Юлия Шолох

Подземка

Глава 1. Камеры

Она находилась под землей.

Зои поняла это, как только очнулась. Даже толком не успела разлепить глаза, а уже почувствовала, как тяжело давит на тело сгущенный воздух и как с еле слышным скрипом сдвигаются стены. Как они сжимают ей грудную клетку и не дают дышать.

У нее была клаустрофобия. Может, и не полноценная, но вполне себе неприятная. Дикий страх застрять под землей. Умереть, заживо сжатой грунтом и камнями, лишённой движения и кислорода. Иногда в темных и тесных помещениях она начинала в деталях представлять эти ощущения, ждать страшную смерть и не сразу приходила в себя. Об этом никто не знал. Зои не ездила на метро и в поездах межконтинентальных тоннелей, не ходила на экскурсии в пещеры и даже в подвал дома старалась лишний раз не спускаться.

Если бы родители узнали, то конечно, позаботились бы о ней. Но для того, чтобы узнали, нужна была теплая обстановка и доверие. В Зоиной семье такого не было. Не потому, что они плохие, нет. Когда-то всё это было.

Но потом погибла Олеся. Убежала купаться без присмотра и утонула.

Никто не был виноват, но это «никто» ничего не значило и ничего не меняло.

Все очень сильно горевали. А потом решили, что им друг на друга плевать. По-видимому, так легче перенести возможную утрату, с которой так или иначе, поздно ли рано, но придется столкнуться. Ещё легче можно переносить утраты, если умереть первому, но к такому Зои была не готова.

В общем, Зои молчала. В обычной жизни ей не часто приходилось находиться взаперти в тесном помещении, так что страх оставался сторонним наблюдателем и существовать не мешал.

А теперь она оказалась под землёй.

Зои, наконец, открыла глаза. Да, всё верно. Интуиция подсказала заранее, к чему готовиться. А внутренне Я, как злобный гоблин, предвкушало панику. И, потирая ручки, жадно наблюдало со стороны.

Хорошо, что Зои привыкла бороться со своим внутренним Я. Бороться — и побеждать.

Вначале Зои огляделась.

Помещение без окон, с вентиляцией под потолком. Потолок высокий, выше трёх метров. Вентиляция работает, гудит, но этот непередаваемо мерзкий спёртый запах плохо проветриваемого места — его ни с чем другим не спутаешь.

Комната похожа на карцер или камеру. Ровные стены, покрытые сероватой плиткой, квадратная лампа на потолке, закрытая решеткой, и койка, на которой лежала Зои. Напротив, у стены крошечный столик и табуретка. И больше ничего.

Так. И как же я сюда попала, подумала она.

Зои напряглась и села. Голова, конечно же, закружилась. Она сглотнула, но слюны не было. Очень хотелось пить.

Но важнее всего было справится с паникой. Зои посмотрела вперед, стараясь ни на чём не фокусироваться и тихо зашептала.

«Ничего не происходит. Стены не сдвигаются, воздух есть. Воды нет. Всё терпимо».

Она невольно тут же представила, что эта комната-ловушка без выхода начинает быстро наполняться водой. Сквозь вентиляцию, например. Не успеешь и глазом моргнуть, как воды окажется по самую грудь, потом она накроет с головой, потом поднимется выше — и даже если ты умеешь плавать, это не поможет, когда вода заполнит комнату полностью.

И вот наступает тот самый жуткий момент — когда ты не можешь вздохнуть, а в открытый рот вместо воздуха врывается вода. И ты не можешь её выплюнуть, ты давишься, ты тонешь…

Нет, нельзя. Зои потрясла головой — раз, другой. Прикусила до боли губу. Снова потрясла головой. Стукнула себя ладонью по лбу. И делала так, пока в голове не прояснилось.

Паниковать нельзя, в панике нет конструктивности и смысла. Вначале нужно попробовать понять, что произошло.

В стенах этой комнаты нет двери. Вообще. Как тогда она сюда попала?

Пол и стены выложены плиткой. Обычной керамической, дешевой, но практичной плиткой. Что это значит? Как-то же она сюда попала. Не разбирали же для этого стену?

Но что она вообще помнит? Зои подёргала себя за мочку правого уха, потом ущипнула. Давай, вспоминай.

Точно! Они с Кирой… они ведь въехали в ту чёрную пелену!

Когда? Когда это было?

Зои вскочила и тут же рухнула обратно на койку. Железные ножки каркаса жалостливо заскрипели.

Стой. Что тут у нас? Они въехали в пелену, о которой никто ничего не знал. Но… это человеческая постройка. Здесь все устроено человеком. Всё какое-то древнее и дешёвое, но никак не инопланетное. Чем бы ни была пелена, сейчас Зои там, где были люди. Так что спокойно, думаем дальше.

Кира? Где Кира?

Где бы они ни была, здесь её нет.

А это ещё что?

Зои с изумлением посмотрела на себя и увидела, что не совсем одета. На ней были только трусики и футболка. Остальная одежда и обувь отсутствовали. Не только на ней, их не было вокруг. Зои даже под койку заглянула. Нет, ничего. Экрана, конечно, тоже не было.

Зои поёжилась. Она очень любила свою куртку и привыкла к ней, будто ко второй коже. И без неё было как-то не по себе. Не говоря уже про экран, обеспечивающий связь с сокурсниками.

Итак, что мы имеем?

Они въехали в пелену.

Дальше провал. Зои очнулась в каком-то карцере, в комнате без окон и дверей, без унитаза и связи, буквально в одних трусах.

Последнее почему-то разозлило, да так сильно, что паника отступила. Зои вскочила на ноги, уперла руки в бока и подошла к противоположной стене.

Она ничего не понимала.

Стена была совершенно обычной. Ни единой трещины или линии, никакой замаскированной двери. Зои проверила все стены и ничего не нашла. Стук во всех поверхностях и углах звучал одинаково. Ни кнопок, ни панелей — тут не было ничего.

— Эй! — Наконец, сказала Зои и подняла голову к потолку. Видимо, ее сунули сюда сверху, там люк. От этой мысли мурашки по телу и горло снова трогает, примеряясь, липкий страх. Если это так, она ещё глубже в земле, чем казалось вначале. — Эй! Слышит меня кто-нибудь? Я хочу пить! Мне нужно в туалет!

Голос звучал жутковато — как громкий, неожиданный шум в полной тишине. Он бил по собственным ушам. Значит, тут еще и звукоизоляция имеется.

Через несколько секунд вдруг вспыхнул белый контур на левой стене. Зои из осторожности отступила, но когда контур потух, на стене осталась дверь.

Зои беззвучно выругалась и медленно подошла к ней. Толкнула.

За дверью оказался санузел, отделанный такой же плиткой, что и камера. Раковина, унитаз и душевая кабинка. На стене на крючке висело простое белое полотенце. На деревянной табуретке лежал тёмно-серый комбинезон и комплект белья. Носков и обуви не было. На полу стоял рулон простой туалетной бумаги, кусок какого-то бесцветного мыла в мыльнице и небольшая мочалка.

И что это значит? Зои прикусила губу и стала думать.

Выходит, это люди. Выходит, на планете остались люди. И почему-то они прятались и не показались курсантам, а Зои с Кирой, которым удалось до них добраться, они засадили в карцер.

Может, карантин? Ага, как же!

Или всё-таки не люди? Всё здесь знакомо и нормально… кроме контура, открывшего дверь. Зои была в себе уверена — она проверяла эту стену и там не было ничего необычного, никакой пустоты. Человеческие технологии не могли такого сделать.

Или могли? Начистоту, далеко не все технические новинки сразу становились известны общественности. Военные многое оставляют в тайне. А ещё бывают частные исследовательские компании, которые результаты своих разработок используют по своему усмотрению. При исследовании планеты сюда вполне могла подать заявку и приехать работать частная компания. На первый взгляд простое покрытие плитки могло быть их новинкой. Оно могло, например, проецировать нужный звук и скрывать собой всё, что угодно. У Зои ведь никаких инструментов, только человеческие глаза, уши и руки, а их, как известно, легко обмануть.

И ещё странность, которая не сразу бросается в глаза, но настораживает. Тут всё… старинное. Железные койки и деревянные табуретки, и эта кривоватая простота интерьера — это всё просто пронизано древностью. Зачем базу строить так странно?

Но это все неважно.

Что дальше-то?

Зои решила, что кроме паники ей пока ничего не грозит, поэтому спокойно приняла душ, оделась и вернулась в комнату. Села на койку — обычный матрас, обтянутый простыней и какая-то плоская подушка — и стала ждать.

Но ничего не происходило. Может, эти, которые ее сюда засадили, никак не могли решить, что с ней делать дальше? Почему они так долго тянут? Всё равно ведь придётся выпустить!

Через неопределённое время у неё заурчало в животе. Воды теперь было в достатке, а вот еды — ни крошки.

— Эй! — Крикнула Зои потолку. — Есть хочу!

Она надеялась, что чудесным образом тут же откроется другая дверь, или окно подачи — и оттуда заедет сервированный обедом столик.

Но ничего такого не произошло.

Зои ждала минуту, две, десять.

— Эй! — Повторила громче. — Я голодная! Хочу есть! И вообще — выпустите меня! Слышите? Какого чёрта вы меня заперли? Где Кира?!

Если её и слышали, то никак не реагировали.

Она начинала злиться. Встала и принялась ходить вдоль стен, надеясь найти что-нибудь полезное. Стучала в них уже от злости, с надеждой что-нибудь сломать. Но плитка держалась хорошо.

У Зои не было оружия. И никакого инструмента, которым можно было бы пробить или хотя бы расковырять стену. Можно, конечно, попробовать отогнуть и оторвать ножку кровати, но пока в этом нет смысла. Её сюда засадили, о ней позаботились, судя по одежде и предметам гигиены, то есть они знают, что Зои тут. За ней, скорее всего, следят, потому что отреагировали на просьбу о туалете.

Почему тогда не реагируют на просьбу о еде?

Единственное, что пришло Зои в голову — с туалетом не потерпишь, если бы они не открыли дверь, ей пришлось бы делать свои дела прямо в комнате на пол. А они, кажется, не хотели доставлять ей таких неудобств. Насчёт еды ситуация обратная — вполне можно потерпеть.

Выходит, они просто не знают, что с ней делать. И не могут решить.

Зои бродила и думала, как бы заставить их себя выпустить.

Если она сломает кровать и попытается царапать ножкой плитку — это поможет?

Или если поставит табуретку на кровать и попытается добраться до вентиляции — это поможет?

Вот уж вряд ли.

Она раз за разом искала камеру, через которую за ней могли наблюдать, но ничего не видела. Сейчас камеры настолько микроскопические, что могут выглядеть как точка на стене.

Но даже точек она нигде не нашла.

Выхода нет. Ей придётся ждать.

Зои горестно вздохнула и забралась с ногами на кровать. Села, прислонилась спиной к стене и обняла руками колени.

Нужно ждать.

Чтобы ждать было нескучно, Зои попыталась подумать о чём-нибудь интересном. Но так уж вышло, что ничего интереснее происходящего сию секунду в её жизни не случалось. В карцере у неизвестных похитителей с неизвестными намерениями она ещё не сидела.

Она пыталась подумать о чём-нибудь приятном. О своих победах. Сколько сил было убито на то, чтобы их достичь! Сколько труда потрачено! Зои вспоминала лица зрителей, когда она выходила на ринг. Жадный восторг, которым они сияли. О том, как дрожали и звенели мышцы, когда Зои разогревалась перед боем. О том, как она в случае победы стояла в кругу света, поднимала голову и наслаждалась теми эмоциями, которыми фонтанировала толпа.

О том, как быстро это всё перестало иметь значение и не оправдывало затраченных на достижение результата сил.

С тех пор она, конечно, потеряла форму. И теперь не понимала — зачем вообще выбрала этот путь? Что он ей дал?

Она не могла сделать себе больно. Нет, физическая боль, конечно, отвлекала, но та внутренняя душевная боль, с которой Зои выросла в связке, словно сиамские близнецы, отступала ненадолго и всё равно возвращалась на место.

Сейчас Зои подумала, что, наверное, всегда хотела быть счастливой. Искала счастья, которое утонуло когда-то вместе с сестрой и утащило за собой на дно добрые чувства оставшихся членов семьи. Хотела, но не знала, как.

Одно время Зои пыталась отвлечься с помощью романов. Вот о чём можно было вспоминать долго!

Зои всегда выбирала партнёров отчаянных и бесшабашных. Вокруг нее, как и вокруг любой корпоративной дочери, вращалось много приятных молодых людей, которые были рады предложить себя в качестве, так сказать, компаньона на любой срок, но она выбирала только тех, кто действительно жил этим диким быстрым ритмом. Они любили поразвлечься, и сделать это громко. Очень громко!

Да уж, Зои было что вспомнить. И приемы в высшем свете, на которые они являлись в неподобающем виде, чтобы хорошенько растрясти это псевдоаристократическое болото. И странные вечеринки, которые закатывали для всех желающих, смешивая несмешиваемое и провоцируя скандалы и драки. И телевизионные камеры, которые с радостью снимали очередной бессмысленный и беспощадный кураж.

Были и не очень правильные поступки, вроде гонок над жилыми районами. К счастью, в тот раз обошлось без жертв, и с тех пор Зои таких пьяных выходок не повторяла. Не потому что боялась ответственности, нет, ей ничего не грозило. Но она могла забрать чью-то жизнь, и вдруг этот человек своей жизнью дорожил? Или она могла забрать вообще жизнь целой семьи. Детей.

Дети не должны умирать.

Поэтому Зои продолжала свои безумства таким образом, чтобы впутывать только взрослых особей, способных отвечать за свои действия. И да, вспомнить было о чём!

Но сейчас, в этот самый момент, ей почему-то казалось, что это все делала не она. Вообще, если не врать самой себе, Зои казалось, что она как бабочка, которая, наконец-то, вылупилась только после того, как угодила на эту злосчастную планетку.

Кто бы знал! Она искала себя, искала покоя в большом мире, а нашла здесь, в космических дебрях, выживая. Разве не смешно?

Эта сторона, ну, что Зои не всё равно, оказалась даже для неё самой неожиданной. Забота о других — её ничему такому не учили. Помогать тем, кто в этом нуждается — никогда она не верила, что будет заниматься чем-то подобным. Всё получилось само собой, Зои и оглянуться не успела, а уже знала, кто из сокурсниц чем живёт, что не так, и как им помочь. И это было ей не в тягость.

Забавно, чего уж там.

Зои улыбнулась. Потом подумала — и упала на кровать, уставилась в потолок. Ей было хорошо.

Недолго. Очень скоро хорошие воспоминания закончились, их сменил страх. Не только страх спёртых помещений без выхода, но и страх за Киру.

Где она? Хорошо, если тоже просто сидит в такой же комнате. Что вполне вероятно. А если нет? Если нет?

Нужно как-то держать себя в руках, но как это сделать, если ни о чём другом думать не получается — только как бы отсюда выбраться? Если бы был хоть малейший шанс проломить стену, Зои обязательно бы попыталась.

Ожидание всё же вымотало Зои, и ей стало страшно.

Совершенно неожиданно она почувствовала на глазах слёзы. Наверное, стоит всё же сломать койку и бить по стенам, это лучше, чем лежать и рыдать, и сжиматься в комок, и хныкать от удушливой паники.

Зои села, спустила ноги с кровати, яростным жестом вытерла лицо, да так, что расцарапала щёки жёсткой тканью комбинезона.

В этот момент противоположная от койки стена пропала.

Зои застыла, не опустив рук.

Напротив была такая же камера. Один в один, как отражение в зеркале.

Только там, внутри, на койке сидел мужчина.

Огромный. Зои и сама была немаленьких габаритов, но этот явно не заметил бы её «достижений». Он был хмур, смотрел исподлобья. А Зои таращилась на него во все глаза, считывая информацию.

Мужчина тоже босиком, но не в форменном комбинезоне, а в футболке и шортах, правда, тоже из тёмно-серой ткани. Короткие светлые, с лёгкой рыжиной волосы, серые глаза, массивный подбородок и широкий лоб, выдающий немалую упёртость своего хозяина.

Неужели киборг?

У него не было одной ноги. Вернее, до колена левую ногу заменял протез. И хотя существовали современные протезы, которых не отличишь от настоящих частей тела даже на ощупь, этот словно демонстративно был смесью из стальной кости, опутанной проводами и полупрозрачной кожи. И кажется, правая кисть у него тоже была… не было. Но это неточно, тут протез отличался от остального тела только оттенком кожи.

Мужчину изучающий взгляд Зои не волновал. Он продолжал сидеть, широко развернув плечи — массивный, неподвижный и угрожающий.

Зои моргнула. Почему он смотрит так, будто перед ним враг?

Раздалось звяканье.

Она невольно перевела взгляд на источник звука. Их камеры разделял узкий коридорчик, по которому сейчас полз какой-то невысокий, похожий на плоскую коробку робот с двумя подносами в руках. Еда. Кажется, им привезли еду.

Но подождите… тут, напротив, человек?

Зои вдруг вскочила и бросилась вперёд, и только когда протягивала руки, подумала, что эта странная стена, которая может становится прозрачной, наверное, не так проста. Что она вовсе и не исчезла, иначе бы этот мужик не остался сидеть так спокойно на месте. Что она, вероятнее всего, ещё и может сделать больно — обжечь или током шарахнуть.

Но тут Зои уперлась руками в слегка пружинящую поверхность. И ничего не случилось. Она надавила сильнее — ничего не произошло, эта энергетическая перегородка никак не реагировала, но и не пропускала.

Зои нахмурилась и пнула перегородку. Несильно, так как была босиком.

Ничего. Пальцы только ушибла.

Мужик продолжал сидеть и смотреть на неё, изучать с каким-то исследовательским интересом. Судя по нему, Зои вела себя предсказуемо и делала именно то, что должна была делать.

Тогда Зои прижала ладони к перегородке и прижалась к ней лицом, щекой. Прилипла вся, рассматривая его заново.

— Кто ты? — Спросила Зои. Непонятно, что это за место, но она ничего не слышала, пока тут сидела. Жаль, очень жаль, что перегородка звуконепроницаемая.

— А ты? — Вдруг раздался мужской голос.

Зои замерла. Он что, слышал? И отвечал? Ну да, его губы шевельнулись.

Или показалось?

— Ты меня слышишь? — Громко спросила Зои, распластавшись по перегородке и водя по ней руками.

— Я не глухой.

Но кажется, хамовитый. Зои промолчала, но от перегородки отлипла.

В это время скрежет раздался прямо у её ног. Это робот с подносами подобрался совсем близко. Зои посмотрела вниз. Тот постоял пару секунд напротив её ног, потом проехал ещё на полметра дальше и пустил в сторону камеры Зои небольшой прямоугольник света, который впитался в перегородку. Потом ловко задвинул туда поднос с едой.

Дыра? Он продырявил перегородку?

Зои быстро опустилась на пол и протянула руку, но пальцы вместо отверстия снова нащупали только прежнюю упругую поверхность.

— Чёрт!

На всякий случай она поводила руками ещё и ещё, и вокруг. Нет, никаких дыр нет было. Робот тем временем пересёк коридор и остановился у стены напротив. Повторил процедуру — мужчина не сдвинулся с места. Потом робот развернулся и неторопливо укатил по коридору вдаль.

Зои встала.

Есть хотелось жутко, но её больше интересовал мужчина в камере напротив. Зои подошла вплотную к перегородке и крикнула:

— Ты кто?

— А ты? — Хмуро спросил он.

— Я первая спросила!

Он моргнул.

— И что, что первая?

Зои задумалась. Действительно, ничего.

— Кто ты? Где мы? Почему мы здесь? Где девушка, которая была со мной? Что происходит? Откуда ты тут взялся?

— Девушка? — Мужчина на миг поднял брови, но тут же снова нахмурился.

— Да! Нас было двое! Где она?

— Не знаю.

Зои устало привалилась лбом к перегородке.

— Где мы?

Тут мужчина встал. Миг — и он стоял у своей перегородки. Зои подняла голову. Он был высоким и массивным. Ей даже хотелось отшатнуться, но она не стала. Упрямо посмотрела ему в глаза.

— Кто ты? — Спросил мужчина.

— Я человек.

— Откуда ты здесь?

— Снаружи. С поверхности планеты.

— Как ты сюда попала?

— Не знаю. — Зои покачала головой. — Мы с Кирой… с подругой нашли чёрную пелену и заехали в неё на транспортёре. Больше я ничего не помню, очнулась здесь.

— Как ты оказалась на планете? Кто ты такая?

— Я студентка. Мы… я с другими студентами упали сюда… потерпели кораблекрушение. Несколько месяцев мы жили у катера, потому что не могли улететь, тут ведь нет связи. Потом мы нашли заброшенную базу. Мы думали, все люди отсюда улетели. Но кажется, нет?

Он и глазом не моргнул.

— Дальше. Рассказывай дальше.

— Дальше мы с Кирой устали искать местный разум и въехали в чёрную пелену, которая посреди джунглей. Хотели, чтобы всё закончилось. Неважно как.

Зои вдруг поразила невероятная догадка. Она вцепилась пальцами в пелену и подалась вперёд.

— Ты местный разум?

Мужчина глупо моргнул — раз, другой.

— Чего?

Нет, это не был местный разум. Это был… военный. Скупые чёткие движения, вопросы в лоб, морда кирпичом. Ну, конечно!

— Ты военный! — Обрадовалась Зои. — Точно! Из исследовательской группы? Охрана? Наблюдение? Да?

Он осторожно кивнул.

— И когда все улетели, ты почему-то остался, да? Мы ведь сейчас на планете?

Снова кивок, какой-то замедленный и неторопливый.

— Мы где? — Спросила Зои. — На базе? Под землёй?

— А ты как думаешь?

— Да не знаю я! Просто скажи, где мы!

— Я не знаю.

Они долго и молча смотрели друг на друга. Зои чувствовала какое-то странное напряжение. Во взгляде мужчины был какой-то холодный интерес, и ни капли радости от встречи с себе подобной.

— Как тебя зовут?

— Димитр.

— Зои.

— Приятно познакомиться, Зои.

Он врал. Ничего ему не было приятно, судя по лицу и тону.

— Ты здесь давно?

Она подняла руку на уровень его лица и прижала ладонь к перегородке. Вдруг захотелось так сделать.

Димитр тут же насторожился. Краем глаза стал следить за рукой Зои, будто бы она могла одним броском добраться до него и сжать ему горло, к примеру. Или выколоть глаза. В общем, будто он допускал возможность нападения.

— Димитр, ты тут давно? — Повторила Зои, пытаясь поймать его взгляд.

— Я?

Он коротко взглянул на Зои и вдруг отступил в глубину комнаты. Повертел головой.

— Сейчас закроют стены.

— Что?

Зои сразу поняла, о чём он. Сейчас стена перестанет быть прозрачной. И она снова окажется взаперти.

— Нет! — Закричала Зои, толкая прозрачную перегородку. — Нет! Не нужно закрывать стены!

Димитр продолжал наблюдать за ней. Сам он вёл себя спокойно, наверное, привык. А Зои нет! Ей не хотелось оставаться в одиночестве, среди пустых стен.

— Нет! — Зои ударилась в перегородку плечом — вдруг получится и она вывалится в коридор.

По лицу Димитра проскользнула снисходительная усмешка. Видимо, тоже когда-то пробовал так сделать.

— Не нужно закрывать стены! Что вообще происходит? — Кричала Зои. За мгновение перегородка под рукой затвердела и вот уже Зои ломится в непрозрачную плитку.

— Чёрт!

Она отпрыгнула в сторону. Сердце безумно колотилось. Не верилось, что эта плитка только что возникла из неоткуда.

— Димитр! Ты меня слышишь? Слышишь? — Закричала Зои во всё горло.

Прислушалась. Ничего. Эта проклятая стена закрывала не только вид, ещё она не пропускала звуки.

Проклятье!

Что же это за фигня такая? Жуткое место… Димитр тут, кажется давно. Сидит в этой камере, возможно, месяцы? Или годы? Вон, совсем свыкся.

Зои невольно схватилась руками за горло. Сипло вздохнула. Годы? Годы! Паника приближалась.

Если он сидит тут годами, то и она может просидеть. Её могли запереть надолго, а не на время обдумать, что с ней делать.

Могли запереть навсегда.

Зачем? Что тут происходит?

В ушах стучали молотки. Кровь гудела в жилах, как будто вскипала. Зои прежде не сталкивалась с таким сильным приступом паники. Да, однажды она столкнулась с горем — с огромным горем, с которым, кажется, не справилась. Её просто снесло, как цунами сносит щепку и долго болтало в морских пучинах безразличия. Зои даже не помнила, как выкарабкалась на берег — видимо, врачи вытащили. По крайне мере, она ещё долго принимала целый спектр препаратов.

Теперь её собиралось снести паникой.

Стой. Стоп!

Нужно было отвлечься. Зои сжала кулаки и развернулась кругом.

Конечно! Поднос!

Ей же принесли обед. Или ужин, или даже завтрак. В любом случае, это съедобно и прибавит сил. Силы нужны.

Зои схватила небольшой поднос, на который помещалась всего одна накрытая крышкой тарелка, пластиковый стакан, тоже с крышкой и булочка. И ложка.

Поставила поднос на столик, села. Открыла крышку. В тарелке были куски чего-то разноцветного в белом соусе.

Зои понадеялась, что это овощи. Осторожно попробовала — недосолено, но съедобно. Буквально через минуту тарелка уже была пустой.

Остатками булки Зои вытерла соус и тоже съела. В кружке было что-то вроде компота, почти несладкое.

В общем, есть можно. Но на обед ушло всего минут пять. Потом Зои вернула крышки на место, отодвинула поднос к стене и стала бродить по комнате в поисках какого-нибудь занятия.

Если эту стену оставляют надолго, то она тут с ума сойдёт!

Но если будут кормить три раза в день… И за это время она будет успевать разговаривать с Димитром, то может и продержится.

Хотя, продержится — это когда знаешь конечный срок заключения. Тут он отсутствовал. Сколько её будут здесь держать?

Нет, об этом думать точно не стоит.

Зои, понурившись, добралась до койки, упала на нее и свернулась клубком. Она никогда себе такого не позволяла после того ужаса, когда не стало сестры. Всегда считала, что способна справится с чем угодно и даже ждала их, этих жутких испытаний. Хотела их. Жаждала. Но сейчас передумала. Вместо желания ломиться напролом вдруг захотелось спрятаться. Неизвестно от кого.

Наверное, только чудом Зои сохранила разум в последующее энное количество времени. Она перепробовала всё: пела песни, отжималась и приседала, стояла на голове, сочиняла стихи.

Когда раздался еле слышный щелчок, и стена снова стала прозрачной, она вихрем слетела с кровати и прилипла к прозрачной перегородке.

Димитр выходил из своего санузла. Увидев Зои, он удивился. Кажется, она одичала.

— Сколько ты здесь? — Закричала она, распластав на поверхности перегородки ладони. — Сколько ты здесь сидишь?

И столько отчаяния было в собственном голосе, что Зои стало неприятно от самой себя. Она даже на миг отвернулась, но услышать ответ было важнее всего. Ведь это единственное живое существо в округе!

— Я не знаю. — Осторожно ответил Димитр и медленно закрыл дверь.

— Почему ты такой спокойный? Как ты не сошёл с ума? Как ты держишься?

Он не спеша подошёл к перегородке.

В коридоре тем временем загрохотал робот с очередными подносами. Зои попробовала заглянуть и увидеть, откуда тот приезжает, но не получалось. Кроме стены ничего было не разглядеть. С другой стороны коридор заканчивался у их камер тупиком.

Димитр молчал. Смотрел, будто раздумывал над чем-то важным.

— Как ты держишься? — Крикнула Зои почти с отчаянием. Он не разговаривает. Как он может с ней не разговаривать? — Ну? Чего молчишь?

Мужчина вскинул голову.

— У тебя что, и мозги искусственные? — Разозлилась Зои. — Ты можешь сказать, почему ещё не свихнулся?

Она слышала, как робот оставил поднос и забрал старый. Как повторял ту же процедуру у перегородки Димитра.

— Чего уставился?

Зои вдруг стукнула по перегородке. И ей показалось, та дрогнула. Тогда Зои принялась изо всей силы стучать по ней ладонями, а потом, когда ничего не изменилось, завизжала и стукнула кулаком.

С непривычки сразу разбила костяшки.

Димитр изумлённо хлопнул глазами. Зои закричала, развернулась и стала колотить по перегородке пяткой.

Сейчас она снова закроется, потемнеет, а эта сволочь слова доброго не может сказать! Хоть слово, твою мать! Несколько секунд — и ей снова сидеть в одиночестве часами… часами…

— Стой! — Вдруг крикнул Димитр. — Скоро нас…

В этот момент перегородка стала стеной. Просто за миг! Зои отпрянула. Это не могла быть человеческая технология. Она водила по поверхности ладонями. Люди не умели ничего такого делать! Даже ничего похожего!

Она попятилась назад, глаза болели от напряжения.

Стоп. Стоп! Отставить панику.

Зои зажмурилась и остановилась.

Он сказал — скоро нас… Нас что?

Гадай, не гадай — всё равно не угадаешь.

Но кажется, он хотел её остановить. Как-то успокоить.

Прикинув так и эдак, Зои решила, что слова Димитра несли какую-то надежду на лучшее. Что вскоре их просиживание в камерах изменится. Как? Остаётся только предполагать.

О, если бы было легко ни о чём таком не думать!

Зои только через время вспомнила про еду. В этот раз каша с кусочками чего-то мясного и снова компот с хлебом.

Потом Зои решила медитировать. Однажды она смотрела документальный фильм о человеке, который попал в ловушку в горах и просидел там почти месяц без еды, в тёмном и узком каменном мешке. И дождался спасения. Когда его спросили, как ему удалось сохранить разум, человек сказал, что медитировал. Чтобы не свихнуться он закрывал глаза и позволял своему сознанию просочиться в тонкий мир.

Нужно попробовать, она же ничего не теряет. Вначале Зои уселась на пол, но ей было очень твёрдо и дискомфортно. Потом перебралась на койку, легла на спину. Расслабилась. Подумала, что это какая-то не совсем подходящая поза для медитации, решила, что ей плевать, главное, что удобно.

И попыталась «позволить своему сознанию просочиться в тонкий мир».

Сознание, как назло, отказывалось куда-то просачиваться. Оно цеплялось за Зои и панически верещало, как маленькая, но цепкая обезьянка.

Мы заперты! Замурованы! Похоронены заживо! Мы умрём!

Какое там любование миром! Зои не могла даже на секунду отвлечься от настоящего — запертая одиночная камера и полная, мать его, неизвестность!

Она долго пыталась, и потерпела сокрушительное поражение!

В общем, каждая секунда становилась для неё пыткой. Она даже считала их, эти проклятые секунды, сбивалась и считала снова. Пару десятков тысяч насчитала — и бросила.

Потом непроницаемая стена вновь исчезла. Зои с трудом сдержала дрожь нетерпения, которая подбивала её немедленно броситься на эту преграду и разрушить её. Как могла медленно обернулась.

За преградой стоял Димитр. Совершенно неподвижный. И слишком близко.

— Выходи. — Сказал он, еле дёрнув подбородком.

Глава 2. Он знает

Зои медленно пошла в его сторону, невольно подозревая, что это может быть какой-то обман. Может, злая шутка? Но мужчина стоял в коридоре, совершенно точно не в камере, а прямо на полу, по которому прежде катался робот с подносами.

Зои задержала дыхание и переступила черту, разделяющую комнату и коридор.

Переступила, как ни в чём не бывало, никто и ничто не пытался ей помешать.

Только тогда она пристально посмотрела на человека, ожидающего её в коридоре.

Чтобы взглянуть ему в лицо, ей пришлось задрать голову. Между прочим, с таким Зои сталкивалась в своей жизни крайне редко.

Почему-то Димитра не радовало, что появилась Зои. Его лицо имело недовольное, суровое выражение, взгляд был холодный и отстранённый. Типичный военный. Короткие русые волосы, серые стальные глаза, квадратная челюсть. Нос сломан и не подвергался косметической коррекции. Хотя, если у него протез напоказ прозрачный, что ему нос?

На его груди и руках бугрились мышцы, шея была, как у быка. И временами зыркал он на неё, если честно, как на нечто крайне неприятное. Другая на месте Зои струсила бы. Но ей увиденное понравилось, уж неизвестно почему. Нервы, в общем, пощекотал, чего скрывать.

И конечно, от исчезновения преграды Зои внутренне просто балдела. Она мгновенно погрузилась в какое-то блаженство, которого не удалось достичь в процессе медитации, а сейчас оно наполнило тело под завязку.

— Ты военный? — Спросила она вполне доброжелательно.

— Да. — Рявкнул Димитр. — А ты кто такая?

— Я же сказала. Я студентка АМКи. Нас тут много, весь выпускной курс. И курсанты ещё. Вашей Космодемии. Мы потерпели крушение и упали на планету на аварийном катере. Месяца четыре уже как топчем поверхность. Ты про нас не слышал?

— Студентка АМКи? — По лицу Димитра прекрасно был виден происходящий в его голове мыслительный процесс. Он слышал название и теперь выковыривал его в дебрях памяти. Потом внезапно вспомнил, что за АМКа такая, видимо, именно этим объяснялся его хмурый и стремительный повторный осмотр.

— Хочешь сказать, ты студентка АМКи? — Быстро переспросил Димитр.

— Именно.

— Откуда у планеты Чёрного сектора катер со студентами АМКи? — Димитр подпустил в голос издёвки.

— От верблюда! Ты думаешь, я вру что ли? — Обиделась Зои. Опять такое открытое пренебрежение, будто студенты АМКи не люди и всю жизнь сидят в сейфе под охраной.

Некоторое время она беспомощно смотрела на него и хлопала глазами. Как-то неправильно складывалась их встреча. Хотя, чего с него взять, он же военный!

— Студентки АМКи выглядят не так. — Заявил Димитр через время. Видимо, обдумал информацию и сделал свои, какие-то непонятные выводы.

— Да ну? Откуда ты знаешь, как я выглядела до того, как сюда свалилась? Может, тогда я выглядела как образцовая студентка АМКи. И вообще, откуда тебе знать, как мы выглядим? Ты же сам в Космодемии учился, верно?

— Откуда ты знаешь?

— Да от тебя за версту военным снобизмом несёт!

— Я не сноб.

— Ну да, ну да. Тут, вместе с нами, ещё и ваши курсанты, выпускная группа, вы как из одной формы все вылеплены. Жаль, что тебе не они попались, да?

— Понятия не имею, о чём ты.

— Говорю, если бы я могла, с удовольствием отправила бы вместо себя курсантку! С ней тебе было бы проще договориться?

— Договориться? — Он напрягся. Судя по глазам, мозги у него так и скрипели, когда он пытался что-то решить.

Зои не понимала, почему он такой деревянный. Почему он ей не рад?

Глаза Димитра дёрнулись в сторону, но упрямо вернулись к ней. Потом он задрал голову и выпрямился — чисто курсантское движение. Зои часто такое видела, даже на борту корабля. И когда курсанты вернулись из джунглей. Стоит такой, весь расслабленный — только командир голос подал — раз! — и будто всю ночь навытяжку стоял и ждал приказа.

Зои вдруг хмыкнула и отвернулась. Поболтали и хватит.

Коридор шёл метров на десять вдаль и заканчивался раздвижной автоматической дверью.

Обе камеры, и Зоина, и Димитра, были открыты. А дальше стена была сплошной до самого выхода. Зои подошла к ней, потрогала плитку. Потом её озарило.

— Камера! Тут тоже могут быть камеры?

Димитр услышал вопрос и подумав, пожал плечами.

— Тут может быть Кира, да? — Зои стукнула кулаком по стене. — Ну же! — Повернулась к Димитру и крикнула. — Да не стой ты как истукан, чёрт возьми! Скажи что-нибудь! Тут тоже камеры?

— Может быть. Я не знаю.

— Тут может быть моя подруга?

— Подруга?

Он повторял, как попугай. И следил пристально, будто боялся упускать из поля зрения хоть на секунду. Но совсем не потому, что боялся остаться один.

— Если бы там были камеры и люди, ты бы знал?

— Я бы знал. — Кивнул Димитр.

Пришлось поверить на слово. И опять ничего добавлять к сказанному он не собирался.

Тормоз какой-то.

Зои мысленно плюнула на него и пошла вдоль стен, осматривая их снизу доверху. Она искала панель, которая регулировала стены, или хотя бы какой-нибудь индикатор состояния, но ничего не нашла.

Дверь, стоило к ней приблизиться, отъехала. Видимо, датчики движения стояли.

Зои переступила порог. Опять коридор, правда, гораздо шире и короче. В конце разветвляется. На стенах тоже плитка, только тёмно-серая, с синей подсветкой.

В любых незнакомых местах нужно сразу идти налево, вспомнила Зои. И пошла налево очень быстро. Ей захотелось немедленно узнать, где выход. Что снаружи?

В конце концов Зои побежала. Она видела несколько открытых проходов, ведущих в разные комнаты, в том числе в столовую и в смотровую, с большим экраном на стене и мягкими креслами, и в тренажёрный зал. Но вскоре, пробежав коридор по кругу, снова очутилась у прохода к камерам.

Коридор оказался кольцевым и никуда не выводил.

Здесь по-прежнему стоял Димитр. Зои чуть не налетела на него, ошалело посмотрела ему в лицо и неожиданно отступила.

Её поразила собственная неожиданная реакция. Словно её ледяной водой с головой окатило. Но не помогло и тело снова охватил внутренний жар.

Всё, что она видела — его хмурое лицо, короткую тень от ресниц на щеке, подбородок, отмеченный щетиной, толстую шею и грудь, покрытую пластинами мышц — всё это вдруг вызвало в ней чисто женскую реакцию. Зои даже пристально смотрела на него пару мгновений и только потом отвела глаза.

Вспомнила всех своих «подружек». Именно так назывались в её среде альфонсы-любители, которые были готовы на всё, только чтобы побыть возле больших денег, с которых им в руки могли просыпаться крошки. А то и целый кусок упасть.

Все они были очень красивыми. Зои нравилось с ними куролесить и безобразничать, устраивать всяческие авантюры. Но физически они её не особо привлекали. Без секса не обходилось, конечно, адреналин часто вызывает возбуждение, но это было… как-то не так, как хотелось.

Вообще в жизни Зои о женском влечении была всего одна история, самая первая любовь. Тогда, конечно, ей казалось, что это навсегда, и любит она не пронзительные синие глаза, плоский живот и подтянутую задницу, а его красивую душу. Ну-ну. С ним Зои лишилась невинности, о чём потом не раз жалела. Когда он вдруг затребовал себе подарки и финансовую помощь, на его теле будто появились ценники. И Зои поняла, что не готова платить. И любовь как-то сразу прошла. В общем, с тех пор Зои всегда выбирала себе в пару красавчиков, которые были физически слабей и ни на что не претендовали.

А Димитр явно не был. В смысле, слабей. Зои прекрасно сознавала границы своей физической силы. Даже когда была в форме, с Димитром ей было бы не совладать без специальных устройств. Ну разве что застать его врасплох. Разве что разжалобить и обмануть… и то вряд ли.

Но если раньше она таких мужчин просто недолюбливала, то сейчас отчего-то почувствовала нечто другое. Какую-то вспышку или молнию, толком не объяснить. Но от неё неприятно ныло в животе.

И это было как гром среди ясного неба.

— Прогулялась? — Довольно грубо спросил Димитр и сложил ручищи на груди.

— Кхе, кхе. — Прокашлялась она. Вот же приплыли! Бред какой-то — слова вымолвить не может.

— Да я не против, можешь побегать. Хотя в спортзале есть визуализированная беговая дорожка.

Зои вытолкала из головы весь этот образ горячего дикого мужлана, который её вдруг так привлёк, и спросила:

— Где выход?

— Какой выход?

— На поверхность! Это ведь база, да? Мы под землёй?

Димитр в своей обычной манере промолчал, сверкая глазищами. Зои мысленно чертыхнулась.

— Выход наружу где?

— Нет выхода.

— Не может такого быть. Тебя что, замуровали здесь?

Он коротко глянул. Так, будто эта неуместная шутка попала в точку. Но это не могло быть правдой, потому что Зои тут тоже находилась, внутри. И она как-то сюда попала.

— Ты не знаешь, где выход? — Зашла Зои с другой стороны.

— Думаю, выход так же закрыт, как стены камер.

Во-от. Зои, наконец, получила какой-то полезный ответ. Она, не подумав о последствиях, подошла к Димитру очень близко и внимательно наблюдая за его лицом, спросила:

— Кто? Кто закрыл стены?

Ей казалось, это архиважный вопрос! Но его лицо осталось невозмутимым, а глаза вдруг поползли вниз, туда, где у Зои заканчивался вырез комбинезона.

— Я давно не видел женщин. — Вдруг сказал Димитр. Как-то отрешённо и буднично, безо всякого подтекста.

— Не видел женщин? Тут ещё есть кто-нибудь? Мужчины?

— Нет.

— Ты что, тут один?

Он неопределённо пожал плечами. Зои мотнула головой, сосредоточилась.

— Кто и как закрывает и открывает стены? Ты же знаешь! Ты предупредил меня, что нас выпустят. Откуда ты знал? Но… кто нас выпустил, если тут никого нет?

Димитр молчал. Кажется, ему доставляло удовольствие следить за тем, как она нервничает.

— Да ответь ты в конце концов! — Зои не выдержала и вдруг толкнула его ладонью в плечо. Только сама вздрогнула и отшатнулась, почувствовав тепло его тела.

Оказывается, она очень давно не прикасалась к человеку. Да ещё к мужчине. Это прикосновение невольно разошлось по ней, как круги по воде.

— Слушай, студентка. — Он поморщился и недовольно почесал плечо, то место, к которому прикоснулась Зои, будто от её прикосновения ему стало щекотно. — Лучше меня не трогай. И не пищи тут, в ушах звенит. И вообще пореже мне попадайся.

Он развернулся и ушёл по коридору. А Зои, практически буквально придерживая рукой отпавшую челюсть, осоловело смотрела ему вслед.

Не пищи? Он скала ей — не пищи?

И действительно ведь, сказал.

* * *

Следующие пару часов Зои искала. Ни на секунду не присела, облазила всё, куда только смогла добраться. В кухонном блоке обыскала все продуктовые шкафчики. В комнате отдыха просмотрела развлекательную консоль со списком доступных игр и фильмов. Склад осмотрела поверхностно, лазить в каждый ящик было невозможно. Прошлась вдоль коридоров, прощупывая и прослушивая стены, включая и выключая свет, отслеживая провода.

Она не нашла комнаты управления. И совершенно точно в коридоре было пару стен, которых быть по всем логическим размышлениям, не должно.

Всё это время Димитр находился в спортивной комнате на тренажёрах. Конечно, Зои и туда заглянула. Он как раз бегал на беговой дорожке. Конечно, он услышал Зои, её сложно было не заметить, но сделал вид, будто не слышит. Смотрел строго вперёд, на визуализацию парка, пока Зои ходила вдоль стен и проверяла тренажёры, нет ли на них посторонних управляющих устройств.

Итак, спустя два часа Зои поняла, что:

1. Отсюда нет выхода наружу. Если он есть, то закрыт тем же способом, что были закрыты стены в камерах. Ну, или просто замурован.

2. Получить информацию можно только от Димитра.

Вся сложность заключалась в том, что Димитр отказывается сообщать информацию. Зои выдохлась в процессе поиска, отправилась в столовую и заварила себе самую большую порцию ванильного кофе с кокосовым молоком и сливочной пенкой.

Ситуация, конечно, совершенно дикая. Бывший военный, который сидит взаперти… сколько он тут сидит? — неизвестно. При этом он выглядит так, будто всегда мечтал о такой жизни. Может, и правда всегда хотел быть отшельником? Но нет, Зои не верила. Конечно, существуют люди, которые терпеть не могут всех остальных людей. Но сидеть взаперти? Нет, тут что-то не так. Вот если бы он жил на поверхности, в лесу, в хижине, тогда Зои могла бы допустить вариант добровольного ухода из цивилизации. Но не теперь, не теперь…

Димитр, конечно, что-то знает. Но не желает разговаривать. Почему? Зои терялась в догадках. Совершенно очевидно только, что он не собирается ей ничего объяснять.

Дикость какая-то!

Значит, главная цель у нас такая — разговорить Димитра и узнать как можно больше об этом месте, решила Зои. Понять, как отсюда выбраться.

Только как его разговорить, если он сказал не путаться под ногами?

Вариант соблазнения отчего-то пришёл в голову первым, чему Зои несказанно удивилась. Соблазнительница из неё всегда была так себе, финансовое состояние избавило её от необходимости соблазнять. Соблазняли, наоборот, её, всё, что оставалось делать Зои — позволять за собой ухаживать и выбирать среди предложенных многочисленных вариантов тот, который соответствовал сегодняшнему настроению.

А что же делать с Димитром? Заставить его говорить силой она не сможет. Соблазнить… ну, Зои была о себе высокого мнения, конечно, да ещё когда дело касается мужчины, долгое время проведшего в одиночестве, но ведь на это нужно время? Просто войти и повиснуть у него на шее — нет, вряд ли он поведётся. Сразу поймёт, к чему всё это представление, ведь до этого Зои вела себя иначе.

Что же делать? Зои допила кофе, вытерла губы от пены и пошла к спортивному залу. Чем ближе она подходила, тем тише передвигалась. Осторожно заглянула в проём.

Димитр теперь качал пресс. Зои оторопело застыла. Он снял с себя футболку и теперь ничего не мешало наблюдать, как движутся его мышцы. Боже, это было такое отличное зрелище, что Зои просто стояла и любовалась. Она знала, сколько труда нужно, чтобы создать такие мышцы и поддерживать их в форме.

Через пару минут она отпрянула к стене. Красная, как помидор и злая, как сто бешеных собак. Да что ж такое? Ты вообще в своём уме? Ты что, мужчин никогда не видела? Почему ты так при виде него заводишься? Нашла время! Тебе нужно спасаться, выбираться отсюда! Думай лучше о том, что он знает… много знает, а тебе не говорит. Он что-то скрывает!

Его нужно вывести на чистую воду!

Но как?

Зои находилась в тупике. Она на самом деле не знала, что дальше делать. Нужно было думать.

А пока она думала, ничего лучшего не нашла, чем за ним следить. Вдруг он, когда будет один, пойдёт на поверхность?

Зои старалась следить незаметно. Стояла за дверью спортзала, а когда он вышел, успела слинять за угол. Потом стояла за дверью душа, потом — за дверью столовой, слушая, как он ел.

В голове кружились разные фразы, которые она подумывала ему сказать. Вызвать на поединок? Если она победит — пусть Димитр расскажет, что знает. Если нет… Тут в голову лезли всякие непристойности. Зои бесилась. Да и толку? Она не победит!

Другой вариант. Плакать, умолять, истерить. Это можно попробовать.

Зои даже попыталась. Когда Димитр был в столовой, она решила — сейчас. Но не смогла заплакать. Наоборот, она была полна какой-то злой решимости и никакой истерики или мольбы, хотя бы отдаленно похожей на настоящую, изобразить не смогла.

Тогда, разозлившись, Зои психанула. Просто взяла и вошла в столовую. Уверенным шагом подошла к Димитру.

Тот допивал что-то из кружки. Поднял поверх неё глаза на Зои, неторопливо, напоказ, отставил кружку в сторону и сел, расставив свои ручищи.

— Ну всё, хватит! — Сказала Зои. — Расскажи мне, что тут происходит!

Димитр тут же сжал губы в линию и недовольно прищурился.

— Ты меня достал! — Закричала Зои. — Почему ты как дерево? Ты же не тупой! Как ты можешь ходить тут, как ни в чём не бывало? Тебя не волнует, что ты замурован и не можешь выбраться наружу? Тебя не волнует, что здесь я? Не интересно, откуда я сюда попала? Как я здесь оказалась? Кто меня принёс? Или ты так и сидишь тут, периодически в камере…

Зои запнулась. Она глубоко вздохнула и вытаращилась на Димитра.

— Постой-ка… Тут же никого нет. Камеры… Почему мы были в камерах? Ты сказал — иногда выпускают. Но тут больше никого нет. Кто… кто мог закрыть меня в камеру, а потом нас выпустить? Кто?

Зои поболтала головой, отказываясь признавать очевидное. Но оно всё сильней бросалось в глаза.

— Ты что… Это ты засунул меня в камеру?

Мгновенная гримаса на его лице с дёрнувшимся уголком брови подтвердила догадку. Это он управлял стенами. Это он засадил Зои в камеру и закрывал стены по своему желанию.

Он заставил пережить её чуть ли не самые жуткие часы в своей жизни.

Миг — и она зарычала и прыгнула вперёд. Димитр не сразу сообразил, что его ждёт, и Зои успела вцепиться ему когтями в лицо. Ей хотелось не просто ударить его и причинить ему боль, ей хотелось сделать это как можно более обидным способом. Резкими движением она оцарапала ему скулу до самого подбородка, а потом Димитр быстро схватил её за руку и завёл ей за спину в классическом болевом приёме.

Не вставая, он приподнял ей руку, и Зои крикнула, и больше ничего не могла сделать.

— В следующий раз руку тебе сломаю. — Сказал Димитр. Звучало невозмутимо, будто он сто раз на дню отрывает от себя взбесившихся девчонок, а если при этом сломает пару-тройку рук, то и ничего страшного.

Зои не могла ударить его физически, зато могла говорить О, она много эпитетов ему придумала. Прокляла, обозвала, унизила, обматерила и всё это с жаром и с огромным удовольствием.

Через время Димитр, горячий как печка, оттолкнул её от себя. Тронул пальцами расцарапанную щёку.

— И что? — В конце концов крикнула Зои. — И что дальше? Будешь тупо делать вид, что меня нет? Собираешься тут всю жизнь просидеть? Ты можешь мне сказать, как отсюда выбраться? Я свалю, а ты будешь сидеть тут и гнить в тишине и одиночестве хоть до самой смерти!

— Может, это ты мне скажешь? — Вдруг спросил Димитр. Вид собственной крови на пальцах, кажется, вывел его из равновесия, по крайней мере смотреть он стал так, будто подумывал убить.

— Ты о чём?

— Как отсюда выбраться, а? — Димитр вдруг встал. Зои снова пришлось задрать голову и ей это не понравилось. Особенно когда кровь на его щеке выглядела, словно боевой раскрас.

— Мне же обещали комфортные условия. — Задумчиво продолжал Димитр. Его взгляд снова упёрся в разрез Зоиного комбинезона. — И вот она ты. Прям в моём вкусе. — Он ошеломлённо качнул головой. — Как это вышло?

— Чего? — Зои реально растерялась.

— Как они тебя сделали?

Теперь она просто стояла, чувствуя, как челюсть ползёт вниз.

Димитр вдруг сделал шаг и оказался так близко, что Зои почти уткнулась лицом в его грудь.

— Откуда же ты взялась такая вся распрекрасная, — зацокал языком Димитр, пожирая её глазами. — Такая вся несчастная пленница… студентка не абы чего, а самой АМКи! И в нашей глуши. А?

Зои не знала, что ответить. Она вообще не совсем понимала, о чём он говорит, но кажется, он не верит, что она… настоящая?

— Думаешь меня обмануть? — Почти дружелюбно спросил Димитр. С тем самым профессиональным дружелюбием, с которым разговаривают со смертниками. Которым предупреждают захваченных террористов, что лучше признаваться во всём по-хорошему, чем умирать в муках.

Зои медленно перевела взгляд на его лицо. Димитр был красный от злости, у него на висках даже жилки бились.

— Так чего ты от меня хочешь? — Шепотом спросил Димитр. — Говори.

— Чтобы… чтобы ты сказал, где выход. — Растерянно сказала она.

— Зачем тебе выход?

— Как зачем?

— Просто ответь.

— Чтобы выйти на поверхность! Или что ты предлагаешь? Просто сидеть здесь? Нужно что-то делать, шевелиться! Нужно как-то искать выход!

— Ну вот, умница.

Зои не понимала, где и в чём она умница. Но Димитр молча отступил.

— Подожди! Ты куда? — Спросила она и протянула руку, чтобы его остановить. Правда, сразу же отдёрнула. Вдруг и правда ему мозгов хватит сломать.

— Давай искать выход вместе. — Почти промурлыкал Димитр. — Это будет так забавно. Это нас развлечёт.

— Да что ты несёшь?

— Нет? — Он так паршиво изумился, что сразу стало понятно — актёрским талантом небеса его обделили. — Или можно было запросить курсантку? Ну нет, — протянул он. — Курсантки не обладают такими выдающимися формами. Ни одной такой не видел. А ведь постарались, сделали почти идеальную. — Димитр снова упёрся взглядом ей в грудь.

— Так. Стоп. — Зои подняла голову. — Ты что думаешь… ты думаешь, я не настоящая?!

Он молча закатил глаза к потолку.

— Я не настоящая? — Возмутилась Зои. — Ну? Чего молчишь?

— Ты не настоящая. — С превеликим удовольствием согласился Димитр. И демонстративно сложил руки на груди.

— Ты себя слышишь, этот свой бред? Как? По-твоему, можно сделать человека? Живого, но искусственного?

Димитр молчал, только бровями повёл. Кажется, он и правда верил, что можно.

— Ну и ты и правда дуб! — Зои отчего-то развеселилась. Она тряхнула головой и рассмеялась. — Нет, я, конечно, многое могу допустить, но чтобы кто-то сделал человека… настоящего, почти идеального, только чтобы тебя развлекать — ну и самомнение!

Она захохотала, почти истерически, хлопнула рукой себя по лбу. Он и правда так думает? Ну, тогда понятно! Досиделся, называется, в изоляции! Поплыл мозгами.

Зои веселилась от души. Но Димитру это отчего-то не понравилось.

— Хватит ржать! — Резко сказал он.

— Чего это хватит? Подумать только — меня создали в качестве развлечения какому-то военному недоумку! Да я таких как ты сотнями каждый день покупала! Чтобы делали то, что я прикажу.

— Сотнями? — Уточнил он.

— Именно!

— Говори, что хочешь. — Вдруг усмехнулся Димитр, щуря глаза. — Ты меня не обманешь.

Зои собиралась сказать ещё что-нибудь ироничное, но Димитр развернулся и пошёл прочь.

— Куда ты? Стой! — Закричала она.

— Отстань от меня, женщина.

— Я не женщина, я студентка АМКи. Почти идеальная!

— Тем более. Отвали.

— И у меня есть имя! Очень красивое! Настоящее имя, как у настоящей девушки!

Он, что-то бурча себе под нос, ушёл. Зои растерянно посмотрела по сторонам. Смеяться расхотелось. Осталось только недоумение и совершенная растерянность. Что дальше? Сможет ли она выбраться без помощи Димитра? Всё может быть, но сомнительно.

Но как эту помощь получить? Хотя бы информацию. Делать ему ничего не придётся, пусть просто расскажет, что знает! Как отсюда выбраться?

Вот послали же ей боги такого дуболобого напарника! Вместо того, чтобы искать выход наружу, ей приходиться думать над тем, как уговорить его хотя бы чуть-чуть почесаться и поделиться информацией. Будто из них двоих она мужик, а он — баба!

Зои успокаивалась долго. Чтобы как-то прийти в себя, она плотно пообедала и тоже направилась в тренажёрный зал согнать напряжение. Димитра там не было, так что Зои спокойно занималась — бегала, а потом колотила боксёрскую грушу. Позже приняла душ.

Подумала — а где она будет спать? Спален среди открытых помещений не было, кровати имелись только в камерах, а туда Зои можно было затащить разве что силком.

Постойте-ка!

Если Димитр сунул её в камеру, а это сделал он, потому что больше некому, то выходит, он умеет открывать и закрывать двери? Так ведь? Значит нужно отставить злость на этот его поступок и не акцентировать на нём внимание. Нужно сосредоточиться на другом — как открыть дверь, которая ведёт на поверхность. Она должна быть!

И снова приходим к тому, что ей нужна помощь Димитра.

Зои раз за разом упиралась в тупик. Все дорожки вели к Димитру, к их неизбежному сотрудничеству. Но как его, это самое сотрудничество, осуществить, если Димитр считает её искусственной? Вот умора!

Зои снова фыркнула. До чего эти военных без мозгов, в самом деле!

И что за фразу он обронил: «Мне же обещали комфортные условия»? Кто обещал, за что?

В общем, нужно идти и договариваться. Ждать неизвестно чего — это последний вариант, если остальные провалятся.

Итак, Зои выдохнула, прочитала себе примерную инструкцию, как общаться с Димитром, чтобы тот не взбесился, и отправилась с ним разговаривать.

Нашла она его не сразу. И не только его.

Зои проверила почти все помещения и даже растерялась — куда он мог деться? И вдруг в смотровом зале, в дальнем углу, разглядела какой-то проход. Она не сразу его заметила, потому что тот был спрятан за сдвигающейся панелью.

Так вот, там обнаружился коридорчик, который привёл Зои… в бассейн. В самый настоящий бассейн немалых таких размеров. Она вышла к нему и не сразу поверила своим глазам. Бассейн был плохо освещён, но полон прозрачной воды. Потолок над водой переливался бликами, влажный воздух пах чем-то химическим.

Именно там она и нашла Димитра, который плавал туда-сюда кролем, так, что видна была только мощная спина и руки, которые без устали молотили воду.

Бассейн? Разве это не перебор для исследовательской базы? Они же тут не отдыхать собирались, а работать. А за бассейном нужен немалый уход.

Странно это как-то!

Но сейчас не до бассейна. Будь тут их хоть десять штук, Зои хотела отсюда свалить.

Димитр развернулся на той стороне бассейна и поплыл в сторону Зои. Поравнявшись с ней, быстро взглянул и сделал вид, что не увидел. Ещё кружок. Зои стояла, не отводя от него глаз. Вылезет рано или поздно, куда денется.

Ещё через пару кругов Димитр, видимо, тоже это понял. Доплыл до лесенки, у которой стояла Зои, взялся за поручни и вылез на берег. Вода хлынула с него и залила пол вплоть до босых Зоиных ног.

А водичка-то ничего, приятная, тёплая. Зои пошевелила пальцами. Нужно будет тоже искупаться, когда главный вопрос будет решён.

— Это опять ты? — Буднично спросила Димитр, проходя мимо к плетёным креслам и снимая со спинки ближайшего полотенце. — Чего тебе всё неймётся? Или что-нибудь придумала?

— Придумала. — Согласилась Зои. — Давай договоримся.

На него было очень приятно смотреть. Видимо, тут взаперти он ничем другим не занимался, только поддерживал физическую форму, потому что она была прекрасной. Зои оценила все мышцы и отсутствие жира.

— О чём? — Он быстрыми и резкими движениями вытер волосы и сел в кресло, накинул полотенце на плечи.

— Ты хочешь, чтобы я оставила тебя в покое? Будто меня тут нет и никогда не было?

Он кивнул. Но еле заметную задержку Зои отметила. Впрочем, неважно, чего он хочет на самом деле, согласился — и ладно.

— Предлагаю сделку. Делаешь вид, что я настоящая, снабжаешь меня информацией. Тратишь всего полчаса, а взамен, обещаю, никогда больше к тебе не подойду. Будешь сидеть, как и раньше, одинокий и счастливый.

Димитр вдруг посмотрел куда-то в сторону. Быстрый взгляд, словно там что-то промелькнуло. Но тут же взял себя в руки и снова сделал морду кирпичом.

Он думал. Наверное. Но не отвечал.

— Распишу, что случится иначе. — Продолжила Зои. — И это не угроза. У меня клаустрофобия, слышал такое забавное слово? Пока я держусь. Но когда я решу, что выхода нет и всё кончено, я буду паниковать. Тогда тебе непросто придётся. Придётся и правда мне ноги переломать, чтобы я к тебе не приближалась. Тогда ты, кстати, поймёшь, что я и правда настоящая. Но будет поздно. Я прощать не умею. А ещё я очень мстительна, и как только выберемся, за каждый твой удар, если только посмеешь меня тронуть, ты ответишь перед моей семьёй. Просто допусти, что мы отсюда выберемся и попадём на землю. Просто допусти на мгновение, что я настоящая студентка АТМы? А вдруг?

Его взгляд застыл. Потом Димитр медленно поднял руку и стёр капли воды со лба.

— Я не собирался тебя трогать. Можешь меня не бояться.

— Ты сказал, что сломаешь мне руку!

— Это была шутка.

— Правда? — Зои вытаращилась на него. — С юмором у тебя вообще всё печально, судя по всему.

— Держи свои укусы при себе. — Огрызнулся Димитр и снова задумчиво почесал грудь, будто она на самом деле его туда цапнула. Такими мелкими и тонкими зубками — не больно, но зуд остался.

Зои кивнула и нетерпеливо переступила с ноги на ногу.

— Хорошо, буду держать при себе. В остальном что? Договариваемся?

Димитр, наконец, посмотрел на неё, опять в район выреза. Оценивающим взглядом, очень по-мужски. У Зои невольно дыхание перехватило. Почему же она так на него реагирует? Ну он понятное дело — здоровый военный, который просидел в одиночестве кучу времени и отвык от женщин. Ну а Зои-то с чего? Даже на курсантов, которые по-любому лучше студентов в плане физической подготовки, она не смотрела с такой жадностью. А уж там выбор был как в хорошем бутике!

— Какой-то неприятный у нас разговор вышел. — Сказал Димитр, не поднимая глаз к её лицу.

— Промолчу о том, кто в этом виноват.

— Ладно. Что ты хочешь узнать?

Она невольно снова покосилась на его торс, на то, как его грудь поднимается, когда Димитр дышит. Красивый всё-таки, хотя и хам. Даже искусственная нога его не портит. Кроме цвета она ничем не отличается от второй. Но всё же — почему он так демонстративно отказывается маскировать потерянные конечности?

— Ну?

Зои вздрогнула. Засмотрелась, задумалась и забыла, о чём, собственно, речь.

— Может, в столовую пойдём? Там как-то удобней.

— Иди. Переоденусь, подойду. — Димитр встал.

Зои попятилась и направилась в столовую. Она должна была торжествовать, ведь Димитр согласился ей помочь, пусть даже просто предоставить информацию! Но Зои отчего-то стало очень грустно. Димитр вдруг напомнил ей холёного зверя в зоопарке — комфортные условия, просторный вольер, качественное питание… И невозможность выбраться на волю.

Чтобы отвлечься, Зои заварила кофе и осмотрела себя словно со стороны. Босиком ходить с непривычки было тяжело, стопы болели. Комбинезон, который она нашла в камере, был мал и жал под мышками. А ещё порядком покрылся грязью, пока она искала вдоль стен выход. Нужна одежда и обувь. Димитру может и нравится ходить босиком, а ей нет.

Это всё, кстати, нужно внести в список вопросов, требующих решения.

Зои услышала, как он вошёл и сел за ближайший столик. В чистой футболке, волосы подсохли, весь посвежевший, разомлевший от усталости. После физических нагрузок так бывает — весь пропотеешь, примешь душ, сядешь на что-нибудь мягкое — и ты уже абсолютно счастлив.

Она быстро вышла из угла с Папашей, чтобы Димитр не подумал, будто она прячется. Да и любопытство подгоняло, чего уж там.

— Где мы? — Спросила Зои, как только осторожно села напротив, через стол.

— На базе. — Он пожал плечами. И поправил. — Я так думаю.

— Точно не знаешь?

— Нет.

— У вас была другая база? Когда вы прилетели на исследования?

— Другая. Но очень похожая.

Он огляделся, будто впервые всё это видел.

— Как я тут оказалась?

Димитр пожал плечами.

— Объясни.

— Я проснулся, вышел из комнаты и нашёл тебя в коридоре.

— Где? — Зои вскочила. — Покажи, где.

— Там нет выхода. — Спокойно произнёс Димитр. — Ты там сто раз ходила, смотрела — выхода нет.

— Покажи!

Он встали и отвёл Зои в угол между спортивным залом и кладовкой. Она и правда проходила тут десятки раз, и стены все ощупывала и простукивала, и огнём сквозняки проверяла… ничего не нашла, конечно, но снова попробовала — прижалась щекой к стене и попыталась что-нибудь услышать.

Димитр с интересом за ней наблюдал. Зои недовольно подумала, что возможно, это она для него зверёк в клетке, а не наоборот.

На первый взгляд это место ничем от прочих не отличалось. И всегда оставалась вероятность, что Димитр врёт, хотя совершенно непонятно, зачем.

