Антон Тутынин

Вспыльчивый барон Кенинг

Книга 3

Глава 1

Я сидел на вольфрамовом троне, испещрённом разными мистическими символами, с предвкушением глядя прямо перед собой. На подлокотнике руки привычно прощупывали чёрные свастики из вплавленного в металл обсидиана, по бокам огромного трона светились выдавленные буквы тетраграмматона[1], а высоченную спинку, уходившую на человеческий рост вверх, венчала огромная печать Соломона[2], созданная из чистейших алмазов.

Я восседал на троне привычно, словно всю жизнь провёл в этом положении. Пальцы без труда повторяли знакомые геометрии, поглаживая отполированный металл и чёрное стекло, а глаза привычно обозревали обширный тронный зал, способный вместить внутри себя целую дивизию. Половину высоты тронного зала сейчас занимал голографический экран, с которого на меня глядела бесконечная звёздная гладь, испещрённая множеством отдаляющихся продолговатых фигур. А прямо под ним, стоя на одном колене, находились десятки самых доверенных, самых сильных моих эмиссаров, готовых выполнить любой мой приказ.

По ту сторону экрана корабли, достигавшие размерами целого километра, казались такими игрушечными с «высоты» лунной базы, что даже не верилось в их реальную мощь. Их были десятки! Десятки кораблей, построенных с использованием ресурсов всей звёздной системы. С напряжением всех сил моей небольшой Империи!

Но теперь все эти люди знали, что прошедшие столетия они трудились не зря… Ведь именно сейчас начиналась по-настоящему сложная работа — покорение ближайших систем галактики, оказавшихся достойными колонизации. Именно сейчас мои люди делали первые серьёзные шаги на пути к моей заветной цели — возвращению к звёздам!

На экране в этот момент одна за другой фигуры кораблей вспыхивали ионными следами двигателей, вытягиваясь струной в искажающем пространство и время межзвёздном переходе, после чего бесследно пропадали во мраке космоса. И за этим процессом с замиранием сердца следил не только Император, — вся Империя, расползшаяся по трём планетам солнечной системы и множеству промышленных, научных и сырьевых космических станций, следила за результатом своей титанической работы. Ведь они до конца верили своему бессмертному императору! Отбросили давно забытые разногласия и вражду, десятилетиями трудясь ради одной цели, — выход в далёкий космос.

И вот-вот человечество получит обещанное. Вскоре оно покорит всю галактику, а после и вселенную!

Во имя Империи! Во имя бессмертного Императора!

— Хмх… — выдохнул Вальтер, разлепив сонные глаза. В покрытой ночным мраком комнате его нового дома всё также пахло свежей древесной смолой. По бокам сладко посапывали две обнажённые девушки, а за окном мерцали яркие звёзды, разбавленные светом круглой луны.

— Странный сон… странный, но хороший, — улыбнулся самому себе барон Кёнинг. Повернулся на бок, прижавшись к упругой попке Эльзы, и, схватив ту за небольшую, но упругую грудь своей левой рукой, вскоре снова уснул.

Из-за его очень горячего тела девушкам приходилось спать как и он без всякого одеяла.

* * *

Вернулись домой они больше месяца назад. И сходу были вынуждены вписаться в напряжённую работу. Восстановление порушенного, похороны, лечение раненых, сортировка трофеев, приведение в чувство тех, чей рассудок дал трещину, — Вальтер почти круглосуточно был занят делами. Да и чародейки, что он привёз с собой, тоже. Но это в конце концов дало результат — месяц спустя жизнь на его землях почти полностью вернулась в прежнее русло, продолжив набирать обороты.

Проснулся Вальтер уже после рассвета, в пустой постели — его наложницы, Эльза и Нора, как всегда с первыми петухами занялись своими делами.

Да, Эльза тоже стала его девушкой-наложницей, осознав, в каком незавидном положении она находится после вестей об изгнании. Но не только из-за меркантильных соображений, конечно. Изгнанная дворянка весьма глубоко прониклась чувством признательности к молодому барону, после своего спасения, пожелав разделить с ним не только ложе, но и всю жизнь, став для Вальтера кем-то вроде доверенного помощника. И девушка даже потребовала(!) научить её всему, что могло ей понадобиться.

Нора от Эльзы тоже ничуть не отставала, пожелав обогатиться разными знаниями, отчего барону приходилось каждый день по четыре часа гонять девушек и в хвост и гриву. Разумеется, за потраченное на них время он с лихвой отыгрывался уже ночью, а иногда и в течение дня, наконец-то заполучив в свои руки средство для снятия психологического напряжения. Каждый раз, сжимая в своих объятиях обнажённую, разгорячённую и податливую девушку, изливаясь в неё своим семенем, молодой барон чувствовал, как отпускают его разум те самые тиски яростных чувств, что мешали нормально мыслить последнее время. На то, чтобы не сорваться и не отправиться крушить всё направо и налево, он действительно тратил раньше немалые силы! Был каким-то чересчур раздражительным, хотя и старался этого не показывать.

Жаль только, сами девушки с трудом выдерживали напор его ауры во время близости, едва не теряя сознание! Отчего Вальтеру каждый раз приходилось снова серьёзно сдерживаться. Его раскалённая аура настолько глубоко проникала в энергетику девушек, разгоняя их женское естество, что порой у тех случалось по три-четыре оргазма подряд, покуда он сам не достигал, наконец, оргазма. А эмоции при этом буквально лились через край, отключая рассудок и расслабляя их тело! Даже двигаться какое-то время те не могли, приходя в себя после секса. О повторном заходе и речи быть не могло.

По этой же причине и голос свой они даже не пытались сдержать. Получая после множество смущающих комментариев от соседок. Ведь чародейки и служанки-послушницы жили в этом же доме, на этаж ниже. Отчего все всё прекрасно слышали!

— Ого! Доброе утро, Эльза, Нора. Смотрю, вы сегодня раньше обычного? Вальтер вас похоже пожалел ночью? — вот и сегодня встречала их Электра ехидными замечаниями, завтракая на первом, самом обширном этаже огромного дома в гордом одиночестве. Остальные, скорей всего уже ушли на боевые и рабочие посты.

Здесь теперь и небольшая столовая была с длинным деревянным столом кустарной выделки. Достраивали этот особняк, к слову, всем миром, серьёзно укрупнив проект, ибо расселять чародеек было просто негде. Те и сами приняли непосредственное участие в строительстве, сильно ускорив процесс.

— Завидуйте молча, ваше высочество! — парировала её Нора, самодовольно улыбаясь, — И нет, не пожалел. Всё также неистов и ненасытен! Просто мы с Эльзой стали выносливей — всё-таки юность имеет свои неизменные плюсы.

— Уа-а! Я так хочу кушать, давайте в этот раз без меня, — пока Нора стояла и бодалась с Электрой взглядом, Эльза обошла девушку, плюхнувшись за стол, — Симка-а! Неси завтрак скорее, негодница!

— Бегу, госпожа! Уже бегу! — отозвалась бывшая послушница, что исполняла роль служанки.

Быт в этом доме теперь держался на них, ведь деревенские жители внутрь не допускались. А всё из-за новых правил безопасности, что ввёл барон Кёнинг на своей территории. И допускать неподготовленных людей туда, где малейшая оплошность могла стоить им жизни, он был не намерен.

