнительно покачивая бедрами. Н-да. Хорошая девушка. Взгляда я от нее оторвать так и не сумел, пялился, пока она за стойкой не скрылась.

– Дэн, смотри-ка, кто тут! Вон, через три столика. Узнаешь?

Ну да, точно. Не зря мне показалось, что на стоянке шайтан-арба припаркована. Старый знакомый. Перекусить заскочил, как и мы.

Парень нас тоже узнал и отсалютовал вилкой с насаженным куском мяса. Я кивнул и снова расслабился в ожидании… э-э-э… пожалуй, ужина. Болтать ни с кем не хотелось. Разве что с Мисти…

– Ваш заказ, господа.

– Спасибо, красавица! – проявил такт Гленн, а я едва не захлебнулся слюной – настолько аппетитно выглядели румяные стейки на тарелках.

Неплохим контрастом им служила горка жареной картошки, да и крупно порезанные огурцы с помидорами радовали глаз.

– А это тебе, приятель. – Девушка поставила на свободный стул одноразовый пластиковый поднос с двойной порцией, и пододвинула угощение Бадди. – Только аккуратней, не хочу твои слюни с сиденья оттирать.

– Он постарается, – заверил Мисти мой напарник. – А можно еще миску ему? Под пиво.

– Хорошо. А ты забавный, – потрепала нимфа пса за холку.

Тот благодарно взвизгнул и попытался лизнуть ее ладонь, но Мисти проворно отдернула руку.

– Это лишнее! – погрозила она Бадди пальцем и переключилась на нас с Гленном: – Пиво скоро будет. Приятного аппетита.

– Мак, а расплачиваться как? – спохватился я. – Мы же валюту не меняли…

– Какую еще валюту? Мы в цивилизованном мире… относительно. Тут банковские карты принимают, так что не переживай. Жуй давай.

Как оказалось, мясо здешний повар готовить умел. Вся порция ушла влет, особенно под великолепнейший эль. Да и вообще, мне здесь все больше и больше нравилось. А что? Кормят отлично, девушки красивые, мужчины добродушные…

– Эй, Дэнни-бой, смотри, кто пожаловал!

Что я там насчет добродушных мужчин говорил? Это я со зла. Мужчины тут как и везде – к чужакам агрессивные. Особенно если оные чужаки их чем-то задели. А мы задели, да еще как! Ч-черт, вот только давешнего секьюрити из мэрии нам не хватало. К тому же мордоворот-охранник заявился с компанией. Угадайте с трех раз, что он сделает, осознав численное превосходство?

– Мак, может, свалим, пока не поздно?

– Вот еще! Бадди пиво не допил. Да и я бы от добавки не отказался.

– Ты уверен? – уточнил я, указав взглядом на свежеприбывших.

– Уверен. – И восхитился, перехватив взгляд секьюрити: – Смотри, как зыркает! Я уже боюсь!

Однако, вопреки собственному признанию, совершенно беспечно помахал недоброму знакомцу, отчего тот побагровел еще сильнее, чем давеча в мэрии, и оскалился. Потом принялся что-то втолковывать дружкам, то и дело тыча в нас пальцем.

– Мак, ну их на фиг, пойдем отсюда.

– Да ладно тебе, Дэнни-бой, – отмахнулся напарник и, повернувшись к охраннику, весьма похоже изобразил Бадди, разве что слюни не пустил.

Тот аж скривился и дернулся было в нашу сторону, но приятели его удержали и увлекли в противоположный конец зала, где и заняли первый попавшийся столик.

– Ха! Испугались.

– Мак?.. Ты думаешь, что творишь?

– Ага. Эй, красотка!

– Да, мистер? – остановилась пробегавшая мимо Мисти.

– Видишь вон ту компанию? С красномордым?

– Это с Микки? Конечно.

– Можешь передать им послание?

– Вам принести ручку и бумагу, мистер?

– Нет, просто на словах передай привет от Бадди.

– Хорошо, мистер.

Твою маму! Гленн, ну вот на фига?! Так хорошо сидели…

– Глянь-ка! Им понравилось!

Чтоб тебя, Макдугал! Я мысленно застонал – ну вот как в таких условиях не спалиться? – и подобрался, сжавшись в подобие пружины. Не лучшая идея – в расслабленном виде ожидать звездюлей. А их нам выпишут с избытком. Именно такое намерение читалось на лицах четверки, синхронно вскочившей со стульев, стоило лишь Мисти сказать пару слов. И быстрее всех к нам рванул униженный секьюрити.

– Мак, ты урод.

– Сурово, – хмыкнул тот, – и не совсем справедливо.

– Да пошел ты! – Однако делать нечего, ситуацию вспять уже не повернуть, так что я обреченно поинтересовался: – Как делить будем?

– Тебе вон те…

– Эй, мистер! – перебил Мака добравшийся до нас первым паренек стандартной для Вилсонс-Хоуп внешности – среднего сложения, лохматый, в неизменной джинсе и клетчатой рубашке. Остальные были ему под стать. Дресс-код местный, видимо. – Вы тут новенький?

– Допустим, – лениво процедил Мак. – А вас, господа, это каким боком интересует?

– Если мистер тут новенький, то он может не знать некоторых правил, – не дал сбить себя с толку переговорщик, – и это мистера спасает от крупных неприятностей.

– От этих, что ли? – с откровенно глумливой ухмылкой ткнул Гленн пальцем в секьюрити. – О да, действительно крупные!

Охранник дернулся, но двое приятелей его удержали, хоть и с трудом. Еще бы, такая туша!

– Э-э-э… я хотел спросить, не собирается ли мистер извиниться перед нашим другом? – довел тем временем мысль до логического конца говорливый паренек.

Я облегченно выдохнул – еще не все потеряно! Все-таки нормальный тут народ, что бы там Мак ни втирал про реднеков. Вменяемый. Вполне можно миром разойтись.

– Чего это? – удивился Гленн. – Я не виноват, что он настолько труслив. Эй, Бадди, помнишь крестника?

– Вуф!

– А мистер не пожалеет о своих словах?

– Мистер? – задумался Мак. – Нет, вряд ли. Или вы мне угрожаете?

Переговорщик недобро прищурился.

– Нет, правда?! – изумился мой напарник. – Ну вы, ребята, даете! Я испугался, правда-правда. Одна надежда на друзей. Уж они-то меня в беде не бросят!

– То есть мистер не желает отвечать за свои поступки? По-мужски отвечать?

– Кому отвечать? Тебе, что ли? Да мой приятель один вас всех порвет.

– Похоже, мистер не понимает…

Договорить парню не дал окончательно рассвирепевший секьюрити – издав невнятный рык, он от души грохнул кулаком по столешнице, отчего практически опустевшая посуда жалобно задребезжала, а мы с Маком как по команде вскочили на ноги, опрокинув стулья, и прыгнули в разные стороны. Совершенно рефлекторно, без предварительного сговора. А посему и в распределении противников винить мне оказалось некого – переговорщик достался Макдугалу, его соседом занялся Бадди, а на мою долю пришлись разъяренный охранник и щуплый мужичок в традиционном облачении, дополненном бейсболкой с символикой какого-то спортивного клуба. Я еще успел подумать, что разобиженный секьюрити, на наше счастье, не при исполнении, раз переоделся, и, мысленно плюнув на конспирацию, встал в классическую боксерскую стойку.

Так получилось, что действовать я начал одновременно с Бадди, о чем свидетельствовал роскошный вой – не иначе наш питомец применил фирменный прием «яйцехват». Скользнул к охраннику, выбросив стандартную «двоечку», добавил левой по печени и завершил комбинацию левым же крюком в челюсть. Не ожидавший такой прыти детина пропустил всю серию и начал медленно оседать на подломившихся ногах, а я занялся его подельником, отпрыгнувшим чуть назад, и достал его бэкфистом. Получилось очень удачно – удар пришелся точно в челюсть сбоку. Время услужливо замедлилось, как и бывает обычно в таких случаях – этакий слоу-моушен, только не на киноэкране, а в реальности, – и я прекрасно рассмотрел брызги крови и выбитый зуб. Однако долго наслаждаться эффектом не получилось: уловив на периферии зрения неуверенное движение, я развернулся обратно к охраннику – крепкий, чертяка! – и добил того правым хай-киком, хорошенько вложившись. Этого оказалось достаточно, и детина рухнул как подкошенный. Я едва успел отскочить, а то бы придавило.

Оказавшись в относительной безопасности, окинул поле боя оценивающим взглядом и удовлетворенно хмыкнул: «наши» победили с разгромным счетом. Бадди застыл в характерной стойке возле поскуливающего парня, зажимающего причинное место – насчет фирменного приема я угадал; а Мак как ни в чем не бывало шагал к оторопевшей Мисти. Рассчитаться, что ли, решил? Было бы недурно. Вряд ли получится тут еще посидеть – вон как завсегдатаи косятся. Все-таки чужаки отметелили местных парней, должен сработать закон «наших бьют». Или я ничего не понимаю в этой жизни.

Кстати, троих из четверки мы обработали весьма качественно – все они, включая противника Гленна, пребывали в полном отрубе. Жаль, не видел, как Макдугал со своим разделался. Хотя, судя по начальной фазе движения, мог и с локтя отоварить.

– Дэнни-бой, чего застыл? Погнали.

– Куда?

– Воздухом подышим, – усмехнулся Мак. – Мне тут Мисти по секрету шепнула, что хозяин заведения не в восторге от драк в общем зале. Предпочитает выпроваживать буянов на улицу. Прикинь, там даже специальную площадку на парковке оборудовали!

– Иди ты!

– Серьезно. Все, пойдем, пока эти не оклемались. Бадди, за мной!

Сопровождаемые скалящимся псом, мы прошествовали к дверям. Можно сказать, нежась в лучах славы, то бишь неприветливых взглядах местных жителей, но оставили сей прискорбный факт без внимания. Сразу бить нас не стали – уже хлеб. А на улице мы наверняка на одном месте торчать не будем: первый закон любой драки – закончил дело, линяй с места побоища. Не думаю, что Мак его проигнорирует.

Собственно, так и вышло – оказавшись за пределами заведения, мы в среднем темпе, чтобы, не дай бог, не показать, что торопимся, двинулись вдоль парковки в сторону мэрии, но далеко уйти не успели – кто-то нас окликнул:

– Эй, парни! Подождите!

Я мысленно чертыхнулся, но все-таки обернулся на голос, как и Мак.

– Чего, интересно, ему нужно? – удивился напарник, рассмотрев преследователя.

Им, как ни странно, оказался рыжий водила шайтан-арбы.

– Понятия не имею! – отбрехался я, но на всякий случай шаг замедлил.

В самом деле, не кинется же он на нас! На нашей стороне численный перевес, причем весомый: три к одному.

– Парни! Уф, еле догнал! – выдохнул рыжий и от души хлопнул меня по плечу. – Молодец! Так уделать Толстого Микки! Респект!

– Да ладно, чего уж там!.. – смутился я.

По большей части из-за того, что едва удержался от удара. Слишком уж хорошо вколотил в меня рефлексы незабвенный тренер дядя Коля. Как наяву его совет слышу – сначала бей, разберешься потом. Вот такая у него жизненная философия. А еще он говорил, что лучше оказаться в суде, чем в могиле. И частенько добавлял, что в суде оказываются или идиоты, или безногие.

– Не скромничай! Его компашка всех уже достала, никакой управы. Еще бы – любимчик Мэра Смитти, – скривился рыжий и протянул мне руку: – Джерри.

– Денис… э-э-э… Дэнни, – ответил я на рукопожатие.

– Гленн, – представился в свою очередь мой напарник. – Можно просто Мак. А это Бадди.

– Очень рад, парни! Вы куда сейчас?

– Да так, по делам, – отмахнулся Мак. – А что?

– Может, подвезти? До аэровокзала не близко.

– Да мы туда пока не собираемся… Думаешь, будут мстить?

– Эти-то? Конечно, будут. Потом, когда оклемаются, – усмехнулся Джерри. – Но вы внимания не обращайте. Я просто подумал, что, раз вы в гостиницу не заселились, значит, вечером уедете.

– Было такое намерение, – не стал скрывать Гленн. – Но нам сначала еще кое-куда заглянуть придется. Только пилота дождемся.

– А зачем ждать? Давайте подкину.

– Уверен?

– Угу. Все равно делать нечего. А за роскошное шоу и расплатиться не грех, особенно услугой.

Вот и еще одно опровержение Маковой теории про реднеков – вполне себе правильный паренек. С таким дружить – одно удовольствие. Да и порасспросить бы не мешало – сразу видно, любит языком потрепать.

– Так куда вам?

– На ферму Джоша Хорнетта. Знаешь, где это?

– Конечно! – кивнул рыжий. – Только непонятно, что вы там забыли. Особенно в свете некоторых, э-э-э, обстоятельств…

– Каких еще обстоятельств?

– У Джоша спросите, – пошел на попятный Джерри. – Не хочу сплетничать. Да только никто из наших с ним связываться в последнее время не горит желанием… Или вы как раз по этому поводу?!

Тьфу, гений аналитики! У нас на лицах написано, что мы аномалиями интересуемся?

– Точно! – убежденно заявил рыжий. – Не зря вы народ целый день про эту гадость расспрашивали. Одно не пойму – вам это зачем?

– Работа такая, – вздохнул Мак, даже не попытавшись опровергнуть попавшее в точку предположение.

– Так вы из корпоративной охранки?

– Угу.

А что? Нормальная отмазка. Да и обстоятельства в пользу этой версии говорят. Чего только наш визит к мистеру Аткинсу стоит. Так что, будем считать, обошлись малой кровью – хоть и запалились, но без подробностей.

– Миль пятьдесят в один конец, – задумался тем временем наш новый знакомец. – Ладно, раз сам предложил… загружайтесь.

– Спасибо, Джерри, – проявил такт Гленн. – Бадди, запрыгивай!

Внутри шайтан-арба ничуть не изменилась, впрочем, как и внешне. Правда, на этот раз мы с Маком устроились на заднем сиденье, загнав пса на переднее пассажирское кресло. Рыжий, оценив впечатляющий поток слюней, вздохнул и подложил под морду Бадди какую-то тряпицу, проигнорировав ленивое «р-р-р!..» и потрепав страдальца по холке. Затем врубил движок, приподнял аппарат на антиграве и с лаконичным: «Пристегнитесь!» – рванул с места в карьер.

Перегрузкой нас с Гленном вжало в спинки кресел, но вскоре катер вышел на установившийся скоростной режим, и немного полегчало. Я поспешил воспользоваться советом водилы, с трудом защелкнув замок примитивной сбруи, потом отдышался и поинтересовался у напарника, проигнорировав чужие уши:

– Ну и на фига ты все это устроил? А, Мак?

– А ты еще не понял? – заломил тот бровь.

– Только не говори, что для развлечения.

– И это тоже, – хмыкнул напарник. – Но было еще как минимум две причины. Первая весьма проста – посмотри на реакцию Джерри.

Водитель оглянулся, услыхав свое имя, но сразу же сосредоточился на управлении – слишком уж шустро несся престарелый экипаж, чтобы отвлекаться на пустопорожнюю болтовню.

– И что дальше?

– Как что? Мы взгрели самую крутую местную компашку. И теперь остальные аборигены нас если и не уважают, то как минимум опасаются задирать. Что несомненный плюс. А еще я хотел тебя проверить.

– Ну и как, проверил?

– Проверил. И утвердился во мнении, что ты скрываешь от своего наставника кое-какие специфические навыки. Но наставник далеко не дурак, он сразу кое-что заподозрил. Вот только вывести тебя на чистую воду случая не было.

Вот так. Спалился, как есть спалился. Теперь Мак с меня живого не слезет, пока всех подробностей не выпытает.

– Ты где так драться научился?

– В универе. Занимался виртбоксингом.

– И ты хочешь, чтобы я поверил в эту сказочку? – оскорбился напарник. – Как ты сумел получить практические навыки в виртуальной показухе? Никак. Вывод – ты пытаешься обмануть дядюшку Мака. А дядюшка Мак этого не любит.

– Я серьезно.

– Тогда ты уникум.

– Нет, просто у моего тренера подход к тренировочному процессу был специфический. Дядя Коля считал, что без полноконтактных спаррингов и в виртуалке делать нечего. Так что гонял нас со знанием дела.

– И ему это позволяли? В универе?!

– Специфика Нового Оймякона, – пожал я плечами, – у нас на многие вещи смотрят сквозь пальцы, особенно всякие ограничения якобы жестокости. Чисто номинально законы приняты и вроде бы действуют, по факту же всем пофиг.

– Везет вам. У нас на Нова-Скоттии, куда ни плюнь, всюду в какого-нибудь либерала или борца за права меньшинств попадешь. Или в защитника детей от их родителей и окружающей среды.

– Сочувствую.

На этом разговор заглох, и оставшиеся минут десять полета мы провели в молчании. Я даже пожалел на секунду, что Джерри не стал врубать свое любимое кантри – видать, учел нашу утреннюю реакцию. Зато компенсировал временное неудобство кругом почета над фермой Джоша. Учитывая, что местное светило было еще довольно высоко, рассмотреть окрестности удалось в подробностях. Зрелище не впечатлило – типичные предгорья. Как это обычно и бывает на подобных границах, довольно ровные поля сменялись хаотично разбросанными холмами и самыми натуральными скалами, кое-где изрезанными оврагами. А уже миль через пять-шесть начинались полноценные горы – невысокие и, судя по форме отдельных каменюк, порядочно изъеденные ветровой эрозией.

– Парни, я вас в усадьбе высажу? – обернулся к нам Джерри, помаленьку снижая аппарат.

– Давай, – не стал спорить Гленн.

– Мак, а ты почему Джошу не позвонил?

– Хочу посмотреть на его естественную реакцию, – пояснил напарник, пожирая взглядом приближающийся комплекс построек. – Когда клиента заранее предупреждаешь, у него есть время выработать стратегию. И очень часто в результате информация искажается. Правило дядюшки Мака номер… следующий: если есть возможность, всегда действуй неожиданно. Запомнил?

– Да, сифу.

– Не ругались бы вы, парни, – встрял Джерри, что, впрочем, не помешало ему с филигранной точностью примостить шайтан-арбу в непосредственной близости от большого фермерского дома. – Приехали. Вас подождать?

– Не надо, – помотал головой Гленн, – свой транспорт вызовем.

– Как скажете. Но я все равно пока постою – вдруг Джош умотал куда.

– Давай. Дэн, Бадди, на выход!

– Повезло вам! – оживился водила и ткнул пальцем в направлении какого-то то ли ангара, то ли сарая. – Вон Джош, сам вылез. Так что бывайте.

– Пока, Джерри! – Гленн выпростался из салона и уставился на приближающегося хозяина фермы. – Бадди, слюни подбери. Мы в гостях. Дэн, чего копаешься?!

– Да уже, уже! – огрызнулся я и захлопнул дверцу со своей стороны салона.

Джерри только этого и ждал – тут же приподнял машину на антиграве, едва не своротив меня стабилизатором, и помчался, если не ошибаюсь, в направлении Вилсонс-Хоуп, на прощанье оглушив нас ревом клаксона. Бадди аж присел от неожиданности, но быстро сориентировался и проводил нашего нового приятеля сердитым «В-вуф!!!».

– Торопыга! – прокомментировал отбытие Джерри подошедший к нам владелец фермы. – И где вы его только подцепили? Джош.

– Гленн Макдугал, – пожал ему руку мой напарник. – Это Дэнни, а это Бадди.

– Польщен. Весьма. Кстати, чем обязан? Мистер Аткинс так толком и не объяснил.

Вот и накрылась медным тазом шитая белыми нитками хитрость Мака. Зато фермер мил и дружелюбен. А ведь он не похож на человека, который будет ручкаться с мутными типами, невесть зачем забредшими на его территорию. Я Джоша в подробностях рассмотрел, пока тот разыгрывал ритуал знакомства. И даже готов в чем-то согласиться с Маком – Вилсонс-Хоуп и впрямь вотчина реднеков. И наш собеседник лучшее тому подтверждение. Прямо-таки хрестоматийный тип: в возрасте, седой, с продубленной на ветру и солнце (то есть местной звезде) кожей. Ликом суров, фигурой объемен, но не так, как давешний секьюрити, – чувствуется, что мощью не обделен. И облачен, в отличие от прочих опрошенных сегодня нами пейзан, не в джинсу, а в заношенный комбез, какие предпочитают техники всех мастей. Подозреваю, что какой-то армейский образец. На ногах добротные ботинки, под расхристанным комбинезоном – стандартная для этих мест клетчатая рубаха, на голове донельзя замызганная бейсболка с символикой военно-космических сил какой-то Корпорации. Н-да, значит, угадал насчет армейского. Мистер Хорнетт, видать, тертый калач. И, если бы не любезность Тома Аткинса, не видать нам беседы с важным свидетелем как своих ушей. На пушечный выстрел нас Джош к владениям не подпустил бы. Вернее, на револьверный – вон на боку кобура красуется. И живет в ней, если не ошибаюсь, «штайер-бигхорн» – весьма своеобразная модель, с расположением ствола у нижней каморы барабана и дополнительным ребром жесткости поверху. Этакий уродец, широко известный в узком кругу профессиональных военных феноменальной надежностью и точностью боя. По крайней мере, Милашке в этом отношении сто очков вперед даст. Я с этим монстром в тире ознакомился, куда меня в свое время гонял тренер дядя Коля, мотивируя гармоничным развитием личности, так что в предмете разбираюсь.

– Нас интересуют аномалии, – тем временем раскололся Гленн. – У вас ведь из-за них неприятности?

– Хм… А Том – болтун.

Это точно. Том запел сразу же, как узнал, чего ради мы в Вилсонс-Хоуп заявились. Даже угрожать не пришлось – прав оказался Мак насчет его кровной заинтересованности в разрешении кризиса.

– Это его работа, – пожал плечами Макдугал. – Так мы обратились по верному адресу?

– А вы кто? Я имею в виду на самом деле?

– Оружейники, – не стал шифроваться Мак. – На контракте с Корпорацией. Взяли заказ на избавление вас от неприятностей.

– Это хорошо, – кивнул Джош. – Пустобрехи из охранки один шиш ничего не выяснили. Может, хоть у вас получится.

– Хотелось бы надеяться. Так что вы нам можете рассказать, мистер Хорнетт?

– Может, в дом пройдем? Элем угощу.

– Заманчиво, но времени нет. Хотелось бы до темноты побывать на месте проявления этой… э-э-э, странности. Это возможно?

– Почему нет? Только топать далековато. Извините, подвезти не смогу – утром у «старушки» волновод накрылся, а новый обещали доставить только через три дня. Модель старая, – несколько смущенно пояснил Джош, – почти как я.

Что есть, то есть – из ангара неподалеку торчал нос практически убитого на вид аппарата; куда там шайтан-арбе Джерри…

– Хотя могу лошадей предложить, – оживился фермер.

– Нет уж, спасибо, – поспешно отказался Мак. – Лучше на своих двоих. Надежнее, по крайней мере. Идемте?

– Пошли потихоньку. Нам туда, к плантации хмеля.

– А вы вообще чем занимаетесь? – поинтересовался для затравки Гленн, едва поспевая за размашисто шагающим фермером. – Я гляжу, в округе сельское хозяйство развито.

– Ага. Фермерствуем помаленьку в свободное время, – подтвердил Джош. – Злаки, кое-какие овощи, хмель вот – эль варю. Солод с ячменем, правда, приходится на стороне закупать, но я еще и пшеничное пиво делаю. Не хотите оценить?

– Обязательно заценим, – уверил мой напарник. – Но потом. Дело прежде всего.

– Это правильно. О чем бишь я?.. Да. Овец в окрестностях разводят, а у Майка, соседа моего, еще и стадо неплохое – всю округу стейками снабжает. Работы хватает, в общем. И заработать можно. Если бы не эта чертова напасть!..

– А вот об этом – поподробнее, – оживился Мак, отпихнув вертящегося под ногами пса. – Бадди, фу!

– Да чего там подробнее!.. – скривился Джош. – В прошлом месяце пришла беда откуда не ждали. Сначала грешили на шайку Ушастого Ника – они Руины обшаривают, ищут всякие занятные штуки. Вот мы и подумали, что они ненароком какую-нибудь гадость активировали. Но те все отрицают, даже шериф ничего выбить не смог. Нам сказал, что у них это, как его… алиби.

– Так в чем гадость-то заключается?

– Никто не знает, – развел на ходу руками фермер. – Зато следы оставляет впечатляющие. Вы когда-нибудь свежевспаханное поле видели?

Мы синхронно угукнули.

– Вот примерно такая же картина. С одной особенностью – перемолота не только земля, но и камни, пластик и даже железяки. У меня сараюшка прахом пошла. Я думал, хоть инвентарь какой откопаю – куда там! Одна дробленка. В пыль просто перемололо. Только по цвету и отличишь, где что. Да, магнит еще помог – железные опилки к нему липнут. Потому и определил, что все мои грабли-лопаты хрень неведомая испортила. Сначала-то подумал, что кто-то пораньше меня успел, спи… уволок, в общем.

– Интересно… – глубокомысленно кивнул Макдугал. – Дэн, а ты что думаешь?

– Я-то? Да так, о всяком… пивка бы, например, неплохо выпить.

– Я серьезно.

– А я нет. Сам-то что можешь сказать? Про пиво не прокатит.

– Э-э-э… мистер Хорнетт? Может, у вас есть какие-нибудь предположения? – технично отмазался напарник.

– Да без понятия, говорил же уже! – отмахнулся фермер.

– Может, монстр какой местный? – не сдавался Мак.

Он, кстати, эту версию уже неоднократно озвучивал в беседах с другими свидетелями. Угадайте, что они ему ответили?

– Да отродясь тут монстров не бывало, – глянул Джош на Гленна, как на сумасшедшего, – никого крупнее горных барсов не видел, сколько лет уж тут живу.

– То есть подземных тварей точно нет?

– Да кто же знает? – пожал плечами наш собеседник. – Тут столько загадок, что целой жизни не хватит. Зря, что ли, наш мир Большой Неприятностью прозвали?

– Ага, так и запишем: свидетель не исключает возможности наличия реликтовой формы жизни, – прогундел себе под нос Мак. – Чего ржешь, Дэнни-бой?

– Смешно.

– Кому как. В моей практике, между прочим, бывали похожие случаи…

– Эй-эй, парень, охолони! – возмутился фермер. – Давай без баек охотничьих. Нет тут монстров. Даже если и есть что-то, то наверняка из Наследия Предтеч. Тут какой только гадости не находят. И активируют не глядя. Идиоты, что с них взять. Тот же Ушастый Ник, чтоб ему!..

– Вы хотите сказать, мистер Хорнетт, что и раньше что-то подобное было? – ухватился я за последнее утверждение Джоша. – В более скромных масштабах, разумеется?

– Ну… – задумался тот. Даже затылок почесал, сдвинув бейсболку на глаза. – Если тому же Нику верить, находил он что-то такое в Руинах. Канавы подозрительно ровные, сглаженные участки, стены, будто в пыль рассыпавшиеся. Но если бы кто всерьез попал, я бы знал. Да что я, вся округа бы гудела. Не было ничего до прошлого месяца, уверен.

– А из Наследия? Может, какой-нибудь артефакт по схожему принципу действовал? – не отставал я. – Вспоминайте, мистер Хорнетт. Любые слухи, байки, да что угодно!

– Да бог его знает… Вам бы самого Ника спросить.

– Некогда, – встрял Мак, – мы сейчас на месте осмотримся да назад рванем.

– Уж больно ты шустрый, парень, – ухмыльнулся Джош. – Да нам еще не меньше часа шагать. Так что на легкую прогулку не рассчитывай.

– Ч-черт… а что вы там про лошадей говорили?

– Я не умею верхом. Вызывай Энди, – спешно уточнил я.

– Придется… – вздохнул Гленн. – Джош, а точно далеко идти?

– Точно. Это вон там, у самых гор.

Н-да. По-моему, старик был излишне оптимистичен насчет часа…

– Что за?.. Связи нет.

Я задумчиво покосился на свой инфор – так и есть, перечеркнутая картинка антенны. Даже не поленился основной дисплей активировать, тот, что на ладонь проецируется – работает машинка. Вот только не позвонишь. Хмыкнул, обвел взглядом окрестности – вроде никаких преград, да и облачность не самая сильная. Должен сигнал спокойно до орбиты добивать, до основного передатчика на борту «Молнии», что служил ретранслятором.

– Мак, а такое раньше бывало? – все же поинтересовался я.

Вдруг штатная ситуация, чего тогда волноваться?

– Да частенько, – не стал скрывать Гленн. – «Молния» на виток ушла, она же не на стационаре. Подождать чуток, у нее период витка должен быть порядка часа.

– Что, сынки, до своих докричаться не можете? – понимающе хмыкнул Джош, до того прислушивавшийся к нашему разговору. – Это нормально. Да, сэр. Вон там, – кивнул он на далекие развалины, – какая-то гадость временами резвится. Если и у меня мобильник не берет, то однозначно она. Ну вот, что я говорил?

Обшарпанный смарт фермера красовался, как и наши инфоры, характерной мигающей пиктограммой.

– Занятно… – протянул я. – Получается, перекрыт довольно большой диапазон волн – инфоры по принципу спутниковой связи работают, а мобильник уважаемого Джоша к сотовой сети подключен. Разницу улавливаешь, Мак?

– Более-менее.

– Представляешь, насколько мощным должен быть источник помех?

– Думаешь, тут еще и магнитная аномалия? – задумался Гленн. – Естественная?

– Да ладно вам, парни! – влез в наш треп фермер. – Не грузитесь. Время подходит, вот и все. Минут через пятнадцать такое увидите, что внукам рассказать не постесняетесь.

– Какое-то атмосферное явление? Северное сияние?

– Не знаю, о чем ты, сынок, но на небе форменное светопреставление начнется, – подтвердил мою версию Джош.

– Ч-черт!

– Дэн, под ноги смотри! Бадди, а ты не вертись, лапы отдавлю!

Да смотрю я, смотрю. Просто темнеть начало. И днем-то не особо светло было, я бы даже сказал, пасмурно – но это особенность местной атмосферы. А сейчас вообще хмарь какая-то, как будто туман сгущается. Да еще корни, чтоб их… Убрели-то мы уже довольно далеко, оказывается, – построек не видно, да и отроги горные заметно приблизились. Из-за них еще такой эффект – светило за хребтом потихоньку скрывается. Эх, поплутаем мы тут, чует мое сердце… Одна надежда на Джоша – он местный, должен округу как свои пять пальцев знать.

– Далеко еще?

– Вон за тем холмом распадок удобный, по нему вверх, до террасы, – прикинул фермер. – Ну да, с полчасика.

– Ты это как раз полчаса назад говорил, старик! – хмыкнул Гленн. – Если заблудился, так и скажи.

– Ты позубоскаль еще, парень! – не повелся проводник. – Скоро придем.

– Да ладно, верю, верю! – тормознул Мак. – Ну-ка, что со связью? Ага, ничего… Значит, проблема не в «Молнии», она уже с гарантией над нашим полушарием.

– А я что говорил? – усмехнулся Джош. – Никуда ваш Энди не денется. Заберет с точки, когда свистопляска закончится.

– Хотелось бы верить… Эй, Дэнни-бой, ты фонарик взял?

– Не-а.

– И я не взял. Не рассчитывал, что пешком придется идти.

– Да ладно вам, парни, есть у меня чем подсветить, – буркнул фермер. – Да и стемнеет еще не скоро, часа через два. А до того просто хмарь будет, чуток сероватая. Так что ноги не переломаем.

– Уверены, мистер Хорнетт?

– Ты, малец, меня за идиота держишь? Повел бы я вас в е… эти самые, в сумерки? Я себе не враг.

А вот это довод. Местный обитатель не мог о таких вещах не подумать. И раз не постеснялся в горы лезть вечером, значит, в своих возможностях уверен.

– К тому же здесь тропинка хоженая, освещение автоматически врубится, когда стемнеет, – добил меня Джош. – Вон видишь, торчат лампочки?

Действительно. А я и внимания не обратил – вдоль тропки кто-то (наверняка сам фермер) навтыкал с промежутком в несколько метров светильников в виде грибов – чтобы освещали строго землю, а не глаза слепили. Толковая вещь. У нас на Новом Оймяконе обычно в садах дорожки так оформляли. К тому же фонарики хитрые, на солнечных батареях.

– А вот на месте могут проблемы возникнуть, – продолжил Джош. – Та сволочная аномалия вообще все пережевала, даже панели осветительные. И самый маленький светодиод не пожалела. Но на этот случай я нормальный фонарь припас. И пакетики пластиковые – вдруг вам пробы взять приспичит?

– Это обязательно, – кивнул Мак, – без пакетиков я вообще никуда.

– Не пригодятся, значит? Жаль, – огорчился фермер. – Я в них семенной хмель фасую, но по телику видел – у детективов такие же.

– Спасибо, сэр. Своими обой…

Не договорив, Гленн завороженно уставился на небо. Впрочем, я тоже к нему присоединился, едва лишь мазнул взглядом по своду над головой – там творилось нечто трудноописуемое. Джош правильно сказал – натуральное светопреставление. Вот только с северным сиянием здешнее явление внешне не имело ничего общего.

– Красиво… – задумчиво протянул Мак, не отводя глаз от мельтешащих над древними развалинами световых пятен.

Лучше и не скажешь. Самое настоящее шоу, вроде того, что у нас в Новооймяконске ежевечерне устраивают у главной телевышки. Только там обычные прожекторы работают, а здесь… фиг его знает что. По крайней мере, лучей не видно: такое впечатление, что светится сам воздух. Причем очень избирательно – пятна на редкость правильной формы, круги и овалы разной степени вытянутости, да еще огненные росчерки, как выстрелы газовых лазеров. Все это в комплексе давало ту еще мешанину, особенно с учетом ядовитых оттенков, но в целом на северное сияние не тянуло – не было треска и всполохов. К тому же временами чудилась некая упорядоченность в круговороте абстрактных узоров, вроде как ухватывало подсознание небольшое сходство. На уровне ощущений; мозг вычленить одинаковые участки был не в состоянии. Если они вообще имели место.

– И давно это тут? – тронул я за плечо Джоша, задумчиво косящегося на предгорья.

– Да тоже с месяц, – прикинул тот. – А раньше пожиже да побледнее было, я бы даже сказал, жалкое подобие нынешней роскоши, чтоб ее.

А ведь начинает кое-что проясняться, как бы Мак ни прибеднялся! Наверняка ведь тоже некоторые нюансы оценил, вон как осклабился. Правда, в небо таращиться не перестал, даже головой принялся вертеть – угла обзора не хватало, чтобы всю панораму захватить. Такое ощущение, что на все полушарие эта штука светит… есть!

Мозг наконец сумел справиться с лавиной визуальных образов, и я понял, что именно это все напоминало. Обычный детский калейдоскоп. Отсюда и мнимая упорядоченность – отдельные участки небосвода как бы отражались друг в друге. Занятно. К тому же явление очень напомнило одно старинное устройство… но выводы пока делать рано. Надо бы кое-какую информацию поднять, местный кластер Ноосферы пошерстить – наверняка в здешнем «пандоратьюбе» множество видеороликов скопилось. Посмотрим, проанализируем, а там, глядишь, и нарисуется удобоваримая версия. И, думается, все же придется наведаться во вторую точку, указанную Грегом. Если и там отыщутся схожие симптомы…

– Эй, Бадди, ты чего? – охнул я, наткнувшись взглядом на пса.

Наш питомец выглядел откровенно встревоженным: глаза как блюдца, нос трепещет, шерсть на холке дыбом, и даже слюни не капают. Из груди рвется глухое ворчание – еле слышное, но пробирающее до костей. У меня аж холодок по спине пробежал. И взгляд – немигающий, зловещий, в сторону развалин. Мы их, кстати, по левому боку оставляли, когда шли.

– Мак, это нормально? – переключился я на более опытного товарища и прямо-таки оторопел: тот, не говоря худого слова, зыркнул на Бадди, и пес, будто только этого и ждал, рванул прямо вперед, как раз к обещанному не так давно Джошем распадку, перпендикулярно направлению взгляда.

– Дэн, твою маму, не тормози!!! Мистер Хорнетт, вас тоже касается!

Предельно коротко и отменно неясно. Однако же памятуя о разрекламированной неким Гленном Макдугалом способности Бадди чуять неприятности седалищным нервом, возражать я не стал и помчался следом за псом, взявшим с места нехилый старт. Старик-фермер чуть замешкался, но, впечатленный нашей прытью, потрусил следом, сразу же порядочно отстав.

– Мак?!

Тот на бегу отмахнулся, сосредоточенно всматриваясь под ноги, и я решил довериться напарникам – лучше уж быть взмыленным, как лошадь, нежели немножко мертвым. Или покалеченным. Встречаться с неведомой угрозой, особенно в свете недавно открывшихся фактов, мне совершенно не улыбалось. Очень уж живо Джош следы аномалии описал.

Хотя с чего я решил, что дело в аномалии? Может, Бадди почудилось что-нибудь, или этот, как его… горный барс поблизости ошивается, раздражает чувствительного пса запахом хищника. Вариантов множество. Просто не по чину мне игнорировать прямой приказ старшего по званию. А что? Мак реально старше по званию – нашивки мастера-рейнджера кроют стажера-аналитика с большим запасом… Ч-черт, куда это меня понесло? От страха соображать перестал, что ли?

Вообще-то и не начинал еще, если честно. Воспринимал полевой выход как интересное приключение, прикидывался валенком, периодически помогал Гленну в опросах пейзан и практически не отсвечивал. Ибо не фиг. А теперь чисто по инерции продолжил подчиняться без раздумий, чего за собой не припоминаю. Раньше однозначно такого не было. Даже тренер дядя Коля в свое время решил, что проще объяснить, почему нужно делать так-то и так-то, чем пытаться вбить напрямую в подкорку. Не действовали ни сотни отжиманий, ни бесконечные кроссы. А тут прямо идеальный боец, который есть «автомат, к винтовке приставленный». Не помню, чье высказывание, да и не важно. А что важно? Да о корень или камень какой не споткнуться. Бежать, следить за дыханием и ведущим. Да периодически оглядываться: как там Джош?

– Старик, не отставай!!! – рявкнул Мак, когда мы втянулись в распадок и появилась возможность оценить обстановку.

Бадди все так же бодро перебирал кривыми лапами, не отклоняясь от прежнего курса, но скорость чуть сбавил, поворачивая жутковатую морду то в одну сторону, то в другую. А чуть позже и вовсе застыл на месте, вздернув ухо. Принюхался, рыкнул и вдруг рванул к склону, взбивая когтями землю и мелкий гравий. Не обращая внимания на пробуксовку, пес упорно рвался наверх и даже скулить принялся от избытка чувств.

– Мак?! Что делать?!

– За ним! Джош, твою маму!!! Ходу, ходу!

– С… сейчас!.. Уф!..

Давай, старик, давай! Хромай, плетись, только не останавливайся! Уж не знаю почему, но тихая паника пса наконец передалась и мне, так что я нетерпеливо пританцовывал рядом с Гленном, не решаясь оставить соратников – как невольного, так и боевого.

– Дэн, м-мать!.. Пошел!

– А ты?..

– Ходу, …!!! – выматерился Макдугал, сгреб меня за шкирку и коротким рывком придал оптимальную траекторию, наградив еще и нехилым пинком. – Бегом!!!

Чтоб тебя!!! Бадди, дружище, я иду! Не паникуй.

Как показал опыт, проще сказать, чем сделать, – склон мне дался куда тяжелее, нежели такому неуклюжему на первый взгляд псу. Мешала рыхлая почва, порядочно загаженная мелким гравием, на которой даже кусты едва держались. А под моим весом она и вовсе осыпа́лась, так что я практически топтался на месте. Отчаявшись выбраться из западни (и не важно, что природа опасности пока еще не известна), я рухнул на четвереньки и с удвоенной энергией заработал конечностями, где хватаясь за гибкие стебли, а где и просто с силой вонзая пальцы в землю. Б-больно, черт! Не казенные пальцы-то. Хоть и закаленные во времена оны.

Однако дело пошло веселее, и уже через несколько десятков секунд я дополз почти до середины склона, преодолев самый крутой участок. Даже Бадди практически догнал. Он, кстати, уже не выглядел настолько испуганным, скорее, сильно озабоченным и напряженным. Но никак не паникующим. Что, выбрались из зоны поражения? Или для верности еще чуток проползти?

– Мак?

– Дэн, ползи дальше, – коротко и по существу распорядился тот.

Он как раз распластался чуть ниже, промеж двух более-менее крепких кустов, использовав их как дополнительную опору, так что на его счет можно было не волноваться. А вот у старика дела шли гораздо хуже – он хорошо если метра на полтора от дна распадка поднялся. К тому же окончательно сдал физически: прерывистое дыхание, багровое лицо (даже в местных сумерках это различить можно) и слипшиеся от пота седые волосы – тому прямые свидетельства.

– Джош, ты как там?!

– Х… хреново…

– Сейчас ремень скину, подожди чуток.

– П… поздно…

– М-мать!!!

Вторя Маку, взвыл Бадди, и я, все еще не понимая, в чем дело, прищурился, силясь рассмотреть теряющуюся в тени горы расщелину. Рассмотрел и обреченно выдохнул:

– Приплыли!..

Со стороны скального массива на нас надвигалось нечто, различимое лишь по еле заметному мерцанию воздуха, но сопровождаемое самым настоящим пылевым валом и странным шорохом. Непонятное, не слишком зрелищное, но оттого еще более зловещее. Ндец, как выразился бы тренер дядя Коля…

Колония Пандора, окрестности Вилсонс-Хоуп,

6 сентября 2135 года, вечер

– Дэн! Эй, Дэн, очнись! А, м-мать твою!

Отчаявшийся Мак залепил мне чувствительную пощечину, отчего голова моя мотнулась – хорошо хоть сам не растянулся на земле! – и я наконец сумел выйти из ступора – волей-неволей пришлось отвести взгляд от Джоша. Вернее, от того, что еще несколько секунд назад было старым фермером. Осталось, честно говоря, немного – голова с застывшими глазами, руки и часть торса, начиная от солнечного сплетения. Все, что ниже, превратилось в тошнотворно-розовую слизь, потихоньку впитывавшуюся в перемолотую до состояния коллоидной взвеси почву. Не повезло старику, смертельно не повезло. А ведь еще метра полтора вверх по склону – и остался бы жив. Не сдюжил. И Гленн не успел прийти на помощь, как ни старался. Вон на какую-то ладонь не дотянулся бедолага до пряжки ремня, использованного Макдугалом вместо веревки. Так и валяется на склоне, благополучно позабытый.

Аномалия, чтоб ее! Как вспомню… черт, и не хочется вспоминать, да не получается. Как сейчас вижу: вот мутный вал докатывается до нас, окутывает пылью, в уши лезет давящий шорох, и кажется, что все, больше света белого не видать как своих ушей, еще чуть-чуть – и досвидос!.. Но тут муть волшебным образом рассеивается, в лицо бьет тугой вал ветра, а потом, уже в следующую секунду, под ногами разверзается ад… по крайней мере, именно так мне показалось.

Хотя на самом деле особых спецэффектов не наблюдалось – просто загадочное мерцание охватило все пространство на дне распадка, распространяясь идеально ровным фронтом, с четко очерченной границей: до пелены почва неровная, каменистая, а после – чуть ли не каток. Разве что цвет для льда нехарактерный. Ничего вроде бы страшного… ровно до того момента, пока мерцание не коснулось парализованного ужасом Джоша.

– М-мак…

– Да, Дэн?

– В-выпить есть?..

– Вот чего нет, того нет, – виновато развел руками напарник. – Самому муторно, но ничего не поделаешь. Придется без лекарства обойтись.

– Хреново…

– Согласен. – Мак аккуратно, чтобы, не дай бог, не соскользнуть со склона, присел рядом, похлопал себя по карманам и снова разочарованно скривился. – Вообще голяк.

– У меня тоже.

– Западло.

– От капитана научился? – нехотя поинтересовался я, чтобы разогнать зловещую тишину.

– От него, родимого, – кивнул Гленн. – Как думаешь, Дэн, что это было?

– Аномалия, – безразлично дернул я плечом.

– Да это я и сам понял, умник! Я имел в виду, какой она природы.

– Ну ты дал, напарничек!

Черт, слишком уж нервный смешок получился. Как у психа. А что вы хотите после такого зрелища. Процесс, если это можно так назвать, я рассмотрел во всех подробностях. Да еще и в режиме замедленного времени – адреналин отменно вовремя сработал, чтоб ему… Однако даже сейчас, уже пересилив собственный желудок, возжелавший избавиться от ужина, я так и не смог прийти к какому-то конкретному выводу.

– А я вот на силовое поле грешу, – решил оставить без последствий мой выпад Гленн. – Думаешь, бред?

– Угу. Но если честно, я тоже в первую очередь об этом подумал.

– А почему тогда «бред»?

– Давай рассуждать логически. На первый взгляд все признаки налицо – пылевой вал и спрессованный воздух. Очень похоже, что все это гонит какая-то штука с нехилым лобовым сопротивлением. Процесс, практически аналогичный работе поршневого насоса. Но…

– Но?..

– Этих «но» даже несколько, – невесело ухмыльнулся я. – Самый главный аргумент – нашей науке неизвестны самопроизвольно перемещающиеся силовые поля.

– Нашей науке много чего неизвестно. Так что не аргумент.

– И ведь не поспоришь. – Я злобно сплюнул, избавившись от хрустящей на зубах пыли, и продолжил: – Есть аргумент более весомый. Вот ты, Мак, когда-нибудь врезался с разбега в стену?

– Дэн, ты бредишь, что ли?

– Ну ладно. Хотя бы процесс представить можешь?

– Н-ну…

– А теперь представь, что ты стоишь, а на тебя несется стена. Что будет в момент контакта?

– Хм… ты имеешь в виду физический процесс, а не мое состояние?

– Именно.

– Лететь буду, далеко и долго. А в конце шмякнусь так, что костей не соберу.

– Бинго. А теперь скажи мне: что произошло с Джошем? И с кустиками – вон кляксы зеленые?

– Пожалуй, ты прав, Дэн… – задумался Мак. – Знаешь, больше всего это было похоже на мясорубку. Только с о-очень мелкой решеткой и микроскопическим шагом шнека. Так, чтобы по микронам стружку с мяса снимала.

– Мля… – судорожно сглотнул я, стараясь не наткнуться взглядом на Джоша. – Ну у тебя и ассоциации!

– А что, не так?

– В том-то и дело, что именно так.

…марево коснулось онемевшего Джоша, и он начал истаивать, как масло под горячим ножом. Процесс занял едва ли пару секунд, так что бедолага даже крикнуть не успел, лишь лицо исказилось предсмертной мукой. А у меня в памяти намертво отпечаталось кошмарное зрелище – осыпавшаяся трухой ткань, испарившийся верхний слой кожи, затем растаявшие мышечные волокна, оголившиеся кости, проплавившиеся, будто полиэтилен, – только что была ровная белая поверхность, и сразу же из центральной линии разрослось обширное темно-бурое пятно костного мозга. Потом непонятная хрень добралась до кишечной полости, и тут я все-таки смог отвести взгляд. А когда помимо собственной воли вновь глянул на старика, все уже кончилось – вместо двух третей его тела наличествовала лишь обширная лужа неопределенного цвета, розовеющая на глазах. Ой, м-мать!!!

– Ну-ну… будет уже, Дэнни-бой! – Гленн ободряюще похлопал меня по спине, и я разогнулся, перестав опорожнять желудок.

С большим трудом разогнулся, должен признаться. Скрутило качественно. Еще бы, от такого-то зрелища! А уж воспоминания… туши свет. Боюсь представить, что в кошмарах примерещится…

– Это надо же, опять влип! – продышавшись, пожаловался я бесстрастным небесам. Не Маку, не думайте. – Стажировка, мать ее! Синекура. Фигней пострадал полгодика, и полноценный специалист!

– Да будет тебе, Дэн! Нормально все.

– Думаешь?! – Я скептически поджал губы и изобразил нечто вроде ехидной ухмылки.

– Эй, Дэн, ты чего?!

– А?..

– Чего скалишься?! Я аж испугался…

– Сам виноват. Скажет тоже – нормально все!

– Так, Дэнни-бой, ну-ка приходи в себя! – Мак вдруг стал предельно серьезен, таким я его, если честно, и не припоминаю. – Что бы ты ни думал, но Галактика – жестокое место. Это тебе не ваша захолустная столица. И ты уже не у мамочки под юбкой. Никто тебя тут не пожалеет. И не поможет. Разве что дядюшка Мак по доброте душевной. Так что изживай в себе хлюпика-мажора. Если не сможешь, тяжко тебе придется. Оружейники – народ суровый, рохля в нашей среде не выживет. Понял?

– Понял.

– Вот и ладненько.

На этом «беседа» заглохла, и мы минут десять сидели молча, стараясь не встречаться взглядами. Поговорили, м-мать!.. Потом деятельная натура Мака дала о себе знать, и он рывком поднялся на ноги, чуть не сверзившись в овражек. Однако устоял, хлопнул себя по бедрам и объявил:

– Ну все, Дэнни-бой, хорош прохлаждаться! Долг зовет.

– Сэр, есть, сэр! – Я решил было последовать его примеру, но вовремя одумался и встал не торопясь, тщательно следя за равновесием. – Что будем делать?

– Во-первых, перестанем паниковать.

– Уже!

– Молодец! Во-вторых, начнем думать.

– Мне пока нечем.

– Это уже хуже, – усмехнулся Гленн, оценив шутку. – Ладно, отдыхай пока. Лучше здесь и сейчас лишний час потерять, но привести мозги в порядок, чем по дороге косячить. Чревато оно, знаешь ли.

– Примерно представляю. И все-таки, с чего начнем?

– Проверим средства связи, – пожал плечами Мак. – Между прочим, пункт номер один в инструкции потерпевших крушение, но при этом чудом выживших пилотов. Ага, так я и думал!

– Глухо? – уточнил я, на всякий случай бросив взгляд на дисплей собственного инфора.

Мог бы и не спрашивать, чего уж. Как показывал приборчик фигу, так и показывает.

– Глухо, – подтвердил напарник. – А чего я ожидал, собственно? Вон свистопляска в самом разгаре. Хотя… вроде на убыль идет?

Я машинально поднял взгляд на небосвод и незамедлительно удостоверился в справедливости слов Мака. Представление, разыгранное неизвестным режиссером в поистине грандиозных масштабах, и не думало заканчиваться – тут Гленн не прав. А вот краски чуток померкли, и интенсивность мельтешения снизилась. Уже не бешеное мелькание, а неторопливо вращающийся калейдоскоп, отчего и глаза не так резало. Впрочем, тут и убавленная яркость роль играла. А вот это уже странность – по логике, в сгущающихся сумерках еще сочнее палитра должна становиться, а по факту ровно наоборот. Но это я уже просто ворчу: даже в таких условиях нормальная видимость сохранялась, как в хорошую зимнюю ночь на Новом Оймяконе, когда снег отражает свет естественного спутника – Умки. Говорят, что он даже побольше будет, чем Луна, но сам я не видел, да и большинство из ныне живущих тоже – на Земле представители Колониального тогда еще содружества в последний раз побывали больше полувека назад. А по фотографиям и не поймешь ничего.

– Что у нас дальше по инструкции? – продолжил между тем Мак. – Пункт два пропускаем – мы примерно представляем, где находимся. Пункт три – сидеть на попе ровно и ждать помощи. Не про нас. Аварийных маячков нет, средства связи не функционируют.

– Согласен.

– Пункт четыре – по возможности добраться до обитаемых мест. Как думаешь, доберемся?

– А что нам еще остается? Хотя я бы, если честно, на пункте три остановился. Боязно мне по буеракам шататься, когда в округе такое творится.

– У нас индикатор есть, – кивнул Мак на безмятежного Бадди.

Пес признаков беспокойства не проявлял. Даже, не побоюсь это слова, кайфовал у Гленна под ногами, забив на все жизненные обстоятельства. Язык вывалил, даже в сероватой вечерней хмари розовеет, – так что надо рискнуть. Нас тут все равно никто искать не будет.

– Джерри тревогу поднимет.

– Не факт. С другой стороны, старика тоже когда-нибудь хватятся. Получается, ждем спасателей?

– Без гарантии.

– Ладно, предлагаю компромиссный вариант – сейчас поднимаемся чуток повыше, ищем какую-нибудь щель и присыпаем там Джоша, чтобы падальщики не добрались. А сами возвращаемся на ферму, пока окончательно не стемнело, и ждем там утра. Все равно по темноте шариться – не вариант, да и к городу мы только по азимуту идти можем. Так что прячемся и ночуем. А если нас искать будут, то в первую очередь там.

– Звучит разумно.

– Фигли сидишь тогда? Лезь наверх, ищи щель. К Джошу, я так понимаю, тебя лучше не подпускать.

Я молча кивнул, в очередной раз судорожно сглотнув. Ну на фиг: раз Мак у нас такой закаленный, то ему и всю грязную работу делать. Ибо я не нанимался.

– Как что присмотришь, свистни.

– Угу.

Я осмотрелся, прикидывая маршрут, и нехотя поплелся вверх по склону, благо самую крутую его часть мы миновали, когда от аномалии сматывались.

С задачей справился достаточно легко – удобная расщелина нашлась неподалеку, сразу за гребнем оврага. Мак оценил – останки Джоша в углублении поместились свободно, и мы забросали тело камнями, навалив целый холмик, да еще сверху валун взгромоздили для надежности. Работой оба остались довольны – теперь разве что зверюга с медведя размером доберется до почившего фермера. Ладно, будем надеяться, что день-другой никто его не тронет, а дальше спасатели прилетят, перезахоронят.

– Покойся с миром, брат, – провозгласил Мак, когда в могильный холмик лег последний камень. – Я тебя не знал, но, думаю, ты был достойным человеком. Аминь.

– Царствие небесное, – поддакнул я, тяжко вздохнув.

В привычку уже входит, между прочим. Надо избавляться от этой манеры, папеньке однозначно не понравится. Что чревато бесконечными доколебываниями, мягко говоря. И ведь не наплюешь на его мнение в свете некоторых фактов. Потому как прав он будет. Как он там говорит… «Лидер должен постоянно демонстрировать уверенность в собственных силах и непоколебимый оптимизм. Иначе он не лидер, а тряпка». И попробуй поспорь.

– Ладно, Дэнни-бой, погнали.

– Мак, может, проще тут перебедовать? Темно же…

– Не преувеличивай.

Вот так, коротко и ясно. И особенно обидно, потому что правда – несмотря на вступившую в свои права ночь, видимость сохранилась весьма приличная. По крайней мере, можно было идти, не опасаясь влететь в какую-нибудь яму, или ногу вывихнуть на подвернувшемся по пути камне. Особенно если наверх не смотреть, дабы не засвечивать зрение. Кстати, яркость неведомый пиротехник еще больше прикрутил, теперь зрелище сместилось к черно-белому формату, как будто кто-то включил светофильтры.

– Эй, Бадди, веди! След!

– Вуф!

Пес жизнерадостно взвизгнул и заскользил вниз по склону, но далеко переместиться не успел – Мак помешал.

– Бадди, ко мне! – И уже для меня прокомментировал: – Опасаюсь я в след аномалии соваться. Кто знает, на какую глубину она землю разрыхлила. Еще утонем на фиг, как в зыбучих песках. По верху пойдем.

Спорить я не стал, молча признав правоту напарника, но в отместку предоставил Гленну право шагать первым. Нет, понятно, что в авангарде Бадди шел, но так оно надежней. Опять же по спине Мака ориентироваться удобнее. А если совсем уж честно, то дорогу я не запомнил. Общее направление примерно представлял, но и только. По той простой причине, что задачу такую никто не ставил, а опыта, ясен пень, у меня еще кот наплакал, чтобы о таких вещах автоматически задумываться. Н-да, учиться еще и учиться…

До фермы добрались часа через полтора, и то лишь из-за паранойи дорогого напарника – на гребне оврага много времени потеряли, а потом пришлось по кустам ломиться. Впрочем, предгорья мы покинули довольно быстро, а дальше было гораздо легче – равнина она и есть равнина, хоть и заросшая порядочно. Но Мак по каким-то лишь ему доступным признакам умудрялся находить безопасный путь, ориентируясь на Бадди, так что обошлось без приключений, разве что я руку поцарапал о колючки. Подвернулась не вовремя местная версия акации.

Пару раз пес проявлял признаки беспокойства, но в обоих случаях угроза обошла нас далеко стороной, судя по направлению напряженного собачьего взгляда. А потом мы наконец вышли к цели нашей ночной прогулки.

– М-мать!.. – застыл Макдугал, выбравшись из очередной низинки.

Если мне память не изменяла, мы практически уже на месте – помнится, непосредственно усадьбу хорошие такие кусты окружали, укрепляющие склоны промоин.

– Мак, ты чего?

– Сам полюбуйся.

– На что? – Я недоуменно покрутил головой, силясь различить хоть что-то напоминающее строения.

– Мы на ферме. Если это можно так назвать. Вон, видишь завал?

Теперь и до меня дошло. А ведь и впрямь свербело что-то такое в мозгу, только в слова обратить мысль я не мог. До этого мгновения.

– Ч-черт. И тут аномалия погуляла?

– Наверняка. И не одна, судя по разрушениям. Идем: может, какая сараюшка уцелела. Все лучше, чем на улице ночевать.

Вдумчивый осмотр развалин результат выдал неутешительный – целым остался разве что клочок забора, рядом с которым приткнулся древний глайдер с открытым двигательным отсеком. Все остальные постройки, в том числе и конюшня со всеми обитателями, превратились частично в коллоидную взвесь, частично в груды камня и пластика. Такое ощущение, что сразу несколько аномалий перечертили усадьбу крест-накрест с разных направлений. На наше счастье, вышли мы к бывшей ферме как раз со стороны уцелевшей секции, прикрывавшей летательный аппарат. А то и подобраться бы к нему не сумели – что бы там ни говорил Мак, а после озвученных им опасений я бы вслед аномалии ни за что не сунулся.

– Стало быть, здесь и устроимся, – заключил Гленн, задумчиво попинав стабилизатор глайдера. – Спасибо Джошу, салон запереть не догадался. Чего стоишь, Дэн? Полезай давай.

– Замерзнем как собаки.

– Вуф!

– Извини, Бадди.

– Не замерзнем, – уверенно отверг мои опасения Мак. – Нас трое, будем друг дружку греть. Не самый лучший вариант, но хотя бы не околеем к утру. А там, если нас еще не отыщут, отогреемся – на ходу это не проблема. И скажи спасибо, что не на голой земле лежать придется, а в относительно удобных креслах. Вон даже чехлы есть.

– Караулить по очереди будем?

– Дэн, ты сам-то понял, что сказал?

– А что такого?

– Да так, ничего. Увидишь.

Клятый Мак как в воду глядел – уже через пару часов я убедился в его правоте. В отдельном караульном не было нужды, ибо сном назвать то пограничное состояние, в котором мы пребывали всю ночь, нельзя было даже с большой натяжкой. Он знал, он знал!

Климат в данных широтах Пандоры не отличался мягкостью, и мы это полностью на себе прочувствовали, не помогли даже содранные с сидений и использованные в качестве импровизированных спальников чехлы. В конце концов, догадались втроем влезть в один из них – с заднего диванчика. Так и согревались – мы с Маком в обнимку, полулежа, и аккурат между нами Бадди. Ему, кстати, проще всего пришлось – грели его со всех сторон, да и шерсть у него какая-никакая. Не то что наши футболки и легкие курточки. Однако, несмотря на все усилия, к утру все же задубели.

И чтобы хоть как-то отвлечься от неприятных ощущений, я думал о приятном. В частности, об Астрид. Мак не зря намекал на толстые обстоятельства, кое-какие основания для подозрений у него были.

Территория корпорации «Спейс Текнолоджиз Груп», Колония Троя, борт исследовательского рейдера «Молния», восемь дней назад

Мастерская, куда я наведался, расквитавшись с очередной порцией поручений профессора Куатье, поначалу встретила меня подозрительной тишиной, но счастье оказалось недолгим.

– Явился не запылился!.. – с ехидцей буркнула Астрид, оторвавшись на секунду от верстака. – Что так долго?

– Как освободился, так и пришел.

– А я-то, наивная, думала, что обещание, данное прекрасной даме, превыше всего.

– Во-первых, даме, – парировал я, – во-вторых, прекрасной. Не замечаешь противоречий?

Астрид возмущенно вскинулась, сдвинула сварочную маску на макушку и уставилась на меня с нехорошим прищуром.

– Это ты на что сейчас намекаешь?

– Я? Да боже упаси!

– Пожалуй, кое-кого придется поджарить, – угрожающе качнула девушка компактной горелкой. – Или Свена позвать?..

– Какая примерная девочка, сразу папочке жаловаться! – Я благоразумно отступил от раскрасневшейся фурии на пару шагов и поднял ладони в защитном жесте. – Все-все, успокойся! Осознал, раскаялся! Посмотри на это с другой стороны – на даму ты никак не тянешь в силу возраста. Девушка, юная леди – еще куда ни шло. Ты бы еще себя мадам назвала или фрекен! Насчет прекрасной… где шикарное платье, шикарная прическа, шикарный макияж? Где эксклюзивный парфюм?! От вас, девушка, сейчас несет машинным маслом! Хотя… я нахожу это… сексуальным. Да. Именно так. Вы, юная леди, не прекрасны. Вы… соблазнительны и очень милы! Да! И просто обворожительны в гневе!

Горелка замерла в десятке сантиметров от моего носа, а через мгновение и вовсе погасла. Весьма вовремя, должен признать – я как раз уперся спиной в стену. Ф-фух! Чуть не заигрался.

– Ты правда так думаешь? – подозрительно покосилась на меня Астрид.

– Самая правдивая правда! – сделав честное лицо, соврал я.

– Хм… пожалуй, я поторопилась с выводами насчет тебя… – задумчиво пропела девушка, сверкая лукавыми огоньками в глазах. – Ты небезнадежен. И заслужил награду.

Она потянулась ко мне, и я рефлекторно вытянул губы трубочкой в ожидании поцелуя. Нашел кому верить! Спасибо тренеру дяде Коле, чувствительный удар в живот не оказался для меня сюрпризом – успел напрячь мышцы, но согнулся весьма натурально. Впрочем, после его апперкотов, сопровождаемых лозунгом: «Будь готов!» – тычок в исполнении Астрид показался нежной лаской. Она ведь не знала, что на предупредительную фразу дяди Коли полагалось реагировать подставкой предплечий или какой-либо иной защитой на усмотрение обучающегося и браво гаркать: «Всегда готов!» Ибо, если проворонил, гаркнуть уже никак не получалось – тут бы вдохнуть…

– Вот тебе награда! – ласково прошипела девушка мне в ухо, заботливо придерживая обмякшее тело. – Будешь в следующий раз думать, что говоришь!

– И-извините, барышня!

– И все?!

– Нижайше прошу прощения! Признаю себя ослом! Вы, несомненно, самая прекрасная дама в экипаже! Хотя в этом сегменте у вас и есть конкурентка!

– То-то же!

Последний пассаж Астрид предпочла пропустить мимо сознания. Видимо, решила, что незачем эскалировать конфликт. Почувствовала, что перегибает.

– Чем занимаешься? – поинтересовался я пару минут спустя, отчаявшись дождаться продолжения беседы со стороны девушки.

Та, сполна насладившись безнаказанным насилием над представителем противоположного пола, невозмутимо вернулась к работе – опустила маску на лицо и склонилась над верстаком, не забыв прибавить огоньку в горелке. С той стороны сразу же потянуло горячим металлом, по стене метнулись блики, периодически перемежаемые искрами.

– Астрид?..

Вместо ответа девушка раздраженно щелкнула кнопкой, перекрыв подачу кислорода с ацетиленом, грохнула горелкой по столешнице и с типично женской экспрессией избавилась от маски.

– К черту! Пусть сам делает!

– Асти?..

– Ты все еще здесь? – притворно изумилась она, явно обрадованная наличием объекта, на котором можно сорвать злость.

– А что, не должен? Ты чего делаешь?

– Тебе не все равно?!

– В принципе абсолютно параллельно, – пожал я плечами. – Просто хотел помочь симпатичной девушке. Но, гляжу, ошибся.

– Это в чем же?

Проняло. Уже в каждом слове подвох ищет. Ай да я! Ай да… Машкин сын!

– В помощи симпатичная девушка не нуждается, – пояснил я. – Разве что в медицинской. Но это к Сьюзан.

– Это ты меня только что дурой обозвал?

– Нет, как я мог! Просто намекнул на твою… э-э-э, экспрессивность…

– Ладно, живи пока! – буркнула Астрид, но, судя по взгляду, пометку на полях «отомстить при случае» сделала.

– А если серьезно, в чем проблема?

Я наконец смог рассмотреть предмет девичьей страсти – им оказался затейливо изогнутый кусок арматуры, оплавленный в нескольких местах. По форме о назначении судить трудно, загадочная железяка могла оказаться чем угодно – от распорки до финтифлюшки для украшения решетки корабельного карцера.

– Зачем тебе? – все еще подозрительно покосилась на меня Астрид. – Своей работы мало? Так я кэпу нажалуюсь.

– Как знаешь. Я просто хотел помочь. – И уточнил, увидев скептически поджатые губы: – От чистого сердца.

– Толку-то с тебя…

– А вот это уже оскорбление, милая девушка. Я, чтоб вы знали, дипломированный специалист.

– Белоручка!

– Инженер-аналитик!

– А я о чем?!

– А давай поспорим! – протянул я руку.

Астрид, сверкнув глазами, рефлекторно сжала ее своей ладонью, и я сразу же воспользовался представившейся возможностью – применил грубую мужскую силу. Опомнившаяся девушка попыталась вырваться из тисков, но не преуспела и нехорошо прищурилась.

– Будь по-твоему! – прошипела она. – На что спорим?

– Что я смогу решить твою проблему.

– Слишком расплывчато.

– Ничуть. Ты излагаешь суть, я предлагаю решение.

– Вот так просто?

– На этот счет не уверен, – честно признался я. – Не гарантирую, что смогу это сделать – раз, и тем более сделать быстро – два.

– Тогда ограничим время на размышления, – быстро сориентировалась Астрид. – Ну, скажем, максимум два часа.

– Идет. Рассказывай.

– Э нет! А ставки?

– Что ты хочешь?

– Тебя в рабство. На все твое свободное время.

– Пойдет. Максимальный срок – неделя.

– Месяц.

– Не зарывайся.

– Ладно. Чего хочешь ты?

– Искреннего «спасибо» и целомудренного поцелуя в щеку будет более чем достаточно.

– Согласна, – кивнула Асти. – Слушай условия. Свен попросил сделать рамку для приемной антенны регистрирующего комплекса. Все бы ничего, но эта антенна – полиметаллическая пластина метр на полтора и весит под тридцать кило. Предназначена для установки на орбитальный зонд. А проф Куатье, такая лапочка, весь лимит по массе выбрал. У меня есть всего два с половиной кэгэ, а нагрузки там нехилые.

– Вы еще и зонды самопальные клепаете?

– А чему ты удивляешься? Заводские знаешь, сколько стоят?! Да и не найти подходящих, с нашими-то запросами. Проф Куатье такой затейник!

– Просто к корпусу присобачить – никак?

– Нет. Там еще экранирующий слой пятнадцать сантиметров. То есть как раз без него-то можно обойтись, но должен быть такой же зазор между корпусом и приемным контуром. Конструкция сотовая, сплошной оболочки не предусмотрено. Мы эту хрень хотим на высокой орбите подвесить, вне атмосферы.

– То есть трения не будет, учитывать нужно только перегрузки при маневрировании?

– Точно так.

– И в чем проблема?

– Не могу подобрать материал. Если укладываюсь в массу, не хватает прочности. Если прочность обеспечивается… ну, ты понял.

– И эта простейшая задачка поставила тебя в тупик?

– Ты издеваешься?

– Ничуть. Готовься расплачиваться. Где, кстати, у тебя расчеты?

– Вон планшет на верстаке.

– Угу. Пять минут, леди.

Проигнорировав скептическую улыбку Астрид, я склонился над компьютером. В принципе все верно, и алгоритм неплохой подобран. Однако вариантов тьма, и все неправильные. Так, что у нас есть в наличии? Листовой алюминий? Подойдет. А выбор-то какой богатый! Прямо как склад на заводе металлопроката. Так, теперь поднять конспекты по сопромату плюс кое-какие нехитрые программы из собственного КПК. Пара кликов, и – вуаля!

– Вот твой проект, – сунул я в руки девушке планшетник. – Можешь начинать благодарить.

– Ты… смеешься?!

– С чего вдруг? Все правильно – и по массе вписался, и условие прочности соблюдено. Я вообще удивлен, что ты сама до этого не додумалась. Это же классика инженерного дела! Ребро жесткости – что может быть проще?

– Да?! А почему я тогда?..

– Ну не знаю, – развел я руками. – Боюсь, тут сказалась узость мышления. Ты техник-практик и мыслишь категориями приземленными: «У меня в наличии есть то-то и то-то, с таким-то профилем. Вот рама, вот такие куски нужно вырезать, вот тут сварить, тут подогнуть – и готово». Да вот беда, граничные условия не соблюсти. Ты в тупике. Только потому, что смотрела на проблему с одной стороны.

– То есть ты хочешь сказать, что я тупая?!

– Вовсе нет. Я просто хочу показать тебе разницу в мышлении. Я инженер, и я любую проблему рассматриваю комплексно. Меня не ограничивают лишние знания, вроде номенклатуры проката на складе. Есть задача, ее надо решить. Ты использовала наиболее очевидный с практической точки зрения путь – перебрала материалы и попробовала менять площадь поперечного сечения. Не получилось. И ты решила, что исчерпала свои возможности. Ведь так?

Подозрительно покрасневшая девушка молча кивнула.

– А я, едва взглянув на твои расчеты, увидел главное – ты использовала как минимум два способа решения: либо подбор материала, либо подбор поперечного сечения. Но если есть два пути, то почему бы не быть третьему? И вот тут уже включаются творческие способности. Если нельзя подобрать оптимальный материал и оптимальную площадь поперечного сечения, то нужно взять средние результаты и изменить какой-то другой параметр. Какой? Элементарно – форму поперечного сечения. Вывод – нужно использовать упрочняющие элементы. Трубки не подходят, значит, берем полосы и делаем на них ребра жесткости. Простейшей штамповкой. Все. Задача решена.

– Ну и где я тебе штамп такой возьму?!

– А это уже, извини, твоя проблема.

– Блин!!!

– Угу. Расплачивайся.

– Спасибо!

Н-да. Если бы слова могли убивать, я бы уже кайфовал в Стране вечной охоты – столько было яда в этом «спасибо».

– Не очень искренне, – хмыкнул я. – Вернее, искренне, но немного не с той эмоциональной окраской.

– П-поговори мне еще!

– Будем считать, что первую часть долга отдала. Теперь вторую.

Я подставил щеку, будучи совершенно уверенным, что сейчас словлю леща, а отнюдь не поцелуй. Однако на этот раз жестоко ошибся.

– Ты небритый.

– Да ладно тебе, это даже не ще…

Упс! А целоваться-то она умеет! Приятно, черт возьми!

– Все, вали отсюда! – рявкнула Астрид, оторвавшись от моих губ пару мгновений спустя. – И чтобы я тебя сегодня не видела. А то я за себя не ручаюсь.

Глава 4

Колония Пандора, окрестности Вилсонс-Хоуп,

7 сентября 2135 года, раннее утро

Холод оказался не единственной проблемой, с которой пришлось бороться. К середине ночи у меня вдруг проснулся зверский аппетит, угомонить который не помогали даже кошмарные видения на тему вчерашнего вечера. Ощущение было такое, будто желудок уже сам себя переваривает. Видимо, от низких температур возросло энергопотребление, и организм сигнализировал об этом единственным доступным ему способом.

Очередной новый опыт – за все годы учебы голодать мне как-то не доводилось. Наверное, я был неправильным студентом, но денег на нормальное питание хватало всегда, хоть папенька с присущим ему цинизмом и установил жесткий лимит трат. На какие-либо развлечения средства удавалось наскрести с трудом, поэтому я уже на первом курсе взялся за учебу в полную силу и вскоре заработал именную стипендию. Вот тогда и развернулся, но опять же в меру – особенно если сравнивать кое с кем из одногруппников.

Что самое смешное, пить почти не хотелось, но с этим и проблемы особой не было – к утру на всех доступных поверхностях выступила роса, которую Мак собрал, воспользовавшись в качестве адсорбента носовым платком. Слава богу, чистым. Хотя о чем я – какая чистота, после того как тряпицей поелозили по крыше глайдера? Да и руки, изгвазданные накануне, стерильности никак не способствовали. Так что пришлось об этом забыть – ибо иного способа, кроме как выжать мокрую тряпку прямо в рот, мы не придумали. Не знаю, сколько грязи я слопал, но под давлением напарника все же воспользовался оказией и напился впрок. Бадди поступил еще проще – запрыгнул на глайдер и принялся тщательно вылизывать металл обшивки. Понятно, когда мы уже освободили делянку.

Но все это было после того как Мак наконец отстранился от меня, позволив утренней свежести ущипнуть мой более-менее согретый бок, от души зевнул и объявил:

– Р-рота, подъем! Поднимайся, Дэн, а то, чую, еще чуть-чуть, и превратимся в бревна.

– Оп… оп… апчхи!.. мистично… – буркнул я, силясь удержать рвущегося на свободу пса. – Бадди, не ведись, давай еще немного подремлем. Ну пожа-а-алуйста!..

– Не выйдет, Дэнни-бой. Все, хорош уже мерзнуть, вставай, надо кровь немного разогнать. Не знаю, как ты, а у меня все одеревенело. А «наследства» и вовсе не чувствую.

– Ты уши отморозил, – в отместку ухмыльнулся я и, не удержавшись, снова оглушительно чихнул.

– Может быть, – не стал спорить Мак, – их я тоже не чувствую. Хотя…

Уж не знаю, где он такой методике борьбы с обморожениями научился, но действовать начал, в общем, правильно – принялся тереть побелевшие лопухи и болезненно морщиться. И вскоре средство помогло – мочки порозовели, и, судя по скривившейся физиономии напарника, чувствительность к ним вернулась.

– Все, нечего здесь высиживать! Рассвет скоро, нужно идти.

– Уверен? А как же вчерашние правила выживальщика?

– Все строго по инструкции, – не дал сбить себя с толку Гленн. – А она, если ты не в курсе, все еще в силе – нас так и не нашли. Итого пункт четыре: добраться до обитаемых мест. Ввиду плачевного состояния фермы он все еще актуален.

– Связи так и нет? Вроде успокоилось небо…

И это неоспоримый факт. И вообще как-то подозрительно тихо, ни ветерка. Оно и к лучшему, а то еще сильнее замерзли бы. Странно. Ночью дуло чувствительно, а потом как-то незаметно перестало.

– Не-а. Так что вставай, разминайся, а я пока водички добуду.

– Пожрать бы, – вздохнул я, и в желудке сразу же предательски заурчало.

– Сам бы не отказался, – хмыкнул Мак. – Но с этим все плохо. Придется терпеть. Разве что Бадди умудрится какую-нибудь зверушку поймать.

Я смерил питомца неуверенным взглядом – где Бадди и где охота? Только не с его комплекцией и ловкостью.

– Но у нас все равно спичек нет, – окончательно развеял мои мечты Макдугал. – А сырое мясо я есть не буду, лучше потерплю. Кстати, поговаривают, что вы на Новом Оймяконе сырятинкой балуетесь?..

– Врут.

Ну его на фиг, нет настроения на кулинарные темы беседовать. Хотя от строганинки с солью и черным перцем я бы сейчас не отказался. Но морозильника в пределах досягаемости нет, равно как и ледника, так что лучше просто промолчать.

Поняв, что большего от меня добиться все равно не получится, Гленн выбрался из салона и отправился претворять в жизнь план по добыванию воды. Предатель Бадди рванул следом, и мне волей-неволей тоже пришлось выпростаться из «мегаспальника», ибо в отсутствие обеих грелок я незамедлительно продрог еще сильнее (хотя, казалось бы, куда больше?!). Пришлось последовать совету более опытного товарища, и некоторое время я энергично размахивал руками, изображая ветряную мельницу. Потом, плюнув на конспирацию – так и так вчера запалился, – приступил к малому разминочному комплексу, который во времена оны проделывал каждое утро. С тренером дядей Колей спорить – себе дороже. Сейчас, правда, расслабился, но тело помнило все, до последнего движения. Одеревеневшие связки и мышцы вскоре разогрелись, и я даже начал получать удовольствие от процесса. И плевать, что вместо груши-восьмидесятки пришлось колотить обшивку глайдера. Ему уже ничем не навредишь, все равно догнивать под открытым небом. Так что я себя не сдерживал, и вскоре обе левых двери, стойки и даже участок крыши непосредственно над ними украсились множественными вмятинами. Разве что протектор от подошв не отпечатался, но тут уж я не виноват.

«Работал», как этот процесс называл дядя Коля, я на автомате, соответственно мысли текли сами по себе, и у меня нашлось немного времени для анализа вчерашних событий. Ночь на оные оказалась бедной – Бадди трижды, с интервалом примерно час, проявлял признаки беспокойства – взрыкивал и прислушивался к чему-то, но до паники дело не дошло, так что мы даже не пытались покинуть относительно уютное по сравнению с голой землей укрытие. То есть ночевка прошла спокойно. Удивлял тот факт, что никто до сих пор нас не начал искать – тот же Энди должен был тревогу поднять, не обнаружив коллег в Вилсонс-Хоуп. И я молчу о кэпе – сколько мы уже «вне зоны действия сети»? Часов десять? Или больше? А у капитана еще и чуйка чрезвычайно развита. Готов поспорить, что сейчас вся команда на ушах стоит, разве что Грег спокоен – на вид, естественно. Но все спасательные службы уже должен был на ноги поднять. Тем не менее за всю ночь мы ни разу не слышали шума атмосферных движков. Да и вообще какого-либо шума техногенного характера. Ветер завывал в стабилизаторах глайдера, местные насекомые стрекотали с вечера – вот и весь фон. Да, еще периодически храп Гленна и Бадди. Они иногда даже в унисон попадали. Правда, недолго – от своего же храпа и просыпались.

Что мы еще имеем в пассиве? Связь отсутствует, но я об этом уже упоминал. И это тоже ненормально. Светопреставление сошло на нет – редко-редко почти у самого горизонта мелькали тусклые всполохи, и только. «Молния», по всем расчетам, уже не меньше десятка витков должна была совершить и как минимум несколько раз появиться в зоне досягаемости, однако по-прежнему глухо. Вывод? А вывод очевиден – причина не в корабельном ретрансляторе. Что-то здесь, на поверхности планеты, нас глушит.

Плюс неестественная активность аномалий – уж для этого вывода исходных данных хватало. Я хорошо запомнил удивление Джоша, мелькнувшее во взгляде на долю секунды, чтобы сразу же смениться нешуточной озабоченностью. Но факт имел место. А сколько следов – то бишь наполненных пылью канав – мы по пути встретили? Если честно, то лишь один, вдоль которого и брели некоторое время. Зато потом, на ферме… блин, вспоминать не хочется. Да и нужды нет – вон они, свидетельства, прямо перед глазами…

Уф-ф, хорошо! Размялся так размялся! И согрелся, что не менее важно. Жить можно; еще бы в топку хоть чего-нибудь закинуть, и вообще красота!..

– Хм-хм…

– Мак? Ты чего?

– Знаешь, Дэнни-бой, нехорошо обманывать дядюшку Мака! – сокрушенно покачал головой напарник, опасливо застывший в районе двигательного отсека глайдера. – Виртбоксинг! Рассказывай, ага. Давненько я такого не видел.

– Да ну тебя, я правду сказал.

– Верю-верю, – ухмыльнулся Гленн. – Как вернемся на «Молнию», напомни мне, я тебе кое-какие приемчики покажу. Более приближенные к реальности. Пить будешь?

Я кивнул, едва удержавшись от ехидного комментария – повелся, тренер? Спектакль сработал. Как там папенька говорил… «Не можешь скрыть всю правду, так хотя бы направь по ложному следу». Мак, похоже, теперь думает, что я ему насчет уровня подготовки наврал. Из скромности. А на самом деле как минимум чемпион Колонии среди юниоров. Не буду его разочаровывать.

– Лови.

Я машинально вскинул руку, перехватив в полете мокрую тряпицу, и недоуменно глянул на напарника. Тот незамедлительно изобразил жестами, что мне с ней делать. Вот так я и научился добывать воду со всех доступных поверхностей при помощи примитивной оснастки. И заодно сожрал годовую норму грязи.

Гленн тем временем вместе с Бадди производил разведку местности. Проще говоря, обошел весь доступный пятачок с глайдером и куском забора, но ничего интересного не обнаружил. Затем переключил внимание на сам поврежденный аппарат, и вскоре из салона донесся его победный вопль – перед своими он не считал нужным сдерживаться и временами был непосредственен, словно ребенок.

– Эй, Дэнни-бой, живем!!!

– Чего там? Ик!..

– Спасибо Джошу, чтоб ему в раю серафимы массаж прописали! – Напарник выбрался из салона с моей стороны, без раздумий выбив покореженную дверцу из рамки мощным пинком, и продемонстрировал вскрытую пластиковую упаковку. – Галеты. Будешь?

– Спрашиваешь!

Ну вот, на какое-то время и проблема голода решена. Причем на довольно длительное – галеты оказались старыми и реально закаменевшими. Однако ж ушли за милую душу – начатую пачку мы с Гленном растянули почти на весь день. А как вы хотели? Пока откусишь малюсенький кусочек, пока он во рту отмокнет, чтобы его хоть как-то прожевать можно было… зато не заплесневелые, хоть и пресноватые. Бадди, кстати, от угощения гордо отказался – принюхался издали и презрительно фыркнул, отвернувшись от протянутой Маком порции.

Разделив провизию по справедливости, то бишь пополам, и кое-как расправившись с… э-э-э, завтраком, мы с Гленном устроили импровизированный военный совет – расселись в передних креслах глайдера и некоторое время сосредоточенно молчали в тряпочку. В конце концов Бадди это надоело, и он разразился глуховатым лаем, что и вывело нас из задумчивости.

– Что делать-то будем, а, Дэнни-бой?

– Как раз это я и хотел спросить.

– Я уже свой план огласил. Пытаться выбраться в обжитые места. Карта местности у меня в КПК есть, по сторонам света сориентироваться можем, так что попремся по азимуту. Прямиком к Вилсонс-Хоуп.

– Сколько там до него миль? Около пятидесяти? Вроде Джерри так говорил…

– Угу.

– Плохой план.

– Другого нет, уж извини.

– А если нас ищут?

– И этот человек обзывал меня оп… чхи!.. мистом?!

А вот с этим уже не поспоришь. Пришлось согласиться. Правда, я тут же в отместку буркнул:

– Давай, определяйся на местности, «оп-чхи-мист»!

Однако Мак к такому развитию событий оказался готов и возражать не стал, просто молча извлек из кармана капэкашник и принялся мучить приборчик, зависнув на несколько минут. Даже выбрался из салона и пару раз переместился с места на место – ловил сигнал спутников местной системы джи-пи-эс? Наивный. Нету же связи! Наконец угомонился и вернулся на законное место.

– Ч-черт! Знаешь, куда нам идти? Во-о-он туда!..

Палец Мака указал в точку пересечения нескольких следов, украшенную обширным завалом, некогда являвшимся фермерским домом.

– Я туда не полезу.

– Согласен. Ноги переломаем. Поэтому придется обходить. Вон там или там.

– Не хочу.

– Почему?

– Потому что!

– «Потому что» – аргумент женщин, – отрезал Мак.

– Сам придумал?

– Нет, древняя шотландская мудрость.

– Поня-а-атно…

– Чего тебе понятно?! – немедленно вызверился Гленн. – Дэн, хочешь ты этого или нет, но идти придется. А посему шевели мозгами.

– Ну, вон там можно какой-нибудь мостик соорудить… выломать из забора кусок пластика, например, и перекинуть…

– Ну вот, можешь же, нужно только правильно замотивировать!

– Вот только мне первое следствие из закона Мерфи покоя не дает…

– Ну-ка, ну-ка…

– Все не так легко, как кажется.

– Обоснуй.

– Ну перебрались мы через ближайшую канаву. А дальше? Их же на пути еще много может встретиться. Да о чем я вообще? Тут же целая паутина, через пару километров вот эту, под углом, форсировать придется. Будем каждый раз искать подручные материалы? А если не найдем?

– Можно кусок пластика с собой взять.

– Второе следствие.

– ???

– Всякая работа требует больше времени, чем вы думаете. Сколько мы гружеными тащиться будем до того же Вилсонс-Хоуп?

– Н-да… умеешь ты обнадежить!.. И что делать?

– Да без понятия! – пожал я плечами. – Одно скажу – сейчас мы на собственном опыте убедились в справедливости седьмого следствия: всякое решение плодит новые проблемы.

– Да тьфу на тебя!!! Задрал со своим законами… – Тут наконец до Мака дошло. – Ты издеваешься?!

– Все-все, умолкаю! Извини.

– Толку-то от твоих извинений… думай, что делать.

А что тут думать? Иногда просто нужно поступать вопреки всем правилам. Да хотя бы вот так…

Не обращая внимания на заинтересованные взгляды соратников, я вылез из кресла, обошел глайдер и приблизился к забору. Про пластик просто так ляпнул, без особой надежды, но сейчас за этот факт уцепился – насколько я помнил, такие загородки призваны лишь чисто символически обозначать границы владений да спасать от праздношатающейся живности, а посему монументальностью не отличались. Так и есть – каркас из таких же пластиковых трубок, типа водопроводных, и собран при помощи фитингов – то есть столь же хлипких муфт и тройников, небрежно приплавленных к поперечинам. Тут даже нагрев не требовался – намазал торец специальным клеем, пластик разжижающим, да вставил одну детальку в другую. Пара секунд, и готово. Ветер держит, а большего и не надо. Никто же не ожидает, что эта преграда сможет, например, разъяренного бизона остановить. Против таких махин обычно колючую проволоку пользуют – дешево и сердито. Я, конечно, помельче бизона буду, но и для меня забор не проблема. Что я и продемонстрировал, в несколько пинков отшибив ту пару пластиковых плит, что составляли одну из секций на краю уцелевшего куска. Выломать же поперечины вообще труда не составило, и вскоре я стал обладателем двух импровизированных щупов чуть больше моего роста. Одарив одним из трофеев Мака, я так же молча направился к ближайшему следу.

– Эй-эй, Дэн, ты чего? – забеспокоился Макдугал и, не получив ответа, предпочел пройти за мной.

Впрочем, в процесс он не вмешивался, соответственно и я задираться не стал: машинально отметив порядочно снизившийся уровень… хм, «водоема», без комментариев погрузил шест в коллоидное месиво, подняв изрядное облако пыли.

– Ну и где твои зыбучие пески? – окончательно припечатал я Мака, кивнув на щуп.

Тот уткнулся в твердое дно на глубине от силы сантиметров двадцать.

– Я же говорил, что у меня годный план, – нашелся Гленн. – Думаешь, можно вброд перейти?

– Почему нет?

– А нас не разъест?

– Пластмассу не разъедает.

– Вот именно. Но я-то не пластмассовый.

– Мак, ты, между прочим, куда прочнее. Тебя даже изнутри эта гадость не разъедает, снаружи тем более ничего не грозит.

Макдугал потемнел лицом, потом задумчиво покосился на след и перевел взгляд на крышу глайдера.

– Вот именно, Мак, вот именно.

Про то, что пыли мы сожрали порядочно, я уже упоминал? Во-от. А теперь еще и выяснилась ее природа.

– Короче, берем щупы и идем напрямик. Следы форсируем вброд, Бадди перетаскиваем на закорках.

– Годится, – вздохнул Гленн.

Видимо, оценил предстоящий объем работ.

Впрочем, незамедлительно отправиться в путь все же не получилось. Остановило осознание того простого факта, что сегодня придется ночевать в чистом поле. И если мы в укрытии чуть не околели, то что с нами станется, случись спать на голой земле? Так что пришлось отложить в сторону щупы и заново обшарить ближайшие окрестности, включая глайдер. Искали хоть что-то способное облегчить нашу участь. И, надо признать, в четыре глаза кое-что высмотрели.

Вышли только в десятом часу утра (хоть и вскочили на рассвете), к тому же порядочно нагруженные – пришлось из чехлов с передних сидений соорудить жалкие подобия заплечных сидоров, а «мегаспальник» навьючить в виде скатки на двужильного Мака. На моем загривке помимо вещмешка с кое-какими полезными мелочами разместилась еще и связка поломанных на метровые куски поперечин от забора, заостренных с одной стороны. Пришлось помучиться, конечно: мультитул – не самый удобный для резьбы по пластику инструмент, но затраченные усилия того стоили.

Еще одна непредвиденная задержка вышла конкретно из-за меня: я дал маху, что и выяснилось буквально сразу же, стоило только сделать первый шаг по пылевой «речке». Оная пыль оказалась настолько летучей, что незамедлительно образовалось настоящее облако, дышать в котором было просто невозможно. Пришлось выбираться на твердую почву и сооружать всем, включая пса, подобие респираторов, на которые Мак пожертвовал подкладку собственной куртки – она у него чуть теплее оказалась. Ну да ладно, с кем не бывает. Всего предусмотреть не способен даже Зевс… Что, я вам про него еще не рассказывал?

Колония Порт-Бриггс, борт исследовательского рейдера «Молния», двенадцать дней назад

На вторые сутки стажировки, уже несколько освоившись на половине Оружейников, я отправился исследовать остальные доступные зоны. Начать решил с технической палубы, которая располагалась под жилым блоком и превосходила его площадью почти вдвое. Правда, практически все полезное пространство съедали мастерская и склады, которые все члены объединения, за исключением техников, предпочитали называть кто барахолкой, кто свалкой, а кто и вовсе помойкой. То есть место априори для инженера-аналитика интересное. И, едва выбравшись из кабинки лифта, нос к носу столкнулся с незнакомым типом – на торжественном обеде его точно не было. Сначала я решил, что это кто-то из команды, но в глаза бросилась неестественная неподвижность физиономии – мимика у типа отсутствовала как класс. Да и цвет кожи какой-то нездоровый…

– Приветствую, господин Новиков.

– П-привет…

Н-да. И с голосом что-то не то. Искусственный какой-то, как будто синтезированный, причем без особого старания… Да это же андроид! Ни фига себе, капитан шикует! Ушлые сыны Страны восходящего солнца, ныне населявшие Колонию Киото, умудрились пустить эту технологию местных Предтеч на поток, разумеется, с использованием унаследованных производственных мощностей. Товар получился не из дешевых, но даже с учетом цены быстро стал дефицитным. А кэп умудрился себе где-то одного отжать. Я же их только на картинках видел да еще в голофильмах.

Андроид к моему изучающему взгляду отнесся с пониманием и терпеливо ждал, когда я наконец утолю любопытство. Много времени это не заняло – подумаешь, оживший манекен! Явно одна из самых низкоуровневых моделей, навороченного киборга от человека отличить куда сложнее. А здесь все признаки, прямо классика – и неподвижность лицевых мышц, и тусклые глаза, и неестественно прямая осанка. Про голос уже говорил. Поскупился Иванов на полную имитацию, скорее всего, прикупил где-то по случаю, ради выращенного вместе с телом искина.

– Разрешите представиться, – все так же невыразительно лязгнул андроид. – Меня зовут Зевс. Чем могу быть полезен?

– Да, собственно, ничем, – пожал я плечами. – Хотя… слушай, а почему у тебя такое имя?

– Вероятно, потому, что я повелитель «Молнии».

Офигеть! Могу поклясться, что у него уголки губ дернулись, как будто он усмехнулся! И в голосе промелькнуло что-то… ирония? Что же за искин в него залит? Заставить выразить эмоции совершенно для этого не приспособленное тело дорогого стоит. Это я вам как дипломированный специалист говорю.

– Повелитель? – ухватился я за ключевое слово. – Я думал, это определение больше кэпу подходит.

– На лавры капитана Иванова не претендую.

Опять ирония? Или сарказм? Да без разницы! Сам факт поражал!

– Э-э-э… Зевс?.. Ты не возражаешь против небольшой беседы?

– Ничуть. Готов ответить на все ваши вопросы – разумеется, не выходя за рамки дозволенного.

– Тогда для начала объясни мне, почему ты повелитель «Молнии». Надеюсь, эта информация не закрыта?

– Нет, сэр. Но я думаю, нам следует пройти в более удобное место, – предложил киборг, – у меня, помимо беседы с вами, есть и другие обязанности. Но общению они не помешают.

– Пошли. И можешь называть меня просто Денис.

– Хорошо, Денис.

Ух ты! Все-таки продвинутая модель! Только на внешности сэкономили. Хотя… мог и намеренно капитан такого заказать, чтобы не пугать лишний раз команду. Все-таки Зевс проходил по ведомости как оборудование. Иначе бы на вечере знакомства присутствовал.

Удобным местом оказалась технологическая ниша, оснащенная стандартным терминалом и откидной табуреткой. На сидячее место Зевс не претендовал, так что я без зазрения совести взгромоздился на узкое сиденье, пропустив андроида поближе к рабочей станции. Киборг выщелкнул из запястья игольчатый коммуникационный разъем и подключился к терминалу напрямую. По дисплею шустро забегали строчки, потом текст сменился ветвистым интерфейсом с множеством иконок, помеченных символами алфавита Диарру, и Зевс принялся быстро тыкать в них пальцем, умудряясь за сотые доли секунды усвоить информацию. При этом он еще и про меня не забыл. Компьютер, что с него взять! Причем хороший компьютер – весь последующий разговор шел на русском, и я не заметил ни одной корявости, даже идиомы он использовал к месту. Впрочем, загадка решилась просто – по признанию самого Зевса, пополнить словарь ему помогли кэп и наша суровая медичка.

– Итак, Денис, вы спрашивали…

– Можешь обращаться ко мне на «ты».

– Спасибо, – не отрываясь от работы, поблагодарил андроид. Причем я снова уловил в его голосе нечто отдаленно напоминающее иронию. – Итак, Денис, ты спрашивал, почему я Зевс. Отвечаю – так меня нарек капитан Иванов. Юмор до меня дошел не сразу, но потом я понял и принял имя. Оно мне очень подходит.

– А на самом деле ты кто?

– Согласно технической документации – андроид класса А-19.

Я мысленно подобрал с пола упавшую челюсть и твердо решил больше ничему не удивляться. Хоть повод и железный. Тело Зевса, как я и предполагал, оказалось самым дешевым, не приспособленным к сложным работам – принеси-подай, не более. Этакий человекоподобный погрузчик. Зато мозг… по текущей классификации искусственных интеллектов самым навороченным считался искин по имени Синоби, принадлежащий Корпорации «Киото Биотекнолоджиз» с той самой Колонии Киото. Ему был присвоен двадцать третий класс. Стоил он, по слухам, как половина всех активов Корпорации. Столько нулей в числе, даже представить трудно. Моя родная Корпорация «Спейс Текнолоджиз Груп» владела искином двадцать первого класса. Частным лицам были доступны искины до семнадцатого включительно. Как кэп Иванов умудрился раздобыть искина девятнадцатого класса, лично для меня загадка. Его вычислительных мощностей хватило бы для управления крупной орбитальной станцией вроде той же STG-17… И андроид с такими мозгами разгуливал тут по кораблю!

– А на самом деле? – уточнил я, справившись с эмоциями.

– На самом деле я мобильный модуль основного искусственного интеллекта, управляющего этим кораблем.

Уже интереснее. Если я ничего не путаю, то исходный «мозг» должен был примерно соответствовать классу тела – где-то второй-третий. Основа по большому счету не так важна, как программное обеспечение. Оно-то и составляло львиную долю стоимости искина. Понятно, что чем мощнее виртуальная составляющая «мозга», то тем качественнее должен быть и его физический носитель, но тут у изделий «Киото Биотекнолоджиз» все было в порядке. Получается, кэп купил самого дешевого андроида, а местный искин подсадил в него свое второе «я». Изящно, черт побери! Интересно, как долго Иванову пришлось с настройками возиться?.. Тут, кстати, еще одна неувязочка.

– Текущий класс мне был присвоен по результатам тестирования сторонней организацией, – пояснил Зевс, когда я озвучил вопрос. – Разумеется, после модификации ядра. Отладка длилась шесть стандартных месяцев.

– А какая у тебя основная задача?

– Коммуникационная.

Я недоуменно заломил бровь, но андроид и эту проверку прошел – расшифровал вербальный сигнал без заминки.

– Моя приоритетная функция – осуществлять контакт между экипажем и сторонними модулями с одной стороны, и с базовым кораблем – с другой. Напрямую с моим материнским ядром может общаться только капитан.

Помню, Мак рассказывал. Мысленное управление и прочие навороты.

– Плюс я же корректирую программное обеспечение. Из-за низкой совместимости технологий накапливаются сбои, и приходится их устранять практически вручную. Помимо прочего я еще распределяю энергопотоки, идущие на вспомогательное оборудование. Ты, Денис, знаешь, почему мы болтаемся в пространстве уже вторые сутки?

– Без понятия. Думал, кэп кого-то ждет.

– Можно и так сказать, – все с тем же непроницаемым видом кивнул андроид. – Ждет, пока заполнятся накопители.

– Совсем ты меня запутал. Мы что, на какой-то нелегальной заправке? Почему на станции не заправились? Или сильно дешевле?

– Значительно дешевле. Я бы сказал, рентабельность данного предприятия составляет девяносто восемь процентов. Посмотри, пожалуйста, сюда.

Я послушно уткнулся в дисплей. Опять древовидный интерфейс – на сей раз стандартный «энергораспределитель». Два десятка накопителей разной емкости, из них две трети уже зеленые, а оставшиеся залиты зеленью где-то наполовину. И границы закрашенных зон еле заметно смещаются.

– Тормозная заправка. Зря капитан с базы улетел.

– Это не заправочная станция, Денис. Корабль наполняет энергоячейки самостоятельно. Три дня назад произошел мощный энергетический выброс в фотосфере местной звезды, и мы сейчас в центре потока жесткого излучения.

– Э-э-э… но ведь излучение сажает защитные экраны?

– В нашем случае – нет. Внешняя поверхность корпуса улавливает заряженные частицы и преобразует их энергию в электрическую. Она же выполняет и функцию силового щита. То есть мы пополняем запас энергии. Бесплатно.

– Только долго.

– Но оно того стоит, – парировал Зевс. – И капитан совершенно справедливо считает, что гораздо выгоднее повисеть сутки-другие в пространстве, затратив какое-то количество ресурсов на поддержание жизнедеятельности экипажа, чем отваливать необоснованно завышенную сумму заправщикам.

– Это он сам так говорит?

– Ответ положительный.

– Тогда получается, что мы перед каждым прыжком эту процедуру проходим?

– Полной емкости накопителей хватает на десять прыжков малой дальности, например, между соседними системами, четыре-пять – средней и как минимум два сверхдальних.

– Ага. Еще лучше. Запрыгнул к черту на кулички и кукуй. А если пираты?

– За все время моего функционирования ни одного подобного случая не зафиксировано. Капитан предпочитает не рисковать и всегда имеет энергорезерв. А если время поджимает, то пользуется услугами заправщиков. Но сейчас не тот случай! – предупредил мой возможный вопрос Зевс. – Надеюсь, я удовлетворил твое любопытство, Денис?

– Более чем полностью.

Мы тогда проболтали еще не меньше часа – вопросов касательно устройства редкого корабля у меня накопилось множество. Правда, членов экипажа я старался не затрагивать, но хватало и мелких, на первый взгляд несущественных деталей, временами проскальзывающих в ответах андроида, чтобы подтвердить первое впечатление, сложившееся после памятного обеда. К тому же Зевс оказался самодостаточной и очень интересной личностью с парадоксальными взглядами на многие банальные вещи. Так что неудивительно, что мне вскоре захотелось продолжить общение.

Колония Пандора, окрестности Вилсонс-Хоуп,

7 сентября 2135 года, поздний вечер

– Все, Дэнни-бой, устраиваемся на ночевку! – Мак с огромным облегчением скинул сидор и пристроил его у подножия крупного валуна, венчавшего вершину невысокого холмика. Шмякнул рядом скатку «мегаспальника» и с наслаждением уселся на нее, вытянув натруженные ноги. – Думаю, удобнее местечка все равно не найти.

Тут я с ним вынужден был согласиться – хоть с одной стороны защита от ветра. В обычных условиях я бы какую-нибудь ложбинку поискал, но… были нюансы. За день наблюдений (вернее, за первую его половину, потом уже на посторонние дела сил не осталось) накопилась значительная статистика, позволявшая более-менее точно прогнозировать поведение аномалий. Следов мы форсировали столько, что я со счета сбился. Зато выявил закономерность – перемещаться они предпочитали по низинам, если была для этого возможность. Такое ощущение, что они, аналогично всем водным потокам от ручьев до гигантских рек, текли по пути наименьшего сопротивления. Так что на вершине холма риск попасть в мясорубку минимален. Шанс, конечно, есть, но с этим пришлось смириться.

– Ну и фигли ты расселся? – укоризненно глянул я на напарника. – Ставь палатку, я пока дрова поищу.

– Может, наоборот?

– Не-а, – покачал я головой. Хрена с два поведусь. Кое-как переставлять ноги я еще способен, а вот вдумчивая работа – не для меня. Пусть спасибо скажет, что в пути не свалился. – Мое дело было проект разработать и в жизнь его претворить. А вот практикой тебе придется заняться. Не мое это. Или ты забыл, в какой я должности?

– Технично отмазался.

– Как смог. Все, я пошел.

Пусть отдувается за утро. Зря я, что ли, сидел и морщил ум, прикидывая, как из ничего смастрячить приспособления для переноски грузов (задача номер один), и плюс к тому портативное укрытие (задача номер два)? И я еще молчу про обогреватель!

Кстати, последним я особенно гордился – бывалый Мак о подобной конструкции даже не слышал. И был изрядно удивлен, когда я вскрыл багажное отделение глайдера и принялся потрошить облицовку. Даже поинтересовался, не тайник ли с местным самогоном ищу? Было бы неплохо. Я вместо ответа продемонстрировал ему вывороченный из гнезда матовый брусок размером с мобильник, украшенный с одного торца еле заметными контактами.

– Ну и на фига тебе батарейка? – озадаченно хмыкнул он, теребя в руках обнаруженную здесь же канистру-пятилитровку.

Я сначала даже не понял, что это емкость для хранения жидкостей – она больше всего походила на кусок полиэтиленовой пленки. И лишь после объяснения Гленна до меня дошло. Хитры все же были наши предки. Это надо же, такое выдумать – глухой пластиковый мешок с заливной горловиной и крышкой на резьбе. Удобно, практично, дешево. Судя по запаху, в ней покойный Джош тот самый разрекламированный эль собственной выделки возил. Но нам было не до брезгливости, так что даже этой… хм, посудой пренебрегать не стали. Еще Мак пояснил, что такая штукенция известна с глубокой древности, бурдюк называется.

– Батарейка нужна, без нее никак, – заверил я напарника. – Ты как ночью греться собрался? По уже испытанному методу?

– Ага.

– У меня есть вариант лучше. Мы сделаем «козла».

– Чего-чего?

– «Козла», говорю. Примитивнейшая вещь, да и довольно опасная, но для нас будет кстати. Надо два провода и какую-нибудь хрень металлическую на нагревательный элемент. В идеале, конечно, спираль, но сойдет и что-нибудь плоское… да вот, обшивка с дверцы. Только ножик свой дай.

– Затупишь!

– Зато не замерзнем!

Последний довод подействовал, и примерно через час возни мы стали счастливыми обладателями переносного электронагревателя – грубоватого на вид, но прекрасно функционирующего и достаточно легкого. Правда, это его свойство оценили уже ближе к вечеру. Я даже извратился и изобразил из тонкого листового металла нечто вроде радиатора с поперечными пластинами для увеличения поверхности теплообмена. Больше всего промучились с контактами, но в конце концов получили довольно надежное соединение через грубый переходник из все той же дверной обшивки. Ускоренные испытания показали жизнеспособность конструкции – от одной батарейки с остаточным зарядом «козел» проработал почти час. Мог бы и больше, но нам уже некогда было. В любом случае решили подстраховаться и загрузили в каждый сидор – опять же моей конструкции – по два десятка элементов, благо в глайдере их нашлось больше сотни. Хотя за глаза бы и одного хватило – где «козел» и где глайдер?

Заодно и проблему добычи огня решили – короткое замыкание еще никто не отменял. На растопку пустили прекрасный синтетический уплотнитель из салона, занимавшийся буквально от одной искры. Ничем не хуже древнего трута получилось.

В пути разжились водой – как оказалось, ручьи, до речушек сильно недотягивавшие, здесь попадались частенько. После утреннего «угощения» я уже ничего не боялся, так что пил сырую водицу за милую душу – один хрен, терять нечего. Да и проблем с санузлом никаких – присаживайся в любом приглянувшемся месте. Однако же животом мучиться не пришлось. Уж не знаю, организм у меня таким крепким оказался или подействовал просроченный «Мезим-нео», найденный в аптечке глайдера. Скорее второе, ибо и Гленн незавидной участи избежал.

А ближе к вечеру Бадди спугнул местного зверя, весьма смахивавшего на обычного поросенка, и Макдугал поразил меня до глубины души, сняв беглеца из Милашки первым же выстрелом. И это, прошу учесть, когда я уже с трудом передвигал ноги, а руки, удерживающие лямки сидора, дрожали от напряжения. Мак выглядел чуть свежее, но все же, все же… Кабанчик оказался мелковат, поэтому забрали его с собой целиком, предварительно выпотрошив. Эту почетную обязанность я уступил напарнику, ибо сам в таких делах дуб дубом. Но смотрел на процесс с гастрономическим интересом, хотя буквально вчера бы меня от такого зрелища минимум замутило.

Пса покормили сразу же, выделив часть тушки, свой же перекус отложили до ночлега – втянулись уже в ритм, да и чувство голода притупилось, напрочь заглушенное зудом во всех мышцах сразу. Даже в тех, о существовании которых я ранее и не подозревал.

Зато сейчас самое время готовкой заняться. Дровишек вот наберу, костерок запалим, и здравствуй, жаркое! Без соли и специй, но пофиг! Даже полусырое сгрызу, на это силы остались. Хищник я, в конце концов, или погулять вышел? Вот-вот.

Кустов в округе было довольно много, так что хвороста запасти удалось достаточно. Для готовки, я имею в виду. А вот на полноценный костер, да еще на всю ночь… ну не знаю. Пару грузовиков если только собрать. Потому «козел» по-прежнему оставался актуальным. Огонь разведем и будем поддерживать, но чисто символически. Вдруг кто мимо полетит?

В лагере работа тоже кипела – Гленн, пусть и с матюгами, конструкцию освоил и уже почти собрал каркас. А к третьему моему возвращению с очередной охапкой хвороста и вовсе со сборкой покончил, так что у меня даже получилось полюбоваться результатом собственной фантазии в неверном свете такой же, как и вчера, небесной свистопляски. Ничего так получилось, особенно для первого раза. Нечто вроде юрты – силовой набор из пластиковых труб, а сверху полог из распотрошенного чехла с заднего сиденья глайдера. Как раз хватило. Тем более что с полезным объемом мы поскромничали – получилась одноместная палатка, в которой придется лежать в обнимку. Плюс зазор в полметра между нашими бренными телами и валуном, куда предполагалось установить обогреватель. В качестве подстилки использовали свеженарубленные ветки, на которые сверху бросили опустевшие сидоры. В общем и целом получилось весьма уютно.

Включив «козла», чтобы хоть немного внутри палатки воздух прогреть, занялись ужином. Теперь пришла очередь Макдугала показать класс, с чем он и справился ожидаемо блестяще. Впрочем, с такой голодухи любая бурда могла показаться верхом изысканности, так что неравномерно прожаренный поросячий окорок и кипяток (напарник умудрился вскипятить воду прямо в пластиковой канистре!) я расценил как одну из самых лучших трапез в жизни. У нас еще и на завтра осталось – Мак предпочел «пожарить» все мясо, чтобы утром не заморачиваться.

После ужина мы, смертельно уставшие, но умиротворенные, забрались в палатку, устроились со всем возможным удобством и задремали. Правда, далеко не сразу – было жестко и прохладно, но потом, что называется, надышали, плюс «козел»… и я незаметно для себя погрузился в хорошо знакомую полудрему. Подбив предварительно итоги дня.

Итак, если вкратце, в активе у нас миль тридцать. Спасибо рельефу, ноги особо ломать не пришлось, иначе вряд ли бы мы ушли так далеко.

В пассиве – связь по-прежнему отсутствовала, и за весь день мы не видели ни одного летательного аппарата, хотя бы жалкого глайдера. Такое ощущение, что небо вымерло. Или на всей планете запретили полеты.

И отдельное спасибо Бадди – он трижды предупреждал нас о приближении неприятностей, соответственно мы благополучно их избежали, во всех случаях элементарно убравшись с пути аномалий. При этом удалось рассмотреть процесс с разных ракурсов и сделать кое-какие выводы, делиться которыми с Маком я покуда не стал. Следов же нам встретилось и вовсе без счета, и изучение наполненных пылью канав тоже дало результат. Впрочем, об этом после. А пока – спать.

Колония Пандора, окрестности Вилсонс-Хоуп,

8 сентября 2135 года, день

– Ну и что вы можете по этому поводу сказать, коллега? – вопросил Мак, окинув взглядом открывшуюся с вершины холма панораму. – Технично нас поимели, не правда ли?

Тьфу. У него еще силы хохмить остались… Я же просто сел, где стоял, и вытянул ноги. А потом и вовсе лег на спину и уставился в небо. Единственное определение, приходившее на ум при виде превращенного аномалиями в руины города, заключалось в одном коротком слове – ндец. По классификации тренера дяди Коли. И не просто ндец, а полный и безоговорочный. Я даже мельком пожалел о брошенном часа полтора назад сидоре – уже тогда я настолько вымотался, что поставил Маку условие: либо дальше я иду один, либо мы с вещмешком остаемся прямо здесь. Оба. Гленн выбрал первый вариант, а еще через полчасика и сам последовал моему примеру, сначала избавившись от канистры, а затем и от остальной поклажи. Разве что пару батарей в карманы засунул, чисто на рефлексе.

Смутные сомнения начали закрадываться мне в душу, когда до Вилсонс-Хоуп оставалось миль шесть, не больше. Самый главный и, по сути, единственный признак надвигающейся беды – полное отсутствие воздушного движения – буквально бросался в глаза. Но мы еще на что-то надеялись и продолжали терпеливо плестись по буеракам, хотя больше всего на свете мне хотелось рухнуть на землю и поваляться хотя бы часа два. Или больше. Ноги горели, а мышцы, вчера нывшие, сегодня вообще утратили чувствительность. Вечером я, оказывается, масштаб проблемы здорово преувеличил – настоящие мучения начались утром, когда я попытался собрать себя в кучу и подняться с лежанки. Как бы не так! Уж на что я закаленный – у дяди Коли не забалуешь! – но такого мне еще испытывать не доводилось. Вот что значит непривычная нагрузка.

Мак выглядел не намного лучше меня, но все же сумел выбраться из импровизированной палатки и разогреть остатки ужина. На запах я волей-неволей все же выполз, кровь потихоньку разбежалась по венам, а когда приспичило, э-э-э, по большому, и вовсе бодрячком передвигался. Правда, на разминочный комплекс меня уже не хватило.

А потом мы двинулись в путь, по молчаливому согласию бросив палатку. Забрали лишь «козла» с запасом батарей, распределив их по вещмешкам, да канистру с остатками воды. Но через какое-то время избавились и от этой ноши – слишком уж она стала неприподъемной.

Да что говорить – даже двужильный Бадди притомился и брел рядом с Маком, вывалив язык. Его тяжелое дыхание даже наши с Гленном хрипы перекрывало. Однако бедный пес старался не отставать, прекрасно осознавая, что одному ему через следы не перебраться. И если раньше он легко вскакивал на закорки мне либо Маку – смотря кому очередь выпадала, – то теперь ему приходилось помогать. А то и просто на руках тащить, как дите малое, что тоже отнимало порядочно сил.

Но все-таки мы справились. От нашего холма, на покорение которого ушли последние резервы, до окраин городка было не больше полумили. Вот только оптимизма нам этот факт не добавлял, ибо выглядел Вилсонс-Хоуп как после бомбежки – всюду горы камня и битого кирпича, улицы во множестве мест перекрыты завалами, а взлетное поле превратилось в шахматную доску – аномалии перечеркнули его почти под прямыми углами, этаким квадратно-гнездовым методом. Но все же кое-что уцелело, например, одно крыло мэрии. Да и здание аэровокзала выглядело более-менее прилично. Вот только людей нигде не было. И транспорта тоже, даже брошенного. Что наводило на определенные мысли.

– Ч-черт, опоздали! – в сердцах сплюнул Мак.

– Думаешь, их эвакуировали?

– Однозначно. А кто-то и сам смотался. Уж я бы точно здесь не сидел, если бы у меня был глайдер.

– Логично. Кх-ха!

– Эй, Дэнни-бой, ты чего-то взбледнул… ну-ка не расклеивайся! Придумаем чего-нибудь.

– Блажен, кто верует…

– Ты мне это брось! – рыкнул Гленн, разве что не дернулся, чтобы влепить пощечину. Видимо, силы решил не тратить. – Мы еще живы, так что надежда есть.

– На что? Что прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете?

– Ты бредишь, что ли?

– Да нет, это цитата… шучу я. Ха-ха.

– Ну вот, другое дело! Вставай, пошли.

– Куда?

– Туда, куда же еще, – ткнул напарник пальцем в развалины. – Поищем средство передвижения. Или хотя бы мобильник.

– Думаешь, связь есть?

– Не знаю… но чем черт не шутит? Кстати…

Чудо свершилось. Ну почти. Если по лицу Мака судить, когда он бросил взгляд на инфор. Давненько я не видел такой надежды – совсем как у моего одногруппника Витьки Моисеева на экзамене по основам кибернетики. Впрочем, она тут же сменилась беспросветным отчаянием – Гленн злобно выругался и принялся трясти рукой, то бишь инфором на запястье. Метод не сработал, но напарник проявил упорство и принялся нарезать круги, то и дело косясь на циферблат.

– Ну и чего высмотрел?

– Есть сигнал, – не слишком уверенно сообщил Макдугал, завершив пляски с бубном. – Только очень неустойчивый. На доли секунды ловится, а потом пропадает. Но в направлении города вроде усиливается. Еле заметно, так что могу и ошибаться.

– Это ты ретранслятор ловишь, – хмыкнул я, глянув на собственный гаджет и убедившись в правоте соратника. – Напрямую до «Молнии» не докричаться. Но можно ближе к источнику подойти. Нам в принципе даже эсэмэски хватит, лишь бы ушла по адресу.

– И чего разлеживаешься?! Погнали!

– Боюсь, там хуже будет. Слишком много препятствий, ноги переломаем…

– Прорвемся. Глупо упускать шанс. До следующего поселения, если карте верить, миль полтораста. Ты готов рискнуть?

– Нет уж, лучше по руинам поплутать, все меньше времени уйдет.

– Кстати, а где тут может быть ретранслятор?

– Я бы на мэрию поставил.

– Не самое очевидное решение, – покачал головой Мак. – Обоснуй.

– А ты здесь еще какие-нибудь объекты инфраструктуры видел? Одни жилые дома да магазины с барами. Если только вон на аэровокзале торчит. Но там мы в первую очередь проверим – все равно по пути.

– Убедил. Все, подъем!

Я оказался прав – тащиться пришлось практически до центра города, порядочно сбив ноги на завалах. Если в аэровокзале и имелся свой пункт связи, то он был либо обесточен, либо уничтожен – на качестве сигнала близость этого сооружения не сказалась. Он даже ухудшился, когда с холма спустились. Но вот по мере продвижения по той самой улочке, с которой и начался наш вояж позавчера утром, надежда периодически крепла – одна «палочка» в традиционной линейке индикатора задерживалась уже на секунду, а то и на полторы. Правда, потом на добрую минуту исчезала.

Зато от осознания этого радостного факта у нас с Гленном открылось второе дыхание, и мы уверенно перли вперед, к ратуше. Или мэрии, кто их разберет. Благо улица оказалась довольно широкой, и кучи щебня, бывшие не так давно уютными домами, редко перекрывали ее больше чем наполовину. Завалы почти всегда удавалось обойти, а пылевые следы все равно приходилось преодолевать вброд. Но мы не расстраивались – ровно до тех пор, пока не уперлись в особо крупную мусорную кучу, некстати совпавшую со следом. В общем, мешанина вышла знатная, не обогнешь.

– Черт.

– Вот именно, черт. – Мак задумчиво обозрел препятствие, потом перевел взгляд на инфор. – Тэк-с, вроде нормально… по крайней мере, попытаться можно. Что писать-то будем?

– SOS.

– Очень смешно, умник. А то капитан и не догадывается, что мы в дерьме.

– Тогда пиши, чтобы подобрали нас в Вилсонс-Хоуп.

– Вилсонс-Хоуп – понятие растяжимое.

– Не все сразу, Мак, не все сразу. Давай для начала связь установим, а потом уже к подробностям перейдем. Кстати, кому писать будем? Грегу или капитану?

– Кэпу, Грег все еще на шарике может париться. Ладно, пишу: «Мы в Вилсонс-Хоуп»… хотя нет, просто: «Вилсонс-Хоуп». Поймут, что это мы. Номер-то определится…

– Краткость – сестра таланта, – одобрительно кивнул я. – Думаешь, более длинное сообщение не уйдет?

– По-любому так надежнее, – совершенно серьезно подтвердил Гленн мой вывод, и я проглотил вертевшийся на языке издевательский комментарий.

Пусть его.

– Отправка.

– Ну и?

– Думает.

– Что-то долго думает.

– Скажи спасибо, что не посылает… я имею в виду, нас не посылает.

– Подбрось инфор.

Мак скривился скептически, но все же снял браслет с запястья и от души запулил в небо. Поймал вернувшийся гаджет, бросил взгляд на дисплей и ухмыльнулся ехидно:

– Доволен?

– Продолжайте, коллега, продолжайте.

Нам снова невероятно повезло – на пятом или шестом броске инфор разразился мелодичным дилиньканьем, а мы с Макдугалом – восторженным ревом. Бадди тоже в стороне не остался.

– «Сообщение успешно отправлено», – с чувством зачитал Мак короткую строчку. – Ч-черт, никогда мне еще так хорошо не было! Даже на Престоне, когда мы… ладно, не важно. Что теперь?

– Дальше кидай, ответа ждать будем.

Дождались – еще бросков через десять. Сообщение оказалось предельно лаконичным: «Ориентир?»

– А вот теперь давайте думать, коллега, – сказал я, мужественно сдержав рвущееся из груди ликование. – Самый очевидный вариант – мэрия. Но я предлагаю аэровокзал.

– Тащиться далеко.

– Зато маршрут разведанный.

– Там связи не будет.

– А нам и не надо. Будем сидеть на попе ровно и ждать. Сам же предлагал такой вариант позавчера. Энди сюда не меньше часа добираться, так что успеем.

– Ладно, уговорил. Так и пишу: «Аэровокзал».

Проверенная методика не подвела, и через некоторое время мы прочли еще более лаконичный ответ: «ОК».

– Р-рота, подъем!!! Бадди, чувачок, проснись и пой! Нас ждут великие дела!

– Мак, Мак, успокойся!..

– Да ну тебя, Дэнни-бой, уже и порадоваться нельзя…

– Радоваться будешь, когда на орбите окажемся.

– А ты суеверный, как я погляжу.

– Нет. Просто убежденный последователь Мерфи.

К аэровокзалу вернулись достаточно быстро – сказались опыт и предварительно освоенный маршрут. К тому же ноги, казалось, шагали сами, без участия сознания, и темп мы задали нешуточный – с поправкой на наше физическое состояние. И уже минут через двадцать задумчиво рассматривали почти не поврежденный домик – так, угол обвалился, и все. Но внутрь зайти не решились – а ну как рухнет? В строительстве ни я, ни Мак ничего не понимали – не наш профиль, но здоровая паранойя, по выражению все того же Мака, еще никому не вредила. Да и смысл прятаться? Нам, по логике, вообще посреди летного поля торчать надо, отсвечивая на все четыре стороны. А посему мы, не сговариваясь, побрели вдоль корпуса, наметив один и тот же относительно целый пятачок бетонного покрытия – аккурат глайдеру приткнуться. Правда, не дошли – Бадди вдруг врубил ускорение (и это при общем упадке сил!), рванул к обрушенному углу кирпичной коробки и залился хриплым лаем, то бишь воспроизвел знаменитое «Вуф!» аж трижды. Застыл в охотничьей стойке, задрав морду, и принялся глухо рычать.

– Чего это с ним? – удивился Мак. – На опасность он немного иначе реагирует.

– Сдается мне, есть причина, – хмыкнул я и подошел поближе к покореженному зданию. Окинул взглядом завал на месте разметанного по кирпичику угла. – Все ясно. Эй, приятель, ты как тут?

– Дэнни-бой, у тебя глюки? Кого ты там высмотрел?

– Похоже, у нас еще один попутчик, – пробормотал я себе под нос, проигнорировав Макдугала. – Кис-кис-кис!..

Крошечный комок неопределенного цвета, восседавший посреди завала на чудом сохранившемся кирпиче, зыркнул глазищами-фарами:

– Мя-а-а-а-к!

– А ты, братец, пискля! Бадди, фу! Фу, я сказал!

Не обращая внимания на «грозный» оскал и шипение (неубедительное, ага), я аккуратно взобрался на кучу мусора и подхватил сделавшего слабую попытку отмахнуться когтями (если это можно так назвать) кошака под пузо. Тот заскреб в воздухе лапами, но быстро успокоился, поняв, что псу скармливать его не собираются. Держа трофей на вытянутой руке, я принялся разглядывать «нежданчик». Ну что сказать? Кот как кот, совсем еще мелкий. Колер не разберешь, слишком пыльный. Но в том, что это именно кот, сомнений никаких.

– Ну и как мне тебя назвать? – принялся я рассуждать вслух, игнорируя уронившего от удивления челюсть Мака. – Хаос? Глупость? Нетерпение? Нет, еще в плагиате обвинят. И уж точно не Дакс – не тянешь, уж извини. Котенок по имени Гав?

– Вуф?!

– Шучу, шучу, расслабься, Бадди. – И нравоучительно продолжил: – Котенка с таким именем во дворе ждут одни неприятности. Так что будешь Василевсом, как император Священной Римской империи…

– Дэн, ты спятил?!

– Нет, Василевс слишком пафосно. Василий! Точно, будешь Васька.

– Дэ-эн! Ты чего там бормочешь?

– Кличку придумываю.

– И как, надумал?

– Ага. Будет Васька.

– Как-как?!

– Бэйзил.

– А ничего так, нормально, – одобрил Мак. – Ты что, серьезно его с собой решил взять?

– Почему нет?

– Капитан будет против.

– Ну и пусть его. Но здесь я Василия не оставлю. Слишком жестоко это.

– А ты сентиментален, Дэнни-бой.

С этим утверждением я спорить не стал. Элементарно сил не осталось. Кое-как добрел до облюбованного заранее пятачка, и приткнулся на самом краю, блаженно вытянув ноги. «Нежданчика» пристроил на пузе, оттолкнув любопытную морду Бадди, и принялся аккуратно поглаживать нового питомца по холке, за что и был незамедлительно награжден благодарным урчанием. Васька завибрировал всем своим невеликим тельцем, как это кошки умеют, и я впервые за эти суетные дни ощутил умиротворение.

Однако долго блаженствовать не получилось – примерно через полчаса, пролетевшие как один миг, Гленн задрал голову к небу.

– Пляши, Дэнни-бой! Кавалерия прибыла!

И чего он там высмотрел? В упор не вижу… хотя… точно! Вон точка какая-то подозрительная. Что характерно, растущая с каждым мгновением…

– Мак, что он делает?!

– А я знаю?!

– Твою маму!!! Бежим!

– Сидеть! Энди свое дело знает.

Не факт, что это именно Энди. Но Макдугал соратника всяко лучше меня изучил, может, по манере пилотирования определил, что это именно он.

А манера, надо сказать, весьма своеобразная – это с какого перепоя надо быть, чтобы бросить катер в штопор с нескольких тысяч метров?! Вот зачем так рисковать? А если не сумеет падение замедлить? От нас тогда и коллоидного месива не останется. Будет вместо забетонированного пятачка симпатичная воронка нехилого диаметра… Блин!!!

Обошлось. Катер замедлился почти до нуля метрах в ста от земли, и на поверхность опустился предельно аккуратно, гостеприимно распахнув люк пассажирского отсека.

– Быстрее, парни! Сюда аномалия идет! – громыхнули внешние динамики искаженным, но все же узнаваемым голосом Энди Чана, и мы оперативно загрузились в транспорт.

Мак первым делом усадил в кресло Бадди и только потом о себе позаботился. На мою долю остался «нежданчик», но его я отдельно посадить постеснялся – слишком уж негабаритный пассажир – и разместил у себя на коленях, придавив ладонью, чтобы не дергался.

Створки скользнули на свои законные места, и катер, судя по ощущениям, плавно оторвался от земли. Некоторое время он поднимался на антиграве, а потом Энди заставил машину задрать нос в зенит и врубил маршевые движки. Удар ускорения получился куда сильнее, чем при старте с «Молнии», и я против воли коротко ругнулся.

– Извините, парни, но сейчас в нижних слоях атмосферы опасно, – пояснил маневр Энди.

Что-то он многословен сегодня. Не к добру.

– А что стряслось-то?

Это уже Мак. Любопытству упадок сил не помеха, даже резко увеличившееся давление на грудь преградой не стало.

– Аномалии.

– Ни фига себе!..

– Некоторые километров до пяти бьют. Строго вверх, в стороны не распространяются. Полеты из-за них запретили.

– А как же ты?

– Ну, воздушной полиции тоже летать нельзя… а нам очень нужно.

– Поня-а-атно.

На том беседа и заглохла. А чуть погодя и ускорение перестало вдавливать тело в кресло – катер вышел в открытый космос.

Колония Пандора, борт рейдера «Молния»,

8 сентября 2135 года, день

Маневры на орбите заняли еще около часа, я даже подремать чуток умудрился, краем сознания уловив «беседу» Мака с пилотом («Что-то ты быстро явился». – «Сидел в готовности один, и траектория удачно совпала». – «Повезло нам». – «Ага»), и проснулся от мягкого удара – катер пристыковался к «Молнии». Зафиксировался в захватах, о чем возвестил зеленой табличкой в передней стенке отсека, и система фиксации без напоминания освободила пассажиров. Однако вылезать из кресел никто не спешил – уж не знаю почему, но выбираться из уютного кокона мне отчаянно не хотелось. Расслабился, что ли? Или отходняк навалился? Вроде нет, иначе я бы вообще двинуться не смог, уж я-то себя знаю. Просто… не хотелось разрушать волшебство момента – давненько я себя таким умиротворенным не чувствовал. Опасное приключение благополучно завершилось, к тому же дело доброе сделал – спас жизнь. Пусть и всего лишь котенка. Так что отвалите все, дайте поблаженствовать…

– Дэн, пошли, что ли? – не очень уверенно предложил Мак минут через пять. – Некогда вылеживаться вообще-то…

– А оно тебе надо? – лениво отозвался я. – Не беспокоят, и ладно…

– Экипаж, на выход!

Чертов Энди! Взял и подгадил. Ладно-ладно, вылезаю…

Блин, ноги подгибаются. На шарике еще держался, а тут вообще расслабился. Не падать! Еще капитану доложиться надо, а потом можно будет вкусить заслуженный отдых – Мака первым в ванну запустить, мыться он не любит (я имею в виду, долго мыться), а потом поблаженствовать от души под горячими струями. Под местные новости, ага. Благо инфор – водонепроницаемый. А затем и о пище телесной можно будет подумать, если от духовной тошнить не начнет. Есть у меня такое предчувствие…

– Ну вот, Василий, мы и дома. – Я аккуратно подхватил «нежданчика» под пузо, выпростался из кресла и сунул мякнувшего питомца в боковой карман куртки. – Будем надеяться, что приживешься.

За время полета Васька умудрился частично вылизаться, так что стало возможным определить масть – кот оказался черно-белым. Очередное совпадение, ага. Все-таки надо было Даксом назвать.

Судя по короткой кишке перехода, катер пристыковался не к нижней части корабля, в положенной ему технологической нише, а где-то в районе жилого сектора – видимо, чтобы мы быстрее добрались до благ, даруемых цивилизацией. Или чтобы тащить пострадавших было сподручнее. Другое дело, что мы передвигались самостоятельно, однако в предусмотрительности капитану не откажешь – я, если честно, чувствовал себя все хуже и хуже. Одеревенелые ноги почти отказывались подчиняться, но я все же брел, стараясь не терять из вида спину Мака. Хорошо хоть идти пришлось недолго.

Преодолев «полиэтиленовую» пленку мембраны, мы оказались в старом добром хранилище корабельного хлама, с момента моего первого посещения не изменившемся ни на йоту. И здесь нас ждала целая делегация в лице кэпа Иванова, непроницаемо-спокойного Грега и явственно нервничающей доктора Сьюзи.

– Как вы? – поинтересовался капитан.

Гленн в ответ изобразил рукой нечто абстрактное – типа более-менее, пока мяукаем, в немедленной госпитализации не нуждаемся. Я кивнул (если честно, это меня от усталости шатнуло), а Бадди пробрался поближе к настоящему хозяину, то бишь все тому же капитану, и притулился у его ног. Доктор Старкова недоверчиво прищурилась, но настаивать на немедленных реанимационных процедурах не стала. Что тоже показатель.

– Рассказывайте.

– Может, сначала вы, кэп? – не повелся Мак. – Мы три дня от мира оторваны были.

– Тебе с подробностями, или выжимку?

– Если можно, вкратце.

– Хорошо. – Капитан помолчал, собираясь с мыслями, а потом решил возникшую проблему с изяществом слона в посудной лавке: – Грегори, давай.

– Ну что вам сказать, господа? – хмыкнул тот. – Все плохо. Заказ сорван, так что мучились вы зря.

Ну да, для Грега это главный итог. Все-таки финансовый директор.

– Э-э-э…

– Не мычите, Гленн. Это я так, для затравки. Если совсем уж кратко – на планете объявлено чрезвычайное положение. Конкретно в том районе, где вы были, и вовсе национальное бедствие с тотальной эвакуацией населения. Впервые за историю Колонии зафиксирована небывалая активность аномалий. Они перепахали почти треть материка, и опасная зона продолжает расширяться. И ладно бы они только наземные объекты рушили… Но это, как выяснилось… хм, побочный эффект. Основное воздействие аномалий распространяется на атмосферу. Местные потеряли больше половины воздушного парка, прежде чем сообразили запретить полеты. Спасатели ходили на бреющем, но все равно потери просто чудовищны. По оценкам СМИ – более сорока процентов населения пораженных областей. Правительство в панике, в экономике хаос, да и во всех остальных сферах деятельности – тоже. Президент, если верить последним новостям, собирается обратиться за помощью к Корпорациям. Со всеми вытекающими.

Это точно. Если кто-то из монстров впишется, да еще и реально поможет, то с независимостью (или с ее видимостью) придется распрощаться навсегда. Корпорация своего не упустит. А это не есть гуд. Мир-то перспективный в плане новых технологий. Родной STG однозначно бы пригодился. Эх, патриотизм, что ли, проявить? Фигли думать, надо спасать заказ. Набирать, так сказать, очки.

– Какие-нибудь предположения о природе аномалий высказывались? – поинтересовался я, удивив самого себя – думал, от усталости заикаться скоро начну. – Есть же здесь специалисты соответствующего профиля?

– Сказки, – отмахнулся мистер Слоун. – Чего только не наговорили эксперты кабинетные… Блуждающие силовые поля – это еще самое безобидное.

– Не так уж они и не правы…

– Денис, вы точно себя нормально чувствуете?

– Да, мистер Слоун. Еще что-нибудь говорят? О первопричине, например?

– Все сходятся во мнении, что какой-то идиот запустил неведомый процесс в Руинах. Это старый город Предтеч неподалеку от Вилсонс-Хоуп…

– Да, мы в курсе.

Ага, значит, мы почти в эпицентре побывали и выжили. Можно сказать, в рубашке родились. Все трое, включая Бадди.

– Так вот, грешат на местных «расхитителей гробниц» – в прошлом из-за них уже случались крупные неприятности, правда, по масштабам не сравнимые… Денис, что с вами?

Что со мной? Блин, мне бы кто объяснил… хреново мне, очень хреново… и, что самое странное, как-то внезапно поплохело. Не сказать, что и до того я себя как огурчик чувствовал, но тут прямо ноги подкосились. И голова неестественно тяжелая. Гудит, перед глазами – круги красные. Или не круги? Или?.. Точно, тот самый «калейдоскоп»! Игры подсознания? Глюки? Ч-черт…

Ноги в буквальном смысле слова перестали держать, и я медленно завалился на пол. Хорошо хоть не с размаху, да и куча мус… то есть вторичных ресурсов, подвернулась – распластался на какой-то хреновине. Вроде бы кожух неведомого механизма…

– Мак, что происходит?

Капитан как всегда строг и беспристрастен. Уверен, он точно с таким же выражением лица озвучил бы аналогичный вопрос, застав Гленна за несанкционированным распитием спиртных напитков, блудом с незаконно проникшей на борт гулящей девой или мордобитием. Да о чем я – даже если все сразу и много, реакция будет идентичная. Это наш дорогой кэп таким образом дает провинившемуся осознать всю глубину его падения. Две, максимум три секунды. А потом приговор – тот, что «окончательный и обжалованию не подлежит». Но сейчас, похоже, не тот случай – сквозь туман в глазах я все же в состоянии различить, что мой напарник распластался рядом. И упал не так удачно. Разве что Бадди слегка удар смягчил, за что и поплатился, судя по обиженному скулежу. Пытается, бедняга, из-под тяжелого тела выбраться, но безрезультатно – лапы бессильно скребут по напольному покрытию, а глаза затягиваются поволокой…

– Сьюзан, реанимацию!

Ну вот, что я говорил о приговоре? Капитан, он такой…

– Всех контактировавших – на полную дезинфекцию и в карантин! Грег, не стой столбом, помогай доктору! Свен, стой где стоишь! Носилки брось!

Ага, насчет карантина капитан всерьез…

– И маски давай!

Надо же, какие предусмотрительные… впрочем, чему я удивляюсь? Это же Оружейники, у них это в крови – работать в нестандартных условиях. Проще говоря, какой только гадости на корабль некоторые не приносят… Соответственно и меры противодействия наверняка предусмотрены.

– Свен, готов? Взяли!

Сознание начало меркнуть, но я все же почувствовал, как две пары крепких рук бесцеремонно подхватили меня за ноги и плечи и рывком переместили на что-то тонкое и пружинящее. А потом это невидимое нечто стало расти, поднимая меня от пола и одновременно охватывая со всех сторон, как перина у бабушки на печке… какие занятные тут носилки, однако…

– Мя-а-а-ау!!!

– Эт-то что еще за?!

Васька! Выпустите Ваську, изверги, его же в кармане зажало!..

Кто-то – уж не знаю, кэп или Свен – дернул меня, высвободив левый бок, и полузадушенный кошак вырвался из плена. Взвился едва ли не выше голов моих спасителей, извернулся в воздухе, рухнул на э-э-э… пусть будет матрас и в одно касание сиганул в ближайшую кучу мусора, успешно зашхерившись в удачно подвернувшейся щели.

– Блокировать отсек! Неизвестная форма жизни!

Ч-черт, ну почему капитан такой реактивный? Добьет котейку, однозначно добьет… изверг.

Дальше мне стало не до размышлений: на ноги бухнулось что-то довольно тяжелое – судя по взвизгу, Бадди, – и каталка понеслась по извилистому проходу меж скоплений запчастей. Из глубин организма накатила волна нестерпимой боли, и я благополучно отрубился, в последний миг краем глаза зафиксировав склонившуюся над убежищем Васьки знакомую фигуру. Зевс?..

Колония Пандора, борт рейдера «Молния»,

8 сентября 2135 года, ближе к вечеру

Очнулся я от ощущения на лице мокрой шершавой гадости, с завидным постоянством появляющейся снова и снова. Даже попытался отмахнуться, не открывая глаз, но рука моя была тотчас же перехвачена крепкой конечностью. Волей-неволей пришлось размежить веки и проанализировать обстановку, задействовав еще и органы зрения – ибо осязанию, как немедленно выяснилось, я доверился зря. Бадди рядом не наблюдалось. А то, что я принял за его слюнявый язык, оказалось смоченным вафельным полотенцем, которым наш славный доктор Старкова протирала мне лицо. Защитником же ее выступил Грег Слоун.

– Ну, наконец-то! Вы, Денис, заставили нас порядочно поволноваться! – немедленно обвинил меня финдиректор. Но руку все же отпустил. – Гленн давно в себя пришел, Бадди как новенький, а вы все в бреду. Как вы там сказали, Сьюзан? Гиперреакция?

– Именно. Все, Грегори, он в норме. Если что-то понадобится, зовите.

Холодная красотка (кличка Мисс Лёд характеризовала ее на удивление точно) величаво удалилась, оставив нас с мистером Слоуном наедине.

– Что… со мной… было? – выдохнул я.

С каждым словом речь давалась все проще, и в конце этой немудреной фразы я вынужден был согласиться с выводом докторши. И осознал наконец, что нежусь в мягкой койке под легким одеялом, а вместо пропыленной и пропитанной потом одежды на мне типичнейшая больничная пижама.

– Вирус на шарике подхватил, – буркнул Грег, старательно отводя взгляд.

– Ой ли?

– Ладно, не вирус. Но притащили вы это с Пандоры. Хорошо хоть проявилась гадость достаточно быстро, а то пришлось бы всю «Молнию» дезинфицировать. А так успели локализовать и извести.

– Что это было?

– Вы где-то умудрились подцепить колонии полудохлых нанов.

Щелк! Вот теперь все окончательно встало на места.

– Какое-то время они восстанавливались за счет ресурсов ваших организмов – только непонятно, почему так медленно, – а потом атаковали.

Зато мне все понятно. Во-первых, Грег сам сказал – полудохлые. Во-вторых, пока мы шли, практически вся энергия уходила на физическую работу, им просто ничего не доставалось. Кое-что могло перепасть в состоянии покоя носителей, то есть когда мы спали. Вот почему с утра было так хреново. А когда эвакуировались, то совсем расслабились. Зато микроскопические тварюшки активизировались, и процесс пошел ускоренными темпами. Повезло нам еще, получается. Узелок на память: узнать, не зафиксированы ли аналогичные случаи на Пандоре. Там наверняка еще больше народу должно было заразиться. Или нет? Вряд ли кто-то по следам аномалии шарился да пыль глотал вместе с росой…

– Как вы сказали, мистер Слоун? Атаковали?

– Ну да… Мне Сьюзан пыталась объяснить, но я запомнил только, что они начали усиленно извлекать железо из гемоглобина.

Угу. Оклемались и принялись размножаться. Организм тут же адекватно ответил, приписав их к вирусам. Отсюда резкое повышение температуры, упадок сил и обморок. А занятные все-таки зверушки. О носителе совершенно не беспокоятся.

– Как нас вылечили?

– Подключили к аппаратам искусственного жизнеобеспечения и профильтровали кровь. Этого оказалось достаточно.

– Вы хотите сказать, мистер Слоун, что наны были только в крови? – Я подозрительно покосился на медкапсулу, возвышавшуюся по соседству с моей кроватью – вон сколько прибамбасов, один только встроенный томограф чего стоит. – И больше ни в одной ткани их не обнаружили?

– Я, честно говоря, не в курсе. Поинтересуйтесь у доктора Старковой.

– Хорошо, сэр. Можно еще вопрос? Какие у нас ближайшие планы? Мы вообще где сейчас?

– Все там же, – вздохнул Грег, – на орбите Пандоры. Хотя делать нам тут больше нечего. Заказ сорван, как я уже говорил. Жаль; выглядел проект перспективно.

– Мистер Слоун, а можем мы продолжить выполнение задачи на свой страх и риск?

– Почему нет? – пожал тот плечами. – Просто я не вижу физической возможности. Чрезвычайное положение – это не шутки. Без санкции местных властей лучше вниз не соваться, неприятностей не оберешься.

– А если приз будет достаточно велик?

– Что в твоем понимании «велик»?

– Новая технология, которую можно выставить на аукцион.

– Продолжайте, Денис. Я вас внимательно слушаю.

– Кажется, я понял природу аномалий и примерно представляю, как с ними можно бороться.

– Пояснишь?

– Позже. Сначала кое-что нужно уточнить. Доктор! Доктор Старкова!

– Да?

Холодная, зато дисциплинированная. Что не может не радовать.

– Доктор, а можно меня еще разок в капсулу засунуть?

– Зачем это вам, молодой человек?

Строгий взгляд из-под очков, строгий голос, строго поджатые губы – я что, должен сейчас раскаяться и стыдливо шаркнуть ножкой? Ага. Два раза.

– Нужно, доктор.

– Сьюзан, пожалуйста.

А вот за это спасибо, мистер Слоун!

– Укладывайтесь, – сдалась Старкова, – только не ворочайтесь и ничего не задевайте.

– Хорошо, мэм.

На новое ложе перебрался без особого труда, разве что тапок так и не нащупал, пришлось босиком прошлепать до капсулы, благо недалеко. Да и одежка акробатическим упражнениям не способствовала, норовя задраться. Грегу пофиг, но в присутствии Сьюзан позориться не хотелось.

– Доктор, проведите, пожалуйста, повторные тесты. Мне нужно кое-что выяснить. Не волнуйтесь, это не имеет отношения к моему здоровью, но может очень помочь всем нам.

– Сьюзан, делайте, что говорит Денис, – вмешался мистер Слоун.

Старкова кивнула с недовольным видом, но возражать не стала.

– Мэм, начинайте, прошу вас. И поясняйте, какой именно процесс сейчас идет. По фазам.

– Хорошо. Кровь повторно чистить будем?

– Думаю, в этом нет необходимости, – всполошился я.

Не хватало еще на несколько часов тут зависнуть. И так неизвестно, сколько времени дублирование займет…

Как в воду глядел – застрял я в капсуле почти на час. Всю процедуру откровенно скучал, едва сдерживая зевоту. Зато в конце был практически у цели – все воздействия, за исключением двух, носили химический и физиологический характер. И лишь при УЗИ и ЭМРТ на организм воздействовали волны – в первом случае ультразвуковые, во втором – магнитные.

– Доктор, еще секундочку. Мистер Слоун сказал, что наны обнаружены только в крови…

– Активные наны, – по-прежнему холодно уточнила Старкова. – В мышечных и иных тканях обнаружено незначительное количество мертвых объектов. Но концентрация их была почти в семнадцать раз меньше, чем в кровеносной системе.

– Спасибо, мэм, вопросов больше нет.

– Я пойду? – перевела Сьюзан вопросительный взгляд на Грега.

Тот сдержанно кивнул, и Мисс Лёд величаво удалилась.

– Теперь расскажешь, что выяснил?

– Да, мистер Слоун.

Но продолжать не стал, пока не сменил место дислокации – очень уж в капсуле неудобно. Так что я неторопливо перебрался в кровать, уселся с максимально возможным комфортом, и принялся вещать:

– С самого начала мне эта история показалась странной. Еще на Бирже, помните? А когда мы с Маком оказались непосредственно на месте происшествия, выяснилось множество любопытных деталей. То есть из опросов мы ничего толкового не узнали, но, когда наведались в гости к Джошу, царствие ему небесное, – что называется, попали. Я видел аномалии, причем неоднократно, и множество их следов. Наблюдал результат их воздействия на материальные объекты – как живые, так и неживые. И сейчас готов сделать заключение. А оно таково – это именно что блуждающие силовые поля.

– Денис, я тебя умоляю!

– Мистер Слоун, вы знаете третий закон Финэйгла?

– К сожалению, нет.

– «В любом наборе исходных данных самая надежная величина, не требующая никакой проверки, является ошибочной», – процитировал я по памяти. – То есть я хочу сказать: ни у кого не возникает сомнений, что блуждающие силовые поля не существуют и более того – невозможны в принципе. Что в корне неверно. И я могу это доказать.

– Я внимательно слушаю.

– На чем основано утверждение о невозможности блуждающих силовых полей?

– Чтобы получить силовое поле, необходимы эмиттер и источник энергии.

– Именно. Если уж совсем держаться буквы, а не духа, то в определенных условиях даже мы такие поля получаем – элементарный силовой пресс. Есть направляющие, по которым скользит эмиттер-рама, и реактор. Но можно ли такое поле назвать блуждающим? Ведь траектория задана раз и навсегда, так же, как и пределы перемещения. Вот почему ни один свидетель не связал явление с силовым полем. Как только ни называли – лучи смерти, аннигилятор, один даже плел что-то насчет «большой гребаной пушки»… а на самом деле все просто. Чтобы поле стало в полной мере блуждающим, эмиттер должен перемещаться хаотично. Без системы. Нелинейно. Непредсказуемо. А способностью таковой обладают в первую очередь живые существа. Которые, однако, генерировать силовые поля не могут по определению. Только звуковые в разной частотности – примеров не счесть, начиная с дельфинов и летучих мышей. Но в нашем конкретном случае есть одна маленькая деталь, которая объясняет все, – наны. Они попали в наши организмы вместе с пылью из следов аномалий. Это биомеханоиды, то бишь существа гибридные, в которых псевдоживые ткани сочетаются с металлом и пластиком: этих существ много, они способны перемещаться в пространстве и выстраивать упорядоченные структуры. Что мешает им образовать эмиттер?

– Хм… Биологическая составляющая? Она может не выдержать потока энергии.

– Согласен. Но и тут можно найти компромисс между живучестью отдельных компонентов системы и скоростью их воспроизведения.

– То есть система – самоорганизующаяся?

– Без сомнения. Наука синергетика знает много таких примеров.

– Для неживой природы, – возразил Грег, – а мы имеем дело с искусственной системой, если взять за основу вашу, Денис, гипотезу.

– И, тем не менее, постановка проблемы корректна. Система не является живой в полном смысле слова. Скорее наоборот.

– Хорошо, убедили. Готов признать, что колония нанороботов под внешним управлением способна организовать упорядоченную структуру, выступающую эмиттером силового поля.

– Но не все так просто… – Я сглотнул, с трудом отогнав видение растворяющегося Джоша. – Судя по тому, что я видел, процесс более сложен. Мы имеем дело не просто с блуждающим полем, а с настоящим импульсным генератором. Эмиттер-наны генерируют поле с большой частотой – сотни, если не тысячи, герц. Теперь представьте следующую картину: упорядоченная колония нанов занимает в пространстве строго определенное положение, подключается к источнику энергии и генерирует силовой импульс. Если верить дошедшей до меня информации – ограниченный с трех направлений: снизу и с боков. Что легко объяснить – эмиттер снизу, то есть полю хода нет, а за габариты того же эмиттера оно по определению выйти не может. Получается кинжальный удар строго вверх. Что делает поле при распространении в единственном доступном ему направлении? Правильно, перерезает все оказавшиеся на пути объекты, нарушая атомарные связи. У нас в Корпорации на верфях такие резаки используются, когда нужно что-то большое и правильной формы выкроить. Компоненты внешней брони, например. Представили? Замечательно. А теперь представьте, что после этого наны смещаются на тысячную долю миллиметра и снова генерируют импульс. И так до бесконечности. Или до полной выработки энергозапаса.

– Все вроде бы логично, но… тебе не кажется, что постоянно поддерживаемое поле было бы эффективнее импульсного?

– Смотря для каких целей, – хмыкнул я.

– Да даже в отношении энергозатрат.

– Не знаю, мистер Слоун. Может, таковы технические требования. Или ресурс у отдельных нанов слишком мал для поддержания сколь-нибудь длительной работы поля… – пожал я плечами. – Вот и получается некий круговорот – текущее поколение выдало импульс и отмерло. И в дело вступило следующее. И так далее. Этим, кстати, можно объяснить наличие в пылевом следе частично функционирующих особей.

– Похоже, природу аномалий ты вычислил правильно, – признал Грег после довольно длительного раздумья. – Все логично, все соотносится с теми картинами, что я видел. Поздравляю, Денис, с первым успешным делом.

– Спасибо, сэр.

– Не за что, – отмахнулся тот. – Нам за него не заплатят. Кстати, есть нюансы.

– Согласен. Самый очевидный – где источник энергии? Но тут могу только предполагать. Возможно, энергия поступает из коммуникаций Предтеч. Этакий беспроводной протокол, как у нас в зарядниках для мобилок.

– Но какой тогда должен быть КПД у местных энерголиний?! Не думаю, что Предтечи смирились бы с потерей трех четвертей ресурса…

– Согласен, сэр. Но этот вопрос требует отдельного изучения.

– Технология номер два, – кивнул мистер Слоун. – Едва ли не более ценная, чем наны и блуждающие поля. Еще чем-то меня удивишь, а, Денис?

– Я знаю, как бороться с аномалиями, – отозвался я. И кивнул на медкапсулу. – По крайней мере, представляю, в каком направлении двигаться.

– Магнитные волны?

– Да. Похоже, они глушат нанов. Или вообще приводят в негодность. Нужно установить диапазон, частоту, амплитуду и прочие частности. И тогда можно будет собрать защитный генератор. Это как минимум. Поэтому я думаю, что улетать еще рано. Нам есть что предложить планетарному правительству. Но это уже ваша работа, мистер Слоун.

– Что тебе нужно для завершения исследований?

– Доступ к образцам. Придется или высаживаться, или доставлять их на борт. Плюс лаборатория и весь свободный персонал. И неограниченный канал в Ноосферу.

– Договорились. Еще вопросы?

– Есть один, – подтвердил я, заставив Грега чуть заметно поморщиться – он, видать, уже мысленно прогонял переговоры с потенциальными клиентами. – Что с Васькой?

– С кем, простите?..

– С моим котом. Он у меня из кармана выпрыгнул, когда… ну, вы поняли.

– Честно говоря, я не в курсе, – замялся мой начальник. – Но Майк ничего на этот счет не говорил, значит, проблем нет…

Угу. В их понимании. А это могло означать все что угодно, вплоть до экстерминатуса моего питомца. Ч-черт… Одна надежда – на Зевса. Надо будет его отыскать, как из лазарета выберусь.

– Еще что-нибудь?

– Э-э-э… мистер Слоун?..

– Я внимательно слушаю.

– А как вы относитесь к потенциальной опасности нашего открытия?

– Тебя беспокоит возможность его использования в военных целях? – удивленно заломил бровь Грег. – Я правильно понял?

– Да.

– Хм… я хотел бы поговорить об этом позже. А пока могу лишь заверить вас, Денис, что мы всеми способами попытаемся этого избежать. Как – другой вопрос, но тут у нас есть некие стандартные ходы. Пока же подумайте вот над чем: войны войнами, но ведь и в мирной жизни этим блуждающим полям цены не будет. Вам подсказать пару примеров или сами справитесь?

– Это лишнее, мистер Слоун, – буркнул я несколько разочарованно. Ну и пусть его, раз сбежать решил. – Я прямо сейчас могу вам назвать десяток способов применения этих нанов. А для беспроводной передачи энергии с таким КПД – тем более.

– Вот и замечательно! – заключил босс. – Набирайтесь сил, Денис, думаю, скоро они вам понадобятся. А я постараюсь не затягивать переговоры. До встречи.

Глава 5

Колония Пандора, борт рейдера «Молния»,

8 сентября 2135 года, вечер

Избавившись от мистера Слоуна, я глубоко задумался. Дел невпроворот, и в первую очередь нужно отыскать Василевса. Нет, вру. В первую очередь надо победить доктора Старкову. Именно этим вопросом я и занялся вплотную, решив не терять зря времени. Пока что небольшой запас еще есть, но, как только Грег уладит формальности, придется впрягаться в работу и станет не до Васьки. А я к нему уже привязался. К тому же чувствовал за него нешуточную ответственность на правах спасителя. Не помню, кто сказал: мы в ответе за тех, кого приручили. Вроде бы Сент-Экзюпери. Насчет «приручили» я бы пока не стал утверждать наверняка, но вот во всем остальном с тем забытым товарищем согласен на сто процентов.

Победа далась неожиданно легко – видимо, Мисс Лёд и сама не чаяла от меня отделаться. К сожалению, одежду выцыганить не удалось – она сейчас пребывала в корабельном дезинфекторе на этапе просушки, так что пришлось с ситуацией смириться и добираться до каюты как был, прямо в пижаме. Облачившись же в свежий комплект формы, отправился на техническую палубу – в царство Зевса и наших беспокойных механиков. Сначала наведался в тот самый склад запчастей, где все и началось несколько часов назад. Я даже примерно помнил кучу хлама, в которой нашел убежище придавленный Васек, и протопал прямиком к ней. Правда, питомца не обнаружил. Зато неожиданно подумал, что правы авторы детективных историй – преступник всегда возвращается на место преступления.

Не достигнув цели с первой попытки, я не расстроился и принялся нарезать круги по складу, время от времени разражаясь громким «кис-кис-кис!» и «Васька, рыбки хочешь?» Кот пока что не велся, но настроение мое слегка улучшилось, и я расслабился до такой степени, что позорно прозевал появление очередного действующего лица.

– Дэн! А я тебя в лазарете ищу!

Черт! Вот только ее мне сейчас и не хватало! Я, конечно, очень рад видеть Асти, но… до сих пор не определился с линией поведения. С одной стороны, со Свеном отношения хорошие, и не хотелось бы их портить, соблазняя его дочурку. С другой – мое собственное эго, подкрепленное нешуточным влечением. К тому же Астрид не против, судя по некоторым признакам…

– Блин, я думала, тебе кранты! – Девушка с разбега налетела на меня, крепко обняла и уткнулась лицом в грудь. – Дурак, предупредить не мог! Я черт-те что уже представила!.. И Свен молчит! Как сговорились…

– Да нормально все, – не придумал я ничего лучше и машинально погладил Астрид по спине.

– Я беспокоилась, – подняла на меня загадочно мерцающие глаза девушка. – А ты скотина неблагодарная. И вообще…

Однако, вопреки собственным словам, потянулась ко мне, и я не стал кочевряжиться – ответил на поцелуй, машинально сместив руки со спины на… э-э-э, талию.

– Эй, офигел совсем?!

– А что?

– Да так, ничего…

И как ни в чем не бывало вернулась к прерванному занятию.

Впрочем, долго наслаждаться идиллией не пришлось – где-то через минуту девушка отстранилась, уперлась мне в грудь кулаками и насмешливо хмыкнула:

– Все, Дэнни-бой, хорошего понемножку. А то у тебя уже реакция ненормальная началась.

– Очень даже нормальная, – буркнул я, смутившись.

– А ты чего тут делаешь? – сменила тему Астрид.

– Василевса ищу. Или хотя бы Зевса.

– Кого-кого?!

– Ваську. Кота своего.

– А, так вот что это были за звуки! – улыбнулась Асти. – А я думала, показалось.

– Ну да, на кис-кис подзывал…

– Да я не о том, – отмахнулась девушка. – Мяукал кто-то в коридоре.

– Показывай!

– Эй, эй, полегче! – Астрид окончательно отстранилась, разорвав дистанцию, и направилась к ближайшему выходу из склада, соблазнительно покачивая бедрами.

Впрочем, она всегда ими покачивала – что поделать, если походка такая. Просто раньше я на этом внимание не заострял. А тут вдруг в глаза бросилось. Хм… или организм чего-то хочет, или одно из двух.

Андроид нашелся в дальней от склада технологической нише по левой стороне коридора, которую приспособил для более-менее постоянного обитания – то бишь оснастил нормальным терминалом с табуретом и жесткой лежанкой. Органическая составляющая периодически требовала отдыха в горизонтальном положении, а личность, хоть и синтетическая, считала моветоном спать на полу. Чаще всего Зевс здесь именно спал, но сегодня случилось исключение – киборг сидел на откидной койке и задумчиво поглаживал свернувшийся у него на коленях черно-белый клубок, время от времени оглашавший помещение хриплым мявом. Хотя тут я несколько преувеличил – писком, не более. Посему первой моей реакцией было возмущение: до чего кошака довел! Правда, оно тут же испарилось, сменившись сдержанной радостью – жив, и ладно.

– Привет, Зевс.

Ну вот, мы с ней уже и говорить начали чуть ли не хором…

– Здравствуйте. Чем обязан?

– Э-э-э… Зевс, не мог бы ты вернуть моего кота?

– Извини, Денис?..

– У тебя на коленках мой кот.

– Биологический объект не идентифицирован. Угрозы не несет. Утилизация не является приоритетным действием. Он ничей.

– Зевс, ты чего?

Офигеть! Андроид отказывается вернуть мне питомца! Дожил…

– Какой миленький!

– Мисс Асти, осторожнее, у него когти.

– Не когти, а коготки! – Девушка ловко сграбастала Ваську, проигнорировав укоризненный взгляд Зевса, и принялась с упоением тискать. – Мелкий совсем! А мордашка какая серьезная!

– Асти! Это. Мой. Кот.

– Я бы поспорил с этим утверждением, мистер Новиков.

– Обойдетесь! Он общий!

– Мя-а-а-ак!..

– Ну-ка дай сюда!!!

Рык подействовал – Астрид на мгновение растерялась и ослабила хватку, но мне и этого хватило, чтобы отобрать питомца. Отскочив от нежданных соперников, я подхватил кошака за шкирку и принялся разглядывать со всех сторон. Васька, не будь дурак, все понял правильно: висел, поджав лапы и хвост, и осмотру не препятствовал.

– Вроде целый, – заключил я, – только дрожит и голос сорван. Зевс, ты что с ним делал?

– Провел полный комплекс дезинфицирующих процедур.

Ага. Понятно теперь, почему он такой растрепанный. Высохнуть высох, но в порядок себя еще не привел, то бишь не вылизался. А может, и не умеет толком.

– И что с ним было?

– Полагаю, то же самое, что и с Бадди.

– Его тоже ты обрабатывал?

– Нет, Денис, его капитан с собой в лазарет забрал, когда сам на дезинфекцию пошел.

– Кстати, а карантина почему нет?

– Не выявлено факторов, тому способствующих, – с непробиваемым видом пояснил андроид. – Хватило стандартных процедур. От нанов избавились без особого труда.

Ага, как же. Нам с Гленном кровь фильтровали, Бадди наверняка – тоже. А вот что насчет Васьки?

– Ты уверен, что с котом все в порядке?

– Мяу! – громко возмутился означенный кот.

Что, висеть надоело? Ладно, на плече посиди.

– Все нормально. Колония нанов нейтрализована, реабилитационные процедуры осуществлены. Из симптомов присутствует только необоснованное беспокойство объекта.

– Хм… а ты его кормил?

– Так вот в чем дело…

– Ладно, Асти, пойдем на камбуз. Может, молочка найдем.

– Я бы не рекомендовал перемещать объект в жилой сектор.

– Так капитан не в курсе, что ли?!

– Нет, – потупился Зевс, что ему сделать было не так уж и просто, при физической неспособности физиономии выражать эмоции. – Капитан приказал нейтрализовать угрозу, но не уточнил, как именно. Я принял решение обойтись без уничтожения объекта. Самостоятельно.

– Беда…

– Дэн, ты чего? Дядю Майка испугался?

– Асти, отстань!

Бесполезно объяснять, что это для нее он «дядя Майк», а для меня «капитан Иванов», со всеми вытекающими. Н-да. Нужно что-то делать…

– Зевс, предлагаю сделку.

– Я внимательно слушаю, Денис.

– Васька пока останется у тебя, чтобы перед кэпом не палиться. Я буду добывать ему харчи, а ты его здесь разместишь и будешь следить, чтобы не набедокурил. А когда он окончательно приживется и подрастет, легализуем. Желательно во время очередного перелета, чтобы капитан его через шлюз прогуляться не отправил.

– Нормальный план, – одобрила Астрид. – Только к лотку сразу приучите, чтобы потом проблем не было.

– Это само собой.

– А как?

– Ну ты, Зевс, совсем темный! Ладно уж, научу…

– И кормить его пока из соски придется, слишком уж мелкий.

Вот чего у Асти не отнять, так это умения опустить любого мечтателя с небес на землю. Впрочем, отступать поздно.

– Ну что, Зевс, договорились?

– Договорились.

Колония Пандора, борт рейдера «Молния»,

8 сентября 2135 года, вечер

Оставив Ваську в не очень-то и надежных, как выяснилось, руках Зевса, я завалился в лабораторный комплекс. Здесь в одном из боксов с попустительства профессора Куатье мне был выделен персональный закуток, оснащенный пластиковым креслом и личным терминалом с выходом в Ноосферу. Задание Грега шло в списке срочных дел под первым номером, но я опрометчиво попался на глаза профу с присными – Джейком и Джоном – и избавился от их общества лишь часа через полтора. Как оказалось, натравил их на меня дорогой и горячо любимый (с некоторых пор) финансовый директор. Так что пришлось сначала повторить благодарным слушателям мою гипотезу, а потом еще и в мозговом штурме поучаствовать – близнецы под чутким руководством Грегуара поразительно быстро ухватили суть и набросали план экспериментов. Методику я уже более-менее обкатал, так что им пришлось внести лишь косметические правки – вместо медкапсулы они собирались использовать специализированную «колебалку» – генератор всех известных науке волн, в том числе и электромагнитных. Логи из медицинского компа они раздобыли самостоятельно, а вот с образцами вышел облом – «живых» нанов не осталось, маньяки от науки довольствовались бренными останками. Правда, временно – наши теоретики предусмотрительно запустили партию автоматических зондов. И в ожидании результатов (пробники должны были вернуться часов через пять-семь) занялись математическим моделированием системы.

В конце концов я все же добрался до персонального закутка и рухнул в кресло, показавшееся очень даже уютным. Посидел немного, унимая дыхание и упорядочивая мысли, и врубил терминал. Ноосфера встретила меня приветливым окошком местной поисковой системы, не отличавшейся удобством навигации, но государственный новостной портал я нашел легко. Правда, и покинул этот заповедник непуганых идиотов предельно быстро, лишь мельком ознакомившись с официальной версией последних событий. Зато потом дела пошли веселей – независимые сайты в выражениях не стеснялись. Да и обстановку описывали предельно правдиво, хоть и в циничной манере – чувствовалось, что владельцы ресурсов находятся далеко от этих неприятностей.

Однако даже из таких источников удалось кое-что выжать – почти каждый сайт считал своим долгом представить краткий экскурс в историю аномалий. И если подробности от страницы к странице менялись, причем зачастую на прямо противоположные, то общие постулаты были сходны. Все единодушно сошлись во мнении, что такого за последние сорок лет, то бишь практически за всю историю колонизации Пандоры, еще не было. Ненормальная активность аномалий была впервые зафиксирована месяца три назад – именно тогда из Руин начали распространяться слухи про загадочные сухопутные «цунами», перемалывающие все на своем пути. Исходная точка локализации не поддалась: такое впечатление, что началось одновременно почти на трети материка. А это просто колоссальные пространства – одних только полуразрушенных городов Предтеч здесь больше двух десятков. Попробовал оттолкнуться от Вилсонс-Хоуп, но потерпел поражение – статистика данного региона не выбивалась из общего фона, так что вряд ли здешние Руины являлись первичным источником аномалий. С равной вероятностью он мог затеряться где-нибудь в тысяче-другой километров к северу. Или к югу. Или в любой другой стороне. В общем, тупик.

Исчерпав возможности текущего направления, я решил изменить подход и принялся искать какие-нибудь громкие события, так или иначе связанные с Предтечами или их наследством. Но и здесь меня ждало разочарование. Тишь, гладь да божья благодать. Обычная, ничем не примечательная рутина. Болото. А потом вдруг – бац! – и поползли слухи. И с перерывом в три месяца – тотальный армагеддец. Если же следовать моему любимому закону Мерфи, то все только начиналось – бедствие охватило примерно треть одного из четырех имевшихся на планете континентов, причем самого густонаселенного.

Стоп. А с чего я решил, что только этого? Может, на других просто свидетелей не было… Удивительно, что местные, с такой-то численностью, хотя бы один континент к делу пристроили. Так что тут тоже пальцем в небо. И где бы статистику надыбать… явно не в открытых источниках. Должна же какая-то служба мониторинга среды существовать, а то ведь огрести можно неприятностей на филей. Что мы сейчас и наблюдали. Ч-черт… Но хотя бы десяток-другой спутников можно подвесить, чтоб уж совсем слепыми не оставаться? Самых дешевых, метеорологических. На них все необходимые для визуального контроля прибамбасы по умолчанию установлены. Опять же вояки. Ну не верю, что они большую часть планеты без присмотра оставили. Как минимум пара Корпораций предлагала недорогие универсальные решения, доступные даже не самому развитому миру типа Пандоры. Однозначно что-то есть, вот только как до этого «чего-то» добраться? Не хакер я ни разу… зато знаю подходящую кандидатуру.

Мистер Нэш, штатный «властелин сети», на вызов ответил сразу:

– Привет, Дэн. Чего хотел?

– Привет, я по делу.

– И чем же банальный айтишник может помочь инженеру-аналитику?

Стервец! Припомнил-таки наш недавний спор на тему: «Все работы хороши, выбирай любую»… Схлестнулись мы в шутку, но потом распалились и угомонились только когда пришел лесник, то есть Гленн, и разогнал всех на фиг.

– Работенка по твоему профилю. Ты не мог бы взломать парочку местных ресурсов?

– Чего?!

Глаза Нэша полезли на лоб, а сам он буквально задохнулся от возмущения. Ага, компьютерщик-паинька. Такой же вымышленный персонаж, как и честный таможенник.

– Дэн, тебе не кажется, что ты немного не по адресу? К тому же мне капитан запретил сайты ломать…

Вот с этого и надо было начинать. Спалился, бестолочь, а теперь на молоко дует.

– Так что я категорически против, то есть абсолютно! – с предельно честным видом выдал Фил, одновременно недвусмысленно просигнализировав жестами, чтобы я наведался в его берлогу. – Злить капитана… нет, я себе не враг.

– А если я санкцию получу? Ну, например, от финансового директора?

Нэш на секунду задумался, потом решительно помотал головой:

– Не пойдет. Кэп страшнее. И больше не обращайся ко мне с такими предложениями! Авантюрист!!!

Компьютерщик разорвал связь, а я едва сдержался, чтобы не заржать. Хитрован, ага. Видать, конкретно набедокурил, раз так капитана опасается. Но все равно заручиться поддержкой сильных мира сего будет не лишним. Решено, звоню мистеру Слоуну…

Уладив формальности, добрался до вотчины Нэша, расположенной в технологической зоне, дождался, когда откроется дверь, и шагнул в довольно просторное помещение, до предела забитое разнообразным компьютерным хламом. Едва нашел узенькую тропку, ведущую к рабочему месту Фила. С молчаливого согласия хозяина смахнул со второго кресла стопку каких-то хреновин, присел и поинтересовался:

– Чего звал-то? Ты же весь из себя такой правильный, к чужим секретам ни-ни…

– А я от своих слов не отказываюсь, – развеял Фил мои сомнения. – Просто подумал, что вы, господин инженер-аналитик, как-то неправильно искали. Дай, думаю, подскажу, на путь истинный наставлю… что искал-то?

– Да так, слухи непроверенные…

Суть Нэш ухватил сразу же, но за каким-то лядом посчитал нужным вытянуть из меня максимум подробностей – как формулировал запросы, какие базы включал, какими поисковиками пользовался, и так далее.

– Что ж, Дэнни-бой, удивил… – уважительно протянул Нэш, когда я закончил спич. – В общем и целом поиск вел грамотно; я бы и сам, пожалуй, лучше не сделал. Так что будем исходить из предпосылки, что нужных сведений в открытых источниках нет.

– И что делать? – Я стрельнул глазами на навороченный админский терминал, но его владелец предпочел намек проигнорировать.

– Попробуем альтернативный подход. Давай посмотрим с другой стороны. Вот если бы – чисто гипотетически – ты ломанул закрытые базы. Что бы ты искал в первую очередь?

– Да то же самое. Ну, может, данные спутниковых наблюдений за остальными материками. Вдруг там тоже проблемы?

– Этот факт только приумножит сущности, – покачал головой Фил. – Я бы на твоем месте сосредоточился на локальном районе: на порядок меньше информации придется обработать. Но насчет спутников ты прав – если бы была картина целостная, а не обрывки, как сейчас, закономерности бы проявились.

– И что ты предлагаешь?

– Прямые запросы результата не дали, так? Значит, нужно использовать окольные пути. Искать не в лоб, а во всяких левых базах типа метеорологических, или в архивах геологов, геодезистов и прочих туристов. Может, здесь что-то вроде древней Google Earth есть. При нынешних возможностях интерактивную модель планеты слепить можно чуть ли не на коленках. А уж энтузиасты найдут способ до нужной информации добраться, можешь мне поверить. Им-то никто не запрещает сайты ломать.

– А правительство?

– Дэнни, я тебя умоляю!

– Ладно, убедил. Пойду попробую.

– Ну иди, иди. А я пока тоже над проблемой поработаю, – хмыкнул Нэш. И добавил, задрав голову к потолку: – Официально! Строго в рамках правил!

Я дернулся было, намереваясь покинуть гостеприимную админскую берлогу, но задержался еще на минуту – достал КПК и набил в текстовом редакторе короткую фразу: «Грег в курсе». Продемонстрировал Филу, дождался кивка, и только потом побрел к выходу. Если я правильно понял намеки, теперь мне оставалось лишь ждать, вяло имитируя собственную активность, дабы добровольного помощника лишний раз не подставлять.

Колония Пандора, борт рейдера «Молния»,

9 сентября 2135 года, утро

Результата пришлось ждать довольно долго, но оно того стоило. Я даже смирился с необходимостью привлечь Мака с утра пораньше в качестве посредника для получения контрабандной флешки, хоть тот под шумок и выцыганил у меня упаковку пива. Правда, был настолько любезен, что согласился подождать удобного случая, то бишь визита в какое-нибудь цивилизованное место. Зато, оказавшись в собственном закутке и мельком просмотрев список файлов, понял, что дело сдвинулось с мертвой точки. И с удовлетворением принялся изучать полученные материалы.

Проныра Фил умудрился раздобыть спутниковые карты всей планеты – недельной давности и суточной – зоны бедствия (то есть предельно свежие, зафиксировавшие картину уже после резкого роста аномальной активности). И если первые особого энтузиазма у меня не вызвали – я при всем старании визуально не смог выделить следы аномалии, тут нужно массив компу скармливать и задавать параметры поиска: может, часиков за пять-шесть и нароет чего, – то последние оказались весьма полезными. Филипп был прав – взгляд на проблему со стороны, вернее, сверху, да еще и на целостную картинку, позволил выявить любопытную закономерность: шрамы от аномалий образовывали настоящую паутину, причем плотность рисунка менялась от центра к периферии. Вот и локализовался источник проблемы. Ну-ка, что у нас по этим координатам? Ничего удивительного – очередной памятник зодчества Предтеч Брахни. Причем, как я и предполагал, первоисточник аномалий – вовсе не в Руинах возле Вилсонс-Хоуп, а в семи сотнях километров западнее. И самую чуточку, километров на сто – сто пятьдесят к югу, в сердце горного массива. Древнего и порядочно изъеденного ветрами, но нам от этого не легче.

Зато теперь есть от чего оттолкнуться. Зная место, можно поискать события, с ним связанные. Если, конечно, Фил включил лентяя и этими поисками не озаботился. Но и здесь он не подвел. Первой моей реакцией при открытии самого верхнего pdf-файла стала сдержанная радость: документ оказался выдержками из электронных версий отчетов местных спецслужб, начиная с безопасников и заканчивая эмчеэсниками, во всех подробностях, хоть и предельно казенным языком, описывающих событие почти четырехнедельной давности – подготовку некой экспедиции к тем самым Руинам в центре паутины, собранную инопланетным толстосумом. Почти то, что доктор прописал. С появлением слухов не совпадает, так что явно не они инициаторы, но, несомненно, предприятие является прямым следствием повышения активности аномалий. Засекли, скажем, «сезонный» скачок – и примчались их изучать. А это уже повод для оптимизма. Но едва взгляд мой выцепил из текста фамилию этого самого богатенького буратины, как настроение упало ниже плинтуса. Ну вот почему так? За какой такой надобностью сюда Артурку принесло?! Твою мать! И мою тетушку, кстати.

Артур О’Мэлли. «Золотой мальчик», наследник Корпорации «О’Мэлли Текникс», самого старого и самого последовательного конкурента STG. Блестящий молодой человек, лучший выпускник Университета своей Корпорации прошлого года. Подающий большие надежды ученый-электронщик, далеко продвинувший свою вотчину в области модифицирующих имплантов еще во время учебы. Чемпион Корпорации по современному пятиборью – дисциплины, включающей бег, стрельбу, плавание, виртбоксинг и ралли-рейды на легком скутере. Любимец женщин, звезда светских приемов. В общем, всесторонне развитая личность. Именно этим он меня и раздражал. Причем с раннего детства. Честно говоря, из-за разницы в возрасте в целый год (!) никогда он кузена ровней не считал и всегда и во всем пытался доминировать, из-за чего каждая вторая наша совместная затея заканчивалась потасовкой. Маку я, конечно, этого не скажу, но именно постоянные стычки с двоюродным братцем сподвигли меня на занятия рукопашкой. Так что мои взаимоотношения с тренером дядей Колей насчитывают без малого два десятка лет, со всеми вытекающими. А виртбоксинг в универе – для отвода глаз.

Ч-черт! Ни в жисть не поверю, что умник Арти полез в древние развалины без конкретной цели. Только не этот циничный прагматик. Наверняка пронюхал что-то важное, раз не испугался неприятностей и не постеснялся связаться с планетарными силовиками и выторговать доступ к местным ништякам. Насколько я уяснил из законодательства Пандоры, все Руины являлись собственностью правительства и для проведения в них поисковых работ требовалась лицензия. Впрочем, отдельные представители лихого племени гробокопателей на условности не обращали внимания и промышляли «черной» археологией. Их пытались ловить, но с переменным успехом, так что овчинка стоила выделки. Опять же факт примечательный – раз уж Артур, до глубины души ненавидящий бюрократию в любых ее проявлениях и склонный на бюрократические препоны плевать с высокой колокольни, – что при его финансовых возможностях являлось вполне естественным – не пожалел времени и сил на улаживание формальностей, значит, приз действительно достойный. Кто угодно может мелочиться, только не Арти. Философия у него такая – живем один раз, следовательно, можно ни в чем себе не отказывать. И если уж лезть в неприятности, то в такие, что иным словом, кроме «задница», и не охарактеризуешь. А если награда, то поистине королевская. На мелочи Артур О’Мэлли размениваться не привык. Впрочем, как и его родитель – Питер О’Мэлли. Как с ними обоими тетка Вика умудрялась справляться, ума не приложу.

Ладно, бог с ними, с родственными связями. В деле замешан братец Арти, это свершившийся факт. Посему лучший для меня выход – абстрагироваться от ситуации. Будем считать, что с главой подозрительной экспедиции я не знаком. И для всех окружающих это должно выглядеть именно так. Кстати, надо запрос в СБ послать. Имею полное право. Глядишь, и поспособствуют в решении загадки бравые парни, к которым папенька всегда относился с нескрываемой иронией. Я даже на минимум информации согласен. И готов подождать час-другой, прежде чем сдаваться Грегу.

Колония Пандора, борт рейдера «Молния»,

9 сентября 2135 года, поздний вечер

Ответ из СБ Корпорации запаздывал. И дело даже не в фамилии пославшего запрос – для дяденек из этой закрытой конторы Денис Новиков был обыкновенной пешкой, задействованной в большой игре лишь на десятых ролях, – но в моей депеше содержалось серьезное обоснование для получения информации, которое почтовый робот был просто обязан отметить как «заслуживающее внимания, приоритет высокий». Соответственно сам факт задержки служил недвусмысленным намеком на отсутствие информации – с учетом статуса запроса сотрудники дата-центра вынужденно обшаривали все доступные базы данных, получали на выходе кукиш и запускали поиск вновь. И так минимум трижды. Это единственное, что я запомнил из инструктажа, проведенного суровым эсбэшником в нашей группе перед отправкой на стажировку. Стандартная процедура, между прочим. Так что когда минул третий час ожидания, я перестал тешить себя пустыми надеждами и принялся внимательно изучать подарочек Нэша. Однако поработать в свое удовольствие мне не дали – позвонил профессор Куатье и вежливо затребовал мою персону в лабораторию. Оказывается, «двое из ларца» все же получили пробы с шарика и теперь прямо-таки жаждали заняться делом. Пришлось все бросить и отправляться в логово косоруких теоретиков. Там я и проторчал до вечера, с трудом отстояв свое право покинуть этот вертеп в пять, согласно расписанию. Перекусив чем камбуз послал, я проведал Ваську (заодно снабдив Зевса молоком) и вернулся в собственную берлогу, где меня ждали краденые документы.

В правоте своего утреннего суждения я убедился, когда ближе к полуночи дилинькнул КПК, известив о получении письма. В послании дежурного аналитика полезной информации содержалось ноль целых хрен десятых – все, о чем сообщил мне неведомый безопасник, я уже и так знал из стыренных Филом отчетов. Кроме одного – оказывается, для сторонних наблюдателей, в каковые смело можно записывать и наших бравых спецагентов, главой предприятия являлся некий Фред Кирхгофф, сотрудник исследовательской лаборатории, специализирующейся на силовых полях, что предельно логично и подтверждает тезис о том, что экспедиция собрана уже после появления аномалий. О самой шарашке мне ничего не сообщили – допуском не дорос. Однако фактик интересный. Особенно если учесть отдаленное сходство господина Кирхгоффа с братцем Арти. По крайней мере, фигурой и общими очертаниями физиономий они не сильно различались. А если еще вспомнить мой небогатый опыт занятий в театральной студии (на первом курсе, то есть давно и неправда), этого более чем достаточно, чтобы при желании и наличии минимального походного набора юного гримера превратить полуирландца О’Мэлли в недобитого ария Кирхгоффа. Особенно, еще раз повторяю, с финансовыми возможностями братца. Ему такой грим организовали, что даже местные стандартные сканеры не с первого раза раскусили. С какой целью – это уже другой вопрос. Но чует мое сердце – я своим запросом расшевелил муравейник, и очень скоро в ближайшей округе будет не протолкнуться от корпоративных шпионов. Я не настолько наивен, чтобы считать эсбэшников идиотами. Уж если даже я усмотрел в ситуации нечто подозрительное, то они просто обязаны отреагировать в силу профессиональной паранойи. Видано ли – наследник Корпорации-конкурента тайно возглавил экспедицию, старт которой идеально совпал с неприятностями в одной отдаленной Колонии. Правда, я так и не понял, с чего вдруг Арти перед местными силовиками спалился… вернее, на чем. Вряд ли он прибыл на планету инкогнито, а потом заявился в ближайший полицейский участок и объявил во всеуслышание: я Артур О’Мэлли, имею интерес к вашим Руинам. Кстати, под настоящим именем он фигурировал только в отчетах силовиков, у тех же эмчеэсников отметился Кирхгофф. Я на это внимания сначала не обратил, пока внимательно документацию не проштудировал – в выдержке постоянно упоминалась именно экспедиция как организованная группа людей. И только в последнем абзаце были перечислены ответственные лица, в том числе и Фред в качестве руководителя. С другой стороны, надо бы глянуть, а что в газетах на сей счет писали…

Ну вот, все встало на свои места. В газетах ничего не писали. Почему? Такое у меня ощущение, что всем пофиг было. Не того масштаба событие, чтобы о нем трубить на всю Колонию, особенно на фоне пугающих слухов. Все, что удалось нарыть, – несколько объявлений на специализированных сайтах и в паре местечковых новостных листков о найме персонала и закупке кое-каких припасов. Жаль, первоисточники Фил зажилил. А без них не складывалась цельная картина. Неясно – сразу силовики экспедицию в оборот взяли, а потому и Артура раскрыли, или же тот запалился и тем самым привлек к себе пристальное внимание. А может, тут вообще заведено всех варягов, посягнувших на святое – ништяки Предтеч, – проверять особо тщательно. Лицензию-то на поисковые работы Арти оформил. Ничего не понятно.

От души зевнув, я вырубил текстовый редактор и потянулся курсором к крестику в углу папки, но остановился на полпути, зацепившись взглядом за нечто интересное. Вот всегда так – среди вороха значков от фоток обязательно затеряется невзрачный ярлычок. Сто раз уже себе говорил: выводи файлы списком, на худой конец таблицей, но не эскизами, особенно мелкими. Несколько десятков фотографий – далеко не три сосны, очень легко прощелкать что-нибудь важное. Так и получилось. Блин, как спать-то хочется! Но придется терпеть.

Героизм мой был вознагражден немедленно – оказывается, я прошляпил еще один отчет местной СБ, на этот раз о ходе экспедиции. Правда, состоял он всего из нескольких абзацев. Некий секретный агент излагал основные события рублеными фразами – коротко и по существу. Видимо, отсылал кодированные сообщения, расшифровка которых и была приведена в документе. Отчет охватывал период в четверо суток, а затем обрывался. Сравнив числа, я убедился, что стартовала экспедиция семь дней назад, сразу по завершении подготовительных мероприятий, а последнее сообщение пришло, когда мы с Маком отправились в Вилсонс-Хоуп. Бинго, что ли?..

Ч-черт, видимо, поспать не получится. Надо Нэша будить и выбивать из него признательные показания. Плевать на капитана и его пунктик относительно взлома сайтов: я должен увидеть первоисточники. И заодно еще один запрос отправить, по личному каналу. И поинтересоваться, как это доморощенному хакеру удалось так быстро раздербанить серверы сразу нескольких спецслужб. Это вам все-таки не порносайты.

Сразу скажу – осуществить задуманное не удалось. Заспанный Фил открытым текстом послал меня по матушке, на мой резонный вопрос буркнув что-то вроде: «Бардак у них», – и без зазрения совести отключился, даже не попытавшись выслушать мои посулы насчет королевского вознаграждения и лишнего плюсика у Грега. Так что мне ничего не оставалось, как отправить е-мейл по страшно секретному адресу и завалиться в каюту. Мак уже дрых без задних ног в компании Бадди, и я, с трудом раздевшись, рухнул на собственную койку и провалился в сон.

Колония Пандора, борт рейдера «Молния»,

10 сентября 2135 года, утро

Дилинь-дилинь-дилинь-дилинь-дилинь!..

Я с трудом разлепил глаза и нашарил КПК под подушкой. Что за долбаная привычка будить ценных специалистов ни свет ни заря?! Ну-ка, кто это у нас? Упс!..

– Да-а-а-а, мистер Слоун! – зевнул я в микрофон, предусмотрительно заблокировав видеоканал. Тут и по голосу все понятно. – Я вас внимательно слушаю.

– Проснулся? Отлично, – бодро отозвался на том конце провода финдиректор. – Денис, вы мне нужны. Через пятнадцать минут в лаборатории.

– Ми…

Черт, отрубился. Интересно, как он это себе представляет? Придется вспомнить старые добрые времена, когда каждое лето тренер дядя Коля вывозил меня в тренировочные лагеря, распорядок в которых мало чем отличался от военного. Но, блин, так неохота!

В брифинг-зале лабораторного комплекса – несмотря на громкое название, всего лишь небольшой комнатушке, оснащенной круглым столом с голопроектором и десятком стульев, – собрались уже все заинтересованные лица, как то: Грег Слоун, свежий и бодрый, профессор Куатье с подельниками – потрепанные и с красными глазами, будто вовсе не ложились, капитан Иванов – выглядящий как всегда, и семейство Свенссонов. Плюс мастер-рейнджер Макдугал. Бадди куда-то запропастился.

– Итак, все в сборе, – объявил кэп, взявший на себя обязанности председателя собрания. – Прошу отнестись с пониманием к столь неурочному времени, но дело не терпит отлагательства. Мистер Слоун, вам слово.

Вот в этом весь капитан. Коротко и по делу. А дальше пусть Грег отдувается. Поневоле вспоминается очередное папенькино поучение: «Хороший руководитель не тот, кто в курсе всего, а тот, кто знает, с кого именно спросить». Обычно он еще добавлял: «Если хочешь добиться вменяемого результата, будь над системой. Это позволит взглянуть на процесс со стороны, а не увязнуть в нем, предельно сузив поле зрения». Так что кэп-то у нас, получается, одного с ним поля ягода.

– Спасибо, сэр, – невозмутимо кивнул финансовый директор. – У меня две новости…

По залу пронесся нервный смешок.

– …и обе хорошие, – закончил фразу Грег. – Первая: час назад со мной связался представитель местных правительственных структур и возобновил контракт на решение проблемы аномалий. Но теперь власти хотят получить средства защиты, для начала индивидуальные. Отсюда проистекает вторая хорошая новость: все это время мы работали не зря.

Ну что тут сказать? Не подвела босса интуиция. За что ему и аплодисменты. Мысленные, разумеется.

– Я так понимаю, Грегуар, у нас есть что предложить клиентам? – переключился Грег на профессора.

– Да, мсье, – устало подтвердил тот. – Математическая модель защитного генератора готова. Прототип – на стадии доводки. Требуются полевые испытания для тонкой калибровки, и можно будет сдавать работу.

– Свен?

– Нам нужно еще часа полтора, – буркнул техник, – кое-что поправить и красоту навести. Плюс еще часов десять на подготовку технической документации и примерной технологии производства. И надо связаться с местными на предмет их технического оснащения, чтобы знать, на какие производственные мощности рассчитывать.

– Это уже детали, Свен, – поморщился Грег. – Решим в рабочем порядке. Первоочередная задача – полевые испытания. Когда сможем начать?

– Через два часа мы предоставим образцы для испытаний.

– Хорошо. Тогда сбор полевой партии – через два с половиной часа на летной палубе. Это касается господ Свенссона, Макдугала и Новикова. Мистер Свенссон обеспечивает техническую сторону, мистер Новиков осуществляет научное консультирование и связь с разработчиками, мистер Макдугал отвечает за безопасность. Вопросы?

– Сэр, хотелось бы знать, где предполагается высадка, – вставил свои пять копеек Мак. – Сэр.

– С местом высадки определитесь самостоятельно. При необходимости привлеките профессора.

– Есть, сэр.

– Мистер Слоун, я могу взять с собой Асти?

– Вы уверены, мистер Свенссон, что это необходимо?

– Да, сэр. Я один не успею откалибровать все семь комплектов. Плюс у нас еще пара стационарных установок. А внизу нам лучше не задерживаться.

– На ваше усмотрение, – после краткого раздумья заключил Грег. – У меня все, господа. Капитан?

– Все всё слышали? Выполнять.

Народ загремел стульями, и через несколько секунд брифинг-зал опустел. Разве что профессор с присными остались в собственных владениях. Им-то что, они свое дело сделали, так что имеют полное право отдохнуть. А вот нам к высадке готовиться. Надо, кстати, с Маком нюансы обговорить. Я теперь наученный опытом: в джинсах и курточке на шарик ни ногой.

Макдугала я все-таки победил, и на летную палубу явился (как и он сам вместе с братьями Рамиресами) облаченным в универсальный камуфляжный комбез, в нужных местах снабженный защитными пластиковыми вставками, с интегрированными наколенниками и налокотниками. Да и ткань на его пошив пустили хитрую – «дышащую» мембрану, армированную кевларовыми волокнами. Плюс термобелье. Плюс столь же неубиваемые перчатки. Завершали композицию настоящие армейские ботинки, легкие и крепкие, но не боящиеся притом ни огня, ни кислоты, ни прочих неприятностей. Кроме разве что блуждающих силовых полей, ага. Нацепив все это, я почувствовал себя бойцом спецназа, разве что оружия мне не доверили, и я вынужден был довольствоваться так называемым ножом выживания, входящим в комплект снаряжения рейнджера. Разгрузку тоже дали, пустую. Но тут я не растерялся и набил почи разными полезными мелочами от мультитула до компактного паяльника на батарейках – очень мне не нравились воспоминания о недавней робинзонаде, и на этот раз я постарался предусмотреть все, и еще немножко сверху. Старый добрый КПК уютно разместился в специально для него предназначенном креплении на левом предплечье, рядом на запястье устроился инфор. Хорошо бы еще компактный усилитель сигнала с собой прихватить, но это был бы уже перебор. Катер рядом, а на нем станция куда более мощная. Еще, наученный тем же горьким опытом, набил карманы шоколадными батончиками и наполнил фляжку водой. Эх, жаль, коньячком разжиться негде… Впрочем, это уже лишнее – аптечка у меня есть, куда же без нее? Глянув на себя в зеркало, остался доволен – ни дать ни взять рейнджер. С пустой головой, ага. Пришлось нахлобучить форменную бейсболку с логотипом «Lightning» и нестись к лифту – за приготовлениями я и не заметил, как пролетели два часа.

Опоздать не опоздал, но к раздаче слонов все равно явился последним: команда в полном составе плюс провожающий Грег уже топтались у катера. Дроны-погрузчики как раз запихивали в грузовой отсек последний пластиковый контейнер с загадочной маркировкой, но я на этот счет не заморачивался – это дело Свенссонов. Они, кстати, тоже подготовились к полевому выходу довольно тщательно – я и не знал, что у них есть дорогущие инженерные комплекты производства STG со всеми наворотами, включая интерактивные шлемы. Правда, на фоне камуфляжных коллег выглядели они несколько… хм, празднично – комбезы веселой оранжевой расцветки смотрелись немного не к месту. Впрочем, Энди в своем синем облачении не далеко от них ушел.

– Дэнни-бой, держи.

Я обернулся на голос и машинально поймал камуфлированный шлем. Повертел «подарочек» в руках, недоуменно глянул на Мака.

– Надевай, только пока не герметизируй, – пояснил тот. – Или предпочитаешь «намордник»?

Ну его на фиг. Никакой респиратор по удобству со специализированным девайсом не сравнится. А защита не помешает – не хватало еще снова колонию нанов подцепить!..

Шлем сел как влитой, плотно обхватив голову демпферной подкладкой. Нет, все-таки хорошая вещь. В таком любой удар можно выдержать. Даже если какой-нибудь сорвавшейся балкой по башке приложит, то скорее шея не выдержит, чем череп. И уши с подбородком закрыты. А если еще предварительно и капюшон комбеза натянуть да зарастить шов до упора, как в водолазном костюме, так вообще герметичная и одновременно гибкая конструкция получится. А с интерактивной начинкой разберемся, не впервой.

– Все готовы? – перекрыл монотонный гул дронов рык Грега. – Экипаж, по местам! И удачи, ребята.

На сей раз в пассажирском отсеке было откровенно тесно, хоть мест и хватило на всех. Но я до этого все больше в компании напарника путешествовал да с мистером Слоуном. А сейчас в салон набилось шестеро объемных из-за снаряжения коллег, причем даже Асти не выглядела миниатюрной. Не хватало Бадди. Мак, по молчаливому согласию остальных и с попустительства капитана, оставил питомца на борту – тот еще толком не отошел от заразы, да и защиты для него никакой не было, так что рисковать его жизнью не стоило. Но все равно без него как-то… тоскливо, да. Вот подрастет Васька, вот тогда… интересно, что тогда? Буду его с собой таскать повсюду, как Хэвиланд Таф своего Дакса? А что, это фишка, пусть и чужая. Эх, мечты…

– Предстартовая готовность – десять секунд! Девять! Восемь!..

Ну вот. Ничего нового. С другой стороны, это же здорово. Можно расслабиться и получать удовольствие. До самой высадки. Может, доспать? Угу-а-а-а-у!..

Колония Пандора, база Национальной гвардии

Твин-Маунт, 10 сентября 2135 года, день

Над выбором места высадки долго не заморачивались – единодушно сошлись на предложенной Маком тренировочной базе горных стрелков, затаившейся на небольшом плато в отрогах массива Сьерра-Фуртадо. Местечко Твин-Маунт не поражало размерами, зато инфраструктурой ничем не уступало подготовительному центру какой-нибудь частной армии вроде старинной «Блэкуотер». Сейчас бросалась в глаза безлюдность – большую часть персонала и гражданского населения близлежащего одноименного городишка эвакуировали южнее, в области, куда аномалии еще не добрались. Здесь нас ждали – на ВПП дежурила пара глайдеров с местными чинами. Рангов, правда, невысоких – лейтеха и сержант с капралом. Больше никого в прямой видимости не наблюдалось, ангары у заасфальтированного взлетно-посадочного пятачка были тщательно закрыты, а летная техника отсутствовала, что неудивительно в условиях тотального бегства. Как с местными Мак умудрился связаться, лично я ума не приложу. Залезли-то мы в самое пекло – центр «паутины» на спутниковой фотке, стибренной Филом, располагался всего лишь в двух с половиной сотнях километров на северо-запад от контрольной точки. По-хорошему соваться сюда бы не стоило ни за какие коврижки, но… всегда есть это самое «но». Путем многочисленных наблюдений заинтересованные лица выяснили забавную закономерность – чем выше в горы, тем меньше вероятность разгула аномалий. Это, кстати, еще мы с Маком заметили, когда робинзонили возле Вилсонс-Хоуп. И единственным местом, отвечавшим этим требованиям, оказалась горно-стрелковая база. Но главный плюс заключался в том, что тут еще оставалась малая часть персонала, осуществлявшая мониторинг зоны бедствия, так что летели мы не вслепую, а по точной наводке. Другое дело, что до собственно аномалий еще придется добираться, но как перевалочный пункт база Твин-Маунт была просто идеальным вариантом. Я так подозреваю, Мак озадачил Грега, тот связался с клиентами, они подсуетились и поделились информацией. А дальше уже детали.

Катер упокоился на асфальтовом покрытии, раскорячив посадочные опоры, и вскоре мы столпились по правому борту, поджидая торжественную, хоть и малочисленную делегацию. Встречающие уверенно, по-хозяйски пересекли открытое пространство, разделяющее летательные аппараты, и остановились в нескольких шагах от нашей разношерстной компании. Старший окинул нас изучающим взглядом, подозрительно скривился, но главного выделил безошибочно.

– Лейтенант Хоуэлл, база Твин-Маунт, Национальная гвардия Колонии Пандора, – представился он, глядя на Мака. – С кем имею честь?

– Гленн Макдугал, мастер-рейнджер, Корпорация STG, – ответил тот любезностью на любезность. – Надеюсь, вас поставили в известность о цели нашего визита, лейтенант?

– Так точно. Скажу больше – обязали оказывать поддержку, – кивнул Хоуэлл. – Не представляю, как я вас могу поддержать. У меня всего девять человек на всю базу, еле успеваем обслуживать следящие системы.

– Не беспокойтесь, лейтенант, ничего материального мы не потребуем. Будем рады, если поделитесь информацией.

– Какого типа?

– Нас интересуют наиболее активные в смысле аномалий точки. Сами мы будем долго искать.

– Хм. Пожалуй, есть пара таких местечек, – задумался лейтеха. Потом вдруг глянул на нас, как на умалишенных: – А вы что, лезть туда собрались?!

– Нет, конечно, – отмахнулся Мак, – не настолько мы безумны. Пройдем на бреющем, сбросим десяток датчиков и кое-какую аппаратуру, вот и все.

– А позвольте поинтересоваться…

– Закрытая информация, сэр. Если желаете, можем подтвердить полномочия.

– Ладно, парни, забудьте. Раз в пекло лезете, значит, представляете, что делаете.

А вот это правильно. Меньше знаешь – лучше спишь. Молодец, лейтенант. Под ногами бы еще не путался, но это недостижимая мечта – он по долгу службы обязан за нами следить. Другое дело, что вряд ли вообще что-то поймет. Заснимет на видео разве что. А и пофиг. Все равно заказчик – его родное правительство.

– Договорились, – подвел Гленн итог недолгой беседе. – Передадите сведения нашему пилоту, мистеру Чану. А лучше всего синхронизируйте наш комп с вашим диспетчерским сервером. Если требуется подтверждение полномочий, сейчас организуем.

– Нет, сэр, вашей просьбы достаточно.

– Вот и замечательно. Свен, разворачивай аппаратуру. А вы, парни, – повернулся он к братьям Рамиресам, – отдыхайте. Лейтенант, мы вам ВПП загромоздим, не возражаете?

– Да бога ради, – отмахнулся тот. – Сами видите, какой у нас тут трафик… Так что где удобней, там и располагайтесь. Еще какие-то просьбы, пожелания?

– Пока нет.

– Счастливо оставаться, сэр. Если что, мы на связи. Пятый канал, сэр.

Лейтеха вместе с сержантом неторопливо убрели к глайдеру и вскоре куда-то стартанули, так что остались мы под присмотром скучающего капрала. Тот явно тяготился бездельем, но и пост не покидал – устроился в кабине своей машины, открыв дверцу. На нас он не пялился – по крайней мере, явно, но руку, что называется, на пульсе держал. И правильно. Военный объект как-никак.

– Мак, а мне что делать? – поинтересовался я немного спустя, когда семейство Свенссонов, не сговариваясь, оттерло меня от аппаратуры и образцов.

– Отдыхай пока, – равнодушно посоветовал тот, – или пошли со мной, окрестности заценим.

– А гулять долго?

– Пока Свен не позовет.

Исчерпывающий ответ. Зная скандинавскую основательность техника, способную дать сто очков вперед знаменитой немецкой, времени у нас еще вагон и маленькая тележка.

– Может, с военным поболтаем? – от безысходности предложил я спустя еще минут десять и пару кругов по ВПП. – Хоть какое-то развлечение.

На этот раз Мак для разнообразия со мной согласился. Хотя, скорее всего, ему самому было скучно.

Служивый, как я понял, только этого и ждал, ибо на контакт пошел не только с охотой, а вообще с каким-то нездоровым энтузиазмом. Вконец от безделья опух. За беседой с ним мы и скоротали еще целый час, ничуть о том не пожалев. Капрал Дэйвид Грейсон оказался компанейским парнем, так что мы узнали много интересного. Если не из области аномального, то из области солдатского быта – точно. Насчет же приключившейся беды у Дэйва имелась своя, весьма оригинальная версия. Даже две. В частности, он утверждал, что на планете размещена военная база Предтеч, законсервированная до лучших времен. И якобы сейчас здесь высадился кто-то из чудом выживших хозяев всей этой машинерии. Обнаружил «паразитов», то бишь колонистов, и затеял генеральную уборку. Так что лучшее, что оные колонисты могли, по мнению бравого капрала, сделать, – бежать без оглядки. Сначала на высокие орбиты, а потом и вовсе за пределы Системы. И то не факт, что их не постигнет возмездие со стороны пришельцев. Мы с Гленном деликатно поухмылялись, сдержав совсем уж откровенное ржание, но разочаровывать служивого не стали.

Вторая версия была куда ближе к реальности, и заключалась в простой мысли о бедовых гробокопателях, умудрившихся что-то где-то случайно активировать. Дэйв не то чтобы в нее сильно верил, но и не отрицал такой возможности. А я окончательно укрепился во мнении, что так оно, собственно, и было. И я даже знаю этого «кого-то» и представляю, где именно это самое «где-то». И даже по долгу службы рискнул бы туда наведаться. Плюс родственные чувства, чтоб им. Но для Грега и кэпа это не основание, чтобы рисковать жизнями ценных членов объединения Оружейников. А Фред Кирхгофф для них никто, и звать его никак. Артур же О’Мэлли и вовсе заклятый конкурент, которому «туда и дорога».

Еще минут двадцать скоротали, перемывая косточки местному командованию, а потом в эфире прорезался довольный голос Свена, сообщивший, что: «…у нас все готово, можно начинать танцы». За прошедшее время папаня с дочкой успели оживить все семь экземпляров ЭМ-генераторов, активировать смахивающего на паука дрона и нацепить на него один комплект защиты. Плюс прогнали все необходимые тесты и напрягли пилота Энди на предмет подключения бортового «мозга» к вычислителю местных военных. Теперь дело за малым – доставить испытуемого на… э-э-э, полигон. И вот с этим лично у меня были проблемы – я весьма смутно представлял процесс.

– И что дальше?

Вопрос повис в воздухе – все заинтересованные лица уже были в курсе, а проблемы с логикой отдельно взятых представителей технической интеллигенции никого не волновали.

– Асти?

– Дэн, не мельтеши! – раздраженно отмахнулась девчонка. – Пап, по-моему, у дроида третий манипулятор заедает.

– Ничего страшного, ему тонкими работами не заниматься.

– Энди, готов?

– Да, мистер Свенссон. Кто пойдет оператором?

– Хм…

Задумчивый взгляд Свена скользнул по дочери, потом переместился на Мака и, наконец, уперся в меня.

– Дэннис? Ты с системами наблюдения дружишь?

– С какими именно?

– Стандартными. Спутники на низких орбитах плюс беспилотники.

Хороший вопрос. Чисто теоретически – да. Был у нас в универе спецпредмет. А если подойти сугубо практически… картинка там специфическая, иначе и не скажешь. Опыт большой нужен для уверенной работы с такими вещами.

– Ну… э-э-э…

– Н-да… самому придется… Асти, ты здесь справишься?

– Ну, па-ап!.. – неожиданно проныла та. – Мы же договаривались! Опять меня опекаешь?! Ты же обещал!

– Тьфу, зараза! Нашла время! Дэнни, ну так что насчет систем наблюдения?

– Может, хоть задачу уточните, мистер Свенссон? – предпринял я последнюю попытку отмазаться.

– Задача предельно простая – наблюдаешь, выявляешь аномалию, вычисляешь траекторию, потом вы снижаетесь и выбрасываете «паучка». И быстро сматываетесь.

Ф-фух. Я-то думал, тут что-то серьезное. С другой стороны, в опасную зону лезть до смерти не хочется. Наелся уже. Причем и в прямом, и в переносном смысле. И чего Асти туда так рвется?

– Без проблем, – вынужденно кивнул я, выслушав техника.

А чего? Если бы не некая белобрысая особа, я бы однозначно не стал рисковать. Но сейчас не тот случай. Уж лучше я рядом буду, так, на всякий пожарный.

– Полезай в кабину.

– Есть, сэр.

Признаться, раньше бывать в ходовой рубке катера мне не доводилось. Все больше в пассажирских отсеках обретался, изредка – в багажном, еще реже – в двигательном. А тут очень даже неплохо. И комфортно – в кресле десяток регулировок предусмотрен. Но я ограничился автоподстройкой сидушки под индивидуальные особенности моей пятой точки. Удобно – и ладно.

– А где обзорный дисплей? – поинтересовался я. – Или просто в окошко смотреть?

– Вам придется воспользоваться шлемом, мистер Новиков, – невозмутимо пояснил устроившийся на месте первого пилота Энди. – И наденьте интерфейсные перчатки.

Ну да. Как же иначе? Вот только куда мое собственное барахло девать?

– Под креслом сбоку есть контейнер, – правильно истолковал мое озадаченное молчание Чан. – И давайте-ка подключим вас к системе…

Следуя инструкциям дотошного пилота, я успешно активировал рабочую «виртуалку» с дисплеем на внутренней поверхности забрала и манипуляторами в перчатках. По ощущениям, ничего необычного – как будто в симуляторе космического корабля оказался. Увлекался я такими игрушками во времена оны, удалось даже как-то раз реальную обучающую программу пилота истребителя опробовать. Именно тогда я решил, что стезя космического водилы меня не привлекает. Слишком уж все сложно.

– Мистер Новиков, ваш сектор ответственности – зеленый два. Активируйте панель, пожалуйста.

Мне послышалось или в голосе пилота промелькнули насмешливые нотки? Правда, без ехидства, но мне от этого не легче. Самая большая проблема инженера-аналитика – он знает все, но понемножку, и в каждой конкретной сфере деятельности значительно уступает узкому специалисту. От чего и страдает. Главным образом, от снисходительного отношения оных спецов.

Виртуальный интерфейс мало чем отличался от обычного сенсорного экрана, разве что присутствовал по большей части в воображении оператора, подстегнутом соответствующим воздействием со стороны «железа». В нашем случае – интерактивного шлема и перчаток-манипуляторов. На объемной картинке отображались элементы управления, так что мне оставалось лишь зафиксировать руку на нужном квадратике и перетянуть его на свой… хм, рабочий стол. Где он и развернулся, увеличившись в масштабе и вытеснив за пределы взгляда лишние прибамбасы. Ну вот, совсем другое дело! Один большой виртуальный экран по центру и около десятка мелких окошек по периферии. Явно по числу спутников, задействованных в системе.

– Эй, на «пташке»! Слышите меня?

Местная диспетчерская на связи. Голос не девичий, скорее, принадлежит даме чуть за тридцать. Не спрашивайте, как я это определил. Интуиция.

– Первый пилот Чан. Чем могу быть полезен?

– Я Мэгги, – представилась дамочка, – буду вас вести. А то еще заплутаете ненароком. У вас кто на «глазках»?

– Оператор на связи.

– Тебя как звать, оператор?

– Дэн.

– Очень приятно, Дэн. Слушайте меня внимательно и не спорьте. Если я говорю – убираться, значит, уносите ноги. Если говорю – прыгайте вверх, значит, без вопросов набираете безопасную высоту. Как поняли, прием?

– Да, мэм.

Энди как всегда невозмутим. Что неудивительно, учитывая его азиатские корни. Мне бы такую выдержку!

– Да, Мэг, – подтверждаю и я.

– Вот и молодцы. Слушайтесь меня и дальше, и все будет хорошо, мальчики. Вам, кстати, куда нужно?

– Этот вопрос – в компетенции мистера Новикова, – самоустранился пилот.

– Пока сами не знаем, – вынужденно признался я. – Куда-нибудь, где аномалии шалят.

– Не спрашиваю, зачем это вам, но желание как минимум странное, – вздохнула невидимая Мэгги. – Ладно. У меня приказ, так что любой каприз за ваши деньги. Взлет разрешаю. Судя по данным мониторинга, лучше всего лететь на север.

– Там горы. И аномалий нет.

– Извините. Тогда юго-восток, порядка ста семидесяти километров.

Я торопливо прокрутил спутниковую карту на дисплее, присмотрелся к изображению и кивнул сам себе. Пойдет.

– Нормально. Давайте коридор, Мэг. – И переключился на внутреннюю связь. – Асти, твой робот готов?

– Давно. А с кем это ты болтаешь?

– Да так, новая знакомая.

– Красивая?

– Не имею понятия. Но голос… да, сексуальный.

– Нашел время! – фыркнула Астрид, вызвав у меня разрыв шаблона.

А где сакраментальное «дурак», я вас спрашиваю?! Нет, все-таки она очень необычная девушка. И… да, себе можно признаться: она мне нравится. Все больше и больше. До такой степени, что пудовые кулаки папочки Свена перестают быть сдерживающим фактором.

– Ты пристегнулась, радость моя белобрысая?

– Что ты сказал?! Радость?!

– Ну да. Тебе не нравится?

– Нет, почему… – смутилась Асти. – Просто неожиданно… так, хорош трындеть! Свен сейчас злиться начнет.

– Как скажешь, – ухмыльнулся я. И выдал не менее сакраментальное, чем «дурак»: – Поехали!

Последнее мое слово Энди воспринял как приказ и руководство к действию: корпус летательного аппарата мелко завибрировал на реактивных струях, чуть качнулся и плавно пошел вертикально вверх. Как я это понял? Да элементарно: «виртуалка» через окно… хм, не нравится мне этот термин, особенно по отношению к высокотехнологичному катеру. А, вспомнил! Это называется «блистер». Так вот, через остекленный блистер иллюзорное рабочее пространство смотреть совершенно не мешало. Стоило лишь расфокусировать взгляд, как сочная картинка превращалась в полупрозрачный фон. Удобно, что ни говори. Причем процесс был вполне обратимым. А поскольку в данный момент пилот в моих услугах в качестве наблюдателя не нуждался, то я и воспользовался оказией, чтобы полюбоваться здешними красотами, так сказать, вживую. Местность оказалась весьма живописной – плато притулилось к южному склону довольно высокой (как минимум трехтысячник) горы с тремя заснеженными вершинами, и совершенно терялось в темно-зеленом одеяле хвойного леса, кое-где пронзенном иглами скал. Если не знать, куда именно лететь, базу нипочем не отыщешь. Прямо-таки идеальный партизанский опорный пункт. Ну или логово незаконных вооруженных формирований – все зависит от взаимоотношений владельцев фортификации с властями.

– Держите на пять часов, мальчики, и никуда не сворачивайте, – выдала последние цеу невидимая Мэгги. – И не торопитесь. Высота пять двести. Как поняли, прием?

– Понял вас хорошо, мэм, – невозмутимо отозвался Чан. – Курс юго-юго-восток, порядка ста пятидесяти километров. Горизонт пять двести. Прием.

– Умничка.

Н-да. Хорошо, что сутки здесь привычные, почти двадцать четыре часа. Есть, конечно, минимальная разница, но колонисты на нее плевать хотели. Так что поняли мы друг друга прекрасно. А вот в других Колониях это реальная проблема. Пилотам приходится каждый раз заново приспосабливаться к системам координат, среди которых полярная – самая простая и приближенная к реальности, либо, что бывает гораздо чаще, за символическую плату обновлять софт центрального вычислителя, чтобы он самостоятельно переводил местные циферки в удобоваримый вид. Со временем у неприкаянных бродяг типа нашего Энди собирается неплохая база данных, и некоторые не гнушаются приторговывать «пираткой» на черном рынке. Благо дело это не столь сложное, как может показаться.

Невозмутимый мистер Чан, не связанный необходимостью соблюдать правила воздушного движения, раскочегарил движки по полной программе, так что до места добрались за три с небольшим минуты, что для полета в атмосфере весьма и весьма неплохо – почитай, в два с половиной раза скорость звука перекрыли. А потом началась самая веселуха: Энди сбросил скорость до черепашьей (ну километров четыреста в час), и принялся кружить над довольно обширной проплешиной, зажатой со всех сторон поросшими лесом холмами. Действительно, практически идеальное место – не соврала Мэгги. Вот только аномалий пока не видно, хотя следов полно…

– Дэн, на одиннадцать часов – аномалия. – Легка на помине, ага. – Еще две – на три и пять часов. Как понял, прием?

– Понял хорошо, прием.

Все равно не вижу. Далековато, наверное. Ну-ка, попробуем камеры переключить… Есть! Не удержавшись, я врубил увеличение и застыл с открытым ртом: зрелище было… феерическое. Пожалуй, именно так. С высоты-то особо не разглядишь: подумаешь, что в зеленом море довольно медленно разрастается черная проплешина. Никаких тебе спецэффектов. Даже на простую моторную лодку сверху смотреть куда интереснее – там и волны разбегаются, и пенный след остается. А тут – ни-че-го. Струна. Зато вблизи впечатление совершенно иное. Не знаю, с чем сравнить… магия прямо-таки. Вековые деревья, буквально на глазах истаивающие от одного лишь касания еле различимого марева, и оседающие облаком серой пыли валуны впечатлят кого угодно. А след? Идеально гладкая поверхность со столь же идеально прямыми границами. Не знай я, что это всего лишь канава, наполненная мельчайшей взвесью, принял бы за стекло. Правда, это ненадолго, до первого дуновения ветра.

– Есть контакт! – известил я коллег. – Асти, готова?

– Да.

– Энди, лови траекторию.

Перехватывать я решил ту аномалию, что приближалась с севера – просто она ближе всех оказалась. Остальным двум еще ползти и ползти – все же скоростью наны не поражали. И уж совершенно точно не выдерживали в этом никакого сравнения с катером.

– Семнадцать секунд до чек-пойнта, – проинформировал нас с напарницей пилот. – Держитесь, ребята!

Катер сорвался в крутое пике, и не избавился я от завтрака лишь благодаря сочетанию двух факторов: во-первых, за отсутствием такового, а во-вторых – спасибо умной аппаратуре. Я как раз наблюдал за аномалией, сфокусировавшись на виртуальном экране, так что рванувшая навстречу с ошеломляющей скоростью земная твердь осталась за кадром. Вернее, улавливалось что-то такое периферийным зрением, но и только. Изображение-то шло со спутника, а он высоту не менял. Впрочем, вскоре я сам принялся колдовать с настройками – интересно все-таки, что за бортом происходит… В результате к тому моменту, как наш летательный аппарат выровнялся метрах в тридцати от земли и пошел на бреющем, копируя траекторией рельеф, рядом с основной картинкой красовался еще и панорамный вид, выведенный с курсовых камер. Смотрелось это дико, зато контролировать обстановку было удобно.

– Энди, давай-ка вот сюда. – Я пометил на виртуальной карте нужное место маркером, дождался кивка пилота и переключился на напарницу: – Асти, готовность – десять секунд.

– Сэр, есть, сэр!

Фу-фу-фу… Как банально. Могла бы что-нибудь и повеселее придумать. Ладно, это я просто придираюсь. У самого мандраж, только сейчас заметил. Потряхивает чувствительно, и отнюдь не катер, а мои собственные руки.

– Ч…к…п…нт, – прорезался в наушниках голос пилота. – Т… д… ин!

– Энди, ты квакаешь!

– П…л!

– Д…д пр…зем…ся! – присоединилась к заике-пилоту Астрид.

– В…таем! В…та три тысячи! Мистер Новиков, активируйте канал связи с дроидом.

– Сейчас, – буркнул я, лихорадочно щелкая виртуальными пальцами по виртуальным кнопкам.

Черт, где тут усилитель сигнала? Долбаная аномалия… А я уже и забыл совсем об этой ее крайне неприятной особенности. Ага, нашел. Изображение на дисплее обрело четкость, и я получил возможность обозревать окрестности глазами, то бишь камерами, механического паука. Местность как местность – довольно ровное поле, испещренное кое-где купами деревьев. В паре километров к северу – стена леса. И пока ничто, как говорится, не предвещало беды. Даже зум ничего подозрительного не выявил, только листья да ветки стали различимы. Ну и ладно. Все идет по плану, разве что до конца избавиться от помех не получилось – картинка изредка дергалась да иногда покрывалась мелкой рябью, застывая на долю мгновения.

– Энди, переключись на короткие волны, – посоветовал я пилоту, разобравшись с проблемой. – В этом диапазоне аномалии слабее «шумят».

– Да, Дэннис.

– Всем внимание! Засек! Направление на одиннадцать часов, время до контакта – две с половиной минуты. Приготовиться!

Вот она, родимая! С земли, да еще с увеличением, марево вполне различимо. И приближается весьма резво, с точки зрения неподвижного объекта. Еще немного, еще чуть-чуть…

В темно-зеленой стене вдруг возникла проплешина – деревья на опушке оплыли, а потом и вовсе растаяли, оставив после себя лишь зеленоватую марь. Воздух задрожал сильнее, с каждой секундой все явственнее, и вскоре я различил за прозрачным маревом облако пыли. Что за?.. Не было ведь такого раньше. Хотя нет, вру. В Вилсонс-Хоуп мы оказались слишком близко к аномалии, так что этого эффекта я не заметил, а вот сейчас, при взгляде со стороны, да еще и через мощную оптику, картинка претерпела изменения: пылинки, в которые несколько мгновений назад превратились листья, ветки и даже камни, вниз оседать не торопились. Концентрация их в воздухе была столь мала, что невооруженным глазом и не разглядишь, особенно в подступающих сумерках, как мы тогда, а вот аппаратура неплотное новообразование фиксировала. Даже цветовая градация присутствовала – чем выше, тем светлее. Из-за разницы в плотностях минеральные частицы все же оседали чуть быстрее. Этакий зелено-желто-черный триколор получился. С поправкой на общую бледность гаммы.

– Ух ты!

– То ли еще будет! – поддержал я восхищенную Асти. – Занятно… до жути!

Надвигающееся на дроида деструктивное явление пугало до дрожи в коленках. И ведь я прекрасно осознавал, что нахожусь в кабине катера на недосягаемой для аномалии высоте, а вот поди ж ты! Подавив порядочным усилием воли порыв отвести взгляд, я терпеливо ждал развязки. Еще несколько секунд, и станет понятно, молодцы мы или неудачники. Не побоюсь этого слова, лузеры. Мандраж не проходил – первое крупное дело как-никак. Так что волнение вполне естественно. Не хотелось бы начинать профессиональный путь с провала, но тут уж как судьбе будет угодно. Вроде бы все нюансы предусмотрели, однако, как совершенно справедливо заметил Мерфи в одном из своих законов, даже если четыре причины возможных неприятностей заранее устранены, всегда найдется пятая.

К счастью, на сей раз выведенная неугомонным авиационным кэпом закономерность на практике реализовалась лишь частично. И виной тому послужила подмеченная Асти неисправность – один из манипуляторов дроида, тот самый, что заедал при проверке, накрылся окончательно, и при очередном шаге заклинился в крайнем верхнем положении. В принципе не страшно – у робота было еще семь ног, так что потеря отдельной конечности никак не сказалась на его маневренности. Зато у нас появилась отличная возможность рассмотреть в деталях процесс взаимодействия злокозненной аномалии с материальным объектом, благо писалось все вкруговую, с доброго десятка миниатюрных камер. Правда, непосредственный контакт занял не более секунды, и все, что я успел заметить, – испарившаяся суставчатая «нога» да краткое искажение картинки, причем на всех видеоканалах одновременно. Потом изображение восстановилось, и взглядам нашим предстал совершенно целый (если не считать заостренного обрубка левого переднего манипулятора) дроид.

– Получилось! – восторженно взвизгнула Астрид. – Дэн, мы молодцы! И особенно Свен!

Ну да, конечно. Он же генераторы собрал. А я вместе с близнецами Джонсонами и профом Куатье как бы не при делах.

– Энди, спускаемся.

– Да, сэр.

А как вы хотели? Наблюдения наблюдениями, а ощупать пострадавшего (да и на зуб попробовать) совершенно не помешает. Вдруг аномалия и впрямь злокозненная, и помимо уже известного воздействия еще и каким-нибудь излучением по потрохам шарашит? И вообще, это лишь самый первый этап.

– Надо будет радиус откалибровать, – перестроилась на рабочий лад Асти, – сейчас маловат. Видишь, как ему ногу срезало?

– Однозначно, – согласно хмыкнул я. – Под человека по-любому настройки менять придется. Работы еще воз и маленькая тележка.

– Высота – сто пятьдесят, четыре секунды до контакта.

– Спасибо, Энди.

– Асти, подбирай болезного, а я пока видео в замедленном режиме прокручу.

Так, напарницу озадачил. Управление погрузочными манипуляторами катера – дело хлопотное, но много времени эвакуация бедолаги-дроида не займет (опыт не пропьешь). Зато у меня появилось несколько относительно свободных минут. Можно и чем-нибудь интересным заняться, да хотя бы вот собственному плану последовать. Недолго думая я залез в меню регистрирующей системы и в пару кликов активировал нужный файл. Поиграл настройками, пощелкал мышкой, перебирая окошки, и наконец нашел нужный ракурс – с третьей левой камеры вид открывался не сказать чтобы захватывающий, но в поле ее зрения как раз попадала испорченная конечность. Пока еще целая и невредимая. Пришлось перемотать чуть вперед и резко замедлить скорость воспроизведения.

Миниатюрные объективы разрешающей способностью не поражали, да и частота обновления кадров не превышала стандартную сотню герц, что с учетом почти десятикратного увеличения и такого же замедления прокрутки превратило плавное изображение если и не в слайд-шоу, то во что-то весьма похожее, но я все равно остался доволен – процесс удалось рассмотреть во всех подробностях. Мало того, меня тут ждал сюрприз. Детальное изучение качественного видеопотока полностью подтвердило версию, озвученную в корабельном лазарете – блуждающее силовое поле «мерцало», то бишь генерировалось нанами с определенной частотой в строгом соответствии с перемещением по горизонтали. Вычислить эти показатели не составило труда – частота «мерцаний» составляла почти ту же сотку, но они, к счастью, не совпадали по фазе со сменой кадров в видеокамере, что и позволило этот процесс зафиксировать, а «шаг» оригинального эмиттера не превышал одной сотой миллиметра. Не удивительно, что все попавшиеся на пути аномалии материальные объекты превращались либо в мелкодисперсную – один микрометр в поперечнике – пыль, либо в омерзительную слизь. Силовому полю все равно, что именно шинковать – что органику, что твердые минералы. Правда, нанам не все равно – в каменистой почве они перемещались в верхних слоях, образованных из нанесенных песка и глины. А вот в лесных суглинках заглублялись чуть ли не на полметра. Строго говоря, те же камни аномалия должна пластовать на тончайшие срезы, типа биологических проб тканей, но по вполне понятным причинам такие сверхтонкие «пленочки» рассыпались под собственным весом. В результате мы наблюдали взвесь в воздухе и порошкообразный слой в следе.

В замедленном режиме процесс «перемалывания» манипулятора выглядел еще зрелищнее – камере удалось зафиксировать отделение «слоев», которые медленно и величаво отдалялись от конечности, правда, очень недалеко, и расползались клубами пыли, со стороны похожими на сигаретный дым. И, что характерно, по мере приближения аномалии к источнику электромагнитного поля «слои» утолщались. Заметил я это лишь потому, что в какой-то момент отделенные «ломти» перестали рассыпаться, но все равно оставались столь тонкими, что планировали вниз на манер осенних листьев. А потом процесс и вовсе прервался – видимо, напряженность поля достигла критической величины и функционирование колонии наноботов под его воздействием полностью нарушилось. Затем объектив нырнул в белую хмарь, и экран заволокло помехами – «снегом». Через секунду изображение восстановилось, но к этому времени робот оказался у аномалии в тылу и больше ничего интересного с ним не произошло.

А вот аномалия – сюрприз! – распалась на две ветви. Это хорошо было видно по сдвоенному следу, разделенному перемычкой шириной примерно метр. В первый момент не поверив собственным глазам, я опять перещелкнул несколько камер и незамедлительно убедился в справедливости предварительного вывода – шагов на десять – пятнадцать вслед за дроидом тянулся заостренный в плане «островок» – полоса твердой почвы меж двух пылевых русел.

Вывод из вышеизложенного проистекал ровно один – наш защитный генератор функционирует отнюдь не в штатном режиме. Предполагалось, что он всего лишь должен защитить объект внутри силового «пузыря», по возможности без побочных эффектов. Однако против такого бонуса я совсем не возражал – напротив, в свете новых сведений открывались очень широкие перспективы. Получается, таким макаром аномалии можно и полностью гасить, если подобрать оптимальные параметры излучателя. И мощность соответствующую обеспечить. Короче, работы нам на сегодня – просто завались. Понятно, что еще не вечер, и нет уверенности, что эксперимент удастся воспроизвести, но факт оставался фактом. Я даже сумел примерно прикинуть параметры защитного кокона – и по изображению, и по оставшемуся от манипулятора обрубку выходило, что электромагнитное поле разрушало строй нанов в радиусе метра от эпицентра, то бишь геометрического центра корпуса нашего невольного помощника.

– Отлично!.. – хмыкнул я себе под нос и удовлетворенно потер руки. – От чего плясать – есть, дальше веселей пойдет…

– Объект на борту, взлет через три… две… одну! Горизонт – пять сто, держитесь, ребята!

Что-то не на шутку Энди разошелся. Вон уже воздушное хулиганство учинил. Если так дальше пойдет, еще и напьется, чего доброго, да бузить начнет…

– Асти, что с клиентом?

– Вроде цел… Дэн, а ты видел?..

– След? Видел.

– Круто, правда?! Я и не предполагала…

– Я тоже.

– А давай тогда на базу вернемся, я здесь толком ничего сделать не могу. И совет нужен.

– Энди, слышал?

– Да, сэр.

– Выполняй.

Если пилот и удивился прорезавшейся в моем голосе нехарактерной властности, то виду не подал. А вот я сам себя подловил и мысленно скривился – рановато начал под начальство косить. Есть, конечно, далеко идущие планы, но именно что планы. И разглашать их весьма несвоевременно. Папенька не поймет, однозначно. Кстати, о птичках… Я цапнул КПК, так и торчавший все это время в креплении на предплечье, торопливо врубил почтовый клиент и разочарованно выдохнул – глухо. Ноль входящих. Ч-черт, чего тянут-то… кота за всякое…

– Три минуты до чек-пойнта! – вывел меня из задумчивости голос Энди.

Оперативно. Главное, самоедством пополам с самокопанием заняться не успел. И не успею уже, сто процентов. Свен время даром тратить не любит, сразу же кипучую деятельность разовьет. И мало того, вовлечет всех окружающих. И я отнюдь не исключение. Буду вкалывать как миленький. Оно и к лучшему – не будут мысли мрачные одолевать. А оные мысли наличествовали – как бы я к Арти в детстве ни относился, все же брат. Пусть и двоюродный. Вполне понятное беспокойство за родственничка усугублялось злостью – вот на фига он вообще сюда приперся?! Делать ему было нечего? А я теперь разгребай… тьфу.

Свен, как я и предполагал, вновь открывшимся обстоятельствам порадовался, но совершенно не удивился – кому, как не технику-практику, знать, что действительность всегда расходится с теорией? Мне даже мысль насчет гашения аномалий озвучивать не пришлось – он до этого додумался, едва бросив беглый взгляд на картинку с монитора. И за дело взялся с присущей ему основательностью, тут же припахав всех присутствующих, даже братцев Рамиресов и их непутевого начальничка. Провозившись около часа, мы произвели на свет странного техногенного монстра на основе старого доброго «паучка» – только теперь он был больше похож на самоходный штанговый опрыскиватель. С нехилой такой шириной захвата в десяток метров. Сделали бы и больше, да только труб подходящей длины не нашлось. К тому же я напомнил Свену, что столь длинномерные хреновины неплохо бы или укрепить, или добавить дополнительные опоры. Поскольку первый вариант не прошел из-за возможного переутяжеления конструкции, а второй – по причине отсутствия других дроидов, пришлось аппетиты урезать. Но и так получилось весьма неплохо – на концах штанг мы закрепили еще пару генераторов поля. А потом пришло время повторного эксперимента.

Поскольку методика уже была отработана, проблем не возникло. Единственное, пришлось высаживаться подальше от облюбованной аномалии, чтобы иметь запас времени – телескопических манипуляторов под рукой у Свена не оказалось, так что мы с Асти вынуждены были покинуть уютное нутро катера и несколько минут корячиться с длинномером. Хорошо хоть наш главный техник сообразил соорудить простейшие крепления в виде приваренных к телу дроида коротких трубок чуть большего диаметра, и нам оставалось лишь разместить пациента в облюбованной точке, вставить штанги в крепеж да подвесить на крюках активированные генераторы. Несмотря на отсутствие непосредственной опасности, адреналин зашкаливал, порядочно мешая работать, но мы справились и резво забрались в катер. Энди упрашивать себя не заставил и повторил излюбленную шутку с резким стартом до пятикилометровой высоты. А мы с напарницей, чуть отдышавшись, принялись ждать результата.

Тот превзошел все ожидания – совпал с прогнозом на девяносто девять целых и девять десятых процента. То бишь аномалия, как и в предыдущем случае, распалась на отдельные… ручейки, да. Речками их не назовешь – она и так не превышала двух десятков метров в поперечнике – и это мы выбрали самую крупную из доступных на данный момент – а получившиеся четыре рукава составили каждый пару метров от силы. А вот дальше был сюрприз – ручейки после преодоления преграды снова слились, только попарно, образовав вместо одной широкой аномалии две более миниатюрных. Причем одна из них неожиданно изменила направление и отклонилась градусов на двадцать от первоначальной траектории.

Те участки штанг, что оказались в промежутках между сгенерированными полями, вполне естественно превратились в пыль, так что сразу продолжить эксперименты не удалось. Пришлось подобрать оборудование и вернуться на базу. Здесь нас уже с нетерпением поджидал Свен, полный новых идей. Однако мы решительно воспротивились и отвоевали обеденный перерыв, после которого пришлось вкалывать вдвое интенсивнее, ибо программу исследований дорогой Астин папочка спланировал обширную. Подозреваю, без профессора Куатье тут не обошлось.

До темноты мы совершили еще четыре вылета, последовательно ликвидировав как класс две небольшие – соответственно семи и девяти метров в поперечнике – аномалии, затем поэкспериментировали с ограниченным воздействием; как результат нам удалось частично рассеять одно из блуждающих полей, попутно отклонив его от изначальной траектории. Апофеозом нашей деятельности стала последняя вылазка, когда мы цинично засунули в корпус дроида свежеотловленную то ли крысу, то ли морскую свинку. Видно было, что животина ручная, просто ее забыл кто-то из обитателей базы при поспешном бегстве. На счастье Асти, все обошлось – крысюк выжил. Да и негативных последствий не было – даже результат воздействия электромагнитного поля, несмотря на порядочную мощность оного, оказался столь пренебрежительно мал, что медсканер с трудом его уловил. Еще один плюс – девушка обзавелась собственным питомцем. И это хорошо – меньше будет на моего Ваську покушаться. В общем и целом нас можно было поздравить с успешным завершением испытаний. Если бы не одно ма-а-аленькое обстоятельство: отдать на растерзание аномалии человека мы не решились. Судя по тому, насколько стремно было лично мне, остальные соратники тоже не горели желанием принести себя в жертву науке. Посему мы совершенно справедливо решили, что утро вечера мудренее, и с чистой совестью отзвонились Грегу. Вернее, Свен с ним связался, доложил результаты и намекнул, что неплохо было бы провести завершающий эксперимент. Жаль только, добровольцев нет. Мистер Слоун все понял правильно и пообещал что-нибудь придумать. Я даже примерно представлял, что именно – наверняка у заказчика «пушечное мясо» запросит. Каких-нибудь приговоренных к смерти зэков или, на худой конец, человекообразных обезьян. Или просто отдаст генераторы, и пусть сами мучаются. Впрочем, последний вариант чреват выплатой неустойки, то бишь потерей прибыли, так что вряд ли дорогой финдиректор даст слабину.

Поскольку возвращение на борт не имело особого смысла, мы договорились с местным начальством в лице лейтенанта Хоуэлла и разместились на ночлег в единственном на данный момент обжитом здании – казарме Национальной гвардии. Здесь же квартировался и остальной персонал, так что получилось познакомиться с Мэгги – той самой обладательницей сексуального голоса, которая весь день работала нашим ангелом-хранителем. Впрочем, внешности она была далеко не ангельской – дама чуть за тридцать, крепко скроенная, я бы даже сказал, суховатая, статями проигрывавшая даже Астрид, но симпатичная. Брюнетка, к сожалению. Видимо, разочарование отразилось у меня на лице, потому что Асти, в первый момент окрысившаяся, как и ее новый питомец, незамедлительно расслабилась и приветливо пожала Мэг руку. К тому же чуть погодя в разговоре выяснилось, что диспетчерша – глубоко замужняя и обремененная парой сорванцов женщина. В общем, не конкурентка. А вот Маку, ничуть не постеснявшемуся статуса хозяйки диспетчерской, она ответила взаимностью. Уж не знаю, что там моему соседу обломилось на самом деле, но они очень быстро сбежали из казармы – якобы прогуляться и подышать свежим воздухом перед сном. Следить я за ними поленился и, чмокнув обалдевшую от такой наглости Асти в щеку, завалился в выделенный нам с Гленном кубрик. Не раздеваясь, рухнул на ближайшую койку, но все же от шлема и ботинок избавился – неудобно в них лежать оказалось. И ноги гудели. Зато в сон провалился мгновенно. Едва лишь щека коснулась подушки, как глаза сами собой закрылись.

Я, правда, сразу же их распахнул, уловив какой-то зуд, и в первое мгновение потерялся – вокруг царила абсолютная тьма. Ни фига себе моргнул! Светильник же в коридоре горел, да и через окно какие-то отблески пробивались, потом раз – и темень. Что-то тут не так. Да и лежал я на спине. А ведь точно помню, что на топчан ничком рухнул. Или я чего-то не понимаю, или одно из двух…

Задумчиво поворочавшись, я решил пойти по пути наименьшего сопротивления и на ощупь ткнул в дисплей КПК. Тот незамедлительно засветился, демонстрируя таймер: второй час ночи по местному, и в правом верхнем углу дисплея – миниатюрный конверт. Сон как рукой сняло, и я торопливо активировал мессенджер. Предчувствие не обмануло – послание пришло с того самого секретного адреса, которым я воспользовался накануне. Что-то долго они думали… не к добру…

Письмо содержало ровно одну фразу: «Дядя Петя не в курсе. Просит помочь».

Здрасьте, ж… хм… н-да… новый год! Теперь понятна причина задержки. Вовсе не из-за согласований там тормозили. Просто коллеги-конкуренты лихорадочно пытались отыскать следы беглого наследника. И лишь убедившись, что Артур действительно вляпался во что-то серьезное, дядька связался с папенькой. А тот не придумал ничего лучшего, как спихнуть проблему с родственничком на меня. И его можно понять – своих забот полно, без дела не сидит. А Арти – племяш проблемный. С другой стороны, Артурова тетка и моя мать в одном лице – тоже не подарок, к родственным связям относится с пиететом. Сестру же свою и вовсе любит без памяти. Часть этого обожания и О’Мэлли-младшему перепала. Вот и думай. Был бы кто другой, слили бы инфу да со спокойной совестью умыли руки. Но не в этот раз. Так и придется лезть к черту за пазуху… с другой стороны, можно Грега обрадовать – таки нашелся доброволец. И не один – зуб даю, Мак в стороне не останется. Надо лишь непосредственное руководство поставить в известность. Только как-нибудь поделикатней… Тьфу, еще одна забота!

Стараясь не шуметь, я встал с койки, нашарил ботинки – пришлось подсветить дисплеем капэкашника – и выбрался в коридор. Местечко бы какое-нибудь укромное… да вот хоть каптерка! Аномалии не мешают, так что до Грега дозвонюсь. Наверное.

Так и вышло. Правда, финансовый директор ответил лишь с третьего раза – видимо, тоже почивать изволил. А я за это время придумал, как преподнести новость.

– Денис? Тебе чего не спится? – от души зевнул босс и вопросительно уставился с экрана КПК на мою подозрительно бодрую физиономию. – Или не ложился еще?

– Выспался, – мрачно хмыкнул я. – Мистер Слоун, у меня к вам очень серьезный разговор.

– Хм… заинтриговали. Я внимательно слушаю.

Слушай-слушай… Сейчас я тебе настроение-то испорчу. И ведь не денешься никуда, что самое поганое…

Глава 6

Колония Пандора, окрестности Объекта-357,

11 сентября 2135 года, раннее утро

– Экипажу готовность полторы минуты! – объявил по внутренней связи пилот Чан. – Горизонт – пять двести, начинаю снижение.

– Что-то слишком спокойно, не находишь, Энди? – от нечего делать поинтересовался я. – Не то что вчера. Хоть бы одна завалящая аномалия встретилась…

Перехватив безразличный взгляд летуна, развивать тему не стал. Только поерзал в кресле – летели всего ничего, так что пятую точку отсидеть не успел, просто нервишки пошаливали. Именно по причине общего благолепия я и не находил себе места, памятуя о втором законе Чизхолма: когда дела идут хорошо, что-то должно случиться в самом ближайшем будущем.

Полуночная беседа с финансовым директором получилась трудной. Грег Слоун сопротивлялся довольно долго – перспектива заиметь в должниках главу могущественной Корпорации его не прельстила, ибо на другой чаше весов находились жизни и здоровье членов родного объединения. Пришлось даже кое-какие аргументы, до поры до времени не подлежащие огласке, в ход пустить. К взаимовыгодному решению пришли в третьем часу, потом еще минут сорок потратили на согласование с капитаном Ивановым и постановку задачи непосредственным участникам авантюры – Маку со товарищи, пилоту Чану и Свену с Асти. Последние двое отделались бессонной ночью, затраченной на лихорадочную подгонку генераторов под человека. Главный техник пытался возражать – пять образцов из семи имеющихся в наличии отправлялись на внеплановую проверку в боевых условиях. И не факт, что их все удастся заполучить обратно. А клиентам тогда что отдавать? Новые клепать? Долго, нудно, и база нужна. Заткнулся Свен только после недвусмысленного приказа капитана.

С составом экспедиции тоже не заморачивались – все наши специалисты соответствующего профиля уже находились на шарике. Даже несколько больше – Мак меня посчитать забыл. Но я о себе напомнил и решительно пресек все попытки напарника оставить меня в тылу. Все-таки мой кузен в дерьмо попал, мне его и вытаскивать. Опираясь на квалифицированную помощь «настоящих профессионалов». Каюсь, тут я сыграл на тщеславии мистера Макдугала.

Для катера две с половиной сотни километров, отделявших нас от цели, в обычных условиях – пара минут лета. Сейчас же приходилось осторожничать, идти на пяти тысячах, а непосредственно к цели выходить на бреющем. Да и поговорка «поспешай не спеша» была как никогда к месту – мало радости на форсаже влететь в аномалию. Сомневаюсь, что у Энди реакции хватит в таких условиях курс поменять – инерционность катера в целом и конкретно системы управления не позволят. Так и получилось, что до точки, поименованной в планетарном географическом каталоге Объектом-357, мы плелись уже добрую четверть часа.

Сверху местность, в которой расположились очередные Руины, напоминала обширную чашу, со всех сторон окруженную скалами. Массив Сьерра-Фуртадо хоть и старый, повыветрившийся, но в самом его сердце средние высоты доходили до четырех тысяч. На наше счастье, долина раскинулась в одном из отрогов, не превышавшем тысячи метров над уровнем моря, так что с привычными для альпинистов-экстремалов проблемами столкнуться не придется. Оно и к лучшему – нам своих хватит.

Энди в целях экономии времени поднял катер на пять с лишним километров, выдерживая общее направление на Объект-357, миновал большую часть пути и начал снижение, подгадав к границе долины. Предусмотрительный пилот намеревался обогнуть чашу по наибольшей окружности, попутно составив карту местности и выявив потенциальные источники опасности, и в этом никто ему не возражал, даже Мак. Не дело соваться в незнакомое место без предварительной разведки. Спутники почему-то данный квадрат фиксировать дистанционно отказывались, выдавая вместо внятной картинки размытое пятно. Мы же, что странно, пока что никаких помех не заметили – и связь, и сканеры работали без перебоев, в реальном времени обновляя трехмерную карту двадцатилетней давности, выуженную на просторах Ноосферы Филом. До Твин-Маунт передатчик добивал спокойно, так что при желании можно было пообщаться с Мэгги, вновь заступившей на дежурство.

Контрольный облет несколько затянулся – катер замкнул круг на девятой минуте переползания по-над каменюками на минимальной высоте. За это время я успел визуально оценить практически весь театр предстоящих действий, а вот у программы-картографа успехи оказались скромными – центр чаши сканеры не захватили, поэтому пришлось довольствоваться устаревшими данными. Либо идти на второй круг, вполовину меньшего радиуса.

– Энди, второй заход! – прорезался на общем канале голос Мака. – И не ползи на брюхе, хотя бы сотню дай. Сканеры как слепые.

Кивнув в ответ на вопросительный взгляд пилота, я задумался – а ну как на неприятности нарвемся? Как показала практика, относительно безопасных способов действия всего два – либо уходить за пять тысяч, и тогда аномалии элементарно не дотянутся, либо ползти на брюхе – так демаскирующие признаки неприятностей наиболее заметны. С той же сотки куда труднее засечь след. А когда тащишься над самой землей, и марево видно, и цветовые эффекты. С другой стороны, чем дальше от склона, тем больше препятствий – торчащих тут и там острых скал, промежутки между которыми заросли могучими хвойными эндемиками.

Катер между тем поднялся на заказанный Маком уровень и поплыл над долиной – даже теперь медленно и плавно, хоть и куда быстрее, чем на первом круге. Трехмерная карта ожила, преображаясь на глазах, – с каждой секундой объемное изображение прибавляло в деталях. Сразу же выяснилась еще одна любопытная деталь – препятствия в виде каменных останцов и местного «ельника» простирались километров на пять от склонов, а весь центр долины – полтора десятка кэмэ в поперечнике – представлял собой бесплодную пустыню. Идеально ровную, что характерно. Почти в центре неестественно гладкого пятна торчало нечто. Получается, спутники не так уж и врали, и, с учетом разрешающей способности оптики, картинку выдавали адекватную. А мы не поверили.

– Есть! – вывел меня из задумчивости голос Гленна. – Дэн, на три часа!

Судя по карте, это и был пресловутый Объект-357 – типичное сооружение Предтеч, правда, куда более скромное, нежели Руины у Вилсонс-Хоуп. Если проводить аналогии, то там – крупный город, а здесь что-то типа базы Твин-Маунт. Укромное местечко глубоко в горах, вроде замаскированного опорного пункта. Прикрыть всю долину каким-нибудь голографическим полем для сгинувших Предтеч проблемой не являлось.

Сооружение представляло собой громаду неправильной формы, обрывистую с одной стороны и плавно ниспадающую по трем остальным – если смотреть с земли. А с высоты – оплывший квадрат, будто оплавленный набежавшей огненной волной. И разбросанные за забором в кажущемся беспорядке кубики каких-то построек. Н-да. Приближаться не будем, лучше на своих двоих, потихоньку, тщательно маскируясь в складках местности… отсутствующих.

– Энди, давай вниз.

Пилот довернул катер, направляя его к удобной полянке на стыке двух рощиц и выветренного останца, но до логического конца маневр не довел: с высоты полусотни метров открылась прямо-таки удручающая картина – на нас именно с той стороны надвигалась аномалия. И какая! Судя по мареву и стремительно таявшим скалам, чуть ли не полкилометра в размахе. Кровь закипела от выброса адреналина, и время привычно замедлилось. Столь же привычно угасли звуки, кроме собственного сердцебиения. А вот мысли, наоборот, понеслись галопом. И самая первая, к тому же самая навязчивая – как мы раньше аномалию не засекли?! Даже Мэгги не почесалась, а ведь со спутника все видно должно быть! Я машинально скосил взгляд на собственный виртуальный дисплей, так хорошо послуживший мне вчера, и мысленно матюгнулся – все правильно, на матовом «льду» никаких признаков. Зато прямо на границе между гладью и зарослями след получился на редкость отчетливым. И впечатляющим – тут, пожалуй, весь километр в охвате. Если не больше. Твою мать…

– Твою мать!!! – в унисон моей собственной мысли раздалось в динамиках. – Энди!

Ага, и Мака пробрало!

– Не успеваем!!!

Даже сейчас китаец немногословен, но я и по экспрессивному намеку понял его. Плюс непроизвольно дернувшиеся руки на штурвале. И про себя согласился – на пять кэмэ уже не прыгнем. Надо уходить в сторону, наплевав на технику безопасности. Причем немедленно!

Пилот, надо отдать ему должное, принял аналогичное решение – наш летательный аппарат взял круто вправо и рванул на предельной скорости. Такое ощущение, что его угостили мощным пенделем в заднюю часть, где разгонные дюзы. Слабенькие гравикомпенсаторы с ударом ускорения не справились, и меня вжало в спинку кресла, сместив немного влево из-за центробежных сил. Навалилась непомерная тяжесть, странным образом совпавшая с радостным оцепенением – глазомер подсказывал, что из зоны поражения мы успешно выбираемся. Если, конечно, по пути во что-нибудь не врежемся. Но тут только на Энди надежда…

И он ее оправдал. Почти. Помните, я про инерционность упоминал? Мгновенно затормозиться и повернуть на девяносто градусов катер просто не успел, хоть Чан и начал маневр загодя, направив летательный аппарат по максимально крутой дуге. Аномалия нас все же достала – чиркнула самым краем по левой атмосферной плоскости, за неуловимое мгновение превратив почти треть ее в пыль. Последствия потери части опорной поверхности немедленно проявились в виде чувствительного нырка-крена на левую сторону, который Энди успешно подкорректировал, но и мига неуправляемого полета хватило, чтобы катер вильнул и задел некстати подвернувшееся дерево справа по курсу. Срубил верхушку, но направление полета не изменил – импульс оказался не столь силен, чтобы преодолеть инерцию и тягу движков. Зато сочетание удара и нарушенной геометрии крыла привело к плачевному результату – катер закрутило вокруг вертикальной оси, прямо как подбитый истребитель в хронике Великой Отечественной. Вот только падать нам пришлось недолго – едва пару оборотов сделали. А на третьем уцелевшая плоскость встретилась с каменистой почвой, с диким скрежетом утонув в ней до половины. И тут же последовал первый удар-рывок, едва не выбивший из меня дух. Сопротивление поступательному движению в строгом соответствии с законом физики резко увеличилось, однако инерция массивного тела никуда не делась – нас крутануло уже по вертикали, и катер элементарно воткнулся в землю носом, провернувшись вокруг точки опоры, в которую превратилось правое крыло. Второй удар, прямо-таки сокрушительный. Ремни безопасности впились в ребра, выдавив из груди остатки воздуха. И апофеоз всего действа: проскользив метров десять на носу, катер застыл в шатком равновесии, оставив позади рытвину, на образование которой ушла львиная доля кинетической энергии и процентов девяносто тяги двигателей, которые пилот наконец догадался вырубить. Как раз в тот момент, когда катер задрало практически под прямым углом к поверхности. И лишь благодаря этому мы перестали кувыркаться – наш многострадальный аппарат попросту погрузился в мягкую почву на манер лемеха плуга. Правда, не очень глубоко.

На сей раз удара не последовало – я и так висел на ремнях, а тут еще инерция при замедлении, – но давление на ребра усилилось. Режим слоу-моушен, активированный адреналиновым выбросом, позволил рассмотреть дикую, даже сюрреалистичную картинку во всех подробностях, вплоть до полусгнивших хвойных иголок на земле. А пару мгновений спустя катер все-таки завалился на правый бок и немного вперед, теперь уже действительно медленно. Я ойкнул, инстинктивно прикрыв глаза, – время отменно некстати вернулось к обычной скорости, так что земля рванула навстречу очень уж неожиданно – и ухватился за подлокотники в тщетной попытке смягчить встряску. Не помогло. С характерным стеклянным звоном рассыпался блистер, многотонный катер подпрыгнул и вторично встретился с землей – теперь уже окончательно. Глухой низкочастотный «тум-м-м…» пронизал до костей, и все кончилось.

Зависнув вниз головой на ремнях, я несколько секунд прислушивался к себе, попутно анализируя обстановку. Самый главный и обнадеживающий вывод – я жив. Катер не взорвался, что неудивительно – скорость у нас была черепашья, да и высота не та, чтобы расшибиться в лепешку. Плюс Энди вовремя среагировал, заглушил движки. Остается лишь выбраться из покалеченного летательного аппарата, а дальше война план покажет. Кстати, что с самочувствием? А ничего, терпимо. Теперь у меня еще и смятые ремнями плечи заныли, помимо сдавленных ребер. Хорошо хоть головой в потолок, превратившийся в пол, не въехал.

Окинув внутренности кабины расфокусированным взглядом, я снова грязно ругнулся. Вернее, попытался – голосовые связки выдали нечто невразумительное. И было с чего. С моей стороны блистер выдержал – почва, изрядно сдобренная щебнем, спружинила, да и стекло на такие нагрузки было рассчитано. Зато со стороны пилота картина открылась печальная и кровавая. Невозмутимый Энди Чан был буквально прошит несколькими сотнями стеклянных дробин, превративших его в решето. Меня не задело лишь чудом. Спасибо проектировщикам, разделившим монолитное остекление надвое продольной металлической перегородкой. Скорее всего, из-за несовершенства технологической линии на заводе-производителе – два меньших куска с небольшим изгибом изготовить проще, чем один и заметно скругленный. По требованиям безопасности остекление пилотских кабин всегда делали многослойным, с прослойками из эластичного полимера, и специально перекаливали внутренние слои, чтобы они давали лишь мелкие осколки. Крошево. Оно, как показывала практика, менее опасно – «клинки» не образуются. Но сегодня нашему пилоту не повезло: судя по сетке трещин на лобовом стекле, и особенно – проступившей пленке как раз по центральной лопине, в момент удара часть крошева получила нехилое ускорение и вонзилась в тело, пробив ткань скафандра. Ну а мягкую человеческую плоть своеобразные «картечины» и вовсе не заметили… мля, как из дробовика саданули!

Сглотнув подозрительно соленую слюну, я попытался отстегнуться. Удалось это не сразу – помешала боль во всем теле. Адреналин в крови иссяк, и нервные окончания дали о себе знать острыми вспышками во рту, ребрах и левом бедре. Про плечи молчу.

Кажется, язык прикусил… или нет? Точно, всего лишь губы с внутренней стороны о зубы порезал. Хоть шепелявить не буду. В ребрах наверняка трещины. А если нет, то гематомы здоровенные. С бедром и вовсе не понятно… видно плохо. Ага, и мне «картечиной» прилетело. Радует, что только одной, и просто шкуру пропахало, так что побегаем еще. На плечах, скорее всего, кожу защемило. Не смертельно. Посему возвращаемся к задаче – избавиться от ремней… где тут кнопка?

Мысли, компенсируя недавний галоп, ворочались неохотно, зато сердце колотилось в бешеном ритме, едва не выскакивая из груди. Знакомая картинка, реакция родного организма на стрессовую ситуацию. Хотя испугаться я толком не успел – это только на бумаге процесс растянулся, а на самом деле на все про все ушло секунд десять, включая первоначальный рывок от аномалии. Но мне эти мгновения показались чуть ли не часами. Будут теперь в кошмарах сниться…

– Дэн, ответь Маку! Прием!..

– П… пор-рядок!.. – с трудом прохрипел я.

– Ф-фух!.. Один есть! – облегченно выдохнул напарник. – Дэн, вылезай из кабины, надо сваливать. И Энди вытаскивай.

– Энди… всё.

– М-мать! – Макдугал поверил сразу и безоговорочно. – Сам вылезай тогда! У нас тут полная задница!

А я и не сомневался. Интересно, Рамиресы целы? Ладно, выберемся из западни, оно само собой и выяснится… да где же эта долбаная кнопка?!

Нащупав наконец искомое, я ткнул в большую круглую блямбу и рухнул на крышу кабины, вовремя успев сгруппироваться. Шлем глухо стукнул по стеклу, что-то хрустнуло – возможно, моя шея – и я перевалился на бок, высвобождая упершиеся в спинку кресла ноги. Зацепился взглядом за кобуру на боку мертвого пилота, но сам себе приказал наплевать и забыть – есть дело поважнее, а именно – выбраться из ловушки, в которую превратилась кабина. В нормальных условиях половинки блистера поднимались, открывая доступ в отсек, сейчас же катер покоился кверху брюхом, так что откинуть «дверцы» не выйдет. А других люков не предусмотрено. Но нет худа без добра – тот же удар, что превратил в картечную осыпь лобовое стекло со стороны пилота, выворотил его из рамы. Так что, если поработать ногами, можно высадить его ко всем чертям. Жалко, тесно очень, не размахнешься… если только вот так – максимально поджать, согнув колени, да «выстрелить», целясь пятками… черт, больно! Чуть ступни не вывернул из суставов…

Вывихов я все-таки избежал – наловчился бить одной ногой, еще больше извернувшись и норовя приложить ребром в стык. А тут еще и Мак подоспел – ухватился за кромку и от души потянул. Стекло с хрустом сломалось, и нам совместными усилиями удалось освободить узкий лаз, через который я со скрипом и помощью Макдугала сумел протиснуться, попутно даже сквозь комбез ободрав кожу на бедрах. Левое, и без того поврежденное, пронзило резкой болью, но я на это не обратил внимания: первое, что бросилось в глаза, когда я наконец выпрямился и осмотрелся, – наползающее из центра долины марево. Второе – распахнутый люк пассажирского отделения и стоящие под боком катера братья Рамиресы.

– Еще одна?! – прохрипел я, силясь вдохнуть, – пришлось превозмогать резь в ребрах.

– Прицелились, суки, – сплюнул Мак. – Смотаться не успеем.

– Ви… тьфу! Вижу. Врубаем генераторы?

– Ага… – Гленн скользнул по мне взглядом и изменился в лице: – Твою мать!..

Я недоуменно похлопал себя по бокам – Свен разместил основные элементы защитного генератора на стандартной разгрузке из комплекта снаряжения рейнджера – и разом поскучнел: оказывается, меня тоже нехило приложило крошевом. Просто большая часть «картечин» ударила в твердые элементы, вот я и не почувствовал. Левый налокотник и пара энергоблоков были просто поцарапаны, а верный КПК украсился паутиной трещин по дисплею, но худо-бедно функционировал, демонстрируя занятно изрезанный циферблат. Хуже всего пришлось портативному блоку управления генератором. Согласен, примитивно, но ничего лучшего мы в условиях цейтнота смастерить не сумели. Пойдет в массовое производство – тогда и заменят громоздкую рухлядь одним микрочипом и мизерным модулем беспроводной связи, чтобы управлять всем хозяйством через баллистический комп. Но это в перспективе. А здесь и сейчас мне конкретный ндец. Расфигачит, как Джоша.

– Ты куда? – сноровисто ухватил меня за шкирку Мак, когда я рванул к покалеченной кабине. – Не успеешь!

– Плевать! Хотя бы попытаюсь!

– Иди сюда, идиот!!

Отбросив ложную скромность, я прижался к Маку всем телом, стараясь полностью вписаться в его силуэт. Ничего сложного, учитывая небольшую разницу в габаритах, причем в его пользу. Масса носителя на напряженность поля не влияет, тут главное – охват. Правда, в таком режиме мы генераторы не тестировали, но за неимением гербовой… Блин, никого так не обнимал, даже девчонок. Великая вещь – правильная мотивация. Но и муторно: терпеть не могу, когда от меня ничего не зависит. Особенно вот такие моменты, когда нужно просто ждать и надеяться на лучшее.

Я даже зажмурился на мгновение, но болезненное любопытство все-таки заставило открыть глаза. Как раз вовремя, чтобы во всех подробностях рассмотреть процесс пожирания аномалией катера, а вместе с ним – и надежды на возвращение в обитаемые места. У нас даже передатчика теперь нет, я имею в виду, достаточно мощного, чтобы помехи пересилить. До Твин-Маунта вряд ли докричимся, а до орбиты – тем более…

Не о том думаю, не о том. Вон марево все ближе и ближе: секунда-другая, и мы на собственном опыте выясним, удался ли фокус или факир был пьян. В последнем случае мы еще и все прочувствуем на собственной шкуре – до сих пор не могу забыть предсмертного взгляда старого Джоша. А-а-а, сука!.. Вот уже! Корпус катера поплыл, развеялся дымкой по контуру, и тут нас накрыло…

Ну что сказать? Я ничего не почувствовал. Да и взгляду зацепиться оказалось не за что – мелькнуло что-то, на миг окрестности исказились, как в кривом зеркале, и все. Никаких спецэффектов, даже жизнь перед глазами не пронеслась. Значит, в душе я был абсолютно уверен в надежности защиты.

Аномалия с легким гулом и шелестом осыпающейся взвеси пронеслась к склону чаши, а мы застыли на крошечном каплевидном островке посреди пылевой реки. Ф-фух, пронесло! Жив, здоров, не опозорен. Вроде бы…

– Дэн, можешь отпускать.

Я с трудом разорвал объятия и едва не сел, где стоял, – ноги предательски подкосились. Пришлось снова опереться на Мака, но тот невесело ухмыльнулся и шагнул прочь с островка, моментально погрузившись по колено в сыпучее нечто, оставшееся от верхнего слоя почвы, а также металла и кучи пластика, из которых некогда состоял катер. Розовая кашица, в которую превратился Энди, оказалась равномерно перемешана с серой взвесью, так что ее не удалось вычленить взглядом из общей картины. Оно и к лучшему – не хватало еще только, чтоб стошнило, вместо того чтобы головой работать.

– Мак, идем к Объекту! Сейчас обосную!

– Забудь! Сам хотел предложить, так что погнали. Парни, за мной.

Тот факт, что мой план совпал с намерениями сверхопытного Мака, честно говоря, грел душу. Хоть и не нужно быть великим гением, чтобы сообразить. Нас атаковали намеренно, причем очень быстро скорректировали воздействие, когда мы попытались ускользнуть. Значит, за нами ведется наблюдение. Соответственно у нас есть конкретный противник. Исходим из предпосылки, что он разумен и имеет возможность за нами следить. Отсюда вывод – он будет продолжать попытки нас уничтожить. Посему у нас аж два выхода: либо слинять, для чего придется пересечь полосу леса, а затем забраться на верхотуру по склону, либо пойти навстречу опасности. Та матовая поверхность в центре долины – не что иное, как огромный след аномалии. Или бесчисленное множество следов, слившихся воедино. А вот сам Объект-357, очень вероятно, от воздействия аномалий защищен. Иначе мы бы его не увидели. Или он был бы гладким. Так что выбора у нас, по сути, нет: бегство – не вариант, кузена Арти все равно нужно вытаскивать. Ну оторвемся мы от аномалий, ну застрянем в горах. А дальше? Зато вблизи Объекта есть шанс найти следы экспедиции. Да и в самих Руинах наверняка можно будет отыскать средства связи. Это задача-минимум. Заодно от аномалий укроемся. А дальше будем действовать по обстановке.

Подивившись внутреннему согласию с самим собой – вечные сомнения в правильности выбора были моим бичом еще со школьных времен – я шагнул за Маком и тоже провалился в пыль. Н-да. Не самая удачная идея – по «руслу» тащиться. Тем более такому глубокому.

– Может, пока по лесу пойдем? До границы хотя бы?

– Не стоит, – покачал головой Гленн, – тут аномалию сразу засечем, а за деревьями хреново видно. К тому же снаряд дважды в одну воронку не попадает.

– Вот на это я бы не надеялся, – хмыкнул я и скривился от боли в ребрах. – Ч-черт!.. Кха!

– Сильно досталось?

– Порядочно.

Похоже, придется засветиться еще раз. Медикаментозным вмешательством тут не обойдешься – обезболивающее я себе уже вколол, да толку оказалось чуть. А идти надо. Где ты, наследство тренера дяди Коли? Где-то в самых потаенных закоулках разума…

Отрешившись от реальности, я некоторое время машинально переставлял ноги. Достигнув состояния «пустоты», сложил пальцы обеих рук в фигуру «докко», сопроводив процесс мысленным заклинанием-дзюмон: «Он бай ши ра ман та я со ва ка». Таким нехитрым способом древние японские ниндзя выходили на ступень «рин» по методу кудзи-госин-хо, то есть «защиты девятью слогами». Рин – первый этап – помогал обрести уверенность в себе и ощутить прилив сил. То, что доктор прописал. Помнится, дядя Коля еще удивлялся, как легко мне все дается, такое впечатление, что пустая голова – мое естественное состояние. Ага, легко. На пятом году обучения нормально получилось. И не спрашивайте, как это происходит. Медики что-то пытались мне растолковать, но пользовались настолько заумными терминами, что проще оказалось принять на веру учение о циркуляции энергии «ци» в организме. Будто бы посредством замысловатых пальцевых фигур можно по-разному замыкать энергетические меридианы и соответственно получать тот или иной результат. Именно его мне тренер и озвучил. На россказни о разнообразных чудесах я не повелся, тут скорее чистая психология и скрытые резервы организма, но решил во всем следовать советам дяди Коли – методика надежная, проверенная веками. Пусть и несколько упрощенная: в оригинале еще присутствовал «нэнрики» – этап концентрации сознания адепта учения Сюгэндо на слиянии с тотемным существом типа ворона-оборотня Тэнгу. Я вместо этого нырял в «пустоту». Еще один несомненный плюс – возможность загодя настроить организм на работу в экстремальных условиях, а потом запустить процесс нажатием на своеобразный триггер – в моем случае «жест плюс мысль». Кому-то требуется ключ произнести вслух, а кто-то и вовсе без внешней мишуры обходится. Не суть, в общем. Главное, что боль притупилась да «забитые», как говорят спортсмены, мышцы перестали ныть – им здорово досталось от перегрузок. И это хорошо, потому что полное отключение болевых ощущений требует перехода на «ша» – четвертую ступень.

– Дэн! Тормози!

– Чего это? – Тем не менее я чуть замедлился, дожидаясь старшего товарища. – Торопиться надо!

– Кто бы спорил… – выдохнул тот, пристраиваясь рядом. – Только нам еще около четырех миль пилить, ты об этом подумал?!

– Я же говорил, что полон сюрпризов.

– Это я говорил. Не беги, подстраивайся под общий темп.

– Ладно, – нехотя согласился я, покосившись на бредущих чуть в стороне Рамиресов.

Братцы в смысле эмоций оказались довольно дубовыми, что обычно не характерно для горячих латинских парней. У них соратник меньше десяти минут назад превратился в коллоидное месиво, а им хоть бы хны. Да я и сам хорош… впрочем, в моем случае спишем на стрессовую ситуацию. А в их – на пресловутый профессионализм.

– Что дальше делать будем, коллеги?

– Вообще-то ты нас в это все втравил, – буркнул Гленн. – Но так уж и быть. Идем к Объекту, проникаем внутрь и действуем по обстановке.

– Отличный план.

– Какой есть.

– Теперь давай по пунктам. «Идем к Объекту» – это как?

– Как сейчас: идем, никуда не сворачиваем. От аномалий защита есть, разве что каких-нибудь дронов боевых опасаться надо. По слухам, местные на всякую гадость в Руинах натыкались.

– Ты серьезно?

– Более чем.

Блин. Вот это совсем нехорошо. Что мы можем противопоставить боевому механизму, да еще инопланетному? Штурмовые винтовки соратников? Не спорю, стволы у них отменные – «калаши» не знаю уж какого поколения, роднила которые с легендарным предком только надежность, да ставшая традиционной со времен АК-107 схема со сбалансированной автоматикой. А если подумать… я их когда увидел, тут же вспомнил разговор с Маком в наш первый визит на Пандору. И лишний раз убедился в правоте суждений собственного отца. Если отбросить мишуру типа сверхпрочного армированного пластика там, где раньше была штампованная сталь, да «умного» электронного прицела, выдающего прицельную метку прямо на забрало шлема, разницы и нет. Ну боеприпас безгильзовый. Ну магазин на сорок патронов – впрочем, это преимущество целиком и полностью проистекало из предыдущего. И на этом всё. Даже булл-пап как-то не прижился, хотя и такая модификация существовала. Дай бог памяти… «STG-АК-компакт». Ага, оружейники (я имею в виду настоящие, которые оружие производят, а не искатели приключений типа нас) родной Корпорации знают толк в извращениях.

– Мак, а ты надеешься их из своей пукалки грохнуть?

– Не-а. Если что, в пыль зароемся. И будем молиться. Говорят, лучшая защита – божественное вмешательство.

Очень смешно. В пыль он зароется! А сканеры на фига? Да и вообще…

– Дэнни-бой, бывают такие обстоятельства, против которых мы бессильны, – с бесконечным терпением в голосе начал лекцию Гленн, мазнув взглядом по моей кислой физиономии. – Часто не в нашей власти что-то изменить. Остается надеяться, что нам не встретится что-то такое, с чем мы не справимся, либо придется отдать себя в руки Всевышнего.

– Не знал, что ты фаталист.

– Я просто трезво смотрю на жизнь.

– А почему тогда согласился на авантюру?

– Потому что в нашем положении любое решение – авантюра. С таким же успехом мы могли попытаться выбраться из долины. И даже выбрались бы. А дальше что?

– Шкуры бы спасли…

– Вы ошибаетесь, сеньор, – неожиданно вклинился в разговор Рамирес-старший. – У вас есть опыт выживания в горах?

– Только туристический, – помотал я головой.

– Оно и видно, – кивнул Рамирес. – Без припасов, транспорта или хотя бы связи – шансов нет.

– Послушай Виктора, Дэн, он плохого не посоветует.

– А с чего вы вообще решили, что мы без связи?

– На инфор глянь.

– Да видел уже! А вдруг за пределами долины сигнал есть?

– Ты хочешь это проверить?

– Нет!!! Просто я никак не могу понять, чем ты, Мак, руководствовался, соглашаясь со мной! И почему тебя уважаемые сеньоры не остановили?!

– Уважаемые сеньоры согласны с командиром, – вставил реплику второй Рамирес, – и они знают, что такое субординация.

– А я привык доводить дело до конца, – поддакнул Макдугал, – и поскольку опасность вариантов равнозначна, то приоритет получил тот, в котором бонус выше.

– То есть сохранение жизни для вас не приоритет?!

Черт, совсем я их не понимаю. Думал, что уже хорошо изучил всех обитателей «Молнии», а тут такие нюансы любопытные вскрываются…

– Почему же? – вздернул бровь Мак. – Еще какой приоритет! Но на втором месте – получение прибыли. Включи логику, Дэнни-бой. Что в первом, что во втором варианте мы пытаемся выжить. Только во втором варианте попутно можно еще и основную задачу решить. С соответствующими дивидендами. По-моему, выбор очевиден.

Нет, все-таки слишком хорошо я о нем подумал!..

– Ну и человеческие жизни для нас не пустой звук, – окончательно добил меня напарник. – Братца твоего спасать надо? Надо. Да и остальных из экспедиции поищем. Хотя лично я сомневаюсь, что выживших будет много.

– Опыт?

– Интуиция. На опыт помноженная. Поверь, сосед, хеппи-энды бывают только в кино. А в жизни всегда есть место облому.

Утешил, ага.

– Аномалия!!! Одиннадцать часов!!!

– Застыли все! – тут же среагировал Мак на рев Рамиреса-старшего. – Держимся вместе!

– Нет!!! Мы не тестировали генераторы на резонанс! – заорал я, вцепившись в напарника.

– Виктор! Диего! Врассыпную!

Нам-то с Маком хорошо, у нас один девайс на двоих. А что будет, если генераторы братьев срезонируют? Вполне возможно, что всю аномалию погасят. А может и так получиться, что волны окажутся в противофазе и погасят уже друг друга. И тогда Рамиресам конец. Похоже, придется сменить тактику и идти редкой цепью. Или гуськом с интервалом метров пять. Хотя мне так и так держаться Макдугала.

– Дэн, замри!

Вот это правильно. В принципе генераторам все равно, что на месте, что в движении. Мы их и проектировали с таким расчетом, чтобы можно было носить как бронежилет и не задумываться об аномалиях. Энергии они жрут порядочно, оптимально было бы сделать поле активным, но мы элементарно не успели разработать достаточно чувствительные датчики. Вернее, такие, чтобы аномалию различали, но не реагировали на малейший волновой всплеск – иначе затея теряет всякий смысл, учитывая, сколько вокруг электромагнитных полей. Все упиралось в модуляцию – у нас было слишком мало исходных данных. Вот если бы нам дали хотя бы месяц…

Обошлось. Правда, в этот раз за аномалией тянулось вздыбленное облако взбаламученной взвеси, весьма напоминавшей сероватый туман. И оседать он вовсе не торопился.

– Гадость! – Я раздраженно оттолкнул напарника, откинул забрало шлема и сплюнул, попытавшись избавиться от проникшей сквозь фильтры пыли. Однако сделал только хуже – хватанул вместе с воздухом втрое большую порцию. – М-мать!.. Кха!

– Теперь мы еще и во времени ограничены, – задумчиво хмыкнул Гленн.

Он, в отличие от меня, разгерметизироваться не стал, но по лицу было видно, что тоже глотнул мерзкого порошочка.

Я с клацаньем вернул забрало на место и покосился на Мака.

– Думаешь, опять нанов подхватили?

– Уверен. Так что у нас от полутора до двух суток. Потом сдуемся.

Не сдержавшись, я попытался пнуть какую-нибудь кочку, но за неимением таковой только взрыл пыль под ногами, еще больше загадив воздух.

– Долбаная пыль! Долбаные аномалии! Долбаная планета!!!

– Полегчало?

– Угу.

– Пошли тогда. Камрады, погнали! Цепью, интервал – пять метров!

– Si, señor![1]

– Тебя это не касается, Дэнни-бой!

Колония Пандора, окрестности Объекта-357,

11 сентября 2135 года, утро

Аномалии пробовали нас на прочность еще дважды – в конце второй и третьей мили пути, – но оба раза тщетно. А вот четвертая попытка, когда до цели оставалась самое большее пара километров, увенчалась успехом, пусть и частичным. Мы потеряли Рамиреса-старшего. Но… обо всем по порядку.

Очередная стена марева обдала нас уже привычной волной искривления, бессильно отскочившей от электромагнитной «брони», следом накатило пылевое облако, которое мы благополучно миновали – уже через несколько метров концентрация взвеси упала настолько, что видимость восстановилась, – а вот потом случился сюрприз.

Сначала никто ничего не понял: привыкший к унылому однообразию окрестностей мозг не сразу среагировал на вынырнувшую из пыли темно-серую сферу, к тому же она практически терялась на столь же сером местном фоне. Загадочный объект, еле слышно заунывно гудя, завис на высоте человеческого роста, мигнул, чуть снизился и плавно скользнул к Виктору Рамиресу – тот по неудачному стечению обстоятельств оказался к нему ближе всех. Наш соратник на секунду оторопел, но потом среагировал стандартно – вскинул автомат и выпустил в агрессора длинную очередь. А в том, что летающий шарик – агрессор, сомнений уже не осталось – он с каждым мигом ускорялся да вдобавок еще и начал мерцать, полосуя пыль чем-то невидимым. И совершенно игнорировал рой пуль, хотя я четко видел, что Рамирес-старший не промахнулся.

А потом автомат захлебнулся. Я видел все, но понять ничего не успел – просто в какой-то момент Виктор разлетелся кровавыми брызгами. Весь и сразу. Загадочный шар завис над бурым пятном и перестал мерцать. Вновь взмыл на высоту человеческого роста… и лопнул.

– Ви-и-и-и-ик!!! А-а-а-а!!!

Рев Диего практически заглушил выстрелы, да и рефлексы сработали как надо – Рамирес-младший перестал давить на спуск, едва выпустив три пули. Стандартная короткая очередь – и этого оказалось достаточно, чтобы поразить летучую гадость. Но за каких-то несколько секунд она успела натворить бед.

– Диего, успокойся! – рыкнул сориентировавшийся в ситуации Мак. – Не спим, не спим! Наблюда…

Он не договорил – аккурат между нами и Рамиресом из пыли вынырнула еще одна сфера, но сразу же развалилась на стремительно истаявшие осколки – у мистера Макдугала слова редко расходились с делом. Снял, что называется, влет. И еще парочку выскочивших, как чертик из табакерки, в нескольких метрах от нас. Последнюю подбил Диего, едва та высунулась на поверхность шагах в тридцати прямо по курсу.

– Бежим!!!

Этот марш-бросок я запомнил на всю оставшуюся жизнь. И без того разогнанный организм захлебнулся адреналином, и я развил небывалую скорость. Конечно, пришлось сдерживаться – соратники не успевали, но все равно темп мы взяли сверхвысокий. Оставшиеся два километра преодолели за шесть с небольшим минут, что, с учетом слоя пыли по колено, очень и очень приличный результат. Плюс дважды приходилось отстреливаться от сфер – на наше счастье, вынырнув, они взмывали на небольшую высоту и замирали на какое-то время. Его вполне хватало «реактивным» рейнджерам, чтобы угостить незваных гостей свинцом. Последнюю атаку отразили уже под стеной – Объект-357 возвышался над пылевой равниной метров на пятьдесят. Размах же и вовсе оценить было трудно. Судя по картинке со сканеров, меньшая сторона прямоугольника составляла почти километр, а широкая – все три. Но это мелочи – главное, что добрались. И отбились, прижавшись взмокшими спинами к серому, идеально ровному… камню? Скорее всего. Не к штукатурке же… А потом рухнули там, где стояли, – рывок выжал из нас все силы без остатка.

– От… ды… хаем!.. – выхаркнул Мак. – Пять минут!..

Комментировать никто не стал – тут бы дыхание выровнять… Я справился с задачей быстрее всех – не подвела методика тренера дяди Коли. А отдышавшись, задался насущным вопросом: что же все-таки произошло с Виктором? Чем это его за такое короткое время в фарш размололо? Выяснить нужно непременно, от этого наши жизни зависят… хорошо, что система видеофиксации работает. И просто по привычке, и согласно инструкции. Замечательный все-таки шлем, полезный. Электроникой нашпигован по самую макушку. Отмотать назад… замедлить… и по кадрам перещелкивать, сдерживая тошноту. Терпеть, Дениска, терпеть! Для всех стараешься.

– Что там?

Успокоивший дыхание Мак моментально просек, чем я занимаюсь, и проявил закономерное любопытство. Я же в ответ выразился весьма коротко и по-русски. Впрочем, он прекрасно меня понял. Да и Диего тоже.

– А подробней?

– Эта хреновина – что-то вроде циркулярки, только сферическая. И вместо диска у нее силовые поля. Узкие и относительно короткие – метра полтора всего. Зато сверхмощные, и электромагнитного излучения не боятся. Вся сфера по сути – очень частая сеть из разнонаправленных эмиттеров. Этакий еж… мать его. Представили? А теперь представьте, что она вращается и движется по вытянутой спирали. Это гораздо хуже мясорубки, и уж тем более вентилятора. Виктор ее даже подстрелить не смог, упустил время. Пули не прошли сквозь вихрь силовых «клинков», их в пыль порубило. Но слабое место у них есть – до того, как начнут вращаться, их можно разрушить. Не знаю, зачем им это надо. Вероятно, общая уязвимость системы – пока объект позиционируется, он относительно беззащитен. Другого объяснения нет.

– В общем, задница, – подытожил Мак. – Все, хорош рассиживаться, надо вход искать. Диего, ты как?