В общем, Зои решила оставить проверку на потом. Они вернулись в столовую и заняли прежние позиции — через стол.

— Что на мне было надето? — Спросила Зои, мысленно перечисляя вещи, которые хотела бы вернуть. Первым делом куртку и экран.

— Ничего.

— То есть?

— Ты была совершенно голая. — Смакуя каждое слово, ответил Димитр. — Обнажённая. Раздетая. Нагая.

— Хватит уже!

Димитр довольно рассмеялся.

— Ты правду говоришь? — Уточнила Зои.

— А зачем мне врать?

— И на мне не было куртки? Экрана? — Она перечисляла свои вещи и не заметила на его лице ни единого признака узнавания. Кажется, он и правда ничего из вышеперечисленного не видел.

— Нет. Повторю — ты была голой. — Оборвал её допрос Димитр.

У Зои глаза полезли на лоб. Выходит, в промежуток времени, когда она влетела в пелену и Димитр нашёл её в коридоре, кто-то избавил её от одежды.

И от транспортёра.

И от Киры.

— Ладно. — Рассеяно ответила Зои. — А зачем ты меня сунул в камеру?

Он мгновенно стал серьёзным. Прищурился.

— Хотел посмотреть, как ты будешь себя вести.

— И как? — В ней было всколыхнулась волна злости, но тут же опала. Зои могла понять такой поступок Димитра, возможно, на его месте и сама так бы поступила.

— Предсказуемо.

Он соврал. Зои поняла по еле уловимой заминке перед ответом. Отметила про себя и продолжила:

— Как ты управлял теми стенами?

Димитр поднял руку и показал запястье, на которое был приклеен плоский блестящий кружок.

— Этим.

Зои, конечно, тут же вцепилась глазами в этот кружок и сразу стала придумывать, как бы его изъять и использовать.

— Но сразу говорю — он управляет только двумя стенами. Точнее, тремя. Камерами и выходом к бассейну.

— И ты проверял? — Недоверчиво спросила Зои, не отрывая от кружка глаз. Ей нужна была эта штука! Но как забрать? Силой — не вариант, а других способов Зои не знала. Вернее, только в теории. Попросить разве что?

— Дай на время, я проверю и верну. — Тут же предложила она.

— Нет уж. — Димитр закрыл запястье рукой. — Он мой.

— Пожалуйста.

— Нет.

Не отдаст, поняла Зои. Что-то было в его голосе упрямого, что сразу давало понять — не отдаст ни за что. Даже торговаться не будет.

Ладно, к этому потом.

— Расскажи, как ты здесь очутился. Почему не улетел с другими людьми.

Лицо Димитра вмиг стало очень жёстким, даже жестоким.

— Ты правда хочешь это услышать, настоящая Зои?

Он не верил ей. И кажется, считал, будто она издевается.

Но договор есть договор.

— Да. — Сказала Зои.

Димитр усмехнулся и рассказал.

Глава 3. УЗИм

— Ну что же, настоящая Зои, вот мой рассказ. Чтобы улетели все остальные, мне пришлось остаться. Жертва малым ради большего. Я — жертвенная овца. Слышала такое? Хочешь и дальше слушать?

Она прищурилась, чтобы не выдать нахлынувших эмоций.

— Конечно. Ты пока ничего не рассказал.

Судя по желвакам на скулах, Димитр думал иначе. Но всё же довольно спокойно продолжил.

— Что ты знаешь об этой планете? Чтобы я не повторялся.

— Эта планета в Чёрном секторе. Тут напрочь отсутствует связь. И есть базы, брошенные. Мы решили, что дело было так — люди обнаружили эту планету, стали её изучать, но нашли внеземной разум. Агрессивный. И улетели, пока не стало поздно.

— Агрессивный. — Шипяще повторил Димитр и скосил на Зои глаза. Его взгляд говорил что-то неприятное, в чём-то обвинял, но может, ей показалось.

— Продолжай. — Попросила Зои.

— Всё верно. — Димитр откинулся на спинку сидения. — Так и было. Новая планета, только что открытая. Отличные условия для колонизации. Девяносто три балла из ста по шкале Ванштайна! Первая планета в истории изучения с таким великолепным балом! Перспективы не просто радужные, они просто слепят! Конечно, сюда очередь встала из желающих проводить проверку. Мы были избраны, прилетели, начали изучать… Но вдруг девяносто три процента превратились в жалкие три. Мы столкнулись с инопланетным разумом. Агрессивным.

— Как? — Зои подалась вперёд. Её почти трясло от восторга — всё же услышать про первый контакт с инопланетянами из первых уст очень хотелось. Пусть даже контакт был неудачным. Но он был! Это ведь впервые в истории! Это ведь событие вселенского масштаба!

Только Димитр восторженным не выглядел.

— Очень просто. Прилетели какие-то аппараты, похожие на дронов, и молча, совершенно буднично вырезали половину нашей группы. — Сказал Димитр.

Улыбка с лица Зои сползла. Теперь он смотрел на неё почти с ненавистью. Думал, что она всё знает и просто издевается? Тогда зачем продолжал говорить? Вряд ли оттого, что она пообещала оставить его в покое. Возможно, он просто хотел выговориться? Хоть кому-то?

— И что было дальше?

— Дальше был ультиматум. Один из нас за то, чтобы остальные спокойно покинули планету.

Зои прищурилась.

— Ты?

— Да.

— И зачем им ты?

— Не знаю. — Димитр сложил руки на груди.

— И что дальше?

— Дальше я остался, а остальные улетели. Всё.

— Всё? — Зои растерялась. Она-то уже разбежалась, что Димитр как на духу откроет ей все карты, но он не знал! Обманывает? Нет? Как понять?

— Подробней. Как пришёл ультиматум?

— Очень просто. Пришло сообщение. Откуда, отследить не удалось. Сама понимаешь, что это значит. Любое входящее сообщение оставляет след, а тут — сообщение, которое возникло прямо на пульте управления, будто бы его прямо там напечатали. Короткое, лаконичное. Один должен остаться, остальные должны улететь, или все умрут.

— И твоё начальство поверило?

— Странно было не поверить, когда половина твоих товарищей мертва. Мы получили кадры с камеры группы… последние. Какой-то незнакомый аппарат вырезал моих друзей за минуту. А мы даже похоронить их не успели… Не успели даже понять, что происходит, как пришёл ультиматум. Помню, что стоял там, рядом с остальными, на экране только-только утихли кадры… те, что я хотел бы забыть. Помню, как смотрю на командира, а он белый, как стена. И глаза у него застыли. И тут же появляется сообщение. То есть ультиматум. На решение дали всего полчаса, на отлёт — ещё час. Вот так вот, настоящая Зои.

— Почему вы были уверены, что это инопланетный разум? Вы не думали, что это может быть другая группа исследователей? Что кто-то просто захотел всю планету себе?

Димитр усмехнулся.

— Они продемонстрировали технологии, которых нет у землян.

— Что они сделали?

— Да много чего. За несколько секунд передвинули наши трансицепы в сторону, переставили, как кубики, будто те ровным счётом ничего не весили. Мы не видели как, просто в одну секунду они стояли на одном месте, а через секунду — на другом. Потом подняли в воздух старый катер, который сломался и скомкали его, как бумагу комкают в ладонях, в комок. Швырнули куда-то в джунгли. Часть джунглей вырезали, деревья просто куда-то исчезли, и закрыли какой-то чёрной энергетической шляпой.

— Пелена! — Воскликнула Зои. — Это мы туда с Кирой влетели! Получается, мы сейчас внутри.

— Получается так. — Равнодушно ответил Димитр.

— И вы не пытались как-то общаться с этим разумом?

— Хотели. — Димитр кивнул. — Только как мы бы это сделали? Они общаться с нами не собирались. Спустя пятнадцать минут после первого сообщения они прислали последнее предупреждение. Сказали, нам нужно шевелиться. Потом они продемонстрировали, что полностью руководят нашим оборудованием. Любым. — Подчеркнул Димитр. — И нам пришлось согласиться на их условия. Это было как-то нелепо. Вот мы стоим все у экрана и следим за нашей группой, которая проверяла тоннели… а через час я уже один, взаперти. Половина моих друзей мертва, вторая — улетела. Рассказ окончен. Планета, как я понял, внесена в список запрещённых?

— Да.

— И убрана из справочников? О ней никто не знает?

— Кроме секретных служб, никто.

— Понятно. Как я и думал.

Он отвернулся, но Зои успела разглядеть тень боли на его лице.

— Они оставили тебя? — Прошептала она.

— Нет. Нет, конечно. Я сам остался, — так и не повернувшись, сказал Димитр. — Иначе пришлось бы остаться кому-то ещё. Но у других родственники, семьи… Меня никто не ждёт.

— И давно ты тут?

Он снова сверкнул злым взглядом.

— Не знаю, тут нет часов и календаря.

Точно! Зои не видела здесь панели управления, кроме простейших — открыть-закрыть дверь, приготовить еду, включить экран. Димитр не мог почти ничем управлять, не мог открыть вход, не мог выбраться.

Он, должно быть, просидел здесь несколько лет. Один, в неизвестности.

Теперь глаза отвела Зои, испытав острый приступ жалости.

И она ещё ныла? Да студенты после падения в раю живут по сравнению с ним. Кстати…

— Почему они не тронули нас? Мы жили тут, на поверхности, несколько земных месяцев и нас никто не тронул! Мы даже не знали точно, есть тут чужие или нет.

— Странно, что ты спрашиваешь у меня.

Зои поморщилась. Опять завёл свою старую песню! Может он параноик?

— А у кого мне спрашивать? — Зои развела руками, а потом для эффектности ещё и потрясла ими. — Покажи, кто ещё тут может мне ответить!

— Хорошо. Я не знаю, почему они вас не тронули.

Но судя по тону, он хотел сказать — ври, давай, не тронули их. Конечно, не тронули, ты ведь их создание. Чего тебя трогать?

Зои продолжила.

— А что ты знаешь о них? Об инопланетянах? Какие они?

— Ничего. Я проводил своих, убедился, что корабль улетел и вошёл в эту чёрную стену, как и было приказано. Очнулся здесь. Я их не видел.

— И они не общаются с тобой?

Димитр покачал головой.

— Ни разу? Ни разу с тех пор?

— Нет.

— Зачем они тебя оставили, если ничего от тебя не хотят?

Зои действительно не понимала. Может, они как-то его изучали, просто Димитр не помнит? Мало ли что они могут сделать с человеческими мозгами, во что заставить поверить.

— Они ничего с тобой не делали? — Зои вдруг невольно взглянула вниз, на его искусственную ногу. — Это они сделали? — Мрачно спросила.

— Нет. — Димитр вдруг широко ухмыльнулся. — Это случилось раньше. Хорошие были времена.

Он мечтательно прищурился, погружаясь в приятные воспоминания, и даже, кажется, забыл, где и с кем находится. Зои оставила его витать в облаках и задумалась. Она попыталась сложить всё, что узнала, в какую-то единую структуру, имеющую смысл. Придать этому всему устойчивую форму. Слепила, так сказать, из того, что было.

Потом её озвучила.

— Итак. Здесь, на этой планете, есть инопланетяне. Первый человеческий контакт с подтверждённым внеземным разумом… и неудачный. Они заставили людей улететь, просто выгнали, очень быстро. Вымели метлой. Но одного человека зачем-то оставили. Вряд ли в качестве страховки, чего им нас бояться, если они способны делать то, про что ты рассказывал. И не в качестве развлечения, иначе ты не сидел бы взаперти столько времени. А тебя просто посадили сюда… а это не человеческая база, так ведь?

— Почему? — Димитр нехотя вернулся к разговору.

— Сам подумай. Стены! У нас нет таких технологий. Бассейн! Ты видел хотя бы одну базу с бассейном? Нет! И последнее… одиночные камеры. Они какие-то старинные. Как будто те, кто их строил, понятия не имели, какими камеры должны быть. На вашей базе ведь не было камер?

— Нет, конечно.

— Ну вот. Они словно… словно строитель не знал, как выглядят камеры-одиночки. И подсмотрел то ли в древнем фильме, то ли в древних фотоархивах. Ты так не думаешь?

— Конечно, это база не человеческая. — Спокойно ответил Димитр. — Это они построили. Для меня.

И снова ухмыльнулся. Отсылка на тот их разговор, когда Зои смеялась, что кто-то сделал для него живую женщину, была очевидной. Она даже хотела что-нибудь едкое в ответ сказать, но в последний момент сдержалась. Ну ничего, потом она и к этому вопросу вернётся!

— Итак. Значит, мы на искусственной базе, которую инопланетяне сделали похожей на человеческую. База находится за чёрной энергетической пеленой в центре джунглей.

— Наши трансицепы? Они ещё тут? — Быстро спросил Димитр.

— Да. Они стоят вокруг. В них жили курсанты, они нашли это место.

Димитр снова замолчал, о чём он думал, Зои и представить не могла, о чём. Поэтому просто продолжила:

— Ты сидишь на инопланетной базе давно, а я попала недавно, когда мы с Кирой сюда влетели. Но Киры тут нет.

Зои вздохнула и рассеяно огляделась.

— Зачем им это всё? — Она покачала головой. — Они ведь могут общаться! Они с вами разговаривали на нашем языке, понятными фразами. Зачем они это всё устроили? Почему не пытаются выяснить, кто мы? Зачем они строили тебе базу? Это же не палатку поставить, это огромный комплекс… для одного. Зачем тебя оставили? У меня такое впечатление… будто они что-то начали, но не довели до конца. Оставили тебя, чтобы изучать — и не стали изучать. Строили базу, чтобы ты мог тут жить — и не достроили. Нас с Кирой разделили… Зачем?

Димитр молча слушал. Его лицо снова стало непроницаемым.

— Думал, может ты мне это объяснишь, — сказал он в конце концов.

— Ой, да хватит! — Зои скривилась. — Вероятность того, что я настоящая и говорю правду гораздо выше, чем то, что я искусственная, сделанная специально для тебя!

— Это как посмотреть. Я видел, как они за секунды творят из пустоты что-то противоестественное, вроде этой стены. Базу эту тоже слишком быстро построили. Думаю, вероятность того, что они смогут создать человека гораздо выше, чем то, что студенты самой АМКи окажутся тут, на закрытой планете Чёрного сектора, да ещё попадут прямо ко мне в бункер.

Он снова закрылся. Зои видела, как он дёрнул скрещенными на груди руками, будто проверял, хорошо ли они держатся. И снова стал так смотреть… Будто вместо прекрасной девушки напротив какое-то бесполое существо неустановленной расы. Зои не нравилось, когда на неё так смотрят. Особенно он.

Димитр сидит тут давно. Несколько лет. Зои не понимала, как ему удалось не сойти с ума и остаться цивилизованным человеком. И он ведь думал, что никогда отсюда не выйдет. Или он думал иначе? Может, на что-то надеялся? Может, что-то знает, о чём-то умолчал?

Вряд ли сейчас будет уместным задавать настолько личный вопрос. Скажи-ка, ты думал, что сгниёшь тут в одиночестве? Представлял, как именно это произойдёт? Или нет?

Её передёрнуло.

Та-ак, не зацикливаемся, продолжаем разговор.

И всё же Зои невольно восхищалась его психологической устойчивостью. Она за пару дней в камере чуть не свихнулась, а Димитр находился годами… один… во всей этой неизвестности и неопределённости.

Если только он не врёт.

Зои посмотрела на него по-новому.

А что, если… если это не человек?

Она невольно отодвинулась на стуле, подняла голову.

— Что? — Зло и уязвлёно спросил Димитр, который, конечно, заметил это инстинктивное неприязненное движение.

— Ты человек? — Спросила Зои. — Или один из них?

— Не понял.

Он мотнул головой.

— Ты ведь тоже можешь быть ненастоящим? — Зои медленно, напоказ осмотрела его с ног до головы. — Может, это тебя сделали, такого красивого. Специально для меня.

— Красивого? — Он тут же ухмыльнулся и поставил свою ногу так, чтобы Зои хорошо был виден протез.

— Я заметила. — Ответила Зои. — Так даже натуральней. Весь такой стойкий военный, пожертвовавший собой ради своих товарищей. Хранящий в глубине души и на теле боевые раны. Прям в моём вкусе.

Она и не знала, что умеет говорить таким ядовитым тоном. Бить, оказывается, можно не только кулаками.

Димитр не отрываясь смотрел на неё, глаза то темнели, то сверкали. Потом протянул:

— Ну ты и змея!

— Я? — Зои ухмыльнулась. — Это просто зеркальная версия твоих событий. Мне она больше нравится, чем твоя.

— Но на самом деле ты не веришь, что я искусственный? — С улыбкой спросил Димитр. — Не веришь, что меня сделали для тебя? Наверное, ждала кого-нибудь получше?

— Это чем же получше? — Зои невольно скользнула глазами по его груди и слегка покраснела.

— Ну, кого ты там сотнями покупала. Каких-нибудь смазливых послушных хлюпиков?

Зои на миг растерялась. Откуда он узнал? Что именно послушных? Но тут же вздёрнула голову.

— Разных покупала. Для разных целей.

Он сложил руки на груди, и молча, пристально стал на неё смотреть. Неторопливо так. Спешить-то некуда.

Зои занервничала. Вот засранец! Специально из себя выводит, ждёт, пока она сама мысленно задаст себе все самые важные вопросы и сама на них ответит. Ему и делать ничего не нужно, всего лишь чуть-чуть подождать.

Но Зои эту технику прекрасно знала, перед боем часто подобное практиковали, чтобы лишить противника нужного настроя, заставить сомневаться в своих силах. Любое сомнение — как подножка в самый нужный момент. Так что не на ту напал!

— Хорошо бы как-нибудь доказать, что мы с тобой настоящие люди. — Вздохнула она. — Тогда было бы гораздо проще договориться.

Он молча кивнул, соглашаясь.

— Есть идеи? — Спросила Зои.

— Ну, всегда можно что-нибудь придумать. — Ответил Димитр. — Например, внешне-то мы полностью люди. — он окинул Зои заинтересованным взглядом, так, что она снова пожалела, что Димитра нельзя купить и заставить делать то, чего ей хочется. — А вот внутри…

— Что внутри? Ты что думаешь, внутренности у нас нечеловеческие?

— Думаю, снаружи сходство с человеком необходимо, а начинку можно сделать попроще, её всё равно не видно.

— И что ты предлагаешь? Вскрыть меня? — Зои шлепнула себя по животу и рассмеялась. Но замолкла, потому что Димитр о чём-то размышлял, хмуро сдвинув брови на переносице. — Эй, ты чего?

— Если попробовать под анестезией, может выйти, — размышляя вслух, сказал он.

— Что?! — Зои с трудом удержалась, чтобы не вскочить. Но напряглась, сжав пару раз кулаки. Что вообще она о нём знает? Ничего. Может, ему будет в радость кого-нибудь вскрыть. Может, даже без анестезии, на лбу же не написано, что за человек ей попался. Но пусть только попробует! Она сумеет его остановить, а то и вырубить. Просто так не смогла бы, но если ей придётся спасать свою жизнь!..

Он слепо посмотрел на неё, потом сфокусировал взгляд, удивлённо поднял брови. Потом недовольно поморщился и отвернулся.

— Да нет… Я про себя говорю. В санблоке есть капсула, анестезию она сможет сделать. Местную. Можно вскрыть и посмотреть, что у меня внутри.

У Зои прямо челюсть отпала.

— Ты что! Ты в своём уме вообще?

— Да как-то задумался. — Он поднял свою лапищу и почесал затылок. — Ты дала вводные, я решил задачу — вот и всё.

— Решил задачу?! И всё? Хреново ты её решил, хочу тебе сказать. Не буду я тебя вскрывать! — Возмутилась Зои. — Единственный живой человек в этой тюрьме — и вскрывать тебя? Да я что, полоумная?

— Ну да, идея не ахти. — Согласился Димитр.

— Зачем вообще кого-то вскрывать? — Горячилась Зои. — Можно же, к примеру, сделать УЗИ-м!

Они молча вытаращились друг на друга. Идея была проста и гениальна. УЗИ-м покажет всё — внутренности, кости, даже мозг. И любые неорганические вкрапления найдёт.

Даже странно, отчего она сразу не пришла им в голову.

— Ну так-то, конечно, УЗИ-м проще. — Протянул Димитр.

— Ну тогда пошли! — Зои вскочила первой и засуетилась, передвигая стул, отряхивая одежду и разворачиваясь к выходу. А всё для того, чтобы Димитр не вспомнил, что после разговора она обещала больше не подходить к нему. Никогда-никогда. Чтобы не вспомнил и не потребовал это условие выполнять.

Санблок оказался обычным, комната с белыми стенами, медкапсулой и парой медицинских кушеток. Два стула, вдоль стен на стеллажах — сменные блоки для медкапсулы, разные ручные инструменты и медикаменты.

— Кто первый? — Димитр деловито огляделся.

— Давай я.

Зои быстро села на стол медкапсулы и принялась расстёгивать пуговицы на комбинезоне.

— Раздеваться не обязательно, — быстро сказал Димитр. Даже слишком быстро. Зои подняла на него глаза и увидела только красную шею, когда он отвернулся.

— Результат будет неточный, — сказала Зои.

— Достаточный. Мы же не болезни ищем, а явные отклонения, — откашлявшись, ответил Димитр.

— Ладно.

Зои была бы не против посмотреть, как он раздевается, но, пожалуй, действительно не стоило. Неправильно дразнить мужчину, который столько времени провёл в одиночестве. Вот если бы она готова была предложить ему не только визуальный ряд… Но Зои сомневалась, что стоит с ним сближаться. Во-первых, им она точно не сможет управлять, а Зои понятия не имела, как общаться с людьми, которые не собираются выполнять её указания. И во-вторых, возможно, он вообще не человек!

В общем, Зои легла на стол капсулы и вздохнула.

— Включаю авто-режим.

Димитр опустил крышку и запустил аппарат.

Тот затребовал указания, и после задачи провести УЗИ-м всего организма тут же застрекотал и засветился, бегая лучами по телу Зои.

— Результаты на большой экран! — Успела приказать она.

Медкапсула тут же включила экран, который висел на противоположной стене. На нём отобразился череп — полная диагностика начиналась с головы.

Зои пришлось скосить глаза, чтобы наблюдать за экраном, Димитр встал рядом, привычно сложил на груди руки. Зои хотела попросить его сесть, потому что Димитр загораживал своим плечом часть изображения, но не стала. Он нервничает. Наверное, готовится напасть на Зои, если вдруг выяснится, что она совсем не человек. Или не совсем человек.

Ей вдруг стало смешно. Вдруг она и правда не человек? Вдруг её создали и вложили в её голову воспоминания? И не было никакой Земли, никакого катера, не было АМКи, родителей. Не было сестры…

Она вздохнула и вцепилась руками в скобы вдоль медицинского стола.

Изображение тем временем двигалось. Светлые кости, пятна плоти и внутренностей — всё в серых тонах, по которым прыгали цветные точки и оставляли маркеры. Все маркеры светились в сине-зелёной гамме значит, с организмом всё в порядке, отклонений нет.

Грудь, живот, бёдра и ноги… Через пару минут обследование завершилось. В теле Зои не было никаких отклонений.

— Ну что, убедился? Я настоящая. — Она встала и показала на стол. — Прошу. Можешь раздеться, — торопливо добавила.

— Или тебя создавали очень тщательно. — Упрямо возразил Димитр. — Потому что допускали такую возможность, что тебя придётся лечить и пользоваться этой капсулой.

— Ну так смысл тогда было УЗИ-м делать? — Фыркнула Зои. — С таким настроем ты никакому доказательству не поверишь. Лезь давай на стол, не отлынивай. Или ты что-то скрываешь?

Он вроде бы хотел что-то возразить, но передумал и полез на стол. Раздеваться не стал, отметила Зои.

— Запускай, — негромко сказал Димитр и напрягся.

Лучи стали ползать по нему, съезжая с головы ниже. Вначале Зои не поняла, что происходит, почему он даже дышать перестал — а потом как поняла! Он думал про ногу! Как бы он не делал вид, будто ему всё равно, но он помнил, что в общественном понимании неполноценный. И его, похоже, это тревожило, ведь иначе он бы поставил нормальный протез и об его особенностях никто бы ничего не узнал.

Зои немного удивилась тому факту, что лично её это никак не волновало. В смысле, она чувствовала к Димитру влечение и оно не уменьшалось даже от осознания того, что он частично искусственный. Ну, нога и нога — и что такого? У её двоюродного дядюшки обе ноги до самых бёдер протезированные, и это не мешает ему крутить романы с новыми юными особами каждый сезон. Даже наоборот, дядюшка утверждает, что не смог бы столько танцевать на своих «первых», как он выражается, конечностях. Что «вторые» куда более крепкие и выносливые.

Оказалось, Димитр переживал не только про ногу. У него также отсутствовала кисть руки и часть позвоночника в районе поясницы. Всё это при сканировании сразу же отметилось маркерами.

Зои быстро прикинула, что же должно было случится с человеком, которого, судя по искусственным позвонкам, просто перерубило пополам. И решила, что лучше не представлять, а то не будешь спать ночами от кошмаров.

Когда проверка закончилась, Димитр встал, отвёл глаза и подошёл к экрану. Ещё раз внимательно просмотрел изображение и сказал, не оборачиваясь.

— Всё как и до прилёта сюда. Конечно, я не совсем человек, — он, кажется, усмехнулся, но прозвучало как-то криво. — Но точно не инопланетянин. Думаю, они сделали бы меня целым.

Вдруг в санблоке повисла тишина. Зои захотелось стукнуть его, но конечно, она не стала ничего такого делать. И не стала уговаривать его, говорить что-то типа: «Да не заморачивайся»! «Забей»! и «Зато живой». Она сказала:

— Ну тогда выходит, мы оба настоящие. И что будем делать дальше?

Спустя полчаса они опять сидели в столовой. Зои — подперев голову рукой и помешивая очередной кофе с молочной пенкой, который в её уже не лез, Димитр — откинувшись на спинку стула, сложив руки на груди и постукивая ногой по полу.

— Есть идеи? — Вяло спросила Зои вот уже раз в десятый.

— Не-а.

— И у меня.

Они сидели, наверное, часы, но ничего дельного не придумали.

— Ну, в общем, мне надоело голову ломать. — Проворчала, в конце концов, Зои. — Не знаю я… Мы настоящие. Давай из этого исходить.

— Не-а.

Она нахмурилась, прикидывая, стоит ли запустить в него стаканчиком. Не стала рисковать, всё же никого другого тут не было, а если Димитр разобидится, придётся ей самой с собой разговаривать.

— Давай тогда вектор поиска сменим. — Не сдавалась Зои. — Вместо того чтобы искать способ понять, есть ли среди нас подделка, давай направим наши усилия на то, чтобы отсюда выбраться. Как тебе такой вариант? Выбраться на поверхность? На свободу? Думаю, в процессе или в результате всё остальное мы тоже узнаем.

Димитр долго смотрел на неё.

— Ты думаешь, я тут сидел и не пытался выбраться?

— Ну, нет, не думаю. — Призналась Зои, пряча глаза. — Но может быть вдвоём у нас получится?

— Ну, предположим. — Димитр ещё пару раз стукнул ногой и сменил позу, навалился на стол, ближе к Зои. — Слушаю твои предложения. Стены ты уже обыскала, комнаты более-менее тоже. Я обыскивал всё это сотни раз. Твои предложения?

— Сломать какую-нибудь стену?

— Сломать? — Он о чём-то ненадолго задумался. — То есть пробить или взорвать?

— Ну, да. — Неуверенно ответила Зои.

— Пробить не получится, я пробовал. На складе есть молоток для ремонта и дрель. Знаешь, что случается, когда я ломаю стену?

— Что?

— Ничего. — Он карикатурно пожал плечами. — Я ковыряю эту плитку и бетон… устаю, ложусь спать… а утром стена как новая.

Зои прикусила губу.

— Получается, за нами наблюдают?

— Может быть.

— А если… мы устроим пожар?

Димитр качнул головой.

— Не уверен.

— Не уверен, что мы сможем устроить пожар?

— Не уверен, что они нас вытащат. Если мы устроим пожар, то сами себя сожжём, вот и всё.

— Но они же наблюдают!

— И что?

— И должны нас спасти!

— Во-первых, я не уверен, что наблюдают, все системы могут работать в автоматическом режиме. Как клетки для хомячков. У тебя в детстве был хомяк, настоящая Зои?

Хомяк? Она вспомнила комнату, в которой стояли огромные клетки для хомяков и мышей. С сотнями изогнутых труб, укромных норок, участками с землёй и травкой, с песком и водой, с деревянными площадками. Целый игровой мегаполис для грызунов, там даже транспорт был — небольшие вагончики, на которые можно было залезть, и они возили хомяка по всей территории.

— Были. — Глухо сказала Зои.

— И что ты сделала, когда они тебе надоели?

Зои вскинула на него удивлённые глаза. Почему-то она ждала вопроса как раз о клетке хомяка, о каких-то аналогиях, которые невольно возникли при сравнении с собственным положением. Но никак не этот.

— В смысле?

— Ну, когда твой хомяк тебе надоел, что ты сделала? Выбросила его на улицу?

— Нет, ты что! Они жили, — Зои запнулась. — Жили в клетках, пока не умерли от старости.

Она тяжело сглотнула. А Димитр кивнул и довольно улыбнулся.

— Когда твой питомец тебе надоедает, у тебя выбор — или отдать его, или усыпить, или ухаживать за ним дальше из соображений гуманности.

— Но мы говорим о хомяках! А ты что, хочешь сказать, нас тут тоже держат из соображений гуманности? Не сходится! С хомяками я долго возилась, таскала их везде, брала на руки, разговаривала с ними! А тебя просто оставили и всё! С тобой даже не общались!

— Может, просто вначале им было не до того. А потом стало неинтересно.

Зои категорически не нравилась эта идея. Просто до озноба!

— Нет. Это не то. И хватит о хомяках, давай дальше о стенах. В общем, стену мы не проломим, так?

— Так. Я ковырял сантиметров на двадцать в глубину, там один бетон.

— Пожар устраивать опасно.

— Ага.

— Взрыв? Мы можем взорвать стену?

Тут Димитр снова задумался.

— Так сразу не скажешь. Нужно посмотреть, какие у нас инструменты есть, какие ингредиенты, прикинуть, из чего сделать взрывчатку.

Он снова посмотрел на Зои в упор и неприятно улыбнулся.

— А может, теперь они снизошли до питомца? Привезли ему компанию, чтобы не скучно было. Согласись, всё сходится?

— Опять ты за своё!

Но в этот раз крик не помог. Димитр смотрел на неё всё так же — с кривоватой ироничной ухмылкой и красноречивым прищуром.

Он уже реально достал Зои своей паранойей, но ругаться с ним она не могла. Пришлось просто… терпеть. Это ужас какой-то, Зои не привыкла терпеть никого и ничего! А тут всего лишь стиснула зубы и промолчала. Правда, мысленно пообещала отомстить ему позже, когда выпадет такая возможность.

— Так, ладно. — Она сделала вид, что просто не обратила внимание на его постоянные намёки. — Я знаю, что мы можем сделать.

— Слушаю.

— Твой ключ. — Зои покосилась на его руку, на запястье, украшенное диском. — Он снимается?

Димитр молча отлепил кружок от кожи и показал Зои.

— Как он работает?

Димитр прикоснулся к нему пальцем. Над кружком открылось небольшой виртуальный экранчик — две точки и напротив каждой два стилизованных выключателя.

— И?

— Это ближайшие двери. Сейчас они открыты, оба выключателя зелёные. Первая кнопка — прозрачная стена, вторая — основная стена. Прозрачные стены только у камер.

Зои наклонилась вперёд.

— Откуда ты знаешь?

Димитр промотал изображение на экране ниже. Появился третий кружок, напротив которого был всего один переключатель. Кроме того, он был очень бледного цвета.

— Чем проход дальше, тем изображение хуже.

— Мотай дальше.

— Больше ничего нет. — Димитр попробовал поднять изображение, но оно не поднималось. — Двери всего три.

— Но если их больше… и они далеко, то может быть, ты их просто не видишь?

— Может быть. Но я всё проверял. Включал везде, каждый сантиметр коридора и помещений смотрел. Никаких других дверей нет.

— Дай я попробую.

Зои настороженно уставилась на него, ожидая отказа. Не даст, как пить дать! Зажмёт. И даже уговаривать бесполезно. Для него это, возможно, единственный предмет, которым он может управлять. Единственное, что внушает ему хоть какую-то уверенность в своих силах, даёт иллюзию хоть какой-то стабильности.

— Хорошо. — Димитр помедлил и протянул ей диск. Зои от удивления резко вздохнула, но постаралась себя не выдать. Однако он заметил.

— Хуже не будет, — пожал Димитр плечами. — Ты же не успокоишься, будешь ходить вокруг и ныть, ныть, ныть. Пока его не получишь. Только вернуть не забудь.

— А как ты вообще его нашёл? — Спросила Зои и осторожно взяла диск двумя пальцами. Он был прохладный, как обычный метал. Она погладила поверхность и не нашла на ней вообще ничего — ни выпуклостей, ни впадин. Если это какое-то устройство, то точно не человеческое.

— Я тоже очнулся в камере. — Заговорил Димитр. — И далеко не сразу нашёл этот диск. И ещё дольше соображал, что это не просто кусок фольги.

Зои снова отвела глаза и побоялась спросить, сколько же он просидел в камере.

— Когда я вышел, первым делом разгромил робота, который привозил мне еду. Тот, что сейчас ездит, новый, он потом появился.

— Как появился? Как стена, которая сама по себе восстанавливается? И робот восстановился?

— Или нового подвезли, не знаю. А может, он сам себя починил.

— Выходит, тут всё же есть ещё один проход. Должен быть! Какой-нибудь технический коридор, по которому они нас доставили, и как-то базу построили.

— Должен, но не думаю, что его просто найти.

— Надо пробовать. Ладно, спасибо за диск. Я проверю и сразу верну. А может, ты хочешь поискать со мной?

— Вот уж нет, я своё обыскал. Твоя очередь. Наслаждайся!

Зои улыбнулась, принимая отказ. Действительно, если он тут всё до последнего сантиметра обыскал, зачем ему дальше возиться? А она поищет, мало ли, вдруг Димитр чего пропустил. Некоторые люди бывают крайне ненаблюдательны.

Прошло пять часов.

Ну что могла сказать Зои? Она ничего не нашла. Вроде проверила каждое помещение, особенно тщательно бассейн и одиночные камеры, потому что только они закрывались и возможно, в этом был какой-то смысл.

Но если он и был, то остался за гранью её понимания.

Зои почти закончила и уже подумывала вернуть диск Димитру. Кажется, он прав и никаких других скрытых помещений в бункере не было.

И лучше не думать, что это значит. Ещё одна попытка себя не оправдала, они ни на шаг не приблизились к тому, чтобы выбраться наружу. Хотя, тут же поправила себя Зои, они кое-как сумели договориться. Так что, в общем, дела у них неплохо.

Она остановилась для последней проверки в столовой. Тут ничего не должно было быть, Димитр демонстрировал возможности открывашки с этого самого места. Зои привычным жестом попыталась поднять изображение на экране вверх… и ничего не вышло.

Всё.

Она опустила руку и вдруг увидела на столе у аппарата Папаши второй такой же диск. Оставила первый и схватила второй. Несколько часов назад она пользовалась Папашей и была уверена, что диска тут не было. Или был?..

В любом случае — теперь есть!

Зои уже привычным движением прикоснулась к диску.

Открылось окошко с одной-единственной дверью. Бледное, почти прозрачное. Значит, дверь далеко.

— Димитр! — Завопила Зои, болтая рукой и пытаясь понять, в какой стороне эта самая дверь.

Почему он так долго? Почему же он до сих пор не пришёл? Зои почти трясло, каждая секунда стала такой длинной, что за это время можно было постареть! Да где же он?

Тот уже топал в коридоре.

— Смотри. — Зои кивнула на экран, который боялась передвинуть даже на секунду. — Я нашла второй диск. И вот что он показывает. Смотри!

— Твою ж мать!

Действительно, иначе не скажешь.

Дверь они искали вместе. Это был очень странный поход. Иногда она пропадала с экрана… неизвестно почему, и они возвращались на последнюю точку и ловили изображение снова.

Спрятанная дверь располагалась возле прохода к камерам.

Зои с Димитром переглянулись. Димитр кивнул, и Зои уверенно нажала на переключать — открыть.

Часть стены пропала. За ней была обыкновенная дверь. Светло-зелёная, с цветочками.

Димитр протянул руку и повернул обычную дверную ручку, а потом толкнул дверь.

Та открылась.

Они не заходили, а просто вытянули шеи и заглянули в открывшийся проход.

Это была детская комната. С кроваткой для младенца, пеленальным столиком и креслом для кормления. Во всех углах комнаты сидели мягкие игрушки.

Глава 4. Выход

— Минус тридцать семь.

Огонь вздохнул и махнул рукой, как человек, который понятия не имеет, что делать с этой информацией.

Снежка его понимала. За пределами базы — минут тридцать семь. Откуда, непонятно. И как далеко простирается такая температура, тоже непонятно. Они отправляли Перца и других ИИ-помощников на проверку, те сняли данные в радиусе двух километров от входа на базу — максимально доступное им расстояние. Минус тридцать семь было везде.

Курсанты обдумывали возможность проверки окрестностей человеком, но пока особой необходимости в этом не было, как и желающих морозить себе конечности.

— Минус тридцать семь, конечно, напрягает. Нужно запустить ИИ-помощника не в радиусе, а вверх, пусть проверит на высоте. — Предложил тогда Митяй. Но его никто не поддержал. Толку, если на высоте температура меньше? Они же взлететь не могут.

— У меня такое впечатление, что мы сюда угодили в ловушку. — Лениво развалившись на стуле, заявил Лука, получив новые данные о падении температуры. Однако выглядел он совсем не как человек, который сидит в западне.

Лука пользовался на базе повышенным женским спросом. Снежка с немалым интересом наблюдала, как каждый раз, стоило командиру курсантов появиться в столовой или в комнате отдыха, и туда же сей же миг словно ненароком начиналось паломничество студенток. И если Алмазка, к примеру, была в этом смысле очень даже предсказуема — какой-никакой лидер, главный над остальными курсантами, значит, просто обречён на успех охотниц за лучшим. Да ещё и красавчик. В общем, с Алмазкой и многими прочими всё понятно. Но почему тогда точно так же вела себя Ксения? Почему появлялась в провокационных маечках и ненавязчиво поправляла рядом с ним волосы, демонстрируя все свои изгибы в лучшем виде? Непонятно.

Когда Снежка спросила подругу — ты что, интересуешься Лукой? Та была очень возмущена подобного рода предположением. И некоторое время после этого возле Луки не появлялась. Но прошло пару дней… и Ксения снова ходила вокруг, правда, старательно делая вид из серии «хожу, где хочу — не нравится, сами валите».

Снежке было интересно, что же с ней происходит. Тем более что и Лука, кажется, реагировал только на Ксению. Ну, по крайней мере, хотя он и благосклонно принимал всё это девчоночье внимание, болтал с ними, обменивался пошлыми шутками и не стеснялся поедать всё поданное великолепие глазами, дальше этого дело не шло. Даже Алмазка осталась ни с чем.

А когда появлялась Ксения, Лука прямо в лице менялся. Ненадолго, всего тень проскальзывала, но ведь Снежка очень наблюдательна и успевала это заметить. И шутить Лука начинал чуть громче обычного, и смотреть мимо Ксении тоже старался слишком усердно.

В общем, это было интересным наблюдением.

Но потом стало не до этой странной парочки.

На поверхности начала падать температура, от Киры и Зои перестали поступать новости, а Саблезуб затаился. Засел, как паук, в одной из комнат, которую выделили его приспешникам, и практически оттуда не выходил. Огонь ждал от него неприятностей, а Лука, когда с ним пытались на эту тему переговорить, лишь отмахивался.

— Будет бузить — будет в камере сидеть. — Ответил Лука и похоже, считал проблему решённой.

Примерно таким образом они решали все текущие проблемы. Хотя, стоит отметить, какого-то быстрого решения ситуация не требовала — не смертельно же.

Но вот стали крепчать морозы. Они становились всё злей и быстро опустились до отметки в тридцать семь градусов. Снежка считала, что это ещё не конец и температура может удивить их ещё не однажды.

Но тут пришлось отвлечься на другое дело.

Огонь получил сообщение. И сразу же собрал в пункте управления Снежку, Ахлейна с Жанной и Луку с Митяем.

Сообщение пришло от неизвестного им Данилы. Тот писал, что отправил с поверхности планеты на корабле, на котором сюда прилетел, Василису-Пустоту, и она ушла в прыжок, следовательно, по его расчётам примерно через полтора месяца придёт помощь.

Новость, мягко сказать, ошеломляла. Вначале они даже не поверили, но объяснить как-то по-другому полученное сообщение не смогли. Зачем этому Даниле что-то подобное придумывать? И кто ещё мог это прислать? Тем более Данила в качестве доказательства своего существования прислал фотографию, где он и Пустота снялись вместе с Кирой и Зои.

Значит, это он забрал Василису из лагеря и заставил их всех её искать. Значит, он и Василиса встречались с девчонками, которые знали правду, но на базу ничего не сообщили, отметила Снежка. Почему они промолчали о том, что с Пустотой всё в порядке? Снежке стало бы лучше, она вспоминала о Василисе и неизвестность её точила. Ей бы стало сильно легче! И курсанты бы обрадовались. В общем, Снежка даже обиделась на девчонок за их молчание. Тоже мне, подруги!

Ещё, судя по фотографии, Кира взяла Зои с собой. Интересно, как она объяснила той свой поступок? Ну, что взяла и украла с базы такие нужные всем остальным аккумуляторы? Хорошо, что остались аккумуляторы, которые привезли с собой курсанты. Но всё равно поступок не ахти какой красивый! И куда они отправились дальше? Снежка писала Кире, и Зои писала, но обе не ответили ни слова.

Снежка никак не могла разобраться, злится она на Киру за эту выходку или нет. С одной стороны — да, украла, взяла общее имущество, необходимое для выживания, без спроса, решив всё единолично. С другой — кто его знает, на что бы пошла сама Снежка, чтобы спасти Огня.

Она украдкой глянула в его сторону и отвела глаза. Огонь что-то обсуждал с Ахлейном и выглядел очень увлечённым. Снежка не стала им мешать. Ахлейн, кстати, после возвращения из общего путешествия с курсантами стал какой-то странный. Вернее, курсанты с ним обращались как-то странно, с показным почтением, и даже называли «шаманом». Почему, Снежка не знала, и как расспросить, пока не придумала. Огонь тоже ничего не знал и сказал только, что тот всегда был с придурью. Так что ну, называют, и называют, может, кличку такую придумали. Мало ли что там Ахлейн делал, когда с курсантами тусил. Да и так ли это важно?

— А ты что думаешь?

Снежка вздрогнула и только тогда заметила Жанну, которая успела пересесть к ней поближе и теперь тоже смотрела на Огня и Ахлейна, которые, судя по всему, неплохо проводили время.

Вопрос Снежку удивил. Курсантки не особо желали общаться со студентками, общего между ними было мало, но так уж вышло, что Снежка и Жанна оказались включены в группу, которая вроде как управляла базой и людьми. Точнее, пыталась управлять.

— Насчёт чего?

— Ну, про всю эту историю с кораблём и вашей Василисой, которая на нём улетела.

— А что тут думать? Скорее всего, это правда.

— Говорят, она недоразвитая, эта ваша Василиса. Это правда?

Снежка невольно обиделась.

— Кто говорит?

— Девчонки ваши. Когда мы поиски проводили, они говорили, что Василиса эта — дура дурой и могла заблудиться даже в кустах.

— Нормальная она! Просто немного нерешительная. А та, что такое сказала, сама дура!

Жанна вздохнула.

— Только я начинаю думать, что всё возможное уже произошло и ничего нового не может случиться, как тут же что-нибудь случается.

— Это точно, — миролюбиво ответила Снежка.

Потом они сидели рядом и смотрели, как парни обсуждают ситуацию. А что тут было обсуждать?

— От Киры нет новостей, — сказала Снежка. — И от Зои ни слова. Что делать, если они пропадут?

— Не волнуйся за них, они в порядке.

— Откуда ты знаешь?

Жанна коротко глянула на Ахлейна, улыбнулась и ответила:

— Интуиция.

Снежке показалось, интуиция не у Жанны, а у Ахлейна, она посмотрела так, будто равнялась на него. Но может показалось.

В общем, остальным про корабль, который улетел с планеты за помощью, решили пока не сообщать. Вроде новость радостная, обнадёживает, но вдруг это какая-то ошибка или обман? Вдруг у Пустоты просто не получится? Тогда принять очередное разочарование будет вдвойне тяжелей.

— А что с парнем этим, с Данилой? — Спросила парней Снежка. — Где он сейчас?

— Мы спросили, он пока не отвечает. Но где он может быть? Или организовал свою стоянку, или, скорее всего, сидит у катера.

— А если там минус тридцать семь? — Спросила Жанна и поёжилась.

— Не думаю. — Отозвался Митяй. — Когда мы сюда прилетели, тут уже был минус, а за пределами этой каменной ямы — плюс. Даже если там слегка похолодало, вряд ли до таких морозов.

— Будем ждать, что ответит. — Пожал плечами Лука. — Попросит ведь помощи, если прижмёт. Да… Хотел бы я с ним один на один поговорить.

— Если и попросит, то в крайнем случае. Если у него характер такой, что он сидел тихо и девушку увёл тоже по-тихому, то к нам он точно спешить не станет. — Хмыкнул Митяй.

— Будем ждать. — Нехотя повторил Лука.

Ждать, опять ждать. Снежка уже ненавидела это слово! Сколько можно ждать? С тех пор, как они сюда упали, они только и делают, что неизвестно чего ждут.

— А Кира? — Спросила Жанна. — От неё ничего не приходило? Она назад на базу не собирается?

— Нет. — Буркнул Огонь, который был очень зол на Киру за её поступок. — Лучше ей здесь не показываться!

Все остальные промолчали.

* * *

Комната отдыха, по мнению Зои, была самым мрачным помещением на базе. Стены синие, вокруг нагромождение мягкой пыльной мебели. По периметру громоздкие стеллажи с какими-то древними играми и прочими никому не интересными предметами.

Зато здесь она чувствовала себя в безопасности. Она передвинула диван и кресла, скреплённые по три, отгородила себе в углу пространство и даже завесила его какими-то покрывалами. В общем, устроила себе лежбище, место, где можно спокойно поразмыслить.

Димитр не показывался.

Зои валялась на диване, вполуха слушая какую-то ненавязчивую музыку и думала.

Когда они нашли детскую, она знатно, как бы это помягче выразиться, офигела.

— Да нет. — Сказала Зои, дёрнув головой. — Да не может быть.

Димитр посмотрел на неё такими дикими глазами, будто ожидал, что Зои сейчас же бросится его по меньшей мере насиловать. Вроде того, что раз уж есть детская, а каждая женщина только и ждёт момента, как бы размножиться и расплодиться, то вот он этот момент и настал. При этом желания твоего никто не спрашивает.

Потом пробубнил.

— Я чего-то не понял. Откуда это тут. И зачем?

— Похоже, они собрались нас размножать. — Сказала Зои очень серьёзным тоном, а потом почему-то засмеялась. Она смеялась, смеялась, и никак не могла остановиться. Потом она попятилась и ушла, и пришла прямо сюда, и с тех пор сидела тут в углу и не могла ни о чём думать. Видимо, перенапряглась. Ей хотелось просто лежать на диване и ни о чём не волноваться и не беспокоиться.

Прошло, наверное, часов десять, пока не появился Димитр. Он встал неподалёку, но недостаточно близко, чтобы Зои это напрягло, и спросил:

— И что дальше? Ты тут надолго?

— А тебе что? — Недовольно спросила она. — Тебе-то что? Ты не хотел, чтобы я тебя доставала — вот я и не достаю. Наслаждайся одиночеством.

— Можно я сяду? — Спросил Димитр, кивая на крайнее кресло.

— Ну, ладно. — Подумав, нехотя позволила Зои. Всё же тут никого кроме них двоих.

Он сел.

— Слушай. Похоже, ты перенервничала.

— И что? — С подозрением спросила она.

— Тебя напугала детская? Да это же всё чушь какая-то! У меня не может быть детей. Они, наши инопланетные хозяева, возможно, не в курсе, но всех исследователей — и военных, и гражданских, стерилизуют перед полётом. Конечно, мой… генетический материал есть в специальных клиниках, но чтобы забеременеть от меня, женщине не нужно со мной спать. Ей нужно посетить определённую клинику за Земле. Если ты нервничаешь из-за этого, то успокойся.

— А если нет?

— А из-за чего тогда тебя так прихлопнуло?

Зои пожевала губами.

— По-твоему, они могут сделать человека! Которого от настоящего не отличишь. Значит, и фертильность тебе могут вернуть, ты и не заметишь. Откуда ты знаешь, что с тобой делали, пока ты тут сидел?

— Логично. — Вынужденно согласился Димитр. Потом неловко откашлялся. — Хотя я всё равно сомневаюсь. Я давно пришёл к выводу, что у меня никогда не будет детей. Рожать их некому. Для меня эта детская — не более, чем шутка.

— И ещё одно! — Вскричала Зои и даже приподнялась с места. — Ещё одно!

— Что же?

— Где Кира? — Зои натурально затрясло. — Если они собираются нас размножать… то было бы логично засунуть сюда, к тебе, двух самок! Две самки дадут больше потомства, чем одна. Так ведь?

— Может, они в курсе, что я однолюб. — Буркнул Димитр, недовольно отводя глаза.

— Какое им дело, если они посадили нас в клетку и собрались размножать? — Возмутилась Зои. — Начхать им, однолюб ты или нет!

— Ну, предположим. В смысле, ладно, пусть они собрались нас размножать, хотя эта идея звучит, на мой взгляд, неправдоподобно. Размножать можно кроликов или мышей, они плодятся быстро и много. Но людей — это ж терпения никакого не хватит! Ну всё же допустим, что они решили. И что?

— А Киры здесь нет! Это значит… может, с ней что-то случилось? Что-то произошло? Может, она не смогла пройти сквозь эту пелену… или с ней случилось что-нибудь плохое. Что они с ней сделали?

— Я не знаю. — Димитр выглядел спокойным. — И ты не знаешь. Так что нечего выдумывать всякую жуть. Может, всё не так страшно. Может, ей тоже нашли самца. — Димитр задумался и хмыкнул. — Мне даже захотелось стукнуть себя кулаком в грудь.

— Ей тоже нашли? — Зои лихорадочно соображала. Машинально припомнила старую, детскую привычку и принялась дёргать себя за прядь волос. — Точно! У неё парень пропал, но давно и далеко отсюда. Может быть такое, что они его украли? А?

— Зря ты мне вопросы задаешь. — Притворно хмурясь, ответил Димитр. — Ты же знаешь, в чём я тебя подозреваю. Так что сама должна знать ответы.

— Ты опять? — Зои рассердилась и дёрнула себя за волосы особенно сильно. — Я думала, мы уже прошли тот этап, когда ты подозревал, что я ненастоящая.

— С чего бы мы его прошил? — Удивился Димитр.

— Как с чего? Они подготовили нам детскую! Детскую, понимаешь?

— И как это исключает твоё искусственное происхождение?

У Зои вдруг кулаки зачесались, так ей захотелось врезать Димитру за эти его намёки! Надоел!

— Знаешь, что? — Сердито крикнула она. — Оставь меня в покое! Иди куда-нибудь, найти себе другое место. Это моё!

— А почему ты ругаешься? — Димитр выглядел таким удивлённым, будто действительно не понимал.

— Почему? Да ты достал меня сравнивать с биороботом!

— И что тут такого?

— Как что? Ты говоришь, что я не человек! Что я искусственная кукла!

— Ну и что? — Димитр пожал плечами. — Не вижу ничего ужасного в том, что ты искусственная кукла. Ты же не сама себя сделала. Ты себя не выбирала, какая есть, такая есть.

— Что? — Зои почти задохнулась от злости. — Что значит — какая есть? А зачем тогда ты… Зачем ты тогда меня этим постоянно достаёшь? Если тебе наплевать?

— Да просто. — Димитр сконфузился, почесал кончик носа. — Просто от скуки, наверное.

И Зои захотелось его треснуть ещё раз.

В общем, деваться было некуда и они как бы помирились. Зои ещё некоторое время напрягало существование детской комнаты, но она старалась об этом не вспоминать. Человеческой логикой поступки чужих объяснить не вышло, так что лучше не терзать собственный рассудок.

Помирившись, они продолжили думать, что дальше. Но думали каждый по себе, диалог как-то перестал получаться. Димитр слишком часто посмеивался над ней, а Зои слишком сильно хотелось его треснуть. Не просто руки чесались — ей даже мерещилось пару раз, что она отрабатывает на нём апперкот, который был в числе самых сильных Зоиных сторон.

Правда, воплоти она эту мечту в жизнь, как у неё будет лишь два выхода — или праздновать победу, завалив его с одного удара, или, что более вероятно, ей придётся бежать.

А куда тут, на базе, бежать?

Поэтому Зои терпела.

В таком нервном настроении она отправилась плавать. Воду Зои любила как раз такой — безопасной, прозрачной, спокойной и чтобы ноги всегда доставали до дна. Димитр, кажется, был в столовой, а она прямо в белье, потому что купальника на складе не нашлось, нырнула в бассейн и стала плавать туда и обратно. Правда, быстро устала, давно не практиковалась, да и вообще её физическая форма оставляла желать лучшего.

Зои легла на спину и стала смотреть, как по потолку скользят светлые блики. От воды всегда очень красивый свет идёт, потому что она почти живая. Живёт по-своему, двигается, говорит. Сестра говорила, что слышит воду… а Зои ничего такого не слышала.

Наверное, к счастью.

Но сейчас ей вдруг захотелось стать ближе к сестре. Вспомнить то зыбкое и радужное ощущение счастья, которое окутывало их, когда они детьми отдыхали на берегу у воды. То ощущение тайны, которое их связывало, когда сестра рассказывала, шёпотом, с горящими глазами, что там, в воде, живут сказочные существа.

Зои закрыла глаза, чтобы ничего не отвлекало от дела и прислушалась.

Вначале было тихо, потом ей послышался глухой гул, чем-то похожий на далёкий гром. Похоже, обман слуха. Очень хочется хоть что-то услышать — вот тебе и слуховая галлюцинация.

В следующее мгновений раздался взрыв. Зои оглохла, успела открыть глаза, но ничего не увидела из-за густого дыма, а через секунду на неё осыпались камни, которые потащили её за собой в воду, на дно бассейна. Она вначале не успела даже испугаться, только лихорадочно пыталась понять, что это. Что происходит?

Потом левую руку, плечо и грудь придавила тяжесть. А Зои, оглядевшись, поняла, что она в воде. И в нос тут же хлынула вода. Вокруг кружились пузырьки — мелкие и большие, вертелись, словно танцевали сложный танец. Медленно падали на дно мелкие камешки, оставляя за собой след, как самолёты в небе.

Она попыталась столкнуть с себя тяжесть и не смогла. Рука вцепились в камень, ноги стряхнули с себя много других, мелких, но сил поднять тот, что на груди, не хватало.

Раз, другой — напрасные попытки. Тяжесть лежала на груди и не собиралась поддаваться.

Вот тогда-то она подумала — всё, конец. Сестрица всё же добралась до Зои. Заскучала в своём водяном царстве и решила завести себе компанию.

Воздух закончился очень быстро, а другого не было. Зои не хотела всей этой агонии, поэтому, когда в глазах побелело и резко потемнело, сразу перестала бултыхаться. К чему? Это будет недолго.

Шум обвала не утихал. Грудь разрывалась, белый болезненный свет поглотил Зои и ослепил.

Потом рядом, прорезав толщу воды, опустилось что-то огромное.

* * *

Жизнь на базе текла ровно и спокойно. Снежка однажды подумала, что стала к ней привыкать. Что вспоминает прежнюю жизнь так, будто проживала её во сне. Планета Земля, огромный дом, огромный город, в котором ходишь, где хочешь и не менее огромный мир. Как давно это было! Теперь жилое пространство ограничено стенами базы.

Но её всё устраивало. Рядом Огонь, есть крыша над головой и еда, и медкапсула на случай, если что-то случится со здоровьем. И есть ещё Пустота, которая отправилась за помощью. Шанс вскоре вернуться домой.

Снежке нравилось, как всё складывается. Она надеялась, и закончится всё хорошо, без потерь. По крайней мере, на базе кучеряво, тихо и спокойно.

А вот Огонь вдруг занервничал. Снежка заметила это впервые, когда однажды они договорились встретиться перед сном, а он опоздал и пришёл уже за полночь. На базе курсанты установили привычный человеку двадцатичетырёхчасовой цикл, так что разойтись во времени Снежка и Огонь не могли. Он именно где-то задержался и по возвращению ещё вяло пытался избежать расспросов. Но чем больше он пытался их избежать, тем сильней Снежка желала знать подробности.

Выяснилось, что Огонь застал какую-то непонятную движуху возле малого склада и не смог для себя её объяснить. Он два часа проверял там всё и ничего подозрительного не нашёл. Но это не значило, что ничего подозрительного не было.

Ладно бы на этом дело закончилось. Но нет, сразу же на следующий день он снова застукал там же, возле малого склада, тех же личностей. И так же ничего подозрительного не нашёл.

Но два случая подряд — это уже очень, очень тревожное совпадение.

Всего складов на базе было три. Самый большой — продуктовый, меньший — с одеждой и бытовыми принадлежностями и самый малый, куда практически никто не ходил — с ремонтным оборудованием и сменными деталями. В последнем не было ровным счётом ничего такого, что могло привлечь внимание обычного обитателя базы. Или в чём у него возникла бы необходимость. Но именно возле этого склада Огонь дважды встретил приятелей Саблезуба. И Огня это очень встревожило. Настолько, что он даже заикнулся о том, что хотел бы попросить помощи курсантов. Нужно разобраться, в чём тут дело.

Снежка это его намерение поддержала. С тех пор как Саблезуб устроил пожар, она его реально боялась. Если прежде они просто вместе учились и Саблезуб тоже творил, что хотел, но далеко от неё, в стороне, то теперь они были вынуждены находиться на одной базе. И это нервировало.

Огонь собрал людей следующим утром. Тот же состав — Лука с Митяем и Ахлейн с Жанной. Правда, в этот раз ещё был Вадим, помощник Луки.

— Хочу, чтобы мы все попробовали прикинуть, есть ли способ захватить базу изнутри. — Сказал Огонь.

Курсанты очень этим предложением заинтересовались, прямо заулыбались да засветились. На базе им было очень скучно, а тут интересная задача. Даже странно, что она пришла в голову студентам, а не самим курсантам.

А вот Ахлейн сразу понял, что причина вопроса — Саблезуб. Снежка увидела его короткий, встревоженный взгляд на Огня, который тот встретил кивком — и они словно поговорили.

— Так, давай сначала. — Заговорил Лука, потирая ладони. — Есть база. Наша. И нужно захватить управление. Так?

— Да. Есть база, наша база. Права у всех жителей одинаковые, кроме меня, Снежки и тебя самого. Киру не считаем, её в уравнении нет. — Сказал Огонь. — Зато есть некий человек, который предположительно хочет захватить власть и все права, чтобы остальные были в зависимости от него. Какие варианты вы видите?

— А такой человек действительно есть или это просто на разминку мозгов задача? — Пробасил Вадим.

— Есть. Это Саблезуб, которого Лука запирал в камере.

— Да? — Лука не выглядел встревоженным. — Эта истеричка?

— Лучше переоценить противника, чем недооценить. — Вмешалась Жанна. Ей показалось, что командир не очень-то впечатлён личностью предполагаемого противника. По правде говоря, она и сама не была впечатлена, но Ахлейну верила. И эта история, когда Саблезуб устроил погром и пожар… В общем, Жанна восприняла всё серьёзно.

— Да ладно, Жанна, не лезь, сами разберёмся. — Одёрнул её Лука. — Так что? Это ваш хлыщ — у него же ограниченные права?

— Зато с ним четверо с такими же правами, как у всех остальных. А может, их больше.

Все ненадолго задумались.

— Ладно, давайте прикинем. — Митяй взял слово первым. — Перехватить управление он не сможет. Как он его перепрограммирует? В его команде есть спецы по технике?

— Нет, ни одного. Там же одни раздолбаи. Учатся на отмахнись, только ради галочки. — Подумав, признался Огонь. — С ним только один этот парень был с мозгами, из умников. Никита который, про него я не знаю, что умеет, но в любом случае сейчас его на базе нет.

— Значит, они просто придурки без знаний?

Огонь нехотя кивнул.

— Получается, так.

— Значит, захватить управление никак не смогут. — Митяй вздохнул. — Захватить какие-то помещения и отрезать остальным в них вход — возможно, но какой в этом смысл? Ну забаррикадируются они там — и дальше что? Сами же за едой рано или поздно выползут.

Тут Перец, которого привёл Огонь, раскрыл перед всеми карту базы. Выделил точку самого малого склада.

— Вот тут они были. Два дня подряд что-то искали. Я не могу понять, что.

Курсанты изучили всё вокруг. Неподалёку спуск на технический этаж, в отдел канализации. Ещё три спуска находились в других частях базы.

Заговорил Вадим.

— Я проверял технический коридор, когда мы прибыли. По сути это полая большая труба, где даже идти нужно на полусогнутых. Помещений там нет. Коридор внизу соединяется, можно войти и выйти из любого выхода. Так что им придётся удерживать и базу, и нижний этаж, чтобы понизу никто не прошёл. — Вадим покачал головой. — Впятером у них ничего не выйдет. Забаррикадировать тоже не смогут — что нам помешает разобрать баррикаду?

— И здесь ничего нет. — Лука стал показывать на схему пальцем. — Управление вообще в другой стороне, жратва — в центре.

— Перец, что располагается в этом районе на техническом этаже? — Спросил Огонь.

— Канализационные и очистные ёмкости.

Все дружно скривились. Представить себе Саблезуба, который хочет захватить в единовластное владение канализационную ёмкость было совершенно невозможно. Да он и близко к ней не подойдёт.

— Что бы они там не делали, вряд ли готовились к захвату. — Хмыкнул Лука. — Может, просто шарашились, искали что подвернётся.

— А оружие? У вас же есть? — Спросила Снежка.

— Бутафория. — Поморщился Лука, отводя глаза. — Нет боезаряда. Мы привезли несколько штук… ну, мы просто их привезли.

Понятно, подумала про себя Снежка, они же военные. Чувствуют себя более уверенно, когда в руках оружие, пусть даже нерабочее.

— Раз у вас нет настоящего оружия, то где оно? — Голос Огня в задумчивой тишине прозвучал очень громко.

— В смысле, где? Какое оружие?

— У вас не было на корабле оружия?

— Ты совсем умственно неполноценный? — Беззлобно удивился Лука. — Кто бы выдал нам боевое оружие на корабле? Да оно бы «случайно» там столько дыр наделало, что корабль бы сдулся, как воздушный шарик. Боевое оружие есть только на боевых крейсерах с защитой от дурака, да и там под жёстким контролем.

— Просто ходили слухи, что у вас есть оружие. После падения. — Упрямо стоял на своём Огонь. — Вот и уточняю.

— У нас действительно ничего нет. — Спокойно ответил Митяй. — Ваш маньяк-террорист за наш счёт поживиться не сможет.

— А что он сможет? — Спросила Снежка. — Не может же быть, чтобы он ничего не замышлял!

— Как насчёт захватить кого-то из наших компьютерщиков? Генри? — Предположил Вадим.

— Генри может перепрограммировать управление? — Быстро уточнил Огонь.

— Скорее всего. Но для этого ему потребуется дофига времени. И чем вообще ваш Саблезуб может угрожать Генри? — Спросил Митяй. — Или любому из курсантов? Даже Генри со своей не ахти какой физической подготовкой скрутит его в крендель да наваляет.

— Предположим, что Саблезуб выкрутился и нашёл, чем угрожать. — Угрюмо ответил Ахлейн. — И Генри сможет перепрограммировать, я уверен. Но всё же это не вариант. Слишком много времени нужно, мы успеем Генри освободить.

