Сказочник

* * *

Пролог

На высоком пригорке, недалеко от деревни, стоял небольшой деревянный дом в окружении леса. Несмотря на то что на улице раннее утро и солнце только-только собирается вставать, в окошке того дома ярко горел белесый свет. Сам дом не представлял из себя ничего особенного. Одноэтажный, длинный, с глиняной крышей и толстыми стенами, уложенными брусьями. Шесть окон, три на одной стене и три на противоположной, дымоход, выходящий на крышу, и самая обыкновенная деревянная входная дверь с небольшим крыльцом перед ней.

Внутри, за широким дубовым столом, в удобном мягком кресле с высокой спинкой, макая перо в чернильницу в форме дракона и водя им по чуть желтоватой бумаге, сидел старик. Невысокий, всего метр шестьдесят ростом, с седой бородой и длинными, опускающимися до плеч седыми волосами. В свои немалые годы старик выглядел очень хорошо. Не сгорбленный, с цепким взглядом, в более-менее подтянутой физической форме.

Чудаком прозвали этого старика в той деревне. А все потому, что уже давно мужчина погряз в своих мечтах. Каждый день он записывал новые истории, а старый друг, который регулярно приходил к нему во сне, не давал ему эти истории забыть, за что сказочник был безмерно ему благодарен. И истории эти были столь завораживающими, что у тех, кто их слышал, невольно замирало сердце.

Но мало кто знал, что у старика был секрет. Именно благодаря этому секрету истории и были такими яркими, насыщенными, живыми. Именно поэтому старик, хоть и обрел славу чудака, но тем не менее обладал определенным кредитом уважения. Порой люди и сами не понимали, что заставляет их воспринимать этого милого и вечно собранного старичка всерьез. Дедушка был очень мил на внешность, да к тому же добр. Иногда. Когда его не перебивают. Очень он не любил, когда его перебивают.

Помимо книги и чернильницы на столе лежал небольшой амулет на веревочке в форме меча, филигранно вырезанный из дерева. За ним веером лежали конверты — все открытые. Из самого верхнего наполовину выглядывало письмо с аккуратно написанными явно женской рукой строчками. Казалось бы, откуда они все у скрытного и нелюдимого старого человека?

Рядом со стариком стояла, упираясь в стену, длинная деревянная палка с причудливыми загадочными узорами вдоль всего древка и утолщением на вершине. За ней — массивный сундук с отнюдь не простым замком, здесь хранились секреты. И одного ключа, чтобы до них добраться, было явно мало.

Секреты были не только у старика. Сам дом, в котором он жил, хранил в себе немало тайн и загадок, которые простому люду даже в голову не могли прийти. Так, например, за спиной сказочника, под стеночкой, стоял длинный широкий закрытый шкаф высотой до потолка, а прямо под ним — спрятанная под полом ниша, куда мог попасть только хозяин дома. Да что ниша! Стены! Даже обыкновенные стены — и те были с секретами, о которых знал только хозяин дома.

Но вот старик перестал писать. Новая история была закончена. Поставлена аккуратная точка, а в самом низу добавлена красивая завитушка с символом мастера, написавшего произведение. Подув на подсыхающие чернила, старик позволил себе потянуться. Порой он проводил за столом с пером в руках многие бессонные ночи, но это ничуть не стесняло мастера. Таков был результат той жизни, которую он прожил.

Закрыв свеженаписанное творение, старик обратил внимание, что на дворе уже светает и легким мановением руки потушил в комнате искусственный свет. Произведение закончено, можно браться за следующее. Но позже. Сейчас же нужно позавтракать — и в деревню. Давно он не был в деревеньке, давно не было новых историй, а ведь деревенские, а особенно ребятня, их очень полюбили. А больше всего один конкретный парнишка, на которого старик положил глаз. Парнишку этого в скором времени ждали большие перемены в жизни.

Каждый приход старика к людям знаменовал бурную активность среди местных. Для сельчан, у которых каждый день — повторение предыдущего, любое разнообразие в жизни — повод обсуждать это не одну неделю. Послушать новую историю собирались со всей округи.

Стоило старику только появиться на глазах мальчишек с книгой под мышкой, как вся деревня тут же вставала на уши. Гуляющей походкой — насколько позволял ему возраст — сказочник шел по проложенной камнем дороге. В черных сапогах, накинутом на плечи витиеватом голубом плаще, белой рубашке и штанах. Ветхие домишки, проложенная проселочная дорога, нет никаких заборчиков, огораживающих участок. Все давно друг друга знают и доверяют.

Старик никогда не признается людям, но он выбрал это место именно из-за них. Из-за того что здесь так тихо, а люди, может, и не отличаются приличиями, но отличаются добротой. Стражи в этой деревни нет, так как она попросту никому неинтересна, но в то же время это не значит, что люди здесь беспомощны. Нет. У них есть защита. Такая защита, с которой придется считаться даже королю, просто они сами об этом не знают.

Добравшись до небольшой площади у дома хозяина деревни, старик осмотрел собравшийся люд. Все ждали новой истории и внимательно смотрели на посетившего их нелюдимого старика. А там, с задних рядов, сидя на небольшом ящике, выглядывал паренек, приглянувшийся старику. Улыбнувшись краями губ, рассказчик прошел до полюбившейся ему лавочки.

Изначально он рассказывал эти историю собиравшимся здесь детям, но потом стали собираться и взрослые. Так тихие спокойные вечерние посиделки превратились в небольшие концерты. Иногда бывали и напряженные моменты — людям было интересно, как старец сочиняет такие истории, но отвечать на эти вопросы старик не стремился, предпочитая сохранять тайну. Сказочник, в принципе, не отличался особой открытостью, предпочитая отшучиваться и просто переводить тему.

Раскрыв книгу и прочистив горло, старик начал рассказывать новую сказку:

— Кхе-кхе. Эта история берет свое начало в те самые дни, когда великий дракон юга Дарлок летал в северные земли поживиться чем-нибудь вкусным и блестящим. И долгое время его не могли поймать, но одному чародею это все-таки удалось…

Глава 1

В скромно обставленной комнате начальника городской стражи стоял невысокий молодой человек в мантии волшебника. Небольшие губки бантиком, аккуратный нос и выбивающийся из этой картины серьезный, с притаившейся хитринкой взгляд. В руках посох, одет в голубую мантию с нанесенными на неё руническими символами. На поясе — походная сумка и короткий меч, заказанный у одного знакомого кузнеца на случай «близкого знакомства». Но обычно до этого не доходило, посоха хватало.

Чародей помнил завет учителя и, прежде чем хвататься за меч, применял коронный прием любого мага — «посохом по темечку». Имея утолщение на вершине, посох обладал удивительным свойством — в момент удара он становился в разы тяжелее на этом самом конце, из-за чего был неплохим орудием ближнего боя. И, как любой уважающий себя маг, посохом он владел в разы лучше, чем любым другим оружием.

Но еще посох обладал секретом, каким может похвастаться далеко не каждая вещь! Он был живым. Да-да, именно живым! И пусть он не говорил, но все понимал и всячески помогал своему хозяину — как в быту, так и в бою. И горе тому, кто попытается отобрать посох у чародея, ибо лишь двоих тот признает хозяином. Своего создателя и того, кому был подарен.

— Значит, говорите, проблема с драконом? — деловито поинтересовался волшебник, скрестив руки на груди.

— Да, с драконом проклятущим! — Начальник городской стражи в пылу саданул кулаком по столу. — Прилетает, разоряет, скот ворует! Мушкеты его треклятую чешую не берут, как и зачарованные стрелы. А он еще, словно насмехаясь, специально напоказ лезет, чтобы все видели, какой он большой, сильный и… и… и без меры жадный! — в сердцах выплюнул человек.

— Ну, это у них родственное. Все драконы такие в той или иной степени.

— Да, но далеко не все лезут в королевский дворец, берут, все что можно и нельзя, и вальяжно уходят, даже не пытаясь улететь со всем награбленным!

— Ух ты, — ухмыльнулся маг, — какой у вас оказывается наглый дракон завелся. Ну ничего. За умеренную плату, так и быть, я с ним разберусь, — заверил чародей.

— Твоя плата — его сокровище! Можешь забрать из его логова все, что унесешь, ибо за время набегов сгреб этот гад целое состояние.

— Ой, как замечательно, — хлопнул в ладоши маг, радушно улыбаясь. — Ну-с, тогда не смею вас больше задерживать. Всего доброго, господин Шариф.

— Удачной охоты, волшебник, — фыркнул воин, со скепсисом глядя вслед направившемуся к двери магу.

Многие пытались одолеть дракона. Ни у кого не получилось. Мужчина верил, что и у этого чародея также ничего не получится. Ну откуда ему было знать, что чародей, который пришел в их город, может, и не обладает великой силой, зато компенсирует это хитростью и сноровкой.

Покинув казармы городской стражи, волшебник в приподнятом настроении, напевая себе под нос какую-то песню, бодро пошел по оживленным улицам города. Мир, в котором он жил, был на стыке технологий и магии. Мушкеты и огнестрел не сказать, что были какой-то особой редкостью, но они соседствовали с магией, магическими существами и артефактами.

Иногда маг про себя шутил, что он живет в удивительные времена. Когда магические стрелы, сотканные из чистой энергии и пускаемые без всяких луков, способны прожечь доспех, оставив аккуратное опаленное отверстие. Когда мушкеты, в которых нет и грамма магии, соперничают с барабанными арбалетами-артефактами. Когда пушки, заряженные порохом и ядрами, соперничают со своими магическими аналогами. И не поймешь, что лучше. Если ты не маг — то и пользоваться артефактом сложно, а его обслуживание вовсе невозможно, а также магические приспособы дороже механических. Но! Их эффективность напрямую зависит от чародея. А дураков среди магов нет в принципе, потому как такие не живут дольше года. Естественный отбор во всей красе.

Поэтому один такой волшебник на чьей-нибудь службе может существенно пошатнуть чашу весов в свою пользу. Магов ведь не так чтобы много. Адептов много — да. Но адепт, как говорят некоторые, это полумаг. Или недомаг, тут каждый выбирает свое. Да, у него есть определенные силы. Он может что-то как-то делать, на примитивном уровне взаимодействовать с магией. Например, заниматься примитивной алхимией или накладывать слабенькие обереги от мелких духов. Может еще заговор какой наложить, но на этом его выдающиеся особенности заканчиваются.

Но это не мешает им идти в науку. Многие технологические достижения были созданы именно адептами. Обладая малой силой и находясь, по сути, между магами и простыми людьми, они придумали много интересных штук, и именно они ответственны за нынешнее положение дел. А уж некоторые их достижения вызывают трепет даже у уважаемых архимагов!

Так, углубившись в свои мысли, рассуждая о нынешнем мире, его особенностях и необычностях, почти не глядя по сторонам, шел по улице юный волшебник. Ну как юный. Тридцать лет — не сказать, что прям юность, но это для человека. А вот для мага — это, по сути, еще детство, ведь многие волшебники доживают и до трех, и до четырех сотен лет, а если все в порядке, то могут и дольше.

Звали волшебника Арон Шиниган. Самый простой заурядный волшебник. Хотя можно ли применить слово «заурядный» к представителю тех, кто сам по себе уникален. Ведь двух одинаковых волшебников в мире нет. Каждый идет по своему собственному пути. Каждый знает что-то, чего не знают остальные. И каждый преследует собственные цели. Кому-то хорошо вдали от людей в уютной лаборатории. Кто-то, наоборот, людей очень любит, особенно в подготовленном виде. Подготовленном оказывать почести и восхваления магу, находящемуся на службе какого-нибудь короля.

Кто-то был настоящим патриотом своего королевства, другие просто жили в свое удовольствие. В любом случае обычной жизни магу было не видать. Не могли они жить «простой жизнью». И Арон не стал исключением. Он был путешественником, который бродил по миру в поисках знаний, интересных мест и событий. И находил. Например, нашел вот проблему местных с драконом.

Ведь дракон — это не только море наглости, подкрепленной острыми клыками и огнем, но еще и дорогая чешуя! Очень дорогая. И не менее дорогие алхимические компоненты. И Арон не был бы собой, если бы упустил такой замечательный шанс поправить свое материальное состояние, в последнее время немного пошатнувшееся.

А еще дракон — это очень опасно. Даже для мага. Непробиваемая чешуя, прочный скелет, невообразимые мышцы. Такому на голову глыбу уронишь, только раззадоришь. Серьезный противник, против которого даже подготовленным выходить очень рискованно. Но Арон знал, как с такими бороться. В своих странствиях, активно общаясь с другими магами и простыми людьми, он многое узнал о драконах, об их сильных и слабых сторонах, а потому рассматривал задачу с обыденной точки зрения. Ну дракон. Ну и что? Пф! И не с такими, как говорится, разбирались.

Вот что было страшно — так это разгневанная ведьма, на которой ты женат. Вот это — страшно! Учитель как раз таки имел смелость жениться на такой и был очень счастлив… ну, кроме тех моментов, когда она была не в духе. Но тогда вообще всем вокруг было грустно, в том числе и самому Арону. Так что вот это — реально страшно. А дракон? Пф!

Остановившись на полушаге, Арон принюхался. Пахло чудесной свежей выпечкой, от которой не только заурчал живот, но и обильно потекли слюнки. Только сейчас чародей вспомнил, что опять забыл позавтракать, а это не дело, особенно перед битвой.

Посмотрев на другую сторону, Арон заметил открытые двери магазинчика, из которых и шел этот чудесный аромат. Над дверью была вывеска «Веселый Пирожок». Улыбнувшись краями губ и поудобнее перехватив посох, волшебник пошел к магазину. Притормозив и пропустив перед собой проехавшую карету с кем-то важным в городе, но совершенно безразличным Арону, маг перешел дорогу.

В дверях чародея сразу же встретила милая девочка семи-восьми лет. Встретила с разбега, собственным личиком.

— Ой… — смутилось дитя, подняв взгляд, а поняв, кого только что чуть не зашибло, стремительно начало наливаться краской.

— Аккуратней. — Маг потеребил ребенка по волосам.

Он любил детей и нередко вспоминал себя в юные годы. Учитель, заменивший родителей, никогда не бил Арона, а на любые вопросы всегда отвечал прямо и доходчиво, в подробностях объясняя, почему это делать можно, а то нельзя.

— Дяденька, а вы что, маг? — нашло в себе силы спросить дитя с широко распахнутыми глазами.

— Еще какой! — решил подыграть чародей. — Хочешь, покажу?

— А можно?

— Конечно, — кивнул волшебник.

— Покажите-покажите, пожалуйста! — загорелся ребенок, вперив в чародея полный ожидания чуда взгляд. И Арон не разочаровал.

Подняв посох, волшебник стукнул им об пол. Посыпались голубые искры и на вершине посоха в мгновение ока вырос один из редчайших цветков, виденных Ароном в путешествии. Алый, с лепестками, словно образующими водоворот, источающий еле заметный сладковатый аромат. В тех краях, где росли эти цветы, делали одни из самых дорогих духов.

Сняв цветок, чародей протянул его девочке. Не выдержав рвущихся наружу чувств, в порыве выплеснуть их наружу, малышка, полная восторга, запрыгала на месте.

— Держи. Таких здесь никто не видел. Как думаешь, сможешь его у себя приютить? — ласково спросил волшебник.

— Да-да-да-да-да! — сияло дитя не хуже звезды.

Восторгу ребенка просто не было предела. Взяв из рук мага цветок, словно драгоценный дар, девочка смотрела на него, как загипнотизированная. Заурчавший живот чародея разрушил атмосферу.

— Ну ладно, беги. — Чародей погладил ребенка по голове.

— Спасибо, господин маг! — крикнула девочка, выскакивая за дверь.

— Сумку не забудь! — крикнул вслед волшебник, подняв магией оставленную на полу сумку с выпечкой.

— Ой, спасибо дяденька, — стушевалась девчушка, заскочив обратно.

Отвесив поклон в пояс и забрав выпечку, дитя скрылось за дверью.

Постояв пару секунд на месте и глядя вслед исчезнувшему в проходе ребенку, чародей повернулся к продавцу.

— Что вы на меня так смотрите? Маг магу рознь, — наигранно возмутился Арон, подойдя к прилавку.

Тяжело ему было мириться с испорченностью некоторых коллег, из-за чего к магам порой было предвзятое и не всегда дружелюбное отношение. Но к счастью, не всегда, находились в этом мире и дружелюбно настроенные чародеи вроде Арона.

— Ничего-ничего, — замахал руками продавец, одетый в форму пекаря.

А тем временем из двери на кухню выглядывали восторженные глаза двух мальчишек-близнецов десяти-одиннадцати лет.

— Чего изволит уважаемый маг?

— Хм… — осмотрев прилавок, на котором лежали самые разные хлебобулочные изделия, Арон озвучил: — Пятерку походных лепешек, три фруктовых пирожка, любых, и пару с грибами и мясом.

— Один момент, — тут же засуетился продавец. — С вас четырнадцать лир, — с ходу сказал он, упаковывая заказ.

Отсчитав требуемую сумму, Арон выложил её на стол.

— Прошу.

— Благодарю, господин. Рад услужить, — почтительно поклонился продавец.

Забрав выпечку и с ходу вытащив произвольный пирожок, Арон вернулся на улицу и продолжил путь к воротам. Вид беззаботно идущего мага, на ходу со смаком поедающего обыкновенный пирожок, просто изумлял тех, кто это видел! Ну не вязался у людей образ великого мага с тем, что они видели. В то время как многие коллеги Арона передвигались в шикарных каретах, со спутниками-помощниками, в дорогих нарядах, с украшениями, подчеркивающими статус, Арон обходился без всего этого. Просто, не спеша, на своих ногах, с посохом в руках или за спиной и с небольшой походной сумкой с припасами. Обустроить лагерь для мага — минутное дело, поэтому сумку чародея в основном наполняли всякие склянки, книги, провизия и сменная одежда.

В роскоши же, которой пользовались более влиятельные чародеи, Арон не видел особого счастья. Уважение? Кто надо — и так его уважает. Удовольствие? Сомнительно. Чем больше богатство, тем сильнее о нем печешься. Деньги ради денег? Власть ради власти? Что за чушь, это такой геморрой, который врагу не пожелаешь. Слуги? Ну, тут да, определенная польза есть, особенно в лабораториях, особенно если это адепты. Но опять же, смысл есть, когда их меньше пяти. А когда десять? Двадцать? Пятьдесят? Зачем?! Они же все равно вперед тебя не побегут, а с бытовыми проблемами поможет магия.

Магия вообще со всем помочь может. И в быту, и в работе, и на войне. Она твой друг, соратник, член семьи, которого ты обязан уважать и почитать выше любого бога. Давно выяснено, что магия обладает собственной волей и может как подвести, так и помочь в самый ответственный момент. Потому все чародеи без исключения в какой-то степени единой веры. Увы, далеко не все это понимают, в том числе и среди самих магов.

Так, направляясь к воротам, рассуждал Арон о коллегах и магии, одновременно завтракая в час дня. Стража на воротах пропустила мага без вопросов, только взглядом проводила.

Как-то так сложилась, что маги — это особая каста, которой везде открыты двери. Если он друг — то бояться бессмысленно. А если враг — то бояться поздно. А если маг нейтрален, то лучше всеми силами перевести его в первую категорию или хотя бы не допустить второй. Разумеется, если это сильный маг. Но опять же, проблема в том, что обычно понимаешь, что маг силен, только после того как он настучит тебе по голове.

Этим в первое время пользуются всякие неудачники или адепты, выдающие себя за магов. Конечно, когда обман вскрывается, то обманщику становится очень грустно и очень больно, но даже так находится достаточно «умных» индивидуумов, готовых пойти на риск.

Из размышлений о магии и недальновидных коллегах, Арона выдернул затронувший его слух рев дракона.

— Хм… — повернулся Арон к источнику рева.

Если судить по тому, что чародей слышал, дракон обосновался где-то неподалеку — в горах на севере от города. Горы и дракон — плохое сочетание. Очень плохое. Во-первых, потому что горные драконы умеют хорошо прятаться. Во-вторых, свои жилища они делают в таких местах, куда добраться проблематично, не говоря уже о том, чтобы оттуда выбраться. Ну а в-третьих, там почти нет пространства для маневра.

Поправив сумку, чародей посмотрел вдаль, где виднелись горы.

— Горы… ну почему именно горы? — тихо и недовольно проворчал чародей. — Почему им на земле не сидится…

Глава 2

— Эх… говорил мне учитель: учись лазать по горам, пригодится! Эх… нет же… не послушал… слишком, умный! Молодец, Арон, молодец, так и надо… эх… — тихонько ворчал чародей как на себя, так и на дракона, который влез на один из самых высоких пиков.

Конечно, Арон старался поддерживать себя в хорошей физической форме, что редкость для мага, а также не раз и не два накладывал на себя чары бодрости и уменьшения веса, но даже так забираться вверх, прыгая от уступа к уступу, аки горный баран, было невероятно тяжело. А уж сколько раз он был на грани того, чтобы сорваться — и не счесть.

— Бе-е-е-е-е, — проблеял тот самый горный баран на полметра выше мага.

— О! А вот и ужин, — хмыкнул Арон. — Что смотришь, шашлык сырой?

— Бе-е-е-е-е…

— Бе, бе, как ты сюда только взобрался?! — вырвался крик души у человека, когда он взглянул вниз. Сорвись — и лететь предстояло очень… очень далеко. — Хорошо, что я высоты не боюсь, — добавил маг, осматривая открывшиеся ему виды. — Зато понятно, почему их не любил учитель.

Подтянувшись и совершив новый рывок, Арон ухватился за следующий выступ. Еще рывок, и еще. Так, прыгая от одного уступа к другому, маг продвигался вверх, пока прямо над ним не раздалось неожиданное:

— Кто посмел нарушить мой покой?! — раздался грозный рявк дракона, разлетевшийся эхом по горам.

Грязно выругавшись, чуть не сорвавшийся маг поднял недовольный, уставший и очень злой взгляд вверх. И столкнулся с еще более злобным и подавляющим взором дракона. Тот смотрел на него, высунувшись из-за уступа.

Одна только отожравшаяся морда дракона имела размеры не меньше, чем два на два метра, и еще неизвестно, сколько она была в длину. Яркая алая чешуя завораживающе переливалась в лучах полуденного солнца, а большие рога словно корона опутывали голову ящера.

«Королевский», — подумал Арон, осмотрев чудище. Несмотря на свое раздражение, он смог-таки взять себя в руки. План поимки рептилии был давно сформирован.

— О великий… не сочти за дерзость, но не мог бы ты мне помочь взобраться? — как можно жалостливее спросил маг.

От такой наглости перекошенная от злости морда дракона тут же сменила выражение на удивленное, а хмуро сдвинутые брови устремились вверх.

— Ты совсем страх потерял, человечишка?!

— Не сердись, великий… С вестью я к тебе шел, из города далекого. Вот… дополз.

— Вестью? — проявил интерес дракон.

Высунувшаяся лапа одним легким движением подхватила чародея за шкирку и, словно котенка, втащила наверх, поставив аккурат у края.

Наверху, как и ожидал Арон, находилась пещера с широким входом. А перед пещерой, судя по оплавленным краям и подтекам — искусственно созданная площадка, на которой и возлежал дракон. Сам змей сидел на задних лапах со сложенными за спиной гигантскими крыльями того же цвета, что и чешуя. Яркие желтые глаза с интересом рассматривали мага, а кончик хвоста, выдавая эмоции хозяина, мотался рядом с ним туда-сюда.

— О великий дракон севера! Я — Арон, пришел к тебе с вестью из города далекого, и не сочти за непристойное поведение, но позволь высказаться.

— Позволяю. Что за весть ты принес, человек?

— О, не так быстро. Это особая весть. И мне велено передать её конкретному, Величайшему Дракону Севера, Дарлоку. Я должен убедиться, тот ли ты дракон, — важно подняв палец, ответил волшебник.

— Р-р-р-р… не испытывай мое терпение человечишка! — прорычал дракон, пыхнув дымом.

— Не сочти за оскорбление, но велено мне было передать Самому Великому Дракону Севера. Ибо новость сия слишком ценна, особенно для него!

— Нет здесь кроме меня никаких драконов! — рыкнул хозяин гор.

— Не сердись великий. Я вижу, сколь ты могуч, вижу твое величие. Но не ведаю я, есть ли тут другие. А потому все-таки надо убедиться! Если это ты, значит, это ты Величайший из всех Драконов Севера? Ведь никаких документов, подтверждающих, что ты это ты, у тебя нет?

— Р-р-рога, крылья, хвост! Вот мои документы!

— Это замечательно, Великий, но данные атрибуты есть у всех драконов. А потому мне надо убедиться.

— Р-р-р, хорошо. Убеждайся. И как же ты это хочешь сделать? — фыркнул дракон, опустившись на передние лапы перед человеком. Морда дракона легла аккурат перед чародеем, настолько близко, что одним дыханием тот мог сдуть мага.

— Великий… тот дракон имеет в своих сокровищах золотое блюдце!

— У меня их сотни! — рыкнул дракон, чуть не сдув Арона, а чародей понял, что неплохо было бы отменить действие чар легкости, а то ведь и правда так улететь недолго.

— Неважно, сотни или нет. Я должен увидеть хотя бы одно! Ведь оно будет у легенды среди легенд в роде драконов. Только так и никак иначе.

— Р-р-р… хорошо. Сейчас вынесу и покажу. И вот тогда только попробуй меня разочаровать, червь! — недовольно прорычал дракон, тем не менее поднявшись и потопав в пещеру. — Жди здесь, — бросил он, скрываясь во мраке.