Каждый дверной проём в этом особняке содержал в своём основании десятки килограмм обсидиана, заряженного силой ифрита. И каждый, кто переступал порог этого проёма, проверялся на идентичность, сличаясь со списком разрешённых для прохода душ.

Все, кто жил и работал в особняке барона, были обязаны иметь чёткое понятие о наличие магии и грозящей им опасности, если они попытаются куда-нибудь сунуться. Из-за чего Вальтер и запретил крестьянам появляться внутри. Целее будут!

Электра была опытной чародейкой и понимала всё без объяснений. Нора и Эльза тоже не смели перечить в силу осознания собственного статуса и смертельной опасности силы Вальтера. Прошлой демонстрации им хватило за глаза! Носители же метки очищения и вовсе беспрекословно следовали его приказам, отчего за них барон также был спокоен.

Вот и получилось, что жил он теперь в окружении одних только женщин, пришлых со стороны. Чему сами жители объединённых деревенек были не очень рады. Сильно не хватало им новостей из под, так сказать, мягкого подбрюшья господской власти. Все хотели знать, чего ждать и к чему готовиться. Может пока не поздно в леса податься? Вдруг война? А то что-то слишком беспокойной жизнь стала. Лишь после заселения всех жителей в новые казармы и стабильных выплат деньгами люди немного приободрились.

— Эльза, я слышала, Вальтер вас какому-то новому языку учит? — уличив подходящий момент, перевела разговор на совсем другую тему чародейка.

— Да, есть такое. А что? — принялась та за поданные девушкой щи с кусочками конины. Мясо от убитых лошадей всё ещё не кончилось — много их было.

— И что за язык? И главное зачем? Неужто он собрался вас зарубеж отправлять?

— У-у, — отрицательно завертела та головой, пережёвывая горячий суп, — Это совсем чужой язык. Я таких и не слышала никогда. Вальтер сказал, что на нём он будет писать учебники для простолюдинов, а также введёт множество новых терминов, и понятий, неизвестных нынешнему поколению. Потому не только язык, но и цифры, и даже систему мер и весов будет создавать свои, для затруднения… эм, — задумавшись, Эльза завертела деревянной ложкой перед собой, — … для затруднения кражи новых знаний, упрощённого обучения детей математике, и создания нейтральной языковой среды.

— И что это всё значит? — Электра хоть и пыталась всерьёз воспринять сказанное, но пока что всё это казалось каким-то бредом. Ведь уже существовали цифры, и меры империи. Нога, палец, ступня, ведро и другие. Зачем огород городить? А новый язык! Зачем? Все и так на сальдисе говорят. Ну почти все. Какие такие знания великие он пытался скрыть?

— Этого мы пока и сами не поняли. Но язык учим. Вместе с новыми цифрами. У меня, кстати, на сегодня запланирована работа в кузнице, вместе с Вальтером, — поделилась новой информацией Нора, также принявшаяся за сытный завтрак.

— И? Что делать будете?

— Принимать измерительные инструменты, э-та-лон-ны-е образцы![3] — последние два слова она произнесла уже на русском языке, так как на сальдисе не было таких понятий.

— Что? — с недоумением переспросила Электра, — Я не поняла конец предложения.

— Эталонные образцы — это такие меры, по которым будут сравнивать все остальные меры на землях Вальтера. Вот мы и будем их сегодня принимать у нашего кузнеца. Там некоторые инструменты совсем странные. Я таких и не видела никогда! Кстати говоря, очень точные инструменты выйдут — Вальтер для расчёта мер брал толщину человеческого волоса.

— Зачем? — опять не поняла Электра, уже расправившаяся со своим завтраком.

— Затем, что он знал среднюю толщину волоса взрослого человека. Так что он взял самые длинные волосы, какие нашёл среди баб, и намотал их на тоненький стальной пруток. Отсчитал двенадцать и сто двадцать волосков на получившейся намотке, и получил искомые значения. Вальтер назвал это расстояние — мил-ли-метр и сан-ти-метр… — довольная собой пояснила Эльза.

— А дальше начинается самое интересное! — улыбнулась Нора, вторя подруге, — Десять миллиметров как раз составляют сантиметр — Вальтер отсчитывал их вместе для большей точности измерения, после делая поправку на среднее значение. Не спрашивайте что это — я просто запомнила понятие! Сто сантиметров складываются в метр. Тысяча метров — это километр — почти как наш километр*, только километр Вальтера отличается от нашего, ведь у нас это тысяча шагов третьего императора, а у него тысяча чётко размеренных метров. Дальше — больше! Куб со сторонами десять на десять на десять сантиметров, — показала девушка пальчиками длину, ширину и высоту прямо в воздухе, — Называют литром. Это мера объёма! Один литр воды равен килограмму — это уже мера веса. Тысяча килограмм — уже тонна, почти что равная нашей тонне. Но у нас это тысяча гривен серебра, а у Вальтера тысяча килограмм!

(* Меры и веса этого мира ранее я указывал в привычных нам терминах, дабы не создавать путаницы при прочтении. На самом деле они звучат на сальдисе иначе. Эти меры схожи с французской мерой по сути, но отличаются по значению в меньшую сторону. И не имеют взаимосвязи со многими более мелкими мерами этого мира).

— Ага! Правда здорово?! А кубический метр — это уже тонна воды, ведь в нём содержится тысяча кубических дециметров. С площадью земли всё также — там всё очень тесно взаимосвязано, — закончила за неё Эльза, складывая грязную посуду на подставленный Симкой поднос.

— Всё, я побежала! — выпрыгнула из-за стола Нора, одетая в грубое платье и кожаные полусапожки. — Вальтер скоро проснётся, я должна успеть посмотреть образцы до него!

Проводив взглядом подругу, Эльза степенно поднялась из-за стола, также отправившись на выход.

— Эльза! — окликнула её Электра перед самым выходом.

— Да, ваше высочество? — обернулась та.

— А можно мне тоже с вами поучиться?

— На этот вопрос может ответить только он, — с улыбкой ответила девушка, выйдя вон.

Девушка же так и осталась на месте, обдумывая всё происходящее вокруг неё за последний месяц. Эти две пигалицы всё сильнее сближались с Кёнингом, в первую очередь в языковом и идеологическом смысле. Если она желала и дальше следовать с ним рядом, а главное, впитать те неведомые знания, коими Вальтер владел, ей также придётся учить этот новый язык и новую систему мер и весов. Если этого не сделать, она так и останется за стеной непонимания… Этого нельзя было допускать!

— В некоторых тайных обществах империи также практикуют особый язык общения — это позволяет сходу отличать своих от чужих, — неожиданно раздался со спины Электры голос Геры. Чародейка металла, несмотря на свою природу, умела ходить практически бесшумно! И чего тут крутится? Забыла чего?

Электра так и не ответила женщине, продолжив размышлять над своими дальнейшими шагами. Тем не менее её слова упали на благодатную почву.

Глава 2

Вальтер вышел из дому последним. Позавтракав в тишине, под сияющими взглядами двух служанок, накрывших ему стол из пяти блюд, он как следует подкрепился. К счастью, после начала активной половой жизни со своими наложницами игнорировать их взгляды и жесты стало куда проще. Хотя Норы и Эльзы ему всё ещё откровенно не хватало. В основном потому, что больше одного соития за день делать было нельзя — сломаются девчонки.