— Наша каюта довольно близко к этой точке. — Лука указал на малый склад. Что-то обмозговать и сказал. — Ладно, убедили. Да и тренировка нам не помешает, всё равно делать нечего. Митяй, давай, займись этим вопросом. Проверь всех, кто может в принципе перепрограммировать управление. Установи им систему оповещения, чтоб в случае чего мы сразу узнали, если вдруг на них нападут. Я на тебя рассчитываю. Ну всё, я свободен? — Он погладил себя по животу. — Жрать охота. А мне там пирог обещали.

И командир курсантов удалился в столовую. Смотря ему в след, Жанна успокоилась. Она поняла, что внешне беспечный Лука очень серьёзно воспринял новости о Саблезубе. Приказ разобраться, данный именно Митяю, показывал, что Лука не просто встревожен, этот вопрос теперь у него на контроле. Но студенты не должны этого знать, чтобы не поднимать лишней паники. И чтобы не проболтались — тогда Саблезуб затаится.

Даже Ахлейну Жанна о своих наблюдениях не рассказала. И с грустью подумала, что вот он — первый случай, когда она что-то от него скрывает. И вряд ли последний.

* * *

Зои очнулась от боли. Лёгкие жгло, горло першило, всё тело словно кололи миллионы иголок. Она судорожно вздохнула, в горле клокотала вода. Зои повернула голову и вода хлынула наружу.

— Молодец.

Шёпот знакомый. Зои скосила глаза — Димитр. Весь мокрый. Футболка прилипла к его груди, и показывала, как часто и глубоко тот дышит.

Димитр поддерживал Зои на руках. Он дождался, пока она выплюнет всю воду, осторожно положил её на спину и прижал пальцы к той точке над ключицей, где бился пульс. Сам тем временем уставился куда-то вверх. В его взгляде мелькала жадность, он даже сглотнул пару раз.

— Ты жива. Прекрасно. — Говорил он словно не с ней, а с кем-то под потолком. — Нужно убираться отсюда. Вдруг там ещё один заряд? Может снова рвануть.

— Что рвануть? — Просипела Зои, пытаясь поднять руку. Ничего не вышло, рука вяло упала обратно. Всё тело ломило от дикой боли, но и облегчение, что она может нормально дышать, было огромным.

— Потом. Пошли.

Димитр глянул на неё, понял, что идти Зои не в состоянии, поэтому нагнулся и легко поднял её на руки. Понёс к выходу.

Зои жмурилась, стараясь прийти в себя. Что-то взорвалось? Что? Она хотела оглянуться, но только уткнулась лицом в его грудь, в мокрую футболку. Сердце Димитра сильно билось, он был очень горячий, после прохладной воды его было приятно чувствовать.

Он дотащил её до комнаты отдыха и там уселся на диван, не выпуская Зои из рук. Устало вздохнул.

— Ты меня вытащил, да? — Тихо спросила она, хотя горло болело от каждого звука. — Ты меня спас?

— А что, надо было не вытаскивать?

Он посмотрел как-то очень серьёзно. Будто подозревал, что Зои специально хотела утонуть, хотя там всё было очевидно.

— Спасибо.

— Не за что.

Зои так не думала. Она невольно привалилась щекой к его груди. И порадовалась, что оказалась взаперти не одна. Она бы уже свихнулась, если бы была одна. Конечно, Димитр тоже немало нервы трепал своими безумными подозрениями, но всё же он был с ней, живой, и даже полезный. Из воды вот вытащил, на руках в безопасное место принёс. Подарок, а не мужчина.

Она не умела плакать, только губы дрожали и немного трясло.

— Стихло. Слышишь? — Спросил Димитр.

— А?

— Тихо стало. Обвал закончился.

— Обвал? Разве это не взрыв?

— Может быть. Скорее всего — взрыв, который спровоцировал обвал. Ещё подождём немного, чтобы пыль улеглась и посмотрим, что произошло.

— А если нет? — Тихо спросила Зои. — Если не взрыв?

— Тогда что угодно. Возможно, просто сдвиг земной породы, землетрясение какое-нибудь, вот и придавило крайнее помещение.

Про сдвиг и придавило он зря сказал. Зои посмотрела на него в таком ужасе, будто сдвиг немедленно повторится и накроет уже всю базу, а заодно придавит их, как муравьёв.

— Или взрыв, — посмотрев на неё, задумчиво сказал Димитр.

Зои закрыла глаза.

— Нужно чего-нибудь принять. В медкабинете есть… что-нибудь?

— От нервов?

— Ага.

— Найдём.

Он поставил Зои на ноги. Ей было немного жаль, но пора уже приходить в себя. Не может же она как маленькая сидеть на ручках? Да ещё у малознакомого мужика.

В медкабинете Димитр уверенно подошёл к одному из хранилищ и вытащил полку с банками таблеток. Не глядя, взял флакон и протянул Зои.

— Одной хватит, но если совсем плохо, прими две.

Зои не стала спрашивать, откуда он знает, где лежат нужные медикаменты. И без того понятно — наверное, сам принимал. Теперь, когда она сжала в руке белый флакон, до неё вдруг дошло — она чуть не умерла. По-настоящему. Навсегда. Вот прямо сейчас её могло бы уже не быть.

Не было никакого тоннеля и света в конце него. Не было жизни, пролетевшей перед глазами за миг. Только ужас и желание, чтобы страх и боль как можно быстрей закончились.

Зои вытряхнула на ладонь таблетку, потом, подумав, вторую. Её трясло. Димитр смотрел с сочувствием и молчал. Зои это всепонимание в его взгляде разозлило, она сунула одну из двух таблеток обратно, а вторую выпила.

Всё. Скоро всё пройдёт, ей будет хорошо. Или хотя бы спокойно.

— Можем идти.

— Куда? — Зои глубоко вздохнула. Действительно, тревожность уходила. Будто все ненужные мысли просто забылись, куда-то делись.

— Не хочешь посмотреть, что случилось в бассейне?

— Хочу, конечно. — Скорее из упрямства ответила Зои.

— Тогда пошли.

Димитр пошёл первым, Зои поплелась за ним. Пыль почти улеглась, но всё равно видно было не очень хорошо, а ещё она забивалась в нос и Зои то и дело чихала. Димитр тоже однажды чихнул, да так, что Зои чуть не оглохла.

В остальном пыль Димитру будто не мешала. Он прошёлся по краю бассейна, шлёпая ногами по воде, вышедшей из бассейна, и сразу полез по завалу вверх. А Зои долго осматривалась.

В общем, рухнула противоположная от входа стена бассейна и часть потолка. Теперь там зияла дыра, а плитка, куски бетона и скальной породы — всё это завалило бассейн с одного бока. Зои старалась туда не смотреть, слишком свежо было воспоминание о том, как она задыхалась под этой милой голубой водичкой.

Димитр уже карабкался наверх. Зои почти дёрнулась крикнуть «Осторожно», но остановилась. Не нужно показывать, как она за него волнуется. И кстати, с какой такой стати она за него волнуется? Хотя, почему бы нет? Они тут вдвоём, жалко потерять какого-никакого, но напарника. Да!

В провале было темно. По крайней мере, Зои никакого света в глубине дыры не видела.

Димитр вскарабкался на самый верх, остановился и осторожно вынул из кармана фонарик. Включил и направил луч в провал.

— Ну что там? — Тут же спросила Зои. А потом села на пол — слабость навалила просто жуть какая!

— Пока ничего.

Тут её взгляд упал на плетёное кресло с одеждой. Мама дорогая! Она же до сих пор в одном белье!

Хотя, какая разница? Не голая же. Зои понуро опустила голову. Почему-то вдруг тело будто бы оцепенело и мысли превратились в кисель. И неважно стало, есть ли на ней одежда.

Хорошее лекарство. Повезло, что она выпила не две таблетки, иначе уже лежала бы словно овощ.

Нужно как-то… нужно, в общем, одеться.

Зои кое-как собралась с силами, поднялась и натянула на себя спортивный костюм, который оставляла на кресле. Ну вот, так лучше.

— Там проход. — Димитр выключил фонарик и стал спускаться.

— Куда?

— Не знаю точно. Но там какой-то коридор. Ровный потолок. Но нет света.

Сердце у Зои забилось с новой силой. Там проход. Это значит… что-то важное, только что? Проклятая таблетка! С ней невозможно на чём-то сосредоточиться!

— Нужно пойти и проверить. А ты лучше отдохни.

Зои сжала губы и упрямо поболтала головой. Только ответить ничего не смогла. Нужно как-то по-другому, но полежать… мм-м…

— Пойдём, провожу.

В общем, Зои была недовольна, но послушалась. И через несколько минут уже лежала на диване в комнате отдыха и смотрела куда-то вдаль.

— Не уходи без меня. — Сказала Зои и зевнула.

— Ладно. Подожду полчаса. Или час…

Димитр вдруг тоже зевнул. Посмотрел по сторонам и лёг на пол, возле дивана — там было мягкое покрытие. Зои столкнула с дивана ему одну из декоративных подушечек, которую Димитр тут же сунул под голову. И почти сразу засопел.

Но Зои этого уже не слышала, потому что спала.

Глава 5. Кира

Какой-то бесконечный день сурка!

Так думала Зои, открывая глаза. Опять она просыпается, вспоминает обо всём, что произошло и не знает, куда бежать и что делать. Опять чувствует себя в ловушке, в каком-то неопределённом положении, из которого неизвестно в каком направлении двигаться.

К счастью, хотя бы действие таблетки закончилось.

Не нужно было её принимать! Ничем это ей не помогло, только мозги не работали и время потеряно.

— Да твою ж мать! — Зои села и посмотрела вниз — там на спине лежал Димитр. Тоже чересчур расслабился. Хотя, возможно, просто устал, обстановка была, мягко сказать, непростая и нервная. Его лицо выглядело осунувшимся, волосы высохли неровно, зато никаких вмятин на щеках, как у Зои. На одной только царапины, оставшиеся от её ногтей, да и те почти зажили.

— А? Что? — Он открыл глаза и зажмурился. Потом вскинулся, тоже сел. — Чёрт! Сколько времени прошло?

— Не знаю.

— Плохо. — Он хотел что-то сказать, но передумал. Наоборот, взял и улёгся обратно, расслабился и закрыл глаза. Будто собирался спать дальше.

— Ты чего? — Возмутилась Зои. — В бассейне дыра! Нужно лезть, смотреть, что там дальше. Может, выход найдём?

— Может, там уже нет дыры. — Равнодушно сказал он, потерев рукой лицо.

— То есть?

— Ну, как стены, которые я ковырял. За ночь восстанавливаются.

— Что?! Нет! Нет, нет, нет, нет.

Зои скатилась с дивана, с трудом переступила Димитра, хотя был соблазн наступить ему на живот, и бросилась в бассейн. Только не это! Первый реальный шанс отсюда выбраться, а он так равнодушно говорит, что его уже может не быть!

Дорога в бассейн пронеслась в один миг, Зои даже ударилась бедром, когда забегала в нужный коридор, шикнула сквозь зубы и сдерживая стоны, поспешила дальше. Проход, только бы проход был на месте!

Он был. Оползень из камней стоял нетронутым, вода была спокойной, как зеркало и покрылась рябью только когда в бассейн ворвалась Зои и замерла, с восхищением смотря на дыру в стене.

Потом она услышала шаги. Неторопливые и даже какие-то нерешительные.

— Она на месте! — Крикнула Зои, не дождавшись, пока Димитр подойдёт. — У нас есть выход! Слышишь?

Димитр добрался до неё будто единым прыжком, встал рядом, задержал дыхание и напряжённо смотрел вперёд, где посреди полотна голубой плитки высился каменный завал до самого потолка.

— А ты говорил, заделали, заделали. — Усмехнулась Зои. — Зачем ты меня пугал?

Он повернулся, и Зои впервые увидела в его глазах растерянность. Но Димитр быстро взял себя в руки и снова стал похож на самого настоящего военного дуба!

— Я помню, как в первый раз вернулся к раскуроченной мною стене и увидел её целой. — Ответил Димитр. И замолчал. Пауза длилась довольно долго. Зои нетерпеливо взглянула на него и только тогда Димитр добавил. — И я не хотел, чтобы ты испытала такое же разочарование.

Зои глубоко вздохнула. Ей стало очень хорошо.

— Спасибо!

— За что? — Удивился Димитр.

— Спасибо за это!

Зои вдруг потянулась и поцеловала его в щёку. Просто от переизбытка позитива и светлой радости, которая била из неё ключом. Димитр никак не отреагировал, хотя его скулы покраснели, что доказывало — он не слишком-то привык к таким проявлениям симпатии.

— Нам нужны фонари и обувь. И рюкзаки с запасом еды и воды. Ну, и всякие полезные в походе вещи. Чем больше, тем лучше. — Тем временем Зои развила бурную деятельность. — Ты знаешь, где взять обувь?

— На базе нет обуви.

Они взглянули на кучу бетона, зияющую острыми краями вперемешку с торчащей арматурой.

— Я вчера как-то же залез без обуви. — Сказал Димитр так, словно сам себе не верил.

Они помолчали. Ну да, оба привыкли ходить босиком, но поверхность пола на базе была такой ровной, что кожа ступней не особо-то огрубела — ходить по ней было скорее приятно.

— Тут светло, всё видно, можно как-то пролезть. — Задумчиво сказала Зои. — А там, дальше, света нет. И неизвестно, какая поверхность. Придется всё-таки сделать какую-нибудь обувь. Подошвы вырежем из какой-нибудь резины, например, из спортивного мата, прикрепим их бечёвкой к ступне и пойдём.

— Как вариант.

В общем, они разделились. Зои отправилась за фонарями и запасом еды и воды, а Димитр — делать обувь.

Вскоре они снова встретились у бассейна. Зои тащила два больших рюкзака, набитых полезными в походе предметами, и встретила Димитра, который уже красовался в странных сандалиях с ремешками, опутывающими икры и завязывающимися почти под коленками. Похожие были в древности у римских легионеров. Причём обмотаны были обе ноги, хотя искусственной обувь не требовалась. Но так смотрелось даже лучше.

— Крутой прикид. — С уважением сказала Зои.

— Ага.

Ей достались такие же. Зои села и принялась путаться в ремешках. Пришлось задрать спортивные штаны до колен.

— Ладно, давай я. — Не выдержал Димитр.

Он сел перед ней и быстро зашнуровал сандалии, стягивая туго и крепко. Зои тем временем смотрела на его сосредоточенное лицо. Ей хотелось его обнять. Просто потому, что он рядом. И что, несмотря на все свои закидоны, помогает ей. Что он её спас. Что сидел тут, взаперти, совсем один, неизвестно сколько и теперь, возможно, боится поверить, что можно выбраться наружу.

А то, что он не сошёл с ума, заставляло её испытывать настоящее, глубокое уважение. Военный, как-никак.

— Ну? — Димитр заметил её взгляд и нахмурился. — Вставай.

Он отошёл на пару шагов и отвернулся. Когда Зои вскочила и отряхнулась, и потянулась за своим рюкзаком, Димитр резко сказал.

— Не нужно меня жалеть. Ещё такая сопля как ты меня не жалела!

Зои кивнула. Потом засмеялась:

— Я нечаянно. Не злись.

Она чувствовала себя счастливой и почему-то блестящей, как зеркальное покрытие. Будто от неё идут яркие блики, которые расцвечивают всё вокруг и может быть, немного скрасят его серые будни.

Всё будет хорошо!

В общем, больше они не откладывали и полезли в дыру. Димитр первым, Зои за ним.

Лаз был неудобным, но к счастью, не очень длинным. За метром бетонной прослойки начиналась странная порода, похожая на бетон и на камень одновременно, при этом какая-то ломкая, местами пористая. Когда Зои опиралась на неё ногами, порода то и дело пыталась осыпаться вниз и утянуть обоих за собой обратно к бассейну, и вероятно, рано или поздно ей бы это удалось, но ход неожиданно закончился, выведя Димитра и Зои в коридор.

Димитр выскочил на поверхность, дождался Зои и стал светить вокруг фонариком.

Это было странное место. Вроде извилистого тоннеля с потолком и стенами из скальной породы буроватого цвета, слишком ровным для прохода естественного происхождения. Однако они не были спелеологами и не могли сказать этого точно. Природа бывает очень изобретательной и непредсказуемой. Особенно на чужой планете.

— Это местные выкопали? — Шёпотом спросила Зои. Но вышло всё равно громко и гулко.

— Не знаю. Но думаю, они. Вода такие ровные не промоет. Да и прямой слишком.

— Почему тогда тут никаких следов деятельности? Ни… ну не знаю, не висят провода, не валяются кирки, не стоят тележки.

— Может, просто место такое, а за углом всего полно.

— Ладно, может и так. Куда дальше?

Свет высвечивал оба конца тоннеля, и оба вскоре куда-то сворачивали.

— Всё равно. Пошли налево.

— Давай.

Они нарисовали на стене стрелку фосфоресцирующей краской из баллончика, который прихватили со склада и пошли налево. Зои мимоходом подумала, что на базе нет обуви, совсем, никакой, ни мужской, ни женской, ни детской, а вот краска есть. Как и масса других непонятно для чего хранящихся предметов. Например, настольные игры — шахматы, в которые уже лет двести никто не играет. Ну, это ладно, можно со скуки и начать. А вот воздушный шар, который запускают в небо? Он на кой чёрт на подземной базе?

Поворот был плавным. И вывел в уже точно кем-то сделанный коридор, потому что тот имел чёткую прямоугольную форму. Почти сразу же коридор стал ветвиться, двоиться, троиться и разделяться на пять. Вскоре Зои начало казаться, что они просто бродят по огромному залу с кучей стен и перегородок, так много тут было ходов. Димитр согласился, что подземелье весьма похоже на лабиринт, но это ничего не меняет. Нужно идти дальше.

Выбирать места для того, чтобы нарисовать стрелку было сложно. Зои предоставила эту работу Димитру, кажется, он справлялся с ней намного лучше. По крайней мере, к своим стрелкам они ещё ни разу не возвращались.

Шли долго, но не потому, что много прошли, а потому, что шли медленно, на каждой развилке несколько минут решали, какой проход выбрать. Постепенно это занятие стало нудным и надоело. Зои невольно принялась отвлекаться и пялиться по сторонам.

Потом, когда Димитр остановился нарисовать очередной знак, Зои заглянула в один из проходов, но во тьме ничего не увидела. Хотела уже отвернуться, как ей показалось, будто вдали что-то мелькнуло. Скорее всего показалось, Зои в последние полчаса часто замечала, что видит какое-то мельтешение на границе зрения — то и дело возникали и пропадали какие-то тёмные пятна, напоминающие мошек, они мельтешили, дёргались и пропадали, как только она пыталась сфокусировать на них взгляд.

В общем, она сделала пару шагов вглубь прохода и навела туда фонарь. Яркие фонари на складе нашлись только такие — громоздкие, ручные. Но это лучше, чем ничего или чем налобный фонарик, который еле-еле светит.

Тем более, кажется, в коридорах становилось светлей. Или глаза привыкали. В общем, света требовалось всё меньше.

Через секунду Зои бежала в проход с криками.

— Кира!!! Кира!!!

А ещё через несколько врезалась во что-то твёрдое и упала.

* * *

Долго в голове что-то звенело — тонко, противно и болезненно — а потом в сплошном шуме разобрались слова.

— Зои! Зои!

Димитр хлопал её по щекам.

— Да. Всё. Всё, я в порядке. — Она оттолкнула его руки. — Кира!

— Я здесь.

Зои попыталась быстро сесть, но не вышло, её повело и если бы не Димитр, она упала бы плашмя на землю. Димитр ей помог приподняться и поддержал, когда Зои обернулась на голос.

Кира стояла неподалёку. В таком же спортивном костюме, как сама Зои и с какими-то тряпками, намотанными на ноги. Рюкзака у неё не было, фонаря тоже. На лице были пыльные полосы, будто она трогала кожу грязными руками и с тех пор не умывалась.

Почему она не подходит, а стоит на расстоянии? Зои задумчиво перевела взгляд на какой-то туманный след, зависший прямо в воздух.

Место, куда она вписалась лицом. Зои провела под носом пальцем — точно, кровь.

— Ты в порядке? — Димитр участливо посмотрел на неё.

— Да. — Она вытерла кровь рукавом, салфеток не было. Зато позади, на базе, остался целый склад одежды — пачкай, не хочу.

— Зои, ты врезалась в это. — Кира щупала руками воздух, но не могла сквозь него пройти. — Это какая-то энергетическая перегородка. Она меня не пропускает.

— Это стена, как в камерах.

— Где?

— Я очнулась в камере, на подземной базе. — Зои пришла в себя и быстро заговорила. — А ты? Ты где была?

— Я очнулась в этих коридорах. — Кира кивнула себе за спину. — Там несколько комнат с припасами и кроватями. Но людей нет. Я никого не видела.

— Со мной был Димитр. Он военный, сидит здесь ещё с того времени, как улетели остальные люди. Сколько точно, не знает. Но инопланетян не видел. Кира, это Димитр. Димитр, это Кира.

Они кивнули друг другу. Димитр смотрел настороженно, возможно, тоже думал, что Кира искусственная. А Кира взглянула на него с привычной надеждой.

— Никиты тут нет. — Сразу сказала Зои.

— Понятно.

Кира похудела ещё больше, отметила Зои, прямо какая-то нездоровая худоба у неё образовалась. И выглядела какой-то непривычно спокойной. Только огромные глаза были ещё светлей, чем раньше и горели по-прежнему ярко. Но кажется, на последнем издыхании.

— Ты в порядке? Ты здорова? — Спросила Зои.

— Да, со мной всё хорошо. Только я ничего не понимаю. Что происходит?

— Нашла кого спросить. — Зои звонко рассмеялась. Через время Кира тоже улыбнулась. — Но мы узнаем, клянусь своей самой большой медалью!

Впервые с момента, как она очнулась в камере, Зои успокоилась. Они сумели выбраться из бункера, найти Киру, значит, и дальше справятся.

Они всё смогут!

В коридорах стало светло и можно было обходиться без фонаря. Зои и Димитр отметили это с удивлением, но оказалось — дело обычное.

— Светло становится везде, куда я прихожу. За несколько минут светлеет. — Объяснила Кира. — Видимо, какая-то автоматическая система освещения.

В общем, обе стороны обменялись информацией, которую сочли необходимой. Кира провела здесь несколько дней, изучая свою часть помещений. Обследовала всё, но выхода не нашла.

— Значит, выход там. — Кира прижалась ладонями и лбом к стене и кивнула в проход, из которого появились Зои и Димитр. — Значит, он с вашей стороны.

— Мы все выберемся. — Сказала Зои. — Когда мы найдём выход, мы вернёмся за тобой. Стену взорвём, прокопаем, что угодно, но мы тебя вытащим.

— Хорошо. — Тихо ответила Кира.

Потом они стали решать, что делать дальше. Димитр пошёл пока осмотреться, а Зои и Кира сели на землю, прислонились спинами к стене, будто друг к другу и стали тихо переговариваться.

— Ты не представляешь, как я испугалась, когда очнулась. — Говорила Зои. — В крошечной запертой камере. Одни стены, ни единого звука, никто не отвечает на крик, тишина душит. Брр, даже вспоминать не хочу! — Она помолчала и вздрогнула. — Да и ладно, это что! А как я испугалась, когда мы с ним нашли детскую!

— Детскую?

— Да! Представляешь? Открываем дверь в новую комнату, врубается свет — а там люлька и пеленальный столик. Меня прямо до костей пробрало, первая мысль была — только через мой труп!

— Это всё очень странно.

— Ну! Не собираются же они нас разводить… как хомячков.

— Какой в этом смысл? Мы слишком долго разводимся.

— А может, они бессмертные? Может, для них наша жизнь — всего миг?

— Жутко звучит. Если они такие бессмертные, зачем военных убили?

— Может, им интересно, как умирают люди? Ведь сами они никогда не умрут.

— Ой, Зои, даже думать об этом не хочу! Твоя фантазия пошла в разнос, не находишь?

— Прости. — Зои помолчала. — Тебе, наверное, хуже было. Ты очнулась одна.

— Но не в камере. Я могла ходить, где хотела.

— Да. Но ты была одна.

Кира просто пожала плечами. Зои не видела, но почувствовала. И вдруг подумала — действительно, как же ей повезло, что рядом был Димитр! Даже со всеми своими тараканами… он много нудел, конечно, но дальше слов не шёл. Что бы там себе не думал, обращался с ней как с настоящей, а не с искусственной девушкой. И пусть со скрипом, но ведь они волей-неволей объединились и выбрались наружу? Они сделали это вместе!

Не факт, что Зои дожила бы до этого момента в одиночестве.

Да, ей определённо повезло.

— Давай проверим эту стену! Может, она не сплошная! — Вдруг придумала Зои.

— Я проверяла уже тысячу раз.

— Прости, но я должна убедиться.

— Давай проверим. Ты с той стороны, я с этой.

Они ползали понизу, вставали на носочки и прощупывали всё, докуда достали, но никаких отверстий не нашли. Уставшие, сели обратно.

— У нас есть робот, который умеет открывать небольшие окошки в этой стене. Но мы не смогли понять, как он это делает. — С досадой сказала Зои.

— Почему?

— Ну как почему? Я — студентка АМКи, которую учили только доход считать, а Димитр — военный. Расковыряли мы этого робота, вроде ничего внутри необычного. Ну, попытались инструкции какие-то найти, но сама понимаешь…

— У вас ничего не вышло.

— Да. — Поморщилась Зои. — Только время потеряли и робота сломали.

— А Димитр? Он правда тут столько времени просидел?

— Да.

— Жуть какая.

— Да.

— Я вот думаю, если он сидел… если его оставили, то может и Никита?

— Может, Кира. — Не очень уверенно ответила Зои.

— Но ты не веришь? — Горько усмехнулась Кира.

— Извини. Ситуации разные. Военным выдвинули ультиматум, потребовали оставить одного из них взамен за то, что отпустят остальных. А Никита просто пропал.

— Но я не знаю, что там было. Я была без сознания. Может, ему тоже выдвинули ультиматум.

Зои покачала головой, потом сказала:

— Я не знаю, Кира. Но на нашей базе больше никого нет.

— Ясно.

Они долго молчали. Зои поймала себя на том, что волнуется за Димитра. Где тот ходит? Почему так долго не возвращается?

А когда Димитр, наконец, пришёл, Зои первым делом ему сказала:

— О! А я уж думала, твои создатели тебя назад забрали.

Он сделал вид, что улыбается, но смотрел так, будто хотел укусить и с трудом сдержался.

— Что там? — Спросила Зои.

— Там очень много ходов. Очень много. Я сам чуть не запутался. Нужно составить план, потому что идти по старой схеме — со стрелками — невозможно. Там зал с колоннами, за ним норы, в общем, короткого и быстрого пути на поверхность не будет.

— Почему я не удивлена. — Вздохнула Зои.

— Что будем делать? — Спросила Кира.

— У нас два варианта. Вы ждёте здесь, я иду один. Или ты ждёшь, мы с Зои идём вдвоём. — Пожал плечами Димитр.

— Я пойду с тобой. — Тут же отозвалась Зои.

Кира промолчала, у неё-то выбора не было, только сидеть и ждать.

Перед уходом Зои показала ей диск-открывашку дверей и объяснила, как она работает.

— Ищи в своих комнатах что-нибудь похожее. Может, тебе тоже оставили выход, такую вот открывашку и ждут, пока ты её найдёшь. Димитру оставляли, он долго соображал, что это такое и как ею пользоваться. А когда знаешь, что, сразу найдёшь.

— Это его?

— Нет, это моя. Мне тоже подарили. — Зои снова поёжилась и сунула открывашку в карман. — Вместе с целой комнатой. Не хочу, в общем, вспоминать.

— Понятно.

— В общем, если между нами столько общего… одежда одинаковая, нет обуви, стены эти непробиваемые, почему бы и тебе такую не оставить?

— Да, в этом есть смысл. — Согласилась Кира. — Ладно, я посмотрю.

— Стойте-ка. — Сказал Димитр и обратился к Кире. — А ты знаешь, отчего случился взрыв?

— Который открыл вам путь? — Тут же догадалась Кира.

— Да.

— Не знаю. А это точно был взрыв? Не обвал?

Димитр молчал. Зои недостаточно хорошо его знала, чтобы понять, о чём тот думает. Но ей показалось, этими мыслями, о чём бы они ни были, он делиться не желает.

— Конечно, мы точно не знаем… — Начала Зои.

— Знаем. — Прервал Димитр. — Это точно был взрыв.

— Но как ты узнал?!

— Я ходил туда и проверял.

— Почему сейчас? Почему мы сразу не посмотрели?

— Да как-то забылось… Да и света было мало. А Кира права. — Димитр прищурился. — Свет со временем становится ярче. Мне удалось рассмотреть завал — там нечему было обваливаться, вся порода на месте, кроме дыры на нашу базу. Это был целенаправленный взрыв.

— Но кто?.. — Зои встретилась глазами с Кирой и замолчала. Ответа на этот вопрос ни у кого не было.

— Поэтому мы будем вести себя тихо и идти осторожно. — Предупредил Димитр.

— Хорошо.

— Ладно. Если готова, пошли. — Димитр развернулся и отошёл чуть в сторону, к своему рюкзаку.

Провал в бункер, где мы сидели, относительно недалеко, подумала Зои. И после всех этих пустых коридоров база кажется довольно комфортным местом. Но возвращаться туда или даже просто приближаться к ней она бы не рискнула. Кажется, только сунешься обратно — и завал сам собой сравняется, стена станет прежней, целой, и ты снова окажешься взаперти. Поразительно, почему Димитр этого не боится.

— Зои.

— А?

— Вернитесь за мной.

Кира до сих пор сидела на месте, устало прислонившись плечом к прозрачной стене и расплющив об неё лоб.

— Даже не сомневайся. А ты отдыхай. Ищи открывашку. Слышишь? Я вернусь.

— Я тебе верю.

Да, Кира явно вымотана. Зои хотелось бы прикоснуться к ней, может, обнять, или хотя бы похлопать по плечу, но стена не даёт.

— Держись.

— Держусь. Какой ещё у меня выход.

— Не кисни. Найдём мы Никиту!

Та только кивнула. Зои больше не нашла слов поддержки, поэтому только вздохнула и пошла к Димитру.

Тот сразу потопал вперёд. Не задерживаясь.

А Зои оглядывалась каждые несколько шагов, пока не завернула за угол. Ей не хотелось оставлять Киру в таком подавленном состоянии, но не было смысла просто сидеть и ждать. Нужно что-то делать, как-то шевелиться. Нужно найти выход.

Димитр прибавил ходу. Метров через двести они вышли в хорошо освещённый зал с каменными, грубо обработанными стенами и довольно высоким потолком. Тут было множество колонн и опор длинной в несколько метров. И никакого порядка в их расположении. Очень странное место, непонятно для каких целей предназначенное. Как, впрочем, и всё вокруг. Чем дальше, чем меньше Зои понимала, что происходит на этой планете. И не могла найти никакого вменяемого объяснения происходящему. Это лабиринт? Почему-то совсем не похоже. Старая шахта? Учитывая уровень развития местного разума, тоже как-то не складывается. Но что ещё?

— Вот мои метки. — Димитр кивнул на ближайшую стену. Там красовалась яркая стрелка.

Минут пятнадцать они шли по этим стрелкам, но потом вышли в какое-то место, из которого была видна самая первая стрелка, оказавшаяся буквально в пяти метрах правей. Димитр показал её Зои.

— Это что, получается, всё-таки лабиринт? — Спросила та. — Мы столько шли и вышли почти на том же самом месте?

— Не обязательно лабиринт. Чёрти что это может быть за хрень. Но ходить тут можно долго. Нужно проводить сканирование местности. — Димитр вздохнул. Видимо, ему не хотелось этого делать.

— Как?

— Я знаю, как.

Точно, не хотелось. Он ещё раз нахмурился, а потом решительно сбросил рюкзак.

— Можешь сесть, — сказал, не оборачиваясь. — На это уйдёт некоторое время.

Зои опустилась на землю. Заодно поправила ремешки своих сандалий. Здорово всё же сделаны, совсем не сползают, и не натирают. Как он вообще их создал? Откуда знал, как? Нет, всё-таки у военных бывают порой странные умения. Но полезные, чего скрывать.

Услышав щелчок, Зои напряглась. Потом увидела, как криво болтается его правая кисть. Димитр что-то делал с ней, кажется, отогнул. Потом над его руками развернулось небольшое информационное окно.

— Что это? — Зои встала и подошла ближе.

Точно, кисть была согнута в положении, которое недоступно человеческим конечностям и не двигалась. Пальцы скрюченные, застывшие. На коже проступило какое-то табло. Похоже, в нём была начинка.

Димитру, кажется, было неприятно отвечать, но он объяснил.

— Это система слежки. Я настрою на снятие данных, и она снимет нам в доступном радиусе план помещения.

— Ты что, киборг? — С весёлым изумлением спросила Зои.

— Киборг? — Димитр изволил повернуться к ней. Увидел настоящий восторг в её глазах и подобрел. — Нет, конечно. Просто небольшое удобство, раз уж для него есть место.

— Это же круто! Ну, не в смысле, лишиться руки, а в смысле, что вместо неё есть такая полезная штука.

— Я бы лучше остался с рукой. — Буркнул в ответ Димитр. Потом всё-таки улыбнулся. — Киборг… А ты разве не знаешь, что есть люди определённых профессий, которые сами сознательно меняют части своего тела на искусственные, чтобы стать киборгами? У военных существует целое подразделение таких ребят. Среди них есть те, в ком человеческого тела от силы половина. Их используют в самой жопе, если приходится. С головой, правда, у них проблемы, и серьёзные.

— Сами отрезают себе части тела, чтобы заменить на искусственные? — У Зои, кажется, глаза на лоб полезли.

— Ага. Не знала?

— Что-то слышала такое, но думала, враньё. Кто в своём уме на это пойдёт?

— Есть такие. Это же огромные деньги, сложные задания на грани смерти, от которых приход почище любого допинга. Адреналиновые наркоманы и просто нездоровые люди. Психи все поголовно.

Димитр говорил и одновременно настраивал что-то в своей кисти. Потом запустил и принялся водить рукой вокруг, как будто пытался уловить сигнал.

— Обалдеть. Нет, я не знала. Но кто им разрешает? Ведь однажды можно пожалеть… или постареть, а своё тело не вернёшь.

— Они не успевают стареть. — Жёстко усмехнулся Димитр. — Умирают раньше. Не на задании, так от переизбытка медикаментов. Киборгам приходиться глушить в организме много ненужных процессов, чтобы действовали протезы. Чем сложней устройства и чем больше в них начинки на нейронных связях, тем хуже это всё работает.

— Надо же. Я не знала.

Тема была хотя и не совсем далека от Зои, поскольку её отец именно этим и занимался, но всё равно не исследована. Зря, зря она не вникала в детали, когда отец пытался её приобщить! Однако ей хватило такта не спрашивать, сколько медикаментов приходится глушить ему.

Она спросила о другом.

— А ты? Тебя туда звали, в эти подразделения?

— Да.

На этом Димитр замолк. Похоже, тема для него была крайне неприятная. И хотя Зои вся прямо на месте не могла устоять от любопытства, но приставать дальше не стала. Каждый имеет право на тайные уголки в своей душе. Ей бы тоже не понравилось, возьмись кто копаться в тех днях, когда не стало сестры.

Через несколько минут, прошедших в тишине, Димитр сказал.

— Всё.

Открылась трёхмерная модель помещения. По одну сторону от них простирался бесконечный лабиринт, а по другую — такой же, только он постепенно укрупнялся, и выливался в относительно просторный зал. Чем дальше, тем более смазано было изображение.

— Тут проходы вниз или вверх. — Димитр указал на несколько затемнённых участков. — В общем, если просто ходить, мы тут сутки потратим. И если в лабиринте несколько этажей… Короче, идём в центр этого пустого зала. Судя по всему, у местных какая-то болезненная привязанность к центру всего сущего. Возможно, там что-нибудь есть.

Зои кивнула, потом смотрела, как Димитр наклоняется и одной рукой пытается надеть рюкзак. Вначале просто смотрела несколько секунд, потом подошла и помогла.

— Спасибо. — Недовольно ответил Димитр.

Зои вдруг уставилась вниз.

— Слушай. А нога? Там у тебя тоже какие-то приспособления, да? Точно ведь есть? Да ты просто шкатулка с сюрпризами!

Димитр побледнел и так посмотрел на неё, будто услышал какую-то гадость. Наверное, не так понял. Или что?

— Извини. — Сказала Зои. — Я не хотела тебя обидеть.

— По-твоему, это смешно? — Сквозь зубы спросил он. — Я забавная игрушка с секретами? Хочешь в них поковыряться?

— Прости. Правда. Я не хотела тебя обидеть.

— Проехали.

Димитр отвернулся, нажал куда-то на кисти и над одним из пальцев появилась тонкая голубая линия. Видимо, указатель.

— Нет, не проехали! — Зои вдруг схватила его за плечо. Димитр оглянулся, хмуро взглянув на её руку с молчаливым предупреждением — убери. Зои не послушалась, только крепче сжала пальцы.

— Я серьёзно! Я не хотела тебя обидеть. Не думала, что ты так отреагируешь, вроде бы даже сам с юмором относишься… к своим особенностям. И правда, я не вру. Ты мне даже нравишься. Несмотря на всё это. — Она кивнула на его кисть. — И я не хочу с тобой ссориться и тебя обижать.

Его лицо скривилось.

— Когда ты так говоришь, я сразу снова начинаю думать, что ты не человек, а подделка. Студентка АМКи не может сказать таких слов получеловеку, такому, как я. Я не могу ей нравиться.

— Почему?

— Ты же сама отлично знаешь. Легенду неплохо заучила. Скольких ты там покупала? Вряд ли среди них были люди без конечностей.

— Ну хватит! — Разозлилась теперь уже Зои. — Студентка АМКи — это где-то в прошлом. Мы же здесь, в такой ситуации, где я просто человек! Обычная девушка. И мне что, не может понравится мужчина?

— Мужчина может.

— А! Ты считаешь, что ты никому не можешь понравиться?

Он вдруг обернулся и внимательно вблизи посмотрел на неё.

— Хотелось бы верить, что могу.

— Тогда в чём дело? В твоей паранойе?

Димитр вдруг второй рукой обхватил Зоин затылок, жадно рассматривая её лицо и сжимая пальцы на шее. Это неожиданно твёрдое прикосновение оказалось таким приятным, она чуть глаза не закрыла от удовольствия. И ей захотелось, чтобы Димитр её поцеловал. Да, прямо здесь и сейчас. Немедленно.

— Да, — почти шёпотом сказал он. — В моей паранойе.

И отпустил Зои. Отвернулся. Она недовольно вздохнула, а потом закатила глаза. Ещё она не уговаривала какого-то потасканного военного лба себя целовать! Да обойдётся как-нибудь!

— Пошли. — Бросил Димитр через плечо. И быстро пошёл вперёд.

Они следовали за указателем примерно полчаса и вскоре действительно коридоры стали шире, колон меньше. И, наконец, они вышли в большой зал, у которого был очень низкий потолок. И он становился всё ниже.

— Это центр. Я пойду вперёд. — Димитр вернул свою кисть на место, щёлкнул ею, встряхнул, будто она затекла, пошевелил пальцами. — Можешь здесь подождать.

— Нет, я с тобой.

— Хорошо.

Они двинулись дальше. Зал был огромным и совершенно пустым. Под ногами — обычная скальная поверхность, усыпанная мелкой крошкой, которая попадала в сандалии и нещадно колола ступни. Но Зои терпела, только морщилась и старалась идти осторожней.

Через время Димитр стал задевать головой потолок. Ему пришлось пригнуться, а чуть позже — и Зои.

Передвигаться таким способом — на полусогнутых — было очень неудобно. Но судя по всему, это означало, что они шли в правильном направлении.

Здесь было почти светло. Зои то и дело вертела головой и пыталась понять, откуда идёт свет, но не поняла.

Вдруг Димитр остановился и, чтобы не стоять скрючившись, встал на колени. Зои опустилась на колени рядом с ним. Фыркнула. Поза, конечно, с юмором. Стоят на коленях друг перед другом, как два повёрнутых сектанта каких-то.

— И что мы тут делаем? — Спросила Зои.

Димитр молча указал пальцем вверх и снова свернул себе кисть. Уже не прячась. Открыл окно настроек и принялся задавать параметры нового поиска.

Зои тем временем подняла голову. Прямо над ними зияла дыра примерно метр в диаметре. Там было темней, чем вокруг, но всё же достаточно светло, чтобы она увидела прямой колодец, ведущий куда-то вверх.

— Что это? — Тут же спросила Зои.

— Возможно, технический колодец.

— А технический колодец ведёт на поверхность, так ведь? — Воскликнула она.

— Возможно.

Димитр запустил сканирование и поднял кисть к потолку.

— Димитр, значит, мы можем выбраться? — Зои глубоко вздохнула, но тут же скисла. — Но даже если это выход, как вытащить Киру?

— Мы пока не знаем, выход это или нет.

— Тоже верно.

— Всё. — Димитр получил данные и озвучил их. — Колодец идёт прямо вверх, стены почти ровные. Скан снял двенадцать метров, выше не пробьёт. Боковых проходов нет.

Он привычным жестом вернул кисть на место, пошевелил пальцами.

— Я полезу вверх и посмотрю, что там.

— Там есть лестница? Скобы какие-нибудь в стенах?

— Нет.

— Но как ты поднимешься? — Зои задрала голову. Если упереться спиной в одну сторону колодца, а ногами — в другую, то можно подняться, но насколько высоко?

— Увидишь.

Зои стала смотреть. Вдруг у него в ноге какое-то хитрое устройство, с помощью которого Димитр сможет карабкаться по отвесным ровным стенам?

Оказалось, ничего такого, он встал, подпрыгнул и сделал именно так, как думала Зои — упёрся спиной и ногами в стенки колодца.

Зои сразу поняла, что ему там тесно.

— Димитр! Давай я попробую?

— Нет.

— Мне будет проще, свободней.

— Сиди тут.

Зои вздохнула и послушно села на пол. Твёрдый камень неприятно холодил пятую точку, но она старалась не обращать на это внимание, а слушать, что он делает наверху. Шаркающие звуки показывали, что Димитр поднимается.

Вначале Зои хотела пересесть в сторону, вдруг из колодца что-нибудь посыплется прямо ей на голову. Потом передвинулась, но не очень далеко, так, чтобы, наклонившись, можно было заглянуть в дыру. Правда, заглядывать туда особого смысла не было — Димитр поднялся высоко и Зои его не видела. Оставалось только слушать.

Вдруг Зои уловила какой-то посторонний звук. Шёл он со стороны колонн.

Она встала на колени — полностью вскочить бы не получилось из-за низкого потолка — и развернулась к источнику. Точно. Где-то в проходе, судя по всему, что-то летело.

Дрон. Шелестящий свист, так похожий на тот, который был слышен короткими ночами. Про дроны рассказывала Кира и Димитр. Дрон убил личинку, и он же вырезал сослуживцев Димитра. Эта летающая машина — убийца, и если она тебя заметит, как поняла Зои, то дело может закончится очень плохо.

Вжик.

Кажется, дрон приближался. Скорее всего, проводил патрулирование территории, потому что звук шёл по нарастающей, усиливался.

— Димитр. — Сдавленно позвала Зои. — Димитр!

Но он не слышал, слишком высоко поднялся, а кричать в полный голос она побоялась. Что, если эта дрянь реагирует на звуки? То, что она реагирует на движения, понятно, но вдруг и на звуки тоже?

Зои мысленно заметалась. Что делать? Кричать, чтобы Димитр услышал? Но что если она этим только привлечёт внимание дрона? С другой стороны, что если она не предупредит Димитра? Тот продолжит шевелиться. Хотя… он в колодце, чтобы его увидеть, нужно туда залететь. Возможно, сейчас Димитр в большей безопасности, чем Зои.

У неё даже во рту от ужаса пересохло. И вспомнилась Кира. Что с Кирой? Возможно ли, что преграда ограждала Киру не для того, чтобы та не вышла, а защищала от дрона?

Зои не шевелилась, даже дыхание задержала. Кира рассказывала, что, когда дрон летал над ними с Никитой в Изумрудных лужах и потом, у обрыва, где убил личинку, они замерли и ждали, пока тот улетит. Скорее всего, именно это спасло им жизнь.

Нужно сделать так же. Не шуметь. Не двигаться. Затаиться.

А что, если дрон реагирует на звуки и услышит Димитра?

Зои почувствовала, как шумит в ушах. Она вспотела, по спине потёк холодный пот, стало зябко.

Дрон промелькнул вдали. В этот раз она совершенно точно рассмотрела чёрную громоздкую штуковину и это был не обман зрения.

И через несколько секунд — снова, ещё ближе.

Зои застыла, почему-то замерев не только физически, но и мысленно. Ей казалось, что она может выдать себя не только если дёрнет рукой или головой, а и если просто будет слишком громко думать.

Вжик.

Дрон пролетел так близко, что обдал её волной воздуха. Зои прикрыла глаза, чтобы не моргать, потому что это тоже движение.

Вдруг снова что-то быстрое метнулось и зависло прямо перед ней. Зои только чудом удержалась от крика.

Это действительно был дрон. Неземной технологии.

Совершенно чёрный матовый металл, смазанная конструкция, почти сливающаяся со стенами — его края будто расплывались, он казался подвижным пятном на камне.

Зои смотрела на него, не отрываясь.

На дроне не мигнул и не засветился ни один огонёк. Но она чувствовала, что он сканирует окружающее пространство. Как, Зои не знала, но сидела неподвижно. Дрон висел, будто раздумывал, что делать дальше, а Зои вдруг успокоилась.

Смирение — та вещь, которой Зои обучилась после смерти сестры, потому что иначе не смогла бы жить дальше.

Если дрон нападёт, всё равно ничего не сделаешь. Она умрёт, вот и всё. Возможно, не очень лёгкой смертью, но точно быстрой.

Жаль только, что она так и не попробовала замутить любовь с Димитром. Не сумела переступить через себя, через свою привычку только брать. Не решилась сделать первый шаг.

Зои вдруг поняла, что ей действительно, по-настоящему, этого хотелось.

* * *

Драка случилась внезапно, за ужином. Вернее, перед ужином, когда большинство уже выбрали блюда и сидели за столами.

Вначале Снежка услышала крики, а потом они переросли в вопли и рёв. Огонь тут же вскочил и выбежал в коридор, Снежка за ним. Командир курсантов, однако, успел первым.

— А ну разойтись! — Лука шёл вперёд, как ледокол во льдах и все раздвигались, уступая ему дорогу. — Стоять, я сказал!

Освещение в коридоре было так устроено, что человек попадал под перекрёстный свет — сверху и с двух сторон одновременно. Этот свет создавал на лице Луки какие-то просто зверские тени, вкупе с голосом казалось, что это не человек, а персонаж анимации, который в любой момент может достать автомат и покрошить окружающих, как мишени в тире.

Курсанты отходили сразу, шаг Луки замедлился только когда пара студенток затупили и не сразу сообразили, что нужно уступить ему дорогу. И ещё там была Ксения, которая тоже отошла, прислонилась спиной к стене, но смотрела не вперёд, на тех, кто дерётся, а на Луку. Тот глянул в её сторону. Снежка вдруг вздрогнула. Ей бы не хотелось, чтобы на неё так смотрели — с какой-то просто нечеловеческой яростью, будто именно Ксения виновата сразу во всех смертных грехах.

— Разошлись! — Рявкнул Лука, вернувшись к своим прямым обязанностям.

Драчуны, которые только что мутузили друг друга, тут же остановились и вытянулись по стройке смирно.

Снежка увидела, что это курсанты. Вот это номер! Она почему-то была уверена, что драку могли устроить только студенты, особенно из приспешников Саблезуба, вот уж где самые говнистые и наглые. А курсанты — ребята организованные, привыкшие к порядку. И на тебе!

— Вы двое, за мной, остальным разойтись. — Недовольно сказал Лука.

Никто и не подумал его слушаться.

— Я что сказал?!

Вот тут, после второго вопля, все кое-как разошлись. Курсантов Лука повёл в пункт управления, там, если запереть дверь, ничего нельзя было подслушать. Студенты вернулись в столовую. Последней шла Алмазка, Снежка невольно отметила туго обтянутый штанами зад и неторопливую походку, демонстрирующую этот самый зад в лучшем свете.

Как позже выяснилось, курсанты устроили драку именно из-за Алмазки. Огонь, который также присутствовал при разборках в командном пункте, вернулся после последующего разговора с Лукой очень сердитый и спросил Снежку, не может ли та повлиять на подругу, чтобы подруга вела себя аккуратней и не предлагала себя всем подряд.

— Алмазку приструнить не проще, чем Саблезуба. — Призналась Снежка. — Да и что такого она сделала?

— Она их спровоцировала.

— И что? У курсантов свои мозги есть, вот пусть и не реагируют на провокации.

— Курсанты почти все парни! — Возразил Огонь.

— И что?

— Она уже с половиной переспала!

— И что? Пусть радуются, что кто-то с ними спит.

У Огня глаза на лоб полезли.

— Не верится, что ты мне это говоришь.

— А что такого? — Возмутилась Снежка. — Алмазка, может, и не самая высокоморальная девчонка, но она в своей сфере честна.

— Да ты что?

— Да!

— И спит со всеми подряд, это по-твоему, честна?

— Ой, можно подумать, что первый курсант, с которым она переспала собирался на ней жениться и хранить ей верность до конца своих дней. Ты на самом деле думаешь, что только Алмазка ими пользуется? Они тоже пользуются ей!

— Она заставила их сцепиться, чтобы наградить победителя. Ты считаешь, это нормально?

— Нет, конечно. Но если они всё же сцепились, то может, проблема не в ней?

— Ты не парень и не понимаешь, на что мы иногда готовы пойти ради секса.

— Ой, да брось! — Снежка фыркнула. — Вы всё же не животные! Кроме инстинктов у вас есть мозги. И выбор, чем из этих двух вариантов пользоваться!

— Ты это к чему?

— К тому, что виновата не только Алмазка! А и курсанты тоже!

— Они будут наказаны. А твоя подруга — нет.

— Ну так накажите её тоже. Оставь без воды на пару дней.

— И что толку? В прошлый раз, когда мы оставили её без воды, она просто ходила в душ с кем-нибудь из курсантов. Те, сама понимаешь, были не против.

— Запретите курсантам так делать.

— Это как? — Огонь вытаращился. Подумал. Видимо, не смог представить, что Лука пойдёт на такой нелепый запрет. Да и как контролировать его исполнение?

— Ладно, пусть наказание не удалось. Придумайте другое!

— А ты не можешь просто ей сказать, чтобы больше так не делала?

— Ты сейчас серьёзно спросил? — Снежка хлопнула глазами и улыбнулась. — А ты не можешь просто сказать Саблезубу, чтобы он перестал вести себя как придурок?

— Хорошо, твоя логика мне ясна. Но её поведение вот до чего довело.

— До чего?

— До драки!

— И что?

Огонь хотел что-то возразить, но вдруг замолчал. Покачал головой.

— Я уже потерял суть нашего разговора. И сам не понимаю, чего хочу. Мне что, всех баб запереть, чтобы курсанты их вообще не видели?

Снежка улыбнулась.

— Не знаю. Но если честно, я думаю — такова жизнь. Всегда будут проблемы, ни одни, так другие. Не бывает всё гладко. Ты же собираешься отцовской корпорацией управлять. Вспомни. Проблемы всегда есть.

Огонь со вздохом обнял её и погрустнел.

— Ты права. Но это ещё что. У нас есть проблема похуже.

— Какая?

— Ты тратим слишком много энергии. Из-за экстремального мороза большой объём уходит на отопление, а ещё столько людей на базе ни в чём себе не отказывают. Зарядка, которая идёт от подземных источников, слишком медленная, приходится тратить топливо. Запасы уходят с катастрофической скоростью. Аналитики курсантов требуют немедленно сократить траты хотя бы вполовину. Иначе нам через пару месяцев кирдык.

Снежка уткнулась лбом ему в плечо.

— Как же я устала от всего этого.

— А я вроде ничего… привык. Ты ведь права, что всегда так. На работе то же самое постоянно было — ни одна беда, так другая. Проблемы не иссякают.

— Ну, разница кое в чём есть. Там можно всё бросить и улететь отдыхать. Тут нет.

— Не знаю. — Огонь пожал плечами. — Мне одинаково.

— Мне жутко повезло, что тебе одинаково. — Снежка прижалась к нему крепче.

— А мне повезло, что ты со мной.

Эти моменты, когда они просто целовались, были тем самым светом, которым примирял со всеми остальными неприятностями.

Которые действительно не заканчивались.

Глава 6. Хрустальный коридор

Дрон, казалось, отключился — ни движения, ни звука. При этом он продолжал висеть в воздухе, поэтому Зои продолжала сидеть неподвижно. И мысленно просила Димитра не шуметь, пытаясь себя убедить, что он обязательно прочтёт мысли и всё обойдётся.

Тот, видимо, забрался достаточно высоко, чтобы его не было слышно.

Только бы он не закричал! Не стал звать Зои! Не уронил что-нибудь.

Держать глаза открытыми долго она не смогла. Прикрыла.

А когда рискнула разомкнуть ресницы — дрона не было. Ни звука, ни дуновения — он просто исчез, словно растворился в воздухе без следа.

Зои ещё некоторое время сидела спокойно, потом рискнула пошевелиться, разминая затёкшие мышцы, которые с радостью противно заныли. Огляделась. Потом встала, сделала несколько шагов на полусогнутых ногах и вновь прислушалась.

Куда бы не делся дрон, поблизости его не было.

Так как ходить пришлось скрюченной, ноги от напряжения очень быстро устали и затряслись.

Зои вернулась на прежнее место, под вертикальную шахту, в которой сидел Димитр и встала на колени. Её качало в стороны, словно маятник, будь рядом стена, она, наверное, билась бы об неё головой.

Она ведь могла умереть. Снова. Вот взять и умереть, прямо сейчас. И никто бы не помог. Димитр бы вернулся и нашёл только дымящуюся кучу плоти. Такую же, как осталась от его друзей.

Вот бы он обрадовался! Смог бы рассмотреть внутренности и убедиться, что все они настоящие, человеческие.

Зои мотнула головой. Нет, не сейчас. Пожалеть себя, несчастную, лучше потом, когда всё наладится.

Кстати, что там с выходом?

Зои задрала голову и увидела где-то очень высоко свет. Он шевелился. Это фонарь, который Димитр оставил висеть у себя на поясе.

— Димитр. — Тихо позвала Зои. Конечно, он не услышал и не ответил.

— Димитр!

Тишина. Далёкий свет фонаря продолжал подрагивать в прежнем ритме. Не слышит.

Зои ничего не оставалось, кроме как смириться и ждать.

Она вздохнула и села, уткнулась носом в колени. Перед ней расположился круг бледного света из тоннеля, по которому лез Димитр. Он был настолько высоко, что тени на кругу не двигались, лишь слегка колыхались. Это еле заметное смешение света и тени завораживало, как плохо различимые очертания фигур на стене, которые видишь перед сном, когда от усталости двоится в глазах. На них можно смотреть вечно, так же как на огонь и воду. В этих движениях есть нечто гипнотическое.

Вдруг на бледном полотне расползлась огромная тёмная клякса. Зои дёрнула подбородком. Что это… что это может быть такое?

Рядом тут же расплылась вторая капля. А следом в нос ударил запах крови.

Зои вскочила так стремительно, что стукнулась макушкой о потолок. Но не закричала, а подбежала к проёму и сунула туда голову.

Кровь. Дрон мог залететь по тоннелю вверх и убить Димитра, порезать на куски, как остальных военных. Вот куда он мог деться!

Но не было криков, осадила себя Зои. Никаких звуков. Вряд ли бы такое могло произойти беззвучно.

— Димитр! Спускайся! — Крикнула Зои, трогая ладонями стенки шахты.

— Иду. — Донеслось издалека. — Отойди!

Он сполз и вывалился из колодца, еле успел встать на ноги. Спустился очень быстро, всего за пару минут. Зои не поняла, как это у него вышло, но не стала спрашивать, а бросилась к нему и стала осматривать. Кровь. Он был весь в крови.

Димитр медленно опустился на колени. На спине по кофте его спортивного костюма медленно расползались красные пятна. Это зрелище завораживало, оно было почти красивым, если бы не означало наличие кровотечения.

— Что случилось? Что произошло? Почему на тебе кровь? — Лепетала Зои, пытаясь его развернуть и раздеть.

— Стой. — Он на миг замер, видимо, от боли. Зои отдёрнула руки. — Я сам.

Димитр, сжав зубы, расстегнул молнию у и неловко стал вытряхивать руки из рукавов. У него не очень хорошо выходило.

— Да помоги же! — В конце концов рявкнул он. Зои молча помогла стянуть ему пропитанную кровью ткань. Потом стянула футболку. Молча стала осматривать.

На спине Димитра было две длинные и глубокие продольные раны, будто его резало что-то тонкое, вроде лезвия.

— Это дрон? — Еле выдавила Зои пересохшими губами. — Это он тебя порезал?

— Дрон? Какой дрон?

— Тут был дрон. — Зои попыталась пальцами сомкнуть края одного разреза, будто этого достаточно и тот вдруг сам по себе заживёт. — Висел прямо передо мной, я думала, он меня убьёт. Порежет, как твоих друзей.

Димитр напрягся, быстро огляделся.

— Где он?

— Улетел. Я думала… — У Зои вдруг опустились руки. — Когда увидела, что кровь капает, я думала, что он тебя достал и сейчас убивает.

Голос Зои стал почти неслышным, плечи поникли.

Димитр взглянул ей в лицо, а потом вдруг молча схватил её за плечо и притянул к себе, крепко обнял. Зои закрыла глаза и расслабилась, вдохнула запах его разгорячённой кожи и крови. Вздохнула с таким огромным облегчением, что слышен был даже всхлип.

Так приятно было прижаться к нему — живому, горячему, услышать стук сильного сердца. Убедиться, что всё хорошо на тактильном уровне, а не просто увидеть глазами.

— Я в порядке. — Негромко сказал Димитр. — Не бойся, я цел.

Так странно… Зои никогда не утешали. Скорее, она постоянно исполняла роль лидера и выслушивала, и успокаивала, и помогала. Даже своих парней. Однажды Лоренцо, один из её любимчиков, случайно задавил собственную собачку и три дня рыдал, утопая в подушках своей кровати. А Зои утешала. И в конце концов купила ему новую.

Так нелепо. И так приятно, когда кто-то утешает тебя, и нет надобности держать лицо и являть собой образец стойкости.

А ведь он ранен.

Зои позволила себе ещё пару минут понежиться и решительно оторвалась. Вытерла глаза, хотя они и оставались сухими.

— Давай тебя вылечим.

Димитр послушно повернулся спиной. Зои вытащила из рюкзака спиртовые салфетки и клей для порезов. Клей пришлось выдавить толстым слоем и раны вроде бы схватились, но неизвестно, удержит ли он их и как надолго.

— Может, на базу вернёмся? Тебе бы в медкапсулу.

— Не сейчас. Так заживёт.

— Ну конечно! Заживёт! А если нет? — Вспылила Зои.

— Значит, не заживёт.

И сказать нечего!

Зои поскрипела зубами и собрала вещи обратно в рюкзак, швыряя их туда, как камни в пропасть.

— Куда дальше?

— Зои.

— А? — Зло дёргая молнию, спросила она.

— Ты мой идеал.

— Что? — Злость, конечно, тут же улетучилась. Зои показалось, что она ослышалась.

— Ты точно такая, какой я представлял идеальную женщину. Поэтому сложно поверить, что ты настоящая. Я был уверен, что таких девушек не бывает.

— Правда?

Этот простой и довольно неловкий комплимент поразил Зои. Конечно, она слышала много разных слов от своих многочисленных кавалеров, но этот военный был слишком искренним для её тусовки. Значит, говорил то, что думает.

— Ты тоже очень даже неплох. — Улыбнулась Зои.

Он кивнул.

— Мы выберемся. Слышишь? Я всё для этого сделаю. Ясно? Ты обязательно вернёшься домой. Всё будет хорошо.

— Мы.

— А?

— Мы вернёмся домой. — Поправила Зои и снова нахмурилась. Он что, сказал приятные слова, только чтобы её успокоить?

— Конечно. Мы.

— Так что делаем дальше?

Димитр уставился куда-то вдаль и вздохнул.

— Наверх этим путём нам не подняться. Там в стенах лезвия. Не знаю, зачем, не спрашивай. Но чем выше, тем сильней этот подъем напичкан лезвиями, словно акулья пасть зубами. Вначале удавалось поворачиваться, но чем выше, тем их больше. И боковых проходов там нет.

Димитр помолчал и добавил.

— Не знаю, кто и зачем сделал эту трубу. Бред какой-то.

— Как и всё остальное. Тут вообще логики нет ни в чём.

— То, что мы не видим логики, не значит, что её нет. — Занудным тоном сказал он.

— Даже комментировать это не собираюсь. — Зои закатила глаза к потолку, но он был слишком близко, нависал прямо над головой, так что она быстро опустила глаза.

Димитр тем временем скомкал футболку и бросит ее в рюкзак, потом осторожно натянул на себя кофту, молнию застёгивать не стал. Зои то и дело смотрела на его грудь, на то, как перекатываются, двигаются его мышцы. Так и зависла.

— Придется обыскивать тоннели. Если тут был дрон, значит, есть и проход в какие-то другие части подземелья. Откуда-то он тут взялся?

Зои пришлось встряхнуться.

— Я тоже об этом подумала. Значит, будем обыскивать тоннели. Проверять ходы вверх.

— Я могу сам. А ты, если хочешь, можешь вернуться к подруге.

— Нет, я буду тебе помогать.

— Как хочешь.

— Только проверю, как она там. Может, она нашла открывашку?

— Хорошо. Вернёмся к тому проходу, что ведёт к Кире. Оттуда и начну.

Вскоре Зои уже шла по знакомому коридору. Киру увидела издалека — та лежала на полу у преграды. Прямо на спине, вытянув руки по швам. Она была такой маленькой и неподвижной, будто превратилась в плоский лист картона.

— Кира!

Подруга не шевелилась.

— Вставай! — Зои подскочила к ней и забарабанила ладонями по преграде. Вернее, попыталась, но звука не получилось. Только руки отбила.

— Я просто сплю. — Не открывая глаз, сообщила Кира. — Нашли проход?

— Не-а.

Димитр хмыкнул. Зои покосилась на него и вдруг покраснела. Это «не-а» она произнесла точно так же, как говорил он, отвратительно долго растягивая последний звук.

— Там, в общем, лабиринт. Нужно долго изучать. А ты как? Не нашла открывашку?

— Не-а.

Какое, однако, прилипчивое словечко. Но Зои почему-то не понравилось, когда Кира его повторила. Даже ревность какая-то невразумительная возникла, вроде того, что это произношение принадлежит только Зои и Димитру.

Конечно, Зои не стала себе позволять такую чушь — придираться к человеку из-за какого-то одного звука. Зато вспомнила о другом.

— А дрон? Ты видела дрон?

— Дрон?

Кира медленно поднялась, села по-турецки у преграды и, прищурившись, посмотрела на Зои снизу вверх. Вокруг её глаз были черные круги, а губы цветом не отличались от бледных щёк. Потом она вскочила, покачнулась и упёрлась ладонями в преграду.

— Зои! Ты в крови! Что случилось?

— Где? — Зои опустила глаза и увидела, что её руки действительно в крови, и кофта впереди вся испачкана.

— Это не моя, Димитр поранился, но всё в порядке.

Кира молча ткнулась лбом в преграду и замерла. Но взгляд вроде бы стал более ровный.

— Так что насчёт дрона?

— Нет, я ничего не видела. А что, был дрон?

— Да. Висел у меня перед носом. Я его видела так же чётко, как сейчас вижу тебя. — Зои опустилась на колени, потому что по-турецки сидеть терпеть не могла — ноги болели. — Жуткая штука. Висит беззвучно, вообще не двигается и ждёт.

— Он не нападал? — Спросила Кира.

— Нет. Просто улетел. Я глаза закрыла, открыла — его нет.

— А ты точно его видела?

Зои вздохнула.

— Да точно, точно. Хотелось бы, конечно, сказать, что у меня галлюцинации, но я абсолютно здорова. Димитр докажет, он сам недавно проверял меня на УЗИ-м.

— УЗИ-м? Зачем? Ты заболела? — Всполошилась Кира.

— Просто так. На всякий случай.

