Лаура Гальего

Секреты Ксейна

© Издательство АСТ, 2022

© Трофимова К., перевод, 2022

* * *

1

Знойной летней ночью что-то выскользнуло из темноты колодца в Цитадели и поползло в поисках влаги к стенам, где росла самая высокая трава. Оно остановилось на мгновение под окном, и поднявшись на задние лапы, глубоко вдохнуло тёплый воздух.

Хотя на окне стояла решётка, существо смогло пробраться в комнату, просочившись между прутьями.

В комнате, где стояла удушающая жара, на раскладных кроватях спали без одеял девочки.

Младшая беспокойно ворочалась, старшая же не шевелилась, сон был крепок.

Возможно, именно поэтому существо выбрало её. Двигаясь в темноте на запах, оно бесшумно проскользило от окна и забралось в кровать.

От страха девушка внезапно проснулась. Она увидела перед собой бледное одутловатое лицо с огромными выпученными глазами без век, с головой, облепленной чем-то похожим на копну мокрых липких водорослей.

Хотелось закричать, но холодная склизкая рука залепила ей рот.

Существо открыло широкую, безгубую жабью пасть и облизнулось толстым синеватым языком. Девочка дёрнулась, пытаясь вырваться, но существо взвалило её на плечо и вынесло из комнаты.

Всё случилось так быстро, что девочка не поняла, что происходит. Она почувствовала, что её тащат из дома в неизвестном направлении, а через мгновение она уже падала в глубокий колодец, крича от неожиданности.

С этого момента начался настоящий кошмар.

Через несколько мгновений с колотящимся сердцем проснулась младшая. Поняв, что сестры нет, она закричала.

Через несколько минут вся семья была на ногах. Взрослые и дети обшарили весь дом в поисках девочки, но безрезультатно. Мать сидела на табурете, обливаясь слезами и прижимая к себе младшую дочь. Бледный как мел отец надел куртку.

– Я пойду поищу Стражей, – объявил он хриплым дрожащим голосом.

– Пожалуйста, поторопись, – всхлипнула жена.

Бабушка девочки грустно покачала головой. Она позвала старшего сына – неуклюжего подростка, который потерянно стоял в стороне, и тихо приказала ему:

– Приведи девушку из библиотеки.

Он смотрел на неё, не понимая.

– Девушку?

– Из библиотеки, да. Тёмненькая такая, с короткими волосами, хромает. Ты видел её на рынке. Она живёт в западном секторе второго круга, найди её и попроси прийти.

– Но, бабушка, у меня нет разрешения пересекать ворота второго круга…

– Попроси своего приятеля пойти с тобой… У этого рыжеволосого мальчишки нет родственников во втором круге? Придумайте что-нибудь, но найдите её и приведите сюда.

Мальчик вышел из дома вслед за отцом, который уже бежал вверх по улице в сторону ближайшего штаба Гвардии Цитадели.

Через некоторое время он вернулся в сопровождении пары Стражей. При их появлении в сердцах домашних затеплился огонёк надежды. Юноша и девушка были молоды, как и большинство Стражей, служивших в гарнизоне Цитадели. Оба высокие, сильные и энергичные, их движения были грациозны и пронизаны силой – точно как у пантер. Оба носили одинаковую серую форму и короткие стрижки. Но было кое-что, отличавшее их друг от друга: глаза. У девушки они переливались серебром, а у юноши – золотом.

Отец проводил их в спальню, из которой похитили девочку. С оружием наготове Стражи вошли в комнату. Юноша быстро осмотрел помещение и тут же вышел, девушка задержалась чуть дольше, но вскоре тоже вышла. Остановившись перед родителями девочки Страж покачал головой.

– Мы не обнаружили тут монстров, – сообщил он, – вы уверены, что это не дело рук обычного преступника?

Отец озадаченно моргнул.

– Нет… Я об этом не задумывался.

– Это самое частое объяснение, – продолжил Страж, – в конце концов, мы живём в Цитадели.

Не стоило даже добавлять, что Цитадель – самое безопасное место в мире, где монстров не бывает.

– Но мы всё равно осмотрим остальную часть дома, если вы не возражаете – добавила девушка.

Подавленные родители только кивнули в знак согласия.

Семья жила в здании новой постройки. Чтобы получить возможность переехать в один из развивающихся районов внешнего кольца, они почти три года стояли в листе ожидания. Стражи обошли все комнаты; девушка была куда более дотошной, чем юноша, который входил и выходил, не задерживаясь ни в одной из комнат, как будто точно знал, что ищет не в том месте.

Наконец Стражи объявили, что хотят осмотреть окрестности.

– Особенно за домом, – сказал юноша, – эта область ближе всего к стене. Если это был монстр, то он, скорее всего, пришёл оттуда.

Мать зарыдала ещё сильнее. Отец вздрогнул, но решительно спросил:

– Это был… монстр?

Страж неуверенно пожал плечами.

– Возможно, но пока трудно сказать. Мы должны рассмотреть все варианты.

– Мы вернёмся и доложим, – пообещала Стражница.

Они вышли на улицу и быстро исчезли в темноте.

– Я так не могу, – заявил отец, – я тоже пойду.

– Стой! – воскликнула жена. – Что если монстр всё ещё там?

– Ты слышала, что сказал Страж, – мы не можем быть абсолютно уверены в том, что это монстр.

Обведя комнату тревожным взглядом, отец заметил отсутствие старшего сына.

– А где… – не успел договорить отец, как в дом кто-то вошёл.

Все побежали в прихожую, думая, что вернулись Стражи. Но это был мальчик. Он шёл вместе с короткостриженой черноволосой девушкой. Прихрамывая, она несла на плече тяжёлую сумку.

Отец остановился и озадаченно спросил:

– А ты ещё кто такая?

– Я – Акслин, – ответила она. – Работаю в библиотеке.

– Я просила её прийти, – вмешалась в их разговор бабушка. – Она много знает о монстрах.

– Для этого есть Стражи, – возразил отец, скрестив руки на груди. – А ты – не одна из них.

– Стражи умеют сражаться с монстрами, только когда встретятся с ними лицом к лицу, – мягко ответила она. – Я же знаю, что нужно делать, прежде чем они появятся. И после.

Мужчина на мгновение замер в нерешительности и взглянул через плечо девушки, но Стражей всё не было. Он сдался.

– Ладно, заходи. Если тебе удастся найти мою дочь… – его голос сорвался, прежде чем он закончил фразу.

Старуха проводила Акслин в комнату внучек. Там девушка осмотрела помещение, держа в руках лампу. Наклонилась к ножкам тюфяка, на котором спала исчезнувшая девочка и, приблизив лампу к полу, внимательно изучила их.

– Ну и что? – спросил отец, который был больше не в силах молчать.

– Здесь был мокроступ, – заявила она.

Она указала на следы земли. Хотя после похищения девочки прошло немало времени, на полу комнаты всё ещё можно было заметить следы – одинаковые лужицы воды, расположенные на почти одинаковом расстоянии друг от друга.

– Мокроступы… – с недоумением повторил мужчина. После его слов жена снова разрыдалась. Но… – на окнах решётки. Как он смог войти?

– Такие монстры всегда находят способ. Они забираются в анклавы, хватают кого-нибудь из людей и утаскивают в своё логово, чтобы… никто не заметил, – вовремя поправилась она. – Мокроступы обычно выходят из воды в дождливые или особенно влажные ночи, как нынче. – Она задумчиво нахмурилась. – Мы далеко от канала, не так ли? А колодец где-нибудь поблизости есть?

– Да, новый, – ответила бабушка.

– Мы находимся в недавно застроенном районе, – пробормотала мать, как будто это было гарантией того, что ни один монстр не сможет сюда пробраться.

Акслин собиралась что-то возразить, но передумала.

– Надо заглянуть внутрь колодца, – решительно заявила она.

– Ты никуда не пойдёшь, гражданка, – вдруг произнёс голос позади неё; голос, который был знаком Акслин слишком хорошо. Она вздрогнула. – Это слишком опасно.

Она глубоко вдохнула, пытаясь восстановить самообладание, прежде чем обернуться. Наконец она пересилила свой страх и повернулась. В дверях стоял Ксейн и хмуро смотрел на неё. Он был одет в летнюю форму Стражей – серая рубашка без рукавов. На одной руке Акслин заметила четыре старых, побелевших со временем параллельных шрама, которые остались после той стычки с волосатым, в которую он ввязался, чтобы произвести на неё впечатление.

В другом месте. В другое время. До Бастиона.

С того самого утра, когда Ксейн сделал вид, что не знает её, они несколько раз видели друга издалека. На улицах Цитадели, на рынке, через ворота, которые он охранял. Стражи всегда были там, бдительные, защищающие горожан, вежливые и беспристрастные.

Но до этого момента у Ксейна не было необходимости обращаться к ней, да он и не пытался. Для него Акслин была всего лишь одной из граждан Цитадели. Поэтому он смотрел на неё абсолютно равнодушно, хотя у девушки было ощущение, что говорил он с ней немного раздражённо, как будто злился на неё по какой-то непонятной причине.

– Ты осмотрел колодец? – настаивала Акслин. – Девочку утащил мокроступ.

– Это не твоё дело, гражданка. Монстрами занимаются Стражи.

Она просверлила своим твёрдым и спокойным взглядом его золотые глаза.

– Тогда иди и разберись, Страж, пока не поздно.

– Вы думаете… мы всё ещё можем спасти мою дочь? – осмелился спросить отец.

Ксейн собрался было ответить, но Акслин опередила его:

– Мы не узнаем, пока не попробуем.

– Не будем терять больше ни минуты, Ксейн, – вмешалась Стражница, которая молча ждала за его спиной. – Если в этом колодце что-то есть, мы должны устранить это, прежде чем оно нанесёт ещё больший вред.

Он бросил последний взгляд на Акслин и вышел из комнаты вслед за своей спутницей. Через несколько мгновений они снова пропали в темноте ночи.

Акслин знала, что они вряд ли найдут девочку живой. Но не хотела огорчать семью, поэтому сконцентрировалась на практических вопросах. Он снова оглядела всё вокруг.

– Лучшее средство для отпугивания мокроступов – это огонь, – подчеркнула она. – В этой комнате нет камина, но жаровни должно хватить.

– Мы не используем её сейчас, потому что очень жарко… – пробормотала мать, и Акслин прочитала в её глазах глубочайшее чувство вины.

– Понятное дело, – успокоила она женщину. – И в этом не было бы необходимости, если бы колодцы строили должным образом.

Отец нахмурился.

– Что ты имеешь в виду?

– Мокроступы пытаются проникнуть в Цитадель по каналу, через колодцы и канализацию. Поэтому все трубы закрыты специальными решётками, которые не дают им пройти. Стражи проверяют их каждую неделю, иногда они находят кого-то в ловушках. Если мокроступ действительно проник в город через колодец рядом с вашим домом, то это потому, что при его строительстве были допущены ошибки – камни неплотно уложены, решётка плохо подогнана.

– Это значит, что и другие могут так пробраться, – испуганно заметила бабушка. – Мы поставим жаровни, даже если нам будет жарко. Что ещё мы можем сделать?

– Вы можете вокруг кровати насыпать горку из муки и опилок.

– Это остановит мокроступа? – удивился старший брат.

– Не до конца, но задержит. Если мука прилипнет к лапам монстра, в первую очередь он будет пытаться стряхнуть её, и очень даже вероятно, что он разозлится и начнёт топать по полу. Это разбудит вас и поможет отпугнуть его. Такие монстры не любят прямых столкновений, они предпочитают забирать своих жертв без свидетелей.

Мужчина покачал головой, недоумевая.

– Всё это… звучит абсурдно, – наконец сказал он. – Почему Стражи не рассказывают нам об этом?

– Потому что ни одного Стража мокроступ не удивит, – ответила Акслин.

Этих воины с глазами цвета металла, в отличие от обычных людей, чувствовали присутствие монстров. Скорее всего, по этой причине Стражи упустили из виду мокрые следы у кровати. Обнаружив монстра Стражи уничтожали его. Поиски же «улик» не были их сильной стороной.

Акслин подозревала, что они найдут мокроступа там, где она указала, и не хотела тут находиться, когда Стражи вернутся, чтобы подтвердить это. Ей больше нечего было тут делать, поэтому она попрощалась с семьёй, от души пожелав им, чтобы поиски дочери завершились успешно.

Хотя в глубине души она знала, что так не будет.

Выйдя из дома, Акслин встретила Ксейна и его спутницу. Она пыталась пройти мимо, но улица была узкой, и у неё не оставалось выхода, кроме как остановиться перед ними. Она увидела капли воды на их мундирах и вязкую кровь мокроступа, которая стекала с копья Ксейна. Внутри у Акслин всё сжалось. Она доказала, что была права, но от этого не стала счастливее.

– А девочка? – осмелилась спросить она.

Стражница покачала головой.

– Мы передали приказ вытащить тело со дна колодца. Нужно сообщить семье.

Акслин наклонила голову, тяжело вздохнув.

– Мне очень жаль.

Ксейн пристально посмотрел на неё.

– Ты не должна вмешиваться в работу Стражей, гражданка. То, что произошло здесь сегодня, тебя не касается.

– Я пришла, потому что они позвали меня за советом, – возразила она.

– Ты намекаешь, что знаешь о чудовищах больше, чем Стражи Цитадели, которые веками сражались с ними?

Акслин перевела на него взгляд. Этот вопрос оказался бы вполне логичным, если бы был задан кем-то другим. Ксейн знал, что она посвятила несколько лет своей жизни изучению монстров и продолжает это делать. Что она путешествовала по самым отдаленным уголкам, посетила десятки анклавов, собирая информацию, чтобы закончить свою работу. Он задал этот вопрос, чтобы ранить её чувства или просто поиздеваться. Но его слова не задели Акслин.

– Никто не знает больше, чем Стражи, о том, как убивать монстров, – согласилась Акслин. – Но мы, обычные люди, не можем делать то же самое, и поэтому мы должны научиться защищать себя всеми возможными способами, иногда даже не самыми понятными.

Ксейн собрался было возразить, но его опередила спутница:

– Спасибо за помощь, гражданка. А теперь возвращайся домой и оставь всю эту работу нам.

Акслин могла бы сказать, что в понятие «всю» не включены советы по защите обычных людей. Но промолчала. В конце концов, она знала, что Стражи на самом деле верили в то, что они единственные, кто действительно эффективно борется с монстрами. И в некотором смысле они даже были правы. Но невозможно приставить к каждому дому по Стражу. Так что обычные люди должны были заботиться о себе сами.

Жители Цитадели чувствовали себя в безопасности. И, может быть, поэтому любой мокроступ мог застать их врасплох.

Тут она вспомнила о колодце.

– Страж! – окликнула она девушку, когда те уже шли вниз по улице.

Девушка остановилась и подождала, пока Акслин догонит её.

– Надо проверить этот колодец, – сказала она.

– Больше монстров не было, уверяю тебя, – ответила Стражница.

Но Акслин покачала головой.

– Защита дала сбой. Ни один монстр в принципе не должен был проникнуть сюда. Возможно, решётка плохо закреплена, или же её попросту нет. Значит, нужно починить её, иначе они придут ещё.

– Понимаю. Но почему ты говоришь это мне? Поговори с Делегатом, подай жалобу. Задача Стражей – убивать монстров, а не чинить колодцы.

– Я знаю. Но меня не послушают, я всего лишь обычная горожанка. Если жалоба поступит от Стражей, они, возможно, быстрее отреагируют.

Стражница склонила голову.

– Понимаю, – повторила она. – Посмотрим, что я смогу сделать.

Акслин благодарно кивнула и продолжила свой путь. Она не обернулась, чтобы посмотреть, как Стражница встретилась с Ксейном в конце улицы.

– Не стоит так много говорить с этой гражданкой, Рокс, – заметил он походя.

– Почему? Я ничего не имею против неё, для меня она ещё одна гражданка. Не то, что для тебя, насколько я вижу, – добавила она, прежде чем Ксейн успел что-то сказать. – Я знаю, что она часть твоего прошлого, из эпохи, предшествовавшей Бастиону.

Он хотел возразить, но она не закончила.

– У всех нас есть прошлое, Ксейн. Но мы оставили это позади, когда стали Стражами. И ты не исключение.

Он отвёл взгляд и сжал губы.

– Она для меня ничего не значит.

– Тогда докажи это и перестань вести себя перед ней как беспомощный ребёнок.

Ксейн сумел изобразить улыбку.

– Мне не нравится, что она влезает в нашу работу, вот и всё.

– Не волнуйся так об этом. Если она мешает или создаёт угрозу общественной безопасности, власти рано или поздно вмешаются. Но это не наша забота.

2

Рынок у Стены работал круглый год, в отличие от сезонных базаров в других местах. Купцы, торговавшие здесь, часто менялись, как и их ассортимент. Но были и те, кто торговал постоянно, – купцы, владевшие магазинами в центре Цитадели, держали и здесь, на рынке, небольшие лавки.

Как только у Акслин появлялось свободное время, она шла на рынок. Правда, покупала что-нибудь редко, но любила общаться с новыми продавцами, расспрашивать их о путешествиях и собирать информацию о родных деревнях вновь прибывших жителей Цитадели. Так она расширяла свои познания.

За последние несколько месяцев она поговорила с несколькими Стражами и расспросила их о монстрах. Большинство из них были не слишком общительны, но находились и те, кто был готов поболтать и поделиться информацией. Иногда её приглашали дать совет. Акслин всегда старалась приехать, но только когда Стражи закончат работу, чтобы не пересекаться с ними.

Разрешат ли ей присутствовать при уничтожении монстра или при расследовании его преступлений, зависело от конкретной команды Стражей. Одни не видели в присутствии Акслин ничего плохого, если монстр уже был мёртв. Другие, напротив, просили её покинуть место происшествия. Спокойно, но твёрдо.

В последнее время у Акслин складывалось ощущение, что лояльных к её присутствию Стражей становится всё меньше. Обычные люди, наоборот, стали чаще обращаться к ней за советом. К тому же Акслин видела, что, несмотря на все усилия Стражей, атаки монстров становились чаще.

Через несколько дней после встречи с Ксейном в доме, куда проник мокроступ, Акслин неторопливо прогуливалась по рынку, разглядывая прилавки. Особенно её интересовали лавки травников: она пыталась воссоздать коллекцию ядов, которую ей пришлось продать по прибытии в Цитадель. Власти разрешили ей оставить арбалет, потому что она продемонстрировала навыки стрельбы, но хранить яды ей запретили. Акслин знала, что может нарваться на неприятности, если пойдут слухи о её интересе к опасным веществам, поэтому покупала она лишь отдельные ингредиенты и в небольших количествах.

В тот день она уже собиралась уходить, как на пути ей встретилась женщина.

– Простите… вы та девушка, которая работает в библиотеке? – спросила она. Акслин остановилась и кивнула. – Я слышала, что Стражи убили мокроступа в колодце в новом районе. Это правда?

Акслин не знала, что сказать. Раньше она бы, не раздумывая, всё рассказала, как есть, считая, что любая информация о монстрах может быть полезной. Но в последнее время некоторые Стражи начинали злиться, когда она делилась подробностями их работы, и Акслин не хотела давать им повод не допускать её на места происшествий.

– Мы с семьёй переезжаем туда на следующей неделе, – продолжала женщина. – Мне нужно знать, правда ли, что там есть монстры.

Акслин вздохнула. Утаивать печальный факт было неправильно.

– Был один мокроступ, но его уже нет. Он проник в город через колодец, но уже дано распоряжение о ремонте.

В глазах женщины всё ещё был страх.

– Он утащил девочку, не так ли? – тихо спросила она.

– Да. Но он уже мёртв и больше никого не утащит.

Женщина покачала головой.

– Мы с семьёй приехали в Цитадель, спасаясь от монстров, напавших на нашу деревню, – пробормотала она. – Живём здесь уже два года. Мой муж и старший сын каждый день работали от рассвета до заката на строительстве нового квартала, чтобы у нас была возможность получить свой дом чуть раньше. Наконец очередь дошла до нас. Нам предоставили жильё в одном из домов, построенном моими мужчинами, но если там есть монстры… То какой в этом смысл?

Акслин хотела сказать, что в Цитадели нет монстров, но вспомнив следы мокроступа у кровати похищенной девочки, не смогла соврать.

– Туда могут проникнуть монстры, но их гораздо меньше, чем в любом анклаве за воротами. Цитадель – гораздо более защищённое место, чем деревня, из которой вы уехали. И здесь есть Стражи.

Женщина вздохнула.

– Иногда даже Стражи не приходят вовремя. В прошлом месяце в южном секторе убили сонного, но он всё же успел сожрать трёх человек, пока они спали.

– Правда? – удивилась Акслин. – Я о таком не слышала. Может, это просто слухи.

– Это больше, чем просто слухи. Один из умерших мальчиков был другом моего сына. И это ещё не всё, – добавила она. – Ходят слухи, что во втором круге нескольких детей утащили зубастики.

Акслин побледнела. Когда-то давно в её родной деревне зубастики убили маленького мальчика, за которого она отвечала. Она не смогла его спасти. В самых страшных ночных кошмарах она слышала крики Пакса.

– …а ещё говорят, что в садах первого круга есть плевальщики и шипастые, – продолжала женщина.

Девушка в сомнении покачала головой.

– Этого не может быть! – возразила она. – Конечно, есть вероятность, что какому-нибудь монстру удастся проникнуть в третье кольцо, преодолев стену и обойдя Стражей, но и первый, и второй круги полностью безопасны.

– Прошлой весной владелец таверны в западном секторе нашёл шипастого в своём подвале, среди пивных бочек. Он успел вовремя убежать, закрыть дверь и предупредить Стражей, но…

Акслин кивнула. Она знала эту историю, и это было правдой.

– Во всяком случае, это точечные атаки, – напомнила она. – И половина из них – выдумка. Людям монстры везде мерещатся всякий раз, когда они слышат, что Стражи кого-то ловят. Несмотря ни на что, Цитадель – самое безопасное место в мире.

Женщина смотрела на неё с сомнением, но Акслин говорила очень уверенно. Она много путешествовала, многое видела и знала, что говорит.

Её собеседница вздохнула и опустила плечи.

– Хорошо, – сказала она. – Так мы можем поселиться в новом районе?

– Насколько я знаю, да. – Акслин заколебалась на мгновение, прежде чем добавить: – Впрочем, пока колодец не починят, было бы разумно на ночь оставлять горящим камин и разжигать жаровни в спальнях.

Женщина подняла взгляд на палящее солнце, светившее над Цитаделью, но спорить не стала, поблагодарила девушку и пошла вниз по улице.

Акслин поняла, что опаздывает, и зашагала быстрее, стараясь укрыться от солнца в тени высокой стены. Зимой из-за стены в этом районе было холодно, сыро и тёмно, зато летом она становилась настоящим спасением.

Когда девушка была вынуждена выйти под палящее солнце, она подумала о Стражах, охраняющих зубчатую стену. Подняв глаза, Акслин увидела на вершине стены неподвижный силуэт одного из них. В руках у Стража было копьё, и Акслин вновь подумала о Ксейне. Но с такого расстояния было невозможно понять, он это или или нет. Вряд ли. Многие Стражи были вооружены копьями. Насколько она знала, в Бастионе их обучали одинаково хорошо владеть всеми видами оружия, и только уже на службе они выбирали одно или два основных.

Она вздохнула и продолжила свой путь. Надо было переставать думать о Ксейне. Когда-то она верила, что они снова могут быть вместе или, по крайней мере, станут друзьями, но со временем она всё больше убеждалась, что он решил забыть и её, и прошлое вообще.

И всё же ей бы хотелось, чтобы его сердце замирало, когда он видит её на улице или у ворот. Она хотела бы перестать искать его в каждом Страже, чтобы он не снился ей каждую ночь. В конце концов, Акслин сама его оставила, чтобы продолжить путешествовать. Они пообещали друг другу, что снова встретятся, а потом она тосковала целый год, когда Стражи Цитадели силой забрали его в Бастион, и от него не было вестей.

Но Ксейн был жив, в порядке и, кажется, нашёл своё место в жизни – среди Стражей. И в этой его новой жизни не было места для Акслин. Почему он изменился? Может быть, его заставили? Прошло уже много времени, но разгадать эту загадку Акслин так и не смогла. Возможно, он сам решил забыть её. Если это так, то есть ли у неё право пытаться его переубедить?

Девушка вздохнула. Думать об этом было бессмысленно, тем более, появились другие важные вопросы, требовавшие её внимания.

Например, то, что сказала женщина на рынке. Акслин жила во втором круге, и её беспокоило, что монстры смогли пробраться туда. Это было очень странно: они могли преодолеть внешнюю стену и перехитрить Стражей в третьем круге, первом от Стены, но считалось, что для монстров практически невозможно преодолеть вторую стену и не попасться. Она могла бы поговорить со Стражами, но чувствовала, что они не захотят отвечать на вопросы. Если атаки монстров во втором и даже в первом круге бывали, то кто-то об этом точно знает.

Акслин, не обращая внимания на жару, пошла по улицам Цитадели в направлении ворот, разделяющих третье и второе кольца. Со стены за ней наблюдал Ксейн.

* * *

В то утро его поставили охранять стену. Это было не самым приятным занятием. Стражи страдали от жары летом, мёрзли зимой и жутко скучали в любое время года. Но, как они сами говорили, кто-то должен был это делать.

Для молодых Стражей, таких как Ксейн, работы было предостаточно. Каждый день он патрулировал улицы, охранял ворота или следил за городом с высокой стены. Кроме того, он продолжал своё обучение в Штабе Стражей, где его поселили в небольшой аскетично-безликой комнате, такой же, как и у его сослуживцев всех рангов, включая высшее командование.

Иногда его отправляли в Дикие Земли охотиться на монстров, или в какой-нибудь близлежащий анклав, где монстры мешали людям жить. Ксейн любил такие вылазки. Они позволяли ему не потерять навыков борьбы с монстрами, но главное – он мог покинуть стены Цитадели.

На самом деле он неплохо себя чувствовал, будучи Стражем Цитадели. У него была команда, члены которой прошли ту же подготовку, что и он, и обладали теми же способностями, он постоянно был занят. Да и после учёбы в Бастионе служба в Цитадели казалась скорее отдыхом, если бы не высоченные стены, сотни зданий, люди, люди повсюду и невозможность выйти на улицу, когда хочется. Ксейн рос в обществе единственного человека – своей матери. И у них в деревне не было даже нормального забора. Цитадель давила на него.

Когда он охранял стену, то мог смотреть вдаль и представлять, насколько на самом деле огромен мир. В Бастионе его учили в основном охотиться на монстров. В Цитадели он получал и другие знания. Он впервые увидел карты, на которых были нарисованы все известные территории, и в их центре стояла Цитадель. Теперь, когда он смотрел со стены, то знал, что на севере простирались Дикие Земли, где жили только монстры, и единственное, что осталось от цивилизованного мира, – Бастион, в котором обучались будущие Стражи. Ему рассказывали, что в ясные дни со стены можно было рассмотреть на горизонте очертания Бастиона, но, как бы он ни старался, ему удавалось различить лишь горные вершины.

На юге всё было по-другому. Ксейн узнал, что в этом направлении простираются Цивилизованные Земли, где много укреплённых деревень, связи между которыми развиваются благодаря Цитадели и защите Стражей. Крупные поселения даже охранялись небольшими постоянными гарнизонами. Он мечтал когда-нибудь отправиться служить в один из них. Говорили, что жизнь там более спокойная и мирная, но атаки монстров всё равно случались, и поэтому присутствие Стражей было необходимым.

На восточном горизонте возвышалась огромная горная цепь, которую Стражи называли «Последней Чертой». Что простиралось за ней, Ксейн не знал. Известно было только то, что по ту сторону горного хребта обитают самые страшные монстры, с которыми они когда-либо сталкивались, и что Стражи охраняют от них перевалы и ущелья, через которые можно добраться до Цитадели. Ксейн знал, что там служат только самые опытные бойцы. Для молодых выпускников вроде него это было слишком опасно.

Как-то утром его отправили патрулировать внешнюю стену в западном секторе. Отсюда уходила длинная дорога, которая шла сначала до Клетки, а дальше связывала с большим миром затерянные деревни. Цитадель прилагала много усилий, чтобы превратить этот регион во что-то похожее на Цивилизованные Земли юга. Территории, простиравшиеся между Клеткой и Цитаделью, были лучше защищены: в тамошних деревнях размещались гарнизоны Стражей. Но чем дальше на запад, тем опаснее была жизнь. Ксейн, рождённый в западных землях, по собственному опыту знал, что там монстры до сих пор разрушают целые деревни. Из-за них отдалённые анклавы были отрезаны от остального мира и люди оттуда добирались до цивилизации крайне редко.

Иногда в Цитадели думали, что последние западные анклавы пали, но потом кто-нибудь всё же приходил оттуда с сообщением: оставшиеся ещё держатся, хотя и находятся на волосок от гибели. Ксейна учили, что однажды Стражи Цитадели отправятся на запад, чтобы помочь этим людям бороться с монстрами; однако сначала нужно обезопасить столицу, защитить близлежащие анклавы и укрепить оборону «Последней Черты» на востоке. И Ксейн понимал, что, по всей вероятности, отрезанные деревни на западе падут задолго до того, как Стражи придут им на помощь. Акслин была родом из тех земель и много рассказывала ему о жизни там.

Он потряс головой, чтобы не думать о ней. Ксейн часто смотрел на длинную дорогу, ведущую на запад. Ту самую дорогу, по которой Акслин пришла из далёкой деревни в Клетку, а оттуда в Цитадель. Это были времена, когда он восхищался ею: она пришла издалека, была красивой, умной и смелой. Он влюбился в неё, как дурак. Но это было давным-давно, задолго до того, как он понял, как устроен мир на самом деле. До того, как он узнал о её предательстве.

Западная дорога всегда была очень оживлённой, и, возможно, поэтому рынок у стены успешно работал именно в этой части города. Из западных деревень приезжали галантерейщики, торговцы всякой всячиной и множество людей, которые надеялись найти в Цитадели лучшую жизнь. Охранять стену в этом секторе было интереснее, чем в других местах. Ксейн должен был следить не только за дорогой и территорией за стенами, но и за тем, что происходило внутри.

И вот, когда Ксейн следил сверху за порядком, он увидел её. Узнал по походке, увидел, как она остановилась, чтобы поговорить с женщиной, затем продолжила свой путь. И невольно вздрогнул, когда она подняла голову и посмотрела на стену. Но узнать его наверху было практически невозможно. Акслин пошла дальше, а Ксейн ещё долго смотрел ей вслед. Рокс была права, подумал он, нужно оставить эту историю в прошлом. Мысли об Акслин не должны его беспокоить. Давным-давно, в первые недели пребывания в Бастионе, он отдал бы всё, чтобы увидёть её снова, чтобы быть с ней рядом, а теперь единственное, чего он хотел, – не видеть её больше никогда. Он смирился с тем, что время от времени приходится пересекаться с нею на улице. В конце концов, она гражданка Цитадели. Но он терпеть не мог, когда она вмешивалась в дела Стражей. Было время, когда интерес Акслин к монстрам делал её особенной и привлекательной в его глазах, но теперь, когда Ксейн посвятил себя борьбе с чудовищами, любопытство девушки ужасно раздражало его. А кроме того, ему не нравилось, что всё связанное с ней по-прежнему бередило его чувства.

Наконец он повернулся спиной к Цитадели и стал смотреть за горизонт, решив больше не думать об этом. Его история с Акслин осталась в прошлом. Он не испытывал ни малейшего желания начинать всё с начала.

* * *

Подойдя к библиотеке, Акслин как всегда, в надежде увидеть Ксейна, бросила взгляд на большие решётчатые двери Главного штаба Стражей, возвышавшегося через дорогу. На камне над входом в здание штаба была вырезана огромная эмблема: глаз и лабиринт, символизирующие бдительность Стражей во всех уголках Цитадели. Акслин показалось, что глаз с упрёком смотрит на неё. Она тряхнула головой и отвернулась.

У входа в библиотеку её внимание привлекла девушка со сложной причёской и в вызывающе ярком платье, каких здесь не носили. Казалось, она кого-то ждёт. Акслин предположила, что девушка пришла из старого города – первого круга, где живут самые состоятельные и уважаемые люди Цитадели. Раньше в библиотеке таких посетителей не встречалось. Конечно, все жители первого круга умели читать – центр Цитадели был самым благополучным и развитым местом в мире, но они никогда не приходили за книгами лично: присылали помощников и слуг.

Девушка поймала взгляд Акслин и повернулась, словно хотела что-то сказать, но тут же передумала. Акслин заметила её огромный живот и подошла.

– Вы кого-то ищете, гражданка? – спросила она. – Я могу вам помочь?

Девушка на несколько секунд замешкалась, но отрицательно покачала головой.

– Нет, я просто… просто гуляла.

Акслин не уходила. На девушке были неудобные туфли, в таких не погуляешь по длинному многолюдному проспекту, соединявшему библиотеку и Старый город, особенно на большом сроке беременности. Может, конечно, она доехала в карете, но почему сюда, а не в большой тенистый сад в центре? Нелогично.

– Хочешь зайти и отдохнуть внутри? На улице жарко. Мы можем предложить тебе прохладной воды.

Девушка заколебалась и, казалось, уже готова была принять предложение, но вновь отказалась.

– Нет, большое спасибо. Я ещё немного погуляю здесь.

Акслин хотела было настоять, но передумала: у людей из Старого города свои причуды.

Она зашла в библиотеку, вдохнула запах книг и почувствовала себя дома. Посетителей в зале было мало. Большинство переписывали книги для пополнения частных коллекций, в основном для жителей центра. Акслин махнула рукой и улыбнулась одному из завсегдатаев – рыжеволосому парню, регулярно приходившему за философскими трактатами, стала искать глазами Декса, но не нашла. Она увидела мастера Приксию, погрузившуюся, как обычно, в чтение толстого тома. Подойдя, Акслин деликатно покашляла, чтобы привлечь внимание. Библиотекарь подняла голову и посмотрела на девушку поверх очков.

– Прости, что беспокою тебя, мастер, – сказала Акслин. – Декс сегодня не приходил? Он сказал, что привезёт мне новый бестиарий.

Приксия удивилась.

– Да, конечно. Ты его не видела? – Акслин покачала головой. – Сегодня он пришёл раньше меня и сказал, что задержится допоздна, потому что у него много работы. Поищи его, он не мог уйти.

Но Декса нигде не было. Акслин даже спросила привратника, не видел ли он её коллегу. Тот ответил отрицательно. Правда, Акслин не слишком полагалась на его слова, так как знала, что он любит днём вздремнуть.

– У него появилось какое-то неотложное дело, – сказала мастер Приксия, когда девушка сообщила, что так и не нашла Декса.

Акслин вообще не придала бы значения отсутствию Декса, если бы он ушёл, не оставив обещанного бестиария. Это было не похоже на него.

Девушка занялась рутинными делами: разобрала книжные полки, помогла писцу с поиском нужного фолианта, а затем продолжила свою работу.

Книга, которую она писала во время путешествия, была недостаточно полной и требовала доработки. Когда-то Приксия убедила Акслин, что её знания, собранные во время путешествия, уникальны. Теперь их нужно было систематизировать и дополнить сведениями из бестиариев, собранных в библиотеке Цитадели.

Каждый день она отводила на это время, делала новые заметки, рисовала иллюстрации, совмещая в одном труде сведения из различных источников. Результатом должно было стать полное исследование, которое включало бы как знания Стражей, так и народную мудрость – информацию, собранную в деревнях и анклавах. Всё это в одном томе.

К окончанию рабочего дня Декс так и не вернулся. Акслин забеспокоилась: её друг мог быть безалаберным, но он обожал свою работу. Может быть заболел?

На следующее утро она увидела его в библиотеке, сосредоточенного и улыбчивого, как обычно. Он отдал Акслин бестиарий, и выглядел совершенно здоровым, так что она предпочла не придавать особого значения его внезапному исчезновению накануне.

3

Рокс зарядила ещё одну стрелу. Ксейн знал – она предпочитает оружие ближнего боя: топор или мачете, но бородавчатых лучше было атаковать на расстоянии. К тому же, Рокс неплохо владела и луком.

Она следила за монстром с вершины строящегося здания, на которое смогла забраться без особого труда. Бородавчатый посмотрел на неё снизу и обнажил клыки. Он был размером с большую собаку, мех его был покрыт яркими пятнами пяти цветов – у него не было шансов остаться незамеченным.

Ксейн приказал ошеломлённым рабочим отойти.

– Назад, назад… Яд бородавчатых может разлетаться очень далеко, – предупредил он.

Ксейн мог разглядеть скрытые под ярким мехом пустулы – пузыри, наполненные ядом. Рабочие не видели их, но обученному Стражу те сразу бросались в глаза. Издалека они казались простыми безобидными прыщиками, но когда пустулы набухали, то могли стрелять едким веществом, оставлявшим на телах жертв ужасные раны. Немногие простые люди выжили после встречи с бородавчатым, и почти все оставшиеся в живых были до конца жизни покрыты болезненными незаживающими язвами.

Рокс выпустила стрелу, бородавчатый попытался увернуться. И всё же стрела попала ему в бедро. Тут же из нескольких пустул брызнул яд.

– Назад! – повторил Ксейн. Он повернулся спиной к рабочим и двинулся к монстру, держа копьё наготове. Над их головами Рокс снова зарядила лук, не отрывая взгляда от бородавчатого, который пытался вырвать стрелу. Немногие монстры сдавались после первого выстрела.

Ксейн с криком бросился к бородавчатому, чтобы привлечь его внимание. Существо повернулось, рыча сделало несколько шагов назад и прижалось к земле, собираясь напасть.

Но Ксейн был быстрее. Один прыжок – и он уже над монстром, готовый атаковать его сверху. Копьё воткнулось монстру в живот и откинуло его назад. Бородавчатый попытался удержать равновесие, воя от боли и истекая кислотой. Он повернулся к противнику, который перекатывался по земле, чтобы вскочить после прыжка. Сосредоточившись на Ксейне, монстр перестал обращать внимание на Стража на крыше и, повернувшись, снова оказался на виду. Рокс выстрелила ещё раз.

Стрела вонзилась в голову бородавчатого ровно между глазами, тот тут же упал на землю ногами кверху, а его тело выпустило полдюжины кислотных струй. Два Стража благоразумно держались в стороне и внимательно наблюдали за тем, как монстр умирает. Ксейн взялся за кинжалы, а Рокс зарядила третью стрелу – на всякий случай.

В этом не было необходимости. Последняя судорога, и бородавчатый умер.

Рабочие начали аплодировать, но Стражи ещё некоторое время стояли с оружием наготове, чтобы убедиться, что монстр точно мёртв. Наконец Рокс опустила лук и одним прыжком вернулась на землю, а Ксейн подошёл к рабочим.

– Не подходите близко, – предупредил он. – Даже мёртвый он очень опасен.

– Вы оставите его тут? – взволнованно спросил начальник бригады. – Нам пора возвращаться к работе, и мы потеряли двух человек…

У него сорвался голос. Он бросил взгляд в угол, где лежали два тела: одно – не слишком изувеченное, рабочего, который имел несчастье первым столкнуться с бородавчатым, второе – изуродованное до неузнаваемости – практически без кожи, принадлежало его коллеге, пытавшемуся прийти на помощь.

Ксейн взглянул на небо – солнце клонилось к закату.

– Будет лучше, если вы пойдёте по домам, – согласился он. – Темнеет, а нам ещё надо здесь закончить.

– Завтра утром трупа монстра тут уже не будет, – пообещала Рокс, подходя к ним.

Им потребовалось немного времени, чтобы уговорить рабочих уйти. Помогли им трое других Стражей, которые прибыли с ближайшего поста. С ними был капитан Салакс.

Ксейн и Рокс переглянулись.

– Докладывайте, – сказал начальник.

Рокс кратко рассказала о случившемся, и капитан согласно кивнул.

– Вы нашли ещё чьи-нибудь следы в окрестностях? Бородавчатые редко нападают в одиночку.

Он обращался к обоим, но снова ответила Рокс, а Ксейн молчал. Они давно договорились, что будут делать именно так: Рокс была образцовым Стражем, а Ксейн, доставивший неприятности в прошлом, предпочитал не привлекать к себе внимания. Капитан Салакс хорошо знал послужной список обоих.

– У нас ещё не было возможности осмотреть местность, сеньор.

Он снова кивнул.

– Хорошо. После ужина – ваша смена?

– Сегодня вечером нет, сеньор.

– Ну, теперь ваша. Помогите тут всё убрать. Затем мы соберём патрули и осмотрим район: нет ли тут бородавчатых. И мы усилим охрану, по крайней мере на эту ночь.

Рокс и Ксейн кивнули без сопротивления. Они знали, что останутся без сна, и, вероятно, без ужина, но жизни обитателей квартала были важнее.

Для начала нужно было убрать труп монстра, что было опасно даже для Стражей и доставить тела жертв семьям. Этим занялись прибывшие на место происшествия Стражи. Рокс и Ксейна же отправили патрулировать окрестности, что для них было большим облегчением: Стражи были не слишком сентиментальны, и большинству из них в принципе не приходилось общаться с обычными людьми, а тем более утешать родственников погибших.

– Как хорошо, – шутливо сказал Ксейн, когда они с Рокс шли вниз по улице. – В конце концов, мы всё ещё можем получить немного ожогов, да?

Она пристально посмотрела на него.

– Ты точно должен был перепрыгивать через него? Он мог попасть в тебя кислотой.

Ксейн пожал плечами.

– Ты ведь его застрелила, да? Рокс, расслабься. Всё прошло хорошо.

– Сегодня – да; завтра – кто знает.

– Думаешь, я слишком рискую?

– По-моему, ты бравируешь. Вы, мальчики, любите выпендриваться. И когда-нибудь ты забудешь постричься.

Ксейн улыбнулся. Это выражение было из тех деревень, на которые нападали длиннопалые, и обозначало беспечного человека. Однако это было известно не всем. Он узнал это от Акслин.

– Мне нравится делать то, что я делаю, – ответил он. – Может быть, я слишком эмоционален, но что в этом плохого? Это нормально, что хотя бы один из двоих иногда улыбается, для разнообразия.

Она бросила на него взгляд, полный упрёка. Ксейн вздохнул.

– Рокс, у тебя нет чувства юмора.

– А у тебя нет чувства самосохранения.

Ксейн не обиделся. Конечно, у них с Рокс случались разногласия, но в ответственных ситуациях они были эффективной командой, именно поэтому им часто приходилось вдвоём патрулировать улицы, наблюдать на постах или ходить в разведывательные миссии. Ксейн понимал, что новобранцы-выпускники обычно работают вместе с более опытными Стражами, но в случае с ними начальство, похоже, сделало исключение. В конце концов, Рокс и Ксейн были единственными из выпуска, кто закончил обучение в Бастионе с отличием. Они пережили ту мясорубку, в которую попали их бригады, и сделали это вместе. Ксейн не знал, возникла ли слаженность их действий во время боя сама собой или была результатом их обучения в Бастионе. По правде говоря, ему было всё равно. В разных миссиях он работал и с другими товарищами по команде, и у него хорошо получалось сотрудничать с кем угодно – все Стражи были дисциплинированны и профессиональны, но с Рокс он чувствовал себя гораздо комфортнее. И она, несмотря ни на что, чувствовала то же самое.

* * *

Акслин снимала комнату на втором этаже в двухэтажном доме, который когда-то принадлежал большой семье. Но дети выросли и разъехались, оставив комнаты пустыми. Хозяйка дома, теперь уже вдова, сдавала их в основном молодым и одиноким, таким как Акслин, которой досталась самая маленькая из комнат. Поскольку она почти всё время проводила в библиотеке, больше ей было и не нужно.

Когда девушка вернулась домой, хозяйка, подметавшая порог, остановила её:

– Ты сегодня опоздала, Акслин. Не стоит так задерживаться.

Она знала, что хозяйке не нравится, когда она выходит из дома после заката. С одной стороны, такая забота была ей приятна, с другой – иногда раздражала. Акслин много путешествовала, и, за исключением Клетки, любое место, куда она попадала, было в сто раз опаснее, чем ночная прогулка по Цитадели. Даже в родной деревне, просто выйти из дому среди дня было гораздо рискованнее. Но эта женщина переживала: она видела очень молодую хромую девушку, которой следует быть осторожной. Акслин старалась не реагировать на замечания хозяйки, но иногда ей это удавалось с большим трудом.

– Ничего не случится, Максина. Мы живём в Цитадели, здесь нет монстров. Стражи защищают нас, помнишь?

Хозяйка покачала головой.

– Иногда они приходят и убивают, ты же знаешь. Не мешает быть осторожнее.

Акслин подумала, что это уже второй человек за несколько дней, который говорит об одном и том же. Она уже больше года живёт в Цитадели, всё время обращает внимание на то, насколько беззаботны её жители, особенно в центральных округах. Как будто монстры были не реальностью, а вымышленными существами, которые появлялись только в кошмарах и там и оставались.

В последние недели, однако, у неё было ощущение, что число нападений растёт. А вместе с ними и страх горожан. И их недоверие.

– Ты опять пытаешься напугать Акслин, мама? – вмешался младший сын хозяйки, единственный, кто ещё жил с ней. – Не получится. Она видела гораздо больше монстров, чем ты и я вместе взятые.

Максина вздохнула.

– В том-то и проблема – она считает себя Стражем. И когда-нибудь это приведёт к неприятностям.

Акслин бросила на неё тревожный взгляд. Максина особенно много жаловалась и причитала, когда происходили новые нападения монстров.

– Что-то случилось, пока меня не было? – спросил она.

Женщина отрицательно покачала головой.

– Что?.. Нет, совсем нет…

– Бородавчатые проникли во внешнее кольцо, на строительную площадку, – сообщил её сын.

Максина посмотрела на него с упрёком.

– Ты не должен говорить о таких вещах!

– Почему? Акслин это интересно. Посмотри, как у неё заблестели глаза.

– Именно поэтому и не должен. Мне это не нравится. Ей следует найти честного, трудолюбивого молодого человека, создать с ним семью и…

– Возможно, когда-нибудь это произойдёт, Максина, но не в ближайшем будущем, – решительно прервала её Акслин.

– Если ты и дальше будешь гоняться за монстрами, ты можешь не дожить до воплощения этих планов, девочка, – возразила Максина.

– Мама, оставь её в покое, она уже достаточно взрослая, чтобы отвечать за себя. Ты видела бородавчатых? – с интересом спросил мальчик.

По правде говоря, Акслин никогда не видела бородавчатых вблизи. Они были великолепно описаны в некоторых бестиариях из библиотеки, но это совсем другое.

– Не думаю, – ответила она. – Уже поздно, я устала.

Максина удовлетворённо кивнула. Акслин попрощалась с ними и поднялась к себе в маленькую тесную комнату, в которой помещались только топчан, стол, стул, сундук и маленькая жаровня, которую в это время года она использовала только для разогрева еды, купленной в уличных ларьках или приготовленной Максиной. Но в тот день у неё не было времени на ужин. Она вынула из сумки библиотечные книги, на их место положила блокнот, перо и чернильницу, чтобы делать заметки, и уголь, чтобы рисовать. После минутного колебания Акслин открыла сундук и долго копалась в нём, пока не нашла мешочек с листьями мяты и не добавила его к набору.

Бросив задумчивый взгляд на свой арбалет, лежащий в углу, Акслин решила не брать его с собой. Некоторым Стражам не нравилось видеть вооружённую девушку на улицах города, а ещё только наполовину застроенная территория во внешнем кольце была достаточно безопасной. Кроме того, если новость о бородавчатых дошла и сюда, Стражи наверняка уже разобрались с ними.

Она закончила собирать сумку, перекинула её через плечо и пошла вниз по лестнице. Прежде чем выйти, она осторожно оглядела двор и увидела, что Максины нет. Акслин вышла из дома и пошла, хромая, вниз по улице по направлению к внешнему кольцу.

* * *

Рокс и Ксейн обошли свою территорию, но не обнаружили никаких следов других монстров. Правда, сейчас там практически никто не жил. Этот был район новостроек для новых жителей Цитадели. Некоторое время назад всех жителей местных лачуг выселили и начали застройку. Когда строительные работы завершатся, улицы вымостят булыжником, здания будут прочными и безопасными, а в районе появятся все удобства, фонтаны, канализация, школа, поликлиника и даже сады. Когда-нибудь всё внешнее кольцо Цитадели будет удобным и красивым – все забудут о лачугах, грязных улицах и выгребных ямах.

Но Ксейн знал: несмотря на стены, районы внешнего кольца ненадежны, монстры могут проникать туда. Центр города и два круга были более безопасны – построены по заранее разработанному плану, который включал в себя не только развитую городскую среду, но и эффективные меры безопасности против вторжений монстров.

Когда их команда вернулась к месту происшествия, Рокс и Ксейн узнали, что их товарищи обнаружили ещё двух бородавчатых, которые прятались в другом строящемся здании, и уничтожили их. Кроме того, они стали свидетелями любопытной сцены: высокий и мускулистый Страж беспристрастно слушал протесты девушки с короткими вьющимися волосами, не пропуская её к месту, где его товарищи продолжали убирать тела монстров. Ксейн вздохнул, увидев её.

– …но ведь они уже мёртвы, не так ли? – настаивала Акслин. – Почему я не могу подойти к ним?

– Бородавчатые опасны, даже когда мёртвы, гражданка, – ответил Страж спокойным голосом, в котором слышалась усталость. Чувствовалось, что он не впервые произносит эти слова.

Акслин недовольно вздохнула: похоже, и она слышит это не в первый раз.

– Я знаю, что он выделяет очень едкое вещество, но…

– Откуда у неё такие знания? – спросила Рокс, которую ситуация, кажется, забавляла.

– Возможно, в последнее время она много читает, – предположил Ксейн.

Когда он пошёл в сторону спорящей со Стражем Акслин, готовый вмешаться, то услышал позади себя голос Рокс:

– Лучше не надо.

Он проигнорировал предупреждение. Почему-то он чувствовал ответственность за Акслин. Он уже просил её не вмешиваться в работу Стражей, но, возможно, был недостаточно убедителен.

– Уже ночь, гражданка, – произнёс он. – Вы должны вернуться домой, прежде чем у нас появится новая работа, которой придётся заниматься.

Он с невольным удовлетворением отметил, что она слегка вздрогнула, услышав его голос. Однако, когда повернулась к нему и пристально посмотрела в глаза, в её голосе звучал металл:

– Я насчитала здесь до полудюжины твоих товарищей, Страж. Сейчас в Цитадели нет более безопасного места, чем это. Кроме вашего штаба, конечно. Ты собираешься отправить меня туда? – спросила она, приподняв бровь.

– Нас волнуют только монстры, – холодно ответил Ксейн. – Так что если ты доставишь нам проблемы, то будешь иметь дело с блюстителями порядка Верховного Правителя. Возможно, ты хочешь провести ночь в одной из тюремных камер? Я лично думаю, что тебе будет лучше в собственном доме, но решать тебе.

Акслин прищурилась.

– Я просто гуляю по городу. Меня не могут арестовать за это.

– Может быть, тебе не объяснили, что зона сейчас перекрыта. Если ты не будешь следовать нашим инструкциям, то мы подадим жалобу блюстителям порядка, и поверь мне, за это тебя могут арестовать.

Она возмущённо сверлила его взглядом. Но он продолжал равнодушно смотреть на неё, скрестив руки на груди.

Наконец, Акслин сдалась. Она подняла руку с блокнотом и сказала:

– Я просто хочу сделать несколько рисунков, Ксейн. У меня нет ни малейшего желания прикасаться к этим останкам.

В этот раз вздрогнул юноша, услышав своё имя из её уст. Но он не позволил этому повлиять на его решение.

– Уходи, гражданка, – настаивал он, – или нам придётся применить силу.

Акслин в ответ тоже скрестила руки.

– Ну, давай, сделай это, – рассерженно сказала она.

Другой Страж сделал шаг вперёд и, наконец, вмешался:

– Такие крайности никому не нужны, гражданка. Мы, Стражи, здесь, чтобы защищать жителей Цитадели, а не сражаться с ними. Пожалуйста, идите домой, а мы продолжим работать. Если вас интересуют бородавчатые, – продолжил он прежде, чем Акслин успела ответить, – вы можете посмотреть бестиарии, хранящиеся в библиотеке в первом круге. Некоторые из них очень подробные…

Ксейн не мог сдержать улыбку, а Акслин взбесилась, убеждённая в том, что они оба смеются над ней. Но она не хотела продолжать спор. Она шутовски раскланялась, повернулась к ним спиной и заковыляла в ночь.

– Она очень расстроилась из-за бестиариев, – прокомментировал Ксейн, всё ещё улыбаясь.

Его напарник был озадачен.

– Почему? Я только хотел помочь.

– Она работает в библиотеке. Занимается переписыванием бестиариев. Или чем-то подобным.

– Ой. Я не знал. Я знаю только, что она очень интересуется монстрами, видел, как она спрашивала о них. Некоторые Стражи позволяли ей подойти посмотреть, но я думаю, что они уже тоже обратили внимание на её слишком явный интерес.

– Это к лучшему, – согласился Ксейн.

Желая прекратить этот разговор, он посмотрел на Рокс, и увидел, что та стоит в стороне, отчитываясь перед капитаном.

Его собеседник попрощался с ним, дружески похлопав по плечу.

– Хорошей службы, – сказал он.

– Хорошей службы, – ответил Ксейн.

– Нам нужно сделать ещё один обход сектора у восточных ворот, – сообщила Рокс, когда капитан ушёл. – Есть опасения, что монстры могли проникнуть туда.

Ксейн кивнул.

4

Акслин так и не пошла домой. Она затаилась за углом дома в соседнём переулке, откуда ей были видны Стражи и стала ждать. Как только она заметила, что Рокс и Ксейн снова отделились от группы, она осторожно двинулась в их сторону, крепко сжимая в правой руке мешочек с листьями мяты. Но потом остановилась, и со вздохом покачала головой.

– Да что уж там, – пробормотала она себе под нос, глядя на сумку с горечью. – В конце концов, я думаю, им это не нужно.

На самом деле, она принесла мешочек для Ксейна. Свой арбалет она оставила дома, да и мяты у неё не хватило бы на всех Стражей, но ей было спокойнее от мысли, что она может дать дополнительную защиту хотя бы ему.

Однако предложить ему помощь и защиту ей не хватало духа. По крайней мере, сейчас. Позволить ему снова издеваться над ней перед его товарищами было бы лишком горько.

Кто-то кашлянул у неё за спиной. Акслин вздрогнула. Обернувшись, она увидела незнакомого мужчину и вспомнила, что уже видела его возле тел погибших.

– Я прораб, – представился он. – Сегодня монстр убил двоих моих людей.

– Мне очень жаль, – пробормотала Акслин, не понимая, чего он хочет.

– Стражи быстро расправились с ним, но… – он замялся, – их не было здесь, когда монстр напал.

– Они не могут быть везде.

– Нет, конечно нет. Просто… должно же быть что-то ещё, что мы можем сделать. Чтобы это не повторилось, я имею в виду. – Глаза его были полны надежды.

Акслин поняла, что он подошёл к ней не случайно и почувствовала себя обязанной его как-то успокоить.

– Это больше не повторится, – заверила она. – Стражи уничтожили всех монстров, а если кто-то ещё прячется, они обязательно найдут и убьют его до рассвета.

Но прораба это не успокоило.

– Мой дом совсем близко отсюда, продолжал он. – У меня жена и двое детей. Младший ещё совсем младенец.

Он снова взглянул на неё с некоторой тревогой, и она вздохнула и посмотрела на мешочек, который принесла Ксейну.

– Вот, – сказала она. – Этого хватит, по крайней мере, на сегодня.

Мужчина взял мешочек, который Акслин протянула ему, и с любопытством понюхал. На его лице отразилось непонимание.

– Это же… Но…

Она улыбнулась.

– Когда я добиралась до Цитадели, – стала объяснять она, – я проходила через анклав, на который нападали бородавчатые. Его жители высадили по периметру мяту и добавляли её в пищу. Выходя в патруль, они натирали кожу листочками мяты. А всё потому, что бородавчатым мята не нравилась. Они держались подальше от деревни, а если могли, то вообще избегали её. Хотя они всё равно нападали на патрули, но если кого-то и съедали, то им становилось настолько плохо, что они не могли атаковать дальше, так у людей появлялся шанс выжить.

Акслин сделала паузу, вспоминая ту деревню. Когда она была там, то пыталась сделать мазь из концентрированного экстракта мяты, чтобы смазывать ею оружие патрульных и часовых. Сами жители не задумывались об этом, да и не хотели приближаться к бородавчатым, поэтому те просто убегали, вместо того, чтобы атаковать. Так что жители той деревушки решили прислушаться к советам Акслин.

Тогда ей не разрешили присоединиться к следующему патрулю, поэтому она не могла увидеть всё своими глазами. Зато потом услышала подробный рассказ, как бородавчатый внезапно напал на патруль, но солдаты сумели убежать, потому что кто-то из них обстрелял монстра стрелами с мятой.

С тех пор Акслин старалась, чтобы в её коллекции всегда был флакончик с мятным настоем. Помогал он справиться только с бородавчатыми, зато готовить его было легко. Поэтому она, не колеблясь, продала настой в первые недели пребывания в Цитадели. Недавно же купила листья мяты у травника, чтобы сделать ещё снадобья, но не успела.

– Сделайте из этих листьев настой и убедитесь, что им пахнет по всему дому, – посоветовала она. – Если поблизости остались бородавчатые, то они сто раз подумают, прежде чем подойти.

Прораб кивнул, немного успокоившись.

– Там мы и сделаем. Спасибо, девочка.

На секунду засомневавшись, девушка добавила:

– Расскажите об этом всем, пожалуйста. Лавка травника сейчас закрыта, но я уверена, что у некоторых соседей есть мята в кладовых.

– Я знаю травника в своём районе, – ответил мужчина, с каждой секундой становясь всё более оживлённым. – Может быть, я сумею убедить его открыть лавку на пару часов, чтобы люди могли купить необходимое.

Акслин вздохнула. Она тоже была знакома с этим травником и уже не в первый раз отправляла к нему обеспокоенных людей за разными ингредиентами. Тот не был против дополнительных клиентов, но никак не мог привыкнуть к тому, что может кому-то понадобиться в нерабочее время.

– Всё будет хорошо, – сказала она. – Доверьтесь Стражам.

Прораб кивнул, но Акслин заметила, как трепетно он прижимал к себе мешочек с мятой.

Уже рассвело, когда Ксейн и Рокс наконец закончили свой обход. Район был под охраной, поэтому им разрешили вернуться в штаб-квартиру. К тому времени тела погибших рабочих уже увезли, а место нападения очистили, как будто ничего и не было. Когда через несколько часов рабочие вернулись, только отсутствие в бригаде их товарищей напоминало о пережитом кошмаре.

* * *

Стражи почувствовали в воздухе странный запах – запах мяты, и Ксейн вздохнул. Он вспомнил, что читал в книге Акслин о бородавчатых и об их нелюбви к этому растению, хотя не видел этого ни в одном другом бестиарии. Молодой человек начал думать, что, возможно, он переоценил знания Акслин, и ему не нравилось то, что она делится ими с другими. Ведь единственной по-настоящему эффективной защитой от монстров была Стража Цитадели. То, что обычные люди искали другую защиту, могло указывать на то, что они не полностью доверяют Стражам.

Как бы то ни было, он ничего не сказал, и вместе с Рокс отправился обратно к первому кругу, где размещалась штаб-квартира. В ночные часы улицы внешнего круга были пустынны. Они встретили только две группы Стражей – одна патрулировала улицы, другая охраняла ворота.

Во втором круге было оживлённее: таверны закрывались поздно, и жители, если хотели, могли спокойно выходить на улицу ночью. Стражей тут было меньше: район считался более безопасным.

Двое молодых людей наконец добрались до предпоследних ворот и пошли размеренным шагом по улицам первого круга. Это был очень длинный день, и они надеялись наконец-то прийти домой, поужинать и проспать пару часов до рассвета. Но вскоре они услышали торопливые шаги за спиной.

– Стражи! Прошу вас, пожалуйста помогите!

Они удивлённо обернулись. Подобные просьбы были более или менее привычными во внешнем круге, хотя часто оказывались ложной тревогой или же чем-то, не связанным с монстрами. Но в первом круге обычно ничего не происходило.

Их позвала девушка, очевидно, служанка из какого-то богатого дома. Она попыталась отдышаться, после чего едва проговорила:

– Стражи, в нашем доме монстр. Вы должны пойти со мной, умоляю.

Рокс и Ксейн переглянулись. Он нахмурился.

– Здесь, в первом круге? Не может тут быть монстров.

– Мы не можем быть абсолютно в этом уверены, Страж, но он убил хозяина дома и напал на его жену, – её глаза наполнились слезами. – Мы заперли его в комнате. Если мы будем и дальше медлить, возможно, он сбежит и сожрёт нас всех.

Ксейн только собрался ответить, но Рокс опередила его:

– Мы посмотрим. Если человек и правда умер от чего бы то ни было – это не может ждать.

Её напарник помедлил, но всё же, кивнул:

– Мы пойдём с тобой.

Молодая женщина привела их к трёхэтажному дому, расположенному на небольшой площади. Там собралось несколько соседей, обеспокоенных суматохой. Появление Стражей их ещё больше напугало.

– Это чудовище? Это монстр? – спросила расстроенная старуха.

– Возможно, нет, сеньора, – успокаивающе ответила Рокс. – Пожалуйста, граждане, возвращайтесь в свои дома. Мы со всем разберёмся.

Одни послушно отправились домой, другие даже не собирались уходить. Стражи протиснулись сквозь небольшую толпу и последовали за девушкой в здание. Там их встретила подавленная женщина в лёгком элегантном халате поверх пижамы. Её волосы были растрёпаны, а щёки мокры от слёз.

– О, благодарю Верховного Правителя за то, что вы пришли, – выдохнула она.

Закрыв дверь и оставив соседей на улице, она повернулась к Стражам и закрыла лицо руками.

– Что случилось, гражданка? – спросил Ксейн.

– Я почувствовала присутствие чего-то в комнате… оно ко мне прикоснулось, я закричала… И… оно… пыталось заставить меня замолчать, а потом мой муж… мой муж…

Она не смогла договорить и разрыдалась. Ксейн понимал, что толку от расспросов не будет. Он повернулся к служанке и спросил:

– Где он?

– На первом этаже, – ответила она. – В своей комнате. Мы заперли его… и… – прошептала она и побледнела. – И мы заперли дверь. Я пыталась сбить его с ног… – она перевела взгляд на хозяйку, которая уже достаточно успокоилась, чтобы продолжить:

– У неё не получилось. Она не убила его, мы думаем, что он всё ещё там. Мы следим за дверью, она до сих пор закрыта.

– А окно? – спросила Рокс.

– На нём решётки.

– И он всё равно смог влезть туда?

Они обменялись неуверенными взглядами.

– Нет… мы не знаем, Страж.

Ксейн нахмурился.

– Как он выглядит?

Девушка открыла рот, но не смогла ответить. Женщина сказала:

– Мы не уверены.

– Не будем терять время, Ксейн, – настаивала Рокс. – Давай посмотрим, что там такое.

Они пошли наверх. Там, в коридоре, за углом, мальчик лет тринадцати охранял двойную дверь, к которой были прислонены столик, диван и пара стульев. Мальчик вздохнул с облегчением, когда увидел Стражей.

– Всё по-прежнему, матушка. Всё тихо. Может быть, его там уже нет, – с надеждой предположил он.

– Мы скоро узнаем, – сказал Ксейн. – Есть ли ещё кто-нибудь в здании?

– Нет. Мы отправили свекровь и дочь к соседке.

– Мой отец всё ещё там, внутри, – напомнил мальчик. – Пожалуйста, Стражи, вы должны спасти его.

– Мы сделаем всё возможное, – заверила его Рокс. – А теперь я попрошу вас уйти отсюда.

– Но… – хотела возразить мать.

– Пожалуйста, гражданка, – настаивала Страж. – Если это и вправду монстр, то он наша забота.

Наконец им удалось заставить их уйти. Стражи подошли к двери комнаты и стали разбирать баррикаду, которая подпирала дверь.

– Как ты думаешь, что это может быть? – спросил озадаченный Ксейн. – Я не чувствую там никакого монстра. Может быть, он мёртв?

– Посмотрим, – коротко ответила Рокс.

Она была серьёзна как никогда, но Ксейн списал это на усталость. Когда им, наконец, удалось открыть дверь, Ксейн отодвинул её, чтобы войти первым.

– Не будь таким самонадеянным, Ксейн, – предупредила Рокс.

Они вошли в большую комнату, освещённую масляной лампой, в которой стояли две односпальные кровати, накрытые мягкими белыми хлопчатобумажными простынями. На одной из них лежало тело мужчины. Его задушили.

Ксейн подошёл, чтобы осмотреть труп, пока Рокс осматривала каждый угол. Судя по смятым простыням, мужчина умер не во сне. Он пытался отбиться, но ему не удалось. Даже в тусклом свете фонаря отчётливо виднелись фиолетовые следы на шее.

– Это был не монстр, – сказал он Рокс.

Очевидно. Но Ксейн всё ещё не мог прийти в себя, поэтому добавил:

– Его никто не ел, Рокс. Он только убил его. Я думаю, что надо искать убийцу среди людей, а в этом случае…

– Обрати внимание, Ксейн, – перебила она. – Кем бы ни был убийца, он всё ещё в комнате.

– Почему?.. – начал он.

Но тут Рокс указала на маленькое зарешёченное окно:

– Ни один человек не смог бы ни войти, ни выйти через него.

– Ты хочешь сказать, что этого человека убила его жена? – озадаченно спросил Ксейн.

– Помолчи, и дай мне поработать.

Он прищурился и непонимающе посмотрел на неё. Рокс открыла шкаф и, нахмурившись и держа кулаки наготове, стала изучать его содержимое.

– Эй, Рокс, бросай, – настаивал Ксейн. – У нас был сложный день, и мы оба устали. Сообщим блюстителям порядка, пусть этим вопросом займётся правосудие Верховного Правителя. Мы…

Он замолчал на полуслове, потому что Рокс повернулась к нему и как-то странно на него взглянула. В свете лампы её серебряные глаза сверкали неземным зловещим блеском. Она смотрела на него с отвращением, почти с ненавистью… Вдруг Ксейн понял, взгляд её направлен вовсе не на него, а за него. Он не успел обернуться, как она схватила топор и швырнула в цель.

Топор полетел через всю комнату, едва не задев Ксейна. За спиной раздалось что-то похожее на раздражённое шипение.

Когда лезвие топора вонзилось в стену, Рокс выругалась. Ксейн наконец повернулся, но там ничего не было. Ничего, что он мог бы увидеть или почувствовать.

– Рокс, что…

Её взгляд следовал за тем, чего в комнате не было. Внезапно она воскликнула:

– Ксейн, дверь! Ты что, не закрыл дверь?

Он всё ещё был слишком растерян, чтобы ответить. Девушка схватила свой топор и выбежала из комнаты.

Её напарник последовал за ней. Он видел, как она бежала по лестнице на чердак с оружием наготове, и поспешил следом. Рокс вошла в комнату, которая, должно быть, принадлежала молодой горничной. Ксейн попытался догнать её, но она уже выпрыгнула из окна, на котором не было решёток, как и на нижних этажах. Он высунулся из окна и увидел, как напарница лезет по крыше, разбегается и прыгает на соседнее здание.

– Что здесь происходит? – недоумевающе спросил Ксейн и, закрепив копьё на спине, взобрался на подоконник и последовал за Рокс, которая при свете луны гналась с кошачьей ловкостью за чем-то, что видела только она.

5

Он догнал её на крыше. Рокс стояла неподвижно с натянутым луком в руках и целилась во что-то, что, судя по движению кончика стрелы, двигалось по крыше дома напротив.

Хотя Ксейна разрывало от вопросов, он остановился рядом с напарницей и просто молча ждал, пока она закончит свою работу. Рокс отпустила тетиву, и стрела пронеслась сквозь ночную тишину в поисках цели, которую её спутник так и не мог разглядеть. Он проследил взглядом за траекторией стрелы и с удивлением заметил, что та резко остановилась в воздухе и опустилась, как будто действительно вонзилась в какое-то тело и сбила его с ног. Рокс встала, вскинула лук на плечо, разбежалась и одним прыжком оказалась на крыше соседнего здания. Ксейн последовал за ней.

Они, наконец, добрались до места, где упала стрела. Ксейн увидел, что она словно зависла в воздухе всего в пяди от земли. Когда Рокс подошла, стрела слёгка пошевелилась. Девушка без колебаний выхватила топор, и Ксейн снова услышал странное шипение, на этот раз полное страха и боли. Он внимательно наблюдал за стрелой, которая пару раз взмыла в воздух и затем стала окончательно неподвижной.

Ксейн подождал несколько мгновений, пока не увидел, что его спутница расслабилась. Потом спросил:

– Что же это может быть?

Она устало посмотрела на него.

– Когда-нибудь ты должен был узнать об этом, – пробормотала она. – Осмотри его, если хочешь, теперь он уже мёртв.

Ксейн присел на корточки, рядом со стрелой, неподвижно висевшей в воздухе, нерешительно вытянул руку и с удивлением ощутил ещё тёплое тело. Юноша отдёрнул руку.

– Что это? Почему я его не вижу?

– Это невидимый монстр, – ответила она, как будто это было не ясно.

Но Ксейн покачал головой.

– Он не может быть монстром. Я не заметил его присутствия, и он не сожрал свою жертву. Он просто… задушил её. Потому что именно эта штука… что бы это ни было… убила хозяина дома, верно?

– Совершенно верно.

Ксейн снова осторожно дотронулся до монстра. Ощупал тело, пытаясь понять его форму и объём. Существо показалось ему антропоморфным, с гладкой, мягкой кожей, без меха, чешуи, перьев или чего-либо подобного.

– Я хотел бы узнать, как он выглядит, – пробормотал Ксейн и вдруг понял, что Рокс погналась именно за этим монстром. Он с удивлением повернулся к ней. – Ты его видишь, да?

Она подняла взгляд на напарника и ответила:

– Я чувствую только тёмный силуэт. Вот почему мы называем их «тенями», хотя у них есть и другие имена.

Ксейн отвернулся, ошеломлённый.

– Ты можешь видеть его силуэт, – повторил он. – Ты знала, что он там. А я даже ничего не почувствовал.

– Мы, Стражи, не обнаруживаем теней, как других монстров. Вот почему они так опасны.

– Но ты можешь видеть его силуэт, – настаивал Ксейн. – Почему я не могу?

Рокс явно испытывала неловкость.

– Не мне с тобой об этом говорить.

– Почему?! – почти крикнул Ксейн. – Мы столкнулись с монстром, которого я не вижу, не чувствую и о котором мне никто не говорил до сих пор! Ты думаешь, как я буду выполнять свою работу, если даже не знаю, с чем только что столкнулся?

Она вздохнула.

– Не расстраивайся, Ксейн. Существование теней и других невидимых существ – информация, с которой следует обращаться очень осторожно.

Он прищурился.

– Рокс, я твой напарник. Я не знаю, о чём ты говоришь, но ты не можешь утаивать от меня это.

– Это было не моё решение. Мне тоже показалось неблагоразумным хранить этот секрет от тебя. Я сообщила об этом капитану, но он настоял, чтобы я не рассказывала.

Ксейн сел на пол, прислонившись спиной к стене, и закрыл лицо руками.

– Невидимый и неощутимый монстр, – сказал он тихим подавленным голосом. – Не помню, чтобы читал о таком в бестиариях.

– В бестриарии его не включают. Даже в те, что для Стражей.

Он поднял взгляд на неё.

– Почему?

– Потому что то, что написано в бестриариях, может прочитать кто угодно.

Мысль об Акслин промелькнула в его голове, но он быстро отбросил её.

– А почему ты о них знаешь? – продолжал он задавать вопросы.

Рокс опять вздохнула и села рядом с ним. Ксейн не давил на неё. Он знал её достаточно хорошо, чтобы увидеть, что она готова говорить.

– Все Стражи Серебряной Дивизии могут видеть тени, Ксейн, – объяснила она наконец.

Он глубоко вдохнул, удивлённый этим откровением.

– Почему… – начал он, но получил ответ ещё до того, как закончил фразу.

– Потому что мы обладаем особым зрением, – сказала она.

Он повернулся к Рокс. Их взгляды встретились. При лунном свете её глаза были как будто из жидкого серебра.

Ксейн не мог оторвать взгляд. Это откровение ошеломило его, но одновременно и многое объясняло.

В Бастионе их разделили, несмотря на то, что обе дивизии проходили одинаковую подготовку. Этого Ксейн никогда не мог понять, поскольку все Стражи обладали одинаковыми способностями и развивали их одинаково.

Единственное, что отличало их, – это цвет глаз.

И он не был прихотью природы. Это была не просто особенность, которая отличала Стражей от простых людей и друг от друга.

У их глаз была функция.

– Значит, существуют чудовища, невидимые Стражам Золотой Дивизии, – медленно повторил он. – Но Стражи Серебряной могут их видеть. Вас обучили сражаться с ними?

Рокс кивнула.

– Нам рассказали об их существовании в бастионе. У нас была тренировка с одним таким. Его заперли в камере в Яме. Но мы не дрались. Мы просто… учились смотреть.

Ксейн нахмурился.

– Вы не дрались?

– Теней не очень много. Ту тень держали в живых, чтобы показать новобранцам Серебряной Дивизии, – она сделала паузу и добавила: – Возможно, вы даже проходили мимо этой камеры вместе со своим отрядом, не догадываясь, что находится там.

Ксейн вздрогнул.

– Если это монстр, то я должен был его почувствовать. Мы чувствуем присутствие монстров, это же ещё одна из базовых способностей Стражей.

– Монстры Цитадели разные.

Он снова повернулся к ней, широко раскрыв глаза.

– Ты сказала… монстры Цитадели?

Рокс тяжело вздохнула.

– Полагаю, после сегодняшней ночи тебя во всё посвятят, так что ничего страшного, если я сама тебе расскажу, – она замолчала на мгновение, пытаясь привести в порядок свои мысли, а потом продолжила: – Насколько нам известно, тени живут только в Цитадели, хотя в некоторых деревнях были единичные случаи. Они живут среди нас, но видеть их могут только Стражи Серебряной Дивизии. Они не ведут себя так, как большинство монстров, это правда. Они не пожирают людей, как другие монстры. Мы не знаем, чего они хотят на самом деле: иногда они убивают кого-то, но не кого попало. Некоторые считают, что они выбирают своих жертв, следуя какому-то плану, который мы ещё не раскрыли. Другие говорят, что их нападения выборочны, и всё, чего они хотят, – устроить хаос.

– И поэтому, – добавила она, глядя на Ксейна очень серьёзно, – никто не должен знать, что они существуют. Никто.

Он чувствовал себя всё более подавленным.

– Но… сегодня нас могли убить, – возразил он. – Я не понимал, что ты делаешь в той комнате, Рокс. Я был беспомощен, как упырь при дневном свете. Я понимаю, что не могу видёть этих существ, но… если бы я знал раньше об их существовании, моё присутствие не помешало бы. В первую очередь я бы запер дверь, – разочарованно посетовал он.

– Не волнуйся так сильно. На самом деле ничего не произошло. Мы отвезём тело монстра в штаб, а там уже позаботятся обо всём остальном.

Ксейн покачал головой.

– Не могу поверить, что вы держите это в секрете. Серьёзно, Рокс, это риск. Стражи Золотой Дивизии также должны знать о существовании этих монстров, даже если мы их не видим.

Девушка виновато молчала. Ксейн посмотрел на неё, но она отвернулась.

– Что ты скрываешь от меня, Рокс?

Она вздохнула.

– Конечно, Стражи Золотой Дивизии должны знать о невидимых монстрах, Ксейн, – мягко сказала она, – и наставники действуют соответственно.

– Но я не… – начал он озадаченно и замолчал. – Подожди, – вдруг понял он. – Все вокруг знают, да?

– Не все, Ксейн. Обычные люди…

– Я не об обычных людях. Я говорю тебе о Стражах Золотой Дивизии. Из новобранцев бастиона. Монстр их всех подери!

Молчание подтверждало его худшие подозрения, и Ксейн на мгновение разозлился.

– Знают все, кроме меня.

Рокс провёл рукой по его коротким светлым волосам.

– Я тебе уже сказала, что была против.

Он недоумевающе хмыкнул.

– Как такое возможно? Золотую Дивизию тоже к этому готовили? А отряды, в которые я входил? В таком случае…

Она продолжала избегать его взгляда.

– Твой отряд получил специальную подготовку, пока ты выздоравливал, – сказала она вполголоса.

– Выздоравливал?

Воспоминания снова нахлынули на него. Его попытка побега. Наказание. Удар кнута. Удар кнута. Удар кнута.

Он покачал головой, изо всех сил стараясь забыть об этом. Но с дрожью в голосе добавил:

– Мне потребовалось несколько недель, чтобы полностью восстановиться, но я не пропустил ни одного занятия. Пришлось навёрстывать упущенное, чтобы догнать товарищей по команде.

Рокс ничего не ответила.

– Ты хочешь сказать, что меня специально исключили?

– Нам сказали, что ты некоторое время будешь под наблюдением, – пробормотала она. – И никто не должен был говорить с тобой об этом.

Ксейн схватился руками за голову.

– Не могу поверить. Я не могу в это поверить. Я закончил с отличием, Рокс. Ты знаешь это лучше, чем кто-либо. Мы выложились на том экзамене, получили знамёна, мы… были… лучшими в своём выпуске. Нас обучили сражаться с монстрами. Как такое возможно, что они оставили моё обучение незавершённым… специально?

– Только временно. Они боялись, что…

– …что я снова предам Стражу Цитадели, – пробормотал он. – Я совершил ошибку, заплатил за неё сполна и с тех пор я каждый день борюсь, чтобы её исправить. Что ещё мне нужно сделать?

Девушка положила руку ему на плечо, пытаясь успокоить его. Ксейн не пошевелился.

– Подожди, – ответила она. – Ты хороший Страж. Я уже давно попросила капитана позволить мне рассказать тебе о безымянных существах. Я сказала ему, что ты готов, что мы можем тебе доверять. Но он не был убеждён.

– Почему? – спросил Ксейн хриплым голосом.

– Думаю, в основном из-за той девушки, которая занимается исследованиями монстров.

– Акслин, – Ксейн почувствовал, как закипает от гнева. – Но почему? Вы боялись, что я побегу ей всё рассказывать?

– Я этого не боялась. И даже не боюсь этого сейчас. Я знаю, кто ты, Ксейн. Я знаю, что ты один из нас.

Он фыркнул и раздражённо отвёл взгляд.

– Это уже не имеет значения, – продолжала Рокс, – потому что мы наткнулись на тень, и я очень рада, что ты узнал правду. Мне стало трудно принимать меры предосторожности против теней, не имея возможности объяснить тебе, что я делаю.

Ксейн выдавил подобие улыбки.

– А я-то думал, что осматривать каждый угол в поисках монстров – твоё хобби…

– Нет, все мы, Серебряные, так делаем – это часть протокола. Может быть, я немного более добросовестна, – призналась она. – Потому что тени могут прятаться где угодно, и никто не может их обнаружить, кроме нас.

Он вздрогнул.

– Почему простые люди не знают? – спросил он. – Мы никогда не скрывали от них информацию о монстрах. Хорошо, когда они знают, как распознать монстров, чтобы убежать от них и попросить о помощи.

– Они другие. Если бы горожане узнали, что они прячутся среди них и их невозможно обнаружить, это вызвало бы панику. Верховные Правители веками боролись за то, чтобы Цитадель стала безопасным местом, где царит порядок. Обычные люди знают, что нападения могут быть во внешнем кольце, но не в старой части города. Хорошо, что они знают, что всё под контролем. Что мы можем защитить их.