Вежливо попрощавшись с девушками, похвалив их готовку, он сразу же отправился в кузницу, где Рокун, сын Немира, ваял для него новые измерительные инструменты. Ваял без станков, практически вручную, отчего точность довести до кондиции было непросто. Однако даже такие инструменты должны были стать началом к созданию стандартизированных средств производства. В первую очередь токарных станков по дереву и металлу, и других, более точных и долговечных инструментов.

Для создания этих агрегатов Вальтер даже качественную оружейную сталь не собирался жалеть, планируя переработать трофейные клинки и броню. Конечно, будь у него в хозяйстве только один кузнец средней руки, он бы не стал замахиваться сразу на исполнение в металле — плавить сталь было пока негде. Но ведь у него была Гера — маг металла, способная управлять материалами любой прочности и твёрдости. Невероятный ресурс!

— Доброе утро, мастер Рокун! — перекрикивая звон металла, вошёл Вальтер в просторную каменную кузницу. Благодаря стараниям Симоны, мага камня, удалось почти всё здесь сделать из монолитной породы! Даже высокую двадцатиметровую трубу, что создавала изумительную по своей мощи тягу. Но самое главное, что было в этой кузнице — это горн. Горн, созданный Вальтером лично.

— А, господин барон? Доброе, — откликнулся на его приход гладко выбритый мускулистый мужчина. Лет тридцати трёх, брюнет, с карими глазами и худощавым лицом. Как всегда в своём длинном кузнечном фартуке поверх льняных одежд.

— Как с горном дела? Приноровился? — пожал сильно подросший Вальтер мощную руку мастера по работе с металлом. Нору Вальтер тоже заметил — девушка уже стояла у верстака, что располагался вдоль длинных окон, разглядывая разные непонятные штуки.

— Да ничего, справляюсь потихоньку, — пробасил кузнец в ответ, — Очень ладно придумано. Никогда с чародеями не имел дел — думал, у них смертоубийство одно на уме. А поди ж ты! Тоже кой чего понимают в железе. Только я так и не разобрал, а как вода может давать огонь?

Понять недоумение кузница было можно. После создания водородной бомбы Вальтер решил приспособить процесс расщепления воды на кислород и водород уже для хозяйственных нужд. Не только как источник химических реагентов, но и как повседневное, полностью экологически чистое топливо! Благодаря зачарованному обсидиану Вальтер создал установку по расщеплению воды, воздействуя прямо на межатомные связи молекул, работавшую при этом без использования электричества. После чего встроил её в конструкцию горна.

Эта установка могла работать в двух режимах: либо подавать водород и кислород вместе, заменяя обычное топливо, либо только кислород, выбрасывая водород через другое сопло, располагавшееся в основании трубы, дожигая его. Сделано это было для того, чтобы можно было использовать в горне обычный древесный уголь — он всё ещё требовался для науглероживания железа. Вкупе с естественной тягой воздуха жар нагнетался невероятный!

При этом работала вся эта система от проходившего через трубу тепла — ведь там располагались сотни рёбер теплообменников из обсидиана, поглощавшие жар отработанных газов, передавая эту энергию в расщепитель. Благодаря чему можно было легко подзарядить систему перед запуском с помощью угля или обычных дров, даже если она была полностью истощена. А уж воды рядом с ручьём было хоть залейся! Кузница как раз располагалась недалеко от второй деревни, что стояла на ручье. Именно здесь Вальтер планировал в будущем построить настоящий промышленный кластер.

Эту же установку он планировал ввести и для варки металла в будущем, нагнетая в расплавленное железо чистый кислород. Этакая мартеновская печь в миниатюре — весьма эффективный способ удалить лишний углерод из железной руды.

До плавки металла электричеством им ещё было расти и расти.

И Электра здесь была не помощница — источник энергии должен быть массовым для такого типа работ. Иначе какой смысл менять технологию? А создать электрогенератор из обсидиана было, к сожалению, невозможно — Вальтер уже пробовал. Здесь требовался металл.

— Запомни, Рокун, огонь есть во всём! В земле, в воде, в воздухе и даже в металле. Нужно только знать, как его извлечь. Идём, показывай свой результат. Надеюсь, эта партия соответствует всем моим требованиям?

— Да вроде всё сделал как требуешь, твоё благородие. Все огрехи исправил. Никой отсебятины. Всё тютелька в тютельку. Хотя на кой всё это, я так и не возьму в толк. Настоящий мастер всё на глаз видит!

— И много их? Этих самых мастеров? Ты пойми, Рокун, мне потребуются сотни тысяч деталей одинакового размера и формы каждый месяц. Один к одному! А для этого нужны сотни людей. И где я возьму столько мастеров? Проще, быстрее и дешевле научить учеников делать одну единственную деталь, но с наилучшим качеством. Каждый будет делать свою работу, а воедино изделие соберут уже подмастерья. Мастер же обязан этим процессом руководить и контролировать! А для этого мне потребуются измерительные инструменты, идентичные друг другу, дабы не было расхождений в деталях, созданных разными работниками. Понял ли?

— Да понял, чего не понять? Мануфактуру строить будешь… Вот они, анструменты.

На верстаке лежало несколько измерительных приспособлений из оружейной стали, должных облегчить будущую работу любому мастеру. В первую очередь простая линейка на сорок сантиметров, размеченная с особой точностью. Набор щупов, состоявший из множества пластинок разной толщины, вплоть до одной десятой миллиметра, для измерения зазоров. Циркуль игольчатый, для сравнения размеров с эталоном и работой с чертежами. И даже стальной уровень, со стеклянной колбочкой внутри, в которой болтался пузырёк воздуха. Вальтер его проверил, покрутил в руках, и, наконец-то остался доволен результатом работы — вроде всё правильно показывал, но следовало ещё проверить.

Но главное, классический штангенциркуль! О, это изобретение земного человечества Вальтер переносил на дорогую бумагу со всей возможной любовью. В масштабе один к одному. Перелопачивая память первого донора по несколько раз, он с особой точностью воссоздал инструмент со всеми его метками и элементами. Штангенциркуль на двадцать пять сантиметров был по праву жемчужиной этой коллекции. Пока что.

Благодаря этому инструменту можно было производить такое число измерений, что все мучения, связанные с его изготовлением Вальтер считал оправданными. Глубина отверстий, диаметр внешний, диаметр внутренний, и многое другое! Вот теперь точность изготовления деталей будущих станков станет более чем достойной. И появление сперва токарного, а после и прокатного с протяжным станками не казались утопией. А это проволока, пруты, листы и ленты! При том хорошие, ровные. А значит и качественная штамповка — основа дешёвых изделий! Осталось ещё выплавку сталей наладить.

— Ну как, твоё благородие? Хороши? — откровенно радовался произведённому впечатлению кузнец. Пусть не сразу он понял, что от него хотят и зачем, работу он сделал на совесть.

— Угломер ещё не закончил?

— Пока нет. Никак не выходит точно разметку нанести — всё время сбиваюсь. Но решение уже нащупал! Закончу обязательно.

— Отлично! Выглядит именно так, как я и просил, — высказался молодой мужчина, разглядывая блестящие изделия. — А теперь давай учиться что к чему. Будешь сегодня с ними работать сам.