Зои посчитала лишним упоминать, что Димитр считает её искусственной. Кстати, а что он думает насчёт Киры? Её для чего сделали? Нужно будет поинтересоваться, когда они останутся наедине.

— Будьте здесь. — Тут же заговорил Димитр. — Вам обеим нужно отдохнуть. Я начну осмотр, скоро вернусь.

Он, не дожидаясь ответа, развернулся, но вдруг застыл.

— И это… если услышите дрон, не шевелитесь. Похоже, он реагирует на движение.

Димитр ушёл, а Зои осталась думать — это что, проявление заботы? Он таким образом переживает?

— Зои.

Кира снова сползла и села на землю. Зои присела рядом на корточки.

— Я так устала. — Бесцветным голосом сказала Кира. — Так дико устала, что иногда думаю — если умереть, то ведь не придётся ничего решать, верно? Просто ничего не станет. Ни проблем, ни забот, ни мыслей. Это ведь покой, так?

— Нет, не так. — Твёрдо ответила Зои, стараясь не показывать, что внутренности от услышанного противно задрожали. — Мы не знаем, что там, потом, будет. Ясно?

Кира еле заметно кивнула. Но что-то не было похоже, что ей ясно.

— Знаешь, я почему-то думаю, что он нас вытащит. — Сказала Зои, пристально глядя вслед Димитру.

— Почему?

— Не могу объяснить. Но он будто… заводной. Знаешь, механические игрушки такие? Их, если завести, то они будут двигаться, пока завод не закончится. И у меня такой впечатление, что его как раз завели. Что пока я не появилась, он находился в состоянии покоя. А теперь его не остановить. Я вверх не лазила, и валяюсь без сил — а он, видела, просто пошёл исследовать пещеру дальше. Спина вся изрезана, а он даже не морщится. В нём силы больше, чем во всех нас вместе взятых. И нашим курсантам, хоть они сто раз крутые, до него ещё пахать и пахать!

— Правда? — Кира слабо улыбнулась. — Ты так в него веришь?

— Да. Верю. Сама удивлена.

— Может, ты просто влюбилась?

— А это тут причём? — Нахмурилась Зои, избегая смотреть Кире в глаза.

— Ну, не завёлся бы он, не будь стимула. Наверное, ты ему тоже нравишься.

Зои снова посмотрела в пустоту, всё ещё мысленно видя очертания уходящего человека — огромного и надёжного. Сердце сжалось, прямо как положено сжиматься влюблённому женскому сердцу.

— Надеюсь, что так. — Тихо сказала Зои.

Времени прошло много, они, кажется, даже задремали. Говорить было не о чем, делать тоже нечего, только и оставалось, что лежать и смотреть в потолок.

Когда вернулся Димитр, Зои села, схватившись за голову — та просто раскалывалась. Оглянулась — Кира продолжала лежать за пеленой и не шевелилась. По её лицу скользнул луч от фонаря, высвечивая заострившийся нос и тёмные неподвижные веки. На миг показалось, что она мертва.

— Кира!

Зои, забыв обо всём, бросилась вперёд и стукнулась о преграду лбом, чуть искры из глаз не полетели!

— А? — Зато Кира проснулась, подняла голову.

— Ничего. — Теперь Зои было стыдно признаваться в том, что ей померещилось, она встала и стала приглаживать себе волосы. — Ничего, просто со сна испугалась.

— Ты? — Кира усмехнулась.

— Я тоже человек и могу испугаться. — Чрезмерно строго ответила Зои.

Кира, наконец, увидела Димитра, который молча стоял позади Зои и тоже поднялась — ей было неловко продолжать лежать, когда рядом этот незнакомец. Зои от него в восторге, но Кира-то его не знала. Тем более это даже не студент, ему наверняка лет тридцать — взрослый человек.

— Проснулись? — Спросил Димитр.

— Да. Ага. — Невпопад ответила Зои и перестала одёргивать одежду и оглаживать волосы. — Что-то нашёл?

— Докладываю ситуацию. Я проверил оба прохода вверх, но там тупики, большие обвалы. Старые обвалы, всё заплесневело. В общем, наверх пути нет. Этот этаж тоже никуда не ведёт. Остался только один ход вниз, его я ещё не проверил. Не знаю, сколько времени займёт проверка, да и передохнуть нужно. Разбуди меня через два часа.

После этой речи Димитр молча лёг вдоль коридора, отвернулся к стене, сунул рюкзак под голову и мгновенно уснул.

— Он что, спит? — Спросила Кира через пару минут, хотя дыхание и похрапывание само за себя свидетельствовало.

— Похоже на то.

— Стальные нервы.

Зои только фыркнула, но с весьма довольным лицом, будто его стальные нервы — её прямая заслуга.

— Пойдёшь с ним? — Спросила Кира шёпотом, хотя Димитра, пожалуй, и стрельба бы не разбудила.

— Да. Ты не против?

— Не против. Я пойду опять искать открывашку. На самом деле в прошлый раз я не очень-то старалась. Как-то всё равно было. Теперь иначе. Нужно выбираться. У вас вон какие приключения — базы, вертикальные шахты, дроны, обвалы и ходы вниз. А я тут как в аквариуме сижу, только и могу, что смотреть наружу.

— И правильно. Ищи! У тебя ведь тоже есть цель.

Зои с облегчением отметила, что Кира, похоже, оживает.

Они ещё поболтали, перекусили — Кира какими-то восстановленными овощными котлетами, которыми были забиты ящики в её комнатах и которые ей очень нравились, Зои — восстановленными бифштексами, которые ей нравились не меньше.

Через два часа Зои стала будить Димитра. Тот проснулся на удивление легко, несколько секунд смотрел на неё, а потом улыбнулся и встал. Тоже поел, и потом они с Зои собрались и пошли исследовать нижний этаж подземелья.

— Удачи. — На прощание сказала Кира.

— И тебе! Как только что-нибудь узнаем, вернёмся. А ты, если выберешься, не уходи далеко, заблудишься. Лучше дождись нас тут. — Зои помахала рукой. И подумала ещё, что Кира всё же молодчина и отлично держится. Сама Зои и Димитр, считай, теперь практически на свободе, а Кира в запертом отсеке. И не знает, вернутся ли за ней. И находит силы действовать.

Нет, всё же мне повезло познакомиться с такой отличной девчонкой, как Кира, думала Зои. И самое главное — не будь этого несчастья, этого нелепого падения, она никогда бы не узнала настоящую Киру. Ну увидела бы её с этой стороны. Та навсегда осталась бы для Зои бюджетницей без гроша за душой — одной из миллионов.

Жизнь бывает очень интересной штукой.

У спуска на нижний этаж Димитр попросил Зои подождать и отошёл на пару минут. Наверное, в туалет, куда ещё? Зои кивнула и стала светить фонарём вниз.

Спуск был прямым, из очень длинных ступеней, каждая, верно, шириной метра полтора. Очень плотная поверхность, не похожая на ту, что была на их этаже.

Зои потопала по первой ступеньке ногой. Действительно, сразу видно, что это весьма крепкий и плотный материал. Он слегка гудел и поглощал удары, будто их вовсе не чувствовал.

— Что ты делаешь? — Димитр подошёл неслышно, остановился рядом.

— Такая странная поверхность.

— Да, я видел. Думаю, это искусственный материал. Ну, пошли. Я первый.

— Почему ты?

— А почему нет?

Они уставились друг на друга с недоумением. Зои хотела было напомнить, что и сама способна справиться со всякими неприятностями, с которыми они могут столкнуться по пути, но вдруг передумала. Она, конечно, во многих отношениях хороша, но военный всё же лучше подготовлен.

— Ладно, иди ты. — Сдалась Зои.

Его брови слегка дёрнулись в ответ на это милостивое разрешение, но Димитр не стал уподобляться некоторым и просто пошёл вперёд. Зои подумала, что надо было бы осмотреть раны на его спине, но он вёл себя так, будто их уже не было. Даже когда надевал и нёс рюкзак, не менялся в лице. А так как новых пятен крови на его спине по появилось, Зои решила, что разрезы не расходились, значит, действительно заживают.

В остальном… Обезболивающие хорошие или он просто привык к боли? Жуткое предположение. После того разговора про киборгов Зои иногда думала — смогла бы она добровольно отказаться от части тела ради того, чтобы получить какой-нибудь крутой апгрейд? И нет — не смогла бы. А уж если учесть фантомные боли от конечности, которой нет, но которая продолжает болеть… И говорить не о чем.

Но Димитр… чем дальше, тем больше Зои им восхищалась. Вначале ей показалось, это просто тупой военный отморозок, которого свои же оставили, потому что не жалко было. Но с каждым днём она меняла своё мнение и сейчас думала, что ей невероятно повезло, что она с ним встретилась. Что без него она, видимо, сидела бы, как и Кира, за пеленой и в жизни бы не догадалась найти и использовать открывашку. Не говоря об остальном. Его терпимость к боли, опять же, поражала. Его настойчивость. Выносливость. Внешность…

Зои вздохнула, стараясь сделать это тише.

Шаги в этом новом коридоре-спуске тоже звучали непривычно — глухо, словно поверхность поглощала звуки.

Они спускались довольно долго. Коридор то сужался до пары метров, то расширялся и становился в три раза больше. Всё-таки изначально он был естественного происхождения, решила Зои, просто потом его облагородили.

Вдруг впереди что-то сверкнуло. Димитр замедлил шаг и снова направил туда фонарик. Луч мигнул и рассыпался на много мелких искр.

Пройдя ещё метров двадцать, они поняли, почему. Коридор вливался в другой — будто сделанный из стекла. Это стекло преломляло свет, рассылало вокруг лучи и блики, и они цветными искрами, пятнами и разводами сверкали и таяли вокруг, создавая этим просто непередаваемой красоты зрелище. У Зои челюсть так и отвалилась.

Димитр ступил в хрустальный коридор, перенёс на ногу всю тяжесть, попрыгал.

— Крепкое.

— Может, это алмазные стены? — Прошептала Зои, с восхищением любуясь игрой света, тем, как он тонет и постепенно затухает в толще прозрачных стен. — Огромный многотонный алмаз.

— Почему именно алмаз?

— Самый твёрдый камень в мире.

— Ты серьёзно? — Димитр посмотрел на неё с недоумением и рассмеялся. — Самый твёрдый?

— Да! И что ты смеёшься?

— Алмаз давно уже не самый твёрдый камень. Я знаю как минимум пять камней, которые твёрже. Два искусственных и три натуральных, правда, с других планет.

— И что? — Холодно спросила Зои.

— Да ладно тебе, не дуйся. Никто не может знать всего. — Благосклонно улыбаясь, сказал Димитр. Его физиономия была такой довольной, что промолчать было просто невозможно!

— Мне кажется, или ты наглеешь?

— Я?!

— Вот сейчас как возьму и пойду первой! Узнаешь у меня!

— Только не это. — Димитр схватился за сердце, а Зои толкнула его в плечо. Они со смехом стали рваться в коридор, мешая друг другу выбиться вперёд. Потом каким-то образом одновременно всё же вырвались вперёд и, держась друг за друга, заскользили по хрустальному полу, как по льду. Вокруг тут же засверкали и засияли яркие огни — лучи множественно отражались и пронзали коридор сеткой разноцветных полос — тонких и толстых, ярких и зыбких, и переливающихся от каждого движения. Они словно очутились в огромном калейдоскопе.

— Как же красиво! — Закричала Зои и раскинула руки. Руки переливались, как будто Зои меняла цвет кожи и заставляла её светиться то одним, то другим цветом. — Димитр, смотри как красиво!

— Я смотрю.

Зои оглянулась — он смотрел не на окружающую красоту, а на неё. С искренним восхищением. Что, в общем-то, тоже неплохо.

Наверное, давно было пора просто повеселиться, не заморачиваясь архиважными делами собственного спасения и не ломая головы над тем, как всё устроено у инопланетян. Зои схватила Димитра за руки, тот в ответ перехватил её запястья своими руками и, почти скользя по полу, закружил Зои — и вокруг вертелись и сияли безумные огни, окрашивая их лица цветными пятнами, и в душе пела и ликовала радость и, возможно, любовь. Не хватало только немного музыки, но её прекрасно заменил смех и дыхание.

Они то ли танцевали, то ли плыли по коридору, когда тот вдруг резко свернул влево. Димитр замедлился, пытаясь затормозить и остановиться. Он заглянул туда, дальше, а Зои, тоже в попытке посмотреть, как далеко простирается чудесный хрустальный проход, невольно наскочила на Димитра и толкнула его.

И Димитр не удержался на ногах, заскользил в проход, и Зои за ним, потому что, как оказалось, сразу за углом начинался резкий спуск вниз, причём настолько крутой, что они просто не смогли остановиться.

Даже крикнуть не успели. Зои упала и так сильно ударилась копчиком, что в глазах побелело. Рядом упал Димитр. Она пыталась затормозить, упёрлась ладонями и ступнями в пол, но тот был слишком скользкий.

Они проехали, наверное, метров двадцать, и тут коридор стал уже и Димитр каким-то чудом сумел упереться в его стороны, как делал, когда лез вверх по шахте, и затормозить, а Зои остановилась, потому что уткнулась в него, как в препятствие. Димитр чуть не соскользнул, когда Зои на скорости ударилась об него, но всё же удержался. Она, как только сообразила, что к чему, попыталась так же упереться в стенки тоннеля рядом. Ей удалось, но приходилось сильно напрягать ноги, так что Зои не думала, что продержится долго. Да ещё рюкзак на спине мешал.

Но хуже всего было другое. Сверкающие стены в паре метров за ними обрывались. Совсем. Их сменяла густая черная мгла.

Провал. Кажется, тоннель заканчивался.

— Ты в порядке? — Неожиданно спокойно спросил Димитр.

— А? — Зои отняла одну из ладоней, потому что от страха руки стали мокнуть. Быстро вытерла о штаны и снова упёрлась ею в пол.

— Дыши ровно и старайся лишний раз не двигаться. Я проверю, что там дальше.

Он перенёс вес на одну руку, вторую сунул в карман, что-то вытащил из него и бросил в проём, в черноту.

Через несколько секунд раздался глухой далёкий стук.

У Зои похолодело сердце. Она хотела спросить, но побоялась. Пока это не сказано вслух, этого будто нет. А если сказать — всё, это станет правдой. Там обрыв, достаточно высокий, чтобы убиться насмерть, и они убьются рано или поздно, потому что тут слишком скользко, и долго они не продержаться. И подняться вверх невозможно — уклон слишком крутой.

Димитр тоже молчал, но дышал вроде спокойно. По крайней мере, Зои казалось, это она пыхтит как паровоз и пытается вдохнуть сразу весь воздух, а он этого не делает.

— Зои.

— Да.

Голос дрогнул. Вдруг задрожали ноги, да так, что Зои чуть не скатилась на него и только огромным усилием воли удержалась. Но стало больно мышцам. Значит, их может свести в любой момент.

— Наши дела не ахти.

Она глубоко вздохнула, чтобы не всхлипнуть.

— Зои, ты должна успокоиться и не паниковать. Я думаю, что делать.

— Что тут можно сделать? — Она с ужасом услышала в собственном голосе панику.

— Ты должна мне довериться. И не мешать.

— Хорошо.

Теперь вся эта игра света и красок казалась зловещей, а в глубине хрусталя мерещились зубастые чудовища. Как же Зои сразу не почувствовала подвох? Почему позволила себе расслабиться? Порадоваться? Вот чем это закончилось!

Тишина была жуткой. Как же не хотелось падать с высоты! Впрочем, как и тонуть. Зои с горечью подумала, что кажется, в её жизни перебор с приключениями. Если она выберется… вернётся домой целой и невредимой, то больше никогда не будет жаловаться, что ей скучно. Никогда. Никогда! Только пусть снова будет родной дом! Знакомые стены! Безопасность!

Только вот выберется ли? У них нет вариантов.

— Я хочу домой. — Неожиданно для себя сказала Зои. — Просто домой…

— Мы сделаем вот что. — Словно не слыша, ответил Димитр. — Я сломаю ногу и зафиксирую наше положение. Ты примотаешь к рукам и ногам резину и попробуешь подняться вверх. Оттуда сбросишь мне верёвку.

— С-сломаешь ногу?

— Да. — Усмехнулся Димитр. — Не бойся, это не страшно. Но тебе нужно попробовать подняться хотя бы на метр вверх, мне нужно пространство.

Когда Зои услышала план, пусть даже половины не поняла, но всё равно ей стало чуть легче. Когда точно знаешь, что делать, необходимость действовать занимает место в голове и для пустой паники его не остаётся.

— Давай. Осторожно, медленно попробуй подняться чуть выше. Если чувствуешь, что не сможешь, остановись.

— Рюкзак мешает.

— Не снимай. На самом деле он тебе помогает, создаёт дополнительный упор. Давай.

Тут уж Зои заупрямилась и решила сделать всё, что нужно. Она должна сделать! Пока ноги достают до противоположной стены, можно держаться. Правда, вряд ли у неё получиться держаться долго. Нет, не верно! Она будет держаться долго, столько, сколько нужно! Главное, правильно рассчитать свои силы.

Димитр это понимал. Когда Зои поднялась сантиметров на семьдесят и остановилась в нерешительности, потому что уже вытянулась почти в полный рост, он сказал.

— Хватит. Попробуем так.

И без передышки поднял левую ногу, которая сейчас отливала серебром и вдруг с силой стукнул пяткой по полу тоннеля. Раздался звон. Он устроился удобнее и стукнул ещё раз. Скрип был такой сильный и неприятный, что Зои сжала зубы и поморщилась, потому что уши заткнуть не могла.

Ещё несколько ударов, такой силы, что искры летят — и Димитр, упираясь только одной рукой, второй схватил свой протез и одним резким движением свернул его вверх. И закричал. Почти сразу крик перешёл в маты, а Зои зажмурилась изо всех сил и молчала, потому что не могла ничем помочь. Открыла глаза только когда Димитр высказал всё, что хотел и замолчал.

Он зажал оторванную конечность коленями, как-то приловчился и свернул у искусственной ноги ступню, которая от резкого движения выскочила, заскользила по полу и через секунду упала в проём.

— Чёрт! Закрой уши. — Крикнул Димитр, но звук упавшего предмета Зои услышала. Он был громкий, очень громкий. Но они упадут ещё громче.

Зои стиснула зубы и поболтала головой.

— Ничего. Я в порядке.

Он разорвал пальцами искусственную кожу над голенью и что-то повернул внутри — и протез превратился в подобие штыка — из узкой части выскочил тонкий острый шип. Потом снова спрятал штык, ткнул этим концом в пол и вздохнул. Снова нажал внутри рычаг.

Раздался тупой звук, такой силы, что пол дрогнул. Димитр осторожно отпустил протез — тот держался. Попытался согнуть его в разные стороны — ничего не вышло, он стоял словно вкопанный.

— Повезло, — равнодушно ответил Димитр. — Если бы он не пробил этот твёрдый… алмаз, тогда нам была бы крышка.

— Ты… не был уверен? — Сглотнув, прошептала Зои.

— Нет. Не теряй времени. План такой. Опираешься об меня, освобождаешь руки. Делаешь себе нашлёпки из резины. В моём рюкзаке есть куски резины — ковыряешь в ней дыры ножом и приматываешь к рукам. Обувь тоже нужно продырявить, хоть немного будет работать как присоска. Тебе нужно выбраться.

Димитр уселся на вбитый в пол протез, как на ветку дерева. Поворачиваясь, снял рюкзак вначале с одного плеча, потом с другого. Сел свободно. Теперь ему не приходилось раскорячиваться и упираться во все стороны руками и ногами, он сидел довольно удобно.

Пока держался костыль.

Зои расслабила руки и ноги, и заскользила к нему, мягко уткнулась в его тело. У неё всё внутри заныло и затрепетало от нахлынувшего чувства безопасности, хотя Зои прекрасно понимала, что это самообман. Их положение крайне шаткое.

Димитр провёл рукой по её плечу, прикоснулся к щеке.

— Отдохни пару минут.

— Спасибо.

— Поблагодаришь, когда выберемся. — Хмыкнул Димитр.

Отдыхать долго она не стала, просто не смогла. Как вообще можно расслабиться в такой ситуации?

Зои последовала его совету. Первым делом размотала свою импровизированную обувь, достала из его рюкзака нож и сделала несколько дырок в подошве. Так, как он говорил — чтобы снаружи дыра была больше, чем внутри. Потом достала куски резины, которые, видимо, остались после того, как он сделал обувь. Зои видела, что Димитр рассматривал и добавлял какие-то вещи в свой рюкзак, и даже чуть не возмутилась тогда, зачем он проверяет, что Зои собрала — она взяла самое необходимое! — но теперь была благодарна, что смогла промолчать и он их взял.

Потом она продырявила и примотала резину к ладоням так, чтобы пальцы оставались свободными, а на другой стороне вырезала несколько продольных полос. Самая нескользящая поверхность из им доступных.

Верёвку Димитр достал из рюкзака сам и надел ей на шею — осторожно, будто дорогое ожерелье в подарок преподнёс. Потом объяснил:

— Рюкзак тащить смысла нет, он будет тянуть тебя назад. На поясе верёвка будет мешать двигаться. Попробуем так.

Зои только молча кивала. Она находилась в каком-то ступоре — в голове был только сплошной гулкий туман, в котором слова Димитра всплывали, словно яркие и завораживающие приказы. И ещё его взгляды — короткие, жалящие чем-то непонятным — то ли страхом, то ли ожесточённостью.

Димитр говорил неторопливо, но как-то так, что каждое слово Зои запоминала, будто они сами по себе сохранялись в её памяти.

— Не спеши. Особенно в конце, когда покажется, что до выхода рукой подать. Там будет самое опасное место. Давай. Тут потренируйся, чтобы не высоко падать. Я не знаю, какой вес и силу какого удара выдержит наш костыль.

— Я поняла.

Зои сама себе казалась тихой и маленькой, как мышка. Она просто вздохнула поглубже, встала ногами на его живот, вытянулась в полный рост и попыталась перенести вес на пол тоннеля.

Ей понадобилось несколько попыток, чтобы понять, как хотя бы просто удержаться на скользкой поверхности. Переставляла руки на миллиметры, еле шевелилась.

И когда ей это удалось, Зои чуть не завопила победный марш!

Впрочем, нужно было не просто удержаться, нужно было двигаться вверх. И это было просто адским испытанием.

Первый раз Зои проползла целых полметра, пока не начала соскальзывать обратно. Она сглупила, попытавшись плотней прижать к поверхности ладони, отчего резко дёрнулась и, конечно, только ускорила сползание.

Димитр молчал. Видимо, он уже прочёл все имеющиеся в наличии инструкции и ничего нового добавить не мог.

Потом несколько раз подряд она сразу сползала вниз, подтянувшись всего на двадцать-тридцать сантиметров.

Потом она устала. Сползла и осталась сидеть, слушая свои мышцы. За такое короткое время — всего несколько минут — она напрягала их слишком сильно. И поняла, что если бы у неё сейчас получилось залезть вверх, она всё равно бы не добралась до конца, туда, где начиналась ровная поверхность.

Нужно точно рассчитать свои силы. Распределить каждую каплю. Зои проанализировала движения, которые делала, когда пыталась удержаться на скользкой поверхности, разобрала, какие из них были эффективными, а какие только мешали.

Выходит, двигаться нужно очень медленно, давить еле ощутимо. Не напрягаться. Дышать длинно и ровно.

Зои подняла глаза и посмотрела Димитру в лицо. Он молчал. Почему-то выделялась линия его подбородка, покрытая еле заметной щетиной. Она была словно нарисована синей краской. А тени вокруг глаз — малиновые. Но это не пугало, наоборот, подчеркивало его человечность. Он слишком сильно старался оставаться невозмутимым, чтобы этого не было заметно. Он переживал.

Почему-то Зои считала, что люди в таких ситуациях обязательно разговаривают. Хотя бы повторяют — ты сможешь! Я в тебя верю! Давай!

Зои смотрела на него и понимала, что он в неё верит. Не потому, что так нужно говорить тому, кого ждёт испытание. Верит, потому то на самом деле считает — Зои способна это сделать. Наверное, только поэтому и не прощается, не жалеет, что не попытался её соблазнить. Или завоевать.

— Ты разве не должен мне что-нибудь сказать? — Всё же засомневалась Зои.

— Что, например?

— Ну, что ты горд и счастлив, что я появилась в твоей скучной жизни.

— Я горд и счастлив, что ты появилась в моей скучной жизни. Без преувеличения. — Повторил Димитр.

— И что ты обязательно пригласишь меня на свидание… если мы выберемся.

— Я обязательно приглашу тебя на свидание… когда мы выберемся. — Эхом повторил Димитр. — С большим удовольствием.

— Не струсишь?

— Нет.

— Не потому, что я напросилась, а потому, что ты этого хочешь?

— Потому что я безумно этого хочу.

— Ладно. — Словно нехотя, согласилась Зои. Посмотрела вверх и вздохнула. — Тогда я пошла.

— Иди. Стой. — Димитр замялся. — Ты… любишь горные походы?

— Что?

— Карабкаться по горам?

— Не очень своевременный вопрос.

— Я думаю, это в твоём стиле — покорять вершины. Иди.

Его ровный голос Зои больше не обманул. Ситуация была почти безвыходной. А Зои почему-то отупела и не могла понять — действительно можно влезть наверх или это из области невероятного, а Димитр специально так уверенно смотрит, чтобы она не поняла — ничего не выйдет. Вдруг Зои не будет понимать, и у неё каким-то чудом выйдет?

Кстати…

— Что, если попробовать спуститься вниз? — Спросила она. Примотаем к костылю верёвку и спустимся.

— Длины не хватит. — Ответил Димитр. — Я учитывал этот вариант. Не хватит нескольких метров. И мы не знаем, какая внизу поверхность. Если гладкая, то несколько метров можно и рискнуть, спрыгнуть. Но если там острые камни, даже два метра падения смертельно опасны. В общем, этот вариант будет крайним.

Ну, тоже какая-никакая надежда.

— Ладно. — Зои вздохнула и встряхнулась. — Я пошла.

Он не стал ничего говорить или обещать. Просто поднял руку и слегка прикоснулся в Зоиной ноге, будто хотел удостовериться, что она ещё здесь.

Зоя покосилась на него, развернулась и полезла вверх. Так, как нужно было это делать — крошечными шажками, без давления на поверхность, без долгих остановок.

Когда она добралась до поворота, сердце бешено заколотилось. Осталось всего несколько метров до безопасной поверхности. Захотелось немедленно, как можно быстрей броситься вперёд, как и предупреждал Димитр. Но Зои умела сдерживаться. Однажды она так проиграла. Соперница, как ей казалось, сдалась. Зои расслабилась. И получила неожиданный удар, который привёл к сотрясению мозга и научил никогда не спешить.

Учёная она уже была, поэтому и последние метры ползла еле-еле.

Потом поверхность сменила угол и стала ровной.

Зои заползла на неё и упала, прижалась щекой к гладкому холодному стеклу.

Даже не верилось. Не верилось! Она тяжело дышала, наслаждаясь тем, что можно расслабиться, развалиться, раскинуть руки и ноги, и не бояться при этом за свою жизнь.

Но времени разлёживаться нет, Димитр ждёт. И сколько продержится костыль, никому неизвестно.

Зои отмотала от ладоней присоски, отбросила в сторону, сняла сняла с шеи верёвку и перевернулась на спину. Потом села, задумчиво огляделась. Так, а как её фиксировать? Привязать не к чему, удержать его вес Зои на такой поверхности не факт, что сможет, скорее, снова соскользнёт вниз.

Она побоялась встать на ноги, поэтому на четвереньках поползла по прекрасному хрустальному коридору в сторону лестницы. Вот и она, здесь уже можно спокойно ходить.

От радости Зои готова была расцеловать ступеньки. Только рано пока.

Здесь она сможет удержаться, поверхность подходящая. Упрётся ногами и выстоит, Димитр тяжёлый, конечно, но он не будет висеть мёртвым грузом, он будет помогать, всего лишь держаться за верёвку. Даже если соскользнёт и повиснет, то ненадолго.

А вот верёвки не хватит.

Зои долго просто стояла и смотрела на верёвку в своих руках, потом размотала её, снова смотала. Примерилась. И ещё раз.

Ничего не изменилось, верёвка не стала длинней. Зои вернулась обратно к повороту и примерно прикинула расстояние. После поворота нужна ещё треть этой длины. Она снова пришла к лестнице и измерила верёвку шагами. Нет, чуда не произошло. Как ни считай, а верёвки хватить максимум на две трети пути. Чёрт! Чёрт!!!

Выход был только один.

— Димитр! — Крикнула Зои.

— Да?

Слышно, хоть и не очень.

— Верёвки не хватит! Слышишь?

Он ответил с задержкой.

— Слышу.

И больше ничего. Чёрт!

— Мне нужно сходить на базу, слышишь? Я бегом, только туда и обратно. Слышишь?

— Да.

Сидит там, наверное, и с жизнью прощается, подумала Зои. У него же никаких гарантий, что она вернётся и вытащит его. Зачем? Если допустить, что Зои искусственная…

Ну, приплыли! Теперь она и сама что ли собирается забивать голову мыслью, что она искусственная? Ну это перебор!

— Я пошла! Жди меня. Слышишь? Я вернусь!

Зои вскочила на ноги и побежала.

Она неслась по коридору, радуясь, что свет не успел погаснуть полностью, потому что о фонарях, конечно же, они не подумали — было не до того. К счастью, в полумраке Зои хорошо видела, и они оставляли фосфоресцирующие метки, и теперь это очень пригодилось. Какие они молодцы! Какие они предусмотрительные! Это Димитр настоял на том, чтобы рисовать стрелки. Как правильно, что они не поленились их оставлять! Да ещё и фосфоресцирующую краску выбрали! Зои передвигалась быстро и стрелки помогали ей не терять времени.

Она после подъёма так и не отдохнула, так что в зал с тысячей стен вывалилась уже вся мокрая. Мышцы ныли и гудели, и Зои знала, как плохо вскоре ей будет.

Ничего. Это будет потом.

Зои притормозила, чтобы не заблудиться. У неё была рисковая идея — в том месте, где две стрелки будут близко, не идти по пути ближайшей, а перебежать к дальней, так полчаса хода можно сэкономить. Главное, в спешке ничего не перепутать, а то только хуже будет.

Хотя риска особого нет, нужное место она хорошо запомнила. Поэтому пробежала по прямой, не отрывая глаз от стрелки и дальше шла уже знакомым путём.

Ещё несколько минут, когда задыхаешься, но не можешь остановиться — и вот он коридор, который ведёт к базе.

Они давно сюда не заглядывали. Оставалось надеяться, что стена не самовосстановится, как рассказывал Димитр.

Зои чуть не взвыла, когда об этом подумала. Но понеслась дальше.

Дыра была на месте. Какое облегчение!

Она нырнула в лаз вниз головой, еле успевая держаться руками. Сползла на животе по насыпи. Прошлёпала ногами по воде.

Внизу всё показалось таким привычным, почти приятным. Знакомым. Но нет, возвращаться сюда никакого желания не появилось — если бы не нужда, ноги бы её здесь не было!

Зои отправилась на склад и стала бросать в кучу всё, что хотела бы взять с собой. Потом оценила свои силы и поняла, что необходимое оборудование самостоятельно не донесёт. Ну, то есть не донесёт быстро, а ведь это одно из основных требований.

Значит, нужен транспорт. На складе было четыре тележки разных размеров и форм, Зои выбрала тачку на двух колёсах — её везти легче всего. Сложно только вытащить из узкой дыры в верхний коридор, а дальше поверхность везде ровная, она быстро доставит тележку до места.

Когда вопрос с транспортом был решён, Зои уже с большим оптимизмом стала собирать вещи. Она взяла лебёдку со стальным тросом длиной сто метров — гораздо больше, чем нужно. Но в её голове промелькнула идея спуска, ведь другого пути нет, только туда, вниз.

Взяла фиксатор — тяжеленая хрень, которая вбивается в поверхность и намертво фиксирует лебёдку. Похожее устройство, судя по всему, было у Димитра в искусственной ноге. Немного ремней и карабинов, без лишнего энтузиазма, и так справятся, лишние цацки им ни к чему.

Отвлеклась Зои всего на несколько секунд — сбегала в столовую выпить воды. И снова за работу. Перетащила вещи в бассейн, стала проталкивать в дыру. Намучилась с тачкой и лебёдкой, но в общем, справилась быстро. И уже через несколько минут неслась обратно. Не так быстро, конечно, как сюда, но всё же довольно быстро. Тележка громко тарахтела, периодически подпрыгивала на камнях, но ехала исправно.

На стрелках опять сэкономила время, перебежав к дальней.

Зои ничто не мешало. Кроме собственной усталости. При подходе к лестнице она чуть не навернулась, и даже была вынуждена остановиться передохнуть. Мокрая, потная, с прилипшей к спине футболкой и волосами, с которых стекает вода — жалкое зрелище. Но Зои думала только, что если ей сведёт мышцы, она потеряет время, а этого позволить себе нельзя.

И вот он — хрустальный коридор, загадочно сверкает впереди своими волшебными бликами. Засранец такой!

— Димитр! — Завопила Зои и замерла. Руки хотели вытаскивать лебёдку, настраивать её, суетиться, но она застыла, прислушиваясь и слыша только своё судорожное дыхание. И больше ничего.

— Димитр, ты слышишь? — Ещё громче завопила Зои, с изумлением замечая, что её руки трясутся.

— Да.

Зои выдохнула и свалилась на пол, села, обхватила голову руками.

Успела. Она успела.

Но нужно действовать дальше. Несколько секунд — и Зои снова на ногах.

Установка лебёдки заняла минуты три, Зои прицепила к тросу ремень с двумя карабинами и стала его разматывать.

— Держи! Дёрни, когда поймаешь!

— Понял.

Вскоре верёвка дёрнулась.

Зои перестала крутить ручку, зафиксировала трос, а потом свалилась на землю и закрыла глаза.

Всё. Он не свалится. Остальное — мелочи, дело пяти минут. Димитр живой, он живой!

— Тащи! — Донеслось издалека.

Ну, дальше дело техники. Зои крутила рукоятку и с жадностью вглядывалась в хрустальный коридор, ожидая, когда же, наконец, появится Димитр.

Вначале стены покрылись тёмными, кривыми тенями, после в них заскользили синие и фиолетовые блики, разбрызгиваясь по стенам, расползаясь, как чернила каракатицы.

Вот его цвета — синий и фиолетовый, подумала Зои. Как у воды, в самой непостижимой её глубине.

Трос перестал натягиваться. Спустя несколько секунд из-за угла Димитр вышел на своих двоих. Вернее, на одной — вторая осталась без ступни и теперь он нещадно хромал, опираясь на костыль и придерживаясь рукой за стену.

Вот и новая проблема, подумала Зои. Глупо улыбнулась, легла на пол и закрыла глаза.

Нужно чуть-чуть отдохнуть.

Глава 7. Приключения, желательные и не очень

Зои разворачивала контейнеры с пищей, давясь слюной. Она сейчас и кита бы съела, не пожалела бы вымирающее животное.

Димитр, судя по тому, как он набросился на еду, был того же мнения.

Они смели всё, что имелось в наличии, до последней крошки. Остались лишь пустые обёртки от фруктово-ореховых батончиков, даже сухпаёк из клетчатки и микроэлементов Димитр неразбавленным высыпал себе в рот.

— Всё что ли? — Спросил он, с трудом прожевав скрипучую густую массу и сглотнув единым комком. — Больше ничего нет?

— Не-а.

— И у нас больше нет еды? — Голос Димитра звучал с таким удивлением, будто он категорически отказывался в такое поверить. Хотя сам прекрасно знал, что рюкзаки с припасами не пережили испытания и теперь валялись где-то далеко в пропасти, а до бункера ещё пилить и пилить.

— Радуйся, что я хотя бы сухпаёк успела на кухне зацепить. — Зои со вздохом пошуршала упаковками и убедилась, что они все безнадёжно пусты. — Мне, знаешь ли, не до того было.

— Я рад. — Коротко ответил Димитр. — Но жрать всё равно хочется.

Зои посмотрела на него и вспомнила все те тарелки с горами бифштексов и овощей, который он потреблял на обед и ужин. Да уж, сухпаёк ему — только аппетит раззадорить. Который после их приключений разросся до космических масштабов даже у неё.

— Да ладно, не всё так плохо. — Смягчилась Зои. — Сейчас дойдём до базы, там полно еды.

— До базы? — Настороженно спросил Димитр.

— Ну да. А куда ещё?

— В общем-то некуда, ты права.

Димитр замер. Вначале Зои не обратила на это внимания, а потом насторожилась. Он выглядел слегка дезориентированным. Он помрачнел. Уставился на свой протез. Без ступни нога выглядела жутковато — из плоти, пусть и полупрозрачной, торчала округлая металлическая кость. Пока они отдыхали и ели, Зои как-то об этом не думала, а сейчас эта кость так и бросалась в глаза.

Он смотрел на себя и голова опускалась всё ниже.

— Не знаю, насколько я теперь полезен. — Наконец, выдавил Димитр.

— Ты серьёзно? — Расстроенно спросила Зои. Ей будто по сердцу ножом полоснули. — Нет, ну ты правда так думаешь?

Он промолчал, зло сжимая зубы.

— Димитр! Ну послушай… — Жалобно говорила Зои. — Ты же понимаешь, что у нас путь только одни — вниз. Наверху мы все проверили и ничего не нашли. Нам придется спускаться! Мы же не можем просто сидеть и упиваться жалостью? Нам придётся спуститься! И вот… Там, внизу, твоя ступня. Вряд ли она разбилась вдребезги. Она ведь крепкая. Так?

— Да.

— Вот и соберёшь себя снова.

Зои озвучила то, что, по её мнению и без того было понятно. Но Димитр словно слышал что-то новое для себя. И задумался — замер. Глаза застыли, челюсть медленно поползла вниз. Прежде он никогда так не делал.

— Что-то случилось? — Наконец, спросила Зои. Сердце болело. Он стал слишком заторможенный, сам на себя не похож. Это неспроста. — У тебя со спиной всё хорошо? Может, разрезы разошлись?

— Нет, со спиной всё хорошо.

— Ты в порядке?

— Да. Сейчас буду.

— Что-то случилось?

— Сейчас пройдёт. Это последствия… разделения. Болевой шок.

— Сейчас? — Растерянно прошептала она.

— Адреналин схлынул. Закончился… меня подпитывает анализатор гормонов, который остался в ступне.

— Значит, нам нужно её достать. Мы это сделаем. Только… не оставляй меня.

Голос дрогнул. Зои замолчала, опасаясь, что, продолжи она говорить, так только скатится к рыданиям и стенаниям.

Пару минут они сидели в тишине. Димитр явно не хотел продолжать разговор и обсуждать эту тему.

А Зои не хотела, но думала о самом плохом. Сможет ли он прийти в себя сам, без помощи? Вдруг с Димитром что-то произойдёт? Вдруг без привычной гормональной поддержки он долго не протянет? Ведь киборги препаратозависимые, это он сам ей сказал. Насколько зависим он сам?

А ведь она к нему привязалась. Он ей нравился, по-настоящему, как-то совсем серьезно. Прежде Зои и в голову не могло прийти, что она может всерьёз увлечься обычным военным старше себя, да ещё без ноги. Видимо, в этом вся суть — раньше она именно «увлекалась», так же, как увлекалась, например, ездой на самокатах или лепкой из глины. А сейчас это было не просто увлечение, это шло из самой глубины души — настоящее, полноценное и открытое.

— Я в порядке. — Уже по-прежнему бодро сказал Димитр минут через пять, распрямляясь и подняв голову. — И не остановлюсь, пока мы отсюда не выберемся.

Зои про себя выдохнула, но решила не показывать, как сильно ждала его слов. Вместо этого сказала:

— Нам нужен план.

— Да, нужен.

— Нужно идти вниз.

— Да.

— Есть идеи, как?

— Придётся наведаться на базу за оборудованием. И за жратвой.

— Это точно. — Хмыкнула Зои.

Димитр взглянул на свою ногу. Потом молча потянулся к кускам продырявленной резины, которые до сих пор валялись вокруг, как и верёвка, которой Зои крепила их к ладоням.

Зои тем временем быстро стала собирать мусор, оставшийся после еды. Не стоит оставлять после себя помойку — цивилизованные люди так не поступают. К тому же им тут ещё не раз ходить.

Димитр подобрал резину, верёвки и склепал из них какую-то подставку сантиметров пятнадцать высотой, которую зафиксировал на своём костыле. Потом встал, сделал несколько шагов. Так он тоже хромал, но не настолько сильно, как без ступни. И ему не приходилось ни за что держаться.

Потом Димитр осмотрел лебёдку.

— Молодец, что додумалась использовать фиксатор. — Похвалил он.

Зои первым делом по привычке чуть не возмутилась, почему бы ей не додуматься? Она что, дурочка какая-то, чтобы не додуматься до очевидного?

Но возмущение неожиданно утихло и она ответила только:

— Спасибо.

— Но для наших целей фиксатора на одну стену мало. Нам нужна тяжёлая автоматическая лебёдка, её придётся фиксировать на манер распорок, один фиксатор легко расшатается. Так… какая тут ширина коридора?

Димитр измерил расстояние и они, взяв тачку, отправились обратно. Толкала её Зои, а Димитр шёл вперёд и освещал путь. Шли медленно, Димитр вряд ли бы смог бежать, а Зои совсем не хотелось его подгонять. Спешить им, в общем-то, было некуда. Разве что Киру проведать. Хотя с последней встречи прошло всего несколько часов, казалось, они не виделись неделю.

На повороте к базе Зои сказала:

— Хочу к Кире сходить. Я ненадолго. Тачку пока тут оставлю.

Она будто оправдывалась, но Димитр только кивнул.

— Конечно. Твоей подруге сейчас несладко. Предупреди её, что мы спускаемся вниз и может, не скоро вернёмся. А я подожду на базе, прикину пока, что нам брать.

Обычно поклонники Зои дико ревновали её к подругам и строили всяческие козни, чтобы не дать им лишний раз увидеться. Так что ответ Димитра, пусть они с Зои и не встречались, слышать было приятно. И забота о другом человеке, которая прозвучала в его голосе, подкупала. Он будто взял на себя ответственность за них обеих.

Зои бегом добралась до преграды. Кира была здесь, привычно сидела, привалившись к преграде спиной. Оглянулась, когда услыхала звук шагов.

— Кира! Что у нас было! — Зои плюхнулась рядом и даже толком не отдышавшись, заговорила. Рассказала всё — и про завораживающий игрой света хрустальный коридор, и про то, что они чуть не выкатились из него в пропасть, и как она спасала Димитра, и про дальнейшие планы.

— Так что мы идём дальше, вниз. В этот раз пропадём, наверное, надолго.

— Значит, прохода наружу нет? — Спросила Кира.

— Не-а. Только та вентиляционная шахта, про которую я уже рассказывала. Но мы не сможем через неё вылезти. Придётся искать другой путь.

— Понятно.

— Сейчас отдохну несколько минут и пойду. Нужно на базу, собрать вещи, лебёдку, еду. Хочу быстрее посмотреть, что внизу. Я чувствую, что выход есть! Где-то там!

— Я ничего такого не чувствую. — Вздохнула Кира. — Вот вообще ничего…

— Кстати! — Зои только сейчас подумала о ней. — А ты как? В порядке?

— Вроде да.

— Открывашку не нашла?

— Нет. Всё вроде посмотрела по второму кругу — и ничего. Все щели облазила, под мебель заглянула, в общем, пусто. — Снова вздохнула она.

— Ну, хорошо. — Зои снова отвернулась, опёрлась спиной о преграду и вздохнула. — Нужно идти. Ты, конечно, можешь смеяться, но я отчего-то уверена, что мы двигаемся в нужном направлении. Что мы вскоре найдём выход!

— Хорошо, что ты так решительно настроена. — Ответила Кира. В её голосе звучала улыбка.

— Да, я настроена отсюда выйти! Надоело под землёй сидеть, не представляешь как! Хочется завыть и зубами дорогу наверх выгрызть.

— Да это-то я как раз представляю. — Пробормотала Кира.

Ещё через пару минут Зои встала. Её ждёт Димитр и путешествие. На самом деле это довольно интересно — как будто какой-то квест! Очутиться в неизвестном месте и искать оттуда выход. Зои в своё время немало денег платила за интересные квесты. А тут всё бесплатно — играй, не хочу!

Мысленно она уже была там — лицом к лицу с грядущими препятствиями.

— Зои.

— А?

Кира замялась, но всё же сказала:

— У меня вода закончилась.

— То есть?

— Воды нет. Была в раковине, но пропала. Я не знаю, появится или нет.

— Давно нет воды? Запас есть?

— Отключилась, я думаю, когда взрыв был. Ну, который вас освободил. Может, он что-то повредил в трубах? В общем, я прикинула по времени — именно тогда воды не стало. У меня была вода в аппарате для напитков, но почти закончилась. Может, полстакана осталось. И больше нет. Унитаз тоже не смывает, а бачка там не было, вода просто из трубы текла. Теперь не течёт.

— Так. — Зои вновь почувствовала, как на плечи опускается тяжесть. Рано расслабилась. Забыла про Киру, размечталась — и вот результат. — Без воды ты долго не протянешь. Значит, сначала нужно вытащить тебя.

Кира кивнула почти виновато.

— Я к Димитру. Нужно посовещаться, что делать дальше. Посмотрим на складе, что может пригодится.

— Хорошо. Ну, а я буду здесь. — Кира с усмешкой обвела вокруг себя рукой.

Зои направилась на базу, по дороге прихватила тачку и оставила у дыры к бассейну. Когда сползала с насыпи, слишком спешила и не успела затормозить, соскользнула с неё прямо в воду. И не вспомнила, что воды с некоторых пор собиралась избегать. Наоборот, с удовольствием окунулась прямо с головой и в одежде.

Потом пошла на склад. Переодеться в сухое и поговорить с Димитром.

Разговор ни к чему хорошему не привёл. Они не придумали, как вытащить Киру. Единственная, что приходило в голову — взорвать стену, но у них не было ни взрывчатки, ни веществ, из которых можно сделать взрывчатку. Ничего.

Не ковырять же камень ножами и вилками? Была дрель, но от неё тоже никакого толку, скальная порода слишком твёрдая.

— Если стена энергетическая, может, мы сумеет как-то на неё повлиять? Каким-нибудь излучением?

— Я не знаю ни одного способа повлиять на эту стену. — С сожалением ответил Димитр. — И поверь мне, я много их передумал, пока сидел взаперти. И думал серьёзно, я был тогда уверен, что от этого зависит моя жизнь. И даже в таком положении я не нашёл выход.

— Кроме монетки-открывашки.

— Да.

— Но Кира убеждена, что у неё никаких открывашек нет.

— Что тебе сказать? Я не знаю, что делать. Если бы не… — Димитр вдруг замолк, его лицо озарилось догадкой.

— Что? — Шёпотом, чтобы не сбить его с мысли, спросила Зои. — Что?

— Робот. Он умеет открывать окошки.

— И что? Мы не успеем пройти! И они слишком маленькие!

— Но мы можем передать ей воду.

Они уставились друг на друга, обдумывая этот вариант. И сразу стали приводить его в исполнение. Хотя по большей части, работала, конечно, Зои, Димитр из-за своей ноги был ограничен в движениях. Он достал и включил робота, а Зои наделала бутылок с водой, а потом тащила воду и робота к стене, грузила тачку и рысцой везла к перегородке.

Киры в этот раз там не было, видимо, ушла в комнаты. Ну и правильно, не сидеть же ей постоянно под стеной в ожидании, когда же её навестят.

Вскоре подошёл Димитр. Они, нервно переглядываясь, достали робота, задали целью доставку бутылок, в качестве маршрута указали коридор и стали наблюдать. Была вероятность, что настройки робота имеют ограничения и он не станет передавать что-то в незнакомом месте, за пределами камер.

Но всё получилось. Робот послушно поднял первые две бутылки, подъехал к преграде, проверил её наличие, сделал окошко и одну за другой перебросил бутылки за пелену.

Зои с Димитром синхронно выдохнули. Одной заботой меньше.

Когда появилась Кира, по её сторону коридора уже лежало штук двадцать бутылок, которые раскатились по полу и теперь отсвечивали на стенах волнистой рябью, когда в них переливалась вода.

— Вот. — Зои кивнула на землю. — Тебе хватит надолго. Мы пока не придумали, как тебя вытащить, но хотя бы вода у тебя будет.

— Спасибо. — Кира первым делом открыла одну из бутылок и приложилась к ней. — Раковина и унитаз так и не работают.

— Наверное, уже и не заработают. — Сказала Зои.

— Да, я тоже так думаю. А что насчёт взрывчатки? Как-то же можно взорвать этот проход?

— Нет взрывчатки. Мы весь склад пересмотрели, там пусто. — Зои покачала головой. — Извини.

— Кира. — Димитр подошёл и почти оттеснил Зои в сторону. Заговорил с Кирой. — Мы должны спуститься вниз и продолжить поиски. Знаю, тебе страшно оставаться одной. Тем более сейчас, когда нет воды, а мы пропадаем надолго. К сожалению, у нас нет никакой возможности тебя сейчас вытащить. Нужно искать что-то, что нам поможет. Но пока мы живы, мы за тобой вернёмся. Помни об этом. Мы незнакомы и ты не обязана мне верить, но я никогда не бросаю своих. А вы, студенты, сейчас свои. Найди какое-нибудь занятие, отвлекись. Если совсем нечего делать, мысленно умножай цифры или бегай, отжимайся, займи себя физически. Пой песни, пересказывай вслух свою дипломную работу. Лекарства принимай только в крайнем случае. Ты истощена и можешь не рассчитать дозировку, навредить себе. Только в крайнем случае. Ты поняла?

— Да. Спасибо.

Кира опустила глаза, потом поморщилась, вскинула голову.

— Я буду искать дальше таблетку-открывашку. Или… может, отдадите свои? Пусть ваш робот передаст. Может, они сработают?

— Они ведь настроены на кого-то конкретного. Вряд ли получится.

— Ну хоть проверить.

Димитр согласился. Они передали Кире обе открывашки и остались ждать, пока она их проверит. Зои посматривала на него с уважением. Она неожиданно почувствовала, как это — когда кто-то уверенно берёт на себя ответственность и решает, что делать. И Огонь, и Лука — они были сверстниками. Да, Зои признавала их лидерство, но скорее чисто ради порядка, чтобы не допустить хаоса и анархии.

А сейчас поняла, что слушает Димитра потому, что действительно готова просто идти за ним следом и просто исполнять приказы. Подчинилась его главенству, сама не заметила как.

Довольно скоро Кира вернулась, понурившись. Ничего не вышло. Она не нашла ни одной двери, даже те, что остались на базе, отсюда не увидела.

Задерживаться больше резона не было, так что Димитр с Зои взяли собранное оборудование и отправились дальше. Без промедления добрались до хрустального коридора, без проблем укрепили и настроили лебёдку и по очереди спустились вниз, в провал. Димитр первым.

Когда спустилась Зои, он уже стоял на двух ногах. Уже успел подобрать и вернуть на место ступню, которая, похоже, не пострадала.

Теперь можно было осмотреться.

Они стояли на ровной поверхности, судя по ощущениям, вокруг было много свободного пространства. Свет здесь не включался, время шло, а темнота так и оставалась кромешной. Оказалось, они настолько привыкли к полумраку, что настоящая темень стала для них неприятным сюрпризом.

Наконец, они решили больше не ждать.

— Похоже, эта зона светильниками не оборудована. — Сказал Димитр. — Будем использовать фонари.

Он включил свой, большой, который они специально выбрали на складе. Фонарь светил в две стороны и соединялся ручкой. И весил немало.

Зои оставила себе только один, чтобы вторая рука была свободна. К тому же неизвестно, сколько им бродить, а аккумуляторы рано или поздно истощаться, и возвращаться на базу для подзарядки неохота.

— Даже не знаю, какую сторону выбрать. — Задумчиво водя фонарём, сказал Димитр. Куда бы ни падал луч света, везде тонул в каком-то сером мареве. Похоже, стен у этой полости не было вообще.

— Может, стоит проверить твоим устройством? Ну, которое в руке? — Спросила Зои.

— Да, похоже, придётся.

Димитр перестал водить фонарём, поставил его на землю и проделал свой коронный трюк с рукой. Зои с затаённым ожиданием наблюдала за процессом. Круто всё-таки, когда тебе доступны такие полезные функции. Нет, подобную технику могли носить все люди, конечно, но одно дело — постоянно таскать с собой неудобную амуницию и совсем другое — доставать приборы словно из воздуха, когда они тебе понадобились. Конечно, это не значило, что Зои согласилась бы отнять себе руку ради таких удобств, но если повезло и они есть — это не может не радовать!

— Так-так…

Димитр открыл визуализацию полученного результата и растерянно её рассматривал. Действительно, было отчего впасть в уныние. Это место без сомнения сформировалось природным образом. Огромная полость вытянутой формы, похожая на плоский огурец. Самое плохое — метров через двадцать вся поверхность этой полости, и пол, и потолок выглядел словно ёж, утыканный иглами. По сути, они стояли на единственном ровном пятачке. Будто кто-то начал ровнять тут поверхность, чтобы сделать дорогу, возможно, продолжить проход — и бросил. Острые пики высотой до колена начинались уже в полуметре и простирались везде, куда доставал свет фонаря, которым они проверяли результат. Ошибки не было — пройти по этим пикам человек не сможет.

— С трудом сдерживаюсь, чтобы не сказать лишнего. — Сквозь зубы сказал Димитр.

— Пошли поближе, посмотрим.

— Ну пошли.

Димитр ещё раз провёл фонарём, словно выбирая сторону, плюнул и пошёл направо — то есть туда, куда указывало правое плечо.

Пики имели высоту от колена и до пояса. Зои двумя руками покачала один, попинала. Они были, кажется, из камня, и отказывались ломаться. Димитр снова поставил фонарь и тоже попытался сломать одну из иголок. У него получилось лучше — он отбил остриё длинной в пару ладоней. Скос получился кривой.

— Если отбивать ровно… в теории можно пройти по ним. — Вслух думал Димитр. — Только непонятно, как искать упор, чтобы отбивать следующие.

— Может, на базе есть какая-нибудь, ну… пила?

— Для начала обойдём по периметру — вдруг где-то они стоят не так плотно.

Началась рутинная проверка. Чтобы не терять времени, они разошлись в разные стороны.

Димитр двигался гораздо быстрее, потому что свет у него позволял видеть лучше. Зои же почти ползла, долго освещая своим фонарем иголки и периодически пробуя просунуть между ними ногу. Так старалась, что однажды всё же просунула — а вот высунуть не смогла.

Неловко было звать на помощь. Это ж какой тупицей нужно быть, чтобы так глупо попасть в капкан!

Тихо чертыхаясь себе под нос, Зои села на землю и руками за щиколотку потащила ногу вверх. Не сразу, но ей удалось освободиться. Правда, кожу на косточке она здорово стесала. Зато ноги больше не совала куда не просят.

Через время они встретились. Молча пожали плечами. Мест, где можно пройти, никто не нашёл.

Зои вздохнула и села на землю, Димитр рядом.

— И что делать? — Устало спросила она.

— Да придумаем что-нибудь. — Судя по тону, он не особо расстроился отсутствием прохода. — По-любому. На крайний случай возьму кувалду и буду их крушить, пока не пробьёмся. Времени у нас хоть в потолок плюй.

Вначале Зои представила, как это — просто тупо долбить эти пики, пока они не закончатся. Даже если они выберут неверное направление, потом можно развернуться и долбить в обратном направлении. И чем дальше она представляла процесс, тем мрачнее становилась.

— Как-то печально звучит.

— Других предложений пока нет. — Он почесал затылок. — Или так, или по-быстрому учимся летать.

— Летать?

— Ну да. Ты умеешь?

Зои улыбнулась.

— Конечно. Только подземка подрезала мне крылья.

— Значит, мой вариант?

— Похоже на то.

Они замолчали. Зои надеялась, что в тишине и темноте на кого-нибудь из них вдруг снизойдёт благословенное озарение и подскажет, как без особого труда пройти дальше.

Она с таким усилием прислушивалась к гласу этого самого озарения, что действительно что-то услышала. Но… что?

Димитр тут же схватил её за руку, привлекая внимание и поднёс палец к сомкнутым губам. Тихо. Молчи.

Еле слышный звон повторился. Теперь Зои его узнала. Она вытаращила глаза и произнесла одними губами: «дрон». Димитр на миг прикрыл ресницы, показывая, что понял.

Они сидели так несколько минут — без движения, в пятне света, направленного в сторону. И смотрели друг на друга.

Вдвоём не страшно, подумала Зои. Даже умирать. Если сравнить прошлый раз, когда над ней завис дрон, и теперь, когда он летал вокруг, так, что был виден тёмный след, то сейчас она даже улыбалась. На Димитра приятно смотреть, когда он такой… сосредоточенный. Так и тянет прикоснуться к его губам, чтобы не вытягивались в такую прямую линию.

Дрон вроде бы улетел. По крайней мере, никаких звуков слышно не было. Только вот… они продолжали сидеть. Зои улыбалась, а Димитр наблюдал за ней, рассматривал всё пристальней.

Идиллию прервал резкий звук, стук, как будто что-то тяжёлое упало на землю. Они невольно вздрогнули, обернулись на звук. Опомнившись, снова застыли. Но дрон действительно улетел, они сидели в тишине так долго, что Зои начала морщиться от боли в отсиженных конечностях.

Наконец, Димитр потянулся за фонарём и повернул его в сторону, откуда доносился звук. В нескольких метрах от них лежало нечто, что Зои плохо рассмотрела. Димитр, кажется, тоже, потому что они одновременно вскочили за ноги и бросились к этому предмету.

Потом, рассмотрев, Зои с отвисшей челюстью повернулась к Димитру и уже по привычке спросила беззвучно: «Это правда»?

Димитр кивнул и опустился на колени.

Перед ними лежала связка взрывчатки.

* * *

Температура остановилась на минус тридцати девяти и больше не двигалась ни вверх, ни вниз.

На базе был объявлен режим экономии, первым делом сильно уменьшили отопление. Теперь все ходили в тёплой одежде, многие укутывались в несколько слоёв, а купались за две минуты, потому что вода была еле тёплой.

Снежка почему-то с нетерпением ждала каких-нибудь изменений. Для неё температура стала неким рубежом, который подтверждал, что время идёт, оно не застыло, они не заморожены, как мамонты во льду. Они живут.

Последние два дня Снежка не выходила из комнаты, большую часть времени она просто лежала и думала. Огонь даже заволновался, но Снежка так твёрдо сказала, что с ней всё в порядке, что он тут же поверил и успокоился. И отправился по своим делам.

Действительно, всё было в порядке. Только нужно было чуть-чуть прийти в себя. Может человек просто отдохнуть?

К концу второго дня в дверь постучали.

Снежка подивилась настырности некоторых личностей. Неужели обязательно устраивать паломничество, чтобы убедиться — с ней всё в порядке?

Подходя к двери, она думала — кто это? Ахлейн или Жанна? Суслик, которого как врача отправили проверить её физическое состояние? Ксения, которая вдруг вспомнила, что они совсем не враги и решила поболтать по душам? Или, в самом деле, сам светоносный Лука? Оторвался от своих поклонниц и направил свои стопы под её порог?

Снежка хмыкнула и открыла дверь.

Да уж, чего-чего, а эту подругу она ожидала увидеть в последнюю очередь. Да ещё без привычной маечки, ничего толком не прикрывающей, а в свитере с горлом, поверх которого ещё наброшена тёплая клетчатая рубашка. На ногах джинсы, на них натянуты толстые вязаные носки, которые еле поместились в ботинки, на руках ставшие модными на базе перчатки с отрезанными пальцами.

При всём при этом даже в такой одежде она умудрилась выглядеть стильно.

— Ну что? Как здоровье? — Алмазка отодвинула Снежку в сторону и вошла в комнату, по-свойски огляделась, села на край кровати. — Ты бледная какая-то.

— Ты ко мне что ли? — Зачем-то уточнила Снежка.

— Ну не к Огню же. — Фыркнула Алмазка.

— Надеюсь, тебе хватит ума к нему не лезть. — Снежка встала напротив и сложила руки на груди. Они давно знакомы и натура Алмазки проста, как пять копеек — она использует мужчин всегда и везде, всех, кого сочтёт нужным. До таких мелочей как то, что мужчина занят, причём с его девушкой они знакомы с детства, Алмазке и дела нет.

— Да ладно тебе, мы же подруги. — Алмазка откинулась на руки, поболтала ногой, любуясь носком ботинка.

— Так чего пришла?

— Хочу узнать, как дела. У всех нас.

— То есть?

— Ну, в прямом. Этот экономный режим меня выбешивает. — Она недовольно поморщилась. — Я и слово «экономия» не можем существовать рядом. Когда это закончится?

— Когда морозы спадут. Мы тут не на курорте, если ты забыла или не заметила.

— И всё? — Алмазка взглянула исподлобья. Она улыбалась тяжело и зло. — Это всё, что ты можешь сказать подруге, с которой вместе следила, как их мамаши усердно и со смаком меняют дочерей на штаны?

— А что ты хочешь услышать? Если мы не будем экономить, то замёрзнем. Может, минус тридцать тут не будет, но температура упадёт достаточно, чтобы превратить нас всех в ледышки. Но это всё уже не раз объясняли — и Лука, и Огонь.

— Это правда?

— То есть? Ты думаешь, это ложь?

— Ну, не знаю, — Алмазка скосила глаза вбок. — Поговаривают, что всё не так печально. Что просто кое-кто дорвался до власти и получает удовольствие, когда настаивает на своём.

— Кто говорит? — Снежка невольно напряглась.

— Ой, да не бери в голову. — Будто мимоходом отмахнулась Алмазка.

— Так кто?

— Ну что ты на самом деле? — Алмазка покачала головой. — Ну скажу я, к примеру — Ксения. И что? Откуда тебе знать, что я сказала правду? Или скажу — бюджетницы сговорились и пускают слухи. И что? Лука проболтался. Или помощник его Вадим, жлобяра. Как ты узнаешь, вру я или нет? Что ты станешь делать? Пойдёшь их допрашивать? Пытать? Включи мозги!

Снежка задумалась и сделала вывод, что вообще не понимает, что происходит.

— Слушай, так чего тебе надо? — Спросила она через некоторое время.

Алмазка рассматривала комнату.

— А вы ничего так устроились. Отдельные апартаменты… Меня поселили с тремя девчонками, от них визгу и писку больше, чем от стаи мартышек.

— Что тебе надо?! — Вспылила Снежка.

Алмазка молча покачала ногой и вздохнула.

— Значит, так и будем дальше мёрзнуть и ждать?

— Да. Но если у тебя есть какие-то предложения, я уверена, тебя с радостью выслушают. Ты знаешь, как нас вытащить?

Алмазка поскрипела зубами.

— Нет.

— И никто не знает. Но ты ведь не поэтому пришла, верно? — Снежка вдруг почувствовала, что у неё разболелась голова. — Тебя что-то тревожит. Да. Ты так же приходила, когда твоя мать обещала взять тебя с собой на Острова, а потом вдруг передумала. В тот раз ты мне звонила и тоже болтала о всякой чепухе. Ты… чего-то боишься?

— Не выдумывай! — Грубо ответила Алмазка. Потом вскочила, нервно сжала руки.

— Если ты не скажешь, я ничем не смогу помочь.

— Да какая от тебя может быть помощь? — Алмазка развернулась к ней с таким удивлением, будто Снежка всегда молчала и вдруг обрела голос и что-то пропищала. — Ты себе-то помочь не можешь. Зациклилась на этом Огне, как какая-то лохушка. Ты хоть помнишь, что он просто мужчина. Они все одинаковые!

— Я его люблю.

— Да ладно! — Фыркнула Алмазка.

— Ещё что-нибудь хочешь сказать? — Холодно поинтересовалась Снежка. — Если нет — вали отсюда.

Алмазка улыбнулась и молча пошла на выход. Даже не попрощалась, но Снежка была не в обиде. Только так и не смогла понять, что это было. Чего она хотела?

Зато появление Алмазки сбило со Снежки последние остатки прострации. Захотелось есть, и узнать новости, и посмотреть, как там студенты. Если ходят слухи, что меры экономии выдуманные, то это явно будет видно по их поведению.

Снежка оделась, невольно думая — где Алмазка взяла такие классные носки? — и вышла из комнаты.