— Да, Великий, — ничуть не стесняясь, склонился в поясе Арон.

Он знал, что дракон за ним наблюдает из мрака. Но стоило человеку склониться, как на его губах проступила улыбка.

Как только из пещеры стали доноситься шуршание и звон металла, чародей быстро выхватил из-за спины посох и парой быстрых жестов на расстоянии начертил прямо на своде пещеры рунические символы. Напоследок он взял с земли валяющуюся монетку, которых тут было разбросано десятки, и, наложив на нее чары звука, бросил в пещеру. Мгновение — и пещера обрушилась, отрезав дракона от выхода.

— Гра-а-а-а-а!!! — раздался яростный рев замурованного змея.

— Ну вот, другое дело, — хмыкнул волшебник, закинув посох за спину. — Драконы-драконы, великие, могучие, сжигающие армии. Ф! Силой наградили, а мозги дать забыли, — продолжал говорить сам с собой чародей, прекрасно слыша, как бесится внутри зверь, да так, что дрожала земля под ногами, а где-то там, вдалеке, даже начался камнепад. — Интересно, а за пойманного дракона дают медали?

— ГРА-А-А-А-А! — продолжал реветь дракон.

— …Надо будет как-нибудь поинтересоваться, — сам же ответил на свой вопрос Арон, задумчиво осмотрев завал и почесав подбородок. — Все-таки достижение.

Посидев возле пещеры несколько минут, Арон подождал, пока у дракона схлынет первая волна гнева и с ним можно будет говорить. Пока ждал, поднял еще одну монетку и наложил на нее чары звука, аналогичные первым. Теперь можно было говорить.

— Кхе-кхе. Раз-раз, меня слышно? — сказал маг в монетку.

— Я ТЕБЯ СОЖГУ!!! — раздался рев из монеты, да так, что чародей невольно отвел монету от себя и стал держать на вытянутой руке.

— И незачем так орать, — прочистил правое ухо маг. — Я и так тебя прекрасно слышу. Да, новость что я принес: ты обидел людей и меня попросили тебя наказать.

— ГРА-А-А-А-А!!!

— В том, что ты так надрываешься, совершенно нет никакого толка, может, уже хватит? Я ведь предлагаю поговорить, как цивилизованный маг и менее цивилизованный дракон. М?

— Р-р-р-р…

— Уже лучше, — кивнул чародей, присаживаясь на камень.

— Что ты от меня хочешь, волшебник?!

— О, сущую мелочь. Давай так — ты мне отдаешь старую чешую после линьки. Я ведь знаю, что она у тебя там, в пещере…

— Ты совсем страх потерял?! — проревел дракон.

— Перебивать нехорошо, я еще не закончил, — вежливо ответил маг и, игнорируя риторический вопрос, продолжил: — Так вот. Помимо чешуи ты еще отдаешь мне половину своих сокровищ, остальные забираешь и улетаешь в далекие дали, чтобы тебя здесь никто более не видел. Взамен я тебя отпускаю и говорю главе стражи, что ты больше не опасен. Идет?

— Я ТЕБЯ ИСПЕПЕЛЮ!!! — прорычал дракон на той стороне.

— Да-да-да. Знаю я таких, как ты. Проходили. И не раз. Поверь мне, как тебя там…

— Дарлок!

— Спасибо. Так вот, Дарлок, есть и более страшные создания, чем ты.

— Это еще какие? — послышалось на той стороне удивление.

— Какие? Ну, например, твоя суженная. Особенно если она адепт. Или еще хуже — ведьма. Вот тогда вообще кошмар! Тебя еще можно сразить, а вот её уже не-е-ет. Она и сковородкой может сразить, и скалкой, и проклятьем каким, и вообще, ведьмы на фантазию не жалуются, знаешь, да?

— Р-р-р…

— Нет? Ну а я — знаю. Так что все познается в сравнении!

— Ты… Вот расплавлю я камень, выберусь, тогда ты познаешь силу моего гнева! И тогда я покажу тебе, кто здесь самый страшный… — прорычал дракон и, кажется, начал вдыхать воздух, чтобы проплавить себе выход наружу.

— А вот камень плавить я настоятельно не рекомендую, — тут же поспешил с ответом чародей.

На той стороне поперхнулись, закашлялись, затихли и через пару секунд спросили:

— Почему?

— Ты очень быстро задохнешься. Не буду вдаваться в подробности, ты не поймешь, но если говорить просто — огонь сожжет весь воздух и тебе станет нечем дышать.

— Вранье! — рявкнул дракон.

— Я предупредил, — пожал плечами маг, но дракон этого естественно не увидел.

Но видимо, инстинкты змея подсказали, что волшебник прав.

— Р-р-р-р, только попадись мне, человечишка! — рычал дракон, беснуясь.

— И активных действий тоже не рекомендую предпринимать. Лучше ляг, успокойся и лежи. Чем больше двигаешься, тем чаще дышишь, как следствие — быстрее задохнешься.

— Р-р-р-р… уничтожу… всех уничтожу!!!

— Но-но-но! Ты сам виноват. Не надо было так наглеть, — поучительно ответил Арон, покосившись на завал.

— Р-р-а-а-а!

— Ой, какой же ты громкий, — тихо возмущался Арон, воздев очи к небу. — Не рычи. Я согласен скинуть пятую часть, если ты меня подвезешь.

— ЧТО?!

— Ну хорошо, четвертинку, — кивнул маг.

— ДА Я ТЕБЯ!!!

— Мое последнее предложение — треть от половины.

— Еще ни один дракон не катал на себе человека!

— Вот не надо, — возмутился Арон. — Катали и не раз. Уж я-то знаю.

— Ты что, охотник на драконов, что ли?! — в голосе дракона послышалось удивление.

— Нет, что ты! Упаси Великий вас ловить. Вот мой учитель — да, он был охотником. И ваши его не то что возили, а еще и тапочки приносили. Я сам видел!

— …

— Хм… ты чего замолчал то? — воскликнул Арон, посмотрев на монетку, а про себя подумал, не перегнул ли он.

— Ты вообще кто?

— Я? Арон. Говорил же. Кстати, рад познакомиться. Я о тебе много наслышался, пока по городу ходил.

— Слушай ты… Арон! Немедленно выпусти меня…

— А не то что?

— Гр-р-р-р…

— Чтобы выбраться, тебе придется урезонить свою честь, Дарлок.

— А не боишься, что стоит мне выбраться, как от тебя только пепел и останется?

— Нет, не боюсь. Ты ведь поклянешься на своем имени. А я знаю, что клятву на своем имени вы нарушить не можете.

— Р-р-р… никогда!

— Твое «никогда» может быть еще минуты три. После, по моим прикидкам, ты задохнешься.

— Гра-а-а-а-а!

— М-м-м, но могу ошибаться, скорее всего, две минуты, с твоими-то стараниями.

— Ты… ты… ты…

— Я тридцать лет как я. Дарлок, решай быстрее, время идет. И когда оно истечет, мне уже будет без разницы… и тебе, в принципе, тоже.

— Р-р-р-р…

— Минута. Слушай, что ты ломаешься? Я ведь не призываю тебя мне служить? Награбленное честно делим, семьдесят на тридцать в мою пользу, да еще в обмен на твою жизнь, да и небольшая услуга, которая не стоит этой самой жизни. Золото потом вернешь, а позор, который в этом видишь — затрешь. Мелочь ведь. Ну, так?

— Ты же говорил про половину! — опешил дракон.

— Да? Прости, оговорился. Я хотел сказать пополам, но раз ты меня подвезешь, то так и быть — я от своей половины треть скину. Договорились?

— Рр-р-р хор-р-рошо! Хорошо, клянусь!

— О чем? — деловито поинтересовался волшебник, встав с камня.

— Я, Дарлок, клянусь исполнить свою часть твоего уговора, человек, в соответствии с твоими условиями. Клянусь своим именем, что не трону ни тебя, ни людей, что здесь живут, что улечу далеко от этих земель и оставлю тебе часть сокровищ.

— А подвезешь?

— Р-р-р…

— Подвезешь ведь?

— Да! Клянусь!

— Вот и славно, — хлопнул в ладоши чародей и, вынув посох, начал плавить камень.

Небольшая река тут же потекла по канальцу вниз с горы, и менее чем за двадцать секунд сверху появились щели, куда тут же сунулась морда дракона, жадно вдыхающая воздух. Еще минута — и выход был полностью освобожден, а перед Ароном предстала озлобленная, багровая и перекошенная рожа Дарлока.

— Еще раз добрый вечер, — улыбаясь, чуть поклонился человек.

— Р-р-р-р…

— Как я сказал, очень рад знакомству, — улыбаясь во все тридцать два, ответил человек. — Итак? Где моя доля?

— Ф, — фыркнув, дракон развернулся обратно к пещере и начал выталкивать наружу все награбленное добро.

Пока дракон занимался сим неблагодарным, но очень увлекательным занятием чуть ли не со слезами на глазах, Арон тихонько ужинал вяленым мясом с лепешкой. Несмотря на все злодеяния дракона, оставить ящера в живых было намного выгоднее. Ведь не так ценны были его сокровища, как репутация, которую мог дать дракон.

Выбрав из кучи добра самые дорогие, но при этом наиболее маленькие ценности, Арон сложил их в сумку. Несколько ожерелий, десяток колец, пару небольших мешочков с драгоценными камнями. В еще один мешочек Арон даже смог насобирать магических камней — кристаллов-магалитов. Уникальный минерал, который в невообразимой степени ценится любым магом.

Также в сокровищах дракона нашлось несколько интересных книг, которые маг упаковал в новенькую, найденную здесь же походную сумку. Ну а что? За несколько дней быстренько прочитать — и можно неплохо продать, чтобы с собой не тащить.

— Все, — сказал как отрезал дракон, опустив лапу. — Ты забрал свое.

— Как скажешь, — ничуть не расстроившись, пожал плечами Арон.

— Р-р-р… забирайся. — Дракон, склонившись, подставил крыло.

— Нет. Завтра утром летим. А сейчас спать.

— Да ты…

— Тебе тоже надо отдохнуть, — перебил Арон дракона. — Все-таки такой стресс, — хмыкнул чародей, водя посохом круги над камнем.

Вопреки всем смыслам прямо через гранит прорастала ярко-зеленая трава, образующая нечто вроде лежака.

— Р-р-р…

— Я знал, что мы друг друга поймем! Спокойной ночи! — И человек улегся на боковую.

Дракон занес над ним лапу для удара, но так и не смог её опустить. Магия драконов не давала нарушить клятву, несмотря на самое яркое желание дракона пристукнуть одного шибко умного человека.

Напоследок Арон опустил на себя купол спокойствия, чтобы ни ветер, ни насекомые не мешали спокойному сну, а случись угроза — он сможет вовремя на нее отреагировать.

А наутро, с первыми лучами солнца, Арон вылетел верхом на драконе обратно в город. Вопреки обещанию, дракон пытался обмануть мага и неловкими движениями, якобы случайно, пытался сбросить наездника вниз. Но маг, готовый к подобному, вцепился в дракона мертвой хваткой, еще и магией себя закрепил, так что отлипнуть мог, только если сам того захочет.

Потому потуги дракона избавиться от назойливого человека выглядели для этого самого человека очень смешными и бесполезными. Более того, они даже не мешали магу наслаждаться полетом и открывшимися ему видами. Когда дракон подлетал к городу, чародей думал о том, что и как скажет. Для закрепления эффекта от него требовалась лаконичность.

Первая реакция стражи, видевшей приближение дракона, была ожидаемой — тревога. Тревога на весь город. Но когда дракон приземлился на дворцовой площади, а с его шеи спрыгнул Арон, все, кто это видел, обомлели. Много чудес происходило в мире, но чтобы человек, пусть и маг, приручил дракона?! Лишь однажды такое событие было записано в историю. Лишь один смог это сделать. И сейчас люди видели, что нашелся еще один… умелец.

— Итак, господин Варрен, — почтительно обратился маг к шокированному начальнику стражи, в суматохе выскочившему на улицу. — Спешу доложить, что свою задачу считаю выполненной. Более дракон ни вам, ни этим землям не опасен, можете так и передать и хозяину города, и местным графам. Ручаюсь. А теперь прошу меня простить, мне пора. Дела-дела… — развел руками маг, забираясь обратно на летучего змея.

— Какой позор… — шептал дракон.

— Зато живой, — в тон ответил чародей, похлопав того по чешуе. — Поехали!

— Полетели, — рыкнул дракон, взмывая в небо.

Уже в небе Дарлок поинтересовался у наездника:

— Где тебя высадить, человек?

— Давай возле горы. У подножья. Я пойду своей дорогой, а ты — как хочешь, так и забирай свои сокровища с собой. Свою толику уговора ты выполнил.

— Фр.

Вернувшись обратно к горе, маг и распрощался у её подножья с драконом, не имея никакого, даже малейшего представления о том, как эта рептилия будет выносить всю ту гору барахла…

* * *

— Старик, а старик, — вдруг перебил лесоруб из толпы. Отвлекшись от книги, старый рассказчик недовольно посмотрел на мужика. — А как это ты все сочинил? И драконы, и полеты…

— Да, не верится что-то во все это! — поддакнул его сосед.

— Верить или нет — вы сами решаете, я ведь уже говорил, — недовольно ответил старец, поправляя книгу. — И хватит меня перебивать! — припечатал он. Убедившись, что над площадью снова тишина, он продолжил читать: — Итак. Распрощавшись с драконом, волшебник отправился дальше по дороге, на восток. Туда, где лежали великие леса Э’Кар’Хан.

Глава 3

Долго ли, коротко ли, но волшебник добрался до лесов Э’Кар’Хан. Эти леса славились тем, что в них полным-полно водилось всякой нечисти. Слухи слухами, но подтверждений нет, и Арон хотел это проверить на собственном опыте. Если все так, то у него есть отличный знакомый, который будет рад услышать о необычных созданиях. А если нет, то в его силах будет разрушить этот беспочвенный миф.

Однако еще на подходе к лесу чародей отметил, что, возможно, лес действительно с секретами. Темная энергия витала и смуглые облака ходили над ним. По слухам, в этом лесу не раз и не два пропадали путники. Причем когда приходили группами! Все друг за другом смотрят, но стоит устроиться на ночлег, как кто-то тут же исчезал. Те же, кто заходили в одиночку или парами, пропадали и больше никогда не появлялись.

Хмыкнув и наложив на себя чары для защиты разума, — ну так, перестраховки ради, все-таки Арон уже имел опыт общения с телепатами, — волшебник пошел по проложенной тропинке в лес.

Первое, что бросалось в глаза — это дорога. Пусть лес и имел специфическую славу и местная дорога порядком заросла, она все-таки проглядывалась. Пусть немного, но ориентир был, а значит, если что — можно и проехать.

Второе, что с ходу отметил волшебник — это странное поведение зверей. Птицы, которые сопровождали мага до леса, стали реже петь и больше наблюдать за волшебником. Насекомые — то они есть, то их нет. Пара оленей, которые должны были пуститься наутек, стоило волшебнику только перед ними появиться, — по каким-то причинам даже не думали убегать. Стоят, смотрят, хоть шугай. Но шуметь в чужом лесу — дурной тон. Ведь любой лес имеет своего хозяина, и если животные так себя ведут, вероятно, этот самый хозяин решил понаблюдать за новым нарушителем.

Арон уже общался с народом леших. Данные представители семейства духов имели задорный и непредсказуемый нрав. Они — что ветер, гуляющий над кронами деревьев. И заболтать могут, и напугать, и одарить, и заставить заплутать… или вывести. Все зависит от настроения.

Чтобы хозяин леса не посчитал чародея злостным нарушителем, Арон решил немножко его задобрить. Найдя поваленное дерево, волшебник нанес на него руну, призывающую лешего, а прямо на руну выложил из сумки манокристалл. Такой подарок обязательно придется по душе хозяину леса.

И точно! Стоило отойти на пару метров, как за спиной раздался шорох и треск веток. Обернувшись, Арон увидел отсутствие только что наложенной печати и дара, это означало, что подарок благосклонно принят. Теперь можно было не опасаться за тылы. Лешие умеют быть благодарными, и как минимум он не будет мешать, а как максимум — поможет.

Пробираясь через лес, Арон пристально осматривал окрестности. Определенно здесь было что-то не так. Не должны себя звери так вести. И раз с лешим вроде как проблем быть не должно, значит, это не его проказы. Следовательно, в этом лесу есть что-то или кто-то еще.

Блуждая до самого вечера, Арон так и не нашел ничего опасного. Пришла пора устраиваться на ночлег. Создавать лагерь в лесу намного легче, чем в тех же горах. Склонить ветки, поднять траву, наложить на деревья пару рун и опустить оберег — все, лагерь готов, можно спокойно спать.

Перекусив перед сном лепешкой с найденными в лесу ягодами, Арон умостился на лежак. Увы, уснуть было не суждено. Как только последние лучи солнца скрылись за горизонтом, над лесом пронеслись странные подвывающие звуки. Такие, которые Арону слышать еще не доводилось. И это напрягало.

Ничто так не пугает человека, а тем более волшебника, чем неизвестность. Ведь маги лучше других знают, какими созданиями полнится мир. Сколь ужасными, загадочными или прекрасными они могут быть. Но сейчас голос был удивительно звонким и в какой-то степени даже приятным. Посидев несколько минут перед костром, Арон вслушивался в далекие подозрительные вопли и обдумывал план действий, а потом не выдержал. Конечно, сам пришел, никто не звал. Как говорится, получите и распишитесь. Но маг не собирался так просто мириться. Перехватив посох поудобнее, он отправился на источник звука.

Крадучись, он пробирался через заросли, подходя все ближе к источнику воплей. Единственная тропинка была где-то далеко позади, и в случае чего из леса придется выбираться, только полагаясь на себя. Ну или на тех, кто воет, уж хозяева всяко могут подсказать выход из их дома, правда, ведь?

Однако к тому, что Арон увидел, он оказался не готов. Приблизившись к источнику странных воплей, он выглянул из кустов и обомлел. На поляне, в свете луны, поджав под себя ноги, сидела прекраснейшая полуобнаженная девушка и периодически издавала эти самые «вопли». В этом всем Арона смущали сразу две детали. Первая: печать, в которой сидела девушка, была выполнена из крови. Вторая — вокруг печати были расставлены магические свечи, между которыми на выверенном расстоянии находились рубины, выполняющие роль фокусировщиков энергии.

Любопытство взыграло с новой силой. Арон впервые видел что-то подобное. Нет, он, конечно, слышал, что ведьмы очень изощренные создания, а некоторые их представительницы выбиваются даже из их общей массы в этом плане, чай, даже есть личный опыт знакомства с ведьмой, но чтобы ТАК?! Нет, такого Арон не мог даже представить. А главное — он не понимал, зачем это все.

Госпожа Рагона, жена учителя, многое объяснила Арону, в особенности — на какие хитрости может пойти ведьма и чего стоит опасаться. Чтобы молодой волшебник не умер при первом же знакомстве с ведьмой, были отработаны меры противодействия, которые Арон знал от и до. В данном же случае Арон просто не знал, что конкретно делает эта ведьма, и это было проблемой!

В том, что перед ним ведьма, не было никаких сомнений. Все говорило именно об этом, вплоть до магического «запаха», исходящего от девушки. Молодой и красивой девушки, от вида которой у некоторых может и крышу снести, столь шикарна она была. Бархатная кожа, длинные рыжие волосы, милое лицо, сложенные перед собой в замок элегантные ручки. Ух!

Чуть желтоватые тонкие магические нити пронизывали пространство и тянулись к ведьме, втягиваясь в её тело. Опускающиеся на поляну лунные лучи словно небесный лик освещали прекрасное лицо женщины. Арон невольно засмотрелся и подловил себя на мысли, что странные короткие вопли постепенно превратились в горловую песню. Покачиваясь вправо-влево, словно бы войдя в транс, ведьма напевала не хуже морской нимфы, а то и лучше. Но в этом случае у мага хотя бы сохранялось самообладание.

Оставалось еще понять, какой силой обладала эта ведьма. И что она, в конце концов, делала. Госпожа Рагона всегда говорила — нельзя отрывать увлеченную ведьму от ритуала. Если она начала ритуал, надо сделать так, чтобы она сама его прекратила, а не вмешиваться в процесс. Иначе можно и её, и себя угробить. Причем высока вероятность, что ведьма как раз таки выживет, а вот ты — точно нет.

Вспомнив завет супруги учителя и кивнув собственным мыслям, Арон, нарочито громко наступая на ломающиеся сучья и ветки, вышел на поляну, на которой громко, но мягко сказал:

— Доброй ночи, девушка!

Так сложилось, что Арон появился как раз в тот момент, когда ведьма брала высокую ноту. От неожиданности «ночная певица» поперхнулась, обернулась и в шоке посмотрела на человека.

— А что вы делаете? — деловито поинтересовался Арон, чуть наклонив голову.

Пассивное заклинание защиты находилось в подвешенном состоянии, а в остальном новое знакомство всегда лучше начинать с улыбки и вежливости.

Взгляд ведьмы прошелся по мантии, посоху и лицу чародея. Поднявшись на ноги и продемонстрировав нарушителю покоя обворожительную улыбку и свои формы, она нежно заговорила:

— Доброй ночи, уважаемый маг. Я вот тренируюсь… А что тут делаете вы?

— Я? Мимо проходил. Вот, услышал подозрительные вопли…

— …

— …А потом вы начали петь, — тут же поспешил с уточнением чародей, увидев брошенный на него недовольный взгляд. Говорить девушке такое — себе могилу копать. — Не обижайтесь, пожалуйста, наоборот, я хочу сказать, что пели вы очень красиво, только необычно. Не скажете, что это было?

— Ритуал, — уже не так радушно ответила оскорбленная в лучших чувствах девушка.

— Я вижу. А какой?

— Секрет, — стрельнула ведьма глазками с яркой фиолетовой радужкой и элегантно поправила одежду.

— М-м-м, как скажете. К слову, Арон, — чуть поклонился маг.

— Шиала, — улыбнулась ведьма, а радужка глаз еще раз полыхнула.

— Очень приятно. Шиала, если что, я устойчив к твоим чарам, так что даже не пытайся, — тут же обломал ведьму чародей, поняв, что его банально пытаются «обработать». И судя по тому, как скривилось это милое личико, он попал в яблочко. — Ну, чего же ты так скривилась? Хорошо ведь начали.

— Кто ты и что тут делаешь? — уже совершенно другим тоном спросила ведьма, без тени улыбки и с прищуром глядя на Арона.

— Я — странствующий маг. А что делаю… Мимо прохожу. Ответил ведь уже. А ты это… — Арон обвел посохом место ритуала. — Откуда кровь взяла?

— Нашла.

— Ага. У тех, кто проходит мимо?

— Не твоего ума дела!

— Ошибаешься. Еще как моего, я ведь тоже мимо иду. Но, вообще, я шучу, не принимай близко к сердцу. Я просто слышал, что здесь люди пропадают… И сдается мне, ты можешь что-то об этом знать. Прав же? — девушка поджала нижнюю губу и сжала кулачки. — Ну вот. Прав. Ну так что? Поговорим или мне тебя сразу стукнуть для разговорчивости?

— А силенок хватит? — фыркнула ведьма, приготовившись к драке.

Левая ножка ушла назад, руки выпрямились вниз, раскрытые ладони повернулись к чародею. Невооруженным взглядом было видно, как забегали между элегантных пальчиков ведьмочки фиолетовые искорки.

— Хватит, — кивнул маг. — Но прежде, ответь, мне ведь правда интересно. Это что за ритуал?

— Омоложения.

— Ого! И сколько тебе лет, если не секрет?

— Спрашивать возраст девушки как минимум неприлично!

— А как максимум — практично, — хмыкнул Арон, подмигнув. А про себя подумал: «Жаль. Чем ведьма старше, тем опытнее».

Уже дважды обиженная в лучших чувствах ведьма тут же попыталась применить какое-то заклинание из разряда особо убойных проклятий. Но Арон не медлил: элементарный короткий рывок посохом на себя — и в затылок ведьмы прилетел камень. От удара Шиала потеряла сознание и, завалившись вперед, приземлилась лицом на траву. Никаких фокусов. Никакого боя. Просто и эффективно.

— Правило мага номер шестьдесят три. Воображение — лучшее оружие, — процитировал Арон один из пунктов, глядя на бесчувственное тело.

Многим из этих пунктов в свое время обучил его учитель, и многие из них не раз спасали Арону жизнь. Ведь уже готовым материалом оперировать во много проще, чем создавать его с нуля.

Связав бесчувственное тело магическими путами и сняв с Шиалы усиливающие артефакты, Арон немного подлечил ведьму. Все-таки, удар камнем по затылку — удовольствие сомнительное, тем более девушка, а ведь Арон еще хотел поговорить с ведьмой. И лишь после этого, похлопав по щекам, он привел незадачливую ведьму в чувства.

— Что… где… — Шиала начала водить вокруг замутненным взглядом, осматриваясь.

— Еще раз доброй ночи, — привлек к себе внимание Арон, чуть поклонившись. — Итак, мы закончили на том, что ты хотела мне ответить, сколько тебе лет.

В ответ чародей услышал лишь поток ругани и проклятий, на какие только была способна ведьма. Но без амулетов, связанная, она ушла недалеко от обычного рядового адепта и если и представляла для кого-то угрозу, то только для обычного человека, но никак не для подготовленного мага.

— Сейчас, погоди, можешь повторить? Я запишу. — Прочистив ухо, Арон вытащил блокнот.

— Издеваешься?!

— Ну что ты, нет, конечно!

— Ты, бесчестный червь, сражайся, как настоящий маг!

— Так я и сражался по-честному.

