Лео Сухов

Первый квест

Глава 1. М-4 «Дон» (платная)

Ровная поверхность шоссе с тихим шелестом стелилась под колёса внедорожника. Когда-то у Игоря была машина попроще, и тогда шелест был не такой тихий. Это был ровный гул, и сложно было услышать, что говорят на соседнем сиденье. Его жену Алису, не привыкшую к дешёвым «тачкам», это тогда раздражало и одновременно веселило.

За одиннадцать лет многое изменилось. М-4 «Дон» стала ровнее, звукоизоляция – лучше, а у них с Лисёнком, как звал её Игорь, прибавилось морщин и забот.

И три их главных «заботы» сейчас шумели на заднем сиденье, обсуждая предстоящий отпуск. А заодно и слегка нервируя Игоря. Старшая дочь, Вера, хмуро уткнулась в планшет, односложно отвечая брату и сестре. А двойняшки Ваня и Лиза спорили о том, насколько большой будет волна на море.

Игорь усмехнулся… Волна на Чёрном море – это разве что во время шторма. Тем более, в Геленджикской бухте. Откуда там вообще взяться большим волнам? Но для пятилетнего ребёнка – это волна так волна… Почти в половину роста!

Сам Игорь в детстве на море бывал всего пару раз, да и то считался счастливчиком. Хотя почти ничего в силу возраста не запомнил. В те далёкие времена, когда ещё по всему СССР развевались красные флаги, с морем было тяжеловато.

Впрочем, когда поднялись новые флаги, с морем стало ещё печальнее. Его семья кое-как продиралась через 90-е, изо всех сил пытаясь встать на ноги. В общем, в следующий раз на море Игорь поехал уже в нулёвых, после третьего курса… Тогда родители впервые позволили себе вывезти его и сестру в отпуск. В жаркую Турцию.

Именно там он и познакомился с Алисой. Со своей будущей женой.

Алиса была девочкой гораздо более обеспеченной. И на море выбиралась регулярно. Но поездки в Турцию опротивели ей уже давным-давно. Встреча с худым глазастым парнишкой по имени Игорь сделала тот отпуск лучшим в её жизни – во всяком случае, так считала сама Алиса. Впрочем, тогда она ещё не знала, что эта встреча сделала лучше всю её жизнь…

Правда, родители оказались не в восторге от выбора «детишек». Причём что со стороны Игоря, что со стороны Алисы. Вернувшись из Турции, влюблённые разъехались каждый в свою жизнь, но так и не забыли тот отпуск. Игорь строил карьеру в фирме отца, а Алиса отказывалась строить карьеру в ведомстве папы. Им обоим было по двадцать девять, когда они снова встретились… И сразу узнали друг друга.

Прошло одиннадцать лет… И теперь они везли своих детей на море, а внедорожник жадно поглощал километр за километром, унося их в отпуск – подальше от работы и надоевшего быта.

Рядом двигался плотный поток таких же машин, в которых сидели такие же рвущиеся на юг отпускники. Предыдущие «ковидные» годы и бурные перемены научили ценить саму возможность добраться летом до побережья. Дорогие внедорожники, простенькие седаны – весь этот поток бесконечной вереницей тянулся с севера на юг по М-4 «Дон»… В основном по платной, конечно.

Игорь не сразу заметил, что на очередной стойке над дорогой, где обычно высвечиваются сообщения об аварийных комиссарах и тому подобное, появились предупреждения. И они относились именно к нему, водителю:

ВНИМАНИЕ! ТУМАН! СОБЛЮДАЙТЕ СКОРОСТНОЙ РЕЖИМ!

Вместо привычных 110 км/ч теперь было разрешено только 80. Игорь лишь тяжело вздохнул и принялся сбрасывать скорость. Он всё-таки был ответственным водителем. И, к тому же, не хотел рисковать любимой женой и обожаемыми детьми. Поедет не выше сотни – ничего страшного…

– И чего мы тормозим? – удивилась Алиса, которая как раз отвлеклась на стаканчик с кофе.

– Туман впереди, Лисёнок… Высветили предупреждение! – пояснил Игорь.

– Ну и ладно!.. – жена беззаботно махнула рукой. – У нас стойка ресепшн в отеле круглосуточная, только…

Обеспокоенно нахмурившись, она оглянулась на детей. А затем снова расслабилась и отхлебнула кофе:

– Поспят в машине!

Игорь невольно отвлёкся от дороги, на секунду задержав взгляд на своей женщине…

Одиннадцать лет – это большой срок. Но она была всё такой же красивой для него. И на третьем курсе, и в двадцать девять лет, и сейчас… Они с Алисой жалели только об одном: упустили несколько лет, не обменявшись телефонами ещё тогда, при первой встрече.

Заминка чуть не обошлась Игорю дорого. Когда он вернул взгляд на дорогу, пришлось резко давить на тормоз. Машина впереди снижала скорость, и только надёжные диски и колодки позволили Игорю не въехать в зад соседу спереди. Судя по визгу тормозов, автомобилю, который ехал за ним, этот процесс дался тяжелее.

Игорь даже подумал, что сейчас станет причиной гармошки… К счастью, обошлось. Фура, идущая следом за чуть не въехавшей в него машиной, сориентировалась и заранее сбросила скорость.

– Муж, не отвлекайся! – потребовала Алиса, которая так и не узнала, кто стал причиной произошедшего.

А Игорь ей не сказал, конечно же. Хотя слегка обиделся. Он же от всего сердца на жену любовался, а она ему вот так… Обидно, честное слово! Сказать бы ей, какая она красивая, но Игорь толком этого не умел. Кроме официального: «Вы сегодня потрясающе выглядите!» – выжать из него комплимент было сложно. Он не был романтиком.

И комплименты, как Игорь сам считал, делал неуклюже – а потому чаще всего молчал. Он относился к тому типу мужчин, которые наивно полагают, что чувства доказывают поступками. Впрочем, Алиса и ценила его за поступки. Хотя от редких проявлений романтики всё же не отказывалась… И всегда хотела больше.

– Что же у вас там такое?.. – задумчиво спросил Игорь, открыв окно и пытаясь рассмотреть, что происходит впереди.

К сожалению, трасса как раз взбиралась на очередной холм, а пробка уходила куда-то за него. И разглядеть, что там впереди, никак не получалось. Игорь потянулся к сигаретам, но отдёрнул руку – не при детях же! «Да и вообще бросать пора!» – напомнил он себе и глянул на навигатор, который сообщал, что пробка продлится три километра и займёт пятнадцать минут.

Игорь с сомнением глянул на обочину, но всё-таки передумал. Поля вокруг не внушали ни грамма оптимизма. Пятнадцать минут – это совсем немного. Нет причины скакать по просёлочным дорогам, да ещё и в туман…

– Вера! Вера! Скажи Ване, что будет волна! – потребовала Лиза слишком пронзительно, чтобы Игорь не поморщился.

– Отстань! – попросила малышку старшая дочь, Вера.

– Мама! – обратилась к последней инстанции девочка.

– Я не знаю, малышка. Может, и будет, а может, и нет… – рассеянно ответила Алиса, а Ваня радостно показал сестре-двойняшке язык.

И потекли минуты – то редкого движения, то нового долгого ожидания… Машины тянулись в горку, а раскалённый воздух дрожал, мешая рассмотреть, что ждёт их там, впереди. Игорь заскучал. Окно он закрывать не стал. И теперь сидел, оперев локоть на дверь и высунув голову в проход между машинами.

«Надеюсь, сзади не подкрадётся какой-нибудь психованный „хруст“! – подумал Игорь. – А то у меня будут все шансы потерять от него голову. Как в той старой шутке…».

Он не сразу понял, что вокруг стало прохладно. И чем ближе был край возвышенности, тем холоднее становилось…

Это было необычно. Всё-таки жара стояла уже четвёртый день. При очередной остановке Игорь высунулся из окна чуть больше – и тут же понял, что не ошибся. 36 градусов тепла, по ощущениям, гнусно превратились в жалкие 25 по Цельсию. И даже оптимистичный термометр машины показывал уже не такие оптимистичные 28 градусов…

– Что за бред?.. – пробормотал Игорь, залезая в салон и закрывая окно, пока не стало совсем холодно.

Вопросительный взгляд Алисы он проигнорировал, состроив лицо, которое как бы говорило: мол, всё нормально – так, мысли вслух. А через минуту их внедорожник неспешно перевалил через край возвышенности, и Игорь даже на миг остановился – хотя водитель, едущий следом за ним, принялся гудеть, как умалишённый.

Впереди, на километры вперёд, расстилался густой туман…

– Ого! – выдохнула Алиса.

– Офигеть!.. – оторвавшись от планшета, выдала Вера.

– Что там?! Что там?! Чего это! – наперебой закричали двойняшки.

– Тише-тише! – попросил их Игорь, потому что гудки за спиной и вопли детей его вышибали из колеи. – Тише, дети! Густой туман!.. Да сколько же он гудеть может?!

Нетерпеливый водитель сзади гудел самозабвенно: прямо как ребёнок, получивший в подарок игрушечную, но громкую трубу. Игорь включил «противотуманки», нажал на газ, и их внедорожник осторожно въехал в молочную пелену. Сотня километров в час? Да в таком тумане страшно было гнать выше шестидесяти!.. Мало ли что там, впереди?

Слева с рёвом устремился вперёд седан, который до этого упражнялся в гудении. Водитель, проезжая мимо, дважды надавил на клаксон, снова сообщая Игорю, что он о нём думает. А Игорь просто показал вслед средний палец. Ну хочет товарищ лететь как не в себе – так и пускай летит… Других-то чего винить в своей истерике?

Мимо, в белесой пелене, проплыла заправка, на которой, похоже, стояли несколько машин. А Игорь сжал зубы и смотрел вперёд – в надежде, что успеет среагировать на возможное препятствие. И хорошо, что он так перестраховался… На выезде с заправки какой-то «герой» решил никуда не торопиться. Выполз, как черепашка, с разгонной полосы в правую – да так и продолжил ползти в черепашьем темпе.

Затормозить Игорь не успевал даже на 60 км/ч. Мельком глянув в зеркало заднего вида, он бросил машину влево, уходя от столкновения и резко набирая скорость. Вскрикнула Алиса, вытаращив глаза и пролив на себя горячий кофе. Сзади раздался рёв клаксона и звук тормозов, и Игорь сразу же кинул внедорожник направо, как только миновал препятствие.

Разъехались… Хотя и были близки к ДТП.

– Муж! Ты что творишь?! – накинулась на Игоря жена, не разобравшись в ситуации.

Но тут же замолчала, увидев, что не одна она злится на мужа…

Судя по углу движения авто, выехавшего с заправки, Игорь так и так оказался бы слева после столкновения. Поэтому он искренне не понимал, из-за чего возмущается водитель, который шёл по левому ряду. А тот не смог спокойно проехать мимо: притормозил, выровнял скорость и открыл правое переднее окно.

За рулём автомобиля сидел мужчина лет тридцати. Глянув на него, Игорь подумал, что почему-то такие обычно не умеют держать себя в руках. Гонят, как не в себе, орут на окружающих – и вообще люди не слишком приятные…

– Не открывай! – попросила Алиса, увидев, что муж тянется к кнопке стеклоподъёмника.

– Он не успокоится!.. – вздохнул Игорь.

Мужик и вправду уже орал, не в силах сдержать эмоции. Его спутница, остроносая блондинка, недовольно смотрела то на Игоря, то в новенький смартфон.

– Сука ты …аная! …бок конченный! Ты чё, ять, творишь?! – ревел мужик, всё больше распаляясь.

– Ты чего орёшь? – спокойно проговорил Игорь. – Не видел, что я от столкновения уходил?

– Да мне насрать, чё…

– Если бы я столкнулся, всё равно бы под тебя вылетел, долдон ты криворукий!.. – всё-таки вызверился Игорь. – Только не ушёл бы назад!.. Всё равно бы ты, мудила, врезался! Езжай давай!..

– Да я тебя… – мужик разразился долгой матерной фразой.

Но в этот момент сзади, как паровоз, загудел клаксон ещё одной машины. После чего возмущённый мужик сплюнул, наконец-то закрыл окно и жёстко дал по газам.

А Игорь только покачал головой. Настроение пошло псу под хвост.

– Пап, а чего он орал? – спросила сзади Вера.

– Дурак он, только орать и умеет!.. – не сдержался Игорь.

– Дурак! – весело засмеялся Ваня, который был за любой кипеж, если не на него ругаются. – Дурак-дурак-дурак!

– Милый! – неодобрительно поджала губы жена. И повернулась к детям. – Ваня, хватит повторять за папой плохие слова! Вера, малышка, этот человек просто не разобрался в ситуации. И испугался. Вот и срывал злость на твоём папе, а не на том, кто был виноват на самом деле.

– Мам, я не малышка! – упрямо сообщила Вера, поджав губы точь-в-точь, как её мать.

И Алиса только тяжело вздохнула… После чего ласково погладила мужа по плечу.

Движение становилось всё плотнее. В правом ряду машины ехали медленнее, а в левом – ещё летели. Однако дистанцию соблюдали все. В такой ситуации одно неосторожное движение – и вся трасса встанет. Никому не хотелось стоять ещё пару часов и получать «лучи добра» от проезжающих. Игорь вцепился в руль и внимательно смотрел вперёд. «Да когда же закончится этот туман?..» – думал он про себя.

Из белесой пелены вынырнули столбы стойки, растянутой над дорогой.

Электронное табло сообщало что-то странное:

ВНИМАНИЕ! НАЧАЛО ПЕРЕХОДА!

Поток машин скользнул вниз: начинался ещё один спуск, и все невольно ускорялись. Игорю стало не до размышлений над необычной фразой. Скорость оказалась великовата. Каким-то неведомым образом машина умудрилась разогнаться до 80 км/ч. Ещё и туман в низине, как назло, был плотным, почти осязаемым – и Игорь начал тормозить. Часто моргая из-за несвоевременной рези в глазах, он пытался сохранить контроль над ситуацией…

Впереди, сквозь туман, высветилось новое предупреждение для водителя. Разобрать сразу, что там написано, не получалось. Игорь всё ещё попытался проморгаться, когда понял, что рядом так же болезненно моргает жена. «Что за …?» – подумал он, прежде чем ему удалось прочитать надпись над дорогой.

И да, это была именно надпись. Потому что она висела прямо в воздухе – и никаких тебе табло, стоек и прочего… Просто надпись в воздухе…

ПЕРЕХОД, БРО!!!

А следом:

ДЕРЖИСЬ!

В последний момент Игорь всё-таки понял: происходит что-то из ряда вон выходящее. И тут же попытался слететь на широкую обочину. Что-то гулко врезалось в днище машины. Вскрикнули жена и дети. Но главное – Игорь наконец-то вырвался из потока. И когда сразу после надписи дорога вдруг исчезла, сменившись белой, присыпанной снегом равниной, его внедорожник уже катился вне потока. С рёвом клаксона рядом пронеслась фура, не успевая остановиться…

Бам!..

Передние колёса их внедорожника ударились о какое-то препятствие, и капот задрало вверх, перекрывая обзор. Завизжала Лиза, испуганно заорал Ваня, и даже старшая Вера совершенно по-детски выкрикнула: «Мама!..».

Алиса тоже, кстати, что-то кричала мужу. А сам Игорь всё время повторял какое-то слово, которое должно было всех успокоить – но даже не помнил, какое. В животе появилось ощущение свободного падения. От страха и злости, не стесняясь глупости своего поступка, Игорь громко заорал:

– Опускайся, мать твою! Назад! – приказывал он капоту, и тот начал медленно опускаться.

Слишком медленно. И в этот момент задние колёса налетели на что-то…

Бам!..

Зад внедорожника подкинуло вверх. Впереди мелькнула белая крыша какой-то машины. Передние колёса чиркнули по ней, но даже этого хватило, чтобы авто Игоря потеряло скорость, как-то криво и со странным стуком приземлилось на землю, пошло юзом, взметая снег вокруг – и, наконец, ударившись обо что-то, замерло…

В салоне наступила тишина. Замолчали Лиза и Ваня, перестала кричать Вера. И только Алиса тихонько всхлипывала, закрыв ладонями лицо. А Игорь вдруг понял, что правую ногу у него свело, потому что всё это время он давил на педаль тормоза, как полоумный.

Откуда-то снаружи тянуло холодом. Издали доносились звуки бьющихся машин, гудение и крики… Игорь обернулся к детям, чтобы убедиться, что никто не пострадал, а затем переключил передачу и поднял стояночный тормоз.

После чего, потянувшись к ручкам регулировки кондиционера, запустил обогрев. Судя по снегу за окном, это было нелишним…

– Чтоб меня, на хрен!.. – пробормотал он, приоткрывая дверь.

Летние кеды немедленно потонули в обжигающе холодном снегу. В лицо ударил пронизывающий до костей ветер. Но Игорь должен был понять, что происходит. Просто обязан был… Он сжал зубы и выбрался, глядя в ту сторону, откуда они прилетели.

Им повезло. Действительно повезло. И отчасти причиной этого везения было решение слететь на обочину. Внедорожник вынесло в стороне от потока – да ещё и отбросило чуть в сторону. Все остальные машины как ехали в ряд, так и слетали с трассы на снежную равнину, врезаясь друг в друга.

Надпись «ПЕРЕХОД» быстро удалялась вместе со стеной тумана, из которой всё ещё вылетали новые и новые автомобили… Но, к несчастью, недостаточно быстро, чтобы машины, выскочившие с жаркой М-4 «Дон», успевали затормозить и не врезаться…

Солянка из покорёженных легковушек и грузовиков лежала на снегу ровной лентой, в которую продолжали въезжать всё новые и новые машины. Они тянулись длинной полосой, теряясь в густой дымке. Игорь явно выскочил сюда не в первых рядах. Но и не последним…

А пресловутая надпись «ПЕРЕХОД» ещё мерцала вдалеке, но надежды на то, чтобы догнать её и вернуться назад, не было. Куда назад?

В привычный мир. В долбаный привычный мир! Игорь не чурался фантастических книг и фильмов, но времени читать и смотреть у него обычно не хватало. Поэтому, как правило, он слушал – и чаще всего по пути на работу. Он сумел понять, что если тебе написали про «переход» и выкинули из жаркого лета в снег, то это явно переход не с юга России в Арктику, а нечто совсем другое…

Но одно дело про такое читать, а другое – самому оказаться в такой дебильной ситуации. В голове всё ещё упорно билась мысль, что надо ждать спасателей. Однако же вот – посмотри вокруг, а там… И вряд ли это локальная погодная аномалия. Да и надписи как бы намекают…

Холод проник под лёгкие летние штаны и футболку. В дороге Игорь успел взмокнуть и теперь чувствовал, как быстро теряет тепло. До переохлаждения оставалось совсем чуть-чуть. Как назло, в багажнике особо не было тёплых вещей… Они же ехали на юг к морю! В середине лета!..

В чемоданах лежали, в основном, купальники, шорты и лёгкие майки. Да кто же знал, что им предстоит оказаться на морозе?! Да ещё и таком, что просто обжигает…

– Папа! Папа! – кричала из салона Вера, стуча в стекло. – Папа, ты куда?

– Муж! – раздавался голос Алисы. А сзади ещё и рёв младших, как аккомпанемент…

Игорь сделал им успокаивающий жест рукой – как бы говоря, что «всё в порядке», «не лезьте» и «я сейчас». Он и сам не знал, зачем стоит на одном месте, никуда не идёт и чего здесь ждёт…

Зато на морозе Игорь быстро вспомнил, что всё-таки заставил жену упаковать свитера, тёплые носки, плотные колготки и лёгкие ветровки. Привычка, вбитая ещё отцом: куда бы ты ни собирался, возьми хотя бы один комплект тёплой одежды. Где-то в глубине багажа имелись даже резиновые сапоги на всех – а значит, кое-как утеплиться было можно.

Но сначала надо было согреться в машине, иначе он заболеет. Его уже колотило крупной дрожью, а морозный воздух обжигал открытые участки тела. Хрустя снегом под ногами, Игорь вернулся к машине и залез в салон, дрожа как осиновый лист. Дверь он сразу же захлопнул, чтобы не промораживать всю семью.

– Что там? Откуда снег? – спросил Алиса, встревоженно глядя на него. – Ваня, Лиза, тихо!

– Пока… Не с-с-совсем понятно… С-с-совсем н-не понятно!.. – признался Игорь. – Но там хо-холодно!.. Надо утепляться!

«Жена и дети! Они должны выжить! Я должен их спасти!» – мысль была настолько резкой, как будто пришла со стороны.

И эта мысль нашла внутри Игоря благодатную почву. Она росла, крепла, всё сильнее захватывала сознание… Надо было спасти жену и детей, чего бы ему это ни стоило. И эта мысль будто что-то запустила… На самом краю зрения, как надпись, как голос в голове, проявились слова:

Принято самоназначенное задание!..

Идёт адаптация!..

Обнаружено несоответствие статуса!..

Статус «статист» заменён на статус «личность»!..

Задание адаптировано!..

Получено задание: спасти семью и вывести её в безопасное место!

Награда за прохождение: редкое оружие системы, 10 монет системы и 1000 универсальных единиц.

Изменение статуса требует перезагрузки!..

Перезагрузка!..

– Игорь! Что с тобой? – вскрикнула Алиса, потянувшись к мужу.

Игорь хотел ответить ей… Успокоить… Сказать, что всё нормально… Но тело почему-то отказывалось его слушаться. Все мышцы обмякли, а сознание принялось ускользать прочь – куда-то далеко, в тёмную муть забытья…

И в последний момент Игорь успел почувствовать страшную, как будто выворачивающую все внутренности наизнанку, боль…

Глава 2. Спасшиеся и обречённые

В себя Игорь приходил тяжело. Казалось, что он пытается выползти из какой-то трясины, которая упрямо засасывала его обратно…

И лучшей помощью в деле возвращения сознания в черепную коробку стали заботливые ладошки жены, нещадно – и как-то даже истерично! – лупившие его по щекам.

Щёки уже горели огнём от многочисленных попаданий…

– Хва!.. Хватит!.. Перестань! – еле ворочая языком, потребовал Игорь.

Алиса всхлипнула, немедленно сменив гнев на милость. И тут же бросилась ему на грудь, слегка вдавив мужа в кресло.

– Папа в себя пришёл! Папа! Папочка! – радостно загомонили дети на заднем сиденье.

– Господи, я чуть с ума не сошла!.. – пожаловалась жена.

Всё было так обыденно… В какой-то момент Игорю даже показалось, что туман, переход и снег ему просто привиделись.

«Может, мы попали в обычную аварию?» – подумал он. И сам же удивился, что галлюцинации показались ему куда страшнее «обычной аварии», которая вышибла из него дух.

«А вдруг я сильно травмирован?» – Игорь попытался пошевелиться.

И в этот самый момент всё вернулось: ощущение своего тела, которое он как будто потерял на время, и холод, проникающий в машину снаружи… И ужас. Всепоглощающий ужас и растерянность перед лицом неизвестности…

Алиса посторонилась, давая ему выпрямиться в водительском кресле. Игорь посмотрел вперёд и чуть не застонал – впереди по-прежнему был снег, тёмные деревья и рваные клочки тумана.

А в той стороне, где лежала основная масса машин, слышались крики, стоны и плач…

– Ты в порядке? – с тревогой спросила жена.

– Да, Лисёнок, в порядке! – ответил Игорь, пытаясь окончательно прийти в себя. – Надолго меня выру… Сколько я был без сознания?

– Минут пять, – ответил Алиса.

– Папа, а почему ты был без сознания? Это что? Это как обморок?

– Где мы? А почему на улице снег?

– А где море? Я хочу на пляж!

Похоже, дети быстро оправились от шока и испуга. И уже готовы были завалить родителей дурацкими вопросами.

– А ну-ка тихо!.. – приказал Игорь и посмотрел на приборную панель, которая пока ещё держалась от аккумулятора. – Минус три градуса…

– А почему тихо, папа?

– Почему там зима?!

– Что делать? – вплелась в хор голосов и Алиса. Она, в принципе, предпочитала все непонятные вопросы перепоручать мужу.

– Я сейчас выйду, достану вещи и притащу одежду в салон, – Игорь посмотрел на жену, а потом перевёл взгляд на детей, которые в этот момент наконец-то замолчали. – Мы будем утепляться… Поверх летней одежды надеваем тёплую. Поверх неё – ещё летнюю. Всё самое плотное, что найдём…

– Па-ап! Мы как бомжи будем выглядеть! – подала голос Вера.

– Снаружи зима! – Игорь строго глянул на дочь. – И в салоне уже прохладно! Двигатель не работает! Сейчас металл остынет, и внутри машины наступит холодрыга. Тебе скоро будет не до красоты, Вер!..

Девочка поджала губы, но спорить не стала.

– А что на ноги? Резиновые сапоги? – растерянно спросила жена.

– Да. Только нужно будет чем-то ноги плотно обмотать, – сказал Игорь. – Полотенца там какие-нибудь…

– Неси чемоданы, милый. Найдём! – успокоила его Алиса.

Через минуту все три чемодана уже оказались внутри салона. Передние кресла были сложены, и теперь взрослые и дети разбирали вещи, начиная утепляться. Игорь периодически поглядывал в сторону основной массы машин. Там тоже шло какое-то активное шевеление… Он видел, как несколько мужчин пытаются взломать дверь одной из легковушек. Видимо, в ней застряли люди.

Тем временем климат-контроль переставал справляться с температурой внутри салона. Без подпитки от разогретого двигателя воздух стал холоднее. Игорь быстро натянул поверх летних штанов плотные джинсы. На майку надел плотную рубашку, взятую «на всякий пожарный», сверху – свитер. Поверх свитера плотную майку, а уже сверху – ветровку. Тонкую, но от ветра защитить сможет.

Ноги, обмотанные маленьким полотенцем, еле влезли в сапоги, зато теперь можно было не бояться снега. Ещё одно полотенце отправилось внутрь бейсболки, прикрывая уши и шею сзади. Горло он утеплил выданным Алисой женским шарфиком. Жена, внимательно проследив за его действиями, принялась так же одевать себя и детей.

– Так, слушайте… Всё самое ценное надо убрать в один чемодан! – распорядился Игорь. – Документы, деньги, лучшую одежду, медикаменты, электронику! Для ценностей берите самый маленький. Остальное кидайте в большой чемодан!

– Зачем, милый? – Алиса тревожно посмотрела на мужа.

– Вокруг зима, лес, поле… Вдруг мы не сможем утащить всё на себе? – пояснил Игорь. – Я доберусь до остальных машин. Может, кому-то помощь нужна!..

– Хорошо, возвращайся…

Игорь сунул в карман сигареты, быстро открыл дверь и выскочил наружу. Вслед ему неслись возмущённые крики жены и детей, которых обожгло морозным воздухом. Оставалось только усмехнуться: он же предупреждал их, что на улице холодно…

Курить на морозе – последнее дело. Но у Игоря тряслись руки, и ему очень надо было успокоиться. И хотя курение не успокаивает, а просто дарит видимость, отказывать себе он не стал. Сделав пару тяжек, Игорь, наконец, сумел хоть немного привести мысли в порядок…

«Принято самоназначенное задание!.. Обнаружено несоответствие статуса!.. Статус изменён на статус „личность“!.. Получено задание: спасти жену и детей. Перезагрузка!.. Что это было? – тоскливо подумал он. Уж больно всё это напоминало какую-то компьютерную игру. – И от чего всех спасать? Где спасать? Где это безопасное место?».

Ответов не было. Высоко поднимая ноги, Игорь двинулся к машинам через снег. Не хватало ещё, чтобы промокли самодельные портянки из полотенца… Морозный воздух с непривычки обжигал щёки, нос и губы. А вот с остальным самодельное утепление пока неплохо справлялось. Впрочем, минус три градуса – это не так уж и холодно. Больше на контрасте трясёт…

Место массовой аварии выглядело страшно. Похоже, выжили далеко не все. Проходя мимо маленького автомобильчика, Игорь невольно поглядел в окно – и тут же наткнулся взглядом на застывшее лицо пожилого водителя. Руки у него были вывернуты, а руль вмял грудную клетку. Игоря затошнило, и он поспешно отвернулся, встретившись взглядом с мужчиной лет тридцати крепкого телосложения.

– Если тошнит, то на заднее сиденье даже не пытайся смотреть! – предупредил он.

– А что там? – спросил Игорь и автоматически посмотрел….

И поспешно отвёл взгляд, сглатывая ком, образовавшийся в горле.

– М-мать… – судорожно выдохнул он.

Мог бы и догадаться, что мужик не один ехал на юг, а со всем семейством… И сзади сидели его дети или внуки-подростки.

– Да тут, брат, каждая вторая машина такая… Не всем повезло! – мужик внимательно посмотрел на Игоря. – Сам-то откуда?

Игорь ответить временно не мог. Сдерживая рвотные позывы, он просто махнул рукой в сторону, откуда пришёл. Но незнакомец и так понял по отпечаткам ног на снегу.

– Двигатель работает? – спросил он.

– Нет, – ответил Игорь. – Да и передние колеса под странным углом… Не поедет.

– Ять! Ни одной машины на ходу!.. – в сердцах выдохнул мужчина, а потом спохватился и протянул руку. – Меня Лёхой кличут…

– Игорь!

– Будем знакомы! – кивнул Алексей-Лёха.

Одет он был уже по погоде: не в летнее. Видимо, тоже был запасливым. Выглядел он таким же странным чучелом, как и Игорь: многослойная одежда, а сверху ветровка, из-под которой торчала пёстренькая толстовка. Смотрелась она забавно, но на фоне снега и мёртвых тел выглядела немного чужеродно.

– Раз уж тебе повезло оказаться в стороне, ты дальше туда не ходи! – посоветовал Лёха. – Там народ вообще на нервах… Один крепыш вылез из своей «тачки» и сразу морды пошёл бить. А дамочка какая-то истерику закатила. Я кого нахожу из адекватных, сразу в сторону отправляю. Во-о-он туда!..

Лёха показал на ровную площадку рядом грузовиком, опрокинувшимся на бок. Трое мужчин как раз пытались открыть его кузов, а ещё один парень и девушка, видимо, разводили костёр.

– Я видел, семья у тебя… Ты своих туда подводи, как костёр разожгут! – сказал Лёха. – Тут в одной «газели» жратва была, и ящики, которые на дрова можно пустить. В общем, там лучше…

– Хорошо. Может, помочь чем? – спросил Игорь. Впрочем, больше из вежливости, чем от искреннего желания.

– Нет, – Лёха оценивающе смерил его взглядом. – Ничем ты там, брат, не поможешь…

Игоря такое отношение покоробило. Он не был ни соплёй, ни слабаком. Хотя, по сравнению с решительным Лёхой именно таким, наверно, сейчас и казался…

– Ты не обижайся! – тот успел сделать пару шагов в сторону, но снова обернулся. – Там реально дерьмо… Тебе зачем в него лезть? Насмотришься, сблюёшь, а еды и так немного. Лучше о детях и жене позаботься…

Игорь кивнул и повернулся спиной к месту аварии. Смотреть на мёртвых и умирающих было больно. Особенно, когда ничем не можешь помочь. Как мужчина, он должен был бы бесстрашно спасать раненых. А как отец семейства – в первую очередь, беспокоиться о своих. И логика подсказывала, что Лёха по-своему прав: не имея опыта, не зная, что и как делать – он мог только помешать тем, кто вытаскивал людей из машин. Оставалось лишь позаботиться о семье…

Обратно Игорь возвращался неспеша, старательно протаптывая дорожку в снегу. Когда тут пойдут жена и дети, нужно, чтобы они не промочили ноги. А дети точно промочат, потому что в голове ещё пусто. Вот только одно дело – ноги в городе промочить, где дома всё высохнет. И совсем другое – в неизвестном лесу, где замёрзнуть можно на раз-два.

В салоне машины ещё держалась нормальная температура. Ну как нормальная?.. Градусов десять-двенадцать. Но Игорь слишком хорошо представлял, сколько выдержит старый аккумулятор – в лучшем случае, ещё час. Он и так отключил всё, что можно, но это надолго не поможет. Забравшись в салон, Игорь посмотрел на семью.

– Что там?.. – начала было Вера, но мать положила ей руку на плечо, заставив прикусить язык.

– Милый, что там происходит? – строго спросила сама Алиса, глядя в глаза Игорю. – Где мы? Что удалось выяснить? Не надо молчать, пожалуйста!..

– Мы в лесу! – Игорю стало неприятно, что близкие так на него насели. – В заснеженном лесу! Лисёнок, я знаю не больше, чем вы! Вокруг снег, лес и куча разбитых «тачек»…

– Что в разбитых «тачках»? – жена привычно проигнорировала вспышку раздражения мужа, который по сравнению с её отцом был образцом выдержанности.

– А ты как думаешь?.. – хмуро спросил Игорь, и жена побледнела.

– Все? – уточнила она.

– Мне мужик там встретился. Сказал, что каждая вторая… – ответил Игорь.

– Что «каждая вторая»?

– Что «все»?

Ваня и Лиза выдали вопросы одновременно.

– Там люди погибли, придурки!.. – сердито буркнула на малышей Вера, повернувшись к брату и сестре.

– Они что, совсем умерли? – округлила голубые глазёнки Лиза.

– А ну-ка тихо! – не выдержав, рявкнула Алиса. – Договаривались же!..

– Так, слушайте… – Игорь решил, что пора вытаскивать семейный дурдом к нормальным людям. – Аккумулятор скоро сядет. И дальше сидеть здесь, в машине, нет смысла. Сейчас мы все вылезаем, берём чемоданы и идём во-о-он к тому опрокинутому грузовику! Видите, где люди собираются?

Все четверо, включая Алису, прижались носами к окнам. Видимо, высматривали грузовик и людей.

– Мы с мамой идём первыми. Ты, Вера, за нами. И приглядывай за младшими!.. – продолжил Игорь, но был бессовестно прерван дочерью:

– Ну па-ап!..

– Не «пап»! – строго ответил ей отец. – Запомните: сушиться тут негде! В глубокий снег не суёмся, в сугробах не купаемся! Мы с мамой торим тропинку, а вы идёте по ней. А ты, Вера, следишь, чтобы младшие с неё не сходили!

У девочки, которую родители всю жизнь слегка баловали, конечно же, была тысяча возражений… Однако Игорь их все жёстко пресек:

– Это незнакомое место, Вера! У нас нет лекарств, у нас нет еды, у нас нет, ядрёна вошь, даже зимней одежды!!! – рявкнул он так, как никогда при детях не делал. – Здесь от обычной простуды враз окочуришься! И если не хочешь, чтобы из-за тебя умер брат или сестра, просто пригляди за младшими!!!

У Веры в ответ на глаза навернулись слёзы. А жена посмотрела на Игоря, неодобрительно поджав губы. Малыши вообще притихли, стараясь не отсвечивать. Со свойственной детям чувствительностью они поняли, что сейчас лезть к старшим с вопросами не стоит. И даже Лиза, привыкшая всех и всегда мирить, промолчала.

Игорь проигнорировал всё. И осуждающие взгляды жены, и обиду дочери. Ему нужно было добиться, чтобы семья подчинялась и действовала, как единое целое. И у него, кажется, получилось.

– Дети, мы в тяжёлом положении… – заговорил он уже спокойным тоном. – И выживем ли мы все, зависит, в том числе, от вашего поведения. Я знаю, что вы устали и вам скучно. Но никаких игр со снегом!.. Никакого валяния в снегу! Сушиться нам негде, и сменной одежды нет. Слушайтесь нас с мамой беспрекословно… И, ради Бога, не ходите к месту аварии! Ничего хорошего там нет…

Приборная панель пискнула. Выключился климат-контроль. Да и значок аккумулятора показывал, что благам цивилизации приходит конец. И выходцы из этой самой цивилизации должны теперь оказаться один на один с диким лесом и суровой зимой…

Когда Игорь снова вылез из машины, туман уже ушёл вдаль. После себя он оставил лишь полосу покорёженных автомобилей и группы людей, которые жались к разбросанным по снегу фурам. Их водители, как и Игорь, успели хоть как-то среагировать на аварийную ситуацию. Многие фуры съехали на обочину, но не смогли вовремя затормозить. И теперь вокруг их металлических туш, которые поверженными исполинами лежали на снегу, формировались небольшие лагеря…

Несколько человек уже тащили из леса сухостой и хворост. Конечно, люди выглядели подавленно, но это не мешало им действовать. Игорь даже подумал, что это общее свойство русских – не тупить, оказавшись в какой-то заднице – наверно, появилось из-за естественного отбора.

Да, один человек ещё может растеряться, испугаться, запаниковать. Два – тоже. Три – маловероятно. А десять начнут хоть что-нибудь делать: просто чтобы руки занять и не наматывать сопли на кулак. Ну а сотня вообще начнёт самоорганизовываться – хотя бы потому, что вместе выжить легче…

Вот и люди, попавшие из летней жары в мягкую зиму, спешно обустраивали какой-никакой, но быт. В той группе, к которой Игорь с семьёй оказался ближе всего, уже успели взломать фуру, натаскать дров и запалить костёр. А со стороны завала из машин подходили всё новые и новые выжившие. Многие тащили на себе раненых, но живых родственников.

Игорь провёл семью по протоптанной тропинке до места, от которого был самый короткий путь к площадке с выжившими. И тут же принялся топтать новую тропинку – вперёд. Шёл частыми и быстрыми шагами, а за спиной выравнивал снег большим чемоданом, поверх которого ещё закрепили пару маленьких пледов и подушки из машины. Важные вещи в маленьком чемодане тащила Алиса. Она шла за ним, тоже приминая снег – чтобы детям было легче идти.

У края площадки их уже ждал Алексей-Лёха. Он одобрительно оглядел и Игоря, и его семью. Несколько мужчин, стоявшие рядом, мазнули по вновь прибывшим равнодушными взглядами. Лица у всех были усталые, а одежды явно плохо спасала от холода – слишком лёгкая. Видимо, не все возили с собой тёплые вещи «на всякий пожарный».

– Отлично! Игорь же? – Лёха помог им протоптать последние метры снега. – Вы у нас, считай, самые подготовленные оказались… Есть одежда, которую не жалко?

– Есть! – сразу отозвалась Алиса, к удивлению Игоря. – В большом чемодане могу посмотреть.

– Вот это отлично! – обрадовался Лёха. – А в машине одеял не было? Раненых укрывать.

– Подушки и одеяла на чемодане. Дорожные, но какие есть… – Игорь продемонстрировал скатки.

– Да вы просто волшебники, ребята! – обрадовался один из усталых мужиков. – Лёх, там ещё в фуре водила пару одеял нашёл.

– Несите всё к фуре… – кивнул Лёха. – Найдите там Сашу Портного: он пока все вещи собирает и описывает. Ну и про себя не забудьте!.. Мы сейчас с другой фуры попробуем тент стянуть. Может, получится из него укрытие от ветра сделать…

– Думаешь, выживем? – вопрос сорвался с губ Игоря раньше, чем он успел подумать.

Однако Лёха воспринял его абсолютно серьёзно.

– Знаешь… Наверно, выживем. Если без неожиданностей, – ответил он. – Еда есть. В машинах лежит много всего. Будем потихоньку мародёрить. Оружие какое-нибудь найдём. Да хоть те же ножи… В крайнем случае, копья сделаем. Металла у нас столько, что хоть завались. Не пропадём!..

Игорь кивнул, но мысленно с Лёхой не согласился. Дело-то реально плохо… Да, они протянут ещё какое-то время на мародёрке. Но если не найти источников местной пищи, им не выжить. Хотя вслух, конечно, он говорить ничего не стал. Споры сейчас казались лишней и ненужной тратой времени и сил…

Глава 3. Лагерь выживших

Когда, наконец, разожгли костёр, уже начало темнеть. А солнца на небе и до того видно не было – всё затянули плотные серые тучи. Даже светлого пятна не удавалось разглядеть. Зато приближение вечера ощущалось всем существом: здесь не только темнело, но и воздух как будто сгущался.

Желудки начинали недовольно урчать, но голод вроде бы людям пока не грозил. Кто-то из членов их группы притащил из грузовиков хлеб, овощные и бобовые консервы. В одном грузовике нашлась даже копчёная колбаса.

В их лагере, похоже, старшинство надёжно закрепилось за Алексеем-Лёхой, который крутился как белка в колесе, распределяя людей на работы. Да и сам время от времени отправлялся к завалу из машин на поиски нужных вещей. Игорю с Алисой он притащил плотный тент и отвёл их на место, где будет удобно ставить палатку.

– У одной из машин в прицепе лодка была, – пояснил он. – Снял вот… Тут на всё ваше семейство палатка получится. Игорь, ты палатку-то ставил хоть раз?

– Было дело, – признался Игорь. – Но там же колышки нужны, каркас…

– Смотри, тут кольца по краю тента есть. Туда и вобьёшь колышки. А сами колышки надо делать из дерева. Надо будет тебе к лесу сходить, набрать там каких-нибудь палок …

– Я понял! Разберусь! – успокоил его Игорь. – А каркас?

– Ты это… – Алексей-Лёха задумался, а потом принялся перечислять. – Вы сначала место от снега очистите. Круг или прямоугольник, сами разберётесь. С нами соседний лагерь поделился за выпивку спортивными ковриками. Вы их вниз постелите – на них спать будете. Потом примерьте, как тент ставить, наберите колышки и какие-нибудь палки для поддержки. А перед входом разожгите костёр. Он и землю просушит, и воздух нагреет… Ладно. Надеюсь, разберётесь, а если что – я сам помогу потом. Я побежал!

Игорь общую идею понял. Он только ещё не представлял, чем чистить снег. К счастью, решение нашлось быстро. Рядом с ними как раз обустраивалась ещё одна семья, где сын и отец расчищали снег байдарочными вёслами. Остатки снега смели каким-то веником. Делали они это тщательно, со знанием дела – сразу был виден опыт. Вот у них-то Игорь инструмент и одолжил.

Веслом снял снег, а потом его семейство принялось вениками из веток дорасчищать землю. Вопреки ожиданиям, под снегом не оказалось травы. Только какой-то мох, сухой и жёсткий. Там, где он отходил от почвы во время «подметания», обнаруживался стылый песок.

Тент по форме был прямоугольным. Поэтому и палатку решили делать прямоугольную. Пока семейство с горем пополам довычищало землю под жилище, Игорь достал из чемодана складной нож и отправился в лес.

Тропинку протаптывать не пришлось. Прошедшие группы добытчиков дров оставили за собой широкую дорожку. Она пересекала густой подлесок из сухостоя, углублялась в лес шагов на двадцать – а потом расходилась в разные стороны многочисленными тропинками. Игорь далеко заходить не стал. Нашёл в подлеске три будущих жерди для каркаса палатки и обломал ветки с ближайших деревьев.

Древесина была сухая, серая. Но ломать её всё равно было тяжело. Знакомые деревья обнаружить не удалось, что ещё раз как бы намекало: попали они всерьёз и надолго. Было бы впору начать переживать по этому поводу, но, во-первых, было некогда… А во-вторых, осознание случившегося всё ещё никак не приходило…

Назад к своим Игорь вернулся с большой охапкой жердей, веток и хвороста. К его удивлению, дети даже не шалили: старшая, Вера, заняла малышню какой-то игрой. А рядом с Алисой стоял незнакомый седенький дедок. Этакий закоренелый дачник из советского прошлого. Полноты его образу добавляла лопата, которой он как раз что-то вскапывал, гордо показывая Алисе.

– А вот и муж! – она улыбнулась. – Игорь, тут Вениамин Израилевич предлагает нам лопату, чтобы палатку окопать. Я не очень поняла, правда…

– Добрый вечер! – поздоровался Игорь с дачником, скидывая принесённые дрова на снег.

– Ну так себе вечерок!.. – усмехнулся тот. – Тебя Игорь зовут?

– Игорь.

– А я Вениамин Израилевич! – представился дачник, немного подпортив Игорю настроение. Тот не любил, когда кто-то при знакомстве так делает: тебя называет по имени, а себя по имени-отчеству. Мол, смотри, какой я опытный, умный и серьёзный. – Вы вот что, Игорь… Тут снег же! Надо бы вокруг палатки того… Канавку сделать какую-никакую. А то вдруг потеплеет! Всё ка-а-ак потечёт – и сразу к вам в палатку!..

– Спасибо. Сделаем, – кивнул Игорь, внутренне, хоть и не охотно, согласившись с пенсионером. – Только у нас лопаты нет…

– Так я вам свою оставлю, а потом сам заберу. Вы её никому без меня не давайте. У меня их всего пять, а то потом разойдутся по лагерю. И всё, адью!.. Уже и не вернёшь! – Вениамин Израилевич, видимо, почувствовал раздражение Игоря и быстро свернул разговор. – А как окопаете, спрячьте мою лопату в палатку. Я за ней приду.

– Спасибо! – искренне поблагодарил Игорь, хотя и подозревал, что только что стал участником рекламной акции одного ушлого деда.

– На здоровье, на здоровье!.. – дачник ретировался, не забывая по пути хозяйственно оглядывать и другие палатки.

– Так необычно! – заметила Алиса, когда он ушёл. – Все друг другу помогают… В нормальной жизни такого не встретишь…

– Лисёнок, ты бы сильно не верила во взаимопомощь!.. – буркнул Игорь. – Дед сегодня дал бесплатно, а завтра потребует банку тушёнки за аренду. У него пять лопат, слышала же?

– Слышала… – Алиса тряхнула головой. – Но мы же свои пледы сразу отдали. За просто так…

– А мы с тобой лохами оказались! – Игорь уже начинал понимать, что зря включился в местную благотворительность.

– Игорь!.. – сердитым шёпотом возмутилась Алиса.

– Оглянись! – тихо посоветовал ей муж, чтобы не услышали дети. – Это не Земля, Лисёнок… Мы тут надолго.

– Но… Почему не Земля? – так же тихо спросила жена.

– Деревья незнакомые. Я, может, и дуб дубом во всей этой ботанике, но хоть что-то узнать должен. А в лесу вообще ничего знакомого. И мох под снегом очень странный. А ещё зима посреди лета. Да и вечер наступил невовремя! Мы из машины вышли часа в четыре всего… – Игорь почувствовал, как холодные пальцы жены испуганно обхватили его запястье. – Мы не на Земле, и мы тут надолго!..

– Тогда… Тем более надо было помочь… – растерянно пробормотала Алиса.

– Мы отдали свои тёплые пледы. А сами теперь под чем будем спать? – негромко спросил её Игорь.

Они переглянулись. Алиса кусала губу, обеспокоенно поглядывая на детей. Как до них донести эту новость, пока не представляла ни она, ни Игорь. Но это ещё полбеды. Правду рано или поздно всё равно придётся озвучить. А вот как жить дальше? И да, теперь и Алиса понимала, что пледов и подушек, выданных для раненых, они лишились с концами. Даже если их вернут, есть большие сомнения, что вещи удастся отстирать от крови.

Впрочем, Игорь был уверен, что вскоре им станет наплевать на чистоту и одеял, и одежды. Под вечер мороз усилился, и теперь холодный воздух пробирался под все слои летней одежды. Только шея и уши ещё чувствовали себя комфортно под махровым полотенцем. И даже немного вспотели. Но когда холод доберётся и туда… Хорошо ещё, если отделаются обычной простудой.

– Про лекарства молчим, не отдаём… – тихо проговорил Игорь. – И вещи больше не раздаём, они нам вскоре пригодятся. Что с едой?

– Сказали, что будут раздавать, – ответила Алиса.

– От пуза не едим! – сразу решил Игорь. – Если получится что-то сохранить, будет отлично. Пойдёт в запас. Я сделаю рядом с палаткой яму. Будем складывать всё туда. Насчёт… Ну, что мы не на Земле… В общем, детям сама скажешь?

– Скажу… Ты пока доделывай палатку. Иначе мы все скоро мёрзнуть начнём! – согласилась с распределением ролей жена.

Первым делом Игорь взялся за каркас. Он вкопал в землю две жерди, примерил к ним тент, а потом укоротил палки до нужного размера. Верхушки расколол ножом, и в образовавшие расщепы вставил одну горизонтальную жердь. Ради укрепления конструкции пришлось пожертвовать шнурками от обуви – своей и жены. Приматывал Игорь надёжно – чтобы точно не разболталось.

Сверху каркаса он с помощью Алисы накинул тент. С колышками пришлось возиться долго. Из тридцати возможных удалось вбить только десять. В этот момент к их палатке подошёл паренёк лет шестнадцати с тремя ковриками для гимнастики. Раньше их ещё, помнится, называли туристическими.

Плюнув на упрямые колышки, Игорь принялся окапывать палатку. У него была надежда, что получится достать из канавки сухой песок. И она – надежда, то есть – полностью оправдалась. Сухого песка теперь хватало. Этим песком Игорь собирался выложить дно палатки. Пришлось, правда, снова вытаскивать самодельные колышки и поднимать тент…

К моменту, когда они с Алисой стали стелить коврики внутри палатки, уже окончательно стемнело. А ещё и снежок начал сыпать. Быстро вернув тент на место и заново вбив колышки, Алиса и Игорь спешно загнали детей в укрытие. Перед входом, чуть отогнув край тента, развели костерок. Вскоре внутри самодельной палатки стало намного теплее.

– Можно, я куртку сниму? – жалобно спросил Ваня.

– Нет, – отрезал Игорь, уводя от канавки вокруг палатки небольшой прокоп в сторону.

– Почему? – заканючил Ваня, оттопырив губу.

Игорь открыл было рот, чтобы сказать, что тогда сын быстро замёрзнет и вообще… И тут наконец-то понял, что делать в этой ситуации с детьми:

– Лисёнок, выводи их обратно на воздух, пока не взопрели внутри!

– И что тут делать? – высунув нос наружу и поморщившись, спросила Вера.

– Просто ходить, просто ждать… Да не знаю!.. – ответил ей Игорь. – Не переживай, малышка, скоро придумаем что-нибудь…

Придумать удалось не сразу. Алиса принялась рассказывать младшим какие-то сказки, сидя на чемоданах у костра. А Вера решила позабивать колышки, которые строгал Игорь.

Проблема занятости детей начинала вставать в полный рост. И пока она была даже актуальнее призрачного голода. Привыкшие к гаджетам, они очень скоро столкнутся с новой реальностью, где совсем другие законы – и другие потребности. На всякий случай Игорь даже достал свой телефон: сети нет, связи нет, а заряд постепенно опускается. И подзарядить его будет негде. Разве что вытащить аккумулятор из какой-нибудь разбитой машины. Но и его лучше употребить не для гаджетов, а для практической пользы…

Игорь сильно пожалел, что забыл дома устройство запуска автомобиля. Там был мощный аккумулятор с фонариком, который и телефоны мог зарядить, и саму машину запустить. Но чего нет, того нет. И ведь оставил его впопыхах на столике, рядом с дверью!.. И даже возвращаться не стал: всегда же можно купить новый…

Оказывается, не всегда. И, тем более, не везде. Но кто же знал?.. Игорь взял очередной огрызок ветки и принялся ожесточённо строгать его складным ножом, то и дело примериваясь к ближайшему отверстию на тенте. Надо было сделать так, чтобы толстый конец колышка в кольцо не пролезал, а узкий – легко втыкался в землю. Впрочем, для надёжности колышки приходилось ещё и прикапывать, потому что песок их держал плохо.

Тем временем какая-то женщина начала кричать, приглашая всех на ужин к большому общему костру. Над лагерем пронёсся гул голосов. Кто-то радовался с матерком, кто-то с облегчением. За едой пошли Игорь и старшая дочь, Вера. Люди из других палаток тоже подтягивались к костру. У кого-то была своя посуда, а кто-то, как Игорь, шёл с пустыми руками.

Очередь возбуждённо переговаривалась, кто о чём. И от скуки Игорь стал прислушиваться. Какой-то мужчина возмущался отвратительной организацией – видимо, сам метил в главные. Две женщины громко шептались о том, что здесь почему-то нет связи – и это очень странно. А группа молодых и не по погоде закутанных людей уже вовсю обсуждала тему попаданчества…

Молчали только мужчины среднего возраста. Стояли с серьёзными лицами и хмурились. Правда, скоро какой-то балагур принялся шутить о том, что самое время подумать о том, кто они, люди, друг другу – волки или паёк. Но, к счастью, на его грубоватые шутки никто не реагировал.

Впереди у большого костра слышался гвалт. Там две суровые женщины распределяли еду из большого то ли чана, то ли котла, то ли вообще металлической бочки. И было заметно, что этот процесс вызывает множество споров и бурное возмущение. Посмотрев на это, Вера судорожно вцепилась в руку отца и начала чуть испуганно поглядывать по сторонам.

– Ну куда без очереди?! Иди в конец!

– У меня ребёнок маленький!

– У всех тут дети! Иди в конец очереди!

– Да пустите вы её! Нелюди, что ли?

Чем ближе была раздача еды, тем больше споров возникало. И тем больше было желающих влезть без очереди. У одних были маленькие дети, вторые полдня работали на всех и теперь имели право, а третьи – просто так привыкли.

– Слышь, у меня там тёлка лежит с переломом! Ять! Ты чё тупая, сука?! – голос показался знакомым.

Игорь сделал шаг вбок и выглянул из очереди. Ну да, тот самый нервный водила, который обматерил его в тумане, когда пришлось резко уходить от столкновения… Переход не прошёл для него бесследно: лицо посечено, одна рука на перевязи. «А вот не хрен так гнать было! – подумал Игорь, не сдержав злорадства. – Везде права качает…».

Мужик и в самом деле профессионально качал права, пытаясь пролезть без очереди. Но остальные были резко против. Может, «нервный» и сумел бы устрашить всех недовольных – он всё-таки был тем ещё качком… Однако порезы и травма заметно снизили показатель его брутальности. Все, в том числе и сам мужик, понимали: один удар по перевязи – и он не боец.

В результате «нервного» прогнали, и он пошёл в конец очереди, изрыгая из себя такие матерные тирады, что уши в трубочку скручивались. Когда он проходил мимо Игоря, тот на всякий случай отвернулся. Ещё узнает – тогда драки им не избежать. Может, и стоило бы врезать «нервному»… Но не при дочери же… И вообще за Веру было страшновато: Игорь может и не победит, а неизвестно ещё, как потом мужик себя поведёт.

Однако «нервный» даже не заметил новую цель для наездов. Он всё-таки ушёл в конец очереди и принялся там наводить порядки.

– Пап, а чего он? – тихо спросила Вера.

– Мудак он… – так же тихо ответил Игорь, не сдержавшись.

Однако кто-то его всё-таки услышал, и среди стоящих рядом прокатились одобрительные смешки. Согласных с его точкой зрения в очереди, похоже, хватало.

– Пап!.. – возмутилась дочь из-за ругательства.

– Это правда, малышка. Хотя, конечно, слово плохое, и ты его не повторяй… – Игорь пожал плечами.

При детях он старался не ругаться. Но иногда, конечно, срывался. За что ему всякий раз прилетало от жены. Ну а затем и старшая дочь подключилась, взяв пример с Алисы.

– Нас пятеро: я, дочь, ещё двое малышей пяти лет и жена! – сообщил Игорь суровой женщине на раздаче.

– А где они?! – недовольно осведомилась та.

– У палатки остались. Мы подумали, незачем детям в очереди торчать… – объяснил Игорь, стараясь оставаться вежливым и миролюбивым.

– Всем надо приходить! – рявкнула женщина в ответ. – Я откуда знаю, есть у тебя жена, или ты побольше пожрать решил?!

– В следующий раз придём всей семьёй, – пообещал Игорь. – Мы не знали…

– Ага, конечно! Не знали они!.. – буркнула дама.

Многие люди таких, как она, терпеть не могут. Но Игорь прекрасно слышал, сколько дерьма ей пришлось стерпеть, пока они с Верой ждали. Поэтому и старался не принимать всё сказанное близко к сердцу. И его миролюбивый настрой сработал: суровая женщина не стала требовать привести жену и малышей.

– Детям до шести – полпорции! – с лёгкой опаской сообщила она, но снова расслабилась, когда Игорь благодушно кивнул. – Посуда у вас есть?

– Нет, к сожалению… Даже пластиковой, – признался он.

– Дети из одной тарелки поедят? – сдвинув брови, спросила раздатчица еды.

– Конечно! – поспешно согласился Игорь.

– Ира! Давай четыре консервы! И вилок пять… Четыре… – женщина с извиняющейся улыбкой посмотрела на Игоря.

– Четырёх вполне хватит! – решил он.

Тарелками были банки из-под тушёнки. Крышки у них срезали очень аккуратно, но всё-таки оставили. Ухватившись за них, было удобно переносить еду. Кормили в лагере макаронами с тушёнкой и горошком. Одна консерва – одна порция. И ещё четыре куска хлеба.

«Негусто!» – подумал Игорь, но вслух только поблагодарил уставших работников кухни.

Когда они с Верой двинулись назад, Игорь глянул на конец очереди и шепнул дочери:

– Давай обойдём! Пройдём за палатками…

К ужину у опрокинутой фуры вырос целый лес самодельных палаток. Жилищ на одну семью было немного. Так что Игорю, можно сказать, повезло. То ли они Алексею-Лёхе приглянулись, то ли просто первыми на раздачу попали. Большинство убежищ делали из тентов для фур. Получались большие общие шатры человек на двадцать.

С одной стороны, такая скученность приводила к конфликтам и ссорам. С другой стороны, в таких убежищах явно было не так холодно. Люди согревали воздух своим теплом и дыханием. И какой вариант лучше? Игорь, если честно, и сам не знал.

Но очередь он с дочерью обошёл за «улицей» из четырёх таких шатров. Как известно, бережёного Бог бережёт. Вот Игорь и решил не попадаться с едой на глаза агрессивных типов, которые могут решить, что им больше нужно.

Он не боялся драки как таковой. Но количество неудобств, связанных с ней, казалось бесконечным… И еду для всей семьи потеряет, и травмы может получить. А больницы в ближайшей округе явно нет. Кто-то назвал бы это трусостью, но Игорю было плевать. Если от этого зависит благополучие его семьи – чихать, кто и что про него говорит.

Кстати, драка на раздаче еды всё-таки случилась… Но уже в тот момент, когда семья Игоря ужинала. Сидя на чемоданах у своей палатки, они прислушивались к крикам от костра. И молча жевали, переглядываясь. У Игоря мелькнула мысль, что надо бы сходить: проверить, что там и как. С другой стороны, люди у соседних тентов особо не переживали. И он всё-таки остался сидеть.

Впрочем, настроение резко испортилось. Где-то в глубине души он понимал, что как раз вот это – трусость и малодушие. Но менять решение было поздно: крики прекратились. Видимо, драку уже разняли.

– Мне не нравится, что мы на краю лагеря… – серьёзно сказала Алиса, глядя на мужа.

– Что? – Игорь оторвался от неприятных размышлений.

– Наш тент – на краю лагеря! – терпеливо повторила жена. – А если здесь есть дикие звери?

И вот тут Игорь понял, что отдельная палатка оказалась немалым злом… Весь лагерь был организован так, что в центре стояли большие общие палатки, а по краям – маленькие. Исключением был только госпиталь для раненых, который тоже находился на краю.

Игорь попытался вспомнить, видел ли он детей в центральных палатках… И понял, что нет, их там не было. Зато в палатках на окраине хватало семейных с детьми. Это навело его на настолько неприятные мысли, что даже в расчёт их брать не хотелось…

Однако Игорь никак не мог выкинуть из головы всё это. Тент им принёс Алексей-Лёха. И он же указал на место, где ставить укрытие… Тех, кого он на краю лагеря расположил, Лёха больше не навестил ни разу. А вот в центре лагеря крутился постоянно…

– Ты меня слышишь? – уточнила Алиса, заметив, что муж задумался.

– Слышу, да… – кивнул Игорь. – Ты спрашивала, как спастись, если из леса звери выйдут.

– И? – поинтересовалась жена.

– Надо развести костры, – твёрдо сказал Игорь. – Я дойду до леса и наберу там дров за пару ходок.

– Может, всё-таки не один пойдёшь? – нахмурившись, уточнила жена.

– А с кем? С тобой? – улыбнулся Игорь.

– Вон, сосед с сыном как раз в лес идёт. Может, догонишь? – предложила Алиса.

Те самые отец и сын, одолжившие им весло и веники, и вправду двигались к лесу. И, прихватив с собой пару длинных поясов жены, чтобы связывать охапки дров, Игорь быстро присоединился к ним. Те возражать не стали. Правда, пришлось делать несколько ходок, каждый раз возвращаясь перегруженным. Зато Игорь был уверен: теперь дров им точно хватит на всю ночь.

С женой он договорился спать по очереди, чтобы следить за костром. Но соседи предложили вариант получше: дежурить вместе.

– Я, ты, сын – три смены. Если что вдруг, будим друг друга! – заметил сосед. – Пускай женщины выспятся. Кто под утро будет дежурить?

– Давайте я, – предложил Игорь. – Я на работу в пять встаю. Мне нормально.

– Тогда ты сразу спать иди! – посоветовал сосед.

– С радостью! – согласился Игорь.

Доев остатки остывшего ужина, он забрался в палатку. И почти сразу, едва только закрыл глаза, провалился в глубокий сон без сновидений…

Глава 4. Туман в ночи

– Игорь! Игорь! – Алиса трясла мужа за плечо.

– А! Что? – Игорь не сразу понял, где находится.

– Серёжа сказал, что боится между палатками ходить! – сказала жена. – Ты теперь сам поддерживай костры.

– Что? Какой Серёжа? – Игорю пришлось напрячь память, чтобы вспомнить, что произошло накануне.

А когда он, наконец, всё вспомнил, то чуть не застонал. Это казалось бредом, нереальным и невероятным. Это не могло быть правдой. Никак… Однако же, вот тент над головой. А вот в темноте сопят дети в трёх слоях одежды.

– Серёжа – сын соседей, – напомнила Алиса. – Да, я тоже не сразу в себя пришла… Ты последишь за кострами?

– Да!.. Да…

Игорь выполз наружу, чуть не попав ногой в костёр, горевший напротив входа. Костров было всего шесть, и они окружали тент со всех сторон. Где-то рядом мутными пятнами виднелись костры соседей. Мутными, потому что на лагерь опустился густой туман.

– Сергей! – окликнул Игорь сына соседа.

– Да? – отозвался тот откуда-то из тумана. Его голос звучал как будто издалека.

– Что случилось? – спросил Игорь.

– Страшно мне… Какая-то жуть накатывает! – жалобно признался всё ещё невидимый парень. – Когда к вам иду, меня аж всего трясёт… Простите, я бы вас и так через полчасика разбудил…

– Всё нормально, не переживай! – ответил Игорь. – Давай-ка я попробую к тебе дойти… Я же и за вашими кострами должен буду следить.

– Только осторожнее!.. – попросил Серёжа.

Игорь думал, что паренька просто по молодости ночь испугала, но стоило ему шагнуть в туман, как на него обрушился целый ворох странных ощущений. И ни одно из них нельзя было назвать приятным. Страх, оторопь – это ещё были самые привычные. Игорь вдруг понял, что теряет ориентацию в пространстве. Он оглянулся на свой тент, и ему показалось, что тот теперь стоит дальше, чем ему полагается. А когда снова посмотрел на тент соседей, тот сместился куда-то чуть в сторону.

– Серёг, у тебя в тумане предметы двигались? – спросил Игорь куда-то в туманную мглу.

– Да! – испуганно ответил парнишка. – У вас тоже?

– Двигаются… – признался Игорь, делая шаг назад.

– Возвращайтесь к кострам! – посоветовал подросток. – Когда я в последний раз шёл к вам, чуть не потерялся!

Игорь решил последовал совету, но сначала умудрился выйти к чужому тенту и чужим кострам. Эти соседи были ему малознакомы. Отец и мать с капризной девочкой-подростком. Толстый глава семьи удивлённо уставился на Игоря, когда тот внезапно вынырнул из тумана.

– Простите, заплутал… – растерянно извинившись, Игорь навёлся на свой тент и бегом устремился к нему.

Удалось. Со второй попытки он оказался рядом со своим временным жилищем.

– Чертовщина какая-то… – пробормотал Игорь.

Между тентами было всего несколько шагов. Как можно было пробежать мимо своего?

– Дошли? – поинтересовался Сергей.

– Дошёл, – ответил Игорь.

– Хорошо…

Его голос прозвучал слишком тихо. Во всяком случае, для того, кто находится в нескольких шагах. Игорь посмотрел в сторону соседей и увидел огни их костров далеко в тумане. Будто до них было метров пятнадцать.

– Чертовщина… – снова пробормотал он и поёжился.

Несмотря на всё утепление, морозный ночной воздух проникал под одежду. И уже начинал пробирать Игоря до костей. Подкинув дров в костёр, он вытащил из-под тента чемодан с важными вещами. И уселся на него, внимательно оглядываясь по сторонам…

Туман стал плотнее. От него веяло жутью – и ещё чем-то чуждым, непонятным. Игорь встал и заглянул под тент: к счастью, его дети и жена мирно спали. Он вернулся на место, сел… И больно ударился пятой точкой о снег. Резко обернувшись, он обнаружил, что чемодан стоит совсем рядом – но вовсе не там, куда приземлялась его задница…

– Что за бред? – пробормотал Игорь. Ведь проверял же рукой наличие чемодана, когда садился!..

Обернувшись назад, он понял, что и костёр чуть сместился в другую сторону. Точнее, костёр и кострище явно переместились – но так, будто именно там они и горели всё это время. А там, где должен был быть костёр, не было и следа от него…

На Игоря накатила жуть. Он взял пару веток и осторожно передвинул костёр ко входу, на старое место. За это время его чемодан снова слегка сместился. Как и другие костры. Всё вокруг менялось, стоило лишь отвести взгляд!.. Это открытие казалось настолько пугающим, что он снова заглянул под тент, но жена и дети, к счастью, были на месте.

Игорь нашёл под ковриками внутри тента черенок лопаты. Выходит, она тоже не сдвинулась. Но стоило ему развернуться к костру, как стало понятно, что чемодан снова изменил местоположение. Всего на десять-пятнадцать сантиметров. Но Игорь заметил…

– Алиса! Лисёнок! Подъём! – решился он.

Решение разбудить жену далось тяжело, но колебания заняли всего несколько секунд. Было бы неприятно лишиться вещей, чемодана и временно выданной лопаты – но страшнее всего было потерять семью.

– Что случилось? – тут же спросила жена, которая, видимо, так и не успела уснуть.

– Лисёнок, это очень странный туман. В нём вещи двигаются… – предупредил Игорь. – Надо всё держать под рукой. И самим держаться вместе!

– Что за бред?..

– Алиса, поверь, это не бред! – Игорь слегка повысил голос. – Буди детей! Сядьте все вместе в центре. Я сейчас приду к вам…

Но для начала он лопатой переместил костры. Два затушил, оставив четыре, который он расположил по сторонам от палатки. И когда снова поднял тент, Алиса сидела рядом с детьми, но будить их пока не стала. А Игоря уже трясло от накатившей жути…

– Зачем ты тент поднял? – с укором спросила жена. – Холодно же!

– Лисёнок, поверь, лучше пусть будет холодно!.. – ответил Игорь. – Вот просто не спорь сейчас! Пожалуйста!

Всё ценное он затащил на гимнастические коврики. Два чемодана, лопату и запас дров. Чтобы прямо из центра тента подкидывать ветки и сухостой в костры.

– Ну что ты на детей все вещи свалил?! – Алиса ещё не понимала, что происходит нечто совсем уж странное.

– Лисёнок, смотри на меня! – строго потребовал Игорь и, дождавшись, когда жена взглянет ему в глаза, продолжил: – Это плохой туман. Понимаешь, я это чувствую… Я дошёл до соседей, вернулся и попал к тенту соседей с другой стороны!.. Стоит отвернуться, и вещи начинают сдвигаться. Даже костры… Посмотри на них!

Единственный костёр, который они упустили из виду, как раз успел слегка передвинуться.

– Мне кажется, там он и был! – настаивала Алиса. – Тебе со сна почудилось…

– Он был сантиметров на десять правее! – возмутился Игорь. – И сместился!.. Без следа!

– Следов, после того, что ты там делал, и так хватает… Ладно, сейчас детей разбужу! – в голосе жены чувствовалось недовольство.

А вот Игорю нужно было, чтобы вся семья не спала. Очень нужно!.. Почему так, он и сам не мог объяснить. Решение было принято внезапно – как озарение. Невзирая на возмущение и протесты, из крепкого сна сначала вырвали Веру, а потом Лизу и Ваню. Семейство волком смотрело на Игоря. А тот тревожно оглядывался вокруг.

Было холодно, несмотря на четыре костра вокруг тента. Изо рта вырывался густой пар, который долетал до тумана и быстро впитывался в него. А ещё было страшно, хоть причина страха и не была до конца ясна…

– А где другие костры? Все ушли? – вдруг с детской непосредственностью спросила Лиза.

– Что? – побледнев, Алиса резко обвела взглядом окрестности.

И, наконец, заметила то, что Игорь и так уже знал…

Соседи пропали в тумане. То ли он стал ещё гуще, то ли людей разбросало слишком далеко друг от друга. То ли случилось что-то ещё… Впрочем иногда в туманной дымке мелькали отблески чужого пламени. Но звуков не было: ни голосов, ни храпа, ни треска горящих сучьев.

– Я же говорил!.. – напомнил жене Игорь.

– Может, просто у многих костры потухли… – пробормотала Алиса.

Крик разорвал тишину. Он звучал где-то далеко. И одновременно близко. Обычный человеческий крик. Но в нём было столько страха, что Игоря невольно зазнобило. Он выдвинулся чуть вперёд, озираясь и пряча за спиной жену и детей. Вот только кричавшего нигде не было видно…

А следом раздались новые крики. Откуда они доносятся, в густом тумане понять было невозможно. Такое ощущение, что испуганные голоса слышались отовсюду…

– Помогите!

– А-а-а-а!

– Н-на! Ты что творишь?!

– На помощь!

– Ять!.. Сука!.. Ять!..

Вот теперь ужас охватил всю семью Игоря… Алиса сидела с широко раскрытыми глазами и буквально не дышала, прислушиваясь к голосам. Младшие дети испуганно жались к матери, а Вера затравленно оглядывалась, сжимая в руках палку. Хотя, если судить по лицу, больше всего старшая дочь хотела просто реветь. Но именно ради этого Игорь всех и собрал… Теперь их хотя бы не застанут врасплох…

Взяв шарфики жены, он открыл чемодан с важными вещами, быстро завязал узлы на концах, а затем вставил их внутрь и закрыл крышку. Получились две лямки, которые Игорь накинул на плечи, сделав из чемодана неудобнейший из рюкзаков.

– Вера, возьми Лизу. Алиса, на тебе Ваня! – приказал он замолчавшему семейству. – Держите друг друга за руки. И, кто-нибудь, обязательно держитесь за меня!..

В этот раз ни жена, ни дети не спорили. Алиса и старшая дочь молча взяли на руки младших. Хотя десятилетней Вере это было не просто трудно, а почти непосильно. Однако их покладистость подогревали душераздирающие крики – где-то совсем уже близко…

А потом, не успели они уйти, из тумана к их тенту вывалился сын соседа. Тот самый Серёжа, который испугался и разбудил Игоря. Лицо у него выглядело слегка перекошенным, взгляд был пустой, а одна рука почему-то казалась слишком короткой.

– Серёжа? – удивлённо выдохнула Алиса, а Игорь просто застыл, глядя на то, как изменился подросток.

– Мне страшно!.. – пискнула Вера.

Серёжа молча шагнул к их тенту и наступил в костёр. Его нога – даже не штанина джинсов, а именно нога! – вспыхнула, как свечка. Алиса дёрнулась было помочь, но Игорь черенком лопаты преградил ей путь.