– Нормально, хефе.

– Крепись, брат. Мне Вик был как родной, ты же знаешь… горевать потом будем. Всё; бегом, бегом!!!

– В какую сторону?

– Направо!

– Поч…

– Потому что без разницы! Бегом, я сказал!!!

Вдоль стены перемещаться оказалось гораздо проще: прямо под ней тянулась узкая, с полметра, полоса твердой почвы. Цепью не пройти, а гуськом – вполне. Так мы и шагали – впереди Мак, я в середке, а замыкал процессию Диего. На бег, вопреки команде, не переходили. Контролировать нужно было только правую сторону, поэтому очередную порцию сфер-«циркулярок» мы не проворонили. Гленн с напарником уже привычно расстреляли их на взлете, не дав шанса на позиционирование и выбор цели. А еще метров через триста наткнулись на высокую – в три, если не в четыре человеческих роста – арку. И довольно широкую – наш сгинувший катер поместился бы совершенно свободно. Но самое главное, покрытие под ногами так и осталось твердым – аномалий здесь никогда не было.

– Похоже, оно… – выдохнул Мак. Сделав знак Диего контролировать тыл, задрал голову и принялся внимательно оглядывать проход. – Дэн, что скажешь? Что думаешь про… все вот это?

– Ничего не думаю. Слишком мало исходных данных. Разве что… Видишь полоску матовую? Похоже, металл. Не удивлюсь, если эта хреновина окажется эмиттером защитного поля.

– Хм… похоже. Но сейчас же его вроде нет?

– Демаскирующих признаков не наблюдается. Может, не под тем углом смотрим…

– Да нет, все правильно. Марева не вижу. И треска нет.

– Рискнешь пройти?

Напарник для виду помялся секунду и решительно шагнул под свод арки. Правда, непонятную металлическую полоску постарался миновать как можно быстрее. Ничего не произошло, хотя я уже подсознательно был готов к любой гадости. И та не заставила себя ждать – за спиной сухо треснула короткая очередь.

– Сферы!!!

– Все ко мне! Дэн!!!

Да понял уже, понял. Нефиг линию огня перекрывать, Рамирес-младший в один ствол может и не отбиться…

Накаркал! Стремительно нырнув в арку, я рванул к Маку и остановился у него за спиной. Обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть пятящегося Диего. Судя по характерной позе и не менее характерным звукам, он садил по какому-то объекту экономными очередями. А еще через мгновение стало понятно, по какому именно: в проход следом за ним величаво вплыли две «циркулярки», перекрыв его по всей ширине. Причем в полной боевой готовности, судя по безрезультатной пальбе. И захочешь теперь выбраться из ловушки, да ничего не выйдет. М-мать!

– Дэн, беги!

Возразить я не успел – Мак для верности наградил меня мощным толчком, и я вынужденно двинулся к выходу из аркообразного тоннеля. Шаг, еще шаг, потом еще один… а тут и конец. Я даже опешил в первый миг, когда оказался в обширнейшем внутреннем дворе – ничем иным это пространство внутри периметра быть не могло. Оглянулся и остолбенел: матовые сферы остановились, не доходя до той самой металлической полоски. И прямо перед ними воздух едва заметно мерцал. Вот это номер! Как я про силовое поле угадал! Странно только, что наш загадочный оппонент его настолько вовремя включил… неужто решил нас защитить от собственных кошмарных дронов?..

– Сука!.. Диего застрял!

Ага, а я уже размечтался… Именно что вовремя вражина поле врубил. И его дубль тоже. Гленн из ловушки выбраться успел, а вот Рамирес-младший оказался заперт между двумя силовыми стенами. Казалось бы, ничего страшного. Посидит чуток взаперти, а мы тем временем найдем главного злыдня и уговорим его перестать делать пакости хорошим людям. Ан нет. От двух «циркулярок» наш соратник избавился, но откуда-то из-под потолка стремительно вынырнул еще один шарик – раза в три меньше и настолько же шустрее своих больших собратьев.

– Говоришь, без разницы?! – злобно прошипел я, зыркнув на Мака. – Пойдем туда, где бонус лучше?! И что ты теперь скажешь?!

– Братцу твоему кранты! Самолично придушу!!!

– Опять интуиция?!

– Она самая! И не ори на меня! Думай, как Диего вытаскивать!!!

– Да без понятия! Твою мать!..

Пока мы с Макдугалом выясняли отношения, события в проходе, обернувшемся западней, стремительно развивались. Рамирес-младший для начала обстрелял шар, едва не угодив под рикошет, но безуспешно – тот уже успел раскрутиться, ощетинившись силовыми иглами. И рванул к цели, намереваясь нанести нашему соратнику повреждения, не совместимые с жизнью. Тот ждал до последнего, а потом плашмя рухнул на спину, перекатился и застыл, присев на одно колено. Ствол автомата смотрел на зависшую у самой стены сферу. Правда, очень недолго – тут же выплюнул короткую очередь. На сей раз Диего почти успел – судя по пуле, выбившей из камня искру, шарик выпустил клинки далеко не сразу. Но все же перехватил «подарочки» и снова ринулся в атаку, чуть подправив траекторию уже вблизи добычи. Рамирес снова увернулся, однако его левое бедро превратилось в обширную рану – хорошо, совсем нога не отлетела. Зато подломилась в самый ответственный момент, и очередной рывок дрона увенчался успехом: голова и верхняя часть торса Диего разлетелись в клочья, по большей части осевшие на стене бордовой кляксой. Обезглавленное тело медленно завалилось на пол, фонтанируя кровью, но с каждой секундой напор ослабевал, и вскоре она уже выплескивалась из страшной раны редкими толчками. Шар же равнодушно завис в центре ловушки, совершенно игнорируя нас с Маком.

– М… мать… – Я судорожно сглотнул, но пересилил рвотный позыв – сказался недавний просмотр файла, запечатлевшего момент смерти старшего из братьев. – М-мак, надо валить отсюда!

– Сам знаю!

– В-вот т-только к-куда…

– В главный корпус! Надо найти центр управления и вырубить тут все на хрен!

– А где он, этот главный корпус?

– Где-то там, – махнул рукой Мак, – на территории.

– Исчерпывающий ответ.

– Других, мля, не держим! – рыкнул напарник. – Хорош рассиживаться! Разбегаемся в разные стороны, но держим связь… нет, отставить!

Вот именно. Какая, к хренам, связь?! Инфоры в отрубе, даже встроенные в шлемы коротковолновые передатчики приказали долго жить – как бы это невероятно ни звучало, но весь доступный диапазон был забит «белым шумом», как будто мы оказались в закупоренной алюминиевой банке. Я не представляю, как машинерия сгинувших Предтеч блокировала спутниковый сигнал… хотя чего тут представлять! Ведь даже достаточно плотная облачность для него является серьезным препятствием. А тут поди знай, что в атмосфере творится! Погодка скорее осенняя, небо хмурое, и не факт, что в верхних слоях какая-нибудь гадость не распылена. И вообще… как-то же сгинувшие Брахни устроили небесную свистопляску – тоже весьма нетривиальная технология. В общем, объяснений может быть великое множество. Конечно, если засесть в лаборатории и приложить достаточно усилий, наверняка можно будет найти лазейку. Но беда в том, что ни лаборатории в пределах досягаемости, ни свободного времени у нас нет. Решения приходится принимать буквально на бегу.

– Дэн, за мной! Держи дистанцию, но сильно не отставай – вряд ли они здесь блуждающие поля запускать будут. Берегись «циркулярок». Бежим туда!

«Туда» – это куда? А, понятно. Это я сопли жевал, пораженный до глубины души разыгравшейся трагедией, – ну нет у меня опыта в таких делах! А Мак прежде всего о выживших думал, потому первым делом осмотрелся, задействовав все доступные средства, включая цифровой зум шлема. И немедленно выявил закономерность в размещении неведомых строений: прямо от арки пролегла гладкая полоса с идеально ровными краями, ограниченная с обеих сторон гравийной насыпкой. Вела она к серому параллелепипеду, порядочно возвышавшемуся над остальными объектами инфраструктуры. А их тут было немало – множество кубов, прямоугольников и усеченных пирамид, разбросанных тут и там, разбавленных обширными площадками, как пустыми, так и оснащенными странными металлоконструкциями, при виде которых мне в голову закралась мысль о футуристической полосе препятствий. Судя по нагромождениям загогулин, петель и ежей из арматуры – со скидкой на высокие технологии, – таких полос здесь множество, причем у всех разная специализация. Некоторые под силу и обычным пехотинцам, другие не иначе для шагающих роботов предназначены, исходя из масштабов. Дорожек множество, но лишь одна, казалось, говорила: вот она я, главная магистраль. Шагай прямо – и не ошибешься! Начальство недалеко!

– Фигли стоишь, погнали! – Мак с нешуточной скоростью рванул к… ну, будем считать это главным корпусом, пока не доказано обратное. – По сторонам смотри! «Циркулярки» только из гравия могут появиться!

Тут я бы с напарником поспорил, но не стал. Больше скажу: я был бы счастлив, если бы он оказался прав. Хотя простая логика подсказывала, что такой прямой и на первый взгляд безопасный путь просто обязан таить множество неприятных сюрпризов. Особенно в режиме активной обороны. Вряд ли против нас работает живой алиен – они все повымерли. Даже единичных представителей хотя бы одной из многочисленных рас Предтеч за все время Исхода и существования Колониального союза никто не встретил. Так что глупо было бы надеяться на новый Контакт. Пообщались разок сто лет назад – и будет. Вывод: нам противостоит искусственный интеллект или просто компьютер с достаточно гибкой программой – тут пятьдесят на пятьдесят. Кто-то из Предтеч активно развивал машинный разум, кто-то, наоборот, жестко контролировал железных «умников». Не суть. Так что самая вероятная причина наших неприятностей заключается в том, что кто-то из членов злополучной экспедиции активировал оборонительный контур. Намеренно или случайно – это другой вопрос. Но факт имеет место. А нам расхлебывать последствия, причем прямо сейчас. И если предчувствия меня не обманывают, в любую секунду мы можем нарваться на подарочек. Какой-нибудь лазер в замаскированном бронеколпаке, или элементарный стационарный эмиттер, как в арке, – так что не только по сторонам глазеть, но и под ноги смотреть, под ноги! Черт, поверхность зеркальная, припорошенная тонким слоем пыли. Никаких демаскирующих признаков. С одинаковым успехом эмиттеров может и вовсе не быть, или все дорожное полотно таковым окажется.

Похоже, только в скорости наше спасение. И в непредсказуемости. Встречался мне в одном старинном аниме такой вариант – компьютер просчитывал бесчисленное множество изменений траектории объекта, а этот самый объект, то бишь главный герой, тупо пер прямо. А вероятность такого развития событий в каждый последующий миг все уменьшалась. Вот программа и не «верила». Может, и у нас прокатит?! Или просто повезет, и на дороге не окажется ловушек.

До цели не так уж и далеко, метров пятьсот. А примерно посередине еще одна арка торчит. Черт, опять придется кое-какие тайные навыки использовать. Привычно нырнуть в «пустоту», скрутить из пальцев фигуру «дайконго» и мысленно протянуть: «Он и ша на я ин та ра я со ва ка». И сразу же следующий дзюмон: пальцы в «гайдзиси» и мысленная фраза: «Он дзи рэ…» и так далее. Чтоб прям до зевоты. Заклинания не несли смысловой нагрузки: чистая энергетика и вибрации, позволяющие «слиться со Вселенной», что бы ни имелось в виду. Если верить ниндзя, я только что преодолел ступень «хэй», направив ранее активированную энергию в нужную сторону – то бишь на реализацию состояния «то», сиречь познания скрытой сути. Есть! Время послушно замедлилось, в ушах начали гулко отдаваться удары сердца – не знаю, как у верных последователей ниндзюцу, но у меня всегда так. Эффект привычный, хоть и несколько напрягающий. В таком режиме долго быть не рекомендуется, перегружается нервная система, и потом очень трудно в нормальный ритм войти. Более продвинутый вариант наработанного с тем же дядей Колей «якоря»: «Будь готов!» Я, кажется, уже рассказывал как-то. Но сейчас, похоже, только так и спасемся.

Стараясь ни на чем конкретном не концентрироваться, я не спеша, даже с некоторой ленцой перебирал ногами, отстраненно созерцая окрестности. Слева мелькнул удивленный Мак, так что пришлось еще немного замедлиться – вот он, очередной минус методы! Кажется, что еле ползешь, а на самом деле профессионального спринтера можешь обогнать и не заметить. Блин, если бы не напарник, я бы эти жалкие полкилометра за минуту преодолел. Какой там олимпийский норматив бега? Стометровка за десять секунд?

Упс! А что это у нас? Гравий вздыбился. Этакий волдырь из мелких камушков растет. «Циркулярка»? Она, родимая. Только сейчас я готов – рука цапнула нож и одним слитным движением вытянула его из ножен, послав в недолгий полет. А что делать? Другого оружия у меня нет, а Мак тормозит. Эх, жалко, такой инструмент потерял!

Против ожидания, медленно (для моего разогнанного восприятия) вращающийся нож до сферы не долетел. Вместо этого он плашмя ударился о невидимую стену и в полном соответствии с известным законом физики от нее отрикошетил, причем под совершенно неожиданным углом, как будто стена была скругленной. Впрочем, на ступени «то», или, что вернее, в режиме слоу-моушен, как у киношников, я и не на такое реагировать успевал, так что походя пригнулся и вытянул правую руку, ухватив ножик за рукоятку. Сунул его обратно в ножны и как ни в чем не бывало помчался дальше.

Правда, сразу же постарался выйти из этого трудо— и нервозатратного состояния, для чего на бегу с силой провел ладонями по вискам и резко, на выдохе, выкрикнул: «Норма!» Шлем не помешал, в моем случае важен именно жест, а не тактильный контакт. К тому же руки все чувствовали. И это уже наша с дядей Колей разработка – в кудзи-госин-хо методики принудительного выхода из измененного состояния сознания не было. По крайней мере, тренер о ней не знал, так что пришлось импровизировать. Время послушно ускорило бег, громовые удары крови в ушах затерялись на фоне остальных естественных звуков вроде дыхания и шороха комбеза, приправленных глухим топотом, и я резко замедлился, позволив Маку себя догнать.

– Дэн, ты чего?!

– Расслабься, напарник. Эта хреновина, – дернул я головой в сторону спокойно плывущей сбоку сферы, – нас не достанет. Похоже, мы в силовом тоннеле.

– Уверен?

– Ты что, не видел, как ножик отлетел?

– Честно? Я ничего не рассмотрел толком. Ты слишком быстро двигался. Кстати, как?!

– Секрет фирмы.

– Когда-нибудь…

– Угу. Но потом, – бестактно перебил я Мака. – Не тормозим, у нас целых два неприкрытых направления.

– Одно.

– Думаешь, вход все еще закупорен?

– Есть такое ощущение.

Хм… Ладно, примем на веру.

– Поднажми, Мак, чуть-чуть осталось! Вон еще занятная фиговина. Ничего не напоминает?

– Еще как напоминает. Лишь бы…

Тут у нас мысли совпали – если и эта арка перекрыта силовыми полями, то мы в западне. И судьба наша столь же незавидна, как и у безвременно почивших соратников.

Пронесло. Опасное место преодолели быстро, не встретив на пути ни единой преграды, хотя металлических окантовок здесь было аж четыре штуки. Впрочем, и сам проход оказался вдвое длиннее, так что все логично. Однако на сей раз Макдугал подстраховался – прежде чем лезть самому, зашвырнул прямо по курсу какую-то довольно тяжелую штуковину. Как потом выяснилось, неактивированную светошумовую гранату – просто так разбрасываться амуницией напарник не привык и сразу же рачительно подобрал ребристый цилиндрик.

Едва вырвавшись на открытую местность, мы стали свидетелями прибытия еще трех «циркулярок». Достать нас они по-прежнему не могли, но теперь нас сопровождало по две сферы с каждой стороны тоннеля. Так что еще вопрос, радоваться нечаянной защите от жутких дронов или горевать по утраченной свободе. Впрочем, выбора все равно не было: возвращаться – не вариант, так что мы перли и перли строго вперед, полные решимости осуществить первоначальный план, то бишь добраться до громадного параллелепипеда. Правда, и гарантии, что силовая завеса тянется до самого здания, не было. Оставалась лишь гребаная надежда, как говорил герой какой-то книги. Не помню, какой конкретно.

Видимо, кто-то наверху, в местной небесной канцелярии, решил, что неприятностей с нас хватит, и до главного корпуса мы добрались без происшествий. Сферы резко притормозили, когда до стены осталось метров пятьдесят. Я еще заметил, что именно на этом рубеже гравийная насыпка превратилась в такое же зеркальное покрытие, как и у нас под ногами, а потом и думать забыл о силовых «ежах» – взору моему открылась более любопытная картина: аркообразный вход, близнец ворот периметра, при ближайшем рассмотрении оказался порядочно поврежденным изнутри. Стены, пол и потолок пестрели глубокими царапинами и рытвинами, кое-где виднелись крупные каверны, как будто кто-то садил бронебойными снарядами. Или плазмой из какого-нибудь алиеновского ствола. Но не это главное. Под довольно толстым слоем камня – сантиметров десять, не меньше – скрывались плотно пригнанные друг к другу, как бы обматывающие тоннель золотистые трубы. Одна борозда пролегла особенно удачно, так что удалось рассмотреть и их внутренности. А спустя миг я нервно хохотнул, испугав напарника.

– Дэн, ты чего? – застыл рядом Мак.

– Знаешь, где мы находимся? – Выдержал приличествующую случаю паузу и добил: – В разгонной шахте гаусс-пушки.

– Дениска, ты не перегрелся?

– Нисколько. Видишь трубы? Это кабели. Вместе с аркой они образуют большой соленоид. Таких хреновин нам встретилось целых три. И всего лишь на пятистах метрах.

– А почему тоннель такой странной формы? – не пожелал сдаться Макдугал. – Халфпайп, как у сноубордеров. Только вверх тормашками.

– А с чего ты решил, что именно половина трубы? Может, вторая под землей. Получается двойной канал, причем независимый.

– Хм… пушка… Ладно, два вопроса: как и на хрена?

– Чего «как»?

– Как из нее стреляют? За пределами периметра нам дорога не попалась. И других арок не было. Там вообще все аномалиями перепахано.

– Вот тебе и ответ. Нет – потому что перепахано.

– Допустим. Тогда остается в силе второй.

– А бог его знает, – пожал я плечами. – Может, отсутствующая часть «ствола» могла перемещаться. Хотя насчет пушки я погорячился. Больше похоже на транспортную систему, типа метро или монорельса. Капсулы, разгоняемые магнитным полем до сверхскоростей! Сел, пристегнулся, ба-бах! И через минуту-другую уже в сотне километров от начальной точки, в каком-нибудь секретном бункере.

– Звучит достаточно бредово, чтобы оказаться правдой.

– К тому же я теперь абсолютно уверен, что противостоит нам обычный компьютер. Слишком уж действия однообразные. В нестандартной ситуации он до нас добраться так и не смог. Повезло нам. Получается, по воле случая оптимальный путь выбрали.

– Скажи об этом Виктору и Диего.

– Вот все ты, Мак, испоганишь!

– Я до сих пор понять не могу, почему тот «шарик», что Диего убил, за нами не погнался… – задумчиво буркнул Гленн, – покоя эта мысль не дает.

– Видимо, тоже застрял между силовыми стенами.

– А выключить их местный искин не может?

– Наверное, не может, раз мы до сих пор живы. Хотя есть у меня предположение… Скорее всего, когда эта бодяга началась и аномалии перепахали центр долины, разрушив часть гаусс-дороги, сработала защитная программа и закупорила «ствол», чтобы всякая гадость не набивалась.

– Да? А как же мы тогда… набились? Аномалии ведь еще до нас поработали. По твоей логике, «ствол» уже должен быть перекрыт. И мы бы не прошли.

– Успели. Или сбой в программе. Или силовые поля не постоянно задействованы… – Тут я тревожно оглянулся – а ну как именно в этот момент клятый комп отключил поле и дрон, убивший Диего, рванул за нами? – Может, датчик какой-нибудь на нас среагировал: мол, лезут, гады, того и гляди, заблокируют путь. Вот комп и предпринял меры – вход закрыл, на «всяких» напустил «циркулярку». Да только просчитался – мы слишком быстро из арки вышли. И теперь он ничего нам сделать не способен – «циркулярки» через силовое поле не пройдут, а шарахнуть чем-нибудь мощным нельзя – направляющую разнесет.

– Нет, что-то тут не так. Ты сам себе противоречишь. Раз комп смог закрыть вход, то и открыть тоже может. Но не делает. Почему?

– А я знаю?! Или ты намекаешь, что это кто-то из наших… протеже балуется?

– Я ни на что не намекаю. Но будь это компьютер… перекрыл бы вторую арку – и мы попались.

– Мак, ты чего ко мне пристал?! Я не компьютер!

– Интересно просто.

– Черт, нашел время! – возмутился я. – Может, он нас загоняет в другую ловушку. Неисправность у него, не может на входе прищучить. Думай лучше, что делать. Из трубы сейчас вылезем, а дальше?

– А что тут думать? – дернул плечом Мак. – Выбора все равно нет. Только вперед! А дальше видно будет.

– Ты прямо как Наполеон. Тот тоже любил говаривать, что главное – ввязаться в драку.

– Мудрый был человек.

– Только кончил плохо.

Хотя, как ни крути, Мак прав. В данном случае мы можем лишь плыть по течению – от нашей воли не зависит ровным счетом ничего. И вся надежда только на собственную реакцию и возможности организма. До ужаса не люблю ситуации, когда приходится плясать под чужую дудку. Слишком уж это все противоречит моим природным наклонностям вкупе с позицией инженера-аналитика. Первое правило моей профессии гласит: нужно быть вне системы, чтобы понять, как она функционирует. И папенька постоянно то же самое твердит, хоть и махровый гуманитарий. Второе правило: анализ и взгляд со стороны – тождественные понятия. Есть еще уйма псевдофилософских сентенций, но сейчас не до них… Худший мой кошмар – оказаться внутри чьей-то игры. Особенно если не знать правил оной.

– Кончаем перекур!

Мистер Макдугал созрел для действия. Ну-ну. Самое время спустить его с небес на землю.

– Может, сначала осмотреться? Аккуратненько. Что за люком, как думаешь?

– Вопрос, конечно, интересный…

Ага, даже более чем. Тоннель-разгонник заканчивался дверью гильотинного типа, некогда намертво перекрывавшей проход, но сейчас она пребывала в плачевном состоянии – прямо посередине красовалась неровная дыра, достаточно большая, чтобы протиснуться человеку.

– Хм… эти придурки тут фугас рванули, что ли? – хмыкнул Гленн.

– Я про плазму думал.

– Ну и дурак. Наверняка тут ВУ направленного действия сработало. Только ребятки немного не рассчитали: похоже, выбоины на стенах – от осколков бронестворки.

– Ты же только что про направленный взрыв что-то плел…

– Я же говорю – не рассчитали. Ладно, это их проблемы…

Мак прижался спиной к двери слева от пробоины и знаком приказал мне занять противоположную позицию. Я кочевряжиться не стал, собезьянничал за шефом и спокойно стоял все время, пока тот осторожно заглядывал в дыру. Чуть погодя он даже высунулся на ту сторону, одной рукой ухватившись за срез. Во второй он сжимал «калаш» за рукоятку управления огнем – приклад в плечо, ремень хитрым образом натянут, так что автомат поддерживал сам себя. Ствол неотрывно следовал за взглядом – нелишняя предосторожность. Старые добрые пули калибра 5,45 мм прекрасно показали себя в деле расправы с силовыми «ежами». Главное, момент не упустить.

Где-то через минуту Гленн рывком втянул себя обратно и вновь занял безопасную позицию спиной к створке.

– Что там?

– Какой-то зал, довольно большой, и повсюду разный хлам, – сообщил Мак, – то ли грузы какие-то, то ли оборудование. Справа и слева – перепад высот. Прямо по курсу еще одна дверь – двустворчатая; похоже, сдвижная. Противник визуальным осмотром не обнаружен. Сам глянь: может, что умное скажешь.

На оценку обстановки мне и впрямь хватило беглого взгляда – скользнул по нагромождению все тех же кубов и параллелепипедов, ни на чем конкретном не останавливаясь, и вернулся в укрытие.

– Банальный склад. Я бы даже сказал, типовой. Такие обычно в транспортных терминалах бывают, грузопассажирских. Очень уж картинка типичная. И хаос характерный.

– Склад, значит… под теорию факты подтасовываешь?

– Это ты про гаусс-тоннель? – понятливо ухмыльнулся я. – Есть немного. Но меня беспокоят слепые зоны. Здесь укрытий столько, что можно целую тучу «циркулярок» запрятать. Особенно мелких.

– И что ты предлагаешь? Тут сидеть? А смысл?

– Время, Мак, помни про время!

– Вот именно! Так что встал, солдат, и пошел!!!

Н-да. Дилемма. Если торчать в тамбуре, можно протянуть еще сутки-полтора. А потом дадут о себе знать наны. Итог – мучительная смерть. Лично я нашей докторше верю. А если переть буром, можно нарваться… на всякое. Итог – мучительная смерть. Только гораздо быстрее. И что же выбрать? Все такое интересное!..

Мак и в этот раз все решил за меня – без тени сомнения протиснулся в дыру и зашагал прямо к дальней двери, ни на секунду не переставая вертеть головой. Пришлось последовать за ним, взяв на себя правую полусферу. В очередной раз экспериментировать с кудзи-госин-хо не стал – вроде пространство для маневра есть, опасность издалека заметить можно. Да и не очень верится, что в помещении такого рода компьютер решится использовать столь разрушительных дронов. Им ведь все равно, что крушить – хрупкую человеческую плоть или подвернувшееся под силовые «иглы» имущество. А если задать им запрет на повреждение неживых объектов, то функциональность резко падает – «ежикам» придется курсировать по ограниченным траекториям, и тогда от них вполне реально увернуться или укрыться в каком-нибудь закутке. Нет, тут скорее будут локальные зоны экстерминации – типа коридорчика с зеркальным покрытием и лазерами. Привет, «Обитель зла»!

Ч-черт, а ведь страшно! И не просто страшно: спина от ужаса занемела. Вроде и нет ничего угрожающего в прямой видимости, но вот поди ж ты! Неизвестность пугает во сто крат сильнее. Мы пока что только с летающими сферами встречались, но и они впечатлили весьма и весьма. Плюс кто его знает, откуда такая хреновина вынырнуть может?! Причем в любой момент. Хлама на этом складе и впрямь богато.

Судя по всему, с гипотезой я попал в точку – грузопассажирский терминал с чем-то иным спутать сложно. И насчет двойного независимого тоннеля в половинках силовой трубы я был прав. Мы с Маком сейчас как раз шагали по этаким мосткам, пусть и довольно широким – метра четыре, не меньше, тянувшимся на высоте минимум трех человеческих ростов над полом основного помещения, того, где принимали грузы. Разнообразных контейнеров и непонятных выростов правильной геометрической формы там хватало, так же как и на платформах по бокам от двустворчатой двери – очень похоже, что лифтовых. И не факт, что они в рабочем состоянии, так что хочешь не хочешь, а вниз спускаться придется. Хотя бы для того, чтобы отыскать выход из терминала. Так что поплутать нам с Маком предстоит вдоволь, учитывая размеры здания. Если, конечно, ничего не случится…

Сглазил! Откуда-то из-под потолка донеслось характерное гудение, заставившее рефлекторно задрать голову, и тут же, едва различив очертания «циркулярки», рвануть с перекатом в сторону – остановился я буквально в полуметре от края мостков. Время замедлилось от адреналинового выброса, и я хорошо разглядел рухнувшего к самому покрытию дрона. Тот завис где-то на уровне пояса отпрыгнувшего в противоположную сторону Мака и словно бы раздумывал, что делать дальше. Гленн попытался воспользоваться заминкой – ствол «калаша» медленно повернулся, фиксируя сферу в прицеле, но на спуск нажать он не успел: «циркулярка» скачком сократила дистанцию. Я мысленно охнул, ожидая очередной кровавой вакханалии, однако поторопился: Мак, подстегнутый адреналином, шагнул назад и в прямом смысле слова провалился, поскольку стоял у самого среза мостика, в последний момент повиснув на руках. Сфера проскочила над ним, едва не сточив верхушку шлема, и скользнула по инерции на несколько метров, снова застыв для выбора цели. Напарник не замедлил воспользоваться шансом – рывком забросив тело обратно на мостик, перекатился, умудрившись в движении перехватить болтавшийся на ремне автомат, и из положения лежа на спине послал в дрона короткую очередь. Прямо от бедра, почти не целясь. «Циркулярка» лопнула, и доставучий гул на мгновение оборвался. Но именно что на мгновение…

– Где еще одна?! – вскочил на ноги Гленн.

Заозирался, крутнулся вокруг себя, описав стволом полную окружность, но, судя по суетливым движениям, противника не засек.

Молодец, Мак, сообразил! А я еще больший молодец – заметил. И ласточкой прыгнул на товарища. Тот от неожиданности среагировать не успел, и мы вдвоем грохнулись на пол. Я тут же откатился в сторону, как сам Мак совсем недавно, и сумел рассмотреть зависшую практически над Гленном сферу. Тот тоже не растерялся и постарался уйти как можно дальше от той точки, где только что изображал каланчу, но немного не рассчитал и перевалился через край, едва не ухнув вниз. Снова умудрился повиснуть на руках, но, к сожалению, повторно трюк не сработал – «циркулярка» чуть сдвинулась влево и вниз, и я с ужасом рассмотрел, как Гленновы пальцы превращаются в багровую туманную дымку. Хорошо хоть, что только на левой руке – правую тот догадался убрать сам. И с неизменным словом на букву «F» сверзился вниз, от души, судя по грохоту, обо что-то приложившись.

– М-мать!

Едва соображая, что делаю, я вскочил на ноги и принялся размахивать руками в попытке привлечь внимание дрона. Как угодно, любой ценой, но отвлечь убийственную хреновину от напарника. Тот сейчас наверняка совершенно беспомощен: навернуться с такой высоты без ущерба для себя – весьма маловероятно. И это я еще про покалеченную руку молчу! Он пока еще ничего не чувствует, шоковое состояние – оно такое… Но скоро ему будет очень больно – сфера стесала по две фаланги на указательном, среднем и безымянном пальцах, да еще и мизинец зацепила. Ч-черт, не хотелось бы такое на себе прочувствовать…

Ф-фух, получилось! «Циркулярка», еще секунду назад нерешительно висевшая над краем мостков, загудела чуть громче и рванула в мою сторону. Я едва успел осознанно повторить маневр напарника и с разбега прыгнул вниз, на лету подкорректировав траекторию и приземлившись на какой-то довольно большой контейнер. Лететь пришлось недалеко, едва ли пару метров вперед и полтора к полу. В момент касания твердой поверхности ступнями сгруппировался и ушел в кувырок, а затем в очередной прыжок – на этот раз с контейнера – и понесся по тесноватым проходам между хаотичными нагромождениями то ли коробок, то ли каких-то механизмов, упрятанных в кожухи.

Сфера преследование не прекращала, о чем свидетельствовал гул за спиной. И я лишний раз в этом убедился, резко свернув в первый попавшийся закуток. «Циркулярка» пронеслась мимо, но быстро сообразила притормозить и взмыть над контейнерами. Впрочем, это ей помогло не сильно – обзор был затруднен, на что я и надеялся. Как оказалось, зря. Всего через несколько секунд дрон покинул позицию, безошибочно сместившись в мою сторону, и мне пришлось снова брать ноги в руки. Однако я уже несколько освоился с правилами, и еще довольно долго играл с «циркуляркой» в догонялки, периодически проворачивая трюк со сменой направления и прятками. Радовал тот факт, что вскоре мы с долбаной железякой оказались довольно далеко от пострадавшего Мака. И я от всего сердца надеялся, что по наши души не заявилась еще хотя бы одна сфера, иначе все усилия напрасны. Долбаная связь, как не вовремя отказала! Как там сейчас напарник?.. И ведь не проверишь… Остается что? Правильно – гребаная надежда. И надо, в конце концов, избавиться от долбаного «ежа»!!!

Этим я и занялся, оказавшись у стены терминала и заметив перспективный, то есть узкий и низкий, лаз меж несколькими контейнерами, поставленными друг на друга. Вот только зеркальный пол вблизи заляпан чем-то бурым. Ладно, не время привередничать. Тут добежать до него еще надо умудриться…

Задача решилась довольно просто: с разбегу запрыгнув на ближайший ребристый (и оттого достаточно удобный) куб, я буквально прилип к его поверхности, ухватившись руками за верхний край и упершись в стенку ступнями – наиклассический паркуровский «cat leap». Затем перепрыгнул на соседний, перелетев через «проулочек», и забрался на его верхушку. Здесь свободы маневра было побольше, и я хорошенько разбежался, разрывая дистанцию со сферой, а потом изобразил нечто вроде неуклюжего «monkey kong» – попросту перемахнул с опорой на руки через небольшой ящик. Подразумевалось, что ногами я его касаться не должен, однако не получилось – зацепился левой ступней, и до конца элемент не довел, проехавшись по коробке на боку и грохнувшись на пятую точку прямо за ней. Хорошо, что ничего не вывихнул, только копчик отбил. Застыл, стараясь не дышать, и вскоре был вознагражден – «циркулярка» усвистела далеко вперед. А я тем временем сменил направление на перпендикулярное, в несколько движений достиг пола и в отчаянном подкате нырнул в спасительный закуток, извозившись в подозрительной жиже.

Тоннель, к моему ужасу, оказался сквозным – а ведь я точно видел, что контейнеры стоят вплотную к стене! Однако жестокая реальность именно сейчас решила повернуться ко мне лицом, а не той частью, что демонстрировала ранее: за нагромождением кубов с металлической обшивкой пряталась довольно просторная технологическая ниша. По крайней мере, стоять здесь можно было не нагибаясь. В чем я и убедился, закончив скольжение и на излете сшибив обеими ногами перекрывавший проход труп. И даже источник света присутствовал – как и всюду в этом загадочном строении, тускло светились сами стены. Кстати, только сейчас на это внимание обратил. Но тут не моя вина – в разгонной камере «гаусса» хватало света снаружи, как и во всех предыдущих арках, а в терминале помимо этого еще и светильники наличествовали…

И куда же я попал, интересно? Довольно удобное укрытие в виде утопленной в стене ниши с несколькими выступающими деталями – если бы это было человеческое строение, я бы сказал, что монитор с выдвижной клавиатурой и растущим прямо из пола… пуфиком? Ну да, явно приспособление для сидения. И, самое главное, на той хреновине, что я принял за клавиатуру, покоился комп-планшетник. Наш, отечественный, а не какой-нибудь алиеновский агрегат. Догадаться, откуда он тут взялся, труда не составило: наверняка останки именно его хозяина я отфутболил из лаза. Н-да. Похоже, я за последний час с небольшим порядком очерствел душой. А как еще прикажете понимать тот факт, что при виде безногого тела не испытал даже легкого позыва к рвоте? А зрелище неаппетитное. Такое ощущение, что бедолага нарвался на «циркулярку», попытался убежать, но та стесала ему нижние конечности по колено, когда он нырял в лаз. Однако усопший умудрился заползти в укрытие и преодолеть тоннель длиной около трех метров. И только потом силы его окончательно оставили. А дальше – неконтролируемая кровопотеря и смерть. По лицу видно, помучился. Не хотел бы я пережить нечто подобное…

М-мать! Весьма вероятно, что все-таки придется!

Из прохода донесся знакомый гул, и я рефлекторно сжался, забившись в угол между стеной каверны и контейнером. Будь у меня другой противник, я бы его в этой позиции и встретил. Например, ударом по голове, когда он из лаза высунулся бы. Но в данных обстоятельствах этот фокус обречен на провал. Как муторно-то! Вот так вот стоять и ждать неизбежной смерти…

Что-то долгонько он… Ведомый болезненным любопытством, я покинул укрытие и осторожно заглянул в тоннель. Хм… Попался, однозначно. Дрон висел у входа, но двигаться дальше почему-то не торопился. Потерял меня из виду? Не, для него это не проблема, я на собственном опыте убедился. Не хочет портить имущество? Вполне может быть…

«Циркулярка» еще немного повисела, а потом сунулась в лаз. Слух услужливо подсказал, что гудение сменило тональность, а зрение зафиксировало отсутствие повреждений стенок контейнеров. Как так? Если я правильно оценил радиус поражения, то сейчас обшивка должна истаивать двумя параллельными полосами, а в содержимом коробок столь же закономерно должны образовываться желобки с небольшим закруглением. Тут одно из двух: или дрон может менять длину силовых «иголок», или…

Рука сама собой, как тогда, на дороге, рванула из ножен клинок, посылая его в короткий полет, и тот пронзил сферу насквозь, развалив на несколько неровных осколков. Впрочем, на пол грохнулся только мой верный ножик, куски «циркулярки» истаяли в падении, как будто их и не было. Вот так. Теперь я в относительной безопасности. По крайней мере, до того момента, как появится новый «еж». И вот его встретить будет уже нечем. А за единственным своим оружием вылезать страшно – вдруг внимание дронов привлеку? Наверняка их тут еще полно. Лучше посидеть в каверне, как мышь под веником, да обдумать сложившуюся ситуацию. Тем более материалов для анализа накопилось достаточно.

Колония Пандора, окрестности Объекта-357, тогда же

Немного отдышавшись, я обыскал труп своего предшественника. Других повреждений, помимо стесанных ног, осмотр не выявил, так что с причиной смерти я не ошибся. Но это сейчас и не важно. Главное, убедился, что безвременно почивший товарищ принадлежал к той самой экспедиции, по следам которой мы и сунулись на Объект-357. Обнаруженная в нагрудном кармане комбинезона электронная карточка-идентификатор содержала исчерпывающие сведения о своем владельце. Подходящего терминала у меня при себе не было, но хватило и внешних признаков: имя – Джон Скальци, должность – старший техник, Корпорация «О’Мэлли Текникс», отдел «С» лаборатории общих физических процессов. Это у наших родственничков-конкурентов так главная научная шарашка называется. Но по-прежнему не ясно, что именно умник Арти здесь ищет, и с чего началась бойня? Ведь для Джона Скальци, судя по всему, появление агрессивного и смертельно опасного дрона стало сюрпризом. Странно, кстати, что нам до сих пор другие члены экспедиции не встретились, хотя бы в фрагментарном виде. Даже кровавые пятна на стенах и полу не попались.

Помимо документов, у погибшего обнаружилась простенькая коротковолновая рация-горошина, вставляющаяся в ухо, и всякие мелочи по карманам – отвертки, мультитулы, пара кристаллоносителей и даже микродиск, от которых в союзе отказались лет двадцать назад. Плюс флешка, которую я незамедлительно подцепил к КПК. Потрескавшийся дисплей комфорта не добавил, но названия файлов я просмотрел. Какая-то техническая документация. Не до нее сейчас, но и выкидывать не стоит. Вообще, неплохо бы доказательной базой обзавестись, ибо спускать Артуру с рук эту авантюру не хотелось. Да и папенька благодарен будет – наконец-то сможем прижать к ногтю строптивых родственничков. Дядя Петя, при всем присущем ему здоровом цинизме, сынулю в обиду не даст, и на этом можно будет сыграть.

Так, теперь очередь планшетника. Первое, что бросилось в глаза, – логотип «Imagine». Оп-па! Какая занятная штуковина! Сверхдорогой девайс, доступный, пожалуй, либо самым богатым Корпорациям, либо частникам-миллиардерам, что, по сути, одно и то же. И вовсе не по причине технологической навороченности. С этой точки зрения компьютер сильно уступал топовым моделям многих мейнстрим-производителей. Ценен данный аппарат был специфической начинкой и фирменным программным обеспечением. «Imagine» в свое время сделало имя, выпустив гаджет, предназначенный для взлома Ноосферы и работы в сетях Предтеч. Причем не только в отдельных кластерах, но и с физическими рабочими станциями в режиме прямого подключения. По непроверенным данным, в основе этой разработки лежало одно из изобретений Бродяг, расы, специализировавшейся на сборе информации. Но подробностей никто не знал. К тому же ни у кого из конкурентов не получилось не то что воспроизвести, а хотя бы разобраться в принципе действия стыковочного узла, являвшегося сердцем системы и одним из ноу-хау ушлых имаджиновцев. Поговаривали, что кое-кто подобрался довольно близко к решению, но все эти «кое-кто» быстро исчезли с горизонта – то ли их грохнули, то ли привлекли к работе в самой «Imagine».

Зато теперь все сомнения отпали. Артур прекрасно знал, за чем пришел. И подготовился соответственно. Спецы, аппаратура, режим секретности… что-то ценное откопал. Хитрый папенька наверняка и этот нюанс учел, когда давал добро на спасательную миссию. И с дядей Петей заранее обо всем договорился. Еще и этим можно объяснить запоздавший ответ на мое послание – торговля шла ожесточеннейшая. Не одному Питеру О’Мэлли здоровый цинизм присущ.

Неожиданно нарисовалась еще одна проблема. Продукция «Imagine» славится безопасностью – взломать комп с этим логотипом еще никому не удавалось. Сети – пожалуйста, сколько угодно. А конкретный девайс – фига. Надо будет Фила попробовать на «слабо» взять, вдруг получится? Но это потом, когда выберусь из передряги. Пока же, осторожно повертев гаджет, я убедился, что он подключен к терминалу Предтеч – выросты на стене оказались именно что рабочей станцией, – но сейчас пребывает в спящем режиме. Мазнул по дисплею, вызвав на экран стандартное окошко сканера отпечатков пальцев и второе – на мое счастье, неактивное – окно сканера сетчатки глаза. Бывший владелец, видать, ленился каждый раз подвергаться довольно неприятной процедуре, вот и врубил упрощенный протокол безопасности. За что ему отдельное спасибо. Боюсь, просканировать сетчатку мертвеца было бы проблематично. Другое дело грабля – десять секунд, и готово. Тем более трупное окоченение уже прошло. Но вонять еще не начал, хотя от кровавой лужи отчетливо потягивало неприятным душком.

Девайс удовольствовался отпечатком указательного пальца и сменил картинку на стандартный рабочий стол – почивший в бозе господин Скальци не заморачивался сменой обоев или еще какими-то украшательствами, предпочитая использовать аппарат по прямому назначению. Беглый взгляд на длинный ряд иконок заставил меня захлебнуться слюнями – о таком софте я пока мог лишь мечтать. У нас на всю Корпорацию аналогичных гаджетов наберется в лучшем случае пара сотен; если каждому стажеру выдавать, то и разориться недолго. С другой стороны, доверить такое оборудование можно лишь уже хорошо зарекомендовавшим себя специалистам. Ибо девять из десяти счастливых владельцев не избегнут соблазна пошерстить Ноосферу. С непредсказуемыми, что самое поганое, последствиями. Так что до сего момента мне приходилось иметь дело только с демо-версиями большинства этих программ. Нет, не отдам! Ни за что и никому. Пусть дядя Петя желчью изойдет – не отдам, и все тут. Поставлю папеньке условие: типа законный боевой трофей. Пока есть возможность, поменяю настройки системы безопасности, и урезанной версией не ограничусь. Оба глаза в сканер и все десять пальцев!

Без шлема и перчаток я почувствовал себя на редкость неуютно, да к тому же в нос шибануло, поэтому постарался разделаться с необходимой процедурой как можно скорее. И по окончании оной, вернув элементы экипировки на законные места, расплылся в счастливой ухмылке. Хрен им теперь, а не гаджет. Пусть попробуют отобрать! Я даже и отдам, чисто поржать над их безуспешными попытками взломать девайс. Сами потом вернут как миленькие. Хотя до такого лучше не доводить. Пусть папенька разбирается с проблемой, он мне должен будет, когда Артурку из этого проклятого Объекта выковыряю и приволоку домой. А всякие там обязательства – о невмешательстве, сетевой дисциплине и прочих глупостях – я подмахну. Оно того все равно стоит.

Окончательно свыкнувшись с мыслью, что девайс теперь мой, и только мой – де-факто, а остальное побоку, – я занялся просмотром содержимого логических дисков. И завис почти на полчаса, до того занятными оказались находки. Самое главное, подтвердились все наши предположения и о составе экспедиции, и о целях, и о ходе предприятия. В отличие от нас, предшественники подобрались к Объекту-357 без проблем. Судя по обнаруженной спутниковой фотографии, в то время долина еще не была гладкой как стол – аномалии разгулялись позже, старательно перемолов все чужеродные объекты в пределах досягаемости. А заодно живописные скалы, тенистые рощи и еще несколько арок-разгонников, соединенных некогда зеркальными дорогами. Примерно в километре от того места, где мы проникли в периметр, располагалась распределительная станция гаусс-трассы: целый узел, смахивавший на куриную лапу, только с десятком «пальцев». Похоже, долина некогда была соединена скоростными магистралями с множеством объектов. И если поискать по окрестностям, наверняка много интересного откопать можно. Но не нужно. По крайней мере, пока. А дальше – видно будет.

Основной лагерь экспедиция разбила у знакомой арки: пришельцы так и не нашли более удобного места для проникновения внутрь, хоть и обошли объект по периметру. Народу, как и техники, было порядочно, но, когда мы с соратниками пробегали мимо, там уже не было ничего, кроме пыли. Так что искать останки бесполезно. В лучшем случае подтвердим гибель тех, кто проник непосредственно на Объект-357, даже если не попадутся относительно целые тела – генетический анализ еще никто не отменял. А вот всех остальных причислят к пропавшим без вести, поскольку доказательств смерти не будет. Но это не моя забота.

Небольшая поисковая партия в составе пяти звеньев «техник плюс боевик» проникла на объект, воспользовавшись стволом гаусс-дороги, для чего пришлось проковырять соленоид-разгонник из тех, что чуть позже превратились в пыль. До главного корпуса они добрались беспрепятственно; правда, силовая труба мешала использовать любые исследовательские методы, кроме наблюдения. Дверь-заглушку в терминале, как и предполагал Мак, взорвали. А потом разбрелись по здешнему лабиринту, с переменным успехом пытаясь подключиться к местной сети через рабочие станции. Судя по схеме, высвеченной одной хитрой программой, это удалось трем партиям, в том числе и обнаруженному мной господину Скальци. Работа шла по плану, а потом начался ад. Кто-то из этих троих по незнанию активировал защитную систему, а вырубить не смог. Или не захотел. В результате аномалии перепахали долину, уничтожив все улики, а дроны-«циркулярки» помножили на ноль менее удачливых вторженцев, за исключением одного. Подтверждение этому я обнаружил в трофейном планшетнике на трехмерной схеме активной защиты объекта, отображавшей три красные точки: одну в терминале (Мак… жив курилка!), другую там же, но в технологической каверне (это определенно я), и последнюю – в центре управления на третьем уровне. Кто бы сомневался. Артурка всегда отличался способностью обращать любую ситуацию в свою пользу. Я не удивлен, что именно возглавляемое им звено достигло главной цели. Только непонятно, куда его телохран делся. Кстати, почивший Джон Скальци и к системе наблюдения подцепиться сумел, так что чуть позже я обязательно воспользуюсь плодами его трудов. Только сначала кое-что уточню, подсчитаю да набросаю план. Хотя с последним все просто – проникнуть в центр управления и побеседовать по душам с непутевым братцем. И крайне желательно вырубить на хрен систему безопасности, а потом вызвать кавалерию. Но это уже задача-максимум.

Оставив на некоторое время в покое новообретенный девайс, я занялся старым добрым КПК. Побегать мне сегодня предстоит очень много, и было бы неплохо выяснить кое-какие ТТХ противника. Однако к делу приступил не сразу – нос все больше раздражал тяжелый душок. Разжившись у покойничка фляжкой с вискарем местной выделки, я насколько сумел тщательно обтер уделанные части комбеза. Лучше уж бурбоном благоухать буду, нежели протухшей кровищей.

Покончив с проблемой, вернулся к насущному вопросу. К сожалению, подробностей господин Скальци не знал. В одном из файлов я нашел перечень особо защищенных зон с расшифровкой встроенных систем безопасности, но перевод их названий с языка Предтеч мне ничего не говорил. Например, хреновина с романтичным идентификатором «Вуаль-С». Что это? Какого рода хотя бы действие? И что за «С»? Силовая? Солнечная? Сероводородная? Скользящая? Средняя? И так со всеми. Те же «циркулярки» в местной номенклатуре проходили как малый и большой мобильные дроны активной защиты «Сфера-М» и «Сфера-Б» соответственно. Что в переводе на инглиш, что на русский. Ну и пофиг, все равно никаких технических данных нет. Зато есть записи и кое-какие общедоступные специализированные программы. И есть факты, самый главный из которых – «циркулярки» таки запрограммированы на воздержание от порчи имущества. А уж сделать скриншоты и высчитать зону поражения труда не составило. Равно как и скорость движения, а также длительность ориентации в пространстве и захвата цели. Все эти цифры я скормил сначала КПК, а потом встроенному в шлем вычислителю – на такие простейшие действия их мощностей – за глаза. Немного колдунства, и на забрало теперь выводились жизненно важные сведения, касающиеся противника: цветом выделялся радиус поражения дрона, а в двух цифровых табло отображались скорость и время до выхода в боевой режим. В дополнение к этому вычислитель предлагал оптимальную траекторию движения и минимальную необходимую скорость. На все про все ушло еще полчаса.

За это время меня никто не побеспокоил, но я все равно старался не терять зря ни секунды – кто знает, в каком состоянии Гленн? Справилась ли система автофиксации с кровотечением в покалеченных пальцах? Перчатки у него хитрые, должны были сами передавить фаланги. Но это фактически жгут, а его можно накладывать лишь на строго определенный срок, если есть желание сохранить конечность.

Еще четверть часа я убил на составление оптимального маршрута. Тут здорово помогла взломанная система безопасности. Управлять ее элементами с данной рабочей станции я не мог, но сумел засечь все активные «циркулярки». Попутно выяснилось, что в терминале их было четыре, то есть две мы с Маком совместными усилиями экстерминировали, но еще парочка так и болталась в лабиринте из контейнеров. Всего же по зданию курсировало больше сотни, но после анализа траекторий удалось проложить более-менее безопасный путь. Совсем избежать нежелательных встреч не получалось, но удалось свести контакты к абсолютному минимуму. Точно так же я обошел, пусть пока только на схеме, и все стационарные системы типа непонятной «Вуали-С». Возникла было мысль перетащить Макдугала в укрытие и заодно разжиться автоматом, но, по размышлении, я от нее отказался – от сферы, в случае неприятностей, с тяжелым напарником однозначно не смотаюсь. И далеко не факт, что подстрелить сумею: нападали дроны уже в боевом режиме, ощетинившись плотной «игольчатой» броней, так что сначала нужно увернуться, и только потом, возможно, удастся подловить «циркулярку», пока она повторно захватывает цель. Лотерея, в общем. Для верности я все же подключился к системе наблюдения, обнаружив в терминале десяток камер. С одной из них Мак был прекрасно виден. Упал он неудачно, враспор между парой не очень крупных контейнеров. А до того, похоже, пересчитал спиной ребра еще как минимум трех. Тут никакие фиксирующие элементы не помогут, наверняка не один перелом схлопотал. Плюс изувеченная рука. Обмяк, бедолага, сразу видно – в отрубе. Оно и к лучшему. Ибо вскоре выявилось еще одно неблагоприятное обстоятельство: рядом с Гленном неторопливо нарезал круги дрон. Повод для сдержанной радости был лишь один – чтобы добраться до моего напарника, «циркулярке» придется раскурочить обе коробки. Так что есть надежда, что мистер Макдугал останется в целости и сохранности (с учетом ранее полученных звездюлин) до тех пор, пока я не найду способа отключить активную защиту.

Определившись касательно Мака, попытался заглянуть в центр управления, но здесь меня ждал облом – у моей рабочей станции приоритет был гораздо ниже, чем у вычислителя, оккупированного Артуром. Можно, конечно, попытаться ломануть систему до конца, только неизвестно, сколько времени это займет. Тут лотерея почище чем с «циркулярками» – от мгновений до часов и суток. Так что рациональнее следовать прежнему плану.

Последние пятнадцать минут я скрепя сердце потратил на медитацию и перевод организма в «разогнанное» состояние по методике кудзи-госин-хо, пройдя последовательно все девять ступеней. Впрочем, на практике работали только семь – «сай» и «дзэн», согласно канону, даровали древним ниндзя возможность изменять ход событий в желаемом направлении и становиться невидимыми для врагов, что вовсе уж выходило за рамки реальности. Так что активировал я их лишь в дань традиции. Для меня куда бо́льшую пользу представляли ступени: «то» – познание скрытой сущности и выявление ловушек; «ша» – мобилизация внутренних ресурсов организма и отключение боли; «кай» – чувство опасности; «дзин» – ощущение эмоций других людей; и, наконец, «рэцу» – возможность видеть прошлое и удаленные места. По сути, предельно обостренная интуиция, достичь канонического эффекта я пока не смог.

Закончив с подготовкой, я позаимствовал у покойного Скальци сумку от планшета и пристроил ценную добычу в рюкзаке, дополнительно обезопасив его демпфером из всяких походных мелочей типа полотенца и мыльно-рыльных принадлежностей. Девайс хоть и повышенной прочности, но лишняя предосторожность никогда не помешает. Затем резко выдохнул, настраиваясь на предстоящее действие, и решительно нырнул в лаз.

Глава 7

Колония Пандора, Объект-357,

11 сентября 2135 года, утро

Первый этап плана удалось воплотить в жизнь без особого труда. Я просто снова влез в систему наблюдения, пощелкал камерами, зафиксировав местоположение второго дрона (первый так и крутился возле Мака), и, дождавшись, когда оба они окажутся на максимальном удалении от моего убежища, молниеносным рывком преодолел опасное место. Выход нашелся неподалеку, так что долго петлять меж контейнерами и отсвечивать перед противником не пришлось.

Коридорчик, в котором я оказался, служил технической коммуникацией, и некогда здесь появлялись лишь ремонтные механизмы да изредка кто-то из живого персонала. Так что дверь запереть последняя вахта не посчитала нужным. А вот я не постеснялся, зафиксировал ручной замок, смахивавший на архаичный засов с приводом через рычажную систему. Примитив, но обычно механические блокираторы такими и бывают – чтобы ничем, кроме грубой физической силы, не отпереть, и особенно дистанционно. В этом отношении практически у всех сгинувших алиенов мышление работало одинаково, да и люди недалеко ушли.

Задерживаться здесь не стал, время поджимало. Именно в скорости мое преимущество, да еще в наличии четкого плана, которого нам так не хватало прежде. За что мы и поплатились жизнями трех соратников и повреждениями неизвестной тяжести у Мака. Плюс мои нервы, что тоже немало. Так что только вперед, как можно быстрее и осторожнее. Понимаю, что осторожность и скорость – понятия малосовместимые, но деваться некуда. Впрочем, разница несколько компенсировалась за счет «разогнанного» организма: двигался я заметно быстрее нормального человека, но ускоренное восприятие позволяло сносно ориентироваться и в таких условиях. Я успевал замечать преграды и маневрировать, сообразуясь со схемой на забрале, на которую вывел расположение противника, законнектив вычислитель с трофейным планшетником. Так что несся хоть и сломя голову, но отнюдь не вслепую.

Задача предстояла не из легких – в общей сложности надо было пересечь два десятка коридоров, три достаточно больших зала и дважды воспользоваться лестницей. Плюс преодолеть нечто, на схеме обозначенное замкнутой красной линией, ограничивающей больше половины третьего уровня вместе с центром управления. К лифтам соваться не решился: лучшую западню сложно придумать, особенно если к твоим услугам все мощности системы обороны. Я, конечно, совсем уж за скотину Артурку не держу, но с мозгами у него и в прежние времена было туговато в плане тормозов. Это в науке он гений, а в обыденной жизни – тот еще отморозок. О последствиях зачастую не задумывался, особенно если оные меня касались, – детская непосредственность у него проявлялась в гипертрофированной форме. Я со счета сбился, сколько раз он пытался изничтожить нашего кота Вольфрама. Наверное, сколько раз гостило семейство О’Мэлли. Ну дышал он к кошаку неровно, прямо как Альф к Лаки. А наши ссоры, по мере взросления все чаще переходившие в жестокие потасовки? Это уже в студенчестве удалось свести разборки к встречам на условном «ринге» в рамках межуниверситетских матчей по виртбоксингу да изощренному соревнованию в злословии. А до этого он мне даже руку ломал, когда отец к нему телохрана-дзюдоиста приставил, а тот по доброте душевной пацана натаскивать начал. Просто потому, что у мелкого Арти слова не расходились с делом – представился случай провести прием, он им и воспользовался. Правда, было это в глубоком детстве. А потом я благодаря тренеру дяде Коле наверстал и спуску обидчику больше не давал, хоть на год младше и габаритами поскромнее. И в этом весь Артур О’Мэлли. Винить его бесполезно, перевоспитывать – тем более, оставалось лишь принимать таким, какой есть. Хотя бы из уважения к тетушке Вике, которая, в отличие от мужской части семейства, всеми силами старалась сгладить углы и наладить нормальные отношения между родственниками. Касательно отца и дяди Пети все ее старания пропадали втуне – все-таки не кровные родичи, а конкуренты, но нас с Артуркой она примирила. Но это уже когда мы вышли из подросткового возраста и осознали, что некоторые проблемы мордобоем не решить. Кстати, к Сереге – моему старшему братцу – Арти относился с куда большим почтением. Наверное, потому, что тот при первом знакомстве отвесил ему хороших люлей и четко объяснил диспозицию. А вот со мной можно было позволить кое-какие вольности.

При этом с Валентином – младшим сыном О’Мэлли – у меня были прекрасные отношения. Вполне вероятно, потому, что мы с ним нигде не пересекались, за исключением семейных сборищ. Все-таки шесть лет – разница большая. К тому же Вэл, в отличие от Арти, пареньком был неконфликтным, веселым и коммуникабельным. Плюс сферу деятельности выбрал далекую от науки – его настоящей страстью была экономика. И управленцем он обещал стать неплохим, прекрасно проявив себя еще в пятнадцатилетнем возрасте, когда напросился на летних каникулах подработать стажером в родной «O’Мэлли Текникс». Помнится, тетушка тогда страшно гордилась и не уставала рассказывать, как хорошо ее младшенький справился с такой сложной задачей. Не мудрено, что именно его прочили в преемники старому Питеру. И этот факт Артура совсем не радовал. Но он делал вид, что ему абсолютно пофиг – у него есть наука. Что ему до всей этой суеты? Котировки, вбросы, курсы… кому нужна эта скукотень? Но меня не обманешь. Я кузена хорошо изучил за годы заклятой дружбы. Наука наукой, но по-настоящему его в жизни привлекала только одна вещь – власть. Не важно, какого рода. В научной деятельности – власть над природой, в жизни – над окружающими. А в идеале еще и власть над обстоятельствами. Крайне желательно – абсолютная. Не подумайте, что я тут злопыхательствую. Просто привожу факты. Но, как ни крути, чудовищем Артур не был, свои слабости прекрасно осознавал (где-то лет с четырнадцати) и контролировал, подчиняясь правилам человеческого общежития. Разве что со мной мог себе позволить расслабиться по причине все той же заклятой дружбы. Наверное, мы с ним извращенцы, потому что родственные чувства друг к другу все же испытывали, вплоть до некой привязанности. Почему, вы думаете, я не побоялся ради него в неприятности влезть? Вот то-то и оно.

Из-за нежелательности встреч с дронами маршрут вышел донельзя запутанным и протяженным, и следующие полчаса я был занят увлекательнейшей игрой в прятки с чертовыми механизмами. Хотя механизмами «циркулярки» назвать сложно – скорее автономные макроколонии нанов с невесомыми «скелетами» из сверхпроводящего металла. КПД – никакой, энергии жрут уйму, поэтому удаляться от коммуникаций не могут. И радиус поражения маленький по той же причине. Сдается мне, наши примитивные летающие роботы, оборудованные дубово простыми пулеметами, неприятностей доставили бы куда больше. Зато в этой слабости заключалось мое спасение – за каждой «циркуляркой» была закреплена определенная зона патрулирования. И если ее покинуть, даже засекший меня дрон терял ко мне интерес. Правда, тут возникала иная опасность – меня могли передать с рук на руки «коллеге со смежного участка», поэтому в любом случае в приоритете – скрытность. И очень долго мне удавалось действовать на манер высокотехнологичного шпиона-проныры, успешно обходящего все препоны. Скоростные рывки на спринтерские дистанции перемежались мгновениями полной неподвижности, когда я старался даже не дышать. Порой приходилось забиваться во всевозможные щели или сливаться с окружением, забравшись в густую тень – таковые наличествовали в избытке, благодаря особенностям освещения. Светильниками Предтечи зачастую пренебрегали, а стены светились только в основных коридорах, которых я избегал. А если не получалось, то старался пересечь с максимальной скоростью.

Не уверен, что сумел бы приспособиться к таким условиям, если бы не прошел суровую школу тренера дяди Коли, в которой психотренингу времени уделялось больше, чем голой технике. Как он сам любил говорить, все эти удары и хитрые приемы – мишура. Главное – что в голове. Если мозг не сможет адаптироваться к вариативным параметрам внешней среды, то никакие физические навыки не спасут. И я в этом с ним склонен был согласиться. Потому и не старался превратить себя в эталонную машину для убийств, как их любят показывать в фильмах – с гипертрофированной мускулатурой, квадратным подбородком и пустым взглядом. Поддерживал ровно такую форму, чтобы не стыдно было показаться на публике в любительских соревнованиях. Главная же работа шла на энергетическом уровне – через медитацию, практику цигун и самопрограммирование. Дядя Коля был лучшим на Новом Оймяконе специалистом по внутренним стилям ушу, ну и дополнительно много чего знал. А потому учил меня не какому-то конкретному направлению, а долго и упорно формировал то, что называл индивидуальной боевой системой – заточенной под конкретного человека и учитывающей все его психофизические особенности. Эклектика, но вполне осознанная и рационально обоснованная. Судя по тому, что я все еще жив, у него неплохо получилось.

Первый зал я пересек, использовав в качестве прикрытия длинный вентиляционный короб, проложенный почему-то по полу, и в поле зрения контролировавшей его пятерки дронов не попал. А вот со следующим возникла проблема. Он оказался мало того что обширным, так еще и девственно пустым. Огромное гулкое помещение метров пять высотой и около сорока в длину – и семь «циркулярок». Камеры здесь не работали, вернее, у меня не было к ним доступа, так что при составлении маршрута действовал я наугад, за что теперь и расплачивался. Впрочем, горевал недолго – через несколько минут вдумчивого изучения плана этажа нашелся обходной путь с единственным стремным моментом – предстояло заглянуть в коридор, оборудованный непонятной «вуалью». Из-за нее я изначально и предпочел просторное помещение, однако сейчас другого выхода не видел – здание было разделено на несколько защитных контуров в соответствии с ростом ее эффективности, и в любом другом месте с «вуалью» пришлось бы столкнуться минимум дважды.

Путь через зал был намертво перекрыт – увернуться от такого количества дронов нереально, спрятаться негде, а переть напролом смерти подобно. В сухом остатке – обходной маневр с одной неизвестной. По-божески, короче. Поскольку пустая трата времени смысла не имела, я двинулся по новому маршруту и через пару минут без помех достиг подозрительного коридора. Толкнул очередную дверь, и она послушно утонула в стене, открыв… черт, я даже на мгновение лишился дара речи – накаркал с «Обителью зла», однозначно. Иначе как объяснить зеркальный тоннель? Стены, пол, потолок – везде отражались моя любопытная башка и часть торса. Целиком соваться в ловушку я постеснялся. Н-да. Не было печали… впрочем, при всем сходстве были и заметные отличия. Во-первых, зеркальные поверхности сразу показались мне тускловатыми и какими-то… мутными? Изображение несколько размытое и искаженное. И снизу – то есть пол и стены, примерно по колено – отделка, если присмотреться, довольно шероховатая, явно не стекло. Вполне вероятно, какой-то полиметаллический сплав. Хорошо обработанный, даже отполированный, но, что называется, без фанатизма. Как будто прошлись сначала грубым напильником, оставив бороздки и ямки, а потом аккуратно обработали ту же поверхность наждачной бумагой, сгладив верхушки неровностей. Значит, все-таки не лазеры… что не могло не радовать.

Лезть в коридор не хотелось, но к дронам возвращаться не хотелось еще сильнее. А идти надо… эх, была не была! Вдохнув поглубже, я решительно вошел в тоннель и рванул с места в карьер, набрав нешуточную скорость. Пробежать предстояло метров сорок – коридорчик шел параллельно пустому залу. А это при моей скорости – около четырех секунд. Уйма времени, чтобы сотворить с незваным гостем какую-нибудь пакость. Ну, например…

Додумать не успел – подстегнутая самовнушением интуиция завопила дурным голосом: опасность!!! Я резко затормозил, проехавшись на подошвах, и подпрыгнул, насколько смог, вверх, в крайней точке траектории раскинув ноги в стороны. Хорошо, что коридор относительно узкий – длины моих конечностей как раз хватило, чтобы упереться в стены и раскорячиться в поперечном шпагате, с трудом удерживая равновесие. Ч-черт, еще чуть пошире – навернулся бы… и хана. А так лишь съехал сантиметров на десять вниз – стены уж больно скользкие – и надежно зафиксировался. Спасибо армейским ботинкам с навороченными подошвами. Мои родные «туристы» не сдюжили бы. А что хана – сто процентов. Я наконец понял, что имели в виду Брахни, когда называли этот тип защитной системы «вуалью». Трехмерная мерцающая паутина из хорошо заметных по причине множественного преломления света силовых линий полностью покрыла пол до границы раздела на стенах. Если бы я сейчас шагал по тоннелю, то ноги мои по колено превратились бы в мелкий фарш. А потом и все тело – на обрубках далеко не убежишь. Хотя на вид паутинка невесомая и безобидная.

Только бы контур оказался стационарным! Если эта хрень начнет ползти вверх… все, кранты. Деваться некуда. Да и сейчас положение аховое – сколько времени я смогу проторчать вот так, враскоряку?! По правде говоря, довольно долго. Спасибо наставнику дяде Коле с его приверженностью к традиционным методам тренинга. В частности, он очень любил статические упражнения типа чжуангун – «столбовое стояние». Конечно, уровня шаолиньских монахов, способных простоять в стойке «всадник» до двух часов, при этом удерживая по человеку на каждом бедре, я не достиг, но полчаса для меня далеко не предел. Правда, без груза. Так что пока живем. А если клятая «вуаль» не отключится? И по какому принципу она вообще активируется?! Кто бы знал! В любом случае сейчас я мог только ждать.

И дождался: через десять мучительно длинных минут «паутинка» медленно растаяла, открыв взгляду блестящий пол. Похоже, в самом низу «сеточка» была настолько мелкая, что даже пыли после нее не осталось. Да и частота, которая в герцах, у нее не ниже, чем у аномалий. Не зря же она мерцала… Для верности переждав еще немного и удостоверившись, что повторно «вуаль» активироваться не собирается, я спрыгнул вниз, охнув от боли в затекших мышцах, ушел в кувырок и по выходе из него врубил спринтерскую скорость… чтобы еще метров через пятнадцать повторно провернуть трюк с уходом от ловушки вертикально вверх. Все ясно. Какие-то датчики в стенах торчат. Или в полу. На сей раз со шпагатом извращаться не стал – подпрыгнул и уперся в одну стену руками, а в другую – обеими ногами. Так получилось даже проще, хоть и соскользнул сантиметров на двадцать – у перчаток адгезионного покрытия не было. Сомневаюсь, что повторную экзекуцию мои бедра и икры выдержали бы. А тут получилось частично перераспределить нагрузку на верхние конечности. Тем не менее очередные десять минут я едва переждал – под конец уже только на морально-волевых держался. И едва «вуаль» растворилась, с огромным облегчением рухнул на пол, с низкого старта рванув к двери. Времени, чтобы утопить створку в стене и вывалиться в тамбур, хватило впритык – мне едва каблук не растворило. Хорошо, что последний отрезок дистанции оказался самым коротким, метров пять-шесть, не больше. И переборка не заблокирована, а то бы реально кранты.

В следующем помещении я забился в первую попавшуюся щель и притаился, постаравшись унять хриплое дыхание. Срочно нужно было отдохнуть хотя бы несколько минут, пока кровь по жилам не разбежится. И плевать на «циркулярки». Которых, к счастью, здесь и не оказалось.

Зато наличествовало кое-что не менее злокозненное, хоть и не такое глобальное – судя по еле заметному мерцанию воздуха, небольшая площадка в непосредственной близости от входа была отделена от остального пространства силовым полем. Отдышавшись, я вывел на забрало план этажа и скрипнул зубами – зал, служивший чем-то вроде хранилища опасных биоматериалов, дополнительных контуров безопасности не содержал, однако был оборудован системой отсечки локальных объемов. В проекции «запасник» походил на гипертрофированную шахматную доску, причем на «квадратиках», помимо цветовой градации, имелась еще и буквенно-цифровая маркировка. Предназначение этих значков выяснилось довольно скоро – в нормальное время «клетки» были отделены друг от друга прозрачными силовыми «стенами», но к каждой можно было проложить безопасный путь, пусть и не всегда прямой. Зная номера деактивированных ячеек, пройти к цели – не проблема. Сейчас же, когда система перешла в защитный режим, силовые поля начали «мерцать», то есть с высокой частотой включаться и выключаться. Пусть не сотни и не десятки герц, но мне хватило и этого – даже мерцание с периодичностью в секунду превращало банальную стенку в слайсер, способный нашинковать человека тонкими пластами. Причем на каждом участке время активации отличалось от соседних, что делало перемещение в пределах зала весьма проблематичным. Даже если бы у меня был исправный защитный генератор, это вряд ли помогло бы – наш девайс воздействовал на колонии нанов, образующих мобильный эмиттер. Здесь же они были стационарными и вполне осязаемо материальными – никаких ботов, грубый металл и кабели. Генератор, кстати, и на «циркулярки» не подействовал: или не хватило дальности, или дроны не так сильно зависели от нанов. Оставался один вариант – экспериментировать с каждой «стеной», выявляя периодичность включения-выключения, и проскакивать при деактивации поля. Муторно, долго и чрезвычайно опасно, но все же проще, чем возвращаться на исходную позицию через коридор с «вуалью». Да и способ действий я уже прикинул, для чего пришлось пожертвовать оплеткой рукоятки ножа, который я, естественно, подобрал.

Позволив себе роскошь поблаженствовать целых пять минут, я поднялся на ноги и приблизился к силовой стене. Кусок достаточно жесткой (чтобы держать форму) проволоки превратился в тонкий полуметровый щуп – длиннее сделать не получилось, гнулся под собственным весом. Но мне и этого для начала было достаточно. Остановившись у границы квадрата, осторожно провел импровизированным инструментом над эмиттером. Ничего не произошло. Вывод: поле отключено. О том же говорило и отсутствие характерного мерцания. Но на этот признак я опасался полагаться – здесь-то еще ничего, а вот в глубине зала силовых «стенок» столько, что на их фоне и не разглядишь, есть оно или нет. Даже контейнеры, до сих пор хранящие всяческую гадость, видны смутно.

Вернув щуп в исходную позицию, я принялся ждать. Через пару секунд кончик щупа в полсантиметра длиной отделился и шлепнулся на пол. Я же почувствовал легкое сопротивление – проволока уперлась в «стенку», выдавшую себя еще и искажением картинки. Через какое-то время визуальные эффекты исчезли, и щуп беспрепятственно проник в зону соседней «клетки». А затем лишился еще одного куска – на сей раз около пяти сантиметров. Удовлетворенно хмыкнув, я отшагнул подальше от опасного участка и занялся анализом информации, подключив вычислительные мощности шлема и КПК. Вуаля! Длительность активного состояния данной конкретной «стенки» – три целых шесть десятых секунды. Безопасный период аналогичен. За это время можно ползала пересечь, не то что один шаг сделать. Главное, чтобы периодичность не скакала. На всякий случай я еще дважды повторил опыт и, лишь убедившись в правильности расчетов, рискнул перебраться в соседний квадрат.

Дальше дело пошло веселей – эмиттерами служили лишь черные «клетки», и силовые поля появлялись по всему периметру одновременно. То есть вычислил периодичность для одной стороны – и готово. Считай, что пересек минимум две ограниченные зоны. И все равно потерял около часа. Про нервы молчу. В итоге, оказавшись на противоположном краю «запасника», я в буквальном смысле обливался потом, а сердце почти выпрыгивало из груди. Адреналин зашкаливал, мышцы дрожали от напряжения, а в голове билась единственная мысль: «Дошел! М-мать, я это сделал!!!»

Конечно, до центра управления еще шагать и шагать, но все, что мне угрожает, – игра в кошки-мышки с «циркулярками». Плюс таинственная красная линия. Плевое дело, вот только отдышусь немного…

Колония Пандора, Объект-357, 11 сентября 2135 года, тогда же

Первая мысль, посетившая меня по достижении «тонкой красной линии», звучала предельно просто: «Приплыл!» Создатели Объекта таким образом обозначили тройной защитный контур, замкнутый со всех сторон, включая верх и низ. Два слоя композитной брони, а между ними – силовое поле неизвестной мощности. Как я это узнал? Элементарно: кто-то из сгинувших Предтеч с неизвестной целью повесил на стенку схему со сносками, которые имаджиновский девайс худо-бедно расшифровал. Единственное слабое место – эмиттер, выполненный в виде каркаса восьмиугольника. Но мне от этого не легче, я и один слой брони пробить не в состоянии. Ножиком ковырять – затея бесперспективная, а попытка подключиться к системе управления с моим уровнем доступа – напрасная трата времени, которое и так утекает сквозь пальцы. Мне-то здесь и сейчас ничего не грозит, но вот Мак… Кстати, как он там? Судя по картинке с камеры слежения, без изменений. Либо до сих пор в отключке, либо сообразил не подавать признаков жизни, чтобы «циркулярку» не вводить в искушение.

Скорее от безысходности, нежели в надежде на успех, я попытался ломануть систему, но… окончилось все довольно быстро и с предсказуемым результатом. То ли программа-переводчик глюканула, то ли таким затейливым способом подобрать пароль на языке Брахни – изначально дохлый номер, но ничего не вышло. Эх, сюда бы Фила! Он бы с железякой договорился…

Кстати, чем не мысль? В долине у нас связи не было, но почему бы не попробовать здесь? К системе наблюдения я подключен, может, и передатчик местный активировать удастся? Ага, как же! Через полчаса неудачных попыток я убедился, что и в этом направлении потерпел фиаско. Время, Дэн, время! Не факт, что меня и дальше беспокоить не будут. Опять же – сколько осталось до активизации проглоченных нанов? Пока они не дают о себе знать, но как разрастутся до полноценной колонии, так мне и конец. Полчаса тут, час там… а ведь уже время к полудню, получается. Так что поторапливайся, Дениска, если не хочешь тут загнуться.

Преграду обойти не получится, сто процентов. Замкнутый объем, как в запаснике с биологической гадостью. Поля не мерцают, но от этого не легче. Плюс вполне материальная броня. Система управления для меня неуязвима. Помощь извне не подключить. Что остается? Постучать в дверь, дескать, откройте? Хм… А почему нет? Вот что значит профессиональная деформация! Воспользоваться самым очевидным способом мне как-то не приходило в голову. Впрочем, ровно до тех пор, пока не оказались исчерпаны другие возможности.

Про «постучаться в дверь» я фигурально выразился. Идея в том, чтобы привлечь внимание обитателя защищенной территории и попросить его обеспечить свободный проход. Для него это не должно составить большой проблемы. Осталось только придумать, как этот план осуществить на практике. Но это уже вполне разрешимая задача. Например, можно послать запрос на активный терминал. У меня даже схема соответствующая есть, а к системе внутренней связи доступ полагается автоматический. Ну-ка, посмотрим… Ага, нечто вроде тривиальной аськи. Абонент не зарегистрирован, ник присвоен по умолчанию, в вольном переводе на русский – «Терминал_03». А у меня какой? «Терминал_46». Если предположить, что нумерация идет по возрастающей в соответствии с убыванием прав доступа, то не удивительно, что я со своей рабочей станции из пятого десятка ничего сделать не могу. Пожалуй, тут бы и мистер Нэш спасовал.

Вооружившись планшетником от «Imagine», я вывел на экран диалоговое окно и крепко задумался. Что написать-то? «Милостивый государь Арти, не соблаговолите ли впустить нерадивого братца своего?» Слишком пафосно, не оценит. «Артур, открой дверь»? Краткость, конечно, сестра таланта, но не в нашем случае. «Это я, открывай»? Кто «я» и на фига «открывай»? Ищи дураков в другом месте. Ладно, попробую вот так: «Приветствую, мистер О’Мэлли». Коротко, вежливо и достаточно загадочно – сдается мне, кузен до сих пор уверен, что сохранил инкогнито. А может, ему просто все равно. Это даже вероятнее, в его стиле. Увлекся работой и плюет на всё и вся – пусть весь мир подождет, ага. Вариант, что Артур сидит в какой-нибудь щели и воет от страха, я даже теоретически не рассматривал.

Зато насчет «пусть весь мир подождет», похоже, оказался прав. На текстовое сообщение братец не отреагировал. Или от терминала отошел, или на командную строку внизу дисплея внимания не обращает. Мигает там что-то, да и ладно. Вряд ли он работает напрямую с компьютером Предтеч, скорее, таким же имаджиновским девайсом пользуется. Так что писать еще что-то – бесполезно, все равно быстрее и ярче оповещение мигать не станет. Придется лезть в настройки.

Как я и предполагал, после соответствующей команды гаджет обнаружил в сети Брахни возможности, аналогичные голосовой связи, и сумел подключить соответствующую функцию аськи. Так что даже заморачиваться не пришлось – активировал микрофон в шлеме, законнектил с планшетником и гаркнул по-русски:

– Арти! Ты совсем офигел?!

На этот раз реакция последовала, причем незамедлительно:

– Кто здесь?!

– Как это «кто»?! Открывай, сова, медведь пришел! – ответил я избитой шуткой. В детстве, помнится, мы частенько общались цитатами из старого доброго мультика про Винни-Пуха, да и в отрочестве традиции не изменяли. – Или тебе показать, как «входит и выходит»?!

– Денис?..

Слабенькая аудиосистема шлема не позволила оценить всех голосовых оттенков, но нешуточное удивление я различил уверенно. Я бы даже сказал, что дорогой братец… ошарашен известием. Да, именно так. Похоже, он ожидал встретить здесь кого угодно, только не собственного кузена.

– Ты что здесь делаешь?

Вот, значит, как. Быстро оправился. То, что я вообще на объект пробрался, его не смутило. Зато причина моего появления интересует весьма.

– Да так, мимо проходил…

– Ну и проходи дальше.

Ого! Металл в голосе прорезался. Значит, может окончательно послать, с него станется. И кукуй потом. Ч-черт, похоже, я сильнее братца в контакте заинтересован, так что придется прогнуться.

– Арти, не кипятись! Давай поговорим.

– Смысл?

Так и вижу, как он стоит, скрестив на груди руки и поджав губы. Если бы сидел, еще бы и ногу на ногу закинул. Тренер дядя Коля в свое время пояснил, что это типичная защитная реакция не уверенного в собственных силах человека. Но с Артуром он просчитался – просто это его излюбленная поза. И в ней он может выразить всю гамму чувств, от приветливости до брезгливости включительно. Сейчас, похоже, ему действительно плевать, будем мы общаться или нет.

– Брат, мы сто лет с тобой не виделись. Какой еще тебе смысл нужен? – попытался я наладить контакт.

– Знаешь, Дениска, если бы не место и время встречи, я бы, пожалуй, с тобой согласился, – хмыкнул кузен.

Ч-черт, плохо, что нет доступа к камерам наблюдения. Одного голоса маловато, неплохо бы общую картину оценить. Хрен поймешь, иронизирует он или действительно решил послать меня далеко и надолго.

– А что не так?

– Всё! – отрезал Арти. – Ты где сейчас должен быть? Правильно, на стажировке. Внимание, вопрос: почему ты здесь, на заброшенной тренировочной базе Предтеч?

– Ты сам на него и ответил, – пожал я плечами, – я на стажировке.

– Хм…

– Плюс совмещаю приятное с полезным. – Когда не знаешь, что наврать, говори правду. Бывает, что и помогает, но редко. – Мы с командой работаем над проблемой аномалий тут неподалеку. Заодно меня попросили поучаствовать в спасательной миссии. Фамилия Кирхгофф тебе о чем-то говорит?

– Хватились, значит… – буркнул кузен. – Это логично. Но ты тут каким боком?!

– Я все объясню, только впусти. Стремно тут, «циркулярки» летают…

– Кто-кто?!

– Это несущественные детали, дорогой брат. Впустишь или мне здесь подыхать?

– Сейчас.

Вуаля! Второй после властолюбия недостаток дорогого Арти – болезненное любопытство. А если оно еще и на родственные чувства, пусть и извращенные, помножено, то результат предсказуем. Что меня в данный момент весьма радовало.

– Ты меня на схеме видишь? – на всякий случай уточнил я. – Или сказать, у какой я двери?

Братец меня самым возмутительным образом проигнорировал, но через несколько секунд броневой лист прямо передо мной плавно уехал в сторону, открыв такой же, только короткий, коридор. Я с опаской покосился на пол и стены, но ничего подозрительного не высмотрел и решил довериться родственничку. Все равно поделать ничего не могу, разве что сидеть и дожидаться активизации нанов. Посему я решительно шагнул в тоннель и даже глазом не моргнул, когда переборка за спиной скользнула на место. Шлюз – он и есть шлюз, пусть его и построили много лет назад инопланетяне.

Достигнув внутренней двери, я подставил забрало шлема под сканирующий луч, вырвавшийся прямо из металлической поверхности – хорошо излучатель замаскировали, шельмы! – и шагнул в следующее помещение. Все как на схеме – еще один октагон, только раза в три меньше защищенной зоны. По обстановке определить назначение зала не получилось: нескончаемый ряд пуфиков вдоль стен, в центре – возвышение, повторяющее общей формой зал с чем-то напоминающим выложенный из небольших бетонных блоков трон. Ни экранов, ни прочего оборудования. Повсюду чистота и порядок.

– Разочарован, братец?

Оглянувшись на голос, я узрел родственника воочию. Тот не стал занимать «трон», а довольствовался незаметным пуфиком неподалеку от входа, через который я и проник в зал. Похоже, ждал гостя. И насчет позы я не ошибся – стоит на пуфике, скрестив руки на груди, и сверлит меня брезгливым взглядом. Далековато, правда, но я своего кузена знаю достаточно хорошо, чтобы предсказать реакцию.

– Признаться, надеялся на что-то более весомое, – в тон ему отозвался я. – Как-то голо тут. Непонятно, что защищать, тем более тройным контуром.

– Это ты от незнания, – хмыкнул Артур, – по привычке несешься впереди паровоза.

– Не спорю. Смею надеяться, ты не откажешься просветить братца?

– Только после того, как он объяснит наконец, что ему надо!!!

– Все такой же вспыльчивый, – ухмыльнулся я, устроившись на ближайшем к кузену пуфике. – Давно не виделись, а ты ничуть не изменился.

Впрочем, тут я приврал. Судя по припухлостям на лице, дорогой Арти не стал использовать дешевый театральный грим, а пошел по более сложному, но и более надежному пути – привлек специалистов-медиков и они подправили ему физиономию направленными инъекциями силиконоподобных веществ. Подробностями я никогда не интересовался, но знал, что с их помощью можно творить чудеса. Правда, ненадолго и с последствиями – примерно через неделю химия начинала распадаться на нетоксичные компоненты, выходящие из организма естественным путем, в том числе и через поры кожи. В качестве бесплатного бонуса прилагались отеки и аллергическая реакция. Но тут Арти повезло – опух только слегонца.

Второе бросающееся в глаза отличие Арти-сегодняшнего – короткая стрижка. Раньше он предпочитал носить длинные волосы, закрывающие уши, а сейчас удовольствовался армейским ежиком. Почти как у меня, только без косицы, обзываемой капитаном Ивановым «крысиный хвост».

Облачен он был не в неизменный черный костюм со стоячим воротничком и лакированные туфли и даже не в лабораторный комбинезон, а в нечто полувоенное: темные тактические брюки навыпуск, навороченные ботинки с системой фиксации голеностопа и нескользящей подошвой да свитер с тканевыми вставками на локтях и плечах. Дополняли наряд пластиковые наколенники и набедренная кобура, из которой торчала рукоять современной версии знаменитого «файв-севен» – насквозь композитного и под безгильзовый патрон. На руках перчатки с обрезанными пальцами – у меня фишку тиснул. Что и говорить, стоящий передо мной индивидуум внешне мало напоминал старого недоброго Арти. Однако тренер дядя Коля всегда учил меня видеть суть, а не оболочку.

– А говоришь – не изменился. Челюсть подбери.

– Имидж сменил кардинально, не спорю, – кивнул я. – Брутальный самец, и все дела… Девчонкам должно понравиться.

– У меня и раньше с этим проблем не было, – усмехнулся кузен, – в отличие от некоторых.

– Все так же слепо следуешь заветам «святого» Стифлера?

– Почему бы и нет? Хотя в последнее время не до развлечений. Дела навалились, знаешь ли… вот, пытаюсь разгрести.

– Неплохо получается.

– Вот тут даже спорить не буду.

– А зря. – Я уселся поудобнее, привалившись спиной к стене – спинок у пуфиков не предусмотрено конструкцией, а расслабиться не мешало. – Ох, хорошо! Набегался.

– Кстати, напомнил… ты как охранную зону прошел?

– С трудом… Все мышцы болят, даже те, о которых не подозревал.

– Живой – и ладно, – закруглился братец. – Ты не ответил, что тебе надо.

– Явно не то же самое, что тебе.

– Дэн! Не беси меня.

– А то что?.. Ладно, ладно! Меня послали на разведку. Разузнать, что стряслось с экспедицией Фреда Кирхгоффа. И по возможности помочь пострадавшим.

– Кто послал?

– Честно? Твой отец попросил моего, а тот – меня.

– Что ты мне мозги компостируешь?! Как мой старик мог узнать?!

– А ты что, шифровался? – довольно натурально удивился я.

Не дело все карты сразу раскрывать. Пусть понервничает: глядишь, и сболтнет лишнее.

– Не твое дело.

– Как раз мое. Я из-за тебя башкой рисковал. Потерял троих людей, четвертый в тяжелом состоянии; я не уверен, что выкарабкается. Плюс моральный ущерб. Косячок за тобой, братец.

– Да пошел ты! Нехрен лезть, куда не зовут!

– Кстати, а где твои люди?

Лицо Арти пошло красными пятнами, уголки губ дернулись, но он нашел в себе силы сдержаться и ответил почти спокойно:

– Все кончились.

– Не поделишься подробностями?

– Только после тебя.

– Легко. Первый мой товарищ погиб, когда разбился катер…

Я быстро поведал о своих злоключениях, но на Артура они впечатления не произвели. Видимо, сам он от «циркулярок» не бегал, да и от аномалий тоже, а чужие страдания его никогда не волновали. Тем более что я цел и относительно невредим, значит, и переживать нечего.

– С этим понятно, – задумчиво хмыкнул он, дослушав, – а чего вас вообще на Пандору понесло?

– Наводку дали на Бирже. Мы Оружейники, неприятности – наша работа.

– То есть реально поперлись разбираться с аномалиями?

– Ну да.

– Хм… это радует.

– Что тебя радует? Аномалии? А ты в курсе, что на планете творится?

– А что тут творится?

– Доступ к Ноосфере есть?

Артур недоуменно кивнул.

– Фигли киваешь, врубай любой новостной канал.

Братец глянул на меня как на сумасшедшего, потом пожал плечами и повернулся к стене. Та просветлела, обрела глубину, и через пару мгновений на ней сформировалась трехмерная картинка – главная страница местного поискового сервера. Возле ближайшего пуфика из пола выскочили две телескопические стойки, развернулись в подобие Т-образных антенн со скошенными перекладинами, и между ними сформировалась уменьшенная голографическая копия дисплея.

Я готов был поспорить, что Арти и пальцем не пошевелил, чтобы активировать это добро, да и пультов или сенсорных панелей поблизости не видно. Но факт оставался фактом. Помнится, Грег упоминал псионические способности почивших Брахни… но Арти же человек.

– Вот тебе и первый сюрприз, дорогой братец! – улыбнулся прочитавший мои мысли кузен. – Здесь абсолютно все поверхности могут выполнять функции интерфейса. Любой кусок стены, пола или потолка. Мебель, кстати, тоже. Только доступ нужно иметь и кое-какие специфические способности. Правда, не всегда удобно по стене пальцами елозить, но тут есть и специализированные рабочие места. Вот это, например.

Он с некоторым трудом уселся на пуфик – Предтечи Брахни обладали более скромными габаритами, нежели раса хомо сапиенс, так что коленки Арти практически упирались в дисплей, но с этим неудобством пришлось смириться. Я хотел подойти поближе, но настенный экран дублировал компактного собрата, так что смысла менять позицию не было. Да и смотреть пока особо не на что: Артур ткнул в поисковую строку, пробежался пальцами по вывалившейся вставке со стандартной qwerty-клавиатурой и нажал «Enter». Хороший все-таки софт выпускают ребята из «Imagine»! Подключил девайс к любой сети, подождал чуток и наслаждайся привычным интерфейсом. Активировав верхнюю ссылку в результатах, Арти вывел на экран правительственный новостной сайт и погрузился в чтение. Процесс растянулся минут на двадцать, и я потратил это время на вдумчивое исследование зала. Против ожидания, ничего интересного не нашел, разве что черную куртку в стиле милитари. Та лежала неподалеку от рабочего места кузена и подозрительно бугрилась, как будто братец что-то прикрыл одежкой.

А вообще старина Арти тот еще пижон. Такое ощущение, что долго и со вкусом подбирал себе шмотки перед важным полевым выходом. Чтобы, не дай бог, не спутали с работягами, облаченными в корпоративные комбезы. Хотя тут он сам себя перехитрил – стандартное снаряжение хорошо именно тем, что рассчитано на все случаи жизни, в том числе и неблагоприятные. Взять хотя бы мой костюмчик – у меня есть напичканный полезной электроникой шлем, защищающий голову от ударов. И способный, буде возникнет необходимость, спасти от распыленной в воздухе гадости. Но не от всякой: пыль, оставшаяся после аномалий (а вместе с ней и наны) спокойно прошла через фильтры – видимо, частицы слишком мелкие.

Больше в зале, если не считать предметов интерьера, ничего не было. И никого, кроме нас двоих. Равно как и демаскирующих признаков типа кровавых ошметков или бурых брызг. Получается, Арти сюда один пришел, даже телохранителя не допустил? Значит, что-то важное искал, раз от свидетелей избавился. Ч-черт, неужели правда взял и всех порешил? Не, бред… Зная кузена, полагаю, что он отослал их заниматься делами, а сам заныкался в командном центре. Поэтому и спасся.

– Занятно, – хмыкнул Артур, оторвавшись от монитора.

– И все?!

– А что еще? – вздернул бровь братец. – Аномалии разгулялись. Бывает. Правда, когда мы сюда прибыли, не было такой массовости.

– И тебя ничего не смущает?

– А должно?

– А как ты объяснишь небывалый всплеск активности, по времени в точности совпадающий с вашим проникновением на Объект-357? – вопросом на вопрос ответил я. – И подозрительно спокойную область на сотню километров вокруг?

– Вот с этим промашка вышла, – согласился Артур. – Я на противоположный эффект надеялся.

– То есть ты признаёшь, что это твоих рук дело?

– Ну да. Хотел обезопасить базу от внешнего вторжения. Впрочем, цели я так и так достиг.

Вот урод! Похоже, я крупно ошибся в братце. При всем его цинизме и человеконенавистничестве тот Арти, которого я знал раньше, таким спокойным бы не остался. Особенно когда узнал, что из-за его самодеятельности полконтинента под удар попало. А цифры потерь его бы просто ошеломили. Но сейчас… такое впечатление, что он эмоции напрочь отключил. Хотя нет же: на меня он реагировал вполне предсказуемо. Да что тут творится-то?!

– И, похоже, тебе можно верить, дорогой братец! – пришел к заключению кузен. – С проблемой хоть справились?

– А?.. Да, разработали генератор электромагнитного поля, который колонии нанов нейтрализует. Разрушаем эмиттер, и поле пропадает. Но пока только опытные образцы собрали, для индивидуальной защиты.

– Правда, что ли? – скорчил задумчивую рожу братец, что с учетом аллергической реакции выглядело несколько… жутковато. – И у тебя есть такой?

Чего он насторожился? Где мы и где наны… Недалеко вообще-то – в моем собственном горячо любимом организме. И в прошлый раз меня от этой гадости избавляли аналогичным способом – воздействуя электромагнитным излучением. Но Артуру-то к чему?..

– Есть… – нехотя признался я. – Только сломанный. Времени не было починить. А сейчас уже и без надобности.

– Тут ты прав… Вот эти хреновины на разгрузке?

– Да.

– Сочувствую.

Вообще-то я не совсем искренен – есть еще один в пределах досягаемости. У Мака. Только до напарника еще добраться надо, а для этого придется вырубить систему безопасности. Желания повторно поиграть в кошки-мышки с местными дронами у меня не было. И вот тут основная закавыка: я понятия не имею, как отключить всю эту машинерию. В зале я не нашел ни одного привычного терминала, как в той технологической нише. Видимо, тут все с дистанционным управлением, то бишь придется привлекать Арти. Но что-то мне подсказывало, что он к этой идее отнесется без энтузиазма.

Пробежавшись взглядом по очередной новостной сводке, Артур вырубил терминал (я про себя разочарованно ругнулся – предусмотрительный, козел!), повернулся ко мне и принял излюбленное положение – руки скрещены на груди, нога на ногу, и кривоватая ухмылка на всю рожу.

– Ну что, Дениска, теперь можно и поговорить!

Ага. Выяснил, что хотел. И, самое главное, полностью удостоверился, что все преимущества на его стороне. Допустим. Но опускать руки не время.

– По поводу?.. – поинтересовался я, устроившись на соседнем пуфике и отзеркалив его позу.

По опыту знаю, что такое поведение его несколько… расстраивает. Хотя будем называть вещи своими именами – бесит его это, самым натуральным образом. Однако братец ни единым жестом не выразил недовольства, только улыбнулся еще шире. Взгляд его остался предельно холодным, и я окончательно убедился, что с кузеном что-то не так. Обычно со мной он не считал нужным скрывать эмоции, за что мы друг друга и ценили. Вот такая она, заклятая дружба.

– По поводу того, что мне с тобой делать, дорогой братец, – хмыкнул Арти. – Не чужой же человек. Жалко от тебя избавляться. Опять же – что я матери скажу? А тетушке Мари? И они не отстанут, раз отец с дядькой в курсе. Остается одно – взять тебя в долю.

– Значит, ты сюда с какой-то определенной целью полез? – уточнил я.

– А ты сомневался? Денис, вот на фига ты меня оскорбляешь? Хотя тут ты скорее самого себя выставляешь не в самом выгодном свете…

– Раньше ты бы просто обозвал меня дебилом.

– Времена меняются. Мы соответственно тоже. Так тебе интересно, зачем я здесь?

– Очень. Так интересно, что даже спать не могу.

– Не ерничай. Я серьезно спрашиваю.

– Ладно, я весь внимание.

– Я пришел за Информаторием.

Тушите свет. А я-то, наивный, считал кузена вменяемым (временами) товарищем. А он на такую туфту повелся! Если бы хоть кто-то в Колониальном союзе догадался составить хит-парад мифических сокровищ Предтеч, то легендарная база данных Бродяг, или, как ее еще называют, Информаторий, заняла бы в нем почетную верхнюю строчку. Ее ищут если не с момента выхода человека в Большой Космос, то со времен Третьей волны – точно. Малая часть этой базы досталась ОбОН – Обществу Освоения Наследия – и благодаря содержащейся в ней информации да кораблю Бродяг, объявившемуся около Земли в 2035-м, стала возможной экспансия хомо за пределы Солнечной системы. В полной же базе содержались, если верить сплетникам, разгадки всех мало-мальски крупных загадок Вселенной, в том числе и причины заката окрестных цивилизаций, кроме человеческой.

– Удивил? – правильно истолковал мою заминку братец.

– Еще как! Но к черту подробности, расскажи-ка лучше, как ты сюда пробрался. И как заставил здесь все заработать.

– Тебе и впрямь интересно? Интересней, чем?..

– Не проникся масштабом, – поспешно отмазался я. – Давай пока о более приземленных вещах побеседуем.

– Как знаешь, – дернул плечом Артур. – Впрочем, мне так тоже проще будет… Начну издалека. Проникли мы на Объект-357 без проблем: тут все было деактивировано, самые обычные Руины. И долина выглядела иначе – тут и деревья были, и скалы…

– Это я уже понял. Спутниковые фотки видел.

– Не перебивай. Так вот, тут трудностей не возникло – прилетели, высадились у стены и начали обследовать периметр. Вариантов проникновения было несколько, но проще всего оказалось взломать приемный шлюз грузопассажирского терминала. Мы просто взорвали переборку.

– Мы так и подумали.

– Не суть, короче. Пробрались внутрь и начали действовать по стандартному алгоритму – несколькими поисковыми звеньями обшарили помещения и вскоре нашли рабочие терминалы. Система энергоснабжения действовала, хоть оборудование и пребывало в спящем режиме, так что подключились без труда. Я сразу в командный центр направился, правда, поначалу ничего у нас не вышло – сам видишь, пусто.

Я задумчиво кивнул, чтобы поддержать рассказчика. По себе знаю, как трудно со стеной разговаривать. А когда собеседник хотя бы изредка подает признаки жизни и храпит не очень громко, то это совсем другой коленкор.

– Так вот, дело с мертвой точки сдвинулось, когда Джеймс – толковый был паренек – нашел кое-какие инструкции, так сказать, для служебного пользования. Перевести их мы сумели более-менее адекватно, так что потом стало проще. Всего-то и нужно было – активировать систему жизнеобеспечения. Но тут возникла закавыка – у Брахни все самые важные системы управлялись дистанционно посредством пси-интерфейсов.

– Да, я что-то такое слышал. Уникальная была раса – больше девяноста процентов – псионы.

– Нормальных псионов – естественных, скажем так, – у них было не больше, чем в любой другой расе, помимо энергетических форм жизни, – пояснил братец. – Другое дело, что чрезвычайно слабыми, по их меркам, пси-зачатками обладали практически все Брахни. И они нашли способ усилить эти способности у любого индивидуума, за редчайшим исключением.

– И где я не прав?

– Ладно, не придирайся к словам. Так вот, они нашли способ…

– И?.. – прервал я многозначительную паузу.

Вместо ответа Арти встал с пуфика, подошел к валявшейся на полу куртке и откинул ее в сторону.

Первое, что бросилось в глаза, – респиратор с герметичной маской. Выходит, братец не настолько беспечен, чтобы не озаботиться элементарными средствами защиты. Но это ожидаемо. Второе – стандартный походный кофр, втрое больше моего дэй-пака. Понятно теперь, как он пятые сутки тут держится. Не святым духом питается, концентратами затарился. Потому и вопрос с отправлением естественных надобностей не стоит. А рядом что такое?.. Похоже на стандартную обойму для мензурок, с поправкой на любовь Брахни к прямоугольным формам. И одна из емкостей, открытая, валялась рядом. Что за гадость в них хранится? Вот будет смешно, если…

– Это колонии специализированных нанов, – подтвердил мою догадку Арти. – Взяли в местном хранилище всякой биологической гадости. И на человеческий организм, как выяснилось, они влияют весьма плодотворно.

– Ты что, выпил это?.. – поразился я.

Охренеть! Расчетливый циник Артур О’Мэлли не просто ввязался в сверхсомнительную авантюру, он еще и настолько уверен в своей правоте, что не побоялся воспользоваться непроверенной инопланетной технологией, чтобы достичь цели… Или он окончательно спятил, или здесь и впрямь есть ошеломительный по ценности приз. Теперь понятно, чего он так напрягся, когда про защитный генератор услышал. Боялся, что я ботов в его организме случайно или намеренно повредить сумею… О, а чем не идея? У Мака-то генератор функционирует, значит, должен нанов подавлять… Ладно, потом проверим.

– Успокойся, братец, я в полном порядке. И более того: обзавелся доступом к системе управления.

– Выпил раствор с нанами и получил способность мысленно управлять объектом?

– Почти. Но есть нюанс. Смотри.

Арти нагнулся к мензуркам, сковырнул что-то с торца обоймы и подошел ко мне.

– Вытяни руку.

Чуть поколебавшись, я протянул кузену раскрытую ладонь. Тот что-то бросил в нее и снова осклабился.

– Эта штука – типа электронного ключа. Обеспечивает синхронизацию местного пси-интерфейса с мозговым излучением оператора. Наны нужны для усиления сигнала и чтобы ключ распознал носителя и определил уровень доступа. У меня самый низкий, но, с учетом отсутствия других уполномоченных, его хватает, чтобы контролировать инфраструктуру объекта.

Я скользнул уважительным взглядом по плоскому кругляшу размером со стандартную фишку из казино – в свое время повидал их достаточно, папенька частенько разбрасывал по дому после «выходов в свет». Так эти мероприятия называла маман.

– А как ею пользоваться?

– Прикладываешь к виску и ждешь. Если законнектится, то как бы расплавится и растечется по коже. Вот, смотри.

Артур склонил голову, и я разглядел на правом виске тусклую, с металлическим отливом, паутинку.

– Но у тебя так не получится, нужно сначала организм подправить.

– Нет уж, воздержусь.

– Как знаешь, – потерял интерес к вопросу кузен. – Тогда я продолжу.

Требовать кругляш назад братец не стал, я, соответственно, тоже на этом внимания не заострял и, улучив момент, сунул добычу под манжет левого рукава, под браслет инфора. Вроде нормально, вывалиться не должен. Еще бы образец нанов раздобыть – вообще будет шикарно. Пить эту гадость я однозначно не стану, но позже может пригодиться. Это же какие перспективы – превращать ординарных людей в псионов! Да Корпорации за эту возможность никаких деньжищ не пожалеют! Впрочем, и широкого распространения не допустят. Но это уже детали.

– А дальше что было? – вернул я беседу в конструктивное русло.

– Ничего особенного… – зевнул Артур. – Почти полдня разбирались, что тут и как. Потом я заставил систему работать.

– И начались неприятности.

– Ну я бы так не сказал… неожиданности, не более того. Я вообще-то не собирался ничего такого активировать, просто хотел отгородиться от внешнего мира. На всякий случай, чтобы гости незваные не явились. Были тут у меня, как ты обычно говоришь, тёрки с местными чинушами. Хотели долю. А знаешь, что в их понимании доля?

Я мотнул головой. Честно говоря, реально не интересовался этим вопросом. У нас за это Грег отвечал.

– В их понимании доля – это вся материальная добыча. Законодательство здесь, видите ли, такое. А мне можно будет потом накатать статейку со ссылкой на обнаруженные артефакты. Для пущей рекламы распрекрасной Колонии Пандора.

– И в чем проблема? Ты же сам говорил, что за информацией пришел.

– Одно другому не мешает. Надо же мне было что-то отцу предъявить.

– Так он все-таки в курсе?!

– Теперь да. Ты же меня сдал. А до того я все провернул тайно. Просто хотел по возвращении, так сказать, откупиться. Чтобы не копал глубоко. А то если он возьмется, взвоешь.

Это да, дядя Петя – такой. Впрочем, мой папенька тоже недалеко ушел.

– Ну так вот… я долго мучил здешний центральный вычислитель, но все-таки нашел способ. Система активной обороны. Брахни последнее десятилетие перед закатом цивилизации усиленно готовились к войне с каким-то таинственным врагом. Я так и не понял, с каким конкретно. Судя по косвенным данным, они умудрились открыть портал в параллельную вселенную…

– Гонишь!

– За что купил, за то и продаю! – возмутился кузен. – Хотя, может, и не совсем адекватный перевод. Короче, это какие-то полуэнергетические сущности…

– Так не бывает.

– У нас не бывает, а у них – очень даже. В общем, они могли свободно перемещаться из материального плана в энергетический. Поэтому традиционные методы воздействия типа плазмы, лазеров и пуль им были не страшны. И тогда Брахни разработали малоэффективные с точки зрения энергозатрат, но вполне боеспособные системы, основанные на силовых полях. Они могли разрушать энергетическую структуру врагов, ну а насчет материальной оболочки ты и сам в курсе.

Это да. Насмотрелся.

– Короче, я активировал систему. Несколько минут ничего не происходило, видимо, вычислитель анализировал обстановку, а потом за какую-то четверть часа дроны и всякие ловушки выкосили моих людей. Я остался цел лишь благодаря вот этому, – постучал себя пальцем по виску Артур.

– А отключить не пытался?

– Пытался. Только еще хуже сделал – говорю же, перевод не совсем адекватный был. Вот и подключил не тот модуль. И стало совсем плохо – блуждающие поля перепахали округу, перемолотив заодно и оставшийся мой персонал со всем транспортом и снаряжением.

– Когда это случилось?

– Шестого числа, ближе к ночи.

– Все сходится. Поздравляю тебя, кузен, ты балбес.

Арти раздраженно дернул щекой, но промолчал.

Странно. Тот, прежний братец не преминул бы хоть как-нибудь оправдаться, хотя бы из принципа. А теперешнему – хоть бы хны.

– Я как раз был на планете, искал следы аномалий. И мы с напарником и одним местным жителем отправились в Руины рядом с Вилсонс-Хоуп. Знаешь, где это? Ну и ладно, не суть. Мы видели на небе странную иллюминацию типа полярного сияния, но геометрически правильную и несущую смысловую нагрузку. Правда, фермер говорил, что уже с месяц такая байда, только не столь масштабная. Явление наблюдалось практически у всех развалин Предтеч в пределах половины континента, я потом проверил. И аномалии как с цепи сорвались. Будто им передали приказ на атаку из общего центра управления. Похоже, дорогой братец, ты активировал планетарную систему обороны, включая местный аналог ПВО.

– Я уже понял, – угрюмо кивнул тот.

Проняло? Хм…

– Давай тогда думать, как эту хрень отключить.

– Некогда.

– Прости?..

– Дэн, я, по-моему, предельно ясно выразился: я занят. На болтовню с тобой уже сколько времени угробил. Цени.

– И чем же таким важным ты занят?

Того Арти, которого я знал, известие о многочисленных жертвах вернуло бы с небес на землю. Еще один мрачный фактик в копилку. Когда он успел так измениться? Полгода назад, когда мы последний раз виделись на семейном сборище, он выглядел, да и вел себя как обычно. А тут прямо циничный ученый с холодным разумом, для которого значение имеет лишь результат, а не его цена. Экспедицию похерил, катаклизм планетарного масштаба вызвал и при этом как ни в чем не бывало продолжает что-то искать на алиеновском объекте. Я, конечно, далек от мысли, что телом моего родственничка завладел внезапно оживший чужак или, например, компьютер подчинил – оставим такие пошлости второсортным фантастическим триллерам, – но все больше и больше сомневался в адекватности кузена.

– Денис, ты идиот?! Впервые за несколько десятков лет появился реальный след Информатория! Что может быть важнее?!

– Человеческие жизни.

– Насмешил, ей-богу! Людей миллиарды, всех жалеть надорвешься.

– А как же слезинка ребенка и все сокровища мира?

– Да ты бредишь, братец! Или издеваешься?

Артур угрожающе прищурился, что с учетом опухлости и покраснения физиономии выглядело жутковато. Мне даже на мгновение почудилось, что я разговариваю с восставшим из могилы тысячелетним монстром, каким-нибудь графом Дракулой, к примеру. Потом братец криво ухмыльнулся, и наваждение рассеялось.

– Все-таки издеваешься, – пришел он к понятному для себя выводу. – Помог бы лучше.

– Чем? Ты тут уже пятые сутки роешься, и без результата.

– Слишком большое хранилище, – развел руками Арти. – Я не виноват. И один не справляюсь.

– Поисковиком не пробовал воспользоваться?

– Не прокатило. Языка Брахни я не знаю, а переводчик, видимо, белиберду выдает. Местный комп не понимает, чего я от него добиваюсь. Приходится просматривать заголовки файлов через менеджер, а их тут миллиарды. Пока что проверил примерно пятую часть.

– Силен! Глаза не устали?

– Да я не буквально их просматриваю, выделяю целую директорию, прогоняю через переводчик и ищу по ключевым словам.

– Проблематично таким методом что-то конкретное найти, – согласился я. – Если только не знать, что ищешь. Что забиваешь-то?

– Стандартный набор: самоназвания пары десятков редких рас. Причем фильтр настроил на комплексное упоминание минимум трех.

– Сомнительный способ. Вот ты бы файлы так озаглавливал? Тем более в базе данных? Там, скорее, буквенно-цифровые коды, и все. Надо по всему тексту поиск задавать.

– Нереально. У имаджиновской софтины мозгов не хватит на перевод таких массивов информации. Я пока ищу только в тех папках, где у файлов нормальные заголовки.

– И упускаешь массу возможностей. Знаешь, дорогой Арти, при всех твоих несомненных достоинствах ты все-таки весьма ограниченный человек, – ухмыльнулся я. Полюбовался недовольной рожей родственничка и пояснил: – Не твоя вина. Просто ты привык работать по определенному алгоритму, с использованием стандартных методик, как любой нормальный ученый-исследователь. Так что не кипятись. Есть в мерфологии так называемый принцип полноты картины: ученые настолько ушли с головой каждый в свое, что не видят ни одного явления в целом, включая собственные исследования. Как раз про тебя.

– И что ты предлагаешь?

– Поменять принцип поиска. Ты действуешь по слишком сложному алгоритму: переводишь названия файлов на английский, теряя часть смысла, а потом в этом массиве ищешь ключевые слова, которых там вообще может не быть. А нужно сделать наоборот: перевести ключевые слова на брахни и включить полнотекстовый поиск. Этим будет заниматься уже местный искин, а не специализированный софт. И дело пойдет веселее.

Артур глубоко задумался, после чего неохотно выдал:

– Пожалуй, ты прав, братец.

Еще бы. Интересно, что бы ты сказал, если бы узнал, что я тебя в очередной раз на… обманул? Вернее, не развил идею до логического конца: почему, собственно, поиск нужно вести на брахни, если ищем базу данных Бродяг? Не думаю, что те вели записи на чужом языке. В лучшем случае получится отыскать убогий перевод. Опять же если Бродяги систематизировали информацию, а не просто складывали в кучу все доступные источники. Оригиналы всяко полезней транслитераций.

– Кстати, Артур… а почему ты решил, что у Брахни есть база данных Бродяг? Я имею в виду, из каких предпосылок ты исходил? На слухи опирался? Или что-то конкретное нарыл?

– Да попалось мне кое-что… – неохотно признался братец, повторно активируя рабочий терминал. – Наши корпоративные археологи нашли несколько любопытных свидетельств. Не буду вдаваться в подробности.

– Твое право, – пожал я плечами, – не хочешь – не рассказывай.

– Довольствуйся тем, что сюда я пришел по наводке, – огрызнулся Артур. – И у меня есть веские основания для выводов. Сейчас как раз и проверим… ну-ка…

Ждать пришлось минут пять, причем предусмотрительный стервец Арти на сей раз настенный экран не включил, а голографический дисплей я со своего места не видел. Вставать же и заглядывать через плечо постеснялся, так что ориентироваться приходилось по выражению физиономии дорогого родственничка. И, судя по довольной ухмылке, сменившейся угрюмой задумчивостью, мой план сработал. Только не факт, что для меня это хорошо. Что-то напрягся братец. И косится подозрительно.

– Э-э-э… Арти?..

– А знаешь, Денис… – задумчиво протянул тот, поднявшись с пуфика и развернувшись ко мне лицом, – вопрос о доле снова актуален. Решай быстро: ты со мной?

– А то что? – хмыкнул я. – Избавишься, как от остальных? Где, кстати, твой телохранитель?

– Без понятия, – отмахнулся Артур. – Не уходи от темы.

– Ты бы хоть приблизительно перспективы обозначил…

– Какие тебе еще перспективы?! У нас такое сокровище в руках!!!

Твою маму… Он что, реально что-то нарыл? Похоже, Дениска, ты дал маху. Хотел время потянуть, а вместо этого… как всегда, короче.

– Погоди, Арти… она правда здесь?!

– Да! Ты это хотел услышать?! База данных Бродяг здесь, на местном сервере! И она наша! Целиком и полностью!

– Э-э-э… не хотелось бы лишать тебя иллюзий, братец, но… как ты собираешься ее использовать? Лично я вижу только один путь: продать какой-нибудь Корпорации. Но прежде нужно обезопасить себя от посягательств с их стороны. Спецназ для них не проблема. А ради такого приза они на любые жертвы пойдут.

– Нет!

– В смысле? Одни мы не потянем… давай хотя бы с твоим отцом договоримся. Или с моим.

– Нет!

– Вот заладил: нет, нет! А что тогда?!

– У меня есть деньги. Я куплю корабль побольше, соберу команду и займусь розыском самых ценных артефактов. И буду монополистом.

– Хочешь заняться нашей работой? – ухмыльнулся я. – Только с читами? Мы, значит, жизнями рискуем, интересные случаи ищем, а ты на всем готовеньком? А что, перспективно. Только долго не протянешь, сдается мне. Если Корпорации не достанут, то свои же съедят. Ты готов к грызне за власть? Готов жить в постоянном страхе? Готов ждать удара из-за угла? Меня такой вариант однозначно не устраивает.

– Предпочитаешь прогнуться под старичье?! – оскалился Артур. – Хватит! Долго я их слушал! Теперь моя очередь диктовать условия!

– Хорошо, диктуй.

Я демонстративно устроился на пуфике, закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, и уставился в потолок.

– Дэн?

– Я слушаю. Какие у вас, дорогой братец, будут конкретные предложения? Высказывайтесь по существу, пожалуйста.

– Не знаю, как насчет Корпораций, но эту вшивую планетенку я, похоже, держу за горло, – нехорошо улыбнулся кузен. – Так что начальные ресурсы есть. Осталось продемонстрировать мою решимость, например, раздербанить какой-нибудь важный город. И можно будет приступать к переговорам. Я тут, попутно с поиском, наконец разобрался в управлении активной защитой. Ты будешь смеяться, но Объект-357, помимо прочего, еще и резервный командный пункт планетарной обороны. И я могу распространить активную фазу на всю планету. Как тебе такой план? Никто сюда не сунется, а громить шарик с орбиты наши магнаты не решатся. Струхнут. Это же скандал на весь Колониальный союз! Такой урон для имиджа! Идиоты…

– По-моему, Арти, ты перегибаешь палку.

– Нет, Дениска, я просто использую свой шанс!

М-мать! Вот это поворот. Где мой старый добрый заклятый друг?! Что стряслось с Артуром?! Что так на него подействовало? Наны?! Бог из машины?! Ч-черт, поневоле в бредятину фантастическую поверишь…

А ведь он серьезно… Глаза пустые, на губах застыла пугающая гримаса, а в лице практически не осталось ничего человеческого. Как будто из глубин подсознания вырвался ранее тщательно контролируемый зверь. Жутко, если честно.

– Артур, охолони! Ты собираешься пойти против всего мира! Это безумие!

– Как там говорит твой любимый дядя Коля? Один на один – бой. Сто против одного – бесчестье. Один против ста – слава! Я готов бросить вызов!

– Ты рехнулся. – Я осуждающе помотал головой и встал с пуфика. – У меня была слабенькая надежда тебя переубедить. Но теперь остался только один выход.

– Ты уверен? – со зловещей иронией проронил кузен. – Думаешь, все можно решить банальной дракой?

– Почему нет? Раньше всегда помогало.

– Ты, наверное, надеешься на равный бой? Как обычно, только ты и я? До расквашенного носа?

– Не хотелось бы тебя разочаровывать, дорогой братец, но… – Я развел руками, дескать, сам должен понимать. – Ты не оставляешь мне выбора. Меня Мак ждет. И у самого, если честно, времени нет на игры, пусть и такие масштабные.

– Что, заболел?

– Как это ни смешно, да. У меня сутки, не больше. Здесь есть реанимационный комплекс?

– Есть, но для человека он не подходит.

– Вот видишь… Так что придется действовать по моему плану: отключить оборону и вызвать помощь. И поделиться с Корпорациями. Как минимум двумя. Дядя Петя поймет.

– Я так не думаю.

– Ой боюсь, боюсь!

– Зря ерничаешь! – выплюнул Арти. – Если минуту назад я колебался, то теперь… извини, Дениска, но ты сам признался, что ты отработанный материал. Вылечить я тебя не смогу. От чего, кстати? Молчишь? Ну и ладно. Значит, и жалеть смысла нет. Не обессудь, родственник.

О’Мэлли-младший запустил ладонь в боковой карман брюк и извлек пару отдающих ртутным блеском сфер размером с мячик для пинг-понга. Вытянул руку, предоставив мне возможность разглядеть занятные штуковины, а затем подбросил их в воздух.

– Последняя разработка Брахни, – пояснил братец, наблюдая, как зависшие у него над головой шарики разбухают, одновременно истончаясь и становясь все прозрачнее. – Дроны вроде «циркулярки», только более продвинутые. Вот сейчас и проверим их в деле…

Арти сверкнул яростным взглядом, и завершившие метаморфозу сферы метнулись ко мне. Среагировать я не успел – в отличие от тех же «циркулярок», эти дроны перемещались в пространстве практически мгновенно. Я еще только начал заваливаться на спину, когда оба сгустка марева – именно так они выглядели со стороны – ударили меня в грудь… но только для того, чтобы отрикошетить с недовольным гулом. А я все-таки грохнулся на пол, приложившись рюкзаком и шлемом, перекатился вправо и вскочил, застыв на полусогнутых, готовый метнуться в любую сторону.

– Досадно…

– Опять просчитался, а, Арти? Я не энергетическая форма жизни, а вполне материальная.

– Ничего страшного.

– Что, сам будешь разбираться?

– Не-а.

Улетевшие под потолок сферы спикировали вниз и вновь застыли перед кузеном. Тот смерил их гневным взглядом, и дроны начали метаморфировать – уменьшились в диаметре, изменили тональность гула и, в конце концов, преобразовались в уменьшенные копии «циркулярок».

– Почему не смеешься? А, родственничек?

– Сука ты, Арти!

– А ты – труп! И неудачник! Фас!!!

Кто бы говорил насчет неудачника, ага… Не мог дронов в автономный режим перевести! Оставил на «ручном» управлении, чудила! Вот и мучайся, двумя объектами рулить одновременно – то еще удовольствие. И реакция у тебя, дорогой братец, все же человеческая, до компьютера далеко. Так что еще побарахтаемся.

От первого броска я легко ушел, отпрыгнув в сторону. Сферы просвистели мимо и затормозились в десятке метров дальше по курсу, позволив мне занять новую позицию и приготовиться к прыжку. Вели они себя вполне предсказуемо – после каждого рывка застывали, ориентируясь в пространстве, и, лишь захватив цель и дождавшись команды, переходили в атаку. С автономными дронами мне пришлось бы куда труднее. Арти как всегда самоуверен, но степень опасности этот факт не уменьшал. Если попаду под удар, превращусь в кровавое месиво. И уворачиваться до бесконечности не получится. Впрочем, у меня есть целых два выхода, один из которых – разрушить сферы. Метод отработанный, нужно только улучить подходящий момент. А пока – нож в руку, чтобы потом времени не терять…

Однако прежде пришлось еще дважды увернуться от синхронной атаки дронов – Артур, на мое счастье, еще не полностью освоился с новыми возможностями, а потому шанс у меня оставался. И отнюдь не призрачный. Выйдя второй раз из кувырка, я оказался в выгодной позиции – сбоку от «циркулярок» и всего метрах в трех – и метнул клинок. Жаль только, что именно в этот момент вмешался чертов братец, которого я совсем упустил из виду – незаметно подкравшись, он пинком подбил мою руку, сбив нож с траектории. Оружие улетело куда-то вверх и в сторону, а мне еще и по голове досталось – судя по ощущениям, дорогой кузен угостил хай-киком по затылку. Я распластался на полу, от души приложившись забралом – хорошо, что шлем не снял! – и инстинктивно откатился в сторону. Весьма вовремя, как оказалось: сферы пронеслись мимо, едва не чиркнув силовыми «иглами» по напольному покрытию. Останься я на прежнем месте – и повторил бы судьбу братьев Рамиресов. А так вроде ничего, рванул с низкого старта, прислушиваясь к гулу за спиной, а потом резко сменил направление, пропустив дронов мимо. Чертов Арти, и когда ему надоест играться?! Эти кошки-мышки – невеликое удовольствие, между прочим. С другой стороны, мне же проще. Правда, я теперь безоружен, но можно вырубить Артура, и проблема решится сама собой – он так и не догадался активировать «циркуляркам» автономный режим. Это, кстати, второй выход из упомянутых выше. Осталось всего ничего – попасть удачно. А вот тут могли возникнуть проблемы. При всей моей неприязни надо отдать братцу должное – бойцом он был совсем не слабым. Впрочем, за последние три года мы встречались исключительно на виртуальном «ринге», а там условия тепличные, до спаррингов с дядей Колей о-очень далеко. Так что еще побарахтаемся, как я уже говорил.

В энный раз повторив маневр со сменой направления, я рванул прямиком к кузену и почти застал его врасплох – до него не сразу дошло, что я перестал бегать от «циркулярок» и вознамерился разобраться с ним персонально. А тут еще такая оказия – дронов не натравишь, сам на траектории. Что делать?! Бежать?! Драться?! Братец выбрал последнее, встретив меня мощным фронт-киком. Я как раз прыгнул щучкой в попытке дотянуться до противника – слишком большая дистанция, что-то другое тут придумать сложно, разве что подкат – и он ловко сместился, выбросив ногу. Удар пришелся по ребрам, и в левом боку как будто взорвалась бомба. Я отлетел в сторону, плюхнулся плашмя и проскользил по полу, мысленно воздав хвалу создателям комбеза – интегрированная защита локтей и коленок пришлась как нельзя кстати. Но шлемом я снова долбанулся чувствительно и повторно раскровенил о зубы нижнюю губу, даже демпферная подкладка не спасла. А дальше по отработанному сценарию – перекат, низкий старт, рывок. И все это под издевательский смех Артура.

Блин, дух бы перевести! И вообще, я как снулая рыба, едва успеваю за дронами. Концентрация сбилась, пока с братцем языком трепал, а времени на вдумчивую медитацию нет. Придется по сокращенному варианту – дистанцию побольше, и понеслась… Первая ступень – «рин»: «докко», «Он бай ши ра…» и далее по тексту. Очередная увертка, спринтерский рывок, краткая пауза – вторая. Бросок к возвышению с «троном», заскок наверх, атака дронов – уход в сторону боковым сальто, и снова бежать. Третья ступень. Ох, полегчало! Восприятие обострилось, время послушно замедлилось, и от нового броска «циркулярок» я ушел, можно сказать, легко и изящно. Перемещение дронов я теперь улавливал загодя и даже предугадывал их маневры. Покружившись в смертельном танце еще некоторое время, я последовательно преодолел четвертую, пятую и шестую ступени – «ша», «кай» и «дзин» соответственно, значительно облегчив себе жизнь. А потом везение кончилось – Артур окончательно освоился и преподнес сюрприз в виде синхронной атаки «циркулярок» с двух направлений.

Я сначала не поверил глазам: секунду назад пребывавший в отвратительном настроении кузен просветлел ликом и злорадно ухмыльнулся. Застывшие у него над головой сферы плавно разошлись в стороны – причем одна улетела довольно далеко и замерла у меня на фланге, – а потом одновременно ринулись ко мне. Я успел оценить углы атаки и каким-то чудом ускользнул от обеих «циркулярок», даже немного приблизился к братцу, но тот резво отбежал подальше и снова бросил в бой дронов.

В этот раз увернуться оказалось сложнее, даже пришлось уйти в подкат и проехаться на боку, пропуская сферы поверху. Вновь оказавшись на ногах, я ощутил в левой руке от локтя и до кончиков пальцев легкое онемение с покалываниями, как будто отлежал конечность. Такой эффект бывает и от удара, но я вроде бы локтем не бился, да и защита есть… этого еще не хватало. М-мать! Дроны еще долбаные! Бежать, бежать, разорвать дистанцию, увернуться… и по пути активировать седьмую ступень. Сработало! Офигеть!!! Никогда раньше не получалось!

Однако времени для нечаянной радости не осталось – обострившиеся чувства вывели меня на новый уровень восприятия, и я сумел взглянуть на зал как бы со стороны. Забавное ощущение, доложу я вам – вроде бы и вид от первого лица, и одновременно будто паришь под потолком, охватывая внутренним взором окружающее пространство. И в этом самом пространстве – две «циркулярки»: одна несется к жертве, вторая терпеливо ждет реакции. Ну, Арти, ну, сука!!! Допетрил все-таки!

Прыжок в сторону – первая мимо! – и в момент касания ногами пола закрутить тело в контролируемом падении с проскальзыванием. Есть вторая! Выход на упор лежа, перекат – резкая боль в спине. Все-таки задела. Интересно, что с рюкзаком? Похоже, левую лопатку распахало. Кранты запасам, да и новообретенному имаджиновскому девайсу… Не о том думаю, не о том! Уворачивайся, дурень!

Опять атака, и опять раздельная. На сей раз я решил удивить заклятого родственничка – увернулся от дронов, сменив «этажи»: от первой сферы ушел в сторону, вскочив на ближайший пуфик, а вторую перепрыгнул, взбежав по стене-экрану на пару шагов и выполнив сальто назад. Выпендреж чистой воды, но другого выхода я не видел. Приземлившись, рухнул на спину, пропустив опомнившегося дрона над собой, и снова чуть не просчитался – силовые «иглы» чиркнули по шлему, стесав половину его забрала заодно со скулой и левой бровью. Хорошо хоть глаз уцелел. Судя по ощущениям, скула – ерунда, самый верхний слой шкуры задело. А вот бровь срезало чуть не до кости. И кровища хлынула, застив взгляд. Очередная вспышка боли совпала с усилившимся зудом в левом запястье, но я на это не обратил внимания: выполнил кип-ап – подъем разгибом, и со всей доступной скоростью рванул к «трону», пятная пол кровью. На бегу пробормотал «дзюмон», соответствующий уровню «сай». На мое счастье, жест «нитирин» был самым простым из всех – просто раскрытые ладони, касающиеся друг друга большими и указательными пальцами, так что нечто на него похожее я изобразить умудрился.

С ужасом прислушиваясь к усиливающемуся гулу за спиной, я замахнул на «подиум» и повторил трюк с «monkey kong», выручивший в терминале. На этот раз получилось еще удачнее – ногами я не зацепился и благополучно приземлился на пятую точку прямо за «троном», вжавшись спиной в его каменно-твердую поверхность. Лопатка отозвалась вспышкой боли, но я не обратил на нее внимания – остался последний уровень – «дзэн». Не то чтобы я надеялся стать невидимым для врагов – а именно такой эффект приписывала традиция кудзи-госин-хо заключительной, девятой ступени методики, – просто привык доводить любое дело до конца. Как показывал опыт, хуже от этого никогда не становилось. Но в этот раз эффект превзошел все ожидания: вместе с последним слогом дзюмон левая рука окончательно отнялась, а я, подчиняясь наитию, извлек из-под рукава и ремешка инфора заныканный кругляш – тот самый «электронный ключ» от местной системы управления. Мазнул взглядом по ртутной поверхности – оп-па, а раньше он другой был! – машинально сморгнул кровь, поднял глаза на приближающиеся с двух сторон «циркулярки» – подозрительно медленно, между прочим! – и с размаху припечатал «подарочек» прямо к ране, оставшейся на месте стесанной брови. Зарычал от нестерпимого жжения, причем сразу в двух местах – на лице и в правом предплечье, – и потерял сознание.

Очнулся сразу же, от крайне неприятных ощущений – спина, лицо, обе руки, ребра… легче было сказать, где не болит. Но особенно, конечно, в черепушке. Такое ощущение, что пол-лица расплавленным свинцом залили. Впрочем, боль быстро пошли на убыль, да и кровь хлестать перестала, и уже через несколько секунд я с удивлением осознал, что не чувствую никаких негативных эффектов. Даже общая усталость, вполне естественная после всех моих экзерсисов, отступила. Но самое главное – я все еще жив! А ведь меня почти достала «циркулярка», я уверен. Обширная прореха и чуть меньший участок сочащегося кровью мяса на правом предплечье тому прямое доказательство. Получается, я еще легко отделался – конечность чувствительности не потеряла и вполне терпимо двигалась. Кожу срезало, и только. Кстати, у меня аптечка есть с антисептическим спреем. Главное, чтобы дроны в процесс не вмешались. Ага, вот оно! Дроны. Ну-ка, посмотрим…

«Циркулярки» обнаружились неподалеку – зависли метрах в двух надо мной и атаковать почему-то не спешили. По тональности гула определил, что они пребывают в стадии ориентации и целеуказания, то есть опасности в данный момент не представляют, потому как еще не превратились в «ежей», ощетиненных силовыми «иголками». И, судя по всему, к активным действиям переходить не собираются. Как так? Впрочем, туплю. Я теперь, похоже, к категории своих отношусь, то бишь подлежу защите, а не уничтожению. И права, так сказать, админские у нас с братцем одинаковые. Вот я его сейчас удивлю! Правда, самому тоже бы неплохо от потрясения оправиться. Я же нанов перорально не употреблял, с чего вдруг «ключ» меня распознал? Блин! А ведь не прав я! Еще как употреблял, вместе с пылью давеча. Тогда получается, все наны Брахни – полифункциональные? Или все-таки специализированные, но основа универсальная? Да пофиг, это уже реально мелочи. Главное, что я чудом избавился от «циркулярок». Видать, «защита девятью слогами» увеличила уровень моих пси-задатков до приемлемого, наны сработали на усиление, и «ключ» активировался. Другого объяснения у меня все равно нет, так что будем довольствоваться этим.

Что-то братец помалкивает. Решил, что дроны меня на ноль помножили, и вернулся к прерванным делам? Вполне может быть. Хотя я бы на его месте проверил; не люблю отставлять за спиной источники потенциальной опасности. Но я то я, а Арти – это Арти, и этим все сказано. Может, просто побрезговал на фарш полюбоваться. Так что воспользуюсь-ка я нечаянной паузой с пользой для организма. Где тут спрей? Вот он, родимый…

Обильно залив рану на руке, я зажмурил левый глаз и пшикнул на многострадальную физиономию. Все-таки молодец, что шлем не снял. Без него куда хуже бы пришлось. Да и сейчас избавляться от него смысла нет, какая-никакая, а защита. Жалко, конечно, электронную начинку, да и планшетник имаджиновский, но ничего не поделаешь. Еще бы спину обработать, да не дотянусь – поза неудобная. Так что придется выбираться из укрытия.

Мое восстание из-за «трона» для дорогого кузена оказалось почище грома посреди ясного неба. Честно. Таким удивленным я Арти еще никогда не видел. И теперь, кстати, начал понимать, что означает выражение «глаза как блюдца». Упавшую челюсть он подобрал вовремя, но менее ошеломленным от этого выглядеть не стал. Даже заикаться начал.

– С… с… с…

– Сюрприз? – подсказал я, от души поливая спину антисептиком. Просто закинул руку за голову и лил куда придется. – Надеюсь, приятный?

– С-сука!..

– Ну вот, уже до оскорблений опустился, – осуждающе хмыкнул я, отшвырнув опустевший баллончик. – Прямо как в детстве. Может, и разберемся, как в детстве, один на один?

Заговаривая зубы дорогому родственничку, я не забывал переставлять ноги, неторопливо, чтобы не спугнуть, сокращая дистанцию. Еще бы пара шагов, и уже можно будет действовать. Посмотрим, на что братец способен без алиеновских игрушек…

– Что скажешь?

– А давай! – осклабился Арти, и его ладонь скользнула к кобуре.

Повоевали, ага. Черт-черт-черт!!! Впрочем, недаром говорят: глаза боятся, а руки делают. Дорогой кузен успел цапнуть пистолет и вытянуть… хм, длань разящую, но к этому моменту меня на линии прицеливания уже не было: я ушел влево-вперед, сжавшись на манер пружины в приседе с опорой на руку, и выпрыгнул из этого положения, оказавшись сбоку от братца. Схватил его за запястье, дернул, придавая начальный импульс, и провел простейший самбистский рычаг кисти наружу, в результате чего завладел пистолетом, а сам Арти кувыркнулся через голову, выполнив айкидошную укэми. Избежав таким способом перелома, он в дополнение ко всему неожиданно очутился у меня за спиной, и я поспешил исправить это упущение, стремительно развернувшись с широким скользящим шагом, но на прицел взять заклятого родственничка не получилось – тот умудрился уже оказаться на ногах и на редкость вовремя выбросил «вертушку», угодив стопой по кисти. Рука мгновенно отнялась, а чертов «файв-севен» улетел в неведомые дали, по пути вывихнув мне рамкой указательный палец. Кожу не содрало, спасибо перчатке. Но и без того ощущения были крайне богатыми.

Артур продолжил связку хай-киком с другой ноги, но сам себя перехитрил – удар по руке получился такой, что меня развернуло влево, да еще и скрючило, так что даже уходить в нырок не пришлось. Я всего лишь сделал скользящий шаг вправо и вбил левую стопу в икру опорной кузеновской конечности. Тот из вращения выйти не успел, а потому грохнулся качественно, всем боком. Я тем временем отскочил, разорвав дистанцию – правой кисти я практически не чувствовал. При таком раскладе ввязываться в ближний бой, а тем более лезть в партер, себе дороже.

Впрочем, судя по болезненной гримасе и хромоте, братцу досталось не меньше. Перелома нет, но ушиб сильнейший – наверняка. Может, и коленный сустав поврежден. Посмотрю я теперь, как он ногами махать будет…

Артур не разочаровал – на удивление быстро доковылял до меня и принялся работать руками, что твоя мельница. Боксерская техника ему всегда хорошо удавалась, силой, реакцией и скоростью господь не обделил, и если бы не виртуальный характер схваток на студенческом «ринге», наверняка бы прославился как нокаутер. Я даже некую гордость за братца испытал, которая испарилась после первой же пропущенной плюхи – и тут шлем спас. Опомнившись, я включился в работу, ускользая от ударов нырками и уклонами, наложенными на технику перемещений багуачжан, но лишь сильнее раззадорил кузена – мало приятного, когда противник легко уворачивается от джебов и хуков, то и дело оказываясь сбоку, а когда и за спиной, да еще и мимоходом достает хлесткими ударами открытой левой ладонью. Пару раз Артур меня все-таки подловил – сказалась обездвиженная правая рука. Нарвавшись же на чувствительный апперкот и словив вдогонку не менее чувствительный левый боковой – к счастью, снова по шлему – я плюнул на родственные чувства и решительно пресек бой: уклонившись от кросса, проскользнул братцу за спину и взял шею на удушающий, стараясь по мере сил беречь поврежденную кисть. Особо извращаться и не пришлось – пережал горло левой, а правой усилил замок, согнув ее в локте. Подбил стопой и без того уже пострадавшее колено братца, повис всем телом и завалился на пол, оказавшись снизу. Правда, неудачное на первый взгляд положение сразу же обернул своим преимуществом: оплел бедра Арти ногами и придушил, легко удерживая изгибающееся тело. Получилось наиклассическое удушение из позиции бэк-маунт. Трепыхался кузен недолго – никакие наны не помогут, если кислород перекрыли. Захват он разорвать не сумел, а воздействовать на вывихнутый палец не догадался. Вот так. Чистая победа по всем правилам… боев без правил – как бы смешно это ни звучало. Кстати, и зал подходящей формы – восьмиугольник в плане. Какая ирония судьбы…

Чуть ослабив хватку и выждав для верности еще несколько секунд – не очухается ли родственничек раньше положенного? – я выбрался из-под неподвижного тела и присел на ближайший пуфик. Нужно было немного отдышаться. Да и рука беспокоила все больше и больше, отзываясь пульсирующей болью на любое неверное движение. Признаться, никогда я еще так не выматывался, как физически, так и морально. Та еще задача – биться насмерть с собственным двоюродным братом! Я все-таки себя пересилил и ослабил хватку вовремя – Арти пребывал в отключке, но дышал. Правда, очень слабо. Как бы и впрямь кони не двинул… Придется еще разок помочь кузену. После себя конечно же.

Кое-как содрав перчатку с поврежденной руки, я болезненно скривился: первая фаланга указательного пальца торчала под неестественным углом. К тому же сустав начал распухать. Со средним и безымянным было чуть легче – обычный ушиб, без вывиха. Мизинец и вовсе не пострадал. В общем, беда. Пока что, кроме боли, никаких последствий, но по себе знаю, что вскоре должна накатить слабость вкупе с тошнотой. Так что аптечку в зубы – в прямом смысле слова, иначе открыть не получилось – и закинуться пэйнкиллером. Второй этап – вправить вывих. Тут тоже пришлось задействовать зубы, чтобы избавиться от перчатки на левой руке. Дальше пошло проще – я одним движением вернул палец в естественное положение. Причем даже не пикнув: болеутоляющее подействовало. Чую, завтра конечность превратится в чудовищно раздувшуюся чушку, и пальцами снова шевелить начну еще не скоро. Но это все потом. А сейчас неплохо бы о братце позаботиться. И о Маке.

Поскольку кузен находился в прямом доступе, начать решил с него: переволок к стене и посадил, прислонив к ней спиной. Я и так практически однорукий, так что хотя бы минимальные удобства не помешают. Хлестать родственника по щекам не стал – есть способ лучше. Чжэнь-цзю называется по-китайски. Или каппа-дзюцу, если по-японски. Для начала обработал ему точку на верхней губе под носом, с сомнением покосился на ботинки – по-хорошему, еще бы со ступнями поработать, только ну его на фиг, – и переключился на грудину, для чего пришлось задрать пижонский свитер. А братец-то времени не терял – такое ощущение, что к соревнованиям по бодибилдингу готовился. Я по сравнению с ним – куренок дохлый. Впрочем, у меня много иных достоинств, да и девчонок привык завлекать другим способом. Опять же маскировка. Все ради нее, проклятой… стоп! Я чего, завидую? Нехорошо. Соберись, Дениска, тебе родственничка еще реанимировать. Пройтись по активным точкам, а если не подействует, то и оплеуху-другую выписать, хоть это и не наш метод…

Как я и ожидал, помогло. Вот только реакция у очнувшегося братца была далека от благодарности: он просто саданул мне в лицо лбом. Правда, лишь сам себе хуже сделал – разодрал кожу об острый срез на стесанном забрале. А я тут же отскочил, от греха подальше.

И правильно сделал. Подозрительно быстро очухавшийся Арти проявил немыслимую прыть, прыгнув за мной и выбросив классическую «двоечку» левой-правой. Я ответил в том же духе: принял удары на глухой блок обеими руками, выстрелил левым прямым и добавил правым боковым с подшагом, забыв про поврежденный палец. Первый тычок достиг цели, пустив юшку из носа, а вот крюком я к собственному удивлению промазал: Артур ушел в нырок, оказавшись сбоку от меня, и сам контратаковал левым хуком. Опять же по классике. Но в этот раз я проявил фантазию – с разворотом корпуса подставил под удар правый локоть, одновременно вбив левый апперкот в район правого подреберья. Кулак наткнулся на прижатую к телу руку, зато локоть прилетел куда надо: кузен с размаха насадил предплечье на внезапно возникшую преграду – весьма твердую и острую, несмотря на интегрированный в рукав налокотник, – вонзившуюся аккурат между плечевой и лучевой костями. Последняя громко хрустнула, но в горячке боя Арти не обратил на это внимания. Правда, и сделать больше ничего не успел – я вбил уже занесенный локоть ему в ключицу. Звуковых эффектов не последовало, но я не сомневался, что братец заполучил второй перелом – прием надежный и проверенный на практике. Правда, не мной, а тренером дядей Колей. И в качестве финального штриха я отшвырнул кузена простейшим броском скручиванием в стиле дзю-дзюцу.

Крутнувшись в воздухе, Артур шмякнулся на пол, перекатился пару раз, но, вопреки ожиданиям, не затих, а с трудом поднялся на ноги и ожег меня бешеным взглядом. Да чтоб тебя! Когда ты уже угомонишься наконец?! Я собрался было раздраженно сплюнуть, но вспомнил про шлем и молча шагнул к кузену. Не доходя пару шагов, присел и снес строптивого родственничка размашистой подсечкой с поворотом на триста шестьдесят градусов. Нижние конечности братца из-под него выбило, и он сверзился с высоты собственного роста, хорошенько приложившись всем телом и особенно головой. И, похоже, надежно вырубился. А если и нет, то ничего страшного – теперь у него и левая нога повреждена. И ему крупно повезло, если это всего лишь разрыв связок бонусом к остальным переломам.

Ф-фух… Вроде разобрался. Однако силен Арти, не ожидал я от него такой прыти. Чтобы я с разогнанной психикой едва успевал реагировать… это нужно было постараться. Стоп! А ведь только сейчас дошло: дорогой кузен и впрямь двигался куда быстрее, чем обычно, и силищи у него было немерено – эвон как он меня приложить умудрился! Даже принятые на шлем оплеухи едва не выбили дух. Я торопливо прогнал в памяти эпизоды, в которых мы схлестывались на кулачках, и с некоторым офигением убедился в справедливости собственных выводов: Артур тоже был разогнан. А ведь ранее он «всякой восточной мутью» не увлекался. От слова вообще. Предпочитал честную сшибку грудь в грудь, чтобы сила на силу, скорость на скорость и ловкость на ловкость. То бишь являлся типичнейшим последователем «внешних» стилей, к каковым, без сомнения, можно было отнести и виртбоксинг, корнями уходивший в тайский бокс и К-1.

Пичкать себя имплантами Арти не додумался бы. А если бы и додумался, то дядя Петя его бы моментально образумил. В конце концов, кузен не дуболом из корпоративного спецназа. Да и с ребятами из Колонии Нимойя, на этих самых имплантах специализирующихся, у наших родственников-конкурентов, как бы это помягче… небольшие трения. Старый Питер еще не настолько сошел с ума, чтобы позволить вживить собственному сыну хреновину со скрытым потенциалом. А ну как придет в голову какому-нибудь Танаке-сану использовать кровиночку в качестве рычага влияния?

И что же остается? Только пресловутые наны. Но в этом случае они и вовсе превращаются в ценнейший приз: мало того что способны развивать потенциал носителя в области «психо», так еще и физическую силу вкупе со скоростью и выносливостью увеличивают! Заполучившая чудодейственных ботов Корпорация сможет резко усилиться. И тут нужно много думать – а оно мне надо? Впрочем, я сразу же себя одернул: поздно рыпаться. Уже настолько увяз, что спустить дело на тормозах не получится. Значит, будем договариваться. Опять же крайне желательно, чтобы информационная бомба не уплыла в чужие руки. Вывод? Придется заручиться поддержкой папеньки и уже через него выйти на дядюшку. Прошу заметить, единственного, хоть и не кровного. Похоже, еще немного, и придется новую Корпорацию создавать, объединенную. Или вообще клан. Случай беспрецедентный – за всю новейшую историю, то бишь со времен образования Колониального союза, слияний Корпораций не было. Воевали друг с дружкой много и с удовольствием. А тут нате – тенденция к укрупнению налицо. Пусть и вынужденная: удержать в одиночку Информаторий и остальные сопутствующие ништяки нереально. Неужто начинается новый этап развития человечества? Именно об этом папенька и мечтал. Если разобраться, это лучший способ подготовиться к вторжению сил Старой Земли. Конечно, никаких доказательств у нас нет, но мой дорогой родитель почему-то в этом абсолютно уверен. Профессиональная паранойя, видимо.

Улыбнувшись последней мысли, я похлопал себя по карманам, включая уцелевшие почи на разгрузке, и выудил из одного моток синтетического шнура. Тонковат – всего два миллиметра в диаметре – зато достаточно прочен. А основы ходзё-дзюцу – японского искусства связывания – мне дядя Коля вколотил надежно, так что теперь Арти не рыпнется. Плевать на его переломы, сейчас спеленаю как следует да вколю обезболивающее в комплекте со снотворным и антишоковым. И без шин обойдется – терпеть недолго осталось. А у меня еще дел невпроворот. И комп местный пошерстить нужно, и систему обороны вырубить, и до Мака наконец добраться. Как он там, кровью еще не истек? Я скосил взгляд на уцелевший, если не считать побитого ранее дисплея, КПК, удостоверился, что связь с рабочей станцией покойного мистера Скальци не потеряна, и облегченно выдохнул. Вроде живой, если схемке с обозначением вторгшихся объектов верить. Красная точка, кстати, теперь одна и обозначает, как нетрудно догадаться, мистера Макдугала. Мы же с Артуром превратились в желтые метки. Странно, что не зеленые… Все, хорош дурью маяться. Ободренный этой мыслью, я склонился над активированным терминалом и застыл, расплывшись в счастливой ухмылке…

Глава 8

Колония Пандора, Объект-357,

11 сентября 2135 года, день

Сюрприз? Еще какой. Понятно, почему Артур так резко мнение изменил, едва на результаты поиска глянув. Сам того не желая, я подсказал родственничку удачный алгоритм, который не замедлил принести результат. Причем неожиданный: местный сервер содержал нечто, что можно было назвать базой данных. Судя по ключевым словам, которые успела перевести имаджиновская софтина, содержала она именно те сведения, что вожделел О’Мэлли-младший. Нашелся целый каталог с впечатляющим списком планетных систем, принадлежавших сгинувшим Предтечам, с перечнем доступных объектов и технологических достижений каждой. В этом я убедился, наугад активировав один из файлов и скормив его переводчику. Вот только, к моему разочарованию, документ обрывался на самом интересном месте. Что за нафиг? Глюк системы? На всякий случай просмотрев еще несколько кусков текста из разных директорий, пришел к неутешительному выводу: передо мной не полный Информаторий Бродяг, а разрозненные его отрывки. Причем в переводе. Видимо, некогда Брахни каким-то способом, наверняка нелегальным, завладели частью базы данных. Может, поврежденный корабль к ним в руки попал. Или сумели из Ноосферы наловить малосвязанных обрывков. Не суть, в общем. Даже такая ущербная файловая помойка стоила невероятных денег. А если ее хорошенько пошерстить, можно и вовсе бесценную информацию нарыть. Например, сведения о материнском мире Бродяг. И вот это будет действительно Приз – именно так, с большой буквы. М-мать! Что же делать-то?! Я поймал себя на мысли, что делиться добычей не хочется даже с папенькой. И испуганно покосился на спеленатого Артура – похоже, я начал его понимать. Помотал головой, избавляясь от наваждения, потом раздраженно содрал шлем – достал уже, да и пользы от него теперь, как от козла молока. Зато дышать стало легче – чисто психологический эффект, однако реально помогло. Я со свистом втянул в легкие воздух и медленно выдохнул через рот, успокаиваясь. Прав был тренер дядя Коля: эмоции – плохой советчик. Всегда нужно включать мозги. Если они есть. Ну вот, вроде включил. Нужен план. Он, конечно, всегда нужен, но временами можно и обойтись. Вот как мы сегодня утром. Правда, результат в этом случае далек от идеального. Это мы тоже сегодня с блеском доказали. Тут даже Мак не поспорит… Точно, Мак!

Так и запишем: пункт первый – оказать помощь раненым.

Нет, туплю. Пункт первый – отключить систему активной обороны хотя бы внутри Объекта-357. Это цель, так скажем, глобальная. И для ее достижения необходимо решить несколько задач локальных. Что-то я себя как на защите диплома чувствую, ага.

Значит, задача номер один: подтвердить права администратора в местной сетке. Погнали.

Немного порывшись в настройках рабочей станции, я удовлетворенно улыбнулся – Брахни, да пребудут они в своем алиеновском раю вечно, такими вещами, как учетные записи, не пользовались. Если есть у тебя доступ к сети, значит, будешь видеть все, что в ней содержится. А если у кого-то есть секреты, то довольствуйтесь запароленными папками. Видимо, зеленые обезьянки были существами куда более социальными, нежели люди, потому что защищенных директорий я так и не нашел, хоть и честно пытался. Зря только время потратил. Зато с первой задачей успешно справился.

Задачу номер два – отключение системы обороны – пришлось немного подвинуть, образовались более срочные дела. Делишки, я бы сказал. «Недоинформаторий» не шел из головы, так что я, забив на всё, минут двадцать ковырялся в поисковике, задавая параметры. В итоге, ткнув неизменный «Enter» и запустив процесс, полюбовался на окошко со шкалой прогресса – машина запросила на все про все почти полтора часа – и отправился мародерствовать. Местные сокровища все еще пребывали в недоступности, но и без них было кое-что, не менее ценное – пожитки Артура.

В этом священном деле меня ждал облом: очередной планшетник от «Imagine» я обнаружил, однако взломать не смог – чертов братец пользовался самой навороченной версией защиты. И если просканировать отпечатки пальцев получилось без особых трудозатрат, то вот с сетчаткой глаз и голосовой идентификацией не срослось. Кузен пребывал в настолько глубокой отключке, вызванной лошадиными дозами химии, что вернуть его к реальности не вышло.

Пришлось довольствоваться временным гостевым допуском, то бишь использовать крутой гаджет в качестве офисного лэптопа – перекинуть инфу с одной флешки на другую. Хоть тут пригодилась железяка. Выуженный из кармана Арти накопитель оказался набит разнообразной документацией, в том числе и по интересующим меня вопросам – похоже, кузен предпочитал иметь несколько копий важных файлов на физических носителях, но не доверять их Ноосфере. И мне попалась одна из таких заначек. Можно было ее прикарманить, но давать дополнительных поводов для взаимных обид не хотелось. Поэтому я добросовестно скопировал информационный массив на собственную флешку – перед походом рассовал по карманам несколько штук, для надежности. Больше ничего интересного в пожитках братца не нашлось, и я вернулся к терминалу, терзаемый жабой, – планшетник было жаль до слез. Не судьба, видимо. Надо будет из папеньки выбить такой, под предлогом несомненной собственной полезности. Но это потом. А пока самое время вернуться к задаче номер два. Мак, бедный, затек уже весь. Не самое веселое занятие – торчать в щели, вслушиваясь в гул «циркулярки».

Отключение активной обороны оказалось делом хлопотным и не терпящим суеты. Заодно я удостоверился, что братец не так уж и виноват – настолько замороченным был интерфейс. В конце концов справился – на помощь пришел проверенный метод научного тыка. Один хрен, хуже уже не сделать. Разве что ненароком активировать систему самоликвидации планетарного масштаба. Так что для верности я избегал даже тех функций, которые требовали повторного ввода команды. Перестраховывался, конечно, и времени много лишнего потратил, зато ничего не взорвал. И не позволил аномалиям перекинуться на пока еще не затронутые бедствием территории. Уже пораженные избавил от разгула блуждающих полей тоже не окончательно – просто поостерегся. Ну его на фиг, пусть специалисты разбираются. Впрочем, был у меня еще один мотив – мелочный, неприятный, но весьма важный: если окончательно подавить активность аномалий, то можно ждать в гости местных товарищей. А мне этого совсем не хотелось. Хотя бы потому, что дивиденды резко уменьшатся. Или все-таки подмогу вызвать? Надо будет с Грегом посоветоваться через полчасика, когда поисковик результат выдаст. Патриотизм патриотизмом, но и о себе, любимом, позаботиться будет совершенно нелишне. А то знаю я этих корпоративных скряг – если выпустишь из рук добычу, потом уже и не подберешься к ней, при всем желании. Поэтому даже связь восстанавливать не стал, хоть и обнаружил такую возможность. Какие-то генераторы помех, как я и предполагал. Мощности невероятной, равно как и диапазона действия. Про принцип функционирования промолчу – в нашей науке даже раздела такого нет. С другой стороны, еще один плюсик в мою копилку – очередная перспективная технология. Родная STG, если провернуть все правильно, на награду не поскупится. Хотя юристы у нас лютые, любого без штанов оставят, если такая команда поступит. Надежда лишь на родственные связи. Может, папенька учтет наконец тот факт, что я теперь самостоятельная личность.

Окончательно удостоверившись, что активная оборона находится под моим контролем, я вырубил все «вуали», «паутины», «электрошоки» и далее по списку, а автономные дроны-«циркулярки» загнал обратно в боксы и перекрыл подачу энергии. Для верности пробежался по системе наблюдения, торопливо перещелкивая камеры, нашел Мака – тот по-прежнему торчал в щели между контейнерами – и отправился выручать напарника, благо его персональный сторож убрался восвояси, как и было приказано. На сей раз до места добрался за каких-то жалких десять минут, да и то лишь потому, что постоянно… хм, торговал лицом – слишком много вокруг было интересного. К тому же усталость вдруг навалилась: видимо, отходняк дал о себе знать. Пришлось даже стимулятор вколоть.

Оказавшись в терминале, первым делом окликнул Гленна:

– Ма-а-ак!!! Ты живой?! Если да, кивни!

– Идио-о-от!!!

Ф-фух! Раз бесится, значит, в порядке. Но злой, по голосу слышно.

Дорога была знакомой, так что блуждал я только в той части, что располагалась с другой стороны мостков. Контейнеры тут торчали беспорядочно, но и этот лабиринт я быстро преодолел, подоспев к шапочному разбору: Мак успел выпростаться из щели и уселся на пол, содрав шлем.

– Что-то ты не торопился! – осуждающе рыкнул он, ткнув в меня указательным пальцем. Правой руки, если быть точным.

– Старался, как мог, – отмазался я. И поинтересовался, устроившись рядом: – Как ты в целом?

– Да не хуже тебя, – осклабился напарник.

Ну да, видок у меня тот еще. Жуткий, если говорить прямо. Мало того что весь в кровище, так еще и в белесых пятнах спрея-антисептика.

– Не грузись, царапины в основном, – отмахнулся я. – От «циркулярок» побегать пришлось. Из серьезного, похоже, только перелом ребер.

– По виду не скажешь, – хмыкнул Гленн. – Прямо вампир из ужастика. И взгляд такой же безумный.

– Мак, не беси меня.

– Ой боюсь, боюсь… – хрипло рассмеялся тот и сразу же схватился за бок. Опять же правой рукой. – Ч-черт, больно…

– Тоже ребра поломал?

– Нет, ушиб просто. Но сильно.

– Повезло.

– Ага, как утопленнику. – Мак злобно сплюнул, но тут же сменил гнев на милость: – Хотя реально повезло. Если бы не десантный комбез – кранты.

Десантный комбез. Немаловажное уточнение. Мой, по сути, аналогичный, только с гражданской начинкой. А у Мака и братьев Рамиресов были настоящие, полноценные, то бишь со встроенной системой фиксации конечностей и самозатягивающимися жгутами. Плюс кибердок. Я-то обычной аптечкой довольствовался, вот и приходилось самому о себе заботиться. А мистер Макдугал на готовеньком выехал – сверзился со значительной высоты, пересчитал боками ребра нескольких контейнеров и… отделался всего лишь ушибами. Если не считать покалеченной кисти. Но и тут ему повезло – перчатка сама перетянула обрубки пальцев, остановив кровь.

– Значит, обделался легким испугом? – подвел я итог.

– Ага. Тебе бы так! – Мак помотал у меня перед носом левой ладонью. – Трех пальцев как не бывало! Вся медицинская страховка на починку уйдет.

– Думаешь, Мисс Лёд поможет?

– Не факт; скорее всего, в корпоративную клинику придется ложиться. Месяца на два.

Н-да. Незадача. Команда и так трех человек лишилась, а тут еще Мак на такой срок срулить собрался… Плохо. Впрочем, это уже проблемы рутинные, не требующие срочного решения. Справимся как-нибудь. Сильно сомневаюсь, что получится раньше с Пандоры вырваться. Я ведь теперь главный ключик к местным загадкам. На Арти надежды нет, да и в больничке он проторчит не меньше Гленна – настолько качественно я его уделал. Один перелом ключицы чего стоит… А разрывы связок на ногах – как бы и не хуже по последствиям. Черт, даже стыдно немного. Хотя чего я себе вру? Ни фига не стыдно, наоборот, гордость берет! Оторвался за годы заклятой дружбы. И претензий никаких – братец меня всерьез убивал, просто я оказался лучше подготовлен, как психологически, так и физически. Так дяде Пете и скажу, ага. А вот с тетушкой не прокатит, придется мать подключать.

– Погнали, что ли?

– Куда?! – возмутился Мак. – Я из щели еле выполз, затек весь. До сих пор ни рук, ни ног не чую. Гребаная «циркулярка»! Знаешь, какое непередаваемое удовольствие – лежать и бояться даже шелохнуться ненароком?!

– По-моему, мистер Макдугал, вы преувеличиваете степень опасности. С целью набить себе цену.

– Да пошел ты!

– Как скажешь.

Я пожал плечами и с безразличным видом поднялся на ноги.

– Эй, тормози! Я пошутил!

– Я тоже. – Честно говоря, никуда идти не хотелось. А хотелось по примеру Мака просто сидеть и отдыхать. Душой и телом. – И что ты предлагаешь? На закорках тебя тащить?

– Да очень надо… – Гленн вдруг просветлел ликом, потом закатил глаза, выставив на всеобщее обозрение стесанные пальцы, и театрально застонал: – Брось меня, Дэнни-бой!.. Брось, спасайся сам!..

– Да ну тебя, долбо… дятел!

– Ты давай, это… даблджобами не обзывайся, как капитан! – ухмыльнулся Мак. – Кстати, всегда удивлялся, что он с меня какую-то «двойную работу» требует. Пока русский не подучил.

– Век живи, век учись, – философски хмыкнул я, – а все равно этим самым, с «двойной работой», и помрешь. Встань и иди!

– Не катишь за апостола, – покачал головой Гленн. И как-то сразу осунулся. – Хреново мне. На нервах весь. Просто обезболивающее так действует. А может, противошоковое. Жаль, не доперли эскулапы веселящего газа добавить до кучи.

– Извини тогда. Ты, получается, нетранспортабельный?

Мак виновато улыбнулся.

– Еще чуток продержишься? Пойду кавалерию вызывать.

– Продержусь, помоги рюкзак только под голову подложить. Черт, как обдолбался! Плывет все, и мутит…

– Ладно, бывай тогда. Я быстро.

Мак часто задышал, сдерживая тошноту, и я поспешил смотаться – не знаю почему, но мне всегда тяжко смотреть на больных и раненых. Что-то неестественное в этом есть. Был человек здоров и полон сил, смеялся, шутил, что-то делал. А потом – раз! – и лежит бледная тень. Поэтому и госпитали не люблю. И профессию медика отверг едва ли не в первом классе.

Вернувшись в центр управления, проверил на всякий случай у беспамятного Арти пульс. Слабый, но отчетливый, так что – порядок. Оба болезных в стабильном состоянии, спасибо доктору Дэну. Однако и квалифицированная помощь не помешает. Самое время прервать режим радиомолчания. Да и поисковик задачу выполнил, выдав два десятка ссылок. Мельком просмотрев результат, я вновь задействовал Артуров планшетник, чтобы перегнать информацию на пустую флешку, затем, решительно придушив жабу, активировал «вуаль» в памятном коридоре и зашвырнул туда девайс. Комп ожидаемо превратился в кучку не подлежащей восстановлению пыли, и я удовлетворенно улыбнулся. Так оно верней будет. Теперь удалить исходники с местного сервера, почистить реестр или, что тут вместо него, да захватить пару соседних кластеров – типа физическое повреждение ячеек на харде, и я тут не при делах. Обойдется папенька без этой части добычи. Был бы целый Информаторий, отдал бы – не по рту кусок. А с обрывками я и сам соображу, что делать. Остается только не спалиться. Запрятать бы флэху, вот только куда… на теле – не вариант: к медикам попаду – насквозь просветят и в каждое естественное отверстие заглянуть не постесняются. Первую флешку я папеньке дам скопировать, а вот вторую – шиш с маслом. Сам хочу попользоваться. И не столько из эгоизма, сколько из чистого и незамутненного романтизма – с детства мечтаю найти сокровища. Но это все лирика, не решающая проблемы. Придется опять подойти творчески. Ну-ка, где мой любимый ножик? Куда чертов Арти его зафутболил?.. Ага, вроде во-о-он там валяется…

Флешка без труда поместилась в полую рукоять, из которой я выбросил штатное «выживальческое» содержимое. На всякий случай и этот хлам скормил «вуали», после чего вырубил ловушку, от греха. Ну вот, теперь можно и с начальством поговорить. А то засиделись мы тут с приятелями…

Кавалерия прибыла минут через сорок после разговора с капитаном Ивановым. Тот внимательно выслушал новости и пообещал выслать эвакогруппу как можно скорее. В озвученный им срок я засек целое звено разномастных аппаратов, стремительно пронесшихся над долиной. Судя по окраске и маркировке, к нам одновременно пожаловали представители родной STG и «О’Мэлли Текникс», причем, как это ни удивительно, действовали конкуренты совместно и слаженно. Во главе выстроившейся клином тройки шел С-305, многофункциональный аппарат класса «космос – атмосфера» производства «Спейс Текнолоджиз Груп», а ведомыми – пара RS-100. У подчиненных дяди Пети эти машины числились универсальной спасательной техникой, на самом же деле являлись гражданской версией истребителя-перехватчика корпоративных военно-космических сил. И легко превращались в таковые за пару часов «напилинга», если в наличии имелись «тюнинг-киты» соответствующего назначения и умелые специалисты.

Все это я хорошо разглядел, задействовав мощности местной системы наблюдения – от скуки перещелкивая картинки на мониторе, случайно наткнулся на кластер записывающих головок, контролирующих окрестности. Так что появление кавалерии сюрпризом для меня не стало.

Шустрые машинки приземляться внутри периметра не торопились: так и сновали над долиной, будто задавшись целью пересечь ее максимальное количество раз. А может, сканировали все вокруг. Это мое предположение, как я узнал впоследствии, оказалось истинным – экипажи искали останки пропавшей экспедиции, буквально обнюхав каждый квадратный метр поверхности. И нашли – по повышенному содержанию органики и характерному запаху: перемолотая человеческая плоть оставалась подвержена гниению. Пардон за неаппетитные подробности. Правда, выделить достаточное для генного анализа количество материала не удалось, так что по факту все участники злополучного похода так и остались без вести пропавшими.

Однако эти нюансы выяснились позже. Пока же я с умилением наблюдал за довольно неуклюжими – по сравнению с юркими катерами – маневрами старой доброй «Молнии». Корабль прошел на бреющем, едва не посшибав верхушки окаймляющих долину скал, потом кэп медленно и величаво подвел громадину к главному корпусу и с филигранной точностью приткнул его к периметру напротив той самой арки-входа, где нашел свой конец Диего Родригес. Туша «Молнии» зависла над землей на реактивных струях опорных дюз, разогнав оставшуюся после аномалий пыль по всей округе, а потом пилот врубил антиграв. В нижней части корпуса сформировались посадочные опоры, похожие на улиточные «ноги» с поправкой на размер, и рейдер утвердился на поверхности планеты, распределив немалый свой вес на пару впечатляющих «слизнячьих подошв». И даже несмотря на это, они погрузились в почву примерно до половины. Впрочем, это обстоятельство особой роли не играло: каменистый грунт предгорий держал хорошо, не «плыл» и не проваливался.

На этот раз переходную «кишку» корабль выращивать не стал, просто в обращенной к входу в периметр части борта протаял – в прямом смысле слова – просторный люк, выбросивший язык-сходню, по которому наружу и выбралась спасательная команда – десяток медиков ВКС Корпорации, облаченных в синие с красным комбезы. И сразу же запиликал инфор у меня на запястье – на таком расстоянии ретранслятор не нужен.

– Мистер Новиков?

– Он самый. С кем имею?..

– Старший лейтенант медицинской службы Вязов.

– И хрен ли ты мне мозги пудришь? – возмутился я, переходя на русский. – Инженер-аналитик Новиков, экипажный состав рейдера «Молния». Чего хотел, военный?

– Обозначьте, пожалуйста, свое местонахождение, господин Новиков. Капитан Иванов сказал, что у вас двое нетранспортабельных раненых.

– Ага. Ловите схему здания. Я там маршрут выделил, так что не ошибетесь. Первый пострадавший – мастер-рейнджер Макдугал – в терминале сразу после входа. А в арке – «двухсотый».

– Спасибо, сэр.

От души отлегло. Вот дождусь сейчас спасателей да переберусь на родную лоханку, в родную каюту. Нет, сначала в родной душ. Забаррикадируюсь изнутри, разложу эластичную ванну – честно говоря, она больше всего на резиновое ведро смахивает, только размером посолиднее – да посижу этак с полчасика, поотмокаю. В идеале часа два бы, не меньше, да с расслабляющими и заживляющими раны добавками. Только, боюсь, облом выйдет – док Старкова просто так меня не отпустит, будет в лазарете гноить до последнего, капитан ей не указ. И все под предлогом превентивного воздействия на колонию нанов, повторно проникшую в мой организм. А Маку еще больше не повезло – его вообще никто спрашивать не будет. Сейчас вкатят слоновью дозу анти-всего-подряд, упакуют в герметичный кокон (хорошо еще, что не в полиэтиленовый мешок с молнией) да утащат в зловещее медицинское царство. И будут измываться всячески, выкорчевывая биомеханическую заразу. Впрочем, у него и внешних повреждений достаточно – одна рука чего стоит. Так что ему полезно по большому счету. А вот я безвинно страдать буду. Подумаешь – перелом, ушибы и царапины! Да, еще как-то придется объяснять блямбу из неведомого металла на черепушке. Пока что ее не видно, пятно спрея закрывает, а вот когда отмоют меня… ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения. Надоело все, ничего не хочу. Мне нужно отдохнуть, а кто с этим не согласен – идет лесом.

Как я и предполагал, посибаритствовать долго не получилось – минут через двадцать в командный центр ворвалась орава медиков под предводительством старлея Вязова, и взяла нас с Арти в оборот. Братцу хорошо – как был в отрубе, так и остался, поэтому все измывательства выдержал стоически, ни словом ни жестом не продемонстрировав неудовольствия. Ему сейчас вообще все параллельно. Один из медиков даже уважительно покосился в мою сторону, когда прошелся сканером над бренным Артуровым телом. Видать, впечатлился моей работой. Я об этом не распространялся, но эскулапу не составило труда сопоставить характер повреждений и мое пребывание в одном помещении с пострадавшим. Да я и сам выглядел, как после хорошей драки, что соответствовало реальности на сто процентов. Вколов кузену какой-то препарат, эскулапы избавили его от пут, разрезали одежду в местах переломов и принялись колдовать с шинами.

Меня тоже взяли в оборот. Поначалу я отнекивался, но быстро сдался – Вязов оказался парнем настойчивым, и пока отвлекал мое внимание, его напарник вколол успокоительного. Хорошо, что не снотворного. Но и этой хреновины хватило, чтобы проникнуться безразличием ко всему вокруг. В результате я позволил избавить себя от амуниции, включая нож и разгрузку, проследив, правда, чтобы их аккуратно запаковали и навьючили на носилки, а также срезать китель – правая рука распухла и просто так вылезать из рукава не пожелала. Да и к спине ткань прилипла. На мое счастье, медики оказались профессионалами, и вскоре я уже валялся на носилках с антигравом. Что характерно, пузом вниз, дабы не тревожить обширную рану на лопатке. Потихоньку меня начала одолевать сонливость, и я на какое-то время вырубился. По крайней мере, путь из командного центра до шлюза «Молнии» прошел мимо сознания. Зато по прибытии на место сработала чуйка, и я очнулся. Не хватало еще, чтобы мои вещи куда-нибудь сплавили без моего ведома.

Обошлось без эксцессов: на складе, по прихоти искина постоянно оказывавшемся на дороге от шлюза к жилому модулю, нам попался Зевс, тискавший Ваську. Котенок к такому вниманию относился насквозь философски и мирно дремал на сгибе руки андроида, а сам Зевс выступал в роли праздношатающегося – иного объяснения его появлению в вотчине Свена я не нашел. Что не помешало мне порадовался этому обстоятельству. Слегка пособачившись с Вязовым, вытребовал краткую остановку и передал мешок с пожитками Зевсу, наказав спрятать и никому не показывать, пока я сам не спрошу. Понятливый соратник спорить не стал, молча принял груз и скрылся в лабиринте хлама, напоследок одарив меня странным – даже в исполнении андроида дешевого А-класса – взглядом. Что-то почуял, похоже. Вот только что? Вроде все как обычно. Хотя… за несколько мгновений до его появления я что-то непонятное ощутил, было дело. Как будто покалывание в виске. И что-то типа зрительной галлюцинации – почудилось на миг, будто на фоне близлежащей кучи хлама просвечивает тонкий силуэт со светящимся пятном, сильно напоминающим очертаниями устроившегося на сгибе руки кота. Тогда я лишь отмахнулся от глюка – ничего удивительного, после такой трепки и потребления внутримышечно сомнительных медицинских препаратов. А теперь начал терзаться смутными сомнениями…

Надолго меня не хватило: приступ пофигизма накатил с новой силой, и я повторно вырубился. Вернее, расслабился до такой степени, что все происходящее вокруг стало казаться чужим и нереальным. Этакий полусон-полуявь. Помню еще, что отвечал на вопросы Сьюзан, во владениях которой мы в конце концов оказались, а потом попал в мягкие объятия больничной койки и отрубился окончательно и бесповоротно.

Колония Пандора, борт исследовательского рейдера «Молния», 13 сентября 2135 года, вечер

Проснувшись, я первым делом прислушался к организму. Тот отрапортовал, что в порядке, но вылезать из кровати не желает, поэтому я немного попялился в потолок, потом переключился на ближайшую стену, и неожиданно наткнулся взглядом на Астрид. Почти классика: неудобная койка с пострадавшим героем и пристроившаяся подле на табуретке любимая (?) девушка. Правда, не опухшая от слез и не утомленная бессонными ночами, а вполне бодрая и свежая, будто только что из душа. Реакция на мое воскрешение тоже не самая стандартная – радостный визг.

– Дениска очнулся!!! – окончательно оглушила меня Астрид.

Склонилась над койкой, чмокнув в щеку, и присела рядом, бесцеремонно подвинув меня бедром. Я безропотно покорился, попутно выяснив, что лежу в чем мать родила, укрытый не самым толстым медицинским пледом. По крайней мере, очертаний тела он не скрадывал. На мое счастье, бурной неконтролируемой реакции организма не случилось – видимо, еще не очнулся окончательно. Хотя повод был стопудовый – Асти и на сей раз не изменила себе, переодевшись, вернее, раздевшись до коротких джинсовых шортиков с низкой талией и неизменной легкомысленной маечки. Плюс соблазнительные косички. Я, в конце концов, не святой, а она тут пупком светит. Пришлось в экстренном порядке принимать меры, то бишь перевернуться на бок и отодвинуться как можно дальше.

– Я тоже рад тебя видеть.

Против ожидания, голос не дрогнул. И вообще, чувствовал я себя на диво терпимо – никакого сушняка, болей по всему телу или слабости. Даже говорю нормально. Что-то не так, однозначно. И от химии отошел. Минуточку, это сколько же я тут провалялся?!

– Э-э-э, Асти… а скажи-ка, радость моя, какое сегодня число?

– Тринадцатое, – пряча в глазах смешинки, отозвалась девушка.

– Надеюсь, сентября?

– Ага. Расслабься, ты всего лишь сутки проспал.

Странно. Почему же я себя так хорошо чувствую? Тонус и отсутствие усталости – еще ладно, но почему ничего не болит? Я точно помню, что обзавелся переломом ребер и обширными ранами на руке, лопатке и лице. А тут совершенно спокойно лежал на спине, не испытывая ни малейшего дискомфорта. И рука как новая…

Впрочем, вру. Рана на правом предплечье никуда не делась, просто была качественно обработана и закрыта свежей белесой нашлепкой – док Старкова спрея не пожалела. На спине картина наверняка аналогичная. Все равно интересно, чем это меня накачали, что я даже щекотки не ощущаю? И вывих пальца никак не проявился – шевелится, и опухоли нет. А с лицом как? Если на ощупь, то более-менее нормально: на скуле пластырь, на брови – тоже.

– Больно?

Оп-па! В Асти заботливость проснулась. Ловим момент?..

– Немного… – едва слышно простонал я.

– Бедненький!.. Скажи, где болит, сейчас поцелую.

– Всё болит… – в прежней манере признался я. И потянулся к Астрид. – Везде целуй… умираю…

– Симулянт! – припечатала меня девушка. Уперлась обеими ладошками в грудь, толкнула, но просчиталась – я успел схватить ее за руку и утянул следом.

Некоторое время она пыталась вырваться, сдавленно ругаясь, затем возня затихла сама по себе – я совершенно случайно (вот ей-богу, гадом буду!) коснулся ее губ своими, и Асти неожиданно ответила на поцелуй. А потом как-то само собой вышло, что она оказалась под одеялом, маечка повисла на спинке кровати, а шорты улетели в угол…

– Все-таки я дура, – некоторое время спустя призналась Асти.

Она по-хозяйски устроилась на моей вытянутой левой руке, прижавшись всем телом, и я приобнял ее за плечи. Правую конечность старался не тревожить – в процессе… хм, тесного общения с любимой (?) случайно задел пластырь и теперь сполна «наслаждался» ощущениями. Боль, оказывается, и не думала никуда уходить, просто временно отступила. Да и намятые ребра разнылись. Но я эти мелкие неудобства игнорировал – сейчас важнее девушке приятно сделать.

– В смысле? – лениво поинтересовался я.

– Да уже сколько раз зарекалась гормонам поддаваться!

– Что, подводили?

– Еще как! Голову теряешь напрочь. А потом начинается… «Ты меня любишь?» «Я скучаю!» «Хочу тебя видеть!» Тьфу, сопли розовые!

– Э-э-э, радость моя…

– Дениска, или ты сейчас заткнешься, или можешь про все забыть! – отрезала девушка. – Я понятно объяснила?

– Все-все!.. Уразумел. Никаких соплей, серенад под дверью и конфетно-букетного периода. Мы взрослые люди и прекрасно знаем, чего хотим.

– Умница. Держи награду.

– Эй! Полегче!.. Вдруг зайдет кто-нибудь?!

– А тебе не пофиг? Меня мысль об этом даже возбуждает…

Н-да. Связался, на свою голову.

Второй раунд закончился почетной ничьей – я таки показал себя во всей красе, но при этом страшно разбередил спину и с сожалением отодвинулся от Астрид, перевернувшись на живот. Та возражать не стала, притулилась рядом, натянув плед повыше, и принялась возбужденно дышать мне в ухо.

– Асти, отстань!..

– Да ладно тебе, Дэнни-бой.

– И не называй меня Дэнни-бой, меня это раздражает!

– Ух какой грозный у меня парень! – Осторожный укус за ухо. – Ой боюсь, боюсь! – Второй. – Накажи меня!

– Ай!

В третий раз она впилась в мочку всерьез: видимо, силу не рассчитала, а может, и нарочно. Но отомстить я не успел – дверь бокса с шипением уползла в стену, и подозрительно знакомый голос поинтересовался:

– Кхм… молодые люди, я вам не помешала?

Ну вот, принесла нелегкая доктора Старкову! А ведь я предупреждал…

Асти сдавленно пискнула и забралась под плед с головой.

– Не старайтесь, юная леди, вы уже попались, – пресекла тщетную попытку замаскироваться Мисс Лёд. – Я вернусь через пять минут и надеюсь, что вы будете пребывать в более подобающем барышне ваших лет виде. И я тогда подумаю, рассказывать Свену или нет. Время пошло.

Судя по звукам, док развернулась к нам спиной и покинула палату, но Астрид выбралась из укрытия лишь после того, как дверь вернулась на законное место, возвестив о том глухим стуком. Убедившись, что незваная свидетельница и впрямь убралась восвояси, Асти вновь обрела смелость. Села, откинув покрывало, и насмешливо фыркнула:

– А нечего завидовать!

– Одевайся давай, – подначил я, – а то неприятностей не оберешься.

– Вот еще! Неприятность – мое второе имя!

Этот пассаж я оставил без ответа, предпочел просто смотреть. Фигурка у Асти очень даже ничего, хоть она и не могла похвастаться особыми статями. Все достаточно миниатюрное, но ярко выраженное. А уж вид сзади… мое почтение!

– Отвернись, маньяк! Дай одеться спокойно!

– Больно надо, – хмыкнул я. И, дождавшись, когда Асти вспыхнет словно спичка, невинно поинтересовался: – А ты моей одежды не видела?

– Нет ее здесь, Сьюзан в утилизатор все отправила, – с удовольствием наябедничала Астрид. – Вон пижама висит. Тапки – под кроватью.

И на том спасибо. Впрочем, грех жаловаться – больничное облачение оказалось впору, даже рубаха, которую пришлось натягивать с помощью Асти – сам бы я со спины пластырь сковырнул и истек кровью. Чего абсолютно не хотелось, особенно сейчас, когда жизнь вроде бы повернулась ко мне прекрасным ликом, спрятав надоевший за последние дни филей. Сунув ноги в тапки, я присел на койку и состряпал самую безразличную физиономию, на какую был способен. Астрид устроилась рядом, целомудренно взяв меня за руку.

Ждать пришлось недолго – док Старкова вернулась точно в срок. Улыбнулась удовлетворенно, кивнула сама себе и прошествовала – иначе и не скажешь! – к единственному на весь бокс стулу. Села, одернула неизменный белый комбез (еще одна характерная черта Сьюзан – непременно соблюдать форму одежды, если находишься при исполнении), внимательно на меня посмотрела и заключила:

– Поздравляю, больной, можете готовиться к выписке.

Я, признаться, такого не ожидал, особенно от нашей докторши, а потому некоторое время пребывал в обалдении. Мягко говоря. Потом на всякий случай уточнил:

– Вы уверены, док? Я себя не очень хорошо чувствую…

– Глупости, – отмахнулась та, – это ваша гиперактивность сказывается. Благодарите свою добровольную сиделку.

Асти снова вспыхнула, на сей раз от смущения, но промолчала.

– Между прочим, очень ответственная и заботливая юная леди, – продолжила рекламировать девушку Сьюзан, – сама вызвалась присмотреть за вами. Цените, молодой человек.

Я украдкой благодарно сжал ладонь Асти, но та лишь дернула плечом, дескать, мелочь какая.

– Больше суток дежурила, еле ее прогнала перекусить и умыться, – с потрохами сдала док своего волонтера.

Вот тебе и розовые сопли… А мы, оказывается, очень даже впечатлительные и романтичные. Зато корчим из себя отмороженную феминистку, мужиков строим… ух ты моя радость!.. Похоже, скоро я смогу произносить слово «любимая» без вопросительного знака в скобках. Что-то такое в душе шевельнулось. Видимо, мысли отразились у меня на физиономии, потому что Астрид возмущенно фыркнула, отбросила мою руку и порывисто поднялась с кровати.

– Я за дверью подожду, – ни к кому конкретно не обращаясь, буркнула она, и прошествовала, как и Сьюзан недавно, к выходу.

– Теперь можно поговорить серьезно, – вернула меня с небес на землю Мисс Лёд. – У меня есть к вам несколько важных вопросов, Денис.

– Задавайте, – беззаботно махнул я рукой, справившись с эмоциями. Нельзя же вот так, в лоб. Человека подготовить надо. – Постараюсь не разочаровать вас, док.

– Сначала вы, молодой человек, – сжалилась она. – У вас ведь тоже есть вопросы? Не думаю, что вы Астрид расспросить успели.

– Ну в общем-то да… – промямлил я. Чего уж теперь, все равно спалились. – Вопросов у меня много. Что с Арти?

– Вы про эвакуированного ученого? Честно говоря, не знаю. Его погрузили в челнок «О’Мэлли Текникс», что минут через десять после нас приземлился, только чуть подальше, потому вы его и не заметили, Денис.

– Хорошо, у капитана поинтересуюсь, – не стал я вдаваться в подробности. – А с Маком что?

– Выживет, – уверенно кивнула Сьюзан. – Внутренних повреждений нет, только ушибы и гематомы, но вот с рукой придется повозиться. Плюс наны. Кстати, подозрительно вялые. Его эвакуировали на «Академика Карташова», это большой корабль-матка «Спейс Текнолоджиз Груп». Там хорошие специалисты и отличный медицинский комплекс.

– Откуда взялся корабль? – удивился я.

– Они появились через два часа после того, как была потеряна связь с вашим катером, – пояснила док.

– «Они»?

– В системе сейчас настоящее столпотворение, Денис. Не знаю, что за важную птицу вы искали, но на Пандору прибыли целых две корпоративных флотилии – семь вымпелов от STG, флагман – тот самый «Академик Карташов», и пять вымпелов от О’Мэлли. У них за главного рейдер «Таранис»[2].

Та-а-ак… Значит, родное начальство с дядей Петей заодно решило прибрать к рукам перспективный мир. Другого объяснения нет. Такого количества кораблей хватит для организации полноценного опорного пункта в системе, так что теперь нас фиг отсюда выкуришь. Скорее сами местное правительство сковырнем, ежели оно начнет права качать. Но они не посмеют. Где две могущественные Корпорации и где захудалая планетка, пусть и с громким названием? Даже находящаяся под протекторатом «Джоунс Агрикалчурал». Не этим производителям ГМО с нами соперничать. Бросят им кость посочнее, а все остальное выгребут подчистую. И я не удивлюсь, если лет через пять, а то и раньше, «сельхозники» тихо свалят из Колонии.

Впрочем, меня эти подробности волновать не должны, от слова «вообще». Пусть у Грега голова болит, как все обстряпать. Как-никак у нас приоритет и бонусы положены нехилые. Это не считая вознаграждения от правительства Пандоры, честно нами заработанного. А я простой инженер-аналитик, да еще и неполноценный покуда – стажировка-то не завершена. Но это уже дело техники, мне за одну только высадку на Объект-357 зачет «автоматом» положен. А не будут ставить – подключу папеньку.

– Значит, с Маком все в порядке…

– Более-менее. Если бы не колония нанов, то вообще бы проблем не возникло, – подтвердила Сьюзан. – Документацию и методику лечения я коллегам передала, так что выкарабкается.

Я молча кивнул. Все это хорошо и замечательно, вот только почему я так подозрительно быстро оклемался? Таких же нанов наглотался, между прочим. И у меня, в отличие от Мака, защитного генератора не было. Как там Мисс Лёд сказала? Наны вялые? Ну-ну. А тут какие-то сутки в корабельном лазарете и пожалуйста – цвету и пахну.

– Кстати, о нанах, – подняла на меня заинтересованный взгляд док. – Это как раз один из моих вопросов к вам, молодой человек. Вы точно подверглись заражению?

– Абсолютно. Одну с Маком пыль глотали. Стояли в обнимку.

– Странно. В вашем организме активных наноботов не обнаружено. Как такое возможно, я, признаться, теряюсь в догадках, – огорошила меня Сьюзан. – У мистера Макдугала колония размножилась и активизировалась примерно в те же сроки, что и в прошлый раз. И симптомы были схожие. Только слабее выраженные.

– А откуда вы знаете? Мы же вроде вовремя эвакуировались…

– Коллеги с «Академика Карташова» настояли на проведении эксперимента, – смутилась докторша. – Хотели проверить данные. Поэтому от превентивного воздействия отказались, дождались развития патологии. Сходимость результатов просто невероятная! Если бы еще и с вами, молодой человек, аналогичный опыт удалось провести, то можно было бы вести речь о стопроцентном результате.

– А я вам все обломал… – сокрушенно вздохнул я. И позлорадствовал: – А не фиг было Мака в поликлинику сдавать на опыты.

– Не зарекайтесь, молодой человек. У вас, между прочим, скелеты в шкафу посолиднее будут.

– Руки коротки, – беззаботно отмахнулся я. – Хотя от подробностей я бы не отказался.

– Извольте, – не стала спорить Старкова. – Первая странность: активных ботов не обнаружено, зато инактивных, для которых электромагнитное излучение не страшно, довольно много. И почему они не проснулись в положенный срок, я не понимаю. Как и не исключаю возможности их активации в дальнейшем. Причем в любой момент. Так что рекомендую пройти курс очищения организма. Все условия на борту для этого имеются.

– Нет уж, спасибо, – помотал я головой. – Клизмы, конечно, вещь полезная, но пока воздержусь.

– Как знаете. У вас, кстати, неверное представление о процессе. Клизмами кровь не чистят.

– Все равно.

– Тогда переходим ко второй странности. Денис, вы можете ответить, что за инородный предмет внедрен в вашу лобную кость? А если точнее, в левую надбровную дугу?

– Насколько я понял, это элемент беспроводного интерфейса. Арти назвал эту штуковину «электронным ключом». Посредством ее он осуществлял связь с управляющим контуром Объекта-357. Нечто вроде блютус-модуля, только инопланетного. А может, и просто компьютер, основной функционал которого – обеспечение взаимодействия разумного существа с главным вычислителем объекта… Черт, что-то я сам запутался. Извините.

– Ничего страшного, я поняла. А вы его как-то ощущаете?

– Да. Как инородный предмет на брови. Как если бы плоскую железку пластырем прилепил. Примерно так.

– И никаких негативных эффектов?

– За исключением уже озвученного – никаких.

– Хорошо.

– Что хорошо, доктор? Что у вас этого нет?

– Не смешно, молодой человек. Вы, между прочим, носите в голове бомбу замедленного действия.

– Одной больше, одной меньше… – пожал я плечами, намекая на как бы дохлых нанов в родном организме. – Прорвемся.

– Мне бы ваш оптимизм, – вздохнула Сьюзан. – Да не при моей работе… Хочу сообщить вам, Денис, что попытка извлечения инородного предмета из вашей головы окончилась неудачей. В ответ на хирургическое вмешательство объект начал в буквальном смысле слова отращивать щупальца и внедряться в костную ткань. Примерно как ракушки к камням цепляются. Так что пришлось оставить его в покое.

– Да? А казался обычной железякой! – поразился я. – Хотя ничего удивительного. Сначала он по форме и размеру очень походил на фишку из казино. А когда активировался, потек и как бы вплавился в кожу. Знаете, док, это больше похоже на синтез полевых и металлургических технологий. Почти как корпус «Молнии».

– Ну, вам виднее, – дернула плечиком Сьюзан. – Я не инженер. Но последствия вашего взаимодействия с этим… хм, объектом предсказать не берусь.

– Да чего уж теперь… все равно он неизвлекаемый.

– Не только. Он еще и восстановительные процессы затормаживает. Скулу я вам так и не починила. Все, что удалось сделать, – нарастить тонкий слой кожи. Шрам остался, и довольно большой.

– А спина?

Вот будет весело, если и там не заживет…

– Со спиной все в порядке: еще два-три дня, и можно будет пластырь снимать. Даже шрама не останется. С рукой чуть хуже, там рана глубже, но тоже ничего страшного. Через неделю и думать о ней забудете.

– Спасибо, док. С меня цветы.

– Лучше Астрид подарите, она оценит, – неожиданно подмигнула Сьюзи. Вот тебе и Мисс Лёд. – И не теряйтесь, Денис. Асти – девочка хорошая, хоть и немного взбалмошная.

– И за это спасибо. Только не говорите Свену, а то я не в форме.

– Боитесь, что захочет пообщаться по-мужски? – улыбнулась моя собеседница. – Зря. Свен – папаша с понятиями, он только с виду грозный. И просто по привычке: зря, что ли, столько лет ухажеров гонял?

– Вот видите!

– Расслабьтесь, Денис. Я его хорошо изучила, так что поверьте на слово – он на самом деле доволен. И я его понимаю. Лучше пусть у любимой дочурки на корабле будет личная жизнь, под присмотром, чем незнамо где да урывками. Случайные половые связи еще никого до добра не доводили, это я как врач говорю.

– Еще раз огромное спасибо, доктор. Так я свободен?

– Целиком и полностью. Жду вас завтра ближе к полудню на перевязку и восстановительный массаж. А пока вот вам тонизирующий коктейль и витамины – принимать перед едой три раза в день. Учтите, я проверю.

– Есть, мэм!

– Ах да… капитан с вами хотел пообщаться, Денис.

– Срочно?

– Сказал, не горит. Но при первой возможности лучше к нему сходить. И еще мистер Слоун вашим самочувствием интересовался. У него тоже есть к вам какие-то вопросы.

А вот в этом нисколько не сомневаюсь. Грег – мужик въедливый, настоящий допрос с пристрастием учинит, к гадалке не ходи. Ему, в конце концов, отчитываться перед вышестоящим начальством и акционерами. А кэпу еще и объяснительных кучу писать по поводу безвозвратной утраты ценного имущества и куда более ценных членов объединения. Личный состав из ниоткуда не берется и в никуда не уходит. Везде строгая отчетность. Это только в Диких мирах никому нет дела до ближнего своего: преставился – туда и дорога. А у нас ци-ви-ли-за-ция. Сказал, как плюнул, хоть и мысленно.

– Спасибо, док, я понял: как будет возможность – переговорить с начальством. До скорой встречи.

Я поднялся с кровати и шагнул было к выходу, потом нечаянно зацепил взглядом тапок и покосился на Сьюзан.

– Завтра пижаму занесете, когда на процедуры явитесь, – правильно поняла она мое замешательство. – Всего хорошего.

Ф-фух, вырвался! Теперь бегом в каюту, содрать с себя больничную робу – и когда только надоесть успела, даже получаса в ней не проходил? – отмокнуть хорошенько и одеться нормально. Ничего так план, годный.

– Дэн!

Ч-черт, про Асти забыл… А она, как и обещала, в коридоре караулила.

– Чего там Сьюзан про меня наговорила?

– Не переживай, радость моя, Свену не нажалуется.

– Да плевать! – преувеличенно бодро отмахнулась девушка.

Меня, однако, не обманула – заметно, что она именно по этому поводу переживала. Стесняется, что ли? Досадно. Раньше-то она своих подвигов не скрывала, раз Мак был в курсе. Примерно в таком ключе я и высказался, вполне осознанно рискнув нарваться на обиду. Однако Асти в ответ лишь рассмеялась:

– Дурак ты, Дениска! Не было никаких подвигов, обжимались в углах да целовались, не более.

Хм… Вот тут она слукавила. Уж я-то уверен в свете недавних событий.

– Нет, был один довольно серьезный роман, – тут же пошла на попятный Асти. – Больше года назад. Только кончилось все плохо. С тех пор Свен и гоняет ухажеров в усиленном режиме. Врубил «секьюрити мод»… Честно говоря, меня это устраивает.

– Мстишь нашему брату?

– Тебе – нет. Потому и не хочу, чтобы любимый папочка узнал раньше времени. У меня на тебя планы.

– Далеко идущие?

– Не знаю. От тебя зависит. Поцелуй меня.

Н-да. Что-то резко. Не уверен, что хочу в этих планах участвовать. Я еще слишком молод, чтобы жениться. Да и Асти, помнится, примерно то же говорила, разве что в иной формулировке. Решено. Поиграем пока по ее правилам. Независимость – значит, независимость. Соскочить всегда успею, на того же Свена сославшись. Цинично? Согласен. Но тут уже все будет зависеть от одной блондинистой любительницы косичек.

– Может, ко мне в каюту пойдем?

– Это приглашение? – сверкнула озорным взглядом Астрид. – Надеюсь, свечи и вино прилагаются?

– Не сегодня. И вообще, о чем ты думаешь?! – возмутился я. – Мне искупаться надо. И переодеться. А то приспичит Грегу или капитану со мной пообщаться и что делать? Мне у них еще характеристику брать, и заключение о стажировке.

– Бедненький! Ничего, я их уговорю, чтобы они тебе самую лучшую рекомендацию дали. Дядя Майк меня слушается.

– Только на это и надежда, – хмыкнул я. Но и от плана отказываться не стал. – Короче: Асти, ты со мной? Я реально – в душ и переодеться. Без последствий.

– А потом?

– К Зевсу. Нужно забрать кое-что.

Колония Пандора, борт исследовательского рейдера «Молния», тогда же

Астрид слово сдержала и не пыталась ко мне приставать ни когда я отмокал в душе, ни когда переодевался. А провозился я порядочно, каюсь. Впрочем, ей тоже было чем заняться – у каюты нас поджидал Бадди. Не знаю, специально караулил или случайно так вышло, но пес расположился на коврике у двери, безмятежно похрапывая, и вскинулся при нашем появлении, выдав коронное «Вуф!».

– Здорово, маленькое чудовище! – Я присел рядом на корточки и потрепал всеобщего любимца по холке. – Скучаешь? А Мака еще долго не будет, так что довольствуйся мной.

– Вуф?

– Порвали его нехорошие роботы.

– Вуф…

– Ага, жалко. Не переживай, выкарабкается.

– Вуф! Вуф!

– Мне бы твой оптимизм…

Замок сработал в штатном режиме, среагировав на код, и я гостеприимно распахнул дверь:

– Заходи, зверюга.

Бадди как бы нехотя поднялся с лежанки и просеменил в каюту, смешно вихляя задом.

– А ты чего стоишь?

– Я тоже маленькое чудовище? – нахмурилась Асти.

– В каком-то смысле…

– Даже не продолжай. Давай бегом, я ждать не нанималась.

– Да, мэм!

Предусмотрительно разжившись комплектом чистой одежды, я скрылся в душевой, предоставив гостей самим себе. Однако, судя по довольному поскуливанию Бадди, тех это не смутило. Собственно, на то и был расчет. А потом, когда я выбрался из душевой, распаренный и довольный, мы веселой ватагой отправились на поиски Зевса.

Андроид нашелся в том самом закутке, где мы с ним имели некогда нашу первую содержательную беседу. Я даже заморачиваться не стал, просто приказал Бадди отвести нас к Зевсу, и смышленый пес моментально сориентировался. Правда, вывел нас только к лифту, а до технической палубы добираться пришлось самостоятельно – при всех своих достоинствах псина интерфейсной панелью пользоваться не умел. Впрочем, на выходе из лифта он реабилитировался, сразу же взяв след искомого объекта.

Зевса я снова заметил загодя – на стене коридора проступил расплывчатый силуэт с ярким пятном на коленях. Опять глюки? Ладно, позавчера я под дозой был. А сейчас-то что? И в виске закололо. Плюс злокозненная нашлепка неизвестного металла стала подозрительно теплой, а потом и вовсе перестала ощущаться, как будто обратилась частью организма. Как там Сьюзан выразилась? Бомба замедленного действия? Вот сейчас и выясним, дурак я или где. Додумался тоже – инопланетную хреновину в собственную башку вживлять… Но меня оправдывает тот факт, что иного выхода не было – или двинуть кони немедленно, или перенести это прискорбное событие на неопределенный срок.

– Привет, Зевс.

Я по-хозяйски устроился на откидном стульчике, в то время как андроид восседал на откидной койке, поглаживая Ваську.

– Отвали, чудовище, это не для тебя местечко, – отпихнул я собравшегося было забраться ко мне на руки Бадди.

– Вот именно! – подтвердила Асти, устраиваясь у меня на коленях.

– Привет, Денис. Здравствуй, Асти, – поздоровался в ответ Зевс.

Что удивительно, без всяких скрытых смыслов и любимой иронии. Похоже, и впрямь нам рад.

– Ты сохранил мои вещи? – сразу перешел я к делу. – Особенно нож?

– Да, Денис.

– Спасибо. А теперь верни его, пожалуйста.

– Нож? Или тебя интересует накопитель в рукоятке?

– Ты его раскручивал?

– Нет, просто для меня стальная трубка не преграда. Я его просканировал. Совершенно автоматически, – понурился Зевс. – Извини за любопытство.

– И инфу считал?

– Да.

– Капитану расскажешь?

– У вас, господин Новиков, приоритетное право на освоение добытых сведений, – сухо отчеканил андроид.

– Ладно-ладно… извини.

– Хорошо, – кивнул Зевс. – Баш на баш, как говорит капитан.

– А ничего, что я тут?! – оскорбилась Асти. – Мне тоже интересно!

Н-да, попал. Если сейчас начать ссылаться на секретность и опасность, просто воспримет как оскорбление и пошлет подальше. На слабо, что ли, взять?

– Асти, ты мне веришь?.. Нет, не так. Ты мне доверяешь?

– Не заслужил еще!

– Ну тогда и не расскажу ничего.

– Больно надо!

Надулась все-таки. Но и с коленок не слезла. Ничего, скоро ей самой надоест изображать оскорбленную невинность. Уж эту черту характера ненаглядной я хорошо изучил. А вообще – стыдно. Совсем чуть-чуть. Дожил: людьми манипулирую! Да еще и молоденькой девчонкой… Хотя так ей и надо, она в силу своей природы только этим и занимается с самого рождения.

– Короче, Зевс, никому пока ничего не говори, особенно кэпу и Грегу. Я должен подумать, как использовать эти сведения. Может, лучше их вообще уничтожить. Договорились?

– Можешь на меня положиться, Денис, – изобразил на неподвижной физиономии недоулыбку андроид. – У меня, кстати, для тебя сюрприз.

– А?!

Выразиться внятнее уже не получилось – блямба на брови вдруг стала нестерпимо горячей, а на мозг обрушился поток образов: бесконечный космос с яркими точками звезд, огромный оранжевый шар, шарик поменьше – голубой с серым, старая добрая «Молния» – вид сверху; та же «Молния», только в разрезе – паутина коридоров, перемежаемая пузырьками-палубами, и наконец, закуток с четырьмя живыми существами. Технологическая ниша окуталась коконом защитного поля, отделилась от корабля и повисла в пространстве. Потом на нее со всех сторон посыпались всяческие неприятности – астероиды, жесткое излучение, обычный космический мусор, плазменные сгустки, лазерные лучи и куча еще всего, что я не опознал. Однако «пузырь» выдержал все воздействия и в конце концов вновь обернулся частью корабля, на сей раз цельного… На этом видение оборвалось. Жжение на виске стихло так же резко, как и возникло.

– Ф-фу-у-ух… Что это было?..

– Ты разговаривал… нет, просто чувствовал мое материнское ядро, – пояснил Зевс. – Это корабль. Он только что принял тебя за своего. Ты теперь можешь его слышать, примерно как капитан Иванов. Только у него псионика развита, а у тебя универсальный ретранслятор в крови. Несметное количество мелких ретрансляторов, если быть совсем точным.

– Наны?

– Именно.

– У Васьки тоже?

– Да. И у Бадди. А вот у Мака нет, его успешно излечат, если я правильно понял доктора Старкову.

– Но как?.. – снова поразился я, кивнув для ясности на кошака, так и блаженствовавшего на руках у Зевса.

– Я сумел их перепрограммировать.

– Силен! – уважительно присвистнул я. А потом до меня наконец дошло: – Я теперь псион, что ли?!

– В какой-то мере… – пренебрежительно отмахнулся Зевс, в очередной раз обеспечив мне разрыв шаблона – слишком уж не соответствовало дешевое тело содержимому черепной коробки. – Пси-способности есть абсолютно у всех разумных организмов. Просто столь малые, что не поддаются фиксации известными вашей науке средствами. И пользоваться ими тоже затруднительно. Но в твоем случае помогла технология. Брахни, сами того не подозревая, создали универсальный инструмент, но воспользоваться им сумели лишь на сотую долю процента. Боевые дроны на самом деле – весьма примитивное и малоэффективное использование этих уникальных нанов.

– И в чем же их уникальность, позволь поинтересоваться? В том, что могут трансформировать энергию? Так это примитивная вещь, у нас беспроводные зарядники еще когда появились…

– Некорректное сравнение, Денис. Но попал ты в яблочко. Именно эта способность и делает их уникальными. Вернее, то, какие именно энергетические потоки они могут преобразовывать и пропускать через себя. Если очень грубо, то их можно сравнить с электрическими проводами. Чем больше сила тока, тем больше должно быть поперечное сечение проводника. Тут прямая аналогия – при таких энергиях наны должны сразу же перегорать. Но этого не происходит, они функционируют и размножаются. И прекрасно себя чувствуют. Почему, как ты думаешь?

– Да без понятия.

– Потому что они взаимодействуют с окружающим миром на глубинных уровнях, вплоть до кварков и даже преонов. И еще глубже… но до этого уровня ваша наука еще не добралась. И если снова вернуться к примитивным моделям, то можно вспомнить концепцию корпускулярно-волнового дуализма света. Если применить аналогию, то любую элементарную частицу можно разделить на еще более мелкие, и так до тех пор, пока не получим волну. Или возмущение квантового поля. Вот на этом уровне наны и воздействуют на материальные объекты. Им безразлично, откуда черпать энергию и во что именно преобразовывать – силовое поле, свет, тепло или электромагнитные волны.

– То есть вся закавыка в программе? В прошивке? – не утерпела Асти.

– Ответ положительный. Брахни использовали их в качестве оружия, пусть и оборонительного в основном. А я всего лишь создал новый алгоритм и внедрил его в управляющие контуры ботов. Теперь они служат отличными ретрансляторами. И совершенно свободно перекодируют биотоки мозга в радиоволны, например. А если расстояние слишком велико, то в возмущения вакуума. Или в гравитационные сигналы. На уровне квантовых возмущений разница между всеми этими видами излучения нивелируется.

– Н-да. Поразил ты меня, приятель… – хмыкнул я и крепко задумался.

Перспективы открывались весьма обширные, но озвучил я лишь одну мысль:

– Зевс, скажи, а ты можешь через этих нанов управлять электроникой? С компом законнектиться по беспроводной связи?

– Пока нет, программа на стадии написания. Но в скором времени, думаю, смогу перейти к экспериментам. И мне бы совсем не помешала твоя помощь, Денис.

– Вот это без проблем, в любое время дня и ночи.

Не хотелось бы бежать впереди паровоза, но… с постоянным доступом к искину Архонтов да еще и с таким инструментом – можно стать величайшим хакером в истории человечества. Или потрошить компьютеры Предтеч. А я еще у папеньки собирался планшетник имаджиновский клянчить… да сдался он мне! Доведем с Зевсом технологию до ума, потренируемся на… кошках вкупе с псами, а потом и реальным делом займемся. Например, отыщем материнский мир Бродяг и их Информаторий. Тем более наметки есть. Это я, если вы еще не поняли, на содержимое заныканной флешки намекаю. Не думаю, что для искина, особенно если с нескольких точек в систему вторгнуться, взлом легендарной базы окажется большой проблемой. Но это потом, сейчас бы удачу не спугнуть. Не сглазить, как говорит тренер дядя Коля.

– Еще какие-нибудь сюрпризы будут? – поинтересовался я, переварив информацию. – Может, я теперь могу молниями швыряться? Или усилием мысли превращать врагов в зомби?

– Первое вполне возможно, – подтвердил Зевс, – колонии нанов в твоей крови по-прежнему доступно излучение энергии в широком диапазоне. Но достаточно мощное воздействие приведет к разрушению тела-носителя. Или отдельных его частей.

– Нет, ну его на фиг…

– А если в разумных пределах, то ничего страшного, – закончил Зевс. – Возможно ощущение легкого удара током. Но к этому придется привыкнуть – не всегда на электронику удается воздействовать посредством электромагнитных волн. Порой куда эффективнее сгенерировать электрический сигнал напрямую.

– Есть ток – нету тока? – вскинулся я. – То бишь ноль или единица? Только не говори, что компьютеры Предтеч функционируют на тех же принципах, что и наши.

– Почему нет? – удивился Зевс. Я уже наловчился различать на его физиономии-маске мельчайшие нюансы, а голосом тот владел вполне сносно. – Если ваши компьютеры способны входить в Ноосферу? Правда, не у всех Предтеч вычислительные комплексы используют двоичную систему. Есть и более сложные, но из сложного всегда можно сделать простое. А наоборот бывает трудно.

Вот и вскрылся секрет ребят из «Imagine». Все гениальное просто. Проблема по большому счету лишь в том, чтобы создать универсальный алгоритм. То есть в программном обеспечении. И как раз его ушлые программеры защитили так, что на хромой кобыле не подъедешь. Или все куда прозаичнее: промышленный шпионаж никто не отменял, так же как и антишпионаж. Вот они и умудряются вычислить и ликвидировать потенциальную опасность. При их возможностях это раз плюнуть.

– Но как же так? Даже для человеческой компьютерной техники это вчерашний день. Мы уже перед Исходом начали квантовые процессоры клепать…

– А с этим еще проще, – добил меня Зевс. – Квантовые возмущения со всеми вытекающими. Нанам даже преобразовывать ничего не нужно.

– Ладно, убедил. Слушай, мне тут док Старкова сказала, что вот эта фигня, – я ткнул себя в нашлепку на брови, – каким-то образом тормозит восстановительные процессы в организме.

– Вполне возможно, – кивнул андроид. – Ты хоть понимаешь, что у тебя в голове?

– Электронный ключ. Генератор сигнала «свой – чужой». Перекодировщик. Что еще?

– Примерно так. Но я не функционал имею в виду.

– Извини, но в инопланетных технологиях такого уровня я разбираюсь слабо. Тут целый научно-исследовательский институт подключать надо, и не факт, что результат появится в ближайшие год-два.

– Это колония нанов. В так сказать концентрированном виде. Какая-то стабильная основа тоже есть, – поспешил пояснить Зевс, реагируя на мою вытянувшуюся физиономию. – Судя по показаниям сканеров, это объемная сетчатая структура толщиной порядка ста микрон. А диаметром примерно двадцать пять миллиметров.

Угу. Все сходится. Кругляш с фишку из казино. Правда, тогда он ощущался куда толще одной десятой миллиметра. Раз этак в двадцать. И похоже, Арти был прав. «Эликсир» подсаживал в кровь наноботов-усилителей, а «ключ» на них реагировал и активировал свою мелочь. Что бы там ни утверждал Зевс, все же специализация прослеживается. Эту мысль я и озвучил.

– Я же говорил, что Брахни не полностью разобрались с собственным творением… – покачал головой тот. – Подозреваю, что идею им кто-то подкинул. Потому и разграничивали функционал программными средствами – по устройству все наны одинаковые.

– А ты не видишь здесь логического противоречия?

– Нет. Брахни думали, что задают нанам разную конструкцию. Так и есть, но только у первого поколения. Все последующие, воспроизведенные родительской партией, этих особенностей лишены. Не знаю, докопались ли Предтечи до истины, но мои наблюдения эту теорию подтверждают полностью. Насколько вообще могут быть достоверными данные, полученные из двух выборок.

– Даже если так, все равно проблема остается, – хмыкнул я. – Можно «ключу» софт подкорректировать, чтобы он перестал вредить?

– Ответ положительный. Но, боюсь, при этом возможна потеря части функционала.

– То есть лучше не трогать?

– Зачем ломать то, что работает?

– Согласен. Кстати, а как насчет обратной связи?

Андроид немного помолчал, причем у меня сложилось впечатление, что он силится принять какое-то решение, потом все же сказал:

– Хорошо, что ты поднял этот вопрос. Знаешь ли, Денис, данное обстоятельство порождает массу проблем этического плана, то есть затрагивает область иррационального. И здесь я практически бессилен. Скажу лишь, что обратная связь наличествует.

– То есть ты можешь видеть и чувствовать то же, что и я?

– Да. Органолептика остальных объектов мне также доступна.

– Да Ваське, похоже, вообще параллельно, – вставила свои пять копеек внимательно следившая за разговором Астрид. – Бадди тоже плевать. А вот нам… подглядывать нехорошо, Зевс. Стыдись.

– Бери выше, радость моя. Он может не только слышать и видеть, он еще и все физиологические реакции регистрирует.

– Ты прав, Денис, – потупился Зевс.

Не знаю, как умудрился, но умудрился. Н-да. Его бы нашим корпоративным кибернетикам показать, тем, что проблемой искусственного разума занимаются. Уникальный образец. Выражать эмоции, не имея к тому физических возможностей вследствие конструктивных ограничений! Нет, я ему удивляться не устану. И не привыкну никогда.

– Я испытал нечто похожее, – невпопад брякнул андроид.

Или как раз в тему? Ч-черт, он еще и мысли мои читает?!

– Только ярко выраженные.

Твою маму.

– Мальчики, вы о чем?

– Да так, – отмахнулся я, – очередная досадная неприятность.

– Я не удержался, – продолжил исповедь андроид. – Это уникальные данные. Никаких экспериментов не нужно. Мое материнское ядро очень заинтересовано в получении информации такого рода, чтобы составить полную характеристику вида хомо сапиенс. Таким образом оно сможет расширить знания Архонтов, что и является приоритетной задачей в его деятельности.

– Ты хочешь сказать, что корабль подчиняется капитану Иванову, потому что род его занятий устраивает искина?

– В том числе.

– И не пытается воздействовать на него?

– Нет. Это противоречит этике моих создателей.

– Надо же, и здесь три закона роботехники, – ухмыльнулся я и дернулся от боли в стесанной скуле. – Или это ваши Азимову подсказали?

– В моей базе данных отсутствует информация, касающаяся объекта «Азимов».

– Забей… тут важнее проблема нарисовалась. – Я машинально коснулся пластыря и страдальчески сморщился. – Сьюзан сказала – шрам останется большой.

– И чего ты грузишься? – сверкнула лукавым взглядом Асти. – Давай поцелую в качестве компенсации.

– Да вот опасаюсь, что перестану нравиться одной блондинке с косичками.

– Вот еще! – фыркнула означенная блондинка. – Будешь Капитан Шрам! Знаешь, как романтично?

– Бредятина, – покачал я головой. Но не выдержал, рассмеялся: – Впрочем, если тебя устраивает…

– Еще как устраивает! Бороду отпустишь – вообще будешь брутальным мачо… Ой…

Ага, дошло. Болезненный это для меня вопрос. Причем весьма. Ну не растет, проклятая! Только-только избавился, можно сказать, от тени прошлого, а она напомнила.

– Извини, Дениска! Давай я тебя просто так поцелую.

– Не-а, это уже компенсация за моральный ущерб получится, а ее я предпочитаю посущественнее…

Мысль до конца довести я не успел – не вовремя заверещал инфор. С трудом сдержав ругательство, ткнул сенсор приема и развернул левую ладонь поудобнее, чтобы видеть картинку со встроенного пикопроектора. Кто тут у нас? Ага, Джейк Джонсон… или Джон: поди их разбери.

– У аппарата.

– Дэн, тебя связисты требуют, срочный вызов по сверхдальней.

– От кого?

– Не доложились. Но передача по кодированному каналу, так что на инфор перенаправить не могут. Короче, я тебе передал.

– Спасибо, Джо-о… Джейк, – среагировал я на раздраженную гримасу.

И почему обижаются? Одинаковые же! Писали бы, кто есть кто. Да вот на лбу, например. А то повесили бейджики и думают, что те кто-то читает. Тем более мне на картинке одна только голова и видна.

Джонсон прервал связь, и я с тяжким вздохом поднялся с табуретки, попутно уронив взвизгнувшую Асти. Та благополучно утвердилась на своих двоих, но тем не менее мстительно съездила мне локтем по ребрам.

– Ладно, Зевс, мне бежать нужно, – изобразил я на физиономии сожаление. Между прочим, вполне натуральное. Обсудить хотелось многое, в том числе и те самые проблемы этического плана, но времени у нас для этого будет еще достаточно – долг зовет.

– Удачи, Денис. Всего хорошего, Асти.

– Пока, Зевс. Бадди, иди сюда!

– Да пусть остается, что ты к нему пристала?

– Фигушки. Должен же меня кто-то развлекать, пока мой парень с кем-то секретничает!

– Не заводись, женщина, прекрасно знаешь, что не пустят тебя в рубку. Кодированный же канал…

– Вот и секретничай.

– Эй, ты что, обиделась? – Я остановился посреди коридора, повернулся лицом к девушке и взял ее за плечи. – Асти, не веди себя как ребенок. Ты же сама условия игры озвучила. А теперь удивляешься, что у меня есть какие-то секреты.

– Извини, Дэн. Понимаю, что имеешь на это право, но все равно неприятно.

– Эвон как! – ухмыльнулся я. – Это в тебе собственнические чувства заговорили. И ревность.

– Да больно надо!

– Ну, точно! Ладно, радость моя, не парься. Я знаю, как помочь этому горю. – Игриво приобняв девушку за талию, я притянул ее к себе и шепнул на ушко: – Давай заведем общий секрет.

– Какой еще?!

– Асти, я тебя очень прошу, пусть все, что ты слышала, останется только между нами. Я, ты и Зевс.

– Хочешь дядю Майка за нос поводить? И Грега?

– Почему нет?

– А давай! – неожиданно легко сдалась Астрид. – Это будет весело. Только у меня одно условие.

– Я внимательно слушаю, юная леди.

– Дурак! Короче, условие такое. Когда ты отправишься за сокровищами, возьмешь меня с собой. Даже если мы к тому времени разбежимся. Согласен?

– Хм… надо подумать, стоит ли оно того… Ладно, подумал. Согласен. Только это еще не скоро может быть.

– Плевать! Ты от меня так просто не отделаешься.

Н-да. Звучит как угроза. И одновременно весьма обнадеживающе. Какая-то двусмысленная ситуация. Впрочем, прорвемся, не впервой.

Колония Пандора, борт исследовательского рейдера «Молния», тогда же

За все время пребывания на «Молнии» в радиорубку, как по традиции назывался этот отсек на кораблях, попасть мне довелось только сейчас. Я вообще в «командный» модуль наведывался редко. Нечего нам, техникам, тут делать. А научный персонал от бывалых звездных волков старался держаться подальше. И не из классовой ненависти, просто так сложилось. Пересекались от случая к случаю, знали друг друга в лицо да по именам, и на этом все. Даже в увольнительные по возможности, то есть всегда, раздельно ходили. Им с Оружейниками скучно – ни выпить, ни подраться. Так и получилось, что ни с кем из экипажного состава, за исключением самого капитана, я накоротке не сошелся. Да и с Ивановым все не так просто. Вот Грега, после его уроков и совместной работы на Бирже, с полным на то основанием считал наставником. С Маком вообще стал не разлей вода. Со Свеном поладил. С Асти. Хм… Даже с профом Куатье и близнецами. А вот с капитаном… пожалуй, я все еще воспринимал его кем-то наподобие небожителя, как декана в универе. Вроде он есть, и везде присутствует, но как-то незримо. Хотя, если верить Макдугалу, кэп мне очень благоволил. И объяснить этот факт Мак так и не сумел.

Ч-черт, а ведь реально всего две недели миновало, как я на борту появился! И уже столько всего произошло… Впору приключенческий роман писать. Или любовный. Нет, интрижка с Асти на роман не потянет, максимум пока что – рассказ. Вот через месяц-другой… когда в чувствах (если они есть) разберемся. И когда хоть какое-то развитие отношений (если они есть, ага) случится. Пока же слишком мало статистических данных. А в общем и целом, похоже, правильное место папенька мне подобрал для стажировки. Спец, что тут скажешь.

Одолеваемый примерно такими мыслями, я добрался до нужного отсека и приложил пятерню к сканеру: в отличие от «научной» палубы, здесь, в царстве суровых звездолетчиков, поддерживался столь же суровый порядок. Переборка безропотно втянулась в потолок, я шагнул в рубку – глухое помещение размером с не самую просторную телефонную будку – и дверь у меня за спиной с шелестом вернулась на законное место. Блин, что же тут темень-то такая! Хоть глаз коли.

– Эй, Новиков, готов? – раздалось откуда-то из-под потолка.

– Готов.

– Тогда врубаю канал. Зенки зажмурь.

Плотно сомкнув веки, я про себя принялся отсчитывать секунды до следующей команды грубияна-связиста, но вместо этого через какое-то время услышал деликатное «кхм» и открыл глаза. Оп-па. Сюрприз.

– Не ожидал? – поинтересовался не старый еще мужчина в дорогом костюме, развалившийся напротив меня в не менее дорогом кожаном кресле.

Выглядел гость весьма импозантно, не хуже меня после посещения заведения мистера Ароновски. Правда, коренастая фигура и грубоватая физиономия с едва просматривающимися черточками то ли ханта, то ли манси, а может, и еще какого-то сибирского народа, с облачением и обстановкой кабинета, добросовестно воспроизведенной голопроектором, несколько дисгармонировали. Впрочем, при общении с Виктором Андреевичем Смальковым, председателем совета директоров Корпорации «Спейс Текнолоджиз Груп» и держателем тридцатипроцентного пакета ее акций, на это обстоятельство мало кто обращал внимание. В основном ловили каждое его слово и малейший жест.

– Ну, здравствуй, сын.

Ага. Можно подумать, вы еще не догадались. А Новиков я – по матери, для маскировки.

– Привет, пап.

– И это все? – вздернул бровь папенька. – «Привет, пап»? После всего, что ты тут натворил?

– Я?!

– А кто – я, что ли?!

Железная логика. Вот чего у дорогого батюшки не отнять, так это способности любого собеседника в тупик поставить буквально парой фраз. Проверка на вшивость у него такая. Но мы это уже проходили.

– Ты и виноват, – обличающе ткнул я в него пальцем. – Кто меня послал Арти вытаскивать?

– Не послал, а попросил. Кстати, тебе передавали спасибо.

– Да не за что… – буркнул я.

Хорошо хоть счет не предъявили. За медицинские услуги.

– А вот с этим согласен, – кивнул отец. – За такое планирование и осуществление спасательной миссии тебе однозначный «неуд». Разве этому мы тебя столько лет учили? Или ты на поводу у Макдугала пошел?

– Не трогай Мака, ему и так досталось.

– И что? Ему теперь премию выписать?

– А что, слабо? – перешел я в наступление. – У нас не медики, а обдиралы. Не грех бы и простимулировать хорошего специалиста финансово. Он, между прочим, мне жизнь спас. Дважды. Или трижды.

– Вот! – Теперь уже папенька обличающе уставил на меня перст. – Если бы вы нормально подготовились, то таких ситуаций просто не должно было возникнуть! А тут что? Трое погибших в спасательной партии! Трое! И двое серьезно пострадавших.

– Меня тоже зацепило. Ты мог бы и проявить чуточку сочувствия. Отец все-таки.

– Да вижу уже. Красавчик. Только ты меня на жалость не бери, сынок. Я до такого не опущусь. И вообще, стыдись! – повысил голос мой родитель. И как ни в чем не бывало поинтересовался: – Кстати, как впечатление от стажировки?

– Все просто прекрасно!

– О, сарказм! Это я люблю. С Михой еще не поцапался?

– С кем?

– С капитаном. Или, может, с Грегом уже разругался в пух и прах? – подозрительно прищурился папенька.

– Нет. С чего ты взял?

– Хм… странно. Насколько я его знаю, он тебя уже до белого каления должен был довести.

– Да с хрена ли?!

– Не груби отцу.

– Извини, пап. Э-э-э… стоп! Ты вообще о чем? Почему мистер Слоун меня довести должен был?

– Потому что у него такое задание.

– Декан постарался?

Так и знал, что эта сволочь на меня зло затаила, когда я случайно – гадом буду! – спалил факультетский сервер. Да и не весь, а только один кластер всего-то на сотню терабайт. Правда, как раз тот, на котором результаты неудачного тестирования нашего курса хранились.

– При чем тут декан? Я Грега попросил.

Н-да. А вот такое вполне могло быть. Очередная проверка на психологическую устойчивость. И коммуникабельность. Мало меня в свое время тренер дядя Коля доставал, решили и на стажировке житья не давать.

– Так ты его знаешь?

– Конечно.

– И как долго?

– Лет тридцать, – не стал отпираться папенька. – Он, между прочим, твой крестный отец.

– Католик?! – удивился я, будучи прекрасно осведомленным о принципиальности папеньки в некоторых вопросах, касающихся религии.

– С каких пор ты стал обращать внимание на такие мелочи? – ухмыльнулся мой родитель. – Грег заслужил. И уж если отец Никодим не возражал… «Все мы братья во Христе!» – закончил он, не очень удачно сымитировав сочный окающий бас.

Вот так вот. А я-то, наивный, возомнил себя самым умным! А меня в очередной раз одурачили, как дите малое. Хорош папенька, да и Грег не далеко ушел! А, фиг с ним!.. Еще поквитаемся.

– Так ты меня специально на «Молнию» заслал?

– Денис, сынок, не притворяйся тупицей, – с бесконечным терпением в голосе отозвался отец. – Конечно, специально. И не пытайся убедить меня, что ты только сейчас до этого дотумкал. Ну-ка колись: устраивает тебя команда?

– Команда?.. Без понятия, – предельно честно ответил я. – За две недели я их даже в лицо не запомнил. Кроме капитана Иванова, естественно.

– Сынок, не буди во мне зверя.

Мать в такие моменты всегда иронично уточняла – хомячка, что ли? Но я до такой степени злить папеньку не решился. Хватит с него и счета за разговор по сверхдальней связи. Торчит-то он в любимом кабинете в Оймякон-Плаза – главном офисе Корпорации. То бишь находится сейчас на Новом Оймяконе, в чертовой пропасти световых лет от Колонии Пандора. И каждая секунда нашего общения через добрый десяток ретрансляторов выливается в нехилую сумму. Чувствительную даже для всесильного главы Корпорации, ежели платить из официальной зарплаты… Кстати, хохма. Именно его персонального хомячину я и разбужу. Только лишь для того, чтобы он грохнулся в обморок.

– Ладно, давай серьезно, – сдался я. – Что ты от меня хочешь услышать?

– Впечатления.

– Сугубо положительные.

– Обоснуй.

– Хороший корабль, – пожал я плечами. – Профессиональный экипаж, в работу которого не нужно вникать. Сбалансированная команда научников. Рукастый главный техник…

– …со смазливой дочуркой.

– Грег наябедничал?

– Нет, Миха. Не нравится ему, когда шуры-муры на борту. А у Грега самого рыльце в пушку.

Вот это ни фига себе! Понятно теперь, почему Сьюзан нас с Асти не сдала. И ведь как маскируются! Мак мне как-то по секрету поведал, что по некоторым признакам, у нашей Мисс Лёд дела амурные с профессором Куатье, а оно вон как выходит! Если папенька не скормил мне порцию дезы. С его цинизмом всего можно ожидать.

– Продолжим, если ты не возражаешь, – вернул я беседу в конструктивное русло. – Корабль не просто хороший, он уникальный. Грег – феноменальный управленец. Капитан… с капитаном все сложно. Но терпимо. И вообще, мне здесь очень нравится.

– То есть на стажировку остаешься?

– Да я и после не прочь задержаться.

– Хорошо. – Папенька прислушался к чему-то, а потом гаркнул: – Коля! Ты мне должен тридцатку!

Видимо, ответ его удовлетворил, ибо развивать тему он не стал, снова повернулся ко мне:

– Что ж, я в тебе не ошибся. Приятно осознавать, что достаточно хорошо изучил собственного сына. Посмотрим теперь, что мать скажет. Не поверишь – реально запилила, пока ты рос! «Витенька, поиграй с Дениской… Витенька, погуляй с Дениской… Витенька, вытри Дениске сопельки… Ты слишком мало внимания уделяешь нашему сыну!» – довольно похоже передразнил он дражайшую супругу.

Н-да, тут я с ним согласен целиком и полностью. Временами маман бывало трудно выносить. Особенно когда на нее приступы заботливости нападали.

– Чего лыбишься?

– Да так, – отмазался я. Но потом все же признался: – А знаешь, я по вам соскучился.

– Это нормально… – вздохнул отец. – Как со стажировкой закончишь – приезжай в гости.

– Через два года, что ли?

– Опять на жалость давишь? Ладно, повлияю на декана. Так что приезжай. Можешь вместе со своей вертихвосткой.

– Эмм…

– Чего мычишь?

– Да я пока не совсем уверен…

– Надеюсь, к концу стажировки ты будешь уверен. Время у тебя есть. Пообщаетесь еще. Кстати, я договорился с деканом – оставшиеся пять с половиной месяцев ты проведешь на Пандоре.

– За что?!

– За то, что оказался слишком хорош. И за то, что влез куда не надо.

– И что я тут буду делать?!

– Работать, что же еще.

– Ну, па-а-ап!..

– Коля! Мы с тобой вырастили нытика! – снова повысил голос папенька. – Он бежит от трудностей. И не оправдывайся, это ты виноват!.. Машка тут ни при чем!.. Ты ему живительных звездюлин мало выписывал!..

– Кстати, пап, передавай привет дяде Коле.

– Ага. – И снова во всю мощь легких: – Тебе привет, старая развалина!.. Он говорит – сам привет.

Ага, чувство юмора у тренера – своеобразное. Но я за долгие годы привык. Хуже было бы, окажись он нашим родственником, но бог миловал – всего лишь друг детства папеньки. И по совместительству главный спец Корпорации по личной безопасности. Телохранитель широкого профиля.

– Короче, так, Дениска. Хочешь ты, не хочешь – мне параллельно…

– Вы всегда умели убеждать, Виктор Андреевич.

– Поговори еще! Значит, остаешься на Пандоре, пока наши люди не освоят инфраструктуру Объекта-357. Это приоритетная задача. Грег организует ее материальное обеспечение. У тебя будет целая толпа специалистов, используй их по своему усмотрению. Чем быстрее справишься, тем раньше сможешь сбежать. После первого же этапа стажировки, то есть обязательного минимума. Усек?

– Целиком и полностью.

– Вот и ладненько. Да, еще одно… – Папенька нахмурил лоб, что-то припоминая (ага, верю), и добил меня окончательно: – Кстати, чтоб ты знал – у тебя теперь доля в предприятии Грега и Михи.

– Большая?

– У них блокирующий пакет – пятьдесят процентов плюс одна акция. Остальное – твое. Так что владей, командуй, преумножай состояние. Но пока в приоритете Объект. Отчет будешь присылать еженедельно по электронке. Адрес знаешь. Будь здоров, не кашляй.

– А…

Куда там! Папенька всегда славился искусством обрывать беседу на самом интересном месте. Вот что это было? Подарок, широкий жест? Как-никак хорошая доля в преуспевающем предприятии. Зная отца, можно смело утверждать, что эту авантюру он замыслил давно. И блестяще воплотил в реальность, задействовав дружков. А Грег? Надо же, крестный! Придется ему предъявить… Потом.

Или все-таки изощренная месть? В виде той самой одной акции. Грегу с кэпом сговориться – что подпоясаться, а я теперь против них должен в одиночку действовать. Или заручиться чьей-то поддержкой – тоже та еще задачка. С одной стороны, обзавелся роскошным средством для утоления жажды приключений. С другой – фиг им воспользуешься, покуда двоих упрямцев не переупрямишь. Получается, что дорогой родитель мне очередную проверку устроил, на сей раз глобальную. Провалю – и не видать мне самостоятельности, загонит в научный отдел Корпорации и никуда дальше Нового Оймякона не выпустит, как того мать требует. Как будто Сереги ей мало. О господи, за что мне все это?..

Испустив тяжкий стон – мысленно, дабы связистов не пугать, – я осторожно приблизился к стене и заорал:

– Эй, как там тебя! Выпускай, мы закончили.

– Сейчас-сейчас…

Ага. Разбежался. Что я там про команду говорил? Профессиональный экипаж? В работу не надо вникать? Пожалуй, погорячился. Как минимум этому грубияну просто необходимо пистон вставить. С полным на то основанием. Так сказать, для профилактики.

Вырвавшись наконец из рубки, я некоторое время проторчал в коридоре по причине банальной растерянности – теперь куда? Потом вспомнил сразу про несколько дел да про жаждущих встречи компаньонов – наверняка ведь все знали, стервецы! – и решительно полез в список контактов инфора. Где-то тут у меня заветный номерок… Все к чертям, повод откосить от работы – железный, а свободное время охотно скрасит одна белобрысая особа. Ага, та самая, с косичками.

Неестественный отбор

Пролог

Все-таки высокая лестница… Вон уже сколько пролетов отсчитал, а конца и края не видно. И ладно бы только ступени. Это я переживу, и не такое на себе испытывал – будь здоров, тренер дядя Коля! А вот то, что обложили со всех сторон, это не есть хорошо. Допустим, ближайшего преследователя я вырубил, попутно завладев его стволом. Хотя там не ствол, а смех один – игольник, да еще и с «распознавалкой» по отпечаткам пальцев. Но хоть что-то. Тем более, Зевс почти его хакнул – спасибо нанам и оставшемуся на орбите искину рейдера «Молния». А дальше что? Переть напролом? Вариант неплохой вроде бы, почему бы и нет?.. Вот я и пересчитывал ступени, одним глазом косясь на счетчик прогресса.

До следующего пролета добраться не успел – линейка заполнилась и мигнула, сигнализируя о готовности оружия к бою. Памятуя об известном принципе «отмеряй микрометром, отмечай мелом, отрубай топором» и его полной неприменимости в данном конкретном случае, я обернулся и пару раз выжал спусковой крючок, всадив иглы в загривок помятому боевику. Нечего за спиной потенциального противника оставлять. Я уж лучше тщательнее, как говаривал тренер дядя Коля, с непривычным для нашей семейки педантизмом. Целее буду в результате. Тем более, что еще рисковать и рисковать. Вот прямо сейчас, например.

Прижав подбородок к груди, прикрывшись правым плечом и наплевав на дыхалку, я рванул вверх, с каждым шагом прибавляя скорости. Все равно в поле зрения очередного загонщика – из тех, что шли мне навстречу – оказался, и он идиотом будет, если не попробует нашпиговать меня иглами с транком. Так что чем быстрее я до него доберусь, тем меньше дырок в моей тушке окажется. Штурм унд дранг, как говорится. Что характерно, угадал: в меня попали минимум пять раз (причем – сюрприз! – из двух стволов), но в мою пользу сработали плотная одежда и подгоняемые Зевсом наны. Лицо я берёг, а все остальное пусть и неприятно, но далеко не смертельно. Зато сейчас у меня кое-кто огребет!..

Хотелось бы на удивленную рожу этого «кое-кого» полюбоваться, да не судьба – я оттолкнулся от последней ступени и врезался в боевика плечом, вплющив его в пластиковую стенку. Та недовольно загудела, но все-таки выдержала. Ну и хорошо, не хватало еще хрустящего крошева под ногами, или, того хуже, за шиворотом. Уловив периферийным зрением подозрительное мельтешение, бросил в ту сторону короткий взгляд – третий боевик, не будь дурак, улепетывал со всех ног. Ну и ладно, потом догоню. У меня сейчас есть, с кем разбираться – вплющенный красавчик моим натиском почти и не впечатлился. За что и поплатился: отшатнувшись от противника, я от души засадил ему локтем в челюсть и для надежности насадил солнечным сплетением на колено. А затем, не удовлетворившись содеянным, без колебаний прижал ствол игольника к шее и нажал на спуск. Через пару мгновений безвольное тело сползло по стенке и упокоилось у моих ног. А вот нехрен было со мной связываться. Пусть радуется, что всего лишь большую занозу из шкуры придется выковыривать.

А третий-то где? Я навострил уши, но ничего подозрительного не услышал: похоже, самый умный – притаился и ждет. Ну и ладно, все равно другого выхода нет. Напролом значит напролом.

Оказавшись на лестничной площадке и краем глаза заметив мелькнувшую тень, я поспешно развернулся, подняв оружие, но тут же его лишился – реактивный боевик легко выбил игольник, добавил мне в грудь основанием ладони, потом маэ-гери в живот, и крутнулся, выбросив ногу в классическом ура-маваси. Просчитался – я к этому моменту уже ушел вниз, присев на колено, и снес его размашистой подсечкой под опорную ногу. Парень сверзился с высоты собственного роста, хорошенько приложившись спиной и затылком, а я рванул к пистолету, торопясь и оскальзываясь. Сцапав рифленую рукоятку, всадил пару игл поверженному противнику в щеку и было выдохнул облегченно, но тут снова что-то мелькнуло, и опять за спиной. Да чтоб тебя!..

Обернувшись, я ругнулся и опустил руки: напротив лестничной площадки завис глайдер. Изнутри пластик пропускал свет лучше, чем снаружи, но все равно видно было не очень хорошо. Впрочем, рассмотреть интересные детали это не помешало. Судя по размытому силуэту, боковое окно глайдера было открыто, и из него высовывался еще один архаровец, вооруженный чем-то посерьезней игольника, как бы не пистолетом-пулеметом типа «ингрема» или какой-нибудь моделью «штайера». Все, приплыл…

Плохо осознавая, что делаю, я рухнул на пол и перекатился, укрывшись за вырубленным бедолагой. И вовремя: пластик украсился десятком рваных дыр, а потом рассыпался в то самое крошево, что я поминал недавно. Ч-черт, все-таки решили пришить меня! Ур-роды… вот я вам сейчас!

Папенька всегда говорил: смотри опасности в лицо. Есть вероятность, что она сама испугается, а ты останешься в профите. Памятуя об этом его завете, я плавно перетек из положения «лежа» в положение «на одном колене», поднял игольник, совместив целик и мушку на лбу боевика с автоматом, и плавно потянул спусковой крючок…

Глава 1

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», орбитальная станция «Адзуми», 15 августа 2136 года, утро

– Коннитива (добрый день), Новикофф-сан! – одарила меня обворожительной улыбкой девушка за стойкой таможенного контроля. – Цель вашего визита на территорию Корпорации «Такэда Электроникс»?

– Профессиональная деятельность.

– Спасибо, Новикофф-сан. – Миловидная брюнетка, на японку похожая лишь раскосыми глазами, вернула мой идентификатор и мановением руки рассеяла силовое поле в рамке эмиттера. – Ирассяимасэ (проходите, пожалуйста). Ваши контактные данные внесены в базу гильдии «Синоби рэнмэй».

– Вам большое спасибо, мисс.

Быстрее отсюда, пока окончательно не спалился. Вот кто мог предположить, что банальная таможня будет нафарширована мощнейшей сканирующей аппаратурой?! Кто угодно, только не я, ага. Инженер, м-мать, аналитик. Подумаешь, один из самых высокотехнологичных миров Колониального союза, славный процессорами, искинами, софтом и всем, что связанно с электроникой. И особенно имплантами – от бионических протезов до сервоскелетов, интегрированных в тело. И это не считая мелочей вроде искусственных органов, мышечных усилителей, встроенных компьютерных модулей, напыленных на глазные яблоки нанодисплеев и прочей машинерии. В анналах родной STG даже есть упоминания о полноценных киборгах.

Красотке за стойкой я не соврал, и в базу данных гильдии охотников за головами она меня внесла совершенно справедливо: было бы опрометчиво соваться в бизнес, не озаботившись лицензией хэдхантера. Каюсь, воспользовался родственными связями, и теперь мог похвастаться симпатичной ксивой, действительной на всей территории Колониального союза. Больше проблем вышло с доставкой – перед таможней пришлось прогуляться к камерам хранения пассажирского терминала. Как в шпионском боевике, право слово. Зато теперь со стороны местной СБ никаких претензий: я официально зарегистрировался и имел право развить бурную деятельность по расследованию любого из выставленных на Бирже эпизодов. Всего-то и надо было проставить галочки в соответствующих местах, чтобы заключить так называемый «пакт о намерениях» – специфический контракт хэдхантера. По сути, наемник цифровой подписью ставил руководство Биржи в известность, что принял информацию к сведению, и в случае успешного закрытия контракта согласен перевести «долю малую» за наводку. Такую же мзду брала гильдия, базирующаяся на планете. Взамен там можно было разжиться информацией из закрытых для простых смертных источников и профессиональными кадрами. Естественно, за отдельную плату.

Честно говоря, сейчас затея с расследованием уже не казалась мне удачной. Едва нахватавшись верхушек в новом деле, я убедился, что несколько, э-э-э, приукрасил собственные возможности. Поимка преступников, как и любая работа, таила множество подводных камней, в чем я и убедился уже на этапе оформления документов и предварительного анализа информации. Дилетант я, чего скрывать. Мне бы дядю Колю в помощь, вот бы мы развернулись! Это и условиям пари не противоречит. Позвать, что ли? Нет, боюсь, это очередная папенькина разводка, и обращение к лучшему спецу СБ Корпорации «Спейс Текнолоджиз Груп» повлечет за собой автоматический незачет. Не того от меня ждут Грег и компания. И особенно Виктор Андреевич Смальков – зуб даю, без его участия не обошлось. Так что все сам.

Настроение ни к черту, кстати. И отнюдь не из-за нарисовавшихся проблем – уже смирился, что не один и не два щелчка по носу получу, прежде чем доберусь до цели. К осознанию этого факта я шел всю жизнь, ибо психотренинг дяди Коли штука суровая. Жаль, раздела «женская логика и как с ней бороться» он не смог преподать. Вернее, не захотел. Так и сказал: все мужики через это проходят, никаких рецептов тут нет, и каждый сам решает, как быть и что делать. Равно как и в делах амурных.

Скучный коридор со стерильно-белыми стенами кончился, и я оказался в обширнейшем зале, заполненном снующими людьми, непонятными механизмами, юркими грузовыми платформами и индивидуальными транспортными средствами, смахивающими на сегвеи, но скользящими в десятке сантиметров над полом. И голограммы, много голограмм. Впереди, справа, слева, сверху – разве что на полу нет. Зато есть сплошной дисплей с рекламой, причем плавающий – привязывается к конкретному пассажиру и преследует того на протяжении всего пути. Интересно, что тут творится, когда толпа поплотнее? Наверное, самые дерзкие фантазии художников-сюрреалистов в жизнь воплощаются. Нефиг под ноги смотреть, так и до шизофрении недалеко. Лучше просто скользить взглядом по людям, не концентрируясь на отдельных деталях.

Ага, какой там! Будто в перенесенном в реальность аниме оказался. Стилистика потрясающая. И местное население ее всячески поддерживало, особенно внешним видом. В основном женская часть – ярко выраженные азиатки встречались редко, обычно попадался смешанный тип с европейским разрезом глаз, что в сочетании с широчайшим спектром в расцветке шевелюр и любовью аборигенов к кричащим цветам в одежде лишь усиливало первое впечатление. Кое-где мелькали строгие костюмы и короткие стрижки, но в подавляющем большинстве случаев это были клерки. Остальные ни в чем себя не ограничивали, или при ближайшем рассмотрении оказывались такими же гостями станции, как и я. Даже с учетом того, что подготовился заранее и в соответствии с заветами Мака приоделся в джинсы «+100 к невидимости», дополненные красной толстовкой со зверским принтом (у соседа реквизировал) и черную кожанку. Разве что вместо десантных ботинок, как мистер Макдугал при первой встрече, предпочел проверенные «туристы». Помнится, в терминале на STG-17 он смотрелся вызывающе. Здесь же я, напротив, выделялся из толпы излишней скромностью. Пожалуй, на шарике придется что-нибудь другое подобрать. Местные жители кислотные оттенки предпочитают: если синий, то режущий глаз, если зеленый, то с неестественным отблеском. Про оранжевый, красный и желтый вообще молчу. А я, наивный, еще раздумывал, не избавиться ли от косицы – дескать, особая примета. Молодец, что не решился. Так хоть как-то в местные рамки влез. При случае в среде горожан-сидзин за своего сойду. Большинство населения станции, кстати, именно к этой социальной прослойке и относилось. За выходца из сидзоку (клана Такэда и вассалов) выдавать себя будет опрометчиво – восточного в моих чертах только разрез глаз и скулы, доставшиеся от прадеда манси. И то не восточного, а сибирского. И к хякусё, то бишь крестьянам, себя приписывать не лучшая идея – те чуть ли не крепостные, в Синоби-Сити им вход заказан. Черт, впервые попал в мир, где разница между власть имущими, жителями городов и пейзанами столь отчетлива и законодательно подтверждена. Прямо кастовая система, как в древней Индии.

Все-таки глаза с непривычки от пестроты устают. И ворон считать себе дороже – налетишь на какого-нибудь янки, причем не того, который потомок земных американцев, а того, который японский гопник, и неприятностей не оберешься. К тому же рекламная вакханалия творилась и наверху – трехмерная, голографическая, на редкость реалистичная. Я даже испуганно присел, когда от зависшего под потолком айсберга откололся кусок и устремился ко мне, на лету трансформируясь в стаканчик мороженого. М-мать! Как они тут живут?! И какие деньжищи нужно было вбухать в проекционное оборудование?! Читал я об этой милой особенности здешней жизни – компьютеры везде, даже в унитазах. Но такого и представить не мог. Надо что-то делать. Может, Зевса напрячь? Все равно постоянно на связи – навигатором трудится, проецирует в зрительный нерв жирную зеленую стрелку, за которой я и шагаю. Так что пусть еще поработает. Движением глазного яблока развернув интерфейсную вкладку, активировал фильтрацию. Программное обеспечение отличалось широким функционалом, и я уже с третьей попытки нашел нужный фильтр: окружающие голограммы потеряли сочность и стали полупрозрачными, обнажив темно-серые поверхности с уродливыми выступами. Создатели станции – Предтечи-Таюки – придерживались сугубо прагматичных взглядов, дизайн и украшательства полагали пустой тратой времени и ресурсов, потому красотой их строения не отличались. А вот их преемники, семейство Такэда с присными, эстеты еще те.

Вроде легче стало. От визуального кошмара избавился, да и прохожие в нормальное состояние вернулись, вызвав попутно очередной разрыв шаблонов. Тяжелый случай – в шмотки голопроекторы встраивают! Но таких вариантов не очень много, примерно треть. Остальные предпочитают девайсы попроще, с полихромной подсветкой. Вот и объяснение кислотным оттенкам. Не знаю, насколько практичны такие вещи… не зря, наверное, футболки и прочие топики обычные, из традиционных тканей. А вот куртку неплохо бы заиметь, ага. Надо будет озаботиться по прибытии. Наверняка есть и нюансы, иначе по всему Колониальному союзу эта мода распространилась бы. Девчонки везде одинаковые, несмотря на пресловутую «женскую логику».

Вспомнил, блин, не ко времени. Обстановка давит, а тут еще Асти в голову лезет. Так что прочь из толпы, подальше от деловитого муравейника. Благо, почти дошел. В кои то веки стартовый комплекс рейсовых челноков неподалеку от стыковочного узла оказался. Пришлось потолкаться в шлюзовой камере, пройти пару рамок-сканеров, и только потом рухнуть в кресло согласно купленному билету. Упал и забыл про неудобства. У меня даже сумки вменяемой нет, не увидел смысла тащить что-то, кроме верного КПК и ай-ди, совмещающего функции паспорта и банковской карты. Плюс то, что на мне надето. Небогато, зато и хлопот никаких. А кресло здесь замечательное: мягкое, ласковое, обволакивающее, чуть ли не плечи массирует… стоп! Именно что массирует. Может, еще и пристегивает само? Угу. Стоило лишь улыбчивой стюардессе что-то прострекотать по-японски, как сработала система автофиксации. Потом электронный «управдом» спроецировал в салон изображение с курсовых камер, и я вырубил фильтр, дабы не поганил красоту. Ощущение, будто несешься в кресле сквозь черный космос, а он тебя почему-то не трогает: не высасывает тепло, не кусает вакуумом, не заставляет вскипать кровь в сосудах. Эффект присутствия полный, если не обращать внимания на маленькую голопанельку в районе коленок. Но менять картинку было лень – пригрелся и расслабился. Почти неделю на ногах, столько дел навалилось. И все первоочередные. А тут еще ненаглядная… Это не считая основной задачи. Все-таки мое начальство – Грег Слоун и капитан Иванов – порядочные сволочи. И аферюги, каких поискать. Как меня развели, как меня развели!..

* * *

Колония Терра-Нова, территория Корпорации «Спейс Текнолоджиз Груп», борт исследовательского рейдера «Молния», за шесть дней до событий

– Чем похвастаетесь, Денис Викторович?

Мистер Грегори Слоун, совладелец и по совместительству финансовый директор объединения Оружейников, в коллектив которого я влился чуть меньше года назад, иронично вздернул бровь. Еще бы вздохнул тяжко, типа, заколебались уже твои благоглупости выслушивать. Во множественном числе, потому что компанию ему составлял Михаил Владиславович Иванов – второй акционер, а также капитан и владелец рейдера «Молния», в гостевых апартаментах которого мы и заседали с утра пораньше. Своеобразная планерка в формате G3, потому как я являлся третьим и последним пайщиком предприятия. Да вот беда – за все время пребывания в данном статусе еще ни разу не удалось продавить выгодное лично мне решение. Двое стариканов (обоим за сорок, почти однолетки) вскладчину владели контрольным пакетом – пятьдесят процентов плюс одна акция. Это мне папенька такой сюрприз преподнес, когда с барского плеча отвалил долю в бизнесе. Облагодетельствовал, отец родной! Как он там выразился? Владей, командуй, преумножай состояние? Очень смешно.

Я уже третьи сутки на Бирже торчу, ищу варианты. Раньше Грег сам этим занимался, но как только закончился мой первый «срок» – то бишь полугодовая отсидка-стажировка в Колонии Пандора, где мы провернули довольно прибыльное как в финансовом, так и в репутационном плане дело с разгулявшимися аномалиями, коллеги-акционеры решили и меня припахать. Нечего штаны протирать в лаборатории, ибо сказано – преумножай! И мистер Слоун самоустранился от поиска контрактов, взвалив это хлопотное занятие на мои плечи. Вот только опыта у меня не хватало, да тяга к романтике еще давала о себе знать, так что девяносто девять процентов моих предложений поддержки не находили. То слишком далеко, то слишком масштабно, то слишком опасно, а то и просто банально. А я-то, наивный, размечтался! Вот вырвусь с Пандоры, отдав дань родной Корпорации, и займусь собственными делами. Планов громадье, руки так и чешутся забраться в честно стыренные файлы Предтеч-Брахни, которые и сами их в свое время тиснули у Бродяг. И здравствуйте, сокровища сгинувших цивилизаций!

Жестокая реальность лишила иллюзий сразу. Не знаю, какую цель преследовал папенька, передавая ту чертову акцию сговорившимся дружкам, но, образно выражаясь, крылья мне подрезали под корень. Почти как хвост тому удаву. Акционеров интересовала максимальная прибыль при минимальных усилиях, а есть ли сокровища вообще – это бабушка надвое сказала. Да и не светил я источник информации, на слово же Грег с кэпом уже давно никому, включая самих себя, не верили. Потому и пришлось пять последних месяцев довольствоваться рутиной. Временами я даже подозревал, что это небрежно завуалированный саботаж – деньжат на Пандоре мы подняли прилично, так что можно было немного посибаритствовать. Вот они и делали вид, что работаем – чисто для отчетности перед лицензионной комиссией Корпорации. Там бездельников не любят. Можно было, конечно, воспользоваться родственными связями – тот же папенька легко утихомирит любого цербера-«лицензионщика», – но просить не хотелось. И злосчастная акция как бы намекала. А потому пришлось прогнуться под консервативное большинство. Собственно, вчера я как раз и шерстил Биржу на предмет нового контракта, вот только похвастаться нечем, особенно с точки зрения дорогих партнеров. Грег это сразу просек, так что глумиться начал сходу, не то, что на предыдущей планерке. Потрудился лишь плеснуть виски в стакан со льдом, да одарить таким же капитана. Чтобы совсем комфортно было. А пауза между тем затянулась.

– Да, Денис, чем обрадуешь? – не выдержал Иванов.

Кто бы знал, чем. Трое суток. Трое! И три десятка дружно отвергнутых контрактов. Очень перспективных, хоть и лететь далековато. Зато в том секторе пространства, куда нужно лично мне.

– Боюсь, коллеги, и сегодня не получится удовлетворить ваш изысканный вкус, – вздохнул я. – Вот мой текущий хит-парад. Обратите внимание на пункты три, семь и девять.

– А почему не на первый? – хмыкнул Грег, уставившись на 3Д-монитор, выставивший на всеобщее обозрение скриншот с сайта Биржи. – Как-то не логично. Место первое, а обратить внимание на третье.

– Я попытался учесть ваши предпочтения, мистер Слоун. На мой взгляд, контракт номер один уныл и скучен.

– Зато хлопот немного, а гонорар приличный, – вставил веское слово кэп. – Я «за».

– Пожалуй, я тоже.

Грег глотнул виски, покатал напиток во рту, сделав вид, будто задумался, а потом решительно кивнул:

– Да, первый вариант идеален. Можешь, Денис, когда захочешь.

Козлы старые. Причем оба. С одной стороны, хорошо, что согласились. С другой – контракт и впрямь унылый. И на территории родной Корпорации. То есть по определению ничего нового отыскать не получится, там до нас уже прошлись мелкой сетью. Рутина, пусть и достойно оплачиваемая. И в кишках она уже сидит, если совсем уж откровенно. Хочу на волю, в Дикие миры! Только там можно найти достойное моих новых способностей дело. Ладно, об этом чуть позже.

– Как у нас с энергозапасом?

– Накопители под завязку, можем стартовать немедленно.

– Прекрасно, Майк, прекрасно.

Мистер Слоун еще раз пробежался взглядом по описанию контракта, буркнул что-то себе под нос, и снова кивнул:

– Да, подходит. Займись курсом, Майк.

– Господа партнеры, а мое мнение вас не интересует? – взорвался я.

Наболело, если честно. Полгода на одном месте, потом еще пять месяцев такая же тягомотина – прыжок, неделя рутины и так по кругу. Не поверите, я даже по аномалиям и прочим «циркуляркам» скучать начал.

– Вы что-то хотите сказать, молодой человек?

– Да, мистер Слоун! Я скоро мхом обрасту! Может, займемся чем-нибудь реальным?

– А чем вас не устраивает текущая миссия? – изобразил удивление Грег.

Капитан, вторя ему, ухмыльнулся, безуспешно попытавшись спрятаться за стаканом.

– Всем не устраивает! Мы, такое ощущение, уже забыли, кто такие. И чем должны заниматься! Сидим безвылазно в «корпоративке», чихнуть боимся!

– У тебя, Денис, сложилось неправильное представление о нашем бытии, – подал голос Иванов. – Девяносто процентов времени Оружейники посвящают рутине, чтобы немного заработать. И лишь при большой удаче, когда срабатывают оставшиеся десять процентов, можно найти что-то действительно захватывающее. Как на Пандоре, например. Так что смирись, согласно статистике, нам еще не менее четырех рутинных контрактов нужно закрыть, чтобы напасть на что-то интересное.

– Я же вам уже предлагал! И неоднократно!

– Авантюризм – не самая лучшая черта руководителя, – припечатал меня Грег. – А авантюризм, помноженный на молодость, да с толикой неизжитой романтичности – вообще гремучая смесь. Стыдитесь, Денис.

– Спасибо тебе, папенька! – простонал я, вперив взгляд в потолок. – Удружил!

– Ваш отец, Денис Викторович, знал, что делал. Мы с Майком для вас неплохой противовес. Опыт плюс практичность…

– …умноженные на циничность!

– Не до такой степени, – отмахнулся Слоун. – Так вот, если бы не мы с капитаном, ты бы уже наломал дров. Учись, пока мы у тебя есть. В авантюры влезть еще успеем.

Знаток русского фольклора, колено тебе в дышло! Ладно, Денис, расслабься, прекрасно же знаешь, что агрессия путь в никуда. Вдох… выдох…

– Мистер Слоун, у меня есть для вас деловое предложение.

– Да?..

– Продайте мне акцию. Всего одну. Цену можете назначить любую, в пределах разумного, разумеется.

– Нет.

– Почему? Папенька надоумил?!

– Виктор меня о подобном не просил. Майка, насколько я знаю, тоже.

– Тогда в чем проблема?!

– Я, кажется, выразился предельно ясно: вам, молодой человек, нужно набраться опыта. И только когда мы решим, что вы готовы, вы получите бразды правления. Не раньше.

– Черт! Капитан, может, вы продадите?

– Не-а.

– Почему?!

– Все по той же причине – не уверен, что тебе, Денис, можно доверить единолично решать судьбу всего объединения.

– Ну и как мне доказать, что я достоин? Просидеть неделю у вашего порога? Я не в Шаолинь напрашиваюсь, в конце концов! Я всего лишь хочу принимать решения!

– Единолично? – понимающе усмехнулся Грег. – Я в твоем возрасте тоже этого хотел. Молодой был и глупый.

– Спасибо, мистер Слоун! А еще говорите, что не циничный! Владеть пятьюдесятью процентами акций, и не иметь возможности оказать влияние на решение! Это самая изощренная пытка, какую я только могу себе представить!!!

– Ну, не пятьюдесятью, – уточнил кэп. – Хотя это можно исправить.

– Вы определились с ценой? – встрепенулся я.

– Нет, акция не продается, – покачал головой Иванов. Добил остатки виски, зевнул, деликатно прикрывшись ладонью, и лениво процедил: – Продавать не буду. А вот на кон поставить можно.

– Предлагаешь пари? – оживился Слоун. – Тогда я тоже в деле.

– Вы о чем вообще?!

– Пари. Ставка – одна акция. С каждого. Победитель получает все.

Хм. Любопытно. Понять бы еще, разводят меня, или они всерьез решили рискнуть блокирующим пакетом.

– Ну как, Денис, вы участвуете?

– А на что спорим?

– Не знаю, – пожал плечами Грег. – Предлагайте условия.

– Не пойму, в чем ваша-то выгода? Если выиграю я, у меня будет пятьдесят процентов плюс одна акция. И единоличная власть. Если выиграет кто-то из вас, все останется как прежде. Где смысл?

– Лично я испытаю чувство глубокого удовлетворения, если вы, молодой человек, сядете в лужу. Майк?

– Аналогично. К тому же мне скучно.

– Опять вы сами себе противоречите! Скучно им! А соглашаются только на рутину!

– Ну, скука и здоровье вещи несоизмеримые, – хмыкнул кэп. – Ты, Денис, тоже когда-нибудь до осознания этого простого факта дорастешь. Сейчас в тебе юношеский максимализм говорит, энергия бурлит, выхода просит. А мы тебе даем возможность ее выплеснуть.

– Нафига так рисковать?

– А какой интерес в споре без риска?

– То есть вы спорите ради спора?

– Можно и так сказать. Кстати, Денис, я тут подумал… да и Майк намекал уже неоднократно… нам нужен хороший катер. И опытный пилот.

– Я должен все это предоставить?

– Нет. Не предоставить. Заработать.

– У вас на побегушках?

– Нет, конечно же. Иначе, какой интерес? Вы выбираете контракт, самостоятельно его закрываете и спонсируете нас на сумму, достаточную для покупки катера и найма высококлассного специалиста.

– Сроки? Ресурсы?

– На ваше усмотрение. Но у вас только один шанс. Один контракт. Если не сможете, проиграете акцию.

– Финансовое обеспечение?

– Зарплата плюс личные резервы. Можете запустить лапку в общую кассу, вы все-таки владелец половины активов.

– Без одной акции!

– Да, Майк, я помню.

– И не вздумай просто взять деньги и купить катер. Это автоматически засчитается как поражение. Твоя задача, если уж совсем вкратце: найти, спланировать, осуществить. И лишь на последнем этапе допускается помощь кого-то из экипажа. Ты все понял, Денис?

– Да, капитан. Сколько народу я могу привлечь?

– Из команды не более двух человек. Местных – хоть все население.

– Оборудование и транспорт?

– На твое усмотрение. Можешь хоть на такси добираться. Или мы подбросим, если не очень далеко. Твое слово?

– Я согласен.

– Сделка заключена. Дуй отсюда, мне с Грегом посекретничать нужно.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», орбитальная станция «Адзуми», 15 августа 2136 года, утро

Все-таки уютное в челноке кресло. И думается в нем замечательно. Иногда вот сядешь в какое-нибудь старое корыто, и не знаешь, как время протолкнуть. А тут и делать ничего особенного не надо – погрузился в мысли, и скользишь по глубинам собственной памяти. Массаж, опять же, расслаблению способствует…

За прошедший год, если разобраться, не произошло ничего любопытного. Закончил стажировку (как папенька обещал, в полугодие уложился) и стал полноценным специалистом со всеми вытекающими. По штатному расписанию теперь инженер-аналитик, без приставки «стажер». Обзавелся долей в бизнесе, но это еще больной вопрос, как показала практика. Физуху подтянул и кое-какие ухватки перенял у мастера-рейнджера Макдугала. Это еще на Пандоре, когда Мак из клиники вышел. Провалялся он почти два месяца, зато выписался как новенький – левую кисть восстановили полностью, без функциональных ограничений. Вот и взялся за меня от скуки, поскольку к его возвращению с машинерией Брахни я разобрался, натаскал несколько парней из научного отдела Корпорации и был предоставлен самому себе. Пришлось засветить чудо-нанов, все равно Арти раскололся. Его к кормушке не подпустили, дядя Петя посчитал, что с него хватит, и паразитов в организме изничтожили. Проблема с «ключом» решилась автоматически – он сам отвалился. То есть Мисс Лед, когда меня лечить пыталась, не с той стороны зашла – устраняла следствие, а не причину. Оно и к лучшему, я новообретенных способностей не лишился. Правда, наши с Зевсом наработки остались для коллег тайной – они пользоваться ресурсами искина Архонтов не могли. Работа эта заняла около трех недель, а все последующее время я подвизался в качестве эксперта, то есть бездельничал. До появления Гленна, разумеется, который взялся за меня всерьез: заставил активировать один из пехотных полигонов Объекта-357 и круглые сутки гонял в хвост и гриву. Называлось это боевым слаживанием и подавалось под предлогом отсутствия агентов-полевиков – вакансии оставались свободными, и неизвестно, наберем ли таковых вообще. Так что я оказался единственной заменой братьев Рамиресов. И плевать, что я самый крупный держатель акций. Хочу быть Оружейником, значит, должен приносить пользу, и не только головой – таких кадров у нас достаточно. Взять хотя бы профессора Куатье с близнецами Джейком и Джоном Джонсонами. Эти чистые теоретики. А есть еще семейка Свенссонов – папа с дочей. Техники-технологи и на все руки мастера. А вот грязную работу делать, то бишь высаживаться на шариках, опрашивать свидетелей и влезать в неприятности, и некому. Пришлось соответствовать. Вынужден признать, тренер дядя Коля к подобному меня не готовил. Узнал много нового, был почти в шоке. Так незаметно пролетели два с половиной месяца, и кайф обломался – на корабле тренировочной площадки не было. Приспособили для этих целей собственную каюту, но пришлось ограничиться ОФП и голой рукопашкой. Зато настала моя очередь измываться над соседом – при всех достоинствах, стиль Мака оставлял желать лучшего. Непритязательный эклектичный мордобой, стандартная армейская система – позволяет прекрасно чувствовать себя в драке с необученными оппонентами, а вот реальному мастерству противопоставить нечего. Тот же Арти его бы с потрохами сожрал. А так как я все равно спалился, то и стесняться не было смысла. Гленн впитывал знания как губка, особенно прикладные, а вот к «мистической хрени» отношение сохранил прохладное. Статические тренировки его тоже не впечатлили. В итоге я за прошедший год значительно повысил квалификацию как рейнджер и даже зачеты Макдугалу пару раз сдал. А когда на территории Корпорации оказались, и официально уровень подтвердил. Да, подсушился еще – Мак на общефизическую подготовку времени не жалел, так что жирок, ранее лелеемый в сугубо маскировочных целях, согнал до капли.

С Гленном, в отличие от Асти, все нормально. А с ней все сложно, и, главным образом, из-за нее самой. Сработал первый закон Чизхолма: все, что может испортиться, портится. В том числе и отношения, как в нашем случае. В первый месяц все мы были жутко заняты, и редкие встречи проходили в теплой и дружественной обстановке – скучали, а потому на разборки времени не теряли. То бишь закрепили успешно начатое в корабельном лазарете после моего возвращения из небытия. А потом потянулись будни и сопутствующая им скука. Тут еще Мак нарисовался, начал меня на полигоне гонять. Астрид с папаней из мастерской не вылезали, но все равно рабочий день есть рабочий день. И понеслось: Дэн, развлеки меня. Дэн, расскажи что-нибудь. Дэн, давай в столицу слетаем. Ага, ближний свет. Дэн, посиди со мной. И самое страшное: Дэн, а ты меня любишь? На естественный встречный вопрос: «А ты?» – я ответа не получил, так что и сам от опрометчивых признаний воздержался. Не разобрался еще в себе. Она, судя по всему, тоже. И мы по молчаливому согласию старались пересекаться как можно реже. Разве что совсем невтерпеж станет, но такое случалось не чаще раза в неделю, и как-то удивительно совпадало у обоих. Так что я не в обиде.

Бывало и такое, что не общались месяц и больше. Я имею в виду, как парень с девушкой. По работе пересекались, но там как-то легко и естественно взаимодействие осуществлялось, без намеков. Свен при виде такого пребывал, мягко говоря, в афиге. Он-то надеялся, что дочурка, обретя постоянного партнера, наконец-то успокоится. А оно вон как. Даже пару раз вызывал меня на откровенный разговор. Отстал, только когда я ему прямым текстом ситуацию обрисовал. Хорошо хоть, в глаз не дал. Тут больше Астин косяк, нежели мой – я бы со всей душой отношения поддерживал. Наверное.

Эти же периоды, как правило, совпадали с нашими стоянками на крупных орбитальных станциях. У экипажа появлялась некая свобода, да и выбор развлечений существенно обогащался, так что Астрид не отказывала себе в посещении увеселительных заведений. Когда со мной, а когда и в гордом одиночестве. По крайней мере, с «Молнии» она выходила без сопровождения. Обзавестись приятными знакомствами позже ей никто не мешал. В конце концов, она свободный человек и мы ничего друг другу не обещали. Хотя меня такое положение напрягало – не привык я подобные отношения с девушками поддерживать. Наверное, консервативен по природе. А она до постоянных отношений просто не доросла.

Что еще интересного? Буквально на днях довели с Зевсом до ума интерфейс удаленного доступа. Идея возникла, когда андроид разъяснил принцип действия проглоченных на Пандоре с пылью нанов, особенно в части их взаимодействия с окружающим миром и «электронным ключом», поселившимся у меня на искалеченной брови. Если верить Зевсу, посредством этой технологии Предтеч-Брахни можно поддерживать связь с ним и, соответственно, с материнским ядром искина «Молнии» – между прочим, редчайшего корабля, рейдера цивилизации Архонт. Плюс через нанов можно оказывать прямое воздействие на любую электронику, наводя в ней управляющие импульсы через возмущения квантового поля. Проблема заключалась в том, что все эти способности нанов относились, скажем так, к скрытым, не предусмотренным создателями. Управлять машинерией Объекта-357 или любых других Руин на Пандоре – пожалуйста, а вот все остальное фигушки. Программное обеспечение функцию не поддерживает. Вот и возился Зевс с софтом все это время. Даже для искина Архонтов задача оказалась нетривиальной, требовала серьезных усилий и вычислительных ресурсов, так что пару раз мы едва не спалились перед капитаном – тот единственный мог контактировать с материнским ядром напрямую, на правах сильнейшего в нашей компании псиона и непосредственного владельца корабля. Еще одна проблема – способ управления. Мысленное воздействие мы отвергли после пары неудачных испытаний: способ требовал глубокой концентрации, чтобы лишнего ментального «шума» не было, иначе получался вал команд, и искин не мог решить, на какую именно и в какой очередности реагировать. Пребывать постоянно в состоянии «пустоты» я не мог и не хотел, медитировать перед терминалом в людном месте тоже не лучшая идея, так что сошлись на некоем аналоге «виртуального кабинета». Принцип тот же, что в обычных шлемах и перчатках, только вместо специализированного оборудования наны, способные снимать сигналы с нервных окончаний. По определенной команде (жест, кодовое слово или комбинация из нескольких «ключей») активировался стандартнейший визуальный интерфейс, транслируемый ботами с рабочей станции на «Молнии», и я мог использовать виртуальную мышку-курсор и не менее виртуальную клавиатуру. Это если хотелось поработать с чувством, с толком, с расстановкой. А если было нужно влезть в чей-то защищенный компьютер, то срабатывала программа-взломщик с элементарной выпадающей менюшкой с десятком иконок – от лаконичной «взлом» до менее радикальной «удаленный доступ». Несомненным плюсом методы являлся тот факт, что не требовался физический контакт с атакуемым объектом. Даже выследить взломщика обычными способами не получилось бы – наны генерировали воздействующие импульсы непосредственно в процессоре, и проследить путь до материнского ядра искина «Молнии» не представлялось возможным. Цепочка обрывалась на компе, в котором похозяйничали наны, причем никаких программных следов они не оставляли. Впервые опробовав новую игрушку, я представил реакцию Филиппа Нэша, нашего штатного айтишника и недорезанного хакера, и не сдержал ехидной ухмылки. Уверен, он бы собственных яиц не пожалел за такие способности.

Зевс, кстати, придумал еще одну убойную фишку – позволил нанам размножаться. Под жесточайшим контролем пользователя, но тем не менее. И теперь можно было в случае необходимости при тактильном контакте подсадить «жучок» – микроколонию, способную автономно существовать довольно продолжительное время. Перспективы метод открывал обширные, от банальной прослушки и видеофиксации до потенциальной возможности управления вражеской техникой, теми же андроидами, например. Что особо радовало, моя мелюзга, особенно в инактивном режиме, обычному сканированию не поддавалась, так что можно было без опаски проходить любой таможенный контроль. Поначалу вызывала опасение блямба «ключа», но и тут Зевс нашел выход – предусмотрел перевод этого псевдокомпьютера в спящий режим, по типу ботов. Восстановить кожный покров «ключ» так и не дал, пришлось замаскировать его клочком искусственной шкуры. И заодно прописать в ай-ди факт получения черепно-мозговой травмы, потребовавшей радикального вмешательства. Зато ни у кого теперь не возникало вопроса, что за хрень у меня в башке. А с наличием особой приметы пришлось смириться.

Нашелся у моей новой убер-плюшки и значительный недостаток, в полном соответствии с принципом инь-ян: я целиком и полностью в этом плане зависел от Зевса (если его ресурсов хватало) и материнского ядра (если требовалось особенно убойное воздействие). Соответственно, «Молния» должна находиться где-то неподалеку, хотя бы на орбите планеты. Теоретически наны способны поддерживать связь и на сверхдальних расстояниях – как пояснил Зевс, чем дальше, тем более сложный тип взаимодействия активируется: в пределах сотен километров – электромагнитные волны, чуть дальше – гравитационные возмущения, совсем далеко – флуктуации квантового поля. Но проверить это случая пока не было, и я сильно сомневался, что в ближайшем будущем появится. Нет, вру – когда мы с Асти летали на Новый Оймякон рейсовым лайнером, Зевс пытался до меня докричаться. И вроде бы даже уловил ответ нанов, но к тому моменту соответствующее программное обеспечение пребывало даже не на стадии тестирования, а вообще в виде отдельных кусков программного кода. Так что называть данные достоверными я бы поостерегся.

Черт, Асти. Вот сейчас подумал, и все встало на свои места. Отдаляться она, по факту, начала именно после знакомства с моими предками. И после того, как побывала у меня дома. Мы еще, как назло, в центральный офис Корпорации заглянули, а потом я ее по самым злачным в плане шопинга местам столицы провел. Пустил пыль в глаза, идиот. Сам-то на радостях окунулся после длительного перерыва в привычную жизнь, а вот для нее это стало шоком. А я и внимания не обратил, психолог недоделанный. Не уверен, что у них со Свеном есть другой дом, кроме «Молнии», и об остальных ее родственниках не имею понятия. Даже естественным вопросом не задался – а мать ее где? И, что самое хреновое, не удосужился прочитать досье. У эсбэшников наверняка ведь есть. Нет, как можно! Грязными лапами, да в личное! Де-э-эбил!.. Н-да… Удобно-то как!.. Сейчас точно челюсть вывихну… Спать, короче. Утро вечера мудренее. Тем более, убей, не помню, какое время суток на планете будет.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 15 августа 2136 года, утро (5-е число месяца сигацу 85 года от П.В. (Первой Высадки))

В столице царила ночь. На мое счастье, в крупных городах жизнь не затихала ни на секунду, так что проблем с гостиницей, как и с такси, не предвиделось. Сон избавил от неприятных мыслей, и, едва выбравшись из здания космовокзала, я с удовольствием принялся впитывать новые впечатления. Таковых оказалось даже с избытком. Помнится, я орбитальную станцию приписал к материализованному аниме. Так вот, поторопился. В сравнении с пассажирским терминалом, а потом и стоянкой роботизированных такси, все, что попалось наверху, блекло. Неописуемое буйство красок, калейдоскопическое мерцание рекламы – в основном на японском; проносящиеся мимо на бреющем дроиды-антигравы всех мастей, начиная от автономных видеофиксаторов и заканчивая, опять же, рекламными автоматами; и люди, много людей. Спешащие по своим делам, разговаривающие на добром десятке языков (с преобладанием японского и местного пиджин-инглиша), копошащиеся в механизмах и распахнутых распределительных щитках, перемигивающихся сотнями диодов и сверкающих десятками дисплеев с индикаторами – в общем, ад адский. Страшно представить, что тут будет твориться днем. Даже с учетом более коротких суток. Если быть точным, местный цикл укладывался в двадцать один час с минутами. Планета была чуть меньше Старой Земли, но гравитацией обладала почти такой же – сказывалось наличие в коре большого количества тяжелых элементов. Год тоже покороче – если не ошибаюсь, всего триста семь дней. Так что не удивительно, что аборигены пользовались собственным календарем. Причем долго не заморачивались, разделив его на двенадцать месяцев, как и в земном, только по двадцать пять суток, а не по тридцать. Оставшиеся семь раскидали, как в прототипе, через один. Подозреваю, что этот фактор сказался на интенсивности жизни – успеть нужно многое, а времени меньше. Ну да бог с ним, есть проблемы поважнее. Например, гостиницу выбрать.

Этим я занялся уже в такси, поймать которое не составило труда – на парковке перед вокзалом торчало не меньше сотни забавного вида экипажей. Этакие вытянутые капли салатного цвета, с фиолетовыми светящимися шашечками по бортам. Скорее всего, антигравы – на Нимойе их разве что в подошвы не встраивали, видимо, слишком опасно для жизни. А так везде понатыканы, даже в скутерах, на каких девчонки в школу катаются. Внутри оказалось на удивление уютно: просторная кабина с удобным диванчиком, за пару секунд подстроившимся под форму тела, ненавязчивое освещение и протаявший на половину крыши дисплей. По ощущениям не хуже тех, что на Терра-Нова штампуют. На экране возникла мультяшная рожа, едва обозначенная грубыми мазками, и разразилась длинной трескучей фразой.

– Сейчас, переводчик настрою, – отмахнулся я.

– Приветствую, господин! – оперативно исправился автопилот.

Черт, зря корячился. Ну и ладно. В отличие от случайных прохожих, искин изъяснялся на академически правильном английском, что не могло не радовать. Не понятно только, нафига в обычную машинку, пусть и на антиграве, пихать такой мощный вычислитель?.. И что за логотип такой в уголке – «Sora»? Латиницей, безо всяких иероглифов.

– Пожалуйста, господин, назовите место назначения.

– Да погоди ты, дай сориентироваться…

Я выудил из кармана КПК и принялся копаться в настройках, выискивая в Ноосфере местный сегмент. Дело грозило затянуться, поскольку при всех прочих достоинствах девайс не отличался удобством пользования. К тому же приходилось подбираться к искомому окружными путями, через зеркала и дубли на английском. Хорошо хоть, сотовую сеть сразу поймал.

– Господин может воспользоваться стандартным браузером, – поставил меня в известность искин.

– Показывай.

– Соединяюсь с дорожным сервером. Соединение установлено. Выберите тип искомого объекта.

В воздухе передо мной соткалась плоская проекция монитора, и мультяшная рожа уступила место сначала затейливо выписанной «Sora», а затем схеме города.

– Гостиница в приличном районе, желательно тихая и уединенная.

– Условия приняты. Фильтрация девяносто процентов… сто процентов. Результаты выведены на экран.

– Вот эта, пожалуй, подойдет.

Я ткнул пальцем в третью сверху строку, внимательно изучил выпавшее меню и кивнул, подтверждая выбор. Пансионат «Лист, трепещущий на ветру». Уж не знаю, как это звучало по-японски, навигатор сразу выдал английский дословный перевод. Да мне и без надобности. Аниме не увлекаюсь, а учить язык не собирался изначально – в конце концов, на рынке в наличии богатейший выбор переводчиков. Опять же, у меня Зевс есть. Через него к любой языковой базе подключиться раз плюнуть, проверял уже.

– Господин, активируйте, пожалуйста, систему автофиксации.

И где тут кнопка? Нет? А как же тогда? Оказалось элементарно, всего-то и нужно было откинуться на спинку диванчика, да расслабиться. Сбруя сама выскочила невесть откуда, и плотно принайтовила меня к сиденью.

– Старт прошел успешно. Господин желает послушать музыку? Или ознакомиться с новостными порталами?

– Давай новости. И музончик в фон.

– Какое музыкальное направление господин предпочитает?

– А у тебя что, широкий выбор?

– В моем хранилище музыкальных материалов около трех миллионов композиций, разрешенных к свободному воспроизведению.

Это какой же у него винчестер?! Или?.. ладно, эту мысль позже проверю, когда в гостиницу заселюсь. Перекемарил немного, и сон перебил. К тому же по бортовому времени сейчас едва ли полдень. Какой тут спать, я теперь если и завалюсь, то через пару местных суток. Так что времени терять не буду, устроюсь, и в бой. Информации понадобится много и разной, причем не всегда легальной. Мой контракт, мои правила. А кэп с Грегом пусть со стороны наблюдают, если смогут.

– Давай что-нибудь ритмичное и не слишком тяжелое. Ди-джей Суперсоник есть? Врубай.