– Но эти монстры могут пробраться куда угодно. Во дворец самого Верховного Правителя. Если бы это стало известно, если бы люди имели хоть малейшее представление о том, с чем мы имеем дело, с чем мы боремся здесь, они бы перестали доверять нам. Весь план по облагораживанию этого места провалится. Мы не можем допустить этого ни при каких обстоятельствах. Никто никогда не должен узнать об этих существах.

Рокс пристально посмотрела на Ксейна своими серебряными глазами, тот серьёзно кивнул.

– От меня никто никогда не узнает, – пообещал он. – Никогда. Ни один обычный человек, в том числе и Акслин. Я предан Цитадели. Я верен Стражам. Клянусь.

– Знаю, – ответила она, улыбаясь.

Ксейн улыбнулся в ответ.

Вместе они встречали первые лучи зари, ласкающие крыши города. Он зевнул и прислонил голову к голове Рокс. Этот простой жест напомнил ей о другой трудной ночи, которую они пережили давным-давно.

– Должно быть, я теряю навык, – заметил он. – Я не чувствовал такой усталости с тех пор, как мы пережили встречу с упырями в горах.

– Нет, то было намного хуже.

– Может, для тебя. Но я только что узнал, что был единственным Стражем, который не подозревал, что есть невидимые монстры. С одной стороны, я чувствую себя глупо, а с другой – как будто меня избили.

– Потише, – прошептала она. Город просыпается, и говорить об этом вслух не стоит.

Ксейн повернулся, чтобы посмотреть на то место, где должна была находиться мёртвая тень. Первые лучи солнца осветили подвешенную в воздухе стрелу, но он по-прежнему не видел тела, в которое она была воткнута. Он вытянул ногу, чтобы потрогать её.

– Она всё ещё там, – улыбнулась Рокс.

– Это очень странно. Что мы будем делать с телом? Оставим его здесь?

– Нет, кто-то может узнать случайно.

Рокс вскочила на ноги.

– Погнали, Страж. Мы и так потеряли много времени, нам есть чем заняться.

Она наклонилась к трупу тени, выдернула стрелу и вытерла её. Ксейна поразил этот жест.

– В крови?

– Да, но его крови не видно.

Она протянула Ксейну руку, чтобы помочь встать. Он взял её и тут же выдернул, заметив, что та мокрая и скользкая. Он посмотрел на свою ладонь, но ничего не увидел.

– А-а-а-а-а-а-а! Что это?

– Кровь невидимого монстра, – усмехнулась она, показывая ему собственную ладонь. Она была чистой и сухой на первый взгляд.

– В конце концов, оказывается, у тебя есть чувство юмора, – проворчал он, вытирая руку о штаны. – Странное и извращённое, но есть.

Рокс подняла тело монстра и взвалила его на плечи. Или, по крайней мере, Ксейн предполагал, что именно это она сделала. Он заворожённо смотрел на неё, когда она повернулась к своему спутнику, подняв руку в странном положении, держа что-то, чего он не мог видеть.

– Ты собираешься оставаться там весь день?

– Он тяжёлый? – с любопытством спросил Ксейн, вставая.

– Не особо. Они высокие, но довольно стройные. Во всяком случае, не очень сильные, хотя быстрые и ловкие.

– Это очень странно.

– Если ты так думаешь, позаботься о семье погибшего. Я отвезу монстра в казарму.

Ксейн совершенно забыл об убитом, его беспокойной жене и молодой служанке.

– И правда! И что им сказать?

– Скажи, что это был человек, вор. Мы не можем допустить, чтобы кто-нибудь заподозрил, что в первом круге есть монстры, – добавила она, понизив голос. – Ты понял, да?

Он кивнул. Рокс, казалось, немного расслабилась.

– Не волнуйся. Скорее всего, к этому времени другие Стражи уже прибудут, чтобы убрать там. Если что, поговори с капитаном, и он позаботится обо всём.

– Придётся признаться ему, что ты мне всё рассказала… – возразил Ксейн.

Рокс рассмеялась.

– О, нет, я тебе не всё рассказала. Но не волнуйся. После сегодняшнего они больше не смогут держать тебя в счастливом неведении. Увидимся позже в столовой, Страж, – попрощалась она, прежде чем отвернуться.

Ксейн смотрел, как она, окутанная рассветными лучами, уходит кошачьей походкой по склону, слегка покачиваясь из стороны в сторону, чтобы сохранить равновесие под тяжестью того, что могла видеть только она.

Он моргнул несколько раз. Ему всё ещё трудно было поверить в то, что она рассказала. С одной стороны, он был расстроен тем, что его держали в неведении, но, с другой, желание доказать, что он заслуживает доверия, достоин носить мундир, было в то утро сильнее, чем когда-либо.

Голова Ксейна гудела от вопросов. Но он был Стражем, поэтому отложил их на потом и, несколько раз перепрыгнув через перила, карнизы и балконы, приземлился на улице, готовый выполнить возложенную на него миссию.

6

Ксейн вернулся на место происшествия в сопровождении двух блюстителей порядка. Пострадавшую семью нашли у соседей.

– Спасибо Верховному Правителю! – воскликнула хозяйка. – Вы уже убили монстра, Страж?

Ксейн глубоко вдохнул и выдал первую ложь из придуманных в то утро.

– Это был не монстр, гражданка, а обычный вор. Мы можем войти?

Он рассказал историю, которую придумали они с Рокс, украсив её подробностями: чужак пробрался в здание через окно комнаты горничной, задушил хозяина, но хозяйской супруге удалось запереть злоумышленника в комнате, где через некоторое время его нашли Стражи.

– И где же он? – очень нервно спросила соседка. – Его уже поймали?

– Он прятался в шкафу и сумел сбежать, как только мы открыли дверь. Мы погнались за ним вверх по лестнице, но он вылез из того же окна, через которое забрался в дом, и сбежал по крышам. Хотя мы преследовали его довольно долго, ему всё равно удалось сбежать.

Женщина плюхнулась на кушетку, ошеломлённая.

– Не может быть! Мы бы его увидели!

– Он был в тёмной одежде, скрывал лицо и очень хорошо маскировался, – сказал Ксейн. – Скорее всего, ему не составило труда раствориться в темноте и сбить вас с толку.

Она продолжала качать головой. Тогда он привёл последний аргумент:

– Тело вашего мужа до сих пор лежит в постели, целое. Если бы его убил монстр, он бы его съел.

Несколько присутствующих кивнули, соглашаясь. Женщина повернулась к своей молодой служанке.

– А ты разве не слышала, что в твоё окно вломился мужчина? Ты не заметила ничего странного?

Она покраснела.

– Нет, сеньора. Я спала и проснулась, только когда услышала крики и шум драки внизу.

Блюстители порядка принялись задавать свои вопросы, и Ксейн, воспользовавшись возможностью, отошёл, испытывая большое облегчение. Он оставил дело им, попрощался и вышел из дома. Это была очень длинная ночь, и ему не терпелось вернуться в штаб и отдохнуть.

На площади Ксейн с некоторым недовольством заметил небольшую группу людей. Несомненно, весть о его возвращении быстро распространилась.

– Страж! – позвал его молодой человек. – В районе есть монстры?

– Нет, гражданин, – ответил он. – Жители этого дома пострадали от нападения человека-преступника. С этого момента им занимается правосудие Верховного Правителя.

Все, казалось, облегчённо выдохнули. Однако из толпы раздался голос, который Ксейн хорошо знал.

– Человек-преступник? В таком случае, что здесь делает Стража Цитадели?

Он повернулся к Акслин, которая смотрела на него нахмурившись, скрестив руки. Ксейн вздохнул. Как так получалось, что она всё время оказывалась у него на пути? Цитадель была не такой уж маленькой.

Ему хотелось проигнорировать вопрос, но там находились и другие люди, которые могли бы заподозрить, что он что-то скрывает.

– Нас вызвали по ошибке, гражданка, – ответил он. – Мы пришли на вызов и выяснили, что монстров нет. Вот и всё, – заключил он, возможно, слишком резким тоном.

Но Акслин, что неудивительно, такой ответ не устроил.

– Любой сумеет отличить человека от монстра, Страж. Как эти люди могли ошибиться?

– Была ночь, было темно, они боялись, нападавший вёл себя агрессивно и убил человека, – произнёс Ксейн. – Кроме того, в последнее время некоторые люди стараются распространить ложные слухи о нападениях монстров, и единственное, чего они добиваются, – запугивают и сбивают с толку граждан.

Акслин хотела с ним поспорить, но увидела пострадавшую семью, выходившую из соседского дома в сопровождении блюстителей порядка. Стоявшие на площади обеспокоенно повернулись к Ксейну: он излучал спокойствие. Семья прошла в свой дом. Уверенный вид Стража убедил любопытных, что поблизости нет монстров, и толпа в конце концов разошлась.

Ксейн собрался уходить, но снова столкнулся с Акслин.

– Я поговорила со служанкой до твоего прихода, – сообщила та. – Она рассказала очень странные вещи. Ксейн, что происходит?

– Я тоже говорил с ней и потому знаю, что она была очень напугана, – повторил он, стараясь казаться невозмутимым. – Мы с Рокс столкнулись с нападавшим. Если бы он был монстром, мы бы это заметили, поверь мне.

– Это-то меня и удивляет, – Акслин покачала головой и пристально посмотрела на него. – Как обычный человек мог сбежать от вас?

Он не нашёл, что ответить, пожал плечами и пробормотал:

– Мы, Стражи, тоже иногда терпим неудачу. Мы привыкли убивать монстров, а не гоняться за обычными преступниками. А теперь, пожалуйста, уходи. Тебе здесь делать нечего.

Но она продолжала смотреть на него.

– Почему ты врёшь, Ксейн? – прямо спросила Акслин.

Он почувствовал, как его снова охватывает гнев. Это был очень долгий день, он устал и ещё не переварил всё, что рассказала ему Рокс. У него не было ни времени, ни желания продолжать этот допрос, и поэтому он прямо ответил:

– Полагаешь, что знаешь меня достаточно хорошо, чтобы понять, о чём я думаю, Акслин? Ты ошибаешься.

От удивления она сделала шаг назад, но не смогла подавить лёгкую торжествующую улыбку.

– Ты назвал меня по имени.

Ксейн глубоко вздохнул, чтобы восстановить контроль.

– Ты думала, я забыл? – Она открыла рот, чтобы ответить, но он продолжал: – Я всё помню, Акслин. Всё. Я не потерял память в Бастионе, и они не превратили меня в другого человека. Я всё ещё Ксейн, тот самый, с которым ты познакомилась в моей родной деревне. Тот самый, что потом вступил в Стражу Цитадели, окончательно повзрослел и решил отвернуться от своего прошлого и начать новую жизнь. Без тебя. Так что смирись с этим и перестань стоять у меня на пути, пытаться спасти меня, или что ты там делаешь.

Она побледнела, явно обиженная, но голос её не дрогнул, когда она ответила:

– Думаешь, я преследую тебя? Не будь таким самонадеянным. Я веду важную исследовательскую работу и просто отправляюсь туда, где сообщают о нападениях монстров. И не более.

– На самом деле, не более того, – согласился он. – Возможно, в этом-то и проблема. Так было с самого начала – тебя монстры интересуют больше, чем люди. Вот почему ты так легко расстаёшься.

Больше всего Акслин задели не эти слова, а невозмутимый тон, с которым Ксейн произносил их, как будто что-то совершенно для него неважное. Она так удивилась, что не смогла ответить. Затем с холодной вежливостью идеального Стража Цитадели он склонил голову и сказал:

– А теперь, гражданка, я должен вернуться к своей работе: защищать людей от монстров, потому что у нас, Стражей, очень чётко расставлены приоритеты.

Он повернулся к ней спиной и ушёл не оглядываясь.

Ему удалось оставаться спокойным во время разговора, хотя внутри всё дрожало от гнева и обиды. Теперь он сожалел о разговоре, но не из-за того, что мог задеть чувства Акслин. Он сказал ей всё, что думал, и это было совершенно искренне. Но при этом прекрасно понимал, что не должен испытывать к ней никаких чувств.

«Хотя это так трудно», – признался он сам себе. Акслин много значила для него когда-то. Но несмотря на то, что прошлое должно было остаться в прошлом, от мысли о её предательстве Ксейна переполняла ярость каждый раз, когда он видел эту девушку.

Он пообещал себе, что будет избегать встреч с ней. И не только потому, что ещё не научился относиться к ней как к обычной гражданке, – а она и не вела себя, как обычная гражданка, – но прежде всего потому, что любые отношения с ней вызывали у начальства сомнения в его верности. И особенно важно это стало теперь, когда у Ксейна появился секрет. Он прекрасно понимал, что если Акслин что-то интересует, она не отстанет, пока не получит ответа.

Ксейн не мог смириться с тем, что она узнает то, чего не должна знать. А уж если узнает от него… Если он не мог видёть Акслин, не теряя при этом контроля… возможно, Стражи поступили правильно, скрыв от него важную информацию.

Даже одна мысль об этом задевала его гордость. «Я Страж, – сказал он себе. – Я верен Цитадели». Если бы ему пришлось перешагнуть через Акслин, чтобы доказать это, навсегда вычеркнуть её из своей жизни… он бы это сделал.

* * *

В то утро Акслин шла в библиотеку, но, услышав о нападении монстра в Первом круге, свернула, чтобы выяснить, что произошло.

Она не ожидала встретить Ксейна. Акслин знала, что Стражи патрулируют город по очереди, и уже видела Ксейна ночью во внешнем круге, где его команда искала бородавчатых.

От воспоминаний о встрече с Ксейном её бросало в дрожь. За несколько часов она разговаривала с ним больше, чем за весь предыдущий год, но он становился всё менее дружелюбным, хотя и ни разу не повысил голос.

Акслин не понимала, что происходит. Его слова были злыми, а поведение – таким холодным и отстранённым, словно он разговаривал со стеной. Кроме того, она не понимала, к чему был весь этот разговор. С одной стороны, он сказал ей, что ему неприятно встречать её, явно намекая, что она следит за ним или нарочно попадается ему на пути. С другой, он сказал, что оставил всё связанное с ней в прошлом, чтобы отправиться в Цитадель. Как будто он чувствует себя брошенным. Что именно он имел в виду?

Сколько бы она ни прокручивала всё это у себя в голове – так ничего и не понимала.

«Тебя больше волнуют монстры, чем люди». Он сказал это так, будто просто констатировал факт, тем же тоном, которым он бы заявил об очевидном, например, о летающих упырях.

«Может, он и прав, – удручённо подумала она. – Я должна забыть его. Не думать больше о нём, смириться с тем, что наши пути разошлись, и что он выбрал путь без меня».

Но Ксейн ошибся по крайней мере в одном: Акслин не искала его. Их встречи, и правда, были случайными, хотя в некотором роде предсказуемыми, так как оба приходили в места нападений монстров. В глубине души она всегда верила, что мальчик, которого она встретила в деревне, был настоящим Ксейном, а Страж, вышедший из Бастиона, каким-то другим человеком.

Но она была достаточно рассудительна, чтобы также знать, что это может быть и не так. Что Ксейн изменился, повзрослел или просто выбрал другой путь, который определённо уведёт его от неё.

Или, может быть, она знала его не так хорошо, как ей казалось. В конце концов, они не слишком много времени провели вместе.

Утренний разговор был неприятным, но многое и прояснил. Акслин знала, что Ксейн не любит видеть её в тех местах, где были замечены монстры. Сначала ей хотелось верить, что он боится за неё, но вскоре она поняла: дело в том, что он просто не хочет её видеть. И с каждым днём она всё чаще думала об этом.

Она не собиралась прекращать работать только потому, что ему это не нравилось. Но в последнее время и другие Стражи относились к ней всё менее дружелюбно. Ей всё труднее становилось получать информацию, и от этого она иногда чувствовала себя бесполезной. Так что дело было уже не только в Ксейне.

Возможно, в то утро она зашла слишком далеко, обвинив его во лжи. Но ей показалось, что он что-то скрывает. Служанка говорила, будто они столкнулись с невидимым существом. Эта странная история становилась ещё более странной, если в ней оказываются замешаны Стражи.

Но ведь дело перешло в руки блюстителей порядка. Преступник не пожирал свою жертву. И, возможно, она не знала Ксейна так хорошо, как думала. Может быть, он сказал ей правду, а Акслин, желая почувствовать себя полезной, просто искала двойной смысл там, где его не было.

Когда она пришла в библиотеку, то снова увидела беременную: та стояла у лестницы и сразу же бросилась к ней. Акслин остановилась подождать.

– Доброе утро, – поздоровалась она.

– Ты не знаешь, работает ли здесь молодой человек по имени Дексар? – резко спросила молодая женщина.

Акслин с недоумением уставилась на неё.

– Ищешь Декса?

– Да… мне нужно с ним поговорить. – Он положила руку на живот, и Акслин приподняла бровь.

– Почему ты не пошла и не разыскала его?

Девушка вздохнула с некоторым раздражением.

– Потому что я пытаюсь быть осторожной, – прошептала она. – Но он ещё не пришёл, а я не могу больше ждать. Когда он придёт… скажи ему, что его ищет Оксания?

– Конечно.

Девушка энергично кивнула, повернулась и ушла, не попрощавшись и не поблагодарив. Акслин озадаченно покачала головой и продолжила свой путь.

Войдя в библиотеку, она с удивлением обнаружила, что Декс уже там, занят каталогизацией. Она похромала к нему.

– Доброе утро! – юноша приветствовал её широкой улыбкой. – Рано ты сегодня.

– Не так рано, как ты, – заметила она. – Давно ты здесь?

– Вообще-то не очень. Я только начал. Почему ты спрашиваешь? – поинтересовался он, заметив её хмурый взгляд.

– У двери тебя ждала девушка. Ты её не видел?

Юноша вздрогнул.

– Девушка? Нет, не думаю. Она наверняка искала кого-то другого.

Акслин прищурилась. Декс неловко отвёл взгляд.

– Я только что говорила с ней. Она спрашивала про тебя. Её зовут Оксания.

– А, Оксания, – Декс издал нервный смешок. – Конечно, куда же без неё. Спасибо, что сказала, Акслин. Я зайду к ней после работы, узнаю, чего она хочет.

– Не забудь. Она уже второй раз приходит и говорит, что никак не может связаться с тобой. Ты не знал?

– Нет, это странно. Конечно, мы ни о чем не договаривались. Но в любом случае спасибо.

Девушка смотрела на него ещё несколько секунд, наконец, он кивнул, отвёл глаза и сосредоточился на работе. Ей было о чём подумать, и что бы ни происходило между Дексом и той девушкой – её это не касалось.

* * *

Ксейн вернулся в казарму, вошёл в свою комнату и просто рухнул на койку. Он был настолько измотан физически, умственно и эмоционально, что мгновенно заснул.

В полдень его разбудил звонок на обед. Он переоделся, привёл себя в порядок и, гораздо более бодрый, спустился в столовую голодный, как самый настоящий монстр-тощий.

Через несколько мгновений он жадно поглощал свой обед. Он не ужинал накануне вечером и не завтракал утром. Это был очень долгий день.

Постепенно Ксейн насытился, начал соображать и стал вспоминать вчерашний день и странный разговор с Рокс. Столько всего произошло, что это едва укладывалось в его голове.

Невидимые монстры… как это могло быть правдой? Он поднял голову и беспокойно огляделся. Существа, которых он не мог видеть и чувствовать, обитают повсюду. Даже здесь, в самом центре штаба. И никто об этом не знает.

Он слегка расслабился, увидев в помещении нескольких Стражей Серебряной дивизии. «Не нервничай так», – посоветовал он сам себе. «Они, как и Рокс, могут видеть тени. У Стражи Цитадели всё под контролем».

Но его всё равно это тревожило. Он вступил в дивизию, не зная о существовании этих монстров, и Рокс намекнула ему, что есть и другие секреты.

– Хорошей службы, – раздался голос. – Эй, успокойся, я не монстр.

Это был Страж из его дивизии, чуть моложе. Ксейн приветствовал его улыбкой. Стража звали Ярлакс, но Ксейн помнил его по имени новобранца Бастиона – рекрут Шестой из подразделения Сумрак, Золотая дивизия. Он, вероятно, был его первым настоящим другом в Бастионе, хотя попытка побега их развела.

После возвращения Ксейна в строй они оказались в разных отрядах, потом встретились на выпускном экзамене, а позже, после окончания обучения, оба стали служить в Цитадели, но в разных командах. Со временем дух товарищества прошлых лет, взаимное уважение и здоровая конкуренция вернулись. Большинство новобранцев предпочитали работать в одной команде с ветеранами, но Ксейн ясно дал понять, что выбрал бы Ярлакса, конечно же, после Рокс.

– Плоховато выглядишь, – заметил Ярлакс. – Это ты вчера разбирался с бородавчатыми?

Ксейн уставился на друга. Он вдруг понял, что, судя по словам Рокс, тот знал о существовании невидимых существ, хотя и не мог их видеть. И если бы Ксейн не попытался сбежать из Бастиона, ему, скорее всего, тоже рассказали бы о них одновременно с Ярлаксом и остальными его товарищами по отряду.

Ярлакс никогда не говорил о невидимых, хотя они иногда патрулировали город в одной команде, несмотря на то, что оба были Золотыми. Тень могла застать их врасплох, и ни один из них не заметил бы её приближения. Ксейн даже не догадался бы, что на них напало.

«Мы просто выполняем приказы», – напомнил он себе и покачал головой.

– Да, а потом мы с Рокс приняли ложную тревогу в Первом круге. – Он решил держаться официальной версии, что о тенях ему ещё не известно. – Возились с этим до утра.

– Ну, а я дежурил у западных ворот, которые у рынка.

Ксейн сочувственно улыбнулся. Стражи, охранявшие наружные ворота, должны были досматривать все транспортные средства, въезжающие в Цитадель. Это была однообразная, утомительная работа.

– Не стоит этого недооценивать, – сказал он. – Ты слышал историю о крикунах, которые прятались в бочках с яблоками?

– Это были зубастики, а не крикуны, что, по-моему, ещё хуже. – Ярлакс поморщился. – К счастью, их всех успели вовремя обнаружить.

– Не уверен, что есть что-то хуже крикунов, – пробормотал Ксейн, на которого однажды напала орда крикунов, и у него до сих пор болела голова от одного воспоминания.

– Нет-нет, зубастики хуже, поверь мне. Крикуны нападают в открытую, их видно, слышно, конечно же, с ними можно бороться. Зубастики ползают, как гадюки, прячутся и заманивают детей только тогда, когда рядом нет взрослых. Они могут утащить многих, прежде чем мы, Стражи, найдём их логово и прикончим там всех.

– Тут ты прав, – ответил Ксейн и, внимательно посмотрев на товарища, добавил: – Враг, которого ты не можешь видеть, куда более опасный.

Ярлакс прищурился: в словах Ксейна прозвучал двойной смысл. Но тут очень вовремя пришла Рокс и с усталым вздохом плюхнулась на скамью перед ними.

– Ещё один Страж, у которого был тяжёлый рабочий день, – заметил Ярлакс с улыбкой.

– Но кто-то должен это делать, – автоматически пробормотала Стражница, подняла голову и уставилась серебряным взглядом на Ксейна. – А ты где был? Капитан Салакс срочно хочет тебя видеть.

– Что? – встревожился он. – Я думал, мне дозволено отдохнуть…

– Уже нет. Поторопись, он ждёт тебя как минимум два часа.

Ксейн вскочил.

– Они не дают тебе вздохнуть, да? – пошутил Ярлакс. – Похоже, кто-то из высшего командования тобой недоволен.

– Надеюсь, что нет, – обеспокоенно ответил Ксейн.

Он встретился глазами с Рокс, но та пожала плечами.

– Я уже подала рапорт. Может быть, нужно что-то уточнить. Полагаю, ничего важного, – сказала она, бросив на него многозначительный взгляд.

Ксейн понял, и его сердце забилось быстрее.

7

Он обнаружил, что дверь кабинета закрыта, и тихонько постучал. «Входите!» – раздался голос. Ксейн вошёл и замер от неожиданности.

Рядом с капитаном Салаксом стояла командир Ксалана. Ксейн видел её всего несколько раз, и впервые – когда та рассказала об измене Акслин и назначила суровое наказание за попытку побега из Бастиона.

С тех пор прошло много времени, но он всё ещё не знал, какое из этих двух событий тогда ранило его больше. И сейчас встреча с капитаном Салаксом и командиром Ксаланой напомнила о той ужасной ночи. Он инстинктивно сделал шаг назад.

– Мне… мне приказали явиться сюда, капитан, – сумел произнести он.

– Правильно приказали. Насколько я понимаю, вы со Стражем Рокс откликнулись на призыв о помощи прошлой ночью в Первом круге. Это так?

– Да, капитан, – осторожно ответил он.

– Я уже видел рапорт Рокс. Теперь хочу услышать твой.

Ксейн бросил быстрый взгляд на командира Ксалану. С того момента как он вошёл, она неподвижно стояла у окна, скрестив руки на груди, и не вмешивалась в их разговор.

Капитан Салакс увидел, что Ксейн колеблется.

– И хочу услышать правду, – добавил он. – Не версию для обычных людей. Всё, что произошло, в деталях. И то, что вы рассказали блюстителям порядка и семье после.

Ксейн колебался. Сказать правду означало признаться, что Рокс рассказала ему тайну, к которой он не был допущен. Но он не знал подробностей её отчета, поэтому утаивание деталей могло выглядеть как неверность. Наконец он решился и кивнул.

Он рассказал обо всём, что произошло накануне вечером, с того момента как служанка встретила их на улице: о разговоре с семьёй, осмотре комнаты жертвы и о том моменте, когда Рокс обнаружила невидимое существо, затаившееся в углу. Он описал погоню по крышам и своё непонимание, за чем на самом деле гонится его напарница. Рассказал он и о том, как Рокс победила невидимое существо на его глазах.

– Она рассказала тебе, что именно это было? – спросил капитан. Ксейн замолчал, всё ещё разрываясь между боязнью причинить вред Рокс и желанием доказать начальству, что ему можно доверять.

– Она рассказала мне о тенях, – ответил он наконец. – Она объяснила мне, что это монстры, которых видят только Стражи Серебряной дивизии.

Капитан Салакс медленно кивнул, это немного успокоило Ксейна, и он выложил всё, что рассказала ему Рокс. Когда он дошёл до того, что знает, что от него намеренно скрывали информацию, он старался, чтобы в его голосе не звучал упрёк.

– Что ещё тебе рассказала Рокс?

– Что обычные люди не должны знать о существовании невидимых монстров. Ради безопасности и поддержания порядка в Цитадели.

– Это верно. Как ты объяснил смерть мужчины в той семье?

Ксейн несколько раз моргнул, озадаченный вопросом. Он ожидал, что капитан заострит внимание на том, что Рокс раскрыла информацию, которую раскрывать не следовало, но, похоже, капитана больше волновало, что об этом могут узнать посторонние.

Поэтому он повторил историю, которую рассказал блюстителям порядка, семье и соседям. Командир Ксалана слушала его не прерывая, капитан Салакс коротко кивнул.

– Они поверили твоей версии? – спросил он, наконец.

Ксейн сделал паузу, думая, говорить об Акслин или нет. Он вздохнул и в конце концов признался:

– Почти все, капитан.

Его начальник приподнял одну бровь.

– Почти все?

– Одна гражданка стала задавать слишком много вопросов. Я аккуратно поговорил с ней, придерживаясь официальной версии произошедшего, но не уверен, что она осталась удовлетворена ответами.

Капитан и командир переглянулись.

– Ты имеешь в виду девушку из библиотеки, – впервые нарушила молчание командир Ксалана.

Ксейн почувствовал, как у него горит лицо. Они оба прекрасно знали, какую роль сыграла Акслин в его вербовке в Стражу Цитадели. Он хотел бы заверить их, что девушка больше никогда не встретится ему на пути.

– Она очень наблюдательная девушка, насколько я понимаю, – заметил капитан.

– Даже слишком, – пробормотал Ксейн.

Командир Ксалана с любопытством посмотрела на него.

– Вы несколько раз общались с момента выпуска, – заявила она.

Ксейн вспомнил слова Рокс, объясняющие, почему начальство всё ещё ему не доверяет: «В основном из-за той девушки, которая занимается исследованиями монстров».

– У неё есть привычка появляться в местах, где произошло нападение монстров, наблюдать за ними, делать наброски и расспрашивать о них Стражей, – коротко ответил он. – Все хотя бы раз разговаривали с ней. Возможно, я делал это чаще, потому что она обычно обращается ко мне, так как знает меня из прошлой жизни.

– У неё не должно быть разрешения бродить по районам, где были совершены нападения, – задумчиво сказала командир.

– Мы не можем ей помешать, она свободная гражданка, – ответил капитан.

– Даже ради её собственной безопасности?

– Мы лишь даём рекомендации, а не запрещаем. Хотя на практике ни один гражданин не пренебрегает нашими предупреждениями. В конце концов, все знают, что мы здесь, чтобы их защищать.

– У этой девушки, похоже, нет чувства самосохранения.

– Она из затерянных деревень на западе. Для неё Цитадель гораздо более безопасное место, даже несмотря на то, что здесь иногда появляются монстры.

– В любом случае мы не можем позволить ей дальше вмешиваться в работу Стражей. Для её же собственной безопасности и потому, что она может узнать лишнее.

Ксейн слушал этот разговор с растущим беспокойством. Казалось, начальство забыло о нем, и он не был уверен, что ему стоило слушать рассуждения о судьбе Акслин. Но в этот момент командир повернулся и критически посмотрел на него.

– Неужели ты думаешь, что она сможет узнать о существовании безымянных монстров? – прямо спросил он.

Ксейн вздрогнул.

– Я…

– Ты ведь её хорошо знаешь, не так ли?

Он глубоко вздохнул. Ему всё ещё было странно говорить об Акслин с другими.

– Я так думал, – пробормотал он. – В любом случае, если я что-то и знаю о ней, так это то, что она испытывает большой интерес к изучению монстров. И я не сомневаюсь, если есть существа, которых нет в бестиариях… она будет их искать, находить и добавлять туда. – Ксалана недовольно сощурилась, и Ксейн поспешил добавить: – Но она никогда не узнает о них от меня. Клянусь.

По лицу Салакса промелькнула едва заметная улыбка.

– Мы не сомневаемся в твоей преданности, Страж.

Ксейн отвёл взгляд, но ничего не сказал.

– Обстоятельства заставили нас скрывать от тебя то, что, возможно, является самой главной тайной, известной только Стражам, – продолжал капитан. – Порядок и безопасность в Цитадели зависят от наших знаний и истинных способностей, но мы должны скрывать их от непосвящённых. Страж Рокс рассказала тебе далеко не всё.

Ксейн удивлённо посмотрел на неё. Его сердце бешено колотилось.

Командир одарила его улыбкой, подарившей надежду.

– Я не сомневаюсь, что девушка может быть очень настойчивой. Нужно что-то придумать, чтобы впредь не подпускать её близко, – сказала она, повернувшись к капитану. – Есть идеи?

– Мы можем подать официальную жалобу Делегату или Представителю, если это необходимо, – ответил он, пожав плечами. – Если будет достаточно Стражей, которые засвидетельствуют, что эта девушка представляет угрозу для общественной безопасности, власти могут принять меры в отношении неё.

Ксейн не верил своим ушам. Он сам пригрозил Акслин сообщить об этом блюстителям порядка, но хотел лишь припугнуть её. Он и представить себе не мог, что такой высокопоставленный Страж, как командир Ксалана, будет всерьёз думать об этом. Он хотел спросить, что будет с Акслин: её арестуют, выгонят из Цитадели… или, быть может, что похуже. Но он промолчал. Что бы ни случилось, судьба и будущее Акслин были не его заботой.

– Что касается тебя… – сказала командир, и Ксейн мгновенно выпрямил спину, – думаю, тебе пора завершить обучение. Что скажете, капитан?

– Несомненно, Ксейн – превосходный Страж, – подтвердил Салакс, – и было бы ошибкой продолжать не полностью использовать его потенциал. Помимо того, он может подвергнуть опасности своих спутников, если продолжит упускать из виду важные моменты.

Ксейн сглотнул.

– Я… возвращаюсь в Бастион, капитан? – осмелился спросить он.

С одной стороны, он хотел наверстать упущенное, с другой – от одной мысли о возвращении у него скрутило желудок.

– Да, но только на несколько дней, чтобы ты прошёл ту часть обучения, которую пропустил из-за… обстоятельств. Затем ты отправишься в новое место: анклав в Цивилизованных Землях, под командование капитана Грексдама. Мы создали там временный пост: будем укреплять оборону, налаживать сообщение между анклавами и сокращать число монстров. – Он сверился со своими записями и перечислил: – Скакунов, сосальщиков, слюнявых, ослепляющих, скрипунов.

Ксейн кивнул, изо всех сил пытаясь подавить улыбку.

– Ты пробудешь там максимум пару недель, – продолжил капитан и пристально посмотрел на Стража, прежде чем договорить. – Потом ты вернёшься в Цитадель, и я надеюсь, что к тому времени тебе станет ясно, как бороться с монстрами… и что делать с этой информацией.

Ксейн глубоко вздохнул и снова кивнул.

– Так точно, капитан.

* * *

В тот день Декс ушёл домой рано. Акслин специально немного подождала, и тоже вышла из библиотеки.

Однако, спустившись по лестнице, она растерялась, снова увидев Оксанию, нервно расхаживающую взад-вперёд. Акслин попыталась сделать вид, что не заметила её, но молодая женщина тут же поспешила ей навстречу.

– Ты видела Дексара сегодня? – это было первое, что она спросила.

Акслин вздохнула.

– Он только что вышел, ты должна была пересечься с ним.

Оксания грустно покачала головой.

– Я давно его жду. Я видела женщину и двух мужчин, но ни один из них не был Дексаром.

Акслин нахмурилась и задалась вопросом, действительно ли Декс вышел. Может, он прятался где-нибудь в библиотеке? Эта идея показалась нелепой, и она быстро от неё отмахнулась, однако потом вспомнила, что недавно кто-то говорил ей о служебной двери, через которую тоже можно было зайти в здание.

Возможно, Декс использовал её в те дни, когда не хотел пересекаться с Оксанией. Акслин посмотрела на неё с сожалением, чувствуя себя немного виноватой.

– Он избегает меня, да?

– Мне хотелось бы думать, что есть другое объяснение, – пробормотала Акслин. – По правде говоря, это на него не похоже.

– Не знаю, к кому мне ещё обратиться, – измученно сказала Оксания, нервно теребя руки. – А ещё я не знаю, где его найти. Я приехала сюда, потому что мне сказали, что он работает в библиотеке, но я так и не смогла узнать, где он живёт. – Она посмотрела на Акслин с надеждой.

– Я тоже не знаю, – призналась та.

По правде говоря, хотя Акслин почти каждый день виделась с Дексом и проводила с ним много времени, она почти ничего о нём не знала. Акслин понимала, что он тоже живёт во втором круге, но никогда не встречала его на улице – они, должно быть, жили в разных районах. О том, что он общается с людьми из центра, такими как Оксания, она не знала, но Декс никогда и не распространялся о своей личной жизни.

– Ты должна сказать ему, что мне нужно с ним поговорить.

Акслин снова вздохнула.

– Я уже ему уже говорила. Он ответил, что свяжется с тобой. Я ещё раз напомню ему завтра. Это всё, что я могу сделать.

Оксания кивнула, развернулась и пошла вниз по улице, снова не поблагодарив и не попрощавшись.

Акслин покачала головой и продолжила свой путь домой.

* * *

Во второй половине дня Ксейн получил официальное уведомление о новом назначении. На следующий день его должны были отправить в Бастион, поэтому вечером он пришёл в столовую, чтобы попрощаться с товарищами. Ярлакс, который ужинал с другими Стражами, оставил их, чтобы сесть с Ксейном за отдельный стол. Ксейну показалось, что все на него смотрят.

– С капитаном всё хорошо прошло? – обеспокоенно спросил Ярлакс. – Зачем вызывали?

Ксейн улыбнулся.

– Ничего, всё в порядке. Мне дали новое задание, временное.

Ярлакс продолжал смотреть очень серьёзно.

– А как же Рокс?

– Рокс? – Ксейн растерялся. – Не знаю. Её тоже со мной отправляют?

Ярлакс раздражённо фыркнул.

– Её наказали, Ксейн.

По его коже пробежали мурашки.

– Что?!

– А тебя нет. Почему? Что вы натворили?

Ксейн был сбит с толку. Он понял, что скрывалось за возмущёнными вопросами его спутника.

– Мы ничего не сделали, Ярлакс. Между нами ничего нет. Клянусь.

Ярлакс пристально смотрел на Ксейна, но тот не отвёл взгляда. Стражам было категорически запрещено иметь интимные отношения, они должны были держать дистанцию не только с обычными людьми, но и со своими товарищами. В Бастионе мальчики и девочки жили и обучались отдельно, но когда их обучение заканчивалось, их распределяли в смешанные патрули, потому что к этому времени Стражи становились дисциплинированными воинами, умеющими прекрасно себя контролировать.

И всё же Ксейн знал, что кое-кто из товарищей не приветствовал его дружбу с Рокс. Возможно, боялись, что со временем из дружбы вырастет чувство, которое поставит под угрозу их рабочие качества. Но в этом, как и во многом другом, Ксейн полагался на мнение начальства. Иногда какой-нибудь капитан мог специально распределить их с Рокс в разные патрули, но большинство командиров признавали, что они были отличной командой, не видя ничего подозрительного.

Сам Ярлакс поддерживал их с самого начала… до сих пор.

– Между нами ничего нет, – снова заверил Ксейн. – Мы товарищи, не более того. Ты же знаешь.

Ярлакс пристально посмотрел на него и покачал головой.

– Тогда что случилось? Рокс – безупречный Страж. Её наказания, даже во время учёбы, можно пересчитать по пальцам одной руки.

– Конечно, и поэтому ты полагаешь, что я плохо влияю на неё и виноват в том, что её наказали. И знаешь что? Так и есть. Но дело в другом.

Пока они ужинали, Ксейн подробно рассказал Ярлаксу о случившемся накануне и о встрече с капитаном Салаксом и командиром Ксаланой. Он предположил, что это можно уже не скрывать.

– Понятно, – ошеломлённо произнёс друг. – Я не знаю, что и думать. С одной стороны, я рад, что они наконец-то перестанут держать это все от тебя в тайне. С другой, мне жаль, что ты узнал об этом от Рокс. И больше всего мне жаль, что её наказали из-за того, что она рассказала тебе.

Ксейн вздохнул.

– Она не собиралась. Это не её вина, так сложились обстоятельства.

«Они не должны были наказывать её за это», – подумал он, но не сказал вслух.

Ярлакс пожал плечами.

– В конце концов, мы все должны соблюдать правила. Мы получили приказ не рассказывать тебе о существовании безымянных монстров. Возможно, Рокс не могла поступить иначе после вашей встречи с тенью. Но теперь, полагаю, ей всё же пришлось за это поплатиться.

Ксейн отвёл взгляд.

Ярлакс улыбнулся.

– Эй, не расстраивайся. Рокс сильная, она справится с этим и со многим другим.

– Почему… их называют «безымянные»? – хрипло спросил Ксейн. – У них же есть имена, да?

– О, да, они изучены и каталогизированы, хотя записей мы не ведём из соображений безопасности. Но говорить о них с обычными людьми запрещено, и поэтому мы знаем их как «безымянных».

В глубине души Ксейн всё ещё обижался, что так долго считался «обычным человеком», которому нельзя было рассказать о существовании этих существ. Ярлакс это заметил.

– Обо всём этом тебе расскажут в Бастионе. А я предпочитаю не рисковать, чтобы меня тоже не наказали, – подмигнул он.

В дверях столовой появилась Рокс. Она увидела Ксейна с Ярлаксом и неторопливо направилась к ним. Ксейн, хорошо знавший её, заметил, что двигается она немного скованно. Он задумался, сколько ударов плетью она получила из-за него, а затем решил, что предпочитает не знать.

Нахмуренная Рокс села рядом с ними.

– Почему люди так на нас смотрят?

Ксейн закашлялся. Он не знал, как она отреагирует, если рассказать о пересудах. Но Ярлакс выпалил:

– Это из-за твоего наказания. Некоторые считают, что это связано с какими-то тесными отношениями. С Ксейном, полагаю.

Рокс покраснела, но не от стыда, а от гнева.

– Да как они смеют? – прошипела она.

Ксейн не знал, куда смотреть. Но Ярлакс продолжал улыбаться.

– Расслабьтесь, ребята. Как только Ксейн вернётся, запрет на упоминание безымянных в его присутствии снимут, и тогда можно будет рассказать правду.

– Ты уезжаешь? – спросила Рокс, повернувшись к Ксейну.

– В Бастион, чтобы, наконец, завершить обучение, – подтвердил он. – А потом в Цивилизованные земли на юге.

– Тебе не помешает смена обстановки, – заметила она с полуулыбкой. – И когда ты вернёшься, то, наконец, сможешь прикрыть меня как-нибудь. Очень раздражает, что всегда происходит наоборот.

Ксейн с удивлением посмотрел на неё. Рокс и Ярлакс обменялись понимающими улыбками.

– Когда ты вернёшься, Ксейн, – сказала она, – ты уже никогда больше не увидишь Цитадель прежней. И тогда ты многое поймёшь.

8

На следующий день Акслин не увидела Оксанию перед библиотекой и сочла это хорошим знаком. Тем не менее, на всякий случай, она решила спросить об этом Декса.

Всё утро они были очень заняты: её напарнику нужно было переписать старинную книгу, и он никак не мог разобрать неразборчивый почерк автора. Акслин, которая умела читать тексты, написанные в любых условиях, было проще, поэтому она помогала с самыми сложными кусками. Через несколько часов, когда они сделали перерыв, чтобы глаза отдохнули, Акслин спросила:

– Что случилось с Оксанией? Ты поговорил с ней наконец?

Он нервно дёрнулся.

– Я… я… – начал он, но замолчал, увидев укоризненный взгляд Акслин.

– Ещё нет? Ты же не специально избегаешь её, правда, Декс? – продолжала она, увидев, что друг прячет взгляд. – Она беременна.

Он вздохнул.

– Слушай, это сложно…

– А мне, наоборот, кажется, что всё очень просто.

– Это только кажется, на самом деле всё не так. – Он пристально посмотрел на неё, его голубые глаза стали круглыми как тарелки. – Не говори ей, где меня найти. Это очень важно.

Она открыла рот в возмущении, но он схватил её за плечи, чтобы привлечь внимание.

– У Оксании есть два брата, – продолжал объяснять он. – Они не должны увидеть меня с ней ни при каких обстоятельствах.

Акслин приподняла одну бровь.

– Они хотят… чтобы ты взял на себя ответственность?

В этот момент в зал вошла мастер Приксия. Декс посмотрел на Акслин и приложил палец к губам, чтобы та молчала.

– Сейчас я не могу говорить с тобой об этом, Акслин. Если ты ещё раз увидишь Оксанию…

– Я не собираюсь делать это за тебя. Ты должен сам поговорить с ней.

Юноша покачал головой.

– Не здесь, это слишком рискованно. Она должна перестать приходить в библиотеку.

– Скажи ей об этом и прекрати от неё бегать. Ты не сможешь избегать её всегда.

Декс секунду смотрел на неё. Наконец он покачал головой и вздохнул.

– Наверное, ты права, но… что я могу сделать?

– Если ты не хочешь говорить с ней здесь, почему бы тебе не встретиться с ней в более тихом месте?

– Оксания не знает, что такое осторожность, – возразил он. – Кроме того, я убеждён, что братья контролируют каждое её движение. Если они ещё не зашли внутрь библиотеки, чтобы найти меня, это только потому, что она тоже этого не сделала.

Он немного повысил голос. Мастер Приксия подняла голову от своих бумаг и бросила на них неодобрительный взгляд. Декс провёл рукой по вьющимся каштановым волосам с извиняющейся улыбкой. Потом схватил Акслин за запястье и потащил в коридор.

– Оксания не понимает, что братья используют её, чтобы добраться до меня, – продолжал он. – Как ты думаешь, откуда у неё возможность ходить куда и когда угодно?

– А что не так? – удивилась Акслин.

– Она единственная дочь во влиятельной семье. И она беременна. И она не замужем. Более того, она помолвлена с молодым человеком из такого же знатного рода, который не является отцом будущего ребёнка. Любого из этих фактов было бы достаточно, чтобы ей было запрещено покидать старый город, но она ходит туда-сюда из дома в библиотеку и думает, что ускользнула от них. Ты меня понимаешь?

– Пока не особо, – пробормотала она несколько ошеломлённо.

– Ладно, думаю, это не имеет значения, – со вздохом сказал он. – Чего конкретно ты хочешь? – вдруг спросил он. – Хочешь помочь или просто любопытствуешь?

– Я… я хочу помочь, конечно, – возразила она.

Декс задумчиво посмотрел на неё. Наконец он улыбнулся.

– Хорошо. Тогда, может быть, ты сможешь что-то сделать для меня, и для Оксании тоже.

Акслин вопросительно посмотрела на него, и Декс широко улыбнулся.

– Мы можем встретиться у тебя дома? – неожиданно спросил он.

– Что? – подпрыгнула она. – Почему?

– Потому что это нейтральное место. И потому, что оно во втором круге. Даже если бы они попытались следить за ней, то там легче сбить их со следа.

– Но, Декс… Я живу не в собственном в доме. Я снимаю маленькую комнату, в которой едва поместятся три человека.

– Вообще-то, достаточно, чтобы там поместились двое. А если комната тесная – тем лучше. Для примирения влюблённых большего и не надо, – прибавил он и подмигнул.

– Декс, это серьёзно, – возразила Акслин.

– Я знаю. Поверь мне, никто, кажется, не воспринимает это серьёзнее, чем я, – сказал он, бросив на неё мрачный взгляд. – Предлагаю план: ты встречаешься с Оксанией и ведёшь её к себе домой. Я не уверен, что она доберется туда сама, да ещё так, чтобы её не заметили.

– А ты что будешь делать? – спросила она встревоженно.

– Я присоединюсь к вам позже. Надеюсь, скоро всё уладится. В противном случае…

Акслин покачала головой.

– Слушай, Декс, мне кажется…

– Акслин, – прервал её он, – я не прошу тебя о помощи. Но если ты хочешь помочь, то я сказал, как это нужно. Если не хочешь, то, пожалуйста, не вмешивайся в мои дела и позволь мне разобраться с ними самому.

– Конечно, ведь до этого момента ты великолепно справлялся, – сыронизировала она.

Он продолжал смотреть в упор.

– Ты поможешь… или останешься в стороне? Я буду благодарен тебе в любом случае.

Акслин задумалась. С одной стороны, она действительно не хотела вмешиваться в его дела, так как не понимала, какие последствия это может повлечь. Но, с другой, она хотела помочь не только Оксании, а, прежде всего, Дексу. В конце концов, он был её другом, и она боялась, что его проблемы серьёзнее, чем кажется.

Кроме того, она была обязана ему жизнью. Буквально.

Молодой библиотекарь не защитил её от монстра, как мог бы сделать Страж. Как когда-то сделал Ксейн. На самом деле, скорее всего, он и монстра вживую ни разу не видел.

Но он забрал её с улицы, когда у неё ничего не было, и дал ей работу.

Разумеется, всё это было сделано от имени мастера Приксии. Но он использовал шанс охотно и эффективно. И самое главное, он был добр к ней с самого начала и предложил свою дружбу, даже когда Акслин выглядела как грязная, вонючая бродяжка.

«Тебя больше волнуют монстры, чем люди, – вспомнила она слова Ксейна. – Вот почему ты так легко расстаёшься с ними». Она покачала головой.

– Я помогу тебе, – наконец решительно сказала она.

Декс улыбнулся, склонил перед ней голову и галантно поцеловал ей руку.

* * *

Ксейн прибыл в Бастион в тот же день. Он не был готов к той буре чувств, которая захлестнула его при виде старой крепости в горах: ностальгия, облегчение, волнение и горькое чувство тоски, от которого у него скрутило живот, когда повозка пересекла двойные ворота. Ксейн, борясь с желанием сбежать, обернулся, чтобы посмотреть, как они закрываются за ним. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться: он не заключённый. Всего несколько дней, а затем он сможет уйти.

Когда он вышел из повозки, его опасения отчасти рассеялись: встречавший был ему знаком.

– Хорошей службы, Ксейн, – поздоровался инструктор Бакстан.

Юноша улыбнулся.

– Хорошей службы, сеньор, – ответил он.

Бакстан готовил их бригаду к финальному испытанию, но из шести мальчиков группы Ксейн единственный вернулся живым. Это сблизило новобранца и инструктора, которые чувствовали связь, хоть никогда и не говорили об этом.

– Мне сообщили, что тебя прислали для завершения обучения, – сказал инструктор Бакстан, направляясь к главному зданию.

Ксейн ускорил шаг, чтобы догнать его.

– Верно, сеньор.

– Это не должно занять больше пары дней, – продолжал Бакстан, и Ксейн с удивлением посмотрел на него.

– В самом деле?

– Да. Мне поручено лично обучить тебя поиску и обнаружению безымянных монстров.

Юноша спрятал улыбку. Он боялся, что его вернут под командование Ульрикса, инструктора, который занимался им первые несколько недель в Бастионе. Любой наставник был лучше Ульрикса, но если бы ему дали выбор, то Бакстан, несомненно, оказался бы вне конкуренции.

Они ужинали в столовой вместе с новобранцами. Ксейн не мог поверить, что когда-то он тоже был на их месте. Он прибыл в Бастион в семнадцать лет, и хотя был на два года старше большинства своих товарищей, они казались ему тогда необычайно зрелыми. Теперь, спустя несколько месяцев после выпуска, он смотрел на новобранцев и видел детей. А они уважительно разглядывали опытного Стража.

После ужина его разместили в отдельной комнате, столь же аскетичной, впрочем, как и казарма, в которой он жил со своими товарищами по бригаде. Ксейну, однако, было всё равно. Он лёг на койку и тут же уснул.

* * *

В тот вечер, когда Оксания появилась в саду, Акслин уставилась на неё, пытаясь понять, не издевается ли та.

– Я просила тебе одеться скромнее, – прошептал она.

Оксания смотрела с недоумением.

– На мне самое старое платье.

– Ты всё ещё не похожа на служанку. Тебя не задержали у ворот?

– Нет, – Оксания широко раскрыла глаза. – Почему они должны были это сделать?

Акслин задалась вопросом, что такого в ней нашёл Декс. Несомненно, хорошенькая, но совсем недалёкая. Она сняла с себя лёгкий плащ и протянула Оксании, чтобы та накинула его на платье.

– Так ты будешь меньше привлекать внимание. Давай быстрее. Нам предстоит пройти ещё одну проверку, прежде чем мы дойдём до моего дома.

– Я так волнуюсь, – сказала Оксания. – Впервые иду во второй круг.

Акслин опять ничего не ответила. Ей было не по себе: хоть Оксания и заверила её, что без труда ускользнёт от братьев, Акслин смущало, что всё идёт как-то слишком спокойно.

Она вела Оксанию кратчайшим путём, но внезапно решила изменить маршрут и свернула в переулок, из которого они вышли на оживлённую и многолюдную главную улицу.

На улице был час пик: многочисленные жители, которые, как и сама Акслин, днём работали в первом круге или даже в старом городе, вечером возвращались домой в другие районы Цитадели.

Иногда у ворот случались проверки, но в основном Стражей интересовали те, кто идёт в первый круг, а не те, кто из него выходит. Акслин и Оксания пристроились за группой женщин, которые шли вниз по улице, оживлённо болтая.

Они двигались к южным воротам, хотя жила Акслин в западной части. Но у самых ворот она схватила свою спутницу за руку и потянула за колонну, чтобы спрятаться.

– Что?

– Тс-с-с-с-с, тихо.

Женщины прошли через ворота. Одна из них кокетливо поздоровалась со Стражем, но тот ответил ей с обычной холодной учтивостью.

Когда женские голоса стихли, к воротам стены быстрым шагом подошли двое мужчин. Один из них заговорил со Стражем:

– Здесь только что проходила группа женщин, куда они направились?

Акслин улыбнулась, увидев, что, выйдя из ворот, они сразу запутались в улицах второго круга, пытаясь следовать указаниям Стражей. Она повернулась к Оксании и увидела, что та побледнела.

– Это твои братья, не так ли?

Девушка кивнула.

Акслин больше ничего не сказала и повела Оксанию в другую сторону. Девушка была настолько потрясена, что даже не поинтересовалась, куда они идут.

Наконец они вышли из первого круга через западные ворота. Оксания выглядела усталой, и Акслин, оказавшись на знакомых улицах, успокоилась и замедлила шаг.

– Мы уже близко, – успокоила она спутницу.

Оксания прижалась к ней.

– Я не хочу, чтобы меня нашли, – вдруг прошептала она.

Акслин удивлённо посмотрела на неё. До этого момента ей казалось, что рискует только она. Но девушка тоже по-настоящему боялась.

– Но… они твои братья. Что они собираются с тобой сделать? Они просто вернут тебя домой, не так ли?

Оксания вздохнула.

– Моя семья хочет, чтобы я вышла замуж за человека, которого не люблю, хотя мой будущий ребёнок не от него.

– Я не могу этого понять, – пробормотала Акслин, покачав головой.

Оксания грустно посмотрела на неё, но по её лицу тут же вновь пробежала тень превосходства.

– Конечно, что девушка с запада может знать о браках по принуждению.

Акслин изо всех сил старалась не обижаться.

– Возможно, больше, чем ты думаешь, – ответила она, не повышая голоса. – Некоторые западные деревни настолько малы, что ты действительно не можешь самостоятельно выбрать себе пару. Во всей деревне может быть только один или два одиноких парня твоего возраста, и то, если повезет.

Оксания смотрела на неё, открыв рот.

– Это твоя история? Ты поэтому уехала из родной деревни и приехала в Цитадель? Потому что здесь больше парней?

Акслин покраснела. Она собиралась сказать ей, что отправилась не за парнями, а за монстрами, но этот ответ, вероятно, только усугубил бы ситуацию.

– Я собиралась выйти замуж, да, – кивнула она. – За единственного парня, который был свободен. И не могу сказать, что он мне не нравился, но…

«Но не так, как Ксейн, – кричал её внутренний голос. – Ты никогда ни к кому не испытывала того, что чувствуешь… что чувствовала к нему», – твёрдо поправила она себя.

Она фыркнула. Вообще-то она не собиралась делиться с Оксанией личным. Она не хотела беседовать с ней даже о Дексе.

– Мы пришли, – резко сказала она.

Девушки остановились в начале улицы. Акслин отправилась вперёд, чтобы убедиться, что вокруг никого нет. Ей стало спокойнее, когда она увидела, что дверь Максины плотно закрыта. Она вернулась за Оксанией и молча повела её по узкой лестнице наверх. Когда они наконец зашли в комнату, Акслин зажгла лампу и облегчённо вздохнула.

– Устраивайся поудобнее, если можешь, – сказала она своей гостье. – Это не очень большая комната.

Оксания сидела в углу кровати, нервно оглядывая стены.

– Она маленькая, но на тебя ничего не упадет, – произнесла Акслин немного огорчённо – она весь день занималась уборкой, чтобы её гости чувствовали себя комфортно.

Оксания отреагировала странно.

– Что? Да нет, дело не в размере комнаты. Но эта обстановка… – она вздрогнула, – по правде говоря, я никогда не видела ничего ужаснее.

Акслин посмотрела вокруг, не понимая. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы сообразить, что Оксанию напугали изображения монстров, развешанные по стенам. Акслин покраснела, чувствуя себя глупо из-за того, что не подумала об этом раньше. Она так привыкла к этим рисункам, что вообще не обращала них внимания.

– А, это… это – часть моей работы. Я пишу бестиарий.

Её гостья, ничего не ответив, встала и принялась тревожно расхаживать взад-вперёд по комнате. Акслин тоже чувствовала себя некомфортно. Почему Декс так долго? На мгновение она испугалась, что он решил опять сбежать, но отбросила эту мысль. Несмотря на то, что её друг странно вёл себя в последнее время, девушке хотелось верить, что он сдержит слово.

– Это… удивительно, – сказала Оксания.

Акслин подошла к ней. Гостья остановилась перед одним из набросков высокого стройного существа с большими фасеточными, как у насекомого, глазами.

Его фигура, напоминающая женскую, была окутана чем-то похожим на клочья разноцветного тумана, которые падали с его плеч, как плащ, и обвивались вокруг него.

– Это плачущий, – пояснила Акслин.

– Она очень красивая, – сказала Оксания, подняв руку, чтобы потрогать рисунок.

– Это монстр. Вероятно, даже не женская особь на самом деле.

Оксания удивлённо посмотрела на неё.

– Что?..

– Ты когда-нибудь видела бабочек, у которых на крыльях большие пятна, похожие на глаза? Они притворяются тем, кем не являются, чтобы отпугивать хищников. Я думаю, что плачущие выглядят так, чтобы обманывать людей. Кроме того, они издают звук, который звучит как песня, такая грустная, что разбивает сердце. Так что сначала человек слышит плачущего, и так проникается его пением, что когда монстр появляется перед ним, он стоит как вкопанный, глядя на него, настолько поражённый его красотой, что не реагирует, когда монстр накидывается, чтобы его сожрать.

Акслин замолчала, увидев ужас в глазах Оксании.

– Но, впрочем, это не имеет значения, потому что плачущие никогда не проберутся в Цитадель, – поспешила добавить она. – Стражи следят за этим.

Оксания прикрыла живот руками.

– Что будет, когда мы уйдём отсюда? – робко сказала девушка. – Как мы станем выживать за стенами?

– Ты собираешься бежать из Цитадели? – удивилась Акслин. – С Дексом?

Оксания смотрела непонимающе.

– С Дексом? – повторила она.

В этот момент раздался тихий стук в дверь.

– Акслин? – прошептал снаружи Декс.

Она облегчённо выдохнула и побежала открывать.

– Ну наконец-то! Декс, мы… – она внезапно замолчала, увидев, что тот пришёл не один.

С ним был молодой человек лет двадцати, выше и красивее Декса, его элегантная яркая одежда выдавала жителя старого города.

– Брокснан! – радостно воскликнула Оксания и бросилась его обнимать, оставив Акслин в полном недоумении. Он обнял её в ответ, но было видно, что ему немного неловко.

– Акслин! – позвал Декс. – Вы добрались сюда без проблем? Кто-то следил за вами?

– Да, но мы сбили их со следа, прежде чем вошли во второй круг, – ответила она, всё ещё озадаченная. Никто не видел, как мы поднимались сюда.

Декс улыбнулся, сразу успокоившись.

– Ну, тогда всё. Давай оставим эту парочку наедине и дадим им возможность пообщаться. Мы здесь лишние.

– Подожди, Декс… – начал протестовать Брокснан, но библиотекарь уже повернулся к нему спиной и поднял руку в знак прощания.

– Мы сделали достаточно. Теперь твоя очередь. Поговори с ней и не впутывай нас в больше неприятности. Пойдём, Акслин.

Он схватил её за руку и повёл прочь.

– Декс, подожди, Декс, – она попыталась остановить его. – Что здесь происходит?

– Что? – удивлённо спросил он. – То, что и должно происходить.

Акслин спускалась по лестнице, всё ещё растерянная.

– Но… этот молодой человек, которого ты привёл… этот Брокснан… кто он?

– Мой брат, конечно. Кто, по-твоему, это мог быть?

– Это… возлюбленный Оксании? Но ведь она спрашивала о тебе, придя в библиотеку!

– Конечно, потому что Брокснан исчез, как только узнал о её беременности. А меня она нашла без труда, потому что знала, кого обо мне спросить.

Акслин продолжала смотреть на него, всё ещё не до конца осознавая, что происходит. Декс наконец понял, что её смущает.

– Погоди… ты думала, что я отец будущего ребёнка Оксании?

Он прыснул, закрыв рот рукой, чтобы не разбудить соседей. Когда они вышли на улицу, Декс расхохотался.

– Мне это не кажется смешным, – недовольно сказала она. – Я всю неделю была уверена, что эта девушка забеременела от тебя, и теперь ты не хочешь иметь с ней ничего общего.

Декс продолжал смеяться. Ему удалось сдержаться и вытереть слёзы с глаз.

– В общем… ты права, это не смешно. Но ведь именно это и произошло. Просто ты подумала не на того. Пойдём в таверну, там посидим и спокойно поговорим. Я угощаю.

9

Во втором круге было не так много таверн, работавших допоздна, Акслин, по крайней мере, не знала ни одной. Однако Декс повел её недалеко, в местечко, где всё ещё горели фонари.

– Ого, я даже не знала, что здесь, – удивилась она.

– Тут тихо, а в это время ещё и немноголюдно, – сказал Декс, когда они заняли столик в углу. – Как раз то, что нам нужно, пока эти двое разговаривают… О, я рекомендую травяной ликёр. Здесь они делают его сами – очень вкусный и не слишком крепкий.

Акслин вздохнула.

– Нет, спасибо. Думаю, мне не помешает трезвая голова сегодня вечером. – Она с любопытством посмотрела на него. – Я и не знала, что ты знаток таверн, Декс.

Он махнул рукой.

– Да не особо. В любом случае, вы многого обо мне не знаете, сеньорита.

– Ну, ты не слишком разговорчив, а я не та девушка, которая задаёт много вопросов.

Декс рассмеялся.

– Если речь не идёт о монстрах, конечно, – отметил он.

В её голове опять всплыли слова Ксейна: «Тебя больше волнуют монстры, чем люди».

Акслин молчала, пока её друг заказывал напиток. Ей не хотелось ничего брать, поэтому она просто положила руки на стол и ждала, пока тот немного выдохнет. Затем она сказала:

– В конце концов сегодня я узнала, что ты точно не из тех, кто оставляет девушек с разбитым сердцем, и, самое интересное… что у тебя есть брат… Ты из старинного рода? – спросила она, приподняв одну бровь.

– В точку, – кивнул он. – Дексар де Галуксен, к вашим услугам.

Даже Акслин, не слишком хорошо знавшая генеалогию знатных семей, слышала о де Галуксене.

– Позволь узнать, что ты забыл во втором круге? У вашей семьи, должно быть, есть дворец в старом городе?

– Вообще-то три, – поправил он, но это неважно. – В любом случае, ты видела моего брата. Высокий, красивый и обаятельный. Мы не слишком похожи.

Это несправедливо, подумала Акслин: из них двоих Брокснан, и правда, красивее, но всё же они похожи фамильными чертами лиц. У обоих ярко-голубые глаза. Но если у Декса они тёплые и дружелюбные, в глазах Брокснана видны холодность и высокомерие.

– На первый взгляд Брокснан выглядит как достойный наследник дома Галуксена, – продолжал Декс. – Но тот, кто знаком с ним лично, знает, что на самом деле он легкомысленный и думает только о себе. В общем, – вздохнул он, – в старом городе полно таких придурков, как он. Или как братья Оксании. Я рос, изучая историю своей семьи и её значимость для Цитадели, как мог готовился к важной миссии, но… оказалось, что это всё никому не нужно. Брокс – старший и… наследник. Поэтому мои родители всегда выделяли его, и им всегда было всё равно, чем я буду или не буду заниматься.

Акслин не знала, что сказать. Она всё ещё не до конца понимала, как устроена настоящая семья. Декс заметил её растерянность и улыбнулся.

– Ну, на самом деле это не так уж и страшно, – сказал он, – потому что когда я решил уйти из дома, мне никто не мешал. Не быть слишком важным тоже имеет свои преимущества. И не делай такое лицо. Я счастлив, живя во втором круге, и мне очень нравится моя работа в библиотеке. Я бы не вернулся в старый город ни за что на свете.

– Значит, твой брат… он тоже ушёл? – спросила Акслин.

Декс вздохнул.

– Нет. Мой брат – трус, который боится ответственности и временно прячется в моём доме, как крыса. Вот и вся история.

– В Цитадели любовные отношения, похоже, подчиняются особым правилам, – пробормотала Акслин. – И я не совсем понимаю их. Твой брат должен жениться на Оксании? Поэтому её семья так расстроена?

– Всё несколько сложнее. Мой брат – хорошая партия, но он годами убеждал всех, что вокруг него крутятся девушки и хотят его соблазнить. И я не отрицаю, что во многих случаях так и есть. Но он пользуется этим, и до сих пор не заключил союз ни с кем, к неудовольствию наших родителей.

– А теперь, когда ребёнок на подходе, не пора ли наконец принять решение?

– Я об этом и говорю. Но подозреваю, что Брокснан на самом деле не любит Оксанию. Боюсь, для него она была просто развлечением. Он даже сомневается, что это его ребёнок, а значит, либо врёт, чтобы спасти свою шкуру, либо просто не помнит, потому что был пьян. Ни один из вариантов не делает ему чести.

– Ох, бедная Оксания! – возмущённо воскликнула Акслин. – Думаю, она действительно влюблена. Она даже думает покинуть Цитадель, чтобы сбежать от своей семьи и жить с ним.

Декс покачал головой.

– Это будет сложно. Оксания играет слишком важную роль в планах своей семьи. Они не позволят ей просто уйти.

– Но твой брат – наследник. Хорошая партия, как ты сам сказал.

– Жених Оксании ещё лучше. Их сосватали ещё в детстве. Мой брат знал это и должен был держаться от неё подальше. Теперь мало что можно сделать. Думаю, родители Оксании хотели сохранить её беременность в секрете, но у них не получилось. Она безнадёжно влюблена в Брокснана и публично заявила, что ждёт от него ребёнка и не выйдет замуж ни за кого другого. После этого у Брокса не было времени улизнуть. Он уже несколько недель прячется в моём доме, потому что думает, что братья Оксании не будут его там искать. Ну а остальную часть истории ты уже знаешь.

– Так чего же теперь ждать?

– Наверное, Брокс попытается убедить Оксанию вернуться домой, выйти замуж за её жениха и забыть о нём. И так будет лучше для всех.

Он допил свой стакан и встал.

– Пойдём обратно? У них было достаточно времени, чтобы всё прояснить, и я думаю, что ты сама уже хочешь домой.

По дороге Акслин широко зевала. Но сразу проснулась, когда внезапно увидела у лестницы Максину.

– Акслин? Где ты ходишь в такой час? А, – добавила она, увидев рядом с ней Декса. – Понятно.

У Акслин не было ни времени, ни желания оправдываться.

– Спокойной ночи, Максина, – просто ответила она. Декс виновато улыбнулся.

На этот раз она схватила его за руку и потянула наверх. Они дошли до двери комнаты и вошли без стука.

И увидели то, что совсем не ожидали увидеть. Брокснан и Оксания стояли в разных углах комнаты, явно ни о чём не договорившись. Лицо Оксании было мокрым.

– Брокс, что ты сделал? – Декс вздохнул.

Брат одарил его ледяным взглядом.

– Я пытаюсь объяснить ей, что наши отношения должны закончиться. Она должна выйти замуж за де Фадакси и забыть обо мне.

Акслин с некоторым удивлением услышала высокомерный и самоуверенный тон Брокснана, как будто он и не прятался последние недели в доме своего младшего брата, убегая от тех, кто хотел отомстить ему.

– Брокснан, как ты можешь говорить мне такое? – всхлипнула Оксания, сложив руки на животе. – Ты обещал мне, что мы будем вместе вечно! Что ты спасёшь меня от брака по расчёту, заберёшь из Цитадели, что мы вырастим нашего сына вместе и ты защитишь нас ото всех монстров…

Акслин с удовольствием заметила, что Брокснан побледнел.

– Я не… я не помню, чтобы говорил всё это.

– На вечеринке у де Ваксаньянов, разве ты не помнишь? Ты тогда поклялся мне в вечной любви, а потом…

Брокснан откашлялся.

– Я, конечно, помню вечеринку, но без подробностей.

– О, говорят, это был прекрасный праздник, – с резкостью вмешался Декс. – А то, какой вы с Оксанией были прекрасной парой, обсуждали даже во втором круге.

Брат слегка покраснел.

– Может, и так, но это не значит…

– Брокснан, – перебила его Оксания, – я не вернусь домой. Если ты оставишь меня, я обращусь к правосудию Верховной Власти и расскажу всю правду.

Декс вздохнул и отвёл брата в сторону. В комнате было тесно, поэтому Акслин оказалась достаточно близко, чтобы слышать, о чём они говорят.

– Брокс, это серьёзнее, чем я думал. Ты говорил, это была просто оплошность, роман на одну ночь с неожиданными последствиями…

– Именно так и было, Декс. Она помолвлена с де Фадакси!

– Она говорит, что ты дал ей клятву. Если она обратится к правосудию, то твоё слово будет против её.

Брокснан ничего не сказал.

– Да ладно, Брокс, она беременна. Если она хочет выйти за тебя замуж, я не вижу другого выхода. Де Фадакси не примут её в семью с распростёртыми объятиями, если она родит ребёнка от тебя. Ты втянул её в неприятности, брат.

Брокснан колебался.

– Этого не должно было случиться, – пробормотал он.

– Ну, у меня для тебя новость: когда ты ложишься с девушкой в постель, иногда такое случается.

Брат бросил на него раздражённый взгляд.

– Да что ты говоришь…

Акслин слышала, как братья обсуждают варианты. По-видимому, никакой план не был осуществим без согласия Оксании.

– А если сделать, как она хочет? – спросил Декс. – Ты увозишь её из Цитадели, в Цивилизованные Земли. Рождается ребёнок, проходит время, всё успокаивается, и тогда вы возвращаетесь, чтобы поселиться в старом городе. К тому времени, если повезет, де Фадакси найдёт другую девушку из хорошей семьи, чтобы жениться, и наш отец смягчится.

– Декс, я не хочу на ней жениться.

– Раньше надо было думать, брат.

Брокснан хмыкнул и смущённо отвёл взгляд. При этом он заметил Акслин.

– А ты что здесь делаешь? – вдруг спросил он.

Она обиженно поморщилась:

– Я здесь живу.

Юноша хмуро огляделся, словно ожидая увидеть тараканов.

– Интерьер можно улучшить, – сказал он. – Если только ты не хочешь отпугивать гостей этими ужасными рисунками.

Акслин глубоко вздохнула и Декс поймал её раздражённый взгляд.

– Пора уходить. Давай, Брокс, надо на что-то решиться. Мы не должны мешать Акслин и беспокоить её соседей своими ссорами.

– Очень любезно с твоей стороны, – сказала она.

Брокснан вздохнул и покосился на Оксанию, которая снова села на кровать, всем своим видом выказывая недовольство.

– И как, по-твоему, я вытащу её из Цитадели? Семья ищет её.

– Очевидно, сегодня вы не можете уехать. Братья Оксании знают, что она сбежала из дома и не исключено, что все выходы контролируются. Возможно, придётся подождать пару дней, чтобы организовать побег.

Брат наклонил голову.

– Может сработать.

Обсуждение было недолгим. Оксания, воодушевлённая тем, что её возлюбленный, казалось, был готов сбежать с ней, выглядела повеселевшей и благоразумной, даже когда Декс сказал, что ей пора возвращаться домой.

– Мы пока не можем вытащить тебя отсюда, это слишком опасно. Но мы подготовим всё, чтобы вы могли встретиться с Броксом через несколько дней, когда твои братья немного ослабят бдительность. Ты можешь подождать?

Она кивнула, её щёки порозовели.

– Я готова… если он сдержит своё обещание. Ты не можешь снова исчезнуть, Брокснан, – сказала она с упрёком. – Это недостойно твоего рода.

Он прищурился, но ничего не сказал.

Наконец гости попрощались.

– Возможно, завтра я не смогу прийти в библиотеку, – сказал Декс перед уходом. – Я должен убедиться, что Оксания доберётся до дома в целости и сохранности, а Брокс не попадётся своим будущим родственникам.

– Удачи тебе, – пробормотала она. – Я извинюсь перед мастером Приксией.

Она закрыла за ними дверь и глубоко выдохнула, радуясь, что снова осталась одна. И подумала, что всё-таки люди гораздо сложнее монстров.

* * *

Ксейн должен был встретиться с инструктором Бакстаном в главном дворе на рассвете. Ожидая, он смотрел на тренировку бригады новобранцев. Он снова почувствовал ту странную смесь страха и тоски. Одно из худших событий в его жизни произошло там, в том самом дворе, но, как бы он ни старался, сильно злиться не мог. Стражи были теперь его единственной семьёй, а Бастион – их первым общим домом. Однако он не хотел бы заново пережить дни своего обучения, хотя бывало в них и хорошее.

– Ты скучаешь по всему этому? – голос Бакстана прозвучал так, словно тот читал мысли.

– Не уверен, – осторожно ответил Ксейн. Инструктор улыбнулся, но больше ничего не сказал.

– Пойдём со мной, – приказал он.

Ксейн последовал за ним через двор. Однако на мгновение остановился, заметив, что Бакстан ведёт его к входу в подземный ярус, известный как Яма.

– Это практический урок, сеньор? – спросил он. – Мы будем сражаться?

– Сегодня нет, Ксейн. Но важно, чтобы ты был предельно внимательным.

Юноша кивнул.

Под Бастионом раскинулась сеть галерей, куда они спустились по лестнице. У входа в главный коридор их ждали двое Стражей. Узнав надсмотрщика над монстрами, Ксейн инстинктивно попятился. Этот человек был ещё и палачом, жестоко наказавшим Ксейна за попытку побега из Бастиона. Триста тридцать три удара плетью, вспомнил он с содроганием.

Стараясь сосредоточить свои мысли на чём-то другом, он с удивлением понял, что второй Страж, сопровождавший их, был из Серебряной дивизии. Ксейну было известно, что с другой стороны стены, разделяющей помещение, тоже находился вход в Яму – через него шли на тренировку его товарищи с серебряными глазами. Но графики составлялись так, что новобранцы из разных дивизий редко пересекались.

– Сегодня нас будет сопровождать инструктор Галадакс, – пояснил Бакстан, представляя Стража из Серебряной дивизии. – Не будем его сильно задерживать, его ждут в бригаде.

Трое мужчин двинулись вперёд, Ксейн последовал за ними. По обе стороны коридора располагались ряды камер. Большинство из них были пусты, в других сидели монстры, прикованные цепями. Они злобно рычали, когда Стражи проходили мимо. Наконец все четверо остановились у закрытой двери в конце бокового коридора.

– Начнём с этого, – объявил инструктор Бакстан. – Смотри.

Юноша заглянул в зарешёченное окошко в двери, чтобы осмотреть камеру. Там оказалось пусто. Он озадаченно перевёл взгляд на инструкторов. Но те стояли молча.

И тут Ксейн понял.

– Там… что-то есть, да? – пробормотал он. – Что-то, чего я не вижу. И не чувствую.

– И мы тоже, если тебе от этого станет легче, – ответил инструктор Бакстан, указав на себя и Стража Ямы.

– Он там, – сказал инструктор Галадакс, заглянув в окошко. – Свернулся калачиком в углу. – И, повернувшись к Ксейну добавил, – мне сказали, что ты уже сталкивался с одним из них в Цитадели.

– Да, моя напарница без особых проблем сбила его с ног, но я… я даже не понял, что происходит, когда она это сделала. – Он задумчиво нахмурился. – Значит, тень заперта в этой камере, чтобы новобранцы тренировались сражаться с такими, как она? – спросил Ксейн.

Заговорил Страж Ямы. Обычно неразговорчивый, он всегда отвечал на вопросы о монстрах.

– Она здесь не для того, чтобы с ней сражались, – сказал он. – Все новобранцы Серебряной дивизии приходят сюда и наблюдают за ней, чтобы знать, что это за существа и как их распознать. Но мы никогда не выпускаем её из камеры. Мы даже не приближаемся к ней без Стража Серебряной дивизии, который может её видеть. Она бы с лёгкостью ускользнула даже у меня.

– Я понимаю, – неуверенно сказал Ксейн.

– Но иногда из Цитадели приходят Стражи, чтобы допросить её. – Мужчина равнодушно пожал плечами. – Пустая трата времени, на мой взгляд.

– Допросить её? – повторил Ксейн, не понимая.

– Есть много вещей, которые мы до сих пор не знаем о безымянных монстрах, – объяснил инструктор Галадакс. – Стражи пытаются выяснить, каковы их намерения, по крайней мере, чего они хотят от людей… и я не сомневаюсь, что однажды мы это узнаем.

– Продолжай мечтать, Страж, – прошептал грубый голос из камеры.

Ксейн дёрнулся и с бешено колотящимся сердцем уставился в маленькое окошко. Но внутри он по-прежнему ничего не видел.

Однако расслышал низкий глухой смех.

– В чём дело, малыш? Я не то, чего ты ожидал?

Ксейн отпрянул от двери и повернулся к Стражам.

– Он… говорит, – дрожащим голосом произнёс Ксейн.

– Да, – подтвердил инструктор Галадакс. – И можно было бы подумать, что безымянные монстры не так страшны, как другие, потому что не едят людей, как это делают обычные монстры. Это распространённое заблуждение. Правда в том, что эти существа ещё хуже. Потому что они разумные.

– Разумные… как мы? – осмелился спросить Ксейн. Он услышал хриплый смех невидимого существа за спиной и с трудом подавил дрожь.

Стражи сурово посмотрели на него.

– Разумный, да, – ответил инструктор Бакстан. – Но не такой, как мы. И именно это делает их такими опасными.

Он повернулся и зашагал прочь от камеры. Ксейн и два других Стража последовали за ним.

– Дело в том, что мы изучаем их веками и до сих пор не смогли понять, чего они хотят и почему так поступают, – добавил инструктор Галадакс. – Единственное, что мы знаем наверняка, это то, что они ненавидят людей. Поэтому мы должны сделать всё возможное, чтобы найти их всех в Цитадели, и как можно скорее уничтожить. Это сложно, потому что, как ты уже мог догадаться, обнаружить их нелегко. Даже серебряным Стражам.

– Безымянные не очень-то сильные, – сказал Страж Ямы, – и их легко победить в ближнем бою. Они знают это, и потому стараются оставаться незамеченными. Чаще всего им это удаётся.

– Дело в том, что мы понятия не имеем, сколько подобных тварей может бродить по Цитадели, Ксейн, – заключил инструктор Бакстан. – Успокаивает немного то, что в отличие от других монстров, они не нападают на всех подряд. Время от времени они убивают, но нам никак не удаётся найти закономерность в их нападениях. Это делает их ещё более непредсказуемыми.

– Понимаю, – пробормотал Ксейн.

Они на мгновение остановились в главном коридоре.

– На этом моя работа здесь закончена, – объявил инструктор Галадакс. – Надеюсь, остаток утра вы проведёте с пользой.

– Без сомнения. Хорошей службы, Галадакс.

– Хорошей службы, – попрощался тот.

Они смотрели ему вслед, пока он шёл по коридору к лестнице. Затем инструктор Бакстан кивнул Стражу Ямы, тот повернулся и повёл их обратно в недра своего царства.

Через несколько мгновений они остановились перед другой камерой. Инструктор предложил Ксейну заглянуть внутрь, тот послушался, надеясь, что в ней тоже пусто.

И изумлённо вскрикнул, увидев в углу человеческую фигуру.

10

Существо было маленьким, очень худым, с длинными светлыми волосами, одетым в тонкую, местами грязную и порванную тунику. Почувствовав присутствие человека, оно повернулось к нему, и Ксейну стало нехорошо.

Оно оказалось ребёнком. Девочкой лет семи. На её измождённом лице выделялись огромные беспокойные глаза. Ксейн заметил на грязных щеках полосы от слез и отвернулся, чтобы не видеть этой картины.

– Что там делает эта девочка? – сиплым голосом спросил он. – Почему вы заперли её?

Инструктор покачал головой.

– Посмотри ещё раз, Ксейн.

Он сглотнул слюну и зажмурился, разрываясь между привычкой повиноваться и желанием спасти эту малышку от жестоких страданий, которые причиняли ей Стражи. Но присутствие Стража Ямы напоминало ему, что произошло, когда он осмелился подумать о себе и бросить вызов правилам. Так что Ксейн глубоко вдохнул и снова повернулся к окошку.

Девочка испуганно посмотрела на него, пару раз моргнула и тихо заплакала. Ксейн снова отошёл от двери.