– Сиди! – прошипел он. – Сиди!..

Серёжа горел, но никак не сгорал. Одежда повисла на нём лоскутами, всё тело уже было объято пламенем, но кожа оставалась целой, хоть и покраснела. А сам парнишка безумно хохотал. Хохотал рот на короткой руке, хохотало мужское хозяйство, свисавшее ниже колен… Впору было бы позавидовать, только если у твоего члена своя жизнь, а у тебя – своя, это ни хрена не смешно!.. Это страшно!..

Серёжа, или что-то, что раньше было Серёжей, вдруг посмотрело на семью Игоря. Очень внимательно посмотрело… Глаза на голове, глаза на груди, глаза на животе, глаза на покрасневших коленках…

Обнаружено присутствие порождений Хаоса!

Хаос смотрит на вас!

Мелькнув перед глазами, эта надпись намертво впечаталась в мозг. И ещё не зная, что это за порождение, и что с ним делать, Игорь всем существом понял, что оно крайне опасно. И когда горящее уродливое тело, наконец, сделало шаг под тент, он встретил его ударом лопаты – на манер копья…

Наверно, надо было сказать спасибо «дачнику», остро наточившему хозинвентарь. Острие лопаты ударило бывшего Серёжу в грудь, погрузившись в неё сантиметра на три и проскочив между рёбрами. Горящий подросток дёрнулся назад, и Игорь с трудом удержал своё примитивное оружие в руках.

Чтобы не упасть назад, порождение хаоса ухватилось одной рукой за тент… И молча увлекло его за собой, выдирая из земли деревянные колышки. Тент сорвался с каркаса, и под визг Алисы, Веры, Лизы и Вани прошуршал прямо по ним. Да так и остался сверху, погрузив зрение в темноту. А Игорь принялся поспешно его стряхивать – и с себя, и с семьи.

– Спокойно! Спокойно! – кричал он, пытаясь перекрыть дружный визг.

И тут в просвете между тентом и землёй мелькнули ноги бывшего подростка, а на плечо вдруг навалилась какая-то тяжесть. Игорь чуть подался назад, сжимаясь, словно пружина, а потом с силой распрямился – всем телом. Тент и порождение хаоса от его рывка взвились в воздух. И упали в трёх шагах от него…

То, что когда-то было Серёжей, всё ещё было живо. И единственным, что мешало ему снова кинуться на семью Игоря, был тент, который полыхал и плавился, облепив горящее порождение хаоса. Игорь подскочил к парню, занёс лопату – и резко опустил. Вырвал – и снова… Замутило.

Убито порождение Хаоса. Самопорождённое. Низшее.

Получен 1 % соответствия статусу!

Текущее соответствие – 1 %

Что бы ни случилось с Серёжей, но кровь из него брызнула вполне себе человеческая… Жуткое создание заверещало, всё ещё пытаясь вырваться из плена горящего тента. Но Игорь, преодолевая тошноту, снова ударил лопатой ему по шее. А затем навалился на оружие сверху всем весом, не обращая внимания на жар, исходивший от тента.

Что-то хрустнуло. И тело бывшего Серёжи начало гореть уже по-настоящему…

В нос Игорю ударил запах палёных волос и плоти. Желудок подкатил к горлу, и только усилием воли он вернул его обратно, на законное место. Было очень плохо. И немного кружилась голова. Игорь понимал, что только что совершил убийство… Пусть Серёжа и стал порождением хаоса. Или чего-то там ещё…

Но сколько их таких сейчас вокруг?! Пока он будет опорожнять желудок, Алису и детей успеют убить!..

Визг, раздавшийся с их стороны, заставил Игоря резко обернуться. Мерзкая тварь, которая появилась из темноты тумана, казалась настолько же невероятной, насколько и противоестественной. Больше всего монстр напоминал четырёхлапого паука – но, скорее, манерой двигаться. А тело монстра вообще менялось постоянно…

На нём появлялась то шерсть, то перья, то Бог знает что ещё!.. Неизменными оставались только бушующие огнём проёмы жёлто-багровых глаз. В них как будто клубилась солнечная плазма. Но когда Игорь подскочил к монстру и ударил его остриём лопаты, никакого жара он не почувствовал. Наоборот, мерзкий пришелец старательно избегал костров, отбрыкиваясь от человека с лопатой.

В какой-то момент Игорю захотелось завыть, как животное… Зарычать, начать крушить всё вокруг… Но всё-таки он ударил молча. Ему очень надо было спасти своих. Вот только что делать? Искать людей и вместе отбиваться? Или бежать? Но куда?!

В туман? Где можно потерять друг друга?

Снова получив по груди наточенной лопатой, паукомонстр отшатнулся. Двигался он медленно, и даже ответный удар у него был какой-то неспешный. Во всяком случае, Игорь успел отступить назад.

– Хватайте детей и вещи! Уходим! – решил он. – Вера, держись за меня! Алиса, а ты за Веру. Ваню с Лизой берите на руки!..

Удар по спине был неожиданным. Паукообразный монстр вдруг нелогично ускорился и успел долбануть по Игорю лапой с отросшими на ней когтями. Чемодан с честью выдержал атаку. А Игорь сделал шаг вперёд, развернулся – и снова отмахнулся своим садово-огородным оружием. Странное создание, шипя, хохоча и повизгивая, отшатнулось назад…

– Хватайтесь! – снова крикнул Игорь, но женщины оказались в ступоре. – Назад!..

Существо снова дёрнулось к Игорю, и он не стал медлить. Короткий выпад, чтоб остановить, замах над головой, а затем ударом ноги отбросить противника на землю – и вонзить неказистый хозинвентарь куда-то в область глаз монстра. Хруст, короткий вопль…

Игорь еле успел отскочить от твари, когда она конвульсивно дёрнула лапами, удар которых мог бы его и прикончить. Сделав шаг вперёд, он вырвал лопату из трупа, спешно распадающегося на клочки тумана, и огляделся.

Убито порождение Хаоса. Призванное. Низшее.

Получено 2 % соответствия статусу!

Текущее соответствие – 3 %

Новых врагов пока видно не было. Зато мимо пробежала группа людей. Какая-то женщина даже подвывала от страха. А туман вокруг был полон криков и стонов, рёва и шипения…

Игорь обернулся к жене и детям. И повторил приказ:

– Хватайте детей, вещи! Уходим! Вера, держись за меня! Алиса, держись за Веру. Ну же!..

Крик наконец-то вывел их из ступора. Вера схватилась за пояс Игоря, держа на руках Лизу. Алиса ухватилась за дочь, прижимая к себе Ваню. Малыши, конечно, ревели, но затыкать их сейчас было некогда… Да и незачем: шум вокруг и так стоял невообразимый.

Игорь двинулся в туман. Наверно, не пребывай он в шоке, то всё-таки остался бы у костров. Именно это подсказывала нормальная земная логика. Именно так и поступили многие из тех, кто провалился в тот день с трассы в этот странный мир. Однако именно нелогичность решения и спасла в эту страшную ночь семью Игоря…

Порождения хаоса, пришедшие к скоплению людей, были не всемогущими. Они имели свои ограничения в окружающем мире. Плохо видели, слабо чуяли – да и слышали через раз. Им легче было найти тех, кто остался у костров. И они находили их…

Порождения, не имевшие определённой формы или содержания… А ещё создания, что могли существовать лишь недолгое время… И даже преобразившиеся люди, жившие одним желанием… Все они устремились к скоплению ненавистных человечков. Туда, где мир не мог измениться под случайным взглядом – в самый центр лагеря.

Они волной нахлынули в круг света от центрального костра. И ударили по кругу мужчин, за спинами которых прятались женщины. Проломили неумелую оборону, прорвались – и тут же принялись убивать. Панические крики разносились далеко в тумане, и это только подстегнуло бегство тех, кто решил уходить. Игорь тоже услышал крики, но только ускорил шаг, стремясь увести семью как можно дальше…

Впереди был туман, а за их спинами тоже смыкался туман. Деревья менялись, стоило ему лишь отвести взгляд. В какой-то момент Игорь оглянулся на родных, а снова посмотрев вперёд, едва успел затормозить перед глубоким оврагом с крутыми стенами. Оврагом, которого здесь не было всего секунду назад…

Никто уже не думал о том, чтобы спасти обувь от промокания. Впрочем, холодно им всё равно не было: они сбивались с ног, пытаясь пройти по глубокому снегу. Игорь уводил семью прочь от тёплых костров, запасов еды, изредка натыкаясь на таких же беглецов, идущих куда глаза глядят – лишь бы выбраться из тумана. Иногда им по пути попадались кем-то растерзанные трупы…

Каждый раз Игорь просил детей закрыть глаза и не смотреть. Людей убивали так страшно и жестоко, что такого не мог бы сделать человек. В тумане слышались крики, вопли ужаса – и странные звуки, которые, видимо, издавали порождения Хаоса. В какой-то момент такой же пугающий звук раздался сзади…

Игорь обернулся и увидел, как дёргается жена. Это была ещё она, его Алиса, его Лисёнок, но… Не зная, что делать, Игорь резко шагнул к ней и отвесил жёсткую пощёчину.

– Приди в себя! Приди в себя! Дети!.. – кричал он скорее от отчаяния, чем от знания, как надо правильно поступить.

На слове «дети» Алиса всё-таки пришла в себя. Взгляд стал осмысленным, она шумно выдохнула… А потом как будто вздрогнула всем телом. И благодарно кивнула мужу.

– Идём, – проговорила она решительно. – Идём быстрее…

Глава 5. Бегство

Сначала на землю спустили Ваню, а Лизу пришлось передать на руки Алисе. Всё-таки Вера была обычной десятилетней девочкой, а сестрёнку пришлось тащить долго. А следом и Лизе пришлось идти самостоятельно. Алиса не могла вечно нести на руках ребёнка. Игорь мог бы взять детей на себя, но в одной руке у него была лопата – единственное оружие их семейства. А на спине – неудобный чемодан.

Первой не выдержала старшая дочь, Вера. В какой-то момент она тихо и обречённо сказала:

– Я устала…

И без сил опустилась в снег.

Игорь раздражённо обернулся на семейство, но, наткнувшись на усталые лица и тусклые взгляды, понял: заставить их идти дальше может разве что чудо. Сам-то он на адреналине забыл об усталости – и просто шёл вперёд и вперёд сквозь туман. Лишь бы как можно скорее куда-нибудь выбраться…

А куда? Этого Игорь не знал. Однако при виде жены и детей у него сердце сжалось от жалости. Он снял с плеч чемодан и решительно положил его на мёрзлую землю.

– Не сиди на снегу. Сядь с сестрой и братом на чемодан, – предложил Игорь.

Пока Вера и двойняшки отдыхали, Алиса попыталась добиться от мужа конкретики. Она отвела его чуть в сторону, не выпуская детей из поля зрения, и тихо спросила:

– Куда мы идём, милый?

Игорь этого вопроса ожидал, но ответа у него не было… Он сам не знал, куда и зачем идёт. Главное – подальше от места ужасной расправы над людьми в лагере.

– Я не знаю… Вперёд, – ответил он жене.

– Это не ответ! – Алиса покачала головой. – Какая-то цель у нас есть?

– Лисёнок, у нас одна цель – спастись… – устало объяснил муж.

– От кого? – жена не смотрела на него, полностью сосредоточившись на детях, и Игорь её в этом решении полностью поддерживал.

– От тех, кто на нас напал! – ответил он очевидное.

– Ты специально увиливаешь от ответа? – жена не выдержала и перевела на него сердитый взгляд, а Игорю пришлось самому смотреть на детей.

– Лисёнок, у меня нет ответов. Как их нет у тебя!.. – объяснил он. – Пока я пытаюсь увести вас как можно дальше от существ, которые напали на лагерь. Что ты от меня хочешь? Чтобы я взял и всё объяснил? Чтобы вытащил телефон, загуглил фоточки и дал тебе ответ?

– Прости… – голос жены был тихим и грустным.

Игорь невольно перевёл взгляд на неё, а она сразу же уставилась на детей. Наступила тишина, прерываемая лишь далёкими криками и тяжёлым дыханием уставших детей. При каждом выдохе в холодный воздух вырывалось облачко пара. Игорь и Алиса стояли посреди плотного и непроницаемого тумана, а вокруг было темным-темно. Лишь снег давал немного света. Видны были только силуэты и размытые крупные детали.

Белое полотенце под капюшоном жены, розовый шарф на ребёнке… Иногда поодаль проступали очертания деревьев в лесу. Но лишь иногда. Стоило отвести взгляд, и мир снова менялся. Перемещались деревья, изменялись ветви – и даже рельеф как будто становился другим. Словно они шли не по зимнему лесу, а по бушующему океану, покрытому тонкой плёнкой земли…

– Сейчас мы как раз должны были добраться до отеля… – всхлипнула Алиса, и Игорь привлёк её к себе, крепко обняв. – Море, детская комната, вино в ресторане… А тут снег, холод и какие-то монстры.

Чем сильнее она прижималась к мужу, тем глуше звучали рыдания.

– Мамочка, не плачь! – попросила Лиза. – Мамочка!..

Этот зов привёл Алису в чувство. Она отстранилась, вытерла слёзы и посмотрела на мужа:

– Что теперь?

– Теперь дальше… – вздохнул Игорь и посмотрел на детей. – Отдохнули?

– Нет!

– Да!

Если честно, это «да» звучало совсем не так убедительно, как «нет». Однако выбора не было.

– Надо идти дальше, мои хорошие!.. – тихо сказал Игорь. – Знаю, вы устали… Но сейчас нельзя долго отдыхать!

Звучало неубедительно, но что ещё он мог сказать? Игорь и сам был растерян, смущён, расстроен… И даже в кои-то веки чувствовал себя слабым и беззащитным. Вот только показывать свою слабость было никак нельзя. Это в той жизни, до перехода, он мог позволить себе делиться с семьёй переживаниями. Там они были его тылом и домом. А здесь и сейчас он должен быть лидером. И вести детей и жену к спасению, где бы оно ни было.

Они снова выстроились гуськом. Впереди шёл Игорь, торя путь сквозь снег. За ним, стараясь попадать в следы, топала Вера. Следом – двойняшки. И замыкала процессию Алиса. Причём Игорь старался постоянно перекидываться с ней фразами…

Сами слова ничего не означали: ему просто надо было понимать, что жена ещё там, идёт за ними, а не потерялась в дороге. И что она не спускает глаз с детей. А сам Игорь старался всё время смотреть вперёд. И постоянно боялся, что, окликнув жену в очередной раз, не услышит ответа.

А ещё он боялся, что не успеет заметить приближение какого-нибудь чудовища. И, как выяснилось, боялся напрасно.

Надписи, возникающие перед глазами, оказались совсем не так бесполезны, как раньше казалось:

Обнаружено присутствие порождений Хаоса!

Хаос смотрит на вас!

Надпись мелькнула всего за пару секунд до того, как в их жизнь ворвался очередной кошмар. На этот раз кошмар внешне казался почти человеком, но более уродливого человека Игорю ещё встречать не приходилось…

Его туловище было изломано, исковеркано – как будто его перекрутила какая-то неведомая злая сила. Так делает скульптор с неудавшимся творением из глины, так поступают дети с пластилиновыми поделками…

Руки были искривлены. Голова крутилась чуть ли не на триста шестьдесят градусов. А по всему телу – там, где оно не было прикрыто обрывками одежды – раскиданы рты и глаза. На кривых пальцах виднелись острые когти, совсем недавно бывшие ногтями.

Это порождение хаоса двигалось почти бесшумно. Возможно, что туман вокруг глушил звуки. А может, под ногами этого урода даже снег не скрипел… Игорь так и не понял, в чём именно дело. Просто засёк движение краем глаза, резко ткнул туда заточенной лопатой – и попал.

Попал не слишком удачно, но уродца всё-таки откинул. И это позволило жене и детям с визгом спрятаться за его спиной. Уродец зашипел, пытаясь обойти Игоря и добраться до остальных. Но не смог. И, видимо, очень расстроился.

– Ты умрёш-ш-шь!.. Умрёш-ш-шь!.. Сейчас!.. – зашипело из его рта, и Игоря невольно передёрнуло.

Но за его спиной были дети и жена. Он не имел права отступить. Поэтому воспользовался тем, что враг что-то говорит – шагнул вперёд и снова ударил. Он старался бить резко и сильно. В идеале, перерубить шею. Но вышло как-то не впечатляюще: лопата будто в резину ткнулась. А следом по его плечу, с треском разрывая ткань ветровки, мазнули когти врага…

Зашипев от досады не хуже уродца, Игорь врезал ему ногой в область паха. Ну или туда, где он раньше был: каких-то заметных органов в этой области у чудовища не имелось. И хорошего пинка внезапно хватило, чтобы тварь повалилась в снег. А Игорь уже размахнулся и ударил её лопатой в шею, налегая на черенок всем весом…

И снова знакомый хруст. Тело развалилось на земле, истекая кровью. Правда, в темноте сложно было понять, какого она цвета.

– Милый! – запоздало вскрикнула Алиса.

– Папа самый смелый! – похвалил Ваня.

А Игорь замер, глядя на прозрачную сферу, которая вращалась над телом мёртвого врага:

Убито порождение Хаоса. Самопорождённое. Низшее.

Получен 1 % соответствия статусу!

Текущее соответствие – 4 %

Он нагнулся и коснулся сферы. Желание было настолько сильным и неосознанным, что ему невозможно было противиться…

– Милый, что ты делаешь? – удивлённо спросила жена из-за спины. – Что ты там хочешь рассмотреть!?

Получен фиал упорядочивания. Содержимое – 3 искры.

Получено 5 универсальных единиц.

«Интересно, а над другими убитыми были такие штуки? – подумал Игорь. – Может, стоило их тоже собрать?».

– Милый! – обеспокоенный голос жены заставил его распрямиться. – Что ты там смотрел?

– Вы видели искру над трупом?.. Ну этого? – Игорь ткнул лопатой в тело.

– Нет, пап! Там ничего не было… – растерянно сообщила Вера.

– Это просто какая-то уродливая тварь! – с тревогой заметила жена. – И никаких искр не было!..

– Ясно… – кивнул Игорь.

– С тобой всё в порядке? – спросила Алиса, с опаской глядя на мужа.

– Да, – Игорь снова кивнул.

Ну да, всё очевидно: убив порождение хаоса, он получил награду. И награда эта была только его. Ни жена, ни дети ничего не видели. Всё это напоминало какую-то игру-хоррор. Если бы Игорь сидел в кресле за компьютером, ему бы понравилось. Но он был внутри, да ещё и со всей семьёй… И что-то ему подсказывало: если его убьют, второго шанса здесь не будет. Хотя перспектива стать вот таким мерзким «порождением» радовала ещё меньше…

– Надо идти дальше, – сказал Игорь. – Следите за всем, что происходит вокруг!

И они снова двинулись в путь – без цели, без смысла, без конца. Как маленький кораблик, их отряд рассекал волны густого тумана, заполнявшего лес. А всё вокруг менялось, стоило лишь оторвать взгляд. За спиной опять звучали крики и вопли. И что самое паршивое – они постепенно приближались…

Порождения хаоса гнали людей от точки перехода. И гнали их во все стороны. Часть беглецов устремилась туда, куда раньше сбежали обитатели лагеря Игоря и ещё двух лагерей. В лес. Многие бежали в гордом одиночестве, но были и небольшие группы. Кому-то пока везло, но некоторых настигали. Именно их предсмертные крики и звучали над лесом…

Возможно, знай об этом Игорь и его семья – и они бы сдались. Не осталось бы сил на бегство, не осталось бы воли к борьбе. Но в том-то и состоит прелесть неведения. Они упорно шли вперёд и даже кое-как держали направление. И пока ещё умудрялись сохранять отрыв, хотя дети уже принялись канючить и требовать передышки…

– Закройте глаза! – приказал Игорь, первым увидев в тумане очертания новой вехи их путешествия.

Лежащего на поляне человека он узнал. Это был тот самый парень, что принёс им коврики. Как он тут оказался? И как добрался от центра лагеря так далеко? Игорь даже не представлял. Но выжить парню не удалось. Собственно, опознать его можно было лишь по голове и верхней половине груди, из которой торчали рёбра.

Всё остальное тело, разорванное на части, было равномерно распределено по небольшой поляне. И хотя труп уже начинал подмерзать, вонь стояла такая, что удивительно было, почему раньше не удалось её почуять. Игорь в очередной раз поборол тошноту, которая подкатывала к горлу.

– Милая, ты тоже не смотри!.. – посоветовал он.

– Хорошо, – сглотнув и зажав нос, согласилась жена.

Игорь повёл семью в обход окровавленной поляны, ещё внимательнее глядя по сторонам.

– Фу, как воняет… Как в туалете! – сообщила Вера.

– Не открывай глаза! – напомнил Игорь.

– Я и не открываю. А что там? – не удержалась от вопроса Вера.

– Дерьмо! – ответил Игорь первое, что пришло в голову.

– Фу! Кака! – засмеялся Ваня, и детский смех невольно всколыхнул туманную пелену вокруг.

– Тише!.. – шикнул Игорь.

Они успели удалиться шагов на двадцать, когда последствия прозвучавшего смеха дали о себе знать.

Где-то в тумане заворчало что-то большое и страшное… Игорь встал как вкопанный и тут же остановил семью.

– Тише! – выдохнул он, но ни жену, ни детей упрашивать не пришлось.

Все молчали. И только Лиза беззвучно заплакала, уткнувшись в мать. Снова послышалось басовитое ворчание. Тяжёлые шаги зазвучали в тумане. Будто что-то огромное, размером с пару слонов, неспешно двигалось по лесу. Скрипел под исполинскими ногами снег, трещали ветви деревьев, которые ломал неведомый монстр…

– Как скажу, уходим! Только тихо! – одними губами сказал семье Игорь.

Огромная тварь наконец-то прошла мимо, и он осторожно повёл семью дальше. Они старались ступать по снегу неслышно. Все, и даже дети. Хотя получалось из рук вон плохо. Тишину удавалось поддерживать лишь первые несколько десятков метров, пока они шли медленно. Вокруг светлело. Видимо, над туманом как раз занималось утро. Однако чуда не случилось – туман не рассеивался. Он даже как будто становился плотнее.

А потом они вывалились на тропинку… Самую настоящую, по которой явно ходило множество ног – хоть следы и были сейчас припорошены снегом. Но главное, на ней не было густого тумана. Будто кто-то большой сильно дунул и очистил целую полосу в пелене, оставив людям путь.

Впереди на тропинке, прямо в снегу, сидело несколько человек. Четыре женщины, трое мужчин, мальчик-подросток и собака. Пёс радостно гавкнул и устремился к новоприбывшим.

– Эй, псина, заткнись! – сказал кто-то из сидящих.

– А где её хозяин? – спросила одна из женщин.

– Не знаю! Она с аварии рядом вертится!.. – буркнула другая. – Вон, ещё вышли из леса. Это она на них лает!

– Эй! Слышьте, вы! – один из мужчин поднялся и пошёл навстречу.

Одежда на нём была такая же, как на Игоре и его родных. По всему выходило, что он тоже из пострадавших.

– Вы сюда, типа, с трассы провалились? – сделал такие же выводы мужчина.

Он был довольно молодым. Всего лет тридцать. И наглым, что обычно проявляется либо из-за чрезмерной уверенности в себе, либо от обратного.

– Да, – ответил Игорь. – Что это?

– Дорога, иопт! – ответил мужчина и хохотнул. – Такая вот …уёвая дорога! Лопату не дашь?

– Извини, единственное оружие! – ответил Игорь, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо и уверенно.

А пёс, похоже, проникся к семье Игоря… И теперь вовсю крутился вокруг, шумно сопя носом. Вроде бы псина была самая обычная, дворовая. Но, судя по цвету и форме морды, где-то в её роду затесались лабрадоры.

– Да поделись! Не жадничай! – не отставал мужчина.

Вот Игорю не хватило бы наглости так настойчиво требовать чужое… Зато у Алисы комплексов не было: сказывалось и воспитание в детстве, и нажитая уверенность в себе.

– Тебе что непонятно? – строго спросила она. – Это наша лопата! И это наше оружие! Если так нужно, иди и найди себе сам на месте аварии!

Зло сощурившись, наглый мужик дёрнул губой. Он даже чуть переставил ногу, будто собираясь шагнуть к Алисе, но Игорь резко поднял лопату на манер копья. На наточенном острие блеснула кровь.

И наглый отшатнулся.

– Да ладно, чего вы? Просто нам лопата тоже нужна…

– Значит, пойдите и найдите себе лопату! – громко повторила Алиса.

– Не-е, лучше обойдусь… – мужчина вернулся к отдыхающей группе и плюхнулся в снег.

А Игорь ещё раз огляделся. И оценил направление, откуда пришёл с семьёй. По всему получалось, что группа вышла на дорогу ближе к лагерю выживших. Оставаться с ними? Пожалуй, нет… И он повёл семью прочь от людей, но уже по дороге.

Пёс убежал назад к группе людей, немного покрутился вокруг… И вскоре снова догнал Игоря с семьёй.

– Собачка! – обрадовалась его возвращению Лиза.

– Не лезь к нему! – потребовала Вера.

– Вера права! – поддержала старшую дочь Алиса.

А пёс, похоже, больше и не думал убегать назад. Он нагнал Игоря и пристроился рядом, высунув розовый язык. Ошейника на нём не было. И, тем не менее, смотрела псина доброжелательно и агрессии не проявляла. У Игоря никогда не было собаки, но тут рука сама потянулась и почесала лжелабрадору загривок.

– Решил с нами пойти, малыш? – спросил он.

– Милый, ты бы поосторожнее!

– Осторожнее, папа!

– Папа! Мама запретила трогать собачку!

Вечные комментарии были частью жизни Игоря… Он привык к ним. И привык, что дети чаще поддерживают мать, которая с ними была постоянно. А Игорь? Да что Игорь… По будням он работал, по вечерам приходил в себя – и только в выходные уделял внимание семье.

Большой город давно сожрал и его личную жизнь, и свободное время. И это при том, что у него хотя бы была какая-никакая должность. Глядя на то, как живут обычные сотрудники, он нередко задавался вопросом: а люди они или уже давно роботы?

– Папе можно! Папа сам решит! – отозвалась Алиса на советы детей.

А Игорь остановился и опустился на корточки рядом с псом.

– Ну что, красавец? Проводишь нас? – он осторожно потрепал пса за ушами.

А потом уже чуть смелее почесал ему шею, почувствовав, что тот одобряет ласку.

Вдруг пёс напрягся… Посмотрел в ту сторону, откуда они пришли. Гавкнул, пробежал пару шагов – и снова гавкнул.

– Нам идти? Дальше? – спросил у пса Игорь.

– Гав! – сообщил им новый спутник и, видя сомнения, прихватил Игоря за штанину и потянул вперёд.

– Ладно-ладно! – не стал спорить мужчина. И подал знак семье следовать за собой.

Пёс заставил их бежать!.. Именно бежать, а не идти. Смысл его действий Игорь понял лишь тогда, когда сзади раздались истеричные, полные ужаса крики, а ноги почувствовали чью-то тяжёлую поступь в лесу.

– Бежим-бежим! – Игорь сунул лопату жене, а сам подхватил Ваню и Лизу на руки и припустил за улепётывающим псом.

Впрочем, он всё равно постоянно оглядывался на Веру и Алису. Дочь с женой не отставали, стараясь держать темп, но было заметно, как им тяжело.

Игорь не помнил, на сколько их хватило… Ненадолго. В какой-то момент они, не сговариваясь, перешли на шаг. А затем ему пришлось спустить детей на землю: руки буквально отваливались. Алиса, пытаясь отдышаться, тут же вернула ему лопату. Пёс больше не гавкал, но всё ещё пытался их подгонять, умоляюще глядя большими карими глазами.

– Мы идём, малыш! Идём! – устало повторял Игорь, заставляя себя снова и снова переставлять ноги.

Дорога теперь часто петляла. Туман пытался накатывать на неё, и порой, оглядываясь, Игорь подмечал, что и сама дорога, и её траектория изменились, пока никто не видел. Оглянувшись в очередной раз, он обнаружил и того, кто их преследовал…

Это было странное существо, состоявшее одновременно из льда и пламени, из земли и воды… То оно бухало четырьмя ногами-столбами, то шло на двух, то просто летело над землёй. Существо постоянно меняло форму, цвет – и даже материал, из которого состояло. Это было так дико, так невероятно инородно, что если долго смотреть – начинало тошнить…

– Быстрее! Быстрее! – Алиса тоже увидела монстра и принялась подгонять детей.

Закричал Ваня, стараясь бежать со всех своих детских ног. В один голос завизжали Вера и Лиза. А порождение хаоса догоняло… Расстояние сокращалось, пусть и медленно. Монстр выглядел неутомимым, и единственное, что, похоже, сдерживало его – это дорога. Казалось, что порождению хаоса приходится идти в бурной реке против течения. Игорь понял, что если бы не дорога, их бы давно настигли…

Пёс дожидался их, бежал вперёд – и снова дожидался, просяще погавкивая. В глазах его появилось отчаяние обречённого. Наверно, такой же взгляд был в тот момент и у Игоря.

Он понимал, что обречён. Когда-то давно, когда Вера только родилась и Игорь впервые укачивал её, то понял: он никогда не простит себе, если не сможет сделать счастливым этого человечка…

Можно спорить с женой, можно даже развестись – хотя Игорь и не мыслил своей жизни без Алисы… Но от своего ребёнка никуда не денешься. Каким ты оказался отцом, таким и будет половина твоего продолжения. И как нельзя убежать от себя, так не получится убежать от ребёнка. Тогда, ещё десять лет назад, Игорь осознал, что, если будет надо, то за детей и жену он отдаст жизнь. И сейчас опять понимал: да, отдаст.

Может, это и есть «великое благо» мужчины? Отдать за близких жизнь. И уже не видеть их страданий, если жертва оказалась напрасной… А может, наоборот, проклятие?

Когда до огромной твари оставалось всего метров двадцать, Игорь начал отставать. Он незаметно замедлялся, глядя, как бежит вперёд его семья. Они не успевали оглянуться и не знали, что Игорь остался позади. Возможно, им удастся спастись. А может, и нет. И всё-таки он собирался сражаться. Иначе зачем всё это?.. Зачем обещания в ЗАГСе, бессонные ночи с хнычущими детьми, попытки чего-то добиться в жизни?

Рядом замедлил шаг пёс. И, задрав голову, заглянул человеку в глаза.

– Ты не обязан, малыш… – заметил Игорь, которому было до слёз жалко собаку.

– Р-р-р-р! – сообщил ему пёс, будто пытаясь сказать: он тоже принял для себя решение. И вот, теперь выполняет.

Они остановились одновременно: вымотанный мужчина с лопатой и благородно-коричневый потомок лабрадоров.

Странный исполин тоже замедлился. В его движениях чувствовалось такая осознанность, какой не было у порождений хаоса, которых Игорю приходилось убивать раньше. Он как будто оценивал, прикидывал – хотя ни человек, ни пёс были ему не соперники…

Глава 6. Преимущества личности

Но схватки не состоялось…

Грохнуло. Ноздри защекотал запах серы и угля. А в центре туловища порождения хаоса как будто расцвёл фонтанчик, тут же растворившийся клочьями тумана. Мир огласил беззвучный вопль. Казалось, он сотрясал сами основы мироздания, но почему-то совершенно не улавливался ухом. В голову просто будто гвоздь воткнули. Но Игорь только сжал зубы и крепче обхватил лопату, а пёс нервно залаял.

Снова грохнуло. А потом снова и снова. Всё новые и новые фонтанчики возникали на странном теле жуткого чудовища. И в какой-то момент в нём появилась дыра. Как будто огромным сверлом прокрутили. Дыра росла, монстр беззвучно ревел и выл, дрожали деревья, с которых сыпался снег. И вдруг всё закончилось… Вместо огромной туши вниз стекали клочья тумана, быстро растворяющиеся на свету.

– Что ты, статист, тут лопатой собирался делать? – раздался голос за спиной.

Игорь обернулся. К нему шли шесть человек. Один из них был почти стариком: с седой бородой и седыми волосами, которые хвостом ниспадали из-под меховой шапки. Лицо у него было спокойное, а взгляд внимательный, цепкий. Остальные были моложе, и лица их Игорю не очень понравились. Наглые, с налётом презрения – если не ко всем вокруг, то уж к нему, Игорю, точно.

Все они были одеты в добротные зимние куртки с мехом на рукавах и воротнике. На ногах – тёплые штаны то ли из очень плотной ткани, то ли из выделанных звериных шкур. Сапоги – тоже утеплённые, лоснящиеся от втёртого жира. И у всех на обуви снегоступы: люди явно готовились к походу в лес.

– Так чё с лопатой? Могилу хотел выкопать? – засмеялся один из молодых.

– Тогда надо было начинать! – заржал второй.

– И собаке ямку не забыть! – подхватил третий.

А седой промолчал. И только указал назад.

– Иди! Там вас распределят… – хмуро буркнул он.

Все шестеро спасителей отправились дальше. Весело переговариваясь и не обращая внимания на то, что происходит вокруг. Пёс тихо и неодобрительно рыкнул им вслед. Видимо, ему они тоже не приглянулись.

– Пойдём, – сказал Игорь. – Всё равно надо идти…

Человек и собака двинулись по дороге. Поворот, ещё поворот – и вот, наконец, туман и лес неожиданно расступились. Игорь и пёс вышли на большой луг. На этом лугу стояли и сидели люди. Такие же, как он – недавно прошедшие переход. Это легко было понять по многослойным одеждам, конечностям, замотанным всякими летними шмотками, и потерянному виду.

Их редкой цепью окружали совсем другие люди: в тёплых куртках и зимней обуви, с оружием и с уверенными взглядами, в которых было понимание происходящего.

– Ещё один рекрут! – крикнул один из мужчин куда-то в сторону, завидев Игоря. – Иди давай под охрану, мясо!

– Эй, пёсик, давай дружить! – засмеялся второй.

– Отвали, Костян, я его приручу! – ещё один охранник присел рядом с псом, протянув ему руку. – Шарик! Иди сюда!..

– Р-рав! – пёс неожиданно оскалился и попытался цапнуть мужчину за руку.

Тот отпрянул и схватился за копьё. Но остальные охранники засмеялись, и это заставило его отпустить оружие:

– Приручит он! Уморил, Пинцет!.. Он тебя сходу чуть не кусил!.. А-ха-ха! И кто тут кого приручать будет?..

Только тут Игорь заметил, что в охранении стояли не только мужчины. Попадались среди «местных» и женщины. И все были с простым оружием: копьями, луками, арбалетами и топорами. Но мелькали среди них и такие, у кого за спинами было что-то вроде ружья…

– Да пошла ты, шавка!.. – зло бросил опозорившийся охранник. А затем глянул на Игоря и неожиданно сильно врезал ему древком по спине. – А ты что встал, мясо?! Иди, сука! Сказали же!..

Игорь хотел было возмутиться и ответить, но как раз в этот момент заметил жену и детей. К тому же, удар был не болезненным – его принял на себя чемодан. Однако настроение всё равно испортилось. Решив не связываться, а главное, не подставлять пса, который уже оскалился, Игорь прошёл дальше. А собака поторопилась за ним.

– Пропал пёс… – сказал кто-то у него за спиной, но смысл слов остался непонятен.

– Игорь!.. – увидев мужа, Алиса кинулась к нему.

Судя по красным глазам, опухшим векам и дорожкам слёз на щеках, жена рыдала всё то время, пока Игоря с ними не было.

– Папа! Папа! – дети облепили его и пса.

Игорь боялся, что собака может и их укусить, но потомок лабрадоров стоически вынес ласку и любовь.

– Ты где был?! – наконец, успокоившись, тут же возмутилась жена.

Пришлось рассказывать подробности…

Поначалу Алиса, конечно, смотрела волком: куда-то делся, бросил, пропал… А Игорь старательно разъяснял ей, что выхода не было – их догоняли. И жена всё-таки смирилась. Её рассказ был короче. Она с детьми неожиданно выбежала к этому лагерю. Оттуда как раз выходил седой со своими спутниками. Только тут Алиса обнаружила потерю мужа… И уже хотела бежать назад, когда увидела, как Лиза с детской непосредственностью дёргает седого за рукав:

– Дедушка, найди папу!

– Хорошо, маленькая! – серьёзно ответил тот. – А как он выглядит?

– У него лопата! И чемодан на спине! – сообщила Лиза. – А ещё за ним пёс приглядывал!

– Пёс?! – удивился седой. – Дела!.. А давно папа-то исчез?

– Вот только что! – ответила Лиза. – Мы от большой-пребольшой гадости убегали!

– Большой? Выше меня? – деловито нахмурив брови, спросил старик.

– Выше тебя, дедушка! Точно выше!

Объяснять ничего старик ни ребёнку, ни Алисе не стал. Крикнул своим спутникам идти за ним и устремился в лес. Вот так Игорь с псом и получили свою подмогу…

Впрочем, происходящее на поляне напрягало не меньше странных монстров. Всех новичков сгоняли в центр. И ничего не объясняли: с ними вообще почти не говорили. А если кто-то пытался покинуть охраняемый круг, охрана загоняла таких людей обратно. Правда, пока всё происходило довольно мирно, спокойно… Только раз одному из нарушителей приложили по спине древком копья.

– …Говорит идти, и ноги сами пошли…

– …Как рабов держат…

– …Один из вооружённых её за задницу хватил! Она отбиваться. А он ей: заберу тебя на распределении, сучка…

Обрывки разговоров, долетавшие до Игоря, ему совсем не понравились. Презрение спасителей, оценивающие взгляды охраны – всё подсказывало, что будущее выглядит не слишком оптимистично. Алиса тоже слышала разговоры и тревожно поглядывала на мужа. Да и, в принципе, среди выживших с трассы воцарилось стойкое уныние.

Из леса продолжали выходить группы людей. Чтобы согреться на морозе, Игорь, Алиса и дети принялись тихонько пританцовывать. То же делали и многие другие «спасённые». Можно было бы запалить костёр. У Игоря даже зажигалка имелась, но надо было дойти до леса и собрать дров. А к лесу никого не пускали.

Один пёс чувствовал себя отлично. Он ласкался то к Игорю, то к Алисе, то к детям, вызывая у последних бурный восторг.

– Что с нами будет? – тихо спросила Алиса у мужа, выгадав момент.

– Не знаю… – ответил Игорь.

Он так вымотался, что сил говорить уже не было. И, почувствовав его состояние, жена отстала с вопросами. Прошёл час, второй. Люди из леса выходили всё реже и реже. Затем поток спасённых иссяк окончательно, а вскоре появились и группы спасателей. В одной из них Игорь приметил того седого мужчину, которого успел запомнить.

Вскоре среди охраны наметилось какое-то движение. Спасатели присоединились к ним, а потом все вместе устремились к новеньким. И принялись окриками и тычками под рёбра сгонять их в колонну. Игорь крепко вцепился в семью, чтобы не потерять друг друга. Жена поняла его без слов, дети – тоже. Так вместе их и затолкали в один ряд. Оказалось, что страхи Игоря были не напрасны: над всей колонной повисли крики. Люди пытались найти своих…

– Так! Слушайте сюда, статы! – над колонной спасённых раздался зычный голос. – Я объясняю один раз! А вы слушаете и запоминаете! И потом не надо, когда вас будут наказывать, плакать и говорить, что вы не поняли!

Разговоры и крики стали стихать. Люди пытались рассмотреть, кто это говорит, но голос как будто из воздуха доносился:

– Все вы – статисты, рекруты, мясо! Вы никто, и звать вас никак! Сейчас вы все отправитесь с нами в Лёдное! Это наш город! Там вас распределят между вашими кураторами! Будете хорошо себя вести – станете сервами при хозяине! Будете вести себя плохо – станете рабами. Вам всё ясно?.. Впрочем, неважно! Вам тут никто ничем не обязан. Вас спасли, только чтобы вы работали на благо Лёдного! И за своё спасение вы нам должны! Потому что вы – мясо! Так что хватит орать и плакать! Ваше нытьё никого не трогает! Не надо искать своих родных. Нет у вас больше родных, близких и прочих. Вы мясо – у мяса не бывает семей, родных и прочей чуши! Вам сказали идти – идёте. Сказали что-то делать – делаете. Плохо делаете – наказание. Хорошо делаете – избежите наказания. Всем насрать на то, что вы хотите! Не заслужили! Всё!.. А теперь замолчали и слушаем приказов! Впрочем, вы и не сможете сопротивляться…

Голос замолчал, а охранники принялись кричать, чтобы колонна двигалась вперёд. Они находили тех, кто медлил, и такому бедолаге доставалось по хребтине палкой или древком копья. Их гнали, как скот. И самое неприятное заключалось в том, что люди покорно выполняли этот приказ… Даже родные Игоря!

Дети и жена молчали, как будто не в силах что-то сказать. Он пытался растормошить жену, но ничего не получалось. Алиса только с отчаянием смотрела на него. И молчала, как приказано…

За лугом началась новая дорога. Она была более прямой, широкой и явно нахоженной. Толпу гнали мимо каких-то небольших поселений с маленькими домиками и постройками, напоминавшими теплицы… Мимо лесозаготовок, мимо каких-то больших строений… Идти пришлось часа два.

Впереди показался городок. Он был окружён кирпичной стеной с воротами и надвратной башней. Судя по тому, что Игорь видел, ворот в город вело не меньше трёх. У тех, к которым гнали собранных статистов, уже собралась толпа. Среди собравшихся явно царило оживление. Они все ждали чего-то, и Игорь даже догадывался, что ждут их…

Происходящее нравилось ему всё меньше и меньше. А когда первые ряды достигли толпы, и оттуда начали выцеплять людей, которые кто безропотно, кто с криками – шёл, Игорю совсем поплохело. Чем ближе подходила их очередь, тем более неприятные подробности обнаруживались…

Стоящие у ворот местные жители выбирали, кто из спасённых пойдёт с ними. При этом здесь всем явно было плевать, кто кому и кем приходится. Те немногие семьи, которые добрались до спасения, у ворот Лёдного разлучали. Девочку лет восьми оторвали от мамы. Ей сказали идти, и она пошла, ревя и оглядываясь. И только на полпути в этом отлаженном механизме что-то сломалось: ребёнок развернулся и кинулся назад с криком «Мама!»… Но ровно до прямого приказа одного из встречавших…

– Алиса, поговори со мной! – попросил Игорь жену, похолодев от ужаса.

Он видел, как на морозе, подчиняясь приказам, начинают раздеваться спасённые. Прямо догола. Как личные вещи – и всё, что людям удалось унести – отдают в руки новых «хозяев». А дети и Алиса по-прежнему ничего не отвечали…

– Милая, говори! Пожалуйста! – попросил он, почти взмолившись.

Жена отчаянно смотрела на Игоря, но её рот как будто не раскрывался. Не менее отчаянные взгляды были и у его детей. И всё-таки нарушить приказ они не могли. Хоть дети и рыдали в три ручья, а жена мотала головой, пытаясь не заплакать…

Похоже, лишь на Игоря не действовали приказы местных. И на пса, который просто крутился рядом, а иногда садился на землю и нахально зевал во весь рот. Почему не действовали? Ответ был где-то совсем близко. Игорь вспоминал то, что слышал от «спасителей». Каждое слово. О том, что они – никто. Что они обязаны подчиняться. Что они – статисты, рекруты и мясо.

Статисты… Странное и знакомое слово…

И тут Игорь вспомнил:

Статус «статист» изменён на статус «личность».

Вчера вечером, а как будто где-то в прошлой жизни… Сидя за рулём своей машины, он потерял сознание от боли, когда увидел эту надпись. Он не статист! Не мясо и не рекрут! Он – личность! Что бы это здесь ни значило…

– Вы моя семья! Говорите! – в отчаянии прошептал Игорь. – Говорите же!..

И в этот момент жена и дети, наконец, сбросили жуткое молчаливое оцепенение.

– Боже мой, наконец-то!

– Папа, как ты это сделал?

– Папа – волшебник!

– Молодец папа!

– Гав! – присоединился к их тихой радости пёс, одобрительно скосив взгляд на Игоря.

А перед глазами ошалевшего от счастья Игоря проносились сообщения:

Семья признана! Статусы закреплены!

Статист Алиса – получено согласие на подстатус «жена».

Статист Вера – получено согласие на подстатус «дочь».

Статист Лиза – согласие не требуется. Подстатус «дочь».

Статист Ваня – согласие не требуется. Подстатус «сын».

Питомец присвоен! Статус закреплён! Подстатус «семейный пёс».

Один из охранников, заметив оживление, подошёл и гаркнул:

– А ну замолчали, мясо!

– Уши заткни, раз не нравится! – посоветовал ему Игорь, до скрежета сжав зубы.

– Я тебе приказал: замолчи! – старательно вытаращив глаза, рявкнул охранник.

– Жене своей приказывать будешь! – не остался в долгу Игорь.

Охранник побагровел, но всё-таки отступил. А Игорь ещё не понимал до конца, что произошло. Вряд ли охранника спугнула его решимость ответить по рылу лопатой. Но ответ оказался проще: очередь на распределение как раз добралась до Игоря и его семьи…

Соседей спереди, сзади, сбоку уже растаскивали в разные стороны. Кто-то указал на Ваню, и ему приказали идти, но сын Игоря вцепился в родных. Один их охранников шагнул к ним, попытавшись оторвать мальчика от ноги Алисы. И чуть не остался без руки – пёс клацнул зубами и облаял отступающего человека. А потом всё стихло…

Ряды спасённых застыли, остановленные охраной. Всех ближайших соседей уже разобрали. И только Игорь с семьёй и псом продолжали стоять на своём месте.

– Ладно, эту кралю я себе возьму! – ухмыльнулся один из охранников, указывая на Алису. – Мне нравятся строптивые сучки!

В этот раз все молчали. Игорь боялся нарушить единение семьи вокруг себя. И вообще раздумывал, что теперь дальше делать. Алиса, видимо, устала огрызаться и вцепилась в мужа, как утопающий в соломинку. Пёс просто с интересом наблюдал за происходящим. А дети вообще молча прятали лица, вцепившись в одежду родителей.

– Иди сюда! – приказал охранник Алисе, но она не шелохнулась. Только зло зыркнула в ответ.

Игорю охранник не нравился совсем. Лицо наглое, одутловатое. Глазки маслянистые. На Алису он смотрел как… Да как на кусок мяса!.. Вкусный и вполне доступный. От злости Игорь сжал руку на черенке лопаты. Оружие, может, и никудышное, но семью он будет защищать до последнего.

– Я сказал: иди сюда! – повторил охранник, чуть сморщившись.

У Игоря по коже пробежал холодок. Однако на этом «волшебные» эффекты и закончились. Алиса не сдвинулась с места, прижимаясь к мужу. А в толпе встречающих послышались удивлённые шепотки…

– Чё за фигня?! – наконец, недовольно крикнул кто-то из толпы.

– Фигня – это то, что у вас в голове! – раздался спокойный низкий голос.

Игорь повернулся к говорившему. И столкнулся взглядом с тем самым седым из группы своих «спасителей».

– Слышь, Ваныч! Чего ты? – возмутился кто-то, но стоило старику посмотреть в его сторону, как сразу и замолчал.

– И чего она приказам не подчиняется? – спросил тот охранник, который положил глаз на Алису.

– Может, потому что личность мешает? – с издёвкой поинтересовался старик.

Охранник повнимательнее присмотрелся к Алисе. И тут же хохотнул:

– Ля! Ваныч, я тебе почти поверил! Да рекрут она, не бреши!..

– Не она, дубина! – презрительно скривив губы, бросил седой. – Муж её кто?

Повисла тишина. Игорь почувствовал, как на нём скрестились взгляды десятков людей. Его будто ощупывали чьи-то невидимые руки. А потом чужие взгляды, наконец, отхлынули.

– Нельзя приказывать семье личности! – сказал тот седой, кого назвали Ванычем. – Он личность. Они не статисты, а его семья. Пёс тоже личность и питомец! Вы куда и чем смотрите-то, придурки? Решили против Упорядоченного попереть?!

– Так это… Всего четыре процента! – возмутился один из охранников.

– Конечно, у тебя-то их целых шесть! – посмотрел на него седой, и в его взгляде читалось столько презрения, что охранник вспыхнул румянцем. И как бы случайно отвернулся.

А в следующий момент Ваныч уже смотрел на Игоря:

– Пойдём со мной, личность недоделанная! Пока поселю вас у себя!

– Я не понял, Ваныч… Он что, просто зайдёт? – растерянно спросил охранник, претендовавший на жену Игоря. – Какой-то лошара с лопатой и чемоданом на спине?

– А что, у нас есть запрет на посещение? – удивился седой. – Этой лопатой он ради семьи готов был зарубить проявившееся порождение. А ты зассал даже с нами в группе идти!

– Да не зассал я!.. – обиженно взревел охранник. – У меня нога!

– У Алексея, вон, тоже рана, а он пошёл! – отрезал седой.

Его взгляд скрестился со злобными глазами охранника. Несколько секунд они играли в гляделки, а потом «зассанец», как мысленно называл его Игорь, всё-таки отвёл взгляд.

Седой удовлетворённо кивнул. Хотя Игорь видел, что охранник просто не стал продолжать спор. Ни согласия с собеседником, ни уважения – одна только ненависть во взгляде. Этого ли добивался тот, кого называли Ванычем, или нет… Как бы то ни было, охранник явно ненавидел седого. И почти не скрывал этого.

А когда охранник мазнул взглядом по Игорю, стало понятно: эта безграничная ненависть теперь распространяется и на него. А ещё на его жену, на детей – и даже на пса. Как на свидетелей и причину его общественного позора…

– Пошли! – снова повторил седой и, не оглядываясь, двинулся в ворота.

А Игорь переглянулся с Алисой и взял за руку Веру. Жена крепко сжала ладошки Вани и Лизы, и вслед за седым они все вместе вошли в город. Впереди бежал пёс, довольно помахивая хвостом.

Глава 7. Эрин сын Ванна

Город как будто перенесли сюда из начала двадцатого века. Кирпичные дома с высокими узкими окнами, разбитыми на сектора деревянной рамой, смотрели на заваленную снегом улицу. Видно было, что некоторые фасады пытались штукатурить, но краска уже начинала осыпаться, обнажая всё тот же красный кирпич. На проезжей части виднелись следы колёс без протектора. Люди шли по тротуарам, местами замощённым камнем, а местами – покрытым досками.

Из одежды преобладали куртки наподобие ватников, а ещё тулупы с меховым подбоем и шапки-ушанки. Перчатки были у редких прохожих, остальные довольствовались толстыми варежками. Не было только типичных для такого пейзажа тощих дворовых собак и жмущихся к помойкам облезлых котов. Единственный попавшийся по пути пёс выглядел более ухоженным, чем люди.

Столбики фонарей сиротливо отмечали каждые двадцать метров дороги. И, судя по виду и дверцам на плафонах, были они совсем не электрические. Хотя один раз попалась им по пути и вполне современная вывеска. И, если верить подведённой проводке, работающая – иначе зачем тянуть к ней провода?

Правда, первый же встреченный транспорт оказался повозкой на животной тяге. Её тащило большое и косматое животное, похожее на зубра или обросшую антилопу гну. У детей оно вызвало истинный восторг, а Игорь с Алисой проводили его усталыми взглядами. Ни удивляться, ни радоваться сил у них не осталось.

Казалось бы, всего сутки прошли с момента перехода, но эти двое чувствовали себя настолько вымотанными, будто провели в пути больше месяца. Седой молча шагал впереди. Он ни разу не оглянулся, но при этом как-то умудрился выбрать тот темп, за которым могли угнаться и взрослые, и дети. Люди расступались перед ним, а некоторые даже вежливо кивали, и седой тоже отвечал им кивком.

На Игоря, Алису и детей здесь смотрели без интереса. Разве что их странные наряды ещё как-то цепляли взгляд. Видимо, в городе принято было ходить в чём-то, более пригодном для морозов.

– Папа! А почему дедушка молчит? – тихо спросила Лиза у Игоря.

– Просто не хочет говорить, – устало ответил тот.

Эх, если бы ребёнок мог смириться с таким положением вещей!.. Воспользовавшись моментом, Лиза вскоре выскользнула из-под надзора взрослых. Вот она идёт за ручку с мамой, а вот – уже поравнялась с седым и открывает рот.

– Лиза!.. – сдавленно простонала Алиса.

– Дедушка, а это ведь ты моему папе помог?

– Помог? – седой глянул на ребёнка и серьёзно обдумал вопрос. – Может, даже и помешал… Но нашёл его я. Как тебе и обещал.

– Спасибо!.. А почему ты молчишь? – ребёнок не собирался останавливаться на достигнутом.

Вообще у Лизы было такое свойство: она всегда шла до конца, досконально выясняя, где заканчиваются границы дозволенного.

– Я просто не люблю говорить! – улыбнулся седой. – Я говорю по делу… Позволь вопрос, малышка? А как это ты так много говоришь в столь юном возрасте?

Лиза посмотрела на седого, как на идиота. Половину слов она, похоже, вообще не поняла. И искренне посчитала, что дедушка мог бы и яснее выражаться.

Однако общий смысл уловила и всё-таки ответила:

– А я хорошо говорю. Я с братом говорю. С мамой говорю. С Верой говорю. С папой говорю. А брат… Брат молчит больше. Когда со мной не спорит.

– Гав! – подал голос пёс.

– И с собачкой говорю! – гордо добавила Лиза.

– А я вот как твой брат… – признался седой. – Больше молчу. Но ты не волнуйся! Мужчины часто так себя ведут. Мало говорят. И много делают.

– Как папа? – радостно уточнила Лиза.

– Я надеюсь… – ответил седой и покосился на Игоря, который не знал, куда ему деться от такой «похвалы». – Иди к своим. Будет ещё время наговориться…

Удивительно, но Лиза всё-таки послушалась. То ли обещание «ещё наговориться» возымело эффект, то ли она немного стеснялась – хоть это ей обычно и несвойственно. Так или иначе, уже через пару секунд Лиза с довольным лицом снова сжимала ладонь мамы. А Алиса промолчала и не стала ей ничего высказывать.

Вскоре седой свернул с широкой улицы, которая вела их от ворот, и углубился в переплетение узких и извилистых переулков. Чем дальше, тем меньше были дома. Сначала снизились до двух этажей, а затем даже их фасады становились всё более и более узкими. Пока не пошёл чуть ли не частный сектор… И дворики у домов здесь были либо совсем маленькие, либо отсутствовали вовсе.

У одного такого дома седой и остановился. Дворик там был крошечный – всего два на два метра. На нём умещался большой мусорный бак и коновязь с корытом для воды. Правда, коновязь и корыто были пусты. Видно, седой «Ваныч» транспортным животным не озаботился. Держал больше для гостей.

Фасад у дома был совсем узким – метров пять. Впрочем, шире здесь почти и не встречалось. Оглянувшись, Игорь подумал, что улица напоминает скандинавские города, где тоже любят лепить узкие здания с неширокими фасадами. Зато в доме было два этажа, подвал – и даже чердак.

Если седой не обманул, то для семьи Игоря найдётся место, чтобы переночевать и отдохнуть. А дальше он собирался искать работу и вставать на ноги. Правда, совершенно не представлял, кем ему здесь работать, но очень надеялся что-нибудь найти.

Седой взошёл по каменным ступенькам крыльца. А затем достал ключи и погромыхал в двери, раскрывая её перед гостями:

– Заходите!

Игоря с семьёй хозяин дома пропустил вперёд. За дверью находилась просторная прихожая. На противоположной стороне от входа виднелась печь. За ней – стена. Слева от неё – проход, который заканчивался тупиком. На стене «тупика» были видны дверцы, как для доставки еды в номер. Судя по наклонным деревянным перилам, ещё там была лестница в подвал.

Справа проход вёл в следующую комнату. А рядом виднелись перила и край ступенек, которые, похоже, вели на второй этаж.

Дом оказался сильно вытянутым. Простые деревянные полы местами были укрыты шкурами. Рядом с камином в прихожей лежала стопка дров. Седой покопался в сумке на поясе, достал оттуда какой-то металлический жетон и швырнул его в центр комнаты. Вращаясь вокруг своей оси, тот почти достиг пола, но звука удара почему-то не последовало…

Вместо этого прямо посреди комнаты появилось существо. Ростом где-то метр, лопоухое, с широким приплюснутым носом, кривыми ножками и длинными, до пола, руками. Оно немедленно согнулось перед седым в поклоне:

– Да, хозяин?!

От неожиданности дети закричали и спрятались за родителей. Алиса вцепилась Игорю в локоть пальцами, сильно его сжав. Пёс зашёлся яростным лаем – видно, испугался и теперь срывал злость. А сам Игорь вопросительно уставился не на существо, а на седого.

– Не волнуйтесь, это слуга! – спокойно сказал мужчина. – Просто слуга… Раб…

– Раб? – ошарашенно повторил Игорь, но хозяин дома проигнорировал его вопрос.

Вместо этого седой повернулся к слуге и принялся отдавать указания.

– Растопи камины и печь! А потом подготовь две гостевых комнаты к приёму гостей! Трое детей и двое взрослых! – строго перечислял хозяин дома. – Потом сделай ужин… И поставь сразу чайник!..

Требование про камины и печь Игорь посчитал весьма своевременным. Конечно, в доме было теплее, чем на улице, но в летней одежде явно не походишь.

– Снимайте вашу обувь! И обноски эти… – предложил седой, начиная стягивать куртку. – Только не торопитесь. Надо, чтобы воздух прогрелся. Меня три дня дома не было, вот он и выстудился.

– Извините, а как нам вас называть? – опомнилась Алиса и «включила» социальную функцию. – Я – Алиса. Мужа зовут Игорь. Старшую дочку – Вера. А младших – Ваня и Лиза. С Лизой вы общались.

Всё это время седой без интереса смотрел на неё, на Игоря, на детей… Казалось, он вообще никак не реагирует на слова Алисы. Но, когда она замолчала, какая-то реакция всё-таки последовала.

– Меня зовут Эрин сын Ванна! – представился он. – Возможно, вы слышали, как меня называют Ванычем… Так вот… Один раз услышу такое обращение, и о хорошем отношении с моей стороны можете забыть!..

Говорил Эрин серьёзно, и у Игоря не осталось тени сомнения, что так и будет. Но когда седой перевёл взгляд на детей, то так смешно и грозно пошевелил бровями, что даже Вера улыбнулась.

– Слуга проводит вас в комнаты. Вы можете переодеться или просто подобрать одежду… Есть у вас что-то тёплое, а не эти жалкие обноски?

– Нет, – вздохнув, ответила Алиса. – Мы ехали в отпуск, на юг… Тёплое взяли только по настоянию мужа. И всё оно теперь на нас…

– Ясно… – Эрин покачал головой. – Вам нужно будет найти себе одежду. Впрочем, пока можете ходить в том, что есть. Ты, Алиса, иди с детьми наверх. Слуга вас проводит. А с тобой, Игорь, у нас разговор будет… Пойдём-ка со мной. И сними ты уже с себя эти полотенца!..

За это время карлик-слуга успел растопить камин, в котором теперь весело трещало пламя. И молча, почти беззвучно ушёл в следующую комнату. Когда Эрин договорил, он снова появился в прихожей и склонился в глубоком поклоне.

– Прошу, госпожа! Прошу, маленькие господа! – проговорил слуга, доставая из тумбочки у стены домашнюю обувь.

Это были тапки на плетёной подошве с матерчатым носком. Никакого утепления, и почти никакого удобства. Зато хоть какое-то ощущение домашнего уюта…

Алису и детей он – карлик, то есть – повёл по лестнице наверх. Тем временем седой избавился от тёплой одежды, повесив её на вешалку у двери. Скинул сапоги, выудил откуда-то тапки из валяной шерсти и кивнул Игорю на тумбочку.

– Найди себе домашнее. Одежду сверху на тумбу кидай. Скоро будет тепло. И проходи дальше, в залу…

Седой прошёл через прихожую и скрылся в двери справа. А Игорь принялся разматывать свои тёплые одежды. К слову, довольно потрёпанные после драк с монстрами и похода по дикому лесу… И вправду, обноски.

В результате он остался в спортивных плотных штанах и лонгсливе, которые натянул в машине в качестве первого слоя одежды. Тапочки ему достались такие же, как и остальным членам семьи – плетёная подошва, тканевый носок.

В них он прошлёпал в следующую комнату. И наконец-то оказался в той самой зале. Впрочем, комната совмещала в себе элементы как столовой и кухни, так и гостиной. На дальней от входа стене было широкое окно, в котором виднелся ещё один, общий для нескольких домов, внутренний двор, а вторую половину стены загораживала штора. Неподалёку стояла плита, на которой закипал чайник – судя по цвету, медный.

С противоположной стороны стоял простой деревянный стол. Рядом с ним – пять табуреток. Над столом и над плитой были подвесные кухонные шкафы, где, видимо, хранилась разная утварь. У плиты ещё висело несколько сковородок, какие-то поварёшки… Рядом на столике покоилось большое деревянное корыто, возле которого лежало несколько тарелок, чашек и приборов. Всё было сделано из металла, глины или дерева.

Со стороны входа к стене был пристроен камин, где горел огонь. Перед камином стояли три кресла – все с потёртой кожаной обивкой. В одном из них сидел Эрин, глядя в пламя. Он заметил появление Игоря, дал ему немного оглядеться, а затем приглашающе махнул рукой.

– Скажу тебе сразу, Игорь… – сообщил ему Эрин в лоб, когда Игорь сел. – Ты мне не друг. И твоя жена – не друг. Вы чужие мне люди. Я вас не знаю и не стремлюсь узнать! Мне приглянулась ваша младшая дочка, Лиза. Впрочем, и твой сын – хороший парень. Не стал бы я разлучать брата с сестрой… И только благодаря малышам вся твоя семья тут. Если бы ты не получил новый статус, то я бы забрал детей. Может, и старшую бы взял. Жалко девочку. А ты с женой, или без жены, достался бы другим хозяевам. Но раз уж так получилось… Будьте пока моими гостями! Лето в этот раз выдалось прохладное, со снегом. Так что вряд ли бы вы на улице выжили.

– Это лето? – удивился Игорь. – А ещё и зима есть?

– Есть. Зимы бывают холодными на окраинных узлах Упорядоченного. Впрочем, ты на погоду не гляди!.. Эманации Хаоса здесь могут запросто мороз на жару поменять… – Эрин посмотрел на Игоря, и тот заметил усмешку в глазах седого.

– Я ничего не понимаю… Узлы, хаос, статус… Какие-то твари… И люди, которые во что-то превращаются… Я не понимаю, Эрин, что вообще произошло! – объяснил Игорь свою самую главную проблему.

– Всё ты понимаешь! – жёстко ответил седой. – Только боишься в этом себе признаться. Ты, Игорь, не юли!.. Перед собой, в первую очередь. Ты благоденствовал в мире Порядка. Как ты сам считал: живёшь себе и живёшь обычной жизнью. И вдруг попал в туман, увидел какие-то надписи в воздухе и оказался здесь. Наверняка заметил слово «переход». К тому же, точно видел сообщения системы, раз поменял статус. Это всё, что тебе сейчас нужно знать. Ты не на своей планете, не в своём мире. Ты тут. А что тут? Сам разберёшься со временем…

– А тут – это вообще где? – задал наводящий вопрос Игорь.

– Я же сказал: на осколке Упорядоченного! – повторил седой, но в голосе уже послышалось раздражение.

– Эрин, не злись! – тихо попросил Игорь. – Просто объясни чуть подробнее…

– Вы в одном из узлов Упорядоченного!.. – ответил Эрин.

– Мне это ни о чём не говорит… – Игорь посмотрел на него.

– Ты забыл, как говорить? – Эрин с заботой уставился в лицо Игоря. – Забыл значения слов, да? Почему я лучше знаю язык твоих соплеменников?

– Я? В смысле?.. Нет! – Игорь понял, что седой над ним шутит. – Я не забыл…

– Значит, слово уже должно тебе многое объяснить! – строго сказал Эрин. – Слово – это мысль, выраженная звуками, Игорь. А мысль – это то, что здесь меняет мир. Запомни это! Раз и навсегда!

– Что-то не особо в обычном мире мысли помогали… – Игорь усмехнулся.

– Потому что до попадания сюда вокруг был Порядок! – не повёлся на шутку седой. – Порядок сильнее даже тысячи мыслей. А здесь его нет… Здесь твоя мысль, твоё слово и твои поступки влияют на мир куда сильнее, Игорь. И, кстати, на тебя самого они тоже влияют сильнее.

– И всё-таки… Что такое Упорядоченное? – повторил свой вопрос Игорь.

– А что тебе говорит это слово? – поинтересовался Эрин. – Объясни мне значение, как ты сам его понимаешь.

– Ну… Это что-то, что сначала было перемешано… А потом его как-то правильно расположили… – Игорь пытался найти правильные слова, но ему было откровенно тяжело.

– В общем и целом, всё верно! – кивнул седой. – Упорядоченное – это зона Упорядочивания. А Упорядочивание – это преобразование Хаоса в Порядок. Так что… Твоё кривое и косое объяснение вполне подходит.

– Но… Послушай!.. – Игорь замялся. – Я всё равно не понимаю…

– Я же сказал! – усмехнулся Эрин. – Упорядочивается Хаос. И упорядочивается он в Порядок.

– Я не понимаю… – Игорь покачал головой.

– Поймёшь! – уверенно заявил седой. – Все понимают. И все понимают не сразу. Поймёшь и ты.

Игорь замолчал. Хоть Эрин и отвечал на его вопросы, но отвечал так, что становилось только ещё запутаннее. Это были не ответы, а просто издевательство какое-то…

– Запомни, Игорь! – проговорил хозяин дома, когда молчание затянулось. – Тут никто ничего тебе разжёвывать не станет!.. Ты должен был оказаться статистом. Статист вообще не имеет прав. Единственное, что отличает его от серва – это возможность со временем уйти к другому куратору. Серв же принадлежит хозяину и служит ему. От раба статист отличается тем, что его хотя бы нельзя свернуть.

– Как это «свернуть»? – устало спросил Игорь, даже не ожидая ответа.

– Как я своего слугу! – тем не менее, вполне понятно объяснил седой. – Мой слуга – это, на самом деле, раб. Я могу свернуть его в монету раба и унести с собой. Я полностью распоряжаюсь его временем и судьбой. Со статистом и сервом так не поступишь. Но они тоже мало чем могут распоряжаться… Будь ты кем-то из этих трёх категорий, ты бы понял, и куда попал, и что с тобой произошло. Но система подарила тебе статус личности, наделив правами. Здесь считается, что раз личность право имеет – то и знание иметь должна. Но это не про тебя… Поэтому тебе придётся разбираться во всём самому. По оговоркам, по чужим намёкам и обрывкам сведений…

– Если бы я не был личностью… Нашу семью бы… Нас бы разделили? – спросил Игорь.

– Статист – на то и статист, что нет у него семьи! – хмуро ответил Эрин. – Да, вас бы разделили.

– Это бесчеловечно… – к такому Игорь оказался не готов, и всё внутри него протестовало против подобных порядков.

– Всем здесь плевать! – отрезал седой. – Плевать на ваше мнение, на ваши переживания, на ваши чувства! Статисты – это мясо…

Эрин сын Ванна немного помолчал, хмуро уставившись в огонь, но потом продолжил.

– Впрочем, система что-то необычное увидела в тебе… И даже оценила, наградив другим статусом. Скорее всего, дала задание или квест, как говорят твои соплеменники. Вот и думай теперь, как его выполнить!.. А не о справедливости и прочей чепухе…

– Я надеялся, что уже его выполнил, – заметил Игорь. – Мне надо было вывести жену и детей в безопасное место…

– Никому не рассказывай про задания системы! – резко прервал его Эрин. – Это только твоё задание! Знать о нём могут только люди, которым ты доверяешь!..

Седой убедился, что Игорь его услышал и всё понял. А затем кивнул.

– Если система не написала, что задание выполнено – значит, оно не выполнено. А тебе пока стоит подумать о том, как ты дальше жить будешь! – Эрин нахмурился. – Да, крышу над головой я вам дал. Покормить – покормлю. Сегодня, завтра… Но вечно на шее сидеть не позволю! Тебе надо думать, как прокормить жену и детей, а не устройство вселенной обсуждать!..

Глава 8. Ценности для узла

– Сначала посмотрим, что у вас есть, кроме лопаты! – Эрин решительно встал из кресла. – Несите свои пожитки.

– Только небольшой чемодан… – вздохнул Игорь. – Было больше вещей, но мы бросили их, когда странные существа на лагерь напали.

– Немудрено! Удивительно, что ты этот-то дотащил… – Эрин с добродушной усмешкой покачал головой. – Неси его сюда и клади на стол.

Дом постепенно прогревался. Камин в прихожей, камин на кухне, плита – всё это быстро наполняло помещение тёплым воздухом. Игорь вернулся в коридор, взял чемодан и потащил его назад. Пока он бегал с ним, привязанным к спине, то как-то не замечал веса. Будто скрытые резервы открылись в организме. А теперь Игорь понял, что его багаж мало того что тяжёлый, так ещё и неудобный…

Чемодан лёг на стол под заинтересованным взглядом Эрина. И под осуждающим взглядом Алисы, которая как раз спустилась посмотреть, чем заняты на кухне мужчины…

– Вы бы ещё ноги на стол положили! – возмутилась она. – Есть тоже будете с этого стола?

– Слуга уберёт! – чуть сконфуженно отговорился седой.

Чем, кстати, сильно удивил Игоря. Потому что раньше Эрин казался человеком, который не умеет смущаться. Уж тем более, в такой ситуации…

– Можно же было не класть сюда! – Алиса осуждающе покачала головой. – Или хотя бы протереть заранее.

Седой растерянно посмотрел на Игоря, и тот вынужден был вступиться:

– Знаешь, сейчас гигиена должна волновать нас в последнюю очередь!

– Вот как раз сейчас гигиена должна волновать нас в первую очередь!.. – возразила Алиса. – Если ты найдёшь себе еду, а потом будешь страдать от жестокого поноса, то еда не пойдёт впрок!

– Лисёнок, успокойся! – попросил Игорь, не зная, как утихомирить супругу. Как же невовремя-то…

Алиса заводилась крайне редко. И обычно не с первого раза. Но уж если завелась, загасить этот пожар быстро и без потерь было невозможно. Вот и сейчас его женщина хмурилась и распалялась всё больше…

– Чашки поставили! Прямо рядом с чемоданом! Вы что, пить из них собрались после этого?! – в такие моменты Алисе было наплевать на авторитеты. В такие моменты разнос был единственной причиной и целью самого себя. – Эрин сын Ванна! Я вас очень уважаю, но… Что это за чайник в руках?!

– Чай… Ваши любят… – Эрин смущённо попытался спрятать чайник за спину.

– Чай? У вас тут отменили кишечные расстройства, понос, отравления?! – перечисляя возможные беды, Алиса грозно уставилась на хозяина дома.

– Не отменили…

– Тогда почему чемодан, который в каком только дерьме ни валялся, на столе лежит?! – Алиса упёрла руки в бока и уставилась на седого.

– Но это мой дом!.. – попытался восстановить авторитет Эрин, но было сразу видно, что он холостяк. Причём если не убеждённый, то точно пропащий. Теперь уж с гарантией никогда не женится…

– А это мои дети, мой муж и моё здоровье! – Алиса решительно пресекла инсинуации. – Я очень благодарна вам за приём, но чтобы такого больше не было! Есть тряпка?..