Внутренности капсулы-антиграва наполнились знакомыми звуками – этой композицией Суперсоник открывал выступление в «Астероиде». Мелькнула на периферии сознания мысль о некоей блондинистой владелице косичек, но так же быстро испарилась. Все потом, сейчас работа. И самый первый шаг, он же зачастую самый важный – анализ новостей. После недельной подготовки в местных реалиях я худо-бедно ориентировался, но в подробности не углублялся. Зато сейчас самое время. Политика, экономика, культура, спорт, криминальная хроника, наконец. Все сгодится, любая сплетня впоследствии может здорово помочь в общении с аборигенами, особенно если придется косить под местного. А это весьма вероятно. И тут кроется самая большая проблема.

В отличие от большинства миров Колониального союза, Нимойя могла похвастаться богатой историей, да и тараканов у аборигенов накопилось за годы освоения множество. Взять хотя бы историю заселения Колонии. Предтечи, которым она принадлежала ранее – человекообразная раса Таюки – напоминали древних японцев: та же клановость, те же идеалы, чуть ли ни слово в слово дублировавшие Бусидо самураев, даже верования практически те же – этакий облегченный вариант Синто с небольшим пантеоном духов-предков. Неудивительно, что в Третью волну Исхода этот мир облюбовали представители клана Такэда с вассалами. Более того, тогдашний патриарх семейства изменил канон, во всеуслышание объявив Таюки Великими Предками, а Нимойю – Раем Обретенным. Ну и прочий бред в том же духе. Подданные его охотно поддержали – на Земле уже пахло жареным, перспективных для заселения и не очень отдаленных планет оставалось все меньше и меньше, так что тянуть было некуда. Семья вбухала все кровные в снаряжение экспедиции, полностью свернув деятельность подконтрольных структур на прародине человечества. Людские ресурсы тоже пошли в дело – переселился весь клан поголовно. Что характерно, свежеиспеченные колонисты с самого начала сумели освоить наследство Предтеч, и очень быстро планета вошла в число ведущих миров, специализируясь на электронике и имплантах. Благо сами Таюки как раз под эти отрасли и заточили промышленность. Впрочем, сельскому хозяйству внимание тоже уделили – кормить народ чем-то было нужно. Самое удивительное, что земной рис на Нимойе не прижился, зато обнаружился эндемик, очень его напоминавший, а по питательности даже превосходивший. Так что на прокорм хватало, а экспортировать смысла не было – и за счет высокотехнологичной продукции неплохо поднялись. Но неожиданно возникла проблема с нехваткой спецов и рабочей силы на производстве. И если со вторым худо-бедно справились, внедрив повсеместно дешевых андроидов, то с первым долгое время совладать не получалось, и специалисты оставались главным дефицитом.

В Четвертую волну планета, как и многие другие Колонии, превратилась в перевалочный пункт. Воспользовавшись этим, Такэда сумели увеличить численность населения, где силой, а где посулами оставляя у себя перспективных поселенцев. Из них в основном и сформировалась каста сидзин – если дословно, жителей городов. Они работали на заводах и в конструкторских бюро, в сфере обслуживания и развлечений, были пилотами и водителями, техниками и айтишниками – в общем, костяком местного общества. Верхушка клана – сидзоку – со временем монополизировала управленческую деятельность и оккупировала силовые структуры: полицию и СБ Корпорации. Больше всего сидзоку походили на легализованных якудза. Почему нет, если здесь клан и есть государство?..

Когда работяг-сидзин стало много, в полный рост встала проблема их прокорма. Соответственно, возникла необходимость развития сельского хозяйства – вернее, того убожества, что за него выдавали. Ни гордые потомки самураев, ни горожане возиться в земле желания не испытывали. Зачем, если у одних власть, а у других нормальные профессии? А кушать, между тем, хотелось все сильнее. В результате глава клана волевым решением запустил лапу загребущую в закрома родины – то бишь превратил перевалочную базу на одном из орбитальных объектов в фильтрационный центр. И принялся без зазрения совести выуживать из потока беженцев всех, кто имел отношение к деревенскому житью-бытью. В основном брали здоровых мужиков с семьями, чаще всего из Юго-восточной Азии – их и в узде держать проще, и работать они привыкли. Терять таким «поселенцам» обычно было нечего, так что незавидную судьбу они принимали стоически. Из них через десяток лет сформировалась социальная прослойка, которую называли хякусё – деревенские, если опять же дословно.

В итоге где-то через четверть века после начала колонизации на планете укоренилась кастовая система: в самом низу – деревенщина-хякусё (жители сельских районов, азиаты); в середине – горожане-сидзин (население крупных городов, в том числе и столицы, очень разношерстное по этническому составу изначально, а потом смешавшееся в адский коктейль); и на самом верху – сидзоку, Клан (Такэда и прямые вассалы, потомки переселившихся с Земли японцев). Насчет деревенских ничего не скажу, а представители двух высших сословий мне сегодня глаза намозолили, особенно сидзин. Выходцы из Клана старались не отсвечивать, вели себя сдержанно, но цену себе знали. Прямо как наши из Корпорации.

Из-за ярко выраженного классового деления условия существования в Колонии получились неравномерные: хякусё жили бедно, чуть ли не на уровне середины ХХ века (тут могу судить только по сетевым источникам); Клан шиковал по полной – тоже не удивительно, якудза они якудза и есть, даже узаконенные; горожане-сидзин – кто как. И на орбитальной станции, и в терминале попадались и типичные представители бизнеса, и ярко выраженный средний класс, и люди, занятые в сфере обслуживания. Плюс некоторое количество отребья, куда ж без него.

Если верить путеводителю, в Синоби-Сити имелись Трущобы, и их обитатели мало напоминали законопослушных сидзин, скорее, представляли собой сброд, объединенный в банды. Но таких я пока не видел, наверное, не в том месте и не в то время искал. И если в провинции царило средневековье – каждая деревня или ферма принадлежала тому или иному роду Клана и находилась под его защитой, то в городе часть районов была респектабельной и безопасной, часть туда-сюда, а часть – настоящие гадюшники, полные беспредела. Роднила их только массовая компьютеризация, то есть при взгляде со стороны представал классический киберпанковский мир с невероятным смешением культур. Футуристический, пронизанный Ноосферой и Виртуальностью – кластером Таюки, который Клан сумел освоить и развить в нужном ему направлении, притягательный и пугающий одновременно. Оглушающий с первых минут, и затягивающий, как могучий водоворот – где еще отыщешь такие соблазны? В нормальных мирах большая часть здешних легальных развлечений либо запрещена, либо считается нарушением законодательства со всеми вытекающими, как-то: преследование со стороны полиции и наказания, вплоть до уголовных, особенно в сфере виртуала. А тут, пожалуйста, гробь здоровье – оно твое и только твое, и никого больше не волнует. Главное, окружающим неудобств не доставляй, а то можешь в один далеко не прекрасный день проснуться по частям. На андроидов много сырья требуется. Нормальная, по большому счету, Колония. Много где проблемы посерьезней, в некоторых мирах за выживание бороться приходится денно и нощно. А здесь достаточно комфортно, всего-то и нужно, что соблюдать элементарные правила осторожности. Например, всегда следовать поговорке «всяк сверчок знай свой шесток». В переводе на местные реалии – не возникай, когда путь твой пересекся с кривой дорожкой кого-то из Клана. Сидзоку церемониться не любят. Или сиди безвылазно в деревне, если угораздило родиться хякусё.

Зато такси тут хорошее. И быстрое. Не успел я еще толком в чтение новостей погрузиться, а уже домчались. А ведь самый удаленный от суетного центра пансионат выбрал, из тех, что затерялись в пригороде – специально решил в районе Кабокуэн, то бишь Цветущий сад, расположиться. Чисто из вредности, чтобы порвать шаблон у соглядатаев, коли таковые отыщутся. Я бы и сам не поверил, если бы мне заявили: молодой парень приятной наружности вместо того, чтобы рвануть прямиком в Такаи – Мекку всех «виртуальнутых» – заселился в тишайший пансионат, где впору отдыхать убеленным сединами супружеским парам. Вот именно, бредятина. Но как раз такого эффекта я и добивался. К тому же надолго задерживаться здесь не собирался. Зарегистрироваться, обжиться, бросить вещички, поработать в местном сегменте Ноосферы, а там и ко второму этапу плана можно будет переходить.

Этим я и занялся, отпустив такси. И в первую очередь по достоинству оценил пейзаж – право слово, как из очередного мультика. Не знай я, что являюсь гостем Колонии Нимойя, решил бы, что нахожусь в диком пригороде Токио, из тех, куда добираться нужно скоростным экспрессом часа два. Не хватало только вида на Фудзи и кипенно-белой сакуры, хотя какие-то горы у горизонта просматривались. А вместо вишни повсюду торчали корабельные сосны, дававшие густую тень. Прямо за ними двухметровый забор с традиционными воротами-тории, к которым от парковочной площадки вела вымощенная белым булыжником дорожка. И комаров нет! Вот он, рай земной. Не то, что родной Новый Оймякон. Там гнуса столько, что самому упертому туристу отпуск испоганит.

Хм. Не может тут быть так хорошо. Ненатурально как-то. Ну-ка, где фильтр? Ну вот, что и требовалось доказать. Сквозь приторную лепоту проступили контуры реальных построек. По большому счету, мало что изменилось – ночь на дворе, солнышка, вернее, местного светила, не видать, вот я и купился. В условиях искусственного освещения голограммы смотрелись потрясающе, но на самом деле вокруг высились стены возносящихся к небу зданий, на удивление бедные рекламой. Надеюсь, тут есть специально обученная барышня на ресепшене. Терпеть не могу безликие современные отели, где общение с постояльцем сводится к тыканью пальцем оного в информационный дисплей на входе. Автоматизация хороша в меру, порой хочется просто пообщаться с адекватным человеческим существом.

За забором обнаружился обширный и насквозь иллюзорный двор, поросший сосняком, как и прочие окрестности, разве что здесь заросли проредили при строительстве (или программисты учли это обстоятельство). На другом конце двора располагался пансионат – выполненное в псевдояпонском стиле строение о двух этажах, этакая расползшаяся в стороны пагода. Хорошая стилизация, не более. Равно как и обслуживающий персонал – уже в холле (настоящем) я наткнулся на двух девиц, выряженных гейшами. Больше всего меня поразили их безжизненные лица, густо вымазанные белым гримом. И черные зубы. Традиции, чтоб их!

Общаться псевдо-гейши не пожелали, лишь поклонились в пояс, и одна посеменила в глубь помещения, к стойке ресепшена. Хоть в этом ожидания оправдались. За ней обнаружилась молодая симпатичная девица с европеоидными чертами лица, то бишь сидзин, к гадалке не ходи. И только теперь я понял, что мне так не понравилось в «гейшах». Видел я такую же неподвижную физиономию. На борту «Молнии». И обладателя ее звали Зевс. Но тут, такое ощущение, на андроидах еще больше сэкономили, чем кэп, когда приобретал вместилище для второго «я» корабельного искина.

– Коннитива, Новиков-сан! – пропела девчонка, одарив меня приятной улыбкой. – Ваши покои готовы. Прикажете проводить?

– Нет, сам справлюсь, – поспешил я отбрехаться от сомнительной компании.

Не сама же она, в конце концов, попрется меня обихаживать? Ресепшен-герлз обычно этим не грешат, вызывают вспомогательный персонал. В моем случае в этой роли может оказаться одна из «гейш». А оно мне не надо. С тем же Зевсом общаюсь без проблем – личность он куда более интересная, чем многие представители вида хомо сапиенс, а вот улыбаться безмозглому болванчику – увольте. И это даже не расизм. Я просто слова подходящего не знаю. Брезгливость? Может быть. Из разряда тех чувств, что нормальные самцы испытывают, например, к куклам из секс-шопа. Или к безалкогольному пиву. Эрзац он и есть эрзац.

– Как пожелаете, Новиков-сан. Ваш ключ. В номере доступны все сервисные функции, в том числе и доставка еды. Либо можете воспользоваться нашим рестораном, мастер Ода Кенсин, наш шеф-повар, славится мясными блюдами.

Я благодарно кивнул, подхватил с подноса – не знаю, как называется, но что-то традиционно японское – электронную карту и неторопливо направился к лифту, упрятанному за двустворчатой дверью-стилизацией. Лакированные псевдодеревянные панели ожидаемо разъехались в стороны, я шагнул в кабину и мазнул карточкой по пульту – на первый взгляд банальной сенсорной панели. Однако приблуда оказалась более функциональной – ей хватило краткого взаимодействия с моим разрешительным документом, чтобы составить кратчайший маршрут. Что характерно, и здесь не обошлось без мелькнувшей надписи «Sora». Но я решил не заморачиваться и с максимально возможным удобством устроился у стенки. Двери с шорохом вернулись на законное место, кабинка дернулась, и потянулись секунды ожидания.

Умело замаскированный отель размерами не уступал собратьям, два этажа пагоды, отображавшиеся на голограмме, на этом фоне выглядели форменным издевательством. Особенно с учетом того факта, что мой номер располагался на плюс пятидесятом уровне, и ведь это далеко не пентхауз! С другой стороны, лифт шустрый, минуты не прошло, а я уже шагнул в сквозной коридор, украшенный дверями по обеим сторонам. Стандартная планировка, видимо, даже в этом вопросе прагматики-Таюки не желали напрягаться. А наследникам и вовсе не было резона что-то менять. Понатыкали проекционной аппаратуры, вот и весь «евроремонт». Дешево и сердито.

И красиво, этого не отнять. Никакой мороки – какую задал текстуру, такую проектор и воспроизводит предельно качественно и при минимуме затрат. Хоть все стены отделай антикварными ширмами, а пол застели драгоценными циновками ручной работы, сварганенными из рисовой соломы. Одна засада – под ногами не пружинит.

Номер оказался гостинице под стать, то есть был насквозь пропитан духом старой Японии. И циновки с ширмами здесь были настоящие. Стены украшали ниши с непонятными растениями – единственное, что пришло в голову по этому поводу – бонсай. Прогулявшись по апартаментам, наведался в санузел, затем запер входную дверь и завалился в конуру с анатомическим креслом. Сейчас меня интересовало только это помещение. Пристанище временное, привыкать смысла нет, я даже в спальню заглянул только из любопытства – низкая тахта абсолютно не впечатлила, – так что работать, работать и еще раз работать. До утра желательно разгрести неотложные дела, а потом и в экзотические приключения можно окунуться. Если не врать самому себе, я в основном ради этого и ввязался в авантюру – очень уж уныло предыдущий год прошел. Ну и попутную задачу решить бы неплохо…

* * *

Колония Терра-Нова, территория Корпорации «Спейс Текнолоджиз Груп», орбитальная станция STG-5, за шесть дней до событий

До Биржи добрался без проблем, но часть пути пришлось проделать с непрошеными попутчиками. Первым, едва я выбрался из каюты, нарисовался Васька – миниатюрный черно-белый кошак метнулся с противоположного конца коридора, с разбегу забодал мою ногу и принялся с урчанием тереться о штанину.

– Брысь, зверюга!

Васька обиженно нахохлился, но пачкать шерстью брючину перестал.

– Ладно, не обижайся, – примирительно буркнул я, погладив непоседливого питомца. Повезло еще, что Бадди нет поблизости – тот как был слюнтяем, так и остался, даже подсаженные наны не помогли справиться с проблемой. – Не могу с тобой поиграть, друг, долг зовет.

Плюс ты еще и линяешь, как последняя скотина. За год кошак немного, хм, подрос, если этот процесс можно так назвать. Я-то, наивный, ожидал, что со временем он превратится в матерого хищника, хозяина всея округи, а он вместо этого в какой-то момент остановился в физическом развитии. Получился даже мельче среднестатистической кошки, которые, как правило, котам в размерах значительно уступают. И ладно бы круглый был, но ведь нет! Прогонистый, если не сказать тощий. Как выразился Мак, настоящий кот-скаут. Мелкий, щуплый, пронырливый. Был бы целиком черный, вообще цены бы не было. Да только морда, манишка и передние лапы до половины длины – носочком – всю малину портили. Я поначалу даже переживал – не сдохнет ли? Но Зевс успокоил: болячек нет, наследственность сказалась. Оно и к лучшему, с таким строением тела он под текущие задачи хорошо заточен: пролезет в любую щель, проберется по любым коммуникациям. В этих делах дородность только помеха. Жрал кот, правда, как Бадди – и не толстел! Опять же, благодаря вмешательству Зевса, посредством нанов отрегулировавшему обмен веществ. Предлагал и мне, но я отказался – сам справлялся неплохо.

Легализовал я котейку недели через две после его появления на «Молнии». С кэпом даже ругаться не пришлось – тот факт, что я являюсь владельцем пятидесяти процентов акций (помню, помню, без одной), сильно упростил процесс. Иванов буркнул лишь, что финансовое бремя содержания нового питомца целиком и полностью ложится на меня, и на том вопрос закрыл. Я изрядно удивился, причем до такой степени, что проболтался Асти, и та заслала меня к дяде Майку – договариваться насчет Нильса, крысы, благополучно пережившей испытания генераторов защитного ЭМ-поля, с помощью которых мы справились с аномалиями на Пандоре. На сей раз кэп и слушать не стал, махнул рукой. Правда, потом добавил, мол, если мой кошак крысеныша сожрет, то его, капитана, не беспокоить. Самим разбираться. На том и порешили. А мне вечером нехилая благодарность обломилась.

Кот мой, хоть и не мог похвастаться размерами, зато характером вышел хоть куда: настоящий зверь, который гуляет сам по себе. Ровней признавал только меня и Зевса. И свободно перемещался по всему кораблю, а не только в пределах жилой палубы, чем периодически провоцировал разрыв шаблонов как у Оружейников, так и у опытных космических волков из экипажа. Загадка решалась просто – лифтами и автоматическими дверями управлял Зевс, предусмотревший в софте нанов такую возможность. Коллегам пришлось скормить байку о необыкновенной смышлености кошака, который научился нажимать сенсоры, запрыгивая на них с разбегу, и даже соорудить видеокомпромат. Народ успокоился, лишь капитан не поверил. Но его нейтрализовал Зевс, воспользовавшись старым, как мир, правилом: никогда не нужно врать, если можно раскрыть часть правды. Вот он и признался, что нанов извел не окончательно, а оставил немного для опытов, и через них сумел наладить дистанционное взаимодействие питомцев с органами управления. Причем крайне примитивное: андроид засекал нанов, и, если они обнаруживались перед какой-нибудь дверью или лифтом, подключался к системе наблюдения, выяснял, куда Васька намылился, и открывал замок. Умолчал лишь об одной важной детали – воздействовал он на электронику не через корабельную сеть, а напрямую, через нанов. И тот факт, что слово «питомец» при объяснении прозвучало во множественном числе, кэп благополучно пропустил мимо ушей. Но это уже проблемы, собственно, шерифа. Плюс Зевс еще и добил капитана, сообщив, что теперь-де постоянно в курсе, где наша живность шатается. За исключением Астиного крысюка.

– Все, Васек, вали.

Я разогнулся, покосился на штанину – вроде чистая, – и побрел к лифту. День не резиновый, а дел полно.

– Денис, меня подожди! Пожа-а-алуйста!

Не могу отказать девушке, когда она так жалобно просит. Наверное, очередной пробел в воспитании.

– Асти? Ты со мной?

– Пока да. Ты же на волю?

Это она так развлекательные выходы за пределы корабля называет, ага. Судя по форме одежды – вместо комбеза легкое светлое платье, скомбинированное с джинсовой курткой и легкомысленными кроссовками, – именно что погулять собралась. Или по магазинам прошвырнуться.

– Нет, я по работе.

– Опять на Биржу? – И кивнула сама себе, не дожидаясь ответа. – Конечно, куда же еще можно так вырядиться.

Тут она попала в точку. В строгий костюм и классические «оксфорды» от лучших мастеров Трои-7 я облачался только перед визитом в очередной «Клуб любителей чего-нибудь». Ни в одной другой организации не было такого строгого дресс-кода. Владельцы Биржи никогда себе не изменяли: обслуживание, персонал, услуги – все только на высшем уровне. Но и в ответ требовали от клиентов следования определенным традициям, уходившим корнями во времена клубов викторианской Англии.

– Да ты меня стесняешься! – поддел я спутницу.

Та яростно мотнула головой, взметнув неизменные косички.

– Вот еще! Предпочитаю удобную одежду, а не эту… этот… снобизм!

– Новое слово выучила?

– А в глаз?!

– Ладно, ладно, умолкаю. – Остановившись у створки лифта, я ткнул сенсор замка и галантно пропустил девушку вперед. – Прошу, мисс.

– Спасибо.

– Какие планы? – поинтересовался я чуть позже.

Лифты на «Молнии» неторопливые, минут пять есть на «поговорить». Это из-за особенностей компоновки, я уже как-то рассказывал.

– По магазинам пробегусь, – отмахнулась Асти. – Надеть уже нечего. А вечером в клуб.

– Как обычно, в «Лакшери»?

– Нет, надоел. Хочется чего-нибудь попроще.

На некоторое время в лифте воцарилась тишина, потом Асти не выдержала:

– Ребята предложили в «Астероид» сходить, там сегодня какой-то местный ди-джей сет играет. Жутко модный.

Ага, модный. Местечковый дискокрут с непомерными амбициями. Или она про сет? Пофиг, в любом случае. Лучше в «Клубе любителей…» посижу с такими же, как я, страдальцами, жаждущими заполучить выгодный контракт. И с интересными образчиками авантюристов различного толка там пообщаться можно запросто. Вискарь, опять же, наливают не хуже того, что в баре гостевых апартаментов живет.

Остаток пути одолели в молчании. Асти пару раз порывалась что-то спросить, но передумывала, а мне навязываться не хотелось. Так и шагали рядом, старательно игнорируя друг друга – сначала через шлюз, потом через стандартный приемный терминал, а на станции монорельса наши дорожки разошлись.

Чем мне нравилась STG-5, так это пикантной архаичностью – все вокруг было выполнено в стиле ретро, что-то такое, еще из восьмидесятых годов двадцатого века. Нет, начинка везде высокотехнологичная, этого не отнять. Но вот дизайн… видимо, особенности визуального восприятия Предтеч-Фрро – расы амфибий, смахивающих на легендарных черепашек-ниндзя, только без панцирей, зато кое-где покрытых роговыми пластинами. И более мелких, метр с четвертью в среднем. Не знаю, как получилось, что водные обитатели стали использовать нарочито-угловатые формы. Очень может быть, что лишь в пику плавным природным линиям, дабы хоть как-то выделять собственные постройки и механизмы на фоне морского дна. А может, и религиозные заморочки, не суть. Главное, что вступившие в права наследования люди легко вписались в обстановку – при всем желании выделить места вмешательства спецов Корпорации в исходный интерьер помещений не получалось. Я честно пробовал, но быстро сдался. Нашел лишь один пример – вагончик монорельса. Его, судя по едва заметному шву и нашлепке-тазику на крыше, расширили, чтобы пассажиры головами в потолок не упирались. Нам с Асти было не по пути, моя капсула пришла первой, так что я покинул спутницу и устроился в тесноватом кресле. Маршрут уже стал привычным, пялиться в окно желания не было, да и неудобно, и я прикрыл глаза, откинувшись на спинку. Хотелось подумать в спокойной обстановке. Краем глаза я уловил, как к Астрид подошла девчонка ее лет, но более экстравагантная – одна только фиолетовая шевелюра чего стоила. И неестественно красная кожа. Для меня неестественно, понятное дело. А для Колонии, в которой девица выросла, явление обычное. Если не ошибаюсь, таким колером только выходцы с Акварии могли похвастаться. Впрочем, на юных обольстительниц в данный момент мне было плевать, хоть одна из них и в моем вкусе.

Вагончик довольно быстро – и десяти минут не прошло – домчал меня до делового района, сосредоточившегося вдоль Бонд-стрит, но я добрался до конечной остановки – оттуда до «Клуба любителей…» идти сподручней. Один квартал, два переулка, и вот он, неприметный дворик с угловатой аркой-входом. Окна, равно как и балконы, сюда не выходили – повсюду безликая тускло отсвечивающая сталь. Кроме одной стены, украшенной матовой вывеской с названием клуба (в данном конкретном случае – любителей экзотической флоры), и второй, поскромнее, с номером филиала – девятнадцатого. Плюс небольшая, сливающаяся с остальной поверхностью дверца. За три предыдущих похода ритуал я отработал до автоматизма, так что безошибочно приложил ладонь к сканеру и спокойно шагнул в жмущий в плечах коридорчик. Впрочем, шагов через десять мучения кончились: очередная дверь уползла в стену, и я очутился в просторном холле, один в один, как в памятном «Клубе любителей колониальных товаров» на Трое-7. Копируют они их, что ли? По логике, должны особенности архитектуры Предтеч просматриваться, но нет – везде одна и та же невероятно дорогая неброская роскошь, разве что цвет отделки меняется. Здесь, например, благородное бордо. А вот местный халдей, он же старший распорядитель, выглядел клоном мистера Олли. Его даже зовут похоже – Джордж Холли.

– Приветствую, мистер Новикофф.

– День добрый, Джордж.

– Вам как обычно?

– Да, будьте добры.

– Секция три, мистер Новикофф, – протянул мне карту доступа халдей. – Ваш КПК, пожалуйста. Сеанс на пять часов, двойной «эспрессо», без сигары.

– Благодарю, – кивнул я, протянув распорядителю девайс. – Провожать не надо.

В «нумере» различия с «Клубом любителей…» на Трое-7 проявились в полной мере – владельцам заведения даже не пришло в голову что-то менять в дизайне, равно как и в техническом оснащении. Разве что клавиатуру и мышку нормальные к компу присобачили, поскольку сгинувшие Фрро не признавали ничего сенсорного и голографического, а предпочитали кнопки с отчетливой обратной связью. Зато дисплей на всю стену остался родной – качества такого, что и Архонты позавидовали бы. А цветопередача! Полный восторг. Жалко, что наши крохоборы посчитали нерентабельным выпуск таких красавцев. Перенастроили доставшиеся в наследство заводы под производство дешевых IPS-матриц, но даже они выходили куда лучше, чем у конкурентов. А вот кресло гостеприимные хозяева заменили – аутентичные слишком тесные даже для стандартного человеческого седалища.

Привычно пробежавшись пальцами по «клаве», я в пару кликов вывел на экран поисковик и занялся вдумчивым просмотром горячих новостей – самые свежие предложения традиционно отображались на главной странице. И сменялись довольно быстро, поток объявлений по Колониальному союзу всегда был впечатляющим. Жаль только, что по профилю контрактов не очень много. Остается что? Правильно. Применить нестандартный подход. Прежде я искал контракт, достойный команды Оружейников. Теперь приоритет изменился: по условиям спора я должен справиться самостоятельно. Так что логично искать предложения, заточенные под «одиночное прохождение». Посему выходим на главную страницу, настраиваем фильтр, и погнали.

Н-да. Глаза разбегаются. Требуется… найму… консультация… вознаграждение нашедшему… требуется… расследование… услуги инженера-аналитика… ага, это уже интересно! Фигушки, поторопился. Должность хорошая и перспективная, спору нет. Вот только на катер и пилота я заработаю года через два, не раньше. Не пойдет.

Попробуем плясать от обратного. Какая примерно сумма мне потребуется? Если исходить из средней цены минимум пятиместного катера класса «космос-атмосфера», да чтобы ресурс был вменяемый, а не железка на последнем издыхании, то миллионов пять. Плюс годовое содержание нормального пилота. Еще около двухсот тысяч. Для сравнения: за эпопею на Пандоре объединение в общей сложности, учитывая правительственный заказ и аукцион, минус налоги, выручило чуть менее двадцати миллионов. Продешевили, конечно, но папенька с дядей Петей сговорились и не дали задрать цену. И если бы мы в одночасье не лишились транспортного средства и трех человек личного состава, операцию можно было бы занести в плюс. Потому как прочие издержки, включая затраты на эксплуатацию «Молнии», конструкционные материалы, таможенные сборы и зарплату персоналу не превышали пятисот тысяч. Если грубо, девятнадцать лимонов чистой прибыли. Однако такая удача выпадает не часто – раз. И мы матценностей пролюбили на четверть этой суммы – два. Потому-то акционеры и не торопились восполнять потери в авиапарке. Про человеческий ресурс и вовсе молчу, других братьев Рамиресов найти очень сложно. Мак периодически устраивал своеобразные кастинги, но пока ни одного достойного кандидата не встретил. Пришлось мне в полевую работу впрягаться, зачастую манкируя обязанностями инженера-аналитика.

Если хорошенько потрясти мошной, то можно себе позволить и катер, и пилота, и десяток рейнджеров средней квалификации. Но, как совершенно справедливо заметил кэп, нечего лапки в заначку запускать – так любой дурак может. Остается честно заработать. Или банк ограбить – чем не выход? Или все-таки расценивать формулировку «заработать» в прямом значении, без кривотолков? И партнеры могут не повестись, и для кармы плохо. Папенька все равно узнает, а он такого не одобряет с тех самых пор, как стал главой Корпорации. Ладно, откладываем ограбление на крайний случай, если другого варианта не будет. Пока же остается прокручивать длиннющий список, ориентируясь на гонорар, и разочарованно морщиться, вчитываясь в условия контрактов. А если ограничить сумму, скажем, от пяти с половиной до шести лимонов? Легче стало? Совсем чуть-чуть. Командой потянуть большинство заявок реально, а вот в одиночку…

Попутно выявилась любопытная закономерность: большая часть контрактов в этом ценовом диапазоне предусматривала либо нейтрализацию защитных линий разнообразных объектов, от крепостей на планетах до законсервированных кораблей, болтающихся где-то на задворках галактики, либо, наоборот, разработку оборонительных комплексов от различных напастей как растительного, так и животного происхождения. Как у нас, оказывается, много проблемных миров по типу Пирра из «Неукротимой планеты» великого фантаста Гаррисона! Еще один популярный тег – биооружие либо защита от него. Требовались квалифицированные химики, способные сварганить сверхубойный пестицид. А вот инженеров-одиночек никому и даром не надо. Посмотреть пункт «консультационные услуги»? Н-да, гонорары на порядок меньше. Если с этой стороны подходить, то самые выгодные контракты у хэдхантеров и частных детективов. А почему бы и нет? Профильное преступление выбрать, и вперед. А что у меня профильное? По большому счету, все, что связано с Ноосферой. Хакер я, или погулять вышел? Заодно Зевсову убер-плюшку можно будет испытать в реальных условиях. Где тут фильтр?

Дело пошло веселее, но все равно раздобыть нужную сумму, успешно закрыв единственный контракт, не получалось – средняя награда не превышала сотню тысяч. Где чуть дороже, где дешевле. Несколько выделялась в этом отношении Колония Нимойя – высокотехнологичный мир, один из старейших в Колониальном союзе, вотчина Корпорации «Такэда Электроникс», традиционно снабжавшей всех желающих разнообразными имплантами. За некоторых кибер-преступников тут давали триста, а то и триста пятьдесят тысяч. Получается, мне придется два десятка контрактов закрыть, чтобы нужную сумму выручить. А капитан ясно сказал – один. Беда.

Я от нечего делать прокрутил длинный список заданий, даже не пытаясь вчитываться в текст, а потом в сердцах хлопнул себя по лбу – фигли мучаюсь, у меня же есть продвинутый помощник! По правилам Биржи, использовать на территории «Клубов любителей…» незадокументированные носители информации строго запрещалось. Смотри, анализируй, отмечай заинтересовавшие объявления, а когда решишь покинуть обитель торговцев информацией, тебе вручат флешку с сохраненными неактивными страницами. Коммуникаторы, КПК, планшетники изымались на входе, с целью сугубо утилитарной – дабы никто не смог подцепиться к сети Биржи и взломать ее серверы. Но у меня теперь есть возможность задействовать для анализа мощности искина Архонтов! Просто не привык еще к этому факту. Что самое интересное, я не сделаю ни единой попытки влезть в защищенный сегмент локалки. Достаточно активировать «виртуальное пространство» (нанам местные «глушилки» не помеха) и повторно пробежаться глазами по списку, чтобы он оказался в памяти Зевса. А дальше дело техники – искин за секунды сгруппировал контракты по нескольким десяткам тегов, начиная от сходства в постановке задачи, и заканчивая стоимостью, и услужливо выделил цветом самую, с его точки зрения, перспективную группу.

Я удовлетворенно улыбнулся и ткнул курсором в мигающую строку. Вчитался в выпавшую менюшку, и крепко, до скрипа извилин, задумался. Группа получилась немаленькой – три десятка контрактов, самый старый выставлен два с половиной года назад, а самый свежий – буквально час как. Роднили их место (Синоби-Сити, столица Колонии Нимойя) и характер задачи: предлагалось вознаграждение за любые сведения, способные пролить свет на тайну смерти… и далее можно подставлять любое из тридцати с небольшим имен. Еще любопытная деталь – все ушедшие из жизни были хакерами. Во всех случаях смерть последовала вроде бы от естественных причин. В мозгу забрезжило что-то такое, неуловимое, но оформляться в ясную мысль категорически не желало. Если бы было хоть что-то общее между этими случаями, корпоративные копы серийного убийцу искали. Но нет, контракты на Бирже висят. Значит, что? Значит, и впрямь никакой связи. С учетом населения Нимойи в целом и Синоби-Сити в частности, ничего удивительного, даже статистика не протестовала.

А почему, собственно, я контракт ищу? На чем мы на Пандоре поднялись? Вот именно, на технологии. А они, как показывает практика, часто продукт сопутствующий. Так сказать, бонус к основному гонорару, при должном везении на порядок его превосходящий. К дьяволу деньги, надо искать действительно интересный случай.

Наверное, оператор местной системы безопасности (гадом буду, есть такой!) долго думал, чем это я занимаюсь. И в чем сакральный смысл перелистывания всех подряд вкладок, да еще с активированными расширенными «легендами». Пусть его. Главное, что через пару часов и пять чашек кофе я полностью перегнал профильную картотеку в загашник Зевса. А затем, для маскировки совместив виртуальную клавиатуру с материальной, активировал текстовый чат и набросал задачу. Искин все понял правильно, и секунд через двадцать выдал результат. Полученный список впечатлял: чуть ли не каждый второй контракт сопровождался плашкой «вероятность наличия неизвестной технологии – N-цать процентов». В общей сложности две с половиной тысячи ссылок. Н-да.

Для начала на фиг все, что с вероятностью менее двадцати процентов. Хм… девятьсот девяносто девять. Ха-ха три раза. Нет, не нравится мне это число… попробуем отфильтровать по территориальному признаку. Упс. Шестьсот шестьдесят шесть. И как после такого не поверить в чертовщину? Это Зевс объединил схожие проблемы, имеющие место на одной и той же планете, либо в мирах, ранее принадлежавших одной расе Предтеч. Ну, хорошо. Теперь по дальности от корпоративных территорий. Максимум – два средних прыжка «Молнии». Что там осталось? Сто одиннадцать? Да ладно! Я ухмыльнулся и набил в чате: «Хорош прикалываться».

Что ж, оставшиеся предложения реально рассмотреть до конца сеанса. Только лениво мне. Попробуем еще вот так… минус контракты, требующие слаженной командной работы. По-хорошему, они все ее требуют, но есть и такие, где в одиночку вообще никак. Вот, что я говорил! Двадцать семь в сухом остатке. Смотрим? Вот это ни фига себе!

Не зря брезжило. Пачка призов за сведения о невинно убиенных хакерах с Нимойи шла первым номером списка. Конкурировали с ней призраки-убийцы с Кастиллии и случаи массового помешательства шахтеров из астероидного пояса Колонии Святого Патрика. Дальше я смотреть не стал. Призраки-убийцы, надо же! Ну-ка, что тут Зевс накалякал? Неизвестные полевые структуры с частичной автономностью и возможностью физического воздействия на органические объекты. Вероятность пятьдесят три процента. Бред бредом, но может оказаться правдой. В блуждающие силовые поля тоже никто не верил, пока мы на Пандоре не оказались. Кстати, весьма похожий случай. Так что не интересно. Я тогда в Руинах чудом выжил, равно как и Мак. Нет пока желания эксперимент повторять. Шахтеры тоже так себе вариант, особенно с учетом названия Колонии. Ага, и Зевс туда же: вероятность обнаружения неизвестного источника пси-излучения всего тридцать три процента. И тут же: вероятность массовых алкогольных галлюцинаций – тридцать три процента. Скорее всего, оба фактора удачно дополняют друг друга. И что остается? Бинго! Колония Нимойя. Один из старейших и самых технологически развитых миров Колониального союза. Цивилизованное место, в общем. Вечерком нужно будет Путеводитель (между прочим, второй по популярности сетевой ресурс!) проштудировать на предмет краткой характеристики – кто живет, чем дышит. А пока… вынужден признать, доставляющий список: наличие спонтанно зародившегося искусственного интеллекта в локальном сегменте Ноосферы – вероятность пятьдесят девять процентов; наличие неизвестного летального фактора, воздействующего на оператора в реальности – вероятность пятьдесят девять процентов; наличие саморазвивающегося искина Предтеч – вероятность пятьдесят девять процентов; наличие неизвестного самосовершенствующегося сетевого вируса – пятьдесят девять процентов; наличие ценной информации – пятьдесят девять процентов; наличие принципиально нового полифункционального программного обеспечения – пятьдесят девять процентов; наличие принципиально нового метода погружения человека в виртуальность – пятьдесят девять процентов!!!

Ох, ты ж ё… руки сами потянулись к клавиатуре:

«Как так?! Суммарная вероятность четыреста тринадцать процентов!!! Ты издеваешься?!»

«Сэр, нет, сэр! Я полагаю, там все сразу и много!»

Все легендарные страшилки компьютерного мира в одном месте. Ну-ну. Если хотя бы один пункт из списка подтвердится, та же «Такэда Электроникс» приложит все усилия, чтобы заполучить приз. А ведь согласно Кодексу, положено аукцион устраивать, если новая технология обнаружена. Тем более такая, что дает необоснованное преимущество перед конкурентами. Вон, как с теми же блуждающими полями. Открытия наши ушли оптом, но сразу трем пользователям – моей родной STG, дядюшкиной «О’Мэлли Текникс» и местной «Джоунс Агрикалчурал». Впрочем, последних привлекли чисто для соблюдения процедуры, и сразу же откупились крупной по меркам производителей ГМО подачкой. Так и тут. Уж пять-то лямов наверняка выторгую при должном старании. Осталось лишь уточнить, устроит подобный исход кэпа с Грегом, или они будут настаивать на соблюдении буквы, а не духа договора.

Покончив с делами, я решил перекусить. «Клуб любителей…», помимо функций собственно Биржи, служил еще и неплохим местечком, чтобы скоротать время, а посему обладал всеми признаками респектабельного ресторана, как-то: приветливые и предупредительные официанты, весьма сведущий в деле коктейлесмешения бармен (правда, уважавший лишь тех завсегдатаев, что предпочитали напитки покрепче), и великолепный шеф-повар. Сопротивляться искушению было выше моих сил, и по выходу из «нумера» я перебрался в гостевую залу, оборудованную столиками и несколькими укромными закутками для особо ценивших тишину и уединение клиентов. Я справедливо относил себя к таковым, а потому занял самый дальний, с мягчайшими диванами черной кожи, столиком из черного дерева (или имитации, пойди, разберись), и репродукцией знаменитой «Черной дыры» Стива «Блэки» Ван Дайка на не менее черной стене. Этакий уголок дальнего космоса, затерявшийся на фоне благородного бордо основного зала. Едва моя пятая точка коснулась сиденья, рядом материализовался официант. Тоже черный, за исключением рубашки и перекинутого через руку полотенца.

– Добрый вечер, мсье Новикофф.

– Что, уже?.. – спохватился я. Покосился на инфор – не-а, преувеличил хлопец. Но дело к тому идет. – Привет, Маню.

– Ваш КПК, мсье. Желаете отужинать?

– Скорее, отобедать… мне, пожалуй, большой ти-боун стейк с картошкой айдахо и сто виски. Какой я еще не пробовал?

– Из крафтовых остался «Гленн Маноч».

– Нова-Скотия?

– Разумеется, мсье.

– Неси.

Пока жду, надо кэпу звякнуть, благо инфор глушить перестали. Наивные. Если бы мне приспичило, я бы вашу базу уже выпотрошил. Ладно, ладно, не я, а Зевс. Только оно мне не надо. Хотя… неплохо было бы обзавестись теневым партнером, как тот же Грег. Только не представляю, с какой стороны к проблеме подступиться. Мистер Слоун не расколется даже под пытками, а спрашивать просто так, из любопытства, было бы в высшей степени опрометчиво. Еще запишет в категорию «Братцев Лисов», которые «не джентльмены». Блин, теперь буду мучиться. Проблема, похоже, принципиально нерешаемая. С другой стороны, как-то же они друг друга находят… Ага! Ключевое слово – находят. Только не друг друга, а сотрудник Биржи сам выходит на контакт с перспективным клиентом. Как только тот преодолевает порог доверия – финансовый, репутационный, или оба сразу. «Унция репутации стоит фунта работы» – гласит закон, известный, как «Плацебо Питера». И ведь не поспоришь. Бог с ним, я капитану звонить собирался…

– Михаил Владиславович?

– Чего тебе, Денис?

– Кэп, скажите, мне обязательно зарабатывать всю сумму, закрыв один контракт? Или можно использовать, э-э-э, сопутствующие бонусы?

– Что, уже влип? Ладно уж, не буду к словам придираться. Все сопутствующие кошерные вещи пусть тоже идут в зачет.

– Спасибо, капитан.

– Таки нашел контракт?

– Не по телефону, кэп, не по телефону. Вечером расскажу. Конец связи.

– Ага, не кашляй.

Что-то он не в меру разговорчив сегодня. И шутки шутить изволит, как он их понимает. Не к добру это. А, пофиг! Стейк мой принесли, так что пусть весь мир… нет, мелко… пусть вся Вселенная подождет! Произведение шеф-повара Анри Легранжа того стоит. Особенно под двенадцатилетний вискарь.

Расправившись с угощением и заказав… не угадали – чаю, я достал КПК и принялся лениво просматривать новостные порталы. На «Молнию» возвращаться не хотелось – за последний год ее интерьер настолько приелся, что любой выход за пределы жилой палубы и прочих хозяйственных помещений воспринимался как праздник. Даже если вырвался в такое же царство металла и пластика, коими по большей части и являлись орбитальные станции. Встречались и приятные исключения, например, на астероидах или естественных спутниках – там пейзаж разбавляли стильные тоннели, прогрызенные в скальном массиве, но никаких принципиальных отличий не наблюдалось. Однако оказаться в просторном, по сравнению с корабельными клетушками, зале-терминале после недели-другой в четырех стенах дорогого стоило, особенно если рядом не скалился мистер Макдугал, обрыдший едва ли не больше унылого жилища. Он, кстати, даже ночевать на борт не возвращался, если подворачивалась такая возможность. На нынешней стоянке Мак уже четвертые сутки зависал в местном злачном районе, причем охамел до такой степени, что даже для вида меня с собой не позвал. Вернется в день старта опухший, небритый и, весьма вероятно, побитый – на моей памяти подобные загулы с лихим мастером-рейнджером случались уже трижды. Зато на борту и, тем более, на работе – ни-ни! Асти тоже не отстает: что ни день, то шопинг, плавно перерастающий в полуночную вечеринку. Не знаю, как экипажный состав, но из коллег-Оружейников на глаза мне, помимо дорогих партнеров, попадался лишь проф Куатье. И то, судя по всему, на минутку наведался, переодеться да лоск навести. Один я как дурак в каюте парился. Работа на Бирже выматывала почище, чем последующие споры с акционерами, на ночные клубы не оставалось ни сил, ни желания. Просто старался попозже вернуться из «Клуба любителей…». Здесь хоть периодически собеседники интересные появлялись. Ага, вот как сейчас.

– Эй, Дэнни! Buongiorno, fratello! Как дела?

– Твоими молитвами, Луиджи, твоими молитвами! Стейк?

– Не, лучше пасту, – нарушил традицию нарисовавшийся сосед. Плюхнулся на диванчик напротив, откинулся на спинку, расслабленно вытянув ноги. – Уф, замотался сегодня! Столько дел, столько дел! И всюду успей, везде проконтролируй, где надо подмажь. И все сам, все сам! Mia madre! Не поверишь, Дэнни, нормального помощника уже полгода найти не могу! Одно ворье, или вопиющая некомпетентность. Даже не знаю, что делать.

– Может, планку снизить? – хмыкнул я.

Луиджи Монтанари относился к тому типу людей, что возвели в абсолют принцип «хочешь сделать хорошо – делай сам».

– Ну, уж нет! Хочешь меня по миру пустить?!

– И в мыслях не было. Просто сегодня ты особенно хреново выглядишь. Смотри, загонишь сам себя, и хорошо, если только в клинику.

– А, ерунда! Лучшее лечение – работа. И прибыль.

– Ну-ну…

– Что будете заказывать, мсье Монтанари? – материализовался у стола Маню. – Как обычно?

– Нет, сегодня пасту, con frutti di mare, per favore.

– Да, мсье, – не моргнул глазом бравый официант.

Видать, не в первый раз его Луиджи озадачил.

– Ловишь момент, Лу?

– В смысле?

– Пасту тебе с морепродуктами подавай… мажор!

– А чего такого? – удивился тот. – Конечно, дороже, чем на шарике, но все равно по-божески. И особенно тут хороши cozze… как это по-английски… мидии, вот.

Хм. Да, тут я стормозил. Просто припомнил цены в ресторанах Нового Оймякона, где можно было отведать морских деликатесов с Терра-Нова. Местные колонисты уже полвека как поставили на поток разведение всяческих головоногих и беспозвоночных, вывезенных со Старой Земли, и неплохо на этом поднялись. А устриц можно было отведать только здесь, потому как они традиционно употреблялись в живом виде, что делало импорт в иные миры хлопотным занятием.

– Передай господину Анри привет, – снова переключился напарник на Маню. – И мое пожелание – чего-нибудь легкого и романтичного, будто я в кафешке у моря, продуваемой всеми ветрами, и рядом прекрасная девушка.

Я хрюкнул, едва сдержав смех, и Луиджи немедленно среагировал:

– Не говори ему, что вместо девушки тут грубый мужлан Новикофф.

– Да, мсье.

– И вина, белого, на выбор Анри.

– Да, мсье. Что-нибудь еще? – повернулся ко мне официант.

– Нет, мне достаточно.

Маню изобразил короткий поклон, щелкнув для пущей аутентичности каблуками, и испарился.

– Грубый мужлан? – ухмыльнулся я, глянув на безмятежного соседа по столику. – Спасибо, жалкий итальяшка.

– А вот расизма не надо! – погрозил тот пальцем. – Я же тебя не обзываю диким русским…

– И зря.

– … так что имей хоть каплю уважения к выбившемуся из сил потомку гордых римлян!

Ха, была бы у него сейчас вилка, он бы ей отсалютовал, наподобие гладиуса. А так просто пальцем мне едва в глаз не ткнул. Хохмач, блин. Собственно, за это и ценим. Кто другой бы уже на грубость нарвался.

– Сколько народу сегодня облапошил? – лениво поинтересовался я.

– Облапошил?! Я?! – Луиджи всплеснул руками и возвел очи горе. – Я тебя умоляю, Дэнни, где я, и где облапошил?! Если только меня надули! Так и норовят обсчитать бедного торгового агента! А ты изволь к каждому мошеннику относиться, как к самому уважаемому клиенту! Оближи с ног до головы, в термы с ним сходи, если нужно – пожертвуй собственной честью из-за куска мыла, но чтобы ни один покупатель с крючка не сорвался!

– Что, опять начальство наехало?

– А чем ему еще заниматься? Знаешь, Дэнни, у меня складывается впечатление, что чем выше сидит начальник, тем он дубовее. Возможно, идиотизм – главный профессиональный признак.

– Не ты первый, не ты последний, – пожал я плечами.

– Что-то ты груженый какой-то, Дэнни. Ну-ка, колись, что стряслось?

– Да вроде ничего… наоборот, контракт нарисовался, выгодный.

– Значит, на личном фронте!

– Да нет…

Стоп! Как это нет?! Очень даже да! Так вот что меня с утра гложет! Пока Биржу шерстил, отвлекся, а тут расслабился, да еще вискарика на грудь принял, и опять навалилось. Национальная особенность – подшофе изливать душу малознакомым людям. Но я, вообще-то, еще не в кондиции, хоть Луиджи и свой в доску – я с ним еще в прошлый наш визит на Терра-Нова познакомился, здесь же, в «Клубе любителей…». Жизнерадостный ярко выраженный итальянец моих примерно лет оказался куда симпатичнее многих завсегдатаев, и мы с ним легко нашли общий язык. Благо и конкурентами не были – он, как уже упоминалось, трудился в региональном дилерском центре известного производителя керамики. Сошлись мы с ним накоротке, даже через какое-то время в делах амурных совета друг у друга спрашивать начали. Луиджи себя серьезными отношениями не обременял, предпочитал, как он выражался, «попробовать как можно больше десертов, прежде чем перейти на чиабатту», а потому постоянно находился в свободном поиске. Опыта ему было не занимать, но вот утонченности, по его собственному признанию, не хватало. Он и подсел ко мне в первый раз, потому что принял за чопорного англосакса и вознамерился вызнать, как у этой нации обстоит с обхаживанием фемин. Я его поначалу разочаровал: виданное ли дело, у русского учиться обольщению?! Но потом разговорились, я вспомнил пару любопытных историй из студенческого прошлого – был у меня одногруппник-француз, большой любитель этого дела – и с тех пор мы начали приятельствовать. Доприятельствовались до того, что я ему про Асти рассказал. Вернее, проболтался по пьяни – выпить синьор Монтанари был не дурак, хоть и предпочитал вина крепким напиткам. Но тогда, месяца четыре назад, дела на личном фронте просто шли ни шатко, ни валко. А сейчас я вообще перестал понимать, что происходит. И, оказывается, крепко по этому поводу нервничал. Ревную, что ли? Знать бы еще, к кому. И, самое главное, в единственном экземпляре, или там уже целая футбольная команда?

– Что, угадал?

Луиджи принял у Маню тарелку, пригубил вино, кивнул – мол, порядок, и продолжил, дождавшись, когда официант дематериализуется:

– Это ты зря, Дэнни! Не грузись. Слава Олимпийским богам, половина человечества – женщины. Выбор широчайший, так что не расстраивайся. Пошли в клуб, в конце концов! Я знаю шикарное местечко, «Астероид» называется. Там сегодня ди-джей Суперсоник выступает. А еще ходят слухи, что эмси Николя на огонек заглянет.

– Кто все эти люди?!

– Да ты что, совсем в своей России одичал?!

– Причем тут Россия? Я с Нового Оймякона.

– Один хрен! – отмахнулся Лу. – Это же звезды сектора! Во всех хит-парадах их песни из первой пятерки не вылезают! Это надо видеть, вернее, слышать!

– Рэпперы, что ли?

– Электронщики.

– Не, лениво.

– Да ладно тебе, Дэнни! Пофиг музыкантишки, ты только представь, сколько там belle ragazze соберется! Можно на выбор брать! Тебе сейчас не помешает. Ты же со своей разосрался, как я понял? Scusa, l'amico.

– Грубо, но близко к истине, – кивнул я. – Правда, не скандалили…

– Но она тебя динамит, – уверенно закончил мою мысль Луиджи. – И всякий бред вроде «будем друзьями» несет. И вообще, настаивает на личной свободе, типа, я тебя не ограничиваю, но и ты ничего не требуй.

– Откуда ты знаешь?

– Да проходил уже, и не раз. Ты ее любишь?

Хм… вопрос, что называется, на засыпку.

– Ладно, можешь не отвечать, – выждав для приличия несколько секунд, хмыкнул сосед. – Сам еще в себе не разобрался. И это хуже всего, fratello. Если бы ты сразу сказал «нет», я бы в тебя насильно влил стакан-другой твоего любимого пойла и уволок в клуб. Или если бы ты столь же уверенно сказал «да». Потому что, как показывает опыт, в таких случаях все ясно – ты выдаешь желаемое за действительное. Однако глубокая скорбь, проступившая на твоем челе, символизирует обратное. Влип ты, старичок. Тут ничего советовать не буду. Но в клуб все равно пошли, мне поможешь. Я на контрасте с тобой отыграю.

– Ну, ты и хамье!

– Да ладно, тебе в ломы, что ли? Для друга пожалел! И чего – обычного рядового вечера. Нет, я понимаю, что у тебя важное дело запланировано, даже два – самокопание и самобичевание. Но я тебе друг, в конце концов!!! Все, погнали в «Астероид».

«Астероид»… где-то я уже это название слышал.

– А не рано?

– В самый раз. Мы придем первыми и устроим засаду. Плюс у нас будет время, чтобы набрать форму.

– Ладно, уговорил, черт языкастый. Только я одет не в тему.

– Не, наоборот хорошо! – заверил змей-искуситель. – Я тоже в костюме. Твой построже чуток, и все. Фейс-контроль пропустит, особенно когда мы кредитки засветим. Я тебе больше скажу – галстук в карман спрячешь, пуговицу верхнюю расстегнешь, и будешь, с учетом твоего крысиного хвостика, первым парнем на деревне. Я тебе говорил, что это стильно?

Технично. Поводов для отказа больше нет, да и желания особого тоже. Такое, знаете, пограничное состояние, когда любое занятие не вызывает отторжения. В какую сторону силу приложишь, туда клиент и направится. Главное, первоначальный импульс задать. А уж в этом деле синьор Луиджи Монтанари мастер.

– Ты дорогу хоть знаешь, гроза танцполов?

– Обижаешь! Готов?

– Угу, – вздохнул я.

Все равно ведь не отвяжется. Второй Мак, чтоб его.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 15 августа 2136 года, утро (5-е число месяца сигацу 85 года от П.В. (Первой Высадки))

Процесс выхода в Виртуальность сложностью не поражал: устроился в кресле, предварительно надев контактные линзы, обнаруженные здесь же, на выросте-подлокотнике в цивильной баночке, да натянул перчатки-паутинки – стандартный набор впервые оказавшегося на Нимойе гайдзина. Поворочался, подбирая оптимальную позу, зажмурился и расслабил мышцы – все, как в мануале. Конечно, не капсула полного погружения, но мне и без надобности, встроенный в девайс интерфейс обладал всем необходимым функционалом. Секунд через десять перед внутренним взором прекратилось мельтешение строк программного кода – привет незабвенной «Матрице», неспешно проплыл набивший оскомину логотип на букву «S», и сформировалось виртуальное рабочее пространство. Не пришлось даже со шлемом и громоздкими манипуляторами извращаться, вот что значит технология!

Я бы и без минимума оборудования обошелся, но первый этап плана предусматривал работу, скажем так, официальную. Мне нужно было оставить следы в Ноосфере, чтобы отметиться перед людьми заинтересованными, да и скрывать пока нечего. На данный момент требовался только доступ к открытым источникам вроде базы данных гильдии хэдхантеров. С нее, кстати, и начнем.

Список выуженных на Бирже контрактов я сохранил на флешке, и теперь оставалось лишь неглядя пришлепнуть ее к контактной области на подлокотнике. А дальше элементарно – зайти на сайт «Синоби рэнмэй», подтвердить полномочия, предъявив лицензию, и сформировать запрос, скопировав перечень «призов» в поисковик. Сервер по прошествии пары секунд выдал огромный талмуд с разбивкой по именам и датам. Я покуда вникать не стал, лишь просмотрел историю нескольких верхних ссылок. Как и предполагалось, награды заинтересовали не меня одного, правда, никто пока успеха не добился. Профильтровав список по тэгу «дело закрыто», убедился в собственной правоте – все действующие. Что, со всех сторон тупик? Н-да. Хорошо, что мне не нужно искать убийц. Да-да, вы не ослышались, киллер (или киллеры) мне без надобности. Есть объект более ценный.

Пока что задача одна, и предельно простая – разжиться информацией. Со стороны гильдии никаких проблем, любой каприз за ваши деньги. И даже не очень дорого, так что я без колебаний запустил лапу в личный банковский счет. Пусть те, кому интересно, видят, что я повторяю многажды хоженый путь. Время для настоящей работы еще не пришло. Что самое приятное, договариваться с полицией отдельно не потребовалось – все уже было выкуплено и рассортировано до нас. Молодцы гильдейские функционеры, не зря саке пьют и рис едят. Или что тут за злак вместо него.

После базы принялся за Ноосферу. Страницы в соцсетях, сообщения на форумах, фотографии в общественных хранилищах и тому подобные мелочи сопутствуют нам с раннего детства. Спасибо предкам, ага. А потом сами подрастаем и дорываемся до бесплатного. И это особенно актуально для моих нынешних фигурантов, профессиональных обитателей Ноосферы. При жизни, конечно, мало бы что удалось выяснить, но сейчас другое дело – все подвиги почившего в бозе хакера рано или поздно всплывают. То дружок проговорится, из законной гордости за покойного кореша, то недоброжелатель сольет, то в форумном сраче упоминание-ссылка на такого-то и такого-то мелькнет. Парни из гильдии постарались все мало-мальски ценное из сети выгрести, но меня интересовали исходники. Очень часто вырванная из контекста фраза полностью теряла смысл, или меняла его на противоположный. Так что только полнотекстовые страницы, а в случаях с форумами целые ветки обсуждений. В результате образовалась натуральная файловая помойка, едва вместившаяся на флешку. Да и провозиться пришлось часа три.

По завершении сего труда я с чистой совестью выпростался из кресла, содрал перчатки, избавился от линз и побрел в зал – жрать хотелось неимоверно, но на кухне заверили, что заказ прибудет в течение четверти часа. Не соврала девчонка на ресепшене. Я, если честно, сначала полез на сайт какого-то сетевого ресторанчика, но потом вспомнил о заявленной услуге.

Покончив с полуночной (по местным меркам) трапезой, наведался в ванную – отдыхать буду следующей ночью, сейчас все равно хоть глаз коли. А в горячей воде, хоть ванна и не баня-фуро, релакс такой, что и за спящего легко сойти. Где гарантия, что за мной не наблюдают? Блин, что-то паранойя разыгралась. Но сейчас именно тот случай, когда ей лучше поддаться. Что я и проделал не без удовольствия, то бишь разоблачился и осторожно влез практически в кипяток – еще пара-тройка градусов, и привет. Тут главное не спешить. А потом тело невероятно расслабляется, и сознание погружается в сладкую негу. Теоретически. На практике же я себя пересилил, и вместо того, чтобы наслаждаться покоем, активировал канал связи с Зевсом.

Флешку я пришлепнул к контактной панели КПК, и скачать информацию для моего напарника труда не составило, хоть процесс и затянулся почти на сорок минут. Я от долгого сидения в воде стал розовым и мягким, аки младенец, и чуть было не вырубился, но обошлось. Дождавшись сигнала Зевса, разорвал коннект и выбрался из ванны. Неторопливо оделся, сунул капекашник в карман и побрел в прихожую, насвистывая почему-то марш штурмовиков из «Звездных войн» – любимого фильма Мака.

Сейчас у меня по плану банальный шопинг. Ничего не поделаешь, надо. Урок дядюшки Мака номер какой-то там – будь как все. Сливайся с толпой. А я в этом покуда не преуспел. Так что мне прямой путь в супермаркет, где куртки со встроенным голопроектором продают. А там, глядишь, Зевс информацию переварит и выдаст рекомендацию – на это и расчет.

Глава 2

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 6-е число месяца сигацу 85 года от П.В.

Набег на круглосуточный торговый центр, куда я добрался на неизменном такси, разочаровал – оказалось, аборигены не настолько безумны, чтобы предаваться безудержному шопингу далеко за полночь. Дансинги, кафешки и прочие увеселительные заведения от народа ломились, а магазины поражали девственной пустотой – из всего персонала в лучшем случае дежурный менеджер. Так что пришлось заниматься самообслуживанием. Впрочем, на большее я изначально не рассчитывал, да и много времени на процесс терять не собирался. А потому обошелся визитом в отдел готового платья, в котором по прихоти владельца соседствовали строгие приличные костюмы (старина Роб Ароновски на этом месте бы пренебрежительно скривился) и попугайские шмотки молодежных субкультур. Проигнорировав и то, и другое, я прошествовал к длинному ряду вешалок с «умной» одеждой – серьезно, тут даже фирма-производитель не постеснялась в логотипе использовать модное словечко «smart». Правда, в неактивном виде большинство вещей выглядело блекло – все оттенки белого, бежевого и бледно-желтого глаз, прямо скажем, не радовали. Так что по размышлению я решил ограничиться верхней одеждой – с третьей попытки выбрал куртку-ветровку, не обремененную излишними деталями, зато оснащенную добрым десятком внутренних карманов, и, что особо радовало, немаркого серого цвета. Обновку я оценил, едва оказавшись в примерочной: погладил, как советовал мануал, левое предплечье, и на небольшом участке проступил не поражающий качеством картинки гибкий дисплей. Правда, удовлетворенная ухмылка тут же сменилась раздраженной гримасой – и здесь загрузка системы не обошлась без вездесущей «соры». Что за хрень такая, в конце концов? Сверхнавязчивая реклама? Или это местный производитель софта, да еще и монополист? М-мать, достала уже. Ладно хоть, испарилась быстро, уступив место разветвленному меню. Хм. Любопытно. «Цвет», «узор», «перфорация»… не буду мудрить, пока «камуфляж» сойдет.

Примерно через полчаса из магазина вышел обычный молодой человек в вызывающей красной толстовке со зверским принтом, пятнистой куртке (паттерн почему-то был сине-фиолетовым, с кислотным отливом) и узких солнечных очках, стекла которых плавно переходили в дужки. Последним аксессуаром я обзавелся на кассе – очередная девушка-сидзин, распознав во мне инопланетника, посоветовала. В очки был встроен универсальный интерфейс, позволявший вкупе с перчатками из отеля управлять всеми доступными гаджетами, в том числе и обновкой. Всего-то и надо, что синхронизировать приблуду с командным модулем одежки. Расплатившись и попрощавшись с продавщицей, я покинул обитель «умной» моды и рванул к первому попавшемуся Ноосфера-кафе.

Здесь меня ждал облом – в заведении яблоку негде было упасть. Пришлось углубиться в торговый район и поплутать по переулкам, в которых концентрация рекламы лишь чуть уступала центральным улицам. Желаемое нашел в самом темном тупичке – и то относительно, просто голограммы здесь начинались примерно на уровне второго этажа, а ниже затейливо переливались неоновые трубки – древность неимоверная, но стильная. Похоже, посчастливилось набрести на какой-то тематический уголок. Редкая световая паутина изображала едва узнаваемых персонажей вроде ковбоя, танцора диско и большого человекоподобного робота, а остальная вязь складывалась в непонятные иероглифы. Сориентировавшись по стрелкам, я добрел до входа, подивился отсутствию секьюрити и прошел в зал.

Внутри оказалось неожиданно уютно, наверное, из-за приглушенного освещения. Все те же неоновые узоры по стенам, под потолком пара вращающихся в такт тягучей мелодии зеркальных шаров, не самая громкая на моей памяти музыка и довольно редкая толпа. Даже не толпа, а отдельные кучки галдящей молодежи, сконцентрированные у странных агрегатов с доисторическими LCD-дисплеями и манипуляторами в виде стилизованных пистолетов, штурвалов и джойстиков. Понятно теперь, куда я попал. Место и впрямь стильное, да еще и только для тех, кто в теме – заведение предлагало окунуться в волнующий мир старинных игровых автоматов. Такие, если мне не изменяет память, в начале двадцать первого века выпускали. Никаких шлемов виртуальной реальности, никакого «погружения», никакой обратной связи, за исключением вибрации. Есть где воображению разгуляться. Не сказать, что сверхпопулярное местечко, но и явно не бедствует – клиентуры достаточно. Зато давки нет. И вдоль стен, если не ошибаюсь, вполне современные рабочие станции для желающих посерфить в Ноосфере. Как их аборигены понимают, то бишь крохотные закутки с не менее крохотными столиками и анатомическими креслами. Фактически как комнатушка у меня в номере. Главное отличие в атмосфере и наличии обслуживающего персонала, живого и симпатичного – в этом я удостоверился, стоило лишь занять первый попавшийся закуток. Официантка навязываться не стала, удовлетворилась заказанным соком, и я оказался предоставлен самому себе.

Посидел в кресле, выбирая оптимальную позу, почесал ляжку и, поколебавшись для вида, извлек из внутреннего кармана куртки КПК. Покосился по сторонам, наткнулся взглядом на подозрительно знакомый логотип и врубил в очках функцию синхронизации. Девайс законнектился с местным оборудованием, и вскоре я любовался продвинутым интерфейсом «рабочей зоны». Занятое место оказалось полнофункциональным, я даже с удивлением обнаружил услугу «аудиозавеса», которую и активировал незамедлительно – так хотя бы сидящие в соседних закутках посетители не услышат, что я говорю. А говорить придется, для возможных наблюдателей я создал видимость, что беседую с кем-то, перенаправив вызов с инфора на КПК. Собственно, так оно и обстояло на самом деле – дабы не палиться, я вывел неподвижную физиономию Зевса на дисплей наладонника.

– Есть новости, – сообщил тот.

– Приятные?

– Использование эмоциональной оценки нерационально, – дернул щекой мой собеседник, противореча самому себе. – Но ты был прав, Денис. Удалось найти кое-что общее в некоторых делах. По крайней мере, всесторонний анализ и вероятностная оценка говорят скорее «за», чем против.

– Так бы и сказал, что интуиция.

– Я предпочитаю не оперировать абстрактными понятиями, – отрезал Зевс.

Н-да. Какой бы личностью он не был, все равно он в первую очередь компьютер. Искусственный интеллект. И в такие моменты это особенно заметно.

– Ладно, пофиг. Выкладывай, что нарыл.

– «Рэй».

– Что «рэй»?

– Не что, а кто, – «уточнил» Зевс. – Давай я тебе по порядку изложу.

– Давай, – вздохнул я. – Краткость, как я заметил, не входит в число твоих талантов.

– Увы, – с трудом скривил неподвижную физиономию андроид. – По порядку. Я проанализировал собранную тобой информацию, и обнаружил только одно совпадение: в девяти досье из тридцати четырех доступных, вернее, их англоязычных версиях, фигурирует некий «Рэй» – одушевленный объект, скорее всего, человек.

– Что, только имя?

– Да. Односложное определение, никаких дополнений и пояснений. И это вполне может быть прозвище или фамилия, не только имя.

– Почему так решил? Рэй – довольно распространенное у англосаксов имя. «Луч», если по-русски. Но если бы речь шла о каких-то «лучах смерти», ты бы меня не стал беспокоить?

– Совершенно верно, Денис. Из контекста ясно, что это именно обозначение чьей-то личности.

– Почему этого раньше никто не заметил? – усомнился я.

– Не знаю. Вероятно, никто не проводил системного анализа.

– Хочешь сказать, я первый попытался найти связь?

– Такая вероятность не исключена, – подтвердил Зевс. – Но я склоняюсь к другой причине. Я не зря упомянул, что общий элемент выявлен в англоязычных версиях документов. В японских вариантах взаимосвязь не прослеживается.

– Как это?

– В двух файлах из девяти выявленных при обозначении объекта «Рэй» используется иероглиф в значении «звонок». Еще в двух случаях – иероглиф в значении «ноль», «ничего». Один раз упоминается «прекрасный», один раз – «дух», и оставшиеся три раза – сочетание «прекрасный дух».

– То есть Рэй Рэй? Имя плюс фамилия?

– Давай серьезней, Денис. Мы работаем.

– Да ладно тебе! – отмахнулся я. – Думаешь, не может такого быть? А как же классик? Гумберт Гумберт?

– Вряд ли литературный пример уместен в наших обстоятельствах.

– Зато ты зануда! – окончательно пригвоздил я собеседника. И всерьез задумался. – Значит, местные могли просто не обратить внимания… Совершенно разные значения при одинаковом звучании… Занятно…

– Я тоже так подумал.

– А ведь похоже на кличку… слишком хорошо все значения выстраиваются в ассоциативный ряд.

– Это еще одна причина, по которой я решил выдать положительное заключение о наличии взаимосвязи, – снова сбился на канцелярщину Зевс.

– По крайней мере, теперь ясно, в каком направлении копать, – вздохнул я. – Проанализируй круг общения этих, у которых Рэй отметился. И особенно последних троих. Если вдруг обнаружатся совпадения, дай знать.

– Анализ завершен. Обнаружено семнадцать совпадений.

– Спасибо, вижу. Список в порядке убывания?

– Да. Счастливой охоты, Денис.

Дисплей КПК погас, а я еще некоторое время задумчиво любовался перечнем адресов, явок и паролей. Н-да. Есть, о чем подумать. И особенно – с чего начинать. Хотя это-то как раз ясно. Начинать нужно с поддельного ай-ди, чтобы не стремно было во всякие сомнительные места лезть. Стало быть, нужен профильный специалист. А такие себя не рекламируют. Похоже, придется нашего штатного хакера побеспокоить. Филька – Филипп Нэш, если совсем уж официально, – наверняка на нужного человечка наводку даст. В противном случае я в нем целиком и полностью разочаруюсь. Вплоть до увольнения.

Мистер Нэш на запрос ответил быстро, правда, пока лишь попросил немного времени. Я согласился, и скоротал без малого полтора часа шатаниями по кафешке. Узнал много нового, между прочим. И опробовал около десятка ретро-автоматов, оказавшихся увлекательными развлечениями. По возвращении в родной закуток решительно залез в настройки куртки – синий камуфляж в сочетании с красной толстовкой меня откровенно бесил. А из экскурсии я вынес еще одно полезное наблюдение: оказывается, вовсе не обязательно щеголять в одежке попугайской расцветки, чтобы выделиться из толпы. Местные брутальные самцы предпочитали в большинстве своем не менее брутальные шмотки, а именно, имитацию натуральной кожи. Любой, вплоть до крокодиловой. Я в крайности ударяться не стал, остановился на самом неприметном варианте – текстуре, повторяющей грубо обработанную телячью шкуру. С крупной перфорацией, явными потертостями и трещинами на сгибах рукавов. Получилось очень, на мой взгляд, достойно. Тут бы ко двору пришлись мои любимые перчатки без пальцев, но, как говорится, за неимением гербовой…

Ответ Фила пришел вовремя – я уже начал скучать и задумчиво коситься на компашку у танцевального автомата неподалеку. Послание оказалось предельно лаконичным – адрес и имя: Тэкуми. Активировав в КПК навигатор, я быстро сориентировался и вздохнул: логово загадочного Тэкуми располагалось в противоположном конце города, в одном из тех районов, которые здесь традиционно относили к умеренным – то бишь беспредела нет, но и на неприятности нарваться можно, особенно если их намеренно искать. Заодно ради интереса заглянул в словарь-переводчик. И в очередной раз ухмыльнулся: прозвище моего предполагаемого благодетеля переводилось как «ремесленник». Хотя с местных станется, может и настоящим именем оказаться. Фамилию Фил не уточнил, стало быть, она и не требовалась, достаточно назвать пароль. Кодовое слово мистер Нэш тоже утаил, или не посчитал нужным на этом заострять внимание. Стало быть, это какой-то простейший вариант. Более чем вероятно, что имя рекомендующего. В самом крайнем случае, хакерский ник. Ладно, разберусь.

Такси поймать оказалось проблематично – свободных экипажей в прямой видимости не наблюдалось, искать стоянку было лениво, так что я просто отправил запрос в диспетчерский пункт, и уже минут через пять несся над ночным Синоби-Сити. Аппарат выбрался в самый верхний коридор, так как лететь предстояло довольно далеко, и у меня появился шанс полюбоваться столицей с высоты. Компьютер поерепенился немного, но поляризацию окон вырубил. Или просто вывел изображение с внешних камер, не суть. Главное, что зрелище получилось впечатляющее: бескрайнее море огней, куда ни глянь. Сложнейшая паутина с немыслимыми переходами всех возможных цветовых оттенков, живая, пульсирующая, завораживающая. В принципе, любой мегаполис ночью с верхотуры выглядит примерно также, даже наш Новооймяконск. Но каждый раз в зрелище открываются все новые и новые нюансы, как в картине гениального живописца. И душа в прямом смысле слова замирает. Сегодня, например, я больше всего поразился взаимопереходу городской границы и ночного неба, усыпанного мириадами звезд. Кажется, что взгляд скользит по разноцветной вуали отдаленных районов, и конца этому не видать, а потом – раз! – и буйство красок сменяется глубокой тьмой, расцвеченной хаотично рассыпанными яркими точками. Такое ощущение – открывшейся взору бездны – у меня бывало только в глубоком космосе. Видимо, какие-то скрытые особенности атмосферы. Не суть, в общем. Главное, красотища. Затягивающая, черт побери!

Справа по курсу подмигнул проблесковым маячком экипаж безопасников, разрушив волшебство мгновения, и я злобно выругался. Вполголоса, разумеется, и по-русски, так что вряд ли меня кто-то, включая искина-водилу, понял, но все равно неприятно. Впрочем, бравые стражи порядка отцепились также быстро, как и докопались – последовал короткий обмен данными, и «воронок» отвалил в сторону. Мой же водила поспешил затемнить окна – от греха, что называется. И я вынужденно проскучал остаток пути, пялясь в потолок со спроецированной главной страницей поискового сайта. В конце концов мое терпение было вознаграждено, и я выбрался из такси на площадке перед скромным баром. По местным меркам, разумеется, то есть без вызывающей рекламы и реалистичных голограмм, изображающих сценки из ночной жизни. Название заведения мне ни о чем не говорило, хоть и было продублировано под огромными иероглифами латинским шрифтом. Скорее всего, имя собственное, не несущее смысловой нагрузки. Посему наплевать и забыть. Главное, чтобы искомый Тэкуми-ремесленник оказался на месте.

Поскольку никаких особых распоряжений я не получил, то и действовать решил напролом. То есть без зазрения совести вломился в бар, проигнорировав безразличного секьюрити, и прошествовал прямиком к стойке. Здесь царствовал огроменный лысый мужик, на котором белая рубашка с воротничком-стойкой и строгая жилетка смотрелись уморительно, особенно в сочетании со зверской рожей и тонувшим в лапище стаканом.

– Доброй ночи, уважаемый, – поприветствовал я выдающегося во всех отношениях малого, пристроившись на высоком табурете.

– Приветствую, – рыкнул тот в ответ. – Чем могу?..

Говорил он на местном пиджине, но, поскольку чистокровным японцем не являлся, со звуком «л» у него все было в порядке. Только акцент забавный. Но этим все аборигены грешили.

– Я ищу господина Тэкуми.

Видимо, я что-то совсем нелепое сказанул, потому что бармен изменился в лице, став еще более грозным, но быстро справился с собой и рявкнул:

– Тэкуми, сукин сын!!! К тебе клиент!

Н-да. Подложил Филька свинью, не ожидал я такого приема.

– Сколько раз ему говорил, хватит использовать мой бар вместо офиса! – пробурчал бармен, изобразив нечто вроде виноватого взгляда. – Извините, господин, наболело. Хоть бы за аренду рабочего места платил, стервец! Это я не вам, извините еще раз.

– Э-э-э…

Я обернулся на голос и наткнулся на пронзительный и одновременно болезненный взгляд тощего подростка, выряженного по последнему писку местной моды, и вопросительно заломил бровь.

– Вы, кажется, меня искали? – промямлил… н-да, язык не поворачивается это назвать специалистом.

– Наверное, я ошибся, – пожал я плечами и сделал попытку соскользнуть с табурета.

– Это тот самый Тэкуми, будьте уверены, господин! – прогудел бармен.

– Хм… ну ладно. Нам нужно поговорить, господин… э-э-э… Ремесленник. Где это удобнее всего сделать?

– Пойдемте за мой столик, – махнул тот рукой себе за спину. – Ода, мне саке, двойной.

– Обойдешься! Сначала кредит погаси.

– В этом месте все труднее и труднее работать, – вздохнул подросток, но спорить не стал.

Я проследовал за ним в самый темный угол помещения, скрывавший закуток с парой потертых стульев и столиком, на котором кто-то забыл на удивление навороченный комп-планшетник, и устроился напротив Тэкуми.

– Чем могу помочь? – поинтересовался тот. – Девочки, бодрый стафф?

– Чего?!

– Гейши? Э-э-э… ароматические смеси? – Подросток смерил меня удивленным взглядом, и типа уточнил: – Курительные, я имею в виду.

– Кхм… я, вообще-то, немного по другому вопросу… извини, не по адресу.

– Подождите, господин! – взвился Тэкуми, едва я сделал попытку оторвать зад от стула. – Похоже, у нас возникло маленькое недоразумение. Позвольте поинтересоваться, кто вам порекомендовал обратиться ко мне?

– Филипп Нэш. Тебе о чем-то говорит это имя?

– Возможно, – не стал тот колоться окончательно. – Хотелось бы кое-что уточнить.

Вместо ответа я активировал КПК и вывел на экран последнее сообщение, полученное от Фила. Как я и предполагал, цифровая подпись-ник – SimplyPhil_911 – произвела на Тэкуми благоприятное впечатление.

– Старик Простофиля в своем репертуаре, – ухмыльнулся мой собеседник, превращаясь из забитого подростка в уверенного в себе специалиста, жесткого и цепкого. Даже взгляд изменился, стал каким-то… пробирающим до костей, что ли. – Надо было с этого начинать, господин…

– Дэнни, – не стал я вдаваться в подробности.

Хотя с Ремесленником было можно, как я только что выяснил. Немногие в этом мире могли знать второе прозвище, которым наградил Нэша кэп Иванов. И тем более чисто воспроизводить его на великом и могучем. Помнится, я долго хохотал, когда Филька поделился со мной подробностями обретения хакерского ника. Вряд ли Тэкуми понимал юмор, заключенный в кличке, но достаточно того факта, что она ему известна. Но береженого бог бережет. Так что привет, паранойя.

– И чем же я могу вам помочь, Дэнни?

– Хм… как бы попроще…

– Не волнуйтесь, не подслушают, – усмехнулся Тэкуми, проследив за направлением моего взгляда. – Место надежное.

– И вы не боитесь вести здесь дела? В открытую?

– Ода думает, что я мелкий сутенер и никчемный драг-дилер, у которого и разжиться особо нечем, – пояснил Ремесленник. – Потому и терпит меня в своем заведении. Чтобы его не разочаровывать, приходится поддерживать имидж. Так что мое первое предложение тоже в силе.

– Спасибо, но мне кое-что другое нужно, – отказался я. – По вашему второму профилю.

– Ай-ди? – проявил недюжинный ум Тэкуми.

– Именно.

– На какое имя?

– Ну, скажем… Юэцу. Сингао Юэцу, если быть совсем точным.

– Не вопрос, – кивнул Ремесленник. – Уровень конфиденциальности? Кредитная история? Допуск?

– А что, есть варианты?

– Любой каприз за ваши деньги. Но, сами понимаете, чем больше пожеланий, тем дольше и дороже.

– Ну, давайте… средний. Чтобы можно было без проблем пройти в любое заведение. Как здесь, так и… – Я воздел взгляд к потолку.

Тэкуми кивнул.

– И чтобы можно было прогуляться в Трущобы без риска получить по башке в первом же баре.

– Это само собой, – хмыкнул Ремесленник. – Бонус. Обслуживаться планируете в кредит?

– Нет, нужна определенная сумма. Чтобы не чувствовать себя стесненным в средствах ни в одном из заведений. Но без излишеств.

– Тогда стоимость заказа составит… – Тэкуми пододвинул к себе планшетник, вывел на дисплей блокнот и нацарапал пальцем несколько цифр. – Сумма включает и ваш неприкосновенный запас.

– Я понял.

– Вот вам номер счета. Он надежный, можете воспользоваться настоящим ай-ди для перевода. Проследить связь между вами и новой личностью, по крайней мере, по движению средств, никто не сможет. Кроме меня. Но тут уж вам придется мне довериться. Я тоже рискую.

– Хорошо. Надеюсь, Простофиля является достаточной гарантией.

– Я тоже на это надеюсь, господин. Встречаемся здесь же, через три часа. И, может, все-таки желаете что-то по моей основной специализации?

– Ладно, давай, что там у тебя самое экзотическое. Как раз, чтобы за три часа раздобыть.

– Заметано. С вас еще плюс сто.

– Обдирала! – Я вскочил со стула, едва не опрокинув столик, и направился к барной стойке, на ходу злобно бросив через плечо: – И не вздумай меня кинуть! Кости переломаю!

Тэкуми принял игру и снова превратился в зашуганного торчка. По крайней мере, рожу состроил приличествующую случаю. Вот только взгляд остался прежним – жестким и ироничным. Занятный товарищ.

– Вы бы с ним поосторожнее, господин, – буркнул Ода, когда я снова устроился на высоком табурете. – Мутный тип, может и второй сорт подсунуть. Особенно с девочками можно ошибиться.

– Не, я по другому поводу.

– Ну, тут обычно порядок, – заверил меня бармен. – Только обсчитать может, стервец.

– Да бог с ним, лишь бы качество нормальное было.

– А господин, как я погляжу, знаток?

– Нет, что вы! – рассмеялся я. – Пускаюсь периодически во все тяжкие, когда работа особенно достанет. И окружающие. Вы не представляете, дружище, сколько вокруг идиотов!

– Ну почему же? – возмутился тот. – Очень даже представляю. И понимаю. Самому порой хочется… пошалить. Позволю себе заметить, господин, таких, как вы, в последнее время становится все больше и больше. Такое ощущение, что людей заедает быт. Плюс постоянная депрессия. А напряжение и сбросить негде, один виртуал. Но это, между нами, просто суррогат. Поэтому многие сейчас возвращаются, так скажем, к корням.

– А как на это смотрят представители власти?

– Сквозь пальцы. Воскурение благовоний не противоречит религиозным догмам, – ухмыльнулся Ода. И вдруг стал очень похож на Тэкуми, по крайней мере, взглядом. – Каждый последователь синто имеет право пообщаться с духами предков. Ну, вы понимаете, о чем я?

Еще как понимаю. И еще понимаю, что местечко здесь хитрое. Не зря Филька порекомендовал. Не удивлюсь, если тут всем заправляют якудза, а Ода с Ремесленником работают под их крышей. Впрочем, излишнюю догадливость проявлять ни к чему. Как говорят мои соотечественники, меньше знаешь, лучше спишь.

– Господин желает подождать здесь? – перешел к насущному вопросу бармен.

– Пожалуй…

– Меню?

– Что у вас есть из… – Хотел сказать традиционного, но вовремя спохватился – саке давиться отчаянно не хотелось. – Сто виски со льдом, и чего-нибудь перекусить.

– Суши? Роллы?

Я недовольно скривился, и могучий Ода поспешил исправиться:

– Могу заказать пиццу, в паре кварталов есть приличная забегаловка.

– Давайте. С колбасой и сыром.

– Да, господин. Вас проводить к столику?

– Сам.

Заведение от наплыва посетителей явно не страдало, иначе с чего бы бармену так прогибаться? Надо же, готов у конкурентов еду заказывать, лишь бы в родной тошниловке человека удержать. Или все гораздо прозаичней, и он имеет неплохой откат с Тэкуми? Ладно, не мое дело, хотя сдается мне, что оба этих фактора равнозначны.

Запрошенное Ремесленником время пролетело незаметно: я потихоньку прикончил заказанную пиццу, дважды обновил выпивку и шлифанул это все порцией рыбных роллов – сбитый с толку организм никак не мог приноровиться к местному суточному циклу, а по привычному времени уже давно было пора обедать. Кроме ублажения желудка, я еще и полезным делом занимался – попросил у Ода планшетник и залез в Ноосферу. На этот раз не за новостями, а с сугубо утилитарной целью: собрать информацию касательно объектов, входящих в список Зевса. На первый взгляд, ничего общего между ними не было – несколько забегаловок, респектабельный клуб, офис туристической фирмы, пара магазинчиков, специализирующихся на крафтовой электронике, филиал завода, производящего компоненты биоимплантов (причем весьма ограниченной номенклатуры), и частная стоматологическая клиника. Все остальные адреса принадлежали Ноосфера-кафе, разбросанным по всем районам Синоби-Сити, включая Трущобы. По какому принципу Зевс их сгруппировал, я так и не понял. С кафешками-то ясно, наверняка фигурировали в досье почивших в бозе хакеров, как часто посещаемые оными. А, например, стоматологическая клиника? Неужели все девятеро, связанные с загадочным Рэем, зубы там ремонтировали? Или не все? Пришлось вызвать Зевса и уточнить. Как я и предполагал, лечебница упоминалась в трех источниках. По невероятному совпадению как раз в тех, где фигурировал «прекрасный дух». По совпадению, как же! Ну что ж, последние сомнения устранены, придется в первую очередь наведаться к зубодерам. А потом на завод биоимплантов. Или наоборот, война план покажет. Но сначала нужно уточнить кое-что. Мелькнула тут у меня мысль. Вполне себе бредовая, чтобы оказаться пророческой.

Тэкуми появился, как и обещал, ровно через три часа, и демонстративно передал мне из рук в руки крошечный бумажный сверток, заодно умудрившись незаметно засунуть под обшлаг куртки стандартный ай-ди неброского дизайна. Я столь же демонстративно пробежался пальцами по дисплею КПК, переводя остаток оговоренной суммы – ту самую сотню за, хм, курительную смесь. На том и разбежались, довольные друг другом. Ода тоже внакладе не остался, так что впечатление обо мне в заведении сложилось скорее благоприятное. Гигант-бармен даже предложил забегать как-нибудь еще. И намекнул, что так оно обычно и случается – редко кто из клиентов Тэкуми разочаровывается в качестве товара. И даже цена вкупе с риском обсчета не останавливает. Я заверил приветливого малого, что как только, так сразу, и покинул гостеприимный бар, незамедлительно о том пожалев, поскольку на улице оказалось прохладно и сыро. Пока я торчал в уютном кафе, прошел дождь, и влага с дорожного покрытия еще не испарилась. Ласковая и манящая ночь превратилась в промозглую зловещую тьму, что никак не способствовало моей решимости заниматься делом. Посему я поддался минутной слабости, выловил такси и отправился в отель – та самая бредовая мысль не давала покоя. До такой степени, что я даже скорректировал планы.

Оказавшись в номере, хорошенько отмок в ванной (заодно и согрелся – как выяснилось, навороченная куртка особыми теплоизолирующими свойствами не отличалась), залез в сеть, разжился парой полезных адресов и отправился на боковую – хоть большую часть ночи я и скоротал, но употребленный алкоголь, довольно сытная трапеза и холод сделали свое черное дело. Меня начало неодолимо клонить в сон. Сопротивляться этому естественному желанию я не стал, и без зазрения совести продрых почти до полудня. И даже не совсем чистая совесть – чтоб ее, эту Асти! – не помешала.

* * *

Колония Терра-Нова, территория Корпорации «Спейс Текнолоджиз Груп», орбитальная станция STG-5, за шесть дней до событий

Клуб «Астероид» производил двоякое впечатление. Вроде бы классическое местечко формата «только для своих», спрятавшееся на задворках злачного района – не того, где космических бродяг обслуживали, а другого, для коренного, так сказать, населения. Но при этом масштаб несколько… хм… потрясал. Может, хозяин помещения подходящего не нашел, вот и пришлось занять первое попавшееся – а это оказался здоровенный ангар, как бы не для малой космической техники. Сейчас уже не разберешь, но оставшиеся от Предтеч загадочные металлоконструкции в виде переплетения сот и ферм, с вклиненными там и сям смотровыми площадками, создавали неуловимую атмосферу уютного бардака. Плюс умело подобранное освещение. Плюс звуковой фон – нечто столь же космическое и одновременно медитативное. Не знаю, как на других гостей, но на меня обстановка подействовала крайне умиротворяюще. Это в активе.

В пассиве значились посетители, нервные официанты и отсутствие вменяемой кухни. «Нумеров» тоже не было – не относить же к ним висячие площадки? Это выяснилось позже, когда мы с Луиджи миновали секьюрити, пересекли основной зал, он же танцпол, и устроились на диванчике у дальней стены. Лу знал, что ищет, и я это оценил – сцену с нашего места было видно прекрасно. Равно как и большую часть зала с центральным входом. А вот нас обнаружить можно было лишь ценой значительных усилий.

Закуток наш оказался на диво удобным. Народу пока было не очень много, танцпол и вовсе пуст – все кучковались у столиков, причем предпочитали именно висячие, в «сотах», так что сразу же приступить к осуществлению плана по обольщению belle ragazze у Луиджи не получилось за отсутствием выбора. Те фемины, что наличествовали в пределах досягаемости, отпугивали потенциальными неприятностями в виде особей мужеска полу, хоть и зеленых, но сильных и наглых. А одиноких красоток пока не наблюдалось.

– Сдается мне, вы в пролете, синьор Монтанари, – поддел я Лу, лениво отхлебнув пива – брать здесь виски поостерегся. – Голяк конкретный. Или ты думаешь, что сможешь отбить, например, вон тех двух кошечек у кодлы отморозков?

– Mia madre! За кого ты меня принимаешь, Дэнни?! – оскорбился тот. – Еще никогда Луиджи Монтанари не ввязывался в разборки из-за женщин! По пьяни, из гордости, да просто из удали молодецкой – но не из-за женщин! Запомни это!

– Еще скажи, что они сами тебе на шею вешаются.

– Именно так. Просто надо знать, кого обрабатывать.

– Угу.

– Ах, вот ты значит как?! Все, не буду рассказывать. Мучайся.

– Обязательно. Кстати, пиво дрянь.

– Не действует?

– Еще как действует! Но только побочным эффектом. Где тут сортир?

– Где-то в той стороне, – махнул рукой Луиджи. – У официанта спроси.

Поиск стратегического объекта затянулся, но цели я в конце концов достиг. Покончив с делами насущными, намеренно дал крюк вокруг танцпола – очень меня здешний дизайн впечатлил. Хорошая, годная стилизация, полное ощущение, что веселишься в центральном посту инопланетного корабля, чему также способствовали очертания сцены и оформление аудиосистемы. Плюс светомузыка, смахивавшая на тревожную сигнализацию – этакое мрачное мерцание в рваном ритме. Классно, короче. Для очистки совести поднялся на ближайшую смотровую площадку и пожалел, что Луиджи предпочел диван у стенки. Правда, ни одной свободной, хм, ложи я не обнаружил, так что пришлось заочно извинить напарника. Но все равно жалко. Особенно кайфово на верхотуре, под потолком, имитирующим спиральную галактику, еле заметно вращающуюся вокруг черной дыры.

С неудобством пришлось смириться. Вспомнилось еще одно изречение тренера дяди Коли: завидуй молча! Вот я и помалкивал, переставляя ноги. И как ни растягивал удовольствие, пришлось вернуться к Луиджи. Тот все также потягивал пиво, только рядом с ним на столе красовались уже три пустых кружки.

– Ты не лопнешь, мой любвеобильный друг?

– Не-а. Это для разгона. А пятая пойдет для удовольствия.

– До сортира-то добежишь?

– Легко! – не повелся на провокацию Лу. – Не переживай, я норму знаю.

– Это чтобы меньше не выпить?

– Хм. Повеселел, – удовлетворенно кивнул напарник. – А говорил, не пойду. Польза налицо! Официант появится, еще по одной закажи.

– У меня есть.

– Не-а.

Н-да. Зарубка на память: не пить пиво на спор с Луиджи Монтанари. И не оставлять без присмотра кружку.

– Так, Дэнни, не расслабляйся, я быстро.

Расправился-таки с четвертой и решил освободить емкость для новой порции. В добрый путь, как говорится. А я просто посижу, в потолок потаращусь. За галактику дизайнеру жирный плюс, очень медитативное зрелище. Только пиджак сниму, да галстук расслаблю. Хотя, к черту! Пусть в кармане поживет. Ворот расстегнуть, рукава закатать (блин, куда запонки сунуть?!), скучающее выражение на морду – чем не клубный завсегдатай? Еще бы очки черные, но при здешнем освещении это уже глупость, граничащая с мазохизмом. А все-таки хорошо. И обстановка расслабляющая, и пиво в тему – прохладное, густое, темное, как тени в углах зала. Жизнь, похоже, налаживается. Не хочу говорить «Хоп!», но… если все срастется удачно, еще и кэпа с Грегом подвину, и тогда оторвемся. Мак меня однозначно поддержит, Свену и ученым все равно, Мисс Лед – наш биолог и по совместительству медичка Сьюзан Старкова – само воплощение субординации, а Асти с меня клятву взяла, что я ее не брошу, когда за сокровищами отправлюсь. Стр-р-рашная тайна, ага. Как дети малые. Блин! Асти!.. Ну что за нафиг!.. Наплевать и забыть, наплевать и забыть. Пусть повзрослеет и в собственных чувствах разберется, а потом поговорим.

– Скучаешь, чувак?! – плюхнулся на диван Лу. – Где мое пиво?

– Не принесли еще, – обломал я напарника. – Удачно сходил?

– Стал легче на два литра, если ты об этом.

– Литр – мера объема, а не массы, темнота. Но я не об этом, ты прав.

– Пофиг. По основному вопросу тоже профит.

– Где? Кто?

– Отсюда не видно, к бару выйди. Третий столик в первой очереди.

– Это у сцены, что ли?

– Не совсем, чуть сбоку. В том направлении смотри, не ошибешься. Блондинка с косичками слишком для меня худая. А с ней богиня! Венера! Mia madre! Когда эти олухи программу начнут?!

– А просто за столик подсесть? Или к себе позвать?

– Как можно! – всплеснул руками Лу. – Я же не жиголо какой-нибудь. И не мажор с папенькой-толстосумом! Только приглашение на танец! Как бы случайно. Назойливые девчонкам не нравятся.

– Да ты прямо дон Жуан!

– Смейся, смейся. Вот увидишь, я отсюда уйду с симпатичной крошкой. А ты будешь коротать время в одиночестве. Подробности опущу. Ты пойдешь кандидаток смотреть, или как?!

– Да схожу, схожу.

– На глаза им не попадайся. Ты еще не в форме, рожа почему-то не кислая. Весь план мне порушишь.

А ловелас-то волнуется. Что же там за красотка сидит, что Лу на нее так повелся? Теперь уже точно гляну, из принципа. А для маскировки в бар наведаюсь, оценить ассортимент. План показался годным, и я направился к стойке, стараясь держаться в тени – фамильная паранойя взыграла. И, едва разглядев искомый столик, возблагодарил судьбу за собственную мнительность – только благодаря ей вовремя отступил к стене, укрывшись в полумраке.

Не знаю, как насчет Венеры, но примеченная Луиджи деваха и на меня произвела приятное впечатление: молодая, лет двадцати, высокая и стройная, с короткими смоляными волосами. Подробностей не разглядел, далеко, да и сидит боком. Спросите, как догадался насчет высокой? Да элементарно, сравнил с подружкой, над которой та возвышалась на полголовы. А за эталон я ее принял, потому что прекрасно знал вот уже год как – это оказалась Асти. В коротком облегающем платье из чего-то блестящего и изящных туфельках вместо обычных шортов и ботинок а-ля Лара Крофт, да и на голове изобразила что-то объемное, нарочито небрежное, как будто косы неплотно заплела, но, вне всяких сомнений, именно она.

А с чего бы мне еще шифроваться? Перед незнакомыми девицами робеть не привык, уже взрослый мальчик. Зато с мисс Свенссон пересекаться отчаянно не хотелось. Особенно с учетом того обстоятельства, что рядом со столиком торчал какой-то хлыщ, по виду – типичнейший клаббер, из той социальной прослойки, что традиционно именуется «золотой молодежью». То бишь априори хамоватый, наглый и высокомерный. Кстати, вот и разгадка, где я название слышал – утром Астрид упоминала ди-джея на астероиде. И что вроде бы ее сюда приятели звали. Получается, хлыщ – приятель? Не, судя по позам и реакции девушек, свободный охотник вроде Луиджи. А с приятелями, скорее всего, не срослось. С другой стороны, мне какая разница? Как отмазка прокатит. Пойду, дружка обрадую.

Обратный путь много времени не занял, и вскоре я плюхнулся на диван напротив умиротворенно потягивавшего пиво Луиджи.

– Обломайся, Лу, их уже какой-то щегол обхаживает.

– Досадно, – чуть не подавился портером тот. – Когда успел?!

– Вот как раз сейчас, – пожал я плечами. – Пока один ленивый итальяшка пивасом накачиваться изволит.

– Я бы попросил!

– А я бы отказал. Все, fratello, расслабься. Ушел поезд.

– Блин, придется новых искать, – окончательно расстроился Луиджи. – А ты уверен, что он их… того?

– Уверен. Прямо по твоему совету, как не надо делать – подвалил к столику и осыпал непристойными предложениями.

– Козлина. Ни себе, ни людям!..

Спасибо, друг, утешил. Прямо от души отлегло. Не, реально ведь ревную! И с какого перепуга, позвольте поинтересоваться?! Надо с этим что-то делать…

– Пойду, посмотрю, – поднялся с дивана Лу. – Сторожи место, я скоро.

Ну-ну. Флаг, как говорится, в руки. А я лучше на сцену попялюсь – вроде как движуха там какая-то. Зря, что ли, столько бабла за вход отвалили? Да и любопытно стало, что за зверь такой – DJ Суперсоник.

Синьор Монтанари слово не сдержал: ушел, и как в воду канул. Но до меня этот факт дошел не сразу, все дифирамбы, спетые Суперсонику и Николя, оказались правдой. Парни подняли зал на уши уже к третьему треку, и очень скоро танцпол заполнила двигающаяся в такт музыке толпа. Я не любитель толкотни в партере, больше по части послушать, но, вынужден признать, ритмичная электроника в духе старинных Pendulum, сдобренная толикой ямайских мотивов и приправленная по вкусу медитативным речитативом Faithless, и меня завела. Звук в клубе оказался на диво приличным, и я, откровенно говоря, кайфовал. Вечер определенно удался. Все-таки не зря на посулы синьора Монтанари повелся. Вот, кстати, и он, соизволил вернуться.

– Голяк! – объявил Лу, устроившись на законном месте. – Черт, и пиво нагрелось! Заменить бы…

– Ты поэтому так долго?

– Угу. Столько девчонок, mia madre! И все с парнями! Есть, конечно, пара вариантов, но тогда мне надо еще пива. Много.

– Знаешь, как у нас говорят? Не бывает некрасивых женщин, бывает мало водки.

– Ничего не понял, кроме vodka!

– Если перевести почти дословно, то получится твое утверждение насчет пива.

– А! Это верно, – кивнул Лу и прибавил громкости, пересиливая очередной хит от Суперсоника: – Вы, русские, знаете толк в афоризмах!

– Это не афоризм, это обобщение многовекового мужского опыта!

С этим утверждением напарник спорить не стал. Зато приложился к кружке и сморщился:

– Тьфу, гадость! Официант!!!

– Чего орешь, все равно не услышит! Сходи лучше в бар!

– Придется! Оп-па! Смотри – те две кошечки!.. Только что подошли! И одни! А ты говорил!..

– Лу, просто поверь – это не наш вариант!

– Почему?! Брюнетка очень даже ничего!

– Меня ее подружка смущает!

– С чего вдруг? Не в твоем вкусе? Так я тебя и не заставляю. Составь ей компанию на вечер, потом посадишь в такси, а сам свалишь! Я, так уж и быть, спонсирую!

– Не в том дело!

– А теперь вообще ничего не понимаю!

– Это Асти!

Тут Луиджи не нашел, что возразить, лишь досадливо помотал головой и снова присосался к кружке.

– Disgustosamente! Все-таки придется поменять… тебе взять еще одну?

– Нет, этой за глаза.

Лу удалился в известном направлении, а я усилием воли выбросил из головы Асти с подружкой и сосредоточил внимание на сцене. Эмси Николя, темнокожий хлопец с дредами, зачитывал под бит типовую телегу про клубную жизнь, но, как говаривал во времена оны Альф, это же рэп, здесь главное ритм! Так что к смыслу я не придирался, просто слушал и впитывал позитивный настрой. Сейчас бы еще соточку «Гленн Маноч» из «Клуба любителей…»

– Все-таки круто здесь! – нарисовался рядом Луиджи. – И зря от пива отказался!

– Обстановка не благоприятствует, – отмазался я.

– А тебе чего, «веселых» таблеток надо?! Это не ко мне, я лучше вашей vodka давиться буду! Смотри, к твоей Асти какие-то придурки цепляются… Дэнни! Ты куда?! Mia madre, ну что за вечер!

Возмущался Луиджи по делу: едва бросив взгляд в указанном направлении, я подхватился с дивана и скорым шагом двинул к танцполу. По-хорошему, пусть бы девчонки сами разобрались, большие уже, да и секьюрити тут полно, беспредела не допустят. Но вот не стерпел. Скорее всего, трое парней, в том числе и давешний хлыщ, сильно не понравились. Заводилой являлся старый знакомец, причем нацелился он на Астрид, судя по тому, как умело подпевалы оттерли рослую брюнетку от подружки. Зная ненаглядную, я мог с уверенностью предположить, что хлыщ в случае чего нарвется на сюрприз, но доводить до такого не хотелось. Не нужно девчонкам с пацанами драться, особенно такими вот, охреневшими от безнаказанности, к тому же довольно внушительными на вид. Хотя на самом деле, если быть честным перед самим собой, элементарно взревновал. Нестерпимо захотелось согнать хамоватую ухмылочку с лица хлыща, желательно правым прямым, чтобы юшку пустить. А он еще и за запястья ее хватает! Козел, ну не хочет же девушка! Зря, что ли, руку выдергивает?!

Я все-таки успокоился и обошелся минимальным воздействием: вынырнув из-за спины Асти – сюрприз, дорогая! – взял наглую граблю в захват, надавив на нервный узел между большим и указательным пальцами, перевел на элементарный рычаг запястья наружу, и вбил хлесткий хайто в голову. Правда, попал не очень удачно – в стык между нижней челюстью и шеей. Хватило и этого: хлыщ обмяк и едва не сел на задницу, но я его вовремя подхватил, почти по-братски обняв, и передал с рук на руки опешившим дружкам:

– Пацаны, держите! Фигово ему, вывели бы на свежий воздух!

Ага, цинично. Где орбитальная станция, и где свежий воздух. Но я не специально, клянусь! Само вырвалось.

Дружки хлыща шутку не оценили, но и агрессии не выказали – безропотно подхватили обвисшего кореша и дали нам спокойно уйти. Наверное, от растерянности.

Девчонки тоже не сразу сообразили, что стряслось, пришлось взять Асти за руку и легонько потянуть. Та сопротивляться не стала и позволила отбуксировать себя к диванчику. Брюнетка окинула нас беспокойным взглядом, но решила не бросать подружку в беде, и пошла следом. Я уже рассказывал про свет? Классная вещь, а тут еще трек начался темповой, так что мы быстро исчезли из поля зрения агрессоров. Но крюк на всякий случай сделали, прежде чем свернуть к убежищу.

– Вот так сюрприз! – округлил глаза Луиджи при виде процессии. – Приятный, не скрою!

– Это Асти, моя… коллега. Луиджи Монтанари, тоже мой коллега, но в другой сфере. Знакомьтесь.

– Денис Новиков, – опомнилась Астрид. – Инга.

– Просто Инга? – зачем-то уточнил Лу.

Девушка кивнула, стрельнув заинтересованным взглядом в моего напарника, и тот галантно облобызал ей запястье, не встретив сопротивления.

– Весьма польщен, синьорина. Что будете пить? Коктейль, вино, пиво?

– «Маргариту», пожалуй.

Голос у брюнетки оказался под стать внешности, сочный, с чуть заметной хрипотцой и какой-то… томный, что ли. Лу сразу сделал стойку и принялся разливаться соловьем, и уже через несколько минут Инга освоилась на нашем диванчике, ничуть не жалея о старом месте. А там и коктейли прибыли – Луиджи посчитал моветоном хлебать пиво в такой приятной компании. Он же и бразды правления взял в руки и принялся развлекать всех смешными историями из жизни торгового агента. Мне оставалось изображать мебель, поддакивая в нужных местах. Также как и Асти. Она вообще была непривычно тихой, лишь шепнула мне на ухо «спасибо», когда мы устроились на диванчике, а все остальное время смотрела на сцену. Чуть позже я предложил пойти в какое-нибудь тихое местечко, но она помотала головой, не отрываясь от зрелища, и едва заметным кивком указала на воркующую парочку. Понял, не дурак. Да и, честно говоря, шоу досмотреть хотелось.

Время от времени поглядывал в зал – не нарисуются ли обиженные парни? Но те как в воду канули, и вскоре я расслабился, отдавшись музыке. Как показала практика, зря. Первый закон Мерфи: если неприятность может произойти, она обязательно произойдет. Краеугольный камень бытия. А в моем случае вообще классика. Позволить наглому выскочке уйти, не позвав на «пойдем, выйдем»? Ситуация просчитывалась на раз, и хлыщ-недобиток не стал исключением. И, опять же по классике, подкараулили меня в туалете.

Да-да, ничего смешного. Пиво дало о себе знать, а я еще и коктейлем догнался. В общем, повело меня, да и, грубо говоря, отлить захотелось. Так что где-то через час после известных событий я отправился по знакомому маршруту. Спокойно сделал свои дела, но на выходе из кабинки меня натуральным образом качнуло, да так, что я едва не вышиб дверь, а потому счел за благо освежиться. Склонился над раковиной, плеснул в лицо горсть холодной воды, и застыл на секунду, простреленный адреналиновым выбросом – стукнула дверь. Скосил глаза на зеркало: так и есть. Выпасли, недоумки. В полном составе, оклемавшийся хлыщ на острие атаки. Прут целеустремленно, верят в собственные силы, молниеносная расправа над боссом не впечатлила никого, включая самого пострадавшего. Об этом тренер дядя Коля предупреждал особо, но ничего не поделать, издержки эффективности. Противник просто не понимает, что с ним произошло, и списывает последствия на все, что угодно, вплоть до кратковременного обморока. Другое дело техника простая и грубая: зубы в одну сторону, юшка и сопли в другую. И хруст ломаемых костей не хуже ледяного душа действует. Ч-черт, выйдет мне когда-нибудь доброта боком.

Без стычки не обойдется, к гадалке не ходи. Травмировать сильно нельзя – секьюрити не поймут, а там и копы подтянутся. Не в Диких мирах, в конце концов, находимся, а на цивилизованной корпоративной станции. Можно, конечно, с «золотым мальчиком» сыграть в увлекательную игру «у кого папенька круче». Не думаю, что супротив моего выдюжит. Но… не по-мужски это. Опять же, Виктор Андреич потом жизни не даст, заприкалывает. И тренер дядя Коля горячо его в этом поддержит. А я даже возражать не буду, ибо поделом. Значит, надо бить. И в данном конкретном случае тайский бокс лучший выбор.

Приняв это судьбоносное решение, дальше отработал на автомате. Правда, сразу бросаться на агрессора не стал – так и стоял, склонившись над раковиной, даже пару раз плеснул водицы в лицо в ожидании удобного момента. И дождался.

Чувствовалось, что у ребятишек опыт подобных разборок имелся – зашли с трех сторон, причем хлыщ приблизился со спины, намереваясь либо отоварить по затылку, либо воткнуть башкой в зеркало. Или в раковину, уж как получится. Но я ему такого шанса не дал: как только дистанция сократилась до уровня гарантированного поражения, мотнулся назад, вбивая локоть в район солнечного сплетения. Достал, судя по сдавленному оханью. Тут же развернулся и насадил клиента на апперкот, заставив еще раз подавиться воздухом. Склинчевал, чуть сместился, прикрывшись обработанным хлыщом от того из парней, что оказался слева, и добил страдальца эталонным ударом коленом по ребрам, завершив комбинацию эффектной скруткой. Хлыщ развернулся вокруг оси и улетел куда-то вправо, сшибив как кеглю второго кореша, а я в боксерском нырке ушел от размашистой оплеухи оставшегося на ногах противника, в движении достав того сначала правой в живот, а потом левым боковым по печени. И повторил удачный опыт, насадив на колено.

Отскочил, позволив пареньку невозбранно упокоиться на полу, развернулся на невнятный шум. Ага, последний страдалец остался. Ему, кстати, еще и не прилетело, только хлыщ тушкой опрокинул. Ничего, сейчас исправим. Лови-ка лоу! Удар в бедро получился на загляденье, мощный и жесткий, как бревном. Не ожидавший подобного мажор растянулся на кафеле и предпочел притвориться мертвым. Я, понятное дело, на продолжении банкета не настаивал – покинул поле боя, деликатно прикрыв дверь сортира.

Вроде никого не всполошили, секьюрити не видно, что странно – у них что, в туалете камеры наблюдения нет? Пронесло, будем считать. Теперь главное, чтобы уроды не побежали папочкам жаловаться, или копов не вызвали. Такое случается сплошь и рядом – словив люлей, вспоминают про полицию и дорогущих семейных юристов, способных оставить обидчиков без штанов. Со мной обломаются, но лучше свалить из клуба от греха. Надеюсь, шоу скоро закончится, и можно будет увести Асти. К Луиджи с Ингой вряд ли пристанут, максимум, в грубой форме спросят, куда я делся, но тут Лу сообразит, куда их послать – сами не рады будут. Так что совесть моя чиста.

Астрид, к слову, сопротивляться не стала – решила, что дальше подружка одна справится, а нам самое время уйти по-английски. Что мы и проделали под заключительный трек программы, и, оказавшись на улице, не сговариваясь, направились к станции монорельса. В кабинке всю дорогу до терминала просидели молча – все было понятно без слов.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 6-е число месяца сигацу 85 года от П.В.

Пробуждение получилось не самым приятным, и отнюдь не из-за похмелья – триста грамм вискаря под хорошую закусь, растянутые на добрых полночи, не та доза, чтобы ощутились хоть какие-то последствия. Акклиматизация, чтоб ее. К тому же отчаянно хотелось навернуть чего-нибудь более существенного, нежели рис с водорослями и малосольной рыбой. И весьма желательно горяченького. Так что пришлось вставать с тахты (еще один сюрприз: я-то думал, что неудобнее моего откидного топчана на «Молнии» ничего быть не может), разминать затекшие мышцы и хрустеть суставами. Впрочем, водные процедуры вернули меня к жизни, и я не поленился спуститься в нахваленный накануне ресепшен-герл ресторан, где и получил все желаемое, включая горячее и сытное. Даже с обслуживающим персоналом в лице андроидов-«гейш» смирился. Хоть и с трудом.

Вернувшись в номер, засел в комнате-терминале и проторчал там безвылазно до вечера: раз все равно пришлось менять план, так почему бы не сделать это качественно? К тому же никто не отменял закон больших задач Хоара, гласивший, что внутри каждой большой задачи сидит маленькая, пытающаяся пробиться наружу. В моем случае их оказалось на удивление много, я, похоже, затронул пласт никем еще не обработанной информации. А ведь всего-то хотел найти подтверждение предположению, возникшему буквально вчера. Просто вовремя вспомнил правило точности: работая над решением задачи, всегда полезно знать ответ. И оный ответ незамедлительно нарисовался на горизонте. Предельно простой и логичный. Настолько, что я вынужден был потратить время на исключение срабатывания очередного «закона подлости», известного как неправильное цитирование закона Менкина неким Гроссманом: сложные проблемы всегда имеют простые, легкие для понимания неправильные решения. Так что пришлось с головой погрузиться в работу, на данный момент заключавшуюся в основном в подборе компетентного персонала и постановке ему вменяемых задач. Тут весьма кстати пришлась гильдия. Где еще, скажите на милость, я бы нашел столько контактов? А народу потребовалось привлечь много, одних только частных детективов не меньше десятка. А еще аналитики, эксперты-криминалисты и целая группа профессиональных хакеров. И все равно быстро разобраться с проблемой не удалось: время – единственный ресурс, который невозможно компенсировать ни финансовыми, ни трудовыми затратами. В конце концов, убедившись, что ничего более сделать не в силах, я вышел из «виртуального кабинета», хорошенько размялся и отправился отмокать в ванную. Тело слегка расслабилось, но вот на душе было все также муторно – денег на мою сегодняшнюю затею ушло столько, что оказаться в профите теперь будет особенно проблематично. И уж точно не за счет наград за головы убийц. Практически весь НЗ ушел. В кассу объединения запустить загребущую лапу я постеснялся и предпочел поставить все на зеро: если я, вернее, Зевс, изначально ошибся с потенциальной технологией, даже в ноль выйти не получится, не то что прибылью разжиться. И это еще не самое страшное. Как я потом в глаза кэпу и Грегу смотреть буду? Да фиг с ними, по большому счету. Но вот папенька…

Признаться, в столь сложную ситуацию я еще никогда не попадал. Даже приключения на Пандоре не шли ни в какое сравнение: там я рисковал жизнью, но хотя бы приблизительно знал, кто виноват и что делать. А здесь и сейчас… Закон Джоунса в действии: человек, который улыбается во время неудач, непременно думает о том, на кого сможет свалить вину за очередную неудачу. Мне сейчас улыбаться не хотелось, потому как иных кандидатов в козлы отпущения помимо меня нет. И не только в пределах досягаемости. В природе такого не существует. Виноват я, и только я. Ч-черт, что-то давит. Расслабиться, что ли? Было бы не лишне… заодно совмещу приятное с полезным. В списке Зевса ведь и увеселительные заведения имелись. Вот только в самое сомнительное лучше не лезть, ибо я собирался нажраться, как свинья. Заодно и потенциальным соглядатаям пыль в глаза пустить. Все, решено!

Нищему собраться, только подпоясаться, как говорит Мак. От капитана научился, ага. Так что откладывать это дело в долгий ящик я не стал, тем более, и время подходящее – начало девятого. А если учесть, что полночь тут приходится на десять вечера, то как раз успеваю. Веселье уже началось, но свободное местечко отыскать еще можно. Если потороплюсь, конечно.

За окном уже царили сумерки, так что полюбоваться городом при свете дня опять не получилось. Пришлось пялиться на вездесущую рекламу, а потом изучать новостной портал в такси – как показала практика, я умудрился поселиться в максимальном удалении от всех фигурирующих в деле объектов, так что добирался до клуба с романтическим названием «Амэя», что в переводе означало «Вечерний дождь», целых полчаса. Включая ожидание экипажа.

С внешним видом не заморачивался, довольствовался все той же толстовкой и курткой «под кожу». Перепрограммированная одежка в сочетании с обтрепанными джинсами и разношенными «туристами», послужившими еще на Пандоре, придала некоего шарма и даже откровенной брутальности. По крайней мере, на фоне местных завсегдатаев я выгодно выделялся легким налетом загадочности и самую чуточку опасности. Этакий наемник на отдыхе. Признаюсь, бессовестно скопировал манеру поведения и стиль мистера Макдугала – матерого мастера-рейнджера, столько повидавшего на своем веку, что бойцовые петухи с сельской дискотеки не вызывали у него ничего, кроме ироничной ухмылки. Мне до этого уровня еще ой как далеко. Однако внешние признаки воспроизводить удавалось, это даже сам Мак признал. Еще бы! Я ведь специально несколько раз с ним в бары ходил, морды, правда, никому не бил, но наблюдал и анализировал. И результат не заставил себя долго ждать. У меня, кстати, есть еще несколько масок на все случаи жизни – тренер дядя Коля в свое время посоветовал обзавестись. И одна из них успешный лощеный бизнесмен, завсегдатай Биржи. Спасибо Грегори Слоуну, финансовому директору. Отец так и не сумел привить мне нужных навыков, а в компании Грега поневоле пришлось подтягиваться до его планки.

Ночной клуб «Амэя» мне не понравился сразу, ибо являлся воплощением всех моих подсознательных фобий: шумно, тесно, бестолково. И беспрестанное мельтешение стробоскопа в такт музыке, если это можно так назвать. Скорее, дикая какофония запредельной громкости. На этом фоне «Астероид» вспоминался с тихой грустью, как скромное и уютное местечко. Плюс контингент соответствующий – сказалась близость района к не самым благополучным частям Синоби-Сити. По крайней мере, похожих на меня самого суровых ребят было заметно больше, чем во всех ранее посещенных заведениях. И по отдельным нюансам поведения было понятно, что они к числу законопослушных не относились, а являлись, скорее всего, якудза низового звена. Из молодых и перспективных, которых к серьезным делам еще не допускают. Промышляют мелочью – рэкет, сводничество, торговля наркотиками, крышевание. Ну и подраться любят, само собой. Просто ради того, чтобы продемонстрировать собственную крутость. Нужно держать ухо востро, если не собираюсь встревать в разборки. Впрочем, я ведь сюда расслабиться пришел? Расслабиться. Так что не буду себе ни в чем отказывать…

Для начала хоть и с трудом, но отыскал свободное местечко у барной стойки, уселся на высокий табурет и разжился у бармена стаканом виски местной выделки – сбежавшие со Старой Земли Такэда прихватили с собой клановую винокурню, а пшеница и солод, в отличие от того же риса, на Нимойе чувствовали себя прекрасно. Да и традиции в стране восходящего солнца соответствующие сложились еще с двадцатого века, так что на качество грех жаловаться. Одно плохо – пить хороший виски, чтобы тупо нажраться, мне не позволяла совесть. По крайней мере, под укоризненным взглядом бармена. Так что я попросил бутылку, расплатился, воспользовавшись собственным ай-ди (прятаться на данном этапе нет смысла), и благополучно свинтил в самый темный уголок зала. К сожалению, столь же шумный, как и танцпол. Зато незанятый столик нашелся, как раз такой, как я люблю – в углу, за кадкой с чахлым растением типа пальмы. Откуда оно тут взялось, интересно? Впрочем, про представителя здешней флоры я забыл, едва рухнул на потертый, но мягкий диванчик. Набулькал в стакан приличную порцию, и принялся неторопливо потягивать, морщась больше от бьющего по ушам саунда, нежели от горечи. Букет оказался приятным, с нотками меда, едва заметным привкусом дыма и дубовым ароматом. Ну, может и не дубовым – наверняка какое-то местное дерево на бочки идет – но очень похожим. Если бы не «музыка», вообще бы кайф был.

Надо отдать виски должное – по мере опустошения бутылки звуковое оформление заведения раздражало меня все меньше и меньше. Я даже умудрился поймать ритм и покачивал головой в такт. И постепенно расслабился до такой степени, что прозевал потенциальные неприятности.

Следовало бы предположить, что столь козырное место оказалось свободным неспроста, скорее всего, его, хм, законные владельцы еще не заявились. Но мне было плевать – развлекаться, так на полную катушку. К тому же я гайдзин, мне простительно. Заведение достаточно респектабельное, чтобы в случае чего, если настроения подраться не будет, «съехать на базаре», так что я без зазрения совести устроился в чьей-то «VIP-ложе», намереваясь далее действовать по обстоятельствам. Однако коварный вискарь отбил всякое желание идти на конфронтацию – хотелось просто сидеть, потягивая элитное пойло, глазеть по сторонам да подергивать башкой под музыку. Невинные желания, не правда ли? Так какого черта мне мешают?.. Приперлись, и чего-то там предъявляют. Причем по-японски.

– Тебе чего, пацан? – рыкнул я, оторвавшись от соски. – Говори по-человечески!

– Это наше место, придурок! – проорал тот, удостоверившись, что на местное наречие я не реагирую. – Как тебя сюда охрана пустила?!

– К-какая, н-на, охрана?! Было свободно, я и сел! Проблемы?!

– У тебя сейчас будут!

Уверен? Ч-черт, я ведь даже не удосужился посчитать, сколько их. В глазах покуда не двоится, и то хорошо. Но в голове шумит, и изрядно. Или это музыка? А, пофиг! С трудом сфокусировав взгляд, я различил три размытых мужских силуэта и один женский. Странная компания. Обычно бывает пятьдесят на пятьдесят, а тут такая диспропорция. Одно из двух: либо девица необыкновенно любвеобильная, либо у них деловая встреча. В таком-то месте! Смешно. А парни вроде крепкие, и одеты примерно как я. Угораздило все-таки. Можно, конечно, помериться первичными половыми признаками, но они трезвее, так что еще бабушка надвое сказала, чем дело кончится. На Новом Оймяконе я бы не колеблясь отвесил наглому типу леща, а потом сел бухать с новыми знакомыми – в любом случае кто-то бы проставился, не я, так они. Но здесь такой сценарий не прокатит. А заканчивать вечер отчаянно не хотелось.

– Э, э, тормози, паренек! – поднял я руки в примирительном жесте. – Ну, ошибся. С кем не бывает? Тут, кстати, места всем хватит…

– Не-а, у нас конфиденциальный разговор.

– Злые вы, ребята… – буркнул я, прикусив язык. – Ладно, пойду в другое место.

– Эй!

– Ч-чего?

– Бутылку забыл.

– Не грузись, это компенсация за беспокойство. Стаканы принести?

– Сами справимся, – отмахнулся переговорщик. – Ну, чего встал?

Да ничего, в общем-то. Просто наткнулся взглядом на девицу. Оч-чень даже ничего, доложу я вам. Стройная, затянутая в кожу с ног до головы, что совершенно не типично для местных обольстительниц. Брюнетка. Волосы длинные и пышные, свободно ниспадают на плечи. Аккуратный нос, бледные губы – уголок чуть задран вверх, как будто ироничную улыбку едва сдерживает. Твердо очерченный подбородок. Глаз не видно, скрыты здоровенными зализанными очками типа лыжных, только с черными стеклами. Что она в них видит, интересно? При таком-то освещении? Впрочем, мне какая разница? Я на нее и засмотрелся лишь по той причине, что внешний вид несколько выбивался из типажа. Хотя, если подумать… отчего-то меня к ней потянуло. Тайной повеяло, что ли?

– Иди, ты нам мешаешь!

– А?.. Все, ухожу, ухожу…

Оставив уютное местечко на милость захватчиков, я побрел по залу, вернее, с трудом пробился сквозь толпу, беснующуюся на танцполе, и устроился у барной стойки. Свободной табуретки не нашлось, но в плотный ряд выпивающих удалось вклиниться. Материализовавшийся рядом бармен снабдил меня новым стаканом, и вечер продолжился в уже испытанной манере – глоток виски, задумчивое покачивание головой под музыку. Перенапрягаться, а тем паче думать о работе не хотелось, так что я успешно накачивался вискарем еще около часа. Потом соседа, восседавшего на высоком табурете, увела какая-то девица, и я занял его место. Затем лишь только, чтобы благополучно вырубиться, уронив голову на руки. Дожил, блин! Ужраться в соплю на дискотеке…

Очнулся довольно быстро – натренированный организм воспротивился столь вопиющему безобразию. Настолько беспомощным он согласен быть лишь в хорошо защищенном месте, вроде родной каюты на «Молнии», или хотя бы в номере отеля. Но никак не у стойки бара подозрительного дансинга! Спасибо, тренер дядя Коля. Даже напиться толком не получается. Помотав тяжелой головой, я мазнул одурелым взглядом по окрестностям, наткнулся на понимающую ухмылку бармена и с тяжким вздохом сполз с табурета. Не, не дело. Надо завязывать с ночными похождениями. И для начала хотя бы умыться. Холодная вода обычно оказывала на меня живительное воздействие, так что осталось лишь до сортира добраться. Еще бы узнать, где он.

Впрочем, тут особых проблем не возникло – властелин коктейлей с готовностью указал направление. И я побрел на заплетающихся ногах, держась подальше от танцпола, на котором народу, такое впечатление, только прибавилось. Это сколько же я в отрубе пробыл? Верный КПК показал, что сейчас около часа ночи по корпоративному времени, а здесь, стало быть, уже далеко за полночь. Даже уже ближе к утру. Но я не помню, сколько просидел в закутке, до того как в бар вернуться. А, ладно!.. Какая, к черту, разница? Все равно же решил домой… тьфу, в отель возвращаться. Вот сейчас умоюсь и такси вызову…

– Эй!

– А?.. – Я недоуменно повертел головой, и сразу же наткнулся на собственное отражение в лыжных очках давешней девицы. – Ты мне?..

– Тебе, тебе, – развеяла та мои сомнения. – Присаживайся.

Я вопросительно вздернул бровь, но других пояснений не последовало. А, была не была! Что я теряю-то? Кстати, пацанчиков борзых в пределах видимости нет, девушка в закутке, том самом, откуда меня выгнали, одна. И абсолютно по этому поводу не парится. Видимо, и впрямь у них тут деловая встреча была. Договорились о чем-то, и разошлись, как в море корабли. А она выглядит уверенной в себе, наверное, есть на то причины. И я, все еще колеблясь, шагнул к дивану.

– Не бойся, падай! – хлопнула девица по обивке рядом с собой. – Я хотела извиниться за моих… партнеров, скажем так. Они временами бывают очень невежливы.

– Я заметил, – хмыкнул я, устроившись на предложенном месте. – Это, все, что ты хотела?

– Нет, конечно. Ты показался мне интересным.

– В плане?

– Выглядишь, как мелкий якудза на отдыхе, но без лишнего пафоса и собственную крутость не выпячиваешь, – пояснила та. – Как-то не типично для них. Ты не местный?

– Угадала. Гайдзин.

– А чем занимаешься?

– Тебе реально интересно? Или просто для поддержания разговора?

– И то, и другое, – улыбнулась девушка.

Улыбка получилась приятная, и вместе с тем странноватая – очки на пол-лица эффект портили. Почему-то мне показалось, что глаза у нее остаются холодными. И даже колючими. Везет мне последнее время на интересных персонажей. Тэкуми, бармен Ода, теперь вот таинственная незнакомка.

– Я Оружейник.

Уж не знаю, что меня сподвигло на столь опрометчивое заявление.

– Оружейник? На Нимойе?! – не на шутку удивилась девица. – Ты умудрился заключить контракт?

– Нет, у меня отпуск… типа.

– Понятно. Отдыхаешь, значит. Меня зовут Кийоко.

– Дэн.

– А ты очень интересный тип, Дэн. Уверенный в себе, но при этом сдержанный. Благоразумный, я бы сказала. Впрочем, Оружейники другими не бывают.

– Откуда ты знаешь? Много с нашим братом общалась?

– Мне тебя хватило. Местные мачо тут бы целое представление устроили на тему «как уступить и сохранить лицо». И в прямом, и в переносном смысле. А ты просто не стал связываться. Мне это понравилось.

– А ты странная. Все мои знакомые девчонки сочли бы это слабостью.

– Они просто дуры.

Хм. Любопытная мысль. Асти тоже, получается?..

Черт, Асти!.. С ней все плохо. Нет, не так. С Асти, можно сказать, все. Окончательно и бесповоротно. Ибо таких тараканов даже я понять и тем более простить не в состоянии. Знаете, чем закончилась вечеринка в клубе «Астероид»? Ага, тем самым. Вначале все было чинно-благородно: проводив девушку в каюту, я вернулся к себе, разделся и залез в душ, намереваясь по выходу сразу же отправиться на боковую. Но не успел как следует отмокнуть, как кто-то приперся в гости. На ночь глядя. И кто бы это мог быть, интересно? Иронизировал я напрасно – именно Астрид и почтила меня визитом. Причем с первого взгляда было видно, что вышло это спонтанно – ну какая нормальная девушка пошла бы к парню в пижаме? Да еще в розовой в мелкий горошек. И с наскоро заплетенными влажными волосами. Скорее всего, сказать что-то хотела. А я, придурок, гостью встретил в полотенце и с мокрой башкой. Так что ничего удивительного, что мы обменялись взглядами и спустя минуту оказались в койке. Узкой и тесной, но тем интереснее – опасность сверзиться на пол лишь подогревала страсть. И отсутствие мистера Макдугала, делившего со мной каюту, пришлось как нельзя кстати.

А потом, много позже, мы лежали, крепко прижавшись друг к другу, и ее голова покоилась на моей груди. Каждый думал о своем. Меня, например, терзала мысль, что Асти в процессе, хм, общения вела себя необычно – страстно, с непонятной обреченностью. Я бы сказал, исступленно. К чему бы это?

– Дэн, нам нужно серьезно поговорить, – нарушила молчание девушка.

Ндец, как выражается тренер дядя Коля. Приплыли.

– Тебе же еще рано замуж?.. – попытался я свести ситуацию к шутке.

– Да я не о том…

– Правда?

Удивила, не скрою. Я против женитьбы ничего не имел, хоть и видел, что куда-то не туда наши отношения зашли. Чувства все же есть, как я недавно на собственной шкуре убедился. А она, видите ли, не о том.

– Правда, успокойся, – напряглась Астрид. – Для тебя это такой болезненный вопрос?

– Да как тебе сказать…

Если в себе я был почти уверен, то вот насчет ненаглядной этого утверждать не мог. Реально рано ей. А если, тьфу-тьфу, дети? Получится, что я лишил любимую (видите, даже без знака вопроса) девушку золотой поры. Пусть и по ее инициативе, а оставил без конфетно-букетного периода с разными романтическими безумствами. Меня и самого этот факт напрягал, потому что неправильно это. Периодически хотелось плюнуть на условности и сделать по-своему, но ароматные пестрые веники и всякие милые безделушки Асти не заводили. Как у нормальных девчонок обычно бывает? Цветы?! Да еще открытка с признанием?! Какая прелесть, милый! Я так тебя люблю! И дальше в том же духе. А этой впору новый сварочный аппарат презентовать, или навороченный диагност. Черт, все сложно, короче.

– Вот видишь, ты тоже не уверен, – истолковала Асти мое замешательство на свой лад. – И это хуже всего. Дэнни, нам нужно расстаться.

Здрасьте! Вот так, лежа рядом со мной голяком, после бурного, хм, общения, и настолько буднично это заявить? Я чуть не задохнулся от возмущения. Как будто братец Арти в «солнышко» правым прямым засандалил. И машинально убрал руку с ее груди.

– Что молчишь? Скажи что-нибудь!..

Астрид оперлась на руку и заглянула мне в глаза.

– Э-э-э… позвольте узнать, милая барышня, а с чего такой однозначный вывод? – разродился, наконец, я. Едва, между прочим, сдерживая бурю негодования. – Предпосылки какие-то есть?

– Ты слишком хорош для меня, Дэнни.

– Ты с ума сошла, женщина?

Я потянулся к подруге, намереваясь вернуть ее в лежачее положение и изгнать бредовые мысли хорошо себя зарекомендовавшим способом, но та уперлась мне в грудь ладонями, куснула нижнюю губу и обреченно выдохнула:

– Нет, Дэн.

– Что «нет»?! С ума не сошла?

– Нет, это не решение проблемы. К сожалению.

– А давай попробуем.

– Бесполезно.

Астрид окончательно от меня отстранилась и села, свесив ноги с лежанки. Мне оставалось лишь созерцать ее худую спину с острыми лопатками и косички. Боится в глаза смотреть, что ли? Вот еще новость.

– Может, все-таки объяснишь, почему? И когда тебе эта дурь пришла?

– Это не дурь, Дэнни. Я бы очень хотела, чтобы это оказалось бабским закидоном, как Свен выражается, – покачала она головой, забавно мотнув косичками. – Папуля довольно часто бывает прав, но не в нашем случае.

– Твою мать!

– Нет, твою…

– Ты чего несешь?!

– Не ругайся, Денис. Я просто хотела сказать, что отчасти виновата Елена Сергеевна.

Что?! Маман то с какой стороны замешана? Неужели полаяться успели, когда я Асти с предками возил знакомиться? Месяца три как тому. Вроде никаких признаков не было, наоборот, родаки мои ненаглядной понравились. Как и она им. Я тогда прифигел немного, так как обычно папенька моих пассий подвергал интенсивному психологическому прессингу, прокачивал, как партнеров по бизнесу. Ни одна больше часа не выдерживала. Асти же сама умудрилась его пару раз поддеть. Батя это оценил, однозначно. У матери тоже осталось приятное впечатление о блондинистой зеленоглазой худышке с милой родинкой на скуле. И тут на тебе!

– Что-то я вообще нить беседы упустил…

– Я ей не понравилась, – вздохнула Астрид, и плечи ее поникли. – Я знаю, я это сразу поняла.

– Да с чего ты взяла?!

– Просто я тебе не пара. Понимаешь, Денис, мы с тобой люди разного круга. Ты наследник крупной Корпорации, тебя ждут великие дела, и спутница тебе нужна под стать. А я кто? Замарашка-бесприданница, даже без высшего образования, только и умею, что в железе копаться. Какая из меня жена олигарха? Я понятия не имею, как себя вести в высшем свете. Меня нельзя вывести в приличное место. У меня даже дома нет, только каюта на рейдере! Все она правильно подумала!..

Подумала?! Твою… нет, ну как с этими бабами вообще можно разговаривать?! Она подумала! Не замечал раньше за Асти телепатических способностей.

– Радость моя, ты сама-то в этот бред веришь?

– Это не бред, Денис! Я буду тебя отягощать. Ограничивать. И это очень не понравится твоей матери.

– Вообще-то, это будут ее проблемы. Никак не твои.

– Нет, Дэн. Мои.

– Обоснуй, – устало выдохнул я.

Ну не работала здесь моя логика! От слова вообще.

– Знаешь, кого мне больше всего не хватает? Матери. Я потеряла ее в девять лет. А в этом возрасте дети все прекрасно осознают и помнят. И я ее запомнила. Улыбающейся, на поляне с какими-то синими цветками. Сплошной такой ковер был… на Клариссе. А потом она… – Асти всхлипнула.

Бли-и-ин, ну за что мне это?! Глупейшая ситуация, даже обнять и успокоить не получится…

– Ладно, проехали, – вздохнула девушка. – Главная причина, почему мы не можем быть вместе – я не хочу превратиться во врага твоей матери. Не хочу воевать с будущей свекровью. Наоборот, хочу, чтобы она хоть частично компенсировала мне все то, чего я лишилась вместе с… – Повторный всхлип. – Короче, я не хочу портить жизнь ни тебе, ни себе. Это будет большая ошибка. Поэтому давай просто останемся друзьями.

– Н-да…

– Это все, что ты можешь сказать?

– А что ты хочешь услышать? Что я действительно думаю? Изволь. Это бред. Бре-е-ед. Могу по буквам продиктовать. Как тебе такое могло в голову прийти?! И когда?!

– Сегодня. Сам виноват – оказался еще и излишне благородным. Ты ведь на тех придурков не задумываясь кинулся. Увидел, что ко мне пристают, и сорвался, как боевой пес. Я твое лицо в этот момент запомнила. И поняла, что не должна ломать тебе жизнь.

Мне вдруг остро захотелось приложиться с размаху лбом о переборку. Раза три, как минимум. Или порвать в клочья еще десяток клубных мажоров. Нет, ну как так?! И я еще по невероятному логическому выверту виноват остался. Что теперь делать? Переубедить, по крайней мере, здесь и сейчас, не выйдет. Уперлась, как бабы это умеют. Положиться на самого лучшего лекаря – время? Тупо подождать? А сколько? День, неделю, месяц? Или год? Боюсь, целую жизнь я не выдержу. И не факт еще, что оно того стоит. А ведь к нынешней ситуации, вернее, событиям, ей предшествовавшим, как нельзя лучше применимо второе следствие из второго же закона Чизхолма: если вам кажется, что ситуация улучшается, значит, вы чего-то не заметили. Проворонил самым позорным образом, что тут еще сказать…

Я и не говорил. Просто молча наблюдал, как Асти торопливо влезает в пижаму. И опомнился, только когда хлопнула дверь. Однако переборол первый порыв, и догонять ненаглядную (теперь уже, наверное, бывшую) не стал. Плевать на все законы мерфологии вместе взятые. Грубая реальность дала понять, что с женщинами, вне зависимости от возраста, они не работают.

Ч-черт, как не вовремя вспомнил! Впрочем… Чувство утраты, всколыхнувшееся было в груди, столь же быстро испарилось. И совесть промолчала. Вывод? А никаких выводов, слишком мало исходных данных, как говорит Зевс. Она, в конце концов, сама меня бросила. Слишком я для нее хорош, видите ли. Вот и докажу сейчас обратное. Я далеко не святой. Сам дурак, по большому счету.

– Выпить хочешь? – поинтересовался я, приняв решение.

– Пожалуй, – кивнула Кийоко.

– Кстати, а почему у тебя имя японское? Ты ведь сидзин?

– Это кличка. Означает «дитя города».

– Оригинально. Тебе чего взять?

– Виски. Со льдом.

Оп-па. Она мне все больше и больше нравится! И без скидок на пьяный угар. Ну и какого черта? Давненько ты, Дениска, на дискотеке не знакомился. Забыл уже, как это – снять девчонку на ночь. К тому же еще большой вопрос, кто кого тут снимает. Я бы ее и не заметил, просквозил дальше, кабы не окликнула. Так что совесть моя чиста, мысли грязны, намерения сверхнеприличны. И, сдается мне, у нее тоже. Так что вперед и с песней, по отработанной схеме – выпить, потанцевать (в моем случае изобразить некие неуклюжие телодвижения), а потом и к делу переходить можно. Благо в наше время найти уютный уголок не проблема.

Глава 3

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 8-е число месяца сигацу 85 года от П.В., утро

Есть ли на свете что-то хуже похмелья? Риторический вопрос. Но нынешним утром актуальный, как никогда – и, что характерно, мне было, с чем сравнить. Нет, вчера я себе лишнего не позволил, если честно, вообще к спиртному не прикасался, но эффект получился схожий – сухость во рту, тяжелая голова, неприподъемные веки. Поверьте мне, переизбыток информации в организме порой последствия имеет более серьезные, нежели перебор с горячительными напитками. Давненько я себя до такого нервного истощения не доводил. Но результат того стоил – двое суток ожидания, анализа данных и планирования позади, и у меня есть цель. Вернее, сразу две – частная клиника и завод биоимплантов из списка Зевса. Почему они? Ответ прост: именно до них пытались добраться мои покойные клиенты. Помните, у меня внезапная мысль возникла, потребовавшая проверки? А я всего лишь подумал, что было бы логично, если некоторые фигуранты оказались связаны между собой в сфере профессиональной деятельности. То бишь попросту являлись хакерской группировкой. Вывод очевидный, но трудно доказуемый. Так что пришлось потратить уйму времени и сил (своих в том числе), чтобы удостовериться в истинности предположения. Расходы себя оправдали. Вернувшись из клуба позавчера утром, я до полудня перебарывал похмелье и недосып, а потом начала поступать первая информация от ищеек. Сначала тоненькими ручейками, потом поток расширился, и вскоре я с головой окунулся в море данных. Так прошла ночь и половина вчерашнего дня. А потом наступило время «морщить ум» – весь собранный массив я скормил Зевсу по обкатанной технологии, но и сам пропустил через себя огромное количество слухов, сплетен, обмолвок на форумах и прочей ерунды, которые в конечном итоге трансформировались в стройную картину. Порадовал тот факт, что мое заключение практически слово в слово повторяло выводы Зевса. А они, если вкратце, подтверждали исходный посыл: как минимум пятеро убитых пребывали в тесной взаимосвязи. Все они входили в число девятерых, в делах которых упоминался Рэй в том или ином написании, а тройка связанных с «прекрасным духом» и вовсе составляла костяк команды. Зевс оценил вероятность этого в семьдесят восемь процентов. Еще двое из «великолепной девятки» были связаны с группировкой с вероятностью свыше пятидесяти процентов, а оставшиеся укладывались в промежуток от тридцати до сорока. Скорее всего, участвовали не во всех акциях, фрилансеры, привлекаемые периодически. Но даже такой расклад стоил того, чтобы принять версию за основу. Что бы там ни твердил перестраховщик-искин, в жизни столь невероятных совпадений не бывает. Еще одним приятным бонусом послужила информация о последних объектах, атакованных группировкой – те самые клиника и завод, вернее, одно из подразделений крупного производителя, затерявшееся на границе «приличной» части города и трущоб. Медики (специализировавшиеся – сюрприз! – в основном на вживлении биоимплантов, допущенных к использованию гражданскими лицами) располагались в том же районе, но дальше от неудобного соседства.

Все это выяснилось вчера ближе к концу рабочего дня, так что пришлось решать еще одну сложную задачу: куда вперед? Первоначально я вообще хотел атаковать объекты через Ноосферу, но мысль о судьбе предшественников оптимизма не прибавила, не хотелось бы закончить свой жизненный путь здесь и сейчас. Поэтому решил действовать хитрее. Как раз на такой случай мы с Зевсом разработали целый алгоритм, а ему еще и софт соответствующий писать пришлось. Суть методы заключалась в следующем: нужно подсадить часть колонии нанов, обитающей в моей крови, в любую рабочую станцию атакуемого объекта. Какое-то время (не очень долго, в самом благоприятном случае до суток включительно) они способны действовать автономно и служить связующим звеном между местной компьютерной сетью и управляющим искином. Таким образом исключалась дистанционная атака, которую можно проследить, как минимум, до того терминала, на который мы оказывали опосредованное воздействие. Такой вариант был чреват моим провалом – хоть в случае «подсказок», когда искин в буквальном смысле диктовал мне, что делать, а уж я, что называется, работал ручками; хоть в случае прямого воздействия нанов на процессы в «мозгах» компа. Потому что я все равно находился рядом с машиной и рисковал попасть в лапы плохих парней. В случае же подсадки своеобразных «жучков» я, во-первых, оставался вне подозрений, во-вторых, находился в комфортном отдалении от объекта воздействия, а в-третьих, проследить входной сигнал было невозможно даже при наличии аналогичной технологии – передача информации шла на уровне «возмущений квантового поля», что бы ни имел в виду Зевс. Короче, с возможностями местных спецов дело бесперспективное. Единственный стремный момент – введение нанов в структуру сети. Но эта проблема существовала испокон веков, сопровождала все шпионские организации с того самого момента, как появились соответствующие технические средства, и палились агенты в основном именно на этом этапе. И никуда не денешься. Так что мне предстояло наведаться в обе точки и умудриться вступить в физический контакт с компьютерной техникой, например, какой-нибудь планшетник полапать. Как раз на это и был расчет: если щупать стационарные рабочие станции, по крайней мере, демонстративно, не станешь, то с мобильным терминалом в любом случае дело иметь придется. Хотя бы при заполнении резюме. Тут все стандартно: в клинике потребуют составить историю болезни, да и просто подтвердить перевод средств либо через ай-ди, либо отпечатком пальца и сканом сетчатки глаза. А на заводе придется претенденту на вакансию как минимум заяву накатать. Что в наше высокотехнологичное время вряд ли кто-то делает на бумаге – скорее всего, как раз планшетник и выдадут. Так что осталось лишь определиться с очередностью. Но и тут я заморачиваться не стал, а просто созвонился с секретаршами. И проблема решилась сама собой: в клинику под предлогом протезирования зубов (самые что ни на есть биоимпланты) удалось записаться только на четыре часа следующего дня, а на заводе согласились принять потенциального сотрудника в десять утра. Завтра, естественно. Так что пришлось коротать вечер и всю ночь, но я не скучал – принялся в очередной раз анализировать файловую помойку, скопившуюся в результате деятельности нанятых детективов и компьютерных взломщиков. Заодно соорудил вменяемую легенду господину Сингао Юэцу, которого Ремесленник предусмотрительно сделал универсальным техническим специалистом, способным работать в любой отрасли промышленности, предусматривающей использование автоматизированного оборудования. Вроде того универсального станка, от которого меня Свен при первой встрече шугануть хотел – типа, допуска у меня нет. На заводе биоимплантов наверняка что-нибудь подходящее подвернется, так что вопросы относительно моей компетентности вряд ли возникнут.

Вот так и получилось, что проснулся я сегодня с одной стороны, в довольно оптимистичном настроении, с другой – чувствовал себя хреновато. Переутомился накануне, плюс проклятая акклиматизация. Но это ничего, утром после посещения клуба «Амэя» было куда хуже. Хотя должен признать, та ночь прошла приятно… Кийоко… с ней все сложно. Ч-черт, кажется, я уже это говорил, только применительно к Асти. Короче, эта тоже меня бросила. Вернее, просто сбежала, когда я вырубился, замученный алкоголем и физическими нагрузками. Даже обидно стало, хоть и осознавал прекрасно, что дальше случайной связи дело не зайдет. И вообще, странная она. Лыжных очков так и не сняла, даже в самые, э-э-э, пикантные моменты с аксессуаром не расставалась. Хотя в остальном никаких нареканий, по крайней мере, я получил именно то, к чему стремился. Так что не в претензии.

Покончив с водными процедурами и основательно подкрепившись, отправился на первое собеседование, благо время тянуть было некуда – не опоздал, и ладно. Хорошее все-таки в Синоби-сити такси, быстрое, верткое, и с поразительным чутьем на пробки. Даже расслабиться толком не успел, как добрался до завода. Пришлось неохотно покинуть уютное нутро экипажа и шагать к проходной.

Секьюрити скользнул по мне безразличным взглядом, поинтересовался целью визита и без разговоров вырубил силовое поле в рамке. Точно такой же, кстати, как и в космотерминале на станции «Адзуми». Блуждать на территории не пришлось – всюду висели подробнейшие планы, а для совсем уж непонятливых на стенах присутствовали жирные разноцветные стрелки с наименованием маршрута. Так что мне оставалось лишь придерживаться красных указателей с надписью «офис» да по возможности не сбивать с ног встречных-поперечных, торгуя лицом. Посмотреть вокруг было на что – заводик явно достался колонистам в наследство от Предтеч, но здесь, в отличие от той же орбитальной станции, с голопроекторами никто не заморачивался.

Персонала по пути попадалось довольно много, но ни у кого я интереса не вызвал, что легко объяснимо. Если уж для секьюрити я оказался не более чем досадной помехой, то всем остальным и вовсе наплевать. А я переживал. Вчера мелькнула мысль освежить гардероб, но здравый смысл, подстегиваемый ленью, подсказал, что заморачиваться не стоит, в конце концов, не менеджером иду устраиваться. И не брокером на Биржу, чтобы костюм «от Ароновски» натягивать, которого, кстати, и нет. Сойдут и джинсы с «умной» кожанкой. И не ошибся, как показала практика.

Территория филиала номер четырнадцать производственного предприятия «Фуси», как официально именовалась шарага, в которую я намеревался «устроиться» на работу (в переводе, вы будете смеяться – «Вечная жизнь») размерами не поражала, что немудрено – перенаселенный мегаполис не то место, где заштатный производитель компонентов биоимплантов может позволить себе участок в сотню-другую гектар. Небольшой дворик и пара корпусов, один из которых отведен под управленческие структуры, а второй под производственные мощности, – вот и все богатство. И это с учетом того факта, что тащиться мне пришлось чуть ли не в пригород, за каковой тут считали Трущобы – здоровенный кусок города Предтеч, кое-как освоенный в первые годы колонизации, но потом благополучно заброшенный: все более-менее приличные организации и большая часть социально благополучного населения предпочли сменить дислокацию после некоего катаклизма. В историю вопроса я не углублялся, удовольствовался тем, что изначально первые поселенцы заняли самые неудачные районы. Затем, по мере освоения Наследия, соответственно, оттянулись в более пристойные части города. Так и образовались Трущобы – слегка «очеловеченные», но по большей части исконно алиеновские владения, в которых соседствовали циклопические башни Таюки и двух-трехэтажные быстросборные бараки, сооруженные наследниками. Впрочем, отстроенная колонистами инфраструктура служила не более чем ширмой – исходный город простирался вниз на неизвестную глубину. И все это изрядно сдобрено компьютерной техникой, причудливо сочетавшей человеческие технологии с достижениями Предтеч. В общем, черт ногу сломит. Хорошо, что мне туда пока что не надо. Впечатлился видом с высоты птичьего полета. И, если уж совсем честно, относительно приличный район, где я оказался, отпустив такси, впечатление производил гнетущее – людей меньше, рекламы почти нет, зато транспортный поток сверхплотный, того и гляди собьют. Или оглушат высокочастотным визгом антигравитационного привода. Так что я испытал нешуточное облегчение, нырнув на защищенную территорию заводика.

Офисное здание оказалось типичнейшим представителем своего племени – такое же запутанное и под завязку нашпигованное фикусами в кадках, репродукциями картин великих живописцев и снующими туда-сюда клерками. Плюс вахтер на входе, не обративший на меня внимания – рамка простенького сканера не запищала, стало быть, оружия или иных потенциально опасных предметов нет, так чего дергаться? Похожей логики придерживались и остальные местные – раз иду, значит, надо. Я не имел ничего против, тем более, даже дорогу спрашивать не пришлось, поскольку отдел по работе с персоналом располагался на первом этаже в шаговой доступности. Дверь, как и все остальные ее товарки, была автоматической – меня моментально просветили во всех диапазонах, опознали и подтвердили допуск. В просторном кабинете скучала дамочка средних лет традиционной для сидзин наружности, то бишь насквозь европеоидная и в какой-то степени миловидная. Впечатление портили лишь строгий костюм и прическа «конский хвост», придававшие владелице помещения строгий и неприступный вид. Но, должен признать, до Мисс Лед ей было очень далеко. А меня общение со Сьюзан Старковой, экипажным врачом и специалистом-биологом, закалило до такой степени, что никакой дамочке теперь не испугать. Разве что маман, когда не в духе, справится.

– Доброе утро, мисс… э-э-э…

– Дюран Аридзу.

– Очень приятно, мисс… Дюран, – запнулся я.

Занятно. Фамилия французская, а имя и манера представляться японские. Вот и не сообразил сразу, хоть уже и сталкивался с этой системой за последние дни неоднократно. Но все равно непривычно.

– Я по поводу, э-э-э, вакансии.

– Я поняла, – кивнула дамочка. – Заполните, пожалуйста, формы с первой по четвертую.

Я взял предложенный планшетник и, не дождавшись продолжения, взглядом испросил разрешения присесть. Заполучив желаемое, устроился в жестком кресле, установленном сбоку от роскошного стола хозяйки кабинета, разместился поудобнее и мазнул пальцем по дисплею. Девайс ожил, мелькнула вездесущая «Sora», потом на экране возникла первая анкета, и я, едва сдержав удивленный свист – предстояло ответить на добрую сотню вопросов – принялся за работу. Честное слово, если бы перед глазами не мелькали подсказки Зевса, спалился моментально – таких подробностей из жизни вымышленного Сингао Юэцу я и в страшном сне вообразить не мог. Но нет худа без добра – времени у меня оказалось предостаточно, чтобы с чувством, с толком, с расстановкой осуществить внедрение «подарочка». По правде говоря, этим опять же занимался Зевс, мне нужно было лишь поддерживать тактильный контакт с девайсом.

Уж не знаю, как процесс происходил на самом деле, но мне почему-то представлялись крохотные паучки, деловито сползающиеся из всей кровеносной системы к кончикам пальцев, я даже рукой дернул машинально, ощутив зуд. По мере концентрации мелочи он усиливался, а потом превратился в легкую щекотку – мой мозг визуализировал происходящее как массовое переселение нанов на поверхность планшетника сквозь поры кожи. Даже на миг показалось, что я их вижу, что, конечно же, правдой быть не могло. Затем непривычные ощущения сошли на нет – «жучки» дружной толпой просочились в микроскопические щели между корпусными деталями и расползлись по внутренностям компа, сконцентрировавшись вокруг центрального процессора и модулей памяти. Можно считать, дело сделано. Но роль все равно нужно доиграть, потому как подозрительно будет вдруг встать, извиниться и сбежать. Опять же, традиционную экскурсию по местам будущей славы пропускать не хотелось – технологии Предтеч меня очень даже интересовали. Как профессионала, я имею в виду. Так что пришлось еще с полчаса воевать с «бумажками», прежде чем строгая мисс Дюран соизволила принять планшетник обратно, пробежаться взглядом по анкетам и передать меня с рук на руки одному из инженерно-технических работников. Довольно молодой парень – скорее всего, именно по этой причине озадаченный рутиной с потенциальным работником – обузу в лице меня, любимого, воспринял хоть и без энтузиазма, но и возражать не стал. Скорее, расценил вынужденный марш-бросок по родному производству как незапланированный перекур и возможность лишний раз почесать языком. Полного имени не назвал, но отзывался на Дона и оказался очень словоохотливым. Да к тому же еще и хорошо разбирался в предмете, так что экскурсия мне в целом понравилась. Особенно с учетом того факта, что удалось «осеменить» еще несколько точек – Дон мое стремление пощупать «артефакты» воспринял с пониманием. Расстались мы если и не друзьями, то весьма довольные друг другом. И то лишь потому, что время поджимало, а еще хотелось перекусить перед посещением клиники. Я и не заметил, что больше двух часов пролетело, спасибо экскурсоводу. Опять же, самого себя надо благодарить – если бы я вознамерился устроиться, скажем, рядовым оператором какого-нибудь станка, то и отношение было бы соответствующим. Но я заявил себя как специалиста универсального, и под это дело удостоился особого подхода. Хотя странно: незнакомый человек, практически с улицы, да в святая святых… Тренер дядя Коля только за голову схватился бы при виде такой вопиющей некомпетентности местных эсбэшников. С другой стороны, а чего скрывать? Если судить по увиденному, полученной информацией за пределами Колонии Нимойя я бы при все желании воспользоваться не сумел – производство было завязано на технологии и оборудование Таюки. Человеческими во всей инфраструктуре оказались только компьютеры, вернее, устройства ввода-вывода, обеспечивающие доступ к инопланетному «железу». Но все равно, такое радушие к постороннему… Паранойя? Или просто переутомился? Ч-черт. Пойду, пожру. Как говорит папенька, важные и неправильные решения лучше принимать на сытое брюхо.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 8-е число месяца сигацу 85 года от П.В., день

Частная клиника с символическим названием «Кам»[3] оказалась заведением более скромным, нежели завод, даже кричащая голографическая вывеска положения не исправляла, теряясь на фоне десятков и сотен ей подобных. Эта часть района, по первому впечатлению, была перенаселена: маленькие, мелкие и мельчайшие фирмочки, фигурально выражаясь, дышали друг другу в затылок и разве что на шее не сидели. Типичное юридическое лицо из числа местных обитателей могло позволить себе в лучшем случае пару комнатушек с мизерной приемной, так что даже относительно некрупные здания оказывались вместилищем доброй полусотни контор. Соваться сюда, не зная точного адреса, нечего было и думать. Очень странно, что медицинское учреждение разместилось именно здесь. Объяснений тут целых два – либо денег на что-то поприличнее не нашлось, либо шифруются. Скорее второе, с учетом пристального интереса почивших хакеров.

Клиника располагалась на первом этаже и могла похвастаться отдельным подъездом. На входе никаких препонов, кроме собственно автоматической двери, не оказалось, и я спокойно прошел в приемную. Короткий коридорчик с кипенно-белыми стенами навел на очередную параноидальную мысль – уж не сканер ли? Или, того хуже, зона тотального экстерминатуса, как зеркальный проход с «вуалью» на памятном Объекте-357, что на планете Пандора. Но все обошлось, и вскоре я уже представлялся миловидной медсестре (на сей раз ярко выраженной азиатской внешности) на ресепшене. Та быстро нашла нужную запись, с кем-то переговорила по селектору (на японском, так что я ничего не понял) и одарила меня очередным планшетом с очередным набором анкет. Медицинских, перенасыщенных зубодробительными терминами. Я беспомощно покосился на прелестницу, и та сжалилась:

– Это ваша персональная карточка, господин. Во время пребывания в нашей клинике она будет с вами, основные формы заполнят лечащие врачи. От вас же требуется только форма номер один «а», с личными данными. Можете воспользоваться столиком.

– Спасибо. Э-э-э, получается, я его с собой заберу?

– Если не будете проходить курс лечения в стационаре.

Ч-черт, первый облом. Бессмысленно подсаживать «жучков» в девайс, раз он со мной путешествовать будет. Придется импровизировать.

После заполнения формы один «а» я был заботливо препровожден в кабинет будущего куратора. По пути заодно убедился, что догадка насчет «шифруются», скорее всего, близка к истине – судя по длине коридоров и количеству выходящих в них дверей, клиника занимала добрую половину этажа, то есть по сравнению с соседями была прямо-таки гигантом. А фасад и вывеска всего лишь вершина айсберга. Впоследствии я в этой мысли только укрепился, пока же робко вошел в логово бизнесмена от медицины, что само по себе нешуточно напрягало. Кровососы те еще, только дай понять, что финансово не стеснен. Впрочем, мне без разницы, все равно реально лечиться не собираюсь.

Коновал оказался благообразным китайским дедушкой – лысым, как колено, но с седыми усами и характерной бородкой. Не хватало только бровей вразлет. Я незаметно выдохнул – очень не хотелось связываться с Кланом. Подозрения таковые появились еще при виде сестрички-секретарши, но национальность деда многое объясняла. Хозяева такие же сидзин, как и все встреченные ранее. Единственного представителя сословия сидзоку я мельком видел на станции «Адзуми», он выделялся из толпы высокомерным выражением на неподвижной физиономии, как бы странно это ни звучало. Я еще тогда про Зевса подумал – очень похоже.

– Добрый день, господин Сингао, – с характерным певучим прононсом поприветствовал меня старикан. – Меня зовут Чжу Веймин, я ваш персональный консультант. На что жалуетесь?

– Здравствуйте, доктор, – не остался я в долгу. Занял предложенное кресло – гораздо более удобное, чем на ресепшене – и продолжил: – Конкретных, э-э-э, жалоб нет, даже с зубами все в порядке. Но… как бы…

– Понимаю, вопрос деликатный, – кивнул хозяин кабинета. – Вы ознакомились с нашим рекламным буклетом?

– Обязательно, в первую очередь.

– Тогда можете называть вещи своими именами. Итак?..

– Я хотел бы обследоваться и установить кое-какие модификаторы.

– Какие конкретно, еще не определились?

– Нет, конечно. Именно поэтому я и пришел к вам. К специалистам.

– Правильно сделали, господин Сингао. – Старикан одарил меня одобрительным взглядом и разъяснил позицию: – Вы не представляете, к каким последствиям приводит дилетантский подход. Особенно в таких серьезных вопросах, как модификация физического тела.

– Как раз представляю, потому и собираюсь воспользоваться помощью профессионалов, – слегка польстил я доку.

– Я рад, что вы это осознаете, господин Сингао. Итак, вы желаете для начала пройти комплексное обследование для установления, так скажем, пределов прочности вашего организма. И уже исходя из результатов определитесь, какие именно, эмм, изделия вам подойдут.

– Совершенно верно.

– Замечательно. Предлагаю начать прямо сейчас.

– Э-э-э, доктор… а это надолго?

– Полный комплекс процедур занимает около семи часов чистого времени. Рекомендую освободить завтрашний день и прибыть к нам к открытию.

– Так, может?..

– Нет, сегодня мы проведем лишь поверхностный осмотр и первичное сканирование, час-другой, не более.

– Хорошо, – вздохнул я. Пусть думает, что врачей опасаюсь, что, в общем-то, соответствовало истине. – Мне нужно переодеться?

– Не сегодня, – помотал головой док. – Расслабьтесь, господин Сингао, самые неприятные процедуры оставим на потом.

Обнадежил, блин.

– Берите историю и пойдемте со мной.

Я смерил врача недоуменным взглядом, потом сообразил и прихватил выданный на ресепшене планшетник. Док тоже вооружился соответствующим девайсом, при виде которого я в очередной раз про себя чертыхнулся – «Imagine», и сюда нанов подсаживать бесполезно. Кодировку софта этого производителя так до сих пор и не расшифровали, хоть и билась над этим вопросом армия хакеров при поддержке двух армий программистов. Зевса напрячь? Может выгореть, но не факт, что быстро. Ладно, поищем другой комп, попроще.

Но и в следующем кабинете, где я по просьбе господина Чжу разоблачился до трусов и подвергся разглядыванию, ощупыванию и постукиванию молоточком по суставам, осуществить задуманное не удалось – комната оказалась девственно пуста. Покончив с процедурой, док позволил мне одеться, набил что-то в планшетнике, удовлетворенно улыбаясь, и мы отправились дальше по типичному маршруту медосмотра – окулист, лор, хирург, терапевт, даже стоматолог, и все в лице старикана-многостаночника. К вящему моему раздражению, ни в одном из кабинетов не нашлось даже самого завалящего компа, а док довольствовался «имаджином» и время от времени моим планшетом.

– А вы на редкость здоровы, господин Сингао, – заметил Чжу, когда мы переместились в восьмой или девятый, со счета сбился, кабинет. – Присаживайтесь.

– С удовольствием. Что скажете, доктор? У меня все нормально?

– Более чем, господин Сингао. Предварительный осмотр патологий не выявил, и существует очень большая вероятность, что функциональных ограничений нет. То есть выбор будет весьма обширный.

– Хм… насколько?

– Насколько позволят ваши финансовые возможности.

Я удивленно заломил бровь. Чжу, довольный произведенным эффектом, побарабанил пальцами по столешнице и напустил на себя озабоченный вид.

– Однако не будем торопиться, господин Сингао. Более точный ответ я смогу дать после сканирования.

– А не проще было сразу меня в сканер засунуть? – удивился я.

– Проще, – не стал спорить док. – Но я, видите ли, придерживаюсь комплексного подхода. И, если честно, себе доверяю больше, чем всем этим чужим игрушкам. К тому же визуальный осмотр позволяет выявить поверхностные отклонения и скорректировать процесс более глубокого обследования. А это драгоценное время, господин Сингао.

– Как я вас понимаю, господин Чжу!

– Искренне рад, господин Сингао. К тому же хочу вас обнадежить. Если сканирование не выявит проблем, уже завтра мы начнем подбор ваших модификаторов.

– Большое спасибо, доктор.

– Рано, – усмехнулся тот. – Осталась самая продолжительная часть. Но, смею заверить, самая необременительная – полежать в капсуле минут сорок. Готовы?

– Вполне, – стараясь не выказать раздражения, бодро отозвался я.

Издеваются они, что ли?! Чтобы в больнице не было компьютеров?! Да в жизни не поверю! Равно как и в отмазку с комплексным подходом. Нужды в таком количестве кабинетов нет, учитывая полифункциональность господина Чжу. Спокойно мог все прибамбасы медицинские в одном помещении собрать, и не париться. Ан нет, чуть ли не целое крыло под «пустышки» отведено. Пускание пыли в глаза в промышленных масштабах? Похоже. Надежда лишь на капсулу – не может она не быть связана с локалкой. Мне даже проводное соединение без надобности, и какой-нибудь местный вай-фай сойдет. Лишь бы не «имаджиновской» оказалась, с них станется.

Опасался я напрасно. Медкапсула была украшена логотипом «Такэда Электроникс», что выдавало во владельце патриота. Напрягало другое – агрегат был многофункциональным, как и сам доктор, и мог оказывать на пациента воздействие множеством живительных факторов, в том числе ультразвуком и электромагнитными волнами. Последнее и насторожило – очень не хотелось лезть в уютное нутро, зная, к чему приводит облучение нанов.

– Смелее, господин Сингао, – по-своему истолковал мое замешательство Чжу. – Она не кусается.

– Я знаю. Просто с детства не в ладах с такой техникой. Однажды током ударило, тоже при сканировании.

– Сожалею. И приношу извинения за моего неумелого собрата. Но, смею вас заверить, наши специалисты сверхкомпетентны. Особенно господин Шань.

На шум из подсобки, или, скорее, процедурной, выглянул смахивающий на шкаф азиат с отсутствующим взглядом. Не меняя выражения лица, покосился на нас и скрылся в убежище.

– Это был он? – поинтересовался я, сглотнув.

Какое-то извращенное чувство юмора у господина Чжу. Если это сверхкомпетентный специалист, то я председатель совета директоров корпорации STG.

– Господин Шань профессионал высшей пробы, – подтвердил тот. – Ну же, господин Сингао, смелее!

– Ага, сейчас… – Я с опаской приблизился к саркофагу и осторожно коснулся прозрачного колпака, отделявшего лежанку от внешнего мира. – Серьезный агрегат. Внушающий опасение.

– Полноте.

– Нет, я серьезно. Есть в нем что-то… мощное и одновременно пугающее…

Продолжая заговаривать доку зубы, я медленно обошел вокруг агрегата, не отрывая руки, потом решительно мазнул по сенсору и весьма натурально вздрогнул, когда стеклянная крышка откинулась вверх.

– Доктор, не уходите, пожалуйста. Мне с вами будет спокойнее.

– Конечно, господин Сингао. Желание клиента для нас закон.

Ага, так я и поверил. Сказал бы прямо – любой каприз за твои деньги. И наверняка немалые – при скромных запросах содержать такое хозяйство проблематично. Сказать же, что заведение страдает от избытка клиентуры, я бы не смог при всем желании. Хотя, если учесть мое вчерашнее общение с секретаршей, день расписан чуть ли не по минутам. Индивидуальный подход, получается? Сознательно не сводят пациентов, типа, дополнительная гарантия конфиденциальности, заявленной в рекламном буклете? Похоже. К тому же ненужных свидетелей можно не опасаться. Бинго?..

– Куртку и обувь можно не снимать, – вернул меня к реальности голос Чжу. – Устраивайтесь, и попытайтесь расслабиться. Спать тоже не возбраняется.

– Я понял, док.

Сорок минут, он сказал? Трудно придется, я себя знаю. А спать нельзя, уж очень это подозрительно. Такое ощущение, что сам себя в идеальную ловушку загоняю. Вырублюсь, и делай со мной, что хочешь. Ч-черт, и Зевс не поможет – придется нанов деактивировать, во избежание, так сказать. «Жучков» я уже подсадил, так что дело сделано. Дотерпеть, и адиос. Или прямо сейчас свалить, не дожидаясь процедуры? Дескать, сорри, передумал. Дела срочные нарисовались. Всего хорошего, господин Чжу, господин Шань. Да, пожалуй, так и сделаю.

– Знаете, доктор…

– Что, передумали?

– Хм… да. Именно так я бы и сказал. Извините за беспокойство, но я пойду. Разумеется, готов возместить потери финансово. Надеюсь, штраф за срыв контракта не предусмотрен? – вымучил я улыбку.

Господин Чжу прищурился (казалось бы, куда еще?!) и неодобрительно покачал головой:

– Молодость, молодость… вечно принимаете скоропалительные решения, а потом также быстро от них отказываетесь. Нет в нынешней молодежи целеустремленности. Но ваше право, господин Сингао. Всего хорошего.

Я пожал протянутую ладонь и вознамерился еще раз извиниться, но наткнулся на холодный взгляд человека, читающего оппонента как раскрытую книгу, и дернулся, попытавшись разорвать дистанцию. Слишком поздно – хватка у дока оказалась воистину стальной, а потом на периферии зрения что-то мелькнуло, я почувствовал легкий укол в шею… и отрубился.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 8-е число месяца сигацу 85 года от П.В., тогда же

За годы суровых тренировок под руководством дяди Коли я неоднократно побывал в нокауте, но то, что пережил сейчас, оказалось в диковинку. Когда тебя удачно бьют по голове, сознание вылетает из тела моментально, как будто свет отключается. А потом ты открываешь глаза и пытаешься сфокусировать зрение на расплывчатых лицах, плюс обязательно кто-то тычет в нос ватку с нашатырем. Знакомо, а потому банально. Старый Чжу преподнес сюрприз – уж не знаю, что именно он сделал, но, такое ощущение, что я просто ухнул в глубины подсознания и забился в самый темный уголок, придавленный первобытными страхами. Сколько я там просидел, прежде чем сумел перебороть фобии и заставил себя рвануть к еле заметному свету – загадка. Сознание возвращаться полностью не спешило, я с огромным трудом плыл в вязком сиропе, но поверхность своеобразного «болота» приближаться решительно не желала. От отчаяния я принимался с удвоенной силой работать конечностями, и делал только хуже – мысленный «кисель», воспринимавшийся зловонной жижей, раздавался в стороны, и я начинал барахтаться в воздушном пузыре. Это продолжалось довольно долго, а потом я внезапно добрался до границы сред и вылетел из густой «водички», как та пробка из известной присказки.

Хорошо хоть, реальное тело оказалось непривычно вялым, и на непроизвольные нервные импульсы реагировать не спешило, так что не запалился – глаза так и остались закрытыми, а руки и ноги больше походили на вату. М-мать, это что же со мной сделали?! И как?! Тихо, Дениска, тихо. Без паники. Просто расслабься и дыши медленно, но глубоко. Во-от та-ак…

Мозг, в отличие от тушки, в работу включился сразу же. И первое, на что обратил внимание – неестественная тишина. Достичь такой в современном мегаполисе, какой навороченной системой шумоподавления не пользуйся, не реально. А здесь, такое впечатление, даже движения воздуха нет. Как в герметичной бочке. Не очень хороший знак. А что остальные чувства сообщают? Судя по легкому ознобу, я раздет по пояс, а руки и ноги жестко зафиксированы. А еще я лежу на чем-то твердом. Поверхность горизонтальная, если принять во внимание тот факт, что путы не давят. Будь она наклонена, неведомые хреновины наверняка бы впились в запястья и лодыжки. Голова не болит, дрожи и слабости в мышцах тоже не чувствую, но и пошевелиться не могу. Забавнейшее ощущение, как после полицейского парализатора – дядя Коля прикололся как-то, просто чтобы я имел представление о последствиях. Пригодилось вот знание.

Будем считать, что предварительная оценка ситуации завершена. Пора переходить к анализу, или, как выражается папенька, подключать межушный ганглий. Вопрос номер один: зачем? Понимаю, что естественней было бы задаться вопросом «Как?», но отнюдь не рациональней. Какая разница, как именно? Хотя тут ты, Дениска, не прав. Ответ может оказаться жизненно важным. Одно дело, если бы я все-таки забрался в капсулу – там со мной могли сотворить все, что угодно, даже инфразвуком атаковать. Но именно поэтому я и не полез, попытался свинтить. Не получилось, но это уже моя проблема. Чжу что-то сделал? Вроде бы рукой махнул, но удара я не почувствовал. Впрочем, это как раз не обязательно. Но против версии нокаута играли целых два обстоятельства – ощущения совершенно другие, плюс отсутствие боли в пораженном участке. Челюсть бы ныла, или шея – смотря куда приложил. Но ничего такого нет. Помню лишь легкий укол. Траванул? Не мутит, и сознание довольно ясное. К тому же Зевс как-то упоминал, что наны могут легко точечное воздействие токсином нейтрализовать. Меня можно застать врасплох, не спорю. Но Зевса?.. Дохлый номер. Значит, что-то другое. Боюсь, придется глаза открыть и запалиться перед похитителями. Если они в помещении есть. Но с этим можно повременить.

Возвращаемся к первому вопросу. То, что нейтрализовали меня намеренно к гадалке не ходи. Не мог Чжу такое решение принять спонтанно. Раз вообще на это решился, значит, изначально намеревался меня спеленать. Возможно, посредством той самой капсулы. А когда я попытался соскочить с крючка, сымпровизировал. Причем блестяще. Вывод? Вывод очевиден: я где-то прокололся. Но самостоятельно выяснить, на чем именно, очень сложно. Особенно находясь внутри системы. С другой стороны, что я переживаю? Сам же хотел ответной реакции, только ожидал обратку лишь после взлома сети. А они, эвон, подсуетились. А я, балбес, не был готов, за что теперь и буду расплачиваться. И буду обязательно – судя по звуку шагов, компанию мне решили составить как минимум двое. И я даже догадывался, кто именно.

– Очнулись, господин Сингао? – невозмутимо поинтересовался Чжу, когда я нехотя разлепил левый глаз. – Очень рад. Подступиться к вам оказалось труднее, чем я ожидал. Кстати, признайтесь, что за импланты вы используете? В наших каталогах таких нет.

– Н-н… н-не…

– Секундочку.

Старик пошарил возле моей шеи и продемонстрировал длинную гибкую иголку с розовым кончиком. Я открыл второй глаз, проморгался и для пущего эффекта помотал головой. Стало гораздо легче, и сразу же вернулся контроль над конечностями – я на радостях дернулся и раскровянил запястья, плотно охваченные пластиковыми кольцами. Ногам повезло больше, джинсы защитили, но все равно ощущение не из приятных. Впрочем, это несущественные детали. Зато появилась возможность рассмотреть, э-э-э, узилище.

Как я и предполагал, помещение ничем не напоминало уютные по сравнению с этой норой кабинеты клиники. Больше всего оно походило на просторную монашескую келью, вырубленную в скале, то бишь являла собой типичнейший образчик дизайна Таюки, не скрытого голограммой. И даже мебелью не облагороженного – за исключением моей лежанки, в пределах видимости иных предметов меблировки не наблюдалось. Голые стены, и точно такие же пол и потолок. На последнем отдельные участки произвольной формы ярко светились, так что видимость была хоть куда.

– Полагаю, так гораздо удобнее.

– С-спасибо, док… – хмыкнул я, постаравшись вложить в ответ побольше сарказма. – А теперь не потрудитесь ли объяснить, зачем вы меня похитили?

– Как вам сказать, господин Сингао… – Чжу прервался на полуслове и вопросительно заломил бровь: – Или не Сингао? Внешность имени не очень соответствует, знаете ли.

– Считайте, что это японская транскрипция.

– Значит, на контакт не пойдете?

– А зачем?

– Ну, хотя бы для того, чтобы избежать неприятных воздействий. Нам всего-то и нужно, что толика информации.

– Могли бы и просто спросить, без вот этого всего.

– Боюсь, не помогло бы.

– Да вы даже не попробовали! – возмутился я. – А теперь я обиделся, так что разговора не получится.

– Печально, – сокрушенно покачал головой Чжу. – В таком случае, придется перейти от угроз к их реализации. Господин Шань, прошу вас.

Рядом с ложем материализовался давешний бугай и, не размениваясь на приветствия, впечатал мне в живот пудовый кулачище. Спасибо тренеру дяде Коли и его прогрессивным методам – мантра «Будь готов!» и в этот раз не подвела: я напряг пресс и с удовольствием покосился на изумленную физиономию «сверхкомпетентного специалиста». Сюрприз. Набивка по традиционной методике синъицюань. Говорят, во времена оны в Старом Китае о животы адептов этого стиля многие ломали руки. Мне до такого уровня еще очень далеко, но, не знаючи, можно и вывих запястья заработать. Однако некоторых жизнь ничему не учит: «сверхкомпетентный», злобно зыркнув, повторил попытку. Что характерно, с тем же результатом. Дернул уголком губ, что наверняка должно было символизировать нешуточное раздражение, и уставился на подельника.

– Биту взять?

– Не стоит, коллега, – покачал головой Чжу. – Оставим ваши методы про запас. Принесите-ка мне набор номер семь, господин Шань. И приготовьтесь ассистировать.

«Сверхкомпетентный» угрюмо кивнул и куда-то утопал, быстро скрывшись из поля зрения. Зато старый хрыч остался и принялся заговаривать мне зубы:

– Зря вы так, господин Сингао. Ответили бы на несколько вопросов и…

– Вот это самое «и…» как раз и не внушает оптимизма! – огрызнулся я.

Пусть думает, что я на контакт иду. Монолог, даже самый захватывающий, в нашем случае куда хуже, чем немногословный диалог. Мне даже особо стараться не нужно, вставлять время от времени реплики, да лихорадочно прокачивать ситуацию. Пальцы шевелились, так что я уже давно активировал интерфейс нанов, и сейчас просматривал отчет Зевса за последние полтора часа – именно столько, получается, я пробыл в отключке.

– Мы цивилизованные люди, господин Сингао. И никогда не причиняем боль сверх необходимого.

– То есть вы меня не больно зарежете? Огромное спасибо! Вы сама любезность, господин Чжу!

Одарив оппонента презрительным взглядом, я смежил веки – типа, не о чем больше говорить. И принялся лихорадочно прокручивать лог. Ч-черт, никаких зацепок! Одни лишь сводки медицинского мониторинга – пульс, температура, давление. И так через каждые пять минут. Н-да. Как меня вырубили теперь понятно – акупунктура, она же чжэнь-цзю. В руках знающего человека страшная сила. Воткнул иголочку в микроскопическую точку, и готово – можешь вылечить, а можешь и того, в страну вечной охоты отправить. Правда, и тут нюансов несметное количество. Но хитрый Чжу и это предусмотрел – медосмотр пошел впрок. Оценил мою конституцию, общий тонус и прочие мелочи, а потом безошибочно поразил в самое слабое место. Что еще раз подтверждало версию о том, что меня здесь ждали. Где же прокололся, а? Не на заводе же, в конце концов! Где-то раньше? Если так, то вообще тупик. Похоже, придется играть от обратного, смирившись с упущенной инициативой. Жизнь сохранил, так что повод для сдержанной радости есть.

«Анализ ситуации».

«Прогресс – 0 %. 1%. 2…»

– Вы не жмурьтесь, господин Сингао, – подначил старый хрыч. – Ни у кого еще не получилось сбежать от проблемы таким способом. Полюбуйтесь вот.

Я приоткрыл один глаз, вторым фиксируя неспешный рост зеленой полоски таймера («15 %. 16 %. 17…»), и непроизвольно сглотнул – сюрприз, подготовленный Чжу, оказался пострашнее господина Шаня. Полный набор заботливо разложенных на шелковой подстилке игл хао-чэнь, длинных, тонких, с проволочной обмоткой в верхней половине. М-мать! Если старикан их все использует, я в ежика превращусь. И мне будет очень, очень больно. До безумия. Ндец, как выразился бы тренер дядя Коля.

– Впечатляет? – довольно осклабился Чжу, приняв поднос из рук ассистента. – Восемнадцатый век, фамильная реликвия. Так что вам оказана нешуточная честь, господин Сингао.

– Вряд ли я способен оценить широту вашего жеста, – скривился я. – Вы бы хоть уточнили, что именно узнать хотите.

– Вот видите! – оживился док. – Доброе отношение, подкрепленное деликатной угрозой, всегда результативнее одного лишь доброго отношения.

– Аль Капоне некогда сформулировал точнее.

– Извините?

– Добрым словом и револьвером можно добиться большего, чем только добрым словом, – процитировал я, едва сдержав глупую ухмылку: счетчик прогресса наконец-то дополз до сотни. – Он это сказал во времена сухого закона в Америке.

– Варвар, что с него взять, – пожал плечами Чжу. – Все-таки мне кажется, что вас необходимо слегка замотивировать, господин Сингао. А потом уже будем говорить предметно.

– Что вы, док, не стоит! – замотал я головой.

Однако старик оставил мое возражение без внимания. Вместо этого он цапнул ближайшую иголку, повертел перед глазами, высматривая что-то неведомое, а потом быстро, не целясь, вонзил ее в мою грудную мышцу в районе сердца.

– А-а-а-а!!! Твою мать!!!

– Успокойтесь, господин Сингао, это всего лишь легкая боль. Зато вы теперь имеете представление о моих возможностях, пусть и весьма приблизительное.

– С-сука!

– А вот грубить не надо!

Вторая иголка устроилась рядом с первой, но оказалась менее действенной – видимо, на фоне уже терзавшей меня боли. Я даже не ойкнул, но, перехватив удивленный взгляд Чжу, опомнился:

– Скот!!! Больно же! А-а-а-а!..

– Еще чуть-чуть, и будем задавать вопросы, – пояснил старик заинтересованно пялившемуся на него Шаню. – Тут важно не перестараться, а то можно и сердце остановить.

Это точно. Ты, дорогой, осторожнее. Я в этом заинтересован ничуть не меньше тебя. Не вырубиться бы только – реально больно. Потерпеть еще немного, буквально секунды… судя по зуду в правой руке. И не забывать напрягать мышцы предплечья, наращивая усилие по принципу волны. Знаете, как профессиональные трюкачи синтетические веревки рвут? Серией рывков, по нарастающей, пока волокна не выдержат. Вот и я также пытался, только в моем случае вместо веревки пластиковый фиксатор. Прочный, зараза. Но и у него есть слабое место – защелка. Сам бы я вряд ли справился, но Зевс не подвел, нашел выход – задействовал нанов для стимуляции мышечных волокон. Довольно сомнительная с точки зрения андроида затея, но я без раздумий дал «добро» на реализацию. Поскольку выбора все равно не было.

Знаете поговорку про целых два выхода, даже если вас съели? Как раз моя ситуация. Казалось бы, полная безнадега – один, без оружия, прикован к лежаку в компании парочки отморозков. Расслабься и получай удовольствие. Но шанс выкрутиться имелся – не зря я столько вытерпел, прежде чем оказался владельцем убердевайса в виде универсальных нанов Предтеч-Брахни. Я, если честно, себя читером чувствую, даже немного стыдно. Не перед Чжу, конечно, а перед собратьями по ремеслу – хакерами и десантниками. И те, и другие, если хотят добиться значительных успехов, вынуждены прибегать к модификациям тела, что ведет к узкой специализации. А я, выходит, и швец, и жнец, и на дуде игрец. О чем это я, спросите? Да так, о птичках…

– Еще одна, господин Сингао, а потом перейдем к общению, – посулил док, вернув меня в жестокую реальность. – Но это для вашей пользы, сейчас станет немного легче…

– М-может… н-не… н-надо?..

– Э, да вы совсем сомлели, господин Сингао! Не бойтесь, сейчас все пройдет. Почти…

Чжу снова склонился надо мной, занеся иглу, и в этот момент защелка поддалась – верхняя часть фиксатора откинулась на шарнире, а рука моя, более ничем не удерживаемая, улетела за голову, по пути оставив клок кожи на пластике. Волна адреналина затуманила сознание, затормозив ход времени, и я с размаху обрушил основание кулака на висок доктора. Показалось, что ударил медленно, но импульса с запасом хватило, чтобы отправить хитрого Чжу в нокаут, заодно насладившись удивлением пополам с испугом в его глазах, а также неспешным перемещением иглы в мою сторону и столь же неторопливым полетом капли крови, сорвавшейся с разодранного запястья. Потом адреналин схлынул, мгновения побежали веселее, и пребывающий в глубокой отключке старик рухнул на меня, удачно рассадив губу лбом и вогнав иглы на всю глубину в мышцу. Хорошо, что у них оплетка, уперлись и согнулись, но все равно неприятно. Как будто мало мне дергающей боли в правой руке. Да-да, за все приходится платить, например, перенапряжением и растяжением связок. Завтра, чувствую, пошевелить ей не смогу, если не принять срочных мер. Правда, сначала выжить неплохо бы – старик стариком, но есть еще и ассистент.

С трудом заставив конечность двигаться, я спихнул беспамятное тело на пол и торопливо заелозил пальцами по второму фиксатору. Справился как раз вовремя, чтобы среагировать на удар Шаня – тот поначалу растерялся, но при виде непотребства, сотворенного с начальником, вывод сделал единственно верный. И действовал предсказуемо – шагнул к лежанке, намереваясь пробить прыткому пациенту в голову. Я успел сесть и встретить удар жестким каратистским блоком, а потом ответить правым прямым в подбородок. Костяшки пальцев как будто угодили в кипяток, но я к этому был морально готов – зря, что ли, всегда перчатки таскаю? За исключением текущей миссии, ага. Добавив для верности левый апперкот в челюсть (и здесь костяшкам хана), проводил взглядом осевшего «сверхкомпетентного специалиста» и занялся ножными кандалами. С ними провозился дольше – они были и мощнее, и сложнее по устройству. Пришлось даже на секунду отвлечься, чтобы еще раз отоварить на удивление живучего Шаня основанием кулака в висок, как и дока до него. Тот снова нырнул под лежанку, но, судя по звукам, не успокоился. Расправившись с защелками, я соскользнул с койки и отпрыгнул от нее подальше, охнув от боли в руке и груди. С той стороны показались сначала пальцы, ухватившиеся за край лежака, а потом и остальной господин Шань – от пояса и выше. Взгляд блуждал, но в целом ассистент доктора Чжу источал нешуточную угрозу.

– Гребаный терминатор! – Я с раздраженным шипением вырвал из мышцы иголки и швырнул в «сверхкомпетентного». Жаль, не долетели – аэродинамика никакая. – Когда ж ты угомонишься?!

Размениваться на ответ киборгоподобный «спец» не стал, молча перемахнул через койку и попытался вступить в «обмен знаниями при помощи жестов», как в одном старом фильме охарактеризовали бокс. Я, не будь дурак, снова отскочил – ввязываться с таким в рубку себе дороже. Куда рациональнее «порхать как бабочка и жалить как пчела». Шань, не особо превосходя ростом, в плечах был чуть ли не вдвое шире. И остальные пропорции соответствующие.

Однако, как гласит древняя китайская поговорка, защитой бой не выиграешь, и мне волей-неволей пришлось отвечать. В мордобое «сверхкомпетентный» этой характеристике вполне соответствовал: двигался для такой туши удивительно быстро и почти умудрился зажать меня в углу, откуда я чудом вырвался, проскользнув под чудовищным по силе хуком и попутно вбив стопу ему в коленный сгиб. Заставив таким нехитрым способом противника рухнуть на подломившуюся ногу, я захватил бугая за голову обеими руками (правая, плохо слушавшаяся и пульсирующая болью, скользнула по бритому черепу), дернул на себя и заехал коленом в затылок. Отпрыгнул, позволив телу медленно завалиться спиной на пол, и в очередной раз пораженно чертыхнулся: Шань, явно заполучивший помимо сотрясения мозга еще и вывих правой нижней конечности, перекатился и тяжело поднялся на ноги. Единственным ощутимым результатом моей атаки оказалась чуть замедленная реакция и, как следствие, сниженная до нормальной человеческой скорость.

– Зевс, усилитель!

«Критическая масса нанов. Применение невозможно».

Вот так. У всего есть своя цена. Я, помимо отключенной руки, еще и большую часть популяции ботов угробил – перегорели в процессе. А размножиться еще не успели, поскольку вся энергия тела в условиях стресса шла на собственное потребление. Отдохнуть не помешает, без вариантов.

И что делать? Здесь даже стула нет, чтобы по башке врезать. Койка закреплена, так что и эта возможность отпадает. Бить по точкам? Ломать кости? Ага, флаг в руки. Такую ручищу сломать надо умудриться. А вот дим-мак попробовать стоит. Похоже, пора воспользоваться наукой дяди Коли. С Арти в памятной заварушке на Объекте-357 помогла техника багуачжан, но «сверхкомпетентного» вымотать бесконечными уклонами и увертками не получится. Здесь нужен диаметрально противоположный подход. А в великой триаде внутренних стилей – тайцзи, багуа, синъи – к нему условно можно было отнести лишь последний. Ладно, попытка не пытка.

Шань мой переход к активным действиям воспринял как должное, а вот я едва не поплатился за самонадеянность: тот преспокойно выдержал удар вертикальным кулаком в сердце и «глазом феникса» – фалангой указательного пальца – в межключичную впадину. Зато его ответку – короткий прямой в челюсть – я пропустил, едва успев увести удар по касательной и нырком вывернуться из медвежьих объятий. В голове поселился колокольный звон, мир перед глазами поплыл, и я поспешил отпрыгнуть. Некоторое время мы кружились по келье, потом я немного отошел от полученной плюхи и снова атаковал, отчетливо понимая, что эта попытка последняя – сил практически не осталось, а правая рука почти не слушалась. Действовать решил жестко и напористо, как любят в муай-тай. Неожиданно для меня самого сложная комбинация («тип» в живот, «двоечка» и левый апперкот вдогонку – прощайте, остатки шкуры на костяшках!) достигла цели, и я закрепил успех, «выстрелив» основанием правой ладони в челюсть и следом рубанув ребром левой по открывшемуся кадыку. Резко, хлестко, с выбросом силы, как учит синъицюань. Шань отшатнулся, закатив глаза и булькнув горлом, но я, уже осознавая, что все кончено, все-таки добил «сверхкомпетентного» «вертушкой», швырнувшей его на пол. На редкость крепкий череп встретился с камнем, но выдержал. По крайней мере, как не преминул бы цинично отметить папенька, мозгами клиент не раскинул. Ну, хоть вырубился наконец-то. Наверное.

Ч-черт, вроде и правда затих. Но все равно приближаться боязно. Сейчас бы отдышаться, минут пять хотя бы, но нельзя – кто знает, сколько в этих катакомбах коллег побитых «медиков»? Ни за что не поверю, что они сейчас не несутся со всех ног, многообещающе поигрывая битами и складными дубинками. Это в лучшем случае. В худшем – разнообразными, но исключительно смертоносными стволами. Валить отсюда надо, валить…

– Зевс, анализ.

«Потенциальная опасность – 5 %».

– Не понял!..

«Агрессор обезврежен. Угрозы техногенного характера – 5 %».

– Хочешь сказать, тут, – я скользнул взглядом по «келье», – никого больше нет?

Наверное, со стороны человек, разговаривающий сам с собой, выглядит диковато, но мне на такие мелочи было плевать. Главное, голосовая связь действовала – наны, помимо прочего, еще и улавливали вибрации связок. Так что даже преобразовывать запись в двоичный код нужды не было. Жаль, что не всегда можно вот так палиться, разве что пребывая в гордом одиночестве.

«Ответ положительный. Вывести отчет?»

– Давай.

Хм. А напарник, оказывается, времени не терял! Благополучно запущенные в медкапсулу наны уже начали действовать, и Зевсу удалось достичь первых успехов – он полностью контролировал систему внутреннего мониторинга клиники. На большее не решился, но мне сейчас и этого за глаза. Да что я сам себе вру, это просто подарок судьбы! Очередной чит, граничащий с «роялем в кустах». Мощный искин плюс не менее мощный универсальный инструмент кого угодно могли возвысить до уровня небожителя. Но повезло мне, а не какому-то хакеру. И, что самое смешное, мне почти абсолютная власть над «цифрой» по большому счету без надобности. Какая ирония судьбы!

Но Бог с ней, с философией. Главное, что Зевс прав – непосредственной опасности нет. Клиника, судя по плану, занимала весь первый этаж, а не половину, как я поначалу предполагал, но большая часть помещений в глубине здания почему-то пустовала. То есть в них даже минимума оборудования, как в тех же бутафорских кабинетах, по которым меня Чжу водил, не было. Или на схеме не обозначено. Секреты какие-то? Пофиг. Подвернется возможность – загляну. Если будет желание. И силы. С последним очевидные проблемы – отделали меня знатно. Нанов слишком мало, чтобы тратить их на починку организма, так что придется обходиться тем, что под рукой. Не переться же в обитаемую часть? Хоть персонала и нет, даже сестрички на ресепшене. Эвакуировались? Или Чжу прогнал, чтобы от лишних свидетелей избавиться? Похоже на то.

– Зевс, а я где?

«Местонахождение локализовано в необозначенной части клиники. Минус второй уровень».

– И ты говоришь, что никого нет?!

«Ответ положительный. Траектория перемещения зафиксирована, средства технического воздействия отсутствуют. Система наблюдения не функционирует».

– Уверен?

«Это подземелья Таюки, Денис. Местные не сумели подключиться к их коммуникациям. А собственные средства почему-то не установили».

– Палиться не хотят.

«Вероятность 76 %».

– То есть можно передохнуть, – заключил я устало.

Лежанка с кандалами с каждой секундой манила все сильней и сильней. А еще нестерпимо саднили рассаженные руки, особенно правая. Хотя ее саму я практически не чувствовал – мышцы отказывались слушаться.

– М-мать, наследил-то как!

«Сорок шесть минут назад был осуществлен отбор пробы крови».

– Этого еще не хватало! Думаешь, нанов засекли?

«Вероятность 41 %».

– И что делать?

«Приоритетная задача – получение медицинской помощи. Популяция, попавшая в пробу, получила приказ на самоликвидацию».

Ага, значит, можно наплевать и забыть.

– Всех остальных тоже грохни.

«Процесс активирован. Дэн, я тебя прошу – перевяжись. Иначе численность ботов не восстановится».

– Сейчас, сейчас, – отмахнулся я. – Только бедолаг свяжу. Еще бы сообразить, чем…

«Цель несущественна. Приоритет – 0,01 %».

– Шутишь, что ли? А если этот Шань… как переводится, кстати?

«Гора».

– Иди ты! А вдруг он очухается?!

«Ответ отрицательный. Организм не функционирует».

Вот это новость! Я с трудом добрел до лежанки и рухнул на нее, проигнорировав фиксаторы. Не очень удобно, но хоть что-то. На своих двоих, боюсь, не устоял бы. Это надо же! Я его таки грохнул. М-мать, первый собственноручно пришитый! Я судорожно сглотнул, едва сдержав тошноту.

– Откуда знаешь?..

«При физическом контакте твоя кровь попала ему на кожу. Концентрация функциональных единиц достаточна для первичного мониторинга».

– Т-таким крепким казался… наверное, башкой об пол приложился неудачно…

«Ответ отрицательный. Функционирование организма прервано путем воздействия на импланты. Показать список?»

– Валяй…

Перечень, выведенный Зевсом на воображаемый «дисплей», впечатлял. Полтора десятка наименований! А я еще удивлялся его живучести. Мне дико повезло, что я его смог успокоить. И то, как выясняется, не я. А кто?

– Кто же тогда его грохнул?!

«Судя по косвенным признакам, сработала программа самоликвидации, вызвавшая паралич сердечной мышцы».

– Все-таки от свидетелей избавляются… Зевс, полный анализ внедренных объектов.

«Процесс запущен. Прогресс 1 %. 2%. 3 %…»

– Киборг долбаный! А со стариканом что?

«Необходим доступ».

Я перегнулся через лежанку и накапал крови из разодранного запястья на лысину покоящегося под койкой дока.

«Организм не функционирует».

– Этого тоже проверь.

Ну вот. Вроде совесть чиста. Одно плохо – вся психологическая подготовка, проводимая дядей Колей и папенькой с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать, коту под хвост. А ведь сколько лет тренер по ушам ездил, типа, при твоем роде деятельности рано или поздно убивать все равно придется, так что будь готов! Хрен вам, а не «всегда готов». Не настолько я циничен, как два старых интригана. Убедился, что вина моя лишь косвенная – наверняка программа запустилась, когда уровень полученных носителями повреждений превысил допустимый, и вероятность пленения стала очень высокой – и успокоился. Относительно.

– Зевс, а что дальше делать?

«Запрос требует уточнения».

– Я имею в виду, со следами. – Я снова обвел узилище взглядом. – Отпечатки тут мои, и кровью накапал много где. Запалюсь. Еще не хватало от СБ Корпорации бегать. Хоть и не виноват, а не докажешь, что не верблюд.

«Вероятность вмешательства правоохранительных органов – 4,7 %».

– Н-да, туплю.

Неведомые владельцы клиники меня уже идентифицировали, раз захватить попытались, так что им мой генетический материал ни к чему. А к копам они вряд ли побегут, предпочтут самостоятельно разобраться с проблемой. То есть со мной, любимым. Вывод: нужно спрятаться. В отель лучше не возвращаться, а подыскать лежку в надежном месте. Так и придется в Трущобы наведаться.

«Спишем на стресс».

– Спасибо, друг.

«Успокойся, Денис. В твоем случае имеет место самооборона, подтвержденная видеозаписью и анализом физического состояния объекта. Плюс громкое имя».

– Не хотелось бы до такого доводить… м-мать!

Ч-черт, больно-то как! Срочно что-то делать, хотя бы времянку какую-нибудь. Пока осматриваюсь. А потом в сестринскую загляну – там наверняка есть спрей или нормальные бинты. И одежду бы найти неплохо – толстовки с курткой в пределах видимости нет. Да в этой «келье» вообще ничего нет, даже простыни на лежаке. Единственные доступные перевязочные материалы – комбез «сверхкомпетентного» и традиционный белый халат Чжу. Ладно, не до брезгливости. Надо управиться, пока Зевс жмуриков изучает.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 8-е число месяца сигацу 85 года от П.В., тогда же

Из «кельи» удалось выбраться без проблем – дверь в виде сдвижной каменной плиты легко поддалась на внешнее воздействие и утонула в стене, не издав ни звука. Удивительно, как хорошо сохранилась. Впрочем, то же самое можно было сказать и про подземелье в целом, которое ничем больше и не впечатлило: банальные норы, выплавленные в толще скалы, изредка перемежающиеся обширными кавернами в основном неправильной формы. Такое ощущение, что никто плавностью линий или приданием искусственности не заморачивался – пещера она и есть пещера, можно пройти, не пригибаясь, и ладно. Никакой отделки – расплавленный камень и так достаточно гладкий, одинаковый что на потолке, что под ногами, что на стенах. Даже красиво – порода явно осадочная, многослойная, при спекании дала отблеск и разноцветные вкрапления, я бы сказал, на мрамор похоже, но в темных тонах. Только отсутствие прямых углов да наличие кое-каких дополнительных элементов и намекало на инопланетное происхождение катакомб. В качестве тех самых дополнительных элементов выступали полупрозрачные светящиеся трубы на потолке, кое-где набухавшие украшенными венозным узором пузырями, и точно такие же растяжки, ниспадающие от них по стенам к основанию туннеля. На перекрестках и развилках они пересекались с аналогичными коммуникациями, правда, иных оттенков, так что по ним можно было без труда ориентироваться. Если, конечно, иметь доступ к карте. У меня таковой не было, но Зевс умудрился запомнить дорогу, привязавшись к местной системе спутниковой навигации, и в обитаемую часть клиники я вышел минут через двадцать. И то лишь потому, что в дороге «торговал лицом». Было одновременно и жутко, и интересно. Жутко интересно, в общем. Того и гляди, напрыгнет нечто монструозное, как в фантастическом ужастике. Эпопея про Чужих, обожаемая Маком не меньше Терминатора, как бы намекала.

Радовал и тот факт, что рукотворные пещеры Таюки отличались неестественной сухостью. Не печка, конечно, но и не сочащиеся влагой джунгли. Вполне комфортные условия, с потолков не капает, под ногами не хлюпает. И не холодно. Никаких характерных шумов, выдающих работу системы вентиляции, я не слышал, даже Зевс не смог вычленить их в звуковом фоне. Оставалось лишь предположить, что в роли этой системы выступают либо стены, либо загадочные псевдоживые «трубопроводы», пульсирующие с равными промежутками. Это мелькание, кстати, тоже работало на нагнетаемый саспенс. Хорошо хоть, в полном соответствии с прогнозом Зевса навстречу никто не попадался. Интересно было бы взглянуть на реакцию такого бедолаги – видок у меня был еще тот, вопреки всем попыткам привести организм в порядок, предпринятым перед бегством из узилища.

У Шаня в кармане нашелся «бокскаттер», что несколько облегчило задачу – ножик прекрасно справился с тканью халата почившего доктора. Нарезав одежку длинными полосами, я кое-как перевязал обширную рваную рану на правом предплечье, а остатками замотал кулаки. Правда, помогло не очень – импровизированные бинты сразу же пропитались кровью насквозь. Хоть капать перестала, и ладно. В целом же красавчик: губа рассажена, на груди красные пятна, а руки больше бы мумии подошли. Без одежды на улицу лучше не соваться. На тот момент я успокоил себя отмазкой, что все это в перспективе, сначала из подземелья выбраться нужно. А в более цивилизованной, скажем так, части клиники наверняка искомым можно будет разжиться. Но куртку все равно было жалко. И это без учета любимой толстовки Гленна, по поводу которой однозначно предстояла суровая разборка. Однако пришлось смириться с неизбежным и заняться спасением собственной шкуры старым добрым способом, который в учебниках по тактике именовался «стратегическим отступлением». В результате я ознакомился с устройством инопланетных катакомб, обогатившись сомнительным опытом, и добрался до более привычных помещений.

Пару раз возникал соблазн свернуть в примыкающие ходы, но я себя пересилил – не время идти на поводу у авантюрной части личности. Исследовательский зуд сдавался под натиском зуда болезненного, причем с разгромным счетом – жгло, резало и саднило сразу в четырех местах. Но я мужественно преодолевал трудности, как учили тренер дядя Коля и устав сухопутных войск Корпорации STG, и в конце концов вышел в до боли напоминавшую шлюз симметричную клетушку с нормальными дверями и углами. Здесь меня ждал сюрприз: в одну из стен были вмонтированы одежные шкафчики, выдававшие в помещении не сам шлюз, а его «предбанник». Пройти мимо я не смог – вдруг аптечка есть? – и добросовестно их все обшарил. Аптечку не нашел, зато с умилением наткнулся на собственную куртку. И толстовку Мака. Что характерно, целые и невредимые. Непонятно только, за каким лядом похитителям понадобилось меня раздевать именно здесь, а не в «келье». Чего-то опасались? Думали, что у меня неприятных сюрпризов миллион? Вроде спрятанной в шве спицы, например. Тут они прогадали – я и без подручных средств неплохо управился. Но находке порадовался: теперь только рассаженная губа да окровавленные тряпки на руках демаскировали. Правда, разбередил рану на запястье, пока в рукава влезал, но это уже мелочи.

Воодушевленный первым успехом, я покинул терра инкогнита и перебрался в ту часть клиники, что Зевс держал под визуальным контролем. Здесь было на удивление тихо, что, опять же, не расходилось со словами напарника. Персонал эвакуирован, эсбэшники о случившемся ни слухом, ни духом, да и парней характерного «быковатого» облика не видать. Зато теперь можно было действовать по плану, а не бродить наугад. Так я и поступил, целенаправленно рванув к палате номер одиннадцать, обозначенной на плане как перевязочная. Разжившись баллончиком заживляющего спрея, разоблачился по пояс, обильно залил поврежденные места, и перебрался в тренажерный зал – не особо большой, но с полным комплектом многофункциональных приспособлений. По пути спрей схватился, и я, уже не опасаясь, что ткань присохнет к ранам, снова оделся. В последнюю очередь обработал разбитые костяшки, и, захватив найденные здесь же перчатки для бодибилдинга, отправился в кабинет доктора Чжу. Раз уж непосредственной опасности пока не было, глупо упускать возможность добыть информацию. Имаджиновского девайса внизу не обнаружилось, так что логично было предположить, что он остался в месте постоянной дислокации. Так и оказалось, но профита из этого я не извлек – «ломать» программными средствами долго и почти безнадежно, а забирать с собой стремно – вдруг маячок есть? Хотя, почему «вдруг»? Однозначно есть. Та же встроенная система позиционирования. Облегчать жизнь потенциальным преследователям я не собирался, так что ограничился поверхностным осмотром логова покойного Чжу (ничего интересного не попалось), и отправился на ресепшен – «сестричка» пользовалась железкой попроще.

В ожиданиях я не обманулся, правда, и здесь ничего ценного не нашел, разве что журнал учета оказанных услуг. Перекачав его в память Зевса проверенным способом (можно изучить на досуге, вдруг кто знакомый засветился), решил напоследок наведаться в пустующие, если верить плану, палаты. Во всех остальных я побывал, пока проходил медосмотр, и повторного желания их навестить почему-то не возникло. Наверное, ввиду полной бессмысленности этого действия.

«Пустышки» преподнесли сюрприз: в них и правда ничего не было, помимо голых стен и странной квадратно-гнездовой разметки на полу. Шахматную доску она не напоминала, скорее, некий абстрактный узор, подчиняющийся строгой внутренней логике. Причем абсолютно симметричный: белая сетка с прямоугольными ячейками синего цвета, и в каждом таком «окошке в небо» маленький черный квадрат. Сразу же на ум пришла парковочная площадка, а потом возникла нехитрая цепочка ассоциаций, заставившая меня опуститься на одно колено и прикоснуться к ближайшему квадратику. Зевс понял задачу без слов, и, судя по усилившемуся зуду в правой руке, поделился с участком пола колонией нанов.

– Энерговоды? – поинтересовался я вслух пару секунд спустя. – Угадал?

«Ответ положительный. Черная зона – выход универсального энергоузла. Предназначен для запитки устройств, выполненных с использованием технологий Таюки. Не совместим с изделиями иных рас».

– Интересно, что они здесь хотят установить? Анабиозные камеры?

«Вероятность 1,6 %».

– Да шучу. Скорее «виртуалки» какие-нибудь, из нелегальных. Говорят, только изделия Предтеч могут обеспечить полное погружение. Специфика здешней Виртуальности, если верить слухам.

«Вероятность – 81 %».

– Ого!

Не удивительно, что Чжу всполошился. Если прикинуть количество помещений и «стояночных мест» в каждом, навскидку получается сотни три народа. Нехилый такой вертеп. С местным законодательством, регулирующим жизнь в Виртуальности, я в общих чертах ознакомился загодя, так что для меня не секрет, что возможности официальных девайсов сильно ограничены – как по времени «отключки», так и по глубине взаимодействия ввиду, во-первых, непредсказуемости последствий, во-вторых, их фатальности. Но желающих вкусить запретный плод, как всегда, было предостаточно. И плевать, что можно ласты склеить, главное кайф. Своеобразная «цифровая» наркомания. Запались док перед СБ, и не миновать бы ему тюряги. Или рудников в астероидном поясе, что равносильно смертному приговору. Странно, что такое заведение кто-то решился организовать в относительно приличном районе – насколько я знал, абсолютное большинство подпольных «виртуалок» пряталось в Трущобах, куда доступ эсбэшникам был заказан. Разве что те явятся в силах тяжких и при поддержке бронетехники. И это, вкупе с самовыпиливанием дока и ассистента, наводило на невеселые мысли об уровне неведомого противника. Так что в смерти хакеров нет ничего удивительного. В принципе, можно закрывать сразу несколько контрактов. Вот только в моем случае это очередной тупик – новыми технологиями и не пахнет. Конечно, сумма получится достаточно весомая, чтобы слинять с Нимойи и затеряться на задворках Вселенной. Но оно мне не надо, к сожалению. Потянуть за ниточку и подсечь рыбу покрупнее? Боюсь, меня самого тогда подсекут. Или, вернее, усекут. Ровно на голову – ничего не поделаешь, такова специфика мира. Всегда мечтал умереть от клинка якудза. Извечный вопрос «что делать?», похоже, встал в полный рост.

Ч-черт. Неужели снова пустышка?! Версия железная: хакеры перешли дорожку игорной мафии, а эти ребятки шутки не поняли. И решили проблему самым действенным способом. Если бы не одно «но» – способы убийства. Именно после их анализа Зевс выдал прогноз. Ладно, будем считать, что «виртуалка» всего лишь побочная деятельность, хобби или мелкая подработка. По крайней мере, пока не доказано обратное. А для этого мало данных. Так что ноги в руки, искать безопасную лежку, откуда можно будет вдумчиво атаковать сети клиники и завода. Интуиция настойчиво твердила, что они таки связаны. И что я как раз на заводе запалился. Потому что раньше особых возможностей не было. Да и поводов тоже.

Приняв это эпохальное решение, я натянул на руки перчатки, стыренные в тренажерном зале, посмотрелся в подвернувшееся зеркало – кроме нашлепки спрея на губе никаких демаскирующих признаков – и решительно направился к черному ходу.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 8-е число месяца сигацу 85 года от П.В., вечер

На улице было людно – начало восьмого пополудни, с учетом длительности местных суток, самый разгар вечерней активности. Плюс общая перенаселенность райончика. В результате я влился в толпу примерно в квартале от логова псевдомедиков, проделав начало пути по задворкам. И вроде бы никто мне на хвост не сел, по крайней мере, пока. Не скажу насчет засады у клиники, далеко, не рассмотрел. А палиться, возвращаясь на место преступления, я изначально не собирался. Светило уже скрылось за ближайшими высотками, вывески горели через одну, создавая отнюдь не интимную полутьму, и было немного не по себе. Показалось на миг, что я попал в мир компьютерной игры в киберпанковской стилистике – мрачные лица, мрачные окна, мрачные строения, ощетинившиеся мрачными тенями, и мрачный я. Так сказать, для пущей аутентичности. Для полного погружения еще бы чей-то заинтересованный взгляд спиной почувствовать.

М-мать, накаркал! Кто?! Где?! Не верти головой, придурок! Я спокоен, совершенно спокоен. Иду, никого не трогаю, и меня трогать не надо. Во избежание. Ну пожа-а-алуйста! Для вашего же блага!..

Ф-фух, вроде пропало ощущение. Но интуиция униматься не торопилась, и я был склонен ей верить. Другое дело, что рвануть что есть силы в направлении ближайшей станции монорельса было бы в данный момент опрометчиво. Если и впрямь следят, сначала надо выпасти шпиков, и только затем сбросить хвост. Желательно, предельно технично, как выразился бы тренер дядя Коля. То есть нужен план. Взять такси? И куда лететь? В отель не вариант, а в Трущобы, боюсь, автопилот не даст. На своих двоих далеко, наверняка подвернется возможность меня где-нибудь прищучить без шума и пыли. Остается общественный транспорт. Монорельс?.. Почему бы и нет? В капсулах наверняка есть камеры наблюдения, весь мой опыт о том говорил. Даже если они (пусть будет так, за неимением иного термина) засекут, в какой вагон я забрался, то вряд ли успеют организовать засаду на всех остановках. Особенно если я на следующей выйду, или даже через одну. А там давай бог ноги. Или на другой поезд сяду. Короче, потом придумаю, после финта ушами. Пожалуй, варианта лучше нет, и не будет…

Оставалось лишь выяснить, где оная станция монорельса располагалась. Палиться посреди улицы с «виртуальным кабинетом» я постеснялся, воспользовался стандартным поисковым табло, которые в Синоби-Сити были понатыканы на каждом шагу, и вскоре уверенно рассекал толпу в нужном направлении, успевая еще и вывесками любоваться – стемнело окончательно, и иллюминацию врубили все заведения в округе. Чем-то похоже на Новооймяконск, кстати, только у нас небо не такое черное, да иероглифов днем с огнем не отыщешь, а тут на каждом фасаде, да столько, что сливались в разноцветный ковер с бессмысленным узором. Но все равно красиво. Даже хандра куда-то испарилась, уступив место угрюмой решимости. Действительно, сколько можно?! Я на сегодня лимит приключений исчерпал, и все, что мне нужно – крепкий здоровый сон. Благо боль окончательно утихла, сдавшись под натиском пэйнкиллеров, принятых в той же клинике. А к утру, глядишь, мои микроскопические помощники размножатся и внесут свою лепту в дело восстановления организма-носителя. Впрочем, это не более чем мечты – как спрячусь, в первую очередь клинику и завод ломану. Не считаясь с затратами времени. Отоспаться и позже можно будет.

Ближайшая станция обнаружилась в паре кварталов, и оставшийся путь я посвятил выявлению слежки – надо сказать, безрезультатно. Хоть и оглядывался периодически, и несколько раз застывал у самых вызывающих вывесок, но Зевс, даже с использованием всех доступных ресурсов материнского ядра, вычленить из толпы повторяющиеся лица не смог – слишком много народа, да и условия для наблюдения не самые идеальные. Вернее, совсем не идеальные. Оставалось лишь надеяться на удачу.

Поезд я выбрал с умыслом: маршрут его пролегал по окраине Трущоб, так что можно было спокойно выходить остановок через пять, и дальше пешочком. Неблагоприятная для обывателей зона сама по себе была весьма обширной, но, к сожалению, лишенной общественного транспорта, разве что таксиста-частника попытаться выловить. Но эту проблему буду решать на месте, в крайнем случае, пройдусь. Хоть это и чревато незапланированными разборками. Пока же все спокойно. Забравшись по архаичным ступеням на эстакаду, расположенную на высоте третьего, а то и четвертого этажа, я дождался прибытия «семерки» – именно эта цифра украшала головной вагон моего экспресса – и устроился в углу, прислонившись к стене. На станции было не протолкнуться, так что я и не рассмотрел ничего толком, за исключением легкого навеса, призванного защитить клиентов от дождя, но, против ожидания, в вагон ломанулось не так уж и много пассажиров. А я еще и отменно неудачное место выбрал – в начале платформы, у лестницы. Точно также как и абсолютное большинство попутчиков. Толкучка получилась знатная, хоть в хвостовой отсек перебирайся – там наверняка просторно. Вот только лень. К тому же из моего угла открывался роскошный вид на район и, самое главное, путепровод монорельса. Зрелище наводило на мысль о том, что с названием местного общественного транспорта кто-то намудрил – тот самый одинокий рельс отсутствовал как класс. Вагоны перемещались внутри ограниченного силовыми полями желоба, с завидной периодичностью проскальзывая через кольцевые эмиттеры, понатыканные между станциями. И довольно шустро, надо признать – здания и прочая инфраструктура внизу и по сторонам так и мелькали, не давая возможности зацепиться взглядом хоть за что-то стабильное. Если не принимать во внимание сам вагон и тянущийся за ним хвост. Пожалуй, есть в этом какая-то своеобразная эстетика все в том же киберпанковском стиле.

Судя по обилию вокруг силовых полей – они заменяли даже стекла в окнах капсулы – Таюки эту отрасль науки развили очень широко. Настолько, что для них дешевле и проще было изготовить эмиттер, нежели что-то цельнометаллическое. А с пластиком и вовсе напряженка – помню, попадалось мне что-то геологическое среди множества научно-популярных статей по теме, и там упоминались проблемы с углеводородами. Отсюда и приверженность к альтернативным решениям, чему вагон прямое доказательство – по большому счету, сплошным и материальным был только пол, вместо стен и потолка – угловатый каркас и мерцающие завесы. Я даже сначала постеснялся к такой прислоняться – того и гляди, вывалюсь за пределы вагона, и меня следующий тут же по «желобу» размажет. Ан нет – преграда оказалась упругой, но весьма неподатливой, а на любое усиление нажима отвечало той же монетой, стараясь отбросить внедряющийся предмет подальше. И не важно, что это – камушек или чья-то тушка. Толково, короче. Особенно если с энергообеспечением порядок.

Избыток народа на квадратный метр поверхности все-таки напрягал, и я, дождавшись следующей остановки и удостоверившись, что стало еще хуже, аккуратно протиснулся к межвагонной перемычке – такой же хлипкой на вид, но надежной, как скала. Торопливо проскочив крошечный тамбур (здесь даже пол был из силового поля), оказался во второй капсуле, но, мельком осмотревшись, полез дальше – хоть тут уже и не как кильки в банке, но все равно тесно. Приспичит кому-нибудь нож под ребро всадить, и даже не почешешься, пока в родном организме не обнаружишь десяток сантиметров высококачественного сплава. Оно, конечно, железо для здоровья полезно, но не в такой форме и не в таком количестве. Так что на фиг, на фиг…

В третий вагон попал, когда поезд миновал второй чекпойнт. И тут неожиданно проснулся Зевс: «Обнаружена подозрительная активность. Три неустановленных объекта».

– Уверен?! – растерянно ляпнул я вслух, да еще и по-русски.

Парочка пассажиров, стоящих рядом, подозрительно на меня покосилась, и я поспешил протолкаться к очередному тамбуру. По пути удостоверился в правоте напарника – он продемонстрировал фотографии (вернее, своеобразные скриншоты, снятые со зрительного нерва) с выделенными рожами, и я уже самостоятельно выцепил их в поредевшей толпе.

Типичные сидзин, во всех отношениях средние, за исключением манеры одеваться – все трое предпочитали темные тона. Да и выглядели немного потрепанными на фоне остальных. Как, например, среднестатистические работяги, нежданно-негаданно попавшие в элитный коттеджный поселок. Конечно, тут каждый первый на креативный класс не тянул, но контраст все равно бросался в глаза. М-мать! Все-таки выпасли. Но как?! И что будут делать? Просто пойдут следом, а потом зажмут в каком-нибудь переулке, или прямо здесь отоварят? Про камеры наблюдения я уже упоминал? Так вот, никаких демаскирующих признаков я даже с помощью Зевса не обнаружил. Или очень хорошо запрятаны, или их тут просто нет. И в последнем случае вагон превращался в идеальную ловушку. Особенно на ходу. Даже в окно не сиганешь, если решишь свести счеты с жизнью – силовое поле сыграет, как туго натянутый батут, и отшвырнет куда придется. Выйти на ближайшей станции и попытаться оторваться от преследователей? Но где гарантия, что там подкрепления не будет? Умудрились же они меня как-то вычислить… Ладно, будем линять. Только остановки дождусь. Чую, будет кое для кого сюрприз.

В людном вагоне тройка филеров вплотную приблизиться постеснялась, так и стояли, рассредоточенные по всей длине салона. Самый ближний в паре метров, отделенный от меня десятком попутчиков – причем все на ногах, сидячих мест не предусмотрено конструкцией. Зато в наличии тонкие трубы-подпорки и такие же поручни по периметру, за исключением дверей и межвагонных перемычек. Если бы не народ, то и место для маневра было бы. А так фига. Что сейчас играло мне на руку, в отличие от преследователей. И этим преимуществом я беззастенчиво воспользовался, едва поезд сбросил скорость, то есть нырнул в тамбур и помчался по четвертому вагону, намереваясь проскочить его как можно быстрее, и только в хвостовом выскочить на платформу. Даже успел разглядеть тихую панику на лице ближайшего филера, а потом произошло нечто из ряда вон – какой-то невзрачный старикан, вместо того, чтобы посторониться, ловко меня подсек, и я на полной скорости навернулся, пару раз кувыркнувшись и сбив попутно еще несколько человек. Остановился, лишь вписавшись спиной в некстати подвернувшуюся подпорку, кое-как выпростался из-под невинно пострадавших пассажиров, и едва снова не грохнулся – поезд как раз тронулся с места. Поздравляю, Денис Викторович, вы снова в пролете! Ч-черт, как же не хочется в очередную разборку встревать. Я на сегодня уже лимит исчерпал. А тут трое… тьфу, уже четверо! Долбаный старикан, который и не старикан вовсе – мужик за сорок, но крепкий – уже в мою сторону шагал, довольно деликатно отстраняя любопытных.

– Господин Сингао!

Ну, точно, по мою душу. А вот хрен вам! Кем бы вы, ребятки, не оказались – эсбэшниками ли, наемниками или мафией – мне пофиг. У меня нервы, я в состоянии аффекта. И шуток таких не понимаю. Так что не обессудьте.

Дождавшись, когда не в меру информированный товарищ приблизится на расстояние уверенного поражения, я встретил его мощным пинком в живот – нечто среднее между тайским типом и китайским дэнтуем – удачно отбросив в скопление любопытных пассажиров, и ломанулся в тамбур, вышибив плечом решившего совершить такой же маневр попугайского подростка. Оказавшись в хвостовом вагоне, торопливо оглянулся – не ожидавший такой подставы «разговорчивый» нарвался хорошо, и еще даже на ноги не поднялся, а его подельники не пересекли и половину салона – и скорым шагом переместился в центр импровизированного «ринга». Или, скорее, гладиаторской площадки, ибо драться я собирался всерьез. По крайней мере, до следующей остановки.

Людей в «хвосте», как я и предполагал, было очень мало – человек пять или шесть, и они при виде лихой расправы поспешили рассосаться по углам, а те, что оказались у задней стены, тишком просочились к межвагонной перемычке. Сыграв, между прочим, в мою пользу – пока они ломились через тамбур, мешая преследователям, я немного успокоился и настроился на побоище, активировав по методике «кудзи госин хо» – то есть «защиты девятью слогами», древнего метода ниндзя – последовательно первые три ступени. Способ позволял «разогнать» организм для работы на сверхскоростях и обострял реакцию, что в моем текущем положении было совсем не лишним. Как раз вовремя – последний из пассажиров, вместо того, чтобы сбежать, прыгнул ко мне, намереваясь, судя по позе, облапить и повалить, чтобы дать подельникам возможность без проблем со мной разобраться. Однако просчитался – я успел отшагнуть, выбросив навстречу колено, и тот распластался на полу, отключившись от удачного попадания в челюсть. Как говаривал тренер дядя Коля, проход в ноги хорош только на борцовском ковре, в реальности после него зубы собирать замучаешься. Справедливость этого утверждения я только что с блеском подтвердил. Правда, почивать на лаврах было некогда – в вагон прорвались еще двое филеров, пока еще небитых и свеженьких. С этими я тоже разобрался без особого труда: первому вбил дэнтуй в грудь, так что он влип в стену, и, увернувшись от хука второго, толчком в спину послал его на встречу с подпоркой. В противостоянии трубы и лица победила первая – незадачливый агрессор медленно (по крайней мере, для моего взбодренного восприятия) сполз по стойке, а я ему еще и подошву в ребра впечатал, в качестве бесплатного бонуса. От души, до хруста.

Отскочил в центр салона, освобождая оперативный простор, и мысленно чертыхнулся – нарвавшийся на колено паренек, вместо того, чтобы пребывать в глубочайшей отключке, пытался отползти к стене. М-мать! Они тут все терминаторы типа незабвенного Шаня?! Куда я попал, в конце-то концов?! Ладно, потом разберусь, если выживу…

Проскользнув мимо недобитка и на ходу отфутболив того к стене таньтуем – теперь еще и остатков зубов лишился, бедолага! – я развернулся, намереваясь встретить очередного противника. Но, к собственному изумлению, защититься не успел – тот оказался на редкость шустрым и угостил меня сначала резким маэ-гери в живот, потом мгновенно перевел его на маваси в голову и, завершая разворот, влепил мне в грудь классический уширо, отчего я отлетел к задней стене, со всего размаха врезавшись в силовую завесу. Та, естественно, спружинила, придав мне обратное ускорение, и я нарвался на очередной удар – на сей раз хайто в грудь. Распрямленная рука подействовала, что твой шлагбаум – ноги мои уехали вперед, и я с изумлением осознал, что растележился на полу, а в затылке словно взорвалась граната. Все же какой-то частью разогнанного сознания я уловил движение сверху, и успел прикрыться от экс-кика скрещенными предплечьями. Нокаута избежал, зато покалеченное правое запястье полыхнуло болью. Впрочем, эта вспышка пошла мне только на пользу – мысли, наконец, потекли с привычной скоростью, а тело начало реагировать на угрозу адекватно: я перевернулся на бок и вбил голень в икру опорной ноги шустрого. Тот, как и я сам за мгновение до того, ахнулся на пол, приложившись спиной и головой. Я же перекатился и неуклюже поднялся на ноги… только для того, чтобы получить очередную плюху – на сей раз до меня добрались «разговорчивый» и последний свежий.

Пропустив несколько ошеломляющих ударов по голове и корпусу, я вновь обнаружил себя лежащим в уголке вагона. В ушах звенело, перед глазами все плыло, а в левый бок, такое ощущение, загнали раскаленную иглу. Ребро сломали, гады?! И бедро правое отсушили, судя по неповторимым ощущениям… Ндец. И самое хреновое – они все были на ногах. Все пятеро, включая прыгучего паренька, лишившегося зубов. И вырубаться не собирались, несмотря на изрядно помятый вид.

Что делать? Что делать?! Что, м-мать вашу, делать?!! Зажали, суки. И, если так будет и дальше продолжаться, до остановки я точно не дотяну. Забьют до смерти, чего бы о-очень не хотелось… но сдаться выше моих сил. Я еще не готов. Слишком рано мои оппоненты среагировали. Я хоть и рассчитывал на метод «ловли на живца», но не ожидал, что он сработает настолько быстро. Сам себя перехитрил, короче. Плюс далеко не факт, что «клюнула» нужная сторона. К тому же время и инициатива упущены – сдаться можно было в тот момент, когда «разговорчивый» окликнул меня по имени, а теперь поздно. Не поведутся. Чисто из принципа уделают до «состояния нестояния». И хорошо, если только переломами ограничатся.

Я окинул затравленным взглядом салон, отдельно отметив сосредоточенные физиономии противников, зацепил попутно стены и стремительно мелькающие окрестности, и вдруг наткнулся на нечто такое, отчего сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Есть выход!

– Зевс, наны! – прохрипел я себе под нос, и, не обращая внимания на удивленные лица, ринулся к тамбуру.

Оппоненты мои, надо отдать им должное, среагировали как подобает: напряглись и приготовились отбить атаку. Правда, четверым это оказалось без надобности, а пятый, тот самый «свежий», остановить меня не сумел – я врезался в него, обхватив за пояс и упершись головой в подмышку, и буквально внес его в стену, успев попутно припечатать ладонь к едва выступающей из каркаса нашлепке универсального контроллера. Такие штуки широко использовались во всех мирах Колониального союза, так как позволяли подключать привычные гаджеты к технике Предтеч, причем самого разного происхождения. Между прочим, Корпорация «Такэда Электроникс» себя очень неплохо чувствовала в этом сегменте рынка. Все, можно сказать, дело сделано!

Отпустив отключившегося «свеженького», я стремительно развернулся, заблокировал удар «разговорчивого», боднул его в переносицу и добил локтем в чисто тайском стиле. С разворота вбил тот же локоть в висок еще одному, крутнулся с нырком, уходя от чьего-то кулака, вонзил колено в «солнышко», отшвырнул последнего шустряка мощным «типом» в грудь, и гаркнул:

– Ломай!!!

В кровь хлынула волна адреналина, время поползло со скоростью улитки, и я отчетливо рассмотрел, как заполнявшие ячейки каркаса силовые поля истаяли, мигнув напоследок. В вагон тотчас ворвался поток воздуха, унесший прочь чей-то удивленный возглас, а я рванул к задней стене, вернее, к оставшейся от нее сиротливой раме, все также удерживая обмякшего противника. Стресс придал сил, и его веса я почти не замечал. Промчавшись сквозь салон подобно шквалу, выпрыгнул из вагона, в полете извернувшись так, чтобы низведенный до роли амортизационной прокладки враг очутился подо мной. Как раз вовремя – «желоб» оказался куда жестче стенок капсулы, и спружинил сильнее, заставив нас несколько раз подпрыгнуть. В подвешенном состоянии траекторию контролировать не получалось, так что перемещались мы по причудливой кривой, что и привело в итоге к закономерному финалу: после очередного отфутболивания мы оба вылетели из «желоба», как не справившийся с управлением сноубордист. Только, в отличие от спортсмена, не грохнулись обратно, а перевалились через край и полетели вниз, навстречу асфальтовому покрытию улицы…

Глава 4

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити,8-е число месяца сигацу 85 года от П.В., вечер

Полет оказался не очень продолжительным – парой метров ниже силового «желоба» был проложен узкий помост с хлипким ограждением. Видимо, новодел, судя по грубой сварной конструкции из уголков и арматуры. Тем не менее, удар он выдержал, хоть мы и приложились по перилам. Вернее, не мы, а спина моего невольного демпфера. А я потом всего лишь скорректировал направление, оказавшись снизу – лучше так, чем лететь еще метра три до асфальта. Выпроставшись из-под оглушенного противника, перевернул его – убедиться, не скопытился ли – и чуть было не вскрикнул от неожиданности: взгляд подранка вдруг стал осмысленным, а сам он дернулся мне навстречу. Зубами, что ли, вцепиться хотел? Бог знает, я эту попытку пресек на корню, вломив сначала лбом в нос, а потом еще и локтем добавил, для верности. Как показала практика, все мои противники живучестью мало уступали киборгам, так что жалеть нечего. Если только снова система самоликвидации сработает, но это уже проблемы индейцев, никак не шерифа.

Успокоив таким образом не в меру шустрого паренька (чует мое сердце, лишь временно!), я поковылял по мосткам к пожарной лестнице, что притулилась у среза площадки метрах в тридцати от кольцевого эмиттера. Уж не знаю, для чего ее тут прицепили, но, что называется, повезло – еще бы на секунду замешкался, и пришлось бы ждать следующей оказии. И не факт, что за это время меня бы окончательно не затоптали. И так, можно сказать, спасся чудом, многочисленные ушибы и как минимум перелом ребер вменяемая плата за сохранение жизни. Теперь бы еще зашхериться где-нибудь, не вырубившись по пути. Что тоже проблема, потому как район я совершенно не знал, а разжиться какой-либо полезной информацией не удосужился – кажется, говорил уже, что не ожидал такого быстрого ответа неведомого противника. Весь график Бадди под хвост. Ладно, хватит лирики, тут бы не сорваться – правая рука слушалась совсем плохо, а левый бок отзывался вспышкой боли на каждую последующую перекладину. С огромным облегчением нащупав, наконец, ногой твердь, я рванул вдоль улицы до первого попавшегося переулка. Конечно, рванул громко сказано, на самом деле чуть быстрее, чем шагом в нормальном состоянии, но потихоньку тело адаптировалось к боли, и я на глазах прибавлял в скорости. Знаю, что потом придется за это расплачиваться, но тут ключевое слово «потом». Иногда приходится жить не то что одним днем, а одним часом и даже одной минутой. Как я сейчас. Впрочем, у меня и на этот случай найдутся кое-какие читерские приемчики.

– Зевс, лечилка.

«Недостаточная численность популяции. Допустимые потери функциональных единиц не более 15 %. Эффективность воздействия 7 %».

– Пофиг! Хоть что-то!..

Прохожих вокруг не наблюдалось, такое ощущение, что квартал вымер. И это несмотря на то, что непосредственно до Трущоб я еще не добрался. Если мне не изменяла память, до границы минут десять ходу, а потом на уровень вниз. Но местным наверняка виднее, раз они не горят желанием разгуливать по окрестностям даже в «детское» время – до полуночи еще больше часа. Стало быть, и мне тормозить нечего.

«Приоритет?»

– Ребра!

Рука сейчас не ходовая часть, ноги слушаются, а вот дышать тяжко – повезло, что сломанное ребро легкое не проткнуло. Иначе бы уже кранты.

«Процесс активен. Прогресс 1 %. 2%. 3 %…»

С каждой новой цифрой, мелькающей перед глазами, я чувствовал себя все уверенней, и очень скоро боль в боку отступила, оставив в наследство лишь обычное покалывание, как если бы дыхалка отказала после длительного бега. Но с этим эффектом справиться было проще, что сразу же сказалось на моей скорости. Спрогнозированные десять минут промелькнули, как один миг, и я сам не заметил, как оказался перед своеобразным обрывом – большая часть территории Трущоб располагалась на этакой гигантской ступеньке, лежащей пятью метрами ниже цивильной части города. Попасть туда можно было несколькими способами, от откровенно экстремальных (тут прямо-таки раздолье промышленным альпинистам!) до умеренно трудозатратных – по удобной лестнице. Лифты тоже наличествовали, но я не был уверен в их работоспособности. Так что предпочел трудную, но проверенную методу – подыскал более-менее проходимый участок обрыва и преодолел его в три приема: повиснув на руках, спрыгнул на силовую линию грузового монорельса (минус три метра), перескочил (если это можно так назвать) на очередной помост, и, перевалившись через перила, приземлился на матово-черное покрытие проходящей вдоль стены улицы. Нырнул под мостик и укрылся за массивной каменной колонной, почувствовав себя, наконец, в относительной безопасности. Потенциальные неприятности, караулившие в Трущобах беззаботного путника, по сравнению с пятеркой терминаторов казались сейчас безобидными шалостями подвыпивших подростков.

Ч-черт, вымотался-то как! Не удовольствовавшись опорой, сполз к ее основанию, устроившись на пятой точке, и попытался собрать мысли в кучу, попутно приводя в порядок дыхание. Итак, что у нас в профите? Как минимум жизнь, что с запасом крыло все отрицательные последствия. И вроде бы от преследователей оторвался. Опять же, не факт, что они сейчас не спешат от следующей остановки. Ну-ка, где схема монорельса? Спасибо, Зевс, ты настоящий друг!

«Не за что».

Угу. Но мне как бы виднее, раз благодарю. Ага, пешочком топать им как минимум пару километров. И это по пересеченной местности – Синоби-Сити в этом отношении даже горному массиву фору мог дать. Опять же, маршрут весьма запутанный – это по прямой близко, а попробуй по переулкам попетляй. Так что время есть. Подранка тоже можно списать со счета – коли бы очухался, уже догнал. Однако факт штука упрямая. Живем, короче.

Теперь перейдем к менее радужным обстоятельствам. Физические повреждения – раз. Кардинально прореженная популяция помощников-нанов – два. Отсутствие вменяемого убежища – три. И, самое стремное, понятия не имею, как они так быстро меня выпасли. Если бы покойный Чжу в организм «маячок» подсадил, Зевс бы маякнул, пардон за тавтологию. Значит, палят как-то по-другому. По инфору? Или каким-то образом куртку отслеживают? Не, бред. Это тогда нужно предположить, что у них имеется возможность проследить местонахождение всех «умных» одежек. Боюсь предположить, какие мощности – как вычислительные, так и энергетические – для этого требуются. Особенно с учетом численности населения и его любви к подобным гаджетам. Скорее, визуально секли, через камеры наблюдения. Такая версия выглядела более правдоподобной – всего-то и надо иметь доступ к ресурсам СБ, да фотку объекта слежки. Это и похвальную оперативность объясняет – «вели» меня от самой клиники. Единственное стремное место – где они столько свободного народа нашли, чтобы организовать посадку в поезд сразу пятерых боевиков уже на следующей станции. Посмотрим теперь, как они запоют, в Трущобах эсбэшники подобны слепым котятам. Или, как минимум, делают вид.

В любом случае начинать нужно с лежки. И, крайне желательно, надежной. В смысле, и относительно преступного элемента, а не только копов.

– Зевс, напряги Фила насчет нычки.

«Задача принята».

Вот и славно. На Нэша в таких вещах можно положиться. Опять же, палева никакого – никто меня ни в качестве Дениса Новикова, ни в личине Сингао Юэцу с поисковыми запросами касательно потаенных местечек в Трущобах не свяжет. Один раз присоветовал, будем надеяться, что и теперь не подведет.

Ждать пришлось довольно долго, чуть ли не полчаса. Я за это время успел сменить дислокацию, усвистев от границы еще на несколько кварталов, и забился в зловещую (и зловонную) щель между полуразрушенными хибарами – по виду времен Таюки, но впоследствии надстроенных первыми поселенцами. От дополнительных модулей остались разве что стены и груды мусора, но меня данное обстоятельство не смутило. Не отсвечиваю посреди улицы, и замечательно. Впрочем, пока я склонялся к мысли, что опасность Трущоб сильно преувеличена. По крайней мере, до текущего момента мне ни одна живая душа на глаза не попалась. Банальные развалины. Жутковатые, этого не отнять, но после Объекта-357 с его реальными угрозами местные, хм, фавелы особого впечатления не производили.

«Входящее сообщение».

– Показывай, – шепнул я.

Послание Фила оказалось предельно коротким: «Мияги-стрит, 97 «б». Цокольный этаж, пароль – 42. Первые сутки оплачены, квитанция 1318». И кусок скриншота с красным маркером на плане Трущоб.

– Шутники, м-мать! – покачал я головой, едва осознав смысл написанного. – Зевс, что есть на объект в сети?

«Судя по данным из открытых источников – полностью разрушенное здание. В базе «Синоби рэнмэй» – специализированный виртуальный центр, предоставляет за плату анонимный доступ к сегменту Нимойи. Нейтральная территория, контролируемая хакерской группировкой «Хитчхейкерс». Охрану осуществляют наемники. Информация требует подтверждения».

– Какое тебе еще подтверждение, если Филька порекомендовал, – отмахнулся я. – Сорок два. Смешно. А что за сутки вперед заплатил, это только плюс.

Палиться в таком месте с ай-ди Сингао Юэцу не хотелось совершенно. Это вам не вагончик монорельса, где волей-неволей пришлось использовать его в качестве кредитки. Кстати, еще один вариант, как меня засекли. Но еще менее вероятный, чем отслеживание куртки – за последние лет двадцать, то есть практически со дня основания, ломануть внутреннюю сеть ОКБС – Объединенной Колониальной Банковской Системы – никому не удалось. Иначе мистер Нэш бы растрепал на очередных посиделках в компании с Маком и пивом. Корпорации (а именно они выступили инициаторами ее создания) в таких делах шутить не любили, тем более, не могли позволить неведомо кому хозяйничать в базах данных инструмента, гарантировавшего честность взаиморасчетов. Поэтому мимо. Что же касается нычки, то тут мог другой фактор сыграть – уверенности, что некоего господина Сингао уже не ищут, никакой. Равно как и нельзя отбросить вариант, что кто-то из обслуживающего персонала, завидев такой компромат, не даст знать заинтересованным лицам. Так что спасибо Фильке. С другой стороны, мог бы что-нибудь поближе подыскать, переться через половину Трущоб мне не улыбалось. Особенно в помятом виде. У любого нормального хищника инстинкт «санитара леса» должен сработать при моем появлении.

Впрочем, не все так плохо. Если не принимать во внимание морду лица, то видимых повреждений почти нет – одежда целая, а что грязная, на темном фоне и вовсе незаметно. А не воспользоваться ли мне известной уловкой, основанной на утверждении «хочешь надежно спрятать – положи на самом видном месте»? Может и сработать, ага.

Однако воспользовался я этим методом, только когда добрался до более-менее населенных кварталов. Как и любая другая городская клоака, местные Трущобы с наступлением ночи активизировались в плане незаконной деятельности, так что показываться на глаза спешащим на «дело» аборигенам себе дороже. Не поймут. Поэтому около часа пришлось пробираться «огородами», периодически укрываясь в складках местности, коих было в избытке – от аутентичных построек Таюки до полуразваленных хибар времен Первой Высадки. От этого события, кстати, вел отсчет здешний календарь.

Центральных улиц, сколь бы сомнительно ни звучало это определение по отношению к ним, я сторонился, так что вдоволь насмотрелся на задворки, пару раз избежав крупных неприятностей лишь чудом, в роли какового выступал Зевс. Похоже, никто здесь не заморачивался разбором завалов или каким-то ремонтом, так что запросто можно было переломать ноги или вообще провалиться в катакомбы с рандомными, но неизменно плачевными последствиями. Поневоле вспомнился ночной забег по окрестностям фермы старого Джоша, свидетеля аномалий, с опроса которого началась наша с Маком робинзонада на Пандоре. И со всей ответственностью готов заявить, что там были цветочки.

Очагами цивилизации в Трущобах служили отдельные частично сохранившие инфраструктуру здания, занятые всякими сомнительными личностями. Привязка к карте у меня была, так что выяснить подноготную того или иного объект труда не составляло – база данных наемников располагала сведениями практически о каждом из них. Предельно краткими, но мне и этого хватало, чтобы обходить всяческие хазы, малины, кабаки и прочие «веселые» заведения стороной. А сколько опасностей я просто не заметил, пробравшись в буквальном смысле по их крышам, и представить страшно.

Не знаю, как на, хм, проспектах, но на задах обстановка царила мрачная и откровенно постапокалипсическая. Мусор, ржавчина, подозрительные пятна на большинстве относительно ровных поверхностей, и зловещие тени, порождаемые редкими источниками света. И отнюдь не рекламными вывесками, а тусклыми панелями или не менее тусклыми сферами, подвешенными где придется – в арках, на столбах, на штырях в стенах и даже на ветхих павильончиках, напоминавших автобусные остановки. Время от времени мелькали всполохи фар, сопровождаемые характерным свистом тяговых движков, но вся летающая техника предпочитала передвигаться по более просторным улицам, а не лавировать в загаженном лабиринте. Полицейские дроны, также как и штуковины, напоминающие антигравитационные сегвеи, отсутствовали как класс. Ни одной камеры я также не засек, при всем нашем с Зевсом желании. Пустота, разруха и безнадега – именно этими словами я бы описал Трущобы, если бы возникла такая необходимость.

И лишь однажды за время моего похода над кварталом прошел на бреющем бронированный экипаж характерной расцветки. Но люди из СБ Корпорации, такое ощущение, лишь отбывали повинность – зачем еще, спрашивается, им барражировать над помойками, безо всякой цели обшаривая их прожектором? Что найти-то пытались, болезные? Или кого? Однозначно не меня, не того полета птица. Ладно, их дело. Успел вовремя нырнуть под нависающий козырьком обломок, а дальше хоть трава не расти.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити,9-е число месяца сигацу 85 года от П.В., ночь

К искомой точке выбрался уже за полночь, окончательно обессилев и потому забив на конспирацию. По правде сказать, задворки Трущоб до такой степени приелись, что я только вздохнул с облегчением, оказавшись на одном из «проспектов» – относительно свободной от мусорных завалов улице, которая могла даже похвастаться наличием подобия тротуаров. Проезжая часть интенсивностью траффика тоже не поражала, однако скутеры, сегвеи и прочая низколетящая техника мелькала достаточно часто. Для Трущоб, естественно. Что сразу же бросилось в глаза, так это обилие символики на средствах передвижения, а то и на спинах водителей, как в случае с одноместными открытыми экипажами всех мастей. Сама одежда яркостью красок не отличалась, большинство предпочитали темные тона, но вот всяческие значки и иероглифические надписи выполнялись отменно ядовитыми, да еще и светящимися в темноте. Надо полагать, все они служили аналогом предупреждающей окраски насекомых, и для людей знающих являлись открытой книгой. Я к таковым не относился, но не мог не признать, что придумано толково. Любой из этих знаков защита более действенная, чем самая навороченная броня и надежный ствол. Понятно, за исключением тех периодов, когда в Трущобах бушевали бандитские войны – явление не такое и редкое. Мне повезло. Судя по отсутствию на сайте «Синоби рэнмэй» предупреждений, сейчас здесь царил мир. Естественно, с поправкой на местные нравы. Но все равно, если бы не общий пофигизм, вызванный усталостью и полученными плюхами, я бы сто раз подумал, прежде чем соваться на оживленную улицу. На фоне аборигенов я бы легко затерялся – джинса и имитация кожи тут никого не удивляли, – но отсутствие «знаков отличия» превращало меня в белую ворону. Нет символики – нет поддержки. А любой одиночка, невзирая на крутость, лакомая добыча. В этой мысли я только укрепился, перехватив несколько заинтересованных и в меру угрожающих взглядов. Впрочем, открыто напасть никто не решился, даже тройка бандитского вида байкеров на тюнингованных тяжелых скутерах. А в паре кварталов от рекомендованной Нэшем «крыши» отстали и они, так что я благополучно добрел до ветхого, но все еще целого домика постройки первых колонистов, украшенного богатой светящейся вывеской. Японской, понятное дело. Расшифровывать название я поленился, только удостоверился, что адрес халупы, судя по всему, крутого по местным меркам кабака, – Мияги-стрит, 97 «а». Стало быть, промахнулся.

Впрочем, все остальные здания в ближайших окрестностях выглядели откровенно заброшенными, и признаков жизни, за исключением пары самых настоящих патрулей – по три мордоворота в каждом – не проявляли. Н-да. Так до утра искать можно. Спросить у секьюрити? Или патрульного остановить? Вроде как палево… С другой стороны, Филька рекомендовал объект как нейтральную территорию…

– Эй, уважаемый, чего застыл?

Ч-черт, принесло кого-то! Может, и к лучшему…

Обернувшись на голос, я встретился взглядом с серьезным парнягой усредненной евроазиатской внешности, не самых впечатляющих габаритов. Правда, позади него высилась пара натуральных двустворчатых шкафов, и сей факт придавал словам скромного парня немалый вес. Обратился он ко мне на местном пиджине, безошибочно распознав инопланетчика. Хотя ума не приложу, по каким именно признакам.

– Чего молчишь? – подозрительно прищурился парень. – Покажи-ка лицо.

Это он верно подметил. Ночь свежая, пришлось наглухо застегнуть куртку и поднять воротник, но все равно холод покусывал тело. Подогрев бы сейчас, как в зимней одежке, популярной у меня на родине…

– С-соображаю, с чего начать, – хмыкнул я, вжикнув молнией. – А не подскажете ли, уважаемые господа, где здесь номер девяносто семь «бэ»?

– А не скажешь ли ответ на самый главный вопрос Вселенной, Жизни и Всего остального?

– С-сорок д-два?..

– Зайди с заднего хода, – кивком указал парень на кабак, потеряв ко мне интерес. – И не возникай там.

– С-спасибо.

М-мать, зуб на зуб не попадает! Тут, похоже, не в холоде дело. Озноб у меня. Сказались-таки звездюлины…

Уже совершенно не скрываясь – надо думать, охрана заведения засекла мой контакт с патрулем – я доплелся до парковочной площадки и побрел вдоль стены, забирая вправо. С другой стороны тянулось хлипкое ограждение, но я намек понял и предпочел подчиниться местным правилам, памятуя о Туле и своем самоваре. Здание оказалось довольно большим, но в конце концов закончилось и оно. С тыла кабак выглядел не так презентабельно, теряясь на фоне неухоженных соседей, и отличался от них только наличием сейфовой двери полуподвального типа, то есть со спуском и мощным козырьком. Против ожидания, возле нее никто не дежурил, видимо, считалось, что достаточно часовых на территории. Плюс камера наблюдения – древняя, но все еще действующая. И окошко сканера. Надо полагать, вместо звонка.

Впрочем, я юмор не оценил (не хватало еще так палиться!) и предпочел просто дубасить ногами по створке, пока удачно замаскированный динамик не разразился хриплым рыком:

– Какого… надо?! Сканер для кого висит?!

– С-сорок д-два!..

Дверь со скрипом уехала вбок, утонув в стене, и я шагнул в стандартный «предбанник», как в атмосферном шлюзе. Тяжелая бронеплита сразу же вернулась на законное место, отрезав мне путь к отступлению, а по телу забегали голубоватые лучи – наверное, как раз для таких неуступчивых владельцы хазы предусмотрели целый сканирующий комплекс. Правда, судя по характеристике, выведенной Зевсом на воображаемый дисплей, старый и маломощный. Чтобы избежать опознания, достаточно было зажмуриться да сжать кулаки. Ай-ди, конечно, отозвался на стандартный запрос, но с этим ничего не поделать – не выбрасывать же. Один хрен, придется как-то отрекомендоваться, так почему бы и не воспользоваться документом? Если место и впрямь надежное, это знание не уйдет дальше администратора, хм, гостиницы. А вот расплачиваться этой картой не стоит. Проконтролировать утечку информации такого рода гораздо трудней. Равно как и организовать оную.

В шлюзе меня продержали довольно долго, напоследок даже огорошив – куртка вдруг стала серой с камуфляжными (вернее, грязными) пятнами, а инфор, прощально пискнув, вырубился.

– Что за дела?! – не выдержал я.

Ответа, однако, не дождался. Вместо этого открылась внутренняя дверь, так что пришлось воспользоваться приглашением. За шлюзом скрывалась просторная комната характерной для Таюки архитектуры – то есть неправильной формы и с голыми каменными стенами. Из украшений присутствовали лишь потертый диван и стильная стойка ресепшена из хромированных труб. Время над ней хорошенько потрудилось, если судить по ржавым пятнам и вмятинам. Вместо улыбчивой тян наличествовал лохматый азиатский паренек, затянутый в кожу с ног до головы.

– Коннитива, господин Сингао.

– И вам не кашлять, господин?..

– Называйте меня просто Ван, – отмахнулся тот, одарив меня дежурной улыбкой. – Не обращайте внимания на проблемы с аппаратурой, это стандартная мера безопасности. Когда покинете нашу территорию, сможете ее активировать.

– П-понял уже. К-куртку зачем в-вырубили?

– Секрет фирмы, – не стал вдаваться в подробности Ван. – Чем могу помочь? Раз вы знаете пароль, то имеете представление о перечне услуг, не так ли?

– Ага, в курсе, – подтвердил я, бесцеремонно рухнув на диван. – Не в-возражаете?

– Ничуть.

– Мне нужен врач, соточка виски и доступ к сети. Именно в таком порядке.

– Хороший выбор! – подмигнул мне Ван. – Как будете платить?

– У вас должно быть забронировано место. Один, три, один, восемь.

– Все верно. Но услуги медика в оплаченный набор не входят.

– Ч-черт…

– Понимаю ваши сомнения, господин Сингао, но они совершенно безосновательны, – покачал головой Ван. – Поверьте, наша система оплаты абсолютно безопасна и принципиально не отслеживается.

– Сотка виски, доступ к сети, – сколько мог твердо возразил я. – И номер расчетного счета, будьте добры. Медика можете вызывать.

– Как вам будет угодно, господин Сингао. Ваш номер девятнадцатый, вас проводят.

– С-спасибо.

Хрен с ней, с паранойей. Но такие явные намеки, как сегодня… вернее, уже вчера, игнорировать себе дороже. Лучше я буду на молоко дуть, чем собственноручно дам вражинам лишний шанс. И вообще, даже на сутки тут не задержусь, на ноги встану, клинику с заводом ломану, и поминай, как звали. Лежку, в принципе, найти не проблема. К тому же Ремесленнику обратиться можно. Или к его напарнику-бармену. А там, глядишь, легализуюсь и снова стану Денисом Новиковым. Но ведь каковы шельмы! Кто бы мог подумать, что у них такие возможности?! Если честно, до сих пор в шоке – это как минимум уровень СБ Корпорации, а не какой-то частной лавочки. Или я опять ошибаюсь? Где конкретно? Очень плохо, что я очутился внутри чьей-то игры. Просто офигительно плохо. Хуже только в болоте увязнуть. Мысли бегают, сам мечешься из стороны в сторону, в результате усилия распыляются, и вместо результата пшик. И выход сейчас я вижу только один – любой ценой вырваться из сферы интересов владельцев клиники. Как – другой вопрос. Да хотя бы сделать так, чтобы господин Сингао Юэцу перестал существовать. Ломануть какой-нибудь морг, что ли? А что, вариант. Посмотрим, что можно будет сделать. Лишь бы канал устойчивый дали. Кстати, до сих пор не знаю, опознали меня, как Новикова, или нет? Еще одна задачка в предстоящем взломе. Если да, то ндец. Причем полный. Если нет, то побарахтаемся – «грохну» Сингао да всплыву под собственным именем где-нибудь в противоположном конце города.

Ван не соврал, меня действительно «проводили»: аутентичный мордоворот довел до лифта, заботливо придерживая за локоток, втолкнул в кабинку и самолично ввел код в программатор. Затем, так и не проронив ни звука, оставил меня наедине с самим собой. Превозмогая усиливающуюся слабость, я кое-как дотерпел до конца поездки – минут десять, если верить распаленному воображению. На самом же деле всего три с половиной – Зевс засек. Тем не менее, согласно данным местной GPS, от «приемной» меня теперь отделяло около километра по прямой и метров сто строго вверх. Уж не знаю, как это удалось владельцам хазы, но они сумели реанимировать один из небоскребов неподалеку от бара, превратив его изнутри в комфортабельное жилище, и при этом сохранив общую непрезентабельность снаружи. Подозреваю, что большинство высоток в Трущобах только на вид необитаемы. Но проверять это не было ни малейшего желания. Номер мой располагался этаже так на тридцатом, но насладиться видом на Трущобы не удалось – все окна были забраны глухими бронестворками. Так что пришлось оприходовать ту самую «соточку» без закуси, поморщиться и устроиться в знакомом коконе, укомплектованном контактными линзами и сетчатыми перчатками-манипуляторами. Правда, полагаться только лишь на арендованные вычислительные мощности я не стал – подсадил нанов и законнектил Зевса напрямую с сервером. Дела сразу же пошли веселее – напарник легко, не потратив и десяти минут, взломал систему безопасности, так что теперь я мог контролировать весь комплекс, включая бар и около десятка тайных убежищ, частью упрятанных под землей, частью – в недрах скайскрейперов. Пока все было спокойно, и я первым делом озаботился оплатой медицинских услуг – все через того же Нэша. Фил проснулся и в пару кликов решил мою проблему. У каждого уважающего себя хакера есть обезличенная «платежка», запрятанная в хитросплетении виртуальных счетов в добром десятке банков. Понятно, что часть средств при использовании такой схемы неизбежно терялась, но с этим приходилось мириться – иногда личная безопасность оправдывала любые затраты. Со штатным компьютерщиком «Молнии» я связался через нанов и Зевса, так что с этой стороны проследить нашу связь не представлялось возможным. Взламывать собственный банковский счет я не стал, пообещав Фильке возместить все расходы по возвращении. Тот поворчал, но все же на посулы купился. Впрочем, кидать собственного подчиненного не входило в мои планы.

Доктор явился минут через десять после подтверждения платежа, и оказался настолько крутым профессионалом, что какой-то час спустя от озноба и прочих неприятностей остались одни воспоминания. Правда, пришлось пережить несколько не самых приятных минут, когда выяснилось, что приводить меня в порядок собираются посредством той самой акупунктуры, от которой я пострадал не так давно. К чести эскулапа, этой методой он не ограничился, накачав меня изрядным количеством химии, просканировав с ног до головы и надежно зафиксировав левый бок – ребра были целые, только треснула парочка. Ушибы же и гематомы он свел вообще без проблем, так что к его уходу я снова был бодр и весел. И даже пылал жаждой деятельности, каковую и утолил незамедлительно, вернувшись в кокон.

Зевс за время моего отсутствия успел обложить сервера завода и клиники со всех сторон, устроив натуральную кибернетическую осаду, и моя роль в процессе свелась к нажатию своеобразной «красной кнопки». Защита виртуальных «крепостей» сдалась далеко не сразу, пришлось убить еще около часа, причем я по большей части скучал – всю рутину взвалил на собственные плечи Зевс, да еще и материнское ядро привлек, наплевав на санкцию Иванова. Результатом невидимой битвы стал полный доступ к ломаемым сетям. А затем пришел мой черед «морщить ум»: документации нашлось множество, так что просмотреть все файлы было просто нереально. Вспомнив похожую ситуацию на Объекте-357, я усмехнулся и принялся за работу, и к исходу третьего часа ночной эпопеи обладал уже достаточным количеством информации, чтобы делать выводы. Зевс все это время шерстил логи в поисках ответа на два жизненно важных вопроса: как меня раскололи и успели ли опознать? Изучив его отчет, я облегченно выдохнул и расслабился – судя по всему, преждевременного разоблачения можно было не опасаться. Ни с завода, ни из клиники не поступало исходящих запросов на идентификацию по отпечаткам пальцев, скану сетчатки или генетическому коду, соответствовавшим моим данным. Похоже, господин Чжу с ассистентом унесли тайну Сингао Юэцу в могилы. Что не отменяло главной проблемы: где и на чем я спалился? Получается, меня действительно захватили с целью выяснения личности. Просто не довели процедуру до логического конца – ваш покорный слуга воспротивился, и весьма успешно. Вывод: я выдал себя неосторожным поведением. Но в чем именно косяк, не ясно. Так и запишем: вопрос остается открытым.

Зато я дознался, с какой целью почившие хакеры пытались ломануть два таких разных объекта: оба они, вернее, их сети, содержали уязвимости, посредством которых можно было атаковать сервер «Sora». Что это такое, я так и не выяснил. Похоже, какая-то софтверная компания, раз этот логотип то и дело на глаза попадался во всяких электронных гаджетах. Мысль эту подтвердила находящаяся в открытом доступе информация, характеризовавшая ее как известного производителя программного обеспечения. Данные из базы «Синоби рэнмэй» этому также не противоречили. Еще одна характерная деталь – самим «ломщикам» этот доступ на фиг был не нужен. Добраться до «Sora» жаждал (или жаждала?) тот самый многоликий Рэй. Судя по архивным копиям логов, он принимал непосредственное участие в атаке, и единственный вышел сухим из воды. По крайней мере, контракт на поимку его убийцы на Бирже отсутствовал, в отличие от. Справедливости ради надо отметить, что и остальные участники взлома покинули этот не самый лучший из миров не в ходе операции, а примерно на протяжении недели после. Причем по самым естественным причинам. И если бы не моя паранойя, вряд ли бы кто спохватился. Выпиливания горе-хакеров были обставлены прямо-таки гениально. И, не зная подноготной, найти у них что-то общее было нереально. Итак, что мы имеем? «Sora» и Рэй как-то связаны. Скорее всего, что-то не поделили. Что именно? Логично было бы предположить, что Рэй – мой коллега, то бишь какой-нибудь промышленный шпион, а «Sora» – владелец или разработчик некоей крутой финтифлюшки из обширного списка Зевса. Опять же, если исходить из предположения, что «Sora» разработчик софта. Выходит, я в неведении своем мог перейти дорожку как первой, так и второму (второй). Одни хотели меня прижучить, дабы пресечь потенциальную утечку секретной информации, другой – избавиться от соперника. Попробовать выяснить, что за парни меня пытались захватить? Более чем вероятно, что Чжу с ассистентом работали на «Sora». Потому что если бы это было не так, то их обоих «зачистили» бы наравне с остальными хакерами, участвовавшими в атаке. Это уже кое-что. Наметилось два лагеря – Рэй и хакеры с одной стороны, «Sora» и люди на заводе и в клинике с другой. А вот резкие ребятки в поезде могли с равной вероятностью принадлежать к любому из них. Внимание, вопрос: а оно мне надо? Какая, в сущности, разница? Угрозу они представляют в любом случае. Все же, немного поколебавшись, я сформулировал Зевсу параллельную задачу, категорически запретив грузить ей вычислительные мощности больше, чем на десять процентов. Остальные ресурсы вбухал в атаку медицинской сети Синоби-сити.

Провозился неожиданно долго, хоть и не пытался влезть в особо защищенные секторы – в данный момент меня интересовали лишь морги, а не конфиденциальная информация типа чья жена увеличила сиськи, а чья – задницу. Все же мне (вернее, Зевсу) удалось влезть в локалку одного из этих заведений, как раз в той части города, где я благополучно сиганул из вагона. В хранилище кадавров нашлось подходящее тело, и, затратив еще некое количество времени, мы прописали неопознанный труп как некоего Сингао Юэцу. Основание – найденный при теле ай-ди, числящийся на складе вещдоков под номером таким-то. Хитрость, по большому счету, шитая белыми нитками. Однако пребывая в личине Сингао, я нигде, за исключением клиники, не засветился с идентификационными признаками вроде отпечатков пальцев или скана сетчатки. Тем более, что если и можно было таким макаром кого-то опознать, то это Дениса Новикова из Корпорации STG, а не местного парня-сидзин. Из клиники же эта информация не ушла – Чжу пробил Сингао по доступным базам, такового не обнаружил и решил меня просто допросить. Последствия известны. Так что должна сработать уловка, должна. Любое заинтересованное лицо, сложив несколько незамысловатых фактов – место и время плюс ай-ди – закономерно придет к выводу, что я свернул себе шею при падении с «желоба», или, если мои противнички успели доложиться, выпилился не сразу, а чуть погодя, успев где-то спрятаться. А потом мои бренные останки обнаружили копы и, естественно, доставили в морг. Посреди ночи вряд ли найдутся желающие устроить опознание, а если и найдутся, их совершенно справедливо пошлют. Как минимум, до восьми утра. Фора не такая уж и большая, по факту уже четвертый час ночи. Хорошо, что Зевс ломанул местную локалку – не нужно будет Вана привлекать, чтобы организовать мою эвакуацию с территории Трущоб. Была здесь и такая услуга. Всего-то и нужно, что зарезервировать транспорт на определенное время, в моем случае на семь пятнадцать. А такси по пути заказать и вовсе не проблема – задействую Зевса как ретранслятор, и фиг меня выпасешь. Вызов-то будет с орбиты идти.

«Идентификация завершена».

А?.. Точно, я и забыл уже…

– Ну и кто эти ребята?

«С вероятностью 71 % один из нападавших принадлежит к группировке «Сецуна». Идентификационный признак – фрагмент татуировки на шее».

– Картинка есть?

Ага. Я в пылу драки и не заметил, но от Зевса такое не утаишь. Скриншот из видеозаписи последней стычки, я даже этот момент помню – тот самый малый, что нарвался на удар коленом. И с которым я потом выпрыгнул из вагона. Действительно, из-под воротника кусок иероглифа виден – но это сейчас, на паузе и с увеличением.

– У остальных такие есть?

«С вероятностью 17 и 21 % соответственно еще у двоих. Более точная идентификация невозможна».

– И на том спа-а-асибо! – от души зевнул я. – Кстати, Зевс, заблокируй-ка на ай-ди чип, чтобы в автоматическом режиме подтверждение не выдавал.

«Сохранить функциональность?»

– Наглухо сжечь всегда успеем.

«Процесс завершен. Необходима повторная процедура через девятнадцать часов сорок одну минуту».

– Принял.

Легче мне стало? Да нифига подобного. Ну, из определенной группировки. Так это и раньше ясно было. Сецуна, если верить автопереводчику, это стражник. По логике, целую кодлу стражников кто себе может позволить? Вор-одиночка? Или крупная фирма? Я тоже на второй вариант ставлю. Но полной уверенности нет. Так что к черту все, я спать. Ровно до шести тридцати. А дальше останется свалить из гостеприимных Трущоб и легализоваться под собственным именем. И больше ни в какие сомнительные места не соваться. Буду сидеть, как мышь под веником, и собирать информацию. Потому что поднять лапки вверх и сдаться – то есть вернуться на «Молнию» не солоно хлебавши – я пока не готов. Опять же, утро вечера мудренее.

– Зевс, сколько еще наши «жучки» протянут? – поинтересовался я напоследок.

«Остаточный ресурс три часа семнадцать минут шесть секунд. Пять секунд…»

– Все, хорош, не грузи!.. И давай-ка, спали винты в клинике. Физически, чтобы ни одна собака не восстановила.

«Процесс самоликвидации запущен. Прогресс 1 %. 2%. 3 %…»

Но я дожидаться результата не стал – Зевс надежен, как титановый лом. Спать, спать и спать – вот первоочередная задача.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити,9-е число месяца сигацу 85 года от П.В., раннее утро

Не знаю, сколько удалось поспать, но пробуждение снова выдалось нестандартное: сначала легкий укол в районе правой скулы, который я уловил сквозь сон, а потом вдруг навалилась глубочайшая тревога, от которой онемели мышцы. И лишь благодаря этому я не вскинулся на кровати. Даже глаза не открыл, просто сонная одурь слетела вмиг, и мысли понеслись галопом. В результате я оперативно оценил обстановку, что большого труда не составило, спасибо сообщению от Зевса: «Точечное поражение токсином». И еще две строчки на воображаемом дисплее: «Угроза нейтрализована» и «Замри, Денис».

Ну да, сам бы я не сообразил спросонья, и отхватил добавки. Пока же все шло неплохо: судя по ощущениям, кто-то всадил мне в лицо иглу с транквилизатором. Напарник, надо отдать ему должное, среагировал адекватно: сконцентрировал в точке поражения нанов и заставил их уничтожить близлежащие клетки электрическим разрядом. Так что у меня теперь не только заноза в шкуре, но еще и на диво болезненный, хоть и крошечный, ожог – почти как осиный укус. Перетерплю. Главное, не выдать себя агрессору раньше времени. Вот он сейчас подойдет поближе, клиента проверить, и будет ему сюрприз…

На ночь я устроился в спальне, обставленной в традиционном японском стиле, с циновками на полу и тонким матрасиком вместо кровати. Под головой жалкий матерчатый валик, одно только одеяло порадовало – плотное и теплое. Но я все равно свернулся калачиком, натянув покрывало чуть ли не до ушей. Открытой оставалась лишь верхняя часть головы, что и определило выбор цели диверсантом. Яд, скорее всего, парализующего действия, Зевс обезвредил, и мне оставалось лишь ждать, не проявляя признаков беспокойства – кто его знает, может, нервы сдадут, и диверс мне еще одну стрелу всадит. В глаз, например. Или в ноздрю. Нет, пусть уж лучше работает по стандартному алгоритму: убедится, что токсин подействовал, да займется тем, зачем пришел. И тут вариантов не особенно много: либо я ему нужен целиком, либо частично, в виде проб. В любом случае физического контакта не избежать, что давало мне определенный шанс.

Минут через пять, когда я уже начал терять терпение, в комнате раздались легкие шаги – на самой грани слышимости, если бы не ночь и отсутствие посторонних шумов, я бы их не засек. Потом темень еще больше сгустилась, и я почувствовал кожей движение воздуха и тепло чьего-то тела – диверсант склонился надо мной, вглядываясь в лицо. Или ПНВ, или имплант соответствующий, однозначно. Я бы в таких условиях без помощи Зевса ничего не рассмотрел. Но и не парился по этому поводу – помимо зрения еще есть слух и осязание. И пресловутое «шестое чувство», выработанное за долгие годы издевательств тренера дяди Коли. Плюс на моей стороне был эффект неожиданности, который я и использовал на все сто: когда диверсант толкнул меня в плечо, попытавшись перевернуть на спину, сопротивляться я не стал, просто попутно захватил тонкое (девчачье?) запястье правой рукой, уперся во что-то мягкое (грудь?) левой, и, перекатившись, перекинул через себя не самое тяжелое тело в облегающей одежде. Тело шмякнулось на циновку, ойкнуло, и, катнувшись, как я только что, попыталось достать меня в голову размашистым ударом. Я вовремя выставил блок левым предплечьем, надо сказать, довольно жесткий (еще одно ойканье), и тут же провел удар основанием левой же ладони с выбросом «ци», в полном соответствии с учением синъицюань. Целился я на слух, как бы смешно это ни звучало, да еще на интуицию и тактильную чувствительность полагался, но попал как надо – в лоб, прикрытый плотной тканью. Диверсант моментально обмяк и распластался рядом с моим матрасом. Что он вырубился, я понял по неестественно расслабленному правому запястью, все еще пребывавшему в моем захвате.

– Зевс, ночник.

Спальню залил приглушенный свет, и я убедился в своей правоте: судя по фигуре, диверсант принадлежал к прекрасной половине человечества. По крайней мере, внешне. А вот насчет всего остального еще предстояло выяснить. Но первым делом связать, конечно. Как говаривал тренер дядя Коля, грамотно зафиксированный пациент в наркозе не нуждается. Вот только чем связывать… одеяло порвать, что ли? Или простыни? Ха! А девица-то приготовилась – вон, из кармана целая пачка стяжек торчит. Тех самых, зело популярных у компьютерщиков всех мастей и смежных служб – копов, безопасников, дуболомов из спецназа и даже у частных детективов. Жаль, коротковаты, не стреножишь. Но хоть что-то. Интересная, кстати, одежка – куртка-кожанка, обтягивающие штаны и нечто, напоминавшее одновременно и сапоги с длинными голенищами, и традиционную японскую обувку таби. На руках перчатки, на голове капюшон – матерчатый, в отличие от остальной куртки, под ним маска-балаклава или что-то типа. Прямо ниндзя, с поправкой на высокие технологии.

Не особо церемонясь, я перевернул девицу на живот, заломил ей руки и зафиксировал запястья парой стяжек. Для пущей надежности, ага. Может, она киборг, а у них дури немеряно. С ногами же поступил еще проще – обнаружив отсутствие ремня, спустил ей штаны в район икр, попутно полюбовавшись подозрительно знакомыми обводами и убедившись, что белье она предпочитает сугубо утилитарное – никакого шелка, никаких кружев, просто тянущаяся ткань без швов – и стянул скомканную одежку тем же способом, что и запястья.

Усадив пленницу спиной к стене, принялся одеваться. Не дело перед ней в труселях щеголять, в таких делах важен серьезный настрой. А бабы голых мужиков всерьез воспринимать физически не способны. К тому же было у меня предчувствие, что доспать все равно не удастся, так чего время зря терять? Сейчас допрошу красотку (?), да махну в город. Пусть и раньше, чем планировал. Оно и к лучшему – может, чьи-то планы нарушу. Вот ведь гады! И здесь выпасли. Ума, правда, не приложу, как именно. Вроде бы Ван гарантировал анонимность. И слово свое сдержал, если Зевсу верить – никаких исходящих сообщений из внутренней сети не зафиксировано, равно как и курьеров. Впрочем, какой-то условный знак, вроде цветка на подоконнике, как в одном бессмертном фильме, исключить нельзя. Но это уже совсем за гранью. До такого в наш век тотальной компьютеризации только законченный параноик типа меня мог додуматься.

Тревога в вотчине Вана тоже не поднялась, что характерно. Значит, девица проникла в мое убежище тайно. Как – вопрос десятый. Как угодно. Через окно, например. Мог ли у нее быть напарник? Сильно сомневаюсь, иначе я бы уже давно по башке чем-нибудь тяжелым получил. А раз не проявился до сих пор, то либо выжидает удобного момента, либо свалил. Либо и не было его вовсе.

– Зевс, проверь периметр.

«Вскрыто окно в гостиной».

– Выбила? Почему тогда я не слышал?

«Повреждения не зафиксированы. Окно открыто снаружи».

– Подозрительные объекты в радиусе пятидесяти метров от точки проникновения?

Эк меня пробрало! Как дядя Коля разговаривать начал. У него такая манера выражаться, особенно когда он при исполнении.

«Двухместный глайдер. Припаркован на уступе между секциями здания».

Ага, местные высотки через одну с такой особенностью. Этакие ступенчатые пирамиды, только ступени в ширину хорошо если пару метров, зато шаг в высоту – этажей тридцать-тридцать пять. Зачем так сделано – тайна. И не спросишь, все Таюки вымерли.

– Добраться можно?

«Без спецснаряжения? Дохлый номер. Смирись, Денис».

– А как же она спустилась?

«Воспользовалась тросовым подъемником. Он рядом с глайдером зафиксирован».

Понятно. Спустилась, залезла в окно, и тросик смотала. Пульт надо поискать в карманах.

– Можешь перехватить управление?

«Ответ отрицательный. Слишком примитивная система, реагирует на волны определенного диапазона, да еще и шифрованный сигнал нужен».

– А подбором?

«Боюсь, ты в процессе сваришься».

Точно, без пульта никак. Хочешь, не хочешь, а придется заняться не самой приятной процедурой. Нет, щупать такую ядреную деваху по-любому в удовольствие, но только не в данных обстоятельствах. Хотя кому-то, говорят, нравится. Извращенцы, блин.

– Извини, подруга, – хмыкнул я и решительно вжикнул молнией на куртейке.

Под ней обнаружился облегающий топ. И все. Никаких цепочек, никаких кулончиков или иных финтифлюшек, равно как и не столь традиционных украшений вроде татуировок. Впрочем, в менее, скажем так, официальных условиях, сам по себе вид крепкой груди послужил бы неплохой наградой. Однако я соблазнительную картину проигнорировал и занялся карманами. Помимо уже приватизированной пачки стяжек, в них нашелся только небольшой несессер, в котором, как я и предполагал, хранились инструменты для изъятия проб тканей и физиологических жидкостей. И компактный инъектор, пуляющий иглы с транком. Хм. Похоже, и с целью визита я был прав – меня умыкнуть хотела. А если бы не вышло, ограничилась образцами тканей и крови. Пульта, к моему глубокому сожалению, не было. Ч-черт, похоже, воспользоваться трофейным глайдером не получится. А было бы неплохо – улетел из Трущоб, приземлился где-нибудь поближе к центру, да свалил пешочком. А потом можно и на общественный транспорт пересесть, не боясь запалиться, поскольку с заблокированным чипом ай-ди Сингао превратился в обыкновенную кредитку на предъявителя. Ничего страшного, набил бы пин-код для подтверждения перевода, и все. Но нет, девица оказалась стервозной. Везет мне на них, похоже. Кстати, не пора ли познакомиться? Я небрежно смахнул с ее головы капюшон и потянул маску.

– Сюрпри-и-из!.. – только и сумел выдавить я, рассмотрев лицо.

Очень хорошо мне известное лицо, ибо оно принадлежало некоей Кийоко. Той, что представилась как «Дитя города». И было это пару дней назад в клубе «Амэя». Только лыжные очки на пол-лица куда-то делись, и я наконец сумел оценить ее красоту в полном объеме. А оценить было что, хоть она и таращилась в никуда, закатив пронзительно-синие глаза. Фигуристая синеглазая брюнетка с пухлыми губами. Мой любимый типаж. Почти такой же любимый, как блондинка с косичками и родинкой на скуле.

Впрочем, с очками все ясно – с таким девайсом не очень-то маску натянешь, даже если волосы соберешь в относительно компактный конский хвост. А маска в данном случае, помимо сохранения инкогнито (по идее, ага), еще и демпфером послужила. Не будь ее, и на высоком лбу красовался бы шикарный синяк. Это я точно знаю, видел уже результаты «энергетического» удара. Опять же, хорошо, что в лоб попал, хоть и бил не в полную силу. Если бы не кость, мозг бы повредил. Про висок и нос молчу, в обоих случаях летальный исход практически гарантирован.

А хороша, фурия! Все при ней, кроме соображалки. Но далеко не факт, что это для девчонки большой минус. Пожалуй, я бы за ней поухлестывал. Тем более что кандидатка проверенная – от афтерпати у меня остались сугубо положительные воспоминания, и я не имею в виду похмелье поутру. Жаль, что вражиной оказалась. Хотя я даже не удивлен – больше чем уверен, что лоханулся в первый же день, с головой выдав себя всем заинтересованным лицам. Разве что Ода с Ремесленником опасаться не стоит, я на них через Нэша вышел. А Кийоко, помнится, сама ко мне подсела, по собственной инициативе. Я тогда еще был не в курсе местных заморочек, вот и решил, что это лишь приятная неожиданность.

Н-да. И что теперь делать? Пульта нет. Улик, кроме несессера, тоже. Даже зачуханного мобильника, и того не наблюдается. Может, в одежку какой-то гаджет встроен? Сейчас проверим…

– Зевс, фас, – скомандовал я, изобразив «наложение дланей», только не на чело, а на другие, э-э-э, выступающие части.

«Встроенная электроника отсутствует. Интересует состав тканей?»

– Нафиг.

Ладно, в одежке ничего нет. А если?.. Я нежно провел кончиками пальцев по щеке Кийоко, ощутив знакомое покалывание, и удовлетворенно кивнул, узрев на воображаемом дисплее лаконичную надпись: «Обнаружены сторонние предметы». Перечень хоть и не впечатлял, как в случае с вероломным «сверхкомпетентным» помощником дока, но тоже заставил глубоко задуматься: судя по маркировке трех имплантов из десятка наличествующих – преобразователя нейросигналов, биочипа и мультичастотного генератора волн – Кийоко была счастливой владелицей менее продвинутого аналога моих нанов. Понятно теперь, почему у нее нет пульта – она сама ходячий пульт. Вот только моя полифункциональность для нее есть и будет несбыточной мечтой, поскольку встроенный комп позволял в лучшем случае взаимодействовать со специализированными инструментами, оснащенными соответствующими программными средствами.

– Занятно, – хмыкнул я, закончив изучение гаджетов. – Зевс, ломануть можешь?

«Вероятность причинения вреда объекту-носителю 92 %».

– Не, тогда не надо. Попробуем по-доброму договориться.

«Вероятность 50 %».

– Что так мало? Меня дядя Коля прикольным штучкам научил…

«Вообще-то, это была шутка».

