Бахаревич Ольгерд Иванович

"Он пришёл дать нам волю" [СИ]

Альгерд БАХАРЕВИЧ

"Он пришёл дать нам волю"

«Он пришел дать нам волю» — на которую мы и без него имели право, от самого нашего рождения.

Читаю, что пишут о Горбачеве. Для кого-то он — человек из детства. Старшее поколение, я смотрю, вспоминает его все больше с сочувствием и благодарностью. Не забывая добавить, как много он совершил ошибок и сколько у него было опасных иллюзий. Для молодежи он — имя в истории, они не помнят тех времен, и тут уже либо полная неприязнь, либо идеализация.

Печально.

Напишу здесь о моем Горби.

ПОСЛЕДНЕЕ СОВЕТСКОЕ ПОКОЛЕНИЕ

Я из тех, для кого он — дядечка из детства. В его золотые годы мне было 10-16 лет. Именно в этом возрасте формируется личность человека. Мое поколение именно оттуда - и оттуда это наше стремление все переосмыслять, открывать все запретное, не бояться высказываться, думать собственными мозгами и не пользоваться взятыми напрокат истинами. Оттуда – стремление к свержению авторитетов, кажущихся другим неприкосновенными. Оттуда — недоверие к любой власти и культ перемен. Оттуда — презрение к тем, кто пытается нами манипулировать. Мое поколение — дети и внуки рабов, последнее поколение советских людей, мы видели своими глазами, и совок, и независимость, и Лукашенко. Сейчас многие из нас живут в эмиграции - в свободном мире, когда-то открытом для нас горбачевской перестройкой. И теперь мы повторяем путь бежавших когда-то из цепких обьятий империи. Еще до Горбачева.

СУДЬИ

Большинство из тех, кто сейчас отзывается о нем в абсолютно отрицательном, критическом, безоговорочно осуждающем и насмешливом ключе, родились в годы перестройки и позже, уже в 90-е годы.

Они даже представить себе не могут, какой была горбачевская «перестройка».

Ничего подобного они не пережили. Их опыт ограничен различными разновидностями авторитаризма, с его «либерализациями» и репрессиями, с его унылыми консенсусами: “потребляй и молчи”, а еще с интернетом и шенгенскими визами, с каким-никаким, а выбором: уехать или остаться. Для них перестройка — это письменная история, текст, но не личный опыт. Что восьмидесятые, что семидесятые, что шестидесятые, что тридцатые — не важно: о них можно прочитать в Википедии. Отсюда и идет жгучее желание судить Горбачева прямиком из сегодняшнего дня. Вечная привилегия потомков. Естественная и законная.

ПЕРЕСТРОЙКА

Горбачевская перестройка была не просто революцией. Не только сменой риторики. Не только протестом, не только переменами, не просто очередной “либерализацией”.

Это было что-то тектоническое, космическое, такое, что случается раз в тысячелетие.

Это была агония огромной империи, считавшей себя вечной.

Это был всемирный Ветер Перемен, а не политический процесс.

И я помню его вкус. Все последнее советское поколение помнит вкус того великого ветра и той великой, наивной надежды. Такой свободы больше никогда уже больше не будет - потому что тогда несвобода еще бродила рядом, и на ее фоне свобода выглядела единственно прекрасной.

Империя и совок умирали на наших глазах.

Это и правда было “навсегда, пока не кончилось”, как написал один исследователь.

А когда кончилось - это было похоже на вечную молодость.

Это было время, когда все вдруг вдохнули и закричали — и жизнь пошла дальше. Живые, которых десятилетиями убеждали, что они мертвы, восстали из могил.

И мы были среди них. Мы действительно не хотели умирать заживо в этой империи.

И вдруг нам сказали: вам не обязательно умирать заживо. Можно быть живым - и за этоничего не будет.

ЦАРЬ

Горбачев был царем, в распоряжении которого была машина, и главной задачей этой машины было убивать людей. Покорных - морально. Те, кто хоть как-то сопротивлялся - физически.

Горбачев мог распорядиться машиной как хотел.

Он сломал в ней самую главную деталь — сломал сознательно, специально сломал, чтобы машина остановилась. А потом он бегал вокруг нее и кричал, что машину можно починить, что она может работать и без этой детали, что ее можно приспособить к чему-то другому.

Но машина была создана только для убийства. И пока она стояла, сломленная своим машинистом, многое изменилось. Это было так быстро — как во сне, как в сказке, как в книге.

Мы проснулись в своей стране.

И думали, что это уже навсегда.

ИЛЛЮЗИИ

Да, это была иллюзия, но в догорбачевскую эпоху даже вероятность иллюзии каралась тюрьмой, лагерем или психиатрической больницей.

Перестройка — то время, когда стало можно быть инакомыслящим, и за это ничего не грозило.