Тряпки не было. Точнее, она была, но где именно – знал только слуга.

– Мафил! – Алиса обернулась ко входу, и через пару секунд там появился слуга Эрина. – Будь добр, тряпку принеси! Твой хозяин вместе с моим мужем решил есть какое-то дерьмо из леса!.. Мужчины! Вы вообще думаете о таких вещах?!

Раб буквально испарился, глянув на Алису. А Эрин чуть не выпал в осадок, увидев, как его слуга подчиняется какой-то женщине. И теперь на пару с Игорем изо всех сил пытался понять, как она умудрилась узнать имя призванного существа…

Впрочем, что ласковым обращением, что уважением и не такого можно добиться. Мафил служил уже пятому хозяину, и впервые с ним кто-то общался на равных. Для самой же Алисы уважительное отношение к тому, кто будет за тобой убирать и – что самое важное – кто будет готовить тебе еду, было в порядке вещей.

– Муж, вот от тебя я такого не ожидала! – между тем, Алиса грозно уставилась на супруга, а Игорь сделал вид, что где-то вдали заметил что-то очень интересное. – С тобой я ещё поговорю по этому поводу…

Мафил притащил ведро и тряпки, а чайник у Эрина был отобран и вылит в ведро для уборки. Кипяток Алиса разбавила холодной водой до приемлемой температуры. Через несколько минут, пока слуга ставил новый чайник, а Эрин и Игорь переминались с ноги на ногу, чемодан снова был на столе.

Чистый чемодан. На чистом столе.

Удовлетворившись наведённым шорохом и порядком, Алиса отправилась проверить, из-за чего так расшумелись дети. А Игорь смущённо присел на стул, ожидая очередной порции негодования Эрина… Но седой только тяжёло вздохнул, а потом выдал:

– Ты держись за неё, Игорь… С такой не пропадёшь! Богиня войны…

– Грязь с ней тоже не разведёшь! – мрачно согласился Игорь. – Вы, Эрин, когда она завелась, лучше не спорьте с ней. Только хуже будет… Просто выслушайте и дайте остыть.

– Если бы я это умел, то сам был бы женат! – хохотнув, ответил тот и махнул рукой на багаж. – Давай посмотрим, что там у тебя в этом ящике… Чемодане…

Игорь раскрыл чемодан, и они с Эрином стали смотреть, что может пригодиться. Все вещи сразу сортировали. В первую кучку шло то, что никогда не понадобится (и вообще здесь не слишком нужно): документы, платёжные карточки и прочее наследство старого мира. Игорь, правда, пока не готов был всё выкидывать, но информацию о бесполезности «хлама» принял к сведению.

Во вторую кучку шло то, что пригодится самому Игорю и его семье. Пара сменных комплектов белья для каждого, всякие бытовые мелочи…

А вот в третью кучку пошли вещи на продажу: всё те же комплекты белья, украшения жены и гаджеты. Туда же отправился складной нож, который на Эрина никакого впечатления не произвёл («Здесь такой без надобности!»), походный набор инструментов («Тебе сейчас не до жиру! Потом новые, попроще, купишь!»), косметические принадлежности жены («Она вроде и так красивая»).

В общем, много чего. В основном, что и куда класть, указывал Эрин. А Игорь, невольно посмеиваясь про себя, выполнял его инструкции. После того, как в кучку «на продажу» отправился косметический набор, он понял, что Эрин прямо-таки нарывается на очередной разнос…

Со времён мамонтов женщины следят за тремя вещами: домашним очагом, детьми и своей красотой. И никакой перенос ни в какие странные вселенные не изменит того, что природа в них закладывала тысячелетиями…

Покушение на помаду, тушь, дорогие пилочки, скребки и прочие штуковины, которые, по мнению женщин, позволяют поддерживать их главный капитал (пока мудрости не нажито) – преступление без срока давности. И без возможности помилования…

Так и произошло. Алиса снова спустилась в гостиную, немного понаблюдала за процессом сортировки, а затем решительно вмешалась.

– А что, Эрин, у вас тут лифчики продают? Хорошие? – поинтересовалась она сладким голосом, заставив седого напрячься.

– Откуда? – удивился тот. – Я поэтому и предлагаю их продать…

– А в чём я буду ходить? – спросила Алиса. – Вот в этих двух?

– Ну… Можно выбрать, в каких именно, я же просто количество… – Эрин снова посмотрел на Игоря, а тот незаметно ему подмигнул: мол, вот тебе и «богиня войны».

– В двух? – от голоса Алисы пахло озоном и далёкими раскатами грозы.

– Ну это вам решать… Деньги же вам зарабатывать надо! – использовал он решающий аргумент.

– Зарабатывать в двух лифчиках? – строго посмотрев на седого, Алиса подошла к столу.

Молча, но с грохотом, в кучку «для себя» отправились дополнительные комплекты нижнего белья, маникюрный набор, средства гигиены и медикаменты. А также большая часть украшений и гаджеты. Не пропустила Алиса и складной нож с инструментами, порадовав внутреннюю жабу Игоря. Эрин с удивлением смотрел на золотые цепочки, серёжки и пару колец, сиротливо оставшихся на столе.

– Лифчики дороже… И эти ваши игрушки электронные! – возмутился хозяин дома. – На них можно больше заработать… Вы на что жить-то собрались?

– Они дороже, потому что они нужны! – отрезала Алиса. – Здесь можно зарядить телефоны?

– Это очень дорого…

– Значит, они нужны! – отрезала женщина.

– Но связи нет… Надо перенастраивать, – Эрин снова посмотрел на Игоря.

– Лисёнок, ты не права, – вступился тот. – Нам хватит пары телефонов на всех!

– А мультики? Сам младшим нарисуешь? – возмутилась Алиса.

– А от мультиков придётся отвыкать! – нахмурив брови, отрезал Игорь. – Интернета тут нет, и привычной связи нет! Мультики здесь не смотрят! Чем тут у вас обычно дети заняты, Эрин?

– Играют на улице, – ответил седой.

– Значит, и гаджеты, милая, здесь не нужны! – нахмурил брови Игорь и решительно вернул на место большую часть всего, оставив только планшет и телефон жены (как же, отдаст она свои фоточки…). – И они сейчас бесполезны, в отличие от денег и еды!..

– Ну подожди ты класть! Дай я всё, что надо, на планшет перекину по блютусу! И Верин телефон оставь! Свой не жалко – чужое не трогай! – возмутилась Алиса.

– Потом! – нахмурился Игорь, но всё-таки отложил телефон дочери, пожертвовав только своим личным и рабочим на две симки.

После чего решительно взялся за проклятые лифчики:

– Поролон! Опять поролон! Как ты это всё стирать собралась, Лисёнок?

– Водой! – жена поджала губы.

– У тебя в них блохи заведутся! Ищи те, которые можно носить каждый день, легко стирать и долго прослужат. А вот эту красоту… – Игорь с сожалением достал комплект, который явно предназначался для него в отпуске. – …Её лучше продать! Детские…

– Детское не трожь! – предупредила Алиса, нехорошо прищурившись.

– Детское не трогаем! – согласился Игорь, успевший за годы семейной жизни понять, где проходят красные линии жены. – Украшения…

Вот тут им предстоял долгий и кропотливый торг. Украшения – и сами по себе штука ценная для каждой женщины. Но ценность большинства из них не в материалах и камушках, а в памяти. Вот это кольцо Игорь подарил Алисе в отпуске, вот эту цепочку отдала её мама, вот это… И так далее, и тому подобное. Изъятие ценностей у женщины должно учитывать элемент памяти и эмоционального наполнения.

В общем, кучку с украшениями «на продажу» Игорь тоже увеличил. Но…

С тяжёлым боем. И в этом бою аргумент «я подарил тебе кольцо не для того, чтобы ты из-за него детей голодом уморила» – это даже не броневик, а так… Всего лишь лёгкая пехота, пристрелка…

Игорь в данном случае выступал не против жены. Он даже не пытался выгородить позицию Эрина. Он просто занимался тем, что и должен делать мужчина в тяжёлые времена – отсекал лишнее. В мире, где люди ездят на телегах, мир вокруг постоянно меняется, а ты только что чуть не стал рабом, кружевные трусики и три запасных пилки для ногтей явно не нужны…

В кучку на продажу снова переместился складной нож. Ничего в нём ценного для Игоря не было, если вдуматься. Ни открывашка со штопором, ни два лезвия, ни пилка, назначение которой Игорь даже не представлял – сучки в походе пилить? – не могли ему пригодиться. Наверняка у местных были вполне дешёвые и подходящие аналоги.

Из ремонтного набора он оставил только отвёртку с нужными насадками и плоскогубцы. Всё, что, по его мнению, в ближайшее время не пригодится, было отложено под одобрительным взглядом Эрина. Напоследок Игорь опустошил маникюрные принадлежности. Делал он это осторожно, как сапёр, попутно оперируя серьёзными аргументами. Пилка для ногтей – одна, металлическая (она не сотрётся). Ножницы для ногтей – тоже одни.

Напоследок пошла косметика: лишние шампуни, душистое мыло и прочие излишества были изъяты из семейного обихода.

– Мыло… – простонала Алиса.

– Милая, тут есть обычное простое мыло, – напомнил Игорь.

– У него нет приятного запаха! – возмутилась жена.

– Кто его нюхать будет? – удивился Игорь. – Летом…

– Так уже почти лето! – перебив его, напомнил Эрин. И под удивлённым взглядом Алисы пояснил: – Да, вот такое тут лето… Чем дальше узел от Порядка, тем более странной бывает погода.

К лекарствам Игорь не прикоснулся. Его тоже не прельщала мысль лечить детские простуды травками у знахарки, как предлагал седой. Нельзя сказать, чтобы Вера, Лиза и Ваня были склонны много болеть, но они явно уступали в силе иммунитета местным детишкам. Просто потому, что не прошли суровый отбор здешней эволюции, в результате которого могли давным-давно умереть.

Сразу после разделения вещей Алиса забрала то, что не было предназначено для продажи, и сложила в чемодан. А затем быстро утащила его наверх вместе со всеми телефонами, оставив мужчин решать свои важные, но явно вредительские дела в одиночестве.

– Я всё не мог понять… – сказал седой, разливая чай. – Смотрел на тебя и думал, как ты вообще выжил… Ну сопля же соплёй!

– Вот это сейчас обидно было!.. – заметил Игорь, у которого с Эрином на почве войны с Алисой (и её внутренним хомяком) отношения чуть улучшились.

– А мне плевать на твои обидки! – напомнил седой. – Тут никто не будет жалеть твои чувства. Не принято, знаешь ли!.. Все эти политесы, когда вместо «сопля» говорят, что человек «просто ещё не нашёл себя», никто здесь не разводит.

– Да я не поэтому… – Игорь обиделся не потому, что его соплёй назвали, а потому что сам себя соплёй не считал.

Но седой не стал его слушать.

– Это всё политесы… Вёл себя как сопля – значит, сопля! – Эрин подтолкнул одну кружку Игорю и взял вторую. – Но сейчас я увидел, что ошибался. И эта женщина с тобой не по какой-то странной и роковой случайности… А такое я тоже видел, поверь! Раз уж можешь ей противостоять, то не всё потеряно в твоей сопливой жизни.

– Ты же сам Алисой восхищался! – удивился Игорь.

– И продолжаю, – серьёзно кивнул седой. – А вот тобой не могу. Нет в тебе стержня пока…

– Эрин, ты слишком много требуешь от человека, который ещё не понимает, где находится, – отхлебнув чай, пояснил Игорь.

– А надо уже понять! – строго отрезал седой, но теперь Игоря эти всплески строгости волновали не так сильно. Он видел страшную тайну Эрина: тот всухую проиграл его милой лапушке-жене. – Вспомни, что было перед входом в город! Вспомни-вспомни!.. Вспомнил?

– Да, – мрачно ответил Игорь.

– И никогда не забывай об этом! – поджал губы Эрин. – Может, не на каждом узле статистов в рабы записывают. Но если неудачно сложится, можно превратиться в раба, как мой слуга… Имя у него есть, оказывается!.. От раба до медальона – один шаг, Игорь! Хочешь, чтобы тебя, твою жену или детей держали в медальоне?

– Нет…

– Вот и старайся ради этого! – отрезал седой. – Тем более, система тебе прямо на это указала своим заданием. И, кстати, не выполнишь – пеняй на себя. Упорядоченное не прощает проваленных заданий!

– Поэтому нельзя рассказывать о заданиях другим? – уточнил Игорь.

– Именно! – подтвердил Эрин. – Тот, кто знает, к чему ты стремишься, и за что тебя могут понизить в статусах против твоей воли, может использовать это! Помешает тебе, и всё – сиди в медальоне…

– Да сколько там сидеть-то… – отставил чашку в сторону Игорь, вспомнив про свой возраст. – Мне сорок… Сколько я тут вообще протяну?

– Лет сто… Может, и двести! – пожал плечами Эрин, а Игорь поперхнулся чаем. – Что ты удивляешься?! Мне сто сорок, и то я считаю, что рановато стареть начал… Впрочем, если ты так и останешься личностью, то у тебя в запасе лет пятьдесят активной жизни. И только потом старость.

– Не понимаю…

– Привычный тебе срок жизни – это для статистов! – пояснил Эрин. – Вот если ты статист, то проживёшь столько же, сколько прожил бы в том мире, откуда пришёл. А ты – какая-никакая, но личность. Значит, проживёшь дольше.

– А дети и Алиса? – вскинулся Игорь.

– Их надо тоже в статусе поднять… – ответил Эрин. – Стать личностью им будет не так сложно, если уж в рабы не попали. Упорядоченное само будет подтягивать их к твоему статусу. Но чем дальше, тем тяжелее и тяжелее…

– Статус даёт только долгожительство? Или что-то ещё? – воспользовался моментом откровенности Игорь.

– Статус открывает дары Упорядоченного, – ответил седой, забыв, что сам же требовал, чтобы новичок до всего доходил сам. – Ваши называют это системными возможностями. Статусов много. Чем выше твой статус – тем больше возможности. Хотя у рабов тоже имеются свои возможности. Но тебя это сейчас волновать не должно!

Эрин быстро опомнился и свернул тему. Он сгрёб кучу вещей на продажу поближе к Игорю и принялся объяснять ему порядок цен.

– Украшения – штука хорошая, дорогая! – пояснил седой. – Но, к сожалению, не дефицит. Металлов здесь, на осколках, хватает. Уголь можно пережечь из деревьев. А вот канистра того же бензина… Солярки… Пластик всякий – это всё эта… Органика! Вот! Вот её тут нет!..

– В моей машине ещё был бензин, – вспомнил Игорь.

– Забудь! – отмахнулся Эрин. – Завтра туда нагрянут сборщики и выгребут всё подчистую. А ты ещё настолько незначителен, что не сможешь им ничего доказать. В этот раз, конечно, улов у них будет богатый… Вы там все с машинами перешли?

– Все, – кивнул Игорь.

– Да… Меня тоже не подпустят! – вздохнул Эрин. – Я тут чужак… Наёмник…

– А как же электричество? – Игорь вспомнил про гаджеты, которые можно зарядить.

– Его тут очень редко используют, – пояснил седой. – Можно получить от Упорядоченного, а можно добыть самостоятельно… Но это очень тяжело. Ветряк, знаешь ли, из дерева сделать можно, но толку от него? А те же аккумуляторы – это вообще отдельная история… В общем, очень дорогое удовольствие. На старых богатых узлах ещё встречаются полностью электрифицированные поселения, но на нашем – это роскошь. Так что, когда ты свои гаджеты зарядишь, я не знаю…

Эрин посмотрел на расстроенное лицо Игоря. И немного смилостивился:

– Не переживай!.. Сейчас надо продать всё, что в этой куче лежит. На первый раз схожу с тобой. И одежду для улицы выдам. На время. А ты должен купить тёплые вещи себе, жене и детям. С этим немного помогу. Но, как с ценами освоишься, придётся всё решать самому. Я тебе не нянька – и так помогаю слишком много… А у меня работа такая… Завтра-послезавтра, к примеру, прилетит заказ от города, и я на несколько дней уйду. И слугу с собой заберу. А вам, если что, выживать самостоятельно. Вот и готовься к этому сразу!

Глава 9. Туман и знаки

Седой выдал Игорю одежду для похода на рынок: плотные штаны из шкуры какого-то зверя, толстую куртку и старые сапоги. Сапоги разве что есть не просили, но явно были лучше, чем его резиновые, утеплённые полотенцем. Шапка тоже была не новой – когда-то меховой, а теперь облезлой. Впрочем, Игорь был не из тех, кто смотрит в зубы дарёному коню.

Откуда-то сверху спустился по лестнице пёс. Он критически посмотрел на Игоря, но решил не гавкать. Хотя в его умных глазах явно сквозило неодобрение: замёрзнет мужик, как пить дать!.. Эрин заметил выражение собачьей морды и невольно усмехнулся. А затем, покряхтев, вскинул на спину один из двух рюкзаков, куда набили вещи на продажу. Второй предназначался Игорю.

– Был бы богат, дал бы ему что получше! – развёл руками седой, обращаясь к псу. – Но какие богатства у старого солдата?.. Ну что, Игорь, готов?!

– Готов! – кивнул тот, подхватив со стола серо-коричневый листок. На нём были записаны размеры одежды для жены и детей.

– Пошли тогда… Чего тянуть? – седой вышел первым.

За ним на улицу выскользнул пёс, а следом, ёжась от холода, решительно протопал Игорь.

Под вечер стало опять холодать. На улице ещё хоть и было светло, но чувствовалось, что краски вокруг как будто начинают тускнеть.

– Эрин, а тут солнце есть? – спросил Игорь.

– Бывает… – ответил седой.

– Это как так, бывает? Через тучи проглядывает? – не понял мужчина.

– Ну как-как… Бывает, что туч нет, снаружи светло, небо чистое, а солнца – нет, – ответил Эрин. – Это же самая граница Упорядоченного. Местный узел совсем небольшой, еле-еле сам держится под напором Хаоса… А солнце – это огромный раскалённый шар, плюющийся плазмой. И откуда ему тут взяться, если Порядок не может стабилизировать этот кусок будущей планеты?

– А откуда же свет тогда? – уточнил Игорь.

– А без света какой Порядок? – Эрин развёл руками и изобразил удивление на лице. – Без света Порядка вообще не будет… Когда узел появляется, то всегда, рано или поздно, день и ночь начинают чередоваться. Но когда здесь основывают поселение, то обычно строят его ещё при свете факелов и фонарей. Такие вот дела…

– Значит, и звёзд не видно? И луны тоже? – предположил Игорь.

– Ну как… Они тоже иногда бывают, – признался седой. – Но ещё реже, чем солнце… Вот пропасть!..

Пропасти перед Эрином, конечно же, не было. Просто один из фонарных столбов, воспользовавшись тем, что на него никто не смотрит, сместился куда-то на середину улицы. Заодно изогнув и саму улицу, и стены ближайших домов…

– Ну вот кто опять на обереги денег пожалел?.. – пробормотал седой.

– Как так получается? – Игорь с интересом провёл пальцем по столбу. Столб, который выглядел деревянным, на ощупь показался ему пластилиновым. – Проявление Хаоса?

– Оно самое!.. – кивнул Эрин, а затем посмотрел на палец Игоря и посоветовал. – Ты имущество-то городское не порть! Его ещё поправить можно… Ну да, чтоб вас!..

Седой перевёл взгляд обратно на столб, а рядом с ним уже пристроился пёс, задрав ногу и высунув язык…

– Кому я рассказываю, да? – буркнул Эрин.

– А почему я ни разу не видел само изменение? В процессе? – поинтересовался Игорь. – Почему оно происходит, только когда отводишь взгляд?

Эрин ему ничего не ответил. И молча двинулся дальше. Игорь тут же поспешил за ним, а вскоре их догнал пёс. Так, молча, они и шли по заснеженной улице в сторону рынка. Редкие прохожие не обращали на них теперь никакого внимания.

Рынок оказался небольшим, но запутанным. На площади палатки располагались, как придётся, образуя внутри многочисленные узкие и кривые улочки. И торговали тут тоже всем, чем придётся. Сначала седой потащил Игоря по продавцам, сбывая то, от чего они решили избавиться. Ему самому Эрин этот важный вопрос доверить отказался.

Впрочем, у него имелись на то причины. За каждую вещь с продавцами он торговался отчаянно. Заламывал немаленькие цены, неохотно сбрасывал – и вообще, казалось, вёл себя по-свински. Некоторым торговцам так тоже казалось: они сразу просили Эрина уйти и не тратить их время. И седой уходил, чтобы снова устроить яростный торг через пару палаток.

– Они тут все друг друга знают… – пояснил он Игорю, когда они нашли уголок для отдыха. – Прогнёшься под одного, и скоро придётся прогибаться под всех. А если спокойно откажешь одному – его сосед точно возьмёт. У тебя товар дефицитный, из миров Порядка. Из-за этого он влиянию Хаоса хуже поддаётся: лучше только системные вещи… Им его нужнее купить, чем нам – продать. Запомни это! И не давай с торгашами слабины!

Игорь кивнул. Переведя дух, седой продолжил путь вдоль торговых рядов. Рюкзаки постепенно пустели, а деньги появлялись. А так как Игорь не разбирался не только в местных ценах, но и в здешних деньгах, то вынужденно доверился седому.

Наконец, когда вещей почти не осталось, Эрин сложил остатки в один рюкзак. И предложил разделиться.

– Я продам, что осталось, – сказал он. – А ты пока прогуляйся вдоль рядов. Посмотри, что да как. Деньги не отдаю, чтобы не потратил и не потерял!

– Знаешь, я как-то не склонен спускать деньги в трубу… – поднял бровь Игорь.

– Гав! – подтвердил пёс.

– Ты, конечно, можешь так считать… – кивнул седой. – Но торговцы-то этого не знают. Карманники – тоже. Кидалы и разводчики – тем более. Меня не тронут, а вот тебя обдерут до трусов… Всё, встречаемся на восточной окраине. И там уже идём вещи покупать.

Седой ушёл, оставив Игоря и пса переглядываться друг с другом. Зачем Эрин так сделал? Почему деньги забрал? Неприятно, когда твоими финансами распоряжается кто-то чужой. С другой стороны, раз уж поневоле садишься кому-то на шею, логично, что этот человек воспользуется своим правом тебе указывать…

– При первой возможности съеду в своё жильё! – мрачно сказал псу Игорь.

– Гав! – согласился тот с таким подходом.

Впрочем, это не помешало им пройтись по рынку. А Игорю – ещё и поговорить с продавцами. Чаще всего он просто уточнял цены и ассортимент. Но один раз даже решился задать вопрос о здешнем мире. Продавец показался ему общительным, а веры в то, что никто тут ничего толком не рассказывает – ещё не было.

– Вы можете объяснить мне, что такое Хаос? – поинтересовался Игорь.

– Хаос? Это то, что вокруг нашего Узла! – пояснил продавец.

– Да, но что это такое? – Игорь постарался интонацией донести свою мысль.

– Никто не сможет тебе ответить, дорогой! – продавец улыбнулся, показывая: да, мол, понял, что ты хочешь узнать. – Хаос никто не видел, кроме Великого Строителя. Это ведь Он его создал.

– А вокруг нас Хаос? – уточнил Игорь.

– Не совсем так… Мы ведь – Порядочные создания, – ответил продавец. – А Порядочные создания напрямую с Хаосом не уживаются. Сильные ещё могут какое-то время держаться под его ударами, а мы с вами, дорогой, станем его частью раньше, чем осознаем, что же он такое!..

– Но мне говорили, что он тут везде… – уточнил Игорь.

– Не сам Хаос! – ответил продавец. – Его проявления. Эманации. Выплески. Так, наверно… Я в этом не силён, если честно! Я торгую, дорогой! Так что заканчивай с вопросами… Не мешай работать!

– Но у вас же пока нет покупателей… – нахмурил брови Игорь.

– Они и не появятся, если ты будешь тут стоять, дорогой! – улыбаясь одними губами, пояснил продавец. – Кто-то, может, и хотел подойти, да решил – не стану, раз тут очередь. Ты узнал, что нужно?

– Да, спасибо! – Игорь кивнул и отошёл от прилавка.

До восточной части, где ждал его Эрин, пришлось добираться с приключениями. И всё потому, что сам рынок неожиданно решил поддаться эманациям Хаоса. Часть торговых рядов как-то сместилась, теперь перегораживая знакомые проходы. И в какой-то момент мужчина с псом упёрлись в тупик, хотя раньше там точно был проход…

Игорь даже немного растерялся: он понятия не имел, как отсюда выбраться. Но, поплутав несколько лишних минут, всё-таки нашёл проход в стороне. Оставалось только разыскать Эрина, но тот, как оказалось, сам их уже искал…

– Задерживаетесь! – сообщил он.

– Прости… Мы заплутали, – признался Игорь. – Всё на рынке сдвинулось.

– Всегда учитывай такую возможность! – предупредил седой. – Тут эманации Хаоса не считаются уважительной причиной для опоздания.

Закупаться вещами пришлось прямо перед заходом солнца. Последние товары по списку они выбирали уже в сгущающихся сумерках. Эрин явно спешил. Причин Игорь не знал, но был уверен: веские.

– Пойдём, прикупим тебе оружие! – хмуро бросил седой, когда мешки снова наполнились вещами. На этот раз нужными и необходимыми.

– Гав! – напомнил о себе пёс.

– Ага, и тебе купим еды… – кивнул Эрин.

Он провёл их вдоль нескольких торговых палаток, в одной из которых и взял всё для пса. А потом заскочил в магазин на самой окраине рынка.

– Эрин, я уже закрываюсь! – сообщил пожилой продавец.

– Юрий, мне нужен обрез, который тебе продали на прошлой неделе! – с порога объяснил седой.

– Только обрез? – уточнил продавец, а потом увидел пса и крикнул Игорю. – Если не питомец, то собакам сюда нельзя!

– Это со мной, Юрий! Собака умная, ничего не напортит! – заступился за спутников Эрин прежде, чем Игорь открыл рот.

– Только ради тебя! Вот только ради тебя терплю эту псину!.. – продавец поморщился, а лабрадор окинул его в ответ презрительным взглядом. – Что ещё?

– Патроны, гильзы для набоя, порох, начинку! – перечислил Эрин. – Давай в количестве, как я беру обычно!

– Сейчас! – продавец скрылся за неприметной дверцей в глубине магазина и вскоре вернулся. В руках он нёс обрез двуствольного ружья и несколько коробок. – Проверять будешь?

– Да темнеет уже! – буркнул Эрин. – Поверю тебе так, на слово…

– Неспокойно сегодня, да? – поинтересовался тот, кого называли Юрием.

– Да. Чутьё прямо вопит! – признался Эрин.

Оружие и патроны отправились в мешок, даже не побывав в руках Игоря – что, если честно, немного расстраивало. Выйдя на улицу вслед за спутником, он заметил, что город почти скрылся в ночной темноте. Редкие фонари, которые зажгли фонарщики, ситуацию не спасали.

– Идём быстро! Все вопросы – потом! – Эрин огляделся и спешно двинулся к одной из улиц. – Надо быстрее добраться до дома… Там мы будем под защитой.

– Эрин, а что происходит? Может, мне вооружиться? – спросил Игорь.

Эрин задумался, а потом раскрыл мешок и достал из него обрез. Торопливо загнал в ствол патрон и, напоследок, ещё раз придирчиво осмотрел оружие.

– Держи, лишним не будет… – признал он. – Без приказа не стреляй!

Сам Эрин вытащил из мешка потёртый пистолет, слегка напоминавший легендарный «наган».

Шли они быстро, стараясь держаться широких и достаточно освещённых улиц. Игорь обратил внимание, что прохожие тоже спешат как можно скорее убраться по домам. Ночь была чем-то опасна… И об этом все здесь знали – кроме, разве что, Игоря.

Пока добирались до дома, совсем стемнело. Местами в городе появился туман. И при взгляде на него становилось жутко. Да и Эрин каждый раз старательно обходил его клочья. С туманом явно было связано что-то нехорошее.

Становилось холоднее. Старая одежда, выданная седым, всё меньше и меньше помогала в сохранении тепла. Так что Игорь был даже рад такой спешке…

К счастью, обошлось без приключений. А когда хозяин распахнул дверь, то внутрь первым заскочил пёс, и только следом – Игорь. Пока мужчины снимали одежду, их четвероногий спутник добрался до камина в прихожей и разлёгся перед ним, греясь после улицы.

– От чего мы бежали? – спросил Игорь.

– От Хаоса, – коротко ответил Эрин. – Плохой день, плохой вечер… И будет плохая ночь.

– Вы вернулись? – сверху показалась Алиса. – Мне было тревожно!..

– Всё в порядке! – успокоил Игорь жену.

Сверху слетели двойняшки. Пронеслись мимо матери, с криками затискали пса, а потом обняли отца – и с воплями накинулись на «дедушку». Игоря почему-то кольнуло ревностью, но он решил, что лучше её не показывать: как-то глупо. Вскоре спустилась хмурая Вера и ушла на кухню, где как раз громыхал посудой Мафил.

У Игоря даже появилось ощущение, что он всё ещё на Земле. И просто вывез семью к какому-то ворчливому знакомому на дачу.

Но стоило глянуть в окно, за которым, несмотря на мороз, клубился густой туман, как к нему вернулось воспоминание… Воспоминание о той страшной ночи, сразу после перехода.

– Опять туман! – как бы между делом сказал он, стягивая одежду.

– Не туман… – ответил Эрин, с трудом отцепляясь от двойняшек. – Так, всё-всё, хватит на старике виснуть! Вон папку своего тренируйте…

– А если не туман… – начал было Игорь, но тут на него, по наводке «дедушки», налетела малышня.

Пришлось прервать разговор и изображать бурное веселье. Зато странные уколы ревности наконец-то прошли…

Постепенно переполох, вызванный их приходом, начал улегаться. Вера с бутербродом ушла на второй этаж. Следом потянулись младшие, и вскоре сверху донеслись звонкие детские голоса: похоже, они играли в догонялки. Алиса уходить не стала и вместе с мужчинами прошла на кухню.

– Вере тут совсем туго! – сказала она. – Не привыкла она так… Пока спасается тем, что развлекает малышей, но это ей на пару дней, не больше…

– Завтра она может пойти гулять на улицу! – посоветовал седой, доставая чашки, пока слуга разогревал воду на чай.

– Она всегда была домашним ребёнком. И довольно закрытым, – призналась Алиса. – Игры, телефон, планшет, мультики и книжки… Мы с Игорем упустили момент. Вот и выросла она такой: не любит уличные забавы. И, если честно сказать, в нашем мире они сейчас не слишком популярны…

– В моём тоже так было! – признался Эрин. – Вы не беспокойтесь. Они дети… А дети быстро приспосабливаются. И ваша старшая тоже привыкнет.

– Надеюсь… – вздохнула Алиса и поглядела в окно.

Игорь тоже посмотрел на улицу. С момента их возвращения туман стал только гуще. Опять вспомнилась ночь после перехода…

– Эрин, если это не туман, то что? – вспомнил он свой вопрос.

– А… Это туман и, в то же время, не туман. Он появляется не из-за испарения воды. А потому, что сильно давит Хаос… – пояснил Эрин. – Видите, знак над окном вырезан?

Игорь и Алиса задрали головы. И вправду: на раме окна сверху были вырезаны и раскрашены несколько знаков. Седой указал на первый из них и пояснил:

– Вот этот называется «крест порядка». Сам знак мало чем вам поможет, но, если влить в него универсальные единицы, будет удерживать пространство от изменений. Земли Упорядоченного небезопасны, и этот крест рисуют везде. И носят с собой.

Знак представлял собой крест с белой горизонтальной и чёрной вертикальной линией. В образовавшихся четырёх секциях сверху были нарисованы чёрный треугольник и белый квадрат, а снизу – белый и чёрный круги.

Эрин полез за воротник рубахи и вытащил медальон, на котором был начертан тот же символ. А потом хлопнул себя по лбу, вышел в прихожую и вскоре вернулся со связкой из пяти таких же.

– Вот, успел на рынке купить и зарядить. Я-то сам могу. А вот вам пока придётся заряжать их за деньги. Но этих на месяц хватит.

– Спасибо, – поблагодарил Игорь.

– А это как «инь-янь»? Да? – Алиса указала на второй знак, видневшийся рядом с «крестом порядка».

– У вас их так называют, да… – кивнул седой. – Вообще у него много названий. Самое простое – «круг порядка». Охраняет ваш дух от Хаоса, оберегает сон… Условия те же: начертить и влить универсальные единицы.

Игорь вспомнил, что ему обещали за выполнение квеста от системы. Вроде как в списке возможных наград были универсальные единицы. А, кроме того, десять системных монет и системное оружие. А ещё 5 универсальных единиц он получил вместе с каким-то «фиалом упорядочивания»… Нужно будет как-нибудь спросить у Эрина, что это за фиал – и как его использовать.

– Вот этот знак ваши соотечественники называют «розой жизни». Однако у него тоже много названий… – Эрин указал на ещё один символ, напоминавший «розу ветров», только сильно обрезанную. От неё остались лишь нижняя и верхняя стрелки, а всё остальное было рассечено косым крестом. – Эта «роза» больше на нематериальные вещи действует.

– А эта рожица? – Алиса указала на последний символ, изображавший двухцветное лицо, где белая закруглённая половина улыбалась, а тёмная, квадратная, явно грустила.

– Лик двуединого, – пояснил Эрин. – Если хотите из своего окна каждый день видеть один и тот же пейзаж, то лучше чертить и заряжать. И такие же есть на дверных проёмах. При особо сильных эманациях Хаоса люди, бывало, аж на другие узлы улетали…

– А если просто такой нарисовать? – поинтересовалась Алиса.

– Поможет, конечно… – признался седой. – Но очень слабо! Хотя был у меня один знакомый… Он как-то застрял в тумане за пределами охраняемых стен. Помаялся немного, а потом выбрал рощицу и на каждом стволе успел такой начертить. Вот так ночь и переждал… Ладно! Хватит разговоров… Раб!

– Да, хозяин? – откликнулся Мафил.

– Что с ужином?

– Сейчас будет готов, – ответил тот.

– Давайте-ка поедим и на боковую, – предложил Эрин. – День был долгий и тяжёлый. А отдых нужен всем. И ничего не бойтесь: этот дом защищён, и защиту я сам поддерживаю. Внутри вам Хаос не страшен. Во всяком случае, пока держится Узел…

Глава 10. Эмоции

Дети уснули быстро. Хотя, казалось бы, успели подремать вечером, пока Эрин с Игорем ходили на рынок. Однако бессонная ночь, тяжёлый путь по снегу, пережитый испуг и слёзы – всё сложилось. И что Вера, что Лиза с Ваней уснули, просто закрыв глаза.

Алиса и Игорь ушли в комнату, которую выделил им Эрин. Обе комнаты – и детская, и взрослая – были вытянутыми. В них стояли простые шкафы и простые кровати с не менее простыми матрасами. Старое постельное бельё было скорее для виду.

Перед сном Игорь всё-таки ополоснулся. Место для этого было предусмотрено у них с Алисой в комнате, где в углу за ширмой Мафил установил деревянную бадью, а рядом – ведро с водой. Когда мылись жена и дети, вода ещё была горячей, но к тому моменту, как до помывки добрался Игорь – охладилась до комнатной температуры. К счастью, два камина и печь давали достаточно тепла, чтобы было даже жарковато.

Будь дело на Земле, Игорь просто открыл бы окно. Здесь это тоже можно было сделать: двойная рама имела запорные механизмы. Однако, глядя на густой туман, клубящийся за стеклом, никто в здравом уме не стал бы такого делать…

Когда Игорь насухо обтёрся одним из отвоёванных Алисой полотенец и вышел, его жена сидела на кровати, обхватив плечи руками. И печально смотрела на дощатый пол.

– Какое убожество… – тихо проговорила она. – Огромное спасибо Эрину. Я всё понимаю. Он нас от голода и холода на улице спас. И я ему вечно буду благодарна. Но…

Игорь понимал, что девочке, выросшей в богатой семье, всё вокруг должно было казаться убожеством. Дощатая кровать, дощатый некрашеный пол, соломенный матрас, одеяло и простыня из грубой ткани, шкура для утепления… Это было откровенное средневековье – во всяком случае, по мнению людей из двадцать первого века. В конце концов, даже в девятнадцатом всё-таки были перины и перьевые подушки…

Впрочем, если бы Игорь напряг память, то вспомнил бы, что такие условия, как здесь, были нормой для простых людей аж до самого двадцатого века. Даже набитые хлопком матрасы были роскошью. Солома-то всегда под рукой, а где взять хлопковую вату?

Но Игорь сейчас об этом не думал: ему просто было жалко свою женщину. Ту, с кем он вместе прожил долгие годы… И которую всегда старался, по мере сил, баловать – чтобы она не чувствовала себя обделённой после богатых папы и мамы…

Он сел на кровать рядом с женой и притянул её к себе. Сначала неохотно, но Алиса всё-таки прижалась к мужу. И тут же расслабилась, уткнувшись лицом в его плечо. Игорь почувствовал, как она вздрогнула в беззвучных рыданиях. И нежно погладил её по волосам.

Его и самого начинало накрывать… Сколько бы он ни гнал от себя мысли о бедственном положении своей семьи, сколько бы ни отказывался думать о произошедшем – нет-нет да и подгрызал его червячок ужаса. Это хорошо было на Земле читать про попаданцев, у которых полно знаний – у кого в голове, у кого в блокноте, у кого в телефоне. В конце концов, Игорь и сам что-то помнил и умел.

И фантастическое везение других попаданцев ещё понятно: Игорю и самому немало повезло, потому и выжил. Может, даже побольше, чем некоторым из тех, про кого он читал, потому что ещё и свободу сохранил. Но почему попаданцы всегда оказываются в другом мире одни?! Почему всегда отвечают только сами за себя, а больше – ни за кого? Это самый большой подарок им от авторов… А Игорю такого подарка не досталось.

То, что вокруг грязь, нищета и варварство, его волновало не так сильно, как жену. Конечно, Игорь предпочёл бы спать не на соломе, набитой в мешок, а на пружинках, упакованных в поролоновые блоки и укрытых ещё одним слоя поролона и тканью, по которой даже шёлк не сползает. Всё-таки девяносто килограммов веса давали о себе знать…

И ладно бы Игорь спортивным был, так нет – пузико имелось, а мышцы в его сорок начинали показывать дряблость. Ляжешь на бок на доску – отлежишь бок. И это ему ещё предстояло сегодня… Но, в общем и целом, он готов был довольствоваться малым: простой едой, простыми удобствами, простыми развлечениями.

Однако Игорь не готов был обрекать на подобное свою семью. С рождения детей он мечтал дать им то, чего был сам в детстве лишён. С момента встречи с Алисой он ни на один миг не желал ей жить хуже, чем раньше. И всегда хотел, чтобы его семья жила лучше с каждым днём. И месяц за месяцем пахал для этого…

Вполне себе человеческое и понятное желание. Как и страх потерять семью. Страх глубокий, сковывающий волю, ограничивающий пространство для манёвра. Будь Игорь один – он бы рискнул побыстрее съехать от Эрина. Хоть в комнату, хоть в угол к чужим людям – лишь бы не быть обязанным…

Не будь семьи, Игорь бы пошёл на любую работу – даже самую опасную! – если бы это обещало продвижение в обществе Упорядоченного. Но чтобы уберечь семью от переживаний, он должен был искать источники дохода, из-за которых жена не поседеет раньше времени.

А с другой стороны… Не будь семьи, и Игорь бы сейчас неизвестно где был, не в силах ослушаться приказа «личностей». Он остался бы обычным статистом. Это страх за семью – страх и ответственность, сидевшая где-то на подкорке – толкнули его вверх по здешней социальной лестнице.

– Здесь не так уж и плохо! Могло быть и хуже… – напомнил он Алисе.

– Я знаю, милый, – ответила жена. – Знаю… Я не слепая. Но даже такой уют – убожество… Весь этот город – одно сплошное убожество.

Скрипнула дверь, и в комнату просунулась морда пса. Он увидел людей, высунул язык и деловито протопал к трубе от кухонной печи, от которой шло тепло. Пёс улёгся возле неё с довольной мордой и уставился на Игоря.

– Ну что ты смотришь? – спросил мужчина. – Знать бы, как тебя зовут… А то ходишь безымянный.

Хотите дать имя животному-спутнику?

Игорь вздрогнул. Как-то не ожидал он сейчас системных сообщений. Тем более, после такого простого вопроса. Впрочем, если верить Эрину, система (или Упорядоченное) тут всё пронизывает. Без неё-то здесь никак не выжить.

– Ты чего? – удивилась Алиса.

– Система предлагает дать имя нашему псу! – пояснил Игорь и глянул на собаку, у которой вид стал ещё более довольным. – Ну и как тебя называть? Шарик? Бобик?

Чуть наклонив голову на бок, пёс оттопырил ухо и выслушал варианты. А затем неодобрительно заскулил.

– Я других-то имён не знаю… – пожал плечами Игорь.

– Атос! – предположила Алиса. – Агат!.. Алмаз!.. На «А» хочешь имя?

Пёс заскулил, положив морду на пол.

– На «Б»? – не унималась Алиса. – На «В»?.. На «Г»?.. На «Д»?..

– Гав! – негромко сообщил пёс и поднялся на лапы.

– На «Д», значит… – Алиса улыбнулась. – Джин!.. Нет. Джут!.. Нет. Дали!.. Тоже нет.

Она вспоминала и перечисляла такие имена и клички, о которых Игорь даже не догадывался. Пёс старательно молчал, но смотрел внимательно. Будто и в самом деле слушал, как его хотят назвать.

– Дизель!.. Что ещё? – Алиса глянула на мужа и поняла, что помощи в этом деле не дождётся. – Донбасс!.. Джозеф!.. Джокер!..

– Гав! – обрадовался пёс и подошёл к людям, положив им голову на колени. Причём ещё и так, чтобы сразу обоим.

– Джокер, значит… – улыбнулась Алиса.

– Ему идёт, – кивнул Игорь и потрепал собаку за ухом.

– Я решила твою самую большую проблему? – прижавшись к мужу, спросила Алиса.

Игорь улыбнулся, подумав, что это была меньшая из его проблем. Но благодарно кивнул.

Животному-спутнику присвоено имя Джокер!

– Давай спать… Эрин обещал тебя завтра отправить на поиски работы! – вздохнула Алиса. – А мы так хотели на юге от работы отдохнуть…

– Ну ты-то немного отдохнёшь! – подбодрил её Игорь.

– Это не отдых… Это пытка! – Алиса отстранилась от мужа и улеглась на кровать.

Игорь снова почесал пса за ухом и тоже принялся укладываться. Джокер понял, что уши ему чесать больше не собираются, и вернулся к трубе, от которой по комнате распространялось тепло. Свечу, которая давала свет в комнате, Игорь затушил. Где-то внизу громыхал посудой Мафил. Алиса быстро уснула, и Игорь всё ещё лежал и слушал её дыхание.

Сам он засыпал долго: ворочался, искал удобное положение… Наконец, ему удалось немного умять жёсткий матрас, и глаза начали сами собой закрываться. Последнее, что видел Игорь – это клубящийся за окном туман. Ему даже в полусне слышалось какое-то завывание на улице, но, возможно, это была лишь игра его воображения…

Утром Игорь проснулся рано. Отлежал два ребра и бедро. Пытаться снова уснуть было бесполезно. Будешь сильно вертеться – разбудишь жену. А принять удобное положение иным способом было тяжеловато…

Он вылез из-под одеяла. Сквозь окно пробивался сумрачный утренний свет. За ночь туман рассеялся. Труба была тёплой и продолжала нагреваться. Но ночью, видимо, остывала. Воздух в комнате отдавал холодком. И теплолюбивый пёс куда-то слинял…

Спустившись на первый этаж, Игорь застал на кухне Эрина. Тот сидел и пил чай.

– Доброе утро! – поприветствовал он. – Если надо в туалет, то вон дверь за шторой. Во дворе сортир.

Дверь в общий двор обнаружилась на кухне. Раньше Игорь её не видел, так как выход прикрывала занавеска. Благодарно кивнув хозяину дома, он схватился за ручку, но его остановил голос Эрина:

– Медальон на тебе?

– Да, – кивнул Игорь.

– Там труп валяется: один дурной сосед самопородился ночью. Ты к нему не подходи… – предупредил седой. – Там ещё эманации Хаоса сильны.

– Хорошо. Спасибо.

Двор был общим для шести домов. В самом центре гордо высился сортир на три персоны. Игорь представил, каково этим пользоваться Алисе и детям… И глубоко посочувствовал жене. Он-то сейчас работу пойдёт искать, а вот ей уговаривать младших свои делишки сделать над вонючей дырой.

Впрочем, тут он ошибся. Вонючей дыры не было. Было подобие унитаза, и даже имелся слив. Понятное дело, что сливалось всё в яму поблизости, но хоть какой-то налёт цивилизации…

Труп во дворе тоже имелся. Игорь был уверен, что после беготни по лесу мертвяки у него ужаса не вызовут – как-никак, насмотрелся. Однако нет, к горлу подступил ком. Когда-то это существо, наверно, было человеком. Но неведомая сила изувечила тело до неузнаваемости…

Ноги превратились в лапы с длинными когтями на пальцах. Руки обрели дополнительные суставы. Каким изменениям подверглось туловище, понять было сложно – его прикрывали обрывки одежды. А вот голова превратилась в одну сплошную пасть. Вся она теперь раскрывалась четырьмя лепестками, усеянными изнутри зубами. Кроме того, у страшного мутанта имелись глаза на стебельках. Совершенно человеческие глаза… И всё ещё открытые, но уже остекленевшие…

Содрогнувшись, Игорь постарался побыстрее скрыться в сортире. И заодно отгородиться дверью. Сделав свои дела, он заметил ведро, которое намекало, что слив сливом, а воду всё-таки принеси. Откуда нести воду, Игорь не знал, поэтому пока не стал заниматься общественно-полезным трудом. И вернулся в дом, обходя бывшего человека по широкой дуге.

– Как ты назвал его? – отряхнув снег с обуви, спросил Игорь у Эрина.

– Кого? – удивился тот.

– Ну, того соседа, который…

– А! Самопорождённый! – удивился седой. – Не сталкивался с такими?

– Вроде сталкивался… Почему они так называются? – удивился Игорь.

– Тебе лучше знать! Твой же язык родной… – пожал плечами Эрин. – Хочешь, поспрашивай как-нибудь…

– Да я вчера пытался… Кто такой Великий Строитель, Эрин? – поинтересовался Игорь.

– Ну, ты можешь его считать Творцом всего, – ответил седой, поднимаясь со стула и наливая чай во вторую чашку. И Эрина совершенно при этом не волновало, хочет ли Игорь чай или нет. – Само собой, его никто не видел! Но здесь в него верят все… В конце концов, есть воплощения Порядка, а есть проявления Великого Строителя. В общем, Он – тот, кто всё создал. Сначала Хаос, потом первый Узел Упорядоченного, а затем – Порядок.

– Как обычно, слова знакомые, а смысл ускользает… – вздохнул Игорь.

– Это потому что ты пытаешься думать, как привык! – Эрин передал вторую кружку мужчине. – Ты привык, что вот есть твоя планета, а вокруг космос. И там другие планеты, звёзды и прочее… Но, скажем так, это просто одна из плоскостей Порядка. Тебе же в школе законы физики преподавали?

– Ну, само собой… – как бы Игорь ни выпендривался в мыслях, но чай он хотел. И с благодарностью взял кружку.

– Ну так вот… Когда всё подчинено единым правилам и законам – это признак Порядка, – пояснил седой. – Когда-то на месте той Вселенной, где расположен твой мир, были просто Узлы Упорядоченного. Но чем больше отступал Хаос, тем сильнее проявлялись правила и законы Порядка, единые для всего… Тут такие ростки миров называют Фракталом. И в какой-то момент, а мы не знаем, в какой – этот самый Фрактал стал частью Порядка… Возникла частичка какой-то Вселенной. Там зародилась жизнь, а потом она развивалась, и появились разумные… В том числе, наши предки. Ну а уж потом обычные люди родились…

– А здесь всё не так? – уточнил Игорь.

– Здесь нет Порядка. Этот мир зыбок и изменчив… – седой отпил чай и зажмурился. – Нет ничего лучше, чем выпить с утречка чайку горячего, да?

Игорь усмехнулся и кивнул, тоже потянувшись к своей кружке.

– Мы с тобой сейчас внутри Лёдного. Всё Лёдное защищено Порядком. Не полностью, само собой. Зато куда лучше ближайших окрестностей. И в тысячу раз лучше дальних окрестностей. Чтобы создать такую зону Порядка, надо накладывать дополнительную защиту, – пояснил Эрин. – Знаки на столбах и деревьях, на стенах. Нужен защитный тотем в центре зоны. Вот это она и есть. Защита. Такая защита делается для города, для дорог, для ферм…

– А если бы её не было? – уточнил Игорь.

– Тогда мир вокруг просто плыл бы… – ответил Эрин. – Он всегда без защиты плывёт.

– Это как? – удивился Игорь.

– А ты не догадываешься? – предложил Эрин, усмехнувшись.

Игорь не стал обижаться, что его заставляют напрягать мозги. И даже спустя несколько секунд начал понимать, о чём толкует седой.

– Догадываюсь… Вчера на рынке же заплутал. А как так жить? – удивился Игорь. – Как можно тогда выходить за пределы города? И как вернуться назад?

– По дорогам, – пожал плечами Эрин. – Дороги, тропинки – это проводник Порядка. Средоточие правил и законов. Конечно, ты можешь выйти к городу не с той стороны, откуда ушёл, но такое и в Порядке случается. Зато тропинка в любом случае приведёт тебя в город.

– Город точно защищён от этого? – спросил Игорь, вспоминая поход на рынок. – Просто… Я же заблудился здесь на рынке… Потому что палатки сместились!

– Это прорывы Хаоса, – седой кивнул, допил чай и отставил чашку на стол. – Они тут повсюду, Игорь. Пойми, мы тут как на линии прибоя. Вот нахлынула волна – и прорвался к людям Хаос. Отхлынула – и всё вокруг упорядочилось. Но это, конечно, грубое сравнение… Просто иногда вокруг больше Упорядоченного, а иногда – больше Хаоса.

– А Порядок? Он тут где-то есть? – спросил Игорь.

– А как же!.. – усмехнувшись, Эрин ткнул пальцем в себя, а потом в Игоря. – Вот тебе и Порядок.

– Мы? – удивился Игорь.

– Мы – создания Порядка! – кивнул Эрин. – Ты, я… Мы родились в Порядке, мы им насквозь пропитаны. Мы хотя бы не плывём под ударами Хаоса, под внешним воздействием… Хотя, конечно, наша сила весьма невелика, Игорь. Поэтому всякое случается. Как с тем соседом…

– Мне один продавец на рынке сказал…

– Не слушай всех подряд! – перебил его Эрин, отставив кружку в сторону. – В головах у людей столько мусора бывает, что порой не знаешь, где правда, а где – ложь. Ты успел обратить внимание, что когда смотришь на что-нибудь, то этот объект не меняется даже в тумане?

– Заметил… – кивнул Игорь, вспоминая вчерашний день.

– Твой взгляд излучает Порядок, который ты в себе несёшь. Твоя воля – это тоже Порядок. Там, где его силы хватает, он упорядочивает этот мир… Ладно, хватит разговоров!.. Надо тебя покормить и отправить искать работу.

– Ладно! – кивнул Игорь, понимая, что сеанс лекций завершён, но не удержался от последнего вопроса. – Только объясни… Если я в себе несу Порядок, как люди обращаются к Хаосу?

– К Хаосу… – седой пожевал губами. – Знаешь, это вопрос на миллион, как сказали бы твои соотечественники. Есть много способов. Много… Главный проводник – эмоции.

– Все эмоции? – удивился Игорь. – Или только негативные?

– Не все… Нет, – кивнул Эрин. – И даже нельзя сказать точно, какие. И как вообще определить, какая плохая, а какая нет? Вот, к примеру, страх… Это плохая эмоция или хорошая?

– Считается, что плохая. Разве нет?

– Твои соотечественники обычно считают, что однозначно плохая, – ответил Эрин. – А вот твои же соотечественники, но иных языков – не все так думают. И мои тоже. Страх, он ведь разный бывает. Ты за свою семью переживаешь?

– Само собой, – кивнул Игорь.

– Ты испытываешь страх за них, верно? – седой не стал ждать ответа. – Вот этот твой страх, он плохой или хороший?

– Не знаю…

– Вот поэтому я и не хочу сходу лишнего объяснять! – закончил лекцию Эрин. – Те, кто давно тут живёт, знают, какая эмоция приведёт к Хаосу. И в каком случае. А в каком – наоборот, приведёт к Порядку. Но объяснить такое… Я не смогу. Ты должен сам понять… Лопоухий!

– Да, хозяин? – откликнулся от плиты Мафил.

– Завтрак делай. Пора приступать к делам…

Глава 11. Ненужный человек

Куда отправился Эрин, Игорь не знал. И не пытался узнать. Они дошли до центра города и разделились. Игорь остался один. А Джокер в этот раз с ним не пошёл.

Нужно было найти хотя бы какой-то источник дохода. Пусть город и был небольшим, но Игорь закономерно полагал, что рабочие места здесь есть. Кто-то ведь метёт улицы от снега, зажигает фонари, таскает ящики на рынок торговцам?.. Откуда-то же появляется в городе пища?..

Да, конечно, в первый день можно ничего не найти. Но Игорь был уверен: рано или поздно у него будет работа. Не косой, не тупой, не слабак… Такие работники всегда нужны – даже если поначалу придётся ящики грузить. Выбирать-то всё равно не приходится.

И тут он впервые столкнулся с тем, о чём никогда не думал раньше. Прожив всю жизнь на Земле, сложно понять, что у рабовладельческого общества (да ещё и завязанного на какую-то систему!) свои законы и порядки.

– Да пойми, ну зачем мне ты? – удивлялся очередной несостоявшийся работодатель. – Ну зачем? Мне надо будет платить тебе деньги… А у меня статистов в бараке почти сотня! И все за еду работают! Шёл бы ты лучше в ополчение: там есть жалованье!..

Статисты и рабы… Отличие было невелико: рабов можно было хранить в медальонах, призывая по необходимости. А статистов нужно было держать в бараке и постоянно кормить. Это было невыгодно. И статистов всеми силами толкали стать рабами, пряча в медальоны – ну или сервами, после чего отправляли на хутора и фермы, раскиданные вокруг Лёдного. В крайнем случае, им могло повезти попасть в крепостные и заниматься каким-нибудь ремеслом.

Чем дольше искал работу Игорь, тем яснее понимал, что ему пытался втолковать Эрин. Проблема была не в том, что человек, поднявшийся от статиста к личности, успевал за это время познакомиться с условиями нового мира… Дело было в том, что для смены статуса ему необходимо было обладать рядом качеств, которые не столкнули бы его снова в рабство или служение…

И если до этого дня Игорь был уверен, что каждый здесь рано или поздно выбьется в личности, то теперь он начал в этом сомневаться… Выходило, что стать личностью могли единицы, а многие люди так и оставались до конца жизни статистами, рабами, сервами и крепостными.

И именно эти люди заполняли собой все ниши неквалифицированного труда. Надо тащить груз? Идёшь в специальный центр, подаёшь заявку – и тебе выделяют рабочих. Надо зажигать фонари – процедура та же. И это если у тебя нет в карманах пары десятков медальонов, которые можно кинуть на пол и вызвать слуг – чтобы поручить всё им.

И плата за подобные услуги была символическая. Самим статистам – вообще едой. А Игорю был нужен хотя бы «прожиточный минимум». В городе ходили какие-то металлические деньги – медные, серебряные и, вроде бы, даже золотые. Прикинув расходы на месяц, Игорь подсчитал, что можно кое-как протянуть граммов на двадцать серебра. Это почти один грамм золота. И эту сумму никто не собирался платить какому-то новичку в Лёдном…

Игорь видел местные монеты. Они все были разного веса и разного достоинства. Были монеты и с горделивыми профилями каких-то людей, и с очень неплохим качеством штамповки. У каждой из них было своё название, но общим был простой принцип: соотношение металлов в природе. Во всяком случае, так объяснил Игорю один несостоявшийся работодатель.

А так как все узлы повторяли в своих рамках соотношения сложившихся миров Порядка, то на 1 грамм золота приходилось 25 граммов серебра или 2703 грамма меди. И хотя Игорь помнил совсем другие пропорции по курсам Земли, это вряд ли бы тронуло местных. Вот принято так, и всё – хоть убейся. Крутись, как знаешь, салага!..

– На всех узлах так. И у нас так! – этот ответ Игорь получил, расспросив торговцев на рынке.

Получалось, что работать ему негде. А чтобы есть и одеваться, в месяц нужен был почти грамм золота. Конечно, продажа украшений Алисы позволила не только купить одежду, еду и оружие, но и отложить какую-то сумму (которую Эрин, кстати, так и не отдал), но вскоре деньги должны были закончиться.

Домой Игорь вернулся вечером. Солнце почти скрылось за горизонтом, а на город опускалась темнота. Алиса, встретив его в прихожей, только грустно улыбнулась: и так поняла результат поисков по лицу мужа. И не стала приставать с расспросами, за что Игорь был ей безумно благодарен.

– Мы сегодня гуляли с детьми, – сказала Алиса. – Сказать по правде, не знаю, как Вера будет привыкать к этому миру…

– А где она? – Игоря куда больше волновало, что будет есть его семья, а не то, чем дочка будет убивать своё время. Однако беспокойство жены он не мог проигнорировать.

– Добивает заряд на телефоне, – призналась Алиса. – Я разрешила…

– Эрин вернулся? – Игорь постарался переключить тему.

– Нет пока…

В этот момент дверь скрипнула, пропуская внутрь хозяина дома.

– А! – радостно кивнул он и сразу насел на Игоря. – Как всё прошло?

– Никак, – не стал скрывать Игорь.

– Пойдём поболтаем, – предложил седой. – Алиса, я твоего мужа похищу!

– Ладно… – её это, конечно, не порадовало, но возражать она не стала.

– Игорь, ты подтягивайся на кухню. Я сейчас! – сообщил Эрин, скидывая одежду и направляясь на второй этаж.

Игорь прошёл на кухню и сел за стол. Он не представлял, что ему делать. С одной стороны, надо было срочно решать вопрос со старшей дочерью… Если честно, Алиса была права: рано или поздно произойдёт что-то очень неприятное. Вера была девочкой с характером и себе на уме. Никогда нельзя было с уверенностью сказать, о чём она думает. И, тем более, к каким выводам придёт. С другой стороны, им очень нужны были деньги.

Эти невесёлые размышления прервал Эрин. Он вошёл на кухню и положил на стол кошелёк.

– Это ваши! Здесь шесть золотых, и ещё серебра граммов на десять, – сообщил он. – Я сегодня все дела уладил, все долги забрал за наши покупки, так что оставшееся – ваше! Я, самой собой, платы пока никакой брать не буду. Но ты сам понимаешь…

– Спасибо. Это больше, чем я думал, – признался Игорь.

– Это просто связи! Они, знаешь ли, помогают экономить!.. – отмахнулся седой.

– Полгода… Где-то полгода… – Игорь смотрел на кошелёк и боялся его взять.

– Если ты про то, что денег хватит на полгода, то… Ну можно и дольше протянуть!.. – Эрин усмехнулся. – Уверен, твоя жена быстро на рынке договорится. Она у тебя дама хваткая.

– Что толку, если потом есть будет нечего… Я тут никому не нужен, Эрин. Казалось бы, руки, ноги, мозги есть. Всё могу. Всему научусь. Но всё, что здесь могу я, уже успешно делают рабы и статисты… – Игорь сцепил пальцы в замок и положил руки на стол.

– Понял, наконец!.. – кивнул Эрин. – Иногда можно потратить часы на объяснения, но лучше один раз самому осознать.

Старик постучал ладонью по столу, и со второго этажа выглянул Мафил.

– Ну и где чай? – возмутился седой.

– Сейчас всё будет, хозяин! – откликнулся тот, кидаясь к плите.

– Да, Игорь, всё ты верно понял… – Эрин закряхтел, устраиваясь на стуле поудобнее. – И поверь: то, что статисты работают за еду – чистой воды благотворительность. Вот Мафила можно смело прятать в амулет на большую часть дня – и он там как бы… Замораживается, что ли… Время для него не идёт, голод не усиливается. То есть, его и кормить можно реже!

– И что делать? – спросил Игорь.

– Что делать… У тебя не так много вариантов. Вся эта история со статусами… – Эрин нахмурился. – Понимаешь, статусы созданы для того, чтобы ты и дальше рос… Причём в одном направлении: в борьбе с Хаосом. Кстати, многие торговцы на нашем рынке – статисты.

– Не может быть… – удивился Игорь. – Как же им разрешили торговать?

– Ну, знаешь ли… Не в каждом узле к статистам относятся, как тут! – пояснил седой. – К тому же, статист, прожив здесь лет десять-пятнадцать, лишается опеки со стороны более высоких рангов. Указывать ему больше нельзя, да и функций становится побольше…

– У меня что-то функций не прибавилось!.. – поднял бровь Игорь.

– А это потому, что у тебя статус под задание, под твой квест! – пояснил Эрин. – Он как бы не заслуженный, а заёмный. Хочешь функции личности? Подними соответствие хотя бы на пятьдесят процентов!..

– И что теперь, идти с ружьём в лес и отстреливать этих тварей хаоса? – спросил Игорь. – Я-то не против… Но если меня убьют, кто будет семью кормить?

– Ну, во-первых, не тварей, а порождений! – строго поправил его Эрин, подпустив занудства в голос. – Это Порядок может творить. А Хаос может только порождать. И то весьма извращённо… Тварь – это ты, я, пёс твой…

Игорь ощутил укол раздражения, но решил не показывать, как ему не нравятся все эти поучения. То, что он ничего не понимает, ещё не повод ему читать лекции – так считал Игорь, но отлично понимал, что не прав. Это действительно повод. А он, Игорь, просто злится из-за собственного незнания. И всех свалившихся на него неприятностей.

– К тому же, ходить за стены одному – это самоубийство… Для тебя, во всяком случае!.. – признал Эрин. – Хочешь расти – иди в ополчение. А лучше вместе завтра сходим. Попробую тебя пристроить по знакомству. В ополчении и оклад есть, и вылазки за пределы города.

– Мне сегодня говорили про ополчение… – признался Игорь. – Выходит, это для меня единственная работа здесь, в Лёдном?

– Другую тебе не доверят! – покачал головой седой. – Ты тут никто, и звать тебя так же.

– Почему мы здесь? – тихо спросил Игорь, ставя локти на столешницу и утыкаясь в сцепленные пальцы лбом. – За что нам это, Эрин?

– Глупый вопрос, – пожал плечами седой, сочувственно поглядев на Игоря. – Вас призвали… И вы пришли.

– Но мы не просили нас призывать! – глухо отозвался мужчина.

– Просили – не просили… Вас призвали. Призвал Порядок! – напомнил седой.

– Почему нас? За что? – Игорь вцепился в волосы.

– Потому что мы создания Порядка, Игорь… – Эрин усмехнулся и бросил грозный взгляд на Мафила. – Мы должны ему по факту своего рождения и спокойной жизни. Без Порядка не будет нас. Без Упорядоченного и его роста – не будет Порядка.

Слуга намёк понял и принялся готовить чай с удвоенной силой.

– Мы просто ехали к морю… – проговорил Игорь.

– Чушь собачья! Вы просто наслаждались жизнью в Порядке!.. – Эрин даже разозлился. – И просто попали не в то место и не в то время! Вы были призваны по квоте, и всем плевать на ваши желания и чувства. Чтобы жили миры Порядка, кто-то должен расширять Упорядоченное и вести войну с Хаосом. Я тебе объясняю, а ты не слышишь меня!..

– А при чём тут дети? Почему они? Ладно бы я… – прошептал Игорь, уже зная ответ.

– Все люди при чём. Для системы нет детей и взрослых: есть создания Порядка со своими возможностями, статусом и правами… Поверь, мне тоже от этого дерьма тошно!.. – вздохнул Эрин, принимая кружку с чаем от Мафила и передавая её Игорю. – Но так есть… Кто-то из тех, кто получил здесь статус «бог», выбил возможность призвать бойцов. Он открыл врата, и бойцы пришли. Изнеженные, неготовые, но – бойцы. Из тысячи половина умрёт, а потом ещё половина, а потом ещё и ещё… Но всегда есть шанс, что появится Воин Порядка. И этот воин вольётся в ряды армии. И если воину не тридцать пять, а пять – это даже лучше.

– Зачем всё это? – тихо спросил Игорь.

– Чтобы жить… – просто ответил Эрин, принимая от слуги вторую кружку. – Чтобы жили люди в Порядке, чтобы жили люди в Упорядоченном, чтобы Хаос не поглотил Порядок… Чтобы каждый из нас жил. Не существовал в Порядке – а именно жил.

– Я бы посуществовал… – горько улыбнулся Игорь.

– Это пустой разговор. Теперь ты здесь… Живёшь! – пожал плечами седой. – Пей чай, отдыхай… А завтра займёмся твоим трудоустройством.

Игорь не мог признаться даже самому себе, как его вся эта ситуация бесит… Несколько дней назад он, вполне успешный гражданин вполне обычного общества, начальник с перспективой стать владельцем компании своего отца, неожиданно попал в какую-то дыру… И ладно бы тут просто пришлось начинать всё сначала – нет!..

Здесь он оказался вообще никому не нужен. Почти бесправен и просто глуп… И даже не в силах прокормить свою семью, когда закончатся деньги…

И главное, всё, что он знал, умел и понимал на Земле – здесь ни капли не помогало. Тут был совсем другой мир, другие порядки… А он был всего-навсего пустым местом. По воле какого-то «порядка», по просьбе какого-то здешнего «бога», их с семьёй вышвырнуло в этот дерьмовый мир. И тут либо бери оружие и убивай монстров. Либо умри. И ладно бы всё это относилось только к Игорю, но его жена и дети… Они тоже стали заложниками этой дерьмовой системы…

Беспомощность лишала его сил. А Эрин как специально бросал его одного, заставляя раз за разом ощущать себя беспомощным младенцем. И даже то, что в такие моменты Игорь понимал про окружающий мир больше, чем из всех рассказов седого, не могло примирить его с такими методами…

Чай он допил в молчании. В таком же молчании поднялся в комнату. Жена чем-то развлекала за стенкой детей. Игорь слышал, как в детскую заглянул Эрин, как весело рассказывал что-то младшим, как те смеялись… И ощущал острейшие приступы ревности и злости. Хотелось встать, подойти и потребовать от Эрина, чтобы тот не лез к его семье!

Ему даже представилось, что в какой-то момент седой просто вытеснит его, Игоря, из семьи. Займёт его место, будет вместо него. Эрин полезнее, Эрин знает больше, Эрин не сплохует… А Игорь?.. Просто растворится в воздухе… Рассеется, будто туман… Сквозь прикрытые веки Игорю даже показалось, что он уже становится прозрачным. И только открыв глаза и поглядев на свою собственную руку, он понял, что и в самом деле стал бледноват…

– Что за чертовщина?.. – проговорил Игорь, чувствуя, как подступает паника.

Его взгляд заскользил по комнате в поисках спасения. И уткнулся в окно.

Оттуда на него глядел большой туманный лик. Туман снова накрыл город, и теперь из него выступало такое же туманное лицо с провалами глаз и ноздрей…

Порождение Хаоса будто прижалось снаружи к стеклу. И смотрело внутрь, на человека.

Игорь метнулся к шкафу, на котором лежал обрез. Схватив оружие, он переломил его и попытался попасть патроном в ствол – что не слишком удавалось, потому что руки тряслись. И, тем не менее, Игорь почувствовал внутреннюю уверенность. И в голове сразу прояснилось.

– Игорь! Ты там? – послышался голос Эрина из-за двери. – У тебя всё в порядке?

– Не сказал бы! – ответил Игорь, наконец, зарядив ружьё. – В окно пялится туманная рожа, и…

Дверь резко распахнулась, и Эрин возник на пороге комнаты. За ним стояла встревоженная Алиса и дети. Первым делом седой внимательно, но быстро оглядел Игоря. Заметив ружьё, он удовлетворённо кивнул.

И только потом повернулся к окну.

– Настроение у тебя, Игорь, плохое. Вот и привлёк ты лики Хаоса… Не начал изменяться? – поинтересовался хозяин дома.

– Вроде показалось, что стал каким-то бледным! – признался Игорь.

– Ну радуйся, что совсем не пропал!.. – усмехнулся старик. – Держи при себе эмоции. Не свети ими… Хаос он, знаешь ли, только и ждёт, когда у тебя в душе не будет покоя и порядка. Мигом захватит. И амулеты не помогут, которые я дал. А ну!.. Брысь!..

Что сделал седой, Игорь заметить не успел. Увидел только вскинутую руку и вспышку, молнией устремившуюся к окну. Стекло от попадания даже не дёрнулось, и синеватая вспышка прошла сквозь него. А потом она ударила в туман, и тот волной откатился от окна. Страшный лик пропал. Теперь за стеклом клубился простой туман – самый что ни на есть обычный. Хотя откуда тут взяться обычному-то?..

– Забыл я совсем, что они и так могут… – как бы извиняясь, признался седой.

Выглядел он устало, и даже плечи поникли.

– Ну забыл и ладно, дедушка! – нашлась Лиза, обняв старика.

– А детей так же может?! – выдохнула в ужасе Алиса.

– Всех может… – Эрин погладил по голове Лизу, прижавшуюся к нему. – Сейчас принесу из подвала занавески. Надо вам их повесить, чтобы от тумана отгородиться…

Тяжело ступая, он двинулся к лестнице. А пока спускался, всё время бормотал себе под нос. Игорь расслышал что-то в духе: «Старость – это старость… Память…», а затем внизу скрипнула дверь.

Алиса обняла мужа, да так и застыла, крепко прижавшись к его плечу.

– Обниматься! Обниматься! – Лиза и Ваня кинулись к родителям, не понимая, что те обнимаются не просто так.

Впрочем, Веру это тоже раньше не останавливало. А сейчас девочка молча развернулась и пошла в детскую, проигнорировав и младших, и родителей. Алиса кинула ей вслед полный боли взгляд, и Игорь понял: надо срочно решать этот вопрос. Если раньше казалось, что у него в запасе несколько дней, то теперь он видел – времени не было. Ребёнок начал отдаляться и злиться. А злиться здесь нельзя – иначе Хаос привлечёшь…

И что ему делать в такой ситуации?.. Игорь не знал.

Глава 12. Опустившиеся

Утром Игорь проснулся сам. Проснулся рано, хотя в комнате из-за штор было темно. Он осторожно слез с кровати, оделся и спустился на кухню. На улице занималось раннее хмурое утро. С неба падали большие пушистые хлопья снега. И, глядя в окно, было несложно представить, что ты снова дома, на Земле.

Пролетело лето, миновал сезон отпусков, деревья сбросили сухую листву, и вот наступила зима… А ты всё пропустил, забыл – и теперь просто стоишь у окна и смотришь на обычный зимний двор какого-нибудь заштатного городка, куда тебя послали с очень важным поручением. Если, конечно, не обращать внимания на местную архитектуру…

И ещё на Мафила, который вошёл на кухню вслед за Игорем и поставил на плиту чайник. «Спит ли он вообще? – подумал мужчина. – И как он стал рабом амулета?».