* * *

Всего квадратов пластинчатой взрывчатки было восемь. У каждой — тонкий красный проводок, аккуратно выведенный за оболочку из коричневой вощёной бумаги.

Димитр пересмотрел свёртки и сложил в рюкзак. Вопросов, что делать со взрывчаткой, не было. Путь сквозь каменные пики можно прочистить и кувалдой, он правильно сказал, а Киру получится освободить, только взорвав стены тоннеля.

Они с помощью лебёдки поднялись наверх и сели передохнуть и обсудить планы. Димитру нужны были провода и дистанционный пульт запуска. И ещё требовалось рассчитать силу взрыва — заложишь мало взрывчатки — ничего не выйдет, много — обвал может стать слишком сильным, смертельным. Для точности нужен анализ местной каменной породы.

— А ты умеешь это делать? — Спросила Зои. — Ну, рассчитывать?

— Да, — коротко ответил Димитр. Потом неизвестно чему ухмыльнулся. — Наверное, взрывать я умею лучше всего. Так я потерял руку. — Он взмахнул искусственной кистью. — Так что теперь я очень тщательно рассчитываю последствия.

— Хорошо. — Зои несколько секунд помолчала и снова спросила. — А взрывчатка? Она… ну, не знаю. Может, она какая-нибудь инопланетная и у неё другие свойства? Может же такое быть?

— Конечно, может. Могло бы. Но это обычная взрывчатка, используется военными уже два десятка лет. Её состав и свойства я знаю назубок. Даже упаковка стандартная.

Зои вздохнула — то ли с облегчением, то ли с сожалением, вспоминая остальные загадки.

— Но откуда она взялась? — Всё-таки рискнула спросить Зои.

— Ты сама знаешь. — Деловито ответил Димитр, укладывая вещи в тачку, которую собирался взять с собой.

— Дрон? — Еле слышно произнесла она. — Он сбросил?

— Да.

Зои крепко, до белых пятен в глазах зажмурилась, стала сильно тереть лицо ладонью.

— Ну что ты. — Димитр вдруг сел рядом, взял её за руки. Он улыбался.

— Да просто я как-то… как-то совсем не знаю, что происходит. Хожу как слепая в тумане.

— Я тоже. Но я знаю одну очень хорошую вещь. Ты её ещё не поняла. Но когда поймёшь — ходить будет легче.

— Какую? — Спросила задетая Зои. Он радовался, цвёл, прямо как цветочек, а она на самом деле ничего не понимала. Откуда столько энтузиазма?

— В этом подземелье, Зои, у нас с тобой имеется общий друг. — Таинственно уронил Димитр.

Она щурилась, разглядывая его радостные глаза и его сверкающую улыбку.

Дрон принёс им взрывчатку. Дрон.

— Это он? Он нас освободил?

— Да. — Кивнул Димитр.

— Он взорвал нашу базу?

— Да.

— И получается… он принёс взрывчатку, чтобы мы вытащили Киру?

— Верно!

— И… он же не мог сделать этого сам? Ну… без приказа? — Выдавила Зои.

— Точно! Кто-то живой и разумный дал ему приказ, Зои. Кто-то за нами следит. И он на нашей стороне.

Оценив масштаб новости, Зои глубоко вздохнула. После такого, пожалуй, действительно станешь улыбаться во все зубы.

— Ты, наверное, хочешь к Кире сразу пойти? — Спросил Димитр чуть позже, когда они отдохнули и пошли дальше.

— Да, хотелось бы. Обрадую её. Если тебе помощь не нужна.

— Не нужна, один справлюсь. Иди к ней. Я на бы её месте хотел как можно быстрее узнать, что вскоре выберусь.

Зои с благодарностью взглянула на него, в который раз убеждаясь, что Димитр на редкость понимающий человек. Не забывает, что Кире несладко там сидеть и ждать.

На повороте на базу они разошлись, остаток пути Зои пробежала, потому что хотела как можно быстрей поделиться радостными новостями. Но Киры у перегородки не было. Зои несколько раз позвала её, потом стала ходить вдоль перегородки и ждать.

Но Кира не показывалась. Раньше она появлялась сама, почти сразу, а тут… Зои прижалась лицом к пелене и попыталась разглядеть, что там, глубже. Где жилые комнаты, о которых говорила Кира? И вроде бы рассмотрела какой-то широкий проход, вроде бы даже там был дверной проём… но неточно.

— Кира! — Зои даже разозлилась на неё. Она тут благую весть принесла, а подруга где-то шатается и не хочет принимать своё счастье. — Где тебя носит?!

Но ответа не было. В общем, порядком находившись, Зои села, потом легла и стала ждать. Что ещё было делать.

Сама не заметила, как задремала. Потом вскочила, когда ей приснилось что-то непонятное — то ли звук электропилы, то ли кто-то промелькнул над головой. В общем, Зои вскочила и, покачиваясь, отпрянула к стене.

Прислушалась, осторожно повертела головой.

Ничего.

И Киры до сих пор не было.

Тут уж Зои запаниковала. Где она? Вдруг что-то случилось?

— Кира! — Зои снова позвала её и снова не получила ответа.

Наверное, нужно бежать за Димитром, торопить его. Чем быстрее они разберутся с пеленой, тем быстрее узнают, что с Кирой. Зои ещё минуту постояла и побежала на базу.

Димитр, к счастью, уже собрал необходимое оборудование и частично вытащил наружу. Когда появилась Зои, он укладывал это всё в тачку. А услыхав, что бежит Зои, мгновенно бросил коробку и непроизвольно схватился за пустое место на поясе. Видимо, там должно было быть оружие. Но сейчас не было, Димитр убрал руку и спросил:

— Ты чего?

— Кира не появляется! Я звала, но она не вышла! Вдруг что-то случилось?

Димитр молча нахмурился, потом продолжил собирать вещи.

— Спустись вниз и забери железный ящик и пакет с проводами. — Сказал он. — И пойдем.

Спустя пять минут они уже спешили к пелене.

Киры не было.

— Что-то случилось. — Не сдержалась Зои. — С ней что-то не так!

— Не обязательно.

— Но она не появляется!

— И что? Может, спит. Мы же предупредили, что уходим надолго, а вернулись быстро. Может, она тебя просто не слышит.

Зои слегка успокоилась, но всё равно ей было не по себе.

Димитр собрал оборудование — огромную промышленную дрель, подключил к аккумулятору.

— Ты всё рассчитал? — Рассеянно спросила Зои, продолжая наблюдать за тем краем коридора, из которого могла показаться Кира. Но там было темно и тихо.

— Да. Теперь главное, чтобы получилось выдолбить отверстие нужной величины. На базе нет инструментов, хорошо хоть дрель усиленная. Но ты лучше отойди, будет очень громко.

С этими словами он надел заранее припасённые наушники и очки, и Зои, впечатлённая его подготовленным видом, быстро попятилась и ушла за угол.

Звук действительно был ещё какой громкий! Зои просто подпрыгнула, когда Димитр включил дрель, и второй раз — ещё выше — когда стал сверлить скальную породу.

Свистело так, что череп насквозь пронизывало. Даже зубы стучали и ныли. Зои всё пятилась и пятилась, пока не оказалась в центральной части подземелья, там, где тьма тьмущая коридоров.

Тут слышимость была терпимой.

Прошло, наверное, минут десять, пока звук не замолк.

— Зои!

Димитр звал. Зои поспешно вернулась и ещё издалека увидела Киру. Та стояла за пеленой и с интересом изучала происходящее.

— Подруга твоя проснулась. — Хмыкнул Димитр.

— Ты в порядке? — Сразу спросила Зои.

— Да. А что вы делаете?

— Он не сказал? — Зои покосилась на Димитра.

— Нет. Вся слава тебе. — Благодушно сообщил Димитр и взмахнул рукой так, будто выпускал в небо голубей. — Пойду, пройдусь, нужно размяться.

— Мы нашли взрывчатку! — Выпалила Зои, не дожидаясь, пока он уйдёт. — То есть не нашли, а её нам подбросили. Дрон!

— Дрон? — На лице Киры был виден трудоёмкий мыслительный процесс. — Чего?

— Взрывчатку принёс нам дрон!

— Да ладно!

— Поверь, мы тоже были удивлены. — Фыркнула Зои.

— Значит… вы меня вытащите?

В лице Киры мелькнуло что-то такое — какая-то воздушная, яркая надежда, что у Зои сердце защемило.

— Да! Димитр всё подсчитал… не знаю, там, что, и сказал, что мы тебя вытащим. Он сверлит дыру, куда нужно заложить взрывчатку.

— Надо же.

Зои вдруг нахмурилась.

— А ты чего не появлялась? Я звала несколько часов! Чуть с ума тут не сошла! Думала уже, что-то случилось.

— Я спала.

— Ты не слышала?

— Нет, конечно. Вы же сказали, что надолго ушли. Я после вашего ухода ещё бродила, открывашку искала, пока не упала и не уснула. А там не слышно крика. Только дрель слышно.

— Ладно тогда.

Вскоре вернулся Димитр и разогнал их в разные стороны, подальше от пелены. Сверлил ещё почти час. Потом вышел с небольшим устройством в руках и спросил.

— Хочешь нажать?

— Это детонатор? — Оживилась Зои.

— Он самый.

— Вот просто нажимать? — Зои посмотрела на небольшую зелёную кнопку.

— Да.

— Вот прямо сюда?

— Да.

— А почему она зелёная, а не красная?

— Какая есть. — С неиссякаемым терпением повторил Димитр.

Зои подумала ещё пару секунд и быстро нажала. Раздался такой грохот, что она даже пригнулась и попыталась машинально прикрыть голову. Димитр рядом сделал так же.

Потом на них выплыло облако пыли.

— А Кира? — Откашлявшись, спросила Зои.

— Ушла. Я предупредил, что будет. — Смеялся Димитр. Его лицо покрылось серым слоем каменной крошки и он, пока не шевелился, был похож на самую настоящую мраморную статую. — Ждём несколько минут и вперёд. Надеюсь, пелена имеет не очень большой радиус и глубоко в скалу не уходит.

— И я надеюсь. — Вздохнула Зои.

Как на иголках ждали, пока опадёт пыль. Зои рванула в коридор первой, прикрывая нос рукой, а второй размахивая перед собой. Наткнулась на преграду и стала щупать вокруг. Тут и Димитр с фонарём подоспел. Он навёл свет на ту часть коридора, куда устанавливал взрывчатку.

Ну что сказать. Дыра была, где-то на высоте пояса. И довольно большая. Но не проход, как ожидала увидеть Зои.

Она сразу сунула туда руку.

И рука прошла насквозь.

— Получилось, — не веря самой себе прошептала Зои, обернулась к Димитру. — Получилось!

— Нужно убрать камни.

Пока Зои не знала, куда бежать от радости, он поставил фонарь на пол, отодвинул Зои в сторону и стал выбрасывать из пробитой дыры камни.

— Получилось? — Раздался голос. К пелене подошла Кира.

— Да! — Зои отметила, что её голос звучит иначе. — Есть дыра!

— Это правда? — Как-то растерянно спросила Кира.

— Да, всё в порядке. — Отозвался Димитр. — Иди сюда и делай, как я. Вытолкни лишние камни, какие достанешь, чтобы ты смогла пролезть.

Зои следила со стороны. Был момент, когда ей показалось, что дыра слишком маленькая и Кира не пролезет. Но Димитр взял дрель и вытолкал ещё один обломок — такой большой, что когда он упал, весь коридор затрясся.

— Дай я попробую! — Тут же попросила Кира, хватаясь руками за проём.

Останавливать её было бесполезно, Димитр только кивнул и помог ей пролезть. Несколько секунд — и Зои бросилась обнимать Киру, которая стояла по эту сторону преграды и не верила своим глазам.

— Я тут… я с вами!

— Наконец-то!

Они пообнимались, попрыгали, немного повизжали и поспешили уйти от этого места подальше. Даже вещи бросили, не взяли ни дрель, ни тачку, ни рюкзаки. Ничего.

— Поверить не могу, — говорила Кира, разглядывая коридоры. Зои вспомнила это чувство, когда вырвалась на свободу… это было офигительно!

— То ли ещё будет! Посмотришь на Хрустальный коридор, вот там просто сказка!

— Да уж, сказка. — Кира поправила руками комбинезон и поморщилась. — Только я чувствую себя, будто из помойки вылезла. Одежда вот-вот колом станет.

— Слушай, может ты хочешь в бассейне поплавать? — Вдруг осенило Зои.

Они остановились посреди коридора, да так резко, что Димитр, который шёл следом, чуть на них не налетел.

— Хочу, конечно!

— Тогда пошли в мой бункер! Проведу тебе экскурсию.

— А это не опасно? — Кира развернулась и задала вопрос Димитру.

— Я подожду снаружи, и если что, воспользуюсь остатками взрывчатки. — С серьёзной миной ответил тот, но Зои уже видела по еле заметным признакам, что он шутит.

— Здорово. Тогда мы пошли?

— Идите. Сделаю тебе пока обувь.

Зои при этих словах посмотрела Кире на ноги. Босая. Надо же, она забыла, а Димитр — нет. Умеет он удивлять.

— Спасибо. — Сказала Кира.

— Не за что. Это чтобы ты нас не задерживала.

Зои улыбнулась ему. Ну да, ну да, только поэтому. Можешь не притворяться, хотела она сказать, я прекрасно знаю, что ты хороший человек. Заботливый. Это так трогает — мужская забота. От неё хочется стать маленькой и слабой. Хочется привыкнуть и купаться в тепле этой заботы вечно. И спасибо за это!

Но она промолчала, потому что некоторые вещи стоит говорить друг другу только наедине.

Кира бесстрашно нырнула вслед за Зои в тёмную дыру, сползла по насыпи и прыгнула в воду. После взрыва и обвала прошло много времени, поэтому мусор осел на дно и вода в бассейне была прозрачной и тёплой. Это было просто чудесно!

Зои нырнула, с удовольствием чувствуя воду, которая ласкала кожу. Ощущать, как с тебя смывается пот и пыль, и ты становишься такой чистый, что даже кожа начинает скрипеть — разве это не удовольствие?

После такого времяпрепровождения начинаешь думать, что ведь не всегда всё плохо. По правде, плохо вообще меньшую часть жизни, а большую — хорошо.

— Это просто рай какой-то. — Отплёвываясь от воды, смеялась Кира, и прямо в бассейне стаскивала с себя одежду.

— Когда есть выход из клетки, то рай, конечно.

— Согласна!

В общем, спустя пару часов они шли к спуску на лебёдке чистые, свежие и почти счастливые.

Почти.

Хрустальный коридор Киру, конечно же, впечатлил. Зои не могла представить человека, которого бы такая красота не впечатлила.

Кира остановилась в самом начале, в месте, где серый камень сменялся цветным стеклом и с болезненной улыбкой наблюдала за игрой красок на стенах. Включила фонарь, который ей нашли на складе и немного поиграла лучом, свет которого преломлялся в хрустале совершенно непредсказуемым образом и оставлял после себя веер брызг. Заворожено сделала шаг в глубину коридора.

— Осторожно. — Быстро сказала Зои. Когда-то она так же поддалась волшебству и это плохо закончилось.

Кира послушно отступила в безопасность.

Начали спуск. Зои пошла первой, чтобы встретить Киру внизу. Та, хотя и сказала, что уже спускалась со скалы при помощи верёвки, от страховки не отказалась. И действительно — Зои пришлось её ловить. Кира спускалась, конечно, сама, но периодически цеплялась за верёвку руками так сильно, что начинала качаться, словно маятник, ещё и жмурилась вдобавок.

Но, хотя и с задержками, спустились без проблем. Димитр вообще управился за несколько минут, Зои даже не успела соскучиться.

И первым делом, пока девчонки болтали, он стал освещать окрестности. Именно он присвистнул.

— Что? — Зои привычно напряглась. И успела подумать, что уже устала от всяких неожиданностей. Уже хотелось, чтобы случались только предсказуемые вещи.

Кира молча застыла рядом — прямая, собранная, готовая к любым неприятностям.

— Кажется, нас ждут. — Неопределённым тоном сказал Димитр и вильнул фонарём.

Впереди, в острых пиках, был проход. Будто кто-то действительно взял кувалду и под корень снёс каменные острия, которые теперь лежали в проходе, как поверженное глиняное войско.

Получившийся коридор был достаточно широким для того, чтобы прошёл человек, и вёл куда-то далеко, так что тот конец прохода терялся во тьме.

— Это что? — Зои постаралась выстроить какую-нибудь теорию, которая объясняла бы появление дорожки, но в голову ничего не лезло, кроме очевидного. — Кто-то сделал нам проход?

— Точнее и не скажешь. — Задумчиво ответил Димитр.

— И что теперь?

— Пойдём туда, куда нас приглашают, конечно же.

Кира вдруг вздохнула и сделала несколько шагов вперёд, а Зои присмотрелась к Димитру. Что-то в его тоне настораживало. Он или сомневался или раздумывал, но другого выхода, чем идти вперёд, похоже, не видел. Как и сама Зои.

— Так пойдёмте? — Тихо спросила Кира, переминаясь на месте.

— Только я первый.

Димитр, глядя на Зои, прищурился, без слов о чём-то предупреждая. Оглянулся на вещи, которые лежали тут с их прошлого спуска и добавил. — Всё оставляем. Рюкзаки будут мешать. Если что, вернёмся.

Кира нетерпеливо переступала с ноги на ногу у прохода. Зои улыбнулась при виде её движений. Она напоминала юную, грациозную олениху, которая при первой же необходимости готова рвануть вперёд, словно стрела. И подумала, что теперь, когда нет нужды возвращаться обратно в те путаные коридоры, когда можно спокойно идти вперёд, всё происходящее действительно напоминает приключение.

Так, глядишь, вскоре выяснится, что всё происходящее — специально разработанный план. Проверка.

Эта мысль Зои не понравилась. Она согнала с лица улыбку и заставила нахмуриться. Зои в голову давно не приходила мысль о том, насколько вероятно, чтобы их крушение всё-таки было частью стресс-теста. Вначале девчонки чуть ли не часами обсуждали эту тему, мусолили каждый момент падения, пытаясь подтвердить свою версию. Надеялись, конечно же, что их вот-вот отсюда вытащат, а потом как-то враз забылось, не до того стало… Оказывается, с тех пор Зои тоже не вспоминала.

А всё же — может ли такое быть?

Зои пыталась припомнить, как долго отсутствовали студенты прошлых выпусков, которые отправлялись проходить последний экзамен.

Нет, вспомнить не удалось. Ей всегда было наплевать на других, поэтому она не отслеживала новости. Но вроде не было никаких сообщений, что полный выпускной курс АМКи пропадал на целых три месяца!

Или умело скрывали?

Нет, ответа в своей памяти ей не найти. Она не Оленька Ни-о-чём, чтобы в любой момент суметь выковырять из памяти даже самые мелкие подробности.

Кстати, возможно, Оленька сможет порыться в своих безразмерных залежах и проверить, не было ли моментов, когда выпускники АМКи одновременно переставали мелькать в новостных лентах.

Хотя нет… Будь эти стресс-тесты такими жёсткими — всё равно бы кто-нибудь из прошедших раньше проболтался. Даже если бы их заставляли подписывать бумаги о неразглашении. Ну какие санкции могут быть против будущих владельцев корпораций? Правильно, никаких серьёзных. Так что это не стресс-тест.

И вот опять! Все эти аргументы уже не раз приводились и мусолились. И снова лезут в голову.

Зои встряхнулась. Нет смысла об этом думать.

— Ну что, вперёд. — Тем временем сказал Димитр. И сделал первый шаг.

Девчонки переглянулись и решительно двинулись следом.

Идти по проходу было очень сложно. Разбитые на куски каменные пики хрустели под ногами и норовили повернуться острыми краями. Приходилось держаться за целые острия, которые ощетинились вдоль тропы, словно забор. Да ещё и высота этого слоя обломков была с полметра. Если неудачно встать — можно распрощаться с ногами.

— Не спешите. — Посоветовал Димитр. — Переломы и вывихи нам точно не нужны.

Ему-то было проще. Одной ногой он мог все эти камни в порошок стереть и не заметить.

Как ни странно, несмотря на все эти неприятности, прошли по дорожке они довольно быстро. Видимо, любопытство подгоняло. А сразу за пиками начинался подъём вверх, волнами, будто порции лавы наползали друг на друга, пока не застыли. Волны были гладкими, но идти было легко, не скользко.

Света совсем мало. Фонарей, которых они взяли, не хватило, чтобы толком рассмотреть окрестности, но хватило, чтобы увидеть наверху лавовых ступеней очередной коридор.

— Я иду первым. — Повторил Димитр. — Вы позади друг за другом, расстояние между нами не меньше пяти метров.

— Ясно. — В один голос ответили девчонки. Зои переглянулась с Кирой и кивнула ей — иди за ним. Сама пошла последней.

На вершине подъёма из волн они остановились передохнуть и перекусить. Димитр всё это время смотрел в тёмный коридор и думал о чём-то своём.

Кира и Зои легли на спину — голова к голове — и тихо переговаривались.

— Интересно, как далеко до поверхности? — Спросила Кира. — До смерти хочется на свежий воздух.

— Думаю, далеко. — Не стала скрывать Зои. — Труба, которую проверил Димитр, это метров триста вверх. Плюс мы ниже того уровня спустились. Ну, всего метров семьсот, наверное, есть. Если не больше.

— И всё это за той чёрной пеленой? Ну, за той, куда мы на транспортёре въехали?

— Скорее всего. Ты, кстати, не помнишь, что потом было?

— Не-а. Только как жму на газ и вижу, как она приближается. И внутри ледяное бешенство — так всё достало. И всё равно уже, что будет. А в следующее мгновение — ничего. Потом, когда очнулась, у меня вначале было такое впечатление, что я очень долго спала. Слишком долго. Так, что голова раскалывается, и ничего делать не хочется. И только минут через пятнадцать я поняла — что-то не так.

— Ну, ты и наблюдательная. — Засмеялась Зои. — Я как очнулась и глаза открыла, сразу поняла, что в западне. Даже нет. Раньше! Ещё не открыла, а уже почувствовала.

— Мне просто не хотелось просыпаться, а тебе хотелось. — С улыбкой в голосе ответила Кира.

Зои вздохнула. Представила, что бы она чувствовала, если бы попала туда, куда попала Кира, а Кира попала к Димитру. Зои сразу бы поняла, что в ловушке? И что бы думала, когда выяснила, что она здесь совсем одна?

В бункере хотя бы Димитр был. Он, конечно, был не очень счастлив Зоиным появлением, зато у неё не осталось времени паниковать и заниматься самоедством, потому что она всё время только и делала, что пыталась заставить его себе помогать.

В который раз Зои решила, что, без вариантов, ей повезло. Пусть даже она поняла это не сразу.

Смотреть в темноту было не очень приятно, поэтому вскоре они поднялись и пошли дальше.

Димитр молча вёл их вперёд. Баллончика с краской у них не было, она закончилась, но к счастью, рисовать стрелки не было нужды — коридор был один. Периодически в стенах встречались выемки, будто кто-то начинал прорывать другие проходы или помещения, но бросал, едва разметив место, где они должны были находиться. Этакий набросок, оставшийся без продолжения.

И становилось светлей, прямо как в коридорах наверху.

Каждые несколько секунд они останавливались, замирали и слушали. Готовились услышать воду, ветер или стук. Или даже звон летящего дрона — следовало быть готовыми ко всему.

— Тут что-то не так. — Сказал Димитр на очередной остановке. Его широкие плечи загораживали обзор, но смотреть вперёд было бесполезно — коридор не менялся.

— Да, я тоже слышу. — Зои поёжилась. — Противный какой зуд.

— Вы о чём?

Димитр и Зои синхронно кивнули в сторону, куда они все направлялись.

— Там что-то есть.

— Что? — Кира, которая в последние пару минут отстала, подошла к ним ближе, будто один-два шага позволят ей лучше слышать.

— Там какой-то звук, как будто от проводов под напряжением. Какой-то треск. — Пояснил Димитр. — Ждите здесь, я посмотрю.

— Ты что, просто пойдёшь вперёд? — Удивилась Зои.

— Нет. Я буду бросать вперёд камни. — Терпеливо ответил он. — И идти следом. Это похоже на ловушку.

— Ловушку? — Испугано спросила Кира.

— Простая предосторожность. Не думаю, что она смертельная.

— Почему тогда нам нельзя пойти с тобой? — Завелась Зои. Она вроде и понимала, что не нужно мешать, но ей отчего-то стало страшно. Что, если там, впереди, действительно ловушка? Что, если она совсем не так безопасна, как пытается убедить Димитр? Что если он туда попадёт, а выбраться не сможет? А они, две простые девчонки, не смогут его вытащить? У них ни грубой физической силы, ни опыта, ни решимости. Если они и выживали до сих пор, то скорее всего, случайно.

— Ну что ты, Зои. — Мягко сказал Димитр. Кира потупилась и отошла в сторону, сделала вид, будто ей нужно поправить ремешки сандалий. — Всё хорошо. Не знаю, что это, но вряд ли это опасно. Зои! Ты же смелая и решительная. Что же случилось?

— Ничего.

Димитр подошёл ближе и сказал ей на ухо, так, чтобы Кира не слышала.

— Ты на самом деле трусиха, правда ведь?

— Неправда, — буркнула Зои и тут же исправилась. — И что? Говори, что хочешь!

— Я хочу сказать, — так же негромко продолжил он. — Что не представляю ничего, способного меня остановить, если я захочу вернуться к тебе.

Это Зои уже понравилось больше, она даже улыбнулась и спокойно смотрела, как Димитр, подмигнув на прощание, светит фонарём и идёт вперёд. Он, в общем-то, действует аккуратно. Наверное, действительно хочет вернуться к ней.

Ой, ну вот о чём она теперь думает?

Кира тут же оказалась рядом. Стала переминаться с ноги на ногу — после освобождения она часто так делала. Зои это не раздражало, она взяла Киру за руку, потому что еле сдерживалась, чтобы не броситься следом за Димитром. А так и сама на месте останется, и Киру от необдуманных поступков удержит.

Димитр швырял камень и шёл вперёд, а потом опять швырял камень. Пятый по счёту камень взорвался на полпути столпом искр. В месте, куда он врезался как круги по воде, расплылись ярко-жёлтые волны, которые доплыли до стен, очерчивая преграду, и пропали в камне.

Это было так неожиданно, что Зои вздрогнула, а рядом вскрикнула Кира.

— Вот и сюрприз. — Сказал Димитр. Так, будто вообще не волновался. Даже наоборот, был доволен.

— Это перегородка? — Спросила Зои.

— Да, это перегородка. Очередная. Но не такая, как прошлые. Эта, думаю, убьёт, если к ней притронуться. Можете подойти. Но не слишком близко.

Девчонки дошли до него и замерли. Сказать было нечего. Ловушка оказалась смертельной и винить некого.

Страшно.

— Нужно подумать, — вглядываясь в глубину коридора, сказал Димитр. — Если нам помогали уже несколько раз… то и сейчас должны помочь. С другой стороны, если всегда рассчитывать на помощь, сам разучишься что-либо делать.

— Ничего, я переживу, если будет помощь. — Пробормотала Зои.

— У нас же осталась взрывчатка? — Тут же спросила Кира.

— Да, но это поле… его природа неизвестна. Оно может усилить взрыв. Завалит нас к чёртовой матери. Нюхом чую… — Димитр замолчал.

— А если попробовать чуть-чуть? — Оживилась Кира.

— Дай ему подумать. — Вдруг обиделась Зои и даже отпустила Кирину руку.

— Ладно, извини.

Кира отвела от Зои взгляд и улыбнулась. Наверное, подумала, будто я ревную, решила Зои. И нахмурилась. Это действительно так? Или?.. Или что?

Нет, нужно остановиться. Осмотреться. Может, на стенах есть скрытая кнопка, которая отключает преграду. Так можно не смотреть на Димитра и Киру и не выставлять себя ревнивой идиоткой.

Раньше, чем Зои успела отвернуться, проход на долю секунды стал бледно-голубым — и снова прозрачным.

Димитр сориентировался мгновенно — сразу же бросил камень. Тот пролетел спокойно, упал в паре метров дальше.

Раньше, чем они успели что-то сказать, пелена снова стала голубой. Димитр повторил трюк с камнем — он снова врезался в поверхность, оставляя за собой ворох искр и рассыпался на мелкие крошки.

— Так, так, так. — Пробормотал Димитр. — Интересно.

— Что? — Спросила Зои.

— Подожди.

Димитр набрал целую горсть камешков и замер у пелены, покачивая их в руке.

Вскоре вернулся голубой свет — будто мигнул. Димитр стал швырять камень за камнем, все пролетали мимо, пока пелена снова не моргнула и очередной камень не взорвался.

— Считаем цикл. Можете пока отдохнуть. — Димитр отвлёкся всего на секунду, чтобы сказать им пару слов, и снова замер у пелены.

Девчонки сели чуть дальше.

— Она отключается, да? — Спросила Кира, наблюдая, как в проход летят камешки — то удачно, то нет.

— Похоже на то.

Зои опёрлась спиной на стену и вытянула ноги. Вздохнула. Ноги грязные как у чушки. Где её прекрасный педикюр? Лучше и не видеть, что от него осталось.

Взгляд стал бродить по стенам, на которых даже мох не рос. Ничего — только серый стерильный камень.

— Знаешь, чего мы ещё тут не встречали? — Спросила она у Киры.

— Чего?

— Монстров. Людоедов каких-нибудь уродливых. Злобных и агрессивных тварей, которые только и делают, что мечтают нас сожрать. Вообще же никого!

— Тебе правда не хватает такой встречи? — Подняла брови Кира.

— Нет, конечно, обойдусь. Но ведь факт — никого живого мы пока не встречали. Ну, здорового, в смысле, мелочь не считается.

— И всё же жизнь здесь есть. Вот жучки. — Кира показала на стену. Зои присмотрелась — там на небольшом пятачке копошились мелкие белые насекомые, похожие на тлю. Такие маленькие, что она сама бы не увидела, если бы Кира не подсказала.

— Ничего себе. Ты посмотри! Они только тут, прямо на этом месте, а вокруг нет!

— Точно. — Кира тоже поискала вокруг и не нашла больше жучков. Поморщилась. — Но если честно, мне плевать и на жучков, и на всю остальную местную живность. Нет агрессивных тварей, как в фильмах ужасов, и прекрасно!

— Да я не к тому! Ты прекрасно поняла, о чём я.

— Поняла. Ты хочешь зрелищ. Адреналина. — Кира засмеялась. А Зои вдруг вскрикнула и вскочила. Димитр, дождавшись очередной голубой вспышки, вдруг просто перепрыгнул через преграду и теперь стоял по ту сторону.

Зои подняла на него глаза, не понимая, что происходит. Что он делает?

Неужели… Неужели он и правда местный? Тот, кто сопровождал её и изучал? Прежде Зои в это не верила, даже на секунду не допускала мысль, что Димитр может быть инопланетянином. А тут, наблюдая, как снова мигнула вспышка и между ними встала непреодолимая, смертельно опасная преграда, допустила такую вероятность.

Теперь, когда там был Димитр, стало видно, что стена не такая уж и прозрачная. Лицо Димитра расплывалось. Оно кривилось в каких-то жутких гримасах, а Зои только смотрела на него во все глаза и ей казалось, Димитр расплывается и сейчас он расползётся, как нечто инертное, обзаведётся щупальцами и захохочет-затрещит, а потом уползёт куда-нибудь прочь, а они с Кирой останутся здесь.

Зои вдруг бездумно пошла вперёд.

— Стой! — Крикнул Димитр. Голос был искажён, но хорошо различим.

Голубая вспышка.

И Димитр прыгает обратно.

— Зои! Ты о чём думаешь? — Димитр покачал головой. — Осторожней нужно быть.

А она смотрела и видела Димитра прежнего. Ни щупалец, ни утробного хохота.

— Ты… Что ты сделал? — Вдруг крикнула она и сжала кулаки. — Что это было?

— Ну, не злись. — Димитр неуверенно хмыкнул. — Спонтанно вышло. Не подумал, что вы не поймёте. Это же проход. Ну, его можно перепрыгнуть в те четыре секунды, пока перегородка отключается. Так что никакой проблемы.

— Никакой? — Возмутилась Зои.

Димитр рассмеялся.

— Так кто первый? Или могу на руках перенести.

— Перенеси! — Тут же сказала Зои.

— Я сама. — Поспешно добавила Кира.

— Тогда ты первая. — Димитр ещё раз улыбнулся Зои и взялся за Киру. — Делаем так. Стой рядом. Ближе, вот тут. — Он подвёл её к пелене. — Стой и жди. Скажу: «Приготовься» — готовишься. Через десять секунд после этого скажу: «Прыгай». И ты сразу прыгнешь. Поняла?

— Да.

— Точно? — Димитр наклонился к ней, неожиданно серьёзным взглядом пробежался по Кириным упрямо сжатым губам и собранной, напряжённой фигуре.

— Да. Я смогу.

— В первый же промежуток?

— Да.

— Верю.

Димитр набрал горсть камешков.

— Тогда начинаем.

Зои замерла позади, даже дышать толком боялась, чтобы не помешать. Камни со вспышками били в преграду, раздавался противный звук, в глазах сверкали резкие искры, а сердце билось от напряжения.

— Приготовься.

Ещё один фейерверк.

— Марш!

Кира мгновенно перепрыгнула и развернулась. Её лицо восторженно вытянулось.

— Молодец. — Просто сказал Димитр.

— Это так просто! — Заявила Кира. — Но очень жутко. Мурашки просто по коже, брр.

— Ну, теперь мы. — Димитр подошёл к Зои и неожиданно подхватил её на руки. — Готова?

Зои может и не была готова, но позориться перед Кирой, которая проявила такую смелость, не хотелось. А ещё она немного растерялась, потому что думала, Димитр пошутил насчёт «на руках перенести». Но нет, не пошутил.

— Веришь мне? — Тихо спросил Димитр. Его глаза азартно блестели, но вопрос был очень серьёзным.

— Да. — Вздохнула Зои и обняла его за шею руками. — Верю.

Димитр стоял, смотрел на неё, пока преграда снова не мигнула и не вернулась на место. Сказал, не отворачиваясь.

— Кира, бросай камешки.

Вспышки начались с другой стороны, только тогда Димитр отвернулся. Подошёл к преграде и приготовился.

Зои любовалась его сосредоточенным лицом. Он замер, сжимая её всё крепче, его дыхание стало очень ровным, взгляд пристальным. А потом, когда мигнул голубой свет, Зои вдруг оказалась на другой стороне. Так быстро, что почти ничего не почувствовала. Испугаться, по крайней мере, не успела.

— Всё. — Сказал Димитр, не спеша ставить Зои на ноги. Кира попятилась и отошла от них дальше по коридору.

— Кхм. Спасибо.

Он медленно опустил её на ноги, но продолжал смотреть и улыбаться, а Зои с трудом подавила желание поправить волосы, что является первым признаком смущения под взглядом мужчины, который нравится.

Димитр вдруг посмотрел назад, откуда они пришли и еле видно насторожился.

— Что?

— Больше не мигает.

— Ты о чём?

— Прохода больше нет. — Димитр нагнулся и бросил камень. Тот взорвался.

Они подождали не меньше двух минут, но мигания больше не было.

— Кажется, за нами наблюдают. — Димитр принялся вертеть головой. Зои и Кира тоже.

Объект они увидели одновременно. Дрон. Чёрный, неподвижный, под потолком, так, что в темноте его было почти не видно. Если специально не искать.

Словно увидев, что за ним наблюдают, дрон немного опустился и полетел вперёд, метрах в десяти остановился, будто ждал, когда люди догадаются пойти за ним следом.

— Ну что же. — Димитр взял Зои под руку. — Идёмте. Что-то мне подсказывает, что вскоре мы узнаем, кто же наш благодетель.

Глава 8. Внезапно

Снежка вышла из комнаты и сразу услышала ругань. Далёкую, невнятную и истеричную. То есть слов не разобрать, а вот то, что делят ресурсы — к гадалке не ходи.

Такое, к сожалению, в последнее время случалось всё чаще.

Вначале, когда только ввели ограничения, всё шло вроде бы более-менее тихо. Все поняли, что нужно затянуть пояса, если они хотят выжить. Неизвестно, как долго будут длиться морозы. Им никак, ну просто никак нельзя уйти в минус по электроэнергии!

Вроде бы все поняли… а потом началось. Почему я не могу то? Почему я должен это? Вы выдумываете! Преувеличиваете! Вы просто хотите нас контролировать!

Вы врёте!

То появление Алмазки стало первой ласточкой. Теперь студенты не стеснялись говорить Огню прямо в лицо, что ничуть не верят в необходимость экономии. Ничуть не верят ему. Не хотят и не будут.

Зато курсанты молодцы. Лука приказал — они делают. Да, может они и недовольны, но попыток в открытую пойти наперекор приказу не было. Снежке даже обидно стало. Почему курсанты верят своему командиру? Почему они понимают — правила экономии не для того, чтобы всем остальным было плохо? Они для всеобщего блага!

В общем, курсанты вели себя образцово-показательно, а вот студенты явили себя «во всей красе». Огонь в них разочаровался.

Разумных было всего несколько человек. Ахлейн, Ксения, Шпрот и бюджетники. С остальными то и дело возникали проблемы. И чем дальше длился режим экономии, тем больше студентов поддерживали Саблезуба.

Лука по секрету сообщил Огню, что Саблезуб обещает студентам прежний, свободный от ограничений график. И ему многие верят. Потому что проще поверить чужим словам, чем включать собственные мозги.

Лука предложил особо буйных сажать в карцер. Но это был плохой выход, настолько плохой, что его провальность понимали все. Посади Саблезуба в такой напряжённый момент — остальные скажут, что Саблезуба засадили за его позицию, ведь фактически он ничего не сделал. А посади остальных… ну тогда вообще будет бунт.

Огонь нашёл выход, было дело. Он просто предложил студентам выбрать кого-нибудь другого из их числа, кто будет отвечать за существование базы и за порядок. За то, чтобы никто не замёрз, чтобы хватило воды и еды. Пусть даже Саблезуба, если так желает большинство. Вот прямо сейчас, немедленно, пусть кто-нибудь вызывается и занимается всем этим сам. Что мне от моего положения командира? — спросил их Огонь. Никакого прока. Только геморрой. Так что давайте-ка сами.

В тот раз никого, конечно, не предложили, Саблезуб пошёл на попятную. Понятное дело, он же не собирался работать на остальных и заботиться о них. Он хотел заботиться только о себе самом, и чтобы остальные работали на него.

Но случись такое собрание повторно… ещё вопрос, чем бы оно закончилось.

Снежка нехотя шла к столовой. Честное слово, иногда проще голодной остаться, чем наблюдать очередную склоку. Да и коридоры после включения экономии электроэнергии были тёмные и жуткие, и звуки в них распространялись, сильно меняясь. Нормальный голос становился зловещим шёпотом, а крик словно резал по ушам.

Или ей так казалось.

В этот раз, правда, повезло. Не успела она дойти до столовой, как ор прекратился. Так что внутри было уже тихо, она даже не смогла понять, кто с кем поцапался и из-за чего.

Должен был подойти Огонь, так что Снежка набрала еды на двоих. Сладкое в меню отсутствовало, его включали только два раза в неделю. Правда, оставались продукты на складе — сахар и повидло, но этого было недостаточно. Из-за сладкого скандалили почти так же часто, как из-за отсутствия горячей воды.

И всем было плевать, что Снежка и Огонь так же мылись в еле тёплой, стараясь выскочить из душа как можно быстрей, пока себе ничего не отморозили. И так же сидели без пирожных.

Она подошла к свободному столу и опустила поднос.

Сирена взвыла громко, сразу со всех сторон. Как живая, громогласная птица, что вырвалась на волю.

Снежка оторопела, а потом подумала — дежавю. Опять. Это случилось опять. Ей казалось, после того раза, при крушении, когда паника даже разогнала её медикаментозный дурман, после этого её мало чем можно испугать.

Оказалось, в этот раз всё точно так же. Паника — душная, бешено стучащая в виски — она была тут как тут.

Вырубился и без того бледный свет, над потолком включились красные аварийные лампы, неожиданно яркие, потому что были на автономном питании. В коридоре они светили не так ярко, и алые всполохи в темноте казались огнём, который внезапно охватил базу и из которого нет выхода.

Снежка не сразу поняла, что происходит. Вернее, она ещё долго не понимала, просто стояла на месте и смотрела в коридор, туда, куда побежал народ. И заметила, что все передвигаются как-то очень медленно, словно всех вдруг затормозил страх. Но так не должно было быть! Испуганные люди бегут как дикие животные от огня, на пределе своих возможностей, не заботясь ни о себе, ни о других.

Значит, им что-то мешает бежать.

Снежка медленно опустила глаза вниз, к полу.

Оттуда к коленям поднималась густая вязкая масса. Вместе с ней единым дуновением пришёл неприятный запах канализации.

* * *

Дрон вёл их по ровному прямому коридору, а потом в один миг пропал. Никто не успел заметить, куда. Впрочем, это было неважно, так как коридор всё ещё был один.

Вначале узкий, им пришлось идти друг за другом. Потом коридор раздался в стороны и стал гораздо шире. Тут и пару машин бы разминулись без труда. Они некоторое время шли рядом. Молчали, слышен был только скрип резиновых подошв на обуви, которую смастерил Димитр.

Где-то впереди забрезжил яркий свет.

— Теперь я первый. — Димитр поднял правую руку. — Вы позади.

Зои из присущего ей чувства противоречия хотела возмутиться, но взглянула на Киру и промолчала. Он, конечно, прав. Димитр так далеко их завёл, столько о них заботился, что глупо мешать ему продолжать это делать. Да и вообще — пора уже побыть просто женщиной, не стремясь каждую минуту лезть на рожон, бросаться грудью на амбразуру и доказывать, что сильная и смелая. Иногда стоит позволить быть героем кому-то другому.

И ещё такая мелочь, о которой не мешает упомянуть — у Димитра больше опыта.

— Постарайтесь идти тише. — Попросил Димитр. Сам он действительно начал скользить по полу почти неслышно. Зои не могла не отметить про себя, что двигается он потрясающе ровно для человека с неродной ногой.

Девчонки попытались повторить скользящие шаги и пошли за ним, ступая как можно осторожней. Со стороны, наверное, смешно смотрелось.

Свет приближался. Коридор, судя по всему, вливался в большое помещение, в котором было очень светло. Зои в последний раз видела такой яркий свет в бункере. Помещение было заставлено какой-то громоздкой техникой. Наверное. По крайней мере издалека это выглядело как неорганизованный склад или нагромождение непонятного оборудования. Может быть, свалка.

Вдруг там, вдалеке, что-то пошевелилось. И не просто пошевелилось, а активно задвигалось. Почти сразу же вдали показался человек. Совершенно точно — человеческий силуэт: туловище, голова, руки и ноги. Мужская фигура. Знакомые шагающие движения.

И он шёл им навстречу. Спокойно, даже неторопливо.

Точно человек! Голова и плечи, ноги ступают по очереди, руки расположены вдоль тела. Каждое движение привычное и естественное. Даже самые современные роботы не умеют двигаться так натурально.

Значит, кто-то шёл им навстречу.

Димитр хмыкнул, остановился всего на миг, а потом ринулся человеку навстречу.

Зои пыталась разобрать, кто это. Вроде всех людей, которые на планете, она знает лично. Неужели инопланетянин? Неужели сейчас они, наконец-то, увидят местного? Познакомятся лично? Встретятся лицом к лицу?

Странно только, что он очень сильно похож на человека. Внешне. И причёска у него, как у обыкновенного парня. И даже… одежда. Спортивный костюм, такой же, как на них всех.

И лицо будто знакомое. Зои прищурилась, пытаясь разглядеть его черты лучше, как её оглушил крик.

— Никита!

Кира бросилась вперёд, Димитр успел отреагировать и схватил её за руку. Кира тут же стала вырываться и биться, как птица, угодившая в силки.

Человек, увидев Киру, бросился к ним и что-то сердито кричал. Похоже, ему не нравилось, что Димитр её хватает. Она вырывалась с такой отчаянной решимостью, что на миг превратилась в зверя, безумно рвущегося на свободу. Готового оставить в капкане лапу, если придётся.

Зои подошла, прикоснулась к плечу Димитра.

— Отпусти её. Это Никита. Один из нас. Её парень.

Тот послушался и разжал пальцы. Кира бежала, а Зои продолжала держать Димитра, чтобы он оставался на месте, хотя вряд ли бы тот побежал следом. Они смотрели, как Кира подлетела к человеку, а тот раскинул руки и поймал её в свои объятия.

Смотрели и каждый видел своё. Зои — чудо, мгновение, которое превратило Киру из вымотанной до полусмерти доходяги в светящуюся от счастья, безумно красивую девушку. Димитр — двух людей, которые воспринимались словно одно целое. Пару, которая только сейчас, вместе, обрела свою завершенность.

На это нельзя было смотреть без слёз умиления. И зависти. Чуть-чуть…

* * *

Чудеса случаются. Они на самом деле есть!

Просто люди не видят их в череде дней, заполненных обыденными вещами и привычными действиями, вызывающими привычный результат.

Чудеса есть.

Просто обычно они совсем маленькие, скромные, и не имеют яркого привлекательного оперения. Их трудно заметить в мельтешении крикливой рекламы того, что человеку на самом деле не нужно.

Ему нужны они — маленькие чудеса.

Это глубоких вдох и прикосновение к кому-то, кого ты любишь. Улыбка и блеск в глазах напротив. Стук живого сердца. Смех, прогулка в тени деревьев, вкус мороженого и запах сирени. Забытое одиночество.

Вот они какие — настоящие чудеса.

Кира обнимала Никиту и чувствовала, что никто и никогда за всё существование человечества не был так счастлив! Быть более счастливой, чем она сейчас просто невозможно, немыслимо! Счастья было так много, что оно звенело, пело в груди, двигалось по телу со скоростью света, и если бы он её не держал, Кира взорвалась бы, излучая это бесконечное счастье, как сверхновая, зарождая собой в пустоте новую звезду. Самую красивую звезду во всей вселенной.

Но он держал и пришлось всё это счастье отдать ему.

— Никита. Я знала, знала, что ты жив. Я знала, что ты не умер. Я никого не слушала.

— Я жив. И ты здесь. Наконец-то ты здесь.

Всё такой же худой и жилистый, такой же тёплый, и голос ничуть не изменился. И запах. И сила, с которой он её обнимает.

— Столько времени прошло. Я забыла всё это время. Вот прямо сейчас. Будто это только тень ужаса, ничего не было. Не знаю, как мы сюда попали. Не знаю, зачем. Но мы вместе, так какая разница?

— Мы вместе. Не думай о прошлом, неважно, какое оно. Оно позади. А мы — здесь.

Кира была так счастлива, что всё закончилось, что больше не нужно никуда бежать, никого искать, не думать бесконечно и болезненно, что делать дальше — так счастлива, что даже не могла плакать или смеяться. Только и смогла, что закрыть глаза и прижать ладони к его спине, и положить голову на его плечо.

От него пахло так знакомо! Немного терпко, чуть-чуть солёно, каплю остро. Можно было держать в памяти его лицо, улыбку, поворот головы и даже голос, но запах… вот что Кира забыла в первую очередь. И вот что она теперь вспоминала, и наслаждалась им, и именно запах её успокаивал, доказывал, что всё происходящее вовсе не злой сон.

— Теперь всё хорошо. Ты рядом и теперь всё будет хорошо. — Говорил Никита, так же без эмоций, потому что если позволить себе дать им просочиться, они разорвут обоих в клочки.

— Мне говорили, что ты умер. — Шептала Кира, с улыбкой слушая, как звучит его голос. — Мне говорили, тебя больше нет.

— Я тут.

— Я так долго тебя искала…

— Я тебя ждал.

И больше нечего было сказать. К чему ему описания всех тех кругов ада, которые прошла Кира? Главное, что прошла. Вот он, конец этого жуткого пути, здесь, в объятиях человека, который непонятным образом стал слишком важным звеном всей её жизни.

— Теперь всё будет хорошо. — Повторил Никита.

Он молча подхватил Киру на руки. Она не сопротивлялась, наоборот, вдруг почувствовала, что не хочет и не может шевелиться. Усталость словно обрушилась на Киру и она погрузилась в странное состояние — полусна, полуяви.

Никита нёс её по коридору и Кира улыбалась. Ему, стенам тоннеля, всему этому миру, всё-таки справедливому и доброму, всей Вселенной.

Которая сократилась до размеров одного-единственного человека.

Кира следила за ним, и собиралась следить всё время, сколько ей его отпущено.

* * *

Димитр оглянулся на Зои, та кивком предложила отойти к стене, что они и сделали. Там, опершись спинами, они отвернулись, чтобы не мешать этой заново обретшей друг друга парочке. Хотя те, похоже, ничего вокруг не замечали.

— И кто это такой? — Рассеяно спросил Димитр.

— Никита. Её парень, который пропал. Мы все думали, он погиб, лежит где-то… а она искала.

— Где пропал? Когда?

— А ты молодец, — Фыркнула Зои. — Сразу к делу. На другой базе пропал, знаешь, есть такая, далеко, в каменной долине.

— Слыхал. Давно это было?

— Да. Очень давно.

— Точно? Вы тут всего несколько месяцев.

— Ну, не так давно, как ты, конечно же.

— И что он делает здесь? — Спросил Димитр.

— Самой интересно. Но думаю, он нам расскажет. Ей-то точно. — Хмыкнула Зои. — И мы заодно послушаем.

— Ладно.

Ответ был странным для Димитра, слишком коротким и каким-то смиренным, что ли. Зои посмотрела на него, прикинула — о чём тот думает? Тоже считает, что Никита ненастоящий? Жуть просто. Кругом ни одного живого человека, только инопланетные куклы.

Хотя… если они ровным счётом ничем от людей не отличаются, то какая разница?

— Слушай, жутко, наверное, тебе? — Склонив голову набок, спросила Зои.

— В смысле? — Словно очнувшись от каких-то мыслей, спросил Димитр.

— Ну, если ты думаешь, что все вокруг — искусственные. Жутко тебе среди нас?

Она мягко улыбалась. Очень непривычное для себя самой ощущение — мягкость. Но с ним хотелось быть именно такой, впервые в жизни.

А ещё ей хотелось забрать его себе. Всем периодически хочется человеческого тепла и участия, чтобы выслушали и просто обняли, помогли и поддержали, но Зои хотелось его ещё и как мужчину. Она бы попросила его быть с ней, если бы могла.

Но она не могла. По крайней мере, не могла произнести ничего подобного вслух. Или могла, но только пересилив себя, заставив, и тогда голос звучал бы вызывающе и с насмешкой.

Поэтому Зои просто смотрела, а если и была в её взгляде какая-то просьба, то разве что самая невинная.

Димитр пристально смотрел на Зои, а потом поднял руку, положил ей на затылок. И поцеловал.

У него были жёсткие губы и поцелуй тоже жёсткий. Даже не настойчивый, а какой-то неподатливый, железобетонный — отказаться от такого поцелуя нет ни малейшего шанса. Но Зои и не собиралась отказываться. С каждой секундой всё сильней стучало сердце и эта сила, когда вёл он, управлял он, и решал тоже он — это впервые в жизни из слабости превратилось в наслаждение.

Наконец-то. Наконец-то он это сделал!

Зои продолжала прижимать руки к камню, и только немного потянулась к нему, чтобы Димитр не подумал, будто ей не хочется его целовать. Просто, если уж они перейдут на новый уровень общения, то вот так — медленно, вдумчиво, каждый миг убеждаясь, что путь верный и желанный для обоих.

Впрочем, длилось это недолго. Димитр отодвинулся, резко оглянулся, не отпуская руки. Зои хотелось потереться о его ладонь, как кошке, но она только на миг прижалась к ней щекой.

— Пошли.

Никита нёс Киру в сторону ярко освещённого помещения-склада. Димитр снова пошёл чуть впереди, хотя никакой необходимости быть начеку вроде как больше не было. Ну, так думала Зои. Но переубеждать его не пыталась — пусть.

Помещение и правда оказалось огромным, безразмерным, его края терялись в полумраке. И заваленным всякими вещами, забитым ими просто под завязку, так, что между грудами предметов оставались лишь узкие извилистые проходы. Чего тут только не было! Зои увидела дуал — огромный, с серебристыми трубами и огромной решёткой, из которой при полёте должно вырываться пламя. Не настоящее, конечно, бутафория для антуража, но всё же. Дуал был завален большим количеством толстых одеял, а поверху громоздилось три компьютерных стола. На самой верхотуре — канистры с какой-то розовой и салатовой жидкостью. Дальше стояли спортивные тренажёры, и Папаша на длинном столе с ящиками, и какие-то станки, и даже пара роботов неизвестного назначения. Всё это перемежалось сейфами, деревянной мебелью и огромными кусками пластиковых труб. И коробки, коробки, подписанные маркерами, из которых торчали пакеты, тряпьё и даже мягкие игрушки.

Место было совершенно сюрреалистическое.

Никита, уверенно петляя по проходам, дошёл до какого-то закутка. Там было довольно свободно, стоял диван, заваленный одеждой. Никита посадил на него Киру и устало опустился рядом. Та тут же прижалась к его руке и положила голову ему на плечо. Никита накрыл её руку своей. Оба замерли, будто боялись лишним движением испортить реальность и оказаться где-то в другом месте, в одиночестве.

Судя по всему, это было логово, которое устроил себе Никита. По крайней мере, место, в отличие от остального помещения, выглядела обжитым.

Зои и Димитр, потоптавшись неподалёку, тоже нашли где пристроиться — Димитр просто вытащил из кучи хлама два компьютерных кресла, у одного кое-как поправил кривую спинку и оставил себе, второе, целое, отряхнул и отдал Зои.

Закуток Никиты окружала стена каких-то металлических шкафов с огромным количеством маленьких ящиков. Они загораживали свет, который падал неизвестно откуда, отчего тут было чуть темней, чем в остальных частях зала.

Устроившись, Димитр с Зои вздохнули с облегчением. Кажется, они добрались до ключевой точки.

Переглянулись.

Хотя Кира выглядела так, будто заснула с открытыми глазами, вопрос задала именно она.

— Расскажи, что с тобой случилось. Всё. Расскажи всё.

Никита кивнул.

— Да, конечно. Я всё расскажу. Будете спрашивать или мне самому?

— Для начала скажи — это ты присылал дрон? Ты пробил проход? Ты открывал последнюю стенку? Ты нас сюда привёл? — Спросил Димитр.

— Да. Это был я.

— Ты знал, что мы там… сидим взаперти? — Спросила Зои.

— Да. И как только смог, я вас вытащил.

— Ты взорвал нам проход. — Утвердительно вставил Димитр.

— Да. Ваша база большая, повредить вам при взрыве риск был минимальным, поэтому я это сделал. Кира… там взрывать, просто бросив динамит, было слишком опасно, она могла погибнуть. Поэтому пришлось просить вас помочь ей.

— Почему ты сам не пошёл и не вытащил её? — Продолжал допрос Димитр.

— Я не мог выйти. — Просто ответил Никита. — Ты же видел силовой блок? Ну, через который вы прыгали. Я смог только научиться отключать его на четыре секунды. И это мне ещё сильно повезло. Но чтобы выйти, четыре секунды слишком мало… Да и как зайти назад? Предположим, я настрою дрон так, чтобы он включил мне проход. А дальше что? Ваша часть подземки — тупик. Оттуда нет выхода.

— Я понял. — Димитр пару раз наклонил голову к плечам, будто укладывая в ней полученную информацию. — Теперь рассказывай о том, что хочешь, как тебе удобно, если будет нужно, я задам вопрос.

— Хорошо. Начну с себя. Кира, что последнее ты помнишь, когда мы шли искать базу? Когда мы искали вход?

Её глаза тут же стали влажными, но Кира держала себя в руках.

— Дождь. Холод. Я продрогла до костей, но вместе с тем мне было очень зябко. Помню, как мы прятались под камнем, там было очень мало места, очень тесно. Потом я проснулась, было светло, глаза ослепли, а тебя рядом не было. Я не могла кричать, не могла двигаться, просто ждала, что ты вернёшься.

Кира вдруг замолчала и задрожала.

— Я здесь. — Сказал Никита. — Не хочешь — не говори. Этого достаточно.

— А потом прилетел Перец. — Тихо закончила Кира. — И спас меня.

Димитр посмотрел на Зои, приподняв брови.

— Это базовый ИИ-помощник. — Пояснила Зои. — Перец — его кличка.

— Продолжай. — Сказал Димитр Никите так, будто давал разрешение. Будто Димитр тут самый главный.

Никита продолжил, теперь обращаясь к нему и Зои.

— Я понял, что Кира не сможет дальше идти. А я не могу её нести. Там такая местность, что в одиночку-то не везде пролезешь, а тащить кого-то ещё — невозможно. Выход был только один — найти базу и потом вернуться за ней с помощью. Кира уже была без сознания, я даже попрощаться не мог… В общем, я пошёл. Вы не знаете, чего мне это стоило. Я даже думал, что стоит просто лечь рядом и умереть. Но посмотрел на неё… Кира не заслужила такой страшной смерти. Я сел рядом, она так тяжело дышала, и лицо белое, и мелко дрожит. Я только представил, что буду сидеть тут и увижу, как она затихнет, как её не станет… Нет, я не хотел этого видеть. Тогда я встал и пошёл. Не знаю, на что я надеялся. Но я нашёл эту проклятую базу, нашёл вход. Случайно. Или не случайно. Я сам простыл, у меня тоже была температура, я шёл как в бреду. Несколько раз падал, один раз так сильно приложился головой, что потерял сознание. Не знаю, сколько я лежал. Очнулся весь в крови. Потом увидел какие-то вспышки… Свет. Но может, это были молнии, не знаю. К тому времени я очень плохо соображал. Но я пошёл туда, потому что вокруг были только камни и без разницы было куда идти. Мне повезло. Я пришёл ко входу, к базе. Уткнулся в неё, в эту будку с дверью и стоял там, пытался вдуплить, где я. Не сразу даже понял, что это дверь, что я её нашёл.

Никита замолчал, прижался губами ко лбу Киры. Димитр с нетерпением посмотрел на Зои, будто хотел, чтобы она подтолкнула своих знакомых и те шевелились быстрей, рассказывали быстрей! Зои нахмурилась — терпи.

— Там я встретил его. — Сказал Никита и снова замолчал.

Ну тут уж и Зои не выдержала.

— Кого его? Инопланетянина?

— Да. Вернее, нет. То есть… В общем, по порядку. Я встретил его. И хорошо, что встретил. Сам бы я дверь на базу не вскрыл, её перед отлётом заблокировали. Если бы не он, я бы сдох там, у входа, а Кира умерла бы на месте последней стоянки. Он предложил мне сделку, и я согласился.

Никита глубоко вздохнул. Но продолжил сам, без понуканий.

— Он сказал, что вскроет базу, а взамен я полечу с ним. Что если я не соглашусь, он убьёт всех нас. Не только меня и Киру, а студентов и курсантов. Всех. Он назвал места, кто где находится сейчас. Назвал количество человек, даже имена некоторых. Он знал про нас всё, я не сомневался, что при желании он может это сделать. Убить нас.

Димитр невольно напрягся, а Зои, ни секунды не сомневаясь, вдруг обхватила ладонью его сжатый кулак. Ей хотелось сказать — успокойся, я рядом, всё будет хорошо.

Никита ровно продолжал.

— Я согласился. Сами понимаете, какой у меня был выход? Он вскрыл базу, запустил помощников, перенастроил права на Киру и мы улетели. Позже он прислал мне доказательство, что Кира добралась до базы и выжила. Я был ему благодарен — сами бы мы не справились. И вот мы с ним прилетели сюда. С тех пор я не выходил.

— Кто он? У него нет имени? — Спросил Димитр.

— О, у него имён штук двести. — Усмехнулся Никита. — Один, Василевск, Гурьба, МиМеЛинк, Три витка пути, и так далее, и тому подобное. Запомнить невозможно. Я называю его просто — Старший.

— Что он такое? — Спросил Димитр, позволяя Зои сжимать свою руку.

— Что? Он кто. Это местный житель. У них у всех много, очень много имён, они выдумывают их себе как только захотят, по любому поводу и без. Запомнить, повторяю, невозможно. Поэтому я дал им прозвища. Например, чаще всего я общался с Лией Милосердной. А Старший вскоре ушёл, оставил меня здесь без присмотра. Ещё бывали Скакун и Нерешительный Джо. Прочие редко, утолили любопытство и пропали. Им я присваивал только порядковые номера.

Зои и Димитр то и дело переглядывались. А Кира безмятежно продолжала улыбаться, будто ничего в этом рассказе удивительного нет.

— Они гуманоиды? — Спросил Димитр, потому что Никита, похоже, то и дело сбивался и не знал, о чём говорить дальше. — Внешне похожи на нас?

— Думаю, да.

— Думаешь? Ты разве их не видел?

— Не их. — Никита качнул головой. — Их… воплощения, что ли. Их формы. Ну, как же вам пояснить? В общем, местные давно не ходят по поверхности. Они где-то спрятаны. Думаю, где-то глубоко внизу. — Он качнул подбородком в пол. — Там. В земной толще, на большой глубине. Если им нужно с чем-то взаимодействовать за пределами своего убежища, они используют разные формы. Есть и роботы, и даже вроде бы какие-то животные, но обычно они используют Кляксы, как я их называю. Это такая энергетическая оболочка, в обычном состоянии невидимая. Она может проникнуть везде, может при необходимости трогать, ломать, нажимать, в общем, всё, что угодно. Ко мне они всегда приходят в Кляксах. Когда кто-нибудь появится поблизости, я вам покажу.

Зои тут же стала с круглыми глазами оглядываться.

— А сейчас?

— Никого нет. Давно никого не было.

Димитр тоже по-быстрому огляделся и продолжал расспросы.

— Почему они сидят в убежищах? Почему сами не выходят наружу?

— Я расскажу, что думаю. И к каким выводам пришёл. Объяснять мне они, конечно же, ничего не стали.

— Валяй.

— Я думаю, они не выходят, потому что там, внизу, безопасно. Видимо, там что-то наподобие бункера, полностью автономного. А тут, на поверхности, случаются всякие непредвиденные обстоятельства, катаклизмы. Вот представь. Физически ты можешь жить вечно. Наука настолько развита, что легко заменит любую часть тела. А возможно, необходимость в человеческом теле вообще отпала. Можешь сделать себе любое тело. Но пойдём дальше. Зачем подвергать свои тело и мозг опасности? Случайности ведь случаются, их не предугадаешь. Молния там, метеорит, камень с неба упадёт. Зачем рисковать? Тем более если можно себя спрятать, хорошенько спрятать глубоко под землёй. Тем более путешествовать ты можешь в виде Кляксы, которая, судя по их словам, очень точно передаёт большинство физических ощущений. Представь, что ты можешь летать, просачиваться сквозь стены, камень и землю, обладаешь силой крошить этот камень руками, пройти, куда угодно, хоть в жерло вулкана, прыгать с водопада, с высоты — и не разбиться. Не чувствовать боли. Зато чувствовать весь остальной спектр эмоций по своему желанию. Конечно, нет никакого смысла рисковать своей бренной оболочкой. Вот их путь. Они спрятались в убежищах и живут в Кляксах.

— Но они гуманоиды? — С сомнением спросила Зои.

— Скорее всего, — Никита равнодушно пожал плечами. — По крайней мере, были. Ведь Кляксы гуманоидной формы. А сейчас, кто их знает. Может, это такое круглое толстое тело, безволосое и беззубое, которое плавает в питательной жидкости. А может, там только мозг остался человеческий, который плавает в банке с гелем и всем управляет. В любом случае, это не так-то важно. Они тут хозяева и могут всё.

— Сколько их? — Димитр.

— Не знаю. Пару десятков, может сотен. Я насчитал двадцать пять разных особей, но ко мне приходили далеко не все. Им очень много лет, они давно не размножаются. Кажется, они даже считать бросили, сколько лет существуют. Просто не видят в этом необходимости.

— Чего они от нас хотят? Кто у них главный?

— Главного как такового нет. У них нет закона, каких-то правил, по-моему, даже обрядов, норм поведения и приличий — ничего нет. Не осталось. Они каждый сам по себе, потому что их интересы не пересекаются. Ну, они могут поспорить там, если один вдруг захочет посадить лес, а второй на этом месте захочет сделать море, но они как-то договариваются. А если не выходит договориться, они просто дерутся. Кляксами, дронами или другими подручными средствами, портят друг другу всё, пока не надоест. А потом каждый идёт делать дальше, что хочет. Они могут оставить за собой поле боя — море, из которого торчат деревья. — На лице Никиты появилась странная гримаса — вроде улыбки, но какой-то кривой, тревожной.