— Ты поступил максимально подло, ударив меня по затылку!

— Так в этом и заключается честность! Я честно отвлек тебя и нанес удар с тыла. Все честно, все по тактике. Я что, совсем дурак силой бодаться с ведьмой, которая в разы опытнее меня? А ну, как ты какое мерзопакостное проклятие выкинешь? Я сильно сомневаюсь, что отобьюсь. А в том, что ты опытная, у меня сомнений нет, вопрос только в том, насколько.

— Ах ты…

— Да-да?

— Чем разговоры водить, лучше добей меня, охотник! Ибо я тебе ничего не скажу!

— Миледи, я вас попрошу! — возмутился Арон. — Во-первых, я не охотник. Во-вторых, я не хочу вам вреда. Честно, не хочу. Я не питаю особых пунктов к ведьмам. Ну колдуете, ну и что? Я вон тоже колдун, и ничего, живу и здравствую.

— Тогда что тебе от меня надо? — хмуро, но уже без криков спросила Шиала, посмотрев на чародея исподлобья.

— Ответы. Ответы на некоторые вопросы. Например, почему на земле кровь животного, а не человека?

— Как ты узнал? — удивленно вскинула брови ведьма.

— Угадал, — подмигнул чародей.

На самом деле он просто хотел подтвердить предположение. Ведьма недавно сказала, что проводила ритуал омоложения. В данном случае на крови. Следовательно, от типа крови будут особые эффекты. И насколько Арон знал, если бы ведьма использовала кровь человека, то имела бы ярко красную радужку глаз. Короткий побочный эффект. Но так как радужка в данный момент светилась фиолетовым цветом, это значило, что в ритуале использовалась менее насыщенная и, как следствие, слабая кровь какого-то животного.

— Ага, угадал он, — буркнула ведьма. — Просто ты уже встречался с ведьмами и знаешь, чего от них ждать!

— Леди, прошу вас, успокойтесь. Не надо меня оскорблять в лучших чувствах. Да, я знаю некоторых ведьм, не отрицаю. Но то, что проводила ты — вижу впервые. В прошлый раз моя знакомая проводила аналогичный ритуал, используя воду в водопаде, так же, под луной. Но что-то мы отвлеклись, возвращаемся к теме. Сколько тебе лет?

— Двести сорок один год, — хмуро ответила Шиала.

— Ого! Это солидно. Не многие представительницы твоей касты могут похвастаться такими годами.

— Глумишься?

— Вовсе нет. Наоборот, поздравляю. Этот срок достоин уважения. В отличие от нас, магов, вы стареете, как люди, и чтобы продлить жизнь, вам приходится изгаляться. Многие ваши для этих целей любят приносить в жертву детей, как самый эффективный источник, другие не брезгают взрослыми. Но вот ты…

— Что я? — с вызовом посмотрела ведьма.

— Ты не похожа на других. Ответь мне. Только честно. Куда исчезают проходящие мимо путники?

— Если я скажу, ты мне все равно не поверишь. Или не поймешь…

— А ты попробуй. Хуже ведь не будет. М-м?

Ведьма смерила мага взглядом, но не найдя на лице чародея ни стеба, ни угроз, с выдохом ответила:

— Посмотри на меня. Я красивая?

— Еще как, — ничуть не смутился Арон такому вопросу. Ведь сидящая перед ним ведьма действительна была словно сошедшая с книг легендарная дева. — Замечу, не многие ваши могут похвастаться такой красотой. Имею в виду естественной красотой. То, что это не грим и не иллюзия, я уже убедился.

— Лапал, да?

— Зачем сразу «лапал»? Просто от того удара по голове с тебя не то что любая иллюзия спала бы, а макияж — и тот отлетел бы. Поверь, я знаю, сам видел нечто подобное!

— Верю.

— Ну так, к чему вопрос?

— Эх… Моя красота — мое проклятие. Еще в юности мне не давали прохода мужики, а когда мать научила меня колдовать, все стало во много раз хуже. Дошло до того, что виконт графа положил на меня глаз и попытался… — ведьма замялась и спрятала взгляд. — Но я не дала себя в обиду. Виконта не стало, но пошли слухи. Чтобы избежать проблем, я решила уйти подальше от людей. Туда, где меня никто не найдет. Но этого оказалось недостаточно. На меня вешали грехи, о которых я даже не знала, не говоря о том, чтобы их совершать! — вспылила Шиала, подняв грозный взгляд. — А затем началась охота. Охота на меня — за то, что я защищалась! Меня не стали слушать, не стали оправдывать. Из-за своей красоты я всегда была… особенной. И все эти люди, которые идут в сюда лес и пропадают, — они целенаправленно ищут меня. А самое противное — им бесполезно что-то говорить. Всегда ситуация приходит к одному их двух итогов: стоит мне появиться, и они либо пускают слюни, либо хватаются за меч и, напрочь игнорируя все вокруг, несутся меня зарубить. И как мне, скажи, в таких обстоятельствах быть? — с вызовом посмотрела Шиала в глаза магу.

— Н-да. Это серьезно, — кивнул Арон. — А на меня-то чего кинулась?

— Так подумала, что ты очередной охотник! Вот и…

— Понятно, — вздохнул чародей.

— И ты вот так поверил? — удивилась ведьма.

— Да, а что?

— Я же ведьма!

— Поздравляю.

— А вдруг обману?

— Не похожа ты на обманщицу. Я многих повидал в странствиях, в том числе и ведьм. И учитель мне многое о вас рассказывал. — При этих словах волшебник присел, взял ведьму за щеки и начал их массировать.

Ведьма тихонько офигевала от происходящего, не понимая, что за нелепицу творит с ней этот ненормальный. Но Арон знал, что делает. Прогоняя через руки на лицо ведьмы энергию, он смотрел, как та себя поведет. Если бы на ее лице были спрятаны печати, они бы засветились. Нередко некоторые умники заключали договор с иносторонней сущностью, для его скрепления использовалась печать. Щеки, шея, плечи, грудь были излюбленными местами, куда эта самая печать ставилась. И при подаче на нее направленной энергии та начинала ярко-ярко светиться. А раз этого не случилось, то и ведьма оказалась с этой стороны чиста, что добавило ей еще один плюсик.

— Фто ты делаеф?

— Изучаю.

— Ищешь признаки заключения договора?

— Именно.

— А ты толковый, — хмыкнула ведьма, когда маг закончил осмотр. — Тебе самому-то сколько будет? Сто? Двести?

— Тридцать.

— Что!?

— Ну ладно, тридцать один с половиной. Лучше?

— Не верю… Меня одолел тридцатилетний маг?

— Именно, — ухмыльнулся Арон, наложив на ведьму сканирующее ауру плетение. — Хм…

То, что он увидел, понравилось Арону. Ведьма была практически чиста. По крайней мере, детской крови на её руках не было, как и некоторых горячо любимых ведьмами ритуалов, а это главное. А еще на стороне женщины выступал местный Леший. Арон спиной ощущал, как за ним наблюдают птицы, а раз хозяин леса на её стороне, то вполне может быть, что за спиной ведьмы есть и благие дела.

Кивнув своим мыслям, он снял с нее путы и на немой вопрос в глазах пояснил:

— Мне просто надо было убедиться. Прости, что так вышло…

— И ты вот так просто меня отпустишь?

— Ага. — И Арон положил рядом снятые с ведьмы вещи. — Это твое.

— Спа… спасибо.

— Не стоит. Но на будущее — попрошу не становиться, как другие представительницы твоего… класса. А не то действительно — как вернусь и как наваляю! Ух!

— Ты? Мне?! — выдала явно наигранное удивление Шиала.

— Сомневаешься? — вскинул бровь повеселевший маг.

— Нет!

— То-то же, — хмыкнул Арон, повернувшись к своим вещам.

— Ты странный.

— А ты видела нормального мага? — удивленно обернулся к ведьме маг.

— Я вообще-то, в принципе, не так много магов видела. В основном из-за того, что живу в глуши. А те, кого видела, приходили за моим сердцем.

— Ну да, сердце ведьмы — очень дорогой алхимический компонент, — кивнул Арон, на что Шиала напряглась. — Не надо на меня так смотреть! Я всего-то чуть-чуть разбираюсь в алхимии.

— И куда ты теперь?

— Дальше пойду.

— Вот так просто?

— Ну да.

— И расскажешь обо мне в городе?

— Нет, что ты. Деньгами я обеспечен. — Арон расплылся в улыбке, вспоминая сумку с драгоценностями и чешуей дракона, оставленную на привале.

— Тогда что ты задумал?

— Ничего. Совершенно ничего.

— Ты пришел, ударил меня по голове и собираешься просто так уйти, ничего не забрав? — настойчиво отказывалась верить Шиала в происходящее.

— Да, это будет некрасиво, — задумался Арон, постучав пальцем по подбородку и осмотрев ведьму. — Держи, прости, что напугал и ударил, — вытащил он из небольшого кармашка несколько чешуек дракона.

— Что ты делаешь?!

— Даю чешую, а что?

— Она же такая дорогая!

— Именно.

— И ты отдаешь её мне?!

— Ну да.

— А это точно я по голове получила? — начала ощупывать свою голову ведьма.

— Сомневаешься? — подался вперед Арон, перекинув посох в другую руку.

— Нет-нет!

— Ну вот. Так что бери.

— Теперь я вижу, что деньги тебя не интересуют…

Передав чешую в руки заторможенной и пребывающей в прострации ведьмы, Арон уже было собрался уходить, как ведьма его окликнула:

— Постой!

— М-м? — обернулся чародей.

— Может… может… хоть переночуешь у меня? — задумчиво осмотрела ведьма приглянувшегося ей странного мага. — Тут недалеко. М-м?

— Хм… почему нет? Только вещи надо забрать. У меня здесь неподалеку лагерь разбит.

— Идем, я провожу.

Так, в компании чудной ведьмы, Арон отправился обратно в свой лагерь…

* * *

— Не бывает таких ведьм, — неожиданно перебил старика голос из толпы. — Все давно знают, что ведьмы — беспощадное зло!

— Да-да, потому-то они и ведьмы. А знахарки — совсем другое дело, — поддакнула сидящая рядом со сказочником старушка.

— Хватит меня перебивать, — поднял старец хмурый взгляд к людям.

Привычка местных прерывать рассказ порой сильно раздражала, но не так чтобы очень. Как говорится, люди, что с них взять.

— Но, а все-таки? Это же совсем вымысел! Не может быть такого.

На данное заявление старик только пожал плечами.

— И как ты это смог только сочинить?

— Так же, как и все остальные истории. Вы будете слушать дальше?

— Да-да.

— Кхм. Так вот. Так Арон познакомился с ведьмой Шиалой. Пусть поначалу отношения и не заладились и пришлось ей хорошенько навалять, но после они очень близко подружились, — на этих словах старик почему-то заулыбался. — Ну а потом его ждала уже совершенно иная встреча — с тем, кто живет на древней невысокой горе.

Глава 4

Давным-давно в одной далекой стране жил старый король. Страна была миролюбивой и со многими соседями находилась в дружеских отношениях. В ней не было ни войн, ни раздоров. Сама она была небольшой, поэтому многие её попросту не замечали, но в то же время люди, что в ней жили, ни в чем не нуждались.

Находилась сия страна у подножья высокой и очень широкой горы, едва-едва не дотягивающейся до облаков. Жили на той горе очень необычные создания. Похожие на зверей, большие и лохматые, высокие, широкоплечие и пузатые. Они не отличались особым умом, но обладали колоссальной силой. А звали их тролли.

И вот однажды один из них спустился вниз. Тролль веселился, кричал, над всеми шутил, в том числе и над самим королем. И ничего с ним не могли сделать, ведь шкура тролля очень-очень толстая и пробить её, особенно обычными средствами, практически невозможно! И что только люди не пытались предпринять, чтобы его прогнать, ничего не помогало.

А тролль тем временем продолжал дебоширить. Он воровал скот, напивался, буянил, крушил. Соседи на это дело только руками разводили, мол, не их это проблемы. Некоторые маги и адепты, к которым обращались люди, терпели сокрушительное поражение и уходили с позором, так ничего и не добившись, лишь еще больше разозлив тролля. Король уже было дошел до истерики, но именно здесь ему посоветовали обратиться за помощью к знаменитому странствующему чародею, оседлавшему самого Дарлока, дракона северных гор!

Так он и поступил. На следующий же день король отправил за магом гонца. Долго гонец преследовал странствующего мага, все время оказываясь на шаг позади. Чародей ведь не сидел на месте, постоянно находился в пути. Но вот удача улыбнулась гонцу. И в очередной небольшой деревеньке он смог перехватить подходящего по описанию человека.

— Простите, вы великий маг Арон Шиниган? — Перед волшебником, как черт из табакерки, выскочил запыхавшийся парень в форме гонца.

Первое, что сделал Арон — это остановил свое рефлекторное движение, которым чуть не зашиб дурака. Сколько раз он говорил, что подкрадываться к магу — себе дороже! Удивленно вскинув брови, чародей посмотрел на остановившего его человека. Молодой, на вид лет восемнадцать, в легкой военной униформе какой-то страны, с гладким юношеским лицом, правда, несколько перепачканным. Человек явно давно находится в дороге, уж Арону ли не знать, как выглядит странник.

— Да, это я, — кивнул волшебник, скрестив руки на груди. — А вы, уважаемый, кем будете? — поинтересовался чародей.

— Я посланник короля Валиона Третьего! Его величество срочно просит вашей помощи, господин маг.

— Помощи? Что случилось?

— Тролль, проклятый, житья не дает, и ничего с ним не сделать. Буянит, дебоширит, скот ворует, крестьян терроризирует. Мы слышали о ваших подвигах, господин Арон, и посчитали, что вы можете помочь нам его прогнать.

— Хм…

— Прошу, господин Арон, помогите. — Гонец склонился в поклоне. — Король готов заплатить!

— Успокойся, приятель. Я помогу вам. Тебя как зовут?

— Накир я, господин.

— Идем, Накир. Расскажешь подробнее, что учудил у вас этот тролль. — Волшебник по-отцовски приобнял гонца.

Так Арон и взялся за эту работу. Обратно к королю гонец возвращался уже в компании веселого мага. В процессе общения Накир отметил, что Арон очень своеобразный маг, даже среди таких, как он. В то время как многие задирают нос, а некоторые, как выяснилось на практике, беспочвенно, Арон вел себя совершенно естественно и обращался ко всем, как к равным. Сам маг отшучивался: «Я воспринимаю любого человека за человека, пока он не убедит меня в обратном».

Также Накира удивляло отношение мага к жизни. Ну не походил он на того героя, о котором ходят слухи. Не походил, и все тут. Волшебник постоянно выглядел каким-то расслабленным, веселым, общительным. В общем, выглядел совсем не так, как представлял его гонец. Особенно удивляла его манера есть на ходу — как какой-нибудь крестьянин. Ну не может высокородный маг так себя вести! Не может, и все тут! Но вскоре это мнение поменялось.

Одним прекрасным вечером прямо на дороге из кустов выскочил вурдалак. Накир и пикнуть не успел, как вампира, набросившегося на него, прямо в полете сдуло в сторону. Присмотревшись, Накир понял, что в вурдалака из противоположных кустов прилетел здоровенный булыжник, который и снес нападавшего в сторону, неслабо при этом приложив.

Пролетев добрых пять метров, вампир влетел спиной в дуб, росший у дороги. Прямо на глазах человека на дубе вспыхнули голубым маревом магические печати, и руки и ноги вурдалака прилипли к ним, словно к смоле, и тот не мог даже пошевелиться.

Конь, которого вел Накир, заржал и в испуге попытался вырваться, но гонец смог совладать с животным. А маг, удостоверившись в целости своего проводника, занялся вурдалаком.

— Так-так-так, что тут у нас? — задорно поинтересовался Арон, подходя к шипящему не хуже змеи пленнику.

Невысокий, всего полтора метра, в потрепанной, местами порванной одежде, с ярко-красными глазами, седыми короткими волосами и короткой седой щетиной. Сколько лет существу, узнать можно было только у него самого, живут такие неприлично долго. Да, живут долго, но вот доживают до условной старости единицы.

— Хм… вурдалак обыкновенный, — вынес Арон вердикт после осмотра.

— Я вампир, ш-ш-ш! — прошипел пленник с гневной гримасой на перекошенном лице. Хотя даже в пьяном угаре Арон вряд ли назвал бы эту морду лицом.

— Прости, но до вампира тебе еще расти и расти, — покачал головой Арон. — Накир, ты как? В порядке? — обернулся маг к пребывающему в шоке человеку.

— Д… да.

— Ну и хорошо. Постой пока там, ладно? А то такие кусаются. — Маг потыкал посохом в живот вурдалака.

— Тьфу! — пролетела слюна мимо уклонившегося мага.

— Еще и плюются, — договорил Арон, проследив за плевком. — Вконец невоспитанные создания!

— Да, господин, — послушно кивнул гонец и отступил на пару шагов назад, уводя с собой коня.

— Пус-с-сти меня бур-рдюк с-с-с кровью! — шипел вурдалак, пытаясь вырваться.

«Тюк!» — Арон применил свой фирменный коронный прием — посохом по темечку, опустив конец посоха аккурат на тыковку вурдалака.

— Цыц! Тебя разве взрослые не учили, что плеваться и грубить — неприлично?

— Х-х-х-х…

— Итак, неуважаемый. Где второй?

— Второй? — удивленно воскликнул Накир.

— Вурдалаки никогда по одному не ходят. Где один, там и два. А где два, там и четыре. Я ведь прав? — спросил Арон вурдалака. — Эй, не прикидывайся, а не то вообще в лечебно-оздоровительных целях загорать будем!

— Уш-шел он, — хмуро ответил вурдалак.

— Куда?

— Гнездо у нас здесь неподалеку.

— Видишь? — обернулся Арон к Накиру.

— Да.

— Отведешь нас к гнезду?

— Нет!

— Ну пожалуйста, — улыбнулся волшебник.

— Никогда! Тьфу!

— Слушай, ты верблюд или вурдалак? Что за привычка плеваться? — негодовал Арон, наблюдая за тем, как прямо перед его лицом по магическому полупрозрачному барьеру стекает плевок.

— Радуйся, пока можешь, бурдюк с кровью! — прошипел вурдалак в ответ. — Остальные тебя найдут и выпьют!

— Да-да, обязательно. Ну так что, облегчим им задачу? Где гнездо?

— Ф!

— Вот что за вурдалаки пошли, никаких приличий, и кто вас только учит? — негодовал Арон, обвязывая вокруг шеи вурдалака тонкую петлю из серебряной алхимической нити, после чего прикрепил её к дереву.

Не обращая внимания на шипение и ругань, которой поливал его вурдалак — ведь серебро очень неприятно обжигало ему кожу, — Арон начертил на коре дерева символ. Перевернутый острием вниз меч, перекрытый этакой галочкой.

— Ну вот. Идем, Накир.

— Да, господин.

Гонец пристроился прямо за магом, напевающим себе под нос какую-то задорную песню. Отойдя от бросающего проклятия вурдалака, Накир не выдержал и спросил:

— Простите… А почему вы его не убили?

— Зачем? Это сделает солнце.

— А разве его не снимут?

— Нет. Леска, которой я его привязал, обладает особыми свойствами. Вампиры не могут безболезненно её касаться, а при попытке снять, скорее всего, потеряют пальцы. Разрезать же её не выйдет. Вернее, выйти может и выйдет… Но! Связанный вурдалак в процессе однозначно лишится головы.

— А не легче его просто убить?

— Не легче. Я ведь оставил послание.

— Послание? — подался вперед гонец.

— У вампиров между собой есть негласные правила. Например, то, что я сделал с вурдалаком, считается этаким предупреждением, мол: уходите, вам здесь не рады. Это если кратко.

— И они вот так просто уйдут?! — не поверил словам Арона гонец.

— Именно.

— Но откуда вы это знаете? Простите, — стушевался Накир, когда понял, как насел на чародея.

— Ничего. А знаю из детства. Мой учитель близко дружил с одним лордом-вампиром. Мне даже довелось играть с его дочкой, которая постоянно норовила меня покусать. Не чтобы выпить, а чтобы обратить, очень уж я ей понравился. И самое интересное — её отец был очень даже за! Меня только спросить забыли, но это детали… Уже тогда я кое-что мог в магии. Так что, как самих вампиров, так и способы с ними бороться, я знаю просто отлично!

— Ого. И вы так спокойно об этом говорите?

— Да, а что?

— Но вампиры! Они же… враги, всех… нет?

— Нет.

— Как?! — От услышанного у Накира просто разболелась голова. Представление мира пошатнулось, и человек попросту не верил ни своим ушам, ни глазам.

— Очень просто. Некоторые деревни намеренно сотрудничают с вампирами. Люди их кормят — как своей кровью, так и кровью животных, а взамен получают защиту. Выгодный симбиоз. Жаль только, что не многие кланы его придерживаются. Хах! Считают себя высшей расой. Ровно до того момента, пока к ним не приходят дружелюбные люди с серебряными мечами и пулями.

— А вы не боитесь, что за вами кто-то придет?

— М-м? — Арон поднял бровь, посмотрев на гонца.

— Ну… вы же в своих странствиях многим перешли дорогу. Разве нет?

— Перешел, — кивнул Арон. — Но еще большим помог. У меня много друзей, Накир. Среди ведьм, графов, вампиров. Как я сказал тебе раньше, я стараюсь относиться к людям с добром.

— А если не понимают?

— Тогда на этот случай у меня есть коронный прием от учителя! «Посохом по темечку» называется.

— И как, работает?

— Пока никто не жаловался, — улыбнулся маг.

Так они и странствовали. Волшебник рассказывал истории, гонец, что завороженный ребенок, слушал их, затаив дыхание. Долго ли коротко ли, но добрались они до страны, где буянил тролль-дебошир. И вовремя. Прямо перед ними разворачивалась следующая картина. На периферии, между городом и деревней, распугав сельчан, из курятника прямо на дорогу с двумя курицами подмышками выходил тролль. Неподалеку, в луже из грязи, лежали сваленные кучкой, побитые, но живые стражники.

— Этот? — качнул головой сторону тролля Арон.

— Да, — кивнул Гонец.

Словно по волшебству, маг возник прямо перед троллем, перекрывая ему дорогу.

— Лох-ма-тый! — грозно начал Арон. — Пусти куриц!

— Шо? — удивленно вскинул брови тролль, уставившись на мага.

— Пусти куриц, я сказал!

— Ты вообще кто? — нахмурившись, пробасил тролль.

— Тот, кто тебе сейчас наваляет! Пусти куриц и уходи обратно в горы! Понял?

— Гы-гы-гы-гы-гы-гы! — неприлично заржал тролль. — Пшел с дороги, букашка, пока не затоптал.

— Ну, сам напросился, — нахмурился маг и попытался сковать ноги тролля, но ничего не вышло. Магия рассеивалась. Точно так же отскочили и магические стрелы.

— Га-га-га-га, еще один колдунишка! Глупые — шкура тролля невосприимчива к магии.

— Да? Тогда поступим по-другому, — кивнул волшебник и просто вырвал из земли кусок покрупнее и опустил его прямо на тролля.

Кудахтая, курицы разлетелись в разные стороны, а на месте, куда опустилась каменюка, поднялся столб пыли. Когда пыль чуть рассеялась, перед людьми предстал ошарашенный и невредимый тролль. Посмотрев сначала на свои руки, а после на мага, тролль взревел:

— Ах ты букашка!

Кинувшись с кулаками на мага, тролль всеми силами пытался попасть по изворотливому чародею своими здоровыми тяжелыми кулаками.

— Сейчас я тебя поймаю и так постукаю, что ты больше не встанешь! — ревел тролль, но ловкий маг не давал ему такой возможности, раз за разом ныряя или отпрыгивая от тяжелых лап.

Волшебник всячески пытался достать магией тролля, но бесполезно. Огонь гас, лед отскакивал, как и молнии, сама магия обтекала троллью шкуру, не причиняя никакого вреда. Не имея опыта борьбы с троллями, волшебник методом тыка пытался понять, как достать дебошира. Но даже короткий меч, и тот не брал толстую шкуру тролля, которая оказалась слишком крепкой. Вопрос как быть, оставался актуален как никогда.

— Да стой же ты, изворотливая букашка! — рычал тролль.

— А ты поймай! — бросил волшебник.

Слишком сильную магию он не применял, все-таки учинять куда больше разрушения, чем тролль, маг не собирался. А вот тролль… ну тролль, это тролль, и этим все сказано. Ломал все, что попадет под руку.

— Ну-ка, а если так? — С разворота Арон нанес посохом удар по ногам тролля.

К удивлению как мага, так и зрителей, удар оказался действенным. Тролль подлетел и рухнул набок. Вывод: физические удары проходят на ура. И тут либо: А — найти пушку побольше, с большим ядром, либо Б — применить коронный прием чародея.

Стоило троллю только встать на ноги, как Арон применил свой коронный удар — он со всей силы треснул тролля посохом по лбу. Удар оказался такой силы, что посох чародея выскочил из рук, но результат того стоил! А чтобы закрепить, чародей, напитав руку магической силой, снова что есть сил с прыжка ударил тролля прямо в нос, уже второй раз откидывая назад. Суммарный эффект первого и второго приема положил конец бою.

Держась за сломанный нос, ревя, тролль бросился обратно в горы, не разбирая дороги. Гнаться за ним Арон уже не стал. Зачем? Дебошир наказан и бежит, и вряд ли вернется. А если и вернется, тогда с ним будет уже другой разговор.

А кроме того, может, тролль и дебошир, но не убийца. Ни в деревне, ни в городе убитых нет, только побитые, так что тролль не заслужил сильного наказания.