– Сеньор, – сказал он дрожащим голосом, – это неправильно. Я не знаю, почему эта девочка здесь, но ей тут не место. Её нужно вытащить отсюда немедленно.

Инструктор вздохнул.

– Конечно, она хочет, чтобы ты это сделал. И это сработало бы с обычными людьми и с половиной Стражей. Но мы с тобой не должны на это вестись. Продолжай смотреть, Ксейн.

– Но…

– Продолжай смотреть, Страж.

В горле Ксейна застряли слова, которые он уже готов был произнести, и он в третий раз посмотрел на девочку. Ему хотелось верить, что этому зверству есть логическое объяснение, и он старался делать то, что ему приказал инструктор, а не руководствоваться чувствами. Но малышка выглядела такой испуганной и беспомощной… не говоря уже о той крайней худобе, которая указывала на то, что её не кормят.

– В первый раз их трудно отличить, – сказал инструктор Бакстан у него за спиной. – Надо тренировать взгляд. Он знает это и сделает всё возможное, чтобы сбить тебя с толку, пока ты ещё уязвим.

Ксейн прищурился.

– Он? – повторил Ксейн.

И стал внимательно наблюдать за малышкой. Та застонала и отчаянно взмолилась.

– Пожалуйста… пожалуйста, выпустите меня. Я хочу домой.

Ксейн на секунду отвёл взгляд, но вновь заставил себя смотреть в окошко. Девочке показалось, что он собирается отойти от двери, и выражение её лица вдруг изменилось – стало враждебным и странно расчётливым. Это было настолько несвойственно маленьким девочкам, что Ксейн моргнул и снова уставился на неё, его сердце бешено колотилось. Он пытался понять, не показалось ли ему это. Но вновь видел только плачущую и испуганную малышку.

Тогда он стал наблюдать за ней внимательнее.

Внезапно черты её лица на мгновение как будто расплылись.

Ксейн озадаченно потряс головой. Девочка резко повернулась к нему спиной и закрыла лицо руками, но он снова увидел, что её силуэт стал нечётким, словно её и не было на самом деле.

– Пока достаточно, – сказал инструктор Бакстан. – Это требует времени и практики, поэтому ты вернёшься сегодня днём и продолжишь наблюдать. А потом ещё раз вечером, перед ужином. И так каждый день. Понял?

Ксейн кивнул и решительно отошёл от двери. Ещё не понимая, что происходит, он последовал за инструктором и Стражем Ямы обратно наверх. Очутившись снова на свежем воздухе, он глубоко с облегчением вздохнул. Но вопросы бились у него в голове, как слюнявые в ловушке из петрушки, и он не мог совсем ничего не спросить:

– Что… что я должен был увидеть?

Инструктор уставился на него золотыми глазами.

– Это ты мне скажи, – ответил он. – Что ты видел?

– Я видел девочку… большую часть времени. Но был момент, когда мне показалось… – он колебался, прежде чем закончить фразу, – что-то другое. Как будто она не совсем реальна.

Инструктор кивнул, но ничего не сказал.

– Разве она не… настоящая девочка? – осмелился спросить Ксейн.

– Сейчас она девочка, – ответил Страж Ямы, – и, возможно, будет ею сегодня днём, когда ты вернёшься. Но, скорее всего, завтра она будет выглядеть по-другому: старик, младенец, беременная женщина, тяжело раненный человек. Любая форма, которая может тронуть тебя до такой степени, что ты начнёшь сомневаться.

Ксейн смотрел на него, поражённый.

– Любая форма?.. – повторил он.

– Это существо на самом деле не человек, – пояснил инструктор Бакстан. – Это метаморф, оборотень, также называемый «меняющий кожу». Монстр, способный выдавать себя за человека настолько мастерски, что практически никто не может его распознать.

Ксейн остановился посреди двора, ошеломлённый.

– Меняющий… кожу? Но… как это возможно?

– Метаморфы – это ещё один вид безымянных монстров, – продолжал объяснять Бакстан. – Они тоже обитают в Цитадели, прячась среди обычных людей. Незаметны даже для Стражей Серебряной дивизии. Только мы, золотоглазые, можем их распознать. Потому что наши глаза обладают способностью видеть их так же, как принадлежащие к Серебряной дивизии могут обнаружить невидимых существ.

Ксейн почувствовал, что у него подкашиваются ноги, и ему пришлось прислониться к стене, чтобы не упасть.

– Но это…

Он не смог закончить фразу, замолчал, пытаясь уложить у себя в голове свалившуюся на него информацию.

Монстры, похожие на людей. Притворяются людьми. Ожидая подходящего момента, чтобы застать своих жертв врасплох, зная, что они не смогут убежать или попросить о помощи, потому что не видят в них угрозы.

У него закружилась голова.

– Теперь ты должен научиться смотреть, – заключил инструктор. – Ты должен уметь отличать метаморфа от реального человека в самой густой толпе. Все Стражи сражаются с монстрами, но особая миссия Золотой дивизии состоит в том, чтобы защитить людей от оборотней, которые прячутся среди них. Однако, – добавил он, прежде чем Ксейн успел возразить, – есть нечто столь же важное, как поиск и уничтожение метаморфов, а именно сохранение их существования в тайне. Нельзя допустить, чтобы граждане перестали доверять друг другу. Мы не можем позволить безымянным посеять страх и сомнение в сердцах граждан. Цитадель – ядро цивилизованного мира, это последняя надежда всего человечества, и она должна им остаться. Ты понял?!

Он говорил предупреждающим, почти угрожающим тоном, и Ксейн понял почему. Давным-давно он предал Стражей, поэтому от него скрывали жизненно важную информацию. Вероятно, он был единственным новобранцем, окончившим Бастион, не зная о существовании безымянных монстров. Но он сам был виноват в этом.

Он стиснул зубы: такого больше не повторится.

– Я понял, сеньор, – ответил он, вытянувшись в струну.

Он всё ещё слегка дрожал, и инструктор, заметив это, улыбнулся и сказал:

– Иди в свою комнату и подумай об этом, Страж. Я знаю, всё, что мы открыли тебе сегодня, трудно принять. Но я хочу, чтобы ты вернулся в Яму после обеда. У нас много дел в ближайшие дни, и я надеюсь, что ты справишься.

Ксейн решительно кивнул.

* * *

Декс давно не приходил в библиотеку, и Акслин начала волноваться. Слушая сплетни на рынке и расспрашивая людей то тут, то там, она поняла, что о кратковременном ночном побеге Оксании никому не известно, однако ходили слухи о конфликте между тремя знатными семьями. Никто не знал, где Брокснан де Галуксен, отец будущего ребёнка Оксании, и многие предполагали, что он бежал из Цитадели. Однако никто не упоминал об исчезновении Оксании, и Акслин недоумевала, почему они не сбежали вместе. Может быть, Брокснан всё-таки решил уйти без неё, как доносили слухи?

Однажды утром Декс, наконец, снова появился. Акслин чуть не сбила его с ног, когда увидела.

– Декс! Как я тебе рада! Я уже боялась, что у тебя серьёзные проблемы.

– Ну, видишь ли, тебе не так-то легко будет избавиться от меня, – сказал он, улыбаясь. – Мне нужно тебе кое-что рассказать. Если у тебя есть свободная минутка, я могу коротко всё изложить.

Они уединились в тихом уголке, и Декс рассказал ей в двух словах, что с побегом пока проблема, потому что семья Оксании не позволяет ей выходить из дома без присмотра. И пока они ищут способ воссоединения, Брокснан всё ещё прячется во втором круге.

– Он больше не со мной живёт, к счастью. Вчера меня разыскали братья Оксании. Они заявились ко мне домой, убедились, что Брокса там нет, и ушли. Вот почему я думаю, что смогу вернуться к нормальной жизни. Но пока мне нужно убедиться, что никто не следит за мной, когда я иду к брату.

Акслин нахмурилась.

– Думаешь, в слухи о том, что он покинул Цитадель, поверили?

– Надеюсь, что да, хотя, вероятно, они будут следить за мной ещё несколько дней, на всякий случай, – вздохнул он. – Не хочу тебя втягивать в наши дела, но нам опять нужна твоя помощь.

– Ты хочешь снова использовать мой дом как место для встречи?

– Нет. Мой брат вполне хорошо устроился, хотя я уверен, что он так не считает, но это место ни в коем случае не должно быть связано со мной. Вот почему я хочу попросить тебя побыть связной. Нужно отнести ему кое-какие вещи… Чтобы его не узнали, он не должен выходить на улицу, попадаться людям на глаза.

Акслин вздохнула. Ей не особо понравился брат Декса, и она не хотела встречаться с ним снова.

– Ладно, можешь на меня рассчитывать, – ответила она. – Однако он не может прятаться вечно, Декс.

– Так будет только до парада, – успокоил он её.

– Парада?

– Я имею в виду парад ко Дню Цитадели, который будет через десять дней. Мы выбрали этот день для побега, чтобы скрыться в толпе…

– Но на улице будет не только много людей, но и много Стражей.

– Да, но они будут в основном интересоваться теми, кто входит в город, а не теми, кто выходит. Стражи Цитадели на параде не для того, чтобы следить за людьми, а для того, чтобы ни один монстр не пробрался через внешнюю стену.

Акслин кивнула.

– Может сработать.

– К тому времени, надеюсь, я сумею организовать побег этой парочки. Если повезёт, они сразу исчезнут, и всё вернётся на круги своя.

Акслин была на параде в прошлом году, и там действительно была толпа. В прошлогодних торжествах принимали участие все Представители и Советники Верховного Правителя, а также члены самых знатных и влиятельных семей старого города. В некоторые годы кортеж возглавлял сам Верховный Правитель. И это был единственный раз в году, когда он покидал старый город, чтобы показаться горожанам. В прошлом году, однако, объявили, что главе Цитадели нездоровится, и его место занял Советник по Городскому Планированию.

– Оксания будет на параде? – спросила Акслин с любопытством.

– Нет, она будет в ложе своей семьи. Я попытаюсь вытащить её оттуда так, чтобы никто не узнал. Я уже подготовил кое-что. Но мне нужно, чтобы ты была с Броксом, пока мы их не воссоединим. Ты не против пропустить парад?

Акслин это торжество немного пугало – она так и не привыкла к такому количеству людей. Она бы с удовольствием не пошла.

– Вовсе нет, – ответила она. Потом сделала паузу и добавила: – Тебя не раздражает, что тебе приходится возиться со старшим братом, как с маленьким ребёнком?

Декс смиренно вздохнул.

– Не в первый раз, не волнуйся. Я привык.

Она обеспокоенно покачала головой.

– Надеюсь, из-за этого у тебя не будет неприятностей.

В тот день они больше не говорили об этом, но во второй половине дня Декс передал Акслин бумагу с указаниями, как добраться до того места, где прячется его брат. Это был подвал под складом зерна в юго-восточном районе второго круга. Она запомнила маршрут, а затем из предосторожности уничтожила записку.

В тот день, когда Акслин вернулась домой, у неё уже было составлено расписание, как успеть на неделе пару раз навестить Брокснана. На пороге её ждала Максина.

– Акслин, к тебе приходил посыльный с извещением, – серьёзно объявила она, протягивая запечатанное письмо.

Девушка боялась его взять.

– Это… плохие новости?

– Не всегда. Но… ты не узнаешь, пока не прочитаешь.

Заинтригованная, Акслин открыла письмо. Чтобы понять суть, ей пришлось несколько раз перечитать его, сначала с недоумением, а потом с нарастающим гневом.

– Всё в порядке? – спросила Максина.

Она сделала глубокий вдох, чтобы сдержаться.

– «Гражданка Акслин из второго круга, район западных ворот, – прочла она вслух, – данным извещением сообщаем Вам, что по просьбе Стражей Цитадели, поскольку Вы неоднократно были уличены во вмешательстве в их работу по наблюдению за монстрами и защите граждан, отныне Вам запрещено покидать своё жилище и ходить по какому-либо району Цитадели между заходом и восходом солнца, ради Вашей собственной безопасности и безопасности остальных граждан…»

– Поверить не могу. Ксейн! – сказала она сквозь зубы.

Максина растерянно смотрела на неё.

– Что именно это значит?

Акслин в ярости смяла бумагу.

– Мне запрещено выходить ночью, – пробормотала она. – Но Стража Цитадели не властна надо мной, не так ли?

Хозяйка взяла извещение, расправила его и внимательно изучила.

– Нет, это постановление от Советника Управления Порядка и Юстиции. Не от него лично, конечно, а от его подчинённых. Приказ исходит от них, но они вынесли это решение, потому что Стража Цитадели попросила их что-то сделать с тобой.

– И они… просто подчиняются?

– Это не так, Акслин. Хотя любой может подать жалобу в Управление Порядка и Юстиции, именно они решают, следует им что-то делать или нет.

– Но меня-то никуда не вызывали, и меня никто не спрашивал. Неужели они просто верят тому, что говорят Стражи?

Максина пожала плечами.

– А почему нет? То, что они делают, очень важно. Наша жизнь зависит от Стражей Цитадели, в Управлении это знают и очень серьёзно относятся к их просьбам. Если они считают, что тебе лучше держаться подальше… они, вероятно, правы.

Девушка не ответила, продолжая злиться.

– Они уже много веков сражаются с монстрами, Акслин. Они знают, что делают.

«Наверное, да», – подумала она печально. Но она каждый месяц имела дело со Стражами, и у неё никогда не было проблем… до тех пор, пока Ксейн не дал ей понять, что не хочет видеть её там. А учитывая, как он вёл себя, трудно было поверить, что за этим письмом не крылась личная месть.

Днём навещать Брокснана, и оставаться незаметной было сложнее. Акслин раздражённо вздохнула. «Я этого так не оставлю», – пообещала она себе.

* * *

Акслин давно не встречала Ксейна и считала, что такое совпадение не случайно. Получив извещение, она безуспешно искала его по Цитадели. Однажды утром, проходя через ворота, ведущие на Рынок у Стены, она узнала одного из Стражей, патрулирующих Стену. Это была блондинка, которая обычно работала в паре с Ксейном. Акслин не помнила её имени, да и вряд ли вообще когда-нибудь слышала.

– Прошу прощения, Страж, – обратилась она к блондинке. – Я ищу Ксейна. Я давно его не видела, мне очень нужно с ним поговорить. Ты не знаешь, где он сегодня?

Блондинка устремила свои серебряные глаза на Акслин, которая, хоть и жила в Цитадели довольно давно, всё ещё не могла привыкнуть к пронизывающему взгляду Стражей.

– Ксейна здесь больше нет. Его отправили в Бастион.

Акслин встревоженно вдохнула. Страж внимательно следила за её реакцией.

– Это временно, – добавила она, хотя Акслин и не спрашивала. – Ему дали новое задание, он, вероятно, вернётся через пару недель.

Акслин промолчала, потому что не знала, как отнестись к этому известию.

– Если у тебя возникнут вопросы или нужна помощь, тебе может помочь любой другой Страж, – продолжила блондинка.

Акслин наконец отреагировала.

– Да, я… спасибо, Страж…

– Рокс.

– Страж Рокс. Я получила официальное извещение. Мне приказано больше не выходить из дома по ночам. В письме говорится, что это из-за жалобы Стражей.

Рокс продолжала с любопытством смотреть на неё, и Акслин стало не по себе.

– Я ничего об этом не знаю, гражданка, – ответила она, наконец. – Мы, Стражи, сражаемся с монстрами. Не нам указывать обычным людям, когда они могут выходить из дома.

– Ксейн говорил другое, – заметила Акслин, скрестив руки на груди.

Ей показалось, что Рокс слегка улыбнулась.

– Ксейн иногда может наговорить лишнего, – вежливо ответила она, – но правда в том, что никто из нас не имеет права запрещать тебе гулять по ночам, если только не прорвался монстр и не объявлена срочная чрезвычайная ситуация. Ты гражданин-резидент, ты должна знать правила.

– Тогда почему…

– Вероятно, у нашего начальства были причины, которые убедили Управление Правосудия Верховного Правителя. Ты должна поговорить с ними в первую очередь.

Акслин больше ничего не спрашивала. Она поблагодарила Рокс, попрощалась и задумчиво пошла по улицам Цитадели.

Может, она просто себя накручивает. Может быть, Ксейн не имеет ко всему этому никакого отношения. Всё, что сказали Рокс и Максина, звучало вполне разумно.

Тем не менее… она не могла отделаться от мысли, что между всеми этими событиями существует какая-то связь. Ещё и Ксейна снова отправили в Бастион. Зачем? У Стража Рокс это не вызывало никаких эмоций, но Акслин беспокоилась.

«Может быть, мне стоит больше доверять ей», – сказала она себе. Рокс всегда казалась очень разумной. И хорошо знала Ксейна. Наверное, лучше, чем сама Акслин. И Ксейн ценил это.

Внутри у неё всё сжалось, но она старалась не обращать на это внимания.

Акслин вздохнула. В последние дни происходило слишком много такого, что ей не нравилось, и на что она не могла повлиять. А ближайшее будущее предвещало ещё больше сложностей: она должна была стать связным между Дексом и его братом, при этом, не имея возможности выходить на улицу по ночам, да ещё и сделать так, чтобы за ней никто не следил.

И не видя Ксейна.

Акслин не искала встреч специально, но ей нравилось пересекаться с ним в Цитадели, хотя она и не хотела признаваться в этом даже самой себе. Целый год она ничего о нём не знала, но теперь, даже несмотря на то что отношения между ними закончились, её утешала мысль, что он где-то рядом. Даже если они не говорили друг другу ни слова, что, кстати, было даже хорошо: каждый раз, когда они разговаривали, у неё складывалось ощущение, что пропасть между ними становится ещё глубже.

«Конечно, это не имеет значения», – повторила она. Но перестать думать о том, что произошло в прошлый раз, когда Ксейна отправили в Бастион, ту крепость в Диких Землях, где растили будущих Стражей Цитадели, не могла. Она попыталась убедить себя, что их отношения сломала долгая разлука. Оба выросли и повзрослели. Всё было уже не так, как раньше.

Однако в глубине души она по-прежнему считала, что Ксейн изменился не по своей воле. Если он вернулся в Бастион, что тогда останется от молодого человека, которого она знала когда-то?

Она с силой закрыла глаза. «Доверься Стражам, Акслин, – сказала она себе. – Они здесь, чтобы защитить нас».

Акслин понимала, что недоверие к Стражам она, скорее всего, «унаследовала» от матери Ксейна, которая так старалась удержать их подальше от своего сына, что никогда даже не говорила ему об их существовании.

Но Кинакси не могла знать всё. Возможно, она ошибалась насчет Стражей и во многом другом – тоже.

Акслин попыталась выбросить эти мысли из головы. У неё были планы, и она не собиралась провести весь день в мыслях о Ксейне.

Но Цитадель вдруг показалась ей печальнее и мрачнее только из-за того, что как минимум две недели у неё не будет никакого шанса его увидеть.

11

Когда Ксейн вернулся в Цитадель, она показалась ему более шумной и многолюдной, чем до отъезда. Он подумал, что это, скорее всего, потому что жизнь в деревне, где он провёл последние несколько недель, была тихой и размеренной. В Цивилизованных Землях Ксейн никогда раньше не бывал, и ему там понравилось. Жизнь там не бурлила так, как в подавляющей суетливой Цитадели, но и от заброшенной безлюдной деревни, где он вырос, сильно отличалась. В Цивилизованных Землях, несмотря на периодические нападения монстров, можно было вести спокойную жизнь, мирно сосуществовать с другими людьми или даже создать семью.

Такие мысли посещали его порой, особенно в долгие часы дежурства. Он старался выкинуть их из головы, так как прекрасно знал, что ему не дозволено мечтать о подобном. Он Страж. Его миссия, смысл его существования – сражаться с монстрами. Он не мог даже и подумать о том, чтобы разделить такую жизнь с кем-то ещё.

Возможно, именно поэтому он был в какой-то мере даже рад возвращению в Цитадель, хотя до сих пор не смог к ней толком привыкнуть. Но здесь оставались товарищи, единственные, кто мог понять его.

– Как твоё задание, Ксейн? – спросил Ярлакс, как только они встретились во дворе штаба. – Не слишком скучал среди грядок?

– Всё-таки я деревенский парень, – ответил он с улыбкой. – Грядки – это моё, родное.

Ярлакс, убеждённый горожанин, презрительно фыркнул.

– Только не говори мне, что в Цивилизованных Землях осталось так мало монстров, что у тебя было время выращивать тыквы.

– Сейчас не сезон для тыкв, Ярлакс.

– Пф-ф, тебе виднее. Добро пожаловать в столицу. Я уверен, ты найдёшь её гораздо более оживлённой, чем до отъезда.

– Да, – ответил он, неожиданно заинтересовавшись. – Мне это не кажется, верно?

– Это из-за парада ко Дню Цитадели. Ты, должно быть, слышал о нём. Многие люди приезжают из анклавов, рынок расширяется, а в день парада важные люди из старого города выходят во внешние круги, как ни в чём не бывало. Кошмар.

Ксейн удивлённо посмотрел на него.

– Полагаю, поэтому тебя вернули обратно раньше, – продолжил Ярлакс. – В эти дни Советник Управления Порядка и Юстиции всегда распоряжается усилить охрану. А Стражам придётся дежурить в особых сменах. При нынешней суете монстрам легче всего проникнуть в Цитадель, как и безымянным в центр города.

Он молча склонил голову. Ярлакс пристально смотрел на него.

– Ты уже закончил обучение в Бастионе? – спросил он наконец.

– Да, ну или по крайней мере я так думаю. Оно показалось мне более… теоретическим, чем я ожидал.

Ярлакс медлил с ответом.

– У тебя есть шанс применить знания на практике, – сказал он.

– Правда? Я так понимаю, безымянных тут не особо много.

– Я в этом не уверен, – задумчиво ответил Ярлакс. – Они живут в Цитадели, и всё же мы сталкиваемся только с одним или двумя в год. Но это может означать, что они очень хорошо прячутся.

– Да, я знаю, у них для этого есть… особые способности.

Ярлакс улыбнулся и положил руку на плечо друга, чтобы поддержать его.

– Ты справишься.

Ксейн улыбнулся ему в ответ.

– Я так понимаю, ты уже проходил через такое?

– Все мы. Ты даже не представляешь, каково было возвращаться из Бастиона после обучения, зная всё это. Монстры, которых невозможно обнаружить. Существа, которые могут менять свою внешность, живут среди нас, и никто их не замечает. – Он вздрогнул. – Постоянное напряжение, всё время всматриваешься в каждый уголок и не доверяешь собственной тени даже когда спокойно идёшь по городу…

– По городу, который называют самым безопасным местом в мире.

Ярлакс посерьёзнел:

– Для всех – да, Цитадель – самое безопасное место в мире. Не забывай.

– Знаю, знаю.

Он собирался добавить что-то ещё, когда увидел улыбающуюся Рокс.

– Рада тебя видеть, Ксейн, – сказала она.

Он улыбнулся ей в ответ.

– Я тоже, Рокс. Рад вернуться сюда.

«Домой». В то место, которому он принадлежал.

* * *

До парада ко Дню Цитадели оставалось ещё три дня, а Акслин уже ненавидела его всей душой.

Люди прибывали. Рынок был переполнен. Блюстители порядка суетились, останавливали горожан на улице и задавали какие-то дурацкие вопросы. Контроль на воротах ужесточили, поэтому часто образовывались очереди на проход между кругами. Времени на дорогу теперь уходило гораздо больше, поэтому Акслин не могла даже позволить себе изучить новые прилавки на рынке или поговорить с людьми, приехавшими издалека.

Стражей тоже стало больше. Они патрулировали в основном внешнее кольцо, но Акслин видела их, и во внутренних кругах. Они казались особенно внимательными, и это беспокоило Акслин. Она уговаривала сама себя, когда хромала в южный район второго круга к брату Декса, что Стражам незачем интересоваться, куда она идёт и зачем. Тем не менее она не могла не нервничать каждый раз, когда сталкивалась с патрулями на улице.

Братья Оксании вновь стали слоняться вокруг библиотеки. Как-то утром один обратился к ней якобы спросить дорогу: очевидно, её подозревают. Вероятно, они заметили, как она разговаривала с Оксанией когда-то, кроме того, в ночь встречи с Брокснаном, они следили за ними обеими в первом круге. Возможно, тогда они не смогли рассмотреть её близко, но, несомненно, хромота была узнаваема даже издалека.

Хотя Акслин ни разу не замечала слежки, на всякий случай она всегда была крайне осторожна, когда шла к Брокснану. По дороге, как заправский разведчик, она заходила на рынок: терялась в толпе, делая вид, что интересуется товарами на прилавках, а затем снова входила во второй круг через южные ворота.

В то утро она сделала так же, но у ворот пришлось стоять в очереди. Она беспокойно оглядывалась в ожидании. И в тут узнала одного из Стражей, охранявших проход.

Сердце замерло.

Ксейн. Ксейн вернулся.

Она глубоко вдохнула и попыталась взять себя в руки, но, подойдя ближе к воротам, почувствовала, как растёт её неуверенность. Хотя она и искала его, чтобы потребовать объяснений, сейчас уже не была уверена, что хочет этого. Она по-прежнему была убеждена, что Ксейн имеет к этому какое-то отношение, но у неё не было доказательств. Кроме того, она не хотела давать ему повода обвинить её в преследованиях или чём-то таком.

Злилась ли она? Возможно. И всё же она была рада его видеть. Даже если в глубине души не хотела, чтобы он видел её.

Акслин на мгновение закрыла глаза, злясь на себя за то, что Ксейн всё ещё её так волнует. «Всё кончено. Прими это». Поэтому, когда она, наконец, остановилась рядом с ним, пока он проверял пропуск у человека впереди, она просто смотрела в землю, как будто они вообще никогда не были знакомы.

Но, когда Ксейн повернулся, чтобы посмотреть на неё, Акслин уловила это движение и подняла голову.

Их глаза встретились. Золотые глаза Стража пристально смотрели на неё безо всякого выражения, словно он разглядывал, например, насекомое. Акслин смотрела с вызовом. «Только осмелься мне что-нибудь сказать. Давай, говори».

Но он не произнёс ни слова. Закончив проверку, он повернул голову и сосредоточился на следующем человеке в очереди.

Акслин почувствовала, что покраснела. От гнева, от смущения… она сама не совсем понимала, от чего.

«Меня это не должно волновать. Всё кончено. Всё кончено».

Впрочем, по ночам она всё ещё мечтала о нем. Днём она заставляла себя не думать, но, увы, приходить к ней во сне не могла помешать.

Акслин изо всех сил старалась сосредоточиться, вспомнить, где она и что собирается делать. Она остановилась посреди улицы и огляделась. Хотя никто, казалось, не следил за ней, на всякий случай она свернула в небольшой переулок и убедилась, что за ней никто не идёт. Выйдя с другой стороны, она направилась к укрытию Брокснана.

Это был подвал амбара, где хранили зерно. В это время года он пустовал. Не слишком удобное место и Брокснан жаловался на это каждый день, так что Акслин пришлось научиться не обращать внимания.

Она подошла к задней двери здания и достала ключ. Как она поняла, об убежище договорился Декс – охранник здания был родственником его друга или был должен ему услугу или что-то в этом роде. Акслин восхищало, с какими разными людьми Декс был знаком.

Она вошла в амбар и спустилась по лестнице. В узкой тёмной каморке пахло плесенью.

– Кто там? – послышался голос Брокснана.

– Это я, Акслин.

Наступило короткое молчание, как будто он не мог вспомнить кто она такая.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Ты опоздала.

Она вздохнула и не ответила. Брокснан лежал на койке и скучал, уставившись в потолок. Насколько она знала, весь день он практически ничего не делал. Она приносила ему книги из библиотеки, но он, похоже, не интересовался чтением.

– Декс передал посылку, – объявила она, вытаскивая вещи из рюкзака. – Еда, ещё один комплект одежды, свечи и… хм, баночка чего-то, не знаю чего.

Брокснан встал, подошёл к ней, вырвал банку из рук и открыл. По комнате распространился приятный цветочный аромат.

– М-м-м, так гораздо лучше, – сказал он, с наслаждением вдыхая.

– Ты попросил Декса принести тебе духи?! – не поверила Акслин.

– Это не духи, это освежитель воздуха. Вонь здесь такая невыносимая, что я едва могу уснуть.

Она продолжала смотреть на него, пытаясь решить, серьёзно он или шутит.

– Если повезёт, аромат ещё и тараканов отпугнет, – оживлённо добавил Брокснан.

– Очень сомневаюсь, – сказала она, покачав головой.

Он снова раздражённо фыркнул.

– Ну, в таком случае тебе придётся придумать что-то, что раз и навсегда избавит меня от них. Я не могу представить себе ничего хуже, чем эти отвратительные твари, снующие вокруг моих ног.

– О, я могу придумать и похуже, – возразила Акслин, недобро улыбаясь. – Слюнявые, к примеру. Или сосущие. Если ты так думаешь, можешь посмотреть в бестиарии. Есть один неплохой среди тех книг, что я принесла.

Брокснан нахмурился. Он закрыл флягу, но аромат ещё несколько мгновений витал в воздухе.

– Мне не нравятся бестиарии, большое спасибо. И ни одна из тех книг, которые ты мне одолжила, раз уж ты об этом упомянула. У вас в библиотеке нет романов?

– Романов? – повторила она, не понимая.

Брокснан нетерпеливо вздохнул, словно разговаривал с кем-то недалеким.

– Сказки. Легенды. Приключения…

– А. Фантазии, – догадалась она.

Помимо бестиария, она принесла ему другие книги, которые казались ей интересными: история Цитадели, история развития Цивилизованных Земель, описание целебных трав. Она, конечно, знала, что существует и художественная литература. Романы она впервые увидела в библиотеке Цитадели. Начала читать с интересом и растущим изумлением, пока мастер Приксия не объяснила, что ничего из этого не происходило на самом деле. Тогда Акслин перестала их читать. Как бы она смогла узнать об устройстве мира, если эти книги сбивали её с толку выдуманными историями?

Судя по всему, в старом городе очень любили вымышленные истории. Некоторые даже сами сочиняли их. Акслин выяснила, что в той же библиотеке есть и пара рассказов, написанных Дексом.

– Я мало что понимаю в таких книгах, – пробормотала она. – Но попрошу твоего брата выбрать для тебя несколько.

Брокснан ответил рычанием. Он снова откинулся на спину и устремил взгляд в потолок, давая понять, что разговор окончен и что он хочет остаться один.

Акслин расстроилась. Она долго терпела этого самодовольного и эгоистичного юношу – ради Декса. Но тут почувствовала, что её терпение иссякло.

– Ты мог бы меня благодарить хоть иногда, знаешь ли.

Он глянул на неё краем глаза:

– Прости?

– Ты хоть представляешь, в какие неприятности ты нас всех втянул? Из-за тебя, никчёмного балбеса, забеременела девушка, а теперь ты трусливо прячешься, взваливая всю ответственность на плечи младшего брата.

Он поднял брови и сухо ответил:

– Это ловушка.

Акслин раздражалась всё больше.

– Ты не заперт. Ты можешь выйти отсюда, когда захочешь. И катиться на все четыре стороны, мне всё равно. Меня абсолютно не беспокоит, что я больше никогда в жизни не увижу твоей физиономии.

– Нет, нет. Я имею в виду, что всё это – подстава. Оксания лжёт. Я не знаю, от кого она забеременела, но я почти уверен, что не от меня.

Акслин вздохнула. Она до сих пор помнила недоумевающее выражение лица Оксании, когда Брокснан впервые намекнул на это. Даже брат ему не верил.

– Она говорит, что вы были вместе в ту ночь на вечеринке у…

– Де Ваксаньянов, да.

– Вас все видели. Декс говорит, – добавила она после некоторого колебания. – И, судя по всему, слышали тоже.

Брокс отвернулся к стене.

– Если ты не был с ней той ночью, – настаивала она, – то что ты делал?

Но он не ответил. Акслин фыркнула, закинула рюкзак на плечо и ушла оттуда, не попрощавшись. Она не могла дождаться, когда Брокснан и Оксания уйдут из её жизни навсегда.

* * *

У Ксейна закончилась смена, можно было вернуться в первый круг. Он был доволен тем, что смог сохранить самообладание при виде Акслин, и почему-то ему хотелось рассказать об этом Рокс. Он хотел, чтобы она гордилась им.

Он молча шёл по улицам второго круга, когда вдалеке появилась прихрамывающая фигура Акслин. Как будто он её наколдовал. Ксейн остановился: ему не хотелось снова пересекаться с ней. Он решил подождать, пока девушка уйдёт, но увидел, что она остановилась на углу и подозрительно огляделась.

Ксейн отступил назад, чтобы спрятаться в арке, и с любопытством наблюдал за происходящим. Акслин шла неуверенно, словно боялась, что её поймают за чем-то, чего ей делать не следует. «Что она задумала?» – спросил он себя.

Акслин свернула за угол, и Ксейн решил, что не пойдёт за ней. «Это не моё дело», – подумал он, развернулся и продолжил свой путь к Рокс.

Ксейн направился к площади, где она заканчивала своё дежурство. Насколько он понял, там монтировались трибуны к параду. В течение дня туда приходили представители власти, и Стражи усилили бдительность.

Когда Ксейн добрался до места, все уже расходились. Напарница ждала его у одного из входов на площадь.

– Ты ещё не закончила? – спросил он.

– Скоро. Кажется, им не нравится, как расположены места.

Ксейн посмотрел, куда указывала Рокс, и увидел элегантно одетого мужчину, который спорил с рабочими и их бригадиром. Раздавались недовольные голоса:

– …чего ты не понимаешь? Наша ложа должна быть четвёртой, а не пятой. В бумагах ошибка. Я уже несколько дней требую, чтобы вы переделали, но вы настолько бесполезны, что до сих пор ничего не исправили.

– И почему он придаёт этому такое значение? – озадаченно пробормотал Ксейн.

– Очевидно, статус семьи отражается и в том, которое место она занимает на публичных мероприятиях. Чем влиятельнее – тем ближе к главной ложе.

– Но если Верховный Правитель не приедёт, какая разница?

– Так устроен старый город.

Ксейн вздохнул.

– Я подожду. Ты одна?

– Со мной была Эликса, но ей пришлось вернуться в казарму – что-то срочное. Ты тоже можешь идти. Здесь достаточно спокойно.

– Нет, я подожду тебя, – настаивал он. Он перевернул копьё, сам того не заметив, и Рокс, хорошо его знавшая, поняла, что он нервничает.

– Ты хочешь о чём-то поговорить?

Ксейн собирался ответить, что видел Акслин, но промолчал. Однако Рокс догадалась об этом без слов.

– Ты снова встретился с девушкой из библиотеки? Ну, это должно было случиться.

– Мы не разговаривали, – поспешил уточнить он.

На это замечание она не отреагировала.

– Она спрашивала меня о тебе, – сказала Рокс. – Власти запретили ей выходить на улицу по ночам, и она думает, что ты к этому причастен.

– В некотором роде, – пробормотал он, опустив взгляд. – Я встретил её, когда ты убила тень. И сказал командиру, что мне показалось, будто она задаёт слишком много вопросов.

– Ну, ты просто отчитался. Если власти сочли необходимым принять соответствующие меры, то только потому, что так и должно быть.

Ксейн продолжал стоять, опустив голову.

– Ксейн, посмотри на меня, – приказала Рокс. Он послушно взглянул в её серебряные глаза. – Мы не можем… мы не должны ничего ни к кому чувствовать. И ты знаешь почему, правда? Теперь ты знаешь.

Он снова отвёл взгляд.

– Мне рассказывали истории…

– Это больше, чем просто истории. Это происходит чаще, чем мы думаем, и мы должны быть готовы. И реагировать мгновенно. Без колебаний. От этого зависят невинные жизни, понимаешь? Если ты хоть каплю сомневаешься сейчас… кто-то платит за это позже. Всегда.

Ксейн ничего не сказал. Рокс схватила его лицо руками и заставила посмотреть ей в глаза снова.

– Вот почему мы должны слепо доверять нашим товарищам, их глазам и словам. Чтобы не сомневаться. Ясно?

– Да, Рокс. Спасибо, – ответил он, мягко отодвигая её руки.

– Сначала это сложно. Мы, Стражи, должны держаться подальше от обычных людей. Но по крайней мере мы есть друг у друга.

Ксейн практически не слушал её. Он бросил взгляд на людей, которые всё ещё спорили у подножия трибун. Рабочие, казалось, заскучали, а их бригадир уже не знал, что отвечать, чтобы спастись от гнева своего собеседника. Ксейн вздохнул и посмотрел на мужчин, сопровождавших аристократа. Один держал портфель с кучей бумаг, и Ксейн догадался, что это помощник. Другой, высокий и крепкий, должно быть, – охранник.

Взгляд бегло скользнул по ним… и тут силуэт охранника на мгновение расплылся.

Ксейн настороженно выпрямился и посмотрел пристальнее.

И снова размытые очертания, словно растворяющиеся в воздухе. Он моргнул, и силуэт снова стал нормальным. Но сердце уже бешено колотилось.

– Рокс, – прошептал он. – Рокс, я видел одного.

– Что?

Он изо всех сил старался не терять самообладания. Сделал вид, что не интересуется охранником, но продолжал следить за ним краем глаза.

– Человек с бородой. Это один из них.

Рокс удивлённо посмотрела на него.

– Ты, должно быть, ошибаешься, Ксейн. Мы с Эликсой были тут весь день, мы проверили всех, кто проходил мимо, и этого человека тоже…

– Рокс, – прервал он. – Ты должна доверять мне, помнишь? Моим глазам и моему слову.

Она открыла рот, чтобы возразить, но в конце концов кивнула.

– Тогда вперёд. Теперь ты знаешь протокол. Я тебя прикрою.

Ксейн решительно направился к аристократу и его свите, хотя чувствовал себя отнюдь не так уверенно, как старался показать. Он не спускал глаз с охранника, чей силуэт опять начал таять, словно масло. Каждый раз, когда он моргал, силуэт опять становился цельным, но если продолжить внимательно смотреть…

Оборотень. Он был абсолютно уверен.

У Ксейна перехватило дыхание. Он не видел метаморфа с тех пор, как покинул Бастион, где каждый день наблюдал за существом, запертым в Яме. Метаморф, как и ожидалось, несколько раз менял облик за время, отведённое Ксейну для тренировок. Страж знал, что эти существа были реальными и постоянно жили среди обитателей Цитадели. Но знать и столкнуться на улице – не одно и то же.

Охранник с любопытством посмотрел на Ксейна, которому показалось, что он напрягся. Страж крепко сжал копьё, внезапно почувствовав неуверенность. Да, он знал протокол. Задержать монстра, не вызывая подозрений у обычных людей.

– Простите, гражданин, – начал он.

Мужчина попятился назад, увидев золотые глаза Стража. Ксейн мгновенно это понял, но справился с желанием тут же метнуть в него копьё. Бригадир и аристократ перестали спорить и удивлённо наблюдали за ними. Ксейн знал, что не может на их глазах напасть на то, что выглядело как обычный гражданин. Наверное, он даже не имел права его задержать, потому что люди-преступники не входили в компетенцию Стражей.

Но он должен был что-то сделать. Охранник продолжал осторожно пятиться, и его очертания продолжали колебаться. Никто из людей на площади не видел этого. Никто, кроме него.

– В чём дело, Страж? – спросил аристократ, нахмурившись.

– Уже темнеет, – вмешалась Рокс. – Мы должны очистить площадь.

Она подошла сзади к охраннику, отрезав ему путь. Неподготовленный человек ничего бы не понял, но Ксейн видел, что такая диспозиция не даст метаморфу сбежать в суматохе.

– Мне кажется, это отличная идея, – с облегчением ответил бригадир.

– Мы проводим вас в старый город, – предложила Рокс.

– У меня уже есть охрана, – начал было аристократ, но Ксейн прервал его:

– Нам как раз по пути, гражданин. Это не доставит нам хлопот.

Его тон намекал, что возражать ему не стоит, поэтому аристократ уступил. Однако Рокс бросила на напарника предостерегающий взгляд.

Они сопроводили группу обратно в центр города. Не договариваясь, два Стража встали с обеих сторон от оборотня, чтобы не терять его из виду. Монстр продолжал вести себя как обычно – шёл в нескольких шагах позади своего господина, как и положено охраннику, которым он притворялся. Ксейн не выдерживал напряжения. Инстинкт требовал сейчас же пронзить существо копьём, прежде чем оно снова исчезнет, но он знал протокол. В котором говорилось, что нельзя нападать на безымянного на глазах у других людей.

Они проходили мимо таверны как раз в тот момент, когда туда входила шумная группа молодых людей – для них это явно было не первое заведение за вечер. Несколько человек уступили дорогу аристократу со свитой и Стражам, но остальные шли вперёд, не сворачивая. Один из молодых людей пошатнулся, столкнулся с Ксейном, и тому пришлось придержать гуляку, чтобы он не упал.

И тут он потерял метаморфа из виду.

12

Он озадаченно огляделся Охранника не было. Аристократ и его помощник повернулись, чтобы посмотреть, что происходит, и тоже увидели, что их спутник просто исчез.

Ксейн всматривался в лица вокруг себя… и снова увидел метаморфа, но тот уже выглядел иначе. Теперь это был молодой человек, который вошёл в таверну вместе с остальными.

Силуэт его по-прежнему дрожал, словно жидкость.

Ксейн последовал за ним. Ему пришлось пробираться сквозь толпу остальных молодых людей, и к тому времени как он добрался до двери в таверну, метаморф уже вошёл. Ксейн остановился и озадаченно заглянул внутрь таверны. Почувствовав рядом с собой Рокс и не задаваясь вопросами, он повернулся к ней.

– Монстр где-то здесь.

– Хорошо. Он попытается слиться с людьми, не исключено, что изменит облик ещё пару раз. Давай встанем возле двери. Старайся проверять всех, кто хочет выйти.

Они заняли столик, из-за которого могли контролировать вход, Ксейн обвёл взглядом присутствующих, нервничая всё больше.

– Я не вижу его, Рокс. Я не знаю, куда он пропал.

– Спокойно. Веди себя нормально.

Молодой официант подошёл к ним, чтобы спросить, что они будут пить. Ксейн долго смотрел на него и, только когда убедился, что это обычный человек, ответил:

– Не знаю, что вы нам посоветуете?

– Ксейн, мы на дежурстве, – напомнила Рокс.

– Вообще-то наша смена уже закончилась. Давай, расслабься. Веди себя нормально, – прошептал он, подмигивая.

Официант выглядел несколько озадаченным, вероятно, его напугало присутствие Стражей и игривое настроение Ксейна.

– У нас есть очень хороший рисовый ликёр, который привезли из Цивилизованных Земель к параду, сеньор.

– Отлично, тогда налей нам пару стаканов.

– Мне ягодный сок, – возразила Рокс.

Когда официант отошёл, она раздражённо посмотрела на Ксейна.

– «Вести себя нормально» означает вести себя так, как ожидается от Стража, а не притворяться обычным парнем, который вышел прогуляться по городу. Ты не такой, помнишь?

– Знаю, – ответил Ксейн.

И не успел официант повернуться к ним спиной, как он продолжил внимательно оглядывать зал, не упуская ни одной детали. Он нарочито расслабленно откинулся на спинку стула, и только его руки, сложенные на столе, выдавали напряжение.

– Разве ты не видишь? – пробормотала Рокс.

Он покачал головой.

– Я потерял его. Монстр их подери, я потерял его.

Она положила руку ему на плечо.

– Спокойно. Может, он был не тем, кем ты его посчитал. Нужно время, чтобы научиться использовать зрение, понимаешь? В конце концов, метаморфов не так много.

Ксейн повернулся к ней.

– Я знаю, что видел, Рокс. Ты мне веришь?

На этот раз именно он искал её взгляд. Во время своего последнего визита в Бастион он наконец понял связь между двумя напарниками из разных дивизий. Стражи из Серебряной дивизии видели тени, а золотые должны были верить им на слово, когда те указывали на невидимую цель. И, наоборот, золотые были способны отличить человека от метаморфа, и их серебряные напарники должны были верить им без колебаний. Если один из них ошибался, монстр мог убежать или, что ещё хуже, убить невинного человека.

До возвращения в Бастион они с Рокс часто патрулировали улицы Цитадели вместе. И сейчас Ксейн понимал, что Рокс пошла на большой риск, взяв в напарники Стража, не до конца знающего об опасности.

Сейчас ему было необходимо доказать, что он полноценный Страж и может выполнять свою миссию так же хорошо, как и любой другой. И что Рокс может ему доверять.

– Конечно же, да, – ответила она. – Продолжай смотреть. Не отвлекайся.

Официант подал им напитки. Рокс не притронулась к своему стакану, следя за движениями напарника. Ксейн, всё ещё нервничая, сделал глоток рисового ликёра, продолжая осматривать помещение.

Напиток обжёг ему горло, и он закашлялся. Рокс слегка улыбнулась.

– Я же говорила. А теперь внимательнее.

Ксейн проигнорировал насмешливые взгляды из-за соседнего стола, где сидела та компания, что вошла перед ними. Он внимательно наблюдал, на случай если метаморф там, и, кажется, некоторые из молодых людей восприняли его интерес как своего рода вызов.

– Не вижу, Рокс. И он точно не выходил.

Но прежде чем она успела ответить, он встал и направился к стойке бара.

– Добрый вечер, гражданин. Мы ищем мужчину, который вошёл с той группой.

Ксейн снова посмотрел на молодых людей, напряжённо изучая их лица. Но те точно не расплывались.

– Что? – растерялся бармен. – Может, тебе стоит спросить их, Страж? Я не знаю…

– Нет, нет. Он зашёл с ними вместе, но они не знакомы. Его ищут блюстители порядка, и мы думаем, что он мог спрятаться здесь.

Бармен хмуро кивнул.

– Понимаю. Как он выглядел?

Ксейн видел беглеца только со спины, поэтому не мог описать. Кроме того, он не исключал, что метаморф снова изменил облик, пока его искали.

– Мы не видели, чтобы он выходил, – продолжал он, не отвечая на вопрос. – Может быть такое, что он ушёл через другую дверь?

– Через другую дверь? Может, через ту, что выходит в переулок, но она в подсобке, и клиенты не имеют к ней доступа.

Ксейн кивнул и больше ничего не спрашивал. Он корил себя, что не подумал об этом раньше, заплатил за напитки и позвал Рокс.

Они вместе вышли из помещения и обошли здание в поисках двери, о которой упоминал бармен. Переулок был пустынным, и Ксейн разочарованно зарычал.

– Я его потерял!

– Спокойно. Это твоя первая встреча с ним в городе. Кроме того, когда это происходит публично, трудно решить, как действовать.

– Есть протокол…

– Да, и он связывает нам руки, потому что он запрещает нам нападать на монстров на глазах обычных людей. Давай вернёмся в казарму, пойдём. Уже поздно, и мы должны доложить об этом.

Ксейн покачал головой.

– Мы не можем позволить ему просто так уйти. Давай хотя бы обойдём окрестности.

Рокс на мгновение заколебалась, но в конце концов кивнула.

Они шли по оживлённым улицам в районе таверн недалеко от западных ворот. Многочисленные гости, приехавшие в Цитадель на торжества, бродили в поисках свободного местечка, где можно поужинать и поболтать.

Это усложняло работу Стражей, особенно Ксейна, который должен был присматриваться к каждому прохожему. Рокс молча шла рядом, прислушиваясь к его комментариям.

Наконец Ксейн заметил размытую фигуру и резко остановился. Рокс встала рядом с ним, сосредоточенная и готовая действовать. Ксейн жестом показал на женщину, идущую вниз по улице. Рокс кивнула, забралась на балкон ближайшего дома, оттуда прыгнула на окно дома через улицу, затем оказалась на крыше здания, откуда открывался хороший обзор. Внизу стали собираться зеваки, наблюдавшие за её прыжками.

– Патруль, граждане, – успокаивающим тоном объявил Ксейн. – Вам не о чем беспокоиться.

Он бросился вслед за женщиной, выглядевшей как обычная горожанка, даже фартук у неё был испачкан мукой. Она удивлённо обернулась.

Ксейн, однако, не ошибся. Он снова уловил странное движение, словно фигура искажалась и таяла от его взгляда. Ксейн на глазах у испуганных людей сжал в руке копьё, готовый действовать.

Краем глаза он заметил, что параллельно по крышам двигается Рокс. Ксейн нарочно медлил, чтобы дать оборотню уйти в переулок, где не было людей. Но свернув за угол, Ксейн никого не увидел. Метаморф исчез.

– Ксейн, туда! – указала Рокс с высоты.

Ксейн повернулся и увидел край юбки женщины, исчезающей за углом. Он последовал за ней и остановился, сбитый с толку. У него внезапно начала болеть голова. Боль была похожа на глухой, пронзительный гул, который мешал ясно мыслить. Чуть дальше по переулку играла в карты компания мальчиков, а женщины в фартуке и след простыл. Ксейн поднял глаза и увидел Рокс, стоящую на крыше с луком наготове, чтобы выстрелить в того, на кого он укажет.

«И сделает это без колебаний», – с содроганием осознал Ксейн. Даже если он ошибётся и перепутает невинного человека с монстром-оборотнем.

Он окинул взглядом мальчиков, стараясь понять, нет ли среди них оборотня. Некоторые удивлённо посмотрели на него: не так уж часто Стражи заходили в их переулок. Ксейн успокаивающе поднял руки.

– Всё в порядке, граждане. Обычный патруль.

Но у него было копьё, и ребята нервно оглядывались, опасаясь, что где-нибудь в углу может притаиться монстр.

Они никого не увидели, Ксейн тоже не нашёл того, кого искал, и опустил копьё. Рокс тоже опустила лук.

Ксейн пошёл дальше по узкому переулку. Оборотень снова ускользнул от них, но, по крайней мере, они смогли увести его с оживлённой улицы в менее людное место. Если им удастся загнать монстра в угол, они, вероятно, смогут прикончить его, и никто этого не увидит. Ксейн всё ещё чувствовал пульсацию в голове, но ему стало лучше: мышцы вновь слушались, и всё тело звало бежать и сражаться. Рокс следовала за ним по крышам, бесшумно и быстро, как кошка.

Наконец Ксейн в разочаровании остановился. Монстр окончательно исчез.

Рокс спрыгнула с крыши и мягко приземлилась рядом.

– Вернёмся в казарму, Ксейн, – сказала она. – Мы составим полный отчёт с описанием всех личин которые он принимал. Возможно, тогда мы позже сможем выследить его.

– Он снова исчезнет, – покачал головой Ксейн. – Мы могли бы прикончить его. До него можно было дотянуться копьём.

– Нас видело слишком много людей, – напомнила она.

Он прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Он был в ярости от того, что не смог покончить с монстром, но при этом чувствовал странный прилив сил. У него всё ещё болела и пульсировала голова, каждый удар сердца отдавался в висках. Он хотел действий, каких угодно. Бежать. Прыгать. Убивать монстров. Он стиснул зубы, пытаясь справиться с внезапно вспыхнувшим внутри него огнём.

– Ксейн, ты в порядке? – спросила Рокс.

Он повернулся, чтобы посмотреть на неё. Потом глубоко вдохнул. Его окутал её запах. Что-то дикое пробудилось в нём.

Он резко схватил её за руки и прижал к стене. Рокс напряглась, но когда Ксейн потянулся к её рту и поцеловал её, она перестала вырываться и расслабилась, прижавшись к нему всем телом.

Их поцелуй прервал тихий возглас удивлёния. Рокс пришла в себя, резко оттолкнула Ксейна и повернулась ко входу в переулок. Пара, которая тоже, скорее всего, искала уединённое место, с удивлением наблюдала за ними.

– Изви… извините, Стражи, – пробормотал юноша. – Мы уже уходим.

Ксейн не обратил на них внимания. Едва они скрылись за углом, он снова попытался обнять Рокс. Но та уже была непреклонна.

– Ксейн, прекрати.

Он недовольно фыркнул и сделал ещё одну попытку, но Рокс без труда справилась с ним и прижала его к стене. Он скривился, словно что-то мучило его.

– Страж Ксейн Золотой дивизии, – ледяным тоном прошептала Рокс ему в ухо, – это абсолютно неподобающее и недопустимое поведение.

Сначала он пытался дёргаться, но постепенно его дыхание успокоилось. Сердце перестало бешено колотиться. Головная боль прошла.

– Что… что со мной случилось? – пробормотал он наконец.

Смущённый, он повернулся к Рокс, которая сохраняла каменное выражение лица. Внезапно он понял, что сделал, и в ужасе уставился на неё.

– Рокс, – прошептал он. – Рокс, клянусь, я не хотел… не знаю, о чём я думал.

Он попытался приблизиться к ней, но Рокс отступила.

– Назад, – предупредила она. – Не трогай меня, Ксейн.

Он и не пытался. Он снова прислонился спиной к стене и сполз на землю без сил.

– Не понимаю, что на меня нашло. Как будто я вдруг сошёл с ума. Это был не я, я чувствовал себя… животным. Или ещё хуже.

Рокс нахмурилась и посмотрела на него с интересом.

– Объясни мне это.

Ксейн закрыл лицо руками. Он чувствовал ужасную слабость, как будто весь огонь, горевший в нём за несколько мгновений до этого, внезапно угас. Он пытался разобраться в себе.

– Я… я преследовал безымянного… и начал чувствовать себя странно. – Он сжал виски. Как будто в моей голове появилось что-то, что затуманило мои чувства и заставило потерять контроль.

Рокс прищурилась.

– Я знаю, что это не оправдание, – продолжил Ксейн. – Нет слов, чтобы выразить, как мне жаль, Рокс. И нет ничего, что я могу сделать, чтобы оправдаться перед тобой. Если ты решишь доложить об этом капитану, ты будешь права. Я пойму.

Он чувствовал, что она садится рядом с ним, но всё же на расстоянии.

– Ты импульсивен, но даже ты не стал бы делать такое по своей воле.

Ксейн поднял голову, в удивлении уставившись на неё.

– В смысле?

– Тебя что-то подтолкнуло к этому. Возможно, дело в том напитке, который тебе дали в таверне.

– Это был просто ликёр. Я не так часто пью, но и не…

Она продолжала отрицательно качать головой.

– Не думаю, что это был просто ликёр, – продолжала она напряжённо. – Бармен сказал, что клиенты не имеют доступа к задней двери.

Он нахмурился, пытаясь понять, к чему она клонит. Постепенно пазл начал складываться.

– Ты хочешь сказать, что оборотень выдал себя за одного из работников?

– И тогда он смог подмешать что-то в твой напиток, а потом сбежать через заднюю дверь.

Ксейн уставился на неё.

– Они не могут быть такими умными.

– О, да, они такие. Если бы они были обычными монстрами, они не могли бы скрываться среди людей, выдавая себя за них.

– Но… но… почему это повлияло на меня, а на тебя – нет?

– Я не пробовала свой напиток, – напомнила она серьёзно.

Рокс пристально смотрела на своего напарника, пытаясь оценить его состояние. Ксейн всё ещё чувствовал себя настолько смущённым, что у него не хватило смелости посмотреть ей в глаза. Она заставила его поднять голову.

– Как ты себя чувствуешь?

– Лучше. Я спокоен, голова ясная и… – он помедлил, – мне бы и в голову не пришло вновь лезть к тебе. Даю слово, Рокс.

Она бросила на него непроницаемый взгляд. А потом наконец улыбнулась.

– Это хорошо. Не помешало бы тебе обратиться к врачу, Ксейн. Если тебе что-то подмешали в стакан, и с тобой такое случилось от одного глотка, то представь, что произошло бы, если бы ты выпил его целиком. Кто знает… может быть, сейчас ты был бы мёртв.

Юноша вздрогнул, но ничего не сказал.

Рокс встала.

– Вернёмся в казарму. Мы доложим о том, что произошло сегодня вечером, – она сделала паузу и добавила: – Я опущу последнюю часть.

Ксейн выдохнул с облегчением.

– Спасибо. Спасибо, Рокс. Я в долгу перед тобой.

* * *

В главном штабе Страж Викс была больше всего похожа на доктора. В молодости она служила на Последнем рубеже, где была тяжело ранена во время битвы и признана негодной для дальнейшей службы на переднем крае. её начальство, по-видимому, также решило, что она не подходит для высоких должностей, поскольку в Цитадели, несмотря на её опыт она по-прежнему была рядовым Стражем, даже не капитаном. До Ксейна доходили слухи, что ей предлагали повышение, но она отказалась от него.

С тех пор Викс заботилась о здоровье Стражей. На восточных рубежах она научилась чинить чужие сломанные конечности и лечить раны, какими бы тяжёлыми они ни были. Опыт у неё накопился громадный. В Цитадели, где немногие могли похвастаться хотя бы частью её опыта, она продолжила врачевать.

И всё же Ксейн сомневался, что она сможет ему помочь. Её специальностью были болезни тела, а не разума. Пока Рокс рассказывала о происшествии, он молчал. Его спутница перечислила симптомы, о которых он говорил, начиная с головной боли и заканчивая внезапной слабостью, которая охватила его, после необъяснимого прилива сил и энергии. Однако о порыве страсти она не упомянула.

Страж Викс слушала её, не шевелясь и не отводя взгляда от Ксейна. На её лице, впрочем, как и всегда, не дрогнул ни один мускул. Стражей-новичков такой стиль беседы поначалу пугал, но потом они привыкали к грубым манерам Викс и полному отсутствию чувства юмора. Ксейн подумал, что она такая хмурая, потому что её разбудили ранним утром. Хотя, возможно, она не была бы этому рада в любое время суток.

Когда Рокс закончила свой рассказ, Викс подошла к Ксейну, и тот отвёл взгляд. Лицо врача было обезображено следами давнишнего ранения, но его беспокоило не лицо, а хромота, напоминавшая об Акслин.

– Посмотри на меня, – приказала она, и юноша послушался.

Он был удивлён, что она внимательно изучает его глаза при свете лампы, но ничего не сказал.

– Понятно, – наконец пробормотала Викс, отпустила его подбородок и повернулась к Рокс, чтобы задать вопрос ей, как будто Ксейна там не было. – Он что-то пил или ел незадолго до того, как почувствовал себя плохо?

Ксейн удивился, ведь Рокс не упомянула в своём рассказе о таверне. Несмотря на это, он чувствовал, что должен уточнить:

– Я не был пьян.

– Я и не сказала, что был, – сухо отрезала Викс. – Очевидно, что тебя отравил безымянный.

– Отравил? – хором повторили они.

– Я так и сказала. Мне следует проверить у вас слух? – напустилась она на Стражей. – Мы точно не знаем состав этого вещества, не знаем, как оно работает и почему оно действует только на Стражей, но, похоже, оно путает взгляд. Я называю это «ослепитель», хотя «ошеломитель» или «дезориентатор» тоже подойдут. Безымянные иногда используют его, чтобы Стражи не могли их узнать. Это мешает нашим способностям и мешает нам распознавать их даже вблизи. Другое действие – эйфория, потеря контроля, иррациональное поведение – но это всего лишь побочные эффекты вещества.

Рокс и Ксейн изумлённо уставились на неё. Когда они переварили новость, то заговорили одновременно:

– Значит, я больше не смогу опознавать метаморфов?

– Почему никто не говорил нам об этом раньше?

– По очереди, Стражи, – отрезала Викс. – Ответ на первый вопрос: эффекты дезориентатора временные. Ты будешь как новенький после нескольких часов сна, – успокоила она Ксейна. – Что касается второго вопроса, – она с сожалением покачала головой, – то всё не так просто. Давайте просто закроем его. Официально ослепляющего яда не существует.

Ксейн моргнул, озадаченный. Рокс нахмурилась.

– Как это возможно? – спросила она. – Метаморф отравил Ксейна. Да или нет?

Страж Викс долго смотрела на них.

– Раз уж вы спросили, я отвечу: на мой взгляд, абсолютно точно – да.

– И?..

– Дело в том, что у меня нет доказательств, подтверждающих это, помимо моего опыта. У других Стражей были те же симптомы, что и у Ксейна. А начальство… предпочитает быть крайне осторожным в этом вопросе, – пренебрежительно фыркнула Викс. – Как-то так. Я знаю, что видела, и знаю, почему я говорю то, что говорю. Итак, теперь и вы это знаете: будьте очень осторожны с тем, что вы пьёте, когда патрулируете город, особенно если вы подозреваете, что в окрестностях есть безымянный.

Ксейн хотел продолжить расспросы, но Викс выставила их из своего кабинета, заявив, что уже закончила приём.

Напарники разошлись по своим комнатам в абсолютном молчании. Когда они уже дошли до дверей, Ксейн на мгновение остановил Рокс.

– Я… я хотел ещё раз извиниться, – пробормотал он.

– Забудь об этом, – резко отрезала она. – Очевидно, что это был не ты, когда это случилось, так что больше и не упоминай.

– Ты думаешь, Викс права? Что существует субстанция, которую используют безымянные, чтобы сбить с толку Стражей?

– Послушай, мне довелось обращаться с ней, когда я только прибыла в Бастион, – сказала она. – Я сломала ногу во время тренировки, и меня вернули в казарму, чтобы я как можно быстрее восстановилась под её присмотром. Если я чему-то и научилась у неё, так это тому, что она никогда не шутит. И что нет никого, кто бы лучше неё знал, как работает тело Стражей. Если Викс говорит, что яд существует, я ей верю.

Ксейн не ответил, а Рокс больше ничего не добавила. Она попрощалась и направилась в свою комнату, оставив напарника наедине с его мыслями.

13

В День Цитадели город проснулся нарядным и торжественным. Накануне вечером шёл дождь, и, хотя волонтёрам с самого раннего утра пришлось сушить сидения лож и трибун, воздух стал чище, а жара немного спала. Везде стояли прилавки с едой, вокруг которых ходили торговцы. Публику развлекали уличные артисты, приехавшие из далёких земель. На богато украшенных улицах со всех сторон слышался детский смех.

Однако Акслин чувствовала себя скорее беспокойно, чем радостно. Декс тщательно продумал способ вывезти Брокснана и Оксанию из города, воспользовавшись суетой праздника, но план по-прежнему казался Акслин очень рискованным.

– Кортеж покинет старый город и проедет по всему первому кругу, – объяснил ей друг, показывая маршрут на карте Цитадели. – Затем он пересечёт южные ворота и последует по второму кругу до площади Ассамблеи, где установлены ложи. Советники и остальные представители власти займут почётную ложу, а делегации передадут им дары…

– Дары?

– Корзины цветов и фруктов, разные ремесленные товары и тому подобное. Этот обычай существует с незапамятных времен, когда Восемь Основателей спасли старый город от нападения монстров и способствовали строительству первой стены. Тогда граждане так выразили им свою благодарность, и сегодня это стало ритуалом Дня Цитадели. Так как город сильно вырос с тех пор и появилось много новых районов, эта часть празднования со временем сильно растянулась. Десятки делегаций приносят подарки советникам или Верховному Правителю, если он присутствует на празднике, так что, вероятно, закончится это всё очень поздно.

Укрытие Брокснана находится далеко от площади, но процессия пройдёт совсем рядом. Надо подождать, пока отъедут повозки и охрана. Граждане последуют за ними на площадь Ассамблеи, чтобы увидеть, по крайней мере, первую часть передачи даров, потому что она самая впечатляющая. Район опустеет. Именно тогда вы с Брокснаном должны выйти во внешний круг.

– И как мы пройдём через ворота? Там будут Стражи.

– Им не должно быть до вас дела, вы не монстры. Есть ещё люди, которые ищут Брокснана, но многие считают, что он уже не в Цитадели. Кроме того, у всех, кто может быть заинтересован в поимке моего брата, к тому времени будут другие дела.

Акслин кивнула. Декс хорошо знал нравы и менталитет аристократии, и это её немного успокоило.

– А Оксания?

– Она успеет покинуть ложу утром. Многие так делают, чтобы проветриться или отдохнуть. Передача даров – очень долгий ритуал. Я уже договорился с ней, где мы встретимся. Я отвезу её в то место, которое тебе указал. Ты его запомнила?

Акслин кивнула, указывая на карту.

– Здесь, у моста через канал.

Канал Цитадели был выдающимся произведением инженерной мысли. Он отводил часть реки, протекавшей мимо города, и служил для сбора сточных вод, попадавших в него через сложную канализационную систему. Течение уносило грязную воду на восток.

– Именно тут. Мы продолжим путь к стене. Там ужасно воняет, поэтому люди стараются туда не ходить.

Акслин улыбнулась, думая о том, как Брокснан чувствителен к неприятным запахам.

– Это единственная причина, по которой ты выбрал такой маршрут?

– Ну, не единственная, но одна из, – признал он с улыбкой. – Только не говори мне, что он этого не заслужил.

– От меня ты такого точно не услышишь.

– В конце канала, у стены, нас будет ждать повозка торговца, которая доставит Брокса и Оксанию в Цивилизованные Земли. И, наконец, мы потеряем их из виду и сможем вернуться, чтобы насладиться праздником. Мы это заслужили, правда ведь?

План казался очень простым, но Акслин всё равно нервничала.

Утром в день праздника она сопровождала Максину и её сына в поисках места, откуда было бы хорошо видно парад. Найдя подходящую точку, Акслин попрощалась с ними, сославшись на встречу с другом. Хозяйка понимающе улыбнулась. Она несколько раз спрашивала её о Дексе, но Акслин всегда отвечала двусмысленно. Максина, очевидно, думала, что у них роман, и Акслин не возражала – это было в её интересах. Роман – лучшее объяснение позднему визиту Декса в ночь встречи Брокснана и Оксании.

Акслин пробиралась сквозь толпу, медленно двигаясь к амбару, где прятался Брокснан. Она заранее выбрала место, чтобы дождаться процессии, и даже подпрыгивала от нетерпения, пока, наконец, не увидела кареты, спускавшиеся по главной улице. Их было восемь, по числу Советников Верховного Правителя. Каждый из них принадлежал к одной из великих семей, правивших в Цитадели. Разумеется, существовали и другие влиятельные кланы, но Советники обычно носили фамилии семьи Основателей, и Верховный Правитель также всегда выбирался из числа их потомков.

Рядом с каждой каретой шла пара Стражей. Акслин старалась не обращать на них внимания, но всё равно непроизвольно бросала в их сторону взгляд, пытаясь увидеть среди них Ксейна. Но его не было, и Акслин испытывала смешанное чувство облегчения и разочарования.

Когда парад прошёл, часть толпы последовала за каретами в направлении площади Ассамблеи. Другие вернулись к своим обычным делам. И Акслин, воспользовавшись тем, что люди разошлись, направилась к амбару.

Она убедилась, что за ней никто не следит. Никто не видел, как она вошла в укрытие, где её ждал Брокснан, уже готовый бежать из Цитадели с Оксанией.

* * *

Ксейн с любопытством наблюдал за парадом со своего поста на стене, отделяющей второй круг. Он видел, как проезжали кареты, и видел, как толпа приветствовала Советников и махала им. Ксейн никогда не был на подобных мероприятиях, и ему бы хотелось принять участие, пообщаться с людьми, побывать на церемонии передачи даров, которая, как ему рассказывали, была великолепна. Он утешал себя, что парады повторяются каждый год, и, возможно, когда-нибудь он сможет сопровождать кареты.

Он уже полностью оправился от странного недомогания, охватившего его во время преследования метаморфа. Стражи доложили капитану Салаксу почти обо всём произошедшем той ночью, но ни Рокс, ни он и словом не обмолвились о его вспышке. Вместо этого они в деталях описали облики, которые принимал оборотень: бородатого охранника и женщину в фартуке. Ксейн знал, что метаморфы всегда подражают внешности реальных людей. Оригинал может жить своей жизнью где-то в Цитадели и не подозревать, что где-то ходит его двойник. Но, скорее всего, хозяин облика мёртв. Обычно метаморфы не просто выдавали себя за людей. Они убивали жертву, избавлялись от её трупа, и жили её жизнью, пока Стражи не разоблачали их.

Лучший способ выследить метаморфа – заняться поисками настоящего хозяина облика. Если повезёт и его тело будет найдено, станет понятно, кого искать, если нет, всё усложнится.

Случай с охранником вызывал особую тревогу: аристократ, которого он сопровождал в тот вечер, когда его обнаружили Рокс и Ксейн, родом из старого города. Нужно было срочно выяснить, как давно он нанял на службу этого охранника.

Но это уже не входило в компетенцию Ксейна. Были и более опытные Стражи, занимавшиеся расследованиями появления безымянных. Дело охранника было передано им. Рокс и Ксейн должны были вернуться к своим обычным обязанностям.

– Хорошей службы, – раздалось приветствие.

Ксейн повернулся на голос только что поднявшегося на стену товарища, который приближался к нему грациозной и уверенной походкой, типичной для Стражей.

– Хорошей службы, – ответил он. – Пора меняться?

Тот кивнул.

– Нужно усилить наблюдение на площади Ассамблеи, там собралось больше людей, чем мы ждали. Похоже, ты всё-таки сможешь увидеть передачу даров, – добавил он, подмигивая.

Ксейн улыбнулся.

– Ничего бы не случилось, если б я пропустил церемонию, – ответил он, – но спасибо.

Ксейн спустился на улицу и направился к площади. Около ларька с едой он увидел знакомую фигуру.

– Хорошей службы, Рокс. Смена караула?

– Меня отправили на площадь охранять церемонию. И тебя тоже? – Ксейн кивнул. – Тогда пойдём вместе, – предложила она.

Рокс расплатилась и протянула ему одну из двух булочек, которые только что купила. Он благодарно улыбнулся. Откусив, обнаружил, что та со сливовым вареньем, которое Рокс обожала. Удивительно, как его дисциплинированная напарница любит сладкое.

Они шли по главной улице и обменивались новостями. Их товарищи убили трёх лазающих, одного беззуба, прицепившегося ко дну повозки, и одного корявого, сунувшего свои щупальца в северный район. Похоже, несмотря на большой наплыв людей, Стражи держали монстров под контролем.

– И всё же я бы не расслаблялась, – сказала Рокс. – До окончания церемонии ещё несколько часов, да и праздник на улицах продолжится до самого утра. А ночь – любимое время монстров.

Ксейн больше не слушал её. Он только что заметил парочку, отделившуюся от толпы и укрывшуюся в одной из аркад. Ему показалось, что молодые люди ведут себя странно, осторожно, словно не желая привлекать внимания. Его особенно насторожило поведение парня: он вёл свою беременную спутницу слишком быстро. Ксейн всегда особенно внимательно относился к детям и беременными женщинами. Он остановился в нерешительности.

– Ксейн, что происходит?

Ксейн глубоко вдохнул. Он только что узнал молодого человека: тот работал в библиотеке с Акслин. И он видел их вместе несколько раз. Однако не знал его спутницу, одетую в роскошное платье богатой аристократки. Ксейн нисколько не удивился бы, увидев её сидящей в ложах на площади или даже в одной из карет.

Он покачал головой. «Это не моё дело», – подумал он.

Парень и его спутница скрылись за углом. Ксейн был готов забыть о них и продолжить свой путь, когда обнаружил, что их преследуют. Похоже, ещё один аристократ. Одежда его была яркой и элегантной, что соответствовало социальному положению и торжественности случая, но движения скорее напоминали движения грабителя. В его лице Ксейн заметил определённое фамильное сходство с беременной.

Аристократ остановился на углу и огляделся, чтобы убедиться, что за ним никто не следит. Его глаза впились в Ксейна, который вздрогнул от неожиданности.

Снова. Эта колеблющаяся фигура.

– Не может быть, – пробормотал он.

Глаза существа на мгновение сузились, и в тот же миг он с нечеловеческой быстротой метнулся в переулок и исчез.

Ксейн поднял копьё.

– Рокс, – сказал он, – вижу цель.

Она посмотрела на него с удивлением.

– Как такое может быть? Другой?

– Или, быть может, тот самый, которого мы искали. В любом случае, мы должны это проверить.

Она не спорила.

Они отделились от толпы и углубились в переулок, но метаморф уже исчез. Поняв друг друга без слов, они взобрались на строящуюся стену и оттуда прыгнули на балкон здания напротив. Вскоре оба уже мчались по крышам Цитадели.

Тут Ксейн заметил пару, быстро двигавшуюся по переулку. Молодые люди остановились на углу, когда девушка устала. Он ждал, внимательно наблюдая за ними с высоты. Рокс беззвучно села рядом с ним.

– Это он или она? – тихо спросила Рокс, вынимая лук.

Ксейн жестом остановил её.

– Ни тот, ни другая. Это кто-то, кто следит за ними. Он оглянулся. Переулки были пустынны – все жители наслаждались праздником на площадях и главных улицах. Ксейн услышал вдалеке музыку. В это время дня такой тихий и пустынный район второго круга казался другим миром.

Поэтому он смог найти метаморфа относительно легко. Монстр шёл по параллельной улице, прячась в тени. Но теперь он уже походил не на аристократа, а на безобидного старика, который с трудом опирался на посох.

Ксейн внимательно посмотрел на него, чтобы убедиться, что это метаморф. Действительно, его очертания снова расплылись. Ксейн поднял копьё и приготовился метнуть его с крыши. Рядом Рокс натянула тетиву своего лука.

Голоса ссорящихся, однако, на мгновение отвлекли Ксейна.

– Мы не можем сейчас остановиться, Оксания. Думаю, твой брат следит за нами.

– Но я больше не могу! – хныкала она.

– Давай, постарайся. Мы уже близко, Акслин и Брокс ждут нас.

Стрела вылетела из лука Рокс, но Ксейн, отвлёкшись на разговор не бросил копьё вовремя. Оборотень, услышав голоса, поднял голову и увидел летящую в него стрелу. Он отскочил в сторону и посмотрел наверх.

Рокс выругалась себе под нос. Монстр их заметил. Ксейн бросил в него копьё… слишком поздно. Метаморф укрылся под аркадой, и они потеряли его из виду.

Стражи спрыгнули на землю и огляделись, но монстр исчез.

– Мы снова его потеряли, – рассеянно пробормотал Ксейн.

– Он следил за этой парой, не так ли? – спросила Рокс. – Если мы не выпустим их из виду, может быть, снова найдём его.

Ксейн на мгновение замолчал.

– Они собираются встретиться с Акслин, – пробормотал он наконец.

– Я знаю. Я слышала.

– Я не знаю, что они задумали. И ведут себя странно, тебе не кажется? Я знаю, что это не наше дело, – тут же добавил он, – но…

– За ними следует монстр, Ксейн, – отрезала она. – Конечно, это наше дело.

Закинув лук обратно на спину, она перескочила через ближайшую балюстраду, оттуда – обратно на крышу. Ксейн последовал за ней.

Они смотрели на раскинувшийся внизу город. Метаморфа нигде не было видно, только та странная пара шла дальше, не обращая внимания на преследующее их существо и Стражей, наблюдавших за ними с высоты.

* * *

– Ты уверена, что это то самое место? – в сотый раз спросил Брокснан.

Акслин не стала отвечать. Её спутник нервничал, и у него были на это причины – он собирался сбежать с дочерью могущественного аристократа из старого города. Хотя она не была уверена, что больше беспокоило Брокснана: преследование и проблемы с семьями или начало новой жизни с Оксанией.

И запах. Он был не слишком сильный, но Брокснан, прикрыв нос платком и отвернувшись от воды, не переставал жаловаться. Чуть дальше на мосту они должны были встретиться с Дексом и Оксанией – когда те доберутся сюда.

– Они слишком долго, – ворчал Брокснан. – Может быть, нам стоит вернуться и попробовать в другой раз.

Акслин и на это не ответила, хотя тоже начинала волноваться.

В это время они услышали голос Оксании:

– Брокснан!

Девушка бросилась к возлюбленному, который без лишних слов обнял её.

– Наконец-то! – воскликнул Декс, вытирая пот со лба. – Я думал, мы никогда не доберёмся. Один из братьев Оксании видел нас на площади и, кажется, следил за нами.

– Что?! – встревожилась Акслин.

– Мы ускользнули, – успокоил её друг, – но ждать больше нельзя. Давай, пошли.

Он привёл их к каналу и заставил спуститься по лестнице к воде.

– Ты серьёзно, Декс? – заныл Брокснан.

– Чуть дальше канал проходит под землёй, под новыми кварталами, – ответил тот. – Если мы пойдём по туннелям, то сможем добраться до внешней стены так, чтобы нас никто не заметил. Хотя, если хотите, мы можем пройти по главной улице к воротам и выйти туда, где будут все. Мне всё равно: в конце концов, не меня ищут.

Брокснан прищурился, но ничего не сказал. Оксания шла, прижавшись к нему, держа его за руку. Акслин хромала последней.

Они молча шли вдоль берега, держась вплотную к стене. Любой, наклонившись через парапет, увидел бы их сверху, но маловероятно, что кто-то сделал бы это. Грязный вонючий канал не располагал к созерцанию. У Акслин было ощущение, что канал бормочет и шевелится, словно живой. Она задавалась вопросом, какие рыбы в нём обитают, и съедобны ли они.

А потом шевеления усилились, и что-то на мгновение вынырнуло из воды. Акслин моргнула, гадая, действительно ли она увидела узор из пузырей, словно бы двигающийся под водой.

Вдруг из канала вынырнуло щупальце и потянулось к лодыжке Брокснана.

– Осторожно! – воскликнула она и дёрнула его назад. – Декс!

Щупальце ударилось о землю, и снова скрылось под водой. Акслин похлопала себя по бедру, ища арбалет, однако нащупала только кинжал. Она порылась в сумке, не отводя взгляда от ряби, всё ещё видневшейся на поверхности воды.

– Что это было?! – закричал Брокснан в ужасе.

Акслин лихорадочно перебирала в памяти всех известных ей существ. Она видела лишь малую часть тела, но этого хватило, чтобы исключить мокроступов, пенных и спиноходов.

– Это пузырчатый, – испуганно произнесла она.

Пенные – прожорливые существа, которые прятались под слоем речного ила и оттуда преследовали свою добычу, были меньше. Спиноходы никогда не выходили из воды. Мокроступы делали это только ночью или когда шёл дождь.

Пузырчатые, напротив, могли спокойно покинуть свои подводные логова, чтобы поймать добычу. И легко они не сдавались.

Люди, жившие рядом с реками или болотами, населёнными пузырчатыми, расставляли на берегу ловушки, чтобы не дать тем приблизиться к своим деревням. На суше монстры были довольно неуклюжи. И даже иногда попадали в сети.

Щупальце снова вылетело из воды и пронеслось в воздухе, словно хлыст. Оксания взвизгнула. Акслин оттолкнула её и попыталась пронзить монстра, но его кожа была слишком скользкой.

– Бегите! – закричала она. – Назад, мы должны отойти от канала!

Её спутники развернулись и бросились к ближайшей лестнице. Но вдруг пузырчатый с фырканьем вынырнул из воды и плюхнулся на берег половиной тела, преградив им путь.

Акслин затаила дыхание. Она никогда раньше не видела настоящего пузырчатого, и тот был больше, чем она думала. Он состоял из огромного, раздутого, покрытого слизью, жирного тела и семи длинных щупалец, которые иногда их можно было принять за стебли подводных растений. Акслин знала, что под этим куском грязи и слизи находится огромная зубастая пасть, которая может целиком поглотить человека.

Смрадный запах усилился, когда монстр поднялся перед ними, размахивая щупальцами в воздухе. У него не было глаз. Наверняка он ориентировался на ощупь, подумала Акслин.

Брокснан испустил истеричный вопль, развернулся и бросился бежать по берегу канала, оставив позади своих товарищей.

– Брокс! – крикнул Декс.

Он сделал пару шагов назад, но замер на месте, а Оксания, стоявшая рядом с ним, испуганно всхлипывала.

Акслин понимала, что её спутники никогда раньше не видели монстров и не знали, как реагировать. Наверное, самым умным был Брокснан: его трусость спасла бы ему жизнь.

Она толкнула их.

– Давай, назад!

Декс наконец пошевелился. Он схватил Оксанию за руку и бросился бежать, потянув её за собой.

Акслин знала, что, если монстр последует за ними, она будет первой, кого он поймает. Но, может быть, это даст её товарищам шанс сбежать.