Ещё пять часов Вальтер мурыжил кузнеца, гоняя его по инструментам. Подсовывал чертежи, заставляя читать указанные размеры прямо при нём. И не просто читать, но и объяснять, что сие значит и зачем. Арабским цифрам кузнец обучился быстро! А то местная система чисел больше всего напоминала древнеримскую — куча значков, массивное написание, много возни и мало толку. Многое и вовсе прописью указывалось! Короче мрак.

Читая чертежи, Рокун пол дня делал идентичные детали, добиваясь точности вплоть до десятой доли миллиметра — штангенциркуль в этом деле оказался незаменим. После чего проверял взаимозаменяемость этих деталей, собирая некое подобие головоломки-конструктора. Вальтер начертил все детали так, чтобы всё вместе складывалось в идеальный железный куб. Чего в итоге и сумел добиться от своего кузнеца.

При этом рядом всё это время была и Нора, слушая разговоры, наблюдая за работой, и мотая на «ус» нехитрую науку работы с инструментами. Своих наложниц Вальтер планировал использовать как первых учителей для подрастающего поколения — главной основы его будущей силы. Ведь здание школы уже строилось. Как и речная лесопилка, и многие другие важные объекты.

А в обед к нему вдруг прибежал запыхавшийся паренёк, посланный видимо кем-то из взрослых крестьян. Поля всё ещё были только вдоль реки — новая распашка планировалась уже следующей весной.

— Ваше благородие! Господин баро-он! — кричал семилетний мальчик, тяжело дыша.

— А ну брысь отседа! Не видишь, его благородие обедает? — попыталась погрозить поварёшкой дородная баба, руководившая готовкой для строителей. Вальтер каждый день снимал пробу с котла, обедая рядом со стройплощадкой — особняк-то далече стоял. Неудобно возвращаться. Но тут и мужикам польза. Мяса в их котле всегда было вдоволь.

— Погоди, — поднял он руку, охлаждая пыл женщины, — Подойди. Что случилось?

— Корабли, господин. Много. Штук… десять! Сюда идут!

— Ну пойдём глянем, кого там черти принесли, — степенно поднялся барон с чурбака. Оглянулся, оценил дистанцию до конюшни, после чего просто махнул рукой. Долго на лошади…

Поправил стальные наручи на руках, что всегда носил с собой, создал два магнитных поля справа и слева от себя, после чего захватил этой силой собственные руки в плен. А дальше только и оставалось, что перемещать магнитное поле в пространстве! Очень скоро Вальтер поднялся над пыльной землёй и стремительно полетел вперёд, к реке.

Глава 3

— Плохое это место, отец. Зря мы сюда сунули нос… Лучше бы на юг с караваном гильдии сходили разок — прибыль обещалась втрое больше, — мужчина стоял на носу крупного дощаника, вмещавшего в себя сто двадцать тонн груза, рядом с другим, куда более грузным мужчиной. Оба были с пышными бородами, одетые в чёрные кафтаны и кожаные сапоги. Купцы невысокого уровня, перебившиеся совершенно разными торговыми операциями.

— Не нуди, Рорк, ты и сам прекрасно знаешь нашу ситуацию. Нужны деньги и быстро! А на юг идти долго, опасно, да и на охрану потратимся втрое больше, чем сейчас. Я уж молчу о взятках и транзитных сборах — всё это больше половины прибыли сожрёт! Мы же не гильдийские. Тем более заказ нам предложили денежный, заплатили вперёд. Чего ты ноешь, сын?

— Плохое это место… Сам знаешь, что случилось рядом с горой Караско в древности.

— Помню… — помрачнел купец с уже седой бородой, — Но дело есть дело. Ты лучше сам глянь, оно? По описанию вроде мы на месте. Да и нет дальше никого — река совсем мелеет через дневной переход.

На берегу и правда стоял на приколе дракар, как и описывали. Не старый, ещё на ходу, но уже давно без хозяина — по внешнему виду это легко определялось.

За ним стояло подобие пирса, построенного будто из монолитного камня! Как бы Рорк ни вглядывался, он так и не смог заметить швов кладки. Мистика. Или чародеи поработали, что было редкостью везде кроме столицы. Не желали чародеи, даже самые слабые, заниматься строительством и ремеслом — не по их сословию дело. Брезговали!

Купеческий дощаник легко пристал к каменной площадке, а спрыгнувшие мужики споро закрепили якоря на берегу, прижав судно к пристани, и уже очень скоро по сходням спустились оба купца в сопровождении капитана наёмников. Воин был суров и немногословен, делая ровно то, за что ему заплатили.

Теперь следовало найти и хозяина этой земли…

— Вон там поля! — указал Рорк рукой вдоль берега, — Крестьяне видать разбежались загодя, вот и не заметили мы никого. Против течения долго подходили. Да и берег крутой там — не разглядишь с воды ничего. Но думаю нас скоро встретят.

Остальные дощаники двинулись дальше вверх по течению, приставая к противоположному берегу.

— Угу… а вон там, гляди, какая-то изба стоит, — указал пожилой купец в сторону первого жилища местного барона. — Может там кто-то живёт? Сходить узнать?

— Там больше никто не живёт, — раздался голос совсем рядом.

— Ох ты ж! — обернулся старший купец, едва не схватившись за нож, что висел на поясе.

— Бляха! — его сын тоже дёрнулся в сторону, едва удержавшись на ногах.

Наёмник же уже стоял с обнажённым клинком, но, не видя прямой угрозы от незнакомца, нападать не спешил.

Прямо у них за спиной стоял высокий молодой парень лет девятнадцати. Глаза янтарные, волосы, брови и ресницы красные словно огонь! Причёска на голове и вовсе выглядит будто пламя костра, стремящееся вверх. Странный тип. Ещё и одет странно. Взгляд правда колючий будто шило, а поджарое тело под тканью ощутимо изгибалось рельефной мускулатурой.

Стоит перед ними, сложив руки на груди, разглядывает.

— Кто такие? Зачем на моих землях? — подал он наконец голос.

— Ваше… — голос купца чуть гульнул вниз, едва не сорвавшись в сипение, — Ваше благородие, господин Вальтер Кёнинг?

— Он самый. А ты кто есть?

— Купец свободный, Парфён сын Семёна.

— Да?! — отчего-то удивился барон, вскинув брови. Даже глянул на него с новым интересом, — Случайно фамилия твоя не Рогожин?

— Никак нет, ваше благородие! Черемовы мы, — вежливо поклонился купец в ответ. — Род хоть и не благородный, но старый. Купеческий.

— Жаль, жаль… было бы забавно. Ну да ладно. Так откуда и зачем ко мне?

— Прибыли с товарами, купленным по всей империи! Велено было доставить, получить вторую половину оплаты от вас, и ожидать здесь новый заказ. Контракт шёл через представителя-нотариуса, Магистра Эрезы, что в городе Септика живёт. Он сам нас нашёл и предложил дело. Вот контракт, — тотчас вынул купец маленький свиток из-за пазухи, после чего подал Вальтеру.

— Ага… ясно. Давно пора, — приняв свиток, барон вытянул из свитка деревянную палочку-стопор вместе с тончайшим пергаментом, принявшись читать. — Ну тогда разгружайся прямо на землю. Мы отсюда всё заберём. Люди мои скоро будут.