Обернувшись, Арон посмотрел на ликующих людей. Для него эта победа почти ничего не стоила, но какова была радость на лицах крестьян…

— Ваш посох, господин маг. — К Арону подбежал мальчонка десяти лет, на вытянутых руках держа выроненный в бою посох.

— Спасибо, малыш. — Маг потрепал по волосам ребенка, забирая артефакт.

Не слушая более людей, чародей было собрался уходить, как его остановил все тот же гонец.

— Постойте! Господин маг, куда же вы?

— Как куда? Дальше пойду.

— А награда?!

— А, — отмахнулся чародей. — Мне необременительно. — При этом он незаметно поправил приватизированный у тролля кошель с лирами.

— Но как же так? Это ведь неправильно! Позвольте хотя бы помочь вам припасами и конем! Что же вы это, пешком и пешком…

— Хм… ну давайте… — хмыкнул маг, а сам подумал, что с ездовыми животными у него никогда не складывались долгосрочные отношения…

* * *

— Старик, а старик, — голос из толпы перебил сказочника. — Ну ведь так не бывает!

— Сколько можно перебивать?! — возмутился сказочник, бросив недовольный взгляд на Кагуру, одного из фермеров, работающего на местных полях. — Вы либо слушаете, либо я ухожу.

— Слушаем-слушаем, — поспешила ответить женщина, толкнув локтем мужа, сидящего рядом. — Продолжайте, пожалуйста.

— Кхе. Так вот… Победив тролля и получив благодарность от людей, Арон, уже верхом на коне, спокойно отправился дальше по дороге. Ему было все равно, куда его заведет дорога. Ведь куда бы она тебя не завела, там обязательно можно встретить что-то или кого-то интересного.

Глава 5

Спокойная сухая дорога, тихий шелест листьев, легко обдувающий ветерок, мягко греющее солнце — что еще надо для счастья путнику? В принципе, того что есть, более чем достаточно. И вот совершенно ничего не предвещало беды. Собственно, беды и не случилось. Арон спокойно ехал по дороге до самого заката. А вот уже после него, после того как зашло солнце и поднялась луна, когда Арон разбил лагерь, вот тогда и случилось новое приключение.

Оставив коня, привязанного к дереву, отдыхать, Арон развел костер и спокойно запекал собственный ужин. Внезапно поставленный сигнальный контур среагировал на нарушителя. Вскочив на ноги и подхватив собственный посох, чародей начал озираться в поисках угрозы. Но в этот раз жертвой стал не он, а его конь.

Паникующее ржание, а после болезненный вскрик лошади и шум возни говорили о борьбе. Поспешив, Арон выскочил к коню, но опоздал. Склонившись над уже мертвой лошадью и отрывая от животного куски, жадно ужинал самый настоящий вервольф.

— Да вот же, книгой мне по голове, новый конь! — возмутился Арон.

Снова он потерял коня, но на этот раз его банально съели. Не везло герою с ездовыми животными, и все тут.

На возмущение человека обернулся трапезничающий зверь. Как для себя отметил маг, намного крупнее обычных своих собратьев. Черная густая шерсть, здоровенный, с огромной пастью и красными, полными безумной ярости, глазами. Оборотень имел мускулистое телосложение и длинные окровавленные когти.

— Чужих коней есть нехорошо, знаешь об этом? — спросил Арон, проверяя степень адекватности оборотня. Некоторые вполне осознанно контролировали свою волчью ипостась, в то время как другие не контролировали её вообще. — Так, а вот магов кушать вообще вредно для здоровья, — Арон предпринял вторую попытку в ответ на тихий рык и блеск в глазах зверя.

Оставив коня, оборотень аккуратно и почти неслышно пошел к магу. Тихое рычание и легкий шелест веток под ногами зверя намекали на то, что сейчас на мага станут охотиться. Стоило бы, конечно, запаниковать, но Арон не был бы собой, если бы не знал, как действовать в подобной ситуации. И когда волк бросился в прыжке на мага, то…

— Фу! Нельзя! — рявкнул Арон, стукнув что есть силы оборотня посохом по голове. Распластавшийся зверь в мгновение ока оказался недееспособен. — Эх… ну и что мне с тобой делать? — спросил маг волка, но вопрос остался без ответа.

Немного постояв над бесчувственной тушкой, Арон решил дождаться рассвета и пообщаться с оборотнем. В таком виде что-то спрашивать его было бесполезно. Судя по глазам, оборотень не просто был не в себе, его разум был в тюрьме, а на поверхности господствовала необузданная ярость. А наутро, глядишь, и в себя придет, тогда можно и побеседовать.

Скрутив зверя, Арон вернулся к костру, где вместо ужина его встретили угольки. Вздохнув и перехватив нож, чародей вернулся к коню. Чего пропадать добру, верно? По новой сделав себе ужин и обновив сигнальный контур, маг завалился спать.

Наутро Арона ждал неприятный сюрприз. Несмотря на поднявшееся солнце, оборотень даже не думал возвращаться в человеческий облик, что странно. Зато он давно пришел в себя и сейчас, привязанный магическими путами к дереву и с такими же путами на морде, пристально следил за магом.

Немного понаблюдав за странным волком, Арон решил начать разговор. Все-таки взгляд сильно изменился по сравнению с тем, который был ночью. В глазах было понимание! И чтобы в этом убедиться, Арон начал разговор:

— Ты меня понимаешь?

На озвученный вопрос оборотень легонько кивнул.

— Если я развяжу намордник, кусаться будешь?

В ответ волк отрицательно покачал головой.

— Ну смотри.

Направив посох, чародей снял с пасти путы. Волк тут же начал разминку челюсти, пару раз широко открыв-закрыв пасть и продемонстрировав чародею ряды острейших клыков.

— Итак. Раз ты меня понимаешь, то наверное, можешь и говорить?

— Моргу-моргу, — утробно рыкнул зверь.

Ему явно тяжело довались слова, но тем не менее он очень старался произносить их правильно.

— Кто ты?

— А сам не вир-р-рдишь?

— Ты не похож на обычного оборотня, — качнул головой Арон.

— Потому, чр-р-рто я необ-р-р-рчный.

— И откуда ты такой необычный, взялся? — хмыкнул волшебник.

— Кр-р-ражется, в поср-р-рледний р-р-раз я вломир-р-рлся в логово упыр-р-рей, — задумчиво ответил волк, отведя взгляд в сторону, словно пытаясь что-то вспомнить.

— Ой, они тебе рады были, — улыбнулся маг, помянув несчастных.

— А то р-р-р.

— А если серьезно, откуда ты, помнишь?

— Нер-р-рт.

— Как хоть тебя так угораздило-то, помнишь? Вечно у вас беда с памятью. У всех причем.

— Помр-р-рню. В девушку вр-р-рюбирся.

— О как! — Арон по-новому посмотрел на волка.

— А она, вр-р-редьмой окар-р-рзалась.

— И почему я не удивлен… — качнул головой маг. — Её случайно не Шиала зовут?

— Нер-р-рт.

— А как?

— Нар-р-ра. Я пор-р-рлюбил её. А она игр-р-раючи прокляла мор-р-рю душр-р-ру, сделав из меня монстр-р-ра. И тепер-р-рь я ищу её, чтобы вер-р-рнуть себе обр-р-рлик.

— Хм… я так понимаю, вернуться ты не можешь, так еще каждую ночь кровавое безумие накрывает?

— Р-р-рда. Но вмер-р-рсте с этим обостр-р-ряются мои чу-р-р-рвства. И я иду зр-р-ра ней.

— Хм… а днем ты более-менее, значит, можешь себя контролировать, — не спрашивал, а утверждал чародей.

— Да.

— Тогда… — сказал Арон и снял с оборотня путы. — Предлагаю свои услуги.

— Что?!

— Я хочу тебе помочь. Позволишь?

— Гур-р-рлупец! — рыкнул волк. — Я не могу себя контр-р-ролировать ночами!

— Вот именно. А ну как кого не того покалечишь? А тут я. М-м?

Волк ненадолго задумался. Смерив взглядом человека и кивнув собственным мыслям, ответил:

— Р-р-р-р… хор-р-рошо.

— Ты помнишь, как тебя зовут?

— Нер-р-рт.

— В таком случае как насчет того, чтобы я временно звал тебя Шарик?

— Нер-р-рт.

— Бобик?

— Р-р-р-р…

— Тоби?

— Я тебе сейр-р-рчас р-р-руку отгр-р-рызу!

— Ну хорошо-хорошо. А если Гаф? У меня друг Гаф. М-м?

— Р-р-р, ладно.

— Ну и славно.

— Но есть еще одна пр-р-роблема.

— М-м?

— Только ночами я чувствую её запах.

— Это плохо. Это очень плохо. А накрывает тебя сразу?

— Нер-р-рт. Постепенно. Как и отпускр-р-рает.

— Уже лучше, хотя бы так будем крутиться, — кивнул маг.

— А ты что, пешком? — спросил оборотень, осмотрев округу.

— Нет, но ты сожрал моего коня.

— Пр-р-рости… — стушевался оборотень.

— Забыли. Мне никогда с ездовыми животными не везло. То убежит, то убьют, то… — Взгляд на виновато прижимающего к голове уши оборотня. — …Сожрут.

Вот так Арон и познакомился с оборотнем, которому обещал помочь и с которым продолжил дальнейшее странствие. Опытным путем они выяснили, в какие именно моменты накрывает оборотня. И таким образом волк два раза в сутки — на рассвете и на заре — мог дать примерный путь к цели.

Так они и двигались, избегая крупных городов и деревень. Однажды вечером они внезапно натолкнулись на чей-то лагерь в лесу. Пробираясь через заросли, оборотень внезапно замер и, задрав голову, стал принюхиваться.

— Что такое? Что чуешь? — тут же полюбопытствовал Арон.

— Р-р-рлюдей, — рыкнул оборотень, оскалившись.

— Что-то я не помню тут поселений, — задумчиво ответил маг, разворачивая карту.

— Чер-р-рловек двадцать, не больше. У них там лагер-р-рь. Судя по р-р-р вони, они там давно не мыр-р-рлись.

— Хм… надо бы проверить… Гаф, давай так: я схожу, посмотрю что и как и, если что, тебе свистну. Идет?

— Хор-р-рошо. Только быстр-р-рее. — Зверь недобро покосился на заходящее солнце.

Оставив волка позади, маг отправился к людям. Но каково же было его удивление, когда он вышел на часового, по одному виду которого можно было смело сказать, что перед ним обыкновенный бандит. Высокий, под метр восемьдесят, чумазый, в поношенной кожанке, латаных штанах и чем-то, отдаленно напоминающем кожаный шлем.

— Стой! Кто идет? — крикнул человек, наставив оружие.

Тот факт, что Арон даже не пытался скрываться, подтолкнул бандита сначала задать вопрос, а потом стрелять, а не наоборот.

— Арон. Странник. Рад познакомиться. С кем имею честь говорить? — вежливо поздоровался чародей с человеком, вооруженным мушкетом.

— Эм… — стушевался бандит от такого дружелюбия. — Это…

— Информативно, — кивнул Арон. — А можно чуточку понятней?

— Руки вверх, странник! И передо мной вперед шагай. И без глупостей! — нашелся бандит, крепче взяв оружие.

— Хм… — Арон посмотрел на дрожащие руки человека. И, не став провоцировать, пожал плечами и ответил: — Как скажешь.

Спокойно обойдя бандита, гуляющей походкой Арон направился прямиком к их лагерю. От такой наглости бандит отошел не сразу, когда оклемался, догнал нарушителя и взял под формальный конвой.

В лагере жизнь шла своим чередом. Бандиты как раз устраивались на ночлег, готовили ужин и делили добычу, как сие интересное дело было прервано появившимся часовым в компании Арона. Людей внутри лагеря было не больше восьми человек, по крайней мере, тех, кого Арон сразу увидел. Кто-то стоял на посту, кто-то сидел в палатках, в общем, каждый занимался своими делами.

Когда Арон еще только подходил вместе со своим «конвоиром», кто-то одаренный умом быстро метнулся за главным. Поэтому мага в лагере у костра встретили не только рядовые бойцы, но и хозяин этой клоаки. Здоровенного мужика с завязанными в хвост волосами, в легкой одежде, с мечом на поясе с одной стороны, пистолетом с другой и еще двумя пистолетами на груди, не заметить было очень сложно.

— Босс! Смотри, кого я нашел, — крикнул «конвоир».

— И кого к нам занесло? — громогласно спросил мужик лет сорока на вид.

— Сам не знаю, странник какой-то. Вышел прямо на меня, ну я его и решил к нам отвести.

— Дурак! Сначала стреляй, потом задавай вопросы!

— Ик… — стушевался молодой.

— Кхе. Ну зачем вы так кричите? Ну видно же, что неопытный молодой человек, ну так научите, чего кричать? — включился в разговор Арон.

Ему все это представление напоминало поход на концерт в первых рядах. Отличаясь добротой, Арон считал, что и бандиты могут принести пользу обществу, даже в своем не очень живом виде, поэтому старался ко всем относиться непредвзято. По крайней мере, в первую встречу.

— А тебя вообще не спрашивали! Корень.

— Я? — вытянулся человек.

— А ну марш обратно в дозор! — рявкнул главарь, и «конвоира» как ветром сдуло. — И смотри мне! Ну а ты… — повернулся человек к Арону. — Ты вообще кто? Циркач какой?

— Скорее, фокусник, — хмыкнул Арон. — Фокусы умею показывать. Могу продемонстрировать. М-м?

— Хех. Успеешь. И откуда же ты такой будешь?

— Да так, ниоткуда. Мимо проходил, да еду почувствовал. Вот, решил заглянуть, посмотреть, а тут вы, — выкрутился маг, радушно улыбаясь.

Как говорил один лорд-вампир — улыбайтесь. Улыбка помогает вести переговоры. Правда, почему-то эффект, который оставляли лорд и маг, получался разным. С чего бы это?

— Ну увидел, и что дальше? Бессмертным, что ли, себя чувствуешь?

— Что? Не-е-е-ет. Бессмертных не существует…

— Глава, он похож на мага, — шепнул главарю помощник, худощавый невысокий тип с зализанными назад волосами, с пистолетом на боку и спрятанными в наручных чехлах стилетами.

Пока помощник шептал главарю свои мысли, Арон бегло осмотрел людей. Все они были одеты в доспехи разного качества и степени изношенности. Оружие также было самым разным, а у некоторых, включая главаря, нашелся магический огнестрел, хотя в этих краях он считался редкостью.

— Слышь, ты… фокусник. Посох на пол, и руки вверх, — пригрозил главарь, вынимая заряженный пистолет.

— Парни… вот вы зря это. Серьезно, — постарался вразумить людей Арон. — Вам бежать надо, а вы в меня этими пукалками тыкаете.

— С чего вдруг? Думаешь, самый крутой здесь? — набычился лысый бандит со шрамом на лице, вынимания секиру.

— Не меня вам бояться надо… — подметил чародей, с тоской окинув взглядом дураков.

— А кого?

— Да есть тут один… тип. — И Арон посмотрел на небо. — Блин.

— Что «блин»? — не понял главарь.

— Да поздно уже. Еще и луна на небо взошла.

— Причем тут луна? — не понял мужик.

— М-м-м, как бы так сказать…

— А-А-А-А-А! — раздался оборвавшийся крик одного из часовых.

— …В общем, парни, не сочтите за неприличие, но я пошел. И вам настоятельно советую, — порекомендовал Арон и, стукнув посохом по земле, порывом ветра заставил всех людей завалиться наземь.

Но прежде чем уйти, чародей внаглую взял тарелку и аккуратно набрал в нее похлебки из котла.

— Благодарю, — сказал он на прощание и скрылся в ближайших зарослях, аккуратно раздвинув магией кусты перед собой.

Все-таки похлебка пахла очень вкусно и пролить хотя бы пару капель будет очень обидно.

Покинув лагерь, Арон с удобством разместился в полусотне метров в стороне. Вот так, сидя на пеньке, он тихонько ужинал под крики людей. Бандиты — есть бандиты, он их честно предупредил, дал шанс, но его не послушали. Сами виноваты, что тут еще сказать. И как раз к тому моменту, когда он поел, его настиг обезумевший от ярости оборотень.

Подманив того поближе, уже заученным движением чародей вырубил зверя, после чего наложил путы.

— Ну вот. Теперь можно и на привал, — отряхивая руки, прокомментировал маг, осмотрев валяющегося без сознания связанного вервольфа.

Наутро, когда оборотень пришел в себя, отряд отправился дальше. Конечно, у оборотня были вопросы. Касательно того, что было ночью и кого именно он растерзал. Но чародей только отмахнулся и сказал не брать в голову, сославшись на кучку «лесных братьев», как любили себя называть некоторые бандиты.

Без малого две недели длилось их путешествие. Арон всячески помогал оборотню, поддерживал, старался помочь магией, облегчить страдания. Каждый день он наблюдал, как оборотень буквально сходит с ума. Каждый день Арон видел, как вервольф мечется, пытается найти ведьму, как сама мысль о ней терзает разум зверя. Зверя? Нет, человека, из которого создали зверя. Озлобленный на весь мир, не знающий покоя, с терзаемой неприкаянной душой.

А самое интересное, Арон понимал, что ведьму оборотень действительно полюбил. Её запах был для него родным, настолько, что продолжал сводить его с ума даже спустя столько времени. И по-хорошему стоило бы избавить человека, ставшего зверем, от страданий, но когда есть шанс помочь… лучше сначала попробовать его.

И вот они наконец-то достигли своей цели. В один прекрасный момент оборотень ясно почуял запах той самой ведьмы. Каких трудов Арону стоило задержать ломившегося в город волка — невозможно описать, но он смог.

— Постой, Гаф, стой, не спеши, — успокаивал маг разбушевавшегося оборотня, не стесняясь применять сдерживающую магию. — Оборотень в городе — это плохо. Обезумевший оборотень в городе — плохо вдвойне, — пытался достучаться до разума вервольфа Арон.

— А что ты пр-р-редлагаешь? — прорычал Гаф, обернувшись.

— Давай так. Я её нахожу и вывожу к тебе сюда. Ты в город не лезешь, а для гарантии я тебя здесь свяжу. Я не хочу пугать людей. Идет?

— Р-р-р…

— Обещаю, сегодня к вечеру ты её увидишь.

— Р-р-рладно.

— Вот и славно.

Связав для верности зверя, агрессивного и почти не контролирующего свои порывы, Арон отправился в город. Небольшой город, окруженный невысокой каменной стеной с деревянными воротами. Стража, опознавшая в Ароне мага, пропустила того внутрь без лишних вопросов и проволочек. Не став спешить, волшебник подошел к одному из воинов на посту.

— Уважаемый, доброго дня, — поздоровался Арон, привлекая к себе внимание начальника поста.

— Да, господин маг? — обернулся тот, почтенно поклонившись.

— Я ищу женщину. На вид двадцать лет, каштановые волосы, зеленые глаза, на шее родимое пятно… — начал описывать свою цель Арон.

За время, проведенное с оборотнем, он столько выслушал о ведьме, что разбуди мага посреди ночи, он досконально опишет её внешность, повадки и отличительные черты. Почему? Все просто. Оборотень только о ней и говорил. Каждый день. Как заведенный.

— А, так вы ищете госпожу Юлиану? — оживился стражник.

— Госпожу Юлиану? — проявил интерес Арон.

— Супругу графа Дейла. Он хозяин этого города, вы разве не знали?

— Слышал, но не предавал значения… — задумчиво ответил чародей. — А эта Юлиана… как давно она в супругах графа?

— Не так давно. Странная женщина, признаюсь вам. Пришла из ниоткуда, отбила от графа всех конкуренток и вышла замуж. На мой взгляд, красивейшая женщина в округе, — закатил глаза человек, что-то припоминая.

— А преследуют ли её странности?

— Не могу знать, господин. На людях она почти не появляется. Зато у графини есть личный отряд гвардейцев, который регулярно появляется в городе по её поручениям. Правда… в городе действительно появились странности.

— Какие?

— Исчезли несколько семей, господин. Прямо целиком — и взрослые, и дети. Вот они есть, а на следующий день — нет. И никто не может не то что их найти, а даже понять, как так вышло.

— Даже так, — протянул Арон.

— Да. А еще… не знаю. Вроде что-то и поменялось, и это все чувствуют, но никто не может сказать, что конкретно. Странно это, господин маг.

— Ну ладно. Спасибо вам, удачной службы.

Собравшегося было уходить чародея остановил все тот же офицер.

— Господин маг, постойте. А… ваш интерес к графине Юлиане, он…

— Рабочий. Есть мнение, что ваша графиня необычная ведьма.

— Как?! — пришел в ужас воин.

— Вот так. И я здесь, чтобы это расследовать. Не переживайте, теперь мы во всем разберемся, — заверил чародей стражника.

— А кем вы будете?

— Арон Шиниган.

— Тот самый Шиниган? — еще больше изумился воин.

— Да, тот самый. Ну ладно, удачи, а мне пора. — Хлопнув воина по плечу, чародей пошел по улице, но не успел пройти и нескольких кварталов, как за спиной раздался топот закованных в латы ног.

Закрыв глаза и уже зная, что он увидит за спиной, чародей обернулся. И точно. Перед ним стоял отряд стражи во главе с незнакомым капитаном.

— Господин Арон, я слышал, что вы здесь из-за возможной ведьмы в наших краях, — на одном дыхании выдал запыхавшийся воин. — Можем ли мы предложить вам свою помощь?

— Нет. Лучше перекройте город, на случай, если я окажусь прав, ведьма не должна уйти. Со мной вам идти просто опасно.

— Мы не боимся, господин маг! — важно ответил воин.

— Вы — нет. А я за вас — да. Так что на ворота! — на последнем слове Арон позволил себе добавить в голос стали. Все-таки он не хотел жертв среди простого люда. Тем более стражи. Особенно если эта самая стража относится к делу ответственно.

Это была одна из причин, по которой Арон старался не раскрывать своей личности. Слава — это хорошо, и она помогает решать спорные моменты, но иногда, как сейчас, она может преподнести неприятные сюрпризы. Бесспорно воинам за рвение плюс, но надо ведь и понимать, что ведьма их сомнет и не заметит, а так хоть в безопасности будут.

Повернувшись, чародей пошел по каменной брусчатке к стоявшему посреди города замку. Хоть городок был и небольшой, но явно богатый. Каменные, в основном двух- и трехэтажные новые дома, обилие магазинов, лавок и явно пришлых путников просто-таки бросалось в глаза.

«Очень удобно расположился городок-то, — подумал Арон, ухмыляясь прозорливости графа. — А ведь при учителе этого города еще и в помине не было».

Арон вспомнил старые карты, которые носил с собой учитель. Так, мысленно рассуждая о городе, он дошел до крепости.

— П… простите, господин маг, но мы не можем пустить вас в крепость, — запинаясь, воин преградил дорогу Арону. Нервничающий, обливающийся потом, понимающий всю несуразность своих действий, но в то же время исполняющий долг.

— Успокойся, приятель. Почему не можешь? Чей приказ? — мягко, успокаивающе спросил Арон солдата.

Многие его коллеги уже бы стёрли человека в порошок, но не он. Достойное исполнение своего долга — повод для гордости в глазах чародея.

— Графиня Юлиана запретила посещение крепости любым адептам, а о появлении магов в городе ей велено докладывать в неотложном порядке.

— Да? Ну ладно. Послушай, приятель, не хочу тебя расстраивать, но у меня есть сведения, что твоя графиня — ведьма. И пока она не наделала с испугу глупостей, я должен её поймать.

— Простите, но я не могу вас пропустить, — совсем тихо ответил офицер в звании, разрывающийся между долгом, чувством самосохранения и уважением к Арону.

Слава — она такая, любит говорить все за своего хозяина.

— Я знаю. Поэтому ты уж не обессудь, ладно? — спросил Арон и легонько стукнул посохом по земле, разбросав тем самым стражу в разные стороны.

Кому-то повезло, и он приземлился удачно, кому-то не очень, и он влетел в стену, кто-то сломал руку, но главное — все были живы.

Расчистив себе путь, широким размашистым шагом и с серьезным взглядом чародей отправился в крепость. Зазвучал тревожный колокол, переполох поднял стражу замка, но маг, действующий как можно мягче, лишь аккуратно калечил исполняющих свой долг воинов.

Но вот когда дорогу преградили уже совсем другие люди, адепты, да еще в совершенно другой форме, вот тогда пошел совсем другой разговор. Арон понял, что это те самые люди ведьмы, и судя по пустым глазам, они полностью были под её контролем. Не став церемониться, чародей приложил всю толпу более серьезным воздушным порывом. Некоторые, имеющие защиту, устояли, кого-то сдуло. Повторить процедуру магу не дали уже сами люди, сделав залп из мушкетов. Барьер выдержал пули, но затем завязался ближний бой.

Первому Арон зарядил посохом в висок и отправил в стену, второму — по подбородку, третьему — с разворота снова в висок, от меча четвертого уже пришлось уклоняться. Аккуратно извернувшись из-под удара, Арон подставил под человека посох и, как только тот на него налетел грудью, произвел выброс сырой силы, впечатавший незадачливого воина в потолок. Еще один, переживший и порыв ветра, и удар в висок, попытался напасть с тыла, но получил молнией в грудь, и окончательно вышел из строя.

Поправив подол мантии и осмотрев лежащие тела, тем самым убедившись в недееспособности отряда, Арон отправился дальше. Легкий удар посохом по полу прямо во время движения — и по крепости расходится волна, отразившаяся от источников магии. Один из них Арон и распознал как ведьму.