У неё такого шанса, конечно, не было.

Декс тоже понял это. Он остановился, повернулся к ней и, к своему ужасу, увидел, что она осталась позади.

Акслин шла вперёд изо всех сил, волоча больную ногу. Но чудовище легко достало её щупальцем и повалило лицом на землю.

– Акслин! – крикнул Декс.

И тут пронеслось что-то, быстрое и смертоносное, как вспышка молнии. Раздался металлическая звук, щупальце, оторванное от тела и всё ещё бьющееся в конвульсиях, упало на землю. Монстр яростно заревел.

Акслин какое-то мгновение смотрела на него со смесью восхищения и отвращения. Потом, ошеломлённая, подняла голову. Перед ней, защищая её от пузырчатого, стоял Ксейн.

14

За спиной у него висело копьё, в руке он держал мачете, которым только что отрубил монстру щупальце. Он был собран, спокоен и уверен в себе.

– Назад, Акслин, – сказал Ксейн, не глядя на неё.

Она попыталась отползти, не отрывая от Ксейна взгляда, ещё не до конца поняв, что происходит. С одной стороны, она ещё не отошла от шока: монстр был так близко, что мог убить её одним ударом, а потом сожрать. С другой стороны, было нечто необыкновенное и восхитительное в том, что Ксейн её спас. Смело. Непоколебимо. С абсолютной уверенностью в своей победе.

«Я охотник на монстров, – сказал он ей однажды. – Это они меня боятся».

Пузырчатый нырнул в воду, но не погрузился полностью. Половина его тела всё ещё оставалась снаружи, готовая атаковать оттуда.

На другом берегу канала приземлилась вооружённая топором вторая фигура, и Акслин сразу узнала Рокс. Они с Ксейном переглянулись, не больше. А потом сделали что-то настолько невероятное, что Акслин даже головой потрясла.

Они одновременно прыгнули и пересеклись в воздухе. Это был потрясающий прыжок, который Ксейн завершил кувырком. Чудовище подняло щупальца, пытаясь захватить их, но внезапный манёвр Стражей сбил его с толку. Ксейн приземлился на другом берегу. Рокс опустилась, согнув колени, прямо перед Акслин, на то место, где только что стоял Ксейн.

Пузырчатый взревел. Во время прыжка Стражи отрубили ему ещё пару конечностей. Акслин с удивлением наблюдала, как они повторяют эту грандиозную хореографию, одновременно перепрыгивая через чудовище с противоположных берегов, выполняя в воздухе невозможные пируэты, чтобы отсечь щупальца, пытающиеся их поймать. За три прыжка они отрубили все. Тогда Ксейн отложил мачете, взмахнул копьём и снова прыгнул.

Он упал всем своим весом на тело пузырчатого, вонзил в него копьё, которое вошло в тело монстра на две трети длины. Существо билось в агонии, пока Ксейн стоял неподвижно, держась за копьё, чтобы не поскользнуться на слизистой коже.

Наконец, с последним толчком чудовище умерло и начало медленно погружаться в воду. Ксейн одним рывком выхватил копьё и спрыгнул обратно на берег, где с лёгкостью и грацией приземлился прямо перед Акслин.

– Ты в порядке? – спросила её Рокс.

Акслин не могла оторвать взгляда от Ксейна. Однако, услышав голос Стража, моргнула и заставила себя повернуться к ней.

– Да, я… большое спасибо.

Она сказала это Рокс, но потом повернула голову к Ксейну, чтобы и его поблагодарить.

Он, однако, даже не взглянул на неё.

К ним присоединились Декс и Оксания. Декс обнял Акслин, очень обрадовавшись, что та цела.

– Я испугался. До сих пор не могу в это поверить: пузырчатый здесь, в Цитадели! Если бы не Стражи…

Рокс смотрела на него с любопытством.

– Тебя тоже интересуют монстры?

– Я читал её книгу, – ответил Декс, всё ещё обнимая Акслин за плечи. – Мы вместе работаем в библиотеке.

– Хватит болтать, – прервала их расстроенная Оксания. – Мы должны найти Брокснана!

– Монстр мёртв, Оксания, – попытался успокоить её Декс. – А Брокснан успел сбежать раньше всех. Уверен, с ним всё в порядке.

Но она покачала головой.

– Меня беспокоит не только чудовище. Мой брат следил за нами, помнишь? Если он найдёт…

Акслин, наблюдавшая за Ксейном и Рокс краем глаза, внезапно уловила нотки странного взаимопонимания между ними, как будто они точно знали, о чём говорила Оксания.

– Сеньора права, – сказал Ксейн. – Мы должны найти вашего друга как можно скорее. Мы убили одного монстра, но их может быть больше. Я собираюсь осмотреть окрестности, чтобы убедиться, что мы в безопасности.

– Поняла, – кивнула Рокс. – Мы займемся поисками Брокснана.

– Большое спасибо, – с облегчением воскликнул Декс.

– Нам очень повезло, что вы патрулировали именно в этом районе, – сказала Акслин.

Ни один из Стражей не ответил, хотя Ксейн бросил на неё ледяной взгляд. Она чувствовала, что её подозрения верны, но, с другой стороны, она корила себя за недоверие к тем, кто только что спас её от верной смерти.

Ксейн махнул на прощание и пошёл вдоль берега лёгким шагом, вертя в руках копьё и не оглядываясь.

Декс, Акслин, Оксания, а теперь вместе с ними и Рокс, заглянули в каждый угол в окрестностях канала в поисках Брокснана. Они добрались до туннеля коллектора, так и не найдя его. Декс, который шёл первым, неуверенно остановился.

– Мы пойдём туда?

– Больше ему было некуда деться, – заметила Акслин. – Но с другой стороны…

Она посмотрела на Рокс, потому что знала, что Стражи умеют чувствовать монстров.

– Там безопасно, – подтвердила та, и Акслин облегчённо вздохнула.

Они двинулись по туннелю. Всем, кроме Рокс, которая хорошо видела во мраке, потребовалось время, чтобы привыкнуть к слабому свету, просачивающемуся сквозь решётчатые световые люки крыши.

– Брокснан! – крикнула Оксания.

Её голос вернулся эхом. Акслин напрягла слух, но не услышала ответа. Декс вдруг отпрыгнул назад с тревожным вскриком.

– Всё в порядке, – сказал он через мгновение. – Это просто крыса.

– Ты меня напугал, дурак, – буркнула Оксания.

Акслин осторожно наблюдала за Рокс. Она знала, что та немногословна, но ей было странно, что она даже не спросила, как их компания оказалась на канале, в таком неподходящем месте. Ксейн тоже ничего не сказал. Атака на монстра не была для него внезапной. Неужели Рокс и Ксейн знали, что найдут их там?

Она попыталась выбросить эти мысли из головы. «Скорее всего, они выслеживали монстра. Стражи всегда там, где есть монстры или, по крайней мере, так они говорят». Это было не совсем так, разумеется. Акслин знала много деревень, которые хоть и с трудом, но выживали без помощи Стражей.

Возможно, они считали естественным, что Акслин тоже оказалась на канале, потому что там был монстр. В конце концов, они оба, особенно Ксейн, прекрасно знали о её исследованиях.

Но какое объяснение они могли найти тому, что Декс, Брокснан и Оксания тоже были там?

– Мы направлялись к внешнему кольцу, – сказала она очень тихо.

Она знала, что Рокс услышит. У Стражей очень тонкий слух.

– Ваш маршрут – не наше дело, – ответила та.

Акслин почувствовала огромное облегчение. Стражи просто убедятся, что они в безопасности, а затем разрешат следовать куда угодно, не вмешиваясь. Они могли добраться до стены, Брокснан и Оксания уехали бы на повозке торговца, и всё было бы кончено.

– Большое спасибо, – сказала она. – За то, что спасла нам жизнь.

– Это наша работа.

Конечно же, да. Но Акслин не переставала думать о Ксейне, так внезапно и так кстати появившемся, чтобы спасти её от монстра.

Она знала, что в этом и заключается миссия, которой он посвятил себя. Однако ей почему-то хотелось, чтобы он сделал это потому, что заботился о ней.

Она чувствовала себя глупо, продолжая так думать. Она видела его в действии и знала его способности. Однако наблюдать за тем, как он сражается вместе с Рокс, – это совсем другое. Они казались двумя сторонами одной медали, как Солнце и Луна, столь же далёкие от обычных людей, как соколы от жуков.

Она знала, что в мире Ксейна нет места для неё. Но вспоминать об этом раз за разом было всё так же больно.

– Брокснан! – воскликнула вдруг Оксания и побежала по тоннелю.

Остальные последовали за ней и увидели, как она обнимает молодого аристократа, помятого и напуганного, но живого. Она плакала от облегчения, и он крепко обнимал её, уткнувшись лицом в её светлые волосы.

Декс ласково похлопал брата по плечу. Брокснан улыбнулся ему.

– Что случилось с монстром? – спросил он.

– Его убили Стражи, – ответила Оксания.

Брокснан заметил Рокс. Он немного испугался, но быстро расслабился.

– Страж, – сказал он. – Спасибо.

Она наклонила голову.

– Это наша работа. Выходим отсюда. Чем быстрее вы уйдёте подальше от канала, тем лучше для всех.

Компания снова двинулась вперёд, Брокснан и Оксания шли в обнимку первыми, остальные чуть позади.

– Похоже, страх вернул моему брату здравомыслие, – тихо заметил Декс.

Акслин улыбнулась. Нет ничего лучше, чем столкновение с монстром, чтобы оценить то, что действительно для тебя важно, подумала она. У неё часто возникало ощущение, что жители Цитадели тратят слишком много времени на будничные заботы. Наверное, потому, что думали, что у них впереди вся жизнь. В западных деревнях это никогда не принималось как данность.

Наконец они увидели свет в конце туннеля. Брокснан и Оксания ускорили шаг, а Декс дал руку Акслин, чтобы та не отстала. Обычно она не принимала помощи, так как старалась подчеркнуть, что не нуждается в ней, но в тот момент она почувствовала себя особенно беззащитной. Нападение пузырчатого застало её врасплох, и она подумала, что нужно учиться жить в Цитадели так же, как остальные жители, – сосредоточиться на своих делах и проблемах и не думать о монстрах. Это опасно, подумала она. Когда растёшь, зная, что рано или поздно умрёшь от нападения монстра, то реагируешь более рационально. А Цитадель, наоборот, давала то, чего не было у деревенских людей, – надежду.

Надежда была обоюдоострым мечом. Она приносила с собой страх потерять жизнь, которой придавалось больше значения, чем когда-либо прежде.

Акслин сжала руку Декса, почти не замечая этого. Она всё ещё вздрагивала при мысли о том, как близко она была к смерти от щупалец пузырчатого. Неуклюжая, беззащитная, даже не способная рассчитывать на арбалет, чтобы защититься. А потом пришёл Ксейн.

Она вдруг увидела его силуэт в конце туннеля и моргнула, думая, что это её воображение. Но нет: он действительно ждал их на другой стороне.

Они обошли Брокснана и Оксанию, которые остановились, чтобы страстно поцеловаться, воспользовавшись полутьмой, и вышли из туннеля, чтобы встретиться со Стражем. Акслин украдкой наблюдала за ним. Пятна грязи на мундире Ксейна были единственными следами драки, в которой он только что участвовал. Он выглядел таким спокойным, словно вернулся с неторопливой прогулки. Даже его оружие было чистым.

– Всё спокойно, – объявил он.

Он встретился глазами с Рокс, и снова они, казалось, поняли друг друга без слов. В этот момент Декс отпустил руку Акслин, и только тогда она поняла, что всё это время держала своего друга за руку.

– Как нам отсюда выбраться? – спросил он.

– Там лестница прямо за углом, в левом протоке, – указал Ксейн. – Оттуда вы можете подняться на улицу. Вы выйдете прямо рядом с воротами во внешнее кольцо.

Декс выглядел очень довольным.

– Спасибо за всё. Правда. Похоже, мы недооцениваем вас.

Акслин показалось, по лицу Ксейна скользнула лёгкая улыбка, но вдруг выражение его лица изменилось, застыло.

– Ксейн?.. – пролепетала она.

Глаза его прищурились и зловеще сверкнули. Его лицо стало каменным, словно он увидел что-то, что ему ужасно не нравилось.

Рокс тоже это заметила. Она напряглась, прислушиваясь к его сигналу.

И тут произошло нечто странное. Брокснан пихнул Оксанию в Стража и нырнул в воду.

– Брокс! – крикнул Декс. – Что ты делаешь?

Рокс поймала девушку, чтобы та не упала. Глухой звериный рык вырвался из груди Ксейна.

Акслин не понимала, что происходит. Она не видела, как Брокснан бросился в воду, поэтому подумала, что тот упал, и впала в ещё больший ступор, когда увидела, что Ксейн схватил копьё и замахнулся, чтобы метнуть его туда, куда нырнул Брокснан. Она встревоженно схватила его за запястье.

– Ксейн! Что ты делаешь?

Он бросил на неё такой яростный взгляд, что она в испуге отпустила его и попятилась назад.

– Ксейн, туда, – указала Рокс.

Потом они увидели, что Брокснан с лёгкостью плывет вниз по течению. Причём уже на удивление далеко.

Ксейн кивнул и побежал по берегу за ним.

– Брокс! – крикнул Декс.

Он бросился бежать за ним, но Рокс остановила его.

– Подожди, не ходи, это опасно. В воде есть ещё один монстр. Ксейн попытается убить его, прежде чем он доберётся до Брокснана.

– О, нет, – закричал Декс. – Пожалуйста, вытащите его оттуда!

Акслин стояла, глядя на них, всё ещё до конца не понимая, что происходит. Слова Рокс не объясняли странного поведения Брокснана, но зато несколько понятнее становилось поведение Ксейна.

Тем не менее она помнила выражение лица Ксейна, когда тот смотрел на Брокснана. Решимость, с которой он целился копьём. Гнев, когда Брокс ускользнул от него.

Хотя ей хотелось верить словам Стража, было ещё что-то, что не убедило её. Не успев понять, что делает, она бросилась вслед за Ксейном. Она слышала, как Декс зовёт её, и подумала, что Рокс постарается её остановить, но нет.

Акслин добежала до того места, где канал впадал в другой, более широкий, идущий параллельно стене. Она завернула за угол, огляделась и испугалась – всего в нескольких шагах от неё, на том же берегу стоял Ксейн. Его тело было напряжено, сам он предельно сосредоточился. Держа копьё наготове, он пристально смотрел на бегущую по противоположному берегу канала фигуру.

Акслин уже хотела было закричать, но Ксейн оказался быстрее. Он метнул копьё так стремительно и точно, что оно почти тут же пронзило насквозь человека, бежавшего от них по другой стороне канала.

Акслин увидела, как Брокснан, пронзенный копьём Ксейна, с громким всплеском упал в воду.

И только тут она завизжала.

Казалось он только сейчас заметил её и повернулся. Если бы Акслин не была так шокирована, возможно, она заметила бы растерянность на его лице, ужас, боль. Но она только что видела, как он хладнокровно убил брата её лучшего друга.

Когда Ксейн попытался схватить её, она оттолкнула его и посмотрела на него с ужасом и отвращением, не в силах опознать в этом безжалостном убийце мальчика, которого любила.

– Не трогай меня, – прошипела она. – Не подходи ко мне.

И тут что-то сломалось внутри него. Словно слёзы Акслин смогли пронзить его сердце, как самый смертоносный кинжал. Он был готов объяснить ей, что произошло на самом деле, раскрыть ей главный секрет Стражей Цитадели. Всё, что угодно, лишь бы она перестала так смотреть на него. Но дисциплина, которой он подчинялся со времён учебы в Бастиона, была сильнее его собственных желаний.

Акслин не должна была знать. Ни один обычный человек не должен был об этом знать.

Он собрался и ответил:

– Ты должна уйти отсюда, гражданка. Возвращайся к своим друзьям и больше не вмешивайся в работу Стражей.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но в конце концов покачала головой, снова посмотрела на него с ужасом, повернулась и пошла прочь так быстро, как только могла.

Опустошённый Ксейн смотрел ей вслед. Она бежала от него, как от монстра. Это было неразумно, потому что, если бы он действительно хотел причинить ей вред, он мог бы добраться до неё одним прыжком. Или убить её с места одним броском копья.

Он содрогнулся от ужаса. Его тошнило, но он устоял на ногах, и только когда она свернула за угол и скрылась из виду, позволил себе сползти по стене вниз, чувствуя жуткую слабость.

«Она думает, что я монстр. Хуже монстра», – повторял он себе. Ведь в природе монстров было нападать и пожирать людей. Но люди не такие. Все, особенно Стражи, превосходящие простых людей, несли ответственность за свои поступки.

Как объяснить, что он никогда не причинит вреда другому человеку? Что в его природе было защищать их, заботиться о них… особенно об Акслин и о других людях, которые ему близки?

Он закрыл глаза. «Ты ведь этого добивался? – напомнил он себе. – Не встречать её повсюду. Перестать чувствовать к ней что-то».

Первая цель, конечно, была полностью достигнута. Акслин никогда больше не заговорит с ним после этого. Вторая, однако…

Он очень старался убедить себя, что забыл её. Что больше её не любит. Что их история закончилась навсегда.

Но…

Он слегка вздрогнул, когда Рокс присела рядом с ним.

– Всё в порядке?

Ксейн пришёл в себя и изо всех сил пытался сосредоточиться.

– Да, я… я убил оборотня. Мы должны как можно скорее вытащить его из воды… Нам не нужно, чтобы блюстители порядка нашли его тело.

Она кивнула.

– Я слышала крик Акслин.

Он глубоко вздохнул.

– Она видела, как я его убил.

Между ними повисло мёртвое молчание.

– Отчасти это моя вина, – призналась наконец Рокс. – Я должна была остановить её. Я не думала, что она тебя догонит.

– Она бегает быстрее, чем кажется. Я тоже должен был быть осторожнее: я остановился на углу, думая, что меня не видно. Я должен был преследовать метаморфа чуть дольше, но я поспешил, и она подумала, что… в общем… Я не смог оградить её от этого.

Рокс на мгновение взглянула на своего спутника, который, хоть и пытался сохранять спокойствие, всё равно слегка дрожал. Она положила руку ему на плечо в знак поддержки.

– Мы займёмся этим позже. Мы должны найти два трупа, труп оборотня и труп настоящего Брокснана, отвезти их в казарму и сдать рапорт.

Обнадёженный Ксейн поднял голову.

– А если настоящий Брокснан ещё жив? Вдруг…

Она покачала головой.

– Метаморф скопировал его внешность в туннеле. Он пришёл сюда за ними, и я думаю, намеренно. Если он собирался принять именно его облик, я очень сомневаюсь, что он оставил Брокснана в живых.

Ксейн задумчиво нахмурился.

– Это правда. Он выдавал себя за брата девушки, а потом за её жениха. Думаешь, его интересовала она?

– Мне показалось, что они собираются сбежать вместе.

Ксейн содрогнулся от отвращения.

– Хорошо, что мы его вовремя остановили.

– Да. Мне жаль её, но это к лучшему, – Рокс сделала паузу и посмотрела на своего напарника. – Это к лучшему, – повторила она. – Даже если они этого никогда не узнают.

Он кивнул, всё ещё пытаясь оправиться от удара.

– Где они сейчас? Я имею в виду…

– Они побежали обратно в тоннель. Они убегали от тебя, – добавила она после паузы.

Ксейн закрыл глаза. Рокс мягко похлопала его по плечу.

– Давай закончим работу. Теперь, когда мы убили всех монстров, с этими гражданами всё будет хорошо. Тебя вернёт в строй очередное задание. Об остальном мы позаботимся позже, Ксейн.

15

– Ты не хочешь объяснить нам, что происходит, Акслин? Где мой брат?

Акслин ещё не пришла в себя, она пока не до конца понимала, что только что произошло. Её била крупная дрожь.

Она подняла голову и посмотрела на Декса.

– Твой брат… – прошептала она.

– Почему ты бросила его там? – всхлипнула Оксания. – Если монстров больше не осталось, почему ты заставила нас просто сбежать?

У Акслин стоял ком в горле, она попыталась сосредоточиться.

Она, сама не зная зачем, уговорила спутников снова укрыться в туннеле коллектора. Если Стражи будут искать их, то всё равно найдут. Но почему-то она чувствовала себя в безопасности там, в темноте.

У неё не было времени объяснить, что она видела. Да и как это сделать? Как она могла сказать Дексу… и Оксании… что тело Брокснана плыло по каналу, пронзённое копьём Ксейна? Это было похоже на страшный сон. И всё же…

Девушка закрыла лицо руками.

– Что случилось, Акслин? Я никогда не видел тебя такой. Даже когда на нас напало это чудовище.

– Это потому, что монстров я видела в своём путешествии много, – сумела сказать она. – Но это… это гораздо труднее принять. Мне так жаль, Декс.

Он замер.

– О чём ты? Что случилось с моим братом?

У неё не было сил сказать прямо, и она решилась начать свой рассказ издалека.

– Я пошла за Ксейном, когда он побежал за Брокснаном.

– Ксейн? Ты имеешь в виду Стража? Его так зовут?

Акслин вздрогнула.

– Да, я… я думала, что не догоню его, но когда свернула за угол, то увидела его там и…

– И? Что было дальше? – нетерпеливо спросил Декс.

– Твой брат переплыл канал, вышел из воды и по другому берегу побежал от Ксейна, а тот… взял и бросил в него своё копьё, так, будто, охотился на оленя.

Оксания вскрикнула от ужаса. Декс побледнел.

– Что… что ты пытаешься нам сказать?

Глаза Акслин наполнились слезами.

– Копьё пронзило его насквозь, Декс. Он упал в воду с этим копьём. Течение унесло его.

Повисла ужасающая гробовая тишина. Только звук бегущей воды заглушал всхлипы Оксании и тяжёлое дыхание Декса.

– Ты хочешь сказать, что мой брат… мёртв? Что Страж убил его? – Юноша покачал головой. – Этого не может быть, Акслин. Ты, должно быть, ошибаешься.

– Я знаю, я это видела! Мне так жаль, Декс. Я не понимаю, почему Ксейн так поступил. Он Страж, монстр его подери. У Брокснана не было ни малейшего шанса против него.

Декс продолжал качать головой, озадаченный.

– Я уверен, что ты всё неправильно поняла. Может, он упал в воду по другой причине. Надо его искать: возможно, он до сих пор жив…

Акслин схватила его за руку, когда тот уже уходил.

– Ты должен мне поверить, Декс. Ксейн убил Брокснана, – её голос дрогнул, когда она произнесла эти ужасные слова. Она откашлялась и заставила себя продолжить. – Не знаю, почему он это сделал, но, возможно, мы тоже в опасности.

Он повернулся и посмотрел на неё всё ещё с выражением крайнего недоверия.

– Но зачем Стражу убивать моего брата?

– Вы сказали, что один из братьев Оксании следил за вами, когда вы уходили с площади.

– Да, но…

– Думаю, Стражи оказались здесь не случайно. Наверное, они шли за вами по пятам. Они договорились с семьёй Оксании или, может быть, работают на них.

– Это невозможно. Стража Цитадели – независимый отряд, они не вмешиваются в гражданские дела. Они охотятся только на монстров, – Декс замолчал на мгновение, размышляя. – Ну, возможно, некоторые генералы действительно имеют какое-то влияние в Совете Верховного правителя…

– Мой дядя – генерал Стражей, – вмешалась Оксания.

Необычайно бледная, она сидела на земле, не обращая внимания на лужи и грязь. Вытерев слёзы, она с явным усилием продолжила:

– Многие, такие, как он, происходят из знатных семей старого города. И ты говоришь, что Стражи не вмешиваются в гражданские дела? – Она презрительно покачала головой. – Не смеши меня, Дексар. Повзрослей.

– Но… но… это не значит, что…

– Ты хочешь сказать, что твой дядя послал с твоим братом двух Стражей, чтобы найти тебя и… убить Брокснана? – недоумевающе спросила Акслин. – Это невозможно. Стражи Цитадели…

– Никто не застрахован от злоупотребления властью, – сердито отрезала Оксания. – И Стража Цитадели тоже. Тебе нужна причина, Дексар? Ну, вот же она.

Он прислонился к стене, ошеломлённый.

– Не могу поверить, что Стража Цитадели убила моего брата только потому, что… у него были отношения с тобой. Потому что ты не хотела выходить за де Фадакси. Так не делается, это было бы слишком… по-деревенски.

– Извини, в деревнях мы не убиваем людей, только монстров, – обиженно вмешалась Акслин.

– Но у нас есть суды, чтобы разбираться в законности любых действий.

– А мы пойдём… к ним… требовать… – пролепетала Оксания и вдруг резко прервалась и застонала.

– Ты в порядке? – испугался Декс.

Акслин нахмурилась, охваченная внезапным подозрением.

– Оксания, это схватка?

– Думаю… думаю, да… – пробормотала она.

Только что она была возмущена и полна решимости отомстить за Брокснана, но вдруг снова стала похожа на испуганную и неуверенную девочку. Акслин склонилась к ней, взяла за плечи, и внимательно посмотрела в глаза.

– Ты раньше их не замечала?

– Да… весь день, но не очень сильные. Я думала, это нормально, – встревоженно добавила она.

Акслин вздохнула.

– Боюсь, это совершенно нормально.

– В чём дело? Акслин, что с ней?

Она помогла Оксании встать на ноги и повернулась к Дексу, сказав очень серьёзно:

– У неё начались роды. Так что Брокснану, как бы там ни было, придётся подождать, если только ты не хочешь, чтобы твой племянник родился в канализации.

Оксания застонала в ужасе. Они двинулись к выходу из туннеля. Декс в смятении последовал за ними.

* * *

Двое Стражей, которые следили из темноты за их компанией, ничего не сделали, чтобы остановить их. Когда трое молодых людей вышли на свет и в туннеле снова стало тихо, Ксейн спросил:

– Ты поняла что-нибудь из того, что говорили о генералах и знатных семьях?

Рокс покачала головой.

– Политика старого города, – с некоторым пренебрежением ответила она. – Не проси меня понять её. Во всяком случае, приятно знать, что они нашли объяснение тому, что видели.

– Объяснение, которое выставляет меня каким-то… личным наёмным убийцей какого-то аристократа, – с горечью возразил Ксейн.

Она посмотрела на него.

– Похоже, ты всё правильно понял. Доверься гвардии, Ксейн. Они разберутся. В конце концов, твоё слово будет против их. И слово Акслин ничего не стоит. Ведь и двух лет не прошло, как она получила гражданство, не так ли?

Он не ответил.

– Я доложу на ближайший пост Стражей, – объявила Рокс. – Попутно я прослежу, чтобы эти трое действительно ушли. А ты займись поисками тела.

– А молодого человека, которым оборотень притворялся?

– Это не так срочно. И он хорошо спрятан, быстро его не найти. Но оборотень… ты меня слышишь? Очень важно, чтобы мы вытащили его из воды, прежде чем кто-то ещё его увидит.

Ксейн кивнул. Он знал, что после смерти оборотни сохраняют облик последнего человека, за которого они себя выдавали. Так что, где-то лежат два абсолютно одинаковых трупа… ну или почти одинаковых.

Рокс, казалось, догадывалась, о чём он думает.

– В теле оборотня твоё копьё, Ксейн, – напомнила она ему. – В теле человека его нет. Настоящее тело мы должны вернуть семье. Если они увидят фальшивку, они сделают это доказательством того, что ты убил человека, и тогда Стражи не смогут заступиться за тебя.

Ксейн поднял голову и серьёзно сказал:

– Понимаю. Не волнуйся, я позабочусь об этом. Это я допустил ошибку в протоколе, мне эту проблему и решать.

Уже смеркалось, когда Акслин и её спутники вошли в тайное укрытие Брокснана – амбар. Декс настаивал на том, чтобы вернуть Оксанию домой, так как родственники, несомненно, будет искать её, но она наотрез отказалась из страха, что именно семья каким-то образом причастна к смерти её возлюбленного.

Они шли к подвалу по переулкам второго круга, так же тихо, как длиннопалые. Акслин надеялась никогда больше не вернуться сюда. Следы пребывания Брокснана здесь оставались повсюду. Она воздержалась от комментариев из уважения к Дексу и Оксании, которая опустилась на койку, вдохнула запах простыней и отчаянно заплакала.

Акслин почувствовала к ней жалость. В то утро Оксания проснулась в уверенности, что встретится с любимым и что они убегут подальше от Цитадели, чтобы начать новую жизнь вместе. А теперь она снова была одна. Возлюбленный мёртв, а она вот-вот родит его ребёнка.

Акслин села рядом и обняла её в попытке утешить.

– Всё будет хорошо, Оксания. Если ты хочешь родить ребёнка здесь, мы поможем тебе.

Оксания всхлипнула, вытерла слёзы и кивнула. Акслин повернулась к растерянному Дексу:

– Нужно прибрать эту помойку. Начинай подметать, вынеси остатки еды и разожги жаровню. Ещё нужна вода, тряпки и чистые простыни.

Декс энергично кивнул и, довольный, вышел на улицу.

* * *

Течение притащило тело метаморфа к стене, где его остановила решётка, перекрывавшая канал. Убедившись, что поблизости никого нет, Ксейн вытащил тело из воды на берег, достал копьё и тщательно вытер его. Потом посмотрел на лицо монстра.

Красивый молодой аристократ, с гладким лицом и, конечно, без шрамов. Ксейн горько улыбнулся. У жителей Цитадели шрамов обычно не было.

Важная персона. В любом случае его исчезновение не останется незамеченным, и если кто-нибудь поверит Акслин…

Он вздрогнул. Его не сильно беспокоило обвинение в убийстве человека. Он только выполнил свою работу и прекрасно знал, что это за существо, и Стражи несомненно поддержат его. Но мысль, что Акслин считает его бессовестным убийцей, была совершенно невыносима для него.

«Меня не должно волновать, что она думает обо мне».

Ксейн проклинал себя за то, что не был осторожен. Он отчётливо видел колеблющиеся очертания оборотня, когда тот подошёл к компании Акслин у туннеля. Существо, естественно, признало в нем Стража Золотой дивизии и сбежало, чтобы спасти свою жизнь.

Ксейн не переставая думал о происшествии. Всё внутри него обрывалось при воспоминании, как оборотень целовал беременную горожанку, беспечно идущую рядом с Рокс, – и Рокс не могла узнать оборотня. Монстр был так близко, что мог застать её врасплох.

Так близко к Акслин, что он мог убить её одним ударом, прежде чем та успела бы понять, что происходит.

Ксейн сердито сжал кулаки. Он действовал инстинктивно. Чтобы защитить их всех, включая того библиотекаря, которым Акслин, казалось, особенно сильно дорожила.

В Цитадели приходилось встречаться с Акслин постоянно, и это ему не нравилось. Но здесь она была в безопасности, и это его успокаивало.

Ксейн раздражённо фыркнул, взвалив тело метаморфа на плечи. Чёртов монстр. Он нисколько не жалел, что покончил с ним. Сама мысль о том, что оборотень мог причинить вред Акслин или Рокс, приводила его в бешенство.

«Я Страж. Я здесь, чтобы защищать людей от всех монстров», – напомнил он себе.

«И Рокс тоже». Потому что она была вполне способна защититься от любого, кто встанет у неё на пути… за исключением лживого существа, которое выглядело как человек, но не было им. И оно могло застать её врасплох.

Ксейн добрался до того места, где убил метаморфа. Было уже поздно. Отдалённые звуки музыки и смеха указывали на то, что продолжается праздник для горожан, счастливых и беззаботных, в то время как Стражи молча очищают канализацию от монстров.

Он вдруг остановился, увидев свет вдали, у входа в туннель. Насторожившись, Ксейн прильнул к стене и стал внимательно наблюдать. Он услышал разговор и узнал властный, слегка насмешливый голос капитана Салакса. С облегчением он вышел из тени и поспешил навстречу своим товарищам.

– А, Ксейн, – приветствовал его капитан с полуулыбкой, поднимая фонарь, который держал, чтобы лучше видеть. – Что ты там несёшь?

Он огляделся, чтобы убедиться, что среди Стражей нет обычных граждан, прежде чем ответить:

– Метаморф, сеньор.

– Великолепно. Мы нашли тело гражданина в туннеле.

Сердце Ксейна на миг забилось.

– Он…

– Он мёртв, да. А его друзья думают, что его убил монстр, так что дело решено.

Ксейн посмотрел на него с удивлением. Капитан Салакс уловил замешательство в его взгляде и прищурился.

– Рокс сообщила, что граждане видели, как ты гнался за метаморфом, но она сказала им, что на самом деле ты охотился на монстра, который их преследовал, и что ты не успел спасти жизнь молодого человека. Разве это не так?

Ксейн сглотнул, поняв, что Рокс снова прикрыла его. Однако совсем ничего не сказать о своей вопиющей оплошности он не мог. Нарушение безопасности было слишком серьёзным, чтобы не сообщать об этом начальству.

– Да, так было в самом начале, – ответил он. – Я отделился от группы, чтобы без свидетелей убить оборотня, но одна из девушек последовала за мной и всё увидела. Я не знал о её присутствии, пока не стало слишком поздно, – он глубоко вздохнул. – Я беру на себя полную ответственность, сеньор. Я знаю, что не следовал протоколу, и прошу прощения за это.

– Почему Страж Рокс не включила эту деталь в свой отчёт?

– Вероятно, она хотела дать мне возможность сделать это самому, сеньор, – ответил Ксейн, тщательно подбирая слова. – Ошибка была моей, и я должен был её осознать.

Капитан бросил на него задумчивый взгляд. Наконец он покачал головой и сказал:

– Это твой первый оборотень, да? Иди за мной, я хочу тебе кое-что показать.

Ксейн повиновался. Остальная часть группы находилась в туннеле. Они освещали его лампами и работали, пытаясь вытащить на поверхность тело пузырчатого. Течение смыло его туда и прибило к берегу, как старый, пустой мешок.

– Как дела?

– Почти всё вытащили, капитан, – ответила Страж из Золотой дивизии. – Нам нужно найти последнее щупальце.

– Не хотелось бы, чтобы граждане нашли останки монстра, – сказал капитан в ответ на вопросительный взгляд Ксейна. – Сегодня праздник. Мы не должны тревожить их.

Страж почти забыл о пузырчатом, хотя тот пытался схватить Акслин. Однако теперь, когда он мог спокойно об этом думать, то впервые понял, что это существо, если только не было совсем дезориентированным, не должно было встретиться им в этом месте: туннели проходили под вторым кругом.

– Не знаю, как он сюда попал, капитан, – пробормотал он.

– Должно быть, какая-то из решёток безопасности сломана. У нас слишком сложная система, чтобы следить за каждым участком: колодцы, каналы, канализация… Третья реформа превратила город в чёртов дуршлаг.

Ксейн узнал об этом в казарме: стены сделали Цитадель закрытым пространством, где скапливались нечистоты от нескольких тысяч жителей и рождались болезни. Сменявшие друг друга Верховные Правители спасали горожан от монстров, но обрекли многих граждан на смерть от болезней, вызванных антисанитарией. Третья реформа, начатая седьмым Верховным Правителем, заняла несколько десятилетий. Результатом стали водопровод и канализация: с тех пор город был обеспечен питьевой водой даже во время засухи.

С появлением водопровода болезней стало значительно меньше.

Но всё больше монстров стало пробираться в город, даже несмотря на защитные решётки, контроль и бдительность Стражей.

– Неисправность должна быть в одном из главных каналов, – продолжал капитан. – Мокроступ может пролезть в любую щель, но пузырчатый – другое дело, он не пролезет так просто. Коммунальные службы должны найти дырку как можно скорее и заделать её раз и навсегда.

Ксейн кивнул.

– Мы подавали соответствующую жалобу, капитан, – напомнил он ему.

– Да, и мы передали её в Градостроительный совет, но эти чиновники чертовски медлительны, когда доходит до дела. Это даже не их вина, а бюрократии: нужно заполнить слишком много бумаг, запросить слишком много разрешений, сообщить слишком большому числу людей, – он покачал головой. – Управлять таким городом сложно. Охота на монстров намного проще. Ты их выслеживаешь, находишь и просто убиваешь. А потом заметаешь следы. И это зачастую сложнее всего. У тебя там оборотень? – спросил он вдруг.

Ксейн выдохнул с облегчением. Вес монстра неприятно давил не плечи.

– Да, капитан.

– Оставь его здесь.

Юноша направился туда, куда указывал ему капитан. В свете фонаря он увидел на земле ещё одно тело. Мгновение он помедлил, прежде чем положить рядом с ним метаморфа.

– Видишь? – спросил Салакс.

– Они абсолютно одинаковые, – удивлённо сказал Ксейн. – Та же внешность, та же одежда…

– Но умерли они не одинаково.

– Нет, – с облегчением констатировал юноша. – Очевидно, у оборотня рана от копья, а у человека… – он внимательно осмотрел следы на шее в свете фонаря.

– Его задушили?

– Похоже на то. Вот твоё алиби, Ксейн. Мы избавимся от монстра и вернём тело жертвы его семье. Свидетельница может рассказывать что угодно, но никто ей не поверит.

Ксейн глубоко вздохнул. Он представил, как Акслин клянётся, что это правда. Он представил себе её оцепенение от улик, опровергающих её версию.

Он старался не думать об этом.

– Как это возможно, что никто не заметил разницы? – спросил он. – Невооружённым глазом это кажется трудным, но… как насчёт людей, которые его знали? Его семья? Его друзья?

– Метаморфы могут принять облик кого угодно за считанные секунды; но, если они намерены заменить кого-то на длительный период времени, то, прежде чем занять его место, они тратят месяцы, изучая свою жертву. И когда происходит подмена, никто этого не замечает. Они ведут себя так же, как оригиналы. Говорят так же. Двигаются так же.

– Зачем они это делают?

– Мы не знаем. Но они всё ближе и ближе к старому городу. Этот молодой человек – Брокснан де Галуксен, наследник своего дома. Важный парень. Его семья происходит от одного из основателей. Однако они потеряли своё влияние и благосклонность Верховного Правителя пару поколений назад, и в Совете больше нет никого с его фамилией. – Он остановился, задумчиво. – Может быть, метаморф по какой-то конкретной причине хотел заменить его, или, может быть, он выбрал его случайным образом. Мы не знаем, но мы должны попытаться выяснить это. Мы должны найти его друзей и допросить их как можно скорее.

– Рокс собиралась последовать за ними, – ответил Ксейн, довольный тем, что смог сказать что-то полезное. – Они были очень расстроены смертью Брокснана и просто хотели спрятаться где-нибудь, чтобы быть в безопасности.

«Спрятаться от меня», – мрачно подумал он.

– Великолепно, – одобрил капитан. – Встреться с ней и найди этих молодых людей. Мы должны допросить их, чтобы убедиться, что всё прошло гладко.

– Но… но… они не захотят видеть меня… именно меня.

– Ксейн, ты невиновен. Ты понял? Ты не убивал этого человека.

Он кивнул с благодарностью, но капитан не закончил говорить.

– Это не значит, что мы должны забыть о том, что ты убил безымянного на глазах у обычной гражданки. Мы поговорим о твоём наказании, когда ты вернёшься в казарму.

Ксейн сглотнул.

– Да, сеньор, – пробормотал он.

– А теперь слушай внимательно, что ты должен сказать этим ребятам. Придерживайся этой версии и обязательно поделись ею с Рокс, прежде чем говорить с ними.

16

– Пора? – спросил Декс очень нервно.

– Пока нет, – ответила Акслин.

Она настояла, чтобы Оксания медленно ходила по комнате – это облегчало боль, – и постоянно была рядом, чтобы поддержать, если нужно. Они уже несколько часов сидели в подвале, но казалось, ничего не происходило, и юная аристократка всё больше впадала в уныние и панику.

– Не слишком ли долго? Ты уверена, что всё в порядке?

Акслин не была уверена, потому что не была акушеркой. Но в своей деревне она несколько раз присутствовала при родах и представляла, как всё должно развиваться.

– Это первые роды, они могут идти всю ночь.

Оксания застонала, очень испуганная.

– Очень больно! Я не выдержу так долго!

Худшее только начиналось, но Акслин не стала об этом говорить вслух.

– Я могу что-нибудь сделать? – нервничал Декс. – Мне найти акушерку?

– Да, это было бы…

– Нет! – крикнула Оксания. – Нет! Я не хочу, чтобы меня нашли! Я не хочу…

– Но…

Оксания до боли сжала руки Акслин.

– Ты сама мне поможешь! Да? Ты делала это раньше…

– Нет, я только помогала опытным акушеркам. Я…

– Пожалуйста, Акслин! Умоляю!

Оксания боялась родов, Стража, убившего её возлюбленного, собственной семьи, которая, по её мнению, могла стоять за этой смертью. Это всё мешало ей рассуждать здраво.

– Слушай, я справлюсь, только если не начнутся осложнения, – вздохнула Акслин.

– Осложнений не будет, – отрезала Оксания. – Всё будет хорошо, да?

Акслин снова вздохнула.

– Да, всё будет хорошо.

– Значит, я не иду искать акушерку? – разочарованно спросил Декс.

Акслин понимала, что он очень хочет чем-то помочь. Чем-то, что позволило бы уйти.

– Нет, но, может, сходишь к травнику? Мне нужно кое-что для успокаивающего настоя. Ромашка, липа, может быть, шалфей. Ты запомнишь?

– К… травнику?

– Ромашка, липа, шалфей, – повторила она. – Одно из трёх, если всё вместе, то ещё лучше. Ты сможешь это сделать?

Декс заверил её, что всё сделает, и поспешил уйти.

Акслин помогла Оксании лечь на кровать и попыталась немного облегчить её боль. Девушка вела себя так, словно всё ещё не понимала, что с ней происходит.

– Ты никогда не присутствовала при родах? – с любопытством спросила Акслин.

Оксания в ужасе посмотрела на неё.

– Слава Восьмерым Основателям, нет! – воскликнула она. – А должна была?

Акслин напомнила себе, что в Цитадели живёт множество людей, и они не должны уметь всё, как умеют жители деревень. У акушерок вероятно, были свои помощники, и им не нужно было привлекать случайных людей.

– Наверное, нет, – пробормотала она. – Но если бы присутствовала, то, по крайней мере, сейчас ты бы не была так напугана.

«А может, и была бы», – подумала она.

– Ну, это многое объясняет, – пробурчала Оксания.

Она откинулась на спинку кровати с усталым вздохом, а Акслин с любопытством посмотрела на неё.

– Что ты имеешь в виду?

– Однажды ты сказала, что собиралась выйти замуж, – напомнила она. – Но ты уехала из дома без своего жениха. Может быть, ты сделала это, потому что уже знала, что ждёт тебя, если вдруг забеременеешь.

Акслин не знала, злиться или смеяться. Но решила не делать ни того, ни другого: похоже, разговоры отвлекают Оксанию, помогают скоротать время между схватками и справиться с болью. «Наверно сегодня ей очень нужна подруга», – подумала Акслин, вспомнив деревню и Ксейру, с которой очень дружила и о которой не слышала уже много лет. Ксейра была беременна, когда они прощались. Быть может, она уже родила и второго, и третьего ребёнка.

– Я уехала из своей деревни, потому что хотела изучать монстров, – проговорила она. – Я бы не смогла этого сделать, если бы осталась дома и рожала бы детей. Понимаешь?

– Но зачем? Монстры – это забота Стражей. Они…

Но вдруг замолчала, и тень тоски упала на её лицо. Акслин поняла почему.

Стражи, по-видимому, имели дело не только с монстрами.

– В деревне, где я родилась, нет Стражей, – сказала она, возвращая мысли Оксании в далекие от Цитадели места, подальше от трупа Брокснана в водах канала. – Стен тоже нет. Только частокол и только обычные люди, которые защищаются, как могут. Там монстры убивают детей. И… извини, возможно, это сейчас не подходящая тема для разговора.

Она пожалела, что снова говорит только о монстрах. Люди, особенно в Цитадели, не хотят их обсуждать.

С Ксейном всё было по-другому. Он слушал её не только с интересом, но и с неподдельной страстью. В её памяти всплыли оживлённые разговоры, смех… поцелуи.

Она помотала головой и заставила себя переключиться на воспоминание о Ксейне, бросающем копьё в Брокснана. Без колебаний. Без сожалений.

– Нет, продолжай говорить, пожалуйста, – умоляла Оксания. – Я хочу знать.

Акслин подозревала, что на самом деле Оксании хотелось отвлечься от боли: наверное, она была бы готова слушать даже о репродуктивном цикле тараканов. Пожалуй, Акслин с удовольствием поговорила бы и о тараканах, да и вообще на любую тему, более радостную и приятную, чем монстры.

Но не было смысла себя обманывать. Она родилась в печальном, жестоком и мрачном мире. И единственный свет, который она встретила на своём пути, сегодня померк.

– Хорошо, – продолжила Акслин, – монстры убивают много детей, поэтому важно, чтобы женщины много рожали – чем больше, тем лучше, – чтобы сохранить население деревни. Это то, чего ожидали и от меня. Но я думала, что даже если бы у меня было несколько детей, ничего бы не изменилось.

«Каждый ребёнок на счету» – слышала она часто в западных землях.

– И я хотела сделать что-то, что действительно поможет. Не только моим будущим детям, но и всем остальным. Вот почему я отправилась в путешествие: чтобы учиться. Тогда я ещё не знала ни о Цитадели, ни о Стражах.

Она вообще ничего не знала, а с тех пор, как попала сюда, чувствовала себя маленькой и никчемной. Что бы ни говорила мастер Приксия о важности её работы, у Акслин было ощущение, что она ничего не стоит в сравнении со Стражами. Или с людьми, которые возвели эти громадные стены, которые дают защиту нуждающимся.

Оксания задумалась.

– Полагаю, нет смысла заводить детей, если ты знаешь, что их, скорее всего, убьют монстры, – сказала она.

Акслин удивлённо подняла глаза.

Именно эта мысль, зародившаяся в день смерти Пакса, привела её сюда. Эта мысль заставила её отказаться от замужества и держаться подальше от юношей… за исключением Ксейна. Она сама толком не понимала, почему все логические и рациональные причины таяли от одного его взгляда, как иней на солнце.

Наверное, даже Ксейра бы не поняла, почему так.

Акслин улыбнулась.

– Да, и именно поэтому в западных анклавах детей воспитывает вся деревня, как будто они общие. Но у твоего ребёнка будет совсем другая жизнь, Оксания. Он вырастет в безопасности в Цитадели.

Оксания улыбнулась в ответ. Акслин протянула ей руку и не убрала её, когда очередная схватка заставила роженицу стиснуть эту руку так, что ногти вонзились в кожу.

Это будет очень долгая ночь, вздохнув, подумала Акслин.

* * *

Ксейн нашёл Рокс на крыше и примостился рядом.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она с удивлением.

– На посту мне сказали, что ты обнаружила цели. И что ты попросила вызвать подкрепление и дать инструкции. Ну, вот он я.

Она посмотрела на него со скептической ухмылкой.

– Подкрепление и инструкции, – повторила она. – Ксейн, любой Страж Золотой дивизии будет мне полезен. Почему они послали тебя? Эти люди думают, что ты убийца, они нам не доверяют.

– Именно поэтому. У нас уже есть оба тела, Рокс. Мы можем доказать, что я не убивал Брокснана. Но для этого мы должны… опровергнуть версию Акслин. Если я невиновен, мне не стоит прятаться от них.

Рокс нахмурилась. Это, похоже, её не слишком убедило, поэтому Ксейн пересказал свой разговор с капитаном. Она наконец кивнула.

– Я согласна. Лично я считаю, что было бы лучше, если бы тут был кто-то другой. Но, если капитан считает, что мы должны сделать это сами, то будет так. Рассчитывай на меня.

Он с улыбкой мягко погладил её по плечу и сказал:

– Спасибо, Рокс. Ну, что у нас тут? Ты нашла Акс… граждан с канала?

Рокс улыбнулась, но не стала ничего говорить. Она указала на здание через улицу.

– Они укрылись там. Похоже на заброшенный амбар, но у них был ключ от двери. Наверное, они там не в первый раз.

– Странно. Почему они не вернулись в старый город?

– Они прячутся. Не только от нас, я думаю. Если они полагают, что семья Оксании стоит за смертью Брокснана, то считают, что не могут больше никому доверять.

Ксейн задумчиво кивнул.

– Понимаю. Тогда мы должны доказать, что нам доверять можно.

И тут раздался крик боли. Ксейн вскочил на ноги и схватил копьё.

– Ты это слышала? Это со склада!

– Расслабься, – успокоила его Рокс. – Это уже давно.

Он повернулся:

– Что ты имеешь в виду? – с опаской спросил он. – Что там происходит?

– Думаю, это Оксания. Мне кажется, она рожает, – Ксейн ошеломлённо уставился на напарницу.

– Но…

– Даже если это и не наше дело, – продолжала Рокс, – это надо учитывать. Если нам нужно поговорить с ними, возможно, сейчас для этого не лучшее время.

Несколько мгновений он молчал, колеблясь. Наконец осмелился задать вопрос, который мучил его с тех пор, как он увидел Оксанию, целующуюся с метаморфом.

– Ты думаешь, что оборотень давно занял место Брокснана?

Рокс посмотрела, прищурившись.

– Что ты имеешь в виду? Он принял его облик в туннелях, после нападения пузырчатого.

– Нет, я не о сегодняшнем дне. То есть… раньше. Когда оборотень встретился с вами, Оксания не заметила разницы. Они целовались, Рокс, – настаивал он, не в силах подавить гримасу отвращения. – И ей это казалось естественным. Мне даже показалось, что она чувствует себя… комфортно.

– Метаморфы хорошо умеют…

– Я пытаюсь сказать, – отрезал он нетерпеливо, – что он, возможно, делал это… раньше. То есть, занял место Брокснана. Выдавал себя за него. Так, что даже Оксания не могла их различить. И если это так, то возможно ребёнок…

Он не закончил фразу, но Рокс наконец поняла и вздрогнула.

– Монстр его подери, Ксейн, – прошептала она в ужасе. – На что ты намекаешь?

– Ничего, – пробормотал он. – Ничего, это глупость.

– Это не глупость, это… отвратительно.

Ксейн всеми силами старался отмахнуться от образов, которые начали приходить ему в голову. Он видел Оксанию, рожающую уродливого или чудовищного ребёнка. Но в его голове продолжали всплывать картинки того, как Стражи видят оборотней, их колеблющиеся очертания… и вдруг он увидел Акслин, держащую в руках расплывающегося младенца.

У него закружилась голова.

– Знаю, знаю, – поспешил ответить он. – Просто… если метаморф может поцеловать человеческую женщину, а она не замечает разницы… возможно…

– Стоп. На надо дальше. У тебя очень бурное воображение, знаешь?

Он смущённо опустил взгляд. Слова его спутницы напомнили ему о той ночи, когда он попытался зайти с ней слишком далеко. Рокс это поняла, но предпочла не лезть с вопросами. Она ещё раз окинула взглядом переулок и тут увидела тень, нервно крадущуюся к амбару.

– Смотри, библиотекарь возвращается, – заметила она.

Ксейн с любопытством посмотрел на Декса.

– Куда он ходил?

– Я думала, что за акушеркой, но, похоже, он возвращается один. Может, нам стоит поговорить с ним? Мне кажется, что Акслин и Оксании сейчас не до нас.

Ксейн кивнул.

Декс с криком отшатнулся, когда две тени приземлились перед ним.

– Добрый вечер, гражданин, – сказала Рокс. – Нам нужно поговорить с тобой.

Молодой человек сразу же узнал их и аж подпрыгнул, увидев Ксейна. Он хотел развернуться и убежать, но Рокс быстро и бесшумно отрезала ему путь.

– Это важно, – настойчиво продолжила она. – Мы нашли тело Брокснана де Галуксена в канале. Власти уже сообщили вашей семье, но им нужно, чтобы ты и Оксания рассказали о случившемся.

Декс застыл. Он смотрел на неё, не в силах поверить своим ушам.

– Случившемся? – повторил он. – Вы хотите, чтобы мы рассказали, как вы хладнокровно убили моего брата? Поверить не могу.

Рокс была невозмутима.

– Ты уверен, что именно это и произошло? Потому что я, кажется, припоминаю, что мы убили пузырчатого, который собирался сожрать тебя, – произнесла она стальным тоном.

Юноша колебался.

– Вообще-то, – добавил Ксейн, – там было два пузырчатых, а не один. Мы убили и второго, но тот успел задушить твоего брата одним из своих щупалец. Мы сделали всё, что могли. Жаль, что мы не успели.

Декс уставился на него.

– Ты убил его. Одним броском копья.

Ксейн невозмутимо встретил его взгляд.

– Зачем мне это делать, гражданин? Стражи убивают монстров. Мы не нападаем на людей. Никогда, – заключил он так решительно и убеждённо, что Декс снова замолчал.

– Но Акслин сказала…

– Возможно, Акслин не поняла, что увидела, – мягко вмешалась Рокс. – В конце концов, всё происходило в темноте и очень быстро, она испугалась. Твой брат прыгнул в воду и уплыл по неизвестной нам причине. Мы заметили второго пузырчатого на поверхности, и Ксейн бросился его догонять. Затем он кинул копьё в монстра, чтобы спасти Брокснана. Копьё попало в цель, что заставило монстра отпустить твоего брата. Только он успел задушить его. Мы добили чудовище. К тому времени, как мы закончили, вы уже ушли. Мы дали указание нашим товарищам убрать трупы монстров и передать вашей семье тело твоего брата. Мы должны были сообщить об этом в том числе и тебе. И Оксании.

Декс ничего не сказал. Ксейн прочёл боль и замешательство на его лице и почувствовал себя виноватым. Но план капитана, похоже, работал, по крайней мере, с молодым библиотекарем. Ксейн хотел попросить Декса поговорить с Акслин, заступиться за него, но промолчал.

Юноша покачал головой.

– Я не понимаю. Если это так, то почему Акслин…

– Этого я не знаю, гражданин.

Рокс больше ничего не добавила. Как раз в этот момент из амбара послышался новый крик Оксании. Декс поднял голову, встревоженный.

– Вам нужна помощь? – предложила Рокс. – Хотите, мы найдём акушерку?

Декс был поражен.

– Откуда ты знаешь?! Неважно, нет… Оксания не хочет никого… Но, конечно, вы нас уже нашли, так что… – Он закрыл лицо руками, очень нервничая. – Я не знаю, что делать.

Ксейн с любопытством наблюдал за ним. Он знал, что этот парень был коллегой Акслин, и видел, что он вёл себя с ней очень фамильярно… даже нежно. Была ещё одна мысль, которая не давала ему покоя с того дня.

Вдобавок к его сомнениям по поводу ребёнка Оксании или беспокойству по поводу того, что видела Акслин… его волновала мысль, что у неё есть романтические отношения. С Дексом или с кем-то ещё.

«Не твоё дело, – твёрдо напомнил он себе. – Больше не твоё».

– Если вы говорите правду, и моего брата убило чудовище, – сказал Декс, – то нам нет смысла прятаться. Возможно, нам стоит отвезти Оксанию домой…

– Не думаю, что у вас сейчас есть время, – отметила Рокс. – Но я настаиваю: мы можем найти кого-то, кто примет роды.

Декс поднял сумку, в которой нёс лекарственные травы, и смущённо посмотрел на неё, вновь сомневаясь.

– Не знаю, – сказал он наконец, покачав головой. – Я не знаю. Я спрошу. Я бы не… Я не знаю, что мне делать.

– Естественно, гражданин, – согласилась Рокс. – Не торопись. Мы подождём здесь.

Декс кивнул, всё ещё растерянный, и исчез в глубине амбара. Ксейн и Рокс несколько мгновений молчали.

– Похоже, прошло не так уж плохо? – произнёс он наконец.

– Граждане доверяют Стражам, – ответила она. – Этот парень в конце концов поверит нам, но Акслин другая. Я не знаю, как она отреагирует.

– Мы собираемся заставить всех поверить в то, что она лжёт, – сказал он, удручённый. – Мне кажется, это нечестно.

– Нет, мы заставим всех понять, что она не права. Ведь её версия тоже не соответствует истине.

Ксейн ничего не сказал. Рокс положила руки ему на плечи и заставила посмотреть ей в глаза.

– Всё будет хорошо. Я знаю, тебя волнует, что она думает, но ты должен с этим справиться. Это не имеет никакого отношения ни к тебе, ни к ней, ни к тому, что было между вами. Речь идёт о будущем Цитадели и безопасности всех её жителей. Это нечто гораздо большее и важное, чем любой из нас.

Он кивнул.

– Я знаю. Я постараюсь справиться.

Она улыбнулась.

– Я знаю, что ты это сделаешь. Я думала, – добавила она после секундного колебания, – что ты почему-то злишься на Акслин.

– Злюсь? – повторил он.

Он стал копаться в памяти. Да, ему было обидно, что она предала его, когда передала Стражам Цитадели карту, которую он нарисовал для неё. Потому что они забрали его, а его мать осталась одна и умерла, пока он проходил суровую подготовку в Бастионе.

Но прежде всего… Ксейн был Стражем. Рано или поздно судьба всё равно нашла бы его, с Акслин или без.

Он вдруг задумался, не была ли эта обида просто предлогом, чтобы оттолкнуть её от себя. Потому что как Страж Цитадели он должен был отказаться от неё и держать её на расстоянии.

– Не знаю, – сказал он, наконец. – Я уже не помню.

Но все барьеры, которые он пытался выстроить, рухнули в тот момент, когда Акслин смотрела на него так, как будто он хуже монстра.

– В конце концов это не имеет значения, верно? – заключил он с усталой улыбкой. – Я Страж. У меня не должно быть никаких чувств ни к кому. Никаких обид. И тем более…

Слова замерли у него на губах прежде, чем он успел их произнести. Ксейн только покачал головой.

– Это не имеет значения, – повторил он.

«Она ненавидит меня, – подумал он. – И, наверное, так лучше».

17

Декс спустился по лестнице и робко остановился в дверях.

– Можно войти?

– Да, Декс, пожалуйста, поставь воду на жаровню и сделай настой, – раздался голос Акслин.

– Я возьму… большую кастрюлю?

– Нет, нет, она понадобится мне позже. На столе есть поменьше.

Декс сделал всё, как она просила. Он был рад тому, что ему нашлось занятие. В глубине амбара Оксания кричала так, будто её режут, Декс боялся даже заглядывать туда.

– Акслин, мне нужно поговорить с тобой, как только сможешь, – сказал он вслух. – Это важно.

Она не ответила, но через несколько минут стояла рядом с ним, вытирая руки.

– Как дела? – осмелился спросить он.

Акслин вздохнула.

– По-моему, ребёнок выходит головой вперёд.

– И это… хорошо?

– Это лучшее, что могло с нами случиться. Если бы он выходил другой частью, я бы не знала, что делать, Декс. У меня не так много опыта, чтобы справиться со сложными родами. Но… если повезёт, все будет хорошо. – Она сделала паузу и с любопытством посмотрела на него. – А ты что хотел мне сказать?

Он отвёл глаза.

– Они следили за нами, Акслин.

Она замерла.

– Кто?

Декс сглотнул слюну.

– Два… Стража. Ксейн и блондинка. Они говорят… что ты, должно быть, ошибаешься. Что они не убивали моего брата. Что это сделал монстр. Они нашли тело и…

– Они здесь? Здесь?! – настаивала она, очень нервничая.

– Они не враги. Они предложили нам помочь. Им просто нужно…

Но Акслин уже не слушала его. Оттолкнув его в сторону, она побежала вверх по лестнице так быстро, как только могла и, открыв дверь, выглянула наружу.

Стояла уже глубокая ночь, но в лунном свете она различила силуэты двух Стражей. Рокс стояла вытянувшись по струнке, Ксейн же расслабленно прислонился к стене.

Это ещё больше разозлило Акслин. Хромая, она подошла к ним и встала перед Ксейном.

– Как ты смеешь приходить сюда? – выпалила она. – Как у тебя хватило совести беспокоить Декса и Оксанию, после того, что ты с ними сделал? Ты…

– Успокойся, гражданка, – спокойно вмешалась Рокс. – Произошла досадная путаница.

Акслин повернулась к ней в ярости.

– Ты тоже? Я знаю, что я видела! Вы хотите сказать, что я вру? Или что я сумасшедшая?

– Всё не всегда так, как кажется, – сказал Ксейн.

Он был совершенно невозмутим, выслушивая нападки Акслин. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Когда она снова подняла на него взгляд, Ксейн пристально посмотрел на неё, но выражение его лица оставалось холодным и непроницаемым. Гнев был лучшим способом скрыть страх, но она пыталась сдержаться.

– Чего вы от нас хотите? – наконец сказала она. – Почему вы не оставите нас в покое?

– Мы ищем родственников Брокснана из Галуксена, – сказала Рокс. – Его брат…

– Дексар, – подчеркнула Акслин.

– Да, и девушка, которая была с ним. Мы предполагаем, что Брокснан был отцом её ребёнка, верно?

– Она утверждает, что да.

Ксейн вдруг замер, заинтересовавшись.

– Она это утверждает? – повторил он. – Это как?

– Тебя интересуют отношения между Брокснаном и Оксанией? – раздражённо спросила Акслин. – Видишь ли, сейчас она занята и не может тебе помочь. Ты мог бы спросить его… если бы не убил, конечно.

Ксейн сжал кулаки, но сумел сохранить спокойствие, когда ответил:

– Я не убивал Брокснана из Галуксена. Это сделал монстр.

Акслин хотела было возразить, но Рокс сделала шаг вперёд, встав между ними.

– Гражданка, я настаиваю на том, что здесь произошло ужасное недоразумение. Мы, Стражи, не убиваем людей. Ксейн сделал своё дело и уничтожил монстра, угрожавшего Брокснану. К сожалению, он не успел спасти ему жизнь.

Акслин пришлось приподнять голову, чтобы посмотреть ей в глаза, потому что Рокс была выше неё.

– Я знаю, что видела, – настаивала Акслин на своём. – Вы не сможете убедить меня в обратном.

– Мы не должны тебя ни в чём убеждать. Мы вытащили тело из канала и собираемся передать его семье. Мы пришли сообщить об этом тем, кого это может касаться.

– А, да? – Акслин скрестила руки на груди. – И почему они прислали вас двоих?

– Потому что мы были там, – ответил Ксейн. – Если ты нам не веришь, гражданка, мы приглашаем тебя предстать перед Советом Правосудия в качестве свидетеля. Там ты сможешь убедиться, что мы говорим правду.

Она прищурилась.

– Можем поспорить, что я это сделаю. Не знаю, во что ты играешь, Ксейн, но Декс и Оксания не заслуживают того, что ты пытаешься с ними сделать. Они заслуживают знать правду.

Он одарил её холодной улыбкой.

– Истина – это многогранный драгоценный камень, – ограничился он ответом.

Она открыла рот, чтобы возразить, но тут Декс срочно позвал её:

– Акслин, ты должна прийти! Кажется, что-то происходит!

Девушка покачала головой, стараясь не поддаваться панике.

– Уходите, пожалуйста, – устало заключила она. – Вам здесь делать нечего. Вы пришли, чтобы передать сообщение, вы это сделали. Я не могу больше тратить время на ложь и абсурдные истории. Спокойной ночи, Стражи.

Она пошла назад в амбар и с силой захлопнула дверь, оставив их на улице. Затем спустилась по лестнице, Декс следовал за ней по пятам.

– А-а-акслин! – крикнула Оксания. – Где ты была? Я должна…

– Тужиться, да, я догадываюсь, – заключила Акслин. – Это хорошо, потому что это именно то, что ты и должна сейчас делать. А ты, – добавила она, обращаясь к Дексу, который остановился внизу лестницы, – не стой там. Мне нужно, чтобы ты был рядом на всякий случай.

Декс ахнул от ужаса, когда наконец появилась голова ребёнка, и сделал несколько шагов назад, но Оксания уловила выражение ужаса на его лице и испуганно закричала.

– Акслин, что случилось? – её лицо покраснело от напряжения. – Что-то не так с моим ребёнком?

– Он… волосатый и весь в слизи, – сказал Декс, у которого закружилась голова.

Акслин наконец посмотрела на своего друга.

– Это совершенно нормальная детская голова, Декс, – ответила она ему. – Не сбивай Оксанию с толку своими аристократическими штучками, ладно? Теперь она должна сосредоточиться на потугах.

Белый как мел Декс кивнул, но отошёл ещё дальше, не в силах больше всё это видеть. Акслин обратилась к Оксании с ободряющей улыбкой.

– Давай, уже почти. Продолжай дышать и тужиться, как я тебя учила, хорошо?

Вскоре после этого ребёнок вышел целиком и, к облегчению Акслин, сразу же доказал, что у него хорошие лёгкие. Она перерезала пуповину, промыла её как могла, тёплой водой, завернула в чистую тряпицу и передала юной матери, которая в изнеможении рухнула на кровать.

– Нет… не могу поверить… – прошептала она между вздохами, пока Акслин убирала вокруг. – У меня… есть малыш…

Акслин откашлялась.

– Не совсем.

– Нет? – встревоженная Оксания внимательно посмотрела на неё. – Что ты имеешь в виду? По-моему…

– Это девочка, – уточнила Акслин, не в силах подавить улыбку. Молодая мать улыбнулась в ответ.

– А, в самом деле? Я думала назвать его Брокснаном. Мне придётся искать другое имя, но… мне всё равно. Здравствуй, малышка, – проговорила она.

Девочка успокоилась на руках у матери, которая сладко обнимала её.

– Ну, похоже, она здорова, – удовлетворённо заметила Акслин. – Нужно только проверить, что она хорошо ест. Ты же знаешь, что тебе нужно кормить её грудью?

– Грудью? – повторила Оксания, не понимая. – Разве не для этого существуют кормилицы?

– Ты их тут видишь? Сейчас тебе придётся сделать это самой. Это не должно быть сложно, но, если у тебя возникнут вопросы, можешь их задать… – Акслин замолчала, увидев, что Оксания с каким-то странным выражением лица уставилась на своего ребёнка. – Что происходит? Что-то не так?

Девушка подняла голову. Она выглядела испуганной, гордой, удивлённой… всё сразу.

– Посмотри на её глаза, Акслин. Я думаю… думаю…

Она торопливо наклонилась над лицом малышки, которая приоткрыла глаза. Акслин потребовалось всего мгновение, чтобы понять.

– О… вот это да, – пробормотала она.

– Что происходит? – спросил Декс, беспокойно озираясь.

Он остался в глубине комнаты, чтобы не мешать, но слова Акслин вытащили его из угла и заставили с опаской двинуться к кровати.

– Посмотри сам, – предложила ему Акслин, всё ещё недоумевая.

Дексу пришлось несколько мгновений наблюдать за девочкой, пока та не разомкнула веки настолько, чтобы он смог различить среди них золотистую вспышку.

– Во имя Восьми Основателей!

– Она Страж, – прошептала Акслин.

– Да, – подтвердила Оксания. – Она Страж.

Её голос сорвался, и она крепко обняла малышку, которая начала хныкать.

– Но это же… хорошо, да? – спросил Декс, озадаченный слезами, навернувшимися на глаза Оксании. – Для семьи большая честь, когда в ней рождаются Стражи.

– Они заберут её, Декс, – прошептала Оксания. – Когда ей исполнится пятнадцать. Они обучат её и заставят сражаться с монстрами до конца жизни. Она умрёт молодой. У неё никогда не будет детей.

Акслин вспомнила Кинакси, мать Ксейна. Она держала его подальше от мира именно для того, чтобы Стражи не нашли и не забрали его. Не превратили в… во что бы то ни стало.

Она смотрела на дочь Оксании, такое маленькое создание, такое беспомощное… и с таким большим потенциалом.

Акслин знала, что Стражем её сделают не глаза и не обучение, которое она будет проходить, когда станет старше, а то, что даёт Стражам превосходство над обычными людьми – необыкновенные способности охотника на монстров. Она была быстрее, ловчее, сильнее. Она сможет атаковать и выполнять невозможные движения без особых усилий. Она будет чувствовать присутствие самых неуловимых монстров. И убивать их с удивительной лёгкостью.

Она посвятит свою жизнь защите обычных людей. Станет героиней и, как правильно сказала Оксания, умрёт молодой.

Как и Ксейн.

– Ну, это… неожиданно, но ты же не можешь сказать, что не хотела этого, Оксания, – возразил Декс. – В конце концов, именно поэтому ты собиралась выйти замуж за Де Фадакси.

Она фыркнула.

– Дексар, ты знаешь так же хорошо, как и я, что это всего лишь сказка.

– Традиция, в которую верят многие, – поправил он. – То, что она основана на ложной предпосылке – святая правда, но она по-прежнему определяет брачную политику знатных семей сегодня.

– Извините, – вмешалась озадаченная Акслин. – О чём вы говорите?

Оксания отвела взгляд. Нетерпеливо вздохнув, Декс увлёк подругу в сторону.

– Ты слышала о Законе об Усилении Стражей? – Она покачала головой. – Его обнародовал четвёртый Верховный Правитель… не знаю, пять или шесть веков назад. Я не очень хорошо разбираюсь в датах. В конце концов ты знаешь, что иногда в семье рождается особый ребёнок. Стражей узнают по цвету глаз, это тебе понятно, да?

– Да, – кивнула Акслин. – Я также знаю, что это не наследственное, что это своего рода… аномалия. То есть родители Стражей не являются Стражами. И что особый ребёнок может родиться в семье, в которой раньше никогда не было Стража. Это то, чего нельзя предугадать.

– Так оно и есть. Вот почему много веков назад Стража периодически объезжала деревни и забирала особых детей. Их без объяснения причин отбирали у матерей, увозили в Цитадель и там воспитывали, чтобы они в пятнадцать лет стали Стражей.

Акслин снова кивнула. Декс с любопытством посмотрел на неё.

– Тебе это не кажется ужасным?

– Ну, сегодня они делают так же, – ответила она, пожав плечами. – Если вам это кажется безобразием, сделайте что-нибудь с этим.

– Нет, так больше не делают. Это варварский обычай, от которого Стражи давно отказались…

– Ксейна забрали против его воли, – сухо отрезала она. – Они с матерью жили совершенно одни отдельно ото всех, потому что не хотели, чтобы их нашли Стражи.

Он немного расслабился.

– Должно быть, он потерялся.

– Потерялся?

– Есть закон, защищающий новых Стражей и их семьи, я тебе уже говорил. Если женщина рожает особого ребёнка, она может претендовать на гражданство, и оно мгновенно предоставляется. Ей предоставляется дом в первом круге, и к ней относятся с величайшим вниманием и уважением.

– Понимаю. То есть они больше не похищают детей… они просто покупают их.

Декс раздражённо фыркнул.

– Это очень хорошо для любой семьи, – настаивал он. – Они получают защиту Цитадели и все её преимущества. И будущий Страж живёт с ними до пятнадцати лет.

– Если это так хорошо, – возразила она, – то почему некоторые пытаются этого избежать?

– Ну, я не знаю, Акслин, но обычно никто такого не делает, если только он не сумасшедший. Большинство потерявшихся стали такими потому, что они родом из мест, далёких от Цитадели, и даже не знают, что имеют право претендовать на гражданство. До сих пор я никогда не слышал о том, чтобы кто-то отказывался, особенно если им ещё и предлагают гражданство в первом круге. Ты хоть представляешь, что это значит? Защита, безопасность, возможность долгой жизни.

Она вздохнула. Конечно, у Кинакси был специфический характер. Теперь она знала, что та могла бы выбрать комфортную и безопасную жизнь в Цитадели, а вместо этого решила держать сына подальше от Стражей. Правильно ли она поступила? Акслин этого не знала, и не ей было об этом судить.

– Ну, и что дальше? Какое отношение всё это имеет к Оксании и её дочери?

– Ах, да… Закон об Усилении Стражей. Когда он был принят, Цитадель состояла только из центра и первого круга. Так что наградой для семей новых Стражей был дом в старом городе. Ты понимаешь, что это значит?

– Они стали частью аристократии? – удивилась она.

– Да, теперь ты можешь себе представить, что это была за революция. Вначале великими семьями считались только те, которые произошли от Восьми Основателей. После принятия Закона об Усилении Стражей любой мог получить высокий статус, если у кого-то из их детей были золотые или серебряные глаза.

Между новой аристократией и старой было соперничество. И правивший тогда Верховный правитель, как правило, отдавал предпочтение Стражам и их семьям. Так появились альянсы.

– Альянсы, – повторила Акслин озадаченно.

В этот момент они услышали плач младенца и огорчённый голос Оксании:

– Акслин, она плачет! Что мне теперь делать?

– Дай ей грудь, Оксания, – ответила она, не оборачиваясь.

– Но как… Ой! Она взяла её сама!

– Хорошо, что хотя бы одна из вас знает, что делать, – проворчала Акслин, но не смогла не улыбнуться.

Декс тоже улыбнулся. Он подождал немного и, так как ребёнок больше не плакал, продолжил:

– Спустя некоторое время Верховному Правителю пришлось пересмотреть закон, потому что в старом городе не хватало места, чтобы продолжать принимать новые семьи. С тех пор родителям особых детей дают жильё в первом, а иногда и во втором круге, в зависимости от наличия домов. С того момента, однако, уже недостаточно быть потомком Основателей, чтобы быть кем-то в старом городе, понимаешь? В вашем генеалогическом древе должны быть Стражи. Поэтому многие наследники старых семей вступали в брак с родственниками Стражей, надеясь родить Стража.

– Но это аномалия, – настаивала Акслин. – Это случайность, это не имеет никакого отношения к наследственности. Стражи рождаются от нормальных родителей. Или, может быть, гены проявляются через поколения? – спросила она с любопытством.

Декс покачал головой.

– Нет, поверь мне, это подробно изучено. На протяжении веков аристократы изучали свои генеалогические дерева до мельчайших деталей, выискивая закономерность, пытаясь понять, как это работает… И не обнаруживали абсолютно ничего нового. В их роду были Стражи, но женщины в таких семьях больше никогда не рожали Стражей. Другие особые дети, наоборот, рождаются в семьях без каких-либо предков с драгоценными глазами. Этого нельзя предугадать.

– И? Я всё ещё не понимаю.

– Семьи всё равно продолжают создавать альянсы. По традиции. Вдруг им всё же удастся найти разгадку необычайной генетики. Я не знаю. Дело в том, что, когда аристократ договаривается о браке одного из своих детей, он всегда смотрит на количество Стражей в генеалогическом древе потенциального жениха или невесты.

– Моя семья, де Галуксены, происходит от одного из Восьми Основателей. И до этого в нашей семье не было ни одного Стража. Никогда… до сегодняшнего дня.

Они повернулись, чтобы посмотреть на Оксанию, которая заснула с дочерью на руках.

– Семья Оксании происходит из новой аристократии, – продолжал он, понизив голос. – Их фамилия де Ксанарил, в честь Стража, чьё рождение открыло им ворота в старый город.

– Они происходят… прямо от неё? – с любопытством спросила Акслин. – У неё были дети?

– Нет, у Стражей никогда не бывает детей. И то, что их рождение непредсказуемо, позволяет соблюдать Закон, несмотря на то, что многие хотели бы его изменить. Они потомки одного из братьев Ксанарилы, но названы в честь неё, потому что она была Стражем. В её родословной больше не было ни одного Стража до сегодняшнего дня.

– Дядя Оксании – генерал, – напомнила Акслин.

– Точно. Значит, уже два… три, если считать девочку, которая родилась сегодня. Ценность Оксании на рынке невест сейчас неисчислима.

Акслин вздрогнула.

– Мне не нравится, что ты так говоришь. Это человек, а не кусок мяса.

– Мне это тоже не нравится, но так всё устроено. И именно поэтому отношения между ней и моим братом были такими сложными с самого начала.

– Почему? Ваша семья происходит от одного из Основателей. Вы важные люди, не так ли?

Декс улыбнулся.

– Не так, как раньше. Мы, де Галуксены, потеряли влияние в Старом городе настолько, что несколько поколений назад нашего представителя даже не было в Совете Верховного Правителя. Кроме того, в нашем генеалогическом древе нет Стражей, – он вздохнул. – Де Фадакси, напротив, происходят от другого Основателя, и это ещё не всё: Глава Совета по Богатству и Наследию, один из самых влиятельных людей Цитадели, носит эту фамилию. Кроме того, один из их предков – знаменитый и героический генерал гвардии, совершивший великие подвиги на восточном фронте.

– Так вот почему семья Оксании хотела для неё другого жениха, а не Брокснана…

– Да, вот видишь. И, если бы он остался жив… – Декс вздохнул и показал в сторону спящих матери и дочери, – это могло бы всё изменить. Эта девочка уже часть рода де Галуксена. Наш первый Страж. Независимо от того, является ли цвет её глаз случайностью, аномалией, как ты говоришь… обычай Цитадели на нашей стороне. Теперь, когда мы связаны со Стражами, мы получим влияние и сможем противостоять де Фадакси и потребовать включения Оксании и её дочери в наше генеалогическое древо.

Акслин устало вздохнула и схватилась руками за голову.

– Всё это очень сложно, Декс. Я не уверена, что понимаю.

Он улыбнулся и сочувственно взглянул на неё.

– Как ты думаешь, почему я ушёл из дома? Почему я променял роскошь и удобства на небольшую квартиру во втором круге?

– Чтобы не продолжать изучать генеалогические дерева? – пошутила она. – Нет, подожди, ты всё ещё делаешь это в библиотеке.

Декс стал серьёзным, но в его глазах светилась задумчивая мягкая улыбка.

– Чтобы можно было любить, кого захочу, – простодушно ответил он на собственный вопрос.

– И? Получилось? – тихо спросила она.

Он посмотрел на неё и подмигнул.

– Сейчас не время говорить обо мне. Сегодня главные герои – наша будущая Страж де Галуксен и её мама. – Он вздохнул. – Хотел бы я, чтобы Брокснан видел их сейчас. Я уверен, что он пожалел бы о многих своих словах.

– Не знаю, Декс, – с тревогой ответила она. – Мне не нравится, что ребёнок превращается из неудобного и постыдного в благословение, принимаемое с гордостью и радостью только потому, что у его глаз правильный цвет.

– Дело не только в цвете. Стражи… особенные. Лучше нас.

Акслин снова вспомнила жёсткость Ксейна, вспышку ненависти в его взгляде, когда он бросил своё копьё в бедного Брокснана, который никогда не увидит лица своей дочери, и пробормотала:

– Я не уверена в этом, Декс.

18

Ксейн перехватил Акслин, когда она в одиночестве шла по переулку второго круга. Он вышел ей наперерез, и она в изумлении отпрянула.

– Ты не должна выходить из дома по вечерам, гражданка, – сказал он.

Но в его словах не было ни гнева, ни даже упрёка. Наоборот, он улыбался, и искра веселья оживляла его золотые глаза. Она улыбнулась ему в ответ.

– Ты собираешься заявить на меня? – спросила она с игривыми нотками в голосе.

Ксейн упёрся одной рукой в стену и наклонился к ней поближе.

– Может, и нет, – неуверенно сказал он.

Он посмотрел ей в глаза и подождал, пока она ответит. Акслин приподняла бровь.

– Нет? – спросила она.

– Возможно, – повторил он.

Он наклонился ещё ближе, и она, чтобы сохранить дистанцию, мягко упёрлась рукой ему в грудь, но не оттолкнула, так что несколько мгновений они стояли так близко друг к другу, что стало страшно. Ксейн казалось почувствовал, как сердце Акслин, в такт с его собственному, забилось быстрее.

Акслин подняла лицо, он наклонился, и их губы соприкоснулись… Лёгкое прикосновение вызвало у неё восхитительную дрожь внутри. Она неохотно отступила немного назад.

– Не стоит, Ксейн.

– Мне всё равно, – ответил он и подарил ей второй поцелуй, более долгий и страстный, чем предыдущий.

Она вздохнула и обхватила его лицо. Он нежно прижал её к стене и положил руки на талию.

– Я скучал по тебе, – признался он ей на ухо. – Ужасно. Каждый день с тех пор, как ты ушла.