Текст на таких свитках держался долго, десятилетиями, и был защищён магической печатью патентованного юриста империи, подтверждая подлинность описанных условий сделки. Сама стальная трубочка была тоненькой, едва ли четыре сантиметра в диаметре, однако за сохранность документов отвечала прилежно. Дорогая, но необходимая в условиях магии вещь.

Ведь текст на простой бумаге можно было легко переписать или изменить, применяя некоторые заклинания. При этом на бумаге магическая защита держалась едва ли год! А вот на кожаном пергаменте сроки уже исчислялись десятилетиями. После чего свиток было возможно вновь переписать и использовать повторно.

По данному договору выходило, что торговец купил и доставил ему на двадцати восьми речных судах (парнишка сильно ошибся в подсчётах) триста тонн овса, триста тонн пшеницы, двести тонн какого-то «элемского корня», пятьсот тонн промытой железной руды, двести тонн извести, и ещё разного по мелочи: ткань льняная, ткань хлопковая, нитки, верёвки, две сотни гусей в клетках, сотня кур, специи, соль. Весь список Вальтер изучать сразу не стал — потом пройдётся по пунктам проконтролирует.

К слову, дощаники, на которых пришёл караван, представляли собой плоскодонные судёнышки речного класса с небольшим парусом, вместимостью около ста тонн. Этакие недобаржи или лодки-переростки. Не сказать, чтобы большие суда, но в современных условиях лучший вариант из возможных. Насколько старый Вальтер знал, железные дороги и энергия пара до сих пор нигде не используются в этом мире — их роль исполняют ломовые телеги на монсто-тяге и рунная магия. А дорог к нему не так чтобы много ведёт — рекой быстрей и дешевле будет.

Цивилизация местная упорно шла в направлении магического развития, пусть и с некоторыми оговорками, открывая Вальтеру просто непаханное поле применения классических земных технологий. Если их творчески переработать, добавив местного колорита, выйдет даже ещё лучше! Руны в помощь.

Тем временем разгрузка уже вовсю началась. Десяток мужиков разного вида и возраста спускали по сходням мешки с некими корнеплодами.

— Элемский корень? — поинтересовался Вальтер, прощупывая мешок руками.

— Корм для скота, — кивнул седой купец, — Разводят его в основном на юге. Здесь на северо-востоке популярностью не пользуется — традиции не те. Больше запаренным зерном да сеном кормят, — ответил Парфён Семёныч. — Ваше благородие, а что по оплате заказа? Когда мы сможем получить деньги за товар?

— Как приму всё по описи, так и расплачусь. Дай нож, — протянул Вальтер не глядя руку к торговцу. А когда в неё легла костяная рукоять ножа, одним лёгким движением вспорол шов мешка, открыв содержимое. После чего вернул клинок владельцу рукоятью вперёд.

— Батат? — с удивлением обнаружив длинный продолговатый корнеплод внутри, Вальтер держал теперь в руке очень крупный и твёрдый батат!

— Так ты говоришь, для корма скоту используют? А люди его не едят разве? — с интересом поглядел на собеседника барон.

— Ну, кто-то может и ест, — пожал плечами купец, — Но это всё равно что травой людей кормить. Разве что с большой голодухи. На вкус — гадость ещё та! Уж лучше земляное яблоко есть.

— Кха-кхм! — чуть не подавился от неожиданной догадки Вальтер, — Вы чего, его сырым что ли жрёте?! Дикари…

Разломив клубень руками, он его как следует понюхал и даже лизнул. Надкусил мякоть и прожевал.

— Странно… на вкус как картофель. Какой-то странный батат. Ну-ка ну-ка?

Держа половинку корнеплода в правой руке, барон разогрел его до пары сотен градусов. Тот зашипел, запарил, зашкворчал, начав испускать типичный запах поджаривающегося картофеля. Вальтеру со своим контролем энергии легко удалось добиться равномерного прогрева корнеплода, из-за чего тот запёкся очень равномерно, и всего за пять минут.

И, не дожидаясь, пока тот остынет, он сразу откусил от него заметный кусок.

— Хм… А весьма недурно. Весьма! Жаль соли нет под рукой, — похвалил он получившееся блюдо, отметив про себя только излишнюю сладость картофельного батата, отличавшую его от земного картофеля. В остальном же очень похоже! Такая же рыхлая, мягкая консистенция как у картошки.

В пару укусов уничтожив приготовленный корнеплод, Вальтер порадовался такой своей удаче. А он-то ещё месяц назад планировал искать нечто подобное в будущем, дабы создать основу кормовой базы для животноводства.

Если этот корнеплод выращивается так же как земной батат, и даёт схожие урожаи, проблемы с продовольствием можно будет считать решёнными! Здесь, на севере, выращивать его будет проще простого даже без глубокой распашки, просто высаживая и удобряя прямо в лунках. А долгий срок хранения и невероятная питательность корнеплода позволят разводить огромные стада скота, даже при стойловом содержании зимой, получая отличные показатели по среднесуточному привесу! Они чай не эльфы одни растения жрать — так что мяса его людям потребуется много. Охотники же притаскивали туши через раз — никакой стабильности.

Но и сам по себе как продукт питания такой корнеплод будет выше всяких похвал. В супе, жареный, печёный. Ну и, разумеется, классическая пюрешка с котлеткой! Эх, ещё бы огурчики найти или грибочки солёные…

— Неужели вкусно? — удивился в ответ на эту сцену купец. Его сын по понятным причинам представление пропустил. Руководил (руками водил) работой грузчиков. А наёмнику было просто плевать, — Сам я как-то даже и не пробовал…

— А ты попробуй, Парфён Семёныч! Запеки до рассыпчатого состояния в углях. Или поджарь на сковороде, на растительном масле, нарезав кусочками. Возьми закуску солёную, чарочку хлебного вина для аппетиту! И считай день удался.

А ещё спустя полчаса прибыли уже и телеги с мужиками. Много телег! В основном конечно трофеи, доставшиеся от обоза инквизиции. Но и купленные ранее тоже имелись в достатке.

Сам Вальтер даже не сомневался, что Электра тоже была в курсе о примерном дне прибытия кораблей, и, получив вести о прибытии неизвестных судов, правильно сориентировала его людей. Эта девушка вообще всегда старалась помогать ему, когда Вальтера нет рядом, странным образом оказываясь в курсе его кратковременных планов. То заготовку угля для кузницы организует вовремя, пока Вальтер в отъезде к вулкану. То поможет Норе и Эльзе в работе с людьми и документами. Последние пару недель и вовсе зарплату работникам и крестьянам выдавали уже они втроём — Вальтер только контролировал результат, и выдавал мелкую разменную монету из закромов. И был, стоило сказать, весьма доволен этим результатом.

Даже недавняя ярмарка тоже была вся на них, полностью освободив Вальтера от хлопот по хозяйству в тот день. Что позволило ему в свою очередь сосредоточиться на тренировке парней в лесном лагере. Рико и ещё десять подростков, отобранных им три недели назад, были сосланы туда на круглосуточной основе, усиленно тренируясь подальше от чужих глаз. Вальтер хотел, чтобы они как можно раньше привыкали жить отдельно от гражданских.