Сама Юлиана нашлась в главном зале, как и граф. В окружении солдат графа. Сам граф Дейл выглядел немногим лучше тех одурманенных, которых Арон только что раскидал в коридоре.

— Маг… что ты забыл в моем доме?! — вскочил граф, грозно хмуря брови.

Но Арон не ответил. Говорить с такими — что со стеной. Пока кукловод дергает за нитки, марионетка будет в чужой власти. Не заметить лукавую улыбку графини, даже не пытающейся проявлять беспокойство, было невозможно. Но стоило магу ударить посохом по полу, как в комнате поднялся жуткий вихрь, раскидавший всех людей, и лишь двое остались на своих местах. Арон и Юлиана.

— А ты сильный, чародей, — хмыкнула улыбающаяся ведьма, перекинув одну ногу через другую.

— Спасибо. А ты, как я смотрю, одна из старых ведьм?

— Называть девушку старой… как это грубо!

— Не спорю. Выглядишь ты хорошо. Но сколько тебе лет на самом деле, одной магии известно. Ну и тебе.

— Ф!

— Сдавайся! — Арон наставил на ведьму посох. — И я обещаю, что судить буду в благосклонной мере.

— Встречное предложение тебе. Сложи посох, возмести ущерб и тогда я отпущу тебя. — Графиня поменяла ножки местами. — Возможно, — добавила она, стрельнув глазами.

— Эх… и откуда вы только беретесь, — вздохнул Арон и рывком посоха на себя выдернул из пола стул вместе с сидящей на нем ведьмой.

Не давая ведьме прийти в себя, волшебник бросил в нее шаровую молнию и несколько энергетических стрел. От молнии ведьма истерически закричала, но энергетические стрелы отрикошетили от вспыхнувшего барьера и угодили в стену, оставляя аккуратные прожженные отверстия. Выпад посохом — и в ведьму падает висящая на потолке люстра.

Пока Юлиана отвлекалась на физическую угрозу и уводила люстру в сторону, ей в лоб прилетел удар посохом, затем удар пришелся на живот, следом в висок, последний окончательно опрокинул ведьму. От каждого удара чародей явственно слышал треск, но не придавал ему значения.

— Защита — это хорошо, но старый добрый посох будет работать всегда! — важно заметил Арон, крутанув посох на манер боевого шеста, и пустил в ведьму в упор энерговолну, впечатав её тем самым в пол.

Но так просто Юлиана сдаваться не собиралась. Приподнявшись на руках, она бросила гневный взгляд на мага, от которого тот отпрыгнул, и было от чего. Конечно, Арон слышал о том, что старые, насквозь проклятые ведьмы буквально заменяют себе лицо, но вживую еще не сталкивался. В местах удара кожа потрескалась и отваливалась на манер мозаики, открывая кровавые подтеки. Со стороны это смотрелось достаточно жутко.

Выбросив руку в сторону мага, воздушным ударом ведьма отбросила от себя Арона. Вскочив на ноги, с разбитым лицом… буквально разбитым… держащаяся за живот, она с лютой ненавистью посмотрела на чародея. Взмах рукой — и в мага летят проклятия, каждое из которых рикошетом уходит то в одну, то в другую сторону. Барьер надежно защищал чародея и вспыхивал каждый раз, как хозяину угрожала опасность.

— А если я? — спросил Арон и, перейдя из обороны в атаку, выставил посох. Сорвавшаяся молния угодила ровно в ведьмин щит. — Хм… а так? — Резкий рывок посохом из стороны в сторону — и из пола прямо под ведьмой вырываются куски камня.

Удар оказался слишком существенным. Покалеченная, с поломанной рукой, ведьма встала на подкашивающиеся ноги. Но она смогла еще раз удивить мага. Она выхватила кинжал и вместо того чтобы броситься на мага, порезала ладонь и что-то прошипела. Капающая кровь в мгновение ока превратилась в густую непонятную черную массу, а сама ведьма распрямилась.

— Я тебя еще найду, — прошипела она и, сделав шаг назад, растворилась в воздухе.

— Ну-ну. В очередь становись, вас таких целый взвод, — хмыкнул Арон, еще раз просканировав пространство на наличие источников магии. Но их не нашлось. Ведьма ушла. Зато нашелся быстро удаляющийся источник снаружи.

«Видимо, выпрыгнула в окно», — подумал он, глядя на приоткрытое окошко. Подойдя к этому самому окошку, он посмотрел вдаль и прислушался к тому, как удалялся магический огонек. Где-то там, в городе, раздался шум, что-то грохнуло, стража, через которую прорвалась ведьма, подняла шум.

Но как только этот удаляющийся огонек покинул черту города, Арон ударом посоха об пол с расстояния развеял у оборотня путы.

Тут же над городом пронесся дикий, пробирающий до костей вой, за которым последовала тишина. Не став долго смотреть вдаль, чародей начал лечить стражу. Люди постепенно приходили в себя, пытались понять, что случилось, а затем граф Дейл внезапно пришел в себя. Пелена с его глаз спала, человек чуть не рухнул в обморок, но магия Арона помогла ему остаться в себе.

— Что ж. С возвращением вас, граф Дейл. Рад, что вы снова пришли в себя.

— Что… происходит?! — Хозяин города непонимающе, размытым взглядом посмотрел на чародея. Его движения были вялыми, заторможенными, словно у только-только проснувшегося человека.

— Думаю, ваша охрана объяснит это намного лучше меня. Ну а мне пора. Прошу прощения за то, что немного покалечил ваших людей, но это было необходимо. Всего доброго, граф. — Чуть поклонившись, Арон покинул зал.

Он посчитал свою задачу в городе выполненной, что еще оставалось, так это проверить оборотня. Если он избавился от проклятья, то оборотню определенно понадобится небольшая помощь, дабы окончательно прийти в себя. Да и просто проверить не мешало бы…

По пути к выходу из города Арон зашел в магазины, торгующие одеждой, и закупился несколькими комплектами одежды для человека. Все-таки если Гаф пришел в себя, то и оборотень оклемался. А ходить голышом — удовольствие ниже приятного. Закончив с этим, Арон отправился к воротам, где его ждал неприятный сюрприз.

Стража на воротах попыталась остановить ведьму, но ожидаемо потерпела неудачу и схлопотала несколько противных проклятий. Арону пришлось задержаться на этих самых воротах, излечивая полученные в ходе несения службы ранения. А уже после этого отправился в лес.

Найти оборотня в лесу оказалось проще, чем Арон думал. Тот сам его встретил на выходе из города. Замотанный в листья, он сидел у дерева в облике человека. Интересно, что это оказался молодой парень семнадцати-восемнадцати, может, девятнадцати лет, с грустными-грустными глазами.

— Как ты? — первое, что спросил Арон, приблизившись.

— Не знаю. Слабость в теле. Проклятие наконец-то спало, — выдохнул человек. — Но зверь внутри меня все равно остался.

— Теперь хотя бы ты его контролируешь, а не он тебя, — возразил Арон и протянул пареньку одежду. — Держи. Оденься.

— Спасибо, — скромно ответил оборотень, потупив взгляд.

— Ты так и не вспомнил свое имя?

— Нет.

— А откуда?

— Тоже нет. Я слишком долго пробыл зверем, — вздохнул парень, заторможено одеваясь. — Наверное, хорошо, что я этого и не вспомню. Не хочу даже думать, где и как было мое первое обращение.

— Может, ты и прав, — не стал спорить Арон, прекрасно зная, что первое обращение у любого оборотня вызывает определенные… проблемы. — Ладно, не будем о грустном. Идем.

— Куда?!

— Я отведу тебя к страже. Люди на воротах замолвят словечко, и ты сможешь поселиться в этом городе. Работу и жилье тебе дадут, а дальше ты будешь волен начать жить сначала. Глядишь, и вспомнишь прошлое. Или, наоборот, создашь новое будущее, люди тебе помогут, обещаю.

— Правда?

— Абсолютно.

— И они вот так закроют глаза на то, что я ликантроп?

— Ну, просто так вряд ли закроют, но и предвзятого отношения не будет. Поверь.

— Спасибо вам, господин Арон. Я… я правда не знаю, как вас благодарить.

— Забудь. Просто живи и помни эту историю. И не дай ей повториться с другими.

— Обещаю, господин Арон.

Так чародей помог оборотню, навалял ведьме и дал городу хорошего защитника. Он рассказал людям на воротах подправленную историю о том, что оборотень давно выслеживал ведьму и что это он о ней рассказал магу. Так удалось избежать неприязни местных и выправить её на почтение. Сам оборотень потом долго жил и защищал приютивших его людей от подобных Юлиане. Чутье оборотня ведь осталось при нем, а отличить ведьму, мага или адепта от простого человека для зверя — секундное дело.

* * *

— А этот оборотень… — перебил мельник сказочника, задумчиво огладив подбородок. — Разве такие бывают? Которые контролируют себя.

— Может, бывают, а может, нет, — пожал плечами старик, горестно вздохнув от того, что его опять перебили. — Не забывайте, это сказка.

— А как ты её сочинил?

— Так же, как и остальные. Я продолжу?

— Да-да-да, — заголосили люди на площади.

— Итак. Когда Арон помог оборотню, он отправился дальше. Не так далеко отсюда была страна, в которой жил близкий друг учителя Арона. Немного подумав, Арон решил проведать старика. Пусть чародей и видел его всего два раза в жизни, но вот то, какие ему в эти моменты принесли подарки, Арон не забудет никогда. Одним из них как раз был живой посох, которым пользовался чародей…

Глава 6

Долго ли, коротко ли шел Арон по дороге, но добрался до своей цели. И увидел он отнюдь не то, что ожидал. Город Кардолан встречал чародея серой и унылой атмосферой. Небо покрывали темные облака, а в воздухе чувствовалась некая тягучесть. Крепкая каменная стена и обитые металлом ворота выглядели хорошо, особенно ворота. Хозяин города явно не скупился на защиту, да и количество стражи на стене на это намекало.

А ведь Кардолан — это город на границе королевства Ма’Ранак, процветающего государства, по слухам поражающего любого гостя своими красотами. Тамошний король сумел собрать подле себя целых трех магов, которые, бесспорно, повлияли на развитие государства в целом. Там были такие диковинки, как механические гигантские надувные птицы, а по столице катались невиданные самоходные магические кареты.

Конечно, Арон не ожидал ничего такого от провинциального городка, но в тоже время он и не ожидал увидеть нечто настолько печальное. Еще только на входе в город, Арон столкнулся с первой проблемой.

— Ты кто такой? — бросил стражник, преграждая магу путь.

На груди его красовалась облегченная кираса, на плечах — внахлест расположенные пластины, аналогичная броня и на ногах. На руках — облегченные латные перчатки, на груди — капитанский значок в форме полнолуния с лучами. Вооружены воины были кто чем. У кого в руках алебарда, у кого копье, а у кого мушкет. Но при этом у каждого было по мечу и пистолету.

— Да так, странник, — с улыбкой на губах чуть поклонился чародей. — С кем имею честь говорить?

— Начальник южных врат, Гартак.

— Что-то не так, уважаемый? Почему вы преградили мне проход?

— Проход в город — платный. Для всех.

— Ого! — Не скрывая удивления, Арон посмотрел на людей. Все-таки он первый раз сталкивался с тем, чтобы кто-то не стеснялся трясти с него деньги. Даже бандиты, и те порой постесняются, а тут городская стража! — Скажите, а что это за город? — решил уточнить название города Арон, а то вдруг он не туда пришел?

— Кардолан.

«Ага, значит туда», — подумал Арон, а вслух сказал другое:

— А давно это у вас?

— Ты либо плати и проходи, либо проваливай! Нечего мне зубы заговаривать.

От такого грубого обращения Арон не сразу нашелся что ответить. Обострять конфликт без причины — дурной тон. Кроме того, он ведь здесь гость, а в чужой дом со своими правилами не ходят. С другой стороны, в груди зашевелилось желание стукнуть одного конкретного человека. Чисто в медицинских целях, чтобы поумнел.

— Ну чего вы кричите, разве так у вас принимают магов? — предпринял Арон вторую попытку договориться.

— Маг? — вскинул бровь начальник стражи, а люди вокруг заулыбались. — Ты мне голову не дури, шут ряженый.

— Почему сразу шут?

— Все знают, как передвигаются маги и в каких дилижансах, которого за тобой я, к слову, не вижу. А кроме того, о приходе такого нас предупреждают заранее! И напоследок: ни один маг не наденет такой шутовской наряд, — воин ткнул в Арона пальцем в латной перчатке.

— А вот это обидно, — сложил руки на груди Арон.

— Ты, вообще, кем будешь, странник, раз умный такой?

— Имя Арон Шиниган вам о чем-нибудь говорит?

Лица людей моментально изменились. Переглянувшись, воины обнажили оружие и направили на волшебника.

— Эй, мужики, вы чего?! — примирительно поднял руки чародей, сделав шаг назад.

— Ты либо глупец, либо псих, раз представился именем такого знаменитого мага!

— Хм, а если я докажу, что я, это я? — Арон аккуратно вытащил из-за спины посох, а люди нерешительно замялись. — М-м?

— И как ты это сделаешь?

— Вот так!

«Тук!» — посох стукнул по земле, и сильный порыв ветра просто сдул стражу врат вовнутрь.

Пройдя через ворота и подождав, пока люди оклемаются и встанут, Арон все с той же доброй улыбкой поинтересовался:

— Ну как? Верите?

— Как?! — уставился Гартак на мага.

— Легко и просто. Я странствую по миру без лишних ушей и шума. И решил заглянуть к вам. Так говорите, сколько с меня за проход?

— Не надо, не надо, — тут же замахал руками бледный воин. — Проходите, уважаемый Шиниган. Прошу прощения за свое поведение. — Стражник склонился в поклоне, продолжая бледнеть прямо на глазах.

Любой другой маг на месте Арона уже бы проучил наглого воина, но не Арон.

— Все в порядке, не берите в голову. — Маг махнул рукой, убрал посох за спину и, насвистывая песню из детства, словно ничего не случилось, пошел по городской улице.

Про себя чародей думал о том, в сколь странном городе он оказался. На общем фоне его улыбчивое лицо и веселое настроение смотрелось как белое пятно на черной ткани. Встреченные люди ходили с поникшими головами, а на лицах читалась апатия. Кроме того, они были достаточно бедно одеты. Даже дорогие костюмы имели такие заплатки, что проще было бы купить новый, но нет. Это наводило чародея на нехорошие мысли.

Дома в городе были под стать людям. Вроде и богатые, двух- и трехэтажные, если не выше, но в то же время некоторые нуждались в капитальном ремонте, а другие — в элементарном декоре. Все-таки намного приятней смотреть на ухоженную покрашенную стену, чем на вроде и целую, но с облезшей краской.

То, что в городе что-то не так, Арон окончательно понял, когда столкнулся с необычной картиной. Стражники поймали парнишку десяти лет отроду и тащили сопротивляющегося ребенка с собой. Нахмурившись, Арон пошел прямо к ним, все-таки творить беспредел на своих глазах маг никогда не позволял.

— Служивые! Куда идем? — крикнул чародей, останавливая троих патрульных.

— Ты еще кто? — бросил, судя по эмблеме на груди, лейтенант.

— Арон Шиниган, маг, — скрестил руки на груди Арон. — С кем имею честь говорить?

— Лейтенант седьмого патруля Дерик Хар.

— Дерик, скажи мне, а куда это вы ведете этого молодого человека? — кивнул Арон на притихшего ребенка.

— Он вор, господин Арон. Мы не первый раз его ловим на воровстве, и на этот раз ему не избежать наказания.

— Хм… — косо посмотрев на дома вокруг и людей, Арон спросил: — А он единственный такой?

— Нет, господин. Но можете быть спокойны, мы держим город под контролем и отлавливаем всех воров.

— Хей, малец, ты чей будешь? — Арон опустил на ребенка свой взгляд.

Но парень не ответил, лишь взгляд потупил. Несмотря на свой возраст, парень выглядел очень серьезным и собранным. Не хныкал, не рыдал, лишь бросал исподлобья злые взгляды на взрослых.

Сам парнишка выглядел, как самый обыкновенный оборванец. Короткие засаленные взлохмаченные каштановые волосы, серые глаза, в ободранной одежде, с босыми ногами, а сам грязный настолько, словно из лужи достали.

— Господин, не тратьте свое время на эту грязь. Вам чем-то помочь? — услужливо спросил воин.

— Сколько стоит его вина? — серьезно спросил Арон.

— Что?! — удивленно вскинул брови лейтенант.

— Сколько стоит его вина?

— Семь лир, господин.

Молча сунув руку в сумку и вынув монеты, Арон передал их солдату.

— Его долг уплачен?

— Да господин, — растерянно ответил солдат, смотря на деньги в руке.

— В таком случае, могу я забрать ребенка?

— Конечно. Шен? — обернулся лейтенант к своему соратнику.

Сделав шаг вперед, воин толкнул ребенка к чародею. Сам парнишка выглядел не менее удивленным, чем воины. Испуганным взглядом он смотрел прямо в лицо мага.

— Благодарю.

Развернувшись, Арон пошел дальше по улице, но всего через пару шагов, не оборачиваясь, бросил:

— Ты идешь?

Глянув на стражу, потом на мага, парень спешно побежал догонять волшебника. Пристроившись рядом с Ароном, парень то и дело поглядывал то назад, то на мага.

— Ты, небось, голоден. Будешь лепешку? — спросил Арон, глянув на ребенка, а сам уже потянулся за походной выпечкой.

Получив активные кивки, маг вытащил одну из лепешек. Как он и думал, ребенок действительно оказался очень голоден, он буквально набросился на несчастный высушенный кусок хлеба. Почти не жуя, парень откусывал здоровенные куски и сразу глотал.

«Серьезно у них тут все», — подумал Арон.

— Не давись, ешь спокойней. Никто не отнимет, — спокойно сказал маг, погладив парня по голове. — Как тебя зовут?

Проглотив кусок и утерев рукой губы, ребенок поднял глаза к Арону и тихо прохрипел:

— Седрик, господин.

— Сильно горло болит? — уточнил чародей, уже снимая посох.

— Угу, — кивнул Седрик.

— Сейчас, погоди секундочку, — качнул головой чародей и коснулся посохом ребенка. Вокруг Седрика тут же поднялся небольшой голубой вихрь, который исчез так же внезапно, как и появился. — Вот так. Седрик, скажи, где твои родители?

Но ребенок не ответил. Он просто стоял и не веря смотрел на волшебника, видимо, прислушиваясь к себе.

— Седрик?

— Не… не знаю, господин, — уже здоровым звонким голоском ответил ребенок.

— Как это, не знаешь? — удивленно вскинул брови Арон.

— Пару месяцев назад их забрали стражники за долги и больше я их не видел.

— Вот значит как… — задумался чародей, огладив подбородок. — А сам ты давно тут живешь?

— Всю жизнь, господин.

— Хм… я ищу одного мастера. Он держит театр в этом городе, знаешь его?

— Простите господин, не знаю, — поник парнишка. — Но зато знаю театр! Он у нас один в городе.

— О! Отлично.

— Правда, он давно не работает…

— Почему?

— Не могу знать, господин.

— Ладно… не мог бы ты меня тогда к нему отвести?

— Конечно! За мной, я покажу, — тут же оживился ребенок.

Седрик в родном городе ориентировался очень хорошо, что неудивительно. Самым коротким путем он провел Арона к театру, встретив на пути своих друзей. Ожидая увидеть таких же беспризорников, Арон был приятно удивлен, что не все так печально. Лишь двое из шести оказались сами по себе, остальные все еще имели семьи, но, как сказали ребята, те тоже были в долгах. Дав ребятне оставшиеся лепешки, Арон оставил Седрика среди своих, а сам отправился к театру.

Большое, в три этажа здание имело несколько специфический вид. За ним явно ухаживали, но в то же время было видно, что ухаживают постольку-поскольку. Это было и хорошо, и плохо. Хорошо — значит, внутри кто-то есть. Плохо — что театр все равно в таком состоянии. Что же случилось, что театр закрылся?

Постучав и подождав минуту-другую, чародей приложил руку к замку и прошептал заклинание. Щелкнул механизм, и дверь с жутким скрипом отворилась внутрь, открывая магу короткий, покрытый пылью коридор.

— Мастер, вы тут? — крикнул Арон в комнату, но все было тихо.

Стукнув посохом по полу, тем самым применив сканирующее плетение, Арон узнал, что на той стороне дома есть несколько источников магии. Крохотных, но тем не менее сильных. А кроме них дом оказался совершенно пустым.

Прикрыв за собой дверь, Арон пошел по коридору. Посох, висящий за его спиной, засветился, подсвечивая магу пустоту. Справа и слева по коридору находилось по две закрытые двери, еще одна была в конце. Потянув руку и толкнув дверь от себя, чародей оказался в большом запыленном зале, где когда-то проходили представления.

Если не брать в расчет пыль, то театр очень хорошо сохранился, нигде ничего не протекало, не облезло, складывалось ощущение, что само время бережно обошло это место стороной. Пройдя по центральному проходу между зрительскими креслами, Арон поднялся на сцену и ушел за кулисы, где находились те самые огоньки.

За кулисами же его встречали аккуратно сложенные куклы и декорации. Чародей взглядом зацепился за куклу, которая не лежала, а сидела на деревянном ящике, причем так, словно её только что посадили. Сотканный из ткани мальчонка в элегантном костюме, со сложенными ручками. В ручках этих кукла сжимала старенький потертый листок, на который и смотрела. На голове — забавная остроконечная фиолетовая шапочка, на ногах — тканевые туфельки красного цвета.

Примечательно, что на поясе у куклы был деревянный, искусно вырезанный меч. Также очень интересно было сделано выразительное, прямо живое личико. Грустные глаза, розовые щечки, даже губы! Кукла была настолько красивой и умилительной, что Арон невольно засмотрелся.

— Хей, приятель, — тихо окликнул куклу чародей, опустившись на колено.

Перестав изображать из себя неодушевленный объект, кукла подняла свои печальные, чуть ли не заплаканные глаза на побеспокоившего её чародея.

— Скажи, где твой создатель?

— Нету его, — тихо-тихо ответила печальным голоском кукла.

— Он ушел? — кукла кивнула. — А когда вернется?

— Он не вернется, — качнула головой кукла и заплакала, отпустив листок и прижав крохотные ручки к глазкам. Впервые Арон видел, как плачет игрушка.

— Ну, тише. Ну что ж ты так… Я друг вашего мастера.

— Правда? — посмотрела кукла на чародея.

— Правда. Ну, иди сюда. — Взяв куклу, Арон сам сел на ящик и посадил куклу себе на колено. — Ну-ка расскажи мне, что с ним случилось?

— Мастер… мастер… — начала игрушка, но снова заплакала. Признаться, чародей просто не знал, что делать. — Мастер… умер.

— Ну, успокойся. Я здесь, чтобы помочь.

— Я знаю…

— Откуда?

— Я чувствую. Вы очень добры. Прямо как мастер. Я точно это знаю.

— Хм… как тебя зовут?

— Тук я.

— Тук, расскажи мне все сначала. Куда делся мастер? Что с ним случилось?

— Хорошо. А… насколько сначала?

— С самого. Я плохо знал мастера, но он подарил мне этот посох. Начни с того, каким он был, — зашел издалека маг.

— Добрым! — сходу ответил Тук. — Очень добрым! Самым добрым!

— Хех. Это ведь он вас сделал? — решил Арон помочь кукле собраться с мыслями.

— Да. Мастер делал нас для театра. Он играл с нами. И радость для народа нес. Он любил нас. И своей любовью оживил. Каждого из нас. — На этих словах стоявшие рядом ящики с тихим скрипом приоткрылись, а из щелей показались любопытные глаза кукол. — В каждого из нас он вложил душу, каждым из нас он дорожил! А еще он очень много с нами общался. Мастер любил с нами общаться.

— А что случилось потом?

— Потом… в городе стали происходить перемены. — Крышки сундуков и ящиков открылись сильнее и из них начали выбираться куклы. Они просто стояли и смотрели, их было очень много. — Стража становилась жёстче, люди становились все беднее. Чтобы помочь им, мастер перестал брать деньги, показывал спектакли бесплатно. Мы несли им радость! Когда люди приходили, они становились чуточку счастливее, веселели. Забывали свои беды. Пусть на время, но все же. А затем об этом прознал барон. Злой-презлой барон. Он приказал схватить мастера. Ему не нравилось то, что мастер делал. Как его любили люди. Как уважали. А потом пришла стража. Они схватили мастера и поместили в темницу! Я там был. Там так сыро и так плохо пахнет. Все время где-то что-то капает, кто-то стонет, а стража ведет себя совершенно некультурно!

— Какие они плохие, — цыкнул маг.

— Да! А еще мастеру было почти нечего кушать. Я носил ему кушать, рассказывал о мире, я пытался помочь ему, пытался… как мог. Но этого было мало. А потом мастер сильно заболел. Его душа… она не могла быть в темнице! Она желала свободы, он не мог без нее. И потом… перед смертью… он отдал мне свое сердце. — На этих словах кукла протянула сложенные лодочкой ручки и показала то, что в себе прятала.

Арон не поверил глазам — не каждый маг обладал такой силой, какое прятала в себе кукла. Зато теперь понятно, почему время обошло этот театр стороной. Яркое, чуть аловатое сияние озарило комнату, неся в себе теплоту.

Арон даже протер глаза, столь тяжело ему было поверить в увиденное. И самое интересное — он смог прикоснуться. Эта сила… она не обжигала. Она несла в себе те светлые чувства, которые мастер заложил в свои творения, то, что он нес народу. Про себя Арон отметил, каких только чудес нет на свете, и какие только есть люди, способные на эти чудеса. И мастер был одним из них. И пока они — Арон и другие волшебники — воевали в мире реальном, пожилой мастер воевал со злом в мире духовном.