— Что им нужно от нас? — Повторил Димитр.

— Кому им? — Никита вскинул на него глаза и посмотрел, как на ребёнка.

— Ну, — Димитр невольно растерялся, но тут же напряжённо подался вперёд. — Тем, кто убил мою группу!

— Военных?

— Да.

— Это была случайность. Мне жаль. Лия Милосердная рассказывала. У них тут есть такие насекомые, вроде жуков… они очень быстро плодятся. Буквально за пару суток вырастают из микроскопического жучка в огромную тварь. И сжирают подчистую всё, что найдут, после них один камень остаётся. Даже землю жрут. И пластик, и железо — всё сжирают. Это у них тут бедствие такое бывает, как на Земле когда-то был приход саранчи. Совсем уничтожить жуков нельзя, это не гуманно, они вроде как жили на планете ещё до появления этой расы. И ограничить размножение не получается — жуки словно из ниоткуда периодически появляются иногда в каком-нибудь месте и если упустить время, то они много бед могут наделать. Подозреваю, эти жуки даже до них могут добраться. — Никита хмыкнул и сморщил лоб, потом продолжил. — Ну и им приходиться уничтожать этих жуков. Дронами. Они вызывают короткую ночь, потому что в это время жуки лезут на поверхность… ну и становятся неповоротливыми. И отправляют дронов. Ваши военные просто попались этим дронам, а те посчитали их жуками… Вот что случилось. Теперь дроны перенастроены и человека не тронут.

Димитр молчал, напряжённый, как натянутая тетива. Его лицо почернело. Зои сжимала пальцы на его кулаке и боролась с жалостью и с желанием что-нибудь сказать. Она была уверена, что если откроет рот, обязательно ляпнет какую-нибудь чепуху и только сделает хуже.

— Зачем они оставили меня? — Спросил Димитр.

Никита задумался, потом вздохнул.

— Ты тот военный, который сидел в банке?

— Где? — Возмутилась Зои.

— Банка. Они так её называли. И не смотрите на меня с таким укором. Вам могло показаться, что я тут кайфую, всё знаю, всё могу. Но это не так. По сути я такой же пленник, как и вы. Старший забрал меня, чтобы держать под рукой и спросить о нас, если вдруг что-то захочет узнать. Я тоже в ловушке.

— Не очень похоже. — Сказал Димитр, косясь на окружающие завалы.

— И всё же это так.

— Ты больше похож на их агента. — Нехорошо усмехнулся Зоин напарник. Она тут же отреагировала.

— Димитр. — Зои, не отпуская его руки, прижалась к его плечу и тихо сказала на ухо. — Я его знаю. Он прилетел с нами. Он не врёт. Пожалуйста.

Кира тем временем будто очнулась ото сна, подняла голову и посмотрела на Димитра так, будто вдруг возненавидела. Зои поморщилась. Не стоит им всем сейчас ругаться.

— Тебе решать, на одной мы стороне или нет. — Спокойно ответил Никита. Только его рука на плече Киры дрогнула. — Я тебе легко докажу, что я не имею с ними ничего общего.

— И как же?

— Отсюда тоже нет выхода.

Они помолчали. Димитр не выглядел убеждённым, ничуть. Зои, зная его подозрительность, тоже с сомнением прикинула, что ну какое же это доказательство? Для неё — да, она думала, что Никита выбрался бы и бросился бы вытаскивать Киру, если бы мог. Но Димитр ничего не знал об этих двоих, он мог им не верить.

Димитр молчал.

— Это всё. — Никита обвёл головой зал. — Они сделали мне. Я называю это место Хламник. Когда меня сюда привезли, тут был только огромный пустой зал. А теперь сами видите, что. Не знаю, где они взяли информацию о наших бытовых предметах, материалы и чертежи, но они неплохо по ним прошлись. Даже по тем вещам, которых не было на катере, которые не привозили на базы. У меня тут, например, есть джакузи с тремя десятками режимов и воздушными массажными подушками. Валяется где-то там. — Никита махнул рукой влево. На секунду замер. — Нет, вон там. — Махнул в другую сторону. Снова замер, и потряс рукой, будто та затекла. — Не важно. Так вот. После приезда мне стали обустраивать тут жильё. Сделали мебель, еду. Потом стали клепать всё подряд! Начал Старший, потом Лия Милосердная ещё прибавила, ну и Нерешительный Джо экспериментировал. Не потому что я попросил, сами просто взяли и сделали, потому что им было любопытно, что это такое, что за предметы и для чего нужны. Наблюдали за мной, что я стану со всем этим делать. Недолго, потом им надоело. Тебя, — сказал он Димитру. — Просто держал другой из них. Я же говорил — у них каждый сам по себе. Бывает, они с друг другом годами не общаются. Никто никому ничего не должен. Каждый может всё сам. Когда вы, ну, то есть когда люди прилетели на планету, обустроили тут несколько баз и стали везде лезть, всё смотреть, местным было просто всё равно. Они раз за разом откладывали решение этого вопроса, ну, что с вами делать, на потом. А потом случилось несчастье — дроны убили вашу группу. И Старший решил за всех — тут же заявил, что людей нужно срочно отсюда убрать. Старший — его слушаются. Наверное, в прошлом он был их лидером и что-то в памяти осталось. А может, нет, может, он просто решает, потому что больше решать некому, а остальные… им безразлично. Не знаю. В общем, Старший решил — это копошение на поверхности местным ни к чему. И он поставил ультиматумы — все люди должны немедленно убраться откуда пришли.

— Почему так резко и так жёстко? — Перебил Димитр.

— Потому что не хотел тратить время. — Смотря Димитру в глаза, твёрдо ответил Никита. — Он был готов потратить на решение проблемы только час-два, не больше.

Димитр молча опустил глаза и задумался. Желваки на его скулах ходили ходуном, чуть ли не прорывая кожу. Никита продолжал.

— В итоге все базы опустели.

— Сколько на планете было баз? — Спросила Кира.

— Действующих, с людьми, четыре. Но это неважно. Выставили сразу всех. И вот, в последний момент влез Скакун и попросил себе одного человека. Старший разрешил.

— Попросил? Человек для них что-то вроде игрушки? — разозлилась Зои.

— Именно так. — Невозмутимо выдержал её укоризненный взгляд Никита. — Они разумны и, скорее всего, человекоподобные. И по характеру во многом напоминают людей. Но они живут для себя и слушают только своих. Мы их не интересуем. Наших жизней им не жалко. Вернее, мы для них разумные существа, конечно, но мы им неинтересны. Добра только Лия Милосердная. Ей нас жалко. Это она, кстати, уговорила остальных нас не трогать, когда мы свалились на поверхность.

— Они про нас сразу узнали? — Воскликнула Кира и даже приподняла голову.

— Конечно. Просто им было начхать. И теперь… Старший ушёл в спячку… то есть они иногда пропадают. Не знаю, то ли спят, то ли лечатся, может, уходят в какой-нибудь виртуальный мир, анабиоз… не знаю! Но Старший пропал, остальным до меня дела нет, поэтому я в таком же положении, как и вы. Все мы в одном положении — игрушки. О которых, к счастью, забыли. И мы смогли выбраться из коробки.

— Это многое объясняет. — Сказал Димитр. — Скакун, который меня оставил — чего он хотел?

— Понятия не имею. — Пожал плечами Никита. — Но он Скакун, потому что начинает что-то, а потом быстро перегорает и бросает. Ты, видимо, один из его проектов, который ему быстро надоел. И он просто не знал, что с тобой делать. Я, когда про тебя узнал, просил Лию Милосердную нас поселить вместе, выпустить тебя или хотя бы просто наладить с тобой связь, но она отказала. Потому что ты — человек Скакуна, она не хотела с ним из-за тебя ссориться.

— Понятно. — Мрачно ответил Димитр.

— Не думай о ней плохо. Она много для нас сделала. Водоросли, которые выросли у лагеря — это она их создала и посадила. Потому что ей стало нас жаль. И Василису… Пустоту она тоже отпустила. Вначале хотела посмотреть на младенца, всем об этом рассказала, ну, что у них на планете родится младенец… а потом увидела, как Пустота плачет — и отпустила. Вот она какая. И мне много о вас рассказывала и показывала, понимала, что я хочу знать, ведь я к вам «эмоционально привязан». Потому я так её и прозвал — Милосердная.

— А Скакун, который, вероятно, слышал, как сильно хочет эта Лия посмотреть человеческого детёныша, устроил нам детскую комнату. — Рассмеялась Зои. Ситуация, конечно, смешной не было, но смех булькал у неё в груди, буквально не давая вздохнуть. — Абсурд какой-то.

— Выходит, они просто забросили… забросили это место, нас всех, со скуки, вот мы и встретились? — Спросила Кира. — Как в большом лабиринте?

— Да. Мы встретились, только потому что они давно тут не появляются. — Кивнул Никита. — Мы можем делать что хотим до тех пор, пока кто-нибудь о нас не вспомнит и не решит вернуть на место. Хотя есть вероятность, что им будет всё равно.

— Значит, нужно выбираться, пока они не появились. — Сказал Димитр и посмотрел почему-то на потолок.

— Не уверен, что это можно сделать. — Тихо ответила Никита. — Я понимаю, как это звучит и никого не хочу пугать. Но зная их… их возможности и как они относятся к людям — не уверен, что мы можем выбраться.

— Дрон. — Сказал Димитр. — Динамит. Ты можешь управлять им. Так?

— Могу. В этом смысле у меня было больше возможностей, чем у вас, я смог разобраться в его настройках. Но это просто дрон. И всего один. А динамита ещё есть полкоробки, не больше. Что нам это даст? Может, до поверхности километры земной коры. Мы что, будем тут всё взрывать, чтобы нас тут и похоронило? Или что? Киркой будем путь вверх прокапывать?

— Если до поверхности километры, то это значит, копать нужно не вверх, а вниз. — Как-то нехорошо усмехнулся Димитр. И добавил в ответ на молчаливый вопрос остальных. — Это значит, что до их тайных убежищ ближе, чем до поверхности.

— А это вряд ли бы они допустили, да? — Задумчиво спросила Зои.

Никита качал головой, будто был с его словами не согласен, но молчал.

Димитр вдруг вскочил.

— Мне нужно подумать. Будьте здесь.

Он ушёл, просто взял и скрылся в узком проходе, даже не оглянулся.

— Это что, приказ? — Задумчиво спросил Никита.

— С ним шутки плохи. — Серьёзным тоном ответила Зои. А сама в это время думала — что такого необходимо понять Димитру, если он пожелал остаться одни, без её, заметьте, присутствия!

— Как ты тут жил? — Тихо спросила Кира.

Зои покосилась на неё и встала. Нет, она понимала, конечно, что Димитра вряд ли обрадует её столь скорое появление, но этих двоих нужно оставить одних.

Они тихо разговаривали, а Зои, вздохнув, пошла вслед за Димитром. Заодно узнает, о чём же тот собирается думать. Наверняка это что-то важное.

Правда, Зои не нашла Димитра в развалах всего этого хлама. Но рассматривать залежи было довольно интересно. Где-то Зои вытащила из куч толстую бумажную энциклопедию с тёмно-синей гладкой обложкой из искусственной кожи. Без шуток! Кому и зачем понадобилась древняя бумажная рухлядь с устаревшей информацией? Ну на Земле она была бы ценным музейным экспонатом, но тут?..

Зои сразу подумала — а вдруг эта книга появилась тут тогда, когда их печатали массово? Но нет, это чушь! Тогда не было длительных перелётов, до Марса и то умудрялись таскаться по семь-восемь месяцев, когда там делов на полтора часа.

Нет, люди не могли здесь появиться в те времена. Да и Никита говорил, это всё сделали в его присутствии. Хотя это вообще невозможно проверить. Может, не сделали, а достали со склада? Ведь почти всё, что рассказал Никита, базировалось на его личных наблюдениях и догадках. Вполне может быть, половина всего происходящего объясняется иначе.

С другой стороны, то, что всё это барахло местные собирали ради любопытства, очень похоже на правду. Никаких сомнений, достаточно оглянуться и всякому станет понятно — такой свалки непонятных и ненужных вещей хранить веками никто не станет.

Вот это, например, что вообще такое? Зои вытащила какую-то длинную палку с верёвкой на одном конце и с острой иглой на другом. Покрутила. Лыжная палка что ли? Но кривая какая-то, слишком длинная и толстая. Будто бы тот, кто её делал не знал точных размеров.

Или вот эта стеклянная банка, но не из обычного стекла, а как будто из витража — очень красивая. Декоративная что ли?

В общем, Зои ходила и рассматривала все эти вещи с большим интересом. И каждый раз, когда ей мерещилось какое-то движение, она тут же замирала и пялились в эту точку до боли в глазах, потому что ожидала увидеть Кляксу. Однако каждый раз оставалась ни с чем.

Потом она заметила вдалеке Димитра. Он неторопливо шёл по проходу и смотрел строго вперёд. Даже со спины было видно, что он глубоко задумался.

Вначале Зои хотела его окликнуть, но передумала. Зачем мешать? Не зря он ушёл, может ему действительно лучше думается в одиночестве. И в процессе ходьбы, судя по всему. Шёл он быстро, Зои еле поспевала за ним следом.

Временами он ускорялся, и каждое его движение становилось резким, шаги наливались какой-то яростной решимостью. Казалось, он куда-то хочет убежать или что-то раздавить.

Может, ему не нравились его мысли? Те выводы, к которым он пришёл?

Зои хмурилась и шла следом, забыв про свои исследовательские потуги. Она не понимала, что происходит, но чувствовала, что Димитр словно не на месте. Зои не знала, как ему помочь. Да ещё в голове никак не укладывались все новости. То, что рассказал Никита про образ жизни местных — Зои могла в это поверить. Подобное могло случиться. Человечество, по сути, идёт тем же самым путём. Большая продолжительность жизни, ещё немного — и практически бессмертие. Но случайная гибель может настигнуть кого угодно, поэтому найдутся люди, которые захотят себя обезопасить. И как только наука позволит вселяться в некие объекты, которые допустят жизнь вне тела, не рискуя им… всё, человечество переселится в бункеры и будет наслаждаться жизнью на расстоянии. Такая своеобразная смесь виртуальной реальности и настоящей жизни.

Зои так глубоко задумалась, что потеряла Димитра. Остановилась.

Место, где она оказалось, было совсем узким и тёмным. Зои задрала голову и ей стало даже как-то неуютно — нагромождение коробок тянулось метра на четыре ввысь. Если это всё обвалиться, вытаскивать Зои придётся долго и муторно. А ведь нужно будет вначале её найти!

Да ещё как назло впереди дорога разветвлялась. Зои рванула вперёд, уже не думая, что её заметят и выскочила на свободный пятачок.

А Димитр? Она увидела его далеко в одном из проходов, с облегчением вздохнула и пошла следом. За ним идти было как-то спокойней, потому что все эти бесконечные груды хламья уже нервировали.

Так они и ходили, наверное, с полчаса. Потом Димитр резко остановился.

— Я тебя слышу. — Не оборачиваясь, сообщил.

— Да я и не скрываюсь. — Зои пожала плечами и подошла к нему. — Я решила оставить их одних. Было неловко там сидеть, когда они воркуют… ну, ты понимаешь.

— Понимаю. Пошли.

Он уверенно свернул в какой-то проход и махнул рукой, призывая идти следом. Зои не помнила, где диван, на котором они сидели, но Димитр, судя по всему, помнил прекрасно.

Действительно, вскоре они вернулись к месту, откуда ушли. Димитр заранее покашлял, и Зои услышала смех Киры. Они с Никитой сидели в такой же позе, в какой их оставили, будто всё это время не могли с места сдвинуться.

— Я думаю, местные вас отпустят. — С ходу в карьер начал Димитр и сел обратно на стул. Несмотря на заявление, выглядел он не очень счастливым. — Я знаю, как это сделать.

Глава 9. Пена

В коридоре был слышен громогласный бас. Лука со скоростью автоматной очереди отдавал какие-то распоряжения и команды.

А Снежка всё ещё не понимала. Она подняла одну ногу, вторую — пена была очень плотной и совсем не опадала, она обвивала ноги как широкий меховой сапог. В таких Снежка ходила по снегу, когда ездила кататься на оленях.

Сирена захлебнулась и умолкла. Значит, её отключили.

Вокруг взволнованными голосами переговаривались студенты, которые не побежали в коридор. А те, что побежали, вернулись, потому что не понимали, куда двигать дальше. Что-то было не так, но что? В красном свете аварийного освещения сверкали их испуганные глаза и нагоняли ещё больше жути.

Нужно было что-то делать. А что?

— Все на выход! — В столовую, загребая ногами и размахивая руками, забежал Лука. За ним маячил Генри. — Всем выйти наружу! На поверхность. До тех пор, пока мы не выясним, что случилось. По дороге брать тёплую одежду — всю, что найдёте. Тащите всё, что поднимите! Быстро!

— Что происходит? — Пискнула какая-то девчонка, а Снежка тем временем просто попыталась сделать пару шагов и столкнулась с тем, что двигаться очень сложно. Будто что-то клейкое нависло на ногах и не давало ступить. Будто она муха, которая прилипла к клейкой ленте.

— Повторяю — все на выход! Шевелитесь! Эта хрень скоро затопит здесь всё! Ну же!

Студенты поспешили к выходу, но двигались медленно. И всё же постепенно пропадали в коридоре.

Шпрот шёл, брезгливо отряхиваясь, как собака, и скорчил такую уморительную физиономию, что стало чуть легче.

Ненадолго.

Потом в столовую, оттолкнув кого-то с дороги, ворвались друг за другом двое приспешников Саблезуба. Баклан, взъерошенный и злой, и качок Витя Морж, здоровый, как лось и тупой, как пробка. Наверное, потому за Саблезубом и таскался.

— Сука! Он не оставил костюмов! — Кричал Баклан, дико вытаращив глаза и брызгая слюной. И тут же был пойман Лукой за шкирку.

Из коридора показался Огонь, нашёл глазами Снежку и только тогда успокоился.

— Что за костюмы? — Спросил Лука, ставя Баклана перед собой и смотря на него свысока, словно начальник, который вызвал подчинённого на ковёр. Рядом с командиром плечом к плечу встали Митяй и Генри.

Снежка видела, что почти все покинули столовую, кроме неё и Огня осталась только Ксения, которая даже не собиралась двигаться к выходу, а напротив, стояла рядом и прислушивалась к разговору. Огонь тем временем подошёл к Снежке и взял её за руку, будто с помощью этого жеста хотел убедиться, что она в порядке.

— Он должен был оставить нам костюмы для подводного плавания! — Кричал Баклан. — Он обещал!

— Тупые уроды. — Процедил Лука. Было видно, что его всего трясёт. Кулаки у него явно чесались и Снежка надеялась, что командир курсантов сдержится, потому что важней вымещения злости сейчас было понять, что происходит.

К счастью, Лука сдержался. Он сжал зубы и ровно спросил:

— Что вы наделали? В чём его план?

— Он просто хотел, чтобы все вышли с территории базы! — Стуча зубами, проговорил Баклан. Морж насупился, видимо, только дошло — происходит что-то не то.

— Просто вышли? Куда вышли? На сорокаградусный мороз? — Лука побелел и так сильно стиснул зубы, что был слышен скрежет.

Вдруг к Баклану подскочила Ксения, протиснулась мимо Моржа и выпалила:

— Где он сидит?

Всё внимание тут же переключилось на неё, хотя этот закономерный вопрос, по мнению Снежки, сразу следовало бы задать Луке. А не спрашивать у Баклана очевидные вещи. Саблезуб хотел выгнать всех на сорокаградусный мороз? Да легко!

— Чего он хочет? — Перебил Ксению Лука. Та промолчала, но смотрела на Луку так, будто мечтала вывалить ему на голову ведро помоев.

— Да ничего! — Попробовал съехать с темы Баклан. И заныл. — Что вам надо?

— У меня нет времени спрашивать вежливо. — Заявил Лука, быстро схватил его за горло и встряхнул. Баклан выглядел таким удивлённым, словно не мог представить, что хоть кто-то на белом свете посмеет сделать ему больно. Осознание того, что да, посмеют, и очень даже, чётко проступало на его лице, и без того красном из-за отблесков аварийных ламп в коридоре.

— Вы чего творите? — Завёлся Морж. Вернее, попытался. После первых же слов он сдался и сердито запыхтел, не найдя в себе сил говорить дальше. Делать он тоже ничего не пытался.

— Отойдём на минутку? — Ксения взяла Моржа за локоть и он послушно пошёл за ней следом. Она что-то тихо спросила, а тот задумался и начал говорить. Что-то бубнил себе под нос, поглядывая на курсантов, хотя кроме Ксении его никто не слушал.

— Баклан, ты же не дурак. — Сменил тактику Лука. Отпустил Баклана и вытер руку ему об толстовку. — Ваш подельник вас кинул. Вы вместе собирались тут остаться и перехватить управление? Так? А он решил кинуть вас и остался один. Чтобы только себе. Так дело было?

— Да. — Сухо подтвердил Баклан. По его глазам было видно — он думает и решается. Думать, в общем-то, было не о чем. Баклан тряхнул головой и быстро заговорил. — План такой. Он прячется на нижнем, техническом этаже. Всё оборудование для подводного плавания лежит у него, нам он оставляет два костюма. Когда начнём, базу заполнит пена. Все выйдут наружу, а мы наденем костюмы, запрём круглую дверь и спустим пену обратно в канализацию. Останемся на базе одни. Надоели нахлебники!

— И что дальше? Как он собирался перехватить контроль управления?

— Да никак! — Нетерпеливо крикнул Баклан. — Просто будем сидеть внутри и ни перед кем не кланяться! Со временем решим и про управление. Чего там сложного-то, если остальных не будет?

Раздался грохот — это Лука со всей силы ударил кулаком по стоящему рядом столу. Пластиковая поверхность треснула.

— Вы хотели оставить нас всех… — Лука замолчал, с трудом переключился на главное. — Костюмы для подводного плавания? Что с ними?

— Нету их! Он всё забрал. Обещал нам оставить, но там, на складе, на договорённом месте, ни черта нет! Он нас кинул, как и вас! — Баклан вдруг дёрнулся. — Да отпусти ты меня! Надо валить отсюда! Ты не понял? Эта пена заполнит всё! Очень скоро! Здесь нечем будет дышать!

Снежка тоже видела, как поднимается эта вонючая пена — уже выше колена. И слышала. Такой низкий пузырящийся звук, сам по себе довольно приятный, звучи он при других обстоятельствах.

Нужно бежать. Попробовать взять как можно больше вещей по дороге… Каких? Еду брать нет смысла, на всех её не хватит. Тёплые вещи? Но там так холодно…

А они ведь рассматривали вариант затопления, вспомнила Снежка. Вместе с вариантом заполнения помещений базы каким-нибудь газом. Митяй отчитывался. Он сказал — воды во всех ёмкостях, вместе взятых, недостаточно, чтобы затопить базу. И насосам понадобиться больше суток, чтобы даже на полной мощности накачать нужное количество кубометров. Это слишком долго. В общем, этот вариант Митяй откинул как несбыточный. Можно не переживать, сказал он.

Сейчас Митяй выглядел виноватым. Он ведь был так близко к разгадке! Почему же не сделал последний шаг, не понял, что вода и газ могут быть не единственным, что способно заполнить базу?

Но кому бы такое пришло в голову? Снежка вообще не представляла, что Саблезуб способен искупаться ради своей цели в канализации. По её мнению, он и близко бы к ней не подошёл!

А выходит, подошёл. Они все просчитались, недооценили его. В который раз.

* * *

Наверное, из-за того, что помещение было огромным, в нём так зловеще звучала тишина.

Зои нахмурилась, будто Димитр пообещал что-то плохое, а не свободу.

Никита переглянулся с Кирой.

Зои переглянулась с Никитой.

Кира и Зои уставились друг на друга с безмолвным вопросом.

На лицах всех троих была написана жуткая растерянность.

— Что? — Наконец, спросила Димитра Кира.

— Думаю, они вас отпустят. Почти уверен. Я знаю, что делать.

— Что? — Зои, не глядя, нащупала рукой стул и села, потому что не была уверена, что устоит на ногах. Заявление было ничего себе!

— Я сам буду с ними разговаривать. Никита, когда кто-то из них появится, просто дай мне знать. И как они говорят?

— Как люди… — Никита помолчал. — Просто произносят слова. Не уверен, что они появятся.

— Рано или поздно всё равно кто-нибудь заглянет, если я правильно понял, как тут всё устроено. Они наигрались с тобой и мной, изучили нас, сейчас интерес пропал. Но вскоре кто-нибудь о нас вспомнит и придёт посмотреть, как ты тут поживаем. Мы ведь всё-таки живые игрушки, верно? Оставлять нас без наблюдения и помощи негуманно. Так ведь?

Никита вздохнул.

— Скорее всего.

— Они появятся. Как только это произойдет, ты заявишь, что нам необходимо поговорить с их управляющим. С главным лицом, который несёт ответственность за их расу. Говори строго, уверенно, коротко. Скорее всего, они не откажут, потому что привыкли болтаться сами по себе и любое официальное заявление не смогут оставить без внимания.

— Может быть. Но что ты хочешь им сказать?

— Я скажу им, что вас нужно отпустить.

— И всё? — Никита поморщился. — Просто скажешь — отпустите нас — и всё? Думаешь, это так делается?

— Не забывай, сынок, что я военный и лучше тебя знаю, как это делается.

— Не настолько ты и старше, чтобы называть меня сынок. — Огрызнулся Никита.

— Эй, эй, брейк, разошлись! — Зои наклонилась и замахала между ними руками. — Мы должны действовать вместе! Сообща! Что вы делаете?

Димитр и Никита промолчали. Потом Димитр снисходительно улыбнулся.

— Привыкайте, именно так я и стану теперь с вами обращаться. Это нужно для дела. Слова — это одно, совсем другое, когда они подкреплены действием. Тогда больше доверия. А насчёт местных… Я скажу им, что вас нужно отпустить, потому что вы — дети.

Кира, Зои и Никита в очередной раз переглянулись круглыми от неожиданности глазами. Этот военный, черти его дери, умел удивить!

— Что ты скажешь? — Переспросила Зои.

— Скажу, что вы дети. И обращаться с вами так же буду. Как с детьми.

— Ты серьёзно, что ли?

— Совершенно серьёзно. У них особое, очень трепетное отношение к детям. Раз они живут давно, то наверняка так же давно не размножаются, иначе на планете было бы перенаселение. А их — по пальцам пересчитать. Скорее всего, они потеряли возможность естественного размножения. Именно поэтому любое упоминание детей так глубоко их трогает. Пустота — ей создали и высадили особые растения, идеальную пищу для беременных. А когда она попросилась домой — отпустили. Если они будут считать вас детьми, то отпустят.

— Но мы не похожи на детей. — Возразил Никита, растерянно разводя руками.

— Только внешне. Нужно дать им понять, что вы подрощенные дети. Уже не младенцы, но ещё недостаточно взрослые, чтобы отвечать за свои поступки. Они это съедят, потому что в любой высокоразвитой цивилизации период детства у потомства увеличивается вместе с уровнем развития. Наверняка они сами это проходили. Более того — вы — дети в беде, которые из-за аварии упали на эту планету и не могут самостоятельно выбраться, вернуться домой.

— Никогда об этом не думал. — Признался Никита.

— И ещё. — Продолжил Димитр. — Ваша Василиса приведёт помощь. Она же ушла в прыжок?

— Да. — Кивнула Зои. — Если её Данила получил правильную информацию. Я так понимаю, местные и подделать могли.

— Вряд ли, учитывая отношение к детям и то, что они её сами отпустили. Итак. Значит, вскоре сюда прилетят земные армады.

— И что? Местным мы не страшны.

— Верно. — Кивнул Димитр. — Будь война из-за ресурсов, с целью захвата… да по любой причине, местным бояться нечего. Они припугнут нас, собьют пару кораблей и прогонят, как и в прошлый раз. Но земляне идут не за материальными благами. Они идут за своими детьми. Ради детей, ради своего потомства пойдёшь на всё, даже на верную гибель. Думаю, местные это помнят. Надо дать им понять, что земляне никогда не остановятся, они будут спасать детей всеми силами, лезть и лезть сюда, убиваться, заваливать планету трупами, но не остановятся. Что проще отпустить вас, отдать им, и всем будет хорошо.

— А они не могут нас убить? — Спросила Кира. — Ну, чтобы землянам не было смысла лезть?

— Нет. Местные понимают наши эмоции, значит, знают, что такое горе и месть. Если земляне поймут, что их детей убили… Они разнесут эту планету из космоса. А местные… тут, на поверхности, они, может и короли, но сомневаюсь, что они так же могущественны там, в космосе. Возможно, они контролируют ближний радиус, но вряд ли больше, ведь они привязаны к поверхности планеты. Конечно, точно мы не знаем, смогут ли они защититься от бомбардировки извне. Я уверен, в этой сфере у них не всё так гладко. Например, мы можем отправлять беспилотники из секторов, где они базируются и даже строятся. Сотни и даже тысячи быстрых беспилотников, каждый со смертоносным грузом. Твои двадцать пять особей физически не смогут отслеживать такое количество траекторий. Война за детей будет беспощадной, умрут все. Наши разворотят планету так, что доберутся до их убежищ. А местные так пекутся о своей безопасности! Нет, они не захотят рисковать. Проще вас отдать.

Звучало слегка безумно, но… это могло сработать.

Все молчали. Да, такое — сравнить себя с детьми мог придумать только кто-то более взрослый. Им бы это и в голову не пришло.

— А ты? — Спросила Зои. — Ты тоже скажешь, что ребёнок?

— Я — нет. Зная нашу продолжительность жизни, опасно представлять меня ребёнком. Тогда выйдет, что на освоение чужой планеты отправляли детей. Значит, человечество ими вовсе не дорожит.

— Но как?.. — Зои не договорила. — То есть что? Ты не летишь?

Димитр пожал плечами, а потом встал и молча ушёл.

Кира тут же спрятала лицо на плече у Никиты, а у того на лице появилась болезненная гримаса.

Зои вскочила и бросилась следом.

— Димитр!

— Что? — Он не оглянулся и не остановился, но голос звучал спокойно.

— Да постой ты!

Димитр остановился только когда убежище Никиты осталось далеко позади. Зои подбежала и требовательно заглянула ему в глаза. Они были совершенно, чёрт возьми, спокойны! Она даже засомневалась. Но всё же спросила.

— А ты? Как улетишь ты?

Он молча опустил взгляд. Угловатая тень от ближайшего завала накрыла его щёку и губы. Он стал словно чёрно-белый снимок, старая картинка.

— Хочешь сказать, что никак? — Задохнулась Зои.

Чёрно-белое лицо дрогнуло.

— Мне вряд ли удастся отсюда выбраться.

— Почему ты так спокойно об этом говоришь?

В ней самой всё кипело и взрывалось. Почему он так себя ведёт? Как будто ему всё равно!

— Знаешь, я думал. — Димитр посмотрел куда-то поверх её плеча. — Я думал, что уже всё, моя жизнь закончилась. Даже если я проживу долго, в том бункере… я всё равно ноль, ничто. Но теперь… если мне удастся вас всех отсюда отправить — это будет отличным завершением человеческой карьеры.

— Что? — Зои показалось, ей стукнули по голове — отсюда потеря ориентации и головокружение.

— Тогда я останусь тут спокойно.

— Опять останешься? Один?

— Говорят, фатализм иногда очень помогает существовать. Или, по-другому, смирение.

— Димитр…

Зои глубоко вздохнула и не смогла ничего сказать, только покачала головой. Потом молча шагнула к нему и протянула руки.

— Нельзя. — Он отпрянул еле-еле, но Зои уже не смогла до него дотянуться. — Это лишнее. Вы — дети, и мы не будем рисковать, зная, что местные могут появиться в любой момент.

Пока Зои стояла, чувствуя, что попеременно то краснеет от ярости, то белеет от страха — он просто ушёл.

Возвращаться к дивану она не стала — просто уселась на пол, закрыла лицо руками и замерла.

До смирения ей было ой как далеко! Сейчас Зои с головой поглотило отчаяние.

* * *

Лука молча отпустил Баклана и тот рванул на выход. Быстро у него не получилось, но он так старался, что двигался будто в ускоренной съёмке. Даже смешно было смотреть — ноги ещё здесь, а тело стремится вперёд, почти летит само по себе. Морж рванул за ним следом.

Остальные думали, от натуги скрипели мозги. Молча переглядывались.

— Я спущусь вниз и найду его. — К курсантам подошла Ксения.

— Чего? Как? — Лука вытаращился на неё. — А ну ноги в руки и на выход! Что ты несёшь? Тоже мне, мать-героиня!

Ксения спокойно смотрела вперёд, пережидая этот беспомощный монолог.

— Где Перец? — Спросила Снежка. — Может, он чем-нибудь поможет?

— Не знаю. Генри? — Лука тут же перевёл стрелки.

— Не знаю. Какая разница, где он? Если Саблезуб выкурит нас из базы, Перец нам не поможет, у него пункт базирования и зарядки здесь. Снаружи он ничего не сможет сделать. Повисит, пока зарядки хватит и отключится. На него, в общем, нет смысла рассчитывать. Это программируемый аппарат, а у нас внештатная ситуация, человеческий фактор.

— Но пена… может, он сможет с ней что-нибудь сделать? Вместо нас.

— Перец негерметичная модель. — Вздохнул Генри. — В пене он даже опасен. До тех пор, пока его аккумуляторы не отключатся, в пене он будет распространять вокруг себя молнии. Нам повезёт, если он отключён.

— Всё отключено, мы же на экономном режиме. — Напомнил Огонь. — В ИИ-аппаратах и заряда-то сейчас нет.

— Хорошо. — Генри важно кивнул. — Одной проблемой меньше.

— Но что нам делать? — В один голос спросили Лука и Огонь. Огонь так сильно сжал пальцы Снежки, что она поморщилась от боли.

— Знать бы, как он это сделал… откуда это всё. — Митяй кивнул на пену.

— Он что-то бросил в канализацию. Заставил её вспениться, намного увеличить свой объём. Пена будет увеличиваться до тех пор, пока это нужно Саблезубу. То есть пока не заполнит базу. — Быстро ответила Ксения. — А чтобы остановить этот процесс, нужно средство, которое погасит насыщение канализационных отходов кислородом.

— Ты ещё здесь? — Высокомерно спросил Лука.

— Пусть говорит. — Огонь подался вперёд. — Что это может быть?

— Не знаю, я не химик!

— Генри! — Крикнул Лука, хватаясь за него, как за спасательную палочку. — Что нам поможет?

— Откуда мне знать? Нужен анализ этой фигни. Хотя бы!

Все посмотрели на пену, которая продолжала подниматься. Снежка была ростом ниже остальных, так что ей уже доставало до бёдер. Другим было попроще. Пока.

— Быстро к анализатору! — Лука развернулся и даже как-то чересчур азартно загребая ногами пошёл в коридор. Все потащились за ним следом.

Идти было очень сложно. А ещё вонь становилась невыносимой. Снежка старалась не думать, что они бредут в канализационных водах, потому что, фу, лучше и не представлять — возможно, им придётся в этом плыть.

Лука первым добрался до медпункта и до анализатора. Белая коробка стояла на полке высокого стеллажа, поэтому пена до неё ещё не добралась. Но вот остальное… Снежка с ужасом смотрела, как грязная волна наползает на стол медкапсулы. Большая часть аппаратуры располагалась под ним и теперь была скрыта под толщей вонючей субстанции. Часть, конечно, изолирована в водонепроницаемых кожухах, но что-то уже не работает. Возможно, больше не заработает никогда.

Лука тем временем наклонился, сгрёб ладонью пену и сунул в ячейку анализатора. Включил автономный режим. Руку машинально вытер о штаны.

— Ждём.

Ждали недолго, буквально через полминуты анализатор выдал результат. Повезло, что на оборудовании базы в свое время не сэкономили. Результат был даже озвучен. Снежка в перечне химических терминов ничего не поняла. Ну, кроме воды, жиров и сухого остатка.

— Ну и? — Спросил у всех Лука. — Дальше что? Кто тут шарит, что это нам даёт?

— Нужно, чтобы он вычленил лишнее вещество. То есть то, которого обычно в составе нет. — Ксения пролезла вперёд, подтолкнула Луку. — Ну, чего встал? Отойди!

Тот нехотя отодвинулся.

Она принялась ковыряться в настройках. Снежка тем временем оглядела всех присутствующих. Огонь и Лука явно были растеряны. Если бы требовалось кого-то заломать и обезвредить физически, они давно бы действовали, но сейчас непонятно, что делать. Митяй и Генри думали, первый был бледен и смотрел вперёд так, будто опирался этим взглядом, чтобы не упасть. А Генри нервно подёргивался — то плечо, то пальцы, то локоть.

— Вот оно! — Ксения указала на табло анализатора. — Судя по всему это местные микроводоросли, рост которых искусственно усилен. Отсюда пена и слизь.

— О! Ну теперь-то совершенно понятно, что делать! — Ядовито сказал Лука.

— Конечно, понятно! — Ксения окинула его презрительным взглядом. — Нужно средство, которое убьёт водоросли. Хорошо бы хлор… но нельзя, мы все от него задохнёмся. Спросим у знатока.

Ксения бросилась к анализатору. Вскоре он высветил ответ.

— Вот! Это вещество безопасно, если его не глотать. Им осушали воздух с высокой влажностью. Нужно просто найти, где оно хранится, открыть и высыпать! На нижний, технический этаж, чтобы сбить пену до дна!

— И где он хранится? — Спросили все чуть ли не хором.

Ксения ввела запрос. В анализатор нередко добавляли информацию по наличию веществ в доступной близости. Если повезёт…

— На складе. На складе оно есть! — Закричала Ксения. — Непромокаемые боксы ёмкостью по пять килограмм вот с таким оранжевым значком! Чем больше высыплем — тем быстрее спадёт пена! А если смешать с активатором, то действовать будет в разы лучше. Вот! — Она ткнула пальцем в экран анализатора. — Такие жёлтые пластиковые бутыли с красными крышками!

Снежка почувствовала, как промокают штаны на попе. Судя по всему, пены становилось всё больше и распространялась она всё быстрей.

— Мы не успеем. — Сказал Огонь и со страхом взглянул на Снежку. — Нужно выходить, пока можем. Плыть в этом месиве не получится. Мы завязнем и задохнёмся. Нужно идти. Через семь-десять минут пены будет по шею, а через десять — выше головы. Дойти до склада, найти коробки и бутылки, смешать… мы не успеем.

— Уходите. — Вдруг очнулся Митяй. — Уходите наверх, а я пойду на склад. Главное ведь туда добраться? А там можно просто рассыпать это средство вокруг, сбить пену, тогда уже смешивать. С этим справится один человек. А если не выйдет, всё равно нет смысла пропадать всем.

— Но снаружи мы замёрзнем! — Еле шевеля языком, выговорила Снежка. — Если мы просто выйдем наружу, Саблезуб запрёт дверь и мы замёрзнем!

— Мы вытащили аккумуляторы, — сказал Лука. — У нас есть транспортёры.

— Сколько? — Снежка посмотрела на него, на Огня. — Сколько? Два? Три? Пять?

— Три. — Нехотя ответил Генри.

— Мы все не поместимся!

Все снова замолчали. Часть, конечно, поместится, но остальные… Что делать с остальными?

— Я пойду на склад.

И снова от Ксении никто такого заявления не ожидал.

— У меня разряд по экстремальному плаванию, я умею надолго задерживать дыхание. — Пояснила она.

— На два часа можешь задержать? — Опять не сдержался Лука.

— В моей комнате есть маски. Ну, которые для плавания. В них кислород. Пять масок, каждая рассчитана на полчаса. Если экономить, хватит надолго.

— Откуда у тебя маски? — Перебил Лука.

— Да какая разница! — Вдруг во весь голос завопила Ксения. Её руки чуть ли не бросились вперёд, но остановились, пальцы скрючились, будто она хотела кое-кого удавить. — Нашла на складе и забрала себе, думала, если попаду ещё на Изумрудные лужи, нырну и проверю дно. Доволен? Какая, к чёрту, сейчас разница? В общем, план такой. Я возьму маски, моя комната совсем близко. Найду на складе эти вещества, смешаю и вылью на нижний этаж. Всё получится. А если нет — я успею выйти. Мне хватит воздуху, любому из вас — нет.

— Да как ты выйдешь! — Лука вдруг поднял руки и рубанул ими воздух. — Нет, я сказал. Всё. Быстро все на выход! Нам некогда тут стоять и слушать планы дилетантов. С твоими масками пойдёт кто-то из нас.

— Я пойду, ты мне не командир! — Упрямо возразила Ксения.

— Она права. — Влез Митяй. — Пусть идёт.

— А ты куда лезешь? — Зашипел Лука. Такая стремительная смена мнения его насторожила, но Снежка видела, что просто Митяй сообразил быстрей остальных. Понял то, до чего она только доходила. Если учесть вышесказанное и отбросить эмоции, у Ксении действительно больше шансов выполнить задуманное.

Митяй заговорил нарочито спокойно.

— А мы на выход. Другого способа нет. Ты сам это знаешь, только отказываешься признавать. Снаружи мы рано или поздно замёрзнем, даже если этот олень решит открыть дверь, в чём каждый из нас сомневается. Транспортёры не могут вывезти всех. На две ходки может не хватить заряда, мы ведь не знаем, где заканчивается мороз. И базу мы потеряем, если уйдём. Ты должен позволит ей рискнуть.

— Нет!

— Огонь, что скажешь? — Ксения демонстративно сложила руки на груди, всем своим видом показывая, что только мнение Огня она примет к сведению.

— Ты должна идти. — Ответила вместо него Снежка, хотя её и трясло от страха, стоило представить, что может случиться. Но Ксения сильная, она не глупая и не станет надеяться абы на что. Значит, она понимает опасность, но считает, что справится. Значит, нужно ей позволить.

— И за тебя баба решает? — Провокационным тоном спросил Лука.

— Ты уверена? — Спросил Огонь, смотря на Ксению.

— Да. Это единственный шанс. На другой план у нас нет времени. — Упрямо сжала губы та.

— Можешь идти.

Ксения тут же развернулась к выходу, а Лука, чертыхаясь, пошёл за ней и попробовал ухватить её за руку, но не успел. Не то чтобы Ксения специально вырывалась, но как-то извернулась и ускользнула в последний момент.

— Уходим! — Митяй будто невзначай перекрыл ему путь. — Выходим наверх!

— Я не отпущу её одну!

— Лука, ты должен её отпустить! — Митяй толкнул его в плечо, да так, что тот чуть не рухнул в пену. — У неё масок только на одного! Двое не вытянут! Ну не будь пнём! Не мешай!

Огонь уже тащил Снежку к выходу. Идти стало так сложно, что она, сделав несколько шагов, задохнулась от усталости. Или от страха. С такой скоростью успеть бы добраться!

— Эй. — Огонь вдруг остановился, развернул Снежку к себе, обхватил ладонями её лицо. — Мы выберемся. Я же с тобой. Ну что ты?

Она пару раз глубоко вздохнула, посмотрела в его глаза, положила свои ладони поверх его.

— Я знаю. Прости.

— Нет, нет, не извиняйся. Всё хорошо?

— Да.

Он легко поцеловал её в губы и отпустил. Снежка заметила, что пока они стояли, все остальные из комнаты уже вышли. Лука махал им из коридора, поторапливая.

И свет стал ещё более тусклым. Аварийное питание слабело.

Они успели прихватить вещи, но только потому, что комнаты были по дороге. Огонь зашёл в первую попавшуюся общую и вынес охапку одеял с верхних ярусов кровати — нижние давно утонули в пене. Сложил их на голову Снежке. Та схватилась за этот импровизированный головной убор руками и пошла дальше, а Огонь вернулся ещё за чем-нибудь. Шумел там, копаясь в чужих вещах и вышел с огромным узлом из простыни, в которую набросал одежду. Догнал Снежку и пошёл след в след.

Они брели по безлюдному тёмному коридору, в котором с противным скрипом пузырилась пена и молчали. Только когда добрались до тамбурной двери, Снежка с облегчением вздохнула. Там их ждали Лука, Митяй и Генри. В тамбуре вдобавок ко своим вещам они забрали последние три тёплых комбинезона, которые для удобства хранили перед выходом. Снежка вспомнила, что когда комбинезоны впервые бросили здесь, а не отнесли на склад, некоторые возмущались, в том числе Огонь — мол, нет порядка. Потом просто забили — другие дела появились. В общем, всё, как оказалось, произошло к лучшему. Только почему комбинезоны не разобрали те, кто уже вышел? Наверное, спешили? Или из-за размера, те, похоже, были рассчитаны на каких-то гигантов.

В общем, и это к лучшему.

Так и нужно думать. Всё к лучшему. Именно так Снежка повторяла, когда брела верх по коридору и старалась не уронить тяжёлую стопку одеял.

Студенты и курсанты толпились выше, там, где заканчивалась пена. Держались вместе, почти в обнимку, видимо, берегли тепло. Закутанные в несколько слоёв всего, что попалось под руку. Наружу пока никто не вышел — белый от изморози дверной проём был от них метрах в трёхста. Совсем недалеко. Уже тут было очень холодно, у Снежки зуб на зуб не попадал. Но судя по счётчикам, тут было всего минус пятнадцать, снаружи будет гораздо хуже.

— Что там? Как дела? — Конечно, сразу же набросились на них и студенты, и курсанты. Снежка свой ворох одеял отнесла к стене, где сидел Гавриш. Этот парень был чем-то болен, студенты не знали чем, но курсанты его сторожили по очереди. Гавриш ходил, сидел, исполнял простейшие команды, но молчал и смотрел всегда в одну точку. Снежке стало тепло от мысли, что курсанты его вытащили, не бросили. Она вывалила одеяла рядом и какая-то курсантка быстро укрыла Гавриша, потому что он был одет легче остальных.

— Что происходит? — Волновались люди.

— Спокойно. — Ответил Лука. И всё. Больше ничего не сказал. Все помолчали, ожидая продолжения и зашептались.

— Ладно, ладно. Нам нужно переодеться. — Лука отвернулся к пене и взялся за штаны, чтобы их снять. — Генри, расскажи им.

Пока они все переодевались, Генри рассказал. Про Саблезуба, его план и что они все тут мёрзнут именно благодаря ему. После рассказа все переместились таким образом, что Баклан, Морж и ещё несколько приспешников Саблезуба остались сами по себе, в стороне. Довольными они не выглядели, но молчали. Знали, что сейчас не время лезть на рожон.

— Переодевайся, замёрзнешь, — одёрнул Снежку Огонь. Сам он уже снял мокрую одежду.

Одно из одеял пришлось использовать, чтобы вытереться. Снежка разделась, вытерлась и быстро натянула один из комбинезонов. Огромный и громоздкий, но это даже лучше, когда ты без штанов. А вот сухой обуви не было. Курсанты сказали — лучше ходить в мокрой, чем совсем без обуви, но они все — те, кто вышли последними, пока ограничились несколькими носками. Натолкали в обувь края того же одеяла и оставили промокать. Было холодно, но ещё больше было страшно. Пена всё время поднималась и приходилось передвигаться всё ближе к выходу. А главное — это означало, что вскоре база заполнится полностью. И если у Саблезуба подводный костюм с запасом кислорода, то Ксения…

Лука приказал Вадиму проверить транспортёры. Как и ожидалось, они были на ходу, но увезти могли с максимальным перевесом не больше половины людей.

— Девчонок вывезем, — Приглушив голос, отчитался перед командиром Вадим. — Но… нельзя везти девчонок одних. Нужно хотя бы пять парней, мало ли… И как выбирать, я не знаю.

— Разберёмся. Пока ждём. — Ответил Лука.

Вадим пытался ещё что-то сказать, но Лука отвернулся. А потом обулся и подошёл к самому краю пены. Остановился там, пытаясь гневным взглядом прожечь в пене проход. Подходить к нему, когда он в таком настроении, никто не рискнул. Вадим тихо спросил Митяя.

— Чего это он?

— Там студентка осталась, она пытается нейтрализовать пену.

— Да? — Протянул Вадим. Генри про это не рассказал. Упомянул только, что принимаются меры для нейтрализации пены. И всё, без подробностей.

— У неё хорошие шансы. — Сказал Митяй.

На этом разговор утих. Снежка с колотящимся сердцем тоже наблюдала за поверхностью пены. Ещё сантиметров семьдесят — и база заполнится до потолка. В ней уже сейчас нельзя плыть, только идти по дну. А если вспомнить, сколько усилий требуется, чтобы в ней просто двигаться… Снежка невольно вцепилась в Огня. Тот молча обнял Снежку за плечи, встал рядом. Они так и стояли — Лука самый первый, у кромки пены, за ним Снежка, Огонь, Митяй и Генри. Вадим поднялись к остальным.

Снежка не понимала, как Ксения решилась… она сама бы ни за что не смогла. Почему Ксения это сделала? Как ей хватило смелости?

Как она там?

Пятьдесят сантиметров.

Никто, кроме них, не понимал, что происходит. Даже курсанты считали, что ситуация под контролем. Пока не пересчитали своих и не поняли, что все на месте. Что на базе для решения проблемы никто не остался. Тогда они завалили вопросами Вадима, но тот держался. А студенты пересчитать друг друга до сих пор не догадались. Напоминать им, конечно, об этом никто не стал.

Тридцать сантиметров. Снежка не выдержала и села. Толпа тесно спрессованных студентов и курсантов снова передвинулись выше, в сторону выхода. Они переговаривались, обсуждали то, что случилось. Все, кто отирался возле Саблезуба теперь были зажаты в тисках между остальной толпой и выходом, и вяло огрызались. Вадим добавил напряжённости, когда мимоходом заявил, что их кандидатуры при посадке на транспортёры рассматривать не будут. Тут же вылез Баклан и стал угрожать и перечислять своих высокопоставленных родственников, которые за него впишутся, если с его головы упадёт хоть один волосок, за что чуть не отхватил по физиономии. Друзья Баклана тут же попробовали качать права и на них с воплями набросились студентки. Ор поднялся как в курятнике.

Лука будто не слышал. В любое другое время он бы быстро пресёк конфликт и навёл порядок, но сейчас ему было наплевать. Он стоял — неподвижный и какой-то опустошённый и смотрел на пену, которая уже лизала носки его ботинок.

Снежка невпопад подумала, что они все дико воняют.

Вернулся Вадим, который снова ходил к транспортёрам.

— Завели, пусть прогреваются. — Сказал вслух. Но никто не ответил. Вадим посмотрел на Луку, который продолжал стоять и не дышать, и подошёл к Снежке с Огнём. Взглянул на Митяя и Генри, которые почти в обнимку стояли рядом, но обратился к Огню.

— Ему голову снимут, если с кем-то из вас, студентов, что-то случится. Натурально. Ладно бы, речь только о карьере шла. Но скорее всего, ещё и посадят. Плевать им будет, что вы сами виноваты или обстоятельства такие. Ну, то есть я понимаю, конечно, ваша подруга, я ничего такого не хочу сказать. Ну, не намекаю, что она дура.

Вадим понял, что заговорился, с досадой поморщился.

— Мы поняли. Он не хочет никого терять. — Сказал Огонь.

Снежка сглотнула ком в горле. Щель под потолком становилась всё уже. Пять сантиметров. Даже если предположить, что в пене можно плавать, то воздух остался только у самого потолка.

А держаться на пене нельзя, не получится.

Снежка с ужасом смотрела, как смыкается тонкая полоска под потолком. Одновременно будто что-то смыкалось на её шее, перекрывая доступ кислорода. Какая-то жуткая беспомощность и обречённость ожившими щупальцами выползали из темноты и целились в них.

Миг — и полоски не стало. Снежка задержала дыхание.

База заполнилась до конца.

Лука отступил и развернулся. Снежка увидела его и поняла, что вот так выглядят люди, про которых говорят — его лицо почернело от горя.

А потом вздохнула, не могла больше терпеть. У неё был воздух, а там, на базе — нет!

— Командир! — Вадим подскочил к Луке, попытался поддержать, но тот его уверенно отстранил. Вскинулся, будто пытался понять, где он вообще находится.

— Транспортёры готовы? — Спросил Лука через секунду.

— Да. Ещё минут пять — и мы можем лететь.

— Пять минут?.. — Лука словно потерялся и никак не мог найтись. Не понимал, сколько времени прошло. Только снова повторил. — Пять минут.

— Нам нужно увозить людей туда, где нет мороза. Хоть кого-нибудь. — Тихо сказал Митяй. Он тоже выглядел не ахти. Снежке показалось, они все выглядели так, будто лично были виноваты в том, что Ксения не вернулась.

— Вадим. Командуй. — Лука словно последние силы потратил на эти слова, снова развернулся и вступил в пену. Остановился.

— Начинаем погрузку транспортёров! — Басом завопил Вадим. — Вначале называю девчонок — выходим и рассаживаемся. Потом парней.

Снежка с недоумением переводила взгляд с заполненного пеной коридора на курсантов — и обратно. Они что? Они собираются делать вид, что ничего не случилось? Там же Ксения…

Её затрясло. Буквально. Огонь крепко её обнял, закрыл ото всех.

У Снежки стучали зубы.

— Что с ней? — Шептала Снежка. — Что с ней?

— Пойдём наружу. Ты полетишь с первой группой. — Огонь попытался её развернуть спиной к заполненному пеной проходу.

— С первой группой? А ты?

— Я пока останусь здесь.

— Нет.

Он промолчал. Снежка не могла понять, что с ней. Она не могла моргнуть, тело будто окоченело, но не от мороза. Она повернула голову и краем глаза видела… видела потолок, под которым клубилась пена, словно дым от пожара.

Это на самом деле происходит?

Вдруг пена просела. Рывком. И замерла.

— Стой. — Снежка оттолкнула Огня. Задержала дыхание, и смотрела, смотрела — вдруг ей показалось?

Пена снова встряхнулась и снова осела. И начала спадать.

Она спадала кусками, в толще пены получались пустые объёмы, которые медленно заполнялись сползающей сверху пеной. И снова спадали.

— Вадим, не надо пока грузить транспортёры! — Крикнул Огонь. — Пена падает!

Лука стоял по колено в пене и ждал. Стоило впереди образоваться хоть малейшему проходу, он бросался туда. Но пена стекала сверху, кусками падала с потолка и временами ему приходилось отступать. А потом возвращаться.

Выглядело как борьба с ветряными мельницами. Только вот смешно не было.

Генри побежал на выход, чтобы предупредить Вадима, который уже ушёл и не слышал крика.

— Стой здесь. — Огонь обулся и пошёл вперёд, ближе к Луке. Как и Митяй. Этот где-то успел схватить два налобных фонаря. Один надел себе на голову, второй протянул Луке, но тот щедрого жеста не заметил. Тогда Митяй отдал фонарь Огню.

«Стой здесь? Ага, конечно»! — подумала Снежка. Морщась, натянула мокрые, ледяные ботинки и пошла за ними. Не будет она топтаться на месте, когда на базе осталась Ксения, которая, вполне вероятно, нуждается в помощи.

Главное, чтобы Ксения её дождалась!

Пена оседала всё быстрей. Вскоре они уже брели по коридору по пояс в вонючей субстанции, и Снежка чувствовала ногами воду. Почти тёплую после мороза. Видимо, пена сбилась, а вода ещё не ушла обратно в сливы, в канализацию.

Выходит, у Ксении получилось! Она сделала то, что собиралась! Какая же молодец!

Только теперь пена спадала гораздо хуже. Казалось, она плавает на воде шапкой и никуда не собирается.

Света почти не было. Повезло, что аварийное освещение до сих пор не отключилось, что пена не пролезла в проводку, потому что света фонарей не хватало — коридор был слишком широкий.

Они спустились к круглой двери — та была нараспашку. Её никто не успел закрыть.

У них получилось. Получилось!

Они перелезли через тамбурную дверь и поспешили дальше.

— Ксюша! — Лука вдруг бросился вперёд. Митяй подсветил ему фонарём.

Впереди в пене что-то плавало. Снежка затормозила, с трудом переставляя ноги. Лука рывком выхватил из пены тело — как он её разглядел? — перевернул лицом вверх.

Ксения была бледная, глаза закрыты, всё лицо в клочьях какой-то отвратительной слизи.

Она не дышала.

— Нет, нет! — Лука быстро повернул её на бок, освободил рот и хлопнул по спине между лопаток. — Нет!

— Я за Сусликом! — Митяй развернулся и побежал к выходу — только пятно света прыгало по стенам. Огонь посмотрел на Снежку в растерянности.

— Дыши! — Лука стукнул с такой силой, что раздался глухой звук, будто все внутренности в теле Ксении перевернулись.

Зато она вздохнула, крупно вздрогнула и её вырвало. Правда, глаза так и остались закрытыми.

Огонь не стал лезть, помочь он ничем не мог. Только светил фонарём, чтобы Луке было видно, как её держать.

К тому времени, как прибыл Суслик, Ксению вырвало дважды. В остальное время она лежала сломанной куклой, но хотя бы дышала. В себя так и не пришла.

Суслик, видимо, уже знал, в каком состоянии её нашли, потому что быстро пощупал пульс, оттянул веко:

— Наверное, нахлебалась этого говна. — Сказал Суслик. — В медкабинет её.

Лука тут же поднял Ксению на руки и пошёл вперёд.

— Голову на бок поверни! — Крикнул Суслик.

— Там же всё затоплено… то есть, мокрое, не работает. — Прошептала Снежка с отчаянием. Кроме Огня, никто этих слов не услышал.

— Пошли. — Он двинулся следом за Лукой.

В медкабинете Суслик машинально стукнул рукой по выключателю — и загорелся вполне себе яркий свет.

Только тогда Снежка вспомнила, что такие места как лазареты и пункты управления всегда лучше обеспечены, как раз на случай непредвиденных ситуаций. Мельком подумала, что скорее всего, проектировщики учли, что в проводку могла попасть вода и изолировали её.

— В медкапсулу её! На бок. И за водой, нам нужна чистая вода, будем желудок промывать.

— Я принесу. — Огонь тут же пошёл за водой. Лука опустил Ксению на стол медкапсулы, пена болталась уже ниже уровня стола. Суслик выдвигал ящики. Оказалось, они герметичные, внутренности не пострадали, медикаменты были сухими и чистыми.

С этим им повезло.

В коридоре раздались звуки шагов и голосов. Это возвращались студенты и курсанты.

— Дверь закрой, — коротко бросил Суслик.

Сейчас его слушались беспрекословно. Снежка прикрыла дверь, чтобы любопытные не совали свой нос.

Пустила только Митяя с отчётом и Огня с водой. Правда, отчёт оставили на потом, сейчас бы его никто не услышал.

За процессом промывания желудка Снежка следила из угла, постоянно сглатывая от жалости. Эта толстая пластиковая трубка, и эти спазмы, когда Ксению рвало, Снежка запомнит надолго.

Ей казалось, прошла вечность. Хотя на самом деле всего-то минут двадцать.

Потом Суслик по цвету вышедшей из желудка воды решил, что хватит, подключил её к малому диагностическому экрану, потому что сама медкапсула не работала, вколол кучу препаратов и только тогда остановился.

— Всё. Теперь она спит.

— Она выживет? А? Суслик? Выживет? — Спросил Лука монотонно.

— Да. То есть — скорее всего. — Суслик устало навалился на стол. — Нужно проводить диагностику мозга, я не знаю, сколько она без кислорода. Но тут ничего не работает.

Он обвёл взглядом медкабинет. По полу в грязной вонючей воде до сих пор плавали клочья пены. Все стены, все поверхности были в этой пене или в отвратительных скользких потёках. Их даже было нечем вытереть, потому что все тряпки тоже были в пене.

— Надо ждать. — Закончил Суслик. Оглянулся и сел на грязный стул, который когда-то был белым.

— Хорошо. — Лука ещё раз взглянул на Ксению и выпрямился. — А теперь я пойду искать его.

Без объяснений было понятно, кого. Никто ничего не успел сказать — Лука выскочил в коридор. Митяй помялся, но следом не пошёл.

— Он же его убьёт. — Сказал ему Суслик, но без особого волнения.

— Возможно.

Огонь тоже никуда не спешил. Снежка подумала, подумала — и тоже решила, что если Луке понадобится чья-то помощь, он её попросит. А мешать ему она не хочет.

Ей было всё равно сейчас, даже если Лука убьёт Саблезуба. Наверное, спустя какое-то время ей станет его жаль, по крайней мере, она захочет, чтобы его наказывали по закону, а не вот так, самосудом. Но сейчас Снежке было всё равно. На самом деле. Стоило только взглянуть на Ксению.

— Нужно идти в столовую. Будем думать, как восстанавливать базу. — Подал голос Огонь.

Да, это хорошая идея. Это отвлечёт от тяжёлого ожидания. Всегда лучше заняться делом.

Сама Снежка осталась с Сусликом и Ксенией.

Села возле кровати на мокрый стул, наклонилась, всмотрелась в белое, как снег, лицо с синими следами пальцев на щеках и на подбородке, которые получились, когда её держали во время промывания. От прежней — живой и решительной Ксении вообще ничего не осталось, только пустая оболочка.

Как страшно…

Если она умрёт, Снежка, наверное, лично настоит на самосуде. Ну, в случае, если Саблезуб доживёт до того момента. Собственными руками его придушит — вот такое у неё было состояние.

Снежка смотрела и не могла остановиться. Кожа покрыта испариной, губы белые. Шея казалась такой тонкой, будто остался один позвоночник, да и сама Ксения сейчас выглядела исхудавшей и маленькой, съёжившейся, как больной ребёнок.

— Посиди с ней, я пойду послушаю, что они решили. — Сказал Суслик. — Нужно, чтобы запустили генераторы и направили энергию сюда, в медотсек. Попробуем включить аппаратуру. И тепловую пушку. Нужно попробовать высушить и запустить капсулу на случай, если ей станет хуже.

— Хорошо.

— Если что, зови. Но она стабильна. — Суслик ещё раз взглянул на маленький диагностический экран.

— Хорошо.

Суслик ушёл и Снежка осталась с Ксенией наедине. Она хотела бы что-нибудь ей сказать, но не смогла выдавить ни звука. Говорят, люди даже в таком тяжёлом состоянии могут услышать добрые слова, что они помогают им держаться на плаву, прийти в себя, выздороветь. Но при виде этого почти белого неподвижного тела Снежка не верила, что Ксения её услышит.

Поэтому просто взяла её за руку, сжала холодные пальцы.

И стала ждать.

Глава 10. Связь

Кира заснула, сама не заметила как. Просто закрыла глаза и открыла уже в другое время. До — рядом был Никита, а напротив сидели Зои и Димитр. Они обсуждали крайне важный вопрос — как заставить местных отпустить себя домой. Это было очень, очень серьёзно, но в какой-то момент Кира просто перестала понимать, что происходит. Главное — тёплое плечо любимого человека под головой и ощущение дома, остальное ушло за горизонт.

Она смотрела на лица Зои и Димитра, на то, как они открывают рты, но уже ничего не слышала. А потом, не разжимая рук, которыми держалась за Никиту, закрыла глаза и заснула.

Когда проснулась, была одна. Компьютерные стулья, на которых сидели Зои и Димитр, были отодвинуты к штабелю ящиков, свет приглушён. И Никиты… его не было.

Кира широко раскрыла глаза. Она лежала, вытянувшись в полный рост, на диване и была укрыта мягким покрывалом. Свет еле горел. Неужели местное странное освещение можно регулировать?

Она быстро села, покрывало сползло на пол.

— Никита. — Прошептала Кира. Нет, она не думала, будто всё произошедшее — сон и теперь она очнулась, а Никиты снова нет. Просто теперь, когда он нашёлся, совсем не хотелось снова его искать, даже если искать недолго.

Тихо. Кира окончательно сбросила покрывало и встала. Очень тихо. Зои и Димитра тоже поблизости нет.

Куда они все делись?

Пару секунд Кира выбирала, куда идти, и двинулась направо, в противоположную сторону от того прохода, по которому они сюда пришли. Там дальше было что-то наподобие кухни: небольшой стол с тремя стульями и какой-то металлический стеллаж с продуктами. Папаша, еле втиснутый в середину стеллажа, для чего специально убрана одна из полок. На остальных — нагромождение странной посуды, будто бы из металла.