Игорь снова обернулся на двор и вздрогнул. Наваждение рассеялось: даже алкоголики в заштатных городках не выглядят, как то существо, которое выбралось из одного из соседних домов. Долговязое, с серой кожей. Всё его тело было покрыто какими-то струпьями, которые сочились гноем. Выглядело это ужасающе и отвратительно.

Выйдя из дома, существо шагнуло на снег, огляделось, прикрыло за собой дверь и медленно двинулось по двору. При этом его ноги, едва коснувшись снега, немедленно начали покрываться какими-то наростами, сливавшимися в одну сплошную корку.

Игорь попятился от окна, а потом развернулся и побежал на второй этаж – за обрезом. Он начинал понимать, почему тот же Эрин без оружия из дома не выходит. Если в любой момент можно встретить вот такого монстра – то лучше быть во всеоружии. Когда Игорь спустился в кухню с обрезом, Мафил уже налил ему чай, а двор был снова пуст.

Существо куда-то делось, оставив после себя лишь следы, медленно исчезающие на снегу. Игорь подошёл к окну и с опаской осмотрелся. Во всех просматриваемых уголках и закоулках двора было пусто. Как будто и не было никого. Игорь даже подумал, что потом надо будет спросить у Эрина, часто ли такое бывает: похоже, здесь это норма. Как со вчерашним соседом…

– Мафил, ты ведь тоже пришёл из мира Порядка? – спросил он у слуги.

Игорь положил обрез на подоконник, рядом с собой, и сел пить чай.

– Это было давно, – хрипло ответил раб медальона.

– Ты помнишь свой мир? Каким он был? – Игорю очень хотелось узнать о других мирах, раз уж судьба выбросила его из своего.

– Если позволите, господин, я скажу, что он был дерьмовым, – ответил Мафил, оставшись стоять у плиты и опустив лицо.

– Этот вроде тоже так себе… – заметил Игорь.

– Этот мир лучше, – не согласился Мафил.

– Даже с учётом того, что здесь ты раб? – удивился Игорь.

– А я и там был рабом, господин, – ответил слуга и поднял взгляд.

Глаза у него были больше человеческих, и радужки почти не было видно за тёмным зрачком. Но, как оказалось, они могли быть ещё больше… Глядя в расширившиеся зрачки слуги, Игорь видел отражение кухни, светлое пятно окна – и странную фигуру, застывшую прямо за стеклом.

Резко повернув голову, Игорь увидел существо, что недавно гуляло по двору. А заодно и все шесть его глаз, из которых только две пары находились на голове. И они злобно буравили взглядом Игоря, сидящего за столом с чашкой чая.

Обнаружено присутствие порождений Хаоса!

Хаос смотрит на вас!

Очень своевременное предупреждение… Только времени не осталось. Он схватился за обрез, лежавший на подоконнике, а его враг – а это был именно враг, и в этом Игорь уже не сомневался – рванулся вперёд. Где-то на втором этаже тявкнул Джокер, и загрохотала мебель – видимо, в комнате Эрина… Но Игорь понимал, что времени на то, чтобы дождаться подмоги, нет.

Не успевая ни встать, отодвинув стул, ни нормально прицелиться, он принял единственное решение, которое пришло в голову. Выпустил кружку, наплевав на то, что внутри очень горячий чай, который, скорее всего, на него и прольётся, и потянулся второй рукой к обрезу, чтобы лучше его контролировать… А затем быстро оттолкнулся ногой от стены под окном.

Стул, на котором он сидел, начал падать, и вместе с ним начал падать и Игорь, продолжая, как сквозь вязкий кисель, поднимать обрез…

Пальцы монстра, ставшие острыми когтями, ударили по стеклу, но оно и не подумало брызгать осколками во все стороны. Вспыхнули защитные знаки на раме, а затем раздался звук, как будто струна лопнула – и только после этого первые трещины рассекли окно. Секундная задержка оказалась спасительной…

Со звоном лопнуло стекло, пропуская в комнату порождение Хаоса. А оно даже не заметило слугу: его внимание привлекал только Игорь. Все шесть глаз с кровожадной ненавистью смотрели на падающего человека.

Порождение как будто втекло на подоконник, протягивая острые когти к мужчине… И в этот момент ствол обреза, наконец, оказался на одной линии с корпусом врага. Игорь предпочёл бы прицелиться, а не стрелять «с бедра» – но разве у него было время и выбор? Палец надавил на спусковой крючок, а руки дёрнуло отдачей.

На груди, шее и голове монстра вспухли чёрные фонтанчики тумана. В тех самых местах, куда попали крупные дробины. Ноздрей Игоря коснулся кислый запах пороха, а в следующий момент стул, наконец, достиг пола, и человек, совершенно этого не планируя, перекатился через спину прочь от окна. Само собой получилось.

На стул, и на то место, где Игорь только что лежал, с грохотом опустилось порождение Хаоса. Как ни надеялся Игорь, но убить врага с одного раза не получилось – хотя выстрел был почти в упор. И всё же внутри монстра как будто что-то сломалось: его движения стали не такими плавными и стремительными, а из отверстий от дроби доносился болезненный хрип.

Враг поднимался на ноги, снова обретая контроль над конечностями. А Игорь судорожно сунул руку в карман на брюках, куда закинул пару запасных патронов. Вот только он понятия не имел, как открывается обрез… С того момент, как Эрин вручил ему оружие, предварительно зарядив, Игорь его брал, только чтобы носить с собой. А в родном мире как-то всем этим не увлекался.

– Господин! – видя растерянность человека, Мафил оказался более расторопным.

Раб стянул со столика у плиты подставку с ножами и ловко кинул её в сторону Игоря. Причём умудрился не попасть в него, а сделать так, чтобы ножи, выскочившие из деревянной конструкции, оказались прямо под рукой. Невероятная ловкость!..

Видя, что человек снова вооружён, монстр рванулся вперёд, всё ещё путаясь в ногах, а Игорь схватил ближайший нож – и резко выбросил руку вперёд, целясь в голову. Металл уткнулся во что-то твёрдое, чуть не вывернув руку, но Игорь удержал рукоятку, продолжая продавливать плоть и с ужасом глядя на летящие ему в грудь страшные острия когтей.

С хрустом и лёгким скрежетом нож всё-таки пробился сквозь преграду – и по самую рукоять погрузился в морду монстра. Тот резко обмяк, уродливые ноги подкосились, руки расслабились, а когти бессильно скользнули по майке Игоря. Им не хватило считанных сантиметров, чтобы пробить человеку грудь.

Убито порождение Хаоса. Обращённое. Подросшее.

Получено 11 % соответствия статусу!

Текущее соответствие – 15 %

На пару секунд Игоря подмяло тушей врага, но мёртвое тело не задержалось надолго в мире Упорядоченного. И буквально на глазах развеялось в воздухе, распадаясь на тёмные клочья тумана и оставляя после себя маленькую искорку:

Получен фиал упорядочивания. Содержимое – 11 искр.

Получено 55 универсальных единиц.

– Живой?! – подбежавший Эрин склонился на Игорем.

– Да… – хрипло выдавил тот, протягивая руку к искре и «забирая» добычу.

– Откуда оно пришло?! Ты видел? Видел, откуда оно взялось? – седой тряс Игоря за плечи, не давая опомниться.

– Следы на снегу… Следы! – ответил тот, указывая на разбитое окно, сквозь которое в дом врывался стылый воздух.

– Что это было за порождение? Тебе система написала?! – Эрин помог Игорю подняться, продолжая задавать вопросы.

– Обращённое… Подросшее…

Дом, откуда вылезло порождение, Игорь запомнил. Одна беда… Он подозревал, что об этом факте стоит говорить в последнюю очередь. Потому что его тут же справедливо обругают за недогадливость: надо было будить Эрина, надо было следить, не надо было самому ходить за обрезом. Пусть Игорь не так давно знал хозяина дома, но уже понял: у седого не забалуешь. А нужный дом, из которого вылез монстр, он Эрину и так в два счёта найдёт.

– Перезаряжайся, и айда за мной! – приказал сын Ванна, выходя на улицу. – Только не через окно!

Игорь растерянно посмотрел на обрез, но разобраться в перезарядке оказалось проще простого. Во всяком случае, когда напротив больше не стоит монстр. Вооружившись, он выскочил наружу вслед за седым. Из дома напротив тоже показался человек с оружием. И, кивнув соседям, впился в следы внимательным взглядом.

Само собой, первым следы прочитал Игорь: он и так знал, откуда вылезло порождение. И хорошо представлял, куда и как смотреть.

– Оттуда? – Игорь указал на крыльцо дома.

– Молодец! – незаслуженно похвалил его Эрин. И тут же устремился к нужному дому, бормоча под нос: – Григорий, что же ты натворил-то… Что же ты сделал-то, Гриша…

Сосед, увидев, куда они идут, сразу кинулся за седым и Игорем. И уже через несколько секунд все трое стояли у крыльца старого, ничем не примечательного домика.

– Алекс! – остановившись, Эрин повернулся к соседу. – Прикрой мне спину вместе с Игорем!

– Да, нюхач! – кивнул сосед и хлопнул Игоря по плечу, встав рядом. – Вроде как опыта у тебя меньше. Ты это, смотри назад, а я буду смотреть вперёд!

– Мне задом идти? – уточнил Игорь.

– Ну само собой!.. – ухмыльнулся Алекс.

Возможно, улыбка у него была даже ободряющей. Ну или хотя бы доброй. Но Игорю в тот момент отчего-то остро казалось, что она снисходительная. Когда ничего вокруг не понимаешь, обычно со всех сторон мерещатся насмешки. Может, и в этот раз так было…

Решив, что по ступенькам крыльца спиной идти нет нужды, Игорь дошёл до двери как обычно. И только когда они попали в комнату, а точнее, в кухню на первом этаже – только тогда стал разворачиваться…

– Ох ты ж, Великий Строитель! – выдохнул Алекс.

Впрочем, было от чего… Кухня выглядела так, будто год простояла без ухода. Стулья, шкафы и плиту покрывал иней вперемешку с пылью. На столе что-то лежало. Видно, когда-то это даже было съедобным. На полу валялось несколько пустых бутылок.

– Сраный алкаш! – Алекс в сердцах пнул одну из них.

– Он уже давно не алкаш!.. – пробормотал Эрин, с укором посмотрев на Алекса. – Тише…

Развернувшись к двери, Игорь заметил, что знаки, когда-то вырезанные на косяке, стёсаны чем-то острым. Остались ли знаки на окне, было непонятно. Всё скрывала тяжёлая штора.

Они двинулись вглубь дома, похожего на жилище Эрина и, тем не менее, отличающегося. Между кухней и прихожей здесь имелась ещё одна комната. Седой сначала пошёл к ней. Следом Алекс, глядя по сторонам. А потом Игорь – спиной вперёд. Хоть ему и подсказывали, что впереди, он всё равно не спешил, чем явно вызывал раздражение Алекса.

Дойдя до комнаты перед лестницей, Эрин раскрыл дверь, и из темноты в нос людям ударил кислый тошнотворный запах. Седой махнул ладонью, и в воздухе зависла искорка света, будто фонарик, осветившая комнату. Эрин от увиденного что-то хмуро буркнул, а вот Алекс не стал сдерживаться:

– Сука, ять! Что за дерьмо?.. Это были его рабы! Ушлёпок!

– Игорь, держи лестницу! – приказал Эрин, с неодобрением покосившись на соседа, но не став ничего комментировать.

Комната оказалась кладовкой, в которой когда-то хранились припасы и вещи. А теперь выполняла роль склепа, в котором лежало три голых мёртвых тела. Мужчина, лет тридцати, и две молодых девушки. Их возраст определить было сложно: жизнь у девушек явно была нелёгкая. Впрочем, как и смерть.

Мельком брошенный взгляд привёл к тому, что Игоря начало мутить. Сами трупы уже не вызывали острого желания опорожнить желудок. Но одна только мысль о том, что эти люди пережили перед смертью, приводила к самым неприятным последствиям. Хотелось поскорее отвернуться, уйти, спрятаться…

Само собой, Игорь поддаваться слабости не стал. Наоборот, встал напротив лестницы и принялся смотреть в темноту через прицел. Он уже понял, что стрелять нужно в самый последний момент, чтобы нанести врагу серьёзные повреждения. Крупные дробины в патронах имели, скорее, останавливающее действие, чем убойное. Чаще всего порождения Хаоса получалось убить ударом в голову. А значит, и стрелять надо в голову.

Темнота наверху была почти осязаема. Она клубилась, дрожала и заставляла нервничать. Игорь чувствовал, что вспотел, несмотря на то, что в доме было холодно. Пальцы стали липкими, и ему приходилось вытирать их о штаны. И при этом ещё стараться, чтобы на спусковом крючке хоть один палец да оставался…

Ожидание спутников показалось вечностью. Но рациональная часть мозга не давала забыть: они лишь мельком осмотрели комнату и почти сразу вернулись. Седой шёл первым. За ним – Алекс. На лице у него застыло брезгливое выражение.

– Страшно? Не ссышь ещё? – участливо поинтересовался сосед у Игоря.

Но тот, чувствуя подвох, ответил односложно и отрицательно:

– Не мешай…

– Сначала второй этаж, – проговорил Эрин. – Игорь, ты со мной. Алекс, ты в охрану лестницы.

– Нет, я с тобой! Игорь, охраняй! – Алекс повелительно ткнул пальцем в Игоря.

– Я, кажется, уже отдал приказ… – нахмурился Эрин.

– Я не на практике, нюхач! – усмехнулся Алекс. – Игорь…

– А я не твой слуга, так что хлебало завали! – сказав это, Игорь посмотрел Алексу в глаза, и тот невольно осёкся.

– Статист, ты чего? – пробормотал он, оглянувшись к Эрину за поддержкой.

Седой сделал вид, что раз Алекс не на практике, то и ему никакого дела нет до чужих ссор. Он молча засветил ещё один огонёк и начал подниматься наверх. Алекс было двинулся следом, но Игорь, пользуясь тем, что масса у него больше, просто пошёл вместе с ним и вытеснил соседа с пути. А затем демонстративно развернулся и двинулся спиной вперёд, держа на мушке Алекса – за неимением в округе порождений.

Надо сказать, если это и смутило соседа, то виду он не подал. Скорчив презрительную гримасу, Алекс поднимался вслед за Игорем и старательно игнорировал обрез. Как оказалось, Эрин за всем этим наблюдал, но не вмешивался. Только на самом верху лестницы он остановился и попросил:

– Игорь, последи за лестницей! Если ещё и в подвале кто-то есть, нам придётся туго. Держи…

Седой отцепил от пояса длинный нож и передал его своему жильцу. Не обращая внимания на торжествующую улыбку Алекса, Игорь приладил нож на пояс и встал напротив лестницы – так, что чтобы соседу пришлось протискиваться наверх боком.

Отдав приказ, седой сразу вперёд не пошёл. И спокойно встал рядом с Игорем, проверяя ружьё. Алекс ухмыльнулся и, пожав плечами, двинулся в комнату, которая была справа. И в тот же момент Эрин пошёл налево, даже не оглядываясь. Сосед остановился, оглянулся и задумался. У него оставалось два варианта. Либо гордо идти дальше без поддержки, что его явно пугало. Либо бежать за Эрином, как побитая собачонка… А этого он не хотел.

– Игорь, за мной! – приказал сосед, чуть изменив голос.

По всей видимости, это был тот самый голос, которым заставляли слушаться статистов. Чтобы отдать приказ, Алексу явно пришлось прилагать усилия. Но поскольку Игорь не был ни рабом, ни статистом, то звуки приказа вызвали в нём очень слабый отклик. А если точнее, почти никакого. Как будто чуть-чуть пощекотало в голове.

Это, видимо, окончательно взбесило соседа… Он замахнулся своим ружьём, собираясь врезать наглому новичку прикладом, но Игорь резко качнулся в сторону, пропуская оружие мимо. И в этот самый момент темнота внизу ощутимо дрогнула, а дверь в комнату, куда недавно собирался идти Алекс, резко распахнулась…

Обнаружено присутствие порождений Хаоса!

Хаос смотрит на вас!

Атака шла одновременно с двух сторон. Если бы Алекс не перекрыл собой выход на лестницу, то, скорее всего, Игорь стрелял бы сначала туда. К сожалению, времени отпихивать соседа и целиться вниз у него не было. Поэтому Игорь шагнул навстречу врагу, идущему из комнаты. Это была постоянно меняющая форму тварь, похожая на огромного мерзкого паука. С такими Игорь уже встречался в свою первую ночь в этом мире. Умирали они относительно легко. Просто надо было бить в область глаз.

Уже потом, вспоминая бой, Игорь подумал, что стоило бы ударить ножом, а не тратить патрон. Но в тот момент он использовал то, что было в руках. Дробь пробила тело монстра, и тот с предсмертным верещанием засучил лапами по деревянному полу.

Убито порождение Хаоса. Призванное. Низшее.

Получено 2 % соответствия статусу!

Текущее соответствие – 17 %

А Игорь быстро повернулся ко второму врагу, переламывая ружьё для зарядки… И столкнулся взглядом с существом, которых ещё никогда здесь не встречал.

В комнате, куда ушёл Эрин, тоже звучали выстрелы. Внизу, на первом этаже, слышался какой-то нехороший шорох. А прямо над телом Алекса, ещё корчившимся на полу, к которому его приколола, как бабочку, огромная шипастая конечность, замер странный монстр. В его лице и теле, покрытом какими-то татуировками, ещё угадывались человеческие черты. Но очень уж отдалённо…

Рук было четыре. На двух щёлкало что-то вроде клешней или щипцов, а ещё две заканчивались огромными шипами, больше похожими на сабли. Ног у монстра было шесть, и они росли из продолговатого, как у насекомого, брюшка, которое заменило бывшему человеку таз и обычные ноги. Эти лапы тоже имели заострённые кончики, которые могли раздвигаться – прямо как ножницы.

И самое неприятное, что Алексу с его ружьём не удалось задержать эту страхолюдину. Даже на полминуты, которые занял у Игоря первый бой… Сосед просто по-тупому сдох, дав шанс расправиться с первым врагом, но не подарив и призрачной возможности победить…

– Красота… – выдохнул Игорь, бросая перезарядку, роняя на пол патрон и хватаясь правой рукой за нож.

А порождение уже двигалось к нему с какой-то ужасающей грацией. И не было возможности ни уклониться, ни отпрыгнуть, ни защититься. Если бы не мохнатое тело, которое молнией мелькнуло над чудовищем, с рычанием вцепившись ему в шею…

Чтобы избавиться от Джокера, монстру понадобилась всего пара секунд. Взмах одной из конечностей, и собаку отбросило куда-то в сторону вместе с куском мерзкой плоти в зубах. Однако Игорю этого хватило, чтобы шагнуть вперёд, одновременно доставая нож… Проскользнуть мимо устрашающих рук-шипов и клешней… И с силой ударить…

Лезвие ножа вошло почти без сопротивления. Игорь чувствовал, как клинок прорезает какие-то «слои» внутри чудовища. Одни были рыхлыми, а другие твёрдыми, как камень… Давешний кухонный нож точно застрял бы внутри. Или вообще бы сломался.

А вот выданный Эрином клинок легко пробивал всё, что нужно. Порождение конвульсивно задёргалось, взмахивая конечностями-саблями, но это было за спиной Игоря – он прижимался к врагу почти вплотную. И только когда тело монстра изогнулось, оседая на пол, человека оттолкнуло прочь. А клинок Эрина легко покинул мёртвую плоть.

Убито порождение Хаоса. Подчинённое III.

Получено 8 % соответствия статусу!

Получено 16 % соответствия статуса за системное оружие!

Текущее соответствие – 41 %

Не успел Игорь порадоваться цифрам, как получил новое предупреждение:

Обнаружено присутствие порождений Хаоса!

Хаос смотрит на вас!

На лестницу Игорь даже не взглянул. С той стороны к нему снова бежал Джокер, который вряд ли пропустил бы монстра. Как и в сторону комнаты, куда ушёл Эрин: внутри слышалась какая-то возня, но сомневаться в том, что седой выживет, не приходилось. Очень уж уверенно он отправлялся туда в гордом одиночестве.

Игорь глянул в сторону второй комнаты… И наконец-то увидел нового врага. Это был комок тьмы, постоянно меняющий свои очертания. И двигался он так быстро и бесшумно, что теперь был уже совсем рядом. Игорь не успевал ни повернуться, ни защититься, ни отступить.

В коридоре вдруг стало светлее, грохнул выстрел – и чёрный комок вздрогнул, рассыпаясь на клочки тумана. А Эрин подошёл к Игорю, похлопал его по плечу и ткнул пальцем в труп Алекса:

– Надо было сразу у него пушку забрать, раз он ей пользоваться не умеет…

Игорь пожал плечами, показывая, что не подумал, а затем нагнулся и поймал с пола две искры:

Получен фиал упорядочивания. Содержимое – 26 искр.

Получено 130 универсальных единиц.

Глава 13. Соответствие должности

– Могу сейчас забрать, – заметил Игорь, рассматривая ружьё Алекса.

– Теперь уже не бери… Пусть лежит, – Эрин покачал головой. – Сейчас ополченцы прибегут, а ружьё, небось, первым делом искать будут. А так вот оно: лежит рядышком и показывает всю никчёмность человека.

– А если в бою взял? – Игорю стало интересно, но чуда не произошло.

– Здесь так не получится, – ответил седой. – На этом узле никак чужое брать нельзя. Всё себе лидеры забирают.

– Жаль, мне бы ружьё хорошее пригодилось… – вздохнул Игорь. – Это только в упор и слабых пробивает.

– Нож себе пока оставь! – предложил Эрин. – Я гляжу, у тебя с ним всё срослось. Не чудит… Ой, кто это тут у нас хвостом виляет, а?..

С лестницы вышел пёс: чуть прихрамывая, но с довольной мордой.

– Хороший парень тут жил. Из ваших… – Эрин ещё раз осмотрел обе комнаты на втором этаже и махнул рукой идти за ним, спускаясь по лестнице. – Поначалу хорошо всё у него было. И личность быстро получил, и в ополчении всё нормально шло… А потом будто надломилось что-то в нём. Стал хмурый, злой… Пить начал.

– Алекса ты считаешь никчёмным, но он нам всё-таки помогал, – заметил Игорь. – А этого парня – хорошим, хоть он нас чуть не убил сегодня…

– И вчера, и позавчера… – задумчиво согласился Эрин. – Но не убил ведь. Это первое, значит. А помогал Алекс или нет… Игорь, если бы всё так просто было! Алекс пошёл помогать, потому что иначе с него бы и спросили, он же в ополчении. И помог он так, что в итоге больше мешался. И раньше бойцом был трусливым, и теперь во всей красе себя показал. Не всяк же помощник – друг, не всяк напавший – враг. Так у меня говорили на родине.

– У нас тоже есть такая притча. Про птичку, коровью лепёшку и кошку… – кивнул Игорь. – Смысл похожий.

– Расскажешь потом! – кивнул Эрин.

– Да там шутливая притча, про дерьмо… – попытался Игорь замять тему.

– Так даже лучше! – серьёзно кивнул Эрин. – Так лучше доходит… Тихо!

Они как раз дошли до двери в подвал. И теперь остановились. Седой выставил вперёд своё ружьё и осторожно тронул дулом дверь. Та тихо скрипнула и сдвинулась.

– Так, я сейчас быстро войду и всё там подсвечу, – распорядился Эрин. – А ты стой в проходе, но дальше не заходи. Если на меня кто-то сзади кинется – стреляй. Даже если не убьёшь, то атаку сорвёшь. Понял?

– Понял, – кивнул Игорь.

– Ты обрез зарядил? – уточнил седой.

– Забыл! Чёрт… – Игорь принялся судорожно перезаряжать оружие.

– Ничего, привыкнешь… Или умрёшь. И семья твоя тоже умрёт, – философски заметил Эрин. – Тут всегда в стволе патрон нужен!..

– Всё, готово! – оповестил его Игорь.

– Ну всё… Я пошёл, – Эрин тяжело вздохнул и резко рванул вперёд.

Стоило седому ворваться в подвал, как огонёк над его головой ярко полыхнул. Седой замер посреди помещения и, кажется, даже глаза прикрыл. Следом за ним в подвал вошёл совершенно спокойный пёс. Но Игорь не стал расслабляться раньше приказа. И поэтому продолжал стоять, внимательно глядя на седого.

– Пусто тут… – сказал Эрин, наконец. – Все на втором этаже полегли.

– Откуда тут столько порождений? – спросил Игорь.

– Да кто же знает-то? Может, статистов каких заманил к себе, пока ещё человеческий облик сохранял, – седой пожал плечами. – А может, собутыльников своих обратил. Может, и призвать успел… Ты же видел, что он со слугами своими сделал?

– Видел, – кивнул Игорь, посторонившись и пропуская Эрина на лестницу.

– От него один позавчера сбежал, ты его не видел. Ещё один – вчера, – седой уверенно шёл вперёд. – Ну и сегодня ещё один… Неопытный был, а армию делать начал.

– Неопытный? – спросил Игорь, следуя за Эрином. И по пути, чуть нагнувшись, потрепал за ушами пса.

– Потом объясню. Давай сначала домой. Семью твою успокоим! – заметил седой. – Они же сразу все вскочили, небось. Волнуются…

И вправду, волновались. Стоило Игорю, Эрину и псу войти в кухню, как сверху с топотом слетели и жена, и двойняшки, и даже Вера. Внимания с лихвой хватило всем. Эрин, правда, задерживаться не стал. Он сразу отправился помогать Мафилу ставить стекло в раму, взамен выбитого.

– Вас трое вошло же в тот дом!.. – шепнула Алиса, когда немного улеглись эмоции. – Я в окно видела… Где третий?

Игорь молча обнял жену и покачал головой. Она поняла и задрожала, вцепившись в мужа.

– Дедушка, а вы всех монстров победили? А пёс тоже дрался? – двойняшки не давали Эрину нормально работать, но он вроде не злился. И только похохатывал, отбиваясь от вопросов.

А Вера в это время молча подошла к родителям. И так же молча уткнулась в них. Игорь и Алиса разомкнули объятия и прижали к себе ребёнка. Девочка тихо плакала, очень по-взрослому плакала…

А потом появились ополченцы. Пришло человек десять, и почти все сразу нырнули в зачищенный дом. Только один из них отделился и отправился к дому Эрина через двор. Седой вышел ему навстречу, накинув тёплую одежду, и махнул Игорю следовать за собой. Пришлось сбегать за курткой и идти.

– …Да как могли ополченца-то убить? – говоривший с Эрином злился и, когда Игорь вышел, уставился на него, как на врага народа. – Как Алекса убили?!

– Игорь, это начальник ополченцев-новичков. Его зовут Михаил, – представил Эрин. – Расскажи ему, как с Алексом так вышло.

– Да я особо не видел, – признался Игорь, стараясь, чтобы голос ровно звучал. – Он в ту комнату пошёл сначала, которая справа, если лицом к лестнице стоять. Заглянул и пошёл за Эрином к комнате слева.

– А ты где был? – жёстко спросил Михаил.

– Лестницу прикрывал, – ответил Игорь.

– А почему ты лестницу прикрывал, а не товарищей?! – заревел ополченец.

– Потому что я ему приказал, – вступился за Игоря седой и скрестил взгляды с Михаилом. – А приказал, потому что Алекс отказался.

– Как отказался?..

– Вот так. Сказал, сейчас не практика и «иди ты, дядь, в жопу»… – усмехнулся седой.

– Вот так и сказал? – не поверил Михаил.

– Общий смысл был такой, – Эрин дёрнул плечом. – Что, я всё хамство в свой адрес буду запоминать?

– Как он сказал? – требовательно спросил Михаил у Игоря.

– «Я не на практике, нюхач». Так, кажется, – ответил Игорь.

– Дебил, ля… – вздохнул Михаил и снова посмотрел на Игоря. – А дальше что было?

– Дальше он пошёл за Эрином в комнату слева, – пояснил Игорь, решив не раскрывать настоящих причин, по которым разъярённый Алекс оказался у лестницы. – А потом дверь у него за спиной распахнулась, и оттуда порождение выскочило.

– А ты что, не помог? – Михаил зло сузил глаза.

– Да лучше бы не помог… – ответил Игорь. – Первое-то я убил. Только второе с лестницы напало и к полу его пригвоздило. А у меня в ружье один патрон. Я с ножом полез, который Эрин выдал.

– С этим? – кивнул Михаил на нож, который всё ещё висел у Игоря на поясе.

– С этим-с этим! – подтвердил Эрин.

– И убил? – уточнил ополченец.

– Не сразу, – признался Игорь. – Может, и не сумел бы… Пёс помог.

Пёс, будто услышав, выбрался из дома. И тут же уселся перед дверью, вывалив язык.

– Я когда вышел, тело порождения ещё не растворилось, – заметил Эрин. – Так что, извини, Миша, но Алекса я проверил: он был уже мёртв к тому времени.

Из дома выбрались трое ополченцев. И сразу же направились к беседующим. Видимо, докладывать шли.

– А ты – личность же, Игорь? – спросил Михаил.

– Да, личность, – подтвердил Игорь.

– А почему не в ополчении ещё? Работа есть? – Михаил нахмурился.

– Нет… Я как раз сегодня хотел… – Игорь чуть замялся, не зная, что можно говорить, а что нельзя.

– Я его к тебе сегодня хотел отвести, – снова вступил в разговор Эрин. – Даже с рекомендациями.

– Ну это можно…

– Нет, Миш, нельзя! – вдруг заявил один из подошедших ополченцев, и Игорь узнал его.

Это был тот самый, который у ворот «кралю строптивую» хотел. Маслянистые глазки и наглое одутловатое лицо выделяли его среди остальных.

– Чего это нельзя? – удивился Михаил. – Ты мне указывать будешь?

– Буду, ля! – кивнул ополченец. – Ты чё, забыл?..

Что забыл Михаил, и что вообще происходит, Игорь не знал. Какое-то время ополченцы ещё играли в гляделки, а потом начальник новичков повернулся к Эрину и развёл руками.

– Извини. Не могу… – сказал он и указал на наглого.

– Ты мне, Миш, должен. Помнишь? – заметил Эрин. – Прошу долг.

– Всё равно не могу! Вот хоть режь!.. – вздохнул Михаил.

– Дело твоё… – седой как-то сразу помрачнел и покачал головой.

– Чё, Ваныч? Думал, твои выходки вечно терпеть будут? – рявкнул наглый. – Пень старый, ты уже всех достал…

– Если ты сейчас не покинешь задний двор моего дома, то умрёшь, – спокойно сказал Эрин. – Право жилища!

Наглый усмехнулся, а затем перевёл взгляд на Игоря и подмигнул ему.

– Крале своей приветы передавай! – сказал он. – Как останешься без денег, она сама придёт. Так и знай…

Игорь промолчал, стараясь сохранить и внешнее, и внутреннее спокойствие. Хотя, если честно, внутри у него всё переворачивалось. Убить хотелось урода… Но здешних правил и раскладов он не знал. И чего ждать, если их нарушит, тоже не знал.

– Иди давай, жирный хряк! – буркнул Эрин. – Разговорился-то… Давай-давай… До трёх считаю: раз!

Наглый весь напрягся. И снова открыл было рот. Однако Эрин не стал долго ждать: три раза хлопнул в ладоши и напомнил:

– Два!..

Пока седой делал ещё три хлопка в ладоши, наглый быстро развернулся и бросился к дому порождения. Следом, ругаясь и матерясь сквозь зубы, побежали двое его спутников.

– Ты мне ещё ответишь, Ваныч! – крикнул он уже на пороге, но седой снова покачал головой.

– Лять, опять дерьмо по трубам пошло!.. – буркнул расстроенный Михаил. – Ты извини, Эрин… Вот правда, не могу.

– Я же сказал: дело твоё, – пожал плечами седой.

– Ладно… Прости. Тебе когда практикантов-то прислать? Вроде у тебя есть дела на ближайшее время.

– Ну, как обычно, без дела не сижу… – седой пожал плечами. – Только, знаешь… Я себе постоянного помощника нашёл. Если он согласится, то можешь и не присылать. Будет парнишка соответствие на вылазках поднимать…

Михаил чуть приоткрыл рот и уставился на седого. Не ожидал, видимо, такой новости. Впрочем, следующих слов Эрина не ожидал уже Игорь… Старик повернулся к нему и спросил:

– Пойдёшь помощником нюхача за два грамма золота в месяц?

– Да я… – Игорь растерялся. А потом вспомнил, что Алекс называл Эрина нюхачом.

Как бы ни хотелось самостоятельности, но чем дальше, тем больше Игорь понимал: без помощи ему тут просто не выжить. Работы не было, оружие так себе – если не считать ножа, который Эрин дал. И, что самое важное: в дом к седому ополченцы не суются. А если Игорь съедет куда-нибудь? Вломятся к нему как-нибудь пятеро ополченцев. Его и двое удержат, а остальные пустят жену по кругу. Ещё и на глазах у детей…

От такой мысли у Игоря в душе всколыхнулась злость. Непривычная такая, холодная… Не приходилось ему никогда раньше о таком думать. Когда в 90-е подобные типы встречались, у него ещё жены не было. А потом, когда он к отцу работать пошёл – и подавно. Времена настали другие.

А сейчас, столкнувшись с чужой звериной жестокостью, Игорь вдруг почувствовал злость. Злость, которую сложно было контролировать. А ему надо было выжить, спасти жену и детей! И точка! И если для этого придётся пожертвовать независимостью – он пойдёт к Эрину, не задумываясь.

– Согласен! – твёрдо сказал он, взглянув в глаза седому. – Хоть сегодня готов.

– Ну вот и славно… – кивнул Эрин, довольно улыбнувшись. – Извини, Михаил. Видишь, не могу я практикантов брать. Есть у меня теперь помощник.

– А-а-а… Но… – Михаил растерянно переводил взгляд с седого на Игоря, и обратно. А потом зло прищурился. – Ну Эрин! Ну ты и скотина! А что мне теперь делать?.. Ты что творишь-то?

– Право своё реализую, – устало ответил старик. – А ты иди, Михаил, иди… У тебя своих дел много.

Эрин развернулся и спокойно двинулся к двери на кухню. А по пути потянул за собой Игоря, хоть тому очень не хотелось отворачиваться от Михаила. Очень уж у того лицо было злое, и руки на оружии дрожали… Игорь надеялся только, что седой знает, что делает. Оказалось, не знал…

Пёс вдруг сорвался с места и зарычал, вздыбив шерсть. Эрин и Игорь одновременно развернулись к Михаилу. Ополченец стоял, нацелив на них винтовку, и явно сам был удивлён такому своему поступку. С явным усилием опустив оружие, он сплюнул в снег. И молча отправился через двор в зачищенный дом.

– Дела… – вздохнул Эрин.

– Чего он? – удивился Игорь.

– Чуть не сорвался, дурень… – ответил седой. – Он мне помощь обещал. Любую, если понадобится. Это долг, а его всегда отдавать надо. А он отказался… Когда решил не брать тебя на службу. Видимо, поэтому так его накрыло. Всё-таки тут явно что-то с Хаосом не то…

– Долги, конечно, надо отдавать… – согласился Игорь. – Но почему срыв?

– Долг – это связь, – пояснил Эрин. – Связь между должником и выдавшим долг. Связь прочная, на самом деле-то… И даже в Порядке бывает очень крепка. А уж здесь, в Упорядоченном – тем более. Не отдать долг… Ладно, ты пока не поймёшь. Это надо на себе прочувствовать. Пойдём… Буду готовить тебя в помощники. Завтра нам с тобой в первый раз выходить.

– Выходит, Алиса с детьми тут одна останется? – обеспокоился Игорь.

– Разберёмся! – Эрин устало отмахнулся. – Пока они в моём доме, всё в порядке будет. А дальше будем думать…

Они снова уселись на кухне. Мафил опять заварил чай. Вскоре спустилась Алиса: послушать, о чём говорят мужчины. Игорь сидел у приоткрытого окна и курил. Одну сигарету за другой. Несколько месяцев держался, хоть и возил всегда с собой. И сорвался… Впрочем, Эрин особо возражать не стал.

– Сколько у тебя сейчас соответствие, Игорь? – спросил он.

– Сорок один процент, – ответил тот.

– А что за соответствие? – удивилась Алиса, благодарно принимая у Мафила чашку с чаем.

– Вот есть у тебя статус, да? – пояснил Эрин. – Сейчас ты, Алиса, статист. А Игорь ещё в самом начале стал личностью. И задание получил.

– Когда всё это успел-то? – она удивлённо уставилась на Игоря. И слегка нахмурилась, потому что привыкла, что у них с мужем секретов друг от друга нет. – Про личность-то я знаю, а вот про задание…

– В самом начале, – ответил Игорь. – Лисёнок, помнишь, как я в машине вырубился?

– Да…

– Вот тогда и получил. Прямо перед тем, как сознание потерял, – признался Игорь. – Тогда это всё бредом казалось… Поэтому и не стал рассказывать.

– У него произошло принудительное изменение статуса, – пояснил Эрин. – Чтобы, значит, здесь во всём порядок был – у каждого статусы есть. Сервы, рабы, статисты, личности и дальше… Там их ещё много разных.

– А почему мне ничего не пишут? И детям? – покрутив чашку в тонких пальцах, озабоченно спросила Алиса.

– А у вас статус «ниочёмный»: всего лишь статист, – пояснил Эрин. – Он вроде как помогает адаптироваться новичкам. Есть ещё один неприятный момент: вам, как ты поняла, приказывать могут. А как статус смените, тогда системные возможности начнут открываться.

– А я, получается, не получил их? – спросил Игорь. – Почему?

– Всё получишь. Как только соответствие до пятидесяти поднимешь… – пояснил Эрин. – У тех, кто из серва в личность перешёл, почти сразу что-то появляется. Но у тебя был принудительный переход. Вот система и считает, что тебе ещё надо доказать право на «личность».

– Очень интересно… – Игорь затянулся и выпустил дым на мороз.

– Ну… Радуйся, что ты с семьёй и жив! – пожал плечами Эрин. – Как ты помнишь, если бы не статус…

– Почему так много очков накинули, когда я ножом убивал? – ушёл от неприятной темы Игорь.

– Потому что это системное оружие, – ответил седой. – Если ты такой ножик продашь, получишь тут свой собственный дом. Но без него ещё долго будешь набирать соответствие… Сначала-то до ста процентов дойдёшь легко, но вот расти дальше будет всё сложнее и сложнее.

– А ты? – спросил Игорь.

– А я своё уже набил давно! В потолок уткнулся, как тут обычно говорят… – Эрин усмехнулся, но улыбка вышла какой-то невесёлой. – Нужен прорыв, а где его взять? Я старый, вот уже и не расту…

– Какой у тебя статус? – спросил Игорь.

– Воин, – просто ответил седой. – И его тяжело получить. Один из нескольких тысяч дорастает. Большинство как сидело на «личности», так и продолжают. Некоторые после «воина» получают «землевладельца». В этом случае они могут свой узел сделать. Но это уже совсем большая редкость…

– Я стану, – уверенно сказал Игорь, зло туша сигарету в выделенную кружку. И тут же доставая новую. – Я стану…

– Станешь, – неожиданно серьёзно кивнул Эрин. – Ты можешь стать… Система редко выделяет кого-то. И никогда попусту. Вот тебя выделила. Так что ты быстро будешь расти. Вначале… А как потом, это уже от тебя зависит.

– Ага… Избранный спасать мир, вроде того?! – Игорь саркастично усмехнулся.

– Нет, не переживай. Никакой фантастики. Ты такой же, как все. Но что-то ты сходу делал правильно… Что-то такое, что система считает правильным, – Эрин развёл руками, как бы показывая, что не знает подробностей. – Однако речь не о том. Речь о том, что теперь делать будем. И о том, что у тебя откроется после пятидесяти процентов соответствия…

– И что? – Игорь неожиданно понял, что Эрин впервые вот так, спокойно и подробно, всё объясняет.

– У тебя появятся элементы интерфейса. Той самой системы, которая тут всё упорядочивает, – ответил Эрин. – Посмотрим, что у тебя с параметрами. А затем глянем, что тебе система отметит для веток развития.

– Она может сама придумывать, кого и как развивать? – удивился Игорь, который честно представил себе всё это как компьютерную игру.

– Само собой! – отхлебнув чаю, кивнул Эрин. – Система – это правила. Однако эти правила гибкие, настроенные на борьбу с Хаосом. Они, как и само Упорядоченное, всё время подстраиваются. Это потом тут вырастет Порядок, и всё станет ясным и чётким. И тогда система здесь отомрёт за ненадобностью. А сейчас она сильна. Почти всемогуща.

Седой замолчал. Как будто раздумывал, что ещё можно сказать.

– Разбираться с этим будем позже… Когда появятся элементы интерфейса. Только ты уж, Игорь, меня слушайся! Я, может, выше «воина» не поднялся, но шёл от «раба». Так что совсем плохого не насоветую… Если правильно стартовать, учесть свои сильные и слабые стороны, тогда первые этапы гладко пройдут. Я-то шишки набивал сам, а тебе, как могу, помогу.

– Почему? – спросил Игорь. – Я помню, что ты говорил… Зачем ты продолжаешь помогать?

– Я уже давно перестал помогать другим, – признался Эрин. – Очень давно… Сколько ни помогал людям, всё криво шло. Но когда-то мне очень помог один человек. Он сказал, что делает это в долг. И однажды я пойму, что тоже могу кому-то помочь. И тогда я должен это сделать. И вот сегодня я понял, что могу помочь тебе. И твоей жене, и твоим детям. Всё через тебя. Могу, понимаешь? Надо отдавать долги. Особенно тут…

– И мне надо будет потом кому-то помочь? – предположил Игорь.

– Я не буду требовать, – сказал седой. – И не буду помогать сейчас в долг. Но если у тебя будет такая возможность, помоги ещё кому-нибудь, Игорь. Кажется, в этом вся суть того, что пытался донести тот человек…

– Я постараюсь.

– В общем, так и договоримся. И, как всё откроется, не спеши в интерфейс в одиночку кидаться. Вместе будем тебя развивать… – задумчиво кивнул Эрин. – А пока надо подготовить твою семью к нашей отлучке… Ну и объяснить тебе, что мы на работе будем делать.

– И чем занимается нюхач? – спросил Игорь.

Глава 14. Кто такой нюхач

– Система, она не только показывает, из чего ты состоишь… – объяснил Эрин. – Она ещё и помогает. Выдаёт разные умения, свойства, усиления и ослабления… В том числе, есть такое свойство, как «Чувство эманаций». Редкое, но очень полезное.

– И оно есть у тебя? – уточнил Игорь.

– Да! – сказал Эрин. – Это свойство многогранное. В зачаточном состоянии есть у всех. Все же видели сообщение про Хаос, да? Даже ты, Алиса?

– Да, видела, – кивнула жена Игоря.

– У вас, получается, его росток. Всего лишь навык. Называется он «ощущение Хаоса». Но если навык развивается, то со временем появляется умение. Когда всё это становится глубоким, как родное чувство, то переходит в свойство, как у меня… – Эрин немного подумал и привёл доступный пример. – Это как с велосипедом. Сначала катаешься неуверенно, еле держишься. Если сразу перестанешь, потом заново начинать приходится. А со временем, постепенно, появляется умение. Даже если бросить велосипед, умение до конца не пропадёт. Конечно, после долгого перерыва почувствуешь неуверенность. И всё же спустя много лет ты садишься и едешь. А если у тебя свойство, то даже если не катался давным-давно, то всё сразу хорошо. Навыки – это базовый уровень. Навык можно утерять. И можно приобрести снова. Умение – это уровень повыше. Его уже сложно потерять насовсем. Но со временем оно может ослабнуть. А свойство – это навсегда. Слабее никогда не станет. А сильнее – может.

– И что, только у тебя здесь есть это свойство? – уточнил Игорь.

– Свойство проявляется на высоких статусах. А на этом узле, Игорь, у большинства жителей статус низкий, – пояснил Эрин. – Меня прислали из более крупного осколка Порядка. Я же говорил: тут есть вполне чёткая структура. Она появляется благодаря системе Упорядоченного. В таких вот узлах часто открываются туманные врата. Они могут принести с собой Хаос, а могут – новых статистов. В более стабильных осколках такое случается реже.

– А как там дальше? – спросила Алиса и пояснила: – Если есть более стабильные осколки, то значит, есть и ещё более стабильные?

– Да, – согласился Эрин. – Чем стабильнее, тем крупнее. А потом – Порядок. Граница между Порядком и Упорядоченным – это граница, которую мы не можем пересечь. Но как я знаю, там начинают рождаться новые миры. Впрочем, это сейчас неважно. Вы сами всё узнаете со временем. Сейчас важно понять…

Эрин повёл головой, прислушиваясь. Игорь тоже навострил уши, но ничего не почувствовал. А вот Алиса вдруг побледнела…

– Окно у детей закрыто? – хрипло спросил седой.

– О Боже, нет! – Алиса вскочила очень быстро, но не быстрее хозяина дома.

Он рванул наверх по лестнице с такой скоростью, будто у него под пятками был не деревянный пол, а раскалённые угли. А следом за ним огромными скачками бежал Игорь. А сверху уже раздавался хоровой визг Вани и Лизы….

Игорь и Алиса влетели в детскую комнату, лишь на пару шагов отставая от Эрина. И пока родители пытались оценить обстановку, он не раздумывал ни секунды. Не обращая внимания на младших, сжавшихся в комок на кровати, Эрин одним прыжком проскочил полкомнаты. К Вере, которая стояла у окна и очень странно дёргалась… Штора была приоткрыта, а за ней клубился обрывок тумана, который не было видно с первого этажа.

– Вера! – если что и могло заставить Алису бесстрашно броситься к странно дёргающемуся человеку, так это тот факт, что человек был её ребёнком.

Лицо Веры было перекошено. Зрачки вращались, а белки глаз покраснели. Её правая рука судорожно вцепилась в висевший на груди медальон со знаками Порядка… Но, видимо, абсолютной защиты они дать не могли.

– Маленькая моя, нет! Нет! Очнись! Пожалуйста! Вера!.. – сдерживая рвущиеся наружу слёзы, Алиса попыталась привести дочь в себя. И начала трясти её за плечи, едва не оттеснив седого.

– Игорь, держи жену! – нахмурившись, приказал Эрин.

– Лисёнок, возьми себя в руки!.. – пересохшими губами выдал Игорь, схватив жену за плечи.

Алиса вырывалась из его рук. И уже, ничего и никого не стесняясь, плакала. Но Игорь решительно оттеснил её от ребёнка, сжав Алису в объятиях. Если кто сейчас и мог помочь Вере, то явно не его жена.

– Дедушка, помоги ей! Пожалуйста! – чуть не плача, подала голос Лиза.

– Помогу!.. – буркнул седой, опускаясь на колени и вглядываясь в глаза Веры.

Эрин крепко сжал дёргающуюся девочку за плечи, а потом заговорил. Неизвестные слова срывались у него с губ, заставляя весь дом ощутимо вибрировать от напряжения. А под морщинистыми руками возникло серебристое сияние, которое быстро разрасталось, как будто запирая Веру в светящийся кокон. Только одну её руку седой осторожно вывел за его пределы.

– Дочка… Маленькая моя! Игорь, пусти!.. – Алиса всё ещё билась в руках мужа. Оставалось только очень крепко её держать.

А Вера, запертая в сияющий кокон, пошатнулась и начала падать. Эрин тут же подхватил её и, нахмурив брови, посмотрел на Игоря:

– Нам с тобой надо прогуляться. Положить Веру здесь, в этой комнате?

– Здесь! – опередила мужа рыдающая Алиса. – Не уноси её! На кровать!

– С ней надо будет сидеть… – сказал седой, бережно укладывая тело Веры, окутанное коконом. – И не просто сидеть, а говорить. Просить вернуться.

– Я ни на шаг… – утирая слёзы, Алиса наконец-то вырвалась. И кинулась к дочери.

Игорь растерянно сделал шаг к кровати, но так и не успел подойти к ребёнку. Седой резко задёрнул штору и сделал знак идти за ним.

– Надо всё делать быстро, Игорь! – проговорил он. – Бери ружьё, заряжай и пошли! Не справимся за десять минут, и…

Эрин не договорил, покосившись на Алису, но и без слов было понятно. Сначала мужчины быстро спустились вниз, на первый этаж. По дороге Эрин периодически замирал – как будто прислушиваясь, принюхиваясь и оглядываясь. А потом снова уверенно показывал, куда идти.

Их путь снова лежал на внутренний двор. Седой окинул его внимательным взглядом, а затем тревожно втянул носом морозный воздух.

– Эманация где-то тут!.. – проговорил он. – Прорвало прямо в городе…

Игорь выбежал на крыльцо, а мимо его ног протиснулся пёс. Он кинулся вперёд и принялся кружить по двору.

– Сильный прорыв… Как же я раньше не почувствовал-то? – стоя на крыльце, седой приглядывался к снегу, к стенам, к соседским домам. – Почему я не чувствовал?..

– А должен был? – уточнил Игорь.

– Должен был… – седой опять замер. И замолчал.

Время утекало быстро. Слишком быстро. Как это всегда бывает, когда его слишком мало. Игорь буквально физически ощущал, как оно истекает – словно бы песок в песочных часах. А там, на втором этаже, медленно изменялась его старшая дочь… Та, которую он пообещал никогда не предавать и не бросать.

– Если только его не скрыли!.. – вынырнув из задумчивости, проговорил Эрин. – Только так… Но зачем?.. Ну конечно… Потому что прорыв появился не сам по себе!.. Игорь!

– Да? – немедленно откликнулся тот.

– Источник эманации здесь, во дворе, – решительно объяснил седой. – Ищи что-то такое, что покажется тебе странным. Скорее всего, нацарапанное изображение или какой-то рисунок. Оно будет вызывать отвращение, оторопь… В общем, сама эмоция не так важна. Ты просто почувствуешь, что это именно оно!..

– Рисунок, изображение на стене… – эхом повторил Игорь. И кинулся осматривать двор.

К сожалению, пространство в общем дворе было немаленькое. И поверхностей, на которых можно что-то нацарапать, с лихвой хватало. Нельзя исключать и поверхность земли, присыпанную снегом… И стены домов, выходивших во двор дверями… И даже кабинку сортира…

Игорь двинулся вдоль домов. Они внимательно оглядывал стены, одну за другой. Эрин занимался ровно тем же самым. И начал со стен собственного жилища.

Они шли по кругу медленно, слишком медленно… Руки Игоря, сжимавшие обрез ружья, дрожали от нетерпения и бессильного страха. Хотелось как-то действовать, куда-то бежать, что-то делать… А он только сжимал зубы – и снова и снова заставлял себя оглядываться по сторонам. Каждый камень, каждую доску…

Закончив с осмотром своего дома, Эрин неожиданно ловко и быстро взобрался по стене на крышу. И уже там внимательно проверил скосы на крышах всех соседних домов, но, видимо, не нашёл того, что искал. Спустившись обратно, он вновь прикрыл глаза, постоял где-то с минуту, а затем крикнул:

– Где-то внизу! Не на стенах! На земле! Быстрее! Ищи там, Игорь!

– Да как?! – закричал тот, понимая, что у них осталось не больше пяти минут. – Всё засыпано снегом!

– Ищи хоть как-то! Включи голову!.. – грубовато ответил седой, но его напарнику тоже было не до вежливости. – Где бы ты сам спрятал?!

– Голову… Голову… – вцепившись себе в волосы, Игорь принялся оглядывать заснеженный двор.

Рисунок был под снегом. Он был уже спрятан. Если бы Игорь хотел, чтоб его долго не обнаружили, то пошёл бы туда, где редко ходят другие люди. К примеру… К примеру, никто не гуляет вокруг сортира!.. Все идут в него и от него…

Первым делом Игорь проверил за задней стенкой кабинки. Но земля была чистой. И даже мох и песок за сортиром остались нетронутыми. Здесь никого не было…

В это время Эрин осматривал, клочок за клочком, землю по краям двора. И постоянно с тревогой оглядывался на собственный дом. А точнее, на его второй этаж.

А Джокер тем временем оказался у двери дома, который Эрин с Игорем ходили зачищать. Затем пробежался по снегу в одну сторону, вернулся… И пробежался в другую…

Игорь давно подозревал, что пёс вовсе не так прост. Умное животное как будто поняло, что ищут люди, но сделало, в отличие от них, какие-то свои выводы. Похоже, Джокер проверял следы ополченцев, которые выходили из зачищенного дома. Принюхавшись к снегу, он остановился у какого-то столбика и громко залаял, привлекая внимание.

Когда мужчины подбежали, Игорь понял, что смотрит на самую настоящую, только очень старую, водяную колонку. А Эрин быстро оглядел устройство, разгрёб снег и тихо выдохнул:

– Вот же твари…

У самой земли, на поверхности ржавчины, был выцарапан рисунок. Разглядеть подробности было сложно: это оказалось какое-то хаотическое переплетение линий и фигур. Будто кому-то надо было занять руки, и он просто черкал на колонке, даже не пытаясь оформить рисунок во что-то сознательное.

И Эрин был прав, когда говорил, что увиденное не вызовет хороших эмоций. Так оно и было… Рисунок вызывал инстинктивное отвращение. Настолько он почему-то был тошнотворным.

Эрин быстро достал нож и сказал Игорю:

– Отойди на пару шагов. И следи… Стреляй во всё, что попытается мне мешать, какую бы форму оно ни приняло, – предупредил он. – Даже если это просто клочок тумана, всё равно стреляй, режь, раскалывай… Мне надо немного времени!

Игорь кивнул. И встал в паре шагов, глядя, как сын Ванна скоблит поверхность водяной колонки там, где находился рисунок. Через секунду снег за спиной Эрина взвихрился, начиная приобретать странные очертания, похожие на двуногую фигуру. А Игорь тут же выстрелил прямо в середину снежного туловища – в то самое место, где от тела начинали отходить конечности.

Фигура рассыпалась, как будто распавшись на два компонента: снежное облачко и туманную дымку. Игорь спешно принялся перезаряжать ружьё, посчитав, что враг повержен. А вот Джокера такой фокус не провёл. Он с рычанием подскочил к туману и зло клацнул зубами. И дымка рассыпалась на отдельные клочки, которые стремительно растаяли в воздухе.

И тут же рядом начали расти в воздухе ледяные иглы… От них почему-то шёл густой пар.

Игл было несколько. Понимая, что одним выстрелом не справится, Игорь подскочил и попытался сбить их прикладом. Но не тут-то было… Если это и был лёд, то очень-очень крепкий. Ни приклад ружья, ни клыки Джокера его не брали. И руками не схватишь – лёд был обжигающе горячим, словно кипяток. Пёс даже жалобно заскулил, когда чуть не обжёг себе пасть.

– Кинжал… – Эрин всё ещё продолжал скоблить поверхность колонки, хотя острия ледышек уже были в паре сантиметров от его спины.

Выхватив кинжал, Игорь изо всех сил ударил самую длинную ледышку. И та со звоном разрушилась, осколками опадая в снег, который тут же принялся быстро таять. Ещё взмах, ещё… На очередном замахе кинжала рассыпались все ледышки разом. А Эрин распрямился, закончив работу, и оглянулся на свой дом.

– Идём. Попробуем уберечь Веру от повторных проникновений… – проговорил он.

Двое мужчин и пёс вбежали в дом и быстро поднялись по лестнице. Вера всё так же лежала в коконе, и только её рука виднелась снаружи. Судорожно дёргаться она перестала, а покрасневшие глаза были закрыты. Алиса, стоявшая рядом на коленях, держала и гладила её ладонь. По лицу женщины потоком катились слёзы. На второй кровати сидели понурые Ваня и Лиза.

– Надо перетащить кровать… – пробурчал седой. – Она должна быть в середине комнаты. Я постараюсь окружить девочку защитой. Дети пока отправятся к вам… Живее!

Сложнее всего оказалось оторвать Алису от Веры. Она ни в какую не хотела отпускать ладонь дочери, бессильно лежавшую вне кокона. Но Эрин был неумолим. И даже руку Веры он после перестановки кровати бережно спрятал в кокон.

Выпроводив всех прочь из комнаты, он принялся что-то рисовать на полу мелком. Малышей Игорь отвлёк мультиками на единственном, не потерявшем заряд телефоне. На какое-то время должно было хватить. А жену Игорь увлёк вниз на кухню. Мафил предупредительно выставил на стол чай и еду. Какие-то тушёные овощи. То ли от переживаний, то ли из-за того, что они сами по себе были такие пресные, Игорь никакого вкуса не почувствовал.

Вскоре на кухню спустился Эрин. Оглядел мрачно жующего овощи Игоря. Затем Алису, постоянно шёпотом повторяющую: «Не уберегла… Не уберегла…». Мафила, с несчастным видом трущегося у плиты. А потом хмуро покачал головой и спросил:

– Почему младшие притихли?

– Я им мультфильмы включил, – ответил Игорь. – Они теперь будут смотреть, пока заряд на телефоне не закончится… Или пока не надоест.

– Понятно… Надолго там заряда хватит? – уточнил седой.

– Час-два, – Игорь пожал плечами.

– Сейчас поправим…

Седой вновь отправился на второй этаж, и вскоре оттуда донёсся его голос и радостные визги детей. Вскоре хозяин дома спустился вниз и сел за стол:

– Я зарядил телефоны универсальными единицами… А заодно и успокоил малышей.

– Что с Верой? – Алиса подняла на него заплаканные глаза. – Что с моей дочерью, Эрин?

– Пока всё хорошо… – устало ответил седой. – Но вы за ней не уследили. Девочка как-то разрушила собственную защиту, и её охватила эманация. Пока она в коконе Порядка, и пока воздействие Хаоса прекратилось – всё хорошо. Однако ночь будет тяжёлой…

– Что надо делать? – решительно спросила женщина.

– Слушать и не перебивать!.. – строго сказал седой. – Мы все, как сосуд. Внутри у нас Порядок, а вокруг стенки защиты. Пока защита держится, Порядок в вас множится и выплёскивается в окружающее пространство. И тем самым усиливает Порядок вокруг вас. Но стоит защите прохудиться, и Порядок начинает уходить быстрее. И может так случиться, что внутри сосуда его не останется. А на освободившемся месте… В мирах Порядка обратно снова приходит Порядок. А в мирах Упорядоченного чаще всего приходит Хаос.

– И что делать? – закусив губу и утерев слёзы, Алиса уставилась на Эрина.

– В первую очередь, перестать рушить защиту собственного сосуда! – глянув ей в глаза, объяснил он. – А именно это вы с Игорем сейчас и делаете!.. Хоть тарелку возьми, как муж. Отвлечёшься…

– Но я…

– Помолчи! – мрачно попросил Эрин, не дав Алисе договорить. – Каждый из нас – это переплетение множества пластов. И чем сложнее организм, тем больше пластов. Человек состоит не только из тела, которое видно на физическом уровне. Есть ещё информация, которую этот человек и сам создаёт, и воспринимает из окружающего мира. Эмоции, которые он испытывает. Энергия, которую он в себе несёт. И дух, который в себе поддерживает. И все эти пласты тесно переплетены друг с другом… Мафил, чаю налей!..

– Да, хозяин, – поспешно отозвался тот. – Смею заметить, что многие считают эмоции одним из видов энергии.

– Ну вот тебя не спро… Но вообще-то да, он прав! – не стал ругаться Эрин. – Именно так многие и считают. Каждая эмоция – это отдельная энергия. Любовь – своя. Радость – своя. И даже если они энергия, то имеют свой заряд. Как плюс и минус для электричества. Но у электричества их всего два, и они обозначают направление движения заряженных частиц. А у эмоций условных «зарядов» множество. Например, «минус» радости – это грусть, печаль, отчаяние. Причём всё это заряды этой эмоции. Веселье, тихая радость, светлая печаль – так вроде у вас говорят? А ещё злая радость, всепоглощающая грусть – ну и так далее. Каждый оттенок эмоции можно назвать полезным или вредным. И каждый из них вызывает определённые мысли, приводит к каким-то действиям. А эти мысли и действия либо разрушают защиту вашего сосуда, либо укрепляют её.

– Что-то такое я раньше слышала… – проговорила Алиса.

– В мирах Порядка? – спросил Эрин, и женщина кивнула. – Иногда люди помнят об этом. Но со временем это знание всё чаще искажается. В мирах Порядка не так страшны последствия разрушенной защиты. Ну что вы потеряете? Душевное равновесие? Силы? Всё можно восстановить, исправить и идти дальше. А здесь вы можете потерять себя. Вон, твой муж видел таких потерявшихся…

– Самопорождённые? – уточнил Игорь.

– Они. Эти существа сами впустили Хаос в себя. А потом обратили других – сделали обращённых. А потом ещё призвали кого-то или подчинили часть Хаоса. Так появляются призванные и подчинённые. Все эти категории – низшие порождения Хаоса. Не слишком умные, но опасные. Не хотите оказаться в их числе – следите за эмоциями. И дети должны за собой следить. А если ещё не могут, тогда нужно следить вам. Здесь поэтому многие боятся рожать детей… Младенец слишком уязвим, хоть вообще-то защита у него куда сильнее, чем у взрослых. Но если ты обычная «личность», то у тебя нет способа защитить ребёнка. Рано или поздно свою защиту пробьёт и младенец… В общем, лучше даже не думать о таком.

– Станет самопорождённым? – всхлипнула Алиса.

– Если бы… В самопорождённых они надолго не задерживаются. Младенцы растут очень быстро. И в плане возраста, и в плане уровней. И почти сразу переходят в статус проявившегося. А потом в статус осознавших. Ты, Игорь, видел проявившегося – там, в лесу. Когда остался с собакой прикрывать семью. Вот и подумай, кто такие осознавшие, и какова их сила. Но хуже всего, если такой несчастный младенец дорастёт до хтона…

– Хтон? Это тоже статус? – уточнил Игорь.

– У Хаоса-то нет никаких статусов, – ответил Эрин, принимая от Мафила чашку. – Это Упорядоченное старается классифицировать его порождения. Хтон – это высшее проявление Хаоса в Порядке. Если по мере роста существа Хаоса внешне изменяются, то на высшем статусе возвращаются в исходное состояние. И однажды… Однажды ты можешь встретить ребёнка на каком-нибудь осколке, Игорь. Это будет совершенно нормальный ребёнок. Похожий на всех остальных детей. Может быть, в возрасте Веры, а может, и вовсе в возрасте младших… Но, на самом деле, внутри него сидит Хаос. Весь этот бедный ребёнок – Хаос…

– А взрослые? – невольно содрогнувшись, спросил Игорь.

– И взрослые бывают хтонами! – кивнул Эрин. – Но взрослым мы и так не верим… Мы ждём от них подлости, а вот дети… Дитя-хтон – худшее, что может с тобой случиться в этом мире. Поверь!..

– И никак нельзя их определить? – ужаснулась Алиса.

– Можно… Это одно из направлений моего свойства. И я могу распознать таких. Но это тяжело… Даже для меня. Действительно тяжело… – Эрин покачал головой. – Они разумны. Не просто разумны… Очень умны. И часто обладают звериной хитростью. Прячут себя, подставляют других. И боюсь…

Эрин посмотрел в окно, и Игорь понял, что смотрит он на водяную колонку.

– Боюсь, что в этом узле появился хтон, – проговорил седой. – Особенно в свете последних событий с вашей Верой и моим соседом…

Глава 15. Хаос и душа

– А как это к Вере-то относится? – тихо спросила Алиса.

– Мы нашли спрятанный знак. Такие знаки создают прорыв Хаоса, – пояснил Эрин. – Он был у нас во дворе. Его нацарапали на водном насосе.

– Мне казалось, что это ополченцы, – заметил Игорь.

– Казалось… – Эрин сурово нахмурился, но на сей раз в эту суровость как-то не верилось. – Ты чем слушал-то? Хтоны хитрые, и они очень любят подставлять других. А сами при этом стараются не показываться на глаза.

– Но пёс шёл по следам ополченцев! – напомнил Игорь.

– Игорь, а у тебя, наверно, нюх, как у пса? – поинтересовался Эрин. – Ты умеешь читать следы? Это ты думал, что пёс идёт по следам ополченцев. А пёс… Как вы там его назвали?

– Джокер, – сказала Алиса.

– Джокер! Джокер! – позвал Эрин.

Спустившись со второго этажа, пёс добродушно раззявил пасть, вывалил язык и принялся вилять хвостом.

– Кто нам метку оставил? Ополченцы? Люди? – поинтересовался Эрин.

Пёс как будто понял вопрос. Сначала принялся переступать передними лапами, а потом вытянул их, склонил голову к полу и заскулил.

– Это до них оставили? Хтон? – снова уточнил Эрин.

Пёс выпрямился и радостно гавкнул.

– Видите? У вас собака больше понимает, чем вы! – сказал Эрин, посмотрев на Игоря и Алису, чем заставил их покраснеть. – Хотите здесь выжить – учитесь у него! Пёс у вас чудесный оказался… Умный и сообразительный.

– Значит, знак рисовали не ополченцы? – уточнил Игорь.

– Знак нацарапал хтон, – терпеливо повторил Эрин. – А кто тут хтон – мы не знаем. Он мог быть среди ополченцев, он мог выдавать себя за Алекса, он мог прийти ночью, когда все спали… Это хтон! Умный и хитрый! Он может стоять рядом со мной, и я его не почувствую! Я даже его знак не чувствовал! Только его проявления. Понимаешь?

– Это как? Как по следам? – уточнил Игорь.

– Ну, почти… Вот ты в чужой дом зайдёшь, осмотришься и догадаешься, кто там живёт, есть ли там животные, и так далее. Да? Пусть не точно, но предполагать можешь, верно? Даже ещё не увидев никого из хозяев! – уточнил Эрин.

– Ну… – Игорь замялся.

– Я могу, – кивнула Алиса.

– Ну вот… А я так же всё чувствую. Изменение соседа, удар по Вере прямо посреди Лёдного… Это всё первый признак, – начал перечислять Эрин. – Локальное образование тумана, как у окна второго этажа в детской – второй признак. Есть ещё несколько, которые только через свойство обнаруживаются. Всё указывает на прорыв, который я должен чувствовать. А я его не чувствую… Значит, что?

– Значит, прорыв есть, но спрятан… – кивнул Игорь. – Его-то мы и искали, на самом деле? Его, а не знак?

– Нет, искали мы именно знак. Потому что спрятать прорыв можно только с помощью знака… – не согласился Эрин. – Ну а теперь спросите себя: почему этот знак появился на заднем дворе именно моего дома?

– А другие нюхачи в Лёдном есть? – поинтересовался Игорь.

– Правильно мыслишь… Нет. Я единственный, – подтвердил догадку Эрин. – Этот знак на меня ставили. И ставил его тот, кому я тут сильно мешаю.

– Мне кажется, ты тут многим мешаешь! – не согласился Игорь, вспомнив про ополченцев.

– Ну да… Вот только среди созданий Порядка нет никого, кто решится подставить под удар Хаоса собственный город. Иначе сам и погибнет, вместе с остальными… – Эрин усмехнулся. – В общем, сделать такое могли лишь порождения Хаоса. Какие именно? Проявившиеся и осознавшие – они, знаешь ли, простые как топор. Так у вас говорят, да? И только хтон будет хитрить и обманывать… Значит, это хтон поставил знак. И он точно знает, что знак сработал. И кого-то здесь зацепило Хаосом.

– Веру… – то ли уточнила, то ли тихо заключила Алиса.

– Верно. Но я тоже не дурак… Я тоже ставлю защиты и скрываюсь. Поэтому хтон не знает, попал ли под удар я или кто-то ещё… – объяснил Эрин.

– Он придёт сюда? – уточнил Игорь.

– Нет, конечно! – отмахнулся Эрин. – Он не будет рисковать. Зато попытается добить человека, который подвергся воздействию Хаоса… Люди не всегда поддаются, даже когда нарушена защита. Однако Хаос тоже не отдаёт своё просто так. Сейчас, в дневное время, ваша дочка спит и восстанавливает защиту. А ночью Хаос попробует снова. И хтон постарается этот удар усилить. Так что… Ради Веры придётся сегодня ночью не спать.

– Что надо делать? – с решительным видом спросила Алиса.

– Тебе – следить за своими детьми!.. – буркнул Эрин. – Будешь рядом с дочкой вместе с младшими. Мне предстоит прятаться. Может, этот гад, хтон, решил, что зацепило меня. И тогда он не будет все силы в атаку вбивать. Игорь, а тебе надо дойти до рынка и купить там сотню горошин Порядка. А ещё медальоны с защитными знаками. Защитим комнату, насколько сможем. Ночью я и раб будем в комнате оборонять окна. А Игорь и пёс…

– Гав! – подал тот голос.

– …И Джокер, – поправился седой. – Вы будете охранять лестницу на второй этаж. А если всё пойдёт плохо, то хотя бы дверь.

– А к чему конкретно готовиться? – спросил Игорь. – Что вообще будет?

– Всё, что угодно… – Эрин пожал плечами. – Может, туманники будут лезть, а, может, порождения попрут. Или, может, всё вокруг будет корёжить Хаосом. Может, и всё вместе. Я не знаю всех методов Хаоса… Но если мы ночью его к Вере не подпустим, то утром защита будет уже достаточно сильна, чтобы девочка сама её поддерживала. Вот только ей придётся объяснить, что произошло… Сможете?

– Я объясню, – серьёзно кивнула Алиса.

– Вот и славно… Игорь! Сейчас выдам тебе расписку, – Эрин поднялся и отправился на второй этаж. – С ней пойдёшь на рынок к торговцу Млину. Он мой соотечественник. Выдаст, что нужно.

– Мы с тобой не расплатимся, – покачал головой Игорь. – Даже…

– А вам и не надо! – ответил Эрин. – Я не только Веру защищаю. Себя тоже. Не забывай: в первую очередь, хтон охотится на меня. Я для него тут самый опасный. Так что… Это мои траты, а не ваши долги.

Спустя несколько минут, одевшись и повесив на плечо обрез, Игорь вышел из дома на улицу. В компанию к нему набился Джокер. Погода стояла неприятная. Мороз тут же защипал кожу, а ветер решил пролезть холодными юркими пальцами под тёплую одежду. Жители Лёдного предпочитали ходить в плотных куртках наподобие дублёнок и в таких же штанах. Ну и сапогах вроде унтов. Хотя встречалась здесь и обувь из валяной шерсти, которую в народе называли валенками.

В толпе легко было отличить статистов и рабов. Их никто так добротно не одевал. Эти ходили в куртках наподобие ватников и кожаных плотных шапочках. Обувь у них тоже была простая – грубые ботинки. Попадались и те, кто даже такой одежды не получил. Двигаясь к рынку, Игорь заметил знакомую пёструю толстовку, выглядывающую из-под потёртой кожаной куртки.

– Эй!.. Эй!.. Как тебя… Игорь! – Алексей-Лёха тоже узнал товарища по несчастью. – Игорь, подожди!

Меньше всего на свете Игорь сейчас хотел задерживаться. Да и о чём им общаться? Общих интересов у Игоря и Алексея было ровно столько, чтобы сказать: «Привет! Пока!» – и отправиться дальше по своим делам. Поэтому оборачиваться он не стал. Просто пошёл дальше вместе с Джокером, будто не слышал.

– Куда ты пошёл, урод? Вернулся и работай! – рявкнул за спиной мужской голос, и больше Алексей товарища не звал.