– Я по тебе тоже, – шёпотом ответила она, обвив руками его шею, и прижимаясь ещё сильнее.

Ксейн уткнулся лицом в шею Акслин, вдыхая её запах и снова услышал её бормотание:

– Мы не должны.

– Никто не узнает, – пообещал он, прежде чем поцеловать её в третий раз.

И это был настоящий поцелуй, страстный и отчаянный. Акслин закрыла глаза и отпустила ситуацию, крепко обняв его.

Ксейн вошёл в переулок и увидел там их обнимающимися.

– Акслин! – закричал он. – Что…

Он поднял голову и, всё ещё держа Акслин в объятиях, со зловещей улыбкой глядя на своего соперника.

– Кто ты? – в ужасе спросил Ксейн.

Черты существа расплывались в глазах Ксейна-Стража. Но для любого другого метаморф выглядел точно так же, как Ксейн. Он покрепче обнял Акслин и ответил, не переставая улыбаться:

– Я – это ты.

Ксейн мгновенно очнулся, сердце почти выскакивало из груди. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что он находится не в переулке Цитадели, а в своей комнате в штабе, в одиночестве, весь в поту. Он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, и провёл рукой по влажным волосам, чувствуя себя всё ещё в полузабытьи.

Это был кошмар. Худший ночной кошмар, который он пережил за долгое время. И это было немаловажно, учитывая, что его окружали монстры, и что ему иногда снилась смерть матери и самые мрачные дни обучения в Бастионе.

Когда ему наконец удалось успокоиться, он понял, что не хочет снова засыпать, по крайней мере, пока. Воспоминание об Акслин в объятиях идентичного ему метаморфа всё ещё заставляло его содрогаться от ужаса и отвращения.

Он встал, оделся и вышел в коридор. До рассвета оставалось ещё немного времени, поэтому он спустился на плац, чтобы убить время. Несколько мгновений он смотрел в звёздное ночное небо. Но образы из его кошмара не исчезали, и он подошёл к месту, где стояли тренировочные мишени, чтобы немного пострелять из лука. Первая стрела не попала в цель, и Ксейн посмотрел на руки. Они всё ещё тряслись.

– Теряешь навык, Ксейн? – послышался у него за спиной насмешливый голос.

Он вздрогнул от испуга. Потом улыбнулся.

– Хорошей службы, Ярлакс, – поздоровался он.

– Да, да, и тебе того же.

Его друг взял второй лук, зарядил стрелу и прицелился в соседнюю мишень. Однако, прежде чем отпустить верёвку, он пристально посмотрел на Ксейна.

– Хороший Страж должен уметь попадать в цель и ночью, – напомнил он ему.

Выстрел. Его выстрел был значительно лучше, но стрела тоже не попала в центр мишени.

– Монстр подери, – проворчал он.

Ксейн снова улыбнулся и зарядил ещё одну. Не сговариваясь, они начали дружеское соревнование.

Со второго выстрела Ксейн попал точно в цель. Ярлакс тоже выстрелил ещё раз и сравнял счёт. Но лишь разочарованно цокнул языком.

– Слишком легко, – сказал он.

Оба сделали несколько шагов назад, увеличивая расстояние от мишеней и сложность.

– Я только что вернулся из патруля на стене, – сказал Ярлакс, заряжая очередную стрелу. – Какое у тебя оправдание?

– Что?

– Не мог уснуть?

Образы из сна снова стали досаждать его. Его следующая стрела даже не достигла цели.

– Ночной кошмар, – объяснил он извиняющимся тоном.

Сначала Ярлакс ничего не сказал. Они выпустили ещё несколько стрел, и Ксейн получил возможность отыграться. Затем его друг сказал вполголоса:

– Казалось бы, не должно быть ничего, способного напугать нас, не так ли? В конце концов, для этого нас и обучают.

Ксейн обдумал его слова. Потом сказал таким же тоном:

– Меня беспокоят метаморфы.

Ярлакс повернулся к нему, удивлённый. Ксейн отвёл взгляд и добавил:

– А тебя нет?

– Не особо. В конце концов, я один из немногих людей в мире, способных их распознать. Это остальные должны волноваться. Не такие, как ты и я.

Она пустили ещё пару стрел. Они давно не считали результаты, и, если честно, им было все равно.

– Однако, – продолжал Ярлакс, когда Ксейн уже решил, что ему больше нечего сказать, – меня беспокоят тени. Мне страшно, – он покачал головой. – Они могут быть где угодно. Караулить тебя за углом. Прятаться под кроватью. Быть прямо за спиной, – добавил он, обернувшись, словно почувствовал невидимое присутствие одного из этих существ.

Ксейн тоже повернулся. Они постояли мгновение неподвижно, настороженно, пока, наконец, Ярлакс снова не расслабился.

– Видишь ли, такое поведение не свойственно Стражам, – заметил он, пожав плечами. – Думаю, это потому, что они единственные монстры, с которыми я не знаю, как бороться без помощи напарника из Серебряной дивизии. Но метаморфы…

– Дело не во мне, – поспешил уточнить Ксейн. – Я знаю, как с ними бороться. Речь идёт об отношениях, которые они могут иметь с обычными людьми. Ни один другой монстр не может подобраться к ним так близко, не таким образом. Даже тени. – Он сделал паузу и добавил, нахмурившись, – Есть что-то особенно злодейское в том, что метаморф может выдать себя за тебя и никто не сможет отличить. Возможно, это худшее, что может сделать с тобой монстр.

– Думаешь? Мне кажется, что попасть в лапы живодёра, например, должно быть в тысячу раз более болезненным.

– Я имею в виду не физический вред, а… – он покачал головой. – Я не знаю. Но это нечто худшее. Потому что это влияет и на отношения с другими людьми, я полагаю.

Ярлакс недоумённо посмотрел на него.

– Вот почему мы, Стражи, не должны никого любить. И уж тем более обычных людей. Чтобы лучше их защищать. Чтобы чувства не мешали выполнению нашей работы.

Ксейн вздохнул.

– Знаю, знаю. Забудь, что я сказал, это глупо.

Они продолжали стрелять ещё некоторое время, молча. После Ярлакс сказал:

– Это ты убил метаморфа на канале, да?

– Новости разлетаются быстро.

– Ты шутишь? Сегодня мне пришлось патрулировать стену две смены подряд, потому что для осмотра туннелей требовалось подкрепление.

Ксейн застонал себе под нос. Ему не приходило в голову ничего более скучного, чем двойная смена на стене.

– Сочувствую.

Но его друг улыбался.

– Да о чём ты? Поздравляю, некоторым так и не удаётся убить оборотня. Они чертовски неуловимы. Чего я не понимаю, – сказал он, внезапно став серьёзным, – так это почему тебя наказали по возвращении.

Ксейн вздохнул, а тупая боль в спине усилилась. Ему удавалось не обращать на неё внимания до этого момента.

– Это была не идеальная работа, – пояснил он. – Кое-кто видел, как я убил метаморфа.

– Понимаю, – пробормотал Ярлакс, но больше ничего не добавил.

У них закончились стрелы, поэтому они пошли к мишеням, чтобы подобрать те, которыми стреляли.

– Это правда, что вы охотились и на пузырчатого в канале внешнего кольца? – спросил тогда Ярлакс.

– Нет, это было во втором круге.

Его приятель посмотрел на него, ошеломлённый.

– Как это возможно? Чтобы добраться до второго круга через канал, пузырчатый должен был пройти через три решётки безопасности. Та, что во внешней стене, двойная, ты это знаешь?

Ксейн покачал головой.

– Не знаю. В любом случае, это не наша задача. Мы просто убиваем монстров. Мы не занимаемся обслуживанием трубопроводов.

– Ну, может, нам стоит, – с воодушевлением сказал Ярлакс. – Как мы должны выполнять свою работу, если те, кому поручено следить за решётками, не выполняют свою? Если хочешь, чтобы было хорошо, – сделай сам.

– Это не то, чему нас учили в Бастионе, помнишь? Доверься своим товарищам. У каждого члена команды есть своя роль. Научитесь делегировать.

Ярлакс вздохнул.

– Да, я знаю, но это касается Стражей, а не обычных людей. Ты не можешь доверять обычному человеку так же, как Стражу. Вот и всё.

Ксейн собрался было возразить, но тут вспомнил свой сон. В нём Акслин не могла распознать оборотня. Он с тревогой спрашивал себя, отреагирует ли она по-другому в случае, если окажется в подобной ситуации. Сумеет ли она отличить истинного Ксейна от ложного? «Рокс тоже не смогла бы», – вдруг подумал он. Но, по крайней мере, она знала о существовании метаморфов, даже если и не могла их распознать. Акслин, напротив, была бы совершенно неподготовлена.

Он сжал кулак, пытаясь потушить в себе гнев и тревогу. Ярлакс это заметил.

– Эй, не обращай на меня внимания, – сказал он, наконец, со вздохом. – В долгие часы дежурства на стене приходится думать о всякой ерунде, чтобы отвлечься.

Звук колокола подсказал им, что время прошло быстрее, чем они рассчитывали.

– Мне пора, у меня дела, – сказал тогда Ксейн, отложив колчан в сторону. – Мы закончим турнир в другой раз, хорошо? К тому же я выигрывал, – с улыбкой отметил он.

– Эй, не хвастайся. Напоминаю, что не спал всю ночь.

Улыбка Ксейна стала шире. Он не хотел больше отвлекать своего друга, который отложил своё свидание со сном, чтобы поболтать и утешить его. Они попрощались и Ксейн неторопливым шагом направился к столовой, где, он был уверен, его ждала Рокс.

В то утро у Акслин тоже была важная встреча. Ни Декс, ни она не собирались приходить на работу в библиотеку: визит в Управление Порядка и Юстиции откладывать больше было нельзя.

Оксания всё ещё не хотела возвращаться домой. Акслин достала ей платье, чтобы та переоделась, гораздо более скромное и простое, чем те, которые она привыкла носить, но девушка ничего не сказала по этому поводу, лишь слегка вздохнула, увидев, что оно ей маловато.

– Через несколько недель твоя фигура будет как прежде, – утешила её Акслин. – Ты только что родила. Всему нужно время.

Оксания ничего не сказала, и Акслин добавила:

– Должно быть, у тебя дома ещё много платьев, и какое-нибудь из них сядет на тебя получше.

– Да, – отрезала она. – Пожалуйста, не дави на меня.

Акслин вздохнула. Она чувствовала себя отчасти виноватой, так как именно её версия смерти Брокснана заставила Оксанию с опаской относиться к собственной семье. Она знала, однако, что ни она, ни Декс до конца в неё не верили, после того, как Стражи рассказали свою версию, которая звучала гораздо логичнее и разумнее.

Это была ещё одна причина, по которой они не могли больше откладывать визит в Управление Порядка и Юстиции. Если это правда, что они нашли тело Брокснана…

Акслин знала, что в глубине души и Декс, и Оксания хотели, чтобы этот труп не был телом Брокса. В конце концов, они не видели, как тот упал в канал, убитый копьём Ксейна. Единственным доказательством его смерти были показания других людей. Показания, которые, к тому же, противоречили друг другу.

«Сегодня сомнения развеются, – сказала себе Акслин, – в лучшую или в худшую сторону».

Они взяли конную повозку и двинулись в первый круг к зданию Управления Порядка и Юстиции. Для Декса и Оксании такая поездка была в порядке вещей, Акслин же редко могла себе это позволить. Они поднялись в салон, и Оксания, расположившись на сидении с ребёнком на руках, облегчённо выдохнула. Именно из-за них и была взята повозка, хотя и пешком было не слишком далеко. Оксания не жаловалась, но бледность и тёмные круги под глазами выдавали её усталость и плохое самочувствие. Декс тоже был более серьёзным и молчаливым, чем обычно. Акслин их понимала: они провели столько тревожных часов, не зная точно, что случилось с Брокснаном, был ли он действительно мёртв или нет, был ли он убит Стражем или стал жертвой монстра. Все трое боялись худшего, но запутанная и противоречивая информация давала им каплю надежды.

Как и все государственные здания времён Пятого Верховного Правителя, Управление Порядка и Юстиции представляло собой четырёхугольное строение с массивными стенами, выдержанное в строгом стиле. Оно было практичным и функциональным, и в то же время внушало чувство безопасности и доверия к власти.

Акслин же оно казалось чудовищно большим.

Они поднялись по лестнице и вошли в холл. Декс объяснил причину их визита служащему, который сверился с лежащими перед ним бумагами.

– Ах да, дело де Галуксена. Второй коридор направо. Идите до конца, и вы попадёте во внутренний двор. Постучите в третью дверь слева. Представитель ждёт вас.

– Представитель? – повторил Декс беспокойно. – Разве нас не примет Делегат?

– Речь идёт о смерти наследника одной из великих семей, – ответил служащий, покачав головой. – Это дело первого уровня.

– Да, конечно, – пробормотал юноша.

Последовав указаниям служащего, они пошли по коридорам. Во внутреннем дворе им встретилась пара средних лет. Декс застыл, увидев их.

Акслин отстала на несколько шагов, чтобы не привлекать к себе внимания, и настороженно наблюдала за происходящим. Пара выглядела как аристократы: элегантно, но строго одетые. Их облик был далёк от показного шика, которым удивляли Оксания и её братья. Волосы женщины, отливающие сединой, были собраны в неброскую, и в то же время изысканную причёску.

Её спутник, высокий и хорошо сложённый, с пронзительными голубыми глазами, напоминал Брокснана. Особенно заметным сходство стало, когда он повернулся к ним, и посмотрел на Декса. Она поняла, что это родители её друга, те, как и они, пришли на опознание тела, которое Стражи вытащили из канала и которое, как им сказали, принадлежало их старшему сыну.

Декс глубоко вздохнул и сделал пару шагов вперёд.

– Отец, мать… – сказал он.

Акслин надеялась, что они обнимутся, или хотя бы возьмутся за руки. Декс был ласковым и очень тактильным молодым человеком. Однако, к её удивлёнию, все трое стояли неподвижно, держась на расстоянии друг от друга.

– Так это правда? – спросила мать. – Это…

Декс покачал головой.

– Пока не знаю. Наверное.

Женщина поджала губы, но ничего не сказала.

– Ты был там? Ты видел его? – спросил отец.

– Я был с ним, да, но не видел, как он упал. На нас напал монстр, и… это долгая история. Позже я подробно расскажу Представителю.

Глава семьи де Галуксен глубоко вздохнул.

– Да, так будет лучше.

Мать Декса повернулась к Оксании, которая держала на руках ребёнка. Она узнала её, несмотря на неприметную одежду, растрёпанные волосы и круги под глазами.

– Оксания де Ксанарил, – сказала она. – Твоя семья ищет тебя.

– Знаю, – ответила она. – Я была с Брокснаном.

Дама бросила на неё ледяной взгляд, будто винила её в своём несчастье. Оксания побледнела ещё больше, но не опустила головы и просто стояла прямо, с достоинством, прижимая к себе свою дочь.

Мать Декса посмотрела на ребёнка и слёгка нахмурилась. Но не успела задать вопрос, который вертелся у неё на языке: дверь в комнату открылась, и все повернулись к выглянувшей во двор служащей. Акслин отчётливо ощутила, что в эту же секунду Декс расслабился, как будто появление служащей освободило его от чего-то тягостного.

– Семья де Галуксенов, – объявила женщина. – Пройдите сюда, пожалуйста. Представитель ждёт вас для опознания.

Родители Декса решительно и быстро вошли в комнату. Юноша же на мгновение замешкался, и Акслин воспользовавшись моментом, позвала его:

– Декс.

Когда он повернулся, чтобы посмотреть на неё, Акслин захотела обнять его, он явно в этом нуждался, и сделала шаг в его сторону. Но юноша улыбнулся и покачал головой.

– Я в порядке, спасибо. – Он повернулся к Оксании. – Хочешь… войти? Тебе не нужно этого делать, если ты чувствуешь себя не в силах, – быстро добавил он.

Но она глубоко вздохнула и кивнула.

– Да, я пойду. Я не хочу, но… я должна это сделать.

Декс улыбнулся. Оксания повернулась к Акслин и протянула ей ребёнка.

– Ты не могла бы минутку присмотреть за ней? Я не хочу… не хочу, чтобы она была там.

– Она очень маленькая, Оксания. Она не поймёт того, что происходит.

– И всё же. Я бы предпочла… предпочла держать её подальше от этого как можно дольше.

– Конечно, – кивнула Акслин, взяв девочку. – Рассчитывай на меня. Мы ждём вас здесь.

За Дексом и Оксанией захлопнулась дверь, и девушка осталась во дворе одна, лишь в компании ребёнка. Она хотела бы войти внутрь, чтобы взглянуть на тело Брокснана, убедиться в том, что всё, что она видела, правда. В то же время Акслин понимала, что для неё смерть этого молодого человека значит вовсе не то же самое, что для тех, кто любил его по-настоящему, – его семьи и девушки, которая родила ему дочь. В глубине души она желала, чтобы Стражи были правы: Брокснана убил монстр, а не копьё Ксейна.

Она покачала головой. «Я не должна питать иллюзий, – подумала Акслин. – Я знаю, что видела».

Чтобы занять себя, она стала ходить по двору с девочкой на руках. Двор был небольшой, красиво украшенный горшками с цветущим, вкусно пахнущим жасмином. Девочка спала, и её необыкновенные золотые глаза прятались за веками.

Акслин вздохнула, вспомнив слова Оксании: «Они заберут её, когда ей исполнится пятнадцать. Они обучат её и заставят сражаться с монстрами до конца своей жизни. Она умрёт молодой. У неё никогда не будет детей». Акслин спрашивала себя, научат ли малышку слепо подчиняться начальству, до такой степени, что она сможет хладнокровно убить человека, если ей прикажут.

От этих мыслей Акслин вздрогнула.

В этот момент дверь открылась, и она обернулась, ожидая увидеть Декса и остальных.

Но это оказались не они. Из другой двери вышел Страж и остановился, увидев её.

Акслин тоже замерла. Это был Ксейн.

19

Он смотрел на неё так, будто не мог понять, действительно ли это она, или всего лишь плод его воображения.

– Акс… гражданка, – наконец произнёс он. Но в ответ Акслин посмотрела на него раздражённо и почти агрессивно, а потом повернулась, прижимая к себе девочку, словно пытаясь защитить её от него.

– Что ты здесь делаешь?

Ксейн озадаченно моргнул.

– Прости?

Немного остыв, Акслин стала изучать его.

Он был опрятен, одет в чистую форму. Это говорило о том, что после вчерашних событий он успел побывать в штабе и отдохнуть. Но на лице всё ещё были заметны следы усталости.

Также она увидела, что он без оружия.

– Ты не на смене, – заметила она. – Почему ты здесь?

Он прищурился, понимая, к чему она ведёт.

– Ты думаешь, я слежу за тобой или что-то вроде?

– А ты этого не делаешь?

Ксейн, казалось, на мгновение задумался. Потом покачал головой.

– Не сегодня… – ответил он. – Я пришёл по официальному делу. Мы с Рокс должны… подать рапорт, – добавил он, бросив короткий взгляд на дверь, из которой он только что вышел, и откуда должна была появиться его спутница, – по поводу того что произошло вчера на канале. В основном из-за несчастной смерти Брокснана де Галуксена.

– О, – вырвалось у неё.

Взгляд Ксейна остановился на ребёнке, который был у неё на руках. Акслин увидела любопытство в его глазах… и беспокойство. Она почему-то вдруг испугалась за безопасность девочки.

– И что ты им рассказал? – спросила она, вновь привлекая его внимание.

Его золотые глаза смотрели на неё.

– Правду, – ответил он.

Перед тем как ответить, Ксейн на секунду замешкался. Акслин пристально посмотрела ему в глаза, он спокойно выдержал её взгляд даже не моргнув, но всё же Акслин была уверена – он лжёт.

Детский плач отвлёк их. Акслин поняла, что так крепко прижала к себе малышку, что разбудила её. Она принялась баюкать девочку, сосредоточившись только на ней и изо всех сил стараясь не обращать внимания на то, как на них смотрит Ксейн.

– Этот ребёнок… – сказал он тогда. – Это тот, что родился прошлой ночью? Оксании?

В его голосе было что-то странное – тревога, даже скорее капелька страха. Акслин задумалась, не дошла ли до него информация, что у девочки золотые глаза. «Как у него», – подумала она с содроганием.

Но подумав, она решила, что, скорее всего он ещё об этом не знает. Ни Декс, ни Оксания ещё никому не рассказывали. У них просто не было возможности.

– Да, – сухо ответила она. – Оксании и Брокснана. Ей хотелось напомнить: «Человека, которого ты вчера убил». Но всё же она промолчала. Акслин не хотела вновь обвинять его впустую, без доказательств.

Её ещё больше раздражало то, что Ксейн даже не моргнул при упоминании имени своей жертвы. Больше всего его интересовала девочка.

Акслин это казалось странным.

– С ним… всё хорошо? – спросил Ксейн после мгновенного колебания.

– Что ты говоришь?

– Ребёнок. Он родился… здоровым? Нормальным?

Акслин вновь озадаченно моргнула. С чего бы этот этот холодный Страж так заботился о благополучии младенца? Это было бы очень мило, если бы она не подозревала, что за его вопросами что-то кроется.

Она замерла, вспомнив, что Стражи подразумевали под «нормальным».

Обычные люди. Любой, кто не был похож на них.

Несмотря на учтивость, с которой Стражи обращались к «обычным людям», у Акслин всегда было ощущение, что они считают себя выше них, лучше, главнее. Возможно, именно поэтому ей не нравились слова «нормальный» и «обычный» из уст Стража. Некоторые даже умудрялись употреблять их с некоторым снисходительным тоном, казавшимся Акслин почти оскорбительным.

– Такой же нормальный, как и ты, – ледяным тоном ответила она, пряча от него ребёнка. И всё же взглянула на него через плечо, прежде чем добавить: – Чего ты ожидал? Чудовище? Знаешь, я должна тебе сказать…

Слова замерли на её губах, когда она увидела лицо Ксейна: он внезапно стал бледным как смерть и смотрел на неё так, будто она была воплощением его самого страшного кошмара. «Что я такого сказала?» – озадаченно спросила она себя.

И вдруг она почувствовала страх, хотела убедить себя, что её пугает Ксейн, но это было не так: её беспокоил ужас, который она видела в его глазах. А всё, что могло так напугать Стража, определённо было очень плохой новостью для всех остальных.

В этот момент дверь снова распахнулась, и во двор вышли Декс и Оксания. Акслин взглянула на Ксейна. Он вновь стал Стражем, серьёзным и сосредоточенным.

«Что это было?» – спросила она себя, всё ещё недоумевая.

Оксания подошла к ней и протянула руки, чтобы забрать дочь.

– Это был он? – спросила Акслин.

– Да, – прошептала девушка и разрыдалась.

Акслин обняла её и стала искать глазами Декса.

– Мне очень жаль, – пробормотала она.

Декс стиснул зубы, стараясь казаться более твёрдым и решительным, чем чувствовал себя на самом деле. Потом он увидел Ксейна, который всё ещё стоял у соседней двери, ожидая Рокс. Он глубоко вздохнул и пошёл в его сторону.

– Я должен извиниться перед тобой, Страж.

Ксейн удивлённо посмотрел на него. Акслин вновь поразилась бурной смене эмоций на его лице, словно после событий предыдущего дня невозмутимая маска Стража треснула.

«Не думай так, – ругала она себя. – Это опасно, и ты это знаешь. Он уже не тот, кого ты полюбила. Не мечтай вернуть его. Никогда».

Декс встал перед Ксейном.

– Я должен извиниться перед тобой, – очень серьёзно повторил он. – За то, что я думал, что ты как-то причастен к смерти моего брата…

– Ты видел тело, – понял Ксейн.

Декс кивнул.

– Похоже, всё произошло так, как ты сказал. Прости, что сомневался в твоих словах. Ещё я хочу поблагодарить вас за всё, что вы сделали для нас вчера. Я знаю, что ты бы спас моего брата, если бы мог. Так же, как ты спас нас троих. Четверых, – поправил он себя, указывая на ребёнка, которого Оксания держала на руках.

Ксейн отвёл взгляд.

– Это моя работа, – ограничился он ответом.

– В любом случае ты заслуживаешь моей искренней благодарности, – настаивал Декс. – И всей семьи де Галуксенов. Мы в долгу перед тобой, и поверь, мы этого не забудем.

Акслин удивлённо посмотрела на друга. Никогда прежде она не слышала, чтобы он столь торжественно называл свою фамилию, и не видела, чтобы он вёл себя с таким достоинством и серьёзностью, которые гораздо больше соответствовали его аристократическому воспитанию, чем его обычное весёлое, беззаботное поведение.

Ксейн собирался что-то сказать, но тут из комнаты вышли супруги де Галуксены. Декс вдруг почувствовал себя очень неловко. Он быстро повернулся к Акслин.

– Можешь… не могла бы ты уделить мне пару минут?

– Кто? Я? – удивилась она.

Он кивнул.

– Я хочу тебе кое-что показать.

– Дексар… – послышался за спиной голос отца.

– Это всего на минуту, – повторил он, подошёл к Акслин и взял её за руку, не обращая внимания на неодобрительный взгляд матери. – Пожалуйста. Я знаю, что просил тебя о многом, и, может быть… – добавил он, увидев, что его подруга не произнесла ни слова.

Акслин вопросительно повернулась к Оксании, и та молча кивнула.

– Конечно, – ответила она тогда. – Если это не заденет ничьих чувств.

– Конечно, нет, – поспешил заверить Декс.

Он взял подругу за руку и потащил за собой внутрь комнаты. Девушка, всё ещё растерянная, не осмеливалась оглянуться, чтобы в последний раз встретить взгляд Ксейна.

Страж остался во дворе, сдержанный и молчаливый. «Надо было уйти раньше», – он чувствовал себя ненужным наблюдателем на этой печальной семейной встрече. Но Рокс всё ещё была внутри, разбираясь со своим отчётом, и он решил подождать её. Сейчас ему уже не было смысла уходить без неё.

Ксейн почувствовал себя немного лучше, когда Акслин скрылась из виду. Он отошёл к стене и молча стоял. Люди Цитадели уже настолько привыкли к присутствию Стражей, охраняющих стратегически важные места в городе, что вели себя так в их присутствии, словно они были статуями, а не живыми людьми. Поэтому, когда во дворе де Галуксены-старшие оказались наедине с Оксанией и её ребёнком, он изо всех сил старался слиться с местностью и остаться незамеченным. После неловкой паузы Оксания заговорила первой. Она сделала шаг вперёд, подняла голову и сказала:

– Я понимаю, как тяжело всем в этот момент. – Голос её дрогнул, но она всё же продолжила. – Но, может быть, боль станет чуть менее сильной… благодаря ей, – заключила она, протягивая им ребёнка.

Де Галуксен рефлекторно протянул руки, но жена сделала шаг назад и бросила на Оксанию ядовитый взгляд.

– Мой старший сын мёртв, – сказала она. – С чего ты взяла, что твоё создание как-то утешит меня?

Оксания побледнела ещё больше, если это вообще было возможно.

– Потому что моё «создание» также принадлежит Брокснану. Это его дочь. Ваша внучка.

– Он всегда отрицал это. Он говорил, что этот ребёнок никак не может быть его, потому что у вас никогда не было никакой… близости.

Оксания прерывисто вздохнула, эти слова её явно ранили.

Невдалеке от них вздрогнул Ксейн. Слова аристократки снова вызвали призраков. Он покачал головой, чтобы изгнать их из своей головы.

«Это совершенно невозможно, чтобы метаморфы могли… – он старался избавиться от этих мыслей, но они снова и снова возвращались. – Возможно, им действительно удаётся обманывать обычных женщин, – лихорадочно размышлял Ксейн. – Но они не могли иметь с ними детей. Они были монстрами, во имя Восьми Основателей. Они могли принимать человеческий облик, но и только».

«Если бы это было так, – продолжал размышлять он, – если бы они могли… лежать в одной постели с человеческими женщинами и рожать детей… эти дети не могли бы быть людьми. Никогда».

«Как бы они тогда выглядели?» – Ксейн вздрогнул. Чуть поодаль Оксания вела дискуссию с леди де Галуксен о характере её отношений с Брокснаном. Она говорила о свидетелях, которые видели их вместе, о людях, которые знали, что они были парой, но Ксейн почти не слышал её. Его разум отрицал и принимал возможность того, что на самом деле существуют люди… «Индивидуумы, – поправил он себя, – с кровью метаморфа в жилах». Что эти отвратительные существа проникли в человеческое общество, попросту слились с ним.

Возможно, их отпрыски были настолько похожи на людей, что никто не замечал разницы. «Всё равно дети монстров будут монстрами», – решил он.

Если существует такая возможность, то их истинная природа должна каким-то образом проявляться. Могут ли они менять форму? Есть ли у них какие-то отличительные особенности?

Рядом с ним открылась дверь, во двор наконец вышла Рокс. Ксейн выдохнул с облегчением, повернулся и приветственно улыбнулся.

Она внимательно посмотрела на него.

– Ты ужасно выглядишь. Ты в порядке?

Он провёл рукой по волосам и подавил нервный смешок.

– Да, мне, наверное, нужно немного отдохнуть.

– Опять? Я думала, ты приходишь в себя после вчерашнего. Расслабленная жизнь Цитадели избаловала тебя.

Ксейн глубоко вздохнул с благодарностью. Слова его спутницы звучали так привычно, так знакомо, так обыденно-успокаивающе. Никаких извращённых, тревожных мыслей о гипотетической близости между людьми и метаморфами.

– Ты уже закончила? – спросил он. – Потому что я с нетерпением жду возможности уйти отсюда.

– Я, напротив, считаю это место куда более приятным, чем вчерашние канализации, – ответила она, но пошла к выходу. Ксейн последовал за ней.

Аристократы, которые продолжали спорить в пяти шагах от них, не ждали, что Стражи попрощаются, так что Ксейн и Рокс этого и не собирались делать. Ксейн всё ещё слышал, как те спорили, пока Оксания держала дочку перед парой, чтобы те хорошо её разглядели.

– …Я бы предпочла, чтобы моя дочь носила фамилию де Галуксен, чтобы почтить память её отца, – говорила она. – Но я уверена, что де Фадакси тоже с удовольствием добавят ещё одного Стража в своё генеалогическое древо.

Ксейн резко остановился. Рокс с любопытством посмотрела на него.

Позади них де Галуксены тоже внезапно замолчали.

– Это… неожиданно, – пробормотала мать Декса.

– Золотые глаза, – заметила Оксания, – признак Стража.

Пара стояла молча. Ксейн же почувствовал себя плохо. У него задрожали ноги, внутренности скрутило от боли.

– Пожалуй, нам стоит обсудить этот вопрос не торопясь, – сказал Глава семейства де Галуксен.

– Ксейн, – пробормотала Рокс. – Что с тобой?

– Пошли отсюда, – прошептал он.

– Не понимаю, – проговорила Акслин, удивлённо покачав головой.

Она склонилась над трупом Брокснана, чтобы внимательно осмотреть его. Она не обращала внимания на бледность его кожи, опухшее лицо и остатки водорослей в волосах. Её интересовали пурпурные следы на его шее и отсутствие травм на груди.

– Оно было именно здесь, Декс, – попыталась объяснить Акслин. – Копьё пронзило его насквозь. Клянусь.

Её друг не тронулся с места, чтобы внимательнее разглядеть то место, которое она указывала ему. Акслин обернулась, и поняла, что допустила ошибку.

– Я… о, Декс, прости, – пролепетала она, в ужасе глядя на его измученное лицо.

Декс резко отвернулся, но она успела заметить влажный блеск в его глазах. Она поспешила отойти от тела Брокснана де Галуксена, и подошла к своему несчастному другу.

– Мне жаль, мне жаль, мне жаль, – повторяла она.

Он слабо улыбнулся и развёл руки. Акслин с радостью обняла его, стараясь подбодрить.

– Я не хотела показаться бесчувственной, – пробормотала она. – Я не должна была этого говорить.

– Я попросил тебя зайти, чтобы ты могла сама убедиться. Я хорошо тебя знаю и уверен, что ты не поверишь мне, если не увидишь это своими глазами. Ты не должна извиняться.

Акслин со вздохом отошла от него.

– Во что я должна верить? – возмутилась она. – Я тоже своими глазами видела… другое. Я не хочу больше донимать тебя этим, но если Ксейн виновен, он не может просто уйти безнаказанным.

Декс покачал головой и жестом указал на тело брата.

– Ты всё ещё всерьёз думаешь, что он виновен?

Мгновение она молчала, обдумывая ответ.

– Я не знаю, что и думать, – сказала она наконец. – Считаешь, мне всё это показалось? Что это моё воображение? Как ты думаешь, возможно ли, что это… всё-таки не твой брат?

– Это невозможно, Акслин. Это без сомнения Брокснан. У него родимое пятно на спине. Мы все его узнали. Оксания тоже, – добавил он с улыбкой, – что, кстати, очень расстроило мою мать. И если говорить о моей семье… – заключил он, бросив взгляд на запертую дверь, – думаю, нам не следует больше заставлять их ждать.

– Конечно, – кивнула она, всё ещё смущённая.

Выходя за Дексом из комнаты, Акслин накрыла волна паники. Она поняла, что ей сейчас снова придётся встретиться с Ксейном. Как она должна была вести себя с ним после увиденного? Должна ли извиниться перед ним, как это сделал её друг несколько минут назад, показав взрослость и великодушие, которых ей, возможно, не доставало?

Во дворе, однако, стояли только Оксания с ребёнком на руках и родители Декса. Акслин огляделась в поисках Ксейна, но с облегчением обнаружила, что тот уже ушёл.

Рокс настаивала, чтобы Ксейн снова навестил Стража Викс, но он заверил её, что с ним всё в порядке и не нужно беспокоить доктора по пустякам. Они вернулись к своим индивидуальным дневным обязанностям и снова встретились ночью для патрулирования стены между кругами. Лёгкая и скучная работа. Наверное, кто-то подумал, что за последние несколько часов они испытали уже достаточно сильных эмоций.

Обычно Ксейн первым завязывал разговор с напарником по патрулю, будь то Рокс или кто-то другой, но в тот вечер он был непривычно молчалив. Он всё ещё думал о золотоглазой девочке, которая, возможно, была дочерью метаморфа. Это было слишком ужасно, чтобы не думать об этом. Он, конечно, пытался выбросить её из головы, убедить себя, что этого не может быть… но, как бы он ни старался, у него не выходило.

– Что с тобой сегодня? – спросила наконец Рокс.

– Что?

– Ты ведёшь себя так, будто встретился с сонным. О чём ты думаешь? Это из-за де Галуксенов, из-за оборотня или… из-за Акслин?

Ксейн повернулся и задумчиво посмотрел на неё и особенно пристально – в её серебряные глаза. Эти серебряные глаза могли видеть тени так же, как его – обнаруживать присутствие метаморфов. Он покачал головой. Вероятно, он торопится с выводами.

– Можно задать тебе вопрос, Рокс?

Она выглядела удивлённой.

– Смотря какой, – осторожно ответила она.

Ксейн улыбнулся. Он хорошо знал её помнил, что она очень не любит говорить о себе. Но, в конце концов, она сама начала.

– Что ты знаешь о своих родителях? – спросил он.

– Мои… родители? – повторила Рокс в недоумении. – Что это за вопрос?

– Я знаю, что мы должны были оставить прежнюю жизнь позади, когда вступили в Стражу, но… не знаю, мне любопытно. Ты потерялась, как и я. Ты росла в деревне, да?

Она скрестила руки на груди и злобно посмотрела на него.

– Это не твоё дело.

Ксейн открыл было рот, чтобы извиниться, но остановился, озадаченный, заметив, что она слегка дрожит. Он внимательно посмотрел на неё и уловил в её эмоциях нечто большее, чем злость. Немного тоски, может быть… страх?

– Я не хотел тебя расстраивать, – пробормотал он, всё ещё озадаченный. – Прости, Рокс. Я больше не буду об этом говорить.

– Надеюсь, – проворчала она. Потом вздохнула и более миролюбиво произнесла: – Это ты меня прости. Я знаю, что ворошить прошлое – против правил. Но не мне тебя за это упрекать.

Ксейн примирительно кивнул, хотя прекрасно видел – за её гневом кроется что-то большее, чем привычка соблюдать правила. Однако акцентировать внимание не стал.

20

«Сонный крадётся к кровати своей жертвы, пока та спит, – писала Акслин своим лучшим почерком. – Он хватает её своими шестью руками и обездвиживает, чтобы не могла сбежать. И тогда он погружает её в глубокий кошмарный сон, от которого она не сможет проснуться сама, даже когда чудовище начнёт медленно пожирать её».

Она задумчиво остановилась. Во всех прочитанных ею бестиариях говорилось, что сонного нужно убить, отрезав ему голову, прежде чем он сможет среагировать, потому что, как только существо почувствует опасность, оно будет так сильно сжимать свою жертву, что мгновенно убьёт её, если она ещё жива.

Но ни в одной из книг не было подсказки, как исцелить тех, кто пережил нападение сонного. Эти люди были обречены на страдания от кошмаров, которые монстр насылал каждую ночь, превращая их жизнь в ад. Акслин умела готовить успокоительные, которые немного облегчали их жизнь, но, насколько она знала, никто ещё не придумал, как полностью избавиться от кошмаров.

До этого Акслин не хотела упоминать сонных в своём новом бестиарии, потому что пыталась найти эффективный способ победить кошмары, чтобы написать об этом. Но после смерти Брокснана она начала пересматривать собственные знания о монстрах, способных запутать чувства своих жертв. Пересмешники и плачущие попадали в эту категорию, а также, конечно, сонные. Однако ни один из них не мог заставить её поверить, что он видел то, чего на самом деле не произошло. Если и существовал монстр, способный создавать иллюзии средь бела дня, то Акслин его ещё не встречала.

С другой стороны, по ночам ей тоже стали сниться неприятные сны. Некоторые показывали момент, когда Ксейн бросил копьё в Брокснана. В её кошмарах появлялось и мёртвое тело несчастного молодого человека. Акслин осматривала его в поисках раны, которой там не было, и тогда труп открывал глаза и смотрел на неё пустыми глазами. И Ксейн, стоящий рядом с ней, спрашивал её тем холодным и вежливым тоном Стражей: «Ты хочешь, чтобы я убил его снова?»

Она не могла поговорить об этом с Дексом, и не только потому, что он уже давно не появлялся в библиотеке, но и потому, что решила, что больше никогда не будет разговаривать с ним на эту тему.

Но это не означало, что она не могла обсуждать это ни с кем другим. Воспользовавшись тем, что в зале было мало людей, она подошла к мастеру Приксии. Акслин не любила отвлекать мастера от работы. Она очень уважала Приксию и не хотела её расстраивать. Но сейчас девушка чувствовала настоятельную необходимость поделиться своими сомнениями с кем-то более мудрым и опытным. Поэтому она остановилась перед столом Приксии и тихо пробормотала:

– Мастер, я могу с вами посоветоваться?

Приксия на секунду перестала писать и посмотрела на неё поверх очков.

– Что тебя беспокоит?

Акслин на секунду замялась, прежде чем начать говорить.

– Может ли кто-нибудь… умереть дважды? – спросила она наконец.

Мастер Приксия прищурилась.

– Умереть дважды, говоришь? Как это?

– Однажды я видела, как кто-то… умер… определённым образом. Но потом его тело восстановилось, и на нём не было тех ранений, что он получил. Единственное объяснение, которое я могу придумать, – это то, что он не умер в первый раз. Что он исцелился… каким-то образом, которого я до сих пор не могу понять… а потом… его убил… другой монстр. – Она покачала головой. – Я знаю, это звучит абсурдно. Может быть, мои глаза обманули меня, но… я почти уверена в том, что видела. Я знаю, что мне это не приснилось. Вы… читали о чём-то подобном?

Мастер наклонила голову, поглаживая подбородок культёй правой руки. Её увечье, некоторым жителям Цитадели, никогда не жившим в окружении монстров, казалось отталкивающим.

– В книгах – нет, – призналась она, – но твоя история напоминает мне легенду, рассказанную в деревне, где я родилась.

– Легенду? – повторила Акслин, озадаченная.

В деревнях никто не рассказывал легенд. Только истории, которые произошли по-настоящему.

– Да, я понимаю твои сомнения. Но дело в том, что это древняя история, и всё же люди продолжали рассказывать её, как будто они действительно верили, что в ней есть доля правды. Она повествует о том, что, возможно, произошло в анклаве рядом с нашим. Хочешь послушать?

– Да, конечно.

Библиотекарь положила перо в чернильницу, отодвинула книгу, которую копировала, и велела ей сесть напротив. Акслин так и сделала, и мастер начала свой рассказ:

– Говорят, однажды в лесу монстры убили целый патруль. В деревне их ждали несколько дней, но поскольку их долго не было, то все предполагали, что никто уже не вернётся. И вот однажды утром в воротах появился единственный выживший.

Акслин внимательно слушала. До этого момента ничто в этой истории не казалось ей неправдоподобным.

– Он был цел и невредим. Он рассказал, что самовольно отделился от группы и поэтому выжил. Он подтвердил, что все остальные погибли, и новый Глава анклава решил, что идти за телами слишком опасно.

Выживший спокойно вернулся к деревенской жизни. Но через несколько недель он бесследно исчез. Его жена, которая второй раз его потеряла, была убита горем. Однако самое странное в этой истории произошло дальше.

– Что же? – осмелилась спросить Акслин.

– Через пару дней в деревню прибыли несколько торговцев. Они привезли с собой ещё одного выжившего. Его нашли раненым у дороги и отвезли в соседнюю деревню, где он и пробыл несколько недель. Когда он, наконец, был в состоянии вернуться, то отправился с торговцами обратно домой. Там он рассказал, что на самом деле монстры уничтожили всех его товарищей. Без исключения.

Акслин удивлённо воскликнула.

– А потом?

– Наконец, чтобы попытаться выяснить, что произошло, был организован новый патруль. Под руководством того, кто утверждал, что он единственный выживший, им удалось найти останки своих товарищей в лесу.

– Они были в ужасном состоянии…

– Да, но сомнений не было: среди них было и тело человека, который сначала вернулся в деревню, а потом просто исчез. Торговцы и настоящий выживший не понимали, почему в деревне все утверждали, что человек, который мёртв уже несколько недель, вернулся в деревню целым и невредимым и жил с ними до своего таинственного исчезновения.

– Может, их было двое? – спросила Акслин, нахмурившись. – Близнецы, может быть?

– Нет, у этого человека не было брата, похожего на него. Во всяком случае, они спросили жену. Если вернувшийся…

– Вернувшийся?

– Так они его и называли. Если вернувшийся был не мертвецом, а кем-то очень похожим на него, то его жена наверняка заметила разницу.

– И что она сказала?

– Она сказала, что разница есть. Вернувшийся не похож на её пропавшего мужа, а лучше.

– Лучше, – повторила ошеломлённая Акслин. – Что она хотела этим сказать?

– Ну, женщина, которая рассказала эту историю девочкам из моей деревни, хотела придать ей… пикантный смысл, если ты меня понимаешь. Но я помню, что мне тогда так не казалось. Я нашла этот рассказ жутким и скабрезным.

– Я тоже так думаю. В любом случае… это всего лишь история, не так ли? Этого не могло быть на самом деле.

– Единственный способ узнать – это выяснить, записана ли эта история в книге анклава, в котором и произошла. Я не нашла её ни в одном из томов этой библиотеки, а я прочитала их все.

Акслин не ответила. Она продолжала напряжённо думать, и мастер Приксия улыбнулась её сосредоточенному выражению лица.

– В любом случае, – заключила она, – мне жаль, что я больше не могу ничем помочь.

Девушка поблагодарила её и вернулась к своей работе, всё ещё погружённая в свои мысли.

В тот день, вернувшись домой, она обнаружила, что кто-то ждёт её. Это был молодой человек немного выше неё, широкоплечий, с сильными руками и смуглым серьёзным лицом. Он нёс тяжёлый тюк на спине и, когда она пришла, односложно отвечал на непрерывный поток вопросов Максины. Увидев её, он обрадовался.

– Акслин, верно? – пробормотал он и вдруг резко покраснел, опустив глаза в пол.

Акслин, очевидно, видела его раньше, но никак не могла вспомнить где. Затем она заметила на нём фартук, испачканный мукой, и узнала его.

– Ты ведь работаешь в пекарне в северном квартале, да? – вспомнила она. – И ты друг Декса, – вдруг добавила она.

Парень ещё больше покраснел, но кивнул, сверкнув глазами из-под ресниц.

– Да, я Кенкси, – представился он.

Она познакомилась с ним, как только приехала в Цитадель. У хозяина пекарни был прилавок на рынке, и он иногда просто из жалости давал ей булочки. На самом деле, когда Декс начал её искать, именно пекари помогли ему.

Акслин знала, что Кенкси застенчивый и не слишком разговорчивый. Возможно потому, что он всё ещё говорил с явным акцентом жителя западных земель и, кажется, стыдился этого.

– Ты искал меня? – спросила она.

– Да, – ответил он. – Потому что я не вижу Декса. Он не выходит из старого города уже несколько дней.

Акслин взглянула на Максину. Хозяйка делала вид, что подметает порог, но девушка знала её достаточно хорошо, чтобы понимать, что та внимательно слушает. Акслин отвела Кенкси в сторону и тихо сказала:

– В библиотеку он тоже не пришёл. Я предполагала, что он был занят похоронами брата, но надеялась, что смогу хотя бы раз заехать к нему.

Парень покачал головой. Акслин знала, что де Галуксены устроили пышные похороны старшего сына, на которых присутствовало много важных людей старого города.

– Ты тоже не смогла с ним поговорить, – разочарованно сказал молодой пекарь.

– С тех пор, как нас вызвали в Управление Порядка и Юстиции. У меня нет разрешения на посещение старого города, Кенкси. Только первого круга.

– Но ты увидишь его. В библиотеке.

– Когда-нибудь, надеюсь. Когда он сможет вернуться к работе.

Она вздохнула. После всего, через что они прошли вместе, библиотека казалась ей пустой и скучной без Декса.

Потом Кенкси протянул ей принесённый свёрток.

– Это от Декса, – резко сказал он. – Его вещи. Отдай, когда увидишь. Пожалуйста.

Акслин озадаченно моргнула.

– Но почему? Его выгнали из дома по какой-то причине?

Парень глубоко вздохнул.

– Он больше не сможет жить во втором круге, – объяснил он хриплым голосом. Акслин посмотрела на него, не понимая, тогда он объяснил: – это из-за Брокснана. Теперь Декс – старший сын и наследник своего дома.

– О, – пробормотала она. – Конечно, ему придётся поселиться во дворце своей семьи. Но это не значит, что переехав он не сможет вернуться в свой дом во втором круге, верно?

Пекарь энергично покачал головой.

– Не вернётся, – заверил он. – Его не пустят.

Казалось, он собирался добавить ещё что-то, но передумал. Только положил тюк к ногам Акслин, резко махнул рукой на прощание и пошёл вниз по улице, оставив её в полном недоумении.

У Ксейна была напряжённая неделя. Его поставили на несколько смен дежурить во внешнем кольце – задача, требующая большей концентрации, чем охрана других точек города. Однако дежурство было спокойным, ни с одним метаморфом он больше не пересекался, что не мешало ему размышлять об этих существах и об истинной природе Стражей. Эти мысли не давали ему покоя, сводили с ума, а главное, он не мог ни с кем ими поделиться. Ему хотелось поговорить об этом с Акслин. Она помогла бы в расследовании со свойственной ей проницательностью и объективностью, которых ему не хватало. Но если после обучения в Бастионе в их отношениях ещё тлел хоть какой-то огонёк, то теперь он его сам погасил. То, что произошло на канале, уничтожило все шансы, что они могут снова стать хотя бы друзьями. Его начальство очень грамотно придумало новую версию, которая освободила его от наказания за убийство Брокснана де Галуксена. Семья покойного приняла её без вопросов, но он знал Акслин достаточно хорошо, чтобы понимать, что она не поверит в это так легко. В её глазах Ксейн оставался убийцей.

«Она смотрела на меня как на чудовище. А может, я такой и есть?» – часто думал он.

Эта мысль мучила его больше всего на свете. Если его опасения были правдой, как он мог снова смотреть Акслин в глаза? Как он мог мечтать о том, чтобы снова быть с ней… или осмелиться просто прикоснуться к ней?

Его преследовали кошмары. Ему снились уже не просто метаморфы, занявшие его место рядом с близкими ему людьми. Иногда он просыпался по ночам с криком, потому что во сне видел себя превращённым в монстра, пожиравшего людей, которых он должен был защищать… в том числе и Акслин.

Его товарищи начали замечать его нервозность и усталость. Ксейн не хотел вызывать подозрений, поэтому очень старался не делиться с ними своими проблемами. Рокс, однако, настояла на том, чтобы он снова посетил врача. А Ярлакс прямо спросил его об этом во время дежурства на стене.

– Что тебя беспокоит, Ксейн? Ты всё ещё плохо спишь?

Он покачал головой.

– Неважно, это пройдёт.

– Это важно. Если ты не отдыхаешь, то тебе проще будет ошибиться, когда монстры нападут. Ошибки могут стать роковыми для тебя, для твоих товарищей, для горожан…

– Знаю, знаю. Рокс мне говорит это постоянно. Но я не могу избавиться от кошмаров.

Ярлакс с тревогой посмотрел на него.

– О метаморфах? Всё ещё?

Ксейн не ответил. Друг собрался было задать ещё один вопрос, но Ксейн опередил:

– Скажи, ты часто думаешь о своей семье? О родителях?

Ярлакс нахмурился.

– Это неподходящая тема для…

– Ты прав. Я не должен был говорить об этом, извини.

Некоторое время они молчали, а потом Ярлакс вздохнул и сказал:

– Ладно, что ты хочешь знать?

– Мне любопытно, как воспитывают Стражей в Цитадели, – ответил Ксейн. – Здесь почти все рождаются в семье, и Стражи с детства знают, кто они, ходят в специальную школу, даже до Бастиона…

– Да, да, верно.

– Ты всё ещё поддерживаешь связь со своей семьёй? Ты их когда-нибудь видел?

– Да, я как-то сталкивался с ними. Но это не имеет значения. Для меня они такие же, как и любой другой гражданин. Как и должно быть.

– Они… они радовались, когда ты родился? Они ожидали этого?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, они должны были знать, что в пятнадцать лет ты покинешь отчий дом, чтобы сражаться с монстрами. Они хорошо восприняли это?

– С чего они должно были не принять это? Это большая честь, что в семье родился Страж, ты же знаешь. Те, кто не рад этому… очень редкие исключения.

Оба на мгновение замолчали, вспомнив историю Доса, одного из товарищей, павших во время их обучения в Бастионе.

– Моя мать была таким исключением, – пробормотал тогда Ксейн. – Она держала меня в изоляции в заброшенной деревне, чтобы Стражи не нашли меня. Семнадцать лет.

Ярлакс секунду смотрел на него, а потом рассмеялся.

– Ну, это многое объясняет.

Ксейн улыбнулся.

– Я не знал своего отца, – продолжал он. – Отец погиб вместе с остальными жителями моей деревни в результате атаки монстров, из-за которого она пала, когда я был ребёнком. Моя мама не любила говорить о нём, и теперь я сожалею, что не настаивал. – Он вздохнул. – У меня больше не будет шанса это узнать, так как её тоже убили монстры вскоре после моего отъезда, потому что меня не было рядом, чтобы защитить её.

– Жизнь в деревнях сложная… – задумчиво сказал Ярлакс. – Твоя мать родила Стража и могла бы жить в Цитадели. Если бы она это сделала, она была бы ещё жива. Ты должен был бы относиться к ней так же, как к любой другой гражданке, но она была бы в безопасности. И тогда у тебя была бы возможность расспросить её об отце перед тем, как стать Стражем.

– Полагаю, да, – пробормотал Ксейн.

Теперь, когда он многое узнал о привилегиях Стражей, поступки матери казались ему ещё более непонятными, чем прежде. Но это нисколько не прояснило его сомнений насчёт происхождения.

Они больше не говорили на эту тему. Ксейн понимал, что его друг сделал усилие над собой, что бы обсудить с ним вопрос, который для Стражей был крайне деликатным. Так что всё остальное время они провели, сконцентрировавшись на своих обязанностях по патрулированию и обменивались лишь редкими фразами.

Однако, когда Ксейн вернулся в казарму, его ждал неприятный сюрприз.

– Капитан Салакс ждёт тебя в своём кабинете, Ксейн, – предупредил его товарищ из Серебряной дивизии.

– Что ты на сей раз натворил? – пошутил Ярлакс.

– Ну… я не знаю, – ответил он озадаченно.

Ксейн пошёл к начальнику, всё ещё не зная, чего ожидать от встречи. Возможно, капитан просто хотел сообщить ему о деле де Галуксена, хотя Ксейн знал, что оно уже закрыто. Или, может быть, до его ушей дошло, что он расспрашивал своих товарищей об их детских воспоминаниях. «Или он просто хочет поинтересоваться моим здоровьем и причинами бессонницы», – сказал он себе. В конце концов, у него были тёмные круги под глазами, которые замечал любой, кто смотрел на него внимательно.

Однако вскоре выяснилось, что дело, которое привело его к капитану Салаксу, было гораздо серьёзнее. Он догадался об этом по мрачному лицу своего начальника, встретившего его, и по серьёзному тону его голоса, когда он произнёс его имя.

– Ксейн, – сказал он и в замешательстве посмотрел на него. – Могу я узнать, о чём ты думал?

– Я… при всём уважении, сеньор, я не понимаю…

Капитан поднял перед ним документ, выглядевший официальным. Ксейн успел разглядеть печать Стражей, но до сих пор не знал его содержания.

– На вас доложили, – холодно сообщил он. – На вас обоих.

– Доложили? Но… почему… я всё ещё не понимаю…

– Значит, ты отрицаешь, что у тебя неподобающие отношения с Стражем Рокс? – отрезал капитан. Раздражение отчётливо звучало в его голосе. – Будь осторожен в своих ответах, Ксейн. Есть свидетели. Да и Рокс тоже этого не отрицала.

Острые когти сжали его внутренности.

В ту ночь, когда они следовали за метаморфом в таверну.

Погоня по крышам.

Чувство эйфории.

Поцелуй. Стыд.

Он поднял глаза и посмотрел на капитана, щёки его пылали.

– Я… это не совсем…

– Осторожно, Ксейн, – снова предупредил капитан.

Ксейн сглотнул слюну и попытался упорядочить мысли в своей голове, прежде чем продолжить.

– У нас нет никаких неподходящих отношений. Это был всего лишь поцелуй. Я признаю свои действия совершенно неоправданными и неуместными, и я возьму на себя ответственность за это. Но ничего не было ни до, ни после и не будет снова. Я… – Он глубоко вдохнул и продолжил: – Я думаю, что в тот вечер меня чем-то отравили. Чем-то, что я выпил в таверне…

– Ты был пьян? – Капитан посмотрел на него с глубоким отвращением.

– Нет! Это был всего один глоток. Мы… следили за метаморфом. В бокале было что-то, что заставило меня… поступить так… Я не знаю, что случилось со мной тогда. Я хотел поцеловать Рокс и…

– Понимаю, – сказал капитан, вяло кивнув.

– Страж Викс осмотрела меня после этого и сказала, что, вероятно, метаморф накачал меня чем-то, что они иногда так делают, чтобы сбить с толку Стражей, которые преследуют их.

Салакс не сделал ни малейшего замечания, и Ксейн вспомнил, что командиры Стражей не разделяют этой теории Викс. Он неловко откашлялся и попытался перевести разговор.

– В любом случае Рокс не виновата. Это я…

– Рокс – Страж, – отрезал капитан, – а не обычная гражданка. Если бы она хотела остановить тебя, то без проблем бы это сделала.

– Но…

– Если то, что ты говоришь, правда, – продолжал начальник, – почему вы сразу не сообщили о случившемся?

Ксейн молчал, потому что ответа на этот вопрос у него не было. Капитан со вздохом покачал головой, и юноша уловил разочарование в его взгляде.

– Больше ничего не было, – настаивал он. – Ни до, ни после. Но я приму наказание…

– Конечно, примешь. Ты знаешь правила. И ещё ты знаешь, что вы не сможете снова патрулировать вместе. Жаль, потому что вы были хорошей командой. Но это… это… неприемлемо.

Ксейн опустил глаза, глубоко смущённый. Его мысли хаотично метались. Если бы он не попробовал этот напиток… Если бы он был сильнее и не поддался инстинктам… Если бы молодые люди не увидели их в переулке…

Он закрыл глаза, пытаясь сдержать охватившую его боль.

– Мне очень жаль, сеньор. Клянусь, этого больше не повторится.

– Это конечно. А теперь можешь идти, Ксейн. В ближайшее время ты получишь подробную информацию о наказании.

– Да, сеньор. Я просто хотел бы…

Ксейн сглотнул слюну.

– Я хотел бы подчеркнуть, что Страж Рокс не несёт за это такой степени ответственности, как я. Я потерял контроль, а она нет.

– Не тебе определять степень ответственности за ваши действия, – сухо возразил Салакс. – Мы назначим соответствующие наказания. Ясно?

Ксейн изо всех сил пытался контролировать эмоции, которые переполняли его.

– Да, капитан, – сказал он наконец с невозмутимым выражением лица, прежде чем уйти.

21

Однажды утром, придя в библиотеку, Акслин увидела Декса, беседующего с мастером Приксией. При виде его её лицо засияло. Она хотела было броситься ему навстречу, но тут вспомнила, что он в трауре, и подошла с некоторой робостью, стараясь считать по лицу его настроение.

Он увидел её и повернулся к ней с улыбкой. Декс выглядел гораздо спокойнее, чем в прошлый раз, но всё же Акслин заметила следы усталости на его лице. Да и в фигуре что-то изменилось, будто на плечи давил новый груз ответственности. Мастер Приксия вернулась к своей работе, и двое молодых людей вышли из зала, чтобы поговорить, не беспокоя её.

– Ну что, ты готов вернуться? – спросила она, улыбаясь.

Он погрустнел.

– Насчёт этого… в общем… всё сложно. Возможно, я не смогу больше здесь работать…

Казалось, он на мгновение растерял все слова, и Акслин попыталась помочь ему продолжить:

– На какое-то время? Не волнуйся, это нормально.

Она выросла в месте, где монстры часто убивали людей. Траур был коротким, потому что оставшиеся в живых не могли позволить себе остановить деревенскую жизнь из-за чьей-то смерти. Но она знала, что в Цитадели всё по-другому, и она понимала боль Декса.

Однако тот покачал головой.

– Нет, я имею в виду… возможно, мне придётся уйти из библиотеки… совсем.

Акслин вяло кивнула, вспоминая то, что рассказал ей Кенкси.

– Я знаю, что ты должен занять место своего брата, стать наследником своего дома, – сказала она.

Он улыбнулся.

– Возможно, я подготовлен лучше, чем брат, – продолжал Декс. – У нас довольно много книг в семейном доме в старом городе, так что это было бы не так страшно. Если бы не… – он снова прервался. – В любом случае, я не хочу утомлять тебя этим.

– Я говорила с Кенкси, – внезапно сказала она.

Декс вздрогнул.

– С… Кенкси? – удивился он. – Но…

– Он приходил ко мне на днях. Сказал, что ты больше не сможешь жить во втором круге и тебе придётся вернуться в дом семьи в старом городе, и ещё принёс свёрток с твоими вещами. Он лежит дома, ты можешь забрать его, когда у тебя будет время.

Декс ошарашено смотрел на Акслин. Та встревожилась, увидев, как он прислонился к стене, безутешно закрыв лицо руками.

– Декс… – пробормотала она, положив руку на плечо друга. – Мне очень жаль. Если я сказала что-то, что расстроило тебя…

Но тот глубоко вздохнул и поднял голову.

– Не извиняйся, всё в порядке. Просто Кенкси… – Он задумчиво прикусил нижнюю губу и продолжил: – Его семья приехала в Цитадель четыре или пять лет назад и живёт во внешнем кольце, в одном из новых кварталов. Так как он работает во втором круге, он мог бы получить жильё там, но это долгий и сложный процесс. Я помогал ему с документами в прошлом году, и пару месяцев назад ему наконец-то предоставили жильё. Так что он переехал в мой дом, а теперь… в общем, я должен уйти, оставив его одного. И у меня даже не было возможности сбежать во второй круг, чтобы сказать ему лично. Хотя, видимо, и не пришлось бы, – добавил он с горькой улыбкой.

– Мне очень жаль, Декс, – прошептала Акслин. – Думаешь, Кенкси сможет найти другого соседа по квартире?

Некоторое время он смотрел на неё со странным выражением лица, но потом грустно улыбнулся и пробормотал:

– Это было бы к лучшему, полагаю, – пробормотал Декс, потом вздохнул и покачал головой, пытаясь сосредоточиться. – В общем, сегодня я пришёл сюда не просто так. Я знаю, что должен был предупредить тебя раньше, но меня это застало врасплох, потому что мы не знали протокола. Нам нужно, чтобы ты пошла с нами утром в главный штаб Стражей.

Акслин вздрогнула.

– Что? Я? Почему?

– Мы собираемся внести Ксантру в реестр Стражей и…

– Ксантру?

– Дочь Брокса и Оксании. Мы должны внести её, чтобы она могла поступить в школу Стражей, когда немного подрастёт, и пройти обучение в Бастионе, когда ей исполнится пятнадцать.

Акслин отвёла взгляд. Этот вопрос по-прежнему вызывал у неё смешанные чувства.

– И нам нужно, чтобы ты подписала протокол, – заключил Декс. Чтобы подтвердить, что Ксантра – дочь Оксании, потому что ты – её акушерка.

– Ой. Я и не знала, что чтобы стать Стражем, нужно соблюсти столько формальностей.

В конце концов, Ксейна просто забрали.

– Нет, для этого достаточно иметь золотые или серебряные глаза. Но, заполнив все документы, мы сможем внести девочку в генеалогическое древо. – Прости, что беспокою тебя этим, Акслин, – добавил Декс, видя, что она ничего не отвечает. – Я знаю, что мы и так доставили тебе массу неприятностей…

Она кивнула.

– Это просто подписание бумаги. Я попрошу разрешения у мастера Приксии…

– Я уже говорил с ней. То есть, ты не против? Я очень ценю это. Оксания скоро будет здесь, ты должна увидеть, как Ксантра выросла всего за неделю. Она прекрасна.

Акслин улыбнулась. Она ничего не слышала ни об Оксании, ни о её дочери с того дня, как они ходили на опознание тела Брокснана, и, по правде говоря, ей не терпелось увидеть их снова.

Они вместе вышли из библиотеки и на мгновение задержались на верхней ступеньке. Оттуда Декс оглядел улицу в поисках молодой аристократки. Он заметил её чуть дальше от них, выходившую из кареты с дочерью на руках.

– Она одна? – удивилась Акслин. – Её братья разрешили?

Декс покачал головой.

– Она со мной, – ответил он. – Теперь, пока она не выйдет замуж, за неё и её дочь несёт ответственность дом де Галуксенов.

– Все эти правила кажутся мне абсурдными и очень сложными, – со вздохом сказала Акслин.

Декс улыбнулся.

– Мне тоже, – ограничился он ответом.

Он пошёл по лестнице навстречу Оксании. Акслин же на мгновение застыла, рассматривая огромное здание, возвышающееся на другой стороне дороги. Ей всё ещё было странно думать, что она наконец-то пройдёт через внушительные решётчатые ворота. Она пыталась зайти туда некоторое время назад, чтобы спросить о Ксейне, но услышала отказ добрым, но твёрдым голосом. Обычным людям в главном штабе Стражей Цитадели были не рады. По-видимому, если только они не предложат ребёнка с золотыми или серебряными глазами.

Акслин прищурилась, увидев полдюжины экипажей, припаркованных напротив ворот. За последние полтора года она проходила мимо каждый день и не помнила, чтобы когда-либо видела такую активность. Что тут происходит?

Она поспешила вниз по лестнице, чтобы встретиться со своими друзьями. Оксания обняла её, радуясь встрече. Они обменялись тёплыми словами, и Акслин похвалила ребёнка, которого подруга держала на руках. Ксантра набрала вес и была гораздо активнее. И всё же Акслин вздрогнула, глядя на золотые радужки, выглядывающие из-под век.

– Похоже, у них сегодня много посетителей, – заметила она, указывая на здание, в которое они должны были пойти. – Вы уверены, что сегодня хороший день для выполнения этой процедуры?

– Большинство этих экипажей из старого города, – задумчиво заметил Декс. – Я никогда не видел ничего подобного. Что будет происходить?

– Вызвали генералов, – ответила Оксания. – У них встреча с Советником по обороне и безопасности.

– Почему? – удивился Декс.

– Не знаю, но она незапланированная. Моему дяде пришлось срочно приехать из Цивилизованных Земель, чтобы присутствовать на ней.

Декс озабоченно нахмурился, а Акслин поочередно посмотрела на них.

– Это плохо?

– Что-то должно случиться, чтобы генералы собрались так срочно, – пояснил Декс. И когда дело доходит до Стражей, это «что-то» может быть связано только с монстрами. И это не может быть хорошо.

Они перешли дорогу и остановились перед одним из Стражей, охранявших ворота. Декс показал ему свои документы и объяснил, почему они здесь. Тем временем Акслин задумчиво окинула взглядом длинную вереницу экипажей. Её друг заметил это.

– Не задавай вопросов, Акслин, – тихо предупредил он, пока Стражи изучали документы.

– О чём ты?

– Я знаю тебя и знаю, о чём ты думаешь. Но это не очень хорошая идея. Ты знаешь, зачем мы пришли. Не приставай к Стражам с вопросами, которые тебя заведомо не касаются.

Она открыла рот, чтобы возразить, обиженная, но тут перед ними распахнулись ворота, и двое молодых Стражей, охранявших их, сделали шаг назад, чтобы уступить им дорогу.

Они вошли во двор, сопровождаемые одним из Стражей. Акслин с любопытством огляделась. Штаб мало чем отличался от других подобных зданий в этом районе. На самом деле он казался гораздо более мрачным. Она стояла, глядя на главный корпус казармы, с маленькими зарешёченными квадратными окошками. Там, насколько она знала, жили Стражи. За одним из этих окон, возможно, была комната Ксейна.

Акслин потрясла головой, пытаясь отбросить эти мысли. Сопровождающий привёл их к ряду небольших зданий, которые, возможно, были административными помещениями. Они прошли через галерею, а затем оказались в небольшой комнате, где за столом, заставленным сотнями аккуратно разложенных стопок бумаг, сидел Страж. Когда он поднял на них свои серебряные глаза, Акслин с удивлением обнаружила, что он не так уж и молод. А когда он встал, чтобы поприветствовать Декса и Оксанию, опираясь на костыль, стоящий рядом с ним у стены, девушка увидела, что у него нет ноги.

Так бывает со Стражами, уныло подумала она. Они сражаются с монстрами до тех пор, пока не погибнут или не останутся калеками. А те, кто получал ранения, которые мешали им продолжать сражаться, всё равно оставались Стражами, просто начинали выполнять другие обязанности.

Она поёжилась. Ждёт ли Ксейна такая же участь? Обречён ли он на раннюю смерть, или же останется калекой на всю оставшуюся жизнь?

Она знала, что такова судьба большинства жителей западных деревень. Но это Цитадель. У её обитателей гораздо больше шансов выжить, увидеть, как вырастут их дети, самим дожить до старости… Мечта, в которой, впрочем, сама Цитадель отказывала всем, кто родился с другими глазами.

Погрузившись в свои мрачные мысли, она почти не обращала внимания на разговор Декса, Оксании и служащего. Как только тот осмотрел глаза девочки, Акслин просто поставила подпись там, где ей сказали, а потом пробормотав оправдание, вышла на улицу.

Когда Акслин уже шла по переднему двору к воротам, то услышала звук, который привлек её внимание. Это были ритмичные удары, раздававшиеся откуда-то из главного здания. Через несколько ударов раздался другой звук, похожий на человеческий стон. Она остановилась, насторожившись, и отошла к стене. Прислонилась к ней, делая вид, что ждёт друзей, но при этом внимательно слушала.

Он раздавался снова, перемежаясь с криками боли, которые звучали прерывисто, будто человек изо всех сил старался не кричать, но крик выходил из него против его воли.

«Они кого-то бьют», – с ужасом поняла она.

Но эти… удары… раздавались довольно долго. Кто-то методично и планомерно кого-то избивал. Кто? Кого? И почему?

Кажется, даже не одного человека. Акслин распознала ещё и женский голос, и звуки одновременных ударов. Сначала ей казалось, что бьют одного человека, но потом она поняла – их как минимум двое.

Она прилагала большие усилия, чтобы казаться спокойной – один из Стражей у ворот не отводил от неё глаз. Но притворяться, будто она ничего не слышит, или, что ещё хуже, будто ей всё равно, было трудно. Акслин не понимала, что именно там происходит, кого они наказывают и за что, но никогда прежде, во всех своих путешествиях, ни разу не сталкивалась с подобной жестокостью. Люди никогда так не поступали с другими людьми. Иногда ребёнок заслуживал порки, но это не имело ничего общего с той холодной и беспощадной пыткой.

В этот момент она услышала ещё один крик, который прозвучал так, словно из осуждённого вырывали внутренности и делали это через стиснутые зубы. Акслин в тот же миг поняла две вещи, каждая из которых была ещё более ужасной, чем предыдущая.

Человек, которого они пытали, не хотел кричать. Он хотел смириться с болью, не издавать звуков, как будто это было правильно, как будто он это заслужил.

Человеком, которого они пытали, был Ксейн.

У Акслин задрожали ноги, она больше не могла стоять. Она прислонилась к стене и старалась не поддаваться панике. Там жило много Стражей. Вряд ли это был он. Голос Ксейна ей просто послышался, она ошиблась. Она же никогда не слышала его криков, хотя…

Акслин покачала головой. Мысль о том, что они бьют Ксейна, казалась ей невыносимой. Но, даже если это был не он, это плохо, плохо, плохо, и Стражи не должны терпеть такое.

Она взглянула на ворота. Как раз в этот момент Стражи отвлеклись на нового посетителя. Акслин тоже забыла о них, как забыла и предупреждения Декса, и торопливо заковыляла на звук ударов.

Они раздавались из главного здания, где, как она поняла, жили Стражи. Это было двухэтажное строение-каре, внутри которого, как она обнаружила, когда прошла через арку, находился квадратный внутренний двор. Затем она оказалась в галерее, которая проходила по всему периметру и была отделена от внутреннего дворика серией арок. Акслин спряталась за одной из колонн и испуганно выглянула наружу.

В центре двора была ещё одна колонна, но она ничего не поддерживала. С двух сторон к ней были привязаны молодые люди, стоящие на коленях, – парень и девушка, оба голые по пояс. Рядом с ними стояли два Стража, которые одновременно хлестали их кнутами, ритмично и неумолимо.

Акслин глубоко вздохнула. Она видела много ужасных вещей за время своего путешествия, но почему-то ей казалось, что эта сцена хуже всего.

Лицо молодого человека, прислонившегося лбом к колонне, мокрое от пота, было искажено от боли. Глаза плотно закрыты. Это был Ксейн.

Тело Акслин зашевелилось прежде, чем её разум успел осознать, что она делает. Ей хотелось броситься к колонне, остановить пытку, ударить Стража, который хлестал Ксейна кнутом, даже если у неё не было против него ни единого шанса. Но тут она почувствовала руку на плече, державшую её железной хваткой.

– Ты не сможешь ничего сделать, – раздался голос у неё за спиной.

Акслин в ужасе обернулась. Стоявший сзади Страж выглядел моложе неё, но это было не так. Она знала, что их забирают в Бастион в пятнадцать лет и когда они возвращаются, после того, как они прошли обучение, то перестают быть детьми и становятся совершенными машинами для убийства монстров… И не только их.

Она дёрнулась, пытаясь освободиться. Но Страж не отпускал её.

– Для него будет хуже, если ты вмешаешься, – предупредил он.

– Ты хочешь сказать, что я должна бездействовать, пока вы пытаете своих же людей?

Потом она поняла, что сказал Страж. Юноша улыбнулся.

– Ты девушка из библиотеки, – заметил он. – Ты знаешь Ксейна из прошлого.

Он не спрашивал её, что она тут делает. Акслин внимательно посмотрела на него. У Стража были золотые глаза, и, судя по возрасту, он, должно быть, совсем недавно закончил учёбу. Они были вместе с Ксейном в Бастионе? Чёрные волосы, изогнутые брови и приятные черты лица. Да, было похоже на то. Возможно, она видела их вместе.

– А ты его друг? Почему ты позволяешь всему этому происходить?

– Не в моих силах остановить это. И не в твоих тоже. Знаешь, за что их наказали?

– Ты имеешь в виду, пытают, – возразила она.

На этот раз Страж взглянул на двух молодых людей, привязанных к колонне, но, как заметила Акслин, смотрел больше на девушку. Её голова была повёрнута в другую сторону, поэтому Акслин не смогла разглядеть её черты лица, но узнала светлые волосы.

– Это… Рокс? Её тоже наказывают? Но почему?

Она задавалась вопросом, не связано ли всё это со смертью Брокснана. Она не могла придумать ничего другого, что стоило бы такого страшного наказания, кроме того, что они нанесли урон третьему лицу.

– За поддержание неподобающих отношений, – ответил Страж тихим голосом.

– Отношений?

– Мы Стражи, – отрезал он. – Не мужчины, не женщины. Просто Стражи.

Акслин было так противно, что она не могла смотреть, как пытают молодых людей просто потому, что их тянет друг к другу. Это было несправедливо. Это было не по-человечески.

С другой стороны, если то, что сказал Страж, было правдой, Ксейн и Рокс были больше, чем просто друзья и гораздо больше, чем товарищи. Это откровение разрывало её изнутри, но в тот момент она лишь хотела, чтобы наказание прекратилось как можно скорее. Для него, для неё.

Для обоих.

– Если вмешаешься, – продолжал Страж, – если дашь им понять, что тебя волнует Ксейн больше, чем следовало бы, ты дашь им повод думать, что они должны наказать его ещё и за связь с тобой.

– Что? – ошеломлённо воскликнула она. – Это… это было давно.

– Но он до сих пор тебе не безразличен. И если по какой-то причине он ответил на твои чувства, так или иначе… – Он жестом указал на колонну, где Ксейн и Рокс продолжали получать своё «искупление». – Это может быть ещё сто ударов. Или сто пятьдесят, в зависимости от характера отношений. Так что я бы на твоём месте притворился, что тебе он безразличен, чего бы тебе это ни стоило.

Акслин в ярости сжала кулаки, и устремила на него взгляд полный ненависти.

– Как ты можешь? – прошипела она. – Как ты можешь просто… смотреть?

– Мы не просто смотрим. Знаешь, почему их наказывают во дворе? В назидание. Но ты видишь здесь кого-то ещё, кроме нас двоих?

Акслин обернулась. Пытаясь не смотреть на то, что происходило в центре двора, она взглянула на остальную часть галереи и подняла голову на верхние этажи.

Никого не было.

– Нам не нравится смотреть, как страдают наши товарищи, – продолжал он. – Мы не получаем удовольствие от этого. – Он впился золотыми глазами в Акслин, прежде чем закончить. – Мы не монстры.

– Иногда с трудом в это верится, – пробормотала она.

Акслин чувствовала себя разъярённой, удручённой, испуганной и беспомощной. Она никогда не думала, что может испытывать такой букет эмоций одновременно.

– Это трудно, но необходимо, – сказал он. – Инструкция жёсткая, а правила строгие, но они делают нас более эффективными в борьбе с монстрами. Они позволяют нам спасать больше жизней.

– Оно того стоит? Если вы должны отказаться от любви, семьи, жизни… какой смысл?

– Мы делаем это, чтобы обычные люди могли наслаждаться всем этим. Но сами мы не можем позволить себе такую роскошь. Если бы мы позволили себе такое, и из-за этого потерпели поражение в нашей миссии, не было бы ни любви, ни семьи, ни жизни для кого бы то ни было. Ты приехала с запада и знаешь, как там обстоят дела, без Стражей. Ты знаешь разницу.

Почему-то Акслин не удивило, что Страж знал об этом. Он, вероятно, был другом Ксейна, или близким товарищем, или как там они это называли, чтобы не упоминать о дружбе. И, должно быть, в какой-то момент они говорили о ней. Возможно, он был прав, и Акслин значила для Ксейна больше, чем он мог показать.

Больше, чем она могла бы почувствовать.

Она покачала головой. Ясно же, что сейчас именно Рокс привлекала его, поскольку он рискнул и получил такое наказание ради неё. Акслин вздохнула. Ксейн был живой, эмоциональный, страстный. Ему не следовало становиться Стражем.

– Его мать была права, когда прятала его, – тихо сказала она. – Если бы она узнала, что здесь делают… хотя, наверное, она знала, – добавила Акслин, вспомнив, что Кинакси даже не рассказывала сыну о существовании Стражей.

Юноша устремил на неё недоумённый взгляд.

– Ты имеешь в виду мать Ксейна?

– Да, а что? Он говорил тебе о ней?

Он немного колебался. Акслин знала, что Стражи должны оставить в прошлом свою семью, друзей и любые отношения, которые у них были до того, как они пришли на службу. По этой причине они избегали разговоров о своей прежней жизни, но вот сейчас Акслин начинала понимать, что Ксейн, возможно, не соблюдает эти правила. И казалось, это передалось и его лучшим друзьям. Или напарникам. Или кем бы они ни были.

– Он сказал мне, что её убили монстры, как только он вступил в Стражу, – ответил ей юноша.

– Что? Насколько я знаю, это не так. Он поддерживал с ней связь после того, как его забрали?

– Конечно, нет. Они жили одни в заброшенной деревне, а когда он уехал…

– На неё напали монстры, да. Но она оставалась взаперти в своём доме, пока мы не приехали.

Акслин видела, что парень разрывается между своим желанием продолжать расспросы и правилами, которые диктовали, что Стражей не должны волновать люди, которых они оставляют в прошлом. И люди, которых другие Стражи оставили в прошлом.

«Ему тоже не всё равно», – поняла она. Ей стало немного легче, когда она увидела, что несмотря ни на что есть несколько Стражей, которые заботятся о Ксейне. Рокс или этот молодой Страж, разговаривающий сейчас с ней.

– Как тебя зовут? – вдруг спросила Акслин.

Он, казалось, был удивлён этим вопросом.

– Ярлакс из Золотой дивизии.

– Я – Акслин, – сказала она и, сделав небольшую паузу, продолжила: – Как только я узнала, что Стражи забрали Ксейна, я пошла просить о помощи. Я собрала нескольких мужчин, и мы пошли искать его мать. Когда я видела её в последний раз, она была в безопасности с ними. В Карьере. Ты запомнишь?

Ярлакс озадаченно моргнул.

– Что ты имеешь в виду?

– Я знаю, что не должна рассказывать тебе об этом, и знаю, что Ксейн, вероятно, тоже не должен знать. Но если когда-нибудь он спросит, и ты сочтёшь нужным сказать ему… в общем, ты просто запомни это, ладно? Мать Ксейна живёт в Карьере. Он будет знать, где её найти.

– Думаю, тебе стоит уйти, – наконец сказал Ярлакс. – Тебе не нужно продолжать смотреть на это.

Он мягко толкнул её, но Акслин не хотела уходить.

– Я и сама не хочу. Но я не могу… просто так уйти, отвернуться от него, ничего не делать. И не только из-за него. Рокс тоже не заслуживает того, что с ней делают. Она хороший Страж.

– Я знаю, – ограничился ответом Ярлакс. – Но так и должно быть. Уходи, Акслин. Ксейн и Рокс будут в порядке. Они сильнее, чем ты думаешь.

В этот момент Ксейн издал ещё один крик. Акслин стиснула зубы, глаза наполнились слезами, но она позволила Ярлаксу проводить её на улицу. Даже когда звук хлыста уже не было слышно, единственное, чего ей хотелось, – уйти из этого ужасного места как можно дальше.