— Тук, а листок, что ты сжимал… откуда он? — взяв себя в руки, спросил Арон.

— От мастера, — пряча обратно сердце силы, ответила кукла. — Это он написал. Перед смертью… — последние слова прозвучали совсем тихо.

Подобрав листок, Арон вчитался. В нем были слова о том, как Мастер сильно любит свои творения. И о том, что они не должны по нему грустить. Что мастер всегда будет рядом с ними.

— Послушай, Тук, — окликнул куклу Арон, отложив листок.

В его голове моментально сложился план действий. Барона не любили в городе. Очень не любили. И этим можно воспользоваться, а для начала стоило бы заставить Тука и его товарищей поверить в себя. Пусть они куклы, но они должны понять, какую силу держат в своих игрушечных ручках. И это не магия, а нечто куда более сильное — то, что затронет саму душу.

— Да? — утирая рукавом невидимые слезы, отозвался Тук.

— То, что здесь происходит — неправильно. И ты должен стать голосом мастера, — на полном серьезе сказал Арон.

— Что? Я?! — изумилась кукла.

— Да, ты. Знаешь, что я думаю? Я думаю, что мастер очень хотел бы, чтобы вы продолжили спектакли!

— Но… но ведь… мастера больше нет. И кто будет их проводить?

— Вы будете их проводить, Тук. Вы! Ибо, как сказал мастер, он всегда будет с вами. Более того, ты носишь его сердце! И я уверен, что он будет очень рад, если вы продолжите дарить людям радость, тем более в такой трудный для всех час. И то, что вы тут сидите и страдаете… мастер такого бы точно не оценил, — качнул головой Арон. — Так что соберись. Ты и твои друзья. А иначе вы сами предадите то, во что верил мастер.

— Да… да, вы правы, — оживился Тук. — Вы абсолютно правы, добрый друг мастера. Он не хотел бы такого. А мы… мы напомним людям! Обязательно напомним. Простите меня, я ведь даже не спросил вашего имени. Как вас зовут, добрый друг мастера?

— Арон.

— Спасибо вам, Арон! — Поднявшись, маленькая кукла обняла чародея. Обняла что было сил в этих крохотных ручках. — Но Арон, как нам это сделать?! Ведь мы всего лишь куклы.

— Я помогу. Я разнесу афиши и подготовлю театр. А вы подготовите спектакль. Согласен?

— Да!

— Вот и хорошо, — кивнул чародей, улыбнувшись. — Не бойся. Теперь все будет хорошо, я обещаю.

— Правда?

— Да. У вас остались афиши?

— Конечно!

— Ну-ка, покажите их мне.

Куклы сноровисто принесли магу со склада пару пачек. Поменяв с помощью магии дату, чародей взял листки и вышел с ними на улицу. Из-за угла прямо на театр смотрели дети, среди которых был и Седрик. Ухмыльнувшись, Арон пошел прямо к ним.

— Седрик!

— Простите господин, мы не следили, — тут же склонился мальчишка, да и другие состроили виноватые лица.

— Вы как раз вовремя. Мне нужна ваша помощь. Поможете? — при этом чародей подкинул несколько монет.

Сначала лица мальчишек вытянулись. Потом парни подобрались, выпятили грудь, а глаза загорелись.

— Конечно, господин! С радостью! Только скажите! — заголосили мальчишки.

— Тогда вот листовки. Развесьте их по городу — чем больше, тем лучше. Привлекайте всех. Только стражникам не попадитесь. Если будут проблемы, бегите сюда. Все ясно?

— Да!

— Выполнять!

Нелепо, но старательно, на воинский манер ударив себя в грудь, ребятня разбежалась выполнять поручение. А Арон вернулся обратно в театр. До концерта оставались считанные часы, а ведь нужно было вернуть театру его первозданный вид.

Первым делом, переходя из одной комнаты в другую, чародей убрал пыль. Затем восстановил и зажег освещение, которое оказалась в театре магическим. После этого где-то что-то отчистил от грязи, покрасил, смазал. Арон как раз приводил в порядок пол в главном коридоре, как от этого занятия его отвлек вбежавший дверь запыхавшийся мальчишка.

— Господин! Там… — начал он, но в дверях показалась стража.

— Какие-то проблемы, господа? — с ходу отреагировал чародей, загородив собой ребенка и взяв в руку посох. Взгляд, которым он смотрел на стражу, был отнюдь не добрым.

— Э-э-э… — впали в ступор солдаты.

— Ну? — поторопил их маг.

— Этот мальчишка развешивал бумажки, — показал воин одну из листовок.

— И?

— Это незаконно.

— Почему?

— Театр давно закрыт. Представление некому показывать.

— Представление будет. Не сомневайтесь, — заверил чародей стражу. — Так что с листовками все в порядке.

— Эм…

— Что-нибудь еще?

— Нет, но…

— Тогда, я попрошу вас удалиться и не мешать работе. — И чародей захлопнул входную дверь прямо перед носом воина.

Расчет был прост. В следующий раз Арон надеялся встретить начальника городской стражи. Как говорится — зачем бегать, когда он сам к тебе придет?

— Здорово вы их! — задорно отозвался из-за спины малец.

— Ты как, в порядке? — повернулся Арон к мальцу, и тот активно закивал головой. — Хорошо. Передохни и, как эти уйдут, можешь выходить.

— Хорошо господин! А…

— Что такое?

— А нам можно будет на спектакль?

— Конечно. Ладно, мне надо возвращаться к работе. Если что, окно вон там, — указал Арон на комнату, из которой хорошо было видно входную дверь.

Кивнув, мальчонка побежал высматривать стражу, а маг вернулся к облагораживанию театра. Благодаря магии и сердцу мастера, работы на удивление оказалось мало, намного меньше, чем думал Арон. А потому через час театр был готов принимать гостей. Несмотря на то что до представления оставалось полчаса, люди уже начали собираться.

Правда, в один прекрасный момент пришел еще один отряд стражи, более серьезный, во главе с начальником городской стражи.

— Какие-то проблемы? — ухмыльнулся Арон, а про себя подумал, что эти два слова ему скоро будут сниться.

— Ты! Волшебник! Что ты здесь делаешь? — указал капитан на мага.

— Собираюсь посмотреть спектакль, а что?

— Согласно распоряжению барона никакого спектакля не будет, а тебя он вызывает на беседу в крепость.

— Какая прелесть. В таком случае, передайте, пожалуйста, барону, что пусть сам сюда придет. Это раз. — Улыбка мага стала шире, а взгляд воина еще суровее. — А во-вторых, представлению быть. Если кто-то против, то пусть выскажется мне в лицо, я внимательно выслушаю. Вот, например, кто-то из вас против? — обвел маг солдат улыбчивым взглядом.

— Нет… Нет. Нет, — заголосили стражники.

— Ну вот. Так какие проблемы?

— Нет проблем, господин маг, — рыкнул капитан. — Но прошу вас обратить внимание, что барону это очень не понравится.

— О, господин капитан стражи, поверьте мне, это меньшая из его проблем.

— Что вы имеете в виду?

— Видите ли, кукольник был близким мне человеком. А я очень злопамятный. И если барон сам ко мне не придет, тогда уже я приду к нему. На задушевную беседу. Так что в ваших же интересах, капитан… — голос мага стал серьезнее, а взгляд посуровел. — Не стойте у меня на пути. И если я узнаю, что ваши люди решили помочь вашему хозяину, то… не обессудьте, — развел руками чародей.

— Да как ты смеешь? Ты, чужак, пришел сюда и что-то требуешь?! Да ты знаешь, что с тобой сделают трое Великих?!

— Вы не о том думаете, господин страж города. — При этих словах посох мага угрожающе засветился, хоть и висел за спиной. — Трое великих там, а я — здесь, рядом. Так что подумайте капитан, подумайте. Всего доброго!

Последними словами Арон дал понять людям, что разговор окончен. Ошарашенная стража неспешно побрела обратно, то и дело оглядываясь на стоявшего на месте мага. Стоя на входе и скрестив руки на груди, Арон смотрел вслед удаляющимся стражникам. Он понимал, что барон не только этого не простит, но и попытается помешать, но чародею это только на руку. Независимо от того что предпримет барон — все будет на руку Арону. Маги всегда больше доверяли друг другу, чем даже королю, тем более именитые маги. Это раз. Два — барону не выбраться из города, пустись он бежать — собственная стража доставит его к Арону, только бы уберечь свои шеи. Он ясно дал это понять как их командиру, так и свидетелям. А три — это личная встреча с бароном. Но когда она будет, и будет ли — большой вопрос.

Шло время, все больше людей стремилось попасть на спектакль, настолько, что за двадцать минут до начала все места были уже заняты. Но некоторых это нисколько не смущало. Кто-то пристраивался в конце зала, другие на втором техническом этаже с балкончиком, откуда видно сцену. Некоторые садились прямо на пол перед сценой, другие располагались вдоль крайних проходов.

Как Арон и думал, сам барон так и не решился появиться, зато пришли некоторые стражники. Самые обычные люди, сдавшие свое оружие и броню на проходе, чтобы не нервировать мага. Как сказали они сами, очень хотели посмотреть на представление из детства. Потухли огни, остались только те, которые подсвечивали одиноко стоящую на сцене куклу. Тук стоял, сжимал старенький листок мастера и словно бы снова и снова прочитывал записанные на нем слова.

Признаться, Арону и самому было интересно, до чего додумались куклы, ведь занимаясь своими делами, он за ними совершенно не следил. Стоя среди зрителей в конце зала, он, как и остальные, с любопытством смотрел на Тука. Шли минуты, кукла не шевелилась. Люди уже начали беспокоиться, но затем, внезапно для всех, кукла пошевелилась. Не было никаких нитей — для многих поразительным был сам факт того, что кукла двигается. Она подняла голову и посмотрела на замерших зрителей. А затем, отведя листок в сторону, Тук тихонько запел:

— Историю ужасную я вам поведать должен, о бедном мастере, трудяге-добряке. Конец его истории для многих будет сложным. Всю жизнь работал он на старом верстаке, — голосок дрожал, казалось, что слова, что выходят из малыша, давались ему неимоверно тяжело. Но он продолжил: — Красивых кукол мастер делал для театра и ими на концертах управлял. А зритель был доволен от спектакля, ведь для народа мастер радость доставлял, — сделав паузу, Тук улыбнулся, а из-за кулис пошли другие куклы. Самые разные, от мала до велика.

И глядя на них, люди переживали сильнейшие эмоции. Ведь перед ними было их детство. Те герои, которые дарили им яркие впечатления тогда, вновь стояли на сцене и напевали:

— В куклы души он вложил и ими сильно дорожил, кукловод их всех любил, любовью кукол оживии-и-ил, — словно схватив звезду, Тук поднес её к сердцу.

И пока он пел текст, остальные подпевали:

— Злой барон прознал о кукловоде, о том, что все любили старика. Он неугодной картой был в колоде. И тут же стражники сковали мастера! Сидит в темнице старый кукловод, там сыро и зловонием несет, забыл давно о кукловоде том народ, лишь кукла часть души его в себе несет.

И набирая обороты, они запели:

— В куклы души он вложил и ими сильно дорожил, кукловод их всех лю-бил!

А дальше Тук продолжил:

— Наш добрый мастер сильно заболел. Он своей смерти смотрит уж в лицо. В его созданиях жизни огонек горел, то чудо, что он сделал, велико! И вот пред смертью старый мастер кукле свое сердце передал. У старца был характер, но без свободы он страдал.

Все тут же смолкли, и запел только Тук:

— В куклы души он вложил и ими сильно дорожил, кукловод их всех любил, любовью кукол оживии-и-ил. — И он демонстративно показал в сложенных ладошках спрятанное сердце мастера, как показал его Арону.

И сердце сияло. Сияло, дарило свет и несло радость. Оно словно бы залечивало раны на самой душе, заставляло поверить в чудо. Даже Арона проняло, по его щеке скатилась скупая слеза, что уж говорить о простых людях.

— Друзья. Не забывайте добра. Помните! Плохие люди будут всегда. И лишь вместе мы сможем сделать этот мир лучше! — провозгласил Тук. — Да, мастера с нами больше нет, но его тепло, его вера в чудо, его сердце осталось с нами! А теперь давайте вместе хорошенько повеселимся! С сегодняшнего дня я открываю кукольный театр имени Великого Мастера Всех Кукол!

Арон отдал должное Туку. То, что началось дальше, сложно описать. Куклы шутили, смеялись, дурачились. Они делали то, для чего были созданы. Дарили чувства. Светлые чувства, о которых многие в этом городе уже позабыли. И все шло хорошо, ровно до того момента, пока Арон не почувствовал нарушение защитного контура. Тихонько покинув главный зал, он притворил за собой дверь. В этот самый момент входная дверь распахнулась, и в ней показался начальник городской стражи.

— С возвращением, капитан, — улыбнулся маг. — Что-то случилось?

— Я… хотел извиниться. Я думал над вашими словами, господин Арон. И хочу сознаться.

— В чем именно, капитан?

— Во всем. Что здесь случилось, как это случилось. Только прошу, не гневайтесь. Мои люди выполняли мои приказы, прошу, не трогайте их.

— Смело, — оценил маг. — Очень смело. Так и быть, никого не трону, но вы расскажете мне все, что знаете.

— Да, господин.

— Барон в замке?

— Да, господин.

— Ладно, пойдем, навестим, хех, бывшего хозяина города.

— Прошу за мной, господин.

Капитан стражи повел мага прямиком к крепости. В пути Арон решил задать воину пару вопросов.

— Итак, капитан, как насчет того, чтобы ответить на пару моих вопросов?

— Конечно, — поправив воротник и смахнув каплю пота с виска, ответил воин.

— Скажите, а как так вышло, что люди в городе в долгах, как в шелках?

— Б… барон поднял налоги. Очень сильно… поднял налоги.

— Вы с кем-то воюете?

— Что?

— Ну… ваша страна и ваш город конкретно с кем-то воюет?

— Нет.

— Может, тогда голодаете?

— Нет, наоборот, урожаи очень хорошие.

— Может, тогда вас замучили бандиты или нечисть какая?

— Нет, господин.

— Тогда скажи мне, мил человек, почему оно так? Почему люди в таком состоянии? Почему барон поднял налоги?

— Не могу знать, господин маг. — Капитан стражи втянул голову в плечи.

— Плохо. Очень плохо. А если подумать?

— М-м-м… Барон правил городом через страх и власть. Он обеспечил нам очень высокие зарплаты и увеличил количество стражи вдвое. Я не знаю, что толкнуло его на этот шаг, могу лишь рассказать о том, как этот шаг реализовывался.

— Ясно. А столица это все одобрила? — поднял бровь маг.

— Нет. Они не знают. В столицу идут письма о том, что здесь все в порядке.

— А как же проверки?

— Все проверяющие проходят заранее оговоренный маршрут.

— Я так понимаю, на том маршруте все выглядит цивильно и опрятно?

— Да, господин.

— А почему люди не уезжают?

— Долги. Они не могут уехать, господин. Да и мы не даем. Вернее, не давали.

— Хорошо, а чем вам не угодил старик-кукловод?

— У него была харизма, а еще он был очень добр. Люди слушали его. Он мог помешать… да и мешал барону.

— И кто был инициатором затеи?

— Барон, господин маг. Но я отдал команду. Я не буду говорить, что мне жаль кукловода, я пытался донести до него мирным путем вести о переменах и тем самым спасти, но он не стал слушать. Он был слишком упрям. А потом мне ничего не оставалось, кроме как выполнить приказ.

— Ясно.

— Могу я спросить?

— Конечно.

— Вы не станете наказывать моих людей?

— Нет.

— А какое… каково будет мое наказание?

— Пока не скажу. Лучше ответь мне, сколько по времени длится уже этот беспредел?

Так они и шли. Арон расспрашивал воина и думал о ситуации в целом, а капитан стражи, переживая за свою жизнь, стараясь не заикаться, отвечал. Однако когда они пришли, крепость оказалась совершенно пуста. Ни барона, ни стражи, ни слуг. Зато явные следы того, что кто-то спешно собрал какие смог вещи и сбежал.

— Вот вам и барон, — хмыкнул Арон. — Кажется, капитан, что вас кое-кто банально бросил.

— Вам не кажется, — хмуро ответил начальник стражи, снимая шлем. — Этот пуд навоза собрал, что смог, и сбежал на своей карете.

— Ваши люди ему помогали?

— Нет, господин маг. После разговора я предупредил их о… некоторых изменениях. А зная, что вы придете сюда, они заранее покинули это место, дабы не стеснять ваши очи своим присутствием. Но никто не сбежал, все в городе, уверяю вас.

— В таком случае прикажите им прочесать город.

— Да, господин. Господин Шиниган…

— М-м?

— Могу я спросить, что вы намереваетесь делать?

— Да. Отправь гонца в столицу с письмом. Опиши все, что здесь происходило, все приказы барона и прочее, во всех деталях и тонкостях. Я подожду, пока сюда прибудет комиссия. Вот она пусть и разбирается и с городом, и с вами. Как вы правильно заметили при нашей встрече, это не моя земля и, как следствие, не моя головная боль.

— Как скажете, — поклонился воин, покидая мага.

Через неделю в город в срочном порядке прибыла комиссия с уполномоченными лицами, отряженными для проверки города. Арон детально показал и расписал им, что здесь происходит, а люди активно подтвердили. Что было дальше, Арона не интересовало. Свой долг он выполнил. Собрав припасы, он собрался отправиться дальше в путь, но напоследок заглянул в театр. Все-таки неприлично уходить, не попрощавшись.

— Спасибо вам, господин Арон, — сказал Тук, обнимая мага на глазах остальных.

— Не стоит. Рад был помочь. Берегите себя и помните, ради чего вы были созданы. Больше не вздумайте пылиться на полке!

— Никогда, — заверил Тук, отстраняясь.

— Ну и хорошо. Прощайте!

— Постойте!

— М-м?

— Это вам. — Тук протянул небольшой деревянный меч, в рукояти которого была проделана дырочка и продета веревочка.

— Что это?

— Мастер вырезал. Он дает силу тому, кто его носит. Мастер сделал его для меня, когда я был совсем слабым.

— Спасибо, Тук, — улыбнулся Арон, беря амулет в руку. — Я буду его беречь.

— Прощайте, господин Арон!

Так, оставив за плечами кукольный театр, Арон отправился в путь…

* * *

— Ну это уже совсем нереально. Нет таких кукол! — возмутилась супруга мельника из толпы.

«Хлоп!» — закрылась книга, и люди вздрогнули.

— Я же просил, — сурово сказал сказочник, осмотрев людей.

— Мастер, простите, пожалуйста, — тут же поспешила девушка. — Дочитайте, пожалуйста.

Еще раз осмотрев людей и убедившись, что больше желающих задавать вопросы нет, сказочник развернул книгу.

— Итак. Столица государства Ма’Ранак встретила мага своим великолепием и чудесами, каких Арон нигде доселе не видел…

Глава 7

Бредя по улицам столицы государства Ма’Ранак, Арон с удивлением рассматривал происходящие здесь чудеса. От одного только вида того, как по небу проплывает гигантская механическая раздутая птица, называемая местными дирижаблем, у чародея захватывало дух. Медленно, вальяжно механизм буквально плыл по небу, вращая расположенные по бокам гигантские винты.

Также отдельного внимания заслуживали редко проезжающие по улицам города самоходные магические кареты. По сути, они выглядели примерно так же, как обычные, но у кучера было особое устройство в виде колеса, которое он крутил — в зависимости от того, куда он его крутит, туда и поворачивала карета. Под ней же располагался сам магический механизм, который и приводил карету в движение. Это было настоящее чудо магической инженерной мысли!

Не меньше Арона поразило и городское освещение, полностью работавшее на магии. Невероятно большое количество адептов, что находились в городе, позволяло реализовать все достижения магии на практике, и, как следствие, взаимодействовать с артефактами. Артефакты же, как выяснил Арон, были не только на улицах, но и в быту. Посетив одно из новомодных пищевых заведений, называемых «рестораны», Арон узнал, что коллектив поваров целиком и полностью состоит из адептов, а на кухне все без исключения инструменты в той или иной степени артефакты.

Не обошел стороной чародей и местные книжные лавки. Где это видано, чтобы книги по магии продавались в простых магазинах?! Да, не полноценные. Да, рассчитанные на адептов. Но сам факт! Ведь хоть они и были для адептов, но писались с тем расчетом, чтобы адепт мог свободно починить тот или иной артефакт, как следствие, их уровень был выше среднего.

Арон шесть дней подряд перемещался исключительно между трактиром и книжной лавкой. Изучение литературы было прервано весьма радикальным образом. На пороге лавки нарисовалась местная стража.

— Господин Арон Шиниган? — вежливо уточнил лейтенант.

Местная стража была одета в легкие кожаные куртки, со стальными наплечниками и шлемами, с которых под кожанку уходила кольчуга. На левой стороне груди у каждого — фиолетовый символ парящего сокола, символ городской стражи. У лейтенанта же на правой стороне добавилась эмблема в виде дважды перечеркнутого треугольника, означающего его звание. Вооружены люди все одинаково — овальными вытянутыми фиолетовыми щитами и коротким копьем с убранным за пояс мечом.

— Да, это я, — ответил чародей, убирая на полку книгу и внутренне напрягаясь.

— Рад сообщить, что вас приглашают на аудиенцию в королевский дворец.

— Король? — вскинул бровь чародей.

— Нет, господин Арон. Совет магов. Но король также изъявил желание говорить с вами. Он просил передать, что благодарен вам за наведение порядка в пограничном городе Кардолане и хочет выразить свою благодарность личной наградой.

— Ясно, — выдохнул Арон.

Все-таки он не любил ни дворцы, ни политику, ни подобные аудиенции. В большинстве своем они были одинаковы — король просто всеми силами старался завлечь чародея на службу. А самое противное — слышать не желал об отказе, хоть и понимал, что повлиять на решение просто не может. Таким образом легко можно было заиметь обиженного короля за спиной, что было чревато, но пока Арон этого мастерски избегал.

— Скажите, вы свободны сегодня вечером? В восемь?

— Да.

— Тогда в восемь вечера вас будут ждать, — кивнул воин и, чуть поклонившись, в сопровождении других солдат покинул лавку.

— Тяжела она — жизнь мага. Ну никакого покоя, — тихо возмущался чародей в ответ на заинтересованный взгляд пожилого продавца.

Просидев в лавке до самого вечера и купив еще несколько приглянувшихся фолиантов, от которых в номере в трактире уже не было места, чародей отправился во дворец. Предупрежденная стража без вопросов пропустила мага внутрь, где его на пороге встретил другой чародей.

Высокий мужчина в красной накидке с деревянным посохом в руке и серьезным прямоугольным лицом. Белые волосы опускались до плеч, на руках надеты подходящие под цвет накидки элегантные перчатки, обут в черные сапоги.

— Приветствую, странствующий брат, — громко поприветствовал Арона чародей. — Мое имя Евар. Я — один из трех магов этих земель.

— Арон Шиниган, — просто и незатейливо ответил Арон, даже не пытаясь себя как-то подать, чем немного удивил Евара. — Просто странствующий маг.

— Я рад приветствовать тебя у нас в гостях. Пройдем!

Развернувшись, Евар повел Арона за собой. Дворец, в который пришел Арон, просто кричал о том, что к нему приложили руку чародеи. Начать с того, что он был высоким. Очень высоким. Белые стены, широкие окна, вычурные золотые узоры, покрывающие каждый метр дворца. Три величественные башни, находившиеся чуть в стороне от основного комплекса, ясно намекали на тех, кто в них живет.

Внутри дворец выглядел еще краше, чем снаружи. От количества деталей у непривыкшего к подобному Арону просто рябило в глазах. На постаментах стояли разные вазы, по углам расставлены цветы. Королевская стража, стоявшая на каждом проходе, больше напоминала сошедших со страниц сказок легендарных воинов — полностью закрытые блестящие позолоченные доспехи на белом фоне, на плечах накидки, стоят с алебардой в одной руке и овальным щитом с символом города в другой.

Примечательно, что все это добро — чистые артефакты. Ну да, три мага в королевстве, почему нет? Аналогичная атмосфера и обстановка была и в залах, через которые Евар проводил Арона. У странника сложилось впечатление, что его ведут по чему-то нереальному. Слишком все красиво. Зашкаливающе слишком, а он сам, наоборот, любит минимализм.

Евар привел чародея в зал, где уже были два других мага и король. По сравнению с теми, через которые Арон проходил, этот зал был небольшим, до потолка всего лишь метра три, в то время как в других залах были все восемь. Украшено все в аналогичном стиле: обилие лепнины, позолоты, много разных растений, расположенных вдоль стен в специальных нишах, а в центре зала — мраморный круглый стол с отверстием посередине.

— Приветствую странствующего волшебника в стенах моего дома! Хан Ма’Ранак, наследный король королевства Ма’Ранак, — уважительно поклонился король.

Невысокий мужчина, даже ниже Арона, всего полтора метра ростом. На плечах — длинный с пушистым воротником плащ. На голове — аккуратная элегантная диадема-корона, инкрустированная аметистами. Одет в пышный белый костюм.

— Доброго дня, — не склоняя головы, ответил Арон.

Приличия приличиями, но перед такими голову клонить нельзя, это чародей уже понял. Начинают давить. Маги также не стали кланяться, лишь приветствующее кивнули. Причем все трое выглядели по-разному. В то время как Евар предпочитал алые тона, второй волшебник был одет в строгий белый костюм, с позолоченными узорами. Зато понятно, кто основной архитектор.