В итоге вместе с подоспевшим усилением в виде трудовых ресурсов, разгрузка пошла куда веселее. Людей оказалось достаточно дабы выстроить целую цепочку, по которой товар стали грузить прямо в телеги. Дощаник шёл за дощаником, опустошая свои закрома, и к закату весь список по договору уже был выгружен.

К сожалению, у барона Кёнинга не было промышленных весов дабы взвесить прибывший груз, а потому пришлось считать «на глаз». Всё вроде сошлось. Разве что с птицей получилось проще — там и по головам посчитать было несложно. Не досчитавшись тридцати двух кур и двадцати гусей, издохших во время дороги, в итоге Вальтер был вынужден также договариваться ещё и о скидке за порчу товара. К счастью, запираться купец не стал и сразу пошёл на компромисс, уступив несколько серебряных кун.

В итоге завершали сделку они уже в особняке барона, прибыв туда вдвоём с сыном.

— Вот! Как и было прописано, триста сорок кун золотом и пятьдесят три куны серебром. Пересчитывай, — выставил он мешочки со звонкой монетой на обеденном столе, как только совместный их ужин завершился.

Пока Парфён считал монеты, его сын Рорк внимательным образом разглядывал проходивших мимо женщин и девушек, провожая тех взглядом. Особенно служанок, что убирали со стола. Ну оно и понятно, дамы все привлекательные, ухоженные! Главное, чтобы дальше взглядов дело у него не ушло, а то Вальтер мог сильно расстроиться. Поиметь кого-то прямо у него в доме, пусть даже и служанку, было бы жутким неуважением к хозяину дома!

В этом с местными аристократами Вальтер был полностью согласен. Слуги у многих были потомственными, служа целыми семьями! Со стороны привлекали людей редко, отчего и отношение к ним было особенным — не как к простым крестьянам или холопам.

А уж потерять положение слуги какого-либо уважаемого рода было участью похуже увечья!

— Благодарю вас за радушный приём и вкусные угощения, — отправляясь спать, расплылся в улыбке купец Парфён. — И за разрешение остаться на ночь. Спать под крышей много приятнее, чем под звёздами! Верно, сын?

— Да, батюшка, дом у его благородия весьма добротный и тёплый. Очень уютный, почти как у нас, — завуалированная насмешка над обедневшей аристократией была излюбленным развлечением более низкого торгового сословия. В основном из-за высокомерия самих аристократов, ни во что не ставящих и даже презиравших торгашей, ростовщиков и купцов. Хотя многие из тех же баронов были куда беднее, чем даже средней руки купец второй гильдии.

— Да, Рорк, мне тоже очень здесь нравится. Я вообще считаю, что по-настоящему свободный человек должен жить так, как ему хочется, не обращая внимания на условности! — непринуждённо улыбнулся в ответ Вальтер.

Он об этой взаимной неприязни хоть и не знал, но догадывался по Земной истории, а потому не обратил внимания на эту шпильку. Глупо рушить деловые отношения из-за такой мелочи. Он просто вежливо попросит Парфёна в следующие разы не брать сына на его земли, да и дело с концом. А связи самого Парфёна Вальтеру ещё ой как пригодятся! Не зря он попросил Орден Бури найти ему такого торговца, что не связан ни с какой гильдией.

На безгильдийских надавить было сложнее с помощью административных запретов или через гильдию, им не приходилось отстёгивать взносы гильдии или делиться информацией о торговых сделках. Хотя и рисков было для них куда больше.

— Идиот! — стукнул кулаком, словно молотом, по лбу сыну Парфён, когда они оказались на втором этаже в своей комнате. — Нахера ты вылез со своим оскорблением? Или ты думал, что барон такой глупый, что не заметил этого твоего укола?! Мы двести кун золотом чистой прибыли за полмесяца подняли! За одну ходку! Какого демона ты творишь?!

— Прости, отец… чего-то на меня нашло. Впредь я буду сдержанней с этими… — ответил тот, потупившись. Даже на кровать присел, начав снимать кафтан.

— Ну! — но Парфён знал сына куда лучше, видя, что тот многое держит в себе, — Мне из тебя слова клещами что ли доставать? Говори уж коли начал.

Старый купец был зол и удивлён одновременно. Вроде взрослый уже мужик, двадцать лет. Женатый! Дитё недавно народилось, а всё ветер в голове гуляет.

— Да просто бесит меня вся эта несправедливость! Аристократия живёт будто в ином мире. Свои законы, свои правила, привилегии вечные. А простым людям каждый день шкурой рисковать приходится, чтобы просто выжить! А если кому удаётся успехов достичь, то даже их они ни в счёт не ставят, будто и не люди мы вовсе! Ненавижу…

— Ну вот что, сынок, — присел отец с ним рядом, — Бери ка ты наши лавки в Септике на себя, да переезжай с жинкой туда жить. Рано тебе с благородными дела вести — всё дело загубишь. А вместо тебя я лучше сестру твою младшую возьму в следующий раз. Авось в наложницы сумею пристроить барону Кёнингу! Он муж молодой, до девок наверняка падкий.

— Да на что нам этот мелкий баронишка? — удивился тут же мужчина, — Лучше с купцом каким породниться — там она хоть полноправной женой будет, а не какой-то подстилкой!

— Сын, откуда вся эта дурь в тебе? Наложницы не запрещены законами империи. Даже купцы первой гильдии имеют наложниц, если ты не знал! Детей от них признают! Иметь хоть какое-то влияние на аристократию это чёрт возьми огромные возможности! Ты опять гулеванил с теми студентами из инженерной гимназии, так?! Дьявольщина, так и знал, что ты меня не послушаешь… — соскочил старик обратно на ноги, начав бродить туда-сюда, — Это они тебе мозги загадили, смутьяны! Всё, я спать. Совсем мне настроение испоганил.

Раздевшись и задув свечи, хоть и грузный уже, но ещё крепкий телом купец, улёгся на одну из одноместных кроватей, что стояли в комнате, продолжая думать, как устроить жизнь своих детей получше. У него был всего один сын и четыре дочери! Нужно же было их куда-то девать? Так почему и не к его благородию под бок? Глядишь, какие сведения сумеет сообщить в нужный момент.

А сын и правда пусть лучше с чиновниками и лавками дело имеет. Авось повзрослеет наконец!

Глава 4

Город Асзато́р. Управление тайной службы. Отдел контрразведки

— Генерал Дорсет, доброе утро! — в странное помещение, выполненное в форме круга, без единого угла, вошло шесть человек. Встречал их внутри глава отдела контрразведки, генерал Сэлим Дорсет. Одет он был в свой повседневный мундир чёрного цвета, с десятком знаков отличий на груди, позволявших судить о полученных на военной и штабной службе наградах. Присутствующие советники могли без труда определить как боевые ордена за прошлые три войны с мелкими соседями, так и медали за безупречную службу на высоких должностях. Достойный любого генерала комплект!

— Сейчас и поглядим, насколько оно доброе. Господа советники, присаживайтесь!

В центре стоял небольшой столик, над которым, почти под самым потолком, висел синеватый шар. Поверхность его была испещрена множеством выпуклых граней, будто он был набран из сотен мелких деталей, а из верха выходил штырь, крепивший его к потолку. Увидь Вальтер эту конструкцию и помещение с идеально белыми стенами, он бы сразу предположил, что это своеобразный магический проектор.