Декс и Оксания встретились с ней чуть позже, она сидела на ступеньках библиотеки, съёжившись и уткнувшись лицом в руки, и всхлипывала.

– Акслин, – прошептал ей друг, садясь рядом. – Что случилось?

Девушка вытерла слёзы и покачала головой.

– Я больше не могу жить в Цитадели, Декс. Это выше моих сил. Мне нужно уехать, иначе я сойду с ума.

«Я должна держаться подальше от Ксейна».

Тому было много причин. Если он действительно убил беззащитного человека, он был убийцей. Но даже если он этого не делал, она не могла позволить себе снова полюбить его. Потому что у него уже была Рокс и потому что она не хотела, чтобы его снова наказали. Больше никогда.

Погружённая в свои грустные мысли, она не заметила, как её друзья обменялись понимающими взглядами.

– Не думаю, что это хорошая идея, Акслин, – сказал Декс после короткого колебания.

Наконец она подняла голову, глаза её покраснели.

– Почему?

Юноша на мгновение задумался.

– Это не то, что мы можем обсуждать здесь, но я должен поговорить с тобой спокойно. Я провожу Оксанию в старый город и попытаюсь снова сбежать в течение дня, чтобы прийти в библиотеку. Подождёшь меня?

Она, всё ещё несколько ошеломлённая, долго не отвечала, но наконец кивнула.

22

Ксейн вернулся в свою комнату, лёг лицом вниз на койку и закрыл глаза. Наказание закончилось, но он всё ещё слышал звук ритмичных ударов хлыста, чувствовал, как тот взрезает его кожу. Ему прописали лечение, чтобы он мог как можно скорее вернуться в строй, и дали возможность отдохнуть.

Он не винил начальство в своём наказании. Он знал, что заслужил это.

Однако ему было трудно смириться с тем, что Рокс получила такое же наказание, как и он. Он чувствовал себя страшно виноватым за то, что она пострадала из-за него.

Он больше не разговаривал с ней. Им не разрешали.

Кроме того, они не увидятся позже, когда вернутся на службу. Ксейн знал, что им будут даны новые задания и что, вероятно, одному из них придётся покинуть Цитадель, чтобы избежать повторных встреч, насколько это возможно.

Он вздохнул. Это было бы к лучшему, особенно для неё. Но он будет скучать по ней.

Кто-то тихо постучал в дверь. Ксейн не ответил. У него не было ни сил, ни желания кого бы то ни было видеть.

Однако дверь отворилась.

– Я принёс тебе ужин. – Это был голос Ярлакса. – Как ты?

Ксейн пробубнил что-то невнятное.

– Что?

– Я не голоден.

Его напарник поставил поднос на стол.

– Тебе стоит немного поесть, – сказал он. – Поправишься быстрее.

Ксейн не ответил. Ярлакс повернулся и собрался уходить, но в последний момент остановился и снова посмотрел на него.

– Можно задать тебе вопрос, Ксейн?

Он ничего не сказал. Он даже не поднял голову с подушки, но Ярлакс всё равно продолжил:

– В глубине души ты не хочешь быть Стражем, не так ли?

Ксейн наконец повернулся, чтобы посмотреть на него.

– Ты спрашиваешь, потому что я пытался сбежать во время нашей первой учебной вылазки, с подразделением Туман? Это было давно, Ярлакс.

На самом деле это произошло чуть больше года назад. Но ему казалось, что прошли десятилетия.

– О, да, эта вылазка, – улыбнулся он. – Никогда её не забуду. Мы уже возвращались в Бастион, радуясь тому, как легко всё прошло, но вдруг ты прыгнул, как костлявец, и бросился в реку. Это был хороший прыжок, приятель. Я подумал, ты внезапно сошёл с ума.

– Немного, да, – признал Ксейн, невольно улыбаясь. – Я думал, что смогу выжить сам. Пока меня чуть не слопал живодёр.

– Мне об этом рассказали.

Ксейн вздохнул.

– Что я могу сказать? Я был молод, наивен и безрассуден.

– Ты был другим.

Ксейн нахмурился, не понимая.

– В каком смысле?

– Ну, все вы, потерявшиеся, другие. – Ярлакс сел на кровать рядом со своим другом. – Большинство Стражей растёт, зная, чего от нас ожидают. Мы знаем своё будущее и чётко понимаем наши обязанности. Ты не знал. От тебя это скрывали.

Ксейн не ответил. Он просто повернул голову и уставился взглядом в стену.

– Но всё же, – продолжал Ярлакс, – когда они пошли за тобой, когда сказали тебе, кто ты и что от тебя ждут… почему тебе так трудно было принять это? В смысле… сначала это понятно, но… посмотри на себя сейчас. Прошло время, ты закончил обучение. Причём с отличием, и, несмотря ни на что, ты всё ещё другой.

– Я не флиртовал с Рокс, Ярлакс. Я тебе уже говорил.

– Дело не только в этом. Это твои сомнения. Вопросы, которые ты задаёшь. И я знаю, что ты действительно хочешь быть хорошим Стражем, но внутри тебя что-то бунтует.

Ксейн медлил с ответом. Когда Ярлакс уже начал думать, что его друг больше не скажет ему ни слова, тот пробормотал:

– У меня были планы.

– Что?

– У меня были планы. Многие люди в деревнях не осмеливаются представить, что ждёт их в будущем, но я неплохо справлялся с монстрами, и… – Он сделал паузу и продолжил: – Я мечтал найти девушку, создать семью и смотреть, как растут мои дети. Я знал, что смогу их защитить. Что у нас будет шанс прожить много лет, может быть, даже счастливо.

– Понимаю, – пробормотал Ярлакс. – И… ты нашёл девушку?

– Да, по крайней мере, я так думал. У неё тоже были планы, и на тот момент они не совпадали с моими, но у нас был шанс… пока Стражи не забрали меня. – Он покачал головой. – Может быть, это было к лучшему. Потому что кажется, я начинаю понимать, почему мы, Стражи, должны сражаться, жить и умирать в одиночестве.

Ярлакс не совсем понял, что Ксейн имел в виду. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Ксейн продолжил.

– Ну, это, впрочем, не так уж и важно. Я знаю, что я не первый, кто строил планы, пока жизнь их не поменяла. И не последний. Так что не стоит жаловаться. Однако иногда я думаю, что Стражи могли бы… завербовать меня более цивилизованным способом.

Ярлакс с любопытством посмотрел на него. Он, как и многие другие, добровольно явился в штаб в день своего пятнадцатилетия в сопровождении родителей. Другого способа присоединиться к Стражам он не знал.

– Что случилось?

– Они пришли ко мне домой, избили мою собаку, оттолкнули мою мать, напали на меня, не сказав ни слова, вырубили меня, накачали наркотиками и забрали без единого объяснения, не дав мне попрощаться.

Ярлакс не знал, что сказать.

– Но я не держу на них зла за то, что они сделали со мной, – продолжил Ксейн. – Я намеревался обороняться и предполагаю, что они посчитали свои действия самым быстрым и эффективным способом завербовать меня. Однако мама осталась одна. Никто не заботился о ней, её оставили на произвол судьбы в деревне, окружённой монстрами, где она, вероятно, не продержалась и дня. Если бы мне позволили, не знаю, кое-что уладить перед отъездом… убедиться, что она в безопасности в надёжном месте, возможно, мне было бы проще перестать видеть врага в каждом Страже.

– Понятно, – пробормотал Ярлакс. Он колебался мгновение, прежде чем спросить. – Значит, это тебя беспокоит? Нерешённая проблема? Дело, которое ты не можешь завершить?

Ксейн вздохнул. Было много вопросов, которые его волновали, особенно касающихся безымянных монстров и их отношений с людьми… и со Стражами. Но он не мог поделиться ими со своим товарищем, поэтому ответил:

– Полагаю, да. Только не парься, ладно? Так сложилось, и изменить это нельзя.

Ярлакс колебался.

– Ксейн, – проговорил он наконец. – Если бы я сказал тебе, что с твоей матерью всё произошло совсем не так, как ты думаешь, тебе стало бы комфортнее со Стражами?

Ксейн повернулся, чтобы внимательно посмотреть на него.

– На что ты намекаешь?

Ярлакс отвёл взгляд.

– Я не должен тебе этого говорить, но я думаю, что, может быть, это и к лучшему. Чтобы ты мог двигаться дальше, понимаешь?

Ксейн сел на кровати, очень серьёзный.

– О чём ты говоришь?

Ярлакс глубоко вздохнул и выпалил наконец:

– Мне сказали, что твоя мать жива, Ксейн. Она не умерла, когда ты ушёл.

Юноша улыбнулся и недоверчиво покачал головой.

– Это абсурд. Она была обычной женщиной и осталась одна в заброшенной деревне, которая даже особо не была огорожена. Она не могла защитить себя. Я даже не понимаю, как мы оба смогли выживать там так долго. Долгие годы я думал, что она защищала нас обоих, но в Бастионе мне объяснили, что всё наоборот. – Он задумчиво нахмурился. – Я не знаю, как я мог защищать её в детстве, я не умел драться. Полагаю, монстры как-то прознали, что в нашем анклаве есть Страж, пусть и маленький. В любом случае, у моей мамы не было бы ни малейшего шанса без меня.

– Она осталась не одна. Видимо, её быстро нашли.

– Кто? Стражи?

– Нет, – Ярлакс решил, что не стоит упоминать Акслин. – Её отвезли в Карьер, тебе это о чём-то говорит?

– Да. Это был ближайший к нам анклав. – Он нахмурился и с большим интересом смотрел на него. – Ты уверен в своих словах? Кто тебе сказал?

– Я не могу тебе открыть это. Но у меня есть основания полагать, что это правда.

Ксейн несколько мгновений молчал. Потом спросил:

– А почему именно ты мне об этом рассказываешь?

– Потому что больше никто тебе не расскажет.

Ксейн пристально смотрел, не зная, верить ему или нет. Ярлакс со вздохом поднялся.

– Мне, наверное, не нужно тебе говорить. Но если это успокоит тебя и избавит от неприятностей… надеюсь, оно того стоит.

Ксейн в задумчивости посмотрел в сторону.

– Понимаю, – только и сказал он. – Спасибо, Ярлакс.

Он мгновение смотрел на него нахмурив брови.

– Я знаю этот тон. Что ты задумал?

– Абсолютно ничего, – соврал его друг.

– Ксейн. – Ярлакс с серьёзным лицом скрестил руки на груди. – Я тебе об этом рассказал только для того, чтобы ты перестал идти против правил и получать наказания. Послушай меня. Твоя спина поблагодарит тебя.

Ксейн поднял руки, как бы сдаваясь, и широко улыбнулся ему.

– Знаю, знаю, успокойся. Ты молодец. Хорошо, когда всё ясно. Это помогает сосредоточиться на том, что действительно важно, не так ли?

Ярлакс прищурился.

– Не уверен, что понимаю, что ты имеешь в виду.

Всё ещё улыбаясь, Ксейн сказал, что чувствует себя намного лучше, и уговорил друга оставить его в одиночестве. Когда Ярлакс ушёл, он снова лёг лицом вниз на койку и стал размышлять.

Возможно ли, чтобы его мать осталась жива? Неужели капитан Салакс солгал ему, уверяя, что она не выжила? Или, может быть, он просто решил, что она мёртва? Правдой было то, что, эти мысли не подходили Стражам Цитадели. Ведь организация существовала для защиты простых людей от монстров.

Долгое время он винил Акслин в смерти его матери. Именно она сказала Стражам, где её можно найти. Однако теперь он знал, что то, что она сделала, не слишком отличалось от поведения большинства обычных людей. Все знали, что место любого юноши с золотыми глазами – Стража Цитадели. Сообщать о местонахождении потерявшегося было не изменой, а практически гражданским долгом.

Именно Стражи оставили Кинакси на съедение монстрам. Они могли сопроводить её в безопасное место, или даже взять с собой в Цитадель. Но оставили её, не задумываясь.

Ксейн прекрасно знал, что работа Стражей сосредоточена в Цитадели, и вовсе не потому, что они смотрели свысока на жителей деревень. Давным-давно они предполагали, что не могут защитить всех людей, особенно тех, кто живёт в крошечных деревеньках, стоящих вдалеке друг от друга. Поэтому они решили посвятить себя защите Цитадели, которая была главным центром человеческой цивилизации, единственным, который никогда не должен пасть, ни при каких обстоятельствах. Потому что в день, когда это произойдёт, монстры определённо победят.

При таких обстоятельствах жизнь деревенской женщины, возможно, не имела для них ценности. Особенно женщины, которая ясно дала понять, что не нуждается в защите Стражей.

Ксейн нахмурился. Его мать могла поселиться в Цитадели давно, у неё была такая возможность, и она отвергла её. Он ещё не понимал почему, но знал, что Стражи не особо беспокоятся о её безопасности.

Однако если то, что рассказал ему Ярлакс, было правдой, кто-то спас её и отвёз в Карьер. И, судя по всему, это были не Стражи.

Его сердце забилось чуть быстрее. Прошло много времени с тех пор, как он прибыл в Цитадель, и теперь чувствовал, что совсем не готов отказаться от своей новой жизни ради переезда обратно к матери в деревню. Но ему нужно знать, правда ли то, что она всё-таки жива. Убедиться, что с ней всё в порядке. Задать ей вопросы, которые он никогда раньше не осмеливался задать.

В его голове стал строиться план. Ему было жаль Ярлакса, но он собирался опять нарушить правила.

Ксейн был готов взять на себя последствия, какими бы они ни были. Но на этот раз он не собирался мириться с тем, что кто-то ещё пострадает из-за него.

– Ты когда-нибудь видела подобную карту? – спросил Декс.

Акслин с любопытством рассматривала рисунок.

Они встретились в библиотеке, в хранилище книг, которые не могли стоять в открытом доступе – были слишком старыми, слишком ценными или слишком хрупкими. Декс разложил на столе карту, изображавшую территорию, где жили люди. Всё, что оставалось за её пределами, кишело монстрами, и ни один анклав не мог бы там существовать.

Конечно, Акслин знала географию мира. Она начала своё путешествие с гораздо более примитивной и простой карты, которая, несмотря на очевидные недостатки, вскоре стала одной из её самых ценных вещей. Позже, получив доступ к знаниям, хранящимся в библиотеке Цитадели, она обнаружила, что её собственная карта отражает только часть известного мира. Акслин знала, что на клочке бумаги, который привёл её из западных земель в Клетку, не было даже Цитадели – сердца цивилизованного мира. И, рассматривая эту карту, она поняла, насколько примитивной была её собственная.

– У меня есть к тебе вопрос, – сказал Декс. – Ты с запада, да? Не могла бы ты показать мне путь, по которому ты пришла?

Акслин показала его без колебаний, хотя давно уже обнаружила, что есть и другие дороги, ведущие к Цитадели.

– Это то, что я подозревал, – подтвердил он. – Я давно её изучаю. Территория, вплоть до Клетки, относительно безопасна. Деревни, расположенные там, можно сравнить с деревнями цивилизованных Земель. Если мы отойдём дальше, то… – Его палец продолжил путь на запад, по тому же маршруту, по которому давно пришла Акслин. – Эти анклавы намного опаснее. А вот там даже неизвестно, что.

– Немного подальше – моя земля, – сказала она. Её деревня была слишком мала, чтобы её отмечали на карте, но Акслин знала, что она там, и указала её на карте. – Вот откуда я родом.

– Хм, – пробормотал он задумчиво. – Но здесь пустое место, верно? Деревни на этом участке дороги давно пали. Всё, что находится дальше на запад, осталось без связи с внешним миром.

– Не совсем, Декс. Есть пара торговцев, которые ходят по этому маршруту и поддерживают связь с более отдалёнными районами.

«Пока они не перестанут это делать», – подумала она с содроганием, вспоминая беззаботную решимость, с которой Лексис и Локсан раз за разом сталкивались с опасностью.

Она надеялась, что её друг будет впечатлён этим признанием. Но оно, казалось, ещё больше огорчили его.

– Что случилось, Декс? – спросила она. – В чём проблема?

– Ты когда-нибудь слышала о Мосте Крикунов? – Он сделал паузу, подумал и продолжил: – Полагаю, что да. В конце концов, ты должна была пройти по нему, когда добиралась сюда.

– Да, примерно в двадцати днях пути от Клетки. – Она ткнула пальцем в карту. – Здесь. Между прочим, впечатляет.

– Я его никогда не видел. Он очень высокий, говорят?

– Я не могу тебе сказать, я не решилась посмотреть вниз. Ущелье настолько глубокое, что реку внизу почти не видно. Но, судя по всему, там гораздо безопаснее, чем кажется.

– Его построили инженеры Цитадели во времена второго Верховного Правителя. Чего я не знаю, так это почему его называют Мостом Крикунов.

– Потому что говорят, что до того, как он был построен, всадник скакал к обрыву, спасаясь от орды крикунов, – объяснила ему Акслин. – Его лошадь мчалась с такой скоростью, а всадник был в таком отчаянии, что заставил её прыгнуть, несмотря на расстояние. Они благополучно перепрыгнули на другую сторону, а преследовавшие их крикуны не успели вовремя затормозить и упали с обрыва. Вот почему, когда через некоторое время построили мост, они назвали его так, чтобы увековечить эту историю.

– Ну, это хорошая история. Не помню, чтобы я читал её в твоей книге.

– Потому что нет никаких доказательств того, что это произошло на самом деле и нет смысла записывать. Ты ещё не видел этого ущелья, Декс. Ни одна лошадь не может перепрыгнуть через него. Но почему мы говорим об этом мосте?

Он медлил с ответом, но наконец проговорил:

– Ну, этому нет подтверждения. Помнишь, я сказал тебе сегодня утром, что хочу с тобой поговорить? Во время посещения казарм Стражей мы с Оксанией узнали кое-что тревожное.

В памяти Акслин всплыл звук хлыста, она побледнела от этого воспоминания, но Декс этого не заметил.

– Оказывается, я знаю одного из служащих казармы, потому что он давно работал слугой в доме моей семьи, – продолжал он. – Мы встретились с ним случайно на выходе, и он рассказал нам, что подслушал часть разговора двух генералов…

– Тоже случайно? – с улыбкой спросила Акслин.

– Эй, ты не можешь винить парня за любопытство, – возразил Декс, тоже улыбаясь. – Сегодняшняя встреча была чем-то из ряда вон выходящим. – Он вдруг стал серьёзным. – Похоже, произошло нечто плохое.

Акслин пристально посмотрела на него, потрясённая его мрачным выражением лица.

– О чём речь?

– Как раз о Мосте Крикунов. Монстры разрушили подпорную стену с западной стороны и убили всех часовых.

Акслин замерла и переспросила:

– Что?

– Жители деревни всё ещё держат оборону по другую сторону моста, потому что, к счастью, он не очень широкий, и его не могут пересечь сразу много монстров. Но рано или поздно они это сделают, и близлежащие анклавы окажутся в серьёзной опасности.

Акслин пересекала этот мост только однажды, два года назад, и с трудом могла вспомнить подробности.

– Каждый конец моста укреплён стеной и двумя сторожевыми башнями, – пробормотала она. – Там всегда есть люди, охраняющие вход, всегда. На самом деле там и ворота двойные, чтобы монстры не смогли пройти.

Она вспомнила, что в то время этот мост казался ей самым безопасным проходом в мире. Пока она не увидела внушительные стены Цитадели. И всё то, на что способны Стражи.

Умения жителей Запада защищать себя от монстров теперь казались ей жалкими по сравнению с действиями Стражей. Удивительно, подумала она вдруг, что этот мост не рухнул давным-давно.

Тут она поняла смысл новостей, которые принёс ей Декс.

– Если монстры напали на мост… это значит…

Палец её друга скользнул по дороге, которую она так хорошо знала: от западного конца карты до Моста Крикунов.

– Я имею в виду, Акслин, весьма вероятно, что вся эта область тоже пала. Что все деревни разрушены. И что если кто-то из них ещё держится, то долго не протянет.

Она ничего не сказала, только упала на своё место, ошеломлённая.

– Есть ещё один путь через реку чуть южнее, – продолжал он, глядя на карту. – Если выжившие отправятся туда, то, возможно, им удастся добраться до другой стороны.

– Нет, – прошептала она в ужасе.

– Деревни на западе еле выживали, ты же знаешь, Акслин: без Стражей, которые их защищали, они зависели только от торговцев… И каждый раз, когда монстры уничтожали один анклав, остальные становились всё более изолированными и уязвимыми. Это был вопрос времени.

– Но… но…

Она могла думать только о тех, кого оставила позади. Ксейра, Тукс, Никси, Мадокс, Бексари, Лексис и Локсан, и другие простые и смелые люди, которых она встретила на своём пути.

– Стражи отправят туда подкрепление. – Декс задумчиво нахмурился. – Думаю, они должны были сделать это давно. Если бы мост был защищён Стражами, возможно, монстры не смогли бы добраться до него.

Акслин покачала головой.

– Стражи не заходят так далеко, – ответила она. – Поверь мне, я знаю, я прошла весь путь и не встретила ни одного из них, пока не добралась до Клетки.

На самом деле, она встретила Ксейна раньше, но тогда они оба даже не знали, что он Страж.

– Всё, что ты мне рассказываешь, – проговорила она, – всего лишь слухи, да? Ты сам это сказал.

– Это обрывки разговора. Возможно, парень их неправильно понял, но мне кажется, что информация достаточно связная.

– Но мы не можем знать наверняка, если только не спросим Стражей, а они нам не расскажут.

– Наверное, не все Стражи знают об этом. Это секретная информация, Акслин. Я не знаю, осознаёшь ли ты, как нам повезло, что мы случайно узнали об этом.

Она наклонила голову.

– Не знаю, хотела ли бы я об этом знать. Я даже не уверена, что хочу в это верить.

– Что ж, скоро мы это подтвердим. Каждый раз, когда один анклав уничтожают, выжившие переходят в соседний, не так ли?

– Да, конечно, они ищут новый безопасный дом, где можно поселиться. Я видела такое несколько раз.

– Что же тогда будет, если монстры разорят целый регион? – спросил он. – Большинство его жителей не выживут, а жители оставшихся деревень не будут просто ждать, пока монстры убьют и их. Они покинут свои дома и придут искать убежища в Цитадели. Так что, если и правда весь западный регион пал, выжившие начнут прибывать в ближайшие недели и приносить новости из первых уст.

– Понимаю.

– Я хочу сказать, Акслин, что ты не можешь просто уйти. Если это правда, что мы потеряли западный регион, мир резко стал другим. Он уменьшился. И возможно, в будущем единственным безопасным местом останется Цитадель. Подумай дважды, прежде чем покидать её, не зная, сможешь ли ты вернуться.

23

Ксейну потребовалось три дня, чтобы оправиться от наказания. За всё это время ему не приходилось ни охранять, ни патрулировать, хотя в казарме он выполнял разные работы. Он ни разу не видел Рокс и не спрашивал о ней, а также старался избегать своих товарищей, особенно Ярлакса. Он делал лишь то, что от него ожидали, не задавая вопросов начальству и не высказывая ни единой жалобы, потому что не хотел, чтобы кто-нибудь хоть что-то заподозрил. Ксейн не мог себе этого позволить: он знал, что в скором времени его отправят в новое место, и должен был осуществить свой план до того, как это произойдёт.

На рассвете четвёртого дня у него, наконец, появился шанс. В казармах было очень тихо – высшее командование отправило несколько патрулей, чтобы справиться с какой-то чрезвычайной ситуацией в западных землях. Пару дней назад Ксейн с некоторой завистью смотрел, как они уходят. Он не знал, куда именно они направляются, но ему было ясно, что они пройдут мимо Клетки, совсем рядом с деревней, где он вырос, и Карьером, где, по словам Ярлакса, жила его мать. Он подумал, что хотел бы пойти с ними, но быстро отбросил эту идею. Он не мог снова оставить своих товарищей посреди задания. Было бы лучше, если бы он отправился в путешествие один.

Он рано встал и пошёл в конюшню, неся ведро и грабли. Любой, кто видел его, подумал бы, что он собирался чистить стойла, но его планы были совсем другими.

Хотя большая часть стойл была пуста, он с облегчением обнаружил, что его любимый конь на месте. Этот конь ему особенно нравился за послушность и кроткий нрав. В отличие от большинства своих товарищей, Ксейн вступил в Стражу, не умея ездить верхом. Конечно, в казарме у них были уроки верховой езды, у него уже неплохо получалось. Но всё же Ксейн, в отличие от остальных Стражей, выбиравших самых резвых скакунов, по-прежнему предпочитал самых спокойных.

– Ты готов к долгому путешествию, приятель? – прошептал он коню, гладя его по гриве.

Ксейн вздрогнул: то, что он собирался сделать, вероятно, принесёт ему много проблем. Возможно, это бы приравнивалось к его памятному побегу из Бастиона, тому самому, из-за которого он получил суровое наказание, до сих пор снящееся ему в ночных кошмарах. Он покачал головой. Нет, всё было намного хуже. Тогда он дезертировал с намерением отречься от Стражей навсегда. Теперь же он собирался лишь совершить короткую поездку в Карьер, поговорить с матерью, если это правда, что она там живёт, и вернуться. Ничьих планов это не нарушило бы, он всё ещё ждал нового назначения, так что в Цитадели на него не рассчитывали.

Конечно, его накажут в любом случае. От одной мысли Ксейн вздрогнул. Хлысты снова обнажат раны, которые только начали заживать, но это всё равно того стоило. Не только из-за матери, но и потому, что в Карьере он мог найти ответы на вопросы, которые мучили его с тех пор, как на канале он убил метаморфа.

Ярлакс был прав: его что-то беспокоило, незавершённое дело, счёт, который нужно свести. Пока он не будет полностью уверен, что его подозрения беспочвенны, он не сможет стать Стражем в полной мере.

Рано или поздно он должен это сделать. И лучше было не затягивать.

Ксейн оседлал коня, уложил в сёдельные сумки всё необходимое, поправил копьё на спине и мачете на поясе.

Через несколько мгновений он вышел из казармы, оседлал коня и галопом поскакал по главной улице первого круга, направляясь к западным воротам. Его никто не остановил, потому что дом Стражей не был тюрьмой.

На всякий случай он не стал задерживаться у ворот. Его вряд стали бы останавливать, но всё же лучше было быстро удалиться, прежде чем кто-нибудь решит расспросить его.

Когда спустя некоторое время Цитадель осталась позади, а лошадь свернула на дорогу, ведущую на запад, Ксейн испытал пьянящее чувство свободы. В первые месяцы своего обучения в Бастионе он отчаянно искал способ сбежать, и теперь, наконец, ему это удалось.

Он покачал головой, пытаясь выбросить эти мысли из головы. Он не убегал. На самом деле он не хотел этого делать. Он по-прежнему считал, что попытка сбежать из Бастиона была чудовищной ошибкой, и повторять её не собирался, он старался вообще не думать об этом: только ехал по чистому полю и старался внимательно смотреть вокруг – монстры тут не дремали.

От Цитадели Клетка находилась в десяти днях пути на повозке, но Ксейн проделал этот путь за неделю. Ему не нужно было двигаться так осторожно, как обычным людям, потому что его чутьё заранее предупреждало о присутствии монстров, и когда не чувствовал их присутствия, то передвигался значительно быстрее. К тому же путь был вполне безопасным. Деревни здесь хорошо защищались, а укрытия отличались прочностью и удобством. Кроме того, в особенно опасных точках маршрута находились сторожевые посты, Стражи, чьи отряды располагались в наиболее важных анклавах, патрулировали дорогу.

Он встретил нескольких Стражей во время своего путешествия. Они сердечно приветствовали его и радушно принимали, если ему нужно было остановиться ночь, не задавая вопросов. Он помогал им, истребляя монстров, которые попадались на пути, и делал это спокойно, зная, что он часть команды Стражей. Встреченные же думали, что он отстал от войск, отправленных на запад несколько дней назад. Ксейн не мог признаться, что не знает деталей этой миссии, но, внимательно слушая разговоры, узнал, что западные земли находятся под самой долгой осадой со времён падения северных земель – катастрофы, которая когда-то поставила под угрозу выживание Цитадели и превратила северные земли в безлюдную пустошь, где выстоял только Бастион.

Новости были тревожными, Ксейн помнил, что речь идёт о родине Акслин. В опасности ли её деревня? Или уже погибла? Что стало с людьми, которых она знала? Живы ли все они?

Это были вопросы, на которые у него не было ответа. Он старался не думать об этом, а просто сосредоточиться на своём путешествии. По пути на него несколько раз нападали. Удаляясь от Цитадели, он стал встречать всё больше и больше людей, двигавшихся ему навстречу. Сначала он не придал этому значения, но однажды днём, остановившись в деревне, заполненной усталыми, обезумевшими от страха людьми, Ксейн понял, что дело гораздо серьёзнее, чем предполагал.

– Они идут с другой стороны реки, – объяснил ему Страж с серебряными глазами. – Они первыми перешли через Южный перевал после падения Моста Крикунов. За ними придут и другие. Ты встретишь их, если пойдёшь на запад.

– Все идут к Цитадели, – добавил другой Страж, покачав головой. – Говорят, их сотни, а может, и тысячи. Здешние деревни настолько переполнены, что едва ли могут вместить кого-либо ещё.

– В Цитадели люди найдут укрытие, – твёрдо ответил Ксейн. – Путь туда довольно безопасен.

Он знал, что некоторые погибнут в пути, потому что Стражи не смогут защитить всех. Но большинство всё же доберётся и получит шанс.

«На обратном пути я провожу их, – пообещал он себе. – Я присоединюсь к какой-нибудь группе путешественников и помогу им добраться до Цитадели в целости и сохранности».

Он знал, что Стражи помогают людям, идущим в Цитадель, координируют их и направляют. Но Стражей здесь слишком мало, да и те нужны на дальних рубежах, чтобы не допустить продвижения монстров по континенту.

Ксейн наконец добрался до Клетки. Он был там однажды, когда его забрали Стражи, но совсем ничего не помнил – его усыпили и увезли насильно. Огромные железные решётки, защищавшие здание от упырей, восхитили его, хотя, конечно, были совершенно бесполезны против других, более мелких чудовищ, и это Ксейн тоже отметил. Клетка хорошо защищала от монстров, населяющих этот район, но что произойдёт, если появятся другие виды, преследующие людей, спасающихся из разрушенного запада?

Погружённый в тревожные мысли, Ксейн вошёл в решётчатые ворота. Перед зданием толпилось несколько десятков человек, внутри тоже было многолюдно.

– В комнатах не осталось мест, Страж, – торопливо сказал хозяин гостиницы. – Я не уверен, что мы можем предложить тебе даже место в коридоре. – И, покачав головой, добавил: – Мы никогда не видели ничего подобного.

– Ничего страшного, – мягко ответил Ксейн. – Я останусь во дворе и помогу защитить тех, кто остался снаружи. Я не думаю, что там безопасно ночевать, несмотря на решётки.

Хозяин гостиницы, казалось, испытал большое облегчение.

– Упыри не могут сюда пробраться, но попыток они не оставляют, уже известны случаи, когда они просовывали лапы между прутьями и хватали кого-нибудь…

– Я знаю. Я позабочусь о том, чтобы все держались подальше от них.

Хозяин гостиницы предложил ему одеяло и еду в обмен на помощь. Ксейн согласился только на лёгкий ужин. Он знал, что в Клетке будет трудно накормить такое количество людей, а ему много и не нужно.

Он уже хотел было выйти обратно во двор, когда заметил коренастого седобородого старика, сидевшего у камина. Мужчина хмуро смотрел на него, и Ксейн задумался, не узнаёт ли тот его. Он нервно тряхнул головой. Вряд ли. Вряд ли кто-то узнает в нём мальчика в полубессознательном состоянии, которого Стражи притащили сюда два года назад. Время, проведённое в Бастионе, сильно изменило его. К тому же обычные люди были склонны считать Стражей скорее безликой массой, чем отдельными личностями. Это мнение поддерживало то, что все были одинаково одеты и подстрижены и вели себя одинаково.

Наконец старик отвёл взгляд и покачал головой, и Ксейн забыл о нём.

Ночь во дворе была долгой и напряжённой. Упыри пришли с наступлением темноты. Ксейн старался успокаивать паникующих путников. Большинство из них никогда не видели упырей и пытались прорваться в гостиницу, в отчаянии умоляя о помощи. Им потребовалось время, чтобы понять, что решётки действительно эффективно защищают их от монстров. Ксейн сумел убедить их, что и снаружи они в безопасности, до тех пор пока не будут подходить слишком близко к ограждению. Сам Ксейн не спал всю ночь, чтобы убедиться, что ни одному из упырей не удалось добраться до разбивших лагерь людей. Ситуация напоминала ему о ночи в горах, во время своего последнего испытания в Бастионе. Тогда им с Рокс тоже пришлось столкнуться со стаей упырей. Они спрятались в пещере. Монстры пытались всеми средствами добраться до них, но Ксейн и Рокс продержались до рассвета и сумели выжить.

Это был первый раз, когда они работали вместе как команда. В ту ночь он обнаружил, что между ними существует особая связь. Это был не первый раз, когда он работал в паре с другим Стражем, и не последний. Он мог легко работать с кем угодно и быть крайне эффективным, но его связь с Рокс оставалась сильнее прочих. Они понимали друг друга без слов, ощущали себя единым целым. Каждый из них в отдельности был хорошим бойцом, но вместе им не было равных.

Упыри не оставляли попыток протиснуться между прутьями решётки, в нескольких метрах над его головой. Ксейн вздохнул: ему было очень жаль, что он всё испортил и потерял лучшую из всех возможных напарниц.

«Я должен перестать думать об этом, – сказал он себе. – Всё уже случилось, и я ничего не изменю».

Лучшее, что он мог сейчас сделать для Рокс, – держаться от неё подальше.

Он и так доставил ей достаточно хлопот.

Остаток ночи прошёл без происшествий. Ксейн прогнал нескольких упырей, но ни одного не убил. Усталые путешественники даже смогли задремать. Ксейн же не сомкнул глаз, высматривая монстров, бьющих крыльями о решётку.

Упыри ушли незадолго до восхода солнца, и Ксейн не стал терять время даром. Он зашёл в гостиницу, чтобы немного привести себя в порядок, и заодно спросить дорогу к Карьеру. Он часто ходил туда, когда жил с матерью, но дорога из Клетки ему был неизвестна. Хозяин гостиницы удивился. Он предполагал, что Страж продолжит путь на запад, как и остальные его товарищи, но всё же показал ему путь.

Ксейн уж было собрался за своей лошадью, чтобы ехать дальше, когда кто-то остановил его.

– Прости, Страж…

Он повернулся. Это был старик, который сидел у камина. Чуть помолчав, он спросил:

– Ты парень Акслин, да?

На лице Ксейна не дрогнул ни один мускул.

– Я ничейный парень, старик. Я Страж.

Мужчина сделал шаг назад, несколько обескураженный.

– Естественно, я… я не хотел ты обидеть. Я просто хотел… если тебя это не затруднит… если ты когда-нибудь ещё увидишься с ней… скажи ей, пожалуйста, что мне очень жаль.

Ксейн покачал головой.

– Я не знаю, о чём ты говоришь, старик.

Он повернулся к нему спиной и вышел из дверей гостиницы, внешне спокойный и невозмутимый.

Но сердце его колотилось.

Акслин. Он старался не думать о ней, но на каждом этапе своего путешествия оказывался всё ближе к дому, к тому месту, где встретил её, где началась их история. И воспоминания снова нахлынули на него.

«Я Страж, – повторил он себе. – Я не парень Акслин. Я не могу им быть».

Через пару дней он, наконец, добрался до Карьера. Часовые открыли ему двери, с удивлением узнав мундир Стража. В деревне на пути ему встречались в основном женщины, дети и старики. Мужчины, не охранявшие периметр, работали в Карьере. Ксейн узнал нескольких, но они уже не узнавали его.

– Страж! – обеспокоенно воскликнула встретившаяся ему женщина. – Зачем ты пришёл? Мы в опасности?

Жители деревень всегда были в опасности, но Ксейн понимал, что они имели в виду. Карьер находился недалеко от Клетки и был хорошо связан с главной дорогой, по которой поставлялся камень в Цитадель, так что весть о нападении на Западные земли уже дошла до него. До этого момента они справлялись достаточно хорошо, не требуя, чтобы Стражи устанавливали там постоянный пост.

«В ближайшее время всё может измениться», – подумал Ксейн. Но решение принимал не он.

Он покачал головой.

– Я пришёл в поисках женщины по имени Кинакси. Она живёт здесь?

Он задал вопрос беспристрастным тоном, словно речь шла об обычной миссии. Однако когда толпа расступилась и он увидел мать, Ксейн почувствовал, как его сердце замерло. Казалось, это просто сон.

Он отправился к Карьеру в надежде, что Ярлакс говорил правду, но на самом деле не верил в это. Единственное, чего он хотел, – отмести все сомнения и убедиться, что на самом деле мать погибла.

Но она была там. С их последней встречи её волосы, столь же длинные и густые, поседели ещё сильнее. Она остановилась перед ним, скрестив руки и нахмурившись, как будто не знала, что делать с вернувшимся сыном.

– Мама, – сказал он, не зная, что добавить.

Выражение её лица немного смягчилось. Ксейн сделал несколько шагов вперёд, но остановился. Они снова посмотрели друг на друга. Он был суров и сердит, и она, вероятно, заметила это, но взяла его лицо в руки, и внимательно заглянула в него.

Ксейн чувствовал себя странно. Он долгое время был уверен, что она мертва. Скучал по ней. Но теперь, когда она стояла перед ним, настоящая и близкая, он не знал, как вписать её в свою новую жизнь. Внутри у него всё переворачивалось от волнения, но лицо за привычной маской Стража ничего подобного не выражало.

– Вижу, ты теперь один из них, – отметила Кинакси.

Она сказала это ледяным тоном, и сердце Ксейна на мгновение остановилось.

– Я Страж Цитадели, – ответил он, наконец.

Она нахмурилась, ничего не сказав.

– Похоже, вам есть о чём поговорить, – вмешалась старуха. – Входи, Страж. Ты будешь принят нами.

Кинакси сделала шаг назад и опустила руки. Она не стала его обнимать. Как и Ксейн – что-то внутри сдерживало его, как будто обучение в Бастионе лишило его способности проявлять чувства. Наконец мать покачала головой, повернулась к нему спиной и сказала через плечо:

– Иди за мной.

Ксейн повиновался. Он почувствовал на себе взгляды селян и на мгновение повернулся к ним. Группа детей стояла и смотрела на него с открытыми ртами. Ему удалось одарить их улыбкой, и несколько из них взволнованно вскрикнули.

Кинакси привела его к небольшому, но более крепкому и новому дому, чем тот, в котором он рос. Войдя, Ксейн с удивлением увидел в глубине комнаты двуспальную кровать.

– Ты… снова вышла замуж?

– Я всё ещё могу иметь детей, – ответила она без особых эмоций.

Ксейн ничего не сказал. Он догадывался, что новый муж её матери работает в карьере, и был рад, что есть возможность поговорить с ней наедине.

– Ты голоден?

Он покачал головой.

– Я подожду обеда. Но я был бы признателен за стакан воды.

Кинакси жестом указала ему сесть за стол и дала то, что он попросил. Сама села напротив него.

– Ну, чего ты хочешь?

Ксейн слегка нахмурился.

– Я хотел убедиться, что ты в безопасности.

Кинакси скептически усмехнулась.

– Прошло два года, Ксейн.

– Я знаю. Но до сих пор я не знал, где тебя найти. Мне сказали, что тебя нет в живых, и только недавно я узнал, что ты жива и живёшь здесь.

Мать прищурилась.

– И что ты теперь будешь делать? Ты ушёл из Стражи?

– Что? Нет! – Он покачал головой, словно сама идея казалась абсурдной. – Я не могу отказаться от своих обязательств, тем более сейчас. Западный регион захватывают монстры. Десятки деревень уже разрушены, а выжившие пытаются добраться до Цитадели.

Она склонила голову.

– Я знаю. В наш анклав тоже прибыли несколько людей, которые ищут убежища.

– И прибудут ещё. В наше время помощь Стражей нужна как никогда.

– Если ситуация настолько безнадёжна, как ты говоришь, Стражем больше, Стражем меньше – значения не имеет.

– Мы едины. Все мы важны.

Кинакси нахмурилась.

– Понятно.

Воцарилась пауза. Ксейн не знал, что ещё добавить. Ему показалось, будто мать тоже не хочет с ним больше разговаривать.

– Ну, теперь ты меня видел, – наконец сказала она. – Думаю, теперь ты можешь идти. – Он с ужасом посмотрел на неё. – Ты ведь этого хочешь? Вернуться к Стражам.

Она произнесла эти слова с такой ненавистью, что Ксейн отвернулся, озадаченный.

– Дело не в том, что я хочу делать, мама. Это никогда не учитывалось, даже когда я жил с тобой. Но дело в том, что я Страж. У меня нет выбора.

– Если я и спрятала тебя в той деревне, то именно для того, чтобы он у тебя был.

– Ты решила за меня. Я не вижу разницы.

Кинакси отвернулась, явно обидевшись. Ксейн глубоко вздохнул. Разговор развивался совсем не так, как он себе представлял.

– Мне бы хотелось узнать больше, – попытался объяснить он. – О Стражах и о моих возможностях. Если бы у меня действительно был выбор, я бы хотел знать.

– Это неважно. Они уже сделали тебя одним из них.

Ксейн медлил с ответом. Он знал, что его мать не любит Стражей, но не мог понять, откуда у неё такое глубокое отвращение.

– Я не настолько плохой. Я защищаю Цитадель от монстров. Я… – Кинакси прервала его горьким смехом. – Что? Это правда.

– Правда – многогранна, – ограничилась она ответом.

– В самом деле? Тогда покажи мне все грани. – Ксейн положил руки на стол и наклонился вперёд, устремив свои золотые глаза в глаза матери. Расскажи мне о моём отце.

24

Кинакси несколько секунд стояла неподвижно, а потом поджала губы и бросила на него подозрительный взгляд.

– Почему ты спрашиваешь меня сейчас о твоём отце? Он умер, когда ты был ребёнком. Ты не можешь его помнить.

– Именно поэтому.

Она раздражённо фыркнула.

– Ты Страж. Ты должен оставить своё прошлое позади. Почему же ты хочешь его ворошить?

– Потому что я хочу знать. – Он сделал паузу и повторил, напряжённо глядя на неё. – Мне нужно знать.

Кинакси рассматривала его, словно пытаясь разгадать, что скрыто за его словами.

– Что они тебе рассказали?

– Кто?

– Стражи. Они говорили тебе о твоём отце?

Ксейн заинтересованно наклонил голову.

– А должны были?

– Я не могу придумать никакой другой причины, по которой ты мог бы вернуться, правда.

Он гневно возразил.

– Мама, это абсурд. Я пришёл к тебе, потому что меньше двух недель назад я думал, что тебя больше нет. Мне сказали, что ты жива, и я пришёл проверить, правда ли это. Я знаю, что меня долго не было, но я уехал не по своей воле и вернулся, как только смог. Ты и твой новый муж можете вернуться со мной и поселиться в Цитадели, там вам будет безопаснее – как Страж, я могу попросить…

– Даже не мечтай, – отрезала она. – Я не собираюсь принимать ничего от Стражей. И от тебя.

Ксейн вздохнул.

– Почему тебя так беспокоит, что я Страж? Я родился с золотыми глазами, ты знала это с самого начала.

Кинакси отвела взгляд, но ничего не сказала. Сдерживая гнев, Ксейн встал, чтобы уйти.

– Рад видеть, что ты в добром здравии, мама, – холодно сказал он. – Теперь я должен вернуться в Цитадель к своим обязанностям. Если ты не хочешь пойти со мной, я уважаю твоё решение. Но в таком случае у меня больше не будет шанса увидеть тебя, поэтому если у тебя есть, что мне рассказать, предлагаю сделать это сейчас.

Она колебалась. Ксейн повернулся к ней спиной, чтобы выйти, но тут мать резко встала.

– Стой, не уходи! – Он снова повернулся к ней. – Сядь. Я расскажу тебе о твоём отце, если ты этого хочешь.

Ксейн снова сел напротив неё. Кинакси было явно не по себе. Она прикусила нижнюю губу, сложила на груди руки… Наконец она выдохнула, кивнула головой и сказала:

– Что ты хочешь знать?

Теперь задумался Ксейн. Ему было не очень ясно, как говорить о мучивших его сомнениях, поэтому он просто спросил:

– Ты хорошо его знала? Это были длительные отношения… или случайная встреча?

Она пристально посмотрела на него.

– Я знала его, конечно, – кивнула она. – Он был деревенским мальчиком. Мы росли вместе в детской хижине. Я любила его, сколько себя помню.

Ксейн глубоко вздохнул. Это был не тот ответ, которого он ожидал, но он попытался скрыть это. Пока он решал, что спросить дальше, Кинакси продолжила:

– Но он был не моим суженым. Не с самого начала, по крайней мере. Была ещё одна девушка, и он предпочитал её. С самого детства. – Она с горечью улыбнулась, погрузившись в воспоминания. – Вся деревня знала, что они поженятся, когда достигнут нужного возраста. Мне пришлось бы выбрать другого, но на самом деле… моё сердце принадлежало только ему.

Ксейн ничего не сказал, только ждал продолжения.

– Они поженились, естественно. А я так и не вышла замуж. Я ждала, потому что знала, что когда-нибудь всё изменится. Однажды это случилось.

И она рассказала сыну, что однажды ночью мужчина, которого она любила, неожиданно пришёл к ней домой. Он поклялся, что никогда не любил никого, кроме неё. Что жениться на другой женщине было ошибкой. Он шептал ей на ухо обещания вечной любви, и она отдалась ему безоговорочно.

– С тех пор всё должно было быть идеально, – прошептала Кинакси. – Мы могли бы стать счастливыми, но нам не позволили. Она не позволила.

В деревне все были удивлены и встревожены переменой его отношения. Поползли сплетни. Брошенная жена требовала, чтобы муж вернулся домой. По крайней мере, так было сначала. Потом она начала говорить, что её муж… на самом деле не её муж, а кто-то другой.

Ксейн напрягся.

– Кто-то ещё? – повторил он с пересохшим ртом.

Кинакси издала презрительный смешок.

– Она так и не смогла принять это. Она сказала бы что угодно, лишь бы навредить нам. Но всё же не смогла нас разлучить, потому что я уже ждала ребёнка, а она ещё не успела забеременеть. Так что мы с твоим отцом продолжали жить вместе, и в деревне это приняли, хотя это им не понравилось.

Но брошенная женщина настаивала на том, что в её муже произошла странная перемена. Это посеяло сомнение в сердцах некоторых людей, до такой степени, что Кинакси и её возлюбленный начали всерьёз задумываться о том, чтобы переехать жить в другое место. Может быть, в Цитадель.

В этот момент Ксейн прочистил горло и всё же спросил:

– А почему вы этого не сделали?

– Мы хотели дождаться твоего рождения. Но сразу после него напали монстры и уничтожили деревню.

Ксейн слышал эту историю не раз: пересмешники добили часовых, а шипастые и скрипуны убили остальных жителей анклава. Всех, кроме двоих: женщины и её ребёнка.

– В эту ночь умер мой отец, – пробормотал он.

Но Кинакси покачала головой.

– Нет. Твой отец не умер той ночью.

Ксейну показалось, что он не всё расслышал.

– Что? Ты сказала мне, что он погиб, когда пала деревня!

– Да. Но не той ночью.

Кинакси рассказала, что во время нападения его отец вошёл в детскую хижину, чтобы забрать их обоих и отвести в пустой дом, немного подальше. Он запер их там и велел ей ни при каких обстоятельствах не выходить на улицу.

Кинакси слышала крики жителей деревни, звуки агонии. Слышала шипение шипастых, рёв скрипунов и звук их когтей, царапающих стены. Она, до смерти напуганная, просидела всю ночь, свернувшись калачиком в углу, прижимая к себе сына. Она была уверена, что её муж погиб – он никак не мог выжить, и что монстры скоро сожрут и их.

Однако на рассвете крики прекратились. Дверь открылась, и он появился, невредимый. Монстры исчезли.

Ксейн глубоко вздохнул.

– Как… как он выжил?

– Не знаю. Он не успел мне рассказать.

Они свалили в кучу тела убитых жителей деревни и зажгли их, продолжила рассказ Кинакси. Из Карьера был виден дым, но у тех, кто там работал, были свои проблемы, и потребовалось несколько дней, чтобы отправить патруль и выяснить, что случилось. К тому времени, когда они это сделали, стало уже слишком поздно.

– Их было двое, мужчина и женщина, – продолжала вспоминать Кинакси. – Молодые, сильные, коротко стриженные. Они вошли в деревню. Я чистила сарай, но видел их из окна. Помню, меня поразило, что они одеты одинаково.

– Стражи, – пробормотал Ксейн.

– Стражи, да. Я слышала о них, но видела впервые. И лучше бы я их не видела.

Отец тогда работал в огороде. Кинакси увидела из окна, как они подошли к нему, и только собралась выйти навстречу. Не было никаких причин опасаться их. Они шли неторопливо и, казалось, не представляли никакой опасности. А потом…

– Всё случилось слишком быстро, – прошептала Кинакси, её глаза наполнились слезами. – Стражница замерла и уставилась на отца. Он, должно быть, понял, что что-то случилось, потому что попытался убежать… но не успел. Она вдруг достала из-за пояса оружие и прыгнула вперёд… я едва понимала, что она делает, пока не стало слишком поздно.

Кинакси с недоумением смотрела на то, как Страж копьём пронзает насквозь грудь её возлюбленного. Но всё же не закричала, потому что выросла в анклаве и рано поняла, что с любой угрозой нужно или сражаться, или бежать от неё, или прятаться. Никто не кричал. Лучшее, что она могла сделать, это найти безопасное место, чтобы спрятаться.

Она укрылась в углу, за бочками, и крепко прижала к себе сына, чтобы он не проснулся. Сдерживая слёзы, с дико бьющимся в груди сердцем, она ждала.

Через несколько мгновений Стражи вошли в сарай. Женщина, убившая отца Ксейна, осмотрела его, но то место, где пряталась в ужасе Кинакси, не заметила.

Та же, напротив, хорошо рассмотрела Стража, который на несколько секунд остановился у окна.

– Его глаза были золотыми, – прошептала она. – Как и твои, Ксейн.

Её голос сорвался. Она закрыла лицо рукам, но Ксейн почти не смотрел на неё.

Этот рассказ подтвердил его худшие опасения. Потому что он знал Стражей и знал, что без причины они не нападают на обычного человека…

…Если только он не метаморф.

Он знал это, потому что несколько дней назад, на канале, он сделал то же самое, на глазах у той, которой не должно было находиться там.

Он закрыл глаза и откинулся на спинку стула. Теперь он знал правду, но не знал, что с ней делать.

Кинакси перевела дух и продолжила говорить. Она рассказала, как пробыла в сарае весь день и осмелилась выйти, только убедившись, что Стражи ушли. Она побежала к телу мёртвого возлюбленного и плакала, потому что те неизвестные отняли его у неё навсегда. Сделали то, что не смогли сделать монстры.

– Итак, теперь ты знаешь, почему я держала тебя подальше от Стражей, – закончила она свой рассказ. Её голос дрожал от ярости. – Чтобы ты не стал одним из них. Таким, как тот Страж, что убил твоего отца.

Ксейн несколько мгновений молчал. Он побледнел, но не из-за того, что его мать разоблачила Стражей, а из-за того, что она, сама того не зная, раскрыла тайну его происхождения.

Он покачал головой. Он не хотел в это верить. Кинакси не могла так долго жить с метаморфом и не знать об этом. С монстром, который, по идее, заменил кого-то, кого она очень хорошо знала.

– Ты уверена, что это был он? – спросил он вдруг.

Она смотрела на него, не понимая.

– Что ты имеешь в виду?

– Мой отец. Ты сказала, что он неожиданно изменил своё отношение… и что его жена сказала, будто…

– Я была его женой, – отрезала мать, и глаза её гневно сверкнули. – Она была первой, но любил он меня. Он не изменил своего отношения, только понял, что ошибался.

Ксейн посмотрел на неё, удивлённый её уверенностью. Она действительно верит в то, что говорит? Или пытается оправдать своего мужа или просто убедить себя, что их любовь была настоящей?

– И ты не заметила других отличий? – продолжал спрашивать он. – Ведь ты его хорошо знала…

Кинакси в ярости поднялась со своего места.

– Не понимаю, на что ты пытаешься намекнуть, Страж! – Она произнесла это слово с глубоким презрением. – И я не позволю тебе так говорить о твоём отце.

– На что я пытаюсь намекнуть? – холодно повторил Ксейн, не переставая смотреть ей в глаза.

И вот оно: мгновение страха, лёгкое колебание за его защитным и одновременно вызывающим поведением. Его сердце вдруг замерло.

Она знала. Знала. Возможно, не осознавала. А может быть, и осознавала, просто не хотела думать об этом.

Почему она просто приняла это? Думала ли она когда-нибудь о том, что этот самозванец убил человека, которого она действительно любила? Или она отметала эти мысли? Неужели она предпочла того оборотня, который воплотил её фантазию в реальность, человеку из плоти и крови, который не отвечал ей взаимностью? И если да, то до какой степени? Защищала ли она кровожадного монстра, жила ли она с ним, зная, что это так?

Он в ужасе смотрел на мать, не узнавая её.

– Не смотри на меня так, – попросила она. Но в его глазах снова отразились страх и отчаяние. – Ты ведь не поверил всему, что они тебе рассказали?

Ксейн прилагал огромные усилия, чтобы сдержаться. Эмоции переполняли его. Ему удалось сохранить спокойный и сдержанный тон, когда он спросил:

– Что ты знаешь о том, что мне рассказали?

Кинакси отвела взгляд и сжала губы. Ксейн покачал головой. Он пришёл сюда за ответами и получил их. Продолжать давить на мать не имело смысла. Если она смогла поверить в ложь метаморфа, то и Ксейн вполне мог убедить себя, что чудовище просто обмануло её.

Это было лучше, чем считать, что она по своей воле осталась с ним. Он вздрогнул. «Перестань об этом думать», – приказал он себе и встал, чтобы уйти.

– Ты уходишь? – тихо спросила Кинакси.

– Так будет лучше, – ответил он. – Я нужен Стражам.

Она посмотрела на него с недоверием.

– Теперь, когда ты знаешь правду, ты всё равно вернёшься к ним?

– Правда – многогранна, – ограничился он ответом.

Кинакси издала горький смешок.

– Да, так говорил твой отец. Ты похож на него больше, чем хочешь признать.

Ксейн стиснул зубы, но отвернулся от Кинакси, и у неё не было возможности увидеть выражение его лица.

– Рад, что с тобой всё в порядке, мама, – произнёс он нейтральным тоном.

– Я очень сомневаюсь, – возразила она. – У таких, как ты, нет чувств.

Ксейн на мгновение остановился в дверях, чтобы посмотреть на неё.

– Может быть, и нет, – признал он, – но не потому, что мы их не испытываем, а потому, что не можем себе этого позволить. До свидания, мама.

Кинакси ничего не сказала. Ксейн вышел на улицу и больше не оглядывался.

Она не пошла за ним.

В Карьере он пробыл недолго. Было ещё довольно рано. Если бы он поторопился, то до следующей деревни добрался бы до наступления темноты. Он немного поболтал с предводителем анклава, немного поел, снова улыбнулся группе детей, следовавших за ним на безопасном расстоянии, и отправился на поиски своей лошади. Когда он собрался оседлать её, кто-то позвал его по имени.

Удивившись, он повернулся. Человек, идущий ему навстречу, казался смутно знакомым. Когда он подошёл, Ксейн узнал его. Драксан обычно работал в Карьере, но иногда ещё и доставлял в ближайшие анклавы, в том числе и в Клетку, товары для обмена и различные сообщения. Долгое время Драксан был единственной связью Ксейна и его матери с миром за пределами их деревни.

– Ксейн, – удивлённо сказал мужчина. – Мне сказали, что ты здесь, но я не поверил, пока не увидел тебя своими глазами.

– Драксан, – ответил юноша, приветливо кивнув.

Торговец посмотрел на него с любопытством.

– Ты… изменился, – сказал он через мгновение. – У тебя всё хорошо в Страже?

– Не могу жаловаться.

– Ну, это… Что ж, я рад. Думаю, они должны были забрать тебя рано или поздно, даже если твоя мать не видела в этом ничего хорошего.

Ксейн не ответил. Теперь он знал, что Кинакси была не единственной, кто скрывал его существование от Стражей. Драксан мог бы рассказать им о нём давно, и всё же он хранил тайну, хотя в этом не было необходимости.

– Ты её уже видел? – продолжал спрашивать торговец. – Ты говорил с ней?

– Да, но я не могу остаться. Объявлена мобилизация из-за того, что произошло в западных землях.

Выражение лица Драксана омрачилось.

– Я знаю, до меня дошли слухи. Так ли всё плохо, как кажется?

– Пока не знаю, – откровенно ответил Ксейн.

Он жестом попрощался, но мужчина не закончил.

– Стой! Ты видел Акслин в Цитадели? – Ксейн непонимающе посмотрел на него, а Драксан добавил: – Ты ведь знаешь, о ком я? Ты не забудешь её…

Ксейн наконец открыл рот.

– Я как-то встретил её в Цитадели.

Драксан приподнял одну бровь.

– И это… всё?

Юноша не ответил.

– Я знаю, что прошло довольно много времени, но в последний раз, когда я видел её, она очень беспокоилась о тебе.

Ксейн по-прежнему не произнёс ни слова, продолжая загружать вещи в сёдельные сумки.

– Если бы не она, – продолжал говорить Драксан, – мы бы не смогли спасти твою мать.

Ксейн наконец повернулся к нему.

– Что?

– Это Акслин предупредила нас, что Стражи придут за тобой, – вспоминал торговец. – Она попросила меня увезти её из Клетки в вашу деревню, чтобы предупредить тебя. Я сказал ей, что мы не успеем, но она настояла. Когда мы приехали, тебя уже забрали. А ночью напали на деревню монстры. Кинакси сопротивлялась, запершись дома, но вряд ли она смогла бы продержаться дольше. Благодаря Акслин мы привезли её в Карьер. – Он пожал плечами. – Полагаю, ей больше не имело смысла продолжать жить там в одиночестве, так как Стража уже нашла тебя, – заключил он. – Акслин тебе не сказала?

– Мы не говорили об этом.

«На самом деле мы вообще не так много говорили», – подумал он.

– Хорошо. Если увидишь её, передавай привет.

Ксейн кивнул, но больше ничего не добавил, только попрощался с Драксаном и другими людьми в деревне. Он долго смотрел в сторону дома, где жила его мать, но всё же решил не возвращаться.

Через несколько мгновений Ксейн скакал по дороге в направлении Клетки, оставляя позади анклав Карьера.

Он не переставая думал о том, что рассказала ему мать. По мере того, как информации становилось больше, он понимал, что отношения между метаморфами, людьми и Стражами оказывались намного теснее, чем ему казалось. На самом деле ему хотелось свернуться калачиком в тёмном углу и закричать от ярости, ненависти и разочарования. Но он был Стражем, причём единственным на этой дороге. Он не мог позволить себе раскиснуть, каким бы сбитым с толку себя ни чувствовал.

И всё же он не мог перестать думать о том, что рассказала ему мать. Она не хотела этого признавать, но Ксейн был уверен – человека, которого она любила, заменил метаморф, прежде чем она забеременела. Или, может быть, он появился именно для того, чтобы она забеременела от него? Холодок пробежал по коже, когда он вспомнил, что существо, выдававшее себя за Брокснана, особенно ласково относилось к Оксании. И насколько он понял, гораздо более ласково, чем настоящий Брокснан.

Он боялся признаться сам себе, что его отец был безымянным монстром. А значит, и он сам отчасти тоже был монстром, а его уникальные способности, особенно дар отличать метаморфов от обычных людей, возможно, были связаны с этими проклятыми генами. И в этом случае все Стражи были детьми монстров, с которыми они сражались.

Он покачал головой и стиснул зубы в ярости. Это не может быть правдой. Стражи веками защищали Цитадель. Если правда то, что их члены были плодом похоти этих существ, кто-то давно бы это обнаружил. Не может быть, чтобы Ксейн, который был практически новичком, узнал об этом сам.

«Должно быть, я ошибаюсь, – подумал он. – Должно быть другое объяснение».

25

С каждым днём в Цитадель прибывало всё больше людей. Власти работали день и ночь, чтобы выдать разрешения на временное проживание тем прибывшим, у кого есть друзья или знакомые в городе. Остальные должны были ждать во внешнем кольце, но места на всех уже не хватало. Постоялые дворы были переполнены, так что многие путешественники останавливались в частных домах, владельцы которых сдавали комнаты внаём, в обмен на деньги или работу. Несмотря на это, множество людей спали прямо на улицах. Временные палатки, которые установили на площадях, были переполнены, а для новых не хватало ни рабочих рук, ни материалов.

Если гражданские власти были перегружены работой, Стражи чувствовали себя немногим лучше. Всем было известно, что на запад, чтобы сдержать наступление монстров, отправили войска, поэтому на оставшихся в Цитадели Стражей легла дополнительная нагрузка – они неустанно патрулировали внешнее кольцо, следя за каждым прибывающим или скрывающимся в толпе людей существом.

– Они думают оставить двери открытыми на ночь, – рассказал Акслин зеленщик на рынке. – Это будет конец Цитадели, если они это сделают, говорю тебе.

– Но, если их закроют, людям придётся разбить лагерь снаружи, – вмешалась его помощница, светловолосая девушка с широко раскрытыми глазами. – Монстры убьют их.

– Но это правило, – возразила женщина. – Всем известно: отправляться в путь нужно на рассвете, чтобы добраться до места назначения засветло. Мы не можем подвергать риску весь город только потому, что эти люди появляются у ворот после захода солнца.

– Полагаю, они спешат, – пробормотала Акслин. – Они напуганы.

– Они спешат в безопасное место, – поправила пекарь. – Но что они будут делать, когда из-за их безрассудства Цитадель перестанет быть таким местом? Что будет с ними… и с нами?

У Акслин не было ответа на этот вопрос. Она попрощалась и задумчиво пошла вниз по улице.

Каждый день она бродила по внешнему кольцу, с удивлением наблюдая за потоком людей, прибывающих сюда. Она общалась с ними, собирала информацию, и вскоре обнаружила, что то, что предвидел Декс, оказалось самой настоящей правдой: Мост Крикунов пал, а западные земли остались оторванными от остального мира. Вероятно, за новой границей, которую защищали Стражи, не осталось живых людей, что сделало мир намного меньше.

Акслин понимала, что Декс прав: она не может уехать из Цитадели при таких обстоятельствах. Не только потому, что Максина сдаст свою комнату кому-нибудь другому, едва она перешагнёт порог, но и потому, что ей оказалось совершенно некуда идти.

Были, конечно, и Цивилизованные земли. Но и у тех деревень, которые до недавнего времени являлись образцом организованной и безопасной жизни, оставалось много проблем. Толпы беженцев искали там убежища, и поговаривали, что это власти отправили их туда из Цитадели.

Акслин была буквально раздавлена этим. Ещё совсем недавно она верила в то, что Цитадель защищает своих граждан. И хотя чиновники работают медленно, а на решение любого вопроса уходит уйма времени, в конце ни один не оставался нерешённым. Но теперь… даже все вместе чиновники не смогут справиться с таким потоком людей!

Она и хотела бы помочь, но не знала, как. Город столкнулся с чрезвычайной ситуацией, и всё же советники продолжали настаивать на том, чтобы обычные граждане не вмешивались в работу властей.

Акслин не понимала, как горожане с лёгкостью соглашаются с этим. Ей же хотелось делать хоть что-то, а не сидеть сложа руки. Находились смельчаки, которые критиковали позицию властей Цитадели, но почти никто из них не выступал в открытую. Все просто жаловались на то, что власти делают что-то не то, не так, не столь много, как требуется, и слишком медленно.

Акслин не понимала, какой смысл сидеть и ждать, пока другие пытаются решить проблему, и критиковать их за это, а не действовать самостоятельно. Но в те дни, казалось, у каждого было своё мнение относительно происходящего, и часто сообщения противоречили друг другу: двери должны быть закрыты – двери должны быть распахнуты настежь; беженцев нужно принимать в любом круге – их нужно оставлять во внешнем круге или даже отправлять в Цивилизованные Земли; всех Стражей нужно отправить на борьбу с чудовищами на западной границе – нужно сосредоточиться на защите Цитадели… Народ без конца говорил, власти города не справлялись с задачами, а от Верховного Правителя не было вестей. По-видимому, он ежедневно встречался с советниками, чтобы обсудить ситуацию, но никто не видел его за пределами старого города и не знал его мнения. Это было утомительно.

Акслин продолжала бродить по внешнему кольцу, несмотря на людей, хаос и суету, в надежде увидеть в толпе знакомое лицо. Когда власти подтвердили слухи, которые принёс Декс о ситуации в западных землях, она горько плакала, так как понимала, что её деревня, как и многие другие, скорее всего, пала. Она находилась так далеко от Цитадели, что вряд ли кто-нибудь из жителей смог бы спастись и добраться сюда, но огонёк надежды в душе Акслин всё ещё теплился, и она продолжал искать. Её сердце начинало сильнее биться, когда она замечала среди людей кого-то, напоминавшего ей о друзьях, которых она оставила когда-то. Она встретила нескольких людей, с которыми познакомилась на последнем этапе своего путешествия, но до сих пор не встретила никого из своей родной деревни.

– Амулеты уда-а-а-а-ачи! – услышала она от продавца. – Защита от мо-о-о-о-о-онстров! Сделано в Цитадели, охрана гарантирована!

Акслин вдруг остановилась и с любопытством подошла ближе.

Продавец поставил небольшой столик с навесом от солнца, а на нём расставил несколько рядов грубо вырезанных из дерева статуэток. Девушка смотрела на них в недоумении. Ей потребовалось некоторое время, чтобы понять, что они в виде разных монстров.

– Как это работает? – громко спросила она.

Продавец услышал её и широко улыбнулся.

– Всё очень просто, девочка. Если хочешь уберечь себя от нападений слюнявых, ты должна всегда носить с собой эту статуэтку, – объяснил он, указывая в сторону фигурок. – Если же ты опасаешься длиннопалых, я советую взять другую. – И он указал на фигурку, смутно напоминавшую одного из этих существ. – А если ты хочешь защитить себя от них всех… – Его улыбка расширилась, когда он сделал широкий жест рукой, – я предлагаю тебе приобрести по одной каждого вида.

Акслин пару раз моргнула и с любопытством изучила одну из фигурок. Резьба была довольно грубой и не очень точно передавала внешний вид монстра. Но вдруг весь секрет кроется в материале, из которого они сделаны? Хотя с виду, кажется, самый обычный бук. Она подняла голову и пристально посмотрела на продавца.

– Ты издеваешься? – сказала она.

Женщина, стоявшая рядом, рассматривала одну из резных фигурок, но, услышав слова Акслин, положила её обратно на стол. Улыбка застыла на губах торговца.

– Что ты имеешь в виду? – возмутился он. – Это статуэтки и амулеты высочайшего качества. Жители Цитадели украшают свои дома ими, и поэтому монстры не нападают на них.

Акслин прищурилась.

– Это стены и Стражи держат монстров в страхе, – возразила она. – Жители Цитадели не используют всё это, точно тебе говорю, я живу здесь.

Торговец немного побледнел. У Акслин по-прежнему были короткие волосы и штаны в стиле женщин из западных земель. Вероятно, мужчина совершил ошибку, приняв её за новенькую.

– Ты в жизни не видел монстра, – продолжала она, чувствуя, как его негодование растёт с каждым её словом. – Если бы видел, тебе бы никогда не пришло в голову пытаться обмануть кого-то таким образом.

– Я никого не обманываю, девочка! Как ты смеешь? Кем ты себя возомнила?

– Это писец из библиотеки, – прошептала тогда женщина, изучавшая фигурки. – Она знает о монстрах не меньше Стражей. Может даже больше.

Акслин покраснела и благодарно улыбнулась женщине. Они не были знакомы, но та, видимо, узнала её.

Они невольно начали говорить громче, из-за чего вокруг них собралась небольшая толпа любопытных. Акслин поняла, что бессмысленно затевать спор посреди рынка, и уже собралась уходить. Но, когда она отходила от прилавка, кое-что привлекло её внимание. Амулеты на шнурках, которые висели на крюке под навесом. Она взяла один – маленький деревянный диск, – чтобы рассмотреть повнимательней. На диске был цветочный символ, который она точно видела раньше.

Такой же символ был изображён на входной арке в деревню, где жил Ксейн до того, как его забрали Стражи, – вспомнила вдруг она.

Акслин резко подняла голову и спросила у торговца:

– Откуда это у тебя?

Он изо всех сил старался не обращать на неё внимания, но снова повернулся к ней с саркастической улыбкой.

– Что? Теперь тебя начали интересовать мои амулеты?

– Что означает этот рисунок? Какое отношение он имеет к монстрам?

– Это древний символ защиты, который до сих пор используется во многих местах, девочка, – ответил он, нахмурившись, скрестив руки. – Но если ты хочешь его получить, тебе придётся заплатить.

Акслин поджала губы. Она не очень-то верила, что этот кусок дерева обладает особыми свойствами, но ей хотелось спокойно изучить его. Во время своего пребывания в деревне Ксейна она не удосужилась перерисовать его, потому что считала, что это лишь украшение.

Но этот торговец, каким бы хитрым он ни был, связал его с древним ритуалом защиты от монстров, которые в изобилии бродили в окрестностях деревни Ксейна, но никогда не пробирались в неё.

Она покачала головой – это абсурд! В конце концов, монстры напали на Кинакси, как только Стражи забрали её сына.

В этот момент в её памяти всплыла картина: разбросанные по земле камни входной арки, один из них, украшенный этим символом, был сломан пополам. Акслин замерла.

«Не может быть, – подумала она. – Неужели в этом рисунке действительно было что-то достаточно мощное, чтобы оттолкнуть монстров?»

Наверное, нет, сказала она себе. Но в любом случае она должна была разобраться.

Акслин достала из кармана монету и дала её продавцу в обмен на амулет, но тот покачал головой.

– Для тебя это стоит две монеты, девочка.

– Что? – возмутилась она. – Но ты продавал их только за одну!

– А для тебя за две, – повторил он, – плата за неудобства.

Акслин хмыкнула, но заплатил требуемую сумму. Когда она с амулетом в руках уже отходила от палатки, то услышала за спиной голос женщины, которая несколько мгновений назад поддерживала её:

– Я возьму два таких же. Нет, лучше… давай три.

Девушка обернулась.

– Вряд ли они помогут от монстров! – поспешила уточнить она. – Я просто хочу его изучить получше, хотя…

Она замолчала, заметив непонимающий взгляд женщины.

– Но ты купила его, – заметила та. – Причём переплатила вдвое.

– Да, но…

– Почему бы и мне не купить? – рассуждала она.

Акслин не знала, что на это ответить. Продавец, доверие к товару которого стало возвращаться, хмуро наблюдал за ней.

– Если ты не собираешься больше ничего покупать, тебе следует уйти, девочка. Потому что если ты продолжишь приставать, мне придётся позвать блюстителей порядка.

Акслин зло прищурилась, но ничего не сказала. Только положила амулет в карман и ушла, не оглядываясь.

Доковыляв до ближайших ворот, она встала в очередь. Теперь, чтобы попасть во второй круг, нужно было набраться терпения. Доступы к внутренним секторам города были заблокированы – люди каждый день пытались туда прорваться, несмотря на то, что у большинства из них не было разрешения. Служащие проверяли все документы и прогоняли их. Кое-кто упирался, умолял или ругался, а это ещё больше тормозило очередь.

Акслин вспомнила, как прибыла в Цитадель два года назад. Все те люди, которые попали сюда в последние недели, рано или поздно найдут своё место. Но это потребует времени, потому что городские службы медлительны, тем более при таких обстоятельствах.

Погружённая в свои мысли, она чуть не споткнулась о ноги мужчины, сидящего на земле, прислонившись спиной к стене.

– Простите, – пробормотала она, но тот не ответил ей.

Акслин наклонилась, чтобы рассмотреть его поближе, боясь, что он болен, но, оказалось, он крепко спит. Наверное, занял очередь с самого утра, сел в ожидании, и в конце концов уснул от усталости. На мужчине была грязная, поношенная одежда, он был худ, а на лице даже сквозь сон был виден отпечаток тоски и страдания. Его подбородок зарос рыжей бородой с проседью, левый глаз закрывала старая кожаная повязка.

Сердце Акслин ёкнуло. Она знала этого человека. Присев рядом, она осторожно потрясла его за плечо и прошептала:

– Локсан? Это ты?

Мужчина что-то пробормотал, покачал головой и приоткрыл свой единственный глаз.

– Мы… знакомы? – наконец сказал он.

Глаза Акслин наполнились слезами.

– Мы некоторое время путешествовали вместе, – ответила она. – Ты научил меня пользоваться арбалетом.

Он пристально посмотрел на неё.

– Девушка с книгой, – сказал он, наконец. – Ты нарисовала нам карту.

– Акслин, – напомнила она, улыбаясь. – Что случилось, Локсан? Где твой брат?

Торговец скривился как от боли.

– Панциреносцы, – прошептал он срывающимся голосом. – Один схватил его за ногу, другой за руку и потянул… – Он закрыл глаза и закрыл руками лицо. – Я ничего не мог сделать… я ничего не мог сделать… Они расчленили его и начали пожирать прямо там, и я… я всё ещё слышу его крики по ночам…

Он начал всхлипывать, дрожа от ужаса и воспоминаний. Акслин обняла его, не обращая внимания на запах и грязь.

– Мне очень жаль, Локсан, – сказала она. – Теперь ты в Цитадели. Ты в безопасности.

«Я позабочусь об этом», – пообещала она себе.

Первое, что сделал Декс, после того как спас её с улицы, – отвёл в гостиницу, чтобы она поела, отдохнула и приняла ванну. Акслин, однако, не могла предложить то же самое Локсану, потому что все постоялые дворы внешнего кольца были забиты. Поэтому она купила ему пирожок в уличной палатке, пообещав себе, что отведёт его в свою любимую таверну во втором круге, как только поможет ему выправить документы. Затем она проводила его в городские термы, где их встретил неприятный сюрприз – стоимость входа значительно выросла с тех пор, как она была там в последний раз.

– Слишком много людей, – сказал управляющий, пожав плечами. – Ванны всегда переполнены, и по вечерам я должен оставаться всё чистить и чинить повреждения, потому как обслуживающий персонал не появляется уже месяц. Я не смогу предложить хороший сервис, если не подниму цены.

Им пришлось долго ждать в очереди, чтобы воспользоваться термами. Когда, наконец, Локсан снова встретился с Акслин на улице, он выглядел намного свежее и гораздо бодрее.

– Так-то лучше, – удовлетворённо сказала она. – Жаль, что я пока не могу достать тебе новую одежду, но, по крайней мере, ты выглядишь получше.

– И пахну цветами, – отметил торговец, и нахмурившись понюхал свою кожу. – Все в Цитадели так пахнут?

– Это лавандовое мыло, – ответила она со смехом. – Многие находят это приятным.

Локсан посмотрел на неё с интересом.

– Это полезно для отпугивания какого-то монстра? – поинтересовался он.

– Если только комаров. Я уже говорила тебе: в Цитадели нет монстров.

– Вчера я слышал на рынке, что один слюнявый убил двух человек, прежде чем с ним расправились эти… Стражи, – заметил он. – Люди здесь не используют сети от слюнявых?

– В них нет необходимости. Монстры почти никогда не попадают в Цитадель, но если это происходит, Стражи убивают их. Возможно, в последнее время было больше нападений, чем обычно, но это только потому, что Стражи разбираются с наплывом беженцев. С тех пор как мы потеряли связь с западными землями, – тихо добавила Акслин, пристально глядя на него.

Локсан ничего не сказал, и она предпочла не давить на него.

– Тебе не дали времени сбрить бороду? – спросила она вместо этого.

Он торжественно покачал головой.

– Я не собираюсь этого делать, – заявил он, – в знак уважения к моему брату, который всегда говорил, что там, где нет длиннопалых, бритьё – пустая трата времени.

Акслин открыла было рот, чтобы ответить, но не произнесла ни слова.

– Но я её тщательно вымыл, – поспешил добавить торговец. – И в ней больше нет насекомых.

– Хорошо, – ответила она с улыбкой.

Остаток дня они провели в очереди перед офисом Делегата. Сначала Акслин непринуждённо беседовала со старым другом. Рассказала ему о формальностях, которые им предстоит пройти, о законах и обычаях Цитадели и о своей работе в библиотеке. Локсан слушал с любопытством и лишь вставлял редкие замечания. Постепенно он разговорился.

– Я потерял брата полгода назад, – тихо произнёс он с мрачным выражением лица. – Во время нашего последнего путешествия. Я был тяжело ранен, но мне удалось добраться до ближайшего анклава. Я знал, что для дальнейшего путешествия в одиночестве мне понадобится немало сил и времени. Если вообще они у меня появятся.

Акслин понимала смысл его слов. Два брата были единственными торговцами, которые приходили в западные земли. Если бы они перестали это делать, их родной регион оказался бы отрезанным от остального цивилизованного мира.

– У меня не было шанса попробовать ещё раз, – продолжал он. – Несколько недель спустя на деревню, в которой я укрылся, тоже напали. Тощие убили многих жителей, и оставшиеся в живых решили перебраться в следующий анклав, потому что знали, что их собственная деревня не сможет выстоять в ещё одной подобной схватке. Я предложил им свою повозку и защиту в дороге, – заключил он, покачав головой. – Что ещё я мог сделать?

Акслин хорошо помнила бронированную колесницу Лексиса и Локсана, больше ничего подобного она никогда не встречала, даже в Цитадели. Локсан был отличным бойцом. Не таким хорошим, как Стражи, конечно, потому что никто не мог противостоять монстрам так же эффективно, как они, но он и его брат годами путешествовали по самому сложному и опасному маршруту в этом мире, и делали это вдвоём.

– Я отвернулся от своей родной земли, – продолжал рассказывать торговец. – Я пообещал себе, что однажды вернусь, потому что не мог бросить всех оставшихся, но в глубине души я знал, что у меня никогда не хватит мужества сделать это… без брата.

У него сорвался голос. Акслин нежно сжала его руку, пытаясь поддержать его, но продолжать рассказ он не смог.

Его намерение, объяснил он ей, состояло в том, чтобы поселиться в каком-нибудь анклаве на маршруте и вернуться назад, как только сможет. Но всё больше деревень разрушалось, всё больше людей уходило на восток, и появлялось всё больше просьб о помощи, в которых он не мог отказать. В какой-то момент он перестал быть сопровождающим и стал ещё одним беженцем, потому что понял, что пути назад нет ни для него, ни для кого-либо.

– Наверное, именно тогда до нас дошло известие о том, что Мост Крикунов пал, – пробормотал он. – А ведь я пересёк его на тот момент всего две недели назад. И если прежде я путешествовал бесцельно, но в тот день понял, что должен добраться до Цитадели, – заключил он с кривой усмешкой. – Хотя ведь мог до неё и не добраться. – Он покачал головой. – Ты не представляешь, сколько людей погибло в пути, Акслин. Здесь, в Цитадели, тебе кажется, что их приходит слишком много, но это даже не половина из тех, кто шёл. Мы, люди, очень уязвимы на дорогах. Даже когда двигаемся большими группами, монстры убивают нас сотнями.

Уже наступил вечер, когда он, наконец, рассказал ей, как попал сюда.

– Что случилось с твоей повозкой? – спросила Акслин с любопытством.

– Я выбросил из неё всё, чтобы погрузить раненых и больных. И так как у меня больше не было товара для обмена, я начал продавать её по частям. До Клетки я добрался уже без неё, и там я заплатил за ночлег своей лошадью. Пришлось идти в Цитадель пешком. И вот я здесь, – заявил он, подняв на Акслин взгляд, полный гордости.