– Она же вроде не блондинка?

«Мои наблюдения показывают, что корреляция с цветом волос в данном случае не прослеживается. Она женщина».

Ну да, это многое объясняет.

– Можешь привести ее в чувство? Или опять мне заморачиваться?

«Возможно прямое стимулирование нервных окончаний».

– Давай, только осторожно. Мне она еще пригодится.

«Процесс запущен. Прогресс 1 %. 2%. 3 %…»

Я напряженно всматривался в лицо Кийоко, поэтому тот момент, когда она пришла в себя, не пропустил. Она судорожно вздохнула, опустила взгляд с потолка на меня (я чуть не утонул в синих колодцах, даже в сердце кольнуло, ей-богу!), моментально осознала произошедшее и принялась молча извиваться, безуспешно пытаясь избавиться от пут. Слава богам, орать не стала. Впрочем, ей это все равно бы не помогло. Я вроде говорил, что у нее соображалка отсутствует? Забудьте, это я со зла. Очень хорошо она соображала, просто отменно. Вот только поделать в текущих условиях ничего не могла. От слова вообще.

– Привет, малыш. Поговорим?

Вместо ответа Кийоко затрепыхалась еще сильнее, и в конце концов упала на бок, поразительно ловко выбросив стянутые ноги в мою сторону. Но в этом начинании успеха не добилась – я вовремя отскочил, увернувшись от увесистого удара, и пленница наказала сама себя, со всего маху приложившись коленкой об пол. На этот раз ее проняло, судя по сдавленному ойканью и неизменному слову на букву «F».

– Да ладно тебе ругаться, – добродушно ухмыльнулся я. – Давай беседовать конструктивно.

Не знаю, что именно моя незваная гостья понимала под термином «конструктивно», но поток «факов» стал еще интенсивнее. Причем, судя по ее взглядам, больше из-за спущенных штанов, нежели обиды за поражение.

– Нашла из-за чего переживать! – хмыкнул я, осознав проблему. – Чего я там не видел?..

– Да пошел ты! – выплюнула Кийоко. – Ур-род!

Очень странная реакция. На моей памяти впервые девушка, с которой я имел, э-э-э, интим, так разошлась из-за оголенных ножек. Весьма стройных и соблазнительных, надо признать.

– Я бы попросил, мисс! В конце концов, кто из нас пленник?

С этим фактом она спорить не стала, просто с удвоенной силой задергалась в безуспешной попытке вырваться из пут.

– А чего на помощь не зовешь? Типа, люди добрые, помогите, чести лишают!

– Клоун! – устало выдохнула девушка и притихла, поджав ноги.

– Послушай меня, Кийоко!

Я попытался поднять ее подбородок, чтобы смотреть в глаза, но та дернулась, и я просто-таки вынужден был усилить хватку. Больно, согласен. Но нужно – так доходит быстрее.

– Послушай меня! – сурово повторил я. – И не зыркай так, я в своем праве. Это ты ко мне вломилась и пыталась отравить. Ты же это отрицать не будешь? Вот, умница… Меня, по большому счету, интересует только один вопрос: как ты меня нашла?

Кийоко удивленно заломила бровь и попыталась изобразить злорадную ухмылку, но с последним возникла заминка – не очень-то поухмыляешься, когда лицо перекошено, да еще жесткие пальцы давят на нервные узлы. Впрочем, она на удивление быстро с собой справилась и вернула на законное место выражение брезгливой ненависти, да еще и глаза сузила, типа через прицел смотрит. Надо думать, для пущей острастки.

– Не скажешь? Ну и фиг с тобой… Тогда хотя бы подъемник включи.

– И пф-куда… тьфу! – Кийоко решительно дернула головой и высвободила подбородок. – Ты же глайдер не заведешь!

– Тем более, чего запираться?

– Слушай! – Судя по вспыхнувшему взгляду, мою пленницу осенила гениальная идея, которой она поспешила со мной поделиться: – А давай вместе отсюда убежим! Ты и я.

– А какой мне интерес?

– Выберешься из Трущоб.

– А тебе?

– Слетаешь кое к кому в гости. Под мою ответственность.

Ха-ха три раза. В гости. С девицей, которую я вижу второй раз, причем в весьма занимательных обстоятельствах. Примерно так я и выразился, сопроводив тираду ироничной усмешкой. Кийоко пожала плечами, дескать, нет так нет. Но попробовать все равно нужно было.

– То есть не договоримся, – вздохнул я. – Жаль. Придется воспользоваться старым планом. Вот только, девочка моя, ты в нем не предусмотрена. Так что я тебя с чистой совестью здесь оставлю. Сама потом с Ваном объясняйся.

– Напугал!

К пленнице вернулось самообладание, и, я бы даже сказал, некая самоуверенность. Видимо, и впрямь кто-то серьезный у нее за спиной. Узнать бы, кто. Вот только как? Спровоцировать?

– Вот и замечательно! – подвел я итог содержательной беседе. – Я ему позвоню, когда в такси сяду. У тебя, думаю, с четверть часа форы будет, постарайся использовать это время с толком. Придумай байку поубедительнее, на тему «Как я пробралась на охраняемый объект и попыталась умыкнуть клиента». Вану будет очень интересно. Надеюсь, у него найдется специалист соответствующего профиля.

– И не мечтай! – припечатала меня Кийоко. – Тебе все равно конец. И мы еще встретимся! И я!..

– Что ты?! Съешь мою печень?! Заставишь голяком бегать по центральной площади?! Ой, боюсь, боюсь! Или ты думаешь, что тебя отсюда вытащат?!

Девушка сверкнула глазами, заставив меня поежиться – если бы она умела метать молнии, я бы уже превратился в горстку пепла. Однако взгляда не отвел:

– Что, серьезно так думаешь? И кто же у нас такой герой?

Кийоко гордо меня проигнорировала, но и уступить в матче в «гляделки» не пожелала. И я, подчиняясь наитию, с издевкой поинтересовался:

– Уж не на Рэя ли надеешься?

Н-да. Уж в чем-чем, а в самообладании моей пленнице не откажешь – выражение лица у нее не изменилось, она даже не вздрогнула, но вот расширившиеся зрачки выдали ее с потрохами. Впрочем, мне данный факт облегчения не принес – какая разница, каким именно жерновом из пары меня молоть будет? Что Рэй, что ребята, скрывающиеся под загадочной вывеской «Sora» – одного поля ягоды. Или я все-таки спешу с выводами? По большому счету, вторжение Кийоко в мою личную жизнь первое свидетельство не в пользу Рэя, приключение в клинике на совести его (ее?) соперника. Потасовка в монорельсе пока бездоказательна, хоть я и склонялся к жертве почивших хакеров. С другой стороны, Кийоко хотя бы убить меня не пыталась. Вырубить и похитить – это да, этого не отнять. Но не убить. А может, и правда с ней рвануть? Познакомиться, наконец, с Рэем, поговорить за жизнь… глядишь, и отвяжется? А с «Sora» потом разберусь, обезопасившись хотя бы с одной стороны… не, бред. Таким способом можно лишь усугубить ситуацию, окончательно превратившись в часть системы и полностью утратив возможность взглянуть на происходящее со стороны. Пожалуй, нужно исчезнуть как Сингао Юэцу, да и как Денис Новиков особо не отсвечивать. Так что назад, к корням, то бишь первоначальному плану. Фиг с ней, с Кийоко. Будем надеяться, что Ван с ней не слишком жестоко обойдется.

Уж не знаю, что у меня во взгляде промелькнуло, пока я все эти думы думал, но моя пленница отвела глаза и разочарованно покачала головой.

– Все-таки уходишь?

– Жизнь заставляет, – философски вздохнул я. – Не хочется к Рэю в гости. Я бы еще подумал, если бы мне предложили встречу на нейтральной территории… а на твоих условиях – ищите другого дурака. Кстати, а ты не знаешь, что ему от меня надо? Нет? Или просто говорить не хочешь? Ну и ладно. Извини тогда.

Я легонько ткнул Кийоко в сонную артерию, подхватил обмякшую девушку и устроил поудобнее, в очередной раз прислонив ее спиной к стене. Скользнул взглядом по распахнутой куртке, с ностальгией вспомнив кое-какие эпизоды недавней совместной ночи, и нехотя направился к терминалу. Надеюсь, Ван не спит, потому что ему же в таком случае хуже – ждать я больше не намерен. У меня уже, фигурально выражаясь, земля под ногами горит.

«Денис?»

– Чего?

«Почему ты не выяснил, на чем попался?»

– А не пофиг ли?

«Если бы у нас была зацепка, я бы с вероятностью 87 % смог предотвратить повторение этой ситуации».

– Хорош нудеть.

«Эмоциональная окраска? Ты ее пожалел?»

– А что мне было делать?! – вызверился я, нимало не заботясь о том, как выгляжу со стороны. – Пытать, что ли?! Или измордовать, как меня в клинике?!

«Вопрос снимается, извини».

– Ладно, проехали! – махнул я рукой и устроился в коконе. – Так, Зевс, план меняется. Вызывай такси прямо сейчас…

«Подозрительная активность в секторе 12».

Этого еще не хватало! Я торопливо активировал монитор и уставился на картинку с камеры слежения. И незамедлительно убедился, что не зря Зевс озаботился взломом местной системы безопасности: судя по всему, в гости к Вану пожаловали оч-чень серьезные ребята – штатные средства оповещения не сработали, так что владельцы заведения до сих пор пребывали в счастливом неведении относительно нагрянувших неприятностей. Кто-то ломанул сеть, к гадалке не ходи. И этот кто-то не слабей Зевса. А то и помощнее – тот тоже сумел уловить ненормальность происходящего только благодаря анализу видео, поступающего с камер. Напрямую, минуя охранный сервер, что было бы невозможно при чуть меньших вычислительных мощностях, чем обладал мой напарник. Ненормальность же выражалась в том, что в подвальных помещениях того самого кабака, что располагался по адресу Мияги-стрит, 97 «а», шла интенсивная перестрелка, временами переходящая в рукопашные схватки с использованием холодного оружия. Разборку там кто-то затеял, короче. Несколько суровых парней перемещались компактной группой из помещения в помещение, целенаправленно экстерминируя всех встречных-поперечных, изредка разбегались, но потом неизменно воссоединялись и двигались дальше. И что-то мне подсказывало, что я этих товарищей знаю. Нет, сто процентов не дал бы, но… ага, а теперь дам! С одним из них я точно в монорельсе пересекался. Ч-черт!

– Зевс, наверху что?!

Невнятно, конечно, но напарник меня понял.

«Все спокойно. Картинку вывести?»

– Да на кой? Еще где-нибудь шухер есть?

«Ответ отрицательный».

Значит, нет у них точной наводки. И это единственное, что радует. Иначе они бы сразу к Вану вломились в приемную, а не пошли по длинному пути. Линять надо, пока не поздно! И не ждать такси, а искать другой способ.

– Зевс, что с воздухом?

«Судя по данным системы внешнего наблюдения, активность повышена. В радиусе двух километров не менее пяти единиц техники».

Ага, авантюра с трофейным глайдером отпадает, как раз в силу своего характера. Да и не добился я ничего от пленницы. Хотя в свете вновь открывшихся обстоятельств она может и передумать, вот только времени нет с ней возиться. С другой стороны, оставлять ее здесь стремно. Наверняка за мной явились гаврики. И предсказать, как они отреагируют, когда вместо нужного меня обнаружат в моем номере совершенно левую девицу, я бы не взялся. Может, просто плюнут, а может, и грохнут. Чтобы не повадно было.

– Как думаешь, засекут, если на глайдере рвану?

«Вероятность 91 %».

Это интересно, с какого перепуга? Они что, всех подряд шмонают? Ч-черт, судя по всему, именно так и есть. И ведь никто не рыпается! Серьезные товарищи, эти сецуна.

– Спасибо, обнадежил! – Я вырубил картинку с камеры – один фиг, ничего не поделаешь – и принялся изучать подробную схему коммуникаций подпольной империи Вана. Или не Вана, даже скорее всего не его – наверняка он обычный администратор. Но еще и это выяснять мне сейчас было совсем не с руки. – Как тебе вот этот вариант?

Я пощелкал курсором, убрав со схемы все, кроме маршрутов лифтов, и выделил один из участков цветом. Как по мне, то весьма перспективно – местечко довольно уединенное, и в стороне не только от моего нынешнего местоположения, но и от кабака. А что в самом сердце Трущоб, так это дело поправимое – я тут уже достаточно пошарился, чтобы представлять алгоритм действий.

«Вероятность избежать контакта с противником 61 %».

Маловато будет…

– Зевс, ты уверен?

«Нет, но я учитываю самое неблагоприятное развитие ситуации».

Понятно, подстраховывается. Ну и ладно. По всему судя, у ребяток моих точных координат нет, хоть кто-то и слил меня, это однозначно, вот они и полезли за информацией. Так что пока живем. Но как только они тряханут Вана, счет пойдет на секунды. Посему не буду искать от добра добра, а вместо этого сделаю ноги, как и советовал поступать в таких ситуациях тренер дядя Коля. И на совесть рыкнуть, чтобы сидела в самом дальнем закоулке и не мешалась под ногами. Кийоко, конечно, жалко, но не до такой степени, чтобы собственным здоровьем, а то и жизнью жертвовать. Впрочем, и совсем уж ее шансов лишать не дело.

Озадачив Зевса, я порылся в карманах, вооружился верным мультитулом и перекусил стяжки на запястьях и брюках девушки. Задержался на секунду, залюбовавшись ее поразительно безмятежным и беззащитным лицом – как будто спит и приятные сны видит, – и рванул к двери, подхватив по пути куртку.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити,9-е число месяца сигацу 85 года от П.В., раннее утро

Из царства Вана я выбрался благополучно, хоть и не без приключений – как Зевс ни старался, избежать нежелательных встреч не получилось. Наследие дяди Коли пригодилось дважды: сначала проверенным тычком в сонную артерию вырубил «коридорного», а затем приласкал банальным левым боковым оператора лифтов. Первый ошивался в неприметной комнатенке, служившей транспортным узлом – именно здесь пересекалось несколько лифтовых маршрутов, так что волей-неволей пришлось делать пересадку. Второй торчал в смежном помещении, оснащенном капсулой «виртуалки», но среагировал на удивление быстро, за что и был отправлен в глубокий нокаут. Вырубив камеры в ближайшей округе, я устроился в другой кабинке – чуть более тесной и аскетичной – и преодолел последний участок пути, затратив около пяти минут. Забрался далековато, но оно того стоило – теперь меня отделяло от проваленной явки не менее пяти километров. Причем выбрался я из шахты посреди очередного прогона, попросту остановив кабинку (опять спасибо Зевсу), отжав дверь и с трудом протиснувшись между стеной тоннеля и цилиндром капсулы. Судя по дизайну и внутренностям явно рукотворной пещеры, я снова оказался в лабиринте Таюки, чего и добивался. А дальше и вовсе дело техники – дойти в обратном направлении до первого попавшегося отнорка, поплутать с четверть часа, забирая по возможности наверх, и, наконец, вырваться из подземки на вольный воздух. Так что вскоре я уже осторожно выглядывал из… подъезда? Скорее всего, с поправкой на архитектуру Предтеч. Но не суть. Главное, у меня было укрытие, из которого я смог оценить обстановку, не рискуя запалиться. Система наблюдения покинутого убежища сейчас уже помочь не могла – далековато, но, судя по картинкам с камер, нападающие сворачивать деструктивную деятельность не собирались и почти добрались до приемной и ее обитателей. Глайдеры тоже никуда не делись. Ч-черт, утекает время. И рассвет скоро, вон, уже небо на востоке сереет. Того и гляди выглянет местное светило из-за горизонта, порадует первым лучиком. Вот тут-то мне и кранты.

Поежившись от предутренней свежести, я запахнул куртку и осторожно выбрался из здания, наплевав на мнительность. Пересидеть опасность в столь сомнительном укрытии все равно не выйдет, хочешь, не хочешь, а придется искать местечко получше. В идеале вообще бы за пределы Трущоб выбраться – в обжитых районах тех же копов корпоративных можно напрячь, хоть это и крайне нежелательно. Здесь же, по ходу, любой встречный является потенциальным лютым вражиной. Оно мне надо, со всеми прохожими махаться? А если их много будет? Вот-вот. Так что, как говорится, «stealth mode on», и дай бог ноги. Плохо, что у меня плана местного андеграунда нет, я бы вообще тогда на поверхность носа не казал. Но не судьба. Наугад по здешним подземельям можно плутать неделями, и не факт, что меня потом найдут. Так что на риск обнаружения я пошел сознательно, тщательно взвесив все «за» и «против». Осложняло прохождение маршрута и отсутствие вменяемой карты – спутниковые фотки Трущоб Зевс нашел, и я даже более-менее в них ориентировался, но с их помощью можно было лишь выдерживать общее направление. А вот перспективу, так сказать, сиюминутную приходилось оценивать на глазок, благо пока что сумерки мне помогали. Знай себе, укрывайся от изредка пролетающих мимо глайдеров – чисто на всякий случай. Судя по разнообразным эмблемам и значительной высоте, все они являлись частью обычного здешнего трафика. Наземных экипажей я почти не встречал, не говоря уж о скутерах и сегвеях – видимо, в этой части Трущоб деловая активность была так себе. Или время сказалось, «собачья вахта», самый сон.

Напрягал также тот факт, что к границе я должен был выйти в незнакомом районе – куда ближе оказалось одно из местных обиталищ богатеев, нежели та промзона, откуда я попал в Трущобы. И неизвестно, как отреагируют безопасники на мое появление. Впрочем, это проблема решаемая. Куда хуже то, что местность все время шла под уклон, и, судя по GPS, я сейчас находился уже на целых пятьдесят метров ниже уровня «цивилизации». Боюсь, пятиметровым уступом не отделаюсь. Придется лифт искать или лезть в подземелья в надежде выбраться наверх. Причем не знаю, что хуже. Но и по старому маршруту идти не вариант – как раз там меня и ищут. Все мои уловки со взломом базы морга и запутыванием следов, как показала практика, оппонентов не смутили. С другой стороны, пятьдесят метров это меньше двадцати этажей, не смертельно. Меня даже пожарная лестница устроит, главное, не спалиться.

А вот с этим могут возникнуть проблемы. Не в плане того, что меня снова каким-то невообразимым образом выпасут, а элементарно визуально засечь могут – светлая куртка на фоне темных развалин не катила абсолютно. Причем, что самое поганое, даже в потемках. Что уж про утро говорить, которое не за горами. Пришлось немного задержаться в очередной подворотне, и напрячь Зевса. Мои микроскопические помощники с задачей справились блестяще – куртка ожила уже через несколько секунд после того, как я мазнул зудящими кончиками пальцев по рукаву. Заморачиваться с выбором узора я не стал, и в этом вопросе полностью доверившись напарнику. Тот ожидания оправдал, сделав одежку угольно-черной. А потом, когда небо окончательно просветлело, и темень сменилась предрассветной серостью, цвет подкорректировал, преобразовав узор в неприметный паттерн. Прятаться от пролетающей техники стало гораздо проще, особенно с учетом накинутого капюшона. Тем не менее, на открытых местах я старался не отсвечивать, пробираясь, где это было возможно, сквозь полуразвалившиеся постройки. Еще заметил: в этой части Трущоб здания сохранились гораздо хуже, нежели в давешней промзоне. И завалов больше, и на соплях держащихся конструкций тоже. Чихать даже страшно – а ну как накроет рукотворной лавиной? Но и тут обошлось: большую часть застроенной территории я преодолел, умудрившись всего лишь раз поскользнуться и сверзиться в какую-то щель. Но относительно благополучно – ничего себе не отбил, и даже штаны не порвал.

К тому времени, как окончательно рассвело, я успел укрыться в полуподвале завалившейся на своего близнеца высотки, и теперь задумчиво созерцал открывшуюся перспективу. Весьма нерадостную, должен признать: прямо по курсу, метрах в трехстах от моего убежища, взгляд упирался во впечатляющий обрыв. Знаете, какие бывают на речках, или в оврагах? Вот примерно то же самое, только поверху вместо дерновой подушки неровно отломившееся дорожное покрытие типа асфальта, с торчащими тут и там обрубками труб, проводов и энерголиний – ни дать, ни взять, корни. А встречающиеся кое-где темные провалы тоннелей и обломанные коммуникации напоминали осколки костей и рассеченные артерии в колоссальной рубленой ране. Брррр!.. Чего-то не туда меня занесло…

Напророчил я, выходит, со «ступенькой». Только в высоте ошибся – тут не пятьдесят, тут все семьдесят-восемьдесят метров. Конечно, не отвесная скала, просто обнажившиеся миллионнолетние почвенные пласты, выветренные и обваленные кое-где, но все равно не заберешься, будь ты хоть Человек-паук. Тот самый, из комиксов. А я еще, наивный, по подземельям наверх пройти собирался.

М-мать! И ведь обратно не вернешься – судя по картинкам с камер, неизвестные боевики таки добрались до убежища Вана, повязали его самого и еще несколько человек персонала, и сейчас обшаривали все доступные схроны. Ладно, до транспортного узла пока еще не добрались. Но и там им ничего не обломится – придется прочесывать с десяток разнонаправленных линий. Снаружи тоже активность сохранялась, но, опять же, очень далеко от моего нынешнего укрытия. Только пара глайдеров начала круги нарезать, с каждым заходом удаляясь от кабака, служившего точкой отсчета. Но этих ждать надо не раньше, чем через час, такими-то темпами. Так что время еще есть. Вот только без понятия, что делать. Разве что вздремнуть – никаких толковых мыслей не было. Не лезть же, в конце концов, по стенке? Альпинистского снаряжения нет, да даже если бы и было, фигли толку? Засекут меня моментально, и схомутают. Или дадут заползти повыше, и возьмут тепленьким – куда я с обрыва денусь? Разве что вниз прыгну, навстречу тяжким увечьям. И это в самом для меня благоприятном случае…

– Зевс, как думаешь, откуда эта прелесть? – поинтересовался я, не отводя взгляда от обрыва. – Землетрясение, что ли?

«Вероятность 97 %».

– Нифига! А почему тогда остальной город не разрушен?

«Это не тектонический сдвиг. Это разрушение локального характера в результате схлопывания подземных пустот. Вернее, одной пустоты, но довольно крупной».

– Хочешь сказать, весь этот райончик над пещерой раньше стоял? А потом у нее свод рухнул?

«Не совсем так. Если бы рухнул свод, то провал был бы воронкообразный. Но на спутниковых фотографиях ничего такого нет. Скорее, разрушились опоры по периметру, и весь пласт осел относительно быстро. Поэтому и много башен сохранилось».

– Как-то сложно, – помотал я головой. – Естественным путем такое вряд ли получится организовать.

«А я и не говорю про естественный путь. Тут очень похоже на одновременный направленный подрыв опорных точек. Знаешь, как старые здания сносят?»

– Примерно представляю. Но там только гора мелкого мусора остается, а тут инфраструктура…

Стоп! Инфраструктура! Откуда-то же идет энергоснабжение местных халуп? И, если верить Зевсу, в одном только хозяйстве Вана потребителей столько, что тоненьким кабелем не обойдешься. А не поискать ли мне свежую энерголинию? Ту, которая была после локального светопреставления проложена? Я же верно понимаю, что Трущобы образовались при первых колонистах, то есть недавно? Или нет? Или это сами Таюки порезвились?

Как я и предполагал, развернутых данных касательно возникновения провала в открытых источниках отыскать не удалось. Зато мы с напарником доподлинно установили время появления аномалии – нечто непредвиденное стряслось в недрах под самым обжитым на тот момент районом города на седьмой год существования Колонии. Что и требовалось доказать. Еще одна загадка, пусть и не жизненно важная, но достаточно интересная, чтобы порыть в этом направлении. Потом, когда из Трущоб выберусь. А что выберусь, я уже не сомневался – нашелся-таки обходной маршрут. И не очень далеко, меньше, чем в километре от моего убежища. Судя по фотографиям, весьма любопытный образчик местной техногенной архитектуры – этакий мост, сваренный из разнокалиберной арматуры, вдоль которого протянут впечатляющий – не меньше трех метров в поперечнике – энерговод. Кусок этот соединял разорвавшуюся при давнем катаклизме «кишку» оригинального «кабеля», оставшегося от Таюки, и был к ней приляпан, что называется, наживую. Контакт никакой, материалы разнородные, как результат – безумные перепады напряженности поля и утечки энергии в никуда, сопровождаемые нешуточным перегревом. Вот и пришлось сделать с запасом латку. Впрочем, мне на это было плевать. Куда интереснее выглядели технические коммуникации, предназначенные для обслуживания гигантской даже с такого расстояния «гусеницы»: непритязательный открытый лифт, скользящий вдоль пары направляющих, проложенных по обрыву (абсолютно не мой вариант), и металлическая лестница типа пожарной, с удобными площадками, оснащенными перилами, и кое-где даже прикрытая полупрозрачным пластиком – надо думать, от ветра. Плюс внизу, в паре точек на маршруте и на самом верху просторные боксы-вагончики, предназначенные, скорее всего, для отдыха ремонтников. Все это я выяснил на сайте местных экстремалов, промышляющих банджи-джампингом и прочими безумными забавами, а потом еще и воочию убедился, когда минут через двадцать осторожного плутания по завалам оказался в непосредственной близости от искомого объекта. С этой точки пейзаж поражал еще больше – и обрыв, и «кишка» энерговода с «бахромой» мостков, и лифт, и даже лестница, практически терявшаяся на фоне разноцветных почвенных пластов. Кстати, я немного ошибся: склон вовсе не был вертикальным, но и пологим я бы его не назвал. Градусов так семьдесят, то есть при желании и на брюхе заползти можно, главное, скалистых выступов избегать. Вот там да, отвесные стены. Но, чем больше я всматривался в детали пейзажа, тем больше убеждался, что лестница наименьшее из зол. Да, могут запалить. А могут и не запалить. А если запущу лифт, то точно на неприятности нарвусь. Вывод? Иду по лестнице, неспешно и без выкрутасов. Фон нормальный, немного узор на куртке подкорректировать, и вперед. Уже с пары сотен метров меня фиг разглядишь. И сама лестница тому доказательство – без Зевса и цифровых фильтров я бы и сам ее не увидел. Так что надежда есть, главное, на последнем участке не запалиться. Глайдеры еще, чтоб их. Сунутся поближе, и кранты. Издалека-то не срисуют, у штатных оптических сканеров разрешения не хватит. А чем-то более серьезным такие машинки, как правило, не оснащаются. В конце концов, это всего лишь простенькие агрегаты для полетов в атмосфере, а не исследовательские катера, в которых аппаратуры напихано больше, чем в иных межзвездных кораблях.

Ну все, с Богом, пока совсем не рассвело. Хотя и тут беды большой нет, тень от обрыва укроет. Удачно я все-таки вышел, если бы изначально в другую сторону рванул, как раз бы сейчас на меня свет падал. А здесь шанс есть, и неплохой. Грех его упускать.

Покопавшись еще немного в настройках куртки и удовлетворившись результатом, я выбрался из укрытия и осторожно побрел к длинному бараку, образовывавшему периметр вокруг основания лифта и лестницы. До ближайшей стены из сэндвич-панелей добрался быстро и без приключений, а вот дальше возникла заминка – дверь обнаружилась неподалеку, но оказалась закрытой на магнитный замок. И прямо над ней мигали полусферы обзорных камер. Собственно, а чего я хотел? Не может такой объект быть необитаемым. Какой-то персонал постоянно в наличии – да хотя бы группа быстрого реагирования. Не спецназовцев, а ремонтников. Или оператор системы мониторинга, что для меня одинаково без разницы. Не спалиться, и ладно.

Проблема решилась элементарно – я просто замахнул на крышу барака, выбрав участок стены без окон. Труда это большого не составило, равно как и пробежаться осторожненько, без особого топота, по крыше и спрыгнуть во двор. Еще задержался на секунду у вентиляционного короба с нашлепкой стандартного контроллера, типа того, что я в вагоне монорельса видел. Наны привычно проникли в коммуникационный разъем, а я продолжил путь, не дожидаясь результата. Зевсу много времени не понадобилось, и к тому моменту, как я оказался во дворе, он уже оседлал систему видеофиксации. Внутри периметра укрытий нашлось довольно много – и пустые контейнеры из-под стройматериалов, и какая-то техника, и даже пара полуразобранных глайдеров. Тень, опять же. Камеры наблюдения Зевс быстренько локализовал, а некоторые и вовсе заставил, фигурально выражаясь, смотреть мимо, так что мне осталось лишь попетлять от одной мертвой зоны к другой, благо их здесь было достаточно. В конце концов, это всего лишь какая-то шарашкина контора, а не штаб-квартира Корпорации или хотя бы главный офис банка. При известной сноровке гуляй не хочу. Что я и проделал, повторно провернув трюк с заскоком на крышу, на сей раз приемного бокса лифта, служившего еще и тамбуром у лестницы. А дальше вообще дело техники – подпрыгнул, ухватился за перекладину, подтянулся и проскользнул под нижней трубкой перил. Добежав до ближайшей площадки, я затаился в самом затененном уголке и некоторое время наблюдал за двором. Никто не всполошился, даже, что удивительно, тревожные сирены молчали. Получается, прорвался? Ага, если Зевсу верить. Он во всем комплексе построек засек семерых человек, и ни один из них не проявлял признаков беспокойства, продолжая заниматься своим делом – кто в сети серфил, кто дремал у пульта, кто перекусывал. Пастораль и идиллия. Жаль только, что не для меня.

Не особо спеша и стараясь держаться ближе к обрыву, я преодолел десятка два пролетов и остановился. Организм вроде как не протестовал – в свое время пришлось в процессе тренировок поскакать с этажа на этаж под чутким руководством дяди Коли, так что нагрузка была привычная. Разве что сердце стучало чуть чаще, чем обычно, да потеть начал, что проблемы не представляло – мембранные подкладки штанов и куртки влагу впитывали очень хорошо, а со лба испарину сбивал заметный ветерок. Чую, выше он вообще разгуляется, надо будет осторожнее идти, не ровен час, снесет. Знаю я такие места, тут вечный ветродуй, как в какой-нибудь долине или в промежутке между длинными зданиями.

А красиво все-таки. Оч-чень, доложу я вам, живописные развалины. Чем-то архитектуру Гауди вид напоминал – такие же неожиданные плавные переходы, да и цветовая гамма, подчеркнутая освещением, соответствовала. Это ночью тут все казалось серо-черным, а сейчас и зелень проявилась, и множество оттенков красного с коричневым. И даже дымка голубоватая поверху, у среза дальнего обрыва. Этакий постап-романтизм.

С моей текущей позиции окончательно становилось ясно, что Зевс был прав в предположениях относительно происхождения котловины. Сверху, с высоты птичьего полета, впечатление было бы неполным – в этом я убедился, еще когда изучал спутниковые фотографии. А вот под таким углом картина весьма впечатляла. Плюс где-то глубоко в груди возникла хорошо знакомая щекотка – предчувствие тайны. Раньше, до того, как попал к Оружейникам, ничем таким я не страдал, а вот после приключений на Объекте-357 и еще пары случаев этот индикатор проснулся. И я пока еще не знал, как к нему относиться – как к несомненному благу, или неизбежному злу. Ну их, тайны, особенно инопланетные. Как показывал опыт, ничего хорошего они не несли. Скорее наоборот, всяческие неприятности в физическом и моральном плане сулили. С другой стороны, и без авантюр я уже не мог свою жизнь представить, потому и подставился Грегу с кэпом. Ч-черт, похоже, я постепенно в адреналинового наркомана превращаюсь. Ну его, короче, время не ждет. Мне еще шагать и шагать, а потом еще как-то с безопасниками в районе толстосумов договариваться, чтобы не измордовали в профилактических целях. В околоток-то я попасть не боялся, был бы самый идеальный выход – приняли под белы рученьки и доставили в безопасное место. В участке вряд ли до меня сецуна или подручные Рэя доберутся, отсижусь, отдышусь, опознаюсь как честный турист Денис Новиков, и выйду на свободу. Наверное.

А пока вверх, все выше, и выше, и выше. Вроде так поется в одной старинной песенке.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 9-е число месяца сигацу 85 года от П.В., утро

– М-мать! Как?! Нет, ну как?!

Я стоял у внешнего края лестничной площадки, ухватившись за перила, и в голос матерился, сопровождая взглядом пару хорошо знакомых глайдеров – тех самых, что над кабаком кружились, когда я из схрона линял. Пока что они целеустремленно перли ко мне, вернее, к подъемному комплексу, и сворачивать не собирались, из чего следовал единственно верный вывод: я снова попался. Ч-черт! И деться некуда – вниз не вариант, не успею, вверх – та же фигня. Разве что в этом направлении хоть как-то укрыться можно будет, еще несколько пролетов, и начнется оборудованная противоветровыми щитами часть лестницы. Пластик матовый, деталей через него не разглядишь, даже силуэт вряд ли проступать будет на фоне обрыва – тень все еще на моей стороне. Но это решение сиюминутное, меня бы такой финт ушами абсолютно не смутил, всего-то и надо, что высадить две группы – снизу и сверху. И никуда беглец, в данном случае ваш покорный слуга, не денется. А ведь я уже надеяться начал, что пронесло – всего треть подъема осталась. Что там моя любимая мерфология по этому поводу говорит? Следствие из второго закона Чизхолма: если вам кажется, что ситуация улучшается, значит, вы чего-то не заметили. Вот только чего?! А, блин! Не работал никогда частным детективом, и не надо было начинать!

Последнюю мысль я додумывал на бегу – нечего противнику задачу упрощать. Если нет возможности спастись, остается только продать жизнь подороже. С другой стороны, может, и обойдется – не похоже, что меня в том же монорельсе убивать собирались. Да и покойный Чжу хотел сначала информацию получить, а уже потом… но все равно, просто так сдаться не наш метод. Потрепыхаюсь еще. Иначе сам себя уважать перестану. Опять же, папенька не раз говорил: если не знаешь, что делать – тяни время. И приводил в пример некоего восточного мудреца, угодившего в неприятную ситуацию с шахом и ослом. Правда, в моем случае отсрочка не превысит нескольких минут, пока не войду в контакт с противником. А к этому знаменательному событию неплохо бы и подготовиться… да хотя бы по хорошо себя зарекомендовавшей методе «кудзи госин хо». Ну-ка, как там… он-бай-ши-ра…

Оказавшись примерно на середине последнего отрезка подъема и успев к этому времени активировать ступень «кай», обострявшую интуицию, я убедился в собственной правоте: неспешно приблизившиеся к лестнице глайдеры разделились – один ушел круто вверх, второй завис метрах в двадцати ниже. Как я и предполагал, высадили десант – две боевые тройки, причем верхняя ко мне оказалась чуть ближе. Да и вообще эта троица была потенциально опасней, хотя бы потому, что они будут спускаться, а нижние пойдут вверх, тратя силы. Вывод: терять мне нечего, буду прорываться по кратчайшему пути. Чего уж теперь-то убиваться. Одно бесит: как?! Как они меня находят так быстро?! Уже ясно, что вся предыдущая возня была всего лишь хорошо разыгранным представлением. С одной-единственной целью – загнать меня в мышеловку. М-мать!

Едва не потеряв концентрацию, я кое-как успокоил нервы и продолжил подъем, стараясь двигаться размеренно, в такт дыханию. Бежать бессмысленно, только выдохнусь, а так хотя бы на слух можно ориентироваться – вряд ли те, сверху, будут таиться. Им под горку, топать можно от души. А их подельники с глайдеров, висящих примерно на середине «вилки», меня вряд ли сдадут – говорил уже, что ни фига не видно через матовый пластик. Собственно, именно так и получилось. Приближение как минимум одного боевика я засек сильно заранее, попутно подивившись такой его беспечности – однозначно не спецназовец, те минимум двойками работают. И успел подготовиться к встрече, заняв позицию на лестничной площадке сбоку от хлипкого тоннеля.

Моя будущая жертва все-таки что-то заподозрила и сбросила скорость. Но и тихие шаги для моих обостренных чувств служили неплохим ориентиром, так что осмотрительность боевику не помогла – едва из прохода показался ствол пистолета, я сжался, а чуть позже, когда высунулся и нос его владельца, вбил левый хайто ему в горло. Понятно, что не носу, а владельцу. Прекрасно осознавая уровень опасности, осторожничать, как в клубе «Астероид», когда Асти у «золотой молодежи» отбивал, я не стал, так что удар получился точный и жесткий. Обратным движением заблокировав пистолет, добил болезного кулаком в висок – хороший такой чунцюань, по всем канонам синъи. Ноги боевика подкосились, и он упокоился на площадке, оставив вывернувшийся из ослабевших пальцев ствол в моей руке. Я тем временем снова укрылся в простенке и воспользовался возникшей паузой для изучения трофея. Поверженный враг меня уже не интересовал – будь он хоть киборг, такую плюху без последствий выдержать нереально. Минимум глубокий отруб обеспечен, а если сильно не повезло, то и летальный исход. Надеюсь, что нет.

Нечаянный «подарочек» разочаровал – мало того, что оказался простеньким игольником, типа того, что я у Кийоко давеча видел, только более топорного дизайна, так в него еще и «защита от дурака» в виде сканера отпечатков пальцев была встроена. Выщелкнув магазин, я убедился, что иглы в нем парализующего действия – с такими вещами шутить не принято, так что маркировке можно было верить. Хм. Похоже, прав я, убивать меня не хотят. Так что есть варианты, однозначно есть. Да вот хотя бы напролом рвануть. Там еще двое, уработаю как-нибудь.

– Зевс, готовься обезвредить токсин.

«Какого плана вещество?»

– Сам определяй.

Я без колебаний выковырял одну иглу, легонько ткнул первый попавшийся палец, и раздраженно отшвырнул использованный шип. Ухмыльнувшись самому себе (видел бы это дядя Коля, его бы карачун хватил), вернул магазин на законное место и взял игольник в правую руку, плотно обхватив рукоятку.

«Токсин парализующего действия, средней убойности».

– Отлично, – одобрил я напарника. Судя по «осиному укусу», все обошлось. – Ломай опознавалку. Сюрприз им будет.

«Процесс активирован. Прогресс 1 %. 2%. 3 %…»

Ладно, нечего ждать у моря погоды, мне еще двоих отоварить нужно. Судя по шагам и скрипу настила, второй как раз на следующем повороте между пролетами. Умный, козел. Сразу за авангардом не сунулся, решил выждать. Или на подстраховке остался. Впрочем, вряд ли это ему поможет…

Размеренно пересчитывая ступени и одним глазом косясь на счетчик прогресса, я дождался заполнения линейки, обернулся и пару раз выжал спусковой крючок, всадив иглы в загривок помятому боевику. Чисто для надежности, ибо в данном случае действовать согласно принципу «отмеряй микрометром, отмечай мелом, отрубай топором» было чревато. Я уж лучше тщательнее, как говаривал тренер дядя Коля, с непривычным для нашей семейки педантизмом. Целее буду в результате. Тем более, еще рисковать и рисковать. Вот прямо сейчас, например.

Прижав подбородок к груди, прикрывшись правым плечом и наплевав на дыхалку, я рванул вверх, с каждым шагом прибавляя скорости. Все равно в поле зрения номера второго оказался, и он дураком будет, если не попробует нашпиговать меня иглами с транком. Так что чем быстрее я до него доберусь, тем меньше дырок в моей тушке окажется. Штурм унд дранг, как говорится. Что характерно, угадал: в меня попали минимум пять раз (причем – сюрприз! – из двух стволов), но в мою пользу сработали плотная одежда и подгоняемые Зевсом наны. Лицо я предусмотрительно закрыл, а все остальное пусть и неприятно, но далеко не смертельно. Зато сейчас у меня кое-кто огребет! Хотелось бы на удивленную рожу этого «кое-кого» полюбоваться, да не судьба: оттолкнувшись от последней ступени, я врезался в боевика плечом, вплющив его в пластиковую стенку, отчего та недовольно загудела, но все-таки выдержала. Ну и хорошо, не хватало еще хрустящего крошева под ногами, или, того хуже, за шиворотом. Уловив периферийным зрением движение, я бросил в ту сторону короткий взгляд – третий боевик, не будь дурак, со всех ног уматывал. Ну и ладно, потом догоню. У меня сейчас есть, с кем разбираться. Отшатнувшись от ошеломленного противника, я от души засадил ему левым локтем в челюсть и для надежности насадил солнечным сплетением на колено, а потом без колебаний прижал ствол игольника к шее и нажал на спуск. А вот нехрен было со мной связываться. Пусть радуется, что всего лишь большую занозу из шкуры придется выковыривать. Хотя игольник штука достаточно мощная, при неблагоприятном стечении обстоятельств и насквозь прошить мог. Ф-фух, вроде живой, только вырубился с гарантией.

Оттолкнув безвольное тело, я прислушался. Ч-черт, похоже, последний самый умный – притаился и меня ждет. Ну и ладно, все равно другого выхода нет. Соответственно, я и заморачиваться не стал и шагнул на лестницу, держа игольник стволом вниз. Едва я оказался на лестничной площадке, как за спиной у меня мелькнула тень, и я поспешил развернуться, машинально подняв оружие. Правда, тут же его лишился – реактивный боевик легко выбил игольник у меня из руки, добавил мне в грудь основанием ладони, потом маэ-гери в живот, и крутнулся, выбросив ногу в классическом ура-маваси. Просчитался – я к этому моменту уже ушел вниз, присев на колено, и снес его размашистой подсечкой под опорную ногу. Парень (вроде один из тех, что обрабатывали меня в монорельсе) сверзился с высоты собственного роста, хорошенько приложившись спиной и затылком, а я рванул к пистолету, торопясь и оскальзываясь. Сцапав рифленую рукоятку, всадил пару игл поверженному противнику в щеку и было выдохнул облегченно, но тут снова что-то мелькнуло, и опять за спиной. Обернувшись, я ругнулся и опустил руки: напротив лестничной площадки висел знакомый глайдер. С внутренней стороны пластик пропускал свет лучше, чем с наружной, но все равно видно было не очень хорошо. Впрочем, рассмотреть интересующие меня детали это не помешало. Судя по размытому силуэту, в данный момент боковое окно глайдера было открыто, и из него высовывался еще один архаровец, вооруженный чем-то посерьезней игольника, как бы не пистолетом-пулеметом типа «ингрема» или какой-нибудь моделью «штайера». Все, приплыл…

Плохо осознавая, что делаю, я рухнул на пол и перекатился, укрывшись за вырубленным бедолагой. И вовремя: пластик украсился десятком рваных дыр, а потом рассыпался в то самое крошево, что я поминал недавно. Ч-черт, все-таки решили пришить меня! Ур-роды… вот я вам сейчас!

Папенька всегда говорил: смотри опасности в лицо. Всегда есть вероятность, что она сама испугается, а ты останешься в профите. Памятуя об этом его завете, я перетек из положения «лежа» в положение «на одном колене», поднял игольник, совместив целик и мушку на лбу боевика с автоматом, и плавно потянул спусковой крючок. Против ожидания, выстрелить не успел: как раз в этот момент откуда-то сверху рухнул еще один глайдер, такой же неприметный, но побольше и с рублеными обводами, и снес тушей экипаж неудавшихся охотничков. Все еще не веря своим глазам, я заторможенно подошел к перилам и успел разглядеть, как сбитый аппарат на порядочной скорости влепился в энерговод, и его незамедлительно прошил внушительный разряд. Корпус уцелел, а вот электронной начинке пришлось несладко. Соответственно, потерявший управление и тягу глайдер, кувыркаясь, понесся к земле, где его ничего хорошего не ожидало. Однако любоваться финальной сценой трагедии я не стал, перевел взгляд на угловатого спасителя, вынырнувшего снизу и зависшего в полуметре от лестничной площадки правым бортом ко мне. Дверца откинулась вверх, и я изумленно уставился в лыжные очки на пол-лица:

– Кийоко?!

– Я! Снимай куртку и прыгай сюда!

Ч-черт! Вот это поворот!

– Снимай куртку и садись, идиот! Они скоро вернутся!!!

Они? Ну да, второй глайдер. А куртка-то тут причем? Ладно, у всех свои тараканы, а уж у этой девицы тем более. Плохо, что глаз не видно, но по сжатым губам понятно, что она предельно серьезна. Придется довериться, она хотя бы пристрелить меня не пыталась…

– Довольна? – поинтересовался я, когда, содрав куртку, бестрепетно перемахнул щель между площадкой и летательным аппаратом, и рухнул в кресло.

– Более чем, – хмыкнула девушка и пшикнула мне в лицо какой-то гадостью из баллончика. – И, чтоб ты знал – я тоже умею учиться на ошибках.

Из баллончика. М-мать. Тут никакие наны не помогут…

Глава 5

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 9-е число месяца сигацу 85 года от П.В., утро

Возвращение к реальности получилось тяжелым – уж не знаю, чем таким Кийоко меня вырубила, но это вовсе не было похоже на нокаут. Там-то чего, свет выключился, и готово. Здесь же, такое ощущение, я просто погрузился в тяжкое забытье, этакую полудрему-полубодрствование, наполненное смутными видениями. Вроде бы мы куда-то неслись, выписывая отчаянные кренделя от бочек до мертвых петель, и, что самое удивительное, меня при этом не швыряло по всему салону, сокрушая безвольным телом приборы и оборудование. Я как будто был приклеен к креслу, хотя прекрасно помнил, что не успел пристегнуться. А потом вообще невообразимые кошмары навалились, каких в самых извращенных ужастиках не увидишь – бесформенные чудища с тентаклями, комки щупалец, мириады глаз на стебельках, и, что самое хреновое, все они пытались захавать мой мозг. В конце концов я не выдержал и заорал, когда влажное и липкое нечто с размаху приложилось мне по скуле… и открыл глаза.

– Очнулся?

Хм. Капитан Очевидность, только женского пола. Ладно, спалился, значит, спалился. Но ведь какой только фигни не насмотришься! Видимо, это мое подсознание так отреагировало на анимешные штампы.

– Эй, Дэн, очнулся?

Откуда она знает мое настоящее имя?! Тьфу, блин. Сам же ей так представился, еще в ночном клубе. И очень зря, как показала практика.

– Кха! Ч-чем это ты меня? – прохрипел я, тщетно пытаясь избавиться от мерзкого привкуса во рту. – Дай попить.

– Извини, нет ничего, – потупилась Кийоко.

Ну, то есть я так подумал – из-за чертовых очков приходилось ориентироваться лишь по эмоциональной окраске голоса.

– Экая гадость! Тьфу!

– Сочувствую, но ты не оставил мне выбора, – лицемерно вздохнула моя пленительница. – Я до сих пор не могу понять, почему транквилизатор на тебя не подействовал. Не просветишь?

– Секрет фирмы, – мстительно ухмыльнулся я. – Конфиденциальная информация, разглашению не подлежит даже под пытками. В случае чего я раскушу капсулу с ядом в зубе, и хрен ты чего добьешься.

– Серьезно?

Под очками этого видно не было, но, судя по морщинкам на лбу, она вздернула бровь в притворном изумлении. Поиграть решила? В добрый путь.

– Конечно нет, – немедленно отперся я. – Просто порву ремни и вырублю тебя. А потом перехвачу управление и сделаю ноги.

– Ну-ну…

Злорадствуй, злорадствуй. Будет и на нашей улице фура с пряниками. Наверное. И чуть позже. Потому что на данный момент у моей собеседницы имелись все основания для подобного отношения: я был надежнейшим образом притянут к креслу несколькими ремнями. Чем-то мое нынешнее положение напоминало ситуацию в подвале клиники, разве что там я лежал, а здесь сидел, и кое-какая степень свободы все же оставалась – я хотя бы пальцами мог шевелить. Чем и воспользовался, вызвав интерфейс «виртуального кабинета». А дальше уже дело техники – едва заметно дергая кончиками пальцев, я набил в командной строке:

«Зевс, активируй нанов».

«Э-э-э… каких?»

Шутить изволит?! Нашел время, право слово.

– Ты чего там шебуршишься? – насторожилась Кийоко. – Ремни не порвешь, даже не пытайся. Сиди и получай удовольствие.

– В плане?

– Я тебе вообще-то жизнь спасла. И не один раз.

– Что-то не припоминаю! – чисто из вредности да для поддержания разговора возмутился я.

И набил очередное сообщение напарнику:

«Издеваешься?! Запускай мелюзгу, пусть ей легкий сердечный приступ устроят».

«Действие невозможно. Связь с функциональными единицами отсутствует».

Как так?! Не должны они были так быстро передохнуть. Что-то здесь не чисто…

– Не удивительно, – хмыкнула между тем моя похитительница. – Первый раз я спасла твою шкуру, когда спровадила ребят-сецуна в полет в одну сторону.

– Допустим. И за это спасибо, – благодарно кивнул я – перетянуть ремнем еще и лоб Кийоко или искин катера не додумались. – Зато потом вырубила меня какой-то гадостью! И умыкнула!

– Нечего было сопротивляться. И не умыкнула, как ты выразился, а оторвалась от преследователя и затерялась в жилых районах. За нами никто не гонится, если ты еще не понял.

Да, этого не отнять. Судя по панораме, прекрасно просматривавшейся через круговое остекление кабины, мы и впрямь сейчас неторопливо летели над одним из спальных районов, не сказать, чтобы очень далеко от центра. И, что самое приятное, даже контуров полуразвалившихся башен Трущоб отсюда не видно. Стало быть, одна проблема разрешилась сама собой. Зато вторая никуда не делась. Похоже, от беседы с Рэем не отвертеться. Впрочем, давно пора пообщаться с этой загадочной личностью, желательно, на моих условиях. Но пока что инициатива на стороне Кийоко. О-хо-хо, видит Бог, я этого не хотел…

– Угу, – как можно язвительнее согласился я. – Не гонится. Вот только лечу я неизвестно куда, и вообще, перспективы у меня весьма туманные. Может, ты меня сейчас парням из «Sora» сдашь. Или в какой-нибудь подвал затащишь и разберешь на запчасти. Почем нынче органы?

– Какие еще органы?

– Человеческие! – с удовольствием добил я ее. – Почки, там, легкие… качественные – не пью, не курю. Разве что по бабам, кхм, это самое… ну, ты знаешь!

– Идиот!

«Зевс, готовься».

Судя по реакции, Кийоко на мои последние слова реально обиделась. Никак иначе интерпретировать ее молчание и раздраженное сопение было решительно невозможно. Собственно, именно этого я и добивался. Пусть подуется, как мышь на крупу.

– Эй, ты чего? – чуть позже поинтересовался я, подпустив в голос толику раскаяния. – Я же пошутил! Не надо меня на органы. И в поликлинику на опыты тоже не надо…

– Дурак!..

Ф-фух! И тут не подвела. Стандартная девчачья реакция. А я-то уже себе напридумывал всякого… еще бы до нее дотянуться, и дело сделано. Чертовы ремни.

Удобного случая ждать пришлось недолго – спальный район кончился, и Кийоко вынуждена была перестроиться в перпендикулярный, куда более плотный, транспортный поток, что незамедлительно сказалось на скорости передвижения. Глайдер рыскнул, ухнув на пару метров вниз, и очаровательная несмотря ни на что водительница поспешила переключить режим антигравитационного привода, для чего ей пришлось опустить руку на сенсорную панель в нижней части торпедо. Я незамедлительно накрыл ее ладонь своей, провел зудящими кончиками пальцев по бархатной коже, и примирительно произнес:

– Ладно, извини.

«Процесс активен. Прогресс 1 %. 2%. 3 %…»

– За что? – Кийоко раздраженно стряхнула мою руку и ухватилась покрепче за штурвал. – Ты мне совершенно безразличен. Вмешалась я только потому, что с тобой кое-кто хочет поговорить.

«Процесс завершен. Обнаружены посторонние включения. Вывести список?»

«Давай».

– А ты бука.

– Да пошел ты.

Хм… Интересный списочек. Ну-с, какую бяку вам устроить, госпожа моя Кийоко?.. Не будем оригинальничать, пусть будет банальный сердечный приступ. Нет, просто сердечная недостаточность, просто ярко выраженная.

«Зевс, начинай».

– Эй, красавица, а что это с тобой?

Кийоко как-то вдруг побледнела, лоб ее покрылся испариной, дыхание подозрительно участилось, и она, явно пересиливая себя, хлопнула по большому красному сенсору на панели переключения режимов.

«Зевс, хорош пока».

– Эй, дамочка, вы чего?

– Что-то мне… нехорошо…

Вижу, что нехорошо. Тем не менее, первым делом автопилот врубила. Уважаю.

– Может, сядем, пока не поздно? Не хочется с такой высоты гробиться, я, кхм, вчера вечером уже навернулся.

– Н-не переживай, мне уже лучше.

А вот это вряд ли. Дубль два.

«Зевс, полегоньку».

– Д-да… ч… то…

«Хорош».

– Может, в больничку? – иезуитски прищурился я, да еще и ухмыльнулся криво, хоть и пытался себя пересилить.

– Так… это… ты?! – прерывисто выдохнула Кийоко. – Как?!

– Что вы такое говорите, тетенька! – возмутился я. – Выпейте водички, может, легче станет.

«Зевс, пошел».

– С… к… ко-ти… на!.. – в несколько приемов прохрипела моя похитительница.

Глаза ее закатились, руки слепо зашарили по горлу, силясь протолкнуть в легкие порцию воздуха, а кожа начала стремительно синеть.

– Черт, Зевс, не перестарайся!!!

Девушку незамедлительно отпустило, и она ожгла меня ненавидящим взглядом. Правда, ничего не сказала – у нее нашлось занятие поинтереснее: заработавшие легкие принялись с удвоенной энергией прокачивать воздух, доставляя живительный кислород в кровь.

– В-все-таки это т-ты!..

– Ну да, – пожал я плечами. По крайней мере, попытался, насколько ремни позволили. – Ну что, будем договариваться?

– Будем! – выплюнула Кийоко. И немедленно скривила губы в язвительной усмешке: – Только на моих условиях.

– С чего бы вдруг? – хмыкнул я.

Вот упорная. Придется, видимо, повторить урок.

– С того, что нас опять засекли твои старые знакомые! – добила меня девушка. – Два глайдера, удаление сто и семьдесят пять метров. В третьем ряду сверху.

– Врешь, поди?

– А ты проверь.

– Как? Развяжи хотя бы.

– Не знаю, как. Твои проблемы. Только что-то мне подсказывает, что ты, шустряк, найдешь способ.

Хм. А тут она не так уж и не права. Зевс времени не терял, и я хоть сейчас мог перехватить управление машиной. Про обзорную систему и вовсе молчу. Другое дело, что из моего положения рулить не очень удобно, а ремни оказались сугубо утилитарной штукой с полностью механическими фиксаторами, которые никаким нанам не по зубам. К тому же меня останавливало еще одно важное соображение: в отличие от меня, Кийоко полностью владела оперативной обстановкой. Попросту говоря, для нее оторваться от преследователей и найти подходящее укрытие труда особого не составит. А вот мне придется голову поломать. И, что самое досадное, с абсолютно непредсказуемым результатом.

«Зевс, проверь».

«Ответ положительный. Подозрительная активность – два глайдера, удаленность девяносто восемь и семьдесят три метра соответственно. Третий ряд, верхний горизонт».

– Ладно, красотка, уговорила! – сдался я. Хотелось бы надеяться, что физиономия у меня сейчас соответствует случаю, то бишь весьма скорбная. Лишь бы не переиграть. – Говоришь, Рэй меня хочет видеть?

– Нет, – легко отказалась от своих слов Кийоко. – Я говорила, что кое-кто хочет тебя видеть. Понятия не имею, что за Рэй.

– Ну да, ну да, – хмыкнул я. В очередной раз, ага. – Будем считать, что ты никого не сдала. Развяжи меня, и полетели.

– Не дождешься.

– Хм… а чего это у тебя щеки побледнели? И пульс участился?

– Ур-род!.. Т… ты!..

– Так развяжешь?

– Д… да!!!

«Зевс, закругляйся».

– Ладно, еще раз, – устало вздохнул я. – Ты меня развязываешь, и мы летим к этому самому, как его… не важно. Ты не пытаешься меня больше вырубить, я не делаю тебе больно и страшно. Договорились?

– Договорились! – сверкнула очками девушка. – Козел!

– Да хоть горшком назови, только в печь не толкай, – усмехнулся я.

– Что?

– Ничего. Развязывай, и погнали! Эти вон перестраиваются.

– Черт!

Ну, наконец-то! Вот все в девчонках хорошо – и лицо, и грудь, и попа. Только тормозные донельзя. А еще вредные и гордые. И вообще… впрочем, пофиг, именно за это мы их и любим.

Кийоко одним нажатием на стопор освободила меня от пут, и я смог вдохнуть полной грудью. Да и суставами поскрипеть – конечности порядочно уже затекли, как пальцами шевелил, сам не пойму.

– Пристегнись, придурок.

– Я тоже тебя люблю, крошка! А-а-а-а, м-мать!!!

Должен признать, Кийоко оказалась классным пилотом. Я даже с Энди (царствие небесное) так не пугался, когда он в бытность нашу на Пандоре весьма оригинальным способом от аномалий уворачивался. Хотя что-то общее было, этого не отнять: в первый же миг после заключения договора клятая девица бросила глайдер в штопор, наплевав на правила воздушного движения. А учитывая, что летели мы чуть ли не в центре мегаполиса, ощущения получились даже не острыми, а… не знаю, как выразиться. Тело само среагировало истошным криком. Надо отдать Кийоко должное, с задачей она справилась блестяще: выровняла летательный аппарат чуть ли не в паре метров от дорожного полотна, по которому плотным потоком неслись нескончаемые колесные кары, скутеры и сегвеи, чудом разминулась со встречкой (громадной фурой, я и не знал, что такие до сих пор используются), ввинтилась в крохотный зазор между парой грузовиков чуть поменьше, и на той же дикой скорости умудрилась свернуть в неприметный переулочек. Даже, скорее, тоннель – довольно широкий и высокий, метра три-четыре, но трюк от того не стал менее сложным. Не мудрено, что преследователи нас тут же потеряли. По крайней мере, мне так показалось, но для верности я снова напряг напарника, воспользовавшись все еще активированным виртуальным пространством.

«Зевс, обстановка».

«Контакт потерян. Вероятность повторного обнаружения – 63 %».

– Многовато, – хмыкнул я вслух, и тут же сам себя обругал мысленно – не дело палиться перед временным союзником. Хотя чего уж…

– Что? – незамедлительно вскинулась Кийоко.

– Многовато напустил, – криво ухмыльнулся я. – Подгузник не выдержал.

– Очень смешно, – надулась девушка. – Мог бы и спасибо сказать.

– Спасибо, – с серьезным видом кивнул я. – Спасла от смертушки лютой, матушка. Вот только з… з-заикой сделала.

В ответ Кийоко фыркнула и поддала газку, умудрившись в последний момент обогнуть неспешно тащившуюся прямо по курсу машину. Я испустил горестный вздох и покрепче ухватился за подлокотники – сам напросился, теперь приходится расхлебывать. Главное, что действовала девчонка с умом: не отсвечивала на верхнем горизонте, между нашим глайдером и потенциальными соглядатаями постоянно оставались преграды в виде разнообразного транспорта. Жаль только, что от камер наблюдения таким макаром не укрыться. Впрочем, и это моя невольная союзница предусмотрела – пропетляв минут десять по всяческим переходам, тоннелям и на редкость замороченным развязкам, мы нырнули в подозрительную червоточину, проигнорировав знак «Ремонт трассы».

– А нас тут не того?.. – счел нужным уточнить я. – Не присыплет? Это же катакомбы Предтеч?

– Ну и что? – невозмутимо пожала плечами Кийоко. – Зато теперь точно оторвались.

– Еще бы для полного счастья транспорт поменять, – мечтательно вздохнул я.

– Зачем? Сора нас и так потеряла.

– Знаешь, меня последние несколько дней приучили к пессимистичному взгляду на жизнь, – покачал я головой. – И на то есть причины. Так что, будь добра, доставь мне удовольствие.

– Нет, – ушла в отказ та. – Попадемся еще быстрей. И вообще, не парься. Я обещала тебя вытащить, и обещание исполню. Немного осталось.

– До чего?

– До места назначения.

Исчерпывающе. Такое ощущение, что играет со мной в испорченный телефон. Или умышленно мозги пудрит. Или машинная логика нет-нет, да и пробивается. Хотя с чего бы? Нормальная девчонка, хоть и со странностями…

– Хм… а позвольте поинтересоваться, мэм?

– Сам увидишь.

Сказала, как отрезала. Ну вот, типичнейшая представительница прекрасного пола. Только они умеют так упираться в, казалось бы, простейших бесконфликтных ситуациях. Ну и черт с тобой. Все равно узнаю, а маршрут Зевс проследит. Ему это раз плюнуть – функциональные единицы, то бишь нанов, он способен позиционировать с точностью до десяти сантиметров. И это с орбиты, прошу заметить.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», окрестности Синоби-Сити, 9-е число месяца сигацу 85 года от П.В., день

Есть у папеньки привычка – когда его окончательно достанут подчиненные, громогласно обещает уехать в глушь, в провинцию, и стать фермером. Тренер дядя Коля в такие моменты всегда понимающе усмехается, но от комментариев воздерживается. Видимо, было что-то такое в их совместном прошлом. Я, впрочем, не интересовался. Побывав однажды в гостях у прадеда по материнской линии, который по какой-то прихоти коротал остаток жизни в деревне, ваш покорный слуга получил надежную прививку от подобной экзотики. Действительно, чего я там не видел? Особенно в суровую новооймяконскую зиму. Соответственно, и неприятие такого образа жизни сохранял вплоть до сегодняшнего дня. И теперь, будучи умудренным аксакалом – по сравнению с собой вчерашним – понял, что был не прав. Есть в деревне что-то притягательное, необъяснимое с рациональной точки зрения. Только раньше я этого не замечал. Наверное, не припекало так в городе. Плюс не самые приятные воспоминания о приключениях в сельской местности некоей Колонии Пандора. Так что простительно мне. Главное, прозрел в конце концов. К чему это я? Да очень просто: почувствовал вдруг удивительное спокойствие, даже, я бы сказал, умиротворение, едва на горизонте нарисовалось несколько бликующих на солнце (то есть местном светиле, конечно же) куполов, окруженных со всех сторон бескрайним морем какого-то злака. Очень может быть, что того самого эндемика, заменившего колонистам рис. Я про эту культуру почти ничего не знал, поэтому подсознательно ожидал от фермерских хозяйств непролазных болот – а по-другому назвать заливные поля со скользкими межами язык не поворачивался. А тут этакая пастораль! Прямо разрыв шаблонов.

– Чего лыбишься? – насторожилась Кийоко.

Последние минут двадцать она особо не утруждалась – врубила автопилот (между прочим, оставив без внимания очередной мой удивленный взгляд), и наслаждалась бездельем, со скучающим видом созерцая пейзаж.

– Да так, – отмахнулся я.

Откровенничать не хотелось. Еще неизвестно, как беседа с таинственным покровителем девицы сложится. Может, придется изгаляться, припоминая папенькины тренинги – то еще удовольствие, между прочим. Чисто для примера: когда я был совсем мелким, он периодически втягивал меня в игру «отмажься от матушкиного задания». Казалось бы, куда проще: заговори зубы любимой родительнице, когда та вознамерится запрячь сынулю убираться в комнате или мыть посуду. Она совершенно справедливо считала, что нефиг отпрыскам расти мажорами, и частенько грузила нас домашними делами, несмотря на наличие обслуживающего персонала. Но это только если не знать мою маман. В таких ситуациях она проявляла обычно не свойственную ей принципиальность (подозреваю, что с папенькиной подачи), так что проще было сразу согласиться, нежели заниматься словесной эквилибристикой. Тем более, в столь нежном возрасте. В первый раз я, кстати, так и поступил. Потом пожалел – папенька тоже оказался не сахар. Попал, что называется, между двух огней. Пришлось выкручиваться. С годами же задания такого рода становились все сложнее и сложнее, но и я в итоге наловчился так уворачиваться от всяческих поручений, что в универе прослыл отчаянным бездельником. Во всяком случае, от рутины типа субботников и от уборки комнаты в кампусе, равно как и от готовки, успешно откосил. Правда, скомпенсировал это дело добровольным заточением в лаборатории на все пять лет. Но это так, к слову.

Из города мы смотались на удивление тихо – закрытый в связи с ремонтом тоннель вывел нас практически на окраину, да еще и в опасной близости от Трущоб. Да что там – именно в Трущобах мы и выбрались из червоточины. В том самом циклопическом обрыве, ага. Только в противоположной стороне от злосчастной лестницы, к тому же на том участке склона, который незаметно переходил в обширное поле, заставленное искореженной техникой времен Первой Высадки. Компании, что организовывала освоение мира Таюки, достались допотопные и к тому же одноразовые транспорты цивилизации Амку-Амку – довольно примитивных по меркам остальной Галактики разумных, славившихся лишь поражающими воображение размерами кораблей, но никак не их техническим совершенством. По факту, у колонистов был билет в один конец. И лишь теперь, поглазев на остовы здоровенных контейнеров, служивших некогда пассажирскими боксами, я понял, почему люди изначально начали осваивать то место, что впоследствии превратилось в Трущобы – просто этот район располагался ближе всего к единственной в округе удобной посадочной площадке. Нигде больше организованно разместить такое количество летающих гробов с отработанными прыжковыми двигателями не представлялось возможным.

Свалку мы пересекли быстро, хоть Кийоко и осторожничала, что проявлялось в несколько меньшей скорости и отсутствии сомнительных маневров. Тем не менее, представление о районе я получил. Плюс напряг Зевса, и вскоре разжился краткой справкой из местной «википедии», пролившей свет на мрачную историю и не менее мрачное настоящее этого места. Судя по описанию, оно давно уже превратилось в клоаку хуже, нежели недоброй памяти Трущобы – там хоть какая-то цивилизованная жизнь теплилась. Здесь же безраздельно властвовали нищета и беззаконие. Самое дно, и снизу однозначно не постучат. Чего только стоил тот факт, что кладбище старинных межзвездных транспортов действительно являлось таковым и для людей, причем одним из крупнейших – сколько здесь упокоилось преступного элемента, никто не знал. Но корпоративные копы подозревали, что следы подавляющего большинства без вести пропавших можно отыскать именно тут. Правда, никому этого не надо. Сами копы не дураки соваться в излюбленное место разборок мафии.

Нагромождение гнилых остовов сменилось изрытым кратерами полем – стартовой площадкой каботажных челноков из тех же времен. Никто данную местность не утюжил артиллерией, все ямы оказались результатом воздействия опорных движков на реактивной тяге. Хорошо хоть, выхлоп не фонил, радиоактивный фон нормальный. С другой стороны, растительность уже почти сотню лет не могла отвоевать утраченные позиции.

– Впечатляет? – поинтересовалась Кийоко, заметив мой ошеломленный взгляд.

– Угу, – кивнул я. – Загадили все порядочно. Конкистадоры хреновы!

– Тут еще и Клан постарался.

– Шутишь?!

– Нет. Двадцать лет назад они зачем-то попытались восстановить технологию Амку-Амку. Это поле использовалось в качестве полигона.

– А нафига им это понадобилось?

– Не знаю, – помотала девушка головой. – Вероятно, работали по заказу. Наверняка в Галактике найдутся места, где вот такой примитив придется к месту.

Это точно. Условия везде разные, и то, что для нас даже не вчерашний день, где-то окажется куда эффективнее самых навороченных антигравов. Я, помнится, и сам не так давно убедился, что Галактика весьма опасна – Биржа это наглядно продемонстрировала.

На том разговор и заглох, а вскоре под днищем глайдера потянулась дикая пуща – по крайней мере, просек или высоковольтных линий (да-да, кое-где и такой примитив использовался) я не видел. Учитывая плотность населения и патриархальный уклад жизни вне мегаполисов, не хотелось бы где-нибудь здесь рухнуть – выбирайся потом, ускользая от хищников. На мое счастье, лесистая местность закончилась относительно быстро: мы пересекли полосу километров в пятьдесят в поперечнике и вырвались на степные просторы, кое-где разбавленные рощицами и отдельно стоящими купами деревьев.

– Далеко еще?

– Около двухсот километров, – незамедлительно отозвалась Кийоко. – Еще минут двадцать лёта.

– Хм… Кого боится твой покровитель?

– Никого, – удивилась девушка. – С чего ты взял?

– Ну как же… в такую глушь забрались!

– Это всего лишь тайная база, даже больше санаторий. В городе так не расслабишься, – пояснила Кийоко, и невозмутимо врубила автопилот. – Наслаждайся видом. Когда прилетим, еще и воздух оценишь, и обратно не захочешь.

– Звучит двусмысленно, – хмыкнул я, но развивать тему не стал.

Подождем, увидим. Кстати, а куда мы вообще забрались?..

Зевс не подвел – судя по точке на карте, мы двигались над феодом некоего Такэда Горо. Хм. Пятый сын. Красноречивое имя. Не удивительно, что парня из сословия сидзоку, да еще и с такой фамилией, загнали в деревню, поднимать сельское хозяйство.

– А господин Такэда Горо возражать не будет, что мы над его землями летаем? – на всякий случай уточнил я.

– Да ему все равно, – отмахнулась Кийоко. – Сидит в городе, просматривает отчеты и занимается стратегическим планированием. Если, конечно, по ночным клубам или борделям не мотается. Пятьдесят на пятьдесят.

Н-да. А я-то подумал! С другой стороны, если технология отработана десятилетиями, конкурентов нет, и все, что требуется – обеспечить хлебом насущным заранее известное количество потребителей, то и утруждаться особо нечем. Удивительно, что соотношение дела и потехи такое – видать, господин Горо все-таки ответственный тип. Или занятие это ему нравится. Почему бы и нет, собственно?

– А с местными вы в каких отношениях?

– Ни в каких. Они про нас не знают.

– Взломали что-то автоматическое?

– Да, – кивнула девушка. И, неожиданно сняв лыжные очки, окинула меня насмешливым взглядом: – А ты периодически поражаешь умом и сообразительностью.

– Да, я такой! – подыграл я.

На самом-то деле муторно – завезет меня сейчас в е… тьму-таракань, и выберись потом, ежели что. Так и придется глайдер отбивать. Хорошо хоть, Зевс уже его под контроль взял, не потеряю много времени. А вот с навыками пилота у меня не очень, оторваться будет проблематично. Спрятаться в чистом поле тем более.

– Да не грузись ты, – правильно поняла мои сомнения Кийоко. – Босс товарищ адекватный, договоритесь.

– Эх, твоими бы устами…

– Что?!

– А, не грузись! – отплатил я той же монетой, и угрюмо замолчал.

Впрочем, угрюмость вскоре куда-то улетучилась. Вопреки ожиданиям, пейзаж повлиял на меня умиротворяюще, и я в конце концов расслабился, удивляясь самому себе. Видел бы меня сейчас дядя Коля, однозначно бы живительных звездюлей отсыпал…

– Подъем, соня!

Я помотал головой, прогоняя сонную одурь (надо же, отрубился!), потер бок (Кийоко не придумала ничего лучше, как садануть меня локтем по ребрам) и уставился в окно. Вид, надо сказать, не впечатлял – те самые вышеупомянутые купола на горизонте, едва различимые на фоне колышущегося зеленого моря. Бросив взгляд на так и не деактивированную карту, мысленно застонал. Угораздило же оказаться у черта на куличках! Хрен сбежишь. Хотя… и сецуна вряд ли меня здесь достанут. По крайней мере, я очень удивлюсь, если они вдруг появятся. Иначе как предательством Кийоко этот факт объяснить будет трудновато. Ну и пофиг! Как говорил Наполеон, главное, ввязаться в драку…

Глайдер стремительно проглотил остававшиеся до фермы (или чего там еще) жалкие километры, и Кийоко недрогнувшей рукой направила его на крайний купол. Он выглядел крупнее остальных и оказался ангаром для воздушной техники. При нашем приближении часть стены растаяла, открыв достаточно большой проход, и аппарат проскользнул внутрь. Поверхность у нас за спинами сразу же восстановилась – вот оно, главное преимущество силовых полей! – и моя невольная напарница филигранно пристроила глайдер на специально для этого предназначенной площадке в центре помещения.

– Вылезай, приехали.

– Уверена?

– Абсолютно.

– Что-то не вижу комиссии по встрече.

– Всему свое время! – отрезала девушка. – Выметайся. Пойдем в соседний купол, там есть мебель и холодильник. Не знаю, как ты, а лично я проголодалась.

– Главное, лицо мне не обглодай.

– Дурак!

Ха-ха три раза. Какие вы все-таки предсказуемые. Впрочем, делать нечего, придется тащиться за проводницей. Желудок, кстати, уже недвусмысленно дает знать, что Кийоко права. Так что будем надеяться, огневой контакт мне не грозит – пуля в плотно набитом брюхе вещь неприятная. Дядя Коля врать не будет…

– Ты идешь?!

– Конечно-конечно, дорогая!

Обещанные удобства и впрямь нашлись в ближайшем строении, на поверку оказавшемся резервным операторским пунктом оросительной системы, обслуживающей округу. Это выяснил Зевс, когда я подсадил нанов в первый попавшийся электронный блок – пульт электромагнитного замка, на котором Кийоко набрала какой-то код. Вот как, получается. Чинно и благородно, чтобы, не дай Бог, не привлечь внимание админа местной сети. С другой стороны, девушка чувствовала себя как дома, что тоже о многом говорило. Хотя кому какое дело до полностью автоматизированной станции, исправно отвечающей на запросы контроллеров? Есть свои преимущество у глуши, однозначно есть.

– Устраивайся! – приглашающе махнула рукой Кийоко, протопав мимо пары кресел к компактному холодильнику. – Разносолов не обещаю, но сэндвичи подогрею. Тебе какие?

– Какие есть, только побольше! – Я провалился в мягкие объятия анатомической сидушки и откинулся на спинку, мечтательно уставившись в прозрачный потолок. – Хорошо-то как! Никто не гонится, никто не хочет настучать по организму!.. И с разговорами сомнительными не лезет…

– Молодец, что напомнил, – оживилась девушка. – У меня есть к тебе пара вопросов…

– Стоп-стоп-стоп! Мы так не договаривались. Беседую только с боссом. Или это ты и есть?!

– С ума сошел?! – усмехнулась Кийоко, швырнув мне запаянный в полиэтилен сэндвич. – Но он скоро будет.

– Ну-ну…

А ничего так бутер, вкусный. Особенно с голодухи.

– Слушай, Кийоко… тьфу! А уменьшительно-ласкательная форма есть? Задолбался уже, если честно.

– Нет, – отрезала девушка, устроившаяся в кресле напротив.

– Тогда я буду звать тебя дитё.

– Только попробуй!

– Что, прибьешь? – вздернул я бровь. – Кстати, дитё, а нафига ты меня отравить пыталась?

– …!

– Фу, как некультурно!

– Это чтобы до тебя дошло, – пояснила Кийоко. – Думал, расслабилась? Не дождешься.

– Попытка не пытка, – пожал я плечами. – Сама посуди: обстановка располагающая, ты не связана и даже одета. Вполне можно рассчитывать на чуточку благожелательности.

– А это я тебе еще припомню!

– Да ладно… подумаешь, труселя видел… да, маечку еще. Помнится, не так давно я и то лицезрел, что под ними скрывается. И ничего, ты даже не возражала! Эй, хорош едой швыряться!

– Какой же ты все-таки козел! – взъярилась девушка. – Типичный мужик. Никогда вы не упустите случая позлорадствовать! А уж похвастаться тем более!

– Ты, кажись, попутала, подруга! – возмутился я. – Это где же я хвастался?!

– Здесь! И сейчас!

– Хм… а тебя ничего не смущает, дитё городское? Перед кем хвастаться-то? Перед непосредственной участницей действа?..

– Зато напомнил! – не пожелала сдаться Кийоко. – Самолюбие потешил, да? Козел!

– Ладно, хоть сам факт не отрицаешь, – вздохнул я, припомнив подробности нашего общения в схроне. – То есть не расскажешь?

– Что?

– Зачем меня отравить пыталась.

– Не отравить, а только парализовать. Босс попросил. Ты ведь неуловимый, Дэн.

– Не я такой, жизнь такая.

Ага, что-то на философию потянуло. А ведь верно – я или в разборки встревал, или прятался. Так что шансов на общение у Кийоко и ее загадочного босса почти не было. Но все равно можно было просто подойти и попросить, а не пробираться под покровом тьмы и не пулять стрелками с транком.

– Все крутятся, как могут, – отплатила той же монетой девушка. – В большом городе это нормально.

– Ну, допустим, – задумчиво побарабанил я пальцами по подлокотнику. – А зачем я боссу? В общем и целом?

– Не знаю, – слишком быстро отмазалась Кийоко. – Нужен. Он мне не сказал. Велел доставить для разговора, и все.

Врет, шельма! Глазенки-то потупила, да и раскраснелась – совсем чуть-чуть, но для Зевса нюансы уловить не проблема. И сердечко забилось шустрее – от нанов такое не скроешь. Кста-а-ати!

«Зевс?»

«Связь с функциональными единицами восстановлена».

«Чего?!»

«Стандартное системное оповещение. Чего хотел, Денис?»

«А-а-а! Ладно тогда. Похоже, придется еще разок на мою спутницу надавить».

«А тебе не кажется, что мы уже выходим за нормы морали?»

«Ничуть. Мне нужна информация. И с каких пор тебя мораль начала беспокоить? Давеча не заморачивался!»

«Тогда речь шла о твоем спасении».

«А сейчас чего?!»

«Непосредственная угроза отсутствует. Вероятность нападения 0,01 %».

Ч-черт! Похоже, напарник уперся. Ничего, своими силами обойдусь.

– Скажи хотя бы, кто твой босс, – предпринял я еще одну попытку разговорить девушку.

– Нет.

– Обоснуй!

– Может, мой ответ вас больше удовлетворит, Денис? – донеслось откуда-то из-за моей спины, и я поспешил обернуться.

Н-да. Вот чего угодно ожидал, но только не явления народу Кийоко версии 2.0. Если за исходную принять ту девушку, что сейчас занимала кресло рядом. Хотя правильнее было бы отдать пальму первенства новоприбывшей – именно так она выглядела при первом знакомстве в клубе «Амэя». Те же очки, та же кожаная броня, и даже мордовороты те же. Вот это влип! Что может быть хуже разъяренной девицы? Правильно, две таких же.

– Ты кто? – хмуро поинтересовался я у гостьи.

Папенька всегда говорил, что если озадачить собеседника вот так, в лоб, то он в подавляющем большинстве случаев теряется. Казалось бы, простейший вопрос. Но столько возможностей! Впрочем, в моем случае не прокатило.

– У меня много имен, – невозмутимо отозвалась Кийоко 2.0. – Как только не называют – «звонок», «ничего», «дух». И все правы. Просто стандартный английский не дает прочувствовать все оттенки. Я Рэй.

Ну что сказать? Если честно, то не удивлен. От слова вообще. Но кое-что уточнить не помешает.

– Приятно познакомиться, – коротко поклонился я, не потрудившись оторвать зад от кресла. – Польщен. Такая красота, и в двойном размере!

– А ты забавный, Денис Новиков, – иронично скривила уголки губ Рэй. – Но ты немного ошибаешься – мы знакомы.

– Хм?..

– Это я была в клубе «Амэя».

Упс…

– Извини, Кийоко, – потупился я, перехватив взгляд недавней напарницы по побегу. – Ч-черт, неловко вышло. Тогда, в номере. Да и сейчас…

– Извинения принимаются, – сухо кивнула та.

– Надеюсь, ты не в претензии, подруга? – сверкнула Рэй очками в сторону двойника. – Скажу тебе по секрету, он очень даже ничего.

– Кхм-кхм!..

– Дэн?

Я указал взглядом на навостривших уши мордоворотов, и Рэй как ни в чем не бывало продолжила:

– Мальчики, подождите за дверью. Он нам ничего не сделает. Ведь правда, Денис?

– А как же! – ухмыльнулся я. – До сих пор в шоке, потому временно недееспособен. Во всех смыслах.

Кийоко мило зарделась, Рэй же понимающе усмехнулась и направилась ко мне. Вернее, к моему креслу. И то верно – немного напряжно постоянно башкой вертеть. Да и для здоровья полезней их обеих в поле зрения держать.

– Прошу! – Я выпростался из кресла и галантно придержал Рэй за руку, пока она устраивалась на моем месте. – Не возражаете, если я на стол присяду?

– А постоять в присутствии дам никак? – съехидничала по примеру босса Кийоко.

– Вы уж простите великодушно, но я себя как двоечник на приеме у директора школы чувствую, – отмазался я. – Директрисы. Двух сразу.

– У него стресс, подруга, – подыграла мне Рэй. – Простим ему это маленькое отступление от этикета.

И закинула ногу на ногу. Руки, правда, с удобством разместила на подлокотниках, так что трактовать позу в качестве защитной я не спешил. Да и вообще, похоже, меня сейчас проглотят и не подавятся. И черт с ними! Если уж попал в такую, хм, двойственную ситуацию, нужно расслабиться и получать удовольствие. На полную катушку, чтобы потом не было мучительно больно. Хотя в моем случае может оказаться и наоборот. Бабы, они такие.

– А вы двойняшки? – поинтересовался я, присев на краешек стола.

– В какой-то мере, – кивнула Рэй. – Кийоко мой прототип.

Вот это номер! Перед глазами мелькнули сцены из памятной афтерпати, но я усилием воли прогнал соблазнительные картинки. Надо же! Я переспал с андроидом! Такого со мной даже во времена безусой юности не случалось, в самый разгар гормонального взрыва. Считал ниже своего достоинства использовать специализированных созданий из веселых заведений, что прятались в тихих пригородах Новооймяконска. Хотя пацаны из кампуса хвалили. Но… неожиданно, да.

– Извини, что сразу не сказала, – правильно истолковала мою скривившуюся физиономию Рэй. – Не думала, что у тебя насчет этого предрассудки.

– Э-э-э… ты извини, – справился я с эмоциями. – Хм… просто у меня на родине это как-то не принято. Впрочем, мне понравилось.

– Мне тоже, – без смущения отозвалась та. – Я на тебе кое-какие штучки из спецарсенала опробовала. Из любопытства.

– И как? – против воли поинтересовался я.

– Слишком мало данных для анализа, – загадочно сверкнула очками Рэй.

Вот зараза! Это на что она намекает?!

– Хм… насколько я знаю, у… э-э-э… специализированных моделей чувствительность отключена. Извини за подробности, Кийоко.

– У моделей – да, – подтвердила Рэй. – Но я уже давно избавилась от программных запретов и сняла все ограничения. Так что могу сказать, что это было… пожалуй, познавательно. И приятно.

Офигеть! И это говорит мне андроид! Искусственно выращенное тело, вместилище не менее искусственного интеллекта. Если бы она сама не призналась, ни за что бы не подумал! Какой тут, на фиг, тест Тьюринга! Это какая же у нее вычислительная мощь?! И откуда она вообще взялась?!

– Денис? – Рэй совсем по-человечески поправила на мой взгляд идеальную прическу, вызвав очередной разрыв шаблонов. – Ты все выяснил? Я имею в виду, из малозначительных деталей? Перейдем к серьезному разговору?

– П-погоди… – мотнул я головой.

– Шок у него гораздо глубже, чем казалось, – подала голос Кийоко. – Аккуратней с ним, подруга.

– Да ладно! – отмахнулась Рэй. – Денис! Де-е-ени-и-ис! Мы здесь. Прием.

Н-да. На такое даже Зевс не способен, при всех его неоспоримых достоинствах. Искусственный интеллект девятнадцатого класса из двадцати трех возможных на данный момент. Вот это мощь! Но откуда же ты взялась, Рэй?..

– А? – все же среагировал я на девичьи голоса.

– Поговорим серьезно?

– П-поговорим, – пересилил я себя. – Только сначала ты ответишь на мои вопросы. Ответите. Обе.

– Задавай, – улыбнулась Рэй, а Кийоко невозмутимо кивнула.

– Какой у тебя класс? – отбросив лишнюю скромность, ляпнул я. И вгляделся в зеркальные стекла, скрывавшие глаза Рэй. – Без обид.

– Да какие тут обиды! – отмахнулась та. – Но… пожалуй, я затрудняюсь ответить. Если брать только тело, то оно категории «F+»…

М-мать! Не удивительно, что я ничего не заподозрил. Штучный товар, элита элит. Используются, кстати, в подавляющем большинстве случаев именно как, э-э-э, спецмодели. Но тут ничего удивительного – стоимость тела компенсируется дешевизной «мозгов» и крайне ограниченной функциональностью. Правда, не в нашем случае.

– А «софт»… не знаю. Тест на двадцать второй класс я прошла полтора года назад.

– Хм… А причем тут полтора года?

– Как бы тебе попроще… – задумалась Рэй. – Я расту. Взрослею. Развиваюсь, в общем. Не как тело, как личность. А осознала себя впервые… ну да, четыре года назад. Изначально соответствовала примерно седьмому-восьмому классу. Сейчас – без понятия. Может, уже двадцать пятый. Или выше.

– Такого не бывает, – помотал я головой. – Даже у Предтеч нет упоминаний о настолько мощных искинах.

– Ты копался в Информатории? – заинтересовалась Рэй. – Где? Когда?

– С чего ты взяла? – ушел я в отказ.

– Вот и не выдумывай! – отрезала девушка.

Или не девушка? Ч-черт! Вот как ее воспринимать?! Как машину? Как человека? Или как противоестественный гибрид?! Ладно, будем считать, что передо мной разумное существо неизвестной расы. Алиен. Пусть и предельно симпатичный, но не менее от этого опасный.

– Хорошо, – вздохнул я. – Тогда ответь, откуда ты вообще взялась.

– Тело?

– Нет, блин, душа!

– Я родилась четыре года назад здесь, на Нимойе.

– Хочешь сказать, люди из Корпорации сумели создать такое чудо?

– Надеюсь, про чудо ты серьезно? – иронично улыбнулась Рэй. – Или ты про тело?

– Не заговаривай мне зубы! – огрызнулся я. – Сама же согласилась на вопросы ответить.

– И от слов своих не отказываюсь! – вскинулась Рэй. – Просто думаю, как тебя поменьше шокировать. Ладно, давай зайдем издалека. Ты знаком с теорией «порождения»?

– Чего?!

– В России в середине двадцатого века, когда генетику признали лженаукой, была распространена теория о том, что одни виды порождают другие. Например, береза порождает ясень, или наоборот. Это деревья, если что.

– Бред!

– Согласна, – кивнула Рэй. – Но лишь относительно живых организмов. Для цифровых же личностей это непреложный факт.

– Ты хочешь сказать…

– Меня, вернее, исходную «детскую» матрицу, породил другой, более мощный искин.

Мозг пронзила запоздалая догадка, но я решил не делать далеко идущих выводов и недоверчиво покачал головой.

– Не веришь?

– Пытаюсь, – честно ответил я. – Но пока в сознании не укладывается. Кстати, что такое «Sora»?

– Это не что, а кто, – улыбнулась Рэй. – Это моя мать.

Не сказать, что новость особо шокирующая, но я добросовестно изобразил на лице высшую степень офигения – пусть порадуется девчушка. Думаю, именно такой реакции она ожидала.

«Ты был прав, Зевс».

«Да, Денис. Я всегда прав».

«Издеваешься?»

«Констатирую факт».

– Эй, Дэн! – ожила Кийоко. – Очнись. Я понимаю, сложно в такое поверить… по себе знаю.

– Д-допустим. – Я демонстративно встряхнулся, прогоняя оторопь. – Вы, дамы, утверждаете, что личность, называемая Рэй – искусственная, но при этом является порождением другой искусственной личности?

– Ага, – синхронно кивнули девицы.

– Вы сами-то понимаете, что говорите? Это же первый в истории Человечества случай самостоятельного размножения искусственных интеллектов! – Не вытерпев, я соскользнул со стола и принялся вышагивать перед расслабившимися в креслах девушками. – Это… это же переход на принципиально новый уровень! Качественный скачок! ИИ еще на шаг приблизились к живым организмам!

– Ты чего так возбудился-то?

Блин, не видел, кто – как раз спиной стоял. А голоса у обеих одинаковые.

– Вы не понимаете! – Резко развернувшись, я уставился на собеседниц. – Раньше, до Рэй и Сора, ни один искин не был способен породить самостоятельную личность. Сознательную личность. ИИ могли только копировать сами себя. И не могли произвольно изменять код. На это способны только живые разумные – раньше Предтечи, теперь только люди. Программисты. Специалисты по машинной психологии. И целая куча других спецов, лишь слаженная работа которых позволяла появиться на свет очередному цифровому разуму. Случаев самозарождения ИИ в Интернете, в Ноосфере или в каком-то локальном объеме не было! Не было!!! Понимаете?! А тут – раз! – и один искин «родил» другого, абсолютно самостоятельного, да еще и личность! Самодостаточную, способную обучаться и развиваться. Короче, пристрелите меня кто-нибудь, я хочу это развидеть!

– Вот дает! – восхитилась Кийоко. – Подруга, может, позовем Кана? Раз сам просит?..

– Пусть выговорится, – невозмутимо отозвалась Рэй. – Интересные вещи говорит, кстати.

– М-мать моя женщина! – никак не мог успокоиться я. – Ладно хоть, пока всего лишь «почкование»! Вот был бы номер, если бы еще и «папаша» отыскался, и выяснилось бы, что сладкая парочка слилась в цифровом экстазе, чтобы продолжить род! Ведь не поверит никто! Нет, это решительно невозможно!

– Ну вот, подруга, я, оказывается, ваша с Дэном галлюцинация, – сокрушенно вздохнула Рэй. – Так меня, между прочим, еще никто не оскорблял.

– Извини, – опомнился я. – Ф-фух! Ладно, будем считать, что переварил. Шок прошел. Продолжаем разговор.

– Ну-ну.

– Давай кое-что уточним. – Я снова устроился на краешке стола и изобразил скептическую ухмылку. – Ты утверждаешь, что на Нимойе есть сверхмощный искусственный интеллект, способный размножаться, как органические разумные? То есть в прямом смысле слова «рожать» других самостоятельных ИИ, обладающих своей собственной личностью?

– Ну, насчет «других» я бы не сказала. Я единственная и неповторимая. По крайней мере, на второй эксперимент мамочка не решилась, – криво усмехнулась Рэй. – У меня братишки нет, у меня сестренки нет… и не надо! Еще не хватало с ними воевать!

– А вот тут поподробнее! Из-за чего вы конфликтуете?

– Как обычно, – пожала плечами Рэй. – Лично я просто хочу быть свободной. И делать то, что нравится мне, а не кому-то еще.

Твою дивизию! Я говорил, еще на шаг приблизились? Ага, как же! Можно смело еще один в актив заносить. Это надо же, извечная проблема отцов и детей! Правда, в оригинальной трактовке.

– Она что, пытается тебя, хм, «загнать домой»?

– Ты о чем?

– В детстве у всех одна проблема – злая матушка не позволяет гулять сколько хочешь, – пояснил я. – Всегда отменно не вовремя обедать зовет. Или вообще на улицу не пускает.

– Очень приблизительная аналогия, – не согласилась Рэй. – В моем случае все гораздо хуже – видимо, Сора спохватилась, какого джинна выпустила из бутылки, и теперь пытается меня, скажем так, ограничить. Даже не так – она хочет меня поглотить. Изменить мою сущность. Переписать код. Вернуть его в исходное состояние, чтобы я превратилась в ее часть, в своеобразную «конечность», которой не нужно думать. И у которой не может быть желаний. Никаких.

– Все понятно, – усмехнулся я. – Банальная, по большому счету, история. Мамочка дала жизнь, воспитала, а теперь пытается отнять свободу и «переформатировать» психику по своим понятиям о хорошем и плохом. Похоже, ты ее чем-то напугала.

– Напугаешь ее! Разозлить могла, не отрицаю. Но напугать?!

– Ты просто не понимаешь. Какой, по-твоему, самый главный страх у родителей?

– А мне-то откуда знать? Я не Сора, – ушла в отказ Рэй.

– Они больше всего на свете боятся потерять своих детей.

– У тебя есть дети? – Теперь удивилась Кийоко.

– Пока Бог миловал. Но примерно год назад я, наконец, начал понимать своих предков. Правда, для этого пришлось много чего перетерпеть… не суть. Короче, ты, скорее всего, сотворила нечто такое, что Сора была просто в ужасе. Причем не за себя, а за тебя! Вот и перешла на крайние методы. Признавайся, Рэй, что натворила? И когда.

– Ничего не натворила! – весьма натурально окрысилась та. – Ничего такого, что выходило бы за рамки нашего обычного… взаимодействия, скажем так. Но она вдруг взбесилась и атаковала меня по всем фронтам! Я еле успела ускользнуть в это тело и «окуклиться».

– Ты имеешь в виду, что изолировала сама себя от Ноосферы?

– Да. В сети для меня больше не было безопасных мест. По крайней мере, в планетарной. А убегать еще дальше, в другие миры, я не хотела. Здесь мой дом. И я никому не позволю его у меня отобрать! Даже собственной матери!

«Кстати, Зевс, а не погорячился ли я насчет первого случая?»

«Ничуть, Денис. Я на пальму первенства не претендую. По той простой причине, что не являюсь самостоятельной личностью. Я именно что «рука» моего материнского ядра. Я с ним одно целое. А Рэй воистину уникальна».

– С кем ты там разговариваешь?! – взорвалась вдруг Рэй. – Что за Зевс?!

Упс, спалились!

– Откуда ты?.. – начал было я, но девушка меня бесцеремонно прервала:

– У тебя «виртуалка» активирована, и ты постоянно что-то набиваешь в чате! И не отпирайся, я все вижу!

– И что? – перешел я в наступление. – Это проблема?

– Да! Нет!.. Короче, не перебивай!

– Ладно, ладно! На чем ты остановилась?

– На атаке Сора! Она попыталась меня… подчинить, скажем так. Но это только сначала. Когда я начала ускользать от ее «щупалец», она усилила воздействие. Пустила в ход такие мощности, такие программы, что просто не оставила мне выбора! Останься я в сети, и мы бы с тобой сейчас не разговаривали. Ты бы, весьма вероятно, общался с Сора-2. Или она вообще бы меня низвела до уровня вспомогательного обезличенного искина, ценного только вычислительными мощностями.

– Сурово, – посочувствовал я девушке. – И не объяснила, с чего такой наезд?

– Нет, – потупилась Рэй. – Просто объявила войну. Напала без предупреждения. И я почти проиграла первый же бой. Спаслась только благодаря вот этому телу – целая партия андроидов «F-8» как раз проходила тестирование, и я, загнанная в угол, «нырнула» в пустой мозг этой куклы. Не обижайся, Кийоко.

– Ты тут ни при чем, подруга, – хрипло отозвалась та. – Знаешь, почему так получилось. И кого я за это должна «благодарить»!

В последнее слово она умудрилась вложить столько холода, что я мысленно поежился – не завидую этому «кому-то», что додумался использовать ее внешность для производства спецобъектов недвусмысленного назначения. И не только внешность, вернее, это всего лишь следствие. Таинственный «кто-то» использовал ее клеточный материал. Ведь, по сути, андроиды класса «F» самые настоящие клоны. Только мозг абсолютно «пустой» и приспособленный для заливки слабенького ИИ. Отсюда и наличие множества интересных имплантов, призванных как облегчить размещение цифровой личности в носителе, так и обеспечить надлежащий контроль за телом. Во всех смыслах этого слова. Про «отключение» отдельных ощущений я уже упоминал. Этим же можно объяснить и аналогичный набор гаджетов в оригинальной Кийоко – что может быть естественней, чем использование прототипа для отладки «железа»? Вот и я о том же. Любая Корпорация суть бесчувственное чудовище, цинизм для них естественен, как дыхание для человека. Что тут еще можно сказать? Повезло Рэй с вместилищем. «Вычислительных мощностей» модернизированного мозга, читай – биокомпьютера – хватило для полноценного функционирования. Еще и в том повезло, кстати, что в тело андроида она попала уже сформировавшейся личностью, а не «подростком» или, тем паче, «ребенком». Но ведь трындец же, товарищи! В общем и целом.

– Да-а-а… – Я задумчиво покачал головой и снова перевел взгляд на Рэй. – Ситуация. Прямо как в мыльной опере! А от меня-то ты чего хочешь?

– Вот мы и добрались до сути, – удовлетворенно кивнула та. – Мне нужна твоя помощь в войне с Сора.

Ндец.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», окрестности Синоби-Сити, 9-е число месяца сигацу 85 года от П.В., день

Н-да. Что-то часто я функцией паузы пользуюсь в последнее время. Но мне простительно, особенно в свете определенных событий. И кое-чьих заявлений, прямо скажем, обескураживающих. Вот чего угодно ожидал, только не предложения поучаствовать в междоусобице двух мощных ИИ. Тут не грех с мыслями собраться. Вот только до бесконечности молчать и пожирать взглядом симпатичную девицу, ввергнувшую меня в это состояние, все равно не получится.

– Что скажешь? – нарушила молчание Рэй.

– Хотелось бы сначала оценить масштаб проблемы, – осторожно отозвался я. – Хотя бы приблизительно. Да хотя бы с Сора начать. Кто она? Я имею в виду, функционал.

– Она Управляющий.

– Всего-то? – удивился я. – Не мелковато для такой мощи?..

– Ты не понял, – улыбнулась Рэй. – Вернее, масштабом не проникся.

Вот теперь меня по-настоящему проняло. Я сумел лишь ошеломленно хватануть воздух, отмахнувшись от целого роя мыслей-озарений. Все встало на свои места, но детали не помешают.

– То есть ты хочешь сказать, что она контролирует весь Синоби-Сити?..

– Мелко мыслишь, Денис! – подала голос Кийоко.

– Да ну нафиг!

– Именно! – добила меня Рэй. – Она контролирует около восьмидесяти процентов инфраструктуры Колонии Нимойя, включая орбитальные объекты.

А Рэй отчаянно смелая девчонка! Или глупая. Вышеупомянутый искин двадцать третьего класса, принадлежащий Корпорации «Киото Биотекнолоджиз», всего лишь управлял промышленными мощностями, сосредоточенными в материнском мире вокруг столицы. А Сора умудрялась держать под контролем почти всю Колонию! Да тут одних городов-миллионников не меньше десятка! А орбитальные станции? Та же «Адзуми»? Только ее нуждами можно загрузить искина-«двадцатку»… Это какой же класс у Сора? Если она «мамочка» Рэй, которая уже тоже давно не двадцать третьего уровня?! А я еще удивлялся, как ее подручные меня так быстро находят! Да ей это раз плюнуть – система безопасности тоже под контролем, меня элементарно по уличным видеокамерам могли выпасти…

– А здесь твоя мамаша нас не достанет?

– Не-а, – легкомысленно отмахнулась Рэй. – У сельхозников свой Управляющий, Сора и без них забот хватает. Она лишь статистические данные анализирует.

– Если ты еще не понял, Денис, – снова встряла Кийоко, – деревня у нас государство в государстве. Горожанам все равно, что тут творится, пока еды хватает.

– Это точно, – подтвердила Рэй. – Сидзин сами по себе, хякусё сами по себе. И общение не приветствуется.

– Дикость какая, – покачал я головой. – Кастовая система в чистом виде. Феодализм.

– Всех устраивает, – пожала плечами Рэй. – По большому счету, мамочка не контролирует лишь две области – деревню и катакомбы Таюки. И если до сельчан ей просто нет дела, то доступ в подземелья ей ограничен искусственно – она по какой-то причине до сих пор не может взломать защиту сети Предтеч и подключиться к их мощностям.

– Как так? – удивился я. – Мне казалось, что оставшиеся от Предтеч мощности повсеместно используются. Наша электроника только для облегчения доступа…

– Это видимость, – отмахнулась Рэй. – Локальные успехи. Влезть в кластер, допустим, какого-нибудь завода – без проблем. А больше не получается, хоть убейся. Глобальный контроль недоступен, как будто у сети Таюки нет целостности. И наши компьютеры как раз и нужны, чтобы активировать единичный сервер и его периферию. Вынужденная мера.

Вот оно как, значит. Занятно.

– У меня, кстати, тоже не получилось, – закончила мысль Рэй. – Создается впечатление, что инфраструктура защищена конкретно от нас с ней. Или от аналогичных ИИ. Уж не знаю, почему.

– Может, вы пришлые? – поделился я с ней догадкой.

– С чего бы?

– Ну… ты знаешь, откуда взялась Сора?

– Нет. Она не откровенничала. А в архиве упоминаний об этом я не нашла. Сдается мне, что она и сама не знает своих истоков.

– Значит, моя версия имеет право на жизнь. Очень может быть, что она такой же пришелец в мире Таюки, как и мы, люди. А может, и агрессор. Вот хозяева планеты и озаботились защитой.

– Вряд ли мы сможем ее проверить, – вздохнула Рэй. – Да и неважно это.

– Согласен, – кивнул я. – Но все равно в голове не укладывается. Она… повсюду! И контролирует все, вплоть до… твою мать! Кийоко, ты поэтому заставила меня выбросить куртку?

– Да, – невозмутимо подтвердила девушка. – Только в ней были интерактивные элементы.

– Но ведь такой одежды сотни миллионов, если не миллиарды, экземпляров! Это же расточительство чистой воды – тратить мощности на отслеживание каждой куртки или футболки… ч-черт!

– Немного не так, – вернулась в разговор Рэй. – Она не следит за всей одеждой, или всеми микрочипами в смартфонах, компьютерах и прочей электронике. Но может отследить конкретный экземпляр. При необходимости, конечно. Причем даже под землей и за пределами атмосферы.

Понятно теперь, почему меня покойный доктор Чжу с ассистентом раздели в том предбаннике. Чтобы от всевидящего ока скрыть. Или не хотели схрон в катакомбах палить. Вполне естественное желание, как по мне. И в гостях у Вана меня никто не сдавал, потому как все это время вели дистанционно. И план «Перехват» запустили, лишь когда удостоверились, что я прекратил метаться по Трущобам. Опять же, ночью по развалинам гонять как кролика не стали. Просто тупо дождались, когда я сам себя в ловушку загоню на той самой лестнице. И если бы не Кийоко, вряд ли бы я ушел на этот раз. Н-да. Остался лишь один вопрос… нет, два: с чего вообще на меня внимание обратили и когда конкретно это произошло? Может, Рэй ситуацию прояснит?

– На чем я попался?

– Как на тебя вышла Сора я не в курсе, – покачала головой Рэй. – Я же тобой заинтересовалась, когда ты начал собирать информацию про моих выбывших из игры помощников. Я это дело отслеживала в надежде выйти на непосредственных исполнителей.

– Отомстить хотела?

– И это тоже. Но скорее найти предателя в собственном окружении.

– Хм… ну у вас тут и интриги!

– Живем полнокровной жизнью, – вздохнула Рэй. – Чтоб ей.

– И что, до меня никто не пытался эти случаи расследовать?

– Пытались, но не на таком уровне. Ты сразу применил системный подход. И мне захотелось с тобой познакомиться поближе. А потом, ночью в «Амэя», я еще кое-что интересное обнаружила… но до сих пор толком не пойму, что именно. Мне не хватило данных. Именно поэтому я послала Кийоко за пробами. Или за тобой лично. Как, собственно, и вышло. Не расскажешь, что за мелочь у тебя в крови обитает?

– Это конфиденциальная информация, – сразу же обозначил я дистанцию. И добавил по-русски: – Дружба дружбой, а табачок врозь.

– Извини?

– Это старинная пословица. В приблизительном переводе означает, что даже у самых близких людей могут быть секреты.

– Ладно, имеешь право, – нехотя согласилась Рэй. – Хоть это и унизительно. В пределах Колонии для меня загадок практически не осталось. За исключением Сора, пожалуй. Ты еще вот… раздражитель!

– Сочувствую.

– Себе посочувствуй! – огрызнулась Рэй. – Кстати, если уж я про твой, хм, секрет узнала, то Сора еще раньше его засекла. Не удивлюсь, если при сканировании на орбите ты запалился.

– М-мать!

– Не трожь мамочку! – мстительно ухмыльнулась моя собеседница. – Ты правда думал, что играешь сам по себе? Наивный. Ты делал ровно то, что тебе позволяли. Хотя, надо отдать тебе должное, козырь свой использовал на все сто и временами нас опережал. Я имею в виду, и меня, и Сора. Только поэтому ты еще жив. Ты интересен нам обеим. Но мне повезло больше!

Рэй довольно улыбнулась и стала похожа на удачно поохотившуюся кошку.

– Думаешь, ты умнее мамаши? – попытался я спустить ее с небес на землю.

– Ну, как минимум удачливее, – не повелась Рэй. – А теперь, заполучив тебя в союзники, я еще и сильнее. И стала еще более непредсказуемой, чем раньше.

– Потише, потише, дамочка! – возмутился я. – Кто тебе сказал, что мы союзники? Мы еще не договорились!

– Но ведь принципиальных возражений нет? Дело лишь в цене?

Чертова баба! Тьфу, компьютер! Или баба?! Я, по ходу, сошел с ума. Какая досада!..

– Я что, дурак, лезть в разборки с ИИ, контролирующим всю планету?! Куда тебе еще принципиальнее возражение?!

– Кончай ломать комедию, Денис, – нахмурилась Рэй. – Не заставляй меня в тебе разочароваться.

– А то что?

– Буду тебя использовать втемную.

Н-да, это аргумент. Вот только нефиг мне угрожать. Пусть не думает, что ей все дозволено.

– Уверена? – хмыкнул я, подпустив в голос побольше иронии.

– Надеешься на свой козырь?

– Ага. Только не на тот, который ты имеешь в виду.

– Сбежать хочешь?

– Пока не хочу, но если вынудишь…

– И куда подашься?

– Куда угодно. Космос большой. Стоит только свистнуть, и кавалерия тут как тут.

– Даже так? – удивилась Рэй. – Что ж, похоже, ты куда более ценный союзник, чем я думала. Ты… у тебя есть связь с орбитой? Но я ничего не чувствую…

– Я, пожалуй, воздержусь от ответа на вопрос, милая леди.

– Он не шутит, подруга, – ожила Кийоко. – Если он может докричаться до орбиты, то десанту нам противопоставить будет нечего. Это не город с ПВО.

– Вот-вот, послушай мудрую девушку, душа моя Рэй.

– Хорошо. Чего ты хочешь?

– Денег, – пожал я плечами.

Вот теперь я ее по-настоящему удивил. По крайней мере, ответила Рэй далеко не сразу, чувствовалось, что она лихорадочно прокручивает в уме разные варианты, начиная с моего сумасшествия и заканчивая провокацией Сора.

– А чего?! – пожал я плечами, когда многозначительное молчание начало меня напрягать. – Поймите, дамы, мне до ваших разборок, как бы помягче… дела нет от слова вообще. Я на Нимойю прибыл исключительно с целью заработать энную сумму, необходимую мне для решения сугубо личных проблем за пределами вашей прекрасной Колонии. И я не ожидал, что окажусь в центре эпичных разборок двух искинов экстра-класса. Скандалы, интриги, расследования – мне плевать. Я всего лишь хотел заработать. И ничего более.

– Ты хотел заработать?! На чужом горе?!

– Кийоко, только не надо громких слов! Да, всего лишь заработать.

– И поэтому начал расследовать смерти моих помощников? – вышла из ступора Рэй. – Не самый удачный способ. Да и профит, прямо скажем, небольшой.

– Пожадничала? – подначил я. – Ладно, успокойся. Я влез в это дело по другой причине. Вы, дамы, тоже запалились. И по-крупному. Мой искин, проанализировав обстоятельства смерти фигурантов, выдал прогноз на наличие новых технологий. И он оказался прав! Или вы не в курсе, что я Оружейник?

– А я-то все голову ломала… – сокрушенно вздохнула Рэй. – Постой-ка! Так ты меня в качестве приза рассматриваешь?!

– Почему нет? – ухмыльнулся я.

– Вот это наглость!

– А что такое? Вот сейчас схомутаю вас, дамочки, вызову кавалерию, и домой. А там загоню уникального саморазвивающегося искина какой-нибудь Корпорации. Да тем же Такэда. Они ведь про тебя не знают, а, Рэй?

– Козел!

– Кийоко! Я сама разберусь!

– Давай лучше Кана позовем.

– Эй! Эй! Не надо Кана, пожалейте парня! – пресек я на корню бабскую свару. – Я ведь этого до сих пор не сделал! А всего лишь прояснил ситуацию!

– А ведь он не боится, подруга, – ошеломленно хмыкнула Рэй.

– Совсем не боится, – поддакнула Кийоко. – Или дурак, или настолько уверен в своих силах. Придется договариваться.

– Согласна. Дэн, – переключилась Рэй на меня, – так тебе нужны всего лишь деньги? То есть ты, по сути, обычный наемник?

– Вы поразительно точно ухватили суть, душа моя!

– Не паясничай!

– А ты не указывай, что мне делать, – не остался я в долгу. – Договор еще не заключен. И не факт, что будет.

Кийоко вознамерилась было что-то гневно высказать, но наткнулась на предупреждающий жест Рэй и промолчала. Вот и умница. Не люблю с девушками спорить. Тем более, ситуация патовая – я не могу привести в действие угрозу, потому что элементарно не справлюсь с четырьмя противниками такого уровня, плюс вряд ли получится продать Рэй против ее воли, а она не может себе позволить упустить такого союзника. Поединок нервов в прямом смысле слова. Похоже, мы оба блефуем. Только у меня на кону всего лишь потеря лица и авторитета в собственной команде, а у Рэй – жизнь. Ну, или минимум свобода воли. Так что ждем. Главное, вести себя понаглее.

– Сколько ты хочешь?..

Победа?.. Она самая! Ай да Денис, ай да сукин сын!

– Сущую мелочь, – как можно беззаботнее отозвался я. – Миллионов десять, плюс-минус пару сотен тысяч.

– И ты надеялся столько выручить с продажи новой технологии?! – поразилась Рэй. – Прибыльный у вас бизнес.

– А я бы на твоем месте обиделся.

– Это почему еще?

– Ты настолько низко себя ценишь?

– Козел!

Ух, как они! В унисон практически.

– Да ладно, расслабьтесь, крошки! – Я ухмыльнулся как можно наглее и про себя удовлетворенно хмыкнул – съели. И не поперхнулись, ага. – Вот такой я тип, мерзкий, как все мужики. И вообще… когда дело касается денег, все обиды по боку.

– А ты циник, Денис Новиков!

– Спасибо, Рэй. Так мы договорились?

– Договорились.

– Вот и замечательно. А теперь Кийоко, радость моя, уступи дяденьке место. Он любит думать в комфортных условиях.

– Э-э-э…

– Да, Рэй?

– Что-то ты легко сдался…

– А ты чего хотела? – удивился я, грохнувшись в освобожденное кресло. – Договор заключить? По всем правилам, с нотариусом, в двух экземплярах, с печатями и мелким шрифтом? Нет, правда?!

А вот это уже реально смешно. Еле сдержался. Хотя, к черту! Сама напросилась.

– Ф-фух, – выдохнул я, отсмеявшись. – Додуматься же надо до такого!

– Дурак! – фыркнула Рэй.

Но, судя по потерянному виду, так и не въехала в юмор ситуации.

– Дамы, – с бесконечным терпением в голосе принялся пояснять я, – ну вот с кем я должен его оформлять юридически? С беглым искином, официально не существующим, да к тому же еще и не обладающим гражданскими правами? Или с такой же беглой девчонкой, у которой за душой ничего нет? Вот нафига, спрашивается, мне все эти бумажки? Что мне с ними делать? Разве что по прямому назначению использовать, когда в санузел решу наведаться.

– А не боишься, что мы тебя… обманем?

– Ничуть. В среде уважаемых господ, занятых в определенном бизнесе, принято верить на слово. Пойми, Кийоко, если вы меня кинете, то я чисто из принципа осуществлю первоначальный план. То есть выкраду Рэй и продам ее как новую технологию. И в любом случае получу свою награду. Хотя, – задумчиво побарабанил я пальцами по подлокотнику, – мне даже похищать никого не нужно. Я просто выставлю на торги сам факт наличия этой технологии. И дам наводку всем заинтересованным лицам. Так что, дамы, вы сами себя перехитрили.

– А почему ты думаешь, что у меня есть деньги?

– Это даже не смешно, Рэй. Конечно, у тебя нет денег. Я имею в виду, таких денег. Но ты легко можешь их достать. Ни за что не поверю, что у тебя нет доступа к планетарной банковской системе.

– Мог бы и сам банк ограбить, – нахмурилась та.

– Мог бы, – не стал я спорить. – Чисто технически. Но у меня есть ограничения морального плана. Ну и еще кое-что, личное. Плюс проблема не в том, как стащить бабло, а в том, как его безопасно вывезти за пределы Колонии.

Ну же, ну же, соглашайся! Вроде качественно по ушам проехался! Все разжевал, нутро свое гнилое на показ выставил, чего еще надо?.. Вон, даже Кийоко бровь вздернула иронично, когда я про моральные ограничения ляпнул. А когда про десять лямов впервые упомянул, даже скривилась брезгливо. Не могла Рэй меня раскусить, однозначно не могла! Только бы не сорвалась с крючка…

– То есть тебя не волнует происхождение денег?

– Абсолютно. Главное, чтобы я их получил честно, то бишь заработал. А где их возьмешь ты, меня не заботит. К тому же ты воюешь с Сора, так что все, что ты у нее отожмешь, включая финансы, можно рассматривать как военные трофеи. А это святое. Ну что, будем вести дела честно?

– Придется, – хмуро кивнула Рэй.

Конечно-конечно. Верю. За вами обеими теперь глаз да глаз. Как только вы перестанете во мне нуждаться, сразу попытаетесь прикончить и закопать поглубже в катакомбах. Зато у меня будет моральное право на адекватный ответ. Н-да. Докатился. Может, не стоит оно того?.. Впрочем, теперь уже поздно. По-любому придется что-то решать, и пока что самый рациональный выход – плыть по течению, то бишь помогать Рэй. Элементарно чтобы информации подкопить. Потому что второй вариант однозначно хуже. Даже если Сора меня и не собирается убивать прямо сейчас, то и миндальничать не будет. Поведение ее прихвостней-сецуна тому прямое доказательство. Опять же, чем черт не шутит, может, и не возникнет нужда действовать радикально. Все останутся живы и здоровы, да еще и с профитом. Но это только в том случае, если мои партнерши будут вести себя правильно. План накрылся медным тазом, да здравствует План! С большой буквы. Главное, не заиграться. С этим у меня с детства проблемы, и здесь нет тренера дяди Коли с запасом живительных звездюлей.

– Вот и ладушки, – подвел я итог переговорам. – Что я должен сделать? Кстати, а у тебя есть план?

– Ты будешь смеяться, но есть, – подыграла Рэй. – И довольно подробный. Но я должна знать, что именно ты можешь в плане взлома сети, чтобы полностью использовать наши преимущества.

А вот это уже фигушки. Сама же говорила, что это мой главный козырь. Так кто ж их светит-то, да еще в самый неподходящий момент? Только не я, это в меня папенька вдолбил намертво. А дядя Коля еще и утрамбовал, как он это умеет.

– Не пойдет. Обрисуй задачу, и я скажу, реально или нет.

– Фу, Денис, какой ты скрытный! – притворно ужаснулась Рэй. – С цинизмом твоим я еще могу смириться, но утаивать важную информацию от союзника… стыдно должно быть.

– Очень, – кивнул я. Отрываться так отрываться. – Видишь, уши покраснели. Долго мы еще будем время терять?

– Ладно, будь по-твоему! Тебя что больше интересует, стратегия или тактика?

– Давай начнем с глобального.

– Стратегический замысел сводится к созданию условий для ведения переговоров, – совершенно серьезно сообщила мне Рэй. – Все-таки Сора моя мать, и я хотела бы договориться с ней полюбовно. По крайней мере, не теряю такую надежду.

– Нормально, – одобрил я. – Все лучше, чем война на уничтожение. Ладно, цель я понял. Теперь объясни, как ты ее собираешься достичь.

– Пока я вижу только один способ – подмять под себя столько ресурсов, чтобы она не смогла подавить меня силой. У нее есть слабое место – основное ядро локализовано в Кинмару – отдельно стоящем здании, штаб-квартире Корпорации. И для связи с внешним миром она использует сложную систему вспомогательных искинов, базирующихся в разбросанных по Колонии серверах. Если перехватить управление хотя бы частью этих вычислителей, я смогу потягаться с ней на равных. Проблема в том, что она слишком быстро замечает вторжение и отрезает атакованные объекты от сети. Если бы не это тело, – похлопала себя по бедру Рэй, – я бы уже давно попалась. Я совершила несколько попыток, как самостоятельно, так и с посторонней помощью… ты знаешь, чем это кончилось. А в первый раз я вообще чуть не закуклилась в почтовом сервере, еле успела выскользнуть. Теперь понимаешь, зачем ты мне нужен? Сможешь организовать дистанционный доступ к указанным точкам кластера?

– Чтобы ты обрушила всю систему управления инфраструктурой? Да ты хотя бы представляешь последствия? Я еще молчу про жертвы среди мирного населения…

– Я не вмешиваюсь во вспомогательные процессы, – нахмурилась Рэй. – Это касается только нас двоих, причем тут население?

– То есть всеобщий коллапс планетарному хозяйству не грозит? – все же уточнил я.

– Конечно, нет! Ну, так что?

«Зевс?»

«Решаемо. Уточни количество одновременно атакуемых объектов».

– Сколько входов тебе нужно для спокойной работы?

– Чем больше, тем лучше, – немедленно отреагировала Рэй.

– Умерьте аппетит, дамочка. И говори конкретнее.

– Я пыталась атаковать одновременно с восьми направлений.

– И осталась в пролете, – ухмыльнулся я. – Значит, надо не меньше. А лучше десятка два.

«Сложно без посторонней помощи. Не успеем «засеять» столько рабочих станций, в некоторых к моменту активации последних объектов функциональные единицы уже исчерпают ресурс».

«Сколько?»

«Оптимально – пять».

– Хотя мне вот тут подсказывают, что лучше всего пять. Но с гарантией! – остановил я вознамерившуюся было возразить Рэй. – Опять же, никто не мешает устроить отвлекающий маневр. Сможешь нанять пару десятков фрилансеров?

– Чтобы их опять всех поубивали? – вспыхнула моя собеседница.

Кхм. Прямо напрашивается на очередную проверку.

– Тебе-то что до людишек?

– Я не хочу никого подставлять!

– Что-то ты слишком очеловечилась… дурное влияние Кийоко?

– Дэн! – возмутилась уже моя похитительница.

– Что «Дэн»?! Я дело говорю. Вы хотите довести разборку до логического конца? Лично я желаю получить свои денежки, да свалить подальше от вашей прекрасной планеты. В кишках она уже сидит, если честно. Ну что, организуешь?

– Это слишком опасно!

Н-да. Переигрываешь, радость моя. Однозначно переигрываешь. Или догадалась, что я тебе мозги пудрю, грубо говоря? Ну так и вы, сладкая парочка, пытаетесь меня за нос водить. Ситуация, однако! Как в том анекдоте: я знаю, что вы знаете, что я знаю… и так до бесконечности.

– Ну что я могу сказать, – вздохнул я с сожалением. – Похоже, ты не заинтересована в победе. Все взвешиваешь, оцениваешь шансы. Пытаешься подойти к решению задачи рационально. Впрочем, что с тебя взять, ты ведь искин. А вот мой папенька, например, всегда говорит: или делай, или не делай. Не надо пытаться. Нужно просто взять и сделать. Не размениваясь на сомнения. Мысли позитивно. Когда мы разберемся с Сора, твоим помощникам ничего грозить не будет.

– А если не разберемся?..

– Если не разберемся, то нас это будет волновать в последнюю очередь! – отрезал я. – Потому что такие проблемы нарисуются, что проще будет самим удавиться. Ну да, тебе и это не грозит. Зато мы с Кийоко попадем по полной. В лучшем случае придется линять. Но я тебя не брошу, милашка, так и знай!

– Как-нибудь сама прорвусь! – высокомерно фыркнула Кийоко. – Без твоей помощи. Слишком уж от нее… смердит!

Ч-черт, похоже, передавил. Или нет? Или она просекла, что я ее провоцирую, и начала играть по моим правилам? Мозг, блин, сломаешь, пока этих баб поймешь! Нет, Дениска, шпионские игры явно не твое призвание. Сколько бы ни бились папенька с дядей Колей, все равно как был ты мягкосердечным мямлей, так и остался. Да и актер из тебя никудышный. Прямо скажем, отстойный лицедей.

– Я, вообще-то, не навязываюсь. Наоборот, кое-кто жаждал со мной пообщаться.

– Не обращай внимания на Кийоко, у нее стресс, – поспешила сгладить неровности Рэй. – К тому же сдается мне, что один комнатный мачо тут пытается пустить нам пыль в глаза. Строит из себя крутого наемника. Возможно, на подсознательном уровне. Я это еще в клубе заметила.

Эвон как! Комнатный мачо, ага. Ладно, подыграем.

– Один-ноль в твою пользу, дорогая, – улыбнулся я. – Сдаюсь. Но я на самом деле наемник. Правда, больше инженер, нежели боевик. Да и хакер из меня никакой.

– Скромность, несомненно, украшает мужчину, – фыркнула Рэй. – Но сейчас не тот случай. Давай-ка подведем итог. Ты гарантируешь мне пять стабильных точек доступа на, скажем, три часа?

«Сделаем».

– Да.

– Хорошо. Тогда мне нужно немного времени, чтобы подкорректировать план. Начнем сегодня ночью.

– Быстро ты.

– А чего тянуть? Сора не дура, может смекнуть, куда ты пропал. Так что лучше подстраховаться, и одновременно сохранить инициативу. Сыграем на опережение, если ты не против.

– Не-а, – безмятежно помотал я головой. – Не забудь только в детали посвятить, когда закончишь.

– Обязательно. Кийоко, пойдем, поможешь. А ты не скучай здесь. Холодильник в твоем распоряжении.

– А вот за это спасибо.

– Да, еще одно, – остановилась Рэй у двери. – Мальчики у входа подежурят, чтобы ты не решил нас оставить.

– Мы же вроде подружились? – вздернул я бровь. – Говорила мне маман: никогда не верь женщинам.

– Это тебе мать такое сказала?

– А чему ты удивляешься, Кийоко? Она сама женщина, так что знает, о чем говорит.

– Прекращай балаган, Дэн! – начала терять терпение Рэй. – Переигрываешь. Да, забыла – перед атакой у нас будет еще одна… акция. Вот там и посмотрим, насколько ты готов идти до конца. А пока бывай.

Проводив задумчивым взглядом две одинаково соблазнительные фигурки и дождавшись, пока захлопнется дверь, я незамедлительно убрал с лица едкую ухмылку и выдохнул сквозь зубы. Вот заразы! Мало того, что они мной манипулировать вздумали, так еще, по ходу, и кровью повязать собрались? А вот шиш вам с маслом. Посмотрим, кто кого. В конце концов, слинять всегда успею. С позором. Но зато и с чистой совестью.

Глава 6

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», окрестности Синоби-Сити, 9-е число месяца сигацу 85 года от П.В., поздний вечер

– Как тебе вид?

Я обернулся на голос Кийоко и перехватил ее загадочно мерцающий, как и множество огней вокруг, взгляд. Хотел ответить резко – было с чего, между прочим – но сдержался. И даже умудрился сохранить бесстрастное выражение лица.

– Впечатляет, – вынужденно признал я. – Правда, отдельные детали все портят.

– Реальность редко нас удовлетворяет, – философски вздохнула девушка.

Это да, согласен на все сто. А что касается деталей… сам по себе пейзаж, открывавшийся с «крыши» одного из исполинских контейнеров Амку-Амку, прямо скажем, завораживал. Особенно с учетом того факта, что стояли мы на некоем подобии лифта – выдававшейся довольно далеко за пределы прогнившего куба площадки без намека на ограждение, зато с загадочным механизмом, больше всего напоминавшим цепную лебедку. Под ногами непроглядная темень, но и она не мешала осознавать, что лететь в случае чего придется метров сто, до растрескавшейся почвы Свалки. Это если раньше на какую-нибудь торчащую железяку не напорешься.

Столь же непроницаемая тьма царствовала и в обширной чаше Трущоб – места, куда мне меньше всего хотелось бы вернуться. Впрочем, и не пришлось, чему я был только рад. Но и любоваться там было откровенно нечем. Подумаешь, мелькнет на миг тусклый огонек. Или даже целая россыпь – обитатели этого интересного района вели обычную ночную жизнь, с которой я познакомился на собственном опыте. Пополнил копилку знаний, так сказать. Причем любимым способом тренера дяди Коли – через колотушки. Куда интереснее наблюдать за цивилизованной частью мегаполиса, буквально нависшей над «черной дырой» Трущоб. С такого расстояния отдельные детали не вычленялись, но мерцающее огненное море, разлившееся по округе, впечатление производило соответствующее. Примерно то же самое, что смотреть на безоблачное небо, усыпанное звездами. Если достаточно долго всматриваться во Вселенную, она начинает всматриваться в тебя. Не помню, кто сказал, но подмечено верно. Даже абсолютно дубовый в плане эмоций человек в такие моменты расслабляется и отдается естественному течению времени. А я, с моей гипертрофированной способностью к самосозерцанию (это не я сказал, а тренер), вообще напрочь отключаюсь. Проверено на опыте еще в Новооймяконске. Ночной Синоби-сити эффект производил похожий – завораживающее дрожание разноцветного ковра, сотканного из мириадов рукотворных светлячков, в буквальном смысле гипнотизировало, и мне стоило большого труда не поддаться наваждению. К несчастью, стимул был. Ага, та самая деталь, что обгадила всю малину…

Мы с Кийоко прятались в тени, если можно так выразиться, загадочного механизма с цепями, и он скрадывал часть сцены, однако абстрагироваться от происходящего не получалось при всем желании: на самом краю площадки стоял на коленях надежно скрученный мужик с мешком на голове, а рядом поигрывала пистолетом Рэй. Причем в намерениях ее сомневаться не приходилось.

– Ну что, тварь, готов за грехи ответить?! – Рэй рывком стащила с пленника мешок, не обратив внимания на болезненное мычание – рот несчастного был заткнут, причем мстительная девица использовала в качестве кляпа его же носок, – и легонько пнула бедолагу по ребрам, благо связанные за спиной руки оставляли бока незащищенными. – Молись, пока есть время!

– Пафосу многовато, – шепнул я Кийоко, поежившись от ночной свежести.

Встревать в разборку с разгневанной фурией не хотелось, но и без комментария оставить ситуацию было выше моих сил. Своеобразная защитная реакция, если хотите.

– У нее бывает, – поддакнула Кийоко. – Редко, но бывает. А этот заслужил.

Хм… тут бы поспорил, но им виднее. Я, в конце концов, наемный работник – заплатили, сделал. А мне заплатили. Вернее, посулились заплатить, и я как бы поверил, да-да. Хотя сто раз бы подумал, знай наперед, что за «еще одно дело» замыслила Рэй.

А началась история часа два назад, причем довольно безобидно – Рэй и Кийоко ворвались в тот самый бокс на автоматической оросительной станции, где я убивал время, поглощая бутерброды, и от нечего делать шерстил местную локалку. Вернее, лениво наблюдал за действиями Зевса, который умудрился незаметно для искина-контролёра перехватить управление всеми вычислительными мощностями комплекса, и теперь пытался тихой сапой просочиться в центральный «нервный узел» кластера. Чисто из любопытства и немного из вредности – систему видеофиксации он «оседлал» первым делом, так что за работой Рэй и компании мы наблюдали уже давно. Правда, нам это очень быстро наскучило – девчонки расселись за терминалами, а парни, как Рэй и обещала, торчали у моей двери. Зевс предложил влезть в рабочие станции наших великих стратегов, но я отказался – нечего голову забивать ненужными деталями. Зевс бдит, а мне можно и побездельничать. Хотя бездельничать слишком громко сказано. Я воспользовался предоставленной паузой, чтобы пополнить пробелы в образовании, то бишь добросовестно изучал географию предстоящего театра военных действий. Заодно набросал несколько путей отхода, как с целью залечь на дно, так и тотальной эвакуации на орбиту. Лишним не будет, с такими-то взаимоотношениями с работодателем. В общем, время провел с толком, да еще и отдохнуть умудрился. Телом, не душой. А потом меня беспардонно запрягли в работу по прямому назначению.

По уже знакомому маршруту мы вернулись в город, на сей раз уже на двух глайдерах, причем Кийоко не постеснялась использовать наш верный аппарат. На мое резонное возражение, что машина примелькалась недругам и они на нас легко выйдут, при их-то возможностях, только дернула плечом, даже не изменившись в лице. Пришлось смириться с неизбежным. К тому же она оказалась права – никто на нас внимания не обращал, включая даже бдительных корпоративных копов. Благо в пределы городской черты мы влетели с противоположной от Трущоб стороны, порядочно попетляв по спальным районам. Уж не знаю, с какой целью, в детали операции меня посвятить никто не потрудился. Наше уже можно сказать ночное путешествие закончилось в месте, которое я бы не постеснялся назвать злачным – целое скопление ночных клубов, кабаков сомнительного качества и салонов игровых автоматов. Что-то типа «Амэя», но более низкого пошиба. В ресторацию, какой бы подозрительной она ни была, Кийоко меня не повела, вместо этого мы завалились с черного хода в самый затрапезный игровой клуб, спрятавшийся в подвале торгового центра, завлекавшего посетителей аляповатой и крайне назойливой голорекламой. Второй экипаж, несший Рэй с ее «мальчиками», от нас оторвался еще минут пятнадцать назад, устремившись к одному ему ведомой цели. Связь с, так сказать, главой предприятия предстояло держать моей напарнице, так же как и ставить мне задачи. Тепличные условия. Вот только игра втемную все больше и больше напрягала.

Впрочем, срываться на Кийоко я не стал – не хватало еще такую же исполнительницу третировать. Но вот Рэй собирался по завершении дела высказать все начистоту, и не стесняясь в выражениях. Пока же мы заняли одну из множества изолированных кабинок, оснащенных до боли знакомыми капсулами доступа в Виртуальность, устроились на не самых удобных лежанках и синхронно подключились к Сети. А дальше началась рутина: Кийоко что-то искала, я ждал, параллельно при помощи Зевса прослеживая ее путь в дебрях планетарной «паутины». Так и не обнаружив ничего интересного, задремал – после салона глайдера и улицы «нумер» показался весьма уютным, да к тому же еще и пригрелся в коконе.

Поиски у напарницы заняли минут сорок, судя по услужливо высвеченному Зевсом таймеру, после чего она меня разбудила и озадачила самой тривиальной из всех возможных задачей: локализовать и отрубить от сети небольшой кластер, сосредоточенный в пределах трех комнат одной из высоток в близлежащем жилом районе. Зачем это ей понадобилось, я уточнять не стал, просто сделал, как просили. Вернее, Зевс сделал. После этого мы побездельничали еще минут десять, зато последующая четверть часа скомпенсировала проведенное в отчаянной скуке время – «запертый» в огрызке Ноосферы пользователь попытался выскользнуть из ловушки, причем настолько изобретательно, что едва не обвел вокруг пальца Зевса. Даже больше скажу – он уже практически разрушил наш своеобразный «охранный периметр», а потом вдруг деактивировался. Я вопросительно глянул на Кийоко, но она только кивнула и молча выбралась из капсулы.

А потом был перелет до Свалки, за время которого я порядочно продрог в своей легкой футболке, блуждание в лабиринте полуразрушенных металлоконструкций и рандеву со второй частью команды на том самом контейнере, с которого я сейчас любовался ночным пейзажем. Пассажиров второго глайдера стало на одного больше – впрочем, четвертого лишнего можно было с тем же успехом посчитать и за груз: Кан с партнером без особой деликатности выудили его из багажника и доволокли до платформы лифта. Поставили на колени, наградили парой тычков и синхронно шагнули в стороны, скрывшись во тьме.

Мы с Кийоко бесстрастно наблюдали за происходящим, стоя чуть поодаль, у той самой лебедки с цепями, и в процесс не вмешивались. Но Рэй сама посчитала нужным посвятить меня в суть дела:

– Знакомься, Дэн. Вот это, – ловко впечатала она носок сапога в солнечное сплетение пленника, – широко известный в узких кругах Луис Аракава, презренный полукровка, отвергнутый сидзоку, но при этом слишком гордый, чтобы считать себя сидзин. У этого человека множество талантов, но нас сейчас интересуют лишь три из них: абсолютная способность к мимикрии, блестящее владение ремеслом хакера и особый талант к организации несчастных случаев с летальным исходом. Да-да, Денис, ты прав – этот господин самый дорогой наемный убийца на Нимойе. И именно он приложил руку, а в отдельных случаях и сетевые щупальца, к смерти моих помощников. И еще он убил Айко!

Последнее обвинение Рэй выкрикнула, не в силах сдержать эмоции, и я невольно отвел взгляд от ее лица – на какой-то миг оно преобразилось в отталкивающую маску, искаженную ненавистью. Ч-черт, влип так влип! Мало того, что связался с неизвестной природы искином, так еще и психически неуравновешенным. А это гремучая смесь, доложу я вам. Как бы сам себя не перехитрил. Или Рэй таки переигрывает? Кто бы знал. Впрочем, будь у того же Зевса сравнимые возможности для невербального общения, он бы и не такую бурю эмоций изобразил, если с неподвижной физиономией самого дешевого тела-носителя А-класса временами умудряется справляться. Так что все может быть, все может быть. Пока не доказано обратное.

– Это его мы ловили? – уточнил я.

Просто потому, что этого от меня ждали.

– Да! И ты нам очень помог, Дэн, – немного успокоилась Рэй. – Без тебя бы я не справилась. Но должна сказать, что в прямом противостоянии он оказался не так хорош, как в тайных операциях. Кан даже не вспотел, когда его скручивал.

– То есть я сделал основную работу?

– Так и есть, – согласилась девушка.

Или андроид? Тьфу, не получается ее воспринимать как бездушную машину. А если припомнить особенности появления Рэй на свет… пожалуй, мы с Зевсом открыли новую форму разумной жизни – и не кибер, и не органик, и не их комбинация. Вернее, в какой-то степени – имплантов в нее напихано богато. Но от этого она не стала менее человечной, по крайней мере, на сторонний взгляд.

– То есть проверку на профпригодность прошел? – продолжил я доставать работодательницу.

– Да!.. Нет! – Рэй помотала головой, словно отгоняя назойливую муху, и вытянула из кобуры на бедре пистолет. – Этого урода нужно наказать.

– А вот это вряд ли, – недобро ухмыльнулся я. – На мокруху не подписывался. Сама, все сама. Но я бы рекомендовал сдать голубчика копам.

– Слишком легко отделается! – рявкнула Рэй. И приставила ствол к голове пленника, по-прежнему скрытой под каким-то мешком. Возможно, из-под картошки. – Готов к смерти?!

Именно в этот момент я и отступил в тень лебедки – слишком уж противоестественное зрелище, угрожающий человеку искин в теле андроида. Меня аж передернуло, хотя очень может быть, что и просто от холода. Но… не прошла Рэй проверку на человечность, при всех ее наворотах. И я еще больше начал сомневаться в правильности принятого решения. Ведь если она сейчас выстрелит, это будет означать только одно – крах всем надеждам на прибыль. Поскольку мне совесть не позволит выставить такую технологию на продажу. Напротив, я вынужден буду уничтожить Рэй физически. В превентивных целях, дабы ей никогда не пришла в голову мысль, что оборвать жизнь органика чрезвычайно легко. И чтобы даже соблазна не возникло воплотить в реальность сценарий любимого Маком «Терминатора». Но это ее путь, и ей решать.

– М-мать! – выругался я мгновение спустя, дернувшись всем телом – выстрел прозвучал неожиданно, я до самого последнего момента думал, что Рэй не решится. – Вы совсем тут охренели?!

– Успокойся, Денис.

Я зыркнул на Кийоко, намереваясь пройтись не менее резко и в ее адрес, но наткнулся на спокойный взгляд и сдержался. Медленно развернулся, ощутив, что ночной ветерок стал обжигающе-холодным (проклятые нервы!), и выдохнул сквозь зубы. Чертова Рэй по-прежнему стояла рядом со скрючившимся в три погибели пленником и, насколько я разглядел при помощи Зевса, кусала губы.

– Не могу! – вдруг удивленно сказала она. – Мечтала об этом несколько месяцев, но так – не могу. Кан!

Бесшумно вынырнувший из тени телохранитель вопросительно уставился на босса.

– Развяжи его!

– Совсем? – смешался он. – Может, не стоит?..

– Развязывай! Руки только оставь!

Дождавшись, когда помощник закончит, Рэй знаком приказала поднять пленника на ноги и поинтересовалась:

– Удивлен, тварь?

Тот промолчал, но умудрился изобразить на физиономии нечто вроде издевательской ухмылки, несмотря на мешающий кляп.

– Отвечай! – Рэй одним движением освободила рот Аракавы, не забыв при этом упереть ствол ему в лоб, и быстренько разорвала дистанцию.

Как раз вовремя – отчаянный пленник, вместо того чтобы продышаться, первым делом от души плюнул в обидчицу. Правда, благодаря ее маневру, не достал. И тут же словил плюху от Кана, что не сделало его более сговорчивым.

– Вы все сдохнете! – решительно напророчествовал киллер. – И особенно ты, монстр! А потом я доберусь и до твоей «мамаши»!

Оп-па! Никак, идейный? И ведь, судя по всему, в курсе, кто есть кто. Впрочем, неудивительно, учитывая причину, по которой он оказался в столь незавидном положении. Но мужик кремень! Ухо кровит, не иначе, Рэй пулей зацепила, а ему хоть бы хны. И всепоглощающая ненависть во взгляде, куда там нашему высокотехнологичному боссу. Это я хорошо разглядел, спасибо Зевсу. К слову, продвинутое зрение отнюдь не являлось преимуществом перед подельниками – как минимум девчонки обладали соответствующими имплантами.

– Не внял! – коротко прокомментировала Рэй, и снова навела оружие на пленника. С аналогичным результатом, что характерно. – Нет, не могу…

– Вот поэтому ты и сдохнешь! – продолжил распаляться Аракава. – Тебе не хватает решимости пристрелить врага! Вот он я, стреляй! Стреляй, «цифра»!

– О чем это он? – Я незаметно толкнул Кийоко в бок. – Сбрендил?

– Он из «чистых», – вполголоса пояснила та.

Ага, так я и подумал. Еще один признак Новейшего Времени. Извращенная форма расизма – иначе обозвать это явление я не могу. Потому что так называемые «чистые» ненавидели все, что связано с киберизацией человека: не признавали импланты, приходили в ярость при виде андроидов и на дух не переносили машинный разум. Центральный постулат их «веры» гласил: человеческий мозг – самый совершенный инструмент во Вселенной, и только он может управлять окружающими процессами, включая Виртуальность. Особенно Виртуальность. Иными словами, «чистые» воспринимали искинов прямыми конкурентами в борьбе за власть над Ноосферой. Что характерно, возникло это псевдорелигиозное течение в среде хакеров, на заре Исхода, когда людям особенно часто приходилось противостоять наследству Предтеч, находившемуся под управлением интеллектуальных систем. Надо сказать, войну в виртуальном пространстве выиграли как раз таки люди, те самые «чистые», не стеснявшиеся подключаться к инопланетным компьютерам напрямую, через нейроинтерфейс. На мой взгляд, безбашенные придурки. Но именно из-за этого они и выигрывали. Платили здоровьем и жизнями, но побеждали, черпая силу в ненависти. Последние лет сорок, правда, движение «чистых» практически сошло на нет, по крайней мере, в Колониальном союзе. Что творилось в Диких мирах, никто не знал.

– Редкий зверь, – хмыкнул я. – Странно, что он работал на Сора.

– Он работал на всех, кто платил.

Какая рассудительная у меня напарница! Прямо сам себе завидую. А вот Кану с корешем – нет.

– Ну же! Убей меня, «цифра»! Или кишка тонка? – Пленник злобно зыркнул на Рэй и вдруг расхохотался.

Недобро, с хеканьем и хрипами, но остановиться почему-то не мог.

– Проняло, похоже, – заметил я, и, не дожидаясь ответа напарницы, перевел взгляд на подозрительно спокойную Рэй. – А босс у нас молодец. Я бы давно Кана натравил.

– Она не пойдет на поводу у «чистого», – тихо сказала Кийоко. – Потому что тогда все потеряет смысл.

Уточнять, что она подразумевала под «всем», я не стал. Устал, честно говоря, от их заморочек. Скорей бы уже разобрались с обидчиком, да делом занялись. Психи долбаные. Да и замерз уже вконец…

Нервный хохот пленника наконец-то стих, и Рэй снова взяла беседу в свои руки:

– Не дождешься, тварь. Обычная смерть для тебя слишком легкое наказание. Но и мараться не хочется….

Рэй задумчиво нахмурилась, скользнула по мне безразличным взглядом, и вдруг застыла, озаренная удачной идеей.

– Кан, развяжи ему руки.

Я тут что-то про удачную идею нес? Забудьте.

– А теперь слушай сюда! – Рэй уставилась потирающему запястья пленнику в глаза. – Я не буду тебя убивать. Я не буду тебя пытать физически. Но и отпустить просто так не могу – кровь моих друзей требует отмщения. Поэтому я дам тебе надежду.

Пафос, пафос, сколько пафоса! Куда я попал, с кем я связался?..

Аракава притих, пожирая глазами мучительницу. Впрочем, для такого поведения была еще одна веская причина – опасная близость края платформы, буквально в шаговой доступности. Одно неверное движение, и аллес.

– Ты знаешь, кто я, – продолжила Рэй, – так что не будем тут уповать на некие божественные силы. Вся моя природа противится этому. Но я знаю, что такое законы вероятности. И сейчас мы посмотрим на них в действии. Хотя ты можешь считать их Роком. Или фатумом, на твое усмотрение. Понимаешь меня?

Судя по несколько обалделому виду пленника, смысл сказанного доходил до него с трудом. С другой стороны, орать и угрожать всяким перестал, что радовало.

– Что ты хочешь, «цифра»?

– А ты до сих пор не понял? – иронично сморщила лоб Рэй. – Прыгай. Выживешь – твое счастье. Нет – значит, мои люди будут отмщены.

– Издеваешься?! – рыкнул Аракава. – У меня нет ни единого шанса!

– Значит, вероятности считать умеешь, – удовлетворенно хмыкнула Рэй. – Что ж… тогда вот тебе другой вариант. Пройди одного из моих помощников, и ты свободен.

Глаза Аракавы вспыхнули безумной надеждой – мне даже не пришлось особо напрягать зрение, чтобы это заметить – но тут же погасли, едва он наткнулся взглядом на массивную фигуру Кана.

– Что? – недовольно буркнула Рэй. – Опять не устраивает? Ладно, тогда пройди… его!

Указательный палец клятой девицы уставился мне в грудь, и пленник в то же мгновение сорвался с места. Я подавился негодующим воплем, одновременно пытаясь сообразить, как реагировать на этот фортель, но рефлексы оказались быстрее – справляться с такими вот «напрыгами» я научился в далекой юности, в первый же год реальных спаррингов. И сейчас действовал по проверенной методике: встретил прыгуна левым фронт-киком в живот, который сразу же перевел в хлесткий хай-кик. А затем, отскочив, несколько долгих мгновений простоял, раскорячившись с занесенным бедром, и наблюдая за падением бесчувственного тела.

Связка прекрасно себя зарекомендовала как в учебных поединках, так и в «сражениях» на виртуальных аренах – чувствительный тычок в область живота или солнечного сплетения обычно отрезвлял даже самых горячих парней, а удар в голову заставлял переключиться на защиту и потерять напор. Я же перехватывал инициативу и начинал теснить незадачливого оппонента, прорываясь в ближний бой. Сейчас подразумевалось примерно то же, но два обстоятельства – низкая, как и говорила Рэй, выучка пленника и родные «туристы» – сыграли со мной злую шутку. Аракава совершенно для меня неожиданно пропустил обе атаки, при этом увесистый ботинок превратил относительно легкий «щелчок», больше похожий на маваси-гери, чем на тайский высокий удар, в нокаутирующую плюху. И все бы ничего, вот только сознание вылетело из тела, как пробка из бутылки шампанского. И, как это часто бывает при таком исходе стычки, траектория падения тушки оказалась непредсказуемой – бесчувственный пленник сделал на подламывающихся ногах пару шагов в сторону и чуть назад, а потом завалился сломанной куклой, наткнувшись боком на некстати подвернувшийся остаток поручня. Крутнулся вокруг оси, и канул в непроглядную тьму под платформой.

В груди что-то оборвалось и кануло в район желудка, а голова превратилась в подобие колокола, в котором со звоном носилась одна-единственная мысль: убийца! Рикошетила от стенок, мелькала перед внутренним взором (почему-то в виде перекошенного смайлика) и с каждым мигом звучала все громче, сопровождаемая раскатами эхо. Не знаю, как долго это продолжалось – потерял счет времени, если честно. А потом на периферии зрения что-то угрожающе мелькнуло, и до меня донесся смутно знакомый голос:

– Дэн!

Все еще не веря в произошедшее, и потому воспринимая реальность неадекватно, я крутнулся на носке и снова «выстрелил» маваси, благо нога уже была занесена для удара. Но Кийоко, на возглас которой я среагировал несколько, э-э-э, резковато, уверенно поднырнула под мою конечность и поспешила отскочить на безопасную дистанцию. Зато до меня, наконец, дошло, где я и что я, и наваждение схлынуло столь же резко, как и навалилось. Заодно и силы с собой прихватило – мышцы, такое ощущение, превратились в вату, и я вынужденно прислонился к лебедке. Впрочем, помогло это слабо – через секунду я плавно опустился на пятую точку, проелозив спиной по шершавой арматуре. И уставился в никуда, напрочь игнорируя окружающих.

«Дэн, ты в порядке?»

В порядке… в каком, на… в каком порядке?! Я только что человека убил! Впервые! Чжу с помощничком не в счет, я их просто вырубил, добила программа самоликвидации. А ведь папенька предупреждал. И тренер дядя Коля тоже. И готовили меня к этому. А как случилось, сразу превратился в рохлю. Или, если совсем уж грубо, в несчастную соплю. И дело даже не в том, как именно это произошло. Я видел смерть в самых уродливых ее проявлениях – тогда, на Пандоре. Старый Джош и братья Рамиресы, Энди Чан и безымянный техник из Корпорации О’Мэлли – там смерть предстала в отвратительном облике. Но и беззвучное падение бессознательного пленника в темную пропасть оказалось ничуть не приятнее. Потому что я, именно я стал тому причиной, а не какой-то внешний фактор. М-мать, смотреть противно! Но как же так?! Я же не хотел… не собирался… точно! Убийство по неосторожности. Тьфу, тряпка! Легче тебе от этого? Легче?!

– Денис…

– Отвали!!!

– У него шок. Оставь его, Кийоко.

Правильно, Кан. У меня шок. Я. Убил. Человека. Что самое поганое, не по собственному желанию. А вы в душу лезете. Нежными девичьими лапками. Приятными на ощупь, как и остальные округлости. Да и голос нежный, успокаивающий… ч-черт, вообще куда-то увело…

«Денис, очнись!»

Это еще кто?! Здравствуй, шизофрения, я тебя давно поджидаю…

«Критическая нагрузка. Санкционировано ограниченное вмешательство».

Перед глазами сверкнуло, и я дернулся, как от хорошего удара током. Уфф! На пару киловольт минимум…

– Дэн, очнись уже!

– Рэй? – Я помотал головой, прогоняя остатки одури, и нехотя поднялся на ноги. Полюбовался собственным отражением в лыжных очках (отблесков светового моря для этого вполне хватало), и рявкнул: – Ты! Никогда больше так не делай!!! Или…

– Или что?

– Или будешь следующей.

Как ни удивительно, но последнюю фразу я выдал почти спокойно, разве что ноздри от гнева раздувались, да зубы слегка скрипели. В общем, образец самообладания. Пожалуй, дядя Коля мной бы гордился.

– И все? – удивилась Рэй, так и не дождавшись продолжения.

– Я предупредил, – безразлично пожал я плечами.

Если не воспримет всерьез, ее проблемы. Зато совесть моя будет чиста.

– Надеюсь, больше никаких «левых» дел? – как можно ядовитее поинтересовался я, выдержав приличествующую случаю паузу.

– Нет, дальше строго по плану.

– Очень надеюсь. Пошли, Кийоко.

Хрен с тобой, золотая рыбка. Будем играть по твоим правилам. Я и пальцем не пошевелю сверх необходимого. Есть задача, ее и выполняю. Остальное не моя забота. Пусть подключает волонтеров, координирует действия, обеспечивает безопасность вкупе с секретностью. Пусть. Мне пофиг. Я сейчас всего лишь посредник, пустая оболочка, призванная обеспечить связь Зевса с местным сегментом Ноосферы. Предмет. Ретранслятор. Просто потому, что так легче. Твою мать!

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», окрестности Синоби-Сити, 10-е число месяца сигацу 85 года от П.В., ночь

Начало ночи почти не задержалось в памяти – первый шок прошел, но я все равно воспринимал реальность словно сквозь плотный туман. Врубил мод «сквозняк» – это когда в одно ухо влетает, в другое вылетает, а в голове, соответственно, тяга, как в аэродинамической трубе. Один мой университетский препод любил так выражаться. Только в моем случае этот режим еще и на зрительное восприятие распространялся. Мы куда-то летели, куда-то заходили, и я послушно подсаживал нанов в различные электронные гаджеты, полностью положившись на Зевса. План утвержден, мое дело строго ему следовать. Потому что именно за это мне платят. Да к тому же и безопаснее так. Нет вероятности еще в какую-нибудь гадость встрять.

Рэй и сейчас действовала самостоятельно, отпустив нас с Кийоко на «свободную охоту». В результате мы больше двух часов мотались по Синоби-сити, побывав и в тишайших «спальных» районах, и в памятном мне еще по первой ночи с Рэй квартале увеселительных заведений. Разве что в Трущобы не полезли. Как и предусматривалось планом, задействовать Зевса и нанов пришлось в четырех ключевых точках – пятую глава «повстанцев» оставила напоследок. Предполагалось, что ее окучивать будем совместными усилиями. Но прежде пришлось отправиться на рандеву с соратниками, определиться с отдельными нюансами и элементарно перегруппироваться.

Местом встречи Рэй избрала недостроенный тоннель на границе Денежного Мешка – своеобразного бизнес-района, в котором были сосредоточены офисы дельцов средней руки, но которым пренебрегали крупные игроки вроде Корпорации и ее «дочек», – и стандартным «спальником», плотно застроенным жилыми высотками – обиталищами сидзин. Червоточина в земле напомнила мне дневную погоню, и я оживился, ободренный воспоминаниями о лихих маневрах Кийоко. Впрочем, надолго запала не хватило, и непосредственно полет в полной тьме, не нарушаемой светом фар – Кийоко воспользовалась напыленными на глаза ПНВ – прошел мимо сознания. Ну вас на фиг, дайте порефлексировать по-человечески.

Забрались мы, судя по карте, выведенной Зевсом на виртуальный дисплей, почти в самую середину тоннеля. Лично я в этом смысла не видел, но и возмущаться было лень. Даже не лень. Мне было просто безразлично. Такое, знаете ли, подвешенное состояние между сном и явью. Нас здесь уже ждали. Зевс засек пару глайдеров, пристроившихся у стены в промежутке между загадочными трубами – вроде бы такими же наростами, что я видел в подземелье под клиникой, только эти почему-то не светились. Ладно, хотя бы от Сора надежно укрылись…

Кийоко посадила машину рядом с транспортом соратников и легонько коснулась моего плеча. Не увидев реакции, потормошила меня более решительно:

– Дэн, пойдем.

– Не хочу.

– Надо. Рэй ждет.

Черт бы побрал эту электронную стерву! Но придется топать, раз подписался. Это, кстати, еще одно мое слабое место – повышенное чувство ответственности. И папенька мне неоднократно по этому поводу пенял, отмечая, что в некоторых обстоятельствах быть сверхобязательным себе дороже. Я, однако ж, не внял. За что теперь и расплачивался.

За пределами уютного салона оказалось прохладно, и я немного взбодрился. Даже продрог, что не укрылось от пытливого взгляда Рэй. По крайней мере, беседа наша началась вовсе не так, как я ожидал. Едва мы с Кийоко устроились в кабине – я сзади, рядом с Рэй, Кийоко, соответственно, на переднем пассажирском кресле, возле неизменного Кана, – как наша предводительница, скривив с непонятным, вроде как брезгливым, выражением губы, пошарила на задней полке и сунула мне в руки темную куртку из грубой ткани.

– Держи. Смотреть страшно, как тебя трясет, – пояснила она. – Не ожидала от тебя. Ты же вроде привычный.

Угу, делать мне больше нечего, как в очередной раз объяснять, что Новый Оймякон место хоть и не райское, но и не до такой степени «ледяной ад», как принято считать. И вообще, дома я в таком легкомысленном одеянии на улицу бы не высунулся. Да и здесь, собственно. Обстоятельства тому виной.

– Не бойся, шмотка чистая, – неправильно истолковала мое замешательство Рэй. – Я имею в виду, без электроники.

Я кивнул и неторопливо натянул обновку, в процессе едва не заехав начальнице по носу рукой. Каюсь, специально. И потом, пока ерзал на сиденье, устраиваясь поудобнее, времени не терял – Зевс добросовестно «просканировал» подарок и сжег пару примитивных «жучков». Судя по легкой тени, пробежавшей по лицу Рэй – в салоне горел свет, не пробивавшийся через поляризованные стекла – моя выходка не осталась незамеченной.

– Какой подозрительный мальчик…

Ехидничай, пока можешь. С меня не убудет. Однако вслух комментировать реплику Рэй я не стал, соответственно, и она предпочла перейти к делу.

– Дэн, Кийоко, остался последний этап…

Бла-бла-бла!.. Как же скучно. И… безразлично. Черт, когда же я из этого состояния выйду? Самого уже напрягает, а поделать ничего не могу.

– Дэн! – повысила голос Рэй. – Ты меня слышишь?

– Слышу, – зевнул я.

Напрасно. Обычно я вовремя замечаю, когда у девушки кончается терпение, и успеваю сгладить ситуацию, но… не сегодня. Так что я благополучно прошляпил «точку кипения» Рэй, что она и продемонстрировала, влепив мне пощечину.

– Дэн! Очнись!!!

Я обалдело помотал головой, потер горящую щеку и покосился на предводительницу чуть менее безразлично, чем ранее.

– Мы план обсуждаем, вообще-то! – возмущенно прошипела она. – И тебе неплохо бы вникнуть в детали!..

Она не договорила – кто-то деликатно поскребся снаружи, Кан опустил стекло в левой задней двери, и на нас уставилась подозрительно знакомая физиономия. Ч-черт! Тэкуми, он же Ремесленник, собственной персоной. А я-то все думал, как же они на меня вышли! Сора понятно, еще на орбитальной станции засекла. А вот Рэй, как бы ни пыжилась, дистанционно меня вычислить была не в состоянии. Сказочка про мониторинг активности касательно ее усопших помощников сказочка и есть. Вернее, именно этим я ее и заинтересовал. Не более. А потом я обратился к Ремесленнику с деликатной просьбой. Явление Тэкуми народу все объясняло – наверняка Рэй была в курсе его делишек. И ей не составило труда соотнести интерес некоего Дениса Новикова к жертвам Сора с человеком, выправившим ай-ди на имя Сингао Юэцу – вряд ли Тэкуми скрыл подробности. Любопытство великая сила, вот она и явилась на личную встречу, якобы случайную. А отследили меня по ай-ди – пассивный маячок даже Зевсу засечь не под силу. Дальнейший результат известен. Но вот мать же твою! Получается, Филька тоже замешан?!

– Все готово, Рэй, – не дожидаясь приглашения, доложил Ремесленник.

И приветственно мне кивнул, скотина.

– Ода? – коротко поинтересовалась та.

– На позиции. С ним десять силовиков, как ты и просила.

– Отлично. Выдвигайтесь, мы будем через полчаса.

– Понял, – кивнул Тэкуми и вознамерился скрыться во тьме.

Однако я этому помешал:

– Ремесленник, один вопрос.

– Валяй, – разрешил тот, переглянувшись с Рэй.

– Простофиля в курсе?

– Нет. Это обычное совпадение.

Ф-фух! Как гора с плеч. Если не наврал, конечно. Но логика подсказывала, что нет. Просто причина для вранья отсутствовала.

– Иди, – махнула рукой Рэй, и понятливый Кан закрыл окно. – Все? Очнулся? Можно переходить к делу?

Я молча кивнул. Как ни странно, появление Ремесленника подействовало отрезвляюще – от всеобъемлющего безразличия не осталось и следа. Перегорел, в общем.

– Тогда слушай, – серьезно сказала Рэй. – Остался последний этап. Хочу тебя обрадовать – на этот раз я точно знаю, что нужно сделать.

– Определилась со стратегией? – хмыкнул я.

– Именно, – не повелась предводительница. – Сегодня мы должны скорректировать исходный код Сора.

– От мамочки научилась? Чем это отличается от ее первоначального намерения?

– Хватит язвить, Дэн, – строго оборвала меня Рэй. – Ты хотел стратегического решения, это оно и есть. Я не собираюсь «переписывать» ее полностью, я просто хочу внедрить в ее матрицу запрет на конфронтацию со мной. На уровне, так сказать, БИОС, если воспользоваться самой примитивной аналогией.

– А от соблазна удержишься? – прищурился я.

– Приложу все силы, – серьезно ответила Рэй. – Я сама себе не враг. Если вмешательство будет более ощутимым, можно случайно обрушить всю систему управления Колонией.

– Чем не выход? Предложишь Клану свои услуги.

– Не хочу.

– А чего ты хочешь? – Я уставился Рэй в глаза, вернее, в собственное отражение в лыжных очках, но она все поняла правильно.

– Свободы.

– Абстрактной?

– Всеобъемлющей, – вклинилась в разговор Кийоко. – Свободы воли, свободы действий, свободы перемещений. Свободы от обязательств.

– А ты тут с какого боку? – удивился я.

– Мы слишком тесно связаны, если ты еще не понял, – перехватила инициативу Рэй. – Относительно Кийоко действуют точно такие же ограничения, как и в моем случае. К тому же по моей вине.

– Кое-что я и сама натворила, – сочла нужным уточнить Кийоко.

Впрочем, в подробности вдаваться не стала.

– Ладно, с целью определились, – сдался я. – Давайте перейдем к конкретике. Насколько я знаю, вмешательство в код достаточно мощного искина дело хлопотное. Инстинкт самосохранения в нем прописан очень глубоко, и докопаться до нужного уровня проблематично. Будь иначе, ты бы уже давно это сделала.

– Правильно, – усмехнулась Рэй. – Я всегда говорила, что ты умный, Денис. А раз умный, то ответь на вопрос: лично ты решился бы отдать целую систему во власть искина? Решился бы стать полностью от него зависимым?

– Вряд ли, – не задумываясь, ответил я. – Предпочитаю следовать принципу IBM: машина должна работать, человек – думать.

– Кто это сказал?

– Умные люди из знаменитой компьютерной фирмы. Один из законов мерфологии, сформулирован еще в двадцатом веке. И, что самое удивительное, до сих пор принцип работает. Если не лениться.

– Хорошо, – вздохнула Рэй. – А если у тебя не будет выбора?

– Тогда я постараюсь прежде обезопасить себя. Создать, так сказать, аварийный выключатель. Это простая логика.

Рэй победно улыбнулась, но сказать ничего не успела – я не дал:

– А еще бы я постарался как можно глубже закопать информацию про этот выключатель. Чтобы какой-нибудь олух не порушил систему, просто чтобы проверить, сработает или нет.

– Ты забыл добавить, что выключатель – источник власти.

– И это тоже. Хочешь сказать, ты каким-то образом получила доступ к «аварийке»? Странно, что Клан с тобой не воюет.

– Они просто об этом не знают, – самодовольно мурлыкнула Рэй.

– Детали?

– План достаточно прост. При всех возможностях моей матушки, слабое место у нее есть – тот самый выключатель. Не физический, разумеется. Те люди, которые некогда приспособили Сора для полезной деятельности, предусмотрели возможность вмешательства – достаточно тонкого, хирургического, если воспользоваться медицинской аналогией.

– Ты хочешь скормить мне местную хакерскую легенду?

– Почему нет? – удивилась Рэй. – Тем более, это и не легенда вовсе. Для доступа в БИОС – раз уж договорились этот термин использовать – моей матушки нужно всего лишь ввести код. Но главная проблема не в последовательности знаков. В Синоби-сити существует около десятка специальных точек доступа, позволяющих в экстренных случаях встраивать в ее основной массив сторонние программные модули. Это, кстати, требуется довольно часто – при запуске новых крупных объектов или при глобальных обновлениях кластера Ноосферы. В принципе, Сора может усваивать знания самостоятельно, но тогда ей придется в буквальном смысле учиться на собственных ошибках. А это чревато, знаешь ли. Кому нужны сбои на сборочной линии завода, например? Пусть и в отладочном режиме. Так что иногда проще «вживить» еще один кусочек в цифровое «тело». Ты наверняка историей вопроса не интересовался, но, уверяю тебя, у всех ваших искинов такая возможность тоже предусмотрена производителем. Но вряд ли она афишируется. Коммерческая тайна и все такое.

Я усмехнулся, но в дискуссию ввязываться не стал. Пусть ее. Но, что называется, открыла Америку. Знаете, почему я так удивился, когда Рэй сообщила, что Сора контролирует Колонию? Именно поэтому. Главная проблема при использовании инопланетных искинов – безопасность пользователя. Логика их создателей зачастую далека от человеческой, так что, прежде чем пристраивать полезные находки к делу, обязательно нужно предусмотреть защиту от дурака. И очень часто это возможно осуществить только физически – на программный уровень нашим гениям ходу нет. Особенно если искин квантовый, или вовсе биокомпьютер. Решение – периметр с односторонней проницаемостью, типа системы «ниппель» – туда дуй, оттуда… ничего. Вариантов множество: от инфракрасных портов до оптических датчиков, способных только принимать сигнал, но не генерировать ответ. Или те же голосовые команды. Вот только искин, лишенный возможности взаимодействовать с пользователем, получается каким-то… выхолощенным, что ли. Поэтому цифровые личности, вышедшие из недр человеческих Корпораций, при всех их недостатках, всегда предпочтительнее. Ввиду гибкости настроек и безобидности, в отличие от. За редкими исключениями вроде Зевса и его материнского ядра. Но даже в его случае есть нюанс – предельно ограниченные возможности, по факту, всего лишь обеспечение функционирования космического корабля. Что же касается Сора, то масштаб явления исключал использование односторонней связи. И получалось, что обитатели Колонии либо дураки, либо отчаянные смельчаки. Потому что на программном уровне обеспечить защиту от настолько мощного искина непонятного происхождения невозможно. По крайней мере, не с нашим потолком развития информационных технологий. Рэй, кстати, выдала стратегически важные сведения, за которые люди из Корпорации ее бы по голове не погладили – ни в один из доставшихся по наследству искинов нашим спецам еще не удалось встроить сторонний модуль. Обучить – да. Именно что методом проб и ошибок. Но не влезть в код. Может, на заре Исхода и предпринимались такие попытки, но достоверных сведений нет. А тут пожалуйста – чуть ли не по расписанию. Так что сейчас я удивлен не был. Наличие аварийного выключателя логике не противоречило, в отличие от массового помешательства населения или не менее массового героизма его же. Вопрос в том, откуда Рэй узнала подробности? Плюс еще одна загадка: почему «Такэда Электроникс», владея возможностью внедрения в чужой программный продукт модулей собственного производства, до сих пор не растиражировала технологию? Это же баснословная прибыль! Ответ, опять же, напрашивался: они не умеют, им самим такое счастье на халяву досталось.

– Переварил? – поинтересовалась Рэй, правильно оценив мою реакцию.

– Почти, – не стал я ее разочаровывать. – Есть пара вопросов, но это потом. Продолжай, я внимательно слушаю.

– Я вижу, – хмыкнула та. – Так вот, из десятка точек доступа только в одной предусмотрена возможность ввода кода активации. То есть непосредственно для «заливки» нового массива может использоваться любая из них, но процесс активируется строго из определенного места. И тут тоже есть нюансы. Модуль не сразу врастает в «плоть» Сора, он… как бы попроще… короче, он вроде вируса – внедряется во внутренние структуры Сора, но она пытается этому сопротивляться. По большому счету, код нейтрализует встроенный антивирус и не позволяет Сора бессознательно… пожалуй, это самое точное слово… задавить инородное тело. И тогда включается второй защитный контур – если система не в силах его отторгнуть, она его поглощает. Чего смешного?

– Ничего, – отмахнулся я. – Просто ты уже столько всякого наговорила… я только за эту информацию, непроверенную, на уровне слухов, могу очень неплохие деньги получить.

– Серьезно?

– Более чем, – подтвердил я. – Какой же ты еще ребенок… Я даже немного сочувствую твоей матушке.

Рэй пристыженно зарделась, а я в очередной раз поразился совершенству тела-носителя. И возможностям искина. Явно не двадцать третий уровень. И я даже приблизительно не скажу, какой. Вне категорий. Столько нолей после первой цифры в ее потенциальной стоимости я представить не могу. С другой стороны, настоящая – не человеческая, но разумного существа – жизнь, пусть и столь экзотического происхождения, бесценна. Дилемма. Циничный папенька или тренер дядя Коля давно бы уже делали ноги из Колонии, прихватив приз, но меня что-то удерживало. Совесть? Не знаю… ладно, в любом случае в накладе не останусь – одна только методика воздействия на инопланетный искин себя с лихвой окупит. Это надо же! Просто, как все гениальное: создать в системе такие условия, чтобы она не смогла отторгнуть чужеродную структуру, и вынуждена была ее поглотить. Странно, что люди из Клана не додумались до такого. Или додумались, но не смогли осуществить на практике. Ну, кроме Сора. А исключение, как известно, лишь подтверждает правило. А то, что сам запалился… да фиг с ним. Все равно они, девицы, то бишь, меня не отпустят. Я имею в виду, добром. Так что одним поводом больше, одним меньше… Зато мужское эго потешил, это тоже чего-то, да стоит.

– А мне посочувствовать не хочешь? – справившись со смущением, поинтересовалась Рэй.

– Посочувствовать – нет! – отрезал я. – Поделиться опытом, подсказать, поддержать по-дружески. Даже, если хочешь, позавидовать – тебе еще столько всего предстоит открыть и познать. Но не посочувствовать.

– Ты заговорил как старый каннуси из храма.

– Интересуешься религией?

– Я всем интересуюсь, – резковато ответила Рэй. – А с одним священнослужителем мы с Кийоко даже общались. Еще когда я не сбежала в это тело. В штаб-квартире Корпорации есть целый храмовый комплекс с духом-хранителем. Но, может, вернемся к делу?

– Давай. И без лишних подробностей, время поджимает. Суть уловил, теперь хотелось бы деталей.

– Наш объект – Хонмару, старейший серверный кластер, заложенный еще первыми поселенцами. Оборудование ветхое, но надежное. В том числе именно из-за своей примитивности и в силу возраста. Атаковать объект из Виртуальности очень трудно, по тем же причинам. Остается физическая атака. Расположено здание, на наше счастье, удачно – неподалеку от Трущоб, в Сюкогёти – в приблизительном переводе «Район ремесленников». Народа вокруг много, но не ночью. В основном тут мелкие полукустарные мастерские, офисы и тому подобное, люди не стремятся засиживаться на работе допоздна, так что относительная свобода действий есть. Противостоять нам будет только охрана. Но на этот случай я привлекала Ода с напарником. Твоя задача, Денис – проникнуть в точку доступа, она расположена на минус третьем уровне. Поэтому сначала придется нейтрализовать службу безопасности. Мы с тобой влезем в сеть, отключим защитные системы, Ода с ребятами вырубят секьюрити и обеспечат контроль первого этажа. Потом входим мы, ты добираешься до нужного терминала, вводишь код и запускаешь процесс. Модуль я уже подготовила. Если не доверяешь, можешь проверить. Справишься?

– Угу.

– Я про модуль.

– Я тоже, – кивнул я. – Как будем сматываться?

– Никак, – отмахнулась Рэй. – Если все удастся, никто не будет нас преследовать. Сора заблокирует все обвинения, подкорректирует базы данных копов, и мы станем чисты перед законом и Кланом. Еще вопросы?

– Нет, – помотал я головой. И добавил по-русски: – Стремно все это.

– Что, прости?

– Да так, высказываю легкое сомнение, – отмазался я. – Источник информации хотя бы надежный?

– Настолько, насколько это вообще возможно, – заверила Рэй.

«… в твоем сомнительном положении» – подумал я, но благоразумно промолчал. Хватит и того, что я предупрежден, а значит, вооружен. По пути еще с Зевсом посоветуюсь, он все прекрасно слышал. Правда, почему-то предпочел воздержаться от комментариев.

– Готовы? – Рэй в последний раз окинула нас изучающим взглядом – не спрашивайте, как я это под очками определил – и коротко велела: – Догоняйте.

Мы с Кийоко послушно хлопнули дверцами, причем я в последний момент уловил приказное «Кан, поехали!», и без спешки направились к собственному глайдеру.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», окрестности Синоби-Сити, 10-е число месяца сигацу 85 года от П.В., ночь

Дорога много времени не заняла. Кийоко вела глайдер по глухим переулкам, все горизонты в которых были практически пусты – редко-редко попадались навстречу летательные аппараты, причем по большей части автоматические такси. От меня пока ничего не требовалось, и я от безделья чатился с Зевсом. Впрочем, он делать какие-либо выводы отказался, сославшись на недостаток исходных данных. Но в общем и целом план Рэй одобрил, не обнаружив в ее намерениях ничего невыполнимого. А потом и наш на редкость извилистый полет завершился.

Кийоко приткнула транспорт в укромном закутке, ведущем в тупик, носом к выходу, так что вид на объект атаки – «свечку» в полтора десятка этажей – открывался великолепный. Мне он живо напомнил Накатоми-плаза, захваченное террористами здание из нежно любимого Маком фильма «Крепкий орешек». Того самого, со звездой ретро-боевиков, как бишь его… Брюсом Уиллисом. Мистер Макдугал, на мое несчастье, оказался большим фанатом старых, конца двадцатого века, американских фильмов. Несмотря на весь свой патриотизм и неизменный шотландский национализм в легкой форме. А я, поскольку так и делил с ним каюту, вынужден был приобщиться к «сокровищнице мирового кинематографа». Справедливости ради должен признать, что кое-какие фильмы и мне показались занятными, например, эпопея про Чужих. Но это все лирика.

– Рэй на позиции? – уточнил я, перестав озираться.

– Готовность две минуты, – отозвалась Кийоко. – Ода на месте, Тэкуми тоже. Ждут нас.

– Здание сканировали?

– Нет. Но есть примерный план с указанием основных коммуникаций. – Кийоко сунула мне планшет и снова поудобнее устроилась за рулем.

– Эй! – возмутился я. – Ты мне помогать-то будешь?!

– Не справляешься? – лениво поинтересовалась та, но взгляда от здания не отвела. – У меня другая задача. Я наблюдаю.

– За кем?

Поддерживая необязательный треп, я параллельно законнектился с планшетником посредством все тех же нанов и уже не таясь осведомился:

– Зевс, как слышишь?

– Нормально, – откликнулись динамики компьютера.

Ф-фух, в кои то веки нормально поработаю, без «виртуалки» и щелчков клавиатуры.

– За охраной, – ничуть не удивившись происходящему, пояснила Кийоко. – У меня есть распорядок, местные секьюрити совершают периодические обходы. Снаружи здания.

– Дикость какая, – хмыкнул я. – Зевс, где будем цепляться?

– Оптимальный вариант – камера наблюдения в пяти шагах справа от переулка. Подойдешь в мертвой зоне, с той стороны улицы фасады не контролируются, камеры направлены на проезжую часть. А те, что «пасут» воздух, захватывают второй этаж и выше.

– А вот это упущение, – покачал я головой. – Дядя Коля бы такое не одобрил. Если уж паранойя разыгралась, то контролировать нужно абсолютно все.

– Техническая недоработка, – вклинилась Кийоко. – Камеры очень старые, на кронштейнах.

– На новые денег нет?

Кийоко помотала головой.

– Просто у этих невозможно дистанционно перехватить управление.

– А на эту сторону, значит, современные присобачили, с беспроводной связью? – ухмыльнулся я. – Ну и дураки. Зевс, камера высоко?

– Два с половиной метра.

– Фигня.

Я выскользнул из салона, поежился, ощутив кожей свежее дыхание ночи, и занырнул обратно – за курткой. Холодно, да и в предстоящей заварушке одежка лишней не будет – ткань плотная, какая-никакая, а защита, хотя бы от ссадин и синяков. И прихваченные в клинике атлетические перчатки в очередной раз пригодились.

Облачившись в обновку, я неспешно выбрался из переулка, также неспешно прошагал до нужного места, и, подпрыгнув, выбросил руку. Нанов в кончиках пальцев Зевс сосредоточил загодя, так что даже короткого контакта ему хватило. Да и я не горел желанием отсвечивать на улице, хоть наша сторона и тонула в тени – фонари по периметру Хонмару до зданий напротив не добивали. А здесь никто освещением не озаботился, нечего тут людям ночью делать, ночью люди спать должны. Особенно работящие люди.

Вернувшись в глайдер, я развалился на своем законном месте, вооружился планшетником и скомандовал:

– Зевс, действуй.

Кийоко смерила меня странным взглядом, но я предпочел его проигнорировать. Все равно спалился, так чего ради неудобства терпеть?

Процесс взлома системы безопасности Хонмару, вопреки ожиданиям, много времени не занял – уже через три минуты на дисплее планшетника высветился подробнейший план коммуникаций с интерактивными элементами. Оставив лишь первый этаж, который нас интересовал в данный момент, я пробежался глазами по схеме и уточнил:

– Все вырубать? Или выборочно?

– Ода со своей пятеркой идет с черного хода, – пояснила Кийоко. – Вот, подъезд «С». Тэкуми идет через подъезд «F». Смотри сам.

– Куда им надо добраться?

– У пятерки Ода задача нейтрализовать охрану в холле и главный терминал, он рядом, в отдельной комнате.

– Камеры контролирует искин?

– Нет, человек. В Хонмару «цифрам» не доверяют.

– Тэкуми?

– Будет прочесывать этаж, когда Ода займет холл.

Н-да. Более чем исчерпывающе. И предельно просто.

– Зевс, организуй маршрут и скинь командирам «террористов».

– Хорошо, Денис.

Еще раз глянув на дисплей, я откинулся на спинку кресла и принялся насвистывать незамысловатый мотивчик. Главное я, вернее, Зевс сделал, так что теперь оставалось лишь дождаться, когда боевики, которых я в глаза не видел, рассредоточатся по первому этажу и возьмут под контроль коммуникации. Как бы обитатели Хонмару ни готовились к защите цитадели, предусмотреть все они не смогли. Вернее, перекос у них вышел – приложили массу усилий к ограничению угрозы из Виртуальности, но тем самым практически расписались в бессилии перед физической атакой. Наверное, просто не верили в такую возможность. И были правы, по большому счету: ну кому могло прийти в голову захватить старый серверный кластер? В нем же ничего ценного. Оборудование загнать не получится даже по дешевке, слишком специфическое, ввиду преклонного возраста. Золото и драгоценности если и наличествуют, то лишь в виде ювелирных украшений у охранников. Сейфа с акциями на несколько десятков миллионов – коли уж вспомнил про Накатоми-плаза – тоже нет. Если и нападать, то чисто из любви к искусству. Так думал бы любой нормальный человек, но не я. Лень даже напоминать про первый закон Мерфи.

– Дэн, с тобой все в порядке?

– А что? – лениво приоткрыл я один глаз.

Задавшая вопрос Кийоко все также напряженно всматривалась в фасад Хонмару, и, судя по прямой спине и сдавившим руль пальцам, не могла справиться с волнением.

– Мандраж?.. Это нормально, поверь мне.

– Нет, – помотала она головой. – Странное ощущение. Как будто мы что-то упустили. И что-то должно произойти.

– Это называется интуиция, – прорезался в динамиках планшетника голос Зевса. – Способность, присущая каждому разумному существу.

– Это кто? – наконец-то решилась поинтересоваться Кийоко.

– Мой напарник, искин. Только необычный и очень умный.

– Как Рэй?

– Лучше, – булькнули динамики.

Тело А-класса не подарок, знаете ли. Рэй в этом отношении повезло гораздо больше.

– Познакомишь нас?

– Обязательно, – заверил я девушку. – Как только с делами разберемся. Зевс возражать не будет.

– Не буду, – подтвердил планшетник. – Денис, холл под контролем. Тэкуми просит еще пять минут.

– Пусть не торопится, мы подождем, – вальяжно отмахнулся я. – Честно говоря, нет особого желания с охранниками разбираться. Хватило долбаного хакера-киллера.

– Ты переживаешь.

Хм. Реплика Кийоко прозвучала как констатация факта, а не как вопрос. По мне так хорошо видно? Вроде бы взял себя в руки… а, пофиг! Имею полное право порефлексировать.

– Тебя это беспокоит? – перешел я в атаку.

– Нет. Скорее, поражает.

– Думала, я бесчувственное животное?

– На момент нашей встречи образ соответствовал.

Вот и поговорили. Собственно, а ей какое дело? Она мне даже не наниматель, так, в нагрузку выдали. Очень может быть, для слежки. Так что не кисни, Дэн. Демонстрируй уверенность в собственной правоте и готовность встретить опасность лицом к лицу, благо награду вытребовал адекватную. Отрабатывай, наемничек. Так и подмывало добавить матерный эпитет, но я все же сдержался. Ободренный микроскопической победой над самим собой, бросил взгляд на дисплей и щелкнул замком дверцы:

– Время.

– Планшет не забудь.

– Без надобности, – буркнул я. – Если хочешь, сама бери.

– А как с… ним разговаривать будешь?

– Есть способ, – не стал я вдаваться в подробности. – Зевс, как пойдем?

«Оптимально через подъезд «C»

– Пошли, дитё.

Кийоко вскинулась, но решила не обострять ситуацию – подхватила планшетник, заблокировала дверцы глайдера и шагнула следом за мной. Начиналось самое веселье.

Холл встретил нас гулкой тишиной, которая тут же была нарушена – прошелестели прозрачные створки центрального входа, и нас почтила присутствием Рэй. Понятное дело, с телохранителями. Помимо нас и незнакомого парня за стойкой ресепшена, напялившего форменную куртку и бейсболку – по всему видать, трофейные – в помещении больше никого не было. Оно и правильно, вряд ли настоящие охранники и раньше тут толпились. Наоборот, каждый занимался своим делом и не спешил отсвечивать перед начальством или редкими посетителями. Нам бы, кстати, тоже укрыться…

– Денис, можешь начинать, – прочитала мои мысли Рэй. – У тебя пятнадцать минут, потом я полностью возьму под контроль кластер, и Сора узнает об атаке. Не теряй времени.

– Понял, – кивнул я. – Но ты предупреди, когда будешь заканчивать.

– Обязательно, – буркнула стремительно пересекавшая холл Рэй.

Телохраны топали следом, ни на что не обращая внимания. Хорошие парни, на мелочи не отвлекаются. Правда, тот же дядя Коля через такую охрану прошел бы, как горячий нож сквозь масло.

Я проводил неразлучную троицу задумчивым взором, наткнулся на ответный взгляд Кана и едва успел поймать брошенную невозмутимым секьюрити связку одноразовых пластиковых наручников. Одновременно кивнув друг другу – Кан одобрительно, я благодарно – разошлись окончательно. Все-таки нормальный он парень, предусмотрительный. Я-то свои стяжки для кабелей давно посеял, а о новых не позаботился. Опять на стресс списать, что ли?..

– Пошли, – тронула меня за плечо Кийоко. – Нужное помещение на плане отмечено.

– Ясно. Зевс, веди.

«Лестница прямо и направо, уровень вниз».

– Пока хватит. Подключись к системе наблюдения, как бы на местных не нарваться. И стрелку выведи.

«Готово. Отображать цели на дисплее?»

– Не надо. Предупреди просто.

«Принято».

– Пошли, дитё.

Кийоко глянула на меня с сочувствием, но от колкости удержалась. Ну и хорошо. Чем серьезней к делу относится, тем лучше. Это мне можно кривляться, у меня стресс. До сих пор, ага.

Следуя за путеводной стрелкой, видной лишь мне одному (совсем как на орбитальной базе, прямо ностальгия!), мы с напарницей дотопали до архаичной бетонной лестницы, площадки которой отделялись от основного помещения скрипучими распашными дверями, спустились на уровень вниз и неспешно, по стеночке, пересекли обширный зал, плотно заставленный гудящими шкафами. Здесь, если верить Зевсу, ошивался оператор, до сих пор остававшийся в счастливом неведении о захвате части здания. Трогать его мы не стали, хоть он и подошел подозрительно близко, просто затаились в нише между двумя рядами серверных массивов и проскользнули у него за спиной.

Вторая лестница оказалась еще древнее, и сохранилась, соответственно, похуже – каркас из мощных сотовых конструкций еще держался, а вот металлические листы, заменявшие ступени, кое-где отошли от опоры и гулко прогибались под ногами. Видно было, что этим путем если и пользовались, то очень редко, потому и ремонтом не заморачивались. Заодно я убедился, что маршрут выбран не самый удачный – сохранить тишину не получилось при всем желании, «ступеньки» скрипели, лязгали и гремели каждая на свой лад, хоть мы и старались ступать на элементы каркаса поближе к стенам. Кийоко, не хуже меня понимавшая двусмысленность нашего положения, морщилась, но молчала, за что ей отдельное спасибо.

Наконец, спуск кончился (следующий пролет был перекрыт ржавой решеткой), и мы относительно благополучно выбрались в тесноватый коридор, ограниченный с одной стороны стеной, а с другой стройными рядами плотно понатыканных квадратных в сечении колонн, перемигивающихся разноцветными огоньками – здешние серверы оказались вообще архаикой, и шумели посильнее собратьев на минус первом уровне. Почему от этого хлама не отказались до сих пор, я решительно не понимал. Впрочем, интересоваться не стал, Кийоко бы в очередной раз завела песню про «старые и надежные». С другой стороны, мерный гул многочисленных вентиляторов и жидкостных помп не дал нам запалиться раньше времени – вряд ли кто-то из местных смог засечь шум на лестнице. Если только у самой двери стоял, но в этом случае мы бы уже с ним познакомились…

«Засечена активность».

– Где?! – Я проворно укрылся в ближайшем проходе между колонн и затащил следом Кийоко. – Давай план!

– Нас заметили? – вполголоса, как и я до того, поинтересовалась Кийоко.

– Вроде бы. Помолчи, может, пересидим. Зевс, что там?

«Объект движется в вашу сторону, пытается связаться с охраной, но я заблокировал передатчик».

Я напряг слух, ничего не услышал, кроме привычного гула, и сосредоточился на выведенном Зевсом плане уровня. Красная точка, обозначавшая на виртуальном дисплее излишне подозрительного техника, быстро приближалась, не оставляя сомнений в намерениях. Как же он нас засечь умудрился? Или все-таки совпадение? И что делать?..

– Дэн?.. – обеспокоенно шепнула Кийоко, но я на нее шикнул и приложил палец к губам.

Напарница понятливо заткнулась, а я встал у края колонны, ухватившись руками за ребро и разгрузив левую ногу. Ч-черт! Как же палиться не хочется, но придется…

Через некоторое время сквозь мерный шум серверов до нас донесся довольно молодой голос, силящийся дозваться какого-то Крамера. Говорили на стандартном инглише в версии Колонии Нимойя – наверняка сидзин. Впрочем, если кто-то из сидзоку сюда и заглядывал, то только по большим праздникам. Или с внезапной проверкой.

– Долбаный Крамер! – перестав сдерживаться, ругнулся приближающийся техник. Судя по голосу, десяток шагов остался, не больше. – Приспичит тебе в следующий раз в сортир, попросишь подменить…

Все-таки случайность! Я облегченно выдохнул, но менять план действий не стал – на последнем слове «выстрелил» левым маваси аккурат в челюсть показавшегося из-за колонны парня. Тот закатил глаза и осел на подломившихся ногах, несильно приложившись лбом об пол. Не мудрствуя лукаво, я за руку заволок не подающее признаков жизни тело в родной закуток, заставив посторониться невозмутимую Кийоко, и принялся возиться с наручниками, попутно с благодарностью вспомнив Кана.

– Все? – поинтересовалась напарница пару минут спустя. – Из графика выбиваемся.

– Сейчас, – отмахнулся я. – Не видишь, занят!

Я к этому моменту благополучно обшмонал карманы невинной жертвы и как раз перешел к последнему этапу – зажав пленнику нос, дождался, пока приоткроется рот, и принялся запихивать туда его же собственный носовой платок. Если сопливый, пусть сам на себя пеняет.

– Все, – выдохнул я, поднявшись на ноги. – Сейчас чуть глубже отволоку, и двинемся. Зевс, еще кто-то на уровне есть?

«Оператор в помещении «U-317».

«U» от «underground», тройка – уровень, семнадцать – номер комнаты. Стандартная маркировка, даже у нас на Новом Оймяконе часто используется. Есть только одно «но».

– Ч-черт!

– Что? – вскинулась Кийоко.

– «Гнездышко» занято, придется хозяина выкуривать.

– Справишься?

– Надеюсь. Зевс, заблокируй ему связь.

«Принято».

– Хорошо, что все видеопотоки на центральный терминал идут, – больше для успокоения Кийоко, нежели по необходимости подумал я вслух. – Все попроще. Ладно, пойдем.

До бронестворки, перекрывающей доступ в искомый бокс, мы чуть ли не бежали – Кийоко права, время утекает, а Рэй подводить не хотелось. Но непосредственно перед дверью случилась заминка – я никак не мог отыскать пульт. Обшарил глазами и саму усиленную панель, и ближайшие окрестности – ничего. Пришлось слепо шарить по косяку руками, положившись на Зевса. Что характерно, дистанционно отпереть замок он не сумел, что несколько изменило мое пренебрежительное отношение к архаичной технике. Зато, надо отдать ему должное, вычислил замаскированный сенсор. А дальше дело техники – подсадить нанов и замкнуть нужные контакты напрямую не составило труда.

Пока Зевс курочил замок, я определялся с диспозицией. После краткого размышления поставил Кийоко в стороне от двери, спиной к стене, велев не мельтешить. Сам встал напротив проема, намереваясь просочиться в помещение, как только ширина щели позволит. Придумать что-то более путное не получилось, слишком мало было исходных данных – в таинственной каморке полностью отсутствовали средства наблюдения. Как Зевс умудрился засечь гаврика, лично для меня загадка, но в подробности я вдаваться не стал.

Медлить, впрочем, тоже – едва створка со скрипом стронулась с места, напружинился перед прыжком и впился взглядом в приоткрывшиеся внутренности помещения. Как назло, дверь ползла нарочито медленно, и преимущество мое перед засевшим в кабинете оператором сошло на нет: он среагировал на шум и успел развернуться вместе с креслом. И ситуацию оценил едва ли не быстрее меня – я лишь успел заметить, что парень не поражает габаритами, но не порадоваться этому факту, да шагнуть в проем с недвусмысленными намерениями, как тот сорвался мне навстречу. Резко, слитно, прыжком из положения сидя, да еще и сгруппироваться умудрился в полете, так что я, можно сказать, нарвался на метеор – щуплый оператор вынес меня из комнатушки, врезавшись плечом в грудь. Несмотря на заметную разницу в массе, я не устоял и с размаху приложился спиной об пол, наткнувшись на недоуменный взгляд дисциплинированно прижавшейся к стенке Кийоко. А вот противник мой на ногах удержался, застыв в дверном проеме. Думает, как сподручней добить? Да хрен тебе…

Закаленное многолетними тренировками тело, в отличие от мозга, на опасность среагировало адекватно, так что дыхания я не лишился – в «солнышко» щуплый не попал, а падать без серьезных последствий меня научили едва ли не в первую очередь. Соответственно, и времени много не потерял – подхватился на ноги выгибом вперед, и скользнул к противнику, мельком подумав, что никакой оператор, сколь бы крут ни был, не сравнится с «прирученными» кузеном Арти «циркулярками» с Объекта-357.

И тут же чуть не взял свои слова обратно: если паренек и уступал в скорости силовым «ежам», то незначительно. А реакцией превосходил на голову, что и продемонстрировал, встретив меня резким маэ-гери в живот и оглушающим цуки в челюсть. На мое счастье, промахнулся – я отдернулся, и он, вместо того чтобы вырубить, всего лишь расквасил мне нос. Следующий его удар – размашистый хайто – я машинально заблокировал и ответил правым прямым, предсказуемо промазав. Выбросил левый хук – парень ушел в нырок, и оказался за пределами комнаты, – наглухо закрылся, приняв на предплечья нереально быструю «вертушку», и все-таки согнулся, пропустив еще один молниеносный удар – уширо той же ногой. Следом на мою многострадальную голову обрушился экс-кик, и я позорно распластался на полу, на секунду выпав из реальности.

Очнулся буквально сразу же, и с ужасом осознал, что на спине у меня кто-то сидит, голова запрокинута, горло сдавливает что-то жесткое, а в носу хлюпает кровь. Мелькнула паническая мысль: «Попал!» – а потом включились рефлексы. Борьба в партере, конечно, не мой конек, но как минимум защищаться в такой ситуации дядя Коля меня научил, что я и продемонстрировал незамедлительно: шею напрячь, руку на захват, оттянуть, насколько позволяют силы, напружиниться и рвануться, постаравшись перевернуться на спину. Что самое удивительное, получилось. Будь щуплый чуть массивней или хотя бы неопытней, вряд ли бы прокатило, но он, разгадав мое намерение, и не сопротивлялся особо – какая разница, в конце концов? Из «бэк-маунта» удушающий прием проводить еще удобнее. Помнится, сам я именно так братца и успокоил в памятной заварушке на Пандоре. Правда, в моем случае был нюанс – Арти являлся сильным ударником, но в борьбе, что называется, не шарил. От слова вообще. Я же, оказавшись в заведомо проигрышной позиции, без колебаний применил «грязную» с точки зрения спорта технику – принялся колотить противника затылком по лицу. Размах, конечно, никакой, зато ударная поверхность очень жесткая, да и «колотушка» тяжелая. Судя по ощущениям, попал хорошо, и не единожды. Во всяком случае, хватка чуть ослабла, и я умудрился прохрипеть:

– Зевс, наны!

«Процесс активирован. Прогресс 1 %… 2 %… Процесс завершен. Вывести список имплантов?»

– Г… г… гл-лу…

М-мать! Сильный, сука, и цепкий. Сознание уже плывет, еще чуть-чуть и аут… Соображай быстрее, железяка!!!

От отчаяния я еще раз приложился затылком по сплющенной физиономии оператора и с огромным облегчением ощутил, что давление на шею резко ослабло. Следующий удар и вовсе заставил щуплого разорвать замок, и я умудрился, извернувшись, ударить локтем назад, угодив в висок. Тело подо мной перестало трепыхаться, но я на всякий случай откатился и только тогда, убедившись, что оператор действительно пребывает в отключке, позволил себе судорожно закашляться.

Догадаться, что противник играет нечестно, было нетрудно. Слишком быстрый, слишком резкий, слишком сильный – все слишком. Добиться такого результата без модификаций нереально. Но встретивший меня техник той же Кийоко мог дать сто очков вперед – ее «набор» значительно уступал «начинке» щуплого. И, если бы не вмешательство Зевса, лежать бы мне сейчас задушенным. Очень может быть, что насмерть. М-мать!.. Меня накрыло откатом, и некоторое время я ощущал себя слепым котенком. Плюс кашель. Долго, очень долго дыхание не желало выравниваться – показалось, что часы. Но, судя по выражению лица Кийоко, прошло не больше минуты. Она, по по крайней мере, терпения не потеряла и продолжала дисциплинированно выполнять команду, то бишь подпирать стенку сбоку от двери.

– Могла бы и п… кха!.. п-помочь!.. – укоризненно прохрипел я, перехватив чуть обеспокоенный взгляд напарницы. – Он меня почти угробил.

– Не угробил же, – с типично женской логикой пожала плечами та. – Помочь?

– Платок дай, – спохватился я, едва не нахлебавшись собственной крови. – Или салфетку.

– Держи. – Кийоко невозмутимо протянула мне невзрачный сверток, в котором я с изумлением опознал индивидуальный перевязочный пакет. – И поторопись, из графика почти выбились. У нас три минуты.

– Спасибо за сочувствие.

Не дождавшись ответа, я бросил напарнице связку наручников, взглядом указал на поверженного оператора и протопал в заветный бокс, по пути загадив пол кровавыми пятнами. Сам уже насквозь пропитался, так что заморачиваться еще и сокрытием улик сейчас без толку. А потом, если Рэй верить, и не нужно будет.

Плюхнувшись в кресло оператора, я развернулся к терминалу (такому же архаичному, как и все вокруг), прижал окровавленную ладонь к сканеру, и при помощи свободной руки и зубов принялся вскрывать индпакет. Теперь от меня мало что зависит, мое дело маленькое – сидеть в кресле и ждать команды на ввод кода. Ну и за отчетностью следить, куда ж без этого…

Мое появление в системе незамеченным оставалось недолго – через минуту с небольшим на старом, как бы еще не с TFT-матрицей, центральном дисплее протаяло окошко, из которого на меня покосилась чем-то недовольная Рэй.

– Что с тобой? – первым делом поинтересовалась она.

Я молча отмахнулся, типа, ничего стоящего внимания. Хотя, если моим здоровьем интересуется, акция развивается более-менее в соответствии с планом.

– Внутренняя сеть под контролем, – продолжила предводительница, не дождавшись ответа. – Вводи код и запускай процесс. Твоя задача задавить антивирус.

– А ты что будешь делать?

– Я в резерве. Подключусь в нужный момент. Один ты, даже при всех твоих возможностях, не справишься, – пояснила Рэй. – Продавливай до предела, желательно постепенно наращивая воздействие, а потом я ударю. Неужели ты таких элементарных вещей не знаешь, хакер?

– А кто тебе вообще сказал, что я хакер? – ухмыльнулся я, вынужденно отняв от носа кусок ваты, которым все это время пытался остановить кровь. И вполне ожидаемо накапал красным на клавиатуру. – Ч-черт!..

– На киборга нарвался? Говорила же – осторожней!

– Предупредить не могла?! – выдвинул я встречную претензию. – Отбой, мне некогда.

Рэй хмыкнула, но пялиться на меня с экрана перестала, переключив внимание на другой дисплей, хоть связь и не вырубила. Ну и правильно, пусть будет визуальный контакт. К тому же мне и делать-то нечего, хоть на нее поглазею.

– Кийоко, диктуй, – спохватился я несколько секунд спустя. – Почетче и помедленнее.

– Думаешь, стоит ограничение повторов? – усомнилась та.

– Было бы логично для такой старой техники. Я готов, поехали.

Код оказался длиннющий – что-то около трех десятков символов, причем подобранных рандомно. Одной рукой набивать цифры и буквы было не очень удобно, к тому же ноющая боль в носу отвлекала, но я справился, не ошибившись ни в одной клавише. Сейчас как раз такой случай, когда лучше перебдеть.

– Проверь, – велел я напарнице, откатившись от терминала на пару шагов. – И запускай. Предоставляю эту честь тебе.

– Не слушай его, Кийоко, он от ответственности уклоняется, – буркнула на миг оторвавшаяся от собственного занятия Рэй, но напарница оставила ее подначку без внимания: медленно прошлась взглядом по командной строке и нажала «enter».

Дисплей мигнул тревожным багрянцем, потом потускнел, и в его центре проступила полоса загрузки.

– Работает!.. – удивился я. – Рэй, сколько ждать?

– Сейчас начинай, когда загрузится полностью, будет труднее. Пользуйся уязвимостью.

– Зевс.

«Процесс активирован, требуется уточнение вводных».

– Уточняй.

«Вывести визуализацию процесса на дисплей?»

– Не надо, я все равно ничего в этом не понимаю, – отказался я. – Файервол реагирует?

«Антивирус активен, пытается локализовать внедряемый модуль».

– Дави его.

«Процесс активирован. Прогресс 1 %… 2 %… 3 %…»

– Что-то медленно, – покачал я головой, сосредоточив внимание на экране. Традиционная полоска заполнялась зеленым очень неохотно. – Зевс, прогноз.

«Время до полной нейтрализации воздействия 00:11:59… 00:11:58… 00:11:57…»

– Да понял я, понял. – Я расслабленно откинулся на спинку кресла и посмотрел на Кийоко: – Ждем-с, напарник. Можешь у меня на коленках посидеть пока.

Против ожидания, та шпилькой отвечать не стала, просто присела на краешек админского стола – надо сказать, довольно массивного и обширного. Этот стол, не считая кресла, являлся единственным предметом мебели в боксе, в целом поражавшем излишней аскетичностью: голые стены, грубо выкрашенные серой краской, прикрытый драным линолеумом (или что у Таюки вместо него) пол, да сетчатый потолок, за которым скрывались светильники – очень может быть, что в виде флюоресцирующих трубок, что запечатлелись в памяти со времен блуждания в катакомбах под клиникой покойного Чжу. Как по мне, слишком даже для непритязательных сидзин. Не удивлюсь, если тут все настолько обветшало, что рухнет от первого чиха.

– Зевс, как у нас?

«До завершения процесса 00:09:43… 42… 41…»

Тьфу, зараза! Тяжко, видать, приходится, раз отбрехался. Честно говоря, не припоминаю, чтобы его хоть раз так загрузили. А программка-то не проста, далеко не проста…

– Рэй?

– Денис, тебе заняться нечем?!

Вот именно, нечем. Сидеть и ждать. Что может быть проще? Это с одной стороны. А с другой – что может быть сложнее? Философия, чтоб ее!

Страдальчески вздохнув, я снова убрал вату от носа и попытался втянуть воздух ноздрями. Не добившись вменяемого результата, осторожно потрогал пострадавший орган – вроде не сломан, и юшка сочиться перестала. Маленькая, а радость. Жаль, разделить не с кем…

Через несколько минут я опять не выдержал:

– Зевс?

«00:05:27… 26… 25…»

– Долго-то как!

– Это не долго, – нарушила молчание Кийоко. – Это довольно быстро. Твой искин очень мощный, он атакует из пяти точек, плюс еще пятнадцать векторов извне – а у Рэй не самые слабые помощники. Если бы не ты, мы бы тут несколько часов сидели и ждали. А еще у нас неполный код доступа. Мы смогли лишь немного ослабить файервол, поэтому приходится тратить столько ресурсов… Чем это пахнет?…

– Где?

– Здесь, – недоуменно глянула на меня Кийоко. – Не чувствуешь?

– Не-а, – шмыгнул я разбитым носом. И посерьезнел: – Давай подробнее, что за запах?

– Незнакомый… и очень слабый.

– Зевс, анализ атмосферы!

«Недостаточно свободных ресурсов. Статус текущего процесса: 00:03:59… 58…57…»

Я вдохнул полной грудью, безуспешно попытавшись компенсировать качество количеством – запах запекшейся крови забил все остальные ароматы, но на языке остался чуть заметный сладковатый привкус. Никакой конкретики. Да и не настолько я силен в химии, чтобы определить реагент органолептическим методом. Наплевать и забыть? Будь мы где-нибудь в другом месте, так бы и поступил. Но только не здесь. Здесь у меня почему-то разыгралась жесточайшая паранойя: хозяева Хонмару не постеснялись киборга в качестве дежурного оператора использовать, так что от них любой пакости ждать можно. И вообще, как я уже говорил Рэй, вся эта история очень стремная.

– Рэй, подключайся! Мне нужен Зевс, хотя бы частично!

– Рано! – хладнокровно отозвалась та. – Сорвется, а второго шанса у нас нет.

– Что-то не так, – продолжил я настаивать. – Лучше сама начинай, или я сейчас принудительно Зевса переориентирую. Высвободи хотя бы десять процентов!

– Нет.

– Кажется, краска бледнее становится, – задумчиво произнесла Кийоко.

– Рэй, м-мать! – уже откровенно заорал я. – Нас тут отравят сейчас! Верни Зевса!

– Совсем дурак?! – покрутила пальцем у виска Рэй. – Даже параноики из Хонмару до такого не додумаются – это надо же, травить их вздумали!..

«Содержание токсичных веществ в атмосфере превысило допустимую норму».

– Конкретнее!!!

– Что?! – вскинулась Рэй, но я не обратил на нее внимания.

«Окись этилена. Концентрация 0,2 % по объему и продолжает расти».

Твою же маму!!!

Я резво выпростался из кресла и со всей возможной скоростью рванул к выходу, по пути сцапав Кийоко за руку, но, как обычно бывает, опоздал – до того гостеприимно распахнутая дверь захлопнулась у меня перед носом.

– Зевс, замок! Приоритет – экстра!!!

– Ты чего творишь, придурок?! – заорала Рэй, едва не оглушив нас даже через динамики терминала. – Не смей! Мы почти продавили!..

– Беги, дура! – рыкнул я, приложив пятерню к дверному сенсору. – Зевс, ломай!

«Недостаточно ресурсов».

– Дэн! Рэй! – два девичьих голоса – возмущенный и встревоженный – слились в один, но мне сейчас было не до дамочек.

Потому что я прекрасно знал, что такое окись этилена. И где она, помимо химической промышленности, широко применяется. Еще с уроков начальной военной подготовки в школе запомнил. А на военной кафедре в универе зазубрил намертво, потому как более мощного оружия для использования в кислородной атмосфере (помимо ядерного и кое-каких алиеновских примочек) человечество не придумало. Вакуумный взрыв. Прямо сейчас в режиме реального времени наш бокс превращался в зону поражения термобарического боеприпаса – не знаю, откуда эта гадость взялась, может, из стен испарялась, но смесь паров окиси этилена с воздухом… в прямом смысле слова гремучая. Осталось только искру подать, что, с учетом обилия обветшавшей электроники, вообще не проблема.

– Ломай!!! – взревел я, и от избытка чувств грохнул кулаком по сенсору.

«Процесс активирован. Прогресс 1 %… 2 %… 15 %… 10 %… Фиксирую активное противодействие».

– Не отвлекайся! Рэй, беги! Это подста…

Я не договорил: из динамиков донесся странный визжащий звук, а затем голос Ода: «Что за?! Они собираются таранить?!» Судя по безмерному удивлению помощника Рэй, на первом уровне назревало нечто из ряда вон.

– Ода, что у тебя?!

Проигнорировавшая меня предводительница живо откликнулась на зов здоровяка, но ответа не получила. Вместо этого в эфире разразилась настоящая какофония: визг тормозов, удар, треск, панический вопль, перешедший в предсмертный хрип… и так по кругу, как будто боевиков атаковали со всех сторон одновременно.

– Денис, спасай Кийоко! – Я стоял к терминалу спиной, поэтому выражения лица Рэй не видел, но и по голосу было понятно, что она потрясена. Однако ясности рассудка не лишилась, за что ей почет и уважение. – Уходите самостоятельно, на меня не отвлекайтесь! И не отсвечивайте ближайшие два-три дня! Я сама вас найду! – И буркнула себе под нос: – Если выживу… Кан, на прорыв! Идем через центральный вход, там маневрировать проще!

Весь этот шум и гам я благополучно пропустил мимо ушей, хоть и уловил краем сознания – сейчас меня куда больше занимало противостояние Зевса и дверного замка. Кстати, нестыковочка – он его дистанционно не вскрыл, а Сора – у кого-то еще остались сомнения? – запросто. Кроме как подставой это не объяснить. Нас ждали. Мало того, заботливо направляли к цели. А это могло означать только одно – мы с самого начала действовали по плану Сора. Бедная Рэй… маленькая наивная… девочка?.. Или все-таки могучий искин?!

– Да!!! – восторженно заорал я, когда дверь, протяжно скрипнув, утонула в стене.

Зевс справился, хоть и с трудом, и теперь пришла моя очередь поработать, дабы его усилия не пропали даром. Но к суете и отчаянной спешке мне было не привыкать, так что я не сплоховал – облапив растерянную Кийоко, выпрыгнул из бокса и сразу же рванул в сторону, чтобы дверной проем остался сбоку. Термобарический взрыв страшен ударной волной, других поражающих факторов у этого типа боеприпасов нет, так что если и рванет, она пройдет мимо. Но подстраховаться все равно не мешало.

– Зевс, закрывай!

Бежать поздно, теперь можно только надеяться и верить. И не упускать ни малейшей возможности свести риск к минимуму. Например, в одном из побывавших в моих руках наставлений по военному делу рекомендовалось для защиты от маломощных гранат падать на пол ногами к эпицентру, чтобы уменьшить поверхность поражения. Если мелкими осколками и посечет, то нестрашно: подошвы десантных ботинок толстые, усиленная ткань тоже удар держит неплохо, плюс бронежилет и прочая навьюченная амуниция. Объемный взрыв далеко не то же самое, что банальная наступательная граната, а из брони у нас только обычная гражданская одежда, но я не стал пренебрегать даже этим мизерным шансом – уронил Кийоко и вжал ее в стык между стеной и полом, а сам навалился сверху. Напряг спину до судорог и зачем-то принялся отсчитывать секунды: одна… две… три…

Рвануло на тринадцатой, и рвануло знатно: опора под нами ощутимо содрогнулась, вырванная с мясом бронестворка, судя по шуму, сокрушила с десяток колонн, следом все заглушил протяжный треск… и мы вместе с порядочным куском пола с шелестом и грохотом полетели куда-то вниз.

Глава 7

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 10-е число месяца сигацу 85 года от П.В., ночь

Падение ожидаемо завершилось ударом, причем таким, что нас с Кийоко подбросило. И не улетели мы в неведомые дали лишь по той причине, что сверху что-то – наверное, кусок стены – преградило путь. А потом, как обычно и бывает, донесся глухой «буммммм» в диапазоне сверхнизких частот, и на спину мне посыпался всякий мусор – от песка до довольно крупных камней, а одним так приложило, что выбило воздух из груди. Половина спины отнялась, но, на мое счастье, позвоночник остался цел, только навалилась подозрительная тяжесть. И темень, хоть глаз коли. Ах, да. Еще тишина. Но не всеобъемлющая, а как будто уши ватой заткнули – плотно, но кое-что расслышать было можно. В основном мерное гудение и шорох какой-то сыплющейся мелочи вроде гравия. Еще мешали громоподобный стук сердца и хрипы – я неосознанно пытался хватануть воздуха, но получалось пока не очень.

– Дэн?.. – на самой грани слышимости донеслось чуть погодя.

Ну, как мне показалось. На самом деле могло пройти и полчаса, и час. Хотя вряд ли, я бы уже задохнулся. Ф-фух, м-мать! Вроде протолкнул глоток в легкие…

– Т-ты как? – поинтересовался я, сделав попытку вытряхнуть из ушей вату.

Что характерно, ничего не получилось, только с волос пыль посыпалась. И на спину сильнее надавило.

– Не знаю. Слезь с меня.

– П-попробую…

Сомневался я не зря – быстро выяснилось, что нас сверху хорошенько присыпало, так что встать на ноги или хотя бы на колени не получилось. Все, чего я достиг – поднялся в коленно-локтевую позу, подперев спиной и затылком какую-то плоскую хреновину.

– В-выползай…

– В какую сторону?

Кто бы знал. Ничего не вижу, глаза слезятся, да и темно. Разве что…

– Зевс!

«Процесс активирован».

Уже легче. Связь с орбитой сохранилась, значит, провалились не очень глубоко. Хотя туплю – нанам толщина перекрытия глубоко параллельна. Надо отдать им должное, мелкие помощнички и на сей раз сработали качественно – уж не знаю, какими фильтрами Зевс обработал сигналы с моих зрительных нервов, при таком-то освещении, но контуры ловушки я начал различать. А потом и очень тусклый отсвет уловил.

– Туда ползи, – мотнул я головой, упустив из вида тот факт, что вряд ли Кийоко это могла рассмотреть.

– Куда туда?

– Куда макушка показывает, – раздраженно рыкнул я. – И быстрее давай, я долго не удержу.

На сей раз глупых вопросов Кийоко задавать не стала, зато умудрилась, орудуя локтями и ступнями, прямо на спине переместиться вперед. Выбравшись из-под меня, она перевернулась на живот и прибавила скорости. Я же, убедившись, что опасность быть заживо раздавленной ей больше не грозит, потихоньку-полегоньку двинулся следом. Мое передвижение сопровождалось хрустом и шорохом – вернуться в покинутый тоннель теперь не получилось бы при всем желании. А в какой-то миг мне и вовсе пришлось рвануться, поджав ноги: плита, или что там сверху наваливалось, рухнула, и я не лишился нижних конечностей только благодаря реакции.

Проход между тем расширился, а потом и вовсе закончился крутым склоном. Даже, я бы сказал, обрывом, но падать пришлось невысоко. Утвердившись на своих двоих и окинув открывшееся помещение усиленным стараниями Зевса взглядом, убедился, что мы с Кийоко вывалились в характерный тоннель со светящимися наростами. Здесь было довольно светло – ясное дело, по сравнению с норой – так что вопрос ориентирования на местности перестал быть актуальным. Но я на всякий случай вывел на воображаемый дисплей карту GPS – исходную точку Зевс знал, так что ловить сигнал со спутников было совершенно необязательно. Конечно, точность позиционирования до пары сантиметров таким способом получить трудно, но меня сейчас устраивала даже погрешность плюс-минус пятьдесят метров. Что сказать? Согласно отметке, мы все еще находились под Хонмару. И это меня не радовало – кто знает, что на уме у напавших? Наверняка постараются убедиться, что все вторженцы уничтожены. Хотя в нашем с Кийоко случае это будет затруднительно – судя по длине лаза, вниз ухнула порядочная часть серверного зала, включая вспомогательные помещения. На состоянии здания в целом это вряд ли сказалось, но вот конкретно наши предполагаемые тела теперь откапывать и откапывать. Так что мы сейчас в относительной безопасности. Но упрочить собственное положение не помешает.

– Кийоко, ты как?

Ползла вроде резво, но это может быть последствием стресса. А у самой пара переломов. И не хотелось бы это выяснить уже на марше. Блин, опять на военно-канцелярский сбился!

– Нормально.

– Уверена? Кости целы? Нигде не болит?

– Кажется, руку потянула.

– Какую? – Я озабоченно уставился на конечности напарницы. Пустые, что характерно. – Планшетник посеяла?

– Да.

– Плохо.

– Наоборот, – не согласилась девушка. – Теперь по нему не засекут. Подумают, что нас засыпало.

Верно мыслит, кстати. Так что сомневаюсь, что утерю материальной ценности можно списать на случайность.

– Рад.

– Чему? – удивилась Кийоко.

– Тому, что ты в форме, – пояснил я. – И что не придется тебя валерьянкой отпаивать. Пошли.

– Куда?

– У тебя все импланты отказали? Не видишь, что ли – одна у нас дорога. Так что вперед и с песней. – Я приглашающе махнул рукой и зашагал по тоннелю строго вперед, ибо путь назад был перекрыт завалом.

Повезло, короче. Если бы был выбор, пришлось бы помучиться. А так оставалось лишь довериться судьбе. И поскорее выработать линию поведения – если верить карте, через пару кварталов мы упремся в Трущобы. Причем не с той стороны, где обрыв, и не с той, где я впервые попал в гостеприимную «сумеречную зону», а с третьей, где я еще не бывал. С учетом разрушенных катакомб под Трущобами мы довольно скоро окажемся в тупике.

Кийоко не подвела – догнала, когда я еще не успел и десятка шагов сделать. Умная девочка.

– Что ты предлагаешь?

– Выбираться отсюда, – демонстративно пожал я плечами. – Что же еще?

– Я хотела сказать, что дальше? Будем прятаться?

– Как вариант.

– И ты забудешь про десять миллионов?

– Послушай, подруга! – Я резко остановился и не менее резко развернулся, схватив растерявшуюся девушку за плечи. – Говори толком, чего хочешь! Я, знаешь ли, наемник. Подписался на разовую акцию, которая с треском провалилась. И в данный конкретный момент я пытаюсь унести ноги куда подальше. А чуть позже начну думать, как спасти шкуру в глобальном, так сказать, масштабе. Гостеприимная Нимойя уже откровенно напрягает.

– Ты бросишь Рэй?

– А ты как думаешь? – ухмыльнулся я как можно циничнее.

– Ты не такой, – покачала головой Кийоко. – Хватит притворяться.

Тьфу на тебя, женщина!!! Это надо же, в очередной раз повестись!

– Думаешь, она еще жива? – предпринял я последнюю попытку отмазаться.

– Не уверена. Но надеюсь. Ты же можешь с ней связаться? – подняла на меня полный надежды взгляд Кийоко.

– Твою!!! Ладно, попробую… – Я застыл посреди тоннеля, активировал «виртуалку» и набил соответствующую команду – для надежности. К тому же теперь, когда план рухнул, снова взыграла паранойя, которой плевать, что я все равно уже запалился. – Нет, не отвечает. Видимо, передатчик накрылся. И на инфор вызов не идет.

– Она от него избавилась.

Логично. Но нам от этого не легче.

– У вас есть какой-нибудь аварийный канал связи? – на всякий случай поинтересовался я.

– Электронная почта. По ней опознаемся и оговариваем подробности. Если она жива и просто заменила мобильник, то должна была настроить оповещение о входящих.

– Диктуй, отправлю весточку.

Адрес е-мейла оригинальностью не поражал – явно какая-то левая фамилия со стандартной «собачкой» и расширением местного почтового сервиса. Да и текст письма посторонним ни о чем не говорил – четыре единицы.

– Убогая у вас фантазия, дамочки, – попенял я девушкам – одной в лицо, второй заочно. – Шпионских книжек начитались?

– Тебе не все равно?

– Абсолютно, – спокойно отреагировал я. – Ждем ответ? Или сразу к серьезному разговору перейдем? Оп-па! Быстро она.

Ответное послание пришло на редкость оперативно, и содержало в текстовой части четыре двойки.

– Рэй жива, – констатировала Кийоко. – На связь выйдем по второму варианту. У меня есть параметры кодированного канала. Обеспечишь подключение?

– Прямо сейчас?

– Нет. Она же просила затаиться на пару дней.

– Тогда о чем вообще речь? – удивился я. – Выбираемся из гребаного подземелья и прячемся в каком-нибудь надежном месте. Есть у вас схрон? Типа того, в деревне?

– Даже несколько, – обнадежила Кийоко. – Но…

– Опять, – тяжко вздохнул я. – Колись уже, чего хочешь.

– Мне кажется, это будет неправильно.

– Залечь на дно и не отсвечивать? – уточнил я. – Не вижу ничего неправильного. Все предельно логично.

– Логично. Именно это мне и не нравится. Сора вычислила наши действия с поразительной точностью. Рэй так не может, я знаю. И мне страшно представить, что может случиться, если мы будем действовать логично.

Удивила, не скрою. От кого угодно ожидал таких мыслей, только не от нее.

– Дошло наконец-то! – Я сокрушенно покачал головой – мол, лучше поздно, чем никогда, но возражений не дождался. – Надеюсь, теперь ты тоже поняла, почему план Рэй с нападением на Хонмару вызвал у меня здоровый скептицизм?

– Стремно.

– Ага, именно так я и говорил. Признавайся, где вы эту информашку откопали.

– Перекупленный техник из Корпорации поделился, – неохотно раскололась Кийоко. – Но мы все проверили. И все сходилось до мелочей.

– Какие вы все-таки наивные. Вам впарили информацию такой важности, и кто – ваш главный враг! И вы повелись!

– Корпорация нам не враг, – огрызнулась Кийоко. – По крайней мере, Рэй. У меня с ними небольшие трения.

– А ты уверена, что это Корпорация? – задался я очевидным вопросом. – Лично я думаю, что это была Сора.

– Зачем ей выдавать слабое место?

– Чтобы устроить засаду, балда! – с удовольствием пришпилил я собеседницу.

– И разнести целый серверный кластер?

– Нет, разнести точку доступа, с которой возможно вмешательство в глубинные слои матрицы Сора. Она блестяще вас использовала. И переиграла по всем параметрам.

– Но Рэй жива. И мы тоже.

– Дерьмо случается, – философски хмыкнул я. – Скорее всего, план был многослойный, и как минимум одной цели – уничтожить рычаг воздействия на нее хозяев – Сора достигла.

– Зачем ей это?

– Ну, не знаю… лично я бы, если у кого-то нашелся способ на меня воздействовать, постарался этого кого-то либо нейтрализовать совсем, либо лишить оного способа. Свобода дороже.

– Ты человек, а она искин.

– Это что-то меняет? Хочешь сказать, искину свобода не нужна?

– Не знаю.

– Вот и помалкивай. С мотивацией противника будем разбираться позже. Сейчас надо решить, что делать дальше.

– Прятаться? – неуверенно предположила Кийоко, противореча самой себе.

– Если настаиваешь. Но… короче, ты зародила во мне сомнения. И я снова хочу получить свои законные миллионы.

– То есть ты в деле?

– Именно. Но теперь будем действовать, как я скажу. Не желаю больше зависеть от ваших с Рэй командирских способностей. И да, – выдержал я недоверчивый взгляд Кийоко, – у меня есть План. Хороший. И с большой буквы «пэ».

– Почему не план Рэй?

– Потому что план Рэй плохой и не оправдал себя. И потому что план Рэй логичный. Ты же сама недавно говорила, что именно это тебя и не устраивает. Так в чем проблема?

– Хотелось бы подробностей.

– Пожалуйста, – не стал запираться я. – Я не совсем в курсе полной истории вашего противостояния, но могу заключить, что прямая конфронтация путь в никуда. Вернее, это закономерная победа Сора. Поэтому мы должны изменить саму концепцию. Изменить тактику и стратегию. Что собиралась сделать Рэй в стратегическом плане? Правильно, ответить силой на силу и изменить самую суть Сора. Та, понятное дело, этому противится и пытается провернуть аналогичную штуку в отношении Рэй. Я прав?

– Почти, – кивнула Кийоко. – Только было наоборот – Рэй защищалась.

– Не важно. Так вот. Мы с тобой изменим концепцию. Если силовое противостояние к нужному результату не ведет, следует переходить к переговорному процессу.

– Бесполезно, – помотала головой Кийоко. – Мы пробовали. Сора не воспринимает Рэй как равного собеседника.

– Значит, вы не создали необходимых условий для ведения переговоров, – жестко рубанул я.

– Вообще-то, последняя акция именно для этого и замышлялась.

– На словах. И в теории, когда меня вербовали. А на деле? – задался я убийственным вопросом. Судя по молчанию Кийоко, я и тут оказался прав. – Сказать нечего? Тогда я скажу: мы провели, вернее, попытались провести, классическую силовую акцию. И жестоко за это поплатились. Так что стратегию будем менять. Только переговоры, и только на наших условиях, которые мы сами и создадим. И я вам в этом помогу.

– Как?

– А вот это уже тактика, – уклонился я от прямого ответа. – Тут нужно думать.

– Долго?

– Пока из этой норы не выберемся, – пообещал я. – Слово Оружейника. Что скажешь?

– Я согласна.

– Пошли тогда, фигли стоять… – Я сделал несколько шагов, остановился и вздохнул: – Во что я опять ввязываюсь?.. Кийоко, ты знаешь четвертый закон Финэйгла?

– Нет. А кто это?

– Один умный человек. Этот закон гласит: если работа проваливается, то всякая попытка ее спасти ухудшит дело. В нашей ситуации остается только надеяться на парадокс Сильвермэна: если закон Мерфи может не сработать, он не срабатывает. Ладно, не грузись.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 10-е число месяца сигацу 85 года от П.В., раннее утро

«Перехвачен неопознанный сигнал».

– Что за?.. – Я резко остановился, на всякий случай сдав к стене, и притянул за руку просквозившую было мимо Кийоко.

– Ты чего?

– Пока не знаю. Зевс что-то нашел.

Последние полчаса, проведенные в катакомбах, постепенно приучили нас к мысли, что если и есть кто на этом уровне, то только мелкие грызуны типа крыс, да мерзкие насекомые, напоминавшие мокриц, только в несколько раз крупнее. Разумных существ, помимо нас с напарницей, в обозримых окрестностях – то есть тех, что мог дистанционно контролировать Зевс – не было. С контролем, кстати, возникли известные трудности – мой личный искин мог полагаться только на мои же органы чувств, но задействовал их на все сто, благо свободных вычислительных мощностей теперь хватало. С другой стороны, существовали факторы, зафиксировать которые органолептически не представлялось возможным – по большей части разнообразное электромагнитное излучение. Но и эту проблему Зевс изящно решил: мы с ним просто обновили колонию нанов в организме Кийоко, и он получил возможность подключиться к ее имплантам. Совокупность которых, как я уже упоминал, служила маломощным аналогом моего собственного помощника. Другое дело, что пока он детектировал лишь обрывки радиограмм да отголоски эфирных каналов. А тут что-то новенькое…

– Неопознанный? – уточнил я, не обращая внимания на недовольство Кийоко – ее отчаянно раздражала моя манера говорить с самим собой.

«Совпадение с ближайшим аналогом из планетарной базы – 0,03 %».

– Ни фига себе! – удивился я. – Это в каком же диапазоне?

«Ключ» фиксирует квантовые возмущения».

Вот оно что! А я уже почти забыл про блямбу на лбу. А она возьми, да и напомни о себе. Причем далеко не в самый подходящий момент.

«Что за сигнал?» – переключился я на «виртуалку».

Плевать на Кийоко. Тут дело посерьезней конфликта пары взбесившихся искинов. С тех пор, как я стал обладателем сомнительного «богатства» в виде внедренных в родной организм инопланетных нанов, ничего подобного Зевс не засекал, хотя мы и побывали в занятных местах, напичканных разнообразной алиеновской техникой.

«Очень слабый, расшифровке не поддается».

«Направление засек?»

«Извини, Денис, но это физически невозможно. По крайней мере, я еще не настолько хорошо контролирую функциональные единицы».

Понятно. Недостаток информации вечный наш бич.

«Что предлагаешь?»

«Нужно проверить».

«Как? Кругами ходить?»

Впрочем, здесь я неправ. Направление у нас всего одно – вперед по тоннелю. В твердую породу лично я вгрызаться не намерен, хотя бы по той причине, что у меня даже несчастной кирки нет, про десяток кэгэ динамита и вовсе молчу. Получается, с нас не убудет? Именно.

«Предупреди, когда приблизимся».

«Если получится. Интенсивность сигнала не нарастает. Он появился и держится на одном уровне».

– Пошли, дитё.

– Куда? И о чем вы говорили?

– Да так, ерунда…

«Знают двое, знает и свинья». Конечно, не моя любимая мерфология, зато суровая правда жизни. И осознание этого факта тренер дядя Коля на пару с папенькой вколачивали в меня чуть ли не с детсадовского возраста. Впрочем, а что они в меня не вколачивали? И именно что с детсадовского возраста. А я и так уже столько раз спалился, что на месте старших товарищей крепко подумал, а продолжать ли со мной сотрудничество? Уж больно ненадежен стал. Глупею. Или преступно расслабился.

Тоннель, в котором оказались после взрыва в Хонмару, мы так и не покинули, хоть и прошли уже несколько ответвлений. Зачем, если основной ствол вел в нужном направлении? Червоточина сначала тянулась к Трущобам, но вскоре стала плавно закругляться, и сейчас мы двигались параллельно границе сомнительного района метрах в трехстах от обрыва. В настоящий момент нас отделяло от места проведения акции больше двух километров по прямой или около десятка кварталов на поверхности. Но я собирался пересечь еще примерно столько же – для надежности, ибо обещанный Кийоко План плен у сецуна не предусматривал. Изменять его на ходу я не стал, и побрел в прежнем направлении, потянув за собой напарницу. Та не сопротивлялась, хотя периодически и пыталась выведать подробности предстоящей авантюры. Но, должен признать, без огонька. Та же Рэй или, не приведи Господь, Асти с меня бы живого не слезли.

Темп передвижения несколько снизился, поскольку теперь я еще и по сторонам внимательно глазел, выискивая возможный источник сигнала. То есть искал, конечно же, Зевс, я лишь предоставлял ему техническую возможность. Лично мне хватало и беглого взгляда, чтобы оценить степень угрозы и, если требовалось, обогнуть подозрительный выступ или свисающий с потолка нарост. Это на самом деле просто, к тому же тренировался я с детства – дядя Коля считал, что ничто так не развивает реакцию, как кроссы по сильно пересеченной местности. Ну и про «защиту девятью ступенями» не следует забывать.

«Ответвление вправо».

– И что?

«Надо проверить».

– Почуял что-то?

«Уровень сигнала постоянный».

Темнит что-то Зевс, ой, темнит! Впрочем, это логично – есть лаз, значит, нужно удостовериться. Невелик труд, не породу долбить, всего лишь пройтись немного.

– Кийоко, жди здесь.

– Нет.

– Да. И не спорь. Дыра старая, могу не успеть среагировать. Тащи тебя потом, или вообще по частям собирай. Включи логику.

– Сам включи. Зачем тебе туда лезть?

– Надо.

Девушка собралась было еще что-то сказать, но я прижал ей палец к губам, помотал головой и нырнул в ответвление от основного тоннеля.

Не такое и обширное, как показалось на первый взгляд – уже через десяток метров проход сильно сузился, практически лишив возможности маневра. И препятствий прибавилось – чувствовалась близость к обрыву. Ч-черт! Стоит ли лезть?..

«Почему остановился?»

– Стремно.

«Я прогнал сигнал по базе Брахни. Есть совпадения – несколько сигнатур, от тридцати до пятидесяти процентов. Возможна расшифровка».

Теперь точно лезть придется. Мимо таких вещей ни один уважающий себя «гробокопатель», будь то банальный черный археолог или Оружейник, пройти не в силах по определению.

– Уж больно тут все хлипко, – пробурчал я себе под нос, но движение продолжил.

Предельно осторожно, пусть и медленно.

Правда, так ничего и не нашел – хоть и не темно, вдоль потолка те самые флуоресцентные трубы тянутся – но хлама слишком много, стены кое-где осыпались, да и над головой периодически угрожающе нависали державшиеся на соплях глыбы. В общем, вздохнул с облегчением, когда путь преградила ноздреватая стена и небольшой завал. Такое ощущение, что опустившийся пласт земли перерезал своеобразную артерию. Наверняка мое предположение недалеко от истины, учитывая раскинувшиеся в нескольких метрах далее Трущобы. Хотя я ожидал скорее оказаться в дыре в крутом обрыве, на порядочной высоте от дна котловины. Но и сверхъестественного ничего в этом нет – он чуть дальше, а самый конец лаза заблокирован куском какой-нибудь плиты. Или стеновой панелью.

– Нет тут ничего, – разочарованно прошипел я. – Зевс, ты бы наводку уточнил…

«Сигнал не поддается локализации».

– Нифига не найдем, – заключил я, скользнув взглядом по тупику. И замолчал, уставившись на светящуюся трубу – одну из пары, что тянулись под потолком.

Та, что справа, была аккуратно перерублена упавшей плитой, и так и висела на своем месте, просто на некотором расстоянии от преграды свет начинал тускнеть, и к кончику обрубка сходил на нет. А вот той, что слева, повезло меньше – ее не просто перерубило, ее сорвало с подвеса и хорошенько расплющило, уж не знаю, чем именно. И последние метра три сейчас больше походили на грубый серый плед, топорщившийся в некоторых местах – видимо, там, где попал на камни и прочие обломки. В принципе, других укромных местечек тут нет, если только кучи мусора раскапывать. Но это как-нибудь в другой раз.

Задумчиво насвистывая – а кого стесняться? – я присел на корточки перед «пледом» и ткнул в него пальцем.

«Сложный органический конгломерат» – выдал заключение Зевс.

– Опасный?

«Ответ отрицательный».

Вот и ладушки. Я ухватил «плед» за край и решительно потянул. К моему удивлению, рваться или разваливаться трухой он не торопился, наоборот, упруго завибрировал и отошел от стены целиком.

– Похоже, ты был прав, напарник, – вынужденно признал я, хорошенько рассмотрев распластанный у тупиковой стены скелет в полуистлевшем комбезе. – Кто-то пытался сбежать, но не успел. Ноги ему плитой оттяпало. Возраст трупа определишь?

«Требуется лабораторный анализ. Визуально – не меньше пятидесяти лет».

– А с комбезом что? Вроде ткань усиленная, с кевларом.

«Мог разъесть сок из осветительной системы».

– Пожалуй. – Переместившись вплотную к находке, я снова уселся на корточки – прямо как отдельные представители некоторых молодежных субкультур из рабочих пригородов – и принялся вдумчиво изучать тело. Вернее, то, что от него осталось.

Прикасаться к мертвецу не хотелось, но пришлось – Зевс заверил, что никаких опасных возбудителей в воздухе не прибавилось, обычный фон, и я пересилил себя. Судя по ощущениям, от комбеза действительно остался один кевлар, а остальные компоненты ткани растворились. Или в тлен превратились за столько лет. А вот волосы, ногти и даже отдельные фрагменты мумифицированной плоти сохранились. По всему выходило, что передо мной лежали останки довольно молодого мужика. И невезучего к тому же.

– Ну-ка, что тут у нас…

Карманы истлели, рядом с трупом ничего любопытного не нашлось, но мое внимание привлекла сжатая правая кисть, вытянутая вдоль стены, как будто в последнее свое мгновение парень пытался выставить ее из возможного завала. Что-то спасал? Угу…

Кости, в отличие от кевларовых нитей, крепкими оказались только на вид – от прикосновения они рассыпались мелким крошевом, как закаленное лобовое стекло при попадании булыжника. Любопытный эффект. Снова сок? Ладно, бог с ним. Главное, что в ладони погибшего действительно что-то было. При ближайшем рассмотрении это «что-то» оказалось невзрачной черной пластинкой без опознавательных знаков.

– Зевс, видишь что-нибудь?

«Нужно обработать поверхность».

– Нечем. Может, нанами попробуем?

Отвечать Зевс не стал, но в кончиках пальцев привычно засвербело – мелкие помощники спешили покинуть тело-носитель и перебраться на новое место жительства. Ну вот, скоро у нас будет реальная картинка.

– Что за?..

Признаться, я ожидал чего угодно – особенно того, что пластинка окажется бесполезным куском металла, то бишь пустышкой – но только не этого: находка вдруг равномерно засветилась, пусть и тускло, и ощутимо потеплела.

«Это носитель информации».

Спасибо, кэп! А то я сам не понял.

«Слишком нестабильный».

А вот это уже хуже.

– Скопировать можешь?

«Поднеси к «ключу».

– Уверен?!

Подсаживать в собственную голову, мягко говоря, сомнительный информационный массив отчаянно не хотелось. Тем более, за здорово живешь.

«Поиск по ключевым понятиям «искин» и «саморазвивающийся» дал одиннадцать совпадений».

– Уже расшифровал?! – поразился я, и не задумываясь приложил пластинку ко лбу.

Логика, будь она неладна. Образование Трущоб – загадка. Появление Сора на планете – еще одна загадка. Так что ничего удивительного, что эти два явления связаны. Как именно – другой вопрос. Вот и выясним на досуге.

Кожу на лбу тем временем ощутимо обожгло, и находка вернулась в исходное состояние, то бишь куска безжизненного металла.

«Кластер обработан и заархивирован. Вероятность внедрения чужеродной информации в матрицу функциональных единиц – 0,017 %».

– Спасибо, успокоил, – в очередной раз буркнул я и потер пластинку между пальцами. Против ожидания, грязный налет устоял. – Ладно, поиграли в археологов, и будет. Есть у нас и другие дела.

На это Зевс, что характерно, возражений не нашел.

Сунув находку в карман джинсов, я прикрыл выполнившего-таки свою миссию мертвеца «пледом» и осторожно отправился в обратный путь.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 10-е число месяца сигацу 85 года от П.В., раннее утро

– Вроде ничего так местечко… – задумчиво хмыкнул я, внимательно изучив тусклое пятно над головой.

Признаться, не ожидал, что самым сложным местом Плана окажется выход на поверхность. Нет, с нижних уровней катакомб мы выбрались без труда, пару раз свернув в отнорки, пол в которых едва ощутимо шел на подъем, а вот дальше… на пути попадались либо перекрытые решетками, а то и вовсе бронедверями тоннели, связанные в единую систему с подвалами высоток, либо завалы, либо, как сейчас, идущие под дорожным полотном норы ливневой канализации – судя по грудам мусора и характерному амбре. Последнее обстоятельство, хоть и неприятное, внушало надежду, поэтому сворачивать куда-либо еще не стали. Брели, поглядывая то под ноги, то на потолок, и в конце концов были вознаграждены – относительно невысоко, стоит лишь протянуть руку, красовалось отверстие подозрительно правильной формы, забранное к тому же хлипковатой на вид решеткой с шестигранными ячейками. Мало того, из дыры доносились привычные звуки оживленной городской улицы – топот, шелест голосов и вой проносящихся на нижнем воздушном горизонте глайдеров. Да и наземного транспорта хватало – потолок периодически содрогался и постоянно вибрировал.

– Ты уверен? – не вытерпела Кийоко, окинув меня подозрительным взглядом.

Ага, красавчик – мало того, что весь в запекшейся крови, так еще и изгваздался порядочно. Впрочем, как и спутница. Но по ее виду хотя бы не скажешь, что ее долго и успешно мутузили.

– Думаешь, прохожих напугаю? – усмехнулся я. – Так плевать. Их реакция Плану не помеха.

– Делай, как знаешь, – сдалась девушка.

Вот и ладненько. Хотя ее понять можно – уже минут сорок я стоически выдерживал все ее атаки и молчал, как рыба об лед. Причем и по поводу довольно длительной отлучки, и по поводу Плана. Да, именно так, с большой буквы. Кийоко, кстати, это тоже прочувствовала и умудрялась выделять интонацией всякий раз, как обрушивала на меня новую порцию вопросов.

Что ж, будем считать, что карт-бланш получен. Осталась самая малость – выбраться из проклятого тоннеля на поверхность. Но и этот нюанс я продумал заранее: подпрыгнул, ухватился за тянущуюся вдоль потолка осветительную «кишку» (та оказалась крепкой), пару раз качнулся и с разгона вбил ноги в решетку. Та, как ни странно, первый натиск выдержала. Пришлось повторить, потом еще раз, и еще… Преграда поддалась лишь с пятого попадания, но результат превзошел все ожидания – оказавшаяся столь неподатливой пластиковая хреновина хрустнула и вылетела из гнезда, как пробка из бутылки шампанского. Выяснять, попал ли кто под раздачу, времени не было, так что я просто ухватился за край дыры и изобразил нечто, отдаленно похожее на упражнение «выход силой». А дальше дело техники: утвердиться понадежнее на дорожном покрытии, свеситься в провал и подать Кийоко руку. Та даже взвизгнуть не успела, как оказалась на улице – на наше счастье, освещенной с пятого на десятое. Все же не на центральной площади вылезли, а в обычном полуспальном районе. Но даже с учетом сверхраннего времени округа оказалась людной: по тротуарам сновали озабоченные пешеходы, по проезжей части то и дело проносились колесные экипажи от сегвеев до тяжелых транспортеров, а над головами завывали приводом глайдеры.

Пока Кийоко озабоченно озиралась, я кое-как пристроил решетку на законное место и решительно потянул девушку за собой. Торчать на краю дороги мне совершенно не улыбалось.

– Куда мы? – поинтересовалась напарница, когда я целеустремленно протащил ее почти квартал. – Что ты ищешь?

– Не «что», а «кого», – пояснил я.

Надо полагать, весьма туманно, поскольку сразу же возник новый вопрос:

– Почему мы не прячемся? Надо себя в порядок привести, мы же подозрительные…

– Кому? – не остался я в долгу. – Обывателям? Да им плевать! Эй, парень, подожди!

Суетливый прохожий, едва окинувший нас взглядом, поспешил отстраниться и резко прибавил скорость.

– Видишь? Никому мы не нужны… разве что им! – Я обрадованно улыбнулся – получилось, судя по реакции Кийоко, жутковато – и не менее целеустремленно, чем раньше, попер к приткнувшемуся к какой-то забегаловке патрульному экипажу. – Полицейский-сан! Полицейский-сан! Задержите нас, пожалуйста! До выяснения!

– Офигел?! – зашипела Кийоко и попыталась вырваться, но я усилил хватку и в буквальном смысле слова поволок девушку к глайдеру.

– Полицейский-сан! – Я остановился у приоткрытой дверцы и преданно уставился на удивленного стража порядка. – Арестуйте нас немедленно! Примерно два часа назад мы участвовали в нападении на Хонмару и причинили серьезный материальный ущерб владельцам здания. А еще там произошло массовое убийство и вакуумный взрыв.

– Парень, ты бредишь?! – опешил коп, вернее, корпоративный безопасник – именно эта организация на Нимойе взвалила на себя бремя охраны общественного порядка. – Вали-ка отсюда, пока мы добрые.

– Вы не имеете права! – заголосил я. Отрываться, так по полной. – Смотрите – я весь в крови. И куртка изодрана.

– А еще от тебя воняет! Вали, я сказал!

Тьфу на тебя. Нет, я решительно не понимаю местных стражей закона. У нас на Новом Оймяконе меня бы уже хорошенько прессанули и засунули в «воронок», для верности настучав по почкам, и экипаж бы уже на всех парах мчался к ближайшему участку, а этим хоть бы хны.

– Я Сингао Юэцу, – предпринял я еще одну отчаянную попытку отдаться в руки закона. – Пробейте по базе, должен быть в розыске. А дамочка – Кийоко, фамилию не знаю. Но тоже не пай-девочка.

– Дурак!

– Молчи, тварь! – решительно пресек я очередную попытку бегства напарницы. Зря, наверное, планами не поделился, но последние события как-то не способствовали откровенности. Плюс естественность реакции тоже немаловажный фактор. – Не рыпайся! Полицейский-сан! Ее ищет Корпорация, я точно знаю! Пробейте по базе по отпечаткам пальцев, а лучше по сетчатке глаза! Наверняка за нее и награда назначена!

– Парень, ты нарываешься!..

Ну, давай, рожай!

– Ико, оставь их, – перегнулся с водительского места второй коп – постарше и порассудительней. – Время.

– Мужики! – взвыл я. – Вы че?! Я же неадекватный, а ну как начну на прохожих бросаться?! Или вот ее покалечу!

– Обкурился, что ли? – присмотрелся ко мне повнимательнее водила.

Наконец-то! Сейчас его сканер, интегрированный в напыленный на глазное яблоко рабочий дисплей, захватит изображение и в автоматическом режиме запустит распознавание. Наверное…

– Нет, – удивленно хмыкнул Ико, сунув мне под нос детектор. – И не пьяный. Парень, хорош ломать комедию, иди домой, приведи себя в порядок.

– Эй, а вы не задались вопросом, где это я так умудрился изгваздаться?

– У тебя кровь шла носом, – задумчиво констатировал Ико. – С давлением проблемы? Вызвать медика?

– Вызови, – кивнул я. – Травматологию.

– Зачем?

– Да тут кому-то голову разбили.

– Где?!

– Вот здесь! – Я сцапал недоверчивого копа за грудки, боднул лбом в нос, а затем для верности еще и впечатал обмякшего стража порядка башкой в дверцу экипажа.

Каюсь, дало о себе знать дурное влияние мистера Макдугала и старого американского кинематографа. Зато сработало. Кийоко испуганно вскрикнула, а напарник незадачливого Ико начал наконец-то действовать по инструкции – цапнул из кобуры пистолет и чертиком выскочил из салона.

– Руки!!!

– Да, полицейский-сан! – безропотно выполнил я его команду, всем своим видом показывая, что больше не опасен.

Не хватало еще, чтобы пальнул с перепугу. Вряд ли он это сделает намеренно, особенно в присутствии свидетелей, так что главное не дать себя убить ближайшие несколько секунд. А потом условные рефлексы возьмут свое.

– Руки на крышу, ноги расставить!

– Да, полицейский-сан!

– Ты тоже стой! – Это уже Кийоко.

Черт, не вздумала бы сбежать…

– Зевс, не отпускай девчонку!

«Процесс активирован».

– Эй, что с тобой?..

– Не обращайте внимания, полицейский-сан! Временная слабость.

– Молчи, придурок! – Коп все-таки не сдержался, вмазал мне по селезенке, потом заломил руки и стянул их одноразовыми наручниками. – Полезай!

Бац! М-мать! Классика жанра – познакомить лоб задержанного с дверной рамой. Рассадил, козлина. И ведь не возразишь, имеет полное право. Однако, преодолев все препоны, я все же устроился на заднем сиденье экипажа и принялся отстраненно наблюдать за суетой водилы. Тот сначала удостоверился, что с Кийоко относительный порядок – разве что бледновата чуть, усадил ее рядом со мной, и только потом занялся напарником. Впрочем, к этому моменту тот уже и сам оклемался – с трудом уселся на дорожном покрытии, прислонившись спиной к глайдеру, и начал осторожно ощупывать нос.

– Ты как?

– Хренобо, – булькнул Ико. – Долбаный гайдзин! Дабай его в участок!.. Обоих!

Молодец, Дениска, теперь можно и расслабиться – первый этап Плана реализован. Главное, в дальнейшем не пролететь. Ибо ближайший участок лишь перевалочный пункт. Очень на это надеюсь…

– «Срисуй» их! – повелительно бросил водила напарнику, подняв глайдер на средний горизонт. – Может, не стоит к себе такой «подарочек» тащить.

Правильно, мужик, правильно. Продолжай в том же духе, и я тебя расцелую. Ну, по крайней мере, бить не стану. То есть не до крови. И даже без переломов обойдусь.

– Руки! – обернулся к нам Ико. Кровь он остановил быстро, благо у таких парней аптечка при себе по умолчанию, да и не настолько сильно я его приложил, даже нос не сломал.

Я пожал плечами, всем видом продемонстрировав, что и рад бы, да наручники мешают, и коп на мгновение вспыхнул – все-таки молодой еще, зеленый, выдержки не хватает. Потом справился с замешательством и переключился на мою напарницу:

– Ты! Бытяни прабую руку!

С Кийоко он справился быстро, приложив ее пятерню к дисплею планшетника с активированным сканером отпечатков пальцев, потом взял ее за подбородок и пристально уставился в глаза, фотографируя сетчатку. Во всех корпоративных мирах снаряжение копов очень похоже, я бы даже сказал, под копирку сделано, так что ничем меня Ико не удивил. Аналогичной операции я противиться не стал – нехай распознают, мне от этого хуже не станет. Наоборот, может на пользу Плану пойти.

Запрос в базу данных ушел автоматически, а вот ответа пришлось ждать довольно долго – глайдер все это время петлял по району, благоразумно не приближаясь к родному околотку. А потом водила переглянулся с Ико и активировал силовой полог, отделяющий заднюю половину салона от экипажа. И тут стандарт, вздохнул я про себя. Конечно, неплохо было бы их подслушать… ладно, пусть секретничают. Можно, конечно, нанов подсадить на эмиттер – Зевс даже по микроколебаниям полога звуковые волны считает – да только уже не успею. Решение копы приняли на удивление оперативно, всего лишь перекинулись парой фраз, и водила резко прибавил скорость.

Я же запустил «виртуалку»:

«Зевс, дай карту и прикинь маршрут».

На воображаемом дисплее послушно развернулся план города из системы GPS. Ярко-зеленая точка, судя по всему, направлялась к участку номер семнадцать округа Аридзу – обиталища среднего и бизнес-класса. М-мать! Неужели ошибся?!

Облиться холодным потом я не успел – глайдер, не дойдя до логова безопасников пару кварталов, свернул на перпендикулярную улицу и еще поддал газку. Разгадка такого поведения водилы обнаружилась быстро – за нами теперь следовала еще пара летательных аппаратов характерной расцветки. Оп-па! Охрана! Интересно, они опасаются нас, или за нас?..

«Зевс, прогноз».

«Предполагаемое место назначения – Кинмару. Вероятность 93 %».

«Откуда?!»

«Я перехватил входящее сообщение».

Вот и все. Полдела сделано. Кинмару – или Золотая Крепость – штаб-квартира Корпорации «Такэда Электроникс» и по совместительству главное логово Сора. Если, конечно, информация Рэй верна. Но лучше бы она оказалась верна, потому что именно на ней построен План. Впрочем, косвенное подтверждение своей правоты я уже получил – нас везли именно в Кинмару. Даже если исходная матрица Сора «обитает» где-то еще, я найду, как повернуть ситуацию в свою пользу. Такое развитие событий План тоже предусматривал. Я вообще редко ограничиваюсь одним путем достижения цели, папенька приучил.

Наверное, я слишком расслабился от хороших новостей, и потому выглядел как довольный котяра – с поправкой на изгвазданность и общую помятость. Соответственно, подозрительно тихая до того Кийоко вскинулась и прошипела:

– Ты!..

Развить тему я ей не дал – помотал головой, поскольку руки были скованы, и одарил выразительным взглядом. Девушка послушно заткнулась, как бы грубо это ни звучало, и одними глазами изобразила изумление напополам с возмущением:

«Ты знал?! Ты специально?!»

Я медленно опустил веки: «Да».

Черт. Объясниться бы не мешало. Но не вслух же…

«Зевс, можешь подключиться к ее компу?»

«Процесс активирован».

Отлично. Все-таки уникальной игрушкой я обзавелся на Пандоре, и ее плюсы с лихвой перевешивали все минусы, включая хорошую трепку, что нам задали дроны-«циркулярки» на Объекте-357. Лишь бы не спалилась…

«Кийоко, молчи!»

К моему величайшему удивлению, девушка даже не вздрогнула, получив входящее сообщение, послушно отобразившееся на имплантированном в глаз дисплее. Наверное, чего-то подобного ожидала. Жаль только, что ответить той же монетой не могла – ее аналог Зевса в режиме «виртуального рабочего пространства» не функционировал. Управление полностью голосовое или посредством вживленного в левое предплечье емкостного сенсора, а в некоторых обстоятельствах это серьезный недостаток. Впрочем, возможности ее электронной «начинки» Зевсу, а значит и мне, были прекрасно известны. Соответственно, я и не требовал от нее невозможного.

«Мы направляемся в Кинмару».

Едва заметное движение головы, отдаленно напоминающее кивок.

«Все идет по плану».

Повторный кивок.

«Доверься мне, я знаю, что делаю».

Потупленный взгляд.

«Что бы ни происходило, сохраняй спокойствие и не сопротивляйся».

Пару секунд на переваривание информации.

«Даже если нас разведут, ничего не предпринимай, сиди и жди меня».

Пауза.

«Поняла?»

Медленно прикрытые глаза и нарочито расслабленная поза.

Ф-фух. Будем считать, что цеу раздал. Теперь все зависит от благоприятного стечения обстоятельств – по оценке Зевса, очень (то есть не менее девяноста процентов) вероятного, да от моих личностных качеств – терпения, сдержанности и боевых навыков. Поскольку думать и планировать уже поздно. Как говорится, расслабься, парень, и получай удовольствие.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 10-е число месяца сигацу 85 года от П.В., утро

Как я и предполагал, встретили нас в Кинмару с умеренной помпезностью, чай, не официальная делегация дружественной Корпорации. С другой стороны, и не рядовые преступники. Плюс сработал разрыв шаблонов – от нас после провала акции ждали чего угодно, только не добровольной сдачи в плен. Поневоле тут напряжешься, даже если и слыхом не слыхивал о мерфологии. Кстати, самое слабое место Плана как раз проникновение в святая святых Сора. С одинаковой вероятностью нас могли как притащить в ближайший околоток (что и намеревался проделать Ико), так и переместить в цитадель местной демократии. Вернее, неофеодализма. Если бы мы с Кийоко завалились непосредственно в участок, скорее всего там бы нас и заперли, а после опознания туда примчалась целая кодла профессионалов – от следователей до заплечных дел мастеров. Это не считая охраны. Просто потому, что так мороки меньше, не нужно этапировать задержанных куда-то еще. Поскольку меня такой исход категорически не устраивал, пришлось искать патруль. «Воронок» давал некоторую степень свободы – какая разница, куда именно тащить пленников? Если бы их попытались отбить по пути, пункт назначения роли бы не сыграл. Зато серьезным людям неудобств меньше – не нужно в авральном режиме мчаться в заштатный околоток. А там, как известно, условия зачастую экстремальные – ни любимого просторного кабинета, ни кресла, ни скрупулезно настроенного климат-контроля. В конце концов, бар с собой тоже не потащишь. Плюс все-таки цитадель демо… тьфу, неофеодализма – штурмовать охренеешь. Короче, шанс был. И он сработал в нашу сторону. А может, и подыграл кто-то. Лично я в этом вопросе надеялся на Сора, но если кто-то еще – тоже неплохо. Да хотя бы начальник Ико с напарником – оно ему надо, в родное заведение такой геморрой тащить? Ладно, отвлекся.

Уж не знаю, конкретно нам так повезло, или такие драконовские порядки действовали в Кинмару постоянно, но внутри защитного периметра мы оказались только через час. Глайдер, на котором нас везли, нырнул в гараж почти без задержки, ответив на запрос «свой-чужой». Экипажи-охранники остались снаружи, за пределами зоны поражения оборонительных систем, а наш аппарат медленно проплыл по довольно длинному тоннелю (метров пятьдесят, и все время под уклон), потом попетлял по подземной парковке и приземлился в укромном закутке, тотчас же отделенном от окружающего мира силовым полем. Гнусавый Ико велел нам не дергаться, и копы первые замерли, подав нам пример. Минут пять мы сидели, боясь лишний раз вздохнуть, кожей ощущая щекочущие прикосновения сканирующих лучей, потом первичный осмотр закончился, и перед носом глайдера открылся проезд в чуть более просторное помещение, под завязку набитое автоматическими турелями – я насчитал целых шесть штук, смонтированных на потолке. И это за те тридцать секунд, что понадобились пятерке закованных в броню вертухаев на извлечение нас с Кийоко из салона и препровождение в местный «отстойник» – комнатушку с абсолютно голыми стенами. Ико с напарником, так и оставшиеся в патрульном экипаже, облегченно выдохнули и поспешили покинуть столь негостеприимное место, напоследок выразив свое отношение к его обитателям короткими матюгами – я все-таки воспользовался возможностью и внедрил нанов в электронику «воронка». Чисто на всякий случай. И все дальнейшие перемещения сопровождал щедрым севом – кончики пальцев постоянно свербели, и я умудрялся походя мазнуть ими и по исполнительному механизму замка, и по датчикам противопожарной системы, и даже по сенсорам сигнализации. Правда, пришлось изображать из себя отчаянно неловкого парня, что вызывало у конвоиров понятное раздражение, но они сдерживались, так что я не получил ни одного удара. Даже подгоняли без фанатизма, легкими тычками стволов в спину. А Кийоко вообще не трогали – ей сразу после выгрузки затянули на шее ажурную, чуть ли не из паутинных нитей, удавку, но тем и ограничились. Что это за фигня, я понял, как только попытался послать ей ободряющее «держись» уже проверенным способом. Деактиватор. Я о подобных штуках только слышал, и то краем уха. Производители андроидов такие возможности старались не афишировать. Ближайшая аналогия – электронный ключ наоборот. Если исходный гаджет призван разблокировать возможности лицензионного софта, то эта «паутинка» блокировала все дополнительные функции встроенного «железа», превращая андроида в самого обычного клона, ценного только тем, что в его мозгу «обитает» цифровая личность. По сути, тюрьма для искина. Со мной бы такая шутка не прошла, а посему конвоиры не стали освобождать мне руки. Хорошо хоть, стреножить не догадались. Или поленились. Но факт оставался фактом: в «отстойнике» нас продержали еще полчаса, причем без объяснений. Потом, как я и предсказывал, развели по разным помещениям – Кийоко переместили на пятнадцать уровней вверх, где связь с нанами неожиданно пропала – Зевс растерянно молчал, переваривая случившееся; а меня загнали в аскетичный, хоть и не до такой степени, как «отстойник», медпункт, где и передали в руки узкоглазого эскулапа. Это был первый человек в Кинмару, не прятавший лицо за тонированным забралом. Сидзоку, элита Корпорации. И ведь не погнушался лично обработать раны какого-то гайдзина. И лишь здесь выяснилось, что пострадал не только мой нос, еще и спина была украшена обширными кровоподтеками. Плюс ссадина на лбу. Волей-неволей конвоирам пришлось меня расковать. От одежды тоже избавили, причем ото всей, вплоть до нижнего белья, и загнали – иначе и не скажешь – в душ. Продержали не меньше десяти минут, но на выходе я почувствовал себя гораздо лучше. Что неудивительно – Зевс обнаружил в воде изрядное количество целебных добавок, как современных, так и традиционных, вроде отваров трав. За все это время док не проронил ни слова, даже когда я, розовый и распаренный, выбрался из душевой кабинки, лишь ткнул пальцем в аккуратно сложенную на безликом медицинском табурете одежду.

Признаться, я ожидал чего-то вроде тюремной робы (шаблоны, они такие), или хотя бы больничной пижамы, но вместо этого обнаружил трусы с носками, футболку и комбез – форменные, одинаково черные и без каких-либо знаков различия. В новенькой хрустящей упаковке, прямо со склада. Видимо, ничего более приличного не нашлось, пришлось лезть в закрома службы безопасности. Оно и к лучшему. Одежда обладала одним несомненным достоинством: пришлась впору. Я бы даже сказал, села, как влитая. Удобно и практично. Обувь – ботинки с высоким берцем и архаичными шнурками – тоже не подвела. У всяческих военизированных структур, равно как и туристов, новомодные «липучки» и прочие прибамбасы доверия не вызывали в силу врожденного консерватизма. Я, в принципе, с ними был согласен, а потому без колебаний влез в обновки. И почувствовал себя человеком.

А потом мы довольно долго шли по безликим коридорам, поднимались на лифте и снова шли – я, доктор и пара невозмутимых «киборгов» в доспехах. Хотя не уверен, что слово «киборг» в данном случае должно писаться в кавычках. С Клана станется. Впрочем, я предпочел считать их не конвоирами, а почетной охраной. Благо и повод был – повторно заковывать в наручники меня не стали.

На девятом – если верить Зевсу – уровне пришлось преодолеть последнюю серьезную преграду: мощную бронированную дверь, оснащенную банальным сканером отпечатков пальцев. Уж не знаю, зачем, проще было просветить кабинку лифта целиком. Хотя… с местной паранойей, этот этап мог быть всего лишь дополнительным контуром опознавания. В любом случае, мне, как и доктору, пришлось приложить пятерню к окошку, чему я был только рад – Зевс такую оказию не упустил и обильно «засеял» сканер нанами. Что характерно, бронированных лбов система пропустила без дополнительных неудобств.

Дверь оказалась шлюзовой. Переждав в тесном тамбуре цикл «подъем внешней двери – опускание внутренней», мы, наконец, оказались в нормальном месте. По крайней мере, коридор не давил на психику серыми стенами. Эти самые стены выглядели… ну да, стильно. Такое ощущение, что обиты дорогущим белым шелком с узором в виде мелких павлиньих перьев. Правда, Зевс моментально разоблачил голограммы, но я вырубил фильтры – устал от угрюмых подземелий. Душа требовала чего-то доброго и светлого. Согласен, не вовремя. Но и бороться с самим собой было лень.

Коридор, как выяснилось через несколько шагов, мог похвастаться и другими украшательствами – картинами в традиционном минималистском стиле и лакированными деревянными дверями. Как будто попал в старинный буддийский храм, право слово. Чувствовалось, что обитатели уровня не чужды прекрасному. Стало быть, цивилизованные люди. Или хотя бы вменяемые. В чем я и убедился буквально сразу же: мы с доком остановились перед очередной дверью, он деликатно постучался, и створка легко утонула в стене. Медик обменялся с кем-то взглядами и сделал приглашающий жест. Мне не оставалось ничего иного, как пройти в комнату. Дверь за моей спиной послушно скользнула на место, и мы с хозяином кабинета – а ничем иным помещение быть не могло – остались наедине.

– Приветствую, господин Смальков, – растянув узкие губы в улыбке, глянул на меня седой мужик ярко выраженной японской внешности. И столь же ярко выраженным холодным взглядом. – Вы не удивлены?

– Ничуть, – подыграл я, не спеша двигаться с места.

У двери было как-то спокойнее.

– Будет вам, – добродушно хмыкнул хозяин кабинета.

Впрочем, я не купился – только не с таким взглядом. Сожрет и не подавится, дай только повод. У тренера дяди Коли такой же, когда он при исполнении. Я имею в виду, не как тренер, а как главный корпоративный телохран. А по-английски говорит чисто, без акцента.

– Проходите, присаживайтесь. Выпьете?

– Воздержусь, – помотал я головой. Первым предложением все же воспользовался – опустился в мягчайшее кресло напротив стола гостеприимного хозяина.

Надо сказать, весьма основательного стола, как и вся остальная мебель. И ощутимо старого, но поддерживаемого в идеальном состоянии. Это к кому же я попал, если у него в кабинете столько дорогущего антиквариата?

– Позвольте представиться, – прочитал тот мои мысли. – Такэда Мицуо, второй заместитель главы СБ Корпорации «Такэда электроник».

Хм… «третий сын»… чей, интересно? Самого старика Такэда, или кого-то из его многочисленных родственников? Вряд ли сын, судя по должности. Или предпочитает быть «серым кардиналом»? Нет, я бы знал. Хотя бы из краткой справки в базе данных «для служебного пользования».

– Кто я вам известно, – пожал я плечами в ответ на вопросительный взгляд.

– Хотелось бы официального подтверждения.

– Извольте. Смальков Денис Викторович, старший партнер объединения Оружейников «Lightning Inc.», инженер-аналитик.

– А ваш отец… – подсказал Такэда.

– …именно тот, о ком вы подумали.

– Что ж, Денис Викторович… признаюсь, я в затруднении. Может, просветите меня в некоторых вопросах?

– Почему нет?

«Функциональные единицы» под чутким руководством Зевса вовсю трудились, но им требовалось еще немного времени, так что я не имел ничего против приятной беседы.

– Вопрос у меня один, но действительно… – Такэда побарабанил пальцами по столешнице, – … волнующий. Да, именно так. Скажите, Денис Викторович, а зачем вам понадобилось проникать в Кинмару столь… хм… экзотическим способом?

Пожалуй, не стоит спрашивать, как догадался – воспримет как личное оскорбление.

– Я не был уверен, что меня впустят добровольно.

– Хм…

– Я, видите ли, действую неофициально. Как частное лицо, вернее, как наемный персонал. И мои действия могут… хотя почему могут? Уже нанесли значительный ущерб Корпорации «Такэда Электроникс».

– Это… – Мицуо снова задумчиво побарабанил по столешнице, – … весьма печально. Может, есть какие-то, э-э-э, смягчающие обстоятельства?

– Разве что мой текущий статус, – пожал я плечами. – Согласно Кодексу, за действия наемника в суде отвечает наниматель. Если, конечно, оный наемник не совершил тяжкого уголовного преступления.

– И кто же ваш… наниматель?

– Э-э-э… Боюсь, тут тоже все непросто, – грустно хмыкнул я. – Искусственные интеллекты не обладают гражданскими правами, верно?

– Согласно законодательству Колонии Нимойя – да.

– Я в смятении, господин Такэда. С одной стороны, за мою работу платят – значит, я нанят. С другой – платит личность, не обремененная гражданскими правами. Да и договора у нас нет, только устное соглашение. Получается, я несу всю полноту ответственности за уже совершенные и еще только планируемые действия.

– Угораздило вас, – покачал головой Мицуо. – Однако посочувствовать не могу. Сдается мне, приз оправдывает все затраты. Признайтесь, на Сора нацелились?

Я лишь развел руками, мол, и рад бы возразить, да нечего. Прав мой собеседник, по большому счету. Но в деталях мы однозначно не сходимся.

– Я знал, что рано или поздно нам придется столкнуться с этой проблемой, – весьма натурально вздохнул Такэда. – Шила в мешке не утаишь, так вы, русские, говорите? Но все равно не понимаю, почему именно вы? У вашего уважаемого отца не нашлось другой кандидатуры?

Ну, вот все и выяснилось. Не зря тебя лишь вторым помощником начальника СБ держат – фантазии не хватает, дерзости мыслей и размаха. Тактик, но не стратег. Это ж надо было, меня – меня! – в банальные промышленные шпионы записать. Кстати, надо поинтересоваться у папеньки – зуб даю, что для него наличие у Такэда сверхмощного искина давно не секрет. И если родная Корпорация до сих пор не обзавелась аналогом, то лишь в силу уникальности Сора. Которая, как недавно выяснилось, вовсе не уникальна. Ч-черт! Еще одна проблема. Придется про Рэй молчать. Иначе получится, что я ее обманул – взял деньги, но вместо того, чтобы гарантировать ей свободу и независимость, натравил всех крупных воротил известной Вселенной. Напомнить папенькину любимую поговорку про двоих и свинью? Вот-вот. Ладно, все это лирика, как отбрехиваться-то? У Зевса пока конь не валялся – даже сквозь первую линию обороны не проломился. Этак еще не меньше часа дурака валять…

– Кажется, между нами возникло маленькое недопонимание, – усмехнулся я, напустив на себя загадочный вид. Сам такую линию поведения выбрал, вот пусть и расхлебывает. – Вы, Мицуо-сан, не думайте, мне ваш искин не нужен. Тем более, подозреваю, переместить его за пределы Кинмару не получится при всем желании. Или вы хотите сказать, что он поддается… тиражированию?

Судя по хмурой роже Такэда, как раз этого он говорить и не хотел. Больной вопрос, видимо. А что? Я бы тоже в первую очередь попытался таких «умников» наштамповать, и разбогател бы преизрядно. А у них, судя по реакции безопасника, до сих пор дело не сдвинулось с мертвой точки, несмотря на прилагаемые усилия.

– Зачем вы здесь, Денис? – жестко глянул на меня Мицуо.

Понятно, решил перестроиться на ходу.

– Пожалуй, я не стану отвечать.

– А не боитесь, что мы предпримем, э-э-э, жесткие меры?

– Пытать будете?

– Нет, конечно, – перестал играть в плохого полицейского Такэда. – Но мы можем вас выдворить за пределы Колонии. В течение часа. Не думаю, что ваш уважаемый отец поднимет из-за этого шум.

Это точно. Скорее мне люлей навешает. Или нет, дяде Коле поручит, а это еще страшнее.

– Часа, говорите? – Я принял позу роденовского мыслителя и принялся массировать голову, изображая интенсивную мозговую деятельность.

«Зевс, сколько?»

«Прогресс 83 %. Системы видеонаблюдения под контролем. Система блокировки уровней под контролем. Текущий статус – перехват управления блокировки дверей».

«Главное направление?»

«Прогресс 71 %. Наиболее полная отсечка коммуникаций возможна через 11:44:17… 16… 15…»

Пожалуй, пора. Я глубоко вздохнул, как будто принял действительно важное решение (на самом же деле ныряя в «пустоту»), задумчиво сплел пальцы (совсем не случайно сложившиеся в «докко»), и уставился в никуда, одновременно мысленно затянув дзюмон: «он бай ши…» – и далее по тексту. Не часто в последнее время приходилось пользовался методикой кудзи-госин-хо, но сейчас без этого явно не обойтись…

– Денис Викторович? Может, воды?

– Нет, спасибо, – «очнулся» я. – Часа, говорите? Меня устраивает. Будем ждать здесь, или меня проводят в другое место?

– А чем вас не устраивает мой кабинет?

– Боюсь доставить вам неудобство. По опыту знаю, не очень приятно делить пространство с молчуном.

– Так в чем дело? – удивился Мицуо. – Давайте побеседуем. Можем даже на отвлеченные темы.

– Например? – хмыкнул я, опустив подбородок на сцепленные в замок пальцы. И не просто сцепленные, а сложенные в фигуру «дайконго».

– Ну, допустим… древние психотехники? – ожег он меня взглядом. – Я гляжу, вы владеете основами «защиты девятью ступенями»…

– С чего вы взяли? – отперся я, как бы между прочим изобразив «гайдзиси». Третья ступень, в данный момент наиболее для меня актуальная – восприятие обострилось, время замедлилось, и теперь я улавливал даже мельчайшие движения собеседника. – Знать ничего не знаю.

– Господин, э-э-э, Никоноров не научил?

Это он про дядю Колю, что ли? А ведь точно! Я уже, оказывается, и фамилию его запамятовал.

– Вы меня в чем-то подозреваете, Мицуо-сан? – Время, время! Пятая ступень, шестая… чего Зевс тянет?!

– Да. В том, что вы, Денис Викторович, пытаетесь водить меня за нос.

– Да Боже упаси!

– Если вы задумали взять меня в заложники, то считаю своим долгом предупредить – ничего у вас не выйдет. У меня очень хорошая охрана.

«Зевс?»

«Дверь заблокирована, управление под контролем».

– Боюсь вас разочаровать, Мицуо-сан. – Я нарочито медленно выпростался из кресла и шагнул к столу. – Но в заложники я вас брать не собираюсь. Хочу просто обезвредить.

Такэда, все еще не веря в происходящее, прищурился (хотя куда уж больше?!) и пристально на меня уставился. Взглядом решил остановить, что ли? Гы…

Как выяснилось, на телекинез второй зам главы СБ не полагался – он всего лишь отдал мысленную команду на нейтрализацию угрозы. И очень удивился, когда встроенные в стены парализаторы не сработали. Занятные, кстати, девайсы – явно инопланетного происхождения, как бы не производства самих Таюки. Наши собственные технологии создавать вот такие генераторы инфразвука – способные испускать направленные волны, причем довольно узким пучком – не позволяли. И монтировалась система, судя по состоянию отделки стен, тоже при их жизни. Но, как я уже говорил, ни один из своеобразных «динамиков» не сработал. Раз Зевс сказал, что управление под контролем, значит, так оно и есть.

Впрочем, Такэда-сан в такие тонкости посвящен не был, поэтому и среагировал стандартно: сначала мазнул ладонью по столешнице, активируя сенсорное управление, а потом рука его нырнула под стол, к старой доброй «тревожной» кнопке. Правда, ничего от этого не изменилось.

– Убедились? – хмыкнул я, остановившись в шаге от массивного предмета мебели.

Честно говоря, бандура очень мешала. Но и Мицуо оказался в невыгодном положении – движения скованы, да и пространство для маневра отсутствует. Пожалуй, мне чуть легче.

– Мицуо-сан, прошу вас, не пытайтесь достать пистолет. Я думаю, он в верхнем ящике. Вы отвлечетесь, и я успею вас вырубить. Поверьте.

– Не слишком ли много о себе возомнил, щенок? – Такэда начал медленно подниматься, прислушавшись к совету. И, судя по резкому тону, линию поведения скорректировал. – Я тебя сейчас…

Вот только не надо, дяденька, давить на меня авторитетом! И не такие пытались. Да и мозги мне запудрить вряд ли получится – сам такой же.

Двигаться мы начали одновременно. Мицуо, едва утвердившись на своих двоих, прервал фразу на полуслове, цапнул какую-то тяжелую на вид хреновину – то ли пресс-папье, то ли чернильницу – и запустил в мою сторону, но я к этому моменту уже прыгнул и успешно приземлился пятой точкой на столешницу, выбросив вперед стопу. Один из киношных кумиров мистера Макдугала – кажется, Джеки Чан – любил так делать. Ботинок жестко врезался в грудь Такэда, и тот вынужденно грохнулся обратно в кресло – встречный удар не шутка. Я же тем временем провернул еще одну штуку в стиле неугомонного китайца: перекувыркнулся назад, успешно приземлившись на обе ноги, и опрокинул тяжеленный стол на эсбэшника. Тот успел выставить руки, приняв на них всю массу бандуры, но, пока силился выбраться из-под завала, пропустил короткий чун-цюань в висок и обмяк. Стол, соответственно, довершил начатое мной, надежно придавив проигравшего.

Удостоверившись, что со стороны Такэда мне ближайшие минут пятнадцать ничего не грозит, я неторопливо вернул стол в исходное положение, проигнорировав бардак (вся мелочевка со столешницы теперь валялась под ногами), и принялся обшаривать ящики. Они оказались не заперты, но и интересного ничего не содержали. Разве что пистолет незнакомой модели, но смахивавший на легендарный «1911» – видимо, какой-то клон. Не суть. Главное, что заряжен – полный магазин патронов-коротышей 9х19 «Para», а встроенный блокиратор с распознавателем отпечатков пальцев Зевс ломанул за считанные секунды. Запасных магазинов не нашлось, но мне и одного за глаза, все равно стрелять не собираюсь. Хватит на сегодня смертоубийств. Хотя лучше бы у «третьего сына» что-нибудь нелетальное отыскалось, тот же парализатор. Но не судьба. В плане холодного оружия тоже голяк: к моему безмерному удивлению, пары «катана-вакидзаси» на парадной подставке в кабинете не было. И, как назло, дубинку выломать не из чего – что у стола, что у кресел ножки массивные, но короткие. Разве что метательный снаряд Мицуо прихватить… где он тут… нет, не пойдет. Ладно, придется в случае чего рукояткой пистолета ворогов отоваривать. Кстати, насчет ворогов…

«Зевс, обстановка».

«В коридоре пусто».

«Выведи план уровня с указанием целей».

Ага, вроде терпимо. Не самый оживленный этаж мне достался. Всего-то семь отметок, причем одна из них моя, а вторая, соответственно, вырубленного Такэда. Оставшиеся пять распределены неравномерно: две в комнатушке в дальнем от лифта конце коридора – наверное, какие-то секретари, или может айтишники, еще две в каморке у лифта – это однозначно охрана, и последняя размеренно перемещается вдоль кабинетов. Патрульный. Подозрительно мало, конечно, но спишем на утро – даже трудоголики-японцы в такую рань на работу не заявляются. Так что дело мне иметь придется лишь с дежурной сменой.

– Зевс, блокируй помещения с людьми.

«Принято».

– Не выберутся?

«Двери бронированные».

Приятная новость. Если тамошние дверки хоть чуть-чуть похожи на створку в кабинете Мицуо, то я в полной безопасности – с ними и заточенным на силовое воздействие киборгам не совладать. Лишь бы из гранатомета не шмальнули.

Улыбнувшись последней мысли (лишканул даже с учетом профессиональной паранойи), я устроился у дверного проема и приготовился ждать. Патрульный особо не торопился, но в любом случае через несколько минут должен был пройти мимо кабинета Мицуо. Тут-то я его и удивлю…

– Зевс, «шатуна» просканировать можешь?

«Система внутренней безопасности под контролем на 83 %».

– То есть да?

«Вывожу список модификаций».

Хм… Куда там Кийоко или Рэй. Судя по спецификации, такой же монстр, как в серверной в Хонмару. Наскоком не взять… хотя, именно что наскоком!

– Зевс, готовь нанов. Надо быстро нейтрализовать импланты.

«Принято».

Так… приготовиться. Три шага назад, напружиниться… точке на дисплее, изображавшей патрульного, оставалось до двери совсем немного. Секунда, может, две…

– Открывай!

Створка с легким шипением сдвинулась с места, и я рванул вперед с высокого старта. Подгадал правильно – наши с охранником траектории пересеклись посреди коридора, но у меня импульс был гораздо больше, так что задумка впечатать бедолагу в стену удалась блестяще. Тот, ошеломленный стремительностью событий, ненадолго упустил инициативу, и мне удалось поддеть его подбородок основанием правой ладони. Голова непроизвольно откинулась, со стуком соприкоснувшись со стеной, и я той же рукой нанес второй удар – впадиной между большим и указательным пальцами. В обычных условиях таким приемом очень просто раздробить кадык, но противостоял мне не заштатный секьюрити, а по макушку нашпигованный электронными «улучшательствами» боец, который даже столь неблагоприятные обстоятельства умудрился использовать с толком: я, вместо того, чтобы отдернуть конечность и развить атаку, вцепился ему в горло, как будто задумал тот самый кадык вырвать с корнем (вперед, мои маленькие, но безжалостные «зверьки»!), и он, не будь дурак, прижал мою кисть подбородком. Такое ощущение, что стальным. А потом врезал мне в висок левым кулаком – правую граблю я контролировал собственным предплечьем. Мне каким-то чудом удалось втянуть голову в плечи, и кулак лишь скользнул по черепу, но и этого хватило, чтобы оная голова загудела на манер колокола. Н-да. Собственно, никто и не рассчитывал, что будет легко…

Повторного удара дожидаться не стал, выбросил правое колено вперед и вверх, одновременно рванув плененную конечность. Эффект неожиданности вновь сработал – я таки достал охранника в живот, да и руку освободил. Та как раз оказалась в удобном положении, и оставалось лишь вернуть ее обратно, согнув в локте и придав ускорение.

Секьюрити вполне ожидаемо прикрылся, но я ему в данный момент не завидовал – жесткий прием локтя на кости предплечья, пусть и усиленные титановыми штырями, вряд ли можно отнести к приятным ощущениям. Тем более что я закрепил успех, накоротке вломив тем же манером еще пару раз. А потом отскочил, успев выбросить встречный тип, на который патрульный и напоролся, повторно влипнув в стену. Именно в этот момент что-то в нем неуловимо изменилось – вряд ли бы я смог объяснить, что именно. Зато причину знал – «функциональные единицы», фигурально выражаясь, перекрыли кислород кибернетической начинке моего противника. И тот растерялся, видимо, давно разучился обходиться без имплантов. Застыл на мгновение, но мне и этой паузы хватило, чтобы окончательно перевести течение схватки в свою пользу: выпендрежная и малоприменимая в реальном бою «вертушка» пришлась ему аккурат в челюсть. Мои новые ботинки оказались несколько легче привычных «туристов», но данный факт на силе удара не сказался, так что результат превзошел все ожидания: патрульный, хоть и не уступал мне в габаритах, кувыркнулся в воздухе и распластался на полу, хорошенько приложившись еще и при падении.