А Игорь почувствовал укол совести. Ему-то самому неведомая система помогла… С другой стороны, а чем он сам мог сейчас помочь Алексею-Лёхе? Поговорить? Так тому хозяин долго общаться не даст. А Игоря дома Вера ждёт. И опасная бессонная ночь…

На рынке царило оживление. Кроме обычных палаток, среди торговых рядов появились какие-то фургоны, а несколько человек строили деревянный помост. По обрывкам разговоров Игорь понял, что в Лёдное прибыл торговый караван из других узлов. Ему было безумно интересно посмотреть, чем там торгуют, но задерживаться было нельзя. Если всё будет в порядке с Верой, успеет ещё на товары насмотреться…

– Чем могу помочь? – с лёгким акцентом спросил торговец, к которому подошёл Игорь, надеясь, что не ошибся по устным описаниям Эрина.

– Вы – Млин? – уточнил Игорь.

– Да, это я!.. – радостно и одновременно с подозрением согласился торговец.

– Я от Эрина сына Ванна. Он просит по расписке помочь ему… С некоторыми товарами. Вот! – порывшись за пазухой, Игорь вытащил лист, выданный ему седым.

– Ага, – посмотрев список, торговец даже зацокал языком. – Ц-ц-ц! Какой интересный набор… Ох, какой интересный набор!.. И что я тут, спрашивается, ещё делаю-то с такими запросами от нюхача?..

– Торгуете? – озвучил Игорь очевидное.

– Само собой, торгую! – торговец с лёгким раздражением махнул распиской. – Как тебя зовут?

– Игорь.

– Вот слушай, Игорь! Я, конечно, всё выдам. Но чтоб завтра-послезавтра Эрин деньги вернул! Так ему и передай… – торговец принялся рыться среди вещей. – Ты ему скажи, чтобы не обижался. Я теперь просто с караваном хочу уйти. А его список покупок – считай, основная причина. Так Эрину и скажи.

– Скажу, – пообещал Игорь.

На прилавок лёг дерюжный мешок, в который водопадом полились товары, запрошенные Эрином. И да, скорость заполнения мешка впечатляла. Похоже, торговец и в самом деле занервничал. Ну а пока Млин исполнял заказ, Игорь оглядывал рынок и людей.

Раньше ему было как-то не до наблюдений за жителями Лёдного… А тут как раз выдался момент, который грех было упускать. Если по пути сюда он заметил чёткое разделение на статистов, рабов и личностей, то сейчас, в людном месте, стали очевидны и другие интересные особенности…

Вот, например, группа ополченцев. В городе они все носили на рукавах бледно-голубые повязки. Видимо, эти тряпочки должны были символизировать лёд – но так, чтобы по красителям не слишком дорого выходило. Ополченцам уступали дорогу и обычные покупатели, и помощники торговцев. Однако при этом пришлые торговцы, которых тоже легко было отличить по одежде – их ни в грош не ставили.

Среди ополченцев выделялись бойцы с более дорогим снаряжением. И вот они легко сгоняли с места своих менее удачливых или богатых коллег.

Нередко через рынок проходили люди, у которых были заметны какие-то значки над головой. Что они означают, Игорь не знал, но во всём этом явно имелся какой-то смысл.

В общем и целом, у Игоря возникло ощущение, что в здешнем обществе существует жёсткая иерархия. И непонятна она была почему-то только ему. Впрочем, скорее всего, беда была в том, что ряд функциональных возможностей системы ему был недоступен. И существовала целая прослойка людей, у которых всё было не лучше. Это статисты.

Просто у статистов, низведённых в Лёдном до положения слуг, не возникало проблемы ошибки. Они и так всем должны были уступать. Ну а те, кто забывал – могли и получить. Одну такую сценку Игорь как раз имел возможность увидеть…

Женщина средних лет – уставшая, с мешком на плечах – не заметила пару торговцев. За что немедленно поплатилась. Столкнувшийся с ней торговец сначала отпихнул её с пути, а затем обругал и пошёл дальше по своим делам. А его приятель напоследок ещё и отвесил женщине пощёчину, бросив ей что-то презрительное. У Игоря зачесались кулаки. Но нельзя…

– Игорь! Что вы там высматриваете? – спросил Млин.

– Простите… Отвлёкся! – Игорь повернулся к торговцу, который подвинул к нему мешок.

– Всё помните, что сказать? – уточнил тот.

Игорь старательно повторил всё, что нужно было передать Эрину. В принципе, запомнить было несложно.

– Вот и отлично! – обрадовался торговец. – Я всё собрал. Передавайте сыну Ванна привет от меня. Ну и пожелания удачи…

– Спасибо! Обязательно! – Игорь взял мешок, завязал горловину и взвалил груз на плечо.

Так он домой и шёл. Только больше старался лишний раз под ноги никому не лезть. Обнаружив закономерности в поведении местных, он решил, что лучше им следовать, чем раз за разом нарываться на проблемы. Конечно, он имеет статус «личность», но этот статус вовсе не гарантирует ему, что его не втянут в неприятности. Зачем провоцировать?

Назад Игорь добрался без приключений. И даже заплутал не из-за внезапного изменения мира, а из-за банального незнания местности. Всё-таки он ходил от рынка до дома Эрина всего пару раз. При свете дня Лёдное выглядело, как обычный провинциальный город. Правда, оставшийся без бензина: машин-то на дорогах не было.

И невозможно было представить, что всего в тридцати километрах от стен городка привычный мир заканчивается… Там, где как раз проходит граница узла.

Взяв у Игоря мешок, Эрин повёл его с Алисой на второй этаж. Малыши всё ещё сидели в телефонах. Правда, вид у них был слегка подавленный. То ли мать провела беседу про здешние опасности, то ли они по-прежнему беспокоились за сестру.

Детская комната изменилась. Кровати Вани и Лизы теперь стояли у одной стены. А кровать Веры так и находилась в центре. Сквозь окутывавшую её дымку было видно, что девочка спит на спине. Лицо у неё было усталое, осунувшееся. Под закрытыми глазами темнели круги.

Эрин принялся дорисовывать мелом узоры вокруг кровати Веры. Игорю он сказал взять из мешка маленькие шарики, похожие на жемчужины, и раскладывать их по нужным точкам. Начинать надо было от кровати, а потом осторожно двигаться по кругу, стараясь не наступать на меловые линии.

– Это защита… Сильная защита, – объяснил Эрин. – Но если навалятся порождения или туманники, она не поможет. Просто затопчут массой. А от случайных прорывов защитит. Так что делаем всё тщательно, но и о себе на забываем… Надо будет днём поспать!

– Я, наверно, не усну… – признался Игорь.

– А я тебе специальную настойку дам. От неё ты быстро на час-два задремлешь! – успокоил седой.

Алису он послал развешивать по всему дому небольшие медальоны, на которых были нарисованы уже знакомые символы. Часть теперь висела на стене в детской, а остальные – в коридоре на втором этаже, на лестнице, за окном, на окне… Казалось, седой пытается превратить одну-единственную комнату в бастион Порядка, а все подходы к ней – в полосу препятствий.

Работа оказалась на удивление сложной и кропотливой. За три часа Игорь так намаялся с шариками, что уже мечтал, чтобы мешок побыстрее опустел. Пока он их раскладывал, заодно передал седому слова торговца. Эрин в ответ только головой покачал:

– Млин умный и трусливый, – сказал он. – Понял, что тут хтон, и решил сразу бежать, как подвернулась возможность.

– А это имеет смысл? – уточнил Игорь.

– Знаешь… Возможно, имеет, – признался Эрин. – Хтон может небольшой узел превратить в Хаос всего за сто-двести дней. А тут уже дней семьдесят неизвестно что творится…

Работать они закончили уже во второй половине дня. Эрин отогнал Алису и Игоря к порогу комнаты, а затем встал перед меловым рисунком и закрыл глаза. Сначала засветились маленькие горошины, тщательно разложенные Игорем. А потом прямо от них в воздух начали тянуться полупрозрачные, слегка светящиеся нити. Они проходили сквозь пол, касались потолка – и медленно образовывали сферу, внутри которой оставалась кровать с Верой.

– Младших тоже прикроем, чтобы их ночью Хаос не коснулся, – сказал Эрин, открывая глаза. – Но это всё так, мелочи… Главное будем делать мы сами. Ночью. Так что всем надо немного поспать.

В комнату заглянул пёс. Судя по морде, он-то точно уже выспался. Посмотрев на рисунок и на шарики, он довольно зевнул и тут же ушёл к детям. А Игорь, Алиса и Эрин спустились на кухню. Мафила нигде не было видно, но на плите остывало заботливо укутанное рагу.

Игорю нестерпимо хотелось курить, и он отпросился на улицу. На внутреннем дворе было холодно. У дома, недавно зачищенного от порождений, крутились трое ополченцев. Они зачем-то гоняли то ли раба, то ли статиста, заставляя его выполнять явно бессмысленные действия.

На крыльцо вышел Эрин с горячей дымящейся кружкой. Немного посмотрел на всё это и неодобрительно покачал головой.

– Не дураки ли? – задал он сакраментальный вопрос.

– Убил бы их… Твари… – пробормотал Игорь, отворачиваясь.

– За что? – спросил седой, протягивая едко пахнущую кружку Игорю. – Пей, чтобы уснуть.

– За то, как они разлучают людей… За эту жестокость… За… – Игорь замолчал. – Спасибо тебе, что помог остаться с женой и детьми…

– Ты бы и сам остался! – усмехнулся Эрин. – Ну, правда, вскоре бы они тебя убили. Насильно забрать то, на что предъявил права «личность», они не могут… Пока «личность» жива.

– Хочется взять ружьё и пустить каждому из них пулю в голову… – вздохнул Игорь.

– Почему? – снова просил седой.

– Но они же!.. – Игорь осёкся, пытаясь понять, что нюхач пытается до него донести.

– Правильно думаешь… – кивнул хозяин дома. – Те, кто пришли сюда – статисты, Игорь. Их жизнь принадлежит тем, кто поднялся выше по статусу. Таков порядок вещей в системе Упорядоченного. Они помыкают статистом, а я могу пойти и начать помыкать ими. А они, в свою очередь, могут либо принять это, либо сопротивляться.

– Так… Они и сопротивляются… – Игорь вспомнил взаимоотношения седого с ополченцами.

– А статист – нет. Потому он и статист!.. – кивнул Эрин. – Таков порядок вещей. Ты желаешь им зла за то, что они реализуют данные системой права?

– Но… Послушай, ведь они поступают неправильно! – возмутился Игорь.

– А ты знаешь, как правильно? – удивился седой, уже разворачиваясь к двери в дом.

– Но это же плохо! Отвратительно…

– А ты знаешь, как хорошо? – Эрин остановился, оглянувшись на соседний дом и убедившись, что собравшиеся там их не услышат. – Или, может, ты знаешь, как сделать весь мир не отвратительным, а красивым?

– Но на Земле…

– Забудь о Земле! – седой жёстко ткнул Игоря пальцем в грудь. – Там, на Земле, был Порядок! Там свои правила! Здесь вместо них – Система. И Система говорит, что «личность» распоряжается «статистом» целиком и полностью! А нарушая это правило – в мыслях ли, в словах ли, в действиях – ты сам лишаешься защиты. Запомни это!.. Ты спас семью? Спас. Вот и радуйся!..

– Но… Послушай… Не может быть так, чтобы одним было разрешено издеваться над другими! – возмутился Игорь.

– А я этого и не говорил… – седой качнул головой. – Я сказал, что ты нарушаешь правила системы. И когда ты это делаешь, то открываешь Хаосу дорогу к себе. И истончаешь свою защиту, полученную в Порядке.

– Но если ты не говорил…

– Игорь, я не знаю всех правил системы! – жёстко ответил Эрин. – И ты не знаешь! Пока ты не знаешь, какие правила нарушают они – ты сам не можешь нарушить правила. Иначе станешь лёгкой добычей. И для них, и для Хаоса. И когда ты думаешь, как бы причинить им зло, но сам при этом не можешь сказать, за что именно – ты сам творишь зло.

– Несправедливый принцип… – хмуро заметил Игорь.

– Вот поверь моему опыту… Самый что ни на есть справедливый!.. – не согласился Эрин. – Пока ты сам, чётко, не объяснишь самому себе, а значит, и системе, что ты устраняешь проявления Хаоса или борешься со злом – ты сам будешь плодить Хаос и совершать зло. Но как только ты чётко, в рамках тех правил, которые тебе известны, сумеешь сформулировать свои претензии – эти люди станут твоей законной добычей. И система одобрит этот поступок. Возможно, даже вознаградит. Пойдём… Надо ещё подготовиться к ночи.

Глава 16. Беспокойная ночь

Когда Игорь проснулся, уже вечерело. На кухне громыхал посудой Мафил, а Эрин о чём-то говорил с Алисой и малышами в детской. Игорь заглянул внутрь и не сразу узнал и без того изменившуюся комнату. Седой подошёл к организации обороны по всем правилам. Окно он вообще просто-напросто заколотил. Эти звуки, видно, и разбудили Игоря.

– А! Ты проснулся! Отлично! – обрадовался Эрин. – Возьми ключ и затягивай эти… Как их по-вашему-то?.. Болты!

Доски были не прибиты: они оказались привинчены к раме. Болты были толстые, тёмные, потёртые. Сразу видно – не один раз использовались. Игорь взял ключ и стал поджимать гайки.

– Эрин, ты же не сейчас это всё сделал? – спросил Игорь.

– Нет… Давно уже… – признался хозяин дома. – Когда только въехал сюда лет десять назад. У вас когда-нибудь тоже будет свой дом. Так вот… Ты запоминай, Игорь: всегда должна быть такая комната, где даже окно можно надёжно закрыть.

– Когда он ещё будет-то, этот дом!.. – хмуро буркнул Игорь.

– Ты там давай, не хандри! – предупредил седой. – Нам с тобой ещё оборону всю ночь держать! Самому себе зачем ломать защиту?

Игорь улыбнулся, показывая, что всё в порядке – и не хандрит он, а просто бурчит. А Эрин снова повернулся к Алисе и младшим детям.

– Итак, давайте ещё раз… – сказал он, продолжая разговор, прерванный появлением Игоря. – Что делают хорошие послушные Ваня и Лиза?

– Сидим в кроватках! – чётко, по-военному, ответила малышка. Причём за себя и за брата.

– Ваня? – Эрина это не устроило, и он решил уточнить у мальчика отдельно.

– Сидим в кровати, – ответил сын Игоря.

– Обещаешь, что сам будешь сидеть и Лизе не дашь уйти? Ты же мужчина, ты за неё отвечаешь! – грозно нахмурился Эрин.

– Обещаю! – ответил Ваня, разулыбавшись.

– Во-о-от! Совсем другое дело! – одобрил Эрин. – Алиса?

– Прикрываю детей, если что-то кинется к ним, – кивнула жена Игоря и продемонстрировала короткое то ли копьё, то ли саблю на длинной ручке.

– Отлично… Не забывайте инструкции! Это очень важно! – повторил Эрин.

– А ты, дедушка, что будешь делать? – болтая ножками, спросила Лиза.

– А дедушка тут будет всяких бук и бяк гонять. Прыгать, стрелять и ножиком махать! – ответил Эрин. – Вместе с лопоухим! Он сейчас на кухне всё приготовит и придёт.

– Он не ополухий! – возмутился Ваня.

– Ну хорошо, с кривоногим! – не стал спорить Эрин.

– И не криногий! – Ваня сделал серьёзное лицо и насупился. – И не динорукий!

– Да что же такое?! – шутливо возмутился седой. – А какой он?

– Хороший! – ответил ребёнок, заставив Игоря и Алису улыбнуться.

– Ладно, с этим твоим «хорошим» будем прыгать! – не стал расстраивать Ваню седой. – Попрыгаем, ещё немного попрыгаем и всех прогоним-победим!

– А папа? – сурово сдвинув бровки, спросила Лиза.

– А папа с собакой тоже будут кошмариков гонять. Как дедушка и «хороший»! – ответил Эрин. – Игорь, как там болты?

– Ещё два, – отозвался тот.

– Ты там не сильно усердствуй. Нам их потом ещё раскручивать! – засмеялся Эрин.

– Всё будет хорошо… – пообещал Игорь.

Он, может, и не был великим и рукастым мастером, но уж болты вкрутить, гайки завинтить и гвозди вбить – мог. Хотя и редко пользовался своим опытом, потому что обычно лень было тратить время.

– Закручивай и иди в гостиную! – сказал Эрин и вышел из комнаты.

Алиса поднялась, подошла к мужу и обняла его со спины.

– Ты такой мужественный, когда работаешь! – шепнула она.

– Лисёнок, ты пристаёшь или издеваешься? – тихо спросил он в ответ.

– Сама не знаю! – призналась Алиса. – Просто обнять тебя захотелось…

– Тогда сейчас обнимай! Ночью отвлекать меня уже не получится!.. – улыбнулся Игорь.

И, как всегда в последние годы, к ним тут же устремились дети – участвовать в «обнимашках». А пёс, до того спавший в углу, одобрительно фыркнул. Когда у тебя семья и трое детей, сложно бывает найти уединение. Впрочем, Игорь помнил, что когда ребёнок был один, уединения у них с Алисой тоже не было. Пока в садик не стали Веру выводить. Но и тогда Лиза с Ваней «получились» лишь после отпуска, проведённого вдвоём.

Вера… Игорь посмотрел на кровать с дочерью и вздохнул. Измученная, уставшая, она всё так же спала там, под защитным коконом. Что бы ни происходило, как бы всё ни шло, как бы она ни обижалась… Раньше Вера тоже не пропускала «обнимашки». Это когда-то и было её словечко…

– Надо идти, драгоценные мои! – Игорь мягко отстранил жену, а затем обнял детей, заодно приподняв каждого вверх и покружив. – Всё… Джокер, ты со мной?

Почему он так спросил, Игорь и сам не знал. У него же с собаками обычно не складывалось. А тут прямо захотелось приобщить пса к семейной радости… Джокер поднялся на лапы, гавкнул, завилял хвостом и вывалил язык. Ваня и Лиза со счастливыми криками устремились к нему…

В обход рисунков на полу. Игорь только сейчас понял, что дети уже во второй раз старательно обходят всю конструкцию. Хотя он был уверен, что малышня, как ни объясняй, тут же забудет, что через центр комнаты бегать нельзя. Но то ли Эрин знал какое-то секретное заклинание на «воспитание», то ли обладал нужным навыком – как бы то ни было, дети всё поняли.

Вниз Игорь с Джокером спустились одновременно. В камине горел огонь. И это был единственный источник света в комнате. Плита была вычищена и освобождена от посуды. Да и вся мебель в кухне-гостиной куда-то исчезла. Окно занавесили шторой, и, судя по тому, как её трепало ветерком, стёкол в окне больше не было.

– Мы всё сняли! – проследив за взглядом Игоря, оповестил Эрин и кивнул на ящик, где лежало стекло. – Штука недешёвая… А сдержать никого не сможет.

– Что вообще будет? Чего мне и Джокеру ждать? – спросил Игорь, хотя всё ещё не забыл предыдущий ответ седого.

– Как я и говорил, всего чего угодно! – не преминул напомнить Эрин. – Скорее всего, всё начнётся с прорыва порождений. Это самый простой вариант, и чаще всего его хватает.

– Много их будет? – поинтересовался Игорь.

– Сколько-то будет… Может, пять, а может, десять, – Эрин неопределённо повёл рукой. – Всё зависит от того, сколько силы этот хтон набрал. Но мы ему утром свиту-то проредили. Считай, самых опасных выбили… Но, в любом случае, легко нам не будет. И, наверно, на тебя основной удар придётся. В окно не полезут.

Игорь кивнул, а пёс фыркнул.

– Ну-ну! – укорил собаку Эрин. – Никогда не надо недооценивать противника! Мало ли… Вы там оба, когда порождения пойдут – не усердствуйте. Если за вас кто пробежит – не ловите. Мы с рабом добьём их. Что, ушастый, не против набрать статус?

– Нет, хозяин, – поклонился слуга.

– А вот потом будет сложнее! Туманники – вроде и не опасные твари. Но живучие… – проговорил седой, и Игорь вспомнил утренний поиск рисунка в снегу.

– Они такие… Будто из тумана слепленная фигура, да?

– Это они… Да ты же утром одного видел! – вспомнил Эрин. – Вот таких добивай, пока совсем не пропадут. Если клочок полезет – его защита отразит. Но если туманник целиком сюда вломится… Я, к сожалению, всю жизнь в атаке. Плохо у меня с защитой. А уж настоящий ди… де… дефендер, что ли…

– Защитник? – уточнил Игорь. – Дэфендер?

– Почему слово такое странное? Язык, что ли, не ваш? – удивился Эрин.

– Иностранное, да.

– То-то я его запомнить не могу! – обрадовался Эрин. – А то я навык взял по вашему языку, довёл его почти до свойства, а это слово прямо как…

– Не прижилось ещё! – пояснил Игорь. – Со временем многие слова приживаются. У нас язык живой: легко заимствует слова, которые смысл хорошо передают.

– Ну и правильно! Чего добру пропадать? – кивнул Эрин. – Так, ладно. С туманниками разобрались…

– А какие-нибудь ледяные шипы будут? Или другие странные штуки? – уточнил Игорь.

– Ты опять про утро? – спросил Эрин. – Что, после туманника шипы были?

– Да… Ты разве не заметил? – удивился мужчина.

– У меня глаз на затылке нет! – седой усмехнулся. – Хотя многие, конечно, всерьёз думают, что есть. Но я доверился тебе и не смотрел. Эти ледышки называются «ловушка обжигающего сталагмита». Такую заранее ставить надо… Тут, Игорь, эти штуки быстро не делаются. Уж точно не слабеньким хтоном…

– А он что, слабенький? – Игорь распахнул глаза.

– Первый, край – второй ранг! – пояснил Эрин. – Иначе бы этот хтон ночи не ждал. Впрочем, ничего нельзя исключать… Сильные тоже часто ждут ночи.

– Почему ночи, Эрин? Чем им свет мешает? – удивился Игорь.

– Свет – это же волна, ты знал? – спросив, седой дождался кивка и продолжил: – Ну а волна – это порядок. Период волны, длина, высота… К тому же, на свету лучше видно нам, созданиям Порядка. А Хаос не терпит ни высоты, ни длины, ни периодов – во всяком случае, строго определённых. В Хаосе свет – это вспышка, это отсвет, это пламя! Хотя обычно Хаос всё-таки предпочитает тьму. Поэтому и приходит с туманом. Меньше порядка – больше хаоса.

– Ясно, – кивнул Игорь. – Значит, как туманники пройдут, всё закончится?

– Ага, ну да… Держи карман шире! – засмеялся Эрин. – А вот потом… Понимаешь, Игорь, мы не знаем, сколько хтон накопил вокруг Хаоса. Но в его арсенале много орудий, и какое он применит конкретно сейчас, даже я не знаю. Хотя кое-что всё-таки могу сказать…

Седой встал и немного размял руки и шею. А затем снова пустился в объяснения:

– Ты удивишься, но порождения Хаоса всегда предпринимают три попытки. Всегда. Больше – конечно, могут. А вот меньше… Почему-то нет. Может, основа из Порядка их заставляет, а может, какое-то правило. Так или иначе, третья волна будет. А вот какая… Может, призовёт кого, а может, попытается дом разрушить. Может… Да у меня фантазии не хватит на его гадости!..

– И что тогда делать? Как порождений убивать, я знаю. Как туманников бить, тоже. А вот потом… – Игорь посмотрел на седого. – Жить-то хочется…

– Увы, не могу сказать, – признался Эрин. – Я постараюсь быть рядом, чтобы помочь. Но ты, главное, помни: внутри тебя Порядок. Много Порядка, Игорь! Что бы там ни происходило, храни его. И тогда ты сможешь победить.

– Обнадёживает… – вздохнул Игорь. И даже постарался бодро улыбнуться.

– Всё! Время пришло… – Эрин на секунду замер, а затем обеспокоенно глянул на штору. – Эй, лопоухий! Стекло в подвал! Игорь, ты туши камин тут, а я в прихожей! И по местам, бойцы…

Игорь быстро раскидал дрова кочергой, прибил угли и в полутьме двинулся к лестнице. Посмотрел на Джокера, который к чему-то принюхивался… А потом снова поднял взгляд и чуть не влетел головой в косяк. Дверь сдвинулась в сторону.

– Эрин, дом меняется! – предупредил Игорь.

– Чую! Сам берегись! – ответил откуда-то из полутьмы седой. – Блокируйте лестницу, чтобы её не убрало!

Игорь встал лицом к первому этажу. А Джокер расположился носом в сторону верхних комнат. Система порадовала неожиданным сообщением, почти повторяя слова Эрина:

Вокруг вас происходят возмущения Хаоса.

Если можете уйти – уходите. Если нет – берегитесь!

Игорь достал обрез и заткнул его за пояс, на манер пиратского пистоля. Это было оружие на крайний случай. Отбиваться он собирался системным ножом, подаренным Эрином. И не потому, что так можно набрать больше соответствия. Просто обрез ещё надо каждый раз перезаряжать, а если врагов будет слишком много – Игорь не успеет.

Вскоре снизу пришли Мафил и Эрин. Пришлось посторониться, чтобы они пробрались наверх: лестница вдруг стала какой-то слишком узкой. А затем открылась и снова закрылась дверь в детскую, и ступеньки погрузились в темноту.

– Ну что, Джокер, повоюем? – спросил Игорь у пса, стараясь совладать с охватившим его мандражом.

– Р-р-р-р-р! – ободряюще сообщил пёс.

Из щели под дверью комнаты выскользнула звёздочка света. И тут же повисла под потолком, недалеко от Игоря. Её лучи слегка отодвинули мрак, наваливающийся на лестницу. А на границе света и тени что-то шевельнулось…

Обнаружено присутствие порождений Хаоса!

Хаос смотрит на вас!

Игорь едва успел ткнуть ножом, когда в его сторону метнулось что-то тёмное. Руку дёрнуло, а пятая точка жёстко ударилась об ступеньку, чуть не придавив Джокера, который в последний момент рванул наверх. Игорь всё-таки успел, будто шилом, крутануть ножом, и тёмный сгусток прямо перед ним рассеялся клочками тумана. Где-то на втором этаже раздался звон стекла.

Убито порождение Хаоса. Призванное. Низшее.

Получено 2 % соответствия статусу!

Получено 4 % соответствия статусу за системное оружие!

Текущее соответствие – 47 %

Он попытался встать на ноги, чтобы встретить нового врага. Но тут ему на спину, жалобно скуля, свалился пёс, отброшенный кем-то очень сильным. Игорь резко обернулся, направляя Джокера носом в сторону первого этажа, а сам развернулся и ударил ножом вслепую. Оказалось, не зря… Попал в уродливое вытянутое тело, сплошь покрытое чешуёй. Руки у порождения росли прямо из шеи, а глаза находились где-то в подмышках.

Лезвие ножа разорвало и чешую, и кожу под ней. И оставило глубокий порез, заставив порождение Хаоса отшатнуться и зашипеть. Не давая врагу опомниться, Игорь ударил монстра в грудь. Системное оружие, пробив защиту, что-то серьёзно повредило внутри. Следующий удар Игорь нанёс по шее, практически наугад. Он лишь надеялся, что это всё-таки важный орган, даже в случае монстра. И угадал: чешуйчатое тело опустилось на пол, истекая кровью.

Короткий взгляд через плечо, где пёс как раз рвал ещё одно исковерканное туловище… И вот – новый враг уже бежит сверху. А ещё один бьётся в дверь детской, пытаясь её открыть.

Убито порождение Хаоса. Обращённое. Насытившееся.

Получено 2 % соответствия статусу!

Получено 4 % соответствия статусу за системное оружие!

Текущее соответствие – 53 %

Открыт функционал статуса! Поздравляем!

Благо, система не столько выводила текст перед глазами, сколько вбивала его в мысли. Иначе бы Игорь просто пропустил удар того самого нового врага. Настолько быстрым тот был. Этот монстр оказался более плотным, более гибким и очень стремительным. Он отшатнулся от ножа – и тут же чуть не достал человека рукой, которая как раз резко удлинялась в огромный коготь. Игорь побоялся уклоняться, помня, что сзади со вторым врагом бьётся Джокер. И, вместо этого, резанул по руке-когтю ножом.

На удивление, оружие справилось, хоть и не до конца. Коготь оно прорезало на две трети. Оттуда неожиданно фонтаном брызнула кровь, попав на Игоря и чуть не залив ему глаза. Рука-коготь дёрнулась назад, увлекая за собой и нож, и человека, не удержавшего равновесия. А Игорь, падая, изо всех сил надавил на оружие… И чудовищная конечность наконец-то шлёпнулась на ступеньки, быстро растворяясь в воздухе.

Впрочем, Игорь всё-таки ткнулся носом в лестницу. И тут же резко отпрянул к стене. На то место, где только что была его голова, приземлилась толстая нога, а по шее вскользь прилетело чем-то тупым и тяжёлым.

Игорь вслепую отмахнулся… И даже во что-то попал. Порождение яростно заверещало. Уже ничего не соображая, Игорь шагнул вперёд и ударил ножом туда, откуда исходил звук. И тут же отступил назад.

Надо было протереть глаза, в которые что-то лилось со лба. Какая-то тёмная жидкость. Впрочем, глаза ему тут же пригодились. Поверх оседающего врага к нему уже рвался следующий, напоминавший паука. С такими Игорь недавно сталкивался. Запоздало мелькнуло новое системное сообщение:

Убито порождение Хаоса. Обращённое. Растущее.

Получено 5 % соответствия статусу!

Получено 10 % соответствия статусу за системное оружие!

Текущее соответствие – 68 %

Убить нового монстра Игорь не успел, но от когтей всё-таки увернулся. И тут же снизу метнулось мохнатое, облитое чем-то тёмным, тело Джокера. Оскаленная пасть пса сомкнулась на глазах «паучьего» монстра. Кинув взгляд вниз, Игорь понял, что оттуда врагов пока можно не ждать: проход зарос стеной коридора, а часть ступенек слилась в своеобразную горку.

Из детской неслись визги и грохот. А прямо перед входом в комнату толпились сгустки темноты. Призванные… Игорь подскочил к Джокеру, вцепившемуся в «паукомонстра», и ткнул во врага ножом, сразу же отскакивая назад.

Убито порождение Хаоса. Призванное. Низшее.

Получен 1 % соответствия статусу!

Получено 2 % соответствия статусу за системное оружие!

Текущее соответствие – 71 %

Переглянувшись с Джокером, Игорь помчался наверх. И вместе с псом атаковал со спины трёх призванных, осаждавших детскую комнату. Игорь колол и резал, надеясь лишь на оружие и скорость. Но существенный вред причинил только одному врагу:

Убито порождение Хаоса. Призванное. Низшее.

Получен 1 % соответствия статусу!

Получено 2 % соответствия статусу за системное оружие!

Текущее соответствие – 74 %

Зато успел краем глаза подметить какое-то движение. Что-то большое пыталось пролезть наружу через дверной проём комнаты, где жили Игорь и Алиса. И, надо сказать, у этого «большого» были все шансы. А уж потом, судя по количеству отростков и конечностей, он бы устроил человеку и собаке сладкую жизнь…

Игорь лишил «большого» такого шанса. Вытащил обрез и выстрелил. Быстро перезарядился и выстрелил снова. Потом ещё раз, и ещё… И только на четвёртом выстреле туша рассеялась.

Убито порождение Хаоса. Подчинённое IV.

Получено 8 % соответствия статусу!

Текущее соответствие – 82 %

Из клочков дымки на Игоря выскочило что-то мелкое. И очень быстрое. Человек едва успел его заметить, а на монстра уже накинулся Джокер, с рычанием разгрызая врага. Вытерев пот и кровь со лба, Игорь прислушался: в детской было тихо. Вдруг внутри что-то громыхнуло и перевернулось, и он тут же стукнул кулаком в дверь:

– У вас всё в порядке?

– У нас да! – ответил слегка запыхавшийся Эрин. – Ты толстого добил?

– Подчинённое? Четвёрка? – уточнил Игорь.

– Да! Добил?! – не отставал седой.

– Добил! – ответил мужчина, спешно собирая трофеи, искрами мерцавшие в темноте.

Вышло 123 искры упорядочивания, 205 системных единиц и ещё 10 единиц изменения (как раз с того самого подчинённого IV).

– Системным? – в голосе Эрина прозвучало ехидство.

– Побоялся я его ножом! – признался Игорь. – Конечностей много… Из ружья.

– Зря, он был толстый! – ответил Эрин, а потом сразу тревожно добавил: – Туманники!

Туманники хлынули сразу и отовсюду… Казалось, они вообще сливались в один сплошной туман. Игорь еле успел заткнуть обрез за пояс и вытащить нож. И да… Драка с этими жутковатыми существами была, пожалуй, самым странным и невероятным, что он когда-либо делал…

Нет ничего глупее, чем воевать с дождём, туманом и ветром. А именно этим Игорь и занимался. Причём на полном серьёзе. Он даже не знал, прорвался ли кто-то из туманников в детскую: не успевал отслеживать. Рядом яростно рычал Джокер, изничтожая всё, что пыталось обойти Игоря со спины. Судя по топоту за дверью, Эрин и Мафил тоже были сильно заняты.

Иногда испуганно взвизгивали дети, и что-то яростно кричала Алиса. Этот бой был значительно тяжелее, чем драка с порождениями. И вовсе не потому, что туманника сложнее убить. Нет, вовсе нет. Просто он длился куда дольше. Игорь время не считал, но казалось, что прошёл уже не один час. Он весь был мокрый: пот заливал глаза, лоб щипало, и отчаянно чесалась шея. Но и эта чудовищная атака, в конце концов, закончилась.

Игорь был очень благодарен Эрину, который не стал ждать вопросов и сразу крикнул, не давая разрастись страху в душе:

– С нами всё в порядке! До Веры не добрались! Идите к нам! Далеко от двери не отходи!

Вытерев пот с лица и шеи, Игорь зашёл в комнату. Внутри всё не особо изменилось. Только защитная сфера вокруг дочери заметно сжалась. И сама Вера проснулась, сидя на кровати.

– Не вылезай из постели! – втолковывала ей Алиса. – Мы сейчас защищаем тебя! Ни в коем случае не выходи за сферу!

– Игорь, стой у двери с Джокером! – предупредил седой. – Он готовит третий удар. Будет мстить, зараза…

– Что значит «мстить»? – устало спросил Игорь. – А это тогда что было?

– Мстить тебе и мне за то, что провели его! – пояснил Эрин, чуть склонив голову. – Начинается! Три! Два! Один!..

Игорю вдруг показалось, что вся комната резко подёрнулась дымом. Он по-прежнему стоял в детской, но на полу вместо белых линий алела какая-то пентаграмма. Его дочь, его Вера, лежала на каменном пьедестале, а над ней заносил нож Эрин, с перекошенным лицом и одетый в тёмный балахон. Перед Игорем застыл уродливый злой волк, оскалив пасть и рыча. Алиса, избитая и связанная у стены, истошно кричала ему:

– Игорь! Останови! Игорь! Да очнись же!

В руке Игоря льдистым сиянием, как сверкающее жало, был зажат нож.

– Приди в себя! Почему ты с ним?! – Алиса билась в путах, а рядом ревели Ваня и Лиза, прикованные к стене, распятые железными цепями.

– Сейчас-с-с! Сейчас-с-с! – по-змеиному шипя, повторял Эрин в балахоне.

Нож пошёл вниз. Вера отчаянно завизжала. А Игорь… Его сильно смущало увиденное. Хотя всё внутри него яростно рычало и ревело, требуя убить Эрина-культиста. И разрезать его на мелкие кусочки, глядя прямо в окровавленное злобное лицо…

«Можно ли верить своим глазам? – думал он, нащупывая левой рукой обрез. – Можно ли верить тому, что я вижу? Может, всё, что я видел раньше, было бредом? А может, то, что сейчас – это бред? Что делать?».

– Эрин! – крикнул Игорь, пытаясь остановить седого. – Эрин!

– Да тут я, тут! – культист повернулся к нему лицом, и наваждение спало.

Сам Игорь стоял с ножом, направленным на седого. А тот и в самом деле застыл рядом с Верой, бережно прикрывая её каким-то светящимся куполом. Алиса с облегчением вздохнула и без сил опустилась на вторую кровать. А двойняшки перестали скакать, привлекая внимание отца. И даже Джокер подошёл: ткнулся в Игоря мохнатым тёплым лбом.

За окном занимался рассвет.

– Как ты так быстро? – удивился Игорь, указывая на доски, снятые с оконной рамы.

– Быстро?! – Эрин качнул головой. – Ты пять часов боролся с самопорождением! Не помнишь?

Игорь почувствовал, как что-то течёт по подбородку. И тут же провёл по коже рукой: липкое, прозрачное… «Слюна!» – догадался он.

– Я не застал всего. Тоже видение схватил… – пояснил седой. – Пришёл в себя всего пару часов как… А вот твоя жена и дети натерпелись, конечно…

– Если бы не Мафил с Джокером, мы бы с ума сошли! – проговорила Алиса. – Вы на полу бились как припадочные, рычали, стонали…

Что-то смутное шевельнулось в мозгу. Будто давно забытое воспоминание, спрятавшееся где-то на уровне ощущений. Игорь попытался вспомнить, но голова ответила резкой болью.

– Не пытайся! – Эрин погрозил пальцем. – Можешь снова начать… Сейчас мы легко отделались. Даже ты не стал хулиганить во время видения.

– Я видел…

– Враньё ты видел! – не дал ему договорить седой. – Псевдореальность, как ваши говорят. Где тебе лоб так расквасило?

Игорь коснулся лба и нащупал корку крови. Он вспомнил, как что-то тёмное заливало ему глаза во время боя на лестнице.

– Так, сволочь одна засветила…

– Ты давай, подходи. Сейчас польём Структурной Водичкой… – Эрин достал флягу, у которой вместо крышки был пульверизатор. – Сейчас раны обработаем и будем дом в порядок приводить… Молодцы все! Молодец, уш… хороший! Молодец Алиса! Молодцы Ваня с Лизой! Огромный молодец Вера!

Игорь всё ждал про себя, но не дождался. Эрин просто начал опрыскивать ему лицо.

– А я? – обиженно спросил он, вызвав смех детей.

– Функционал открыл? – строго спросил Эрин.

– Открыл! И вообще восемьдесят два процента набрал! – гордо улыбнувшись, ответил Игорь.

– Ну… Тогда ты тоже ничего так… – проворчал Эрин, а в глазах у него пробежали шутливые искорки.

Глава 17. Сложности самопознания

– Я открыл возможности статуса, – напомнил Игорь, надеясь, что Эрин прямо сейчас кинется ему объяснять, что и как теперь делать.

– Поздравляю! – повторил Эрин и указал на бардак вокруг. – Но… Зачем тебе эти возможности, если в доме такой беспорядок?

Как бы Игорю ни хотелось сразу всё узнать, пришлось согласиться на томительное ожидание. Сам-то он не чувствовал в себе ничего нового. Вообще ничего не изменилось! Ничего!.. Значит, был какой-то хитрый способ, о котором он пока не знал…

– Так, Вера… А ну-ка выпей этой настойки! – потребовал Эрин, отцепив от пояса флягу и отвинтив крышку.

– Что это? – сразу вскинулась Алиса.

– Снотворное, – пояснил седой. – Вере надо больше спать. И пока что находиться под защитой.

Правда, по сравнению с вечером, защитный кокон выглядел несколько блекло. Внешняя сфера сильно пострадала и сжалась. А внутренняя заметно побледнела. Однако, так или иначе, пока что защита держалась.

– Ты чего щуришься? – спросил Эрин, наблюдая, как Игорь разглядывает пространство вокруг Веры. Кстати, девочка уснула почти мгновенно: снотворное Эрина не подвело.

– Я… – Игорь хотел сказать, что просто глаза устали. Но понял, что дело вовсе не в этом.

Ни он, ни Алиса не обладали идеальным зрением. Впрочем, оно не сильно ухудшалось, да и вообще процесс начался уже не в ранней молодости. У Алисы – после первой беременности. И после рождения Вани и Лизы ей сделали операцию. А вот у Игоря всё случилось около двух лет назад, и пока ему удавалось обходиться без линз и очков.

– Зрение стало хуже, а тут устал, всю ночь не спал, – признался Игорь. – Вот и…

– Надо будет вылечить зрение у целителя! – строго сказал Эрин. – В городе есть один. И возьмёт он недорого. Лучше сразу избавиться от этой проблемы.

– Так можно? – Игорь удивился. – Без операций…

– Целители умеют работать с помощью системы! – отрезал Эрин. – Ты пока начинай складывать доски и неси их вниз, а мы с лопо… с «хорошим» вернём стёкла в вашу комнату. Алиса, на тебе уборка помещения. Только пока не стирай меловой рисунок…

Окну, конечно, ночью досталось. Массивные доски как-то выдержали удары монстров, но некоторые из них треснули, и вряд ли их можно было использовать повторно. Пока Игорь всё сложил, пока дождался, когда стена, ночью перегородившая лестницу, вернётся на своё место, пока носил доски – хозяин дома и его слуга уже заменили выбитые стёкла в комнате гостей.

Детей переместили туда, снова вручив им телефоны, которые Эрин опять зарядил. И, кстати, зарядку он проводил прямо пальцем, что выглядело весьма удивительно. Конечно, сидение за гаджетами не заменяет воспитание, да и зрение портит – но что делать, если родителям надо заняться делами?

Закончив со стёклами, Мафил запалил оба камина и плиту. Игорь только сейчас сообразил, что в доме невыносимо холодно. Не так, конечно, как на улице, но температура вряд ли была выше пяти градусов. Впрочем, ничего удивительного – с учётом того, что на ночь внизу стёкла сняли, наверху выбили, а в детской окно закрывали доски, между которыми гулял сквозняк.

Сейчас было понятно, что порождения лезли в дом со всех сторон. В прихожей они выбили дверь, а на кухне ломились в завешенное окно. С точки зрения Игоря, было странно так рваться в дом, где есть защитники, но сам Эрин считал иначе.

– Если бы я в коконе лежал вместо Веры, всё бы у хтона получилось! – ответил он. – И сам бы обратился, и вы за мной следом.

– А теперь он затаится? – спросила Алиса.

– И не подумает… – Эрин покачал головой. – У меня на сегодня был запланирован выезд на задание. Какая-то чепуха творится на одной из ферм. И таких случаев в последнее время стало очень много. Теперь-то я понимаю, кто за всем этим стоит. Думаю, хтон будет действовать, как и собирался. Просто учтёт, что я теперь о нём знаю…

– А почему бы ему снова не напасть на дом? – уточнил Игорь. – Вдруг сегодня ночью опять попробует?

– Пока не наберёт сил, не нападёт. А силы он предпочитает набирать за пределами Лёдного: тут слишком много Порядка!.. – пояснил седой. – Пока о нём не знали, у него ещё был шанс. Но я сообщу в городское управление, и там примут меры.

Когда совсем рассвело, уставшие люди устроили перерыв в уборке. К тому моменту Ваня и Лиза уже уснули на кровати родителей в обнимку с телефонами: сказалась бессонная ночь. Конечно, Игорю тоже спать хотелось. Да и Алиса тихонько зевала. Но на улице утром начало сильно холодать, и законопатить щели хотелось сразу.

– Зачем ему вообще уничтожать узел? – спросила Алиса. – Ведь хтон тогда тоже погибнет… Или нет? Я ведь правильно понимаю: Хаос уничтожает всё?

– Тут у тебя две ошибки, – заметил Эрин. – Первая заключается в том, что ты, Алиса, думаешь, будто Хаос что-то уничтожает. А он может только растворить в себе.

– Но сначала нужно уничтожить? – уточнил Игорь.

– Нет, не нужно… Порядок предполагает взаимосвязь между материей и энергией. Хаос не предполагает даже разделения между материей и энергией. Сам по себе Хаос – это естественное состояние всего, что существует. Вынь из твоего или моего мира физические законы – и тут же получишь первозданный Хаос.

Эрин немного помолчал. Видимо, ждал вопросов, но не учёл усталость собеседников, а потому пояснил сам:

– Чтобы вернулся Хаос, достаточно лишить всё вокруг Порядка. Порядок – это вечная борьба против Хаоса. Но сам по себе Хаос ни с кем не воюет. Он ничего не разрушает, он ничего не созидает. Он просто есть.

– Получается, хтон – это не Хаос!.. – неожиданно догадался Игорь.

– Правильно! Хтон – это порождение Хаоса и бывшее создание Порядка. Чтобы достичь своих целей, ему даже не обязательно уничтожать узел. Достаточно его захватить. Есть целые хтонические области осколков и узлов. Там живут хтоны и порождения, у них даже есть свои иерархии.

– Зачем это Хаосу? – удивился Игорь.

– Хаос не имеет необходимости, – поправил его Эрин. – Хаос просто есть. Поймите вы, это мы ведём войну, а Хаос с нами не воюет. Он просто заполняет то, в чём не осталось Порядка. А хтоны, хоть и подчинились Хаосу, но остаются в своей основе упорядоченными существами. И порождения, кстати, тоже. И если их воля диктует им оставить себе кусочек Порядка, то так и будет. Просто они могут разрушить осколок или узел. А мы, создания Порядка, не можем.

– Совсем не можем? – уточнила Алиса.

– Не став хтонами, конечно!.. – согласился с вопросом Эрин. – Уничтожение даже самого маленького осколка, если оно было сознательным, превратит любое создание Порядка в порождение Хаоса. Игорь, вот что ты видел перед тем, как очнуться?

– Как ты пытался принести в жертву Веру, – признался Игорь, вздрогнув.

– Что за бред, милый? – удивилась Алиса. – Он же от тебя её защищал… Ты вскочил, взял нож и принялся…

– Всё верно! – поддержал Игоря седой. – Формально, по некоторым правилам миров Порядка, я вёл себя как культист. Я же… Ну я почти колдовал, а у вас в мире Порядка такое не принято, мягко говоря.

– А у вас? – уточнил Игорь.

– А это к делу не относится!.. – отрезал Эрин. – Мозг Игоря рисовал другую реальность. Псевдореальность, как это называют ваши соотечественники. Не сам рисовал, а под внешним воздействием. И в этой псевдореальности я злодей. Ты, Алиса, похоже, была моей пленницей… Кем, кстати, Джокер был?

– Волком, – ответил Игорь и, увидев непонимание, пояснил. – Диким и опасным предком собак…

– Ага… Значит, тем, кого надо уничтожить! – кивнул Эрин. – Если бы Игорь не засомневался и поверил в увиденное, эта реальность утвердилась бы у него в голове. И стала бы для него единственной реальностью. И он бы начал выбрасывать из своей жизни всё, что посягает на его псевдореальность. А здесь мысли имеют свой немалый вес, помните?

– Получается, все хтоны живут как бы в псевдореальности? – уточнила Алиса.

– Как и все порождения. Да и любое хтоническое существо… – подтвердил Эрин. – Есть люди, которые этим пользуются, приручают хтонических чудовищ. Ну… Вы поняли. Давайте вернёмся к делам!..

– А мой статус и прочее? – с надеждой уточнил Игорь.

– Сначала уборка и ремонт, потом завтрак, затем отдых. И только после этого займёмся статусом! – строго сказал Эрин. – Вряд ли я уже сегодня поеду на задание, а вот помочь тебе могу. Кстати, Алиса, ты получила что-то за туманников?

– Какой-то рост статуса! – радостно ответила Алиса, сдерживая зевок.

– Это хорошо… Надо тебе быстрее становиться личностью, как муж. Вы – его уязвимое место.

Завтрак вышел поздним. Слишком многое пришлось возвращать на места и ремонтировать, а ещё оттирать и отдраивать. Кровь, выплеснувшая из порождений Хаоса, не исчезала вместе с трупом, а так и оставалась кровью. Как объяснил это Эрин, упавшая часть принималась Порядком – как объективное явление мира. Исчезало только то, что соприкасалось с «сосудом сути» – то есть, тело.

В общем, дел было немало. К тому же, вскоре пришли ополченцы. И о чём-то долго разговаривали с хозяином дома. Как из обрывков разговоров понял Игорь, речь шла о ночном нападении. К счастью, эти гости надолго у Эрина во дворе не задержались…

А потом ещё и дети проснулись. И тут же запросились на прогулку.

Пока Алиса одевала малышей, мужчины вышли на внутренний двор.

– Не понимаю, как можно впустить в себя Хаос? – проговорил Игорь, закурив.

– Я объяснял, – ответил Эрин. – Мыслями, чувствами, словами…

– Не понимаю…

– Всегда следи за мыслями. Всегда следи за языком. Не совершай необдуманных поступков, – Эрин посмотрел на Игоря. – Ты, конечно, создание Порядка. А значит, носишь его в себе. Но там, в Порядке, ты не можешь знать правил. Люди насоздавали множество своих правил и законов, которые мешают нам понять суть.

– Выходит, я не могу злиться, даже если мне кажется, что я в своём праве? – уточнил Игорь.

– Особенно в этот момент! – Эрин устало опустился на крыльцо. – Когда ты так себя чувствуешь – значит, Хаос уже в тебе. Посмотри на ситуацию под другим углом. Посмотри на неё с точки зрения тех, кого она коснётся. Ты вот давеча на этих мразот, ополченцев, окрысился и убить хотел. Было дело?

– Было, – кивнул Игорь.

– Думаешь, убьёшь их, и сразу настанут дни благоденствия? – спросил седой.

– Нет…

– Так зачем ты хотел их убить? – строго спросил Эрин. – Ну убьёшь ты их, а за ними придут другие. У правителя Лёдного много бойцов. Убьёшь правителя? Тогда станет править местный колдун Порядка. А он, поверь мне, ещё хуже. Убьёшь его, и кто будет удерживать Узел? Дня не пройдёт, и тут всё поглотит Хаос. Много тогда выживет людей? Многие доберутся до другого Узла?

Игорь промолчал: да, вчерашний порыв был необдуманным. Однако это не мешало ему всё-таки считать себя правым.

– А ведь ты сам, Игорь, никуда не денешься! – неожиданно произнёс седой. – Ты сам и твоя семья. Вы все окажетесь посреди прорыва… И что ты будешь делать, если твоя дочь начнёт кричать, что ей больно, в то время как её руки будут пожирать твою жену, Игорь?

Тот лишь вскинул взгляд на Эрина и промолчал.

– Что ты сам будешь делать, когда твои ноги начнут жить твоей жизнью? Тебе надо спасать семью, а они несут тебя на верную смерть!.. Ты этого хочешь? – седой нахмурился. – Если хочешь, бери ружьё и пойди убей всех ополченцев. Ты сможешь, я верю! Только потом не кричи посреди порождений Хаоса сакраментальное: «За что?!». Ты теперь знаешь, за что.

Раздался скрип двери и детские голоса.

– Ты счастливый человек, Игорь… – тихо сказал Эрин. – Я помог тебе и твоей жене из-за детей. И продолжаю помогать, в первую очередь, из-за них. Помни это! И береги их! Не просто так система дала тебе квест, с ними связанный. Твоя семья – твой щит. Не разрушь его. Запомнил?

– Запомнил, – мрачно кивнул Игорь. – Только мы же вроде в безопасности, а квест всё ещё не выполнен…

– Разберёмся после отдыха. И с квестом. И с тем, что у тебя теперь есть…

«Чтобы выйти в меню, надо войти в себя» – сколько раз повторил эти слова Эрин, Игорь не запомнил. Впрочем, Алиса сумела уловить суть. И объяснила Игорю, что надо сидеть с закрытыми глазами. И, вслушиваясь в себя, пытаться почувствовать внутри что-то новое.

– Я могу открыть тебе интерфейс с твоего согласия, – признался Эрин. – Но тогда ты так и будешь у других просить… Тебе нужен навык! А навык этот можно только заработать!

Седой расхаживал перед Игорем туда и обратно, как строгий преподаватель на лекции.

– Тебе нужно будет много наверстать, – серьёзно сказал Эрин. – Большинство жителей осколков начинают свой путь с серва, крепостного или раба. На каждом из этих статусов есть своя линейка навыков. Даже у раба, лишённого воли, есть навыки. А ты всё это пропустил. Ты сразу стал личностью. А значит, эти навыки тебе придётся добирать!

Эрин вообще любил поумничать, когда кто-то занят делом. И это немного нервировало Игоря. С другой стороны, именно в такие моменты седой и раскрывал больше всего информации. Чем беззастенчиво пользовалась Алиса:

– А какие навыки есть? И какие статусы?

– Ну… Самый низкий статус – это раб. Есть полные рабы или «лишённые воли». Сказать по-честному, это практически приговор. Случаи выхода из этого статуса были, но крайне редко. Однако низвести создание Порядка в «лишённого воли» можно лишь добровольно. И у этого статуса, как я и сказал, есть навыки – так называемая рабская линия. Следом идёт «призываемый раб». Это мой ушастый. У него есть линейка навыков призванного. У третьего рабского статуса, «подчинённого раба», есть линия навыков подчинения.

– Я вот не пойму, – с закрытыми глазами пробормотал Игорь. – Они сами развивают навыки подчинения?

– Да, – кивнул Эрин. – Так и есть.

– Но ведь эти навыки нужны для удобства хозяина…

– Ты давай, не отвлекайся! – потребовал седой. – Да, эти навыки нужны, чтобы прислуживать хозяину. Прокачавшийся раб удобнее в использовании. Но и раб получает свои преимущества. К примеру, мой лопоухий проживёт больше меня. У него во время призыва показатели сытости, водонасыщения и отдыха приравниваются к моим. Он не ест, не пьёт, не спит, а просто равняется на меня. А затрачиваемая для призыва энергия тратится на его омоложение… Поверь, система Упорядоченного не даёт бесполезных даров. И бесполезных статусов… Никто не знает, что лучше – карабкаться от рабского статуса или сразу начинать личностью.

– А мы могли бы стать сервами или рабами Игоря? – задумавшись, спросила Алиса.

– Тогда вы перестали бы быть его семьёй, – ответил Эрин. – Я только не уверен насчёт статуса «крепостных»… Хотя, наверно, пробовать не стоит. Так… О чём я? О рабах! Рабом можно стать как добровольно, так и принудительно. Причём принудительно в рабы можно попасть даже из статуса воина. Вопрос лишь в том, будет ли статус принуждающего достаточно высок. Так что бывают и очень сильные рабы, которые способны этот узел на атомы разнести. Однако это, конечно, редкость. С такими лучше устанавливать вассальную зависимость.

– А в чём отличие? – спросил Игорь.

– От вассалитета можно отказаться при выполнении определённых условий, которые накладывает Упорядоченное… – пояснил Эрин. Его монотонная лекция убаюкивала, и Игорь начал чувствовать лёгкое желание вздремнуть. – А вот раб, даже став сервом, не освобождается. Зато получает новые возможности. Серв-слуга получает навыки служения, серв-крестьянин может научиться земледелию, животноводству, собирательству и заготовке припасов. Это уже четыре линейки навыков. А вот серв-ремесленник получает производственные навыки: строитель, жестянщик, портной и плотник. А вот потом… Потом начинаются гражданские статусы.

– А есть военные? – уточнила Алиса.

– Да, есть… Но об этом потом. Гражданские статусы – это крепостной, личность и свободный, – Игорь старался не уснуть, но закрытые глаза так и норовили закатиться, а голос Эрина уже звучал как будто издалека. – Крепостной всё ещё не может уйти от хозяина, но и продать его нельзя. Крепостной привязан к земле, к осколку. Личность и свободный – это родственные статусы. С ними можно не только приобретать навыки, но и переводить их в умения. А это уже, можно сказать, новый уровень.

– А где статист находится? – уточнила Алиса.

– Между крепостным и личностью…

И тут Игорь, почти уже уснувший, почувствовал его.

Меню.

Это был будто узел у него в голове, который слегка давил изнутри на череп. Находился он там, где обычно располагается родничок. Он хотел было радостно вскрикнуть, позвать Эрина и Алису!.. Но не мог, потому что, как и любой спящий человек, не чувствовал своего тела.

Игорь словно бы видел осознанное сновидение. То есть, он понимал, где находится, и даже, как сквозь вату, слышал Эрина и Алису. Однако при этом будто находился во сне, который медленно разворачивался в его голове, словно раскрывающийся свиток.

– Игорь, ты не уснул? – послышался голос Алисы. – Ой, у него глаза под веками дёргаются…

– А! Он нашёл меню! – обрадовался Эрин. – Игорь, я знаю, что ты меня слышишь! Я сейчас к тебе приду и помогу. Тебе надо будет разрешить мне войти! Слышишь?

Игорь хотел ответить, что да, мол, слышу. Но его тело только согласно всхрапнуло.

– В следующий раз, пока навыка нет, его надо будет уложить… – посетовал голос Эрина.

А Игорь всё ещё пытался разобраться в том, где находится. Вокруг него, как в калейдоскопе, сменялись картинки из жизни, воспоминания, фантасмагорические пейзажи, а потом он оказался в полной темноте…

Где-то на краю сознания мелькнула надпись:

Получен навык: «Управление системными возможностями Упорядоченного»

Поступил входящий запрос на слияние интерфейсов.

Отправитель: Эрин кели Ванна, мир – Таурия, статус – воин. Принять?

Игорь ещё не знал, как принимать запрос, но подумал, что согласен.

И через секунду в кромешной тьме появился призрачный седой. Здесь он отличался от того человека, которого Игорь знал в реальном мире. Но всё-таки был узнаваем…

Глава 18. Система Упорядоченного, как она есть

– Вот ты как выглядишь соплёй, так и здесь сопля соплёй!.. – заметил Эрин в своей прямовато-грубоватой манере. А потом всё-таки добавил: – Если тебя не знать, конечно…

– Зато ты вполне героически выглядишь, – не обидевшись, заметил Игорь, потому что на седого обижаться было бесполезно. – Явно более героически, чем в реальном мире!

– Реальный!.. – фыркнул Эрин. – Реальность – знаешь ли, такая зыбкая штука… Видение во время удара Хаоса ничему тебя не научило?

– Научило. Не верить тебе! – Игорь засмеялся. – В моём доме вам ничего не грозит, говорил он в первый день! Спите спокойно, говорил он!..

– Ха! Ну ошибся немного… С кем не бывает? – Эрин обладал тем поразительным характером, который позволял ему не только хамить людям с порога, но и искренне смеяться над самим собой.

Игорь этого, конечно, ещё не знал. Но в последние дни уже начал догадываться. Особенно, успев пообщаться – пусть и чуть-чуть! – и с теми, кого Эрин считал людьми не совсем чужими, и с теми, кто его не любил, и с самим седым. Собственно, впервые на мысль о том, что старик – совсем не злой человек, его навели дети. Конечно, Игорь слегка ревновал, что они уделяют так много внимания «дедушке», но кто, кроме ребёнка, умеет почувствовать в человеке глубоко и надёжно закопанную доброту?

– Ладно, шутки в сторону. Мне ещё сегодня в администрацию идти. И тебе, кстати, тоже… Будем тебя моим помощником оформлять! – Эрин огляделся и удовлетворённо кивнул. – Девственно чистый кабинет! Прекрасно!..

– Что же тут прекрасного-то? – удивился Игорь.

– Ну как тебе сказать… Обычно я сталкивался с личностями, которые успели в нём пошуровать. И, прямо тебе скажу, кабинеты у них были слегка захламлены! – признался седой. – А захламлённый кабинет мешает развитию.

– Пустой кабинет, знаешь ли, тоже не способствует! – возразил Игорь. – Давай его чем-нибудь заполним. Тоска уже берёт от этой пустоты!..

– Попробуй вызвать систему управления, – предложил Эрин. – Просто сосредоточься и пошли мысленный запрос.

Игорь попытался закрыть глаза, но оказалось, что в кабинете это невозможно. Если его тело ещё отображалось какой-то фигурой, то функция закрытия век явно была не предусмотрена. Впрочем, это как раз было объяснимо: ведь, что бы ни говорил Эрин, воспринимать кабинет как реальность не получалось.

Не зная, как вызвать систему управления, Игорь просто послал в пространство мысленный запрос. И в той темноте, где находилось его сознание, вдруг загорелась яркая искра. Она росла, ширилась, постепенно принимала форму человека – и вскоре Игорь обнаружил, что искра теперь изображает его самого. Совершенно обнажённого, но именно его. С небольшими излишками веса на животе и боках, с широкими плечами, с едва заметным плоскостопием…

Стоило ему сосредоточиться на изображении, как оно стало полупрозрачным – взамен приоткрыв внутренние слои тканей, скелет и органы. Эрин, похоже, занимался тем же самым: проводил тщательную инспекцию тела Игоря.

– Смотри, это ты! – изрёк седой. – А точнее, твоя проекция. Возраст: сорок три средних года. Относительно здоров. Если, конечно, не считать проблем со зрением, зубами, загаженными лёгкими и… Любишь бухнуть?

– Нет, – удивился Игорь. – Не увлекался… Так, выпивал при случае.

– А отчего-то печень – полный ужас. Хуже лёгких… – покачал головой Эрин. – Ладно, из вашего технологичного мира люди почему-то редко приходят здоровыми. Так, что у нас дальше… Плоскостопие. Сросшийся перелом в ноге. Очень плохо развиты мышцы на спине. Позвоночник изношен… Кстати, ты всё это можешь посмотреть сам. Знаешь, да?

– Уже понял… – подтвердил Игорь, с искренним сочувствием рассматривая свою печень. – Что это вообще даёт? Ну, кроме комплексов и ипохондрии?

– Стимул посетить лекаря!.. – усмехнулся Эрин. – Так, что ты видишь?

– Вижу печень. Подписана: «печень человеческая». Качество: «так себе», – перечислил Игорь.

– Я вижу чуть больше, – признался Эрин. – Зато у себя я вообще вижу почти всё. Так, пока не забыл… Запоминай: есть два базовых навыка, которые могут помочь. Первый – «анатомия разумных рас Порядка». Этот навык открывает начальные знания по анатомии всех разумных. Как понимаешь, это не только люди. Хотя строение у всех более или менее похоже, поэтому особых отклонений быть не должно. Конечно, у некоторых органы могут дублироваться или даже утраиваться… Однако, в общем и целом, набор функций будет похож.

– Эрин, а как ты русский выучил? – поинтересовался Игорь.

– Навык взял, вот и выучил… – отмахнулся седой. – Ты не отвлекайся!.. Навык «анатомия разумных рас порядка» – это лишь начальный этап. А дальше пойдёт множество интересных специализаций. Вот только получить их бывает тяжело… Ну и противно, местами. Придётся препарировать трупы. А это, знаешь ли, неприятно.

– А у тебя есть такой навык? – спросил Игорь.

– Хочешь узнать, препарировал ли я трупы? Да! – ответил Эрин. – Хтонов резал. И, бывало, других мёртвых разумных, если есть что-то ценное в организме. Внутри обычных людей – таких, как ты, я или мой ушастый…

– Он обычный? – удивившись, прервал седого Игорь.

– Самый что ни на есть! – Эрин улыбнулся. – Конечно, внешне отличается, но набор функций – тот же самый. Так вот… О чём я бишь?.. Ага! В общем, внутри нас особо ничего ценного нет, потому что есть баланс. А вот там, где баланс нарушен, в таких можно и поискать.

– Например?

– Вот смотри… Есть такие люди, которые себя ифлисами называют, – расщедрился седой на информацию. – Первые сто лет своей жизни они слабые, медленные и тупые. Чтобы этот народ мог выжить, природа наградила их железой, которая вырабатывает гормон, стимулирующий регенерационные центры организма. У тебя и у меня эти центры уже не справляются в силу возраста. Нам нужно много спать, беречь себя… А у них работают лет по триста-четыреста. Если железу аккуратно изъять и посадить в питательный раствор, поддерживая универсальными единицами, то она будет по-прежнему вырабатывать гормон. Гоняя плазму через эту железу, можно поддерживать в себе жизнь. Хотя, сразу скажу, Упорядоченное такое не одобрит!..

– Не одобрит использование гормона? Или то, что?.. – предположил Игорь.

– То, что железу вырезали из создания Порядка! – строго пояснил Эрин. – Если найдёшь ифлиса-хтона с сохранной функцией, или какой-то ифлис сам на тебя нападёт (что вряд ли) – тогда он твоя законная добыча. Но мы отвлеклись… Итак, ты можешь ждать «анатомии разумных рас порядка», а можешь пойти по более лёгкому пути. А именно, попытаться работать над собой, чтобы получить навык «самопознание». Вообще-то его получают очень многие, но мало кто помнит, что его надо развивать. И если так делать, то в какой-то момент можно получить навык «самопознание тела». И вот он даст тебе куда больше информации. И вообще этот навык очень полезный. Вплоть до улучшения некоторых органов!

– Вот как я могу протянуть тут дольше, чем на Земле… – догадался Игорь.

– Само собой! – Эрин указал на образ Игоря и предложил: – Дай запрос показать параметры тела!

Игорь послушался, и рядом с «телом» открылись его параметры в виде плашки с текстом. При этом плашка всегда была повёрнута к Игорю нужной стороной, как бы он ни обходил свою проекцию… Завораживающее зрелище!..

– Да прекрати ты вертеться! Говорю же, времени мало! – попросил Эрин. – Давай так… Представь, что ты описываешь всё то, что видишь, в книге. И тебе надо сделать так, чтобы на нудном описании читатель твою книгу в окно не выкинул! В общем, ты должен уместить всё в короткую главу и перейти к приключениям. Вот и веди себя так, чтобы в главу уместить!

– Ладно-ладно! – согласился Игорь и посмотрел на параметры.

Ничего знакомого не было. Все параметры имели числовое значение с дробями. И совершенно невразумительные названия…

Сосуд Порядка (3) – 1,9

Здоровье тела (10) – 3,8

Развитие кожных и мышечных тканей (10) – 4,1

Развитие связок и суставов (10) – 2,3

Развитие Нейронных связей (10) – 5,5

Надстройка Упорядоченного (100) – 1,3

– Скажу сразу: я всё вижу по-другому. Не так, как ты сейчас, – предупредил Эрин. – Но никто не мешает и тебе всё переназвать. Так здесь многие делают… Ваши любят присваивать параметрам дурацкие названия. Какие-то «силы», «ловкость», «магия» и тому подобная чушь, которую ваши называют РПГ-системой… Запомни: это сознательное упрощение, которое будет тебе потом мешать. Ну-ка… Опиши, что ты видишь.

Игорь послушно перечислил всё, включая названия и цифры в скобках. Пока что было непонятно, как это вообще можно подогнать под привычную систему. Но как только Эрин снова начал объяснять, всё сразу встало на свои места.

– Сейчас ты видишь верхний слой всех параметров, – седой развёл руками. – Без описанных мною навыков именно так дальше и будет. Но если ты возьмёшь навыки, то каждое описание начнёт раскрываться куда подробнее. В скобках показывают максимальный предел развития твоих способностей. Сосуд Порядка, здоровье тела, развитие тканей, суставов и нейронных связей – это биологически заданные пределы из мира, где ты жил. И тут с моими нет никаких различий. Наш с тобой природный максимум -10 в физическом плане и 3 в сосуде. В том мире, откуда ты пришёл – это верхний предел.

– А в Упорядоченном нет? – догадался Игорь.

– Само собой, нет! – кивнул Эрин, порадовавшись, что собеседник всё понимает. – Эти пределы можно и даже нужно прорывать. И тогда ты будешь развиваться дальше. Но тебе сейчас до прорыва пределов, как отсюда до миров Порядка… В общем, почти бесконечность. Итак, в скобочках указан предел. Без скобочек – текущее значение. У тебя острый перекос в сторону силы и мозгов. Зачем так? Непонятно! Но это картина привычная. Дай догадаюсь: у тебя была сидячая работа, и ты её компенсировал какими-то занятиями. Так, что ли?

– Даже занятий не было… Так, детей на руках таскал! – признался Игорь. – Иногда тяжести…

– Ну да, интеллектуальный качок! – хмыкнув, согласился Эрин. – Гибкость провалена, а вот духовное развитие – среднее. Что ж, могло быть и хуже. Наверно, в вашем мире любят такое: «жизнь – высшая ценность, а человеческая особенно», «любите своих близких»? Есть такое?

– Ну да… – признался Игорь.

– Вот! Молодцы! Скажи им спасибо: ты духовно развитый человек!.. – Эрин усмехнулся. – Среднеразвитый… Надстройка Упорядоченного, как у статиста. Нужно выправлять… Перекосы тут недопустимы!

– А как выправлять? – спросил Игорь. – Где-то получить очки и вложить?

– Как-как, зарядку делать!.. – буркнул Эрин. – А очки тоже надо вкладывать. Хотя вообще-то система несколько сложнее. Как я уже сказал, это лишь верхний слой. Под каждым из этих параметров есть свои вложенные параметры или подпараметры. К примеру, развитие мышечных тканей включает в себя абсолютно все твои мышцы. На ногах, на руках, на спине, на животе, на шее. Где-то у тебя хорошо, а где-то похуже. Соответственно, всё оценивается от нуля до десяти единичек. А потом вычисляется средний балл, который ты сейчас видишь. Многим, когда говоришь: «Надо подтягивать», они выбирают какой-то параметр, который и так развит. И давай его до совершенства доводить!.. Вот умел ты, например, спину гнуть хорошо. И натренировался так, что можешь, как животные, собственную жопу языком вытереть, а получил всего 0,3–0,4 балла дополнительно. Почему? Потому что и так умел! А надо было тянуть вверх то, что не умел. А это ещё придётся найти.

– И как найти? – поинтересовался Игорь.

– Где-то просто, а где-то сложно… – признал Эрин. – Вот по тем же мышцам я и так скажу, где у тебя провал: на спине. Грудь, хоть слегка подвисла и скоро, как у бабы, будет, но мышца-то там есть. Правда, подвисшая. Живот – тоже не без мышц, просто жир мешает. Плечи широкие, руки приличного размера, ноги… Вот с ногами похуже: чаще надо было ходить. Задница большая, но такую можно и наесть, и насидеть. А главный провал – спина и бока. Как ты на моих досках спишь, я не представляю… Привык, небось, к удобным креслам и мягким матрасикам? Да, Игорь?

– Привык! – не стал тот отрицать очевидное. – А на твоих досках ворочаюсь, пока удобное положение не найду…

– Был бы мышечный каркас покрепче, ты бы проблем не знал. Хоть на камне мог бы спать! – озвучил Эрин прописные истины. – Ладно… Пока оставляй, как есть. Будем заниматься… И переходим дальше. Мысленно призови связку хранилищ!

– Так и называется? – уточнил Игорь.

– Я так называю, но Упорядоченное поймёт. Ты просто призови! – посоветовал седой.

Над головой проекции Игорева тела начали загораться шары. Каждый имел подпись, а некоторые даже содержимое:

Сосуд универсальных единиц – 395

Сосуд искр упорядочивания – 163

Сосуд искр совершенствования – 0

Сосуд искр изменения – 10

– Кстати, ты мне только про мышцы объяснил, – напомнил Игорь. – А что другие параметры означают, ещё не говорил!

– Сейчас всё объясню. Куда ты летишь? – удивился Эрин.

– Ты сам сказал: не больше короткой главы, а то читатель уйдёт! – в голосе Игоря слышалось неподдельное возмущение.

– Ну да… Сказал… – не стал спорить седой. – Но ты пока не мешай! Так… Я вывел тебе те сосуды, которые являются базовыми для всех. Хотя вообще-то их куда больше! Мир и сам по себе многогранен, и Упорядоченное всегда находится в развитии. У меня был приятель, у которого был сосуд искр деградации. Чем он, кстати, очень гордился. А сколько всего видов искр, наверно, не знает никто.

– А универсальные единицы? – уточнил Игорь. – Что с ними?

– Вот с них и начнём! – согласился Эрин. – Универсальные единицы так называются, потому что они… Ага, не поверишь: универсальны. Всё, что можно улучшить за счёт искр, ты можешь сделать за счёт универсальных единиц. Всё, что есть в материальном мире, можно получить за универсальные единицы. Всё, что можно купить у системы, тоже требует универсальных единиц.