– Да, – кивнула она, одарив его утешительной улыбкой. – Ты здесь.

Вскоре подошла их очередь к Делегату, который уже изнемогал от вороха работы. Акслин предъявила ему своё удостоверение и попросила от имени Локсана документы, необходимые ему для пересечения внутренней стены. К их удивлёнию, Делегат почти не задавал вопросов. Он просто составил краткий документ с указанием имени Локсана, его профессии, происхождения, отношения к Акслин, подписал его, поставил печать и не глядя вручил ему.

– Разрешение на пребывание во втором круге на месяц с сего дня. Если в течение этого срока ты найдёшь работу и сможешь предоставить доказательства этого, тебе дадут временный вид на жительство сроком на один год. Если нет, придётся вернуться во внешнее кольцо.

Он читал инструкции отрывисто, почти механически. Вероятно, уже в сотый раз за день.

Локсан неуверенно посмотрел на Акслин. Та энергично кивнула.

– Понял, господин Делегат. Спасибо, господин Делегат.

Акслин знала, что если по-доброму относиться к служащим, они тоже проявляют большую готовность сотрудничать и облегчать жизнь.

Она потащила своего друга к воротам внутренней стены. Они снова встали в очередь и в конце концов попали во второй круг. Служащая, проверявшая удостоверения, сказала им:

– Поторопитесь, граждане. Мы скоро закроем ворота.

– Как? – удивилась Акслин. – Ты имеешь в виду внутренние двери? Но они всегда остаются открытыми, даже ночью.

– Больше нет. Верховный Правитель издал указ: с сегодняшнего дня и до тех пор, пока ситуация не нормализуется, все внутренние двери будут оставаться закрытыми от заката до рассвета.

Акслин больше не спрашивала, потому что поток людей подталкивал её к другой стороне стены.

– Это потому что Стражей больше нет, – сказал ей старик, стоявший в очереди перед ними. – А должно быть по двое на каждом входе. Они направили свои войска на запад и усилили патрулирование во внешнем кольце.

Во втором круге людей было тоже больше, чем обычно, но гораздо меньше, чем во внешнем. Локсан глубоко вздохнул, удивлённо оглядываясь.

– Здесь легче дышится, да? – улыбнулась Акслин.

– Всё такое большое… и такое чистое и аккуратное…

– Ну, подожди, вот когда ты увидишь первый круг… Говорят, когда-нибудь вся Цитадель будет такой. Но ещё говорят, что великие дела требуют много времени и сил, поэтому я могу никогда этого не увидеть.

Акслин повела Локсана к себе домой, где долго спорила с Максиной – хозяйка не хотела, чтобы тот ночевал у неё в комнате.

– Я знаю этого человека, Максина, – убеждала её девушка. – Мы путешествовали вместе и ночевали в дороге. Я спала в его повозке рядом с ним и его братом. Мы сражались бок о бок с монстрами. Ты мне не веришь? – спросила она, увидев скептическое выражение лица женщины. – Как, по-твоему, он сюда попал? На крыльях?

– Акслин хорошо управляется с арбалетом, – подтвердил Локсан, улыбаясь. – Однажды она попала в шипастого с тридцати шагов, между глаз и с первого выстрела, а эти твари чертовски быстры.

– О, ты помнишь это, – пробормотала она, приятно удивлённая.

– А если бы она выстрелила в любую другую часть тела, она бы точно так же убила его, потому что стрела была пропитана экстрактом тиса…

– Олеандра, – поправила Акслин. – Тис медленней действует, олеандр – быстрее.

Максина смотрела на них прищурившись и скрестив руки на груди.

– Ладно, ладно, он может остаться, – согласилась она, – но не в твоей комнате. Я освобожу тебе место в кладовке, путник.

– Максина! – возразила Акслин.

– Всё в порядке, – успокоил её Локсан, положив руку ей на плечо. – Ты и так много для меня сделала, Акслин.

Она знала, что ей не удастся переубедить свою хозяйку, и также не хотела усложнять жизнь своему другу.

Вскоре после этого он уже дремал на тюфяке, приготовленном для него в кладовке. Максина предложила ей на ужин тарелку горячего супа, и Акслин, поблагодарив, села за стол с ней и её сыном. Она и вправду очень устала. Несмотря на то, что не работала сегодня в библиотеке, день был невероятно тяжёлым.

После ужина она зашла в кладовку, чтобы узнать, не хочет ли Локсан тоже что-нибудь съесть, но тот уже крепко спал.

26

На следующий день Акслин должна была пойти в библиотеку, и ей пришлось оставить Локсана на попечение Максины. Поскольку вчера её не было, а Декс не появлялся тут уже несколько дней, она предполагала, что работы будет много. Кроме того, она хотела исследовать амулет, купленный на рынке, если у неё найдётся на это время.

Когда она уже поднималась по лестнице, её окликнул знакомый голос.

– Акслин!

Она повернулась.

– Декс! – воскликнула она в восторге.

Он стоял у подножия лестницы и счастливо улыбался.

– Рад тебя видеть, – сказал он. – Вчера я тоже был здесь, но мы не пересеклись.

– Я весь день не могла прийти – занималась другом и его делами. В последнее время всё стало намного сложнее, а на внешнем кольце творится настоящее безумие. Хотя, полагаю, в старом городе почти ничего не изменилось. Я права?

Он вздохнул.

– Всё идёт по-прежнему, как будто мы живём отдельно от остального мира. Это тоже безумие в некотором роде.

Он рассказал ей, что у него получилось убедить родителей разрешить ему возобновить работу в библиотеке хотя бы на полдня, хотя бы пока он только наследник, а не Глава семьи.

– Я не смогу вернуться в свой дом во втором круге, – с грустью заключил он. – С этим смириться труднее всего.

– Но жить во дворце старого города тоже не так уж и плохо, – возразила Акслин. – О, это напомнило мне, что твои вещи до сих пор хранятся у меня дома. Ты их не забрал.

– Нет… я не смог, – пробормотал он, и для Акслин это прозвучало как оправдание.

– Тебе удалось отлучиться хотя бы на несколько часов, чтобы поговорить с Кенкси? Когда я видела его, он был очень расстроен тем, что ты даже не попрощался.

Декса вдруг побледнел.

– Не могу, Акслин, – пробормотал он, покачав головой. Она заволновалась, увидев, что его глаза наполнились слезами. – У меня не хватает смелости попрощаться с ним. В любом случае, так будет лучше. Чем скорее мы оба примем это, тем лучше.

Акслин какое-то время смотрела на него в замешательстве, а потом поняла.

– Декс, – прошептала она, беря его за руки. – Кенкси не просто друг, который живёт в твоём доме, не так ли?

Он грустно улыбнулся.

– Да, был. Я думал, это очевидно.

Акслин покраснела.

– Не для такой девушки с запада, как я, – пробормотала она.

Конечно, она встречала однополые пары во время своих путешествий. В западных деревнях к ним не очень хорошо относились – они не приносили потомство. В Цитадели же, где было полно народу и то, что два мальчика влюбились друг в друга, никого не удивляло.

Акслин с детства учили, что мужчины и женщины заключают союзы и рожают детей. Тем не менее для неё было вполне логичным, что в месте, где не нужно рожать многочисленное потомство ради выживания, люди вольны выбирать любого партнёра или вообще не выбирать никого (несмотря на желание некоторых матрон, таких как Максина, обязательно кого-нибудь кому-нибудь сосватать).

– Но я не понимаю, – сказала она. – Почему ты не хочешь с ним поговорить? Ты же скучаешь по нему, а он по тебе.

Декс вздохнул и взъерошил волосы рукой.

– Это сложно.

Акслин начинала раздражаться.

– С тобой всегда так, – сказала она. – Если проблема в том, что он из второго круга, реши её. Ты можешь сделать его частью семьи, и он легко получит вид на жительство. Может быть, не сейчас, – добавила она, увидев, что лицо Декса омрачилось, – потому что служащие завалены работой, но, но, возможно, через через несколько месяцев…

– Моя семья никогда не позволит мне быть с ним, Акслин, – прервал он её. – И не потому, что Кенкси из второго круга, и не потому, что родился в деревне. Если бы это была девушка, возможно, я бы даже попытался… но дело в том, что мы оба мужчины. И у нас никогда не будет общего ребёнка, наследника.

Акслин озадаченно моргнула, услышав аргумент, столь распространённый в затерянных анклавах, от молодого человека из старого города. Ей казалось, что она вернулась в свою прошлую жизнь в деревне.

– Но если здесь… детей полно, – пробормотала она.

Потому что монстры их не съели, хотела добавить она. Но это показалось ей неуместным.

Декс покачал головой.

– Дело не в количестве, а в «качестве», – с горечью возразил он. – Я из рода де Галуксенов. До смерти Брокснана это было не так важно, потому что мои родители рассчитывали, что он продолжит род. Но теперь эта задача ложится на меня, так что они заставляют меня жениться на девушке из хорошей семьи и родить им законных внуков. Я не могу заставить Кенкси пройти через это. Он этого не заслуживает.

– Ну, может быть, Кенкси должен решить сам, ты так не считаешь? – мягко спросила Акслин.

– Он не знает мою семью. Они сделают его жизнь невыносимой. Они сделают так, чтобы он никогда не смог покинуть второй круг.

– Понимаю, – пробормотала она.

– Но ты права, я должен поговорить с ним и всё ему объяснить, – заключил Декс. – И вернуть вещи, которые он дал тебе для меня. Просто… – он вздохнул, – мне нужно немного времени.

– Я понимаю, – кивнула она, сжимая его руку в знак поддержки. – Прости, что давлю на тебя.

Улыбка Декса стала менее печальной. Он галантно протянул ей руку, и Акслин без колебаний взяла её. Они вместе вошли в библиотеку, и больше не говорили на эту тему.

В тот день Акслин решила ещё раз пройтись по рынку, чтобы купить кое-какие вещи для Локсана. Вернувшись домой с работы, она обнаружила, что её друг спал почти весь день. Он один раз встал перекусить, а потом снова лег. Максина ворчала по этому поводу, но Акслин знала, что Локсан далеко не бездельник. Ему, несомненно, понадобится время, чтобы оправиться от долгого и тяжёлого путешествия, которое привело его в Цитадель.

Она подошла пекарне, где работал Кенкси, и, наблюдая за ним издалека, заметила грусть и усталость в его глазах. Она хотела поговорить с ним, но в конце концов решила не делать этого. Декс не просил об этом, а Кенкси, казалось, был довольно занят.

Отойдя от пекарни, Акслин обнаружила, что прилавок продавца амулетов так и стоит на том же месте. Она обошла его стороной, с отвращением качая головой.

И вдруг заметила в толпе Ксейна. Сердце её как будто оборвалось.

Она не видела его почти три недели, с той пытки в казарме. Акслин была уверена, что после этого его точно отправят бороться с монстрами на западной границе, и думала о нём каждый день, хотя и не была уверена, что хочет его возвращения. Естественно, она беспокоилась о его безопасности, но Ксейн Страж, обученный борьбе с монстрами. И всё же она знала, что должна держаться от него подальше. А поскольку стало понятно, что она покинуть Цитадель не сможет, то его отправка на Запад была лучшим вариантом.

Но теперь он был тут, он вернулся. Она видела его издалека, в компании двух товарищей, что её удивило: в последние дни из-за недостатка людей Стражи прекратили патрулирование парами и ходили по одному. Было непривычно видеть сразу троих Стражей вместе, и Акслин подошла, чтобы попытаться выяснить, что происходит.

Имя сорвалось с её губ прежде, чем она успела подумать:

– Ксейн!

Было многолюдно и шумно, и всё же юноша услышал её и повернулся к ней. Акслин была готова к холодности и равнодушию, но не к боли в его глазах, от которой у неё перехватило дыхание. Он выглядел так, будто собирается что-то сказать, но тут его товарищи мягко, но твёрдо увели его.

Стражи остановили Ксейна, когда тот проходил через ворота внешней стены. Он знал, что его ждут. Он встретил товарищей на обратном пути, и взгляды, которыми они обменивались при виде него, говорили о многом, хотя он чётко дал понять, что возвращается в Цитадель, чтобы вернуться в Стражу. Несмотря на то, что он продолжал выполнять свои обязанности, сопровождая большую группу путешественников по пути в город, он знал, что нарушил правила, и не удивился, когда его не впустили. Он позволил надеть на себя наручники и провести по улицам внешнего кольца, не оказывая никакого сопротивления, и остановился лишь на несколько секунд, когда услышал из толпы голос Акслин. Он и так был потрясён тем, как много людей в то утро находилось на рынке, и меньше всего он ожидал встретить в толпе кого-то знакомого, тем более – Акслин.

Увидев её, Ксейн вспомнил слова Драксана об Акслин, обдумать которые у него до этого не хватало времени. Он хотел было окликнуть её, но не стал. Разговаривать с Акслин, как бы ему этого ни хотелось, было бессмысленно – он всё равно должен уйти от неё. Многие правила Стражей казались ему абсурдными или бессмысленными, но одно он начал понимать с кристальной ясностью: Стражам запрещено общаться с обычными людьми, иметь с ними любовные или супружеские отношения, рожать детей, потому что проклятая кровь, чудовищные гены не должны распространяться дальше.

В глубине души Ксейн не знал, было ли это причиной запрета. На самом деле он боялся слишком много об этом думать: если всё так, значит те, кто разработал священные законы Стражей, очень хорошо знали их природу, и хотели сохранить это в секрете.

Поэтому, когда Стражи оттолкнули его от Акслин, он не сопротивлялся. Он отвёл взгляд и пошёл дальше, не оглядываясь.

В этот момент она увидела, что Ксейн скован наручниками, и замерла от ужаса.

Что-то шло не так, совсем не так. Она хотела бежать за ними, кричать его имя, но вспомнила слова Ярлакса: «Ему будет хуже, если ты вмешаешься».

Так что она стояла неподвижно, сжав кулаки и моргая, чтобы сдержать слёзы ярости и разочарования.

И тут Акслин услышала крик о помощи, доносившийся из соседнего переулка. Не раздумывая, она развернулась и заковыляла туда. Завернув за угол, чтобы посмотреть, что происходит, она в ужасе остановилась.

На мостовой лежал человек, на нём сидело чудовище и жадно пожирало его.

Акслин отвела взгляд от этого ужасного зрелища. Было очевидно, что она уже ничем не сможет помочь несчастному, но рядом, вжавшись в стену, стояла всхлипывающая девочка лет одиннадцати или двенадцати, и ей ещё можно было помочь.

Кто-то ещё следом за Акслин заглянул в переулок.

– Что?! Во имя Восьми Основателей!

– Позови Стражей, быстро! – закричала она, не оборачиваясь, лихорадочно роясь в своей сумке.

Она услышала, как человек убегает, и искренне надеялась, что он справится с её поручением, а не просто убежит.

Девочка подняла глаза на голос Акслин.

Монстр тоже.

Акслин глубоко вздохнула. Существо было болотного цвета, и кожа его казалась скользкой. Длинную гибкую шею венчала похожая на луковицу голова. На приплюснутой морде, асимметрично, как будто наугад, было расположено пять глаз и челюсть с кучей зубов. Задние лапы, похожие на костлявые, долговязые руки, у него были короче передних. Пальцы заканчивались длинными изогнутыми когтями, с которых капала кровь. Акслин вздрогнула – этими когтями монстр вырывал глаза своей жертвы, прежде чем съесть её. Она знала, что так делают ослепляющие, хотя вблизи видела этого монстра в первый раз.

Тот моргнул. Все его пять глаз открывались и закрывались одновременно.

Пальцы Акслин наконец нащупали в сумке мешочек. Она извлекла его из кармана и крикнула девочке:

– Закрой глаза! Что бы ни происходило, не открывай их!

Девочка взвизгнула и закрыла лицо руками. Акслин тоже плотно закрыла глаза и вытряхнула содержимое мешочка. Дюжина деревянных шариков упала на землю и отскочила от булыжников.

Они были белого цвета, и на каждом чёрной краской был нарисован зрачок в центре цветного кольца, имитирующего человеческую радужку.

Чудовище издало булькающий, озадаченный звук и сосредоточило своё внимание на шариках, катящихся по улице.

– Беги, беги! – приказала Акслин девочке. – Беги на звук моего голоса!

– Не могу… не могу… – всхлипывала она.

Но всё же встала и, опёршись одной рукой о стену, другой схватилась за Акслин, которая не умолкая подбадривала её. Чудовище повернулось к ним спиной, пытаясь поймать фальшивые глаза.

Акслин, не открывая глаз, нащупала руку девочки и крепко сжала её.

Они вдвоём медленно повернулись и стали с закрытыми глазами уходить от чудовища к началу переулка.

Ослепляющий сунул в рот один из шариков, на его зубах хрустнуло дерево. Услышав гневный вопль и звук фальшивых глаз, отскакивающих от тротуара, Акслин поняла, что чудовище раскрыло обман, и в ужасе обняла девочку.

В этот момент в переулок ворвались трое Стражей.

Только тогда Акслин открыла глаза. Она узнала Ксейна и двух Стражей, которые вели его в казарму. По-видимому, они освободили его, чтобы он мог сражаться, и Ксейн, вместо того чтобы попытаться убежать, дрался вместе с ними.

Ослепляющий взвизгнул и попытался напасть, но у него не было ни единого шанса против слаженной работы троих Стражей. Когда труп монстра лежал на земле, к ним подошёл один из Стражей.

– Вы ранены, граждане? – вежливо спросил он.

Акслин покачал головой. Девочка, которую она всё ещё обнимала, испуганно плакала.

– Мой отец… Монстр убил моего отца…

– Он больше никому не причинит вреда, – заверил её Страж. – Мы позаботились об этом.

Плохое утешение, но единственное, что он мог сказать в тот момент.

– Спасибо, Страж, – пробормотала Акслин.

Девочка глубоко вздохнула, вытерла слёзы и попыталась успокоиться.

– Ксайла! – раздался вдруг отчаянный крик.

– Мама! – ответила девочка.

Она вырвалась из объятий Акслин, и бросилась к женщине, выбежавшей в переулок.

– Слава Верховному Правителю, ты жива, – всхлипнула мать. – Мне сказали… мне сказали…

Она старалась не смотреть на два трупа, лежащих на мостовой. Акслин заметила, что присутствие Стража её успокаивало.

– Чудовище напало на вашу семью, гражданка, – мягко пояснил он. – Мы убили его, но ваш муж не выжил.

Женщина вскрикнула.

– Монстр его съел, – заплакала дочь. – И меня бы тоже съел… если бы эта девушка… не спасла меня, – добавила она сквозь слёзы, повернувшись к Акслин.

Мать растерялась, но Страж с любопытством посмотрел на Акслин.

– Она отвлекала монстра этими белыми шариками… пока не пришли Стражи, – продолжала объяснять девочка.

Акслин покраснела.

– Это приманка, – пояснила она. – Они отвлекают ослепляющих ненадолго, так что у людей есть немного времени, чтобы убежать. Иногда и несколько минут могут спасти жизнь.

Ксейн присел, чтобы рассмотреть деревянные глаза. Услышав голос Акслин, он повернулся к ней с непроницаемым выражением лица.

– Очень остроумно, гражданка, – признал другой Страж. – Но теперь вы должны уйти отсюда. Мы позаботимся обо всём остальном.

«Всё остальное», разумеется, включало в себя уничтожение останков монстра, тщательную уборку переулка и возвращение тела жертвы семье с максимальной тактичностью. Женщина немного сопротивлялась, потому что не хотела оставлять тело мужа, но в конце концов согласилась уйти, чтобы поскорее увести оттуда дочь.

Когда Акслин собралась последовать за ней, она услышала, как Ксейн сказал за её спиной:

– Полагаю, ты захочешь вернуть это.

Она повернулась – он держал в руках деревянные шарики. Акслин почувствовала огромное облегчение.

Шарики были вырезаны для неё в одной деревне, где она и научилась их использовать, и они сохранились у неё в тяжёлые времена, когда она только приехала в Цитадель, потому что никто не хотел покупать их.

Конечно, она могла бы изготовить новые, но ей бы хватило мастерства сделать их столь же эффективными.

– Да, я… Спасибо, – пробормотала она.

Она подняла взгляд на Ксейна, и тут же пожалела об этом. Он пристально смотрел на неё, словно хотел сказать что-то очень важное.

Акслин снова увидела волнение в его золотых глазах.

Она быстро отвела взгляд, сердце её колотилось.

– Спасибо, – повторила она, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие.

Она открыла пустой мешочек и бросила туда фальшивые глаза.

– Всё в порядке? – спросила она, не в силах удержаться.

Он вздохнул, словно его удивил вопрос. Но тут же снова принял равнодушный вид и ответил:

– Да, конечно.

Он, похоже, не собирался больше ничего говорить, и Акслин решила, что ей не следует спрашивать. И всё же, сколько бы она ни напоминала себе, что должна забыть его, она не могла не беспокоиться о нём. Особенно теперь, когда знала, как с ним обращаются на службе.

– Ты должна уйти, – напомнил он ей, заканчивая разговор.

Он сказал это мягко, без того холодного тона, которым говорил с ней раньше, и Акслин почувствовала внезапную, глубокую печаль. «Как мы к этому пришли?» – спросила она себя.

– Спасибо, Страж, – таким же тоном ответила она.

Он отвёл взгляд. Один из его товарищей подошёл к ним, и она с недоумением смотрела, как Ксейн протягивает ему руки, чтобы тот снова надел на него наручники.

Встревоженная, она повернулась к ним спиной и пошла к началу переулка, где её ждали женщина с девочкой.

– …но мы пришли сюда из деревни, потому что нам сказали, что в Цитадели нет монстров, – сказала убитая горем женщина.

– Раньше их не было, – ответил третий Страж. – Но в последние недели прибывает так много людей, что нам становится всё труднее контролировать доступ в город.

Акслин нахмурилась. Всё было совсем не так, подумала она. Правда заключалась в том, что монстров в Цитадели уже давно стало больше. Мокроступ утащил девочку в новом квартале. Бородавчатые напали на рабочих. Пузырчатый в канале. Всё это произошло ещё до падения западных земель.

Она вспомнила, что уже тогда свидетели происшествий были обеспокоены этим, но она тоже, как и Стражи, уверяла всех, что это единичные случаи и что Цитадель остаётся самым безопасным местом в мире.

Но что, если она перестаёт им быть?

Погружённая в эти грустные мысли, Акслин ушла.

27

Вернувшись с рынка, Акслин заперлась в комнате, потому что всё ещё не могла оправиться от встречи с ослепляющим и не хотела, её кто-то видел. Она сидела за маленьким письменным столом и задумчиво рассматривала мешок с деревянными шариками, который собрал Ксейн и отдал ей со словами: «Полагаю, ты захочешь вернуть это».

Акслин глубоко вздохнула. В тот день ей очень повезло. Не только потому, что Стражи появились вовремя, но и потому, что по чистой случайности у неё с собой было то, с чем она могла противостоять монстру. Она уже давно отвыкла носить повсюду арбалет, и, хотя её коллекция ядов постепенно восстанавливалась, она должна была признать, что вновь собирала её довольно медленно. В Цитадели было трудно доставать разные вещества, но и она сама не торопилась, понимая, что в этом месте ей не нужно защищаться от монстров. Их тут почти нет, а если кто и пробирался, Стражи быстро справлялись с ними.

Но она знала: если бы чудовище в переулке было не ослепляющим, а любым другим монстром, скорее всего, и она, и девочка, которую она спасла, были бы мертвы.

Акслин крепко сжала мешочек с глазами в ладони и приняла решение.

Остаток дня она посвятила сортировке своих вещей и составлению списка того, что нужно приобрести. Ещё раз рассмотрев амулет, который она купила на рынке накануне, Акслин опять подумала, что продавец её обманул.

Однако она решила проверить, есть ли какая-то информация об этом символе в библиотеке, и спрятала кулон в карман, чтобы не забыть.

Закончив всё, она почувствовала себя чуть лучше. Наступало время ужина.

Акслин спустилась на первый этаж, чтобы посмотреть, не проснулся ли Локсан. К своему удивлению, она застала его за столом вместе с Максиной и её сыном. Торговец увлечённо рассказывал им об одном из своих приключений, юноша внимательно слушал, а мать вскрикивала от ужаса, с интересом ожидая продолжения рассказа.

– Акслин! – поприветствовал её Локсан. – Присоединяйся к нам! Я уверен, что ещё не рассказывал тебе это историю.

Девушка была другого мнения, но всё же с улыбкой присоединилась к компании.

Хозяйка и её сын после ужина удалились. Локсан же ещё не хотел спать, потому что провёл в кровати весь день, и Акслин с удовольствием осталась с ним. Они беседовали о разных вещах, пили настои, и тут торговец без обиняков спросил её:

– Ну, что тебя беспокоит?

– Что? – удивлённо переспросила она.

– Ты выглядишь потерянной. Вчера настроение у тебя было получше, а значит, сегодня был тяжёлый день, да?

– Ох, – Акслин задумчиво поболтала ложечкой в чашке. – Много всего. Сегодня Стражи убили ослепляющего во внешнем кольце. – Локсан ничего не сказал, и она продолжила. – Ты знаешь, кто такие ослепляющие? Их ещё называют «выньглаза».

– Их не было на нашем пути, – ответил торговец, – но мне о них рассказывали.

– Дело в том, что их не должно быть в Цитадели. Это же самое безопасное место в мире, куда очень трудно проникнуть монстрам, и всё же…

– Это то, что ты сама мне вчера сказала, помнишь? Что мне не о чем беспокоиться, потому что у Стражей всё под контролем. Они же «проконтролировали» сегодняшнего ослепляющего?

– Да. Но… – она на мгновение задумалась, прежде чем продолжить. – У меня есть друг – Страж. Я встретила его ещё до того, как он стал Стражем, и он был… другим. Они должны защищать нас от монстров, и это хорошо, но какой ценой? Я о том, что… дело не только в том, что служба в Страже изменила его. А в том, как они относятся к нему. – Она покачала головой. – Сегодня ему связали руки, как преступнику. Его отпустили, чтобы он убил ослепляющего, а он даже не попытался убежать. – Глаза её наполнились слезами. – Убив монстра, он потом просто поднял руки, и позволил снова себя связать.

Она со злостью вытирала мокрые глаза. Локсан молча смотрел на неё.

– Прости, – сказала она. – Думаю, это глупо, если сравнивать со всем, что случилось с тобой.

– Стражи – странные люди, – сказал он, пожав плечами. – Я не знаю, стоит ли тебе так беспокоиться об одном из них.

– Он не такой, как остальные, я думаю, что он не вписывается в Стражу. Наверное, потому, что он вырос в деревне, а не в Цитадели. Возможно, поэтому ему трудно следовать правилам. Они просто наказывают его по тем или иным причинам, но хуже всего то, что он, кажется, действительно верит, что этого заслуживает.

Локсан покачал головой.

– Все эти люди со странными глазами – ненормальные, говорю тебе. Никто из них не похож на нас, даже если родился в деревне.

Акслин удивлённо уставилась на него.

– Откуда ты знаешь? Ты ведь не так давно в Цитадели?

– Нет, но я видел Стражей в деревнях. Хотя тогда я не знал, что они так называются.

Она вопросительно посмотрела на него.

– Я поняла, что большинство Стражей рождаются в Цитадели, – сказала она. – И что те, кто рождался в деревнях, были… как какая-то аномалия. Я проделала долгий путь сюда, побывала во многих анклавах и никогда не видела никого с золотыми или серебряными глазами… пока не встретила Ксейна в деревне рядом с Клеткой.

Локсан вздохнул и задумчиво почесал голову.

– Я тоже. Правда, несколько лет назад… около девяти или десяти, я не очень помню… мы с братом добрались до анклава, где жило восемь человек с серебряными глазами.

– Восемь?! – недоумённо воскликнула она.

– Девять, если считать ребёнка, – поправил Локсан. – Странная история. Тебе действительно интересно?

– Конечно. – Акслин смотрела на него широко раскрытыми глазами. – Почему ты никогда не рассказывал мне об этом?

– Насколько я знаю, тебя интересуют монстры. Твой интерес к Стражам для меня в новинку. Или только к каким-то конкретным Стражам? – добавил он, добродушно подмигнув ей.

Акслин слегка покраснела, но всё равно сказала:

– Расскажи мне об этом месте, пожалуйста.

– Так вот, – Локсан откинулся на спинку кресла, вспоминая. – Это было далеко от нашего обычного маршрута. Мы даже не знали, что эта деревня существует, потому что она стояла уж совсем не на пути. Мы шли по незнакомой дороге и в последнем анклаве нам сказали, что есть ещё один, в пяти днях пути, где люди жили практически без связи с внешним миром, но всё ещё сопротивлялись. Тогда мы с Лексисом были молоды и безрассудны, поэтому мы подумали: «Почему бы и нет?» Мы представляли себе, что в этой деревне много чего не хватает, поэтому они будут рады визиту пары торговцев.

– А это было не так? – спросила она.

– Я не знаю, что тебе сказать. Дело в том, что скорее они спасли нас. Мы были уже на полпути, когда монстры застали нас врасплох. Сейчас я уже не помню, были это трёххвосты, раскаленные или скрипуны, но это не важно. Дело в том, что мы были окружены, и вдруг пришли эти люди и разобрались с монстрами без особых усилий. Мы думали, что мы хорошо сражаемся, но они… в общем, мы никогда не видели ничего подобного.

– Мне знакомо это чувство, – пробормотала Акслин, вспомнив, как впервые увидела Ксейна в действии.

– Их было трое: двое мужчин и женщина, все с серебряными глазами. Мы впервые видели нечто подобное, поэтому спросили их, не родственники ли они, но они не ответили и только привели нас в деревню. Деревенский староста принял вежливо, но, похоже, был не в восторге от нашего визита.

– Странно, – пробормотала Акслин.

– Всё в той деревне было странно. Она была не очень большой, и всё же они жили практически полностью изолированными от внешнего мира благодаря способностям своих… особых односельчан. Мы спросили, были ли они родственниками, и они ответили нам, что все они были детьми разных матерей. И вот самое странное: большинство этих женщин были замужем, но их мужья не считали себя отцами детей с серебряными глазами.

– Тогда кем…

– Видимо, никем.

Акслин покачала головой.

– Это какая-то бессмыслица.

– Сначала мы тоже так считали. Это было то, о чём они не любили говорить, но Лексис… в общем, он умел очаровывать, когда хотел, и завоевал симпатию нескольких людей в анклаве и их доверие. Мы остались на пару недель, чтобы залечить раны, и за это время кое-что выяснили. Кажется, люди там верили, что дети с серебряными глазами были детьми существа, которого они называли «богом».

– Богом? – озадаченно повторила Акслин. – Что это? Я никогда не слышала о таком.

– Нам показалось, что это было существо, превосходящее людей. С экстраординарными способностями. Жители деревни отзывались о нём с большим уважением и почтением, и женщины считали честью родить от него детей.

– И как… он выглядел?

– Ни Лексис, ни я его никогда не видели. Но самое любопытное, что никто в деревне его тоже не видел и не мог предъявить нам доказательств его существования, кроме того, что считали детей с серебряными глазами его детьми.

Акслин недоумённо хлопнула глазами.

– Ты, должно быть, шутишь. Неужели они действительно верили в существование чего-то, чего не могли ни увидеть, ни потрогать?

– Ну, видимо, женщины, оплодотворённые им, как-то «прикасались» к нему.

Она вздрогнула.

– Всё это очень странно, Локсан.

– Именно так я и сказал брату. Но это была не единственная странность, происходившая здесь: очевидно, монстры никогда не нападали на неё. И дело не в том, что у них была отличная защита. На самом деле, любой костлявец смог бы легко перепрыгнуть частокол или даже сломать его в нескольких местах. А предводитель анклава даже не устанавливал дежурства. Часовых не выставляли, Акслин, даже по ночам. И всё же… монстры не нападали на деревню. – Он задумчиво почесал бороду. – Клянусь, я годами пытался убедить себя, что время, проведённое там, было не чем иным, как сном… Ты, кажется, не удивлена, – добавил он, недоумённо глядя на свою спутницу.

Она не была удивлена, но немного побледнела.

– Потому что я не в первый раз сталкиваюсь с чем-то подобным. В деревню Ксейна тоже никогда не заходили монстры. А там жили только два человека – он и его мать.

Затем, поддавшись внезапному порыву, она полезла в карман за деревянным амулетом.

– Тебе о чём-нибудь говорит этот рисунок?

Торговец осмотрел его.

– Не знаю. А должен?

– Ты видел его где-нибудь в той деревне? Может быть, украшение стены или двери?

Локсан покачал головой.

– Не помню. Почему ты спрашиваешь?

Затем Акслин рассказала ему о рисунках на входной арке в деревню Ксейна, и поведала ему то, что сказал ему продавец статуэток накануне.

– Разве ты не видишь связи?

– Возможно, – ответил он. – Теперь, когда ты упомянула о них, я вспомнил, что на входе в анклав были различные знаки. Это привлекло моё внимание, потому что там на двух каменных столбах лежала какая-то балка. Выглядело немного нелепо, так как деревня по периметру была окружена деревянным частоколом. Но я не могу сказать точно, что там был именно этот символ. Прошло слишком много времени.

Акслин кивнула, сердце её сильно колотилось. Что, если этот символ защиты был связан не с монстрами, а со Стражами?

– Тебе не объяснили, что значат эти украшения? – спросила она. Локсан покачал головой. – Они даже не рассказали вам о том, почему монстры никогда не нападали на деревню?

– Рассказали только всякую чушь про потомков богов и тому подобное.

– Боги? Вы намекаете, что их больше одного?

– Да, в это верили жители той деревни. Что повсюду были боги, но мы, простые люди, не могли их видеть. Им очень повезло, потому что один из этих богов решил поселиться среди них и дать им особых детей, которые защищали бы людей от монстров. Пусть меня заберут длиннопалые, если я когда-нибудь это пойму.

Акслин вздрогнула.

– Но это абсурд, Локсан. Насколько я знаю, Стражи Цитадели рождаются в обычных семьях, от отца и матери, без посторонних… «богов», которых никто не видит. Недавно я принимала роды у девушки, которая родила девочку с золотыми глазами. У отца были имя и фамилия. И он был таким же человеком, как ты и я. Единственное, что в нём было необыкновенного, – это его самомнение, – добавила она со вздохом.

– Мы ещё долго думали, что люди в той деревне немного сумасшедшие. А раз они никак не могли объяснить особенность этих детей, они придумали эту странную историю. Честно говоря, я никогда не предполагал, что снова встречу таких людей… с такими глазами и умением легко убивать монстров, пока не пересёк Мост Крикунов и не увидел их на другой стороне, одетых в серое, следящих за переходом. Я слышал о Стражах Цитадели, но не знал, что это… они. Дети бога из той безумной деревни.

Акслин задумчиво кивнула.

– Думаешь, они всё ещё там? – спросила она тогда. – Возможно, Стража уже нашла их и забрала в Цитадель даже против их воли. Как было с Ксейном.

– Это был очень удалённый анклав, и теперь, когда все деревни на западе уже заброшены, возможно, люди из этой тоже ушли. – Локсан нахмурился. – Может, нам всё-таки следовало забрать того мальчика.

– Мальчика? Какого?

– Да, видишь ли… незадолго до нашего отъезда вождь анклава предложил нам одного из мальчиков с серебряными глазами.

– В качестве сопровождающего?

– Скорее как товар. Я хотел поменять его на половину вещей, которые были у нас в повозке. Да-да, – утвердительно закивал торговец, видя на лице Акслин удивление. – Странно, правда? Я же говорил, что они все сумасшедшие. Бедняга не протестовал, но было ясно, что он не хочет уходить. Поэтому мы отказались от предложения. По этой причине и потому, что мы не торгуем людьми, хотя они и клянутся нам, что они не совсем люди, а нечто другое.

«Нечто другое», – подумала Акслин.

– В той деревне были только обычные люди и с серебряными глазами, верно? – хотела убедиться она. – Никого с золотыми?

– Нет. На самом деле, я впервые увидел кого-то с золотыми глазами несколько недель назад, и это был Страж Цитадели.

Девушка несколько мгновений молчала, задумавшись. Локсан добавил:

– Они не такие, как мы, понимаешь. Никто не знает, как и почему рождаются эти люди с особыми способностями, и если у нас это вызывает недоумение… я даже не могу себе представить, каково это должно быть для них самих. Мальчишки в той деревне не выглядели счастливыми, а скорее… ошеломлёнными, словно они несли на своих плечах всю тяжесть мира. Они никогда не улыбались. Дети казались маленькими взрослыми, одержимыми убийством монстров. Пока мы были там, один из них погиб, когда вышел в патруль. Ему было всего тринадцать лет, но никто в деревне не плакал и, казалось, не скучал по нему. Все лишь сказали, что это было предопределено.

– Предопределено?

– Что бог создал его для борьбы с монстрами и что у него не было другого выбора, кроме как погибнуть, выполняя свою миссию.

– Это то, во что Стражи заставили поверить Ксейна, – сказала Акслин с содроганием. – Этому их учат в Бастионе.

Локсан пожал плечами.

– Видишь? Они все одинаковые, что в деревнях, что в Цитадели. Твой парень ничем не отличается. Мы все рождаемся и живём, зная, что у нас есть враги – монстры, но Стражи – единственные, кто рождён не для того, чтобы жить, а для того, чтобы сражаться. И они знают это с юных лет. Тебя удивляет, что твой Страж сбит с толку, боится или не соблюдает правила? – Локсан покачал головой. – Чёрт возьми, это только подтверждает, что Стражи гораздо более человечны, чем некоторые думают.

Акслин закрыла лицо руками.

– Бесполезно пытаться спасти его, да? – спросила она сдавленным голосом.

– Это нелогично, потому что, в конце концов, Стражи здесь именно для того, чтобы спасти нас. Или так говорят, по крайней мере.

Девушка не знала, что ответить.

Площадь Восьми Основателей к вечеру была пустынна. Рокс остановилась у одной из статуй и огляделась в поисках своего спутника.

Это место всё ещё пугало её. В старом городе, молчаливом и сонном, казалось, время застыло. Иногда вдалеке слышалась музыка, доносившаяся, несомненно, из какого-нибудь дворца, где проходил праздник для аристократии. Но остальные здания, торжественные, древние, окружённые большими садами и высокими заборами, оставались равнодушны к Стражам, патрулировавшим улицы.

Рокс знала, что в старом городе к ним относятся неодобрительно, несмотря на престиж, который получали семьи, где рождались Стражи. Это было объяснимо. Присутствие Стражей было напоминанием, что где-то там существуют монстры и что никто не в безопасности, даже в самом сердце Цитадели. С другой стороны, уже много веков в старом городе не появлялось ни одного монстра, поэтому большинство людей считали патрули совершенно ненужными.

Никто из Стражей не мог признаться им, что монстры намного ближе, чем они думали… и что они даже не смогут их распознать, когда увидят.

Рокс наконец различила силуэт своего спутника, Стража Золотой дивизии чуть старше неё. Его звали Алдрикс. Он был серьёзен, дисциплинирован и очень надежён. Вместе они уже патрулировали старый город несколько раз. Работать с ним ей нравилось.

Хотя она скучала по Ксейну.

Она не видела его с тех пор, как оба получили наказание. Рокс знала, что их разлучат, и лучшее, что могла сделать, – никогда больше не думать о нём. Она старалась больше не упоминать его имени и не интересовалась его судьбой.

Слухи, однако, всё равно дошли до неё, и она знала, что Ксейн снова исчез несколько недель назад без разрешения. Говорили, никто даже не представлял, где его найти. Возможно, он наконец покинул Стражу… навсегда.

И если это так, то рано или поздно остальным Стражам сообщат, что Ксейн был изгнан из части и, следовательно, они обязаны убить его, как только найдут.

Рокс боялась того дня, когда получит приказ выследить своего бывшего напарника. Вот почему ей так нравились патрули в старом городе: вряд ли она встретит тут Ксейна, так что, если кто и должен его убить, то, по крайней мере, не она.

– Всё тихо? – спросил Алдрикс, возвращая её к реальности.

Рокс кивнула.

– Абсолютно.

«Это место скучнее спящего панциреносца», – подумала она, но прикусила язык. Типичное замечание, которое сделал бы Ксейн, будь он здесь.

Она обнаружила, не без некоторого беспокойства, что теперь, во время патрулирования с Алдриксом и другими, более серьёзными, чем Ксейн товарищами, ей не хватало его неуместного чувства юмора, абсурдного безрассудства, даже его желания разоблачить себя обычным людям… Всего того, что раздражало её в нём.

– Мы должны сделать ещё один обход, на всякий случай, – предложил Алдрикс.

Рокс удивлённо посмотрела на него.

– Думаешь, это необходимо? Наша смена почти закончилась. Ты не хочешь вернуться в казарму?

Напарник пожал плечами.

– Я не устал, а тебе, возможно, стоит сегодня вернуться попозже. – Он сделал паузу и, убедившись, что она не уловила намёка, добавил: – Разве ты не слышала? Ксейн вернулся в Цитадель.

Рокс оставалась невозмутимой, хотя её сердце дрогнуло.

– И?

– Его ещё не выгнали из Стражей. Он заперт в комнате, и ему не разрешают ни с кем разговаривать. По-видимому, окончательное решение относительно его наказания ещё не принято.

Рокс глубоко вдохнула и поняла, что несколько мгновений не дышала.

– Если мы сейчас вернёмся в казарму, то придём к обеду, а в столовой будет довольно многолюдно, – намекнул Алдрикс.

Рокс кивнула, наконец поняв, что имел в виду её напарник.

К этому времени все уже знали, за что они с Ксейном были наказаны. Он же только что вернулся после долгого отсутствия – многие уже не ждали увидеть его. Товарищи, скорее всего, начнут комментировать его возвращение, смотреть на неё, размышлять, знает ли она об его исчезновении, а если знает, то что именно, и, может быть, даже будут задавать ей прямые вопросы.

Рокс было бы сложно выдержать столь пристальное внимание.

Её удивило, что у Алдрикса хватило такта понять это раньше неё самой.

– Ты прав, – ответила она.

– Итак, если ты не возражаешь, я бы хотел сделать ещё один обход.

Они вместе снова двинулись с места и вскоре растворились в сумрачном сердце Цитадели.

28

Ксейн предполагал, что его приведут к капитану Салаксу, как только он доберётся до казармы. Но, к удивлению, его оставили в комнате на целый день, и только когда стемнело, доставили в здание штаба, где он никогда не бывал: там сидело руководство Стражей. Стоя перед кабинетом, Ксейн размышлял, что происходит. Любой капитан мог назначить наказание. Не нужно было беспокоить начальство таким пустяковым делом, как неподчинение, не говоря уже о том, что в нынешние времена у командиров множество других, более важных дел.

Когда ему наконец сказали, что он может войти, Ксейн, твёрдо отпечатывая шаги, неуверенно озирался по сторонам.

Женщина, ожидавшая его внутри, была ему знакома – командир Ксалана. А вот мужчину, который стоял рядом с ней, он никогда не видел. Но, судя по мундиру, это был настоящий генерал. Ксейн замер на мгновение, не зная, как реагировать, пока Ксалана не сказала:

– У тебя есть дурная привычка сознательно пренебрегать своим долгом, Ксейн, и это должно закончиться.

Он наконец отреагировал.

– Да, командир. Я не собирался дезертировать, просто… мне нужно было совершить короткую поездку, но я уехал с намерением вернуться, и…

Слова замерли на губах. Он подготовил речь, но не ожидал, что ему придётся произносить её перед генералом. Он предполагал, что сможет оправдаться перед капитаном Салаксом, своим непосредственным начальником, а теперь понимал, что какое бы оправдание он ни придумал, оно покажется не чем иным, как абсурдным и бессвязным лепетом.

Потому что в глубине души он ничего не мог сказать в свою защиту. Он намеренно нарушил правила и заслужил наказание, вероятно, более суровое, чем предыдущее. И на этом всё.

Поэтому он молчал.

– Куда ты пошёл, Ксейн, и зачем? – хотела знать командир.

– Я вернулся в родную деревню, чтобы повидаться с матерью, – ответил он. – Мне сказали, что она ещё жива и…

– Кто тебе сказал?

Ксейн колебался. Рокс уже попадала из-за него в неприятности, а Ярлаксу он не желал причинить вреда.

– Кто-то, кого я знал в прошлой жизни, – ответил он и, как только произнёс это, понял, что командир сразу подумает об Акслин. Но назад пути не было.

– Ты прекрасно знаешь, что мы, Стражи, должны порвать всякую связь с прежней жизнью.

– Знаю, командир.

– Итак, какое значение имеет то, жива твоя мать или нет?

Ксейн не знал, что ответить. Он недоумённо посмотрел на генерала, но тот стоял молча и неподвижно.

– Я тебе не верю, – выпалила тогда Ксалана.

Ксейн в оцепенении смотрел на неё.

– Командир?

– Я тебе не верю, – повторила она, покачав головой. – Я не сомневаюсь, что ты поехал в Карьер и поговорил со своей матерью, но также я уверена, что ты приехал туда не для того, чтобы проверить, жива ли она. Даже ты не настолько глуп.

Ксейн слегка покраснел, но в глубине души задавался вопросом, откуда командир узнала, что он был в Карьере. Он рассказывал о своей родной деревне. Было ли его начальство в курсе, что его мать живёт в Карьере? Лгали ли ему, когда он был в Бастионе, или они узнали об этом позже?

– Что ты хотел узнать, Ксейн? – продолжала спрашивать Ксалана.

Он поднял голову, чтобы посмотреть ей в глаза. Если Стража знала столько всего, возможно, то, что он обнаружил, не было для них новостью. А если и оказалась бы новостью, то кто-то должен был об этом сказать.

– Я пошёл расспрашивать об отце, – признался он наконец.

Ксалана медленно кивнула. Генерал позади неё скрестил руки на груди. Но ни один из них не заговорил.

– У меня есть основания думать, – нерешительно продолжил Ксейн, – что мой отец мог быть… метаморфом.

Последнее слово он произнёс очень тихо, изо всех сил пытаясь подавить дрожь в голосе. Ни Ксалана, ни генерал не отреагировали, и Ксейн почувствовал, как мир уходит из-под его ног.

«Они не в первый раз слышат что-то подобное, – подумал он. – Иначе они бы посмеялись, или возмутились, или разозлились…»

Но он продолжил говорить. Слишком долго он хранил в себе сомнения и страхи, которые убивали изнутри, и если присутствующие понимали, что он говорит… если они понимали его по-настоящему… тогда, возможно, они могли бы ответить на несколько вопросов. И ему нужны были ответы, даже если они повергнут его в ужас и отчаяние.

– И ещё я пришёл к выводу, – продолжал он с пересохшим горлом, – что все Стражи – дети безымянных монстров.

Всё. Он сказал всё. Ему уже было всё равно, что с ним произойдёт дальше. Он должен был знать. Ему нужно было, чтобы кто-то подтвердил или опроверг её подозрения, дал объяснение, которое снова придало бы смысл его жизни. Он умоляюще посмотрел на Ксалану, желая, чтобы та сказала ему, что всё это его фантазии.

Но командир просто отвела взгляд и спросила:

– Ты говорил об этом с кем-нибудь ещё?

Ксейн попытался вспомнить, обсуждал ли это с Ярлаксом или даже с Рокс. Он прощупал их насчёт метаморфов, но не стал делиться с ними своими подозрениями. К счастью.

– Нет, командир.

Казалось, она облегчённо выдохнула.

– Хорошо.

Ксейн подождал, пока она скажет что-то ещё. Он сглотнул слюну и спросил:

– Значит… это правда?

Ксалана переглянулась с генералом. Тот кивнул и сделал шаг вперёд, сцепив руки за спиной и лицо его стало серьёзным и строгим.

– Генерал Дуксален ответит на твои вопросы, – сказала она спокойно.

Ксейн удивлённо посмотрел на обоих.

– Неужели… – начал он, но замолчал, вытянулся и ответил: – Спасибо, командир.

Она взглянула на генерала и, когда тот снова кивнул, отступила назад и почтительно молча встала в углу.

– Что ты знаешь об основателе Стражи, Ксейн? – спросил он.

У него был на удивление мягкий и добрый голос, который никак не сочетался с его жёстким и непроницаемым лицом, испещрённым шрамами – следами старых сражений.

Страж изо всех сил старался вспомнить, что изучал по этому поводу.

– Его звали Локсинус, – сказал он наконец. – Он путешествовал по деревням в поисках людей с золотыми или серебряными глазами. Они сформировали первый по-настоящему эффективный отряд по борьбе с монстрами ещё до того, как была основана Цитадель.

Генерал кивнул.

– Верно. Знаешь, как он выглядел?

Ксейн нахмурился.

– Локсинус? Я не уверен. На Площади Стражей есть его статуя, но ведь он жил сотни лет назад…

– Да, в самом деле. Но на статуе не отражена его главная особенность: у Локсинуса, основателя Стражи Цитадели, были голубые глаза.

Ксейн посмотрел на него с удивлением.

– Разве основатель Стражи сам не был Стражем?

Его начальник покачал головой.

– Во времена Локсинуса детей с золотыми и серебряными глазами убивали сразу после рождения. – Ксейн вздрогнул. – Тогда все люди жили в деревнях. В анклаве все знали друг друга, и о зачатии, произошедшем при странных обстоятельствах, становилось известно каждому жителю. Тогдашние люди не знали истинной природы безымянных монстров, но знали, что эти дети не были обычными. – Он сделал паузу и тихо добавил: – что они не были детьми своих родителей.

– Поэтому… их убивали, – шёпотом сказал Ксейн.

– Не каждый раз, но часто. Полагаю, это зависело от места и обстоятельств. У Локсинуса была возможность увидеть, как один из этих мальчиков вырос в его собственной деревне, и обнаружить его необыкновенные способности в борьбе с монстрами. Поэтому он отправился по другим анклавам с тем мальчиком в качестве сопровождения, чтобы узнать о происхождении и способностях этих особых детей. За эти годы он спас нескольких детей от убийства и попутно набрал большую команду. Они рассказали ему о невидимках и оборотнях-метаморфах. Обычные люди могли только догадываться об их существовании, но эти дети видели их, знали, что они существуют. Получив эту информацию, Локсинус пришёл к выводу: то, что все подозревали, на самом деле было правдой. Дети с золотыми и серебряными глазами были не совсем людьми. Они рождались от связи безымянных монстров с обычными женщинами.

Ксейн опустил глаза, стараясь сдержать эмоции, переполнявшие его. Он провёл несколько недель, задаваясь вопросом, были ли его подозрения обоснованы, или это всего лишь плод его воображения. Он не осмеливался ни с кем делиться этими мыслями, опасаясь прослыть сумасшедшим или глупым.

– Эти дети были детьми монстров, – продолжал генерал, – но также лучшим оружием людей в борьбе с тварями. В эпоху, когда у людей было гораздо меньше ресурсов для самообороны и они не доверяли ничему, связанному с монстрами, один человек смог преодолеть страх и предрассудки. Но вскоре он обнаружил, что не все такие, как он.

Поражённый Ксейн слушал рассказ о том, как Локсинус обучил этих ребят и превратил их в первое поколение Стражей. Они ездили по деревням, убивая монстров и защищая торговцев на дорогах, но люди им не доверяли. Во многих местах двери для них были закрыты.

– Как… как им удалось завоевать доверие простого люда? – осмелился спросить Ксейн.

– Убивать монстров. Десятками. Сотнями. Тысячами. Борьба за спасение человеческих жизней, день за днём, год за годом. Смерти в бою. Снова и снова. Это был долгий и медленный процесс, настолько, что Локсинус не дождался его завершения. С тех пор и на протяжении веков проливалась кровь бесчисленных Стражей, чтобы защитить людей от монстров. Это дорого стоило, но мы наконец-то получили признание за то, что делаем, а не за то, кто мы есть. Вплоть до того, что люди забыли, каково наше истинное происхождение. – Он впился своими холодными серебряными глазами в Ксейна. – Мы не хотим, чтобы они вспомнили об этом снова. Понимаешь?

Ксейн смотрел на него, ошеломлённый открытием: генерал объясняет ему всё это в обмен на его молчание.

– Если бы обычные люди знали, кто мы на самом деле, – продолжал генерал, – они бы перестали доверять нам. Мы проиграли бы войну, Ксейн. А монстры сумели бы разделить нас и одолеть окончательно. Они истребят всех нас – людей, Стражей… никто не выживёт.

– Но… но… если Локсинус смог понять, возможно, им можно объяснить…

Генерал покачал головой.

– Уже пробовали. Есть люди, достаточно разумные, чтобы понять, что мы нужны, но большинство… – Он вздохнул. – Короче говоря, они не могут принять это. На самом деле это не их вина. Это инстинкты. Монстры убили миллионы людей. Ты просто не можешь просить простых людей согласиться сосуществовать с их отпрысками, не можешь требовать, чтобы они переложили свою безопасность на нас… без сомнений, по крайней мере. Если бы они не боялись нашего происхождения, нашего прошлого… они не были бы людьми.

Но мы тоже не перестали быть теми, кто мы есть: ошибкой, заблуждением, последним жестоким издевательством врагов наших над человечеством. Мы не должны существовать. Единственное, что оправдывает нашу жизнь, – это то, что мы сражаемся с монстрами лучше, чем обычные люди. Что мы единственная надежда на победу в этой войне.

Ксейн опустил голову. Он не знал, что сказать.

– Значит, теперь ты знаешь, почему дезертировать из Стражи – преступление. Потому что единственное, что оправдывает наше существование среди людей, – это то, что мы посвящаем свою жизнь, до последнего вздоха, защите их от монстров. Пока ты это делаешь, у тебя будет шанс, что тебя будут судить по твоим заслугам, а не за то, что ты сын монстра, – заключил он, вперив взгляд в него.

Ксейн дрожал, сжимая кулаки, чтобы сдержать слёзы, которые наворачивались ему на глаза.

– Я не знал, сеньор, – прошептал он. – Я не знал. Мне очень жаль. Если бы я был в курсе…

Потом послышался мягкий смех командира Ксаланы.

– Думаешь, мы держали в неведении только тебя? – усмехнулась она.

«Это не впервые», – подумал он. Но не сказал этого вслух.

– Остальные Стражи тоже не?..

– …знают о наших генах? – закончил его вопрос генерал. – Конечно нет. Это жизненно важная и очень секретная информация, которая находится только в руках высшего командования Стражи.

Ксейн моргнул, сбитый с толку.

– Но… извините, сеньор… я понимаю, почему мы не можем рассказать это обычным людям. Но Стражи…

– Как это повлияло на тебя, информация о том, кто ты на самом деле? – спросила командир. – Это сделало тебя лучшим Стражем? Это помогло тебе в борьбе с монстрами? Или, наоборот, – добавила она после короткой паузы, – наполнило твои мысли сомнениями, страхом и тоской?

Юноша отвёл взгляд и не ответил.

– Скажи мне, как ты можешь спасать жизни в таком состоянии? Что, если ты потерпишь неудачу в битве из-за того, что не сосредоточен? Что, если мгновение колебаний приведёт тебя к роковой ошибке? А если ты продолжишь задавать себе вопросы, которые сделают тебя ещё слабее? Это может случиться, не так ли?

– Да, – тихо признал он.

– Представь, что было бы, если бы все Стражи столкнулись сейчас с такой же ситуацией, как у тебя, – продолжала она. – На стене. На дорогах. На Западном фронте. На Последнем рубеже. Все бы бесполезно страдали. Задавали себе вопросы. Сомневаясь. Промахиваясь.

Ксейн вздрогнул от ужаса. Он сглотнул слюну, прежде чем сказать:

– Я… простите. Мне жаль, что я узнал то, чего не должен был знать. – Он поднял голову, чтобы посмотреть начальству в глаза. – Что я могу сделать сейчас? Конечно, я получу наказание, но как я могу после него снова стать хорошим Стражем, забыв всё, что я узнал?

Ксалана покачала головой.

– Никак, Ксейн.

Он закрыл глаза в отчаянии.

– На данный момент наказание – это самое меньшее, – продолжала командир. – Мы не можем позволить тебе остаться в Цитадели, это слишком опасно. Для тебя, для твоих товарищей и для обычных людей.

– Я понимаю. Значит, меня отправят в новое место?

– Задание окончательное и пожизненное, – заключил генерал Дуксален, нахмурившись и скрестив руки на груди. – Страж Ксейн, я сообщаю тебе, что ты будешь немедленно и безвозвратно переведён на службу в Стражу на Восточном фронте, также известном как Последний рубеж.

После разговора с начальством двое Стражей проводили его обратно в комнату. Он ни с кем не говорил о своём новом назначении, да ему и нечего было сказать. На следующий день, ранним утром, он отправился в сторону Последнего рубежа, откуда он, вероятно, никогда не вернётся.

Разумеется, не все Стражи погибали там. Некоторые из них возвращались более или менее целыми и продолжали подниматься по карьерной лестнице, пока не становились генералами. Ксейн не стремился стать одним из них. Возможно, когда-то он мог бы это сделать, но теперь прекрасно понимал, что командир Ксалана права: он сомневался, задавал вопросы, боялся. Монстры рано или поздно убьют его. Если ему суждено совершить ошибку, то пусть это произойдёт на Восточном фронте, где нет обычных людей – лишь только Стражи. Ни один невиновный не умрёт из-за него, и, в конце концов, его товарищи были такими же, как он.

Все монстры. Хотя бы отчасти.

Когда чуть позже дверь его комнаты открылась, он даже не пошевелился. Он лежал на кровати, глядя в потолок, погружённый в свои мрачные мысли.

– Ксейн. Вставай.

Он пришёл в себя, узнав голос. Он вскочил на ноги и застыл, как столб, у своей кровати.

– Капитан Салакс, – пробормотал он. – Примите мои извинения. Я не думал…

– Спокойно, мальчик, – прервал он, и юноша немного расслабился. – Мне только что сообщили о твоём новом назначении. – Ксейн кивнул, но ничего не сказал. Капитан вздохнул с сожалением.

– Это… неожиданно, – признал он. – Ты много дней отсутствовал без разрешения, и, конечно, заслужил наказание, но… – он покачал головой. – Только год назад ты закончил обучение. Не принято посылать на Восточный фронт таких молодых Стражей.

Какое-то время он молчал, не зная, что сказать. Было очевидно, что никто не рассказал капитану, почему его отправили туда на самом деле. И он вдруг понял, что его непосредственный начальник не знает тайны, которую так ревностно охраняет высшее начальство Стражей, и которую он сам узнал случайно.

– Полагаю, они пришли к выводу, что то наказание не поменяло моего отношения, – пробормотал он наконец, опустив голову.

Салакс несколько мгновений задумчиво смотрел на него. Наконец опустил плечи и сказал:

– Счастливого пути, Ксейн. И хорошей службы.

Он понимал, что это прощание.

– Благодарю вас, сеньор, – ответил он. – Хорошей службы.

Капитан повернулся, чтобы уйти, но снова остановился на пороге.

– Ксейн. Ты не пленник, понимаешь? Ты можешь выйти из своей комнаты, поговорить со своими товарищами, поужинать с ними… или прогуляться по Цитадели, если хочешь.

– Но… – удивился он.

– Тем не менее, – прервал его начальник, – ты должен вернуться во двор на рассвете и быть готовым к отъезду. Если ты не вернёшься к этому времени, тебя официально исключат из Стражи. А ты знаешь, что это значит.

Ксейн медленно кивнул. Он знал это, но впервые ясно понял.

Если Стража изгоняла одного из своих членов, все остальные были обязаны убить его, как только встретят. Без суда. И без вопросов.

Ему объяснили это давно, после неудачной попытки побега в Бастионе. Поскольку с ним никто не посоветовался, хочет ли он быть Стражем, эта мера показалась ему жестокой и несоразмерной.

Теперь он понимал, что Страж, не служивший в Страже, – не более чем обыкновенный полукровка, существование которого не имело никакой цели.

– Я не пропущу, сеньор, – пообещал он.

Он вообще не собирался выходить из комнаты. Ему было некуда идти, не с кем прощаться. Он не был уверен, что сможет снова посмотреть в глаза своим друзьям, тем более Акслин.

Поэтому, когда капитан снова оставил его в одиночестве, он лёг на койку и принялся ждать. Он даже не собирался спускаться в столовую, потому что чувствовал себя таким растерянным, что не был голоден.

Он встал на рассвете, убедился, что дверь действительно никто не охраняет, и направился в туалет, выбирая коридоры и боковые лестницы, чтобы не встретиться с кем-то из товарищей. Он по-прежнему не хотел ни с кем говорить.

Возвращаясь в свою комнату, на мгновение он остановился в пустом дворе. Он смотрел на мишени в углу и вспоминал, что совсем недавно тренировался там с Ярлаксом. Он пообещал ему реванш, который тот уже никогда не сможет предложить.

Они говорили о метаморфах.

Он вздрогнул, вспомнив об этом. Как же он скучал по тем дням, когда его подозрения были всего лишь подозрениями. До того, как он узнал правду.

– Ксейн, – вдруг раздался голос позади него.

В испуге он резко повернулся. Никого не было.

29

– Я здесь, – снова прошептал голос, совсем рядом с ним.

В нём было нечто отталкивающее, нечеловеческий тон, от которого у Ксейна по спине побежали мурашки. Он отпрыгнул и потянулся рукой к поясу, но оружия не было. Он оглянулся. Он был один. По крайне мере, ему так казалось. Сердце бешено колотилось.

– Кто… ты? – пробормотал он.

Нечто рассмеялось.

– О, я всего лишь тень. Никого важного. Просто новый монстр, которого нужно убить, не так ли?

Ксейн огляделся по сторонам. Невидимка был где-то тут, совсем рядом. Но его присутствия Страж совсем не ощущал. Закрыв глаза, он попытался сосредоточиться и услышать что-нибудь, что угодно: шаги, дыхание, биение сердца.

Ничего.

– Если бы это было так просто, у меня не было бы таких заслуг, не находишь? – произнёс голос в его ухе, заставив снова отпрыгнуть назад в испуге.

В этот момент он вспомнил слова Ярлакса: «Они могут быть где угодно, Ксейн. Ждать тебя за углом. Затаиться под кроватью. За спиной».

До этого момента тени не слишком волновали его. Единственный раз, когда он повстречался с невидимым, с которым с быстро и решительно разобралась Рокс.

Но теперь Ксейн не мог рассчитывать ни на её помощь, ни на какого-либо другого Стража Серебряной дивизии, способного увидеть тень.

Он медленно попятился, подняв кулаки, готовый защищаться в случае необходимости.

– Чего ты хочешь? – прошептал он.

– Попрощаться, наверное. В конце концов, они посылают тебя на верную смерть.

Ксейн озадаченно повернулся влево, хотя мог бы поклясться, что существо было справа от него. Как же ему поступить? Раньше он не разговаривал с монстром. Это было… немыслимо.

Но существо разговаривало. С ним, Стражем. И он, Страж, не решался атаковать его. Хотя, может быть, просто подыскивал наиболее удачную возможность для атаки.

– Я убью тебя, как только у меня появится шанс, – проговорил Ксейн, стараясь не потерять бдительности. – Почему ты говоришь со мной?

– А почему бы и нет?

Голос прозвучал за его спиной, и в ту же секунду Ксейн развернулся на месте, пытаясь ударить посильнее. Бесполезно. Кулаки лишь скользнули по воздуху. Невидимый тихо рассмеялся.

– Знаешь, лучшее в Стражах то, что они удивительно предсказуемы, – проговорил невидимка, снова оказавшийся рядом с Ксейном. – Всегда одни и те же схемы, одни и те же маршруты, одни и те же патрули. От тебя оскорбительно легко ускользнуть, парень.

Ксейн почувствовал, как по спине пробежал холодок.

Сквозь мягкий, вкрадчивый голос существа сквозило нечто тёмное и злое.

– А вот ты, – продолжал невидимка, – делаешь неожиданные вещи. Импровизируешь. Нарушаешь правила. – И, задумавшись на мгновение, продолжил: – Стражи совершают большую ошибку, избавляясь от тебя.

Ксейн развернул корпус и вскинул ногу, чтобы ударить изо всех сил. Но снова попал по воздуху.

– Мы всё ещё будем здесь, когда ты уйдёшь, – невозмутимо продолжало существо. – И она тоже.

Ксейн застыл.

– Она? – повторил он.

– Девушка из библиотеки, – ответила тень, почти вежливо. – Акслин.

В том, как он произнёс её имя, было нечто такое, от чего у Ксейна внутри всё сжалось. Но невидимка продолжал говорить:

– Я наблюдал за ней. Она задаёт слишком много вопросов, понимаешь? Если она узнает правду, мне придётся убить её.

Ксейн изо всех сил старался сохранять спокойствие. Глубоко вдохнув, он снова попытался сосредоточиться на голосе невидимого.

– Было бы обидно, – сказал монстр, – потому что я могу придумать другие способы её использования. В конце концов, она молода и способна иметь детей.

С криком ярости Ксейн повернулся на звук. Он пинал, бил, месил невидимое существо, но каждый его удар растворялся в воздухе.

– Уверен, она будет скучать по тебе, – продолжал монстр со смехом. – И часто думать о тебе. Может, ей приснится, что ты вернулся к ней. Мы можем воплотить её мечты в реальность, даже если тебя больше нет, знаешь?

Ксейн остановился и попытался подчинить себе вскипавший гнев. «Невидимый провоцирует меня, – думал он. – Я не должен вестись на это».

– Расскажи, почему вы же и порождаете Стражей, которые охотятся на вас, – попросил Ксейн, стараясь сохранять спокойный тон.

– Стражи охотятся на нас, потому что вы – рабы людей. Но однажды… людей больше не будет, и вы, наши дети, унаследуете мир.

Ошеломлённый, Ксейн глубоко вздохнул. Смех невидимого раздался совсем рядом.

– Это лишь вопрос времени. Но когда-то вы наконец поймёте, кому вы преданы, Ксейн, – прошептало существо ему на ухо. – Жаль только, тебя уже не будет здесь, чтобы увидеть это.

Страж яростно повернулся к монстру и на мгновение почувствовал, как его коснулось твёрдое холодное тело. Он снова попытался как можно сильнее ударить его, но опять ударил лишь воздух.

– Прощай, Ксейн, – проговорил невидимый. – Мы передадим Акслин привет от тебя.

Юноша в ярости стиснул зубы, но ничего не сказал. Последним, что он услышал, был тихий зловещий смех монстра, растворившийся в темноте.

Настойчивый стук разбудил Акслин на рассвете. Она открыла глаза, вздрогнула и прислушалась.

Удары повторились, на этот раз сильнее. Она поняла, что кто-то стучит снаружи. Решив не открывать, она вдруг услышала, как кто-то произносит её имя.

Она встала с кровати и наощупь пошла к окну в ночной рубашке и босиком.

– Кто здесь? – прошептала она, прильнув к ставне.

– Это я… Ксейн.

Она покачала головой, убеждённая, что видит сон.

Но её сердце готово было выпрыгнуть из груди, и она понимала, что единственный способ убедиться, что это реальность, – увидеть всё собственными глазами.

Поэтому она открыла одну из створок.

На карнизе стоял Ксейн. Девушка ахнула от удивления и выглянула наружу, гадая, как ему удалось взобраться на крышу.

– Акслин, – хриплым голосом спросил он, – можно войти?

Она повернулась, чтобы посмотреть на него. Золотые глаза странно блестели в полутьме, но это было всё, что она могла различить на его лице при этом свете.

– Ксейн, – прошептала она, встревоженная и удивлённая одновременно, – что ты здесь делаешь? Зачем ты пришёл?

– Можно войти, Акслин? – повторил он.

Девушка замялась. Но потом вспомнила образ Ксейна, привязанного к столбу, с обнажённой, израненной спиной, вспомнила выражение его лица в то утро, когда она встретилась с ним на рынке, и тон его голоса, когда он прощался с ней. Стражи связали ему руки, ей на самом деле хотелось выяснить, что же произошло. Она беспокоилась о нём, несмотря ни на что.

Отбросив сомнения, Акслин распахнула ставни.

– Давай, заходи, пока не упал.

Она почти смогла различить его улыбку в темноте.

– Я не упаду.

– Но вдруг.

Она отошла как можно дальше от окна, теоретически, чтобы освободить ему проход, но ещё и потому, что в глубине души она ему не доверяла.

Ксейн мягко запрыгнул в комнату, точно кот и неподвижно встал у подоконника, глядя на неё.

Оказавшись с ним наедине, Акслин почувствовала, как растёт её неуверенность, и, нащупав на спинке стула свою куртку, натянула её поверх ночной рубашки.

– Чего ты хочешь, Ксейн? – спросила она наконец.

Он медлил с ответом и, наконец, покачал головой, немного озадаченный.

– Я… не совсем понимаю. Я хотел увидеть тебя, наверное.

Акслин прищурилась. Если в последние месяцы она что-то и поняла, так это то, что Ксейн вообще не хотел её видеть.

– Ты в порядке? – спросила она.

Ксейн, казалось, слегка вздрогнул.

– Что?

– Ты в порядке? – повторила, слегка запнувшись, Акслин. – Я знаю, что недавно тебя наказали за что-то.

Ксейн несколько мгновений молчал, прежде чем ответить:

– Это не твоё дело.

– Понимаю. – Акслин попыталась сдержать раздражение. – Обычные люди не должны совать свой нос в дела Стражей, я знаю. Но, думаю, ни один Страж не должен входить в комнату обычной девушки, не говоря уже о том, чтобы влезать через окно в такое время.

Он глубоко вдохнул.

– Ты права, я не должен. Прости, я просто… хотел убедиться, что ты в безопасности.

– В безопасности? Я? – повторила она в недоумении. – К чему ты ведёшь?

– Были… нападения монстров, и… я беспокоился о тебе.

– Обо мне? – Акслин покачала головой. – Насколько мне известно, Стражам не следует ни о ком беспокоиться.

– Это правда, но… – Он сделал паузу. Акслин заметила, как трудно ему говорить. – Я уезжаю сегодня утром и хотел… хотел попрощаться.

Она стояла, глядя на него, всё ещё озадаченная. Ксейн был всего лишь силуэтом в окне. Он по-прежнему не двигался и держал дистанцию. Но его тело было напряжено, словно он был готов в любой момент броситься на неё. Акслин сделала ещё шаг назад. Она не знала, что её беспокоит – его поза или тот факт, что в глубине души она хотела, чтобы он бросился к ней и обнял.

– Тебя… перевели в другое место? – неожиданно спросила она.

– Да, но не куда-нибудь. – Он наклонил голову, перестав, наконец, смотреть на неё. Она сделала глубокий вдох и немного расслабилась. – Меня отправляют на восточный фронт. К Последнему рубежу.

Казалось, он хотел добавить ещё что-то, но промолчал, наблюдая за её реакцией. Акслин сглотнула.

– Я мало что знаю об этом месте, – пробормотала она. – Но я понимаю, что там опасно даже стражам.

Ксейн покачал головой.

– В том-то всё и дело. Я хочу, чтобы ты знала, что… меня здесь не будет. Я знаю, что власти не любят, когда граждане носят оружие, но ты видела, что произошло сегодня с ослепляющим, и… в общем, мне будет спокойнее знать, что ты можешь защитить себя от опасностей. От любого, кто нападёт на тебя, понимаешь, даже если он не будет похож на всё, что ты когда-либо видела.

Акслин прищурилась.

– Я многое повидала, Ксейн, – напомнила она. – И кроме того, я изучала бестиарии в библиотеке. Поверь мне: на данный момент нет того, чего бы я не видела раньше.

Он колебался, словно хотел опровергнуть это утверждение. Но в конце концов промолчал.

– С другой стороны, – продолжала она, всё более озадачиваясь, – разве ты сам не говоришь всегда, что мы, обычные люди, должны доверять Стражам?

Вдруг он с облегчением улыбнулся.

– Да, – быстро ответил он. – Да, конечно. Доверься Стражам. Если ты столкнёшься с чем-то странным, не стесняйся обращаться к ним и просить их о помощи. Они защитят тебя, даже если меня не будет. На самом деле… – Он на мгновение задумался, но, глубоко вздохнув, продолжил: – Если когда-нибудь ты столкнёшься с кем-то, кто очень похож на меня, знай, что это не я, хорошо? Потому что меня больше не будет.

Акслин удивлённо посмотрела на него.

– Ксейн, о чём ты говоришь? Я знаю, что вы, Стражи, очень похожи издалека, но как я могу перепутать тебя с кем-то другим? Я тебя хорошо знаю, помнишь?

Он продолжал отрицательно качать головой. Акслин почувствовала глубокую тоску, которая была в его словах, когда он снова заговорил:

– Если это суще… если этот человек, – поправил он себя, – похожий на меня, приблизится к тебе… возможно, он будет вести себя… неуместно.

– Неуместно? – повторила она, приподняв одну бровь. – В каком смысле?

Ксейн фыркнул, ошеломлённый, но не ответил.

– Что ты пытаешься мне сказать? – настаивала она. – Что происходит?

Юноша поморщился, глубоко вздохнул и выпалил:

– Если я когда-нибудь подойду к тебе и скажу, что люблю тебя… или поцелую тебя… или попытаюсь… как-нибудь соблазнить… – не слушай меня. Не верь ни единому моему слову. Держись от меня как можно дальше и позови на помощь другого Стража.

Акслин уставилась на него с открытым ртом, не зная, что на это ответить.

– Потому, что если я веду себя так, Акслин, – заключил он, – то это не я, а некто другой. Никогда не забывай об этом.

– Но… но… – решилась наконец спросить она, – почему?..

– Потому что я никогда бы не повёл себя так, – заключил он, возможно, более резко, чем следовало бы. – Ясно?

Акслин глубоко вздохнула, чувствуя боль, но постаралась сделать вид, что эти слова её не задели.

– С чего ты взял, что я заинтересована в том, чтобы ты… вёл себя так? – спросила она ледяным голосом.

Ксейн повернулся, чтобы посмотреть на неё, и вдруг замер, словно увидел её впервые.

– Верно, – признал он наконец. – Может быть, я… поспешил, а ты нет… в конце концов, ты не… – Он глубоко вздохнул, пытаясь собрать свои мысли. – Ты сейчас с парнем из де Галуксенов. Так что, может быть, это он попытается… – Ксейн закрыл лицо руками, ошеломлённый.

Как узнать? Что же сделать?

Акслин стиснула зубы.

– Мы с Дексом не пара, – холодно сообщила она. – Но это уже не твоё дело, Страж. Я до сих пор не понимаю, почему ты появляешься в моём доме рано утром, бормоча какую-то чепуху о моей личной жизни, намекая, что ты можешь… попытаться соблазнить меня или что-то в этом роде, но при этом зная, что никогда этого не сделаешь… Ради Верховного Правителя, кем ты себя возомнил?!

– Акслин…

– Нет, Ксейн, я ещё не договорила. – тихо, но яростно перебила она его. – Ты не имеешь права приходить сюда и рассказывать мне всё это после того, как месяцами отвергал меня или как минимум игнорировал, и не думай, что в глубине души я не понимаю, почему ты так поступал… В конце концов, после всего того, что было с Рокс…

– Рокс? – напряжённо перебил он. – Какое отношение она имеет ко всему этому?

– Я знаю, что вы вместе… или были вместе… и что вас за это наказали.

– Кто тебе сказал?

– Это неважно, – прервала Акслин.

Наконец-то у неё появилась возможность высказать всё, что она чувствовала, и она не собиралась позволять ему остановить себя. – Дело в том, что теперь я понимаю, почему ты должен был держаться от меня подальше…

Ксейн прищурился.

– Ты действительно понимаешь?

– И я думаю, что так будет лучше для нас обоих. Потому что мы с тобой очень разные, потому что я больше не могу доверять тебе, как раньше. Очевидно, если ты нарушаешь правила из-за девушки, если ты рискуешь быть выпоротым, вполне логично, что за этим что-то есть. И неважно, что я чувствую к тебе. Мы с тобой не можем быть вместе, и не надо было стучать в моё окно…

Акслин не могла продолжать говорить, потому что Ксейн в два шага преодолел расстояние, разделявшее их и прижал её к себе. Его губы искали её, и, прежде чем она успела это осознать, он уже отчаянно целовал её. Девушка на мгновение напряглась, но потом растаяла в его объятиях и ответила на его поцелуй, не думая ни о чём другом. Ксейн крепко обнял её, она гладила его короткие каштановые волосы, с тоской вспоминая времена, когда могла накрутить их на палец.

– Я люблю тебя, Акслин, – прошептал он ей на ухо.

Она закрыла глаза, изо всех сил пытаясь сохранить контроль в бушующем море чувств, затопивших её. Разум кричал ей, что так нельзя, что она ничего не понимает, что неизвестно, почему Ксейн так себя ведёт, что она не может быть уверена…

«Не слушай меня, – сказал он всего несколько минут назад. – Не верь ни единому моему слову».

Но единственное, чего желало её сердце, – это отбросить все мысли.

– Ксейн, – наконец прошептала она. – Я скучала по тебе.

Он дрожал в её руках.

– Я… – пробормотал он и вдруг резко отстранился от неё. – Я не должен был. Не должен. Прости, Акслин.

Он выглядел совершенно испуганным, и она смотрела на него, не понимая.

– Что?

– Это именно то, чего я больше никогда не сделаю, – сказал он, дико дрожа. – Никогда, Акслин. Если я когда-нибудь попробую ещё раз… не позволяй мне. Держись от меня подальше, выстрели в меня одним из своих отравленных дротиков, если сочтёшь нужным, но больше никогда не позволяй мне прикоснуться к тебе снова.

– Ты сошёл с ума, Ксейн? – почти закричала она, её глаза наполнились слезами.

Он издал короткий смешок.

– Может, и так. Может быть, монстр меня подери. – Он снова посмотрел на неё так пронзительно, что у неё по коже побежали мурашки. – Я не могу поцеловать тебя снова, потому что я не должен прикасаться ни к тебе, ни к любой другой женщине. Потому что я не такой, как они, и я не позволю… Я не продлю свой род ещё на одно поколение. Ты тоже не соглашайся, Акслин. Я умоляю тебя.

Она отступила, встревоженная.

– Ксейн, ты меня пугаешь.

Юноша потёр глаза от усталости.

– В любом случае я знаю, что единственное, чего я добился этим, – это ещё больше запутал тебя. Просто помни, пожалуйста, что завтра я уезжаю на восточный фронт и никогда не вернусь.

– Но…

– Ты больше никогда меня не увидишь, Акслин. Так что, если ты когда-нибудь встретишь кого-то, кто будет выглядеть, как я, и утверждать, что это я, не верь ему. Как бы он ни был похож на меня, просто помни, что сегодняшний поцелуй был нашим последним поцелуем. – Он на мгновение колебался, словно хотел добавить что-то ещё, но наконец заключил: – И это всё, что я должен был тебе сказать сегодня. Мне жаль.

Он повернулся, чтобы уйти, но Акслин остановила его, когда он уже подходил к окну.

– Стой! Я не понимаю. Почему ты говоришь, что никогда не вернёшься?

Он повернулся, чтобы посмотреть на неё.

– Потому что именно на Последнем рубеже погибают почти все Стражи, Акслин.

Она вздрогнула.

– Тогда не уходи. Пожалуйста, не уходи.

Ксейн поднял руку, чтобы в последний раз погладить её лицо, но передумал, сжал кулак и снова беспомощно опустил руку.

– Мне больше некуда идти, – возразил он, покачав головой. – Никто не дезертирует из Стражи. Если я стану предателем, мои товарищи убьют меня. Я не хочу, чтобы им пришлось это делать.

Глаза Акслин наполнились слезами.

– Береги себя, пожалуйста, – продолжал он. – И помни, что худшие монстры – это те, которые на них не похожи.

– Что?..

– Напиши это в своей книге. Если повезёт, когда-нибудь кто-нибудь поймёт.

– Ксейн, подожди! – воскликнула Акслин, но было поздно.

Он уже бежал по крышам, молча, словно тень под ночным небом.

– Ксейн! – снова позвала она.