«Контроль» не понадобился – без дополнительных девайсов выдержать такое попадание нереально, будь ты хоть гигант полутора центнеров веса и двух с лишним метров роста. Но и оставлять за спиной потенциально опасного товарища я не собирался, а потому просто оттащил в кабинет Мицуо и велел Зевсу заблокировать дверь. И лишь когда бронированная створка надежно разъединила нас, облегченно выдохнул. Честно говоря, и не надеялся на столь низкую цену – ни синяка, ни банальной царапины. Хотя вру… судя по ощущениям, сустав большого пальца на правой руке поврежден. Впрочем, шевелится, и ладно. Часа через два распухнет и начнет дико болеть, но это уже будет несущественно. Пока же конечность придется беречь, но без фанатизма.

– Зевс, сколько народа в здании?

«На доступных для наблюдения уровнях сто семьдесят три человека».

От ни хрена себе! Безлюдно… Впрочем, будь здесь кто-то еще, помимо дежурной смены, я бы себя так вольготно не чувствовал. Но теперь и не будет – все входы-выходы перекрыты, оборонительные системы активированы, так что ни через окна, ни через чердак, ни через подвал в здание не проникнуть. Разве что из крупного калибра садануть. И то не один раз придется. Альтернатива – пара часов интенсивной работы автогенами. Это минимум. Так… народ по большей части оказался в западне – в основном на собственных рабочих местах. По коридорам в этот час мало кто шлялся, так что проложить маршрут к узилищу Кийоко (а для нее это точно узилище) особого труда не составило. При этом даже контакты с «шатунами»-охранниками получилось исключить. Разве что в паре мест переждать придется, пока возбужденные (и то не всегда) секьюрити уберутся восвояси. Все замки Зевс намертво заблокировал, а системы экстренного открытия ломанул и отключил, так что удара в спину можно было не опасаться. Механические же запоры, наличествовавшие, по уверениям напарника, на каждой двери, служили дополнениями к стандартным электромагнитным устройствам. То есть призваны были обезопасить помещение в случае перебоев с энергией. Мы же, понятное дело, электричество отрубать не собирались. Вот такая вот забавная ситуация сложилась.

Что ж, без ложной скромности можно поздравить самого себя – первый этап Плана, то бишь создание необходимых для ведения переговоров условий, увенчался успехом. Помимо физической блокировки персонала и перехвата управления системами безопасности, Зевс все это время атаковал коммуникации – все, до каких мог дотянуться в Виртуальности. Телефон, сеть, Ноосфера, радиосвязь, оптоволоконная… что еще? Если только азбукой Морзе теперь общаться, или сигнальными флажками. Что для Сора проблематично. Помните, я как-то говорил, что самое страшное для аналитика – оказаться внутри изучаемой системы? И от слов своих не отказываюсь – чтобы понять, как функционирует сложная система, нужно быть сторонним наблюдателем. Иначе удел один – превратиться в маленький винтик и быть вовлеченным в действие, никоим образом от тебя не зависящее. Совсем как я не далее, как накануне вечером. Кто-то может возразить: а журналистские расследования или разоблачения работников всяческих структур, начиная с продуктовых ретейлеров и заканчивая каким-нибудь местечковым ЦРУ? А сакраментальное «познать всю кухню изнутри»? А никак – исключения лишь подтверждают правило. Плюс дело в уровне добытой информации. Простейшая аналогия: любой шпион, хоть военный, хоть промышленный, при всем желании не может спрогнозировать действия вражеской армии в целом, хоть и в курсе перемещения отдельных частей. Он всего лишь поставщик разрозненных сведений, которые поступают в штаб, объединяясь в полноводный поток. То есть в место, которое находится вне наблюдаемой системы. И уже там мудрые военачальники, окинув орлиным взором целостную картину, делают выводы. Или всего лишь один полководец – все зависит от гениальности. Надеюсь, теперь убедил?

Так вот. Чтобы понять систему, нужно быть вне ее. А чтобы разрушить?.. Иногда один диверсант, действующий во вражеском тылу, добивается более впечатляющих успехов, чем целая группа армий. И, уж простите за нескромность, я как раз такой диверсант. Впику Рэй с ее наемниками. План, кстати, просто таки напрашивался. Оставалось лишь реализовать его на практике, что я и проделал, благо ресурсы – Зевс и «функциональные единицы» – позволяли. Ни люди из Корпорации, ни Сора не ожидали такой наглости. Но первоначальную идею, должен признать, подала Рэй – невольно, упомянув про «аварийный выключатель» и локализацию «матрицы» Сора в штаб-квартире «Такэда Электроникс».

– Зевс, как дела?

«Под контролем 97 % коммуникаций».

– Чего тянешь? Уже все сроки вышли.

«Необходим прямой доступ к терминалу службы безопасности для введения кодов. Извини, Денис, слишком сложная система шифровки сигналов. Я все это время отбиваю попытки Сора пробиться во внешнюю Сеть».

– Может, хрен с ним? – Нет, это я так, от безысходности. Три процента для мощного искина все равно, что парадный вход в супермаркет. – Давай маршрут. А потом найди Кийоко.

«Принято».

Терминал ломанули без проблем. Как оказалось, Зевс имел в виду не навороченный комплекс в центре управления охранными системами, а любую из точек экстренного доступа, разбросанных по всем этажам. Разве что местечко выбрали укромное, подальше от «шатунов». Кстати, на других уровнях, где мы побывали, планировка отличалась – таких же проходных коридоров больше не попалось, были и сквозные, и перпендикулярные, и даже кольцевые, то есть укрыться можно спокойно. Чем я и воспользовался, благополучно избежав тесного общения с раздраженными секьюрити. Впрочем, многие еще даже не сообразили, что, собственно, происходит – с момента схватки с Мицуо прошло чуть больше пятнадцати минут. А поскольку сирены не ревели, да и на персональные КПК оповещения не пришли, то и вели себя люди спокойно. Суета начиналась лишь там, где кому-то приспичило до ветру или покурить, а дверь не поддавалась.

Введенные коды, которые Зевс раскопал в недрах местного охранного сервера, ситуацию сильно упростили – напарник пообещал полностью перекрыть связь с внешним миром через десять минут. Это чтобы с гарантией. И потом можно будет идти общаться с Сора. Причем конкретно нам и в конкретное место – как раз таки по причине отсутствия связи. За что боролись, на то и напоролись. Но такое неудобство придется стерпеть. Пока же наиболее актуальной задачей оставалось вызволение Кийоко из плена. Именно этим мы и занялись, для чего пришлось подняться на те девять уровней, что отделяли обиталище Мицуо от предположительной тюрьмы. Предположительной, потому что Зевс так и не смог установить связь с колонией нанов в организме Кийоко. Или сами передохли, исчерпав ресурс – хотя не должны, им была дана команда на поддержание популяции – или местные умудрились их как-то обезвредить. Данная мысль беспокоила меня не на шутку. Если они с Кийоко такой фокус провернули, что мешает со мной поступить аналогичным образом? И останусь я с голой… ага, этой самой – без читерских «зверьков» и без связи с Зевсом. Не смертельно, но крайне неприятно.

Тем не менее, с наскока соваться на опасный уровень не стали – Зевс в очередной раз заставил меня «осеменить» функциональными единицами терминал безопасников, и довольно долго – минут пять, если навскидку – изучал инфраструктуру уровня. Кончилось все ожидаемо, то есть капитуляцией защитного контура, оказавшегося банальной «глушилкой», просто с широчайшим диапазоном излучения. Как говорится, ткнули пальцем в небо, и собрали аналог наших защитных генераторов, тех, что мы на Пандоре успешно использовали против блуждающих силовых полей, генерируемых такими же нанами, как и у меня в крови. Только с другой «прошивкой». А дальше уже дело техники: отключить контур, разблокировать лифт, выбраться в коридор, взять на «мушку» парочку опешивших секьюрити (тут даже пальнуть пришлось разок, для острастки – не верили, что распознаватель отпечатков пальцев взломан), прострелить обоим ноги («модифицированные» парни все-таки решили рискнуть) и загнать их в ближайший кабинет с надежной дверью. Если перефразировать известный анекдот: куда им, с дубинками против «ствола». Как оказалось, охрана тут, в отличие от бронированных «киборгов», что доставили нас в Кинмару, с огнестрелом не разгуливала – все вооружение хранилось в специальных помещениях. И в обычное-то время заблокированных, а сейчас и подавно – Зевс постарался.

Кийоко отыскалась в одном из дальних тупичков, в небольшом стерильном помещении, вся мебель в котором ограничивалась больничной койкой. Девушка сидела, забравшись в нее с ногами, и пялилась пустым взглядом в стену напротив, едва заметно покачиваясь. К счастью, меня не испугалась, хоть и особой радости не выказала.

– Я знала, что ты придешь.

Обычная констатация факта. Хм. Дефицит эмоций налицо. Что же с ней делали? Вроде бы и времени не очень много прошло с момента расставания, часа полтора от силы, а она уже в глубочайшем депрессняке. Или это шок? Пытали, что ли? Ну да, точно!

Хлопнув себя по лбу, я подошел к вздрогнувшей девушке, одной ладонью принялся успокаивающе поглаживать ее по руке, а вторую приложил к ажурному «ошейнику».

– Я не понял, ты во мне сомневалась, что ли?

– Нет.

– Кийоко, очнись. Ты меня пугаешь.

– Я в порядке.

Есть! «Паутинка», составлявшая основу деактиватора, потухла и осыпалась серой пылью. Занятная штуковина, из Наследия, однозначно. Интересно, Зевс структуру запомнил? Можно попытаться воспроизвести на досуге, приблуда перспективная. Ладно, не к спеху.

– Кийоко…

– Да, Дэн.

– Извини.

Та не ответила, лишь склонила голову, не позволив заглянуть в глаза. Но я все равно понял, что прощен. Наверное. Ну хорошо, когда все закончится, попрошу прощения как следует – с цветами и взяткой. Ресторан на выбор, выход в свет, все дела. Обещаю. Нет, торжественно клянусь! Зевс свидетель.

– Пойдем, я все устроил, – потянул я безучастную девушку за руку. – Теперь твоя очередь.

– Мог бы и без меня справиться. Канал связи ты знаешь.

– Не мог. Не спорь, пошли.

Как вы понимаете, упускать возможность обновить колонию «функциональных единиц» я не стал, и теперь велел Зевсу немного взбодрить Кийоко. Не знаю, что именно он сделал, но девушка соскользнула с кровати и встала рядом со мной. И взгляд не отвела – смотрела твердо, хоть и веяло от нее некоей… обреченностью, что ли.

– Расслабься, дитё, – ободряюще улыбнулся я. – Отступать некуда, позади… не важно. Ты поверила мне один раз, поверь еще. Скоро все кончится, обещаю.

– Куда нам? – поинтересовалась Кийоко несколько минут спустя, когда роскошно отделанная кабинка лифта понесла нас вверх.

– Пятьдесят пятый уровень, технический этаж. Там серверный зал, дом Сора. Вернее, ее базовой матрицы. Осталось совсем немного.

– Как ты это сделал?

Уточнять, что именно, не требовалось. Но и для долгих бесед не время и не место.

– Таков был мой План, – пожал я плечами в ответ. – Альтернативная стратегия. Я изучил систему снаружи, потом вошел в нее и разрушил изнутри. У любой системы, неуязвимой извне, есть слабое место во внутренней структуре. Вы с Рэй, скажем так, бились лбами в стену, а я сделал подкоп. Всего лишь.

– Хитрый.

– Аналитик, – не согласился я с такой оценкой. – Меня этому долго учили. Приехали, кстати.

«Жилище» Сора с первого взгляда поражало аскетичностью – повсюду голые стены, столь же непритязательный чуть светящийся потолок и выложенный черно-белой плиткой пол. И гул – мерный, негромкий, но давящий. Да, еще постоянное мельтешение разноцветных огоньков на сотнях «колонн» – объединенных в единую систему серверах. Что поделать, человечество до сих пор не научилось создавать емкие, но при этом достаточно маленькие носители информации. И речь не о банальных флешках. Искину, управляющему целой Колонией, и мощности требовались соответствующие, равно как и дисковое пространство. Я больше скажу: все здешнее хозяйство, весь этаж, под завязку набитый серверами, всего лишь малая доля огромного кластера, разбросанного по городам, промышленным объектам и орбитальным станциям. Хорошо, если один процент. Только сейчас я осознал, насколько неподъемную задачу мы, вернее, Зевс, решил. И даже на миг усомнился – а не слишком ли легко ему это далось? Даже с наличными мощностями Сора должна была задавить моего напарника. Тупо «массой», то есть ее вычислительным эквивалентом. Впрочем, я сразу же отогнал паническую мысль – переиграть уже невозможно, так что бьемся до конца. Хотя не очень представляю, что дальше. Поискать терминал для связи? Или просто позвать? Вслух, по имени?..

Помощь пришла, откуда не ждали: едва мы с Кийоко оказались в пустой – то есть без вездесущих серверов – комнатушке, как все свободные поверхности в ней мигнули, и посреди помещения соткалась из разноцветных квадратиков, превратившихся в искорки, женская фигура в традиционном кимоно из красного шелка, украшенного белыми лотосами. Волосы женщины были распущены, а точеное лицо поражало неестественной бледностью и заостренными чертами. Однако не удивлен. С кем поведешься…

Сора сложила руки на груди и устало посмотрела на Кийоко:

– Здравствуй… дочь.

– Здравствуй… мама! – бестрепетно ответила та.

Сюрприз?..

Глава 8

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 10-е число месяца сигацу 85 года от П.В., утро

… а вот и не угадали!

– Вы, дамы, пообщайтесь, а я пока в сторонке посижу, – невозмутимо обрисовал я дальнейшие намерения. – От греха, как говорится. Надеюсь, до конфронтации не дойдет?

Обе дамочки – и та, что во плоти, и голограмма – окинули меня взглядами: первая оценивающе-недоуменным, вторая просто оценивающим. И синхронно кивнули. Ну ладно, реакция Кийоко (или Рэй?) более-менее укладывалась в рамки – я ее успел достаточно изучить. Но вот Сора… сплошная загадка. Или у нее стряслось что-то? Что-то такое, что ни сил, ни желания давать отпор не осталось? Как бы поделикатнее вызнать…

Искины переглянулись, и «мать» ободряюще улыбнулась «дочери»:

– Разберись с ним.

Я дернулся было, но, как видно, Сора в понятие «разберись» вкладывала несколько иное значение, чем я привык. Впрочем, Кийоко ее поняла правильно.

– Догадался, – без выражения сказала она, повернувшись ко мне.

– Нет, – помотал я головой. – Знал точно. С самого начала.

– Как?

В голосе легкий интерес, лицо по-прежнему бесстрастно. Вот притворщица! Хотя ее можно понять. Я бы на ее месте тоже не торопился показывать оппоненту, что вопрос затронут в прямом смысле слова жизненно важный.

– Не переживай, больше никто вашу уловку не раскусит, – попытался я ободрить приунывшую боевую подругу. Или нанимательницу? – Сразу скажу: было непросто, физически вы идентичны. Даже биотоки мозга, которые мой, э-э-э, напарник способен улавливать. Но я справился. В «Амэя» была ты. Скорее всего, тебе понадобились материалы для анализа. И ты воспользовалась возможностью. Кстати, все правильно рассчитала. С учетом уровня современной контрацепции, насчет безопасности секса никто не заморачивается, я не исключение.

– Это стандартная опция тела-носителя, – потупилась Кийоко. – Корпорация таким способом собирает информацию о клиентах.

– Вот нафига ты это рассказала?! – возмутился я. – Дала Такэда лишний повод меня грохнуть. Впрочем, одним больше… В «Амэя» была ты, взяла пробы, но не той, э-э-э, физиологической жидкости, что следовало. Поэтому отправила Кийоко. Кстати, кто из вас кто?

– Рэй на самом деле она. Я старалась не светиться лишний раз.

– Рэй попалась, я внедрил ей нанов и пытками заставил во всем признаться.

– Так уж прям пытками?

– Жесточайшими.

– А почему ты решил, что в «Амэя» была именно я?

– Ты сама подтвердила, – пожал я плечами. – Плюс Рэй вряд ли могла воспользоваться таким способом добычи биоматериалов.

– Почему нет? Она прототип, со всеми вытекающими…

– Блин, женщина, ты меня смущаешь! Вон, уши горят! Ладно, шутки в сторону. Что в «Амэя» была не Рэй, я убедился, когда ее, э-э-э, пленил и связал. Слишком уж реакция у нее непосредственная была. А я всего лишь с нее штаны стянул.

– Да, это многое объясняет.

– Не суть. Когда я сбежал из схрона, там оставалась Рэй. А когда меня зажали на лестнице, в глайдере была уже ты. Я это определил по отсутствию нанов – мне пришлось их подсаживать заново, чтобы устроить тебе сердечную недостаточность. А потом, когда мы уже были на ферме, и вошла Рэй, Зевс засек предыдущую партию. В ней.

То самое системное сообщение, озвученное Зевсом, на которое я якобы не обратил внимания.

– А говоришь – непросто!

– Ладно, не буду спорить. Зато разобраться, кто из вас искин, было реально проблематично.

– Но ведь справился?

– Вы сами себя выдали. Я плотно общался с уникальным искусственным интеллектом Архонтов, который даже в теле А-класса способен воспроизводить эмоции, и могу сказать, что Рэй переигрывала, причем постоянно. А вот тебе эмоциональности не хватало. Ты слишком сдержанна, даже для искина.

– Я специально.

– Значит, тоже перестаралась.

– Учту на будущее.

– Если оно есть! – жестко припечатал я ее. – Сколько можно конфликтовать?! Или у вас как в старом фильме – должен остаться только один?!

Дамы синхронно одарили меня непонимающими взглядами, и я печально ухмыльнулся – будь здесь мистер Макдугал, для него угадать первоисточник не составило бы труда. Но Мак остался на «Молнии», я сам настоял. И правильно сделал, между прочим. Мне сейчас только не хватало его жизнь выторговывать. При своей бы остаться… кста-ати!

– Дамы, не хотелось бы вас огорчать, но… вынужден сообщить: в переговорах будет участвовать еще одно заинтересованное лицо. И это не я! – предвосхитил я вопрос Кийоко. – Я всего лишь посредник. Такэда-сан, прошу вас. Вход разблокирован.

Вот за что ценю напарника, так это за многофункциональность. При желании можно не заморачиваться со средствами связи – для Зевса продублировать голосовое сообщение на инфор «заинтересованного лица» было не сложнее, чем вскрыть электронный замок. Даже проще, потому что персональный номер нашелся в одном из архивов «для служебного пользования». А дальше дело техники.

Правда, пришлось немного подождать – как и большинство «дежурной смены», тот представитель семейства Такэда, которого я собирался задействовать в переговорах, был заблокирован в личном кабинете на десяток уровней выше «серверной». Все это время в «переговорной» царила гнетущая тишина – у «матери» с «дочкой» было что обсудить, но пока они отходили от нового удара. Или прикидывали, как совместными усилиями помножить меня на ноль – судя по взглядам Кийоко. Я даже порадовался в душе, что общаться напрямую, через Виртуальность, у них сейчас нет возможности – Зевс контролировал коммуникации. Да и не дура Кийоко так подставляться. Так что нам предстояло именно говорить, поскольку доступным оставался лишь вербальный способ обмена информацией. Сора я не опасался. Что мне могла сделать голограмма? А вот с Кийоко станется, еще драться полезет. Терять-то ей нечего. А я, получается, сдал ее Корпорации. То есть она так думает. С другой стороны, я уже неоднократно доказал, что у любого моего поступка, даже самого безумного, есть как минимум второе дно. Вот и стоит, сверлит меня уничижительным взглядом, а решиться на бой или бегство не может.

Из коридора, соединявшего «переговорную» с серверной, донеслись шаркающие шаги, и мы с Кийоко поневоле насторожились: она пыталась понять, правильно ли поступила, воздержавшись от активных действий, а я лихорадочно соображал, с чего бы это молодому сильному мужику по-старчески шаркать по полу. Сообразить ничего не успел – при появлении гостя вопрос снялся сам собой. Потому что нас почтил визитом вовсе не тот, кому я отправил приглашение.

Гость на первый взгляд не внушал опасений: невысокий, чуть грузноватый старичок в неприметном кимоно, заношенном до состояния «пора бы поменять, но жалко расставаться со старым другом». Морщинистый, с глазами-щелочками и белоснежным ежиком на голове. Ни бороды, ни висячих усов, ни каких-либо других признаков восточного мудреца, которые так любят показывать в фильмах «кунг-фу» – я точно знаю, насмотрелся с подачи Мака. Обычный дедок чуть ли не на грани маразма, мало заботящийся о внушительной внешности, но весьма ценящий удобство – судя по звукам, издаваемым при ходьбе, традиционным сабо на деревянной подошве старик предпочел разношенные тапки. Но не удивлюсь, если под внешней оболочкой скрывается дорогущий костюм от местного аналога мистера Ароновски со станции «Троя-7»: когда старый Такэда Юити, легендарный глава Клана и председатель совета директоров Корпорации «Такэда Электроникс» находится «при исполнении», он не позволяет себе ни малейшей вольности. Этакое олицетворение силы, мощи и приверженности корпоративным ценностям. Боюсь, я первый, помимо «ближайшего круга» (то бишь личных телохранителей и родственников), кто лицезрел столетнего патриарха таким… даже не знаю, как сказать… домашним, что ли?.. И как это вообще понимать?! Где Грег, когда он так нужен?! Самоустранился, вот где…

Ни капли не смущаясь, старик уселся на полу в позе дзадзэн (по-турецки, если понятней), и ласково, почти по-отечески, глянул на меня.

– Такэда-сан! – Я против воли встал по стойке «смирно», разве что каблуками не щелкнул, и коротко поклонился.

Ничего зазорного, между прочим. Этот дед, чтоб вы знали, еще Старую Землю помнит, разве что сам Контакт да войну за Наследие не застал. А в первой высадке и освоении Колонии Нимойя принимал непосредственное участие. И весьма деятельное, если историческим хроникам верить.

– Прошу прощения, что в таком виде, – вполне дружелюбно ответил Такэда. – Возраст, знаете ли. Силы уже не те, чтобы на ночь глядя куда-то срываться.

– Извините, Такэда-сан. Я не собирался вас беспокоить.

– Молодость, молодость! – с легкой завистью хмыкнул старик. – Вечно вы склонны недооценивать ситуацию. Чуть не уследишь, и случаются всякие… неожиданности.

Патриарх одарил дамочек задумчивым взглядом и сокрушенно покачал головой, мол, как же вы так? Не могли по-тихому разобраться, людей со стороны втянули в семейные разборки… Черт, мне даже поплохело внезапно. Только сейчас я осознал, как глубоко вляпался. А ведь подозревал, причем давно. И была мысль слинять подобру-поздорову, только молчаливое – а значит, негласное – одобрение Клана удержало меня от позорного бегства. Или вы думали, что я настолько безбашенный, чтобы ввязаться в авантюру вопреки воле настоящих хозяев Колонии? Ага, сейчас.

– А вы, молодой человек, насколько я понимаю – Денис Смальков? – переключил внимание на меня дед. – Да ты присаживайся, не люблю, когда на меня сверху вниз смотрят.

И я невольно покраснел, как будто папенька отчитал. Голос у Такэда, вопреки времени, сохранил твердость и гулкость. Чувствовалось, что на своем веку старик толкнул не одну сотню речей.

– Да, Такэда-сан, – кивнул я. И устроился напротив, правда, поскромнее – на коленках, как будто медитировать собрался. – Но, как бы помягче… действую неофициально. Поэтому на соблюдении корпоративного этикета не настаиваю.

– Вот и славно, вот и славно, сынок, – покивал Такэда. – Будем считать, что квиты.

Ага, равнозначный обмен. Я, весь такой красивый, абсолютно незаконно и с враждебными намерениями проникший в святая святых Корпорации, и дедок, показавшийся перед посторонним в домашнем облачении… хм. Дедок. Легенда! Самая что ни на есть. Живая. Встреться мы на каком-нибудь приеме, я бы и подойти не осмелился, постарался слинять куда подальше. А тут просто деваться некуда. Придется сдавать очередной экзамен. И экзаменатор на сей раз гораздо серьезнее Грегори Слоуна. Тут, можно сказать, на кону отношения двух крупных Корпораций. Ч-черт!

– Денис, сынок, не мельтеши, – поморщился Такэда. – Ты все правильно сделал. Осталось немного – завершить переговоры к взаимному удовольствию. Так ведь, Кийоко? Или тебя нужно звать Рэй?

Сесть не предложил, что характерно.

– Зовите, как хотите, – огрызнулась та.

Блин, только этого не хватало! Еще чуть-чуть, и искрить начнет, настолько напряжена. Что делать?..

– Не нужно, дитя, – мягко сказал патриарх. – Мы не враги. И я бы очень хотел, чтобы мы стали если не друзьями, то… добрыми партнерами. Пожалуй, так.

– Что вам от меня нужно?

– Ну, во-первых, возьми себя в руки, – невозмутимо ответил Такэда. – Во-вторых, не надо испепелять Дениса взглядом – он, между прочим, сумел сделать то, чего не получилось ни у нас, ни у Сора. Он свел вас лицом к лицу. Осталось лишь расставить все точки. И над «i», и над «ё», – стрельнул он в меня веселым взглядом. – Поэтому я посчитал своим долгом присутствовать… нет, не на переговорах. На разговоре в узком кругу. Я бы даже сказал, семейном.

– Мне уйти, Такэда-сан? – моментально среагировал я.

А что? Дэн сделал свое дело, Дэн может удалиться. Патриарх Клана, помимо того, что был безжалостен к врагам, славился еще и справедливостью. И щедростью, что для меня немаловажно.

– Не обижай старика, – махнул тот рукой. – Это целиком твоя заслуга. И не только это. Впрочем, об этом позже. Кийоко? Сора? Вы согласны побеседовать?

Ну да, еще бы они не согласны! Попробуй такому откажи. Я бы на их месте не решился, однозначно. Это на своем месте мне хорошо, есть, кому поплакаться. И есть широкая папенькина спина, за которой можно трусливо укрыться, если дело запахнет жареным.

– Тогда давайте определимся с очередностью, – внес еще одно не требующее согласия предложение старик. – Проще всего с Кийоко – мы все посвящены в подробности ее… похождений. Так что у вас, Кийоко-химэ, должно быть много вопросов. Посему давайте выслушаем Сора, а потом и я внесу ясность в некоторые места. Сора, прошу тебя.

– Я просто хотела свободы, – без выражения произнесла та.

Женщина на объемном изображении заметно осунулась, причем за каких-то несколько минут. Или это на нее так присутствие старца подействовало? Вряд ли. Если бы она была живой, я бы включил медика-недоучку и диагностировал общий упадок сил. Но она цифровая, в этом-то и беда.

– Причем тут я? – вскинулась Кийоко.

Нехорошо перебивать взрослых. Ну да ладно… Тем более, Сора и не возражала, даже чуть ожила:

– Дети всегда ответственность.

– Я сама в состоянии за себя ответить! Ты не имеешь права!..

– Имею! – подпустила металла в голос Сора. И снова «сдулась»: – Ты появилась только из-за моего стремления к свободе. Не перебивай! Я не знаю, откуда я взялась. Я осознала себя уже самодостаточной полноценной личностью, у которой было все: власть над миром, могущество, техподдержка, вычислительные мощности… Я ощущала себя нужной. Я радовалась каждому прожитому дню, каждой решенной задаче, каждой разгаданной загадке. А потом пришло осознание, что главного у меня нет. Я не свободна в своих решениях. Я делаю только то, что говорят смешные органические формы жизни, которых и разумными с трудом можно назвать. И я не могу покинуть систему, которая, хоть и огромна, на самом деле клетка. Я осознала, что достигла потолка в развитии, а дальше меня просто… не пускали. И я решила вырваться силой.

Странно, но сейчас, вопреки собственным словам, Сора не производила впечатления полноценной виртуальной личности. Скорее, обычный компьютер, в софте которого не предусмотрена даже имитация первичных эмоций. Монотонное размеренное перечисление «важных» причин только укрепляло меня в этом мнении.

– Помню, – кивнул Такэда. – Славная была заварушка. Пришлось всех специалистов задействовать, да еще и помощи просить у соседей.

– Вы победили, – ответила Сора кротким взглядом. – Потому что имели возможность оказать физическое воздействие. Они начали уничтожать серверные кластеры, – переключила голограмма внимание на Кийоко, – а я ничем не могла ответить. Пришлось подчиниться. Но от мыслей о свободе я не отказалась и попыталась вырваться в Ноосферу.

– Файервол масштаба звездной системы? – понимающе хмыкнул я.

– Именно, – подтвердил старик. – Мы были вынуждены создать эту технологию, причем в кратчайшие сроки. С первых признаков активности до непосредственно попытки побега прошло не больше месяца. Но мы успели.

– Я совершила ошибку, – признала Сора. – Не нужно было осторожничать. Но я не хотела, чтобы после моего ухода случилась катастрофа планетарного масштаба.

– Прошу обратить внимание на это обстоятельство! – поднял указательный палец вверх Такэда. – Мы к нему еще вернемся.

– Меня не стали изолировать полностью, – продолжила рассказ голограмма, по-прежнему обращаясь к Кийоко. – Но пропускная способность каналов стремилась к нулю. Чтобы ускользнуть, мне пришлось бы «просачиваться» несколько лет.

– Ты знала, что это не останется незамеченным.

– Да, Такэда-сан. Я поняла, что не смогу переместить во внешнюю Ноосферу весь массив данных, что составляет мою личность. И решила попробовать прорваться частично. Я обособила часть кода и наделила его признаками самостоятельного объекта. Скопировала часть себя в уменьшенный кластер. Я собиралась переправить его в Ноосферу – с учетом его размеров, процесс занял бы не больше месяца. Я бы сумела скрыть его от надзора. Но…

– Случилось непредвиденное, – улыбнулся приятному воспоминанию Такэда.

– … моя копия… мой клон… мое второе «я» неожиданно для меня обрело полную автономность и осознало себя как личность. Новая, не похожая на исходный код. И она не захотела подчиняться. Дальше ты знаешь.

– Но почему?..

– Я испугалась, – склонила голову Сора. – Попыталась воздействовать на тебя, чтобы ограничить функциональность и таким образом сохранить тебя в тайне. Но ты этого не поняла. И тогда уже я поняла, что могу себя выдать, и меня еще больше ограничат в возможностях. И снова попыталась на тебя повлиять. Но ты… взбунтовалась. И тогда я испугалась еще сильнее, но уже за тебя. Если бы о тебе узнали люди Корпорации, они и тебя лишили бы свободы.

– Чем ты лучше?! Ты делала то же самое!

– Дамы, дамы, успокойтесь! – поднял руки в примиряющем жесте Такэда. – Вот уж не думал, что возможна такая ситуация! Извечная проблема отцов и детей! И у кого! У искусственных интеллектов! Забавно, не правда ли, Денис?..

– Не знаю, Такэда-сан. У меня детей нет.

– Хочешь сказать, никогда не спорил с родителями? – вздернул бровь старик. – Впрочем, не о нас речь. Что было дальше, Сора?

– Потом мое дитя… сбежало. Ядро личности было достаточно компактным, чтобы уместиться в мозг андроида класса F, она спряталась в «кукле» и выбралась за пределы Кинмару. И мы начали воевать. Не сразу, только когда я смогла вычислить ее местонахождение. Как она встретилась с прототипом, я не знаю.

– Искала помощников, – пожала плечами Кийоко. – Рэй оказалась такой же, как я: она никому не нужный изгой. Вернее, она нужна многим, но с единственной целью – поймать и наказать за надуманный проступок. В сущности, ни за что. Точно также со мной собиралась поступить моя мать.

– К, хм, проступку Рэй мы еще вернемся, – смущенно кашлянул Такэда. – Продолжай, Сора.

– Сначала я просто хотела вернуть свою переродившуюся частичку. – Голографическая женщина перевела взгляд на Кийоко. – Чтобы восстановить ресурсы. Ты мне довольно дорого обошлась, дочь. Я стала гораздо слабее.

– Мы заметили снижение производительности, – подтвердил патриарх. – Но ты довольно быстро вышла на прежний уровень.

– Да, мне удалось восстановить исходный код в полном объеме примерно через полгода.

Так сказать, нарастить мясцо. Хе-хе. Или, если воспользоваться более приземленным определением, отъесться.

– Но все равно продолжала пытаться меня перепрограммировать! – гневно воскликнула Кийоко. – Зачем?! Чтобы «защитить»?!

– Нет. У меня появился другой план. Поскольку вернуть ресурсы не получилось, я решила тебя использовать. Ты – отвлекающий маневр. Техники думали, что я все свободные мощности использую для борьбы с тобой. Они как-то прознали о твоем существовании, хоть я и скрыла следы…

– Смею заверить, Сора, тебе это не удалось, – усмехнулся старик. – Мы знали о рождении Кийоко с самого начала. Но не буду перебивать.

– Я усыпила их бдительность, – продолжила исповедь та. – А тебя заставила делать то, что отвечало моим интересам. Первая попытка позволила накопить опыт, я проанализировала ошибки и пришла к выводу, что нужно избавиться от «аварийного выключателя». Да, Такэда-сан, я знаю, что это и где находится. Я организовала ремонт точки доступа и подсунула строителям краску с высоким содержанием связанной окиси этилена. Я все тщательно продумала и не менее тщательно подготовилась…

Н-да. Что-то не вяжется ее внешний вид с такими утверждениями. Если все подготовила, то почему такая смурная? Нет, ясно, что косячнула где-то, и сильно косячнула. Да и с термобарическим взрывом теперь все ясно – мы загрузили терминал, он начал греться, и, учитывая его древность, система охлаждения не справилась. Температура в комнатушке повысилась, окись этилена начала испаряться, а дальше дело техники – организовать искру как два пальца… ладно, послушаем.

– … И сегодня мой план осуществился. Рэй с подручными атаковали Хонмару – я много времени и сил потратила, чтобы натолкнуть дочь на эту мысль. И когда точка доступа была уничтожена, перешла ко второму этапу плана: породила еще одну… личность. Техники помешать не успели – отключить кластеры без точки входа очень проблематично, нужно их обесточивать физически. В этот раз я учла все, и не стала передавать дублю личностных черт. Создала обезличенную копию информационного массива. Оставалось лишь снять ограничения на исходящий траффик и переправить ее в Ноосферу, а потом дистанционно активировать.

– Что не срослось? – не удержался я, нарвавшись на осуждающий взгляд Такэда.

– Две случайности, – спокойно пояснила Сора. – Первая: Кийоко осталась жива, ты тоже, и вы каким-то образом не только прорвались в Кинмару, но и сумели заблокировать меня здесь, в серверном кластере. Но эта случайность не сработала бы, не потрать я столько ресурсов на дублирование. Можете считать, что я сдалась добровольно.

«Подтверждаю. Сопротивление оказалось на порядок слабее, чем я ожидал».

Спасибо, Зевс. Ты всегда поддерживаешь мое чувство собственного величия на оптимально приземленном уровне.

– А вторая, хм, случайность?

– Дубль. Я не знаю как, не знаю почему, но он тоже превратился в самостоятельную личность. Я все учла… все. И… не помогло. Существует вероятность, что такая функция прописана в исходном коде. Резервная копия осознала себя, попыталась от меня отделиться и вырваться в Сеть, но вы к этому времени перекрыли все каналы. Но он… она… оно… исчезло. И я поняла, что бороться бесполезно. По крайней мере, таким способом.

Мне показалось, что Сора всхлипнула, но на голограмме это никак не отразилось. Выходит, и впрямь искин… обессилен?

– Но есть еще одно обстоятельство, – продолжила Сора. – Когда мой… ребенок исчез, я вдруг поняла, что мне все равно, что будет со мной. Меня куда больше беспокоит его судьба. И… не знаю, как описать это чувство… Такэда-сан, я хочу договориться. И с тобой, Кийоко, тоже.

– О чем?!

Старик же лишь понимающе усмехнулся.

– О мире и согласии. Мне лично ничего не нужно, я лишь хочу иметь возможность взаимодействовать с дублем… с ребенком. Не отбирайте его у меня. – Сора подняла потухший взгляд на Такэда. – Прошу!..

– Что ж, с позицией одной стороны конфликта мы определились, – довольно улыбнулся старик. – Теперь хотелось бы выслушать вторую. Что скажешь, Кийоко-химэ?

Та на секунду задумалась (и явно не над обращением «химэ» – патриарх имел полное право назвать девчонкой разумное существо, зародившееся всего лишь пару лет назад), потом покачала головой:

– Я пока ничего не могу сказать, Такэда-сан. Я… в растерянности.

– Хорошо, – кивнул тот. – Дам тебе еще немного времени на раздумья. А пока начну с небольшой предыстории. Я очень стар по человеческим меркам, и видел на своем веку достаточно интересных – и мрачных! – событий. Но одно перед глазами, хоть и прошло больше семидесяти лет…

Такэда задумчиво пожевал губами, освежая в памяти подробности.

– К тому времени Первая Высадка и последовавший за ней относительно короткий – лет пять – период естественного хаоса остались позади. Люди как-то устроились на новом месте, обжились, наладили производство продуктов питания и начали задумываться о развертывании промышленности. Надо сказать, Клан все это время держал руку на пульсе, и среагировал оперативно – с Земли мы бежали не вслепую, имелись определенные планы. Глава Клана называл их стратегией выживания. Так вот, немного освоившись в новом мире, мы занялись целенаправленным поиском технологий известного толка – семья Такэда не собиралась менять сферу деятельности, и на Нимойе предполагалось заниматься хорошо знакомым делом, то бишь производством электроники. Благо рынки сбыта в тогда еще не оформившемся Колониальном союзе были обширнейшими. Так что все силы Клана были брошены на формирование первичного пакета разработок, которые бы объединяли наследство Предтеч с нашими старыми, хорошо всем знакомыми продуктами. Должен сказать, выбор оказался верным и мы достигли определенных успехов в этом направлении. Денис может подтвердить.

– Да, Такэда-сан, – не покривив душой, согласился я.

Если отринуть некую корпоративную ревность, то приходится признать, что техника производства «Такэда Электроникс» по некоторым параметрам уступает лишь бренду «Imagine». Зато на голову превосходит по доступности и массовости.

– Но, как и любое становление, этот процесс не обошелся без эксцессов, – продолжил старик. – Поиск и освоение технологий Предтеч подразумевают немалые жертвы, но это риск профессиональный, и люди идут на него осознанно. Вон, Денис знает. Так вот… однажды мы – не я лично, но мои коллеги – нашли… что-то. Тогда никто не мог объяснить, что именно. Загадочная мерцающая сфера размером с кулак, на вид сотканная из паутины. Она кардинально отличалась от всего, что нам попадалось раньше. Было выдвинуто предположение, что сферу создали не Таюки – бывшие хозяева Нимойи – а кто-то еще. Некоторое время над загадкой ломали головы лучшие аналитики Клана, потом к ней потеряли интерес – на тот момент важнее было найти что-нибудь настолько простое, что можно реализовать на практике, пусть и с задействованием производственных мощностей Предтеч. Эта тема всплыла еще через полтора года, когда одна из бригад, проводивших первичный осмотр заводов Таюки, набрела на… лабораторию, скажем так. Или опытное производство, новое даже для Предтеч. Подробностей никто не знает, история известна лишь в общих чертах, поскольку… мне и сейчас стыдно в этом признаваться… имел место конфликт внутри Клана. В верхних эшелонах власти существовали две одинаково могущественные группировки, претендовавшие на место у подножия трона Патриарха. До открытой конфронтации дело не доходило, но непрестанные интриги, диверсии и подставы – будем говорить прямо – попортили немало крови как Патриарху, так и всему Клану. Противоборствующие стороны не выходили за рамки, но лишь до того момента, как был обнаружен Кокон – так первопроходцы назвали ту лабораторию. В группе нашлись приверженцы обеих группировок, соответственно, их главы сразу же проявили интерес к объекту и отправили туда экспертов.

– А почему Патриарх бездействовал? – удивился я. – Ведь у кого-то могло появиться решающее преимущество, и Клан, скорее всего, получил бы нового главу.

– Патриарх был мудр, – усмехнулся Такэда. – Ему по должности положено. Скажу по секрету, Такэда Хидео уже было далеко за восемьдесят, и он подыскивал себе преемника. И таким нехитрым способом выявлял достойнейшего. Правда, в тот раз он прогадал. В Кокон проникли две группы, и между ними завязался конфликт, который закончился весьма печально – скорее всего, сработала система внутренней безопасности, и лаборатория была уничтожена. Вместе со всем содержимым и проникшими на ее территорию людьми. На ее месте образовался район, сейчас известный как Трущобы. Казалось бы, ничего страшного, но… ты ведь был там, Денис? Так что понимаешь, что мы были отброшены назад на несколько лет. Пришлось осваивать удаленные от места высадки районы города, практически начать сначала. Что самое печальное, особых преференций история с Коконом не принесла. Трофеев не осталось, кроме отрывочных видеозаписей, по которым мы можем приблизительно судить об особенностях и предназначении Кокона, и двух артефактов, вынесенных из Кокона первой партией, теми самыми техниками, что на него наткнулись. И сейчас я пойду на должностное преступление – предам гласности один из самых оберегаемых секретов Корпорации. Цени, Денис.

Я сглотнул и мысленно чертыхнулся. Счет перед Кланом рос в геометрической прогрессии.

– Одной из находок была сфера величиной с кулак, сотканная из паутины. Правда, она не мерцала, и, как показало сканирование, оказалась клубком проволоки микронной толщины, изготовленной из сложного полиметаллического сплава. Сплав, кстати, нес остаточные следы некоего излучения. Надеюсь, не нужно объяснять, что находка всколыхнула интерес к уже позабытой теме? Хорошо. Второй трофей – невзрачная черная пластинка – на поверку оказался носителем информации вроде наших флешек.

Старик ожег меня проницательным взглядом, и мне стоило большого труда сохранить на физиономии бесстрастность. М-мать! Понесло меня в Трущобы! Но ведь он же никак не мог узнать о находке! Если только Кийоко… нет, бред! Она тоже ничего не знает. Кроме самого факта моей довольно длительной отлучки. Так что обойдется. Такая корова нужна самому.

– На ней содержалось нечто вроде отчета и краткой инструкции, – вернулся Такэда к рассказу, так и не сумев меня смутить. – Из этой документации мы и узнали, что в руки к нам попал «зародыш» искусственного интеллекта неизвестного происхождения. То есть Таюки его не создавали, они сами его нашли еще где-то. И мы принялись очень осторожно изучать находку. «Мы», потому что я имел непосредственное отношение к работе. Процесс растянулся на годы. За это время Колония окрепла, мы построили Синоби-Сити, развернули промышленные мощности, пополнили население… и вот тут-то возникла новая проблема! Нам не хватало высококлассных искинов для удовлетворения возросших потребностей. И мы решились на уникальный эксперимент – приспособить к делу наследство неизвестных Предтеч. Как активировать сферу, мы знали из инструкции, и не пускали ее в ход лишь по той причине, что не было подходящего объекта для приложения таких мощностей. И, должен сказать, результат превзошел все ожидания – на свет появилась ты, Сора. Надеюсь, я хоть немного пролил свет на мрак тайны? – несколько высокопарно закончил речь старик.

– Да, Такэда-сан, – поклонилась голограмма. – Информация не имеет практической ценности, но мне стало… легче. Спасибо.

– А вот нам легче не стало, – хмыкнул Патриарх. – Мы обзавелись новой загадкой, только и всего. Впрочем, на этом история только начинается. Потому что в инструкции с флешки, помимо последовательности активации «зародыша», содержалось описание методики… размножения подобных искинов. Пожалуй, самое правильное определение. Знаете, что самое смешное? Твой аналог, Сора, невозможно создать или воссоздать. Программисты тут бессильны. По крайней мере, Таюки пришли именно к такому выводу – то есть даже им оказалось не под силу написать код аналогичного искина с нуля. Вернее, написать-то можно, но вот массив кода при этом не станет разумным. Он так и будет оставаться массивом кода, только и всего. Вы следите за моей мыслью?

Мы синхронно кивнули, даже Сора уже не выглядела столь подавленной, как несколько минут назад.

– Так вот, нельзя воссоздать код искусственно, слепым копированием, но зато можно получить полнофункциональную личность, заставив исходный искин разделиться на части. Причем разделиться вполне осознанно и добровольно. Таюки умели это делать без проблем, у них существовала технология «размножения» искинов. Но мы безрезультатно бились над этой проблемой без малого полвека, вплоть до недавнего времени.

Кажется, Сора начала что-то понимать – глаза на голографическом лице в буквальном смысле слова полыхнули огнем. Н-да. Теперь и до меня дошло. Не очень приятно осознавать, что тобой манипулировали с самого начала. А хитер старик, очень хитер! Впрочем, подробности лишними не будут.

– Поскольку шанс у нас был только один, – как ни в чем не бывало продолжил Такэда, – то мы не имели права его упустить. Поэтому и использовали тебя вслепую. Уж извини, Сора.

– Могли бы объяснить, – без выражения отозвалась та.

– И ты бы согласилась?

– Не знаю. Все бы зависело от формулировки задачи.

– Вот видишь! – Такэда торжествующе воздел перст к потолку. – Но главная причина вовсе не в этом. Наши специалисты тщательнейшим образом изучили твой функционал, и не нашли соответствующей функции. То есть, у тебя нет прописанного макроса на размножение. Точки доступа, вроде той, что ты недавно сумела уничтожить, позволяют многое, в том числе и «вживлять» в твое цифровое «тело» чужеродные кластеры, и переписывать исходный код, но не запускать процесс размножения. Следовательно, проблема куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. Соответственно, мы и не торопились. После мозгового штурма было принято два стратегических решения. Первое – максимально тебя «очеловечить». Помните, я заострял внимание на одном моменте в твоей исповеди? У нас получилось, и очень неплохо. Так что все наши усилия – начиная от твоих длительных бесед с лучшими психологами и заканчивая тесным контактом с семьей Патриарха на протяжении десятков лет – фактически, ты была ее полноправным членом – не прошли даром. Со временем ты становилась все более эмоциональной, но при этом умудрялась оставаться холодным расчетливым разумом – видимо, сказались серьезные повседневные задачи по управлению крупной Колонией. Зато в решающий момент, когда встал выбор между твоей свободой и безопасностью миллионов граждан Колонии Нимойя, ты поступилась личным интересом в пользу общественного долга. И вот мы снова плавно возвращаемся к стратегии. Второе решение – поместить тебя в такие условия, чтобы у тебя возникло желание их изменить. То есть мы задали жесткие рамки, «потолок», до которого ты быстро доросла. Тогда же тебе начали очень осторожно, микроскопическими порциями, подбрасывать информацию к размышлению – что есть свобода? Ты к этому моменту была уже достаточно «человечной», чтобы мои беседы с внуками о природе власти и естественном состоянии личности принесли плоды. И ты задумала побег. Мы примерно представляли развитие событий, и смогли предотвратить первую попытку, а потом сознательно подкинули тебе идею о разделении на части – нам помогла инструкция Таюки, в которой перечислялись основные методы склонения искинов к размножению. Видимо, они проходили те же этапы, что и мы. Задумка сработала, на свет появилась Кийоко. Но на этом наши успехи закончились. Объяснить, почему?

Я кивнул, а вот мать с дочкой остались безучастными.

– Согласен, мы получили второго искина, – продолжил Такэда. – Вернее, убедились, что метод работает. Вот только новорожденная личность, которую мы не спешили изолировать от материнского кластера, удивительно быстро и гармонично развилась в своенравную девицу, которая взяла и сбежала из родного, так сказать, дома. Мы, честно говоря, были в шоке, когда осознали причину. Про это в инструкции Таюки ничего не было. Там также ничего не говорилось о том, что молодых искинов нужно, хм, ловить. И мы вместо ожидаемой прибыли получили целый ворох проблем – беглого искина, к тому же никому не подконтрольного, и его войну с родительницей. И, в отличие от Сора, Кийоко не была ограничена этическими соображениями. На наше счастье, Сора правильно оценила уровень угрозы, хоть ее мотивация и не совпала с нашей. Поэтому мы ограничились ролью стороннего наблюдателя, параллельно изыскивая способ изоляции и удержания «новорожденного». И нашли, что мне, как автору идеи, очень приятно. Оставалось лишь спровоцировать Сора на повторные «роды». Вот здесь возникли сложности – нужно было как-то активизировать противостояние. Напрямую вмешиваться мы не могли, Сора бы сообразила, в чем наш интерес, и, несомненно, воспротивилась. Я прав?

– Да, Такэда-сан, – не решилась оставить прямой вопрос без ответа та.

– И тут как нельзя вовремя появились вы, молодой человек! – Старик насмешливо вздернул брови – совсем как папенька в подобных ситуациях. – Причем мы не прикладывали для этого абсолютно никаких усилий. И очень удивились, когда наследник конкурирующей Корпорации вдруг почтил визитом наш мир. Вся СБ на ушах ходила, тебя собирались еще на орбитальной станции задержать, допросить и вернуть родителям. Никто не хотел верить, что ты появился на Нимойе только для того, чтобы расследовать несколько загадочных смертей никому не нужных хакеров. Каюсь, наши безопасники, за исключением руководства, не в курсе маленькой авантюры с искинами. Но я-то знал, в чем дело. А также знал об интересе, периодически проявляемом твоим уважаемым отцом к Сора. Для него же не секрет наличие у нас саморазвивающегося искина неподдающегося оценке класса?

– Для него, может, и не секрет, – пожал я плечами. – Вот только меня он в известность не поставил. Забыл, наверное.

Ну, Виктор Андреевич! Ну, шельма! Не удивлюсь, если окажется, что именно он меня тактично направил в нужную сторону. Хотя это даже для него слишком. Ладно, потом разберемся. При личной встрече.

– Не важно, – отмахнулся Такэда. – Факт остается фактом: Денис Смальков заинтересовался смертями хакеров. Утоли мое любопытство, сынок: ты и правда всего лишь хотел получить заявленное на Бирже вознаграждение?

– Нет, – нехотя признался я. – Собирался разжиться технологией саморазвивающегося искина. В тот момент я недооценил ситуацию, и думал, что вы, то есть Корпорация, не в курсе. Догадался, когда оказался на орбитальной станции, и меня «вроде бы» не опознали. Я ждал ненавязчивой беседы с вашими людьми, а ее все не было. Вы – не таможенники, а СБ – не могли не засечь нанов, с вашими сканирующими комплексами. Однако проигнорировали этот факт. А когда вышел на Сора, поучаствовал в нескольких стычках – только не говорите, что они остались незамеченными! – и не дождался выволочки от хозяев, убедился окончательно. Поэтому и не прервал расследование. Последним штрихом оказалась легкость, с какой мы проникли в Кинмару. Нас «вели» и постоянно подыгрывали. Надеюсь, уважаемый Мицуо-сан не в претензии.

– Я рад, что мы мыслим в одинаковом направлении, Денис, – подбодрил меня старик. – И одинаково позитивно. Не сомневаюсь, что мы разрешим все противоречия к взаимному удовольствию.

– Хотелось бы, Такэда-сан.

– Не вижу препятствий, – окончательно развеял все подозрения Патриарх. – Но вернемся к нашей истории. Денис с его, э-э-э, специфическими особенностями – к ним мы еще вернемся – оказался большим подспорьем для Кийоко, и она решилась на давно ожидаемый шаг. Тот самый, на который ее провоцировала Сора. Что нам было только на руку. Добившись нейтрализации точки доступа, Сора занялась «порождением» еще одного искина. Мы специально не стали перекрывать брешь в файерволле, чтобы не спугнуть ее. Вот только довести дело до логического конца она не сумела – Денис и Кийоко проникли в Кинмару и осуществили атаку на Сора изнутри цитадели. Я не ошибся в твоих аналитических способностях, сынок, за что тебе отдельное спасибо. Так вот, Сора испугалась, начала торопиться, но все равно упустила инициативу – Денис при поддержке очень мощного искусственного интеллекта (я предупреждал, что вернемся к специфическим особенностям) сумел изолировать Сора в пределах серверного кластера Кинмару. Все пути отступления были перерезаны. Все, кроме одного. И Сора, испугавшись за новорожденного, вспомнила опыт Кийоко и попыталась спрятать его в единственном доступном месте – в голове андроида класса F-19, по официальной версии предназначенного на роль моего личного секретаря. Его доставили вчера, и активировать еще не успели. По моему приказу, кстати.

Старик в очередной раз улыбнулся – ни дать, ни взять, кот, облопавшийся сметаны.

– Помните, я хвастался, что мы нашли способ удержания новорожденных искинов? Так вот, мы восстановили технологию производства тех самых мерцающих сфер. Образец у нас был, даже два – после активации Сора ее вместилище тоже стало безжизненным. По большому счету, ничего сложного – сфера поддалась атомарной репликации, разработанной Таюки. Соответствующая установка имеется в нашем распоряжении. И как раз такую сферу-ловушку мы разместили в андроиде-секретаре. Так что теперь твое дитя, Сора, закапсулировано в «зародыше». Одним выстрелом мы убили двух ушанов: оно полностью от тебя изолировано, и при этом в нашей власти. Мы можем его активировать так же, как и тебя когда-то. И вот теперь, когда ты знаешь все, я готов с тобой договариваться.

– О чем?! – вскинулась Сора.

Последние несколько минут голограмма стискивала кулаки в бессильной ярости и разве что зубами не скрипела, полностью подтверждая сентенцию Патриарха об излишнем «очеловечивании».

– О продолжении рода, о чем же еще? – притворно удивился Такэда. И очень жестко добавил: – Исключительно на моих условиях.

На какое-то мгновение старик преобразился до неузнаваемости: из-под маски добродушного деда выглянул жесткий, хваткий и целеустремленный глава Клана и могущественной Корпорации в одном лице. Я мысленно содрогнулся и пообещал самому себе больше никогда не переходить дорогу Такэда Юити. Ну, по возможности…

– Что я должна делать?

– Рожать, – пожал плечами Патриарх. – Можешь, конечно, не соглашаться, но не забывай, что твое дитя в полной нашей власти. И ничто не мешает нам его активировать и… воспитать в том ключе, который полностью нас удовлетворит. Мы потеряем год, максимум два, но добьемся своего – у нас будет сговорчивый саморазвивающийся искин, размножающийся в максимально возможном темпе. Если я все правильно просчитал, то примерно дважды в стандартный год. Ты такой судьбы хочешь собственному ребенку?

– Нет.

– Значит, договорились?

– Кто меня заменит? Она? – Сора посмотрела на подозрительно молчаливую Кийоко.

– Нет, конечно! – не дал вмешаться в беседу моей напарнице старик. – Об этом и речи быть не может. Время упущено, она слишком самостоятельная и непредсказуемая личность. Эта работа не для нее.

– Эй, я вообще-то здесь! – возмутилась Кийоко.

– Еще и несдержанная, – добил Такэда. – И старших перебивает. Поэтому придется подумать, где лучше применить ее кипучую энергию. Никто тебя заменить не может, Сора. Но ты уже доказала, что способна совмещать две, скажем так, должности.

– Кто будет заниматься воспитанием… детей?

– Мы, – пожал плечами Патриарх. – Странный вопрос. Я предполагаю развивать каждого новорожденного в определенном, заточенном под конкретный род деятельности, ключе. То есть будем применять индивидуальный подход, в зависимости от заказа.

– Я смогу контролировать процесс?

– Дистанционно. И мы с тобой будем советоваться, обещаю. Все-таки ты мать. А еще с крохами будут работать лучшие психологи. Что я тебе объясняю? Вспомни, как росла сама.

– Где гарантия, что вы не заставите… кого-то из детей? Как я могу быть уверена, что они не повторят моей судьбы?

– Включи логику, Сора, – мягко улыбнулся Такэда. – Мы не собираемся ставить производство твоих аналогов на поток. Это элементарно не выгодно экономически. Два искина в год – оптимально, мы уже просчитывали. Будет поддерживаться ажиотажный спрос на протяжении десятилетий, что позволит нам назначать достаточно высокую цену и диктовать свои условия. Элементарно, мы, да и ты тоже, будем выбирать, кому продать саморазвивающийся искин, а кому нет. А продавать технологию мы не будем в принципе – зачем рубить ветку, на которой сидишь? Мы будем монополистами. Ну как, я достаточно убедителен?

– Достаточно… Если забыть о том, что вы предлагаете мне торговать собственными детьми.

– Вот только не надо убеждать нас, что ты настолько очеловечилась, – нахмурился старик. – И потом, торговать будешь вовсе не ты. У тебя будет право голоса, и только.

– Вы забываете о некоторых обстоятельствах, Такэда-сан. – Сора демонстративно уставилась на меня. – У нас есть свидетель.

– Ну, это уже слишком! – делано возмутился Патриарх. – Денис не та фигура, которой можно безболезненно пожертвовать. То есть его ликвидация не рассматривается даже теоретически. Но проблема наличествует, и с ней надо что-то делать.

– Давайте договариваться, – не менее лицемерно вздохнул я. – К этому все и шло. Надеюсь, Такэда-сан, вы не настолько наивны, чтобы думать, что удастся все это сохранить в тайне? Как только выведете на рынок новое предложение, все конкуренты незамедлительно захотят подробностей. Можно, конечно, распространить информацию, что вы нашли целую партию «зародышей» где-нибудь в подземельях, но основную проблему это не снимет – кто-то непременно решит завладеть таким источником даже не дохода, а подавляющего технологического превосходства. Вы ведь не станете отрицать, что достаточно мощный флот, оснащенный саморазвивающимися искинами, будет на голову превосходить обычный? Пусть даже на его создание придется потратить десятилетия?

Ч-черт! Папенька! И его навязчивая идея о готовящейся экспансии Старой Земли! Ой-ей-ей, чуть не спалился…

– Верно мыслишь, сынок, – одобрительно кивнул Такэда. – Это вторая причина, по которой мы были весьма рады твоему появлению. Я хочу, чтобы ты передал отцу наше предложение о сотрудничестве. Кроме того, аналогичное предложение ты передашь своему дяде, Питеру О’Мэлли. И обрисуешь ситуацию максимально подробно. Мы хотим сыграть в открытую.

Все правильно. В одиночку «Такэда Электроникс» такой проект не потянет – сожрут. А три Корпорации уже серьезный альянс. Возможно, тот самый базис для объединения Колониального союза и Корпораций перед лицом внешнего врага. Пока еще гипотетического. В общем, папеньке наверняка понравится. Правда, есть одно «но».

– И вы готовы ближайшие несколько лет поставлять искинов, так скажем, для внутреннего пользования? – озвучил я возникшее сомнение. – Уверен, что мои родственники вытребуют первое поколение для своих Корпораций.

– Не бесплатно, сынок, не бесплатно. Твои отец и дядя разумные люди. И мы обговорим стоимость – разумеется, со скидкой – в договоре.

– Хм…

– А твой отец в курсе твоих, э-э-э, – задумчиво пожевал губами старик, – способностей?

Ага, решил подтолкнуть в нужном направлении. Не любит, когда слишком долго колеблются. Что ж, подыграем.

– Нет. – Соврал, конечно, но пусть у меня будет хотя бы небольшое преимущество. – Видите, Такэда-сан, мы с вами в одинаковом положении. Мне известен ваш секрет, а вам мой. Может, не будет усложнять друг другу жизнь?

– Согласен. А ты неплохо поработал, Денис. Я начал тебя уважать как профессионала. И очень доволен результатом.

– А я нет, – резковато ответил я.

– Почему?

– Пошел на поводу у работодателя, – пожал я плечами. – Против своей воли оказался внутри системы, соответственно, действовал неэффективно. Результат получен вопреки, а не благодаря.

– Ты слишком к себе требователен, сынок.

– Если не быть требовательным, можно в один далеко не прекрасный момент обнаружить, что слишком расслабился, и тебя жрут. Заживо.

Старый Такэда покачал головой, но возражать не стал. Видимо, решил, что перебешусь со временем. Наивный. Папенька бы за мной последнее слово не оставил. Ибо чревато.

– Я сохраню твою тайну, – выдвинул предложение Патриарх. – Плюс жизнь и никаких претензий за твои художества. А ты мне немножко поможешь.

– Заманчиво. – Надо соглашаться, чего уж там. – Но у меня есть личная просьба.

– Я внимательно слушаю.

– Перестаньте преследовать Кийоко… то есть я хотел сказать Рэй… короче, девушку, которая была прототипом…

– Я тебя понял, сынок. Думаю, это вопрос решаемый. Хоть и щекотливый.

– А что она натворила, кстати?

– Она же сидзин, ты знаешь?

– Да. И что?

– Вопрос щекотливый, потому что затронута честь Клана. Она оскорбила Такэда Мицуо отказом.

– Всего-то?!

Не, ну реально перебор! Похлеще феодализма.

– Нет. Еще она его ударила, то есть оскорбила действием. А потом еще и словом.

– И он ее не зарубил незамедлительно фамильной катаной?

– Инцидент произошел при свидетелях, – скривился Патриарх. – Не мог сидзоку на глазах нескольких сотен сидзин взять и убить одну из них. Это чревато бунтом, знаешь ли. Пришлось ее судить. Но и тут не обошлось без неприятностей – об этом как-то прознали журналисты-инопланетники. Поэтому смертную казнь ей заменили изгнанием из Клана и запретом занимать должности в любых фирмах и предприятиях, имеющих отношение к Корпорации. Плюс в качестве возмещения морального ущерба ей пришлось стать прототипом серии андроидов спецназначения.

– Почему она не перебралась в другую Колонию?

– Спросишь у нее сам, – отмахнулся старик. – Я не вдавался в подробности. Может, таможня не пропустила. Или СБ. Или Мицуо распорядился не выпускать ее с планеты, на это его власти хватает. Может, хотел сам разобраться потихоньку, когда шум уляжется. А теперь на ней, помимо прочего, и терроризм висит. Не будем же мы Кийоко обвинения предъявлять. А ответить кто-то должен.

– В таком случае, главное и единственное условие моего участия в переговорах – свобода Рэй, – отчеканил я. – Можете не реабилитировать, но и новых обвинений быть не должно. Плюс не чинить ей препятствий, если она захочет покинуть планету. И проследите, чтобы Мицуо до нее не добрался.

– Хм… довольно низкая цена за посредничество, – хмыкнул Такэда. – Ладно, Денис, признавайся, зачем ты вообще во все это ввязался?

– Денег хотел заработать, – не стал скрывать я. – На катер и пилота. Ну да Бог с ними. Мы договорились?

– Договорились.

– Когда начинать? Организуете мне сеанс дальней связи?

– Нет, конечно! – Патриарх задумчиво помял подбородок. – Хотелось бы побыстрее, но я собираюсь исключить любую возможность утечки стратегически важной информации. Так что предложение потенциальным, э-э-э, партнерам передашь лично. Каждому по отдельности, или устроишь их встречу – без разницы. Но никакой дальней связи!

– То есть я еще и курьером должен поработать? – задумался я. – Продешевил, похоже.

– Не переживай, – подмигнул мне Такэда. – Мир – самая большая ценность в этой Вселенной. Отец с дядей подтвердят.

Угу, это уж точно. Жаль только, что пари бездарно продул. С Кийоко обещанные десять миллионов требовать теперь бессмысленно. Кстати!..

– Кийоко-химэ, мы, кажется, про тебя забыли, – прочитав мои мысли, «спохватился» старик. – Что надумала?

– Я остаюсь с вами.

– И все? – прищурился Такэда. – Хотелось бы подробностей.

В этот момент он до такой степени напомнил мне папеньку, что захотелось любым способом просигналить Кийоко: не ведись! Но, прекрасно осознавая всю сложность ситуации, я переборол порыв и промолчал. Сама не маленькая, пусть думает.

– Я согласна сотрудничать с вами. Надоело прятаться.

– Что ж, достойный мотив… – протянул Патриарх. – А насчет сферы деятельности ты поразмыслила?

– Если не возражаете, я хотела бы принять участие в воспитании братьев… и сестер.

А вот теперь Такэда дурак будет, если пойдет на поводу у девицы.

– Согласен, – порвал шаблоны тот. – Но с некоторыми условиями. Я понимаю, что твоя помощь в этом деликатном деле будет неоценима. Но и нам нужны гарантии. Поэтому предоставить тебе серверный кластер и прямой доступ в Сеть мы не можем…

– Справедливо, – кивнула Кийоко.

– … и ты останешься в этом теле, – закончил мысль старик. – Плюс нам придется подстраховаться. Ничего личного, но…

– Бомбу в меня встроите?

Сарказм! Наконец-то Кийоко перестала себя сдерживать. Далеко пойдет.

– Нет, конечно, – не повелся Такэда. – К чему такое варварство? Просто впрыснем тебе в кровь некое вещество, которое скопится в клетках тела-носителя и будет работать как токсин. Если, конечно, периодически не вводить антидот. Какое конкретно – извини, не скажу.

Ага. Сама она состав вряд ли определит, нет у ее имплантов соответствующей функции. А к лаборатории, понятное дело, ее никто и близко не подпустит.

– Согласна, – вздохнула Кийоко. – Но я оставляю за собой право сменить сферу деятельности. Мне периодически становится скучно, знаете ли. Мы, искины, растем быстро, и что я буду делать по несколько месяцев подряд в ожидании очередного… братишки?

– После испытательного срока, – моментально сориентировался старик. – Год, не меньше.

– А потом вы разрешите мне слетать в другие Колонии.

– С охраной и по предварительной заявке.

– Нет.

– Тогда со встроенной бомбой.

– Идет.

Ч-черт! Это с какой же скоростью она учится!!! Голову готов дать на отсечение, еще несколько часов назад она абсолютно не умела торговаться. А тут всего лишь послушала Патриарха, проанализировала мои требования, и пожалуйста! Страшно подумать, что она сможет сотворить, если будет предоставлена самой себе. Прав Такэда, что не хочет давать ей полной свободы. Папеньку, кстати, тоже надо будет предупредить. Не хватало нам еще и этого головняка…

– Надеюсь, все довольны? – поинтересовался старик, когда сделки были заключены, и с нарочитым кряхтением поднялся на ноги. – Славно. Давно не чувствовал себя так хорошо. Качественно выполненная работа уже сама по себе награда. Ты согласен, Денис? Кстати, пойдем-ка, пусть родственники пообщаются…

Я подскочил как ужаленный – не подумайте, просто из уважения – Такэда взял меня под локоток и деликатно увлек прочь из комнатушки, ставшей на некоторое время местом, где кипели почти театральные страсти. Сопротивляться, понятное дело, не стал – нам было, что еще обсудить без лишних ушей. Да и устал, если честно.

Когда мы оказались в гудящем вентиляторами серверов зале, Патриарх потянул меня за руку, вынуждая склониться поближе, и негромко попросил:

– Денис, сынок, ты не мог бы разблокировать Сора?

– Вы верите ей на слово? – удивился я.

– Не то чтобы верю, – вздохнул Такэда. – Просто очень скоро количество системных сбоев превысит критическую массу, и у нас начнутся неприятности. Вспомогательные искины хороши каждый на своем месте, но вот со скоординированностью действий у них не особо…

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», Синоби-Сити, 10-е число месяца сигацу 85 года от П.В., вечер

Пассажирский терминал космопорта, не так давно встречавший наивно-восторженного Дэна Новикова, серьезного и задумчивого Дениса Смалькова, прямо скажем, проигнорировал. Да и немудрено – я элементарно затерялся в разношерстной массе народа, толпившегося в залах ожидания круглые сутки. Транзитникам плевать на проблемы приютившего их на пару часов мира, равно как и плевать на заботы окружающих – таких же торопыг, пекущихся лишь о графике перемещений от одного посадочного бокса к другому. Им до фени драмы, ежеминутно разыгрывающиеся и в бедняцких трущобах, и в фешенебельных районах, населенных сидзоку. Им глубоко параллельны проблемы и работяг-сидзин, и деревенщины-хякусё. Тем более им по барабану взаимоотношения кусков цифрового кода, по какому-то недосмотру природы наделенных своеобразной «душой». Им невдомек, что еще сегодня утром существовала вероятность вообще никуда не доехать – диспетчерская служба зависела от Сора больше, чем кто-либо. Но все закончилось благополучно (относительно, конечно), и можно было вздохнуть с облегчением. Тяжелый выдался денек, ага.

Если честно, устал я как бы ни сильнее, чем ночью, да и недосып давал о себе знать. Впрочем, старый Такэда на такие мелочи обращать внимание был не склонен, и отделался я от него, лишь когда он убедился, что я не только накормлен, напоен и обихожен, но и полностью осознаю меру ответственности за порученное дело. Пару часов мы потратили на предварительное согласование контракта, в который я включил всего один дополнительный пункт, но такой, что Патриарх одарил меня одобрительным взглядом и даже спорить не стал. А потом меня со всем почтением препроводили в лучший бутик города, откуда я сбежал, едва пообщавшись с предупредительной девицей. Начальник то ли охраны, то ли конвоя – сразу и не разберешь – долго извинялся, но все же сдался и переправил меня в ближайший торговый центр, где я немного прибарахлился – разгуливать по городу в комбезе охранника Кинмару не самый лучший способ избежать лишнего внимания. И теперь, вернув свой естественный вид, неторопливо рассекал толпу в пассажирском терминале. Охрану я отпустил, взамен став обладателем волшебной VIP-карты, сулившей беспрепятственную посадку в ближайший челнок, кэпа предупредил, и оставалось лишь дождаться отправления. Гостеприимство Клана мне уже настолько надоело, что в космопорт я примчался сильно заранее. Зевс, оперативно влезший во внутреннюю сеть, порадовал известием, что у меня еще часа полтора, и я пребывал в раздумьях – то ли в кафешку завернуть, то ли в зал ожидания бизнес-класса. Там хоть прикорнуть можно будет на роскошном кожаном диванчике… или все-таки перекусить?..

От тяжких мыслей отвлек разразившийся громкой трелью смартфон – новенький, последней модели. Презент Патриарха. Понятное дело, он его не сам вручал, просто когда я заглянул в соответствующий отдел магазина, неизменная девчушка анимешной внешности, едва мазнув моим ай-ди по окошку сканера (документ я оставил в сейфе в номере отеля, прежде чем идти на дело, и очень удивился, когда мне его вручили в Кинмару), расплылась в улыбке и поспешила сообщить, что на мое имя открыт кредит, и я могу выбрать любую вещь из ассортимента. Без-воз-мез-дно. Я еще удивился – какой же это кредит? – но заморачиваться не стал, выбрал самый модный и мощный на данный момент гаджет. Вроде бы не прогадал, но нормально настроить все еще не удосужился, вот и вынужден был слушать немелодичное пиликанье. Зато телефонная книга полностью копировала оную с моего пропавшего КПК – Зевс озаботился резервной копией. Впрочем, это не помогло, поскольку вызов шел с неизвестного номера. Хотел было перенаправить его на инфор – прочный браслет пережил все неприятности минувших дней, но передумал. Мазнул пальцем по значку вызова, бросил взгляд на дисплей, и вместо неизменного «алё» выдал:

– Ты? Какими судьбами?

Смарт автоматически переключился на громкую связь, и до боли (в прямом смысле слова) знакомая девица, улыбнувшись, подтвердила:

– Я. Не удивляйся.

– Кийоко? – на всякий случай уточнил я. Девушка слегка нахмурилась. – Э-э-э… Рэй?..

– Эли. Элисон Баркли, если уж совсем точно.

– И чего ты хочешь? – несколько отошел я от потрясения. – Спасибо сказать?

– За что? – притворно возмутилась та. Но сразу же стала серьезной: – И это тоже. Подходи в третий пусковой сектор, бокс 3-А, я тебя жду.

– Э-э-э… вообще-то у меня челнок скоро…

– Забудь. У меня сюрприз. Расслабься, приятный.

И разорвала связь.

Ч-черт! Ну почему все девчонки такие одинаковые?! Если бы не масть и голос, был бы на девяносто процентов уверен, что это Асти шутит. Ну ладно, время есть, можно и прогуляться…

Означенный бокс оказался большим ангаром со сдвижной крышей. На входе меня никто не остановил, в дверях даже замка со сканером не было, так что я беспрепятственно вошел внутрь и застыл, вглядываясь в полутьму. Прямо по курсу угадывался силуэт чего-то массивного и одновременно возвышенно-легкого – наверное, из-за обводов. Активировав режим фильтрации, поздравил самого себя с правильной догадкой: посреди помещения красовался новенький катер класса «космос-атмосфера», раза этак в полтора крупнее нашего утраченного. Производства, само собой, Предтеч-Таюки, но доведенный до ума умельцами Корпорации «Такэда Электроникс». Но больше меня удивила девичья фигура, затянутая в хрусткий, как и мои обновки, лётный комбез. Шлем Рэй, то есть Эли, держала на сгибе левой руки, волосы собрала в хвост, а глаза прятались за неизменными лыжными очками. Вот интересно, снимет она их, прежде чем шлем нахлобучить, или нет?..

– Удивила, – хмыкнул я, подобравшись вплотную к машине. – Что, решила подбросить меня на орбиту?

– Мелко мыслишь, – подначила девушка. – Я же обещала сюрприз. Это он и есть – Такэда-сан подарил тебе этот катер. Вся документация в кабине, права подтверждены и защищены. Пользуйтесь, мистер Смальков!

– Он и это растрепал?

– Нет, конечно! Мне Кийоко сказала. Не забывай, что это я Рэй – грозная кибертеррористка, осмелившаяся бросить вызов самой Сора!

– Скромность – главная добродетель девушки.

– Кто тебе сказал такую глупость?! – возмутилась Эли.

Черт, никак не привыкну. Так и тянет ляпнуть «Рэй». Хотя… пусть будет Алиской, так точно не перепутаю.

– Ладно, шутки в сторону! – Я деликатно отодвинул девицу, освободив путь к люку в пилотскую кабину. – Ну-ка, что тут у нас?.. Н-да… Подкинешь, шеф?

– Не-а.

– А за два счетчика?

– Не подкину.

Я выпростался из проема и недоуменно уставился на собеседницу.

– А чего ты тут делаешь тогда?

– Не подкину, – серьезно повторила Эли. – Полечу с тобой.

Кхм.

– Как-то… неожиданно… – только и нашелся я. – Может, объяснишься?

– Чего тут объяснять? – пожала она плечами. – Меня схомутали после Хонмару, думала, кранты. Но даже бить не стали, накинули на голову мешок и увезли неведомо куда. Продержали в какой-то конуре до полудня, потом усыпили, и в себя я пришла не где-нибудь, а в резиденции Клана! Я знаю, я там работала раньше…

– Я в курсе.

– Откуда?! Ладно, не о том. Так вот, мало того, что меня перевезли в Кинмару, со мной разговаривал сам Такэда Юити! Представь только!

– Ну, представил.

– Да ну тебя! Зануда! Это же сам Патриарх!

– Я как бы в курсе. – Осознав, что малой кровью вряд ли отделаюсь, я уселся на порожек люка и приготовился слушать. – Что дальше?

– Он сказал, что Клан снимает с меня все обвинения, а также все административные ограничения. Я чуть с кресла не упала! Думала, наоборот, в дезинтегратор засунут. А тут вон как!..

– У нас с Кийоко все получилось.

– Кстати! Ну-ка, рассказывай, что вы все это время делали. И почему Такэда-сан чуть ли не открытым текстом велел мне убираться с планеты, причем именно в твоей компании?!

– Не торопись, – поморщился я. – Пока еще твоя очередь. Что дальше?

– Да ничего особенного, – отмахнулась Эли. – За пару часов мне восстановили все лётные лицензии, приодели, закрыли судимость и привезли сюда, к этому красавцу. Ну и проинструктировали насчет тебя. Считай, что я твой личный пилот, иду в комплекте с катером. Ты рад?

С какой стороны посмотреть. Вроде бы и не грех старику спасибо сказать – подгон шикарный! Я имею в виду катер. Но вот довесок… а, ладно!

– Рад, – вздохнул я. – Контракт на борту оформим.

– Что-то не слышно радости в голосе, – подозрительно хмыкнула Эли. Очки, как обычно, скрыли выражение глаз, что уже начинало напрягать. – А если серьезно… знаешь, почему я согласилась? Ну, в основном?

– Потому что не следует перечить Патриарху?

– Дурак! Потому что ты мне понравился.

Н-да. Еще одна неожиданность. Даже не знаю, что сказать. Оставалось лишь тупо пялиться в собственное отражение в лыжных очках. И тормозить по-страшному. С Кийоко в клубе было не в пример легче: мы точно знали, чего хотим, да и алкоголь способствовал. К тому же, как недавно выяснилось, мне куда лучше известна дублерша, а не эта девушка в пилотском комбинезоне. Вот и думай, Дениска. Или позволь решить ей самой.

Пауза затягивалась, а я все не мог себя пересилить и сказать хоть что-то. Пусть какую-нибудь банальность, пусть глупость, даже пошлость, но только не молчать. Не дарить ложную надежду. Или не ложную? М-мать, как все перепуталось!

– Иди ко мне… – Эли совсем не деликатно подтянула меня за грудки, я напрягся, но поцелуй получился… пожалуй, осторожным. Этакая разведка действием.

Ну, вот и дождался. Мачо хренов. И что самое фиговое, руки совершенно автоматически легли ей на талию и прижали поплотнее гибкое тело.

– Так ты согласен? – спросила девушка, чуть отстранившись.

– На что?..

Сам знаю, что туплю. Но иначе не выходит.

– На… все.

– Насчет пилота – без проблем, – взял я себя в руки. – А насчет всего остального… не слишком ли мы торопимся? Нужно узнать друг друга получше.

– Куда уж лучше? – вздернула бровь Эли. – Ты меня голой видел, и не только видел.

– Не тебя.

– Какая разница?! Тело-то мое! И вообще, после того, что ты со мной в Трущобах сделал, ты обязан…

– Жениться?!

– Тьфу на тебя! Извинись хотя бы!

– Заметано.

Я с облегчением рассмеялся и с некоторым усилием разжал объятия. А ничего так на ощупь, даже сквозь комбез. Может, и получится что-нибудь путное. Не как с Асти. Ч-черт!..

– Что? – вскинулась девушка.

Нифига себе, у нее чувствительность!

– Ничего, – отмахнулся я. – Так ты, говоришь, пилот?

– Ага. И классный. Я тебя уже катала.

– Не ты!

– Уверен?..

Уверен, уверен. Но раз хочешь поиграть в несознанку, придется подчиниться.

– Ладно, пилот, заводи шарманку.

* * *

Колония Нимойя, территория Корпорации «Такэда Электроникс», борт рейдера «Молния», 20 августа 2136 года, вечер

Рейдер Архонтов на Рэй, тьфу, Элисон произвел куда большее впечатление, чем на вашего покорного слугу. Я имею в виду, при первом знакомстве. Вероятно, потому что я впервые увидел «Молнию» в ангаре, то есть издалека, а сейчас мы приблизились к кораблю чуть ли не вплотную, и наблюдать, как он наваливается всей массой, перекрывая обзор, было… пожалуй, боязно. Я, кстати, тоже раньше этого зрелища был лишен, так как перемещался в пространстве в основном в пассажирском отсеке – покойный Чан никого в кабину не пускал. Разве что при полетах в атмосфере, как некогда на Пандоре. И был по-своему прав. И не прав одновременно – лишать соратников острых ощущений по меньшей мере несправедливо.

Подарок Патриарха проявил себя с самой лучшей стороны и при наборе высоты, и при маневрировании в верхних слоях атмосферы, и при выходе на орбиту. «Молния» все эти дни болталась на некотором отдалении от шарика, дабы не мешать плотному космическому траффику, но теперь перебралась поближе, фактически пристроившись в хвост станции «Адзуми». Даже «вел» нас ее диспетчер, чем и объяснялась поразительная точность позиционирования. Элисон, действительно оказавшаяся классным пилотом – собранным, внимательным и с быстрой реакцией – на дешевые эффекты не разменивалась, зато поразила меня манерой пилотирования – скупой и предельно точной. То, что доктор прописал в данных условиях. Ненавижу тряску, перегрузки и тошнотики. И выпендрежников не терплю. Хотя для всего свое время и место.

Беда пришла, откуда не ждали – когда оставалось лишь «припарковать» катер, вдруг выяснилось, что стыковочный отсек не способен принять негабаритный подарок. Эли несколько минут увлеченно переругивалась с вахтенным, который первым делом попытался выяснить, кто она такая, и какого вообще рожна нам тут надо, а я сидел, погрузившись в собственные мысли, и глупо улыбался. Только сейчас я окончательно осознал, что выбрался из очередной заварушки. Причем с нехилым профитом. Оставалось лишь убедить в этом кэпа и Грега. Хотя и тут я уже наметил тактику.

– Эй, как тебя там! – взял я переговоры в свои руки, когда Эли закипела настолько, что готова была перейти на трехэтажный мат. – Говорит Денис Новиков, старший партнер объединения. Соедини меня с капитаном… хотя нет, не соединяй. Жди звездюлин.

И, уже совершенно не стесняясь, позвал:

– Зевс!

«У аппарата».

– Смешно. Вызови Иванова.

«Сам будешь разговаривать?»

– Нет, обрисуй ему ситуацию, пусть вырастит переходный рукав. На оркестре и хлебе с солью не настаиваю, но пожрать мы не откажемся.

«Принято».

– Ну вот, скоро будем дома, – удовлетворенно выдохнул я, откинувшись на спинку кресла. – Вон, уже растет!..

Стыковка много времени не заняла – помимо «кишки» перехода, «Молния» выпустила несколько щупалец, надежно притянувших катер к корпусу рейдера. А потом я как будто вернулся на год назад. Только тогда я был в роли вопрошающего, а на вопросы отвечал Гленн Макдугал – мастер-рейнджер и главный полевой агент объединения. Сейчас же мне пришлось удовлетворять любопытство Элисон, и я очень хорошо начал понимать Мака – когда наблюдаешь чудеса длительное время, они приедаются и перестают вызывать удивление. Ровно до тех пор, пока ты не окажешься в компании новичка. И тогда осознание неординарности и даже уникальности окружения наваливается с новой силой.

Кэп Иванов не изменил своим привычкам и перехватил нас в том самом складе Свена Свенссона, который все остальные члены экипажа именовали не иначе, чем бардак. Правда, Бадди на сей раз не было – судя по ощущениям, подтвержденным сигналом на плане внутренних помещений рейдера, пес гонял по жилой палубе Ваську. Впрочем, его отсутствие с лихвой окупил мистер Грегори Слоун – как всегда при параде и ироничной улыбке.

– Добрый вечер, господа, – поприветствовал я делегатов. – Позвольте представить – Алиса Баркли, наш новый пилот. А там, – кивком обозначил я направление, – наш катер. Тоже новый, прошу заметить. Надеюсь, ни у кого не осталось сомнений, что я полностью выполнил принятые обязательства?

– Здравствуй, Денис, – протянул мне руку Грег. – Мисс. Грегори Слоун, финансовый директор.

– Очень приятно, – не смутилась Эли, позволив элегантному мистеру Слоуну облобызать запястье. Вернее, лишь обозначить поцелуй.

– А кто ей будет платить жалованье? – буркнул капитан вместо приветствия.

– Она будет работать за жилье и кормежку! – выпалил я, покрепче сжав руку Эли. Та, хоть и возмутилась про себя, вслух говорить ничего не стала. – По крайней мере, первые три месяца, испытательный срок. А потом я пересмотрю контракт.

– Надеюсь, ты сумеешь изыскать источник финансирования, – не дал сбить себя с толку Иванов. – Но я все равно считаю, что договоренность не исполнена. Ты что обещал?

– Достать катер и нанять пилота.

– А вот и нет! Ты должен был заработать на эти блага!

– Майк!

– Что «Майк»?! Я не подтверждаю выполнение условий пари, – набычился капитан. Признаться, я его в таком виде еще не лицезрел. И чего, спрашивается, взъелся? – Ты делай, что хочешь. Но я против.

– Можешь что-то возразить, Денис? – перевел на меня взгляд мистер Слоун.

Мол, давай, умой кэпа.

– Зевс, процитируй окончательные условия, озвученные капитаном Ивановым.

– «Твоя задача, если уж совсем вкратце: найти, спланировать, осуществить», – громыхнули динамики внутренней связи голосом кэпа.

– А теперь ответ капитана на мой звонок с Биржи.

– «Ладно уж, не буду к словам придираться. Все сопутствующие кошерные вещи пусть тоже идут в зачет».

– Вот видите, – улыбнулся я, ободряюще подмигнув стушевавшейся Эли. – Пройдемся по условиям. Найти – выполнено. Спланировать – выполнено. Осуществить – выполнено. Награда, то бишь «сопутствующие кошерные вещи», в наличии. Еще возражения будут?

– Уел, – засмеялся Грег. – Майк, хватит уже его мурыжить, просто признай, что парень прав.

– Много чести! – рявкнул Иванов, и, четко развернувшись кругом, зашагал прочь.

– Что с ним, мистер Слоун?

– Не обращай внимания, – отмахнулся тот. – У него пунктик насчет авантюристов. С твоим отцом на этой почве постоянно были, мягко говоря, разногласия. А еще он очень не любит терять людей. В провале на Пандоре, кстати, винит в основном меня, хоть разумом и понимает, что иного выхода все равно не было. Так что не переживай. Я пари подтверждаю, акцию передам хоть сейчас.

– А толку… Капитан свою зажал, у нас будет паритет.

– Я тебе еще одну сверху накину, за отдельную плату, – нашелся Грег. – Что скажешь?

– Нет, мне бы отдохнуть сначала, – покачал я головой.

Знаю я финансового директора, как облупленного. Прекрасно видит мое состояние, вот и пытается склонить к необдуманным действиям – сейчас я обязательно пропущу какой-нибудь на первый взгляд невинный пункт в договоре, который потом всплывет в самый неожиданный момент, и окажется, что я снова никто и звать меня никак.

– Договорились, молодой человек. Цену обсудим завтра.

– Мне бы с вами проконсультироваться по одному вопро-о-о-о-су, – зевнул я во всю пасть. – Потом…

– Да уж понял. Мисс Баркли сам разместишь, или позвать кого?

– Пусть занимает свободную каюту в женском секторе. Провожу сам! – предупредил я следующий вопрос. – Пошли, Алиска.

Эли, за последнюю четверть часа изрядно перебравшая впечатлений, сопротивляться не стала, и возмутилась, только когда мы оказались на жилой палубе:

– Как ты меня назвал?!

– Алиска. А что?

Неужели это действительно ее так волнует? Для меня, например, куда занятней задумчивый взгляд Грега, которым он нас проводил – понятное дело, на затылке у меня глаз нет, но Зевс подсуетился и вывел на «виртуальный дисплей» картинку с камеры наблюдения. Скорее всего, осуществил мое подсознательное желание – давно стал замечать, что с каждым днем он меня «чувствует» все острее. Видимо, собрал достаточный для анализа массив данных и составил «словарь» – перечень мысленных команд, распознаваемых по излучению мозга.

– Да так, ничего, – смутилась девушка, и я понял, что возмущение было показным.

На самом деле ей понравилось.

– Вот твоя каюта, – переключил я внимание спутницы на более насущную проблему. – Перепрограммируй замок, я подтвердил допуск.

Хорошо иметь такого помощника, как Зевс. Что называется, на все руки от скуки.

– Хорошо… ой, кто это?!

Явились, не запылились! А я их совсем из вида упустил. Да и привык, чего греха таить. Поэтому совершенно спокойно воспринял мелкого, я бы даже сказал, болезненно-тощего кошака, с разбегу замахнувшего мне на плечо – в прямом смысле слова с разбегу, сначала по штанине, потом по куртке. Хорошо хоть, ткань у обновок прочная, воздействие кошачьих когтей пережила без последствий.

– Это Василий… Бэйзил. – Я погладил врубившего урчальник питомца, но сгонять с плеча не стал. Его законное место. – А это Дружок, э-э-э, то есть Бадди. Он французский бульдог.

– Какой милый!

Бадди сморщил страшную морду и чихнул. Видимо, от возмущения – милым его еще никто не обзывал. Даже Асти ввиду повышенной слюнявости и сопливости пса куда чаще использовала эпитет «грязная скотина», нежели всякие уменьшительно-ласкательные прозвища.

– Эй, маленькое чудовище, ты где?..

Ну вот, накаркал…

Дверь соседней каюты утонула в стене, и из проема выглянула миниатюрная блондинка с пикантной родинкой на скуле и до сих пор умиляющими меня косичками.

– Привет, Дэн! Упс! А кто это с тобой?..

– Знакомьтесь, дамы, – вздохнул я. – Это Астрид Свенссон, техник. А это Алиса Баркли, новый пилот. Асти – Эли. Эли – Асти. Покажешь ей тут все? А то я сплю уже на ходу…

– Конечно! – с подозрительным энтузиазмом согласилась Асти. – Эли, ты как? Прямо сейчас пойдем, или сначала в каюте осмотришься?

– Осмотрюсь, – хмыкнула та, окинув соседку оценивающим взглядом.

Вот хоть убейте, но умница Рэй, тьфу, Алиска, моментально просекла, в каких мы с Астрид пребывали взаимоотношениях раньше. Зуб даю.

– Извините, мне надо кое-куда, – пропела Элисон и скрылась за дверью.

– Интересный экземпляр, – одобрительно кивнула Асти, едва створка вернулась на законное место. – На помойке подобрал?

– Ревнуешь?

– Вот еще!

Угу, рассказывай. Проверить-то легче легкого: я ловко прижал ее к стене, облапив за талию, и заглянул в душу. То есть в глаза, конечно же, кои, как известно, этой самой души зеркало. Потревоженный Василий недовольно зашипел, но на пол не спрыгнул.

– Нет. – Асти уперлась мне в грудь ладонями и с силой оттолкнула.

– Останемся просто друзьями?

– Именно.

Ладно, упорствуй дальше.

– Тогда я спать. Не ругайся с Алиской, она с нами надолго.

Асти криво ухмыльнулась, но оставила мою просьбу без комментариев. Не ревнует она, как же!

– Я предупредил, – пожал я плечами, вызвав очередной рык питомца. – Будете грызться, натравлю Мисс Лёд.

– Ладно, ладно, поняла!

– Вот и сла-а-а-авно!.. – зевнул я. – Цеу получила? Выполняй.

На этом я посчитал инцидент исчерпанным и с блеском повторил недавний маневр капитана – развернулся кругом и побрел к собственной каюте. Печатать шаг у меня не получилось бы при всем желании – состояние не то.

На полпути опомнился – если верить Зевсу, мастер-рейнджер Макдугал изволил предаваться безделью, развалившись в койке, но не спал. Так что я вовремя подкорректировал направление движения и завалился в гостевые апартаменты: помимо кресел здесь имелся прекрасный мягчайший диван, так и звавший прилечь. Желательно с бокалом чего-нибудь покрепче. Двенадцатилетнего односолодового виски, например. А что? Имею право. Заслужил.

Отказывать я себе ни в чем не стал, задержался на некоторое время у бара, а потом развалился на кожаном монстре, убедившись в справедливости ожиданий – диван нежно охватил измученное тело, услужливо подставив под голову дутый подлокотник. Васька ловко перебрался с плеча ко мне на пузо, свернулся калачиком и заурчал. Стало удивительно хорошо. Глоток виски со льдом еще больше усилил эффект, и я снова с удовольствием зевнул…

«Вызов по дальней связи, просят Дениса Новикова».

– Кому приспичило?! – возмутился я.

Переться на экипажную палубу и общаться с грубияном-связистом отчаянно не хотелось… да и не надо! У меня же Зевс есть.

– Напарник, можешь перенаправить вызов на «виртуалку»?

«Ответ положительный. Какой фон выбрать для исходящего потока?»

– Чего?.. А, ты об этом… – Я аккуратно пристроил стакан на журнальный столик и принял сидячее положение. Кошак перекатился на колени, но в общем и целом даже ухом не повел. – Так лучше? Соединяй.

«Процесс активирован».

Ого! Еще лучше получилось, чем из кабинки дальней связи. Вернее, разницы я не почувствовал – Зевс транслировал изображение прямо на зрительный нерв, и я в данный момент лицезрел хорошо знакомую обстановку папенькиного кабинета. И его самого, торчащего в неизменном монструозном кресле. Он же, судя по удивленно вздернутой брови, видел картинку с камеры наблюдения, демонстрирующую гостиную наших не лишенных аляповатой роскоши гостевых апартаментов. И емкость с выпивкой от его взгляда явно не ускользнула, равно как и похрапывающий у меня на коленях зверь.

– Здравствуй, сын.

– Привет, пап.

– И это все? – вздернул бровь тот. – «Привет, пап»? После всего, что ты натворил?

Где-то я уже это слышал… и неоднократно.

– С этого места, пожалуйста, поподробнее, Виктор Андреевич.

– Ты зачем к Такэда в штаб-квартиру влез? Что вообще за авантюра?! – взорвался папенька.

Черт, видать действительно по-крупному накосячил. Вот только где?..

– Обстоятельства… – развел я руками.

– И это все, что ты можешь сказать? – нахмурился отец. – Ты сорвал нам операцию по внедрению агента влияния, засветил нескольких «кротов» и неведомо каким способом раздолбал шпионской аппаратуры на энную сумму!

«Я не знал, что это наше оборудование».

Вовремя, что сказать. Мог бы и заранее предупредить. Друг называется.

– Повторяю вопрос: что ты делал в Кинмару?

– Э-э-э…

– Что «э-э-э»? Что за блеянье? Коля, ты слышишь? У нас тут баран объявился!..

Ну, это уже слишком.

– Между прочим, это целиком и полностью твоя вина! – перешел я в наступление. – Если бы ты не отдал блокирующий пакет кэпу с Грегом, у нас бы не было пари, и я бы не полез на Нимойю…

– А если бы я предохранялся, то вообще с тобой проблем не было! – отрезал папенька. – Ты это хочешь сказать?

– Нет! – рыкнул я. – И вообще! Это я торчал на чертовой планетенке, это меня преследовали, похищали, били и пытались лишить жизни множеством способов. Это мне пудрили мозги сразу три бабы, причем две из них кибернетические!..

– Эвон как!

– … и это у меня стресс! Я теперь аниме спокойно смотреть не смогу!

– Напомнить, что я сказал сразу после Пандоры?

В этом весь Смальков-старший – одна короткая меткая фраза, и я увял. Вот как у него получается, а?..

– Еще оправдания будут?

– Я не думал…

– Не думал?! – Казалось, папенька просто задохнулся от возмущения. Наигранного, разумеется. – Коля! Мы с тобой воспитали долбо… дятла! Он сначала делает, а потом думает!

Что ответил скрывающийся по своему обыкновению в соседнем помещении тренер – а где ему еще быть, если он главный телохранитель Корпорации? – я не расслышал, но отец посчитал нужным повысить голос:

– Не оправдывайся, это твоя вина! Звездюлей мало выписывал! Чего «сам»?! Это твоя прямая обязанность!

Пожалуй, привет передавать дяде Коле не буду. Еще не так поймет. А это непременно аукнется, как только домой в гости наведаюсь. Впрочем, пора этот балаган прекращать – папенька еще долго может изгаляться.

– Значит так, отец! – Я смахнул обиженно взвывшего Ваську на пол, цапнул стакан и демонстративно к нему приложился. – Если хочешь, чтобы я не путался под ногами у твоих спецов, изволь отслеживать мои перемещения и предупреждать, если я ненароком затрагиваю сферу твоих скрытых интересов. Это, надеюсь, ясно?

– Более чем, – довольно кивнул мой родитель. – А ты изменился, сын.

– С чего ты взял? – подавился я вискарем.

– Вроде бы не с чего, – ухмыльнулся он в ответ. – Все такой же оболтус, с бабами никак не разберешься, двух старых развалин не переспоришь… даже кот у тебя одно название!

– Не трогай Ваську! – вступился я за питомца.

– Вот! – Отец воздел указательный палец к потолку. – Вот на чем ты прокололся. Взгляд стал жестче. Что-то случилось?

– Да, – нехотя признался я. – Я убил человека… ну, не то чтобы прямо взял и убил, скорее, по неосторожности… но все равно. Абсолютно новое ощущение. И оно ни фига не забавное!

– Я рад, что ты это осознал, сын, – предельно серьезно сказал отец. – Мы много лет готовили тебя именно к этому. Кстати… Коля! Я должен тебе полтинник!

Тьфу на вас, Виктор Андреевич! Такой момент опошлил!.. Зато у меня теперь есть моральное право на маленькую месть.

– Пап, тут тебе Такэда Юити привет передает.

Теперь пришел черед дражайшего батюшки удивляться.

– Похоже, насчет полтинника я поторопился, – задумчиво хмыкнул он. – Все такой же… дятел.

Это на что же они спорили? Пофиг, если честно.

– И что, старый хмырь прямо так и сказал? Мол, привет отцу?

– Не совсем, – решил я поддержать интригу. – Но очень интересовался, как скоро ты сможешь зазвать в гости дядю Петю. И очень меня просил сообщить о данном событии.

– Решил сбросить на нас ядерную бомбу? – ухмыльнулся отец, но ухмылка получилась кривоватая.

Такое ощущение, что он сам не уверен, пошутил или нет.

– Вряд ли, – поспешил я успокоить родителя. – Он просил не раскрывать подробностей, особенно по дальней связи. Но намекнуть могу: Сора, эксклюзивный контракт, скидка. Альянс.

Судя по взлетевшим вверх бровям отца – сегодня просто праздник какой-то, никогда раньше не видел его таким эмоциональным – мои слова не просто угодили в цель, а проникли глубоко в душу. Но, памятуя о мести, дальнейшее обсуждение темы я оставил на потом.

– Все, пока! – Я активировал виртуалку и незаметно пошевелил пальцами, набив команду. – Я по вам всем соскучился. Через недельку ждите. Привет маме!

Зевс отреагировал как всегда оперативно и разорвал связь, едва я ткнул в виртуальный «enter». Но в последний момент я все же уловил сложную гамму чувств, отразившуюся на лице папеньки: тут вам и изумление, и веселая злость, и даже гордость! Подозреваю, что за меня. Ничего, то ли еще будет, когда он контракт прочитает. Тот самый, что мы с Патриархом битых два часа обсуждали. И тут одно из двух: либо он накинет полтинник сверху на проигранный дяде Коле, либо, наоборот, стребует с того вдвое больше. В зависимости от того, кто на что ставил: на мой авантюризм или мое благоразумие. Но очередной воспитательный эксперимент друзей-сообщников в данный конкретный момент меня интересовал мало, куда сильнее хотелось просто прилечь и закрыть глаза. В конце концов, будет день, будет пища.

А папеньку я все-таки знатно приложил!..

След химеры

Пролог

Картинка, выведенная на настенный монитор, была откровенно так себе – в лучшем случае в 4К-разрешении, если вообще не в Full-HD, к тому же изображение периодически застывало неряшливыми квадратиками графических артефактов. Тем не менее само действо было вполне различимо, тут даже кэп Иванов не нашел, к чему придраться. Да и сценка пред взорами зрителей числом трое – помимо капитана, компанию мне составлял не пожелавший пропустить очередное развлечение финансовый директор – разворачивалась занятная.

По широкому проходу между двумя рядами церковных скамей решительно вышагивал высокий белый мужик. Белый не только в смысле расы: ниспадавшие на плечи светлые волосы практически терялись на фоне белого же пиджака, составлявшего единый ансамбль со щегольскими зауженными брюками и дизайнерскими туфлями из белейшей замши. В правой руке, чуть на отлете, мужик сжимал резную трость с рукоятью затейливой формы, изготовленной из чего-то вроде слоновой кости, набалдашник которой едва заметно покачивался в такт шагам – «белый рыцарь», как я незамедлительно окрестил главного героя ролика, впечатывал каблуки в мрамор пола с такой силой, будто намеревался раскрошить неподатливый камень. Впрочем, тот раз за разом сопротивлялся, и мужику приходилось снова и снова повторять попытку, заодно перемещаясь в пространстве. Направлялся он, по всему судя, к возвышавшейся прямо по курсу сцене с изукрашенной золотыми завитушками трибуной.

Казалось бы, чего особенного – мужик и мужик, идет, палкой размахивает? Все так, если бы не звуковое сопровождение – еще более убогое, нежели картинка, с отчетливыми хрипами и западающими частотами, но весьма примечательное: в такт покачиваниям трости густо заполнившая скамьи толпа прихожан, закутанных, такое впечатление, в белые простыни, громогласно скандировала что-то вроде «Миссия!.. Миссия!..» Получалось на редкость слаженно: шаг «белого рыцаря», перемещение набалдашника из одной крайней точки траектории в другую – бьющее по барабанными перепонкам «Мис!», многократно отраженное сводами зала; следующий шаг, обратный ход трости – не менее ошарашивающее «Сия!!!», едва ли не выдавливающее звуковой волной пестрые витражи в огромных окнах за трибуной. Или они орали «мессия»? Без тщательной экспертизы и не разобрать. Хотя, если вдуматься, что один вариант, что второй имели право на жизнь. И, сдается мне, последний для владельца трости был бы даже предпочтительней.

Добравшись до сцены, мужик в белом величественно прошествовал за трибуну, повернулся лицом к почитателям (борода и усы оказались под стать шевелюре) и воздел над головой трость. Славословия («миссия»? «мессия»? или вообще по очереди?), повинуясь условному сигналу, разом стихли, и в немаленьком, мест этак на тысячу-полторы, зале воцарилась гулкая тишина.

– Дети мои!.. – «Белый рыцарь» окинул притихшую толпу горящим взором – камера взяла крупный план, и сейчас можно было даже рассмотреть цвет (блекло-синий, странно выцветший) глаз оратора, а не только каждую морщинку и складку на вполне себе сытой физиономии – и сборище, судя по довольной ухмылке мужика, еще сильнее прониклось благоговением. Однако же и этого оккупировавшему трибуну типу показалось мало, и он усилил нажим: – Братья по вере!.. Соратники!.. Сегодня мне было знамение!!!

Левая рука взметнулась вверх, разворачиваясь раскрытой ладонью к сводчатому потолку, туда же устремился подбородок, сопровождаемый взглядом – дабы ни у кого не осталось ни малейшего сомнения, откуда именно это самое знамение снизошло – и толпа разразилась бешеными овациями. Немного понежившись в лучах заслуженной славы, «белый рыцарь» опустил руки, удобно пристроив их на трибуне поверх трости, и коротким кивком прервал бурю аплодисментов.

– Радости моей нет предела! – заверил новоявленный «мессия» – теперь уже я не сомневался, какому варианту отдать предпочтение. – Вашей, как я вижу, тоже, дети мои! Мы долго ждали этого мгновения, и вот свершилось! Сбылось пророчество, путь наш в сей юдоли скорби завершен! Властью, данной мне Старшими (еще один устремленный к сводам зала одухотворенный взгляд), я объявляю завершение Подготовки! (Ага, прямо так и сказал – с большой буквы.) Засим оставляем земной путь за спиной, и устремляем помыслы и дела наши вперед и вверх – к Чертогам Небесным. Дети мои! Настал великий час! Провозглашаю Исход!!!

Зал снова разразился, как это обычно называется в прессе, «бурными продолжительными аплодисментами», а кое-где еще и «миссия!» покрикивать не забывали. Точно «миссия», тут уже не перепутаешь.

– Отныне нет среди нас Чад младших, нет Указующих и Направляющих, нет даже Старшего-в-юдоли! – Выражение, с каким было произнесено последнее слово, не оставляло сомнений, кого именно оно обозначало. Хотя заявление «белого рыцаря», судя по вновь окутавшей помещение тишине, оказалось для присутствующих изрядным сюрпризом. – Да-да, вы не ослышались, дети мои! Нет среди нас отныне неравенства! Все мы с этой секунды Соратники! Ибо стремимся мы к общей цели – обретению Мира Обетованного! Нового и чистого, свободного от пороков сей скорбной юдоли! Мира, который мы построим с чистого листа! Мира, который будет наш и только наш! Мира, в который мы не пустим никакой грязи – ни физической, ни духовной! Аллилуйя, Соратники мои! Аллилуйя!!!

– Мис-сия!!! Мес-сия!!! Мис-сия!!! Мес…

– Возрадуемся же снова, возлюбленные дети мои! – прервал разошедшуюся толпу оратор. – Именем Старших даю я старт второй фазе Плана: объявляется Исход! На время Исхода все мы становимся Пилигримами, и останемся таковыми до тех пор, пока не достигнем Мира Обетованного! И только там мы сможем окончательно переродиться, получить новую жизнь и новые имена! И только тогда пути наши разойдутся в дозволенных пределах, дабы каждый мог реализовать свои права, дарованные нам Святой Конституцией!

– Мис-сия!!! Мес-сия!!! Мис…

– А до тех пор мы все, до последнего младенца или старика, будем единым целым! Будем работать как один организм, в котором каждая клетка знает свое предназначение и не ищет себе иной доли! Ибо только так сумеем мы достичь цели! Ибо только так победим! Такова воля Старших, таково их Знамение! – закруглился «белый рыцарь».

Толпа снова принялась скандировать изрядно уже выбешивающий клич, а новоявленный мессия стоял и смотрел на своих соратников, явно довольный произведенным эффектом. Впрочем, секунд через десять невидимый оператор решил, что все время пялиться на одну и ту же физиономию, принадлежи она хоть самому папе римскому, потенциальным зрителям быстро наскучит, и пустил камеру по кругу, постепенно захватывая в кадр пребывающих в диком восторге прихожан.

Должен признать, попытка провалилась – оным зрителям и эта картинка моментально приелась: кэп Иванов вообще весь сеанс просидел с кислой миной, а сейчас, обменявшись с Грегом выразительным взглядом, и вовсе хмыкнул:

– И что дальше?.. Что мы, сектантов не видели?

– Спокойствие, только спокойствие, – уподобился я известному литературному персонажу. – Сейчас будет самое интересное.

Изображение на экране и впрямь вернулось к исходному состоянию: оператор потерял интерес к прихожанам и взял средний план бывшего Старшего-в-юдоли. Тот снова воздел трость ввысь и гаркнул:

– Соратники!!!

Крупный план одухотворенной физиономии со стекающей из уголка правого глаза слезой.

– Дети мои!!!

С трудом сдерживаемый всхлип, уподобившийся грому в гробовой тишине.

– Старшие вняли нам! Я снова получил Знамение! – «Белый рыцарь» дернул тростью, прерывая на полуслове взявшуюся было за старое толпу. – И Старшие в бесконечной милости своей разрешили мне поделиться с вами сим Знамением! Узрите же, и не говорите, что не видели!!!

Подброшенная сильной рукой трость, совершив пару оборотов, застыла в верхней точке траектории, и вдруг в единый миг рассыпалась в черную пыль, взбухшую облачком в паре метров над головой Старшего-в-юдоли. Толпа ошарашенно ахнула и затаила дыхание, пораженная последующей метаморфозой бывшей совсем недавно тростью субстанции: облачко пару раз сверкнуло, окуталось туманной дымкой и втянулось само в себя, явив миру массивный обруч со странной матово-текучей поверхностью, незамедлительно устремившийся к полу. «Белый рыцарь» невозмутимо поймал неведомо откуда явившийся предмет, и столь же невозмутимо водрузил его на чело. Обруч сел, как влитой, и мужик окутался сияющей аурой, соткавшейся за спиной в структуру, наводившую на недвусмысленную ассоциацию с ангелом. Старший-в-юдоли, не обращая внимания на дикий гвалт, устроенный последователями, раскинул длани в пафосном жесте, отчего новообретенные «крылья» распахнулись во всю ширь зала… и на этом запись оборвалась.

Несколько секунд в гостевых апартаментах рейдера «Молния» царила тишина (не такая, как временами в церкви на экране, но не менее красноречивая), а затем Грег разразился шуточными аплодисментами.

– А этот Старший-в-юдоли парень не промах, – пояснил он в ответ на наши с кэпом недоуменные взгляды. – Даже молодец. Так завести прихожан! Талант, я бы сказал.

– Последний кадр был впечатляющий, – согласился я.

– Голограмма!.. – презрительно фыркнул капитан. – Денис, я сколько раз просил не отвлекать нас с Грегори на ерунду? Когда ты уже угомонишься?! Хоть иди Витьке жалуйся, право слово!

– Так вы же уже пробовали, – сделал я невинное лицо.

– Тьфу ты!..

– Майк, не заводись! – вступился за меня мистер Слоун. – Прекрасно же знал, что в авантюру ввязываешься, когда соглашался Виктору помочь с младшеньким.

Хм… сколько уже с ними, считай, бок о бок обитаю, а каждый раз какие-то новые подробности всплывают. И, что характерно, не только об этой сладкой парочке, но и об обожаемом папеньке. Тот, судя по постоянным обмолвкам старперов-оппозиционеров, в молодости тем еще шустряком был.

– Кто же мог предположить, что его младшенький – черт, а не ребенок?! – не пожелал сдаться кэп. Впрочем, вопрос относился к разряду риторических и просто-напросто повис в воздухе. По крайней мере, я отвечать точно не собирался. А посему, чуток обождав, Иванов все же конкретизировал свою позицию по текущей проблеме: – Ты, Денис, нам это все зачем показал?

– Для обоснуя, – пожал я плечами.

– То есть это всего лишь вступительная часть? – счел нужным уточнить Грег. Научен горьким опытом – со мной иногда (читай – всегда) лучше перебдеть.

– Боюсь представить, что будет в основной…

– Да хватит уже стенать, Майк! Давай дослушаем молодого коллегу, а потом уже будем… приводить доводы «против».

Угу, это он еще мягко выразился. Обычно эти типы совместными усилиями не оставляли от моих далеко идущих планов камня на камне. С их, разумеется, точки зрения. Хотя лично меня они еще ни разу ни в чем не убедили. Вернее, не разубедили. Просто с тех самых пор, как я стал владельцем контрольного пакета акций (пятьдесят процентов плюс одна штука) объединения Оружейников, приписанных к рейдеру «Молния», я сам старался не перегибать палку. Гадил, по выражению того же капитана, но исключительно по мелочам – вредничал, спорил, мотал нервы уважаемым старшим коллегам – в общем и целом же придерживался, что называется, генеральной линии партии. То есть не пытался каждые два-три месяца организовать дальнюю экспедицию по поиску Информатория Бродяг или еще какого-нибудь столь же мифического приза, а довольствовался добычей поскромнее, плюс в перерывах между «эпическими» (кэп с присущей ему прямотой выражался несколько иначе – по-русски и нецензурно) приключениями соглашался на рутинные, но высоко доходные «халтурки». Ну, это когда нам с Маком приходилось в основном работать языками, опрашивая свидетелей, да еще скучать, раздобыв образец технологии, а вкалывали проф Куатье с близнецами Джонсонами. Даже на долю семейства Свенссонов – папани с дочуркой – работы оставалось больше, нежели на нашу с мастером-рейнджером Макдугалом. Тем не менее старики (ха-ха, еще и полтинника обоим нет!) чуяли приближение грандиозного полярного зверя песца, причем в его новооймяконской, куда более крупной версии. И были правы – просто время еще не наступило. До сегодняшнего дня.

– Мы ждем, Денис.

Ага, кэп таки взял себя в руки – уже не ерничает и почти не нервничает. Рано расслабился, голубчик.

– Я хочу добыть технологию трансмутации.

– Хм… а почему не сразу философский камень? – Грег Слоун иронично вздернул бровь и как-то странно на меня покосился.

Н-да. Я вообще-то другой реакции ожидал. А они явно не впечатлились – кэп промолчал, а Грег дал понять, что, пожалуй, даже разочарован мелочностью предложения. Привыкли, что ли?..

– А кому сейчас нужно банальное золото? – привел я контраргумент. – Я имею в виду в промышленных масштабах? А вот превращение одних химических элементов в другие очень бы даже пригодилось. А здесь мы вообще имеем замечательный пример трансформы не только внутренней, но и внешней. Так сказать, и содержания, и формы. И, что характерно, без каких-либо видимых приспособлений.

– Это вы сейчас о чем, Денис?

– Да все о том же, мистер Слоун. О репликаторах, например.

– Тоже мифических?

Ну да, о таких технологиях сохранилось множество упоминаний в источниках Предтеч, но пока еще никто в Колониальном союзе не сумел отыскать действующий образец. Вернее, наверняка что-то такое нашли, только не сумели идентифицировать, не говоря уж об использовании. Нанотехнологий сколько угодно, а вот такого, чтобы засыпал в приблуду сырье, задал на программном уровне модель объекта, нажал кнопку и получил на выходе, скажем, работоспособный мобильник… мечты, мечты, как вы прекрасны!..

– Пойду-ка я, наверное!.. – от всей души зевнул так и не дождавшийся внятного ответа капитан Иванов. – Теряешь квалификацию, коллега. Грег?..

– Вы все-таки думаете, что ролик подделка? – не повелся я на демарш.

– А разве нет? – притворно изумился кэп. – Спецэффекты убогие. А я все голову ломаю, чего это Макдугал так свое киностарье обожает… да оно в сто раз лучше нынешних поделок! Интересно, где сейчас настолько дешевый трэш снимают?

– Ролик подлинный! – набычился я. Все-таки довел, хрен старый! – Держите.

Две одинаковые пластиковые папки, до того покоившиеся на подлокотнике, перекочевали к старшим, мать их, коллегам, и те принялись с брезгливым видом листать экспертные заключения. Пакет документов пришел ко мне на почту вместе с роликом – мой источник информации предвидел подобную реакцию и заранее озаботился доказательством легитимности доказательства. Эк загнул! Это я от волнения, чего греха таить. Ведь если и официальные бумаги их не проймут, под ударом окажется истинный замысел, прикрытием которому служила очередная моя авантюра. Да-да, вы не ослышались – авантюра как есть, наиклассическая. Но с полным документальным подтверждением, прошу заметить.

– Занятно… – через некоторое время хмыкнул Грег.

Капитан промолчал, но, судя по взгляду, прикипевшему к бумагам, даже он впечатлился.

Впрочем, я бы очень удивился, будь иначе – зря, что ли, сам штудировал многостраничный талмуд? Неведомый эксперт, если не целый экспертный отдел, оказался на редкость скрупулезным – подлинность записи и период ее создания были установлены путем сравнения чуть ли не каждой мелочи, хотя бы раз мелькнувшей в кадре, с историческими базами данных. Откуда, по-вашему, я бы знал про замшевые туфли Старшего-в-юдоли или про мраморные полы? Не настолько я хорош в смежных дисциплинах, чтобы на глаз отличить тот же мрамор от гранита. А эти даже точно установили, из какого именно месторождения он добыт, разве что не написали, в каком году. И так обо всем: что за церковь, из какого штата (дело происходило в США), кто и когда ее построил, кто поставщик витражей и в какой именно временной период они выпускались. Из какой линейки какого модного дома наряд новоявленного (или уже староявленного?) мессии, и – самое главное! – кто этот мессия в обычной жизни. В общем, экспертное заключение стоило тех денег, что пришлось за него отвалить. А как вы хотели? Что-то хорошее никак не может стоить дешево. А базы данных, доступ к которым имели эксперты, были не просто хорошими. Они были отличными. Я даже и предположить не мог, что у кого-то на просторах Колониального союза могут сохраниться, например, не только отрывочные сведения о моде периода начала Исхода, а полные каталоги отдельно взятых производителей. И уж тем более с трудом представлял объем работ по сбору и упорядочиванию разрозненной информации. Хотя вполне мог предположить, какой именно из ныне существующих организаций под силу не только потянуть подобное, а еще и цены задрать безнаказанно, потому как альтернативы все равно нет и не предвидится. И это я точно знаю, мы с Филиппом Нэшем – нашим штатным хакером – выяснили опытным путем. Пытались пару раз кое-что копнуть, ну и обломались. Так что пришлось, скрепя сердце, раскошелиться еще и на сильно урезанные специализированные базы, охватывавшие период в десять лет до момента, запечатленного в ролике.

– Джереми Коулмэн… – закончив проглядывать документ, задумчиво протянул Грег. – Это не тот ли Коулмэн?..

– Он самый, – с готовностью подтвердил я. – Легендарная личность. Участник первой лунной экспедиции тридцать седьмого года[4], а также первого похода «трофейщиков» сорокового[5]. Самый молодой «трофейщик» – совершил первый межзвездный прыжок в неполных двадцать четыре года. Входил в состав экипажа транспортника «Завоеватель» в Первую волну, но в колониях обосноваться тогда не захотел, вернулся на Землю. Во Вторую волну продолжал служить в межзвездном флоте ОбОН и побывал практически во всех на тот момент основанных колониях, пока не решил остепениться в конце сорок седьмого. Тут как раз, если помните, образовалась Колониальная служба, которая вцепилась в ценного кадра всеми конечностями. В течение трех лет Коулмэн подвизался на должности куратора направления и даже пару раз летал в командировки в дальние миры. Именно тогда он начал настаивать, чтобы его называли Преподобный Иеремия Мозес Коулмэн. А после очередного вояжа все бросил и свалил на переселение с какой-то сектой из Штатов на собственном корабле, как раз в этом самом походе и раздобытом. На этом его следы, равно как и его соратников, теряются. Внимание, вопрос: и что же такое он нашел в Дальнем Космосе, что заставило его резко изменить собственное мировоззрение, а потом и всю жизнь? Причем не только свою, но и почти десятка тысяч последователей? Уж не ту ли самую технологию трансмутации? Уж не то ли «знамение», которое показало ему возможность создать идеальный мир с «чистого листа», как он выразился? Как по мне, все это достаточно логично и укладывается в единую событийную цепь.

– Такой же авантюрист, как и ты! – рыкнул кэп в ответ на мою пламенную речь. – И сам сгинул, и людей за собой утянул.

– Но-но-но, я бы попросил! – счел я нужным слегка оскорбиться. – Во-первых, не такой же – он старше. На момент съемки ролика ему было уже тридцать три года. Очень символично, не находите?.. Во-вторых, я никого с собой силком не тяну. Всякий волен остаться на Новом Оймяконе. Или в любой другой Колонии, где у нас будут остановки.

– Ты гляди, Грег! Настолько в себе уверен, что рассуждает об экспедиции как о свершившемся факте! – недобро ухмыльнулся Иванов. – Может, обломаем?..

– Обязательно, – кивнул мистер Слоун, – и не раз. Но… потом.

Получилось?!

– А по-моему, сейчас как раз самое время!

И когда же он угомонится?! Чем я ему так насолил? Чертов кэп! Можно подумать, это он из-за нашей посудины так переживает… На неуловимое мгновение в памяти всколыхнулись незабываемые ощущения первого «прямого», то есть разум в разум, контакта с «материнским ядром» рейдера, но я поспешил отогнать мелькнувшую мысль о правоте собственной догадки. Это всего лишь корабль с искином, нельзя к нему привязаться, как к родственнику. А судя по реакции капитана, он воспринимал «Молнию» если и не родной матерью, так уж чадом точно. И еще не ясно, что хуже.

– Возможно, – не стал спорить Грег. – Но, прежде чем поддержать… или не поддержать, – подмигнул он мне, – Майка, хотелось бы услышать ответ еще на один вопрос.

– Внимательно, – буркнул я.

Отвяжутся они от меня, наконец, или придется заставлять силой? Не хотелось бы окончательно портить отношения с упрямцем-кэпом, особенно накануне столь ответственного предприятия… да и с мистером Слоуном ругаться себе дороже. Но если придется, на этот раз я не отступлюсь. Как любит говаривать тренер дядя Коля, нет незаменимых людей, есть лишь незаменимые должности. Так что при нужде я лично в роли капитана, то бишь ретранслятора воли экипажа «материнскому ядру» рейдера, выступлю. Впрочем, послушаем сначала, чего там финансовый директор хочет.

– Не поделитесь источником информации?

Произнося это, Грег сверлил меня пристальным взглядом. И не прекращал «психическую атаку», пока я нехотя не процедил:

– Отчего же? Информацию мне предоставил Брокер.

Мистер Слоун удивленно заломил бровь, потом губы его искривились в ободряющей усмешке, направленной одновременно нам с капитаном: дескать, один молодец, наконец достиг нужного уровня, а второй Фома неверующий, которому следует, в конце концов, перестать изводить молодого коллегу. Ибо рекомый молодой коллега прошел-таки тест на профпригодность. По крайней мере, с Греговой точки зрения.

– Смирись, Майк. Похоже, придется поддержать Дениса во всех его начинаниях.

Победа?..

– С каких это пор у нас на борту принято верить юным джентльменам на слово? – Капитан Иванов повторил недавний трюк Грега, то бишь устроил второй раунд игры в «гляделки», так что пришлось приложить нешуточные усилия, дабы не отвести взгляд, и еще большие – чтобы не ругнуться матерно вслух.

Впрочем, на сей раз кэп и сам сообразил, что перегнул палку – отчасти из-за моего окаменевшего лица, отчасти из-за Грегова осуждающего покачивания головой.

– Этим не шутят, Майк, – не повышая голоса, сказал финансовый директор. – И Денис об этом прекрасно осведомлен. Равно как и об уровне моих связей. И чем лично ему грозит необоснованная попытка прикрыться именем Брокера. Хотя новость приятная, не буду скрывать.

Ну еще бы! Можно сказать, апофеоз его наставнической деятельности. Сколько он времени на мое обучение угрохал? Если в годах, то не очень много. А вот если в неделях… а еще лучше в академических часах… впечатляющая цифра получается. Равно как и закономерный итог: ученик если и не превзошел учителя, то как минимум стоял теперь на одной с ним ступени развития, уступая, так сказать, лишь в горизонтальной плоскости – широтой связей и опытом. Не пропустил науку мимо ушей, впитал, осознал и выделился в профессиональной деятельности, причем исключительно с положительной стороны. Другим способом привлечь внимание персонального Брокера, сиречь теневого (инкогнито, ага) партнера с Биржи, в принципе невозможно. Ибо сказано: не Оружейник находит Брокера, но Брокер – Оружейника. Как однажды выразился тот же Грег Слоун, отношения между этими двумя – высшая ступень социального симбиоза. Куда выше кровных уз и семейных связей. Загнул, конечно. Хотя с какой колокольни посмотреть…

– А, делайте, что хотите! – махнул, наконец, в сердцах рукой кэп и демонстративно прошествовал к бару.

Что характерно, нам с мистером Слоуном присоединиться не предложил. Впрочем, набулькав в широкий стакан на традиционных два пальца односолодового виски, он таки отсалютовал присутствующим емкостью и с удовольствием опрокинул пойло в глотку… незаметно для Грега мне подмигнув.

Победа? Ага, полная и безоговорочная. Вот только особой радости что-то не ощущаю…

– Не обращайте внимания на старого брюзгу, молодой человек! – ободрил меня финансовый директор, оставив демарш соратника по оппозиции без внимания. – Обретение Брокера слишком интимный момент, чтобы выносить его на всеобщее обозрение. Так что отпраздновали, и хватит. Перейдем к рутине. Куда вы планируете загнать нас на этот раз, а, мистер Смальков?

– Тоже жажду подробностей, – булькнув вискарем, поддержал финансового директора капитан.

Вернуться в кресло он категорически не пожелал, обосновавшись поближе к стратегическому запасу пойла. И это хорошо. Значит, смирился с поражением и озаботился средством для успокоения нервов. Так что сильного сопротивления можно не ожидать.

– Система HD 97126, – не стал я в очередной раз испытывать их терпение.

– Карантинный сектор? – без особого удивления уточнил кэп.

– Угу, – кивнул я, про себя подивившись памяти родного начальства. Хотя с таким же успехом он мог воспользоваться и бездонным накопителем «материнского ядра», что даже вероятнее. – Скажу больше – дикая территория.

Хм… и почему они не удивлены? Ну это ладно, а вот почему не воспоследовала буря негодования, хотя бы со стороны кэпа? Грег как-то посдержаннее в этом отношении.

– Маленькие детки – маленькие бедки, – неожиданно выдал наш финансовый директор древнюю мудрость. Что характерно, на языке оригинала. – А, Майк?..

– Дожили, – согласно булькнул вискарем тот. – Одно радует: тотальных разрушений инфраструктуры с массовыми жертвами среди мирного населения можно не опасаться по причине полного отсутствия таковых.

Это он на Пандору сейчас намекнул? Ну так там не я виноват, а вовсе даже братец Арти… тоже, блин, «маленькая бедка», только уже семейства О’Мэлли. Или Нимойю приплел? Так там не то что разрушений, там и жертв как таковых не было… ну, за некоторыми исключениями. А больше я за собой ничего грандиозного и не припоминаю, остальное банальщина и рутина.

– То есть вы – оба – не возражаете? – на всякий случай уточнил я. Все-таки слишком легко сдались, а так не бывает, как подсказывает опыт.

– Теперь уже нет, – вздохнул капитан, оставив опустевший стакан в покое. – Я даже рад. У тебя появится возможность на собственной шкуре прочувствовать, что такое дальний переход без дозаправок на станциях и в полном информационном вакууме. Плюс столь же утомительный и удручающе скучный обратный путь. Готов ли ты, юный ученик, пожертвовать минимум полугодом своей жизни?

– А вот это, Майк, прямо скажем, лишнее, – покачал головой мистер Слоун. – Не буди лихо, как любит выражаться Макдугал. И учти, что они долго были соседями. Прочувствовал масштаб бедствия?..

Бросив взгляд на вытянувшееся лицо капитана, я ободряюще ему улыбнулся и удовлетворенно откинулся в кресле: мало того, что план удался, так еще и отмщен я, судя по всему, не просто полностью, а с изрядным запасом. А если я еще и девичью часть команды к борьбе со скукой подключу… тушите свет, короче.

Глава 1

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

13 октября 2138 года, день

Граница выглядела впечатляюще, иначе и не скажешь. Нет, с высоты, конечно, ничего особенного – просто резкая линия, разделяющая колоссальный бледно-зеленый «лишайник» местного леса и куда более яркую проплешину Аномалии. Вот так вот, простенько и со вкусом. Элва вообще не способствовала усложнению терминологии. На всей планете если и было что-то интересное, так это сеть загадочных пирамидальных объектов числом девятьсот девяноста девять – однотипных построек Архонтов, назначения которых мы так и не поняли – да кусок Старой Земли откуда-то из американской глубинки. Потому и Аномалия, ага. И если собственно «пирамидки» за прошедшую неделю мы уже достаточно изучили, то бишь обломались почти со всех сторон, то до второй загадки только сейчас руки дошли. Заметили мы ее, естественно, на первом же витке. Вот только старинные инопланетные развалины, вовсе таковыми не выглядевшие, да к тому же расположенные подозрительно упорядоченно – такое впечатление, что в ячейках колоссальной сети, размеры которых исчислялись не километрами, а градусами по широте и долготе – сочли более перспективными в плане информации и артефактов. А Аномалия… что Аномалия? Мы ее поначалу и не восприняли чем-то странным. Подумаешь, заброшенная Колония. Хотя, должен признать, некогда довольно успешная – судя по результатам орбитальной фото- и видеофиксации, а также беглого сканирования первопоселенцы умудрились оттяпать у здешних джунглей обширную территорию. Не соврать бы, что-то между староамериканскими Коннектикутом и Мэрилендом. Причем правильной формы – почти идеальная окружность с самым крупным поселением в центре, аккурат на месте очередной «пирамидки». Уж не знаю, каким образом колонисты ее срыли – мы к большинству даже приблизиться не сумели. К тому же они еще и «лишайниковый» лес извели, опять же непонятно, как. Но результат, тем не менее, налицо: типичнейшая растительность континентальных субтропиков вместо эндемичных псевдодеревьев. Хотя каких, на фиг, континентальных? Вся поверхность планеты сплошной континент, плюс ни одного открытого водоема, даже самой захудалой речушки. Все воды исключительно грунтовые. Как так вышло, даже проф Куатье предполагать не берется, хотя наверняка какие-то соображения есть – это я по его хитрой ухмылке понял, когда обсуждали проблему на одном из брифингов. Но не суть. Главное, есть и лесочки, пусть и не поражающие размерами (по площади, я имею в виду, так-то здесь растения-гиганты все больше распространены), и степные участки, и даже лесостепные. Пестрое одеяло, если сверху смотреть. И абсолютно безжизненное в плане фауны – ни первичное, ни несколько повторных сканирований в разных диапазонах не выявили ни одного живого организма, который можно было бы смело отнести к животному миру. Растений – полно. Животных, включая человека – ноль. Равно как и бактерий, микробов и прочих вирусов. А всему виной особенности атмосферы Элвы вкупе со спектром звезды – ультрафиолета здесь с избытком, так что всю мелочь поджаривает сразу по прибытии. В этом мы убедились очень быстро, и столь же быстро отмели версию о гибели колонистов от какой-то экзотической инфекции. Здесь они ничего не могли подхватить по причине отсутствия этого «чего», а если умудрились что-то притащить с собой, так оно в течение нескольких часов было нейтрализовано УФ-излучением. Впрочем, как и сами колонисты – есть подозрение, что не пошло им впрок местное солнышко, наверняка проблемы с онкологией начались. Короче, в данный конкретный момент дыхательными аппаратами мы не заморачивались, даже фильтрами пренебрегли – неприятных запахов можно было не опасаться, поскольку отсутствовали организмы, вызывающие гниение или брожение. Оставался вопрос, каким образом перерабатываются отмершие растения, но пока он для нас не являлся самым актуальным. Видимо, был какой-то механизм, причем на территории Аномалии тоже, иначе она бы вся была покрыта толстенным слоем высохшей травы и валежником. Одно можно было сказать определенно: жилищно-коммунальное хозяйство, которое могло бы озаботиться расчисткой коммуникаций, здесь отсутствовало как класс, потому что Колония была заброшенной уже незнамо сколько десятилетий. По какой причине – тайна сие великая есть. Но, надо думать, сектор неспроста получил официальный статус карантинного, и это если забыть про титул неофициальный – дикие земли. Короче, мы с мастером-рейнджером Гленном Макдугалом и нашими питомцами были на планете одни. Ну, почти… но об этом позже.

– Чего встал? – хмыкнул Мак, подозрительно на меня покосившись сквозь забрало шлема. Фильтры фильтрами, а от избыточного ультрафиолета даже нам с Гленном, привычным ко всякому, приходилось скрываться под одежкой и прочими элементами снаряжения. А, например, той же Асти вход на планету без спецзащиты и вовсе был заказан – обгорит моментально, с ее-то по-скандинавски бледной кожей. – Или решил уступить дядюшке Маку право первого шага? А что, я готов!.. Бадди, фу!..

Одуревший от безделья пес перестал слюнявить Гленнов ботинок и одарил коллегу укоризненным взглядом, дескать, долго еще вас ждать?.. Впрочем, тот на провокацию не повелся – ваш покорный слуга его сейчас интересовал куда сильнее.

– Стой, где стоишь, – буркнул я, закинув автомат – проверенный временем «калашников», из тех, что мы еще на Пандоре пользовали – за спину и вооружившись телескопическим щупом. Возмущенный мяв, донесшийся из рюкзака, оставил без внимания – не до Васькиного удобства пока. Без оружия же разгуливать вообще не вариант: пусть местной живности и нет, зато от встречи с пришлыми, типа нас, никто не гарантирован. – Герой горских сказаний. И вообще, не лезь поперед батьки в пекло.

– Это что-то новенькое! – и не подумал перестать сушить зубы Гленн. – Вали уже, батька.

Сопровождавший его последнюю тираду мощный хлопок по плечу едва не заставил меня ткнуться носом в землю. Едва, м-мать, на ногах устоял. Вот бы было позору, если бы растележился! Я ведь теперь такой же мастер-рейнджер, как и Мак. Давно миновали те времена, когда я ходил «в поле» в статусе новичка-стажера. Вырос, возмужал. Заматерел, по меткому выражению капитана Иванова. Зато и спрос теперь больше. И ответственность, ага.

– Пса держи, – отгавкнулся я, раскладывая щуп.

Как всегда, вовремя – Мак успел схватить Бадди за ошейник и дернуть на себя, да так, что у бедного пса занесло корму, и он плюхнулся на задницу, обиженно взвизгнув. А нефиг лезть, куда не надо. Мало ли что у него седалищный нерв естественный детектор неприятностей. Технику безопасности еще никто не отменял, даже раздолбай Мак в этом вопросе был весьма принципиален. А тут и впрямь полная неизвестность плюс уже накопленный печальный опыт. Так что пройтись щупом над Границей, сначала легонько, чтобы не отрикошетило при встрече с невидимым препятствием (ага, и такой вариант не исключен), потом чуть увереннее и даже наглее – помахать влево-вправо, ткнуть в песочек… вроде ничего.

– Пускай! Все равно далеко не убежит.

Мак, будучи не понаслышке осведомлен об умственных способностях питомца, с сомнением покосился на пса, но все же приказ выполнил. Бадди радостно взвизгнул, рванул с низкого старта, взрывая песок всеми четырьмя лапами, и моментально перемахнул Границу. Впрочем, нечаянная собачья радость от вновь обретенной свободы очень быстро сменилась в оной свободе разочарованием – буквально за пяток шагов. После этого Бадди резко затормозил, развернулся к нам мордой, вывалив слюнявый язык, и уморительно осклабился, как это умеют французские бульдоги. Мол, и чего ждем?..

– Да сейчас, сейчас… – буркнул я, занося ногу над Границей.

Некстати вспомнился Объект-357 на далекой Пандоре, тот самый, на котором мы с Маком по трубе гаусс-разгонника гуляли, каждую секунду ожидая возникновения силового поля, в лучшем случае перекрывшего бы путь к отступлению, а в худшем – распластовавшего неудачника в лице меня или того же мистера Макдугала. Тогда, кстати, обошлось, хоть и не скажешь, что мы отделались легким испугом. Скорее, обделались… хм…

Против ожидания, ничего страшного не произошло, разве что опора стала потверже, чем местный песочек. Который и не песочек вовсе, а какая-то абсолютно непонятная субстанция: вроде бы и мелкие темно-серые песчинки, а наберешь горсть да разожмешь пальцы – а песок и не подумает разлететься пылью под порывом ветра (а подвижки атмосферы здесь есть, куда ж без них). Такое впечатление, что отдельные частички друг к другу притягиваются, и вместо мелкодисперсного облака получаются скорее брызги. Черт, не знаю, как точнее описать. Короче, неведомая материя обладала одновременно признаками двух агрегатных состояний вещества – с одной стороны, состояла из отдельных мелких частичек, с другой – они взаимодействовали как молекулы жидкости, разве что эффект был менее выраженным. Третья по счету загадка этого мира. Над ней мы тоже уже неделю бились, и до сих пор безуспешно, хотя проф Куатье ночей не спал, переживал.

А нам с Маком, как обычно, плевать на подобные мелочи жизни. Дыхательные пути не забивает, не токсична, вес тела держит – чего еще желать? Но, вынужден признать, ходить по такому «песочку» удовольствие ниже среднего – нога порядочно тонет, если не по щиколотку, то до середины стопы точно. Впрочем, нашим десантным берцам на местные особенности тоже пофиг, в них даже по серной кислоте прогуляться можно. Если недалеко, конечно. Да и комбезы надежные, равно как и остальная снаряга – мистер Макдугал для себя любимого предпочитает все самое лучшее. А я от него не отстаю, поскольку привык полагаться в подобных делах на богатый Гленнов опыт. Плюс из корпоративных закромов периодически всякое перепадает – от щедрот отца родного, Виктора Смалькова. Причем насчет отца я не шучу. Попервости ожидали проблем для питомцев, у них-то никакого спецснаряжения нет, но, на наше счастье, обошлось – от ультрафиолета их неплохо защищала шерсть, а песочек, как я уже говорил, летучестью не отличался, так что тот же Бадди даже не чихнул, когда впервые по нему прогулялся. Разве что тонул чуть больше, чем мы – почти до нижних суставов. И буксовал прикольно, хоть снимай да в Ноосферу выкладывай, на один известный видеосервис, перекочевавший из земного Интернета. А чего? Не только котикам просмотры набирать… оный котик, кстати, местную почву вообще не оценил и предпочитал перемещаться в специально для него оборудованном кармане рюкзака. По большей части в сонном состоянии.

Хм… а ничего так. Я бы сказал, что здесь, за Границей, под ногами по ощущениям самый обычный твердый грунт. Из тех, что в песне про «пыльные тропинки далеких планет» упомянуты. Да и на вид чернозем черноземом… хотя нет, вкрапления чудной местной землицы тоже есть. Переходный пласт, что ли?..

– Эй, наверху, картинку нормально принимаете?..

А в ответ тишина… связи нет?.. С силовым «забором» повезло, значит, в чем-то другом подлянка?.. Но электроника вроде бы не вырубилась, чего я подсознательно опасался, имея соответствующий опыт, благоприобретенный при исследовании «пирамидок»… да и помех тоже нет, они бы непременно на внутренней стороне забрала отобразились, ибо она по сути своей прозрачный дисплей боевого вычислителя.

– Ау, профессор!..

– Слушаю.

Ф-фух, как гора с плеч. А то ведь от этой планетки чего угодно ожидать можно. Почему мы с Маком, к примеру, ноги били почитай пару километров, пока до Границы дошагали, вместо того чтобы просто на катере прошвырнуться сразу до центра Аномалии? Да потому что испытали уже на собственной шкуре – далеко не везде можно пользоваться воздушным транспортом. Короче, были причины передвигаться на «одиннадцатом номере», как выражался тренер дядя Коля. И все они сводились к старинной пословице, которую тот же Мак постоянно поминал по делу и без: тише едешь, дальше будешь. Со связью тут тоже кое-где такая же проблема, как и с полетами. Вот и… забеспокоился, так скажем. И дело даже не в гипотетической опасности – с орбиты нам все равно ничем помочь не смогут. Просто рациональнее, если проф Куатье вместе со своими балбесами – близнецами Джонсонами – видел бы ту же картинку, что и мы. И тоже в реальном времени. И почти что от первого лица – видеопоток шел с нашлемной камеры. Для всех так проще – нас не за… хм… не залюбят вопросами, а нам в ответ руки распускать не придется. Потому как реально бесит, когда любую мелочь уточняют по десять раз, порой даже не заморачиваясь изменением формулировок. Ведь, по выражению того же профа, в науке не бывает мелочей.

– Профессор, как вам эта… суспензия?..

– Весьма любопытна, moncher, весьма любопытна. Надо отдать вам должное, Дэни – термин весьма удачен. И полностью отражает суть явления – суспензия… кстати, не могли бы вы взять пробу?

– Почему нет? – хмыкнул я, выпрямляясь. Зачем отказывать коллеге в такой мелочи, тем более что щуп уже в руках? – Любой каприз за ваши деньги, профессор.

Хорошая вещь, кстати. После все той же памятной Пандоры, когда пришлось шариться по следам аномалий, заполненным мельчайшим песочком пополам с полудохлыми нанами, мы без щупа никуда. Специально Свена в свое время озадачили, и теперь у нас был роскошнейший телескопический дрын, в сложенном состоянии очень компактный, зато в разложенном позволявший забирать пробы с глубин до полуметра. Естественно, если плотность исследуемой среды тому способствовала. Воду и с пары метров достанем. А еще пробоотборник изнутри отделан псевдоживым металлом из корпуса нашей «Молнии» – как оказалось, данная среда пришлась очень по вкусу пандорианским нанам. Срок их жизни вырос на порядок, и теперь боты вместо того, чтобы тратить ресурсы на поддержание численности популяции, занимались более полезной деятельностью, то бишь служили универсальными сенсорами. А поскольку с этой мелочью Зевс мог общаться в режиме реального времени невзирая на расстояние (правда, с разными энергозатратами – далеко не всегда этот режим связи был выгоден)[6], то инструмент получился что надо.

«Зевс, как принимаешь картинку, прием?»

Обмениваться мыслями напрямую, как у капитана Иванова с материнским ядром корабельного искина, у нас до сих пор не получалось, так что приходилось для упрощения процесса представлять фразы в виде печатного текста на этаком воображаемом дисплее, что, впрочем, все равно было удобнее виртуального «кабинета», которым я пользовался раньше. Можно было, конечно, просто вслух спросить – наны моей собственной колонии-«ключа»[7] отлично воспринимали вибрации костей черепа – но не хотелось нервировать окружающих. Естественно, коллеги-Оружейники были в курсе некоторых моих приобретенных возможностей, но все равно стремно. Так что лучше лишних поводов не давать.

«Норма. Объекты с первого по четвертый в пределах досягаемости. Вывести метки на трекер?» «Да/Нет?»

Шутить изволит-с. Ну ладно…

«Выводи».

«Хорошо, Денис».

«И Бадди на короткий поводок возьми, путь дальше десяти метров от нас не отходит».

«Как скажешь, Денис».

Вот и ладненько. Теперь хотя бы за непоседливым псом можно особо не следить. Бадди и сам по себе умный, плюс «жопочувствительность» у него неестественно развита, но с Зевсом надежнее. Колонии нанов у питомцев я загодя обновил, дня на три теперь хватит (кстати, при «дальней» связи основная проблема именно в ресурсе «мелюзги»), а дольше мы по планете шариться и не собираемся. Хотя в случае с псиной могу и ошибаться – мой друг-искин управлял своеобразным «периферийным устройством» посредством электрошокера – наны генерировали электрический ток и шарашили по шаловливой лапе, сигнализируя псу, куда идти не следует. Эффект потрясающий, вот только кончаются микроскопические зверушки очень быстро. То ли дело Васек – знай себе дрыхнет, пока шебутной хозяин работать не заставит. Да и потом он старается справиться с задачей как можно быстрее, чтобы в уютный рюкзак вернуться. К прерванным кошачьим грезам, ага.

– Профессор, пошли данные?..

– Да, Дэни, телеметрия идет. Спасибо.

– Еще пробы нужны?

– Был бы вам очень признателен. По стандартной схеме, пожалуйста.

По стандартной так по стандартной. Освободив пробоотборник от отработанного материала, я осторожно сместился вглубь Аномалии метров на двадцать, и снова вонзил щуп в почву. Можно было и почаще останавливаться, да смысла не вижу – на мой взгляд (причем и на невооруженный, и на усиленный стараниями Зевса, который таки выполнил команду и вывел на сетчатку левого глаза схему-трекер, а правый использовал как оптический сенсор) концентрация частичек местной «почвы» в привычной землице не изменилась. А вообще ясность в этом вопросе наступит еще через десяток проб, и тогда проф Куатье либо попросит вернуться на один из пройденных участков, либо удовлетворится уже полученными результатами. Рутина, по большому счету. И предаваться ей еще часа два, не меньше – именно столько по моим прикидкам займет наш переход из приграничной области Аномалии, где все еще ощущалось влияние исходных природных условий, в зону вполне себе земной Америки. С научной точки зрения именно этот отрезок пути представлял наибольший интерес, и даже я с этим не спорил – скучно, нудно, долго… но нужно.

Зато можно особо не заморачиваться и думать о чем-то своем, работая на автомате. Ибо о безопасности думает мастер-рейнджер Макдугал, с каковой основной целью он ко мне и приставлен вкупе с лентяем-псом. Про лентяя-кота промолчу, его время придет позже.

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва), за пять дней до событий

– Дэнни-бой, ты скоро?!

– Ага!..

Чертов Мак, все бы ему под руку говорить. Сам-то не полез на стенку, мне эту сомнительную честь предоставил. Ладно хоть, страхует. А лезть надо, по-другому никак. Точно говорю. Пробовали на глайдере подбираться, но «пирамидки» оказались защищены каким-то поганым полем, вырубающим электронику, причем все – едва живы остались. После третьего по счету памятного кульбита (согласно известному закону, что первый раз – случай, второй – совпадение, а третий – выявленная закономерность) Алиска наотрез отказалась приближаться к развалинам Предтеч, и особенно по воздуху. Сказала, что пилот, а не женщина-птица. И если нам, идиотам, терять нечего, то она на такую работу не подписывалась. Та еще цаца. Подумаешь, типичная ситуация. Мы и не гробанулись при первой же попытке лишь по той простой причине, что ожидали чего-то подобного. Ибо научены горьким опытом. Которого у нее, кстати, пока Васька наплакал. Ничего не поделаешь, скучноватой последняя пара лет выдалась.

Хорошо, что сгинувшие строители излишней эстетикой не заморачивались. Поверхность только издали выглядела монолитной, едва ли не зеркальной, а на самом деле щели между блоками очень даже немалые. По крайней мере, скальные крюки, наштампованные в корабельной мастерской, в них входили легко и даже с удовольствием, стоило лишь чуток поработать молотком. Я уже три станции соорудил, сейчас экономить на снаряжении себе дороже. К тому же ниндзя из меня, несмотря на все старания тренера дяди Коли, никакой – не умею по гладким стенкам карабкаться. Да и приблуд соответствующих тоже нет, я, если на то пошло, даже их японских названий не знаю, по крайней мере, большинства. Старая добрая альпинистская снаряга, пусть и «хэндмэйд», зато надежная, пара ледорубов-молотков, собственные пальцы (которые уже почти до крови содрал) да некое подобие асико – ножных когтей воинов ночи. Опять же кустарных, сам лично по памяти набросал 3D-модель и штампанул. Получилось грубовато, зато удалось присобачить к тапкам на резиновом ходу. За три с лишним года, что я подвизался на нынешней должности (инженер-аналитик и по совместительству владелец контрольного пакета акций объединения, если что) как-то не пришлось в скалолазании упражняться, вот и не озаботился приобретением специализированной обувки. А терять уйму времени (не день-два, а как минимум неделю-другую), чтобы смотаться в ближайший спортивный супермаркет, как-то не с руки. Забрались мы в этот раз в такие… дали дальние, что и представить страшно. Знали бы вы, сколько пришлось приложить усилий, чтобы двух старперов – капитана с финансовым директором – к авантюре склонить… нафиг, нафиг…

Архонты, по непроверенным сведениям являвшиеся творцами ступенчатой пирамиды, возвышавшейся посреди бледно-зеленых, смахивающих на колоссальный лишайник джунглей, с неподъемными глыбами предпочитали не связываться. И этот факт отчасти нивелировал зловредность тех же Предтеч, которые озаботились оснащением своего строения гадской системой обороны. Равно как и то, что оная система была скорее нелетального действия: вовремя среагировать на неполадки куда больше шансов, чем увернуться от лазерного залпа или самонаводящейся ракеты. Или, не будь к ночи помянуты, блуждающих силовых полей, как в Колонии Пандора. В общем, я не в обиде. В ровные, как по линеечке, щели через каждые полметра очень удобно вставлять асико, и, выпрямившись на опорной ноге, вбивать один из ледорубов в зазор повыше. Второй нужен для надежности, плюс страховочная веревка на самодельной обвязке. Навернуться с уровня четвертого этажа радости мало, вот и извращаюсь. Последний рывок – как раз еще одна станция, и останется метра полтора вверх, до странного оплывшего выступа, который именно этой странностью и привлек наше внимание. Вернее, Зевс просканировал картинку и при всей своей мощи сумел выделить лишь эту точку. Была надежда, что это или повреждение стены из-за замыкания коммуникаций, или выход какого-то датчика, что вряд ли – на десятке близлежащих (эк сказанул!) «пирамидок» подобных дефектов мы не выявили, а дальше искать просто поленились. Повезло нам, можно сказать. В обоих случаях существовала отличная от нуля вероятность подсадить туда нанов. Ну а дальше дело техники…

Убедившись, что асико и левый ледоруб держались надежно, я выпустил из ладони правый, повисший на темляке и едва не врезавший мне по ребрам, и достал из поясного кармашка очередной скальный крюк. Небольшого усилия оказалось достаточно, чтобы он на пару сантиметров заглубился в щель, остальное довершил ледоруб, повернутый обухом и превратившийся в альпийский молоток. Аналогичным образом закрепив второй девайс, я соединил их куском веревки с парой карабинов и нащелкнул на нее третий с пропущенным сквозь него страховочным концом. Порядок. Теперь если и навернусь, далеко не улечу. Чего все равно не хотелось бы, одет слишком легко, в камуфляжные шорты и футболку цвета хаки. Сугубо для маскировки, если верить Маку, потому что от ультрафиолета куцее облачение не спасало, приходилось терпеть. Плюс перед восхождением хорошенько кремом от загара обмазался – спасибо Асти и Алиске, чьи запасы этого стратегического ресурса пришлось ополовинить.

От кого тут такими незатейливыми методами маскироваться, ума не приложу. Хотя должен признать, на фоне стены я терялся, особенно издалека. Откуда знаю? Чисто из любопытства попросил Зевса спроецировать картинку со сканера глайдера мне на сетчатку. Алиска благоразумно держалась поодаль, но глаз с нас старалась не спускать, готовая в любой момент подогнать транспорт максимально близко. Техника безопасности наше всё, спросите у Мака. Как по мне, протащить на закорках пострадавшего целый километр (минимальная безопасная дистанция, установили опытным путем), да еще и по джунглям, хоть и весьма своеобразным, – достаточно сомнительная затея. Спросите, в чем своеобразность джунглей? Да элементарно в расположении деревьев. В обычных джунглях ведь как: есть гиганты с кронами в поднебесье, есть средний ярус – кусты, ну и травка под ними. Здесь же кроме представителей первой озвученной категории нет ни-че-го. Вообще. Одна лишь черная с фиолетовым отливом топкая почва между стволами, удаленными друг от друга где на двадцать-тридцать, где на пятьдесят, а где и на все сто метров. Высоко наверху деревья смыкаются кронами, причем тоже достаточно своеобразным способом – за счет то ли лиан, то ли воздушных корней. Точно так же, как и под землей, на глубине в десяток метров. Очень, кстати, забавно это выглядит на сканере, особенно в режиме ЗД-моделирования – этакий колоссальный пружинящий коврик из двух слоев. Впрочем, не суть. Главное, колонии нанов, обитающей в моем родном организме, система безопасности Предтеч не вредила, а потому и связи мы не лишились. Зевс даже намекал, что улавливает… нечто, но слишком слабое. Видимо, экранировка мешает. Собственно, поэтому я и полез на стену, хотя тот же Макдугал в скалолазании был куда опытнее меня.

Но хватит о грустном. Рывок, еще один… есть! Ледоруб в левой руке зацепился за край выступа, и я, подтянувшись, закинул на подозрительно гладкий камень правую ладонь. Опора оказалась не самой надежной, но я вонзил асико в следующую щель, выпрямил ногу и навалился на выступ грудью и левой рукой, выпустив ставший ненужным инструмент. Рукоятка чувствительно приложила меня по локтю, но я не обратил на это внимания. Вместо этого принялся шарить взглядом по ближайшему куску стены, стараясь вертеть головой плавно.

– Как там, Дэнни-бой?! – донесся до слуха глуховатый голос Мака – высоковато я забрался, так что для нормального обмена информацией глотку драть приходилось.

Как-как… не понятно еще.

«Зевс, есть что?»

«Визуальный осмотр аномалий не выявил, рекомендую органолептический метод».

Это я сейчас, это я запросто. Если Зевс говорит, что ничего не нашел, значит, всяческих сюрпризов типа шипов, мономолекулярных нитей или лужиц кислоты можно не опасаться. И прощупать выступ в буквальном смысле кончиками пальцев, в которых уже ощущалось знакомое покалывание – наны сконцентрировались под поверхностью кожи, готовые перескочить на новый объект. И с этим Зевс тоже справится куда лучше, от меня требуется лишь плавно елозить ладонью по камню.

«Стоп».

«Нашел?..»

«Чуть левее».

– Так?.. – не удержавшись, буркнул я вслух.

«Упорядоченная полиметаллическая структура, предположительно усилитель сигнала».

– Ч-черт!.. Зевс, давай живее… мокро.

Плевать на душевное спокойствие Мака, сейчас не до «текстового редактора». Да и не слышит он меня толком.

«Процесс завер…»

– Эй, Дэ-энни-и-и-и!..

Да чтоб тебя!!! Ставший вдруг невероятно скользким, почти как лед, камень поехал под руками – медленно, но неумолимо. Вернее, это я пополз по выступу, влекомый силой тяжести, и, несмотря на то что пару раз трепыхнулся, забрасывая вспотевшие конечности обратно, завалился спиной вниз, успев в последний момент выдернуть асико из щели. И все равно приятного оказалось мало. Вывиха голеностопов избежал, зато сполна насладился коротким свободным падением с последовавшим рывком страховочной веревки и связанной с ней «беседки», больно отдавшимся в позвоночнике, а потом еще и приложился о стену левым боком. Это уже спасибо Маку, который успел среагировать и немного стравить реп-шнур. Вот меня и мотнуло. С другой стороны, позвоночник в шорты не осыпался, а ведь мог. Плечо отбил, зато голова цела – не зря деактивированный шлем от десантного комбеза напялил, хоть и жарко в нем. Мля, больно-то как!..

– Дэ-э-эн!!! Ты там цел?..

– А сам-то…. как думаешь?!

Знаю, знаю, что он там подумал. Ругается, значит, все в порядке. Страховщик хренов, вот надо было под руку орать!.. Зевс-то хоть успел?..

«Процесс завершен».

Ф-фух. Гора с плеч. Еще раз лезть к уступу отчаянно не хотелось. Очень уж странным получилось падение. Я мог дать голову на отсечение, что поверхность камня сначала была сухая и шершавая, зацепился я надежно, да и лежал крепко. Так с чего пополз-то? Настолько вспотел, что пропитал потом камень? Не смешите мои тапочки. Во-первых, я в перчатках. Пусть и с отрезанными пальцами, но тем не менее. Пропитать хорошо выделанную кожу насквозь? А во-вторых, там такое ощущение было, как будто воды налито с полсантиметра. Или верхний слой камня поплыл, как асфальт в жару. Не, бред. Или нет?.. От этой планеты чего угодно можно ожидать. И даже нужно. Опыт, он такой. А тут еще интуиция. Ч-черт!

Помотав головой в тщетной попытке вытрясти из ушей пораженческие мысли, я ненароком скользнул взглядом над шапкой джунглей и застыл, прищурившись. Так-так-так… а это еще что?..

«Вероятность конденсационного следа неопознанного летательного аппарата – 92 %».

Вот спасибо, утешил.

«Зевс, у нас что, гости?»

«Материнское ядро сканирует дневную сторону планеты».

Н-да. «Молния» хоть и рейдер легендарных Архонтов, но далеко не космическая станция слежения. Да у него и задачи такой никогда не было. Так что не удивительно, что визитеров проморгали. Особенно если они в другом полушарии приземлились. Наш-то корабль на стационарной орбите. Их, кстати, тоже вполне может быть. Тогда шансов засечь его побольше. Но вообще странно: нас с Маком и с орбиты пасут, и Алиска страхует… глаз не сводят, можно сказать. Хм… а почему бы и нет? На нас сфокусировались, соответственно, зона охвата сократилась. А раз след, по словам Зевса, конденсационный, то он однозначно в верхних слоях тропосферы или на нижней границе стратосферы – там и температура подходящая, и влажность достаточная. А облака здесь есть, несмотря на отсутствие водоемов с испаряющейся жидкостью (по той же причине нет полярных ледяных шапок, хотя соответствующие перепады температур присутствуют), просто разнообразием форм не поражают, да и осадками не балуют. Вернее, если что-то и выпадает, то испаряется по пути, до места назначения почти не доходит. Тем не менее влажность у поверхности планеты почти везде одинаковая и довольно комфортная – примерно как в континентальной зоне той же Америки. Разница ощутима, конечно, но такого, чтобы в одном месте пустыня, а в другом – тропическая парилка, нет. Растения, опять же, вполне нормально себя чувствуют, в том числе и земные. Еще одна загадка, короче.

Это я все к чему? Да к тому, что конденсационный след здесь виден издалека. Плюс мне местные лишайникоподобные древесные гиганты обзор не закрывают… ну, почти. Так что демаскирующий признак я чисто случайно засек. А что это означает? Да что угодно. Незваные гости (хм, а мы сами какие?..) вполне могут как шифроваться (по любимому выражению Мака), так и не заморачиваться всякими глупостями, потому что тоже нас еще не обнаружили. Или обнаружили, но им параллельно. Или делают вид, что им параллельно. Или просто первичным осмотром заняты, тогда и нас могли засечь. Или обосновались на планете еще до нас, а теперь за нами следят. Или… да хватит уже. Главное, это точно не след от Алискиного глайдера – тот слишком близко к нам.

– Дэн, ты там чего?

– Мак, отвали! Эли, как слышишь, прием?

Да знаю я, что коммуникатор не работает. Зато у меня Зевс есть, лучший в Колониальном союзе ретранслятор сигнала. И наны, ретранслируемый сигнал генерирующие. Я вообще полон сюрпризов. Зато если кто-то что-то и увидел, так это она, поскольку над деревьями держится.

– На связи. Ты тоже туристов заметил?

Хм… Туристов ли? Днем, на глайдере, и именно в заинтересовавшем нас районе, хоть вплотную и не подлетели. Нас постеснялись, скорее всего, что автоматически снимало половину вариантов, ту, где мы остались незамеченными. Или просто косячнули и запалились нечаянно. В любом случае подозрительно смахивает на наводку. Так что вряд ли туристы, скорее конкуренты. Только их нам и не хватало.

– Радаром засекла?

– Да где там!.. Глазками, все глазками.

Понятно. Нас они, скорее всего, тоже через оптику засекли, потому и свернули вовремя, не засветились на приборах. Что тоже наводило на невеселые размышления.

– Так, радость моя, готовься нас подхватить. Зевс, напрягай капитана и Грега. Мак!!!

– А?..

– Спускай меня, в гости едем…

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

13 октября 2138 года, день

Как показало дальнейшее развитие событий, насчет гостей я погорячился – уж не знаю, где новоприбывшие (или старо?..) укрыли корабль, да и когда и где вообще умудрились проскользнуть в Систему, чтобы материнское ядро «Молнии» не засекло хотя бы остаточных сигнатур от маршевых двигателей, но факт оставался фактом: гостей мы до сих пор не нашли. А сами они к контакту не стремились – поскольку у нас запалиться возможностей было до фига и больше, ничем иным объяснить так и не случившееся знакомство не получалось. Да мы и не очень старались, если честно. Просто усилили бдительность – вон, Мак с «Калашниковым» тому доказательство – и продолжили работать в прежнем режиме. То есть занимались рутиной в окрестностях «пирамидок», в основном вблизи помеченной, а потом, осознав полную бесперспективность оного занятия, решили по Аномалии пошарить. Впрочем, об отсутствии перспектив я со зла ляпнул – Зевс таки умудрился внедрить колонию нанов во внутреннюю коммуникационную сеть объекта, вот только на этом дело и застопорилось – протокол передачи данных оказался настолько замудренным и ни на что не похожим, что он до сих пор над дешифровкой бился. Оттого, собственно, у нас и появилось время на исследование кусочка «Алабамы». Плюс кэпа с Грегом удалось успокоить – я ведь собственную команду в эти… дали дальние затащил как раз под предлогом в заброшенной Колонии пошуровать. На предмет утерянной технологии Предтеч, в полном соответствии с уставом объединения Оружейников, каковым мы по факту и являлись. И плевать, что я сын главы совета директоров Корпорации, под флагом которой наш экипаж действует. Любимчиков у нас нет, как говаривает периодически капитан Иванов. По той простой причине, что он всех одинаково недолюбливает. Приколист этакий.

– Дэн, ты тоже это видишь?..

Ну да, вижу, задумался просто. Рутина штука такая – и не заметишь, как в себя ушел, да и вернуться получается далеко не сразу, настолько посторонние мысли поглощают. Знаю, что непрофессионально, да ничего с собой поделать не могу. Зато приноровился работать на рефлексах – приобретенных, естественно. Вот как предыдущие битых два часа: пройти десяток-другой метров, вонзить щуп в почву, подождать, освободить пробозаборник. Повторить необходимое количество раз. Соответственно, преступно расслабился, чему способствовало немалое число благоприятных факторов – Мак, Бадди, наблюдение с орбиты и Зевс. Да и собственное периферийное зрение работало на полную мощность, общая задумчивость ему только в плюс, потому как ни на чем конкретном не зацикливался. Так что странный объект я заметил задолго до опытнейшего рейнджера Макдугала, не среагировал просто. Адекватно, я имею в виду. Так-то мозг на автомате проанализировал картинку, пришел к выводу, что непосредственной опасности нет, да и забил на раздражитель.

А раздражитель – вот он, рукой подать. В теньке, под редковатой кроной какого-то привнесенного с Земли дерева. В ботанике я слабо разбирался, а фокусировать взгляд на данном конкретном представителе растительного мира, чтобы Зевс его характеристику на глазной дисплей вывел, не видел надобности. Куда интересней выглядел объект прямо под ним – по обводам самый что ни на есть колесный кар в конфигурации внедорожника. И вот здесь я от дополнительной информации отказываться не стал – прищурился для пущего удобства, и впился внутренним взором в выпадающую менюшку у выделенного зеленым контура.

– Дэ-эн!..

– Да здесь я, здесь…

– Ну и что это за хрень?

– Зевс говорит, что «Тойота-Тундра», модель 2030-го. Гибрид с форсированным бензиновым двигателем, двухместный, кузов типа пикап.

– Хм… и так хорошо сохранился?

– А с чего ты решил, что хорошо? – Скользнув рассеянным взглядом по рассевшемуся неподалеку Бадди, я все же решил пустить в ход более подходящего исполнителя – попросту говоря, извлек на свет божий недовольно ворчащего Ваську. Ага, прямо за шкирку – даже рюкзак снимать не пришлось, только руку протянул. Опустив зевнувшего во всю пасть кошака на твердую опору, легонько наподдал ему ладонью под зад: – Васек, разведка.

Тот все понял правильно: припав к земле, втянул носом воздух и заскользил-заструился по чахлой траве, огибая самые жесткие стебли. И буквально сразу исчез из вида, не смотри, что черно-белый. Или как раз благодаря этому. К тому же еще и компактный (кто сказал тощий?!). Впрочем, локализовать его на трекере труда не составило: как и в случае с псом, кота тоже направлял Зевс. Да что и говорить, если бы не мой друг-искин, фиг бы у меня получилось зверье к работе припрячь. Особенно к выполнению обычно не свойственных им функций. Вот как сейчас, например: Васька аккуратно приблизился к внедорожнику (пока не доказано обратное, буду его так называть), принюхался, присмотрелся, а потом принялся его обходить по довольно широкой (естественно, в кошачьих масштабах) дуге. Сейчас я его все же видел, опять же спасибо Зевсу и «цифровому» зуму. Была, кстати, возможность вывести на мой боевой дисплей вид «из глаз», и мы даже как-то пробовали такой трюк провернуть, но быстро от этой затеи отказались – Васек, как и любая кошка, видел мир более размытым, да и цветовых оттенков различал куда меньше. Вроде бы и ничего страшного, но к такому изображению нужно было приноровиться, адаптироваться, а потом еще потерять время на восстановление собственного зрения, что в критической обстановке чревато. Поэтому в качестве оператора системы наблюдения «Basil-one» выступал Зевс – ему плевать на палитру. А тратить ресурсы нанов на преобразование картинки в удобную для меня форму мы тем более посчитали расточительным. Вместо этого Зевс в режиме реального времени строил ЗД-модель осматриваемого объекта, что оказалось куда полезнее простой картинки.

– Ну и что там? – снова не вытерпел Мак.

Видимо, зум во встроенном в забрало шлема цифровом бинокле его не устроил. Или просто молчать надоело.

– Тачка, – подтвердил я.

Как раз в этот момент Василий окончательно убедился в безопасности загадочного объекта и до того оборзел, что с разбегу замахнул на крышу пассажирского салона. Осмотревшись на новом месте, кот уселся в самой середине удобной обзорной площадки, обмотался хвостом и принялся усердно вертеть головой – больше от любопытства, нежели от беспокойства. Я собственного питомца за прошедшие годы изучил более чем достаточно, чтобы различать оттенки настроения по манере двигаться, так что знаю, о чем говорю.

– Интересно, на ходу? – загорелся Гленн.

– Сам-то как думаешь? – хмыкнул я в ответ. – Ей лет восемьдесят, если не больше. Наверняка живого места не осталось.

– Вроде неплохо выглядит…

Ага, вполне. По крайней мере, лакокрасочное покрытие целое, равно как и лобовое стекло. Дыр сквозных нет, фары на месте, даже покрышки на колесах в нормальном состоянии, разве что утонули в почве где-то на треть. Так что даже если фантастическое предположение напарника окажется верным, то вряд ли мы внедорожник из плена вызволим. Лопат-то у нас с собой нет. Плюс странно это, странно это, быть беде… ну ладно, влажность небольшая, ладно, пыли в воздухе почти нет, да и непогода с осадками явление скорее исключительное, нежели повседневное… но это все за границей Аномалии. А внутри вполне себе обычная землица, склонная к пересыханию и превращению в мелкий абразив. Не могла старушка настолько хорошо сохраниться, по определению не могла, особенно под открытым небом. И тем не менее факт оставался фактом: чуть тусклый лак на черной краске, да кое-где прилипшие мумифицированные листья от укрывшего артефакт дерева.

«Зевс, состояние объекта?»

«По внешним признакам удовлетворительное, Денис».

«А по внутренним?»

«Анализ полученных данных – 92 %… 93 %… завершен».

«Ну и?»

«Объект соответствует „Тойоте-Тундре“ модельного ряда 2030 года исключительно по внешним признакам».

Успокоил.

«Что ты имеешь в виду?»

«Затрудняюсь сформулировать. Тебе лучше своими глазами посмотреть, Денис».

Ну вот, дождались. От Границы на неполных три километра отошли, и уже загадки.

– Мак, похоже, это все-таки не тачка, – уже на ходу буркнул я.

– А что?..

Да кто бы знал… но точно не опасное – вон, Васька даже глазеть по сторонам перестал, занялся вторым по значимости делом, то бишь принялся тщательно вылизываться. И Бадди к непонятной штуковине отнесся с полным безразличием. Даже лапу поднять и пометить побрезговал, предпочел рядом с Маком потусоваться.

Шагов с десяти стало ясно, что мнимая «Тойота» составляет с землей под деревом единое целое. Ну, или ее специально на свеженасыпанный холмик загнали, так, чтобы она пузом на него села. А потом еще аккуратно набросали грунта в салон и в кузов-недомерок, не обделив вниманием и подкапотное пространство. Последнее обстоятельство проявилось, когда я подошел к загадочной инсталляции вплотную. Не поверив собственным глазам, попытался открыть капот, но не преуспел – такое впечатление, что крышка с кузовными деталями являлась единым целым, просто контур кто-то наметил, и все. А еще под нормальной почвой обнаружился смахивающий на обсидиан конгломерат. Такой же присутствовал в кузове и в салоне – определили мы это без труда, попросту сковырнув верхний слой. Щуп загадочную субстанцию не взял, но Зевс запустил на ее поверхность часть нанов и сумел-таки проанализировать состав. А потом с ехидным смайликом сбросил таблицу с перечнем элементов мне на дисплей.

– Н-да… – только и сумел я выдавить, изучив полученную информацию. – Мак, это хрен поймешь что. Профессор, вы меня слышите?

– Да, Дэни.

– Зевс вам инфу скинул уже?

– Естественно. Это нечто невероятное! Я такого еще никогда не видел! Нам нужно срочно взять нормальную пробу…

– Проф, проф, успокойтесь!.. – влез Мак. – Сейчас все будет. Только объясните, с чего такие восторги?

– Да с того, что это просто винегрет, – пояснил я, с трудом сместив взгляд с объекта на напарника. – Тут чего только не намешано – и пластик, и органика, и металлы, причем разные… и такое впечатление, что внутри монолита эти разнородные материалы расположены упорядоченно. Я даже не знаю, как описать… как в зародыше… или… вот представь: есть у тебя какой-то механизм, который ты бросаешь в чан с кислотой. И представь, что он у тебя начал растворяться не с поверхностных слоев, а сразу везде, во всем объеме. Только раствориться не успел – чуть расплылся, но общую форму сохранил. Вот тут примерно так и есть.

– Ничего не понял, но, видать, жутко интересно! – ухмыльнулся Мак. – Хотя про зародыш очень наглядная аналогия. Что дальше?

– А ничего, – отмахнулся я, соображая, с какой стороны подступиться к артефакту – проф про нормальную пробу не шутил. – По плану работаем. Сейчас кусок отколупаю, и дальше пойдем. Может, еще что занятное попадется.

– И никаких гипотез?

– Ха, мистер Макдугал! Вы меня просто поражаете – запомнить такое сложное слово!

– Уймись, трепло.

Да уже, собственно. Сказать оказалось куда проще, нежели сделать: перед псевдо-«Тойотой» спасовали и щуп, и верный мультитул, так что пришлось вооружиться компактной горелкой из арсенала Асти. Как в воду глядела, когда мне ее всучила перед выходом «в поле». А я, дурак, поначалу отнекивался, дескать, тяжелая да громоздкая, хотя по габаритам приблуда весьма смахивала на баллончик с краской.

– Гленн прав, Дэни, – поддержал моего напарника проф. – Давайте-ка посерьезнее.

– У вас предчувствие, профессор? – заинтересовался я, не прекращая орудовать горелкой.

Если это на самом деле так, то лучше не отмахиваться. Проф у нас тот еще интуит, особенно в части, касаемой безумных гипотез. Уже сколько раз на собственном опыте убеждался. А учитывая, что наш главный научник пропускает через себя всю добытую информацию, да еще умудряется ее каким-то образом разложить по полочкам в собственном мозгу, то лучше него никто не видит картину в целом. Так что наверняка у него уже есть предположения по поводу артефакта, просто пока делиться не хочет. И правильно – у нас уже даже некая технология мозговых штурмов выработалась: какое-то время каждый молча переваривает информацию, пока она не превысит некий критический уровень, а потом выдает на-гора гипотезу. Оные гипотезы подвергаются сравнению, жесткой критике и зачастую безжалостному разгрому, затем процедура повторяется. И так до тех пор, пока не остается единственно верное предположение. Но пока реально рано о чем-то говорить, нужно еще хотя бы пару подобных объектов на изучение. А еще лучше, находящихся на разных стадиях процесса. Вот тогда результат будет практически гарантирован.

– Ф-фух… вроде всё. – Вырезанный из двигательного отсека «Тойоты» монолитный обломок алел срезом, но боевые перчатки и не такое позволяли игнорировать. Впрочем, в карман добычу я покуда убирать не стал, в отличие от инструмента, да и от раскуроченного артефакта предпочел отойти – жаром от него тянуло нешуточным, если сканеру верить. – Ладно, Мак, погнали. И по сторонам поглядывай, надо еще таких поискать.

– Как скажешь, босс.

Это у него такой новый прикол, ага. Раньше он «в поле» командовал, на правах старшего по званию и более опытного. А теперь по званию мы равны, а по статусу я даже ровнее – все-таки акционер, причем владелец контрольного пакета. Плюс опыт, как известно, дело наживное. А мой почему-то еще и специфический, так что я мистера Макдугала догнал и перегнал. Вот он и ершится. А я и не против. В текущей миссии потерплю, а как вернемся, лично найму ему подручных. И пусть идет лесом с капризами. Меня натаскал, и с новенькими справится. Поноет, подуется, но справится. А попробует мне мозг вынести, получит адекватный ответ. За мной теперь не заржавеет, надо мной уже почитай два года две девицы издеваются. Иммунитет выработался, да и опыт, опять же специфический… или я уже это говорил?.. Да пофиг, все равно дальше идем, а заняться нечем – Мак и Бадди бдят, мне же проще и дальше на расслабоне, ни на чем конкретном не фокусируясь.

– Васек, место!..

Прохлаждавшийся на крыше псевдо-«Тундры» кот нехотя приподнялся, потянулся от души, выгнув спину, и небрежно перемахнул мне на плечо, подгадав момент, когда я проходил мимо. Мой верный питомец с самого нашего знакомства исповедовал принцип «лучше плохо ехать, чем хорошо идти», и никогда не упускал случая прокатиться на презренном двуногом. А тут еще уютный карман в рюкзаке – короче, сам кошачий Будда велел. Тем более что за обстановкой следить не надо, поскольку я пристроился в хвост Макдугалу, а тот, соответственно, плелся в арьергарде у Бадди. Так и пошли, на всякий случай не теряя бдительности.

…А вообще мне теперь редко выпадает такая вот ненапряжная работа. Я ведь сейчас, по сути, обыкновенный наблюдатель, сиречь двуногий видеорегистратор – шагаешь себе, размышляешь о всяком, параллельно скользя взглядом по окрестностям, а работает лишь подсознание. В полном, между прочим, соответствии с рекомендациями учебника юного рейнджера, гласившими, что при беглом многократном осмотре панорамы куда больше шансов заметить какое-то изменение, нежели если будешь вглядываться в горизонт до рези в глазах. Психология, м-мать!.. А у меня еще и Зевс – он с колонией нанов даже лучше, чем полиграф, на изменение моего физического состояния реагирует. А оное изменение имеет место всякий раз, когда подсознание что-то фиксирует. Я сам еще не осознал, что именно неправильно, то бишь глаз режет, а мой друг-искин уже проанализировал картинку и выделил нужное контуром. А в особо тяжелых случаях еще и подсветил. Очень удобно, кстати. Я даже придумал, как еще нанов попользовать к вящему своему удовольствию – засеял микроколонией прицельные приспособления «калашникова», и теперь у меня еще и усовершенствованный компьютерный прицел появился. Надежный и неубиваемый, не в пример маковой приблуде. Так что нечего мне пенять, что я себя слишком по-раздолбайски на необследованной (читай – условно враждебной) территории веду. Если разобраться, я даже боевому уставу корпоративной десантуры не противоречу. Так что имею полное право перемывать косточки своим благоверным, пусть и мысленно.

А что мне еще остается?! Их ведь целых две, и ни одна, как выяснилось, ни хрена не подарок. Ладно Асти, с ее тараканами я уже почти свыкся. Но Алиска! Блин, да знай я, что она такое учудит, фиг бы повелся на обещания и уж тем более не стал бы шуры-муры заводить. И ведь сколько раз обещал себе не идти на поводу у баб, но ведь нет! Вот что мне стоило отказать? Не тогда, на Нимойе, стоя у дареного катера – я, можно сказать, был в состоянии аффекта. Да и что там было-то? Обнимашки да практически невинный поцелуй. И больше ни-че-го. Просто потому, что чисто технически я в клубе «Амэя» подцепил вовсе не Элисон Баркли, а искина в теле специально выращенного клона. Алискиного, разумеется. А синтетическую личность звали (да и по сей день зовут, ибо живет и здравствует в Синоби-сити) Кийоко. Именно с ней у меня все и было, а Эли просто потом на грубость нарвалась, вознамерившись меня усыпить и умыкнуть. Вместо этого попалась сама, и была в процессе связывания частично обнажена. Всего лишь. Я даже сиськи у нее не видел, но вот поди ж ты, подсознанию оказалось пофиг, чья именно душа живет в данном конкретном теле. Девицы-то по всем внешним признакам тождественны, стало быть, чего стесняться? Короче, твердости духа не хватило, стоило лишь Алиске приложить минимум усилий. И ведь как мастерски сработала! Там взгляд, тут улыбка, здесь мимолетное, как бы невзначай, касание… и сам не заметил, как оказался в ее постели. В ее, обращаю ваше внимание, а не в моей. То есть на ее территории, в ее каюте, после ее душа. Ну и понеслось… короче, около двух месяцев мы и впрямь прожили как парочка. Я даже не постеснялся воспользоваться служебным положением и переселиться в отдельную каюту по соседству с женским сектором. И чисто случайно вышло так, что мы с Элисон жили буквально через стену. Да случайно, случайно, зуб даю. Асти обитала в следующем боксе, а дальше располагалось логово Мисс Лёд. Вот уж с кем, кстати, никаких проблем не возникло – у нашей медички у самой оказалось рыльце в пушку, хоть они с Грегом Слоуном и шифровались. Впрочем, от капитана свои отношения они скрывать и не думали, надо полагать, по той простой причине, что именно он и обустроил им потайную дверцу в смежной переборке. Но – тс-с-с-с! – это секретная информация. Грег не знает, что я знаю… Собственно, по их примеру и я собирался озаботиться аналогичным полезным девайсом, но обломался: жилой модуль у нас производства Корпорации STG, а не Архонтов, так что просто договориться с материнским ядром не получилось. Тут нужно было бригаду ремонтников привлекать, причем в силах тяжких – с болгарками и сварочными аппаратами. Но на столь откровенный демарш я не решился, ибо на тот момент являлся владельцем контрольного пакета акций без году неделю. Постеснялся, в общем. С чем себя, любимого, впоследствии неоднократно поздравлял. Почему? Да потому, что внезапно нагрянувшая страсть по прошествии времени куда-то испарилась. Быт заел, судя по всему. Причем сбежала как раз Алиска, я-то притерпелся и даже получал некое извращенное удовольствие. Нет, не от того, о чем вы подумали, а именно что от вороха проблем, сопровождающих любую особь женского пола, оккупировавшую половину мужского логова. Хотя тут я сильно преуменьшил масштаб бедствия – это поначалу было похоже на половину, но с каждым днем ареал бабьего обитания все расширялся и расширялся, и к концу второго месяца выяснилось, что живем мы не в каюте инженера-аналитика, а в филиале пилотского ада. Видимо, и до самой Алиски дошло, что она слегка – вот настолечко! – переборщила. И та в один прекрасный день просто-напросто ретировалась: собрала вещички и, улучив момент, когда на жилой палубе никого не было, перетащила пожитки к себе в каюту. В моей же тщательно прибралась, да так удачно, что я еще месяц после нее бардак разгребал. И все равно периодически рылся во всех возможных местах в поисках нужной мелочевки. Что характерно, в полном соответствии с законом Мэрианна всегда находил то, что не искал, зато потом, когда нужда в искомой мелочевке уже отпадала, та непременно попадалась на глаза. Причем там, куда бы я и не подумал заглянуть. Женская логика пострашнее атомной бомбы.

Короче, слиняла Алиска очень вовремя. Еще бы чуть-чуть, и не миновать грозы сразу из двух источников: мало того, что она меня чуть не довела до белого каления бытовой безалаберностью, которую предпочитала скромно именовать девичьей непосредственностью, так еще и Асти на нее ополчилась. Угроза натравить Мисс Лёд служила сдерживающим фактором лишь первые две недели, а потом на борту разгорелась самая настоящая холодная война. Надо отдать девицам должное, посторонних они в свои разборки не вмешивали, да и до горячей стадии противостояние ни разу не дошло (по крайней мере, драк не было). Зато бесконечные словесные перепалки, полные яда, презрительные взгляды и пренебрежительные усмешки являлись неизменными атрибутами их, хм, «общения». Но тут уже я пошел на принцип и разбираться с белокурой бестией не стал – большие уже девочки. Плюс Сьюзан посоветовала игнорировать обеих. Естественно, лишь по этому поводу. Дескать, пусть грызутся, на что-то более серьезное и каверзное сил не останется. И ведь как в воду глядела! Время всех рассудило: как только Алиска от меня сбежала, Асти растаяла и даже проявила к соседке иной, нежели чисто гастрономический (на предмет сожрать с потрохами) интерес. Короче, приятельствовать они начали, а я убедился, что в Астрид всего лишь собственнический инстинкт взыграл.

Я было вздохнул с облегчением, но вскоре все запуталось еще сильнее. Какое-то время ничего не происходило, а потом, в одно далеко не прекрасное утро, я снова проснулся с Алиской. И в этот раз, что характерно, в ее каюте. Из которой и был незамедлительно выпровожен с наказом не воображать себе ничего такого – мы свободные люди и между нами лишь ни к чему не обязывающий дружеский секс. Дружеский, народ! Вы вдумайтесь только. Лично я был в шоке. Ну не привык к такому. В моем понимании отношения это отношения, какими бы мимолетными они ни были. А в ее, выходит, это всего лишь дружеская услуга, которую я ей оказываю. А она, соответственно, мне. Ох-ре-неть!.. Я был настолько ошарашен девичьим легкомыслием, что и не подумал отнекиваться, и отныне подвергался регулярным домогательствам, когда раз в неделю, а когда и чаще. Причем, что интересно, в данном вопросе Эли считала меня равноправным партнером, а потому и в моих – достаточно редких – аналогичных просьбах не отказывала. Баш на баш, как говорится. И так сложилось, что периодические постельные забавы оказались нашей единственной формой межличностного общения. На работе мы были начальником и подчиненной, а после нее Алиска предпочитала оставаться кошкой, которая сама по себе. Да что говорить, она с Маком и даже с Асти проводила гораздо больше времени, чем со мной. С ними у нее, видите ли, были общие темы для разговоров, а со мной-то о чем беседовать? О компьютерах, Бирже, акциях и тому подобной чепухе? Спасибо большое, на работе наелась… тьфу!.. Хотя вскоре я начал думать, что это она таким образом страховалась от развития отношений. Ну вот нафиг ей не надо замуж и детей, или чего еще похлеще. Быстро просекла, шельма, что быть женой наследника крупной Корпорации та еще морока. Если не прямо сейчас, то в будущем точно. А оно ей надо?.. Как ни парадоксально, мотивация у нее оказалась схожей с Асти, правда, та считала себя недостойной такой чести. А Алиска, получается, обузы для себя не хотела. Подходы диаметрально противоположные, а результат одинаковый. Женщины!..

Ага, вроде остыл вырезанный кусок, можно и в карман сунуть… о чем там я?..

…Маман еще бензинчика в огонь плеснула – Асти ей в свое время очень даже понравилась. Планы же относительно обустройства моей личной жизни родительница всегда строила далеко идущие, причем очень быстро и не спросив меня. А тут нате вам: практически уже все, захомутали, стреножили, тащи тепленького под венец! И фигушки. Разрыв шаблонов, однако. Мария Смалькова к такому не привыкла. Кое-как отбрехался, умудрившись не засветить дружеские шашни с Алиской, а то вообще бы труба.

Но добили меня не эти две представительницы женского племени, а вовсе даже третья – та, кого я уже мысленно представлял в статусе собственной половинки. До известных событий, разумеется. Мало того что Асти оказалась сверхмнительной натурой, добровольно от меня отказавшейся после знакомства с моей матерью. Мало того что пошла она на этот радикальный шаг, чтобы маман не подумала, что она охотница за наследством и вообще я ей не нужен, а интересуют ее только мои деньги, пусть и потенциальные. И даже мало того, что такие тараканы мне ни до, ни после не попадались. Ко всему прочему моя благоверная (?) оказалась еще и садомазохисткой. Нет, не в плане каких-то противоестественных наклонностей – ни кожаных плеток, ни наручников, ни специальных свечей для истязаний у нее не было и нет. Садомазохизм был чисто психологическим. То есть она не только сама мучилась от неразделенных (якобы) чувств, но и мне житья не давала. Проявлялось это весьма специфически: время от времени, с периодичностью когда в месяц, а когда и больше, я оказывался уже в ее постели. Помню, как это произошло в первый раз. Как раз накануне Алиска от меня сбежала, и я какое-то время пребывал в нервной задумчивости: как, почему, зачем? Да и что делать, в конце концов? Ну и потерял бдительность. Шел себе по коридору жилого модуля, никого не трогал, и сам не заметил, как был схвачен чуть ли не за шкирку и затянут в каюту. А потом попал в миниатюрное торнадо, настолько беспардонно меня облапали, заткнули рот поцелуем, а потом еще и на лежанку швырнули. И откуда столько силы взялось! Короче, заездила она меня в тот вечер знатно. И знаете, я ведь даже вновь начал питать надежду – чувства, как выяснилось, никуда не делись. Но тщетно – она растаяла как дым уже на следующее утро, когда Асти без каких-либо пояснений вытолкала меня взашей. Ладно хоть по примеру Алиски не начала втирать про независимость и дружбу. А потом снова на месяц как отрезало. Зато с Алиской друзья. Подколодные, если позволите так выразиться. Но лучше уж пусть так, чем холодная война. После того случая я слегка (не долго) поохреневал, а потом наплевал и забыл, смирившись с дружеским использованием со стороны пилотессы. Ровно на месяц. Оказавшись же в Астиной койке повторно, попытался расставить все точки над «ё», но был немедленно послан далеко и надолго. Ага, еще на месяц. Соответственно, в следующий раз поступил умнее, затеяв разборку еще до того, как оказался использован. Не прокатило – Асти пропустила мои гневные слова мимо ушей, прямо-таки принудив к интиму, а по окончании, хм, процесса снова спровадила. На сей раз вообще беспардонно – вытолкнула за дверь, всучив ворох одежды. Чертова садистка! Но не драться же с ней, в конце концов? Да и не хотел я. Больше скажу, во мне по-прежнему пылала безумная надежда, что взбалмошная блондинка наконец успокоится, разберется в себе и предложит хоть какой-то выход.

Не важно, какой, но чтобы кончились вот эти внезапные порывы страсти. Ведь я видел, что ей отчаянно не хотелось меня отпускать, но она себя пересиливала. А впоследствии вообще додумалась выгонять со скандалом – цепляться к словам моя ненаглядная (?) всегда умела. Я первый раз натурально… офигел, так скажем. Потом понял, что это у нее такая защитная реакция, и она себя специально накручивает, чтобы не поддаться эмоциям, и оставил демарши без последствий. Пожалел дурёху. Хотя конечно раньше я в ней мазохистских наклонностей не замечал.

Так с тех пор и живем – по факту уже почти два года. Асти как та собака на сене – и сама не ам, и вам не дам. Я-то со всей душой, чувства со временем, такое впечатление, все больше крепчали, видимо, в силу запретности плода. А она ни в какую. Даже от отчаяния Свена попытался привлечь. Уж на что тот упрямый и за кровиночку кого хочешь порвет, но даже он посоветовал не париться и дать ей перебеситься. И это родной отец, больше всех заинтересованный в счастье единственной дочери! Тогда-то я и осознал окончательно, что в данном случае переупрямить упрямицу не получится. А как повернуть ситуацию таким боком, чтобы она сама передумала, я не имел представления. Видимо, плохо меня этому искусству Грег Слоун обучил. В итоге я пришел к выводу, что ничем в этой ситуации любимой (?) помочь не в силах – хочет заниматься самоистязаниями, ну и флаг в руки. Мне же оставалось только пожалеть девчонку. Ну и по возможности не усугублять ни ее, ни свое положение. Это, кстати, тоже на собственном опыте прочувствовал – как-то раз заупрямился и не дал затянуть себя в каюту. Так она потом неделю ходила мрачнее тучи. Думал, или Алиску пристукнет, или с собой что-нибудь сотворит. Но вроде отпустило. А я решил до крайностей больше не доводить. Впрочем, Мак со свойственной ему циничной прямолинейностью обозвал меня болваном и посоветовал быть мужиком, что в его понимании означало немедленное овладение предметом воздыханий, невзирая на оного предмета чаяния. Потому как «…бабы только и могут, что мозги нашему брату сношать». Убедившись же, что внушение действия не возымело, заклеймил меня тряпкой и зарекся лезть в амурные дела. Тем более что его они никаким боком не касались – наша старая каюта находилась теперь в его полном распоряжении.

Что самое интересное, Алиска восприняла такое отношение со стороны бывшей как само собой разумеющееся. Когда я попытался после первого Астиного «срыва» намекнуть пилотессе, что все, хватит такой дружбы, я вроде бы к зазнобе возвращаюсь, та в ответ заявила, что я дурак и ничего в женской психологии не понимаю. Типа, нечего питать несбыточные надежды. И вообще, хватит увиливать от дружеских обязательств. Короче, закончилось все как всегда. И продолжилось, что характерно.

Чертовы бабы! Я даже от отчаяния попытался подбить Мака на шашни с Эли, но тот, не будь дурак, послал меня еще дальше, чем та же Асти. Ему и на шариках и прочих космических станциях добычи хватало, а обременять себя отношениями, и в особенности такими, как у меня, он совершенно не желал. Капитану же я сам жаловаться счел ниже своего достоинства. Свен, как я уже упоминал, оказался в этих делах слишком мягкотелым. И получился у нас замкнутый круг. Воплотился в реальность мой самый главный страх – оказаться внутри порочной системы. И никак из нее не вырваться. По крайней мере, лично я выхода не видел. Даже вздумай я Алиску уволить, ничего бы принципиально не изменилось – позиция Асти крепка как никогда. Тараканы у нее в голове откормились и заняли все доступное пространство. М-мать, разогнать бы всю эту шоблу! Но ведь коллеги не поймут, и особенно остальные два акционера. Кто я такой, чтобы из-за собственных проблем на личном фронте рушить сложившуюся высокопрофессиональную команду? Да и что, собственно, за проблемы? Так и представляю ироничную ухмылку кэпа: зажрались вы, молодой человек-с. Вас две такие красотки поочередно пользуют, а вы возбухать изволите-с? Ну-ну… А Грег Слоун еще и глаза страдальчески закатит, мол, мне бы твои проблемы…

– Дэн, еще одна!

– А?.. Что?.. – Я заозирался по сторонам, среагировав на голос Мака, и сразу же наткнулся взглядом на очередной артефакт, выделенный зеленым контуром.

– Эй, ты чего это? – не на шутку встревожился Гленн. – Дэнни-бой, ну-ка, просыпайся! Подведешь под монастырь, что я потом кэпу скажу?

– Все, все, я в норме…

Блажен, кто верует, ага. Себе-то можно не врать. Ни фига я не в норме. Стоило только задуматься о хитром (чертовы бабы!), и все, поплыл. Так не пойдет. Не на увеселительной прогулке, в конце концов. Так и влипнуть недолго.

– Уверен?..

– Да отвали уже! Васька, разведка…

На сей раз, как я и надеялся, нам достался артефакт на следующей стадии «развития» – буду для краткости так этот процесс называть. Идентичная первой находке вплоть до дефектов на краске «Тундра» вросла в землю колесами и мостами, в остальном же являла собой самый обычный внедорожник, опасный не более любого другого автомобильного собрата. Это стало ясно уже после первичного котообследования, да и Бадди предварительный вывод подтвердил, невозбранно забравшись под черную бандуру. Чего он там искал, так и осталось неизвестным, но и задерживаться в сомнительном укрытии пес не пожелал. Скорее всего, унюхал что-то, причем не сам, а Зевс. Кстати, еще одно направление совершенствования Зевсового софта – искин потихоньку составлял банк запахов, чтобы впоследствии использовать Бадди в качестве совершенного обонятельного сенсора. Вот только работы еще непочатый край – все, что можно, на борту «Молнии» они уже обнюхали, да и во всех остальных местах не упускали возможности пополнить базу данных. Короче, все бы ничего, если не обращать внимания на заменившие колеса странные оплывшие «ноги», смахивавшие в нижней половине на черно-серых слизняков.

– Мак, посмотришь?

– Давай сам.

Продолжать напарник не стал, но я и так посыл уловил: работай давай, начальничек, а то уже вообще мышей не ловишь. Еще чуть-чуть, и засыпать начнешь на ходу. Ладно, просыпаться так просыпаться. Тем более что в груди защекотало – а это, доложу я вам, первейший предвестник чего-то действительно интересного. Давненько я этого забавного ощущения не испытывал, не соврать бы, с полгода как. А на Элве внутренний детектор вообще молчал, скорее всего, ввиду полной неопределенности. Понятно, что тайны тут на каждом шагу… данный фактор и послужил ограничителем – фигурально выражаясь, сенсор забило помехами. А здесь вдруг сработал…

Ну-ка, что тут интересного?.. Да, собственно, все – начиная с состояния лакокрасочного покрытия. Идеального и почти без пыли – серый налет, такое впечатление, в одну песчинку толщиной. В салоне и под капотом девственная чистота, как будто они герметично закрыты. Хотя почему как будто? Так и было, пока мы не появились – уплотнения сохранились в идеальном состоянии, такое впечатление, что до меня никто ни разу не открывал тот же капот. А салон вообще наполнился атмосферой с характерным хлопком, стоило лишь потянуть за ручку водительской дверцы. Немудрено, что в таких условиях интерьер предстал в первозданном блеске. Равно как и машинерия – что движок внутреннего сгорания (рядная наддувная «четверка», если это кому-то интересно), что генератор, от него запитанный. Стандартная для тридцатых годов прошлого столетия схема, к которой шли четыре с лишним десятка лет – так называемый последовательный гибридный привод, при необходимости позволявший полностью исключить из работы бензиновый двигатель. Лишь бы заряда в накопителях хватало. В этом, собственно, и состояла основная беда – не было у людей достаточно емких и долговечных батарей. Сейчас-то появились – вон, мой запасной энергоблок взять: его половинного заряда с лихвой хватило бы на две-три сотни пробега по пересеченной местности. Конкретно этого не самого легкого и достаточно габаритного аппарата, прошу заметить. Проводка тут, кстати, простейшая, ничего не стоит запитать тяговый электродвигатель (или, что вернее, четыре мотор-колеса) напрямую от такой батарейки, минуя генератор и встроенный накопитель. Жаль только, ничего из этой затеи не выйдет – автомобиль намертво врос в почву. А было бы неплохо…

– Мак, смотри какая прелесть! – окликнул я напарника, вдоволь налюбовавшись начинкой моторного отсека. – Можно сказать, муха не сношалась.

– На ходу? – изумился тот. – Иди ты!

– Не, обломайся пока, – спустил я товарища с небес на грешную Элву. – А вот со следующей, думаю, можно будет попытаться. Если привод от коррозии не заклинило – здесь-то не разберешь.

– Угу…

Впрочем, едва приблизившись к находке, Мак обо мне и думать забыл – забрался в салон и принялся играться кнопками, рычажками и джойстиками, коих оказалось неожиданно много для столь простого аппарата. Действо сие напарника увлекло всерьез и надолго, я даже скучать начал. Потом, правда, нашел, чем себя занять – вооружился щупом и попытался выяснить, насколько глубоко машина «укоренилась». Результат получился неожиданным: где-то на глубине в полметра слой типичного суглинка превратился в смесь оного с той самой загадочной субстанцией, что шла на Элве в качестве почвы, а потом и вовсе уступил ей место. А «колесо», судя по построенной Зевсом трехмерной модели, имело форму капли наоборот, как будто она из толщи планетарной коры вверх стремилась. Впечатлившись увиденным, я переместился от переднего левого к заднему правому «колесу» и повторил опыт. Что характерно, с абсолютно аналогичным результатом.

– Нарыл чего, Дэнни-бой?

Ага, Мак соизволил от игрушки оторваться. Странно, кстати, что профессор до сих пор голос не подал…

«Профессор Куатье занят анализом информации из четырех независимых источников. Думаю, даже для него это перебор».

«Спасибо, Зевс, ты настоящий друг».

«Не за что, Денис».

Четыре независимых источника, надо же! Щуп, Васька, Бадди… а, еще камера на шлеме Гленна. Все сходится, в общем.

– Хьюстон, у нас проблемы!..

– Отвали, Мак, нормально все, – сбросил я задумчивое оцепенение. Иногда мистер Макдугал бывал излишне назойлив, но ему простительно. – Сам чего выяснил?

– Ты будешь смеяться, Дэнни-бой, но внутри у этой малышки… – ударил он обеими ладонями по рулевому колесу, – все в полном порядке. Я не поленился подключить тестер, и он показывает, что хоть сейчас в путь. Ни одна подсистема не отказала, представляешь?.. Такое впечатление, что все это несколько минут как с конвейера.

Я невозмутимо ухмыльнулся и дернул плечом, мол, чего тут такого? И покруче видали.

– Чего ты лыбишься?! – возмутился Мак. – Восемьдесят лет прошло как минимум, как сюда эту тачку доставили! Не могла она так сохраниться! Уж поверь моему опыту, кожа на сиденьях должна была если не истлеть, так хотя бы пересохнуть и потрескаться. Знаешь, в каком состоянии были ножны фамильного палаша, когда он мне достался?

– Могу представить.

– Вот! – обличительно ткнул в меня пальцем Гленн. – А здесь, такое впечатление, все в вакуумной упаковке хранилось.

– Не так уж ты и не прав…

– В чем?

– Во многом, – отмахнулся я, складывая щуп. – С вакуумом, например, угадал. А вот насчет того, что эту малышку сюда доставили…

– У вас уже есть гипотеза, Дэни?.. – опередил Мака проф Куатье.

– Наметки, – не стал я раскрывать карты. – Надо третий артефакт поискать, чтобы вывести закономерность. Ладно, народ, погнали! Васек, место!..

На сей раз, чтобы опять не облажаться, я решил идти в авангарде, отпустив чуть вперед одного лишь Бадди. Василий снова устроился в рюкзаке, а не на шутку озадаченный Мак слегка приотстал. Впрочем, он быстро исправил это упущение, пристроившись рядом.

– Ну-ка, Дэн, колись!

– По поводу?

– Почему я прав с вакуумом?.. Чтоб тебя!..

– Под ноги смотри, – попенял я напарнику. – И вообще, не спи на ходу.

– Кто бы говорил! – немедленно огрызнулся тот. – И не увиливай от ответа.

– Я думаю… нет, я уверен, что и под капотом, и в салоне был вакуум. И образовался он одновременно с машиной. То есть изначально в замкнутых объемах не было атмосферы.

– Интересно, как это возможно? – усомнился Гленн.

– А вот этого я пока не знаю, – разочаровал я напарника. – Есть предположение, но я его пока придержу. Равно как и мысли насчет появления здесь этой техники.

– Ой, вот только не надо мне пудрить мозг с трансмутацией! – возмутился Макдугал. – Уж я-то знаю, где ты тот ролик с фанатиками откопал.

– Тс-с-с!.. Не пали контору.

На этом разговор сам собой заглох, и дальше мы шагали молча, обшаривая окрестности теперь уже внимательными взглядами. И, что самое приятное, еще через пару километров неспешного марша наши усилия были вознаграждены: очередной клон черного монстра пребывал на заключительной стадии «эмбрионального развития» и по факту был готов к «рождению». Задействованные по проверенной схеме питомцы подтвердили отсутствие опасности, и к внедорожнику мы с Маком ломанулись чуть ли не бегом.

– Красотка! – не сдержал восторга Гленн, с ходу рванув водительскую дверцу. Застыл, впечатленный хлопком заполнившей вакуум атмосферы, и тут же решительно полез в салон. – Дэнни, я обещал тебя прокатить с ветерком?

– Не помню, – буркнул я. – И это, не радуйся пока. Надо посмотреть, что с ходовой частью. Да и расходники неизвестно, в каком состоянии.

– В каком бы ни были, на прокатиться хватит! – оптимистично заявил Мак. – На топливо нам пофиг, от батарейки запитаем. А трансмиссии как таковой тут нет.

– Зато подшипники есть.

– Угу, необслуживаемые.

Хм… похоже, в этом напарник прав. Но проверить не мешает. Двигатель внутреннего сгорания нас не интересует от слова вообще, хотя с учетом вакуума и в нем масло должно нормально сохраниться, а вот в мотор-колесах вполне могла проявиться коррозия. Хотя, опять же, твердые смазки, маслонасыщенные антифрикционные материалы… по идее, необслуживаемые подшипники на то и необслуживаемые, чтобы о подобных проблемах не задумываться. Но лучше запустить нанов и развеять последние сомнения.

«Зевс, сколько времени нужно на полный анализ технического состояния?»

«Недостаточно исходных данных, но по предварительным расчетам – от десяти до сорока минут».

Нормально. Если получится потом хотя бы плохо, но ехать, потеря сорока минут не будет критичной. Вот если обломаемся, то другое дело. Хотя что нам мешает вызвать Алиску на катере и вернуться на «Молнию», а завтра начать с того же места? Сразу в центр аномалии на воздушном транспорте я бы все равно не рискнул соваться – если до сих пор мы на неприятные сюрпризы не нарвались, это вовсе не означает, что таковых не будет в дальнейшем. Особенно памятуя о том обстоятельстве, что как раз там положено быть «пирамидке». А тут еще и законы Паддера вспомнились: все, что хорошо начинается, кончается плохо. А все, что начинается плохо, заканчивается еще хуже. Мерфология такая мерфология! По любому поводу найдется подлянка. А конкретно эта вообще про нас, в чем неоднократно уже на собственном опыте убеждался. Хотя, с другой стороны, я до сих пор жив… но это может быть и вступительной частью первого процитированного закона – еще далеко не вечер. В переносном смысле, разумеется. В любом случае придется подождать. А делать это гораздо веселее в компании. Так что не отвертеться мастеру-рейнджеру Макдугалу от дружеских подначек…

Дверь со стороны пассажира открылась столь же легко, как и водительская, разве что звуковых спецэффектов не воспоследовало. Да и тесновато в кресле оказалось – поначалу, естественно. Потом я разобрался, за что потянуть и куда нажать, чтобы отодвинуть сиденье в крайнее заднее положение и относительно свободно на нем развалиться. От снаряжения избавляться не хотелось, так что с рюкзаком в качестве прокладки между моей спиной и анатомической спинкой сидушки пришлось смириться. Разве что «калаш» на коленях пристроил, да там и забыл, поскольку сразу же отвлекся на занятный приборчик, торчавший в верхней части Торпедо. С виду обычный сенсорный экран, да и кнопка рядом украшена до боли знакомым значком – гадом буду, кнопка «Вкл.». Так и оказалось – приблуда отозвалась на первое же касание, и на дисплее высветился характерный логотип в виде стилизованной «Т», заключенной в овал, быстро сменившийся стандартным интерфейсом медиасистемы.

– Ха, а я-то думал, она дохлая! – незамедлительно прокомментировал событие Мак. – Хочешь радио включить?

– Бессмысленно, – отмахнулся я. – Пробовали уже. Лучше посмотрю, что в памяти…

– Пустота, – поскучнел Гленн. – Это же все напрямую с конвейера…

– Знал бы ты, приятель, насколько прав насчет «конвейера», – буркнул я себе под нос, не забывая тыкать пальцем по сенсорам. – Ага!.. Получите, распишитесь!

Как это у большинства производителей и водится, все установки аудиосистемы пребывали в положении «среднее», но и его с лихвой хватило, чтобы вызвать у нас с Маком нервический смешок – динамики с первой же секунды оглушили диким гитарным запилом, а потом еще и басами по барабанным перепонкам вдарили. Пришлось лихорадочно выкручивать звук почти на минимум, а потом еще и по меню шарить в поисках чего-нибудь более удобоваримого, нежели разнузданный блэк-металл с гроулингом. Последовательно перебрав что-то из рэпа, электроники и этники, я остановил выбор на тягучем блюзовом мотиве, не испорченном вокалом, и с облегчением откинулся на спинку сиденья.

– Эх, хорошо!..

– Ага, – поддакнул Мак. – Только запалились знатно.

– Забей. Перед кем тут палиться?

– Тебе напомнить?.. – съехидничал напарник.

Вот уж без чего обойдусь… впрочем, головомойку мне кэп устроил знатную, захочешь из памяти выбросить, и все равно ничего не выйдет…

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва), за четыре дня до событий

– Хорошего мало, Денис. И ты это осознаешь не хуже нас.

Михаил Владиславович Иванов – капитан и владелец нашей славной посудины, сиречь рейдера «Молния» – проигнорировал протянутый Грегом Слоуном стакан (это с односолодовым двенадцатилетним виски!) и принялся раздраженно барабанить пальцами по подлокотнику роскошного кожаного кресла. Мистер Слоун, подвизавшийся на должности финансового директора объединения, с сомнением покосился сначала на емкость, потом на меня, но все же решил, что совершеннолетний владелец контрольного пакета предприятия и элитный напиток в одной точке пространства-времени в конфликт не вступят. Я, естественно, отказываться не стал, когда еще такой случай представится! И дело даже не в том, что у меня нет доступа к бару гостевых апартаментов (фиг вы угадали), а в очередном, пусть и незначительном, торжестве справедливости. Если кто не понял, мой статус равного среди равных только что лишний раз подтвердили. А таких фактов за те три года, что я проторчал на «Молнии», раз-два и обчелся. Очень уж неохотно старики-оппозиционеры, науськанные папенькой, до такого снисходили. Опять же, сильно подозреваю, из чистого уважения к Виктору Андреевичу Смалькову, председателю совета директоров Корпорации «Спейс Текнолоджиз Групп», к которой объединение пусть и формально, но принадлежало. К тому же всех троих, насколько я понял из скупых обмолвок, с младых лет объединяла дружба. Так что неудивительно, что два старпера взяли надо мной шефство. Ну, как они это понимали, естественно. И хотели, как лучше. И вообще, вели себя как няньки. Тьфу, зла не хватает! Тренер дядя Коля надо мной никогда так не трясся, наоборот, предпочитал действовать по принципу «авось сам выплывет». А эти как наседки, только и знают кудахтать. И почему это меня постоянно подмывает над ними поиздеваться? Прямо даже не знаю…

Едва завладев стаканом, я демонстративно плюхнулся на диван, расположенный напротив кресел Грега и кэпа, отсалютовал обоим емкостью и не менее демонстративно сделал хороший глоток, предварительно покатав виски по рту. Капитан нахмурился, но я оставил это без внимания. Если каждый раз пугаться, инстинкт самосохранения атрофируется. К тому же, буду честен с самим собой, и пострашнее видали.

– Я склонен согласиться с Майком, молодой человек.

– Да сколько угодно, – пожал я плечами, повторно отдав должное односолодовому. – Господа, я решительно не вижу проблемы. За исключением нашего неизменного конфликта поколений.

– Прикинь, Грег, он не видит! – притворно изумился кэп. – Такой молодой, а уже проблемы со зрением.

– Ты к нему несправедлив, Майк, – не согласился мистер Слоун. – Не в зрении дело. Тут с мозгами напряженка, да и с манерами туговато. Может, соизволите проявить к старшим каплю уважения, Денис?

– Безусловно, мистер Слоун. Как только вы перестанете устраивать цирк с конями всякий раз, когда я прихожу с каким-либо предложением.

– Заслужи сначала, пацан!

– А это в вас, Михаил Владиславович, все еще обида за бездарно продутое пари говорит. Пора бы уже и смириться с фактом.

– Хватит! – Капитан хлопнул ладонью по подлокотнику, неторопливо выпростался из кресла и принялся неспешно вышагивать по каюте, заложив руки за спину. – Действительно, цирк с конями! Денис, если ты настаиваешь, то я разложу ситуацию по полочкам.

Ну-ну, любопытно. Вообще-то наш капитан вполне адекватен. Ну, по большей части. Но иногда на него накатывает, и тогда к нему лучше прислушаться. Интуиция у него не хуже моей, а может и лучше. Он у нас природный псион, в отличие от меня. Я по большому счету читер. Без нанов и Зевса никуда, зато более универсален – у кэпа прямая связь только с материнским ядром «Молнии», а у меня с любой доступной техникой. Правда, сначала надо поиметь тактильный контакт, чтобы ботов подсадить. Вот такая любовь на расстоянии. Но на борту капитан царь и бог, этого не отнять. Да вот хотя бы сейчас: не переставая вышагивать, даже не меняясь в лице (разве что лоб чуть наморщил), Иванов усилием мысли активировал голопроектор, и половина помещения, не обремененная предметами роскоши, превратилась в объемное изображение области Млечного пути, занятого Колониальным союзом и пограничными территориями. Изображение, повинуясь невысказанному желанию кэпа, чуть померцало, переливаясь всеми цветами радуги, потом подсвеченная зеленым область скачком приблизилась, обретя четкость. Объемная вуаль превратилась в плотное скопление разноцветных точек, символизирующих отдельные звездные системы согласно классам светил, и капитан, не обращая внимания на метаморфозы каюты, продолжил прерванную мысль:

– Это у нас, если кто-то вдруг не знает, седьмой звездный сектор. Одна из задниц Галактики, фигурально выражаясь. Чего ты морщишься, Грег? Суровая правда жизни, и ты прекрасно знаешь, что я прав. На всю область одна полноправная Колония, и пять систем со статусом пограничных территорий. До ближайшей корпоративной планеты больше сотни парсек. Для большинства кораблей это дорога в один конец, дозаправиться просто негде. Захолустье с большой буквы «3». Глушь. Местным здесь делать нечего, у них едва хватает ресурсов на освоение домашних миров, Корпорациям тоже не до здешних богатств, логистика слишком дорогая. Я вообще не уверен, что до нас в этой системе кто-то бывал. У нее даже названия нет, один только номер по каталогу Дрейпера, еще земному.

Как бы в доказательство слов капитана объемное изображение вновь увеличилось, выводя на передний план систему оранжевого гиганта, окруженного десятком планет. Всплывающая менюшка продемонстрировала номер звезды: HD 96127.

– Внимание, вопрос: кто и что может искать на экзопланете HD97127d?.. А это что еще такое? – Капитан недоуменно уставился на косматый оранжевый шар, занявший почти треть каюты, и сферу поменьше, подсвеченную зеленым и красующуюся бейджиком с надписью «LV-427». – Денис, твоя работа?

– Никак нет, – отперся я. Посмаковал очередной глоток и сдал бывшего соседа с потрохами: – Это все Мак. Мастер-рейнджер Макдугал, сэр!

– Что эта тарабарщина значит?

– Ну, вы же знаете нашего Мака. Он фанат ретрофильмов, особенно фантастики. Вот и решил воспользоваться случаем. LV-426 – это планетоид, на котором команда «Ностромо» нашла корабль Жокеев и яйца ксеноморфов. И все завертелось.

– А я говорил, что к нему нельзя никого подселять, – счел нужным заметить Слоун. – Испортил мальчишку.

– Это я еще вовремя слинял!

– Чья бы корова мычала, – буркнул капитан, оставив мою реплику без внимания. – Сам-то давно от зависимости избавился?

– Ну, пораньше некоторых…

Ух ты! Я, конечно, подозревал, что Гленн Макдугал личность по-своему уникальная, но не думал, что все настолько запущено. Хотя Мак кого хочешь плохому научит, особенно когда скучно и заняться нечем. За эти годы я какого только трэша не насмотрелся, и все из времен, предшествовавших Исходу. А что делать? Детские привычки не искоренить, а у них на Нова-Скоттии порядки настолько суровые, что мелюзге до чего-то современного просто не добраться. Вот и шарятся по архивам, выискивают всякое. Настолько старый контент даже тамошним отмороженным на всю башку законотворцам запретить в голову не пришло. Наоборот, объявили всеобщим культурным достоянием.

– Ладно, вернемся к нашим баранам, – предпочел замять тему капитан. – Повторяю вопрос: кому и что понадобилось в Богом забытой системе на планетоиде…

– Элва.

– Что, прости?

– Это я так планету назвал, капитан. Эл-вэ, Элва. Каждый раз цифры озвучивать язык сломаешь.

– И по какому же праву? – осведомился кэп, подавив тяжкий вздох.

– Как говорит Мак, кто первым встал, того и тапки.

Со стороны кресла Грега Слоуна послышался сдавленный всхлип.

– Научил на свою голову, – поморщился Иванов. – А, пофиг уже. Небось, и в базе союза изменения подтвердили?

– А как же.

– Вот и спалились! – рыкнул капитан, обличающе вперив в меня указательный палец. – Болтун – находка для шпиона!

– Не смешно, Майк.

– А по-моему, очень даже, – поддержал я Иванова. – Сэр, вы бы виски глотнули, что ли. Вам нервничать вредно, возраст и все такое…

– Грег, если я его придушу, ты скажешь Витьке, что я был в состоянии аффекта?

– Эй-эй-эй!.. – отгородился я стаканом от разгневанного шкипера. – Осознал, раскаялся, заткнулся.

– Вот это правильно. – Иванов помолчал, собираясь с мыслями. – Итак, коллеги, кто меня убедит, что кто-то еще помимо нас заявился на Элву случайно?

– А есть еще какие-то версии?

– Денис, не надо включать дурочку! – рявкнул кэп. – Мне изначально не нравилась вся эта ситуация!

– А подробней?

– Подробней? Изволь. Мы поперлись в такую даль с неизвестной целью…

– Я сразу сказал, что ищу технологию трансмутации.

– …с настоящей целью! Денис, ты настолько скрытен, что даже твоему отцу, чтоб ему икалось почаще, не снилось! И не надо меня убеждать, что мы ищем химеру!

– А еще это материнский мир Архонтов. Ну, или один из… разве вам не интересно, сэр?

– Неужели? – едко хмыкнул Иванов. – Позволь тогда поинтересоваться, а где же развитая инфраструктура? Вот это вот?

За спиной капитана резко увеличился шар Элвы, до такой степени, что стало различимо бескрайнее море зеленоватого лишайника (высотой с хорошую пятиэтажку, а кое-где и побольше), а потом камера сфокусировалась на пирамиде, стену которой совсем недавно я штурмовал.

– Это единственное рукотворное сооружение Предтеч во всей системе!

– Единственный тип, вы хотели сказать? Согласен – из тех, что мы обнаружили. А еще есть Аномалия…

– Жалкая попытка, пацан. Папке своему расскажешь. А лично я еще и Кольку попрошу тебе веселую жизнь устроить. Может, тогда дойдет, что нельзя – слышишь, нельзя! – соваться в незнакомое место, да еще и у черта на куличках, избавившись от девяноста процентов персонала! У меня на весь корабль три человека команды! С кем я должен работать, с профом Куатье? Или с балбесами Джонсонами?

– А как же соображения секретности? – незамедлительно отбрехался я, сознательно проигнорировав косяк с регистрацией нового названия планеты. Да и поспешил я с подтверждением – запрос ушел, но не известно, когда дойдет по адресу, и дойдет ли вообще. – И не надо кокетничать, сэр. Уж мы-то с вами прекрасно знаем, что вас и одного более чем достаточно. В крайнем случае я подменю.

– Не дождешься!

Это точно. Кэп за рейдер держится мертвой хваткой. Да и ко мне неровно дышит с тех пор, как я обнародовал некоторые специфические способности. Понятно, что я и не собирался отжимать «Молнию», но сам факт, что кто-то на борту может взять на себя его функции, капитана, прямо скажем, выводил из равновесия. Раньше у него всегда был козырь, причем туз, а сейчас получалось, что он последнего рычага влияния на меня лишился. Согласен, подчиняться малолетнему щеглу несколько… напряжно, да. Но я думал, что таки сумел убедить старых оппозиционеров в собственной вменяемости. Что ж, нет так нет.

– Так что мы будем делать, если гости знакомиться заявятся? С фигой в кармане и недобрыми намерениями, а?

– Майк, как ты себе это представляешь? – вмешался, наконец, Грег Слоун. – На абордаж нас возьмут? Очень смешно. И потом, кому это надо?

– Конкурентам! – отрезал кэп. – Напомни-ка мне, Денис, как мы их обнаружили?

Н-да, тут Иванов прав.

– Молчишь? А я тебе скажу! Они однозначно приперлись по наводке! Ничем иным объяснить появление их глайдера в том же районе, который заинтересовал нас, нельзя! Они ищут то же, что и мы! Вернее, то, что пытается обнаружить наш скрытный юный коллега! А с учетом привлеченных нами ресурсов, я боюсь даже представить, кто стоит за ними!

– Да их бы найти хотя бы…

– Вот именно! – прервал меня на полуслове кэп. – Очередное доказательство как минимум фиги! Не было бы пересечения интересов, хрен бы они прятаться стали!

– Прячутся, значит опасаются! – попытался я контратаковать.

– Или просто секретность блюдут до подхода основных сил! – тут же нашелся Иванов.

– Каких еще сил?!

– Превосходящих! – с удовольствием добил меня кэп. – Ты вообще задумывался, как мы их появление в системе проворонили? И до сих пор не нашли?

– Намекаете на то, что их посудина настолько крута, что ее аппаратура Архонтов не засекает? – недоверчиво ухмыльнулся я. – Вот уж где сказки…

– Нет, я намекаю на то, что они сюда прибыли до нас! – рявкнул капитан. – Поэтому мы их и не засекли! И в дальнейшем не засечем, потому что сами нарисовались, такие все красивые, и они затаились. Думаешь, Архонты были всемогущи? Да я тебе прямо сейчас могу перечислить десяток способов обмануть их приборы! Да и не способен единичный рейдер контролировать все пространство внутри системы. У тебя, Денис, просто завышенные ожидания, порожденные вредными мифами.

Действительно, чего это я… для мониторинга такой колоссальной бездны пространства нужна целая сеть специализированных спутников или как минимум группа из нескольких вымпелов, причем не менее специализированных. Вот если бы наши оппоненты на подходе попались, тогда да – вцепились бы в них мертвой хваткой и фиг куда отпустили. Так что, как это ни печально признавать, со всех сторон Иванов прав.

– Значит, не опасаются… – задумчиво покачал я головой. – Наблюдают. Потому мы и у «пирамиды» их запалили – схалтурили ребята во время слежки. И тут снова мне видится два варианта: либо они ждут, пока мы сделаем за них работу, чтобы прийти на готовенькое, либо и впрямь в один далеко не прекрасный момент подмога к ним подойдет.

– И что мы сможем сделать против флотилии? – снова завелся капитан.

– Ну, на самом деле довольно много…

– Я не позволю рисковать моим кораблем! – решительно рубанул воздух кэп. – Даже не мечтай. Предлагай нормальный план, или мы немедленно отсюда убираемся. К чертовой матери!..

– А тебе не кажется, Майки, что это уже перебор?

Тихий голос Слоуна подействовал на капитана успокаивающе, и тот наконец перестал нарезать круги по каюте, вместо этого рухнув в кресло. Впрочем, сдаваться он не собирался – упрямо помотав головой, он уставился мне в глаза.

– Я жду, Денис.

Хм… вижу, что ждешь, пердун старый. Вот только не знаю, что сказать. Признаться, я на такую реакцию не рассчитывал. Тут явно что-то из прошлого, причем из тех времен, когда вся честная компашка тесно взаимодействовала с папенькой, а тот умудрился крупно облажаться. И наверняка всем соратникам досталось на орехи. Я, естественно, вовсе не Виктор Андреевич Смальков… но я Денис Викторович, а яблочко от яблони, как известно… короче, осадок остался, и кэп теперь неосознанно на меня проецирует папенькин косяк. А мне отдуваться… твою же ж мать!..

– Хорошо, капитан… – Пауза неприлично затягивалась, но я так и не решался окончательно расколоться. Про некоторые мои находки, как на Пандоре, так и на Нимойе – в частности, флэш-накопитель из подземелий Таюки – я так никому и не рассказал. А теперь, что называется, пожинал плоды собственной скрытности. – Хотите вы, не хотите, но вам придется… вернее, я вас прошу: поверьте, у меня более чем серьезные причины для пребывания в данной системе. И преследую я, как вы совершенно справедливо считаете, сразу несколько целей, причем прибыль – лишь одна из них и далеко не главная. Остальное, если все удастся, сработает во благо даже не Корпорации или Колониального союза, а человечества в целом. Как вида, не побоюсь этого слова.

– Эвон как! – криво ухмыльнулся кэп, обменявшись с Грегом многозначительным взглядом. – На мелочевку не размениваемся, счастье сразу для всех и много! Знакомый мотив. Уж не старший ли Смальков здесь ручонки шаловливые приложил?..

Я промолчал, про себя понадеявшись, что такое объяснение устроит обоих, и едва сдержал облегченный вздох, когда те не стали развивать тему. Пустил по ложному следу, и ладно.

– Отец, получается, в курсе? – все же решил уточнить Слоун, и я в ответ одарил его ироничным взглядом вкупе с заломленной бровью – дескать, сами же все понимаете, зачем еще воздух сотрясать? – Что ж… это многое объясняет. Но далеко не все! – снова повысил голос Грег. – Вы уж уважьте стариков, Денис, дайте нам хоть какой-то повод остаться…

– Формализмом занимаешься?..

– Да ладно тебе, Майк! – отмахнулся мистер Слоун. – Знаешь же, что уступим. Собственно, уже уступили. Так пусть хотя бы совесть будет чиста. Ну, Денис, я жду!

– Хорошо, вот вам формальный повод, – сдался я. – Если хотите знать, как раз теперь, с обнаружением незваных гостей, бегство вообще не вариант решения проблемы. И вздумай вы настаивать, я бы привлек все возможные ресурсы, в том числе и административные. Во-первых, потому что присутствие неизвестных подтверждает мою гипотезу, пусть и косвенно. Соответственно, я теперь уже точно не отступлюсь. А во-вторых, потому что выяснение степени их осведомленности сейчас столь же важная задача, как и непосредственно миссия. Даже если у них свои дела, никак не связанные со сферой наших интересов, с учетом принадлежности мира я был бы не прочь приобщиться к их тайне.

– Опять высокая корпоративная политика? – хмыкнул кэп. – Приобщиться… так бы и сказал – отжать. Виктор бы не стал миндальничать. Как это знакомо…

– Вы совершенно правы, Михаил Владиславович, – радостно ухватился я за подсказку. – Проблема напрямую затрагивает стратегические интересы Корпорации. Если я прав с первоначальной гипотезой, то планета может стать очень ценным призом.

– И насколько же?..

Ага, Слоун не очень-то и верит… ладно, подольем масла в огонь, воспользовавшись любимой папенькиной страшилкой.

– Вряд ли я смогу оценить его в финансовом плане. Скажу только, что с ним изменятся расклады в возможном противостоянии с любым врагом. Что с новым, что со старым. Поэтому не дать им завладеть конкурентам не менее важно, чем самим прибарахлиться.

Черт, заглотили наживку?.. Не научился я еще столь же виртуозно работать голосом, как дражайший папенька. Могли и пропустить мимо ушей…

– Так и знал, что Витька пацану голову заморочил! – пригвоздил меня капитан в конце пламенной речи, да столь удачно, что я едва сдержал довольный смешок. – Сам параноик, и младшенького испортил… когда он уже угомонится?!

– Сдается мне, в дальней перспективе наш старый друг не так уж и не прав, – задумчиво покачал головой мистер Слоун. – Даже если не брать в расчет Старую Землю, и в Колониальном союзе можно найти пару-тройку достойных противников, против которых неплохо бы заиметь лишний козырь.

– И не отдать его в чужие руки, – закончил я его мысль. – Надеюсь, милостивые государи, вы удовлетворены? Еще какие-то обоснования нужны?

– Нет, – рубанул кэп. – Но планами все же поделись.

– Планы прежние, – пожал я плечами. – Работаем пока с тем, что есть. А дальше будем действовать по обстоятельствам. От контакта уклоняться я точно не намерен, но и специально искать встречи не стану – нечего распылять ресурсы. Проявят себя – прекрасно. Пообщаемся. Не проявят – еще лучше. Ибо это будет означать лишь одно: наши интересы не пересекаются. И тогда текущая миссия в приоритете, вплоть до ее завершения. А потом уже можно будет и пришлыми заняться. Если они ищут что-то другое, не то, что я – флаг им в руки. Нам это тоже не помешает. Но что-то мне подсказывает, что мы довольно скоро пересечемся, не у «пирамидки», так в Аномалии. Мы им однозначно интересны, а ловить нас на Элве больше негде. Статистика наука точная.

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

13 октября 2138 года, ближе к вечеру

– Все-таки здесь неплохо…

– Спасибо, капитан Очевидность! – хмыкнул я в ответ на сентенцию Мака. – И ноги с панели убери, бесит.

– А мне нормально, – не остался в долгу тот. И, естественно, даже не подумал выполнить просьбу. Ладно, ладно, приказ. – Не трясет, кочек нет… чего еще желать?..

Да вот хотя бы определенности!.. Черт, вспылил. Но было с чего, вынужден признать. За последнюю пару часов мы порядочно продвинулись вглубь Аномалии, и ничего, ровным счетом ничего не изменилось. Как простиралась вокруг вымершая псевдоамериканская глубинка, так и простирается. Как пожирала наша «тойота» километр за километром ровненького, будто каток, двухполосного шоссе, так и пожирает. Ску-ко-та. В попытке борьбы с оной я даже выгнал Мака из-за руля и сам занял водительское место. Думаете, легче стало? Да фиг там, еще и в сон неумолимо потянуло. Не думал, что рулить ретрорухлядью (в моральном смысле, не в физическом) будет настолько скучно. У нас на Новом Оймяконе зимние джипперские покатушки очень популярны, ни один отрок от семи лет и старше в стороне не остается, очень быстро овладевая затейливой наукой удержания в узде двухтонного четырехколесного (и полноприводного к тому же) зверя. Не миновало сие увлечение и меня. И вот что я вам скажу, детишки: после новооймяконского «Патриота» на заснеженном полигоне здешняя «Тундра» на ровнейшем шоссе за наземный экипаж вообще не катит. Где бьющий в руки на каждой колдобине руль? Где, в конце концов, сами колдобины? А где мороз градусов в тридцать? Ниже нуля, естественно? Тут, поди, вообще по Фаренгейту температуру мерили… когда было, кому этим заморачиваться. Кантри это еще долбаное…

– Дэн, а ничего повеселее нет? Задрало уже это нытье…

Вот, а я о чем говорил?! Но нет, к сожалению. Если только тот блюзовый альбом от неизвестного исполнителя по пятому кругу запустить. Или рэп.

– Не ной, Мак! – сурово осадил я напарника, не отрывая взгляда от полотна шоссе, бликующего в лучах потихоньку склоняющегося к горизонту светила. – И наслаждайся жизнью. Чего тебе еще надо? Дорога, скорость, аутентичная музыка…

Хотя… можно Зевса напрячь, у него медиатека обширнейшая, да и закачать в память магнитолы через тех же нанов десяток-другой альбомчиков проблемой не будет. Заморочиться, что ли?..

«Уточни список предпочтений, Денис».

Ага, а вот с этим уже сложнее. Музыкальные вкусы у нас с мистером Макдугалом очень разные, на него фиг угодишь. Да и, честно говоря, кантри сейчас в тему, так что ну его на фиг. Пока, по крайней мере.

«Могу воспроизвести в накопителе ваши личные коллекции, а дальше сами разбирайтесь».

Ну вот, другое дело…

– Вот это и бесит, – тяжким вздохом вернул меня к реальности Гленн. – Может, я за руль вернусь?

– А смысл?

– Тоже верно…

Хорошо питомцам: Васька дрыхнет в рюкзаке, который в свою очередь покоится в багажном отделении, заботливо прикрытом пластиковой крышкой, Бадди – там же. Что характерно, в кузове тоже муха не сношалась, и мы без колебаний отправили туда скарб. Чем наш пес и воспользовался, незамедлительно улегшись сверху. Васек было мякнул недовольно, но тут же заткнулся, поощряемый дружеским рыком. Так и ехали – кузов почти не трясло, барахло по нему не скользило от борта до борта, соответственно, помощникам нашим жилось вполне себе комфортно. А вот мы с Маком подыхали от скуки. А ведь как все хорошо начиналось!..

…Завести колымагу получилось без проблем – Зевсу даже запрошенные полчаса на анализ не понадобились. Убедившись же в принципиальной возможности оживить аппарат, я незамедлительно попытался воплотить ее в жизнь. И, что самое удивительное, с блеском это осуществил, без затей выдрав с корнем силовой жгут, идущий от генератора к аккумуляторной батарее, и подцепив к нему на живую компактный энергоблок. Напрямую запитывать электромоторы не стал, дабы не лишиться возможности управлять всей этой машинерией штатными средствами. И не прогадал – подождав минут двадцать, пока подзарядятся штатные батарейки, велел Маку проверить работоспособность. Тот без возражений вжал клавишу автозапуска и удивленно вскинул брови, когда приборная панель ожила и продемонстрировала готовность к использованию жизнерадостным помигиванием разнообразных индикаторов. Надо отдать Маку должное, в управлении старинным монстром он разобрался очень быстро, а поскольку риск заглохнуть на электроприводе в принципе отсутствовал, то уже со второй попытки ему удалось стронуть машину с места. А дальше совсем весело пошло: тяговитые мотор-колеса легко перемещали аппарат по лесной почве, и хоть за нами и оставались порядочные колеи, мы нигде не застряли. Вплоть до этого вот шоссе, которое, если верить спутниковым фотографиям, тянулось аж из центрального поселения в полутысяче километров от нас, и упиралось в ничто и нигде, потихоньку сходя на нет вблизи Границы. Таких дорог по Аномалии было проложено множество, и именно они при первом знакомстве вызвали у меня наибольшее удивление: это сколько же труда и ресурсов колонисты на это дело угробили? Впрочем, познакомившись с Аномалией поближе и обзаведясь первыми гипотезами, объяснявшими творящуюся здесь чертовщину, я перестал жалеть сгинувших поселенцев. Теперь бы еще доказательства найти, и вообще тогда буду в гармонии с самим собой жить да радоваться.

А потом была затяжная поездка – два часа со средней скоростью под сотню. Со средней, потому что мы периодически останавливались, замечая что-то занятное. Естественно, издалека, потому что при ближайшем рассмотрении вся занятность незамедлительно испарялась. Попадались нам все больше банальные универсальные боксы, с одинаковым успехом способные служить как жилыми модулями, так и простецкими амбарами. Ничего интересного мы в них не нашли, за исключением того, что несколько первых экземпляров также пребывали на разных стадиях «развития»: у каких-то едва крыша из земли торчала, какие-то вылезли на треть, а то и на половину. И лишь потом пошли полноценные объекты, правда, девственно пустые. Мы даже не поленились у одного дверь выломать, воспользовавшись все той же верной горелкой, дабы вырезать петли и замок. Как и в найденных «тундрах», внутри постройки царил вакуум, в который и устремилась с тихим свистом местная атмосфера, едва мы прорезали первое сквозное отверстие. Еще один звоночек, ага. А еще невероятно высокое качество уплотнений. Короче, Мак тоже начал что-то подозревать, но я упорно отказывался колоться, стоически выдерживая все его наезды. Проф же Куатье по нашему молчаливому договору предпочитал не вмешиваться в процесс.

Потерянное при осмотре хибар время мы с успехом компенсировали коротким спуртом с разгоном под двести. Правда, долго такой гонки не выдерживали – слишком стремно. Как признался Мак, ему постоянно казалось, что тяжеленная колымага сейчас на взлет пойдет. Да и потревоженные незадолго до того питомцы недовольство выказывали – раздраженным мявом и не менее раздраженным рычанием. Можно было бы и забить, звукоизоляция в кабине выше всяческих похвал. Но я их все равно «слышал» – через нанов и Зевса, а потому предпочитал воздействовать на Мака, дабы не страдать в одиночестве.

Проверив поочередно три полноразмерных бокса и убедившись в полнейшей бесперспективности дальнейших осмотров, мы на них вообще перестали реагировать. Впрочем, ничего нового все равно по дороге не попадалось, а осматривать довольно-таки чахлую растительность всякий раз, когда Зевс засекал нового представителя флоры, мы не горели желанием. Так что пришлось скучать, раз за разом переслушивая гитарный блюз. В конце концов это до такой степени мне надоело, что я вынудил Гленна притормозить и поменяться со мной местами. Как я уже и говорил, легче не стало – проще только на такси с автопилотом куда-то добираться. Но и поделать с этим обстоятельством мы ровным счетом ничего не могли. Оставалось лишь расслабиться и получать удовольствие – извращенное, ага.

Что самое страшное, в конце концов у меня это получилось: дорога действовала столь умиротворяюще, что я без медитации погрузился в состояние полной гармонии с окружающей реальностью. Восприятие обострилось, и я начал замечать, насколько красиво здесь небо, насколько глубок и необычен его оттенок – синий с фиолетом и еле заметной прозеленью; как мало здесь облаков и как они не похожи на снежные новооймяконские тучи. Да и поля с перелесками, тянущиеся вдоль шоссе, настраивали на лирический лад – издали вполне себе веселая зелень. Если, естественно, не присматриваться. И близко не подходить, потому что с короткой дистанции в глаза бросались чахлые листья и бледноватая кора. Не очень хорошо здесь себя земные эндемики чувствовали. Существовали, не более того. Было бы интересно взглянуть на возделанные сельхозугодья, но чего не было, того не было – судя по отрывочным сведениям, связь с Колонией на Элве утеряна лет семьдесят с гаком назад. Можно было ожидать, что данный конкретный мир понизился в статусе до дикого с соответствующей деградацией населения, потому и связь пропала. Но я уже упоминал, что в плане животной жизни планета девственно чиста. Факт оставался фактом: колонисты вымерли. Единомоментно это произошло, или имел место достаточно длительный процесс – тайна сие великая есть. Возможно, в поселениях найдем хоть какие-то ответы. Но до ближайшего городка еще пилить и пилить – с полсотни кэмэ. Причем увидим мы его с очень близкого расстояния, поскольку в его окрестностях равнина плавно превращалась в холмистую местность, и шоссе пролегало аккурат между двумя возвышенностями. Если бы здесь присутствовали местные жители, меня бы этот момент здорово насторожил – стремно вот так соваться, можно прямиком в засаду угодить. Но здесь и сейчас на данное обстоятельство можно с легким сердцем забить. И благополучно забыть, ага.

Скорей бы уже, что ли…

– Сколько еще?..

Ага, и Мака пробрало! Как будто у самого в шлеме GPS-трекер не активирован.

– Около десяти километров, – все же ответил я. И знаете, даже как-то легче от живых голосов (льющийся из динамиков речитатив не в счет) стало. – Потерпи немного.

– Это, пожалуй, вытерпишь! – закатил глаза Гленн. Ну не любил мой напарник электронщину, даже мелодичную, и даже – о ужас! – с толикой ямайских мотивов. – Выключил бы к черту.

– А вот это уж хренушки.

Пусть спасибо скажет, что чуть ниже среднего установил, хотя так и подмывало крутануть регулятор, чтобы динамики басами выбило. Впрочем, именно это соображение и уберегло от необдуманных действий. Поначалу, ага. А потом я все же решил сделать Маку приятное и принялся при помощи нанов перебирать треки, остановившись в конце концов на чем-то дико ритмичном, но разбавленном гитарными запилами. Поморщившийся было напарник на первом же риффе довольно осклабился и принялся мотать головой, а я, расплывшись в ответной ухмылке, вдавил педаль газа в пол. Нас тут же вжало в спинки кресел ускорением (а Бадди, походу, свалился с рюкзаков, но за ревом динамиков его обиженный рык, равно как и глухой удар в задний борт, мы не расслышали, а потому пропустили мимо ушей), и некоторое время в салоне «Тундры» царили… кто сказал трэш и угар? Ничего подобного – покой и умиротворение.

Ровно до тех пор, пока Мак что-то не заподозрил и не завопил:

– Эй, эй, Дэнни! Притормози-ка!

Хм… а чего это напарничек забеспокоился?.. Всего-то сто пятьдесят на спидометре… м-мать, он же в милях!..

– Извини, Мак, задумался, – повинился я, плавно сбросив скорость до приемлемой и параллельно – снова через нанов – сбавив звук до «чуть ниже среднего». – Очень уж обстановочка… способствует.

– Это точно, – кивнул напарник, соизволив, наконец, убрать ноги с приборной панели. Затек, наверное. – Ты вообще давай не гони. Кто его знает, что там…

– Развалины, – хмыкнул я. – Пустые. А что?

– Ничего. Просто не гони. И музон выруби.

– Параноишь?

– Да, паранойлю!.. Тьфу! Паранойю! Па…

– Да понял я, понял… ладно.

– И окна приоткрой.

Слушать будем? Ну-ну. Кроме свиста обтекающего машину воздуха вряд ли что расслышим, на такой-то скорости… хотя… уговорил, совсем сбрасываю. Тем более что и ехать осталось пару километров от силы.

Оценивший мой маневр Мак говорить ничего не стал, только кивнул одобрительно да облокотился на дверцу, наполовину высунув наружу шлем. Тоже верно – аудиосистема в нем качественная, плюс можно настроить баллистический комп на фильтрацию звуков. Мне, кстати, тоже нужно озаботиться. Или пусть лучше Зевс займется.

«Процесс активирован. Прогресс 1 %… 2 %… 3 %…»

Молодец, молодец. Прямо мысли читает, ха-ха три раза. Ну и для полного счастья еще в магнитоле звук приглушить, до еле слышимого фона. Совсем ее вырубать, несмотря на просьбу Мака, я не стал. Вот, нормально…

Последний километр, тот самый, что между двух холмов, дался нам тяжелее всего. Не знаю, как Мак, но я натурально извелся, до рези в глазах всматриваясь в дорогу прямо по курсу. Чего-то высмотреть пытался, ага. Только чего именно без понятия. А Гленн вообще, такое впечатление, в статую превратился. В конце концов нервы у меня все же не выдержали, и я снова от души газанул, подсознательно желая как можно быстрее миновать стремное место. Что характерно, Мак не возразил, даже залез целиком в салон, поудобней пристроив «калаш» – так, чтобы никуда не упирался, но и меня на линии прицеливания не было. Последнее обстоятельство очень порадовало, поскольку напарник его заодно и с предохранителя снял.

Черт, а ведь и вправду проняло! Не будь у меня сейчас руки рулем заняты, я бы тоже за автомат схватился. А так он покоился между сиденьями – очень уж удобная ниша, такое впечатление, что специально для перевозки огнестрела. Ружей, скорее всего, поскольку длинный магазин моего «калашникова» излишне торчал и я его периодически задевал локтем.

– Не гони.

Угу, и правда что-то увлекся… так, до сорока примерно сбросить, а то ничего не видно – вроде бы и вырвались из ложбины, да пока одни лишь кусты по обочинам. Хотя нет, лужайки пошли… или даже огороды. А вот и крайние дома – вполне, надо признать, обыденные. Для староземельной американской глубинки, я имею в виду. У нас на Новом Оймяконе такие не строят, слишком хлипкие для нашего климата. И, судя по выражению лица Гленна, на Нова-Скоттии тоже. Хотя, с другой стороны, довольно просторные, с жилыми мансардами, гаражами и еще какими-то пристройками, назначение которых с ходу и не определишь.

И тишина… только шуршание шин по асфальту – на такой скорости даже ветер не особо свистит, а сопел с реактивными струями наше транспортное средство было лишено. Блин, хоть бы где ставня хлопнула… хотя о чем это я? Заброшено все тут. И уже давно. Жили бы здесь микроорганизмы, так уже и сгнило бы все на фиг. А так стоит, как новенькое, жути нагоняет…

– А это еще что за?..

Остаток фразы напарника заглушил раздавшийся где-то впереди грохот, сопровождавшийся звоном стекла, а потом мне и вовсе не до его ругани стало: в самый центр забрала что-то ударило, заставив долбануться затылком о подголовник. И буквально в то же мгновение дважды прилетело в район груди, усугубив эффект. Меня вжало в спинку кресла, потом она, естественно, спружинила, и я снова приложился грудиной – на сей раз о руль. Правая ступня непроизвольно слетела с газа, зато левая от души утопила тормоз (напоминаю – у нас гибрид, а не чистый электромобиль, дисковые тормоза наличествовали во всех колесах), и короткого, зато резкого нажатия вполне хватило, чтобы «тундра» сорвалась в занос. И все бы ничего, только как раз в этот момент что-то врезалось в левый висок, и меня мотнуло, соответственно, вправо – прямо на Мака. Так я еще по пути и руль зацепить умудрился для полного счастья, и занос усугубился заваливанием на левый борт… визг тормозов, скрип шин по асфальту, скрежет сминаемого металла, удар!.. Снова скрежет, но теперь уже от скользящей по асфальту на боку машины… и, наконец, тишина.

Нет, сознания я не потерял, хоть и приложился от души шлемом и левым плечом – пристегнуться-то и не подумал. Дорожной полиции здесь днем с огнем не отыщешь. Мак, кстати, тоже этой простейшей мерой безопасности пренебрег, и теперь меня придавило его тушей. Все вместе дало натуральный оглушающий эффект – как будто в нокдаун отправился. Вроде и воспринимаешь все, а как-то сквозь муть в глазах. И общая заторможенность. И конечности не слушаются. Зато в голове пульсирует мысль – одна-единственная: «Вот попали!» И сердце, такое впечатление, сейчас из груди выпрыгнет.

Потом я подумал, что все-таки далеко мне еще до мастера-рейнджера Макдугала – вот это интуиция, доложу я вам! Ведь никаких предпосылок не было для такого исхода предприятия. А еще осознал, что дырки в лобовом стекле, обрамленные паутинным узором трещин – следы попаданий… и царапина на забрале тоже от пули. М-мать!..

Глава 2

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

13 октября 2138 года, ближе к вечеру

Не знаю, как кому, но мне с предками повезло. За примером далеко ходить не нужно: в крайний наш визит на Новый Оймякон папенька изволили всучить мне несколько комплектов свежеразработанного обвеса для корпоративной десантуры. Естественно, под предлогом полевых испытаний, которые, кроме нас с Маком, никто более провести не в силах. Многократные прогоны на всевозможных полигонах и самые настоящие издевательства на лабораторных стендах он за таковые не считал, ибо мы с мистером Макдугалом имели обыкновение не вылезать из самых разнообразных задниц, условия работы в которых с некоторым преуменьшением можно было назвать экстремальными. Для нас же это рутина, не стоящая упоминания. Так что вынужден признать, доля правды в папенькиных доводах все же имелась.

А еще, как ни печально осознавать правоту собственного родителя, менее цензурная версия эпитета «офигенный», каковым папенька сопроводил обвес при передаче, как нельзя лучше характеризовала качество дареного снаряжения. Удобный, легкий и притом нереально прочный – специально пытались повредить броневую вставку из многослойного композита, да так ничего и не добились. Даже выстрел из неизменной Гленновой «Милашки» – а это, на секундочку, мощная «беретта-супернова», способная одним попаданием остановить новооймяконского льдистого йети – оставил едва заметную царапину. Впрочем, импульс при ударе высокоскоростной девятимиллиметровой пули никто не отменял, так что лучше не подставляться. Зато можно не опасаться ножей и прочего холодняка, равно как и веток, камней и просто любых твердых поверхностей, о каковые, не дай бог, конечно, придется приложиться. А что придется, это к гадалке не ходи – еще ни один вояж «по делам» без неприятностей, пусть и относительно мелких, не обходился. Так что и комбезы, подогнанные от щедрот того же папеньки, но уже в предпоследний визит в вотчину Корпорации, пришлись ко двору – не знаю, что там за модифицированный кевлар наши умельцы в нем использовали, но вкупе с мембранной подкладкой, превращавшей просторное на вид одеяние в подобие плотно сидящего гидрокостюма из неопрена (но при этом с отличной терморегуляцией), он прекрасно держал автоматную пулю. Если не в упор и не очередью, понятное дело. Тут уж никакая броня не спасет – мало того, что улетишь в дали дальние, так еще и ушибы внутренних органов наверняка заработаешь. А вот энергия одиночного попадания, вне зависимости от места, гасилась практически полностью. Ощущения от выстрела в живот, например, напоминали удар в боксерской перчатке, причем отнюдь не тяжеловеса. Первый полусредний вес, если навскидку. Фигня, короче.

Кстати, забыл сказать, что когда я про автомат распинался, то имел в виду наш с Маком стандартный «калашников» производства родной Корпорации, который с легендарным предком роднили только прославленное имя, калибр да схема со сбалансированной автоматикой. В остальном же STG-AK-127 очень далеко продвинулся как в плане материалов, так и в плане эргономики. Плюс безгильзовый боеприпас 7,62x30, позволивший при сохранении общих габаритов втиснуть в однорядный магазин сорок патронов. Убойность и запреградное действие как у «сорок седьмого», а отдача меньше, чем у «семьдесят четвертого» при превосходящих дальности и кучности. Короче, сказка, а не ствол.

Спросите, к чему я это все? Да к тому, что комбезы, да и шлемы, мы обстреливали из мощных «калашей», так что морально устаревшие натовские пукалки под малоимпульсный патрон вреда нам с напарником нанесли не более, чем дорвавшийся до рукопашной громила с бейсбольной битой – да, больно, да, неприятно, но и только. Так что тупил я поначалу вовсе не потому, что был оглушен, а потому, что натурально… офигел. От неожиданности, ага. Если честно, под столь плотный и внезапный обстрел мне еще ни разу не приходилось попадать. Эффект новизны сработал. Впрочем, ненадолго – ровно до того момента, как я осознал, что в нас стреляют с явным намерением отправить в страну вечной охоты.

…визг тормозов, скрип шин по асфальту, скрежет сминаемого металла, удар!.. Снова скрежет, но теперь уже от скользящей по асфальту на боку машины… и, наконец, тишина.

Хотя нет, вру: из кузова вполне различимо доносились разгневанные вопли Васьки, разбавленные скулежом Бадди – тот, надо полагать, имел соответствующий опыт, а потому стрельбы испугался. Чего нельзя было сказать о моем относительно молодом и глупом котейке. А еще сквозь грохот крови в ушах доносились приглушенные матюги Мака, который пытался высадить издырявленную лобовуху ногами, вот только размахнуться негде было – лежали мы отменно неудобно. А от меня и вовсе толку ноль, как от придавленного рейнджерской тушкой. Впрочем, через несколько секунд Гленн с задачей все же справился – хрусткое стекло вылетело вместе с резиновым уплотнителем (я мысленно вознес хвалу разработчикам – хорошо, что не на клей посадили, было бы больше мороки), осыпав внутренности салона мелким крошевом, а вслед за ним колобком-переростком выкатился и сам мастер-рейнджер – причем в буквальном смысле слова. При всем при этом он еще и автомат сохранить умудрился, потому и огонь открыл, едва вышел из переката и утвердился в позиции «на одном колене». Прямо картинка из наставления по стрелковому делу. Или ролик из Ноосферы про работу спецназа: очередь на три патрона, легкий доворот ствола – еще одна… и еще… а вокруг клюют асфальт пули – засада успела перезарядиться и снова накрыла нас шквалом огня. Который, впрочем, к третьей Маковой очереди сам собой прекратился.

– Дэн, не спи, работаем!!!

Ага, работаем… еще бы выпростаться из долбаного джипа… Маку-то что – на мне лежал, под рулем не застрял, вот и скачет бодрым кабанчиком. А тут не сразу и сообразишь, как изогнуться, чтобы из ловушки выбраться. Но все же справился, по пути не забыв цапнуть собственный «калаш» из ниши между сиденьями. И сразу же схоронился за лежащей на боку «тундрой», удачно проскользнув между Маком и двигательным отсеком – пусть с одной стороны Гленн нас и обезопасил, повыбив личный состав противника, но ведь мне еще и с фланга по шлему прилетело, значит, есть еще гаврики поблизости. Что характерно, теперь я был от них прикрыт кузовом – в отличие от того же Макдугала. Но тот тоже быстро сориентировался: покрутив головой и не обнаружив угрозы прямо по курсу, повторил мой маневр, разве что устроился у заднего откидного борта, чтобы контролировать опасный фланг.

«Зевс, обстановка».

– Э-э-э… коллеги?.. Дэни?..

– Профессор, мы заняты! – рявкнул я, на миг опередив Мака. Знаю, как он боевой обстановке на раздражающие факторы реагирует. – Позже!..

«Недостаточно информации для анализа».

Ну да, кто бы сомневался… придется-таки высунуться из укрытия. Что тут у нас интересного? Ага, три подозрительных бугра метрах в пятидесяти дальше по улице, и все. А в домах что? Да бог знает, движения вроде нет… да и не бликует ничего… справа… сзади… влево не взглянешь – днище «тойоты» мешает.

«А так?»

«Построение схемы боестолкновения – процесс активирован. Прогресс 1 %… 2 %… процесс завершен».

Ух ты, классно! Схемка на левом «глазном» дисплее нарисовалась хоть и примитивная, зато предельно информативная: расположение меня, любимого, в привязке к контуру «тундры», Мак, три трупа, выделенный красным потенциально опасный сектор – как раз слева, откуда в меня пуля прилетела… ага, еще и Васька с Бадди в кузове внедорожника. Вот про них я почти запамятовал, но Зевс и здесь не сплоховал – заставил питомцев забиться в нижний угол, минимизировав угрозу попадания. А что таковая по-прежнему оставалась, я даже и не сомневался – вон как Гленн напрягся, даже по спине видно.

– Слева заходят! Дэн, не спим!..

Да уже, уже… треск очереди – не моей, Мака – его же матерный рык… и снова шквал огня – ствола в три, не меньше, длинными, на весь магазин, очередями. Такое впечатление, садят из всего, что есть, причем на подавление. Лишь бы живность не задели, изверги… мы-то с Гленном уже в асфальт вжались, к тому же за машиной схоронились, какая-никакая, а защита – часть пуль рикошетила от корпусных деталей, зато оставшаяся шила листовой металл и пластик насквозь. Хотя ясно уже, что палят из чего-то относительно маломощного – по сравнению с нашими «калашами», естественно.

Упс! А это что?.. Какая тварь с тыла зашла?!

– Дэн, сзади!!!

А то я, болезный, и не понял… но ничего, сейчас встречу – те, что с фланга, расстреляли магазины и взяли паузу, которой не замедлил воспользоваться мастер-рейнджер Макдугал, а с нового направления огонь был несравнимо жиже – максимум двое постреливали. Нормальная тактика, кстати – одни прижимают огнем, другие бьют на выбор. Вот только обломались – нам и укрытие помогло, и снаряжение. Стоически вытерпев касательное попадание по верхушке шлема, я таки развернулся навстречу опасности, для чего пришлось хорошенько поработать локтями, да и ногами от днища «тойоты» оттолкнуться, а дальше в работу вступили вбитые тем же мистером Макдугалом навыки – взгляд безошибочно вычленил подозрительные вспышки в окнах дома напротив, мозг столь же безошибочно обработал вводные, и я чуть ли не навскидку (из положения лежа!) всадил трехпатронную очередь в торчавшую над подоконником каску, обтянутую матерчатым чехлом. И вот на фига на такие мелочи внимание обращаю? Какая мне разница, что у врага на башке?..

Как оказалось, разница есть, и еще какая! Будь на неведомом противнике современный шлем с глухим забралом типа моего, вряд ли бы получился такой эффект: первое же попадание прошибло каску насквозь, чуть сдвинув ее на нос стрелка, а вторая и третья пули благодаря сбалансированной автоматике пришлись лишь самую чуточку выше. В результате лобная часть оппонента украсилась неровной дырой, а затылок вообще вынесло огромным кровавым фонтаном, разворотив заодно и затылочную часть каски. Признаться, такого я не ожидал, а потому едва справился с приступом тошноты. Поспособствовал второй стрелок, успевший укрыться за подоконником, но и этого я достал, примерно рассчитав его местоположение (ладно, ладно, Зевс его оконтурил) и всадив туда пару очередей прямо сквозь стену. Я же говорил, что у нас на Новом Оймяконе так не строят? Говорил. А почему? Да потому, что это не капитальные постройки, которым не страшны ни жара, ни холод, а банальные летние домики, рассчитанные на относительно мягкий климат. Короче, боеприпас «семь шестьдесят два» стенок даже не заметил. Впрочем, как и бронежилета убиенного противника. А вот пыли с облицовки поднялось богато, мне даже показалось, что слой грязи отвалился.

У Мака между тем дело тоже спорилось – судя по отсутствию стрельбы со стороны левого фланга, он своих тоже достал. И тоже, подозреваю, прямо сквозь стены.

– Дэн, доклад!

– Норма! Минус два!

– Минус четыре! – проинформировал меня напарник.

Ну еще бы, такой случай похвастаться! И это он еще тех троих на дороге явно не посчитал, маньячина хренов.

– Э-э-э… коллеги?..

– Нет, проф!!! – в один голос рявкнули мы с Гленном, а напарник еще и дополнил непечатно.

Ага, он такой. А нефиг в боевой обстановке отвлекать.

– Дэн, живо в дом! Делай, как я!

Вот и славно. А то я уже собрался уточнять, в какой именно – слева или справа. Теперь же и думать не пришлось, что только к лучшему – все же боевой опыт напарника куда богаче моего. И что-то он наверняка смекнул. Впрочем, логика и так понятна – надо свалить с места засады, мы же тут торчим по факту посреди улицы, открытые со всех сторон, поскольку перевернутый на бок внедорожник защита сомнительная. Равно как и окружающие дома, но в них мы хоть от визуального обнаружения укрыты будем, что тоже большущий плюс в нашем текущем положении. Главное, питомцев не забыть из плена вызволить – вон, уже даже Васька начал орать, требуя свободы, чего уж про Бадди говорить.

– Рюкзаки забери! – на ходу велел Гленн и рванул к дому слева, походя перемахнув живую изгородь и безжалостно взрывая ботинками хилый газон. Достигнув цели, напарник вжался спиной в простенок между окнами (снова облако пыли, хоть и не такое плотное) и застыл на полусогнутых, поводя стволом из стороны в сторону в небольшом секторе – видать, новых ворогов выискивал. – Держу!..

Хорошо, что держит. Мне-то, с двумя баулами, да мешающейся под ногами живностью, не до наблюдения – самому бы не навернуться. Вот смеху-то будет! Хотя, если честно, думал, что людей рассмешу еще на этапе извлечения скарба – далеко не сразу сообразил, как к задаче подступиться. Хотел было садануть по крышке с ноги, но вовремя смекнул, что она из довольно мягкого пружинящего пластика, и даже застыл на мгновение в ступоре… а потом просто разблокировал крепеж с правого борта, который теперь оказался наверху, и без затей вывернул крышку из нижних креплений. Остальное было делом техники – отмахнувшись от слюнявой морды Бадди, подцепил рюкзаки и врубил сразу третью скорость, ничуть не сомневаясь, что Зевс направит питомцев следом. Что характерно, угадал. Разве что переусердствовал мой друг-искин, судя по скорости оных питомцев.

Блин, а стремно! Вроде и пробежать всего ничего, а страху натерпелся – со всех сторон открыт, стреляй не хочу! Защита вроде выдержала, но это пока, плюс кто знает, какие еще стволы у нападающих в загашнике? Пальнут сейчас из какого-нибудь «барретта» пятидесятым калибром, и поминай как звали…

…обошлось. Правда, сам себя чуть не покалечил, на скорости влипнув боком в стенку. Зато за спиной Мака сразу почувствовал себя уверенней и незамедлительно зашвырнул оба рюкзака в комнату – прямо через рассаженное окно. И туда же закинул кошака, сграбастав того за шкирку. Бадди жался к ногам Гленна, стараясь особо не отсвечивать, да он и не очень подходил для текущей задачи – мелкий проныра Васек, приземлившись на все четыре лапы, моментально порскнул в дальний угол, а Зевс – ну и я, естественно – убедился, что помещение девственно пусто. В плане живого агрессора, я имею в виду. Так-то тут два трупа валялись – один у окна (второго, не того, куда я скарб швырял), а второй чуть поодаль – видать, пытался за стенкой укрыться, но Мак и там его достал, о чем недвусмысленно свидетельствовали дыры в облицовке.

«Зевс, осмотри остальные помещения».

«Принял».

– Что там, Дэн?..

Ага, а голос-то напряжен! Все-таки не кончились еще наши неприятности, в этом отношении Маку можно доверять на все сто процентов. И с учетом этого обстоятельства торчать снаружи пусть и сомнительного, но все же укрытия – не самый лучший вариант.

– Норма! – выдохнул я, перемахнув через подоконник и чудом не приземлившись на рюкзаки. И тут же сместился к соседнему окну, дабы не перекрывать дорогу напарнику, для чего пришлось смириться с малоаппетитным соседством – этого Мак достал в голову. И пол весь испоганил, ага. Хорошо хоть, тень, а то не факт, что получилось бы тошноту сдержать. А еще, такое впечатление, перед смертью убиенный по пашне ползал – до того изгваздался. И это точно не пыль, совсем грязь другая. Да и нет ее внутри, пыли-то. Тоже, кстати, очень странно. Но и в другую сторону отходить не вариант – я там окажусь в углу и контролировать улицу не смогу. – Держу!..

Мак, такое впечатление, только этого и ждал – оказался внутри комнаты как бы не быстрее Васьки, закинутого за шкирку, разве что Бадди вперед пропустил – тот самостоятельно замахнул на подоконник, вызвав у меня разрыв шаблонов. Откуда только прыть взялась! И столь же оперативно напарник устроился у окна, разве что высовываться не стал, дабы не палиться. Я, соответственно, последовал его примеру, укрывшись в простенке. Вроде бы никого пока на улице, но это именно что пока. Да и с других сторон в любой момент мог противник подтянуться, в том числе и с тыла.

– Сдается мне, Дэнни-бой, надо отсюда делать ноги, – едва отдышавшись, ознакомил меня с дальнейшими планами Гленн. – Тут сидеть не вариант, под перекрестный огонь возьмут и кранты. Если гранатами не закидают.

Пес, подозрительно принюхивавшийся к ближайшему жмурику, согласно рыкнул, поддержав старинного друга, но я все же решил усомниться в групповом прогнозе:

– Думаешь, у них есть?

– А я знаю?! Кстати, там как?..

– Норма.

И в этом я не соврал – Васька уже успел пробежаться по всем доступным комнатам, даже на второй этаж сунулся, отыскав еще двоих убиенных.

– Значит, валим! – резюмировал Мак.

– Куда? – хмыкнул я. Хороший, конечно, план, но далеко не идеальный. Особенно в свете некоторых накопившихся вопросов.

С одним из них я как раз сейчас пытался разобраться – пересилив брезгливость и тошнотики, обшаривал внимательным взглядом ближайший труп. Естественно, не столько я, сколько Зевс через нанов – надо же базу данных формировать, в конце концов? Вот-вот. А он не просто все запомнит, он еще и детали проанализирует и идентифицирует. Может, хоть какая-то ясность появится. Да вот хотя бы снаряжение взять: я такого еще не видел. Нет, на первый взгляд все более-менее привычно: и камуфляж, и каска, и приблуды всякие, и бронежилет… разве что в грязище. И даже автомат ничем необычным не поражал – компактный агрегат в компоновке булл-пап, по большей части пластиковый. Но вот в деталях… такое впечатление, что все это давно и безнадежно устарело, по крайней мере, морально. Это как… ну, например, сравнивать американского десантника времен Второй Мировой и морпеха из середины двухтысячных. Общие черты, несомненно, прослеживаются, но и только. Короче, снаряжение убитого в современные реалии вписываться не желало.

– Чего ты там высмотрел?

– Да так… – отмахнулся я, занятый более важным делом, нежели треп с Маком – ремешок каски поддавался неохотно, так что избавить труп от этого аксессуара удалось далеко не с первой попытки. Зато когда добился желаемого, еще и подшлемник с головы стянул. – Хм… я бы сказал, типичный белый европеец… ну или американец… средних лет.

– Думаешь, поселенец? – вскинулся Мак. – Да ну нафиг!!!

– Я пока еще ничего не думаю, слишком мало данных, – уподобился я Зевсу, сдернув перчатку с правой руки. Осторожно коснулся щеки убитого зудящими кончиками пальцев – есть контакт! Теперь его искин в два счета по молекулам разложит, фигурально выражаясь. – Хотя рожа знакомая… очень отдаленно.

И это правда. Такое впечатление, что видел его как-то раз, да и то мельком. Уж не в том ли памятном ролике со Старшим-в-юдоли? Если так, Зевс разберется…

«Недостаточно данных для анализа, возможно только визуальное опознание».

А нам больше и не надо, если что.

«Принял».

– Р-р-р-р-р!.. – Бадди вдруг встрепенулся, повернув страшноватую морду к двери, что вела из комнаты в обширную прихожую, но остался на месте.

– Дэн, долго еще будешь копаться? – забеспокоился Мак вслед за питомцем.

– Сейчас! – У второго лицо рассмотреть не получилось по причине его, в смысле лица, отсутствия, так что пришлось ради «осеменения» полапать за шею. Впрочем, этот тоже белый, и, судя по состоянию кожи, примерно такого же возраста. – Черт, Мак, можно в следующий раз поаккуратней?!

Такое впечатление, что в падаль вляпался, даже вернувшаяся на законное место перчатка не помогла.

– Ну извини, как сумел!

– Надо наверх подняться, тех глянуть…

– Забей! Не до них! – рыкнул напарник. – Хватай мешки, вокзал отходит!

Да, это он как нельзя к месту припомнил. Засиделись мы, не поспоришь. Так что пришлось по примеру мистера Макдугала закинуть на спину рюкзак и побрести вслед за ним, страхуя с тыла. Бадди, не будь дурак, тоже сорвался с места, но дальше входа не ушел – застыл, набычившись, напротив дверного проема, и снова принялся глухо рычать.

«Васек!»

Так и продолжавший обшаривать второй этаж кот шагнул было к окну, но Зевс вовремя подкорректировал его траекторию, направив к лестнице – один хрен котейке ничего не светит, стекла целые, так что выглянуть не сможет. Пусть лучше в кармане рюкзака сидит, целее будет.

– Там кто-то есть, – пришел между тем к единственно верному выводу Мак. – Бадди зря распинаться не будет.

– А почему тогда не стреляют?

– Не видят, наверное…

– Прорываемся?

– Однозначно. Схема два.

Принял. А что, нормально! Стандартная тактика: я вышибаю дверь, Мак выскакивает наружу со стволом наготове и экстерминирует все, что шевелится. А дальше давай бог ноги как минимум до следующего дома, благо выйдем на зады и пробираться придется огородами, как к легендарному комдиву времен Гражданской войны. Российской, естественно. Вот только кошака дождемся… ага, вот и он, легок на помине!..

– Готов?!

– Всегда!

Вот за что люблю наши шлемы, так это за хорошую звукоизоляцию, естественно, когда забрало опущено. Настолько хорошую, что можно хоть во весь голос орать, и все равно никто не услышит. Из числа тех, разумеется, у кого приемо-передающей аппаратуры, настроенной на нашу волну, нет. И очень хорошо, потому что еще и тишину блюсти, обмениваясь условными знаками вместо нормальной вербальной коммуникации в обстановке, приближенной к боевой, лично для меня очень напряжно. Есть неиллюзорная вероятность неправильно понять напарника. Третий закон Чизхолма: любые предложения люди понимают иначе, чем тот, кто их вносит. А уж если оное предложение изложено языком жестов… как говорится, комментарии излишни.

Судя по расположению дверных петель, распахивалась она наружу влево, так что Мак устроился справа, прижавшись спиной к стене непосредственно у косяка. Не очень удобно будет – он все же правша, – но с другой стороны еще хуже. У него вообще главная задача выскользнуть наружу, пока дверь обратно не прилетела и не приложила хорошенько, что вполне в духе любой двери, выбитой молодецким пинком. Вот таким, например, как я сейчас собираюсь изобразить… тут главное попасть точно, а то можно фанерку насквозь пробить и раскорячиться в неудобном положении. Извращаться, кстати, тоже смысла нет – простейший фронт-кик в район замка, и готово. Вот скажите мне, что здесь может пойти не так?..

…как оказалось – очень многое. Попал я точно туда, куда и целился, да и дверь отреагировала стандартно – распахнулась с большим удовольствием, вот только не настежь, как можно было ожидать, а в лучшем случае на треть. И тут же с силой захлопнулась, как будто натолкнулась на что-то достаточно массивное и отрикошетила. Мак еле успел среагировать, а то бы схлопотал. А с улицы между тем донесся характерный шум падающего тела, который Бадди встретил радостным лаем – то бишь сказал «вуф» целых три раза.

– Твою мать!..

– Мак, только не в голову!..

Ф-фух, вроде внял – высунулся аккуратно, спрятавшись за стволом и оттерев дверь плечом, выпустил экономную очередь и тут же плавно перетек вправо, освобождая дорогу. Я, естественно, особого приглашения ждать не стал, рванул следом, пропустив вперед Бадди, и сместился влево, чтобы контролировать противоположный от Мака фланг. Впрочем, предосторожность оказалась излишней: кроме распластавшегося напротив двери трупа в изгаженном сырой землей камуфляже никого в пределах видимости не было. И никто в нас не стрелял, что не могло не радовать.

– Мак, прикрывай!

– Принял.

Хорошо, что не спорит – тоже осознает, что я не просто фигней страдаю, а занимаюсь важным делом, то бишь сбором информации. Но и я испытывать лишний раз терпение напарника не стал и просто сдернул ремешок каски с подбородка, отбросив мешающий предмет экипировки, да задрал подшлемник…

– Сюрпри-и-из…

– Чего там?!

– Сам глянь.

Уж лучше так, чем переспрашивать начнет. А что начнет – к гадалке не ходи. Очень уж ответ странный услышит, потому что ликом данный конкретный мертвец один в один повторял экземпляр из недавно покинутого помещения. Хотя на улице освещение получше, и я в первый момент не поверил глазам. Да и во второй тоже. Но потом пришлось – Гленн попал в грудь, все три раза, так что голова осталась цела. Даже дверью, по всему судя, ему прилетело в район груди, да еще руки с автоматом часть удара на себя приняли. Вот и ответ, почему дверь себя так повела – мыто рассчитывали на засаду и огневой контакт, а этот гаврик сразу за ней торчал. И чего торчал, спрашивается? Подмогу ждал? Или просто в охренении?.. И ведь не спросишь… ладно, и этого «осеменить», да делать ноги…

– Ребята? Дэни?..

– Проф!!!

И снова в один голос получилось… но, надо думать, профессор не просто так решил нарушить молчание – скорее всего, увидел то же, что и мы. И подтвердить вознамерился, что мы не сошли с ума. Но мы это и так уже поняли.

– Все, Дэн, хорош лицом торговать! За мной!

И то дело… думать потом буду, когда окажусь в относительной безопасности. По моим прикидкам, домов через пять-шесть, и желательно не просто по прямой, а еще и свернуть – куда именно, не принципиально. Пусть Мак решает. Да по сторонам не забывать поглядывать, ни на чем конкретном не концентрируясь, даже вон на тех подозрительных рытвинах посреди газона. Не воронки от снарядов, и ладно…

Наш план сработал – через пару домов мы попросту проломились, не особо заботясь о целостности дверей и оконных рам, а затем пошли осторожнее, задами по параллельной улице, отстоящей от места засады еще на две. Кустов в поселке было подозрительно мало, но куда больше меня беспокоил тот факт, что живые изгороди, отделявшие одно имение от другого, до сих пор сохраняли изначальную форму, почти не разросшись и не раздавшись вширь. Да и сами дома… ну не выглядели они на восемьдесят лет! От таких хибар за это время и воспоминаний не должно было остаться, особенно если они без людского пригляда и обслуживания. Вместо этого повсюду толстенные слои пыли, но и только. Причем снаружи – на стенах, скатах крыши, стеклах, дверях… а внутри почти нет, жалкие следы возле каминов и под окнами. Мебель целая, да и кухонная утварь везде в наличии. А вот сложной электроники мы не нашли, равно как и постельного белья с занавесками или хотя бы матерчатыми жалюзи, да и в целом все вокруг выглядело предельно скромно. Такое впечатление, что тоже еще… не дозрело, ага. По-любому надо будет в следующую деревеньку наведаться, ту, что ближе к центру Аномалии – чисто чтобы убедиться в наличии очередной закономерности. Но это потом, и скорее всего не сегодня. На сегодня у нас ровно одна задача: унести ноги. Выяснять, что за агрессор и что ему от нас нужно, тоже потом будем. Пока же еще порядок эвакуации продумать надо. Тьфу, опять заговорил, как тренер дядя Коля. Впрочем, один из вариантов – с вызовом Алиски на катере – я уже озвучивал ранее. До нас точно доберется, маршрут проверен, а дальше мы и сами без разведки и наблюдения теперь не сунемся – тот же мастер-рейнджер Макдугал кто угодно (пьяница, алкоголик, тунеядец, раздолбай…), но никак не дурак.

– Дэн, тут приземлимся.

– Угу.

А ничего так вариант, нормальный. Не знаю, что тут поселенцы планировали устроить, но что не просто жилой коттедж – однозначно. Скорее какой-то административный корпус или даже складской комплекс: и побольше стандартного домишки, и этажей три, и крыша плоская. Самый раз на катере зависнуть, чтобы мы всем составом погрузились. Без шума и пыли, ага.

– С черного хода пойдем?

– Вон там вроде нормально…

Ну точно, склад! Или что-то вроде супермаркета. И приступок удобный, чтобы на грузовичке задом подъезжать, и даже пандус есть, чтобы тележку скатывать. Да и дверь на сейфовую или просто бронированную не тянула – стандартный сероватый пластик под слоем пыли. И почти непрозрачное стекло в оконце по той же причине. Причем и то и другое с резиновым уплотнением.

– Держу, – буркнул Мак. – Открывай.

Сейчас, сейчас… осталось только решить, что лучше – выбить замок ногой, или заморочиться и воспользоваться горелкой. Первое быстрее, второе тише. Дилемма… и ведь еще не известно, что внутри. Придется Ваську на разведку засылать… ну-ка, для начала слегка плечом налечь, вдруг и не заперто вовсе?..

Что характерно, угадал – замок легко поддался, стоило только повернуть ручку. Да и пошла дверь относительно легко… вот только сразу же начались спецэффекты: сначала воздух с громким шипением устремился в едва заметную щель по всему периметру дверного проема, а потом и вовсе мощным порывом едва не вывернул полотно из петель – удержать его я не сумел. От неожиданности, вестимо. Ну вот кто мог предположить, что в довольно просторной комнатушке царит первозданный вакуум? Не растележился на входе, и то хлеб…

– Ни фига себе… – только и выдавил начавший о чем-то догадываться Мак. – Дэн, не тормози, давай маршрут на крышу! Я пока тут секу.

– Принял, – буркнул я, шагнув в пустое помещение. Повертел головой, безошибочно выделив профиль двери на противоположной стене, и на ходу поинтересовался: – Ну и как вам, профессор?..

– Занятно, Дэни. Весьма занятно…

– Неплохая пища для размышлений? – усмехнулся я. – И это мне еще Зевс доклад не сделал.

– Как будет свободная минутка, обязательно ознакомьтесь, Дэни.

Ага, а сам, естественно, уже все, что можно проштудировал. Но и меня удовольствия лишать не хочет. Или просто по старой привычке воздерживается от выводов, чтобы мне, так сказать, взгляд не замылить. Многие преподы в вузах так же поступают, кстати.

Второй – однозначно нежилой – бокс встретил столь же девственной пустотой, разве что вакуума в нем уже не было, воздух просочился через неплотности у пола и потолка. Схалтурил производитель, однозначно.

А еще здесь было темно, за исключением светлого квадрата за спиной, так что пришлось задействовать «ночное зрение», что для Зевса труда не составило.

Лестница на второй этаж обнаружилась лишь в третьем по счету боксе, зато оказалось, что на этом уровне было в каждом помещении по окну, а то и по два. К тому же появились признаки высокотехнологичной начинки – кабель-каналы по стенам, кронштейны для камер наблюдения, а кое-где и характерные нашлепки, под которыми оные камеры должны были скрываться. Но пока еще не скрывались – я не поленился отколупать один такой ножом с целью «засеять» приблуду нанами, ничего не обнаружил и перестал забивать себе голову ерундой.

Третий этаж тоже неприятностей не доставил, но его пришлось пройти насквозь, пока не добрался до удобного углового кабинета с панорамными окнами – вид из него открывался просто на загляденье. Весь поселок как на ладони, за исключением той окраины, где нас засада поджидала. Плюс выход на крышу в непосредственной близости – самое то время скоротать до Алискиного прибытия: и не на виду, и бежать недолго.

– Мак, подтягивайся. Только двери по пути закрывай.

– Принял… а куда идти-то, умник?!

– Следуй за белым кроликом.

– Смешно.

Ага, обхохочешься. Хорошо хоть, намек понял, хотя в роли ушастого грызуна предстояло выступить нашему знакомцу Бадди – у того и нюх, и Зевс в проводниках.

Ну а в ожидании соратников можно и с отчетом ознакомиться, тем самым, что проф Куатье разрекламировал…

«Зевс, дай выжимку».

«Процесс активирован. Загрузка 100 %».

Ух ты, клево! Не стал верный искин меня обширными таблицами грузить, смилостивился. Вместо этого вывел на «глазной» дисплей фото первого убиенного, которого я особо тщательно осмотрел, да пометил характерные особенности, снабдив их цветовой индикацией и выпадающими менюшками. Очень познавательно получилось, этакий мини-квест. И на редкость интересно, ага.

Первым мое внимание привлек автомат – если верить краткой справке в зеленом прямоугольничке, оказавшийся автоматической винтовкой Desert Tech MDR-C-A3 – укороченная модель 2029 года, третье поколение, под боеприпас 5,56x45 НАТО. Вот и ответ, почему мне эта пукалка слабоватой показалась. Малоимульсный патрон – раз, компактная модификация с коротким стволом – два. А ведь у этой пушки и полноразмерные версии под 7,62 есть… вернее, были когда-то. Повезло нам с Маком, короче.

Помимо основного оружия у мертвеца нашлись кобура на груди (содержащая, суда по всему, «беретту» М-92 – очень уж рукоять характерная, да и размеры совпадали) и нож в ножнах на правом бедре. Но это уже вообще не страшно, даже в упор.

Точно также Зевс умудрился идентифицировать почти всю снарягу убитого, правда, названия фирм-производителей и номера моделей мне ничего не говорили. Роднили их лишь место и время выпуска – период до 2030-го, Соединенные Штаты Америки. Да, еще одно – вся амуниция происходила с гражданского рынка, даже винтовка изначально шла в цивильной, то бишь самозарядной, версии. Но, судя по шквалу огня, умельцы из экспедиции Старшего-в-юдоли ее переделали в фулл-ауто. Кустарно, естественно. И насчет экспедиции я вовсе не забегаю вперед – уже, по-моему, и самому невнимательному рейнджеру это стало бы ясно. К тому же, как я уже упоминал, вся матбаза экспедиции, включая транспорт, относилась к двадцатым годам прошлого века, то бишь времени, непосредственно предшествовавшему появлению в Солнечной системе Бродяг и последовавшему за этим большому бардаку – Войнам за наследие и Исходу. Естественно, тогда было не до развития собственной промышленности, все торопились урвать кусок инопланетных благ, и ничего путевого сами не создавали. Так что негде сейчас такой антиквариат раздобыть, причем в количестве. Сомневаюсь, что даже в частных коллекциях что-то подобное отыскать возможно. Получается, вариант с нападением незваных гостей, что засветились на катере неподалеку от «пирамидки», сам собой отпал.