Совещание по делу об уничтожении острова началось с отчётов по самым вероятным версиям. Возможности вражеских разведок, действия тёмных культов, следы осквернённых огнепоклонников, допросы, документы, слухи — агенты контрразведки собирали всё, что только могли.

— Ну а теперь, слово возьмёт имперский советник от контрразведки, Фрост Размет. Прошу, уважаемый советник, покажите, что вы успели накопать за этот месяц. А то мы с коллегами уже извелись все! Очень нам, знаете ли, интересно, почему мы не могли вас вытащить в столицу для доклада всё это время?

— Извольте, господин генерал! Господа! — с места тотчас поднялся весьма молодой, относительно остальных присутствующих, офицер. Скорей даже самый молодой из всех советников от контрразведки, — Мы по долгу службы обязаны проверять любые, даже самые бредовые предположения и гипотезы. И в этот раз подобная честь досталась вашему покорному слуге! Потому я и отсутствовал, пока более старшие и опытные мои товарищи взяли на контроль ситуацию с тёмными культами, оценили роль иностранных разведок, и даже отработали внутреконфессиональный конфликт в церкви. Не говоря уже о теории произвольного прорыва кого-то из демонов, наверняка содержащихся в застенках инквизиции. Такие варианты уже случались в нашей истории, и не раз. Однако и мне улыбнулась удача! В первую очередь из всего перечня улик, меня насторожил один важный факт: никто из наших сенсориков не заметил возмущений в завесе миров на месте взрыва! Никто! Хотя во время магических взрывов этот эффект неизменно регистрировался даже самыми слабыми артефактами. Это первая странность, требующая отдельного расследования. Ибо такая мощь, достигнутая без магии, является прямой угрозой существующего нашего миропорядка. Вторая странность, что бросилась мне в глаза после изучения всех доступных докладов, это произошедший бой инквизиции и неизвестного врага. На месте столкновения мы обнаружили остатки фургонов церковников, следы жестокого магического боя и масштабные разрушения: пожары, следы попадания молний, проплешины со следами бездны и расплавленная земля. Конвой принадлежал пятой святой сестре — архиепископу Селонии. Ранее отправившуюся, по предоставленным данным, для расследования ереси на территории земель барона Кёнинга.

— Что ещё за барон?! Разве Альфред Кёнинг уже не граф? Вы что-то путаете, — впервые прервал своего подчинённого генерал, улыбаясь в пышные усы.

— Баронство Кёнинг было сформировано на самом краю графства Кёнинг, и отдано во владение изгнанного из рода младшего сына графа. Старейшина рода, Генрих Вильгельмович, принял решение изгнать внука за грубое нарушения дворянского уложения.

— А, этот повеса? Понятно. Продолжай.

— Благодарю, сэр! Третья странность в том, что ещё за несколько часов до предполагаемого времени боя, много восточнее было зарегистрировано странное явление. Луч красного цвета, бьющий в небо, и жуткий рёв огромного существа. Его видели тысячи людей в радиусе десятка километров, в том числе наши агенты, о чём были предоставлены рапорты! Смутные показания людей также утверждали, что в сторону столицы после этого летел зверь красного цвета, отдалённо похожий на виверну. Его видели в шестнадцати местах начиная от эпицентра красного луча до самого взорванного острова. Ну и в-четвёртых! Род Хасельхоф, как вы уже знаете, был уничтожен неизвестными. А их земли частично разграблены с последующим угоном крестьян в рабство, что также тщательно расследуется нашими коллегами. На месте особняка барона Хасельхофа я обнаружил точно такие же следы боя, как и на месте разгрома пятой святой сестры, разве что масштабом поменьше. Отчего смею сделать вывод, что действовал там всё тот же человек или группа людей, обладающие могучей магией огня. Согласно свидетельским показаниям местных, с бароном воевал его сосед — барон Вальтер Кёнинг, тот самый молодой изверг из графского рода. К нему же именно на его земли и вторглась пятая святая сестра, и маршрут полёта красной виверны также шёл с этого направления в сторону столицы. Отчего я смею заявлять, что Вальтер Кёнинг безусловный сопричастен ко всему произошедшему, а возможно и весь их графский род. То, что Вальтер был изгнан, ничего не значит — это могло быть сделано Кёнингами специально дабы запутать следы. Осталось лишь разузнать каким образом, и с кем он контактирует! Не секрет, что Империя Зен всеми силами стремится пробить путь через великий горный хребет и гнёзда ползучих драконидов. Вплотную с этим хребтом как раз и живут Кёнинги!

— Что же, весьма неплохо, весьма. Теория стройная, требует проработки. Вы прекрасно потрудились, советник! Но за отсутствие визуальных материалов вам выговор…

— Никак нет, ваша светлость!

— Что никак нет? Поясните! — опешил нахмурившийся генерал.

— У меня есть визуальные материалы со всех объектов интереса! — вытянулся во фрунт советник, — Просто не успел дойти до них. Вот, шесть полных жемчужин, — тотчас вынул он тонкий прозрачный футляр с восемью огромными жемчужинами, шесть из которых слегка светились разными оттенками.

— Так чего же ты ждёшь? Запускай!

Очень скоро первая жемчужина легла в небольшое каменное углубление в центре стола, и все стены комнаты засветились панорамной фотографией неизвестной местности.

Офицеры с интересом принялись разглядывать изображения невероятной чёткости, разойдясь по всему помещению, высказывая свои предположения и комментарии, и задавая вопросы советнику Фросту. Ещё несколько часов изображение сменялось одно за другим, показывая места буйства барона Кёнинга и последствия термоядерного взрыва. Поваленные леса, разбитые бревенчатые дома, смытые деревни, разрушенные берега реки, и прочие следствия страшной ударной волны. После были развалины особняка Хасельхофов, расплавленные остатки холма, следы взрыва ячейки тьмы, и прочие яркие последствия.

Совещание закончилось уже ближе к вечеру, а сам советник Фрост получил приказ собрать побольше сведений о Вальтере Кёнинге, и вообще проверить действия этого рода за последние десять лет. Попутно пригласив молодого барона для дачи показаний в столицу.

* * *

Примерно в это же время на одной сумеречной поляне, в чаще Вермийского леса, куда не смеют заходить в одиночку даже самые сильные чародеи, стояло девять фигур. Это место было обиталищем невидимых смертоносных тварей, подземных чудовищ, токсичных гадов, плотоядных насекомых, многообразных ядовитых членистоногих, и прочих мерзопакостей, обладавших магическими способностями, во множестве населявших древний лес!

Самое безопасное место после острова инквизиции, куда ни один шпион императора или агент тайной службы не сумеет пролезь. Тайные тропы, позволявшие избежать встречи с местными созданиями, открывались лишь тем, кто был посвящён в тайны древних ковенов тёмных чародеек. Святые сёстры эти секреты знали! Именно их предшественники некогда уничтожили обитавших здесь тёмных, прибрав к рукам полезные лесные массивы и тайные знания. Столько ядов и ингредиентов для проклятий, сколько здесь, больше было нигде не достать. Буквально на все случаи жизни и смерти!

Девять фигур, одетые в особые балахоны с полностью закрытыми лицами, защищавшие от мелкого гнуса, разносившего десятки смертельных заболеваний, переговаривались сейчас вполголоса. И было совершенно непонятно, кто именно за кем говорит. Тянущий гул мелкого гнуса вокруг, шум листвы и далёкие визги лесных тварей напрочь перебивали чёткость слуха присутствующих.