Напротив импровизированной кухни, похоже, гардеробная. Если можно таким громким словом назвать несколько поставленных рядом шкафов, с которых сняты дверцы и которые забиты до такой степени, что из них вываливаются вещи.

А вот вещей столько, что если они упадут тебе на голову, ты точно из-под их веса не выкарабкаешься.

Кира прошла мимо. Ей и в прошлой жизни до шмоток дела было мало, а теперь и подавно.

Вот! За шкафами прятался тёмный закуток, откуда доносился шум воды.

Кира заглянула туда и увидела душевую кабинку с матовыми стенами. В ней кто-то был.

— Никита? — Громко спросила Кира. Неизвестно, кто внутри. Ладно, если Зои, а если Димитр? Неловко получится.

— Кира? — Донёсся голос. Это Никита!

Кира тотчас подошла к кабинке, быстро расстегнула и сбросила с себя кофту, стряхнула обувь, сняла штаны и бельё, и уже через несколько секунд открывала дверцу душа.

Внутри светилась лишь подсветка — полосы вдоль швов и кнопки управления, и круги лейки.

Кира быстро вошла, Никита посторонился, чтобы ей хватило места — кабина была небольшой.

И замерла.

Она уже видела его с мокрыми волосами. Уже наблюдала, как по его лицу текут капли воды, тогда, когда они попали под ливень. Правда, тогда ей было не до того, чтобы им любоваться. Тогда она боролась со страхом и болью.

А теперь зато у неё полно сил и времени.

— Что скажешь? — Спросил Никита чуть-чуть нервно.

— Ничего.

Он кивнул, будто только такого ответа и ждал.

А Кира молча подняла голову, подалась влево, чтобы попасть под струи воды. Никита молча пододвинулся, уступил место.

Вода намочила ей волосы, тут же побежала по спине, по ягодицам, но рукам и ногам.

Никита нажал на какую-то из кнопок и Киру обдало ворохом пахучей пены. Неожиданно.

Она вздрогнула, испуганно сглотнула, но не успела испугаться.

Никита рассмеялся, а потом протянул руки и потянул Киру к себе.

Они моментально прильнули друг к другу, будто две половинки одного целого. Оказались в объятиях друг друга. Тесных, сильных, неразрывных. Не нужны были ни слова, ни взгляды. Им нужна была только близость.

Если бы Кира успела подумать о вариантах, она выбрала бы, конечно, диван, или что-нибудь мягкое. Уж никак не тесную кабинку, в которой возможно находиться только стоя. Хотя Никита прижал её к стене и напрягаться Кире не пришлось.

Они соединились так просто, будто уже сто раз занимались любовью. Почти привычно, хотя Кира и отмечала новые для себя движения и ощущения. Мокрые, покрытые пеной, они держались друг за друга куда крепче, чем держаться в подобных случаях.

Никита быстро довёл её до кульминации, что в общем-то было несложно и еле устоял на ногах, когда достиг финала сам.

— Я тебя люблю. — Сказал Никита, прижимаясь лбом к её лбу и тяжело дыша.

— И я тебя люблю. — Просто сказала Кира перед тем, как судорожно втянуть в себя глоток воздуха. Сердце не успокаивалось.

— Значит, мне повезло.

— И мне.

Они посмотрели друг на друга и рассмеялись. И ещё долго стояли так, обнявшись, под струями тёплой воды, и были абсолютно счастливы.

Прочие студенты, местные инопланетяне, ловушка, в которой они оказались под землёй и даже сама планета, по сути та же ловушка, только чуть больших размеров — ничего этого не имело значения.

* * *

Потянулось время.

Зои осталась одна.

Она нашла себе место подальше от логова Никиты и как смогла, там обустроилась. Разгребла лишние вещи и освободила кусок поверхности, нашла подходящую лежанку — надувной матрас. Да не простой, а хитрый — с подсветкой и местами для стаканчиков. На кой чёрт они нужны тут, где нет стаканчиков, Зои не знала, но эта мысль её недолго преследовала. Да и мысль не самая плохая, были другие, о которых думать совсем не хотелось. Например, почему ей так не везёт с мужчинами. Ну, конечно, грех жаловаться на тех, кого Зои покупала или брала напрокат. С этими всё всегда предсказуемо и ожидаемо. Но вот настоящие… Что первая любовь, пусть даже она была давно и в те времена Зои была наивной до одури, хотя и считала себя прожжённым циником.

Что теперь.

Никиту с Кирой Зои обходила стороной. Не потому, что не хотела их видеть или с ними общаться, а только потому, что они хотели остаться одни и это желание было ей вполне понятно. Они так смотрели друг на друга… так шептались, что перестали замечать и Зои, и Димитра, который, впрочем, тоже старался лишний раз не показываться никому на глаза.

Зои выдержала всего один приём пищи с этой парочкой. Но наблюдать, как Никита протягивает Кире кусочки еды — овощей, хлеба или мяса, и как та со смехом выхватывает еду из его пальцев и дразниться — это было невыносимо. Слишком лично.

Зои доела тогда свою порцию, даже, скорее, забросила в рот, всё, что было в тарелке, и ушла. И даже не завидовала. Эти двое — они заслужили немного времени вместе, наедине. А если ей самой до смертельной тоски не хотелось оставаться в одиночестве, то это её проблемы.

Димитр избегал всех. Но иногда являлся, чтобы проверить, всё ли с «детьми» в порядке. Не потому что на самом деле волновался, конечно, а потому что придерживался своей тактики. Дети должны находиться под присмотром.

В остальное время он бродил по этой бесконечной кладовке в поисках выхода. На самом деле он хотел его найти или это тоже часть плана, не имело значения. Димитра никогда не было рядом, вот и всё.

Конечно, Кире с Никитой до него дела никакого не было, а Зои… Зои поняла, что время, которое у неё внезапно образовалось — на самом деле подарок. Пока не появились хозяева и пока не закрутилось, она может и должна тратить это свободное время не для того, чтобы волочиться за Димитром хвостиком и упрашивать его о крошках внимания, а для того, чтобы придумать, как его отсюда вытащить.

Понятно, что он уже всё для себя решил. Собирался пожертвовать собой, будто эта жертва было кому-нибудь нужна! Пожертвовать и остаться гнить на планете до конца своих дней.

Но Зои с таким раскладом была не согласна. Она собиралась забрать его с собой. Димитр, конечно, упрям своей твердолобой самоотверженностью, но и Зои привыкла стоять на своём!

В голову, правда, ничего толкового не лезло. Она до сих пор не очень-то смирилась со всей этой странной историей про местных Клякс, которые творят, что хотят. А чтобы её миссия увенчалась успехом, нужно было принять эту историю и на её основе придумывать нечто, способное этих самых Клякс убедить.

Зачем Димитру улетать с ними? Ну зачем?

Зои чуть голову себе не сломала. Как такового опыта скрипеть мозгами и генерировать хитроумные планы у неё не было. Зои ведь предпочитала действовать, а не придумывать обходные пути, чтобы добиться своего хитростью.

Но так или иначе, она умела решать проблемы.

Только непонятно, как сообщить об этом Димитру. Подойти и сказать что-то типа: «Эй, я умею решать вопросы. Я вытащила из тюрьмы одного из своих приятелей всего лишь намекнув нужному человеку, что этот парень общался с его дочерью и много чего знает, о чём не сможет промолчать в застенках. Самое забавное — я не знала об этом человеке ничего, у меня не было никакого компромата. Так вот — по сравнению с тем случаем тебя вытащить проще простого»!

Это было неправдой. Ну, насчёт проще простого. Сейчас загадка казалась нерешаемой, даже непонятно, с какой стороны за неё браться.

Но прежде Зои часто действовала на инстинкте, и привыкла на него полагаться. Возможно, когда придёт время бросаться в драку — она сделает всё что нужно на голом везении. Может быть.

Но ведь может и не быть? Поэтому она сидела и думала — иметь чётко прописанный план никогда не помешает.

Зои думала, а заодно смотрела по сторонам, ловила взглядом любой блеск или отсвет, а потом сверлила это место глазами, чтобы первой увидеть появление местных. Хотя подозревала, что покажутся они всё же Никите.

Никита появился сам.

Зои услышала шум и сердце успело радостно броситься в галоп, ожидая появления Димитра. Но из-за угла вышел Никита, и настроение сдулось, как воздушный шарик.

— Где Кира? — Тут же спросила Зои, удивлённая, что видит его в одиночестве.

— Я без неё.

— А… чего ты? — Выдавила Зои. Она не ожидала увидеть Никиту, это да, но ещё меньше она ожидала, что тот будет расхаживать сам по себе. С момента встречи Никиты с Кирой она видела их только вдвоём.

— Кира отдыхает. Спит. Она вымоталась. Можно я сяду?

Никита кивнул на одну из коробок, которые Зои сложила в ряд и накрыла какими-то тряпками, соорудив таким образом бортики для своей надувной кровати.

— Да, садись.

Никита сел, неловко поёрзал, было видно, что ему не по себе.

— Ты по делу или просто так, гуляешь? — Спросила Зои, чтобы его подбодрить.

— Ищу вашего военного.

— Димитра? Зачем?

— Хочу связь наладить. С остальными.

— Связь? — Зои встрепенулась. — Со студентами?

— Ну да.

— А как?

— Ну как обычно. Так где он? Расскажу сразу вам двоим, чего по сто раз повторять.

— Не знаю, где, но давай поищем. Ради связи я и не на такое готова!

Никита огляделся с таким видом, будто Димитр прячется где-то поблизости. Возможно, прямо под матрасом.

— Ну давай. А где его искать?

Зои вдруг сообразила, что после их появления Никита с Кирой не разу не покидали тот «островок», где у Никиты было оборудовано жилое пространство — диван, санузел и кухня. Были слишком заняты друг другом. Что он и Зои-то сейчас нашёл скорее всего случайно, ходил, вероятно, вокруг, пока на неё не наткнулся.

— Ну как где? Или налево, или направо. — Зои вздохнула. — Я тоже не знаю где он прячется. Что?

Никита как-то странно на неё посмотрел, будто удивился её незнанию. Или заподозрил, что Зои чего-то недоговаривает. Но промолчал.

— Ладно. Тогда ты — суда, я — сюда. — Он распределил проходы. — Найдёшь — кричи.

Зои взялась за дело с энтузиазмом. Наладить связь со студентами было бы неплохо. Узнать, как они там, целые ли, здоровые? Всё же Зои волновалась. С ними, конечно, Огонь и курсанты, но и Саблезуб тоже. Его же никуда не денешь.

Да, связь — это прекрасно!

В общем, Зои долго ходила, но так никого и не нашла. А когда вернулась, услышала издалека голоса. Пропетляла среди завалов и вышла к очередной комнате, стены которой были собраны из коробок и ящиков. Внутри буквой П стояли столы с техникой. Зои присвистнула. Никита, похоже, собрал тут целый пункт управления. А она-то думала, что дальше дивана и кухни он не продвинулся. Наивная! Да тут столько аппаратуры, что при желании можно всей планетой управлять!

Димитр сидел за одним из столов и смотрел, как Никита включает и показывает ему какие-то одинаковые на вид приборы, большая часть которых издавала странные свистящие и шипящие звуки. А потом он с гордым видом отодвинул их все в сторону и вытащил из-под стола длинный пульт, похожий на клавиши фортепиано.

Мешать она не стала, села на один из свободных стульев и прислушалась. Смотрела, конечно, не на приборы, а на Димитра, но честно старалась не пялиться.

Он выглядел немного сонным, но был как всегда сосредоточен на деле, уверен и спокоен. Зои вздохнула, стараясь, чтобы это звучало не слишком громко. Кажется, получилось — на неё никто не обратил внимания.

В общем, исходя из рассказа, Никита собрал в кучу доступную технику и научился настраивать её, потому что она отчего-то была допотопной, то есть работала по незнакомому принципу. Современные станции связи на здешнем складе отсутствовали, приходилось настраивать радиоволны вручную. Начал он с антенны, доступ к которой сам толком не понял, как получил. Ну это ладно! Но Никита не знал, где он находится территориально, поэтому не знал, как связаться с остальными. Отправлял сообщения наугад. Не угадал ни разу.

— Зато теперь, когда вы можете объяснить, где мы и где студенты, можем попробовать к ним пробиться. — Закончил Никита.

Как поняла Зои, кроме примерной карты ему требовалась помощь кого-то, кто хотя бы немного разбирается в устройстве радио и как с его помощью перевести сообщения в тот формат сигналов, который примут современные экраны. Сам они с этим так и не разобрался, поэтому надеялся, что Димитр поможет.

Зои удивилась, когда это услышала. Димитр просто военный, откуда ему знать?

Потом удивилась второй раз, когда оказалось, что он всё же знает.

Незнакомые термины, которыми они стали перебрасываться, Зои ни о чём не говорили. Но они здорово раздухарились! Димитр дважды подскакивал со стула с воплями, потом падал обратно и продолжал настраивать эту огромную бандуру, которая продолжала свистеть, шипеть и плеваться. По крайней мере, так казалось Зои.

Ей самой тоже пришлось поучаствовать — нарисовать примерную карту, описать сколько времени понадобится, чтобы добраться от базы к центру джунглей, где, скорее всего, они все сейчас находятся.

Димитр подсчитал примерное расстояние и они с Никитой продолжали настраивать своё «пианино». С таким энтузиазмом, что любо-дорого поглядеть.

— Слишком далеко! — Наконец, сказал Димитр с досадой. — Этот аппарат не добивает!

— Да, я тоже так думаю. Расстояние слишком большое. Не выйдет.

Вот так неожиданно и некрасиво закончился весь этот занимательный процесс.

Тут появилась Кира. Да не одна, а с подносом, на котором стояли стаканчики с кофе. Аромат кофе появился раньше неё самой, так что все развернулись к коридору и не удивились, когда Кира поднесла им напитки. Как настоящая хозяйка дома.

— Данила. — Сказала она коротко. Зои вытаращилась:

— Точно!

— Я слушаю. — Моментально отреагировал Димитр, дуя на кофе.

— Данила! Это парень Пустоты, который отдал ей свой корабль. Мы считаем, он у нашего спасательного катера, к остальным не полетел. А катер — в половине пути до студентов. Может, до него получится достать?

Димитр молча протянул Зои ручку.

— Рисуй.

Вскоре они перестраивали свой чудо-прибор на новую волну.

Потом запустили поиск. Бегунок, который медленно двигал Никита, вызывал зазывающие, зубодробильные звуки — и вдруг наступила тишина. А потом раздался голос.

— Кто это?

— Данила! Это Данила! — Завопили Зои и Кира в один голос.

— Зои? — Удивлённо спросили с той стороны.

В общем, они по очереди проговорили с Данилой чуть ли не три часа подряд! Только когда он сказал, что у него садится аккумулятор, решились заканчивать. У катера, как выяснилось, сильно похолодало — ночью бывали морозы. Данила ждал, что морозы будут усиливаться. Пока ему хватало запасов, но по его расчётам, он мог протянуть ещё не больше двух месяцев, потом топливо, а значит и тепло закончится. Он пробовал греться костром, но не хватает дров. А вот еды в достатке — водоросли растут как ни в чём не бывало и всё такие же вкусные.

Димитр сказал, что два месяца ему ждать не придётся, он рассчитывает отправить их домой раньше. Тут, конечно же, пришлось рассказать Даниле, кто такой Димитр, где они все находятся, как туда попали и главное — о местных жителях.

Сказать, что Данилу этот рассказ поразил — ничего не сказать. Впрочем, как и любого другого на его месте.

Нужно было действовать. Даниле предстояло связаться со студентами и передать им информацию о подземке, в которой собралась «инициативная группа», волей-неволей взявшая на себя переговоры с местным населением. Что делать дальше, пока было неясно, но все должны были быть в курсе дела.

У Данилы не было радио, он мог только переписываться сообщениями, но это лучше, чем ничего. В общем, он обещал оставаться на связи и конечно же, всё передать студентам и курсантам.

После конца сеанса они все вчетвером на радостях пошли отмечать на кухню, где Никита достал из закромов бутылку спиртного.

— Шато Бернье какое-то. — Прочёл он на потёртой серой этикетке. — Старое, конечно, но другого спиртного я не нашёл.

— Как ты сказал? — Уточнила Зои.

— Шато Бернье, розлив номер 416.

Зои закатила глаза и прикинула цену. Да, лучше не озвучивать, что у Никиты в руках одна из самых дорогих бутылок вина в мире. Даже семья Зои могла позволить себе такое только по большим праздникам. Правда, это касалось только редких разливов 416 и 409, остальные разливы мать глушила чуть ли не каждый вечер.

Впрочем, эта информация тут никому не нужна.

— Ну что, за успех? — Димитр разлил драгоценное Шато Бернье номер 416 по бумажным стаканчикам, а бутылку с остатками небрежно отставил на край стола.

— За успех! — Зои подняла стаканчик. Чокаться бумагой — это убожество, такого даже бедные студенты себе не позволяют. Насколько ей было известно — бедных студентов она не видел.

— За успех! — В один голос подхватили Никита и Кира.

Тоже не пытались чокнуться, отметила Зои. И поняла — а ведь они те самые пресловутые бедные студенты. Как странно… Если бы не вся эта история, Зои никогда бы не окунулась в жизнь людей другого круга. А сейчас и не разберёшь, кто из них с каким багажом родился.

Они выпили, Зои даже прикрыла глаза, чтобы прочувствовать аромат персика и смородины, присущие вину данной марки. Ей, как всегда, показалось, что она их буквально ощутила на языке.

Интересно, чувствуют ли эти нотки те, кто в вине не разбирается? Зои подумала — и решила не спрашивать. Как-то глупо интересоваться в такой момент вином.

Никита с Кирой вскоре ушли. По-английски. Другими словами, сбежали, не попрощавшись. Зои хотела бы посидеть ещё, выпить вторую бутылочку, может, посмотреть какой-нибудь фильм или просто поболтать, но они улизнули и оставили её наедине с Димитром, который не горел особым желанием веселиться.

Они остались сидеть за кухонным столом — друг против друга. Димитр разлил остатки вина и молча поднял стаканчик. Зои повторила, потом они также молча его выпили. Делать больше было нечего.

— Как ты? — Неожиданно спросил Димитр. Зои возликовала! Неужели ему не всё равно?

— Плохо.

— Почему? — Он нахмурился.

— Почему? Может, потому что мужчина, который раздавал мне преференции, внезапно решил сдать назад?

— Зои, ты серьёзно? — С досадой спросил он.

— Ещё как серьёзно!

— Ты же понимаешь, что если бы был другой выход, я бы им воспользовался? Понимаешь ведь? — Повторил он.

— Если честно, у меня такое ощущение, будто ты просто бежишь! — неожиданно призналась Зои в том, что на самом деле её беспокоило.

— Бегу?

— Может, жалеешь, что наобещал мне с три короба и не знаешь теперь, как от меня отделаться?

— Настолько не знаю, что готов гнить тут до самой смерти? — устало спросил Димитр. — Зои, я взрослый мужчина. Если я захочу бросить женщину, я просто это сделаю, безо всяких ухищрений.

Зои обхватила голову руками. Глупость, конечно, но однажды её уже бросила горячо любимая сестра, а потом своеобразно «бросили» родители. Боже, да неужели Димитр теперь встал с ними в одну линию по важности? Когда он успел-то?

Такого прежде никогда не происходило.

— А ты ведь действительно студентка АМКи, — вдруг сказал Димитр.

— И что? — Зои подняла на него глаза.

— Всё равно любые наши отношения обречены. — Спокойно ответил он.

Зои только прищурилась.

— Чем занимается твоя семья?

— Моя семья — держатель контрольного пакета акций корпорации «Наноуспех».

Димитр удивился. Это было очень заметно. Его протезы наверняка были сделаны в одной из компаний, входящих в эту корпорацию.

— Нехило, — наконец, пробормотал он. Потом закрыл глаза и стал тереть лоб и нос пальцами.

— Так что ты хотел сказать?

— Ты ведь понимаешь, что я обычный военный, даже не дослужившийся до какого-нибудь звучного звания? Мне ничего не светит в этой жизни. Твоя семья не допустит нашего общения. Да они мне даже взглянуть на тебя не позволят.

— Так ты боишься? — Зои побледнела.

— Шутишь? — Димитр расхохотался. — После того, как просидел тут взаперти несколько лет, каждый день думая, что так и сдохну? — Он покачал головой. — Ты сама скоро поймёшь, что это просто адреналин, который объединяет тех, кто вынужден вместе преодолевать какие-либо общие препятствия. Просто ты привязалась к тому, кто ближе всех.

— Значит, и у тебя тоже этот… адреналин?

Димитр помрачнел. Потом вздохнул, взлохматил себе волосы.

— Зои, прости.

Он помолчал, подбирая слова, и сказал:

— Давай прекратим этот разговор. К чему травить душу? Я стану для тебя простым малым эпизодом большого яркого приключения. Хотел бы я оставить о себе другие воспоминания, но мне нельзя отвлекаться. Я должен быть начеку. Должен вас отсюда отправить.

Димитр резко поднялся. Замер на секунду и уже неторопливо обошёл её, встал позади. Зои почувствовала, как он кладёт её руки на плечи, сжимает их. Гладит большими пальцами шею — мимолётно, щемяще-нежно. Наклоняется.

Еле слышный, обречённый на провал голос.

— Ты быстро меня забудешь.

— А если нет?

— Я надеюсь. Больше мне надеяться не на что.

Руки исчезли. Раздались удаляющиеся шаги. Зои заставила себя сидеть на месте.

А потом почувствовала что-то мокрое на глазах.

Возможно, слёзы.

Глава 11. Сборы

Снежка задремала, неудобно опустила голову, упираясь подбородком в грудь и выпустила пальцы Ксении.

От этого и проснулась. А ещё от звука шагов. Шея затекла ужасно. Снежка со стоном схватилась за неё, помассировала мышцы, похлопала ресницами, чтобы в глазах прояснилось.

В медпункт вошёл Суслик. Его губы были крепко сжаты, глаза недовольно прищурены.

— Что? — Спросила она у Суслика. Голос звучал хрипло.

— Лука поймал Саблезуба.

— И что? — Снежка приподнялась на стуле. — Что он с ним сделал?

— Запер. Что же ещё? — Суслик спрятал взгляд и подошёл к Ксении, проверил показатели на экране, привычно пощупал пульс и оттянул веко. А та от прикосновения вдруг вздрогнула и очнулась. У неё был такой паникующий взгляд, она так судорожно дёрнулась, что Снежка тут же бросилась к ней, наклонилась и заговорила:

— Ксю, всё хорошо! С тобой всё в порядке! Ты в безопасности!

Та схватилась руками за шею, широко открыла рот и судорожно вздохнула. Выгнулась дугой.

— Ты можешь дышать. Пены нет. Слышишь? Пены нет, дыши.

Ксения ещё пару раз надрывно вздохнула, огляделась. Потом её силы закончились, она обмякла на лежанке и прикрыла глаза.

— Меня тошнит. — Заплетающимся языком, проговорила Ксения. — Это гавно, это прямо в горле… Оно прямо…

У неё случился рвотный позыв, она наклонилась, открыла рот — но наружу ничего не вышло.

— Не думай. — Спокойно сказал Суслик. Налил ей воды. — На, пей. Запомни, это вода, вкус воды. О другом не думай.

— Не могу. — Ксения заметалась, снова схватилась за горло. Она сглатывала, тряслась, и вообще была в очень плохом состоянии. — Она во рту. Ползёт по языку. Лезет в глотку!

— Может, успокоительного? — Спросила Снежка, с трудом удерживая её на лежанке.

Суслик уже сам доставал какой-то пузырёк, одним щелком, как обойму, задвинул в инъектор и сделал укол. Спустя несколько секунд Ксения обмякла и задышала ровно.

Снежка сидела и смотрела, и так глубоко задумалась, что Луку увидела, когда он уже ворвался в помещение. Подняла глаза — и ей невольно захотелось спрятаться.

— Как она? — Негромко и напряжённо спросил Лука Суслика.

— В порядке. Очнулась. Мозги на месте. Я дал ей успокоительное, пока придётся держать её в отключке.

— Почему?

— Она слишком долго оставалась в сознании, пока захлёбывалась.

Лука побледнел. Остановился, набычился и было видно, что он с трудом заставляет себя не шевелиться. Снежка подозревала — если он сейчас пошевелится, то уже не сдержится и убьёт Саблезуба. Поэтому она сидела тихо-тихо и пережидала опасный момент.

— Она в порядке. — Сказал Суслик. — Это пройдёт. Поспит — и забудется.

— Что-то можно сделать? — Лука ухватился за эти слова, как утопающий.

— Можно с ней говорить, чтобы она думала о другом.

Лука покосился на Снежку, как ей показалось, с неприязнью.

— Я пойду. — Она встала. — Зайду попозже.

— Сейчас она всё равно спит. — Суслик пожал плечами. — Заходите через пару часов.

Снежка вышла из медпункта и по сырому коридору дошла до столовой. На голову с потолка что-то капало, и вряд ли это были духи. Питание восстановили. Света было немного, но достаточно, чтобы разглядеть грязные, в разводах пены и лучше не знать ещё чего, стены. Под ногами всё ещё хлюпала вода. Воняло, как на помойке.

Уже издалека она услышала крики. Прямо какое-то дежа-вю.

В общем, в столовую набились и студенты, и курсанты, все до единого. Было тесно, но Снежка их понимала — идти некуда, всё вокруг пропиталось канализационными водами. Нужно что-то делать, как-то высушивать помещения. Нужен тот, кто решит, как это делать.

Но оказалось, собрались тут по другому поводу. Саблезуб.

Снежка посторонилась, потому что слышала, как Лука идёт следом, и уступила ему место.

Стоило Луке войти в помещение, крики усилились.

— Почему вы его просто заперли?

— Что ему будет?

— Нельзя оставлять это просто так!

— Нельзя его оставлять, в следующий раз он нас угробит!

— Сделайте с ним что-нибудь!

— ЧТО? — Вдруг громко крикнул Лука.

Все замерли, но недолго. Курсанты молчали, а вот студенты, особенно студентки, были в ударе. Первым крикнула Алмазка.

— Он опасен! Его нужно убрать!

— Да! — Подхватил Дарвин, высунулся вперёд, весь багровый и трясущийся от натуги. — Его нельзя с нами оставлять!

— Убрать? — Холодно спросил Лука. — Вы хотите его убить?

Снежка окаменела. Студенты тоже, но ненадолго.

— Да! — Закричала Алмазка. — А почему нет? Он хотел убить всех нас! Никого не пожалел! Мы бы замёрзли там как бомжи. Почему мы должны его жалеть?

— Согласны! — Закричали остальные.

Снежку трясло. Она видела Огня, который оглядывал стоящих вокруг него студентов, будто впервые их видел. И Шпрота, который смотрел на своих сокурсников с какой-то просто нечеловеческой обидой.

— И кто его убьёт? — На лице Луки появилась безобразная усмешка, его глаза почти горели, как красные фонари. — Есть желающие?

Тут студенты вроде притихли, но снова ненадолго.

— Вы же военные. — Ядовито заявила Алмазка и выступила на шаг вперёд. — Вы должны уметь убивать!

— Да? — Брови Луки шаловливо поднялись, но это была просто игра. Снежка не могла оторвать взгляда от его лица, она сейчас по-настоящему его испугалась. Просто на каком-то инстинктивном уровне. Он был страшней студентов, которые просто лают, как мелкие собачки, потому что кусаться не умеют. Страшней безумного Саблезуба со всеми его роковыми планами. Потому что Лука был на грани. — А ты не боишься, что мне понравится?

— Что? — Алмазка хлопнула глазами.

— Ты не боишься, что мне понравится убивать? — Лука сложил руки на груди. — Начну с Саблезуба. А потом… мне не нравится тон, которым ты со мной разговариваешь. Мне не нравится, как на меня смотрит вон тот мудак. — Лука неопределённо мотнул головой куда-то в толщу студентов. — А ты, — обратился он к Дарвину. — Слишком много жрёшь. И это мне не нравится тоже.

Вот теперь стало по-настоящему тихо.

— Без вас на базе будет лучше. — Закончил Лука.

Снежка опустила глаза. Ярость от командира курсантов расходилась волнами и находиться на их пути было довольно некомфортно.

Но тут один из курсантов, которые, похоже, отлично знали своего командира, громко спросил.

— Что будем делать с базой? Её нужно высушить.

Лука перевёл на него взгляд, моргнул пару раз и бодро заговорил.

— Думать надо. Склад смотрели? Тепловые пушки есть?

Все с облегчением выдохнули — кажется, пронесло.

Огонь тут же подошёл к Снежке, молча прижал её к себе.

Папаша не работает, думала Снежка, оглядывая комнату. Продукты есть только в консервах и в пакетах для готовки. Вода только в небольшом количестве для питья — те несколько баклажек, которые держали на всякий случай. Нужно устанавливать фильтры, нужно как-то организовать питание. Не говоря уже о таких мелочах, как чистые вещи и чистые спальные места.

Не работало ничего.

Уныние царило везде, куда ни кинь взгляд.

И тут появился Генри. Он беспардонно влез в толпу, которая собралась вокруг Луки и что-то тихо сказал тому на ухо. Луку как ветром сдуло, только спина мелькнула в коридоре — Генри пришлось его догонять.

Конечно, эти маневры заметили все. Конечно, все пошли следом. Огонь пытался остановить, но куда там! Толпа студентов и курсантов плотными рядами двинулась по коридору за Генри и остановилась только у входа в пункт управления. Дальше пройти не смогла, потому что была закрыта дверь.

Но это, конечно же, никого не остановило. В дверь начали стучать чуть ли не в десять рук.

— Что случилось? Откройте! Что вы там делаете? Мы должны знать! Вы должны сказать!

В этот раз курсанты вели себя так же как студенты. Пожалуй, впервые со дня знакомства, отметила про себя Снежка.

Огонь не пытался протиснуться вперёд — его бы придавили массой. Поэтому он действовал с другой стороны человеческой пробки — оттаскивал людей по одному и отправлял в столовую.

— Идите назад! Скоро всё всем расскажут! Не толпитесь здесь. Задавите кого-нибудь!

Курсанты слушались неохотно, но всё же уходили. Студенты огрызались, но постепенно тоже расходились. На всё это ушло не менее получаса. У дверей остались Только Ахлейн с Жанной, Снежка с Огнём и Вадим. Митяй, как оказалось, тоже засел внутри пункта управления.

— Вы знаете, что происходит? — Спросил остальных Огонь.

— Они получили сообщение. — Ахлейн вдруг улыбнулся. — Что-то хорошее.

— Хорошее? — С сомнением переспросил Вадим.

— Не веришь, что с нами может случится что-то хорошее? — Ахлейн рассмеялся. Он выглядел до странности довольным, учитывая всё происходящее.

— Ты дерьма надышался, что ли? — Поморщился Вадим. — Тебя торкнуло?

— Эй, остынь! — Жанна встала между Ахлейном и Вадимом, будто в этом была необходимость.

Вадим хотел было огрызнуться, но просто вздохнул.

Мы слишком устали, подумала Снежка. И она не была уверена, что хочет знать, что же за сообщение получил Лука. Отдохнуть бы, выспаться. Но негде и не на чем.

Спустя ещё пару минут Лука выскочил из пункта управления — все отшатнулись в стороны.

— Пойдёмте. — Командир окинул их искрящимся взглядом и снова побежал в столовую. Остальные, конечно же, потащились следом, любопытно было всем. Там Лука закричал с порога:

— Собираем вещи! Ну, которые можно отмыть. Продолжаем запускать генераторы, кто в этом не занят, готовятся к вылету. Первая партия вылетает через час! Остальные — как только транспортёры вернутся. За две ходки без вещей должны улететь. Вещи заберём за третью. Если понадобятся.

— Куда лететь? — Возник предсказуемый вопрос.

— К катеру. Мы летим к катеру!

— Зачем?

Лука выпрямился и кажется, стал выше всех в столовой.

— С нами связался Данила. Тот, который на своём корабле Пустоту за помощью отправил. Он передал кое-какую информацию. В джунглях под землёй располагается база местных жителей. В центре спирали. Там военный, который сидит здесь уже несколько лет и ваш пропавший Никита. Военный говорит, что сможет отправить нас всех домой. Думаю, нам стоит перебраться к ним поближе. Вначале у катера соберёмся, там обговорим детали. Эту базу всё равно не восстановить, тут просушку и проветривание нужно месяц делать. Так что давайте, собирайте памятные мелочи. Всё понятно?

Он ещё раздал указания курсантам, назначит тех, кто поведёт транспортёры и тех, кто останется следить за порядком.

А студенты ещё долго приходили от этих новостей в себя.

Снежка, впрочем, тоже.

* * *

Голова у Зои просто раскалывалась. Она проснулась, открыла глаза и сразу же зажмурилась от боли. Виски будто дрелью сверлили.

Вначале она думала, что перетерпит, всё само пройдёт, но потом поняла, что не может даже приблизительно прикинуть, сколько времени она просто сидит на краю своего матраса и ждёт, пока боль утихнет. Кажется, целую вечность. А результаты нулевые.

Тогда Зои поднялась и побрела за помощью. К Кире. Каждые несколько шагов останавливалась и пережидала головокружение. А стоило чуть не так повернуть голову, как её будто шипастым обручем сдавливали.

Ужасно больно!

Это что, она заболела? Может, какая-нибудь простуда привязалась?

А может, отравилась?

Ещё как назло она никак не могла попасть в очередной проход. Там нужно было свернуть как раз за торчащим водным катером, который винтом упирался в пол. А Зои три раза стукнулась о борт, пока, наконец, смогла его обойти.

И побрела дальше.

— Зои!

Кира подбежала к ней, Зои не заметила, когда.

— Голова…

— Что голова? Ты ударилась?

Зои усадили куда-то, она не сопротивлялась. Кто-то ощупал ей голову.

— Целая вроде.

— Болит.

— Марка Дольцера, похоже, закончилась. — Прозвучал голос Никиты.

— Что?! — Воскликнула Кира. — Закончилась? Значит, и у меня? Чёрт!

— Не кричи, видишь, ей совсем плохо.

У Зои от громких звуков и правда вырвался стон, она упала на бок и поджала ноги к животу, потому что ей стало казаться, что живот тоже заболел.

— Почему так больно? — Еле выговорила она.

— Видимо, с непривычки. — Никита вздохнул. — А тут никаких медикаментов.

— Совсем никаких? — В голосе Киры звучал неприкрытый ужас. Зои бы польстил этот страх, если бы она могла соображать.

— Пойду Димитра найду. — Сказал Никита. — Обмозгуем, что можно сделать.

— Подожди! А мне что делать?

Но, судя по отсутствию ответа и приглушённым ругательствам, Никита уже слинял.

— Может, холодный компресс? — Вслух спросила Кира.

— Сделай что-нибудь!

Зои не могла вспомнить, было ли ей хоть раз так больно физически. На самом деле на ринге она боли почти не чувствовала, и чего скрывать, не только потому, что там был адреналиновый азарт. Нет, существовали некоторые препараты, которые помогали боль игнорировать. Запрещённые, конечно. Но ей везло, никто их ни разу не вычислил. С папиными возможностями ещё и не то можно было сделать.

А теперь… кажется, проще сдохнуть!

На лоб шлёпнулась мокрая тряпка, по вискам тут же побежала вода. Зои замерла. Не то чтобы ей стало сильно легче, но холод отвлекал внимание. Если следить за тем, как мокнет кожа, проще терпеть.

Она не знала, сколько так пролежала. Раздались шаги, Никита вернулся. И Димитр с ним.

— Кира, отойди.

Кира, которая всё это время сидела возле Зои, вскочила.

— Неплохо тебя скрутило.

Димитр схватил её за плечи, заставил выпрямиться, что-то нажал на шее.

Не помогло.

— Давай сядем.

Он поднял Зои, как тряпичную куклу, усадил и стал массировать ей затылок и шейные позвонки. Потом перешёл к вискам и глазам.

— Ваша марка Дольцера закончилась. — Повторил то, что все и без него давно поняли. — Медикаменты, вполне вероятно, где-то тут валяются, но чтобы их найти, нужно время. Тебе придётся потерпеть.

— Потерпеть? Да лучше сдохнуть! — Выпалила Зои.

И с изумлением поняла, что ей стало легче. Она уже лучше ощущала его прикосновения, уже не просто фиксировала, а получала от них некое удовольствие.

— Это здорово! — Сказала ещё через минуту. — Это и правда помогает.

— Легче? — Димитр остановился.

— Не очень. — Тут же ответила Зои.

Он продолжал массаж.

— Нужно искать таблетки. — Никита вздохнул, рассеяно пожал плечами. — Если бы вспомнить, кто и что из Клякс говорил про лекарства. Они же делали мне медкапсулу, точно делали. Но куда засунули?

Зои вспомнила объёмы этого странного хранилища и поморщилась. Тут можно год копаться и не найти эту проклятую капсулу!

— Было бы проще, если бы кто-нибудь сказал, где она прячется. — Заметила Кира.

— Есть и вторая проблема — не уверен, что капсула будет работать. Почти все предметы не работали, пока я не говорил, что не так. Тогда они их переделывали… чинили. Ну, вы поняли.

Все промолчали. А что тут скажешь? Конечно, было бы проще, имейся в их распоряжении капсула, но её нет и нечего эту тему мусолить.

— А у тебя разве не было с собой таблеток? — Вдруг спросила Кира Димитра.

— Были, но закончились. — Хмуро ответил тот. Вздохнул, перестал массировать Зои, спросил. — Ну что? Как ты?

— Терпимо. — Соврала она. Зачем, сама не знала. Просто подумала, что если он выпил весь свой запас болеутоляющего, видимо, ему было не лучше, чем ей сейчас. А ведь у него тоже ничего не осталось. А она даже не знала…

— Если медикаментов нет здесь, значит, нужно сходить за ними в наш бункер. — Вдруг сказал Димитр. — И принести оттуда с запасом. Я схожу.

— Что? — Зои вдруг подпрыгнула. У неё никогда не случалось вспышек интуиции, но сейчас внутри всё взбунтовалось. Она прямо пятой точкой чувствовала, что Димитру ни в коем случае нельзя возвращаться обратно в бункер!

— Никита меня подстрахует. — С лёгкостью сказал Димитр.

— Ага, как же! Кого ты пытаешься обмануть? Как Никита тебя подстрахует? Дрон отправит? И чем это поможет, если стену обратно замуруют? А если тебя подкараулит тот, кто засадил сюда и в другое место засадит? Мы и не найдём тебя никогда! Нет, нам нельзя разделяться!

— Думаю, ты напрасно волнуешься. — Спокойно ответил Димитр и не дал ей возможности ответить. — Никита, ты сможешь меня выпустить за голубую плёнку?

— Конечно. Прямо сейчас?

— Да. Я быстро вернусь, ты не успеешь и соскучиться. — Димитр подмигнул Зои, но она не верила в эту показную легкомысленность. Однако не представляла, как его остановить. Не силой же, в самом деле, держать?

Она даже прикинула, представила, что хватается за него и оглушительно визжит, и тормозит ногами, когда Димитр пытается двигаться.

Нет, это, конечно, несерьёзно.

— Я пойду с тобой. — Зои сжала зубы и встала.

— Правда? — Димитр заинтересованно взглянул на неё. — Точно пойдёшь?

Зои упрямо сделала несколько шагов. Потом зажмурилась — утихшая было головная боль с радостью вернулась.

— Зои, он быстро сходит! — Сказала Кира. — Пожалуйста, давай просто подождём!

— Нет, ну если она очень хочет. — Рассудительным тоном сказал Димитр. — То конечно, пусть идёт со мной.

Ну, Зои и пошла, только на чистом упрямстве. Кира пристроилась рядом и показывала дорогу к тому тоннелю, по которому они сюда добрались. Димитр шёл за ними следом, а Никита направился к своей аппаратуре, чтобы запустить провожатого — дрон. Напоследок он ещё пожалел, что не смог толком научиться управлять дроном, тот не мог делать практически ничего. Мог лететь в нужную точку и сбрасывать груз, мог выпустить ножи и сломать что-нибудь — и всё. Даже камеру Никита приладил к дрону сам, снял её с какой-то детской игрушки. Никита был убеждён, что у дрона огромный функционал, но к сожалению, доступа к нему у них нет.

Ну нет и нет, чего переживать, ответил ему Димитр. Потом вместе поковыряемся. Когда вернусь.

В общем, так они и разошлись.

Всю дорогу, пока Зои ковыляла в сторону коридора с силовым блоком, она пыталась выдумать причину, по которой Димитру следовало бы отказаться от этой идеи. Конечно, первым делом Зои хотела сказать, что голова уже не болит и причин идти за таблетками нет. Только он не поверит. За последние десять минут ей дважды приходилось останавливаться и глубоко дышать, чтобы унялась боль.

А если просто сказать — пожалуйста, не ходи? Ну да, Димитр как раз из тех мужчин, которому достаточно сказать «пожалуйста», чтобы изменить его планы. Конечно!

В результате она так ничего и не придумала.

Вот и коридор.

Тут же над головой мелькнул дрон, и остаток пути до силового блока летел за ними.

Зои не знала, каким чудом добралась до этого места, но не намерена была останавливаться. Она молча и, как ей казалось, с угрозой взглянула на Димитра и поковыляла дальше. В коридоре было почти темно. Они уже привыкли к свету, а сейчас нужно было снова привыкать к темноте.

Но упрямство не давало Зои остановится. Хочет немедленно идти в бункер? Да пожалуйста!

Кира с видом жертвенной овцы шла рядом. Будь у Зои чуть больше сил, она отправила бы подругу обратно, но говорить не хотелось.

— Стой.

Зои остановилась раньше, чем поняла, что сделала.

— Блок не видно, будем бросать камни.

Димитр протиснулся мимо и пошёл вперёд, бросая по пути камешки. Зои и Кира двинулись следом.

Через несколько минут вокруг стало ещё темней. Даже странно, что раньше они спокойно видели при таком освещении, а сейчас передвигались почти наощупь.

А потом вполне ожидаемо очередной бросок Димитра закончился жёлтой вспышкой.

Зои подумала, что раньше цвет этой вспышки был бледней, а сейчас прям насыщенный, даже непрозрачный какой-то.

Но долго размышлять над этим она не стала, а повернулась и крикнула дрону, то есть Никите.

— Начинай!

Правда, она пока не понимала толком, как ей перепрыгнуть блок за четыре секунды, она за это время хорошо если ноги переставляла пару раз, но она надеялась, что Димитр не позволит ей умереть и поможет. Зои не отказалась бы попасть на ту сторону тем же самым способом, которым попала на эту.

Эх, мечты, мечты…

Никита был начеку, поэтому блок тут же мигнул и пропал. Ну, скорее всего. Димитр вдруг встал столбом. Кира без просьбы набрала горсть камешков и принялась бросать вперёд. Они спокойно летели и падали на землю.

А потом очередной камень, который Кира запустила особенно далеко, вдруг издал странный звук. Будто бы во что-то врезался.

— Что за… — Проговорил Димитр.

Блок мигнул и вернулся на место.

Зои показалось, у неё в глазах то ли двоится, то ли это цветные пятна плывут. В общем, кажется, она сейчас упадёт, а может, и сознания лишится.

— Что за!.. — Повторил Димитр ещё громче и переключил фонарик на дальний свет. Тот моргнул и погас. Димитр тряс им, свет то загорался, то гас, пронизывая темноту ярким лучом.

— СТОЙ! — Закричал Димитр через секунду, но блок снова моргнул и исчез.

Через миг Зои заметила резкое движение. Потом стала оседать, потому что голова закружилась. Она себя, кажется, очень сильно переоценила. Не нужно было никуда идти, она же сейчас как котёнок слабая.

— Кира, беги! — Закричал Димитр.

Зои чувствовала, как её подхватили и всё затряслось. Димитр забросил её себе на плечо, совсем не заботясь, как Зои себя при этом будет чувствовать. Её голова болталась, она стукнулась лбом о его плечо, а рёбра нещадно хрустели под его руками.

Она не потеряла сознание, наоборот, мозги будто прочистились. Зои успела уловить взглядом какие-то бледные круглые штуки, которые как волна лились за ними следом.

Потом снова вспышка — это блок вернулся на место.

В тот же миг раздался оглушающий рёв. И скрежет. И свист. Что-то верещало, визжало, стрекотало — и это что-то было живым.

Зои видела, как огромные кучи, которые ползли за ними, разрезало на части, как они извиваются в конвульсиях, выпуская потоки белесой жидкости. Как на неё пахнуло вонью внутренностей и вонью раздавленных насекомых.

Но часть куч осталась целыми, и они замерли на месте, а потом развернулись и бросились пожирать тех, кто погиб.

Не все. Большинство понеслось за ними следом.

— Сюда! — Кричала Кира откуда-то спереди.

— Сама… Я сама… — Бормотала Зои, но Димитр не слушал. Они неслись по проходам, Димитр то и дело подкидывал Зои и укладывал на плече ровнее, потому что она сползала и задевала руками и ногами всё, что торчало из завалов.

— Сюда! — Раздался крик Никиты. — Быстрее!

Они пробежали ещё метров пятьдесят, пронеслись мимо Никиты, который стоял в проходе. Он дождался пока все пробегут мимо и бросил что-то в сторону, откуда за ними неслись эти существа. Через несколько секунд раздался взрыв.

Зои оглохла. Но на фоне ударной волны, которой их толкнуло, неожиданно пропала головная боль.

Шум завала стихал и можно было остановиться, передохнуть. Кира бросилась к Никите и они крепко обнялись.

— Дети, закройте уши, мне нужно грязно выругаться. — Сказал Димитр и поставил Зои на землю. Вытер рукой лоб. Он тяжело дышал, сильно вспотел, его глаза блестели, грудь ходила ходуном.

— Это они… эти твари, — крикнул Никита, прижимая к себе Киру. И озвучил то, что постеснялся Димитр.

— Так, не паникуем. Дрон? Он ещё там? — Спросил Димитр.

— Да. — Никита вздохнул. — Я не успел дать ему команду на отход, бросился за вами.

— Ты молодец, отлично сработал. — Димитр окинул Никиту довольным, одобрительным взглядом. — Молодец! Всё, пойдёмте глянем в камеру.

— Да, я поведу.

Никита нехотя отпустил Киру, которая тут же подошла к Зои и уцепилась ей за локоть. Спросила.

— Ты в порядке?

— Я в порядке. А ты?

Кира неопределённо пожала плечами.

Зои оглянулась на проход — он был надёжно завален хламом, над которым оседала пыль. Кажется, тут эти твари не пройдут.

— Это личинки. Те, что выползали у лагеря. Помнишь? — Взволновано спросила её Кира.

— Ты уверена? — Зои нахмурилась. Они, прижавшись друг к другу локтями, шли за Никитой и Димитром и старались не дрожать и посекундно не оглядываться. Получалось не очень — то одна то другая постоянно вертели головой.

— Да. Всё сходится. Это те твари, которые размножаются очень, очень быстро. И сжирают всё, что попадётся на пути. Очень быстро растут. И ты же хотела… хотела чудовищ? — Кира вдруг рассмеялась. Громко, заливисто, даже остановилась на миг.

— Кира? — Никита оглянулся.

— Всё хорошо. — Та продолжала улыбаться, но смеяться перестала. — Просто вспомнилось — будь осторожен в своих желаниях. Хотели чудищ — нате вам чудищ!

— Всё будет хорошо, — машинально ответил Димитр, но думал явно о другом.

— Кира, держись. — Прошептала Зои, хотя её саму значительно потряхивало. То, с какой жадность. эти твари набросились на своих умирающих собратьев, показывало, что и людьми они не побрезгуют. Думать об этом было неприятно.

Как только они добрались до столов с аппаратурой и кое-как расселись, Никита принялся настраивать изображение с камеры дрона. Экран был небольшим, всем пришлось вскочить и сгрудиться вокруг, толкаясь локтями, чтобы что-нибудь рассмотреть.

— Он не подаёт сигнала. — Никита сосредоточенно продолжал проверять настройки. — Ничего.

— Они его сожрали. — Ровным голосом сказал Димитр.

— Дрон? — Изумилась Кира. — Сожрали?

— Да. — Никита кивнул. — Я тоже так думаю.

— Но он же твёрдый!

— Не для них. — Отрезал Никита.

— Дрон ведь висел под потолком? — Пока девчонки стояли, раскрыв рты, Димитр продолжал расспросы.

— Да.

— И они его достали?

— Да. Я видел, пока за вами следил, как эти… не знаю, как их называть…

— Мы звали их личинки. — Вставила Зои. — Ну, потому что они из сегментов и шевелятся так же.

— Пусть личинки. Так вот, они лезли кучей, друг на друга. Они забили весь проход и буквально вывалились из него. — Никита смотрел на пустой экран и вспоминал. — Вы, когда у пелены стояли, всё загородили и я не сразу их разглядел. Я протупил. Нельзя было открывать второй раз.

— Ты не знал, что там. Мы стояли вплотную и тоже не разглядели. — Спокойно ответил Димитр. — Нет смысла в самобичевании.

— Теперь они попали сюда, к нам. — Никита оглянулся на Димитра. — Что делать?

— Будем думать. Вспоминай всё, что помнишь из разговора с местными.

— Да они не то чтобы много говорили…

— Всё до последнего слова!

— Хорошо. — Никита посмотрел на Киру, будто искал поддержки. Та сразу взяла его за руку, привычно прижалась плечом к плечу. — Они говорили, что эти твари появляются словно ниоткуда. Очень быстро плодятся. Жрут всё, разве что камень и землю не трогают. Землю тоже вроде могут жрать, но только если больше нет ничего другого. Вроде бы, если их не вовремя не остановить, они оставляют после себя пустую скальную породу, изгрызенную, как кусок дырявого сыра. Растут… вроде до определённого размера, а потом… не знаю. Местные их вычищают, как только о них узнают, потому что потом… нет, ничего не говорили про потом. Они просто их вычищают при первой же возможности, вот и всё.

— Личинки, которые были у лагеря… мы следили за ними несколько ночей подряд. — Заговорила Кира. — Да, Зои?

— Да. Они были одинаковые. Не росли.

— Какого размера? — Тут же спросил Димитр. — Больше, меньше, чем эти?

— Больше. — Уверенно сказала Зои. — Но ненамного. Может, на четверть. Ну максимум в половину.

— Или в два раза? — Не отставал Димитр.

— Но до размеров кита точно не доходили! — Вставила Кира. — Значит, скоро они перестанут расти.

— Но даже тогда всё тут сожрут. — Димитр помрачнел. — Никита, местные не говорили, что они перестают жрать, когда вырастают?

— Нет. — Тот качнул головой. — Наоборот, они говорили, что черви не останавливаются. Никогда. Когда-то давно они были микроскопическими, типа чистильщиков, а потом мутировали.

— Чем их можно убить?

— Это очень сложно. — Никита поморщился. — Местные только дроны использовали. Упоминали, что у этих червей хитиновый панцирь. Его можно только прорезать чем-то вроде бензопилы, чтобы очень быстро вращалась. Ну, я так понял. И это всё, больше мы к этой теме ни разу не возвращались.

— Выходит, неизвестно, как их убить. Но попробовать можно.

— Динамитом будем глушить? — С сомнением спросил Никита.

— Только в крайнем случае. — Димитр посмотрел вверх. Все посмотрели туда же. Неровный потолок был покрыт тенями и выглядел будто высокое небо в ненастный день. — Вы заметили, что тут нет опор? Это плоская длинная полость в неизвестной нам породе. Хорошо, если в скале. А если нет? Конечно, есть вероятность, что местные умеют как-то усилять стены… но может и нет. Не думаю, что стоит рисковать и лишний раз баловаться динамитом. Это может закончится обвалом.

— Чёрт! — Зои уронила голову на руки. — Что нам делать?

— Для начала нужно проследить за теми червями, которые успели пролезть к нам в Хламник. Пересчитать, сколько их и как много они жрут. Нужно понаблюдать, тогда и решим, что делать. — Объяснил Димитр. — Может, их слишком мало и опасаться нечего.

Зои снова вспомнила, с какой жадностью личинки бросились на остатки своих собратьев. Если они с такой же скоростью жрут всё остальное, то дела у их компании не ахти.

— Ты пойдёшь следить? — Спросил Никита. — Или мы все?

— Мы с тобой пойдём, девчонки останутся. — Димитр встал. — В начале проверим остальные проходы, чтобы они случайно сюда не проникли. Может, придётся устроить там обвал… не такой, конечно, как устроил ты. Но повторяю — ты молодец! Быстро отреагировал!

Никита улыбнулся.

— Да, спасибо. — Добавила Зои. — Ты нас спас.

Кира просто его поцеловала. Но с чувством, говорящим куда больше слов.

Вскоре Никита с Димитром ушли. Кира сходила за кофе, девчонки сели рядышком на диван и стали ждать. Ну, и разговаривать заодно.

— Когда я говорила про монстров, то имела в виду что-нибудь попроще, — призналась Зои. — Что-нибудь такое, чтобы, ну, не знаю, чтобы их легко было уничтожить.

— Думаешь, этих сложно?

— Ну… дронами резать — не самый же простой вариант. Почему они их лазерами не режут? Из винтовки не отстреливают? Почему лезвиями?

— Нашла у кого спросить.

— И дрона нашего они же сожрали! — Вдруг поняла Зои.

— Потому что он обычный был.

— Потому что он не находился в режиме боя! Вот почему! Слушай. Вот представь — когда дрон идёт их уничтожать, он, наверное, похож на клубок постоянно движущихся лезвий. Как бензопила, только лезвия везде. Тогда черви его не сожрут, даже если проглотят, он просто разрежет их изнутри. А если он просто висит, пусть даже успел выпустить лезвия — он обычная еда. А еда для них всё, что не они сами. А иногда и они сами.

— Зачем ты мне напоминаешь? — Поёжилась Кира. — И без того жутко. Я как вспомню… Сколько они у нашего катера паслись. Как же нам повезло, что они нас не нашли!

— Они выползают ночью… Значит, не любят солнечный свет.

— А здесь свет им не мешает! — Быстро сообразила Кира. — Значит, они не переносят ультрафиолет!

— Это уже что-то. — Сказала Зои.

Они ещё посидели и подумали, что ничего не придумали. Толку-то, что черви не переносят ультрафиолет? Им тут, под землёй, его взять всё равно неоткуда.

— Короче, я буду надеяться, что мы зря так перепугались. Что они не так уж быстро всё жрут и до нас доберутся не скоро. — Наконец, сказала Кира.

— Тогда уж, скорее, имеет смысл надеяться, что Димитр сможет их убить. — Вздохнула Зои.

И они снова задумались, каждая о своём.

Чем дальше, тем слабее становился страх. Человек, видимо, так устроен — не может бояться вечно. Да и это, в общем-то, просто большие насекомые…

Потом раздался взрыв.

— Что это? — Зои подпрыгнула и чуть не сбила вскочившую рядом Киру.

— Они что-то взорвали!

— Проход?

— Наверное.

Куда бежать и что делать, девчонки не знали. Пришлось остаться на месте. Не хватало ещё, чтобы Димитр и Никита вернулись, а их нет — и придётся бегать по окружающим лабиринтам в их поисках.

К счастью, вскоре раздались шаги. К ним выскочил Димитр, Никита — следом.

— Сидите здесь! — Крикнул Димитр и пронёсся в противоположную сторону. Никита предупреждающе сверкнул глазами и побежал за ним. Оба были запыхавшиеся и злые, но целые.

Надо ли упоминать, что сиделось обеим с большим трудом. Но пока они соображали, что мешать не стоит. Пока.

— Если они вскоре не вернуться, я не смогу больше ждать. — Со стоном призналась Кира. — Пойду следом.

Зои хотелось бы её пожурить и призвать к порядку, да вот беда — она сама чувствовала, что поступит точно так же. Даже захотелось ногти грызть. Эта настолько детская, давно забытая привычка, что Зои даже поразилась. Если уж в ход пошло что-то настолько древнее, пиши, пропало! Значит, вскоре от Зои не останется ничего прежнего, она изменится. Станет… милой, покладистой и пугливой.

Мама дорогая!

Снова раздался взрыв. К счастью, не такой сильный, как первый, но всё равно переживательно.

— Они закрывают проходы? — Поморщившись, предположила Кира. — Или пытаются кого-то убить?

— Скорее, проходы. Иначе зачем туда-сюда бегать? Пытались бы в одном месте.

Девчонки посмотрели друг другу в глаза и похоже, представили одинаковую картинку — как Димитр швыряет в червя динамит, а потом быстро бежит прочь, чтобы повторить то же самое в другой части Хламника. Нет, это бессмысленно. А вот что он хочет перекрыть проходы…

— Даже думать не хочу. — Кира упрямо сжала губы и сложила руки на груди.

Кто бы знал, чего им стоило оставаться на месте, когда в попу будто иголки кололи, требуя немедленно её поднять и отнести туда, где происходит нечто неизвестное!

Но Димитр и Никита вернулись очень быстро, не прошло и четверти часа.

Первый сел на стул и осунулся: плечи опустились, голова поникла. Зои сразу поняла, что он очень устал. Она спросила:

— Что случилось?

Никита сел рядом с Кирой и, услышав вопрос, вскинул глаза. Посмотрел на Димитра.

— Эти твари, — наконец, заговорил тот. — Их не так-то просто убить.

— Вы пробовали? — воскликнула Зои.

— Да. — Димитр как-то неудачно повернулся и поморщился. Похоже, у него снова что-то болело.

— Иди, отдохни. Слышишь? — Никита встал и загородил его от девчонок. — Тебе нужно отдохнуть, чтобы если что… Ну, ты понял.

Димитр молча поднялся, поплёлся в ту часть Никитиного жилища, где стоял диван. Зои чуть ли не впервые видела, как его ноги заплетаются. Похожей походкой Димитр ходил после того раза, когда они едва не вывалились из Хрустального коридора в пропасть, но тогда было понятно отчего. То есть… Болевой шок?

— Что случилось? — Спросила Зои Никиту, как только Димитр ушёл. — Расскажи нам!

— Конечно, расскажу. — Никита вздохнул. — Смысл скрывать? Мы нашли этих червей. Ну у них и пасти, я вам скажу! И вонь… Здесь её пока не слышно. Димитр предположил, они жрут всё, а отходов нет, ну, то есть мы их не видели. Значит, перерабатывают в газы. Звуки мы слышали. Натуральный пердёж, только мощней в несколько раз и короче, будто пулемётная очередь. Это было бы смешно, не будь так жутко.

— Что это за твари такие? — Прошептала Кира.

— Вопрос, я так понимаю, риторический? — Продолжал Никита. — Так вот, Димитр попробовал пробить одного копьём. Ну, мы нашли штырь такой железный, с ребристой поверхность. Понятия не имею, для чего он нужен. И вот он, в общем… панцирь не пробил. Штырь со скрежетом поцарапал его и съехал вниз, и Димитр ели успел отбежать. А передвигаются эти твари на редкость шустро. И у них зубы… рядами, как у акулы. Вся пасть по кругу в зубах. Мне теперь кошмары будут сниться.

Зои вздохнула и обхватила голову руками. Ей не хотелось сейчас представлять, как эти зубастые твари ползли за Димитром и чуть не откусили ему пятки.

— А что с Димитром? — Спросила Кира. — Почему его шатает?

Ага, выходит, не одна Зои заметила.

— Задело взрывом.

— Что? — Зои чуть не заорала во всё горло, чудом удержалась.

— Времени было мало. Они шли за нами… В общем, дела такие. Эти черви действительно жрут всё подряд, без разбора. И очень быстро жрут. Мы видели голые участки земли… я сколько здесь сижу, таких свободных мест не видел. А они тут всего-ничего, несколько часов пасутся. Убить их сложно, чтобы пробить панцирь, нужен большой заряд, а это риск, сами слышали. И ещё — скоро они будут здесь… и у нас не останется другого выхода. Нам придётся рискнуть.

— Неужели всё действительно так хреново? — Кира покусала губу. — А местные? Они же могут остановить этих тварей?

— Могут, конечно. Но местных нет и неизвестно, когда они появятся. — Никита отвёл глаза. — На них рассчитывать не стоит.

— Это значит… нас просто сожрут? Рано или поздно?

Никита молчал и не успокаивал. И каждую секунду молчания величина осознания того, что грядёт, увеличивалась в геометрической прогрессии.

Черви рано или поздно сожрут всё. Останется только пустая пещера с голыми стенами, посреди которой будут сидеть личинки. И больше ничего.

— Подожди… — Кира с отчаянием посмотрела Зои в глаза, прямо в душу заглянула. — Никита, а когда в последний раз появлялись местные?

— Когда? — Никита задумался, что-то прикинул.

Но Зои уже видела ответ в глазах Киры, где-то в глубине её зрачков. Он дрожал и поднимался на поверхность, неся хоть какую-то надежду.

Да. Да!

— Когда вы появились, — медленно произнёс Никита.

— Когда мы с Зои влетели в ту чёрную пелену, — прошептала Кира.

— На которой наверняка какая-то сигналка, — добавила Зои. — Мы влетели — она сработала — местные узнали и пришли.

— Пусть так, — согласился Никита. — Но что это нам даёт?

Кира заметно скуксилась, пожала плечами, а Зои вскочила, вся дрожа от возбуждения.

— Мне нужно пройтись.

Видимо, заразно — думать, когда ходишь.

Зои убежала в тот ход, который они завалили первым, подальше от места отдыха Димитра, чтобы ему не мешать. Болевой шок. Вот что с ним. Он так выглядит, когда страдает от боли, а у них ни одной таблетки.

Его марка Дольцера давно уже просрочена, без вариантов. Он знает, что медикаментов нет.

И никто не сходит ради него в бункер.

— Чёрт!

Ещё метров сто — и Зои вдруг остановилась и принюхалась. Действительно… запах. Не вонь, пока ещё нет, но что-то очень к этому близкое.

Черви недалеко, так ведь? Это же они воняют?

Близко подобрались! А времени-то прошло сколько? Всего-ничего! А ведь в Хламник проскользнуло всего несколько штук!

Голова пухла.

Надо возвращаться к остальным, что-то делать. Но что? Чёрная пелена снаружи, а они внутри, им никак отсюда не включить сигналку! У них даже дрона нет, чтобы попытаться его запустить наружу! У них нет ничего!

Или…

Зои встала столбом. Она так давно рассчитывала только на себя, на свои силы! Много-много лет. Но с того времени, как студенты упали на планету, она научилась рассчитывать на других. На курсантов и их выучку. На Огня и его способность держать ситуацию в руках. На Димитра.

Да, на других!

Она развернулась и понеслась к столу с аппаратурой.

Димитра пришлось разбудить. Зои надеялась разобраться без его участия, дать ему отдохнуть, но Никита упёрся и сказал, что Димитр должен быть в курсе.

Зои пришлось повторить свой план, когда Димитр притащился к столу. С красными глазами и полосами от подушки на щеке, но в остальном, как ни странно, он выглядел вполне нормально.

Итак, вот что она предложила.

— В последний раз местные появлялись здесь, когда мы с Кирой пересекли чёрную пелену. Ту, что в центре джунглей, в центре спирали. Видимо, там стоит какая-то сигнализация, раз местные сразу об этом узнали. Запустить изнутри мы её, конечно, не можем, но это могут сделать снаружи. Данила. Данила ближе всех.

Димитр сразу понял идею. Молчал, в его глазах что-то поблёскивало, будто в его голове с бешенной скоростью крутились мысли.

— Никита, соединяй с Данилой. — Сказал он через полминуты. — И сам-то что думаешь?

— Если честно, — Никита, словно извиняясь, взглянул на Зои, которая тут же нахмурилась. Ни её мнения, ни мнения Киры Димитр не спросил! Это что вообще такое? А Никиту так сразу! — Если честно, местные очень быстро меняют… то, что им не нравится. Я бы даже сказал — безжалостно. Они могли изменить настройки этой вашей чёрной пелены. Хорошо, если просто отключили сигнализацию. А могли поставить такой же блок, как тот, через который прорвались черви. Мы ведь не знаем, для чего она вообще предназначена. И следующий, кто попытается её протаранить, умрёт.

— Чёрт, — пробормотала Зои, обречённо прикрывая глаза. Ей хотелось бы поспорить, но глупо отрицать, что Никита вполне может оказаться прав. Его мнения не проигнорируешь, он знает о местных куда больше остальных. И если он окажется прав… Тогда тот, кто попытается въехать в пелену, умрёт. Нет, она не хотела такой жертвы.