– Значит, я могу купить искры изменения за универсальные единицы? – уточнил Игорь.

– Можешь, – кивнул Эрин. – Однако я не рекомендую этим увлекаться. В общем, есть много того, что ты можешь делать с помощью универсальных единиц. Например, зарядить телефон!

– Вот как ты это пальцем делал!.. – понял Игорь.

– Верно! Универсальные единицы или просто УЕ – это и работа знаков, и многое-многое другое. Их есть, на что потратить, но запас надо иметь всегда. Если их достаточно… Ты даже не умрёшь, Игорь! Ты окажешься в Мареве. Правда, есть много дополнительных условий, чтобы из Марева вернуться в жизнь… Но сейчас мы не будем об этом. Скоро и сам узнаешь! Главное, помни: УЕ всегда должно быть много. А тратить их на покупку искр – это невыгодно.

– Понял!.. – кивнул Игорь, чья жаба такой подход всецело одобряла.

– Искры трёх видов – это твоё будущее. Я вижу, ты уже чуть-чуть заработал. Но это пока ещё капля в океане! – продолжил Эрин. – Итак, у тебя есть шесть параметров. Четыре из них – твои физические параметры. Первый – это здоровье тела. Скажу сразу: этот параметр стоит на особицу, потому что изменяется в зависимости от твоего состояния. Пока он больше единицы, ты сохраняешь полную функциональность, но как только опустится ниже… Ну, чисто теоретически, можно попробовать побегать!.. Но, скорее всего, ты сможешь только лежать, пока цифры не восстановятся.

– А его можно сделать максимальным? – уточнил Игорь. – Я имею в виду, естественным путём.

– Он и был почти максимальным, когда тебе было лет двадцать пять… – усмехнулся Эрин. – А больше уже не будет. Человеческий организм имеет свой ресурс. Во всяком случает, таковы правила в мирах Порядка. Как только ты достигаешь своего пика, вскоре начинается спад. И, кстати, ты не на все показатели можешь влиять в «Здоровье тела». Они меняются в зависимости от твоего физического состояния. Также рядом с максимальным значением подпараметров будут стоять модификаторы и множители, которые навсегда изменят максимум. К примеру, максимальное значение здоровья твоего желудка – это десятка. Твой возраст снимает 0,5 от максимума, а всё, чем ты травился – изменяет значение ещё на 0,97. И тогда…

Видимо, Эрин выдал цифры «от балды», и поэтому ему пришлось считать.

– И тогда твой максимальный балл никогда не поднимется выше 9,2… - наконец-то закончил подсчёт седой. – Опытный врачеватель может добавить положительный множитель, как и другие модификации. Однако абсолютным этот показатель уже не будет. Зато ты можешь прорвать подпараметр «Здоровье желудка» с десяти до одиннадцати баллов. И тогда негативный эффект от возраста будет уже не так заметен. Я просто… Просто я помню показатели своего желудка, вот их-то в пример и привёл.

– И что, расскажешь о своих? – удивился Игорь.

– А чего от тебя скрывать-то? Максимальное здоровье моего желудка составляет 36. Модификатор возраста – 18, а множитель за вредную пищу – 0,44.

– В итоге, получается около восьми, да? – напрягая мозги, посчитал Игорь.

– Если быть точным, то 7,9… - кивнул Эрин. – И выше не поднимется. Можно попробовать ещё прорвать предел в 36 баллов. А можно пока оставить всё, как есть. Просто не пихать в себя всякую дрянь…

– И как прорывать предел? – уточнил Игорь.

– А вот для этого у тебя есть искры совершенствования! – пояснил Эрин. – Чем больше у тебя искр, тем дальше можно продвинуться в совершенствовании тела. И, само собой, увеличение каждого параметра потребует чем дальше, тем больше этих самых искр. Поэтому ты всё равно когда-нибудь умрёшь от старости, зато протянешь дольше. А за счёт улучшения здоровья вообще на какое-то время можно помолодеть. Это, кстати, должно порадовать твою жену, хотя она и так вроде красавица.

– Ну да, – Игорь усмехнулся. – Значит, искры совершенствования – это как очки в параметры?

– Так и есть. Они подходят для здоровья тела, развития тканей, для связок и суставов и для нейронных связей. Ими можно улучшать свои параметры. И хотя бы не слабеть с годами.

Пусть Эрин и предостерегал от подобного шага, но мысленно Игорь расставил для себя соответствия с классической схемой РПГ. Здоровье тела – это телосложение. Развитие тканей – сила. Связки и суставы – ловкость. А нейронные связи – интеллект. Конечно, это было приблизительное соответствие, которое просто помогало привыкнуть к названиям… И тут Игорь был согласен с Эрином: полная замена на классическую систему резко ограничивала понимание принципов работы этого механизма.

– Искры модификации! – между тем, продолжил седой. – Пока их у тебя десять. Надо больше? Надо убивать порождения Хаоса! Надо резать трупы, чтобы их приобрести! Искры модификации позволяют тебе вносить изменения в собственный организм. Это ещё один путь, ведущий к долголетию и силе, но увеличивающий дисбаланс в здоровье тела. Есть в нём подпараметр – баланс. Вот он должен стремиться к нулю, иначе на всё будет накладываться модификатор штрафа. Замучаешься исправлять!..

– У меня всего этого нет! – заметил Игорь.

– Появится! – успокоил Эрин. – Со временем всё появится. Пока тренируйся физически и духовно. Так и будешь всё исправлять. Давай дальше… Что там осталось объяснить? Ага, искры упорядочивания…

– Эрин, но у меня нет искр совершенствования! Как их получать-то? – остановил седого Игорь.

– Ты их уже получаешь! – тот улыбнулся. – Твоё соответствие статусу растёт именно из-за них. Хотя из убитых порождений они пока что не выпадают. Как только ты достигнешь 100 % соответствия, сразу и сможешь совершенствоваться.

– А, ладно…

– Искры упорядочивания нужны для того, чтобы работать с надстройкой Упорядоченного и Сосудом Порядка – параметрами, отвечающими за твоё духовное развитие. Сосуд Порядка – это ты. Твой дух, твоя защита от Хаоса… Его значение тоже постоянно меняется, как и Здоровье тела. Вот только есть разница. Если Здоровье тела опустится до нуля, ты просто умрёшь. А если такое случится с Сосудом Порядка, то начнётся естественное самопорождение тебя в Хаосе. За этим параметром надо постоянно следить. Ага, и теперь надстройка… Знаешь, ваши ещё называют её магией, колдовством и прочим. Думаю, смысл ты понимаешь.

– Она даёт творить всякое «колдунство»… – улыбнувшись, кивнул Игорь.

– С ней я особо тебе не помогу. Потому что я сам её раньше не слишком развивал, а сейчас уже поздно. Старею, знаешь ли… Хотя, думаю, ты сам с ней разберёшься. А пока давай-ка на выход! Уже обед, и нам с тобой ещё в администрацию Лёдного надо успеть.

– И это всё объяснение?! – возмутился Игорь.

– Как-нибудь потом продолжим! – усмехнулся седой. – Глава в книге – помнишь? Мне кажется, она уже закончилась.

Глава 19. Бремя власти

– Как всё прошло? – поинтересовалась Алиса, когда Игорь открыл глаза, а Эрин снова начал шевелиться.

– Обыденно! – ответил седой. – Что там могло пойти не так? Сейчас я твоему мужу объясняю, а потом он тебе будет, если успеет навык на подключение взять… Ну а если нет, объяснит на словах.

– Мафил приготовил обед… Будете? – Алиса указала на плиту, где в котелке был суп, а на сковороде какое-то мясо.

Самого Мафила видно не было. Только из прихожей доносились какие-то шорохи.

– Мы будем! – согласился Эрин. – Нам сейчас в администрацию идти.

– А вы что? – уточнил Игорь у жены.

– Мы тогда после вас, – улыбнулась Алиса. – Младших сгоню поесть, а Веру покормлю сама. Пока вы были заняты, я к ней заходила. Ещё спит…

– Пусть спит, ей полезно сейчас! – буркнул Эрин. И уже открыл было рот, повернувшись к прихожей, но вдруг передумал и махнул рукой, принявшись сам разливать суп по тарелкам. – Когда я только личностью стал, думал: вот заведу себе десять слуг… И у меня даже было пять. Но управляться с ними было тяжело. Оставил я себе только ушастого. И так с ним и путешествую…

– И не знаешь его имени, – улыбнулась Алиса, отобрав у седого тарелку и половник. – А он тебе еду готовит.

– Он не может причинить мне вред, если ты об этом! – насупился Эрин, сев за стол.

– Прямой, наверно, не может, – не согласилась Алиса. – Зато может причинить непрямой… Я, конечно, ещё ничего не понимаю в этой местной системе, но поверь: даже самые верные слуги иногда обижаются.

– Вот поэтому лучший раб – лишённый воли! – наставительно заметил Эрин.

А Игорь вспомнил о том, какой штраф наложен на желудок седого за вредные продукты, и смолчал. Не хотелось расстраивать Эрина, да и Мафила подставлять. Вдруг Алиса ошибается? Жена тоже не стала давить: просто выставила им тарелки и принялась накладывать второе.

Игорь склонился над супом, вдохнул запах еды и резко выпрямился. Лоб укололо болью в том месте, где его ночью полоснуло порождение. Царапина особо не тревожила, зато напоминала о том, что этот мир весьма и весьма опасен для людей.

– Игорь, я поговорю ещё раз с младшими по поводу… Ну… Хаоса и чувств, – Алиса выставила оставшиеся тарелки на стол. – Но с Верой надо и тебе поговорить, когда она проснётся…

– Хорошо! – кивнул тот, поймав неодобрительный взгляд Эрина.

После обеда, тепло одевшись, они вышли из дома. Вместе с ними увязался Джокер. Вокруг всё капало: снег таял, и погода явно улучшалась. Игорь даже не стал плотно запахивать куртку, оставив возможность вентиляции.

– Не простудись! – предупредил Эрин. – Если заболеешь, будет очень тяжело. Простуда здесь, знаешь ли, опасна.

– Учту, – кивнул Игорь.

Они прошли по вдруг изогнувшейся сегодня улице и внезапно уткнулись в тупик. Один из домов оказался на месте прохода, бывшего здесь раньше. Рядом ходил туда-сюда мрачный черноволосый мужчина, немного похожий на облезлого ворона.

– Добрый день, Виктор! – поздоровался с ним Эрин.

– Что за беда? – вместо приветствия спросил тот, указывая пальцем на дом.

– Боюсь, сегодня это из-за нас! – признался седой и, поймав заинтересованный взгляд Виктора, пояснил: – На мой дом ночью напали порождения и туманники… В самом доме-то всё выправилось, а вот что на улице, я даже не смотрел…

– Напали порождения и туманники?.. – Виктор выгнул бровь и шмыгнул носом. – Чего им надо было?

– Рядом с домом мы днём обнаружили прорыв! Рисунок Хаоса… – пояснил Эрин. – Я думаю, что охотились на меня. Но прилетело по дочери Игоря…

– Сочувствую, – мрачно кивнул Виктор, глянув на спутника седого. – Всё плохо?

– Нет, девочку-то мы отбили! – успокоил его Эрин. – Просто… Ну, как ты понимаешь, само по себе такое не происходит.

– Всё само по себе происходит, – хмуро отозвался Виктор.

– Послушай, ты же понимаешь… – предпринял вторую попытку седой.

– Ничего я не понимаю! – разозлился «облезлый». – Ничего! И не хочу понимать!.. Ты что, считаешь, у нас тут хтон есть?!

– По всем признакам… – как-то даже растерянно согласился седой, явно не ожидавший такой реакции.

– Не хочу об этом слышать! Просто не хочу! – поспешно сообщил ему Виктор. – Вот как начальство скажет, что есть – так буду хотеть! А пока сам до них правду доноси!.. Всё!.. Идите! Не мешайте!

Пожав плечами, Эрин дал знак спутнику и повёл его в другую сторону. При этом седой был мрачен и явно расстроен. Когда они снова проходили мимо дома Эрина, он посмотрел на окна, покачал головой и раздражённо произнёс:

– Почему она всё на тебя вешает, Игорь?

– Кто? – не понял тот.

– Кто-кто? Жена твоя! Почему если с ребёнком говорить, то тебе. Если что-то важное делать – тоже тебе… Она женщина! Она должна заниматься семьёй! – вспышка раздражения, похоже, наконец-то прошла, и седой начал успокаиваться.

– Когда мы встретились в первый раз, – признался Игорь, – моя семья только вставала на ноги, а её семья уже была обеспеченной… И когда мы снова встретились в более взрослом возрасте, ничего не изменилось. Алиса всегда была побогаче меня.

– Повезло тебе! – улыбнулся седой.

– А я так не считаю… – возразил Игорь. – Она всегда могла решить все наши проблемы одним звонком. По щелчку пальцев. Её папа – чиновник. Весьма высокопоставленный.

– Приближённый правителя? – уточнил Эрин.

– Можно и так сказать, – согласился Игорь. – В нашем мире всё чуть сложнее с управлением. Но если переводить на более простую систему… Её отец пусть и не входил в ближние круги, но находился совсем рядом. А моя семья – простые ремесленники.

– И как это объясняет её поведение? – уточнил Эрин.

– Алиса всегда делала всё, чтобы я сам решал проблемы, – пояснили Игорь. – Нам нужен был дом – я его покупал. Нам нужна была новая машина – я её покупал. Если брал кредит…

– Это что-то вроде долга? – уточнил Эрин, поморщившись. – Ты что, обращался к ростовщикам?

– У нас это называется банком. И там есть банкиры, служащие, – объяснил Игорь. – У нас целые государственные программы есть. Кредиты там на всякие цели…

– Когда берёшь деньги в долг? – кивнул Эрин.

– Ну пусть так… – не стал спорить Игорь.

– Знаешь, что я заметил? – спросил Эрин. – Люди из вашего мира, причём из любой страны, обожают двусмысленность! Вы на одно и то же явление придумываете два-три названия. Вот на взятые в долг деньги чего только не выдумали – займ, кредит. А суть-то осталась та же! Деньги в рост! Ростовщик выдаёт деньги, а взамен требует вернуть их и ещё что-то… Банкир выдаёт деньги, а взамен – то же, что и ростовщик… В общем, ты влезал в долги, а твоя жена это тебе позволяла!

– Она позволяла мне решать проблемы семьи, Эрин… – Игорь покачал головой. – И никогда не пыталась решить всё за меня. Я же мужчина! Вот она и давала мне почувствовать себя мужчиной, а не придатком к жене.

– И что, помогло? – удивился седой. – Выглядишь, как сопля!

– Ну, в моём мире помогало! – не согласился Игорь. – Я решал проблемы, учился новому. Рос над собой, можно сказать…

– Здесь так не получится. Ты же понимаешь? – уточнил Эрин.

– Не уверен… – признался Игорь. – Я понимаю, что ты требуешь, но ты требуешь этого сейчас и сразу… А мы сорок лет прожили в других условиях. Когда мы в том лагере в чистом поле устраивались на ночь, я всё надеялся, что появятся спасатели… Не верил до конца! Вот и Алиса ещё живёт так, будто где-то здесь есть её папа. И если совсем уж невыносимо прижмёт, она ему позвонит, чтобы решить вопрос. И дочка старшая тоже не до конца понимает… Не злись, Эрин. Невозможно за пару дней перевернуть свои взгляды на жизнь…

– Но надо, Игорь! Надо! – Эрин остановился на очередном перекрёстке и огляделся. – Вам надо… Не мне. Алиса у тебя смелая и решительная, но если продолжит за тебя прятаться – ты не выдержишь! Тут не мир Порядка, тут всё совсем другое!..

– Я это понимаю, но… Я поговорю с ней. Хотя, если честно, даже не знаю, что и как сказать! – ответил Игорь.

– Пошли… Пройдём тут! – Эрин махнул рукой в направлении нового маршрута. – Ты помни о своём задании, Игорь… Безопасность бывает разная!

Администрация Лёдного была длинным зданием, сделанным из кирпича. У крыльца толпилось несколько ополченцев, которые курили и о чём-то разговаривали. Игорю немедленно захотелось присоединиться, но он себя сдержал. Не место, не время – да и люди не те… Кстати, как оказалось, всё необходимое можно было купить в Лёдном, но «портить здоровье» здесь стоило дорого. Хотя Алиса и захватила мужу запас, который он вёз в отпуск на первые дни – осталось от него уже немного.

Войдя внутрь здания, Эрин и Игорь оказались в небольшом холле. Там даже имелась стойка «ресепшен», за которой стояла вполне себе официального вида девушка.

– Вы к кому? – спросила она, нахмурив изящные бровки.

– К Василию! – буркнул Эрин.

– У нас тут четыре Василия… – устало вздохнула девушка, всем своим видом показывая, как её утомили тупые посетители. – Или вы к охраннику Василию?

Охранник, который сидел на стуле в другой стороне холла, издал хрюкающий смешок.

– К Крапивину! – мрачно уточнил Эрин. – Ты же меня сто раз видела! Я что, к другим здесь хожу?

– Видела-не видела… – девушка раздражённо вытащила из-под стойки серую папку. – Вас тут сотни ходят туда-сюда… Мне что, всех запоминать?! Крапивин сейчас на совещании!

– А к его заместителю? Я нюхач города, у меня вопрос-то важный! – возмутился Эрин.

И тут Игорю стало жалко седого. Он-то, едва переступив порог, сразу ощутил запах земной «двусмысленности», как называл её Эрин. И поэтому чувствовал себя всё увереннее и увереннее. А вот Эрин явно с родной для Игоря бюрократией слишком редко сталкивался.

– Да хоть танцор, хоть кто… – недовольно пробурчала девушка. – Мне-то разница какая…

– Пойдём, Эрин. Не будем мешать Марине Сергеевне! – заметил Игорь, посмотрев на табличку на ресепшен и подхватывая седого под руку, отчего тот аж рот раскрыл.

– Но… – нюхач показал на девушку, а потом вглубь здания. – Надо же доложиться!.. Что ты помощник, что где-то хтон…

– Ну помощник, ну хтон… И ладно! – кивнул Игорь с миролюбивой улыбкой. – Ну появится у Марины Сергеевны пара лишних рук и глаза на заднице… Ничего страшного!.. Работать будет лучше и быстрее.

Охранник Василий снова не удержался и хохотнул.

– Не надо меня пугать, мужчина! – рассердилась девушка.

– Да вас никто не пугает, Марина Сергеевна! – усмехнулся Игорь. – Сегодня ночью я штук пять таких красавцев прибил, что лишние пары рук и глаз – это мелочи. Обыденность! Тут это вообще в порядке вещей. Вовремя нюхач не выявит проблему, и дома улицы перекрывают. Но это ничего. Нюхач готов подождать. Да, Эрин сын Ванна, мы же готовы? Никуда не торопимся?

– Готовы! – подхватил игру Эрин, оценив, как благотворно сказываются слова его спутника на скорости работы. – День-два… Сколько надо.

– Хватит! Вы мне мешаете своими разговорами! – девушка хлопнула по стойке папкой и принялась быстро листать страницы. – Вот… Андрей Миронович через пять минут освободится! Кабинет тридцать второй… Направо от входа!

И Эрин устремился в указанном направлении. К удивлению Игоря, охранник не стал забирать у них оружие. Просто проводил посетителей очень внимательным взглядом.

– Ловко у тебя получается с ней… – заметил седой, пока они шли по коридору.

– Когда знаешь, как с ними общаться, то по-другому быть не может… – улыбнулся Игорь.

– Вот, тридцать второй!.. – Эрин остановился перед нужной дверью и постучал.

Дверь кабинета открылась, и в коридор выглянула очередная девушка.

– Вы к Андрею Мироновичу? – спросила она. – По какому вопросу?

– Я нюхач города, Эрин сын Ванна. Мне надо постоянного помощника… Оформить! – нашёлся с подходящим словом Эрин.

– А вы, мужчина? – девушка строго посмотрела на Игоря.

– А я – тот самый помощник на оформление! – ответил тот. – Но могу и в коридоре подождать…

– Сядьте на стульчики, – девушка указала на крашеные табуретки, стоящие у противоположной стены. – Если будет надо, вас позовут. Вы тоже, Эрин, подождите немного. Я чуть позже вызову.

Мужчины уселись на табуретки. Эрин сидел сам не свой и нервно оглядывался по сторонам, а потом прошептал:

– Ненавижу сюда ходить… В вашем мире что, так же?

– Нет, там теперь получше, – признался Игорь. – Воспитали… Но было время, когда это ещё, можно сказать, «хорошо встретили».

– Хорошо встретили?.. У них здесь хтон по городу ходит, а они… – Эрин покачал головой.

– Вот ты ругаешься, что мы с Алисой ещё не привыкли к новому миру, – заметил Игорь. – А здесь, видишь, наш мир уже пустил корни в вашу сказочную действительность…

– Поэтому рекрутов и набирают из миров попроще! – буркнул Эрин. – Это же мрак какой-то!..

– Дай им волю, и они будут захватывать людей почище Хаоса, – усмехнулся Игорь. – Но воли им здесь не дадут. Наверно…

– Не дадут, – как-то неуверенно согласился сын Ванна.

Дверь кабинета распахнулась, и на пороге появились двое мужчин. Один – явно ополченец. А второй, хоть и не в костюме, но сразу было понятно, что важный чиновник. И держал он себя уверенно и степенно, что-то втолковывая посетителю:

– …Проверьте. И зачистите, если надо. Ну и подходи завтра. Поговорим. Так… – «чиновник» перевёл взгляд на сидящих у стены мужчин, но не стал делать вид, что не узнал, а просто спросил: – Тебе чего, Ваныч?

– Постоянного помощника оформить! – как заклинание, повторил седой.

– Помощника… – «чиновник» поморщился. – Ты что, из ополченцев выбрать не мог?

– Не мог! – резко ответил Эрин, нахмурившись.

– Ладно, заходи… – Андрей Миронович, как понял Игорь, махнул рукой.

Встав с табуретки, Эрин неуверенно глянул на Игоря, но чиновник уже скрылся где-то в недрах кабинета.

– Ты жди тут… – виновато попросил седой.

– Жду! – успокоил Игорь.

Если честно, ему и самому было беспокойно. Меньше всего он ожидал здесь, в этой опасной реальности, столкнуться с подобной бюрократией…

А ещё Игорю очень не понравилось отношение Андрея Мироновича к Эрину. Если раньше он сомневался в словах седого, что тот здесь чужак и наёмник, то теперь понял всю глубину горечи, которая за ними скрывалась. Некоторые люди в Лёдном, казалось, продолжали жить по законам Земли, не замечая, что мир вокруг сильно изменился.

Одно лишь то, что Игорь сидел в казённом учреждении с обрезом за спиной и кинжалом на поясе – как бы показывало, что это всё не сказки и не выдумка.

Хлопнула соседняя дверь. Из кабинета вышел какой-то человек и двинулся по коридору, не обратив на посетителя, сидящего на табуретке, никакого внимания. Всё было настолько обыденно, что, если бы не оружие, Игорь, может, и забылся бы окончательно.

Наконец, открылась дверь тридцать второго кабинета. На пороге снова появилась девочка-секретарша. Кинув на Игоря какой-то странный взгляд, в котором была гремучая смесь эмоций, она быстрым шагом пошла к другой двери. Скрывшись там на минуту, секретарша появилась на пороге уже не одна, а с представительным мужчиной, который раздражённо сопел. Проходя мимо Игоря, «представительный» качнул головой и спросил у девушки:

– Этот?

– Да! – коротко ответила секретарша.

А Игорь тихо возненавидел «представительного». Как, в принципе, всегда ненавидел подобное поведение. Он, Игорь, был здесь. И такое обсуждение его персоны, будто он глухой и не слышит, выглядело признаком высшего пренебрежения…

В тридцать втором кабинете нарастал шум. Мужские голоса всё громче бубнили из-за дверей. Похоже, Эрин пытался донести до непробиваемых чиновников то, что их категорически не устраивало. Как помнил Игорь, такие люди стараются не брать на себя решения с далеко идущими последствиями. А судя по тому, что говорил Эрин – решение по хтону не могло быть несерьёзным.

Игорь даже мог представить, как седой сейчас ярится, кричит, объясняет, а те в ответ строят стену регламентов и правил – лишь бы отгородиться от всего этого. Каким бы выдержанным ни был Эрин, но даже его подобное могло серьёзно пронять…

А потом наступила тишина. Дверь кабинета раскрылась, и на пороге появился седой. Лицо у него было печальное и слегка осунувшееся. Губы Эрин поджимал то ли от обиды, то ли от удивления.

– Пойдём… – бросил он, ничего не объясняя, и двинулся к выходу.

А Игорь последовал за ним, решив ничего не уточнять. Сам захочет – расскажет. Они прошли мимо охранника и девушки на ресепшен, смерившей их неприязненным взглядом, вышли на улицу и двинулись прочь. Причём Игорь не был уверен, что Эрин сейчас разбирается, куда идёт. Наконец, тот остановился и повернулся к спутнику.

– Представляешь… Они только ругались, что я ещё не вышел на заказ! – сказал он. – Тебя не утвердили, как помощника. Требуют брать практиканта у ополченцев… Про хтона им сказал, а они ответили, что я чушь несу…

– Земные чиновники! – пожал плечами Игорь. – Хорошо, когда нормальный попадётся…

– К рыцарю Михе меня не пустили, к колдуну не пустили… – Эрин будто не слышал его. – А ведь обязаны были и тебя утвердить, и меня пустить. Им ведь так правитель Ансарг сказал…

– Рыцарь Миха? – переспросил Игорь.

– Это правитель Лёдного, – ответил Эрин. – Служил у правителя Ансарга…

– Рыцарь и правитель – это статусы? – догадался Игорь.

– Да, статусы, – кивнул Эрин.

– А у чиновников какие статусы были? – уточнил Игорь.

– Один свободный, а другой – личность, – ответил Эрин. – Пойдём, Игорь, домой… Выдвинемся завтра с утра на ферму по заданию.

– Так меня же не утвердили! – удивился Игорь.

– А это их проблемы, а не мои, – пожал плечами Эрин. – Пусть сами разбираются с этой проблемой… Или договор со мной рвут! Или я сам расторгну его, благо поводов много… Надоело. Когда приехал – был осколок, как осколок. А теперь мрак какой-то начался…

Глава 20. В поход

Вера окончательно пришла в себя к вечеру. Осмотревший её Эрин сказал, что защита сосуда восстановлена, но заполняться Порядком он будет ещё пару дней. Младших на время осмотра отвлекли на мультики, закачанные на телефон, и какое-то время Игорь с Алисой смогли пообщаться со старшей без лишних ушей.

Точнее, Алиса уже давно с ней общалась: объясняла и про эмоции, и про защиту. Но сложность с детьми в том, что сначала они говорят слишком много, а потом, как только подрастут – ничего не говорят. Поняли маму с папой или не поняли, никак не отличишь. Вроде кивают, соглашаются, но что для себя решили – тайна за семью печатями…

Ещё сложнее бывает разузнать, если в их жизни произошло что-то неприятное. Даже если ребёнку десять лет – некоторые из них будут молчать, как партизаны. Так что долгие расспросы старшей дочери дали только общую картину…

Вроде как дело было так… Вера так и не сумела привыкнуть к новой реальности. Друзей нет, доступа к соцсетям, мессенджерам, играм, видео и прочей ерунде – тоже нет… В общем, девочка начала жалеть себя и свою горькую судьбу. Родители были заняты, а брату и сестре вполне хватало общения друг с другом. И Вера почувствовала себя одинокой и брошенной.

Ну а дальше проснулись обиды на семью, судьбу и высшие силы… Папа накричал, мама проигнорировала, брат и сестра играли вдвоём, а Эрин – вообще воплощение всего, что ей здесь не нравится. И даже Джокер больше лип к младшим, так что… В таком состоянии люди чаще всего становятся либо предателями, либо самоубийцами.

О самоубийстве Вера чуть-чуть подумала. И тут же передумала, потому что поняла: ей уже будет всё равно, жалеют об её уходе или нет. А предательства и вовсе никто не предлагал. Ни за бесплатно, ни за вознаграждение. Ещё через пару дней в таком мрачном настроении, девочка посмотрела в окно, увидела туманный лик – и больше ничего вспомнить не могла.

Отложив серьёзные разговоры на потом, Игорь и Алиса просто радовались возвращению дочери. Эрин пока запретил девочке вставать, так что один гаджет выделили старшему ребёнку. Мультфильмы Вера смотреть отказалась, зато решила пользоваться маминой электронной библиотекой, в которую теперь попали и некоторые папины книги.

Когда Игорь и Алиса спустились на кухню, Эрин уже ужинал: не стал никого дожидаться. Увидев супругов, он оторвался от еды и предупредил:

– Завтра выходим на рассвете, Игорь. Лучше подготовиться заранее. Надо бы, конечно, добраться до списка твоих навыков и свойств, но это долго!.. – седой вздохнул. – Там всё, что ты нажил за свою жизнь.

– Даже навыки из мира Порядка? – удивился Игорь.

– Именно так… Но всё «старьё» нужно скрыть: по большей части, оно тебе здесь не пригодится. Можешь сам этим делом заняться, а можешь с моей помощью, – седой пожал плечами. – Только местные навыки не скрывай! Будем думать, как их усилить…

– Попробую сегодня. Всё равно хотел потренироваться заходить в этот интерфейс… – решил Игорь. – Как раз перед сном и попробую.

– Только учти: в интерфейсе выспаться не получится! – предупредил Эрин.

– А как стать личностью из статиста? – задумчиво ковыряя ужин вилкой, спросила Алиса.

– Самый простой способ – это убивать порождений Хаоса, – ответил седой. – Правда, тут всякой мелочью не обойдёшься. Нужно много их убить, прежде чем появится шкала перехода. Второй вариант – дождаться задания Упорядоченного на изменение статуса. Ну или просто подождать: рано или поздно система подтянет к Игорю по статусам всю семью.

– Ясно, спасибо… – Алиса была расстроена, только виду не подавала. Однако от её мужа это, конечно, не укрылось.

– Ладно… Пойду спать, – Эрин отставил тарелку, тяжело поднялся и двинулся к лестнице. – Не сидите допоздна!..

– Хорошо! – откликнулся Игорь.

– Не будем сидеть… – согласилась Алиса. – Спокойной ночи, Эрин!

Вскоре они позвали со второго этажа детей. Даже Вера спустилась с разрешения мамы и папы. Совместный ужин мог хоть как-то удовлетворить её жажду общения. И заодно наполнить позитивными эмоциями. А после ужина вся семья сразу же отправилась спать.

Игорь, как и планировал, снова залез в интерфейс. И всё-таки сумел вызвать свой набор навыков, умений и свойств. А было их великое множество… По сути, система оцифровала каждый опробованный и освоенный процесс в соответствующие значения. Так, свойство «Письмо» разделялось на подсвойства «Письмо от руки» и «Письмо на устройствах», а ниже шло перечисление, на каких именно устройствах.

Оказывается, Упорядоченное отлично разбиралось в моделях гаджетов… Правда, умение быстро набирать СМС-сообщения на кнопочных телефонах Игорь, по мнению системы, уже начал терять. Зато набор текста на компьютерной клавиатуре QWERTY стал свойством.

И так было во всём… Например, умение сборки мебели – отдельный подпункт, с «родительскими» умениями и навыками: столярное мастерство, владение инструментами, дизайн помещений, внутренний ремонт помещений.

Навыки, умения и свойства сплетались между собой в огромную паутину, составлять по которой блок-схему Игорь бы не взялся ни за какой куш. Потому что схема в любом случае оказалась бы трёхмерной. Впрочем, этого и не требовалось: система и сама могла такую схему вывести, если уж очень хочется сломать глаза и мозг.

Нашлось среди навыков и «ощущение Хаоса». Оно было прокачано аж на 0,91 единицы из предельных 10. С другой стороны… Если верить словам Эрина – а не верить им смысла нет! – пределы в Упорядоченном прорывать можно и нужно. В системе имелась даже подсказка, как это сделать – нужно было увеличить уровень надстройки Упорядоченного и поддерживать высокими значения сосуда Порядка.

Какие-то из старых навыков Игорь скрывать не стал: банально не увидел в этом смысла. Легче было попытаться сориентироваться в этой мешанине знаний, которые вложила в него далёкая родина, чем скрыть их и никогда больше не трогать. В конце концов, использование инструментов нужно было и здесь. Так зачем всё подряд прятать?

Конечно, чтобы привыкнуть к сложной схеме умений и разобраться в них, уйдёт много времени. А, с другой стороны, на кону была его жизнь, его семья и их общее будущее – а вовсе не набор пикселей для развлечения.

С этими мыслями Игорь покинул интерфейс и наконец-то попытался уснуть. Но куда там! Ворочался он ещё почти час, пытаясь найти удобное положение. Даже Алису разбудил разок, а сон всё никак не шёл. В результате всех этих мучений, Игорь-таки нарушил просьбу Эрина не сидеть допоздна. Потому что, когда он заснул, была уже глубокая ночь. А проснулся оттого, что его будила жена с полузакрытыми глазами…

– Стучал Эрин! Сказал, что ждёт тебя внизу… – сообщила она и почти сразу свалилась спать дальше, вызвав у Игоря жгучую зависть.

Зависть и раздражение – не лучшие эмоции. И не только в Упорядоченном, но и в самом обычном мире. Бубня это себе под нос, новый помощник нюхача всё-таки успокоился, встал с кровати и отправился завтракать. Немногочисленные пожитки и так уже были сложены кучкой в шкафу. Только Игорь не знал, в чём их нести. О чём сразу и сообщил Эрину.

– Мафил, притащи запасной мешок! – потребовал седой.

Пока Игорь ел какую-то кашу, к которой прилагался кусок хлеба и чай, слуга притащил ему обычный рюкзак. Наподобие школьного, только более «приличной» расцветки.

– Ты не смотри, что он маленький! – заметил Эрин, раскрывая молнию и показывая внутреннюю часть, где лежал простой мешок. – Ценность вот в этом мешке, а рюкзак просто для удобства его переноски!..

– И что такого в этом мешке? – вяло поинтересовался Игорь, который всё ещё пытался взбодриться.

– Он внутри куда больше, чем снаружи. И вес скрадывает… Немного, на пятую часть только! Но и это уже хорошо, – седой растянул горловину небольшого мешка, а затем взял своё ружьё и спрятал внутри. Целиком!..

– О! Волшебная сумка! – обрадовался Игорь, вызвав усмешку седого.

– Ага, мне говорили, что у вас уже сочинили что-то подобное! – кивнул он. – Только учти, что такой мешок стоит у системы под сотню монет! Дороже того ножика, который я тебе дал. Так что береги его. Второго запасного у меня нет.

– Эрин, а где брать системные вещи? – поинтересовался Игорь.

– У системы покупать за системные монеты, – ответил хозяин дома. – В системном каталоге выбираешь, покупаешь и получаешь.

– А где брать системные деньги? – не отставал от него Игорь.

– Система за задания выдаёт. А ещё люди с собой таскают. Иногда у порождений попадаются, – Эрин сложил ладонь ковшиком, и в его руке тут же появилось несколько плоских пластинок. – Это и есть системные монеты. Всегда с собой. И они выпадают в мир только после твоей смерти. Места не занимают, хранятся в… В общем, не буду тебя теориями грузить. В интерфейсе твоём хранятся. Увидишь бесхозную – хватай. Хотя это вряд ли…

Монеты казались обычными пластинами: слегка шершавыми, матовыми, белыми. Однако, дотронувшись до одной, Игорь теперь был уверен, что не ошибётся в будущем. И если ему попробуют подсунуть подделку – сразу почувствует.

На улице занимался холодный хмурый рассвет. Над крышами домов поднялся ветер, который овевал город теплом. Снег таял, обнажая деревянные доски и камни мостовой. И, конечно же, мусор и грязь, скопившуюся в щелях. Бледный мох, проступивший из-под снега, навевал тоску. Зато людей на улицах было немного: в такое время большинство жителей Лёдного предпочитало сидеть по домам.

Сгустки тумана, мигрировавшие по улицам, а ещё искривлённая земля и изменённые фонарные столбы… Все эти последствия ночи и разгула Хаоса наводили на мысль о том, что Лёдное совсем не так безопасно, как хотелось бы. Игорю было тревожно за семью, которая осталась на несколько дней с одним Мафилом. А Джокер, кстати, пошёл с нюхачом и его помощником – и отговорить его было невозможно, как мужчины ни пытались.

Пёс бежал по слякоти, повсюду совал нос, болтал высунутым языком – и вообще вёл себя, как нормальная собака. Игорю даже пришлось в последний момент класть в мешок миску и сухой корм, купленный ещё в первый день. Он-то рассчитывал, что они с Эрином пойдут вдвоём. Зато наличие пса, несмотря на все тревоги, определённо улучшало его настроение.

Когда Эрин и Игорь добрались до рынка, там уже начиналась торговля. У помоста как раз собиралась толпа, а приезжие караванные торговцы выводили из клетки какое-то странное существо, напоминавшее сказочного огра или тролля. Рост метра под три, длинные руки, длинный нос, уши с кисточками на концах…

– Ваши их зелёными троллями зовут! – поделился Эрин. – Одно из созданий Порядка, которых можно встретить на осколках. Сильные, выносливые, быстрые и, как компенсация, очень тупые.

– Его будут продавать? – догадался Игорь.

– Да, это раб, – подтвердил седой. – Таких редко можно встретить на свободе. Это же не обычный выходец из миров Порядка.

– Это как это? – удивился Игорь. – Создание Порядка, но не выходец из миров Порядка?

– Помнишь, я говорил про то, что после смерти попадаешь в Марево? – уточнил Эрин.

– Что-то было… – припомнил помощник нюхача.

– Туда попадают слепки всех, кто живёт на осколках, узлах и фракталах. Можно сказать, что в Мареве вроде как души собираются, – пояснил седой. – Хаос иногда выдёргивает себе слепки, чтобы создавать призванных. Иногда туда и боги добираются, чтобы армии делать… Правда, использовать можно слепки только неразумных живых существ. Ну, если ты сам из Порядка.

– Почему? – уточнил Игорь.

– Вроде как нельзя против воли! – пожал плечами Эрин. – Но Хаосу это не мешает, как ты понимаешь… Дёргает и разумных, и неразумных. Вот тогда и получаются такие необычные существа. О своём прошлом они помнят очень смутно. Иногда сами переходят на сторону Порядка. А иногда их удаётся обратить себе на службу… Вот так он и стал созданием Порядка.

– Но почему созданием Порядка? Выдернул-то его изначально Хаос!

– Во-первых, не забывай: Хаос ничего не может создать. Выдернуть из Марева – пожалуйста. Исказить – тоже. Испортить, обратить к себе – тоже может. А вот создавать может только Порядок.

Седой остановился перед магазином Млина и закончил:

– Если есть навык работорговца, то можно их прятать в предметы. А если есть навык для руководства призванными созданиями, то вообще можешь армию завести. Живёшь ты на отшибе, и вдруг придёт какая-нибудь банда или группа порождений. А ты выйдешь на крыльцо, сыпанёшь жетонами – и вот тебе армия уже стоит. И да… Вижу по глазам, тебе такой порядок вещей не нравится!..

– Не нравится, – согласился Игорь.

– Тут ничего не поделаешь… Призванные существа были, есть и будут. Для них это второй шанс. Формально-то они уже умерли. Так что… – Эрин направился к дверям магазина Млина. – Жди, сейчас верну долги этому трусу. И пойдём к воротам.

Надолго Эрин задерживаться не стал: вышел уже через минуту, хмурясь. Видимо, его приятель оказался стойким в желании покинуть осколок, и седому это не нравилось. Всю дорогу до ворот он только мрачно молчал. И лишь когда они прошли мимо охранников-ополченцев, которые проводили их скучающими взглядами, снова заговорил:

– Мы пойдём по этой дороге к лесу. Там, за полосой деревьев, есть несколько ферм. От владельца одной из них поступила жалоба на соседей. Пишет, что в последнее время на ферме слишком много эманаций Хаоса. И соседей он как-то давно не видел. Возможно, это обычная невнимательность, или денег не хватает. И поэтому сосед-фермер не обновил защиту. А, может быть, он с семьёй уже склоняется к Хаосу. В любом случае, проверить надо…

– То есть… Здесь что, стучать друг на друга принято? – удивился Игорь.

– Скажем, это всё-таки не «стучать»! – Эрин поморщился. – Фермеры живут на отшибе. Вокруг них защиты мало, а Хаоса – много. Они всегда следят, чтобы защита была на месте. Для них это вообще-то основа выживания. Чуть зазеваешься, и тебя уже кушают. Конечно, они всегда пытаются договориться между собой, но если что-то идёт не по плану – вот тогда пишут жалобу.

– Значит, стучат…

– Игорь, ты в своих суждениях резкий, как понос! – возмутился Эрин. – Если бы сосед тебе пытался дом поджечь, ты бы не нажаловался?

– Ну…

– Значит, настучал бы! – с удовлетворением заметил седой.

– Когда дом поджигают, это уже не «стучать»!.. – возмутился таким сравнением Игорь.

– Так и у фермера, считай, дом поджигают, – отрезал нюхач. – Просто пламени нет, и дым не идёт. Но, поверь, опасность ничуть не меньшая!..

– Ладно-ладно! – Игорь засмеялся. – Убедил.

– Вот и хорошо, что убедил, – буркнул седой. – Теперь так… Правила просты: с дороги не сходить, амулет с шеи не снимать, мои инструкции выполнять. И да, ещё… По сторонам не глазеть!

– Понял, – Игорь кивнул, но тут же понял, что у Эрина глаз на затылке нет, и он его кивка не увидит.

– Если слышишь, видишь или чуешь что-то подозрительное, сразу сообщай мне! Всё, пошли!.. – седой двинулся вперёд, ориентируясь на редкие деревянные столбики, которые, видимо, обозначали край дороги.

Снег за стенами города ещё не начал активно таять, а дорогу до ферм, похоже, никто в последнее время не чистил. Её припорошило тонким слоём снежка, и понять, где начинается и где заканчивается вытоптанная полоска земли, было невозможно. Разве что по столбикам.

Первые пару часов нюхач с помощником шли молча. Мимо проплывали очищенные от деревьев пустые пространства. Некоторые напоминали по форме прямоугольные поля, но какие могут быть культуры под снегом? Об этом Игорь и спросил у Эрина.

– Это поля, где озимые засеяны, – ответил седой. – Мы сегодня утром кашу ели из этой культуры. И хлеб тут чаще всего из неё. Всякие сорта злаков из миров Порядка тоже выращивают, но на крупных фракталах и осколках. Им тепло нужно. А этому злаку дай несколько дней, и он уже созрел. Вот его и сажают. Если снег сойдёт – побеги проклюнутся. Через несколько дней урожай соберут и посеют новый. С одного зерна больше трёх, конечно, не получается… Зато, если летом станет слишком холодно, не потеряешь весь урожай.

Вскоре поля закончились, и начался редкий лес. Дорога шла, изгибаясь, между деревьев. Игорь несколько раз оборачивался, но не замечал особых изменений. Видимо, без тумана мир вокруг менялся не так сильно. Впрочем, пару раз ему всё-таки удалось поймать перемещение деревьев. Правда, такое незначительное, что можно было и ошибиться.

Вскоре лес закончился, и потянулось огромное поле, на другом конце которого виднелись теплицы и несколько построек, окружённых высоким частоколом.

– Это ферма того, который пожаловался, – сказал Эрин. – Я сейчас быстро опрошу владельца. Узнаем подробности и пойдём дальше.

Игорь, само собой, не возражал. Он пока вообще слабо понимал, что именно они делают – и что собираются делать дальше. Разве что в общих чертах.

Ферма встретила их работой и гомоном. По заснеженному двору ходили домашние птицы, напоминавшие помесь гуся и индюка. А двое молодых парней, всего лет шестнадцати, пытались что-то сделать с огромным серым растением, прикорнувшим у ограды.

– Это что? – удивился Игорь.

– Молочный гриб, – ответил Эрин. – Вроде как молоко даёт в таких холодных узлах, как наш… Но я вообще не любитель.

– Не только молоко! И сметану можно взбить, и масло сделать! – раздался голос сбоку, заставив нюхача и его помощника развернуться.

К ним шёл сухой долговязый мужчина в годах. Навскидку ему было лет пятьдесят. Хотя, конечно, в Упорядоченном сложно определить настоящий возраст.

– Из-за этого гриба соседи зовут меня Витей Молоком, – широко улыбнувшись, представился мужчина. – Я владелец фермы. А вы, видимо, ко мне. Вы же Эрин?

Он безошибочно посмотрел на седого, и тот кивнул.

– Эрин сын Ванна, – представился он. – И мой помощник Игорь.

– Просто Игорь? – уточнил Витя.

– Игорь сын Алексея! – с достоинством ответил помощник нюхача.

– Ага. Алексеевич, значит… – усмехнулся фермер. – Я вас вчера ждал. Так в администрации обещали.

– Вчера мне порождений и дома хватило! – ответил Эрин. – И ещё в доме соседа… В общем, задержались. И что тут у вас?

– Пойдёмте в дом. Расскажу… – ответил фермер, указав на одну из построек. – Заодно и растительное молоко попробуете. Безлактозненькое!.. Такое, я слышал, сейчас на Земле модно.

Глава 21. Тайны маленьких ферм

– Это что, кофе? – удивился Игорь, разглядывая содержимое чашки.

– Это кофорий! – гордо сообщил Витя Молоко. – Молотый корешок одного растения, которое у нас тут в теплицах растёт. По вкусу будет, знаете, как… Как если цикорий с кофе смешать! Ну и молоко, само собой.

– И что, дешевле, чем чай закупать? – удивился Эрин.

– Пока да, дешевле, – фермер поставил на стол маленький кувшинчик с белой жидкостью, напоминавшей молоко. – Ну и наше молоко, которое не молоко… В любом случае, это лучше, чем его отсутствие.

Игорь осторожно попробовал. И, к своему удивлению, понял, что напиток весьма неплох. Конечно, не кофе, но и не богопротивный цикорий. Судя по тому, как у него сразу раскрылись глаза, в напитке даже имелся кофеин. Добавив немного молока, Игорь оценил и этот вариант.

– А неплохо! – согласился он.

– Гадость какая! – пробормотал Эрин.

– Ну вот как всегда… – вздохнул фермер. – Одному понравилось, а другой не оценил. Правда, уважаемый Эрин вроде как из другого мира, если не ошибаюсь. Может, у вас не было кофе или чего-то подобного?

– Не было… Не знаю, как вы это пьёте, – признался нюхач. – Ладно, что там у вас стряслось?

– Стряслось… Есть у меня сосед, – проговорил Витя Молоко. – Саша Старый… На общем плане у него ферма номер Б4-11. Он один из тех, кто пришёл сюда в самом начале. Ещё помнит первозданную ночь. Вообще мужик хороший, семья у него крепкая, хозяйство держит – всем пример. Но в последние месяцы начались с ним странности. Сначала он не обновил периметр по своей территории. Я как-то утром просыпаюсь, а у него забор с моим сросся… Мне-то ладно! Там идёт дорога между нашими участками, и я как есть всё оставил. А ему-то новый забор ставить. Недавно ходил проверить: он так и не поставил…

– А где это? – уточнил Эрин, разложив на столе карту с планом ферм.

– Вот тут, – ткнул пальцем Витя. – Вот дорога… Вот его забор был, а вот – мой. Я, само собой, сразу жаловаться не стал. Пошёл к Старому и говорю: так, мол, и так, чего это ты. А он расстроился. И даже пытался с меня компенсацию требовать за забор. Чуть не разругались с ним. Он странно себя повёл, но я тогда ещё подумал: может, встал мужик не с той ноги? Через месяц иду на поле, как раз озимые пробивались, и гляжу: у него на земле лес растёт. То есть, за несколько ночей на поле деревья туманом повыкидывало. У меня-то ограда выдержала, но теперь расход на неё такой, что впору самому поле прикрывать. Дорого очень, невыгодно. Пошёл я снова к Старому. Его самого не было, а сыновья были… Чуть не побили меня, представляете?!

– Ну хоть сказали что? Объяснились? – поинтересовался Эрин.

– Ничего не сказали. Но, смотрю, через несколько дней рубят лес. Ну я вроде и успокоился… – Витя Молоко покачал головой и отхлебнул кофе. – Зря успокоился… Таких случаев много было. Я уж всё рассказывать не буду, а то подумаете, что жалуюсь. Да и я дураком себя чувствую. Считай, пять месяцев догадывался: что-то неладно у Старого. Но всё успокаивал себя, что просто старый он: ну тут забыл, там забыл… Что со старика взять-то?

– Не могу тебя понять, но такое бывает, – кивнул Эрин. – А чего так поздно жалобу подал? И чего вообще решился-то?

– Да я тут как-то надрался от тоски… – признался Витя. – Понимаете, ферма – это выгодная штука. На жизнь завсегда хватает. Но это когда прикрываешь только свой сектор…

– Сектор? О чём речь? – удивился Игорь.

– Посмотри на план, – предложил Эрин. – Видишь? Все фермы объединяются в такие кластеры… И каждая ферма прикрывает только часть границы кластера. А остальные границы у неё общие с другими фермами. Это сделано, чтобы уменьшить нагрузку каждого хозяйства в плане защиты от Хаоса.

– Да, так и есть… И когда один сектор вылетает, страдают все остальные, – кивнул Витя. – А у нас, получается, один из центральных вылетел. И теперь по внутренним границам постоянно какая-то хрень творится… Дерьмо полное!.. Я терпел-терпел. Денег нет – хоть волком вой. Уже и накопления в ход пошли. Ну я не выдержал: сел пить. Вы не думайте, я всё по правилам! Защиту поставил, семейство вокруг на охрану посадил. Нажрался… Сижу вот на этой кухне, смотрю в бутылку… И тут у меня всё сложилось!..

– Ага, и что ты решил? – поинтересовался Эрин.

– Я пытался вспомнить, когда в последний раз видел Седого и его жену. И получается, что жену его видел давным-давно, а самого Седого – в той истории с оградой. А так – то его сыновья, то внуки… Семья большая, вот и натыкаешься каждый раз на кого-то другого. Но Седого-то нет!.. Вот я и понял: дело-то нечисто! Я в администрацию с жалобой… А они мне в ответ: разберёмся, а вы пока ждите. Через пару недель какая-то комиссия приехала. Там чиновники и ополченцы…

– Стой! Что значит комиссия?! – Эрин чуть не поперхнулся кофе, которое, задумавшись, попытался отхлебнуть. – Какая пара недель?! Ты когда жалобу подал, Витя?!

– Да вот уже… Два месяца как, сын Ванна, – признался фермер. – Я думал, ты знаешь…

– Два месяца! – Эрин схватился за голову.

– Это плохо? – уточнил Игорь.

– Два месяца – это период полного самопорождения! – глухо и мрачно ответил Эрин. – Даже если человек сопротивляется изо всех сил, ему двух месяцев хватит! С головой хватит!..

– Ну, может, ошибся я… – попытался утешить его фермер. – Может, с Седым всё нормально… Или он просто помер, а мы, соседи, не знали.

– У меня восемь заданий! Восемь! – Эрин откинулся на спинку стула и прикрыл рукой глаза. – Если твою жалобу через два месяца мне передали, то кто поручится, что остальные не задержали на тот же срок?!

– Хреново… – признал Витя. – Сочувствую, сын Ванна.

– Себе сочувствуйте! – сердито ответил нюхач. – Я, если совсем припечёт, на туманную дорогу – и прочь отсюда. Вы-то как спасаться будете, если осколок захлестнёт?!

– Ну… Прорвёмся! – неуверенно предположил Витя Молоко.

– Всё, идём к Старому… – Эрин поднялся из-за стола. – И потом галопом по другим жалобам! Как с соседом твоим вопрос решится, зайдём!

– Хорошо… Удачи!..

Покинув дом, Эрин быстро направился к выходу с фермы. Игорь еле за ним поспевал, и только Джокер радовался, что наконец-то можно побегать. А седой шёл и шёл вперёд, всё так же не оглядываясь по сторонам.

Лишь на окраине фермерских земель он остановился, нашёл камень и присел на него. Игорь молча пристроился рядом, дожидаясь, когда нюхач успокоится. На удивление, Эрину потребовалось всего несколько минут.

– Эмоции… Злость, растерянность, обида… А нельзя! – он поглядел на Игоря. – Извини, даже я не всегда могу себя в руках держать. Вчера мне не поверили с хтоном. Ну не дебилы ли? Сегодня я узнаю, что в администрации мурыжат жалобы по два месяца… Игорь, слушай, а они специально это делают?

– Обычно просто по глупости, – ответил Игорь. – Не понимают, с чем столкнулись. Живут, как привыкли.

– Живут, как привыкли… Пойдём. Попробуем поговорить с хозяином соседской фермы… – Эрин поднялся и двинулся по дороге.

Они обошли часть территории Вити Молока и вскоре добрались до места первого прорыва. Два простых забора, состоявших из рваных листов металла и столбов, сплелись в нежных объятиях, крепко-накрепко срастаясь друг с другом. Эрин обошёл подозрительное место, но, видимо, ничего больше не нашёл. Добрались они и до фермерского поля, которое заросло лесом. Теперь там были одни пеньки и ямы, оставшиеся после корчевания.

– Ему ведь не должно быть это выгодно… – пробормотал Эрин. – Я этого Старого имею в виду. Корчевать лес – та ещё морока. Легче поддерживать периметр. И вон, смотри дальше – тоже лес.

Надо сказать, от земель Саши Старого буквально разило заброшенностью. Покорёженные заборы, проросший местами лес и неровная поверхность земли, явно малопригодная для засева полей… Построек самой фермы не было видно за деревьями.

Некоторое время Эрин с Игорем искали вход на территорию: чтобы не ломиться напрямик. Дорога ещё была, хоть и явно не раз подвергалась ударам Хаоса. Стоило им пройти по ней пару сотен метров, как навстречу появились двое молодых парней с ружьями в руках.

Ружья были хорошие – не то, что обрез у Игоря. Почти новые, ухоженные, смазанные. Было видно, что за ними следят, ценят и любят. Гораздо больше любят, надо сказать, чем ферму…

Молодые люди перекрыли дорогу с суровыми лицами.

– Чего надо? – спросил один из них.

– Я нюхач из Лёдного. Провожу расследование по жалобе… – начал Эрин.

– Вот и расследуй жалобщика, придурок старый! А здесь делать нечего! – грубо ответил парень, заставив седого нахмуриться. – Есть разрешение от властей тут ошиваться?

– Оно есть в моих обязанностях! – спокойно напомнил Эрин.

– Не видали таких обязанностей. Вали на хрен! – сплюнув на землю, заметил второй парень.

– Грубо… – заметил Эрин. – Это вас родственники такому учат?

– Ваныч, тебя тут не ждут! Проваливай! – попросил тот из молодых людей, кто заговорил первым. И тут же вскинул ружьё. – Давайте, быстро!..

Джокер зарычал, глядя на парня. Второй фермер вздрогнул и тоже поднял ружьё.

– Шавку свою убрали, ля! – потребовал он. – Убрали шавку!.. Убрали живо!..

Голос стал истеричным, надтреснутым.

– Пойдём, – вздохнул Эрин, развернувшись.

– Джокер! – позвал Игорь. – Пошли отсюда!

Эрин шёл спокойно, не оборачиваясь и не нервничая. А вот Игорю взгляды фермеров буквально спину жгли… Судя по тишине, те так и продолжали в них целиться.

– Может, надо было пристрелить их? – спросил он у Эрина, когда они отошли достаточно далеко. – Странные они… Да и целиться сразу стали. Как будто заранее поджидали…

– Слушай, во всех идиотов стрелять – патронов не напасёшься! – ответил седой. – А так меня в Лёдном многие не любят… Особенно, когда я по делу прихожу. Думаешь, их дедушка очень обрадуется, если я ему внуков пристрелю? Да и я не обрадуюсь, если они меня вдруг пристрелят.

– Мне кажется, тебя не так просто убить! – заметил Игорь.

– Непросто, – согласился Эрин. – Но можно…

– И что теперь? – если честно, Игорь пока не представлял, что дальше делать в такой ситуации.

– Пошли… Потом расскажу… – седой оглянулся, но, видимо, счёл местность не вызывающей доверия.

Когда они наконец-то вышли за пределы фермерских земель, Эрин направился к самому краю кластера. И только там остановился, принявшись объяснять:

– Сейчас пойдём в обход. Посмотрим, как можно подобраться к ферме Старого.

– Значит, всё равно проникнем на их земли? – уточнил Игорь. – А не легче ли было попытаться по дороге? Ну наваляли бы мы этим молодчикам!..

– Нет… Понимаешь, нужно понять, есть ли там прорыв! – пояснил Эрин. – А я его пока не чувствую. Да, эманациями Хаоса у них здорово территорию загадило, но это всё внешние прорывы. Изнутри чисто. Откуда я знаю, стоит их убивать или нет? Может, Старый просто свою жену прибил, которую давным-давно никто не видел. А его теперь родственники покрывают. А может, он её прибил, а они – его прикопали. И теперь покрывают уже себя. Но тогда пускай этим ополченцы занимаются. Мне-то какое дело?

– И такое бывает? Ничего не меняется? – понятливо кивнул Игорь.

– Всякое бывает… Эти фермы – как островки жизни. Иногда на них такое происходит, что волосы дыбом встают. Уж ты поверь!.. – седой усмехнулся.

– А ты не боишься, что нас снова с ружьями встретят? И на этот раз разговаривать не станут? – спросил Игорь.

– Нет… Мы пойдём по бездорожью, прямо в лесу, – пояснил Эрин. – А фермеры – это фермеры. Они в лес не ходят. И лес у них почти вплотную к домам подходит. Если будем аккуратны, то и придём незамеченные, и уйдём незамеченные. В общем, хватит языками молоть! От меня ни на шаг, постоянно в готовности и старайся даже не моргать. Ты по лесу здесь однажды ходил. Сам знаешь, чем он опасен…

С этими словами седой сошёл с дороги и подался в лес, постепенно забирая в сторону места, где должна была стоять ферма.

Днём здесь оказалось совсем не так страшно, как ночью. Конечно, лес на месте не стоял и время от времени менялся, но очень медленно. А ещё деревья тут росли по большей части северные, вечнозелёные. Так что издалека нюхача, его помощника и собаку заметить было сложно. Джокер, по просьбе Игоря, отправился вперёд, на разведку. Пёс периодически появлялся в поле зрения людей и снова исчезал, азартно помахивая хвостом.

Расчёт был на то, что собака куда лучше приспособлена к дикой природе. И у пса гораздо больше шансов заметить засаду или наблюдателя, вовремя предупредив людей. Игорь, как мог, постарался донести эту немудрёную мысль до Джокера, и вроде бы тот всё понял. Во всяком случае, посмотрел одобрительно – и тут же отправился вперёд с довольным видом.

Чем ближе была ферма, тем медленней и осторожней шли путники. Твёрдый подтаявший снег хрустел под ногами, и чтобы этот хруст не было слышно издалека, приходилось ступать осторожно. У седого явно был опыт: у него получалось лучше, а Игорь старательно опускал ноги в следы Эрина. Так и двигались, пока…

– Стой! – приказал нюхач, резко останавливаясь и приседая.

Игорь повторил его действия и замер. Он ничего не видел впереди за разлапистыми ветками. Деревья тут росли неизвестные: с красной корой, длинными тонкими листьями – почти как иглы, но неострые и гибкие, провисающие вниз, как ветви ивы. Однако пахло от них знакомо: хвоей и соснами. Снег лежал на ветвях большими шапками, которые иногда срывались и падали вниз. В общем, Игорь впереди ничего необычного не замечал, а вот Эрин – явно что-то видел.

Дальше они шли, пригнувшись и касаясь руками земли. Игорь даже пожалел, что не купил себе варежек или перчаток. Воздух-то за день чуть-чуть прогрелся, а вот снег… Он как был холодный, так и оставался холодным. Пальцы быстро начали замерзать, и приходилось то и дело прятать их в карман тёплой куртки, чтобы размять и отогреть.

Ещё метров через пятьдесят Игорь, наконец, заметил то, что привлекло внимание Эрина. Стену теплицы. Стёкла местами были выбиты, и растения внутри погибли.

– Очень странно! – признался седой, в очередной раз остановившись. – Эманаций нет, а выглядит так, будто хозяйство бросили…

– Может, ты просто не чувствуешь? Как тогда, с тем знаком? – уточнил Игорь.

– Тогда я хотя бы чувствовал проявления, следы. А тут вообще не ощущается ничего лишнего, связанного с Хаосом… – покачал головой Эрин.

Он залез в свой рюкзак и достал оттуда небольшой фиал с прозрачной жидкостью. Она была густой, как масло, а внутри мерцали яркие золотистые искорки.

– Это штука называется Пламенем Порядка, – пояснил седой. – Если добавить в этот флакон универсальных единиц, вспыхнет не хуже зажигательной смеси!..

– Зачем тебе это? – спросил Игорь.

– На всякий случай… – пояснил Эрин. – Сейчас я всё слегка усовершенствую.

Вытащив нож, он срезал веточку и обстругал её так, чтобы она затыкала горлышко фиала.

– А чего ты боишься? – поинтересовался его помощник.

– Принюхайся!.. – посоветовал нюхач, продолжая что-то вырезать на веточке. – Чувствуешь странный кислый и едкий запах?

– Да, – Игорь втянул носом воздух, в котором к запаху хвои примешивались те оттенки, которые назвал Эрин.

– Это интересный запах… Скоро увидишь, откуда он появился. Если я, конечно, не ошибаюсь. Пошли вперёд… Уже близко. И Джокеру скажи: пусть рядом будет!

– Джокер! – позвал Игорь шёпотом. – Джокер!

Пёс выбрался чуть спереди, из-под густой занавеси игл-листьев. И заинтересованным взглядом уставился на человека.

– Будь рядом! – попросил Игорь. – Только не нападай первым!

– Ур-вав!.. – тихо буркнул в ответ пёс, проникнувшись атмосферой.

А Эрин первым двинулся дальше. Добравшись до теплицы, он прополз в одну сторону, а затем в другую. Каждый раз седой осторожно выглядывал из-за её границ, но ему что-то не нравилось. Тогда нюхач просто забрался внутрь через проём, оставшийся от одного из сегментов стекла. Следом молчаливой тенью запрыгнул Джокер, а потом за ними последовал Игорь.

Стена теплицы была высокой. Так что пришлось подтягиваться. В зимней одежде, да ещё и без тренировки, дело оказалось не самым простым.

– Что ты там возишься? – раздался тихий голос Эрина.

– Я семейный человек… Я давно не занимался… – пропыхтел Игорь, переваливаясь через стену. – Мне тяжело!..

– Тренируйся. Пузо тут твоё не пригодится!.. – шёпотом посоветовал нюхач.

Они пересекли теплицу и выбрались с другой стороны. И тут Игорь, наконец, понял, что не понравилось нюхачу. По сторонам от теплицы было абсолютно пустое пространство. Лес продолжался, но ровной полосой – только за той теплицей, через которую они пролезли. Его язык почти дотягивался до амбара, останавливаясь лишь в нескольких метрах.

Из самого амбара торчали какие-то серые побеги, усыпанные крупными шипами. Запах, на который обратил внимание Эрин, заметно усилился. Цель явно стала ближе. И было логично предположить, что она находится где-то в амбаре…

Внутрь был проход лишь со стороны открытого пространства, за которым виднелся кирпичный дом. Как пить дать, увидят – если в амбарную дверь ломиться. К счастью, на высоте второго этажа в стене амбара имелось окно. Чтобы до него добраться, нюхач достал из рюкзака верёвку и «кошку». Джокер остался внизу, а Игорь с трудом ввалился внутрь, где Эрин закрепил ещё одну верёвку. Чтобы не пришлось прыгать вниз, рискуя сломать ноги.

Впрочем, Игорь спустился не сразу. Сначала он принялся оглядывать амбар – да так и замер, с ужасом рассматривая то, что находилось в середине. Это напоминало огромный, больше человеческого роста, цветок, плотно сомкнувший бутон. Его тонкие лепестки оплетали чьё-то голое тело. Наружу торчала только кисть руки и самый край ступни. Конечности шевелились, а значит, человек был ещё жив.

– Иди сюда, Игорь! Познакомишься… – усмехнулся Эрин, указывая на серый бутон.

Больше всего Игорю хотелось сказать, что он лютый интроверт. И вообще не любит новые знакомства. Но было как-то стыдно… Поэтому, спустившись, помощник нюхача подошёл к шефу и встал рядом. С этой стороны из бутона выступала часть лица и один глаз. Под лепестками явно находилась пожилая и очень сердитая женщина. Во всяком случае, судя по выражению того глаза, который следил за незваными гостями.

– Не знаю, как её зовут. Но, по всей видимости, это жена пресловутого Саши Старого… – представил Эрин женщину, оказавшуюся пленницей бутона.

– А что вокруг неё? – удивился Игорь.

– А!.. Сейчас, подожди! – Эрин обошёл странный цветок по кругу, а затем достал фиал с воткнутой веточкой. И ловко закинул его куда-то сверху на исполинский бутон. – Это, Игорь, кровоцвет! Интересный организм, рождаемый ритуалом на стыке Хаоса и Порядка. Этот организм живёт за счёт захваченного живого существа, из которого высасывает кровь и жизненную энергию. Смешивая это с Порядком, он формирует семена долголетия, заполненные красным соком. Они способны поднять на ноги почти труп, а старика – омолодить, снимая негативные эффекты возраста. Только есть побочный эффект… Потребляя Порядок, кровоцвет освобождает место Хаосу. Вот почему Порядка на окрестных фермах маловато стало…

Эрин снова остановился рядом с Игорем. И внимательно посмотрел в глаз женщины, недовольно глядящий на них из серого бутона.

– Это дерьмо запрещено на половине крупных узлов. Запретили бы и на другой половине, да ещё не придумали, за что… – седой указал на сердитый женский глаз. – Понимаешь, попасть в такую штуку человек может исключительно добровольно. В основе лежит самопожертвование. Высокий порыв!.. Только, как мне кажется, даже самопожертвование можно извратить…

– А ты за других не решай, Ваныч! – сообщил им чей-то голос сзади. – А ну, руки поднял!

– И не подумаю, дорогой! – Эрин обернулся совершенно спокойно, чего не скажешь об Игоре, у которого в животе образовался ледяной ком. – Ты в меня не выстрелишь…

У приоткрытой двери амбара стоял седой старик со встрёпанной бородой. А за ним виднелись мужчины и женщины помоложе. Видимо, сыновья, невестки и внуки.

– Да? Это почему же? Думаешь, администрация защитит?! – спросил старик, гадко улыбнувшись.

– О, я думаю, администрация, скорее, тебя будет защищать! – спокойно улыбнулся Эрин в ответ. – Без них бы ты кровоцвет не вырастил. Они в доле, как я понимаю… Но представь! Только представь, как они будут злы, если он вдруг случайно сгорит!..

– Сгорит?! – Саша Старый перевёл взгляд с Эрина на бутон, а потом обратно. – Чего это ему гореть?

– Так это… Там, в бутоне, лежит фиал с Пламенем Порядка, – седой усмехнулся. – Если я умру, вспыхнет пламя! Если кто-то из моих спутников умрёт, опять-таки вспыхнет пламя! А вот если я, целый и невредимый, отойду подальше, никакого пламени не будет.

– С чего это я должен тебе верить? – поджав сухие губы, спросил фермер.

– Бать, да пристрели ты их!.. Скажем, что за грабителей приняли! – крикнул один из мужчин снаружи.

– А ты можешь не верить! – пожал плечами Эрин. – Но ты с женой всё это задумал ради денег. Может, даже системных. И если я правильно понимаю, семена пока не созрели. Они созреют где-то через месяц… Ты ведь хотел детей обеспечить? Да, старик?

– Да пошёл ты… – выдохнул фермер.

– И пойду! – согласился Эрин и смело двинулся к двери. – А если там внутри вспыхнет Пламя Порядка, то сгорит и жена твоя, и кровоцвет… И семена! И тогда твоя же любимая администрация достанет тебя из-под земли! Тебя, твоих детей, внуков… И всю родню, как у вас говорят, до седьмого колена!

– Папа! Он всем расскажет! – раздался снаружи истерический женский голос.

Зашумев, вооружённые кто чем люди навалились на двери амбара, и те широко распахнулись. Но Эрина это не тронуло и даже, похоже, ни капли не напугало. Он поманил за собой Игоря и двинулся прямо на собравшуюся толпу.

– Расскажу! И все окрестные фермеры сбегут! – согласился седой. – И тогда прикрывать вас, уродов, от Хаоса будете вы одни!

– Мои дети и внуки! Они могут умереть, Ваныч! – крикнул Саша Старый.

– Видишь? Это классическая вилка! – усмехнулся Эрин, остановившись рядом и дожидаясь Игоря. – Убьёшь меня, и умрут все твои родственники. А если отпустишь, лишь некоторые… Выбирай, старик! И всего хорошего вам!

– Да будь ты проклят, Ваныч!.. – прошипел фермер. – Тебе всегда было на людей плевать!

– То есть, это я на несколько месяцев лишил доходов всех соседей? Да, старик? – Эрин покачал головой и, не колеблясь, пошёл прямо на толпу.

Мужчины, женщины, подростки, дети расступались перед ним. А Игорь старался не отставать. Выйдя из амбара, Эрин свернул к теплице, где их дожидался Джокер, а стоило им зайти за разрушенное лесом здание – сразу же перешёл на бег.

– Быстрее, Игорь! Пока они не нашли фиал! – выкрикнул он.

– Что встали?! Ищите фиал! Быстро!!! – донёсся откуда-то из-за спины голос Саши Старого, приглушённый стенами проклятого амбара.

Глава 22. Устроители справедливости

Эрин остановился далеко не сразу. Он бежал, постепенно отклоняясь от собственных следов, которые оставил по пути на ферму. Игорю было интересно, зачем нюхач так делает. Но, как и любой офисный сотрудник в подобной ситуации – убереги от этого Порядок всех офисных сотрудников! – он быстро сорвал дыхание. Поэтому некоторое время мог только хрипеть и терпеть. Джокер с языком на плече явно чувствовал себя куда лучше во время пробежки.

Наконец, и Эрин стал замедляться, а вскоре перешёл на шаг. Игорь догнал его и пошёл следом. Какое-то время он восстанавливал дыхание, а потом просто раздумывал, о чём спрашивать в первую очередь.

– Если тебе интересно, почему мы не возвращались по своим следам, ответ прост. Их уже отклонило в сторону! – Эрин будто мысли прочитал.

– У тебя есть умение читать мысли? – уточнил Игорь на всякий случай.

– Нет, но я долго прожил на этом свете, а у тебя лицо дурацкое, – ответил Эрин.

– У-у-у…

– Гав! – подал ценную мысль Джокер, но её никто не понял.

– Я не очень понял про этот кровоцвет… – признался Игорь. – Нас прервали…

– А с этим обожди пока!.. – Эрин остановился, прислушался и оглянулся в сторону фермы. – Мы с их земель вышли, так что можем теперь и в ответ пострелять. Но лучше просто уйти подальше и уже там пообедать. А заодно поговорить. Всё равно придётся к Вите Молоку хитрыми путями пробираться. Это если вообще успеем…

Игорь снова не понял, что имеет в виду нюхач, но спрашивать не стал. Уже привык, что когда время придёт, тот сам всё объяснит. Идти пришлось почти час. В какой-то момент они выбрались на утоптанную дорогу, и Эрин связал два веника, которыми они стали заметать следы. Джокер посмотрел на них и принялся на ходу елозить по снегу хвостом.