– Акслин, что случилось? – спросил вдруг голос за спиной, напугав её. – Почему ты так кричишь?

Она повернулась, её глаза были полны слёз. На пороге комнаты стояла Максина, в ночной рубашке, со свечой в руке, и с недоумением смотрела на неё.

– Во имя Восьми Основателей, девочка, что происходит? Почему ты плачешь?

Ноги не держали Акслин. Она прислонилась к стене и обхватила себя руками, всхлипывая.

– Это был… кошмар… просто кошмар, – сумела наконец пробормотать она.

Максина поставила свечу на тумбочку, подбежала к ней и обняла её.

– Моя бедная девочка… Ты видела столько ужасных вещей в своих путешествиях… Это нормально, что иногда у тебя бывают плохие сны. Но теперь ты в Цитадели, в безопасности…

Акслин, однако, знала, что это не так. Потому что она познакомилась с Ксейном, когда тот боролся с монстрами в одиночку, практически без помощи, и она никогда не видела его таким испуганным, таким отчаянным и таким разбитым, как в эту ночь.

«Худшие монстры – это те, которые на них не похожи», – сказал он.

Она не могла позволить ему просто так уехать. Она должна была выяснить, что происходит. И сделать так, чтобы его не отправили на восточный фронт.

30

Через несколько мгновений, уже одетая и с арбалетом на бедре, он бежала вниз по лестнице, а за ней Максина.

– Акслин, я не думаю, что это хорошая идея… – говорила хозяйка.

Но девушка её не слушала. Когда она собралась уходить, Максина обогнала её и встала между ней и входной дверью.

– Я не могу выпустить тебя ночью, Акслин. Это опасно.

– Именно это я и сделаю, Максина, с твоим разрешением или без него. Ты моя хозяйка, а не мой сторожевой пёс.

Женщина встревоженно воскликнула.

– Я беспокоюсь о твоей безопасности, вот и всё! Если не я, кто позаботится о тебе?

Акслин открыла было рот, чтобы возразить, но вдруг поняла, что не может больше тратить время на споры. Поэтому, прежде чем Максина успела возразить, она бесцеремонно оттолкнула её и вышла наружу.

– Акслин! – послышался вслед за ней крик женщины. – Тебе запрещено выходить по ночам!

«Мне всё равно», – подумала она, стиснув зубы.

Она ковыляла по улицам второго круга, мысленно составляя план действий. Она помнила, что дядя Оксании был генералом Стражи, и что она и Декс считали себя в долгу перед Ксейном за то, что он спас их на канале. Она всё ещё не понимала, что на самом деле произошло в тот день, но решила не делать выводов до тех пор, пока у неё не будет логического объяснения отсутствию повреждений на теле Брокснана, которое ей самой довелось изучить.

У Акслин не было никакой возможности попасть в старый город без разрешения на вход, однако в первом круге она могла попытаться связаться с Рокс, а может быть, и с Ярлаксом, в казармах Стражей. Возможно, ей удастся уговорить кого-нибудь из них передать сообщение в старый город.

Она также подумывала поискать Декса в библиотеке, но в такое время его там не бывает, а когда она появится там, Ксейн уже уедет из города.

Она предполагала, что, несмотря на поздний час, сможет войти в первый круг. Правда, у неё было только разрешение на работу, которое не включало ночные прогулки в казарму Стражей, но охранники у ворот обычно закрывали на неё глаза, потому что знали её и знали, что она часто задерживается допоздна в библиотеке. С другой стороны, несмотря на то, что ей запретили выходить из дома ночью, она сомневалась, что все знают об этом. В конце концов, каждый знает, что всякие административные вопросы в Цитадели занимают много времени, особенно сейчас, когда у служащих и целая прорва работы.

Но Акслин не рассчитывала на то, что ворота в стене окажутся наглухо закрыты. Она остановилась перед ними в недоумении. Насколько она помнила, внутренние ворота Цитадели всегда были открытыми.

Затем она вспомнила, что накануне служащая сказала ей и Локсану, что Верховный Правитель издал новый указ, предписывающий закрывать их после захода солнца.

Её сердце ушло в пятки. Она совсем забыла. Как же ей попасть в первый круг? С восходом солнца у неё не останется времени, чтобы попытаться что-то сделать для Ксейна.

Она растерянно огляделась, но не увидела никого, кто после уговоров впустил бы её. Всё больше раздражаясь, она изо всех сил постучала в ворота. Удары эхом разнеслись по всей улице, но никто не ответил.

«Как они могли оставить дверь без охраны?» – недоумевала Акслин.

Обычно внутренние ворота охранялись днём и ночью двумя Стражами и служащим Порядка и Юстиции. Возможно, они в две смены работают на внешнем кольце.

Не зная, что делать дальше, она снова ударила кулаками в ворота. Затем обеими руками схватилась за дверной засов и дёрнула его, пытаясь открыть. Но и в этот раз ворота не поддались. Тогда она в отчаянии пнула по ним.

– Эй, эй, можно узнать, что ты делаешь? – раздался чей-то голос.

Акслин в испуге обернулась.

– Я… не знала, что они собираются закрыть дверь, и… – пробормотала она. – Пожалуйста, мне очень нужно войти…

– Покажи мне свои документы, девочка.

Она на мгновение замерла, но быстро вытащила документ из сумки.

– Акслин, западный квартал, второй круг, – прочитал офицер. – У тебя есть разрешение на посещение первого круга днём, но не ночью.

– Я знаю, но это срочно…

– Подожди, – вмешался второй блюститель порядка. – Ты сказал, Акслин, западный район, второй круг?

Он порылся в сумке, висевшей на боку, и достал пачку бумаг. Он рылся в них, пока не нашёл то, что искал.

– Я знал, что твоё имя мне знакомо, – сказал он торжествующе. – Тебе запрещено покидать свой дом после захода солнца.

Она побледнела.

– Но… но…

– Тебе придётся пройти с нами в офис Делегата, гражданка. Прямо сейчас.

– Но мне надо в казарму Стражи! Это очень важно!

Блюстители порядка переглянулись и двинулись на неё, намереваясь силой остановить её. Акслин потянулась к арбалету и сразу поняла, что совершила серьёзную ошибку.

– Ты вооружена! – воскликнул один из блюстителей порядка.

Она сделала шаг назад, обдумывая ситуацию. Если у неё возникнут проблемы, возможно, её лишат вида на жительство. В этом случае её снова выдворят во внешнее кольцо, на этот раз уже навсегда.

Она убрала руки с арбалета и подняла их вверх.

– Это… это недоразумение, – пробормотала она. – Я не опасна. Я никому не причиню вреда. Я пойду с вами к Делегату.

«И надеюсь, это будет быстро», – добавила она про себя.

Увы, она хорошо знала, как устроена Цитадель, и знала, что быстро здесь никогда не бывает.

Капитан Салакс вышел во двор, когда первые лучи солнца начали пробиваться сквозь крыши Цитадели. Там его ждали уже четверо Стражей с лошадьми наготове.

Один из них держал под уздцы пятого скакуна, всадник которого ещё не появился.

– Ксейн ещё не появлялся? – спросил капитан.

– Нет, сеньор, – ответила Страж с золотыми глазами.

Салакс поджал губы, но ничего не сказал.

– Мы сообщаем о его неподчинении, сеньор? – встревоженно спросила она.

Капитан собирался ответить, но голос опередил его.

– Нет никакого неподчинения. Я уже здесь.

Ксейн приближался безмятежным и уверенным шагом, хотя лицо его было непривычно бледным. Он поздоровался со своим начальником и товарищами и погрузил свой вещмешок в сёдельные сумки.

– Счастливого пути, Стражи, – пожелал им капитан, когда те были готовы.

Они почтительно склонили головы, хотя Ксейн отвёл взгляд. Его товарищи вернутся в Цитадель после того, как проводят его на восточный фронт. Только он останется там на неопределённый срок.

Через несколько мгновений пятеро всадников выехали со двора идеальным строем. Капитан Салакс смотрел на них, понимая, что, вероятно, больше никогда не увидит Ксейна.

Но ничего не мог сделать, чтобы предотвратить это.

Акслин провела не один час в кабинете Делегата и, похоже, её не собирались выпустить в ближайшее время. Блюстители порядка привели её к очень встревоженному заместителю, который жаловался, что сейчас не приёмные часы Делегата, что тот, очевидно, спит дома и не появится на работе до следующего утра. Девушка умоляла отпустить её, пообещав, что вернётся, когда Делегат сможет принять её, но блюстители порядка настаивали на том, что у неё нет разрешения выходить на улицу ночью. Её заперли в камере, забрав сумку и арбалет, и передали их в руки нервного заместителя.

Акслин была в отчаянии. Ночной визит Ксейна доставил ей гораздо больше неприятностей, чем она рассчитывала. По его совету она вышла из дома вооружённой, и тем самым, в глазах служащих выглядела опасным нарушителем. Она подумала, что не удивится, если её арбалет снова конфискуют, и будет считать удачей, если ещё и вид на жительство не отберут за нарушение комендантского часа.

Заместитель, сидя за письменным столом в глубине комнаты, тянул время, следя за ней через оконную решётку. Он делал вид, что разбирает документы, и делал вид, будто не обращает на неё внимания.

Сначала она пыталась убедить его отпустить её. Она умоляла и клялась Верховным Правителем и всеми его советниками, что она не собирается никому причинять вреда. Но с каждым словом Акслин он, казалось, становился всё более неприступным, и она поняла, что лучше всего оставить его в покое и замолчать.

Наконец, когда рассвело, дверь открылась, и вошёл Делегат – худой, раздражительный старик, который был очень озадачен, обнаружив её запертой. Его заместитель, нервничая, объяснил ситуацию, но тем самым сумел лишь ещё больше его расстроить.

– Ты хочешь сказать, что эту гражданку задержали только потому, что она ночью прогуливалась по второму кругу?

– Се… сеньор, у неё не было разрешения…

– У меня есть двести тридцать шесть ходатайств о гражданстве, которые нужно рассмотреть, и пятьсот сорок девять видов на жительство, которые нужно подписать…

– Пятьсот пятьдесят два, – осмелился поправить его служащий.

– …внешнее кольцо переполнено людьми, а этих двоих волнует девчонка, которая гуляет по ночам! И её задерживают! И привозят её сюда, ко мне!

– Но… сеньор, у неё был с собой арбалет.

– И что?

Заместитель уставился на него, не зная, что ответить.

– То, что она носит арбалет, – хорошо для неё! Значит, эта маленькая девочка умеет защищаться и готова на это, монстр её подери! Пришло время, когда в этом городе хоть кто-то должен начать думать сам!

– Но…

– Вытащи её оттуда немедленно!

Служащий недоумевал, но послушно выполнил приказ. Акслин забрала свои вещи и пошла к Делегату, чтобы его поблагодарить, но тот указал на дверь и приказал:

– Уходи отсюда! И не трать больше моё время, иначе…

Акслин кивнула и выбежала из приёмной, всё ещё не до конца осознавая, что её просто отпустили. Оказавшись на улице, она посмотрела на небо. Уже светало. Если повезет, скоро откроют ворота.

«Если повезет, я доберусь до казарм Стражи вовремя, чтобы увидеть Ксейна в последний раз». Было ясно, что она ничего не сможет сделать, чтобы его не увезли от неё навсегда.

Так что она ковыляла так быстро, как только могла. Она бы побежала, если бы могла и если бы не её кривая нога.

Она обнаружила, что в этот раз ворота были открыты, и поспешно прошла через них. В этом секторе города не было очередей – ни один из вновь прибывших не получал разрешения на вход в первый круг. Она задумчиво шла по западному проспекту в направлении штаба Стражи.

Она ещё не знала, что будет делать, если встретится с Ксейном до его отъезда. За то время, которое она провела взаперти, у неё была возможность подумать об их встрече – о том, что он ей сказал, о том, как он себя вёл, и она не могла понять этого.

Он поцеловал её и сказал, что любит, но вместе с этим заявил, что они не могут быть вместе ни при каких обстоятельствах и никогда больше не увидятся.

Он также намекнул, что существуют монстры, о которых она не знает.

И что был кто-то настолько похожий на Ксейна, что она могла перепутать их. Может быть, брат-близнец? Не это ли так его расстроило?

Мгновение она недоумевая стояла неподвижно. А что если?..

Она покачала головой и продолжила идти. Она не должна была думать об этом. Ей так хотелось поверить, что человек, бросивший копьё в Брокснана, на самом деле не Ксейн, а некто похожий на него. То, что парень, который в последние месяцы показывал ей, насколько он равнодушен, на самом деле был не тем, кто страстно любил её так давно.

У неё не было доказательств. По крайней мере до тех пор, пока она не увидит их вместе вдвоём.

Потому что в глубине души она осознавала, что это не так. Как бы ей ни было больно от этого.

Внезапно она остановилась, увидев группу Стражей, едущих верхом. Её сердце забилось быстрее.

Акслин ждала их, прижавшись спиной к стене, и затаив дыхание. Когда всадники подъехали, она попыталась разглядеть их.

Две женщины и трое мужчин, все молодые, одетые в серую форму Стражи Цитадели.

На краткий миг сердце Акслин перестало биться.

Потому что четверых она не знала, а пятым… был Ксейн.

«Я вовремя», – с облегчением подумала она.

– Ксейн! – воскликнула она, прежде чем осознала, что делает.

Стражники повернулись к ней. Выражение лица Ксейна сменилось удивлением и недоумением, когда он узнал её. Его взгляд смягчился. Казалось, он собирался что-то сказать, но в конце концов покачал головой и отвёл взгляд в сторону.

Лошади не остановились, и Акслин заковыляла за ними.

– Подождите, пожалуйста!

Ксейн не обернулся, хотя она прекрасно знала, что он её слышал. Одна из Стражей натянула поводья своей лошади и попыталась преградить девушке путь.

– Назад, гражданка, – приказала она. – Неважно, куда мы направляемся, но ты не можешь следовать за нами.

Расстроенная Акслин остановилась, наблюдая, как остальная группа удаляется вниз по улице.

– Пожалуйста, одну минутку, – умоляла она. – Дайте мне поговорить с ним.

Страж покачала головой, но не ответила. Акслин беспомощно смотрела на всадников, двигавшихся по проспекту. Она понимала, что ничего не может сделать, чтобы остановить их. Даже Ксейн, казалось, не хотел поговорить с ней в последний раз.

Когда её спутники отъехали достаточно далеко, чтобы Акслин не могла их догнать, Страж пришпорила коня и поскакала к группе.

Акслин сделала ещё пару шагов, прежде чем остановиться. Она отказывалась верить, что больше никогда не увидит Ксейна.

Она опустилась на колени прямо посреди дороги, слёзы катились по её щекам. Стражи забирали у неё Ксейна… снова. И она ничего не могла сделать, чтобы предотвратить это, но и сам Ксейн, похоже, не хотел даже пытаться что-то изменить.

В прошлый раз, вспомнила Акслин, она попыталась сесть на первую повозку, едущую к Бастиону. Она дорого заплатила за эту ошибку и понимала, что не может позволить себе совершить её дважды.

Но она не могла смириться с тем, что он просто ушёл. Пока он был жив, она не думала сдаваться.

Акслин в ярости вытерла слёзы. Когда всадники, наконец, скрылись из виду, она встала и сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь сосредоточиться. Затем она развернулась и пошла в сторону казармы, обдумывая план действий.

Во-первых, она должна была выяснить, что же такое восточный фронт, какие монстры там водятся и почему они так опасны. Ей также было любопытно, узнать о Стражах, которых отправляли туда. Она понимала, что это задание только для самых лучших, самых умелых, самых способных и опытных. Но Ксейн был практически новичком и, у неё было ощущение, что его новая миссия – скорее изгнание, наказание, а не награда.

Слишком много вещей она не могла понять. А когда появлялось что-то, чего Акслин не понимала, она искала ответы.

Кроме того, работа отвлекала её от грустных и тревожных мыслей – ком в горле исчезал и глаза высыхали. Она стиснула зубы, больше не собираясь плакать. По крайней мере, до тех пор пока есть хоть какой-то шанс, пусть и призрачный, вновь встретиться с Ксейном. Даже если он поклялся прошлой ночью, что это был последний поцелуй, даже если бы в его сердце жила Рокс. Всё, что Акслин знала, – это то, что она должна спасти его не только от монстров, но и от страха и тоски, мучивших его.

«Я должна знать, – повторяла она себе. – Я должна знать».

Рокс попрощалась с Алдриксом в старом городе и направилась в казарму, предвкушая свободное время, когда услышала, как кто-то зовёт её. Она обернулась и увидела Акслин, которая переходила улицу.

Заинтригованная, Рокс остановилась. Скорее всего, речь пойдёт о Ксейне, предположила она, – вряд ли девушка пришла, чтобы снова обсудить смерть Брокснана из Галуксена.

– Акслин, – сказала Рокс, когда та, запыхавшаяся, остановилась рядом с ней. – Что случилось?

Акслин поправила арбалет, висевший у неё на бедре.

– Ты… видела Ксейна? – спросила она.

Страж нахмурилась.

– Нет, – ответила она довольно резко.

Она больше не видела Ксейна с тех пор, как их обоих выпороли. И, вероятно, не увидятся ещё очень долго, если вообще когда-нибудь увидятся.

Но Акслин не должна была этого знать, да и он не был виноват в том, что произошло между ними.

– Он вернулся в Цитадель, – добавила она более спокойным тоном, – но мы ещё не виделись и вряд ли встретимся до его отъезда.

Акслин уставилась на неё.

– Как ты можешь быть такой спокойной?

– Прости?

– Его отправили на восточный фронт. Тебе всё равно?

Рокс замерла.

– Это невозможно, – пробормотала она. – Туда отправляют только опытных Стражей. Ксейн слишком молод и…

– Что там такого опасного? – продолжала спрашивать Акслин. – Есть ли монстры, которых нет в бестиариях?

Рокс сделала паузу, прежде чем ответить:

– Они есть в бестиариях, по крайней мере, в тех, которые я видела. Возможно, Стража не показывает их обычным людям, потому что это не те монстры, которых можно встретить на дорогах или в деревнях.

– Не те? – спросила Акслин, неожиданно очень заинтересовавшись. – И как они выглядят?

Страж не ответила на вопрос.

– С чего ты взяла, что они послали туда Ксейна? – спросила она вместо этого, в упор посмотрев на Акслин серебряными глазами. – Кто тебе сказал?

– Сам Ксейн. – Девушка выдержала этот взгляд. – Он приходил ко мне вчера ночью.

Рокс покачала головой.

– Мы, Стражи, не можем иметь никаких дел с обычными людьми, Акслин. Тем более посещать их… ночью.

– Ему было очень плохо. Он был не похож сам на себя.

Она прищурилась.

– Объясни.

Акслин на мгновение задумалась. Насколько она знала, у Рокс и Ксейна были какие-то отношения… достаточно близкие, чтобы начальство решило их обоих за это. Возможно, неразумно повторять сейчас те страстные слова, которые Ксейн говорил накануне вечером, как не стоит упоминать и о поцелуе.

– Он сказал, что хочет попрощаться, – осторожно ответила она. – Что мы больше никогда не увидимся. И что если по какой-то причине он решит снова встретиться со мной, то я не должна ему доверять.

Рокс приподняла бровь.

– Не должна доверять?

– Особенно если он проявит… ко мне нежность. Потому что это будет не он, а кто-то другой.

Страж раздражённо закатила глаза.

– О, ради всех богов, – пробормотала Рокс. – Я не могу поверить, что он всё ещё повторяет эту историю. Послушай, Акслин, я не знаю… – она прервалась, заметив, что та смотрит на неё широко раскрытыми глазами. – Что такое?

– Что ты только что сказала? – спросила Акслин.

– То есть?

– Ты упомянула богов. – Рокс недоумённо моргнула. – Ты слышала о них? Ты знаешь, кто они?

– Это всего лишь выражение, – ответила Страж, всё ещё озадаченная. – Его раньше говорили в деревне, где я родилась. Я не знаю, что это значит. И вообще это неважно. – Она пожала плечами. – Некоторые обычаи трудно забыть.

– Ты родилась в деревне, где часто упоминались боги? – настаивала Акслин.

– Мы, Стражи, не должны вспоминать нашу прежнюю жизнь, – напомнила ей Рокс. – Я не буду отвечать на подобные вопросы. А теперь, если позволишь, я должна вернуться в казарму.

Она повернулась и собралась уходить.

– Любопытно, – сказала Акслин позади неё. – Как раз вчера один мой друг рассказывал, что много лет назад был в деревне, где родилось много детей с серебряными глазами… как у тебя. – Рокс остановилась. – Там все верили, что эти младенцы были детьми существа, которого никто не мог видеть. Они говорили, что он бог.

Страж повернулась к девушке с таким выражением лица, что Акслин вздрогнула.

– Где ты это слышала?

– Мне рассказал торговец. – Акслин скрестила руки на груди. – Ты знаешь деревню, о которой я говорю?

– Бог – это существо, которого никто не может увидеть? – вместо ответа спросила её Рокс.

– Я не знаю, что такое бог. Почему тебя это так интересует? Это всего лишь выражение, не так ли?

Страж сделала шаг назад и, нахмурившись, покачала головой.

– Хочешь узнать больше? – спросила Акслин, видя, что та снова собирается уходить. – Тогда, возможно, тебе не придётся далеко ходить за ответами, – заключила она, указывая на здание, возвышавшееся через улицу.

Рокс несколько мгновений рассматривала библиотеку, а потом снова посмотрела на Акслин.

– Хорошо, – согласилась она, – но побыстрее.

31

Мастер Приксия удивлённо повернулась к трём молодым людям и посмотрела на них поверх очков.

– Вы хотите знать о богах? – спросила она. – Это очень старые истории. Я понимаю, что они могут вызвать любопытство исследователей, но и не предполагала, что заинтересуют Стражей, – добавила она, взглянув на Рокс.

Та просто отвела взгляд и не ответила.

– Я никогда не слышал о богах, – искренне заинтересовался Декс. – Они что, какие-то монстры?

Акслин заметила, как Рокс глубоко вздохнула, но ничего не ответила. У неё было ощущение, что та что-то знает, но не хочет делиться с ними информацией. Однако она здесь и тоже пытается найти ответы на вопросы, которые и для неё оказались загадкой. Акслин понимала, чем дольше она будет держать Рокс в библиотеке, тем больше появится шансов получить от неё какие-то сведения.

– Истории о богах появились раньше историй о монстрах, – ответила мастер Приксия, и все трое с недоверием уставились на неё.

– Как может что-то существовать до монстров? – спросила Акслин. – Разве они не были всегда?

– Видимо, нет. Согласно древнейшим источникам, было время, когда монстры ещё не появились. – Она сделала паузу, пока Рокс, Декс и Акслин усваивали информацию. – Тогдашние люди верили в богов – существ, которым они приписывали великие силы и даже управление временем, жизнью и смертью, временами года и миром в целом. Судя по всему, люди считали, что нужно угождать богам, чтобы те давали им здоровье, защиту и благополучие. По их мнению, когда случалось несчастье, это было связано с тем, что какой-то бог разгневался и лишил их своей благосклонности. Поэтому люди совершали ритуалы, в которых просили хорошие урожаи, благоприятное время или лёгкие роды.

Акслин слушала с растущим недоумением. В этот момент рассказа она не выдержала и спросила:

– Но как это возможно? Действительно ли эти боги существовали? Имели ли они силу исполнять желания людей?

– Насколько нам известно, нет. Но эти убеждения утешали древних людей, давали им ощущение некоторой безопасности в мире, полном явлений, которые они не могли контролировать.

– Зачем людям нужно было чувствовать себя в безопасности, если монстров не существовало? – впервые заговорила Рокс.

– Были другие времена, – ответила мастер Приксия, слегка пожав плечами. – Богов в некотором смысле уничтожили монстры. Когда монстры вторглись в человеческий мир, люди поняли, что боги не в силах защитить их, как бы они ни молили их об этом. Поэтому со временем вера в богов угасла, а люди сосредоточились на выживании.

Акслин кивнула. Такая позиция казалась гораздо более логичной и разумной.

– Со временем, – продолжала библиотекарь, – люди отказались от всех суеверий, которые не были эффективны против монстров. Главным образом потому, что суеверные люди не выживали. Остальные же старались не повторять их ошибок. Так канули в лету боги, ритуалы, заклинания и защитные амулеты. Жители анклавов начали создавать свои собственные традиции и ритуалы, отбирая те, что доказали свою эффективность: стричь волосы, чтобы их не утащили длиннопалые, сажать боярышник у частокола, чтобы преградить путь лазающим, купаться в лимонной эссенции для отпугивания беззубов… Всё это делается потому, что работает.

Акслин искоса посмотрела на Рокс, но та, казалось, потеряла интерес к рассказу мастера Приксии. Ей было интересно, что Рокс надеялась узнать о богах, и вдруг вспомнила разговор, который привёл их сюда.

– Возможно ли, что сегодня существует деревня, где люди до сих пор верят в богов? – спросила она.

– Не понимаю, как. Если бы это было так, они бы долго не прожили. Нельзя противостоять монстрам, полагаясь на нечто несуществующее.

Акслин задумалась. Она достаточно хорошо знала Локсана, чтобы понимать, что он не выдумал ту историю о деревне Стражей. Если богов не существовало, как эти люди могли процветать, следуя древним суевериям? Единственное объяснение, которое она смогла найти, заключалось в том, что, по крайней мере, в данном случае это не было суеверием.

Что среди жителей того анклава действительно был некто неизвестный. Или нечто.

Кого никто не мог видеть.

Чего не может быть…

Она озадаченно повернулась к Рокс. И вот тогда вдруг обнаружила, что та вышла из комнаты, не издав ни звука и даже не попрощавшись.

Всё ещё озадаченная, Акслин поблагодарила мастера за лекцию и попыталась продолжить работу, но с трудом могла сосредоточиться. Она не могла перестать думать о Ксейне, но при этом ей казалось, будто она собирает воедино, точно мозаику, кусочки жизненно важной информации и даже не представляет, каков будет результат.

Бессонная ночь тоже давала о себе знать.

– Плохо выглядишь, – сказал Декс неожиданно, испугав её. – Ты в порядке?

Она подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза, и устало вздохнула.

– Они… отправили Ксейна на восточный фронт.

Он посмотрел на неё с недоумением.

– На Последний рубеж? Для чего? Подкрепление требуется именно в западных землях.

– Не знаю. Я понимаю, что восточный фронт – удел опытных Стражей, а он не такой. Похоже, это что-то вроде… наказания или осуждения.

– Почему? Это не должно быть связано со смертью моего брата…

– Нет, тут другое. Я не знаю точно, но, насколько понимаю, в последнее время он нарушил некоторые правила. Почему восточный фронт так опасен, Декс? – спросила она вдруг. – Что там такого?

Он задумчиво погладил себя по подбородку.

– Монстры, наверное. Зачем ещё посылать туда Стражей?

– Но я знаю практически всех существующих монстров. Очень немногие могут причинить вред Стражам.

Они переглянулись.

– Ни один обычный человек никогда не был на Последнем рубеже, – медленно произнёс Декс. – Не исключено, что там есть монстры, о которых известно только Стражам.

Акслин покачала головой.

– Но я просмотрел все бестиарии, которые есть в библиотеке. Многие из них были составлены Стражами. Правда, я обнаружила там кое-какие виды тварей, о которых не знала, но ничего такого, с чем не могли бы справиться сами Стражи, не увидела.

Она вздохнула.

– Я спросила Рокс об этом, но та не захотела мне отвечать.

– И ты знаешь… когда Ксейн вернётся? – деликатно спросил Декс.

Глаза Акслин снова наполнились слезами.

– Никогда, – прошептала она. – Именно на Последнем рубеже погибают почти все Стражи.

– Кто тебе это сказал?

– Ксейн. Он пришёл ко мне вчера ночью, чтобы… попрощаться. – Её щёки покраснели, а Декс приподнял бровь. – Он был убеждён, что мы больше не увидимся. Вот почему я подумала, – добавила она, прежде чем её друг успел ответить, – вдруг ты сможешь поговорить с Оксанией, чтобы его вернули. Её дядя имеет влияние в Страже, кажется?

Декс задумчиво нахмурился.

– Я попробую, – сказал он. – Да, это может сработать. Конечно, я поговорю с ней.

Усталое лицо Акслин озарилось улыбкой.

– Ты сделаешь это? Ты не против?

Он покачал головой.

– Конечно нет, Акслин. Я в долгу перед тобой и Ксейном, и перед Оксанией. Мы сделаем всё возможное, чтобы выяснить, что с ним случилось, и попытаться вернуть его домой.

Она вскрикнула от радости и крепко обняла его.

Весь день Рокс дежурила у южных ворот внутренней стены. Это была скучная однообразная работа, так что времени поразмышлять над последними событиями ей хватало.

Известие о том, что они отправили Ксейна на Последний рубеж, удивило её и, хотя она не хотела этого признавать, – обеспокоило. Он был слишком молод, чтобы сражаться на восточном фронте. И не был к этому готов, так что, скорее всего, долго там не протянет.

С другой стороны, в последние дни Рокс жила в убеждении, что Ксейн дезертировал из Стражи и что рано или поздно его выгонят или даже казнят за предательство. То, что его направили в другое место, тем более, на восточный фронт, значило, что он всё ещё был частью корпуса и, следовательно, останется в живых. Сколько времени ему потребуется, чтобы пасть в бою, будет зависеть только от его способностей и удачи.

Но если Ксейн не дезертировал, почему он покинул Цитадель, никому не сказав ни слова? И где он пропадал?

Рокс не пыталась выяснить это раньше, потому что была убеждена, что его побег связан с наказанием, полученным ими обоими. Она чувствовала себя в некотором роде ответственной и пристыженной. И знала, что лучшее, что она может для него сделать, – это держаться подальше.

Но теперь Ксейн покинул Цитадель, возможно, навсегда. Вряд ли они снова встретятся, и поэтому она могла позволить себе задать несколько вопросов.

Её немного встревожил тот факт, что прошлой ночью он приходил к Акслин. Вполне естественно, что хотел попрощаться, но почему он пытался предостеречь её от безымянных монстров? Казалось, Ксейн боялся, что кто-то из них притворится им самим, чтобы сблизиться с ней. Только это никоим образом не оправдывало его: такими секретами не следовало делиться с обычными людьми, а уж тем более с таким проницательным и любознательным человеком, как Акслин.

На мгновение, когда девушка рассказала ей о деревне, где обитал невидимый, Рокс испугалась, что та слишком близко подошла к истине. Вот почему отправилась с ней в библиотеку, чтобы расспросить библиотекаря о тех «богах», которых никто не мог видеть. И испытала облегчение и разочарование, когда поняла, что у них есть лишь сборник легенд о древних мифологических существах. И ничего их того, что хотя бы отдалённо раскрывало истинную природу безымянных монстров.

По правде говоря, Рокс пошла в библиотеку с Акслин не только для того, чтобы выяснить, что та узнала. Она пошла ещё и потому, что история о «божественной деревне», где родилось много детей с серебряными глазами, вызвала воспоминания, которые ей казались давно похороненными.

Рокс выбросила их из головы. Вероятно, истории были просто историями, боги оставались только легендами, а безымянные – всего лишь монстрами.

Рокс решила сосредоточиться на Ксейне и на причинах, по которым его отправили на восточный фронт. Поэтому, вернувшись в казарму, обратилась к Ярлаксу за советом. Она встретила его в столовой, тот быстро заканчивал есть перед сменой.

– Мне нужно поговорить с тобой, – сказала Рокс без обиняков.

Тот мрачно кивнул.

– Мне тоже, – ответил он.

Они вышли на улицу и нашли укромный уголок, чтобы поговорить наедине.

– Это правда, что Ксейна отправили на восточный фронт? – спросила она.

Ярлакс вздохнул и отвёл взгляд.

– Так говорят. Я тоже не хотел в это верить, но, похоже, кому-то надоело, что он постоянно нарушает правила.

– Думаешь, это… наказание?

– А что ещё это может быть? Он слишком молод, чтобы вступать в ветеранские войска. Он хороший Страж, но недостаточно опытный. У меня такое чувство, что они отправляют его туда, потому что не знают, что с ним делать.

Рокс на мгновение закрыла глаза.

– Тогда они должны были отправить туда меня, – пробормотала она. – Не его.

Ярлакс удивлённо посмотрел на неё.

– Думаешь, его отправили туда из-за тебя? Вы уже получили наказание за то, что произошло. С тех пор, насколько я знаю, твоё поведение было безупречным. А он, наоборот, просто исчез, и мы все считали, что он дезертировал.

– Я не понимаю, почему он ушёл, – сказала она, покачав головой. – Если он хотел уйти из-за меня, зачем тогда вернулся?

– Считаешь, он ушёл из-за тебя? – Ярлакс глубоко вздохнул. – Забавно. Я был убеждён, что это моя вина.

Она нахмурилась.

– Объясни.

Ярлакс глубоко вздохнул, не зная, как начать свой рассказ.

– В тот день, когда вас наказали, я узнал кое-что о Ксейне, – сказал он. – Я должен был сохранить это в тайне, но подумал, что ему будет полезно знать. Я рассказал ему, и… не прошло и трёх дней – он сбежал.

– Что ты ему сказал?

Страж, смутившись, опустил глаза.

– Я рассказал ему о его матери. О том, что она ещё жива. И где её можно найти. – Рокс открыла рот, чтобы возразить, но он продолжал: – Я посчитал: Ксейна не было три недели. Достаточно времени, чтобы как раз дойти до туда и вернуться.

Страж глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями.

– Ты правда думаешь, он пошёл к матери? Но зачем?

– Видимо, Стражи силой забрали его из деревни, и он даже не смог с ней попрощаться. С тех пор считал, что она мертва, а мне… показалось, что если я скажу ему правду, то он сможет отпустить прошлое. Я даже не подумал, что он решит проверить.

В голове Рокс завертелись вопросы.

– Думаешь, он просто пошёл проверить, в порядке ли его мать?

Ярлакс отвёл взгляд.

– Ну… я не уверен. В последнее время он задавал какие-то странные вопросы. О семьях Стражей. Он знает, что мы должны забыть своё прошлое, и я много раз напоминал ему об этом, прежде чем он ушёл, и тем не менее он казался… очень заинтересованным в том, чтобы узнать своё происхождение.

Слова Акслин вновь всплыли в памяти Рокс: «…деревня, где родилось много детей с серебряными глазами… как у тебя. Там они верили, что эти младенцы были детьми существа, которое никто не мог видеть».

Она старалась не думать об этом.

– Скорее одержимым, – пробормотала она. – У него было несколько теорий о безымянных, и, возможно, он зашёл слишком далеко в некоторых своих предположениях.

– Он признался мне, что его волнуют метаморфы, да. До такой степени, что ему по ночам снились кошмары. Мне это показалось… странным. Мы Стражи, и не можем позволить себе бояться монстров.

Рокс покачала головой.

– Это гораздо больше, чем страх. Я слышала, что вчера в ночи он пошёл к гражданке, чтобы предостеречь её. От метаморфов. Он не сказал ей об их существовании, – добавила она, заметив встревоженный взгляд Ярлакса. – Он оставил это в секрете, насколько я знаю, и, очевидно, гражданка не понимала, о чём он говорит.

– Он ходил к Акслин, не так ли? – догадался Ярлакс.

Рокс улыбнулась.

– Откуда ты знаешь? – спросила она.

Ярлакс вздохнул. Он достал из кармана сложенную бумажку и протянул ей. Рокс развернула её и с любопытством прочитала. Там говорилось:

Ярлакс, Рокс,

пожалуйста, защитите Акслин, когда меня не будет.

Они следят за ней.

Хорошей смены.

Ксейн.

Рокс подняла голову, чтобы посмотреть на Ярлакса в недоумении.

– Когда он тебе это дал?

– Он оставил листок в моей комнате, чтобы я нашёл его. Полагаю, если он тебе не писал, то это потому, что не хотел навредить тебе, приблизившись к твоей комнате.

Рокс снова посмотрела на записку.

– «Они следят за ней»? – прочла она вслух. – Он имеет в виду безымянных?

– Или, может быть, Стражей. На случай, если Акслин узнает то, чего не должна. – Сказал он раздражённо. – Но о чём думал Ксейн? Эта девушка всегда задаёт вопросы. Она – последний человек, которому я даже намекнул бы по поводу безымянных монстров.

– Да, согласна, – вздохнула Рокс. – К счастью, похоже, она не очень серьёзно отнеслась к тому, что он рассказал ей прошлой ночью. Она думает, что он бредит или сошёл…

– …с ума? – закончил фразу Ярлакс.

Они переглянулись.

– А что, если именно поэтому его отослали, Рокс? – спросил он тогда. – Что, если Ксейн сходит с ума? Если это так, то логично, что его отправили на восточный фронт, чтобы он не подвергал опасности простых людей.

«Есть такая вероятность, – размышляла Рокс. – Но она не единственная. С другой стороны, Ксейн на самом деле прав. И был прав с самого начала».

Её сердце бешено забилось, когда она складывала в голове все обрывки сведений.

Оксания, оборотень и её ребёнок с золотыми глазами.

Интерес Ксейна к происхождению Стражей.

Отсутствие отца и вопросы, которые он хотел задать своей матери… вопросы, на которые, возможно, теперь он нашёл ответ.

Его ночной визит к Акслин и адресованное ей загадочное предупреждение.

И, наконец, рассказ торговца о той деревушке с детьми с серебряными глазами. Детьми существа, которого никто не видел.

– Рокс? – поинтересовался Ярлакс. – Ты в порядке?

Она подняла голову, пытаясь сосредоточиться. Были зацепки, но не было уверенности. Наверное, Ксейн ошибался.

Но если бы был какой-то способ узнать наверняка…

Глубокий вдох. Она с трудом заглушила болезненные воспоминания о своём детстве, которые хранились где-то в глубине её памяти и которые она никогда не ворошила. Она забыла обо всём, начала всё сначала как Страж и никогда не оглядывалась назад.

Но если Ксейн был прав, если история торговца – правда…

Нужно разобраться в этом, сказала она себе.

– Я в порядке, – ответила она. – Мне надо идти.

Она повернулась и собралась уходить, но он остановил её.

– Подожди, Рокс. – Она повернулась и вопросительно посмотрела на него. – Ксейн рассказал мне, что произошло между вами, – продолжал он, смущаясь. – Я знаю, что сообщалось о других случаях, понимаешь? О Стражах, которые теряют контроль из-за оглушающего яда.

– Мы пошли к Викс после того, как это случилось, – тихо сказала она. – И Викс объяснила нам. А ещё она сказала: «Официально оглушающего яда не существует», – вспомнила Рокс, повторяя слова доктора.

Ярлакс покачал головой.

– В Страже знают, что такое случается, но они одинаково наказывают потерпевших, если те нарушают правила, даже если не контролировали себя. Я думаю, так нельзя. И, конечно, – тихо заключил он, – тебя тоже не должны были наказывать.

Рокс выдавила улыбку.

– Они не должны были наказывать Ксейна, я согласна, – ответила она. – Но я это заслужила. – Она повернулась к нему спиной и сказала. – Он поцеловал меня против своей воли. Но я поцеловала его в ответ.

И Рокс быстро удалилась, прежде чем Ярлакс успел возразить.

32

Кладовая Максины в былые времена была довольно просторной. Сейчас она использовала его для хранения старой мебели, снастей и провизии, которые не помещались в кладовой. Ворча себе под нос, Локсан отодвинул несколько мешков с бобами, чтобы добраться до дальнего угла.

– Можно узнать, что ты там ищешь? – спросила озадаченная Акслин у него за спиной.

Он высунул голову из проёма и повернулся, чтобы посмотреть на неё.

– Максина говорит, что где-то прячется чудовище, – со вздохом ответил он. – Говорит, что слышала его визг, поэтому, должно быть, это крикун. Я попытался объяснить ей, что если бы это был он, его бы услышал весь район. Но она же не слушает. Я остановил её, когда она собиралась звать Стражей, но если я не найду эту тварь до ужина, то не смогу остановить её ещё раз.

Акслин с любопытством посмотрела вниз.

– Так это правда, что тут что-то есть?

Локсан не ответил. Он передвинул ещё один мешок, и вдруг из угла выскочило маленькое серое существо с длинным хвостом.

– Вот он, – проворчал мужчина, пока мышонок искал укрытие под тяжёлым комодом. – В самом деле, что происходит с людьми в Цитадели? Они не знают, как отличить монстра от обычного животного?

Он опустился на колени, чтобы засунуть метлу под комод, но мышонок отказывался выходить. Акслин подавила смешок.

– Однажды я видела, как ты за одну ночь расправился с двенадцатью сосальщиками, отметила она. – Не могу поверить, что ты не можешь справиться с одной мышью.

Локсан со вздохом поднялся.

– Были другие времена, – пробормотал он. – Да и я был не один, и у меня была бронированная повозка. – Он повернулся к ней с лукавой улыбкой. – Как у тебя дела со Стражами? Ты смогла поговорить с… как его там… до его отъезда?

– Ксейн, – напомнила она, присаживаясь на бочку. Взгляд её совсем потух. – Видела его сегодня утром, когда он уходил, но не смогла поговорить. Единственное, что я могу сейчас делать, это надеяться, что мои связи в старом городе как-то помогут, но, в любом случае, это будет не в ближайшее время. – Она вздохнула. – Надеюсь, Ксейн останется жив до тех пор. Также я поговорила ещё с одной знакомой Стражницей. Я передала ей историю, которую ты мне рассказал прошлой ночью, и она отреагировала довольно любопытно.

Локсан торжествующе воскликнул, когда ему наконец удалось вытащить мышь из-под комода. Он попытался поймать её метлой, но та проскользнула между его ног и снова скрылась среди мешков. Торговец разочарованно зарычал, и опять принялся их двигать.

– Её, похоже, заинтересовали невидимые монстры, – продолжала рассказывать Акслин, больше для самой себя. – Но она перестала обращать внимание, когда мастер Приксия сказала, что боги – мифические существа и их на самом деле не существует. – Акслин нахмурилась. – Может быть, она думала, что боги настоящие? Я не говорю, что они могут исполнять желания или оплодотворять женщин, но если бы они оказались среди нас, мы бы об этом не знали. Или всё-таки знали? Как можно было бы изобразить их в бестиарии или хотя бы описать?

Локсан не ответил. Он ползал среди мешков, бормоча проклятия и обещая, что ошпарит бедную мышь кипятком, как только до неё доберётся.

– Ксейн сказал, что я должна запомнить кое-что важное, – продолжала она, – что худшие монстры – это те, кто на них не похож. Я не знаю, что он имел в виду. Все монстры выглядят как монстры, они узнаваемы, даже если раньше никто не видел их. Возможно, они способны на секунду сбить с толку, как зубастики или плачущие, но это быстро проходит, потому что они ведут себя как монстры. Если бы существовали невидимые существа… полагаю, они не выглядели бы как монстры. Или, может быть, выглядели бы, но мы бы этого не узнали, потому что не увидели бы их. Ксейн имел в виду это? Являются ли невидимые существа монстрами? – Она нахмурилась. – Я должна это выяснить. Если бы я могла узнать…

Но Акслин не смогла закончить фразу. Вдруг кто-то напал на неё сзади, обхватило шею и попытался задушить, закрыв одновременно нос и рот, чтобы она не могла ни кричать, ни дышать.

Акслин махала руками, отчаянно пытаясь привлечь внимание Локсана, но тот заполз под стол в поисках мыши.

Чувствуя, что у неё кончается воздух, она попыталась повернуть голову, чтобы хотя бы увидеть нападавшего. Но не могла.

Голова начала кружиться. Наконец одной рукой она ударила по бочонку, достаточно сильно, чтобы напугать Локсана. Тот вскочил, ударился головой о столешницу и повернулся к Акслин, ворча и потирая ушибленное место.

И замер, разинув рот и не понимая, что происходит: кроме Акслин здесь никого не было. Она как будто боролась одна и, казалось, задыхалась без видимой причины. В глазах её стояла мольба о помощи.

– Но что… – пробормотал Локсан, потянувшись за кинжалом. И остановился, не зная, против чего или кого его направить.

И тут в комнату ворвался силуэт, лёгкий, как лунный свет, и набросился на Акслин. Перед торговцем мелькнула серая форма Стража, который запустил в девушку топор.

– Нет! – закричал Локсан и бросился к Акслин, но Страж резко отдёрнул её и толкнул к Локсану.

Оба свалились на пол друг на друга. Когда Локсану удалось немного высвободиться, Акслин снова дышала, хотя кашляла и держалась за шею… но дышала.

– Что случилось? Что здесь происходит?

Акслин повернулась к Стражу, который что-то прижимал к стене и вонзал туда лезвие топора. Раздавалось чьё-то шипение и визг. Но вдруг всё затихло.

– Рокс, – сдавленным голосом произнесла Акслин.

Стражница повернулась к ним.

– Что происходит? – снова спросил Локсан. – Что это было?

В этот момент прибежала Максина и остановилась на пороге.

– Ради Верховного Правителя! – крикнула она, увидев Локсана и Акслин на полу, а Рокс с топором в руках. – Что тут происходит?

– Напа… дение, – просипела Акслин.

Максина закричала от ужаса.

– Значит, я была права! В моём доме монстр!

Локсан озадаченно моргнул.

– Я видел лишь полевую мышь, – пробормотал он.

– Полевая мышь? – повторила Максина, широко раскрыв глаза.

В этот момент они увидели, как мышь выскочила из своего укрытия, уворачиваясь от ловушек, и влезла в дыру в стене.

– Только это, – уверенно признала Рокс.

– Но… но… – выдавила Акслин.

Она указала на шею, где отчётливо виднелись две красные отметины.

– Ради Восьми Основателей! – взвизгнула Максина. – Кто это сделал? Ты! – крикнула она, указывая на Локсана дрожащим пальцем.

– Нет… он… нет… – поспешила уточнить девушка. – Кто-то… Другой… – Она снова с опаской посмотрела в угол, где находился кто-то невидимый, который пытался задушить её.

– Я ещё раз осмотрю склад, – объявила Рокс. – Мне нужно, чтобы вы все ушли отсюда.

Хозяйка дома кивнула, но Акслин не хотела уходить. Локсану и Максине пришлось практически тащить её. Все трое беспокойно ждали снаружи, пока через несколько мгновений Страж не появилась снова.

– Всё в порядке, – сказала она. – Там не было никакого монстра. Вы можете спокойно зайти.

Максина бросила на Локсана взгляд полный сомнений, прежде чем заглянуть на склад. Но, поверив Стражу, быстро удалилась. Тогда Локсан преградил Рокс путь и потребовал:

– Объясни нам, что здесь происходит? Что это было… кто напал на Акслин?

– Никто на неё не нападал, – ответила та с уверенностью.

– Я так не думаю. – Локсан скрестил руки на груди и посмотрел на Акслин. – Там был кто-то, кого мы не могли видеть, и я нахожу любопытным совпадением то, что он набросился на Акслин, когда она… говорила о невидимых существах, которые могли быть монстрами.

Рокс побледнела. Акслин смотрела на неё удивлённо, а Локсан продолжал:

– Ты думала, я тут только за мышью ползал?

– Я… не… я ничего не говорила, – наконец произнесла Акслин.

– Там никого не было, – коротко ответила Рокс и, повернувшись к Акслин, добавила: – Я пришла к тебе, потому что мне нужна кое-какая информация. Я должна увидеть того торговца, о котором ты говорила сегодня утром.

Акслин указала на Локсана пальцем.

– Наверное, это обо мне она говорила, – сказал он. – Хочешь поговорить о таинственном анклаве, в котором рождается больше Стражей, чем где-либо ещё? – Рокс замешкалась на мгновение, но потом кивнула. – Хорошо. Что ты хочешь знать?

– Мне нужно знать где он. Покажи мне его на карте.

– Зачем?

– Затем, что я собираюсь сама проверить, правдива твоя история или нет.

Наступила короткая пауза.

Рокс вытащила труп невидимки через окно кладовой, пока осуществляла «инспекцию» и оставила его в переулке за домом. Когда она убедилась, что поблизости никого нет, то вернулась за ним и отнесла в генеральный штаб Стражей.

– Это второй за короткий промежуток времени, Рокс, – сказала капитан Бексия, положив его к своим ногам. – Хорошая работа.

Она наклонила голову, принимая комплимент.

– Я убила его, когда он напал на девушку в западном секторе второго круга, капитан, – рассказала она.

Начальница кивнула, делая заметки.

– Девушка в порядке?

– Будет. Невидимый попытался задушить её, но неудачно.

Капитан Бексия подняла голову и хмуро посмотрела на неё.

– Были другие свидетели?

Рокс описала ситуацию, в которой застала Акслин, когда зашла в дом, где та жила.

– Мне пришлось убить невидимку, иначе он бы убил её, – ответила она. – Девушка и мужчина, который был с ней, видели, как я это делаю, но не понимали, что происходит, я не объяснила им. Позже они обыскали комнату и ничего не нашли, – заключила Рокс. – Они не могут объяснить произошедшее, и никто не поверит им, если они попытаются. Но хозяйка пришла позже и, увидев следы на шее девушки, подумала, что мужчина хотел убить её.

Капитан Бексия выдохнула с облегчением.

– Это то, что мы скажем в том случае, если они продолжат задавать вопросы или расскажут другим, – заключила она, и Рокс удивлённо посмотрела на неё.

– Что на неё напал торговец? – спросила она, чтобы убедиться, что всё правильно поняла. – Но они оба знают, что это неправда.

– Это самое правдоподобное объяснение. Если они станут отрицать это, люди решат, что он пытается оправдаться, а она покрывает его.

Рокс приподняла бровь.

– С чего бы ей покрывать мужчину, пытавшегося убить её? – рассуждала она.

– Это не впервые, поверь мне. В любом случае будет твоё слово и слово хозяйки против их версии.

Рокс подавила дрожь.

– Но он невиновен. Я не могу просто так обвинить его…

– Если бы ты не убила невидимку на глазах у двух граждан, не было бы необходимости придумывать всякие истории, Стражница.

Та недоверчиво помолчала, затем спросила, стараясь сохранить нейтральный тон:

– Неужели я должна была позволить этому существу убить девушку?

Капитан медлила с ответом.

– Нет, – сказала она наконец. – Конечно нет. Но иногда, Рокс, монстры не оставляют нам выбора.

– Понимаю, – пробормотала она.

Она ещё мгновение молчала, а капитан продолжала делать заметки, но вскоре снова взглянула на неё.

– Да, Страж Рокс?

Она откашлялась.

– Я должна ждать… наказания, капитан? – спросила она спокойно.

Бексия какое-то время задумчиво смотрела на неё. Потом покачала головой.

– Нет, Рокс. Сегодня ты спасла человеческую жизнь. Тебя не должны наказать за это.

– Поняла. Спасибо, капитан.

За сражение с безымянным на глазах у обычных людей всегда давали наказание, потому что оно подразумевало раскрытие существования этих монстров людям, которые не должны были о них узнать. Однако Рокс понимала, что есть исключение: когда монстры, о которых идёт речь, угрожают чьей-то жизни. Если бы тогда их не убили, независимо от того, были свидетели или нет, жертв стало бы больше, и это противоречило бы самому священному принципу Стражи: нужно защищать людей от всех чудовищ.

Впрочем, Рокс прекрасно понимала и то, что некоторые капитаны ставят секретность выше безопасности граждан. Ни один Страж не позволил бы невидимому причинить вред кому-либо в его присутствии, но то, получит ли он за это наказание, зависит исключительно от его командира.

– Тебе есть, что ещё доложить, Рокс? – спросила Бексия.

Она открыла было рот, чтобы сказать, что девушка, на которую напал невидимка – Акслин, но почему-то в последний момент решила, что эта информация не имеет значения.

– Нет, капитан.

Она попрощалась и отправилась на поиски Ярлакса.

Рокс увидела его уже вечером, он шёл по двору после своего последнего патруля. Встретившись с ней, он отвёл её в сторону, чтобы поговорить.

– Есть новости от Ксейна? – это было первое, что он спросил.

– Нет, – ответила она. – Но послушай, Ярлакс… – Она сделала паузу и огляделась, чтобы убедиться, что их никто не слышит, будь то невидимка или нет. – Он был прав: Акслин преследовал невидимый.

– Что? – её товарищ был удивлён. – Ты уверена?

Рокс рассказала ему о случившемся, и на этот раз не упустила ни одной детали. Ярлакс слушал с мрачным видом.

– Пожалуй, нам стоит обо всём доложить, – предположил он.

– И тогда высшее руководство решит, что Акслин знает слишком много. Что, если её за это выгонят из Цитадели?

Ярлакс открыл рот, чтобы ответить, но не нашёл, что сказать.

– Ксейн попросил нас присмотреть за ней, – напомнила ему Рокс. – Мы не сможем этого сделать, если её выгонят.

– Точно… так что ты предлагаешь?

Рокс задумалась.

– Надо присматривать за ней, – решила она наконец. – Чтобы понять, что она уже знает, и убедиться, что она не разузнает больше ничего лишнего. И чтобы защитить её. – Она сделала глубокий вдох и добавила: – Невидимый был, но его больше нет. Ксейн был прав, и мы разобрались с этой проблемой, по крайней мере частично.

– Частично?

– Он также намекнул Акслин о существовании метаморфов.

– Понимаю.

– Я не смогу ей помочь с ними. Ты должен быть бдительным, и если вдруг ты знаешь ещё кого-то из Серебряной дивизии, кому можешь доверять на случай, если рядом с Акслин появятся ещё безымянные…

– Кого-то из Серебряной дивизии? – повторил он. – Ты о чём?

Рокс отвела взгляд.

– Возможно, я скоро уеду, Ярлакс.

– Тебя куда-то перевели? – удивлённо спросил он.

– Ксейн не ошибся насчёт Акслин, – сказала она, не отвечая на вопрос. – Кто знает, в чём ещё он был прав?

Её голос сорвался, она развернулась и собралась уходить, не в силах больше говорить. Но он схватил её за руку.

– Подожди. Скажи мне, что ты не поедешь за Ксейном на восточный фронт.

– Конечно, нет, – ответила она, ошеломлённая такой идеей. – Но у меня есть другие дела… далеко отсюда. Я не могу сказать тебе больше. Чем меньше знаешь, тем для тебя лучше.

– Из-за этого у тебя будут неприятности, да? – спросил Ярлакс и вздохнул.

Рокс посмотрела на него.

– Вероятно.

Он снова вздохнул и, прежде чем Рокс ушла, сказал:

– Знаешь, когда я встретил Ксейна в Бастионе, то сразу понял, что ему будет трудно научиться следовать правилам. Я понимал, что если я не буду осторожен, он рано или поздно сделает так, чтобы я тоже их нарушил. – Ярлакс покачал головой. – Я никогда не думал, что нарушу их с тобой скорее, чем с ним.

Рокс снова улыбнулась, но не ответила.

33

В ту ночь Акслин долго не могла заснуть. Она лежала, думая о Ксейне, и о том, что за невидимое чудовище напало на неё в кладовой. Рокс спасла её. Она вела себя так, будто там на самом деле кто-то был, кто-то, кого она чувствовала. Хотя потом уверяла их, что на самом деле там никого не было.

Акслин знала, что это ложь. И это её тревожило.

Невидимое существо собиралось убить её. Что, если их было больше? Что, если они снова нападут на неё? Как она сможет защищаться, если даже не видит, что они приближаются?

Она встала на рассвете – всю ночь боялась заснуть, нервно осматривала углы, опасаясь, что в них спрятался тот, кого она не видит. Несмотря на усталость, уже на рассвете она приступила к работе над картой, которую попросила Рокс. В комнате у неё было всё необходимое. Раньше она уже составляла карты западного региона, и эта не сильно отличалась.

Акслин набросала общий план, затем позвала Локсана, чтобы уточнить у него детали.

Оба долго работали над новой картой, сверяясь с теми, что уже были.

– Эта нам уже не поможет, – говорил Локсан, глядя в одну из старых карт. – Здесь указаны деревни и анклавы, которых уже нет.

– Полагаю, Рокс достаточно знать направление. – Акслин перестала рисовать и вздохнула. – Это безумие, Локсан. Она не выживет в этой поездке.

– Ты правда думаешь, что она отправится туда одна?

– Мне показалось, что да, и, думаю, это потому, что она не хочет никого брать в спутники, чтобы не рассказывать то, что знает… или делиться тем, что боится узнать.

– Если это действительно так важно, – сказал Локсан, почёсывая бороду, – я не понимаю, почему она не сообщает об этом остальным Стражам. Если эта деревня всё ещё держится, полагаю, они будут очень заинтересованы в вербовке этих ребят, особенно в нынешнее время.

– Не знаю, – пробормотала Акслин. – Я не знаю.

Она закрыла лицо руками, чувствуя, что нужная информация буквально в её руках, только эта информация, как кусочки мозаики, которые необходимо собрать, чтобы увидеть всю картину целиком, но она пока не знает, как.

– Локсан, – спросила Акслин, – что ты думаешь о… невидимых существах?

Они не упоминали их с момента нападения на складе, но было понятно, что рано или поздно им придётся обсудить это. И вот этот момент настал.

Торговец помедлил с ответом, но наконец проговорил:

– У меня есть право носить оружие, где захочу.

Акслин засмеялась.

– Похоже, даже в Цитадели мы не можем чувствовать себя защищённо.

– Думаешь, их… намного больше?

Она покачала головой.

– Не знаю. Даже если они невидимые, если они нападают на людей, должно быть, кто-нибудь слышал об этом.

– А может, и нет. Максина, кажется, думает, что это я пытался задушить тебя вчера. Если бы эта тварь убила тебя, все бы решили, будто это я сделал, потому что больше никого не было. – Он вздохнул. – Очень жаль. Ведь я только начал находить с хозяйкой общий язык…

– Подожди минутку, – перебила она, подняв руку. – Это напоминает мне нападение, которое произошло несколько недель назад в доме в первом круге… – Она нахмурилась, вспомнив об этом. – Убили одного человека. Я говорила со служанкой, та рассказала, что на её хозяина напал кто-то невидимый, но потом пришли Стражи и всё свалили на обыкновенного вора. Я спросила об этом Ксейна, и мне показалось, что он чего-то не договаривает. – Акслин откинулась на спинку кресла, размышляя. – Может ли быть так, что все Стражи знают об этих невидимых, но скрывают это от людей? И, возможно, он от этого пытался меня уберечь, когда пришёл попрощаться?

– Возможно, да.

Акслин глубоко вздохнула.

– Рокс сказала, чтобы мы доверяли Страже, и Ксейн тоже. Но как мы можем доверять, если знаем, что нам лгут?

Локсан открыл было рот, чтобы ответить, но тут кто-то робко постучал в дверь. Девушка ответила «войдите», предположив, что это Рокс, но в дверной проём просунулась кудрявая голова Декса.

– Доброе утро, можно? – Он улыбнулся, увидев Акслин. – Привет. Я собирался подождать тебя внизу, но хозяйка попросила меня подняться, чтобы «наблюдать за бородачом». – Он повернулся, чтобы посмотреть на Локсана, а девушка тихо фыркнула и закатила глаза. – Предполагаю, что «бородач» – это ты.

Торговец поправил бороду, устремив задумчивый взгляд на Акслин, словно ожидая, что в любой момент и у неё начнёт расти борода.

– У «бородача» есть имя, – вздохнула она. – Его зовут Локсан, и он мой друг, но, похоже, Максина сомневается.

– Из западных земель, верно? – сказал Декс, входя наконец в комнату. – Ты пришёл в последнюю волну?

– Это так заметно?

– Если бы ты долго жил во втором круге, не был бы таким худым. Меня зовут Декс. Я работаю с Акслин в библиотеке, – представился юноша. Затем он посмотрел на карты, которые они разложили на кровати, и лицо его омрачилось. – Ты… всё-таки планируешь поездку? – спросил он у девушки.

– Нет, – ответила она и замолчала, не зная, что ещё сказать.

Ей показалось, что не нужно пока говорить ему то, что они с Локсаном знают.

– Я делаю обновлённую карту, – объяснила Акслин. – А Локсан знает западные дороги лучше, чем я, поэтому помогает.

Декс казался удовлетворённым разъяснением.

– Можешь сделать перерыв? Я должен тебе кое-что сказать. О Ксейне, – добавил он, краем глаза глядя на Локсана.

– Ты можешь говорить при нём, он знает.

Декс кивнул и занял табурет в углу, чувствуя себя очень уютно в маленькой комнате Акслин. Видимо, его совсем не пугали картинки монстров, развешанные по стенам.

– Я поговорил с Оксанией о новом назначении Ксейна. Она сделает всё возможное, чтобы убедить своего дядю заступиться за него, но говорит, что это будет сложно. – Он вздохнул. – У властей сейчас слишком много дел посерьёзней судьбы одного Стража. Часть людей они отправили охранять новые западные границы, ещё часть патрулирует внешнее кольцо. Остальные остались в городе.

Акслин опустила голову.

– Понимаю, – пробормотала она.

– Конечно, она будет продолжать настаивать. Ты же знаешь, если Оксании что-нибудь взбредёт в голову, её очень трудно убедить оставить это. Но вполне возможно, дяде будет не до её просьб, пока вся ситуация не окажется под контролем. Это может занять дни, недели… или месяцы.

– Если эта ситуация вообще когда-нибудь окажется под контролем, – перебил его Локсан. – Мне жаль это говорить, но я видел гораздо более организованные деревни, чем это место.

– Сейчас просто не те обстоятельства, – возразил Декс. – Обычно Цитадель – лучшее место для проживания, самое удобное и безопасное. И у нас нет монстров. – Он замолчал, удивлённо глядя на Акслин и Локсана. – Что? Это правда.

Акслин решила пока промолчать, только кашлянула, привлекая внимание Декса, и жестом указала на какой-то тюк в углу комнаты.

– Раз уж ты здесь, может, заберёшь свои вещи?

– О! – воскликнул он, внезапно побледнев. – Я… не знаю, я не думал об этом.

Локсан с любопытством посмотрел на них. Акслин встала и, наклонившись к Дексу, тихо спросила:

– Ты уже говорил с ним?

– Говорил, – ответил Декс и тихо вздохнул. – Ты была права, нельзя было просто взять и исчезнуть. Я сказал ему, что он может оставаться в моей комнате во втором круге столько, сколько захочет, но я уже не вернусь, как бы он ни хотел этого. Так что нет смысла откладывать неизбежное. – Декс снова вздохнул. – Это было очень тяжело, Акслин. Для нас обоих. Но необходимо.

Акслин вздохнула.

– Если ты уверен…

– Нет, я не уверен. Думаю, именно поэтому я ещё и не забрал свои вещи. Прости, пожалуйста, за неудобства.

– Нет-нет, ничего страшного, – поспешила заверить его Акслин, хотя на самом деле в её крошечной комнате свободного места почти не оставалось. – Мне так жаль, Декс. Вас обоих.

Он отвёл взгляд, и она заметила влажный блеск в его глазах.

– Да, ну… Со временем я свыкнусь с этой мыслью. Но это нужно было сделать, – вновь повторил он.

Акслин искоса взглянула на Локсана, который делал вид, что очень сосредоточен на картах. Она собиралась что-то сказать, как вдруг на первом этаже послышались голоса. Кто-то взбежал по лестнице и настойчиво постучал в дверь.

– Акслин, ты там? Во втором круге есть предупреждение о монстре!

– Что? Не может быть! – выпалила она, вскакивая на ноги.

Голос принадлежал сыну Максины. Она открыла дверь.

– Ты уверен, что речь не о внешнем кольце?

– Нет! Они эвакуируют весь северо-западный сектор. Говорят, у монстра шесть лап и чёрная кожа, он убил уже пять человек и всё сжигает…

– Сжи… сжигает… – повторил Декс сдавленным голосом.

– Раскалённые, – сказали Акслин и Локсан хором.

– Но это невозможно… – добавила она.

В этот момент Декс оттеснил её в сторону, выскочил за дверь и скатился вниз по лестнице.

– Декс! – неуверенно позвала Акслин. – Подожди, ты куда?

Как вдруг вспомнила, что дом, где он жил, находится именно в северо-западном секторе второго круга, и сердце её замерло. Она ковыляла по коридору, пытаясь догнать его.

– Декс! Подожди, не уходи! Вернись!

Но когда она сбежала вниз по лестнице и выскочила на улицу, её друг уже исчез.

Она собралась бежать за ним, но Локсан, который выскочил за ней следом, схватил её за руку.

– Стой! Куда ты идёшь?

– Он никогда не видел настоящего раскалённого, только на картинках в бестиариях. Я не знаю, что он собирается делать, но его нужно остановить.

– Хорошо, только не делай это сама. Ты безоружна. Поговори с ней, – добавил он, указывая на Рокс, которая спешила к ним с другой стороны улицы. – Если мы и в самом деле можем доверять Стражам, пусть они это докажут.

Позднее никто не мог объяснить, как раскалённый добрался до площади второго круга. Одни говорили, что видели, как он спрыгнул с крыши, другие – что он вылез из колодца, хотя Акслин знала, что это невозможно, так как раскалённые не выдерживают длительного контакта с водой.

Вскоре, однако, возникнут и другие вопросы. Первоначально Акслин не знала об этом, когда вместе с Локсаном отправилась в северо-западный сектор, чтобы попытаться выяснить, что случилось с Дексом. Она пересекалась со многими гражданами, которые бежали в ужасе, крича, всхлипывая и спотыкаясь. Люди, которые никогда раньше не видели монстра, не ожидали встретить одного из них на пороге своего дома.

Стражи, естественно, сделали своё дело. У Рокс был выходной, но она присоединилась к группе, которая пыталась выследить раскалённого, и это задание не потребовало много времени.

К тому моменту, однако, уже сгорели два дома, тринадцать граждан погибли, многие получили ранения.

Акслин искала Декса в толпе и, наконец, нашла его. Он медленно шёл, осторожно поддерживая Кенкси. Тот едва мог ходить самостоятельно из-за серьёзных ожогов.

Акслин бросилась ему на помощь.

– Декс! – прошептала она. – Ты в порядке?

Он кивнул, всё ещё дрожа.

– Я в порядке, – пробормотал он и придержал Кенкси, облегчённо смеясь и всхлипывая одновременно. В глазах его стояли слёзы. – Мы живы. Мы оба живы, – повторил он, словно не мог в это поверить.

Акслин хотела ещё что-то сказать, но не смогла – у неё тоже перехватило дыхание.

Локсан озабоченно качал головой, наблюдая за происходящим вокруг.

– Это ещё не конец, – заявил он. – Возможно, худшее ещё впереди.

Покончив с раскалённым, Рокс пошла к Акслин и получила карту, на которой Локсан указал местоположение анклава, где жили дети с серебряными глазами.

Она долго думала, как поступить. Её первой идеей было получить другое назначение, попытаться отправиться на западную границу и найти способ продолжить своё путешествие оттуда.

Но ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что в данный момент её просьба будет расценена, в лучшем случае, как каприз, который Стража не могла себе позволить. В худшем случае это вызовет подозрения. В конце концов, несколько недель назад именно в этом направлении бежал из Цитадели Ксейн.

Рокс пришла к выводу, что лучше всего поступить так, как её напарник: уйти, никому не сообщая, и разбираться с последствиями по возвращении.

Она с ужасом представляла возможные последствия этого поступка, водружая на рассвете сёдельные сумки на лошадь. Наверняка её за это накажут. Может быть, отправят с Ксейном на восточный фронт, а может, даже выгонят из корпуса, так как она будет отсутствовать гораздо дольше, чем он.

Но ещё не исключалась и такая возможность, что она никогда не вернётся.

Рокс сомневалась. Стоит ли это того? История торговца, конечно, довольно странная, но в ней есть детали, которые склоняли её к мысли, что тут всё не так просто. Если бы она смогла выяснить правду об их происхождении и если подозрения Ксейна были хотя бы отдалённо приближены к реальности… возможно, Стража и её правила стали бы уже не так важны ни для Рокс, ни для кого-либо ещё.

– Уходишь? – за её спиной внезапно раздался голос.

Она беспокойно повернулась.

– Алдрикс. Что ты здесь делаешь?

– Я только что закончил смену, – ответил он. – Я не знал, что тебя перевели в другое место.

– Я уезжаю в западные земли, – честно сказала она.

Страж склонил голову, глядя на неё, скрестив руки на груди.

– Ты не хочешь быть в Цитадели, когда ворота закроются, да? Это понятно.

Она стояла, озадаченно глядя на него.

– Что ты имеешь в виду?

Алдрикс пожал плечами.

– Я знаю людей в старом городе. Они боятся, что их настигнет хаос снаружи. Говорят, что сегодняшний раскалённый вошёл, потому что с тех пор, как западный регион пал, ворота стали не так строго контролироваться. Есть те, кто хочет закрыть их навсегда, чтобы никто больше не мог через них войти.

Рокс замерла.

– Но если это так… Не будет же Верховный Правитель их слушать, да?

– Никто не знает. Если решение будет единогласным, возможно, Верховный Правитель всё-таки уступит под давлением аристократов.

Она задумчиво наклонила голову.

– А может, и нет, – пробормотала она. – Говорят, на западном фронте есть прогресс. Если мы сдержим монстров на реке и усилим оборону, возможно, жители тех земель смогут поселиться в южных и западных анклавах, не перегружая Цитадель…

– Определённо. Но для этого нам нужно время, Рокс. А у нас его нет. Люди слишком напуганы.

– Но мы не можем никого бросить за стеной. Обычные люди – причина, по которой мы сражаемся с монстрами, Алдрикс. Если мы оставим их на произвол судьбы, если позволим монстрам убить их, нам не за что будет сражаться.

– Мы сможем сражаться за нас самих, – предложил он. – Это всегда лучше, чем дезертирство, не так ли?

– Я не дезертирую.

– Правда? А так и не скажешь.

Рокс не ответила.

– Если ты не дашь мне убедительного объяснения, – продолжал Алдрикс, – я немедленно доложу о твоих намерениях. И тогда ты не сможешь уйти.

Рокс глубоко вздохнула.

– Если я расскажу тебе, ты сохранишь секрет? – спросила она с некоторым скептицизмом. – И ты не будешь пытаться помешать мне уйти?

– Возможно. Это зависит от истории, я думаю.

Она смотрела на него с сомнением. Она покачала головой, понимая, что выбора у неё нет, и сказала:

– Мне рассказали о деревне на западе, где живут несколько потерянных Стражей. Все в одном анклаве. Я хочу проверить, правда ли это, и если да… попытаться выяснить, почему.

Он улыбнулся.

– Ты собираешься искать затерянную деревню в землях, захваченных монстрами, только потому, что кто-то рассказал тебе нелепую историю? Я тебе не верю.

– Это не просто абсурдная история. Думаю… – она засомневалась, – я сама родом оттуда.

Алдрикс прищурился.

– Хочешь узнать своё происхождение? Это не приносит ничего хорошего, Рокс.

– Дело не в этом. Я думаю, что у меня есть воспоминания об этом месте, и если это так, значит оно существует. В таком случае, может быть, жители этого анклава ещё держатся. И если он действительно есть, и в нём действительно живёт множество потерянных Стражей, мы должны найти его, спасти его жителей и привести их сюда.

– Ты сообщила об этом нашему начальству?

– Они меня не послушают. У них есть заботы посерьёзнее, и, с другой стороны, если я не права… я не должна беспокоить их пустыми предположениями. Я пойду одна, поищу эту деревню и, если она существует, сообщу об этом. Я не должна тратить чужое время в данной ситуации.

Алдрикс смотрел на неё очень серьёзно. Наконец со вздохом покачал головой.

– Вполне возможно, что ты не вернёшься живой.

– Знаю, – сдержанно ответила она.

Но Алдрикс уже не ответил. Обеспокоенная его молчанием, Рокс обернулась. Но увидела, что тот уже ушёл, даже не попрощавшись и не предупредив, намерен ли он доложить о ней начальству. Но Рокс всё равно решила рискнуть. Закончив подготовку, она вышла на улицу и через некоторое время выехала из ворот внешней стены в направлении западных земель.

Никто её не остановил.

Эпилог

Солнце наконец-то появилось после нескольких дней беспрерывных дождей. День был тёплым, и многие жители Цитадели вышли прогуляться пешком вместо того, чтобы трястись в повозках. В любимой таверне Акслин вынесли на улицу несколько столиков, и она, Локсан и Декс пошли туда пообедать.

Они редко выбирались куда-то вместе. Несмотря на ворота, жили они всё же в разных кругах. Акслин работала в первом, а у Локсана не было разрешения выходить из второго.

Декс же в течение дня распределял своё время между выполнением обязанностей в старом городе, работой в библиотеке в первом круге и домом, где Кенкси постепенно оправлялся от ожогов, во втором. Он не хотел бросать своего товарища и сообщил родителям, что пока не планирует поселиться в семейной резиденции.

В то утро, как обычно, он явился последним. Поздоровался и сел за стол, подвинув книги, которые положила Акслин.

– Ты теперь занимаешься ботаникой? – спросил он, взглянув на названия. – Ты сказала мастеру Приксии, что больше не изучаешь монстров?

– Я всё ещё изучаю монстров, – возразила она. Вздох. – Я взяла след, но не думаю, что он меня куда-то приведёт.

Она показала ему страницу из своего блокнота с набросками. Это были вариации символа, выгравированного на амулете, который она приобрела на рынке.

– Я пытаюсь понять, что это за растение, но пока безуспешно.

– Не смотри на меня, я вырос в городе, – ответил Декс.

– Мы с Локсаном – деревенские люди, и нам тоже не удалось его опознать.

– Оно такое редкое? – спросил Декс, нахмурившись.

– Да нет, – проворчал Локсан. – Просто рисунок Акслин такой приблизительный, что может изображать что угодно.

Она показала ему амулет.

– Видишь? Я нашла в трактатах по ботанике несколько цветков, похожих на этот, но Локсан прав: это может быть любой из них. Здесь тоже рисунок очень схематичный и…

– Ты уверена, что это цветок? – вдруг спросил Декс. – Потому что мне кажется, что это скорее струйка воды, бьющая откуда-то.

Наступило короткое молчание.

– Струйка? – повторила она, недоумевая.

– Да, фонтанчик. Разве ты не видишь?

Акслин взяла амулет и ещё раз внимательно рассмотрела его.

– Не знаю… может быть. Но в таком случае, как я узнаю… – Она покачала головой, ошеломлённая. – В любом случае, думаю, это была глупая идея. Я не хочу, чтобы вы тратили своё время на это. – Она убрала амулет и с улыбкой повернулась к Дексу. – Какие новости ты принёс из старого города?

– Сегодня там снова спорили о закрытии ворот, – сказал он, устало потирая один глаз. – Власти пытаются убедить Советника по Формальностям и Документам проголосовать за. Порядок и Юстиция, Защита и Контроль, а также Городское Планирование поддерживают закрытие. Советник по Дорогам и Торговле по-прежнему против, и Советник по Снабжению и Поставкам – тоже. Богатство и Наследие предлагает вместо этого промежуточное решение: внутренние ворота должны быть закрыты, отделяя центр от кругов, а внешние – открыты, чтобы продолжать принимать людей, ищущих убежища за стенами.

– Но это безумие, – пробормотала Акслин. – Большинство горожан перемещаются между различными секторами Цитадели. Если бы внутренние ворота оказались закрыты, что бы ты сделал?

Декс вздохнул.

– Я бы остался во втором круге, если бы не Оксания и её дочь, – признался он. – На данный момент меня не волнует семейное гнездо де Галуксенов.

Он закрыл лицо руками. Акслин знала, что с трудной задачей, которую ему подкинула действительность, он не сможет справиться в ближайшее время. Но здесь ему ничем не поможешь.

– Думаешь, они запрут наружные ворота? – озабоченно спросила Акслин.

– Да, думаю, в какой-то момент они это сделают, – подтвердил Декс. – Это может занять месяц или два, но если ситуация не улучшится, они в конечном итоге закроют Цитадель. Всё больше и больше людей просят об этом. Некоторые считают, что, если бы они лучше контролировали ворота, нападения раскалённого не произошло бы. Они думают, что мы находимся в сложном положении и что, если Верховный Правитель не начнёт действовать в ближайшее время, появятся новые монстры, которые в конечном итоге сожрут всех нас.

– Конечно, это люди, которые не знают, что такое жизнь в деревнях, – пробормотал Локсан.

– Как они узнают? Цитадель – самое безопасное место в мире. Здесь нет монстров.

Акслин и Локсан переглянулись.

– Я бы не был так уверен, – рассудительно ответил торговец. – Но, во всяком случае, мне тоже не хотелось бы застрять здесь без возможности выбраться…

Он приподнял бровь, глядя на Акслин, и она уловила остальную часть мысли: «…окружённым существами, которых мы не можем видеть».

Девушка вздохнула. В Цитадели она тоже уже не чувствовала себя в безопасности, после нападения невидимого существа, не говоря уже о том, что Ксейн и Рокс ушли.

Страж тоже исчезла в одночасье, и Акслин узнала через Ярлакса, что её товарищи боятся, что она дезертировала. В последние дни Акслин начала чаще, чем обычно, встречать Стража с золотыми глазами и начинала подозревать, что не случайно он оказывается в одних и тех же местах. У неё было ощущение, что он незаметно следит за ней, хотя она и не понимала, почему. Она хотела доверять Ярлаксу, потому что знала, что он дружит с Ксейном, но ей было трудно, поскольку она понимала, что он многое скрывает от неё.

– Хочешь вернуться на дороги, Локсан? – спросила она вдруг.

Торговец задумался.

– Не по западным землям, – ответил он, – но я не прочь побродить по другим местам. В конце концов, я ещё не нашёл здесь работу.

Акслин задумчиво кивнула. При других обстоятельствах, возможно, для Локсана не составило бы труда зарабатывать на жизнь в Цитадели. Но, хотя он изо всех сил помогал тут и там, мир были перегружен, и ни у кого не было времени даже подумать о том, чтобы предложить ему постоянную работу.

– Что ты знаешь о Ксейне, Декс? – продолжала спрашивать девушка.

– На данный момент ничего. Как я уже говорил, генералы Стражи заняты своими делами. Они не собираются бросать их, чтобы заняться судьбой одного Стража.

Она продолжала думать.

– Локсан, – сказала она наконец, – ты готов довести меня до Последнего Рубежа?

– Без бронированной повозки – нет, конечно.

– А если бы она у тебя была?

– Если бы она была у меня? – Торговец издал радостный смешок. – На бронированной повозке, напарница, я могу ехать на край света.

– Хорошо. Возможно, мы сумеем смастерить её до того, как двери закроют. Что думаешь?

Он приподнял бровь и пристально посмотрел на неё.

– Ты хочешь отправиться к Последнему рубежу на бронированной повозке… в поисках Ксейна?

Она с улыбкой пожала плечами.

– Кто-то должен это сделать, не так ли?

Декс поочерёдно смотрел на них обоих широко раскрытыми глазами.

– О, ради Верховного Правителя, вы серьёзно? – Он увидел, что они оба широко улыбаются, и в ужасе покачал головой. – Вы оба сумасшедшие, вы это знаете?

– Не стоит нас недооценивать, городской мальчик, – ответил Локсан, по-доброму подмигивая. – Мы вместе я уничтожили больше монстров за месяц, чем ты увидишь за всю свою жизнь. – Он повернулся к Акслин, внезапно став очень серьёзным. – Но я не повезу тебя на своей повозке, если ты не будешь хорошо вооружена, слышишь? Я уже видел твой новый арбалет, но как же яды?

– Я могу их подготовить, – заверила его она. – Лексис хорошо обучил меня.

Короткая тень печали пробежала по лицу торговца, но он тут же снова ухмыльнулся, когда та довольно кивнула.

– Мне это нравится. Хорошо, хорошо, путешествие к Последнёму Рубежу – это не то, что любой может сделать, а? Я надеюсь, что твой парень-Страж выстоит и оценит твои усилия.

Акслин мрачно покачала головой.

– Я не знаю, оценит он это или нет, мне всё равно. Всё, что я знаю, – это то, что я не собираюсь бросать его снова. Никогда больше.

Content

Лаура Гальего
Секреты Ксейна

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

Эпилог