А вот третий маг… на деле это вообще оказалась девушка. Одета в белую длинную мантию с позолоченными узорами. Руки сложены перед собой и спрятаны под очень длинными рукавами. Длинная одежда скрывала у девушки все, что только можно скрыть, потому Арон даже примерно не мог определить ни фигуру, ни чем она пользуется в качестве вспомогательного артефакта, так как посоха у дамы замечено не было.

— Лей Крат, — кивнула девушка.

— Маргон Крат, — представился мужчина рядом с ней.

«Интересные дела получаются, — подумал Арон. — То, что в королевстве целых три мага, знают, все кому не лень, а вот то, что один из этих магов — девушка, не знает никто, даже в самой столице».

— Арон, как насчет поужинать в нашей компании? — Хан показал рукой на стол.

— Конечно.

Как только люди расселись за столом, слуги тут же начали выносить еду.

— Итак, Арон. Как вы могли слышать, я благодарен вам за решение конфликта в Кардолане. Вы правда оказали мне неоценимую слугу, так как получить восставший город — последнее, что мне надо. Кроме того, как я слышал, в том городе открылся волшебный театр, в котором все куклы живые, и, как я могу судить, вы приложили к этому руку. Безусловно, очень интересное место, и я обязательно его посещу. Но не могли бы вы рассказать, как все было?

— Почему нет? Могу. Но говорить, что я навел в городе порядок — будет сильным преувеличением. Да и кукол я не трогал. Кукольник, что создал тот театр, создал и живых кукол. Старик обладал властью в городе, люди слушали его, а потому барон устранил возможного нарушителя. Но он не учел, что кукольник — близкий друг моего учителя. Я решил навестить старого знакомого и очень не обрадовался тому, что увидел. Ну, пока навел порядок в театре, отписался вам за беспредел, царящий в городе.

— Но почему вы дали барону уйти?!

— О-о-о, поверьте, далеко он не ушел, — улыбнулся Арон, принюхиваясь к запечённой фаршированной утке, поставленной прямо перед ним.

— Откуда же такая уверенность? — спросила Лей.

— Хм… как бы объяснить… — задумался чародей. — Вот вы бы смогли выбраться из города, где каждый житель знает вас в лицо и хочет убить? Очень хочет. Где половина людей вашими стараниями так и вовсе скатилась до аморального состояния. При этом у вас совершенно нет ни магии, ни боевых навыков. Замечу, что стража при этом как минимум не будет им мешать, а как максимум — поможет. Просто чтобы не злить и без того раздраженного мага. При таких вводных шансы выбраться из города просто ничтожно малы…

— Резонно, — кивнула девушка. Подняв магией вилку и тарелку, она быстро-быстро накладывала себе овощи. — А вы потом его не искали?

— Ну как… поискал, конечно, но кроме разбитой и брошенной личной кареты барона, следов крови, ничего не нашел. Собственно, потому-то я даже не пытался его поймать. Зачем?! Наоборот, останься он во дворце и дождись меня, вот тогда начались бы проблемы.

— Проблемы? — уточнил Евар, наливая в бокал вино. Также магией.

Глядя на то, как чародеи мастерски оперируют телекинезом, Арон подловил себя на мысли, что до такого уровня контроля ему еще предстояло дорасти.

— Самому не убить и не дать убить разъяренной толпе, — пояснил Арон, по старинке отрезая себе кусочек мяса. — Люди почувствовали поддержку, но так как все вроде как начало налаживаться, никто не стал буянить, а кукольный театр активно вдохновлял людей на самые лучшие чувства, так что все закончилось так, как закончилось. Люди целы, кто незаслуженно пребывал в темнице — на свободе, а ваша команда проверяющих занимается восстановлением города.

— Вы все просчитали, — заметил Хан.

— Ну не все, но… многое, — кивнул Арон.

— Вы необычный человек, господин Шиниган, — привлек к себе внимание Евар.

— Я не страннее любого мага. Все мы в той или иной степени необычны, — пожал плечами Арон.

Так они и сидели. Король практически не участвовал в разговоре магов, а волшебники обсуждали последние новости, делились кое-какими открытиями, шутили на какие-то только им понятные темы.

А затем, после очередной шутки, Евар задал Арону вопрос:

— Арон, как вы смотрите на то, чтобы присоединиться к нашему скромному трио? — спросил Евар, не отводя взгляда от Арона, а затем отпил вина.

— О-о-о, нет-нет, прошу меня простить, Евар, но я вынужден отказаться.

— Почему же? — подалась вперед Лей.

— Я предпочитаю уединение городской суете.

— Вы не похожи на социопата и отшельника, чтобы обходить города и людей по широкой дуге, — заметила Лей.

— Нет, не похож. Я просто странствующий волшебник. Да, я захожу в города. Посмотреть, изучить, поговорить с людьми. Но затем я иду дальше — до следующего города, деревеньки или какого-нибудь загадочного аномального места. Интересно ведь, что там.

— Похвально, — кивнул Маргон. — А вы не думали, что здесь можете получить все, что захотите? Ведь ковен четырех магов способен на очень многое.

— Вы абсолютно правы, Маргон, в том, что такой ковен способен на многое. Но вы ошибаетесь в другом — то, что мне нужно, я не получу. Как я сказал ранее, мне нравится путешествовать. Нравится изучать новое, заводить знакомства, гулять по миру. Я уже имею то, что желаю. Но в то же время и ваше предложение очень щедрое, так что я буду рад оказать вам помощь, коли та вам нужна. Так сказать, в дружеских целях.

— Похвально. И мы ценим данное предложение, — серьезно кивнул Евар и переглянулся с остальными. — И знаете… у нас действительно есть кое-что, с чем вы можете нам помочь.

— Что-то случилось? — подался вперед Арон, поставив бокал с соком на стол.

— Можно сказать и так. Дело в том, что у наших соседей, королевства Рай’к, стали происходить странные дела. У них нет магов, чтобы в них разобраться, однако эти шевеления не могут не беспокоить нас. Уже который месяц оттуда идут подозрительные эманации, не вызывающие у нас доверия. Эти земли находятся вне нашей юрисдикции, и будет очень некрасиво, попытайся мы туда влезть. Все-таки служба на определенную сторону накладывает ряд ограничений и… политических особенностей. А вот для вас это трудов не составит.

— Хм…

— Для такой цели в постоянное пользование я выделю для вас свой личный дирижабль. Что скажете?

— Очень интересное предложение, — кивнул Арон. — Но такими подарками не разбрасываются. В чем проблема? Пожалуйста, внесите немного конкретики.

— Основная проблема в эманациях тьмы, которые мы стали улавливать, — ответил Маргон. — По донесениям разведчиков, в королевство Рай’к стали стягиваться ведьмы и демонопоклонники. Стягиваться со всех кругов. По-хорошему, нам стоило бы ворваться туда и разогнать эту толпу. Но для вторжения в чужую страну нужен повод посерьезнее, чем одни только подозрения. Если вы для нас достанете более веский повод, мы будет очень признательны. Нам не нужны провокации или надуманный повод, нет. Если он будет — хорошо, если нет — нам же спокойней.

— Что ж. Я согласен.

— Отлично, — поднял бокал Маргон. — Евар подготовит свой дирижабль, и уже завтра на рассвете вы сможете отправиться в путь.

На том они и разошлись. Арону не было особенной разницы, куда идти, потому он согласился. Кроме того, когда тебе три мага в унисон говорят, что вон оттуда плохо пахнет, это значит, что оттуда ОЧЕНЬ плохо пахнет и обязательно надо посмотреть, а чем это так воняет.

А наутро, как и было оговорено, Арона встречал особый магический дирижабль. Голубой цвет обшивки, аккуратные формы, по два винта на левом и правом борту, с функцией вращения моторов на все триста шестьдесят. На конце дирижабля — рулевое крестообразное оперение, а на носу — особый вытянутый обтекатель с магическим щитом. В отличие от уже виденных, данный аппарат вместо подвесной имел приклеенную пассажирскую гондолу. Также он имел каплевидную форму, а не форму корабля, как у других. Задав нескольких вопросов, Арон узнал, что данный аппарат — один из рабочих прототипов, построенных в экспериментальных целях. Судно полностью работоспособно и даже обкатано. Единственное, по сравнению с другими дирижаблями оно было меньше, как следствие — легче и шустрее.

Внутри аппарат был предельно прост. Имелась кабина с двумя регуляторами крена, горизонтального и вертикального. Имелся регулятор мощности пропеллеров, а также фиксатор их положения — для горизонтального или вертикального полета. В наличии была приборная панель, но туда Арон пока не лез.

За кабиной находился пассажирский зал, он же кухня, он же комната отдыха. За ним — коридор и две идущие подряд комнаты. Одна для членов экипажа, другая — для мага или иной особой персоны. Затем санузел, а за ним — небольшой склад. Вот и все.

В придачу к дирижаблю шли капитан, старпом и штурман. Также полагался определенный запас топлива, которым были монокристаллы, запасы провизии и ремонтный набор на случай поломки. Касательно поломок Арона отдельно просветили, что судно не боевое, защитой обделено и в случае боя его достаточно легко сбить.

Бесспорно, данная новость сильно поубивала восторг Арона от новоприобретенной игрушки, но тем не менее новинка пришлась по вкусу. Познакомившись с новыми спутниками и дав команду на выдвижение, дирижабль, носящий гордое название «Вихрь», отправился в путь.

— Не страшно? — обернулся к Арону старпом.

Арон сидел в комнате отдыха и глядел в окно на пролетающую землю, предаваясь собственным мыслям, когда его потревожил человек.

Невысокий, ростом как сам маг, немного тощий, одет в форму члена экипажа воздушного судна. На деле форма была та же флотская, просто вместо белого цвета синий. Лицо старпома было посечено мелкими шрамами, словно много-много мелких камешков или осколков стекла единовременно прилетели прямо ему в лицо.

— Нет, с чего вдруг? — повернулся Арон к Лаки.

— Многие во время первого полета цепляются за все подряд или куда-то прячутся. Высоко ведь.

— Высоко, — кивнул Арон. — Но я уже имел опыт полетов.

— Правда?

— Да. Но не таких. Последний полет был верхом на драконе.

— Вы оседлали дракона?! — изумился человек.

— Было дело.

— Это невероятно!

— Ну… может быть. Я нахожу в этом прозаичность.

— Разве вы каждый день летаете верхом на драконе?

— Нет. Но практически каждый день я оказываюсь в очередной истории. Полет верхом на драконе стал одним из запоминающихся, но не выбивающихся из общей тенденции событий.

— Ого! Я и подумать не мог, что жизнь странствующего мага настолько насыщена событиями.

— Скорее, я сам её насыщаю. Так сказать, целенаправленно. А вы? Разве ваша жизнь рутинна? Управлять таким аппаратом — это ведь не веником пол мести.

— Да. Так и есть, — кивнул мужчина. — Но я уже десять лет летаю на дирижаблях, и для меня это превратилось в обычную работу, как для вас ваши приключения.

— М-м-м… Лаки.

— Да?

— Могу я задать пару вопросов?

— Конечно, господин Арон.

— Ты десять лет летаешь, значит, и устройство этих аппаратов знаешь. — Арон провел рукой по подоконнику. — Расскажи, как оно все устроено?

— С удовольствием!

Человек нашел отдушину в волшебнике и с упоением начал рассказывать о любимой работе, о дирижаблях, о том, как они работают, чего стоит опасаться, а какие заблуждения, наоборот, бессмысленны. Иногда мимо них, проверяя корпус, туда-сюда сновал штурман. А когда пришла очередь старпома подменять капитана, то Арон последовал за ним в кабину и разговор продолжился уже там. Более того, под чутким надзором человека Арону даже дали порулить сложным аппаратом. Все-таки что-то в этом есть. Загадочное. И романтичное.

Особенно волшебника зацепила шальная мысль взять дирижабль побольше и обустроить в нем собственный дом. Это ведь очень удобно, когда весь твой дом вместе с тобой летит туда, куда тебе надо. С другой стороны, еще ни одно ездовое животное не прожило больше недели в руках Арона, и были серьезные опасения, что летающий дом тоже не проживет.

Перелет в соседние земли занял всего двое суток, хотя если идти пешком, то ушло бы в разы больше времени. Дирижабль, несмотря на кажущуюся вальяжность, летел очень быстро. Ему не требовалось останавливаться, для того чтобы отдохнуть, потому полет продолжался и днем, и ночью. Сменялся внизу ландшафт, редели леса, и в один прекрасный момент на горизонте показался пункт прибытия.

Город, куда летел Арон, был одним из трех крупных в королевстве и занимал второе место после столицы. Расположение же городок имел очень удобное — на пересечении трех главных дорог, из-за чего имел высокий торговый поток. И когда здесь стали происходить странные дела, многие начали проявлять беспокойство. Но город крупный, имеет многих представителей из других королевств, а потому, с политической точки зрения, существовала определенная неприкосновенность, что осложняло некоторые жизненные моменты.

Арон не стал рисковать свежеприобретенным дирижаблем и предпочел посадить его за городом, а оставшийся путь проделать на своих двоих. И не зря. При ближайшем рассмотрении с виду ухоженный и цивильный город просто-таки фонил темной магией. И чтобы понять почему, для начала стоило бы переговорить с бароном, управляющим городом, или графом, смотря кто здесь главный.

Несмотря на то что Арон ожидал проблем чуть ли не от входа в крепость, пока все было тихо, но пришлось продемонстрировать людям, что Арон действительно маг. Стража, удостоверившись, что перед ними реальный маг, принесла извинения и пропустила Арона без лишних вопросов. Напоследок люди пожелали удачи и даже попросили быть осторожнее, так как в городе нынче неспокойно.

— Простите, а неспокойно в каком плане? — полюбопытствовал чародей, задержавшись на входе.

Количество стоявшей на входе стражи настораживало, а кроме того, говорил за себя их вид и осторожность, с которой они проверяли каждого человека. Стрелки на стене и на специальных привратных башенках чуть ли не каждого под прицелом держали, и Арон исключением не стал. Наоборот, его персона привлекла более всего внимания.

— Странные люди пришли в город, господин маг. У нас только за эту неделю поймали шесть ведьм и четырех сектантов. А еще стали пропадать люди, как обычные, так и стражники. Так что будьте осторожны.

— Хм… если все так плохо, почему не попросите помощи?

— Просим, господин. У столицы просим, и нам помогли. Гарнизон города увеличился в полтора раза, но этого мало. Дошло до того, что в городе после десяти вечера был введен комендантский час, а на улицах стали происходить прямые конфликты.

— Ясно. Спасибо за информацию.

— Пожалуйста. Будьте осторожны, господин, — на прощание поклонился воин.

Оставив служивых, Арон отправился дальше по городским улицам. Встреченные люди хоть и выглядели обеспокоенно, но тем не менее обстановка была более-менее под контролем стражи. Магазины работали, кто-то гулял, кто-то шел на работу, жизнь продолжалась. Однако за неполные полчаса Арон пересекся с восемью ведьмами! Да, посредственными, та же Шиала была им не ровня, но тем не менее сам факт такого количества настораживал.

Сами ведьмы при виде мага стремительным образом исчезали из его поля зрения и старались не отсвечивать. Аналогичная проблема была с сектантами. Кто такой сектант? Это адепт, который решил увеличить собственную силу за счет подписания договора с иносторонней сущностью. В основном это были демоны, реже духи тьмы или какие-то другие, спектр таких нахлебников был очень широк.

Так вот, заключив договор с демоном или духом, сектант получал силу, а взамен давал что-то равноценное. Ну как… это он думал, что равноценное, на самом деле та, иная сущность, какой бы она не была, оказывалась в куда большем плюсе, чем адепт. И что-то или кто-то собирает их всех в одном месте. Осталось только понять: кто и зачем?

— Добрый день, лейтенант Зан. — Арону преградил воин в доспехе, а за ним еще пятеро.

«Патруль», — подумал маг, осмотрев парней в качественных, но явно потрепанных временем доспехах.

— Добрый день, уважаемые. Что-то случилось?

— Не совсем, у нас есть к вам пара вопросов.

— Каких? Я весь во внимании.

— Кем вы будете?

— Арон Шиниган. Странствующий маг.

— Хм…

— Могу доказать, — улыбнулся чародей, уже потянувшись за посохом.

— Буду премного благодарен, — ничуть не постеснявшись, ответил молодой лейтенант.

Подобное поведение говорило о том, что у воина были все причины проверять Арона, а уже это выдвигает ряд вопросов, на которые маг обязательно узнает ответы. И ладно если бы только они. Один раз — случайность, два — уже совпадение, остается подловить третий.

Стукнув посохом по земле, Арон создал на вершине посоха один из виденных им раньше цветков, с той разницей, что он был из чистого света. Обычно сектанты и ведьмы, использующие заемную силу, не могут сделать что-то подобное, так же, как и Арон не мог заставить себе служить духов тьмы. Любая сила несет в себе отпечаток, открывающий или закрывающий те или иные способности.

— Искренне благодарю, — поклонился воин, а за ним поклонились в пояс остальные. — Прошу, простите за беспокойство, господин маг, просто у нас случались инциденты… Когда некоторые переодевались и пытались сойти за магов. А магов у нас не было уже достаточно давно, поэтому… — развел руками воин.

— Ничего страшного, все понимаю. Но до чего обнаглели, — цыкнул Арон.

— Есть такое. Я сейчас сделаю для вас особый пропуск, просто покажете его другому патрулю, этого будет достаточно. — Лейтенант потянулся в карман.

— Хм… интересно. А на воротах мне пропуск даже не думали давать.

— На весь город лишь пятеро имеют данную привилегию, господин Арон, — тут же пояснил лейтенант Зан. — Имею в виду из стражи.

— Тогда понятно. Меры предосторожности?

— Именно. Как бы то ни было, прошу. — Воин протянул небольшую расписку. — Еще раз прошу прощения.

— Ничего, все понимаю.

Посмотрев вслед удаляющейся страже, Арон отметил, что город городу рознь. Там, где одни тебе льстят из-за твоего положения, другие просто выполняют работу, а третьи вообще почти поклоняются, как идолу. Причем расстояние между этими городами может быть всего с десяток километров!

Дальнейший путь прошел без происшествий. Правда, еще дважды патрули подходили к Арону, прежде чем тот добрался до дворца графа. Да, здесь уже были графы. Про себя Арон подумал: «Графы, виконты, бароны, герцоги, какая разница? Все шуты придворные».

Еще в первые месяцы странствий Арон выявил закономерность — все власть имущие, ну или почти все, старались показать свою помпезность. Как-то раз Арон посещал дворец, рядом с ним стояла башня мага, которая была в разы больше, величественнее и, вообще, дворец императора смотрелся как хибара на фоне этого страшного сна архитектора. И болезнь эта была повсеместной.

Возвращаясь к местному управляющему земли — в данном случае управляющей была она. Графиня Картохан. Девушка оказалась очень доброй и молодой. Шестнадцати лет отроду, она просто не имела опыта управления городом, а потому делала столько ошибок, что Арон не знал, за что ему хвататься — за голову или сердце. Все это ему рассказали опытные придворные слуги, которые занимали свои места еще со времен отца графини. Сам отец скончался при загадочных необъяснимых обстоятельствах, и с тех пор вся ответственность пала на юные, слабые и не подготовленные плечики графини.

Вторым пунктом шла доброта графини. Она была слишком доброй. Настолько, что даже матерый воин, ответственный за безопасность дворца, таял прямо на глазах Арона при взгляде на графиню. И чародей его понимал. Девочка была просто очень милой, без капли магии в крови. Причем милой настолько, что хотелось стать грудью на ее защиту и пристукнуть любого, кто посмеет обидеть сие небесное чудо.

Но вот кто даст этому чуду ум, большой вопрос. Девочка умудрилась протолкнуть закон о смягчении смертной казни, и ныне некоторые нелицеприятные представители уголовного сословия, вместо того чтобы болтаться в петле, тихонько сидели в темнице на казенных харчах и в ус не дули. Харчи стараниями той же графини стали не абы какими.

С другой же стороны, были и хорошие примеры такой милостивой политики. Со слов начальника стражи, один из сектантов, который не скрывает того, что он одержим, — к слову, он добровольно сдался власти и сдал остальных — ныне сидит в темнице и отдыхает.

— Что-что? — уточнил Арон, прочистив ухо.

— Именно, господин маг, — кивнул воин. — Я тоже не поверил. И, по правде говоря, я до сих пор не знаю, что с ним делать. То ли к награде приставить, то ли повесить. Тут либо он очень хорошо играет и убирает нашими руками конкурентов, либо я имею честь лицезреть доброго сектанта.

— Э-э-э…

— Вот и я о том же, — развел руками воин.

— Хорошо. Не могли бы вы меня с ним познакомить?

— Конечно, можно. Пройдемте, он здесь, во дворце.

— Вы держите сектанта подле графини?! — изумился Арон.

— Нет, мы держим его в подземельях, но графиня сама иногда ходит навестить этого… с позволения сказать, человека, — особенно подчеркнул воин последнее слово.

— Но…

— Пробовал, — грустно вздохнул воин. — Все равно ходит. Жалко ей его. «Страдает бедный», — выделил интонацией последние слова воин.

Спустившись в подземелье, Арон увидел сидящего в камере человека. Высокий, хорошо сложенный, в пластинчатой броне. Короткие черные волосы, на правой руке из-под закатанного рукава выглядывала какая-то татуировка. Лицо человека не отличалось какими-то деталями. Небольшие брови, с небольшой горбинкой нос, тонкие губы, удлиненный волевой подбородок. Сам человек вальяжно лежал на кровати, закинув руки за голову.

— Н-да. Я многое видел. Такого не видел, — оценил сюрреализм Арон.

— Хм… тонкий голос, легкая походка, волны силы… Райзек, да неужели ты нашел для меня мага? — хмыкнул сектант, открыв веки и посмотрев своими красными глазами на Арона.

Поднявшись, человек подошел к краю клетки и протянул через нее руку.

— Шрайк.

— Арон. — Маг, с полным подозрения взглядом, пожал руку.

— Хм. А ты любопытный. — Глаза одержимого демоном человека блеснули. — Райзек, а где графиня? Я по ней соскучился.

— Р-р-р… — не хуже одного конкретного оборотня прорычал воин.

— Ты как всегда лаконичен, — хмыкнул одержимый.

Пока Шрайк дразнил Райзека, Арон оценивающе смотрел на одержимого. Человек явно был не в себе, но в то же время, если бы он хотел вреда местным, то уже бы причинил и уж тем более не пришел бы сдаваться. Более того, судя по манерам, одержимый чувствует себя в темнице, словно на курорте, что неудивительно.

Однако что-то с ним надо было делать. Немного поколебавшись, Арон решился на один небольшой, но очень занимательный эксперимент.

— Шрайк, — окликнул его Арон.

— Да?

— Как ты смотришь на то, чтобы пройтись погулять в моей компании?

— С удовольствием! — Человек потянулся и хрустнул костяшками.

— Господин Арон, вы уверены, что это хорошая идея? — покосился Райзек.

— Да. Открывайте. Под мою ответственность, — серьезно кивнул Арон.

Чуть поколебавшись, Райзек открыл дверь и выпустил на свободу одержимого, что на его памяти случалось в первый раз.

Прихватив некоторые личные вещи Шрайка, маг и одержимый поднялись наверх.

— Арон, так зачем вы ко мне пришли? — полюбопытствовал одержимый, когда они покидали ворота дворца.

— Ты сдал других сектантов. Почему?

— Может, потому, что хочу творить добро?

— Сектант — и творит добро? — Арон поднял бровь и косо посмотрел на идущего рядом Шрайка.

— А кто сказал, что я сектант?

— А разве нет?

— Нет.

— Тогда как ты объяснишь свою… одержимость?

— Это долгая история.

— Я никуда не спешу. И я очень надеюсь, что ты сможешь пролить свет на то, откуда в этом городе столько ведьм и сектантов.

— Ну… на самом деле я был человеком, а точнее, адептом. Вы знаете, что в городе пропадают люди? — Арон кивнул. — Вот, я был одним из них. Я не знаю, что конкретно происходит, но все эти собравшиеся личности кого-то упорно пытаются призвать. И я должен был послужить жертвой.

— Что-то мне подсказывает, что ты ею стал, — добавил Арон, покосившись на одержимого.

— Угу, — нехотя кивнул Шрайк. — Я смутно помню тот миг. Помню, как меня туда притащили. Связали. Как резали… И воткнули в сердце жертвенный нож. — Шрайк прислонил руку к груди и скривившись потер место удара.

— А что было потом?

— Потому в меня вселился демон. Я не умер, чародей. Пылая яростью и желанием отомстить, ведомый этими чувствами, я помню, как перебил их всех. С тех пор я никогда не был один. Тот, кого они призвали, внутри меня. Я не знаю, зачем это было демону, но в тот момент мы действовали сообща. Я хотел мести. Чего хотел он — мне неведомо. Но потом у нас сложился паритет. Будучи адептом, я тренировал медитации, тренировал самоконтроль. Это надо было для работы, так как я работал в мастерской по ремонту артефактов. И это же мне позволило сохранить самообладание. Демон явно не ожидал, что я смогу сопротивляться его воле, и с тех пор у нас сложился паритет. Я держу его в ежовых рукавицах, держу тьму внутри себя в узде и не выпускаю. Но что с ней делать, попросту не знаю. А он… я постоянно чувствую, как он нашептывает мне желание убивать. Хочет заставить, чтобы я сорвался. Но я держусь. Я не дам ему совладать над моим телом.

— Как знать, демоны очень сильны… и хитры.