– Какой умничка! Сказка, а не питомец! – заметил Эрин, покосился на Игоря и добавил. – С хозяином только не повезло…

Игорь усмехнулся, но реагировать никак не стал. Он поначалу обижался на подобные заявления, а потом понял, что седой так скрывает настоящие чувства. Вместо того чтобы их просто показать, он образцово-показательно хамит.

Вскоре впереди показался просвет между деревьями, и седой направился туда, махнув рукой Игорю. У россыпи камней они устроили привал. Эрин принялся чертить вокруг лагеря знаки на снегу, одновременно поясняя свои действия.

– Выходишь ли из города, попадаешь ли на незнакомый узел или осколок… В общем, куда бы ты ни попал, всегда действуй по правилам! – говорил он. – И всегда носи с собой крест Порядка. Земли Упорядоченного небезопасны! Для охраны сна или отдыха не забудь круг Порядка или «инь-янь», как вы его называете. Всю еду прикрывай под «розой жизни», или проверяй, если уж прикрыть не можешь. А перед входом в лагерь рисуй «лик двуединого», чтобы выйти туда, откуда в лагерь вошёл.

– Понял. Только я не умею вливать в эти знаки системные единицы! – напомнил Игорь.

– Носи амулеты, раскладывай их вокруг! – буркнул Эрин. – А с системными единицами мы разберёмся. Надо просто навык приобрести…

– А у кого приобретать? – поинтересовался Игорь.

– У системы Упорядоченного. Нужен доступ к каталогу, – Эрин закончил рисовать и пошёл к ближайшим деревьям собирать хворост. – Это всё со временем решим. Ты пока мой мешок развяжи. Там шесть свёртков лежит в серой бумаге. Возьми один – это обед. И котелок достань! Чай сделаем.

Вскоре между камней разгорелся маленький костёр, и набитый снегом чайник начал исходить паром. А Игорь и Эрин принялись за еду. В свёртке, на котором была нарисована «роза жизни», оказался хлеб, кусок копчёного мяса и два варёных яйца. И, конечно же, Игорь насыпал корма Джокеру в миску.

– Откуда еда? Когда ты успел? – спросил помощник.

– Мафила вчера попросил! – пояснил нюхач. – Со слугой удобно. Хоть тебя и корёжит до сих пор от здешнего рабства…

– С рабством-то я кое-как смирился, а вот использование статистов в качестве рабов… Это мне, конечно, очень не нравится, – признался Игорь. – Хотя, как ты и советовал, стараюсь относиться с пониманием и не злиться.

– Вот и не злись, – кивнул Эрин.

– И что там с этим «кровоцветом»? – Игорь принялся счищать с яйца скорлупу. – Почему они так близко подпустили Хаос?

– Там всё интересно получается… Помнишь, я тебе на ферме сказал, что он из Порядка, крови и жизненной энергии делает семена, заполненные целебной жидкостью? – уточнил Эрин.

– Это я понял, да, – кивнул Игорь.

– Так вот. Если просто поместить в него человека и оставить внутри, «кровоцвет» вырастет за несколько минут, убьёт человека и даст два-три семени, – седой показал большой палец. – Вот таких по размеру… Однако, если подкармливать его, давать питательные вещества, то «кровоцвет» начнёт долгое созревание. Он будет вытягивать Порядок из пространства, и пустое место начнёт заполнять Хаос. Зато на выходе ты получишь несколько десятков семян шириной как два больших пальца, а длиной – с ладонь. Одно такое семечко стоит почти двадцать системных монет. И продаются они именно за системные монеты. Никто за золото такое сокровище не продаст.

– В общем… Если отбросить смерть того, кто собой пожертвует, очень выгодно! – кивнул Игорь.

– Выгодно? Не то слово! – Эрин усмехнулся. – Вот только сложно найти добровольца на такую смерть. Под конец созревания человек испытывает такую жуткую боль, что далеко не каждый решится.

– Получается, вся эта история с кровоцветом – не по твоей теме? – уточнил Игорь.

– Не по моей… – согласился нюхач. – Но я мимо проходить не стану. Понимаешь, когда идёт долгое созревание, отбиться от Хаоса бывает очень тяжело. И эта сволочь, Саша Старый, придумал хитрый ход. А может, не он придумал, а кто-то в администрации. В общем, кровоцвет завели прямо в кластере ферм. Помнишь, что мы с Молоком тебе про общую защиту объясняли?

– Помню, – подтвердил Игорь. – Так Саша, получается, решил удар Хаоса на весь кластер распределить? И ему достанется, и другим фермерам?

– Ага! – согласился Эрин. – И даже больше тебе скажу… Удар Хаоса будет нарастать. Сильнее всего эманации будут в последние дни созревания. И те, кто не знал, что надо готовиться к защите, погибнут из-за удара порождений. А эта сволочь старая и его семейство выживут. Потому что будут готовы. А ещё, потому что получат лишь часть удара… Помнишь, как он кричал про своих детей?

– Да, теперь я понял, о чём вы говорили, – кивнул Игорь. – Получается, он решил и заработать, и купить жизни своей семьи жизнями соседей, так?

– Да, – кивнул Эрин.

– Урод… И что теперь? – Игорь только и мог, что сжимать кулак на левой руке.

В правой руке у него было очищенное яйцо, которое он ел.

– А я просто собираюсь рассказать про кровоцвет его соседям… – пояснил Эрин. – Они, скорее всего, бросят хозяйства и уйдут. Жизнь дороже, а вернуться можно и позже. И старик вместе со своей семейкой получит от эманаций по полной программе. Порождения же всегда стремятся найти носителей Порядка и устранить. Как-то так…

– А он не попытается остановить нас за пределами фермы? – удивился Игорь. – Я так понимаю, что терять ему особо нечего…

– Может рискнуть и кого-нибудь послать, – согласился нюхач. – Однако за пределами фермы мы можем защищаться – это раз. И два – если у него кого-то убьют, то это ослабит всю семью в последние дни созревания.

– Зачем вообще эту гадость придумали? – поинтересовался Игорь.

– Это что-то вроде последнего шанса, последней линии обороны… – пояснил Эрин. – Кровоцвет – это конструкт из надстройки Упорядоченного. То, что у вас называют магией, колдовством и тому подобным. Я, к сожалению, мало что могу объяснить: особо не изучал эту область знаний.

– Но ты же можешь какие-то такие штуки делать! – удивился Игорь. – Лицо из тумана рассеял, защиту ставил…

– Это не конструкты, а, скажем так, эффекты. Более простой способ воздействовать на мир через Упорядоченное. Как бы объяснить… – Эрин задумался. – Ладно. Я прямо как на уроке! В общем, смотри: все создания могут воздействовать на мир через Упорядоченное. Самый лёгкий способ – это прокачать из навыка какое-нибудь активное свойство. Помнишь, как я защищал от тебя Веру, когда мы ночью от Хаоса отбивались?

– Забудешь такое… – Игорь зябко поёжился.

– Вот ту штуку, которую я выставил, называют свойством активного щита. Он может прикрывать от Хаоса, от стихии, от физического урона. Я вложил универсальные единицы, а щит появился, поглотил какой-то урон… И пропал. Вот это и есть активное свойство, – Эрин достал кружки и принялся заваривать чай, нарисовав над ними какой-то знак рукой. – А есть эффекты! Они тоже завязаны на навыки, свойства и умения, но использовать их можно лишь раз в какое-то время. Ваши называют это откатом. Как там обычно говорят? Эффект на откате. Вот!

– А есть конструкты, – кивнул Игорь.

– Да, и это самый сильный способ воздействовать на мир… Однако и самый затратный. Нужно открыть целую ветку специальных умений, которые нельзя купить у системы. Их можно только получить в награду. Ну или из-за общей склонности к подобным вещам… – пояснил Эрин. – В общем, так и появляются всякие колдуны, шаманы и прочие чудодеи.

– Чудодеи? Это их общее название? – уточнил Игорь.

– Чудодей – это всякий, кто чудодеить может. Колдовать и тому подобное, – пояснил Эрин. – Значит, даже я немного чудодей, хотя у меня получены другие специальные умения. В первую очередь-то я нюхач.

– Понятно… И кровоцвет – это именно конструкт, – кивнул Игорь.

– Да. Его используют, когда больше нечем Хаос сдержать. Кто-то приносит себя в жертву и быстро сгорает, но дарит исцеление и силы своим товарищам. А люди, видишь, всё на свой лад переиначили и ради денег используют… – Эрин ожесточённо впился зубами в бутерброд и замолчал.

– Теперь понятно, – объявил Игорь и последовал его примеру.

На какое-то время лагерь погрузился в тишину. Слышна была лишь активная работа челюстей да чавканье Джокера.

– Эрин! – Игорь доел и решил задать волнующий его вопрос. – Скажи, а как на нас отразится то, что кто-то из администрации в этом участвует? Нас, небось, по головке-то в Лёдном не погладят…

– Нет, – согласился Эрин. – Хотя, честно тебе скажу, если семена созреют, то в Лёдном всем будет плевать на остальное. Если фермер и его семейство умрут полным составом, то организаторы даже порадуются. Им тогда делиться не придётся.

– Да уж…

После еды и допитого чая небольшой отряд снова двинулся в путь. Двигались они по лесу, в обход фермерского кластера. Эрин всё время старался держаться в видимости границы. Если представить весь кластер как круг, то им пришлось пройти практически четверть окружности, прежде чем они добрались до владений Вити Молока. Дальше стало куда легче…

Между полями на фермерской земле имелись дороги – пусть не чищенные, но многажды исхоженные. И оттого под слоем рыхлого снежка скрывалась более плотная основа: не приходилось проваливаться почти по колено. Шли Эрин с Игорем быстро, и вскоре показались фермерские постройки. Работники хозяйства их заметили, и тут же началась какая-то суета.

– Пойдём медленно! Не будем спешить, – сказал Эрин. – Пусть подготовятся к нашему приходу.

Нюхач поднял руку, как бы показывая, что они не скрываются. И сразу же замедлился. Вскоре показался Витя Молоко и пара его работников с оружием в руках.

– Надеюсь, эти по нам стрелять не будут… – проворчал Игорь.

– Ну если и будут, уйдём дальше! – усмехнулся Эрин. – А они пусть сами разбираются со своими проблемами.

Опасения оказались напрасными. Их просто не разглядели. Но как только расстояние стало таким, что можно было увидеть лица, Витя махнул рукой, отсылая работников, и пошёл навстречу сам.

– Сын Ванна! А ты чего такими путями неизведанными ходишь? – весело крикнул он.

– Да вот… Вести несу плохие! – громко ответил Эрин. – Зря своих работников отослал…

– Даже так? – удивился Витя и, дождавшись нюхача с помощником, пошёл вместе с ними. – Ну давай… Раз плохие, говори сразу. Ненавижу ожидание! Что, обратились там все?..

– Витя, ты знаешь, что такое кровоцвет? – поинтересовался Эрин.

– Да… Ять! – фермер выдохнул сквозь сжатые зубы. – Вот чего пацаны Старого по дороге туда-сюда ходят… Вас, значит, ждут. А Старый, получается, решил нас всех подвести под Хаос?

– Получается, что да… – вздохнул Эрин.

– А администрация Лёдного в доле, да? – прозорливо предположил Молоко. – Поэтому и заявку так долго мурыжили? И внуков Старого, небось, заранее предупредили, когда тебя ждать…

– А сам как думаешь? – ответил нюхач вопросом на вопрос. – Само собой, в доле. Прикрывают же… Осторожничают, но прикрывают.

– И кем пожертвовали? Ритой? – хмуро спросил Молоко.

– А кто эта Рита? – удивился Эрин. – Я там только Сашу Старого знаю.

– Рита – это жена Старого, – пояснил фермер. – Или молодой кто решился?

– Нет, вроде как женщина была пожилая, – седой покачал головой. – Так что, наверно, и вправду его жена.

– Что за говённый мир, а? – вздохнул Молоко. – Ну почему так всегда? Только мы на ноги начали вставать, хоть какие-то запасы появились… Нет, сосед скурвился, нашёл мудаков со стороны и теперь всю жизнь портит…

– Сам понимаешь, это теперь не моё дело, – заметил Эрин. – Я и так сильно рисковал, проникая на ферму к Старому. Однако не предупредить не мог. Вы уж сами решайте, что с этим предупреждением делать.

– Да это понятно… – путники подошли к постройкам фермы и остановились. – Вы сами, небось, не по дороге будете уходить?

– Нет, конечно. Ещё воевать с придурками… – Эрин покачал головой. – Уйдём, как пришли, если ты не возражаешь.

– Да куда мне возражать? Сам так же буду уходить в Лёдное, чтобы Старый не увидел. Пусть сам это дерьмо разгребает. Спасибо, сын Ванна! – Витя Молоко протянул руку сначала нюхачу, а затем Игорю. – И тебе, Игорь, спасибо…

– Гав! – сообщил Джокер.

– А ты вообще крутой! – подмигнул собаке Витя. – Соседей я предупрежу. Постараемся все тихо уйти. И вы идите… Есть у вас припасы-то?

– Есть. А мы дальше по заданиям, – Эрин вздохнул. – Удачи вам!

– И вам! – Витя кивнул, повернулся и пошёл к ферме.

А Эрин, Игорь и Джокер пустились в обратный путь. Но дойти до границы территории Вити Молока так и не успели. Где-то позади раздались звуки выстрелов. Отряд остановился, а двое мужчин и собака замерли, прислушиваясь. Палили часто, всё одиночными. В перестрелке явно участвовало не два человека.

– Надо возвращаться… – мрачно сказал Эрин. – Плохо там дело…

– А нам плохо не будет? – уточнил Игорь.

– Со мной не будет! – успокоил его нюхач.

И они снова направились к ферме. Игорь ещё периодически оглядывался на три цепочки следов за спиной. Но ровно до того момента, как на горизонте не поднялся столб чёрного дыма…

– Готовь оружие! – приказал седой. – Ты людей убивал?

– Нет! – сразу ответил Игорь.

– Удивительно… – пробормотал нюхач. – Как подойдём, я включу один щит: он нас скрывать будет. До фермы побежим.

Однако ничего включать не пришлось. Бой на ферме закончился раньше. В последней небольшой лесопосадке они с Эрином дождались, когда многочисленное семейство Старого скроется из виду. На седого было страшно смотреть. Не надо было быть великим знатоком людских душ, чтобы понять, что он сейчас хочет сделать. Пальцы нюхача побелели на ружье от напряжения – так сильно он сжимал оружие. Но не сделал, всё-таки сдержался…

– Почему ты не дал сигнал к нападению? – спросил Игорь.

– Потому что их там двадцать человек было… – ответил Эрин. – А нас двое. И пёс. Будь у нас с собой серьёзное оружие, ещё бы попытались… А я даже артефактов военных не брал. Из тех умений, что есть – разве что несколько щитов и ускорение. Не вытянули бы мы… Пойдём. Посмотрим, что там.

Первое, что им попалось на глаза – молочный гриб, изрешеченный пулями и истекающий белым соком. Рядом лежал один из работников Вити. Больше трупов видно не было. Видимо, семья и другие работники успели укрыться в доме. Который-то теперь и горел…

Пока что пламя занялось только с одного края. Сначала Игорь подумал, что дом подожгли после того, как убили людей внутри, а потом заметил брёвна, подпиравшие дверь и ставни на окнах. Он ещё не успел понять, что это значит, а Эрин уже со всех ног бежал к постройке.

– Игорь, помоги! – крикнул он, хватаясь за деревяшку, которая не давала двери раскрыться.

Подпорка никак не хотела выниматься. Видимо, люди, закрытые в доме, пытались выбить дверь изнутри – отчего дерево глубоко вошло в снег и мёрзлую землю. Игорь с Эрином едва-едва смогли вынуть деревяшку. Успели в последний момент. Витя и его люди уже не пытались освободиться: всё помещение заполнял едкий дым.

Люди лежали на полу. Некоторые только и могли, что конвульсивно дёргаться. Кинувшись внутрь, Игорь и Эрин принялись их вытаскивать. Даже Джокер принял участие, но выбирал цели себе по силам: среди погорельцев были дети. Вот их-то умный пёс и тащил, прихватив за воротник.

К счастью, все спасённые дышали сами. Хоть у пары человек состояние явно было не очень. Кто-то даже блевал, извергая содержимое желудка в снег.

– Сука! – хрипло выдавил Витя, когда смог говорить. – Сука! Я его убью!

– Тогда тебе в Лёдном делать нечего… – хмуро предупредил Эрин. – Лучше сообщи соседям и побыстрее уходите отсюда.

– Нельзя… Сука! Нельзя такое прощать! – Витя обводил взглядом спасённых, но вскоре его взгляд стал менее тревожным. – Они Лёшку завалили…

Игорь понял, что фермер пересчитывал своих родственников и работников. И, только убедившись, что новых жертв нет, Витя Молоко немного успокоился:

– Убить его…

– Витя! Молоко! – Эрин привлёк внимание фермера. – У него не семья! У него армия! Ты понимаешь?

– И что теперь… Простить такое? – Витя обвёл рукой своё порушенное хозяйство.

– Хочешь отомстить ему? Выживи! – хмуро посоветовал нюхач. – Незаметно доберись до соседей. Всех предупреди, чтобы тихо уходили. И выживи… На созревании семян он потеряет почти всех своих. Если Старый сам выживет, ему один твой вид будет пыткой!..

– А я не хочу, чтобы он выжил! – прорычал Витя. – Хочу, чтобы он сдох! И все его ублюдки сдохли! Он всю мою семью и моих людей убить хотел!

– Тогда хотя бы с соседями объединись! – рявкнул на него Эрин. – Ты сейчас ничего ему не сделаешь!..

– Убью! – Витя попытался подняться, но его скрутило рвотой.

– Отлежаться надо! – сказал Игорь, пользуясь моментом, пока фермер был занят. – Отлежишься, наберёшь людей – вот тогда и мсти. А сейчас сам погибнешь и своих не спасёшь.

– Игорь дело говорит! – поддержал помощника нюхач. – Мы вас доведём до соседней фермы. Поможем. Вы все дымом потравились!..

– Ублюдок… – Витя беспомощно посмотрел на горящий дом.

– Молоко! – Эрин снова привлёк внимание фермера. – Собирай своих. Возьмите минимум вещей. И пошли отсюда.

Молоко лишь обречённо кивнул, вытирая снегом испачканный рот. И наконец-то пошёл к своим людям: объяснять, звать, организовывать. На сборы нехитрого скарба много времени не ушло. И через десять минут отряд двинулся в сторону Лёдного, где по пути, если верить словам Вити, жил неплохой сосед и его приятель. Игорь обратил внимание, что никто из фермеров без оружия не ушёл. Бросали многое, но ружья, пистолеты и ножи все брали с собой.

Идти пришлось долго. Измотанные погорельцы еле ноги переставляли. На полпути их встретили люди соседа и помогли добраться до темноты. Уставших людей разместили на ферме. А Эрину и Игорю предложили остаться на ночь. Отказываться они не стали: спать под открытым небом не хотелось.

– Меня Лапоть кличут, – представился сосед Молока. – Вообще я Сергей Лаптев, но сами понимаете… Пойдёмте перекусим. Заодно и расскажете всё, что случилось. Что-то мне кажется, горелым пахнет не только от Витиной фермы…

– Пойдём! Только дежурить кого-нибудь пошли. Чтобы и к вам не подобрались… – посоветовал Эрин.

Глава 23. Ночные проводники

Много времени разговор не занял. Эрин кратко, в двух словах, пересказал всё, что они с Игорем узнали и что увидели потом. К концу рассказа подошёл Молоко и только зубами скрипел. А вот Сергей Лаптев слушал спокойно, с видом участкового в большом городе. После завершения рассказа повисло молчание, которое прервал Игорь. Его мучило несколько вопросов, ответы на которые он никак не мог найти.

– Эрин, ты говорил, что система наказывает за убийство, – напомнил Игорь. – Получается, семью Старого она тоже наказала?

– Нет, не думаю… Наказали только того, кто работника Вити убил, – покачал головой нюхач.

– Лёшку убили… Твари!.. Он со мной с самого начала здесь был! Раньше жены у меня появился! – Молоко в сердцах стукнул по столу кулаком.

– Но почему? – спросил Игорь. – Дом же они подожгли… Намерение было.

– Если бы Упорядоченное карало за намерения, тут был бы первозданный Хаос! – усмехнулся Лапоть. – Оно карает за совершённый проступок. Да и то… Некритично карает. Временными дебаффами.

– Лёшки больше нет, и это навсегда, – в сердцах вздохнул Молоко. – А мудак, который его убил, месяц походит под наказанием…

– Это если его убийца порождением не станет! – Эрин прервал Витин поток эмоций. – Вы привыкли жить под защитой. И думаете, что всегда и везде так и будет. А Старый защиту снимает, потому что иначе кровоцвет не получится поддерживать в стадии роста. Его семья и вся ферма находятся под постоянным давлением Хаоса. Убийца твоего работника получил не только дебафф, но ещё и мощно пробил защиту Сосуда. И что-то мне подсказывает, что нет у него укрепляющих умений… Не воин он.

– А Старый догадывается, что поджог окончился неудачно? – спросил Игорь.

– С чего ему догадываться? – удивился Молоко.

– Всё верно думаешь, Игорь! – кивнул Эрин. – Знает уже… Упорядоченное всегда карает по факту. Если нападают трое, то наказан будет тот, кто последний удар нанёс. Это очень… Механистически, так скажем. И открывает большой простор для махинаций. Но уж как есть… Скорее всего, наказан был бы тот, кто поджигал дом. А если его ещё не наказали – значит, убийство не получилось.

– Скажешь тоже, махинаций! – усмехнулся Лапоть. – Как будто в других мирах кто-то до сути докапывается. Всё, как всегда. Наказан будет тот, кого за руку поймали!

– А я хочу наказать всю семейку этого ублюдка! – сквозь зубы прорычал Молоко.

– Накажем ещё. Ты, Вить, не спеши! – спокойно попросил Лапоть.

– Вот твою семью попытались бы в собственном доме сжечь… – начал было Молоко, но Сергей его прервал:

– Хватит! Думаешь, ты один такой несчастный? Я вообще-то тебя укрыл, так что моя семья на очереди! – вполголоса рявкнул он, оглянувшись на дверь. – Мстить он собрался… Ты мстилку сначала отрасти! У Старого семейство больше двух десятков рыл! И все стрелять умеют. Может, не как ополченцы, так и мы с тобой не ополченцы!..

– Всё равно не понимаю, – проговорил Игорь. – На что рассчитывал Старый? Ну вот, предположим, всё у него удалось. Убил он соседа и всю его семью. Об этом же сразу станет известно…

– Если он первый к сгоревшему дому не прибежит. И не начнёт, обливаясь крокодильими слезами, завалы расчищать, – ответил Эрин. – Тогда все подумают, что просто угорели ночью соседи. И никто его не заподозрит.

– И никто экспертизу проводить не станет, – поддержал его Лапоть. – Даже если были пулевые отверстия, кто это узнает? А пожар, он у всех на виду.

– Он всё верно рассчитал… – Эрин посмотрел в темноту ночи. – Раз уж нас с тобой убить не удалось, он дождался, когда мы где-то появимся. Как он и подозревал, появились мы у Вити, и его сыновья стали следить. Как только мы ушли, они напали. Дело под вечер. Никто не побежит в темноте спасать соседей. Иначе можно на порождений нарваться. Или вообще оказаться незнамо где. Его бы не обвинили. А мы бы пока у себя в Лёдном узнали, что тут произошло, как раз нужное время бы и прошло…

– Просчитался он только в одном. Надо было дождаться, пока Витин дом полностью сгорит, – поднявшись из-за стола, Лапоть принялся ходить из угла в угол. – Вот если бы дождался, удостоверился, что всех сожгли, тогда всё бы у него получилось. Может, и вас, вернувшихся, успел бы добить…

– Вот только сжечь целую семью – это не пулю в грудь засадить! – подтвердил Эрин. – Такое не каждый вынесет и после этого разум сохранит. Особенно, если участвовал. Да и эмоции… Пока ещё дом где-то там горит, нет чувства вины, страха, обиды. А если стоять и смотреть… Система Упорядоченного легко такие вещи раскусывает. Бывали случаи, когда дебафф невиновному прилетал только за острое чувство вины. Вот недавно было происшествие…

– Это с тем пареньком влюблённым? – уточнил Лапоть. – Вроде за дело его?..

– С ним, – кивнул Эрин. – Потом уже волну поднимать не стали… История там нехорошая вышла: парня обвинили в убийстве девушки, с которой он встречался. Она с ним крупно поссорилась в гостях, ну и пошла домой. Он тоже. Ушли по отдельности. Утром – бац! Люди нашли труп девушки. А парень дома и с дебаффом таким, что еле ходит. Это уже потом, когда показания ополченцев сравнивали, поняли, что его дебаффом накрыло, когда он про смерть девушки узнал. А поначалу-то был нормальный. Но это всё потом…

– Выходит, всё-таки девушку не он завалил? – спросил Лапоть.

– Не он, – подтвердил Эрин. – Приятель его. Незаметный тихий парень. Он ушёл из гостей практически одновременно с ними. Его, понятное дело, дебаффнуло после убийства, но тихоню никто не подозревал, вот и не стали проверять. А когда его через пару месяцев поймали над трупом другой знакомой, так и стали грязные подробности всплывать… Но жениха первой девушки это не спасло. Его тогда на суд, под ритуал и в петлю – за три дня управились…

– А чего же система-то его дебаффнула? – поинтересовался Игорь.

– А он как про смерть невесты узнал, так сразу вспомнил и про ссору, и про то, что до дома не проводил. Накрыло чувством вины. Вот Упорядоченное и учло его острое – прямо острейшее! – желание самого себя наказать. В общем, не всё так просто с наказаниями от системы. Они страшны больше из-за Хаоса и его эманаций, потому что сосуд пробит и защита снижена. А правду дебаффы не раскрывают: мы же не знаем в точности, за что они прилетели. Наоборот, наказания могут под человеческие законы подставить, как с тем парнишкой…

– Погоди, Эрин! – Игорь понимал, что после объяснений нюхача ещё больше запутался. – Получается, система за поджог дома не наказывает, если все выжили. А за чувство вины даже невиноватого наказывает. Тут дебаффнула, тут не дебаффнула, а тут рыбу заворачиваем. Так, что ли?

– Ты не думай, что система – это добрый волшебник, который придёт и всех плохих накажет, а всем хорошим плюшки раздаст… – заметил Лапоть. – Она не для того существует! Система утилитарна и служит своим целям. Нет у неё морали и высоких человеческих ценностей. С парнишкой – скорее, случай исключительный. Он сам очень хотел, чтобы его наказали. И вместо того, чтобы делом заняться и сволочь искать, которая его невесту убила, сам себя через систему дебаффнул.

– Чего теперь-то делать, мужики? – спросил Молоко, который уже несколько минут сидел, как сомнамбула. – Я бы сдал урода в городе… Только ведь администрация замешана, да?

– Скорее всего, да. Так что будут пытаться замять дело! – согласился Лапоть. – Тут или самим идти всем миром, но тогда нам тоже отомстят, если кровоцвет не созреет. Или… Ну да… Если подумать, всем соседям просто нужно уйти и подождать, когда Хаос за нас работу сделает. Эрин?

– Меня в это не вмешивай! – попросил седой.

– Не буду. Я о другом хотел попросить… – Лапоть кивнул на окно. – Сможешь моих сыновей и племянников по соседям провести в ночи? Чтобы они с рассветом все сюда подтягивались?

– Вот мне больше заняться нечем!.. – буркнул седой.

– Пять золотых! – не стал спорить Лапоть. – Плачу сразу, поверив тебе на слово.

– Дело не в деньгах…

– Я знаю, Эрин! Но ты единственный, кто может ночью безопасно провести на соседние фермы. Если тебе нужен контракт, я готов его заключить! – Лапоть перестал ходить и остановился.

– Мне и Игорю ещё спать надо! – напомнил Эрин. – Мы так-то к вам вышли спозаранку. Только светало.

– Поспите часа четыре, а потом… Ну пожалуйста! Сын Ванна, ты же видишь: нет у нас другого выхода. Утром Старый всё своё семейство притащит сюда, и хана. Мы и двумя семьями от него не отобьёмся!.. – взмолился Лапоть.

– Ладно, что с вами делать… – Эрин тяжело поднялся из-за стола. – Покажи, где можно подремать. И потом сразу выйдем.

Игоря уложили на лавке в общей комнате. Лавка не слишком подходила для сна, но мужчина так устал, что едва принял удобное положение, как сразу и выключился. И снилась ему какая-то совершенно невразумительная муть, в которой участвовали все, кого он узнал за предыдущий день, а ещё горели дома и росли кровоцветы – целый лес… А Игорю надо было найти своих – и так, чтобы самому кровоцветом не стать…

Проснулся он оттого, что седой тряс его за плечо. Игорь сразу сел и принялся оглядываться, пытаясь сообразить, где находится. В комнате стало многолюдно: пришли семеро молодых парней и девушка. Все уже были одеты и собраны. Парням на вид было от пятнадцати до восемнадцати лет. А девушка так и вовсе больше, чем на тринадцать, не тянула. И, тем не менее, вся молодёжь была вооружена. Да и выглядела решительно.

– Пойдём. Пора. Нам надо до рассвета восемь ферм обойти… – Эрин принялся накидывать верхнюю одежду.

Игорь поднялся и тоже стал одеваться. Он всё делал на автомате, ещё не успев сбросить сонную муть. На улице было темно, холодно, но ясно. В кои-то веки в этом мире не было туч, и даже какие-то звёзды на небе светили.

Выпущенный из сеней Джокер пулей рванул к ближайшему столбу, вызвав улыбки на лицах молодых фермеров.

– Интересно, что за звёзды тут на небе? – пробормотал Игорь, вглядываясь в холодное сияние.

– Да какие придётся!.. – ответил Эрин. – Рисунок созвездий на узлах часто меняется. Наверно, сейчас показывает нам небо какого-нибудь из миров Порядка.

Дождавшись, когда собака сделает свои дела, отряд быстрой рысью выдвинулся к дороге. Эрин вручил Игорю квадратный амулет на массивной цепи. Амулет прицепили к рюкзаку, чтобы он всегда был повёрнут назад. А сам нюхач активировал один из своих эффектов.

Стоило им подальше отойти от фермы, как сразу стали понятны такие предосторожности. Мир был заполнен клочками плотного тумана, которые хаотично, не обращая внимания на слабый ветерок, перемещались в пространстве. Однако стоило им приблизиться к отряду спереди, сбоку или сзади, как сгустки тумана резко отскакивали – будто натыкались на невидимую преграду.

До ближайших соседей добрались за полчаса. Ещё минут десять один из вышедших с ними молодых людей стучался в двери. Пока там поняли, кого посреди ночи нелёгкая принесла, пока спросонья открыли… В общем, дело оказалось небыстрое.

Как Игорь понял из разговоров спутников, первой должны были оставить девушку. Она была самой младшей, и взяли её только потому, что сыновей на всех соседей не хватило. Но у одного из парнишек здесь была любовная любовь, и, по общему решению молодёжи, тут решили оставить его – в обход родительских наказов.

А вот на следующей ферме как раз оставили девушку. Дорога заняла минут сорок, зато и открыли там быстро, как будто заранее ждали.

– Не успеем мы до рассвета… – посетовал нюхач. – Надо, ребятки, быстрее нам ногами шевелить!

– Так вы только скажите! – отозвался самый старший молодой человек.

«О, нет!» – обречённо подумал Игорь. И был прав: Эрин чужие, да и свои ноги жалеть не стал.

В результате, до следующей фермы весь отряд бежал. И хотя добрались минут за десять, но под конец даже Эрин стал сбиваться с дыхания. А Игорь и вовсе дышал, как паровоз. Он еле успел прийти в себя, прежде чем отряд снова отправился в путь. И опять бегом… Так, почти не сбавляя темпа, они добрались ещё до двух ферм, а затем просто двигались быстрым шагом.

В какой-то момент из очередного обрывка тумана вылезли сразу три порождения. Они на секунду замерли, как будто прислушиваясь, а потом двинулись напрямую к людям. Молодёжь тут же схватилась за оружие, но Эрин их остановил.

– Опустили ружья! А ну!.. – он строго посмотрел на ребят. – Вам надо быстро и тихо… Повторяю: тихо добраться до соседей! И куда вы ружья хватаете?

– Так это же… – растерянно заметил старший паренёк, указывая на приближающихся врагов.

– Я, Игорь и Джокер справимся, – Эрин погрозил пальцем. – А вы тут стойте!.. Игорь, доставай свой нож.

Бой был коротким и неинтересным. Порождения оказались совсем слабенькие, но Эрин почему-то выглядел недовольным. Игорь расправился со своим противником за пару ударов. И всё равно оказался самым медлительным.

Убито порождение Хаоса. Призванное. Низшее.

Получен 1 % соответствия статусу!

Получено 2 % соответствия статусу за системное оружие!

Текущее соответствие – 85%

– Призванное и низшее… А кто его призвал, интересно?.. – пробормотал Игорь, вытирая оружие и убирая обратно в ножны.

– Хороший вопрос! – хмуря брови, кивнул Эрин. – Правильный вопрос! Иногда их призывают другие порождения. Но в последнее время я слишком часто встречаю призванных низших или подросших. Причём в таком количестве… Раньше их точно было меньше!

– Думаешь, это из-за… – проговорил Игорь, но замолчал, когда нюхач прижал палец к губам. – Ага…

– Да. Думаю, он постарался, – кивнул седой. – Но ты на всякий случай лишний раз вслух не говори, пока мы вне защиты.

– Понял!

Вплоть до самой фермы им больше никто не угрожал. Игорь даже успел немного расслабиться, но вскоре неугомонный нюхач снова заставил всех бежать.

– Скоро рассвет! – предупредил он.

По прикидкам Игоря, вернуться к Лаптю они могли бы где-то за час. Беда была в том, что на каждую ферму приходилось заходить, сворачивая с основной дороги. А затем ещё долго стучать в дверь и ждать, пока хозяева им наконец-то откроют. Многие спросонья не понимали, что происходит, кто пришёл – и чего вообще от них хотят.

Ну а дальше надо было вернуться к дороге, в потёмках дойти до поворота к следующей ферме… И повторить удивительный квест. Грело душу то, что из пяти золотых Эрин пообещал Игорю целых два – сверх зарплаты.

Это, конечно, мотивировало. И заставляло помощника нюхача бежать наравне со всеми, даже когда ему казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, а лёгкие разорвёт. В конце концов, это худо-бедно можно было перетерпеть, а ничего сверх человеческих возможностей Эрин не просил.

А вот перед последней фермой пришлось туго… Дорогу перекрыл длинный язык тумана. Если Игорь верно прикинул, то тянулся он от самой фермы Старого. Ни эффекты нюхача, ни выданный Игорю амулет, ни всё вместе, не смогли заставить туман расступиться. В итоге Эрин, Игорь и последний сын фермера решили обойти туманный язык по полю.

А тот как будто этого и ждал: метнулся за ними и накрыл путников. И тут же местность вокруг стала меняться…

– Держитесь друг за друга! – торопливо приказал нюхач.

Игорь одной рукой схватил Джокера за загривок, а другой – паренька-фермера за плечо. А тот, в свою очередь, крепко-накрепко вцепился в куртку Эрина. Шли долго. Минут двадцать, хотя полоса тумана была неширокой: всего метров двести. Земля под ногами слегка колыхалась, а впереди то и дело появлялись неожиданные препятствия: то коряга, то валун размером с человека, а то и необхватное бревно прямо на пути.

И это несмотря на то, что эффект Эрина и амулет на рюкзаке Игоря исправно работали. Что творилось за пределами их защиты, вообще сложно было вообразить…

И всё же из тумана они вышли целыми и невредимыми. Пострадал только рукав куртки молодого фермера: он стал каким-то тонким и хрупким. Даже ткань треснула на месте одной из складок. Когда отряд отошёл подальше от тумана, Эрин начертил над рукавом какой-то знак, и нормальные свойства ткани сразу восстановились. Лишь на месте трещины остался прорез с ровными краями – как будто кто-то лезвием полоснул.

Впрочем, парень не слишком расстроился: ему и без того хватало переживаний. Игорь-то после забега с семьёй по лесу воспринял рывок через туман как лёгкую прогулку. А вот юному фермеру такие приключения были внове. И парень куда больше переживал, как бы ему не пришлось ещё раз так прорываться, чем о прорезе на рукаве.

Последняя ферма встретила их тишиной и запустением. Следов присутствия людей видно не было. Двери оказались заперты, тёмные окна закрыты, а защитные знаки почти пусты.

– Кто тут жил? – спросил Эрин у сына фермера.

– Небольшая семья. Муж, жена, трое детей и пара работников… – стараясь не дрожать, ответил тот.

– Когда их в последний раз видели? – не отставал нюхач.

– Дней пять назад… Я сам сюда приходил, относил им корм для птиц, – признался парень. – Они ещё жаловались, что денег совсем нет, и защиту скоро нечем держать будет. Может, съехали? Хотя мы бы увидели тогда…

– Надо осмотреться! – Эрин, похоже, в принципе не умел работать в рамках положенного. И всегда за эти рамки выходил.

Вот и в этот раз нюхач принялся искать пропавшую семью. Вместо того чтобы сразу убираться обратно к Лаптю. Игорь тоже прошёлся вокруг дома, заглянул во все окна – и ещё долго всматривался в полумрак, царивший внутри. Но дом был абсолютно пуст.

А Эрин тем временем осматривал сараи, которые ему даже взламывать не пришлось. На большей части построек почему-то не было замков. Молодой фермер осторожно, с ружьём наизготовку, проверял территорию. А Джокер совал везде свой нос и вынюхивал-вынюхивал-вынюхивал…

Неудивительно, что он-то и обнаружил пропавших.

Что-то учуяв, пёс молча рванул по дороге, ведущей к выезду с территории фермы. А затем пробежал ещё три десятка метров в сторону – и принялся проверять поле, двигаясь по какому-то изогнутому, ему одному известному маршруту.

Вот там, в стороне от дороги, он всех и нашёл. Под снегом.

Вслед за Джокером подтянулись остальные члены отряда. И поняли, что им тут больше делать нечего. Вся семья фермера и его работники остались лежать в снегу. Только нюхач напоследок обрызгал мёртвые тела Структурной Водой.

– Чтобы гадость какая не поднялась… – не слишком понятно пояснил он.

По всей видимости, фермер с семейством пытался уйти. От чего они уходили, от чего спасались – было неясно. Однако, что бы это ни было, оно сумело их настигнуть и убить. Первыми под удар попали дети и жена. Фермер с работниками попытался защитить их. Явно много стрелял, но безрезультатно. Двое его работников решили бежать, но их настигли и растерзали. Трупов нападавших нигде видно не было.

Возвращались слегка подавленные и с испорченным настроением. Где-то на полпути до Лаптя стало светать. И почти сразу появились другие фермерские семейства: идущие в том же направлении, нагруженные скарбом и вещами. Видимо, дети и племянники Лаптя успели всё подробно объяснить, и никто не стал отсиживаться в опасном кластере.

Как только все окрестные фермеры собрались, то пошли совещаться. А Игоря с Эрином накормили завтраком и устроили подремать в доме. Впрочем, долго поспать не удалось. Всего через пару часов их поднял хозяин фермы.

– Мы все уходим, – сообщил он. – Решили, пусть Старый сам разбирается с тем, что устроил. Пока пойдём в Лёдное. Вы с нами?

– Нет, у нас ещё по соседству дела. Только выйдем из фермерского кластера вместе, чтобы не давать повода по нам стрелять, – ответил нюхач.

Процессия выдвинулась через полчаса. Все двери были заперты, а всё ценное – второпях собрано. Люди уходили в город, спасая свою жизнь, но наплевав на имущество и постройки. Игорь почти не сомневался, что возвращаться фермерам придётся на пепелище. Судя по характеру Старого, тот постарается хоть как-нибудь отомстить напоследок. Однако на лицах уходящих людей не было признаков отчаяния – и это, как минимум, радовало.

Семейство Старого, с ружьями наперевес, высыпало к дороге, но, увидев количество направленных на них стволов, отступило. Так и не решились напасть. И вот на их лицах было всё: и злость, и отчаяние, и страх… Игорь смотрел на семью Старого, но жалости к ним в себе не нашёл, хотя и пытался. Они сами выбрали этот путь, так что нечего было жалеть.

Покинув кластер, вся процессия разделилась. Фермеры отправились в город, а Эрин, Игорь и Джокер свернули на повороте к другому кластеру. Надо было проверить очередную заявку, выданную нючаху.

Глава 24. Рисунки на полях

На привале Эрин рассказал детали задания, не став дальше тянуть:

– В кластере Б8 фермеры постоянно находят рисунки на снегу. Вот уже пятый месяц. Они подозревают, что это знаки Хаоса. Я не знаю, так это или нет. Но у них и вправду участились случаи сильных эманаций Хаоса. Пока вроде ничего страшного не произошло. А, с другой стороны, ты сам видел, как оно тут бывает…

– И что ты хочешь сделать? – поинтересовался Игорь.

– Опросим всех. Узнаем, где были найдены рисунки, нанесём точки на карту и попробуем вычислить того, кто их делает, – ответил Эрин. – Если художник – человек, то проверим его. Ну а если установим, что рисунки делают не люди, а порождения… В общем, тогда и будем решать проблему.

– А низшие порождения могут делать рисунки? – уточнил Игорь.

– Чисто теоретически могут. Особых препятствий к этому нет. Кроме одного: они тупые, как пробки. Мозги возвращаются лишь на статусе осознавших. А полноценно рисовать могут только хтоны. Однако бывали случаи, когда и низшие приспосабливались. Так что ничего нельзя исключать. К тому же, если на узле хтон, он может использовать в своих целях призванных порождений. Наподобие того же зелёного тролля.

– Ты говорил, у тебя ещё семь жалоб? – спросил Игорь. – Получается, пока не закончим, в Лёдное мы не вернёмся?

– Нет смысла все сразу обходить! – покачал головой седой. – С этой стороны от Лёдного ещё два фермерских кластера надо проверить. Потом вернёмся, чуть отдохнём, сдадим отчёты и пойдём по другим жалобам. Однако сильно задерживаться не будем: мало ли что администрация ещё начудила…

Пообедав, их маленький отряд продолжил путь. Правда, уже не по снегу. Лето на осколке, наконец, вступило в свои права. Снег постепенно сходил с дороги, обнажая песок и камни. По краям дороги проглядывал мох, который быстро, прямо на глазах, желтел. Путники смазали сапоги жиром, но Игорю не верилось, что это им сильно поможет. Песок с водой – это тот ещё абразив для обуви…

К нужной ферме они подходили по краю дороги: там, где было посуше, а мох кое-как держал грунт. Конечно, можно было пройти по полю, с которого снег пока и не думал сходить. Но как отнесутся фермеры к тому, что кто-то топчет их посевы – не знал даже Эрин.

Первая ферма была совсем небольшой. Дом, пара крепких каменных сараев, деревянный амбар, три поля и пять теплиц. И жила здесь всего одна семья, у которой даже работников не было. Глава семейства был довольно молодым на вид – похоже, ровесник Игоря. А жена его и вовсе выглядела лет на двадцать пять-тридцать. Хотя сразу стало понятно, что это лишь видимость: либо система постаралась, либо с генами повезло.

Детей у фермера и его жены было двое. Старшая дочь оказалась взрослой девушкой лет двадцати. Она вся была какая-то нескладная и постоянно молчала. А вот младшая дочь, на вид лет двенадцати, наоборот, отличалась редкой общительностью. Именно она первой встретила Игоря, Эрина и Джокера у ворот.

– Собака! Настоящая! – обрадовалась она вместо приветствия. – А можно погладить?

– Здравствуй! – кивнул Эрин.

– Привет! Думаю, Джокер не будет против. А если ему не понравится, он сам покажет! – ответил Игорь.

– Гав! – подтвердил пёс, а потом принялся скулить, когда ребёнок почесал ему шею.

– Настя, смотри: собака! – крикнула девочка проходившей мимо старшей сестре, но та только равнодушно качнула головой.

Вышел отец семейства. Поздоровался. Разговорились. Эрин достал карту и принялся отмечать места, где были замечены странные рисунки.

– У нас полей-то немного! – объяснил фермер. – Мы вообще сюда перебрались из-за старшей. Она у нас… Сами видите… Особенная. Родилась уже в этом мире, и что-то пошло не так. Другие дети её дразнили, а она злилась и обижалась. Вот мы и переехали подальше от города. А с младшей как-то лучше вышло: она живая, весёлая.

– Старшая у вас с детства такая? – спросил Эрин.

– С младенчества, – признался фермер. – Упустили мы где-то… Вот теперь и ходит, как это здесь называют, «пуганная Хаосом». Так-то она нормальная. Я её в город отправляю, работу поручаю. Но ведёт себя иногда странно… Вика! Отстань от пса!

– Ну па-ап! – отозвалась младшая девочка.

– Что про рисунки можете сказать? – поинтересовался нюхач. – Вы ведь не первые жалуетесь. Сначала были у соседей случаи?

– Рисунки как рисунки… Ну где-то метр на метр. Рисуют их на снегу вдоль дороги. Выглядят как-то… Не очень приятно!.. – признался фермер. – Будто ребёнок чертил геометрические фигуры. У нас вообще-то земли мало. И долгое время ничего не было, а у соседей рисунки время от времени появлялись. Они написали жалобы. А несколько дней назад и у нас появились. Я тоже жалобу написал. И с Настей, старшенькой, в город отправил.

Судя по отметкам, все рисунки появлялись ближе к центру кластера ферм. Каждый кластер, если смотреть на него сверху, напоминал цветок с несколькими лепестками. И в центре всегда имелась дорога, подходившая к каждой из ферм. Конечно, все лепестки были разных размеров и ширины. Например, у этой маленькой фермы вообще не было внешней границы: со всех сторон она была окружена другими хозяйствами.

Всего рисунков на этой ферме было пять. Три на ближайшем к центру поле, а ещё два – вдоль дороги. При этом фермер клялся, что раньше такого не было, и появилось всё за один день.

– Но у нас ферма-то маленькая… Тут особо и порисовать негде. Тем более, я дочек часто отправляю гулять. А они глазастые, всё бы сразу заметили!

От приглашения выпить чаю Эрин отказался. И, закончив опрос, отряд двинулся к следующей ферме. Вот там семейство было человек на двадцать, а рисунки на полях вдоль дороги появлялись с завидной регулярностью. На карте возникло ещё восемнадцать отметок, и это только те, которые нашли недавно – и про которые местные не успели забыть.

На двух оставшихся фермах ситуация была та же. Рисунков было достаточно много, и большая их часть россыпью располагалась вдоль центральной дороги. Редко когда рисунок находили где-то в глубине поля.

На всякий случай Эрин предложил сунуться и на другие фермы: те, которые не подавали жалоб. И там нюхач с помощником узнали много нового о себе, своих любопытных носах – и о том, что шляются почём зря и работать мешают.

Зато удалось выяснить, что рисунки замечали и на других фермах, но не придавали им значения. Кто-то считал всё это блажью, а кто-то – обычным хулиганством. Да и случаев там было не сказать, чтобы много…

– Я рисунок Хаоса ни с чем не спутаю! – заявил один из фермеров. – Это просто детские шалости. Сами проверьте! Если, конечно, их ещё не засыпало или не растаяли. А меня от дел не отвлекайте! Я вообще был против этой жалобы, которую соседи подали!..

Собственно, этим нюхач с помощником и занялись: отправились искать рисунки по отметкам на карте. Вот только летняя оттепель играла против расследования. Тёплый воздух плавил снег, стирая последние следы загадочных художеств. Первый рисунок обнаружили только спустя пару часов…

Поскольку Игорь уже однажды видел узоры Хаоса, то ему было с чем сравнивать. И ему тоже показалось, что от этого рисунка не идёт такого негатива, как от того, что они обнаружили на заднем дворе Эрина. И ровных линий было немало, и даже фигуры какие-то усматривались. Да, художественной ценности явно немного, но узор не выглядел ни противным, ни отвратительным.

Однако Эрин подошёл к вопросу серьёзно. Не только тщательно рассмотрел узор, но и долго бродил вокруг: искал следы художника. Не нашёл, конечно: слишком много времени прошло. В итоге, нюхач с помощником пошли дальше, к следующему рисунку. И так почти полдня – точка за точкой, узор за узором.

Игорь не спрашивал, что думает седой. Решил, что тот сам всё расскажет, когда посчитает нужным. Зато помощник старался подмечать всё, что увидел – правда, понимая, что толку от этого мало. Всё-таки Эрин, в отличие от него, использовал особые навыки, которых у Игоря не было.

На ночёвку уставшие путники устроились на одной из ферм, подавших жалобы. В дом их, правда, не пустили, вместо этого выделив отдельный сарайчик. Строение было совсем крохотным, с одним маленьким окошком – и настолько плохо защищено, что Эрину пришлось самому накладывать знаки. Есть тоже пришлось собственные запасы, а это, по большей части, были слегка подсохшие бутерброды.

Актом небывалой заботы стала буржуйка, принесённая работниками фермера. Трубу от печки Эрин с Игорем выставили в окно. А на нагретой поверхности вскипятили воду для чая. Зато Джокер порадовался: его пустили в сарай с хозяином. Обычно-то оставляли в сенях, а он любил, когда тепло, и люди рядом. И поэтому теперь лежал довольный возле печки, на копне сена.

– Почему они нас в дом не пустили? – уточнил Игорь, когда они с нюхачом остались одни. – Чего-то опасаются? Или мы рожей не вышли?

– Может, боятся, что я серебряные приборы из буфета попру! – усмехнулся Эрин. – А может, ещё чего… Но, скорее всего, просто не любят.

– Тебя не любят?

– Меня не любят! – подтвердил нюхач.

– А за что тебя не любить? Ты же приходишь по их жалобам! – удивился Игорь. – Вон, Лапоть и Молоко нормально к нам отнеслись.

– Знаешь… Я как-то не задумывался, если честно!.. – ответил Эрин, поморщившись. – Но про меня тут разные слухи ходят. Десять лет уже работаю, как-никак… И людей приходилось убивать, а иногда и целые семьи отправлять в изгнание. Люди не понимают сути моей работы, а выяснять не хотят… Я для них что-то вроде страшной сказочки, которую иногда приходится самим вызывать.

– Ты что-то решил по поводу этих рисунков? – не выдержал Игорь.

– Что-то решил… Надо ещё проверять. Завтра мы с тобой продолжим осмотр, а потом отчитаемся, что рисунки к Хаосу отношения не имеют, и уйдём… – Эрин усмехнулся. – Вроде как на следующий заказ.

– А на самом деле? – уточнил Игорь.

– А на самом деле в засаде дождёмся вечера. И посмотрим, не появится ли загадочный художник!.. – Эрин говорил тихо, так что Игорь его еле слышал. – Если появится, то поймаем и выведем на чистую воду. А если нет…

– Художник ведь может завтра не прийти! – предположил Игорь. – Вдруг он затаился из-за нашего расследования?

– Это тоже будет результат, – не согласился Эрин. – Понимаешь, рисунки-то явно детские! Вероятно, дети и рисуют. Но есть у порождений свои ритуалы, которые позволяют вызывать крупные прорывы Хаоса. И для этих прорывов, чтобы сразу не заметили, рисуются совсем другие узоры, не вызывающие отвращения. Так вот… Если всё это дело рук хтона или другого порождения, то оно снова вылезет рисовать сразу после нашего ухода. И ждать долго не будет, потому что снег скоро сойдёт.

– А если дети, то не вылезут, испугаются? – уточнил Игорь.

– И дети могут вылезти, но тогда мы увидим, что это дети. Мы их сегодня, почитай, всех видели, пока кластер ферм обходили! – Эрин улыбнулся. – Их-то я в первую очередь проверял, чтобы среди них хтона не было.

– Вот зачем ты по другим фермам пошёл… – понял Игорь.

А нюхач кивнул:

– Так и есть. В общем, если рисунки оставят дети, или никто не будет делать новых – значит, это просто рисунки. Глупая шутка, за которую стоит дать по жопе, но не стоит поднимать панику!.. А вот если появится кто-то взрослый, или мы не сумеем обнаружить художника, а новые рисунки появятся – вот тогда дело серьёзное. Но это всё проблемы завтрашнего дня. А сейчас давай-ка спать. А то прошлой ночью как-то не удалось…

Ночь прошла спокойно. Правда, отдохнул Игорь опять не слишком хорошо. Снова пришлось спать на лавке, на которой он себе бока отлежал, даже сквозь одежду. А ещё помощник нюхача часто ворочался и просыпался. И всё равно это было лучше, чем прошлой ночью.

В первую половину дня они действовали по плану Эрина. Обошли поля, проверили, не появилось ли новых рисунков, а потом доложились всем, кто подавал жалобу, что расследование закончено. И, распрощавшись, ушли.

И уже за пределами кластера устроились на обед, во время которого нюхач объяснил свой план:

– Есть у меня один эффект маскировочный. Как раз на небольшой отряд. Используем его и проберёмся в центр кластера, где больше всего концентрация этих рисунков. Там есть небольшая лесопосадка, где нам с тобой придётся помёрзнуть в засаде. Залезем на деревья и будем смотреть в обе стороны. А Джокера как-нибудь под ветвями спрячем.

– И долго ждать придётся? – поинтересовался Игорь.

– Может, вечер. А может, и всю ночь, – Эрин пожал плечами. – Так что готовься сейчас отдохнуть немного. Сколотим себе шалаш, примем снотворной настойки и поспим несколько часиков.

Шалаш соорудили быстро. Навалили кучу лапника, а поверх сделали каркас из тонких ветвей. Сверху неказистую постройку тоже покрыли лапником. Строго говоря, местные деревья не были ёлками, но Игорь по привычке называл срубленные зелёные ветки лапником. Закончив с шалашом, Эрин начертил вокруг лагеря защитные знаки. Затем они развели костёр перед входом в убежище и устроились спать, а Джокер берёг сон людей.

Проснувшись ближе к вечеру, Игорь с Эрином не стали разбирать шалаш. Мало ли, снова надо будет где-то переночевать… А тут уже всё подготовлено: надо только на ночь усилить защиту от Хаоса.

Быстро перекусив, мужчины снова нарубили лапника и обвешались им, став похожими на маленькие местные ёлочки. Эрин активировал своё умение, и вокруг отряда будто мыльный пузырь надулся, центром которого и был сам нюхач.

Ну а дальше двигались бегом: всё-таки вечно такая маскировка работать не могла. Причём, перемещались строго по дороге, стараясь попадать в свои же следы. Хотя, если честно, на второй день оттепели почву так развезло, что можно было особо не беспокоиться.

Фермеры их не видели, даже когда нюхач с помощником пробегали мимо полей, на которых те работали. Начали всходить озимые полезных культур, а вместе с ними прорезались сорняки, так что работникам сельского хозяйства было не до праздных наблюдений.

– Свет обтекает этот наш маскировочный купол! – пояснил на ходу Эрин, заметив тревожные взгляды Игоря в сторону фермеров. – И все, кто снаружи, видят только то, что находится за нашим куполом.

Самым сложным было удержать Джокера от попыток пробежать за пределы маскировки. Пёс, хоть и был умным, но сложную концепцию понимать отказался наотрез. И всё время пытался нос высунуть.

Добравшись до нужной посадки из четырёх деревьев, Эрин быстро вырезал защитные знаки: штук по десять на каждый ствол. Джокеру организовали убежище, а себе – лёжку в ветвях. Туда-то нюхач с помощником и залезли, едва только начало смеркаться.

– Если кто-то придёт, то либо поздно вечером, либо ночью, либо под утро, – пояснил Эрин. – Посветлу ждать всё равно было бесполезно. Так что следим внимательно… И ещё!

Порывшись в рюкзаке, он вытащил две пары массивных очков, похожих на приборы ночного зрения. Как оказалось, это они и были. Правда, работали не на электричестве, а на конструкте из надстройки Упорядоченного – но суть от этого не менялась. Поэтому, когда наступила ночь, Игорь всё ещё отлично видел окружающий пейзаж. Но уже в зеленоватом свете.

Ночью похолодало. Несильно, но морозный воздух начал проникать под одежду. Эрин вытащил термос и разлил горячий чай по двум металлическим кружкам. Вот так, с чаем, они и продолжили наблюдение.

Вскоре от земли начали подниматься клочья тумана. Интересно, что в приборе ночного видения они выглядели как угольно-чёрные сгустки.

– Это первозданный туман! – пояснил нюхач. – Привычные законы в нём плохо работают.

Время текло медленно, тягуче и до безобразия уныло. Гасли далёкие огоньки света в окнах окрестных ферм. Затихали звуки дня, и наступала тишина. И только тумана становилось всё больше и больше. Что вообще-то, как понял Игорь со слов Эрина, для защищённого фермерского кластера было странным…

Посреди ночи мимо их укрытия прошли несколько порождений. Монстры старательно огибали все заборы и столбы с защитой, стараясь найти дорогу в этой мешанине запретов.

– Ни в коем случае не смотри на них! – шёпотом предупредил Эрин. – Тогда мимо пройдут и не заметят.

Так и вышло. Монстры старались не выходить надолго из тумана, а нюхач с помощником старательно их игнорировали. Джокеру же, который сидел под деревьями, порождений вообще не было видно. Монстры так и протопали дальше по своим делам, не обнаружив засаду.

С непривычки Игорю приходилось тяжело. Сидеть в засаде оказалось не так уж просто. Помощник нюхача то и дело менял положение, потому что всё тело начинало затекать, а Эрин с явным неодобрением на него косился. Однако ночь не длится вечно. И через несколько часов начало медленно светать. В предрассветных сумерках рассеялся туман, и снова зазвучали голоса с ферм.

А потом Эрин прижал палец к губам и показал куда-то в сторону. Присмотревшись, Игорь увидел поле той самой маленькой семьи, на чью ферму они зашли первыми. От обочины, стараясь не выделяться, шла облепленная снегом фигурка. Если присмотреться, то опознать в ней младшую дочку, двенадцатилетнюю Вику, не составляло труда. Девочка несла в руках палку и веник.

Нервно озираясь, она принялась чертить рисунок на снегу. И, управившись всего за минуту, двинулась назад к дороге, старательно заметая следы веником. Правда, получалось не очень. Следы всё равно были заметны, потому что верхний слой снега слишком хорошо выделялся на фоне более тёмного наста.

– Будем брать? – уточнил Игорь.

– Нет… Какой смысл? – Эрин покачал головой. – Вику я проверил. Обычная девочка. Я даже предполагал, что это она может рисовать.

– Почему? – удивился Игорь.

– Все отметки рисунков вокруг внутренней дороги, – пояснил Эрин. – И только на их ферме были ещё рисунки на полях. И появились они только, когда соседи жалобу в Лёдное писать собрались. Выходит, девочка вроде как подозрение отводила от своей фермы. Всыпать бы ей по жопе, но этим пускай родители занимаются… В отчёте для Лёдного я всё укажу как есть.

– Вот поэтому тебя и не любят!.. – усмехнулся Игорь.

– По контракту мне платят десять золотых в месяц, – ответил нюхач. – Два я плачу тебе, ещё три уходят на содержание дома, покупку патронов и прочее. А у мелких фермеров доход на всю семью – один-два золотых. Мне плевать, что они обо мне думают. Я просто хорошо делаю свою работу. Пошли, что ли… Пора на следующий кластер!

И Эрин с Игорем принялись спускаться на землю. С места засады они уходили, не скрываясь. Во-первых, маскировка у нюхача была ещё на откате, а во-вторых, смысла не было. Расследование было завершено. И хотя Игоря грыз какой-то червячок сомнения, но спорить с профессионалом, как ему показалось, было бы глупо.

Глава 25. Проклятое место

Следующий кластер оказался очень удалённым. За утро нюхач и его помощник миновали ещё шесть групп ферм, но, как выяснилось, надо было идти ещё дальше. И дорога в таком захолустье стала непостоянной: оглянувшись назад, Игорь внезапно обнаружил, что не узнаёт местность за спиной. Слишком уж зыбким был узел в этом месте…

Не став рисковать, Эрин организовал привал на обед по всем правилам: начертил и вырезал знаки, перепроверил всю еду. В общем, как будто в сплошном тумане собрался отдыхать.

– Жалоба поступила от некоего Андрея «Кабана» Попова. Фермер жаловался на сильные эманации на территории его фермы, – Эрин как раз разлил чай по кружкам, а затем принялся объяснять суть следующей заявки. – Пишет, что Хаос прорывается с территории соседа, но его сосед говорит, что у него всё в порядке.

– Тоже выращивает кровоцвет? – ехидно уточнил Игорь.

– Уже, знаешь ли, не удивлюсь… – ответил Эрин, поморщившись и явно не оценив шутку. – Хотя, скорее всего, причина скучная и неинтересная. Заселилось какое-то слабенькое порождение и прячется. А от него и проблемы исходят… Во всяком случае, пару дней назад я бы назвал эту причину единственно возможной. А сейчас, конечно, сомневаюсь…

– Слушай, а тогда почему это порождение не нападает? – удивился Игорь. – Когда мы из своего мира только попали на узел, и нас ночью атаковали, порождения Хаоса не особо могли себя сдерживать!

– От вас, новичков, за версту Порядком несло. Никаких амулетов, никакой защиты… Такое, конечно, они выдержать не в состоянии. А вот на фермах, знаешь ли, порождения могут сидеть месяцами, никак себя не проявляя… – Эрин сделал глоток, посмотрел в чашку и добавил. – Кофе ваш – дерьмо! А вот чай – это дело!..

До нужного кластера добирались ещё часа два. Ближе к фермам на дороге стало немного поспокойнее. И туман появлялся реже. Игорь даже подумал, что, видимо, не такие уж там, впереди, сильные эманации. Но ошибся…

Он понял это сразу, как только их отряд вышел на дорогу, ведущую внутрь кластера. Поля, раскинувшиеся справа и слева, не просто выглядели неровными. По ним как будто артиллерия прошлась. И те редкие клочки земли, где пробились побеги озимых, казались грустными островками в бушующем море.

– Ох, не нравится мне это!.. – пробормотал Эрин, сверяясь с картой. – Вот тут дорога должна начать изгибаться, а она…

Нет, дорога, конечно, изгибалась, но совсем не так, как показано на карте. Приличные дороги так себя вообще не ведут. Такое необузданное выписывание кругов возможно исключительно в психиатрической больнице. Однако и там пациенты всё-таки предпочитают между двумя точками перемещаться по кратчайшему маршруту…

Чтобы добраться до нужной фермы, кластер надо было пройти насквозь. Однако ещё на подходе к центру кластера становилось понятно, что здесь случилось что-то нехорошее. Уж слишком заброшенным выглядело всё вокруг. И, что самое неприятное – нигде не было видно людей. А если учесть, что уже наступал вечер, то картина получалась совсем печальная.

Неудивительно, что Эрин, едва заметив постройки, сразу свернул к ним. Похоже, даже опытный нюхач встревожился не на шутку. Он то и дело оглядывался вокруг – и остановился так неожиданно, что Игорь чуть не влетел ему в спину. И лишь увидев сообщение, помощник понял, в чём именно дело:

Обнаружено присутствие порождений Хаоса!

Хаос смотрит на вас!

– Ой-ёй-ёй-ёй-ёй! Игорь, спина к спине! – приказал нюхач. – Не вижу его…

– Гав! – сначала Джокер уставился куда-то в поле, а затем снова повторил предупреждение: – Гав!

И только тут люди наконец-то заметили порождение… Подобных монстров Игорю видеть ещё не приходилось. Оно всё было покрыто белым жёстким мехом. И пряталось в остатках снега – белое на белом. Поэтому его сразу и не заметили. И это была не единственная интересная особенность… Монстр постоянно менял свои контуры, как будто бесформенная меховая капля. То конечности отрастит, то дополнительный глаз прорежет…

Седой выстрелил из своего ружья дуплетом. Двойное попадание пули почти разорвало существо, а подбежавший нюхач закончил дело кинжалом, раскраивая врага на две половинки. Игорь, спешивший следом, наивно решил, что на этом всё… Однако не тут-то было. Как выяснилось, каждая из половинок теперь жила своей жизнью. Причём весьма агрессивной жизнью…

– Игорь! Помогай! Он под «делением»! – не слишком понятно крикнул седой.

Впрочем, и так было ясно, что пора спешить на помощь. Выстрелив в одну из половинок, Игорь доверил её заботам Джокера, который, рыча, принялся рвать порождение Хаоса. К этому времени Эрин разрубил пополам своего нового врага, и монстров опять стало двое.

Вот на одного из них Игорь и кинулся с ножом, отвлекая на себя. А каплевидный монстр, тут же приняв форму бело-коричневого сгустка, отрастил пару щупалец и попытался обхватить ими человека. Но Игорь, отступив на шаг, быстро отрубил одну конечность, а затем другую. И тут же, прыгнув обратно к врагу, который как раз выпускал из тела новые щупальца, ударил его несколько раз ножом.

Сгусток заколыхался, как мохнатое желе. И выпустил откуда-то из груди четыре лапы, которые заканчивались острыми шипами. Один из них Игорь отрезал, резко уклоняясь назад, а вторую лапу поранил, и она тут же втянулась обратно, внутрь тела.

Обиженно зашипев, монстр попытался ударить человека в прыжке – причём сразу двумя оставшимися лапами. А Игорь в последний момент каким-то чудом увернулся… И тут же шагнул вперёд, распарывая врага ножом по всей длине туловища. К его удивлению, системное оружие не встретило никакого сопротивления. Как будто холодец порезал…

На землю упали уже разрозненные клочки тумана.

Убито порождение Хаоса. Подчинённое III.

Усиления: деление, маскировка

Получено 12 % соответствия статусу!

Получено 3 % соответствия статуса за системное оружие!

Текущее соответствие – 100 %

Набор соответствия завершён

Вытерев пот со лба, Игорь обернулся посмотреть, как дела у спутников. Как выяснилось, Эрин добил своего врага и теперь помогал Джокеру: тот всё ещё трепал второго противника. Правда, после гибели монстр опять распался на две новые «капли». Спешно перезарядив обрез, Игорь засадил в одну из них пулю – почти в упор. Завершили дело собачьи зубы. А Эрин тем временем убил второго монстра.

Потрепав собаку за ухом, Игорь перевёл дух. А затем сразу перезарядил обрез и коснулся своих трофеев:

Получен фиал упорядочивания. Содержимое – 108 искр.

Получен фиал совершенствования. Содержимое – 63 искры.

Получен фиал изменения. Содержимое – 18 искр.

Получено 180 универсальных единиц.

Со стороны фермы вдруг раздался совершенно нечеловеческий крик. И сразу же из-за построек выскочили несколько порождений, которые со всех ног (лап и чего-то там ещё, что больше напоминало огромные ходули) бросились к людям и собаке.

– Да как так-то? – в сердцах крикнул Эрин. – Когда вы, сука, успели?!

– Что делать-то? – воскликнул Игорь.

– А что остаётся? – удивился седой, наводя ружьё. – Стреляй, пока они далеко!

Грохнул выстрел, и одно из чудовищ, напоминавшее человека-сверчка и приближавшееся огромными скачками, упало в снег. И больше не поднялось. В кого из монстров Эрин выстрелил во второй раз, Игорь не понял, потому что седой промахнулся и тут же стал перезаряжать ружьё. Рядом надрывался яростным лаем Джокер.

Помощник нюхача тоже времени даром не терял. Его цель даже не успела окончательно расстаться с одеждой, и по остаткам платья стало заметно, что монстр ещё недавно был девушкой или женщиной. Бежало оно (назвать эту страшную образину «она» у Игоря бы язык не повернулся) весьма шустро. И это очень не понравилось помощнику нюхача…

Убить из обреза с такого расстояния было сложно. Но Игорь помнил, что чудовища чувствуют боль. И поэтому выстрелил по ногам дробью. Часть её зацепила нижние лапы, и лютая образина в платье в горошек резко сбавила скорость.

Снова отстрелялся Эрин. Два выстрела – две цели. Игорю тоже захотелось себе ружьё. И хрен с ним, если даже несистемное будет! Зато всяко бьёт точнее, чем его обрез. Но мечты мечтами, а времени было мало. Выбрав цель поближе, Игорь нажал на спусковой крючок. Обрез дёрнулся в руках, а следом дёрнулся и раненый монстр, но останавливаться не стал, зараза такой…

Нюхач и его помощник успели выстрелить ещё по разу. Двух монстров убил седой: очень уж удачно подставились под одну пулю навылет. Третьего, ту самую бывшую девушку в платье в горошек, добил Игорь. А последнее порождение было безжалостно загрызено Джокером.

Убито порождение Хаоса. Обращённое. Насытившееся.

Получено 0,5 % преодоления статуса

Надписи в логах явно изменились. Да и трофеи оказались просто никакущими…

Получен фиал упорядочивания. Содержимое – 3 искры.

Получен фиал совершенствования. Содержимое – 3 искры.

Получено 5 универсальных единиц.

Глядя на расстроенное лицо помощника, Эрин захохотал. Ещё и так заливисто, что Игорь чуть не засомневался в душевном здоровье начальника.

– Игорь, ты статус набрал! Теперь все награды в два раза меньше! – отсмеявшись, сказал нюхач. – Ты даже не представляешь, сколько за этот мусор получаю я!..

– Много? – с надеждой спросил Игорь.

– В пять раз меньше, чем ты сейчас, – расстроил его Эрин. – До 100 % соответствия ты получал награды, как обычный статист.

– А как… – у Игоря появился миллион вопросов, но задать их седой ему не дал.

– Не сейчас, мой друг! Наша цель – ферма! – Эрин указал на постройки. – А на носу вечер. Нам надо где-то переночевать… Сначала нужно зачистить ферму, а затем найти там какое-нибудь убежище. И защитить его как можно надёжнее.

– Гав! Гав! Р-р-рав! – Джокер отчаянно залаял, глядя на дорогу, с которой не так давно свернул отряд.

За ней, в чистом поле, прямо из земли начинал медленно подниматься густой туман. Зрелище одновременно и ужасало, и завораживало…

– Быстрее! Времени мало! – крикнул Эрин, кидаясь вперёд, к постройкам.

Хозяйство у фермера оказалось большим. Дом, амбар, три сарая – всё было обнесено забором. За его границами шли ряды теплиц. Большие одностворчатые ворота были приоткрыты. Через эту-то щель и выбрались наружу порождения Хаоса.

Рядом с воротами имелась караулка. Небольшая будка, размером четыре на четыре метра, с узкой щелью бойницы в сторону полей и крепкой дверью во двор. Сразу было видно, что здесь за безопасностью следили – во всяком случае, по сравнению с кластерами ближе к Лёдному. Не помогло, правда…

– Подойдёт! – сказал Эрин, указывая на караулку. И одновременно пытаясь отдышаться.

Однако стоило им подойти к двери, как изнутри донёсся глухой удар. Кто-то явно мечтал выбраться. И вряд ли человек – этот бы уже давно открыл. Седой подошёл к двери и принялся осторожно изучать щель.

– На засове, – сообщил он через несколько секунд (и спустя пару новых ударов изнутри). – Игорь, встань напротив вместе с Джокером. А я просуну нож в щель и попытаюсь открыть засов.

Отступив на несколько шагов, Игорь встал на одно колено и прицелился из обреза. Рядом сел Джокер, напряжённо поглядывая на фермерский дом. А Эрин достал из рюкзака тонкое лезвие и, просунув его в щель между дверью и косяком, принялся там шуровать.