— Соединяй. — Коротко повторил Димитр.

Данила ответил почти сразу. Радостно отчитался, что связался с базой, курсанты и студенты в порядке, первые транспортёры уже направились к катеру, потом они все переместятся к центру джунглей и будут ждать указаний Димитра на месте.

Такие знакомые, важные темы, которые они обсуждали совсем недавно… а казалось, тысяча лет прошла.

— Спасибо. — Ответил Димитр. Потом поёрзал на стуле, будто ему было неудобно сидеть и глухо сказал. — Данила. Мне нужно тебя кое-о чём попросить.

По тону было понятно, что просьба не из приятных.

Данила молчал, и Зои допустила вероятность, что он сейчас просто отключится. Ещё неизвестно, что она сама бы сделала на месте Данилы. Особенно та она, какой была до падения на планету. В те дни, когда она упивалась собственным страданием и лелеяла собственную боль, хотя и казалась себе чуть ли не святой жертвой этой жестокой, несправедливой жизни. Будто другие никогда не страдали! Будто другие не теряли родных и близких!

Она думала, что безмерно страдала, а по сути — упивалась своим эгоизмом. Невзирая на тех, кому нужна была её помощь и поддержка, да хотя бы просто её внимание!

Так чего теперь требовать от других?

— Слушаю.

Димитр, за спиной которого они стояли, сгорбился, навалился на стол.

— Ситуация следующая. Мы находимся в закрытой пещере, куда ворвались местные хищники. У нас очень мало времени. Через несколько часов они до нас доберутся и сожрут. Убить их мы можем только с риском обвала. Точная глубина нашего местонахождения неизвестна, но она больше четырёхсот метров. Даже на Земле с такой глубины не спасают.

Он ненадолго замолчал. Данила тоже ничего не говорил.

— Мы считаем, что есть способ вызвать местных, которые смогут остановить нашествие хищных тварей. И это единственный способ спастись. Для этого нужно на скорости пройти чёрную преграду в центре джунглей. Протаранить её на транспортёре, как сделали девчонки. И ты к нам ближе всех.

Димитр снова замолчал, подался вперёд, будто микрофон мог передать всю напряжённость и сожаление, которые сейчас отражала его фигура.

— Но скажу тебе правду, Данила. Местные могли перенастроить режим защиты и тогда тот, кто попытается пробить чёрную пелену, погибнет.

Вот теперь на самом деле воцарилась тишина. Зои смотрела на затылок Димитра, и боялась дышать. И думала — будь он здесь один, стал бы просить кого-то рисковать своей жизнью?

Она не могла представить такой ситуации, в которой Димитр пытался бы любым способом спасти себя. Сейчас он просил Данилу только из-за неё и Киры. И может, немного из-за Никиты.

— Хорошо.

Никита вдруг закачал головой — всё быстрей и быстрей. После ответа Данилы он начал и не мог остановится. Наклонился.

— Это бесполезно! От катера сюда двое суток пути. Он не успеет. Данила, ты слышишь? Мы зря тебя дёрнули. Ты всё равно не успеешь!

— У меня скоростной байк с реактивным приводом.

Никита открыл было рот, но закрыл обратно и отступил. На реактивном приводе Данила мог подняться над джунглями и долететь до места за несколько часов. Если ему хватит сил удерживаться на такой скорости долгое время, это тяжело физически. Но он молодой и сильный, и в последнее время хорошо отдыхал. Он справится.

— Тогда вылетай. — Снова заговорил Димитр. — И… по дороге подумай ещё раз. У тебя будет время подумать. Я не могу… мы не можем тебя просить рисковать собой ради нас. Если ты решишь этого не делать, мы поймём.

Если останемся живы, мысленно добавила Зои. Но Димитр прав, они не имели никаких прав рассчитывать на то, что кто-то станет жертвовать ради них своей жизнью.

— Я не передумаю. — Коротко ответил Данила. — Всё равно мне не жить.

— То есть?

— Я в розыске. Если меня найдут, отец Василисы меня угробит. А меня найдут, если я полечу с вами, сто процентов. Так что мне всё равно ходу с планеты нет.

— Почему? Мы поговорим с отцом Пустоты! Объясним, что ты спас ей жизнь! — Крикнула Зои. — Что ты всех нас вытащил!

— Зои. Я хочу поговорить с тобой. — Ответил Данила.

Димитр молча уступил ей место, встал за спиной, рядом с Кирой и Никитой. Она села на стул, нависла над микрофоном.

— Я слушаю.

— Ты одна меня поймёшь. Остальные твои друзья не в теме. Они крутые, конечно, но не в теме. Слушай. Я сильно подставил отца Пустоты, увёл шестьдесят процентов его капитала. И это не самое плохое. Я разослал на него компромат десяти его партнёрам. Не знаю, как он удержался на плаву, я думал, они его утопят, но даже если удержался… они крепко держат его за горло. Ты понимаешь, что даже спасение единственной дочери по сравнению с этим ничто? Ты же его знаешь?

Зои молча прикрыла глаза. Данила прав. Отец Пустоты такого не простит, даже если родители остальных студентов за него заступятся. Факта кражи в особо крупном размере это не отменит, суд и срок будет всё равно.

Даниле не жить.

Тот выждал несколько секунд и продолжил.

— Поэтому мне хода с планеты нет. Я вытащу вас. Но у меня просьба. Даже требование. У всего своя цена. Пообещай, что ты не бросишь Ваську, если меня не станет. Одну с её папаней. Ты будешь рядом с ней и с моей дочерью столько, сколько потребуется, чтобы Васька сумела жить одна и отбиваться от отца одна. Не раньше. Ты обещаешь?

— Да.

Зои могла бы добавить, что и без обещания не оставила бы Пустоту, но не стала. Кто его знает — может по возвращению домой она бы и забыла, решила — та сама справится.

Но теперь дано слово — и она его сдержит.

— Спасибо.

Связь вырубилась. Зои ещё посмотрела на экран, который отображал уровень сигнала — он потемнел, связи нет.

Теперь оставалось только ждать.

Глава 12. Встреча

В первую ходку загрузили больше половины народа, по большей части девчонок. Кроме Ксении, которая всё ещё находилась под наблюдением Суслика. Ещё остались Снежка с Огнём и Жанна с Ахлейном. Остались курсанты почти в полном составе. И, конечно, все прихвостни Саблезуба.

Сам Саблезуб был заперт в тюрьме. И пребывал он там с редкостным комфортом, остальным недоступным. Потому что, как оказалось, хорошо подготовился. В нижнем техническом коридоре нашли несколько огромных водонепроницаемых мешков с одеждой, бытовыми предметами, техникой и прочими приятными мелочами. И если всё полезное конфисковали, то одежду и обувь ему оставили, так как никто не захотел ими пользоваться, побрезговали даже самые неприхотливые. Так что на текущий момент Саблезуб имел самый обширный среди студентов и курсантов гардероб.

Итак, первая партия транспортёров отправилась к катеру, остальные жители базы остались ждать их возвращения. Базу они восстанавливать даже не пытались, только в столовой вымыли часть пола и протёрли столы и стулья, чтобы было где разместиться. Туда же они сгружали вещи, которые возьмут, если хватит места.

Там же они и спали. По очереди, на брошенных в углу спальных мешках и одеялах.

Снежка большую часть времени проводила с Ксенией. Суслик накачивал ту снотворным ещё дважды и после этого сказал, что больше пока не стоит. Но Ксения снова просыпалась и снова возвращалась в то своё жуткое паническое состояние, и Суслик терялся и не знал, что делать. И снова её накачивал.

— Возможно, смена обстановки ей поможет. — Сказал он Снежке в ответ на очередной вопрос о состоянии пациентки. — Тут психиатр нужен или хотя бы действующая медкапсула. Или, может, когда она попадёт под открытое небо, ей станет легче.

Судя по голосу, Суслик и сам в это не особо верил. Но выбор был прост — или постоянно держать Ксению под снотворным, или надеяться на лучшее — что она сама по себе придёт в норму, не причинив никому вреда. А чтобы надеяться, нужно вначале отсюда выбраться.

И вот транспортёры вернулись. Снежка слышала, как Лука из столовой отправляет кого-то из курсантов заряжать аккумуляторы.

Потом Лука появился в медпункте.

— Через четыре часа начинаем погрузку. Ксения и я с Сусликом летим на последнем транспортёре, Снежка, ты можешь в первом. Огня бери.

— Нет, мы с тобой. — Неожиданно ответила Снежка.

— Зачем?

— Просто хочу убедиться, что база пустая. Можно?

Командир помялся, но ответил:

— Можно.

Хотелось есть, но Снежка не стала. Всё равно нормальной еды нет, а сухпаёк и по дороге можно погрызть. А там, у катера, до сих пор растут водоросли. За ночь, говорят, они подмерзают, но потом оттаивают и становятся как прежде — вкуснятиной. Жаль, что вернувшиеся не догадались прихватить немного с собой.

Позже пришла Жанна с Ахлейном. Они, по указанию Луки, помогали Суслику собирать Ксению.

— Чего тут собирать. — Пробурчал Суслик. — Носилки возьмём, сумки с медикаментами уже унесли в общую кучу. Оборудование не работает нифига, только компактный диагност, я его в рюкзак свой суну.

— Лука сказал, сидеть здесь. — Жанна улыбнулась. Выглядела она забавно. Весёлая, радостная — и вся в пыли, даже на носу пыль. Уши серые, волосы торчком. Кажется. Ахлейну от этого ещё больше нравилось на неё смотреть.

— Ну раз Лука сказал… — Сердито ответил Суслик. — Тогда я пойду поем.

Жанна села по другую сторону кровати, Ахлейн встал у неё за спиной.

Снежка рассказала им, что Ксения всё время просыпается в панике, кричит, плачет, и даже Суслик не знает, что делать. Ей мерещится, что в горло заползает эта пена… наверное, так и было, она это пережила, и никак не может переключиться, подумать о чём-то ещё.

Жанна повернулась и посмотрела на Ахлейна просительным взглядом.

— Не волнуйся, звезда моя, мы, конечно же, восстановим справедливость. — Вкрадчиво проговорил Ахлейн. — Не могу же я допустить, чтобы чело моей любимой и единственной разрезали морщины грусти и скорби.

Снежка засмеялась. Если Ахлейн болтает, значит, всё в порядке. Неизвестно отчего, но Снежка доверяла этим двум. Если ситуация под контролем — они ходили спокойные, счастливые, Ахлейн без конца изливал на окружающих потоки своей странновато звучащей речи, в общем, можно было не париться.

А сейчас они как раз спокойны и счастливы. Значит, всё будет хорошо.

Снежка убедилась, что эта парочка не собирается оставлять Ксению в одиночестве и тоже вышла в столовую — в горле пересохло.

Огонь собирал вещи. То есть пытался решить, что брать, что нет. Вместе с Вадимом и Митяем.

Снежка подумала, что в последнее время Огонь гораздо чаще общается именно с курсантами. И даже стал на них чем-то похож. Говорит коротко, отрывисто, вечно серьёзный, двигается резко. В нём не осталось какой-то безоблачной бесшабашности, медлительности, когда болтаешься без дела и думаешь, чем бы себя развлечь. Всё ушло, слетело, сменилось деловым настроем.

Вот и сейчас он стоит над сумками и хмурится. Будто так уж важно, что брать. Всегда ведь можно вернуться. А если получится и они вскоре улетят домой — вещи вообще не пригодятся.

Снежка осторожно подошла к Огню, убедилась, что он её заметил и вдруг обняла его со спины, сцепила руки на его животе. Прижалась щекой к мягкой ткани футболки, вдохнула его запах и зажмурилась. Так и застыла.

Огонь тоже замер, не стал ей мешать наслаждаться моментом. Только положил поверх её рук свою.

Ей даже говорить ничего не пришлось. Снежка была счастлива. Несмотря ни на что — она была счастлива. Из-за него.

Спустя несколько минут она просто ушла, и только от входа оглянулась, чтобы обменяться с ним взглядом, который лучше всяких слов говорил: «Я тебя люблю».

Погрузка прошла быстро, вещей влезло много, даже учитывая, что последний транспортёр шёл практически пустым. Огонь с Ахлейном перетащили носилки с Ксенией, Лука привёл Саблезуба. Жанна, Снежка, Суслик и Митяй, который управлял транспортёром, уже ждали снаружи.

Мороз был такой, что они с трудом дышали. К счастью, все собрались быстро.

Все были закутаны по уши, Ксения была укрыта вместе с лицом, Саблезуб светил из-под низкого капюшона битой мордой. Лука грубо подсадил его на транспортёр, а сам вернулся к двери и закрыл её.

Смотрелось очень символично. Снежка знала, что внутренние генераторы на базе выключены, круглая дверь закрыта. Ну, то есть прикрыта, запереть её можно было только изнутри.

Они не собирались возвращаться, но всякое могло произойти.

И вот все расселись по местам. Остальные транспортёры уже ушли вперёд — их можно было разглядеть далеко на горизонте, если прищуриться и перетерпеть резь в глазах от яркого снега.

Снежка выдохнула — изо рта вырвалось облачко пара. Она тут же спрятала губы в воротник. Лука в последний раз проверил, все ли на месте и скомандовал:

— Пошли!

Двигатель взревел и транспортёр начал набирать скорость. На таком морозе скорость чревата обморожением, поэтому все, кроме Митяя, который был в очках, тут же спрятали от ветра лица и руки. Говорят, в первой партии было семь обморожений, небольших, но неприятных, именно потому что люди неудачно высунули наружу нос или руку.

Рядом сидел Огонь. Снежка ничего не видела, только прижималась головой к его плечу и следила, чтобы ветер никуда не задувал. Дышать было очень тяжело, а если удавалось вдохнуть — горло тут же раздирало от ледяного воздуха, впивающегося в него иголками. Было такое ощущение, будто ежа глотаешь.

Глаза слезились, из-за этого их приходилось прятать ещё более тщательно.

Но вот Митяй крикнул:

— Мы перевалили хребет! Сейчас будет теплей.

Снежка принялась считать секунды. Насчитала двести восемьдесят три — и спокойно вздохнула. Тут же подняла голову, осторожно повторила трюк. Действительно, дышать стало проще, причём гораздо. Рядом открывал лицо Огонь. На его ресницах намёрз белый иней. Очень красиво.

— Думал, задохнусь. — Тихо сказал он Снежке. — Будто стекла нажрался.

Она улыбнулась, перевела взгляд на Ксению. Та лежала укутанная, словно в коконе, Суслик как раз откинул край одеяла и проверил, как она там. Убедился, что всё в порядке и снова её закрыл.

Саблезуб тоже приосанился, принялся уверенно зыркать по сторонам.

А ещё через час мороз стал совсем слабым. Снег всё ещё лежал, пар изо рта вырывался, но по сравнению с тем, что остался там, на базе, это были просто тропики!

Вопрос, как могло получится, чтобы на одной небольшой территории мороз — а всего в двухстах километрах мороза уже почти нет, Снежка оставила на потом. Просто сидела возле Огня и наслаждалась свежим и почти тёплым воздухом.

Потом они пролетели ещё дальше — сугробы стали меньше, из них то тут то там торчала сухая трава.

У катера будет совсем тепло, подумала Снежка. Ей стало радостно. Она и не знала, как сильно, оказывается, соскучилась по поверхности! По огромному небу над головой, разлитому, как серая краска. На Земле небо голубое, но даже такое, сумрачное, сейчас казалось самым красивым во вселенной.

Вдруг раздался крик. Митяй не дёрнулся, транспортёр продолжал идти ровно. Зато Суслик всполошился.

Это Ксения.

Все напряглись, Лука небрежно дёрнул Саблезуба за руку и поменялся с ним местами, чтобы оказаться к ней ближе. Теперь Саблезуб сидел последним в ряду, а Лука оказался к Ксении вплотную. Наклонился, помог Суслику развернуть плотный кокон. Кажется, Ксении не нравилось, что её так сильно спеленали. Снежка сморщилась от жалости. В этот раз Ксения хотя и не кричала, а только пыталась вывернуться из спального мешка, в котором лежала, и хватала ртом воздух, но жалко её было не меньше.

А Лука впервые увидел этот припадок, прежде он всегда приходил только когда Ксения спала.

Суслик достал из кармана инъектор, уколол Ксению в шею. Та перестала вращать глазами, замолчала, медленно расслабилась.

Лука проследил как её глаза закрылись и как-то механически обернулся к Саблезубу. Снежка невольно вздохнула слишком глубоко, так, что закашлялась. Этот взгляд… она как-то сразу поняла, что Лука хочет сделать.

Это ведь так просто. Под транспортёром всё ещё камни, местами острые. С двух метров можно и убиться. Или покалечиться. Можно просто «не заметить», что Саблезуб потерялся по дороге. Он ведь последним сидел. Все в одежде, с закрытыми лицами, могли и не углядеть. А может, Саблезуб сам спрыгнул, чтобы от них сбежать. Спрятался и не позволил себя найти.

Лука хотел это сделать. Снежка смотрела в его лицо и словно слышала завывающую сирену.

И мысленно металась в панике. Она не знала, что предпринять — то ли крикнуть ему, чтобы остановился, пока не поздно — то ли просто закрыть глаза и ничего не заметить.

Вот только… она не хотела, чтобы Лука взял на свою совесть такой неподъемный груз. Не нужно.

К счастью, в плечо Луки вдруг вцепилась рука Ахлейна, который сидел рядом. Он ничего не говорил, Луке сейчас бесполезно было что-то говорить, это и последний дурак бы понял. Просто держал его мёртвой хваткой и смотрел. И на лице Ахлейна не осталось ни следа того болтливого и бесшабашного парня, который обожал вгонять свою Жанну в краску. Он выглядел как деревянный, почерневший идол, который столетия простоял в лесу и видел, вероятно, всё, что только могло быть в человеческой жизни.

Снежка так же уловила момент, когда Лука расслабился. И только тогда с облегчением выдохнула. Даже может, слишком громко.

И только Саблезуб продолжал смотреть на всех дерзко, свысока и даже не понял, что только что чуть не расстался с жизнью.

* * *

Спустя несколько часов появилась вонь.

Не тот неприятный запах, который Зои чувствовала раньше, а концентрированная, густая вонища, от которой на глазах выступали слёзы.

Димитр спал. Он не хотел ложиться второй раз, но Зои настояла. И не зря — Димитр еле успел дойти до дивана и пробормотать что-то насчёт «разделяться нельзя», как упал и уснул.

Разделяться никто и не собирался. Зои легла рядом с ним на спину, уставилась в потолок, прислушалась к его дыханию и стала думать. Она так и не нашла способа забрать Димитра с собой. А сейчас мозги вообще отказывались ворочаться.

Конечно, если у Данилы не выйдет, их просто сожрут и думать не о чем. А если всё же выйдет? Значит, появятся местные и всё пойдёт по плану. И что тогда?

Неужели она потеряет Димитра? Зои не могла смириться с таким вариантом событий даже мысленно. Может, тогда ей остаться с ним?.. Зои часто задышала, придавленная этой неожиданной мыслью к дивану. Остаться тут, добровольно? Никогда больше не видеть других людей, жить без детей, ведь кто в здравом уме заведёт в такой ситуации детей, даже если физиология позволит?

Зато с ним.

Интересно, если она пригрозит местным, что откажется улетать, если те не отпустят Димитра — это сработает?

Ну да, конечно! Самой даже смешно. В её случае выделываться и ставить какие-то ультиматумы по меньшей мере неэтично. И опасно. Даже если Димитру удастся воплотить в жизнь план по спасению детишек, тот будет висеть на волоске — всё же морально-этические нормы местных жителей сильно отличаются от земных. Договариваться с ними — всё равно что по лезвию ножа ходить.

А ведь она уже верит, что у Димитра получится. Что он сможет их отправить. Чёрт!

Никита притащил огромное бесформенно кресло и они с Кирой завалились на него и тихо шептались. Иногда смеялись. Зои слышала и не понимала — раздражает её этот смех или нет? Не плакать же им, в самом деле. А что их всех могут вскоре сожрать — так смысл этого ждать, изнывая от ужаса? Лучше последние минуты провести вот так — в обнимку с любимым человеком, слушая его голос и улыбаясь, чем рвать на себе волосы от того, чего всё равно не можешь изменить.

Жаль, что Димитр спит. Но он единственный, кто сможет что-то сделать, если черви полезут. Никита, конечно, в стороне не останется, но у Димитра больше опыта и возможностей.

Иногда Зои поворачивала голову, чтобы на него посмотреть. Димитр даже не шевелился, только глаза под закрытыми веками бегали и на виске билась венка. На нём была чёрная футболка и шорты цвета хаки, в похожей одежде ходили они все. В запасах Хламника нашёлся целый тюк таких футболок и шорт.

Что за безумцы наделали столько одинаковых, ненужных вещей?

Спасибо им… пока личинки жрут все эти вещи, они не трогают людей.

Зои хотелось прикоснуться к Димитру, провести пальцами по виску и волосам, почувствовать его тепло. Но она не стала. Пусть спит. Может, через минуту…

Вот тогда-то и появилась вонь. Неожиданно. Зои только и успела, что втянуть воздух, как Кира уже громко сказала:

— Фу! Это они?

И Никита сразу понял, о чём речь.

— Да.

— Значит, они близко? — Хрипло спросила Зои.

— Похоже на то. — Никита секунду помялся и решительно сказал. — Давайте его будить.

— Хорошо. Только я сама.

Зои собиралась осторожно прикоснуться к плечу Димитра и тихо позвать по имени, чтобы он легко проснулся. Но не успела.

Где-то за углом раздался грохот. Совсем близко. И причина могла быть только одна — там резвилась личинка.

— Димитр! — От неожиданности завопила Зои, вцепившись ему в руку.

— А? — Тот мгновенно подскочил, посмотрел на неё заспанными глазами. Ему понадобилось всего пару секунд, чтобы сориентироваться.

— Черви близко. — Никита уже стоял в том проходе, пытаясь рассмотреть что-то в полумраке. — Они почти здесь.

— Данила? — Тут же спросил Димитр.

— Не знаю. Он не появлялся.

— Вы связывались?

— Нет, — с секундной заминкой ответил Никита. — Мы тут сидели.

— Ладно.

Димитр сел, на секунду положил Зои руку на плечо, будто на что-то благословлял. Или успокаивал, кто его знает. Или пытался набраться сил. Ей показалось, на неё навалился тяжёлый камень.

— Динамит готов? — Спокойно спросил Димитр. Убрал руку — и Зои захотелось схватить её и вернуть на место.

— Да. — Никита кивнул в сторону — там у стены лежал пластичный динамит, который можно было ковырять и делать из него шарики нужного размера. Опасная штука, поэтому Зои и Кире запретили к нему прикасаться.

— Тогда ждём.

Зои казалось, она спит и видит какой-то дурной кошмар. Димитр и Никита попытались встать перед ней и Кирой, загородить проход, но девчонки не смогли остаться в стороне. Когда надо будет действовать — они отойдут, но ждать-то можно вместе?

Неприятные скребущие звуки становились всё ближе. От них шевелились волосы на голове. Зои вздрагивала каждую секунду. Эти существа действительно жрали. Всё подряд. Слышен был хруст, чавканье, какой-то быстрый свист, будто что-то засасывали в большую трубу, хлопки.

А ещё вонь — она буквально разъедала глаза.

Потом раздался грохот в соседнем проходе. Пустым оставался только третий коридор, но Димитр сказал, что туда они не пойдут. Здесь, в убежище Никиты, много места, есть куда отойти в случае обвала одной из окружающей стен, а там слишком узко, их завалит и они просто не смогут выбраться наружу.

С этим никто не спорил, так и есть.

Потом впереди задвигались стены хлама. Предметы с самого верха скользили вниз, падали и шевелились. И будто таяли. Огромная мусорная куча ворочалась, как живая. Она приближалась, словно водоворот затягивала в себя всё, до чего могла дотянуться.

Вскоре в ней показался серый хитиновый панцирь. Мелькнул, пропал — и снова появился.

Личинка. Такая, какую Зои видела на ночном экране возле лагеря. Кажется, тогда им сильно повезло.

Почему? Почему там личинки сидели на месте спокойно, а тут пожирают всё с огромной скоростью?

Это как-то связано с тёмной ночью, которую устраивали местные? Они умеют их замедлять? Да кто ж его знает! Одно очевидно — на поверхности личинки вялые и сонные, а тут, в подземке, очень бодрые. Совсем другие! На поверхности относительно безопасно, а тут их сожрут!

Чёрт! И сколько ещё Даниле лететь, неизвестно. А он мог и передумать.

Возможно, они никогда об этом не узнают…

Потом стало не до размышлений. Куча барахла рассыпалась, личинка вырвалась на волю. Удивительно, как быстро она передвигалась! Сжималась, как пружина и будто прыгала вперёд. В её огромной пасти исчезали целые куски вещей. Неизвестно, как, но она легко откусывала часть металлической ванны и целиком засасывала в себя толстую гофрированную трубу. Просто закрывала рот — и их не становилось. Через секунду открывала уже пустую и голодную пасть. Будто в ней мгновенно всё сгорало, как в пекле!

— Назад. — Димитр поднял из подготовленной кучи динамита один из комков и впечатал в него детонатор. — В самый дальний край. Но не вплотную к хламу.

— Давай я возьму ещё один! Этих тварей несколько! — Никита наклонился и выбрал второй комок, в два раза большего размера.

— Нет, не такой большой. — Взглянув мельком, ответил Димитр и снова сфокусировался на личинке. Её снова завалило, но она шевелилась и вещи оседали, будто испарялись.

Она их сжирала!

— Маленький их не пробьёт! Ты же пробовал…

— Большой нельзя, Никита. — Спокойно, с сожалением сказал Димитр. — Я понимаю, но нельзя. Будем целиться в открытую пасть. Это единственный выход.

Тот молча опустил голову, поднял другой шарик, такого же размера, как у Димитра. Встал рядом.

Зои пятилась туда, куда им было велено и не могла отвести взгляда от прохода, где шевелилась личинка. Огромная, жуткая тварь, смертельно опасная… как она и хотела.

Бойтесь своих желаний!

Да что за глупые мысли лезут в голову!

У этой твари не было пустой пасти. Только она её расщеперивала, как туда тут же что-то вваливалось! Как? Как они будут в неё целиться?

Дышать было невозможно от вони… Кира тихо ступала рядом, в её глазах плескалось отчаяние. Они ничем не могли помочь.

Вдруг позади, куда они отступали, рухнула стена хлама. Зои что-то стукнуло по голове и она упала. Рядом раздался оглушительный нечеловеческий визг, сбоку зашевелилось что-то серое. Кажется, это личинка… ещё одна, которая незамеченной пробралась им в тыл.

Похоже, это всё.

Зои тяжело ворочала языком, пытаясь позвать Димитра. Или хотя бы сказать ему… сказать напоследок, что она его любит. Что это не просто совместные приключения, нет. Она самый лучший. Самый надёжный. Самый заботливый.

Самый красивый.

Но у неё ничего не получалось.

Личинка, которая высвободилась из третьего прохода, сжалась…

И вдруг всё замерло. Пропали звуки.

Говорят, так бывает, если сильно ударили по голове. Можно оглохнуть.

Зои с трудом пыталась сосредоточиться, не закрывать глаза, потому что стоит это сделать — и сознание улетучится. Она видела, что рядом сидит Кира, к счастью, целая и невредимая. Вокруг груды каких-то книг в малиновой обложке и упаковки каких-то бутылей в пластике. Личинка словно подёрнулась пеленой, расплылась акварельной краской. А ещё… ещё напротив стоял кусок настоящей радуги.

Тогда она всё же позволила себе отключиться.

* * *

В себя Зои пришла рывком, почти как Димитр, всего за пару секунд вспомнив всё, что было. Молча открыла глаза, потому что боялась пошевелиться.

Она лежала на прежнем месте, затекло и болезненно пульсировало плечо. Рядом сидела растерянная Кира, а дальше спиной к ним стояли Никита и Данила, которого Зои узнала по белым волосам — такой шевелюры ни у кого другого на планете не было. Ну, разве что у Снежки, но у неё и фигура другая, с мужской и сослепу не спутаешь.

Тогда Зои рискнула повернуть голову. И прикусила губу — метрах в десяти в окружении кусков радуги стоял Димитр. Спокойный, самоуверенный, слегка отстраненный. Периодически он окидывал студентов покровительственным взглядом. Заметил, что Зои очнулась и на миг изменился в лице — до безумия обрадовался. Но моментально взял себя в руки.

Кажется, он общался с радугами. С Кляксами.

Тогда она обратила пристальное внимание на эти радужные фигуры. Вот они какие — местные жители. Пучки ожившего живого света. Почему Никита не предупредил, что они такие красивые? Словно зыбкая дымка, которую видишь на солнце над поверхностью океана. Как россыпь брызг на тропическом пляже. Они прекрасны… особенно здесь, посреди хмурой и мрачной пещеры, забитой никому не нужным хламом. Особенно если не знаешь, что за ними стоит.

Главное, не забывать, что это не настоящая их форма. Хотя… кто может за это поручиться?

Зои слышала рассудительный голос Димитра и нечто, похожее на тонкий звон. Личинок видно не было.

Голоса у Клякс звучали странно, явно воспроизводились не так, как человеческие. Звонкие, но слишком ровные, безо всяких интонаций. О чём говорили, не слышно, но Димитр несколько раз кивнул.

Потом он посмотрел в их сторону, нашёл глазами Зои и улыбнулся. Широко и открыто.

И Зои поняла — всё получилось. Он, чёрт возьми, уговорил местных вернуть детишек домой!

А сам останется здесь. Наверное, о нём и речи не шло. Даже не заговорил о себе, даже не заикнулся.

Радужные фигуры ещё что-то сказали и расступились. Они не шагали, а словно плыли или прыгали. Потом одна словно выключилась — просто взяла и пропала.

Если они так просто прогнали личинок, так мгновенно… если они могут всё, то в любой момент они просто исчезнут, или просто перенесут по щелчку всех на космический корабль — может, они и на это способны? А Димитр останется здесь.

А как они там без его присмотра?

У Зои от напряжения зазвенело в ушах.

Без присмотра?

Точно!

— Он должен лететь с нами! — Закричала Зои и вскочила. Она чувствовала себя неуклюжей, как медведь, проснувшийся посреди зимы, но лезла вперёд. Оттолкнула и Никиту, и Данилу с дороги, обратилась прямо к оставшимся Кляксам. — Когда мы остались одни, то напортачили с управлением корабля и упали на эту планету. Нас нельзя отправлять без присмотра, неизвестно, что еще мы натворим. Димитр должен лететь с нами! Должен за нами присматривать!

Она мотнула в его сторону головой и почти зажмурилась. Димитр просто онемел, его лицо выражало крайнюю степень ужаса. Да, Зои понимала, что делает. Этой своей выходкой она может всё разрушить. Может всех угробить. Наверное.

Но нет, не угробит. Одно маленькое требование после всего того, с чем они столкнулись… это справедливо! Местные должны чувствовать свою вину! За бункер, в котором их замуровали и бросили, за личинок, которые их чуть не сожрали! Должны нести хоть какую-то ответственность! По крайней мере эта Милосердная Лия, о которой Никита говорил с таким теплом. Пусть она ей поможет!

Куски радуги стали перемигиваться, будто так тоже разговаривали. Потом кто-то из них, кто именно, непонятно, звонко, как стук по хрусталю, произнёс:

— Пусть уходит. Но один из вас должен остаться. Выбирайте, кто.

И они исчезли.

Димитр остался стоять в одиночестве. Возвышался рядом немым укором, Зои боялась на него взглянуть. И всё равно ни о чём не жалела!

Её губы тронула улыбка. Получилось. У неё получилось, вот что главное!

— Зои, — наконец, сказал Димитр. Вроде без злости.

— Да?

— Это не так уж далеко от истины. Ну, что вы без присмотра не можете.

— Да-да.

— Если вы даже с присмотром делаете такие глупости, как ты только что.

— Хочешь сделать мне выговор? — Рассердилась Зои. Но ненадолго — губы снова растянулись в улыбке. Вышло. У неё вышло!

Он покачал головой. Что-то спрашивала Кира, что-то ответил ей Никита, но они не успели поговорить. Вдруг вернулись Кляксы — просто включились прямо перед глазами, плеснули яркой вспышкой в лицо, и неожиданно Зои почувствовала, что теряет сознание. Успела ещё понять, что оседает на землю. Рядом опустился Димитр. Но лицо у него было спокойное, будто он чего-то такого ждал.

Очнулась она уже на поверхности, в джунглях. Еле слышно щебетали какие-то птицы, а может, насекомые, неяркое солнце с непривычки слепило. И зелень… Боже, как же она соскучилась по зелени! По небу! На лице сама собой расплылась довольная улыбка, пыльцы погрузились в местную жёсткую траву. На Земле в их поместье травка мягкая, шелковистая, её очень приятно трогать. Но и эта сойдёт.

— Как ты? — Над ней навис Димитр. — В порядке?

— Да, — счастливо улыбаясь, ответила Зои. — А ты?

— Я тоже вроде ничего. — Хмыкнул он.

Потом помог ей встать.

Как выяснилось, следуя договору, местные перенесли их из подземелья наружу, к трансицепам военных, куда прибудут остальные «дети». Правда, никто не уточнял, что в момент переноса они будут без сознания, но это можно понять — местные, скорее всего, не хотели, чтобы чужаки видели путь наверх и запомнили дорогу. Всё же Димитр мог оказаться прав и они физически находятся там же, в земной толще. И подстраховываются.

Тогда даже хорошо, что их усыпили — значит, на самом деле намерены отпустить.

Потом Зои увидела остальных — все были в порядке, уже спокойно осматривались. Данила глядел в сторону пелены, а Кира и Никита пялились в небо.

А потом она увидела дроны. Шесть штук. Те висели неподвижно, иногда чуть меняя позицию или чуть поворачиваясь из стороны в сторону. По какому принципу, непонятно.

Наличие дронов напрягало. Хотя Никита говорил, что они больше не опасны для людей, но Зои всё же помнила, что те сделали с группой Димитра. А он ещё и видел…

Зои взглянула на него. Он улыбался, хотя взгляд оставался собранным и жёсткими.

— Откуда тут дроны? — Спросила Зои.

— Они для наблюдения. За нами, и чтобы мы в случае чего смогли связаться с их рабочей группой.

— Так что, — заговорил Никита, который сильно щурился на солнце. — Выходит, у нас всё получилось? Выходит, мы действительно отсюда улетим?

Кира застыла, будто боялась спугнуть подтверждение.

— Можно сказать, что так… — Димитр сделал паузу. — Но одному из нас придётся остаться. Так что первоначальный план, в общем-то, не изменился.

Зои моментально озлобилась.

— Хочешь сказать, что всё же собираешься остаться?

— Зои… — Мягко проговорил Димитр, но она нетерпеливо дёрнула плечом и повторила:

— Скажи просто — да или нет?

— Я должен остаться. — Ответил тот. — Ты же слышала их условие.

Зои просто задохнулась — стояла и смотрела на него. Остаться? После того, как его отпустили? Да что ж это такое?!

— Нет, ни к чему такие жертвы. Я останусь. — Заговорил Данила. — Мне нельзя улетать, я же объяснял.

— Ты объяснял, да, и скорее всего, в это веришь. Но ты должен лететь. Там ты так или иначе будешь жить. — Как несмышлёнышу разжёвывал Димитр. — Там у тебя будет шанс, ты ведь и сам не из простой семьи. Убежишь на крайний случай по дороге. Но тут… тут у тебя не будет даже шанса.

Димитр хотел ещё что-то добавить, видимо, пристращать Данилу, чтобы не настаивал, но покосился на Зои и промолчал.

— Ты хороший мужик, конечно. — Вдруг ухмыльнулся Данила. — Но многого не понимаешь. Я останусь. И нечего тут меряться благородством. Я останусь в обмен на то, что Зои не бросит Ваську и мою дочь. Это честная сделка.

Он и Зои обменялись долгим взглядом.

— Ты не забывай, что на самом деле мы не дети. — Негромко сказала Димитру Зои. — И не всё тебе решать. Особенно что касается нашего выбора.

— Вы просто дети…

— Нет, не просто! — Сказала Зои. — Мы давно совершеннолетние! Даже если не останется Данила, мы будет бросать жребий. Все. Ты не должен оставаться тут, у тебя должно быть столько же прав улететь, как и у всех остальных!

— Чувствую себя каким-то недоумком. — Данила ухмыльнулся. — Потому что вынужден настаивать на том, чтобы меня бросили одного на незнакомой планете. Думаете, я просто так говорю? Думаете, я миллион раз не рассчитывал варианты? Почему я должен вас уговаривать?

Он перестал улыбаться и посмотрел на остальных так, будто внезапно попал в стан к врагам.

Димитр внимательно выслушал Данилу. Потом кивком отозвал его, они отошли в сторону, стали о чём-то переговариваться.

Никита тем временем огляделся.

— Это военная база? — Спросил он Киру.

— Да. Но я видела её только мельком. Курсанты тут жили. А… что нам делать дальше?

Никита посмотрел на Зои, на Димитра с Данилой. Перевёл взгляд на ближайший трансицеп.

— Пойдём и посмотрим, что внутри.

Кира радостно кивнула. Они быстро рванули вперёд, пытаясь друг друга обогнать. Зои подумала пару секунд и бросилась за ними следом, ей тоже хотелось заглянуть внутрь.

Первым до двери добежал Никита, с ходу приложил палец к опознавательной пластинке. Та мигнула голубым и дверь открылась.

— Ого! — Никита вошёл в проём. Зои и Кира рванули за ним. Они ничего не боялись, почему-то были уверены — здесь безопасно.

Внутри они первым делом увидели медкапсулу — новомодную, сверкающую.

— Это медпункт! — С благоговением прошептала Зои. — Тут должны быть медикаменты!

Она бросилась открывать ящики стеллажа. Больше половины пустовало — видимо, курсанты унесли содержимое с собой. Но в общем, в трансицепе царил порядок. Даже убегая в спешке, курсанты не наследили за собой, не оставили хаос. К счастью.

— Вот они! — Зои чуть не запрыгала, когда нашла стандартизированное обезболивающее. Сгребла пару флаконов и поспешила наружу, Димитру они тоже пригодятся.

Там, кажется, уже договорились. Данилы не было, а Димитр стоял в тени джунгабаса, смотрел себе под ноги и хмурился.

— Смотри, что я нашла. — Зои протянула ему таблетки. — Ты рад?

— Рад.

Димитр был задумчив, что понятно. Протянул руку и схватил флаконы вместе с Зоиной рукой. Так и стоял — ни туда, ни сюда. И Зои ничего не делала, потому что всё ещё злилась на эту его твердолобую упёртость и никому не нужную жертвенность.

При этом каким-то необъяснимым образом они становились всё ближе друг к другу, будто их магнитом притягивало. Будто кто-то дожидался момента, когда Зои моргнёт — и в тот же миг придвигал её, пока не толкнул вплотную.

Их спугнул смех — из одного трансицепа вывалились Кира и Никита, и наперегонки понеслись к следующему. Зои отдёрнула руку и пошла на кухню за водой.

Димитр остался на улице.

А через четыре часа прилетела первая партия курсантов.

Об этом сообщил Данила, которому на экран поступило сообщение от Луки. Он писал, что курсанты получили оставленную для них записку с просьбой как можно скорей перебираться к центру спирали, и последовали ей. Они близко, скоро будут на месте.

Когда Данила передал остальным, что курсанты на подходе, все, мягко говоря, удивились.

— Получается, нас «переносили» на поверхность больше двух местных суток? — Спросил Никита то, о чём подумал каждый.

От этого становилось не по себе. Что местные могли с ними сделать за двое суток? Сложно представить. Зои оглядела своих собратьев по разуму, чувствуя, что похоже, подхватила от Димитра паранойю. Может, среди них теперь есть засланец? Может, кого-то заменили? Пусть даже не целиком, а частично.

Хм. Частично проще всего менять Димитра.

Зои посмотрела на него, встретила такой же изучающий взгляд и рассмеялась.

— Ты чего? — Тут же спросила Кира. Кажется, её голос звучал с подозрением.

— Подумала, что Димитра подменили. Но всё же ему нас подозревать.

— Подменили? — Заинтересовался Данила, который всей этой истории ещё не слышал. А Никита слышал от Киры, так что только пожал плечами.

— Ну, теперь среди нас может быть подменыш. — Объяснила Зои. — Местные создали идеального биоробота и внедрили в нашу среду. Все бы так сделали, чтобы собрать информацию о незнакомой расе. Димитр так всегда считал. Хоть один, да поддельный, да?

— Забавно, если они подменили меня. — Данила рассмеялся, и почему-то очень искренне, радостно, хотя ему радоваться особого резона не было. — А я здесь останусь. Всё зря.

Димитр поморщился, покачал головой, будто не желал участвовать в этом нелепом разговоре, и ушёл.

Остальные ещё некоторое время перебрасывались абсурдными предположениями насчёт подменышей и смеялись. Они договорились до того, что местные действительно могут сделать это — заменить человека так, что даже самые близкие не догадаются.

Зои открыла было рот, чтобы озвучить новую идею, только-только пришедшую в голову, но резко остановилась. Эта идея вначале показалась ей забавной, а потом — такой жуткой, что будто за сердце кто-то ледяными руками взялся.

Она подумала — мог ли кто-то из местных, тронутый искренним горем Киры, создать Никиту заново? Слепить с нуля? Ведь как ни крути, его рассказ про Кляксу, который с такими сложностями утащил его в обмен на выполнение каких-то условий, хотя мог просто забрать, кажется слегка нереальным.

Эта мысль действительно леденила кровь и Зои раз и навсегда запретила себе об этой думать.

Раз и навсегда забыла о ней!

На этом разговор иссяк.

В названное курсантами время появились их первые транспортёры. Они выскользнули из чащи джунглей, медленно сползли по стволам джунгабасов и остановились на поляне между трансицепами.

Из первого выскочил Лука. Зои помахала ему рукой. Встречающие стояли чуть в стороне, чтобы не мешать выгружаться — места на поляне было немного.

Лука что-то сказал своим и быстро пошёл в их сторону. Когда до них оставалось несколько метров, он весь преобразился. Зои с удивлением наблюдала, как его спина выпрямляется, каждый шаг становится точным и чеканным, как вытягивается его физиономия, принимая отрешённый, казарменный вид.

Лука остановился перед Димитром и чётко отрапортовал:

— Лука Савичев, командир выпускной группы курсантов Космодемии. Под моим присмотром двадцать девять курсантов и двадцать пять студентов, все живы, потерь нет. Двое больных, нуждаются в психологической помощи.

Зои даже вздрогнула от неожиданности. Но, наверное, любой действующий военный в военной иерархии выше, чем курсант, пусть даже прошедший обучение.

— Вольно. — Тихо сказал Димитр, который воспринял это всё как должное.

Лука заметно расслабился.

— Лука, отчёт принял. Задание следующее — это последний раз, когда ты вспомнил, что военный. Отныне вы все ведёте себя как обычные студенты. Как балованные дети. Задание понятно?

— Точно так. — Лука быстро скользнул по лицу Димитра жадными глазами и вздохнул. Как показалось Зои, с облегчением. Может тоже устал нести за всех ответственность.

— Скажи своим.

Лука уже без спешки вернулся к трансицепам. Прибывшие по большей части уже выгрузились и бродили вокруг: студенты пялились по сторонам, курсанты издалека присматривались к Димитру. Лука быстро обошёл всех и передал приказ. Пялиться, правда, меньше не стали, но Зои подумала, что это из-за того, что Димитр в шортах и его протез бросается в глаза. Она сама уже привыкла к этой его искусственной части, демонстративно выставляемой напоказ, и не обращала внимания на отливающую синевой конечность, а остальным такое было в новинку.

Однако когда любопытство утихло, Зои вдруг поняла, что издалека перестала различать курсантов и студентов. Они были одинаково одеты, одинаково двигались и одинаково болтали. Курсанты выполнили приказание в точности! Всё же организованности у них не отнимешь.

Сейчас, после всего пережитого, Зои вдруг чётко представила, как тяжело и как много приходится тренироваться, чтобы достичь уровня подготовки этих ребят. Это ведь только со стороны кажется, что легко действовать сплочённо, одной командой, но за этой кажущейся простотой годы упорного труда.

Она их вдруг невольно зауважала. Сравнила с собой. Зои тоже тренировалась целых четыре года до тех пор, пока не вышла в первый раз на настоящий бой. Но чего скрывать, в её случае у Зои были лучшие тренера, удобный график, а также самые современные препараты, которые помогали ей стать сильней, выносливей и чувствовать боль не так сильно, чтобы её бояться. Не всегда законные, но действенные методы. Но однажды ей надоело — и она бросила. А курсанты переступали через себя, через своё не хочу и шли дальше.

— Зои!

Из толпы прилетевших вдруг выскочил Шпрот. Он бросился Зои навстречу. Обнял. Его отросшие пушистые волосы щекотали Зои нос, но обниматься с ним было приятно.

— Чуть уши себе не отморозил. — Сказал ей первым делом Шпрот.

— Скоро будем дома, если что, пришьёшь себе новые уши.

Зои участливо похлопала его по спине. Димитр тем временем отошёл от них и даже отвернулся.

— А, — Шпрот беспечно отмахнулся. — Стану я думать об ушах, в бассейне в окружении весёлых моделек. Там другие органы нужны.

Он даже прищурился от удовольствия. Зои моментально вспомнила, представила, о чём Шпрот говорит. Скоро они вернутся домой, и там её будет ждать последний… как его звали-то? Велияр, что ли? Блондинчик с накаченной попой и с искусственно искривлённым носом.

Зои поморщилась. Собственная неразборчивость вдруг показалась ей очень неприятной. Она вдруг поняла, что не хотела бы быть такой. Не хотела бы, чтобы такой её видел Димитр.

Только вот светские хроники никуда не денешь. Достаточно поднять архивы — и перед ним легко, как на ладони, предстанет всё неприглядное прошлое Зои. И ничего с этим не поделаешь.

Так вот, оказывается, для чего нужна хорошая репутация!

Раньше надо было думать. А теперь он, возможно, и не захочет…

«Ну да, — тут же влез едкий внутренний голос. — Димитр и без этого не очень-то хочет с тобой связываться. Не особо жаждет крутить с тобой роман, так, что даже на необитаемой планете готов сгнить. А ты думаешь, как будешь выглядеть в его глазах. Жалко! Вот как»!

Потом Зои отвлеклась, к ней подошли Снежка и Огонь. Ещё она видела носилки с Ксенией. И слушала рассказ о Саблезубе и его «гениальном замысле». Сам Саблезуб прибыл под личным присмотром Луки с первой группой и был заперт в одной из кают трансицепа на висячий замок. Электронике сверхважное дело его охраны доверять не стали.

Потом Лука отправил транспортёры за оставшимися у катера людьми, а над джунглями наступила ночь. Только теперь ночи никто не боялся, она перестала быть опасной, перестала быть временем, когда нужно прятаться и таиться, и сидеть в тишине.

Во всех трансицепах включили яркий свет. Кто-то врубил музыку, кто-то наделал еды в Папаше, кто-то намешал коктейлей. Спиртного на складе не было, но все ходили словно пьяные. Зои понимала, почему. Свобода была такой близкой, что манила за собой, звала и пьянила, как настоящий виски.

Кто-то даже устроил дэнс-пати. Зои полюбовалась танцующими — на первом плане, конечно, Алмазка, она всегда прекрасно танцевала, возле неё Шпрот, этот тоже любил подвигаться, и Назира, и курсанты, которые будто только и ждали команды, чтобы перестать ходить строем и расслабиться.

Хорошие ведь ребята! Умные, сильные, надёжные. Почему, чтобы понять это, всем нужно было так вляпаться?

Зои даже позавидовала, настолько хорошо некоторые двигались. У неё самой такого таланта не наблюдалось. Впрочем, как и желания. Так что она постояла немного и пошла в медотсек. Там находилась Ксения, которую Зои ещё не проведала. Впрочем, та до сих пор без сознания. Её будут лечить по возвращению домой специалисты. Зои пообещала себе, что не оставит Ксению одну. Впрочем, все они чувствовали друг за друга ответственность, так что Ксению не оставит и Снежка. И курсанты вряд ли оставят, пока не убедятся, что она пришла в норму. В каком-то смысле они обязаны Ксении своим спасением, а курсанты умеют быть благодарными.

Ещё тут был Гавриш. Его тоже решили усыпить на время, чтобы не шатался по джунглям, следить за ним сейчас никому не хотелось. И опять плюс курсантам — столько времени его таскали за собой и не бросили! Как тут ими не восхититься?

Нет, военные, конечно — это ЛЮДИ!

Зои посидела немного в тишине, послушала, как попискивает медицинская аппаратура, и вернулась на улицу.

Студенты и курсанты веселились. Их было хорошо слышно и видно. И никого не смущали дроны, которые висели над головами.

Она посмотрела в другую сторону и разглядела знакомый силуэт. Димитр сидел у дальнего трансицепа, и тоже наблюдал за танцующими. Он был один, как снайпер, который замер в засаде.

Зои подошла к нему и села рядом. Всё было хорошо, она чувствовала себя счастливой, все вокруг были счастливы, а его лицо выбивалось из полосы этого безоблачного блаженства. Он смотрел тоскливо, как будто там происходило что-то запредельное и недоступное простым смертным. Кажется, достаточно всего-то встать, сделать несколько шагов — и танцуй себе на здоровье! Хохочи! Веселись! А он смотрит так, будто через пять минут ослепнет и никогда больше ничего подобного не увидит.

Что-то было не так.

— Димитр. — Зои повернулась к нему. — О чём ты думаешь? Чем ты грузишься?

Наверное, он не хотел говорить, но почему-то вздохнул и признался. Через силу, но честно:

— Я не могу улететь. Я не могу бросить тут этого парнишку и спокойно улететь, понимаешь?

— Данилу. — Зои тут же поняла, о чём речь. И не стала даже восклицать ничего типа: «Ты снова за своё! Ты опять?»

Димитр торопливо объяснял:

— Да. Я прикинул — можно попросить местных что-нибудь придумать, например, как-то замаскировать его ДНК. Они же любят загадки. Им будет интересно. И даже если нет… В общем, шансы у него есть. Он не должен рушить свою жизнь. У него будет дочь. Ему нужно лететь. Он должен рискнуть!

— А ты должен остаться, потому что у тебя не будет дочери? — Зои не хотела, чтобы её голос звучал грубо, но вышло самой собой. — Так что ли?

— Я всё понимаю, слышишь? Но не могу его здесь оставить. Не могу и все!

Зои вскочила и бросилась прочь. Димитра не переубедить. Если он втемяшил себе в голову… и, чёрт возьми, она его за это уважала! Может, даже против своего желания. Легче лёгкого было бы просто бросить здесь Данилу, мол, ну не вышло! Я пытался — но обстоятельства против. Увы и ах! А вот так вот — искать способ его увезти, до последнего, даже ценой собственной свободы — сколько в её жизни встречалось людей, способных на такой поступок?

Возможно, никого.

И сама она не из их числа. Так за что бы ей достался подобный мужчина? За какие такие заслуги?

Она плакала. Странно — беззвучно. Просто почувствовала на щеках горячие слёзы, а губы сжимались и оставались твёрдыми. И сердце… оно будто сморщивалось, становилось меньше, таяло. Будто хотело совсем исчезнуть.

Нельзя уговорить человека поступить против его совести. Димитр прав… прав, чёрт его возьми! Она сама не сможет забыть, что они бросили Данилу, даже если тот всячески пытался остаться. Он просто не понимал, что его ждёт, он не видел этот проклятый бункер! Да Зои там за пару дней чуть не свихнулась, а Данила… нет, он не знает, на что подписывается.

— Эй! Ты куда собралась?

Зои вздрогнула и замерла. Действительно, чуть не ушла в джунгли. Конечно, вряд ли бы она заблудилась и сгинула, но ушла бы далеко, увязла в зарослях, пришлось бы до утра сидеть в темноте.

— Лука? А ты что здесь делаешь? — Зои стиснула губы, но голос предательски дрожал.

— Ты плачешь? — Он подошёл и удивлённо осмотрел Зои. — Ты рыдаешь?

— Ты куда-то шёл? — Огрызнулась она. — Вот и иди!

— Да что случилось-то? — Спросил Лука. И столько невозмутимости было в его голосе, что Зои хлюпнула носом и вдруг как на духу всё ему выложила. Что Димитр решил остаться здесь и у неё нет ни малейшей возможности ему помочь. Что он будет гнить на этой планете в одиночестве до самой смерти, и радоваться, что их вытащил. Что местные потребовали оставить одного человека, и Данила согласился им стать… но Димитр всё равно на это не пойдёт.

Потом она просто рыдала, уже не заботясь, как выглядит в глазах Луки. Тот долго думал.

— Я знаю, кто это. — Наконец, сказал.

— В смысле? — Зои даже на секунду перестала носом шмыгать.

— Димитр. Я знаю, кто он.

— Кто?

— Он был в команде Сычи. Они пропали почти три года назад. А до этого провернули несколько громких операций. Мы все о них слышали и даже изучали их работу в качестве примеров правильного реагирования. И про него тоже все знают — про человека, которого разорвало на части, когда они разбирались с Биодарь.

— Биодарь? — Зои нахмурилась. Это была единственная корпорация на её памяти, которая распалась. Вернее, которую растащили после того, как посадили большую часть управления. Тех, кто не «пропал без вести».

— База с бактериальным оружием, которое незаконно разрабатывал Биодарь. — Подсказал Лука. — Его команда вычислила базу на небольшой пустой планете-спутнике Заостра, и приняла экстренное решение её уничтожить. Но биологическое оружие нельзя просто разбомбить, оно разлетится с метеорами, будет заражение… В общем, просто разбомбить нельзя. И он пошёл заливать лаборатории химическим обеззараживающим средством. Грузил малый катер и поливал. Только вот катер был не приспособлен к перевозке токсичных веществ… и баки протекли. Катер упал и взорвался. То, что Димитр выжил, успел катапультироваться — чудо. Его чинили три месяца, я на первом курсе был… следил. Все мы следили, готовы были помочь, если надо, последние копейки отдать. Но, к счастью, поднять его на ноги стало делом чести нашего руководства. Димитру было дано всё. Он сам выбрал такой протез, который ничего не скрывает. Говорил — на память. После того случая он стал знаменитостью. Только среди нас, конечно. А Биодарь расформировали.

— Мой отец по дешёвке приобрёл несколько лабораторий на распродаже. — Прошептала Зои.

Лука неизвестно зачем кивнул.

— В общем, я много о нём слышал. И о его команде. Вскоре после дела Биодарь они пропали. Поговаривали, их убили, отомстили за разрушение корпорации, но в военных кругах ходили слухи про секретное задание. Конечно, кому же ещё выполнять секретные задания? Только проверенным командам! И вот… потом пришли новости, что вся группа погибла.

— Группа?

— Ячейка шесть человек. Команда. Мы все так делимся.

— И у тебя есть ячейка?

— Конечно. Нас шестеро. Эти люди мне всё равно что братья. И сестра. Если он остался здесь один, значит, остальная команда погибла. Они бы его не бросили.

— И что? — Зои дёрнула головой. — Теперь он хочет себя угробить? Тоже умереть?

— Нет. — Мягко ответил Лука. — Просто ты поняла зону его ответственности? Это тебе не студенты, которые думают только о себе. Даже ни один из моих курсантов, а я за каждого готов поручится. Это не Саблезуб…

Лука вдруг запнулся. И Зои замерла. Они медленно подняли друг на друга глаза. Зои рвано дышала, боясь спугнуть мягко подступающую мысль. Один. Должен остаться кто-то один.

Она повторила губами то, что думала. И прочитала в глазах Луки согласие. Да, если всё делать по совести — это единственный верный выход.

— Но как мы его убедим? — Тихо спросила Зои. — Сам сказал, Димитр берёт на себя ответственность за всех.

— Мы расскажем ему правду и пусть решает. Расскажем, кто такой Саблезуб. Что он сделал. И что сделает, если вернётся домой и встанет во главе корпорации. Спросим у ваших, может, кто-то знает что-нибудь ещё.

Зои закрыла глаза. На неё навалилось новое, неописуемо приятное чувство. Победа. Вот что это было. Окончательная, незыблемая, правильная победа!

Она уже знала, что это единственно верный выход. Не зря же Лука увидел её и разговорил. Не зря после всего, что тот натворил, доставил Саблезуба живым.

Это судьба.

Встреча с Димитром — судьба.

Всё будет хорошо.

Эпилог

Предоставленный местными жителями корабль был иной конструкции, совсем не похожей на те, к которым привыкли земляне. Он походил на огромную тарелку с обширным пустым пространством посередине, и кучей комнат-ячеек по периметру. По центру раскинулся широкий прозрачный потолок. Когда стоишь под ним, кажется, над тобой простирается вся Вселенная.

Местные перенесли их на борт сразу же, как только появилась последняя группа, прилетевшая от катера. На планете остался один Саблезуб. Об этом знало всего несколько человек и они собирались молчать до последнего. Конечно, рано или поздно кто-то вспомнит про Саблезуба, заметит, что его нет на борту, и тогда «знающие» сделают вид, что сами не понимают, как так вышло. Куда он подевался? Будут вскрикивать и удивляться вместе с остальными. Они договорились, что никто кроме них не узнает, что отлёт группы потребовал жертвы. А если кто-то всё же проговорится, они будут утверждать, что местные сами выбрали, кого оставить.

И, пожалуй, каждый из них подтвердит, что лучшего выбора местные сделать не могли!

Даниле перед отправлением местные провели какую-то «прожарку». Сейчас он выглядел очень загорелым, покачивался, его глаза болели и слезились, а волосы приобрели рыжий оттенок, зато в обмен за этот дискомфорт ему было обещано, что его ДНК теперь новая, ни на кого другого не похожая. Никто не сможет связать его личность с прошлой.

Кляксы расстались с ними до обидного буднично — просто переволокли на борт корабля, предварительно лишив сознания, как тогда, когда вытаскивали Зои с компанией из подземки — и один за другим исчезли, даже не попрощавшись.

Лишь последний задержался. Зои не отличала их одного от другого, а вот Никита отличал. Именно рядом с ним колыхался кусок радуги.

Потом и он исчез.

— Корабль на автоматическом управлении. Он отойдёт от планеты на безопасное расстояние и будет ждать прихода наших кораблей. Мы не должны приближаться к планете. По их расчётам за нами прилетят через несколько суток. — Передал Никита.

И от этих простых слов все ка-ак завопили! Зои жмурилась и думала — чудо, что она не оглохла, так сильно все орали. И прыгали. И хохотали.

Шпрот запел какую-то песню, но у него на шее повисла курсантка и звонко поцеловала его в нос, так, что от неожиданности он замолчал. Но никто не обратил на них внимания. Все обнимались. Поздравляли друг друга. И строили планы.

Счастье витало в воздухе. Девчонки кружились по полу под занавесью звёздной вселенной, а мальчишки стояли между ними и улыбались.

Без пошлых шуточек тоже не обошлось, но сегодня они никого не раздражали.

Казалось, все стали большой дружной семьёй, члены которой любят друг друга несмотря ни на что.

Только Димитр немного посмотрел на это всё со стороны и бочком-бочком ушёл в одну из кают.

Видимо, хотел запереться там и переждать всплеск торжества счастливого возвращения в одиночестве. Всё же курсанты его немного опасались, да и студенты ещё к нему не привыкли и чувствовали себя скованно. Или, возможно, он считал, что мавр сделал своё дело — мавр может уходить.

Вот только Зои не собиралась оставлять его в одиночестве. Нет уж, не теперь!

Поэтому не успел Димитр закрыть дверь, как она тут же постучала в неё.

Дверь открылась.

И снова закрылась, только в этот раз за её спиной.

Первым делом Зои огляделась — ну так себе каюта. Серая, скучная обстановка. Кровать полуторка, к ней вплотную стоит стол с мягким стулом, над столом висит экран. Странно — вроде бы совсем другая конструкция корабля, но предметы привычные, людские.

Димитр стоял напротив, перегораживая проход и не собирался отходить. Это было невежливо, но Зои молчала. Прорываться с боем дальше порога она точно не станет.

— Зашла ко мне в гости? — Вдруг спросил он, нервно почесав себе висок. Его глаза потемнели, и он старательно отворачивался от света, будто тот вдруг стал причинять ему боль. Или просто не хотел, чтобы его рассматривали.

Но Зои это не остановило. Она жадно пожирала глазами его лицо, и шею, и прямую спину, и широкие плечи.

— Как видишь.

Зои вдруг растерялась. Что ей делать, вешаться ему на шею? Ну нет, она не будет больше выбирать первой. Если Димитр решит, что с ней слишком много возни, что же, покупать Зои его не станет. Нет, только не его! Выживет как-нибудь. Утешится мыслью о том, что он живой и здоровый, и не гниёт на всеми забытой планете в подземном бункере.

Но ведь он не решит?

Она отвела взгляд раньше, чем увидела в его лице ответ. Струсила.

— Ты правда обычный военный? — Спросила Зои вместо этого.

— В смысле?

— Ну… самый обычный?

— Не сомневайся, — ухмыльнулся Димитр. — Мне жаль тебя разочаровывать, но я обычный солдат, а не тайный агент контрразведки или бравый исследователь новых секторов, или кто-нибудь ещё, о ком можно фантазировать в твоей ситуации.

— Я не разочарована, — серьёзно ответила Зои. — Ничуть. Ты же нас спас. Поэтому ты навсегда будешь герой. Для меня так точно.

Потом она подняла глаза и посмотрела на него прямо. Сколько можно трусить?

И потом… он ведь обещал. А Димитр, похоже, всегда выполняет свои обещания.

Когда его рука опустилась на её затылок и Димитр прижался лбом к её лбу, Зои улыбнулась.

— Эта дурацкая привычка последних дней думать, что вы дети — это серьёзно мешает, — сказал Димитр.

Зои негромко фыркнула.

— Мне двадцать три! Я уже давно совершеннолетняя. Однажды у меня был кавалер, которому исполнилось пятьдесят. В отличной форме, кстати, мужик. Так что ты в каком-то смысле для меня даже слишком молод.

— Хм, — ответил Димитр, но ему явно полегчало. По крайней мере руки у него задвигались куда более активно.

И больше он не говорил.

Зои таяла под его поцелуями и слушала, как бьётся его сердце. Ей хотелось сказать, что она не боится возвращения, что верит — они смогут остаться вместе.

Но зачем сейчас говорить? Всё можно обсудить позже. У них ведь полно, полно времени…

Они не спешили. Медленно раздевались, неторопливо изучали друг друга. Трогали везде, где хотели. Зои давно собиралась проверить, какие протезы на ощупь. Ну, тут ничего нового — как обычное тело. А оно у него в прекрасной форме!

Зои впервые за долгое время активно участвовала в процессе, потому что ей этого хотелось. Хотелось, чтобы не просто ублажали её, а чтобы партнёру было с ней хорошо. Чтобы он захотел повторить, и захотел остаться. Чтобы это было взаимно.

И, пожалуй, впервые в жизни она поняла, как это — когда тебя любит не покупной мальчик, а настоящий мужчина. Искренне, уверенно, со знанием дела.

Сногсшибательно!

* * *

Через несколько дней корабль получил сигнал. Из-под пола выскочил небольшой пульт управления, на котором требовательно мигала красная кнопка связи. И настойчиво пищал входящий запрос.

Уже через пару минут все сгрудились вокруг.

Почётное право действовать без обсуждений было передано Димитру. Все с благоговением следили, как он протягивает руку.

Димитр прижал к уху наушник, включил кнопку и выслушал то, что ему сказали.

Потом развернулся к своим подопечным. Студенты и курсанты ждали, стояли неподвижные, как истуканы, и молча взирали на него. Мальчишки и девчонки, бедные и богатые, смелые и трусливые — разные — они смотрели с одинаковой надеждой.

— Домой, — улыбнулся им Димитр. — Мы летим домой.

Конец

август, 2021 г.

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет: https://author.today/work/127450

Content

Юлия Шолох
Подземка

Глава 1. Камеры

Глава 2. Он знает

Глава 3. УЗИм

Глава 4. Выход

Глава 5. Кира

Глава 6. Хрустальный коридор

Глава 7. Приключения, желательные и не очень

Глава 8. Внезапно

Глава 9. Пена

Глава 10. Связь

Глава 11. Сборы

Глава 12. Встреча

Эпилог