Очень скоро выяснилось, именно так умирают империи — когда в них перестают наказывать за инакомыслие. Без этой главной детали они умирают быстро, незаметно и убого - был тысячелетний рейх рабочих и крестьян, и нету его.

МИР

А еще - мир.

Миллионы людей на всех континентах вдруг получили мир. Больше не нужно было бояться войны. Ни ядерной, ни холодной, ни какой-либо другой.

Теперь это трудно себе представить - если вы не чувствовали на себе этот страх людей в 70-х и 80-х, на всех континентах.

ПОЖАЛУЙСТА

Не преуменьшайте значение перестройки.

Не идеализируйте Горбачева.

Не осуждайте ветер перемен.

Горбачев был коммунистом, который считал, что совок можно спасти.

На его совести - ошибки, преступления, глупость и вера в то, что было бесспорным Злом.

Но его время — это время такой свободы, о которой теперь в Беларуси можно только мечтать.

ЧЕЛОВЕК

С конца советской империи и до сегодняшнего дня он был никем, а его заявления и решения ни на что не влияли. Он отвечает за конкретную кровь и конкретные преступления — тогда, когда у него была власть.

Горбачев — это исключительно 1985-1991 гг.

Ничего другого он сделать не успел - к счастью для нас.

Горбачев был всем тем, что о нем писали и пишут.

Он не был тем, перед кем теперь нужно кланяться. Кланяться, тем более политикам — это вообще не про нас, детей 80-х.

Он не был гением.

Но все предыдущие императоры были готовы убивать миллионами за свои сверхидеи и свою сверхвласть.

У Горбачева не было сверхидей, а от сверхвласти он отказался.

Он был как все. Нормальный, так называемый средний, живой человек, который чувствовал то же, что и любой нормальный человек на его месте: так больше нельзя. Если у него и были идеи, они были идеями человека, а не вождя.

Он не был Горби-Освободителем.

Он не был святым.

Но он не был ни мумией, ни кровопийцей.

А КЕМ?

Он был моим дяденькой из телевизора.

Первый человек среди зомби на безлюдной, высохшей планете Начальства.

Он был человек — и, как все люди, он был слаб. Но он не мстил за свою слабость.

Благодаря этому история отодвинула его в сторону и ринулась вперед.

“Смерть советской империи!” - написал я когда-то на обложке своего дневника. В обычной мерзкой советской школе. Учителя были в ужасе.

Но мне за это ничего не было.

А миллионам тех, кто жил до меня - было. Даже не за это, а всего лишь за мысли.

Они были убиты империей без всякой причины. Просто так.

Все те, кто создавал Беларусь в конце советской эпохи, были бы уничтожены за одну лишь мечту о ней.

Горбачев был смыт историей. Он не сопротивлялся.

А эти вот цепляются. И убивают других.

Не забывайте об этом.

ПОСЛЕ ГОРБАЧЕВА

А потом про него забыли.

Я тоже сейчас воспользуюсь привилегией потомка.

Главная ошибка Запада в первой половине девяностых: они там и правда решили, что недобитая империя, которую представляла собой Россия, может стать свободной и демократической только с помощью капитализма.

Но империи не могут быть свободными. Их основа — насилие, смысл их существования — расширение и захват новых земель.

Они не могут не вырабатывать яд пропаганды и не грезить о реванше — так уж они устроены.

Россию как империю нужно было тогда полностью уничтожить. Империя должна была исчезнуть - и до того момента, как она исчезла, ее нельзя было поддерживать и то, что пришло ей на смену, нельзя было признавать.

Тогда у нас не было бы ни Путина, ни Лукашенко.

Нужно было использовать шанс, который Горбачев дал миру.

Но это сегодня ясно, а тогда нас убаюкивали концом истории.

Тогда, в первой половине девяностых, мое поколение было слишком молодо, чтобы на что-то влиять.

Но мы никогда не голосовали за Лукашенко. Не мы избрали его в 1994 году, только что получив право голоса.

И было бы лицемерием не признать: то, что мы так рано поняли ценность свободы, тоже заслуга Горбачева.

Забавного дядьки из телевизора “Горизонт”.

А напоследок небольшой отрывок из книжки «Мальчик и снег».

“…На днях нашел в Интернете интересное черно-белое фото того судьбоносного года. «Михаил Горбачев присутствует на похоронах Константина Черненко в Георгиевском зале Кремля». Михаил Сергеевич стоит среди товарищей по партии, но смотрит прямо на меня через какое-то пиджачное плечо. Да, он смотрел мне прямо в лицо. Глаза живые, цепляющие, гле-то в глубине даже веселые. Он как бы говорит мне, именно мне, больше никому: паренек, подожди немного. У тебя будет такая молодость, какая и не снилась твоим родителям…”

Так оно и случилось.

Content

Бахаревич Ольгерд Иванович "Он пришёл дать нам волю" [СИ]