Изнутри продолжали сыпаться удары. Причём, всё более и более ожесточённые. Кто бы ни сидел внутри, людей он уже почуял. Наконец, что-то громыхнуло, и Эрин отпрыгнул в сторону, резко вскидывая ружьё.

Дверь караулки распахнулась, и наружу вырвался высокий тощий монстр с острыми костяными косами вместо кистей рук и аналогичными наростами на ступнях. В процессе бега это чудовище визжало так, что уши закладывало. Игорь заставил себя подпустить врага поближе, старательно давя ужас, всколыхнувшийся внутри, и выстрелил «косорукому» в голову.

Убито порождение Хаоса. Самопорождённое. Низшее.

Получено 0,5 % преодоления статуса

Сломанной куклой монстр упал на землю, запоздало растворяясь на клочки тумана. И оставляя после себя на земле светящуюся искру, грязное ружьё и пачку патронов, залитую кровью и слизью. А Джокер и Эрин уже заскочили внутрь караулки, но вскоре вернулись.

– Чисто! – сообщил нюхач.

– Эрин! – позвал Игорь, забирая трофейную искру. – А что с ружьём делать? Брать можно?

Получен фиал упорядочивания. Содержимое – 0,7 искры

Получен фиал совершенствования. Содержимое – 0,7 искры

Получено 1,25 универсальных единиц

Седой удивлённо уставился на Игоря. А потом невидящим взглядом воззрился на землю и деловито уточнил:

– Из порождения ружьё выпало?

– Ну да… Вот же оно! – Игорь указал на оружие, валявшееся в грязи.

– Так бери! Я его даже не вижу, пока ты не возьмёшь! – усмехнулся нюхач.

У ружья оказалась незнакомая конструкция, а на цевье были отчеканены какие-то руны. Спусковой крючок и крючком-то не был: сплошная пластина, утопающая в прикладе с непривычной, прямой гранью для пальца. И ещё какой-то рычаг под дулом. Эрин бросил беглый взгляд на новую «прелесть» Игоря. И тут же одобрительно кивнул.

– Это из моего мира, – сказал он. – Очень распространённая игрушка. И легко подгоняется под ваш калибр. В прикладе пять патронов. Ещё один в стволе. Итого, шесть. Рычагом перезаряжаешь. Прицел уже ваш стоит: над ружьём поработали. Пользуйся.

Патронов в упаковке было двадцать три штуки, причём двенадцатого калибра – того же, что и на обрезе. Ещё семь куда-то делись. Скорее всего, когда на жителей обрушился Хаос, в караулке сидел охранник. А низшим порождениям ружьё не требуется. Однако и пропасть в «никуда» оно, видимо, не могло. Игорь поставил себе зарубку уточнить у начальства, как вообще такое происходит.

Но отвлекать Эрина сразу было бесполезно. Да и попросту небезопасно. Нюхач как раз спешно восстанавливал защиту караулки. Знаки сохранились, но в них не хватало универсальных единиц. И Эрин заряжал их так быстро, как только мог.

– Игорь! Возьми Джокера и обыщи амбар! – крикнул он. – Ищи там буржуйку! Наверняка где-то припрятана! И дрова! Скорее!..

Туман, зародившийся за дорогой, становился всё плотнее. Он уже поднимался стеной на несколько метров в высоту, но пока что дальше не двигался. Впрочем, понятно почему: туман ждал сумерек. В том, что ночь будет беспокойной, можно было не сомневаться.

– Джокер, пошли! – Игорь кивнул псу и поспешил к амбару, который высился неподалёку.

Постройка была, как на американских фермах: высокая, с двухстворчатыми дверьми, маленькой дверкой сбоку и окошком над воротами. Правда, всё это было не просто закрыто, а заперто на большие висячие замки. Игорь пригляделся. Проще всего было сломать замок на маленькой двери. Вот только неясно было, чем это делать. Помощник нюхача осторожно обошёл амбар, с опаской косясь на дом и стоявшие рядом сараи.

Однако ни человек, ни Джокер не приглянулись местным обитателям – если, конечно, таковые здесь ещё были. Зато позади амбара обнаружилось место для колки дров, поленница и здоровенный колун. Вот его-то Игорь и прихватил для вскрытия двери. Размахнувшись, он ударил по замку, но тот выдержал. Зато одна из дверных петель перекосилась.

Ещё несколько ударов, и дверь уже можно было открыть. Используя колун как рычаг, Игорь освободил себе проход и тут же привычно схватился за обрез. Новое ружьё пока просто висело за спиной.

Внутри абмара было полутемно. И почти ничего не видно. Игорь уже хотел было зайти, когда система всё-таки решила предупредить:

Обнаружено присутствие порождений Хаоса!

Хаос смотрит на вас!

И сразу же изнутри выметнулось небольшое порождение, недавно, видимо, бывшее каким-то животным. Если бы не Джокер, человек бы и выстрелить не успел. А вот пёс оказался на высоте: в один миг подпрыгнул, щёлкнул зубами – и из пасти у него вырвалось уже лишь туманное облачко…

– Спасибо, малыш! – искренне поблагодарил Игорь.

Искать что-то в тёмном помещении было бесполезно. А фонаря у Игоря не было. Он стал осматривать участок рядом с дверью и вскоре обнаружил искомое: масляный светильник на стене. Сорвав его, Игорь снова выскочил на улицу – и только там принялся разбираться, что к чему. Несколько секунд возни с дверцей, щелчок зажигалки… И вот уже внутри фонарика загорелся маленький тёплый огонёк.

Человек и пёс вошли в амбар. Чего тут только не было! Вдоль стен на стеллажах виднелись какие-то закатки, а в центре лежала большая куча зерна, и стояли ящики с овощами, которые, видимо, растили в теплицах. Эта ферма явно не бедствовала. И оттого ещё удивительнее было, что все её обитатели вдруг стали порождениями.

Буржуйка обнаружилась в углу. Даже две буржуйки. Игорь выбрал ту, что поменьше, и потащил её в караулку. Печка была тяжёлая, чугунная, неудобная: её ножки то и дело задевали пол. А Игорь боялся, что какая-нибудь из них вот-вот обломится. Поэтому, крякнув от веса, взвалил печку на спину – и дальше пошёл так.

Было страшно. Тем более что руки приходилось держать за спиной, чтобы не уронить ценный груз. Но рядом шёл Джокер. В крайнем случае, пёс в обиду не даст. И даже подарит время скинуть печку и взяться за оружие.

Когда Игорь и Джокер вернулись в караулку, оказалось, что когда-то буржуйка там имелась. Правда, от неё уцелела только труба. Старая печь, разбитая на несколько осколков, была разбросана по всему помещению. Видимо, запертое тут порождение в приступе ярости решило расправиться с мебелью. Пострадала не только буржуйка, но и стол, и стулья, и даже скамейка у стены.

– Постелим на столешнице! – указал Эрин. – Печь ставь… Ох ты ж!.. Давай-ка помогу её снять!

Наконец, спина Игоря была освобождена от тяжкого груза. Жестяную трубу мужчины накинули на дымоход печки. Эрин ещё немного поработал прикладом, чтобы понадёжнее прижать жесть.

– Спать будем по очереди! – предупредил он. – Дрова нигде не видел?

– За амбаром! – ответил Игорь.

– Тащи сюда десяток! Только быстрее! – приказал нюхач. – А я пока закончу с защитой.

Эрин взял доску от скамьи и принялся ножом вырезать на ней знаки. Каждый из них после завершения тут же начинал светиться. Видимо, седой сразу заполнял их универсальными единицами.

Игорь и Джокер тем временем сбегали за дровами. Снова пришлось идти мимо дома и сараев. И хоть система и не предупреждала о том, что на них смотрит Хаос, кто-то из построек всё-таки за ними наблюдал. Во всяком случае, ощущение чужого недоброго взгляда не покидало Игоря. Да и пёс был явно напряжён: вертелся, скалился, с опаской косился на постройки.

– Что за проклятое место… – пробормотал Игорь, складывая поленья стопочкой, чтобы удобнее было нести.

У колоды нашлась удобная переноска из грубой дерюги. Уложив на неё дрова и сведя концы вместе до упора, Игорь ухватился левой рукой за ручки, а правой – за обрез. И чуть ли не бегом двинулся назад. Его удивляло, что никто не нападает. Ведь явно же ферма не пустая стояла… Игорю была очень интересна причина такого миролюбия монстров.

Вернувшись в караулку, он увидел, что Эрин уже поставил доску с вырезанными знаками так, чтобы перегородить бойницу. А для того, чтобы доска не падала, нюхач подпёр её обломками мебели, валявшимися на полу.

– Не ахти какое убежище!.. – оглядев дело рук своих, заметив седой. – Но всяко лучше, чем его отсутствие… Ты пока ложись спать, а я ужином займусь. Темнеет быстро. Не знаю, сразу ли полезут порождения или ещё выждут… Но в любом случае нас сегодня попытаются сожрать!

Глава 26. Ловушка

– Почему ты так решил? – с подозрением спросил Игорь.

– А ты ещё не понял? – удивился седой. – Ну давай по пунктам. Мне прилетает задание проверить этот кластер. Вроде бы жалобу, как в нашем с тобой первом совместном задании, не мурыжили два месяца. Значит, мы пришли через несколько дней. Так?

– Так… – подтвердил Игорь.

– Дальше! Ты знаешь, что человек может долго сопротивляться Хаосу, – продолжил Эрин. – За несколько дней сам по себе Хаос поглотить целый фермерский кластер не мог. Верно?

– Ага, – согласился Игорь и высказал предположение. – Значит, ему кто-то помог?

– Верно! А теперь давай подумаем: кто мог прийти решать местную проблему? – Эрин улыбнулся.

– Ты единственный нюхач в Лёдном, – кивнул Игорь. – Значит, это мог быть только ты. А ещё ты предполагаешь, что на узле имеется хтон, который просто мечтает с тобой разобраться.

– Ну вот… Ты всё понял, – кивнул Эрин. – Хтон подготовил почву для прорыва Хаоса. Дождался, когда местные напишут жалобу, и тут же этот самый прорыв устроил. Причём ещё и подогрел его, чтобы сильнее ударило. И когда старый сын Ванна явился разгребать дерьмо, то попал в ловушку. И будь со мной оболтус-ополченец, мне было бы очень сложно выбраться.

– Ага! Значит, я не такой уж и оболтус? – обрадовался помощник нюхача.

– Не, ну… Оболтус! Но куда лучше, чем те оболтусы! – Эрин подошёл к печке и поставил на неё котелок с водой. – Так что предлагаю тебе, Игорь, пока поспать. А потом, после ужина, дать поспать мне. Ночью нас обязательно попытаются убить. И мне пока надо придумать пару сюрпризов для наших гостей.

С этими словами нюхач полез в рюкзак и вытащил из него пару амулетов, странный карандаш и фиал с Пламенем Порядка, заткнутый знакомой веточкой.

– Эрин! – Игорь присмотрелся ещё раз к фиалу. – А что ты в кровоцвет закинул, если фиал тут?

– Пузырёк с обычной водой! – признался нюхач. – Жалко тратить такую полезную штуку ради того, чтобы спастись от ополоумевших фермеров.

– Выходит, ты блефовал. Да? – уточнил Игорь.

– Ну… Чуть-чуть! – признался Эрин. – Но мне же поверили, да?

– Ага…

– Иди спи уже! – отмахнулся от Игоря седой. – Только время зря тратишь на вопросы…

– У меня их ещё много! – сразу встрепенулся Игорь.

– Ну вот и сохрани их до дома!.. – буркнул Эрин в ответ, берясь за карандаш.

Игорь думал, что не уснёт. Но едва он закрыл глаза, как Эрин уже начал его будить. Во всяком случае, у помощника нюхача было именно такое ощущение. Хотя, на самом деле, проспал Игорь почти два с половиной часа.

За это время караулка разительно изменилась. На стенах появилась вязь из символов, опоясывающая всё помещение. Причём сразу на трёх уровнях: на высоте колен, пояса и глаз. Часть символов была узнаваема, а другая совершенно неизвестна Игорю. Фиал с Пламенем Порядка куда-то пропал, а амулеты висели над дверью и узким окошком бойницы.

Выглянув в щёлку за доской, Игорь обнаружил, что караулка тонет в плотном тумане. На улице уже сгущались сумерки, и вскоре должна была наступить ночь. Эрин всучил Игорю свёрток с едой, и пока помощник давился основательно подсохшим бутербродом, запивая его тёплым чаем, сам нюхач буркнул: «Бди тут!» – а затем улёгся на столешницу и тут же засопел.

Игорь старался бдить. Однако толку от его бдения было немного. Наружу особо не поглядишь, а прислушиваться не к чему. Оставалось завидовать спящему Эрину. И ещё сильнее Джокеру, который, поев свой корм, заснул раньше Игоря и всё ещё не открывал глаза. Конечно, чтобы не скучать, можно было залезть в свои параметры и покопаться в них… Но явно не время и не место.

В общем, оставалось лишь сидеть, навострив уши, и смотреть, как бьётся пламя в печи. За этим хотя бы можно наблюдать долго, почти ни о чём не думая. И если бы не струйки холодного ночного воздуха, проникавшие внутрь через бойницу, Игорь наверняка начал бы засыпать. Впрочем, время он всё-таки провёл с пользой.

Вооружившись обёрткой от своего ужина, Игорь принялся чистить трофейное ружьё и патроны. Думал, будет тяжелее, но смоченная жиром бумага отлично снимала загрязнения. Удалось не только привести ружьё в божеский вид, но и почти сходу разобраться, как его заряжать и взводить.

Сколько времени прошло, помощник нюхача не знал. По крайней мере, ещё была ночь, и вокруг всё так же клубился туман. А потом с улицы донёсся полный боли вопль. И, несмотря на то, что голос был похож на человеческий, Игорь был уверен: это создание уже не имеет отношения к людям.

А спустя долю секунды доска, прикрывавшая бойницу, вспыхнула белым ярким светом с внешней стороны.

– Эрин, просыпайся! Кажется, начинается! – Игорь разбудил нюхача, и тот, едва открыв глаза, сразу же схватился за оружие.

– Что случилось? – спросил он.

– Сначала кто-то орал на улице. Порождение, скорее всего! – признался Игорь. – А потом знаки на доске вспыхивали.

– Да, вижу. Началось… – кивнул Эрин. – С ружьём новым разобрался?

– Да. И чуть-чуть почистил, – Игорь показал оружие.

– Отлично… Тогда слушай план! – Эрин встал на ноги и прислушался. – Как ты понимаешь, прорываться будут с двух сторон: из окна бойницы и в дверь. Им удобнее со стороны двери: в неё они хотя бы пролезают. Но на ограде фермы сохранилась защита, и я её чуть-чуть запитал. Порождениям лезть через эту ограду будет очень неприятно. Тем более, не все умеют через забор трёхметровой высоты лазать. Над воротами я повесил фиал Пламени Порядка. На этот раз действительно повесил. Когда будет совсем туго, подорву его прямо отсюда и перекрою проход. На мне дверь. На тебе, Игорь – бойница. На тебе, Джокер… Джокер!..

– Уф-ф-ф! – не открывая глаз, сообщил пёс.

– Ладно… Спи, лентяй! – вздохнул Эрин и посмотрел на Игоря. – Мы должны справиться. Попробуем превратить ловушку, которую заготовили для меня, в ловушку для порождений. Меньше придётся с утра зачищать!

– Нам тут всё ещё и зачищать? – вздохнул Игорь.

– Хотя бы основные скопления! – ответил седой. – И найти источники этой дряни тоже не помешало бы… А пока Хаоса вокруг много, мне будет сложно. Так что да… Придётся зачищать. И чем больше ночью положим, тем меньше нам работать днём.

Эрин поставил греться котелок, а его помощник подбросил дров в буржуйку. Они хотели попить чаю, но не успели. Атака началась внезапно и быстро. Сначала что-то громыхнуло в дверь, а из-за стены внезапно донеслось злое рычание. Взвыли десятки голосов снаружи фермы. Дёрнулась доска, прикрывающая окно, и снова ярко вспыхнули символы.

Эрин с ружьём наперевес подобрался к двери, а Игорь – к бойнице. И даже Джокер наконец-то проснулся и навострил уши. Наступила тишина. Слышно было только тяжёлое дыхание людей в караулке. А затем зашуршал мусор, поддерживающий доску на бойнице… Кто-то пытался осторожно влезть внутрь.

Из-под доски высунулось тёмное маслянистое щупальце. Перекинув ружьё в левую руку, Игорь правой достал нож – и резко полоснул по вторгшейся конечности. Системное лезвие обрубило щупальце почти без сопротивления, а снаружи раздался тоскливый, полный боли вой.

И тут же все остальные порождения Хаоса как с цепи сорвались…

Доску буквально оторвало от стены. И тут же обрушило на пол, раскидывая мусор. А проём бойницы почернел от лезущих снаружи конечностей. К счастью для Игоря, отверстие в стене было слишком узким, чтобы через него мог пробраться опасный враг. Однако ножом работать пришлось активно, обрубая когти, щупальца, пальцы, корявые руки и прочие виды конечностей…

Главное, решил для себя Игорь – не подпустить никого к Эрину, прикрывавшему вход. А там вообще творилось форменное безумие… Обитую металлом тяжёлую дверь караулки аж трясло от частых ударов. Металл прогибался, и слышался отчётливый треск древесины. В щели, образовавшиеся между краем двери и косяком, вовсю тянулись уродливые руки и лапы.

Эрин только и успевал, что обрубить одну конечность, а потом выставить ружьё и выстрелить, как к нему уже рвались новые враги. Какие-то ловкие монстры даже добрались до крыши, но тут им ничего не светило. Крыша была выложена толстыми досками и обшита металлическими листами. Это Игорь успел заметить, ещё когда бегал по территории фермы: сначала в поисках печки, а затем дров.

Порождения, рвавшиеся через крышу, скребли металл, изо всех сил пытаясь добраться до досок, но пока – безуспешно. У них просто не хватало сил пробиться. Видимо, статусных монстров на этом кластере почти не было. Ну или они просто не лезли вперёд…

Первый час обороны прошёл почти незаметно. Игорь даже не понял бы, как долго они отбиваются, если бы Эрин не сказал – часов не было, а время летело быстро. И если вначале помощник нюхача рубил всё, что подвернётся под руку, то постепенно стал понимать, что силы у него не бесконечны, а врагов много. Отрезая конечность за конечностью, часть из которых ещё и отрастает заново, победы не добьёшься.

И тогда Игорь стал действовать расчётливее. Теперь он старательно отрезал лишь то, что действительно могло угрожать ему или Эрину. А остальное не трогал. Ну сунул кто-то внутрь караулки когтистую лапу – так и пусть машет. Если она никому не мешает. А если Игорь видел какой-то просвет между лапами, то стрелял туда из трофейного ружья.

Изменение тактики было вознаграждено тремя победными логами, экономией сил – и одобрительным взглядом Эрина. Как только Игорь перестал скакать рядом с бойницей, как горный козёл, к обороне подключился и Джокер, который вцеплялся зубами в особо наглые конечности.

Так прошло ещё два часа. Защитники начали уставать, а порождения решили навалиться всерьёз. Атака пошла со всех сторон – в дверь, в бойницу, с крыши. Какой-то из монстров даже умудрился просочиться через бойницу, причём в прямом смысле слова: просто втёк и сформировался уже на полу. Игорь его не сразу заметил, но, к счастью, Джокер помог.

Обшитую металлом дверь караулки буквально вогнули внутрь, и теперь в щели уже лезли не руки-ноги-щупальца, а торсы с зубастыми головами. Подгадав момент, Эрин отскочил, прикрыл глаза… И, прежде чем он снова бросился к двери с оружием, снаружи раздался страшный рёв и обиженные крики.

Со стороны ворот, ведущих на ферму, сверкнула яркая вспышка. А яростный рёв пламени, которое поднялось из использованного фиала, был слышен даже сквозь стену. К тому же, вспышка света в темноте позволил и Эрину, и Игорю увидеть, куда стрелять. И, воспользовавшись моментом, те принялись расходовать запасы патронов.

Караулка заполнилась запахом пороха, смрадом горящих порождений и вонью крови, лившейся из убитых и раненых монстров…

Почти потухшая буржуйка уже давно особо не грела. Но когда снаружи заполыхало пламя, то стена раскалилась от него так, что внутри помещения стало жарко. И это несмотря на все отверстия в помещении – и предусмотренные строителями, и пробитые за ночь врагами.

Пламя Порядка продержалось ещё почти час. Некоторые монстры пытались в него соваться, но только самые бесстрашные или глупые. Остальные, наоборот, отхлынули подальше, освободив проход и к двери, и к бойнице. И теперь истошно ревели, не в силах добраться до людей. А с крыши спешно, обжигаясь и шипя, слезали те, кто недавно пытался её пробить.

– Стреляй из бойницы по тем, кого видишь! – приказал Эрин, а сам кинулся к двери с инструментами в руках.

В принципе, Игорю был понятен план нюхача. Утром порождения Хаоса наименее активны. После ночи им, видимо, бывает сложно привыкнуть к свету, который несёт собой Порядок. Они слабеют, быстро устают и медленнее двигаются. И, если верить словам Эрина, обычно стараются забиться в какие-нибудь норы, чтобы прийти в себя и привыкнуть.

Значит, нюхачу с помощником надо было продержаться ночь. И большая её часть уже прошла. Ещё час-полтора, и начнёт быстро светать. Вот эти час-полтора и нужно было удерживать караулку, чтобы вырваться из смертельной ловушки. Ну или хотя бы лучше подготовиться к следующему штурму.

А покорёженная дверь уже готова была пасть под напором врага. Поэтому седой и устроил огненное шоу рядом с караулкой.

Чтобы укрепить вход, Эрин решил использовать ту столешницу, на которой нюхач с помощником спали в ожидании штурма. Столешница впритык пролезла между вогнутой внутрь дверью и косяком, тем самым перекрыв проход. И Эрин сразу же начал приколачивать её длинными гвоздями – которые, видимо, притащил из амбара, пока помощник спал. Игорь даже вспомнил, что видел их вечером, когда искал буржуйку.

А пока Эрин был занят, его помощник использовал бойницу по назначению. Тем более что теперь оттуда не тянулись ни лапы, ни щупальца. Монстры как раз находились метрах в десяти от стены. Они казались тёмной массой на границе света и тени. Эта масса постоянно двигалась и колыхалась. Определить, куда именно стрелять, было сложно. Поэтому Игорь начал палить почти наугад – примерно туда, где, по его мнению, в этом месиве находились уязвимые точки врагов.

И это принесло свои плоды. Ему посыпались сообщения об убитых порождениях. Обращённые, призванные, подчинённые – все с низкими уровнями. Зато их количество впечатляло. В общей сложности за время передышки Игорю удалось убить почти три десятка монстров. А когда, закончив чинить дверь, к нему присоединился седой, врагов стало помирать до неприличия много.

То один, то другой монстр, не выдержав близости людей, кидался в сторону караулки или входа на ферму. И каждое такое неосторожное тело слегка ослабляло Пламя Порядка. Уменьшался световой круг, а монстры мало-помалу приближались к убежищу людей. И в какой-то момент свет от Пламени Порядка больше не мог их сдержать. Они снова кинулись в атаку, буквально затушив остатки пламени своими телами…

Снова пришлось браться за ножи. Игорь сдерживал врагов у бойницы, а Эрин вернулся к двери, чтобы помешать порождениям разнести столешницу. Она была сколочена из трёх толстых досок, которые жалобно трещали, но пока держались. И уже ясно было, что если не вмешиваться, то её уничтожат всего за несколько минут.

В итоге продержалась столешница полчаса. А потом треснула сначала одна доска, а за ней вторая. Порождения Хаоса навалились на дверь, а чья-то когтистая лапа сорвала амулет, подвешенный сверху – и внутрь караулки тут же начали втягиваться клочья тумана. Джокер с лаем кинулся на них, клацая зубами и не давая появиться тем, кого Эрин называл туманниками. На крыше раздался заунывный скрежет металла: похоже, начала отрываться металлическая обшивка.

– Игорь! Закрой глаза и прикрой глаза собаке! – крикнул Эрин.

– Джокер, ко мне! – крикнул Игорь, отступая от окна и приседая на одно колено.

Пёс подбежал, виляя хвостом. Игорь обнял его за шею, закрывая руками глаза, и сообщил Эрину:

– Готовы!

В тот же момент по векам ударила вспышка света. Он был такой яркий, что, несмотря на все предосторожности, стало очень больно. Игорь даже не удержался и вскрикнул. Жалобно заскулил Джокер. Однако всё это не шло ни в какое сравнение с тем, что творилось снаружи…

Там ревели, шипели, визжали, кричали, рычали, верещали и выли. Как подозревал Игорь, монстрам было больно не только из-за света, но и из-за Порядка, который Эрин, похоже, вложил в удар.

Вспышка длилась недолго: буквально несколько секунд, которые показались вечностью. Но этого хватило, чтобы враги оставили в покое караулку и занялись друг другом.

Первое, что заметил Игорь, открыв глаза – вязь знаков на стенах, которые нюхач вечером выводил карандашиком, куда-то исчезла. Второй взгляд, брошенный в бойницу, сообщил ему о том, что порождения теперь дерутся между собой. А самые удачливые уже закусывают товарищами по несчастью. Судя по странным ударам и неверным движениям, многие враги просто-напросто ослепли.

– Игорь, не стой столбом! Стреляй по ним! – крикнул Эрин, подскакивая к бойнице и целясь из ружья. – Они восстановятся очень быстро! Бей по тем, которые жрут!

В предрассветных сумерках были отчётливо видны тёмные, меняющие форму тела. Игорь выпускал шесть пуль, а затем ещё одну из обреза – и тут же отходил на перезарядку. А его место у бойницы сразу занимал Эрин. Он успевал сделать всего четыре выстрела, но они были куда эффективнее, чем у его помощника. Так или иначе, дюжину порождений Игорь всё-таки пристрелил.

А потом началась последняя волна штурма… Эрин с Игорем встали у двери и стреляли во всё, что пыталось прорваться внутрь. А Джокер кусал слишком длинные конечности, тянущиеся через бойницу. Иногда людям приходилось помогать ему холодным оружием.

Воздух в помещении стремительно остывал. Погасла буржуйка, прогорело Пламя Порядка, и сквозь прорехи в стенах холод проникал внутрь. С ним в караулку просачивались клочья тумана, из-за чего начала деформироваться крыша и верхняя часть стен. Стоило только Игорю и Эрину отвернуться, как Хаос тут же брал своё.

Трещали доски на крыше, пострадавшая дверь и дверной косяк. Скрипели стропила и петли. Но, вместе с тем, всё ярче разгоралось несуществующее на небесах узла солнце, прогоняя ночную тьму. И всё медлительнее действовал враг. А потом порождения, наконец, обратились в бегство. Одни пытались укрыться в фермерских постройках, другие – скрыться в ближайшем леске, который вырос за ночь прямо посреди поля.

Вскоре Эрин, Игорь и Джокер остались стоять одни посреди разрушенной караулки. Весь пол устилали щепки, гильзы, куски металла и каменная крошка. А на стенах возле двери и окна виднелись подтёки чужой крови. Сквозь пробитую в нескольких местах крышу, через выгнутую дверь и бойницу внутрь проникал свет с улицы. И холодный ветер пробирал людей и собаку до костей, заставляя зябко ёжиться.

– Ну, кажется, отбились… – вздохнул Эрин. – Собираем гильзы, трофеи, зачищаем ферму и ищем новое убежище!

Глава 27. Зачистка

За ночь Игорь убил сорок девять порождений: сорок одно низшее и ещё восемь повыше. А сбор трофеев подарил ему пачку патронов для ружья, пять монет серебра и системные награды:

Получен фиал упорядочивания. Содержимое – 40,7 искры

Получен фиал совершенствования. Содержимое – 40,7 искры

Получен фиал изменения. Содержимое – 2 искры

Получено 71,25 универсальных единиц

Показатель преодоления статуса достиг 15,25 %. Не так много, как система давала при неподтверждённом статусе, но хоть сколько-нибудь ощутимое количество… Правда, Игорь понятия не имел, что принесут ему все эти цифры, и за разъяснениями пошёл к седому. А тот, вполне ожидаемо, стал ссылаться на «не место» и «не время». Но в итоге всё-таки решил передохнуть перед выходом и ответить:

– Получаешь ты меньше, потому что изменился статус. Точнее, ты его подтвердил. Раньше ты для системы ещё был, по сути, статистом. Поэтому и награды получал как статист, а теперь – как полноценная личность. Я упоминал, что так и будет, но не объяснял подробно местные механизмы. Больше всех получают рабы. В два с половиной раза больше, чем статисты. Собственно, так новичков в Лёдном в рабский статус и заманивают. Рассказывают, как там хорошо, как много «опыта». И, конечно, забывают упомянуть о том, что у раба нет никакой свободы действий. Где тот опыт набивать, если тебя заставляют весь день таскать тяжести?

– Но смысл в этом есть… – заметил Игорь. – Просто не в случае с Лёдным.

– В общем и целом, есть, – согласился Эрин. – Это компенсационный механизм для отстающих. Правда, воспользоваться им может не каждый. Но, как я говорил, начинать с более низких статусов удобнее. Хотя это и замедляет рост. А вот, начиная с «личности», статус лишь уменьшает количество получаемых искр и универсальных единиц. Ты спрашивал, что такое «преодоление статуса», и почему оно меняется… Многие считают, что удержание системой части искр и прочего – оно-то как раз и идёт на увеличение преодоления. И когда преодоление достигнет своего максимума, ты сможешь прорвать базовый предел. Но только один! И копить этот параметр нельзя. Правда, тебе сейчас доступен только один базовый предел. Это твой статус. А его тебе пока прорывать не стоит. «Личность» и так даёт тебе почти полный набор прав.

– А что тогда прорывать? – удивился Игорь.

– Можно вкладывать преодоление в свои параметры! – пояснил Эрин. – И не смотри, что они у тебя показываются только по внешнему уровню. Преодоление распределится по всем включённым базовым параметрам. И со временем даст тебе прорыв. Ну к примеру… Вот вложишь ты преодоление в «здоровье тела», и будет казаться, что ничего не изменилось. А, на самом деле, у тебя поднимется уровень преодоления, причём на каждом включенном базовом параметре здоровья. Сейчас, пока ты ещё личность, зарабатывать такие штуки легче. Вот и пользуйся этим.

– Получается, мне пока вообще не выгодно поднимать статус… Так? – удивился Игорь, уже давно сравнивший статус с уровнем персонажа в какой-нибудь РПГ. И, естественно, решивший, что улучшение статуса всегда полезно.

– Нет, сейчас невыгодно, – подтвердил догадку Эрин. – Статус «личность» позволяет получать навыки и развивать их до умений. А следующий статус, «свободный», практически ничем от «личности» не отличается. Те же умения и навыки. Те же права, те же возможности. Одно отличие: «свободный» больше не позволит понизить твой статус. Ты уже никогда не станешь ни «личностью», ни «крепостным», ни «крестьянином». Только «рабом» смогут насильно сделать, но, как я и говорил, такое редко практикуется. И, освободившись, «раб» вернёт старый статус. А искр и единиц «свободный» получает в два раза меньше, чем «личность». И в два раза меньше, чем следующий статус. В воинской линейке это, кстати, «новобранец».

– Тогда не совсем понятно, а зачем вообще «свободный» нужен? – удивился Игорь. – Тогда легче сразу прорваться на «новобранца»…

– Не легче! – не согласился Эрин. – Потому что на «новобранце» вырастет стоимость прорыва каждого параметра. Чтобы прорваться из «свободного» до «новобранца», придётся вложить вдвое больше, чем когда идёшь из «личности» на «свободного». И такая же история с каждым из базовых параметров… Прорыв здоровья желудка сейчас для тебя стоит в четыре раза меньше, чем на статусе «новобранец». И в два раза меньше, чем на статусе «свободный». Основная сила этого статуса в другом… В выборе пути.

– И что за путь? – уточнил Игорь.

– Став «свободным», ты можешь решить, пойдёшь ли ты путём воина или мирного жителя, – пояснил Эрин. – Это неокончательный выбор. Его можно изменить. И перескочить на военную стезю. Однако в третий раз система уже не даст тебе передумать.

– Объясни, пожалуйста! – попросил Игорь.

– Если кратко… В статусе «свободного» ты будешь выбирать, какие навыки покупать у системы: мирные или пограничные. А все заработанные преодоления вкладывать в гражданское развитие. И тогда через некоторое время, пропустив пять воинских статусов, можно будет стать землевладельцем. Это легче, потому что на высоких воинских статусах искр и единиц получаешь меньше, чем «свободные». Я получаю в два раза меньше, чем «свободный», будучи «воином». А до того же «землевладельца» у меня ещё два статуса. Но воинские навыки в случае мирного развития навсегда будут заблокированы. При этом ты сможешь расти и дальше: тут никаких сложностей нет. Но уже без воинских навыков.

– И как лучше развиваться? – уточнил Игорь.

– Я не знаю, – признался Эрин. – Я выбрал воинскую стезю и застрял на «воине», как видишь. Многие из тех, кто пошёл по мирной стезе, уже стали «землевладельцами». Однако… Им приходится тратить огромное количество денег и универсальных единиц, чтобы защитить свои крошечные осколки Порядка. В то время как рыцарь Миха здесь, как бы я к нему ни относился, один стоит целой армии. А он «рыцарь», то есть пока что ниже «землевладельца» по статусу.

Эрин замолчал и распаковал свёртки с завтраком. А потом, по-прежнему ничего не говоря, налил чая себе и Игорю. Эта тема явно была для него болезненной.

– Видел, у подчинённых порождений рядом пишут цифру? – наконец, спросил седой.

– Да, – припомнил Игорь.

– Это класс. То есть, если стоит четыре – значит, перед тобой подчинённое порождение четвёртого класса. В статусах созданий есть такие же классы. Чтобы стать «свободным», тебе придётся прорвать десять таких классов личности. И так на каждом статусе. Сейчас ты «личность» первого класса, потом будешь «личностью» второго класса – и так далее. После десятого класса тебе надо будет прорваться на новый статус, подтвердить его – и только тогда ты станешь «свободным». У «свободного» можно прорвать десять классов и пойти по воинской стезе, чтобы однажды добраться до «землевладельца». Или прорвать сорок мирных классов и стать «землевладельцем». В то же время у воинской стези пять статусов, и в каждом из них десять классов. Вот такая арифметика… А я застрял на седьмом классе «воина» и уже не успеваю прорваться дальше. Все силы уходят на то, чтобы поддерживать своё здоровье.

– Поэтому ты и советуешь расти сейчас, пока я «личность»? – догадался Игорь. – Чтобы создать запас прочности?

– Ты всё правильно понял, – кивнул Эрин.

– Но… Тогда у меня сейчас не будет воинских навыков! – припомнил Игорь.

– Они будут. Просто тебе придётся получать их самостоятельно!.. – не согласился седой. – Вот ты сейчас пользуешься ножом, и если у тебя ещё нет навыка «ножевой бой», то скоро он появится. А был бы ты, например, «новобранцем» – просто купил бы его у Упорядоченного.

Какое-то время ели молча. Игорь думал об открывшихся перспективах, а Эрин грустил. Возможно, вспоминал старые мечты или пытался найти ошибки в своём прошлом. Само собой, он не стал ничего объяснять помощнику.

– А есть какой-то предел для параметров? Или их на «личности» можно прорывать до бесконечности? – уточнил Игорь.

– Есть, – ответил Эрин, дожевав завтрак. – Тридцать единиц для всех параметров. Кроме надстройки: у неё предел в триста единиц. Но ты не переживай! Надо ещё поискать столько порождений, чтобы пробиться так высоко… Ладно. Пошли! Зачистка не ждёт!

– Эрин! И всё-таки… Почему ты не хочешь просто отсюда уйти? – спросил Игорь.

– Потому что нас не выпустят! – нахмурившись, ответил седой. – Через три-четыре часа порождения придут в себя. И снова начнут активно на нас охотиться. Свет им хоть и помеха, но вполне преодолимая. И если мы сейчас даже изо всех сил побежим, вскоре нас догонят, окружат и убьют. А чтобы этого не произошло, надо найти источники Хаоса на кластере и ослабить его влияние. Да и порождений ещё не мешало бы проредить. Вот тогда можно уходить с чистой совестью. Пусть дальше ополченцы чистят всё.

Через десять минут отряд вышел на зачистку. Первыми проверили амбар и сараи. В амбаре прятались два мелких монстра, одного из которых убил Игорь, а второго – Эрин. Сараи вообще оказались пусты. На них ещё хватало защитных знаков. А вот в фермерский дом порождений набилось столько, что чуть из окон не вываливались…

Дом был большой, на два этажа – да ещё и подвал. И порождения заняли оба этажа. Видимо, они не слишком доверяли товарищам по Хаосу, поэтому старались держаться небольшими группами, подальше друг от друга.

Отряд зачистки был встречен организованной атакой. Прямо в холле. Сразу с четырёх направлений. Из двух дверей в правое и левое крыло фермерского дома. А ещё с лестницы: со второго этажа и из подвала.

Вот тут-то Игорь и порадовался новому ружью… Шесть выстрелов из ружья, один – из обреза. То ли от испуга, то ли благодаря небывалой удаче все семь выстрелов нашли цель. Дальше пришлось крутиться волчком, орудуя ножом на пределе скорости. На Игоря накинулись сразу три порождения. Впрочем, ему грех было жаловаться: Эрин отбивался от пяти, а Джокер – от двух.

Одного врага удалось свалить почти сразу, рискнув броситься на прорыв. Игорь проскочил между подобием паука и каким-то монстром, больше похожим на зомби, к чёрной кляксе с десятком гибких конечностей – и всадил той в небольшое тело нож. Этого хватило, и клякса быстро растворилась туманом.

А дальше помощника нюхача начали технично загонять в угол…

«Зомби» медленно надвигался вдоль стены, а «паук» не давал человеку прорваться к центру комнаты. Когда стало ясно, что больше отступать нельзя, Игорь решил, что «паук» опаснее – потому что быстрее. И кинулся на него с ножом. Оставшийся без внимания «зомби» резко ускорился, подволакивая слишком длинную ногу. И мог бы даже успеть к Игорю, но тут на него налетел Джокер, подарив хозяину несколько лишних секунд.

Помощник нюхача как раз ударил ножом в скопление глаз у «паука». И сразу же повернулся помочь Джокеру, резанув «зомби» по горлу и добив его. А потом человек и пёс вдвоём пришли на помощь Эрину. Как только пять противников нюхача вынужденно разделились, тот, почти не напрягаясь, разобрался со всеми. При этом потратив на каждого врага примерно пару секунд.

Переведя дух, отряд зачистки обошёл весь дом сверху донизу. Седой поправил некоторые защитные знаки, чтобы сохранить здесь хотя бы немного Порядка. Дом был изрядно покорёжен Хаосом, и в некоторых местах сложно было пройти дальше. Где-то двери в пол «утекли», а где-то стена в коридор выдвинулась. В любом случае, восстановлением кластера здесь заниматься уже было некому.

В воротах фермы нюхач и его помощник остановились. Эрин вгляделся куда-то вдаль, а потом указал Игорю на ближайшее скопление деревьев:

– Здесь порождения. А вот там, немного дальше, я ощущаю какой-то источник эманаций Хаоса, – сказал он. – Порождения не просто так рядышком засели. Они силы копят. Будем двигаться к источнику эманаций по дуге, в обход деревьев. Оружие заряди. Нам обязательно попытаются помешать. Тут-то мы всех и перестреляем, пока они к нам будут бежать.

– О! Отличный план! – кивнул Игорь и тихо добавил: – Что может пойти не так?

– Опять он ворчит, как старый дед!.. – возмутился Эрин. – Не бурчи! Пока стреляешь, отступай. Успеешь перезарядиться.

Игорь успел перезарядиться даже три раза. Правда, от первых выстрелов всё равно толку было мало. Порождения выскочили из рощи неплотной группой, и оказалось, что их там было много. Причём все отнюдь не низшие. Поэтому обрез на дальних дистанциях вообще не помог. А вот трофейное ружьё позволило добить хотя бы трёх монстров.

Отойдя на несколько шагов, Игорь уступил место нюхачу. Эрин и стрелял точнее, и перезаряжался быстрее, выбивая самых шустрых. Через двадцать секунд к нему снова присоединился помощник, успевший перезарядить оружие. На этот раз Игорь отстрелялся удачнее, поразив сразу пять целей.

Джокер, который всё это время смирно сидел у ног, наблюдая за сражением, вдруг метнулся навстречу врагу. И зачем-то начал облаивать порождений. Это выглядело бы весьма нелепо для такого умного пса, если бы неожиданно не сработало… Либо собака умела как-то по особому лаять, либо громкие звуки просто сбивали врага с толку. Как бы то ни было, монстры почему-то отшатнулись и сразу сбились с темпа.

За это время Игорь успел снова перезарядиться. И опять принялся стрелять по тем чудовищам, кто, преодолев растерянность, шустро устремился к людям. Семь выстрелов – семь облачков тумана. Монстра, который бежал прямо на него, и на которого не хватило патронов, Игорь добил ножом. Правда, и сам получил царапину на щеке.

Собственно, на этом бой и закончился. Больше монстров в рощице не было, и нюхач с помощником смогли немного передохнуть.

– Почему они все «насытившиеся» или «утолившие голод»? – поинтересовался Игорь у Эрина, пока тот прыскал ему на щёку Структурной водичкой.

– Так я же их ослепил! – напомнил седой. – Они, чтобы зрение побыстрее восстановить, своих товарищей жрали. Вот и приподнялись немного.

– Они так быстро растут? – удивился помощник нюхача.

– Только на начальных классах, – пояснил Эрин. – Чем дальше, тем сложнее.

– У них тоже классы? – удивился Игорь.

– Они когда-то были созданиями Порядка. И всё ещё ими остаются в своей основе. Забыл? Поэтому их система роста похожа на ту, которую для нас создало Упорядоченное.

Источником эманаций, которые где-то здесь ощущал Эрин, оказались несколько камней. Когда-то они лежали под снегом у дороги и были, вероятно, незаметны. Но снег почти сошёл, и теперь обнаружить их не составило труда. На каждом камне был выцарапан знак Хаоса.

Эрин старательно соскоблил каждый. И, ненадолго замерев, тут же принялся оглядываться.

– Туда! – указал он в сторону соседней фермы. – Там и порождения, и ещё один источник эманаций.

Вторая ферма уже давно превратилась в искорёженные руины. То тут, то там росли одинокие деревья, перенесённые Хаосом. Земля так и вовсе пучилась буграми. Правда, порождений на ферме оказалось немного, поэтому разобрались с ними быстро.

А вот рисунок Хаоса пришлось искать долго… Минут двадцать седой и Игорь ходили туда-сюда по пятачку двора, на который указал Эрин. Пока сам нюхач не додумался заглянуть под телегу, стоявшую у сарая и загруженную мешками с каким-то гнильём…

Рисунок был нацарапан на досках днища.

– Вот ведь хитрая сволочь! – выругался Эрин, отскабливая деревяшку. – Фермеры сами к себе источник доставили! Сами!..

– Ну ты же говорил, что хтоны – хитрые… – напомнил Игорь.

– Ну да… Но ведь обидно же! – ответил нюхач.

Следующая ферма и вовсе превратилась в небольшой лесок. Там рисунки тоже были спрятаны на днище телеги, но было их больше: пять штук. Поэтому от фермы ничего не осталось. Зато её бывшая территория кишела порождениями. Когда они кинулись на людей, Эрин отдал самый разумный в такой ситуации приказ:

– Бежим! – и рванул к остаткам построек.

На счастье, фермерский погреб был в порядке. Туда-то и забился отряд «чистильщиков». А низкоуровневые монстры, лезущие к людям по узкой лестнице, умом не отличались. Поэтому гибли один за другим, получая по две-три пули – если, конечно, с первого выстрела не умирали.

Когда атака прекратилась, Игорь полез в рюкзак и понял, что патронов осталось всего девять штук. О чём сразу и сообщил начальству.

– Вот об этом я не подумал! – вздохнул Эрин и начал проверять собственные запасы. – Тридцать семь… И ещё есть пули, дробь и порох, прокладки с пыжами… Можно патронов сделать. Но это всего на сорок выстрелов. Надеюсь, хватит! Если пересидим в этом погребе всю ночь, завтра можно попробовать уйти.

Одну вылазку они всё-таки сделали. Эрин чувствовал ещё один источник эманаций неподалёку. Это оказалась соседняя ферма. Такая же покорёженная и исковерканная, как та, на которой они решили заночевать. Здесь обнаружилось четыре порождения: все низшие. Их нюхач с помощником добили ножами – чтобы не тратить патроны. Рисунки Хаоса были спрятаны на ящиках, которые стояли один на другом и уже поросли мхом.

– Эрин, а куда все эти фермеры могли ездить? – спросил Игорь.

– В смысле? Ты о чём? – спросил нюхач, занятый делом. Он снова азартно отскабливал опасные узоры.

– Ну смотри: на двух фермах мы нашли рисунки на телегах. И одна из них даже загружена была чем-то. А тут штабель ящиков, и рядом тоже что-то, похожее на телегу!.. – Игорь указал на странный остов, который и в самом деле напоминал транспортное средство.

– А ты прав… – кивнул нюхач. – Они всё это привезли из Лёдного. Фермеры туда часто ездят. Сбывают урожай и закупаются всем, что нужно. Ты прав! Их всех наградили рисунками там, в городе. И наверняка мне во дворе в то же время сделали рисунок. А камни?

– А рисунки на камнях были сделаны раньше! – предположил Игорь. – Просто не оказывали такого сильного влияния.

– Надо бы проверить другие кластеры на обратном пути! – предположил Эрин. – Вдруг там тоже такие подарочки из Лёдного?..

Остаток дня они оборудовали погреб под ночёвку и отсыпались. Сначала перетащили буржуйку из старого убежища в новое. Точнее, этим занимался Игорь под охраной Джокера. А Эрин тем временем покрывал знаками стены погреба – как снаружи, так и внутри.

Установка печки потребовала пробить дыру для трубы. Дело это оказалось нелёгким и отняло немало времени. После чего нюхач с помощником укрепили дверь, обив её листами металла, найденными на ферме. И, конечно же, в дело пошли оставшиеся с прошлой ночи гвозди. А затем мужчины натаскали дров, организовали лежанки, протопили погреб – и наконец-то поужинали.

После ужина Эрин показал Игорю, как набивать патроны для ружья. И лёг спать, выдав помощнику механические часы земного образца. Когда подошло время, Игорь разбудил седого и сам отправился вздремнуть перед очередной бессонной ночью. А перед сном он подумал, что Эрин, вполне возможно, дал ему хороший совет насчёт статусов.

Только за этот день получить удалось немало. И если продолжать в том же духе, возможно, со временем он сможет подарить себе лишнюю пару столетий – чтобы добраться до высоких статусов. Несмотря на то, что старшее из убитых порождений было третьего класса (утолившее голод или восходящее), результаты дня впечатляли:

Получен фиал упорядочивания. Содержимое – 138,8 искры

Получен фиал совершенствования. Содержимое – 138,8 искры

Получен фиал изменения. Содержимое – 7 искр

Получено 232,5 универсальных единиц

Преодоление статуса достигло 58 %

А впереди ещё была целая ночь в погребе, к которому сбегутся все монстры округи. А значит, можно было рассчитывать на богатую добычу. Если, конечно, не обращать внимания на пусть и небольшую, но существующую вероятность, что его, Эрина и Джокера убьют.

Впрочем, об этом он, засыпая, очень старался не думать…

Глава 28. Возвращение в Лёдное

Враги полезли сразу, как стемнело. Так что просыпался Игорь под звуки ударов в дверь погреба. Что-то большое и сильное пыталось вломиться внутрь.

– Игорь, хватай ружьё! Вставай напротив лестницы! – приказал седой, услышав, что помощник завозился на лежанке. – К нам тут гость дорогой пришёл…

– Хтон? – удивился Игорь.

– Да если бы! – хмыкнув, Эрин сделал выпад в сторону двери кинжалом, и снаружи тут же донеслось обиженное ворчание. – Всего лишь проявившееся порождение, но нам хватит! Это как та большая гадость, от которой я тебя в первый день в лесу спас!..

Пожалуй, самым спокойным из всего отряда выглядел Джокер. Он сидел, мёл хвостом пол и с любопытством смотрел на дверь. То ли верил в людей, то ли вовсе не боялся «проявившегося». Игорь пристроился рядом с собакой, приготовившись стрелять.

Ждать пришлось долго. Эрин умело изводил противника, не позволяя тому безнаказанно ломать дверь погреба, и поэтому тот нередко отходил зализывать раны. Причём, судя по чавканью, делал он это за счёт своих же соратников, неосторожно оказавшихся рядом.

Несмотря на все усилия нюхача, с каждым ударом дверь прогибалась всё больше. И трещала всё громче. А в щели мелькало что-то огромное, покрытое чешуёй и огненными сполохами, стекавшими на землю. Там, куда попадали эти капли, начинали дымиться ледяные лужи.

Улучив момент, «проявившееся» решило сунуть внутрь погреба длинную конечность, которая струилась по полу, словно живой побег. Подскочив, Игорь выхватил нож и перерезал её несколькими резкими ударами.

– Спасибо! – поблагодарил его Эрин, продолжая воевать через дверь с основным телом врага. – Когда он вломится… Я побегу… А ты стреляй!

– Понял, – коротко ответил Игорь.

Первой не выдержала верхняя петля. Она вылетела из стены, со свистом разрезая воздух четырьмя шурупами и россыпью деревянных щепок. Эрин бегом бросился вниз по лестнице. А чудовище, штурмующее погреб, двумя ударами закончило бой с непокорной дверью, и та отлетела куда-то в сторону.

Игорь выстрелил.

«Проявившееся» представляло собой огромную гуманоидную фигуру, как будто вылитую из какой-то смолы. Эдакое смоляное чучелко, только большое и подвижное. По мнению Игоря, оно никак бы не пролезло внутрь погреба – проход был слишком узкий и низкий. Но, сжавшись, как резиновая игрушка, громадный монстр в него всё-таки протиснулся…

Куда там стрелять в этой мешанине черноты, всполохов холодного ледяного пламени, дыма и чешуи, было неясно. Поэтому бил Игорь патроном дроби из обреза. Промахнуться на таком расстоянии было сложно, и весь заряд врубился в цель.

Брызнули чёрные фонтанчики крови, а «проявившееся» заревело от боли и принялось дёргаться, сковыривая кирпичи со стенок погреба. Вперёд рванули три скользких чёрных щупальца, струясь вниз по ступеням лестницы. Целью всех трёх явно был Игорь. Но одно по пути перехватил Джокер, с рычанием вцепившись в него зубами. А два оставшихся перерубил Эрин, не успевший убрать кинжал.

А Игорь в это время быстро поднял трофейное ружьё. И принялся вбивать в монстра пулю за пулей. Все шесть, что были заряжены. Ответный вой порождения оглушил человека, заставив его опуститься на колени. А следом уже дуплетом прогремело ружьё Эрина. Очередной побег-щупальце буквально выстрелил из тела монстра, с силой отбрасывая Игоря к дальней стене погреба.

В побег вцепился Джокер – на этот раз и зубами, и когтями. Во все стороны полетели ошмётки плоти, крови и чешуи. Пёс заскулил, когда его вскользь коснулись языки холодного пламени. Снова выстрелил дуплетом Эрин. Игорь, кашляя у стены, принялся загонять патроны в ружьё.

Новое щупальце остановил светящийся щит, который нюхач выставил между своим отрядом и монстром. Сам Эрин в это время спешно перезаряжал ружьё. Джокеру тоже было не до боя: он, скуля, вылизывал лапу, обожжённую порождением. А сияющий щит выдержал всего три удара щупальцем и, мигнув на прощание, рассеялся в воздухе.

Но следующий удар монстр нанести не успел. Сдвоенный выстрел ружья Эрина и выстрел дробью из ружья Игоря слились в один. Чёрную массу «проявившегося» отбросило прямо на ступеньки, с которых он сошёл всего несколько секунд назад. А следом в его тело принялись впиваться пули. Трофейное ружьё грустно щёлкнуло, когда опустел магазин.

– А-а-а-а! – взревел седой, кидаясь на монстра с кинжалом наперевес.

Выхватив нож, Игорь бросился за ним. Увернувшись от очередного щупальца, получив каплей холодного пламени на рукав, он добрался до тела и принялся его кромсать. Системный нож входил в чёрную массу с трудом, будто в резину. Игорь старался делать глубокие и длинные порезы. Из каждого лилась потоком тёмная багровая кровь.

Рядом раздалось рычание Джокера. Видимо, он тоже пошёл в атаку. Руку помощника нюхача обожгло: пламя всё-таки прожгло рукав и добралось до кожи. Игорь постарался не обращать внимания на боль. Он вонзил нож в промелькнувший рядом глаз, и оружие неожиданно провалилось куда-то вглубь.

Что-то тяжёлое ударило Игоря в спину, буквально впечатывая в маслянистое тело. А застрявший внутри чёрной массы нож никак не хотел выниматься, и помощник нюхача принялся дёргать рукой. Порождение заревело так, что сверху на голову посыпались куски побелки. Что-то снова припечатало Игоря в спину, а затем ещё и ещё раз – хрустнула спина, прострелив болью. Зато четвёртый удар монстра был уже совсем слабым…

Убито порождение Хаоса. Проявившееся. Властное.

Получено 42,0 % преодоления статуса

Преодоление статуса достигло 100 %.

Чёрное туловище испарялось туманом, а Игорь упал на ступени, касаясь яркой искры с трофеями:

Получен фиал упорядочивания. Содержимое – 1749 искр

Получен фиал совершенствования. Содержимое – 1749 искр

Получен фиал изменения. Содержимое – 132 искры

Получено 2915 универсальных единиц

Игорь попытался подняться, но не смог. Тело его больше не слушалось, а в голову будто вату набили. Он забарахтался, лёжа на лестнице. И, наверно, со стороны был похож на перевёрнутого жука. Над головой зазвучали выстрелы. Это Эрин палил по младшим товарищам «проявившегося». Где-то поблизости рычал Джокер.

Игорь сумел перевернуться на спину, которая снова отозвалась резкой болью. Похоже, смолянистый и властный «проявившийся» что-то ему там серьёзно повредил.

– Властный господин, чтоб тебя… – пробормотал помощник нюхача, пытаясь высвободить из-под себя ружьё, на котором он теперь лежал.

Не получилось. Рюкзак тоже остался под спиной.

Вытащив из кармана патрон с дробью, Игорь трясущимися руками зарядил его в обрез. По ступенькам погреба ползло очередное порождение. Эрин выстрелил, и мерзкая гадина развеялась туманом. За ней уже следовал новый враг, и нюхач опять выстрелил.

Дождавшись, пока начальство отправится на перезарядку, Игорь с кряхтением поднял обрез. И, морщась от боли, выстрелил в очередного врага.

Убить не убил, но дробью посёк и заставил отступить. Спину Игоря снова пронзила резкая боль, заставив зашипеть сквозь сжатые губы. К подранку метнулся Джокер, разрывая клыками плоть. И тут же отступил, когда порождение начало растворяться в воздухе.

– Игорь, держись! – крикнул сверху Эрин. – Немного их там осталось!

От боли в спине и груди на глаза навернулись слёзы. Игорь с трудом переломил обрез, снова вставил патрон с дробью и навёлся на лестницу. Снова выстрелы Эрина, а затем ещё один – Игоря. И снова врага вынужден был добивать Джокер. Впрочем, главная цель была достигнута: монстров теперь удавалось удержать примерно на одной и той же точке лестницы.

– Эрин, нужны патроны! – позвал Игорь, доставая для перезарядки последний патрон из кармана. – Не могу залезть в рюкзак!

Седой сунул руку в рюкзак Игоря, заставив того невольно застонать, и перекинул в карман помощника горсть патронов. Сделал он это очень быстро – и тут же снова принялся стрелять по наступающим.

Если бы врагов было столько же, сколько прошлой ночью, ловушка бы всё-таки захлопнулась. Но… Либо основную массу нюхач с помощником всё-таки зачистили, либо «проявившееся» слишком активно лечилось. Под конец боя Игорь даже не успел израсходовать всё, что отсыпал ему в карман Эрин.

Последующий час помощник нюхача помнил плохо. Он лежал, стараясь не шевелиться: каждое движение причиняло жуткую боль. Внутри грудной клетки и живота всё пекло, как огнём. Оставалось только тихо страдать, пока Эрин приводил в порядок убежище. А когда со срочными делами было закончено, седой перетащил помощника на лежак, всунул ему в рот какую-то таблетку и дал запить.

Игоря отпустило минут через пятнадцать. Боль отступила, и стало немного легче. Нет, спина всё ещё отказывалась нормально гнуться, а руки и ноги вообще ощущались как-то странно… Игорь медленно привстал на лежанке и обвёл взглядом погреб, чуть не ставший ему могилой. Часть закаток и припасов, стоявшая ближе ко входу, была разбита, а их содержимое лежало на полу, в лужах едко пахнущего рассола.

Тем временем Эрин вскрыл уцелевший бочонок с какими-то соленьями. И начал есть, периодически поглядывая на помощника.

Заметив, что тот наконец-то пришёл в себя, нюхач произнёс:

– Не знаю, что там у тебя сломалось, но выглядишь плохо!

– Со спиной что-то… – проговорил Игорь. – Что ты мне дал?

– Обезболивающее. С тебя, кстати, десять серебра. Оно недешёвое… – седой достал какой-то плотный сиреневый овощ из бочонка и принялся его грызть. – В следующий раз не лезь! Лучше отойди в сторону и стреляй. Эта сволочь не по твоим силёнкам была.

– Ну завалили же!.. – поморщился Игорь.

– Ты себя просто со стороны не видел! – буркнул Эрин. – Шипел и стонал после каждого выстрела. И на ноги подняться не мог… А если бы порождений оказалось больше?

– А ты уверен, что справился бы сам? – с подозрением поинтересовался Игорь.

– Нет, – признался Эрин. – Но время бы тебе на перезарядку дал!

– И какая разница, успею ли я перезарядиться перед тем, как меня сожрут, или нет? – спросил Игорь, улыбнувшись уголком рта. – У тебя ещё обезболивающее есть?

– Есть, – кивнул Эрин. – Ты идти-то сможешь?

– Да! – как можно увереннее ответил Игорь.

На ноги он встать толком не мог. Так что пришлось ползти к лестнице на коленях. Там, среди разносолов, блестело что-то яркое. И раз этого не поднял Эрин, то, видимо, добыча принадлежала Игорю.

Так и было. Единственный убитый им монстр оставил после себя измазанную чёрной кровью кольчугу. Игорь сгрёб её обожжённой рукой и на коленях, опираясь локтем о доски пола, пополз назад.

Тяжело вздохнув, седой бросил недоеденные соленья и пошёл помогать. Кольчугу он закинул в рюкзак помощника, а Игоря дотащил до лежанки и повернул на спину.

– Ты точно сможешь идти? – хмуря брови, спросил он.

– А куда я денусь-то?.. – с тоской ответил вопросом на вопрос Игорь.

Хотя тут он, конечно, немного лукавил. Когда утром, под маскировочным куполом Эрина, они покинули кластер, то идти Игорь кое-как мог. Правда, сильно подволакивая ногу. Да и темп сохранял только в том случае, если его поддерживал нюхач. Вторая таблетка выполнила свою задачу: боли не было. Но со здоровьем явно были какие-то нелады…

Обратный путь Игорь запомнил плохо. Первые четыре часа пришлось идти на своих двоих. А потом Эрин завёл его в какой-то фермерский кластер, где долго и громко с кем-то спорил. После чего ходил от фермы к ферме, периодически возвращаясь и проверяя, не помер ли помощник.

В конце концов, нюхача пустили на одну из ферм. Игоря сначала пристроили на лавочку у стены, а затем помогли перебраться в телегу, запряжённую каким-то странным животным.

Дальше они ехали. Игорь старался держаться, но действие обезболивающего ослабевало, и грудь заполняло пламя, буквально жёгшее изнутри. Чтобы не стонать, он до скрежета сжал зубы и терпел. В какой-то момент предел терпения иссяк, и раненый всё-таки застонал. В кузов телеги перелез Эрин и сунул ему в рот очередную таблетку. Игорь дождался, когда отступит боль, и провалился в тревожный сон.

Разбудили его голоса за бортом телеги. Два человека явно ругались. На козлах никого не было.

– Ты совсем охренел, старый дурак? – голос был незнакомый. – Ты зачем панику поднял?! У меня торговцы бегут из города!

– Я не поднимал панику! – это был голос Эрина. – Я просто отправил помощника, чтобы тот купил нужное у Млина!

– А ты мог покупать у разных торговцев? Это что, так сложно?! – взревел незнакомец.

– Я-то мог! Но кто бы в долг моему помощнику, кроме Млина, продал? – устало огрызнулся Эрин.

– И вообще, что у тебя за тёрки с ополченцами, старик? И что ты на фермах устроил? Какого …уя я возвращаюсь, а на тебя все бочку катят?!

– Я устроил?! Это я, что ли, кровоцвет ращу в одном кластере, а другой под Хаос подвёл? – в голосе Эрина прорезалась неподдельная злость и возмущение. – Сам-то за своими придурками следить не пробовал?

– Поговори мне ещё тут! – ответил незнакомец. – Придурки – это, знаешь ли, те, кто называют представителей власти придурками!..

– Ты тут рыцарь, значит, ты и есть власть! А всю эту кодлу мудаков ты можешь разогнать! – не остался в долгу Эрин.

– Думаешь, ять, всё так просто, старик?.. – незнакомец тяжело вздохнул. – Думаешь, ты самый умный? Еле до воина дотянул, а советы раздаёшь… Я один должен всеми этими людьми управлять?! Я один должен за всеми бегать?! Я от своих администраторов так же завишу, как они от меня!

– Мих, у тебя какие вообще ко мне претензии? – уже спокойно спросил Эрин. – Есть жалобы на мою работу? Я не выполняю условия контракта? Так разорви его и ищи нового нюхача!

– Не буду я контракт разрывать! – ответил незнакомец, который, видимо, был рыцарем Михом. – Ты кашу заварил, вот сам и разбирайся! И если тебя администрация под ритуалом на виселицу отправит, я тебе помогать не буду!.. Понял? А если хочешь убедить меня, что на этом осколке хтон объявился, так найди его сначала!..

– Так ты, значит? – хмуро проговорил нюхач. – Спрятался за спину бюрократов….

– Да, спрятался! Потому что надоело тебя от них прикрывать, дурак старый! – рявкнул Мих.

– А если я лорду сообщу, чем твои бюрократы занимаются? – уточнил Эрин. – И про кровоцвет расскажу?

Наступила тишина. А потом рыцарь тихо произнёс:

– Я запрещаю тебе покидать узел, Эрин сын Ванна! По условиям контракта ты обязан решить проблему узла и найти хтона. Пока ты этого не сделаешь, ни ты, ни этот твой помощник, ни его семья отсюда ни ногой!

– Отмени суд! – потребовал Эрин. – В контракте нет…

– Не буду я ничего отменять! – перебил его Мих. – Сам нарвался, сам и защищайся. А как найдёшь хтона, тогда и поговорим.

– Сволочь ты, рыцарь!.. – тихо сказал Эрин.

– Зато, воин, я рыцарь! – жёстко отозвался тот.

Раздались удаляющиеся шаги. Похоже, нескольких человек. Значит, Мих не один подходил. А Игорь, лёжа, всё ещё не мог понять, где именно они с телегой стоят. Вскоре на козлах появился Эрин, щёлкнул вожжами – и движение возобновилось.

Ехать пришлось ещё час. В какой-то момент сверху проплыли каменные своды ворот. Значит, они въехали в Лёдное.

Боль понемногу возвращалась, снова затапливая сознание. Всё вокруг плыло, и Игорь плохо понимал, что происходит вокруг. Наконец, телега остановилась, и он услышал какие-то голоса, но никак не мог разобраться, о чём говорят.

А затем его внесли в какое-то помещение. Приоткрыли рот. Влили внутрь какую-то кислую микстуру. Сглотнув, Игорь закашлялся, а спустя пару секунд вытаращил глаза и взвыл от нестерпимой боли. Спасибо, что по спине никто хлопать не стал… Большая часть жидкости всё-таки попала в пищевод.

Последнее, что помнил Игорь – это как его пытаются раздевать, в то время как сознание у него куда-то отчаливает. Тело ощущалось всё меньше, а боль осталась где-то на самом краю восприятия. А потом он провалился в странный, полный каких-то теней и ужасов сон…

Когда Игорь открыл глаза, была глубокая ночь. Он лежал на кровати, полностью раздетый и укрытый тонким одеялом. Откуда-то веяло холодом. Словно из-за стены звучали голоса – как будто где-то в соседнем помещении.

Помощник нюхача разглядывал дощатый потолок над собой. К его удивлению, он видел каждую неровность на дереве, каждую мелочь. Зрение было таким, как в детстве, когда различаешь любую травинку на лугу.

– Ты, Игорь, разоришься на своём лечении… – раздался рядом голос Эрина.

Помощник нюхача осторожно приподнялся и посмотрел на источник звука. Седой сидел на стуле, устало вытянув ноги, упиравшиеся в дверь. Комнатушка была маленькая: внутри умещалась только кровать, стул и полка, на которой кучей лежали вещи Игоря.

– Мы у врача? – спросил раненый.

– Да. Тебя подлатали. И уложили приходить в себя, – ответил Эрин.

– А Джокер где?

– В сенях дрыхнет, – ответил нюхач. – Внутрь не пустили.

– Я просыпался в телеге, – признался Игорь. – Подслушал разговор…

– С рыцарем Михом? – догадался Эрин. – Ну… Тогда ты знаешь плохие новости.

– Надо срочно искать хтона, да? – уточнил Игорь.

– Саша Старый на нас нажаловался… – проговорил Эрин. – Администрация города выдвинула обвинения. Пустые обвинения, на мой взгляд, но законы составляют бюрократы и рыцарь Мих. Лапоть и Молоко арестованы. Сидят в тюрьме. Что эти бедолаги наплетут под пытками, я не знаю.

– Под пытками всё, что надо, наплетут… – помрачнел Игорь. – Значит, или мы теперь хтона найдём, или… А чем это нам вообще грозит?

– Ну, меня повесят. Под ритуалом, чтобы палачу штраф не прилетел! – очень спокойно пояснил нюхач. – А тебя… В рабство, наверно, обратят. Семью раздадут по всем желающим. Они же ещё статисты, получается…

– И много у нас времени? – холодея от ужаса, спросил Игорь.

– Месяц. В лучшем случае, два… – не стал скрывать седой. – Не знаю, как за такое время хтона вычислить. Если он сам себя, конечно, не проявит.

– А сбежать мы не сможем? – вспомнил Игорь.

– Ну… Ты и твоя семья сможете, – проговорил седой. – Если я тебя от должности помощника освобожу, никто не сможет запретить вам покинуть осколок. Но без меня вы до других обитаемых узлов не доберётесь. А меня отсюда не отпустят. И караванов в ближайшее время не ожидается… Впрочем, не вешай нос: этот вариант вашего спасения будем держать про запас!..

– Алиса знает? – садясь на кровати, уточнил Игорь.

– Я без тебя домой не заходил, – нюхач покачал головой. – Скоро рассвет… Как можно будет идти, так вместе и выдвинемся.

– Как-то всё… Плохо получилось… – пробормотал Игорь, принявшись одеваться.

Одежда была грязная, местами с дырами и потёками крови.

– К этому всё давно шло… – вздохнул Эрин. – С каждым годом твои сородичи всё больше и больше теряли связь с реальным миром. В том числе, и рыцарь Мих. Чем выше забираешься, тем безопаснее кажется этот мир. А это не так… В общем, ничего удивительного. Развели эту вашу бюрократию, решили, что стали хозяевами жизни… А единственный хозяин жизни в Упорядоченном – это Хаос. Он придёт и расставит всё по местам.

– Может, найдём ещё хтона!.. – подбодрил начальство Игорь.

– И даже если… – седой пожал плечами. – Даже если найдём, это нам ничего не гарантирует. Но знаешь… Если хтона найдём, я просто разорву договор и уйду. Пусть нового нюхача себе ищут…

– А почему сейчас не разорвёшь? – спросил Игорь.

– Как нюхач, который утверждает, что на узле появился хтон, я не имею права, – ответил Эрин. – По условиям всё того же контракта. Так что сначала – хтон. А потом дёру отсюда!..

Седой вздохнул и кивнул на дверь. Пора было собирать вещи и уходить.

Раскрыв рюкзак, Игорь достал кольчугу, выпавшую из порождения. Стоило ему повнимательнее её рассмотреть, как в голове будто натянутая струна зазвенела:

Получен навык чтения системных сообщений.

Системная стальная кольчуга, качественная.

Прочность – 112/150

Броня – 37/50

Эффекты:

1. Слабая регенерация

2. Защита от Хаоса

Присвистнув, Игорь с интересом достал из ножен подарок Эрина. И пригляделся уже к нему:

Системный стальной нож, качественный.

Прочность – 45/130

Эффекты:

1. Повышенный урон порождениям Хаоса

Заметив его действия, Эрин усмехнулся. И протянул руку, показывая на кольчугу. Игорь дал ему свою новую броню, а нюхач осмотрел её с живым интересом.

– Занятно… Зачем ему кольчуга была нужна без оружия?

– Кому? – удивился Игорь.

– Тому человеку, который стал «проявившимся»! – пояснил нюхач. – Надо будет отремонтировать. Только всё это денег стоит. Кстати, пора тебе навыки набирать! А ещё ты мне денег должен!

– Много? – спросил Игорь, внутренне сжавшись.

– Три золотых, девять серебра и сорок три меди! – быстро подсчитав в уме, озвучил Эрин. – Обезболивающее, лечение… Извини, тут ты сам виноват. Значит, тебе и платить.

– Ну раз платить, то заплачу! – кивнул Игорь.

– Ладно, собирайся… Пойдём на рынок, а потом домой. Пора заняться делом! – Эрин поднялся и двинулся к выходу из комнатки.

А Игорь принялся спешно натягивать одежду. Как всегда, в голове мелькало множество вопросов, которые очень хотелось прямо сейчас задать нюхачу. Но приходилось ждать… А ещё ему ужасно хотелось увидеть семью и узнать, как у них дела. А затем наконец-то вытащить жену и детей туда, где будет безопасно…

Город Лёдное явно нельзя было назвать таким местом.

Content

Лео Сухов
Первый квест

Глава 1. М-4 «Дон» (платная)

Глава 2. Спасшиеся и обречённые

Глава 3. Лагерь выживших

Глава 4. Туман в ночи

Глава 5. Бегство

Глава 6. Преимущества личности

Глава 7. Эрин сын Ванна

Глава 8. Ценности для узла

Глава 9. Туман и знаки

Глава 10. Эмоции

Глава 11. Ненужный человек

Глава 12. Опустившиеся

Глава 13. Соответствие должности

Глава 14. Кто такой нюхач

Глава 15. Хаос и душа

Глава 16. Беспокойная ночь

Глава 17. Сложности самопознания

Глава 18. Система Упорядоченного, как она есть

Глава 19. Бремя власти

Глава 20. В поход

Глава 21. Тайны маленьких ферм

Глава 22. Устроители справедливости

Глава 23. Ночные проводники

Глава 24. Рисунки на полях

Глава 25. Проклятое место

Глава 26. Ловушка

Глава 27. Зачистка

Глава 28. Возвращение в Лёдное