— Да. Но это мое тело. И в нем главный я!

— Тише, не горячись, — Арон постарался успокоить рыкнувшего человека.

— Но есть и положительное, — улыбнулся Шрайк. — Я стал лучше видеть, слышать, чуять запахи, осязать. Раны на мне затягиваются прямо на глазах, я проверял, а сам я научился контролировать эту силу. Так что… в определенной степени мы с вами теперь коллеги, — хмыкнул Шрайк.

— Коллеги? Нет, Шрайк, не коллеги. Демон никогда не даст больше, чем получит обратно.

— Не даст, — кивнул Шрайк. — Но я не прошу. Я забираю эту силу. И она велика. — Протянув руку, человек зажег в ней проклятое черное пламя.

Арон внимательно следил за реакцией Шрайка, за тем, как тот смотрит на огонь, и признаться, сам не знал, что с ним делать. В идеале Арон думал его тихонько прикопать, ибо такие личности опасны. Но в то же время Шрайк себя контролировал. Это было видно хотя бы по манере общения. Да, он резкий. Да, видно влияние демона, видно, что Шрайк не то что не боится Арона, а даже не опасается. Однако ни один демон, даже самый хитрый, не стал бы играть в заключенного. Не в их стиле это.

«Черт, как жаль, что кукольника с нами нет… Его бы помощь сейчас ой как пригодилась», — мелькнула мысль на задворках сознания.

Глава 8

— Итак, — Шрайк, сомкнув кулак, выдернул Арона из мыслей. — С чего начнем?

— В смысле? — не понял Арон.

— Ну, в прямом. Сектанты с ведьмами что-то мутят, это и дураку понятно. Если что, это мой родной город, который я очень люблю. Да и за крошку графиню я готов головы рвать. То, что к этим личностям у меня есть ряд личных претензий, я и вовсе в счет не беру. А ты тут, как я понимаю, как раз, чтобы в этом тут разобраться. Или нет?

— Да, но… — замялся Арон, прикидывая как лучше поступить.

С одной стороны, по уму, стоит отправить дирижабль обратно с посланием о том, что Арон уже узнал. С другой — он еще толком ничего не узнал. Да и те трое прихлопнут Шрайка просто потому, что он одержим. А ведь Арон с подобным еще не сталкивался. Вдруг есть возможность помочь человеку? Явно же парень неплохой.

— Что но? — наклонил голову Шрайк.

— Ничего. Так, думаю, с чего начать… Но я не местный, — переключив внимание на Шрайка, ответил Арон.

Все-таки ему был интересен этот человек. Как с научной, так и с человеческой стороны.

— О! Тогда могу предложить я. У нас тут есть один трактир, так в нем постоянно всякие нехорошие личности сидят. Наведаемся?

— Веди, — кивнул Арон.

— Хе-хе-хе-хе, прум-прум-парам-пам-пам-пам, — запел человек, улыбаясь во все тридцать два.

А Арон про себя подумал: не совершает ли он сейчас ошибки?

Компания из мага и одержимого демоном человека, сноровисто петляя по улицам города, шла в сторону самого неблагополучного района этого самого города. Стража к этому моменту уже была предупреждена, что в городе настоящий маг, а также знала его ориентировочную внешность, потому встречи с патрулями были по принципу «увидели волшебника, поклонились, пошли дальше». Единственное — они также знали и о том, кого волшебник сопровождал, потому избежать косых взглядов от воинов было физически невозможно.

— Что ты такой веселый? — не выдержал Арон напора любопытства от вида счастливого лица Шрайка.

— Давно мечтал это сделать.

— Что сделать? — не понял Арон, но они уже подошли к трактиру.

Над ступенями висела вывеска с изображением кабана на вертеле и надписью «Жареный хряк». Несколько людей стояли на крыльце и что-то обсуждали… Ровно до появления пары странных лиц в виде Арона и Шрайка.

Сам Шрайк в пару прыжков поднялся по ступеням и ударом ноги распахнул дверь. Нецензурно поприветствовав всех собравшихся в трактире, он тут же велел всем заткнуться и слушать его. Ничуть не стесняясь, он вытащил ближайшего сектанта из-за стола, держа того за горло на вытянутой руке.

— Шрайк, ну так нельзя, — вмешался Арон, входя следом.

— М-м? — обернулся одержимый.

— Где твоя вежливость? Где манеры, где приличия?

— А… да. Ты прав. Простите. — Он повернулся к сектанту в руке. — Вы не подскажете, какого демона тут забыли? В смысле, в городе?

— Пшел… ты… — прохрипел сектант.

— Ответ неверный, — рыкнул Шрайк и сжал руку. Раздался хруст, тело обмякло и рухнуло на пол. — Итак! Вопрос залу. Я знаю, кто здесь, откуда и чем повязан, как и мой друг. — Кивнул он в сторону притихшего Арона.

Чародей не вмешивался, предпочтя действиям наблюдение. Впервые он готовился спасать бандитов от маньяка, мертвые ведь разговаривать не умеют. Вернее, некоторые-то умеют, но с такими обычно не говорят.

— Так вот, касательно самого вопроса. Почему вас сюда тянет, как мух на результат продукта жизнедеятельности? Я правильно выразился? — Шрайк взглянул на Арона.

— Полностью! — кивнул Арон.

Не успел кто-то что-то понять, как раздался выстрел. Пуля угодила аккурат в лоб Шрайку. С брызгами крови тело одержимого рухнуло на спину, а в зале воцарилась замогильная тишина, прерываемая лишь потрескиванием костра в камине.

Пока люди отходили от шока, Арон уже взял в руки посох, готовясь встревать в бой, и с интересом наблюдал за происходившими в теле Шрайка процессами. А посмотреть было на что. Перестраивалась энергетическая структура, ногти на руках превратились в когти, увеличилась мышечная масса, из-за чего немного висевший ранее костюм теперь сел как влитой. Затянулась и рана на лбу.

— Зря вы так, — заметил Арон, посмотрев на шокированного стрелка в конце зала.

И словно в такт его словам Шрайк открыл глаза. Вместо привычных, пусть и красных, но человеческих, они были вертикальными демоническими. Тут сам Арон забеспокоился и хотел было уже аккуратно нейтрализовать человека, но слова одержимого остановили мага.

— Ах вы твари, я к вам вежливо, а вы стрелять?! Ну я вас…

Несмотря на внешность, вроде бы как человек продолжал себя контролировать. А дальше началась не драка — резня. Ведьмы и сектанты вместе с обычными бандитами попытались убить нарушителей, но что они могли сделать магу и одержимому, вошедшему в силу? Ничего.

Чего Арон не ожидал, так это того, что Шрайк постарается его прикрыть. Да, он убивал, и убивал кроваво, но в тоже время действовал аккуратно, рассудительно, прикрывая Арона, как напарника. И опять Арон столкнулся с этой двоякостью. Демон однозначно оказывал влияние на человека, но в то же время тот оставался при себе. Но надолго ли? Хватит ли у человека сил? Это большой вопрос.

Зачистив и как следует напугав обитателей трактира, Арон и Шрайк приступили к допросу. Ну как — Шрайк допрашивал, Арон предпочел постоять у двери, периодически выглядывая на улицу, чтобы отвести стражу или припугнуть лиц бандитской наружности. В течение получаса одержимый, как мог, измывался над пленными и выудил, что смог.

Посему выходило, что некий сумасшедший пытается призвать князя демонов и устроить вторжение демонов в реальный мир. Остальных же сектантов и ведьм этот тип собирает себе в помощь взамен на обещания разных благ, которыми осыплет их демон.

«Ага. Демон благами осыплет», — саркастично подумал Арон, насмехаясь над уровнем недальновидности глупых людей. Демоны же их самих первыми пошинкуют, за ненадобностью! И ведь верят же. Упорно верят.

И вот здесь, как выразился Шрайк: «Есть проблема, но чья — неизвестно». Дело в том, что князь демонов должен был прийти еще неделю назад, но по каким-то причинам не пришел. Сектанты и ведьмы в панике, что делать неизвестно, еще и главный культист куда-то подевался, никто не знает, где он.

— Ты знаешь, что тебе пора лечиться? — спросил Арон Шрайка как бы промежду прочим.

— Да нет. Чувствую себя просто отлично!

— Вот это и плохо, — вздохнул чародей, очищая одежду Шрайка от крови. — А если серьезно, меня напрягает твое отношения к убийствам.

— Они того заслужили. Сами убивали, жертвы приносили, разве нет? — посмотрел на Арона Шрайк.

— Ты прав. Но беда в том, что не твоя рука должна заносить удар. Шрайк, ты сам не замечаешь, как демон тебя меняет, и поверь мне, до добра это не доведет.

— А что я могу сделать? — рыкнул в ответ Шрайк. — Я не знаю, как мне от него избавиться!

— Есть один способ.

— М-м?

— Знаю трех магов… сильных магов. Они могли бы…

— Нет! — сказал как отрезал Шрайк. — Даже знать не хочу, что ты хочешь предложить, если это касается трех придурков в Ма’Ранак. Ты ведь о них?

Арон кивнул.

— Ты имеешь на них зуб?

— Эти начинают шевелиться только в том случае, когда уже пригорело. Я много чего слышал о них от торговцев… Да и многие изделия Ма’Ранака проходили через мои руки в прошлом. Нет… с ними я даже связываться не хочу.

— Хм…

— Есть другие идеи?

— Надо подумать.

А про себя Арон добавил: «Но сообщение им все равно надо чиркнуть, ибо князь демонов — это не шутки».

— Как вариант, можно пройтись по их тайным пунктам сбора, может, что и выясниться.

— Согласен. Идем. Только надо заглянуть во дворец, мне надо кое-что забрать.

— Хорошо.

Они заскочили во дворец, где Арон тайно отправил человека к дирижаблю. После необычная пара из мага и одержимого отправилась зачищать город. Раз за разом Шрайк и Арон вторгались в спрятанные логова сектантов и ведьм. Раз за разом они искореняли заразу. В первый же день по городу пошел слух об охоте на нечисть. Мало того что все это сборище, как тараканы, разбежалось с появлением слуха о маге, так еще после начала зачистки они начали проявлять удивительную чуйку грядущей беды. Стража, как и простой люд, приободрились, и очень быстро двое человек стали у всех на слуху.

В процессе работы Арон изучал Шрайка и смог узнать того поближе. Хоть и резкий, от влияния демона жестокий, импульсивный, на деле Шрайк оказался очень добрым парнем. Каждый раз он сдерживал порывы прямо на глазах Арона. Каждый раз он тщательно контролировал свое тело. Да, был инцидент, когда Шрайк чуть не оторвал голову одному из прохожих, но вовремя одернул руки, не забыв извиниться перед перепуганным человеком.

И поэтому Арон хотел ему помочь. Чародей активно думал, вспоминал все, что говорил ему учитель, но к несчастью, он не умел изгонять демонов. Бороться с ними? Да. Изгонять? Нет. На тот случай, если он сам подвергнется атаке иной сущности, был один вариант, который чародей без промедления применит, но подойдет ли он Шрайку… большой вопрос. Но так как решалась в первую очередь судьба Шрайка, то и спрашивать надо у него:

— Шрайк?

— Да? — обернулся парень.

— Я тут… кое-что придумал. Один способ.

— Ну-ка?

— Есть такая сущность. Он носит имя Хозяин Снов. Очень могущественный и справедливый. — Уже на имени сущности Шрайк поморщился, как от дольки лимона. — Ты знаком с ним?

— Нет… сам не пойму, что со мной. Просто так… отвратно?

— Это демон. Он знает, кто это. Потому у тебя такое ощущение. Демонам нельзя спать, а иначе он бы их всех давно извел.

— Я понял. И этот Хозяин Снов… он может мне помочь?

— Можно сказать и так. Как я сказал, он могущественен и справедлив. Он очень не любит демонов, духов, иных тварей-паразитов. И он очень не любит злых людей. Такие обычно более никогда не покидают его чертогов, в то время как чистые душой, наоборот, выходят нетронутыми. В твоем же случае, это будет игра наудачу. Я даже представить не берусь, каковы шансы на успех.

— А еще варианты есть?

— Пока — нет. Но от безысходности…

— Согласен, в таком ключе можно и наудачу сыграть. Но давай лучше еще подумаем? А то я не сильно верю в свою… «удачу».

— Согласен. Она у тебя никакая, — грустно улыбнулся Арон.

— Скорее в минусе, — поддержал хохму Шрайк.

Однако иного варианта не появилось, а потом стало поздно. В очередной раз вломившись к горе-призывателям, пара столкнулась с проблемой. Это было то самое место, где Шрайка принесли в жертву, но беда была не в этом. Вместо отработанной схемы Шрайк попытался перебить всех, и вот здесь Арону пришлось вмешаться. Сам демон стремился убить сектантов, и, к несчастью, у него это вышло.

— Шра-а-а-айк? — протянул Арон, выставив посох на дрожащего, с тяжелой одышкой одержимого.

— Прости… прости Арон, я сам не понял, как так вышло, — сглотнув ком, ответил одержимый, пытаясь взять себя в руки. Но у него не получалось.

— Шрайк, успокойся. Дыши глубже, попробуй совладать с собой.

— Не могу… не могу, Арон. Как же холодно…

Бегло осмотрев комнату, взгляд Арона зацепился за нарисованную на полу пентаграмму. И то, что он на ней увидел, дало ответ на все вопросы.

— Погоди… Князь демонов. Шрайк, он внутри тебя! — дошло до мага, и картинка моментально сложилась.

Они не могли найти организатора, не потому что он так мастерски прятался, а потому что он уже был мертв! И остальные сектанты… Князь демонов просто чужими руками чистил следы!

— Догадался, чародей, — прорычал одержимый.

Повернувшись, Арон увидел искаженное в лютой злобе лицо Шрайка. На голове медленно начали расти рога, потрескалась одежда, ноги превратились в копыта, а на руках показались острые длинные шипы.

— Как же ты меня выбесил…

— Спасибо, рад стараться, — зло улыбнулся Арон. — Отпусти человека, мерзота, — впервые Арон позволил злости показаться на лице, а от милого и ветреного чародея не осталось ни следа.

— Он мой, волшебник. А вот ты, за то что нарушил мои планы, сейчас поплатишься!

Не проронив больше ни слова, демон напал. Пошел замах когтистой лапы, но удар пришелся на магический барьер. Сразу же пошла вторая лапа и вот она уже достигла цели. Пробив первую защиту, она столкнулась со второй и, ударив по ней, откинула чародея к стене.

Демон, не ожидавший от мага прыти после такого удара, пропустил сильнейший разряд молнии, от которого у князя мира огня прямо на руке осталась страшная почерневшая опалина. Следом за молнией прилетела энергетическая стрела, но она разбилась о выставленную демоном защиту. Выскочила еще одна стрела, и еще, и еще, а между ними сверкали молнии. Арон обрушил на демона настоящий шквал.

Прямо из воздуха отродье мира демонов призвало проклятый клинок. Выставив левую руку на манер щита, он пошел прямо на мага, отражая все его удары, когда подошел на расстояние удара клинком, сделал замах. Меч прошел аккурат над головой мага, оставляя на стене борозду, а волшебник, пользуясь случаем, в упор обрушил на демона магическую волну, буквально вбив его в стену напротив.

От таких ударов людей обычно приходится соскребать, точнее, то, что от них осталось, но не демонов. Живой и даже невредимый, князь оторвался от стены и, хлопнув в ладоши, с двух сторон обрушил на мага чудовищное давление силы, а сразу после этого пустил вперед огненный шар. Сверкнул щит, и тут же погас, а прямо за ним пролетел еще один удар, и вот он-то почти достиг цели. Второй щит также принял на себя удар, но пламя тут же опутало его с ног до головы, превратив мага в пылающий человеческий силуэт.

Воспользовавшись замешательством чародея, демон концентрированными энергетическими ударами выбил опоры дома, а сам, проломив пол первого этажа, выскочил наружу. Дом сложился, словно карточный домик, выбросив в небо облако пыли.

Но Арон выжил. Маг успел потушить барьер, обновить щит и при этом с помощью живого посоха поймать падающие на него обломки. Неспешно, кропотливо разбирая обломки, прокладывая себе выход на поверхность, чародей пошел наверх. И первое, что он увидел, была демоническая морда, но уже другого демона. Прямо в открывшийся проход на него кинулся какой-то бес, который тут же схлопотал посохом по темечку.

Удар, которым Арон стукнул демона, имел такую силу, что бес на манер меча, визжа что есть мочи, улетел в противоположную магу сторону. Окончательно выбравшись из-под обломков, Арон бегло осмотрелся, но то, что он увидел, его только разозлило.

Прямо на глазах мага на людей наступала настоящая армия тьмы, остановить которую мог только он. Когда-то голубое небо имело багровый цвет, а вместо птиц по нему летали демоны. То тут, то там раскрывались порталы, из которых лезли рогатые твари, и порой не всегда это были именно демоны. Нечисти, которую призывал князь, было более чем достаточно.

А вел их Шрайк. Перехватив поудобнее посох, пыльный, грязный, в потрепанной одежде и очень злой, чародей побежал прямо к одержимому. На ходу Арон не скупился и отвешивал каждому встреченному таких люлей, что добавки не просил никто. Цепные молнии, ледяные шипы, магические стрелы, воздушные удары, сравнимые разве что с наковальней. Задача у мага стояла прямая — одолеть вожака. Без него все это безумие прекратится.

Заметив Арона, Шрайк отреагировал мгновенно — натравил на мага своих прихвостней. Перехватив посох и крутанув, Арон с размаха ударил им в пол. Ледяная волна пошла во все стороны от мага, насквозь проморозив все, чего коснулась. А следом за ней в тех везунчиков, которые оказались вне зоны поражения, прилетели несколько шаровых молний в компании огненных вихрей.

Но того мгновения, в которое маг отвлекся на прихвостней, хватило, чтобы на него напал сам князь. Бешеным вихрем он налетел на Арона и ударом ноги отбросил назад. Но просчитался. Стоило ему коснуться земли, как вспыхнула оставленная магом печать, и тело демона пронзила страшная боль. Одно из парализующих проклятий из ведьминского арсенала показало себя во всей красе. И вот здесь заминкой воспользовался уже Арон — со всего размаху он отвесил князю такую магическую оплеуху, что казалось, у демона оторвется голова. Но, увы, голова осталась на месте, а прямо в полете демон умудрился сгруппироваться и еще до своего приземления бросить в чародея целую группу огненных стрел.

К удивлению Арона, эти стрелы не отскочили от барьера, а увязли в нем. С одной стороны, это очень хорошо — защита, проверенная не одним поколением и из раза в раз улучшаемая им самим, показала себя просто превосходно. С другой же стороны, наличие у демона бронебойных заклинаний сулило большие проблемы.

Возникла секундная заминка. Арон обновлял защиту, демон утирал с губ кровь и удобнее перехватывал меч. И прежде чем он успел атаковать, Арон еще раз ударил посохом по земле. Из этой самой земли выскочил каменный шип, от которого демону пришлось уклоняться. За ним еще один, и еще. Они выскакивали друг за другом, местами доставали, но каждый раз, изгибаясь под невиданным углом, демон уворачивался. Сразу после этого, взмахнув мечом, он послал в чародея энергетическое лезвие, и вот от него Арону уже пришлось уклоняться, так как защиту эта дрянь прошла на раз.

Снова расстояние между ними сократилось, и противники схлестнулись в ближнем бою. Вооруженный демоническим мечом, Шрайк — вернее, тот, кто им управлял — мастерски фехтовал, пытаясь дотянуться и пробить защиту мага, в то время как чародей орудовал посохом и своим зачарованным коротким мечом. Увы, от короткого меча Арона оказалось мало толка. Пробить защиту демона тот не мог, куда эффективнее были удары посохом, но зато мечом можно было парировать оружие врага, что не сделаешь посохом.

Да, Арон проигрывал Шрайку в мастерстве, но выигрывал за счет магии. Разные неожиданные удары делали свое дело, откидывая, жаря, замораживая и порой пробивая защиту демона. То земля под ним вскроется, то камень в затылок прилетит, то битое стекло в лицо, а то и вовсе с неба какая гадость рухнет в самый неожиданный момент. То, что демон за время стычки уже трижды умудрился наступить в разные раскиданные проклятия-ловушки, можно вообще в счет не брать. И вот за счет этих маневров чародей и удерживал свои позиции, но живучести демона могли позавидовать даже тараканы, и с ней надо было что-то делать.

И вот в один прекрасный момент демон снова оступился, земля сомкнулась, фиксируя провалившуюся ногу, еще один кусок земли вылетел, снизу вверх ударив его наподобие апперкота, а чародей в этот момент ударил все по той же голове посохом, переломив один из рогов. Дезориентированный демон пытался прийти в себя, созывал своих прихвостней на помощь, но удар посохом по лбу положил конец столкновению.

А затем чародей, прокусив палец — ведь другие письменные принадлежности отсутствовали — начертил на пострадавшем лбу символ Хозяина Снов, отправляя сознание и человека, и демона к великому духу. Тут же захлопнулись порталы, а небо начало проясняться. Бросившиеся в панике духи тьмы вместе с демонами пустились наутек. Битва оказалась выиграна…

Подловив еще нескольких, Арон устало выдохнул и сел рядом с телом Шрайка.

— Все. На сегодня приключений хватит, — выдохнул чародей и, посмотрев на небо, тихонько засмеялся. Скопившийся стресс и напряжение требовали выхода.

— Господин маг, господин маг! — подбежали к Арону двое стражников. — Вы в порядке?

— Да. Что по фронту?

— Демоны бегут, господин. Мы… победили?

— Да. Мы победили, — кивнул Арон, с тоской глянув на Шрайка.

Эпилог

На этом, закрыв книгу, старик прокашлялся и осмотрел затаившую дыхание толпу. В кои-то веки за всю историю его никто не перебил. Улыбнувшись краями губ, старый сказочник подхватил посох и встал на ноги.

— Постойте! А продолжение?! — выкрикнул мельник.

— Да-да, чем все закончилось? — вторила его супруга.

— Победой, — пожал плечами старик.

— Да, но… а продолжение?

— А продолжение… потом. В следующей истории, — еще шире улыбнулся старик, покидая площадь.

Напоследок он остановился возле нищего парнишки семи лет, притаившегося на углу дома и наблюдавшего за всем с поставленного им наземь ящика.

— Виконт, что ты все в стороне да в стороне? — спросил старик, глянув на мальчишку. — Не стоит тебе меня стесняться, просил ведь.

— Да, — кивнул парень. — Но дедушка Айк, вы же знаете, как на меня люди смотрят. Я не хочу, чтобы на вас так же смотрели!

— Как на нищего оборванца? — уточнил старик с ухмылкой на губах, на что парень кивнул. — Не беспокойся, на меня так никогда не посмотрят. И вообще, пойдем-ка, я тебе кое-что расскажу.

— Что, дедушка? — заинтересовался ребенок, спрыгнув с ящика.

— А ты знал, что ты не нищий? Что ты богаче, чем все люди в этой деревне?

— Нет… — удивленно ответил мальчик, захлопав глазами.

— Ну вот. А ведь это так. Идем, я тебе покажу.

— Да, дедушка. Дедушка Айк, а Шрайк, — тут парень обернулся, и убедившись, что никто не слушает, тихонечко спросил: — А он… он спасся?

— Да. Я спасся, — добродушно ответил старик.

— ВЫ?!

— Именно. Хочешь, я открою тебе секрет, откуда у меня все эти сказки? — Увидев быстрые кивки, старик рассмеялся. — Хе-хе-хе-хе… Все просто. Я их пережил. Арон Шиниган был моим учителем. Он многое мне рассказывал, и через многое мы прошли в странствиях вместе. Я как вчера помню тот день, когда оказался в Царстве Снов. Это загадочное, изумительное место, которое заслуживает отдельной истории. И там я познакомился с Хранителем Снов. Древним хранителем, который и помогал Арону, его учителю и многим магам до него. И он помог мне.

— Но… Шрайк же не был магом!

— Не был, — кивнул старик. — Но он им стал. Хозяин Снов подарил ему этот дар.

— Ого!

— Да. Так что все те сказки — они реальны, Виконт. Все они. И я там был, — подмигнул старик.

— А я, я смогу стать магом?

— Конечно, сможешь, — приобнял старик ребёнка. — Я тебя научу.

— Правда?

— Да.

— Здорово! Дедушка Айк, а вы расскажете мне еще истории?

— Конечно, расскажу, — рассмеялся старик и потрепал парнишку по волосам.

Так двое и шли по пустой дорожке. Старик с гордо поднятой головой и нищий оборванец с самым добрым и стойким сердцем.

Конец первой части

Благодарность

Книга написана в честь рок-группы «Хозяин Снов», играющей в стиле «Horror punk», по мотивам их баллад. Каждая песня группы включает в себя короткую, но яркую историю. Некоторые из этих историй и постарался реализовать автор в своей книге.

Сама группа «Хозяин Снов» была сформирована в 2015 году в городе Тайшет, позже перебралась в Иркутск. Необычное сочетание их задорной музыки и историй может с головой погрузить вас в этот фэнтезийный сказочный мир. Под впечатлением от волшебных песен группы у автора и родилась идея написать эту книгу, объединив часть баллад в единую историю.

Также этой книгой автор выражает благодарность группе «Хозяин Снов» за их творчество. На данный момент состав группы такой: Виктор Дмитроченко — вокал, Владимир Платонов — гитара, Эдуард Хабрахманов — гитара, Антон Атлас — бас, Илья Ильичев — ударные.

Ну а теперь: приятного чтения, друзья, добро пожаловать в мир Хозяина Снов!

Content

Сказочник

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Эпилог