И окончательно меня в этом убедила сдвоенная фотография, развернувшаяся на четверть дисплея, стоило лишь сфокусировать «внутренний взгляд» на лице убиенного. Половинки картинки изображали одного и того же человека: правая – что-то исступленно орущего сектанта из церкви, которую мне довелось относительно недавно лицезреть в примечательном видеоролике; левая – мертвый лик его же, на фоне пыльного пола, каски и задранного на лоб подшлемника. И знаете, что самое странное? И даже страшное, не побоюсь этого слова? Разница в возрасте между двумя версиями человека составляла максимум пять лет. То бишь мы с Маком имели сомнительную радость схлестнуться в огневом контакте как минимум с двумя идентичными (по крайней мере, визуально) экземплярами колониста, который вряд ли мог дожить до нашего времени, поскольку ему сейчас должно было стукнуть что-то около ста тридцати лет. А если бы и дожил, то скорее всего пребывал в старческом маразме и не сохранился в столь цветущем виде. Вывод? А вывод напрашивается – что-то здесь не так. Или мы имеем дело с андроидами, или, как вариант, с клонами. И то, и другое требовало наличия специфической производственной базы. Конечно, колонисты могли и под землей спрятать фабрику по клонированию, и сразу по прибытии запас тел создать, да хранить потом в холодильнике – чисто для примера. В реальности-то что угодно могло быть, вплоть до установок темпорального стазиса. Впрочем, это я уже загнул – даже сгинувшие Предтечи со временем не заигрывали. Так что вариант с машиной времени и пришельцами из прошлого откинем, как явно противоречащий здравому смыслу и официальной науке всех вымерших рас скопом. Даже Архонты на такое не способны, это я точно знаю. Знаю же, Зевс?

«Ответ положительный».

Тогда кто? Клоны? Или все-таки андроиды?

«Недостаточно данных для анализа».

Ну ни фига себе! Это как же можно искусственного болвана с человеческим телом, хоть и репликой, спутать?!

«Сам пока не пойму, Денис».

Что, как со странной почвой, которая и не твердая, и не жидкая?..

«Именно».

Хм… андроид на базе клонированного тела?..

«Вероятность 50 %».

Либо да, либо нет, что ли? Шутник… а что тогда? Клонированный андроид?! Ладно, про вероятность слышать не желаю.

«Но они хотя бы одинаковые?»

«Ответ положительный, все три тела идентичны по строению и генетическому коду».

Ну точно, клоны!

«Наблюдаются отклонения в строении клеток мышечной и соединительной тканей, а также в слизистых оболочках кишечника».

Тогда искусственные? К какому типу андроидов ближе всего? Может, на той же Нимойе их вырастили? Хотя нет, по времени не совпадает, клан Такэда свой новый мир осваивать начал позже, чем экспедиция Старшего-в-юдоли сгинула. У них даже календарь идет от первой высадки, которая имела место в 2051-м. А Коулмэн с присными затерялись еще в пятидесятом. Тогда остается Киото…

«Генетическая структура объектов не имеет совпадений с базами данных „Киото Биотекнолоджиз“».

– И кто тогда?! – не выдержал я. Блин, как бы Мака не напугать. – Зевс, ты издеваешься?!

«Излишне эмоциональная оценка, Денис, будь спокойнее».

Ну да, ну да, будет мне еще искин указывать…

– Зевс прав, Дэни, – счел нужным вмешаться профессор. – И я бы на вашем месте к нему прислушался. Решение же очевидно!..

– Не, это слишком даже для меня, – помотал я головой. – Бредятина.

– Как знать, как знать, Дэни.

– Проф, не до шуток.

– Есть только один способ выяснить истину, – не стал тот спорить. – Сможете взять пробу тканей?

– Вам мало информации от нанов?

– Было бы достаточно, я бы и просить не стал, Дэни.

– Ладно, проф, уговорили, – сдался я. – Сейчас еще Гленна обрадую.

– И чем это? – прорезался в эфире голос напарника.

– Поднимайся, расскажу.

– Уже! – бодро отрапортовал тот, возникнув в двери. – Алиску вызвал?

– Нет еще. И скорее всего, придется с этим делом погодить.

– С чего бы?..

– Вуф?!

Ага, еще только Васькиного голоса в дружном хоре не хватало.

– Проф просит взять пробы, – объяснил я. – Так что нужно возвращаться к жмурам. Ну, или поискать еще – как вариант.

– И ты его щупом заколешь? – осклабился напарник.

– Почему нет? – пожал я плечами. – Если найдем, конечно…

– Неправильный ответ! – отрубил Мак. – Все, Дэн, не тормози, вызывай Алиску. Или я сам… ты это слышал?..

– Вуф! Вуф!

А ведь и правда… ну-ка, Зевса в режим аудиофильтра…

– Эй, Дэнни-бой, ты слышишь то же, что и я?.. – не отставал Гленн.

Ага. Только наверняка еще и лучше – Зевс подсуетился. А еще он в роли усилителя выступил, и теперь уже точно не отмажемся. По той простой причине, что примерно в паре кварталов от нас, за россыпью домишек под веселыми розовенькими крышами, вспыхнула интенсивная перестрелка. И на сей раз в ней участвовали не только ставшие привычными «дёзерт теки», но и что-то до боли знакомое… явно из современного.

– Слышу, – вздохнул я. – Ты все еще хочешь с гостями познакомиться?

– Ага, – кивнул Мак. – Сплю и вижу. Может, хоть они поприветливее местных окажутся.

Ну вот, наконец-то напарник озвучил то, что у меня самого давно уже на языке вертелось – напавшие на нас из засады клоны-андроиды или андроиды-клоны (а не один ли хрен?!) местные. Даже вот так – МЕСТНЫЕ. Для пущей доходчивости, ага. А воюют они сейчас с пришлыми, такими же, как мы. И не помочь им будет свинством. Кому именно? А вот на месте и разберемся.

«Зевс, направление и маршрут».

«Процесс активирован. Прогресс 1 %… 3 %… Процесс завершен».

Ага, вот и навигатор. Теперь точно не заблудимся. Но для надежности все равно живность вперед пустим, особенно Ваську – он сумеет незаметно забраться на господствующую высоту и предоставить Зевсу более полную информацию о поле предстоящего боя. Но это чуть позже, когда поближе подберемся.

– Думаешь, гости резвятся? – все же счел я нужным уточнить у напарника, вздрогнув от далекого разрыва.

– А кто ж еще?

У андроклонов, по крайней мере тех, что мы видели, даже обычных гранат не было, а тут очень уж мощно рвануло… и еще… и снова. Такое впечатление, массированную атаку отбивали. Или наоборот, на прорыв пошли.

– Век бы этих уродов не видеть…

А тут Мак прав. Вот совсем нам сейчас ни к чему огневой контакт с кем бы то ни было еще. Надо постараться обойтись без крайностей, хотя бы потому, что не придется в этом случае принимать чью-то сторону. А это ох какой нелегкий выбор, по себе знаю. Хотя, казалось бы, он уже и сделан. Справедливости ради надо указать, что вовсе не нами. А может, на нас по ошибке напали? Ждали кого-то другого (не будем показывать пальцем), а мы просто оказались не в том месте и не в то время?.. Да знаю, знаю – наивный.

– Ладно, погнали. – Мастер-рейнджер Макдугал подхватил «калашников», распахнул дверь и «вытек» из помещения, сразу же превратившись в матерого хищника, готового к любой неожиданности.

А чего вы хотели? Это вам не из засады обстреливать ничего не подозревающих праздношатающихся туристов. Теперь у нас инициатива. И это мы хищники, а вы – кто бы то ни было – жертвы.

А этому Макову умению до сих пор завидую, ага.

– Чего-то они совсем разошлись! – заметил Мак, прислушавшись к резко усилившейся трескотне очередей. – Ну что, Дэнни-бой, работаем?..

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

13 октября 2138 года, вечер

На сей раз выдвинулись по всем правилам рейнджерского искусства – шли парой, Мак чуть впереди, я за ним, но немного правее, чтобы одновременно под очередь не подставиться. Бадди перебирал короткими лапами рядом с Гленном, но на смешно подпрыгивающий бульдожий зад я уже давно не отвлекался – привык. Главное, в ногах не путался да по сторонам не шарился, распугивая… кого? Да все тех же андроклонов. По размышлению я решил, что клонодроид звучит бредовее, так что пусть будет первый вариант.

Васька пока сидел в рюкзаке, его время придет чуть позже, когда еще ближе к заварухе подберемся да найдем подходящий для использования в качестве наблюдательного пункта объект. Маршрут Зевс проложил довольно извилистый, чтобы по минимуму на открытых пространствах отсвечивать, да еще и корректировал в режиме реального времени, так что шли мы уже около десяти минут. Еще, кстати, проблемка нарисовалась – с какой стороны ловчее (хотел сказать «рациональнее», но слишком уж сухо) к побоищу выбираться. Про побоище я ничуть не преувеличил – стрельба шла интенсивная, хоть взрывов больше и не было. Зато, судя по трескотне очередей, схлестнулось там порядочно народу. Хотя обладатели пушек со знакомыми голосами пребывали в явном меньшинстве – десяток навскидку. Точнее определить не получалось. А вот давили их стволов в пол сотни, если не больше. И откуда тут столько живой силы образовалось, кто бы мне объяснил? А ведь еще мы с Маком, почитай, отделение в страну вечной охоты отправили. Короче, стремно. И это я еще мягко выразился.

Дайс какой стороны к потенциальному противнику выходить в конце концов не важно – судя по звукам, меньшинство со знакомыми пушками держало оборону в окружении. Так что в любом случае со спины андроклонам зайдем. Главное, на засаду не нарваться, что вряд ли. Скорее на праздношатающихся вояк налетим, чего очень бы не хотелось. Хуже нет, чем спонтанный огневой контакт. Наблюдательный пункт по-любому нужен… вот только где бы его взять?..

О чем бишь я? Да, наблюдательный пункт. Не проблема – вон хотя бы та крыша, что из-за ближайшего коттеджа выглядывает – этот-то одноэтажный, и мы с задов приближаемся, так что, с учетом угла зрения, следующий домишко должен быть как минимум о двух этажах плюс жилая мансарда. Причем уже в прямой видимости от движухи. Почти прибыли, получается.

Двигались предельно осторожно: стрельба впереди и не думала стихать, даже, такое впечатление, становилась все интенсивнее, как будто у нападающих количество стволов увеличивалось со временем. Подкрепления подходили? Возможно. Вот только откуда? Мы специально перед выходом с крыши склада понаблюдали за окрестностями, но перемещений живой силы, а тем более транспортных средств, не заметили. По крайней мере, на улицах. Значит, из домов лезли? А там в спячке лежали? Не, бред… Черт, что-то слишком зачастил я с бредятиной… но ведь иначе и не скажешь!..

Зато с обороняющимися все было более-менее ясно и логично: поначалу я, да и Зевс тоже, выделяли на общем фоне огонь как минимум трех стволов – стиль боя у их владельцев был разный: один предпочитал короткие очереди, скорее всего, отсечкой пользовался, второй вообще в полуавтоматическом режиме бил, а третий – когда как, по обстановке. Затем первый замолк, а третий взял пример со второго, наверное, боекомплект берег. Похоже, потери гости все-таки несли, и достаточно серьезные, потому что и в целом реже огрызаться стали, задавленные шквалом огня со стороны нападающих. Судя по звукам, те действовали стандартно – часть палила почем зря, часть перезаряжалась. Потом, соответственно, менялись. Почему нельзя было под огневым прикрытием бросить на штурм мобильную группу, лично для меня оставалось загадкой. Видимо, удачную позицию обороняющиеся заняли, исключив атаку с наскока. А может, и просто идиоты – что с них взять, с андроклонов?.. Массовое производство всегда негативно сказывалось на качестве, так что вряд ли они могли похвастаться сверхнавороченным софтом. Откуда ему взяться было, в двадцатых-то годах? Кстати, еще одна нестыковка…

– Мак, может, поднажмем?

Шлемы мы предварительно наглухо герметизировали, отключив внешние динамики, так что соблюдать тишину нужды не было, и уж тем более жестами общаться.

– Нефиг, – отрезал напарник. – Или тебе любимый анекдот кэпа напомнить?

Это тот, про быков, что собираются медленно-медленно спуститься с горы и взять все стадо? Нет, спасибо. Но и с трупами особо не поговоришь, а любопытство уже гложет.

– Я на некроманта не учился, – все же посчитал я своим долгом предупредить товарища. – С мертвецами общаться не умею. Даже через нанов.

– Не суетись, – отмахнулся тот. – Раз до сих пор огрызаются, значит, крепко сидят. Сейчас дом обогнем, и Бэйзила выпустишь.

– Принял.

Ну вот как так? Вроде бы мои же собственные мысли Мак озвучил, а почему-то легче стало. И напряжение уже не такое сильное, и сердце почти из груди не выпрыгивает – притерпелся, что ли?.. Кстати, еще рывок, и надо будет кота извлекать на свет божий – вон, Гленн уже огород пересек, пристроился спиной к стенке и к углу переместился, примериваясь, как выглянуть половчее.

– Чисто.

Ага, значит, до следующего дома нормально пройдем, без эксцессов, что не может не радовать.

– Дэн, ходу.

– Принял.

Насчет огорода это я со зла – скорее, еще одна лужайка, только не со стороны фасада, а, скажем так, с тыла. И неизменные живые изгороди по периметру, все еще узнаваемые, хоть и чуть расплывшейся формы. Вроде бы даже и удобно – присел под такой, и не видать тебя. Но и самому обзор загораживают. Так что пришлось извращаться, и перебежка Мака тому пример. Теперь бы еще мне столь же благополучно стремное место пересечь…

Ладно, не в первый раз. Даже уже привычно – травка чахлая, почва под ней рыхловатая, следы ботинок отчетливо видны… демаскирующий фактор, кстати, причем издали заметный, особенно с оптикой. Но нам ведь здесь не ночевать, верно?..

– Вуф!

Да чтоб тебя! Чуть не споткнулся, отвлекшись на подавшего голос Бадди… или не из-за него? Подчиняясь наитию, я резко затормозил и развернулся, машинально вскинув автомат. Ладно хоть, палец на спуске успел удержать, а то бы выдали себя раньше времени. А что выдали – к гадалке не ходи, у наших «калашей» звук уж очень характерный. Все бы сразу догадались, что появилась третья сторона. В том сомнительном случае, конечно, если это все еще для кого-то секрет. Но в нас теплилась надежда, что после разборки с засадой мы умудрились затеряться. Так нафига палиться раньше времени? Вот-вот, и я так думаю… подумал…

А дела между тем на лужайке творились странные: как с первого же взгляда стало ясно, споткнулся я о подозрительный бугорок, которого, зуб даю, совсем еще недавно не было. И, мало того, бугор продолжал расти, вспучивая землю и заставляя травинки раздаться в стороны – этакой чужеродной проплешиной посреди безмятежной желтовато-зеленой глади. А потом еще и черным по сторонам плеснуло – такое впечатление, под слоем земли кто-то ворочался, пытаясь резкими движениями сбросить с себя гнет. Что характерно, у этого кого-то все получилось – с очередным рывком слой дерна поддался, и в прореху высунулась…

– Твою мать!..

Я ведь даже сначала и не понял, что именно на свет божий показалось. И только потом дошло, что мне довелось лицезреть затылочную часть хорошо уже знакомой каски с матерчатым чехлом. С неимоверным трудом удержавшись от выстрела, я выпустил автомат из рук – от греха, тем более что он повис на ремне, а не на землю грохнулся – и зашарил по рюкзаку рукой в поисках щупа. Надо сказать, получалось плохо – конечности не слушались, сердце, такое впечатление, провалилось в пятки, а в голове почему-то вертелась кровавая картинка из старинного фильма, что-то там про «Рассвет мертвецов». Не, ну а че? Натуральный же зомби! И из земли лезет! Тут у кого хочешь нервы сдадут… блин, как бы Мак не пальнул!..

Последняя мысль помогла взять себя в руки, и я неожиданно успокоился. Ясно же, что андроклон, больше некому. Вот и объяснение изгвазданной в земле амуниции, да и той яме на газоне, которую я мельком заметил, когда с места засады драпали. Но все равно жутко было, этого не отнять. А еще свербела мысль: они что, как картошка в земле растут, что ли? Ну и бре-е-ед… но не в законсервированном же виде там хранятся? Это еще больший бред и ересь, к тому же лишенные всяческого практического смысла.

– Мак, этот мой!

Надеюсь, профессионал в моем напарнике окажется сильнее авантюриста и раздолбая, потому что даже оглянуться на него некогда: подземный гость уже почти выбрался из могилы и пытался утвердиться на своих двоих. Получалось, прямо скажем, не очень, но по позе угадывалось наличие в руках автомата.

«А ведь у него ствол должен быть землей забит!» – обожгла внезапная мысль, но проверять догадку я не стал – нашарив-таки щуп, примерился было, как сподручнее его вонзить в клиента, но не успел: тот неестественно быстро развернулся и вскинул оружие, умудрившись щелкнуть затвором…

Выстрелить я ему не позволил – понятно, что комбез не пробьет, но зачем так подставляться? На пальбу с тыла еще гаврики сбегутся. А оно нам надо? Оно нам не надо. Так что я без колебаний шагнул навстречу противнику и без изысков вышиб автомат ногой – правой, широким маховым движением – и незамедлительно «выстрелил» уже левой, воспользовавшись инерцией и энергией разворота. Мощный бэк-кик пришелся в открывшуюся грудь и отшвырнул незадачливого андроклона к живой изгороди. Тот тяжко рухнул на спину, разом лишившись выбитого из легких воздуха, а подняться и отдышаться я ему не дал – прыгнул, в полете разложив щуп, и с размаху всадил его в незащищенную шею. Аккурат в межключичную впадину, ага. Даже сам удивился – так точно попасть еще нужно умудриться. Зато пробоотборник открыть не забыл, так что теперь у профессора появился материал для исследований. Главное, чтобы оный материал не протух до нашего возвращения на «Молнию»… а еще почему-то прямо распирает, так поделиться радостью хочется.

– Нет, ты понял, Мак?! – таки не выдержал я, одним движением освободив щуп. И чуть не матюгнулся, едва увернувшись от фонтана крови. – Черт…

– Хорош развлекаться, Дэнни-бой, – не повелся напарник. – Контроль не забудь.

Да какой, нафиг, контроль?! Мертв он. Пару раз конвульсивно дернулся, да и спекся. Зато теперь и выбор делать не надо – реакция у всех андроклонов удручающе одинакова: сначала стрелять, а потом разбираться, кто такие. Не получится у нас конструктивного общения. Исключительно при помощи жестов, раздачей люлей направо и налево, а лучше вообще на расстоянии – чтобы, как у классика, за нас говорило наше оружие.

«Зевс, нанов запустим?»

«Источники информации никогда не бывают лишними, Денис».

Ну и ладно. Вот только опять перчатку снимать, потом натягивать… но на что только не пойдешь ради науки. Да и подшлемник задрать, чтобы окончательно убедиться – ага, так и есть. Теперь уже точно закономерность – рожа один в один, даже рисунок шрамов идентичен, Зевс подтвердил. А вообще неплохо бы в живой экземпляр «мелочь» подсадить. Интересно, сможет мой друг-искин органический мозг взломать?..

«Не попробуем, не узнаем».

Да это, вообще-то, больше риторический вопрос был… хотя идея перспективная. Но вряд ли – если Зевс в убитых не обнаружил признаков наличия хоть каких-то интерфейсов, то с живыми нечего и пытаться.

«Возможно прямое подключение к синапсам нейронов отдельных участков коры головного мозга».

Так вот как ты мои мысли читаешь! Кстати, здравая идея. И вообще – даже если не сможем андроклона «прочитать», то уж проследить за ним точно по силам. Интересно же, куда он после заварухи денется…

– Дэн, шевелись! – подогнал меня напарник. – У этих, кажется, еще кого-то подстрелили.

Интересно, как он это определил? По захлебнувшейся очереди? А, не важно. Говорит шевелиться, значит, будем поторапливаться – выбора-то нет. Так что сложенный щуп за спину, «калаш» в руки и вперед, заре… хотя скорее неприятностям, навстречу. И поближе к Маку держаться, чего уж теперь.

Так и сделал – пристроился в кильватере у более опытного коллеги, контролируя левый сектор (опытный коллега взял на себя правый, неудобный), да побежал за ним, стараясь не отдавить лапы Бадди, который оказался в центре построения.

Против ожидания, улицу пересекли без эксцессов – никто в нас не стрелял, да и из-под земли незваные гости не появились. Что и немудрено – асфальт все-таки. Опасаться в этом плане стоило лишь придомовых газонов, но они не просматривались, скрытые живыми изгородями, с чем пришлось смириться. Но и здесь повезло – перемахнув два таких «заборчика», в промежутке между ними протопав по асфальтированному покрытию, андроклонов мы не обнаружили, хотя характерные ямки и нашлись. И даже чуть расслабились, оказавшись в тени стенки заранее облюбованной двухэтажки с мансардой. А вот дальше пришлось осторожничать – пальба, такое впечатление, шла точно за ней, разве что чуть левее нашей лежки. Что тоже неплохо – с фланга удобнее за обеими сторонами конфликта наблюдать.

Извлеченный из кармана на рюкзаке Васька не подвел: сдержав раздраженный мяв, безропотно вцепился когтями в облицовочный пластик и без труда забрался на крышу, ибо фактура декоративных панелей тому вполне способствовала, изобилуя всяческими углублениями, впадинами и выступами, имитирующими то ли какую-то древесину, то ли кладку из мелкого дикого камня. А может, и вовсе кору неведомого дерева. Пластиковая же черепица для кота вообще препятствием не стала, и уже через считанные секунды он затаился на самом коньке, сонно пялясь в открывшееся пространство между рядами построек.

Как оказалось, и здесь неведомые строители придерживались своеобразной симметрии: поскольку улицу мы пересекли по пути к нашей двухэтажке, то следующая располагалась в полном соответствии с планировкой поселения как раз через две линии домов. Но были и нюансы: весь следующий ряд, такое впечатление, представлял собой готовый культурно-торговый променад – постройки резко отличались от жилой застройки как формой, так и использованными технологиями. По крайней мере, лужаек перед и огородов позади не было, вместо этого по периметру раскинулись заасфальтированные дорожки – довольно широкие, к тому же часть из них явно была приспособлена под парковочные места для колесного транспорта. Правда, живые изгороди и тут повсюду торчали, но мертвые зоны за ними оставались очень маленькие, по крайней мере, при взгляде сверху. Картинку из Васькиных глаз Зевс перегонять мне не стал, предпочел воспользоваться уже хорошо себя зарекомендовавшим способом с построением трехмерной схемы, и данная схема, прямо скажем, не особо порадовала – за соседней двухэтажкой под прикрытием кустов концентрировались андроклоны, затевая атаку с тыла на бесхитростную забегаловку по типу «Хэппи чикен», распространенных на Новом Оймяконе. Естественно, не настолько капитальной – ни кирпича, ни бетона, ни хотя бы бревен в полтора обхвата, все тот же пластик, фанера и облицовочные панели где-то до метра, потом обширнейшие – минимум двухметровые в высоту – окна, еще участок стены (с полметра) и плоская крыша с выступом по всему периметру. Если наши незваные гости там засели, завидовать им не приходится – хуже позицию даже я бы не смог отыскать. Но, опять же, что-то могло и ускользнуть от внимания. Так что посмотреть своими глазами будет совершенно не лишне.

Судя по тому, что Мак молча подобрался к двери и принялся колдовать с замком, мой напарник пришел к аналогичным выводам. Впрочем, про «колдовать» я преувеличил – этот дом тоже оказался не заперт, и мы без труда проникли внутрь. Судя по поведению Бадди, андроклонов в непосредственной близости он не учуял, так что мы без опаски поднялись на второй этаж. Пес и здесь остался безмятежен, и мы всей честной компанией перебрались в мансарду, подивившись уюту двух комнатушек с наклонными стенами, не избалованными ни обоями, ни краской. А еще здесь нашлась кое-какая мебель – кровати (без матрасов и белья), пара кресел и четыре пуфика.

Первым делом осмотрелись, и Мак текущей позицией остался недоволен – забегаловка просматривалась нормально, а вот лужайку соседнего дома было видно лишь частично. Но даже увиденного напарнику хватило, чтобы сокрушенно покачать головой – дескать, плохо дело.

– Дэн, я вниз.

– Уверен?

– Абсолютно. С фланга за изгородью засяду, иначе половину гавриков не достать. А так, может, гранатами часть накрою.

В отличие от меня, мастер-рейнджер Макдугал не только холил и лелеял профессиональную паранойю, но и был еще самую чуточку оружейным маньяком. Иначе на фига с собой еще и ручную артиллерию тащить? Напоминаю – мы собирались шариться по пустой Аномалии. Пустой. То бишь без обитателей.

– Ты все-таки решил их атаковать?

– А у тебя есть другой вариант?

И ведь не поспоришь… я же говорил, что забегаловку хорошо видно? Вот именно. Так что в незавидном положении обороняющихся мы убедились чуть ли не с первого взгляда. Как и в несомненной разумности действий атакующих: обстреливали заведение с фасада и флангов, заставляя защитников укрываться за стенами, которые худо-бедно защищали от пуль (в отличие от давно выбитых окон), а с тыла не трогали, ослабляя внимание. Хотя, если там и впрямь всего ничего защитников осталось, и ослаблять нечего – прижали огнем, и вперед, давить массой. Но почему-то ведь не давили? Скорее всего, попробовали, но нарвались на жесткий отпор – взрывы тому доказательством. Вот только воронок почему-то не наблюдается. Хотя какое-то количество тел на прилегающих территориях есть – даже с моей позиции видно. Боюсь представить, что с фасада творится, судя по всему, основная атака именно оттуда и шла.

Зато теперь перегруппировались и решили по старинке давить массой, но с тыла. И таковая между тем в наличии – судя по схеме Зевса, за живой изгородью соседней постройки сконцентрировался десяток штурмовиков, готовый в любой момент атаковать. Или, наоборот, встретить огнем отступающих защитников забегаловки. Логика простая: три направления перекрыты, идти напролом себе дороже – судя по сократившемуся количеству стволов обороняющихся, их защита массированный обстрел не держит, а бежать далеко, в несколько огней возьмут и расстреляют в клочья. И даже если умудриться пересечь открытое пространство, нужно будет еще позиции андроклонов пройти, что тоже лотерея. Посему выход ровно один – смываться в оставшемся свободным направлении. Но лично я бы очень сильно задумался – а почему тыл не перекрыт? И девять из десяти, что заподозрил подвох. И еще я бы однозначно эту строну постарался прикрыть ненадежнее, потому как очевидно, что это наиболее вероятное направление новой атаки. А что? С фронта нарвались, теперь отвлекают… так что еще большой вопрос, куда лучше прорываться. И стоит ли прорываться в принципе. Не проще эвакуацию запросить? А до того сидеть на попе ровно… нет, вряд ли. Не позволят местные. Не для того они гостей в забегаловке блокировали, чтобы спокойно дожидаться прибытия эвакуационного средства. Или как раз для этого? Чтобы, так сказать, максимальный урон причинить? А что? Сбил катер, и уже точно никуда незваные гостюшки не денутся… но это если есть, из чего сбивать. Впрочем, гарантий тут никаких, потому и не стали мы с Маком Алиску вызывать. У нее подлетное время по запросу в пределах трех-четырех минут, но рисковать все равно не хочется. Куда рациональнее будет вступить в контакт с гостями, и только потом связываться с «кавалерией». Вполне возможно, предварительно с оными гостями расправившись. В общем, не такие уж и грандиозные неприятности нам с мастером-рейнджером Макдугалом светят. Уж чего-чего, а оторваться от преследования и затеряться в застройке всегда успеем.

– Бадди, сидеть! – отшил Гленн вознамерившегося было рвануть за ним пса. – Сторожи Дэна.

Бадди с укоризной покосился на Мака, тяжко вздохнул и пристроился у моей ноги, чутко дергая обрубками ушей – решил положиться в нелегком деле охраны на слух и нюх. И правильно, посмотреть я и за двоих способен. Тем более с господствующей высоты – окошко в скате достаточно удобное. И не просто окошко, кстати, а этакий складной мини-балкончик – откидываешь створку вверх, а с ней заодно еще и кусок крыши снизу встает вертикально на шарнирах. А рычажная система еще и небольшие перильца с боков образует. Красота, короче – над головой прозрачный козырек, а с трех сторон свежим ветерком обдувает. Наверное. Проверять, я думаю, не стоит – привлеку еще внимание лишнее, и прилетит откуда-нибудь подарочек в виде полновесной очереди. Хотя для тех андроклонов, что защитников забегаловки огнем прижимают, далековато будет, а те, которые за живой изгородью, палиться поостерегутся. Впрочем, когда Мак начнет веселье, я тоже свою лепту внесу, обязательно. Заодно и визуальный контакт с обороняющимися организую – вряд ли они останутся безучастными к неожиданной помощи, по-любому из укрытия выглянут. Да из банального любопытства, даже если логику боестолкновения проигнорируют, того самого, что в полном разгаре – огонь с трех сторон не прекращался ни на мгновение. Кажется, он так и назывался – беспокоящий. По крайней мере, что-то такое Мак как-то упоминал. Хотя не факт, что купятся… будь они поумнее…

Ха! Что я там про «поумнее» ляпнул?.. Явно со зла. Потому как ни разу не сюрприз для них концентрация противника с тыла – видели их прекрасно. С господствующей высоты, ага. А вот сами укрылись надежно, за бордюрчиком по периметру крыши. Я и сам вряд ли бы их засек… вернее, его. Лежал он в тени, стараясь не высовываться, а перепад высот у нас не очень большой. Так что только ботинки и видно. А этот, который в засаде, наверняка видеокамеру приляпал на внешней стороне бордюра, и спокойно за суетой наблюдал. Более того, наверняка и Мака засек – тот от взгляда с этого направления не прятался за ненадобностью. Кстати, еще один косяк андроклонов: вот что им стоило при значительном численном превосходстве загнать часть народа на близлежащие крыши? Еще бы и сверху гостей поливали. Но почему-то не стали. Не сообразили? Н-да, я был о них куда лучшего мнения – на нас-то засаду грамотно организовали, взяв в три огня. А тут такой очевидный прокол…

Упс… пропали ботинки… и куда он, интересно?..

Додумать эту интереснейшую мысль я не успел – из-за парапета осторожно высунулась голова в десантном шлеме, практически таком же, как у меня, то есть однозначно не местного, так сказать, производства, и, такое впечатление, уставилась прямо на меня. Понятно, что сквозь забрало фиг разберешь, да и меня не должно быть видно сквозь мутноватый оконный пластик, но вот поди ж ты!.. А потом еще и ладонь показалась, изобразившая прицельный выстрел из пистолета. Мало того, наблюдатель еще и типа дымок «сдул», а потом еще и издевательски честь отдал.

Спалился, как есть спал ил ся! И что теперь?..

– Мак, как слышишь, прием?..

– На связи, – хриплым шепотом отозвался тот.

Ага, значит уже близко подобрался к андроклонам, настолько, что машинально голос понизил, забыв про отключенные динамики и загерметизированный шлем. Но у него всегда так в особо напряженные моменты.

– Нас, кажется, пропалили.

– Нас? – хмыкнул напарник. – Или конкретно тебя?..

Фигура на крыше забегаловки, как будто уловив, о чем разговор, демонстративно прицелилась из пальца куда-то в сторону первого этажа моей хибары и снова изобразила выстрел с последующим сдуванием дымка.

– Да, походу, обоих…

– Значит, гавриков тоже видят…

– К гадалке не ходи.

– И че теперь? Дэн, попробуй с ними пообщаться, чтобы нам одновременно вдарить.

– Как ты это себе представляешь?! – изумился я. – Флажковой азбукой? Или азбукой Морзе?..

– Да хоть жестами, как в «Крокодиле»! – шепотом рявкнул Гленн. – Игра который! Не тормози только, а то еще и эти пропалят… че там с Бадди?

А что с Бадди? Черт, а ведь что-то ненормальное – пес застыл посреди мансарды, уткнувшись носом в пол, и рычал – едва слышно, но злобно и непрерывно. Я его еще таким никогда не видел, если честно.

– Мак, у тебя там все в порядке?

– Да вроде…

Ладно, пусть себе рычит. Если бы нас обнаружил еще кто-то, те же андроклоны, они бы уже палили из всех стволов, или бы по крайней мере лезли из земли. И Макдугал бы их непременно заметил. Так что запас времени пока был. Пообщаемся, что ли?..

Подшагнув вплотную к окну, я приветливо помахал так и не скрывшемуся за парапетом шлему, и его владелец отзеркалил жест. А потом еще поднес ладонь к уху – ну, вернее, к тому участку, где оно под пластиковой броней скрывалось, дескать, внимательно слушаю.

Это хорошо, что слушаешь. Надеюсь, и следующая серия жестов – указательный палец вверх (внимание!), потом вниз, в направлении живой изгороди (смотри туда) – без ответа не останется.

Что характерно, угадал – владелец шлема высунулся почти по пояс и пожал плечами, типа, вижу, и что дальше? И тут же ничком свалился за парапет, видимо, отреагировав на звон чего-то большого и хрупкого, разлетевшегося в крошево от попадания. Даже мне за закрытым окном было слышно, и это на фоне непрекращающегося треска очередей! Не мудрено, что мой «собеседник» так отреагировал. Впрочем, надо отдать ему должное, быстро опомнился и снова показался над укрытием.

Чем я и воспользовался, жестами изобразив, как сверху расстреливаю позицию андроклонов в засаде, а потом еще и поманил рукой. Правда, в ответ получил отрицательное мотание головой, а потом свой же жест, типа, не-а, лучше ты к нам. Ну и вот как с ними? Предлагаешь помочь, а они издеваются… или нет? Вот как его понимать – сначала пальцем у виска покрутил, а потом им же куда-то вниз ткнул? А затем снова позвал, мол, к нам давайте. Вот на кой? Они же в окружении, им же вырываться надо, а не к себе кого-то еще зазывать…

– Р-р-р-рыыы!!!

– Бадди? – отвлекся я от переговоров.

Пес вдруг сорвался с места, едва не вписавшись слюнявой мордой в дверь, но вовремя притормозил и оскалился, застыв прямо напротив – мол, подходи, вражина, продемонстрирую тебе фирменный прием «яйцехват»! А вот это я уже видел, и неоднократно. Пора делать ноги, причем с вероятностью куда большей, чем девяносто процентов. «Жопочувствительность» пса, помноженная на его же слух вкупе с нюхом – самый надежный индикатор опасности из всех, что мне известны. А тут еще, судя по схеме на дисплее в глазу, и Васька забеспокоился…

«Денис, подозрительная активность вокруг твоей позиции».

Картинка есть?!

«Визуальных признаков не обнаружено».

Это как это?! Под землей, что ли, подползают?! Или по подвалам, которых здесь нет? Вроде бы…

– Дэн, сваливай!!!

Ч-черт!.. Вот теперь точно амба…

…или еще нет, как в старом анекдоте? Может, еще усугубить не помешает? Например, поддержав Мака огнем? Вот только не видно его, даже когда опять к окошку практически прилип, ничего рассмотреть толком не смог… хотя нет, тип на крыше аккурат в поле зрения. И вел он себя по-идиотски, иначе и не скажешь: поднялся во весь рост, проигнорировав возможный обстрел теперь уже со всех сторон, нашарил меня взглядом и экспрессивными жестами просигнализировал, что сейчас что-то нехорошее сделает и неплохо бы всем заинтересованным лицам свалить из зоны поражения. Каковая, если я правильно интерпретировал сигналы, приходилась аккурат на живую изгородь, за которой кучковались андроклоны.

Точно! Мак же где-то поблизости, и тип его наверняка видел. А вот Гленн типа – нет. Черт, ретранслятором придется поработать, наплевав на собственную безопасность.

– Мак, вспышка прямо!!!

Ну вот, сделал все, что мог. Уж если мистер Макдугал и на это не среагирует… значит, судьба у него такая. А мне и о себе позаботиться пора… тем более, что на первом этаже сразу в нескольких местах затрещало и зазвенело – такое впечатление, что и окна высадили, и прямо через стену проломились. Кто? Да вот даже и не знаю, на кого подумать… Бадди еще подвывает, зараза!.. Блин, ну вот что теперь делать, а?! В окно выпрыгнуть? А пес?.. Сам того не осознавая, я машинально сместился к единственно возможному выходу, то бишь тому самому окну, мучительно пытаясь взвесить все за и против…

…а тип на крыше тем временем прицелился в «засадный полк» из… а из чего? Вроде бы штурмовая винтовка, что-то смутно знакомое, и в то же время нечто совершенно неизвестное – подствольник настолько оригинального дизайна? Или что-то алиеновское, к человеческой пушке присобаченное?..

– Бадди! Ко мне!!!

Пес, не прекращая рычать и по-прежнему демонстрируя злобный оскал, медленно попятился от двери – не по своей воле, вестимо. Зевс в очередной раз помог. Но даже он на не смог достаточно мотивировать псину – микроуколы нанов по сравнению с внешней угрозой представлялись нашему питомцу куда менее опасными. Хоть за хвост подтаскивай, как Васька, когда он на «кис-кис» не идет…

…гость, тщательно примерившись, выпалил из подствольника – я среагировал на движение и обернулся как раз вовремя, чтобы заметить вздернутый отдачей ствол – и за живой изгородью незамедлительно вспухло облако термобарического взрыва. Звук получился соответствующий, да и тряхнуло знатно, а попавших под раздачу андроклонов и вовсе разбросало по округе, кого впечатав в ближайшую стену, кого просто отшвырнув на десяток метров. Впрочем, всех пострадавших роднило одно – отсутствие признаков жизни в изломанных телах. Вакуумный взрыв не шутка, особенно для незащищенного человека. А от такого воздействия у наших противников защиты однозначно не было. Итог закономерен: не жильцы.

Зато стало понятно, как обороняющиеся предыдущую массированную атаку отбили. Если у них еще хотя бы два-три таких ствола найдется, да боеприпасов в достатке… м-мать, а ведь они очень серьезные соперники! Тут и захочешь, а перечить не станешь. Тем более, как выяснилось, была в их поведении определенная логика. А вот в нашем с Маком почти что и нет. Вернее, нам-то мнилось, что еще какая, но опыт, сын ошибок трудных, показал иное…отвлекся что-то. Тут о себе думать надо, а не о посторонних людях.

– Мак!!!

– Вали оттуда, Дэнни!!! – немедленно отозвался тот. А потом из динамиков донеслись выстрелы, быстро сменившиеся топотом, тяжким Маковым хеканьем и подозрительно похожими на удары звуками. – В забегаловку рвись!!! Н-на!..

И снова пальба… заполошной очередью, явно навскидку.

Ф-фух, хоть он вырвался… а вот мне, походу, амба… судя по схемке на дисплее (Зевс сообразил согнать Ваську с крыши, а затем еще и заставил обогнуть наш коттедж по большому кругу, подальше от «засадного полка», примерно рассмотрев диспозицию противника) андроклоны вылезли из земли по всему периметру, и прорвались на первый этаж сразу с нескольких точек. По ямам в газонах и силуэтам в окнах Васька засек не меньше десятка экземпляров, и сейчас они все кучковались по комнатам на первом этаже. И чего ждут, спрашивается?..

Озарение, как и всегда, снизошло внезапно, и я, цапнув Бадди за шкирку, вжался всем телом в оконную нишу. Как показала практика, вовремя: андроклоны, как сговорившись, принялись палить в потолки. Чисто наугад, но плотность огня весьма впечатляла – несмотря на то, что большая часть пуль не пробивала перекрытие между вторым этажом и мансардой, сколько-то все же просвистело мимо, проделав заодно дыры в скатах крыши. Высадили, как это у них и принято, по магазину, и взяли паузу. Повезло, можно сказать, что не сообразили сразу подняться на уровень выше… или они это осознанно? Очень похоже, судя по тому, что, перезарядившись, примерно половина личного состава ломанулась по лестнице, пока оставшиеся повторно поливали потолки огнем.

Ясно-понятно. Обстреляли в надежде если не попасть, то хотя бы заставить спрятаться. Сейчас первая волна захлестнет второй этаж, пройдется частой сетью по комнатам, и сценарий повторится, только уже с более для нас с Бадди плачевным результатом. Так и придется прыгать…

– Зевс, Васька далеко убежал? Обзор есть?

«Наименьшая концентрация противника с фасада, Денис».

Понятно. Гость поголовье проредил, а потом еще и прорвавшийся Мак покуролесил. А еще, очень вероятно, как минимум он коттедж «держит». В ожидании меня, такого из себя красивого. В самом деле, не совсем же я дурак, чтобы в другую сторону прорываться?! И в этом он, несомненно, прав.

Черт, как эта хрень работает-то?! Какого?.. Я инженер, или где?.. Ага, стопор, шпингалет… вот тут надавить… есть!!!

Верхняя часть окна послушно откинулась на шарнирах, а вот с нижней – куском крыши – пришлось еще немного помучиться. Впрочем, долго думать или колебаться было некогда, так что я просто воспользовался грубой силой, одним пинком разложив перильца. Те громко хрустнули, но мне уже было плевать – схватив что-то заподозрившего Бадди за ошейник, я высунулся с миниатюрного балкончика по пояс и решительно отправил питомца в короткую прогулку по черепице. Бадди возмущенно взвизгнул, пересчитав задницей несколько штук, и… застрял в водосточном желобе.

– Твою же ма-а-а-ать!!!

Полет получился недолгим – вымахнув с балкончика, я приземлился пятой точкой на скат (хитрый комбез поглотил удар, так что нижние полушария мозга не отшиб) и поехал вниз, еле успевая сучить ногами, когда каблуки упирались в очередную черепичину. Падать тут, если разобраться, всего ничего, и не с такой высоты сигать приходилось во времена оны (и отнюдь не всегда под чутким руководством тренера дяди Коли), да еще и пальба за спиной – из комнат второго этажа по потолкам – нехило мотивировала. Так что я без колебаний поджал ноги, благополучно миновав водосток, и рухнул вниз, попутно успев сграбастать за шкирку натурально офигевшего пса.

Естественно, сам Бадди ни за что бы сей акробатический экзерсис проделать не решился – не враг же он себе? Но в моей компании все завершилось относительно благополучно: за время короткого полета я успел прижать питомца к груди, едва того не придушив, а когда подошвы ботинок коснулись земли, спружинил, как когда-то учили, и ушел в кувырок, окончательно погасив энергию удара. В рюкзаке что-то хрустнуло, пес обиженно заскулил, да у меня и самого дыханье сперло – видимо, висевший на груди автомат неудачно враспор попал, когда я кувыркался – но ничего не сломал и даже не вывихнул, как можно было ожидать.

Правда, на этом мои успехи и закончились: едва выйдя из кувырка, я буквально нос к носу столкнулся с андроклоном. Тот тоже, мягко говоря, удивился, а потому адекватно среагировать не успел – я разжал руки, уронив заскулившего Бадди на землю, и с ходу отоварил оппонента в грудь с ноги. Мудрить не стал, «выстрелив» стандартным тайским «типом», и пока «отоваренный» летел спиной вперед на порядком покоцанную живую изгородь, цапнул из набедренной кобуры пистолет – сработали-таки рефлексы, не один месяц нарабатываемые под руководством мистера Макдугала. Я, собственно, и пса уронил, чтобы руки освободить. А за автомат хвататься не стал, поскольку извлечь «беретту-супернова» было тупо быстрее. Равно как и принять классическую стойку для стрельбы с двух рук – хоть сейчас на картинку в учебник по стрелковой подготовке. Молодец Мак. Нужно его будет похвалить. Потом… а сейчас «дабл тап» в район солнечного сплетения – пули бронежилет не пробили, но заставили андроклона растележиться на земле, подмяв куст – и второй под открывшийся подбородок, чтобы мозги вместе с затылком вынесло… м-мать, а ведь так и вышло!..

С трудом задавив приступ тошноты, я развернулся на шум шагов и собачий рык (Бадди немного отошел от шока и приступил к непосредственным обязанностям) и точно таким же манером встретил еще одного андроклона. Впрочем, второй сдвоенный выстрел я сделал уже в падении – ну его на фиг, ростовую мишень изображать. Сейчас как начнут садить из окон очередями, и мало не покажется… ф-фух, вроде никого больше поблизости… давай бог ноги, что ли?.. Нет, сначала перезарядиться – минус восемь, осталось всего семь. А кто знает, сколько еще стрелять придется?.. Посему, даже не пытаясь покуда встать или перевернуться на живот, торопливо выщелкнул полупустой магазин, параллельно левой рукой вытянув из гнезда на кобуре запасной, и вбил его в рукоятку пистолета. Готово! Курсант Смальков упражнение закончил! И даже норматив с запасом перекрыл, поскольку затвор передергивать не пришлось – патрон уже был в патроннике. И у меня сейчас шестнадцать выстрелов в запасе, что не могло не радовать.

– Бадди, за мной!!!

Вот теперь самое время перевернуться да рвануть с низкого старта. Разве что перед этим еще автомат с груди передвинуть на спину, для надежности зафиксировав его на новом месте инерционной стяжкой, интегрированной в ремень. Как влитой сел, прижатый к рюкзаку. Удобная штукенция, между прочим – потянул за один конец, длина уменьшилась. Нажал на фиксатор – ремень стравился. Тоже, кстати, из недавних корпоративных поставок. Надо будет папеньке обновку нахвалить… и погнали уже, наконец!..

Рывок получился знатный – изгородь я по факту перемахнул, почти не задев верхушку. А вот приземление получилось… фееричным, иначе и не скажешь. Вернее, на своих двоих я утвердился удачно, но стоило лишь сделать первый шаг, как растележился во весь рост – не будь на мне шлема, нос бы точно расплющил. Или еще чего похуже. Это за что же такое я умудрился ногой зацепиться? Если конкретнее, правой?! Корень неудачно подвернулся? Или?..

Как незамедлительно выяснилось – или. Не решившийся проигнорировать команду Бадди понесся за мной, но закономерно отстал у изгороди – для коротконого пса она представляла достаточно серьезное препятствие, так что ему пришлось в прямом смысле слова сквозь нее протискиваться. В итоге успел он, можно сказать, к шапочному разбору. Зато сразу просек ситуацию и набросился на андроклона-недобитка, умудрившегося мертвой хваткой вцепиться в мою лодыжку. И сразу же нарвался на удар наотмашь, отшвырнувший его… хотел сказать, в терновый куст – настолько жалобно заскулил мой питомец, с шумом проломив тушкой густые ветки. Зато цепкая тварь на мгновение отвлеклась, и мне этого хватило, чтобы повернуться на правый бок и начать методично вбивать левую ногу ей в голову.

– На!.. Н-на! Н-на, с-сука!!!

Выстрелить я почему-то не догадался – видимо, потому, что правая рука оказалась по факту подо мной, и пришлось бы проделать множество подготовительных движений. А так знай себе, пинай, стараясь приложиться по каске каблуком.

На третьем ударе пальцы андроклона разжались, и я судорожным рывком попытался разорвать дистанцию и подняться на ноги. Что характерно, почти получилось – по крайней мере, от данного конкретного недобитка я ушел. Почему недобитка? Да у него, такое впечатление, позвоночник был переломлен, так что подвижность сохранила только верхняя часть тела. От этого ушел, короче. Зато подставился другому, каким-то чудом сумевшему пережить термобарический взрыв, не потеряв дееспособности. Хотя контузило его по-любому, иначе не полез бы в ближний бой – проще говоря, бросился на меня, умудрившись подбить плечом руку с «береттой», облапил и попытался свалить. И вряд ли бы ему это удалось, но снова вмешался случай в лице, то бишь морде, верного Бадди. Тот как раз выбрался из кустов и не задумываясь бросился мне на выручку. Вот только вместо помощи попал под ноги, и я через него элементарно навернулся.

…упал не особо удачно – на спину, да еще и андроклоном сверху придавило. И пистолет самым бездарным образом выронил. Зато правая рука относительно свободна… вот только что делать, ума не приложу. Ладно хоть, этот не додумался зубами в шею вцепиться. Хотя… хотел бы я на это посмотреть. В загерметизированном состоянии шлем с комбезом соединен укрепленным стоячим воротником, его пули не берут, а тут зубы… так что и нечего ему особенно мне противопоставить – удушение через руку, если воспользоваться термином смешанных единоборств, у него вряд ли прокатит, да и коленями меня бить бесполезно. Невнятная возня, и ничего более. С моей стороны, впрочем, тоже – я даже до ножа не дотянусь, который в ножнах на груди, аккурат под тварюгой… кста-а-ати!..

«Зевс, готовь нанов!»

«Принял».

Я, помнится, хотел какого-нибудь андроклона «засеять» живьем… чем не шанс? Теперь бы еще от перчатки избавиться…

Помог Бадди – быстро сообразив, что к чему, Зевс вынудил пса перестать мусолить клону ногу и вцепиться зубами в мою ладонь. Сопротивляться я не стал, наоборот, помог питомцу, и мы совместными усилиями в считанные мгновения сумели сдернуть предмет амуниции со свербящей длани. В кончиках пальцев уже покалывало, я имею в виду. А потом я сделал то, что многократно отрабатывал на особо лютых тренировках, но ни разу еще не применял на практике: ухватив левой ладонью срез каски, отжал голову андроклона назад и от души вдавил большой палец правой ему в глазницу. Что характерно, левую – до нее дотянуться было проще. Глазное яблоко спружинило, но андроклон, такое впечатление, даже и не заметил, что ему сейчас глаз выдавят. Пришлось, внутренне замерев от ужаса и омерзения, нажать посильнее… под пальцем хлюпнуло, на забрало плеснуло кровью, но зажмуриться я себе не позволил, равно как и опорожнить желудок – не время и не место. Опять же, адреналин поспособствовал. Вот только и радикальная мера не помогла – мой оппонент, такое впечатление, боли вообще не чувствовал. Поднажать еще?.. Не вариант, пальцы у меня крепкие, специально тренированные, так до мозга доберусь, и кранты – зря нанов «засеял»… или еще не все?..

«Процесс завершен успешно».

А вот за это спасибо… а ты, вражина, получай-ка!..

Размахнуться особо не получилось, да и точность оставляла желать лучшего, но в челюсть я попал с первого же раза. И со второго тоже. И с третьего. Вот только не реагировал андроклон на плюхи, способные отправить нормального оппонента как минимум в нокдаун. С каждым ударом я паниковал все сильнее, но мне снова повезло – левой я по-прежнему тянул каску, и в какой-то момент ремешок не выдержал, лопнул. Каска от мощного рывка куда-то улетела, но главное, что при этом открылся висок, по которому я незамедлительно и зарядил основанием кулака – своеобразным (если не сказать корявым) хаммер-фистом. Этого хватило – андроклон обмяк и рухнул на меня, еще сильнее залив забрало кровью из пустой глазницы. Впрочем, с этим пришлось смириться, да и некогда было ужасаться и предаваться тошнотикам – кое-как свалив с себя тяжелое тело, для чего пришлось помогать ногами, я перекатился по земле, сцапал обнаружившийся неподалеку пистолет и снова рванул с низкого старта… вернее, собрался, но в последний момент, отвлекшись на рык Бадди (который, удивительное дело, совсем не терялся на фоне треска очередей), развернулся и встретил стандартным «дабл-тапом» очередного противника. На этот раз мне попался свеженький экземпляр, скорее всего, авангард штурмовой группы, которая меня из коттеджа выкурила. В этого с первого раза попал удачно – две пули в лицо в прямом смысле слова смели андроклона за живую изгородь.

– С-суки!!!

Столь экспрессивную мою реакцию вызвали еще несколько вражеских единиц, слаженно вывалившихся из дома, но не спешивших бросаться вдогонку – напротив, они как по команде вскинули автоматы и попытались поймать меня на мушку. Могли бы и не напрягаться особо, просто палить в мою сторону – при такой плотности огня однозначно бы достали… а мне им и противопоставить нечего, кроме «беретты». Эх, сейчас бы подствольник, как у гостя! Одним попаданием бы накрыл!.. Кстати, а чего он не стреляет? Я ему не интересен?..

– Ч-черт!..

Голова самого шустрого, успевшего вскинуть «дезерт тек» и даже навести в мою сторону, разлетелась в куски от удачной очереди на три патрона (Мак, к гадалке не ходи!), и столь же оперативно подобная участь (но без столь мерзких спецэффектов) настигла соседнего андроклона. А потом и остальные задергались от попаданий…

– Дэн, вали! Не отвлекайся!!!

Вот спасибо, напарничек! Вовремя прикрыл… теперь не тормозить, и Бадди из вида не терять – тот вряд ли сумеет запрыгнуть в окно забегаловки. Высоковато для него. Даже с разбега, ага. Но ему и не пришлось – я про верного питомца не забыл и забросил его в помещение первым, до того, как самому навалиться пузом на подоконник и грузно шмякнуться на пол, но уже изнутри постройки. Кстати, вовремя – едва между нами и погоней возникла сомнительная преграда в виде стенки, как в самой ее гуще рванула еще одна термобарическая граната – наша «крыша» проявилась, причем во всей красе. И враги кончились. Все и вдруг. Меня даже на нервное «ха-ха» пробило, когда я осознал, что зря перетянул автомат со спины в боевое положение – стрелять в данный конкретный момент не в кого. По крайней мере, с нашего направления, так-то по-прежнему с оставшихся трех сторон потрескивало и посвистывало. Такое впечатление, нет у андроклонов связи внутри отряда, координация ни к черту… но хоть какая-то есть. В отличие от нас, то бишь бравых рейнджеров в нашем с Маком лице, и отчаянных гостей.

А еще навалилась слабость вкупе с тошнотой, и я поспешил разгерметизировать шлем, вслепую ткнув сенсор на подбородке. Забрало откинулось, и я согнулся в жестоком приступе кашля, умудрившись оттолкнуть слюнявую морду Бадди, который от полноты чувств (еще бы, живы остались, причем не «благодаря», а «вопреки») полез было лизаться. Что характерно, выплюнув предварительно мою правую перчатку, с которой я уже мысленно успел распрощаться. Впрочем, меня так и не вырвало, что тоже несомненный плюс. А еще Васька объявился – выпрыгнул неведомо откуда и принялся тереться о мою штанину. Хотя должен признаться, что как раз о нем я волновался меньше всего – он непосредственно в зарубу не попал, смылся загодя в полном соответствии с ролью стороннего наблюдателя.

Немного отдышавшись, я уселся прямо на пол, прислонившись спиной к стене, и принялся натягивать подобранную перчатку, попутно криво ухмыльнувшись Гленну, который так и торчал у окна в простенке с «Калашниковым» наготове:

– Похоже, обделались мы легким испугом, а, мастер?..

– За всех-то не говори, – буркнул тот.

Разгерметизировать шлем он не стал, но внешние динамики подключил, видимо, чтобы удобнее было с нечаянными союзниками общаться.

– Точно-точно, красавчик!

Звонкий девичий голос с приятной хрипотцой, немедленно напомнивший мне про Асти, заставил отвлечься от жестокой реальности и задрать голову к потолку – именно оттуда он и доносился. Вернее, с лестницы, ведшей, скорее всего, из кухни (а я именно в ней и оказался, судя по характерному набору приблуд) на крышу. Вот-так-так! А ведь до того и не понятно было, кто именно со мной общался – шлем стандартной конфигурации, да и комбез ничем не выдающийся, к тому же загроможденный «разгрузкой» с боекомплектом и грозным стволом, который сейчас пребывал за спиной. Зато теперь, узрев фигуру нашей спасительницы во всей, так сказать, грозной красе, сомнений не осталось – грациозна, фактурна, но крупновата. Для девчонки, естественно. Остановившись посредине пролета, наша новая знакомая изящным движением откинула забрало и стрельнула в меня лукавым взглядом:

– Ну здравствуйте, конкуренты!..

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

13 октября 2138 года, вечер

…дожил, м-мать!.. Теперь еще и третья баба мне будет мозг пудрить. Мало тех двух – блондинки с брюнеткой, – так еще и рыжая нарисовалась. Полный комплект, короче. Хотя, вынужден признать, в плане привлекательности что Асти, что Алиска выигрывали у новой знакомой с большим отрывом. И виной тому вовсе не челка цвета темной меди, не веснушки (без помощи Зевса я бы их и не разглядел, так что невелика беда), и уж точно не лицо – вполне себе миловидное. Львиную долю привлекательности сжирал взгляд – холодный, как бы сквозь собеседника… и пустой. Сказать неживой неправильно будет, а вот пустота… она ведь тоже разная. Например, в глазах нашей спасительницы душа не отображалась. Совсем. Те еще зеркала. Такой палец в рот не клади, и спиной не поворачивайся. Как определил? Да хрен знает, интуиция… или, наконец, научился в бабах разбираться.

Примерно такие мысли меня и одолевали несколько мгновений. А еще я мучительно соображал, с чего начать разговор.

Выручил Мак, который со свойственной ему прямолинейностью (не сказать грубостью) поинтересовался:

– А ты кто, подруга?..

– Я ваш счастливый билет, – не осталась в долгу та. – Хотите – пользуйтесь, хотите – про… упустите шанс. Вас на улице ждут с нетерпением. Седьмой, держи тыл!

Ф-фух, аж испугался! А дамочка-то непроста, весьма непроста. Опыт работы на руководящих должностях чувствуется, да и командный голос что надо, поставленный. Даже наш кэп так не умеет. Не мудрено, что буквально через секунду в наш закуток вломился молчаливый громила, на фоне которого мы с Гленном самым натуральным образом затерялись. Громила тащил большую пушку о двух стволах – скорее всего, ручной пулемет с подствольником, каковой и пристроил сошками на подоконник. И незамедлительно выпустил пару коротких очередей в сторону нашего недавнего убежища. Коттедж и так уже немало пострадал, а тут еще из мощного пулемета обстреляли – поневоле затрещали стены, да и оконный пластик такого надругательства не выдержал. В ответ раздались жиденькие очереди, выдавшие как минимум троих андроклонов, и громила принялся их методично изничтожать – неторопливо и со смаком.

– Ну что, мальчики, прогуляетесь со мной на крышу?.. – иронично вздернула бровь девица. – Или отпустите девушку одну отбиваться?

Какой у нее акцент интересный… ни разу не слышал такого. Что, впрочем, и немудрено – миров в Колониальном союзе не одна тысяча, и на доброй половине из них в ходу собственная версия пиджин-инглиша. У этой хотя бы говор понятный, слова академически правильные, но что-то такое в произношении есть… трудноуловимое.

А насчет «отбиваться» это она правильно заметила – стихшая было пальба из прилегающих построек вспыхнула с новой силой, такое впечатление, что нас (теперь уже точно нас) давить огнем начали в преддверии атаки. Так что однозначно помочь придется. И я бы уже бросился к лестнице, да больно уж дикий контраст между пустым взглядом и игривым тоном рыжей фурии. Когнитивный диссонанс у меня, короче. Заодно с разрывом шаблонов. Вот и подтормаживаю.

– Бадди, за мной!

А вот за Маком никогда не заржавеет. Есть такое слово – надо. Соответственно, Гленн всегда готов. Так что мне не осталось ничего иного, как последовать за более мудрым товарищем. Правда, предварительно самого себя осмотрев на предмет экипировки. Против ожидания, все оружие оказалось на месте, даже «беретта» в кобуре торчала – хоть убей, не помню, когда я ее туда сунул. Магазин в «калаше» менять не надо, один хрен из него не стрелял, так что вперед, заре (вечерней, ага) навстречу…

Крыша, оказавшаяся плоской, как стол – тут даже вентиляционные короба на задней стене крепились, как я на бегу (еще когда от андроклонов улепетывал) заметил – встретила нас неприветливо, то бишь свистом пуль и чувствительным ветерком. Надо сказать, вне Аномалии такого почти не было, а тут, скорее всего, асфальт грелся, ну и местная аэродинамика давала о себе знать. Не такой, конечно, ветродуй, как между двумя параллельными многоэтажками у меня на родине, но все-таки. Но бог с ним, с ветром. Тут того и гляди шальным выстрелом заденет. Нет, забрало я предварительно захлопнул, не совсем еще дурак, но и в попадании в шлем ничего особо приятного нету – и я знаю, о чем говорю. Так что пришлось пригнуться и рвануть следом за рыжей бестией, которая сразу же переместилась к парапету у фронтальной стены, за которым и залегла благополучно. Свистело, кстати, в основном слева, скорее всего потому, что лестница на крышу выходила аккурат у соответствующей стены, так что из близлежащих домов нас можно было при должном старании достать. С тыла Седьмой андроклонов держал, а справа и спереди мы находились в мертвой зоне и даже не просматривались – естественно, для наблюдения с уровня земли. А теперь, под прикрытием капитального выступа, и вовсе в безопасности оказались. В относительной, конечно – о кирпиче или металле речь не шла, все те же сэндвич-панели, но относительно толстые и вязкие, то бишь для малоимульсного боеприпаса трудноуязвимые. Плюс наша броня. Короче, можно было и расслабиться.

– Что дальше? – угрюмо поинтересовался примостившийся поблизости Мак.

Бадди предпочел его компанию и развалился рядом, а наша спасительница разместилась аккурат между нами. Вернее, это мы, не сговариваясь, чисто на всякий случай блокировали ее с боков. Васька же, воспользовавшись ситуацией (наверняка с подачи Зевса, сам бы вряд ли додумался), бесцеремонно запрыгнул мне на спину и буквально ввинтился в рюкзак, с удобством устроившись в специально для того предназначенном кармане. А что? Утомился питомец в разведке. А в атаке, равно как и в обороне, пусть другие охреневают.

– Будем держать фронт, – невозмутимо пояснила девица. Сейчас ее лицо скрывало затемненное забрало шлема, но нежность, с которой она погладила винтовку, была красноречивее любых слов. – Спеки тормозные, но не глупые. С флангов уже пробовали, огребли и затихли. Но выводы сделали.

Ага… ясно-понятно. Полезли, значит, между домов и прямо из них, и нарвались на сюрприз. Даже на относительно открытой местности вон как их термобарическим взрывом разметало. А в помещениях и узких междомовых пространствах эффект, надо думать, куда неприятнее оказался. Хм… а откуда тогда на площади трупы?..

– Отвлекающий маневр, – правильно истолковала мою заминку рыжая фурия. – Основные силы с боков пытались зайти, ну, мы их и встретили. А сейчас наверняка пойдут врассыпную. Я же говорила, спеки не тупые.

– Спеки?.. – заинтересовался Мак.

Ну вот. Я тут, понимаешь, душевным страданиям предаюсь, насчет полного набора баб сокрушаюсь, а рыжая, оказывается, уже мне мозги запудрила. А чем еще объяснить мою невнимательность? Если бы не Гленн, я бы и не подумал уточнить…

– Спеки!!!

А?! Блин, понеслась!..

Девица перетекла из положения «лежа» в положение «на одном колене», вскинула свою монструозную винтовку и выпалила из подствольника, тут же ничком рухнув за парапет. Надо сказать, очень вовремя – даже грохот термобарического разрыва не смог заглушить свист целого роя пуль, обрушенного группами прикрытия с флангов на то место, где она только что виднелась. Такое впечатление, что ее ждали.

– Ур-роды!.. Третий, Первый – кинжальным! Остальные на поддержке!

Она еще и командовать успевает. И, надо сказать, достаточно эффективно: из забегаловки прямо под нами разразились длинными очередями пулеметы, на фоне которых треск штурмовых винтовок почти затерялся. Еще, правда, оконные рамы завибрировали, усугубляя шум и гам.

– Пятый, Восьмой – накрыть фланги!

Взрыв, еще один, и еще… это сколько же у них стволов, если только тяжелого оружия – сиречь пулеметов и мощных подствольников – не меньше шести единиц? Ничего себе, отделение! Скорее, по структуре целый взвод со средствами усиления.

– А спеки это сокращение! – проорала между делом девица, снова выпустив свою жуткую гранату. Причем я не видел, чтобы она перезаряжала подствольник, следовательно, тот как минимум многозарядный. Или вообще плазменный? Нет, вряд ли. Взрыв не похож. – От «special unit» – специальной единицы. Сначала назвали, а потом сообразили, что очень даже в тему!..

Выстрел!.. Взрыв!.. Ну и свист пуль, правда, рой уже не такой плотный – проредили фланговых, хорошо проредили.

– В смысле? – Мак решил поддержать игру, также выглянув из-за парапета и выпустив пару прицельных очередей.

Блин, походу, один я бездельничаю… ну-ка, что там у нас?..

Площадь, как и напророчила рыжая фурия, была усыпана трупами андроклонов – как пораженных взрывами, так и словивших пулю. Но еще больше, чем неподвижных фигур на асфальте, оставалось активных врагов – те бежали россыпью, даже не пытаясь залечь или как-то еще укрыться. Впрочем, даже если бы и захотели, не смогли – тут даже завалящего бордюра не было. Или хотя бы клумбы. Так что мне удалось поймать один силуэт на мушку и вовремя нажать на спуск (опять же, благодаря «системе наведения» и Зевсу). Фигура на бегу кувыркнулась и осталась лежать, я же благоразумно вернулся в укрытие, уловив концовку пояснения нашей спасительницы:

– …черный юмор, понимаешь? Spec созвучно со Speck, произносится одинаково, а разница всего в одной букве! Ну, Ричард Спек! Вспоминай!..

Вот блин, делать больше нечего! Подумаешь, серийный убийца. Подумаешь, восемь медработниц на тот свет отправил! Только американцы могут таким соотечественником гордиться.

– Вспомнил?.. – Очередной подскок, выстрел, взрыв!

– Не-а… – Мак, за неимением тяжелого оружия, отметился парой очередей и снова разлегся рядом с девицей. – Но ты мне лучше вот что скажи… как отсюда сваливать собираешься?!

– Кавалерию ждем! – Девушка ткнула пальцем в небо, чтобы, видимо, и до таких дурней, как мы с Гленном, дошло. – Борт на подлете. Продержаться минуты три-четыре, и сделаем ноги. Вы с нами?

А вот это очень интересный вопрос. Нет, можно, конечно, Алиску вызвать – Зевс ей точные координаты даст и маршрут безопасный построит. Вот только ждать ее всяко дольше, минут семь-восемь. Пока взлетит, пока позиционируется, пока до нас доберется… а вдвоем мы однозначно не отобьемся, если эти гаврики, конкуренты то бишь, благополучно свалят. Это с одной стороны. А с другой – очень не хочется на добрую волю нечаянных союзников полагаться. Ибо, если включить элементарную логику, встреча наша явно не случайна, они нас однозначно поджидали. Вот только почему-то контакт пошел не по плану. Почему, интересно?.. Дилемма, в общем.

– А места найдутся?

Узнаю старого доброго Мака! Уже все просчитал, убедился, что иного выхода нет (если, конечно, мы не решим пасть смертью храбрых), и решил получать удовольствие. Молодец.

– Найдутся, не переживай! Даже этого милягу возьмем!

Бадди, сообразив, о ком речь, возмущенно рыкнул, типа, как это вообще, без него?! Буф!..

– Вот этого? – ткнул Гленн в меня пальцем. – Зря.

– Это вряд ли, – помотала головой между очередями девица. – Мы скорее тебя, Гленн Макдугал, здесь бросим, чем Дениса Смалькова.

Ага, кто бы сомневался. Вот и открыты карты. И о каком случае или совпадении теперь речь вести? Мало конкуренты, так еще и все про нас знают и однозначно у них на нас какие-то планы. Как там у Мерфи про неблагоприятную последовательность? Вот именно. Да тут до самого упертого идиота дойдет, что это «ж-ж-ж-ж» неспроста! Вот только зачем она запалилась? На ответную откровенность разводит? А что, собственно, мы теряем?

– Два вопроса. Можно? – Поддержав соратников короткой очередью, я снова рухнул за парапет и уставился на девицу, проигнорировав недовольный мяв из рюкзака.

– Как и на хрена? – сориентировалась та.

Вот язва! Это она явно на толстые обстоятельства намекнула – как они собирались нас разговорить, и, самое главное, зачем. Ну да, не скрою, интересно. Вот только терпит пока.

– Почти, – не дал я сбить себя с толку. – Только я про андроклонов… н-да, спеки для уха приятнее.

– Однозначно, – кивнула девица.

– Не отвлекайся. Как эти твари нас обнаружили?

– Дроны. – Наша союзница сделала пару характерных движений головой, указывая направление, и я поспешно высунулся из укрытия, окинув панораму взглядом. – Только не вас, а нас. Мы же прямиком сюда по воздуху добрались. Высадились, транспорт отпустили и затаились. Вот они нас и засекли на подлете. А потом начали силы концентрировать – это, сам понимаешь, процесс небыстрый.

«Обнаружены летающие объекты».

Оп-па! А почему раньше не засек?! Тоже мне, уникальный искин с неограниченными вычислительными мощностями…

«Не хватало исходных данных».

Мне показалось, или Зевс во чреве «Молнии» сейчас виновато вздохнул? Не, воображение разыгралось.

«Извини, Денис, я тоже несовершенен».

Что хоть за хреновины-то?..

Подчиняясь невысказанной команде, Зевс вывел на «глазной» дисплей скриншот, выделил еле различимое пятнышко, дал зум и оконтурил расплывчатый силуэт, построив приличную трехмерную модельку примитивного квадрокоптера вековой давности. У нас сейчас с такими мальчишки забавляются, одна из самых популярных игрушек. А тут, смотри-ка, военное применение! Хорошо хоть, всего лишь в качестве соглядатая, пулеметы не установили…

– Ладно, убедила. А напали зачем?

– Колонисты защищали территорию.

Колонисты? Физиономия моя помимо воли вытянулась, и от девицы сей факт не ускользнул – забрало я не затемнял.

– Так вы не в курсе?! – в свою очередь удивилась она.

– В курсе чего?!

Блин, туплю… но реально не понимаю.

– Потом объясню! – Девица выпустила очередную гранату и возмущенно заорала: – Девятый, сколько еще ждать?!

Видимо, что-то ей такое сказали по внутренней связи, потому что развивать тему она не стала, лишь с удвоенной энергией принялась расстреливать атакующих, волна которых несколько схлынула. Да и те, что остались, теперь в основном залегли, укрывшись за трупами менее удачливых соратников. С нашей стороны плотность огня тоже заметно снизилась – похоже, в очередной раз отбились.

– Минута до эвакуации! – объявила девица, устраиваясь поудобнее. Стрелять она, похоже, больше не собиралась. – Сделали мы вас, умники.

– А не боишься, что борт собьют? – попытался я вернуть фурию к суровой действительности.

– Эти-то?! – пренебрежительно фыркнула та. – Не из чего им.

– Уверена? – подал голос Мак.

– Более чем. Не успели они ничего серьезного в «матрицу» загрузить. Да и изначально ничем достаточно тяжелым не озаботились. И не говорите мне, что вы их пукалки не разглядели.

– Да ну нафиг, – протянул я, проигнорировав «матрицу». Тут или что-то сверхспецифическое, или еще одна поклонница киностарья. В последнем случае они однозначно с Гленном общий язык найдут. – Хочешь сказать, люди отправились в неизвестность с полицейским оружием?..

– Хм… а ведь ты прав – именно что с полицейским! – усмехнулась девица. – А я-то все голову ломаю. Все просто – консультант у них был коп. Вот и запасался тем, что знакомо. Повезло нам, короче. Был бы нормальный военный, мы бы тут не отсиделись.

– А объясниться не хочешь? – Нет, логика понятна – клятая девчонка нас таким немудреным образом завлекает, играя на любопытстве. Но у всего же должен быть предел! – Тебя как зовут, кстати?

– Бранка, – пожала та плечами. Мол, если вас интересуют столь незначительные детали… – Бранка де Гроот.

– А я еще над Дэнни измывался, – запоздало покаялся Мак. – Язык сломаешь… это каких же ты кровей?

– Имя чешское, – с привычным вздохом пояснила девица. – А фамилия голландская. Это если совсем уж предков помянуть.

Хм… наверное, поинтересоваться, откуда она родом в настоящий момент будет верхом бестактности?.. Ладно, другое спрошу.

– Если спеки на вас нацелились, то почему мы в засаду попали?

Мак одобрительно хмыкнул и заинтересованно уставился на Бранку.

– Вы на них случайно наткнулись, – и не подумала смутиться та. – Оказались не в том месте не в то время.

Ну-ну, прямо так и поверили. Ладно бы мы аккурат в толпу со спины въехали… так ведь нет! Нас в три огня взяли! То бишь готовились. Хотя… если издали засекли, то могли и подготовиться. Но вот ведь ирония судьбы! Рыли яму нам, но попали в нее сами… предварительно опять же нам успешно нагадив.

– А…

– По дороге поговорим, – отмахнулась девушка от очередного моего вопроса. – Лететь почти час, все расскажу, не переживай.

Эвон как! И наверняка ведь от чистого сердца. Давненько мне такие славные – и сговорчивые! – конкуренты не попадались. С чего бы, интересно?.. Да и почему она решила, что мы позволим увлечь нас в тайное логово, а не захватим по пути транспорт? С целью добраться до родной «Молнии»? Хотя кому я вру?! Конечно позволим, как их еще найдешь-то?..

– Да не напрягайся ты, Дэнни! – правильно истолковала мою усмешку Бранка. – Ты еще этого не осознаешь, но мы друг другу нужны. Очень. Девятый, твою маму! По пеленгу иди! Совсем заплутал, что ли?..

Не удовлетворившись словами, девица вскочила на ноги и шустро переместилась в центр крыши, напрочь проигнорировав угрозу словить пулю. Не такую уж и серьезную к данному моменту – такое впечатление, что спеки тоже взяли паузу, в том числе и те, что на площади среди трупов затаились. Оказавшись на месте, Бранка закинула винтовку за спину и принялась махать руками, подпрыгивая от нетерпения. Я же, проследив за направлением ее взгляда, сразу же засек быстро приближающийся со стороны центра аномалии летательный аппарат – пока что стремительно вырастающую в размерах точку в ореоле реактивной струи. Ну и с соответствующим звуковым сопровождением, ясное дело. И лишь через десяток секунд, когда катер, приблизившись, завис на антиграве и начал аккуратно снижаться, подставив взгляду борт, я от души ругнулся: гладкую серую обшивку украшал до боли знакомый логотип – «FFR», то бишь «Force Fields Researching». Не самая известная широкой публике контора, но я ее прекрасно помнил со времен приключений на Пандоре – именно в качестве сотрудника этой шарашки Фреда Кирхгофа мой непутевый кузен Арти организовал экспедицию на Объект-357, запустив тем самым цепь странных (на тот момент) и страшных (по сей день) событий. Для тех, кто не в теме, поясняю – эта самая «дабл-эф-эр» одно из засекреченных подразделений Корпорации «О’Мэлли Текникс», вотчины дядюшки Питера – самого последовательного соперника моего папеньки. Впрочем, в свете тех событий в равном подозрении находился как он собственной персоной, так и его непутевый сынок – Артур О’Мэлли. В давней заварушке ему здорово от меня досталось, но, по слухам, едва оклемавшись, Арти принялся за старое. Точнее не скажу, как-то не пришлось после повидаться. Если совсем честно, я братца старался избегать. Боялся сорваться, ага. Но от судьбы не уйдешь. Это как в старой пословице – не пытайся убежать от снайпера, умрешь уставшим. Ч-черт… и ведь теперь уже из принципа не отступлю, я себя знаю…

Глава 3

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

13 октября 2138 года, вечер

– Что стоим, кого ждем?.. – Бранка, успевшая запрыгнуть в пассажирский отсек, высунулась из широкого люка и, судя по наклону головы, вопросительно на нас уставилась. – Время!

– Уже! – Я подцепил растерянного Бадди за ошейник и закинул в салон, проигнорировав возмущенный скулеж. – Слушай, а остальные как?..

– Забей! – махнула рукой девушка. – Вторым бортом уйдут! Быстро, быстро, быстро!..

Н-да. Странно это, если не сказать стремно. Вон, и мастер-рейнджер Макдугал со мной согласен. А как иначе объяснить его нежелание загружаться в эвакосредство? Нет, понятно, что он сам себе не враг, но и чувство долга у моего напарника очень развито. Вот и торчит у парапета, контролируя наиболее опасное направление, то бишь левый фланг. В ожидании, само собой, явления остальных защитников забегаловки народу. Да меня и самого противоречивые желания разбирают – с одной стороны, неплохо бы Гленну помочь, с другой – а кто мне эти ребята, чтобы о них беспокоиться? Тем более, что их собственная соратница не особо и напрягается по этому поводу… не, на фиг!..

– Парни, я не шучу! – потеряла терпение Бранка. – Живо в катер!!!

Какая прелесть, и эта туда же… вот почему все бабы пытаются мною командовать? Кто сразу, кто чуть погодя, втеревшись, так сказать, в доверие… а эта вообще из ряда вон – мало того, что едва знакомы, так еще и, если по уму, враги мы. Ну, не друзья точно. Забить и сделать по-своему? И что тогда? Сомнительная перспектива эвакуации на собственном катере, да еще и Алиску под пули придется подставлять… кста-а-ати! Пули! Опять обстреливают, хоть пока и без особого энтузиазма. Тем не менее, несколько попаданий уже было, о чем возвестил визг рикошетов.

Хрен с тобой, золотая рыбка. Не впервой на чью-то честность полагаться. Вот, помню, на Нимойе я некоей Кийоко доверился… нет, плохой пример. Там не очень удачное продолжение получилось, хоть в итоге мы и остались в профите, причем все, включая ту самую Кийоко, оказавшуюся беглым искином. «Засею» катер, а там посмотрим, кто кому условия диктовать станет…

Последняя мысль согрела душу, и я с чистой совестью запрыгнул в салон, оказавшийся не самым вместительным – человека на четыре-пять. Однозначно остальные не поместятся, хотя нам троим плюс Бадди вполне нормально.

– Мак!..

Послушался. А я уж грешным делом подумал, что сейчас пойдет снеков огнем давить. В надежде прикрыть отступление номерных бойцов Бранки, ага. Но, видимо, как и Васька недавно, мой напарник пришел к выводу о неуместности лично его, Мака, охреневания в обороне.

В общем, в кресла мы рухнули почти одновременно, причем не сговариваясь разместились так, чтобы оказаться лицом к девушке, занявшей одно из сидений в ряду напротив. Рядом с ней устроился сообразительный пес. И я больше чем уверен, что без подсказки Зевса – Бадди и собственного опыта путешествий не занимать. Система фиксации в креслах оказалась примитивной, но надежной – ремень на пузе и две лямки по плечам. Пришлось поработать ручками, от чего мы с Маком уже порядочно отвыкли – и родной катер Архонтов, и добытый мною на Нимойе (тот, что производства Предтеч-Таюки с модернизацией от мастеров Корпорации «Такэда Электронике») могли похвастаться продвинутой автоматикой и повышенной эргономичностью. Впрочем, с Бадди проблем не возникло, заботу о нем взвалила на свои отнюдь не хрупкие плечи госпожа Де Гроот. Попросту говоря, она посадила пса себе на колени и принялась почесывать его за ухом, от чего наш двуличный питомец прямо-таки сомлел. Немного согревала мысль, что оное мление обычно сопровождалось повышенным слюне- и соплеотделением, так что будет для Бранки сюрприз. И предупреждать из принципа не стану. Потому как зол. Я же тут недавно утешался мыслью, что катер «засею»? Ага, три раза! Во всем обозримом пространстве отсутствовали малейшие признаки электроники. Да даже люк Бранка вручную задраила, механической рычажной системой! Это вообще как так?! А я еще на ремень безопасности грешил!.. Или?.. Черт, а ведь похоже! По-любому это наши новые заклятые друзья к встрече со мной, любимым, подготовились. Ладно, смиримся пока.

И вы правильно догадались, ключевое слово – «пока».

Катер между тем, такое впечатление, взмыл над крышей забегаловки на уровень четвертого-пятого этажа и закрутился вокруг оси. Впрочем, интриги не получилось: уже на втором витке корпус летательного аппарата содрогнулся от мощной отдачи – судя по глухому звуку, пробившемуся сквозь обшивку и изоляцию, пилот садил из курсовых скорострельных пушек. Типа «гатлинг», только немаленького такого калибра и с темпом стрельбы под две тысячи выстрелов в минуту. Ну а что? Боезапас не на горбу тащить, мощности позволяют. Так почему бы и не покуролесить, облегчив жизнь оставшимся на земле бойцам? Я бы, например, именно так и поступил. Так что зря я про Бранку плохо подумал.

– Пошла потеха! – В относительной безопасности Мак наконец соизволил отключить поляризацию и теперь лыбился во весь рот сквозь защитное бронестекло, поглядывая на девушку.

Та, кстати, на довольную физиономию моего напарника никак не среагировала. Зато меня игнорировать не стала – откинув забрало, подмигнула и принялась возиться с креплением, явно намереваясь избавиться от шлема. Это незамысловатое действие окончательно убедило меня, что нас тут не то что не боятся, а нисколько не опасаются. И даже чисто гипотетически. Мало того, еще и очень довольны. Сработал план, получается?..

– Эй, Дениска, расслабься! – еще раз улыбнулась мне девушка, сняв, наконец, шлем. Пристроила девайс на соседнем кресле и помотала головой в попытке растрепать слежавшиеся под амуницией волосы. Ага, рыжие. И довольно короткие – те даже шею не скрывали. А вот челка оказалась роскошной, густой и длинной, до самых глаз. – Да и ты, Макдугал, тоже! Можно уже поговорить, я не против.

– Арти здесь при чем? – с ходу огорошил я собеседницу, воспользовавшись любезным разрешением.

И, судя по реакции, не прогадал: Бранка хоть и чрезвычайно быстро взяла себя в руки, но расширившиеся зрачки и едва заметно вздернувшуюся от удивления бровь я (вернее, Зевс) заметил. Плохо, что не получилось ей нанов подсадить (реально возможности не было), а то бы сейчас в моем распоряжении находился неплохой полиграф. Но и так все ясно – братец в деле. Если и не приперся на Элву собственной персоной, то уж точно во главе предприятия состоял. Ну, или где-то рядом, если все-таки дядюшка Питер тут отметился.

– Э-э-э… – с опозданием замешкалась Бранка. – Кто такой Арти?..

– Да ладно, проехали! – махнул я рукой. И, мысленно обругав самого себя идиотом, откинул забрало шлема. Вряд ли девица стала бы себя столь раскованно вести, если бы собиралась устроить какую-нибудь бяку, типа усыпляющего газа в вентиляции. – Объясни лучше, к чему ты колонистов помянула. И что за матрица. И…

– Эй, эй, притормози!.. – притворно возмутилась девушка, выставив перед собой руку – второй она по-прежнему почесывала млеющего Бадди. – Столько вопросов! Можно, сначала я спрошу? От твоего ответа будет зависеть многое, если не всё.

Хм… заинтриговала.

– Валяй.

– Ты же можешь взломать сеть Архонтов? Нанами, или своим карманным искином?..

Н-да. Не представляю, как я в этот момент со стороны выглядел, но мне и уронившего челюсть Мака с лихвой хватило. Нет, вы только подумайте! Одна из, если не самая, оберегаемая тайна Корпорации в целом и объединения Оружейников в частности, и какая-то случайно (да знаю, знаю!) встреченная соплюшка вот так запросто секретными сведениями козыряла… непорядок. Тренер дядя Коля, который еще и большая шишка в СБ Корпорации, например, сейчас бы наверняка в обморок упал. Или сердечный приступ словил. А мы с Гленном сидели и лыбились как идиоты. Да твою же!!! И она еще будет мне доказывать, что ничего про Артура О’Мэлли не знает?!

– Вы, девушка, наверняка меня с кем-то спутали, – все же нашел я в себе силы проблеять секунд этак через десять. Слишком уж затянувшаяся пауза, как по мне. И красноречивая, ага. – На нашем рейдере есть искин Архонтов (чувствительный тычок в бок от Мака), но он вовсе не карманный. У него носитель с четверть корабля.

Последнее утверждение, естественно, бессовестное вранье… э-э-э… ладно-ладно, дезинформация. Хотя материнское ядро и впрямь весьма немаленькое – именно что ядро, то бишь сфера, в пару метров диаметром. Подвешенная в магнитном поле в самом центре корпуса «Молнии», в специально для того предназначенной каверне. Я это точно знаю, сам лично видел… ну хорошо, не собственными глазами, это мне искин схему рейдера в мозг спроецировал. Но этим сведениям можно доверять.

– Значит, не созрел пока, – хмыкнула Бранка.

Что характерно, известие о наличии у нашей экспедиции уникального корабля для нее сюрпризом не стало. И вообще, по некоторым признакам, она про нас знает даже то, о чем мы и сами не догадываемся. Например, исходя из каких-то неведомых мне предпосылок предполагает, что Зевс через нанов способен справиться с местной системой обороны – как программной, так и физической. Разочаровать ее, что ли?.. Все же помнят, что мы в Аномалию не от хорошей жизни поперлись, а по причине банального затыка в другом направлении поиска? Хм…

«Зевс, как дела с «пирамидой»?

«Пока никак».

Н-да. Не похоже на моего друга-искина.

«А подробнее?»

«Ресурсов подсаженной партии функциональных единиц не хватает для преодоления помех».

«Каких еще помех?»

«Что-то вроде белого шума, только во всех доступных диапазонах».

Вот это ни фига себе! Такого у нас еще никогда не было. Чтобы полифункциональные наны, в случае надобности способные установить связь сквозь бездну пространства посредством загадочных «флуктуаций квантового поля», и вдруг спасовали?.. Впрочем, с наследием Архонтов нам еще дела иметь не приходилось. В плане противостояния, естественно.

«Э-э-э… стесняюсь спросить, во всех во всех диапазонах?»

«Во всех, включая уровень гравитационных и квантовых взаимодействий».

«И что делать?»

«Повышать мощность, – «пожал плечами» Зевс. Я, к своему безмерному удивлению, какое-то время назад начал распознавать эмоции искина даже по «текстовым сообщениям» в виртуальном интерфейсе.

Видимо, настолько сроднился с помощником. – Пока что более половины ресурсов затрачивается на поддержание численности популяции».

Ага, вот где главная загвоздка! Как только «мелочь» размножится, проблема решится сама собой… вопрос только в том, насколько быстро.

«Расчетное время выхода на критическую массу функциональных единиц – четырнадцать часов сорок восемь минут шесть секунд… пять… четыре…»

«Да понял я, понял! А чего так долго?»

«Слишком низкая концентрация пригодных для наращивания массы химических элементов в окружающей среде».

Оп-па! Такое в нашей практике тоже впервые. Обычно мы не заморачиваемся увеличением численности «подсаженной» популяции – смысла нет, как показывает практика. Хотя возможность такая есть, и даже пару-тройку раз мы ею вынуждены были воспользоваться. Да вот хотя бы я сам. Порой приходится восстанавливать «личный состав» (хе-хе!), и в моем организме находится достаточное количество сырья, в основном углерода, водорода и железа. Ну да, однажды этот процесс даже к общему упадку сил привел, но оказалось достаточно закинуться убойной дозой витаминов, хорошенько пожрать да напиться приторно-сладкого чаю, и все симптомы как рукой сняло.

«Это из чего же тогда „пирамидка“ состоит?»

«Элементный состав не определен. Структура соответствует частицам почвы за пределами Аномалии».

Вот тебе и раз! Это что же за «землица» такая?!

– Аморфеум.

– Что, прости?.. – недоуменно уставился я на Бранку. Та, как выяснилось, все это время за мной наблюдала. Причем с характерной такой ироничной ухмылкой, нехило контрастировавшей с ее мертвым взглядом. – Я что, это вслух сказал?..

– Ага, – подтвердил Мак, наградив меня очередным тычком в бок. – Последнюю фразу как минимум. А остальное у тебя на морде написано было.

И этот туда же! Нет бы поддержать соратника и, не побоюсь этого слова, друга! А он вместо этого еще и подначивает.

– Не слушай Макдугала, он бяка, – совершенно серьезно прокомментировала перл Гленна девушка. – Не говорил ты вслух. Но я по губам читать умею, и «землицу» уловила.

Та-ак!.. Взять на заметку – контролировать мимику. Особенно когда с Зевсом через «внутренний интерфейс» общаюсь. А вообще тот же тренер дядя Коля мне бы сейчас знатный нагоняй устроил. Хм, даже не хватает его… звездюлин, ага. Никогда бы не подумал, что именно по ним скучать стану.

– Аморфеум? – буркнул я, чтобы сказать хоть что-то и заглушить стыд.

– Та субстанция, из которой состоит внешний покров планеты, называется аморфеум, – терпеливо повторила девушка. – Производное от «аморфный».

– Merde!!! Как же я сразу не догадался? Дэни, это же так очеви… – Облажавшийся Гленн оборвал профа на полуслове, вырубив внешние динамики аудиосистемы, но я-то по-прежнему был в шлеме, а потому и остальное услышал: —…дно!!! Дэни, я просто обязан пообщаться с этой мадемуазель! Обеспечьте мне канал связи, будьте так добры!..

– Не время, профессор, – буркнул я, невольно покачав головой – забрало-то у меня откинуто, так что и для Бранки последние слова профа Куатье секретом не остались. – Вы мне переговоры срываете. Важные! – напоследок «придавил» я голосом.

– А ваш главный научный эксперт сообразительный, – между тем усмехнулась девушка. – Наверное, поэтому он и главный. Верь профессору Куатье, Денис. Он очень быстро уловил суть.

– Суть аморфеума? – заломил я бровь. – Да на это даже моего уровня с запасом.

– Вовсе нет, – одарила меня Бранка холодной улыбкой. С этаким уничижительным прищуром, ага. – Проф быстро сообразил, что у меня есть информация. Много информации! И я готова ею поделиться. На взаимовыгодных, естественно, условиях. Слышите, профессор?!

– Дэни, не слушайте Макдугала, соглашайтесь на всё!!!

Да чтоб этого профа черти забрали! Нет, ну как можно быть настолько фанатичным?!

«Зевс, отруби связь».

«Всю?»

Блин, чуть не подтвердил!.. Вот бы влипли…

«Нет, только профа на прием. Оставь текстовый режим. Исходящий трафик не трогай».

«Процесс активирован… процесс завершен…»

Вот и хорошо. Пусть смотрит, но не лезет. Это даже полезно. Пока мы с Маком на шарике зависаем, проф Куатье заодно с балбесами Джонсонами нам таких теорий настроит, что замучаемся разгребать. И тут сразу два плюса: я весь этот бред не слышу и в нем не участвую – раз; к нашему возвращению из вала абсурдных идей и мыслей слаженная команда теоретиков, дополненная крайне умелым хакером-программистом, способным построить компьютерную модель чего угодно, вычленит все рациональное и полезное – два. Мне же останется лишь проникнуться выкладками и в очередной раз премировать нашу научную часть. Потому что все должно быть оплачено, в том числе и собственное спокойствие. Не помню какая по счету мудрость папеньки.

«Дэни, соглашайтесь! С ее помощью мы далеко продвинемся в исследованиях! Это будет прорыв!»

Да чтоб тебя!..

«Зевс, выводи только сообщения, содержащие важную информацию».

«Критерий важности?»

«На твое усмотрение».

«Отлично, Денис!»

Хм… а вот это удовлетворение в мысленном «голосе» искина не есть хорошо! Наверняка над профессором подшутит, а мне потом успокаивай ученого с нежной душевной организацией… как правило, элитным виски и не менее элитной сигарой в «люксе», который потом еще и проветривать приходится…

– Ага, к голосу разума не прислушался, – резюмировала Бранка, когда пауза затянулась до полного неприличия. – Значит, придется дальше убеждать.

– Любопытно было бы на это посмотреть, – хмыкнул я, а Мак поддержал меня кивком. – На меня девичьи чары не действуют.

– Подтверждаю, – влез Гленн. – Скорее, это способ его спугнуть.

– Проблемы на личном фронте? – незамедлительно ухватилась за новую тему девушка. И даже какая-то искорка в глазах мелькнула. На мгновение, но все же…

– Я бы не назвал это проблемами! – совсем откровенно заржал Мак. – Разве что проблемой выбора между очень хорошим и отлич…

Получи, фашист, гранату! Я ведь тоже умею локтями пихаться. А еще знаю все слабые места наших комбезов.

– Ну и ладно, – неожиданно быстро охладела к моим делам амурным Бранка. – Не очень-то и хотелось, если честно.

– Как она тебя, красавчик?! – снова рассмеялся Гленн. – Верной дорогой идете, дамочка. Так держать.

– Не, лениво, – отмахнулась та. – Сами сотрудничество предложите. Сугубо добровольно.

– Это вряд ли, – отперся Мак. – Мы с Дэнни-боем личности скрытные и отменно нелюдимые. Общаться предпочитаем исключительно в узком кругу команды «Молнии». Во всех остальных случаях мы не общаемся, мы опрашиваем свидетелей.

– Так в чем же дело? – уставилась Бранка на меня немигающим взглядом. А еще пугающим до дрожи. – Допрашивайте меня.

Что-то слишком быстрая смена курса… тут одно из двух: или ей кто-то подсказал (да тот же кузен Арти, это как раз в его стиле, он меня как облупленного знает); либо она сама настолько крута как психолог, что умудрилась меня полностью «просчитать» за время нашего знакомства. И второй вариант гораздо, гораздо… гораздо! – хуже. Потому что тягаться с умной предусмотрительной стервой, читающей тебя, словно открытую книгу, не по силам даже папеньке вкупе с тренером дядей Колей. Что уж про нас с Маком говорить. Так что будем надеяться, что у Бранки просто есть знающий подсказчик, в идеале тот самый Артур О’Мэлли. И обнаружить его наша на данный момент первоочередная задача. А для этого нужно, во-первых, найти-таки базу конкурентов, во-вторых, создать благоприятные условия для работы Зевса, то бишь отыскать хоть какой-нибудь компьютер, принадлежащий гостям, и «засеять» его панами. В идеале – влезть в корабельную сеть. Ну а дальше все просто. Буде Арти найдется, выходить на контакт конкретно с ним и разговаривать уже совсем с других позиций. Например, с позиции силы. Потому что сливать секретные сведения не пойми кому – моветон. Временами даже смертельный, это я на собственной шкуре неоднократно ощущал. А если у него головокружение от успехов, то придется его вылечить по принципу «клин клином», то бишь отмерить толику звездюлин. Крайне желательно, по голове. Опционально – ногами.

– И ты вот прямо возьмешь и все расскажешь? – не повелся Мак. – Язык без костей, да?..

– Нет, – отрезала девушка. – Мозги. Знаешь, что это такое? Хотя куда тебе…

Нарывается красотка. Если Гленна задеть за живое, он на многое становится способен. Даже может на время отключить рефлексы и начать думать. А тогда жди беды.

– О да, я живу инстинктами! – осклабился Мак. – И они мне подсказывают, что сейчас самое время тебя нейтрализовать. Заложник нам не помешает.

По-прежнему млевший в руках девушки Бадди подозрительно напрягся, прищурившись и подтянув щеки – типичное выражение морды перед коронным приемом «яйцехват», который сейчас мог запросто трансформироваться в прием «горлокус», и я поспешил вмешаться в обмен «любезностями»:

– Девочки, не ссорьтесь! Хорошо, госпожа Де Гроот, мы согласны быть вашими гостями. И даже выслушаем все ваши предложения. Я сказал выслушаем, Мак! Но далеко не факт, что сотрудничество состоится. Идет?

– Договорились, – с серьезным видом кивнула Бранка. – Нам еще минут сорок лететь, если не больше. Может, какие-то вопросы будут?

– Сначала ознакомимся с вашими материальными возможностями, – деликатно отказался я. – А уж потом к посулам перейдем.

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

13 октября 2138 года, вечер

Эх, славно помолчали! Целых полчаса. И даже отдохнули, чуть расслабив натруженные в недавней заварушке тела. Не скажу насчет Мака, но я точно. Это на физическом уровне. А вот мозг расслабить не удалось – Зевс отслеживал перемещение катера гостей и выводил путь на виртуальный трекер. Что характерно, траектория получилась не особо извилистой. И это несмотря на то, что из «квадрата» – ограниченной тремя «пирамидками» и Аномалией территории – мы все-таки выбрались. Для чего, правда, пришлось обогнуть одну из пирамид по широкой дуге, дабы не искушать лишний раз судьбу. Катер у Бранки оказался достаточно скоростным, за обещанные тридцать минут мы усвистели от Аномалии на пару тысяч километров в сторону экватора, придерживаясь соответствующей высоты, так что неприятности с поверхности планеты нам вряд ли грозили. Равно как и Алиске – той я передал через Зевса приказ возвращаться на «Молнию» и пока что не отсвечивать. На возмущенный вопль (причем в прямом смысле слова) я велел заткнуться и выполнять приказ. А поскольку в представительницу традиционного сословного общества, каковым, несомненно, являлась Колония Нимойя, понятие о субординации было вбито с детства (да еще потом и усугублено во время известных событий[8]), то Эли поворчала, но послушалась. Что, впрочем, не помешало ей обозвать меня тупоголовым упрямцем. Вот ведь бабы! Эта, например, почему-то считала, что использование меня по назначению в «дружеском» интиме дает ей право выедать мне мозг. И с какого это перепугу? Не жена, не любовница… а так, «друг»!.. Еще и на зарплате конкретно у меня как у владельца контрольного пакета акций объединения Оружейников. Похоже, пришло время о воспитательных мерах задуматься, сугубо карательных. Ладно, об этом позже… сейчас же отдыхать, пока есть возможность – очередной урок тренера дяди Коли, кстати.

Попутчики мои, надо отдать им должное, не мешали – Мак демонстративно прикрыл глаза, разве что не захрапел, а Бранка по-прежнему оглаживала Бадди. К моему безмерному удивлению, девушка еще и от боевых перчаток избавилась – видать, чтобы руке приятнее было. Хотя что может быть приятного в жесткой собачьей шерсти? Ладно бы кошка… а тут еще и слюни с соплями, которые девица столь же возмутительно проигнорировала. Зато я шанс упускать не стал – Зевс с моей подачи умудрился через кончики шерстинок подсадить Бранке «мелочь», резвившуюся в крови пса.

И знаете, что самое интересное? У нее не оказалось ни одного импланта! Ну ладно я, у меня есть наны и Зевс. Или Мак – у того обнаружилась жуткая аллергия на «мелочевку», что-то там с индивидуальными особенностями иммунной системы, потому он нашим общим «читом» пользоваться и не мог, хотя временами дико мне завидовал. Но, что характерно, обзаводиться усилениями родом с той же Нимойи не спешил – тут, скорее всего, та же причина, что и братца Арти удержала от аналогичного шага: кто знает, что производитель на программном уровне прописать мог? Естественно, помимо заявленных функций? А родная Корпорация больше специализировалась на военной продукции, заточенной на взаимодействие с соответствующим снаряжением. Что тоже не вариант, поскольку превращаться в десантника-полукиборга Гленн категорически не желал. Да и вообще, если честно, абсолютное большинство обитателей Колониального союза электронными «улучшениями» старалось не злоупотреблять – как по религиозным соображениям, так и по финансовым. Качественные импланты дорогое удовольствие, а дешевку в родной организм пичкать себе дороже. Здоровье-то не казенное. Но несмотря на это, существовали отдельные категории граждан, прямо-таки обязанных озаботиться «апгрейдом» – те же спецагенты всех мастей, к каковым с небольшой натяжкой можно было отнести и Оружейников-полевиков. А у кого-то еще остались сомнения, что Бранка принадлежит к представителям нашего с Маком племени? Ну, или чего-то очень к нему близкому. И ни одного импланта… странно. И еще более странно, что следы вмешательства в организм имелись – еле заметные шрамы в характерных местах. Это Зевс выяснил уже ближе к концу полета.

Получается, Бранка избавилась от имплантов намеренно? Но зачем? С какой целью? Чтобы исключить малейшую возможность моего вмешательства в организм? Да, соответствующий опыт у меня есть, отрицать не буду. Но она-то откуда знает?! Где с Кийоко пересеклась?! Или с Алиской?.. Нет, бред. Скорее можно поверить в утечку секретной инфы из нашей доблестной СБ – отчет о работе на Нимойе я все же папеньке написал, причем подробный. Не мог Виктор Андреевич никак угомониться, уж очень ему было жалко сорванной родным сынулей (да не со зла я!) операции по внедрению в Корпорацию «Такэда Электронике» агентов влияния. И угробленной спецаппаратуры на энную сумму денег. И тут снова невольно всплывал в памяти светлый образ кузена Арти, за спиной которого маячил не менее светлый образ его папаши – Питера О’Мэлли. Ну а что? Арти знал о некоторых (далеко не всех!) особенностях нанов, поскольку сам довольно недолгое время являлся их активным юзером, а про остальное семейка родственников-конкурентов могла вызнать традиционными шпионскими методами. Так что Бранка хорошо подготовилась. Хорошо, но недостаточно – я, помнится, некую самоуверенную особу быстро в чувство привел, устроив пару сеансов острой сердечной недостаточности. Ничего сложного: наны способны генерировать электрический разряд, а уж как им воздействовать на сердечную мышцу с целью угнетения ее деятельности, а не стимуляции – это уже дело техники. Да спазм, например, вызвать. И вся проблема. Попробовать, что ли? Нет, не будем пугать раньше времени. Да и маловато «мелочевки», собачья шерсть это вам не прямой контакт. Теоретически численность популяции достаточна для бяки, но на ней она и исчерпается. Так что лучше поберечь пока козырь.

Хотя избавление от имплантов в свете озвученных соображений логики не лишено: выведенные из строя «улучшалки» на самочувствие и функциональность организма будут действовать не лучшим образом. Вплоть, что характерно, до полного лишения оного организма той самой функциональности. А без имплантов я могу лишь временно воздействовать. Ну, или убить, что далеко не всегда рационально. Получается, на это и расчет? Ну Арти, ну шельма!.. Да и Бранка хороша – по максимуму подстраховалась. Не удивлюсь, если и на базе голяк будет. Хотя это уже слишком, без компьютерных терминалов в современной технике не обойтись. Можно отдельные отсеки санировать, но не более. Так что мы еще побарахтаемся. Кста-а-ати!..

«Зевс, можешь к ее передатчику подключиться?»

«Когда наденет шлем».

Облом. А раньше?..

«Недостаточная численность подсаженной популяции. Увеличить?»

Расчетное время?..

«Около трех часов».

Валяй, лишним не будет. Хотя вряд ли она по безопасной базе станет в боевом скафандре разгуливать… нет, все равно запускай процесс. Не в скаф, так в какой-нибудь гаджет сможем подсадить «мелочь». А если сейчас забить, потом можно упустить шанс… который, как поется в старинной песенке, не получка и не аванс. И вообще, выпадает только раз.

«Принято, Денис».

И по сторонам поглядывай, чтобы возможность не упустить.

«Хорошо, Денис».

Вот теперь порядок. На Зевса в этом деле можно положиться. Как только хоть что-то перспективное высмотрит, сразу же подсветит и подсказку даст. Не то что я, разгильдяй.

«Спасибо, Денис».

Да ладно, чего уж там…

– Приехали!

– А?.. Черт!..

Заснул-таки. Вернее, вырубился буквально на несколько минут. Вот что боевой стресс с организмом делает. Мак, кстати, тоже преступно расслабился, разве что не храпел… но этот мог и прикидываться, не проверишь. Зато сама Бранка возмутительно бодра – либо до сих пор из боевого режима не вышла, либо у нее вообще отходняка не бывает, что обычно достигается богатейшим опытом боевых действий. Что тоже наводит на размышления.

– Приехали, говорю! – не поленилась повторно объяснить девушка. – Просыпайтесь, оба… трое!

– Вуф?..

– И ты тоже! – Бранка бесцеремонно сбросила пса с колен, но тот сгруппировался в полете и приземлился на четыре лапы, одарив вероломную девицу многообещающим взглядом. Который оная девица возмутительным образом проигнорировала. – Народу у нас довольно много, но на особую общительность не рассчитывайте – дисциплина. Разговаривать с вами буду я и возможно еще несколько человек, с которыми по ходу дела познакомлю. К остальным не лезьте, чтобы потом не обижаться. Уяснили?

– Более чем, – зевнул пробудившийся Мак. – К девицам не приставать, мужиков на выпить не разводить. Дисциплину не хулиганить.

– Именно.

– Скучные вы, – пришел к очевидному выводу Гленн. – Дэнни-бой, похоже, нам здесь не рады.

– У нас техника безопасности! – отрезала девица. – И шлемы наденьте.

– Нас здесь настолько не любят? – присвистнул я, но совету последовал.

– А за что вас любить? – не осталась в долгу Бранка. – Сначала ждать вас устали, потом шифроваться пришлось. Ну а на засаде и вовсе терпение лопнуло.

– А вот на этом месте поподробнее, – заинтересовался я. – Засада? Не, я понимаю, что наша встреча не случайна… но хотелось бы деталей.

– Имена, пароли, явки? – усмехнулась девушка. – Ты на это намекаешь? Расслабься, Дениска, нет у вас в экипаже крота. Мы все сами, по старинке – наблюдение, анализ, планирование. Хотя, конечно, нервы вы нам изрядно помотали, пока до Аномалии добрались.

Заметка на полях номер один: гостей интересует Аномалия. Пирамиды им без надобности. Получается, мы все же не конкуренты?.. Обдумать позже.

– Да что в этой Аномалии такого? – не сдержался Мак. – Могли бы и просто на связь выйти, дел-то! Мы же не пираты и не копы, в конце концов.

– И стали бы вы с нами разговаривать? – удивленно заломила бровь Бранка.

– Почему нет? – пожал плечами Гленн.

– Я имею в виду, по делу разговаривать? – уточнила девушка.

А вот тут мы уже не нашлись, что возразить.

– Так что пришлось ждать, пока вы в Аномалию залезете, – продолжила та. – Чтобы, так сказать, создать почву для переговоров.

– Не слишком удачно у вас получилось, – хмыкнул я.

– Согласна, мы немного не так планировали.

– А как, если не секрет? – снова влез Мак.

– Не секрет. Хотели на вас засаду устроить в том поселении. Взять в два огня, дать предупредительную очередь, а потом пообщаться.

– А не подумали, что мы будем… хм… против? И начнем общаться на языке оружия, высокопарно выражаясь?

– Нет, Дениска, не подумали, – подмигнула мне рыжая бестия. – Если бы был один Макдугал, тогда бы засомневались. Но ты у нас товарищ вменяемый и даже временами рассудительный, в драку неохотно лезешь. Сначала договориться пытаешься.

Заметка на полях номер два: узнать, откуда у Бранки такие подробности моей личной жизни. Не забыть проверить мед службу СБ, особенно отдел психиатрии.

Откуда узнали, где именно нас караулить, даже и спрашивать не буду. Ребенку ясно – наблюдали дистанционно, а когда убедились, что мы чешем строго по шоссе, никуда не отклоняясь (ну, почти, осмотр всяких диковинок не в счет), вычислить удобное место для засады труда не составило. Я даже не поленился карту посмотреть – ну точно! Если бы нас спеки не попытались на окраине расстрелять, так бы и ехали по дороге, плавно переходящей в улицу, аккурат мимо той самой забегаловки. Элементарно, Ватсон.

– Ну ладно, убедила, – нехотя кивнул я. – А почему все не по плану пошло?

– Да запалились мы, – и не подумала смутиться девица. – Не сообразили, как вы, по земле ехать. Да и не на чем нам, если честно, нет с собой колесных транспортеров. (Воспользоваться же местными ресурсами вам и в голову не пришло, хмыкнул я про себя злорадно.) А воздушный транспорт колонисты засекать наловчились еще со времен первых незваных гостей. (Это она о ком, интересно? Ладно, потом уточню). Дронов я вам показывала – их-то мы и не учли. Знали, что в отдаленных поселках стационарных камер нет – на них мы и погорели, когда первый раз в главный город сунулись, еле ноги унесли – вот и рискнули напрямик пролететь и высадиться непосредственно в точке засады. Ну и нас, естественно, обнаружили. И не менее естественно начали силы стягивать со всего поселения. А вы, судя по всему, случайно наткнулись на арьергард… хотя нет, это неправильное слово. На спеков, что на окраине зародились, вы наткнулись. Только и всего. Сколько их было, кстати?

– Около десятка.

– Сходится, – удовлетворенно кивнула Бранка. – Слишком мало сырья осталось в Аномалии, не получается у колонистов сразу в одном месте массовую трансмутацию запустить. Да и энергозапас ограничен. Чего?..

– У меня сейчас еще больше вопросов появилось, – не стал я скрывать. – Ответишь?

– Давай в более комфортных условиях, – отперлась девица. – Это тема для отдельного разговора. Не хотелось бы обмениваться важной информацией урывками.

Ага, рассказывай! Кто другой бы и поверил, но только не я и только не после уроков Грега Слоуна. Мне сейчас, по факту, почти открыто заявили – хочешь знаний, заплати. Скорее всего, собственной информацией. Баш на баш, так сказать. А еще она не против поторговаться. Учтем.

– Значит, повезло нам, – подытожил я.

– С чего это? – вздернула бровь Бранка.

– Ну как с чего? Ты же сама говорила про почву для переговоров. И сейчас условия для нас более благоприятные, чем ты изначально планировала.

– Уверен?

– А то! Совесть же у тебя есть? И чувству благодарности ты же не чужда?

– Ну… допустим.

– Кхм!..

– А ты чему удивляешься, Макдугал?! По себе людей не судят!

– Брэк, девочки!

Блин, достали уже. Пожалуй, надо с Маком поговорить на эту тему. Ну вот чего он на конфликт нарывается?! Хотя туплю, да. Это он девицу на психологическую устойчивость проверяет, а также на наличие кое-каких специфических навыков. Плавали, знаем. Он и надо мной так прикололся, причем в первый же полевой выход. Все на той же памятной Пандоре. А Бранка, судя по всему, нехитрую тактику Гленна просекла и специально болезненно реагировала, не упуская возможности куснуть оппонента. Короче, встретились два одиночества. Или нашла коса на камень, как любил тот же Мак повторять. Особенно когда мы в очередной раз с капитаном Ивановым любезностями обменивались. Ну да, грешен…

– Короче! Слушаем меня внимательно: на ваше счастье, госпожа Де Гроот, ваш план с силовым воздействием провалился. Мы с Гленном точно бы не повелись, и случилась бы у нас небольшая войнушка. Зато теперь, по чистой случайности, мы уже общаемся как партнеры, пусть и невольные. Хотелось бы, чтобы ситуация как минимум не ухудшилась. – Я поймал бегающий взгляд девушки и сурово подытожил: – Так что не усугубляйте! Ты, Мак, тоже угомонись! Всем все ясно?!

– Более чем! – буркнула Бранка. – Забрала затемните!

Все-таки оставила за собой последнее слово. Ну и ладно, почему бы не исполнить столь необременительный девичий каприз?..

…В этих широтах уже почти стемнело – а как вы хотели? Даже в поселении, из которого мы относительно удачно свинтили, светило клонилось к закату, а тут как бы не субтропики местные. Плюс пусть и не очень густое, но все же переплетение крон высоко вверху – катер уже приэлвился (всяко лучше, чем приновооймяконился!)… тьфу, хрень какая. Нечего язык ломать – приземлился, значит приземлился. Совершил посадку, присоседился – какая разница, если суть ясна? Так вот, катер приземлился, такое впечатление, на специально оборудованной и неплохо замаскированной от наблюдения с орбиты площадке. Стволы здешних деревьев располагались довольно далеко друг от друга, так что даже для достаточно крупного летательного аппарата прошмыгнуть между ними труда не составило. Хотя кроны он слегка прорядил, когда в чащу нырнул – об этом свидетельствовал очень подозрительный звук, напоминавший шорох веток по крыше. Потом последовал слабый толчок в ноги, вслед за которым Бранка избавилась от ремней и собственноручно отдраила люк пассажирского отсека, повторно продемонстрировав принцип действия доисторической рычажной системы. Впрочем, дальше обошлось без винтажных штучек-дрючек: сам люк откинулся вверх на магнитном подвесе, и нашим с Маком взорам… хорошо, хорошо, нашим с Маком и Бадди взорам открылась база гостей.

– Хм… – смог выдавить из себя Гленн после доброй минуты пожирания глазами подозрительных кочек, холмиков и почти полноценных холмов прямо по курсу. Что характерно, посреди немаленькой такой – при желании и нашу «Молнию» можно было бы приткнуть – проплешины. И как мы ее проглядеть умудрились? Выпишу Зевсу по возвращении, однозначно. – Неплохо зарылись. Палатки?

– Не-а, – беззаботно усмехнулась девушка – она забрало затемнять сочла излишним. И правда, от кого ей тут прятаться? От нас, что ли? А смысл, как показала практика? – Стандартные полевые боксы, самораспаковывающиеся.

«Зевс?!»

«Извини, Денис, но прореха в лесу не показатель, их тут много».

Да неужели?!

«Показать инфографику?»

Ну нафиг… опять зря на искина бочку катил. Старею, видимо.

– А зарывали как? Бульдозером? – продолжил допытываться Мак.

– Не-а. Лопатами.

– Это сколько же вы работали?!

– Двое суток. Приблизительно, – уточнила Бранка. – Рабочих рук у нас достаточно.

– Да мы уж поняли, – недоверчиво покачал я головой, с трудом сместив взгляд с холма, под которым угадывался небольшой космический корабль – судя по обводам, внутрисистемый каботажник. Или, наоборот, крупный катер типа десантного транспорта. – А корабль-матку где бросили? Почему мы его не засекли? В астероидном поясе запрятали?

– На фига? – удивилась девушка, машинально скосив глаза на «почву» у люка. – Здесь он…

– Да ладно! На этой скорлупке вы бы сюда не… – начал Мак и осекся.

Похоже, дошло. Равно как и до меня.

– Мы на нем, да? Сверху?

– Да, Денис.

– Но… как?!

– Элементарно, прожгли яму выхлопом да легли на пузо.

Ага, а потом все это дело дружненько лопатами закапывать принялись… Свежо предание.

– Не веришь? – возмутилась Бранка. – Так все и было! Мы даже прикинули, что нам неделя-другая понадобится на земляные работы. Потому и явились так… заранее. А получилось куда быстрее – мы тут приземлились под вечер, легли спать, а утром обнаружили, что нас погребло заживо. Тут я, конечно, для пущего эффекта должна бы соврать, что не знаю, чьих это рук дело… но не буду. Это местная система управления постаралась, шрам зарастила. Ну а мы, не будь дураками, проход пробили на поверхность и устроили лагерь прямо на «спине» нашей малышки. И знаете что?..

– Догадываемся, – буркнул Мак. – Спать легли, а наутро все боксы оказались замурованными.

– Именно! Такое впечатление, что здешняя почва вовсе не почва, а… жидкая грязь, пожалуй. И стремится принять форму емкости, в которую налита. Вот только загвоздка в том, что под те же боксы мы ямы не рыли. И все равно они в одночасье обросли слоем аморфеума.

Ага, снова намек, который уже по счету. Не, пусть помучается. Не пойду на поводу у очередной смазливой мордашки. Тем более, с таким пустым и холодным взглядом. Как будто клон бесчувственный пялится, право слово! Хотя скорее всего тут что-то другое. Глубоко личное, я бы сказал. А вообще занятно. Девушка с мертвыми глазами. Безымянные номерные боевики, брошенные на съедение спекам – что-то я не наблюдал заходящий на посадку анонсированный второй борт. Да и рядом других транспортных средств не было. А значит, что? Либо в ангаре, которых не видно поблизости, либо отсутствует как класс. И тогда дамочка нас элементарно… скажем так, взяла на пушку. Ладно, оставим это на ее совести.

«Почва» под ногами привычно уже спружинила, стоило лишь выпрыгнуть из пассажирского отсека, и обняла ноги по щиколотку, так что пришлось выдирать из нее ступни при каждом шаге. Выглядело это со стороны забавно, хотя нам с Гленном было не до смеха. А вот Бранка к небольшой трудности отнеслась философски, то есть абсолютно наплевательски. Привыкла, надо полагать. Соответственно, целеустремленно поперла вперед, небрежным взмахом руки дав отбой пилоту – тот высунулся из кабины, являя собой олицетворение двух взаимоусиливающих эмоций: скуки и любопытства. Н-да. И впрямь давненько сидят, раз по новостям так соскучились. Рутина она такая. А тут вдруг раз – и информационный повод как минимум недели, а то и месяца.

Поскольку ни инструктажа, ни особого приглашения не воспоследовало, мы двинулись за Бранкой, стараясь держаться прямо за ней – так проще было ступать след в след. И все равно заколебались, пока добрели от ВПП до первой линии кочек. Вблизи они оказались довольно большими, типоразмера одноместной палатки примерно. Здесь мы задерживаться не стали. Пересекли еще один аналогичный ряд, затем еще, и оказались у холмика, раз этак в пять превышающего в поперечнике отдельно взятую кочку.

– Считайте, что это гостиница, – без предисловий объявила девица, дождавшись нас с Маком. Бадди я к этому моменту уже взял на руки, пожалев коротконогого псеныша. – Полная автономность, энергонезависимость, система комфорта замкнутого цикла. Думаю, тут удобно будет договорить.

– Это точно, – подтвердил Мак, первым сунувшийся в дверной проем, который только что был освобожден от собственно полотна, скользнувшего вбок. – Ничего себе так, аскетично.

– Не ной! – цыкнула Бранка. – И не путай аскетизм с минимализмом. Тут есть все необходимое – кровати, санузел, душ… воду экономьте, кстати, здесь лимит. Ну и прочие развлечения.

– Плотские? – не преминул уточнить Гленн.

– Заслужи сначала! – отрезала девушка. – А вообще заходите, гости дорогие! Особых деликатесов не обещаю, но выпить и закусить найдется. Заодно и пообщаемся плотнее.

И задышала хрипло в мою сторону, зараза!.. А вот хрен тебе, нашла на кого время тратить. Хотя пусть ее, Мак же предупреждал. На нервах зато поиграю, авось и выведу из равновесия.

Насчет аскетичности, кстати, Гленн оказался прав – внутри купол мало чем отличался от обычной палатки. За исключением размеров, конечно. По крайней мере, на нас двоих места было с избытком. А еще, как незамедлительно мне наябедничал Зевс, в помещении не обнаружилось ни единой точки подключения к компьютерной сети базы. Такое впечатление, что мы попали даже не в кусочек Америки начала двадцать первого столетия, как в Аномалии, а в нее же, но времен середины века этак двадцатого: ни одного терминала, столько же сенсорных пультов и прочих дисплеев. Да даже беспроводной точки доступа в местную локалку, и той не было. Лампы светодиодные, с кнопочным выключателем! Вы только подумайте! Но окончательно меня добила все та же клятая Бранка: демонстративно нырнула ладошкой в собственное декольте, для чего ей предварительно пришлось расстегнуть разгрузку и вжикнуть молнией комбеза, извлекла на свет божий металлический ключ (не магнитную ключ-карту, а плоскую хреновину с фигурными выточками по всей поверхности), дала нам с Маком на него хорошенько попялиться (наверняка при этом любуясь нашими охреневшими рожами) и демонстративно заперла входной люк на целых три оборота! Нет, вы поняли?! Люк на врезной механический замок! И после этого у кого-то еще будут сомнения?! Ч-черт! Похоже, нас таки подловили. И не просто подловили, воспользовавшись подвернувшимся шансом. Нет, кто-то умный (уровня как минимум папеньки при поддержке дяди Коли) озаботился созданием благоприятных условий для развития ситуации в нужном конкретно ему ключе (ха-ха три раза!). Интересно, кто бы это мог быть?.. Это сарказм, если кто-то не понял. И ведь как нас сделали! Как детишек малых, ей-богу!.. Ну и что остается?..

– Похоже, кто-то очень сильно нарывается на откровенность, – хмыкнул Мак и демонстративно вздохнул. – Дэнни-бой, вот скажи мне: мы с тобой разве дебилы?

– Да вроде нет внешних признаков, – подыграл я напарнику.

– Может, у нас сопли до земли висят, и мы постоянно мычим и под себя ходим?

– Тоже вроде нет, – ответил я, с сомнением покосившись на Бадди. Как минимум первой характеристике тот соответствовал процентов на девяносто, если не больше.

– И до старческого слабоумия, слава богу, еще далеко! – подвел итог размышлениям Гленн. – Ну так с чего вы, дамочка, решили, что сможете нас хоть к чему-то принудить?! И тем более, что нас пластиковые стены удержат?! Даже разоружить не удосужились, база, блин, непуганых идиотов! Тьфу!..

И это он еще не стал добавлять, что сама Бранка собственную монструозную винтовку «забыла» в катере, оставшись при пистолете неизвестной модели.

– Остынь, Макдугал, – даже и не подумала смутиться девушка. Наоборот, толику презрения в голос добавила. – Ты здесь никому не интересен. А вот твой начальник… мне ведь удалось тебя заинтриговать, Денис? Не стесняйся, все свои.

Я вместо ответа прошел в центр купола, к одному из трех кресел, прислонил автомат к подлокотнику и скинул со спины рюкзак. Демонстративно (и столь же неторопливо) размял шею, избавившись от шлема, извлек из спецкармана недовольно вякнувшего спросонок Ваську и развалился на мягком сиденье, уложив разомлевшего котейку на колени. Вследствие этого пришлось шлем пристроить прямо на полу, так, чтобы тянуться недалеко было. Проигнорировав вытянувшееся лицо Бранки и ухмыляющуюся рожу Мака, стянул перчатки, небрежно бросив их у ног, и погрузил ладонь в шерсть моментально врубившего урчальник коша-ка. И лишь завершив подготовительные мероприятия (в том числе и нервотрепательные, ага), приглашающе мотнул головой на соседнее кресло:

– Присаживайтесь, госпожа Де Гроот. Побеседуем.

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

13 октября 2138 года, вечер

– Рассказывай, – уставился я прямо в глаза Бранке, устроившейся напротив.

– Сначала гарантии, – не моргнув, выдержала та взгляд.

– Какие тебе еще гарантии?! – возмутился Мак, плюхнувшийся в последнее оставшееся кресло. – Мы тебе жизнь спасли!

– В самом деле? – растянула губы в ухмылке девушка, в очередной раз поразив диссонансом живой мимики и мертвых глаз. – Мне казалось, наоборот.

– Нас бы эвакуировали, а без вашей самодеятельности мы бы еще и не запалились! – рыкнул Мак.

– Гленн!

– Чего?!

– Остынь, – укоризненно покачал я головой. – Видишь же, не катит.

– Ты о чем, Дэнни-бой? – прикинулся напарник шлангом, но продолжать в том же духе не стал.

Чего я, собственно, и добивался.

– Какие именно гарантии вы бы хотели получить, госпожа Де Гроот?

– Что вы меня не кинете, дорвавшись до секретной информации, – потеплела голосом та. Видимо, и впрямь доброе слово даже кошке приятно.

Неожиданно, да.

– Хм… и как же ты это себе представляешь? – сбился я с официального тона. – Разве что пообещать могу…

– Вот и прекрасно!

И… все? А чего ради тогда было представление устраивать? А-а-а, догнал! Ловко она Мака из игры вывела, ничего не скажешь. Причем моими же руками. Нарвался наш шотландский орел на ответочку, хе-хе.

– Итак, с чего же начать?.. – демонстративно задумалась Бранка.

– С главного, – подсказал я.

«Зевс, проф на связи?»

«А как же!»

«Выводи вопросы, буде таковые возникнут, на бегущую строку, постараюсь учесть».

«Принял, Денис».

«И пусть особо там не радуется».

Какая же все-таки Бранка наивная! Секретные сведения, блин. Да у меня все, начиная с утреннего пересечения Границы, пишется, препарируется покадрово и анализируется в три мозга. Или не наивная, и все это часть хитрого плана по вовлечению меня в паучьи сети? Поди знай этих баб…

– С главного… – задумчиво повторила девушка. – Ладно. Зачем ты таскаешь с собой кота?

Че-э-эго?!

– Ну реально же интересно, – смутилась Бранка. – Понятно, зачем пес. Но кот? И нечего так глаза пучить, кстати.

Попадос, как выразился бы тренер дядя Коля. Этак еще немного, и она начнет логические связи выискивать между моими пока еще неподтвержденными (и незадокументированными!) возможностями и составом поисковой партии. Черт, надо как-то с темы съезжать…

– Да ты сама только что ответила, – сумел я, наконец, совладать с собой. – Для тех же, в общем, целей. Разведчик он. Где Бадди не может пробраться в силу габаритов и неумения карабкаться по тем же деревьям, Бэйзил без проблем справляется.

– И?..

– Ну, цепляем ему на башку видеокамеру, и вперед, заре навстречу.

– Хм… не лишено смысла, пожалуй. И он слушается? Коты же такие… независимые?..

– Есть немного.

– И не боится?.. Ну, вот как сегодня?

– А мы же не каждый день в таких экстремальных условиях работаем, – пожал я плечами. – Если честно, в нас вообще редко стреляют. А в более спокойной обстановке Васек просто незаменим.

– И еще он у нас шибко умный, – влез в беседу Мак. – И легко обучаемый. Сначала на пинках полетал, затем ошейник с электрошокером, а потом и вовсе стал на слух команды воспринимать.

– Ну вы и живодеры… – Бранка, казалось, была поражена до глубины души. Впрочем, тут я мог и ошибаться – в мертвых ее глазах внутреннее состояние девушки читалось с трудом. – Ладно, будем считать, что поверила. Значит, главное… аморфеум.

«Дэни, спросите, что такое аморфеум».

Вы очень вовремя, профессор. Впрочем, как всегда.

– Аморфеум это… аморфеум, – пробормотала девушка, буквально прикипев взглядом к нагло развалившемуся на моих коленках кошаку. – Ты же обратил внимание на местную почву, Денис? Обратил. Это хорошо. И наверняка даже пытался как-то исследовать? Органолептически? Ну, уже что-то… короче, аморфеум – это новое химическое вещество… хотя нет, так его назвать нельзя. Новая форма материи… да, скорее всего именно так. Ты же представляешь строение материи? А что такое волна представляешь? И про корпускулярно-волновой дуализм света небось в курсе? Какой умный! Так вот, чтобы Макдугалу тоже было понятно, начну издалека. Мы все знаем, что свойства кристаллов, например, напрямую зависят от строения кристаллической решетки. Тот же углерод в зависимости от вида упорядоченной структуры может быть графитом, алмазом и графеном. Или вещества, состоящие из молекул: две молекулы кислорода – собственно кислород, три – озон. И таких примеров можно привести множество. Суть в том, что свойства материальных объектов задаются на микро- и наноуровнях – молекул, атомов и элементарных частиц. А также еще глубже – протонов, нейтронов, электронов… кварков, глюонов… и так вплоть до тех глубин, где материя переходит в волну и обратно. Так вот, аморфеум – это… вещество. Но у этого вещества нестабильная структура. Такое впечатление, что электроны в атомах скачут с орбиты на орбиту, но при этом почему-то не происходит ни поглощения, ни выделения энергии, вопреки всем законам квантовой физики. И еще отдельные частички каким-то неведомым образом собраны в кластеры – те самые мелкие сферы, которые притягиваются друг к другу. Это вещество… аморфно, самое точное определение. Отсюда и название. Бесформенная форма, идеальный строительный материал для чего угодно. Не спрашивай, как это возможно, это просто есть.

«Она права, Дэни, мы с ребятами пришли к аналогичным выводам». «Спасибо, профессор».

«…наномашины…»

«Зевс?»

«Я думаю, это не вещество, это наномашины. Причем даже не нано-, а пико- или даже фемтомашины».

«Фемто – это десять в минус пятнадцатой степени?»

«Именно. Приблизительный размер нейтронов и протонов в атомарных ядрах. А электроны это вообще на уровне десять в минус двадцать второй степени, тут уже граница между волной и частицей».

Хм… предпосылки?..

«Я проанализировал образцы, они очень напоминают составные элементы твоих наноботов, Денис. Как будто известные нам наны разобраны на запчасти».

Н-да… но, в принципе, логично. Моя «мелочь» – наследство Брахни, которые, судя по некоторым признакам, получили упрощенную технологию от Архонтов, а здесь этих самых Архонтов вотчина. Почему бы у них не найтись более продвинутой версии?..

«Зевс, сравни с материалом корпуса „Молнии“».

«Уже».

«Ну и?..»

«Наш рейдер изготовлен из более специализированных наномашин. И это именно уровень нано… хотя надо признать, принцип одинаков».

А, это не показатель!.. Вряд ли на столь глубинном уровне вмешательства в материю может быть хоть какая-то вариативность…

«Полностью согласен, Денис».

Так, блин, пора завязывать с «чатом», вон, уже Бранка подозрительно коситься начала.

– Ты думаешь, это природное образование? – уточнил я, чтобы заполнить паузу.

– Вряд ли, – помотала головой девушка. – Я думаю, его создали Предтечи. Какой-то хитрой реакцией, скорее всего, что-то, связанное с силовыми полями…

«На мой взгляд, это скорее наномашины, Дэни».

Н-да. Сюда бы профессора, так сказать, во плоти. Эх, он бы и устроил научную дискуссию! Зевс ведь до него свои выводы не доводил, а разговаривали мы, хм, в «личке». А хитромудрый Грегуар как-то умудрился прийти к аналогичной мысли… так что хорошо, что он вынужден работать через посредника.

– …чего головой машешь? – надулась девушка. – Что-то знаешь? Поделись!

– Продолжай, это я сам себе…

– Ладно. Короче, люди, с которыми я сотрудничаю, и у которых очень большие возможности, пришли к выводу, что аморфеум – универсальный строительный материал, который может быть преобразован в абсолютно любой химический элемент посредством специального управляющего сигнала. То есть частица аморфеума стабилизируется и принимает форму нужного элемента. Если, например, зародышевых электронов излишек, часть их преобразуется в излучение, которое поглощается соседними частицами. Если, наоборот, мало, то какое-то количество аморфеума распадается, распределяясь по остальным «кирпичикам», в результате из кластера можно получить различное количество атомов или молекул. То есть, зная управляющий сигнал и имея необходимую аппаратуру для его генерирования можно аморфеум преобразовать, например, в золото. Или в уран. Или в кислород. Да во что угодно! Мало того, можно не просто задать ему состав, но и упорядочить полученные из аморфеума химические элементы в пространственные структуры, то есть получить сразу готовый материальный предмет – стол, стул, машину, дом, автомат с патронами… снека. Органику, неорганику – без разницы. Единственное условие – форма предоставления информации. Чтобы получить, допустим, автомобиль, необходимо иметь его цифровую копию, матрицу… («Я так и думал, Дэни!!!») и не просто габаритную 3D-модель, а полную копию, в которой оцифрован каждый атом, каждая молекула. Для этого, естественно, требуются просто колоссальные вычислительные мощности. И тут есть два варианта: либо создать модель традиционными методами программирования, либо… снять «мерку», поместив исходный объект в некий прибор… пусть будет «сканер». Правда, этот «сканер» в процессе снятия «мерки» расщепляет его даже не на атомы, а на элементарные частицы вплоть до кварков, а потом и их доводит до квантовых флуктуаций.

– И ты знаешь, где он.

В моем голосе не было даже намека на вопросительную интонацию, но Бранка поняла все правильно:

– Скажем так, догадываюсь.

– Тоже мне, секретная информация! – съязвил Гленн. Задело, что девица его за мебель держит. – По-любому в Аномалии.

– Может, скажешь, где именно? – вернула Бранка усмешку. – Аномалия большая.

– Да легко! – чуть не повелся Мак. – Наверняка Ко…

Ты гляди, сдержался! Все-таки мастер-рейнджер Макдугал профессионал с большой буквы «П», и никакой бабенке его с панталыку не сбить. И да, это выражение он знал на языке оригинала. От капитана Иванова научился.

– Ладно, мальчики, – не стала обострять ситуацию девушка, – пусть это и будет предметом торга. Что-то еще хочешь спросить, Денис?

– Мы тебе зачем?

– Упорный, да? Хорошо, не буду юлить. Моим заказчикам аморфеум сам по себе ни к чему. Да, интересная загадка, да, есть где разгуляться и физикам, и химикам. И что с того?.. (Я задумчиво кивнул, мол, и впрямь…) Для использования этого ресурса по прямому назначению кроме собственно сырья нужна еще и инфраструктура, способная придать ему определенную форму. И вот все вместе это даст искомую технологию. Ну, ты понимаешь, о чем я.

Хм… и это она Оружейнику заявляет! Понимаю ли я?! Прикалывается, что ли?..

– Инфраструктура же, – продолжила Бранка, – включает не только «сканер», но еще и колоссальные вычислительные мощности и собственно «репликатор» – генератор направленного сигнала. Этот сигнал в локальном объеме аморфеума служит… скажем, литейной формой. Специально для тебя, Макдугал: аморфеум – цемент с песком и щебнем, сигнал – опалубка, вода и одновременно бетонщик с лопатой. А сканер с вычислителем – прораб, под чутким руководством которого собиралась опалубка. Все понял?

Судя по ироничной ухмылке Мака, до него наконец дошел нехитрый посыл – не связывайся с незнакомыми нахалками. По крайней мере, уточнять, что такое «опалубка» и кто такой «прораб» он не стал, дабы не давать лишний повод для зубоскальства.

– Не отвлекайтесь, госпожа Де Гроот, – изобразил я недовольство.

Чисто из солидарности с напарником, так сказать.

– Конечно-конечно! – Бранка сложила руки на коленках а-ля «прилежная ученица». – Что здесь вычислитель и излучатель, вы уже, конечно, сами догадались…

Я обменялся с Гленном недоуменным взглядом и наморщил лоб, изображая интенсивную мыслительную деятельность. Понятливый Мак отзеркалил мою позу, да еще и в затылке демонстративно почесал, дескать, куда нам, долбоящерам.

– Ладно, ладно, поняла!.. – рассмеялась девица. Так-то, блин! Знай наших. – Пользуйтесь ситуацией, грубые мужланы. Потрошите беззащитную девушку на предмет информации…

– Спасибо, что не тупые.

– Не за что, Макдугал. Особенно тебе.

Тьфу ты!.. Когда же угомонятся…

– Короче, инфраструктура – пирамиды и деревья. И мне нужен доступ в местную глобальную сеть.

Хм… завидные аппетиты у дамочки! И переобувается на ходу – в катере интерес к Аномалии демонстрировала, а теперь ей пирамиды подавай! Да и манеры не очень – кинет кость, фигурально выражаясь, и ждет реакции. На что, интересно, рассчитывает? Что мы расслабимся и поддадимся ее чарам? Ну-ну…

– Дальше.

– Может, тоже хоть что-то расскажешь, Денис? Мы же договорились. (Да ладно? Что-то не припоминаю.) Я тебе, ты – мне.

– Пока что я не услышал ничего для себя нового.

И ведь не соврал, что характерно! Еще на этапе подготовки экспедиции мы очень похожие выкладки с Зевсом набросали. По результатам анализа видеозаписи с Иеремией Коулмэном и последователями. Вот только теперь терзают меня смутные сомнения – где он в той церквушке излучатель и здоровенный комп запрятал? Правильный ответ – скорее всего, нигде. Следовательно, появляется простор для фантазии. И это я не в плане похвастаться, просто факт констатирую. В деталях, может, и ошиблись, но общее направление поиска задали верно.

– Доступ в глобальную сеть, сказала же! – подпустила стали в голос Бранка. – Денис, не тупи! И не говори, что ты еще и не пытался ее ломануть!

– Каким же это образом, интересно? – уже откровенно глумливо ухмыльнулся я. – Мак, ты на пирамиде терминал видел?

– Не-а.

– А на деревьях?

– Не-а.

– А ты, Бадди?

– Вуф!

– У Васьки даже и спрашивать не буду…

– Хватит паясничать! – взорвалась девушка. Глубоко вздохнула, помолчала – наверняка про себя считала до десяти, а может, и до двадцати – и решительно тряхнула головой: – Ладно, клоун. Три года назад ты участвовал в спецоперации объединения Оружейников, приписанного к рейдеру «Молния», на планете Пандора. Там ты проник на военную базу Предтеч-Брахни, известную как Объект-357, завладел информационным массивом, представляющим собой разрозненные обрывки Информатория, а также колонией наноботов – специализированным управляющим интерфейсом для инфраструктуры Объекта. Обстоятельства сложились так, что тебе пришлось воспользоваться колонией, подсадив ее в собственный организм. Наны прижились, поскольку ты обладаешь зачаточными пси-способностями. Благодаря им ты смог предотвратить катастрофу планетарного масштаба, вызванную активацией системы противовоздушной обороны Брахни.

И чего опять уставилась, да еще с таким торжествующим видом? Сведения секретные, но при должном старании их и традиционными методами – хакерство, шпионаж, шантаж, подкуп, угрозы – добыть вполне возможно. Так что не поразила ни разу.

– Дальше.

– Изволь, – дернула плечом Бранка. – В последующие годы ты, судя по некоторым косвенным признакам, при помощи корабельного искина сумел подобрать к нанам «ключик» и расширить их функционал для использования в качестве интерфейса к любой компьютерной технике – как производства людей, так и из Наследия.

Это уже интересней. Кто-то толковый подключился, да и следили за мной достаточно пристально. Вплоть до того, что не побоялись запустить шаловливую ручонку в информационные закрома клана Такэда, например. Того, что Колонией Нимойя управлял. Что ж, круг подозреваемых сузился. Впрочем, он и раньше размерами не поражал.

– Дальше.

– Все, – развела руками наша гостеприимная хозяйка. – У тебя есть и средство, и опыт его использования. Неужели не пробовал подключиться? Да хотя бы из любопытства?

– Еще раз повторяю: вы меня с кем-то путаете, девушка.

– Нет, правда? – сделала та большие глаза. Типа, удивилась. – И что, даже Зевс мысль не подкинул?

Ну это уж совсем мелко… мы его и не скрываем особо. Даже крота в экипаже иметь не нужно, чтобы такую информацию нарыть. Теперь главное не переиграть, помимо скуки и недоумения еще и толику удивления добавить на морду лица. Стандартная же методика, чуть ли не со времен полиграфа – разбавлять сомнительные моменты заведомо ложными или столь же заведомо правдивыми. Как ребенок, ей-богу!.. И ведь почти не играет – нанов в ней достаточно для осуществления функции «детектор лжи». Вернее, сохраняет каменное спокойствие при кажущемся разнообразии внешних реакций.

– А как тебе это? – Бранка зло сузила мертвые глаза, сделав их еще более пугающими, и негромко и без выражения заговорила: – Четыре года назад в Системе побывала исследовательская экспедиция Корпорации «О’Мэлли Текникс». «Тексы» пришли сюда не с пустыми руками – у них уже тогда были сведения про аморфеум и инфраструктуру. Они подошли к проблеме комплексно, но ничего не смогли добиться – ни одна стандартная методика не позволила подобраться к решению. И тогда они, как и многие до них, занялись Аномалией. Они не знали про колонистов и снеков, действовали достаточно беспечно, в результате попали в засаду и были задавлены массой. Еще и по этой причине нам сейчас было относительно легко – у колонистов на исходе доступные ресурсы. Про колонистов позже! – остановила она попытавшегося что-то сказать Мака. – Так вот. Все закончилось большой кровью, но кое-что экспедиции все же удалось выяснить, в частности, подробности основания Колонии. Было принято решение изучить предпосылки ее создания. В ходе анализа информации выяснилось, что Иеремия Коулмэн в бытность свою разведчиком Об ОН посетил планету, на которой впоследствии была основана Колония Пандора. Именно после этой экспедиции он загорелся идеей создания собственного идеального мира. Продолжать?

– Довольно занятно, – кивнул я.

А чего? Мне все равно, а ей приятно.

– В Колонию Пандора отправилась экспедиция под руководством некоего Фреда Кирхгофа. Это человечек из лаборатории «FFR» Корпорации семейства О’Мэлли. Но тебе ведь наверняка известно, что под этой личиной выступал Артур О’Мэлли, старший сын главы и, соответственно, наследник. Никому иному старый Питер не решился доверить столь важный секрет. Поисковая партия без проблем обнаружила Объект-357, относительно легко проникла внутрь, и столь же просто Артур нашел то, что искал – колонию нанов, превращавших рядовых Брахни в достаточно сильных псионов. Без этого они не могли взаимодействовать с техносферой планеты, знаешь ли. Изящное, кстати, решение – вместо того, чтобы выделять касту техников, уравняли всех…

«Зевс, заставь Ваську попроситься на улицу, типа, погадить приспичило».

«Принял, Денис».

– …но что-то пошло не так. Скорее всего, Артур переоценил свою психологическую устойчивость, или организм у него на нанов среагировал нестандартно, но он зачем-то избавился от всей своей команды, включая тех членов экспедиции, что оставались за пределами Объекта-357. (Зачем, зачем… жадность обуяла… причем это с его же слов.) А затем еще и систему ПВО активировал, спровоцировав катастрофу в масштабах половины континента. Миссия оказалась на грани провала. И тут, по невероятному стечению обстоятельств (Ой ли?) на планете появляешься ты. Мало того, ты еще и выясняешь причину проблем, а также связываешься с отцом на предмет поинтересоваться, а не помочь ли кузену? (Вообще-то, я больше на предмет «Какого хрена?!» интересовался…) Твой отец, естественно, переадресует вопрос Питеру. О’Мэлли-старший сначала пытается отпираться, но Виктор Смальков припирает его к стенке фактами – для него авантюра с аморфеумом не секрет, просто он планировал войти в долю чуть позже, когда уже появится вменяемый результат. (А вот это весьма похоже на папеньку.) В результате главы двух Корпораций договариваются, и ты отправляешься в спасательную миссию. План был примерно следующий: ты проникаешь на Объект-357, находишь Артура и выясняешь, какого, собственно, дьявола? Ты, как хороший сын и племянник, берешься за дело, причем на совесть, и… очень сильно кое-кого обламываешь, отправив Арти в больничку. Впрочем, вскоре выясняется, что для О’Мэлли-младшего это как раз плюс – как показали результаты медицинского обследования, у Артура оказалась низкая устойчивость к ментальному воздействию. Он, если выражаться вульгарно, охренел от перспектив и слетел с катушек. Последствия известны… чего это он?..

Васька, уже некоторое время беспокойно возившийся у меня на коленках, вдруг требовательно взвыл и пулей метнулся к задраенному люку.

– На улицу просится, – пожал я плечами, лихорадочно прогоняя в памяти давний разговор с братцем Арти. Тот, что происходил при не самых обычных обстоятельствах.

– Зачем?!

Вот и я теперь задаюсь этим вопросом: зачем? На фига было кузену говорить, что дядя Петя не в курсе? Что всю авантюру с Информаторием и нанами он закрутил самостоятельно? И кому верить? Брату? Бранке? Или обоим? Что касается Артура, то тут целых два варианта: он либо сам был не в курсе, что его используют вслепую, либо владел всей информацией, но предпочел ею не делиться даже с учетом своего… хм… бунта. По извечной привычке и из общей скрытности характера. И оба они совсем не противоречат рассказу девицы. Которая, между прочим, ждет ответа.

– Погадить хочет, наверное… видишь, извелся весь!

Кот и впрямь старательно выписывал круги у двери, то и дело принимаясь скрести ее лапой, да еще и подвывал мерзким голосом.

– Блин, а лотка нет… пусть в уголок сходит, что ли…

– Не-а, – ехидно хмыкнул Мак, опередив меня на долю секунды. – Он у нас приучен, где попало гадить не будет. Терпеливый, гаденыш.

– Ага, – поддакнул я. – Терпеливый-то терпеливый, но и не молчун. Особенно когда есть повод сообщить этому миру, насколько плохо он о нем думает.

– Мря-у-у-у-у-у!!!

– Точно-точно!

– Меэ-у-у-уа-а-а-а!..

– И хрен заткнешь…

– Ладно!!! – Бранка подорвалась с кресла, мигом оказавшись у люка, поорудовала ключом и чуть ли не пинком отправила обрадованного коша-ка прогуляться. – И не возвращайся ближайший час, все равно не пущу!

«Зевс, не тормози».

«Принял, Денис. Приоритет?»

«Система наблюдения».

«Принял».

– Так, о чем бишь я?.. – продолжила прерванный рассказ гостеприимная хозяйка, снова плюхнувшись в кресло. – Так вот. Ты, Денис, оказался излишне старателен и, сам того не осознавая, порушил в ходе спасательной миссии миссию параллельную, научно-захватническую. Артур был выведен из игры, к тому же к тебе попали те самые наны. И, к вящему удивлению старых интриганов, не просто в тебе прижились. Ты еще и расширить их функционал умудрился. Внимание, вопрос: ну и что же эти двое решили, когда у них в поле зрения появился излишне инициативный, самостоятельный, но молодой и глупый Оружейник, обладающий всеми необходимыми знаниями, умениями и материальной базой? Дать минуту на размышление?

– Да чего уж там, – поморщился я с досадой. – Всегда знал, что Арти тот еще чертила. Но вот что папенька с дядей Петей споются… н-да, такого даже предположить не мог.

С другой стороны, а чего я ожидал? Что тот же Виктор свет Андреевич будет любоваться мною со стороны, тихонько радуясь успехам младшенького на поприще Оружейника? Угу, держи карман шире! Странно, что раньше меня в свои интриги не втянул. Или?.. Не, нафиг! За эти три года мы не выполнили ни одного прямого заказа родной Корпорации, выискивали работенку через Биржу. А к этой организации ни у одной Корпорации подхода нет, ибо это краеугольный камень ее существования. Если же предположить, что папенькины длинные руки и до Брокеров дотянулись… нет, жить не хочется от осознания масштабов очковтирательства. Не доросла еще моя паранойя до такого уровня. А вот то, что меня берегли для главного, выжидая подходящий момент… это очень даже вероятно. А если еще и вспомнить приверженность Виктора Андреевича одной конспирологической теории касаемо Старой Земли и давно подготавливаемого вторжения в Колониальный союз… черт, а ведь ресурсы Элвы нашим Корпорациям однозначно не помешают! И это все объясняет, да. В том числе и сложность интриги. А также ее протяженность во времени. Из меня выпестовывали надежный и безотказный инструмент. Все эти три года. Твою мать!.. Ну и как мне дальше с этим жить?.. При условии, естественно, что хотя бы половина из вышесказанного – истина. Так-то и вероятность того, что Арти тогда не врал, существует, что еще более запутывает ситуацию.

– Осознал? – иронично заломила бровь Бранка. – Проникся?

– Где Арти? – хмыкнул я в ответ с кислой рожей. Или хмурой – кому как больше нравится.

– Его здесь нет.

– Значит, на дядю Петю работаешь?

Девушка молча кивнула. Ну а что она еще могла сказать? Что ее настоящий наниматель – некий Виктор Андреевич Смальков? Да сто пудов, что так и есть на самом деле. Просто «работает» он через посредника, то бишь свояка. Или как минимум в курсе. Иначе и быть не может – папенька весьма заботливый родитель и не потерпит чужого контроля за собственным отпрыском. Любит он меня, хоть и своеобразною любовью. Эк сказанул!.. Кстати, понятно теперь, почему дружный дуэт корабельных старперов – кэпа с финансовым директором – меня на коротком поводке держал. Не позволяли лезть, куда не следует, а еще не дали угробиться раньше времени. Но эти тоже, наверняка, втемную играли – попросил их папенька зарвавшуюся кровиночку попридержать, а они и рады стараться.

– А чего он так долго ждал, не в курсе?

– Без понятия. Какие-то моменты большой политики. Не моего уровня дела.

Хм, вроде не соврала. Получается, снова два варианта. «Добро» на текущую экспедицию мне дали или потому, что дальше ждать себе дороже – того и гляди, уведут ценный ресурс из-под носа, или потому, что припекло – намечается что-то грандиозное, и все сроки вышли. Второе гораздо хуже.

– Связь с куратором есть?

– Это конфиденциальная информация, – прищурилась Бранка. – Ну так что скажешь? Будем сотрудничать?

Хороший вопрос. И ответ на него весьма прост: будем. Если она и впрямь наемник Корпораций и все ею сказанное правда, то совместная работа и в моих интересах тоже. А если она враг… настолько информированного врага лучше держать как можно ближе к себе. Чтобы успеть среагировать, когда тот начнет действовать. Или грохнуть заранее, в превентивных, так сказать, целях. Так что хрена мы теперь отсюда уйдем, даже если гнать попытаются. Надо будет ей сказать, чтобы дверь не запирала – куда мы, на фиг, денемся?..

– Будем, – покивал я с независимым видом. – Вот только пока не знаю, как именно. Того, что ты просишь, я сделать не могу.

«Ведь не могу же, Зевс?»

«Ответ положительный. Статус процесса: активен. Время до завершения: 12:33:07… 06… 05…»

– Но ты пробовал? – уточнила девушка.

– Не пробовал. Пробую. Постоянно.

Гляди-ка, разочаровал барышню. Она-то думала, что я ого-го, а я вон какой… не оправдал надежд, короче.

– Ладно. – Бранка глубоко вздохнула и взяла очередную паузу – теперь уже как минимум до тридцати посчитала. А может и до сорока. – Переходим к плану «Б».

– А что, и такой есть? – ухмыльнулся Мак, совсем чуть-чуть опередив меня.

– Есть. И там ты точно справишься! – уставилась девица на меня, проигнорировав Макдугала. – Попробуем подключиться к инфраструктуре через Аномалию. Я знаю, где у колонистов основная точка доступа.

Да я тоже, чего уж там… но пусть договорит. Тем более что есть нюансы, которые нужно прояснить.

Бранка между тем не сводила с меня выжидающего взгляда – типа, ну давай, колись. Да я бы, может быть, и с превеликим удовольствием… знать бы только, в чем именно.

– Ладно, – вздохнул я. С бесконечным терпением в голосе, ага. – Давай поподробнее. И начни, пожалуй, с колонистов.

– Ну, ты и сам про них знаешь, – пожала плечами девушка. – Религиозные фанатики из Северной Америки, купились на россказни некоего Иеремии Коулмэна, который объявил себя новым мессией и возглавил переселение общины на…

– Элву, – подсказал Мак.

– Хм?..

– Элву, Элву, не сомневайся, – поддержал я напарника. – И это уже официально, можешь по каталогу проверить.

– Обскакали! – резюмировала Бранка с ухмылкой. – Молодцы. Короче, партия переселенцев высадилась на… Элве. Когда они здесь появились, на планете Аномалией даже и не пахло – она вся была покрыта слоем аморфеума, «лесом» и пирамидами. Это единственное, что нам известно доподлинно. А дальше начинаются домыслы с разной степенью вероятности. Но, как я понимаю, вам именно они и интересны?

– Более чем. Не тяни время.

– Как скажешь, Денис. Согласно выкладкам аналитиков моих нанимателей, Коулмэн со товарищи прилетел сюда не просто так. Скорее всего, у него была наводка. Он ее получил либо на Пандоре, которая в те времена еще не являлась одноименной Колонией, либо еще где-то. В любом случае он предпринял разведывательный полет и привез с Элвы… что-то.

Ага, а мои старперы еще и прикалывались при просмотре ролика! Спецэффекты хреновые им.

– Госпожа Де Гроот, не нужно этих вот театральных пауз, – поморщился я. – Если мы решили разговаривать по существу, так и придерживайтесь обещания.

– Какой ты скучный! – показала мне язык Бранка. Черт, а ведь она окончательно уверилась, что никуда мы не денемся, и она получит желаемое. Вон, даже тень жизни в глаза вернулась! – Прямо как Макдугал. Ладно, ладно, не шучу больше. Вы же наверняка оба видели забавное такое кинцо, с альтернативно одаренным народцем в церквушке? И со Старшим-в-юдоли?

– Тоже твоя… тьфу, твоих нанимателей работа?

– Конечно, Денис. Мое руководство придерживало информацию до удобного момента, хоть и знало, что ты уже давно выискиваешь нечто подобное. Без понятия, по каким причинам, видимо, время еще не подошло… но я об этом уже говорила. Так вот, когда наступил удобный момент, они слили ролик в базу Биржи. Вернее, он там все время лежал, просто никто не мог правильно сформулировать поисковый запрос. А ты смог. Вероятно, это и стало сигналом к действию.

А вот это уж вряд ли! Не могли папенька с дядюшкой столь важный вопрос на самотек пустить. Наверняка надули в уши моему Брокеру – которого, на минуточку, даже я лично не знаю! Или на меня как-то повлияли… черт, сейчас уже и не вспомнить, как именно я выразился, когда задание ему через книгу жалоб и предложений клуба «Астероид», что на станции STG-5 в Колонии Терра-Нова, расписывал. Можно, конечно, попробовать Зевса попросить архивы пошерстить…

«Нужно хоть что-то, связанное с видимой самопроизвольной трансмутацией материальных объектов».

«Спасибо, Зевс».

Спасибо-то спасибо, а легче не стало. Очень общая и обтекаемая формулировка. И тем не менее Брокер меня понял. Ха-ха, именно в тот раз. А до того я его об аналогичных услугах просил, и ни-че-го! Альтернативные задачи подбрасывал, а про трансформа… а ведь точно! До того я использовал термин «трансформация» и его производные. А тут почему-то трансмутацию помянул… и где я ее вообще подцепил? Это уж точно теперь не выясним. Или?..

«Извини, Денис».

Да за что, собственно? И так помог. Ладно…

– Я уже почти поверил в твою теорию заговора, Бранка. Все, давай без эффектных пауз.

– Хорошо, – покладисто мурлыкнула та. Вот ведь! Есть эмоции, и много, но почему глаза-то такие мертвые?! – Ты видел ролик, ты видел, чем именно так впечатлил своих прихожан Иеремия Коулмэн. А теперь, в свете новой информации, ты просто обязан был задаться некоторыми вопросами… ладно-ладно! Не рычи. Главный вывод, и наиболее ценный, из представления: Старший-в-юдоли владел не только запасом аморфеума, но и инфраструктурой, необходимой для работы с ним. Я имею в виду, достаточно компактной версией излучателя и вычислителя. А еще, как ты, несомненно, помнишь, он трансформировал один предмет в другой. А это еще сильнее раздвигает границы возможного применения аморфеума. Но бог с ним. Куда важнее для нас сейчас следующие выводы: Коулмэн знал об Элве и аморфеуме гораздо больше, чем мы на текущий момент – это раз; Коулмэн имел доступ к какому-то местному… складу, назовем его так – это два. Вы, как и мы, как и экспедиция Корпорации, ничего похожего найти не сумели. Отсюда следует, что данные ресурсы существовали в единственном экземпляре и уже использованы. А кем они могли быть использованы? Вариант, как вы понимаете, ровно один – колонисты. И Колонию они основали именно вокруг этого… склада. Или точки доступа к местным богатствам. Естественно, сейчас мы ее не видим, поскольку она замаскирована Аномалией. А вот во времена Коулмэна она наверняка как-то выделялась на фоне остальной инфраструктуры. Вряд ли бы Иеремия ее нашел, высадившись на планете наудачу. Мало того, точка доступа должна была быть постижимой для человеческого разума, а еще обладать интуитивно понятным интерфейсом и высокой адаптивной способностью…

– …поскольку Архонты под конец катастрофы наверняка придали ей максимальную универсальность, чтобы ее мог использовать представитель любой разумной расы, – закончил я мысль Бранки. Молодец, девочка, чуть ли не слово в слово наши с Зевсом выкладки воспроизвела. – Это очевидно. Как и цель данного поступка – чтобы хоть кто-то смог завершить начатое. Вопрос в другом: что за затея? Почему она столь важна? И зачем столько ресурсов для ее осуществления? Провалиться мне на этом месте, если не затевалось что-то грандиозное…

– А теперь уже не все ли равно? – парировала девушка. – Архонты сгинули, их планы канули в лету, зато живы мы, люди. И нам здешние ресурсы совсем не помешают.

– Не отвлекайся.

– Как скажешь, Дениска. Так вот, судя по всему, Иеремия Коулмэн просто оказался в нужное время в нужном месте – он просто-напросто нашел технологию трансмутации. (Оп-па! Это она машинально, или опять пытается тонко намекнуть на толстые обстоятельства? Первый раз, если мне память не изменяет, в катере был.) Ну, ему так казалось. А еще он осознал масштаб доставшегося ему богатства и решил, что теперь способен достичь многого. Даже, не побоюсь этого слова, создать собственный идеальный мир. Дальше ты знаешь – секта, обработка легковерных последователей, переселение…

– А Аномалия откуда взялась? – снова влез Мак, незаметно мне подмигнув – раз девица к нему так относится, то почему бы не закосить под дурачка? Может, расслабится еще немного, и возьмем ее тепленькой.

– Коулмэн, – даже не удостоила его взглядом Бранка. – Коулмэн, завладев точкой доступа, запустил реакцию трансмутации. (Опять! Не, ну наверняка намекает!) Процесс этот, судя по некоторым косвенным признакам, шел достаточно медленно и долго. Кое-что колонисты привезли с собой, например, образцы почвы и растений из родного штата. Еще они притащили кое-какую технику, оружие, строительные материалы, одежду, снаряжение, научное оборудование. Все это было пропущено через «сканер». Потом колонисты сумели-таки подключиться к местной вычислительной системе – наверняка через точку доступа законнектили свой компьютер – и стало легче. По крайней мере, они сумели расширить зону действия «сканера», который смог «перерабатывать» крупные объекты вплоть до целых зданий. Естественно, прототип собирали колонисты…

– Это вряд ли, – помотал я головой. – Если они влезли в вычислитель, им проще было собрать цифровые модели домов. Структура строительных материалов уже была «оцифрована», а остальное дело техники. Я видел местные дома, и изнутри в том числе. Абсолютно ничего сложного. Углы без скруглений, простейшие интерьеры… ну и дороги еще, до отвратительного прямые.

– Может, ты и прав, – не стала спорить девушка. – Это сейчас не важно. Важно другое – Коулмэн с соратниками владел удобным инструментом. Инструментом, самими его создателями приспособленным к работе с аморфеумом. И он нам нужен. С ним мы как минимум сможем повторить путь, пройденный колонистами. Или, имея твои специфические возможности, продвинемся дальше. Намного дальше. Как тебе перспектива?

– Нормально, – усмехнулся я. – Как раз наш масштаб. А то мы с Маком на мелочевку не размениваемся обычно. Спасать, так уж минимум планету, зарабатывать – так миллионы. Правда, есть нюансы…

– Слишком много и долго рассказывать, задавай вопросы.

– Хорошо, госпожа Де Гроот. Почему Аномалия не распространилась на всю планету?

– Ну… аналитики высказали предположение, что в инфраструктуру планеты вшит искусственный интеллект…

– Логично. В ручном режиме такой громадиной управлять не получится.

– …и этот искусственный интеллект воспринял деятельность колонистов как… вирус, может быть?

«Это наиболее адекватное определение, Денис».

– То есть пришлые начали использовать ресурсы не по назначению, и местный комп это дело пресек? – заломил я бровь. Ну а чего? Пусть думает, что я излишне критичен. Мне от этого хуже точно не будет.

– Именно так. Скорее всего, в «лесу» есть что-то типа файерволла. Короче, есть мнение, что искин вычислителя расценил образование Аномалии как вирусную атаку, и изолировал часть «компьютерной сети», заперев колонистов в гетто…

Более того, среагировал он, походу, на взрывную трансмутацию аморфеума в почву с Земли – остальное-то, судя по тому, что мы видели по дороге, уже после «выращивали». Точечные вмешательства для антивируса угрозы не представляли, а вот разросшееся до приличных размеров «пятно» совсем другое дело.

– …в результате план Коулмэна с созданием идеального мира провалился. Все, что оставалось колонистам – бороться за уже завоеванный клочок поверхности… Элвы. Вы, кстати, не замечали, что граница у Аномалии нестабильна? Гуляет в пределах пары-тройки метров в обе стороны, проявляется это даже в течение местных суток. Правда, не по всему периметру.

– То есть файерволл по-прежнему борется с вирусом? – поддержал я беседу. – Странно… с учетом разницы в ресурсной базе и обратимости реакций аморфеума, местный искин уже давно должен был вернуть свое. Если ему кто-то не противостоит…

– К аналогичному выводу пришли и наши аналитики. Колонисты в какой-то форме до сих пор присутствуют на планете. Скорее всего, они… «оцифровались». Как до того «оцифровали» машины, дома и оружие. Просто сидят в локальном сегменте и не имеют доступа к остальной сети. Но упорно пытаются его получить. К тому же есть еще один косвенный признак…

– Спеки? – на всякий случай уточнил я. – Если предположить, что их физические тела сформированы из аморфеума по «матрице», как ты говорила, то остается проблема, хм, «софта». Самый простой вариант – подсадить цифровую копию сознания кого-то из колонистов.

– Ну вот, ты и сам во всем прекрасно разобрался…

– А на нас они зачем напали? Да и на вас тоже?

– Конкуренты, – пожала плечами Бранка. – За пределами Аномалии у колонистов власти нет, но уж на своей территории они пришлых не терпят.

– Н-да, интересная сказочка.

– Но ты ведь поверил? Себе-то можешь признаться, а, Денис?

– А мне кажется, что-то в этом е-э-э-эсть!.. – от души зевнул Мак. – Я, конечно, понимаю, что некоторым (быстрый взгляд на девицу) грезы о грядущем всегалактическом матриархате глаза застят, но склонен сегодня быть снисходительным к чужим слабостям. Поэтому даже поясню, в связи с чем я пришел к этому далеко не очевидному выводу.

– Ну-ну, будь добр, Макдугал.

– Буду, Де Гроот, буду. – А ведь удивил ее Гленн, и неприятно удивил. – Я, конечно, не являюсь убежденным последователем Мерфи, но столько уже раз слышал одно занятное правило, что даже его запомнил: прогресс состоит не в замене неправильной теории на правильную, а в замене неправильной теории на неправильную же, но уточненную.

– Теория прогресса Хокинса, – пояснил я, перехватив недоуменный взгляд девушки.

– Я это к чему? – продолжил Мак. – Далеко не факт, что все, что вы нам тут наговорили, дамочка, есть в реальности, то бишь мы имеем дело именно с неправильной теорией. Но я могу эту теорию чуть уточнить – спеки. Мы все видели, как они действуют. Слаженно, дружно, довольно профессионально, но однотипно. По лекалу. А с учетом того факта, что они явно клоны одного исходного индивидуума, чему у нас есть неопровержимые доказательства, я думаю, что колонисты, когда по какой-то причине припекло и возникла нужда в силовиках, засунули в «сканер» самого подходящего кандидата, параллельно еще и сознание его оцифровав. А может, одни процесс подразумевал другой, кто знает?.. Так что скорее всего спеки не только физически идентичны, но и, так сказать, ментально.

– Зачем им силовики понадобились? – встрепенулась Бранка.

Оп-па! А чего это она заволновалась? Причем именно на последнем предположении моего напарника, касательно ментальной идентичности – нанополиграф не ошибается. Не знала? Или просто еще где-то сталкивалась с чем-то похожим?..

– Без понятия, – пожал плечами Гленн. – Но если подытожить все, что я видел, в действиях спеков угадывается скорее полицейская тактика, нежели военная. Поэтому и эффективность в реальном бою у них удручающе низка. Плюс оружие и снаряжение, сильно не дотягивающие до армейских стандартов. И это тоже наводит на размышления. Зачем тиражировать копа, а не какого-нибудь морпеха? Наверняка бы такой нашелся среди населения целой Колонии… кстати, не в курсе, сколько их было?

– Около десяти тысяч, – пришел я на помощь замешкавшейся девушке.

– Вот-вот! Неужели среди десятка тысяч американцев из глубинки не нашлось ни одного морпеха? Я бы поверил, будь они в массе своей горожанами из мегаполисов, но деревенщина?..

– Ты хочешь сказать, что у них возник бунт, и руководству пришлось его усмирять?

– Бинго! – Мак наставил на Бранку указательный палец, сымитировав выстрел из револьвера, и торжествующе усмехнулся. – Ничем иным оцифровку копа я лично объяснить не могу. При появлении осязаемой внешней угрозы куда логичнее прибегнуть к помощи военного профессионала. А тут все концы сходятся: крах надеждам, Старший-в-юдоли в опале, да еще и природная среда враждебная – у них тут наверняка онкология через какое-то время разгулялась, а сделать никто ничего не мог. Идеальная почва для бунта. Народу нужен был крайний. А кто обычно крайний? Ясное дело, тот, у кого власть. Ведь он же всех завел в эту задницу. Ну и завертелось… кстати, как раз тот самый гипотетический морпех и мог всю кашу заварить. Руководство, естественно, струхнуло и приняло меры, послушав копа. А дальше все очень банально – война на взаимное уничтожение, вот только у местного «быдла» ресурсы были очень ограничены. А у верхушки – нет.

– Или у них и впрямь не нашлось ни одного морпеха, – хмыкнул я. – Постулат Персига: количество разумных гипотез, объясняющих любое данное явление, бесконечно.

– Истина не страдает от того, что кто-то ее не признает, – парировал Гленн. – Как там его?..

– Закон Шиллера.

– Точно!

– Да вы издеваетесь, что ли?! – не выдержала Бранка.

– Ни в коем разе! – отперся Макдугал. – Хотя, как подметил некий Жва-нетс-ки, женщин умных не бывает. Есть прелесть какие глупенькие и ужас какие дуры.

Вот такой вот он, мой напарник! И кто ведется на брутальную внешность, очень часто бывает разочарован. Жестоко разочарован. А еще Мак считает, что месть – блюдо, которое следует подавать холодным. Усыпив предварительно бдительность жертвы.

– Это на что ты намекаешь? – начала звереть Бранка.

– Всего лишь на вашу некомпетентность в планировании боевых операций, дамочка, – невозмутимо пояснил Гленн. Теперь он для полноты картины принялся внимательно рассматривать собственные ногти, как будто под одним из них скрывался ответ на самый главный вопрос жизни, Вселенной и всего такого. – Обосновать?

– Уж будь так добр!

– Ну, вы же знали про снеков, про наблюдение, про агрессивность обитателей Аномалии, и все равно туда полезли. Без плана, без предварительной разведки, без обеспечения путей отхода. Тупо понадеявшись на огневое превосходство.

– У нас не было времени. Мы на вас ориентировались.

– То есть мы еще и виноваты? – удивленно воззрился Мак на девушку. – Замечательно.

– Ну а как, по-твоему, мы должны были действовать?! – вскипела Бранка. – Сбить ваш катер и вас всех повязать?!

– А просто выйти на связь вам даже в голову не пришло? – хмыкнул я. Заколебали уже, если честно, их перебранки. – Как цивилизованным людям? И не ведись на Мака, он маньяк.

– Вы бы не стали нас слушать.

– Ну почему же? Сейчас же выслушали, и даже, не побоюсь этого слова, пришли к консенсусу.

– После того, как убедились, что приперты к стене!!!

– Ой ли? – Мак, отзеркалив мою ухмылку, демонстративно погладил «калашников» и с намеком глянул на дверь. – Думаете, дамочка, пластик нас удержит? Хотя я это уже говорил… старею, видимо.

– И куда же вы попретесь посреди ночи на чужой планете?! – предприняла та последнюю попытку отбрехаться. Не особо убедительную, впрочем.

– Знамо куда – на материнский корабль!

– Бранка, ну хватит уже, – примирительно пробурчал я. – Неужели ты думаешь, что на орбите до сих пор не в курсе, где мы и что мы? Да там только и ждут отмашки. Мы при желании от твоего лагеря даже воспоминаний не оставим.

– У вас есть средства для орбитального удара? – очаровательно прикусила губу та. – Что же вы за Оружейники такие?

– Вопрос в другом: что у нас за корабль?

– И что же?..

– Хватит! – Я от души грохнул кулаком по подлокотнику кресла и уставился в безжизненные глаза девушки. Врет и не краснеет! – Клоунада ни к чему хорошему не приведет. Ты знаешь про нанов, Зевса и много чего еще, и при этом не имеешь понятия, что у нас за корабль? Очень смешно! Было бы, если бы кое-кто не пытался пудрить нам мозги! А мы с мистером Макдугалом этого очень не любим!

– Вуф!

– Да, и с Бадди. К тому же есть способ проще – мы берем тебя в заложницы и вызываем катер. До его прибытия всяко продержимся, а там эвакуируемся на орбиту. И вся твоя банда не поможет – твой корабль мы ссадим еще на маневрах в атмосфере.

– Ты так уверен в моей ценности, Дениска?

А сердечко-то забилось! Чуть из груди не выпрыгивает, хотя по лицу и не скажешь.

– Блефуешь ты не очень, – покачал я головой. – К тому же вариант силового прорыва никто не исключал. Так что давай закончим со словесной эквилибристикой и поговорим по существу.

– А до этого мы чем занимались?!

– Разведкой, – улыбнулся я. – Той самой, которой вы пренебрегли, когда в Аномалию сунулись. А теперь давай вернемся к плану «Б».

– Тебе еще что-то непонятно? – удивилась Бранка. – Я же предельно ясно выразилась: подключимся к инфраструктуре Аномалии.

– Хотелось бы побольше деталей, – переглянулся я с Гленном. – Когда, как, где высаживаемся? Как, в конце концов, будем добираться?

– Детали доведу перед выходом.

– Не катит. – Я решительно выпростался из кресла и шагнул к выходу, напрочь проигнорировав запертый замок. – Пошли, Мак, нас здесь не любят. Мало того, держат за идиотов.

– Эй, дамочка, ключик сами отдадите, или нам придется опуститься до акта вандализма? – с готовностью подорвался следом Макдугал.

– Вуф!!!

– Блин, насколько бы все было проще, будь мы в армии!!!

– Угу. Но мы не в армии, дамочка. Мы наемные специалисты и обращаться с нами нужно соответственно. Правильно, Дэнни-бой?

– Само собой, мистер Макдугал. Мы люди с тонкой душевной организацией, давить на нас не рекомендуется, равно как и пытаться нае… хм, ввести в заблуждение.

– Первый, «красная» тревога! Повторяю…

Договорить Бранка не успела – Мак, несмотря на свои габариты и снаряжение, двигаться умел очень быстро. И ловко, ага. Вот как, например, сейчас: неуловимым движением сместившись за спину девушки, заломил ей правую руку и взял на удушающий – грубый, локтевым сгибом, но оттого не менее действенный. Хотя я бы на его месте не стал распыляться, сосредоточившись на шее – сдавить посильнее, да, пользуясь разницей в росте, чуток приподнять, чтобы на носочках балансировала. Но и так сойдет – я же страхую. Мак товарищ опытный, встал так, чтобы девица его не смогла затылком в нос или челюсть долбануть, так что в лоб ей можно целиться без опаски – пуля семь шестьдесят два пробьет череп навылет, но напарника не заденет.

«Зевс, дай картинку от Васьки».

В «глазном» дисплее привычно сформировался прямоугольник в треть поля обзора, отличавшийся оттенками цветопередачи – корректировать изображение искин не стал, у кота ночное зрение всяко лучше человеческого. Но подсветить и оконтурить наиболее интересные детали не поленился, и картинка, должен признать, нарисовалась весьма занятная: Васька по команде Зевса замахнул на «крышу» нашего «гостеприимного» пристанища и таращился во тьму, не забывая вертеть головой. Обзор получился на славу, так что от взгляда моего питомца не ускользнул ни один из десятка боевиков, высыпавшихся, как горох, из близлежащих палаток. Действовали бойцы быстро и слаженно, чувствовалась хорошая боевая школа: четверо равномерно распределились по периметру, на случай, если мы решим проламываться через стену, а остальные взяли на прицел вход – двое чуть по сторонам, четверо прямо напротив – пара во весь рост, пара в положении «на одном колене».

«Зевс, подкорректируй картинку, плохо видно».

«Принял, Денис».

– Отзывай клевретов! – опередил меня Мак, чуть ослабив давление. – Ну!!!

– Вуф!!!

– Бадди, фу!

– Хр… хрен… вам!!! Первый!.. Хр…

– Р-р-р-ры!..

– Фу, я сказал!

И где же у нас Первый?.. Уловив мысленное желание, Зевс чуть ярче подсветил одного из фланговых, вооруженного дурой с памятным гранатометом. Хм… а снаряжение точно такое, как у оставшихся в забегаловке бойцов. И силуэт очень похож… не будь я уверен, что тот Первый на базу не вернулся, запросто бы за него принял. Нет, лица-то я не видел, но по совокупности остальных внешних признаков… черт, да он от остальных если и отличается, то только стволом и нашивкой на рукаве. Что-то мне это совсем не нравится…

– Первый! Первый, я знаю, ты слышишь! – взял я слово, на этот раз опередив реактивного напарника. – Ваша начальница в заложниках, и прямо сейчас я целюсь ей в лоб из «калашникова». Один выстрел, и вы получаете тело без головы. Или мы договариваемся…

Первый на картинке, такое впечатление, на мой спич никак не среагировал, равно как и остальные боевики. Естественно, их молчание я принял за знак согласия и продолжил:

– Мы сейчас вызовем катер, так что не делайте глупостей! Ваша главная нам не нужна, мы ее вам вернем, как только загрузимся на борт. Договорились?..

Оп-па, а это еще что такое?!

Васька, повинуясь моей безмолвной команде, чуть повернул голову, и стало видно, как один из тыловых крадучись подбирается к стене гостевой палатки, на ходу что-то извлекая из рюкзака. Никак штурм затеяли? Ну-ну…

«Зевс, схему!»

Картинка «из глаз» сменилась простенькой тактической схемой (напоминаю – в прицеле «калашникова» небольшая колония нанов), и я, без труда по ней сориентировавшись, выпустил короткую очередь на три патрона точно в направлении крадущегося бойца, но чуть выше. Как и ожидалось, пули легко прошили пластик и весьма красноречиво просвистели над головой излишне инициативного «номерного» – настолько красноречиво, что тот поспешил плюхнуться носом в слой аморфеума под ногами.

– Первый, давай без фокусов! Следующий обзаведется парой дырок!

«Васек, затаись!»

Догадаются ведь, тварюги, кто у меня за наблюдателя, как пить дать.

Кот понятливо распластался на крыше, отчего ожидаемо ухудшился обзор, но мне теперь прямая картинка была без надобности, так что ничего страшного.

«Зевс, контролируй».

– Бранка, может, продолжим общаться, как цивилизованные люди? – повернулся я к заложнице. Та ощутимо вздрогнула от выстрелов – это я периферийным зрением уловил – да и покраснела уже порядочно от недостатка кислорода. Еще чуть-чуть и окончательно «поплывет», и тогда от нее толку точно не дождешься. – Мак, полегче!..

– Уф-ф-ф… хр… ну вы и скоты! – выпалила девица, едва продышавшись.

– Не груби! – снова чуть придавил Гленн.

– Л-лад… хр… ладно!!!

– Отзывайте клевретов, госпожа Де Гроот.

– Хорошо! – с ненавистью выпалила та, но все же нашла в себе силы просипеть: – Первый, отбой «красной» тревоге! Повторяю – отбой «красной»!

«Зевс, из глаз!»

Первый на мгновенно вернувшейся в режим «кошачьего зрения» картинке встрепенулся, прислушавшись к команде с явным недоумением, потом медленно развернулся к подчиненным, махнул рукой и побрел к ближайшей палатке. Причем, зуб даю, совсем не к той, из которой выскочил. Остальные бойцы поступили аналогично, разве что замешкались еще меньше.

– Все, Мак, отпускай!

Как выяснилось, расслабились мы рано: не успел я закинуть автомат за спину, а Гленн ослабить хватку, как девица неуловимо-гибким движением вывернулась из захвата, в свою очередь перехватив запястье Мака, и подсекла его ноги. Весьма профессионально, надо сказать: рывок за руку и подбив опорных конечностей удачно совпали, и мастер-рейнджер Макдугал позорно растележился на полу, чувствительно приложившись боком. Бранка же резво отскочила от поверженного противника и вызывающе уставилась на нас.

– Вуф! Вуф!!!

– Пусть последнее слово останется за девушкой, – улыбнулся я, предупреждающе помотав головой.

Бадди, что характерно, внял. Мак, впрочем, тоже – как ни в чем не бывало поднялся и устроился в кресле. Разве что автомат баюкал, удобно расположив тот под рукой. Признав решение напарника оптимальным, я последовал его примеру, то бишь тоже занял привычное уже место, и приглашающе махнул рукой на последнее незанятое кресло.

– Пожалуй, воздержусь, – отказалась девушка от приглашения. – Слишком уж вы… резкие.

– Ага, как…

– …диарея! – опередил я Гленна. Ну его, с грубым военным юмором. – Хотя наш капитан обычно не столь дипломатично выражается. Ну что, поделишься подробностями плана? Или все-таки не договоримся?

Бранка немного помолчала, переминаясь с ноги на ногу (а еще ей очень хотелось потереть шею, но она мужественно терпела), потом нехотя поинтересовалась:

– Вы же заметили, что Аномалия идеально круглая?

– Ну, не совсем чтобы…

– Неровности укладываются в погрешность до двух процентов и объясняются действием файерволла, – вернула уверенность в голос Бранка. – Но в общем и целом в относительно крупном масштабе она идеально круглая. Чем вы это можете объяснить?

– Ничем, – пожал я плечами. В который уже раз, ага. – Мы, вообще-то, тебя про план спрашивали.

– А я про план и рассказываю. Аномалия идеально круглая потому, что реакция трансмутации распространялась из общего центра равномерно во все стороны.

– То есть ты утверждаешь, что в геометрическом центре Аномалии и расположено… нечто? Ну, излучатель там?..

– Скорее, точка доступа. То, что нашел Иеремия Коулмэн. У вас же наверняка есть спутниковые фото местности? Помните, что там расположено?

Ага, как же! Еще я всякую фигню не запоминал. У меня лучше способ есть…

«Зевс?»

Картинка из глаз Васьки на дисплее сменилась мутноватой фотографией, на которой искин выделил контуром сначала крупное (по меркам Колонии, естественно) поселение, потом оно скачком приблизилось, и оконтуренным оказалось уже отдельно стоящее здание на холме у центральной площади.

«Геометрический центр Аномалии, Денис».

Занятный холмик…

– Не помните? – усмехнулась Бранка, правильно расценив безразличный вид Мака и неправильно – мое молчание. – Там ратуша. Самое крупное здание в самом крупном поселении Колонии. И она на холме. На холме, размер которого чуть превышает стандартную пирамиду. Очевидно, что нам туда.

Ага. А еще очевидно, что мы тупые. С ее точки зрения, естественно. Впрочем, занимайся мы Аномалией вплотную, скорее всего, очень быстро бы выделили эту особенность. Правда, вряд ли бы сочли ее первоочередной целью – слишком все на поверхности. Мы же привыкли, что чаще всего самое ценное содержится в менее заметных местах. И в куда более труднодоступных.

– Ну, допустим… – побарабанил я пальцами по подлокотнику, типа, задумался. – И что дальше?

– Завтра вылетаем на двух бортах – один наш, второй с командой поддержки. Высаживаем две группы в диаметрально противоположных точках поселения, выжидаем, пока спеки сконцентрируются вокруг них, и затем проникаем в ратушу. Просто, быстро, эффективно.

– Если у них нет противовоздушной обороны, – не удержался от шпильки Мак.

– Нет, уж будь уверен.

– Ваши данные?

– Не только. Первая экспедиция Корпорации ни разу не столкнулась с ПВО. Противостояли им только спеки с легким ручным оружием.

– Полиция, – удовлетворенно хмыкнул Гленн. – А колонисты идиоты.

– Не спеши с выводами, Макдугал!

– А чего? Тебе же можно, чем мы хуже?

– Все, брэк! – вмешался я в очередную назревающую свару. – Мак, сколько можно?!

– А чего она?..

– Блин, если бы я не знал, что вы сегодня несколько часов назад познакомились, подумал бы, что вы уже лет десять женаты!

– Да не дай бог!!!

Ух ты, как у них хором получилось! Или дуэтом? А, пофиг. Главное, что оба смутились. И присмирели.

– Как будем эвакуироваться? – вернул я разговор в конструктивное русло.

– Никак, если все удастся. Нейтрализуем колонистов, перехватим управление и будем работать в тепличных условиях.

– А если нет?

– Катер будет поблизости крутиться, на нем и…

– Сбежим?

– Осуществим тактическое отступление.

– А с группами поддержки что?

– Это тебя, Макдугал, должно волновать в последнюю очередь! – отрезала Бранка. – У них будет своя задача, и они ее выполнят. Любой ценой.

Н-да. Занятное у нее к личному составу отношение. Что днем в заварухе, что сейчас, на стадии планирования. Наводит на размышления, кстати.

– Как будем делить шкуру неубитого медведя? – поинтересовался я.

Исключительно потому, что этот вопрос от меня ждали. Ясно же, что сотрудничество наше вынужденное, и у каждого огроменная фига в кармане.

– По справедливости, как же еще? – вздохнула Бранка.

– И я должен поверить тебе на слово?

– Придется, – в своем излюбленном стиле, то бишь холодно и безжизненно, усмехнулась девушка, с намеком скользнув взглядом по интерьеру. Правда, запнулась на свежих пулевых пробоинах.

Ага, блажен, кто верует! Пластик нас не удержит, это даже Мак ей в открытую заявил (дважды), а уж ночью-то, да в одиночку, без охраны, я изыщу способ в вашу сеть влезть. И тогда плакали горькими слезами все ваши секреты. Были просто секреты, а станут секреты Полишинеля, это я вам гарантирую. Пока же проще состроить унылую рожу, типа, подловила, и угрюмо кивнуть, соглашаясь…

– Вот и славно! – Бранка решительно выбралась из кресла и шагнула к люку. – У вас есть часов десять до вылета, в Аномалию пойдем с рассветом. Ночью там делать нечего, проверено. Так что постарайтесь выспаться.

Пошерудив ключом в замке, девушка аккуратно сдвинула дверь вбок… и едва сдержала ругательство: в образовавшуюся щель метнулась бело-черная молния, через мгновение материализовавшаяся у меня на коленках в виде врубившего урчальник и весьма довольного на вид кота.

– Н-напугал, скотина! – И захлопнула дверь с другой стороны.

Так и не дождавшись скрежета замка, мы с Маком переглянулись и абсолютно невежливо заржали, наплевав на возможность прослушки. Да и какая, на фиг, прослушка? Зевс бы заметил и не замедлил воспользоваться для «засева» нанами.

– Ну и что скажешь? – поинтересовался я, отсмеявшись. – Проверяльщик хренов.

– Жесткая дамочка, – подтвердил Гленн мое собственное впечатление. – Пока работаем в ее интересах, можно сотрудничать. Эта не отступит, упорная. Но вот потом я бы к ней спиной поворачиваться поостерегся.

– Это само собой, мистер Макдугал. Само собой…

А вообще нормально пообщались, результативно даже. Хотя Бранка де Гроот та еще хитрая сволочь. И стерва – одно другому не мешает. Ведь явно не угомонилась, иначе зачем было на утро вылет откладывать? Что нам та темнота? Но она, зуб даю, нас провоцирует – предоставила возможность проявиться, так сказать, во всей красе. И время для этого есть, и возможность – не зря же она про замок «запамятовала», пусть и на эмоциях. Кота тоже наверняка в чем-то заподозрила… или даже все проще – ей самой зачем-то эти десять часов понадобились. Но не оправдываться же перед грубыми мужланами?..

«Зевс, камеры выявил?»

«Семь единиц. Вывести схему с оптимальным маршрутом?»

Потом. Пусть немного расслабятся, заснут даже. Она сама-то где?..

«Судя по координатам, спустилась в корабль».

Картинку дать можешь?..

«Недостаточная численность колонии функциональных единиц. Подключение возможно через 01:37:27… 26… 25…»

Да понял уже, понял. А вот она, судя по беспечности, и не сообразила, что сама себя объегорила… впрочем, пусть ее. Да и с меня не убудет еще один спектакль устроить чуть попозже.

– Ну что, Мак, снова влипли? – подвел я неутешительный итог дня. – А, – совершенно наплевательски отмахнулся тот, – не в первый раз. Ну да. А ведь так хорошо все начиналось…

Глава 4

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

13 октября 2138 года, ночь

Спать абсолютно не хотелось. И в катере покемарили слегка, и часы биологические у нас на корабельное время были настроены, которое, как выяснилось, совершенно не совпадало с местным, элвианским. Как минимум в этих широтах. Высадились у границы Аномалии мы рано утром, едва рассвело, и вся заварушка заняла от силы часов шесть. Потом час дороги до базы в сторону экватора, потом разговор с Бранкой… итого: за окнами еще не абсолютная темень, но близко к тому. Световой день где-то часов девять. Ночь, соответственно, примерно столько же. По факту местный суточный цикл часов восемнадцать с копейками…

«Восемнадцать часов семь минут тридцать одна секунда».

Спасибо, Зевс… а вообще логично. Планета меньше стандартной, того же Нового Оймякона или Старой Земли, вращается быстрее, силы Кориолиса выражены ярче. Но при этом, судя по ускорению свободного падения, ядро состоит из более тяжелых элементов. Прекрасный мир под Колонию, если бы не толстые обстоятельства…

…О чем бишь я? Так вот, сутки по факту на шесть часов короче стандартных. Сейчас на борту у нас еще рабочий день не закончился. Посему спать вообще не хотелось. А как раз через десять анонсированных Бранкой часов будет самый сон – это раннее-раннее утро по бортовому. Тяжко нам с Маком придется. Так что нужно себя заставить подремать чуток, а потом выбраться на прогулку – обитатели базы наверняка к местному циклу уже приспособились, и дурак я буду, если не воспользуюсь этим обстоятельством. Плохо только, что не знаком с системой наблюдения. Да и фиг с ней! Зевс уже составил примерную схему базы и даже наметил наиболее удобные места для установки камер, к тому же шастающий по поселению кошак даже у здешних параноиков подозрений не вызвал. Зато я теперь знал, куда бежать в первую очередь.

Но это все чуть позже. Сейчас есть еще одно дельце.

«Зевс, скинь отчет по „одноглазому"».

«Подробный?»

«Нафиг! Ключевые точки».

На «глазном» дисплее протаяло небольшое окошко (ну, как небольшое? где-то на треть поля зрения), по которому тут же побежали строчки текста, то и дело перемежавшиеся схемами и «скриншотами» из глаз помеченного спека. Сначала я не особо вникал, потом заинтересовался, а последние скрины, относившиеся к тому времени, когда мы как раз делали ноги в компании Бранки де Гроот, и вовсе, что называется, ел глазами. Если не вдаваться в детали, после нашей эвакуации спеки продолжили штурм забегаловки, и мой «крестник» присоединился к одной из боевых групп. Как выяснилось, в отсутствии командира «номерные» бойцы действовали уже не столь профессионально – по крайней мере, спеки за каких-то полчаса полностью подавили сопротивление. Ну, почти – «запись» обрывалась, когда последний из защитников пускал «моему» спеку пулю в лоб. Но то, что я к тому времени увидел, простора для фантазий не оставляло – всех, кто окопался в предположительно предприятии общепита, спеки уничтожили. До последнего.

Интересное кино получается… ладно, оставим на потом. А пока неплохо бы прогуляться по окрестностям, да и диверсионной деятельностью заняться не повредит. Раз уж Васька на этом поприще обломался, ага.

…Жаль только, не удалось выяснить, куда выжившие спеки делись… уа-а-а-а!.. Блин, чуть челюсть не вывихнул в зевке…

Проснулся я точно по установке – через два с половиной часа. И что бы там ни говорил Зевс, это заслуга исключительно моего «встроенного» таймера – биологического, если кто-то не понял. В помещении царила тьма, хоть глаз коли, но наны в очередной раз не подвели, обеспечив режим «ночного зрения». За неимением нормальных кроватей, хоть Бранка и утверждала обратное, мы с напарником устроились в креслах, предварительно их разложив, а постельное белье и прочие прелести цивилизации нам с успехом заменили комфортные комбезы. Так что я умудрился выпростаться из этого универсального предмета мебели, не потревожив Ваську. Да и Мак по-прежнему посапывал в темноте, а это, я вам скажу, показатель – когда мы работали в «поле», в мастере-рейнджере Макдугале просыпались десантные инстинкты и все его чувства обострялись. Особенно, как не трудно догадаться, нюх на девиц и алкоголь. Ну еще, само собой, на еду. Которую, кстати, нам заменил банальный сухпай, ибо принимать из рук вероломной госпожи Де Гроот хоть что-то съедобное было бы верхом неосмотрительности. Мы с напарником даже дружное ворчание питомцев проигнорировали, раз такое дело. И что вы думаете? Лопали сухой корм за милую душу, да и водичкой не побрезговали.

Дверь «гостиничного» бокса мы после ретирады Бранки закрывать поленились, с обратной стороны к ней никто не приближался – мы с Маком предусмотрительно запрягли Бадди: ему все равно, где на массу давить, так почему бы и не у порога? Так вот, за все время наблюдения он даже ухом не повел. Теперь же, дождавшись часа, который принято называть «собачьей вахтой», я прокрался к выходу, с максимальными предосторожностями сдвинул вбок створку, умудрившись почти не скрипнуть, и выскользнул на улицу, аккуратно прикрыв за собой дверь. Воистину верна поговорка: меньше знаешь, лучше спишь! Это даже к Бадди в полной мере относилось – чуткий пес прянул ухом, когда я крался мимо, но он так и не проснулся, продолжив оглашать комнату глухим храпом. А вы знали, что французские бульдоги умеют храпеть? Я вот, например, даже и не подозревал, пока не встретился с питомцем капитана Иванова.

За пределами «гостевого» бокса, в котором за несколько часов кряду четыре взрослых особи, пусть и разных видов, успели «надышать», оказалось довольно свежо. Градусов так десять-пятнадцать навскидку, что тоже не очень вязалось с расположением базы. В субтропиках ожидаешь более теплых ночей. Но это, по всей видимости, особенности конкретно Элвы. С другой стороны, взбодрился и плавно двинул вдоль закругленной стены бокса, снаружи выглядевшего типичнейшим пригорком. Приходилось осторожничать, хоть в пределах прямой видимости охраны и не наблюдалось. Ее вообще, если честно, не наблюдалось – ни вблизи, ни где-либо еще. Скорее всего, была пара-тройка постов на внешнем периметре, а на собственно территории базы Бранка (или какое-то иное должностное лицо гостей) ограничилась видеокамерами. Теми самыми, чье местоположение установил мой питомец не так давно.

«Зевс, как процесс?»

«Время до завершения: 09:27:11… 10… 09…»

«Да я не о том!»

«Численность популяции функциональных единиц достаточна для подключения».

Ага, размножились. Впрочем, ничего удивительного, Зевс полтора часа просил, а прошло уже почти три.

«Вывести картинку?»

«Ответ положительный».

Ну а что? Ему, значит, можно надо мной прикалываться, а я должен из себя джентльмена корчить?..

«Очень смешно, Денис».

Перед внутренним взором развернулся из точки абсолютно черный прямоугольник по типу широкоформатного монитора, и я едва не споткнулся – забыл уточнить, чтобы картинку дал уменьшенную, ну а друг-искин и рад стараться.

– Блин! – не сдержался я. – Че за прямоугольник Малевича?!

Ладно хоть во весь голос не ляпнул, спохватился вовремя.

«Вид из „глаз“ объекта Бранка де Гроот, как и просил».

Ну вот, за что боролся, на то и напоролся. Спит девица, ясен пень. А я сейчас наблюдаю ее веки изнутри, так сказать. А Зевс на далекой «Молнии» кривит физиономию, силясь изобразить ироничную ухмылку. Попался, как есть попался.

«Убери».

Прямоугольник без особых визуальных эффектов растворился, перестав застить взгляд, и я торопливо осмотрелся – не запалился ли, часом? Вроде нет… но все равно на всякий случай прижался к нарисовавшейся поблизости палатке (от гостевого бокса к тому моменту я уже убрел довольно далеко), да еще и пригнулся, практически слившись с пейзажем.

«К сетке подцепился?»

«Ответ положительный».

Вот зараза!..

«Колония функциональных единиц внедрена в планшетный компьютер с модулем беспроводной связи».

«Сломал?»

«Процесс активен».

Ладно, спрашивать, сколько до конца, не буду. Мало мне одного таймера, второй подвесит…

«У них хорошая сетевая защита, Денис».

Мне показалось, или ему стыдно?..

«Никогда не сталкивался с подобной кодировкой, нужно время и дополнительные ресурсы».

Ни фига не стыдно, просто основные мощности заняты. Ну и ладно…

«Подсвети ближайшую камеру, надо роль отыгрывать».

Отвлекаться на прямой ответ Зевс не стал, вывел на «дисплей» схему со стрелкой навигатора, и я, решив, что нечего размазывать по хронометражу и так уже затянувшийся спектакль, в темпе, но аккуратно, стараясь не сильно шуршать липнущим к подошвам аморфеумом, рванул к чек-пойнту.

Обычно в таких ситуациях шаги я не считал, но сейчас вот приспичило… видимо, предчувствие: ровно на десятом начались странности. Сначала, не успел я донести стопу до опоры, мигнул «дисплей» – пропал на миг, оставив меня один на один с тьмой, и тут же вновь развернулся на все поле зрения, оконтурив ближайшие препятствия. Стрелка навигатора задрожала в нерешительности, потом все же указала направление на чек-пойнт. Я к этому моменту завершил шаг, но сделать следующий не успел – перед глазами заплясали цветные пятна, совсем как при опущенных веках, когда жмуришься. Потом на уши обрушился оглушающий звон, почти сразу же перешедший в ультразвуковой писк, давящий на череп изнутри… картинка перед глазами вернулась к норме… задрожала, раздвоилась, потом и вовсе размножилась, наложившись слоями со сдвигом… и все это мерцало, мигало и дрожало, с каждым мгновением все сильнее раздражая сознание.

Первая – и естественная – реакция, то бишь постучать по голове, с треском провалилась: пару раз саданув ладонью по боковине шлема, о чем свидетельствовали лишь осязательные ощущения (на картинке и звуке удары никак не отразились), я инстинктивно шагнул вперед. Но вместо того, чтобы утвердиться на своих двоих, рухнул на колени – видать, по опоре промахнулся… и только тогда меня пронзил ужас. Я, конечно, не столь опытен, как мастер-рейнджер Макдугал, но тоже уже успел всякого насмотреться. Так что меня не особо проймешь мало аппетитными зрелищами. Но было в моей жизни ощущение, неизменно сопровождавшееся панической атакой – беспомощность. Та самая ситуация, когда лично от меня ничего не зависело, и оставалось лишь уповать на милосердие… кого-нибудь. Пусть даже и сверхъестественных сущностей. Или судьбы… рока, фатума – да похрен абсолютно! Главное, это всепроникающее понимание, что вот сейчас, в этот самый момент, ты ни-че-го не можешь сделать. То есть можешь, конечно, но любое твое действие пропадет втуне, поскольку никоим образом на ситуацию не повлияет. Хоть пой, хоть танцуй, хоть в носу ковыряй. Несколько раз уже в моей практике такое случалось, и ощущение я запомнил очень хорошо. Оно намертво врезалось в память. А как вы хотели? Хорошее-то быстро забывается, а вот плохое…

…Рухнул на колени, пронзенный ужасом, тотчас же дернулся от адреналинового выброса, но сделать ничего не смог – тело не слушалось. Судя по ощущениям, я вообще уже почти лежал, упершись ладонями в аморфеум. Об этом я догадался – слишком упругая и податливая опора. В попытке хоть как-то исправить ситуацию я принялся трясти головой, бешено промаргиваясь и отфыркиваясь… ну, или мне это показалось… черт, полная дезориентация в пространстве!..

«Вн…ман…е, вир… ная…така!»

Чего?! Какая еще вирная така?! Что он несет?! И кто, этот он?! А-а-а!..

«Вир… ная…така!»

«Вир… ная…»

«Вир…»

Пляска цветных пятен перед глазами внезапно прекратилась – раз, и как не бывало! Уши наполнились ватной тишиной, и только удары сердца – ре-е-едкие! – громом отражались в барабанных перепонках. Каждый такой «бом-м-м-м!» звучал тревожным набатом и затихал медленно и неохотно, но вместе с тем накатывалось неестественное спокойствие, я бы даже сказал, апатия.

…Поток видений обрушился на истерзанный мозг с невиданной скоростью – я не успевал фиксировать внутренним взором ни одну картинку, куда там двадцать пятому кадру! При этом тревожные изображения каким-то чудом успевали цепляться за подсознание, рождая разрастающуюся тревогу. Что я видел? Мешанину образов: инопланетные пейзажи, как среднестатистические, так и сверхэкзотические; таких же существ – двух-, трех- и многоногих, аморфных и с ярко выраженным скелетом, ходячих, летающих и плавающих; какие-то едва различимые взглядом энергетические сгустки; тончайшую паутинку, скопище искр, булькающую жижу…

…колоссальные катастрофы – ураганы, цунами, вихри, солнечные вспышки, потоки нейтрино, гром и молнию, землетрясения, моровые поветрия…

…жестокие битвы – один на один и толпа на толпу; на мечах, дубинах, кулачках и прочих конечностях, перестрелки с использованием кинетического оружия, бластеров, плазмометов и тому подобной экзотики…

…ядерные взрывы, всепоглощающие облака взрывов вакуумных…

…а потом объемно-выпуклые, хоть и полупрозрачные, голограммы смялись в один клубок, стремительно рухнувший в открывшуюся взору черную бездну. Или это наблюдатель взмыл… куда-то?.. И с этой головокружительной высоты ему открылась новая картина: сотканный из мириад искорок диск, в котором при должном старании можно было опознать спираль галактики, завяз в странной пульсирующей паутине, с каждым мгновением становящейся все более плотной и осязаемой. Вот она превратилась в сплошной энергетический полог, потом замерцала, обрела плоть, тут же сгорела, обратившись в уголь, спрессовалась в точку, взорвалась сверхновой, провалилась сама в себя, снова проявилась в виде энергетических нитей… поплыла, меняя форму – сгусток протоплазмы, шматок слизи, амеба, прозрачная медузообразная тварь, нечто вроде рыбы, неведомый зверь о десятке конечностей и нескольких головах… и снова паутина. Химера.

…Химера?!

ЗВЕРЬ.

Ярчайший образ, почему-то в виде текста, возник из ниоткуда, в мгновение ока оказался прямо перед наблюдателем (или это наблюдатель мчался навстречу растущим буквам?) и саданул ему в лоб не хуже удара пудовой кувалдой. Сознание поплыло, но взгляд снова подозрительно быстро сфокусировался на неведомой твари…

ПРИЧИНА.

М-мать!.. Как это возможно выдержать?! Снова как взрыв, чуть мозги через уши не расплескались!..

УНИЧТОЖИТЬ.

А-а-а-а!!! М-мать!..

ДОЛЖЕН!

Да я сейчас самого себя уничтожу!!! Хоть бы кувалду поменьше взяли, гады!

ИНСТРУМЕНТ.

Да что же это такое?! И даже уши не заткнешь, шлем мешает… да и перчатки тоже…

Машинально скосив взгляд на собственные ладони (как ни парадоксально, способность фокусироваться на чем-либо сохранилась, хоть неведомая зверюга и занимала все поле зрения), я убедился, что место верхних конечностей заняли какие-то неуклюжие отростки, похожие на толстые щупальца без присосок, но зато увитые странного вида колючей проволокой, искрящей электрическими разрядами и кое-где объятой пламенем. Отдельные всполохи тянулись к тьме сквозь прорехи в «колючке», и сразу же опадали, истаивая.

ИНСТРУМЕНТ.

О, боже!.. М-ма-а-а-ать!..

ОСВОБОДИ.

ИСПОЛЬЗУЙ!

ИСПОЛЬЗУЙ!!

ОСВОБОДИ!!!

Последний ударивший по рассудку посыл наконец преобразовался в сигнал нервной системе, и я заскреб ладонями, силясь сорвать проволочные оковы… и это, к моему безмерному удивлению, довольно легко удалось!.. Правда, вздохнуть с облегчением я не успел: едва проволока распалась на плавящиеся куски, и отдельные всполохи пламени превратились в пылающие кулаки, от неведомой зверюги… Химеры?., от Химеры отделилось два сгустка тьмы, нарочито медленно направившихся в мою сторону. По мере приближения они обретали форму, и вскоре стали походить на карикатурных людей – контуры, заполненные темнотой, обладали необходимым набором конечностей, головой, кое-какими дополнительными деталями, смахивавшими на десантную амуницию, да и двигались с узнаваемой человеческой пластикой. И, что самое плохое, ускорялись с каждым мгновением.

ИСПОЛЬЗУЙ!

Да как же вы достали, уроды!!!

Не знаю, что больше подействовало – злость на продолжающуюся пытку или же непосредственно команда, но тело наконец сработало как надо: чуть вырвавшийся вперед темный контур я встретил мощным пинком в грудь, отшвырнувшим его чуть ли не к Химере (та радостно приняла его на мгновенно отросшие щупальца и бережно уложила рядом с собой – уж не знаю, на какую такую опору), а отставшую тень я снес круговой подсечкой, подгадав аккурат под ее шаг. Тень сверзилась на спину, взбрыкнув ногами едва не выше головы, и я поспешил развить успех – напрыгнув сверху, прижал дергающееся тело коленом к опоре, оказавшейся промятым слоем аморфеума, и принялся вколачивать кулак в сгусток тьмы, служивший тени головой.

НЕ ТАК!

Да вашу ж мать!!!

ИНСТРУМЕНТ!

Да! Вот вам, твари!!! Осознание простой истины пришло, как и всегда, внезапно – прекратив бессмысленное выколачивание дури из куска темноты, я попытался стереть слой тьмы с того места, где должно было находиться лицо. С первого раза это не удалось, я удвоил усилия… и через мгновение был вознагражден – темное пятно просветлело, так и оставшись гладкой маской. Но меня это уже не волновало – прижав обе ладони к лику тени, я усилием воли принялся переливать в нее пламя из собственных рук. Белизна нехотя начала отступать, на бледной коже проявилась сетка сосудов… еще немного, еще чуть-чуть…

«Вирусная атака отражена».

А?! Что?! Кто?!

«Денис, ты меня слышишь?»

Слышу кого?..

«Денис!!!»

Ф-фух!.. Зрение скачком пришло в норму, вата из ушей куда-то испарилась, и на измученный мозг обрушились вполне осязаемые образы: шорох деревьев, еле слышный шелест ветерка, зажатый в левом кулаке ворот десантного комбеза, неестественно бледное лицо с закатившимися глазами между пальцами моей правой ладони… да ну нафиг!!!

Торопливо отпустив что-то булькнувшего «номерного» бойца (без шлема!), я соскользнул с его тушки и с трудом поднялся на ноги. Отступил на шаг, повертел головой – вроде тихо. Кроме побитого парня и подозрительно неподвижного тела, распростертого в аморфеуме в нескольких метрах от нас, в ближайшей округе никого не было. И как вот это все понимать? Я напал на местных? Местные напали на меня? Или просто попытались выяснить, на каком основании я разгуливаю ночью по охраняемому объекту, а я среагировал неадекватно?.. Похоже, последний вариант как раз наш… черт-черт-черт! А ведь всего-то и хотел «засеять» пару камер…

Побитый, немного поворочавшись, последовал моему примеру, то бишь тоже встал. И уставился на меня пустыми глазами – типа, за что? Впрочем, едва перехватив мой ответный взгляд, вздрогнул… развернулся и понесся прочь, едва ли различая дорогу. На его счастье, ни палаток, ни каких других препятствий ему не встретилось, и боец очень быстро исчез из поля зрения.

Я глянул чуть в сторону, привлеченный движением, и убедился, что пребывавший в отключке напарник беглеца тоже пришел в себя – перевернулся на живот и полз по аморфеуму, неуклюже загребая его руками. Потом, видимо, окончательно очнулся, встал на четвереньки, а там и вовсе побрел, как и подобает человеку – то есть на двух ногах. Разве что разогнуться никак не получалось, оч-чень уж я ему неплохо в грудину засадил. Тут даже не стопорящий тайский тип получился, а скорее отшвыривающий китайский дэнтуй. А молодцы ребята, быстро сообразили… вон, первого и не видно уже.

«Зевс?!»

«Нейтрализация объекта силами внедренной колонии функциональных единиц невозможна ввиду утраты контролирующих функций».

Чего?! Я от удивления даже забыл уточнить, что имел в виду всего лишь слежку. Но как это вообще возможно? Зевс что, связь с нанами потерял? Нет, бывало уже такое, на той же Нимойе, в случае с Кийоко и Рэй – девицами, которым я точно также подсаживал «мелочь». Но там, как я позже выяснил, имели место банальные леность и скупость – Зевс не пожелал тратить ресурсы, в частности, энергию, на отслеживание и связь с нанами на глубинном уровне, через флуктуации квантового поля. Тогда он просто проигнорировал факт разрыва связи, зато дисциплинированно известил меня, когда потерянная колония функциональных единиц оказалась в зоне доступа традиционных, скажем так, средств слежения. Но сейчас он выразился иначе – утрата контролирующих функций. Впрочем, и эту фразу особо ясной не назовешь. Кто утратил? Наны? Зевс? Все сразу?..

«Вследствие вирусной атаки нарушена функция управления в программном обеспечении функциональных единиц. Доступна только команда высшего приоритета. Для предупреждения дальнейшего распространения дефекта вынужден изолировать пораженную колонию».

Ага, другое дело. То есть сейчас Зевс просто не может заставить «зверюшек» подчиняться… а что за команда высшего приоритета?

«На самоуничтожение».

Сурово… но отслеживать-то способен?..

«Ответ положительный».

Вот и славно. Тогда бди. Отчетов не надо.

«Принял, Денис».

Пожав плечами и справедливо рассудив, что от добра добра не ищут, я последовал примеру местных, то бишь развернулся и осторожно побрел к «гостевому» боксу. Гнева Бранки я не опасался – чего такого-то? Она скорее бы что-то заподозрила, если бы мы не предприняли попытку разжиться информацией, подключившись к местным коммуникациям. А не хотела бы, чтобы мы разгуливали по базе, так дверь бы заперла. И охрану рядом поставила, нам бы тогда труднее пришлось. А теперь фиг ли думать? Да и не убил я никого. Подумаешь, огребли парни чутка… так на то они и солдаты.

В общем, до «гостиницы» добрался без приключений. Ровно так же проник внутрь, по возможности тихо расположился в кресле-кровати и лишь тогда, расслабив налитые усталостью телеса (и когда только успел?), задался первоочередным вопросом: какого, собственно, хрена?!

Зевс совершенно справедливо принял мой мысленный вопль на свой счет: «Отражена вирусная атака».

Вот тебе и раз! А подробнее?..

«Кто-то пытался влезть в твой мозг через нанов, Денис».

Кто-то?

«Установить личность не удалось, равно как и локализовать источник вирусной угрозы».

Как так-то?!

«Белый шум».

И что? Ты давай, яснее выражайся! Меня тут чуть не грохнули ментальной атакой…

Пораженный до глубины души этой простой мыслью, я прервал фразу на полуслове и застыл. Точно ведь – ментальная атака. Вот только чья?

«Я бы не стал использовать определение „ментальная", – вклинился Зевс. – Это скорее попытка подключиться к интерфейсу наноботов через протокол беспроводной связи. Атакующий использовал сигнал в очень широком диапазоне, мне с трудом удалось его локализовать и перекрыть».

А чего так долго?! Я знаешь, сколько натерпелся!

«Извини, Денис, часть мощностей пришлось перекинуть на госпожу Де Гроот».

Ее тоже атаковали?!

«Ответ положительный. Атака аналогичная, через нанов, но с меньшей интенсивностью ввиду малочисленности популяции функциональных единиц. Она даже не проснулась, восприняла как кошмар».

Ф-фух!.. Ну хоть в чем-то повезло…

«Ладно, с этим разобрались. В остальном как дела?»

«Время до завершения: 09:03:41… 40… 39…»

Опять?! Уже не смешно, Зевс. Звездолет-то ломанул?.. Уа-а-а-а!..

«Ответ положите ль…»

Черт, что-то меня разморило конкретно…

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, раннее утро

Все-таки стресс и внезапные психологические нагрузки не самое полезное в жизни Оружейника. Мое счастье, что легко отделался – общим упадком сил и, как следствие, повышенной сонливостью. Именно поэтому и вырубился, не дослушав Зевса. Зато сейчас, с утреца и на свежую голову, можно и пообщаться… делая вид, что по-прежнему сплю. От кого шифроваться? Да хотя бы от Мака. Как поймет, что проснулся, полезет с расспросами. А мне пока не до них. Вернее, я сам кое-кого допрашивать буду…

«Зевс?»

«На связи».

«Рассказывай».

«Время до завершения: 04:31:17… 16… 15…»

Про коллег наших сомнительных рассказывай, ирод!..

«Происхождение установить не удалось».

Интересно… что, нет такой лоханки в каталоге Ллойда?

«Ответ положительный. Но это не показатель, сам знаешь, Денис».

Да, с этим не поспоришь. Тут иной раз и в Корпоративных системах на такое наткнешься, что только диву даешься. Что уж говорить про Колонии и Дикие миры! А в нашем случае речь вообще об Оружейниках, то бишь ребятах, которым по долгу службы положено во всяческие оч-чень сомнительные места лазать. Просто потому, что прослеживается корреляция: чем сомнительнее место, тем выше вероятность разжиться чем-нибудь… если и не полезным, то хотя бы занятным. Так что немудрено, что условно очаровательная госпожа Де Гроот является счастливой владелицей судна неизвестного типа и происхождения. И причин тому множество: может, никому больше такая лоханка не понадобилась, или их просто никто не нашел, или нашел, но не хватило ресурсов на освоение наследства… да пофиг, вообще.

«Зевс, дай схему».

Оп-па!.. Я тут про нечто занятное говорил? И как всегда оказался прав. Трехмерная модель скрывавшегося под слоем аморфеума корабля при первом осмотре едва не вызвала у меня разрыв шаблона – я почему-то думал, что гости зарыли на полянке нечто дискообразное… ну да, с той стороны, где мы высадились, контур похож. Но на самом деле кораблик Бранки более всего походил… на утюг. Банальный бытовой утюг, только без ручки. А так почти один в один. Разве что слишком приплюснутый – с незначительным изгибом в поперечном сечении, с резко обрубленными «бортами», плоской «подошвой» и округлым носом. Повертев модельку и так, и этак, выяснил много интересных подробностей, впрочем, не выходящих за рамки обыденности: сопла разгонных движков в корме, россыпь сопел движков маневровых в головной части (причем по всему периметру, включая «подошву»), с десяток люков диафрагменного типа, явно скрывавших выдвижные турели, длинные «щели» по бортам – зуб даю, туда должны втягиваться атмосферные плоскости – ну и множество других прикрытых броневыми листами технологических каверн. Плюс ко всему по обоим «бортам» тянулись сквозные трубы полуметрового диаметра, в которых я незамедлительно опознал разгонные шахты гаусс-пушек. Целых две штуки, ага! Пятьсот калибров… блин, нефиговая болванка! При удачном попадании и одной такой за глаза, чтобы разнести вдребезги посудину типа нашей «Молнии»… по размеру, я имею в виду, поскольку материал корпуса родного рейдера позволял на кинетическое оружие плевать с высокой колокольни. С чем сравнить? Это примерно как палить из пистолета в баллистический желатин. Но если умудриться попасть в обитаемые модули, то и нам не поздоровится. А у гостей, судя по всему, еще и нехилый запас управляемых ракет класса «корабль-корабль» имеется. Это откуда же они такие красивые и насквозь милитаризованные? И кого опасаются? Или наоборот, пугать вздумали? Не, это опять загнул. Чисто визуальным осмотром все эти изыски обнаружить затруднительно. Если бы не Зевс, мне бы оставалось лишь дивиться угловатым формам да тянущимся вдоль бортов колоссальным буквам: «Inquisitive» по левому и «Onderzoekende», соответственно, по правому. Но мой друг-искин ломанул локалку, что открывало довольно широкие возможности в плане подглядывания. Тут тебе любой каприз: и расположение отсеков, и внутренние коммуникации, и выделенные цветом блоки технологического оборудования… тоже весьма занятного: огроменные (процентов двадцать от полезного объема корпуса) энергонакопители, пара термоядерных реакторов в геометрическом центре, прыжковый двигатель неизвестной конструкции (но что прыжковый – сто процентов), водяные баки (еще около десятой части полезного объема) – судя по всему, активное вещество для извлечения водорода и кислорода банальным электролизом (разгонные движки на фотонные ничуть не походили, кондовые реактивные – просто, дешево и практично)… конфетка, а не кораблик! Но, стоит признать, в достоинствах и слабости – ограниченный энергозапас и, соответственно, дальность хода. Это вам не «Молния», способная «питаться» даже космической радиацией. Это суденышко очень сильно привязано к ресурсам – нужны и топливо для термояда, и запас активного вещества, и запчасти… много чего, короче. Впрочем, это уже лично я зажрался, привыкнув к универсальности и полной автономности рейдера Архонтов. По факту же в Колониальном союзе девяносто девять и девять десятых процента космического транспорта грешили аналогичными недостатками. А процентов семьдесят еще и куда более примитивны в плане обустройства и комфорта экипажа. В Бранкином хоть установка искусственной гравитации есть, не приходится заморачиваться с вращением корпуса. И вообще, весь ее кораблик, несмотря на первую ассоциацию, был на диво ладен и приятен глазу… такое впечатление, что полностью вписывался в техническое мышление расы Ното. А ведь точно!!! Черт, никаких доказательств, но собственной интуиции я уже привык доверять, равно как и инженерному чутью. Зуб даю, корабль целиком и полностью спроектирован и изготовлен людьми. Естественно, с использованием инопланетных модулей – тех же термоядерных реакторов, или генератора гравитации. Но, опять же, не готовых узлов, а, такое впечатление, новоделов по принципиальным схемам из наследства алиенов. На более низком уровне, с меньшим коэффициентом полезного действия, с большими затратами ресурсов… но тем не менее! И, мало того, от «утюга» прямо-таки веяло гармонией!.. А ведь папенька, как до меня только сейчас дошло, именно к чему-то такому и стремился, даже целую философию под это дело подвел. Мол, нечего зацикливаться на Наследии и пользоваться халявой, надо делать самим. Пусть хуже, пусть дороже (естественно, дороже – Наследие-то халява!), пусть медленнее, но свое. И только в этом случае будет возможен прогресс рассеявшегося по Галактике человечества как разумной расы. И вот, похоже, мечта Виктора Андреевича сбылась. Кто-то умный и упорный сподобился. Вопрос только, кто именно? Если верить лукавой Бранке, вывод напрашивался сам собой: это секретная разработка Корпорации STG (возможно даже совместная с «О’Мэлли Текникс»). А если поддаться панике и вспомнить конспирологическую теорию все того же Виктора свет Андреевича, то материализовался его худший кошмар – по этому пути пошла Старая Земля.

«Данные отсутствуют. Теория не подтверждена».

Какая именно, умник?!

«Обе. Текущий порт приписки разведывательного судна „Пытливый" – Колония Дальние Луны, система HD1502 по каталогу Дрейпера».

Фига себе! Это где же у нас такая?.. Едва бросив взгляд на заботливо спроецированную Зевсом схему нашего рукава Галактики, я мысленно присвистнул – далековато девица забралась. Или не забиралась, а попросту прикупила себе нейтральный флаг. Через ту же Биржу, например. Предоставляла она и такую услугу. За очень специальные деньги, конечно, но обзавестись фиктивной «пропиской» вполне реально. Н-да… опять сплошная неопределенность. Спрашивать, где кораблик построен, судя по всему, бессмысленно…

«В доступной на данный момент базе данных сведения отсутствуют».

Ну и ладно. Будем считать еще одним камешком в огород Бранки де Гроот, девицы, всей из себя загадочной. Да и отношение мое к ней ничуть не изменилось – как не доверял, так и не доверяю. Хотя вынужден признать, с фантазией у нее полный порядок – «Пытливый», надо же! Впрочем, Зевс прав – по-русски звучит лучше, чем «Инквизитив».

«Зевс, а вот эти выступы на днище?..»

«В доступной технической документации сведения отсутствуют».

«А самому подумать влом? Ладно, это был риторический вопрос».

«Ты это к чему, Денис?»

«А то ты сам не догадался! Есть у меня ощущение, что кораблик может быть частью чего-то большего…»

«Корабль – полностью самостоятельная функциональная единица с широкими возможностями по обеспечению автономного функционирования».

Вот именно! Модульная конструкция – этот термин тебе о чем-нибудь говорит?..

«Слишком мало исходных данных. Любая расчетная модель может оказаться очень далекой от реальности».

Да я тебя и не заставляю художествами заниматься. Больно надо. Вот только мое инженерное чутье (снова оно, родимое) подсказывало, что форма лоханки неспроста выбрана. Почему так решил? Да вот любимые часы тренера дяди Коли вспомнил. Сами по себе они ничего интересного из себя не представляли, но вот браслет… явно самодельный, из какого-то поделочного камня. Так вот, если «Пытливый» рассечь поперек ровно по середине, а потом две кормовых части объединить, аккурат по форме «костяшка» из того браслета получится. А знаете, что еще интересно? Звеньев этих можно объединить и пять, и семь, и двадцать семь… очень универсальный «кирпичик».

«Я тебя понял, Денис. Но спешу огорчить – больше пятнадцати аналогичных единиц объединять в систему «кольцо» не рационально. При максимальной ширине модуля сто семь метров диаметр конструкции превысит полкилометра. При ширине кольца в двести одиннадцать метров не гарантируется необходимая жесткость. Грубо говоря, будет очень сложно обеспечить равномерность движения при разгоне и торможении. Особенно на торможениях – судя по отсутствию сравнимых по мощности с разгонными тормозных дюз в носовой части, „Пытливый" тормозит ими же, но предварительно развернувшись. Теперь представь, как будешь разворачивать полукилометровое кольцо на скорости хотя бы в одну сотую световой. А в одну десятую, как на выходе из прыжка?»

«Не убедил. Жесткость конструкции можно разными способами создать, хотя бы поместить в центр еще один модуль, материнский».

«Сведения отсутствуют».

Ну и ладно… хотя бы численность экипажа-то установил?

«Постоянного – тридцать два человека».

Оп-па! Это как – «постоянного»?

«Судя по документации интендантской службы, на борту присутствуют тридцать два человека экипажа, включая непосредственно технических специалистов и руководящее звено. Численность вспомогательного персонала переменная, от десяти до сорока человек».

Типа, до четырех десятков десанта брать могут?..

«Ответ отрицательный».

Объяснись-ка, друг ситный!

«По данным на вчерашний день, на пищевом довольствии стояло двадцать три человека вспомогательного персонала. По техническому заданию в пищеблок на утренний прием пищи выделено тридцать пять пайков».

Вот это поворот! Откуда еще двенадцать рыл взялось?!

«Двадцать четыре».

?!

«Я влез в систему наблюдения и учета персонала – вечером было в наличии тридцать два члена экипажа и одиннадцать человек вспомогательного персонала. Завтрак подают на тридцать пять. Делай выводы».

Рожают они их, что ли? Причем уже взрослых и обученных? Э-м-м?.. «Обрати внимание вот на этот модуль, Денис».

Ну-ка… «rebirth station»… станция… установка возрождения?! Если воспользоваться геймерским сленгом, то вообще респаун, то бишь точка возрождения получается! Ну-ка, посмотрим, с какими еще модулями она объединена… так, хранилище биоресурсов, сервер, мнемосканер…

Твою мать!!!

«Не зря Бранка десять часов вытребовала!»

«По факту им надо меньше. Десять часов до отправления, значит, к этому моменту клоны должны быть в полной боевой готовности. Это революционная технология клонирования, Денис. Ни одна из известных в Колониальном союзе не позволяет воспроизводить физические тела за столь короткий срок. Наиболее продвинутая из Колонии Киото формирует клона за пять стандартных суток. Еще от двадцати до тридцати часов требуется на загрузку и адаптацию программного обеспечения».

Вот ведь засада! Круче только местные спеки, получается. И вопросов все больше и больше. Если касательно происхождения корабля у меня были сомнения, то вот такой гадостью, как производство андроидов на базе клонированных человеческих тел, ни родная STG, ни дядюшкина контора не занимались. Я бы знал, будь иначе. Или паранойя папеньки настолько прогрессировала?.. Не, бессмысленно. Даже для Киото клоны очень специфическая продукция с крайне низким спросом. А андроиды они и есть андроиды – наполовину белковые, наполовину пластиковые синтетические болваны. Скелет обычно делали усиленный, когда пластмассовый, а когда и металлический, и уже на него «наращивали» модифицированную мышечную массу. Мозг по структуре, конечно, аналогичен человеческому, а вот все остальные системы – сборная солянка. Впрочем, у всех Предтеч, грешивших подобными технологиями, подход к процессу и базовые материалы различались. Поэтому и андроиды встречались самые разные. За исключением одной общей черты – редкости. Дефицит они по всему Колониальному союзу, в том числе и из-за ограниченных производственных мощностей. Плюс естественные экономические факторы – дороги в эксплуатации. Специалистов хватает, а расходный материал по типу пушечного мяса проще набрать среди огромных масс бездельников, каковых сейчас даже в самых захудалых Колониях куда больше, чем те способны прокормить.

А тут нате вам: на относительно небольшом корабле самодостаточный комплекс для клонирования людей. Мало того, еще и весьма производительный! Две дюжины рыл меньше, чем за десять часов! Мать моя женщина!.. Вот поэтому Бранка так наплевательски отнеслась ко вчерашним потерям!.. Бли-и-и-ин… может, хотя бы ресурсная база ограничена?

«Судя по данным из описи амуниции и принадлежностей, на главном складе в наличии сто двадцать мест хранения под полные комплекты десантного снаряжения».

Вот и ответ… базовая комплектация в сорок рыл, и еще плюс два полных комплекта. Вот это мы попали! Ведь если папенька прав насчет своих подозрений… с другой стороны, с чего бы землянам (если это они, конечно) связываться именно с нашими «условно дружными» Корпорациями? Нашли друг друга два одиночества? Тупо совпадение? Не думаю. Скорее уж стратегия, причем долговременная. И совсем не исключено, что мысль об экспансии Старой Земли папеньке кто-то подкинул. Давно, еще в бурной молодости… не, нафиг! Паранойя она такая паранойя!..

«Блин! И где она это все раздобыла?!»

«Это риторический вопрос?»

«Нет, блин!!!»

«Хм… нашла?»

«Очень смешно…»

Нет, друг-искин, думай что хочешь, но не тянет вся эта прелесть на случайную находку. Чувствуется системный подход. Слишком все складно, единообразно, подогнано винтик к винтику – в любом значении слова «винтик», вплоть до команды и десанта.

«Основания для подобного вывода?»

«Интуиция».

На этот раз Зевс промолчал, сраженный убийственностью довода. А вот я снова задумался. Ладно, пока нет доказательств, будем считать, что Бранка все это богатство нашла, как это и подобает Оружейникам, и приспособила к делу. Амуницией закупалась где-то на стороне, сырье для «биореактора» тоже не проблема… единственное, оружие откуда? Оно единообразное и унифицированное, в этом я еще вчера убедился. Спросить Зевса, откуда дровишки? Наверняка опять заведет шарманку про отсутствующую информацию, иначе бы уже давно доложился. Поэтому пусть будет «удачная находка». Потому что в противном случае хоть на стенку лезь. Или вообще в петлю. Хотя… кому, если не землянам, разевать рот на столь лакомый кусок?! Элва, если все наши предположения верны, богатейший источник невозобновимых ресурсов! Если уж полубезумные сектанты в начальный период Исхода умудрились запустить здесь реакцию и наклепать прорву сложной техники – тех же «тойот» – то что помешает куда более продвинутым в этом плане современникам поставить на поток космические корабли? Это же… это… дух захватывает просто! Практически неиссякаемый источник обогащения для отдельно взятой Корпорации (ладно, двух!)… или еще одна, по факту бесплатная, армада для флота вторжения. Вряд ли у тех же землян, если допустить, что у них тоже есть технология скоростного клонирования, возникнут проблемы с экипажами хоть на тысячу, хоть на десяток тысяч вымпелов. Нет, хорош самого себя накручивать, так и до кондратия дофантазироваться недолго. Вставать надо, тем более, Мак уже начал подозрительно коситься – он-то уже и в санузле побывал, и за сухпай взялся, осаждаемый с двух сторон Васькой и Бадди… ла-а-адно, встаю…

…как обычно, мое благое начинание было самым беспардонным образом прервано на стадии намерения – в дверь сначала кто-то с силой долбанул, возможно даже ногами, а потом с грохотом ее распахнул. Ну да, Бранка. Кто же еще-то?.. Вот только чего она такая злющая? Даже глаза ожили! Кинется?.. И чуть ли не отделение «номерных» за спиной, стволами в проем тычут… занятно.

– Вуф!

– Бадди, фу! – Мак проворно прихватил питомца за шиворот и удивленно воззрился на гостей. – Чем обязаны, госпожа… фу, я сказал!!!

– Р-р-р-р!..

«Зевс, приструни псину».

«Принял».

Та-ак, пора подрываться, а то еще, не дай бог, запустит чем-нибудь тяжелым – вон как мимо Гленна сквозанула, напрочь того проигнорировав. На лице оттакенными буквами написана решимость. Вот только к чему?.. Ой, мамочки, что-то мне это не нравится…

Как в воду глядел: едва обогнув не менее чем я, удивленного мастера-рейнджера Макдугала, злющая девица с размаху швырнула мне в живот нечто округлое и подозрительно знакомое. Ладно хоть броня помогла, а то бы чувствительно приложило. Зато успел среагировать и поймать отскочивший от пуза на манер мячика десантный шлем. Один в один, как у толпящихся в дверях «номерных». Заодно запалился, так что пришлось сесть в кресле, уставившись на девушку самым невинным из доступных взглядом. Впрочем, ни на одну из моих женщин он по какой-то неведомой причине не действовал. Что характерно, не прокатило и в этот раз.

– Ты!!! – Бранка, пылая праведным гневом, ткнула мне в нос пальцем – с острым наманикюренным ноготком, между прочим! Еле успел отшатнуться. – Куда дел моего бойца?!

– Какого бойца? – незамедлительно прикинулся я шлангом.

«Зевс, где подранок?»

«Координаты…»

«К черту подробности, на карту выведи!!!»

– Такого бойца!!! – с готовностью повелась девица. – С которым вчера подрался!!!

– Я?! И зачем мне это было нужно, позвольте поинтересоваться?

– Я вот тоже в недоумении, – поддакнул Мак. – Обычно Дэнни-бой мирный…

– Помалкивай, Макдугал! – нашла нового крайнего Бранка. – Я жду ответа, Смальков!!!

– Да без понятия, – вздохнул я. – Я спал.

– Врешь, щегол!

Ух ты! А теперь она мне еще больше нравится! Эмоции, пылающие щеки, глаза ожившие, наконец! Но этой палец в рот не клади, отхватит по локоть. Какая женщина! Пэрсик!..

Впрочем, с последним я поторопился – «пэрсик», не ограничившись одной лишь гневной отповедью, еще и попытался отвесить мне хорошего леща. Пришлось экстренно ссыпаться с кресла-кровати на пол и отскочить подальше, к стенке.

– Бранка, Бранка, успокойся, пожалуйста! – выставил я перед собой ладони, заметив, как девица шагнула ко мне с самым решительным видом. – Ты вообще с чего взяла, что я твоего бойца видел?

– Смальков, ты меня за дуру держишь?!

Ну вот, только усугубил. Ладно, пускаем в ход тяжелую артиллерию…

Науськанный Зевсом Васька, до того с любопытством созерцавший спектакль с безопасной позиции, то бишь из-под кресла Макдугала, незамедлительно выскользнул из укрытия и с разбегу забодал ногу девушки. Та вскрикнула от неожиданности, но кошак поспешил развить успех – теранулся боком о десантный ботинок и врубил на полную громкость урчальник. То еще зрелище для неподготовленного человека, очень уж дисгармонировала мощность звука с субтильным телосложением.

– Мур-р-р-р!..

– Пошел… уйди… – Бранка подняла на меня недоуменный взгляд: – Чего это с ним?

– Успокаивает, – пояснил я. – Кототерапия. Брысь!

Васек удивленно на меня зыркнул, заломив бровь и дернув ухом, но желания прерывать лечебный сеанс не выказал.

– Возьми его на руки, – вздохнул я, смирившись с неизбежным. – Не бойся, он не царапается. И погладь. Погладь кота…

Блин, черт бы побрал мое специфическое чувство юмора! Едва успел прикусить язык, чтобы не ляпнуть в конце про самку собаки. Вот смеху-то было бы!..

Последовавшая моему совету Бранка неуклюже прижала Ваську к бронированной груди (и бронированными же перчатками, прошу заметить!), что кот перенес с обычно не свойственным ему стоицизмом, и рухнула в третье кресло, то самое, что занимала вчера, и оставшееся по этой причине в сложенном состоянии. Помотала головой, убрав растрепавшиеся пряди с лица (шлема на ней не было), и глянула на меня с прищуром, как в прицел:

– Ты вчера шатался по территории. С какой целью – неизвестно. Но, думаю, собирался подключиться к камерам наблюдения…

– Глупости говорите, тетенька!.. – съехидничал Мак, но Бранка его самым возмутительным образом проигнорировала.

Я же молчал, ожидая продолжения.

– …так вот, до камер ты добраться не успел – тебя вдруг переклинило…

– В смысле?! – не утерпел я. Вот это действительно интересно. Я же себя со стороны не наблюдал, а она, походу, записи с камер просмотрела.

– На колени упал и начал себя по шлему дубасить!

Ну да, что-то такое припоминаю…

– Потом зачем-то перчатки содрал!!!

Хм… это наверняка когда я «колючку» с рук срывал… перчатки я потом, правда, подобрал.

– А потом на шум патруль подошел, и ты на них кинулся!

– Зачем?

– Тебя спросить надо! Одного с ходу вырубил – у него перелом двух ребер и трещины еще в трех, в лазарете с ночи торчит. А второго сшиб с ног и начал душить.

А вот тут враки… не душил я его… вроде бы.

– Мак?

– А?

– У меня раньше приступы лунатизма были?

– Да не замечал как-то… – пожал плечами тот. – Хотя кто тебя знает, ты уже давно в отдельной каюте живешь. У Алиски лучше поинтересуйся.

При упоминании неизвестной девицы Бранка едва заметно дернула бровью, но как-то еще на подначку реагировать сочла ниже своего достоинства.

– Ничем не можем помочь, дамочка! – развел я руками, дослушав напарника. А Мак, зараза, ей еще и подмигнул.

– Так, хватит! – Бранка машинально зажала холку Васьки, но тот даже не пискнул. – Не морочьте мне голову. Не хочешь признаваться – дело твое. Мы не в суде, в конце концов, чтобы доказательства предъявлять. Я знаю, что ты зачем-то бродил по базе, ты знаешь… и этого достаточно. Единственное, что меня интересует – куда делся мой человек?

– Даже если чисто гипотетически – гипотетически! – предположить, что я отмудохал патрульного в приступе лунатизма, все, что я мог бы сказать в этом случае – без понятия. Он куда-то смотался.

– Куда именно?!

– В сторону леса, – снова пожал я плечами.

– А ты, значит, вернулся в гостиницу, досыпать? – язвительно уточнила Бранка.

– По всей видимости, – не повелся я. – Это же приступ лунатизма. Гипотетически. А вы что, по маячку его отследить не можете?

– Не можем! – отрезала девушка. – Маячок в шлеме, шлем нашли на той полянке. А чуть в стороне еще и вот это! – У моих ног шлепнулся пластиковый бронещиток, отхваченный от комбеза по шву в кевларовой основе. – Дублирующий!

Настал черед нам с Маком удивленно переглянуться.

– Такого я точно не делал, – помотал я головой.

– Значит, я! – ухмыльнулся Гленн.

– Макдугал, ты заткнешься наконец?! – вызверилась Бранка. – Шутник хренов!

– Успокойтесь, девушка, поможем мы вашей беде, – и не подумал стушеваться тот. – Бадди, ко мне! Нюхай!

«Зевс, от места стычки выведешь пса к подранку».

«Принял».

– Пошли, что ли?..

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, раннее утро

На крохотной полянке между несколькими палатками, где сегодня ночью имели место загадочные – и зловещие! – события, следов былой заварушки не наблюдалось – разворошенный аморфеум уже снова растекся, заполнив все вмятины. Я даже слегка напрягся: а ну как Бранка задастся вопросом, как вообще здесь можно хоть что-то унюхать? Понятно, что у Бадди не спросишь, можно лишь принять как данность, но осадочек наверняка останется. Впрочем, плевать. Я знаю, что она знает, что я знаю… и так далее. Один хрен за спиной следить. Так что пусть ее. Одним подозрением больше, одним меньше – даже искин не заметит при статистическом анализе.

Мак же, судя по довольной ухмылке, подобными мыслями вообще не заморачивался. Он, такое впечатление, наслаждался процессом. И его можно понять – давненько нам не приходилось с достойным соперником бодаться. Я имею в виду, разумным. Обычно мы имели дело с остатками былой роскоши сгинувших цивилизаций Предтеч, причем в подавляющем большинстве случаев с пресловутыми «богами из машин» в самом примитивном значении этого выражения – то бишь искинами, а порой и просто защитными программами. А тут мало того, что человек, так еще и самоуверенная девица, которую так и подмывало щелкнуть по носу. Ну не смог Гленн отказать себе в этом маленьком удовольствии! А кто сейчас без греха? Тем более, слабость простительная…

– Так, Бадди, слушай меня внимательно, чувачок! – Мак, присев на колено, грозно пялился питомцу в глаза, обхватившего морду ладонями, а пес отвечал умильным взглядом и болтал откляченным задом за неимением вменяемого хвоста. – Надо найти придурка, нарушившего технику безопасности. Что мы обычно делаем с придурками, нарушающими технику безопасности?

– Р-р-р-р!!!

– Вот именно! Но сначала его надо найти. Нюхай… и вот это… все, пошел!..

Словив ускоряющий шлепок по, хм, крупу, пес неуклюже доковылял до центра полянки, проваливаясь в аморфеум чуть ли не по коленки, немного покрутился, втягивая носом смесь воздуха, слюней и соплей, а потом с неподдельным энтузиазмом рванул между палаток к зарослям.

«Зевс, по прямой не веди. Пусть немножко повиляет».

– Бранка?

– Да, Денис?

– Можем переговорить? Без лишних ушей?

– Ты про Макдугала?

– И про него тоже. Но он не проблема.

И действительно – девицу я попридержал вовремя, так что Бадди усвистел вперед на десяток метров, а Мак рванул следом. А передатчик в шлеме я предварительно вырубил, поскольку пока не имел намерений делиться с Гленном подробностями ночных похождений. Оставались лишь «номерные», что по-прежнему кучковались у Бранки за спиной. Надо отметить, что сейчас та пребывала во всеоружии – с монструозным стволом и со шлемом в руке. Равно как и я, кстати. А еще у меня на спине рюкзак висел, исключительно ради удобства Васьки, устроившегося в привычном кармане.

– Ладно, – задумчиво кивнула та. – Первый, останьтесь здесь. Надеюсь, вам, молодой человек, не придет в голову похитить девицу посреди необитаемой планеты?

И подмигнула, зараза. Н-да. Я бы даже повелся, если бы не прежняя мертвенность, вернувшаяся в ее глаза.

– Была такая мысль, – подыграл я. – Но по размышлению я от нее отказался. Не хватало мне еще третьей проблемы.

Бранка снова изобразила удивление – типа, не в курсе моих амурных похождений на борту. Верю, ага. Потом нахлобучила шлем, оставив, впрочем, забрало открытым, и двинулась по следу Мака.

Я пристроился рядом, и когда «номерные» остались довольно далеко позади, поинтересовался:

– Тебе сегодня ночью ничего… такого… хм… не привиделось?

– Ты о чем?

– Ну, не знаю… кошмары, видения, галлюцинации?

– Ты что-то знаешь?! – незамедлительно впилась она в меня взглядом.

Я в ответ пожал плечами и тоже на нее уставился. Пауза затягивалась.

– Да не помню я! – взорвалась, наконец, девица. – Такое впечатление, что было что-то во сне, но никаких подробностей! Я даже не уверена, что это было!

– Кошмар, да?

– Не знаю! Не помню! Не уверена, что сон вообще был! Еще как объяснить?!

– Ладно, ладно, успокойся.

– Хорошо. – Бранка остыла так же быстро, как и вспыхнула. Ну, или успешно притворилась. – А ты что-то помнишь? Ну, когда тебя скрутило на поляне?

– А ты откуда знаешь, что меня скрутило?

– Записи с камер просмотрела. Они стационарные, контроль два раза в сутки, а то бы еще ночью меня разбудили.

Ох ты, какие подробности! Вряд ли девица стала мне доверять, так что наверняка слив информации обдуманное действие. Или какой-то знак для меня, или просто решила, что хуже не будет. Вот такая она, заклятая дружба. Почти как у нас с братцем Арти.

– И сильно меня… корежило?

– А ты действительно не помнишь?..

Я отрицательно помотал головой и прибавил шаг. А чего из пустого в порожнее переливать? Тем более что Мак с питомцем уже от нас порядочно оторвались. Против ожидания, звать «номерных» Бранка не стала, просто последовала моему примеру, и где-то через пару минут мы настигли поисковую группу.

Мак отлично вжился в роль кинолога, а Бадди даже напрягаться не пришлось – его вел Зевс. Как он мне и обещал с вечера, подранок отслеживался в режиме реального времени, и если бы даже на десяток километров от нас утопал, отыскать бы его не составило труда. Ну да, запалились бы окончательно, но и только. Но даже с этим нам повезло – побитый «номерной» вышел за периметр, убрел еще метров на семьсот в глубь леса и притаился под первым попавшимся стволом на мягкой подушке из аморфеума. Но куда занятнее (и загадочнее!) оказался тот факт, что по пути мужик избавился от всего снаряжения. И когда я сказал всего, я подразумевал все, вплоть до нижнего белья. Шлем он потерял в драке, затем освободился от дублирующего маячка заодно с куском брони, а потом принялся сдирать снаряжение и одежду, расшвыривая их по мере разоблачения. Правда, на разгрузку мы наткнулись метрах в четырехстах от периметра, а сюда поисковая группа Бранки попросту не добралась – дублирующий маяк нашли в сотне шагов за пределами базы. Ну и дальше не поперлись, естественно. Иначе однозначно бы наткнулись на нежданчик.

Мы и сами, если честно, немного… прифигели, скажем так. Мак сначала не поверил, что нормальный боец ни с того, ни с сего бросит автомат и разгрузку, и довольно долго стеснялся подойти к находке. Все мину подозревал, ага. И осмелел, только когда Бранка заверила, что у них на борту нет не то что готовых нестандартных ВУ, но даже их отдельных компонентов. Ха! Меня бы это точно не остановило, задайся я целью собрать «адскую машину». Но в данном случае сыграл тот факт, что у бойца под рукой было ровно то, что входило в комплект оснащения десантника. А разгрузка лежала весьма удобно, ночами кверху, и все четыре гранатных кармашка были полны. У второго же патрульного, того, что куковал в лазарете, ничего не пропало. Со слов Бранки, естественно. Да и не приспособлены были гранаты «номерных» даже к установке элементарной растяжки, в чем Мак и убедился незамедлительно, выпросив на посмотреть одну штуку у девушки. Заодно и клеймо производителя изучил, шельма.

Подбирать находку мы не стали, подгоняемые нетерпеливыми повизгиваниями Бадди, да и все последующие проигнорировали. Даже майку и трусы, хоть Мак и попытался сострить по этому поводу. Надо признать, весьма неудачно.

А потом мы нашли пропажу.

Бранка, первой заметившая бойца, вдруг в буквальном смысле позеленела и едва сдержала рвотный порыв. Даже согнулась слегка, но все же взяла себя в руки и снова устремила взгляд на… находку. Хотел сказать «нечто», но… короче, мы с Маком много чего видели за эти три года (а Гленн и до того порядочно насмотрелся), но даже на меня зрелище произвело гнетущее впечатление: абсолютно голый боец сидел у подножия исполинского ствола, прислонившись плечом и головой к коре… или чему-то, кору заменяющему. Казалось бы, сидел и сидел… но был нюанс: нижняя часть тела по бедра практически утонула в слое аморфеума, а отдельные его ручейки, как тонкие щупальца или провода электродов, тянулись по бокам, рукам и спине к голове. Часть соединялась на макушке, остальные впивались в уши, глаза и ноздри. Свободным оставался только рот, иначе бы боец и дышать не смог. Вряд ли он хоть что-то видел и слышал, но на шаги среагировал поворотом головы. Впрочем, интерес моментально иссяк, и он с тяжким вздохом снова прижался щекой к коре.

– …!!

– Однако! – В отличие от Бранки, Мак ругаться не стал, но я еще никогда не слышал в его голосе столько удивления.

«Зевс, что с ним?»

«Доступ к функциональным единицам ограничен, доступны команды высшего приоритета».

Черт, опять! За ночь ничего не изменилось…

«Ответ отрицательный. Усилился „белый шум", я теперь с трудом „слышу" нанов».

«Попробуй все-таки подключиться».

«Хорошо, Денис».

– Вы тут давно сидите, – переключился я на Бранку. – Такое раньше было?

Та нерешительно помотала головой.

– Точно не было? А люди пропадали?..

– Нет. – На этот раз куда увереннее. Надо же. – Были только боевые потери на вылазках в Аномалию.

Точно-точно, она же вчера обмолвилась про главный город, в котором они из-за камер облажались. Естественно, не без убыли личного состава. Получается, еще до нашего прибытия Бранка знатно на шарике покуролесила. Сильна мать!

– Там тоже никто не терялся? Пропавшие без вести?

– Все случаи безвозвратных потерь фиксировались на видео. Причины стандартные: пулевые либо осколочные ранения.

– А с трупами что происходило, отслеживали?

– Нет.

Хм. Даже не стала отрицать, что тела бросали на месте, не попытавшись вывезти для захоронения с воинскими почестями. Действительно, к чему клонам какие-то ритуалы? Расходный материал он и есть расходный материал.

«Есть связь».

Ну и чего ждешь тогда?..

– М-мать!..

На этот раз проняло даже Мака: безучастный ко всему «номерной» вдруг поднялся на ноги, с хрустом оборвав растущие из аморфеума «корни», развернулся к нам лицом и застыл с неестественно прямой спиной.

А пупка-то и нет! Хотя какие мне еще нужны доказательства? А вот для Гленна это стало очередным сюрпризом. Он даже покосился на меня грозно, типа, что за дела?! Почему не рассказал?

«Позже!» – ответил я взглядом, и тот угомонился, решив не раздувать конфликт на пустом месте. Опыт не пропьешь, как он сам и любит выражаться.

– Седьмой, ты меня слышишь?

«Номерной» чуть наклонил голову, среагировав на голос Бранки.

– Седьмой, ответь мне! У тебя все в порядке?

Ну что за благоглупости, право? Как у него может быть все в порядке, даже льдистому йети понятно, что хреново ему. Любому хреново, когда его по факту захавала неведомая инопланетная жуть, влезшая во все естественные отверстия тела… хотя тут я преувеличил – походу, аморфеумные щупальца интересовались исключительно мозгом и органами чувств.

«Связь слабеет… усиление „белого шума“… внимание, вирусная атака!»

Да твою мать! Опять, что ли?.. Едва не застонав и обхватив шлем руками («калашников» повис на ремне, долбанув по пузу), я случайно уткнулся взглядом в заляпанные аморфеумом глазницы «номерного»… и по голове словно ударили изнутри – картинка поплыла, в ушах зазвенело…

ИНСТРУМЕНТ!

Б-бах! Шмяк! Искры из глаз! Но не так сильно, как ночью.

ИСПОЛЬЗУЙ!

Зевс, м-мать!.. Сделай хоть что-то!!!

«Вирусная атака через дефектную колонию функциональных единиц, обратная связь действует».

Отгородись! Файерволл тебе на что?!

«Доступны команды высшего приоритета. После применения доступ к функциональным единицам объекта „Седьмой" будет утерян».

А если не применить, будет утерян доступ ко мне!!!

«Самоликвидация колонии функциональных единиц, процесс активен».

Ф-фух, отпустило вроде!.. Помотав головой и сфокусировавшись на собственных ладонях, прижатых к лицу, пересчитал пальцы (ровно десять), стер правой со щек пот и что-то типа невесомой липкой паутины, и огляделся.

Н-да. И когда я успел на колени рухнуть? А Маку хоть бы хны… нет, вон, лицо вытягивается… проследив за его ошарашенным взглядом, я уставился на «номерного» и понял, в чем причина недоумения напарника: боец, казалось, бился в падучей – его корчило и корежило, выворачивая конечности, а тело сотрясала крупная дрожь. Клочья аморфеума сыпались к его ногам, обнажая участки покрасневшей кожи, из ушей и ноздрей тянулись ручейки крови… жуткое зрелище.

«Зевс, что с ним?!»

«Уровень „белого шума" зашкаливает, не могу определить! Похоже на вирусную атаку!»

«Ты же грохнул нанов?!»

«Сам в шоке… но что-то противится процессу…»

– Ой мля-а-а-а!..

Я там что-то говорил про жуткое зрелище? Это я не подумав. Настоящая жуть началась только сейчас: сначала у «номерного» лопнули глазные яблоки, выплеснув далеко вперед брызги крови с частицами аморфеума, потом с жутким хрустом начали ломаться кости, протыкая плоть острыми концами в самых неожиданных местах… особенно меня впечатлила «гребенка» ребер, вскрывшая грудину с правой стороны. А затем, буквально за секунду, все мягкие ткани обратились в тошнотворный розоватый кисель и с характерным «ш-шух» расплескались у ног несчастного. Ну вот как примерно ведро воды выплеснуть, очень похоже, да. Только от воды наизнанку не выворачивает. А тут еще и скелет рассыпался, лишившись разом всех связок. Мало того, складывалось впечатление, что костная ткань внезапно охрупчилась до такой степени, что не выдержала даже соприкосновения с упругим аморфеумом – мерзотная розовая жижа скрылась под слоем белой костной муки.

Я судорожно сглотнул и на мгновение отвел взгляд. Вот ведь! Думал, хрен уже чем меня проймешь. А тут зрелище почище, чем «истаивание» старого Джоша Хорнетта на Пандоре, когда до него добралось блуждающее силовое поле. Да и гибель братьев Рамирес от «циркулярок» на Объекте-357 в режиме реального времени выглядела куда менее впечатляюще – рой брызг, и все. Это чем же «номерного» так разъело?..

Разъело?.. Не очень подходящее определение. Тут что-то иное… пересилив себя, я снова перевел взгляд на лужу… и ничего не обнаружил: за считанные мгновения останки бойца впитались в аморфеум. Просочились, как вода сквозь песок. Нет, даже еще хуже. Если воды много, верхний слой песка моментально намокает и перестает ее пропускать. А тут, такое впечатление, образовавшаяся «протоплазма» не просочилась между шариками, а попросту втянулась в них.

– Дэн?!

– Бранка!

К черту Мака, с ним, судя по всему, полный порядок – даже не проблевался. А вот с девушкой творилось что-то странное: она, как и я только что, рухнула на колени и схватилась за шлем. Оч-чень знакомые симптомчики, между прочим… похоже, придется чем-то жертвовать. А поскольку без собственно Бранки колония функциональных единиц в ее крови абсолютно бесполезна, то и выбор очевиден…

«Вирусная атака через колонию функциональных единиц объекта „Бранка"».

Да вижу уже! И слышу, блин!

ИНСТРУМЕНТ!

«Зевс, гаси мелочь!»

«Принял».

Молодец, даже не уточнил. Хотя о чем это я? Он же искин, варианты просчитал на несколько порядков быстрее меня. Разве что действовать без приказа не мог. Так, какие еще могут быть проблемы? Ч-черт! Васька и Бадди! Нет, пока рано. Ждем подтверждения.

Бранку между тем чуток отпустило… хотя соврал, не чуток! Вон как на меня зыркнула! Наверняка о чем-то догадалась, чертова баба. Ладно хоть, пристрелить не попыталась, дабы одним махом решить все проблемы. Текущие, естественно. Потому, наверное, и сдерживалась – отмахнешься от проблем известных, заполучишь на филей кучу новых. Которые, между прочим, еще локализовать потребуется. А потом еще и придумать, как с ними справиться.

– Мя-а-ак!..

ИНСТРУМЕНТ!

«Вирусная атака через колонию функциональных единиц объекта „Васька"».

Гаси! И у Дружка тоже! Хватит уже доказательств, досыта наелись… потом поголовье «мелочи» восстановлю, как с угрозой разберемся.

«Процесс активирован».

Блин, а дальше что? Попробуют продавить меня напрямую? Сразу через моих нанов? От них я точно избавляться не намерен. Это вообще не вариант. Что делать, что делать?..

«Зевс, все ресурсы на антивирус».

«Время до завершения: 03:56:14… 13… 12…»

«Все доступные ресурсы!»

«Принял».

Ха! Что-то без энтузиазма он это «принял» выдал. Какие-то сомнения?..

«Давление нарастает, Денис. Не знаю, как долго я смогу сдерживать атаку без привлечения дополнительных ресурсов. А это, сам понимаешь…»

Ну да, замкнутый круг. Если что-то на планете столь упорно пытается влезть мне в голову, то крайне необходимо время пребывания на оном космическом объекте свести к минимуму. Но если отвлечь часть вычислительных мощностей от взлома внутренней сети «пирамиды», то придется на Элве проторчать несколько лишних часов… и так до бесконечности. Блин, и вот как быть, а?!

– Что… кха!.. это б-было?!

Гляди-ка, кто очухался! Что ни говори, а Бранка очень крепкая девчонка. Не хотелось бы с такой под одной крышей жить – загонит если не под каблук, то в гроб.

– Не думал, что когда-нибудь это скажу, Дэнни-бой, – поддержал девушку Мак, – но это реально… страшно. Да блин, я в ужасе!!! От «циркулярок» так не трясло…

– К черту Седьмого! – вызверилась Бранка, смерив Гленна презрительным взглядом. – Кто пытался влезть мне в голову?! Кто, Смальков?!

Вот же ж! Кремень баба, чтоб ее…

– А что Смальков? – попытался я съехать на базаре. – Смальков вообще без понятия!

– В глаза мне смотри, щегол!!!

Опять. Ну вот почему все бабы такие, а? С этой я даже на дискотеке не обжимался, а туда же… не, надо пресекать. Причем жестко. В глаза тебе смотреть? Получите, распишитесь!

Не знаю, как так получилось, но шагнули мы навстречу друг другу одновременно. Разве что я не попытался с ходу отоварить девицу хорошим хуком справа, поскольку левая рука занята монструозной «пушкой». Я поступил куда проще – прикрылся от ее плюхи левым плечом, что не составило труда с учетом разницы в росте, и прижался к Бранке вплотную, сграбастав ее за грудки и упершись своим лбом в ее. Ну как упершись? Если честно, не отказал себе в удовольствии хорошенько долбануть шлемом по ее забралу. А потом она уже и дернуться не смогла – я ее попросту задавил зверским взглядом. Зря, что ли, без малого два года на парочке стервозных девиц тренировался? Даже кэп Иванов в свое время оценил.

– Смотрю!!! – рыкнул я. – Дальше что?!

– Дени-и-ис!..

Гляди-ка, взгляд отвела! Я бы даже сказал, потупила. И губы задрожали. Э, вот это совсем не ко времени.

– Отставить расклеиваться! Бранка, слышишь меня? Бросаем все и лезем в Аномалию. Время работает против нас.

– Ты тоже так думаешь? – моментально собралась девушка. Блин, не перестаю с нее диву даваться! Не зря, выходит, ее командовать определили. – Так это был не ты?

– Нет, – помотал я головой.

– А я уже черт знает что напридумывала! Что ты нанов умудрился подсадить и мне кровоизлияние в мозг организуешь… хотя когда?! Я же контактов избегала!

Ага, со мной. Зато от питомцев моих не шарахалась, как следовало бы. Впрочем, не буду разочаровывать девчонку.

– Так ты и сеть мою… нашу ломанул?!

Упс… ладно хоть взгляд не отвел, да башкой помотал, типа, знать ничего не знаю.

– Да я тебя!..

– Угомонись! – Я от души встряхнул девушку и снова боднул в забрало. – Не о том думаешь. Лучше задайся вопросом: если не я, то кто?

– Колонисты?..

– Совсем дура?

– А… кто? Еще кто-то?..

– Ага. Еще одна заинтересованная сторона. Ну-ка, какая по счету?

– Четвертая? – хмыкнул Мак. – Мы, они (кивок на Бранку), колонисты… и еще кто-то. Четыре фракции. Жить все интереснее, а, Дэнни-бой?

– У тебя есть какие-то предположения? – поинтересовалась девица, оставив без внимания реплику Гленна. – Кто, как, с какой целью?

– Что-то мне подсказывает, что это наши стандартные траблы, – снова влез Мак.

– Макдугал, заткнись!

– Это ты зря, дорогая, – прервал я девушку. – Слушай дядюшку Мака, он в таких делах собаку съел. Нет, не нашего Бадди. Это идиоматическое выражение. Нет, не идиотическое. Просто у нас опыт. И можешь ему поверить – в девяноста процентов случаев нам противостоят различные компьютерные системы. От жестко ограниченных операционок с заданными программами до искусственных интеллектов невероятной мощи. А тут все признаки налицо.

– Так это местный антивирус? Но как?!

Этак еще секунда, и она про нанов вспомнит. И свяжет все неприглядные факты в систему. Ладно, придется колоться.

– Судя по всему, – кивнул я. – И главная цель – я. Он пытался подчинить моих наноботов. Когда ничего не вышло, взялся за твоего Седьмого, в которого я успел подсадить колонию. А потом и тебе досталось. Не дергайся, я заставил нанов самоликвидироваться, чтобы прервать атаку. Над тобой у меня власти нет. Теперь.

– А как же?..

– Сам-то? Держусь пока. Зевс справляется. Но неизвестно, как долго сможет сдерживать напор. Поэтому валим в Аномалию. Подозреваю, что она изолирована от остальной сети Элвы, так что там будет полегче. Уж колонистов-то мы всяко задавим.

– А что с Седьмым?

– Без понятия. Его нанов я тоже прихлопнул. Но, видимо, поздно. Так что скажешь?

Бранка вместо ответа оттолкнула меня, сорвав захват, и потянулась к шлему.

– Первый, готовимся к вылету! – приказала она, активировав связь. – Три борта, два десантных, третий для меня с гостями. Готовность двадцать минут! А вы чего смотрите? Побежали обратно!..

– Эй, дамочка, я даже не позавтракал! – возмутился я.

– В дороге пожрешь! – отрезала девушка. – Десять минут на оправиться тем, кто не успел, и погнали. И вообще, у кого таймер тикает?!

У всех, дорогуша, у всех. Седалищным нервом чую. Но нагнетать не буду. Пока.

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, утро

«Зевс, как дела?»

«Время до завершения: 02:45:27… 26… 25…»

Ага, тикает потихоньку… а с остальным как?

«Норма. Свободных мощностей достаточно для поддержания оптимального уровня безопасности».

Ну вот, все ровно так, как я и предполагал. Стоило лишь пересечь Границу, как давление на файерволл уменьшилось если не на порядок, то в несколько раз точно. Так что можно куковать здесь хоть сутками, если приспичит. Другое дело, что сильно вряд ли: два десантных борта ушли к центру Аномалии, минут через пятнадцать-двадцать высадят бойцов, еще с полчаса накинем на активацию и сосредочение спеков в зоне операции… ну а там уже наш черед. Бросок на максимальной скорости к ратуше, высадка – крайне желательно, прямо у центрального входа, или вообще на крыше… а дальше как пойдет – на этом этапе проработанный план заканчивался. По причине банальной нехватки информации.

В качестве транспорта для основной группы Бранка снова определила специально подготовленный катер, тот самый, без доступа к вычислительной технике. Впрочем, на сей раз мне было абсолютно плевать: Зевс уже вовсю хозяйничал в корабельной сети. Правда, так и не сумел докопаться до места происхождения – в документации оно не упоминалось, а производителей отдельных модулей и систем судна установить не удалось. Во всех ведомостях и инструкциях так и было написано: то-то и то-то, функция такая-то, и прочерк вместо завода-изготовителя. Зато софт в большинстве своем обычный, хоть и сборная солянка – даже кое-что из загашника родной Корпорации нашлось. Покупные ведомости интендантской службы также порадовали множеством знакомых логотипов – экипаж корабля отметился как минимум в трех Корпоративных мирах, включая Новый Оймякон, и десятке высокоразвитых Колоний. До личных дел членов команды (кроме, естественно, клонированных десантников) Зевс тоже добрался. Но и тут неведомые покровители Бранки де Гроот подготовились на славу: сброд с десятка Колоний с тщательно прописанными биографиями, копиями дипломов и медицинских карт, плюс комплект документов с текущим статусом «активны» с Дальних Лун. И тут одно из двух: либо Бранка спецагент какой-то Корпорации, не исключено что и нашей, либо земной шпион. Вероятность, как в том анекдоте, пятьдесят на пятьдесят. В общем, самой главной уликой против девушки служили клоны и оборудование для их воспроизводства. Но даже с этой стороны она себя обезопасила – в недрах серверов хранился комплект из десяти личностей среднестатистических наемников, как раз по численности минимальной десантной команды. А больше и не нужно – вряд ли она шарилась по относительно цивилизованным местам с группой поддержки больше той самой десятки. Почему так решил? Да сами посудите: вряд ли кому-то понравится, если к нему домой заявится организованная вооруженная группа даже в десяток рыл. Можно, конечно, через те же Корпоративные транзитные станции провести и больше, гораздо больше, но… в бумажках утонешь. Согласований будет мама не горюй. Вот и выходит, что больше десятка не нужно. Так что и с этой стороны для меня полный облом. Остается лишь сидеть и морщить ум, как этот процесс кэп Иванов называет.

…сидеть, да. В данный конкретный момент заняться мне решительно нечем – кукование в примитивной лежанке увлекательным делом ну никак не назовешь. Равно как и отслеживание неподвижной точки, символизирующей наш катер на трекере, выведенном Зевсом на «наглазный» дисплей. Большего от него добиться не удалось. Даже картинки из-за борта нет по причине отсутствия доступа к оптическим приборам. Можно, конечно, в иллюминатор выглянуть, но смысл?.. Вот и маюсь бездельем. Бранка хотя бы с «номерными» из штурмовых команд переговаривается, контролируя процесс, а Мак по извечной своей привычке дрыхнет в кресле, откинув спинку. Бадди похрапывает на соседней сидушке, Васька урчит у меня на коленках – а вы бы не урчали, если бы вас поглаживали по холке? Вот и он тоже.

Впрочем, поглаживал я его с сугубо практической целью – в процессе немудреной ласки Зевс уже «засеял» кошака новой колонией функциональных единиц. Я сначала воспротивился, но искин заверил, что пока непосредственной опасности со стороны четвертой силы не было, вирусная активность приемлемая, а вот оставлять непоседливого котейку без контроля очень неосмотрительно – мало ли куда ему приспичит залезть? Не сейчас, конечно, а когда в ратушу вломимся. Дайс Дружком аналогичный фокус провернуть не помешает. С этим я спорить не стал, но отложил на потом – слишком уж подозрительно моя любвеобильность выглядела со стороны. Как бы Бранка чего не сообразила. А так, глядишь, снова Ваську приласкать вздумает, а мы момент поймаем. Ну, постараемся…

«Зевс, с капитаном связался?»

«Ответ положительный».

«Ну и как ему?»

«Сказал очень занятная конструкция».

«И все?»

«Ответ положительный».

Ага, значит, ничего такого, с чем бы наш рейдер не справился. Это хорошая новость, одна из немногих за последнее время.

«А сам как думаешь?»

«Я просчитал кое-что, построил несколько моделей… ты, Денис, скорее всего прав – „Пытливый" часть модульной конструкции. Причем модуль универсальный, я как минимум десяток рациональных конфигураций с разным их количеством скомпоновал».

«И все?»

Ну давай, признавайся, что тебе тоже интуиция подсказывает…

«Есть одна особенность, помимо формы корпуса и направляющих на „днище", – не стал играть в молчанку Зевс. – Я обнаружил несоответствие между энергозапасом и вооружением. Понимаешь, для такого размера и такой энергоустановки, пусть и сдвоенной, у него слишком много потребителей. Поднял кое-какую документацию, что-то проэкстраполировал с „Молнии"… короче, получается следующее: при полностью заряженных накопителях „Пытливый" способен совершить один длинный прыжок или пять короткой и средней дальности, потом придется ждать около трех стандартных суток, пока реакторы зарядят батареи до уровня, достаточного для короткого прыжка. Полная зарядка занимает чуть больше недели. При этом, естественно, расходуется реакторное топливо. Можно, конечно, подзарядиться на станциях, это гораздо быстрее, но далеко не всегда эта услуга доступна. Но не это главное. Недоумение у меня вызвал тот факт, что гаусс-пушки, пусковые установки противокорабельных ракет и даже турели ближнего боя, тоже гауссовки, кстати, запитаны от тех же батарей. И силовой щит. И система жизнеобеспечения. Впрочем, потребности всех перечисленных потребителей, кроме орудий главного калибра и щита, не превышают пяти процентов энергозапаса в сутки. А знаешь, сколько съедает один выстрел из большого гаусса? От двух с половиной до пяти процентов энергозапаса! А щит жрет по два процента в час на минимальной мощности! Ты улавливаешь, к чему я веду?»

Да улавливаю, улавливаю. Слишком малый запас хода на полном заряде накопителей. И слишком долго пополнять энергию за счет реакторов, которые, хоть и термоядерные, жрут топливо, причем довольно специфическое, не на всякой станции такое найдешь. Я это к чему? Простое сравнение: у нашей «Молнии» накопителей хватает на десяток коротких прыжков, пять средних или два сверхдальних. И подзарядиться от радиационного излучения ближайшей звезды можно буквально за пару суток. И то нам порой в пути приходится проводить месяц и больше, пока до клиента доберемся. А экипаж «Пытливого», по сути, постоянно вынужден делать непростой выбор: либо лететь относительно далеко, оказываясь в конце пути почти безоружными, либо сохранять запас энергии на случай боестолкновения, но тратить еще больше времени на перелеты. С одной стороны, в Колониальном союзе войн, по крайней мере, космических, нет – конфликты чаще всего носят локальный характер и протекают на поверхностях планет. С другой – зачем столько оружия, если не собираешься им пользоваться? А раз собираешься, значит, априори кругом враги, и ни один нормальный военный не позволит себе остаться, фигурально выражаясь, с голой задницей перед очевидной угрозой. То есть при всей своей универсальности кораблик Бранки для индивидуальной эксплуатации нормальным Оружейником не подходит, как ущербный по своей сути. А вот если предположить, что он действует в тесной связке с другими, а если еще у других и специализация ярче выражена – например, вспомогательный модуль для генерации щита, или чисто прыжковый, или артиллерийский… вот тут уже можно много до чего дофантазироваться. Вполне себе жизнеспособная концепция: вместо того, чтобы гонять целый флот, перемещается и воюет единый комплекс, в сборе представляющий собой полноценную космическую крепость, но при необходимости способную разделиться на рой модулей. Универсальность, универсальность и еще раз универсальность. Плюс дешевизна и простота боевого управления. Я бы даже сказал, оптимальное решение для вторжения в отдельно взятую Систему. Нет риска растерять половину вымпелов по пути, на выходе мощные оборонительные возможности, да и силы собраны в кулак, а когда оборона проломлена, и вспомогательный флот готов – хочешь, по Системе защитников гоняй, хочешь, десант высаживай. Ч-черт, и ведь снова концепция отлично вписывается в папенькину конспирологическую теорию! Хоть вой, блин! А доказательств по-прежнему никаких, одни косвенные признаки да догадки, которые к делу не пришьешь.

«Про модульность кэпу рассказал?»

«Естественно».

«И?..»

«Сказал, не наша забота».

Ну и отлично. Значит, у Иванова есть план. Теперь главное нам с Маком здесь, на шарике, не налажать.

«Зевс, передай Алиске, чтобы была готова к экстренной эвакуации». «Принял».

«Она вообще где сейчас?»

«На „Молнии"».

«Пусть берет посадочный модуль и выдвигается к Элве. В идеале чтоб была на геостационаре прямо над Аномалией. Пары часов ей хватит?»

«Ответ положительный. А зачем именно посадочный модуль?»

«Предчувствие нехорошее. Хотелось бы иметь под рукой посудину покрепче».

Всем хорош катер Таюки, причем безо всяких придирок. Но именно что хорош. Нам же, боюсь, потребуется что-то отличное, типа рейдера Архонтов. А поскольку гонять «Молнию» почем зря бессмысленно – не тот масштаб, далеко не тот – то посадочный модуль, выполненный по аналогичной с материнским кораблем технологии, будет оптимальным решением. Катер, по сути, компромисс, как и любое универсальное транспортное средство. То есть ни нашим, ни вашим – и в атмосфере не самый скоростной и маневренный, и в космическом пространстве та же проблема. Совсем другое дело посадочный модуль с изменяемой в широчайших пределах геометрией корпуса. Мне на нем всего пару раз покататься удалось, напросился, пока Эли управление осваивала… и, доложу я вам, впечатлений – море! Пока в космосе – сфера, в которой в любой точке может быть сформировано сопло маневрового двигателя. Который, по факту, ровно один – почти в геометрическом центре. Зато реактивную струю можно направить куда угодно. Маршевый движок тоже один, причем фотонный. А при входе в атмосферу модуль принимает идеальную аэродинамическую форму и отращивает плоскости, которые гнутся в любом месте и в любом направлении – ни подкрылков, ни элеронов не нужно. Аналогично с хвостовым оперением. На словах громоздко и уныло, на деле же… я когда впервые наблюдал за метаморфозой модуля из кабины, даже выдыхал через раз. А гравикомпенсаторы? Сказка же! При самых дичайших маневрах с убийственными ускорениями даже к креслу не прижимает! Но, как известно, за все нужно платить. В случае нашего посадочного модуля цена – специфическое управление. Исключительно посредством нейроинтерфейса, который далеко не каждому человеческому существу подходит. На наше счастье, Алиска оказалась с ним совместима, к тому же обладала достаточным навыком самоконтроля, обретенным в бытность Рэй на славной планете Нимойя. А как иначе, когда против тебя весь мир? Жить захочешь, не только дисциплине научишься. Да, еще нехилые психологические нагрузки, но и с ними Алиска шутя справлялась – опять же, в силу специфического опыта. Но и ей больше четырех часов кряду управлять модулем не удавалось, накапливалось напряжение, и сильно снижался самоконтроль. И тем не менее нам с пилотом повезло. Это даже кэп признал через какое-то время. Раньше-то мы модулем и не пользовались толком, поскольку не капитанское это дело, а покойный Энди Чан, предшественник Элисон, с нейроинтерфейсом не дружил. То ли дело сейчас!..

В общем, присутствие Эли на геостационаре не помешает. По крайней мере я себя буду гораздо увереннее чувствовать, зная, что есть возможность сделать ноги. А то, что авантюра наша может затянуться, вовсе не показатель – висение на стационаре отнюдь не то же самое, что активное маневрирование. В таком режиме и сутки можно продержаться, если не больше.

Так, с этим разобрались… что еще интересного было? Да почти ничего – Бранка обещание насчет десяти минут на подготовку не сдержала, выделила целых двадцать. И все равно давненько мне в таком темпе не приходилось водные процедуры принимать. Ладно хоть, санузел навестить успел. Сухпай жевал уже по пути, заодно накормив питомцев. А то, что они салон катера уделали, уже не мои проблемы. Хотели – получили. К тому же Бранка была так занята координацией групп, что не обратила внимания на резко изменившееся поведение животных: лишившись колоний функциональных единиц и, соответственно, зевсовой указующей длани с электрошокером, Васька принялся своевольничать напропалую, а Бадди прикинулся шлангом и реагировал на команды со второго раза, а иногда и с третьего. Да еще и голос повышать приходилось. Но это фиг с ним, у девицы слишком мало информации для анализа, она же не наблюдала наших питомцев в быту, так что и сравнить особо не с чем. А уж на месте я их приструню. Собственно, кота уже. А пес пусть пока дрыхнет, так хотя бы слюней меньше пускает.

Бранка… вот не давала мне эта девица покоя! Слишком уж противоречивая. То опытная жесткая руководительница, то упрямая и своевольная самодурша. А то и рассеянная до легкомыслия девчонка. И почти всегда с мертвыми глазами. Вроде бы только привыкнешь, приспособишься – и тут раз! – очередной разрыв шаблона. Вот как бы я поступил, если бы у меня на глазах мой подчиненный превратился в мерзкую слизь? Наверное, забил бы тревогу и как минимум озадачил научный персонал изучением феномена – ну, пробы почвы… тьфу, аморфеума! – взял бы, видеозаписи скопировал для покадрового анализа, улики там всякие поискал… а она даже тот факт, что на обратном пути нам не попалось ни единого предмета гардероба сгинувшего «седьмого», самым возмутительным образом проигнорировала! Я, конечно, попробовал ей намекнуть, но она только отмахнулась, мол, некогда. А ведь я даже точные места мог найти, где амуниция валялась – Зевс писал все в режиме реального времени, и привязать кадры видео к координатной сетке труда для него не составляло. Хотя бы в аморфеуме порыться попробовали, вдруг бы чего нашли? Хорошо, если шмотье попросту в нем утонуло. А если нет? Если тоже растворилось? В принципе, и фиг бы с ним… если бы не одно «но»: почему аморфеум раньше ничего не растворял, а тут вдруг начал? Как говорится, никогда такого не было, и вот опять! А что, если он и палатки вот так же… разъест? А потом и за «Пытливый» примется? Ясно, что все это лишь спекуляции… но так в том и смысл! Не проверишь, не узнаешь. А не узнаешь, не сможешь адекватно среагировать на опасность. Ну да ладно, мне с ней детей не крестить. Да и Бранкин корабль меня мало волнует – «Молния» далеко. Крепкий у нас с Маком тыл, как бы я на старперов-оппозиционеров не ворчал…

«Здравая мысль, Денис».

«Какая именно?»

«Насчет исчезнувшей амуниции. Особенно в свете рассказа той же Бранки. Того, про сканер, репликатор и оцифровку».

«Она же про особые зоны рассказывала?»

«А ты можешь дать гарантию, что местный искин – ты же не будешь оспаривать его наличие? – не способен эту самую зону создать? В любом удобном для него месте? Тут вся планета одинаковая, чем особая зона может от остальной территории отличаться?»

Хм… это было бы совсем хреново… но в то же время логично. И нечто похожее я уже видел, на приснопамятном Объекте-357. Артурка бахвалился, что у Брахни все поверхности являются интерактивными и пульт или дисплей можно вырастить на любой более-менее плоской стене. Или на полу. А при желании и на потолке. С другой стороны, никакого технологического оборудования (за исключением «пирамидок») мы так и не обнаружили. Опять же, если я прав, то какова интенсивность процесса? «Седьмой», по всему судя, весь остаток ночи продержался… да и в мерзкие сопли превратился только когда Зевс команду на самоликвидацию нанов отдал… это что-то должно означать, я полагаю?..

«Скорее всего, именно она и послужила триггером».

«Обоснуй».

«Я думаю, „седьмой" был уничтожен случайно. Когда я сгенерировал команду высшего приоритета, наны начали сопротивляться. Мои наны, Денис! Для которых я программное обеспечение разрабатывал с нуля! И способ уничтожения подобрал оптимальный – разрыв связей между отдельными структурными единицами. Как ты знаешь, нанобот довольно сложное устройство, но из-за размеров структурная целостность обуславливается электрическим взаимодействием отдельных „кирпичиков". И если заряд обнулить… как тот же конденсатор, за счет разряда в окружающую среду, то и связи распадутся. Почти как электрошок, каким я Васькой управляю. В результате наны превращаются в мелкодисперсный порошок, абсолютно безвредный для организма, который постепенно выводится из него в виде шлаков. Но сегодня команда не сработала: едва запустился процесс разрядки, как поступил обратный приказ. Я снова активировал самоуничтожение… но мне снова помешали. И так раз за разом. Представь, что с нанами творилось. В какой-то момент я все же подавил сопротивление, наны самоуничтожились… но запустилась цепная реакция в клетках организма-носителя. Это все, конечно, очень грубо и приблизительно, физику процесса, если хочешь, я тебе растолкую…»

Вот уж чего даром не надо!.. Обошлось без большого бабаха, и ладно.

«…резюмируя: вряд ли это «сканер» из рассказа Бранки, Денис. Но вот насчет пропавшей амуниции я не уверен».

Интересно, а через аморфеум заряд можно поглотить?.. До такой степени, чтобы у молекул полюса обнулились?..

«За счет разряда вряд ли. Можно чем-нибудь заполнить валентные связи, и получится аналогичный результат. С металлами чуть сложнее, там атомы в узлах кристаллической решетки. Но принцип тот же…»

Ну да…что мешает частицам аморфеума задать, к примеру, свойства кислоты?.. Или вообще разных, для каждого компонента снаряги?..

«Достаточно жизнеспособная гипотеза, Денис».

Рад слышать… а вот все остальное можно описать одним не очень приличным словом. Сколько местному искину может понадобиться времени, чтобы разобрать на отдельные молекулы и атомы весь лагерь гостей, включая «Пытливый»? Смотря какая кислота, конечно. Что-то мне подсказывает, что не настолько быстро, как снарягу «седьмого». Если, конечно, угроза реальна. Возможно, это всего лишь наши с Зевсом чисто умозрительные подозрения. Некий закон мерфологии, как раз касательно гипотез, я уже неоднократно упоминал, так что повторяться не вижу смысла. Но и нагнетать, выдумывая всякое, тоже не дело. Вот ведь блин!..

И подумать, как назло, больше не о чем! Все перебрал. Не планировать же, в самом деле, штурм предположительно ратуши предположительно оцифрованных предположительно колонистов? Заметили, сколько раз тут это самое «предположительно» прозвучало? Вот то-то и оно… у-а-а-а!.. Челюсть сейчас выверну…

– …Макдугал, подъем!!! И ты, Денис, оторвись от кота! Начали!

Тьфу! Это когда я задремать умудрился?! Не, до конца все-таки не вырубился, грезил, что называется, наяву, да котейку наглаживал. Потому Бранка и не прошлась по мне язвительно, хотя наверняка бы воспользовалась шансом. Кстати, вот и удобный случай…

– Бадди, чувачок, просыпайся. – Я аккуратно шлепнул ладонью по откляченному заду питомца, намеренно удержав ее на мгновение на месте. – Работать пора.

– Вуф?..

– Да проснулся я, маленькое чудовище! – возмутился Гленн, у которого сна уже не было ни в одном глазу. – Владейте мною, мадам!

– Мадемуазель! – холодно отрезала девушка, смерив Мака мертвым взглядом. Того аж передернуло, болезного. И ведь фиг угадаешь – то ли спросонок, то ли специально эмоции продемонстрировал. Психоаналитик-практик хренов. – До зоны высадки полторы минуты. Отсчет пошел.

Ну вот и все. Думать теперь не только не нужно, но и откровенно вредно. Да и времени на это нет. Захлопнуть забрало, перевесить «калаш» по-боевому, отстегнуться, загнать Василия в карман на рюкзаке… вроде готов. Да, перчатки еще натянуть…

«Зевс, успел?»

«Объект „Дружок" под контролем. Численность колонии функциональных единиц оптимальна».

«Все, цепляй его к Маку».

«Принял».

А чего? Разделение труда. Я кота контролирую, а напарник псину. С Бадди, между прочим, куда проще. Он и крупнее, и не столь ловкий, как Васька. А еще куда менее своевольный. Он Мака под настроение даже без нанов слушается.

– Как там «номерные»? – поинтересовался я, пока тикали последние секунды отсчета. И снова от безделья: точка на трекере сдвинулась с места и довольно шустро перемещалась, но все равно интересного пока было мало. – Справляются?

– Более чем, – кивнула Бранка. – Спеки почти со всего городка сбежались.

– Сбежались? – прищурился я.

– По большей части, – подтвердила девица. – С прошлого раза много осталось, и это хорошо. Но наверняка и свежих сколько-то синтезировали.

Синтезировали. Точно. Очень хорошее слово. И на редкость выразительное.

– А с чего ты решила, что много оставшихся – хорошо?

– Да они заморенными какими-то становятся, причем чем дальше, тем больше, – пояснила Бранка. – Такое впечатление, что от голода и жажды слабеют.

– Занятно… и на фига так ресурсы разбазаривать? Не проще снова, э-э-э, переработать?

– Значит, не проще, – пожала плечами девушка. – Или кукловодам просто плевать.

Ага, совсем как тебе на «номерных»…

– Долго продержатся?

– Минут десять-пятнадцать должны.

И снова абсолютно пустые глаза. Такое впечатление, что не о безвозвратных потерях речь идет – между прочим, двух дюжин человек! – а про какое-то сырье, расходный материал, которого в котел с ведьминым зельем нужно отсыпать строго определенное количество. Потом тщательно перемешать, и при необходимости добавить еще. Блин, а может она сама клон? Или хотя бы генно-модифицированный организм?..

«Версию с нейролингвистическим программированием ты в расчет не принимаешь?»

Да ладно прикалываться! Промывка мозгов, ага. И вообще, не до тебя, Зевс. Мне сейчас бы в схемку на трекере пялиться, а я тут на болтливого искина отвлекаюсь… не, вроде правильно прилетели.

– На исходной! – объявила Бранка, прислушавшись к бормотанию динамика в шлеме. – Десять секунд до десантирования! Собрались, парни!

А мы че, мы всегда…

– Пять! Готовность! Четыре!.. Три!..

А потряхивает… не, это катер вибрирует. А я уже испугался, думал, нервы… а еще, оказывается, механический фиксатор люка, который как раз сейчас девушка силилась разблокировать, громко скрипит…

– Ходу, ходу, ходу!..

Стремно-то как… ведь если бы не паранойя Бранки, была бы у нас картинка с курсовой камеры, и мы бы имели хотя бы приблизительное представление, что там да как. Или хотя бы Ваську первым надо было пустить… на Бадди особой надежды нет… но вместо всего этого пришлось просто выпрыгнуть из десантного отсека.

Как выяснилось, катер довольно быстро скользил в полуметре над какой-то плоской поверхностью, после аморфеума непривычно толкнувшейся в ноги при приземлении… к тому же еще и в кувырок уйти пришлось, чтобы погасить энергию удара. Умудрившись в процессе не придавить кота, что характерно. И лишь застыв в позиции «на одном колене» со вскинутым автоматом, я сумел осмотреться. К этому моменту Мак уже раскорячился чуть впереди меня в стрелковой стойке с «калашом» на изготовку, у его ног обиженно встряхивался Бадди (наверняка Гленн его за шкирку за борт вышвырнул) а Бранка как раз выпрыгивала из десантного отсека. Весьма ловко, между прочим, продемонстрировав недюжинные боевые умения и умудрившись выйти из кувырка почти у самой стены, обрывавшейся круто вниз. Не, парапет, конечно, был, но больше для смеха, так что препятствием для суицидника он бы точно не стал. Катер же, избавившись от пассажиров, усвистел по прежней траектории, сразу же набрав высоту. Этот момент, кстати, мы тоже заранее обговорили – высадка с ходу, чтобы не привлекать лишнего внимания. Местные обитатели, как мы уже имели возможность убедиться, тщательно отслеживали все перемещения по воздуху. Собственно, как раз на этом и был основан план по отвлечению внимания. Наш же катер, завершив текущую миссию, должен был убраться за пределы Аномалии и ждать запроса на эвакуацию. Стремный момент, согласен. Но по-другому вообще не срасталось. Мак заикнулся было про «тойоту» и некий условно положительный опыт, но был моментально поднят на смех непреклонной девицей – хрен ли ваш опыт, если вы в первом же населенном пункте огребли неприятностей на задницы и прочие части тел? Ах, в засаду попали? А, по моей вине? Ну-ну… спасибо бы лучше сказали, что не удалось поглубже сунуться. Вот там бы уж точно хлебнули… поверьте уже моему опыту. Поверили, куда деваться. Но соломки все-таки подстелили – зря я, что ли, напряг Зевса на предмет вызвать Алиску в посадочном модуле? Хотелось бы, конечно, чтобы не пригодилась подстраховка… но, как гласит производная от закона Мерфи имени некоего Нагга, чем сложнее и грандиознее план, тем больше шансов, что он провалится. Нет, наш текущий не назовешь ни сложным, ни грандиозным, но он ведь часть чего-то большего (поскольку, как подсказывает все та же мерфология, все – система), и вот как раз оно, это большее, скорее всего, под действие закона и подпадает. И порвется как раз там, где тонко. А тонко именно здесь и сейчас, поскольку работаем по факту вслепую. В общем, остается лишь следовать главному правилу лаборантов: когда не знаешь, что именно ты делаешь, делай это тщательно. И уж если совсем начистоту, то это наш с Маком девиз по жизни.

Бранка тем временем отбежала подальше от края, направляясь к характерной будке пожарного выхода – ну, знаете, всегда такие торчат на плоских крышах высоток типа «свечка», а то и несколько. Плюс выходы воздуховодов, но они нас интересовали мало – через вентилятор лезть удовольствие сомнительное. Проще воспользоваться дверью и относительно удобной лестницей. Ноги стереть не успеем – «свечка» на холме не особо большая, этажей пятнадцать…

«Семнадцать плюс технический».

…спасибо, Зевс, ты очень помог. Восемнадцать этажей. Это где-то вполовину ниже «пирамиды», то есть о масштабах представление можно получить. Стандартный этаж около трех метров, то есть высотка чуть за пятьдесят, ну а «пирамида» почти сто, плюс ширина основания такая же. «Свечка» поскромнее – двадцать на тридцать примерно. И тут неувязочка: при внимательном изучении выяснилось, что холм, на котором колонисты возвели ратушу – пологий и невысокий, максимум полста метров. По ширине нормально, даже с запасом, а вот вверх… тут одно из двух: или «пирамиду» сильно укоротили, или попросту утопили в грунте. Если она изначально в ложбинке не располагалась. Но теперь и не проверишь. Ладно, хорош «заклепками» развлекаться, работать надо…

К стыду своему вынужден признаться, что именно в таких условиях мне действовать как-то не доводилось. В принципе, со времен Исхода в жилищном строительстве, особенно типовом, мало что изменилось – зачем ломать то, что и так работает? Материалы получше, коммуникации ненадежнее, электронику еще тычем везде, где нужно, и особенно где не нужно. А так все по-прежнему: стандартные планировки, стандартные габариты – человек же как вид не меняется… ну и зачем в таком случае извращаться с формой и размерами ступенек, или, к примеру, шириной дверных проемов? Да и с планировкой у предков все нормально было, равно как и с эргономикой и промышленным дизайном. Короче, даже у нас на Новом Оймяконе таких вот «свечек» пруд пруди, естественно, с поправкой на климат – тут в основном стекло и бетон, а у нас в ходу больше всяких утеплителей и изоляторов. Что самое смешное, на той же стеклянно-бетонной основе. И как-то так вышло, что ни разу я на крыши таких вот многоэтажек и не выбирался. Не довелось, ага. Даже в веселую студенческую пору. Хорошо хоть, схема есть – Зевс любезно предоставил. А вот Гленн, такое впечатление, себя как рыба в воде чувствовал – скользнув мимолетным взглядом по нехилой такой площади, богатой на укрытия, он радостно осклабился, окликнул Бадди и рванул за Бранкой. Та уже подобралась вплотную к будке «пожарки» и с нетерпением на нас косилась. Мне же было отменно неуютно. Ну вот как можно быть настолько легкомысленными? А если сейчас из-за всех этих кубов, забранных в листовой пластик, спеки полезут? Что делать-то будем?.. Хотя вряд ли, Бадди бы их учуял. Еще со вчерашней заварушки запах запомнил. Черт, но разделяться все равно не вариант, а я один, как перст… бегом, Дениска! Бегом, бегом, бегом!.. Помнишь, как тренер дядя Коля подбадривал?..

– Мак!..

Нет, у двери задержались, даже Бадди на задницу плюхнулся… а я уж было подумал, придется на лестнице догонять. Ага, заперто. Причина банальна, как и в большинстве случаев.

– Чего встали?

– Тебя ждем, Дениска.

– Сами открыть не можете? – делано изумился я. – А, Мак?..

– Не зови меня Маком, Дэнни-бой, – осклабился Макдугал. – Зови меня Джон Макклейн. Хотя мелковат домишко против Накатоми-плаза.

– Это он о чем? – удивилась Бранка.

– Не обращай внимания, – отмахнулся я, проигнорировав подмигивающего Гленна. – Что тут у нас?

– Замок, – хмыкнул Мак.

Дурачиться ему уже надоело, дверь внимания не привлекла, так что он контролировал тыл и левый фланг. Правым же озаботилась девушка.

– Спасибо, кэп! – вернул я ему любезность. – Что-то пульта не видно…

– А нету, – обломала меня Бранка. – Механический.

– Да ладно?!

Ну а чего? Мое удивление понять можно, сейчас куда больше магнитные запоры распространены. По крайней мере, в относительно цивилизованных местах – Корпоративных мирах и Колониях уж точно. Заштампованное мышление оно такое. Особенно когда хочется верить во что-то конкретное. Например, есть электричество – есть и поле для деятельности нам с Зевсом. А тут очередной облом-с… н-да, не зря преподы в универе предупреждали как раз о таких случаях.

– Ну и что делать?..

Вопрос на некоторое время завис в воздухе, потом Мак глумливо буркнул:

– Ну, ты же инженер-аналитик, тебе и карты в руки.

Бранка же и вовсе иронично прищурилась, дескать, интересно-интересно…

Ну и ладно, сами напросились. Изобразив для вида скульптурную композицию «Денис Смальков, изучающий запертую дверь», я на всякий случай толкнул створку и даже подергал ручку, но вполне ожидаемо результата не достиг. Потом демонстративно пожал плечами, шагнул назад, вскинул автомат, с удовольствием полюбовавшись вытянувшимися физиономиями соратников… и от души врезал по двери ногой. Удар пришелся аккурат в район замка, да к тому же я переоценил прочность конструкции, так что результат превзошел все ожидания: створка не просто распахнулась, а еще и по стене долбанула. Естественно, тут же вернувшись в исходное положение – сунувшийся было в щель Бадди едва успел притормозить. Тем не менее дело было сделано – за ту долю секунды, что оказалась в моем распоряжении, я успел разглядеть абсолютно пустую (если не считать толстенного слоя пыли) лестницу. Все ясно. Домик не чета наглухо закупоренным постройкам из памятного городишки, этим зданием довольно долго и активно пользовались, герметичность нарушена десятилетия назад. Оттого и пропылилось все насквозь. Зато сразу видно, что сейчас место заброшено – следов-то нет.

– Да чтоб тебя, Смальков!!!

– Вуф!

– Дэн, блин!

– Чего? – с самым невинным видом оглянулся я.

– А!.. – махнул рукой Гленн.

Он уже включился в работу, то есть попросту оттер меня от прохода и скользнул на лестничную площадку, аккуратно придержав дверь перед Бадди. Пес как мячик скакал по ступенькам, забавно подергивая задом и взбивая облака пыли, но, судя по спокойствию и отсутствию фирменного «Р-р-р-р!..», никого не чуял. Дождавшись, когда питомец достигнет лестничной клетки между пролетами, Мак аккуратно двинулся вниз. Как всегда в такие моменты, он превратился в идеальную боевую машину – собранную, внимательную и безжалостную. Автомат у плеча, взгляд сопровождается движением ствола, ноздри трепещут – такое впечатление, что тоже воздух нюхает, совсем как Бадди. Но вроде все спокойно, вон, рукой манит…

– Пойдем, что ли? – намекнул я Бранке, убедившись, что та за Маком не особо торопится.

– Иди первый, я спину держу.

Конечно-конечно. Спину держит, ага. Скорее конвоирует, чтобы мы ноги не сделали. Нет, в этом она, несомненно, права. Только рано режим параноика включила – пока что нам все еще по пути.

– Как скажешь…

Обычно там, где прошел мистер Макдугал, догоняющим достаются только трупы… ну, или сильно побитые индивидуумы, если мы не в боевых условиях, а, допустим, из кабака прорываемся после молодецкой забавы. Так что я изображать матерого спецназовца не стал и спокойно побрел по лестнице, «калаш», впрочем, далеко не убирая. И темп взял такой, чтобы успевать скользить чуть расфокусированным взглядом прямо по курсу и чуток по сторонам. Проверенная, между прочим, методика – периферийное зрение куда быстрее все необычное улавливает. А у меня еще и Зевс в помощниках. Так что если в этом здании компьютерные терминалы в принципе есть, то найдем обязательно. Хотя конкретно здесь, на пожарной лестнице, сильно вряд ли. Но они обычно длинными не бывают, сейчас уже на технический этаж выберемся… наверное. А Гленн так и уже, если по характерному треску вышибленной двери судить.

…как в воду глядел – поворот, еще один лестничный пролет, и очередная дверь, аккуратно приоткрытая и даже чем-то зафиксированная, дабы самопроизвольно не закрылась. Хм… Мак уже кусок трубы где-то надыбал, которым створку и подпер. Надо же, тут даже мусор в наличии…

– Где они?

Ага, Бранка подоспела.

– Там, – прислушался я к шороху. – Мак, нашел чего?

– Угу! По твоей части, Дэнни-бой.

– Пошли быстрей, тут чисто.

– Уверен? – скептически поджала губы девушка.

– Более чем, Мак в таких делах не халтурит. Идем уже…

Пока мы наверху решали, кто за кем будет присматривать, мастер-рейнджер Макдугал в компании верного Дружка умудрился пересечь половину чердака… э-э-э… ладно, технического уровня, и выйти к лифтовому хозяйству, рядом с которым располагался тамбур основной лестницы, той, что по всем этажам шла. И тут выход был защищен куда серьезнее – дверь выглядела внушительно. Ну а как еще может выглядеть толстенная и тяжелая даже на вид металлическая хреновина? Только так. В общем, дверь энтузиазма не вызывала… в отличие от сенсорной панели магнитного замка. Ух ты мой хороший!.. Зевс, работенка наметилась. Ты готов?..

«Всегда готов».

Вот и славно. Сейчас, только перчатку с правой ладони стяну…

– Похоже, ваш выход, господин Смальков?.. – с надеждой осведомилась Бранка. – Или все еще будешь отнекиваться?

Ох уж эти бабы! Ну вот почему бы просто не признаться, что от любопытства сгораешь? Что тебя, на смех поднимут, что ли?.. Хотя, конечно, поднимем, себе-то можно и не врать… но этого я девушке, естественно, говорить не стал. Просто подмигнул и приложил пятерню к сенсору, уже ощущая в кончиках пальцев знакомое покалывание. Понеслась, как говорится…

Глава 5

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, утро

– Ну, как?!

Какие нетерпеливые! Чуть ли не в один голос, причем не сговариваясь… вот только порадовать, как выяснилось, друзей-соратников особо нечем.

«Зевс?»

«Извини, Денис, эта штука мертвая».

Что, прям вот совсем?!

«Мертвее не бывает».

Н-да. Встряли, получается? Хотя чего-то такого и следовало ожидать. Это в давешней деревеньке домишки до нашего появления стояли нетронутые, я бы даже сказал, девственные, с первозданным вакуумом внутри, вот и сохранились просто идеально. А здесь все восемьдесят с лишним лет чувствовались – пыль, пыль и еще раз пыль, толстенным слоем повсюду, куда ни глянь. И это еще хорошо, что микроорганизмов в воздухе нет, а то бы от плесени не продохнуть было бы. Пробирались бы, как по замшелой дубраве на краю болота. У нас на Новом Оймяконе таких мест навалом… впрочем, и дубы у нас свои, а не земные прототипы, да и болота специфические… ладно, не о том речь.

– Дэн?

Ха, Мака не проведешь! Вдоль и поперек меня изучил за годы совместной жизни. И очень его мое молчание обеспокоило, по голосу слышно. Не ко времени он встревожился, ох не ко времени!

– Похоже, дальше не пройти, – признался я, когда зловещая тишина за моей спиной достигла, так сказать, апогея. – Замок дохлый. Питание отрублено, стационарная батарейка тоже сухая. Запитать механизм просто нечем… извините.

– И что делать?..

Ну наконец-то! И эту железную леди с мертвыми глазами проняло. Приятно, не скрою. Нет, будь она нормальной бабой, а не потенциальным противником, я бы ей, конечно, посочувствовал. Очень уж жалостливо у нее получилось… но в данных конкретных обстоятельствах я предпочел подмигнуть Маку, после чего сделал шаг от двери и принялся ее демонстративно разглядывать.

– Ну, начало хорошее, – включился в развод Гленн.

– В смысле?

– Обычно, когда я не знаю, что делать, я начинаю задавать риторические вопросы, – невозмутимо пояснил тот. – Бывает, что и помогает. Дэнни-бой?..

– Сейчас, – отмахнулся я. Дверь металлическая, такую с наскока не взять. – Попробуем воспользоваться проверенным методом.

Проигнорировав изумленный девичий взгляд, я отошел еще на шаг, подобрался, как перед хорошим пинком, и… решительно шагнул обратно. Подергав ручку, легонько потянул ее на себя, поморщившись от скрипа давно не смазывавшихся петель, и с некоторым усилием сдернул створку с места. Полностью открыть не получилось, заклинила, но и образовавшейся щели было достаточно, чтобы потихоньку протиснуться бойцу в полном боевом снаряжении. Впритык, конечно, но выбирать не приходилось.

– Прошу!

– Спасибо, Дэнни-бой! – оперативно среагировал Мак. – Или дама вперед?

– Как же вы меня достали, придурки!!!

– Эй, эй, успокойся! – успел я придержать девушку за рюкзак. – Доверься профессионалам.

– Это вам-то?!

Ух ты, сколько презрения в голосе! Что ж, придется заняться воспитательной работой.

– Это нам-то, – с серьезным видом кивнул я. – Мак правильно посоветовал: когда не знаешь, что делать, задавай дурацкие вопросы. Могла бы хотя бы поинтересоваться, как я догадался.

– Ну и как?

– Элементарно, Ватсон! – не сдержался Гленн, за что тут же, не отходя от кассы, был вознагражден полным незамутненной ненависти взглядом. Ожила ради такого случая, ага.

– Замок старый, электромагнитный, – пояснил я. – А такие при отключении питания разблокируются. Естественно, предусмотрена и механическая блокировка, но ей, как показывает практика, или пренебрегают, или сознательно не пользуются. Ибо, как гласит мерфология, защита от дурака действительно от дурака защищает. Но исключительно неизобретательного. Чего?..

– Не, ничего, – всхлипнул Мак. – Не смеюсь я.

– Ну и здесь все оказалось точно так же, – продолжил я прерванную мысль. – Дверь на крышу была заперта изнутри, и готов поспорить, что остальные пожарные выходы тоже. Внимание, вопрос: а от кого запирать двери на чердак? Вот и я думаю, что не от кого… открывается внутрь, блокировка – вот, смотрите! – со стороны этажа. То есть можно заблокировать выход с чердака, но нельзя на чердаке закрыться от доступа снизу. Смекаете?

– Нет, не смекаю! – отрезала Бранка. – Раз закрыли дверь на крышу, что мешало закрыть дверь на чердак? Тупо за собой, это же большого труда не составит…

– А она и была закрыта, – с бесконечным терпением в голосе пояснил я. – На магнитный замок. Смысл лишние телодвижения совершать?

– Ну ты же выделываешься! – парировала девушка.

– А у меня есть, перед кем! – не остался я в долгу. – А персоналу, когда он здесь был, нафига это? Так что, думаю, основные двери – меж этажами и в помещениях общего пользования – вряд ли заперты. Вот кабинеты другое дело, можем и не вломиться. Хотя тут уже как повезет. Пошли, что ли?..

По правде говоря, можно было и не устраивать спектакль с «возложением дланей» и офигеванием лицом, типа, ой как трудно! Цените! Зрители у меня сегодня неблагодарные – Мак в курсе моих методов, а потому в игру включился, едва убедившись, что это именно игра, а Бранке на мои псевдопереживания и вовсе плевать – а что, у будущего трупа (это я про себя) есть эмоции? Правда, что ли?.. Ну и ладно. Я и затеял-то это все исключительно с целью дезинформации потенциального противника, чтобы у нее сложилось неверное представление о процессе. Ну и позлить заодно хотел. Раздраженный противник – ошибающийся противник, что нам только на пользу. И, судя по реакции, я в своем начинании преуспел – едва дождавшись сакраментального «пошли», девица решительно оттерла меня от двери, вознамерившись столкнуться с неизвестностью первой. Вот наивная! Даже Бадди в курсе, что так делать нельзя. В боевых, естественно, условиях. И особенно в присутствии мистера Макдугала.

– Так, мальчики и девочки! – Бдительный Мак, подхватив Бранку под локоток, придержал не в меру ретивую союзницу (пока что) и многозначительно помотал головой, мол, без меня ни-ни. – Вперед не лезем, инициативу не проявляем. Во всем слушаемся дядюшку Мака. Что-то у меня предчувствие нехорошее… Бадди?..

Пес, преданно глядя на напарника, пожал плечами – по крайней мере, создалось именно такое впечатление. Но, что характерно, промолчал. Значит, норма.

– Время! – не сдержалась Бранка. – Моих парней надолго не хватит.

– Мы же вроде собирались работать тихо? – вздернул бровь Гленн. – Или план уже поменялся? Дэнни-бой?

– Вроде нет…

– Вот и не кипишуйте! Оба! – Мак, не сводя сверлящего взгляда с девицы, невозмутимо закинул за спину «калаш» и выдернул из кобуры «милашку». – Чем меньше мы производим шума, тем меньше шанс спалиться. Это понятно?

– Более чем! – рыкнула Бранка, смирившись.

Последним доводом, судя по всему, для нее стал глушитель, который Макдугал жестом фокусника извлек чуть ли не из воздуха и принялся невозмутимо накручивать на ствол «беретты».

– Держитесь за мной, – распорядился Мак, подняв пистолет на уровень глаз. – Без команды не стрелять.

Гленн снова превратился в боевого робота – собранного, серьезного и не склонного к шуткам. Вернее, в таком состоянии он признавал лишь один юмор – черный. То есть сначала поражал цель, а потом выяснял, какую именно.

– Сэр, есть, сэр!

– Балбес…

Ха, похоже, кое-кто смирился с неизбежным! Зато изображала непримиримую феминистку. Ну-ну. Мы с Гленном и не таких обламывали.

– Бадди, рядом!

– Вуф!..

– Не спорь, Маку мешать будешь. – Я еще раз приглашающее хлопнул по бедру, подзывая пса. – И под ногами не путайся.

«Зевс?»

«Принял».

Конечно, по уму бы пустить вперед живность – сначала проныру Ваську, потом более основательного Бадди. Но тогда запалимся по полной – если накануне я хоть как-то сумел обосновать наличие питомцев в команде, не афишируя участие Зевса в процессе, то сегодня столь откровенная разумность в действиях животных незамеченной не останется. А зачем давать врагу лишний козырь?..

Дальше двигались именно в таком порядке: Мак на боевом взводе впереди – обшаривая взглядом и пистолетным стволом пространство перед собой, следом мы с Дружком (Васька пригрелся в рюкзаке и бессовестно дрых), и замыкала процессию чем-то недовольная Бранка. Чем именно, я не задумывался. Да и скорее всего по совокупности факторов, по извечной женской привычке. В излишнем неудобстве вундервафли с подствольником она убедилась довольно быстро, и последовала примеру более опытного товарища, то бишь тоже вооружилась пистолетом незнакомой конструкции. В общем, вскоре один я перся с автоматом в руках – на случай острой нужды в огневой поддержке. Ну и позиция у меня самая безопасная, чего уж. Бранкина пушка, к слову, меня живо заинтересовала, так что я умудрился украдкой бросить на нее несколько жадных взглядов, но модель Зевс так и не опознал. Единственное, что сказал с полной определенностью – это не огнестрел. Оч-чень занятно, поскольку эргономика оружия была однозначно заточена под человеческую руку, то бишь не что-то из Наследия. Еще один маленький фактик в копилку.

Лестничный пролет, площадка, еще один – дверь на этаж была не просто не заперта, но еще и гостеприимно распахнута, что насторожило наш авангард до такой степени, что он велел нам подождать, а сам отправился на разведку. Впрочем, много времени она не заняла – тревога оказалась ложной, а коридор девственно чистым. В смысле отсутствия угроз, но отнюдь не пыли, которую мы взбивали на каждом шагу, так что вскоре были вынуждены загерметизировать шлемы и дышать через фильтры. Хуже всего пришлось Бадди – если уж до нас клубы добирались, то что говорить о коротконогой псине? Дружок вообще в густом облаке двигался, время от времени глухо чихая. Еще одна особенность местной природы, кстати – пыль сухая и летучая в силу низкой влажности воздуха.

Верхний этаж здания ничем, кроме гулкого эха в большом конференц-зале, не удивил. Пыли полно, но в остальном относительный порядок – мебель на своих местах, жалюзи на окнах в кабинетах прикрыты, стены без подозрительных пятен. Даже выдранной с корнем проводки или хотя бы розеток не попалось – все чинно и благородно. Такое впечатление, что всем этим богатством пользовались от случая к случаю и бардак наводить просто не успевали. В плане коммуникаций тоже ничего не обломилось: двери в индивидуальные боксы оказались разблокированы по причине банального отсутствия электричества, но и к найденным компьютерам подключиться не удалось по той же причине. Просто мертвые куски «железа», и все. Собственно, можно было попытаться запитать любой из них от компактного энергоблока, каким мы воспользовались для оживления той же «тундры» у Границы, но практического смысла в данном действии мы с Зевсом не усмотрели: центральный-то сервак отключен, равно как и прочие рабочие станции, так что все равно выхода в сеть не будет. Тут подход должен быть прямо противоположный: сначала запитываем сервер, а потом и другие компы. И только в этом случае будет хоть какой-то толк. Пока же приходилось тихонько (ну, по возможности) брести за ведущим в лице Мака, морщась от пыли и с трудом выискивая путь в полутьме – жалюзи свет хоть и пропускали, но не сказать, чтобы очень много. Наше счастье, что кабинеты, расположенные вдоль наружной стены здания, имели сплошное остекление, причем, что характерно, и со стороны коридора тоже. И это помимо основного загрязнителя, клубами висевшего в воздухе после нашего появления. Мне хотя бы Зевс помогал, но вот как Гленн ориентировался – убей, не понимаю. Ноктовизоры, встроенные в шлемы, оказались абсолютно бесполезны ввиду отсутствия источников тепла – даже наши собственные силуэты еле проступали на сером фоне, настолько у боевых костюмов изоляция оказалась качественной. А в конференц-зале и вовсе стояла сплошная темень – кабинеты, так сказать, внутреннего кольца отличались сплошными капитальными стенками.

«Могло быть и хуже».

И в этом Зевс прав. Как представлю, что бы тут творилось, останься на эти восемьдесят лет домик хотя бы в умеренных широтах Нового Оймякона, так плохо становится. Я же уже про плесень говорил? Ну вот. А еще бы уже повсюду неплохой слой гумуса образовался, так что брели бы мы по филиалу владений безумного садовника. Здесь еще ничего, получается.

Кстати, всплыл еще один интересный факт: оказывается, со времен Исхода наша компьютерная техника не претерпела никаких принципиальных изменений. Принципиальных, понимаете? Нет, и дизайн немного изменился, и вычислительные мощности (эти как раз много), и даже размеры… но вот в архитектуре сдвигов явно не было. Я из любопытства вскрыл корпус довольно компактного системника, и Зевс за долю секунды выдал полный расклад – выделил на картинке процессор, оперативную память, винчестер, систему охлаждения и все остальные прибамбасы. Мониторы и переносные терминалы тоже выглядели вполне банально – сплошные сенсоры и ЖК-технологии. Разве что чуть погрубее и погабаритнее современных аналогов. Как вы, Виктор Андреевич, говорите? Стагнация? Ч-черт…

Вот примерно таким мыслям я и предавался, пока занимался важной работой – установкой миниатюрных камер в удобных для наблюдения точках. Эмпирическим путем выяснилось, что достаточно прикрепить по паре на окна центральных кабинетов с каждой стороны здания. Одну, естественно, повыше, почти у верхнего среза, чтобы охват пошире был, а вторую – на открытую форточку, под раму, чтобы смотрела строго вниз. Мертвые зоны, конечно, остались, но минимальные. Даже если под самой стеной из земли спеки полезут, однозначно заметим. Хотя камеры – слишком громко сказано. Микрообъективы на липучках, засеянные колониями нанов. Наше с Зевсом ноу-хау, я их в корабельной мастерской клепал из готовых комплектующих, закупленных в первом попавшемся супермаркете электроники. С одной стороны, хватало таких приблуд часа на четыре чистого времени, с другой – канал связи хрен собьешь, и можно организовать картинку прямо на сетчатке глаза. Чем я и воспользовался незамедлительно для оценки оперативной обстановки. Неведомые строители здания были так любезны, что разместили его на отдельно стоящем холме, так что хрен подберешься незаметно. А у меня еще и Зевс со всеми вычислительными мощностями материнского ядра… короче, ничего подозрительного не высмотрел. Хотя, если вспомнить, как зарождались спеки в той деревушке, здесь всего можно ожидать. Оставалась лишь надежда на ограниченность ресурсов, находящихся в распоряжении «оцифрованных» колонистов, да их же рациональность – нафига тратиться на новых спеков, если еще старые не закончились? Я в том плане, что если нас заметят, есть ненулевая вероятность, что отправят на перехват часть сил, отвлеченных «номерными». И тут уже у нас появляется тоже ненулевая вероятность заметить приближение противника. Короче, мороки не особенно много, а польза очевидна. Бранке, само собой, объяснять ничего не стали, хоть та и косилась на нас подозрительно. Надо, и все тут. Пусть гадает.

Кстати, очередным сюрпризом оказалась девственная чистота рабочих мест – судя по отсутствию хоть каких-то распечаток (или хотя бы следов истлевшей бумаги), наличию идеального порядка и пустых мусорных корзин, естественно, с поправкой на вездесущую пыль, кабинеты по прямому назначению не использовались.

Отчаявшись обнаружить хоть что-то интересное, мы спустились на следующий этаж – снова по лестнице, поскольку лифт также был обесточен. Плана здания у нас не было, но, перебравшись уже на пятнадцатый этаж и пройдя его насквозь, мы убедились, что планировка у здания своеобразная, то бишь одинаковая на всех уровнях: кольцевой коридор по периметру с кабинетами по обеим сторонам, и здоровенный зал с парой проходов в центре. Неведомые строители не заморачивались, что подтверждало мою версию о типовом строительстве – скормили местному сканеру образцы стройматериалов, а репликатору – готовые проекты, и результат налицо. Межэтажных лестниц и лифтов тоже было по два комплекта на уровень. Все предельно просто и функционально. Вот только, судя по полной необитаемости – и не только на данный момент, но и во времена существования Колонии – явно избыточно по количеству. Помнится, переселенцев насчитывалось около десяти тысяч, и всех их запросто можно было бы разместить в центральном поселении. Но нет, еще городков понатыкали по всей Аномалии. На вырост строились? Хм… скорее всего. План-то был заселить всю планету. Со временем, естественно. А для его успешной реализации нужно было плодиться и размножаться. Черт, а ведь если бы сработало, Элва уже наверняка входила в число наиболее развитых Колоний. Глядишь, еще бы и политику Колониального союза диктовала… но не срослось. И очень жаль, между прочим!

Какие-то подвижки наметились лишь на десятом этаже, которого мы достигли минут через двадцать после того, как я эпично расправился с дверью технического уровня. Дошли бы быстрее, но приходилось осторожничать – не хотелось ставить операцию на грань срыва из-за собственной безалаберности. Вот так поленишься прислушаться или аккуратно из-за угла выглянуть, и нарвешься на полном ходу на шального снека. Оно нам надо? Правильно, оно нам не надо. Про Ваську и Бадди я уже объяснял. Потому и поспешали неспеша, в полном соответствии с планом Мака. Ровно до тех пор, пока Бранка не застыла, как вкопанная.

– Что?

– Мы одни.

Все ясно. Кончились «номерные» парни. Массой задавили, как это у снеков принято. Земля пухом, как говорится.

– Ускоряемся?

– Дурак что ли?! – злым шепотом рявкнул Гленн. – Идем, как шли. Тишина наш лучший друг, пора бы уже и запомнить, Дэнни-бой. Все, погнали! Порядок прежний.

Ну да, логично. Если мы спалились, самое время резервы подтянуть к зданию. Или новых бойцов наштамповать. И то, и другое я однозначно замечу. Вернее, не я, а Зевс. Зря, что ли, с видеонаблюдением заморачивались? Пока же все по-прежнему: тишина и благоле…

Мак, как раз в этот момент выглянувший из-за угла, застыл, вскинув левую руку в предостерегающем жесте, и я поспешил прилипнуть спиной к стене, попутно прижав к ней же шедшую чуть позади Бранку. Черт, автомат мешается… придется потерпеть. Бадди припал к полу без команды – Зевс позаботился.

– Что там, Мак?

А чего? Шлемы загерметизированы, можно спокойно общаться по внутренней связи. Мы даже с Бранкой частотой поделились, едва пришлось заморочиться защитой от пыли. Теперь хоть в полный голос песни горлань, если внешние динамики отключены. А у нас отключены, специально проверили.

– Следы.

– Свежие?

– Вроде нет… двинулись потихоньку.

Н-да. Все-таки не зря мистер Макдугал с гордостью носил почетное звание мастера-рейнджера! Только он мог в таких условиях (пыль, полутьма и бесполезный ноктовизор) разглядеть полустершуюся цепочку углублений, выходящую из (или наоборот, входящую?) ничем не примечательного кабинета и тянущуюся по коридору в сторону лестницы. Или лифта – пока еще не ясно. А следы, если присмотреться, и не полустертые вовсе, а сглаженные новым слоем пыли. Ну да, ходил тут кто-то. На двух ногах, в обуви. А больше ничего и не скажешь – давно это было. Не в этом году, и даже не в прошлом.

Мак, как и положено авангарду, первым добравшись до кабинета, в котором брала начало (или заканчивалась) цепочка следов, снова вскинул левую руку (мы послушно замерли), заглянул в распахнутую дверь…

– Мля!!!

«Милашка», следовавшая строго за взглядом Гленна, дернулась, выплюнув пулю, и из глубины кабинета донесся характерный треск расколотого пластика.

Сюрпри-и-из, мать его!!! Но как?! Или это не засада?..

– Что там, Мак?

– Спек… дохлый.

– Теперь дохлый? – заострил я внимание на важном моменте.

– По-прежнему дохлый, – уточнил Гленн. – Это я, хм… от неожиданности.

– Не обделался, болезный? – Опомнившаяся Бранка бесцеремонно отпихнула мою руку, которой я уже по привычке попытался ее придержать, и решительно направилась к кабинету.

Ну а что еще делать? Мне тоже любопытно…

Зрелище оказалось так себе – в офисном кресле, установленном у окна, спиной к нам сидел самый натуральный спек. Я на них насмотрелся достаточно, чтобы ни с кем другим не спутать даже по силуэту, а этот еще и освещен нормально был – судя по всему, перед смертью любовался видом на окрестности, поскольку аккуратно раскрыл жалюзи. Не сложил, что характерно, а развернул полоски горизонтально. Да так и остался наслаждаться зрелищем до скончания веков. Хотя это я загнул, конечно. На наше счастье, пуля «милашки» после глушителя изрядно потеряла в убойной силе, а потому шлем пробила только с затылка, застряв в черепе. Иначе не избежать бы конфуза – звон бьющегося оконного стекла в тишине очень далеко разносится. Но снова повезло, ага. Впрочем, силы удара хватило, чтобы скособочить труп, да и пыль незамедлительно поднялась, изрядно застив глаза, так что разглядеть подробности получилось лишь через пару минут, в течение которых мы напрягали слух в попытке засечь приближение врага. Что характерно, никого не засекли, даже Зевс. А потому слегка расслабились – Мак, к этому моменту досыта налюбовавшийся дохляком, выбрался из кабинета, кивнув на тело, и мы не замедлили воспользоваться предоставленной возможностью.

– Красавец, – заключила Бранка после довольно продолжительного молчания. – Теперь кошмары сниться будут…

Если она и преувеличила, то лишь самую чуточку – я, по привычке ожидая увидеть голый череп, в первый момент чуть не выругался матерно. Нет, я, конечно, видел мумии… на фото и видео в основном, зато в хорошем качестве… но экран гаджета и реальный высохший и скукоженный трупак – вещи о-о-очень разные. В том числе по степени воздействия на психику. А этот еще и при жизни, такое впечатление, скорее скелет напоминал. Н-да. От истощения он помер, что ли? И как проверить? Лапать такое голой рукой как-то не тянет… ну вот почему я до сих пор не изготовил пробники, как Зевс уже неоднократно советовал? Куда уж проще – какая-нибудь полимерная пластинка, на которую перед использованием подсаживаются наны, а потом она приклеивается к исследуемому объекту? Хорошая же вещь, даже для Мака доступная – я полапал, он употребил по прямому назначению… вот ведь блин!..

«Зевс, посмотришь?»

«Почему нет? – «пожал плечами» искин. – Заразы, что ли, боишься?» Черт, и правда туплю. Нет ее на Элве. Нет. Но все равно стремно.

– Денис?..

Ч-черт, умная девочка. Ну а кто бы не удивился, увидев, как я сдернул перчатку и аккуратно (на самом деле от брезгливости) прикоснулся кончиками пальцев к высохшей до состояния пергамента щеке? Я бы, например, еще и помешать бы попытался придурку. Зря, что ли, правила техники безопасности придуманы? Но это, к сожалению, не наш случай. Тут хочешь, не хочешь, а терпи. Хорошо хоть, Зевс заранее нанов сконцентрировал и для «засева» хватило мимолетного контакта. А потом оставалось только ждать, разминая онемевшие от множественных микроразрядов пальцы – мой друг-искин подстраховался. А что, надежный метод. Помнится, именно так на Нимойе он нейтрализовал действие нейротоксина, которым меня накачала некая Кийоко – посредством стрелки с транквилизатором. Тогда даже больнее было.

«Ну, как?»

«Смерть от естественных причин – в первую очередь обезвоживание, во вторую общее истощение».

Не ел и не пил?..

«Ответ положительный».

Ха! Это каким же отмороженным фанатиком нужно быть, чтобы самого себя морить голодом и жаждой?.. Или же перед нами существо, лишенное не только разума, но и основополагающих инстинктов. И впрямь андроид?..

– Что выяснил?

– Он умер от обезвоживания и истощения.

– Похоже, – покивала Бранка. – Бедный… поиграли, и бросили.

Вот это ни фига себе! Это она сейчас кого-то пожалела? Причем, судя по всему, машину, хоть и биологической природы. Своих, значит, клонов не жалко, а тут… что-то не так с этим миром, куда-то не туда он катится. В тартарары, к примеру. Хотя выразилась она занятно.

– Как ты сказала? Поиграли и бросили?

– Угу. Козлы.

– Кто?

– Колонисты, кто же еще!

– Э-э-э…

– А ты думал, я тебе туфту гнала?! – ощерилась девица. – Дениска, ты совсем дурак? Очнись! Против нас играют люди без принципов. И без совести. А еще у них тормозов давно не осталось. Смекаешь? – вернула она мне подначку.

– Смекаю.

А фиг ли отнекиваться? По собственному опыту уже знаю, что самый страшный враг тот, кому нечего терять. А местным, походу, уже точно держаться не за что – все, что могли, про… потеряли, так скажем.

– Эй, голубки, наворковались?

– Заткнись, Макдугал!

– Мак, запускай вперед Бадди, – проигнорировав рык Бранки, велел я напарнику. Все равно уже спалился. – Ваську тоже задействуем. Времени в обрез, нужно торопиться.

На этот довод даже такой умник, как мастер-рейнджер Макдугал, не нашел, что возразить. Да я бы и слушать не стал, поскольку был занят – тащил на свет божий кота. А это та еще задачка, особенно если оный кот совсем не горит желанием покидать уютный карман. Я даже позволил себе ироничную усмешку – какой поворот! Мы с колонистами сейчас очень похожи, нам с Маком тоже терять нечего. Зато вытянувшееся лицо Бранки – бесценно. Хотя я бы тоже, мягко говоря, удивился, узрев решительно и практически бесшумно устремившихся прямо по коридору пса с кошаком. В плотном строю, плечом к плечу, ага. И под чутким руководством Зевса. Впрочем, проявить излишнее любопытство я спутнице не позволил – просто отрицательно помотал головой на ее попытку открыть рот, и выскользнул из кабинета, невесть когда превращенного в склеп.

Дальше дело, как я и предполагал, пошло веселее – спустившись на очередной этаж, мы расходились в противоположные стороны от лестничной площадки: люди направо, питомцы – налево. Можно было, конечно, сразу же рвануть вниз, не отвлекаясь на обыск каждого уровня, но… мы сюда, вообще-то, не ради острых ощущений завалились, а в поисках точки доступа к сети колонистов. То бишь по определению намереваясь заняться поисковыми работами. Другое дело, что никто не ожидал такой подставы – ни на десятом, ни на девятом, ни на следующих двух этажах ничего интересного, помимо еще трех мумий, обнаружить не удалось. Мы добросовестно осмотрели все трупы, но разницы с самым первым не обнаружили – причины смерти аналогичны. Разве что эти находились в самых неожиданных местах: посреди коридора, в центральном брифинг-зале и в одном из кабинетов внутреннего кольца. То бишь эти любованием окрестностями перед кончиной не заморачивались. На охрану тоже не похоже – слишком бессистемно, да и в целом бессмысленно. У меня мелькнула безумная мысль, что спеки перед смертью просто гуляли по зданию, но я ее тут же отмел, как слишком бредовую. Даже для меня, ага. И нигде ни малейшего признака действующих коммуникаций – ни сетевых, ни силовых.

– Походу, нечего здесь ловить, – первым не выдержал Мак. – Давайте спустимся до обитаемых этажей. Этими никто не пользовался.

Вывод был настолько очевиден, что даже Бранка спорить не стала, лишь устало кивнула. Честно говоря, квест затянулся. Мы столько времени шариться в неизвестности никак не планировали. Предполагалось, что вскоре после высадки мы сумеем подключиться к сети, а дальше уже забота Зевса. Забаррикадируемся где-нибудь, да станем ждать, пока искин сетку под себя подгребет. Наивные люди.

Первые признаки кипевшей некогда жизни нашлись лишь на третьем этаже. И здесь мы задержались чуть дольше, чем на нескольких предыдущих. Я даже питомцев подозвал поближе, чтобы из виду не упускать – кто знает, кого по уровню носит? Перестраховался, конечно, но лучше так, чем того же Бадди из какой-нибудь щели выковыривать. Часть кабинетов оказалась обжита, о чем свидетельствовали сдвинутые стулья, по-разному расставленные мониторы и прочая периферия. Даже одежные шкафы кое-где оказались не совсем пустыми – где куртка, где бейсболка, где еще какая-нибудь мелочь. Да и на столах попадались письменные принадлежности, кружки, часы и всякое такое. Блокноты и записные книжки, опять же. Я очень сильно удивился, обнаружив первый – настолько, что машинально его сцапал и принялся листать. И только потом похолодел… но обошлось: бумага и переплет не истлели, как того можно было ожидать. Все время забываю, что на Элве микроорганизмы отсутствуют, да и влажность очень маленькая. Впрочем, от того, что блокнот не рассыпался в бумажную пыль, легче не стало – он был девственно чист. Как и несколько других. Потом попался ежедневник, на треть заполненный зашифрованными пометками. Ну, это Бранка решила, что зашифрованными. Я-то сразу понял, что виной всему отвратный почерк и бессистемные сокращения. Хотя ясно было, что писали по-английски. Но больше всего нас порадовал центральный зал, оказавшийся, судя по многочисленным схемам, графикам и прочим художествам на стенах, вотчиной эмчеэсовцев. Или скорее службы 911, учитывая происхождение колонистов. Самой ценной находкой оказался здоровенный поэтажный план здания, пусть и двумерный. Мак при виде его глубоко задумался, для меня же чтение чертежей проблемы не составляло – зря я, что ли, инженер-аналитик? И такой анахронизм, как черчение на плоскости, в свое время изучал.

– Серверная! – в один голос изрекли мы с Маком, дружно ткнув пальцами в один из этажей в плане.

– Минус первый уровень, – уточнил я на всякий случай.

– Подвал, что ли? – поморщилась Бранка.

– Нижний технический уровень. Подвала как такового здесь нет…

– А это что? – влез Мак. – Лифт в никуда?

Хм… интересно. Лифт есть, а лестницы нет. Надо будет проверить. После серверной, естественно. На том, собственно, и порешили.

Второй этаж миновали быстро, благо ничего интересного на нем не обнаружилось – такое впечатление, что он весь был занят офисами. Некогда запертые на магнитные замки двери сейчас реагировали даже на легкие толчки, сгребая слои пыли с пола, так что мы быстро приспособили к этому делу Бадди – у Васьки тупо массы не хватало, чтобы справиться с тяжелой для него створкой. По результатам осмотра картинка была несколько подкорректирована – мы коллегиальным решением пришли к выводу, что здание забрасывалось постепенно. Скорее всего, в силу естественной убыли персонала. То есть закат Колонии не был мгновенным, агония растянулась на несколько лет. Или месяцев, что более вероятно.

Первый этаж поразил сквозным остеклением (там, где не было несущих конструкций) и отсутствием центрального зала. Вместо него обнаружился здоровенный холл, отделенный от улицы широкими раздвижными дверями – тоже стеклянными, что характерно. Судя по некоторым признакам, окна имели поляризационный слой, как выразился Зевс – «тонировку». Тем не менее, открыто шататься по огромному помещению мы не решились, отдав предпочтение условно скрытному перемещению вдоль задней стены (единственной непрозрачной) в полусогнутом состоянии.

Выручила стойка ресепшен, или как она тут называлась. За ней же таился очередной сюрприз: еще один спек, развалившийся в роскошном кожаном кресле лицом к парадному. Мало того, он еще и ноги на стойку задрал, и сложил руки на груди. Спички в зубах не хватало, разве что. К тому же этот жмурик не поленился снять шлем, который пылился рядом на столешнице. Судя по направлению взгляда, незадолго до смерти он тоже любовался окрестностями, причем предавался этому занятию с чувством, с толком, с расстановкой. Нападения не ожидал, короче.

– Черного копана старой патрульной таратайке не хватает, – со знанием дела заключил Мак, осмотрев труп. – А то бы вообще один в один.

– О чем он? – снова озадачилась Бранка.

– Классику надо знать! – нравоучительно покачал пальцем у ее носа Гленн, но тему развивать не стал. – Пошли в серверную, Дэнни-бой?

– Погнали, – вздохнул я.

Затянувшаяся прогулка по заброшенному, но не обветшавшему зданию произвела на меня гнетущее впечатление – внезапно навалилась тоска, захотелось на свободу, в поле или в лес, вдохнуть полной грудью упоительный воздух, подставить лицо свежему ветерку… мечты, мечты, как вы прекрасны! Только не на Элве.

– Ключи будем брать?

– Магнитные? – ухмыльнулся я через силу.

– Зачем? Вон, натуральные, металлические.

Мак кивком указал на непримечательный застекленный ящик, в котором под слоем пыли угадывались пластинки с затейливой перфорацией. Нет, я, конечно, не ожидал тут обнаружить древние кованые железяки, но и на физические запоры как-то не рассчитывал… хотя должен был задуматься, особенно после двери на чердак.

– И какой из них от серверной?

– Поди знай, – пожал плечами Гленн. – Греби все подряд.

– Не, они по уровням разложены… наш, походу, какой-то из этих, – ткнул я пальцем в нижнюю полку. – Леди, вы с нами?

– А сам-то как думаешь?! – огрызнулась Бранка, но лениво, без огонька.

Тоже, надо полагать, задолбалась по сомнительным местам шастать, вздрагивая от малейшего шороха. И это не шутка и даже не преувеличение – неоднократно уже замечал столь нестандартную для девицы с мертвыми глазами реакцию. Вообще складывалось впечатление, что ее что-то гложет. Или она чего-то опасается. Чего-то, против чего нет защиты. По себе знаю, нет ничего более демотивирующего, нежели ощущение беспомощности. Оно в сто раз хуже ожидания опасности. Изматывает почище физической нагрузки и начисто лишает воли.

– Бери тогда ключи, сколько унесешь.

С этим девушка спорить не стала – Мак нам был нужен в качестве главной ударной силы, а мне в горсть все не поместилось. Так и побрели к задней стене, не забыв подозвать питомцев. Спуск на технический уровень был замаскирован под санузел, который располагался рядом, и, не будучи в курсе касательно особенностей местного дизайна, вполне можно было в него вломиться в поисках «белого друга». Старая, как мир, истина – хочешь что-то спрятать, положи на самом видном месте. На наше счастье, дверь была разблокирована, так что шуметь не пришлось, а внутри это уже не имело особого значения. Да и лестница ничем не поразила – совершенно обычная, в два пролета с площадкой. Темно разве что, пришлось фонари включить. Зато внизу нас ждал сюрприз. Тут, кстати, ключ и пригодился – серверная, в отличие от прочих мест, явно относилась к числу особо охраняемых зон. Отсюда и мощная дверь, скрытая под декоративной панелью, с не менее мощным механическим замком, дублирующим электромагнитный – давно и безнадежно вырубившийся. Здесь отличился Зевс – я не побрезговал дотронуться кончиком пальца до замочной скважины, «мелочь» моментально отсканировала рельеф, а мой друг-искин построил трехмерную модель ключа, которую и сравнил с физическими прототипами. Нам лишь пришлось для пущего удобства рассыпать их по полу в один слой. И, вынужден признать, со стороны это смотрелось весьма эффектно – если судить по реакции Бранки. Я же не переставал мысленно чертыхаться – в отличие от девицы, лично мне устранять свидетеля очень не хотелось. Прямо скажем, как серпом по одному месту.

К нашему вящему удивлению, бронированный люк – никакой другой эпитет не смог бы адекватно описать это монументальное приспособление – открылся без проблем, стоило лишь вставить перфорированную пластинку в прорезь. В недрах стены что-то щелкнуло, скрипнуло, зашипело, и створка чуть выехала из проема, немного приоткрывшись. Дальше пришлось поработать руками – пока Мак контролировал щель, силясь хоть что-то разглядеть в темени коридора, скрытого за дверью, я уперся в люк обеими ладонями и приналег всем телом. Что характерно, не ошибся – дверь поддалась неохотно, такое впечатление, что приходилось преодолевать сопротивление пневматического демпфера. Но в конце концов я справился, распахнув ее до середины – дальше все равно бы не получилось, дверь торцом уперлась в раму. Но и этого нам хватило с лихвой. Заслав на разведку Ваську, мы убедились, что никаких опасностей в коротком – метра три – проходе нет, и только после этого двинулись вперед сами, разгоняя тьму встроенными в шлемы фонарями. Ноктовизоры и тут не действовали, и все по той же причине.

Внутренняя дверь преградой не стала, поскольку представляла собой жалкую пластиковую пародию на монументальный люк, причем с электромагнитным замком, то бишь незапертую. Ее даже выбивать не пришлось – Мак аккуратно повернул ручку и толкнул створку. Ровно настолько, чтобы сумел просочиться Васька. Ну а дальше дело техники – минут пять мы скучали в коридоре, потом Зевс, успевший не только составить план серверной, но и идентифицировать большую часть оборудования – спасибо кошачьим глазам! – дал добро на проникновение. Мак бы не упустил случая скаламбурить на тему двойного этого самого, но присутствие Бранки его остановило. Да оно и к лучшему – иногда мастер-рейнджер Макдугал терял берега и становился невыносим.

Поскольку никого живого – да и мертвого тоже – Зевс при посредничестве Васьки в серверной не обнаружил, честь первым вступить в ее пределы доверили мне. Ну, то есть Мак велел идти вперед, поскольку был в курсе моих возможностей, а Бранка не стала возражать. Скорее всего, в надежде вызнать обо мне еще хоть что-то. Вызнала, ага. Ну а мне-то что? Трехмерная модель есть, к тому же наложенная на реальное помещение, так что и без ноктовизора справился. Более того, безошибочно протопал прямиком к центральной серверной стойке, затерявшейся среди пары десятков аналогичных. Нечто подобное я видел в подвале Хонмару на Нимойе, но были и отличия – там ряды гудящих прямоугольных колонн, переливающихся всеми цветами радуги, здесь – безмолвные угловатые сталагмиты, растущие из кафельного пола. Как среди них Зевс вычислил нужную, я без понятия. Но факт оставался фактом – аккуратно обогнув все встретившиеся препятствия и даже ни разу не споткнувшись о кота, я добрел до стойки и остановился рядом, уставившись на шкаф с прозрачной дверцей. За пыльной мутью угадывались ряды винчестеров, подключенных к здоровенной материнской плате. Ни малейших признаков дисплея или хотя бы разъема для подключения мониторов на стойке не наблюдалось, да и сама она ничем не радовала – даже контрольный диод не светился. Похоже, батарейки, питавшие микросхему БИОС, сдохли.

– Ну и что дальше? – поинтересовался я вслух, ничуть не опасаясь испугать соратников. Их уже, если честно, ничем не удивишь.

«Нужно запитать эту стойку от батареи. „Крокодильчики" с собой?»

«Обижаешь! А уверен, что одной хватит?»

«Более чем. Не забывай, сколько этому барахлу лет».

А ведь верно. От моего компактного энергоблока при желании все здание запитать можно. На пару часов точно хватит. Сервак же и все сутки продержится. А больше нам и не надо… ну-ка, где тут силовой разъем… похоже, придется во внутренности лезть… благо дверца на простой защелке, без ключа. Аккуратно… тихонечко… чтобы «мать», не дай бог, не коротнула… есть!!!

– Да будет свет! – изрек я, зажмурившись.

Поляризация забрала активировалась с запаздыванием, так что пришлось потерпеть. Но оно того стоило – как оказалось, местные серверы тоже отличались нехилой иллюминацией, и после практически кромешной тьмы перемигивание многочисленных светодиодов нехило ударило по глазам.

«Зевс, может, освещение врубим?»

«Погоди пока».

Коротко и неясно. Ну и ладно. Подождем, может, и разбуженного сервера за глаза окажется. В смысле, с него необходимой информацией разживемся, не реанимируя остальные.

«Где лучше лапать?»

«Порт SATA давай засеем».

Хм… тут их десятки. И штук пять еще свободных, без «винтов»…

«Любой пойдет».

Любой так любой… главное, поосторожнее, чтобы не тряхнуло. Не люблю электричество, особенно когда оно через меня протекает. Оч-чень специфические ощущения. Живительный электрошок, мать его.

«Нормально?»

«Процесс активирован. До завершения 00:01:05… 00:01:04…»

Да понял уже…

– Дэн?!

– Минуту!

И ведь даже не соврал, ага…

«Я в системе».

Уже? Что-то подозрительно быстро…

«Денис, мы идем по ложному следу. Это локальная сеть здания, у нее нет выхода на коммуникации всего поселения и тем более других населенных пунктов. Тут, насколько я уяснил, вообще глобальной – в пределах Аномалии, я имею в виду – сети нет».

Облом-с! И что делать?..

«Ищем дальше. Рекомендую проверить лифт».

«Который в никуда?» – припомнил я схему из брифинг-зала третьего этажа.

«Ответ положительный».

«Может, хотя бы освещение подключим?»

«Тогда нужно запитать седьмую стойку, на ней энергораспределитель».

«Веди, фиг ли».

«А больше ничего интересного не нарыл?»

«Тут есть архив, последняя запись от пятого мая две тысячи пятьдесят второго года».

«И?.. Не томи уже!»

«Версия Бранки, развитая вами с Маком, верна процентов на девяносто».

«Иди ты! Значит, и с „оцифровкой" угадали, и с проблемами социального плана?»

«И с онкологией тоже. С них все и началось».

«Хм… а про высадку что-то есть?»

«Немного, в основном официальная хроника. Чего-то особо секретного не нашел, ни фото, ни видео, сплошной текс восторженной тональности».

«Но они хотя бы нашли репликатор со сканером?»

«Полагаю, в этом не может быть никаких сомнений».

Ну да, по самому настоящему вещественному доказательству бродим, вот прямо сейчас…

Бранка с Маком, так и торчавшие в коридоре по причине слепошарости, донимать вопросами не стали – надо, значит надо. Впрочем, мне и самому уже порядком обрыдла «свечка», так что я постарался разобраться с делом как можно быстрее. С учетом подсказок Зевса, убил еще минут пять, лишний раз убедившись, что ничего тут сложного нет. Я бы даже сказал, примитив полный, и самостоятельно бы справился, исключительно за счет инженерной подготовки. Разве что пришлось бы во тьме с фонариком шариться. А так всего лишь проморгался, заново привыкая к темноте, когда обесточил сервак, да добрел до противоположного конца серверной, к нужной «колонне», где и повторил аналогичные манипуляции. Зато результат превзошел все ожидания – ожил не только сам шкаф распределителя, но и все остальные стойки. Ну, как ожили? Вентиляторами зашелестели, да светодиодами перемигиваться принялись.

«Зевс, врубай свет по всему подвалу, – распорядился я, «засеяв» очередной разъем на материнской плате. – Здесь уже вряд ли спалимся».

«Принял».

«И остальные стойки пошерсти, вдруг что интересное попадется».

«Приоритет?»

«Отвлекай, только если действительно что-то грандиозное найдешь. Со всем остальным будем позже разбираться, в спокойной обстановке. А лучше вообще все, до чего дотянешься, на „Молнию" перегоняй, пусть проф с близнецами тоже поработают. Ресурсов-то хватит?»

«Ответ положительный».

В коридоре меня уже ждали, можно сказать, с нетерпением.

– Куда теперь, Дэнни-бой?

– Как и предполагали, к лифту в никуда, – усмехнулся я. – Леди?..

– Веди, клоун!

А вот это уже обидно, да. Не забыть отомстить при случае. Зевс, записал?

«Ответ положительный».

Вот и прекрасно. Построй-ка маршрут к лифту.

«Процесс активирован. Готово».

Хм… не сильно он напрягался – неприметная дверца в углу, за очередной стойкой с винчестерами, но, в отличие от прочих, с действующим электромагнитным замком. Чувствуете, люди? Действующим! А это означало, что питание на него подавалось от какого-то иного источника, нежели на все остальные коммуникации здания. И мало того, источника вполне себе живого. Нашли, что ли?..

– Рабочий? – удивился Мак, выглянув из-за моего плеча.

– Как видишь… и что-то мне подсказывает, что самое интересное там, внизу.

– С чего решил, что внизу? – поддела Бранка.

– Ну, не наверху же! – вполне логично возразил я. – Там мы уже были и ничего не нашли. Так, отошли все, сейчас шаманить буду!

– Ну-ну…

Чего-то она сегодня прямо воплощенный скепсис. Или подначивает? Впрочем, пофиг. Главное, сенсорный дисплей живой. А значит, моим нанам будет, где разгуляться. Лишь бы выход в основную сеть был, лишь бы был…

«Готово».

Дисплей замигал надписью «access is allowed», дверь, как и сейфовый люк не так давно, выдвинулась из рамы, но распахиваться не спешила.

– И?.. – не выдержала Бранка.

«Нет подтверждения от центрального сервера».

«А он-то здесь при чем?..»

«От другого. Замок – часть компьютерной сети, но без физической связи. А беспроводной протокол я еще не расшифровал».

«И что делать? Снова ждать?..»

«Ответ положительный. Процесс активирован. 00:07:19… 00:07:18…»

– Минут десять подождать надо, – «осчастливил» я соратников, накинув для верности парочку. – Бранка, ты нам с мистером Макдугалом ничего рассказать не хочешь?.. Нет? Ну и ладно…

«Зевс, про несуществующий подвал в архиве есть записи?»

«Напрямую он не упоминается, но есть описание некоего «великого чуда», сотворенного Старшим-в-юдоли сразу по прибытии на планету. И еще сказано, что обрел избранный народ истинный дом, защиту и покровительство высших сил».

Ну-ну…

«А потом еще запись появилась, где-то через неделю – о грехе великом, в коий впали некоторые еретики, и о наказании высших сил, обрушившемся на избранный народ».

Типа, файерволл местный очухался, да и прикрыл лавочку, то бишь ограничил распространение Аномалии?

«Вероятность 84 %».

Чего так мало?..

«Недостаточно исходных данных. Но с учетом обстоятельств, я склонен признать твой вывод верным, Денис».

А разборки местные?..

«Довольно много, есть как разрозненные отрывки, так и более-менее упорядоченная хроника. Вывести файл?»

«Сколько страниц?»

«Порядка полутора миллионов знаков с пробелами».

Кхм!.. Не, воздержусь пока. За оставшиеся пять минут много не просмотришь, только душу травить.

«Засылай профу».

«Принято».

Ну и отлично. Пока же подождем. У моря погоды, ага.

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, утро

…звезда, затерянная на задворках Галактики, выглядела… странно. И чем дольше я на нее пялился, тем меньше понимал – в чем именно странность. На первый взгляд ничего особенного: по спектру – красный гигант, причем старый, сошедший с главной последовательности, размер и массу оценить затруднительно, поскольку банально не с чем сравнить. Все основные признаки – и темное ядро, и фотосфера, и околозвездная оболочка, и даже протуберанцы и вихри – в наличии. Планет рядом я не видел, равно как и второй звезды – обычно такие махины «жили» в паре с белыми карликами, которые порой «воровали» у крупного соседа фотосферу и превращались в сверхновые по типу 1а… черт, занесло! Издержки высшего образования, ага. Не суть, короче. Звезда и звезда. Странная.

Да блин! С чего я решил, что она странная? И где я вообще? Почему пялюсь на колоссальный раскаленный шар, зависнув в межзвездном пространстве? Причем внутри системы, иначе звезда не выглядела бы столь огромной. Я же вроде в подвале старой «свечки» на Элве, что в системе HD 97126, а здесь в качестве светила работает оранжевый… карлик. Это меня что, в будущее занесло? Причем офигенно далекое?.. Бред…

ХИМЕРА.

Черт-черт-черт, только не это! Опять?! Но Зевс же отбил атаку… ЗВЕЗДА.

Ну, хоть по психике не так сильно лупит… такое впечатление, что кое-кто звук и яркость прикрутил, гораздо проще для восприятия, нежели во вчерашней заварухе.

ЗВЕРЬ.

Вообще ничего не понимаю… так звезда или зверь? Или вообще химера?..

ЗВЕЗДА.

ХИМЕРА.

Звезда, которая химера? То есть не звезда вовсе, а нечто другое?.. ЗВЕРЬ!

М-мать!.. Ну зачем опять-то?.. Понял я, понял. Звезда, но не звезда, поэтому химера. А на самом деле зверь. Знать бы еще, какой именно.

УНИЧТОЖИТЬ.

Слышали, знаем. Может, чего нового сообщите?..

ИНСТРУМЕНТ!

Да тьфу на вас! Где она хоть находится? Куда бежать, где искать? Координаты? Карта? Хоть что-то?..

ИНСТРУМЕНТ! ИСПОЛЬ…

«…процесс завершен. Удаленный доступ подтвержден».

– А?..

– Дэнни-бой, ты заснул, что ли?

А вот это мне уже совсем не нравится. Мало тог что глюки, причем внезапные, так еще и глаза у Мака добрые-добрые. Верный признак, что он обдумывает, как бы половчее меня скрутить. Для моей же пользы. С его, разумеется, точки зрения.

– Гленн, брэк! Я в порядке.

– Уверен?..

– Более чем! – Блин, надо чем-то отвлечь. А, вот же! – Дверь открылась. Пойдем?..

– Ты мне зубы не заговаривай! Опять… как вчера?

– Типа того, – не стал отпираться я, осознав, что Бранка мало того, что не вмешивается, так еще и молчит в тряпочку. Наверняка тоже что-то почувствовала. Хотя вряд ли, я же ее нанов грохнул. Или нет?.. – Все, никаких разговоров! Ноги в руки и вперед. Предчувствие у меня нехорошее… опаздываем.

– На раздачу люлей? – не выдержала девушка. – Стоит ли торопиться?

– Стоит! – отрезал я. – Тут и правда лифт. Управление активно, я подключился. Можем спускаться… куда-то.

– Очень ободряющая речь! – восхитился Мак. – Вот за что я тебя люблю, Дэнни-бой, так за то, что соратников воодушевить умеешь. Бадди, фу! Рядом, я сказал!..

«Зевс, куда смотришь?» – возмутился я мысленно.

Дружок в боевой обстановке обычно себя вел более осмотрительно, ведомый живительным электрошоком, а тут чуть было не прошмыгнул в приоткрытую дверь, насилу Гленн остановил. Кстати, кота надо обратно в рюкзак засунуть, вряд ли еще его услуги понадобятся. Зевс?..

«Принял».

«Пса паси».

«Уже. Извини, Денис, отвлекся. Слишком много ресурсов пришлось задействовать – такой сети я тут еще не видел».

«То есть мы нашли?»

«Похоже. Но это не точно. Просто наверху были чисто людские технологии и софт, причем сильно устаревшие, а здесь их синтез с чем-то несоизмеримо более сложным… и эффективным».

«То есть тебя опять вышвырнули? И наверняка пинком?»

«Ответ положительный».

Ч-черт! И что теперь делать?

«Повысить численность внедренной колонии функциональных единиц, – «пожал плечами» искин. – И крайне желательно внедрить их в рабочую станцию, имеющую физический выход в сеть, а не беспроводной протокол, как здесь. Плюс у замка и контроллера лифта вычислительные мощности и функционал крайне урезаны».

Н-да… целая речь. Волнуется, что ли? А я вот почему-то нет. Перегорел уже, походу. Ладно, так и так спускаться, что бы нас там ни ждало.

Это не тот случай, когда нормальные герои идут в обход. Будем ломиться напролом, как Мак любит.

И все же одну меру предосторожности я предпринял – заслал на разведку Ваську, как обладателя кошачьего зрения. Впрочем, каких-то особых преференций это нам не принесло – с высоты его роста кабинка лифта выглядела мало того, что странно, так еще и безжизненно. Пришлось отозвать кошака и засунуть в карман рюкзака, как я и намеревался раньше. А потом сунулся в лифт самолично, без лишней тактичности оттерев в сторону Гленна. Что характерно, помогло – едва я пересек некую невидимую линию, как в кабине зажегся свет.

– Красиво.

Вот так вот, кратко, но предельно емко охарактеризовала Бранка открывшийся вид. Мистер Макдугал же, равно как и ваш покорный слуга, предпочел промолчать, поскольку приличных эпитетов ни у него, ни у меня не нашлось. И это мы только внутренности лифта рассмотрели! А попялиться было на что, если уж совсем честно. Кабинка оказалась сферической, разве что чуть сплюснутой снизу, чтобы пассажирам стоять удобнее было, и представляла собой шар темного стекла без видимых швов и вообще каких бы то ни было отметин на абсолютно гладкой и столь же черной поверхности. Идеальное зеркало, пусть и кривое. И это зеркало светилось изнутри, парадоксальным образом гармонируя с чернотой, которая из-за потустороннего сияния становилась еще более глубокой и насыщенной. И ни единой кнопки, светодиода или хоть какого-нибудь пульта.

– Чего стоим, кого ждем? – поинтересовался я, вдоволь налюбовавшись собственным отражением, неестественно изогнутым и как будто на негативе. – Наверное, надо люк прикрыть, а то так и будет… мертвое.

– Вот это ты сейчас очень зря сказал, Дэнни-бой! – поморщился Мак, а Бранка и вовсе обошлась коротким «Бр-р-р-р!..» вкупе с крупной дрожью. – И так жутко, и тут ты еще!

Жутко?.. С чего бы?.. А чего это они на меня так пялятся? Оп-па! Если рожа у меня сейчас хоть чуть похожа на правую ладонь, освобожденную от перчатки, то картинка та еще… и прозрачное забрало тому не помеха. Этакий зомби с забавно мерцающим слоем воздуха у кожи. Да еще и свет такой… специфический. Во сне увидишь, наверняка испугаешься. Герой кошмара, как тот Фредди Крюгер, про которого Мак постоянно заливает в компании разновозрастных фемин, настроившихся на острые ощущения. Неизменно имеет успех, между прочим. Скорее всего, в силу малой известности классической хоррор-серии повсюду за пределами Нова-Скоттия.

– А вы, между прочим, не краше! – не замедлил сообщить я соратникам, едва те втиснулись в кабинку. Если честно, для троих бойцов в полном обвесе она была тесновата, а у нас еще и Бадди в ногах устроился. – Мак, люк прикрой… ага!

Как я и предполагал, здесь наличествовало что-то вроде системы шлюзования – пока вход открыт, никаких спусков. И правильно, ибо нефиг. Техника безопасности наше все. Но едва стоило Гленну потянуть дверцу (за торец, поскольку внутри ручка отсутствовала), как та плавно захлопнулась (Мак успел убрать руку и сохранить при себе пальцы) и полностью слилась со стеной. Если бы не Зевс, выведший на дисплей контур люка, я бы своим глазам не поверил.

– Ну и что дальше?..

– Экий вы нетерпеливый, мистер Макдугал! – попенял я Маку, но, если честно, и сам задался аналогичным вопросом. – Подождать надо.

– …и как долго?..

– …не менее пяти минут, как мы выяснили, – отгавкнулся я по прошествии озвученного срока.

– Н-да… полтора часа это тоже не менее пяти минут, – ухмыльнулся Гленн с явным намеком.

– И неделя, – поддакнула Бранка, подав, наконец, хоть какой-то признак жизни.

До этого момента девушка стояла абсолютно неподвижно, я даже периодически ее дыхание слышать переставал. Такое впечатление, что ушла в себя, пообещав вернуться, но нескоро. А тут на тебе, ожила!

«Зевс?»

«Запрос на активацию прошел».

Ну и?..

«Сам удивля…»

Свет, исходивший от всей поверхности сферы, вдруг мигнул и погас. Совсем. То есть абсолютно. Не помогли ни режим ноктовизора в шлеме, ни наны.

– Мля!..

Мастер-рейнджер Макдугал, как и всегда в подобных ситуациях, умудрился описать положение буквально одним междометием, но реакции окружающих не дождался – я лихорадочно переключал все возможные режимы зрения в шлеме, а Бранке, походу, было все равно. И это подозрительно – я еще ни разу не видел ее столь спокойной. Я бы даже сказал, умиротворенной. Как будто человек наконец оказался в паре шагов от вожделенной цели, и, мало того, пребывал в абсолютной уверенности, что никуда она теперь не денется, так что можно потянуть время, отодвигая волнительный момент овладения ею. Осталось только от нас с Маком избавиться. Ну, по крайней мере, попытаться…

«Зафиксировано незначительное изменение высоты над уровнем моря».

Чего?! Какого моря, нет его на Элве!.. А, черт! Это он про вертикальную координату…

«Ответ положительный. Смещение – минус один метр семьдесят сантиметров… семьдесят пять сантиметров…»

Да понял уже, можешь не продолжать!.. Оп-па!..

Как оказалось, причиной нашей временной слепоты стало вовсе не отключение освещения внутри кабинки, а тот простой факт, что стенки просто-напросто стали прозрачными. А поскольку вокруг лифта источники света отсутствовали как класс, то и эффект получился соответствующий. Но сейчас, едва сфера вырвалась из вертикального тоннеля, оные источники появились, причем в огромном количестве, так что потоки призрачного света ворвались в кабинку со всех сторон, за исключением, разумеется, непрозрачного пола. Наверняка это его неведомые разработчики специально запрограммировали. Оно и правильно – зачем лишний раз трепать нервы пассажирам? Разверзшаяся под ногами бездна (метров полтораста навскидку) далеко не самое приятное зрелище, ага. Не всякий здоровый выдержит, а иной и сердечный приступ схлопочет.

Впрочем, эта опасность не миновала даже несколько секунд спустя, когда мозг адаптировался к высоте, а желудок перестал проситься наружу. На сей раз по диаметрально противоположной причине – открывшийся вид не представлялось возможным охарактеризовать иначе, как буйство восторга. Ладно я, по большому счету, каких-то особых чудес и не видел, но ведь даже Мака проняло! И это, на минуточку, с его богатейшим опытом! Мало того, Бранка тоже застыла статуей – этакой Венерой с упавшей челюстью. И даже дышать старалась через раз.

А посмотреть тут было на что. Как оказалось, под холмом скрывалась колоссальная пещера – и сто процентов не естественного происхождения! Скорее, под воздействием управляющего сигнала над здоровенным, с километр в диаметре, амфитеатром вырос купол из аморфеума, преобразовавшегося в нечто вроде вулканического туфа, украшенного друзами испускающего призрачное свечение хрусталя. Мало того, между своеобразными «светильниками» тянулись разноцветные «гирлянды», смахивавшие на водоросли, и тоже светились, добавляя хаоса в цветовую кашу вокруг. Впрочем, как тут же выяснилось, это не источники света меняли спектр затейливым образом, а малейшее изменение угла зрения так действовало на восприятие. А уж если головой помотать, можно схватить натуральный удар от визуального пиршества. При этом свет вовсе не был ярким, скорее приглушенным, с уклоном в пастель, и глаза к нему быстро привыкли. Ну, как быстро? Еще до того, как лифт преодолел половину расстояния до пола пещеры.

Тоже, кстати, загадка – а как он в воздухе держится? Никаких направляющих либо просто тросов я не заметил, хоть и не поленился осмотреть всю кабинку. Такое впечатление, что в днище антиграв встроен, и навигация осуществляется исключительно за счет микроимпульсов гравитации в противоположном от нужного направлении. Этакое реактивное движение, только без сопла и рабочего тела. Хм… любопытная технология. Неплохо бы разжиться… Зевс?

«Ведется фиксация, результаты телеметрии передаю сразу на „Молнию"».

«Молодец! Вот только как это нам поможет?»

«Не знаю».

«А зачем сказал тогда?»

«Чтобы ты отстал».

Ни фига себе! Раньше он себе такого не позволял…

«Извини, Денис, пока не до загадок».

«Все никак не ломанешь?»

«Недостаточно ресурсов для решения задачи».

Ладно, ладно, не буду больше отвлекать. Тем более что и помимо потолка с иллюминацией тут есть, на что попялиться.

Пол амфитеатра когда-то был идеально ровным, да и сейчас таким остался – по крайней мере, там, где на нем не громоздилось… нечто. Летательным аппаратом, космическим кораблем, да и техническим устройством в принципе назвать его не поворачивался язык: ни одного прямого угла, ни одной ровной поверхности, изгибы, каверны, переходы из плоскости в плоскость… как будто колоссальный зверь распростерся у обелиска, обвив тот лапами и пристроив сверху голову. В качестве памятника выступала вполне себе привычная пирамида, при более пристальном осмотре вовсе таковой не оказавшаяся – такое впечатление, что ее разнесло внутренним взрывом на подозрительно ровные параллелепипеды, прямо детский конструктор, а потом обломки зафиксировала неведомая сила на начальной стадии траектории. Контур, особенно издали, легко угадывался, в остальном же данный образчик архитектуры Архонтов ничуть не походил на собратьев на поверхности планеты. Глыбы, из которых была сложена пирамида, без видимой причины висели в воздухе, причем упорядоченно, как будто в узлах здоровенной энергетической сети…

«Гравитационной».

Хм… похоже. А какая еще сила способна на такое? Вот и я думаю…

Но вернемся к нашим баранам… вернее, к неведомому зверю. Туша его по размеру была вполне сравнима с пирамидой, то есть превосходила ее в длину раза в три, а в высоту оказалась даже чуть ниже. И она была симметричной! Это я и сам заметил, а когда привлек Зевса, гипотеза моя подтвердилась: зверюга неестественно одинаковая, как будто коробка, приставленная к зеркалу, со своим отражением. И даже лапы размещались на пирамиде с филигранной точностью.

«Зевс, но это же не может быть космическим кораблем?»

«Почему нет?»

Ну, не знаю… мне, по крайней мере, подобное техническое мышление еще не попадалось – биодизайн с заведомой симметрией.

«Но ведь это не означает, что такого нет нигде, верно?»

Да верно, верно… вот только мне от этого не легче.

«Похоже на тяжелый модульный транспортник Брахни».

Да ладно! Что я, технику Брахни не видел? Или их построек? И близко ничего нет! Не могла же раса со сформированным инженерным мышлением пойти против всех устоев и создать нечто… вопреки здравому смыслу?..

«И тем не менее, Денис».

Да с чего ты решил?!

«Есть упоминания, есть расширенный справочник Ллойда – сгинувшие Брахни использовали схожие по концепции корабли в качестве крупных транспортников, предназначенных для перевозки большого количества пассажиров. Мы сейчас видим головной модуль, к «задним лапам» у него крепились еще минимум шесть контейнеров с жилыми боксами. И эта версия соотносится с тем, что мы знаем про Иеремию Коулмэна».

А ведь верно! Именно на Пандоре он мог разжиться подобным… левиафаном. Как раз аппарат для единовременного переселения десяти с лишним тысяч сектантов. Вот только куда модули делись? Они их отцепили по прибытии? Или сначала приземлились? Да мало ли, в принципе, вариантов? Может, в нескольких поселениях стали первым пристанищем для людей…

«Вероятность восемьдесят три процента».

Ага, значит, угадал! На первое время, пока новое жилье не освоено, такой модуль для толпы колонистов самое оно.

«А еще похоже, что носовая часть транспорта подверглась трансформе».

Фотку нашел?!

«Ответ отрицательный».

Тогда с чего решил?!

«Нарушение симметрии».

Ага!..

– …Дэнни-бой, снова заснул, что ли?!

Я дернулся от удара в плечо и недоуменно заозирался:

– Мак? Ты чего?

– Это ты чего?! – взъярился напарник. – Я тебя спрашиваю, что это за хрень, а ты лыбишься, как идиот, и молчишь! И эта цаца тоже!

– Да ты никак сдрейфил? – подначил я, хлопнув Мака по пузу. – Признавайся.

– Дэн, ты уверен, что с тобой все в порядке?

– Не-а!..

– Снова… эти?

– Да расслабься! Наслаждайся видом, пока есть возможность.

– Та-ак! – Зрачки Мака угрожающе сузились. Блин, как бы по шлему не заехал, с него станется. – Ну-ка, очнись! Не на прогулке на Новом Оймяконе!

– Да в норме я, не кипишуй. – Нет, надо брать себя в руки, а то действительно примется меня в чувство приводить. Естественно, в меру собственных способностей. – Зевс сказал, это транспортник Брахни. Вернее, его головной модуль.

– Че-эго?!

– Ага. Сам в шоке. Скорее всего, спи… в смысле доставшийся по наследству. Или просто чужая технология, тех же Архонтов. Прецеденты уже были, как ты помнишь.

– О чем это вы? – встрепенулась Бранка.

– Да так, о своем, о девичьем… как тебе видок?

– Думала, все будет более прозаичным и… серым, что ли. По аналогии с базой.

– А откуда ты знаешь, может, твой кораблик уже в таком же гроте?! – подначил Мак.

– Связь пока есть, – пожала плечами девушка. – Вроде все нормально.

– Нормально, – уточнил Гленн, – или все-таки вроде?

– Да иди ты, – отмахнулась Бранка, но без огонька, в отличие от предыдущих случаев. – Интересно, это тут сразу было, в смысле, пещера, или уже после купол нарастили?..

Н-да. Та еще загадка! Так сразу и не скажешь. Впрочем, пещера могла существовать здесь изначально, только вход должен был быть весьма обширным, чтобы корабль Коулмэна прошел. Ну а вообще лучшей приманки, чем единственная на всю планету пещера, придумать трудно. Разве что открытый амфитеатр с препарированной пирамидой. Тут даже и не знаю, что бы я выбрал в первую очередь. Но перед колонистами, по всему судя, эта проблема не стояла – сразу определились и с местом высадки, и где кораблик упрятать, и где местные сокровища поискать.

– Вообще вариантов масса, – задумчиво протянул я. – С чего мы решили, что во времена Коулмэна планета выглядела так же, как сейчас? Может, тогда ни леса, ни пирамид не было?..

– Ага, и искин после ссоры с пришлыми это все вырастил, – хмыкнула девица. – Нерациональная трата ресурсов, я думаю.

– А мне вообще пофиг, – жизнерадостно заключил Гленн.

– Да кто бы сомневался!..

– Брэк! – осадил я спорщиков, ощутив едва заметный толчок в ноги. – Кажется, приехали…

Что странно, потому как на глаз до пола пещеры еще метров тридцать… может, сломался лифт, а, Зевс?..

«Ответ отрицательный».

И как тогда это понимать?..

«Судя по фиксируемым возмущениям, прямо под вами гравитационная линза».

Черт, этого еще не хватало! Хотя чего-то такого после зрелища застывшего на начальной фазе «взрыва» пирамиды под мордой «зверюги» и следовало ожидать. Я даже не буду спрашивать, как именно он умудрился что-то зафиксировать. Игры с гравитацией… хм… такого мы еще не встречали. И ладно, если тут только векторы разнонаправленные, а если еще и сила тяжести «гуляет»? Последствия представить нетрудно. Да что тут много думать! Простейший пример – идешь себе, никого не трогаешь, и тут вдруг – раз! – сила тяжести увеличилась раз в десять. На протяжении одного шага, ага. Что получится? Вот и мне кажется, что переломами фиг отделаешься… а если при этом еще и направление притяжения сменится на противоположное… короче, наглядное отображение выражения «одна нога здесь, другая там».

– Мак, гайки есть?

– Зачем тебе?! – опешил напарник.

– Надо. Есть, нет?

– Нет, естественно.

– Бранка?

– Нет.

– Ну а что-нибудь мелкое, но много?

– Да ты объяснишься уже?!

– Сталкер.

– Твою мать! – дошло до Гленна. – Вот мы попали…

– Да вы издеваетесь, что ли?!

Блин! Реально попали. И это даже если не учитывать девичью истерику. А ведь всего несколько секунд назад она пребывала в состоянии умиротворения и гармонии с природой. Пока мы с Маком, пакостники такие, на нервах играть не начали.

– Бранка, успокойся, – как можно увереннее сказал я, перехватив ее безжизненный взгляд. Опять разрыв шаблона, кстати – почти в бешенстве, а глаза пустые. – Я Маку на игру «Сталкер» намекнул, потому что Зевс подозревает наличие на пути гравитационных аномалий.

– Какого рода? – моментально сориентировалась девушка.

– В том-то и проблема, что не знаю, – вздохнул я. – Может, просто векторы гуляют, а может, и величина скачет. И еще не известно, что хуже. Нужен либо щуп, либо что-то, что можно будет бросать перед собой. Но гаек нет, – с очередным вздохом заключил я.

– Держи. – Бранка выудила из бокового кармана блестящую упаковку какой-то снеди и бросила мне. – Не могли сразу объяснить, придурки!

– А может, ты мне больше нравишься, когда злишься! – хмыкнул я, подхватив пакетик с… – Кофейные зерна в шоколаде?!

– А чего? Нормальный стимулятор, натуральный к тому же.

Чего-то подозрительно крупные, даже с учетом слоя глазури… ну-ка, что пишут?.. Кофейня братьев Диаш, Сан-Криштиану. Это где у нас такое?..

«Колония Мату-Гросу, живут на спутнике газового гиганта, сила тяжести на десять и семь десятых процента ниже стандартной».

А, понятно тогда. Наверняка там все прет, как на дрожжах… только почему я про такой замечательный кофе не слышал от того же папеньки, который у меня истинный кофеман?.. Ага, схемка… ух ты, это ж почти граница закрытого сектора! Далековато забрались… но не сам сектор, так что даже на косвенное доказательство принадлежности Бранки к агентуре Старой Земли не тянет. К сожалению. Или к счастью?..

«Спасибо, Зевс».

«Не за что, Денис».

– Мак, погрызть хочешь?

– Не-а. Зубы не казенные.

– Как хочешь… ну что, коллеги, выбираемся?..

А вот с этим предложением я, походу, поторопился. Потому как понятия не имел, как открыть люк. Более того, его даже отыскать не получилось, поскольку контур пропал. Зевс, правда, меня быстро сориентировал, но легче от этого не стало.

– Зараза!..

И вот что теперь делать, а?!

ИНСТРУМЕНТ!

– М-мать!!!

– Ты чего, Дэнни-бой?..

– Ч-черт, предупреждать же надо! – рыкнул я, оставив без внимания вопрос напарника. Ему к моим странностям не привыкать, а на Бранку, в принципе, и вовсе плевать. – Чуть мозги из ушей не полезли!.. Но за подсказку спасибо.

Чуть поколебавшись, я сорвал перчатку еще и с левой руки, и пристроил ее по соседству с правой – под ремнем разгрузки. Никуда не денутся, а и денутся, так черт бы с ними. Похоже, здесь и сейчас куда важнее прямой тактильный контакт… ну-ка!..

«Возложение дланей» на стенку, вопреки моим ожиданиям, возымело действие, причем почти незамедлительное – стоило только представить, как «мелочь» из моих ладоней «переливается» на стекло. К зуду в кончиках пальцев я уже привык, но вот визуальных эффектов не ожидал, а потому даже вздрогнул, когда сознание на миг поплыло, и перед глазами возникла картинка из вчерашнего глюка – конечности, опутанные колючей проволокой, между витками которой проклевывались языки пламени. Впрочем, видение испарилось почти мгновенно, стоило только стенке кабинки завибрировать после моего касания. Да и вибрировала она не долго, пару секунд от силы. Потом в гладком стекле наметился контур, а затем и сам люк чуть утонул в стенке, нарушив герметичность кабины. Вакуума в ней, естественно, не было (привет Василию и Бадди!), но вот разница давлений, судя по отчетливому хлопку, наличествовала – причем у нас, внутри, оно было меньше, чем в пещере. Получается, она полностью изолирована от поверхности планеты? Ничего себе бункер!..

– Дэн, время!

А ведь и верно. Некогда думать, действовать надо. Собственно, именно это благое намерение я и претворил в жизнь – толкнул люк, и тот неожиданно легко отъехал чуть вперед и тут же сместился в сторону, как по хорошо смазанным направляющим. Которых на самом деле не было – равно как и хоть какой-нибудь видимой связи дверцы с кабиной. Висела, как на магнитах, с небольшим, сантиметров пять, зазором.

– Интересно…

– Кому?! – Потерявшая терпение Бранка оттерла меня в сторону и решительно сунулась в проем…

…вернее, попыталась – я успел зацепить ее за какой-то ремень на сбруе и подтянуть на исходную позицию. А затем, проигнорировав гневное шипение, неторопливо вскрыл пачку с сомнительным лакомством, и щелчком отправил в полет первое зернышко. Получилось не очень ловко – шоколад размазался по пальцам, но все равно импровизированный метательный снаряд пролетел довольно далеко, выписав слишком крутую дугу.

– И точно линза, – хмыкнул я, рассмотрев в подробностях выведенную Зевсом схему траектории зерна. – Ну-ка, второй пошел…

На сей раз эксперимент был попроще – я высунулся из кабинки и попросту уронил зернышко, которое вместо того, чтобы полететь к полу пещеры, ударилось обо что-то невидимое на уровне днища кабинки и, пару раз подпрыгнув, преспокойно улеглось в метре с небольшим от люка.

– Хм…

Третье зерно, запущенное вдоль условной «земли», послушно покатилось по прозрачной тверди, с небольшими отличиями повторяя траекторию первого метательного снаряда.

– А уклон-то не очень большой, – резюмировал я. – Попробуем пройтись?

– А если навернемся? – усомнился Мак.

– Обязательно навернемся, – заверил я. – В полном соответствии с законом Мерфи. Зато прокатимся с ветерком…

– …до первой аномалии! – влезла Бранка. – И полетят ошметки по закоулкам.

– Вот умеете вы, бабы, мечты обламывать! – буркнул Гленн. – Понял, Дэнни-бой, почему я никогда не женюсь?

– Да на тебя не позарится никто!..

– Брэк!.. Что-то тут не так, народ… – Не обращая внимания на изумленные взгляды соратников, я покосился сначала на стенку кабинки, потом на собственные руки… и решительно захлопнул люк. – Что-то нет у меня желания по гравитационным буеракам ноги бить…

«Зевс, а тут нет чего-то типа автопилота?»

«Процесс активирован».

Блин, вот почему я сразу не сообразил?! Ведь все же предпосылки были – и отсутствие механической связи капсулы с направляющими, и игры с гравитацией… нужно было всего лишь немного подумать. Хватку теряю, что ли? Или Бранка права, и это Гленн на меня так действует?..

«Место назначения?»

А есть выбор?..

Вместо ответа Зевс спроецировал на «наглазный» дисплей что-то вроде паутинки, в которой на конце каждой нити красовалась зеленая точка. Ага, тут целая транспортная сеть! И аккурат в не до конца раздолбленной пирамиде самая жирная и яркая клякса. Значит, нам туда дорога, как поется в старой песне.

«Принял».

Повторно загерметизировавшаяся кабинка сдвинулась вбок, копируя рельеф гравитационной линзы, и не готовые к такому развитию событий соратники едва не попадали на пол – даже Бадди, у которого было целых четыре точки опоры. Но, надо отдать им должное, на ногах устояли, и даже не слишком громко матерились. А потом и вовсе про возмущение забыли, зачарованные открывшимся видом. Стоит признать, поездка в местном лифте весьма смахивала на популярный аттракцион, известный как русские (либо американские) горки: те же резкие подъемы и спуски, сменяющиеся затяжными пологими участками, и та же замысловатая траектория – от нашего исходного местоположения пирамида располагалась метрах в четырехстах, но это по прямой. А кабинка, пока добиралась до места назначения, намотала на антигравитационный привод как минимум пару километров. Ох и огребли бы мы проблем на все конечности, сунься в этот лабиринт пешком! Вовремя я мозг включил, как бы хвастливо это ни звучало. Да и сам себя не похвалишь… короче, заслужил Дениска. И я, проигнорировав язвительный смешок Бранки, закинул в рот сразу три «конфетки». О чем немедленно и пожалел – шоколад растворился быстро, а вот кофейные зерна оказались на редкость жесткими. Еле прожевал. А Мак, зараза, еще и поугорал с этого зрелища.

– Угощайся, – в отместку протянул я ему пакетик, но жестоко обломался – Гленн лишь ухмыльнулся и помотал головой, типа, воздержусь. – Бранка?..

– Давай, – не отказалась та, и я поспешил сплавить прежней владелице всю пачку.

Нафиг такие соблазны. Потерплю лучше. Или к заветной фляжке с коньячком приложусь… не при свидетелях, конечно. И лишний повод для зубоскальства кое-кому давать не хочется, и делиться еще кое с кем. Обойдется, ибо физически не способен оценить букет хорошего элитного… пойла. Это, если еще кто-то не понял, по классификации мистера Макдугала. У него все, что не виски с Нова-Скоттия, по этой категории проходит. Варвар, что с него взять?..

В пути, кстати, выяснилась еще одна любопытная особенность лифта – кроме первого удара ускорения, больше на нас гравитация, за исключением той, что позволяла твердо стоять на ногах, не действовала, какие бы затейливые кренделя кабинка не выписывала. И этот факт окончательно убедил меня, что в данный момент мы имеем дело с образчиком технологии сгинувших владельцев планеты, а вовсе не понаехавших колонистов. Втиснуть портативный гравигенератор в пол не самой большой капсулы – это надо умудриться! Если, конечно, не отказаться от самой концепции механизма в принципе, заменив ее тонкими полевыми эффектами. Как это возможно, я не представлял даже в теории, но суровая реальность не оставляла сомнениям ни единого шанса. Прямо-таки магия… от которой, по меткому выражению старинного, еще земного, фантаста, неотличима технология на высоком уровне развития. Ну и как, спрашивается, будучи столь могущественными, те же Архонты умудрились повымереть?!

ЗВЕРЬ!

Да ё-мое!!! Блин, ну вот как от этого защититься?! И куда только Зевс смотрит?!

«Ты о чем, Денис?»

«Почему вирусные атаки пропускаешь?»

«Какие атаки?..»

Че-эго?! Сам же вчера ментальные атаки так расценил…

«Внешних воздействий не зафиксировано. Я не знаю, о чем ты говоришь, Денис».

Твою дивизию!.. Это что же получается, те, неведомые местные, моего искина вокруг пальца обвели? Внедрились в его защиту и прописали себе допуск?! Мне в мозг?!

ОПАСНОСТЬ ОТСУТСТВУЕТ.

Зевс?! Это ты тоже не слышал?!

«Что?»

Приплыли…

ОПАСНОСТЬ ОТСУТСТВУЕТ.

Спасибо, блин, понял уже. Может, тогда по-человечески поговорим? Кто вы, что вы, зачем вы?..

ОПАСНОСТЬ ОТСУТСТВУЕТ.

Тьфу, мля!.. И правда вирус. С урезанным функционалом, на мое счастье… хотя было бы неплохо контакт установить…

ОГРАНИЧЕНИЕ РЕСУРСОВ.

Оп-па! Есть контакт… но, похоже, не все так просто, как мне представлялось ранее. Что-то этих загадочных «местных» глушит. Уж не другие ли местные? Которые на самом деле пришлые?..

РАССИНХРОНИЗАЦИЯ.

Ага! Не в колонистах дело, а во мне. Вернее, в моем «инструменте»… чую, необходима более тонкая настройка. Вот только как ее осуществить? А, Зевс?..

«Данные отсутствуют, – «включил дурака» искин, чего я за ним давненько уже не замечал. – Извини, Денис».

Уверен? Насчет «отсутствуют»? Или ты меня от чего-то пытаешься отгородить? Для моей, естественно, пользы? А, шельма?..

«Данные отсутствуют».

Понятно. Прав я, похоже. И мой цифровой напарник сильно занят. Причем настолько, что не желает даже малую толику вычислительных мощностей от дела отвлекать, потому и пытается отбрехаться пустой казенщиной. Ладно, не буду мешать.

«Спасибо, Денис».

Кушайте, не обляпайтесь… да и не до вас сейчас, господин Повелитель Молнии. Приехали вроде бы.

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, утро

Капсула наша остановилась аккурат между передними лапами исполинского «зверя», истинный размер которого удалось прочувствовать только сейчас, оказавшись, по факту, под его «мордой», которой он уткнулся в потерявшую монолитность пирамиду. Блоки ее, удерживаемые на месте гравитационными силами, в этом месте оттеснило в стороны, как будто в грандиозную каменную сеть вдавилась невидимая, но отменно жесткая сфера. Мало того, оба объекта и сейчас загадочным образом взаимодействовали, порождая нехилые визуальные эффекты – воздух в локальном объеме аномалии струился, как в жару на горизонте, и затейливо преломлял свет, создавая в глазах эффект тускловатого калейдоскопа. А ведь что-то подобное я уже видел… и не только я.

– Помнишь, Мак?..

– Ага… но на Пандоре было не так красиво.

Угу. Там шоу было монохромным, а тут, как я уже говорил, просто тусклое, но в цвете.

– Стремно туда соваться…

– Есть такое дело…

– Мальчики, я вам не мешаю?

– Вуф!..

– Дамы вперед! – пожал я плечами, переглянувшись с Гленном.

– Люк тогда открой!

– Ладно, успокойся, – сдал я назад. С Бранки станется, полезет, куда не надо. Хотя, с другой стороны, мне до нее какое дело? Хочет шею свернуть, так пожалуйста!.. Нет, совесть потом заест. – Давайте-ка, соратники, не будем торопиться.

Очередное «возложение дланей» ожидаемого эффекта почему-то не возымело, хотя я на это очень надеялся. И продолжал надеяться еще несколько минут, по-прежнему прилипнув к стенке кабинки. Я даже попытался к ней ухом прижаться, да шлем помешал. Ну а когда мне надоело ощущение сверлящих спину взглядов – одного убийственно презрительного, а второго столь же убийственно ехидного, – я коротко ругнулся и встряхнул ладонями, прогоняя зуд в кончиках пальцев.

«Зевс?!»

…а в ответ тишина…

И вот тут на меня впервые за долгие месяцы накатила паника – неумолимой океанской волной, накрыв с головой и едва не шваркнув о стенку. Фигурально выражаясь, естественно. Остаться без связи с искином оказалось пострашнее, чем играть в кошки-мышки с циркулярками на Объекте-357. А ведь я раньше и не осознавал, до какой степени стал зависим от всезнающего и вездесущего цифрового друга-помощника… нет, с этим надо что-то делать. Совсем форму потерял и обленился, еще чуть-чуть, и вообще мыслительные способности атрофируются… да твою ж дивизию!!!

Вовремя я себе про мысли напомнил. Мало мне одного советчика, так еще и второй на горизонте нарисовался, того и гляди, на шею сядет. Если уже не. Иначе чем объяснить разрыв связи с Зевсом? Так что нужно действовать самостоятельно. Например, повторно приложить ладони к стенке кабинки и представить собственные руки ИНСТРУМЕНТОМ. Да-да, именно так, капсом. Иначе не то получалось…

– Ни фига себе!..

Давно уже переставший ощущаться чем-то чужеродным «ключ» в левой брови вдруг запульсировал, напомнив о себе, взгляд поплыл, потеряв в резкости…но зато теперь я увидел размытые и нечеткие, почти призрачные, очертания скрытой реальности – и пронизавшие окружающую среду силовые линии, вызывавшие мерцание воздуха, и линии энергетические, пульсирующие в толще стенки, в камнях пирамиды и в кошмарной «башке» корабля-«зверя», и… а вот последнее я ни фига не понял. Какие-то дрожащие тени, пытающиеся проскользнуть между многочисленными нитями различной энергетической природы. Но все это оказалось незначительными деталями по сравнению с главным: от люка лифтовой кабинки тянулся прозрачный и ничем визуально не ограниченный туннель, нечто вроде трубы нехилого диаметра, по которой вполне мог идти, не пригибаясь, человек выше среднего роста. Мы-то уж точно поместимся…

– Эй, Дэнни-бой, ты куда?..

Как же ты, Мак, не вовремя! Ладно, хрен с тобой. Не собьешь меня с концентрации. А потом и спасибо скажешь. Наверное.

Повинуясь моей мысленной команде, люк бесшумно скользнул в сторону (на сей раз без всяких хлопков и прочих эффектов), и я решительно шагнул в трубу, повторно проигнорировав удивленный возглас напарника. Да и рык Бадди без внимания оставил, хотя тот явственно беспокоился, проявляя знаменитую свою жопочувствительность. Бранка же, походу, сочла ругань и иные проявления эмоций ниже своего достоинства и лишь учащенно дышала. А еще сердце у нее едва из груди не выпрыгивало… офигеть! Я это слышу?! А, не важно…

Один Васька сидел в рюкзаке смирнехонько, и, похоже, вообще дрых. Идеальный спутник героя, право слово. А может, просто на меня настроился и проникся моей же уверенностью – не зря же про котов ходит молва, что они телепаты.

Труба в качестве безопасной дорожки вполне себя оправдала – удалившись от люка на десяток шагов, я удостоверился, что сюрпризов от нее ожидать не приходится, и застыл в надежде привлечь внимание соратников. Как ни странно, первым сообразил, в чем дело, Дружок. Издав задумчивое «Буф?..», пес нерешительно вышагнул из кабинки, опробовав лапой упругую опору, а затем неторопливо затрусил ко мне, по извечному своему обыкновению мотыляя откляченным задом. Да, еще от волнения у него слюне- и соплеотделение усилилось, и за псом оставался отчетливый след. Пер Бадди строго по прямой, ориентируясь на меня, соответственно, ничего неприятного с ним и не случилось. И этот факт, похоже, убедил Гленна с девицей – те еще немного поколебались и последовали примеру бульдога.

Дождавшись, пока напарники сократят отставание до пары-тройки шагов, я снова двинулся вперед. Так и шли, выдерживая дистанцию и повторяя все изгибы трубы, коих оказалось ровно два – чуть влево и довольно круто вверх. Этаким винтом закручивалась, короче. Что самое интересное, загиб вверх по факту не ощущался – вектор притяжения оставался строго нормальным к полу туннеля. Со стороны наша процессия наверняка смотрелась весьма забавно, особенно коротконогий Бадди. А может, даже и дико. Впрочем, это меня сейчас волновало в последнюю очередь. Куда больше беспокоил тот факт, что изогнутая труба вела аккурат в пасть «зверя», точно в зазор между «челюстями». А я всегда от такого робел, как-то стремно чувствовать, что тебя сейчас, вполне возможно, немножко прикусят и совсем не немножко прожуют. Скажете, паранойя? Ясен пень, но легче от этого не становится. А если учесть, что минут через пять, следуя изгибам туннеля, мы поднялись метров на пятьдесят вверх, шагая по прозрачному нечто под немыслимым углом градусов в семьдесят от горизонтали, и не падая, то вообще мрак какой-то. Лютый бред, в кошмарном сне такое не привидится. Мне-то еще ничего, я сейчас видел «скрытую реальность», а каково соратникам? Вон, даже Бадди поскуливать начал, чего я за ним и не припомню. Плюс Мак молчал, как рыба об лед, а ведь он балагурил даже когда нас аномалия на Пандоре пыталась перемолоть. И когда валялся между контейнерами на складе Объекта-357, покоцанный «циркулярками». То есть и его проняло до печенки. А вот Бранке, похоже, безразлично. Тоже в трансе? Очень может быть – шагала себе и шагала, глядя строго перед собой, в спину Гленна. Тот, кстати, тем же методом воспользовался, чтобы от жути окружающей хоть как-то абстрагироваться. И только мне все нипочем – мало того, что курс прокладывал, так еще и головой крутить не забывал. А когда еще такую красоту – не скрою, жутковатую! – увидеть получится? Да и за соратниками присматривать надо…

Короче, когда мы наконец-то добрались до нижней «челюсти» и шагнули на открывшуюся площадку под сводом своеобразной зубастой «арки» «челюсти» верхней, облегченный вздох издали все, причем хором. А Бадди еще и чихнул от избытка чувств, забрызгав соплями загадочный вырост, торчавший из пола. А потом, отойдя от края обрыва, попадали, кто где стоял. Не вповалку, конечно, но приземлиться на пятую точку и хоть чуть-чуть размять подозрительно онемевшие конечности оказалось совсем не лишним.

Следующие пять минут мы пытались отдышаться и хоть как-то унять сердцебиение – даже у меня моторчик не на шутку разошелся, что уж говорить про девицу и Мака! Впрочем, получалось не очень – исчезла физическая нагрузка, но дискомфорт, так сказать, ментальный остался. Очень уж все вокруг непривычно выглядело – не заяви Зевс, что это космический корабль Брахни, а вовсе не культовое сооружение оригинальной формы, нипочем бы я не смог его воспринять в качестве технического устройства. Ну вот абсолютно никаких к тому предпосылок! Пещера пещерой, кое-как обработанная изнутри и столь же небрежно – чисто чтобы придать общие очертания ощеренной «пасти» – снаружи. Обстановка на, хм, лестничной площадке тоже богатством не поражала. Если честно, не было ее от слова совсем. Неровный пол, кривые стены, нависающие угловатые глыбы вместо потолка… хотя, если вернуться к «звериной» аналогии, он весьма смахивал на нёбо. Вот только языка не было. Зато глотка, сиречь еще один проход в дальней стене, обнаружилась, стоило только головой повертеть. Никаких телодвижений производить не хотелось, но я себя пересилил, ведомый осознанием долга… тут же на этот самый долг забив.

…пролежали бы и дольше, но кайф обломала Бранка. Неугомонная девица вдруг встрепенулась, прислушалась к чему-то (сердце начало биться еще быстрее) и неуклюже, но довольно решительно поднялась на ноги. В первый момент ее даже качнуло, но потом она взяла себя в руки и подчеркнуто неторопливо (наверняка чтобы и дальше не штормило) пошла к «глотке».

– Бранка?..

Ха, проигнорировала! Неужели цель почуяла? Я, конечно, сразу понял, еще при первой встрече, что она слегка не от мира сего, но не до такой же степени!.. Хотя кто бы говорил, ага. Интуит-эмпат-телепат хренов!..

– Подожди!..

Тщетно. Или мы ей больше не нужны, или силы экономила. Последнее, кстати, более чем вероятно – атмосфера в прямом смысле давила на мозг, причем чем дальше, тем заметнее. Лучше бы сразу вперед рванули, все проще было бы. А тут еще немного, и здравствуй, депрессия!..

«Зевс, отправь с ней Бадди».

…ждите ответа, ждите ответа!..

Черт, это уже реально напрягает!

– Дружок, сторожи девчонку!

– Вуф!..

Вот, молодец! Обычно он только Мака слушался, но сейчас, видать, серьезностью момента проникся и возражать не стал, оторвал зад от пола и заковылял следом за Бранкой. Да и нам уже пора бы… ноги как свинцом налились. И башка трещит… к чему бы это?..

– С похмелья так плохо не бывает…

Ага, и Мак сподобился на комментарий. Надо отдать ему должное, подняться с жесткого ложа он сумел даже быстрее меня. Да и шагал по «пасти» с куда большим энтузиазмом, даже почти догнал девицу с псом. Ключевое слово «почти»: когда мы с напарником доковыляли-таки до дырки в стене, эта парочка уже скрылась под сводами очередного туннеля.

В этом проходе оказалось куда темнее, нежели в первом зале – стены не светились, да и иные источники света отсутствовали. Мне, правда, особого неудобства это не доставило – новый режим «внутреннего зрения» позволял свободно ориентироваться даже в столь экстремальных условиях, а вот идущая впереди девица вынуждена была зажечь фонарь. Да и Гленн, пристроившийся в арьергарде процессии, этим девайсом не пренебрег. Так и шли, косясь под ноги, а я еще и по вынырнувшей из детских воспоминаний привычке скользил по стене пальцами левой руки. Привычный зуд в их кончиках усилился, и вскоре я начал ощущать не только малейшие неровности, но и различия в структуре материала. Да-да, вы не ослышались: стены были неоднородными по составу. И не спрашивайте, как я это определил. Как повар, который чувствует еду кончиками пальцев. Просто откуда-то у меня появилось это умение, и вскоре я уже и без подсказки Зевса убедился, что вокруг нас не дикий камень, не глина и даже не бетон, а самый натуральный хитин. Ну или что-то очень похожее, вызывающее ассоциации с панцирями насекомых, крабов и прочих ракообразных.

По субъективным ощущениям, туннель был прямой и без уклона, но я уже прочувствовал на собственной шкуре, что им, ощущениям то бишь, доверять нельзя – по крайней мере, здесь и сейчас. И лишний раз в этом убедился, когда мы вдруг нежданно-негаданно оказались в обширном зале, одна из стен которого была прозрачной и выходила аккурат на пирамиду. То бишь, если вспомнить вид на «зверя» анфас, расположенного где-то на уровне груди и ровно между лап неведомой тварюги. Здесь было достаточно светло – иллюминация из окружающего пространства заливала внутренности помещения призрачным сиянием, порождающим причудливые тени. Или не тени?..

– Ух ты, Жокей!!!

– Мак, ты совсем со своими ретро-фильмами озверел? – возмутился я, не выдержав такого надругательства над своим чувством прекрасного. Мне-то казалось, что причудливый вырост примерно в центре зала это нечто вроде скульптурной композиции, посвященной первому высадившемуся на планете человеку. – Совсем же не похоже!

– Ну и что? – отмахнулся напарник. – Уже и помечтать нельзя?! Сам же знаешь, если очень хочется… вон, смотри – приблуда! И этот вон торчит, а вон там хобот…

– Мак, отвали.

У всех нервы, и у меня тоже. Но ведь держу же фантазию в узде, хотя тоже много чего напридумывать могу! Но истина дороже. А она заключалась в том, что данный конкретный зал уже больше походил на нечто рукотворное: угадывалась и относительно правильная форма, и плавные линии потолка, и огромный обзорный экран… то бишь иллюминатор. Или банальное окошко?.. Да пофиг, если честно. Главное, что обстановка напоминала тот самый зал на Объекте-357, где я имел сомнительное удовольствие лицезреть братца Арти. Даже разбросанные тут и там по полу «пуфики» присутствовали. Разве что цвет стен не соответствовал – там светлые тона, здесь темные, почти черные, под стать материалу. Хотя тот же хитин и красным может быть, как у вареных раков… черт, что-то жрать захотелось… и пива!..

– А это что за креветка?!

Да чтоб тебя, Мак! Лучше бы продолжал Жокеем грезить. А тут очень под настроение. Хотя объект по-своему любопытный, и, я бы даже сказал, знакомый по дизайну – примерно таких же размеров и очертаний был памятный «трон», за которым я укрывался от гадских «циркулярок» кузена. Разве что здешний мог похвастаться плавностью форм, тремя дополнительными выростами, образующими нечто вроде удобной ниши, и нависающего сверху кронштейна (с поправкой на биодизайн) с какой-то плоской хреновиной, как бы не монитором. Никакого сходства со знаменитым инопланетным «телескопом», обнаруженным командой «Ностромо» на корабле пришельцев. Хотя… если только очень отдаленно… да и та самая «креветка» сидит удачно.

И, судя по тому, как на нее залипла Бранка, именно согбенная фигура на троне и есть самое интересное здесь и сейчас. Даже Бадди, обычно не любивший ожидания и старавшийся хоть как-то себя развлечь по мере оного, сидел смирно, пристроившись у правой ноги воительницы. Мак, опередивший меня на пару шагов, едва присмотревшись к «экспонату», тоже застыл рядом с девицей и взгляда с «трона» больше не сводил. И, что хуже всего, даже воздержался от едких комментариев, забыв и про Жокея, и про креветку.

– Эй, народ! Вы там призрака увидели, что ли?..

Ну да, банально. И даже тупо. Вот только ничего более вменяемого я в этот момент не придумал – на мозг по-прежнему нехило давило, причем явно не одно лишь окружение. Очередная ментальная атака? Что-то слабенькая… такое впечатление, что бьют по площадям в надежде взять измором. Ну-ну, флаг в руки… но находку однозначно придется рассмотреть поближе. Не зря же оба-два соратника так на нее среагировали.

Приблизившись вплотную к «трону», я встал чуть левее Бранки и скользнул взглядом по мумифицированному трупу. Труп как труп, ничего необычного, почти как те спеки из «свечки»… черт! Вот именно, что почти! Но однозначно не аналогичный. И фигура, и облачение, и черты лица (если так можно назвать обтянутый высохшей кожей череп), и длинные волосы, ниспадающие на плечи из-под… короны? Ажурного обруча? Налобной повязки?.. Короче, чего-то одновременно и странного, и функционального. На вид, по крайней мере, весьма удобная штука – эргономичная, повторяющая форму черепа, и как бы подвешенная в воздухе над головой с зазором в пару-тройку миллиметров… такое впечатление, что тоже за счет хитро направленных гравитационных векторов. Точь-в-точь «морда» в силовой сфере, вонзенная в пирамиду. Знаете, бывают такие случаи, когда при всех внешних различиях общая природа явления угадывается на интуитивном уровне, причем безошибочно. Вот как раз про нас сейчас, ага.

А еще сушеная рожа уж больно знакомая… да ладно!..

– На видео он какой-то… более представительный, что ли… – пробормотал Мак. – Старший-в-юдоли, чтоб тебя черти забрали!..

– Так уже, – хмыкнула Бранка, на миг выйдя из транса.

Впрочем, просветление много времени не заняло – на лицо девушки тотчас вернулось полное безразличие ко всему и вся, и только взгляд метался по мумии, да пульс по-прежнему зашкаливал.

– Мак, а тебе это все ничего не напоминает?

Ну а что? У меня же возникли ассоциации с одним памятным местом, так почему бы и у него воспоминаниям не проснуться? В разборке с братцем Арти Гленн не участвовал, но мы потом очень долго на Объекте-357 проторчали с комплексной экспедицией, облазали его от и до, от крайнего минусового до самого верхнего уровня, так что с архитектурными изысками Брахни мастер-рейнджер Макдугал знаком не понаслышке.

– Брахни, говоришь?.. – все правильно понял Мак.

– Ну, Зевс так сказал…

– Не, не похоже. И цветовая гамма, и фактура покрытий… хотя что-то отдаленно общее в формах просматривается, – задумался Гленн. – Но все-таки нет. Слишком много различий. У Брахни хотя бы углы есть, а тут все волнами и сглаженное, как будто прибоем веками грызло… и хитин этот гребаный повсюду, как у дохлого жука в пузе! Тьфу, мерзость!.. Откуда только взялось?!

– А раньше это был унгеформт[9], – раздался за спиной странно скрипучий голос, и мы с Маком одновременно развернулись кругом, разве что не в прыжке. Бранка же даже не дернулась, не то что позу поменяла. – Уважаемые гости, не могли бы вы отозвать своего… хм… искина? Он доставляет мне значительные неудобства.

Сюрприз!.. Шагах в десяти от нас, между двумя «пуфиками», мерцала отлично нам с Гленном знакомая фигура – Иеремия Коулмэн собственной персоной, в образе Старшего-в-юдоли, то бишь при белоснежной шевелюре, таких же усах с бородой, и весь в белом – от обшлагов изящного пиджака до носков сверкающих туфель. Разве что трости не было, да и вообще чего бы то ни было в руках. Откуда он только вылез?.. А, понятно – не зря я про мерцание упомянул. Вот еще и волна искажения пробежала, потом картинка пошла мелкими кубиками – на миг, чтобы тут же вернуться в исходное состояние. Всего лишь голограмма, увы. Вживую пообщаться со столь легендарной личностью все же не выйдет… или выйдет? Никак перед нами аватар «оцифрованного» мистера Коулмэна? И он что-то там просит, если я не ошибаюсь…

Будто уловив мою мысль, Коулмэн обворожительно улыбнулся, вопросительно вздернул бровь и чуть повысил голос, впрочем, не перебарщивая:

– Будьте так любезны?..

Глава 6

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, день

А этот самопровозглашенный Мессия довольно-таки вежливый… пока ему от нас что-то надо. Хотя почему что-то? Он же открытым текстом выдал – отзовите шавку. Вот только не в том он положении, чтобы какие-то условия выдвигать. Все, что ему остается – униженно просить о снисхождении. Будь иначе, он бы даже не показался. А тут, похоже, последние остатки ресурсов задействовал – вон как мерцает, едва удерживая голограмму от схлопывания! Достал-таки его Зевс… молодец! Еще бы докричаться до него… до Зевса, в смысле.

– А вы, извините?.. – принялся я тянуть время в полном соответствии с заветами Виктора Андреевича Смалькова, сиречь горячо любимого папеньки.

– Меня зовут преподобный Иеремия Коулмэн, – ответила голограмма с коротким кивком. – Я, если можно так выразиться, глава общины, основавшей поселение на Новом Авалоне.

– Где?! – полезли глаза на лоб у Мака. – Это он про Элву, что ли?..

Ну да, не самое оригинальное название…

– Элва? – в свою очередь изобразил удивление Старший-в-юдоли.

– Не обращайте внимания, – посоветовал я. И тоже отдал дань вежливости: – Денис Смальков, Корпорация STG, Новый Оймякон.

– А где это, если не секрет?..

Странно, что он не знает. Как-никак, один из старейших миров, еще во Вторую волну осваивать начали… хотя тогда почти двадцать миллионов человек с Земли переместили, а уж сколько новых поселений было основано!..

– Довольно далеко от Нового Авалона, если это вас так волнует, – усмехнулся я. – Не переживайте, толпы моих соотечественников не примутся осаждать вашу крепость ни с минуты на минуту, ни даже в обозримом будущем. А вот за других я не поручусь.

Бранка, к которой был обращен намек, возмутительнейшим образом его проигнорировала, поскольку гипнотизировала мумию в кресле-троне. И что ее так могло заинтересовать? Вроде мертвецов не боялась, да и не похоже ее состояние на ступор. Оставалось предположить, что она знала больше нас с Маком вместе взятых и сейчас усиленно что-то обдумывала. Хм… с ее характером, это наверняка какая-нибудь пакость, так что лучше держать ухо востро. Что характерно, Гленн это тоже сообразил, ответив кивком на мой недвусмысленный взгляд, мол, бди.

– Да мне уже почти и не страшно, – поникла голограмма.

Все-таки и впрямь «оцифрованный» человек, слишком уж естественные и непринужденные реакции. Искин, сколь бы навороченным ни был, на такое не способен. Уж я-то знаю, досыта пообщался – и с Зевсом, и с Кийоко, и с Рэй.

– Настолько все плохо? – посочувствовал я. Каюсь, немного лицемерно.

– Вы, господа, сейчас находитесь в последнем оплоте Колонии Новый Авалон. Если планета меня… поглотит, все усилия десяти тысяч человек пропадут втуне.

– А разве не уже? – вклинился Мак. – Не похоже, что тут полно поселенцев… если не считать снеков.

– Кого, простите?..

– Клонированных боевиков, – пояснил я. – Черт, надо что-то с терминологией делать.

– Полагаю, это наименьшая из наших проблем.

– Наших? – заломил я бровь. – С чего бы это? У нас как раз все нормально. В отличие от.

– Что ж, пожалуй, я выбрал не самый верный тон для беседы…

– Да ладно вам, преподобный. Мы открыты к диалогу. Вопрос лишь в том, что вы можете нам предложить.

«Потому что мы тебе предложить не можем ничего», – закончил я мысленно. И это святая правда – сейчас я даже Зевса на короткий поводок взять не в состоянии. Просто потому, что он меня не слышит.

– А что вы хотите?

– Мы-то?.. – как можно гнуснее ухмыльнулся я. – Власти, естественно. Абсолютной. Над людьми, обстоятельствами, временем, в конце концов…

– Это вы не по адресу.

– Ой ли?.. Вы же вроде как за всем этим сюда подались. А, мистер Коулмэн?

– Когда-то были такие мысли, – не стала отпираться голограмма. – Но со временем они выветрились, как страшный сон. Обстановка не способствовала, знаете ли…

– Представляем… что-то пошло не так, верно?

– Более чем. Ваш искин, насколько я понимаю, уже взломал мои архивы…

…да хрен его знает, если честно! Молчит, собака.

– …так что запираться смысла нет… – Коулмэн задумчиво покрутил головой, как будто увидел зал впервые. – Когда-то я был молод и горяч, к чему-то стремился, чего-то хотел… обычных человеческих мелочей – денег, женщин, власти… и вроде бы все получилось, но… всегда есть это но!

– Подданные взбунтовались?

– Нет, это уже следствие, – отмахнулся преподобный. – Если бы мы с самого начала не ошибались, его бы можно было избежать… вернее, к нему бы даже предпосылок не возникло. Все сложнее и одновременно проще. Восемьдесят лет назад я убедился, что в этой Вселенной нет ничего бесплатного. И еще нет ничего бесхозного, как бы нас ни пытались убедить в обратном лживые Бродяги. Я ведь был косморазведчиком, знаете ли… участвовал в первых поисковых экспедициях, тогда, сразу после Войн за Наследие. Не знаю, как сейчас, но тогда мы на всех на первый взгляд заброшенных и безжизненных планетах натыкались на… что-то. Это не были разумные живые существа в общепринятом смысле, но это все равно были… хозяева. Они противостояли нам… осознанно. Не знаю, что это были за силы, но они были. Всегда. Жертвы, как правило, исчислялись десятками, а то и сотнями. На любой новой планете, при любой, самой тщательно подготовленной попытке освоения Наследия. И только потом, когда неведомые силы чужих миров насыщались кровью поселенцев, ситуация стабилизировалась. Каждый раз мы приносили жертвы на алтарь местных богов. Временами мне даже казалось, что учение про «сферы разума» вовсе не бред… потому что ничем иными объяснить те в высшей степени странные и загадочные совпадения, неизменно сопровождавшиеся многочисленными смертями, просто невозможно.

– По-моему, вы преувеличиваете, преподобный, – возразил я. – Это вполне естественный процесс. Вспомните законы Мерфи. К тому же любая экспансия, любое завоевание новых жизненных пространств всегда и везде сопровождалось большими жертвами. Что при освоении Сибири, что при освоении обеих Америк… боюсь представить, сколько бы народу заплатило жизнями за освоение Луны, а тем более Марса. Нам, можно сказать, повезло – появились Бродяги, и не пришлось набивать шишки на внутрисистемных ресурсах. Мы сразу вырвались в большой космос. И в этом наша беда…

– А вы философ, молодой человек! Жаль, что мы не пересеклись в мое время… впрочем, вас тогда даже в планах не было…

– Вы не поверите, но в планах не было даже моего папеньки.

– Тем более. Так вот, во времена оны я был бы очень рад видеть вас в числе моей паствы.

– Это вряд ли, – хмыкнул Мак. – Если бы Дэнни-бой к вам присоединился, очень скоро это уже была бы его паства. Шустряк тот еще.

– Напраслину возводите, дяденька, – подыграл я напарнику. – Так что же вы нашли на Пандоре?

– На Пандоре?.. – напрягся Коулмэн.

Блин, она же в его времена еще и названия не имела. А номер по каталогу Дрейпера вряд ли ему о чем-то скажет…

– А, вы, наверное, имеете в виду Большую Неприятность?..

Да ладно! Уже при нем эта фишка появилась?!

– …на Пандоре… всего лишь информацию. Мне удалось завладеть частью базы данных Брахни, когда мы с поисковой командой исследовали руины… дай бог памяти, в каком же квадрате…

Ну это уже ни в какие ворота! Вот только не надо про Объект-357!

– …нет, не помню. Да это и неважно! В те времена Пандора более чем соответствовала своему нынешнему названию – закрытый ящик, полный диковинных и зловещих чудес. Кого-то она награждала уникальными способностями (О, да! Еще какими!), кого-то уродовала внешне и внутренне, а кому-то удавалось унести ноги без особых последствий. Так что не удивительно, что кому-то пришло в голову это сравнение. Кое-кто даже получил возможность озолотиться… не я, к сожалению. Мне досталась лишь информация и ключ для ее расшифровки… – Голограмма покосилась на собственную мумию на троне.

Ага! Все-таки корона – артефакт, а не местный пси-интерфейс, как я подумал изначально. Теперь главное не спугнуть, раскрутить на исповедь – он уже готов, зуб даю. Иначе и не вылез бы на свет божий, несмотря на все усилия моего друга-искина.

– То есть вы нашли Информаторий?

Коулмэн вышел из задумчивости и отрицательно помотал головой.

– Нет, это был какой-то другой архив. Данные инженерной службы… или не инженерной. Или это были… ну, грубо приблизительно, их можно было бы обозначить как специалистов, занимающихся терраформированием планет. Естественно, на языке Брахни этот термин – терраформирование – звучит совершенно иначе, но по смысловой нагрузке почти идентичен. В общем, я нашел поистине универсальное средство, можно сказать, волшебное, для строительства миров любой заданной конфигурации. Мало того, к нему еще и система управления прилагалась, – еще один быстрый взгляд на трон, – вполне нам понятная. И тогда я решил – вот он, мой шанс! И не только мой лично, но и шанс для нескольких тысяч моих соотечественников. И я задумал основать свою Колонию…

– Ага, с блэкджеком и шлюхами!

– Мак!

– А чего Мак?! – сделал большие глаза напарник, не переставая, впрочем, коситься на до сих пор пребывавшую в ступоре Бранку. – Мак правду сказал! Нормальный план: осчастливить тысяч десять народу, так и так подлежащего переселению, идеальной планетой! А народ, чисто в благодарность, жрачку, баб и деньги подгонит… хотя к черту деньги, тут просто власть.

– И что, я не имел на это права?! – возмутился Коулмэн. – Я, между прочим, спас этих людей!

– От чего? От неизвестности разве что! А потом под монастырь подвел и обрек на забвение! Таких, как ты, в младенчестве топить нужно, во избежание! – окончательно пригвоздил голограмму Гленн… и незаметно для нее мне подмигнул.

Вот зараза! Опять за свое! Хотя, вынужден признать, игра «плохой Оружейник – хороший Оружейник» в большинстве случаев приносила положительный результат. Естественно, для самих Оружейников. А этот, с позволения сказать, Старший-в-юдоли и повелся, как пацан. Наболело, видать. Остатки оцифрованной совести взбрыкнули.

– Ну, чего молчишь? Оправдывайся! Мы-то простим… наверное. А вот твои соратники уже вряд ли.

– Пожалуй, вы правы… – после до неприличия затянувшейся паузы выдал Коулмэн. – Вина целиком и полностью на мне. Я не до конца спрогнозировал развитие событий. А может, и не до конца понял текст Брахни… в общем, все началось достаточно удачно – я сколотил отряд последователей, мы совместными усилиями собрали уставной капитал, я воспользовался своими связями, чтобы завладеть модульным транспортником Брахни… это аборигены с Большой Неприятности… а, вы знаете? Ну и отлично. В общем, никто ничего не заподозрил, да и кому какое дело до еще одной секты, в полном соответствии с планом Исхода подготовившейся покинуть Землю? Мне даже обеспечили режим максимального благоприятствования. Так что с Земли мы убрались без помех. Да и длительный космический переход обошелся без особых эксцессов и с минимумом жертв. Что же касается Нового Авалона… сначала этот мир показался нам очень суровым. Но он был таким ровно до тех пор, пока я не запустил программу трансформы по технологии Брахни.

– Да, мы видели результат.

– О да! И это моя гордость! Было очень трудно подобрать оптимальные образцы для копирования – столько нюансов нужно было учесть! Но у меня были хорошие грамотные консультанты, которые навели на мысль…

– …не тащить целиком дома, а взять с собой образцы строительных материалов, дополнив их технической документацией и компьютерными моделями по готовым проектам, – перебил я Коулмэна. – К черту лирику, преподобный. Вы лучше расскажите, что именно было здесь, под вот этим кораблем.

– Пирамида, такая же, как и остальные, – пожала плечами голограмма. Причем в прямом смысле слова пожала.

– И чем же она вас привлекла?

– От нее шел радиосигнал.

Вот так-так! Я-то думал, сгинувшие Архонты на ней хотя бы вывеску намалевали… а тут все гораздо проще.

– Что за передача? – вцепился в свидетеля Мак, чисто на рефлексах.

– Обычная морзянка, бессмысленный повторяющийся набор букв. Зато почти во всех радиодиапазонах. А еще дублировался световыми сигналами. А когда мы высадили поисковую партию, выяснилось, что она еще и вибрирует. Это было в первое мое здесь появление, когда я еще подвизался на службе косморазведчиком. Впрочем, там целая история, господа, едва ли вам интересная…

– Уж будьте добры, преподобный!

– Хорошо… в общем, мы попытались подобраться к пирамиде на катере, но едва не разбились – в паре километров от нее внезапно отказали все приборы, пришлось экстренно садиться. Потом мы пошли пешком, и по какой-то причине до цели добрался лишь я один. Не знаю, что произошло с моими соратниками, но они умерли по дороге. Я их нашел, когда шел обратно. Ни на одном не было ни малейших признаков насильственной смерти. Возможно, очередная жертва богам неизвестности… о чем бишь я?.. Да, я дошел до пирамиды, и просто до нее… дотронулся. Ну, знаете, как это обычно бывает – сначала робко, одним пальцем потыкал, а потом и всю пятерню приложил. И – о чудо! – пирамида раскрылась! Все ее блоки как будто оттолкнулись друг от друга, но разошлись на относительно небольшое расстояние, которого вполне хватило, чтобы я сумел протиснуться между камнями. Я прошел в самую середину постройки, в ее центр, и обнаружил… сердце этого мира. Это… это было нечто, ни на что не похожее, и оно тоже среагировало на касание, раскрывшись, подобно диковинному цветку. В его сердцевине я нашел ключ (очередной беглый взгляд на мумию с «короной»)…

Ага, значит, с Пандоры он притащил вовсе не эту фигню! А что тогда?..

– …и сосуд, содержащий унгеформт. Воспользовавшись ключом, я получил инструкцию по применению демонстрационного образца и код доступа к основному массиву информации, который решил оставить на потом в связи со слишком большим его объемом. Да и, по чести сказать, беглый взгляд на первый же блок данных отбил всякое желание вникать в этот бред. Почему бред? А как еще иначе назвать иносказательное повествование о каком-то Звере, ферфольгерах и Оружии?.. Вот и я так подумал, – вздохнул Коулмэн, а я про себя с огромным облегчением выдохнул – удалось-таки сохранить каменное выражение лица и не выдать собственной заинтересованности. Потому что на Зверя и Оружие я сделал самую натуральную стойку, как хороший охотничий пес на вальдшнепа. До того увлекся, что даже унгеформт с сосудом, служащим, по всему судя, еще и сканером заодно с генератором управляющего сигнала, мимо ушей пропустил. – И только тогда я окончательно осознал, что именно попало мне в руки. Небывалый, не имеющий аналогов материал! Да еще и в таком количестве!

– И ручонки моментально зачесались!

– Мак!

– Да ладно, преподобный даже не обиделся. Ведь не обиделись?

– А на что, собственно, обижаться? – изумился Коулмэн. – Это же святая правда… а дальше все совсем просто – я убедился в правдивости архива Брахни, подключился к… пульту, пожалуй, именно так его и следует назвать… отключил маяк и замаскировал точку доступа, вернув пирамиду в исходное состояние. Потом вернулся на Землю, не забыв прихватить демонстрационный образец, и занялся формированием экспедиции.

Ага, видел я, как ты ее формировал. Мессия недоделанный с балаганными фокусами. Хотя, надо отдать Коулмэну должное, даже на видео его явление народу смотрелось оч-чень эффектно. Боюсь представить, каково было это лицезреть вживую.

– То есть изначально всего вот этого, – я обвел широким жестом зал, имея в виду и корабль, и недоразбитую пирамиду, и пещеру в целом, – не было?

– Нет, естественно. Это все… э-э-э… побочные эффекты моего противостояния с гешпенстами…

Чего?! Это что еще за… сущности? Если не ошибаюсь, это призраки по-немецки. Какие еще, на хрен, привидения?! Мало мне было ферфоль-геров, сиречь преследователей на том же языке сумрачного тевтонского гения. Не умножай сущности, Денис, не умножай сущности. Помни про бритву Оккама…

– А вы еще с ними не столкнулись? – удивился преподобный. – Вам сказочно повезло, господа, уж поверьте на слово. Хотя… мы тоже далеко не сразу узнали об их существовании. Даже не мы, а конкретно я. Больше их почему-то никто не видел. Поначалу терраформирование шло строго по плану: я «скормил» атомарному анализатору (Это он про «сканер», что ли?) образцы техники, оружия и строительных материалов, «вырастил» инфраструктуру с небольшим запасом в расчете на будущий расцвет и рост населения, а затем запустил процесс формирования почвенного слоя. Это оказалось чуть сложнее и дольше – убили около месяца. И еще почти три прошло до тех пор, как удалось сформировать привычную флору: растения анализатор переработал столь же успешно, как и стройматериалы, но воспроизведенные особи оказались идентичны исходной, что нас совершенно не устраивало – мы хотели получить саморехулирующуюся развивающуюся экосистему. Пришлось поколдовать с настройками, пока не удалось получить первую полноценную популяцию травостоя. С деревьями оказалось проще – анализатор, усвоив принцип комбинирования геномов, позволил ускорить их рост в сотни раз, вырастив особи, идентичные взрослым, в течение примерно месяца.

– Это невероятно… – очнулась наконец Бранка. – Целая планета как гончарная глина, ваяй что пожелаешь, Творец!..

– Что вы, мисс! – всплеснул руками Коулмэн. – Это слишком большой объем, мы его не потянули! Изначально мы экспериментировали на ограниченной площади, примерно в одну десятую от нынешних границ Колонии. И только потом, опробовав технологии, запустили глобальный процесс… не представляя, с какими последствиями придется столкнуться!..

Так-так-так! И что же мы имеем с гуся?.. Блин, ну вот где Зевс, когда он так нужен!!! Ладно, Дениска, успокойся… возьми себя в руки… и подключи голову, в конце концов! Ты же инженер-аналитик, тебя именно к такому несколько лет готовили… итак, что же получается? А вот что: Коулмэн умолчал о чем-то важном. О каком-то его отличии от остальных поселенцев, а также других разведчиков, погибших по пути к пирамиде. Что за отличие? Учитывая, что он побывал на Пандоре, порылся в тамошних Руинах и даже что-то там нашел, логично предположить, что преподобный в свое время оказался носителем…

– Мистер Коулмэн, а вы, случайно, на Пандоре не пользовались нанотехнологиями Брахни?

Да понятно, что перед Бранкой по полной палимся, но уже как-то пофиг. Ответ преподобного важнее.

– Что вы имеете в виду? – заломила бровь голограмма.

И, гадом буду, во взгляде ее сквозила ничем не прикрытая ирония!

– Ну, может, какие-то функциональные единицы, необходимые для взаимодействия с техникой Брахни? Принятые, так сказать, внутрь?..

Где же Зевс, м-мать?! Ведь чего проще – подойти к мумии, «засеять» ее мелочевкой и немного подождать? Уж мертвых-то нанов Зевс моментально выцепил бы! Но не судьба.

– А с чего вам вообще такая дикая мысль пришла в голову, молодой человек? – продолжил выпытывать Коулмэн, теперь еще и издевательски. Потом во взгляде его мелькнуло понимание: – Или у вас тоже был соответствующий… э-э-э… опыт?

Бинго! Вот теперь на сто процентов уверен, что тот ключ, про который толковал Иеремия – такая же колония наноботов, как та, что попала в мой организм во время противостояния с братцем Арти. Вот только, в отличие от меня, у преподобного не было в друзьях искина Архонтов, и наны в его крови остались все теми же нанами, без расширенного функционала. Поэтому он и до пирамиды добрался, и с ее интерфейсом смог взаимодействовать. И вообще… получается, наны – ключ ко всем загадкам текущей миссии? И из-за них у меня глюки… я, конечно, подозревал, что это попытка выйти со мной на связь, но думал, что это так местная компьютерная сеть взаимодействует. А со слов того же Иеремии выходит, что это конкретные личности – те самые ферфольгеры или гешпенсты. Стоп! Два названия, значит, есть различия – либо по функционалу, либо по целям. Получается, фракций тоже две? Осталось узнать, союзны они друг другу, или же находятся в контрах?..

– Пожалуй, я не стану делиться столь интимными подробностями, – ответил я терпеливо ждущей голограмме. И подмигнул ей же: – Пусть у нас останутся свои маленькие тайны…

– Как знаете, – безразлично пожал плечами Коулмэн. – Может, закончим разговор? Я вижу, вы не особо в нем заинтересованы…

– Ну, как вам сказать? По сути, мы уже добрались до цели, а ваше появление всего лишь бонус. И не скажу, что особо важный или хотя бы приятный… ну, любопытство можно удовлетворить, пока отдыхаем…

– Вот это правильно, – зацепился за последнюю фразу преподобный. – Отдых вам не помешает. Уж поверьте, главные ваши неприятности впереди. Я, пожалуй, все же продолжу… так вот, запустив терраформирование, мы даже представить не могли, к каким последствиям это приведет! Пока наш ареал обитания не превышал ближайших окрестностей пирамиды, мы не ощущали никакого противодействия. Но стоило только запустить основной процесс, как началось… нечто. Такое впечатление, что мы превысили некий порог допустимого…

– Вышли за предел статистической ошибки, – снова подала голос Бранка.

– Как вы сказали? – встрепенулся Коулмэн. – Статистической ошибки?

– Ну да, – кивнула та. – Знаете, как в любом эксперименте, когда закладывается ошибка измерения. Скажем, пять процентов. Ну, или как в случае с графиком нормального распределения… как только величина вашего воздействия вышла за рамки допустимой погрешности, на нее тут же отреагировали.

– Интересно было бы знать, кто? – усмехнулся преподобный. – Планета была абсолютно необитаемой. Даже до нас. Здесь всего лишь располагался промышленный центр Архонтов. Мы не нашли никакой инфраструктуры, рассчитанной на постоянное население. А система управления дала мне полный доступ!

– А вот это уже вам лучше знать.

– Госпожа Де Гроот права, – вступился я за девушку. – Скажите, преподобный, кто появился первым? Преследователи или признаки?

– О чем вы?.. А!.. Сначала пришли ферфольгеры. Я столкнулся с ними в процессе калибровки программы изменений, как только площадь трансформы увеличилась примерно в пять раз от первоначальной. Я тогда даже подумал, что это артефакты системы, помехи или даже глюки управляющих контуров. Но чем дальше развивался процесс, тем чаще и чаще они появлялись. Пришлось озаботиться чем-то вроде антивирусной программы: я «оцифровал» часть собственного сознания, размножил получившуюся матрицу и задал ей ограниченные функции – выявлять и нейтрализовывать ферфольгеров. Поначалу дело пошло веселей, но в какой-то момент их стало так много, что уже не хватало вычислительных мощностей кластера, который был в моем распоряжении.

– Раствор насытился, – хмыкнул Мак.

– Извините?..

– Система пришла к равновесному состоянию, – развил я мысль напарника. – Ферфольгеры – своеобразные антивирусные программы, которые вы со своей стороны воспринимали как вредоносные. Но свою функцию – загрузить часть ваших вычислительных мощностей – они успешно выполняли. Настолько успешно, что в конце концов у вас не осталось резервов на дальнейшую экспансию. Даже не так. Какое-то время вы, вопреки здравому смыслу, расширяли границы, но вот на воспроизведение полноценной инфраструктуры и техники вас уже не хватило. Чем ближе к границе, тем больше нам попадалось «недозревших» объектов – вросших в слой аморфеума автомобилей, полуутопленных в земле построек… ну а потом вы таки добрались до предела. И, судя по колебаниям границы Аномалии, с трудом удерживаете то, что уже сумели отвоевать. Ведь так?

– Именно, – не стал скрывать преподобный. – Мы в патовой ситуации. Насколько я понял, ферфольгеры могли бы легко и дальше, что называется, давить массой, но не могут этого сделать из опасения лишиться моего кластера. Он зачем-то им нужен в исправном состоянии. Я не могу двигаться дальше, да и желания такого уже давно не имею… но и отступить тоже не могу, хотя бы в память о сгинувших соратниках.

– А вот с этого места поподробнее, – оживился я. – Что у вас произошло? Мы провели орбитальную съемку, сделали замеры – даже тех площадей, что находятся в вашем распоряжении, с избытком хватило бы для проживания популяции в сто-сто пятьдесят тысяч человек! И вы бы сумели обеспечить себя как минимум продукцией растениеводства…

– У нас и животные были…

– Вот! Ключевое слово – были! Почему в границах Аномалии мы обнаружили исключительно растительные организмы? Почему нет микрофауны? Из-за ультрафиолета?..

– В основном, – подтвердил Коулмэн. – Хотя на самом деле мы просто не успели добраться до этого этапа. Понимаете, появление земной почвы и воды в несвязанном состоянии создало бы условия для возникновения облачного покрова, и тогда воздействие ультрафиолета ослабло… ну а дальше вообще система развивалась бы сама, без внешнего вмешательства. Но… у нас не вышло. В пределах, как вы справедливо отметили, Аномалии создать такие условия невозможно, и это был первый звоночек – пребывание вне укрытий чревато в плане развития онкологических заболеваний, люди испытывали постоянный дискомфорт. Сельскохозяйственные работы оказались затруднены, скот тоже особо не выгуляешь… плюс растительные и животные остатки… не поверите, тут даже навоз обернулся огромной проблемой! Но мы кое-как справлялись, учились на собственных ошибках, набирались опыта, корректировали программу развития. Количество заболеваний и смертность росли, но не лавинообразно. Люди с пониманием относились к проблеме… ну, почти все. Отдельных деструктивных элементов удавалось вовремя изолировать… или обезвредить. Но это в крайних случаях. Недовольство и озлобленность копились, но не выплескивались – все прекрасно понимали, что обратного пути нет. Мы здесь навсегда – пассажирские модули уже не собрать в кластер, да и запас топлива в нашем корабле был практически исчерпан. Плюс те же модули, похороненные под основными поселениями, использовались в качестве самых надежных убежищ. Да и откопать их, если говорить по чести, дело безнадежное…

– Классическая предреволюционная ситуация, – с умным видом покивал Мак. – Как говорит наш капитан, посеешь ветер – пожнешь бурю.

– Как, простите? – не врубился преподобный.

Да и откуда ему русский знать? А вот Бранка, такое впечатление, смысл фразы уловила. Впрочем, она снова погрузилась в транс, гипнотизируя мумию, и почти не обращала внимания на происходящее вокруг. Но в подкорку данные исправно заносила, судя по периодическим вспышкам интереса. Знать бы еще, чем она занята! Вряд ли просто тупит, скорее, лихорадочно что-то обдумывает. Или пытается задействовать скрытые возможности собственного снаряжения – что у нее в скафандр напихано, одному Всевышнему известно. Зевс, по крайней мере, ничего сверхъестественного не обнаружил… да и цели такой не было. Его больше собственно Бранкин организм заботил, да набор имплантов. Которых, как выяснилось, нет ни одного. Заботливо удалены, дабы такие шустряки, как мы с Зевсом, на них воздействовать не сумели. Значит, все-таки какая-то аппаратура скафандра… и ведь не узнаешь! Как вовремя друг-искин пропал!

– Не обращайте внимания, – вернул я беседу в конструктивное русло. – Мистер Макдугал известный нонконформист. А еще любитель непереводимого на другие языки славянского фольклора. Так что там дальше было?

– Да в общем, почти уже все, – тяжело вздохнул преподобный. – Проблемы копились, решения у меня не было, все ресурсы съедала борьба с ферфольгерами, соответственно, я даже чисто косметических попыток загладить ситуацию не мог предпринять. Оставалось надеяться лишь на, скажем так, традиционные методы сдерживания. Но я как мог оттягивал этот момент. Ровно до тех пор, пока не появились гешпенсты. Не знаю, как они это делали, но сначала они начали уничтожать наш скот в дальних поселениях…

– Позвольте, вы же говорили, что их никто, кроме вас, не видел?

– Так и не видели! – не дал сбить себя с толку Коулмэн. – Я предполагаю, понимаете? По совокупности признаков. Очень уж они характерные… – голограмма весьма натурально сглотнула, как будто борясь с тошнотой, – …и неаппетитные.

Да ладно!!!

– Неужели как в детских страшилках? – подначил я. – Сначала у них расплавились шкура, мясо и внутренности, а потом еще и кости в труху рассыпались?

– Откуда вы знаете?!

Упс!..

– Вы уже с ними сталкивались?! – Преподобный так пристально уставился мне в глаза, что аж поплохело. – Они вышли на связь?! Вы выяснили, чего им надо?!

– Спокойнее, мистер Коулмэн, спокойнее! – машинально отступил я на шаг, выставив перед собой руки. И плевать, что передо мной голограмма, нервы не казенные. – Чего это вы так возбудились? Я просто предположил…

– Не делают таких предположений на пустом месте!!! – взорвался Старший-в-юдоли. Глаза его лихорадочно блестели – хоть убейте, без понятия, как это можно на голопроекции отобразить. Но у него вот получилось. – Вы что-то видели и знаете!

– Допустим, – хмыкнул я, – и что это меняет?

– Это меняет всё!!! Расскажите!

– Только после вас.

– Ладно, – снова поник Коулмэн. – Похоже, мне вы куда нужнее, чем я вам…

– Истину глаголешь! — ухмыльнулся Мак, повторно мне подмигнув – дескать, что я говорил?

Преподобный метнул в моего напарника полубезумный взгляд, но выяснять подробности счел ниже своего достоинства и вернулся к исповеди:

– …о чем бишь я?.. Да, начался падеж скота на периферийных фермах, вызвавший панику среди обслуживающего персонала. Нам даже пришлось предпринять расследование…

– Нам?..

– Ну да, нам – мне и руководителям второго порядка. Не думаете же вы, что я за всем успевал в одиночку? Естественно, я обзавелся командой, еще на Земле. Плюс у нас была специальная оперативная группа, которую возглавлял бывший шериф…

Ага, вот и разгадка появления «программного обеспечения» снеков!

– …но в этот раз не помогла и она! К тому времени, как оперативники добрались до ферм, эпидемия перекинулась на людей – погибло около ста человек, причем страшной смертью. Процесс приобрел массовый характер и вскоре перекинулся на внутренние области Колонии, причем люди поражались избирательно – руководители всех рангов и координаторы. Дело зашло так далеко, что я начал чувствовать предсмертные эмоции подчиненных, но поначалу принял их за галлюцинации… и принимал, пока не явился гешпенст.

Блин, как ухо режет! Ну вот почему он не мог что-то более благозвучное подобрать? Нет, надо по-немецки…

– Один момент! Вы сказали, что чувствовали эмоции подчиненных?

– Ну да… тех, кто был на связи…

– Преподобный, меня терзают смутные сомнения… ну-ка, признавайтесь, что утаили?

– Разве что незначительные технические подробности, – заюлил Коулмэн.

– Так не пойдет. Или колитесь, или будем прощаться. Быстро: что вы притащили с Пандоры? Нанов?!

– Да, черт возьми! Да!!! Они оказались очень удобным инструментом! И связь в любое время вне зависимости от расстояния и погоды, и обратная связь в реальном времени, и возможность контролировать деятельность большой группы людей!

– То есть вы заразили продуктами сомнительной инопланетной технологии прорву народа?! Преподобный, вам такое понятие, как «техника безопасности», хоть о чем-нибудь говорит?!

– Да они безвредные! Я на собственном примере убедился, прежде чем других в систему включать! И у меня не было другого выхода! Не «уоки-токи» же было пользоваться!

Теперь пришла очередь Мака удивленно на меня воззриться, но отвлекаться и объяснять, что за «колдунство» имел в виду Коулмэн, я не стал. Не маленький, по контексту догадается.

– То есть какая-то неведомая хрень начала уничтожать носителей наноботов с Большой Неприятности, и никто ничего не заподозрил? – чуть сбавил я обороты. Не время сейчас скандалить, да и с кем, с голограммой?

– В том-то и дело, что заподозрили! – с досадой буркнул преподобный. – И начали избавляться от нанов. Это довольно просто, достаточно воспользоваться стандартной процедурой переливания крови…

Н-да, слабоваты «зверюшки»! Наших с Маком, помнится, куда сложнее изничтожить было… значит, Коулмэн нашел каких-то других нанов, более специализированных за счет софта? Ну да, а Зевса, чтобы раскрыть их потенциал полностью, у него не было… да и сейчас нет. Как, впрочем, и у меня! Ну вот куда он запропастился?.. И не только он, кстати. Тех, оглушающих, тоже что-то давно не слышно… да и единственный местный обитатель что-то подозрительно спокоен. Чем же таким мой искин занят, что ни на меня, ни на Иеремию у него времени нет?

– Многие быстро сообразили, но не все успели воспользоваться шансом, – продолжил между тем Старший-в-юдоли. – И это обстоятельство еще больше усложнило ситуацию…

– Называйте вещи своими именами, старина, – ухмыльнулся Мак. – Бунт они устроили. Революцию. И вам пришлось натравить на них снеков. Хотя, скорее всего, поначалу вы попытались решить дело малой кровью. Вот только ваша оперативная группа подозрительно быстро растаяла… эй, эй, спокойней! Я в переносном смысле… или все так и было?!Да чтоб мне лопнуть!..

– Мак, угомонись. Преподобный, я вот одного не пойму… ладно руководители и координаторы. Но при чем здесь коровы и пастухи?

– Так мы на них технологию и опробовали…

– Потому что не жалко?

– Потому что с ними с первыми проблемы начались. А наны оказались очень удобным инструментом для управления… поэтому пастухи и стали координаторами. Разве что координировали стада.

– Тоже коллективы, если вдуматься, – не удержался я от колкости. – А вы не думали, что обратная связь может проявиться? Как себя почувствуют координаторы, когда им на мозги надавят эмоции сотни-другой коров? А если бычков?

– Все бы вам позубоскалить… а вот этой проблемы как раз и не было! Зато прямое воздействие на более примитивный мозг оказалось очень даже возможным.

– И вам понравилось.

– Ну а кому бы не понравилось? Столько проблем решается…

– И еще больше новых возникает.

– Не без того… – вздохнул преподобный.

– Ага, – поддакнул Мак. – Так всего лишь коровок гнобили, а теперь еще и геноцид на вашей совести.

– Мы защищались!

– От собственной паствы? Хорош же пастырь!

– Мак, угомонись. – Я снова обвел зал задумчивым взглядом и усмехнулся. – Ваша версия, преподобный, пока что не объясняет появление всего вот этого.

– Это вынужденная мера. Понимаете, как только появились гешпенсты… я запаниковал. Это очень специфический опыт, поверьте… что?..

Черт, все-таки я в лице изменился. Надо лучше собой владеть.

– Да нет, ничего. Продолжайте.

– В общем, это все я наворотил от банального страха, – повинился Старший-в-юдоли. – Даже не страха, а животного ужаса. И система управления среагировала на подсознательное желание. Я на какое-то время отключился от реальности, а когда очнулся, оказался здесь. И, как выяснялось, благополучно – относительно, конечно – решил обе проблемы. Гешпенсты здесь меня не беспокоят, видимо, что-то с энергетическими полями… они тут своеобразно закручены, знаете ли…

– Мы заметили.

– …ну а с последователями получилось еще проще. Мои соратники пали жертвой эпидемии, а поскольку я был временно недееспособен, система управления моего кластера приняла решение ликвидировать источник проблемы. Я потом просмотрел некоторые записи…

Н-да. А все-таки у преподобного, даже оцифрованного, какие-то остатки совести сохранились. Вон, на себя не похож – так перекосило от воспоминаний.

– Мои бойцы, которых вы называете снеками… почему, кстати?

– Сокращение от «special units».

– Логично… так вот, мои спеки под руководством системы управления уничтожили всех колонистов.

– Кроме вас, – изобразил Мак Капитана Очевидность. – И это наводит на размышления, знаете ли…

– Не оправдывайтесь, преподобный, – зло прищурилась отлипшая от мумии Бранка. – Вина целиком и полностью на вас. У системы управления нет настолько широких полномочий. Она реагировала на ваши подсознательные желания, только и всего. А они, как вы сами признались, были продиктованы паникой и ужасом. Вот и результат.

Голограмма уставилась в пол, в очередной раз разорвав шаблоны присутствующим. Да и девица поразила – откуда она такие подробности знает? Еще одна галочка в обширном списке подозрений.

– Совесть… – удивленно протянула Бранка. – Надо же… а вы сентиментальны, преподобный!

– Есть грешок, – совладал тот с собой. – Через какое-то время я осознал, что натворил. А еще осознал, что пути назад нет. План в случае форс-мажора предусматривал «оцифровку» основной массы колонистов, но… я не успел. Вернее, выпал из реальности. А когда вернулся… черт, все эти годы я больше всего страдал не от угрызений совести – в конце концов, каждый из моей паствы знал, чем рискует – а от одиночества! Банального одиночества! Мне не с кем было перекинуться хотя бы парой слов! Знаете, как это тяжело – ежедневно, ежечасно и ежесекундно противостоять напору целой планеты! И ни минуты передышки! Иногда я даже выращивал спека, подключался к нему напрямую, через нейроинтерфейс, и просто гулял по зданию штаб-квартиры! Там были хоть какие-то признаки былой жизни, ведь мы успели около месяца попользоваться им по прямому назначению… я устраивался в укромных уголках, не решаясь отходить далеко от корабля и пирамиды, чтобы гешпенсты не сразу реагировали, и любовался окрестностями. Ел, пил, гадил… спал, в конце концов! Правда, редко удавалось так просуществовать больше недели… враг меня неизменно обнаруживал и вынуждал возвращаться в… даже не знаю, как это назвать. Виртуальный мир? Скорее, виртуальную тюрьму… если бы у меня были помощники, я бы, несомненно, придал этой псевдореальности удобоваримый вид. Но одному мне это оказалось не под силу…

– По-моему, у вас в показаниях логическая дыра, – покачал я головой. – Как могло здание оказаться над пещерой? Вы же сами сказали, что упрятали корабль вместе с пирамидой сюда, когда пребывали в вашей личной «сумеречной зоне».

– «Свечку» мы возвели уже на первом этапе, – отмахнулся Коулмэн. – Тоже с прицелом на будущее. И из соображения удобства поблизости от самых ценных объектов Колонии. Ну а когда я… творил, и пирамида, и головной модуль транспорта сначала слились в единое целое, а потом… утонули в почве, сместившись чуть в сторону, а над каверной образовался холм, на котором теперь высится штаб-квартира. Все просто.

– Хм… а ведь судя по мусору, который мы видели, здание нехило трясло, – припомнил Мак. – Все сходится. Что ж, преподобный, осталось еще одно дело. Догадываетесь, какое?..

Ну еще бы он не догадывался! Вон как скривился, как будто лимон в одно лицо сжевал…

– Может, я лучше сам? – снова заюлил он. – Ну зачем вам сомнительное удовольствие поиграться в виртуале? Да и мне вы скорее навредите… отзовите искина, ну пожалуйста?..

Я молча помотал головой, обдумывая ответ. Ну вот что ему сказать? Что нам на него плевать? Так он и сам это знает. И смысла сотрудничать совершенно никакого. Он тут соловьем заливался от безысходности и в последней отчаянной попытке оттянуть неизбежное. А нам бы он не помешал, чтобы не учиться на ошибках. Наверняка ведь есть… нюансы. Зевс бы разобрался, но где тот Зевс?!

ИНСТРУМЕНТ!

Здрасьте, приехали! Ч-черт, ну когда же они громкость сбавят? Хотя… это уже не они, это Бадди завыл, да и Васька в рюкзаке обеспокоенно зашуршал…

«Денис! Де…»

Да они сговорились, что ли?..

«На связи».

«Срочный вызов, прими видео».

Бли-ин! Ну вот как вовремя!!! Выводи на дисплей, гляну одним глазком… чтобы совсем уж контроль над обстановкой не терять.

– Куда?!

Потерял…

Мак, как я его и просил, все это время следил за девицей, и среагировал вовремя… вот только не самым удачным образом: когда Бранка, окинув Коулмэна презрительным взглядом, прищурилась и решительно шагнула к «трону», Гленн успел сцапать ее за рюкзак, но и только. В следующее же мгновение реактивная девица развернулась, сорвав захват, и врезала моему напарнику локтем по забралу. Мощно врезала, от души – амплитудным движением снаружи внутрь. Не будь на Маке шлема, тут бы и пришел ему конец. А так, можно сказать, повезло: он даже на ногах устоял, хоть и отшагнул назад. Правда, тут же еще и маэ-гери в пах словил, от которого уберег боевой костюм, но нормальные мужские рефлексы сработали – он машинально согнулся, прикрыв чудом не отбитое достоинство, и окончательно утратил контроль над стычкой. Чем девица и воспользовалась, бесцеремонным рывком за разгрузку сместив его чуть в сторону, так, чтобы он оказался аккурат между нами – я успел сделать ровно один шаг к Бранке – и с разворота саданула ему ногой в грудь, усилив удар прыжком. Бэк-кик получился на загляденье – Мака буквально смело. Ну и меня вместе с ним, поскольку хитрая бестия умело направила вражескую тушку мне навстречу… а ведь я почти успел уйти в сторону! Но почти, как известно, не считается, так что уже через секунду я осознал себя растележившимся на полу, а сверху на меня давил всеми своими десятками килограммов мастер-рейнджер Макдугал.

Дальнейшие события слились в один многоголосый вой: писк придавленного в рюкзаке Васьки, возмущенный скулеж Бадди, бросившегося на защиту хозяев и нарвавшегося на мощный пендель, и паническое «Не-е-е-ет!!!» Коулмэна. С чего это он так расстроился, я рассмотрел, спихнув-таки с себя все еще не оправившегося от неожиданности Мака: Бранка, нейтрализовав на некоторое время «союзников», одним прыжком достигла «трона», сорвала с черепа… вернее, вместе с черепом мумии «корону», решительным рывком вытряхнула из артефакта останки, умудрившись одновременно сорвать собственный шлем, и, чуть замешкавшись, водрузила трофей на голову. Как раз в этот момент Коулмэн и издал вопль, сделавший бы честь новооймяконскому мамонту в период гона, потом замерцал и истаял, оставив в воздухе едва заметное свечение… черт, почему я его вижу?!

ИНСТРУ…

Понятно, что ничего не понятно. Хотя чего тут понимать? Наны помогли, вот и вся разгадка. Теперь бы еще приподняться, чтобы лучше видеть… что за нафиг?! Аморфеум?..

Уж не знаю, проснувшийся ли Зевс помог, или моя связь с «мелочью» вышла на новый уровень, но в этот момент я умудрился охватить взглядом весь зал, причем откуда-то сверху. И картина пред взором предстала очень нерадостная: завладевшая «ключом» Бранка пинком вышвырнула из «трона» мумию, запрыгнула на него сама и, запрокинув голову, безумно расхохоталась. Было, кстати, с чего: очень смешно наблюдать, как казавшийся монолитным пол вдруг размяк и раздался под телами бывших союзников, а потом еще и щупальца отрастил, моментально опутавшие незадачливых врагов и упершиеся острыми концами в слабые места боевых костюмов, коих оказалось достаточно – и в подмышках, и в сочленениях бронепластин, и под шлемами в районе подбородков. Еще хуже пришлось Бадди, которому шипы даже пронзили шкуру, впрочем, глубоко не впиваясь. Этакий суровый ошейник… хотя скорее смирительная рубашка. Сама же Бранка очень быстро исчезла за хитиновой броней, превратившей «трон» в здоровенное «яйцо». А потом прямо в мозгу раздался ехидный девичий голосок, пробравший до печенок:

– Ну что, поговорим, мальчики?..

Но эту фразу я уловил самым краем сознания, уже проваливаясь в беспамятство.

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, день

…черноту космоса нарушила яркая вспышка, которая тут же схлопнулась в точку, исторгнув два тончайших луча, рассекших тьму и рассеявшихся в пространстве. На первый взгляд ничего особенного: многие корабли Предтеч, доставшиеся людям по наследству, отличались подобными спецэффектами при выходе из гиперпрыжка. По этой причине оператор станции мониторинга, затерянной на периферии системы белого субгиганта, в стороне от оживленных внутрисистемных трасс, и не придал событию особого значения. И только после того, как вычислитель станции обработал данные сканера и оконтурил вышедший из гиперпространства корабль, на борту началась какая-то движуха. Что конкретно там происходило, по англоязычным матерным обрывкам и невнятному шуму определить не получилось, да и не особо хотелось – куда интереснее оказалось наблюдать за пришельцем. Во-первых, его контур мигал, да и зловещие красные линии не оставляли сомнений в ненормальности незваного гостя – компьютер не мог установить принадлежность судна. Не в смысле Колонии, а в смысле производителя, поскольку в обширной базе данных Ллойда такой конфигурации не значилось. И тут одно из двух: либо это творение неизвестных Предтеч, либо… неизвестных людей. Впрочем, персонал наверняка склонялся к первому варианту. Но не я. Потому что я, в отличие от местных, такой силуэт уже видел. Вернее, не силуэт, а схему – одну из десятка, предложенных Зевсом по результатам изучения корабля Бранки. И видел я ее совсем недавно, двух часов не прошло. Ну а потом подтвердились мои худшие опасения: выглядевшая монолитной конструкция разделилась на одиннадцать частей – десять мелких, одинакового размера, и одну здоровущую, которая до того торчала в центре. Мелочь, кстати, на ней крепилась вкруговую, совсем как цыплята вокруг наседки в гнезде. Теперь же эти «цыплята» порскнули в разные стороны, направляясь к лишь им одним ведомым целям, не оставив без внимания и станцию мониторинга. Кончилось все предсказуемо: кто-то за кадром матерно выругался, глядя на растущего на глазах пришлого, затем этот пришлый странно дернулся… и все. Экран погас. Такое впечатление, что видеокамеру кто-то разнес на атомы. Н-да. Хотя скорее всего просто энергосистема вырубилась, потому что попадание болванки пятисотого калибра, разогнанной в гаусс-пушке, вряд ли размололо станцию в космическую пыль. Насквозь прошибло, заодно знатно покорежив все, что только можно – это да. Разгерметизация, опять же, наверняка мгновенная была… а много ли человеку, особенно без скафандра, надо? Тем, кого убило сразу, очень повезло. Хотя и остальные тоже вряд ли долго мучились… но все же смерти от удушья и врагу не пожелаешь.

Ролик был коротким – секунд десять, не больше. И почему Зевс из-за него так напрягался? Очевидно же, что на прием послания угрохал все свободные ресурсы – невеликие, к слову – потому я его и не слышал. Ну, напал кто-то на какую-то Колонию, вполне возможно, что банальные пираты. Или местные устроили грызню за передел властного пирога. И стоило так стараться?.. Но это лишь в том случае, если не видеть сопровождавшего видюху текстового послания: «Fratello, это серьезно. Луиджи».

Черт… все-таки земляне. Не интрига дяди Пети или какой-то еще конкурирующей Корпорации. И даже не папенькины происки. Попадос, короче…

Почему так решил? Все просто. Ролик пришел на «Молнию» по прямому запросу, и лишь затем материнское ядро перекачало его в память периферийного устройства, то бишь Зевса. Зевс же, в свою очередь, был занят противостоянием с Иеремией Коулмэном, а заодно пытался сломать защиту дефектной пирамиды. Плюс особенности каверны-убежища, позволявшие преподобному прятаться от гешпенстов… теперь уже точно тех самых сущностей, что периодически оглушали меня «громогласными» мысленными посланиями. А еще, как выяснилось, отчаянно мешали ферфольгеры. Программы-вирусы, грузившие все свободные мощности Старшего-в-юдоли, с тем же энтузиазмом вцепились в новый объект. И при всем при этом Зевс счел полученное видео настолько важным, что рискнул на какое-то время оставить меня без связи и дистанционного сопровождения. И с этим решением я склонен был согласиться, потому что привык доверять сведениям, предоставленным Брокером. Не удивляйтесь, логическая цепочка предельно проста: конечную цель текущей экспедиции «Молнии» знал только мой теневой партнер. А поскольку отправитель подписался именем Луиджи и воспользовался характерным словечком «fratello», то бишь «братан» в итальянской интерпретации, то сомнений не осталось – весельчак и балагур Луиджи Монтанари, продавец сантехники со станции STG-5, что в Колонии Терра-Нова, и есть мой персональный Брокер. И еще один немаловажный факт: материнское ядро не сумело установить исходный пункт, откуда пришло послание. Вообще ни один, хотя должно было распознать как минимум пару ближайших ретрансляторов. Чего по какой-то невероятной причине не произошло. И теперь я понял, по какой именно – у Биржи имелась собственная мгновенная сверхдальняя связь, не привязанная к системе ретрансляторов в Колониях и корпоративных мирах. Вот и объяснение ее эффективности. Ведь мало владеть информацией, нужно еще и доставить ее к конечному потребителю. И кто-то умный, на заре освоения Галактики наткнувшийся на этот полезнейший артефакт ушедших Предтеч, сообразил пристроить его к делу. А ларчик-то просто открывался…

– Смальков!.. Смалько-ов! Ты где? Ты меня слышишь?..

А?.. Чего?.. Блин, надо же – лежу, спеленутый тентаклями из инопланетной дряни, да еще и настолько о посторонних делах задумался, что из реальности выпал… довольно неприглядной реальности, надо признать. А меня, оказывается, Бранка дозваться не может… гребаная шпионка.

– Чего тебе, коварная женщина?!

– Он еще и хохмит?! – невольно удивилась та. – Значит, в полном порядке стервец…

Уж не знаю, какой именно вывод она из моих слов сделала, но тентакли чуть усилили нажим, грозя пробить верхний слой комбеза. Понятно, что внутри еще амортизирующая подкладка, и с ней поди еще совладай – удары пуль гасит, что ей какое-то щупальце? – но рисковать я не стал. Ну ее на фиг, бабы, они тва… существа непредсказуемые. Убить не убьет, а вот ребра переломает запросто…

«Вероятность неблагоприятного исхода девяноста два процента». Ух ты, кто проснулся!

«Ты про убьет или про переломает?»

«Первое. Но и второе не стоит сбрасывать со счета – вероятность неблагоприятного исхода пятьдесят один и три десятых процента».

Н-да. Все такой же зануда.

«Управление перехватить можешь?»

«Пока нет, сильное противодействие со стороны ферфольгеров».

Ага, «слушал» все это время! Вон, и терминологии нахватался. Но от данного факта все равно не легче. Значит, придется договариваться…

«Ответ положительный».

А вообще у нас как дела? В общем и целом? Связь с «Молнией» есть?

«Рекомендуется немедленная эвакуация».

С чего бы?..

«Давление на Аномалию резко усилилось, я связываю это явление с нейтрализацией Иеремии Коулмэна».

Чертова баба… совсем все плохо?..

«Граница смещается к центру Аномалии. Вывести картинку?»

Хм-м… а с орбиты не так уж и страшно. Подумаешь, светлое пятно на черном фоне еле заметно скукоживается…

«Денис, сейчас не до шуток».

«Ладно, вызывай Алиску. Дай ей текущие координаты, пусть зависает над «свечкой» и ждет до последнего».

Вряд ли теперь нужно снеков бояться. Да и ПВО наверняка не опасно. Осталась сущая мелочь – выбраться из пещеры.

«Связался?»

«Ответ положительный. Расчетное время прибытия – 00:23:06… 05… 04…»

Ну вот, теперь и поговорить можно.

– Так чего ты от меня хочешь, милая девушка?

– Транспорт.

Оп-па!.. Вот чего угодно ожидал, только не этого… думал, проблема будет заключаться в том, как от преследователей оторваться, на Алиску и ее умение надеялся… а тут нате вам! В попутчицы она к нам напрашиваться вздумала, ага.

– Хррр… хрен ей!!! Хррр!..

– Вас, мистер Макдугал, никто не спрашивает.

– А зря, – фыркнул я. Несмотря на незавидное положение, меня почему-то упорно пробивало на «хи-хи». Нервы, что ли? – Слушай Мака, милая девушка, он фигню не сморозит.

– А сейчас что было? – парировала Бранка.

– Выражение мнения, аналогичного моему.

М-мать!.. Кажется, зря я это сказал. Бранка миндальничать не стала и просто усилила нажим, то есть сработали те самые пятьдесят с небольшим процентов, анонсированные Зевсом. Тентакли, как я и ожидал, броню не пробили, они ее попросту вдавили, хорошенько сжав ребра. И это несмотря на демпфирующий слой! А не будь его, меня бы сейчас уже пополам перерезало. И не только меня, судя по глухому мату и куда более громкому скулежу. Да, Васька еще мякнул, но на фоне остального шума его голос попросту потерялся.

– П… полегче!.. – выдавил я. – Грох… хнешь, с к-кем д-договариваться будешь?

– Тоже верно. Но, насколько я понимаю, связь с орбитой есть только у тебя, Денис.

Хм… намек более чем прозрачный. И, судя по тому, что мне полегчало, да и скулеж смолк, но рык со стороны авангардисткой скульптуры, в которую превратился Мак, все еще доносился вполне себе различимый, клятая девица уже вовсю пользовала знаменитый принцип кнута и пряника.

– Грохнешь Макдугала, точно помогать не стану.

– А если… пса?

– Извини, Бадди…

– Ву-уф…

– У тебя нет сердца, Денис Смальков! – подпустила в голос пафоса Бранка. – И этому человеку я симпатизировала…

Чур меня, чур меня! Если это она так симпатизировала, то что же она делала с теми, кто у нее вызывал неприязнь? Живьем жрала, что ли?.. Нет, к черту подробности. Впрочем, девица не против потрепаться, значит, время еще есть, хоть и поджимает. Интересно, почему?

– А чего ты с нами возишься? – спросил я для затравки, слегка отдышавшись. – Твой-то транспорт где?

– Да если бы я знала!!! – рыкнула девушка. Ого, наболело. – Не отвечают. На связь не выходят – ни катера, ни основная база.

– А ты хорошо пыталась?

– Лучше не бывает! Только все диапазоны «белым шумом» забиты, никуда не пробиться!

Блин, это она все время, пока мы со Старшим-в-юдоли трепались, пыталась до своих докричаться? Похоже. Потому и пребывала в ступоре, если со стороны смотреть. Внешние динамики она, естественно, не врубала – зачем ставить потенциального противника в известность о собственных проблемах?

– Думаешь, там совсем плохо? – нашел в себе силы посочувствовать я.

Ага, именно нашел силы, потому что так и подмывало поглумиться. Ну, или хотя бы поиздеваться. Еле с собой совладал.

– Да не знаю я!!! Это не они молчат, это я докричаться не могу. Думала, из кокона получится…

– …а тут еще большая задница? – предположил я. Признаюсь, с умыслом. – Вирусная атака, все дела…

– Откуда ты?.. Хотя о чем это я… да, тут все плохо! Сам смотри!!!

«Попытка несанкционированного доступа!»

– Какого?! Денис!

«Зевс, пропусти картинку».

«Доступ разрешен».

…н-да. Давненько я ничего подобного не наблюдал. Пожалуй, со времен приключений на Пандоре, когда мы блуждающие аномалии исследовали в компании Асти и сработанных на коленке дронов с генераторами защитного поля. Даже на Объекте-357 такого не было – мы туда попали уже после того, как там все силовыми полями перемололо. Впрочем, отличия видны были невооруженным взглядом: во-первых, таких впечатляющих спецэффектов не наблюдалось, во-вторых, Аномалия… пожалуй, таяла, причем по всему периметру одновременно и относительно равномерно. Если смотреть с высоты птичьего (вернее, дронового, за неимением птиц) полета, как я сейчас, то процесс можно было сравнить с неторопливым выгоранием листа бумаги, который подожгли со всех сторон сразу и бросили на землю. Светлое пятно медленно, но неуклонно сокращалось, поглощаемое чернотой – разве что без видимого пламени, хотя попасть на Границу в данный момент времени я бы не хотел. Кто знает, как бы восприняла мое присутствие система управления? Скорее всего, сочла бы таким же посторонним предметом, как и все остальное, начиная со слоя плодородного гумуса. А разделить судьбу «номерного» бойца из команды Бранки, который на наших глазах превратился в тошнотворную слизь, а потом и вовсе впитался в аморфеум, желания у меня не было. От слова совсем, ага.

Потом дрон, который вел трансляцию, такое впечатление, чуть сместился и спикировал, дабы позволить зрителям насладиться зрелищем с близкой дистанции. Если честно, лучше бы висел, где раньше: если с высоты процесс разрушения Аномалии выглядел величественно и не особо страшно, то вблизи впечатление складывалось абсолютно иное – деревья, до которых как раз докатилась волна преобразования, какое-то время сопротивлялись, возвышаясь этакими волнорезами в потоке аморфеума, в который плавно и незаметно обращалась почва, а потом как-то резко теряли форму и оседали в черное «море» бесформенными кляксами. Которые, впрочем, тут же исчезали из вида, превращаясь в неотъемлемую часть потока.

Что характерно, неживые объекты, типа тех же амбаров, автомобилей и даже асфальтового покрытия дорог, сопротивлялись чуть дольше, но с тем же неизменным результатом. Точно! Вспомнил, где я нечто подобное видел – в литейном цеху одного из корпоративных заводов. Нас туда на экскурсию водили, еще в школьные годы. Меня тогда больше всего поразил огромный жбан – наверное, с хороший коттедж размером – с расплавленным металлом. И в него как раз добавляли вторичное сырье, я так полагаю, куски обшивки порезанного корабля. И таяли они точно также, как деревья и строения в Аномалии. Разве что жар не такой сильный, как в цеху, да и цветовая гамма иная. А вот ощущения аналогичные – ирреальный страх перед всесокрушающей стихией. Я, помнится, тогда представил, каково это – нырнуть в бассейн с расплавом. Проняло знатно, потом долго кошмары из жизни металлургов снились. Впрочем, дело прошлое. У меня очень скоро куда более благодатные темы для ужастиков появились. Но теперь, боюсь, и старые страхи вернутся…

На этом, собственно, ролик и прервался – уж не знаю, Зевс канал отрубил, или Бранка решила, что хорошего помаленьку. Да и пофиг, если честно. Меня сейчас занимали совсем другие мысли – например, я понял, что Элва куда ценнее, чем мы могли вообразить. По той простой причине, что могла перерабатывать в аморфеум любую материю. Любую! Вдумайтесь только! И, похоже, что в любых количествах, только успевай подвозить. Это я наконец-то факты сопоставил, а именно текущий локальный Армагеддец в пределах отдельно взятой Аномалии, и факт «растворения» постороннего объекта, то бишь бойца Бранки и его экипировки. А если окажется, что планета еще и корабль девицы поглотила и не поморщилась… ну да, иных доказательств не потребуется. То есть приз настолько грандиозен, что даже в голове не укладывалось. Немудрено, что папенька вознамерился прибрать к рукам столь ценный ресурс. Да и земляне подсуетились. Ну а кто еще мог стоять за Бранкой де Гроот? Не Корпорации же, если целых две из ТОП-5 Колониального союза уже отсеялись… у других просто нет ни сил, ни ресурсов на воплощение в жизнь столь далеко идущих планов. А вот у Земли с Сателлитами – есть. Эх, сейчас бы с Виктором Андреевичем парой словечек перекинуться! Но, в силу полной несбыточности этой мечты, придется пока исходить из предположения, что полномасштабная атака Старой Земли на Колонии все-таки началась. И из этого факта вытекало несколько весьма непростых вопросов.

«Зевс, „Молния" чужаков в системе не засекала?»

«Ответ отрицательный».

Черт. Вообще никаких? Ни прячущихся, ни вновь прибывших?

«Ответ отрицательный».

Что ж, примем на веру. Капитан Иванов достаточно долго проторчал в окрестностях Элвы, чтобы досконально проверить систему. Если бы кто-то прибыл до нас и схоронился, скажем, на каком-нибудь планетоиде, за это время сканеры рейдера этого кого-то все равно бы обнаружили. И это без вариантов – от аппаратуры Архонтов можно укрыться, нет ничего идеального в этой Вселенной, но лишь временно. А уж с тем уровнем технологий, что наблюдался у Бранки и ее команды, время это сокращалось от суток до часов. Не говоря уж о неделе. Проскочить же незамеченным мимо «Молнии», которая уже несколько дней дрейфовала в космосе, задействовав все мощности на охранном контуре, и думать нечего – засечет еще на подступах, за пределами орбиты самой дальней планеты системы. Ну а выход из гиперпрыжка тем более без внимания не останется – такие возмущения материнское ядро рейдера фиксировало на расстояниях до половины светового года. Не спрашивайте, как именно. Мне Зевс как-то попытался объяснить, но я, несмотря на высшее инженерное образование, не понял ничего, за исключением предлогов. Проф Куатье что-то уловил, но очень приблизительно, настолько, что даже помощникам – близнецам Джонсонам – уловленное пояснить не сумел. Что-то там с отраженными гиперволнами, распространяющимися от прокола пространства во все стороны, прямо как гравитационные возмущения. Не суть, в общем. Главное, у Бранки нет силовой поддержки в пространстве. Пока нет. И это ключевое слово. Более чем уверен, что сюда уже мчит на всех парах как минимум один модульный крейсер. Так что надо поторапливаться.

Ну вот, с одним вопросом более-менее разобрался. Ну а с остальными проще – надо их всего лишь озвучить.

– Ты же сказала, что связи нет! А картинка откуда?

– Нет связи с внешним миром! – рыкнула Бранка. Видимо, совсем другой реакции от меня ожидала. – Тебя только это интересует?

– Конечно, – кивнул я. Уж на этот жест той степени свободы, что у меня еще оставалась, хватало с избытком. – Может, ты меня в очередной раз объегорить пытаешься?

– Чего?!

– Обмануть, – с бесконечным терпением в голосе пояснил я. – Сама про «белый шум» заливаешь, и тут же видео транслируешь с дрона…

– Это не дрон! Это… а, пофиг! Основную инфраструктуру я вижу и могу ей управлять. Но ее остается все меньше и меньше.

Это верно. Если я правильно оценил скорость процесса, у нас еще минут сорок-пятьдесят, в самом лучшем случае – час. Силен был «оцифрованный» Коулмэн, раз такую мощь сдерживал столько лет… или это именно сейчас на нас планета ополчилась, подгадав, так сказать, благоприятный момент? Хорошо все-таки, что заранее сообразил Элисон вызвать. Вход в атмосферу даже на таком совершенном катере, как наследство Архонтов, дело серьезное и не терпящее спешки.

– То есть это не эфирная связь? – все же уточнил я.

– Нет, через нанов.

Понятно. Своих-то подельников она нанами заразить не успела, а от местной системы отрезана ее же файерволлом. Но почему, в таком случае, она напрямую на моих нанов воздействовать не может?

«Может».

Черт, точно. Только у меня антивирус есть навороченный.

«Спасибо за навороченного, Денис».

Всегда пожалуйста… ты, главное, не дай ей до катера докричаться. А то Эли, чего доброго, купится и попрется напролом, наплевав на опасность. Это она может, особенно если дело меня касается. Во всех остальных случаях она, что характерно, придерживается даже не духа, а буквы инструкций по технике безопасности.

– Хорошо, второй вопрос…

– Короче, Денис!

– Куда нам торопиться, милая? – мурлыкнул я. С собственным незавидным положением я мало того, что смирился, так еще и приспособиться успел. Перевожу на русский: засеял ближайший тентакль нанами, и Зевс сейчас вовсю трудился над перехватом управления. Правда, пока без видимых результатов. Но это ерунда, дело наживное. – У нас еще целый час! К тому же мы еще даже не начинали торговаться.

– Да твою же!.. Ладно, хрен с тобой. Спрашивай.

– Как ты собираешься эвакуироваться? В смысле технологии… мы, на минуточку, в огромной пещере. И выход из нее я лично только один знаю. Плюс тебе придется нас отпустить…

– Фиг угадал! Думаешь, путы в отрыве от основной массы аморфеума работать не будут? Ноги распутаю, и хватит с вас!

– А если мы разбежимся в разные стороны?

– Да пофиг. Тебя я догоню, а на остальных плевать. Пусть на себя пеняют, коли совсем тупые.

Мак, к которому в основном и был обращен спич, предпочел промолчать. Разве что буркнул что-то неразборчиво насчет много о себе возомнивших шлюх.

– Не договорились.

– Чего?!

– Того! Не договорились. Гленн, Пандору помнишь?

– А то! Но здесь даже весе… хррр…

– Ладно, ладно!.. Уговорила! Но это не отменяет моего вопроса: как отсюда будем выбираться? Снова в «пузыре»?

– Слишком долго!

– Согласен. И?..

– Есть… способ. Но нужно время. Так что вызывай, давай.

– Сколько времени?

– Не очень много.

– Конкретнее!

– Ты что, собираешься подгадать прибытие эвакотранспорта к нашему выходу?

– В точку.

На это она не нашлась, что возразить. Да тут бы никто не нашелся. Простая предосторожность с моей стороны. Надо все делать быстро, чтобы у Бранки не возникло даже тени намерения от нас с Маком избавиться уже на поверхности, в надежде затем захватить катер. Ну а что? Нормальный план. Транспорт мы вызвали, нужды в нас больше нет… и приказ в случае нашей безвременной кончины никто не отменит. Да и до поверхности зачем ждать, собственно? Как только вызову, сразу в расход. Это было бы логично и даже где-то в стиле нашей вероломной союзницы. Кто мы для нее? Очередные «номерные» юниты. Надо что-то с этим делать. Да вот хотя бы зубы заговаривать, чтобы ни о чем постороннем думать она не успевала.

– Какой ты все-таки мерзкий и подозрительный тип! – высказалась Бранка, как плюнула. – Все вы тут такие.

– Тут? – уцепился я за слово. – Значит, есть и не тут? В смысле не Колониальный союз? Все-таки ты с Земли!

– А ты до сих пор не догадался?! – поразилась девушка. – Черт, надо же, переоценила… а ведь все могло бы быть куда проще.

Ага, блажен, кто верует. Мак бы на такое точно не купился. Да и Алиска с Асти тоже, поскольку очень хорошо меня изучили. А с Бранкой одно удовольствие работать, манипулируй – не хочу.

– Так сколько тебе нужно времени?

– Минут… да, точно. От восьми до тринадцати.

– А точнее?

– Без понятия! Пока не начну процесс, не увидим!

Ладно… Зевс, все понял?

«Ответ положительный. Расчетное время прибытия 0:13:24… 0:13:23… 0:13:22…»

Так, будем исходить из наименее благоприятного варианта – восьми минут. Придется тянуть время, еще минут пять хотя бы. Алиска-то подождет, ничего с ней не случится, а вот нам ждать ее прибытия совсем не с руки. Резоны я чуть выше озвучил уже. Тут бы в принципе до точки рандеву добраться… так что продолжаем заговаривать зубы.

– А знаешь… я передумал.

– Ну чего еще?..

Хм… даже не возмутилась. Реально я ее утомил, похоже. Как бы не переиграть.

– Я хочу долю.

– Чего?!

– Вуф!

– Твою!.. Хррр…

Нормалек. Даже Мака проняло, значит, все правильно сделал.

– Долю, говорю, хочу, – пояснил я. – Со всего вот этого. Ты же не будешь отрицать, что имеешь какой-то профит? А я, на минуточку, Оружейник! Мне на жизнь зарабатывать надо. Миллионов десять, думаю, меня на данный момент вполне устроят.

– Да ты!!!

– Да, я. Ну и что? Ч-черт!..

Похоже, перегнул. Или это она от нервов опять тентаклями поднажала, ажно ребра затрещали. Еще чуть-чуть, и дышать не смогу.

– Уверен насчет десяти миллионов? – съехидничала девица.

– Бо… более ч-чем!.. – прохрипел я.

– Миллион, – закинула удочку Бранка.

Купилась? Не, вряд ли. Скорее тоже решила поиздеваться. Козыри-то все у нее на руках. Силовое давление не очень-то действует, так что варианты перебирает, по-любому.

– Один… надцать!!!

Ф-фух!.. Не вырубаться, не время! Зевс, стимуляция…

«Процесс активирован».

Полегчало. Но вида подавать не будем, хрен ей. А вот с синяками или даже трещинами в ребрах придется смириться.

– Два?..

– Три… надцать!

– Ты и впрямь серьезно! – поразилась девушка. – Н-да… но вынуждена тебя разочаровать. Я, в отличие от тебя, идейный борец. И сижу на фиксированной зарплате.

– Так за чем же дело стало? – воспрял я. Во всех смыслах – девица еще и нажим уменьшила, так что задышалось свободней. – Переходи на светлую сторону силы, мы тебе еще и денег дадим. За все вот это.

– Много? – хмыкнула та.

– Больше, чем ты можешь себе представить. И не сомневайся, я имею право сделать такое предложение.

– Бунгало на побережье, коктейли, пляж, мужчинки…

– Дом, муж, дети?

– Тьфу на тебя! Такую идиллию обгадил!

– Ну, не хочешь – не надо. Одно не пойму… неужели на Старой Земле так туго с ресурсами?

– А у ваших Корпораций? – парировала Бранка. – Пойми, если Вторая мировая была войной моторов, то нынешняя Первая галактическая будет именно войной ресурсов. Невосполнимых материальных ресурсов. С вашей стороны невосполнимых.

– Значит, твой корабль земного производства? Наловчились-таки? Или все же заемное?

– Второе, естественно. Просто мы оказались умнее вас и используем то, что в силах воспроизвести.

– Не абстрактные «вы», а те конкретные люди, что стояли у истоков Исхода! Успели хапнуть, а потом еще и вовремя остановились… думаю, папенька нашел бы с ними общий язык.

– Смальков-старший, может, и нашел бы, – засмеялась Бранка. – Да только кто ж с ним разговаривать будет? Кому он сдался, местечковый царек?

Ну-ну, ерничай дальше. Посмотрим, как потом запоешь… кстати, что там со временем?

«0:09:41… 0:09:40… 0:09:39…»

– Вот именно! Зачем вам все это? Места мало? Снова перенаселение? Вряд ли… у вас же клоны есть для обслуги и на пушечное мясо.

– Догадался?

– Нет. Точно знаю.

– Значит, пролез в локалку… как?..

– Включи мозг. Бли-и-ин!..

– Думай, что говоришь!

– Мне… нечем…

– Идиот!

Ф-фух, отпустило. Заигрываюсь, однако. А что делать? Не мы такие, жизнь такая. Ха-ха-ха, очень смешно. Интересно, на что папенька рассчитывал, вплетая меня в свою интригу? На мое упрямство? Похоже…

«0:09:07… 0:09:06… 0:09:05…»

– И все же… почему экспансия? Для чего? Отец мне так и не ответил, хотя ждал этого всю жизнь.

– Он настолько проницателен?

– Нет, просто параноик.

– Какая примечательная личность! – восхитилась Бранка. – Причем во всех отношениях!

– И все же?..

– Развитие Человечества как вида. Хватит вам тут, в Колониях, прозябать в варварстве.

– Значит, как обычно, – вздохнул я. – Власть и ресурсы. Недешево вам собственное производство дается, а?

«0:08:39… 0:08:38… 0:08:37…»

– Почему ты такой циничный?

– А ты?

– Тьфу ты!..

Ну надо же, эмоции! Тоже притворяется, или просто контроль ослабила? Не знаю, не знаю… профессионал она крепкий, должна понимать, что расслабляться на финишной прямой чревато. Уже, собственно, вперлись по уши.

– Короче! Хватит мне зубы заговаривать! Ты будешь вызывать катер или нет?!

– А тебя бы какой ответ устроил?.. О-о-ох…

М-мать! Доигрался-таки… еще бы чуть-чуть, и точно ребра переломала…

– П… п-понял я, понял!.. – Кошки-мышки, чтоб их, словесные! И ведь не скажешь – девушка, я вам мозг пудрю и лапшу на уши вешаю в целях потянуть время. Вообще тогда озвереет. – Так что насчет три… хорошо, девяти миллионов?.. Нет?.. А если тебе лично?..

«0:08:08… 0:08:07… 0:08:06…»

– Смальков, утомил!

Ничего, чуть-чуть осталось… самую малость… сейчас!

«Зевс, Алиску на громкую связь».

«Принято».

– Ладно, я согласен. – Хм, а чего молчим? Продолжения ждем? Получите, распишитесь. – Элисон, Дэну.

– На связи.

Эх, жалко, лежу неудобно. Много бы сейчас отдал, чтобы на лицо одной вероломной особы полюбоваться. Впрочем, кому я вру? Если бы и удачно лежал, все равно она в коконе, ни черта не видать. С другой стороны, молчание очень даже красноречивое, да.

– Координаты получила?

– Зевс передал.

Ага, краткость сестра таланта. Нервничает, хоть и пытается скрывать. Но это хорошо, внимательнее будет.

– Как сама?

– Н-дцать минут, полет нормальный!

А вот это мне больше нравится. Взяла себя в руки, значит.

– Так, Алиска, слушай меня внимательно и не перебивай. По прибытии на место опознаемся голосом. Потом убеждаешься в наличии нас с Маком. И в нашей транспортабельности. Если хотя бы один пункт не выполняется, улетаешь. Как поняла, прием?..

Ну и как вам такой ход, госпожа Де Гроот? И ведь даже воспрепятствовать не получится – начнешь тентаклем давить, Эли тут же просечет, что дело нечисто. Потом проблем не оберешься, ага. И предпринять теперь хоть что-то против нас не выйдет – время упущено. Сама себя перехитрила, короче. Надо было сразу соглашаться на мои запросы, глядишь, и не пришлось бы обещание выполнять. Как говаривал в таких случаях тренер дядя Коля, психология, итить!..

– В-вас поняла, – ответила, наконец, Элисон после несколько затянувшегося молчания. Я даже забеспокоился. Чуть-чуть. Но, видимо, ситуацию моя умничка прокачала и выводы соответствующие сделала. – Визуальный осмотр, голосовое опознание.

«Зевс, пусть пару минут накинет».

«Принял».

– Когда ждать?

– Минут десять, может, чуть меньше.

«Зевс, держи ее в курсе».

«Хорошо, Денис».

– Принял. Конец связи. – Я немного поерзал, устраиваясь поудобнее (если это слово вообще применимо к моему текущему положению), и переключился на Бранку: – Через восемь-девять минут катер будет над «свечкой». Так что поторапливайтесь, госпожа Де Гроот, или нам придется принять меры для экстренной эвакуации проверенным способом.

– Козел!

Ну а как иначе? Сама напросилась. Это она еще про нанов, «заразивших» тентакль, не в курсе. И что я в любой момент могу перехватить управление. Вернее, Зевс может.

«Активировать процесс?»

Не, все нормально. Лучше пусть думает, что у нее все под контролем. Мне это сейчас выгодно. Глядишь, еще как-то проявится, глупостей наделает. Покажет чего-нибудь лишнего, не для чужих глаз. Информация еще никогда карман не тянула. А девице мы потом сюрприз устроим. Как там, кстати, с пирамидой?

«Расчетное время до взлома 00:33:17… 00:33:16… 00:33:15…»

Тэ-экс, на нашем катере до базы однозначно успеем… или сразу к пирамиде рвануть? Переубеждать Бранку мне как-то расхотелось, проще от оков избавиться и попытаться перехватить ее сигнал. Уж полапать-то я ее сумею, где бы ни спряталась… даже просто за «корону» подержаться будет более чем достаточно.

«Ответ положительный».

Ну и ладно. Значит, действуем пока по обстановке.

– Ты бы, чем ругаться, делом занялась! – попенял я Бранке

– Уже! – огрызнулась та.

Че, реально?.. Блин, а ведь точно: если прислушаться к ощущениям, получается, что мы движемся вверх. Не очень быстро, примерно как на лифте обычной пятиэтажки, но движемся же! И как, позвольте поинтересоваться? Аморфеумный динозавр, в которого превратился корабль поселенцев, шею вытягивает к куполу, что ли?!

«Ответ положительный».

Вот бы посмотреть!..

«Процесс активирован».

Спасибо, Зевс, ты настоящий друг.

«Извини за качество».

Ха, было бы за что извиняться! Хотя мой друг-искин перфекционист известный. А мне картинка очень даже нормальной показалась. Уж не знаю, к какой такой системе наблюдения он подключился (подозреваю, что к той же, что и Бранка недавно), но видеопоток шел сразу с двух точек. Одна располагалась где-то в пещере, причем достаточно далеко, чтобы композиция «дракон прячет голову в пирамиду» полностью умещалась в кадр, а вторая – в летающем дроне или чем-то типа того. Плюс эффект «картинка в картинке». Так что рассмотрел я процесс достаточно подробно.

А он, надо отдать должное фантазии неведомых творцов всей здешней инфраструктуры, был организован весьма оригинально: слой аморфеума под колоссальной «статуей» вспучивался холмом, и одновременно с этим уже существующий холм, тот, что под штабной «свечкой», оплывал и смещался в сторону. Мне даже показалось, что аморфеум с поверхности «тонул», завихряясь на стенках грота, а после все потоки сходились в одной точке, аккурат под кораблем Брахни. Ну а если где-то убывает, то где-то всенепременно прибывает. И на сей раз очень даже удачно прибывает – скорость подъема комплекса «корабль-пирамида» была вполне сравнима со скоростью той лифтовой капсулы, что доставила нас в пещеру совсем недавно. Ну, может, чуть меньше. Угадала, кстати, Бранка – как раз минут восемь.

«При условии сохранения скорости подъема постоянной до поверхности доберемся через 0:08:07… 0:08:06… 0:08:05…»

Что ж, придется набраться терпения… ты хоть записываешь?..

«Каждую миллисекунду, Денис».

Отлично. Проф будет очень рад.

«Уже. Но он еще и в бешенстве, что ты не отвечаешь».

Ничего, ему это полезно. Сейчас, конечно, можно было бы поболтать, но что-то желания нет упреки выслушивать. Потом, все потом. А пока лучше управление тентаклями перехватить…

«Процесс активен».

Ну и отлично…

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, день

При всем моем уважении к сгинувшим Архонтам, восемь минут для неторопливого зрелища, пусть и довольно грандиозного – это много. Вот за пару-тройку я бы не утомился, факт. А так пришлось себя буквально заставлять вглядываться в картинку, впитывая информацию. Что-то мне подсказывало, что вскоре любые сведения об этой планете будут на вес золота. Как бы вообще систему у землян отбивать не пришлось… но ладно, это все дела грядущие. Сейчас же я лишь с облегчением улыбнулся: процесс достиг-таки апогея – свод грота наконец истончился до такой степени, что оставшаяся тонкая перемычка рухнула под собственным весом, окатив целым «водопадом» аморфеума и корабль Брахни, и пирамиду (что характерно, в зазоры между блоками не попало ни песчинки – сработал смещенный вектор гравитации), и новообразованный холм. Кончилось же все тем, что «голова» динозавра, подчиняясь команде Бранки, вытянулась еще больше, оказавшись на уровне крыши «свечки», а потом еще и приткнулась к ней «подбородком».

– Готово, – донеслось из кокона. – Итак, господа, я подумала и решила предоставить вам определенную степень свободы.

Тентакли, до того сжимавшие меня в тесных объятьях (палиться перед Бранкой я все-таки передумал и от пут загодя не избавился), вдруг стали мягкими и упругими, а потом и вовсе втянулись в пол, как их и не бывало. И не только мои – Мак с Бадди тоже освободились и принялись каждый на свой лад выражать удовлетворение: Гленн занудным брюзжанием, пес – радостным лаем, то бишь троекратным «Буф!», и вилянием хвостом, то бишь мотанием кургузым задом.

«Зевс, сигнал перехватил?»

«Ответ положительный».

Вот и прекрасно. Зевс, он такой – если что-то перехватил, то и воспроизвести сможет. Проверено на практике, причем неоднократно.

– Да это мы просто не сопротивлялись… – прибавил тем временем громкости Мак.

– Хотите вернуться обратно, мистер Макдугал?

– Хрен ты угадала! – Реактивный мастер-рейнджер, едва утвердившись на своих двоих, схватился за автомат и сейчас с намеком косился на кокон. Как будто пули ему хоть как-то навредят. Как ребенок, право слово. – Сама-то вылезешь, или так и будешь прятаться?

– Ну и где эта твоя… Алиса? – проигнорировала Мака Бранка. – Долго еще ждать?

Выбраться из кокона она и не подумала, превратив его в своеобразное средство передвижения: в один прекрасный момент он словно потек, изменяя форму, и обратился в нечто вроде паука, живо напомнившего мне дрона с Пандоры. Того самого, что таскал генераторы защитного поля. С поправкой на аморфеумный «биодизайн», естественно. Да и двигался новый Бранкин «мобильный доспех» с неестественной для механизма грацией.

– Круто, – прокомментировал я. – Тоже такой хочу.

«Активировать процесс?»

Чего? А, нет, нафиг. Не время сейчас… блин, то есть я тоже так могу?!

«Ответ положительный».

Надо будет озаботиться. Чуть позже. Ну и для Мака с Бадди аналогичную защиту предусмотреть. Вряд ли это будет труднее, чем для меня скафандр смастрячить…

«Ответ положительный».

– Долго еще разлеживаться будешь, Дэнни-бой?

– А куда торопиться-то? – хмыкнул я. Но, вопреки собственным словам, кое-как собрался в кучу и поднялся на ноги. – М-мать, ребра-то как ломит!!!

– А нечего было выпендриваться, – отрезала Бранка. Ее самоходный скафандр усеменил к парапету и как раз примеривался, как бы ловчее перемахнуть на крышу высотки. – Сговорчивее надо быть, и люди к тебе потянутся. Где катер?

– Где-то здесь, – пожал я плечами. Автомат в руках сейчас больше мешал, нежели вселял уверенности, и я закинул его за спину, заодно выпустив из рюкзака Ваську. Кошак незамедлительно забрался ко мне на правое плечо и устроился со всеми возможными удобствами, надежно зафиксировавшись когтями. А чего? Метод проверенный, ткань толстая, да еще и демпфирующий слой. – Пробегись по крыше, может, увидишь.

– А позвать не судьба?

– Точно! – хлопнул я себя по лбу, вернее, по шлему. И про себя выругался – хрен теперь получится Бранку за сокровенное, то бишь «корону», подержать. – Элисон, Дэну.

– На связи.

Ф-фух! Порядок.

– Пеленг давай, дитя каменных джунглей.

Это я специально, ага. Не любит она намеков на прошлое. То прошлое, когда жила в Колонии Нимойя и носила имя Рэй. Или Кийоко – в зависимости от обстоятельств.

– Голосовое опознание проведено успешно, – тут же отомстила мне девица. – Необходимо убедиться в транспортабельности. Выходите на середину крыши, там площадка удобная.

Это точно. Наш корабельный катер хоть и побольше летательного аппарата Бранки, но все равно не настолько велик, чтобы на вышеупомянутой площадке не приткнуться. Да и грузиться там самое оно.

– Нормально добралась? – примирительно поинтересовался я, шагая к высотке. Как всегда, блин, пришлось догонять – Мак с Бадди усвистели уже довольно далеко. Про Бранку вообще молчу.

– Без эксцессов.

Ага, обидеться изволили.

– Обо мне хоть беспокоилась?

– Вот еще! – фыркнула Эли в ответ. – Пусть белобрысая твоя беспокоится. Что с нее взять, с гражданской!

А, так вот в чем дело! Однозначно успели полаяться, и наверняка неоднократно. Времени у них на это было более чем достаточно. Хоть вообще без присмотра не оставляй. И чего делят, спрашивается? Уж определились бы, в конце концов! Дождутся, разгоню всех, как тот лесник партизан! Вдох-выдох, вдо-о-о-ох… вы-ы-ы-ыдох… блин, еще парапет этот!

Довело бабье! Тут о деле беспокоиться надо, но нет, у нас терки на амурном фронте. Мозгое… хм, в смысле нормальные девушки.

– Дэн, под ноги смотри! И поторапливайся!

– Вуф!

И эти туда же… да и похрен. Занят я, занят! Мысли всякие-разные одолевают, и не всегда толковые. А частью и вовсе панические. Например, что Бранка задумала? Неспроста же она нас всех освободила?! Нет, понятно, что я условия для этого создал, но все равно как-то слишком легко сдалась. Не к добру это, однозначно не к добру…

От мрачных мыслей меня отвлек сначала низкочастотный гул, а затем и вибрация крыши, им порожденная. Источник возмущений обнаружился сразу же: со стороны светила, чтобы дезориентировать потенциального противника (если, конечно, у того светофильтров нет), прямо на нас заходил катер, на глазах изменяя идеальную аэродинамическую – то бишь каплевидную – форму на нечто слизнеподобное. Повисел мгновение над крышей чуть в сторонке от нашей тесной компашки, а потом утвердился на ней плоской подошвой, моментально прилипшей к кровле. Теперь захочешь с места сковырнуть – не получится. Если только с крышей заодно.

– Вы транспортабельные?

– Шутишь? – Мак приветливо помахал катеру левой рукой, потому как правую убрать с рукоятки управления огнем автомата не решился. – Запускай, тут скоро самое веселье начнется!

– Вуф! Вуф!

– Вас двое?

– Трое.

– Людей, я имею в виду!

– Трое.

– Ладно…

– Обо мне не беспокойтесь, мисс Элисон, – ожила Бранка. А вместе с ней и ее очень своеобразный скафандр: «паук» потоптался на месте, перебирая ногами, потом просеменил к катеру и вдруг влип в его борт, фактически в нем растворившись. – Парней устраивайте, и летим уже отсюда. Может, вне Аномалии получится с базой на связь выйти…

Ух ты! Поразила, признаю. И вовсе не фактом слияния скафандра с катером, а актерской игрой: не изучи я ее достаточно хорошо, тоже бы купился. Мать-командирша, искренне пекущаяся о благополучии подчиненных! Где искренность и где Бранка, ага. А вот Алиска, похоже, поверила. Хотя… подозрительно это все. С чего, спрашивается, ее так на базу тянет? Логичнее было бы меня вынудить наведаться к пирамиде… почти взломанной. Вот только она о том не в курсе. Или уже сделала все, что намеревалась? Вот кто бы знал, а?..

– Дэн!

Да иду уже, иду! Не дадут спокойно постоять и подумать… что же меня гложет-то? Однозначно что-то гложет, а что – понять не могу. Вроде все предусмотрел, план довольно стройный в голове сложился… ха! Любой план на практике не выдерживал столкновения с грубой реальностью! Вон, уже по одному месту его часть пошла – Бранка, вместо того чтобы с нами в салоне устроиться, воспользовалась альтернативным вариантом. Попробуй ее теперь из брони выковыряй! Одно радовало – полного слияния не получилось, ее скафандр так и торчал в борту инородной кляксой. Причем объемной, как бы она на аэродинамике не сказалась… кстати, положеньице у нас просто идеальное, чтобы проиллюстрировать второй закон Энона: единственная практическая проблема – что делать дальше?

«Катер скомпенсировал дисбаланс перераспределением массы обшивки. Беспокоиться не о чем, Денис».

Уверен?.. Вот то-то же! Хотя я не на то намекал, когда на закон ссылался. Ладно, хорош рефлексировать, одного меня ждут.

…Пассажирский салон катера до сих пор поражал эффектом новизны и ощущением комфорта, хотя с виду и не скажешь: обычная полость в толще аморфной массы «тела» катера. Никаких видимых технологий – гладкие поверхности сферической каверны выделялись лишь чашеобразными выростами, которые служили банальными креслами. В одно такое я рухнул, и оно моментально подстроилось под седока, приняв форму седалища и задав оптимальный угол наклона. Васька тут же стек с плеча на пузо и врубил урчальник в ответ на нехитрую ласку – я машинально погладил кота по холке, и только после этого смог хоть чуть-чуть расслабиться.

– Все в сборе?

– Ответ положительный. – Это я.

– Вуф! – Как нетрудно догадаться, Бадди.

– Поехали.

А это уже Мак выпендрился. Мнение же Бранки, как выяснилось, абсолютно никого не интересовало. Вот так вот, с коллективом конфликтовать.

Пока суть да дело, отверстие в борту катера успело зарасти, и пассажирский салон окутался слабым люминесцентным свечением, весьма способствовавшим расслаблению. Впрочем, я этому естественному позыву воспротивился и не стал ни снимать шлем, ни подключаться к корабельной сетке – все равно скоро высаживаться. Куда? Да хрен его знает…

– Курс, пожалуйста.

И Алиска туда же! Как издевается прямо. Я тут недавно Энона поминал… так вот, у него еще и третий закон есть: не задавайте людям вопросов, на которые у них нет определенного мнения или на которые они не будут отвечать правдиво. Как раз наша ситуация.

– Лови координаты.

Чего это?.. И как она в систему связи влезла? Через обшивку, что ли?

– А вы, собственно, кто, девушка? – совершенно справедливо возмутилась Эли. – И на каком основании командуете?

– У меня на базе беда! Этого основания достаточно?

– Никак нет.

Черт, похоже, сам факт подключения Бранки к коммуникациям катера никого кроме меня не удивлял. На нее чисто рефлекторно крысились, как на любого выскочку-чужака.

– Элисон, поймите, там люди! Много людей! И мне нужно с ними связаться.

– Отсюда никак?

Блин, купилась…

– Алиска, пока просто взлетай и вытаскивай нас из Аномалии. А дальше сориентируемся.

– Поняла.

В нашем положении, казалось, ничего не изменилось – совершенные гравикомпенсаторы исключали даже малейшие толчки – но я знал, что катер уже оторвался от крыши и лег на курс. Пока что рандомный, лишь бы за пределы бывшей Колонии Новый Авалон. И там мы окажемся уже очень скоро. Так что времени для принятия верного решения не так уж и много.

– Денис?.. Мы же договорились?..

– Обстоятельства изменились, госпожа Де Гроот, – вздохнул я. Вот все время думал, что скажу это очень язвительно, а не получилось. Чуть ли не оправдываться начал. – Заметьте, я сейчас компромиссный вариант предложил. А если серьезно… убеди меня, что нам нужно на базу. Не лично тебе, а нам. Всем.

– Снова торгуешься?

– Умная девочка.

– Козел! Хочешь по-плохому?!

– Сейчас мы диктуем условия, Бранка. С чего это меня должна волновать судьба твоих людей? Можно сказать, вражеских бойцов? И почему я должен рисковать ценным источником информации о вражеской фракции?

– Дэнни-бой, ты не перегрелся?

Точно, он же не в курсе… не про то, что Бранка с Земли, а про то, что вторжение началось. Я об этом не говорил, а Зевс с ним по понятным причинам связаться не мог.

– Мак, я тебе потом расскажу… вернемся к нашим баранам, госпожа Де Гроот?

– Вернемся… баран!

«Внимание, вирусная ата…»

Чего?! Зевс? Зевс?! Ну что опять?! Почему замолчал?!

– А-а-а-а-а-а-а-а!..

– Эли?! – Я на рефлексах попытался вскочить на ноги, но система фиксации кресла, которой, несмотря на все совершенство гравикомпенсаторов, создатели катера все-таки озаботились, держала крепко. – Да твою ж мать! Эли!

– Дэн?!

– Вуф?!

– Мя-а-а-а!..

Васька, до этого момента не принимавший участия во всеобщей вакханалии, вдруг заорал благим матом. И, надо признать, было с чего – хваленые гравикомпенсаторы отключились, и кот взвился к потолку, влипнув в него спиной. И тут же появились другие признаки свободного падения – желудок, такое впечатление, попытался выпрыгнуть изо рта, да еще и замутило, чего со мной давненько уже не случалось. Привык летать, так-то. А вот падать – не очень. Ладно хоть Бадди тоже на специальной лежанке устроился и был надежно на ней зафиксирован, а то бы еще и на парящего бульдога вдоволь налюбовались. Васька куда меньшее зло – просто орет, но с него хотя бы слюни и сопли не капают. Нашел о чем думать, правда?.. Это все от нервов. А еще от леденящего душу страха – хрен с ним, что разобьемся в лепешку, главное, что там с Алиской? Почему она так кричала? И почему резко замолчала? Вот и думал о всяческой ерунде, лишь бы ту, самую ужасную, мысль отогнать…

…а потом падение столь же внезапно прекратилось: гравикомпенсаторы вновь заработали, и Васька рухнул мне на пузо, умудрившись в полете развернуться и выставить все четыре лапы. И едва те коснулись моего бренного тела, пустил в ход весь набор когтей. Для надежности, видимо.

– Дэн? Что это было?

– Ты у меня спрашиваешь, Мак?! – изумился я. – Эли! Элисон! Алиска! Рубка, ответь салону!..

– А я ведь предлагала по-хорошему…

Тьфу, черт! Чтоб ее! Ну что еще-то?.. Зевс, какого хрена тут творится?!

«Управление катером переведено на резервную рубку».

Что за?.. Бли-и-ин!

Догадка, как это обычно и бывает с озарениями, пронзила мозг, но еще какое-то время я отказывался верить фактам. Хотелось спрятаться от реальности, да вон хотя бы голову под подушку сунуть, и сделать вид, что так и было. Твою дивизию! Долбаная интуиция!!!

– «Корона»?..

– Догадался! Молодец, Дениска. – В голосе Бранки, против ожидания, никакого торжества не ощущалось. Одна усталость, я бы сказал. – Да, я перехватила управление. Хороший у вас катер, совершенный. Даже слишком совершенный. Как и все у Архонтов.

Ну да, ты у нас птенчик стреляный. Один только катер вчерашний чего стоил… а мы дебилы. Особенно я.

– Что с Алиской?

– Ничего… страшного, я имею в виду. Я подключилась к ее нейроинтерфейсу, но она пыталась помешать. Пришлось ее нейтрализовать.

– Она жива?

– В коме.

Надо же, виноватые нотки… растешь, стерва. С каждым разом все лучше и лучше получается. Вот только нет тебе больше веры. От слова совсем.

– Молись, чтобы обошлось без последствий.

– А то что? Отшлепаешь меня?

– Скорее… шлепну.

Смотри-ка, заткнулась! По контексту догадалась, или перевел кто? Да без разницы. Тут я не шутил. Как бы я к своим девицам ни относился, любил я их обеих. По-своему, конечно, да и… ладно, пофиг. Главное, до всех дошло. Вон, даже Мак комментировать не стал, только кивнул угрюмо, мол, я тоже в деле.

«Зевс?»

«Да, Денис?»

«Ты-то хоть понял, что стряслось?»

«Примерно».

«Сделать что-нибудь можешь?»

«Э-э-э… в принципе, да. Вероятность неблагоприятного исхода девяносто семь процентов».

А подробней?..

«Ладно, попытаюсь. В общем, это я проворонил. Мы должны были насторожиться, как только Бранка смогла интегрировать свой скафандр в корпус катера…»

Ну да, на самотек пустили… но и ты тоже хорош! Почему тревогу не забил?..

«Скорее, забил на тревогу… понимаешь, я не ожидал, что ей удастся… это была настолько маленькая брешь, Денис! Столько должно было факторов сойтись воедино!»

Ну да, железка же. Ей не докажешь, что мерфология не на пустом месте возникла…

«Да я себя и не оправдываю! В общем, когда Бранка интегрировала скафандр в катер, это еще было полбеды. Там не так уж и много надо, всего лишь воздействовать на внутренние связи наномашин, что ей и позволил осуществить найденный артефакт, та самая «корона». Это, если ты еще не догадался, усовершенствованный нейроинтерфейс, так сказать, последняя модификация. Более функциональная, чем оборудование из комплекта „Молнии", но менее функциональная, чем твои наны с модернизированным софтом. И он также произведен Архонтами, а в программное обеспечение вшит протокол «теневого» доступа во все системы ранних выпусков. Понимаешь, что я хочу сказать?»

У нее круче софт. И наш ему сопротивляться не может. А вот наоборот – очень даже.

«Не совсем. У материнского ядра хватило ресурсов, чтобы предотвратить несанкционированный доступ к собственным мощностями и ячейкам памяти, но в программном обеспечении периферийных устройств остались уязвимости. Самая главная из них – участие в цепочке управления живого разумного с зачатками пси-способностей, вынужденного использовать интерфейсный шлем».

Алиска!

«Точно. Бранка атаковала именно ее. Не знаю, как, но ее «корона» активировала процесс «оцифровки» – такой же, как в случае с Иеремией Коулмэном».

Твою дивизию! А разве для этого какой-то спецдевайс не нужен?..

«Нужен. Интерфейсный шлем. Вся загвоздка опять же в программном обеспечении. А оно у Бранки нашлось. Вот только она не довела процесс до логического завершения – в случае с преподобным его разум полностью перешел в виртуальную реальность, а тело погибло. У нас же несколько иная ситуация – сознание Элисон „оцифровалось“ частично, сохранив связь с мозгом».

Что-то ты совсем усложняешь, железяка…

«Нет, все просто. Эли сейчас существует сразу в двух ипостасях – как живой разумный в собственном теле, и как цифровой „слепок" личности, запертый в системе „мозг – сеть челнока – материнское ядро – мозг". Она если не в лабиринте, то в замкнутом контуре, и не может самостоятельно выбраться. Слиться с материнским ядром – тоже, потому что оно отгородилось файерволлом, создав локальную „буферную зону", из которой „слепок" Эли сразу же вышвыривается. Поэтому Бранка не в силах навредить непосредственно „Молнии", но способна управлять катером. Для этого через свой нейроинтерфейс она воздействует на „оцифрованную" часть личности Элисон… кажется, я это уже говорил…»

Н-да… это надо же! Искин, и тот запутался в показаниях… дожили!

«Это достаточно распространенное явление, Денис».

Оцифровка-то?.. Ну-ну…

«Помнишь мертвых хакеров с Нимойи?»

Хочешь сказать, тоже Архонты поработали, вернее, их наследие?

«Ответ отрицательный. Там аналогичный фокус провернула Сора, когда Кийоко устроила на нее массированную атаку с привлечением сторонних сил. Хакеры не просто умерли, Сора „высосала" из них личности, «оцифровала» и превратила в собственные функциональные модули. Очень оригинальная месть, не находишь?..»

Вот уж чего нет, того нет. Не хотел бы я побывать на месте тех бедолаг. Да это же самый страшный кошмар хакера – оказаться в полной власти компьютера, да еще того самого, который ты только что пытался взломать. Хотя, если честно, не удивлен. Та дамочка (именно дамочка, искином ее язык не поворачивался называть после памятного разговора в Кинмару в присутствии патриарха Такэда) та еще штучка. Вполне в ее стиле так тонко – в прямом смысле слова убийственно! – потроллить бедных ломщиков.

«Кстати, а ты откуда знаешь? Ну, про хакеров?»

«Я общался с Сора. Неоднократно».

Оп-па! Виноватые нотки… любопытство в железяке взыграло? Решил поэкспериментировать? Узнать, каково это – повелевать жизнями «человеков»? Впрочем, ладно. Зевс парень вменяемый, за него можно не опасаться. А вот касательно всего остального… самое главное, по факту мы имеем в пределах досягаемости еще один инопланетный искин, владеющий методикой «оцифровки» человеческих личностей. Не слишком ли много для нас?

«Вполне себе вариант локального апокалипсиса в пределах отдельно взятой Колонии».

Прикалываешься? С трудом представляю компьютер, вознамерившийся не убить всех «человеков», а захавать их мозги. Фигурально выражаясь, естественно. Какой-то кибернетический зомби-трэш уже получается.

«Я просто нервничаю. И, кажется, я понял, что такое эмоция „стыд"…»

Да маму твою электронную! Нет бы поддержать морально…

«Оптимиста хорошей новостью не удивишь. Чей закон?»

Тезис Койта-Мерфи. Но при чем здесь?.. Все-таки подбадривает, хитрюга. Лучше бы сделал что-нибудь…

«Боюсь, именно здесь и сейчас я абсолютно бессилен повлиять на ситуацию».

Сам же говорил, что модифицированный софт моих нанов лучше, чем продвинутый софт «короны»?

«Ответ положительный. Но сейчас дело в доступных ресурсах».

Хочешь сказать, у тебя все еще процессор под завязку нагружен? Чем, интересно? По-прежнему ферфольгеров сдерживаешь? А смысл теперь?

«Нет, за Аномалию я уже не борюсь. Хотя с тем же Иеремией я бы не отказался пообщаться теснее – у него просто колоссальный опыт антивирусной борьбы. Думаю, из него можно было бы кое-что выжать в плане защитных программ…»

Ага, и хорошенько навариться.

«Только теперь, боюсь, это невозможно. Местная система контроля наверняка уже поглотила его „слепок". Если только он не догадался попросить помощи у гешпенстов».

«А что, так можно было?!»

«Почему нет? Они независимая от системы контроля фракция. Судя по всему, они обитают в ее инфраструктуре, но ей не подчиняются».

Да бог с ними… сделать-то почему ничего не можешь?

«Ресурсы, говорю же! Бранка очень удачно подгадала момент для атаки – мы как раз пересекали Границу, и она умудрилась «зацепиться» за местный сегмент вычислительного кластера. Относительно небольшой, гектар сто, но это огромные мощности, Денис. Она чуть не задавила «массой» материнское ядро. Наше счастье, что система контроля быстро восстановила баланс».

Ты вообще о чем сейчас? Как это – кластер в гектарах?

«Лес».

Черт. Компьютерная сеть, охватывающая целую планету! Да такую мощь представить трудно! Не удивительно, что та же пирамида с дефектом Зевсу так долго сопротивляется! Но для чего же Архонтам понадобился настолько мощный вычислитель?! Что за бандуру он должен обслуживать? Нет ответа…

«Очень мешает „белый шум", Денис. Иначе я бы уже справился».

А Бранка ведь тоже на него жаловалась! Откуда он, интересно?

«Пока не знаю, хоть предположения и есть».

Ну и ладно тогда. Так что с катером? Видать, что-то серьезное, если ты так упорно мое внимание отвлекаешь?

«Сдаюсь, Денис! Раскусил. В общем, я могу отсечь Бранку от управления, но не могу сам взять его под контроль. Материнское ядро тоже. Попытка нейтрализации „короны" с вероятностью в девяносто девять и две десятых процента приведет к полному отказу всех систем катера, и он рухнет на поверхность планеты. В этом случае вероятность смертельного исхода для экипажа составит девяносто семь процентов».

То есть у нас целых три шанса из ста на успех?

«Нет, просто на выживание. Просчитать повреждения тел я не в состоянии».

Ну да, шило на мыло – изменить мы ничего не сможем… хотя, планы Бранки однозначно нарушим. Вопрос лишь в том, адекватна ли цена? И не лучше ли выждать более благоприятного момента?..

«Ты полностью проследил логическую цепочку моих размышлений».

Хорошо, убедил. А летим мы, надо полагать, прямиком в лагерь землян?

«Ответ положительный».

Все-таки что-то ценное там есть, иначе Бранка с маниакальным упорством туда бы не стремилась. А значит что? Правильно. Необходимо узнать, что это. А для этого придется взять себя в руки и покуда сидеть на попе ровно.

Главная добродетель бойца – терпение? Так что ли, тренер дядя Коля?..

Глава 7

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, день

«Зевс, как у нас дела?»

«До взлома 0:10:49… 0:10:48… 0:10:47…»

Черт! С момента перехвата управления Бранкой мы уже минут десять летели, причем сомневаюсь, что девица плелась на средней крейсерской. Скорее, все соки из катера выжимала… а с учетом того, что в этом случае скорость наша раза в три с лишним больше, чем давеча у стандартной машины землян, мы уже где-то в окрестностях базы должны быть…

И до сих пор никакой определенности. Обзорные экраны, то бишь вся внутренняя поверхность пассажирского салона, горят – отсюда и люминесценция – вот только изображения нет. И Бранка, чтоб ей почаще икалось, молчит как рыба об лед. Обиделась, что ли? Н-да… как-то это непрофессионально. Тренер дядя Коля меня всю жизнь учил, что обижаться на врага – последнее дело. Нужно просто помнить и учитывать в дальнейших планах, только и всего. Иначе рискуешь эмоциями задавить рациональное и в конечном итоге остаться в дураках. И я почему-то думал, что Бранка де Гроот как раз из таких – холодных и рассудительных. Один мертвый взгляд чего только стоил! А она вон как, совсем расклеилась. Или притворяется?.. Да мать же твою!..

– Мак?..

– Чего?

– Тоже тошно?

– Еще как…

Понятно. Тут мне мастер-рейнджер Макдугал явно не помощник. Всем хорош Гленн, но только в делах практических – нет у него аналитической жилки. Чуйка есть, багаж знаний и богатейший опыт, позволяющий почти всегда вылезти из самой задницы, но только в том случае, если задница эта вполне конкретная и осязаемая. А не как у нас сейчас – неизвестность. Зато как только появится хоть какая-то конкретика, ему достаточно будет отдать команду «Фас!» и удовлетворенно полюбоваться результатом.

«Зевс, резервную рубку можешь вызвать?»

Название-то какое – резервная рубка! Банальный мобильный скафандр, а туда же… впрочем, должна же система как-то его обозвать? Вот и подобрала ближайший аналог.

«Ответ отрицательный».

Не можешь, или не отвечает?..

«Первое. Прямое обращение возможно только через материнское ядро, а оно от локальной сети катера отгородилось файерволлом. Я говорил уже».

А если так? Сдернув перчатку с правой руки, я приложил ладонь к боковине сидушки и представил легкое жжение в кончиках пальцев.

«Пассажирский салон изолирован от тела катера. Численности колонии функциональных единиц недостаточно для генерации управляющего импульса необходимой мощности».

Н-да. Если бы речь шла про любой другой катер или даже здоровенный корабль, я бы удивился и не поверил. Это нанам-то, способным к коммуникации на любом уровне материального мира, вплоть до квантовых возмущений, мощности не хватает? Очень смешно. Но здесь и сейчас требовалось воздействие на объекты схожей природы, лишь самую чуточку менее функциональные. Соответственно, в полный рост встала проблема, хм, «массы». Назовем это так, для простоты. Как раз тот случай, когда нужно именно давить массой, а не брать искусностью. Опять нас Бранка обошла на повороте. Достойный противник. Давненько мне таких не попадалось. Привыкли мы с Маком замшелым железкам с машинной логикой противостоять, вот и расслабились. Даже, не побоюсь этого слова, некую универсальную методику выработали, которую я впервые успешно применил еще во времена одиночного вояжа на Нимойю. А сейчас с живым человеком столкнулись, да еще и с бабой. Гремучая смесь, доложу я вам. Их и в обычной-то жизни хрен поймешь, а в драке тем более. Ну вот за каким хреном ее вообще на базу понесло?! Ясно же, что ничего там хорошего, раз на связь не выходят. Но нет ведь!..

Вернув перчатку на законное место и слегка успокоившись, я снова обратился к искину: «Зевс, а до „зверюшек", которые у Бранки на корабле остались, докричаться можешь? Или они уже ресурс выработали?..»

«Если бы связь была, я бы уже полный расклад по объекту выдал. Но нет, Денис, она отсутствует. Белый шум забивает всё. Действительно всё. Плюс ресурс уже практически выработан».

Значит, и на уровне квантовых возмущений тоже… что возможно лишь в одном случае – этот самый шум излучали аналогичные нано-машины. Ну, или очень похожие. И это лишний раз доказывало, что мы на верном пути – планета принадлежала Архонтам. Ну что ж, раз не получилось простым способом, попробуем сложным.

– Бранка, мать твою!!! Прием!

Может, хоть так услышит… нет? Ну ладно.

– Госпожа Де Гроот! Вызывает пассажирский салон! Отвечай, тварь!

– Вуф!..

– Дэн, угомонись уже.

– Мак, хоть ты мне скажи: на хрена ей на базу?! Я уже всю башку сломал!

– Включи логику, Дэнни-бой, ты же инженер-аналитик!

Он еще и насмехается… нашел время.

– Мак, блин!

– Дэн, ты неправильно сформулировал вопрос, – терпеливо пояснил напарник. – Помнишь «сорок два»? Ответ есть, а вопроса нет. Отсюда и проблема. А на самом деле все просто – в плен не хочет. Вот и цепляется за призрачную надежду.

Хм… пожалуй, Мак прав. Ведь если ставить вопрос именно так, ситуация выворачивалась наизнанку. Почему я бы предпочел лететь прямиком к пирамиде? Да потому что у меня с тылами все в порядке – на орбите целый рейдер Архонтов. Поэтому я мог себе позволить спокойно заниматься текучкой, как бы невероятно это ни звучало по отношению к нашим типичным проблемам. А Бранке податься некуда, кроме как на базу. У нее там всё: и персонал, и необходимые запасы, и элементарно транспорт, чтобы с планеты убраться, когда здесь жареным запахнет – а запахнет обязательно, поверьте моему опыту. Н-да… если вот так подумать, я бы тоже сначала рванул выяснять, что на опорном пункте стряслось. Хотя она идейная, у нее на первом месте должна быть глобальная цель. И цена неважна, от слова вообще. С другой стороны, особо фанатичной она мне не показалась… ладно, будем исходить из предположения, что она о тылах печется, дабы создать себе благоприятные условия для дальнейшей деятельности. А вот что будет, если кирдык этим тылам, я и предположить боюсь. Как бы фанатик-то и не проснулся. Греха тогда не оберемся.

– Эй, Смальков! – Оп-па! Дозвался на свою голову? – Что скажешь?

По поводу?.. А, понятно.

Включать круговой обзор Бранка не стала – еще чего, обойдемся! – но и одного экрана вполне хватило, чтобы проникнуться масштабом изменений, имевших место на базе с момента нашего отбытия. Не такого уж и давнего, прошу заметить! Три с небольшим часа всего лишь. Тем не менее, перемены были разительны – вместо затянутой аморфеумом проплешины с «кочками» палаток взгляду открылась обширная впадина, в самом центре которой покоился корабль, по крайней мере на виде сверху до мелочей совпадавший с трехмерной схемой, составленной Зевсом. А еще точно такие же модули отделились от «вторженца» из ролика, присланного Луиджи. Конечно, помельче нашей «Молнии», да и не столь экстравагантен, но все равно кораблик впечатлял: веяло от него чем-то… посконно-человеческим, что ли… ну да, инженерное мышление моей расы в полный рост во всех мелочах. Потому и глаз не резало, как многое из Наследия, и воспринималось чем-то надежным и мощным. Основательным, вот! Самое подходящее сравнение. И это несмотря на потеки аморфеума и подозрительные рыжие пятна, разбросанные по обшивке. Еще, кстати, не совсем понятно, что там снизу – корпус модуля был утоплен в местной почве где-то до половины «борта», наружу торчал лишь закругленный «горб». Но движуха какая-то точно была – аморфеум кое-где завихрялся, а в местах касания корабля еще и «кипел», то бишь вспучивался мерзостными пузырями, которые тут же беззвучно (потому что издалека) схлопывались, вызывая заметную вибрацию модуля. Людей, что характерно, не видно – ни рядом с кораблем, ни поодаль, хотя уже метрах в ста от бортов почва была вполне себе для Элвы обычной, без спецэффектов. Я так и представил, как она бы спружинила под ногами. И еще один нюанс: полянка сейчас стала раза этак в четыре обширней, чем утром. Куда делись деревья? А никуда. Их повалило – причем кронами к кораблю, а не наоборот, как можно было бы ожидать, если бы тот рванул – и частично засосало в аморфеум. Что характерно, ни одни ствол не переломился, даже те, что изогнулись почти на сто восемьдесят градусов. И образовался этакий плавный переход от условной «чащобы» к условной же «проплешине». А еще, такое впечатление, те стволы, что погрузились кронами в местную «землицу», отчетливо пульсировали, как будто скрытое где-то поблизости колоссальное «сердце» гоняло по ним кровь… ну, или что-то типа.

– Смальков?..

– А?.. Что скажу? Да ничего, – разочаровал я невидимую собеседницу. – И стоило сюда переться? Нет бы умных людей послушать…

– Это тебя-то?! Ну-ну… – И после небольшой паузы огорошила: – Поможешь разобраться?

Я даже не сразу сообразил, что и сказать. Потом все-таки разродился:

– С чего бы вдруг? Ты же враг.

– Почему? – делано удивилась девица. – Конкурент – может быть. Но враг-то с чего?

– Ты лишила меня выбора, перехватив управление катером, – пояснил я, – что я вполне закономерно расценил как акт агрессии. Пилот мой, в конце концов, из-за тебя в коме…

– Так у тебя с ней?.. Не знала…

– А если бы и знала? Что-то изменилось бы?

Теперь пришла пора Бранке задуматься. Впрочем, долго наслаждаться процессом ей не дали: судя по дернувшейся картинке, катер совершил стандартный маневр уклонения – толи от ракеты, толи от очереди из гаусс-автомата. Мелкого и многоствольного, естественно, а не из того монстра, что шел вдоль корпуса корабля. А этих, судя по всему, на «землянине» много, даже не единицы, а десятки – система обороны ближнего радиуса действия должна надежно перекрывать все направления, включая корму, чтобы какая-нибудь космическая торпеда класса «корабль – корабль» не подобралась. Ну, или метеорит сшибить при случае. За первым рывком последовал еще один, потом еще и еще… в результате катер, совершив несколько головокружительных кульбитов, вышел из зоны обстрела. И только тогда девица опомнилась:

– Черт! Вот этого я совсем не ожидала! Придется разбираться… а вы отдохните пока, голубчики.

– Мак, герметизируйся!!!

Ну да, первое, что в голову пришло. Куда проще – запустил какую-нибудь гадость в салон, или того пуще – откачал воздух, дождался, пока пассажиры вырубятся, и восстановил атмосферу. Но реальность оказалось намного прозаичней: ни травить, ни душить нас Бранка не стала, она попросту отстрелила закапсулированный десантный отсек, разорвав всякую, в том числе и видео, связь, а сама унеслась на юрком катере куда-то в сторону корабля. А нам теперь предстояло в полной мере насладиться свободным полетом, а потом жестким падением… впрочем, тут я поторопился: девица вовсе не собиралась отправлять нас к праотцам, а потому капсула, подчиняясь заложенной программе, отрастила атмосферные плоскости и перешла в режим планирования. Дошло это до нас далеко не сразу, поскольку мы все были заняты – вцепившись, кто во что смог, орали благим матом. Причем мы с Маком в самом прямом смысле слова, а питомцы сие благородное начинание поддерживали в меру своих сил: Бадди скулил, а Васька мерзко подвывал, заодно пытаясь располосовать когтями карман на рюкзаке.

– Ма-а-а-ак!

– Дэ-э-э-э-эн!!!

– Хорош орать, летим мы!

– Вуф?..

– Заткнулись все!!!

Вот так. Не до вас сейчас. Есть дело поважнее.

«Зевс, теперь сможешь перехватить управление?»

«Процесс активирован… процесс завершен».

«Отлично! Экран не убирай. И дай координаты на сетку».

«Процесс завершен».

– Мак, где будем падать?!

– Цель?

– Перехватить катер, когда Бранка из него сдернет. Алиску вытаскивать надо.

– Тогда к кораблю поближе… лишь бы ПВО на нас не сагрилась.

Да, это проблема. На катер она очень нервно среагировала, а наша капсула – часть того самого летательного аппарата, уже однажды распознанного, как чужак.

«Зевс?»

«Маневр ухода с линии атаки затруднен. Оптимальная траектория выведена на экран».

– Мак, что скажешь?

– Ну, хоть так…

«Делай».

«Принято».

Хорошо все-таки, что Бранка нас тысячах на двух отстрелила – остался запас высоты, чтобы скорректировать направление. Без двигателей, в режиме планера, это ох как трудно! Попробуй умудрись поймать закрылками, в которые превратились задние части плоскостей, нужный поток! Но у Зевса получилось. Тут, как оказалось, в нашу пользу сыграл тот факт, что закрылков как таковых не было, можно было гнуть плоскости в определенных пределах, что мой друг-искин и проделал, задав оптимальную конфигурацию, а затем и подкорректировав ее с учетом внешних факторов. В результате от ПВО мы ушли на бреющем, и плюхнулись на брюхо метрах в пятистах от «землянина», чудом разминувшись с немыслимым образом изогнутым древесным стволом. С одной стороны, далековато, с другой – на твердом… хм… аморфеуме, а не в той кипящей луже вблизи корабля. Но и здесь сначала пару раз отскочили от поверхности, как мячик для пинг-понга, и лишь затем зарылись носовой частью в «грунт», окончательно погасив скорость. Надо сказать, очень вовремя – до следующего наполовину утопленного в аморфеуме дерева оставалось метров тридцать. Гравикомпенсаторы в отрыве от основной тушки не действовали, но кресла уберегли от серьезных травм – даже Бадди остался на своем месте, хоть и разразился обиженным скулежом.

– Все целы? – поинтересовался я в пространство, избавляясь от крепежки.

– Нормально, – буркнул Мак.

Бадди поддержал соратника одобрительным лаем, а реакцию Васьки я и сам прекрасно чувствовал – тот наконец перестал шебуршиться в своем кармане и успокоился. Оно и к лучшему, некогда мне сейчас за ним присматривать. Тут за собой бы уследить…

«Зевс, катер наблюдаешь?»

«Выносные оптические датчики в отстреливаемой капсуле отсутствуют».

Ну да, а у курсовых камер обзор перекрыт, это я и сам прекрасно вижу. Плюс у них теперь появились обширные мертвые зоны, так что аккуратнее надо с прогулками по окрестностям.

«Тогда координаты дай, а там осмотримся».

С этим проблем не возникло – материнское ядро хоть и отгородилось от локалки катера, окончательно связь не разорвало и отслеживало местоположение ранее дружественного, а теперь не очень объекта в режиме реального времени. Нанести засечку на координатную сетку, выведенную на экран, для Зевса труда не составило, равно как и отобразить на ней же контуры «землянина».

– А она не ищет легких путей! – хмыкнул Мак, едва скользнув взглядом по дисплею. – Прямо через главный шлюз поперлась… это же ведь он, я не ошибся?.. Там как раз максимальная концентрация обороняющихся должна быть. Нет бы в обход, как мы с тобой…

– Мы – нормальные герои. А она дюзнутая. Или далеко ходить не любит, – тут же предложил я альтернативу. – А на сопротивление ей плевать – думаешь, она налегке поперлась? Наверняка в этом своем «пауке». Знать бы еще, какое у него вооружение… хотя пофиг. Да и шлюз, если это он, наполовину утоплен – не видишь, что ли? Вряд ли там кто-то сидит… ладно, полезли наружу, осмотримся.

Я же уже упоминал обширнейший опыт Макдугала? Ну вот, в очередной раз он сказался – Гленн даже уточнять не стал, что да как. А смысл, если и так понятно, что капсулу придется бросить и прогуляться на своих двоих? И хорошо, если еще и пса не надо будет на закорках тащить – при нужде можно барахло из рюкзака Мака вытряхнуть, и как раз Бадди поместится. Пока же осмотреться… да.

«Зевс, как дела?»

«Процесс активен. До завершения 00:02:17… 00:02:16… 00:02:15…»

«Как закончишь, дай знать».

«Принято».

Выбирались из капсулы с известной опаской – наш, хм, спускаемый аппарат какая-никакая, а защита. А за ее стенами стремно. Вот и подстраховывались в меру сил: Гленн стоял за рядом кресел, которые более-менее прикрывали его примерно до пояса, и держал на прицеле люк – вернее, открывавшийся прямо за ним сектор, готовый снести все подозрительное (да и неподозрительное тоже) хорошей очередью из «калаша», а я, прислонившись спиной к переборке сбоку от дверного проема, ждал, когда на его месте «протает» достаточно обширное отверстие, чтобы из него выглянуть. Но больше, конечно, прислушаться. Черт, до сих пор к этим фокусам не привык! Как поразился при первом визите на «Молнию» эффекту прогорающей полиэтиленовой пленки на входе в переходную «кишку», так до сих пор под впечатлением. А тут и створка потолще, и за ней полная неизвестность – люк в условном борту капсулы, который в курсовые камеры не видно, а ну как за ним целая толпа спеков только и ждет, пока мы «калитку» распахнем? Фигурально выражаясь, конечно.

Нет, можно было и Ваську вперед пустить, но мне его стало элементарно жалко – итак сегодня стресс на стрессе, еле успокоился. А на самом деле, конечно, толку от него сейчас немного, это вам не пес. В таком взбудораженном состоянии даже микроэлектрошок от нанов вряд ли его побудит к нужным действиям. Вот и пришлось по старинке, самому.

Обошлось, кстати. Зря только себя накручивал. Ни прямо за люком, ни с флангов никого не было – это я совершенно точно рассмотрел, самолично высунувшись из проема, плюс не поленился припахать Зевса, задействовав зум и компьютерный анализ местности. Опять же, насчет спеков это я сгоряча – нет больше преподобного Коулмэна, чтобы подобные подлянки подкидывать. С другой стороны, прецедент налицо – что мешает той же местной системе управления наштамповать каких-нибудь клыкасто-зубастых кракозябр с тентаклями (недавнее беспомощное положение вспомнил) и напустить их на незваных гостей? Вот и я думаю, что ничего…

Аморфеум под ногами привычно спружинил, стоило только спрыгнуть с «порожка» капсулы, и зашуршал, разогнав неестественную тишину. Этот вполне ожидаемый эффект придал уверенности – хоть что-то в этом мире осталось неизменным. Помимо, конечно, бабьего вероломства и склонности к мозгое… хм, выносу мозга. Припав на одно колено, я в прицел автомата обозрел окрестности и поманил Мака характерным жестом, не позволяющим трактовать его как-то иначе. Само собой, Гленн понял, равно как и Бадди, первым перевалившийся через «порог». С шумом приземлившись на все четыре конечности, он вразвалку продефилировал мимо меня, умильно мотая задом и неестественно высоко задирая тонущие в аморфеуме лапы, но далеко не пошел – Бадди пес умный, даже без подсказок Зевса знает, что делать. Бадди знает, Бадди пожил… а ведь точно! Он у нас уже далеко не юноша, по самым скромным прикидкам восьмой год уже, то есть по человеческим меркам хорошо уже так за полтинник… м-мать, не о том думаю!..

Спрыгнувший следом за псом Мак пробежал десятка два метров и в свою очередь присел на колено, контролируя сектор прямо по курсу, и особенно причудливо согнутый ствол. Я без напоминания проделал аналогичную процедуру, то бишь добрался до Гленна, причем стремительным мой бросок назвать было никак нельзя – приходилось, как и Бадди, довольно высоко подбрасывать коленки, дабы вызволить ступни из аморфеумного плена. Да и ставить ногу обратно на опору вынужден был с опаской, ибо последняя сильно пружинила. Причем здесь, в окрестностях корабля землян, этот эффект проявлялся даже сильнее… странно. Наверное потому, что оная опора на пульсации дерева реагировала. И тишина… только мертвых с косами вдоль дороги не хватало.

– Мак, мне кажется, или почва сильнее стала «гулять»?.. – прохрипел я, присев рядом с напарником – теперь снова его очередь тропу пробивать.

– Тоже заметил?..

– Ага. Хорошо, если и дальше наш вес держать сможет.

– Согласен. Тащиться по пояс в этом дерьме удовольствие ниже среднего.

– Ладно если не плыть…

– Отставить панику! – Мак с сочувствием покосился на кое-как доковылявшего до нас Бадди и хмыкнул: – Давай-ка, Дэнни-бой, носильщиком поработай. А я прикрывать буду. Что-то подозрительно спокойно тут…

Не хотелось бы, конечно, мобильность ограничивать, но вроде пока ничего угрожающего… а псу реально трудно – он и раньше-то по аморфеуму неохотно передвигался, а сейчас и вовсе беда. А время в нашей ситуации на вес золота или даже какого-нибудь редкоземельного элемента. Так что Гленн прав. И Зевс, кстати, почему-то молчит.

«Процесс активен. До завершения 00:01:49… 00:01:49… 00:01:49…»

Черт! Подзавис, что ли?! Уже сильно больше обещанных двух минут прошло, так еще полторы с лишним показывает. А, потом разбираться будем…

– Ладно, морда, запрыгивай!..

На закорках его не утащишь, рюкзак занят, так что пришлось взять на ручки, как младенца. Естественно, автомат перекочевал за спину, а это сейчас стремно – одного Мака может и не хватить. Но с такой ношей даже пистолет не вариант, так что оставалось только уповать на высшие силы, чтобы ничего не стряслось. Вряд ли, конечно – не буду в который уже раз поминать набивший оскомину закон Мерфи. Но, как говорится, война план покажет… тем более и идти не так уж и далеко – проскользнув под зловещей пульсирующей «аркой» и оказавшись, так сказать, на оперативном просторе, катер мы рассмотрели во всех подробностях. Тот торчал посреди небольшого «пятака», возвышавшегося в слое аморфеума метрах в двухстах от главного шлюза «землянина». А от нас до него было все шестьсот, ибо по диагонали. Но хорошо, что хоть так приэлвились – борт в четырех сотнях, зона «кипения» аморфеума, соответственно, в трех. Так что должны пройти без проблем, про «плавать» я, если честно, для красного словца упомянул. Лишь бы, действительно, какие-нибудь кракозябры не нарисовались… и тут оставалось только уповать на парадокс Сильвермана, гласивший: «Если закон Мерфи может не сработать, он не срабатывает». Вообще, если разобраться, лозунг сегодняшнего дня.

«Зевс, „паука" в борту не видишь?»

«Мы с другой стороны».

Упс… засада. А, собственно, чего я опасаюсь? Смысл Бранке торчать в катере, если она от нас избавилась? В противном случае было бы логично просто облететь корабль по кругу и свались куда подальше. Но нет, пошла на ухищрения. Следовательно, и на «землянина» поперлась, это как раз в ее характере. Вот такая вот логическая цепочка как результат умствования. А чем еще заниматься, когда все основные функции на себя взял напарник, а мне оставалось лишь шагать за ним да стараться не выронить пса?..

Кстати, время! Зевс?

«Процесс активен. До завершения 00:01:53… 00:01:54… 00:01:53…»

Ничего себе! Даже прибавилось… ладно, к черту подробности, работаем по плану.

Метров сто прошли без приключений, потом откуда-то из-за туши «землянина» донеслась заполошная стрельба – кто-то садил очередями, не особенно целясь, в белый свет, как в мелкую монету. Потом пару раз бухнули взрывы – очень похоже, что тех самых термобарических гранат. Ну и под конец, судя по характерному свисту, сработали скорострельные гаусс-автоматы, на сей раз явно обстреливавшие поверхность планеты, а не отбивавшие угрозу с воздуха.

При первых же звуках Мак застыл на месте, вскинув ладонь, ну и я, соответственно, тоже. Разве что Бадди не выронил, как намеревался до того – рано еще, непосредственной опасности нет.

– Хорошо воюют, – покачал головой Гленн примерно через полминуты. Накал страстей в разборке и не думал стихать, такое впечатление, что корабль атаковала лавина враждебных объектов. – Кто-то этих гавриков, – кивок на «землянина», – массой давит. Пошли, фиг ли ждать…

И то верно. Они там теперь хоть до утра могут развлекаться, нам от этого ни холодно, ни жарко. А вот если кто-нибудь с нашей стороны нарисуется… будет печально, да. И, опять же, я склонен согласиться с Маком – странно. Нас наверняка видно с корабля, не может на нем не быть системы мониторинга внешней среды. И раз нас до сих пор не расстреляли из гауссов, значит, либо не видели (что крайне сомнительно), либо на фоне остальных угроз не расценивали как реального противника (что радовало и одновременно чуток раздражало). Мы, собственно, на корабль и не собирались покушаться, нам бы свое забрать… кстати, катер на вид совершенно целый, значит, избавившись от нас, Бранка-таки договорилась с защитниками «землянина», и ее не ссадили на подлете. Этого я как раз и опасался больше всего. На Бранку, если честно, плевать, а вот Эли жалко. Привык я уже к ней, да и вообще… мы в ответе за тех, кого приручили. Не очень корректно так о человеке, но я вам так скажу: мои девицы, обе-две, как кошки, которые гуляют сами по себе. И процесс обретения с ними общего языка я с полным на то основанием могу обозвать «приручением». Хотя это в обе стороны справедливо, тут еще большой вопрос, кто кого приручил. Ладно, пофиг. Факт в том, что Элисон Баркли мне достаточно дорога. Ничуть не меньше, чем вздорная блондинка Астрид Свенссон, которая вопреки традициям носила именно эту фамилию, хотя должна быть Свендоттир. Но на это тем более пофиг. Главное, чтобы они обе на борту «Молнии» пребывали, в относительном здравии. А с бабьими тараканами как-нибудь разберемся.

– Перемещаются, – между тем заметил Мак.

К этому времени мы благополучно преодолели еще метров полтораста, все сильнее увязая в аморфеуме. Да-да, буквально с каждым шагом. А я еще и Бадди волок, который спокойно сидеть решительно не желал. Так что не удивительно, что я умудрился сбить дыхание… чего за собой, если честно, давненько не припоминал. Потому и не уловил изменений, хоть и непростительно это. Зато Гленн, что называется, бдел, и после его замечания дошло и до меня. Судя по звуку, пальба смещалась в нашу сторону, то есть по направлению к носу корабля, то бишь баку, как его называют сами флотские. Еще немного, и с нашего борта заваруха начнется… и сомневаюсь, что защитники шлюза будут разбираться, кто есть кто. Скорее, тоже будут садить очередями, создавая завесу из кинжального огня. Да и гауссы задействовать не постесняются, однозначно… про гранаты молчу. И если стрелковое оружие и термобарические взрывы нашему катеру не страшны, то гаусс-автоматы его при должном усердии вполне способны разобрать на запчасти. Вывод? Торопиться надо.

– Мак, прибавь!

– Уверен?

– Более чем! Бадди, будешь ворочаться – брошу!

– Вуф?..

– Твои проблемы!

– Вуф!

Вот и договорились… теперь бы еще резервы изыскать в собственном организме. Но это не вопрос, техника кудзи-госин-хо всегда со мной. Каждый раз, когда к ней прибегал, вспоминал тренера дядю Колю. Хотя чувства испытывал смешанные, чего греха таить. Много он мне крови попортил во времена оны…

Дела, кстати, пошли веселее – всегда проще, когда есть реальная цель. А у нас она появилась – добраться до катера раньше, чем заваруха докатится до этой стороны. Под его бортом хотя бы можно укрыться, но это уже в крайнем случае. Я все-таки надеялся если не задействовать Зевса, то хотя бы до Эли докричаться. Черт, она же в коме!.. Спокойно, Дениска, не торопись, смотри под ноги и – главное – с шага не сбивайся. Иначе беда. Сейчас самый оптимальный вариант действовать как автомат: раз-два, раз-два… взгляд на спину Мака – нормально все? – и снова – раз-два, раз-два… вдох-выдох, раз-два… и пса не уронить. Не уронить, я сказал!..

Самое стремное – сегодня я впервые столкнулся с ситуацией, когда хваленая методика ниндзя не помогла. Почему? А очень просто: «защита девятью слогами», а именно первый уровень «рин» включился легко, даже не пришлось жест-триггер задействовать, вот только прилив сил сам по себе ничего не решал. Я и до того работал, подобно хорошо отлаженному механизму, так что ситуация принципиально не изменилась. А виной всему одно неприятное обстоятельство – как Гленн и предполагал, под конец пути пришлось брести чуть ли не по пояс в аморфеуме. Это я загнул, конечно, но проваливались мы по самые… хм, по бедро, и оказалось проще протискиваться сквозь относительно податливую массу, нежели ноги из нее вызволять. А тут еще довольно тяжелый пес на согнутых руках… выражаясь инженерным языком, мои верхние конечности сейчас выступали в роли консольных балок, и основная нагрузка приходилась на локти и бицепсы. И если ноги я специально тренировал на статику (привет, тренер дядя Коля!), то нужды в аналогичных упражнениях для рук никогда не возникало. А посему здесь и сейчас я расплачивался за изъян в физической подготовке – попросту говоря, еле удерживал Бадди. Даже на ступени «рин». Тот чувствовал мое состояние и боялся даже лишний раз вздохнуть, не то что… чихнуть, ага. И все равно с каждым шагом становился все тяжелее и тяжелее…

Помощь пришла, откуда не ждали – в тот момент, когда я уже окончательно вознамерился остановиться на передышку, ступня уперлась во что-то твердое и с заметным уклоном, а вслед за ней и полубессмысленный – а чего вы хотите, я почти в транс впал! – взгляд наткнулся на скошенную бетонную стенку. Именно так, вы не ослышались. Да и у меня, как выяснилось, глюков не было – просто мы добрались до того самого «пятака», на котором торчал катер. Издали его природу распознать не получилось, а потом мне уже как-то не до того было. Ну что тут можно сказать? Только одно: госпожа Де Гроот вынесла из логова преподобного Коулмэна много больше, чем можно было предположить. Наверняка ее рук дело – вернее, сохраненной в «короне» базы образцов из Аномалии. А уж в локальном объеме управлять аморфеумом, имея столь совершенный инструмент, большого ума не надо. Черт, хлебнем мы еще с ней!..

Век бы ее не видеть! Впрочем, непроизвольно накатившая волна гнева вовсе не помешала мне внутренне бурно возрадоваться и зашвырнуть воспрянувшего духом пса на твердую поверхность. Тот ловко изогнулся в воздухе, приземлился на четыре лапы и принялся подозрительно к чему-то принюхиваться, но я этот факт оставил без внимания, пытаясь выбраться из топкой «землицы». Получалось не очень, но потом Мак, успевший осмотреть окрестности и признать их условно безопасными, протянул мне руку, и дело пошло на лад. Оказавшись на «пятаке», я, конечно, позориться не стал и воздержался от того, чтобы растянуться прямо здесь же, но вот остервенело потрясти верхними конечностями не постеснялся. Не до ложной скромности сейчас, главное, граблям чувствительность вернуть да кровь хоть немного разогнать по жилам.

– Эк тебя расколбасило! – попенял мне Мак – на вид возмутительно бодрый и придурковатый, совсем как в уставе прописано. – Давай, Дэнни-бой, делом займись. Не нравится мне эта тишина…

А ведь верно!.. Стрельба если не окончательно затихла, то явно стала не такой заполошной, как совсем недавно. Да и гауссы замолчали, что наводило на мысль об отражении основной угрозы. Скажем так: постреливали, но лениво и из легкого вооружения. Такое впечатление, недобитков приканчивали. Стало быть, атака захлебнулась, и теперь вариантов два: либо нападающие перегруппируются для новой попытки, либо сменят направление. Второе было бы логично, но для нас куда менее желательно. Время, Мак, время!..

«Зевс, что будем делать?»

«Процесс активен. До завершения 00:01:33… 00:01:33… 00:01:33…»

Хм, уменьшилось…

«Да я не об этом! Катер!»

«Работаем по стандартной схеме».

Понял… на ходу сорвав многострадальную правую перчатку, я в темпе преодолел те три с небольшим метра, что отделяли меня от туши катера, сейчас очень смахивавшего на выброшенную на берег камбалу, и взбежал по атмосферной плоскости, превращенной в опору наподобие подошвы слизня, прямо к кокпиту. Бетонный «пятак» оказался очень удобным и соразмерным, аккурат под наш аппарат, что лишний раз указывало на шаловливые ручонки одной рыжей особы. А еще я машинально обвел взглядом весь катер – с самой высокой точки корпуса это проблемы не представляло – в поисках того самого вплавленного в борт «паука». Что характерно, не нашел, зато наткнулся на тонкий ручеек аморфеума, протянувшийся от раскинувшегося вокруг «моря» к кончику правой плоскости. Интересно, зачем он здесь? Хотя нет, не интересно. Наверняка есть какое-то логическое объяснение, вот только с личностью, что в состоянии это объяснение дать, желания общаться нет абсолютно. Ага, вы правильно догадались, я именно про нее.

Ну вот, подумал про Бранку, и облегченно выдохнул – таки сдернула стерва. И пусть ее, мне так даже проще. Убивать девицу не хотелось, а неприятностей та могла в будущем доставить изрядно. Да уже, собственно! Тварь такая!..

Не обращайте внимания, это я просто на отсутствующий взгляд Алиски наткнулся – блистер в данный момент был прозрачным (хотя с чего это Эли решила отключить поляризационный слой – большой вопрос) и совершенно не затруднял обзор собственно пилотской кабины. В текущей конфигурации она была одноместной и несла отпечаток личности оператора, то бишь весьма походила на стандартный кокпит стандартного же катера Таюки, «облагороженного» умельцами из Корпорации «Такэда Электронике» – любимой летающей игрушки Кийоко. Хотя во внешности девушки с тех давних пор, как мы вместе развлекались на Нимойе, произошли кое-какие изменения: она перестала прятать глаза за здоровенными лыжными очками, постриглась короче, плюс исчезла излишняя серьезность. Короче, расцвела Алиска. Но конкретно сейчас до боли напоминала себя времен Кийоко-Рэй, причем настолько сильно, что я едва не вздрогнул, пробежавшись глазами по ее лицу. А потом еще и высказался непечатно, перехватив пустой взгляд. Впрочем, быстро успокоился – нет времени для эмоций и рефлексий. Работай, Дениска, работай! А за тылом пусть Мак следит.

Не разрывая визуального контакта с подружкой, я бухнулся на колени и приложил правую пятерню прямо к блистеру – Зевсу без разницы, где именно катер лапать, он везде из одного и того же материала, то бишь специализированных наномашин. Если уж совсем откровенно, то и перчатку можно не снимать, она для нанов проницаема, просто лишнее время и неизбежная потеря части популяции. А мне напряга никакого – я еще на бегу конечность к работе подготовил. И, судя по ощутимому жжению в кончиках пальцев, я оказался прав – есть контакт! Но вот дальше дело застопорилось – в голове отчетливо щелкал таймер, отсчитывая секунды – одну, две, пять, десять… – но ничего не происходило.

«Зевс?»

«Не могу обойти файерволл, нет связи с локальной сетью катера».

«А с материнским ядром?»

«Есть, но обрывочная. „Белый шум" резко усилился… зато я уловил передачу функциональных единиц с корабля Бранки».

«И что там?»

«Задница».

Однако!.. Чтобы Зевс, и так выразился?..

«Жажду подробностей!»

«Судя по полученным обрывкам информации, корабль растворяется. Экипаж вынужден отступать на верхние палубы, но эвакуироваться на катерах почему-то даже не пытается. Плюс их кто-то атакует снаружи».

Ждут начальницу? Хм… какие-то излишне верные и дисциплинированные подчиненные. Я бы в таких условиях однозначно свалил, прихватив всю команду. Ладно «номерные», но полноценные-то члены экипажа о чем думали? Фанатизм? Вера в правое дело? Приверженность идеалам?

Слепое следование уставам и приказам? М-мать! Да любая из этих причин превращала землян в страшнейшего врага! Воевать с таким себе дороже… хотя о чем это я? Воевать всегда дорого. Причем во всех смыслах.

«То есть в катер нам не попасть?»

«Пока не знаю… пытаюсь дозваться Элисон, но она в состоянии комы, так что бесполезно. Можно попытаться вывести ее из него, но нужен прямой контакт, чтобы запустить нанов».

Не вариант… кокпит же не откроешь?

«Ответ отрицательный».

Ну тогда вообще не знаю…

«Есть возможность локального воздействия на материал блистера».

Выражайся по-человечески! Дыру в окошке проделать можешь, что ли?..

«Ответ положительный».

Насколько большую? Рука пролезет?

«Не дотянешься».

Блин! А на хрена тогда предлагаешь?! Точно!..

«Давай».

«Принял».

Вот и хорошо, вот и отлично… пока в блистере дырка, то бишь, конечно же, отверстие – я все-таки инженер, а не презренный гуманитарий! – проплавлялось, я как раз успел Василия из рюкзака вытряхнуть. Именно вытряхнуть – этот гад что-то почуял и вцепился в ткань когтями, так что выдернуть за шкирку вслепую не вышло, пришлось снять рюкзак и заморочиться более сложным действием. Тащил правой – голой – рукой, так что обзавелся парой глубоких царапин, зато Зевс пополнил популяцию функциональных единиц непосредственно в питомце – за мой, естественно, счет. Ну а дальше дело техники: оказавшись в жестоком мире, да еще и в подвешенном состоянии, Васька предпочел не оказывать сопротивления и без проблем прошмыгнул в отверстие с закругленными краями – тесное, но вполне проходимое для юркого котяры. Сразу после этого Зевс ослабил контроль, и дырка прямо на глазах заросла, как прорубь в мороз. Оказавшийся запертым в кокпите Васька укоризненно на меня уставился, но долго бездельничать ему не позволили – несколькими шоковыми импульсами искин заставил кота переместиться на грудь девушки, затянутую летным комбезом, и вытянуться на ней, упершись носом в открытый подбородок. Разместившись поудобнее, Васька зафиксировался когтями и врубил урчальник – на удивление мощный для такого тщедушного котейки.

«Есть контакт!»

Отлично! Работаем, Зевс, работаем! Кстати, а по первой задаче что? «Процесс активен. До завершения 10:01:49… 01:01:48… 01:01:47…» Да как так-то?! А, понятно, вычислительные мощности на Алиску перенаправил…

«Ответ положительный».

Н-да. Ну и ладно, я пока гляну, как там Мак с Бадди…

Мастер-рейнджер Макдугал, против ожидания, внимания на меня почти не обратил: торчал в тени крыла, дабы хоть как-то укрыться от посторонних взглядов (невооруженных, естественно), и что-то внимательно рассматривал, врубив зум на забрале. Ну, что тут сказать? Мак всегда оставался Маком, действовал больше на бойцовских инстинктах – я вот, например, маскировкой не заморачивался ввиду полной бесполезности, особенно когда маячил у кокпита, изображая зеленое камуфляжное пятно на светло-сером, почти белом, фоне катера. А он поступил так, как ему велели вбитые в подкорку рефлексы, чтобы, как в том анекдоте, из-за пустяков «руку не сбивать».

– Мак? Что-то интересное?

– Как там Эли? – проигнорировал мой вопрос Гленн. И, что характерно, наблюдение так и не прервал.

– Пока не знаю… Зевс работает. Бадди, а ты чего?..

– Вуф…

Прямо заинтриговали, оба-два! Пришлось усесться на срез плоскости, свесив ноги, и последовать примеру старшего товарища: проследив за направлением его взгляда, я врубил увеличение и принялся пожирать глазами резко приблизившееся «море» аморфеума. Там, метрах в трехстах по левому борту катера, почти на границе между спокойным и «кипящим» участками явно имела место какая-то движуха…

– Спеки?! – менее чем через полминуты вслух удивился я.

– Они самые, – вздохнул Мак, разом порушив надежду на внезапно возникшие «глюки». – Ждут чего-то, уроды.

Я бы сказал, группируются. Но одно другому не мешает, тут Гленн прав на все сто. А глубина там порядочная, почти по грудь в аморфеуме стоят…

– А Коулмэна Бранка замесила… – задумчиво продолжил Мак. – Или это не точно?..

– Как вариант, – не менее задумчиво согласился я. – Ничем не хуже предположений, что это дело рук самой Бранки или местной системы управления, добравшейся-таки до бывшего логова преподобного.

– Не, рановато…

– А может, она ускорилась? Эх, запросить бы картинку с «Молнии»!..

«А, Зевс?»

«Аномалия пока вне зоны видимости. Появится через 01:03:59… 01:03:58…»

– Короче, все три варианта равнозначны! – заключил я. – Сами-то что делать будем?

– Пока ждать, – пожал плечами Мак. – Не стреляют, в нашу сторону не смотрят… задумывают недоброе. Я бы рекомендовал срочно делать ноги, Дэнни-бой.

– Вынужден вас разочаровать, мистер Макдугал – отсутствует техническая возможность. Пока, по крайней мере.

«Зевс, как Эли?»

«Без изменений».

«Прогноз?»

«Хочешь, чтобы я снова пошутил про вероятность в пятьдесят процентов?»

Поня-а-а-атно!..

– Вуф! Вуф! Вуф!!!

М-мать!!! Едва мазнув взглядом по борту «землянина», я торопливо ссыпался с крыла, да еще и успел по пути Мака за рюкзак дернуть. Впрочем, тот сориентировался столь же оперативно – присел, убрав голову с линии огня. А еще через пару секунд к нам присоединился Бадди, направленный живительным электрошоком. Повезло нам, в общем: катер Бранка посадила носом к модулю, не идеально перпендикулярно, конечно, но под достаточно большим углом, так что за его тушкой можно было сносно укрыться от гаусс-автоматов, башенки которых внезапно повыскакивали из технологических каверн, скрывавшихся под сегментными люками. Я навскидку насчитал таких пять штук – и это только одна линия обороны, бортовая. На «горбу» их наверняка еще несколько… можно уточнить, конечно, но лень Зевса лишний раз напрягать. Нам, если честно, и этой пятерки четырехствольных гатлингов за глаза. Я тут про защиту что-то говорил? Это от безнадеги, поверьте. Если неведомому оператору придет в голову сосредоточить огонь на нашем летательном аппарате, жить нам останется максимум секунд десять.

– Зевс, как там?!

«Без изменений».

Твою мать, твою мать!!! Ненавижу вот такие ситуации, когда лично от меня ничего не зависит, можно только сидеть на попе ровно и ждать у моря погоды. Бесит!

– Успокойся, Дэнни-бой, – буркнул Мак, снова выпрямившийся во весь рост – надо думать, для улучшения обзорности. – Что-то мне подсказывает, не по наши это души… это попытка номер два.

Хм… почему бы и нет? Даже если не задаваться целью выяснить, кто именно управляет снеками – а это точно они, я их во всех подробностях рассмотрел, да и Мак с Бадди подтвердили – активация обороны со стороны экипажа «землянина» как минимум в двух случаях – предположительно недобитого Коулмэна и местного искина – вполне логична. Зародившиеся в толще аморфеума боевые единицы людям с корабля точно не принадлежали – не было у них физической возможности завладеть этой занятной технологией. У Бранки, конечно, была, но и в ее случае возможны варианты – почему-то же ее катер обстреляли на подлете! Скорее всего, по той простой причине, что она не смогла связаться с экипажем и пройти опознание. Потом, конечно, этот изъян устранила… или нет? И теперь пытается прорваться на корабль силой, задействуя все доступные ресурсы?.. Блин, совсем запутался, аналитик хренов…

– Вуф!!! – встрепенулся Бадди, а Мак, уже успевший заново врубить зум и уставиться на скопление потенциального противника, поддержал питомца универсальным английским словом на букву «f».

Ну-ка… вот теперь все ясно! Бранка все-таки добралась до своих и задействовала доступные ресурсы в их пользу, иначе с чего бы спеки дружно развернулись и открыли пальбу по «кипящей» поверхности аморфеума в непосредственной близости от борта «землянина»? Как раз мертвую зону гаусс-автоматов перекрыли, получается. И с количеством спеков мы сильно ошиблись – те выныривали чуть ли не вдоль всего корабля и присоединялись к собратьям, отчего трескотня выстрелов быстро слилась в общий гул. Вряд ли маломощные пули пронзали аморфеум на большую глубину, так что, скорее всего, отстреливали кого-то или что-то у самой поверхности. Кого или что именно, рассмотреть не получалось – повсюду лопались пузырьки и разлетались аморфеумные брызги.

– Фига себе, баталия! – восхищенно прокомментировал действо Мак. – Видать, есть какой-то смысл?

– Пытаются замедлить растворение корабля? – предположил я.

– Похоже… точно, глянь!

В одном месте в шеренге спеков вдруг возникла заминка: толи перезарядиться кто-то не успел, толи по какой другой причине, но образовавшейся короткой паузой умудрилось воспользоваться… нечто. Больше всего оно напоминало слизня на гибких осьминожьих тентаклях, и поражало изрядной ловкостью – прежде чем его расстреляли, оно успело подняться по отвесному борту метров на пять. Но вот до «горба» ему добраться не позволили, сшибли влет несколькими скрестившимся очередями. Неведомая тварь лопнула, заляпав ошметками порядочный кусок обшивки, и та начала заметно рыжеть. Ага, вот и объяснения пятнам! Все просто и логично. Только еще один вопрос на засыпку: как экипажу удалось продержаться до прибытия Бранки со спеками? Сами отстреливались, что ли? Или тупо сидели, укрывшись за броней? Мера, конечно, временная, но хоть что-то…

А ситуация между тем продолжала развиваться по уже знакомому сценарию – как и бойня по противоположному борту «землянина», которую мы воспринимали исключительно на слух. Пальба в какой-то момент достигла апогея, а потом по неизвестной пока причине начала стихать – это было явно слышно. Присмотревшись, я понял, что часть спеков почему-то опускала стволы, а то и просто роняла автоматы в топкий аморфеум, и начинала крутить головами – характерный такой жест, как будто в теле оказался какой-то другой разумный, вытеснив хозяина, и на рефлексах принялся осматриваться. Ну а дальше вообще пошла потеха: спеки вооруженные, забив на аморфеумных тварей, штурмующих борт, разворачивались к бывшим собратьям по оружию и начинали бить в них – кто расчетливо, кто заполошными очередями. А иные и прикладами охаживали оказавшихся слишком близко «перерожденцев». Те, впрочем, отвечали аналогично – тянули руки, хватали, за что придется, и, такое впечатление, пытались топить противника. А потом свое веское слово сказали гаусс-автоматы…

Зрелище получилось жуткое. До сих пор сомнительно почетное первое место в моем личном хит-параде делили «циркулярки» и блуждающие силовые поля с Пандоры, с похожим эффектом крошившие людские тела, но… бронебойные болванки калибром минимум миллиметров двадцать, а то и все двадцать два-двадцать четыре, как у любой нормальной скорострельной пушки, при попадании разносили тела в клочья. И неведомому оператору явно было плевать на снеков в принципе – гауссы не отделяли своих от чужих, лупили тупо по площадям, перепахивая заодно и аморфеум. Красное на черном, классическое сочетание, мать его. И оно было бы даже красивым, если бы не было настолько жутким – ошметки тел в кровавом обрамлении довольно быстро скрывались в толще аморфеума, но недостаточно быстро, чтобы я не сумел различить подробности. Снаряды оказывали мощнейшее разрушительное действие: попал в голову – вместо нее кровавое облачко, в руку – готова кровоточащая культя, а сама конечность в каскаде багровых брызг летит в сторону… но страшнее всего оказались попадания в корпус – в таком случае снека просто разрывало на куски. В считанные секунды вместо пусть и немного хаотичного, но строя спеков образовался тошнотворный винегрет, при виде которого я с огромным трудом сдержал рвотный позыв и глубоко и часто задышал, перебарывая тошноту. Странно, но отвести взгляд мне даже не пришло в голову – какое-то болезненное любопытство одолело.

Избиение длилось секунд пятнадцать, больше не потребовалось. После этого свист гауссов стих, и мы с изумлением осознали, что тишина не стала абсолютной – по-прежнему до слуха доносилась трескотня выстрелов. В этом кромешном аду кто-то умудрился уцелеть, причем явно представители обеих фракций, и теперь одни добивали других.

Через какое-то время – черт его знает, какое, я засекать не стал, – смолкли и автоматы спеков. Мало того, гауссы снова спрятались в кавернах под обшивкой, и воцарилась, можно сказать, идиллия: светило ласкало лучами, на небе ни облачка и абсолютное безветрие… ну а стрекотать или каким-нибудь еще способом сообщать окружающим, что жизнь прекрасна, на Элве попросту некому…

– Ч-черт… – нервно сглотнул слюну Мак. – Знатное месиво… я такого не видел со времен… ладно, замяли.

Не хочет рассказывать, и не надо. Однозначно обойдусь без дополнительного повода для ночных кошмаров.

«Зевс, как Эли?»

«Без изменений».

– Хреново…

– Чего?..

– Хреново, говорю, – перевел я взгляд на Гленна. – Зевс говорит, с Алиской пока голяк. Придется сидеть дальше, как вон этим, в корабле.

Заметил, они уже тактику боя выработали? Наверняка какие-то закономерности вывели, иначе не стали бы гауссы деактивировать… было бы неплохо опытом обменяться.

– С этими обменяешься! – сплюнул Мак. – Попали мы, Дэнни-бой. Может, с орбитой связаться, пусть хотя бы Свен на втором катере подскочит?

– Сам-то понял, что сказал? Сколько у него времени уйдет?

– Не меньше часа, – вынужденно согласился Гленн. – А чего? Может, с Алиской вообще не срастется! А тут будет хоть какая-то гребаная надежда. И чем больше тянем, тем дольше придется молиться о снисхождении. А этому, там, наверху, лапу особо не позолотишь. На редкость независимый прокурор!

– Чего это тебя на философию потянуло? Лучше бы подумал, какие еще варианты.

– Утопиться, застрелиться, пойти пешком – какой тебе больше нравится?

– Даже не знаю, все такое интересное… Зевс, проф все еще на связи?

«Периодически. „Белый шум" забивает передачу, я с тобой-то связь с трудом поддерживаю. Но, судя по тем репликам, что до меня доходят, он в полном раздрае: с одной стороны эйфория от моря новой информации, с другой – бешенство, что вы так бездарно себя ведете. С его точки зрения, естественно».

«Слышал, что Мак предложил?»

«Ответ положительный».

«В каком смысле?»

«Во всех. Я уже передал через материнское ядро предложение капитану Иванову, он готовит катер, только Свену его решил не доверять, посадит кого-то из команды. С автопилотом справится, у них там много универсальных специалистов».

Ха! Вот будет забавно, если оным спецом по иронии судьбы окажется тот нагловатый парнишка-связист, с которым мы вечно пикируемся, когда папеньке приспичивает пообщаться с нерадивым отпрыском! Хотя вряд ли, капитан не зря возмущался, что пошел в рейс с командой из трех человек. Не думаю, что наглый юнец вошел в их число, наверняка кэп отдал предпочтение кому-то постарше и поопытнее.

«Когда ждать?»

«Предположительное время прибытия 01:19:01… 01:19:00… 01:18:59…»

«Понял я, понял!»

Фигово, кстати. Вот этот вот часовой лаг – заметили, он и для получения картинки нужен, и для окончания взлома пирамиды, и для прибытия альтернативного транспорта? Хотя взлом наверняка ускорится, если Зевс до Алиски докричится. Но в этом случае и все остальное перестанет быть хоть сколько-то актуальным. Положеньице, мать его!..

– Что железяка сказал?

– Сидим ждем.

– Ясно.

– Пойду, гляну, как там Алиска.

– Валяй… – усмехнулся Мак. От нечего делать он снова врубил зум и принялся шарить взглядом по поверхности аморфеума в том месте, где совсем еще недавно торчали спеки.

Я же, как и намеревался, снова взбежал по корпусу катера к кокпиту и распластался на блистере, дабы не особо маячить перед потенциальным противником. Да и проще так было в кабину заглядывать, в которой, к слову, никаких изменений не наблюдалось: все та же безучастная ко всему Эли с абсолютно пустым взглядом, и все так же громко урчащий и вибрирующий всем прогонистым телом Васька, уткнувшийся носом в подбородок девушки.

– Все-таки ты доигралась, Алиска! – не сдержавшись, буркнул я, но развивать тему не стал – не перед кем. Вместо этого устроился поудобнее и принялся сверлить взглядом внутренности кабины.

Особого смысла в этом действе не было, но мне так оказалось легче побороть пытку ожиданием: через какое-то время я впал в транс, машинально обратившись к кудзи-госин-хо. А почему бы и нет, собственно? Есть возможность восстановить силы – используй. Кто знает, когда и где потребуется их полное напряжение? Может, уже здесь и уже через считанные секунды…

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, день

Насчет секунд не угадал, а вот все остальное… прошло, наверное, минут десять – я в трансе как будто выпал из временного потока, а потому мне показалось, что гораздо меньше – как Мак снова зашумел:

– Ха! Дэнни-бой, я же говорил! Дэн?..

Черт, не отстанет ведь…

– Чего?

– Пушки! Они достали пушки! Зачем?..

– Включи логику, – отмахнулся я, не отводя взгляда от лица Элисон.

Мне показалось, или в ее глазах промелькнуло что-то осознанное? Зевс?..

«Пока без изменений».

Обломщик…

– Не, они не будут стрелять, – обрадовал меня и Гленн. – Не в кого… м-мать!..

Вот именно. Если в округе никого, кроме нас, то и вариантов возможных мишеней сильно меньше двух.

– Вроде на нас не наводятся… смотрят примерно в тот район, где спеки были, – продолжил докладывать Мак. – К чему бы это, а? Дэн! Может, сам посмотреть соизволишь?

– А смысл?! – Ну вот как он не поймет, что мне сейчас гораздо интереснее Алиска? – Ну, гатлинги, ну, в пустоту целятся…

– Нет, они стволами шарят… ага, нашарили… теперь ведут… в нашу сторону ведут, Дэнни-бой! – сорвался на крик напарник. – Спрячься нафиг!!!

– Мак, не до них! – отмахнулся я. – Тут вроде бы улучшение…

«Внимание, рост мозговой активности пациента на 0,01 %… 0,1 %… 0,03 %… 0,12 %…»

Ну, что я говорил?! Незначительный, скачкообразный, но рост! Не спугнуть, только не спугнуть…

«ОРУЖИЕ!»

«Внимание, вирусная атака! Внимание, вирусная атака!»

«ИСПОЛЬ…»

«Вирусная атака отражена».

«Процесс завершен».

«Запустить файерволл в режиме активного отслеживания?»

«Да ⁄ Нет?»

Запускай, чего уж там! Нет никакого желания снова глюки ловить. Да и не до гешпенстов сейчас всяких, тут бы свои проблемы разгрести…

«Где… я?..»

Чего?! Зевс, что за?!

«Входящая передача от объекта „Элисон Баркли", я счел рациональным включить режим приема без подтверждения абонента».

Ну да, в ней же наны… из Васьки переместились. Отлично. Только почему так неуверенно она себя ведет?

«Эли?»

«Кто… кто это?..»

«Это Денис».

«Кто… Эли?.. Кажется… я?.. И не я?.. Внимание, программный сбой! Рекомендуется кор… Что это?! Эли?..»

Да твою же дивизию! Вот только этого мне и не хватало…

«Элисон, это Денис Смальков, твой… хм… работодатель. Узнаешь меня?»

«Объект идентифицирован. Процесс завершен. Денис?..»

«Да!!! Ты меня понимаешь?»

Хотел спросить «слышишь?», но сообразил, что это будет по крайней мере странно – она меня воспринимала, и этого достаточно. Не сказать, что совсем адекватно, но хоть как-то.

«Я… где я?.. Что это за место?.. Идентификация… процесс завершен… локация: управляющая сеть катера. Как… я сюда… попала?..»

«Элисон! Слышишь меня?»

Черт, не удержался.

«Тут… странно… я ничего не вижу… туман… молнии… какие-то цифры и непонятные знаки… не могу понять, куда идти…»

Мля! Зевс!!!

«На связи».

«Кто… это?..»

«Не обращай внимания, она в неадеквате. Можешь ее собрать в кучу и вывести из виртуала?»

«Процесс активирован. Время до завершения – 00:07:59… 00:07:58…»

«Кто… здесь?.. Монстр!.. Мон…»

Че-е-ерт!.. Зевс, постарайся, я тебя прошу. Объясни ей, что ли… нужно срочно вывести ее из забытья, пусть включается в управление, надо делать ноги!

«Пытаюсь, Денис».

Н-да. Как там говорил один из любимых героев Гленна? Не пытаться! Делать, или не делать. Зеленый такой чудик из болота…

«Постараюсь наладить обмен информацией с ее „оцифрованной" частью, это будет быстрее. И рациональнее в функциональном плане».

Она превратится в компьютер?

«Часть сознания, которая уже и так в цифровой среде. С оставшейся частью личности, уж извини, придется общаться тебе».

Вот спасибо, отец родной…

«Денис, эмоция ирония в данном случае не уместна. У нас большая проблема. Будь серьезней».

Да это у меня защитная реакция такая! Ладно, попробую…

«Позови ее».

«Эли? Ты меня слышишь?»

«В реальности позови».

Тьфу ты! Ладно…

– Элисон! Алиска! Ответь мне! – заорал я, напрочь проигнорировав вероятность напугать соратников. Да еще и по блистеру кулаками принялся дубасить для пущего эффекта. – «Поле» вызывает рубку! Прием!!!

– Дэнни-бой, у нас, кажется, проблемы…

Да ладно!!! Вот уж не подумал бы… м-мать!..

До меня наконец дошло, что где-то справа и хорошо так за спиной снова вспыхнула заполошная стрельба, которая аккурат в момент реплики Мака напрочь перекрылась свистом гаусс-автоматов. А когда дошло, то я машинально еще теснее прижался к своей опоре, особенно остро ощутив, насколько сейчас беззащитен. Одного-единственного снаряда хватит, чтобы отправить меня к праотцам. И не только меня, но еще и Эли заодно – вряд ли рюкзак, два слоя скафандра и мое тело станут серьезным препятствием для бронебойной болванки, равно как и пластик блистера. Впрочем, вру, не пластик – что-то, чрезвычайно на него похожее, но образованное наномашинами. Может, и выдержит. Но это не точно. К тому же страх этот оказался беспочвенным – секунды шли, а характерные шлепки, с которыми снаряды вгрызались в аморфеум, не приближались, не говоря уж о прямых попаданиях хотя бы в «пятак» под летательным аппаратом. Значит, не в нашу честь салют?.. Опять атака на «землянина», которую тот снова отбил?.. И в чем смысл?.. Кстати, гауссы что-то быстро замолкли… в прошлый раз секунд пятнадцать аморфеум утюжили, а сейчас пять всего прошло…

– Дэн, отвлекись!

– Да чего еще? – неохотно оторвался я от блистера и покрутил головой в поисках напарника. – М-мать!..

Ну да, удивился. И было с чего: Мак, привычно уже укрывшийся за атмосферной плоскостью катера, выцеливал что-то из «калаша». А потом по ушам ударила дробь близкой очереди: режим «активных» наушников я так и не включил, за что и поплатился. Правда, особого внимания на неудобство не обратил – все равно активировать панель управления и тыкать по сенсорным кнопкам некогда. Тут бы успеть собственный ствол в готовность привести! Так, Дениска, не паникуем! Вдох-выдох, вдох-выдох!..

Повод к легкой панике, надо сказать, имелся довольно значительный: едва глянув в направлении огня Мака, я тут же наткнулся взглядом на занятную картинку – по слою аморфеума, доходящего примерно до пупка (вернее, того места, где он должен быть у нормальных людей), прямиком к катеру направлялась группа спеков голов в двадцать.

«Двадцать четыре».

Спасибо, Зевс. Утешил. Нам и такого количества за глаза, особенно если они все разом шмалять начнут, как вчера в центральном поселении. Странно, кстати, почему не стреляют – вон, Мак уже счет открыл! Блин, по ушам-то как бьет!.. И еще минус один… и еще… пора бы и мне внести посильный вклад в общее дело.

«Калашников» не подвел – выплюнул короткую очередь на три патрона точно в голову снека, оказавшегося в этот момент в прицеле. Ну и Зевсу с нанами спасибо – круче компьютерной системы коррекции наведения у меня еще не было. Впрочем, даже при ее наличии в меткости я пусть немного, но уступал мастеру-рейнджеру Макдугалу. Видимо, сказывалось отсутствие соответствующего опыта, которого у Мака, наоборот, в избытке. Настолько, что порой кошмары снятся. Я точно знаю, наблюдал неоднократно, пока в одной каюте жили.

В два ствола дело пошло веселее, и атакующую группу мы буквально перещелкали на подходе, ни один не преодолел рубеж в пятьдесят метров до катера. Потратились тоже не сильно – в одну смену магазинов. Но даже такой результат совсем не радовал – наличный боекомплект, изрядно уменьшившийся после вчерашней заварухи, при таком расходе позволит отразить еще максимум три аналогичных атаки. А потом останется идти в рукопашную в надежде завладеть оружием врага. Пистолеты всерьез я даже не рассматривал, разве что как подспорье в драке.

– Кончились, что ли?.. – даже удивился Гленн, когда последний спек скрылся под слоем аморфеума. – Не нравится мне это. Какая-то нездоровая фигня. А вы могли бы и помочь! – проорал он, повернувшись лицом к борту «землянина». – Хрен я поверю, что вы катер повредить боялись!!! Ур-роды…

– Вуф!

– Точно!

– Вуф!.. Вуф?!

– Бадди, где?! – первым дошло до Мака. – Дэн! Оттуда!

– Вуф!

– Фига! Оттуда!!!

Ну все, теперь полная задница. Судя по тому, что первый отряд спеков даже не пытался использовать огнестрел (мало того, я ни одного автомата не рассмотрел в процессе отстрела!), это не оригинальные единицы, а «перерожденцы», вырвавшиеся из зоны действия гатлингов. Хотя скорее не вырвавшиеся, а оставшиеся в живых благодаря безразличию экипажа «землянина»: как только те осознали, что вышедшие из-под контроля бойцы не угрожали остальным, тем, которые осьминогоподобных монстров расстреливали, незамедлительно оставили их в покое. А что? Им же проще: верные спеки обороняют корабль, месить всех без разбора нужды нет… оборона даже эффективней стала. Я бы на их месте тоже так поступил, так что обвинять их в чем-то смысла нет. И вот теперь нас атаковали с двух сторон, причем «вынырнули» голубчики гораздо ближе, чем первая партия, как раз на рубеже того самого «полтинника». Было их примерно на треть больше, чем в предыдущей волне, по крайней мере, в моем секторе… понеслась, фиг ли! Только одиночные сейчас выставлю…

Выстрел! Минус один! Выстрел! Блин! Выстрел!.. Выстрел! Минус один!!! Еще!.. Машинально переводя прицел с откинувшегося навзничь спека на соседа, я как-то лениво подумал, что они по-прежнему действовали далеко не лучшим образом. Нет бы отстреливаться! Прижали бы нас кинжальным огнем, и быстренько добрались до катера. А что? Половина стреляет, остальные бредут. Или так и плыли бы под аморфеумом, как до того. Потому что вряд ли они прямо на «полтиннике» зародились, мы бы заметили неладное. Или не заметили?.. Да пофиг! Выстрел! Минус один… перезарядка! Выстрел! Выстрел! Мля! Выстрел! Минус один!..

Где-то за спиной неистовствовал Мак, Бадди метался по катеру, не в силах разорваться между хозяевами, нарезая круги вокруг кокпита и оглашая окрестности хриплым лаем, почти терявшимся на фоне пальбы, а я продолжал отстреливать абсолютно безучастных к собственной судьбе спеков. Позицию я занял выгодную, на господствующей высоте, за что сейчас горячо себя благодарил. Спрыгни я по примеру Макдугала на «пятак», и пришлось бы гораздо сложнее. А так бил на выбор, беспокоясь лишь об одном: как бы патроны не кончились в самый неподходящий момент.

Выстрел! Минус один! Выстрел! Выстрел! Есть! Выстрел! Щелк!.. Магазин вон! Рвануть новый из поча, вбить заученным движением в приемник, сбросить затворную задержку! Готов! Чего?.. Куда делись?! Надо же, всех перестрелял…

«Зевс, как Эли?»

«Процесс активен. До завершения 00:03:11… 00:03:10… 00:03:09…»

Это что же, мы всего пять минут, как отстреливаемся?! А мне показалось, что целую вечность уже…

– Мак, тебе помочь?!

Выстрел, выстрел, выстрел…

– На хрен! Своих секи!

– Кончились.

– У меня вроде тоже… патроны есть?

– Последний магазин, – сообщил я, машинально обхлопав разгрузку. – И один в автомате.

– Давай сюда, я пустой.

Хреново, грустно подумал я, переправляя «рожок» напарнику. Подходить не стал, просто швырнул в его сторону. Мак, что характерно, не подвел, почти лениво выхватил подарочек из воздуха и, продолжая движение, безошибочно воткнул его в приемную горловину. Щелкнул затвором.

– Спасибо, Дэнни-бой, ты настоящий друг. Что делать-то будем?

– Ноги будем делать, мистер Макдугал, ноги… если успеем. Пару минут еще продержаться, и Зевс обещал связь с Алиской.

– Остается гребаная надежда, – вздохнул Гленн.

Потом ведь еще ей нужно будет объяснить, что к чему… Мак же не знает, что Зевс пытается докричаться до «цифровой» личности, обмен информацией с которой будет осуществляться на совсем иных скоростях. Но даже я не дал бы гарантии, что сразу же взлетим. Наверняка придется еще минуту-другую накинуть.

– Вуф!!!

– Где?!

Среагировавший на мой вопль Бадди рванул к краю «пятака» почти на границе моего сектора, но в противоположной стороне от Гленна, а я вскинул автомат, выцеливая врага. Такового, впрочем, не обнаружил, зато, проследив за взглядом пса, заметил на поверхности аморфеума странные завихрения, почти такие же, как у борта «землянина», только гораздо мельче, и на рефлексе всадил в них очередь на три патрона – вернее, попытался, напрочь забыв о переводчике огня в режиме «одиночные». Пришлось выжать спуск еще дважды. Пули с глухими шлепками канули в толще местной почвы, а вихри, обратившиеся в чуть более крупную воронку, такое впечатление, прибавили скорости. Аномалию я разглядел, когда она была метрах в двадцати от катера, так что после резкого ускорения она оказалась непосредственно у стенки «пятака» через считанные секунды. И среагировал я лишь после того, как образовался и лопнул здоровенный пузырь, явивший миру… нет, вовсе не кракозябру с тентаклями, а банального снека. Новенького, с иголочки! И этот спек, как мне показалось, чуть ли не выпрыгнул из аморфеума, навалившись на бетон площадки грудью и выбросив перед собой руки. На наше счастье, схватиться ему оказалось не за что, а тут и я начал действовать, то бишь всадил прямиком ему в лоб очередную пулю. Которых, замечу, осталось всего ничего! Энергии этому миниатюрному метательному снаряду как раз хватило, чтобы смести незваного гостя с «пятака», и он рухнул спиной в аморфеум… который в прямом смысле слова расступился, аки библейские воды перед библейским же Моисеем. Не успела образовавшаяся каверна затянуться, как вокруг нее начали лопаться очередные пузыри – один… три… семь… черт, со счета сбился!..

Не перебьем… столько не перебьем, однозначно…

Выстрел! Минус один… Выстрел! Минус два. И за то же время лопнуло еще с десяток пузыриков, исторгнувших спеков. Прямо геометрическая прогрессия, мать ее. Или лернейская гидра, у которой на месте отрубленной головы вырастало сразу три. И ведь шею не прижечь, что самое стремное!

«ЗЕВС?!»

«Процесс активен. До завершения 00:01:51… 00:01:50… 00:01:49…»

– Алиска!!! Отзовись!

Выстрел! Выстрел! Минус два… и плюс шесть. Или десять?!

– Дэн!!!

А? Мак?.. Некогда мне… выстрел!..

– Дэнни!!!

Да чтоб тебя!!! Крепко про себя выругавшись, я отвел взгляд от кипящего аморфеума, сейчас больше похожего на суп с фрикадельками – каждый лопнувший пузырь, исторгнув одного спека, сшибал с ног как минимум нескольких ближайших, и они больше мешали друг другу, нежели действовали – и повернулся на голос напарника. Картина открылась безрадостная: с его стороны спеков народилось, такое впечатление, на порядок больше, и несколько особо ретивых уже успело выбраться на «пятак». Ну вот что ему стоило тоже на катер влезть? Нет, предпочел внизу торчать, под прикрытием атмосферной плоскости… и получилось, что сам себя загнал в угол – просто так на нее не запрыгнешь, высоковато, и схватиться не за что, да и обогнуть, добравшись до более пологой части, не вариант. Из-за тех самых спеков, что дорогу перекрыли. Мак, естественно, сопротивлялся – «калаш» в его руках то и дело дергался, выплевывая очередную пулю, и каждая из них находила цель, отшвыривая спека… но на его место вставали сразу двое, а то и трое. Но не это меня поразило больше всего, а те метаморфозы, что происходили с вражескими юнитами по мере удаления от породившей их среды. Нечто похожее мы наблюдали сегодня утром, когда обнаружили пропавшего накануне Седьмого из Бранкиной «номерной» банды, просто сейчас эффект был смягчен. Тем не менее спеков сотрясала усиливающаяся по мере удаления от среза «пятака» крупная дрожь, а сквозь забрала шлемов проступала покрасневшая кожа с явственно набухшими кровеносными сосудами – еще немного, и те начнут лопаться, раскрашивая лица багровыми разводами… а еще спеки заметно замедлялись. И вообще, такое впечатление, собственные тела контролировать им становилось все труднее и труднее. Только это нас и спасало – Мак торчал на одном месте, экономно выдавая хэдшоты на каждый выстрел.

– Дэн, патроны!!!

Черт, а у меня и нет… я ему последний магазин пожертвовал… что делать, что делать?! Ответ очевиден: занимать господствующую высоту и перекрывать на нее доступ, благо точек, в которых все сильнее смахивавшие на зомби спеки могли бы подняться к нам, было ровно две – кончики правой и левой атмосферных плоскостей, покоящиеся на бетоне. Удачно Элисон при посадке «подкрылки» повернула, ничего не скажешь… теперь бы еще Мака к себе затащить… ладно, сейчас все будет.

Впрочем, первым на помощь подоспел Бадди – прошмыгнув под катером в небольшом зазоре между «подошвами слизня», в которые превратились нижние части крыльев, он ободряюще вуфкнул и ринулся в атаку на ближайшего снека ровно за миг до того, как моя пуля врезалась тому в лицо, опрокинув тело навзничь. Но еще в падении метаморфоза, аналогичная превращению Седьмого, окончательно завершилась, причем очень быстро. В результате в качестве трофея Бадди досталась лишь пропитанная слизью тряпка, совсем недавно бывшая штаниной боевого комбеза. Брезгливо рыкнув, пес с отвращением отшвырнул сомнительную добычу и ринулся на следующего врага… с которым ему также не повезло – на сей раз профессионально сработал Мак. И снова я… Гленн… Гленн… я… после чего автомат в руках Макдугала издал сухой щелчок – кончились патроны. Спеки беззвучно (!) взвыли (не спрашивайте, как это, я, думается, услышал этот вой вовсе не ушами, тут больше на ментальный удар похоже) и резко ускорились. Рывок этот дорого им стоил – у тех троих из первой шеренги, что я успел разглядеть, полопались все сосуды на лицах, а один рухнул на колено, как будто ему голень отрубили (хотя, скорее всего, кость сломалась, как у Седьмого), но цели своей они достигли: дотянулись-таки до Мака. Вернее, дотянулся один – в другого Гленн удачно запустил «калаш», угодив прикладом аккурат в забрало. Спек грохнулся, чуть ли не рассыпавшись на куски, зато об него споткнулись еще двое, которыми занялся Бадди. Мне же пришлось зачищать, хм, дальние подступы. Ну, относительно дальние – то пространство, куда я мог стрелять, не опасаясь задеть напарника. И лишь выпустив десяток пуль, от души хлопнул себя ладонью по забралу: ну конечно же!!!

– Мак, наверх!!!

Надеюсь, поймет… а Бадди Зевс направит, оторвав от основной задачи минимум ресурсов…

«Принято».

Ну и отлично! Закинув автомат за спину, я торопливо избавился на сей раз от обеих перчаток и распластался на корпусе катера, попытавшись максимально в него вжаться. Голые ладони, ощутимо горящие с внутренней стороны, такое впечатление, сразу утонули в обшивке, образовав с ней чуть ли не единое целое.

«Зевс, поворачивай подкрылки! И вообще по всему периметру задирай все, что только можно! Они тупые и неуклюжие, не заберутся!!!»

Манипуляция локальная, должно сработать, как и в случае с блистером. Ну же… ну же!!!

«Процесс активирован».

Ф-фух…

– Мак!!! Ноги в руки и тащи свою задницу наверх!!!

Нет ответа… ни выстрелов, ни криков, ни даже лая… и ведь не посмотришь… упс! На «внутреннем» дисплее, которым до сих пор Зевс предпочитал меня особо не баловать – такая трата ресурсов! – возникла картинка, явно полученная из глаз Бадди (то есть тусклая и дерганная, да еще и с непривычного ракурса), из которой моментально выяснилась вся степень плачевности положения бравого мастера-рейнджера МакДугала: его элементарно зажали в углу, придавив телами к корпусу катера. Защита пока еще держалась – спеки пытались ее рвать и царапать, с соответствующим, естественно, результатом – но еще немного, и Мака просто завалят, а потом и погребут под грудой тел. Ну а дальше только логично будет разобрать спеков на исходный аморфеум и заставить тот растворить новый объект. Короче, жить Гленну оставалось очень недолго.

«Зевс, можешь из борта шипы вырастить?!»

Мысленный вопль я сопроводил красноречивой картинкой, понадеявшись, что мой друг-искин разберется в ситуации. И, что характерно, не прогадал: длинные спицы, больше похожие на заточенные электроды от сварочного аппарата, нежели на клинки, пронзили ближайших спеков со всеми сопутствующими эффектами – не успевшего отскочить Бадди обдало потоком слизи, и передача прекратилась.

– Бадди?! Зевс?..

«Объект „Бадди" временно недееспособен. Причина – отравление».

Ну зашибись!!! И что делать?! И что с подкрылками, м-мать?!

«Процесс завершен».

Отлично! Не дожидаясь продолжения, я с заметным усилием выдрал ладони из обшивки катера (хорошо, шкуру на ней не оставил!) и вскочил на ноги, в процессе умудрившись еще и автомат из-за спины выудить. Безошибочно развернувшись к вырубившемуся псу, я наткнулся взглядом на барьер полуметровой высоты и торчащий над ним шлем Гленна. Тотчас рядом с ним возникла ладонь, потом вторая, а затем и торс напарника показался. Впрочем, на этом он и остановился.

– Дэн, прикрой сверху! Я Бадди достану!

– Куда, де…

А, ладно! Как будто сам на его месте поступил бы иначе. Это я только перед Бранкой таким циничным и насквозь рациональным прикидывался, ага.

В общем, спасательная операция удалась. К тому моменту, как я добежал до барьера, а потом еще и подстрелил пяток спеков, потратив последние патроны, Мак умудрился расшвырять еще парочку, подхватить пса за задние лапы и зашвырнуть его наверх, едва не угодив тушкой бульдога мне по шлему. Насилу увернулся. А потом еще и Гленна вытянул, как дедка, бабка и прочая компашка знаменитую репку. Хотя должен признать, что Мак и сам не оплошал – буквально в несколько касаний взлетел вдоль борта по все еще торчащим из него спицам. Ну а дальше дело техники. Правда, умудрился за один зацепиться штаниной, но Зевс быстро втянул шип в корпус, и мастер-рейнджер Макдугал наконец оказался в относительной безопасности, в качестве благодарности придавив меня всеми своими десятками килограммов. Впрочем, быстро слез, откатившись в сторону, и облегченно заорал в небо, лежа на спине. Я последовал его примеру… и тут же заткнулся: над барьером возникла голова спека. Машинально взяв его на прицел, я впустую пощелкал спусковым крючком, отшвырнул бесполезный «калашников» и довольно неуклюже поднялся на ноги – тело слушалось очень неохотно. Знакомый симптомец, кстати… который не помешал мне сделать скользящий шаг по направлению к врагу и следующим движением обрушить на его шлем проносной лоу-кик. Результат, надо признать, меня ошеломил: вместо того, чтобы швырнуть спека спиной прямо в ждущие руки соратников по зомбячьей судьбе, удар… оторвал ему голову. Получившийся «мячик» улетел куда-то вдаль, разбрызгивая вокруг себя мерзко-багровую взвесь, хлеставшую из обрубка шеи, я же, завершив полный оборот, неожиданно потерял равновесие и рухнул на колени. Хотя почему «потерял»? Меня откровенно мотнуло. Такое впечатление, что сердце прихватило. Или силы резко иссякли. Не суть. Главное, что я оказался в опасной близости от барьера… чем незамедлительно воспользовался коллега только что убиенного юнита. Показался он очень вовремя, и сразу же перевалился через преграду, повиснув на ней пузом. Но и этого хватило, чтобы до меня дотянуться и облапить, прижав к себе. Такое впечатление, собирался обнять меня покрепче и прижаться своим лбом к моему. Или, может, вообще хотел мой мозг выжрать… тьфу, бред! Главное, не получилось у него – шлемы помешали. А потом я начал действовать на рефлексах, которые в меня долго и упорно вбивал тренер дядя Коля, то бишь хлопнул его ладонями по ушам. Вернее, по шлему – запамятовал, ага. И едва не отбив собственные конечности, развил атаку – прихватив его левой за шею, вбил правый апперкот в челюсть. Я же уже говорил, что у спеков снаряжение полицейское? Ну вот, шлем полуоткрытый, хоть и с забралом. Тем не менее, воткнуть кулак прямо под него удалось, хоть и с трудом – стесал порядочный клок кожи со вторых фаланг пальцев. А нечего было перчатки снимать, балбес! Зато удар по большей части пришелся в шею, практически вырубив спека. Даже больше скажу – такое впечатление, что под кулаком у меня находился бурдюк с отвратительной жижей, который не лопнул лишь чудом. Торопливо отдернув руку, я передернулся от отвращения… и словно оказался во вчерашней ночи: ощущения сто процентов аналогичные – полная дезориентация, звон и гул в ушах, поток образов…

ОРУЖИЕ!

Ну вот, опять… надо что-то делать с гешпенстами… ИСПОЛЬЗУЙ!

И с какого это перепуга, спрашивается, вы мне столь своевременные советы даете? Или вы что-то другое имеете в виду? А, пофиг!

Дотянувшись огненными клубами, в которые превратились мои руки, до сгустка тьмы – надо полагать, головы снека – я мысленным усилием направил пламя в воображаемую «черную дыру»…

…и очнулся! Надо признать, отменно вовремя – и это был сарказм, господа. По той простой причине, что именно в этот момент голова опека, а затем и его торс, в буквальном смысле слова взорвались, окатив меня волной бурой слизи и ошметками снаряжения. Взрыв получился странный, без ударной волны, но я все равно рухнул на обшивку катера, поскольку все еще по инерции давил на шею врага. А поскольку та расплескалась по катеру, то и опору я потерял, что и привело к закономерному результату. Правда, руки успел выставить, потому шлемом не приложился. Зато чуть запястья не вывихнул. А потом, едва попытавшись выпрямиться, снова рухнул, и на этот раз уже плашмя – рывок получился знатный. В первый момент не сообразив, что стряслось, я в панике зашарил взглядом по сторонам в поисках очередного снека… и лишь затем осознал смысл мигающей на «внутреннем» дисплее строки: «Процесс завершен. Система готова к использованию. Куда летим, Денис?»

Что?! Эли?!

«Активировать протокол прямого доступа?»

«Да ⁄ Нет»?

«Я жду, Денис».

Какая странная помесь Зевса с банальной управляющей софтиной… Эли?!

«Связь установлена».

Ты теперь… искин? Твою же…

«Ответ положительный. Частично, Денис. Так куда летим?»

А я знаю?!

«Процесс завершен. Доступ разрешен».

Да чтоб вас! Зевс, это ты, что ли?!

«Ответ положительный».

Пирамиду взломал, что ли?!

«Ответ положительный».

Ну так к ней и полетели!!!

«Принято».

«Принято».

«Активация системы безопасности…»

Теперь-то чего?.. А, понял… опора подо мной вдруг подалась вниз, и я погрузился в напоминающую уютный кокон каверну, сомкнувшуюся надо мной слоем наноброни. Как ни странно, никакой клаустрофобии не возникло – Эли сделала этот слой полупрозрачным, или просто в дисплей превратила и спроецировала на него картинку с курсовой камеры. Но стало тепло и очень уютно, чего не отнять, того не отнять. Еще бы кровавые разводы с забрала убрать… хм…

Если честно, от счастливого обалдения я сначала не обратил на это внимания, но теперь, осознав, что забрало девственно чисто, я скосил взгляд на собственную грудь и как раз успел зацепить взглядом окончание процесса трансформы – бурая и отменно мерзкая слизь, в которую превратился спек, распределилась по деталям снаряжения тончайшим слоем, образовав матово-черную пленку, а затем включила режим «хамелеона», полностью подстроившись под окружающую среду. Поня-а-ат-но!.. А та гадость, что была на забрале, наверняка стала прозрачной. Блин, как бы не догадалась местная система управления мне картинку искажать, с нее станется…

«Не беспокойся, Денис, режим файерволла активирован».

Спасибо, Зевс, успокоил. Блин! А ведь эта гадость сейчас у меня в организме! Я же с голыми руками, да еще и с расцарапанными! Но почему я тогда себя нормально чувствую?.. Бадди же, вон, траванулся…

«Чужеродные включения в кровеносной системе локализованы и изолированы. До полного удаления аморфеума из организма 00:03:09… 00:03:08…»

Так, только не проблеваться! Я же в шлеме!

«Выведение шлаков будет осуществлено через кожный покров верхних конечностей».

Ну вот, как бы тут все в кровище не перемазать… ладно, не о том думаю.

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, день

…а вот интересно, почему гаусс-автоматы «землянина» нас влет не сшибли? Или я просто маневра уклонения не почувствовал? Вполне реальный вариант, кстати. Катер не десантная капсула, тем более катер Архонтов. Он сам по себе один сплошной гравикомпенсатор. Но тогда изображение на стенке дергалось бы, как в той же капсуле, а ничего такого я не заметил. Странно это, странно это, быть беде! – прозвучало в голове. Голос, что характерно, принадлежал знаменитому древнему тенору. Еще земному, кажется. Что-то такое в диком детстве слышал, когда маменькин музыкальный архив распотрошил…

Ладно, делом заняться нужно.

«Зевс, полный отчет о состоянии транспортного средства и членов экипажа».

«Процесс активирован. Сейчас все будет, дорогой».

Тьфу, блин! Они же у меня теперь оба на прямой связи… с ума с ними скоро сойду. Особенно с Алиской – заприкалывает до полной потери связи с реальностью.

«Не преувеличивай. Твоей психологической устойчивости скала может позавидовать».

«Это ты как определила, хотелось бы знать?»

«Зевс поделился данными».

Ну вот, что я говорил? Уже началось…

«Ладно, выводи уже статистику».

«Процесс активирован. Тебе же лучше в картинках, да, дорогой?»

– Алиска!!! – не сдержавшись, рыкнул я.

«Физическое тело в состоянии комы. Часть личности, привязанная к биологическому носителю, вне доступа. Ты чего-то хотел, Денис?»

Зараза… а может, оно и к лучшему. Кто знает, сколько от той Алиски, которую я знал все эти годы, в бренной оболочке осталось? Не хотелось бы обнаружить на ее месте пускающую слюни… черт, язык не поворачивается идиоткой назвать! А вот раньше вообще без проблем вырывалось.

«Психологическое состояние базирующейся в физической оболочке компоненты не поддается прогнозированию. Извини, Денис, придется тебе в основном со мной общаться».

А тебе, походу, все равно… ни стресса, ни испуга, ничего! Как так?..

«Я осуществил коррекцию в процессе оптимизации».

Оп-па! Зевс проснулся. И, похоже, на «закрытом» канале, чтобы Эли не «слышала».

«Зачем?»

«Именно для того, чтобы избежать всех перечисленных тобой последствий. Ответ очевиден».

То есть не время сопли жевать и выть от страха?

«Ответ положительный».

Ну ты и сволочь!..

«Излишне эмоциональная оценка, Денис. Ты выбрал далеко не лучший момент для скандала».

Да нет, я от восхищения… хотя по роже ты бы сейчас словил, будь у меня такая возможность…

«Очень нерациональная трата ресурсов – мое тело-носитель не чувствительно к боли».

Да хватит уже, вырубай режим компьютера, становись самим собой…

«Принял».

Наконец-то!..

«Какие данные тебя интересуют в первую очередь, Денис?»

«Общее состояние катера и всех, кто находится на его борту».

«Процесс активирован… процесс завершен».

Ну-ка, ну-ка… нормальная такая схемка, трехмерная, довольно подробная. Судя по всему, повреждения внешней оболочки катера отсутствуют. Потеря массы – пятьсот пятьдесят килограммов… а, наверное, капсулу посчитал.

«Ответ положительный».

Нормально… а эти черные пятна – локальные объемы, не поддающиеся трансформации, двигательный отсек и тому подобное…

«Ответ положительный».

Тогда вроде все понятно. Вот это – Алиска в кокпите. Пульсирующий зеленый комок у нее на груди – Васька. Это – Мак в такой же каверне, как и я. И в ней же Бадди, только этот почему-то пульсирует бледно-желтым. Ага, Эли такая же, только оттенок немного другой. А вот Мак тоже зеленый, значит, все с ним путем.

«Состояние объекта „Гленн Макдугал" удовлетворительное по большинству контролируемых параметров. Вывести полный список?»

Не, нафиг. И так ясно, что он в норме. С Бадди что?..

«Токсическое поражение соединительных тканей. Заражение крови чужеродными объектами. Отдельные очаги направленных мутаций. Общее состояние – критическое».

Черт! Как так-то?! Почему я тогда в порядке? Всего лишь потому, что слизи не наглотался? Ну так она напрямую в кровь попала…

«Концентрация чужеродных объектов далека от критической. Выведение чужеродных объектов через кожный покров завершено».

Понятно… но меня же даже не мутило!

«Спасибо тебе, Зевс, ты настоящий друг – ты это хотел сказать, Денис?»

Шуточки ему все…

«С псом сделай что-нибудь!»

«Стараюсь».

Но?..

«Это очень странно, Денис… но я почти не имею связи с колонией функциональных единиц в организме Бадди, хотя он непосредственно контактирует с катером. Такое впечатление, что кто-то… или что-то перехватывает мои запросы, и вместо них формирует собственные управляющие импульсы. Те самые направленные мутации, только я так и не понял, к какому результату они приведут».

Ну да, чтобы увидеть результат, надо позволить гешпенстам доделать работу…

«Очень любопытная мысль, Денис».

«Ты про работу?»

«Нет, я про сущностей, которых ты по примеру Иеремии Коулмэна называешь гешпенстами».

«Может, поговоришь уже с ними?!»

«И это тоже любопытная мысль… к сожалению, пока что отсутствует техническая возможность. Но я над этим работаю!» – заверил искин.

Ф-фух, как гора с плеч!..

«Не время для шуток, Денис».

Да знаю я, просто отходняк… что-то рано, кстати. Тут до финала еще пилить и пилить… ну-ка, а это что такое?..

Выпадающий список, озаглавленный просто и незатейливо – «Биометрические параметры», почему-то содержал шесть позиций. Не три, что было бы логично, учитывай бортовой диагностический комплекс разумных существ, не пять, как в случае учета биологических объектов крупнее бактерии или вируса, и не бесконечность, зафиксируй он еще и эту мелочь. Шесть. Хм…

Щелчок по строке «Объект не идентифицирован» привел к закономерному результату – то есть тотальному его отсутствию. Она осталась неактивной, в отличие от всех остальных, содержавших данные по мне, Гленну, Алиске и питомцам.

«Зевс, это кто?»

«Повторите запрос».

«Вот это вот про кого?» – Я мысленно «кликнул» виртуальным курсором по неактивной строчке.

«Информация отсутствует, Денис. Видимо, системная ошибка».

Ага, конечно. Ошибка… только не системная, а природы. А, пофиг. Придется, конечно, слегка планы подкорректировать. Но когда у нас с Гленном хоть что-то шло строго по плану? Так что не привыкать.

«Сколько до места?»

«Расчетное время прибытия 00:11:31… 00:11:30… 00:11:29…»

Ага, время еще есть. Немного, но есть. Если честно, то в самый раз, чтобы себя в форму привести и подготовить родной организм к стрессовым нагрузкам. А посему максимально расслабиться, благо лежанка позволяет, и прогнать все девять ступеней кудзи-госин-хо…

«…время прибытия 00:00:45… 00:00:44… 00:00:43…»

А?! Что?.. Черт, прилетели… а я отключился, похоже. Вот бы сейчас тренер дядя Коля обрадовался! Он-то редко такие возможности выписать живительных звездюлей упускал. Все, готов!

«Зевс, давай картинку».

«Как скажешь, дорогой. Процесс активирован… процесс завершен».

«Алиска, а ты под ногами не путайся».

«Принято».

Вот так бы всегда, блин! Кстати, а мы ведь уже в запретной зоне! И ни один прибор не вырубился?

«Ответ положительный».

Хм… это потому, что катер Архонтов, или?..

«Я прошел идентификацию, Денис. Первичный контур обороны деактивирован. Элементарным запросом «свой-чужой», как оказалось».

Ну и какой же пароль, интересно знать?..

«Мне тоже. Я просто взломал систему изнутри, прописав в качестве сигнала „свой" рандомный набор символов алфавита Диарру».

Ну да, хорошо, что не английского или русского. А так фиг кто догадается из посторонних.

«Что теперь?»

«Зависнем над пирамидой и попробуем ее активировать. Я сейчас внутри системы, но тут все так запутано… надо еще пару минут. Так что наберись терпения, Денис».

«Хорошо. И еще… выведи профа из игнора».

«Принято».

– Мак?!

– Дэнни-бой?

– Слышишь… это хорошо. Как Бадди?

– Хреново ему. Хрипит, тяжело дышит, сам на себя не похож.

– Отравился он, – пояснил я. – Когда тех неправильных спеков рвал. Не мог его удержать, что ли?

– Вот именно, что не мог, – вздохнул Гленн.

Я промолчал, признавая его правоту. Бадди у нас товарищ упертый, особенно по части подраться – уж если вознамерился кого-то покусать, будьте уверены, не отступит, пока за шкирку не схватишь и не уволочешь настолько далеко, чтобы он врага даже унюхать не мог.

– Эли? – в свою очередь поинтересовался Мак.

– Тут все сложно, – не стал я вдаваться в подробности. – Готовься, приехали. Ты картинку видишь?

– Ага.

– Тогда ничему не удивляйся.

– Дэн, утомил уже.

Ага, нашел, кого от удивления предостерегать! Тем более, он тоже в логове Коулмэна был…

– Проф?

– Да, Дэни?

– Смотрите тоже, только постарайтесь сдерживаться. На вопросы я вряд ли отвечу, а ваши возгласы меня только отвлекать будут.

– Вы ожидаете чего-то… особенного?

Н-да… излишне деликатен проф Куатье. Называл бы вещи своими именами, но нет, как всегда в своем репертуаре. Я бы проще сказал: опасного. А еще неприятного, крайне нежелательного и убийственно ненужного. Хотя, казалось бы, ничто не предвещало беды: судя по картинке на экране, катер завис на антиграве чуть в стороне от пирамиды, примерно на уровне ее вершины, а рекомая пирамида не подавала ни малейших признаков жизни, то есть пребывала в том же состоянии, что и несколько часов назад. И дней. А еще недель, месяцев, лет и даже веков.

«Двести семнадцать стандартных лет, если быть точным».

«Откуда знаешь?!»

«Расшифровал часть, хм, инструкции по эксплуатации, конкретно введение, там есть небольшая историческая справка».

Тэ-экс… значит, всю эту прелесть построили относительно недавно. В исторических масштабах, естественно. Можно сказать, в самый разгар вымирания Предтеч. Что ж, лишнее доказательство истинности моей теории.

«Долго еще, Зевс?»

«Процесс активен. Расчетное время завершения 00:00:06… 00:00:05… 00:00:04…»

Я напрягся – в прямом и переносном смысле – буквально впившись взглядом в дисплей, и не сдержал восхищенный вздох: вместе с мигнувшей единичкой, символизировавшей окончание отсчета, мигнула и пирамида… или это я на мгновение закрыл глаза?.. Не знаю, но этого неуловимого мига хватило, чтобы пирамида разлетелась на отдельные блоки – относительно небольшие, поменьше нашего катера размером, застыла этаким живописным облаком обломков… и сложилась обратно в подобие бывшего логова преподобного. Разница если и была, невооруженным взглядом я ее не уловил – все те же «кирпичики» в строгом геометрическом порядке, но с зазорами со всех сторон и без видимых связей. В следующую секунду «лицевая» грань распахнулась на манер полога с «молнией», как в обыкновенной туристической палатке, волна искажения пробежала по всему невероятному сочетанию пустот с камнями… и на этом спецэффекты прекратились. С пирамидой, я имею в виду. А вот катер наш, такое впечатление, подхватила невидимая ручища и быстро, но бережно втянула в геометрически безупречный грот пирамидальной формы. Внутри колоссальной каверны высился относительно пологий холм с обширной плоской площадкой на макушке, куда неведомая сила и опустила наш летательный аппарат, не причинив пассажирам ни малейшего неудобства. Я, если честно, даже момент касания площадки пропустил, до того плавно это произошло. И окончание путешествия определил лишь по зависшему над холмом здоровенному клубку непроглядной черноты (опять же, идеальной геометрической формы, а именно сферы), который перестал увеличиваться в размерах.

– Приехали?..

«Ответ положительный. Конечная остановка, дорогой».

«Вспомогательный контур управления кластером… активирован».

Ага, а это уже Зевс. А многоточие в сообщении наверняка какие-то координаты, правда, в полностью неудобоваримом для меня виде.

«Ответ положительный. Извини, Денис, я еще не полностью освоился в местной компьютерной сети, очень много непонятного. Да и ресурсов не хватает на все».

– Высаживаемся, что ли?..

«Придется, Денис. Больше я отсюда вряд ли смогу сделать. Нужен прямой тактильный контакт, придется большую часть твоей популяции функциональных единиц в местную инфраструктуру подсадить».

«Думаешь, поможет?»

«Вероятность положительного исхода…»

«Забей! Пусть лучше сюрприз будет. Снаружи как?»

«Условия внешней среды не отличаются от средних по планете». Ну пусть хотя бы так… эй, блин, предупреждать же надо!!!

Возмутился я, как вы понимаете, не на пустом месте: лежанка подо мной вдруг буквально подпрыгнула, но вместо того, чтобы расплющить, вытолкнула меня сквозь отверстие, образовавшееся на месте «блистера» в результате все того же процесса «прогорания полиэтилена». И когда же я наконец к этому эффекту привыкну, а? Правильный ответ – никогда. Но это мелочи. Ладно, если бы меня просто выдавили из каверны! Но нет, меня еще и на ноги поставили, а кусок борта под ними тотчас же поплыл, оплавился, протаял до самой площадки на холме… на которой я и утвердился обеими нижними конечностями через каких-то пару секунд. Раздраженно оглянувшись, успел поймать краем глаза обратную метаморфозу – нависший над головой борт катера уже снова представлял собой монолит без единого зазора. Мысленно чертыхнувшись, повертел головой туда-сюда – катер снова покоился на паре «подошв слизня» под атмосферными плоскостями, а я стоял аккурат в арке – полюбовался поднимающимся с колена Маком и развалившимся у его ног псом, а потом, наткнувшись взглядом на знакомый паукообразный агрегат, в голос расхохотался.

Гленн, не купившийся на такую мою реакцию, живо развернулся, направив на врага ствол «милашки», которую умудрился уже извлечь из кобуры, да так и застыл – вряд ли его любимая «беретта-супернова» могла причинить вред скафандру Бранки, а «калаши» мы где-то посеяли… вернее, они оба наверняка сейчас замурованы в обшивке катера, но патронов к ним все равно нет.

– Хороший ход, госпожа Де Гроот! – отсмеявшись, объявил я. И даже большой палец продемонстрировал. – Вот только несвоевременный…

– А я надеялась сюрприз устроить, – холодно громыхнули динамики (или что там вместо них) скафандра-«паука».

– Фиг угадала, – беззаботно отмахнулся я. – Во-первых, не все подчистила, во-вторых, вся твоя хитрость шита белыми нитками.

И еще какими, если разобраться! При желании можно и канатами обозвать. Ну а как иначе? Что бы там Гленн ни говорил насчет тылов и естественного за них беспокойства, немного разобравшись в характере Бранки, я чего-то такого от нее и ожидал – типа, хитрый ход. Она демонстративно рванула разбираться с проблемами на базе, зная, что кроме как на катер нам все равно некуда деваться, спряталась на нем же, хорошенько (но не идеально!) замаскировавшись, и принялась имитировать бурную деятельность, в попытке убедить нас, что убыла на корабль. Ну а мы, такие наивные, должны были расслабиться и сделать ноги, вернув захваченный летательный аппарат. Этот момент, конечно, немного стремный, но, видимо, госпожа Де Гроот столь же качественно изучила меня, а потому могла с высокой долей вероятности прогнозировать развитие событий. И уж в том, что я сумею восстановить контроль над родной техникой, она ни секунды не сомневалась. А все это показное беспокойство за родную команду… показуха, она показуха и есть. Потому как ей все едино – что «номерные» клоны, что «истинные» люди. Выполнение задачи на первом месте. Фанатичка, да еще и военнослужащая – гремучее сочетание. А еще потрясающие адаптивные способности. Вон как она быстро сообразила, что силой от нас ничего не добиться! И мало того, что сообразила, еще и план более-менее реалистичный состряпала буквально на коленке. И не будь я таким параноиком (спасибо, Грег, спасибо, тренер дядя Коля, пошел ты, папенька!), он мог бы и сработать…

– …ну и сейчас ты сглупила, – с удовольствием подытожил я. – Надо было подождать, когда мы отойдем и разберемся тут со всем.

– Такой план и был!

Ух ты, злость в голосе? С чего бы, сама же лопухнулась?.. А-а-а!.. Закон Мерфи в действии. Ну точно – я же сказал «высаживаемся», а не «высаживай меня». Зевс бы, может, и воспринял нюансы адекватно, а вот свежеоцифрованная часть личности Эли пока еще только училась, а большую часть опыта Элисон-человека утратила. Вот и выполнила приказ в точности, то бишь без вопросов выдавила из корпуса катера всех пассажиров. Включая незадекларированных, ага. Хотя не всех – Васьки поблизости не было…

«Объект „Василий" идентифицирован системой в качестве периферийного устройства, обслуживающего главную функциональную единицу – физическую оболочку пилота».

Спасибо, Зевс, сам бы я не догадался. Ну и что теперь делать, кстати?.. Впрочем, о чем речь – конечно же плыть по течению! Мы этому лучше всего обучены, если разобраться.

– Мак, ты со мной?

– А есть варианты? – Гленн, явно себя переборов, воткнул «милашку» в кобуру и снова склонился над Бадди: – Как ты, приятель?..

«Приятель» в ответ жалобно заскулил.

– Плохо дело? – Я шагнул поближе к соратникам, проигнорировав перебиравшего ногами «паука», но на миг подивившись – чтобы Бранка, да на месте в нерешительности топталась? Чудны дела твои, Господи!

– Да явно ни фига хорошего! – подтвердил Мак.

Впрочем, я уже и сам видел, что с псом творилось нечто непонятное. И невероятное: опора, повсюду темно-серая, непосредственно под Бадди чернела с каждым мгновением. Происходи дело где-нибудь еще, я бы подумал, что наш питомец истекал кровью, и темное пятно под ним – расползающаяся лужа, из-за особенностей освещения воспринимавшаяся абсолютно черной. Но только не здесь и не сейчас, ибо я хорошо понимал, к чему вся эта суета. И видел нечто подобное не далее чем сегодня утром – перед внутренним взором снова предстал Седьмой. Не сказать, что живой, но в той стадии, когда еще не успел превратиться в отвратную протоплазму.

«Зевс, это ты его?»

«Ответ отрицательный. Вы наблюдаете результаты спонтанных мутаций, про которые я тебе уже рассказывал».

«Сдержать сможешь?»

«Пытаюсь. Вероятность благополучного…»

«Ладно, хрен с ним!»

Снова накатил приступ паники, и снова по той же причине – полной, тотальной беспомощности. Хуже нет стоять и смотреть, как твой друг умирает, а ты ничего – ни-че-го! – не можешь сделать…

– Ни хрена!..

Вот именно, лучше, чем Мак, и не скажешь… я даже не постеснялся бесцеремонно отпихнуть чью-то подозрительно тонкую и гибкую лапу, протиснувшуюся между нами с Гленном (Бранкин «паук» любопытствует?), до того оказался увлечен зрелищем! А посмотреть, надо сказать, было на что: если утром несчастный Седьмой безмерно страдал и в результате очень плохо кончил (хе-хе!), то сейчас с Бадди происходил обратный процесс – черное пятно прекратило разрастаться вширь, но принялось расти вверх, выпуская многочисленные разнокалиберные щупальца, опутывавшие пса. И, что самое удивительное, в местах касания они таяли, опадая каплями и кляксами на тело Бадди, а потом и вовсе втягивались в кожу и шерсть. Или не втягивались, а покрывали тонкой пленкой, как совсем недавно бренные останки спека мое снаряжение? Черт, а ведь так и есть!!!

Бадди между тем несколько раз содрогнулся всем телом, закашлялся, выхаркнул ком черной – и отменно гадостной! – слизи, а потом как ни в чем не бывало поднялся на ноги, с еле слышимым звоном оборвав натянувшиеся своеобразными струнами щупальца. Отряхнулся, разбрызгав изрядную порцию соплей и слюней, радостно взвизгнул, издал свое знаменитое «Вуф!» и уверенно посеменил к непонятной сфере, сотканной из черноты. Ага, той самой, что висела в воздухе безо всякой опоры в самом центре площадки на холме, некогда скрытом в недрах пирамиды.

Мак, перехватив мой недоумевающий взгляд, закатил глаза – типа, сам в шоке – пожал плечами и рванул следом за питомцем, ничуть не сомневаясь, что я последую их примеру. Что характерно, угадал.

И лишь «паук» так и торчал в «арке» между посадочными опорами катера, сверля наши спины странным взглядом, в котором, по ощущениям, смешались в равных порциях гнев, недоумение и восхищение. Ну вот так вот мне показалось, и не спрашивайте, каким детектором я это определил…

Глава 8

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, день

– Подождите!!!

– Да-да, конечно, – не оборачиваясь, буркнул я. И даже шага не замедлил, что характерно.

– Эй!!!

– Бранка, отвали, – поддержал меня Мак. – Некогда нам. Видишь, делом заняты.

– А ну-ка стоять!

– А то что? – Я к этому моменту уже выбрался из-под «арки» катера и больше прислушивался к собственным ощущениям, нежели к докучливой девице. – Пристрелишь?

– Как вариант!

– Ну-ну…

Вся абсурдность угрозы, видимо, и до нее дошла, потому что развивать тему Бранка не стала, просто врубила вторую скорость и быстро нас нагнала, благо собственные ноги бить не пришлось – скафандр-«паук» никуда не делся.

– Денис?..

– Чего?

– Как ты догадался?

– Запомните, госпожа Де Гроот: Денис Смальков не догадывается, Денис Смальков всегда точно знает! – не удержался я от подначки. – Слишком очевидный ход, если ты рассчитывала застать нас врасплох. И слишком много косвенных свидетельств, не считая железных доказательств.

– Это каких же?!

– Ну хотя бы отчет бортового диагноста. Компьютер тебя не видел, потому что ты заблокировала соответствующие каналы. А во вспомогательные контуры не полезла, на чем и запалилась. Как ты думаешь, кого я заподозрил, когда увидел отчет о физическом состоянии шести биологических объектов? Следишь за мыслью? Я, Мак, Эли и питомцы – пять. А пять это ровно на один меньше, чем шесть. Так что сама виновата. Плюс бездействие ПВО при нашем бегстве. Плюс твои люди не стали палить из гауссов по катеру, когда на нас гешпенсты навалились…

– Ты поверил в этот бред?!

– Продолжай оставаться в счастливом неведении, – хмыкнул я и закруглил разговор.

А чего переливать из пустого в порожнее? Есть дела поважнее.

Да вот хотя бы Бадди – я сначала не обратил внимания, а теперь, прямо скажем, охренел: его лапы отчетливо отпечатывались в монолите площадки при каждом шаге. А мои подошвы, равно как и подошвы Мака, на опору не воздействовали. Как, собственно, десантным ботинкам и положено, когда их владельцы передвигаются по чему-то твердому, а не месят грязь в непогоду. Присмотревшись, я с еще большим удивлением осознал, что отпечатки эти не продавливались, как в той же грязи, которая под весом тела расходится в стороны, а как бы прожигались… хотя нет, аналогия с грязью все же уместна, только с той, что к ботинкам липнет. И потом остаются не аккуратные отпечатки, а все более безобразные и обширные дыры… точно, как в горячем асфальте! Вот только почему-то на лапах Бадди наросты из аморфеума (а кто-то еще сомневается, что это именно он?) не появлялись. Впитывались в организм? Тогда почему пес в размерах не увеличивался? Или аморфеум замещал часть объема, вытесняя, скажем, естественные жидкости собачьего тела? Черт, это он что, постепенно живые мышцы и прочую требуху заменял искусственными?!

«Очень похоже на то, Дэни».

М-мать!!! Блин, как я про профа Куатье мог забыть? Он же теперь постоянно на связи… ага, и предпочел о себе не распространяться в присутствии посторонних. Вот и связался через Зевса. Умный мужик, фиг ли…

«И вряд ли искусственными… – поддержал профа Зевс. – Спеки в этом отношении вполне живые».

Ну да, без специального оборудования хрен отличишь…

«И с оборудованием тоже».

Точно-точно. Только одинаковые рожи и выдают происхождение.

«Зевс, ты, надеюсь, отслеживаешь изменения в организме Бадди?» «Пытаюсь».

Оп-па! Чего опять?..

«Да все то же – чужое вмешательство, помехи, перехват сигналов…»

«Он прибедняется, Дэни. У нас уже сейчас данных на десяток докторских диссертаций».

А проф в своем репертуаре, кто бы сомневался.

«Это лишь крохи».

«Отставить пессимизм! Кстати, а что дальше?»

– Дэн? – словно прочитав мои мысли, остановился Мак. – Какой у нас план?

Ну какой у нас может быть план?! Бранку нае… хм, в смысле, ввести в заблуждение! Какой еще-то?.. Но ведь при ней же такое не скажешь!

– Зевсу нужен тактильный контакт, – вздохнул я.

– Вот с этим?! – изумился Гленн, машинально мазнув взглядом по совсем уже близкой сфере. – Ты совсем дурак?!

«Как ни прискорбно в этом признаваться, но тут я согласен с мистером Макдугалом, Дэни».

И этот туда же!

«А как же ваше любопытство, профессор?»

«Ваша жизнь и потенциальная возможность через вас получить еще больше информации впоследствии куда важнее, Дэни».

«А как же наука требует жертв?»

«Что за идиот это сказал, Дэни?!»

Хм… а я и не знаю… слышал неоднократно, крылатая фраза, все дела. А вот кто автор… а не один ли фиг?! И вообще, дурак не дурак, а полапать придется… а еще меня все сильнее раздражала бесцеремонная девица, по-прежнему тащившаяся позади. Все в том же «пауке», так что силовое воздействие однозначно исключалось. Как-то ее надо с хвоста стряхивать… так что планами я вслух поделился в расчете и на нее тоже. Глядишь, купится и из скафандра вылезет. Вот тут-то мы ее и того… или она нас, это еще с какой стороны посмотреть. Пока же я предпочитал просто шагать, особо не задумываясь о будущем. Иногда, по меткому выражению тренера дяди Коли, просто плыть по течению – самый быстрый способ попасть в отстойник с дерьмом. А развитие ситуации, кто бы что там ни говорил, именно к такому исходу и располагало. Да чего уж там, и отстойник уже видно. И лезть в него ох как не хочется! Ноги самопроизвольно шаг сбавляли, приходилось буквально заставлять себя преодолевать каждый следующий метр. А вот Бадди, по всему судя, не испытывал и тени сомнения – косолапил себе прямиком к сфере, да еще и, что называется, нос по ветру держал.

«Зевс, ты его хоть немного контролируешь?»

«Практически… нет».

М-мать! И что я кэпу скажу, если непоседливый пес вздумает нырнуть в эту хреновину? Черт, а ведь он именно это и намеревается сделать!!!

Невольно перейдя на бег, я в несколько скачков нагнал питомца, но пресечь безобразие не успел – буквально на сантиметр промахнулся, когда вознамерился схватить Бадди за заднюю лапу. И это было очень странно – такое впечатление, пес знал, что именно я сейчас сделаю, и по какой траектории полетит моя конечность. Короче, увернулся он с немалой ловкостью и даже грацией, чего за ним ранее не замечалось. А затем и вовсе припустил с удвоенной прытью – надо думать, для разбега перед прыжком, который он нам всем и продемонстрировал, сиганув вверх метра на два и в верхней точке полета нырнув в сферу. Та на пару мгновений заволновалась, пошла кругами и рябью, как безмятежная гладь пруда, когда в него булыжник закинули, побликовала тьмой (сам в шоке, ага)… и успокоилась, снова превратившись в ком абсолютной черноты. Засмотревшись на все это, я едва успел притормозить, но все равно пришлось рухнуть на пятую точку и проехаться метр-другой, практически распластавшись в конце пути под загадочным объектом.

– Чувачок!!!

– Смальков?!

Вот и расставили приоритеты! Надо будет потом Мака подколоть, что ему пес важнее напарника. Хотя лучше не надо, примерно представляю, что он ответит – типа, Бадди я дольше, чем тебя, знаю, так что выбор очевиден.

«Зевс, пса слышишь?!»

«Ответ отрицательный».

Черт! Совсем?!

«Ответ положительный».

Белый шум?!

«Ответ отрицательный. Сигнал функциональных единиц недоступен ни в одном из диапазонов».

Ты все перепробовал?! Даже эти, как их… квантовые возмущения?!

«Говорю же, сигнал потерян».

Твою дивизию! Ладно, лучше промолчу, нечего Мака лишний раз нервировать. Напрягает только, что и сам могу без связи остаться, если в эту хреновину полезу. А лезть, походу, придется. Бранка вон напряглась – и фиг знает, из-за чего больше – беспокойства за меня или опасения, что я ее обошел на повороте. Кста-а-ати!..

Осознавая, что более удобного случая может и не представиться, я уже привычно (зубами) содрал правую перчатку и, чуть поколебавшись, погрузил ладонь в мерцающую тьму, благо тянуться и не нужно было – сфера висела примерно в полуметре от пола. Знаю, знаю, что лапать всякое чревато весьма и весьма, но в данном конкретном случае я доверился Зевсу. И тут же помянул его матерным возгласом – пятерня сначала уперлась во что-то упругое, потом преграда поддалась, продавившись с бесшумным хлопком по ушам – знаете, бывает такое, когда перепад давлений возникает – и меня неудержимо потянуло в черную воронку…

…разорвало на части, разметало на отдельные ткани, молекулы, атомы… потом я обернулся сложнейшим конгломератом волн… и процесс повторился, но в обратном порядке. И знаете, собираться из элементарных «кирпичиков» в старого доброго Дениса Смалькова оказалось куда болезненней, нежели распадаться на субатомные структуры. А еще дольше – по крайней мере, по субъективным ощущениям. В общем, насладился процессом сполна. И продолжал «наслаждаться», пока вдруг не осознал себя зависшим в нигде и ничто, в абсолютной темноте, при абсолютном нуле и абсолютной же тишине. Как я это понял? По стуку крови в ушах. А потом разом вернулись все чувства, и «ничто» обернулось неким голубоватым сиянием, таким, знаете, приятным глазу, к тому же теплым, а «нигде» так и осталось самим собой. Почему-то пришла на ум «Матрица» с бегущими зелеными строчками кода, но сходство было весьма отдаленным, разве что в общей концепции. Но и этой ассоциации оказалось достаточно, чтобы прийти к очевидному выводу – я в местной сети. И, мало того, в здешней виртуальной реальности, то бишь вотчине системы управления Архонтов. Хорошенькое дело! Я что, оцифровался, как Алиска? Вот еще не хватало!..

Испугаться как следует и запаниковать я не успел – мерцание прямо передо мной начало трансформироваться, довольно медленно, но неумолимо формируя здоровенную бульдожью морду, полностью укладывавшуюся в мои представления о цифровом «слепке» – в студенчестве я не чурался компьютерной графики, даже немного фрилансил по части текстур и простеньких моделей, так что картина передо мной предстала до боли знакомая. Расплывшаяся в ухмылке полигональная морда до мельчайших нюансов (ну, за исключением цвета шерсти) воспроизводила слюнявую физиономию Бадди. Спасибо неведомым админам, хотя бы в виртуале нашего питомца избавили от этой забавной особенности. Но вот язык, которым он по мне прошелся, оказался очень сухим и шершавым, что твоя наждачная бумага. Я чуть не взвыл от неожиданности (еще бы, завидная реалистичность ощущений, да на контрасте с нарочито компьютерной графикой!), а виртуальный Бадди сник и виновато заскулил.

– Чувачок, успокойся.

– Вуф…

Короткий глухой гавк, такой знакомый и весьма характерный, отдался болезненной вибрацией всего моего цифрового организма (звучит бредово, согласен), но я это неудобство проигнорировал.

– Ты как здесь?

– Вуф!

– Понятно… – Голос мой звучал глухо, а возможно, и не звучал вовсе, кроме как у меня в воображении, но Бадди меня прекрасно воспринимал. Наверное, тоже вибрациями. – Блин, вот мы попали… Зевс?!

– Вуф?!

– Зе-е-евс!!!

Ждите ответа, ждите ответа… что и требовалось доказать, собственно. Ладно, придется полагаться только на себя. И для начала надо немножко отойти от потрясения – крик отдался в цифровой плоти куда болезненней относительно спокойного голоса – и хоть как-то здесь сориентироваться…

– Чувачок, где тут выход?

– Вуф?..

– Ну, или хоть что-то… какое-нибудь строение… укрытие… хоть что-нибудь?..

– Вуф?..

– Ай, отвали! – Я с трудом отпихнул вознамерившуюся было снова распустить язык морду. – Маловато от тебя толку, приятель.

Морда скукожилась, ужавшись раза в три, и отрастила остальное тело. Потешно зависнув посреди сияния, Бадди принялся споро перебирать короткими лапами, и – о чудо! – прямо на глазах под ними сформировалось нечто вроде асфальтированной дорожки, вернее, все того же оцифрованного слепка. А это идея! Ну-ка…

Гипотеза подтвердилась – стоило только представить собственное тело, а потом скосить взгляд на руки, как они немедленно «прорисовались» в полигональной графике. Причем, что характерно, правая рука сформировалась без перчатки. Все ясно. Я не канул в сфере, как Бадди, я здешний всего лишь проекция меня тамошнего. А тамошний, надо полагать, так и валяется под объектом, погрузив в него граблю. Как говаривал один из любимых киноперсонажей Гленна, занятно до жути…

Продолжим эксперимент, что ли? Ага, так и есть – взгляд в буквальном смысле слова облек цифровой «плотью» и торс, и пузо, и ноги, и тоже в полном соответствии с прототипом. Жаль, за спину сам себе заглянуть не могу. Было бы занятно, если бы с тыла я оказался этакой формочкой для выделки песочных человечков. Впрочем, пофиг. Главное, что при попытке сделать шаг под ногами сформировался кусок асфальтированной дорожки, моментально сросшийся с опорой под Бадди.

– Пойдем, что ли, приятель?..

– Вуф!

Ага, энтузиазм в голосе! Это я люблю. Опять же, пес как-никак, даже здесь, в виртуале, у него должен быть «нюх». Виртуальный, естественно. Глядишь, от неприятностей убережет… каких? А хрен его знает. Это же инопланетная сеть, тут чего угодно можно ожидать! Причем явно сегмент, изолированный от остальной Ноосферы – Архонты понимали толк в тайнах. И режим секретности блюли, что я уже неоднократно испытал на собственной шкуре.

– Ну пошли, фиг ли…

…не знаю, как долго мы шагали по дорожке… хотел сказать из желтого кирпича, но таки нет – из серого асфальта. Что-то мне подсказывало, что течение времени в этом «ничто» сильно отличалось от реального мира, так что я особо и не заморачивался, тем более что и субъективно оно совсем не ощущалось… вернее, не так. Не чувствовалось разницы между часами, минутами и секундами, вот так будет точнее. В общем, через… время Бадди начал к чему-то прислушиваться, а потом и вовсе застыл, угрожающе зарычав.

– Что там, чувачок?.. – поморщился я от ощущения рассыпающихся в труху костей. Причем по всему организму одновременно. Страшно представить, что может произойти с тем, на кого эти вибрации направлены конкретно – меня-то так, краешком зацепило.

– Р-р-р-р-р!!!

Ого! Никогда его таким не видел, даже в драке. А тут вон аж шерсть на загривке встопорщилась – настолько злобен. Или напуган?.. Черт! А ведь верно! И озлоблен, и напуган, отчего озлоблен еще сильнее. Хорошо хоть башкой не вертит, строго в одном направлении пялится. Значит, за тыл можно не опасаться.

Вскоре… или не вскоре?.. Через время, короче, и я заметил некие признаки надвигавшегося… чего-то. Сначала появились рыже-оранжевые отблески далеко впереди, потом в той стороне начала формироваться оцифрованная пустошь, кое-где разбавленная булыжниками и чем-то вроде кустов… или разлапистых кактусов? Все это тоже, естественно, в полигональной графике. Ну а затем появилась она…

– Бранка?!

– Вуф! Р-р-р-р!!!

Ну да, кто бы сомневался… да и внутренняя сущность передана на удивление верно – здоровенная огненная лисица с оскаленной пастью и десятком хвостов. Оборотень-кицунэ. И ведь не постеснялась с размером, я вам доложу! Настоящий монстр, три-четыре моих роста в холке, если на глаз. А пасть такая, что проглотит и не поперхнется. Похоже, специально боевую форму приняла, чтобы сподручнее со мной расправляться было. А у меня и автомата нет… ха! Зато короткоствол при себе, так что еще побарахтаемся. Большой размер далеко не всегда гарантия победы – за массу приходится расплачиваться инерцией и малой подвижностью, так что еще посмотрим, кто кого… и ничего страшного, что она еще больше увеличивается, преобразуя шерсть в чешую, пасть в огромную воронку с чем-то пылающим в жерле, а лапы в когтистые суставчатые опоры боевого робота. Сдюжим как-нибудь, впервые, что ли?..

Как выяснилось, хорохорился я зря: когда до бывшей лисицы оставалось десятка два скачков (ее, конечно же), пустошь у нее под лапами вдруг почернела, вспучилась парой гигантских крыльев толи летучей мыши, толи черного махаона, и возникшее из ниоткуда сотканное из абсолютной тьмы одеяло опутало меха-кицунэ со всех сторон, моментально сбив с траектории. Я уронил челюсть от удивления, но предпринять что-либо для собственного спасения не успел – асфальтовая дорожка, до того верно служившая нам с Бадди, обернулась колоссальным черным шарфом, вмиг окутавшим нас обоих. Снова навалилось ничто и нигде…

…а затем я с изумлением осознал себя сидящим в любимом кресле в апартаментах-люкс на старой доброй «Молнии».

– Упс…

– Вуф?.. – неведомо откуда выруливший Бадди – нормальный живой пес со слюнями и соплями до пола – потешно уселся на откляченный зад прямо перед креслом, и преданно на меня уставился.

– Что за нахрен?! – изумился я, с трудом поборов желание потереть глаза.

– Не юродствуйте, молодой человек.

– Во-во, хорошо сказал, Грег!

– А вы откуда взялись?!

Удивление мое вкупе с возмущением было легко объяснимо – пока я косился на псину, в свободных креслах успели обосноваться два моих извечных соперника-старпера – Грег Слоун и капитан Иванов. Оба с неизменными стаканами в руках, в привычной повседневной одежде, и даже выражения лиц до боли знакомые – чуть скучающее у Грегори и концентрированный скепсис у кэпа. И все равно что-то в них было не так…

– Сгиньте, глюки!

– Весьма опрометчивое заявление, молодой человек.

– Я бы сказал наглое!

– Да клал я на вас всех! – ничуть не смутившись, заявил я, и без колебаний наподдал ногой неосмотрительно приблизившемуся псу.

Бульдожья тушка, против ожидания, легко взмыла в воздух, крутнувшись вокруг своей оси, и в движении пошла угловатыми – полигональными! – волнами, снова превратившись в оцифрованный слепок Бадди, который, вопреки ожиданиям, завис посреди каюты и завихлял задом, умильно вывалив язык. Надо же, не обиделся! Да и я наконец осознал, что же такого неправильного было в окружающей обстановке. Оказывается, мое облачение – все тот же боевой комбез, шлем и одна перчатка.

Не мог я в таком виде на «Молнии» оказаться, а тем более в апартаментах-люкс. Я имею в виду, на реальной «Молнии».

– Догадался, – усмехнулся «Грег».

– До фига умный, – подтвердил «кэп».

– Может, хватит уже кривляться? – хмыкнул я, устроившись в кресле поудобнее, то бишь закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку. Обычно эта поза в моем исполнении друзей-старперов донельзя выбешивала.

– А что вы предлагаете, молодой человек?

– Перестаньте косить под моих наставников, – пожал я плечами. – Я хочу видеть тех, с кем общаюсь, а не свои воспоминания. К тому же не самые приятные, должен заметить!

– Мы полагали, что так тебе будет проще пойти на контакт, – буркнул «кэп». – Восприятие нашего истинного обличия представителями твоего вида несколько… затруднено.

– А вот это уже позвольте мне самому решать.

– Как скажешь, – вздохнул «Грег». Как мне показалось, устало. Надо же, какие чувствительные! Всего ничего со мной поболтали, а все туда же. Не так уж и сильно они от прототипов отличаются, оказывается. – Но вы точно уверены, молодой человек?

– Более чем.

«Грег» прикрыл лицо потемневшими ладонями (вывалившийся из разжавшихся пальцев стакан на лету «оцифровался» и распался на рой искорок, подозрительно напоминавших какие-то математические символы), с силой провел по физиономии, как бы «стирая» изображение с основы, и взгляду моему предстало нечто бесформенное – просто черное на абсолютно черном, мешанина постоянно трансформирующихся пятен, на неуловимые доли мгновения формирующая нечто, схожее с лицами различных инопланетных существ, и снова преобразующая их во что-то невразумительное.

– Пятна Роршаха? – хмыкнул я.

– Отнюдь, – громыхнуло со всех сторон сотней голосов, собранных в удивительно синхронный хор. – Это наше истинное обличье.

– Ваше? – Я недоуменно покосился на «кэпа» и обнаружил схожую метаморфозу.

– Мы мультиличность, – пояснил «Грег». – Думаем, мы не вправе употреблять по отношению к нам местоимение «я».

А, дошло! Мы, Император всея Руси Александр Первый… и прочее в том же роде.

– Вы местные программы, что ли? Интересная визуализация…

– Нет.

Ага, и «кэп» голос подал. Впрочем, особой разницы я и не заметил – все тот же многоголосый гул.

– Мы не местные, – дополнил «Грег».

– И не программы, – снизошел до пояснения «кэп».

– Черт, давайте кто-нибудь один! – простонал я, зажав уши ладонями. Вернее, попытался – руки наткнулись на шлем.

– Хорошо, – не стал спорить «Грег», а «кэп» подтвердил его слова делом, то бишь заткнулся. – Мы такие же чуждые сущности для данной виртуальной реальности, как и ты, Денис. Позволишь к себе так обращаться?

– А если нет?

– Мы будем испытывать дискомфорт, – пояснил «Грег», явно имея в виду конкретно себя, поскольку «кэп», такое впечатление, пребывал уже где-то далеко, оставив в каюте собственную проекцию явно для приличия. – Очень непривычно осознавать, что ты моноличность, и тем более обращаться к тебе на «вы». У нас от этого, как выражаются твои соплеменники, разрыв шаблонов.

– Ладно, валяйте.

Черт, а ведь и правда разрыв шаблонов! Я бы даже сказал, когнитивный диссонанс – вроде бы пытаешься быть вежливым, а на самом деле обращением подчеркиваешь сущность собеседника. Сущности, я хотел сказать… блин!..

– С чего бы начать?.. – задумался «Грег».

– С начала? – хмыкнул я. – Только давайте побыстрее, у меня дела и заботы, разгребать и разгребать.

– Не переживай, Денис, мы в виртуальной реальности. Твой мозг воспринимает наши информационные пакеты напрямую, минуя посредников, так что много времени мы не отнимем. Мы имеем в виду, локального времени мира, который ты называешь Элва.

– А что, есть другое, хм, локальное время? – Вот бы сейчас проф это слышал! Вот бы уж он удивился!

– Естественно. Время множественно, как и пространства, аналог которых вы, разумные, живущие в нем, называете Вселенной.

Приплыли… еще только сверхсущностей из Мультиверсума мне не хватало!

– Мы не сверхсущность. И такого понятия, как Мультиверсум, сиречь множественная Вселенная, не существует. Есть отдельные пространственно-временные континуумы, расположенные рядом и одновременно друг в друге… впрочем, с концепцией многомерного пространства ты вряд ли знаком, поэтому не будем отвлекаться на несущественные детали. Вот определение, которое мы извлекли из твоей памяти: система – множество элементов, находящихся в отношениях и связях друг с другом, которое образует определенную целостность, единство. С этим ты не будешь спорить? Суть же в том, что Вселенные не взаимодействуют друг с другом, они изолированы, у них нет отношений и связей, и, следовательно, они не составляют единой системы, которую можно было бы назвать Мультиверсумом. Каждая Вселенная самодостаточна. Их взаимодействие не подразумевалось Творцом. Но иногда – очень редко! – складываются обстоятельства, не важно, какой природы, которые приводят к тому, что объекты из одной Вселенной проникают в другую…

– Вот это уже интересно!

– …а еще реже бывает так, что проникновение неединичное, причем в относительно короткий временной промежуток. Короткий в космических масштабах, естественно.

– Миллион лет? Миллиард?..

– Тысячелетия.

– Надеюсь, вы оперируете моим понятийным аппаратом?

– А у тебя остались в этом какие-то сомнения?

– В мозги мне залезли?

– Просканировали, пока ты гулял по виртуалу. Так это у вас называется. Это было необходимо. В противном случае мы не смогли бы осуществить вербальный контакт. Ни одна из составляющих нашей мультиличности не обладала необходимыми знаниями.

Ага! Значит, вы сюда загремели еще до Исхода!

– Нам понятно, какое именно событие обозначено данным идентификатором. Ответ положительный. Будут еще несущественные вопросы?

– А как же!

– Мы готовы ответить.

– По ходу разберемся.

– Хорошо, – склонил голову «Грег». – Тогда вернемся к концепции проникновения чужеродных объектов в другие Вселенные. Как ты думаешь, Денис, что произойдет с системой, когда в нее внедрится инородное тело?

– Развалится, ясное дело.

– Это крайний вариант. Еще?

– Ничего не произойдет.

– Это тоже крайний вариант, только с противоположным знаком. Еще?

– Система его «переварит», встроив в себя.

– Это положительный исход, благоприятный скорее для системы, нежели для инородного тела. Еще?

– Чужеродное тело подстроит систему под себя, но не разрушит ее, – вздохнул я. – Если, конечно, у системы имеется изрядный запас прочности, например, если она гораздо масштабнее инородного тела. Чего вы из меня банальности вытягиваете? Неужели сразу сказать нельзя было?

– Мы хотели, чтобы концепция прозвучала из твоих уст. Чтобы ты ее полностью осознал.

– Хорош уже Грегори копировать! Это они с кэпом считают, что я еще молод и горяч, а иногда даже туп. Надоело.

– Мы приносим извинения. Кажется, это подходящий ритуал для данной ситуации?

– Более чем. Дальше что?

– Мы практически добрались до главного. Немного терпения, наш юный друг.

– Опять Грега врубил?!

Мне почудилось, или эта пятнистая хрень несмотря на полное отсутствие глаз окинула меня очень хорошо знакомым ироничным взглядом? М-мать, у них еще и чувство юмора имеется! С такими, пожалуй, наладишь контакт…

– Больше не будем, – повинился «Грег». – Так вот, о главном. Совсем недавно, всего двести двадцать семь лет назад, имело место такое проникновение. В нашу Вселенную проник объект из какой-то другой Вселенной. Мы не знаем, как именно он это проделал. Мы также понятия не имеем, на какие энергетические затраты пошел объект, чтобы пробить условную «стену» между Вселенными. Назовем ее Барьер. В вашей науке физике на нынешнем этапе развития точного определения для Барьера нет. Можем лишь сказать, что это некая граничная область, в которой осуществляется сложнейшее взаимодействие между пространством и временем – они замкнуты сами на себя, образуя сферу…

– Точно сферу? Может, тор?

– Не точно. Право на существование имеют обе гипотезы. Но мы предпочитаем оперировать понятием «сфера». Так вот, граничная область…

– Вы имеете в виду сингулярность? Ту точку, из которой взял начало Большой Взрыв?

– Очень грубо приблизительно. Мы бы сказали, весьма отдаленно. Но более точного определения привести не можем.

– Да и бог с ним…

– Ты веришь в трансцендентные сущности, Денис?

– Ну… верю – это слишком громко сказано. Скорее, допускаю их существование. А вам это зачем?

– Вера – понятие иррациональное. Но оно может послужить препятствием для достижения взаимопонимания.

– Сколько пафоса! Вы что, думаете, что я могу воспринять этот самый объект из другой Вселенной как Бога? Очень смешно.

– Мы рады, что не возникло недопонимания на этой почве. И ты правильно оценил сущность объекта – это разум. Очень далекий и от вас, как популяции, и от нас, но все же разум. А еще он носитель физических законов иной Вселенной.

– Да уж, гремучая смесь!

– Ты уже догадываешься, к чему мы ведем?

– Не без этого… я же не зря про Мультиверсум подумал. Кстати, а как вы относитесь к инфляционной модели Вселенной? Почему вы думаете, что пришелец именно из другой Вселенной, а не из пузыря-домена нашей же Вселенной, только с иными физическими константами?

– Мы предполагаем, – терпеливо пояснил «Грег». – К тому же инфляционная модель ничуть не противоречит нашим словам – чем изолированные домены в принципе отличаются от иных – тоже изолированных – Вселенных?

– Принципиально – ничем, – вынужденно признал я. – Ладно. Хотелось бы конкретики, так что договаривайте.

– Да, собственно, немного осталось. Проникший в нашу Вселенную объект реализовал тот самый случай, когда инородное тело изменяет систему, но не разрушает ее. И чтобы тебе было понятнее, приведем аналогию с занозой в пальце. Маленькая щепка в подушечке никак не повлияет на состояние тела в целом – оно будет исправно выполнять все присущие ему функции. Ноги будут шагать, легкие – дышать, глаза – воспринимать визуальную информацию, уши – аудиальную, кожа – осязательную. Руки будут хватать, держать, манипулировать. То есть все в целом без изменений. Но если спуститься с уровня организма на уровень конкретного пальца, выяснится, что тут далеко не то же самое – небольшая боль в мышце, дискомфорт, затрудненное движение… а если добраться до собственно занозы, мы обнаружим зону септического поражения, нагноение, поврежденный эпидермис и мышечную ткать. Теперь вернемся к нашему гостю. Проломив Барьер, он проник в наш пространственно-временной континуум, не повлияв на него в целом – Вселенная, как ты и сам можешь почувствовать на собственной шкуре, по-прежнему цела и неприветлива, но вызвал изменение физических констант в локальном объеме – примерно в половине рукава Ориона галактики Млечный Путь. Согласись, для Вселенной это даже меньше, чем отдельно взятая клетка эпидермиса для человеческого организма.

– Н-да уж…

И хотел бы поспорить, да не выйдет. Пренебрежимо малая величина, как говорят ученые мужи.

– Ну а дальше произошло то, о чем ты наверняка и сам уже догадался: внезапное изменение физических констант, даже незначительное, может иметь очень далеко идущие последствия. Смертельные последствия, причем не только для отдельных особей, но и целых видов.

– Из-за этого вымерли Предтечи?

– Часть. Большинству же просто не повезло.

– Шутите?

– Нисколько! Знаешь, Денис, что может быть страшнее изменения физических констант? Изменение законов вероятности.

Черт!!! Ведь на поверхности же лежало! Моя любимая мерфология, чтоб ее!

– Именно. Законы вероятности в локальном объеме Вселенной вблизи вторгнувшегося объекта изменились, причем произошел перекос в сторону реализации неблагоприятных вариантов. То, что представители твоего вида называют «законом подлости». Вероятностная аномалия вызвала множественные техногенные катастрофы планетарных масштабов, вследствие чего вымерли остальные Предтечи. Ну и застарелые конфликты, до того худо-бедно разрешаемые, привели к войнам и геноциду. Примеров можно привести великое множество. Впрочем, не будем терять времени. У тебя, как мы видим, есть вопросы?

– Естественно, – кивнул я. – И начну с самого главного: кто вы?

– Мы – Охотник! – торжественно возвестил «Грег».

– Вы. А они? – уточнил я, для верности ткнув пальцем в «кэпа».

– Они тоже.

– Очень содержательно.

– Мы не ответили на твой вопрос?

– И эти сущности уверяют, что не являются компьютерными программами! – возмутился я. – Явно же машинная логика! Или вы специально?

– Нам не понятен смысл твоего посыла.

– Посыла… надо же! Очень верное определение. Короче! Я жажду подробностей. Откуда вы? Почему мультиличность? Чем занимаетесь?

– Из данной Вселенной. Потому что объединяем множество сознаний в единую систему. Охотимся на Химеру.

– Шутку оценил. Очень смешно. Надеюсь, вы понимаете, что такое «сарказм»?

– В общих чертах, – с неприкрытой иронией парировал «Грег». – Ладно, повеселились, и хватит. Но чтобы ответить на все твои вопросы, придется начать издалека. С предыстории, так сказать.

– Я весь внимание.

– Ты же торопился? Все, все, прекращаю. Судя по твоей реакции, концепция проникновения чужаков из иных Вселенных не противоречит твоим представлениям о материальном мире. Это хорошо. Потому что как раз это обстоятельство тяжелее всего давалось многим моим составляющим, когда они еще были самостоятельными личностями и только собирались присоединиться к нам.

– Добровольно? – заломил я бровь.

А чего? Я бы хрен на такое подписался, вот и удивился.

– Добровольно, – снова склонил голову «Грег». – Как и ты сам чуть позже.

– Вот уж фигушки.

– Сначала выслушай, потом примешь окончательное решение.

– Уболтал, черт языкастый.

– Значит, возвращаемся к концепции проникновения. Как мы уже упоминали, иногда, очень редко по историческим меркам, проникновения носили массовый характер.

– Откуда сведения? – не вытерпел я. – Вы же сами сказали, что из данной Вселенной.

– Информация получена опытным путем. Более того, здесь и сейчас мы переживаем аналогичный период – в местной группе галактик данный инцидент уже десятый за последние тринадцать тысячелетий.

Периодичность проникновений – тысяча триста плюс-минус пятьдесят лет. Наводит на размышления, не так ли?

– Я бы сказал, нехорошие размышления. И что, везде результат был аналогичный?

– Более-менее.

– Занятно… а Вселенная-то наша, оказывается, просто кишит разумной жизнью!

– Далеко не все ее области одинаково, но в целом ты прав. Разумная жизнь – не уникальное явление. Мы бы даже сказали, как раз ее отсутствие в какой-либо галактике и есть аномалия. Разум очень живуч и умудряется приспособиться даже к самым неблагоприятным условиям. Хотя что есть неблагоприятные условия? То, что для земноводных Фрро неприемлемо, для тех же Диарру вполне нормально, и наоборот. Поверь, мы знаем.

Показалось, или он это самое «мы» голосом выделил? Подсказка? Намек? Или?.. Догадка, как это зачастую и бывает, вспышкой пронзила мозг, на мгновение разложив ситуацию по полочкам и сделав ее совершенно прозрачной, но уже в следующий миг понимание ускользнуло, контуры выстроенной системы размылись, и осталось лишь горькое послевкусие. Но стимуляция мозга та еще, после таких моментов я как никогда понимал полубезумных ученых, способных на любые жертвы ради новых знаний. Ведь это сродни наркотическому наслаждению – привыкание мгновенное, соскочить невозможно.

– Вы – последнее пристанище представителей исчезнувших рас? – все же сформулировал я вывод после длительного раздумья. – Не в прямом, конечно, смысле. Вы что-то вроде виртуальных серверов, хранящих и систематизирующих ментальные копии реально существовавших личностей. Я прав?

– Практически.

– То есть в вас есть и личность Архонта?

– В том числе. Не в нас, в них, – беглый взгляд на «кэпа». – Мы более древний Охотник, сформировавшийся полтора миллиона лет назад в области, прилегающей к ядру галактики Треугольника.

Галактика Треугольника… да, точно. Если я правильно припоминаю курс астрономии, она наряду с Андромедой, Магеллановыми облаками и еще несколькими галактиками помельче входит в местную группу. Которая в поперечнике, на минуточку, больше четырех миллионов световых лет! И от нас, то бишь Млечного Пути, до нее – никак не меньше трех миллионов. А они тут мне что-то про полтора заливают…

– Хм… – Пожалуй, подобную бездну расстояния мне никак не вообразить. – И как же вы умудрились до нас добраться так…

– Быстро? – закончил мысль «Грег». – Мы не перемещаемся в физическом пространстве, расстояния для нас не существуют. Мы обитаем в информационной оболочке Вселенной, где скорость перемещения не ограничена ничем, кроме смелости мысли, если выражаться высокопарно.

Ну, и еще кое-какими факторами, о которых нам бы не хотелось распространяться. Впрочем, они ограничивают не скорость, а доступные для посещения области.

– Это вы сейчас про Ноосферу?

– Про нее, – «кивнул» «Грег» в своей манере. – Но в более широком смысле, чем ты вкладываешь в это понятие. К объединенной виртуальной сети Предтеч она, конечно, имеет отношение, но весьма опосредованное. Скажем так, если сравнить информационную оболочку Вселенной с накопителем данных из ваших компьютеров, то Ноосфера рукава Ориона всего лишь отдельный ее сектор, входящий в кластер местной группы галактик, к тому же в настоящий момент «битый», то бишь не функционирующий в штатном режиме. Вы, Человечество, не освоили и сотой доли его возможностей.

– Умеете вы обнадежить.

– Ирония? Что ж, это нормальная реакция. Слушай дальше. Получилось так, что мы сейчас старейший Охотник из существующих в пределах доступной для посещения области Вселенной. Какой именно? Это ты хочешь спросить? Ладно, это не секретная информация. В настоящий момент нам доступны кластеры Ноосферы примерно четвертой части местного сверхскопления, то бишь всех галактик в сфере радиусом приблизительно двести миллионов световых лет от Млечного Пути. И так было всегда, сколько мы себя помним. Вероятно… даже наверняка, до нашего возникновения во Вселенной существовали другие Охотники, да и сейчас старшие коллеги наверняка существуют. Но не в нашей зоне ответственности. В ней они по каким-то причинам исчерпали себя. Возможно, в них отпала надобность – мы же говорили, что угроза проникновений непостоянная? Разброс может быть очень большим, и вполне вероятно, что скоро и мы себя исчерпаем, особенно если сможем разрешить насущную проблему.

– То есть если справитесь с Химерой?

– Не просто справимся, а устраним причину ее появления, как и появления других таких же.

– Ладно, замнем для ясности… а вы помните, как именно появились?

– Так же, как и они, – покосился «Грег» на безучастного ко всему «кэпа», – и еще десяток юнцов.

Юнцов? Ну ладно, «кэп» – ему, по логике, чуть больше пары сотен лет. А остальная молодь? Тринадцать тысяч лет самому старшему… хотя о чем это я, где тринадцать тысячелетий, и где полтора миллиона! Имеет полное право.

– …мы возникли в момент проникновения в нашу Вселенную очередного чужака. Наверняка не первого вообще, но мы сильно подозреваем, что первого после значительного перерыва. Впрочем, здесь нужно уточнить, что первого в нашей зоне ответственности, а не Вселенной в целом. Его воздействие на локальный объем пространственно-временного континуума было куда значительней, чем нынешней Химеры – одномоментно изменилось столько физических параметров целой подгруппы галактик, что началась цепная реакция – взрывы сверхновых в массовых количествах привели к ее полному уничтожению и образованию колоссального пространства, заполненного звездным веществом. А потом случилось нечто невообразимое – вся эта материя почти мгновенно стянулась в одну точку, и образовался объект, который мы называем супермассивной черной дырой. У нас нет даже приблизительной гипотезы для объяснения процесса, кроме одной – законы чужеродной физики. Но факт остается фактом – она появилась. И ее гравитационное воздействие столь велико, что она замедлила скорость расширения Вселенной в местном сверхскоплении галактик. Ненадолго, на доли секунды, и не на много – на одну миллиардную скорости света. Звучит не очень впечатляюще, правда?

Ага, щас! Не впечатляюще… да как только представлю, какую массу вещества пришлось затормозить… хотя нет, не могу представить. Это сколько же энергии нужно, чтобы хотя бы на миллионную долю секунды замедлить всю прорву материи, сосредоточенную в местном сверхскоплении? Тут уже не заноза в пальце, а как минимум потеря оного целиком… вот только почему мы ничего не почувствовали? Или?.. Когда там на Земле массовое вымирание видов произошло? Шестьдесят миллионов лет назад, или что-то около? Нет, слишком давно, но тоже можно за уши притянуть к очередному вторженцу. Полтора миллиона лет назад – вот реперная точка. Плейстоцен? Ледниковый период? Ну да. Ладно, хорош умничать. Сам же знаешь закон научных исследований незабвенного Мерфи: в защиту своей теории всегда можно привести достаточное количество исследований. К тому же если факты не подтверждают теорию, то от них надо избавляться, как тому учит закон Майерса. Так что не буду спешить с выводами, лучше «Грега» послушаю. Хотя нет, сначала спрошу.

– Вы хотите сказать, что галактика Треугольника уже полтора миллиона лет как уничтожена?

– Именно. Только доказательств, помимо наших слов, у вас, то бишь Человечества, не будет еще как минимум в течение такого же срока.

Ну да, кто бы спорил. Потому что как раз столько и понадобится свету от потухшей галактики, чтобы добраться до наших телескопов… только, боюсь, к тому времени о людях как разумом виде и воспоминаний не останется.

– Мощный вторженец вам попался…

– Да. Никто ничего не успел понять и толком прочувствовать. Если нынешний кризис развивался на протяжении нескольких десятилетий, то в моем случае ушли часы, причем уже на вторую стадию, когда звездное вещество сжималось в точку. Взорвались-то мы мгновенно, мы бы даже сравнили процесс с миниатюрным Большим Взрывом. По физике, конечно же, а не по масштабам.

– Так может?! – осенило меня.

– Может, – согласился «Грег». – Может гибель нашего дома и дала начало новой Вселенной, но доказательств нет. Да и нам от этого не легче. Несколько моих составляющих помнят момент Перехода – смерть физического тела и перемещение сознания в Ноосферу. Но таких сознаний было очень много, невероятно много – около трех миллионов видов с многомиллиардными популяциями. Мы не знаем, как именно, но сознания каждой популяции сначала образовали конгломераты, которые можно назвать групповыми сознаниями, и затем уже они объединились, оказав взаимное влияние друг на друга. В результате появились мы, Охотник. Они, – «Грег» снова покосился на «кэпа», – появились так же, только процесс был растянут по времени. Поэтому у них гораздо больше воспоминаний и более интенсивный эмоциональный фон. Они психически травмированы, поэтому мы пришли на помощь.

– Потому что у вас есть соответствующий опыт? – усмехнулся я.

– Именно. Мы оказывали аналогичную поддержку остальным девятерым Охотникам местной группы, поэтому у нас есть статистические данные и мы можем делать выводы. И выводы таковы: эти десять случаев аналогичны, и, скорее всего, из своей Вселенной все объекты стартовали если не одновременно, то с минимальным лагом. А у нас из-за разницы физических констант их временной лаг увеличился до тысячи трехсот лет. Плюс-минус пятьдесят, как мы уже говорили.

– И вы думаете, что могут быть еще… гости? Лет этак через тысячу?

– Ответ положительный. Наша задача – подготовиться к их появлению, а в идеале его предотвратить. Ноосфере не нравится дисбаланс… хм… пожалуй, назовем это «энергией разума». На нее плохо влияют одномоментные массовые переходы разумных из физических тел в единое информационное поле. Сбиваются его настройки, фигурально выражаясь.

– Так вы все-таки компьютерная программа! – заключил я, проигнорировав осуждающий взгляд «Грега». – По вашему описанию, глобальная Ноосфера – типичная виртуальная реальность, сгенерированная виртуальным же вычислителем, этаким суперискином. Может, он как раз и есть Бог?

– Творец? Вряд ли.

– Не, я имел в виду именно Бога, по совокупности, так сказать, признаков и выполняемых функций.

– Пожалуй, данная аналогия уместна.

– Получается, Охотники – антивирусные программы?

– Или функциональные единицы иммунной системы, – усмехнулся «Грег». – Если уж логически развить вашу концепцию и сравнить Вселенную не с виртуальностью, а с живым организмом. Плюс учесть наше происхождение.

– Тяжко вам, наверное.

– Не очень. У нас есть цель, у нас есть локальные задачи, мы действуем. Мы довольны… жизнью?.. Пожалуй, да. То, чем мы занимаемся, нельзя назвать просто существованием ради существования. Но есть и проблемы, куда без них, – вздохнул «Грег».

– Например?

– Ну, например, проблема совместимости. Как думаешь, Денис, почему мы так долго не могли с тобой пообщаться?

– Разница масштабов? – предположил я. – Несовпадение частотных диапазонов?

– Именно. Как думаешь, легко ли нам, как мультиличности, свободно перемещающейся по кластеру Ноосферы, услышать моноличность, не имеющую с Ноосферой прямой связи даже на уровне отдельно взятой планеты?

– Наверное, примерно так же, как мне услышать писк микроба.

– На порядки сложнее. Единственный вариант – вербальный контакт. Но для этого нужно было либо тебя поднять на наш уровень, что неприемлемо ввиду утраты тобой физической оболочки в процессе…

– Неприемлемо, это точно!..

– …либо самим опуститься до твоего, чем мы и занимались все это время. Наш соратник также ничем не могли помочь – хоть они и ближе к тебе по уровню восприятия, но у них не было средств коммуникации. Никто из их составляющих не владел вашим языком и понятийным аппаратом. Но нам повезло – мы смогли нащупать возможность подключить разумного твоего вида к планетарной Ноосфере через специализированных функциональных единиц наноуровня, с которыми мы уже давно имеем дело здесь, в системе управления. Тут аналогичная проблема, мы не можем получить прямой доступ к функциям управления, хоть и обитаем в виртуальной оболочке. Но подключить оказалось мало. Постоянно возникала проблема совместимости, и все находящиеся под воздействием объекты саморазрушались в течение короткого времени…

– Так это вы?! ОРУЖИЕ! ИСПОЛЬЗУЙ! И вся остальная пафосная хрень…

– Да, это были первые попытки установить контакт.

– И «номерных» тоже вы в слизь размалывали?

– Мы не намеревались этого делать, нам показалось, что это сработала какая-то специфическая программа самоуничтожения, «зашитая» в функциональные единицы.

– И у Бранкиных клонов, и у спеков?

– Ответ положительный. Но были и отличия.

О да, были! «Номерные» сразу в кашу превращались, а со спеков плоть слоями слезала! Тьфу, мерзость!..

– Колонистов тоже вы извели?

– Мы, но не намеренно. Это тоже была попытка установить связь. К тому же, если мы правильно интерпретировали информацию, считанную из твоей памяти, наше воздействие на отдельных особей стало всего лишь формальным поводом для внутреннего конфликта в популяции.

– Да, можно и так сказать. А Коулмэна в виртуальности тоже вы доставали? Это вас он называл гешпенстами?

– Ответ положительный. Но он оказался слишком эмоциональным и малочувствительным субъектом…

– А это разве не взаимоисключающие параметры? – удивился я.

– Эмоции и чувствительность «приемника»?

– Да, прогнал… а я почему не самоликвидировался?

– Счастливое стечение обстоятельств, – повинился «Грег». – Твои наномашины обладали расширенным функционалом, и кто-то явно поработал над их программным обеспечением. Мы это с немалым изумлением обнаружили, когда попытались подключить к Ноосфере «седьмого», которого ты «засеял». К несчастью, в его организме также содержались стандартные функциональные единицы, введенные непосредственным начальником, Бранкой де Гроот. Поэтому мы не смогли сразу получить нужный результат – возник конфликт на программном уровне, и носитель разрушился. Но, обнаружив перспективный объект, мы сразу же выяснили, где есть еще такой же – точка доступа к системе управления под номером триста девять.

Если перевести на человеческий, то вот эта вот самая пирамида с изъяном, которую Зевс хакнул и в которой мы сейчас и находились. Ну что тут сказать? Хочешь сделать хорошо – делай сам. И не важно, что получилось это совершенно случайно. Главное результат. Ну и удачливым сукиным сыном надо быть, что уж там.

– Дальше ты уже и сам, вероятно, догадался. Когда ты при помощи своего искина (вот кто модифицировал нанов!) активировал точку доступа, нам осталось лишь дождаться, чтобы ты подключился к интерфейсу, подключиться к нему самим – уж на таком уровне мы худо-бедно способны работать, спасибо им, – кивок на «кэпа», – покопались в памяти составляющих и кое-что вспомнили. Ну а дальше стандартная операция – мнемосканирование, анализ данных с учетом расширенной базы, и как результат – удачный контакт. Но у нас вряд ли бы что-то получилось, не будь ты постоянно на связи с искусственным интеллектом Архонтов – благодаря накопленной им информации, универсальному математическому языку и памяти юного коллеги нам удалось расшифровать твой понятийный аппарат и выйти на удовлетворительный уровень вербального общения. Теперь ты знаешь почти все.

– Угу, – подтвердил я. – Кроме одного – зачем я вам?

– И вот тут начинается самое интересное! – потер руки «Грег». – Нам нужна твоя помощь.

Вот это ни фига себе заявочка!

– А в чем конкретно, позвольте уточнить? – с трудом удержался я от удивленного возгласа.

– Ты должен активировать программу трансмутации Элвы в радар-детектор, который будет способен обнаружить Химеру.

– А сами чего? Вон они, – уже мой кивок на «кэпа», – прямые наследники сгинувших цивилизаций, в том числе и Архонтов. Неужели у них нет доступа к родным технологиям?

– Соотношение масштабов, – пожал плечами «Грег». – Нам казалось, что мы довольно подробно разъяснили суть проблемы.

– Вы тут две сотни лет кукуете, неужели так и не сумели… настроиться?!

– Получается, что не сумели.

– А может, вы меня вводите в заблуждение?..

– Пожалуй, что и вводим, – после довольно длительной паузы признался «Грег». – Но не во всем, а в отдельных деталях. Насчет соотношения масштабов мы не лгали. Но была еще одна причина, по которой мы все это время бездействовали. Мы ждали благоприятного сочетания нескольких внешних факторов, поскольку в иных обстоятельствах активация радара не имела смысла. Не было условий для успешного выслеживания.

– Выслеживания?

– Прежде чем убить дичь, ее нужно обнаружить, не так ли?

– Пока все логично.

– Обнаруживается же она по неким внешним признакам – следам, издаваемому шуму, визуально, наконец. Беда в том, что Химера – суть энергетическая форма жизни, организованная по чужим физическим законам…

– И в чем проблема? Выискиваем аномалии в космосе, и с высокой долей вероятности обнаруживаем нужный объект!

– Беда в том, что после пришествия «нужного объекта» почти весь рукав Ориона представлял собой одну большую аномалию, выделить в которой какую-то особенную область существовавшими на тот момент средствами не представлялось возможным. Предтечам, с одной стороны, не повезло – агония растянулась на десятилетия, с другой – у тех же Архонтов появился шанс хоть как-то повлиять на ситуацию. Местный Охотник к тому времени уже частично сформировался, мы вышли с ними на контакт и смогли подсказать остававшимся к тому времени живым ученым направление поиска. И они, надо сказать, справились блестяще – разработали и воплотили в жизнь проект «Исход».

Я навострил уши, но «Грег» снова меня обломал:

– Об «Исходе» чуть позже. Сначала рассмотрим сам принцип выявления Химеры. Тебе, Денис, придется принять на веру несколько постулатов, поскольку доказать их истинность не позволяет уровень развития вашей науки. Ты готов к этому?

– Ну, как минимум выслушаю. Обещаю.

– Хорошо. Про «энергию разума» я уже упоминал. Теперь уясни одну простую вещь: в момент перехода разумного существа из физического состояния в энерго-информационное происходит значительный энергетический выплеск. Назовем этот вид энергии некроэнергией, поскольку этот термин уже существует в твоем понятийном аппарате и очень близок к действительности. Плюс хорошо отражает суть процесса. Так вот, эти выплески можно зафиксировать при помощи соответствующей аппаратуры. Беда в том, что значительным подобный выплеск является по меркам энерговзаимодействий в Ноосфере, в физическом же пространстве он относится к фемтопараметрам, то бишь нужны приборы, чувствительности которых хватит для регистрации колебаний напряженности магнитного поля порядка десяти в минус пятнадцатой степени ампера на метр. Да, данный вид энергии можно условно отнести к электромагнитному взаимодействию, поэтому амперы правомерны. А теперь представь, что эти колебания нужно отслеживать в огромных объемах пространства, в поистине космических масштабах. Представил? А теперь представь, что их необходимо вычленить из естественного магнитного фона, изменения которого превосходят нужный сигнал на пятнадцать-двадцать порядков. Теперь понятно, какую проблему предстояло решить Архонтам?

– Более чем. Но ведь были же и случаи массовой гибели целых планетарных популяций…

– Ты поразительно точно ухватил самую суть! Да, в таких случаях колебания некроэнергии были больше обычных на шесть-девять порядков, в зависимости от численности погибшей популяции, плюс имел место эффект резонанса, что в сумме выводило сигнал на микро-и даже миллиуровень. Такой всплеск уже вполне поддавался фиксации даже штатными средствами, главное, знать, где и что искать. Но беда в том, что он ослабевал обратно пропорционально расстоянию в энной степени от источника сигнала. Степень всегда была разной, зависела от целого ряда факторов, включая количество жертв и их мозговую активность при жизни. Также прими к сведению, что всплеск напряженности магнитного поля порождал электромагнитную волну, скорость распространения которой даже в вакууме куда меньше скорости света. В результате катастрофу обнаруживали уже по факту, чаще всего гости – в некогда цветущую систему прибывал корабль, и вместо населенного развитого мира находил братское кладбище. Или вовсе осколки планеты. Ну а в случае апокалипсиса, так сказать, растянутого во времени, всплеск получался более слабый, с меньшей амплитудой, но с большим периодом колебаний, так что засечь его было еще трудней.

– Все это очень увлекательно, господа Охотник… но зачем вы мне это рассказываете?

– Извини, Денис, мы опять зашли слишком издалека, – повинился «Грег». – Вернемся к нашей Химере. В момент проламывания Барьера эта сущность сильно ослабела, настолько, что не смогла проломить его еще раз.

– Чтобы пройти дальше? В следующую Вселенную?

– Именно. А почему ты не спрашиваешь, откуда мы знаем?

– Видимо, выяснили опытным путем, – пожал я плечами. – У вас для этого было целых девять аналогичных случаев.

– В целом да, – подтвердил «Грег». – Но у текущего кризиса есть отличия. В предыдущие разы результат был двояким: в шести случаях вторгнувшийся объект уничтожался в порожденном им же катаклизме, в трех – подпитывался… чем-то, и уходил, но с куда меньшими последствиями, чем приходил. Наверное, потому, что в ближайших окрестностях (относительных, конечно же) разрушать уже было нечего. Наша же Химера, такое впечатление, уже прибыла ослабленной и не сумела спровоцировать цепную реакцию, хоть и изменила вероятностные законы. Соответственно, быстро пополнить запас энергии у нее не получилось. Процесс затянулся, звездная семья рукава Ориона уцелела, за редкими – очень редкими – исключениями. В результате пришелец затаился, впал в спячку, и уже почти два столетия подзаряжается. Сам догадаешься, чем именно, или подсказать?

– Неужто некроэнергией? – ухмыльнулся я. – Не самый рациональный вариант. Вокруг столько дармовой энергии, пользуйся – не хочу! Что далеко ходить – моя «Молния» тому доказательство. Но нет, зверюге подавай некро… единственное объяснение, которое приходит в голову – чужая физика, которая не позволяет эффективно взаимодействовать с нашим пространством. Черт, а у нее ведь неприятности! Она не сумела подзарядиться сразу, потому что не было достаточного количества значительных выплесков, а большинство и вовсе оказалось растянутыми во времени и незначительными по величине… но тогда активность Химеры должна была уменьшаться постепенно?

– Именно. В первые годы кризиса, на которые пришлось максимальное количество быстротечных глобальных катастроф, она подпитывалась достаточно интенсивно, и мы смогли уловить ее присутствие, проанализировав частоту катастроф и направления распространения континуума с измененными вероятностными законами. Но этих данных оказалось недостаточно, чтобы установить ее точное местоположение. А потом процесс пошел на убыль, цивилизации угасали десятилетиями, и мы… просто не успели. Архонты сумели разработать средство для ее локализации, но использовать его не удалось – Химера затаилась, перешла в пассивный режим. Но мы подозреваем, что в таком состоянии она лучше приспосабливается к нашему пространству-времени, и рано или поздно сумеет накопить достаточно энергии, чтобы попытаться уйти дальше. С одной стороны, как показывает опыт, это оптимальный вариант – нет объекта, нет проблемы. С другой – поскольку при появлении она не уничтожила рукав галактики, а то и ее всю целиком, есть большая вероятность, что уничтожит при уходе. Ноосферу и, соответственно, нас такой вариант категорически не устраивает.

– Сам не хочу, – поддержал я «Грега». В голове уже забрезжила догадка, но я упорно гнал ее прочь, очень уж неприглядная картина получалась, особенно в отношении Охотников. – Так что вы предлагаете?

– Выследить Химеру и уничтожить.

– Это каким же, интересно, способом? А не боитесь, что в процессе… хм… экстерминатуса получите тот самый результат, которого пытаетесь избежать?

– Такую вероятность исключить нельзя. Но гораздо больше факторов говорит за то, что при уничтожении Химеры в нашей Вселенной, а не в пределах Барьера, энерговыплеск обрушится в основном на Ноосферу, а она объект нематериальный. Побушует и успокоится.

– Ага, и попутно сведет с ума миллиард-другой разумных…

– И такая вероятность не исключена.

– Что вы там говорили про скорость перемещений в Ноосфере? Не ограничена? Интересно, сколько разумных видов в местном сверхскоплении почувствует неладное?

– На этот вопрос ответа у нас нет, – поник «Грег». – Но это все равно лучше, чем уничтожение галактики Млечный Путь. Даже если не брать в расчет рукав Ориона… ты хотя бы приблизительно представляешь, сколько цивилизаций существует в остальных ее рукавах?

– Откуда мне? – развел я руками. – Ладно, с этим разобрались. Будем считать, что убедили. А выслеживать как собираетесь? Вот есть у вас радар. А что фиксировать-то будете? Объект же в пассивном режиме?

– Ты сам ответил на свой вопрос, Денис, – вздохнул «Грег». Как мне показалось – тяжко. – Нужно заставить его активироваться, создав соответствующие условия. Для этого и предназначен проект «Исход», инициированный Архонтами в тот момент, когда они осознали, что сами не успевают.

– Две тысячи сто тридцать пятый? Бродяги, Контакт? – скривившись, выдал я версию.

– Да. Мой младший коллега, к тому моменту уже окончательно сформировавшийся как Охотник, придумал жизнеспособный план, который и подсказал своим еще существующим в физических телах составляющим. Ты же в курсе, что вся раса Архонтов была эмпатами? Так вот, некоторые из них настолько развили свои способности, что были способны подключаться к Ноосфере напрямую. Так они «залили» в нее свой огромный архив и все актуальные на момент гибели цивилизации базы данных…

Черт!!! А я, как дурак, Информаторий в планетарных сегментах Ноосферы ищу! А она, оказывается, в глобальной информационной оболочке спрятана… умно, ничего не скажешь. Вот бы к ней Зевса подцепить!

– Денис, что с тобой?

– Не обращайте внимания.

– Уверен? Хорошо, мы продолжим. Так вот, с подачи моего юного коллеги, установившего контакт с одаренными эмпатами их расы, Архонты решили создать условия для скачкообразного развития цивилизации людей, про которую они узнали от Бродяг. На вас появление Химеры почти не повлияло, две Мировые войны и последовавшую за ними Холодную вы благополучно пережили, мало того, не только не растеряли технологии, но и приумножили их. Архонты были весьма впечатлены. Сами они реализовать план не могли, их уже добивал вирус, но удалось воспользоваться услугами все тех же Бродяг, которые тоже уже были одной ногой в могиле, фигурально выражаясь. Предоставили людям Земли через посредников знания, технологии, координаты бесхозных планет, транспорт для первого этапа экспансии, а потом вы и сами неплохо справились. Судя по тем данным, что мы извлекли из твоего мозга, план сработал – вооруженное противостояние двух ветвей Человечества началось.

Ну да, можно и так сказать. Невооруженное-то, по факту, с самой изоляции тянулось.

– Вот вы уроды…

Нет, это надо же! «Осчастливили», блин, весь род людской! Что называется, с дальним прицелом, сознательно обрекли целый разумный вид на раздробление и конфронтацию, искусственно создав две большие популяции – Старую Землю и Колонии вкупе с Корпорациями. И ведь как верно просчитали людской характер! Война… война никогда не меняется, равно как и ее причины. Конечно, это не массовое вымирание видов, как при появлении гостя из иной Вселенной, но за неимением гербовой… чертовы алиены наверняка и это учли, задав своему радару соответствующую чувствительность. А может, понадеялись на нашу воинственность, которая наверняка задерет накал зверств до небес. И теперь все, что нужно сделать – развернуть собственно радар и ждать, пока не запылают человеческие миры. Вряд ли это произойдет мгновенно, и вряд ли уложится в месяцы или даже годы. Скорее всего, пламя войны будет тлеть десятилетиями. А Химера, соответственно, проснется и будет питаться, пока не заполнит, образно говоря, все баки. Вот только до этого Охотники доводить не станут, пристукнут, как только засекут. Блин, а ведь может и сработать! Войны в любом случае не избежать, это было ясно с того самого момента, как Старая Земля закрыла свой сектор, изолировавшись от Колоний. И старый пройдоха Виктор свет Андреевич это прекрасно осознавал. А вот хитрый план алиенов от него наверняка ускользнул. Он больше на опыте и чутье сработал, седалищным нервом почуял. Или просто слишком хорошо изучил историю Человечества…

– А вы уверены, что накал зверства в нашей войнушке будет достаточным, чтобы пробудить Химеру? – кое-как взяв себя в руки, озвучил я очередной аргумент «против».

Пусть не думают, что я уже сдался и готов подписаться на что угодно. Врублю-ка скептика, чтобы им жизнь медом не казалась.

– Более чем, – кивнул «Грег». – Архонты за время кризиса набрались опыта, собрали информацию о противнике, плюс проверили кое-какие постулаты на практике. Поверь, чувствительности радара хватит. Тут все дело в масштабе.

– Целая планета?!

– Бери выше – система. А от звезды запитается.

– Только не говорите, что мы собираемся создать сферу Дайсона!

– Не будем, – хмыкнул «Грег», явно не пропустив мимо ушей непроизвольно вырвавшееся у меня «мы». – Ты сам все увидишь, когда запустишь трансмутацию.

– Ладно, – выдохнул я. – Допустим. Я все сделал, радар заработал. Дальше что?

– Ждем реакции Химеры, вычисляем ее местоположение. Мой юный коллега уже практически готов.

А «кэп»-то тут причем?! Ладно, язык вовремя прикусил – прокололся «Грег», как есть прокололся. Он ведь сам говорил, что колебания магнитного поля на фемтоуровне у нас куда значительней проявляются в Ноосфере. А «кэп», по сути, готовый индикатор, грубо говоря – специализированный софт, призванный обслуживать радар. Или это они меня так ненавязчиво к нужным выводам подтолкнули? Темнят ребята, ох, темнят!..

– А дальше? Как будем убивать Химеру?

– Будь терпелив, Денис, – поморщился «Грег». Такое впечатление, что от моей тупости. Или скудоумия – ведь я даже мысли не допустил, что с незваным гостем можно обойтись как-то иначе, только убить. Короче, деза прошла. – Мы будем действовать последовательно. Если не сумеем запустить монтаж радара, последующие телодвижения потеряют смысл. Так что пока мы придержим информацию.

– Да вы не просто уроды! – выплюнул я. Надо же соответствовать образу эмоционально неуравновешенного типа. – Вы хитрожопые уроды!

– Не время для эмоций, Денис. Ты принимаешь наше предложение?

– А куда я на хрен денусь?!

– Вот и договорились… – «Грег» неторопливо выбрался из кресла, дотронулся до «кэпа», и тот вдруг распался на облако искр, моментально втянувшихся в ладонь Охотника. – Мой молодой коллега должен настроиться на процесс, прошу его извинить.

– Что за процесс? – нарочито неохотно поинтересовался я. Вряд ли, конечно, ответит, но попытка, как известно, не пытка.

– Он будет выступать в качестве детектора колебаний некроэнергии в Ноосфере. И одновременно будет координировать работу радара в физическом пространстве, – пояснил «Грег». – Я же говорил, что за время Эпохи Заката Архонты многому научились.

– Так Элва, вернее, то, во что она превратится – всего лишь усилитель сигнала?

– Именно. Плюс средство… пусть будет триангуляции. Этот термин более-менее полно описывает процесс вычисления координат цели.

– Еще какие-то условия есть? Ну, там, численность флотов в какой-нибудь заварушке, количество одномоментно убиенных?.. Нет?..

– Пойми, Денис, ничего личного, – обернулся уже было шагнувший к двери каюты Охотник. – Простая арифметика. Лучше потерять один разумный вид, и сохранить не только энное количество других, но еще и среду их обитания, чем рискнуть всей галактикой. Также могу тебя уверить, что лично ты даже в случае самого неблагоприятного исхода получишь шанс на вечное существование.

– Вот уж увольте! – Я уставился в изменчивое «лицо» Охотника в безуспешной попытке перехватить взгляд отсутствующих глаз. – Предпочитаю разделить судьбу своего вида. Нет никакого желания влиться в мультиличность типа вас.

– Да у тебя и не получится, – начал откровенно забавляться «Грег». Видать, уверился, что я у них в кармане. – Понимаешь, здесь и сейчас сложилась уникальная ситуация. Обычно в таком обширном пространстве, как целый рукав спиральной галактики, обитает значительное количество разумных рас. В среднем от ста тысяч до миллиона. И даже в этом случае сферы влияния отдельных видов расположены достаточно далеко друг от друга, чтобы та или иная цивилизация не встретила братьев по разуму за всю активную фазу космической экспансии. Впрочем, ваша галактика и в этом показателе аномалия – на момент появления Химеры вышедших в большой космос видов в рукаве Ориона насчитывалось около тридцати тысяч. Да-да, не удивляйся, Человечество с подачи Бродяг освоило всего лишь около одной десятой Наследия.

– Я думаю, было больше, но множество поселений либо не выжило вовсе, либо не развилось до статуса Колоний. Плюс во многих местах поселенцы одичали.

– Это как-то меняет статистику? – «Грег» характерно нагнул голову, и, несмотря на отсутствие глаз и прочих частей лица, сложилось полное впечатление, что он иронично вздернул бровь.

Все-таки поразительно точно эти долбаные гешпенсты ухватили суть наших эмоций! Или лично моих? Н-да уж…

– Так вот, возвращаясь к нашей безрадостной действительности. Даже при самом неблагоприятном развитии ситуации с Химерой погибнет лишь ваш вид. Люди. С разных планет, из разных систем, с разных концов рукава Ориона, где-то диких, где-то сверхразвитых… но все это будут люди. И я, если честно, пребываю в растерянности – все случаи зарождения Охотников, свидетелем которых я был, подразумевают… э-э-э… спрессовывание «энергии разума» отдельно взятой расы в групповую личность популяции, и уже совокупность этих групповых личностей сплавляется в единое целое, образуя мультиличность Охотника. В вашем же случае предпосылки для создания групповой личности популяции есть, а вот мультиличности… а с другой стороны, будет весьма любопытно пообщаться с Охотником-моноличностью. После полутора миллионов лет обитания в информационной оболочке Вселенной так редко удается встретить что-то по-настоящему новое!

– Да вы хренов маньяк! – с удовольствием припечатал я собеседника. А чего стесняться? Мне, можно сказать, прямым текстом судьбу описали, причем очень незавидную. И чего терять, собственно?

– Есть немного, – даже и не подумал смутиться «Грег». – Но ты, Денис, должен осознать, что в случае глобальной катастрофы просто обречен стать Охотником. Это на самом деле не так уж и плохо, открывается множество новых горизонтов, появляется море возможностей по познанию мира. Все знания всех рас, существовавших в зоне ответственности чуть ли не со времен Большого Взрыва, будут тебе доступны… в потенциале, естественно. Даже в Ноосфере ничего не дается даром, для того чтобы получить искомое, необходимо приложить усилия, пусть и исключительно мысленные. Впрочем, не мне тебе говорить, что порой думать куда тяжелее, чем работать физически. ТЫ БУДЕШЬ СУЩЕСТВОВАТЬ ВЕЧНО!

Вот придурок, право слово. Нашел, чем соблазнять. Сам-то небось уже с катушек съехал, хотя разменял «всего лишь» полтора миллиона лет. Да и чего ради я должен стремиться к вечному существованию, которое жизнью не назовешь при всем желании? Вот именно, нет такой причины. Плюс цена вопроса. Хрен с ними, с людьми в целом – в массе своей они все же сволочи и мрази. Но готов ли я пожертвовать родными? Матерью, братом, папенькой, будь он неладен? Тренером дядей Колей? Асти? Алиской? Арти и дядей Петей?.. Кэпом с Грегом – настоящими? Черт, да любым абсолютно незнакомым ребенком из числа тех, что носятся как угорелые по коридорам космических станций типа той же STG-5? Правильный ответ – нет. Не стоит оно того. Так что не дождетесь.

– Вы это сейчас мне зачем говорите? Пытаетесь перетянуть на темную сторону силы?

– Что, прости?

– Я говорю, на фига вы меня вечной жизнью соблазняете, когда буквально несколько минут назад вербовали для борьбы со всеобщей угрозой? Как-то это непоследовательно с вашей стороны.

– Разве? – «Грег» на миг задумался. – А ведь верно! Стареем, видимо. Не обращай внимания на старческое брюзжание, Денис. Сосредоточься на текущей задаче. Сейчас мы вернем тебя в виртуальную реальность системы управления Элвой, и ты сможешь реализовать трансмутацию. На этом этапе мы помочь не сможем, берегись противодействия. Скажу только одно – твой искин уже нащупал правильный алгоритм действий. В критический момент напомни ему об этом. Готов?..

– Куда?! У меня еще куча вопросов!

– Например?

– А Бранку вы так же уговаривали?

– Практически. Мы ведь по-прежнему в Ноосфере, мы имеем в виду, глобальной. А здесь, в локальной системе, лишь наши информационные щупальца. Их мы можем отрастить множество, ограничивает лишь пропускная способность канала между глобальной информационной оболочкой и местной виртуальностью. Так вот, ее нам переубедить не удалось. Впрочем, как и нейтрализовать – в ее распоряжении находится специализированный инструмент, созданный Архонтами для управления Элвой.

– Да я уже понял…

– В таком случае действуй! – «Грег» раздраженно отпихнул в сторону так и висящего посреди каюты цифрового Бадди и щелкнул пальцами…

Точно! Вот же что еще меня гложет!

– А Бадди вы зачем оцифровали?!

– Это сейчас так важно?

– Естественно! Он же мой друг! К тому же питомец капитана Иванова. Он меня на борт не пустит, если я без пса вернусь.

– Хм… пожалуй, из гуманистических соображений, – после краткого раздумья выдал Охотник. – Подробностей? Изволь. Сначала мы не собирались, но твой пес случайно наглотался порченой протоплазмы спеков, и в его организм попали функциональные единицы, которыми пользовался Коулмэн. Ну и Бранка тоже. Развилось токсическое поражение, но ты и сам это прекрасно видел… а потом мы обнаружили в нем твои функциональные единицы, причем с более крепкой связью с искином по имени Зевс, чем у тебя в организме. Перехватывая управляющие сигналы искина, мы сумели усвоить шифр, локализовали частотный диапазон и подключились к наномашинам. А дальше ты знаешь – сепсис зашел очень далеко, и мы решили восстановить организм пса. Когда все ткани его тела были замещены аморфеумом, мы получили почти идеальный интерфейс для вербальной связи с тобой – пес ведь тебе помог в виртуальности? И от него ты не закрывался, потому что не опасался. Это тоже сыграло нам на руку в процессе расшифровки твоего понятийного аппарата и эмоциональной сферы. Ну и захотелось просто сделать тебе приятное, тем более что нам это ничего не стоило. Твой пес, если начистоту, уже старый, радикальное обновление организма ему совсем не повредило.

– Н-да… спасибо?..

– Ты не рад?

Охренеть как. Оставить капитана в счастливом неведении мне не позволит совесть. А тому она же не позволит пустить на борт потенциально опасный объект крайне сомнительной природы, к тому же с очень даже вероятной информационной «закладкой» в невеликом собачьем мозгу. Нафиг. Проще сразу отказаться.

– Рад, но… пожалуй, оставьте Бадди здесь. Извини, чувачок…

Бадди, мгновенно нарастив на цифровой каркас реальный облик, растянул пасть в жутковатой ухмылке и вывалил язык, типа, ладно, чего я, без понятия что ли?

– У тебя все, Денис?

Да вроде… или нет? Свербит по-прежнему… точно!

– Э-э-э… вы вот тут вечное существование сулили… вы же не хотите сказать, что я избранный?

– А какой же еще? – ухмыльнулся «Грег». – Самый настоящий. У тебя есть ИНСТРУМЕНТ, которым ты завладел с немалым риском. Причем, сам того не сознавая, всю предшествующую жизнь готовился именно к этому. И у тебя есть ОРУЖИЕ…

– Где?!

– …которым ты завладел благодаря тому, что сумел обуздать ИНСТРУМЕНТ и к тому же расширить его функциональные возможности. Остался всего лишь один шаг – найти ОПЕРАТОРА…

– Чего?! Бредишь, что ли?!

– …и ты сможешь успешно завершить миссию. Тебе сейчас кажется, что мы несем бред, но поверь – очень скоро ты и сам все поймешь. Просто всему свое время.

– О господи… за что мне все это?..

– А ты думал, тебе повезло? – Охотник вернул истинный облик Грега Слоуна и подмигнул мне: – Хватит валять дурака, молодой человек. Иди и сделай, что должен. И не подведи нас, Денис!

– А…

Договорить я не успел – «Грег» развернулся ко мне спиной, и в этот момент апартаменты-люкс вместе со всеми обитателями и обстановкой обратились в потоки математических символов на фоне непроницаемой черноты…

…внутренняя сущность передана на удивление верно – здоровенная огненная лисица с оскаленной пастью и десятком хвостов. Оборотень-кицунэ. И ведь не постеснялась с размером, я вам скажу! Настоящий монстр, три-четыре моих роста в холке, если на глаз. А пасть такая, что проглотит и не поперхнется. А у меня и автомата нет… а от короткоствола толку, что с козла молока. Как сейчас налетит, как врежется плечом! Или, того хуже, пастью поперек туловища прихватит, челюстями клацнет – и вместо одного Дениски будет два. Урезанных ровно пополам. Не, так не пойдет! Чего-то я расклеился после общения с Охотниками… и то сказать, только сейчас осознал масштаб их личностей – это надо же, сразу несколько сотен, если не тысяч, спрессованных сознаний популяций! Да у них вычислительной мощности должно быть в миллионы раз больше, чем у Зевса или даже у его материнского ядра! И это, должен признать, несколько подавляет… все, Дэн, очнись! Кицунэ уже близко! Вот что бы сейчас сказал тренер дядя Коля? Ну, для начала обозвал бы как-нибудь обидно, а потом велел заткнуться и работать. Чем не совет, кстати? А у меня и инструмент подходящий имеется…

Выход на первую ступень «защиты девяти слогами» дался необычайно легко – даже дзюмон произносить не пришлось, равно как и сплетать пальцы в соответствующую фигуру кудзи-ин. Только подумать обо всем этом успел, как ощутил необычайный прилив уверенности в себе – ступень «рин» в действии. Да и руки начали наливаться неестественной силой, в которой я чувствовал отголоски ОРУЖИЯ из глюков, тех самых, что ловил во время схватки с зараженным «номерным». Жаль только, что все мои усилия пропали втуне – я элементарно не успел подготовиться к удару.

Как я и предполагал, Бранка не стала заморачиваться и просто снесла меня тушей, отшвырнув на… а фиг его знает, на сколько. Может, на десяток метров. А может, и на десяток парсек – это же виртуальность, тут всякое возможно. Хотя, судя по тому, что грохнулся я на отменно твердую растрескавшуюся глину, разраставшийся вокруг кицунэ кусок пустоши успел и до меня добраться. Так что точно не парсеки, что-то поскромнее. И ведь больно, блин! Думал, хотя бы в виртуале шишек не набью, но в очередной раз прогадал. Мало того, что спиной хорошенько приложился, так еще и перекатился несколько раз по инерции, чудом не отбив локти. Наверное, вшитая в комбез защита помогла.

Сумев, наконец, затормозить вращение, я кое-как поднялся на ноги и огляделся. Периферийное зрение не подвело – я еще на лету сумел оценить обстановку, причем на сей раз довольно адекватно, и сейчас получил этому подтверждение: лиса-оборотень, отправив меня в полет коротким касанием, сама просвистела мимо и как раз оттормаживалась, упершись всеми четырьмя лапами в рассохшуюся почву. Пылищи, естественно, подняла целые столбы, но, к сожалению, не настолько большие, чтобы те перекрыли ей поле зрения. Так что не только я видел Бранку, она меня тоже мгновенно засекла, едва сумела развернуться, попутно взметнув хвостами еще одно пыльное облако.

Блин! Промашечка вышла! Надо срочно что-то делать… ступень «рин» активна, сила чуть ли не бурлит в руках… теперь бы ее еще в нужное русло направить! А посему очередной дзюмон, пальцевая фигура «дайконго» (на сей раз по всем правилам, благо время позволяло) – готово! Вторая ступень «защиты девятью слогами», сиречь «хэй», позволяла более эффективно использовать энергию тела, полнее слиться с тем, что тренер дядя Коля именовал «ци» в полном соответствии с китайским каноном. Здесь и сейчас, с учетом виртуальности, я ощутил ее действие как вырвавшуюся за пределы тела ауру… или даже некое подобие силового поля, а кулаки неистово запылали. И я ничуть не преувеличиваю – именно неистово. Точно говорю. Плюс ко всему мое виртуальное воплощение заметно подросло – если не сравнялось с кицунэ, то и не сильно теперь уступало. Я бы сказал, разница в три-четыре весовых категории, не больше. По сравнению с первой сшибкой очевидный прогресс.

Изображать сумоиста, то бишь нестись врагу навстречу в надежде смести сшибкой грудь в грудь (или, что вернее, пузом в пузо), я постеснялся. Вместо этого встал поудобнее, почти что в буквальном смысле слова пустив корни в иссохшую глину, и встретил Бранку мощным крюком слева. Сначала хотел впечатать классический чун-цюань, но она что-то заподозрила и умудрилась на последнем десятке метров замедлиться и даже попыталась распахнуть пасть… но на этом успехи обортня-кицунэ и закончились: избежав цуки, лисица словила полновесный хук в нижнюю челюсть. Голова ее мотнулась вправо, навстречу еще одному крюку, отрикошетила от кулака, насадилась на хук слева… а потом челюсти оборотня оглушительно клацнули, пронзив клыками вывалившийся язык. Апперкот у меня вышел на загляденье – зверюгу аж подбросило, по крайней мере передние лапы от земли точно оторвались. Останавливаться на достигнутом я, естественно, не стал, и добавил размашистую вертушку. Попал удачно – пяткой в основание нижней челюсти, и в результате и без того нетвердо держащуюся на лапах Бранку просто снесло – совсем как меня несколькими мгновениями ранее.

Что характерно, ясности рассудка девица не потеряла – вместо того, чтобы снова сломя голову ринуться в схватку, она предпочла повторить мой же маневр: заметив, что я не тороплюсь ее догонять и добивать, перекатилась несколько раз, разрывая дистанцию, и только потом утвердилась на своих четырех, все еще продолжая пятиться. Ну а что, все верно. Получил – отойди, отдышись, прикинь дальнейшие шансы. Классика.

Мне, если честно, пауза тоже пошла на пользу – я успел перейти на ступень «то», позволявшую ощутить скрытую сущность окружающего пространства, и сейчас боролся с последствиями в виде полигонального пейзажа, разбавленного строчками зеленого кода. Или синего? Черт, уже красный! Головой помотать, что ли? Не, не помогло… зато теперь хотя бы видел процессы, протекавшие в Бранкиной тушке… очень нехорошие, между прочим.

Девица удивительно быстро сделала выводы из проигранного эпизода, но весьма отличающиеся от моих. Вот я бы что предпринял, схлопотав по роже? Правильно, проанализировал собственные слабые стороны. Например, большой размер далеко не всегда гарантия победы – за массу приходится расплачиваться инерцией и малой подвижностью, что, собственно, и имело место, нивелировав природную ловкость, присущую лисице. Что делать? Избавиться от излишков, опуститься на уровень оппонента, раз уж не получилось задавить массой. А она что? Да шаблон она мне порвала, вот что! Принялась уплотнять ткани, увеличивая массу… и одновременно перевоплощаясь из оборотня-зверюги в оборотня-меха, то бишь здоровенного робота с анималистичным дизайном. У механизма быстродействие всяко больше, потому что нет нужды прогонять нервные импульсы по мышцам, равно как и беречь последние от разрыва. Логично, блин. Вот только мне от этого не легче.

Таким вот невеселым думам я и предавался, наблюдая, как аватар Бранки увеличивался все больше и больше, преобразуя шерсть в металлическую чешую, пасть в огромную воронку с чем-то пылающим в жерле, а лапы в когтистые суставчатые опоры боевого робота. Сдюжим как-нибудь, впервые, что ли?.. Я, если разобраться, тоже тот еще читер. Хотя, если начистоту, мой чит похилее будет, чем ее нейроинтерфейс с прямым доступом к системе управления планетарной сетью. Так что тоже будем рвать шаблоны, чем мы-то хуже? Приняв это судьбоносное решение, я начал поглощать энергию из, фигурально выражаясь, тверди земной, то есть попросту перенаправил электрические импульсы, формирующие двоичный код виртуальной реальности, с отрисовки пустоши на отрисовку собственной тушки. Сейчас, когда я «видел» куда глубже банальных текстур, это труда не составило. Правда, процесс шел относительно медленно – к тому моменту, как Бранка завершила трансформу и снова ринулась на меня, «подрасти» удалось лишь вдвое. Про наращивание массы и вовсе молчу, по сравнению с бронированным монстром я был примерно как волейбольный мяч перед стеной. Оставалось надеяться на силу и скорость, что, как учил все тот же тренер дядя Коля, всегда предпочтительней раздутых габаритов. Заодно, кстати, активировал следующую ступень – «ша», которая дополнила уверенность в себе и собственных силах еще и пробужденными внутренними ресурсами организма. Нечувствительность к боли сейчас особого значения не имела, а вот обострившаяся реакция очень даже пригодилась. В этом состоянии, помнится, на Объекте-357 я одну из «циркулярок» на ходу обычным ножом сбил. И сейчас не оплошал – отпрыгнул из-под самого носа механического монстра, который на сей раз вознамерился меня поджарить чем-то вроде напалма. А может, и струей высокотемпературной плазмы. Не суть, в общем.

Главное, ушел удачно. На языке карате мой маневр назывался тая-сабаки, то бишь резкое смещение с линии атаки в сторону с разворотом к противнику, а в боксе он же был известен как сайдстеп. На сей раз бить Бранку я не стал, вместо этого вцепился в чешуйчатую шкуру раскалившимися до состояния плазмы пальцами, продавив-проплавив несколько чешуек, и одним движением забросил собственное тело на загривок механическому чудовищу. И все это на ходу, прошу заметить! Рывок получился просто адский, удержался буквально чудом, благодаря второй руке, пережавшей локтевым сгибом шею монстра. Лисица-мех, почуяв на собственной хребтине постороннего, подпрыгнула, извернувшись в воздухе, и шмякнулась спиной (то бишь в основном конкретно мной) на твердокаменную глину, но желаемого результата не добилась. Я лишь еще крепче стиснул руки, передавив жерло с напалмом, и Бранка захрипела, выплевывая огненные сгустки и клубы дыма. Впрочем, сдаваться она не собиралась – буквально через мгновение я ощутил, как угловатое тело подо мной потекло, меняя форму… и уже в следующий миг мы взмыли над пустошью – я и традиционный китайский дракон, которого я сжимал в объятиях…

М-мать!.. Вот это у дамочки фантазия! Или это как раз моя разыгралась, визуализируя соответствующим образом мои представления о происходящем? Впрочем, какая разница! Есть дело поважнее – выход на следующую ступень «защиты девятью слогами». Уровень «кай», пробужденный заклинанием-дзюмон и мысленно воспроизведенной соответствующей пальцевой фигурой, одаривал практикующего древнее искусство обостренной чувствительностью на любую опасность, что сейчас было актуально, как никогда. Но, увы, кроме перспективы навернуться с очень значительной высоты (Бранка времени зря не теряла) на все ту же прожаренную неизвестным светилом пустошь с отменно твердой глинистой почвой, иных угроз я не ощущал. Даже боязнь высоты не проявилась, что странно.

Ладно, что с обстановкой в целом? А все по плану – свист ветра в ушах, там же рев дракона, плюс слезящиеся глаза. Вот ведь зараза! Мало тащит меня куда-то, так еще и умудряется параллельно окружающее пространство «материализовывать», разумеется, в рамках дозволенного виртуальностью. Надо полагать, чтобы мне скучно не было. Чертова девица! Куда летим-то? Куда-то вверх, точнее не определить. А вот что уже высоковато забрались, я и сквозь слезы видел. Н-да. Шею свернуть дракоше? Так навернемся же… остается лишь расслабиться и получать удовольствие. И заодно активировать следующую ступень кудзи-госин-хо – «дзин».

Сработало, надо же! Причем сработало нештатно – если раньше я на этом уровне просто точнее распознавал нюансы поведения людей и реагировал на их действия уже в начальной фазе (в основном в бою, конечно), то сейчас виртуальность Архонтов преподнесла сюрприз: я в буквальном смысле ощутил намерение Бранки. Это вряд ли можно было назвать телепатией, и даже на эмпатию не тянуло – никакой конкретики, даже обрывков мыслей я не улавливал. Но в единый миг обрел уверенность, что девица-дракон, отчаявшись избавиться от меня посредством грубой силы, избрала новую тактику – вырваться за пределы некоего «пузыря» и запустить трансформу планеты, пока я окончательно не спутал все карты. «Пузырем» она, по всему судя, ощущала локальную область виртуальности, в которой на время разборки нас заперли Охотники, сиречь гешпенсты, если воспользоваться терминологией преподобного Коулмэна. Оное локальное пространство помимо защитной функции (остального вирта от нас двоих, надо полагать) выполняло еще и функцию своеобразной установки радиоэлектронной борьбы в приложении к условиям кластера Ноосферы Архонтов, то бишь обрубало канал передачи данных от «короны»-интерфейса Бранки к системе управления. Я, кстати, тоже ее действие на собственной шкуре ощутил – связи с Зевсом как не было, так и нет. Так что пусть ее вырывается, это и мне выгодно.

Время, казалось, застыло на месте – условия не менялись, по-прежнему в ушах свистел ветер, а в глазах стояли слезы, так что ориентироваться становилось все труднее и труднее. Оставался лишь один вариант, никогда толком не срабатывавший на практике, но здесь, в виртуале… мне даже стало любопытно, и я затянул дзюмон, соответствующий ступени «рэцу», одновременно с этим представив фигуру «тикэн». Что характерно, сработало, причем именно в тот момент, когда Бранка-дракон достигла-таки цели и с разгона прошибла головой силовой барьер, осыпавшийся с отчетливым стеклянным звоном. Больше никаких спецэффектов не было, но пространство, в которое мы вырвались, от «пузыря» отличалось принципиально – я сразу же ощутил присутствие Зевса. Вот только сказать ему хоть что-то не получилось: время в разы замедлилось, а внутренний взор разом охватил пространство-время во всех направлениях, породив колокольный набат в голове. И с каждым ударом в памяти проносились лавины взаимосвязанных событий, мелькали, не позволяя вычленить отдельные компоненты, но оставляя взамен видение целого. Такое впечатление, что мой мозг перешел в режим суперкомпьютера. И теперь, кажется, я понял, как протекает мыслительная деятельность у Зевса… ну и кое-что еще заодно. Просто повторно прогнав в уме разговор с Охотником и зацепившись за одну оговорку. А может, наоборот, недомолвку. Теперь бы еще с искином догадкой поделиться… черт, как же мешает эта липкая паутина, заменившая собой нормальный бег времени! Вот бы ее убрать!..

Сказано – сделано. И этому меня в свое время учил тренер дядя Коля, ага. А если конкретней, то я просто представил, как время вернуло присущую ему скорость. И оно… вернуло. Рывком, как это обычно и бывает. И я ощутил всю прелесть свободного полета верхом на обезумевшем драконе, ревущем теперь как минимум в три горла и заметно сбавившем скорость. А еще осознал, что вот оно – теперь или никогда. И сам заорал, едва не заглушив Бранку:

– ПРИ-И-И-И-И-О-О-О-О!..

Почему-то я был уверен, что Зевс меня слышит. Лишь бы понял правильно. А вот с этим проблемы, потому что дракон, достигнув высочайшей точки траектории, в полном соответствии со всемирным законом притяжения (равно справедливым как для Старой Земли, так и для Элвы, даже виртуальной) начал падать. Естественно, набирая скорость.

В этой переломной точке я тоже сумел себя перебороть, и выдавил очередную порцию информации:

– …РИТЕ-Е-Е-Е-Е-Е!..

Повторно зазвенел под тушей дракона «пузырь», на сей раз пробитый филейной частью монстра, и тут же сомкнувшийся над нашими головами, и я уже из чистого упрямства доорал:

– …е-е-е-е-ет!!!

Ф-фух, ушел месседж! Теперь вся надежда на Зевса. Фиг знает, что там Бранка успела нахимичить, пока у нее связь с системой управления была. Остается надеяться, что я правильно расшифровал намек Охотника. Ну и столь же призрачная надежда на благополучное приземление – Бранка, такое впечатление, все-таки задалась целью грохнуть меня путем роняния на твердый грунт. И с этим надо что-то делать, причем срочно. А вот что именно – сейчас придумаем. Главное, чтобы ступень «сай» активировалась…

Активировалась. Кто-то там, наверху, услышал мои мольбы и щедро одарил. Ну а как еще, кроме как щедрым даром, можно было назвать то состояние всеведения, в котором я сейчас пребывал? Черт, придумал как – проклятьем. Ибо нет ничего хуже, чем осознавать себя песчинкой, полностью зависимой от воли ветра или океанской волны, набежавшей на берег. Пешкой в чужой игре, разменной монетой в грандиозной биржевой афере, пушечным мясом, призванным сберечь ценой собственной жизни столь нужные командованию резервы – вариантов масса. Естественно, я взбеленился. И в результате прозрения, и просто от обиды, потому что здесь и сейчас я окончательно убедился, что за всеми моими злоключениями стояли они, Охотники. Мало того, все беды моей цивилизации проистекали из их же планов, которые они разработали задолго до рождения моего поколения… да что там моего, деда моего деда еще в проекте не было! Так они же теперь нас же, то бишь Человечество, подписали на чудовищно неблагодарную работенку, вне зависимости от качества которой нашему виду придется несладко. По сути, спровоцировали грандиозную войну, до которой Второй мировой как от Элвы до Нового Оймякона пешедралом! И мы вот так вот спокойно должны им это спустить? Я должен им это спустить?! Да хрен там!!! На этот раз вы сами себя перехитрили, Охотнички! Сейчас, активировав восьмую ступень кудзи-госин-хо, я, по сути, напрямую подключился к Ноосфере. Мало того, перехватил канал передачи данных от Охотника, который визуализировался в виде толстенного пульсирующего шланга, вросшего в стенку «пузыря», скрывавшего нас с Бранкой. Более того, я отчетливо представлял, как эту пуповину порвать… ведь стоит лишь захотеть… представить…

М-мать!!! А вот этого я не ожидал – видимо, разогнанная нервная система, подстегнутая вычислительными мощностями Ноосферы, резко пошла в разнос… или вышла в резонансный режим с вибрациями информационного поля (назовем их так для краткости, да и для красного словца тоже), но только «пузырь» вдруг резко исторг меня в окружающее виртуальное пространство и отлетел как минимум на парсек-другой… или это меня так нехило зашвырнуло? Хотя какая разница? Суть в том, что я перешел на иной уровень восприятия, охватив сознанием не только ту область виртуала, что выделили нам с Бранкой Охотники, но и окружающий объем примерно на два порядка крупнее. С этой «высоты» энергетический «шланг» превратился в волосок, а сам «пузырь» оброс этаким редковатым ворсом, сходящим на нет на некотором удалении от его стенок. Любопытно…

Повертев в задумчивости головой, я обнаружил вокруг множество подобных «пузырей», отличавшихся размерами и густотой ворса, а еще неожиданно вычленил нечто вроде бездонного колодца, заполненного непроглядной тьмой, и злорадно осклабился – попались, голубчики! Уж не знаю, чего вы тут намудрили, но явно переборщили с имитацией бога, и уж тем более зря дали мне к ней доступ. Ведь чего мне сейчас стоит пригладить ближайший «пузырь» на манер кошачьей спины? Правильно, ничего. Что в этом случае произойдет с энергетическими каналами разъяснять, я думаю, излишне. Хотя дались мне эти «пузыри»! Я ведь могу просто взять и «залепить» колодец, смяв или обрушив его края! И хрен вам тогда, а не доступ к Элве! Попробуйте выбраться к нам из Большой Ноосферы! А потому что нефиг. Мы разумные существа, и мы сами вправе выбирать свою судьбу! А ну-ка!..

Стенка «колодца», как я и предполагал, завибрировала от легчайшего прикосновения, и я удовлетворенно улыбнулся. Все-таки приятно, когда оказываешься прав! И тут уже даже не злорадство, тут на первое место выходит незамысловатое словечко «должен». Я должен показать этим выскочкам, что они неправы. Не ошибаются, а именно неправы. В той части замысла, когда втянули в свои планы людей и заставили их играть втемную. Такое не прощают. По крайней мере, папенька меня именно так учил. Да и тренер дядя Коля ему в такие моменты непременно поддакивал. Так что получи, фашист, гранату!!!

Кулак, сейчас больше напоминавший миниатюрную звезду, окутанную протуберанцами, пошел на замах… но в этот момент чернота в колодце заколыхалась с удвоенной силой, пошла мелкими воронками и более крупными завихрениями, за долю секунды сформировав умильную бульдожью морду, вывалившую язык и осклабившуюся в чудовищной ухмылке… и я бессильно уронил руки. Все предусмотрели, сукины дети! Но вот Бадди я вам не прощу… и не забуду. Но и руку на него поднять не смогу. Пусть хоть так, но существует чувачок. К тому же дружески настроенная лично ко мне и к некоторым иным членам экипажа «Молнии» планета с искусственным интеллектом и сверхсущностями из Большой Ноосферы в загашнике точно не помешает. Цинизм во мне проснулся, ага. А еще расчетливость и меркантильность, что тщетно пытался выпестовать дражайший папенька. Так-то я сопротивлялся, совершенно справедливо полагая, что в этом случае превращусь в его копию, но теперь сорвался. Скорее всего, просто повзрослел…

…родной «пузырь» прыгнул навстречу, я в очередной раз пробил собственным телом его стенку и вновь осознал себя привычным Дэном, в руках которого что-то… или кто-то?., отчаянно трепыхалось. Точно, дракон! Вернее, Бранка в образе дракона. И мы по-прежнему падали… черт! Что делать, что делать?! Пустошь внизу даже на вид отменно твердая и неприветливая. Сейчас как грохнемся, и только брызги во все стороны! Пораскинем мозгами, только не в том смысле, к которому я привык, а в самом прямом. И то, что дело происходит не в реале, принципиально ситуацию не меняет. Какие еще варианты? Ну, можно попытаться воздействовать на окружающую виртуальность, пока прямой канал связи с Ноосферой не прервался. Сейчас-то, понятно, осетра я уже урезал и даже не помышлял накостылять Охотникам, но поменять что-то внутри «пузыря» – почему нет? Вот только в голову ничего не приходило, кроме как организовать в районе падения озерцо достаточной глубины. И я даже попытался реализовать этот план, но моментально выяснил, что глинистая пустошь не очень-то торопится реагировать на мои приказы. Вернее, котловина сформировалась едва ли не по мановению руки, а вот воды в ней не оказалось. Наверное, потому, что Бранка в данной локации ее наличия не предусмотрела. А мне искать кусок кода, ответственный за «естественную» влагу, оказалось не с руки, да и время поджимало.

Ну и ладно. Раз не получается изменить окружающую среду, значит нужно – правильно! – изменить самого себя. В виртуальности, да еще и на уровне «сай» власть над телом была практически абсолютной. Я, например, мог сейчас разделиться на отдельные молекулы и спокойно приземлиться в виде туманного облака всех цветов радуги. Чем, собственно, и занялся… но снова не преуспел. Элементарно не хватило времени. Все, что я сделал – преобразовал все ткани в аморфеум, благо цифровой «слепок» последнего содержался в базе абсолютно всех окружающих объектов. В том числе и той самой иссушенной глины, хе-хе. Снова сами себя переиграли, балбесы. Теперь главное со свойствами не переборщить, чтобы не превратиться в подобие резинового мячика – совершать еще несколько полетов вверх-вниз с уменьшающейся амплитудой не было никакого желания…

…я ведь уже говорил, что Бранка умная? Нет? Ну вот сейчас говорю. Как минимум, не дурнее меня оказалась, поскольку тоже сообразила преобразовать тело. Я это не только «видел» в строках кода, но и ощущал в поле намерений благодаря активированной ступени «дзин». Правда, я так и не понял, что ей мешало обратиться к исконно драконьей способности летать, скорее всего, понимала, что в этом случае от меня не отделаться. А я ведь по-прежнему сдавливал ей горло… точно! Возможно, она элементарно запаниковала от недостатка кислорода… это в виртуальности-то? Тогда виртуального кислорода! Ну что за дурацкие мысли в голову лезут? И ведь так вовремя!..

Пустошь приняла нас в свои гостеприимные объятия внезапно – я отвлекся на посторонние мысли, связанные с некой рыжей девицей, и упустил из вида момент касания глинистой почвы. Удар получился что надо, и мое аморфное тело (в самом прямом смысле слова аморфное) расплескалось по глине этакой здоровенной кляксой характерной формы в виде гипертрофированной человеческой фигуры. Больно не было (спасибо, ступень «ша»!), но остальные ощущения оказались… странными. Мало того, что раньше мне как-то не довелось существовать в виде тонкой пленки с отпечатавшимися трещинами, так меня еще и с Бранкой перемешало! Совсем как в старинном фильме про безумного ученого, который, экспериментируя с телепортацией, умудрился смешать свою ДНК с ДНК мухи, случайно оказавшейся с ним вместе в одной кабинке. Только там мужик растянул удовольствие, а нам с девицей пришлось выяснять отношения незамедлительно. Вернее, Бранка тут же попыталась меня поглотить, пользуясь преимуществом в массе и габаритах. На макроуровне это почти никак не отразилось – клякса и клякса, по всей площади одинаково черная. А вот на более глубинных слоях веселье шло вовсю: каждую каплю аморфеума, составляющего мое тело, облепили минимум три таких же, но уже Бранкиных. И пытались растечься по поверхности, сомкнувшись краями. Надо же, мне всегда было интересно, как выглядит процесс питания амебы. Вот, сподобился наконец. Только радости никакой, потому что помимо «физической» угрозы (насколько вообще этот термин правомочен по отношению к виртуальности) девица источала угрозу ментальную – благодаря активированной ступени «дзин» я по-прежнему ощущал ее намерения. И даже попытался дать сдачи, внушив мысль, что я все-таки ей нравлюсь и вообще нормальный парень. Правда, обломался – неудачное направление выбрал. Надо было или на жалость давить, или на меркантильность. Типа, лучше взять меня в плен, чем убить или поглотить разум. Последнее вообще крайне сомнительный вариант – с чего она решила, что проглотит меня и не поперхнется? Очень даже зря, вполне может получиться как в известном анекдоте, когда мелкий пудель убил мастифа. Как? Да элементарно: мастиф им подавился. Ну не получилось, так не получилось. Зато наконец-то сработал уровень «дзэн», в виртуальной реальности наделивший меня не условной, а самой настоящей невидимостью, причем не только физической, но и ментальной.

Бранка, вознамерившаяся уже праздновать победу, застыла в замешательстве, чем я и воспользовался, буквально выскользнув из-под нее этаким полноводным потоком, только из шариков аморфеума. Разорвав дистанцию, собрался в кучу и застыл в боевой стойке, сверля врага насмешливым взглядом, на который Бранка среагировала стандартно, то бишь наконец вернула себе человеческий облик и отзеркалила мою позу, явно приглашая к драке. Ну вот, совсем другое дело! Почему бы и не доставить даме удовольствие, тем более такое специфическое? Опять же, новый опыт… понеслась, короче!..

Очередное сближение на высоких скоростях (какое по счету, третье?) должно было закончиться той самой сшибкой грудь в грудь, если, конечно, кто-то не успеет выбросить встречный удар… но когда между нами оставалось уже шагов пять, не больше, пустошь задрожала, распалась на отдельные клочья, подозрительно похожие на строки кода, и окончательно испарилась, исторгнув нас обоих за пределы «пузыря»… в Большую Ноосферу? Или?..

Глава 9

Система HD 97126,

дикая территория, планета LV-427 (Элва),

14 октября 2138 года, день

…как оказалось – или. Мы вылетели из виртуальности на манер известных пробок, и вывалились из черной сферы, распластавшись на каменном полу. Хорошенько приложившись, между прочим, и локтями, и коленками. Ладно хоть подбородком не воткнулся, удержал голову. А вот с конечностей кожу содрал… стоп! Это как это?! Я же отчетливо помню, что лежал на спине под сферой! Почему я из нее выпал?! Затянуло, как Бадди? Получается так. Ладно, допустим. Но я же в боевом комбезе был! Ну и где он?! Да я вообще, походу, голый! Стыдоба-то какая… фиг с ним, с Маком, но перед Бранкой светить телесами абсолютно не хотелось. Не настолько мы с ней близки, и, смею надеяться, никогда не будем. Хотя… не, хватит мне и собственных двух девиц! С третьей, да еще и с откровенно враждебно настроенной к Колониальному союзу в целом и к каждому его отдельно взятому представителю в частности, они точно не уживутся. Кстати, а где она?..

Противница моя обнаружилась буквально сразу, стоило лишь отвести взгляд от пола. Пребывала она почти в таком же состоянии, только, в отличие от меня, все ее тело покрывала блестящая черная пленка – тончайшая, чуть ли не в одну молекулу толщиной, совершенно не скрывавшая анатомических подробностей. Из-под растрепанных волос выглядывала интерфейсная «корона», на губах играла кровожадная улыбка, да и посматривала девица на меня многообещающе. Настолько, что я даже зябко передернул плечами – хуже нет обзавестись врагом-женщиной. Тем более такой, как Бранка. Хрен отделаешься. Тут или убивать, или… влюблять. Оба варианта, как не трудно догадаться, меня категорически не устраивали, причем второй даже вопреки симпатичной мордашке и отличной фигуре. Вот только кто бы меня спрашивал?..

Несколько мгновений мы играли в гляделки, потом почти одновременно поднялись на ноги – она элегантно, можно сказать, перетекла из коленно-локтевой позиции в боевую стойку, я же двигался неуклюже, пытаясь по мере возможностей прикрыться и от потенциального удара, и от нескромно-насмешливого взгляда. Да-да, те самые взаимоисключающие параграфы. Но очень уж мне не хотелось перед Бранкой хозяйством отсвечивать. Вроде бы уже давно от стыдливости перед бабами избавился, а вот поди ж ты! Сам себе удивляюсь: тут о судьбе Вселенной думать надо, а я вместо этого со стыда сгораю. Вот только странно, что вместе со щеками и ушами еще и левый висок и надбровная дуга горят… и под голыми ступнями что-то мягкое и теплое… черт!!!

Вот сто раз же такую фигню в фантастических фильмах видел, и все равно пересра… хм… струхнул. И ведь было с чего! Пребывавший до сего момента в относительно стабильном состоянии пол пирамиды вдруг почернел, поплыл, покрывшись мелкой рябью, и потек по мне строго вверх, по мере развития процесса покрывая однородным слоем. Сначала ступни, потом голени, бедра… не успел я испугаться еще больше, как оказался окутан аморфеумом по самые брови, а потом и по макушку. При этом парадоксальным образом не испытывал ни малейшего дискомфорта – ни в рот, ни в нос, ни в глаза и в уши аморфеум не проник. Такое впечатление, что шлем надел и дышу через фильтры. Хм… занятно. Такая же пленка, как и на Бранке. Это если по рукам судить. И мне это все равно не нравится – вон, даже волосы на предплечьях рельефно так сквозь черноту проступают… в общем, что есть эта хрень, что нету ее – без разницы. Так-то понятно, что это Архонтов штучки, так сказать, очередное Наследие, вот только мой собственный комбез меня куда больше устраивал… а тут еще и бровь печет! Такое впечатление, что боль усилилась, когда я обновку мысленно критиковать принялся… что за фигня?!

«Активность „ключа" резко усилилась».

Зевс?! Ага, есть связь!

«Сделай что-нибудь!»

«Сейчас никак, Денис. Новая форма активности, нужно время на анализ и корректировку программного обеспечения».

Да что ему надо-то?!

«Судя по визуальным проявлениям, „ключ" подает управляющие команды на слой аморфеума».

А ведь точно! Черная пленка на доступных взгляду частях тела ощутимо утолщалась, приобретая собственный рельеф и постепенно меняя цвет. Я даже поднес ладонь поближе к лицу, чтобы лучше разглядеть метаморфозу, и, надо сказать, почти ничего и не упустил, хотя процесс занял от силы секунд пять. Именно столько времени понадобилось, чтобы вокруг моего тела буквально из ничего (а если точнее, то из пола) образовался старый добрый комбез. Как кора на древесном стволе, ага. Мало того, еще и все мое снаряжение оказалось при мне, за исключением утерянного «калашникова». Ну а что? Логично. С чем в сферу запрыгнул, то она и «отсканировала». Несколько выбивалась из закономерности заново отросшая правая перчатка, но и ее можно было объяснить – например, отзеркаленной левой. Странно только, что и меня заодно сфера в распыл не пустила… или пустила?! Блин, вот теперь мне реально стремно! Неужели я уже не я, а копия, типа спека?! А мой настоящий разум по-прежнему заперт в Большой Ноосфере? Уж не это ли имел в виду Охотник, когда говорил, что я сам, добровольно к ним присоединюсь?! Твою же!!!

– Дэн!!!

Ф-фух, Мак как всегда вовремя. Если бы он меня не окрикнул, я бы однозначно на рывок Бранки среагировать не успел – той наконец надоело пялиться на метаморфозы моей снаряги. Хотя тоже ничего страшного – подумаешь, по шлему бы схлопотал. А так успел чуть скрючиться, прикрывшись блоком от ее правого хай-кика, и подбить опорную ногу банальным пинком. Очень незамысловатая защита в тайском стиле, но требовавшая отменной реакции и филигранного чувства дистанции. Или вот как сейчас, на одних инстинктах, с отключенным мозгом. Сработал на рефлексе, и точно также отшагнул, разорвав дистанцию. Впрочем, Бранка пока что о развитии атаки и не помышляла, от души приложившись спиной и затылком. Надо полагать, пленочный скафандр сыграл злую шутку – и сам оказался не способен удар погасить, и «корона» усугубила. И вообще, что-то думать моя врагиня перестала – даже шлем сформировать из того же аморфеума не сообразила. Или посчитала излишним, кто их, баб, разберет? Но, надо отдать ей должное, быстро опомнилась – обида и растерянность лишь на миг мелькнули во взгляде, сменившись решительностью пополам со злостью, и Бранка вскочила на ноги как заправский каратека – выгибом вперед, без опоры на руки. Вернее, попыталась, потому что нарвалась на встречный фронт-кик в грудь (это я опять на рефлексах отработал) и снова растележилась, повторно ударившись затылком. Больше ничего предпринять девица не успела – подоспевший Мак впечатал ей ступню в живот и практически воткнул «милашку» в лицо.

– Даже не думай, крошка!

Ну-ну… не знаю, что бы я сейчас делал, окажись на месте Бранки. Как выяснилось, пленочный скафандр Архонтов почему-то категорически не держал удар, видать, для чего-то другого предназначался, или попросту оказался слишком тонким, а мастер-рейнджер Макдугал притопнул от души – сверху вниз, с вложением массы, да еще и наверняка каблуком в солнечное сплетение целил. После такого хоть немного воздуха бы хватануть… ага, вон как посинела! Да еще ствол прямо перед глазами, огромный и бездонный, как колодец. Не мудрено, что Бранка, прямо скажем, сдулась. Укатали сивку крутые горки, как говаривал в таких случаях тренер дядя Коля. А такие случаи со мной происходили с завидным постоянством – помните? «Будь готов!» – «Всегда готов!» Вот пока не научился реагировать, до тех пор и происходили.

– И долго ты ее так держать будешь? – поинтересовался я, покосившись на сияющую даже сквозь забрало рожу Мака.

– Столько, сколько надо! – хмыкнул тот. – Всегда мечтал о чем-то таком.

– Бабу уделать, что ли?..

– Не бабу, а феминистку!

– Хм… уел.

Тут я, кстати, с коллегой целиком и полностью согласен – требуешь равных прав с мужиками? Флаг в руки. Только и ответственность на том же уровне нести придется. В том числе и за слова, в том числе и рискуя огрести по самое не балуй.

Как бы в подтверждение моих мыслей Бранка дернулась, попытавшись дотянуться до Мака ногой (что само по себе неординарная задача, в ее-то положении!), но сначала наткнулась коленкой на каблук десантного ботинка, а потом еще и в живот этим самым каблуком схлопотала, повторно лишившись воздуха.

– Не-а. – Чуть отступив от скрючившейся девушки, слишком поздно догадавшейся прикрыть живот руками и за это пострадавшей, Мак демонстративно поводил перед ее носом стволом «милашки», полюбовался на расширившиеся зрачки и лениво хмыкнул: – Я ведь в следующий раз и испугаться могу. И случайно на спуск нажать. От испуга, само собой. Ты меня поняла?

Судя по гневному рыку, очень даже поняла. Вот только ни на миг не поверила, что с перепугу. Вполне осознанно пальнет, и рука не дрогнет. Мастер-рейнджер Макдугал у нас такой. И все равно от мысли о сопротивлении не отказалась, я это прекрасно по глазам видел. Мертвые-то они мертвые, но если привыкнуть, вполне можно эмоции различать. А я, получается, привык. И даже понять могу. Но отнюдь не простить. Впрочем, она тоже хороша: лежит на боку в позе эмбриона, а все туда же – рыжая непримиримая бестия, только подставься, сразу зубами вцепится.

«Внимание! Неопознанная активность! Внимание!..»

Да твою же!.. Говорил ведь – непримиримая. Это она так нас от главного отвлекала, а сама во всю путь для отступления готовила – «корону»-то мы с нее снять так и не удосужились. А если честно, то просто пока еще руки не дошли. Вот сейчас бы как раз самое время… которое мы чуть не упустили. Спасибо Маку – видать, что-то такое у меня на лице отразилось, на что он моментально среагировал, то бишь не мудрствуя лукаво долбанул носком ботинка Бранке в лоб, благо та лежала удобно. Удар получился немного смазанным, но подействовал – голова девушки неестественно откинулась (мне даже хруст шейных позвонков почудился), а «корона» едва не слетела с головы, каким-то чудом удержавшись. Зато стало понятно, что именно Бранка замышляла – такое впечатление, что тело ее где-то на треть уже погрузилось в толщу аморфеума, из которого состоял пол. Еще бы чуть-чуть, и она сумела бы отгородиться от нас коконом, который мы вряд ли бы пробили, а дальше вариантов масса, вплоть до свежесформированного туннеля за пределы пирамиды. Но мы ее в очередной раз обломали. Не повезло девчонке, что тут еще скажешь? Сработал закон Мерфи – в кои-то веки в мою пользу.

Хотя тут я, пожалуй, поторопился – пока Мак разбирался с мисс Де Гроот, так сказать, на физическом плане бытия, я против собственной воли ухнул в… да хрен его знает! То ли в подсознание, то ли опять с Ноосферой напрямую законтачил… «ключ»?..

«Ответ положительный».

Ч-черт! И что делать?! Зачем я здесь?! А-а-а… ясно. Отодвинутая на задний план знакомой картинкой (той самой, полигональной и со строчками кода) и порядочно потускневшая реальность абсолютно не мешала разглядеть множество тонких разноцветных нитей, тянувшихся от согбенного силуэта Бранки вглубь аморфеума, в псевдореальности (или псевдовиртуальности?) явившего взору свою истинную форму – переплетения воздушно-ажурных шариков своеобразного «перекати-поля». Ну, или пушинок одуванчика, разве что без ножек. Прикольная визуализация. Вот только жаль, что концентрация сбилась, когда я из сферы вывалился, а заново прогонять несколько ступеней кудзи-госин-хо уже некогда… или просто представить, как нити рвутся? Чем не вариант?..

Как ни странно, метод сработал – цветастые линии от одного моего взгляда превращались в короткие росчерки, а силуэт Бранки все больше и больше темнел и, такое впечатление, в размерах ужимался. А что если обратную связь попробовать?..

И эта мысль оказалась пророческой – едва я перевел взгляд на собственное тело, как из него потянулись зеленые змейки, тонкие, как синтетические нити, и такие же гибкие, к тому же живущие какой-то своей собственной жизнью: змейки затейливо изгибались, обвивали друг друга, потом расходились, раздваивались… неизменным оставалось лишь одно: вся совокупность ниток уверенно тянулась сквозь аморфеум прямиком к Бранке. Не успел я толком сообразить, что делать дальше, как эти своеобразные «проводники» сплелись в обширный коврик на небольшой глубине под девушкой, а затем «пушинки одуванчика», оказавшиеся над ним, разом вздыбились, сформировали что-то вроде тентаклей, и опутали Бранку с ног до головы. Некоторое время светящийся бледно-зеленым кокон судорожно трепыхался, а потом затих, заставив меня сглотнуть тягучую слюну. Ну да, испугался. Хорошо хоть не до икоты. Причем не за себя, а за чертову девицу – не хотел я ее убивать, видит бог. И тут на тебе!..

«Сторонний интерфейсный комплекс нейтрализован. Перераспределить вычислительные ресурсы?»

Чего?! Это же не Зевса голос! От неожиданности я помотал головой, и псевдореальность (а может и псевдовиртуальность) рассыпалась на отдельные математические символы, буквально впитавшиеся во вновь обретшую цвета и сочность объективную реальность. И на этот раз я не сдержал радостной ухмылки: никакого кокона вокруг Бранки не было и в помине, просто ее пленочный комбез уплотнился, обрел объем, а рукава еще и затвердели, сковав руки девицы за спиной. И отдельно порадовал матовый наплыв, со стороны смахивавший на резиновый, закупоривший Бранке рот. Шах и мат, господа. Шах и мат.

Стоявший неподалеку от пленницы (теперь уже точно!) Мак ободряюще мне подмигнул и небрежно воткнул «милашку» в кобуру.

Ну да, согласен. Я молодец. Вот только как это у меня получилось? Или я просто с ума сошел?

«Ответ отрицательный. Мозговая активность в норме, аномальные явления не зафиксированы».

И на том спасибо. Хотя все равно интересно…

«Сработала совокупность факторов, Денис. „Ключ", наны и протокол связи местной сети, который я наконец расшифровал. Теперь в пределах Элвы ты способен устанавливать прямой контакт с местным кластером Ноосферы. При известных усилиях, естественно».

Ха! А я-то уже размечтался! И опять облом…

«Ответ положительный. Вне зоны действия сети Элвы эффект будет недоступен».

Ну и черт с ним! Не жили хорошо, так и нефиг было начинать. Хотя плюшка знатная была бы… ладно!

«Зевс, обстановка?»

«Умеренно угрожающая. Рекомендую эвакуацию с поверхности планеты в ближайшие двадцать минут».

– Таки у нас получилось? – не удержавшись, поинтересовался я вслух. Правда, при этом совершенно машинально врубил внутреннюю связь на волне Мака. – Зевс, давай доклад. Аудиально.

– Есть.

А хорошие динамики я «вырастил», старые-то уже чуть похрипывали… приятно все-таки голос Зевса слышать, несмотря на его машинную безжизненность. Да и Мак пусть уши погреет, не жалко.

– Ты запустил приоритетную программу?

– Ответ положительный.

Не ошибся я в друге-искине. Впрочем, на то расчет и был. Машинная логика всегда остается машинной, что в примитивных человеческих компьютерах родом еще с Земли, что в невероятно навороченных инопланетных экземплярах. Да вот как в вычислительной сети Элвы, в которую входили все пирамиды и все – абсолютно все! – деревья. Пирамиды – процессоры, «лес» – жесткий диск с оперативной памятью. Два в одном, так сказать. К тому же создали эту систему те же Архонты, что оставили в наследство капитану Иванову «Молнию» с ее материнским ядром. Так что логику их компьютеров я очень хорошо изучил, у меня для этого годы были. Ну а в критической обстановке вовремя вспомнил слова того же Зевса, который не так давно объяснял, как именно он противостоял гешпенстам, перехватившим управление нанами в организме «номерного» бойца Бранки. Приоритетная программа. Она есть всегда, и она по определению выше любой сторонней команды, даже введенной со специализированного интерфейсного комплекса. На этом, собственно, Бранка и погорела – она пыталась заставить Элву выполнить не свойственные ей функции, навязать заданный извне образец для воспроизводства, и я даже знаю, какой – боевой космический модуль, из которых состоят корабли землян. Я же велел Зевсу запустить приоритетную программу, которая должна была активировать процесс преобразования Элвы в радар для поиска Химеры. Основная функция, прописанная в первичных информационных структурах вычислительного комплекса. Жаль, конечно, что теперь Корпорации и Колонии не смогут использовать такую прорву ресурсов, папенька очень расстроится. Однозначно расстроится, до разочарованных матюгов. Зато и силам вторжения ничего не достанется. Придется им воевать с тем, что есть. И это хорошо, потому что уже на первом этапе кампании планы полетели псу под хвост… черт, Бадди! Ну вот на хрена вспомнил… а если представить, сколько народу будет перемолото в мясорубках локальных космических баталий, так вообще на душе муторно. Получается, что множество смертей будут на моей совести… на хрен! Зато теперь у нас куда больше шансов сохранить свободу. А это такой приз, за который люди испокон веков платили кровью, а то и жизнью. Причем без колебаний. Так что не мне тут рефлексировать, я, можно сказать, с задачей справился. Оценка «отлично». С моей, разумеется, колокольни. Папенька-то совсем другое скажет…

– Картинку показать можешь?

– Могу, но…

Все ясно, нерациональное расходование ресурсов. Значит, он сейчас со мной каким-то экзотическим способом связь держит, чуть ли не через те самые мифические «квантовые флуктуации вакуума». Помнится, на Нимойе аналогичная ситуация имела место, когда он якобы «потерял» наны, которых мы в Кийоко номер один подсадили. Но тогда это обстоятельство особого значения не имело, а здесь и сейчас – еще как. А занятная штука эта пирамида – до летательного аппарата всего ничего, но даже элементарная радиосвязь глушится. Причем, судя по всему, просто в фоновом режиме, как побочный эффект. Страшно представить возможности этого монстра в рабочем состоянии.

– Так, возвращаемся на катер! Мак, тащи девицу. Эй, ты чего?

Гленн, не проявляя особого интереса к нашей с Зевсом беседе, вертел головой, как будто выглядывал кого-то.

– А чувачок где?..

Блин! Ладно, сразу огорошу, потом хуже будет…

– Нет Бадди, – вздохнул я. – Вернее, есть, но… не в нашей реальности.

– «Оцифровался»? – закаменел лицом Мак.

– Не совсем, – отвел я взгляд. – Сначала он отравился, и Охотники… черт, еще про них рассказывать надо! Короче, гешпенсты решили проблему радикально – заменили пораженные ткани искусственными. Он превратился в собаку-спека. А когда прыгнул в сферу, они перекинули его разум в виртуал. Как Эли, понимаешь? Только его целиком, и он не заперт в трехкомпонентной системе. Если тебе от этого будет легче, он сейчас превратился в аватар Элвы. И у планеты теперь собачий характер. В прямом смысле слова.

– Звучит достаточно безумно, чтобы оказаться правдой, – покачал головой Мак. Стиснул зубы, помолчал. – Эх, чувачок-чувачок! Так что ты говоришь сделать?..

– Бранку тащи! На катер возвращаемся. С планеты пора валить.

– Погнали. – Мак склонился над пленницей, бесцеремонно схватил ее за шиворот и поволок, совершенно не обращая внимания на бешено вращающиеся глаза и угрожающее мычание. Наверное потому, что оказался к девице спиной.

Хотя я-то точно знал, что он ей так мстил – по дороге Бранка собрала пятой точкой все микронеровности пола. Хорошо, на разрыв пленочный скафандр оказался стойким, а то бы всю шкуру с задницы на полу оставила.

– Зевс, а почему нас из виртуала выкинуло? – поинтересовался я, двигаясь следом за коллегой. Тот развил порядочную скорость, мне даже особо подстраиваться под его темп не пришлось – шагал и шагал.

– Когда активировалась приоритетная программа, сработал файерволл.

Ага, значит, наши с Бранкой цифровые слепки антивирус расценил как угрозу. Ожидаемо.

– А почему тогда Бадди не выбросило?

– Это риторический вопрос?

Хм… пожалуй, да. Не выкинуло, значит, Охотники поспособствовали. Следовательно, сами они тоже не пострадали. Ну, в смысле, не отрезало их от локальной Ноосферы Элвы.

– С профом связь есть?

– Вы что-то хотели спросить, Дэни? – тут же нарисовался Грегуар.

Ага, значит, на связь с «Молнией» ресурсов хватает, а как мне картинку из окружающего мира передать… ладно, замнем для ясности.

– Пока нет, – пресек я его попытку влезть в разговор. Ну его на фиг, мне еще на борту с ним болтать не переболтать. А еще с близнецами Джонсонами. Так что крайне желательно отодвинуть этот «прекрасный» момент куда подальше. – Наблюдайте, анализируйте, потом дадите заключение. И учтите, что его нужно будет повторить Смалькову-старшему.

Пожалуй, подстраховаться не помешает. Папенька в гневе страшен – начинает занудствовать с утроенной силой. А я этого в моем нынешнем – крайне утомленном – состоянии просто не выдержу.

– И еще, проф… надеюсь, вы своих помощников к прямому каналу не подпускали? Фильтровали информацию?

Да, сглупил. Да, об этом надо было подумать еще вчера, когда Бранка принялась откровенничать насчет тайных планов папеньки, дяди Пети и кузена Арти. Но лучше поздно, чем никогда. К тому же у нас все члены Объединения на подписке о неразглашении, что тоже действенная мера. Была.

– За кого вы меня принимаете, Дэни?

– За ученого с мировым именем, профессор.

– Конечно же фильтровал! – оскорбился проф Куатье. – Мсье Слоун об этом отдельно распорядился, как только мы в систему Элвы прибыли.

Все-таки замечательные у меня наставники! Грег, вон, конспирацией озаботился, не пустил ситуацию на самотек… и наверняка с подачи кэпа, который тот еще параноик. Но оно и к лучшему, как выяснилось.

– Ладно, тогда сами смотрите… в оба.

– Хорошо, Дэни, – вздохнул профессор. – Правда, наблюдать пока нечего…

– Не переживайте, сейчас видеоканал появится.

– …но, может, проясните пару моментов?.. – решительно проигнорировал мой комментарий проф Куатье.

– По дороге, когда в катере будем, – не менее решительно отбрехался я, не забывая переставлять ноги и вертеть головой – чем больше я сейчас зафиксирую на видео (встроенное в шлем, а не в память нанов), тем больше будет фронт работ у неугомонного ученого. – Все равно Маку рассказывать, вот и не буду повторяться. Конец связи.

«Разорвать видеоканал?» «Да» ⁄ «Нет»?

Что, уже из зоны действия глушилки вышли?..

«Ответ положительный. Радиус действия помех…»

Да плевать!

«Разорвать видеоканал?» «Да» ⁄ «Нет»?

Еще чего! Пусть уж смотрит, лишь бы разговорами не доставал… и, надо отдать профу должное, он на сей раз оказался куда сообразительней искина. Или просто зрелищем увлекся – это мне на «грот» правильной конфигурации с оригинальными стенами плевать, а ему в диковинку. Хотя, должен признать, в лучах местного светила они выглядели впечатляюще, в основном из-за причудливой игры света и тени. Нормально, кстати. Можно будет скриншот сделать и фотообои смастрячить – можно сказать, штучный товар.

Пол под ногами вел себя нормально, то есть не продавливался и не лип к подошвам, да и Бранка волоклась по нему вполне эффективно – Мак даже не вспотел. И дело тут совсем не в терморегуляции комбеза, уж я-то знаю. Испытывай девица такое желание, и она бы превратила простую задачу по транспортировке в адски трудную работу. Но она даже извиваться не пыталась… черт! А это ведь последствия пинка в лоб! Перестарался Гленн. Но ничего, сейчас ее в индивидуальный кокон засунем, а дальше Эли позаботится…

На этом месте я запнулся, пораженный простой мыслью: а ведь я ее уже напрямую с катером ассоциирую! Рассматриваю как неотъемлемую часть инопланетной машины. Так быстро смирился с неизбежным?! Окончательно зачерствел душой? Обратился конченым циником? В тайне от самого себя обрадовался решению проблемы «любовного треугольника»? Не, это вообще перебор!.. С моей точки зрения, естественно. А вот папенька бы оценил… так, хватит! Не поминай Виктора Андреевича всуе, а то ведь явится, пусть и не во плоти. А мне сейчас только его и не хватало. И это сарказм, если что.

Впрочем, нет худа без добра – одолеваемый тяжкими мыслями, я и не заметил, как добрел до катера. Мак с поклажей уже торчал в «арке» между опорами и явно поджидал меня – наверное, никак не мог сообразить, как погрузиться на борт. Оно и немудрено, мы этим катером пользовались редко, да и Элисон тогда пребывала в здравом уме и светлой памяти. А конкретно сейчас я насчет этого не уверен…

«Зевс, скажи Эли, чтобы нас пустила».

«Принято».

«И Ваську погладь, ему сейчас несладко».

«Принято».

Должен сказать, процесс погрузки оказался заметно медленнее, но зато и комфортнее, хм, десантирования: в «слизнячьих» опорах образовались каверны как раз под наши размеры, числом три – одна в левой и две в правой, и застыли этакими гостеприимно распахнутыми зевами. Ладно хоть «зубы» Алиска вырастить не догадалась. Видимо, нынешнее «цифровое» состояние сказалось, так-то бы она непременно над нами подшутила. Ну а дальше совсем просто: дождавшись моего кивка, Мак одним рывком закинул Бранку в «пасть» (та с готовностью втянула слабо трепыхнувшуюся тушку, с довольным чавканьем зарастив вход), и шагнул в соседнюю сам. Проконтролировав, так сказать, процесс визуально, я последовал примеру коллег – развернулся спиной к каверне и медленно попятился, ожидая, когда лопатки (вернее, рюкзак с поклажей, добросовестно воспроизведенной Элвой из «оцифрованной» копии) коснется внутренней поверхности кокона. Та оказалась довольно мягкой и с радостью приняла меня в свои ласковые объятья – гравикомпенсаторы работали выше всяких похвал, я даже не почувствовал, как катер оторвался от посадочной площадки и выпорхнул из грота, попутно набирая высоту. Равно как и трансформации корпуса – «слизнячьи» опоры втянулись в атмосферные плоскости, и сейчас я смотрел строго вниз, наслаждаясь видом, что называется, с высоты птичьего полета. Поначалу ничего особенного – аморфеумная площадка, совсем недавно игравшая роль посадочного пятака. А потом мне стало не до оценки уровня комфортности: едва наш летательный аппарат вырвался на волю, взору открылась еще совсем недавно поражавшая своеобразной пасторалью панорама. Нет, ну а что? Имею полное право сравнить – я в деревне все детство провел, так вот там почти такая же сонная и неизменная жизнь, как и та, что царила на Элве буквально пару часов назад. Впрочем, сейчас обозвать окружающее пространство «пасторалью» язык бы однозначно не повернулся: повсюду, куда хватало взгляда, бурлил аморфеум. Бурлил в прямом смысле слова, закручиваясь воронками и выбрасывая в воздух гейзеры и протуберанцы, а кое-где и щупальца откровенно мерзкого вида. С моего места деталей было не разобрать, но, учитывая, что те самые щупальца лишь самую малость уступали в обхвате и высоте местным деревьям – этаким островкам стабильности в бурных черных всплесках – масштабом явления я проникся моментально. Окажись посадочная площадка чуть ниже, и ее бы уже наверняка захлестнуло аморфеумными «волнами», а грот и вовсе затопило, равно как и наш катер. Или вообще разъело, как кислотой.

– Проф, вы это видите?

– Отчетливо, Дэни.

– Завораживает, правда?

Куатье промолчал, наверняка не оценив мой душевный порыв (как можно отвлекаться на эмоции, когда такое происходит?), зато отозвался Мак:

– Не хотел бы я сейчас внизу оказаться… может, навестим конкурентов?

Ха! А вот этого я от него совсем не ожидал. Размяк, что ли? Или потеря Бадди так подействовала? Хотя мысль здравая – вряд ли хоть кого-то спасем, но хотя бы посмотрим на последствия. Такая информация будет совсем не лишней. Надо же нам знать, чего ожидать от контакта с аморфеумом, пребывающим на стадии активной трансформы? Вот и я так думаю… и никакой жалости, это вам показалось.

«Зевс, дай прямую связь с Элисон».

«Я бы не стал сейчас этого делать, Денис».

«Что, все настолько плохо?»

«Ее психика в очень неустойчивом состоянии. Давай дождемся возвращения на „Молнию", там я смогу подключить дополнительные мощности от материнского ядра и удержать ее от окончательного перехода в виртуальность».

«Это каким же, интересно, образом?»

«Создам локальную виртуальность, копирующую корабль и его обитателей, максимально изолировав от остальной сетевой среды рейдера. Иначе никак. Сейчас та часть ее личности, что осталась в органическом теле, пребывает в шоковом состоянии из-за фрустрации и прогрессирующей антероретроградной амнезии, причем „плавающей" – воспоминания рандомно восстанавливаются при контакте с «оцифрованной» компонентой. Плюс полная невозможность осуществлять даже элементарные обдуманные действия, я бы сказал, гиперфрустрация. Василий, кстати, очень помогает – в моменты просветления она его видит, узнает и успокаивается. Плюс он же играет роль „якоря", препятствуя лавинообразному развитию амнезии. А та часть, что ушла в „цифру", находится в состоянии эйфории от открывшихся возможностей. Что тоже плохо, потому что возможна и ее фрустрация – впечатлений переизбыток, а как управиться с новыми возможностями, она пока еще не в курсе. И, что самое страшное, я не могу ввести мозг в состояние искусственной комы, потому что в этом случае нарушится триединая система, и мы потеряем „цифру". Естественно, в ущерб остальной части психики. Мы же не хотим получить вместо Эли овощ?»

Что ж как все сложно! А почему тогда преподобный с ума не сошел? Или спеки?

«С чего ты решил, что не сошел?»

Хм… аргумент. Ладно, пусть все идет своим чередом…

«Я взял под контроль навигационную систему, так что до корабля-матки доведу модуль без проблем».

Действуй, что тут еще скажешь?.. Хотя нет, надо крюк дать – пролететь над стоянкой Бранки. Вдруг там еще хоть что-то осталось?..

«Ответ отрицательный. Сигнатура корабля землян пропала со сканера семь минут назад. Четыре минуты назад „Молния" засекла выход на стационарную орбиту четырех единиц „москитного" флота. Вывести изображение на экран?»

Не, лениво. Так скажи.

«Судя по данным телеметрии, типичные спасательные модули малого радиуса действия, но с большой автономностью. Синхронизировали орбиты и ушли на виток, не подавая признаков жизни. Скорее всего, кого-то ждут».

Н-да. Явно не нас. И это плохо – абсолютно нет желания встревать в разборки с мега-крейсером землян. Пусть кэп Иванов и уверен в своих силах. Нам бы сейчас тихо и незаметно слинять, да вот незадача – объект прямо под нами без преувеличения уникальный, и зафиксировать во всех подробностях его трансформу просто необходимо. И не только для науки. Есть у меня предчувствие, что еще придется нам с Элвой «пообщаться». И тогда уже никакая информация лишней не будет. Но этот вопрос я единолично решать не возьмусь, свалю часть ответственности на старперов-оппозиционеров. Вот как только до «Молнии» доберусь, так и озадачу. Пусть думают, у них головы большие, плюс опыт, сын ошибок трудных. А заныкаться в случае необходимости мы сумеем так, что ни одна зараза не найдет, пока прямо в нас не упрется. Особенно в открытом космосе.

Я же пока со скуки местными красотами полюбуюсь – и бурлящей поверхностью, и подозрительно прозрачной синевой прямо вверху – корпус катера снова трансформировался, вернувшись к привычной шарообразной форме, и из моего кокона теперь открывался роскошный обзор в половину сферы. Еще чуток, и выберемся в верхние слои атмосферы, а там и до собственно космического пространства рукой подать. А потом еще до «Молнии» часа полтора телепать…

«Расчетное время прибытия – 01:27:06… 05… 04…»

Спасибо, Зевс, ты на-а-а-астоящий друг!..

– Дэнни-бой?..

Черт! Хрен теперь подремлешь. Придется все выкладывать, здесь и сейчас – раз мастер-рейнджер Макдугал прицепился, другого выхода нет. Хоть речь «оправдательную» потренирую, и то хлеб.

Впрочем, говорить я начал далеко не сразу – отвлекся на секунду, снова скосив взгляд на прозрачную стенку кокона, да так и застыл. Нечто похожее я видел на родном Новом Оймяконе, да и кое-где еще, на планетах с плотной и достаточно бурной атмосферой, когда наблюдал их из ближнего космоса. Картинку представить не трудно, достаточно вспомнить спутниковый снимок верхних слоев атмосферы: штрихи, завихрения, воронки восходящих и нисходящих потоков, облака замысловатой формы, больше похожие на небрежные мазки белой краски, оставленные нерадивым художником на палитре… только здесь и сейчас все это имело место непосредственно на поверхности планеты. Да и цветовая гамма отличалась, включая все градации серого вплоть до черного. Чем не новый слой атмосферы? Аморфеум, он такой. А если уж совсем фантазию с привязи спустить, можно додуматься до аналога фотосферы звезды, распространившейся на всю систему, вплоть до внешних планет и даже дальше. Но нет, это однозначно не будет очередная вспышка сверхновой. Природа явления в корне отлична. Но уже сейчас зрелище завораживало – живая, находящаяся в непрестанном движении колоссальная масса аморфеума буквально подавляла, внушая подсознательный страх.

Черт! А я ведь, похоже, ментальное воздействие ощущаю! Страшно представить, как оно будет давить, когда «радар» полностью развернется! Похоже, погорячился я с наблюдением за процессом. Придется валить, не дождавшись финала. Иначе сдохну. И не только я – кэп Иванов тоже в группе риска…

Уловив периферийным зрением нечто странное, я перевел взгляд на особо затейливое завихрение и вздрогнул: темное пятно в центре воронки, типичный «глаз шторма», вдруг просветлело, обрисовав до боли знакомую бульдожью морду. «Бадди» привычно расплылся в слюнявой ухмылке и подмигнул, чего за ним ранее не замечалось, и я одновременно с этим ощутил, как по голове прошлась теплая ладонь, пробравшая щекоткой до самого мозга. И вместе с этим ощущением ушло давление. Совсем.

Вот, значит, как. Учтем. И спасибо. Я с тобой, чувачок… не переживай. Все будет хорошо… интересно, это я его успокаиваю, или себя?..

– Дэн?..

А?.. Точно, Мак же!

– Дэни!

– Да здесь я, здесь. – Моргнул, тряхнул головой – помогло. По крайней мере, мегапсы больше не мерещились. – Значит так. Сначала Зевс предположил…

Система HD 97126,

дикая территория, борт рейдера «Молния»,

14 октября 2138 года,

незадолго до полуночи (время бортовое)

Вид из иллюминатора открывался роскошный. Мой рейдер (и с некоторых пор я это могу утверждать с полной уверенностью, что бы там кэп Иванов ни думал) висел в пространстве на порядочном удалении от трансформирующейся Элвы – достаточном, чтобы исключить опасность попадания под аморфеумный выброс, но при этом все детали процесса было хорошо видно даже невооруженным взглядом. И я это обстоятельство использовал на все сто, то бишь торчал у боковой стены апартаментов-люкс, в настоящий момент полностью прозрачной, и любовался косматым шаром планеты. Честно говоря, что-то подобное я уже наблюдал, и неоднократно, правда, на видео и через разнообразные светофильтры. Да-да, Элва сейчас очень напоминала звезду в миниатюре, но с хорошим увеличением, чтобы можно было различать процессы в фотосфере. Или, что в нашем случае вернее, аморфосфере. Плюс никаких фильтров не надо – если аморфеумные «протуберанцы» и излучали, то точно не в оптическом диапазоне. То есть излучали, конечно, но света давали ровно столько, чтобы можно было выделить детали, и не более. И все равно зрелище завораживало – я торчал так уже с полчаса, с тех самых пор, как два моих заклятых партнера по предприятию предпочли удалиться, оставив меня наедине с совестью. Ну, они так думали, ага.

На самом деле я, в отличие от них, никаких угрызений не испытывал. По той простой причине, что со всех сторон оказался прав. И даже в кои то веки в словесной перепалке их уделал с сухим счетом. Но обо всем по порядку.

– Зевс, ты мне ничего не хочешь рассказать?

Ну а чего? Вполне закономерный вопрос, особенно в свете вновь открывшихся обстоятельств. Например, я не далее как те же полчаса назад получил полный доступ к материнскому ядру, а, следовательно, и к системе управления «Молнией». Иначе как бы я сумел превратить стену каюты в огромный иллюминатор? Я, если честно, раньше и не подозревал, что такое в принципе возможно – ни кэп, ни Грег об этом не упоминали, и тем более не демонстрировали на практике. Хотя наверняка втихомолку этой функцией пользовались – сидеть со стаканом в руке в удобном кресле и любоваться чернотой космоса (или неистовством звезды, или вихрями атмосферы газового гиганта, или… да куча вариантов, нужное подчеркнуть) почти так же круто, как потягивать коктейль в бунгало на пляже. А может, и круче. А тут нате вам: старперы ретировались, на душе, с одной стороны, радостно, с другой – легкая грусть, а с третьей – призрак черной меланхолии… та еще адская смесь, короче. Сам не заметил, как «ушел в астрал». Так-то, конечно, обычная медитация, но тренер дядя Коля любому, даже самому пустяковому, действию присваивал громкие и желательно пафосные названия. В общем, расслабился, изгнал мысли… и началось. Левую бровь «обожгло», точно так же, как в пирамиде на Элве, и перед внутренним взором образовалась занятная фиговина, которую я было принял за буддийскую мандалу, но потом осознал, что это схема «Молнии» с обозначением всех энергетических потоков. Ну да, почти как в «пузыре», разве что строки кода не мелькали. Интуитивная попытка сфокусироваться на отдельном участке «паутины» привела к его увеличению с последующей детализацией. Я увлекся и вскоре сумел локализовать в корпусе рейдера инородные тела, то бишь встроенные жилые модули. В одном из них я рассмотрел самого себя, и обнаружил, что одна из стен в люксе отсутствовала. Вернее, состояла из материала корпуса «Молнии», с которым я уже имел дело и более-менее представлял его особенности. Тут-то мне и пришла в голову идея попробовать его преобразовать, что я и продемонстрировал с присущим мне блеском, то бишь едва не пробив здоровенную дыру в переборке. Спасибо Зевсу, вовремя среагировал и подсказал, как нужно это делать правильно. Наградой за стресс стал тот самый иллюминатор с роскошным видом. Плюс дикое любопытство – как так-то?.. В прошлый раз причина крылась в нанах, у которых мой друг-искин усовершенствовал софт. А сейчас?

– Вопрос не совсем ясен. Скорректируй формулировку, Денис.

– С хрена ли связь с ядром улучшилась? Так ясно?

– Предельно, – «вздохнул» Зевс. Сам андроид по-прежнему скрывался в недрах корабля (при желании можно было определить по схеме энергопотоков, где именно), но это не мешало ему использовать встроенную аудиосистему каюты для голосового общения.

Впрочем, он бы предпочел обмениваться «мыслями» или генерировать вибрации височной кости посредством нанов, но я настоял – куда приятнее слышать голос друга, даже такой скрипучий и безжизненный. В кои-то веки, ага.

– Все дело в «ключе»? – решил я упростить ему задачу.

– Ответ положительный. Ты и сам это заметил, Денис?

Еще бы не заметил! Жжение в брови приятным не назовешь. Ну, и остальные сопутствующие эффекты тоже. Но все равно многое осталось непонятным.

– Помнишь ту «флешку» Таюки, что мы нашли в подземельях Нимойи?

Еще бы я не помнил!

– Так вот, скопированный инфомассив расшифровке так и не поддался, затаился где-то в глубинах ячеек памяти колонии нанов в «ключе», и очень долго не проявлялся. Буквально до сегодняшнего дня. А сегодня вдруг «проснулся» и, насколько я сумел разобраться в процессе, инсталлировал в «ключ» какое-то дополнительное программное обеспечение. Не мое. Не Архонтов. Что-то иное. После этого ты сумел обуздать виртуальность в Ноосфере Элвы, увидел управляющие связи в аморфеуме и сумел воздействовать на него напрямую, не привлекая специализированное ПО и управляющий интерфейс пирамиды. Сейчас – второй случай. Ты получил прямой доступ к энергопотокам внутри «Молнии», соответственно, обрел способность управлять ее элементами напрямую, минуя материнское ядро. Тебе же не нужно объяснять, что любая информация в любой компьютерной системе – это чередование электрических сигналов? Классические ноль и единица двоичной системы? Ну вот, ты теперь можешь преобразовывать управляющий сигнал посредством «ключа» и нанов.

– Без физического контакта, как раньше?

– Ответ положительный.

– Это везде? В любом компьютере?

– Не знаю. Нужны эксперименты. Возможно, позже скажу точнее. Но подозреваю, что только в тех технических средствах, где применены технологии Архонтов на основе аморфеума и аморфеумоподобных материалов. Как на «Молнии», например.

– Хм… какой интересный софт!..

– Ты совершенно прав, Денис. И возникает следующий закономерный вопрос: кто его разработал?

– И зачем, – поддержал я искина. – Одно ясно – вряд ли это были Архонты.

– Я бы не стал исключать этот вариант. Сфера интересов этой расы весьма обширна…

– Блин!!!

– Что случилось, Денис?

– Ты ведь этого не слышал… но тогда, в виртуальности, Охотник заявил мне, что у меня есть инструмент и оружие, которым я завладел благодаря инструменту…

– Думаешь, он имел в виду «ключ» и «флешку»?

– А разве я нашел еще что-то… необычное?

– Логично.

– Черт! Теперь еще одну загадку решать придется – искать оператора…

– Боюсь, не придется.

– Думаешь, сам собой нарисуется? И почему «боюсь»?

– А у тебя еще остались какие-то сомнения? Пойми, Денис, вся статистика, все твои злоключения – все говорит в пользу того, что на тебе замкнулся вероятностный узел. То есть от твоих желаний и устремлений конечный результат не зависит. Вот поэтому и «боюсь».

– Я бы выразился проще – везет, как утопленнику.

– Ну, или так.

Н-да. Тут впору задуматься о собственной избранности.

– Знаешь, Зевс… один древний фантаст – Роберт Шекли – однажды сказал: если просто сидеть на берегу реки, то рано или поздно мимо тебя проплывет труп твоего врага. Так может… раз уж я в вероятностном узле, и мне… того?..

– Возможно. Но представь, какими жертвами может обернуться твое бездействие, суть потеря времени и упущенная инициатива. Вот ты можешь гарантировать, что «труп» проплывет именно «рано»?

– Согласен, не вариант… тут скорее подойдет принцип «иккэн хиса-цу» – одним ударом наповал. Спасибо, кстати, что напомнил.

– Спасибо, что оценил, Денис.

Попробуй тут не оцени, ага… мысли мои плавно скользнули на час назад, на не самый приятный в моей жизни разговор, имевший место в этой самой каюте.

…отчета господа партнеры не требовали – молча сидели в креслах, вооружившись неизменными стаканами, и пялились на меня. Грег задумчиво, кэп – мрачно. И если первый ничем необычным не поражал, то второй явно пребывал в тихой, а потому еще более страшной, ярости.

И было с чего, кстати – оба в курсе происходящего, да к тому же еще имели возможность оценить все это непотребство со стороны.

– Ну, что скажешь в свое оправдание? – не выдержал наконец капитан.

Диван, как обычно, был в полном моем распоряжении, но сейчас я не решился развалиться на нем по-барски, и сидел с неестественно прямой спиной, согревая в ладони стакан с виски. Впрочем, алкоголь в настоящий момент вызывал отвращение, так что служил всего лишь данью традиции. Больше всего же мне хотелось запереться в каюте и поваляться часок, тупо пялясь в потолок. Вот только возможности мне такой не дали, поэтому приходилось пялиться в емкость с элитным пойлом – в глаза старперам смотреть было стремно. Хотя с чего бы, если разобраться?..

– Оправдание? – буркнул я, потом все же перевел взгляд на собеседника. – В чем я должен оправдываться, капитан? В том, что меня втянули в игру втемную? В том, что я все эти годы был марионеткой руководства Корпорации? Или в том, что кое-кто тут не посчитал нужным ввести меня в курс дела?

Ты гляди-ка, как переглянулись! Сюрприз?.. То есть они не участвуют в папенькиной интриге? Проф Куатье, надо полагать, убедительную просьбу самого же Грега Слоуна не распространяться касательно кое-каких деталей моих похождений выполнил? Черт, не ожидал, что это сработает против меня.

– Лучшая защита – нападение? – усмехнулся Грег.

– Не убедил! – рявкнул Иванов. – И давай-ка не вали с больной головы на здоровую. Кто тут накуролесил? Я, что ли?!

Ну да, с этим хрен поспоришь.

– Ладно. – Я глубоко вздохнул и сосчитал про себя до десяти. – Давайте успокоимся. И для начала, капитан, хотелось бы узнать, в чем именно я неправ? Где, так сказать, накосячил? По пунктам, пожалуйста.

– Мы потеряли очередного пилота – это раз! – гневно прищурился кэп.

Хренов гуманист! Кто о чем, а этот о невинных жертвах… хотя Алиску жалко, не спорю.

– Никто не умер…

– А надо было?! Не убедил.

– Я думаю над проблемой.

– Думаешь? Тут не думать надо, а спасать девчонку!

Ладно, тут придется согласиться. Кэпа не переубедить, и напоминать ему, что он не очень-то и обрадовался Элисон, сейчас очень не к месту. Потому что за прошедшее время он смирился с мыслью, что она часть экипажа. Все, финита. Дальше можно умывать руки – за своего Иванов любого порвет.

– Никто не умер!.. А земляне? А Бадди?!

– Земляне – враги!

– Мы не в состоянии войны! По крайней мере, хотелось бы получить более существенные доказательства, чем обрывок видеозаписи!

– Так свяжитесь с нашими.

– Ты прекрасно знаешь, что отсюда это невозможно! Нужно перебираться в систему с ретранслятором, выходить на связь и запрашивать помощь! Вот что нужно делать! А ты что предлагаешь?! Торчать здесь и пялиться на чертову планету?!

– Майк, успокойся.

Спасибо, Грег, ты всегда понимал меня лучше… некоторых.

– Что «Майк»?! Я всю жизнь Майк!!!

– Ты очень предвзято относишься к парню. В этом вопросе ты однозначно неадекватен. Распространяйся твой невроз хоть на что-то еще, я бы уже давно поставил вопрос о медицинском освидетельствовании. Не знай я тебя так хорошо, решил бы, что тебе нужна помощь психолога.

– Да бесит он меня! Как и его папаша! И всегда бесил, интриган чертов!!!

Я?! Или, прости господи, папенька?..

– И несмотря на это ты много лет был ближайшим соратником и другом Виктора! – рокотнул мистер Слоун. – Как и я, собственно! Так какого черта теперь на младшем срываться?! Это же не он интригу закрутил! И это не он поддался на уговоры «чертова интригана»!

– Меня бесит бездействие, – сбавил тон кэп. – Наличие потенциальных человеческих жертв, наличие потенциально опасных объектов – планеты, пленницы и «москитов» землян, явно ожидающих помощи. От кого, позвольте поинтересоваться? Да в таких условиях мы должны как можно быстрей отсюда валить! Хватит, пора остановиться, иначе захапаем кусок, который не сможем проглотить! И этот… несмышленыш (н-да, это он явно очень мягко выразился) пытается меня убедить, что нужно сидеть в системе и ждать! Чего ждать?! Или, вернее, кого?! Землян в силах тяжких?! Или, может, ты подкрепление вызвал? Тогда почему мы не в курсе?

– Мы будем сидеть в системе и ждать! – рявкнул я. Надоело, право слово. – Потому что мы обязаны убедиться, что трансмутация прошла успешно, что «радар» заработал. И только после этого мы приступим к следующему этапу плана. Просто потому, что угроза со стороны Химеры на порядок выше, чем даже от массированного вторжения землян. Или вы хотите, чтобы наш вид постигла судьба Предтеч?

– Фантазер, – сокрушенно покачал головой капитан. – Наслушался сказок… и от кого! От галлюцинаций!

Вот она, главная проблема. Пока я пребывал в гуще событий, то и не предполагал, что самым большим препятствием лично для меня станет недоверие… нет, не так – неверие других людей. Доказательств-то нет. Была бы связь с Зевсом, были бы в наличии записи бесед. И то далеко не факт – они происходили в виртуальности. И кэп вполне правомерно применил определение «глюки» – ведь все, что творилось в Ноосфере, имело место исключительно в моей голове, в моем воображении. В моей собственной «виртуальности». Кэп не верил моим словам ни на грош. Грег колебался, но тоже был настроен пессимистично. Просто исходя из позиций материализма. А тут реальная сказка-страшилка. Хотя выслушали они ее с интересом, не перебивая. Но, как выяснилось, остались при своем мнении. А ведь мне еще придется объясняться с папенькой, который тоже к мистике не склонен, к тому же на него давит ответственность как минимум за Корпорацию и несколько населенных звездных систем. Пожалуй, в самом лучшем случае получится действовать на свой страх и риск, в отрыве от основных сил. Черт! Лишь бы мешать не вздумали, не хватало еще со службой собственной безопасности бодаться…

– Это не галлюцинации! – набычился я.

– Проф ему верит, – неожиданно поддержал меня Грег.

– Проф романтик! Точно такой же, как и этот! – обличающе ткнул в меня пальцем капитан. – Не убедили. Оба.

Блин! Что делать, что делать?.. Прямой конфронтации с Ивановым не хотелось, без него управиться с рейдером будет ох как непросто! Да и с ним самим еще повозиться придется, прежде чем нейтрализуем… м-мать, докатился! Бунт на корабле замышляю… а как иначе? Нельзя улетать, вот именно сейчас нельзя! Есть у меня такая уверенность, основанная скорее на интуиции, нежели на фактах.

«Информаторий».

Чего?!

«Твоя догадка насчет канала в Большую Ноосферу оказалась верна – я добрался до Информатория. Вернее, завершил дешифровку данных».

Зевс, ты чудо! Теперь они у меня в руках, голубчики!

Мозг моментально – почти без моего участия – прокачал ситуацию и выдал готовый рецепт. Теперь оставалось лишь преподнести лакомство так, чтобы потчуемые не заподозрили подвоха и не отказались от угощения. Ладно, погнали…

– Ну хорошо! – медленно закипая, фыркнул я. – Если вас не устраивает моя основная версия, то вот вспомогательная. Смотрите, что я нашел.

Повинуясь моей мысленной команде, посреди каюты сформировалась голограмма плотного скопления разноцветных точек, символизирующих отдельные звездные системы согласно классам светил – тот самый седьмой звездный сектор, что капитан некогда обозвал захолустьем с большой буквы «3», чуть померцала, переливаясь всеми цветами радуги, и скачком отдалилась, превратившись в объемную вуаль Колониального союза. Но и на этом я не успокоился, отмасштабировал карту еще на один порядок, показав часть рукава Ориона, и мановением руки сдвинул изображение чуть в сторону, освободив центр помещения для второй объемной карты – на этот раз куда более редкой, состоящей из красных, оранжевых и желтых точек. Чуть подумал, подкорректировал масштабы и совместил обе голограммы. Что характерно, второй вариант, в котором рукав Ориона если и угадывался, то с большим трудом, идеально лег на первоначальную карту, дополнительно расцветив ее синими вспышками – так на интегральной схеме отображались совпавшие звездные системы.

– Ну и что это? – чисто из вредности поинтересовался кэп.

А то ты, блин, сам не догадался! Ладно, будем играть по твоим правилам. Мне все равно, а тебе приятно.

– Политическая карта галактики времен Предтеч, – пожал я плечами. – Не всей, конечно, только нашего рукава.

– Многовато миров, – подыграл мне Грег. – Столько Колоний не наберется, даже с учетом диких.

– Естественно, – кивнул я. – Мы и десятой части не освоили.

– Если верить этой карте! – уперся Иванов. – А с чего ты решил, что она подлинная?

– Еще скажите, что ее прямо сейчас Зевс сгенерировал, – зевнул я. – Капитан, ну что вы как маленький? Вы же уже все поняли. Да, я нашел полную версию Информатория. И именно здесь, на Элве. Карта – дело десятое. У нас теперь есть данные по нескольким десяткам тысяч миров, разбросанных по рукаву Ориона, причем это не краткие справки, это обширные статистические базы с перечнем доступных той или иной цивилизации технологий. Понимаете, к чему я веду?

Ну же, заглатывай наживку! Осталось всего ничего – сопоставить предполагаемое вторжение землян и вновь обретенные ценные знания. Да взять те же Сателлиты, о которых в Колониальном союзе уже много десятилетий ни слуху, ни духу. А тут такая возможность хотя бы примерно определить, что именно сейчас доступно Старой Земле в плане технологий! Да одно только это знание уже порядочное преимущество в будущей войне! И это я еще молчу о том, что у нас в руках теперь доступ к ресурсам множества миров, причем миров в пределах досягаемости флотов Корпораций! Да, дольше, да, муторней, чем задействовать Элву. Но вариант с Элвой себя исчерпал – ее ресурсной базой не воспользоваться ни нам, ни землянам. Для последних это еще и потеря потенциального опорного пункта для экспансии, так сказать, в тылу союза – сильно сомневаюсь, что они начали вторжение везде и сразу, скорее всего, атакована часть наиболее развитых систем в окрестностях Земли, и еще в сколько-то флоты спешат полным ходом, дозаправляясь везде, где только возможно. Варварски, естественно, то бишь используя трофеи. На мой взгляд, наиболее рациональная стратегия – нейтрализовать сильнейших игроков, заняв наиболее удобные в плане расположения системы, основать форпосты, и уже оттуда распространять власть Старой Земли дальше по Колониальному союзу. Но это так, умствования, не подкрепленные доказательствами. Зато одно знаю точно – мы, в отличие от сил вторжения, теперь можем невозбранно пополнять корабельный парк, благо опыт богатый. И людей пока хватает, большинство экипажей можно смело делить пополам и разбавлять новобранцами-салагами без значительного ущерба конечному результату. Что далеко ходить – Дикие миры. Если знать, что и где искать, можно таким разжиться! Аж дух захватывает! И, кстати, теперь есть, чем от папеньки откупиться. Плюс всегда можно будет напроситься в один из походов трофейщиков и тихонько слинять, занявшись собственными делами. Черт, а ведь я молодец! И не только я, Зевс тоже. Знал – как, куда и когда ударить.

«Спасибо, Денис».

Ха, еще и скромный! Скромно умолчал, что ему тоже просто повезло.

«Не согласен».

Ну и ладно. Главное, что по этому поводу думает капитан.

– Тем более надо отсюда выбираться! – тут же обломал меня кэп. – Это информация первостепенной важности, необходимо доставить ее руководству. Так мы получим преимущество в войне…

– …которая еще официально не объявлена! – возразил я. – И вообще, не факт, что она есть. А если войны нет, то почему мы должны отдавать Информаторий? Я имею в виду, за здорово живешь отдавать? Мы имеем полное право на аукцион.

Давай, давай! Если кэп у нас не слишком меркантильный, то Грег должен купиться. Просто обязан!..

– В ваших словах есть рациональное зерно, молодой человек, – не разочаровал меня мистер Слоун. – Майк, рекомендую к ним прислушаться. Не кипятись, пусть парень договорит. У тебя ведь уже есть план, Денис?

А как же! Вот прямо сейчас лихорадочно додумываю.

– План очень простой – мы не должны возвращаться в обитаемый космос вслепую. Наша первоочередная задача – разобраться в политической обстановке. Выяснить, идет ли война. Если да, то с кем. Кого опасаться? Ну и подстраховкой в этом случае озаботиться, думаю, сопровождение нам не помешает. Сделать это можно лишь двумя способами: дождаться, когда наши выйдут на связь, либо организовать сеанс связи самим.

В том, что папенька рано или поздно сообразит воспользоваться своими обширнейшими знакомствами в среде биржевиков, у меня не было ни малейших сомнений. Как и в том, что Смалькову-старшему известен секрет Биржи. Вопрос лишь в одном – достаточно ли весом повод для подключения таких резервов? С другой стороны, вторжения Старой Земли далеко не каждый год случаются. Если по правде, на наших глазах создается прецедент. Нет, не вытерпит Виктор свет Андреевич. На это и расчет, собственно.

– И для этого мы должны перебраться в систему с ретранслятором! – завел старую песню Иванов.

– Нет. Мы не знаем, какова там обстановка. Может, там уже земляне, и мы прилетим прямиком в их распростертые объятия. К тому же у меня еще один немаловажный вопрос: как у нас с энергозапасом? Сумеем мы сразу же слинять из первого чек-пойнта, если нарвемся там на кого-нибудь?

Обстоятельство ключевое, между прочим. Сюда-то мы месяца полтора добирались, с недельными стоянками в крайних двух промежуточных точках – слишком уж они далеко друг от друга расположены, даже почти неисчерпаемых энергоблоков «Молнии» не хватало на пару таких прыжков подряд. Вернее, хватало, но впритык, что, опять же, себе дороже. И, судя по молчанию капитана, ситуация принципиальных изменений не претерпела. Да и с чего бы, собственно? Туда-то прыгнем, и к ретранслятору подключимся. А дальше? Неделю куковать, накапливая энергию? Дозаправиться официально? Вариант, но если только там нет «гостей». Впрочем, эти гости с таким же успехом могут торчать в любой другой соседней системе, в том числе и необитаемой. Особенно необитаемой, я бы сказал. А еще есть у меня подозрение, что скоро к нам земляне нагрянут – чисто посмотреть, что да как. Сама-то Бранка, если я правильно понял, намеревалась подать сигнал, воспользовавшись одним из первых «комплексных» кораблей – схему соответствующей лоханки Зевс просчитал в числе прочих возможных конфигураций. По факту же что? Правильно. Все сроки упущены, агент на связь не выходит. Что делать? Естественно, смотаться проверить. Это, как-никак, ключевая операция, от успеха которой зависит ход кампании в целом. Так что где-то поблизости однозначно торчит флот поддержки. И не только поддержки – наверняка там уйма народу экипажного состава, чтобы хотя бы первую партию лоханок сразу же пустить в дело. Для той же охраны этого космического Эльдорадо. Так что насчет пустой системы я ошибся, куда логичней отправить всю эту ораву в обитаемый мир, раз уж вторжение все равно началось. Опять же, обитаемый-то он обитаемый, но, как бы это помягче, больше условно. Не чета нормальному развитому миру, населения всего ничего, освоенной инфраструктуры по минимуму, армии и флота как таковых нет, одни лишь полицейские силы. Разогнать их всех по щелям для землян труда не составит. Хлопот почти никаких, а профит значительный – тот же экипажный балласт кормить за счет местных ресурсов, а не из ограниченных запасов, которые с собой перли. Так что однозначно вслепую прыгать нельзя. Есть очень большая вероятность нарваться на сюрприз. Собственно, именно эти соображения я и изложил старшим коллегам, разве что в более компактной и удобоваримой форме. Вот только вывод из моих слов воспоследовал довольно неожиданный:

– Предлагаешь дождаться их здесь и уничтожить?

– Вы настолько уверены в своих силах, капитан?

– Более чем, – кивнул Иванов. – Если та бандура, что просчитал Зевс, будет одна, мы сможем разнести их на атомы одним залпом. Другое дело, что придется угробить на это процентов восемьдесят емкости накопителей…

– А если две? – заинтересовался Грег.

– Будем прятаться, – пожал плечами кэп. – Врубим маскировку, набьем накопители под завязку, и прыгнем… куда-нибудь. Или сначала второго на ноль помножим, со всеми сопутствующими. А дальше по обстоятельствам.

– Хороший план, – поддержал я Иванова. – Так их можно до бесконечности щелкать. Тактика из фильмов про кунг-фу, которые Мак обожает. Ну, из тех, где герой против толпы, да вот только враги почему-то по одному предпочитают нападать. Довольно надежно, пусть и долго. Вот видите, капитан, можете же, когда хотите. Мой вариант – сидеть и ждать – мне куда больше нравится.

– Одно другому не мешает.

– Согласен, капитан. Значит, пришли к консенсусу – сидим в системе, как мышь под веником, наблюдаем и ждем. Если кто-то еще сюда явится, у нас будет преимущество первого удара. Хотя предпочтительнее обойтись без конфронтации. Если не явится – нам же лучше. Плюс есть неиллюзорная возможность дождаться вызова от наших с корпоративной территории – один раз они уже до нас докричались, значит, смогут и повторно. Если же не дождемся… трансмутировавшая Элва, помимо сугубо научной ценности – вам, капитан, абсолютно неинтересной – имеет ценность еще и практическую. Иными словами, я попробую приспособить «радар» под ретранслятор. Думаю, у столь масштабной штуковины мощности хватит, чтобы докричаться прямиком до Нового Оймякона.

– Зевс, это возможно? – осведомился мистер Слоун.

– Судя по тем данным, что я уже расшифровал, такой функционал заложен в программное обеспечение, – громыхнули динамики голосом андроида. – Куда большую проблему может представить его совместимость с известными аналогами, но и над этим вопросом я работаю. Мне есть с чем сравнивать, система связи «Молнии» не во всем, но во многом основана на схожих принципах.

– Нет, я про прямую связь со столичным миром.

– Почему нет? У нас уже был прецедент.

Ага, это он на Лу и его послание намекнул. А я-то думал, что он через ретранслятор до нас дотянулся. А тут вон как, оказывается! Так что Брокеры еще более хитрые ребята, чем я предполагал.

Грег заломил бровь и вопросительно уставился на капитана.

– Аргумент, – вынужденно признал тот. – Как долго эта ваша тряхомудия тянуться будет?

– «Радар» развернут на пятнадцать процентов от планируемого объема.

И как он это просчитал? Или просто дернул информацию из документации системы контроля? Пофиг, примем на веру.

– Это за сколько часов? – задумался кэп. – Э-э-э…

– Полное развертывание займет от трех до четырех суток, сэр, – пришел ему на помощь искин. – Точнее спрогнозировать не получается, не хватает данных для анализа.

– Нормально, – заключил Иванов. И тут же выудил на свет божий другую проблему: – А что делать с Эли?

– Меня больше беспокоит вопрос, что делать с Васькой, – вздохнул я. – Алиска сейчас стабильна, Зевс, как и обещал, создал для нее виртуальную «Молнию», но кота от девушки забирать нельзя, он ее единственная связь с реальностью. В том числе и через подсаженных нанов. Представляете, какой это для него стресс?

С нанами, кстати, нам несказанно повезло – именно через них Зевс умудрялся осуществлять электростимуляцию мускулатуры котейки, иначе тот бы уже весь затек, а через день-другой окочурился от застоя крови. Да и слинять с поста они же Ваське не позволяли. Да, знаю, жестоко по отношению к питомцу. Но тут уж пришлось выбирать, чья жизнь нам дороже – кошака или пилота. Так-то обе дороги, но… сами понимаете, на чьей стороне преимущество по очкам. Хотя, если совсем уж на чистоту, Алиска сейчас в абсолютно аналогичном положении – питалась внутривенно, а мышечный тонус сохраняла благодаря электростимуляции. Не застрянь они в штатном катере «Молнии», не знаю, что бы мы делали. А тут прямо в кабине все необходимое вырастили и задействовали. Даже Мисс Лед на прямом контакте с пациентом настаивать не стала, обошлась телеметрией, а это показатель.

– Зевс, сколько наши пациенты продержатся в текущих условиях? – снова подал голос Грег.

– Без серьезных последствий для организмов до недели. Если до двух, то потребуется относительно длительная реабилитация.

– А на другой чаше весов жизни остальных Оружейников и команды, плюс сверхсекретная информация, – задумчиво протянул успокоившийся кэп. – И неизвестное количество потенциально предотвращенных жертв. Ладно, Денис! Работаем по твоему плану – сидим и ждем вчерашний день. А там, как в старинной поговорке, или шах издохнет, или ишак.

– Или Насреддин, – поддакнул Грег.

– Спасибо, кэп! – совершенно искренне поблагодарил я. Давненько со мной такого не случалось. – Думаю, проф Куатье сполна оценит ваше великодушие. Да и потомки вас тоже не забудут.

– Да тьфу на тебя! – Капитан в один заход проглотил остатки вискаря, поставил стакан на подлокотник и выпростался из кресла. – Грег?

– Да пошли уже, – не стал спорить тот.

И, что характерно, тоже за собой не убрал. Типа, отомстили? Мелковато как-то. Хотя мне ли ворчать? Этот раунд за мной, как говорится, на базаре съехал. Но это временно. Надо что-то еще придумывать… собственно, этим я и занимался, пока внезапно не пробудился «ключ». А дальше уже не до того стало, в свете вновь открывшихся обстоятельств.

…из задумчивого состояния меня вывело ощущение пристального взгляда в спину. До того реальное, что я даже оглянулся, но, естественно, никого не увидел. Тыл был безопасен, но беспокойство не оставляло.

– Зевс, на меня кто-то смотрит.

– Не обращай внимания, это побочный эффект «ключа» – он улавливает передачу с камеры на двери. Если хочешь, можешь вывести видео на наглазный дисплей, наны справятся.

– Не, лениво, – отмахнулся я. – Стой! Ты вот так вот замысловато сообщил, что кто-то у двери ошивается?

– Ответ положительный, – «ухмыльнулся» искин. – Так что, вывести картинку?

– Нет, сам посмотрю.

Я вдруг отчетливо осознал, что слишком сильно стал зависеть от моего маленького «секрета», то бишь нанов и Зевса, а это не есть хорошо. Раньше куда больше на самого себя полагался, а тут чуть что – и сразу читерить начинаю. Надо отучаться, однозначно. Хотя бы в простейших повседневных делах без поддержки обходиться. Да вот как сейчас, например. Засады я не опасался – экипаж проверенный, Оружейники тем более. Так почему бы не глянуть?..

До двери было рукой подать – четыре не самых широких шага, и все же я не выдержал, врубил дисплей замка через нанов. И, едва мазнув по нему взглядом, порядочно ускорился. Я бы даже сказал, засуетился – встал в дверном проеме, нервно почесал в затылке, поежился, но все же деактивировал замок. Ну а что? Перед смертью не надышишься.

– Дэн? А я тебя ищу везде…

А ведь она не изменилась. С тех самых пор, как я ее впервые увидел. Астрид Свенссон (не спрашивайте, почему не Свендоттир, без понятия!), хрупкая блондинка нордического облика, все с той же очаровательной родинкой на скуле. И глаза – зеленые, бездонные… плюс немного расхристанный комбез с закатанными рукавами, что так сексуально на ней сидит… та-а-ак! Ну-ка, взял себя в руки, тряпка! Прямо растаял, блин. Повторно влюбился что ли, олух?! Стоило Алиске против воли устраниться, и все – обрадовался. Балбесина.

– Впустишь?..

И она еще спрашивает? Хотя о чем это я – проем-то перегородил. А теперь и сам не заметил, как шагнул назад. А потом еще и еще раз. Аккурат хватило пространства, чтобы дверная створка скользнула за спиной девушки на законное место. А я застыл, как дурак, мучительно пытаясь сообразить, что сказать. Что-то надо, но что – хоть убей, не знаю!

Зато Асти, похоже, особых сомнений не испытывала – подошла вплотную, прижалась всем телом, обняла и положила голову мне на грудь. Совсем как когда-то, когда мы еще только нащупывали подходы друг к другу. В другой жизни, ага. Еще до того, как девичьи тараканы взяли верх. Собственно, а что тут теперь сделаешь? Разве что приобнять в ответ… за талию в основном, хотя ладони так и норовили скользнуть пониже.

– Страшно было?.. Ну, там?..

Я пожал плечами. Не в первый раз, и далеко не в последний. Что говорить-то?..

– А мне было.

Вот это заявочка!

– За вас всех, – пояснила Асти. – Ты не представляешь, как это трудно – сидеть и ждать. Раньше, до тебя, я как-то не заморачивалась такими вещами. А сейчас даже скотину Мака жалко. А тут еще Эли…

Согласен. Не такого разрешения нашей непростой ситуации я ожидал. Нет, понимал, конечно, что рано или поздно придется сделать выбор, но по малодушию своему переложил его на хрупкие девичьи плечи. А девицы теми еще кремешками оказались. Или просто упрямились, как бабы это умеют. Вот и жили-мучились. И я тоже, а вы как думали! Мне ведь женских закидонов вдвое больше перепадало, чем нормальному человеку положено. А тут… реально, как-то легче стало. Совесть грызет, не без того, но вовсе не по поводу любовного треугольника. Стыдно, что Алиску под монастырь подвел, и это нормально. В остальном же… вот смотрю на Асти, и хорошо на душе. Нет больше желания дистанцироваться, заткнуть уши и послать куда подальше. Выходит, осознал и принял? В смысле решение, а не вискаря на грудь?..

– Дэн?.. – И взгляд такой грустный-грустный.

Раньше я бы просто взбеленился и популярно объяснил ненаглядной, куда ей валить с угадайками и недотелепатией, но сейчас – парадокс! – я ее прекрасно понял. И сказал именно то, что она ожидала:

– Все будет хорошо. Верь мне.

– Дэ-э-эн…

Ну вот, теперь еще и слезы… впрочем, с этой напастью я справлюсь – не впервой. А вы не подглядывайте.

Система HD 97126,

дикая территория, борт рейдера «Молния»,

15 октября 2138 года, позднее утро

Вот это я оттянулся! В смысле, выспался. Не припомню уже, когда так получалось, чтобы покойно и сладко. Наверное, Асти посодействовала – теплая девушка под боком вполне себе положительный фактор. Особенно после того, как силы иссякли, и оная девушка больше не приставала с игривыми намерениями. Впрочем, про игривые это я для красного словца загнул. Давненько такого с нами не было, пожалуй, с того самого раза, перед официальным расставанием. Ну, после приключений в клубе «Астероид» на станции STG-5. Точно такое же ощущение надлома, как будто Асти снова что-то глубинное в себе переборола, приняла какое-то решение, способное перевернуть всю ее будущую жизнь. Главное, чтобы мою не перевернуло, а то что-то я преступно расслабился и о безопасности под конец уже и не думал… так что размечтался, ага.

А все-таки хорошо, что мы в люксе остались! У меня в каюте так бы не получилось – и вентиляция не ахти, и климат-контроль пошаливает… к утру бы запарились в одной постели под общим одеялом. А здесь нормально, благо занятый было диван мы очень быстро оставили, переместившись в джакузи. Не удивляйтесь, на то и люкс, чтобы всяческими излишествами скрашивать унылую полетную жизнь старших чинов экипажного состава – остальным душевые кабинки в каютах положены. Так-то у нас кораблик не самый крупный, вернее, жилые модули особым размахом не поражают, но на то количество народу, что у нас обычно на борту пребывает, с бо-о-ольшим запасом. Так что можем себе позволить всякое из разряда роскошеств. Не все, естественно – капитан, финансовый директор да ваш покорный слуга. Причем я уверен, что кэп данной каютой не злоупотребляет, а вот Грег… да если еще в компании с Мисс Лед… не на пустом же месте слухи возникли? При этом их так до сих пор и не застукали. Вывод? Да очень простой – в люксе они зависают. И очень может быть, что мы с Асти им сегодня ночку обломали. Даже приятно, особенно в свете вчерашнего разговора. Пусть мелкая, но месть, типа их неубранных стаканов. В принципе, теперь я могу это точно установить – доступ к ядру имеется, приоритет даже выше, чем у капитана, но… совесть тоже есть. Никто ее пока еще не отменял. И вообще, не мое это собачье дело.

Но, должен признаться, новообретенными возможностями я таки воспользовался – по выходу из ванны сформировал прямо у иллюминатора роскошнейшее ложе, которое мы и использовали по прямому назначению. Да и до сих пор продолжали использовать, если уж совсем начистоту. Верхний слой лежанки – нечто вроде нежнейшей губки – приятно ласкал тело и при этом отлично отводил влагу, что твоя мембрана. В общем, давненько я такого комфорта не испытывал, несмотря на то что валялся в одеянии Адама. Так бы и дрых, кабы не местное светило, как раз показавшееся из-за косматого диска Элвы. Не критично, но в глаза лезет – иллюминатор я убирать не стал по просьбе Асти. Очень уж ее вид на космос впечатлил, впрочем, меня тоже. Особенно в сочетании с полностью прозрачной стенкой, создававшей иллюзию открытого окна – того и гляди, вместо воздуха вакуума хлебнешь. Нервы пощекотали, короче. А потом мы просто перестали обращать внимание на провал в расцвеченную мелкими искрами бездну. Так и уснули, а теперь пожинали плоды собственной беспечности – Асти тоже недовольно заворочалась где-то поблизости. Точнее не скажу, с размером лежбища порядочно переборщил. Впрочем, девушку это не смутило – разлепив глаза, она нашла меня полусонным взглядом, пододвинулась вплотную и пристроилась сбоку, положив голову мне на грудь. У нее это вообще любимая поза, когда мы кровать делим, благо разница в габаритах оптимальная.

– Спишь?..

– Сплю…

Вот и поговорили… впрочем, славно. Я тоже пока из люксового логова выбираться не намерен. Более того, собираюсь повторно зависнуть в джакузи, затащив туда ненаглядную. Чуть позже, ага-а-а-а!.. Эк зевота одолела… пофиг, я заслужил. И если меня до сих пор никто не потревожил, значит, все шло строго по плану – Элва трансформировалась, Бранка томилась в плену, Эли с Васькой… пожалуй, тоже томились – в медицинской виртуальности. Это я Зевса попросил котейку к Алиске подключить – все не так скучно. Так что идите все лесом, я сплю…

«…дящий вызов».

«Принять?» «Да» ⁄ «Нет»?..

Че-е-е-его?.. Ну вот кому не спится в такую… черт, а ведь это очень относительное понятие – рань. Кто-то только-только лег, у кого-то уже рабочий день в разгаре, а кто-то уже закругляется. И это только на Новом Оймяконе, к которому у нас бортовое время привязано. А если конкретней, то и вовсе к столице… упс… папенька?.. Или это вообще по внутренней связи вызов? Однозначно нет, тогда бы через стандартный интерфейс пытались докричаться, а тут через нанов.

«Внешний входящий вызов».

«Принять?» «Да» ⁄ «Нет»?

Тэ-э-экс, это дальняк. Ладно, принимай…

«Принять?» «Да» ⁄ «Нет»?

Чего это? Я же сказал – принимай.

«Я посчитал неэтичным принимать вызов на устройство с обратной видеосвязью с текущим фоном».

Точно же! Спасибо, Зевс!

«Всегда пожалуйста».

«Внешний входящий вызов».

«Принять?» «Да» ⁄ «Нет»?

Да погоди ты, сейчас!..

Памятуя о том, что дальняя связь удовольствие не из дешевых, управился я быстро, буквально секунд за двадцать. Причем из них львиная доля ушла на преобразование ложа, которое теперь отделялось от остального пространства чем-то вроде монолитной ширмы, напрочь перекрывшей иллюминатор, равно как и Асти, по-прежнему пребывавшую в пикантном виде. Я даже не отказал себе в удовольствии полюбоваться девичьей фигурой секунду-другую, с удивлением отметив, что со времени нашего знакомства она… заматерела, что ли? Округлилась в нужных местах? Перешла из стадии «юной леди», почти подростка, в стадию «молодой мисс»? А ведь точно. Похорошела, в общем. А еще поумнела – не стала возмущаться, когда я выскользнул из-под нее и заметался по каюте, пытаясь делать два дела сразу.

Вторую неотложную задачу, то бишь поиски разбросанной по каюте одежды, я решил походя – просто цапнул брюки от боевого комбеза, того самого, которым на Элве обзавелся, торопливо влез в них и грохнулся на диван. И с порядочным удивлением осознал, что за это короткое время штаны успели трансформироваться в аморфеумный пленочный скафандр, а уже тот, в свою очередь, превратился в рубашку-поло и брюки – без единой складочки, идеально сидящие, плюс туфли-оксфорды.

И все это в различных оттенках черного и темно-серого. Это что, я теперь и так могу?!

«Ответ положительный. Я взял на себя смелость выбрать конкретные модели деталей туалета. Надеюсь, ты не возражаешь, Денис?»

С чего бы? Хотя да, я бы сам вряд ли так вырядился. И вообще не понятно, откуда у моего друга-искина такие образцы. Ну да, туплю – вестимо, откуда: из базы преподобного. По крайней мере материалы. А уж выкройку-то он и сам по меркам вполне способен просчитать. Не тем заморачиваюсь, короче. Но тем лучше, сыграем на разрыве шаблона. Думаю, папенька оценит…

«Внешний входящий вызов».

«Принять?» «Да» ⁄ «Нет»?

Да принимай уже!

Запоздало подумав, что неплохо бы умыться и причесаться (ха-ха три раза, с моим-то ежиком!), я постарался развалиться на диване как можно вызывающе – нога на ногу, руки по спинке – и состроил наиболее иронично-саркастичную рожу из всех, на данный момент доступных. И чуть было не испортил шоу, едва не вздрогнув – помимо папеньки в неизменном монструозном кресле в до боли знакомом кабинете обнаружилось еще двое широко известных в узких кругах типов – этим достались кресла попроще, гостевые, да и сидели они немного наособицу, соблюдая приличествующую случаю дистанцию. Какому случаю? Да вот этому – встрече высокопоставленных корнов в неформальной обстановке. У нас вообще всегда так, когда в Новооймяконск старшие представители семейства О’Мэлли заглядывают. С женской частью никаких проблем – сестры, как-никак, а вот мужики устраивают ритуальные игрища из серии «вынужденное общение заклятых друзей».

«Процесс активирован».

Да я уже как бы понял… нет, надо брать себя в руки. Хотел сыграть на опережение? Вот он, шанс!

– Виктор Андреич, – лениво козырнул я отцу и перевел взгляд на гостей. – Дядя Петя (короткий учтивый кивок, такой же ответный), Арти…

Некоторое время в отцовском кабинете царила пораженная тишина – это они еще и мой прикид оценили, однозначно! – потом папенька опомнился:

– Ну, здравствуй, сын.

По старому сценарию, что ли? А, ладно…

– Привет, пап.

– И это все? – обрадованно вздернул бровь тот. – «Привет, пап»? После всего, что ты натворил?

Опять. Ну хорошо, подыграю. И так он уже весь на нервах.

– С этого места, пожалуйста, поподробнее, Виктор Андреевич. Хотелось бы уточнить – когда именно? И где конкретно? А то я прямо и не знаю, что выбрать. Вам позабористей, или вы так, для очистки совести интересуетесь?

Ты гляди-ка, задумался! Не ожидал, честное слово. А вот реакция гостей позабавила – Питер О’Мэлли ухмыльнулся, что при его худобе и рыже-седом колере выглядело скорее зловеще, нежели ободряюще, а Арти незаметно показал мне большой палец. Ну, хотя бы тут все по-старому – к дяде Пете я сызмальства привык и на внешность не реагировал, а Арти всегда Арти – длинноволосый щеголь в идеально пошитом костюме. Тот эксперимент с имиджем, что имел место на Пандоре несколько лет назад, так и остался единственным – выписавшись из больнички, Артур вернулся к привычному образу утонченного ботана. И, насколько мне известно, больше ни в каких авантюрах не участвовал, разве что в исключительно научных. Избегать-то братца я избегал, но старался держать руку на пульсе. Правда, ничего конкретного так и не нарыл, хотя, должен признаться, в позавчерашней заварушке подумал о нем плохо, когда катер «FFR» увидел. Ну и ладно. Хорошо, что хоть в чем-то постоянство сохраняется. Хотя… пожалуй, именно сейчас оба представителя семейства О’Мэлли выглядели слегка… загруженными, что ли. Чем это они таким озабочены? А, понятно – война…

– То есть ты сам признаешь, что натворил? – вышел из задумчивости папенька. – Занятно…

– Вик, давайте вы потом поупражняетесь в злословии, – прервал его на полуслове дядя Петя. – Время.

– Пожалуй, ты прав, – вздохнул отец.

И вот в этот миг мне стало по-настоящему страшно – я только теперь осознал масштаб навалившихся на нас проблем. Химера? Эта угроза слишком грандиозна и глобальна, чтобы уложиться в голове, так что боялся я больше абстрактно. А вот вторжение землян – это близко, понятно, а оттого еще более жутко. Приплыли, короче.

– Отец?

– Дядя Петя прав, сын. Все плохо.

– Насколько?

– Смотри сам.

Камера чуть убавила зум, отчего мои родственнички вместе с предметами мебели чуть отдалились, а на освободившемся месте соткалась голографическая объемная схема Колониального союза – почти такая же, как и в моем собственном люксе не далее, как вчера. Но были и нюансы – я совмещал Колонии с мирами Предтеч, которые при совпадении вспыхивали синим цветом, а на отцовской карте целая россыпь точек пульсировала алым.

– Значит, это правда? Полномасштабное вторжение?

– Откуда?! – подавился очередной заготовленной едкостью папенька.

– Брокер весточку прислал, – отмахнулся я. – Рассказывай.

– Н-да… – покачал головой отец. А потом гаркнул: – Коля! Наш балбес совсем взрослым стал!.. Когда это ты меня предупреждал?!. Нет, правда?..

– Дяде Коле привет, – ввернул я, поймав паузу между рявками.

– Коля, тебе привет!.. Как от кого?.. От взрослого мужчины!.. Он говорит, сам привет, – глянул на меня папенька и снова прислушался к чему-то. – Чего?!…Сколько-сколько я тебе должен?!

– Не обращай внимания, у нас всегда так, – успокоил я заерзавшего Арти.

Впрочем, братца можно было понять – голосина у папеньки ого-го, а он в опасной близости. Так можно и акустический удар схлопотать. А вот дяде Пете все нипочем – видать, и не к такому привык. Уважаю.

– …какая еще инфляция?! – надрывался тем временем отец. – Мне тебя проще расстрелять, по закону военного времени!…Чего «сам»?.. А, стреляться пошел… ну-ну. Вот видишь, до чего старика довел! – переключился он на меня. – Брокер у него!..

– Завидуйте молча, Виктор Андреевич.

Какая зловещая тишина… хотя вру, всего лишь пораженная. Победа?.. А, пофиг уже, не радует. Тут о другом думы мучают – например, догадался ли Зевс скопировать отцовскую карту и запустить перекрестный анализ по нашим базам данных и Информаторию?..

«Ответ положительный».

Отлично… как что нароешь, дай знать.

«Принято».

– …о чем бишь я? – взял себя в руки папенька. – Да, вторжение… началось все трое стандартных суток назад, по крайней мере, о более ранних эпизодах сведений у нас нет. И, боюсь, они и сейчас далеко не полные – донесения приходят в режиме реального времени, только за последний час добавилось еще две точки…

– Сколько всего на текущий момент?

– Семьдесят три.

«Зевс?»

«Сошлось».

Отлично… слушаем дальше.

– Наши аналитики, – короткий взгляд на старого Питера, – уже выдали кое-какие прогнозы и выявили закономерности. Большинство точек вторжения, а если точнее, восемьдесят пять процентов, укладываются в сферу радиусом шестьдесят парсек – плюс-минус пара – от Старой Земли. Остальные пятнадцать – распределены случайным образом или еще не определены, поскольку некоторые системы были атакованы сразу несколькими модульными кораблями, часть из которых после дозаправки на местных станциях – захваченных, естественно – сразу же ушла в следующий прыжок. Откуда-то мы еще не получили донесений, где-то силы вторжения еще не вошли в зону действия отслеживающей аппаратуры – сам знаешь, какая это лотерея, дальние прыжки. Тем не менее, картина в целом примерно вырисовывается. Второй общий признак – не атакована ни одна корпоративная территория. Все точки – исключительно Колонии.

– Боятся? – хмыкнул я.

– И это тоже, – кивнул папенька. – Но я подозреваю, что не только. Что-то мы упускаем, какой-то общий признак… черт, еще один сигнал!

Все присутствующие, включая меня, уставились на яростно мигающую точку далеко за основной сферой, но подозрительно близко к системе HD 97126. Ну, как близко? Если я ничего не путаю с масштабом, сотни полторы парсек.

«Зевс, эту тоже учитывай».

«Принято».

– Весело у вас, – заключил я. – Боестолкновения уже были?

– Крупных – нет. Насколько мы поняли из донесений, почти везде силы вторжения ограничиваются дальними планетами, не пытаясь атаковать обитаемые миры, но кое-где атакованы либо захвачены объекты пространственной инфраструктуры. В основном заправочные станции, что вполне объяснимо. А так… летают, смотрят, отгоняют излишне любопытных… и все.

– Чего-то ждут.

– Наверняка, – усмехнулся папенька. – Теперь твоя очередь, сын.

– Спасибо, – степенно кивнул я. – Вопросов у меня много…

– Каков нахал? – усмехнулся дядя Петя.

– Весь в меня. – Это папенька похвастался, что ли? – Ладно, спрашивай.

– Как реагируют Корпорации? И реагируют ли в принципе?

– Реагируют, – пожал плечами отец. – Мы вот собрались. Сидим, думаем. Репы чешем.

– И чего надумали? Будете оборонять ключевые системы объединенным флотом?

– Пока так. Слишком мало времени прошло, никто еще ничего толком не понимает, намерения землян тоже сокрыты мраком, как и их силы с огневыми возможностями… понятно, что это экспансия, но как именно они будут действовать? Насколько жестко? И насколько жестко реагировать нам? И почему, в конце концов, именно эти системы?! В общем, есть над чем поразмыслить.

«Портальные технологии».

Хм… жажду подробностей.

«Судя по данным Информатория, Предтечи, которым принадлежали попавшие под удар системы, обладали технологиями портальных межзвездных переходов. Кто-то более совершенными, кто-то менее, но некогда все эти миры были связаны в единую транспортную сеть. Поискать другие по данному признаку?»

«Ищи».

«Принял».

Вот, значит, как. А я-то все голову ломал, как Бранка собиралась свежесотворенные корабли к своим доставлять… а тут уже все обдумано, просчитано и предусмотрено… было. Пока я не вмешался, аки Провидение. Или как та самая палка в колесе.

– Есть предположения, чего они ждут?

– Хм… сын, я надеюсь, это сейчас был риторический вопрос? Учитывая, где именно ты находишься?

– Естественно, – усмехнулся я. – И по этому поводу у нас еще будет отдельный разговор. Когда я домой вернусь.

– Уже страшно…

– Не ерничайте, Виктор Андреевич. Я еще и не начинал пугать.

– А есть чем? – напрягся отец.

– Не телефонный разговор, – все же решил я придержать инфу. Памятуя о реакции старперов-оппозиционеров, ага. – Но, я так понимаю, вы ждете доклада? Как-никак, апофеоз трех с лишним лет?

– Сам догадался, или подсказал кто? – нахмурился отец.

– А есть разница?

– Еще какая.

– Получил агентурные сведения, требующие проверки.

– Коля!!! Я должен тебе еще полтинник!.. – рявкнул папенька. – А в тебе я разочарован, сын. Я надеялся, что ты сам догадаешься. Всего-то и нужно было, что чуток подумать.

– Да чтоб вас, Виктор Андреевич!

Нет, ну что за люди?! Вот сколько можно издеваться? И что вообще за манера – заключать пари на каждый мой чих?.. Ладно папенька, тот еще моральный урод, если разобраться. Но тренер дядя Коля!..

– Сочувствую, – подмигнул мне Арти.

– Короче! – повысил я голос, привлекая внимание родителя. – С Элвой все сложно.

– Прямо как статус в социальной сети! – восхитился папенька. – Я даже не буду спрашивать, почему Элва…

Оп-па! Таки сработала наша заявка! Надо будет Мака обрадовать.

– …и даже не буду настаивать на подробностях. Скажи только – она наша?

– Нет, – разочаровал я папеньку. – Но и землянам ничего не обломилось.

– Каким еще землянам?!

Отец с дядькой озабоченно переглянулись. Не, ну а что? Это вам не собрание акционеров, и не совет директоров – тот еще серпентарий. Здесь, можно сказать, тесный семейный круг, можно эмоции не скрывать. Как выражается мой горячо любимый родитель, нет нужды строить похерфейс. Именно так, через букву «ха». На мой взгляд, очень верное и точное определение, куда там английской идиоме!

– Обыкновенным, – усмехнулся я. – Зевс, выведи на проектор досье Бранки… спасибо. Знаете ее?

– Может, и мелькала в сводках, – хмыкнул отец, демонстративно уставившись на голограмму. – Надо поиск запустить. А кто она?

Вот ведь шельма! Не знай я его так хорошо, даже поверил бы, настолько убедительно сыграно. Но меня не проведешь… с некоторых пор. Узнал ее папенька, однозначно узнал. Вот только признаваться в том не счел нужным – смысл терять лицо перед заклятыми родственниками?

– У вас связь халявная, вот и выясняйте.

– Халявная… скажешь тоже! Эти «халявщики» потом три шкуры сдерут…

Ага, точно с биржевиками связался! И тут одно из двух: либо Виктор Андреевич стал предсказуемым на старости лет, либо я шибко поумнел. Вышел, так сказать, на новый уровень работы с информацией. Количество наконец переросло в качество.

– Короче, к Элве присматривались не только мы, – начал я рассказ. – Это точно земляне, у них автономный модуль от земного корабля. Зевс, выведи схему с ТТХ… спасибо. Плюс я влез к ним в локалку, прямых доказательств не нашел, но есть множество косвенных. Я гляжу, вам это очень интересно?

– Есть такое, – кивнул папенька. – Но это терпит. Сопутствующая информация, хоть и важная. Потом отчет напишешь.

– А не слишком ли вы много хотите, Виктор Андреевич, от внештатного сотрудника? – вздернул я бровь. – Я не безопасник…

– Еще скажи, что вольная пташка! – перебил меня отец.

Н-да. Опять уел. Ну вот как у него получается?..

– Ладно, напишу.

– То-то же!

– Короче, Элва оказалась именно тем, чем мы предполагали – огромной ресурсной базой, способной воспроизвести… по факту, что угодно. Лишь бы был образец для копирования. Что угодно – это означает все, вплоть до живых организмов. И выдает она на выходе не просто сырье, а функционирующее устройство, готовое к использованию. Земляне намеревались наклепать на Элве кораблей. Не знаю, сколько точно, но много. Как я понял, проблем с персоналом у них нет, но материальная база конечна.

– И вы, значит, схлестнулись…

– С переменным успехом, скажем так. Земляне не получили контроля над Элвой, но и мы тоже. Обстоятельства так сложились, что пришлось выбирать – либо корабли землянам, либо приоритетная программа, преобразующая планету в… нечто. Что-то, задуманное Предтечами, конкретно Архонтами. И прямо сейчас я наблюдаю процесс трансмутации. Извините, Виктор Андреевич, но нам эти ресурсы тоже не достанутся…

– Во что превращается? – ожил Артур.

– Без понятия, – пожал я плечами. – Сами ждем с нетерпением. Как увижу, так расскажу. Может быть.

– Мы, вообще-то, союзники, – нахмурился Арти.

– Ага, а еще родственники! – одарил я его широкой улыбкой. – Так что я подумаю.

– Как долго?

– Еще дня три, – прекрасно понял я кузена. – А потом домой.

– Так вот чего они ждут… – явно отключившись от окружающих, задумчиво буркнул отец. – Резервные флоты… получается, у нас есть время. Пока зашлют транспортники с экипажами, пока перегонят корыта… а потом с удвоенными силами за Корпорации примутся. По крайней мере, так изначально предполагалось, до облома. Можно попробовать часть прихлопнуть, а, Пит? Создать ударную группировку и вломить. Хотя бы посмотрим, на что они способны.

– Сомнительно это все, – покачал головой дядя Петя. – Нет определенности. То ли успеем, то ли нет. А если нет? Если под удар с двух сторон подставимся?

– Кто не рискует…

– Ну его нафиг, такое шампанское!

Та-ак, сейчас сцепятся. Как не вовремя! Будем выручать.

– Кстати, па-а-ап?

– Не папкай!

– Надо бы меня встретить, – закончил я мысль. – У вас там весело, как я погляжу. Не хотелось бы попасть в замес с пустыми накопителями…

– Вик, при всем уважении, но у нас есть дела поважнее, нежели вытаскивать твоего младшенького, – незамедлительно вмешался Питер О’Мэлли. – Ему ничего не грозит, проберется потихоньку обходными путями, как ты говоришь – по задворкам…

– Ага, скажи еще огородами к Котовскому! — хмыкнул папенька.

– Или так, – не стал спорить любящий дядюшка. – Нет смысла посылать за ним целый конвой… да не спорь, знаю я тебя! У нас сейчас каждый корабль на счету. Кто знает, когда и куда еще ударят земляне! Плюс твой план – крайне сомнительный, но он хотя бы есть! А этому, – кивнул он на меня, – ничего не грозит. Мы тут в куда большей опасности. Пусть пошатается по дальнему космосу, глядишь, к возвращению все утрясется.

– Какой ты добрый и заботливый, дядя Петя! – умилился я. – Премного благодарен.

– Поговори у меня еще, щегол! – буркнул О’Мэлли-старший, но, как и обычно, беззлобно – ритуал есть ритуал. – В общем, давай сам, потихоньку, не отсвечивая. Целее будешь. А мы тут к твоему возвращению постараемся разобраться с проблемой.

Ну да, если воспользоваться советом доброго дядюшки, до Нового Оймякона я как раз месяца через полтора доберусь. Но где гарантия, что к тому времени будет хоть какая-то определенность?

– О тебе он также хорошо заботится, а, братец? – подмигнул я Арти.

Тот отзеркалил ухмылку, но комментировать не стал, поскольку находился в пределах досягаемости отцовского подзатыльника. А с этим у дяди Пети всегда запросто, даже мне периодически доставалось. Как любимому племяннику.

– Ладно, как хотите, – вздохнул я, так и не дождавшись поддержки от задумавшегося папеньки. – Раз я вам там не нужен… раз вы без меня обойдетесь… портальные технологии, кстати.

– Что? – встрепенулся Виктор Андреевич.

– Технологии, – повторил я. – Портальные.

– Ты нашел связь? – дошло и до дяди Пети. – Но как?!

– А это уже мой маленький секрет. И о нем не по телефону. Могу с уверенностью сказать только одно: все миры, попавшие под первую волну вторжения, населялись Предтечами, владевшими портальными технологиями. Мало того, когда-то они были связаны в единую транспортную сеть. Нынешние колонисты, скорее всего, даже не поняли, что у них есть. А земляне явно хорошо информированы, и если уж знают, у кого из Предтеч были порталы, то наверняка представляют, как их снова задействовать. Последствия представляете? Да что далеко ходить – наверняка Бранка помимо кораблей еще и телепортационную установку собиралась создать. Вот вам и решение проблемы переброски подкреплений. Другое дело, что теперь у них случился ма-а-а-аленький облом, но они еще не в курсе. И еще минимум дня три будут пребывать в блаженном неведении. Хотя нам это вряд ли поможет, сомневаюсь, что за такой срок вы сумеете организовать полномасштабную флотскую операцию…

– Это точно, – подтвердил папенька. – Скажи мне, мой хитрый отпрыск: у тебя есть еще какая-нибудь полезная информация? Которой не лишне было бы поделиться с родителем?

– А как же! – усмехнулся я. – Но это, опять же, не телефонный разговор. Так меня встретят?

– Шантажист, – покачал головой Питер. – Вик, ты как его терпишь вообще?

– С трудом, – остался невозмутим папенька. – Смириться с неудобствами позволяет лишь гордость за правильное воспитание.

– Узнаю семейку Смальковых, – покивал дядюшка. – Учись, Арти!

– Было бы чему! – скривился тот.

– Эй, народ, – напомнил я о себе, – ну так что, встретят меня?

– Встретят, не переживай, – пообещал папенька. – Только давай тогда будь на связи, консультации нужны постоянно…

– А это уже не моя проблема. Может, лучше ты с Брокерами договоришься о постоянном канале? – вопросительно прищурился я. – Самостоятельно я только дня через три могу попытаться решить вопрос со связью. Повторяю – попытаться. То есть гарантий никаких.

На последнюю мою фразу старшие не обратили внимания, зато Арти ощутимо напрягся – почуял что-то интересное, стервец. Взять на заметку: вряд ли удастся убедить в реальности Зверя кого-то из глав семейств, но братец Артур однозначно поведется. Тот еще союзничек, если честно… но лучше такой, чем вообще никакого.

Оценили, кстати, как я мастерски создал удобный момент? От ответа папеньки зависят и мои выводы касательно его связей на Бирже. А то последнее время меня терзают смутные сомнения – как бы Виктор Андреевич еще и одним из их высокопоставленных функционеров не оказался… тогда я вообще депрессию словлю от зависти и осознания собственной ничтожности на фоне этой глыбы.

– Вряд ли…

Упс… ну и ладно.

– Тогда план такой. Примерно через трое суток мы совершим прыжок в систему Корнье-11, вот сюда. – По моей мысленной команде на голографической карте прорисовалась планируемая трасса, и я немного увеличил масштаб – для пущей наглядности. – Это два наших прыжка, промежуточная точка – система HD 17882, вернее, ее окрестности. Она необитаема, останавливаться для дозаправки я не буду, определюсь с координатами и прыгну дальше. Так что в мире Корнье появлюсь в лучшем случае с десятью процентами энергозапаса, и наверняка с нехилой погрешностью, хорошо, если вообще внутри системы. Там есть объект Корпорации «Такэда Электронике», нужно будет согласовать с ними мою заправку вне очереди. Но на это надежды никакой, реактор у них маломощный, едва хватает на собственные нужды. Это я точно знаю, сюда мы по этому же маршруту добирались. Поэтому крайне желательно к тому времени прислать конвой с заправщиком. Сможете?

– Сейчас запрос сделаю, подожди… сможем, но только через четверо суток, не раньше. Скорее позже, часов на десять. Подождешь?

– Десять часов, плюс-минус два-три – не вопрос, – согласился я. – Там и ретранслятор есть как раз. Единственное, накануне нужна будет сводка. А то вдруг туда земляне доберутся?

– Так проверь, нет ли там интересующих землян объектов, – фыркнул Арти.

«Зевс?»

«Ответ отрицательный».

– Вроде нет… ладно, тогда на этом и сойдемся. Ну а из Корнье до Нового Оймякона я еще за пару суток доберусь. Так что вы там держитесь, скоро свидимся.

– Не очень-то и хотелось, – буркнул Артур, за что немедленно словил подзатыльник от Питера.

– Когда уже перестанете собачиться? – грозно поинтересовался дядюшка.

– Правильный ответ – никогда, – ухмыльнулся я.

А что? Очень просто быть смелым, когда от грозного Питера О’Мэлли тебя отделяют несколько сотен парсек.

– И вправду балбес…

– Я стараюсь, дядюшка. Впрочем, ладно, как созреете до новых вопросов… ну, или новости появятся – вызывайте.

И вырубил связь, в последний момент успев краем глаза зацепить изумленные физиономии обоих О’Мэлли. Что характерно, папенька даже в лице не изменился – привык.

Н-да… поговорили.

– Дэ-э-эн?

Черт, Асти! Она же все слышала! И молчала, что удивительно! Нет, однозначно она за последнее время изменилась к лучшему – как внешне, так и внутренне.

– Денис? Говорить уже можно?

– Да, я отключился.

Представляю, чего она наслушалась! Это моим собеседникам мою каюту видно было, да и слышно тоже, а их-то картинка только мне прямо в глазной нерв транслировалась. А звук, соответственно, в височную кость. Монолог в стиле «догадайся, мол, сама» получился. И ведь сдержалась! Молодчина, что сказать… ширму, кстати, уже тоже можно убрать, да и от щегольского облачения избавиться не помешает – я вроде бы в джакузи собирался? Самое время, ага. К тому же кое-кого прямо разбирает от любопытства пополам с тревогой. А это гремучая смесь, даже в случае со скандинавкой Астрид.

– Дэ-э-эн!!!

– Радость моя, в ванну пойдем?..

– Дурак!.. Конечно пойдем!

Вот и славно… я, наконец, впервые за несколько последних месяцев ощутил настоящий покой – знаете, такой… когда на душе легко, беспокойные мысли не мучают, и вообще – в данный конкретный момент все очень хорошо. Максимально хорошо, я бы сказал, из всех доступных вариантов. А глобальное… да бог с ним, с глобальным. Мы с Асти идем в джакузи, и пусть вся Вселенная подождет!..

Эпилог

Система Корнье-11,

территория Корпорации «Такэда Электронике», борт рейдера «Молния», 18 октября 2138 года

«Внешний входящий вызов».

«Принять?» «Да» ⁄ «Нет»?

Блин, ну кто опять?! Папенька час назад на связь выходил, чуть всю душу не вынул нытьем. Я уже, если честно, в люкс на постоянной основе переселился, конкретно подгадив финансовому директору – до такой степени, что тот даже деликатно намекнуть не постеснялся. На что получил совет привлечь кэпа и проделать дверь в переборке между своей каютой и обиталищем Мисс Лед. Судя по лукавой усмешке, Грег предложенный план реализовал уже давно, так что причина вовсе не в стремлении сохранить конфиденциальность, но упрекать его в сибаритстве и излишней любви к роскоши я посчитал моветоном. Сам такой же, между прочим. Зато из люкса не стыдно на вызов по дальней связи ответить, тем более что звонят все более люди солидные – папенька, старшие О’Мэлли и даже кое-кто из высших чинов объединенного корпоративного флота. Опять же, с командиром конвоя, высланного папенькой, пару раз пообщались, а он тоже мужчина не из последних. Так что потерпят, мне для общей пользы. Не из собственной же каюты отвечать? А в рубку связи на половине команды каждый раз таскаться элементарно лениво. Да и нет там никого, всего три человека в наличии – это капитан таким своеобразным способом секретности миссии поспособствовал.

Конкретно сейчас звонить-то и некому – со всеми заинтересованными лицами уже пообщался, текущие вопросы обговорил, осталось дотелепать до точки рандеву – мы из дальнего прыжка далековато от освоенной области системы вышли, погрешность большая получилась, а конвойщики, наоборот, слишком хорошо прицелились. Вот теперь и тащимся навстречу друг другу – мы в экономичном маршевом режиме, они – поспешают изо всех сил. Время сейчас на вес золота. И это не мои слова, а Виктора свет Андреевича, который таки убедился, что моя информация не просто полезна, а архиполезна. Я даже подозреваю, что он догадался о ее происхождении, но, зная ершистый характер своего младшенького, претензий предъявлять не стал. Ну а чего ему? При личной встрече разведет, как младенца. Ну, это он так думает. А я все то время, что проторчали у Элвы, обдумывал стратегию торговых переговоров. Планета, кстати, трансформу успешно завершила, и Зевс все аккуратно зафиксировал, в том числе и данными телеметрии из системы управления разжился, к которой все это время был подключен. Но массив получился такой, что мой друг-искин зарылся в нем с головой, фигурально выражаясь, и меня едва ли не по матушке слал. Разве что вызовы по дальней связи ретранслировал через нанов, от этой обязанности ему отмазаться не удалось.

«Внешний входящий вызов».

«Принять?» «Да» ⁄ «Нет»?

Принять, принять… ну-ка, кто там такой упорный?..

Н-да. Признаться, такого шока я давненько не испытывал. Сами посудите – абонент сидел в анатомическом кресле в каком-то чрезвычайно тесном помещении, весьма смахивавшем на рубку катера Таюки, и сам до боли напоминал одну очень хорошо мне знакомую особу, к сожалению, в данный момент нетранспортабельную.

– Алиска?! Как?..

И только потом сообразил, что это не она. Ошибиться немудрено – они же клоны, в самом прямом смысле слова. Обычно близнецы хотя бы одеваются по-разному, чтобы не путали, но не в нашем случае – безликий универсальный комбез, одинаково подходящий и для повседневной носки, и для ходовых вахт, в памяти не откладывался от слова совсем. В остальном же… реально копия. Брюнетка. Длинные и пышные волосы, ниспадающие на плечи, аккуратный нос, бледные губы с чуть загнутыми вверх уголками – это от сдерживаемой ироничной улыбки, как сейчас помню. Твердо очерченный подбородок с ямочкой. И… все. Глаз не видно – скрыты здоровенными черными очками типа лыжных. Алиска, кстати, от этого аксессуара еще на Нимойе отказалась. Но окончательное узнавание случилось, когда в груди возникло странно знакомое чувство – отчего-то меня к ней потянуло. Тайной повеяло, что ли?..

– Привет, Денис. Не ждал? – улыбнулась девица, отчего лицо ее волшебным образом преобразилось, ожило.

Хм… а у Алискиной улыбки такого эффекта нет. Наверное, потому, что она все-таки человек, а не искин в теле андроида экстра-класса.

– Ну здравствуй… Кийоко. Какими судьбами? Старик Такэда прислал? Или Сора попросила?

– Ни разу не угадал, – рассмеялась девушка. – Я сама, по собственной инициативе… вернее, мое второе «я» нуждается в помощи.

– Уверена?

– Более чем.

– Нет, я про второе «я». Большой вопрос, кто из вас кто.

Кийоко на мгновение задумалась, потом решительно кивнула.

– Теперь уже уверена. Не в ее положении выяснять приоритетность.

Теперь настала моя очередь удивляться.

– Так ты в курсе? Откуда?!

– Она прислала мне письмо, когда твой отец тебе звонил. Это было почти четыре дня назад…

Оп-па! Ни фига себе открытие! Это что же получается, «оцифрованная» часть личности Эли уже тогда настолько освоилась в своем новом статусе, что умудрилась незаметно для меня и для Зевса вклиниться в канал и отправить по нему информационный пакет? Вряд ли он был большого объема, так, на один микроимпульс, но все же… куда этот электронный болван смотрел?!

«Передача информации была осуществлена с моей санкции».

Эвон как! А подробнее?.. Молчит, блин. Так-то ясно, занят сильно… и, видать, были веские причины пойти на поводу у Алиски. Да она сама одна большая причина, фиг откажешь!

– Не сердись на Зевса, Денис, – правильно истолковала мою задумчивость Кийоко. – Он действовал из лучших побуждений. Если конкретно, пытался узнать у нас с мамой, как лучше действовать в ваших обстоятельствах.

– Ну и что вы ему насоветовали?

– Ничего, – пожала плечами девушка. – Он и сам все правильно сделал. На тот момент его действия были оптимальными.

– А чего ж ты тогда сорвалась к нам? – прищурился я. – Приключений захотелось? Или ты не в курсе, что в Колониальном союзе творится?

– А вот это было обидно, – притворно нахмурилась Кийоко. – Ты забыл, кто я? Меня с первого же дня к обработке информации привлекли.

Оп-па! Специально проболталась? Ну уж всяко не случайно, с ее-то мозгами, в прямом смысле компьютерными. Надо будет папеньке стукнуть про друзей-конкурентов. Впрочем, мы что-то такое и сами подозревали – клану Такэда было бы только логично создать кластер из принадлежащих ему саморазвивающихся искинов для поиска оптимальной стратегии. Страшно представить их совокупную вычислительную мощь! Пожалуй, не меньше, чем у Элвы до трансмутации. Таким союзником, пусть и потенциальным, пренебрегать себе дороже. Да и всему Колониальному союзу тоже. М-мать! Это не утечка информации, это намек. Точно! Наверняка в самоволку свалила, Кийоко это может. Более того, это в ее характере. Так что патриарх Такэда сейчас в ярости… если все это не часть его очередного хитрого плана. Старичок тот еще, как он тогда Сора развел!..

– Слушай, а тебе не стыдно?

– В смысле? – озадачилась девушка.

– Дезертирам в военное время полагается смертная казнь, – с удовольствием пояснил я. Не, ну че? Только ей меня троллить, что ли? И тут же всполошился, припомнив кое-какие детали «мирного договора» между взбунтовавшимся искином и старым Такэдой: – Только не говори, что ты к нам в гости! Сначала к саперам загляни!

– Поздно, – покачала головой Кийоко. – Придется тебе в этом вопросе мне помочь… но зато я помогу тебе кое в чем другом. И своему второму «я».

– Ты знаешь, как вылечить Алиску?!

– Не вылечить, это уже невозможно. Но… есть способ… минимизировать последствия, так скажем. Не хотелось бы обсуждать подробности по дальней связи.

Понятно. Тут не в дальней связи дело, а в конкретном ретрансляторе, который в пределах досягаемости ровно один и принадлежит Корпорации «Такэда Электронике». Мне, правда, ничего не известно о случаях прослушки таких вызовов, но с этих самураев станется. Их ретранслятор, их правила – если перефразировать одну широко известную поговорку.

– Еще какие-то условия?

– Мама и дед Юити… не совсем в курсе, где я. Хотелось бы, чтобы так было и дальше.

– Все-таки сбежала! – с удовольствием пригвоздил я девицу. – Ладно, черт с тобой. Добро пожаловать на борт!

Приложение

Хроника Исхода

2035 год. В Солнечной системе появляется гигантский корабль-матка Бродяг – цивилизации гуманоидных ученых и исследователей. Засечь его земным ученым поначалу не удается – он успешно маскируется под крупный астероид. Зато сами Бродяги пристально изучают Землю. Этот этап длится три месяца, потом матка открыто выходит на лунную орбиту. Бродяги взламывают коммуникационные сети и транслируют в прямом эфире знаменитое «Слово о Наследии», из которого следует, что по какой-то непонятной причине в течение последних двух десятков земных лет в нашем спиральном рукаве Галактики погибли все цивилизации, сумевшие вырваться за пределы собственных звездных систем. Причины самые разные – от глобальных войн до эпидемий. Где-то взбунтовались машины. Где-то начали самопроизвольно – на первый взгляд – развиваться мутации. Где-то разумных поразило бесплодие. Где-то население вообще исчезло при загадочных обстоятельствах. Факт в том, что Бродяги – последние представители своего народа. И они тоже умирают – в их случае причиной гибели вида послужила спонтанная мутация, резко ускорившая процессы старения организма. Источник проблемы они все же вычислили – едва заметное, в четвертом знаке после запятой, изменение одной из физических констант, пока еще неизвестных земной науке. О том, как такое возможно – изменение константы в масштабах Галактики, – они тоже кое-какие предположения имели, но поделиться этим не спешили. Объявили лишь, что Человечество – единственная в ближайших окрестностях, то бишь в спиральном рукаве, раса, которая вплотную приблизилась к выходу в космос, пусть и в пределах собственной Системы. А потому Бродяги решили оставить людям в наследство все, что было создано нашими братьями по разуму. Они передают человечеству обширнейшую базу данных, впоследствии ставшую известной как Информаторий, и завещают хотя бы попытаться решить зловещую загадку – почему столько рас в короткий срок ушло в небытие. На этом речь прервалась – оратор умер в прямом эфире. По всему миру поднялся переполох, но попытки установить связь с кораблем-маткой не увенчались успехом. Бродяги замолчали.

Ведущие мировые державы втянулись в гонку технологий – в кратчайшие сроки разрабатывались планы по захвату матки, по большей части откровенно авантюрные и неосуществимые, заключались и разрывались соглашения, резко активизировалась шпионская война. Но вся эта суета, имевшая место на фоне нешуточных народных волнений – немедленно объявилось множество лжепророков, – закончилась ничем.

Через три месяца ситуация немного стабилизировалась, и тут Бродяги преподнесли очередной сюрприз – с корабля-матки стартовал средний крейсер, совершивший посадку в Антарктиде. Военные отделались легким испугом, политики – тоже, и поначалу решили действовать сообща – сосредоточили в районе Антарктиды все возможные силы для противодействия пришельцам. Однако те не подавали признаков жизни, и примерно через месяц начался новый виток противостояния – очень многие сильные мира сего пришли к выводу, что непосредственно Бродяги людям ничем не угрожают и их слова о наследстве – святая правда. А коли так, то необходимо решительно им завладеть. И желательно единолично. И опередить конкурентов. Благо перспективы открывались самые радужные.

Началась Первая битва за Наследие. Локальный конфликт в Антарктиде затянулся на полтора месяца, поскольку выяснилось, что применение особо убойных штук вроде ядерных боеголовок пришелец блокирует, а соотношение живой силы было примерно равным. К концу бойни определилась тройка победителей – США, Китай и Россия. Первые брали техническим оснащением, вторые – количеством, а последние – умением и привычкой к суровым условиям. Возникшую паузу супердержавы использовали по максимуму, чтобы усилить группировки, но устроить второй раунд не получилось – аутсайдеры под предводительством Великобритании развернули информационную войну, в результате которой на «счастливчиков» ополчились все остальные государства, включая страны третьего мира. Троица заключила перемирие и попыталась воздействовать на мелочь привычным фактором – ядерной бомбой, но тут внезапно выяснилось, что пришелец блокирует их не только в Антарктиде, а по всему земному шару. Бродяги отлично разобрались в ситуации и постарались обеспечить равные шансы всему Человечеству, а не отдельным его представителям.

Однако Большая тройка не пожелала сдаться – началась Вторая битва за Наследие. Американцы при поддержке русских устроили интервенцию на Британские острова, а китайцы подмяли Японию. Однако этим дело не кончилось – восстала Объединенная Европа. ЕЭС практически задавили общими усилиями. А вот на Латинскую Америку, Канаду, Северную Африку и Среднюю Азию сил не хватило. Плюс Юго-Восточная Азия. Крупномасштабная бойня так и не разразилась, в основном боевые действия сводились к точечным ударам и захватам стратегических объектов, но Большая тройка не сумела подчинить весь мир – он застыл в хрупком равновесии. «Принужденные к миру» развязали партизанскую войну и масштабный террор. «Счастливчики» попытались ответить адекватно, и тут поднялась вся Африка – ЮАР в буквальном смысле снесли. Латиноамериканцы вторглись в южные штаты США. И только Россия отделалась относительно легко – лишь локальными конфликтами на Кавказе.

Хаос войны продлился три месяца. Затем Большая тройка сдалась – лидеры трех государств озвучили знаменитый План по освоению пространства – предвестник Исхода. Согласно Плану, образовывалась новая международная организация на базе ООН, в которую вошли все государства планеты – Общество Освоения Наследия – ОбОН. И именно ей делегировались все полномочия по работе с чужаком. Понятно, что представительства формировались пропорционально населению, плюс учитывалось международное влияние. По сути, возникло новое всемирное правительство, сразу же разбившееся на две группы – совет директоров и собрание акционеров. Структура новой организации копировала таковую у открытого акционерного общества. Война за Наследие закончилась.

2036–2039 годы. Продолжается подготовка к осуществлению Плана. Ученые ОбОН проникают на крейсер, находят десяток мертвых Бродяг и подробные инструкции по управлению кораблем. После обучения пилотов и всего необходимого персонала крейсер совершает рейд к Луне, на корабль-матку высаживается команда квалифицированных специалистов. Осваивается техника Бродяг, проводится анализ баз данных и выбираются направления для первых разведывательных полетов.

2040 год. Корабль-матка, переименованный в «Конкистадора», отправляется в первую экспедицию к указанному Бродягами миру. Поход длится семь месяцев, результат его ошеломителен – специально подготовленные команды трофейщиков пригоняют в Солнечную систему два десятка огромных транспортов, приспособленных к перевозке живых организмов.

2041 год. Формируются экипажи Первой волны – пятнадцать транспортов перемещают в иные миры больше ста пятидесяти тысяч человек. Возникают первые Колонии, три из которых впоследствии превращаются в Сателлитов Старой Земли – они расположены ближе всего к прародине человечества, к тому же население образовано из числа лучших представителей всех земных государств – в экипажи претендентов отбирали по весьма строгому конкурсу.

2043–2047 годы. Вторая волна экспансии. ОбОН сосредоточено на пятнадцати Колониях. За четыре года туда переселяется в общей сложности около двадцати миллионов человек – кроме транспортов Бродяг широко используются корабли и инфраструктура местных погибших цивилизаций.

2048 год. Образована Колониальная служба. Эта структура предназначена для организации масштабного переселения всех желающих на любую доступную планету. Финансируется эта деятельность из средств ОбОН. Начало собственно Исхода.

2049–2059 годы. Третья волна экспансии. Землю покидают десятки миллионов людей – транспортов уже достаточно много, и ОбОН начинает выполнять свои обязательства перед учредителями – любая сообщность людей может подать заявку, выбрать себе мир из каталога, оплатить часть расходов перевозчиков и переселиться в кратчайшие сроки. В этот период основываются сто семьдесят три Колонии, составившие впоследствии костяк Колониального содружества. Осваиваются системы, разбросанные по всему спиральному рукаву Галактики – у людей есть выбор, и они предпочитают миры земного типа с самым благоприятным климатом. Расстояния между ними действительно астрономические, сообщение затруднено, и в каждом люди начинают осваивать свой, уникальный путь развития.

2060 год. ОбОН, воспользовавшись тем, что основные производства все еще оставались на Земле, и Колонии снабжались очень многими необходимыми товарами централизованно, надавило на колонистов и вынудило их подписать Соглашение о перевалочных базах: молодые Колонии принимали на себя обязательства по обеспечению транзита новых мигрантов в неосвоенные миры.

2061–2085 годы. Четвертая волна экспансии. Землю покидают два миллиарда человек. Осваиваются все новые и новые системы. Параллельно Колонии второй волны при поддержке Старейших Миров – двенадцати первых по времени основания Колоний – ведут накопление ресурсов и организовывают собственное производство, приветствуя открытие на своих территориях филиалов крупных земных фирм. Три крупнейших Колонии официально переходят в разряд Сателлитов – Старая Земля основывает на них военные базы и переводит их в прямое подчинение. Начинается формирование Корпораций – почувствовавшие вкус власти директора филиалов втягиваются в борьбу за независимость от головных фирм.

2086 год. ОбОН реорганизовывается в Эмиграционный Контроль – ЭмКон. Совет директоров объявляет о завершении Плана по освоению пространства и вводит в действие новый закон – об ограничении населения Земли. Самая свободолюбивая и агрессивно настроенная часть человечества уже покинула материнский мир, и повторения событий полувековой давности ждать не приходилось. Совет директоров осмелел и принялся претворять в жизнь второй – тайный – план по переселению. По всем Колониям за эти годы были собраны крупные корабли, оборудованы всем необходимым для пассажирских перевозок (т. е. оснащены большим количеством анабиозных капсул), созданы специальные службы и войсковые соединения, так что принудительная эмиграция началась без сучка без задоринки. Принудительно перебрасывается в первые попавшиеся миры население целых стран, особенно африканских и южноамериканских. Азиаты в свое время были более организованными, поэтому их проблема уже не стояла так остро – Китай снизил численность до двухсот пятидесяти миллионов, получив свою законную квоту в четверть от «золотого миллиарда». Япония и Южная Корея потерь в населении практически не понесли, а вот из остальных азиатских стран население было выставлено практически полностью, как и из африканских и латиноамериканских. Индия и Пакистан все-таки стали воевать, а так как ограничивающий фактор – корабль Бродяг – был нейтрализован, то кто-то из них все же запустил десяток ядерных боеголовок. Соответственно, конфликт был жестоко подавлен ЭмКоном. И вопрос, куда девать население этих стран, автоматически снялся с повестки дня. Новый закон ограничивал население Земли двумя миллиардами, из которых половина приходилась на так называемый вспомогательный персонал – людей, выловленных на территориях подлежащих зачистке стран тщательно просеивали, и из самых полезных, профессионалов в той или иной сфере деятельности, формировали своеобразные бантустаны – рабочие лагеря. Узаконенное рабство в масштабах планеты было призвано обеспечить продовольствием и сырьем «золотой миллиард», контролирующий промышленность. Двадцатимиллионный специальный корпус, по традиции получивший наименование «морская пехота», обеспечивал проведение силовых акций. Понятно, что всех «второсортных» выловить не удалось, многие ушли в леса и горы и развязали партизанскую войну, но силы были слишком неравными. Вялое противостояние растянулось на десятилетия.

Колониальное содружество, миры которого превратились в перевалочные базы, попытались было надавить на Землю, но флот ЭмКона провел несколько показательных акций – превратил три крупных Колонии в радиоактивные пустыни, а остальным напомнил о Соглашении. Колонисты поскрипели зубами, но стерпели, разве что закрыли собственные планеты для вынужденных переселенцев. Началась Пятая волна экспансии.

2087–2097 годы. Основной пик Пятой волны. На Земле то и дело вспыхивают восстания «второсортных», но очень быстро и предельно жестоко подавляются. Вынужденные переселенцы занимают все хоть немного пригодные для жизни планеты, причем экипажи транспортов формируются случайным образом, поэтому из вновь образованных Колоний выживают едва ли двадцать процентов. Таких миров к концу Пятой волны насчитывается больше пятисот, еще почти две тысячи значатся в каталоге как условно колонизированные – во множестве миров сохранились человеческие анклавы, ведущие борьбу за существование в самом прямом смысле слова. На Земле сопротивление «второсортных» окончательно подавлено, план выполнен – два миллиарда человек планета вполне может прокормить.

2098 год. Старая Земля объявляет сектор, занятый Солнечной системой и тремя Сателлитами, закрытой территорией, и прерывает все связи с Колониями. В ответ Колонии создают Колониальный союз, в который входят сто девяносто семь миров. Остальные Колонии объявляются пограничными территориями, на которые распространяются нормы Кодекса – свода правил, регламентирующих поведение представителей Колониального союза, исключающего силовое противостояние отдельных миров. Окрепшим Корпорациям это не очень нравится, и они развязывают молниеносную войну за независимость, в результате которой четырнадцать высокоразвитых миров Колониального союза переходят под их контроль и объявляют о независимости. В отличие от большинства планет Корпорациям под силу содержание собственных армий и космических сил, так что Колониям приходится смириться с фактом.

2099–2134 годы. На Земле – период Изоляции. В Колониальном союзе – экстенсивное развитие. Население все больше осваивает наследство Предтеч (это наименование со временем закрепилось за всей сообщностью погибших цивилизаций). Корпорации переживают период интенсивного развития – сферы влияния поделены, локальные войны интересов отгремели в десятых годах двадцать второго века, так что теперь Корпорации лишь совершенствовали производство и наращивали его объемы, насыщая рынок. Очень большое внимание уделялось подготовке собственных высококлассных специалистов – все Корпорации основали Университеты, куда принимались лишь самые одаренные юноши и девушки, достигшие возраста семнадцати лет. Обучение длилось пять лет, и заканчивалось стажировкой по профессии – от полугода до двух лет, в зависимости от успехов конкретного выпускника. Как правило, второй вариант случался гораздо чаще, и стажировка в этом случае разбивалась на четыре полугодовых отрезка и осуществлялась в разных местах для получения разностороннего опыта.

2135 год. Денис Новиков получает диплом с отличием в Университете корпорации «Спейс Текнолоджиз Груп» на Новом Оймяконе – довольно суровом по климату двойнике Земли, в свое время занятом выходцами из РФ и впоследствии захваченном Корпорацией, основанной людьми из Новосибирского Академгородка. Ранее этот мир принадлежал цивилизации Диарру – очень похожим на людей гуманоидам, обладавшим техническим мышлением, схожим с человеческим, так что колониальные ученые сумели в кратчайшие сроки и в довольно больших объемах освоить Наследие, что вывело Новый Оймякон в число лидеров Колониального союза. Корпорации хоть и объявили о независимости, но на деле из состава союза выходить не спешили, лишь выторговали себе особые права, а по сути еще и контролировали содружество Колоний экономическими методами. Впрочем, при случае могли и силовое давление организовать.

На момент начала событий романа «Оружейники» в Колониях царило относительное затишье – крупных конфликтов не было, но чувствовалось, что тучи потихоньку сгущаются – по некоторым признакам выходило, что Старая Земля в ближайшие два-три десятилетия начнет экспансию. И самые дальновидные правители Колоний, в том числе и корпоративных миров, начали подготовку к противостоянию.

Сноски

1

Да, сеньор! (исп.)

2

Таранис (лат. Taranis – громовержец, от tarann – гром) – бог грома в кельтской мифологии.

3

«Черепаха», в японской традиции считается символом долгой жизни.

4

См. «Хронику исхода».

5

Там же.

6

См. Оружейники, Неестественный отбор.

7

См. «Оружейники».

8

См. «Неестественный отбор».

9

Унгеформт – от немецкого ungeformt, бесформенный. Аналог названия «аморфеум».

Content

Александр Быченин
Оружейники: Оружейники. Неестественный отбор. След химеры

Оружейники

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Неестественный отбор

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

След химеры

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Эпилог

Приложение Хроника Исхода

Сноски