— Никогда бы не подумала, что этот день настанет. Потерять сразу трёх сестёр, да ещё и наш главный оплот… Машаркс!

— Хуже всего то, что мы до сих пор не имеем ни малейшего понятия, кто это сделал. На месте взрыва нет ни следа магических возмущений. Хотя после такого всплеска вся завеса должны быть словно сито! Однако ни прорывов, ни эманаций иных планов. Ни-че-го…

— Значит Архиман погиб, уничтожен вместе с подземельем тем взрывом, но не убит окончательно. Его можно стереть из этого плана лишь магией! А значит вскоре он воплотится в чьём-то теле вновь! Мы обязаны пленить этого демона и использовать в ритуале до того, как он наберёт великую силу. Иначе полноценный прорыв с плана инферно станет реальностью.

— В прошлый раз за ним охотилась Пятая!

— Пятая была поглощена бездной. Мне успели доложить из замка.

— Значит…?

— Значит перед ней оказался непобедимый враг! Условие желания всегда было именно таким. В прошлый раз подобный случай был лишь с отступницей, выступившей против своих сестёр.

— Это мог быть только дракон. Больше никому не хватило бы сил убить её.

— С чего бы?

— Огонь. Сильных пиромантов давно нет в природе. А её именно сожгли! Это был дракон.

— О да, восемьсот лет назад наши основатели сработали весьма эффективно. Жаль только их расплывчатое желание породило осквернённых. Целые регионы заполонили эти твари, отрезав нас от тамошних ресурсов!

— Зато культы огня навечно низвергнуты и опорочены. Каждый пиромант пробуждается осквернённым. И это нам на руку! Нам и церкви конечно.

— Уничтожение острова серьёзно ударило по нашим планам и авторитету. Вторая и третья сёстры мертвы, как и их войско. Потеряны артефакты, пленённые демоны, лаборатории! Как мы будем это компенсировать?! Боги становятся всё прожорливей. Мы обязаны защитить людей от бездны, пусть даже придётся обратиться в чудовищ.

— На месте гибели младшего бога также были следы света, огня и магмы. А ещё сильный неизвестный след, сходный с огнём. Но гораздо, гораздо разрушительнее! Тот, кто убил Пятую и уничтожил наш остров, явно враждебен Богам и очень силён.

— Но на месте взрыва не было всплеска магии!

— И что это меняет? Тот, кто способен сжечь Бога, явно имеет множество козырей на руках. Скорей всего мы видели один из таких, ощутив его на собственной шкуре. И Исток мне свидетель, я более чем впечатлилась.

— Предлагаю столкнуть их лбами. Если боги сгорят, так тому и быть. А если нет… Мы добьем победителя в любом случае!

— То есть мы не будем сейчас его искать? Дадим и дальше чинить бесчинства?

— Он сам себя проявит. Контрразведка уже их ищет. Император и его шавки не оставят подобный шаг без ответа. А мы пока займёмся реализацией наших планов и укреплением авторитета, неустанно следя за их работой. Аристократия должна помнить, что мы всё ещё сильны и опасны! И, разумеется, будем искать Архимана — это сейчас важнее всего. Он — ключ к силе инферно!

— На этом всё. Вы знаете, что делать. Сёстры. Во имя Истока и человечества!

— Во имя человечества! — прогудели фигуры, после чего сделали несколько шагов назад, разрывая круг. Кто-то просто истаял в воздухе, исчезнув. Другие будто в трясину рухнули под землю. Третьих оплели ветви ядовитого куста, скрыв от чужих глаз, после чего распрямились, открыв полную пустоту. Тайные тропы были разными и вели во многие части империи. И лишь одна, та, что звалась Первой, вскоре вернулась назад. Рядом с ней медленно проявилась рогатая фигура, держащая в руках чётки. Её силуэт был призрачным, словно туман, но внешний вид без труда угадывался как Тёмная Лега.

— Он сделал свой ход… как и было предсказано, — первой заговорила женщина.

— Хорошо. Я рада, что ты сумела преодолеть свои новые привязанности. Пятая сыграла свою роль.

— Почему ты не предупредила, что он уничтожит наш остров?!

— Потому что так было нужно. Найди Архимана в тайне от сестёр. Открой прорыв в Инферно, и я исполню твоё второе желание.

— Я работаю над этим, но это не так просто! Архиман сбежал благодаря взрыву, затерявшись где-то среди смертных. Для его поимки потребуется время.

— Он ушёл на запад после смерти оболочки. Ищи в той стороне.

— Хм… это облегчит дело… Помни, ты обещала мне головы императорского рода. И что я возьму их лично! Причём до того, как врата в Инферно отворятся! А ещё мы договаривались, что врата будут открыты не на нашей территории. Если ты нарушишь слово, я тоже перестану играть по правилам.

— И ты получишь обещанное. Мне нет нужды лгать — все свои обещания я исполняю в срок, — кивнула туманная фигура, — Отрадно видеть, что твоя ярость за погибших родичей до сих пор пылает словно полуденное солнце. Даже спустя полтора века…

— Их смерти я даже не помню. Но с тех пор, как Эльзур IIIубил своего брата, моего прадеда, и всю его семью, эта ветка императорского рода иссохла. Они слабы! Аристократия торгует империей словно на базаре! Мать церковь и инквизиция — единственная сила, способная всё исправить. Только поэтому я всё ещё жива! Как только мы возьмём власть, я скормлю твоей госпоже всех предателей и ложных богов, возомнивших себя нашими хозяевами. Тогда и только тогда, и ни днём раньше!

— В моём распоряжении всё время мира, ты знаешь. Я готова ждать, но не разочаруй меня, Первая. Провал тебе дорого обойдётся. Найди Архимана и спрячь его, после я скажу, что тебе делать дальше.

Вскоре поляна полностью опустела. А мошкара и мутировавшие в магических вихрях слепни остались единственными свидетелями произошедшей беседы. Поляну снова затопила гулкая тишина.

Глава 5

Со дня отъезда купца прошло уже три с половиной недели. Вальтер сидел этой ночью, как и всю последнюю неделю, за бумагами, заканчивая новый план пахотных земель. За это месяц он не только сумел объехать всю площадь, составив примерный план местности, но и проконтролировал завершающую стадию постройки речной пилорамы. Больше всего проблем было естественно с водяным колесом и механизмом передачи крутящего момента — ведь местные крестьяне по большей части были совершенно необразованны и темны, жутко боясь всего чего не понимали. А уж заставлять выдерживать размеры и допуски деталей и вовсе приходилось едва ли не силой! Вальтеру пришлось буквально вручную руководить финальной стадией, самим своим присутствием успокаивая и настраивая на серьёзный лад людей. Его холопы уже давно привыкли, что их молодой барон какой-то невероятный колдун, способный буквально на всё, что с лихвой объясняло всё непонятное, что творилось вокруг.

Огромное колесо крутится само? Ну так барон повелел сделать! Пила сама собой ходит? Ну так барон — колдун. Он умеет и не такое! Бревно на доски разошлось само собой?! Так барон же у них — пиромант на колдуне, и ведуном погоняет! Какие ещё вопросы? И так почти во всём.

Разве что кузнец, ладивший множество деталей и само ножовочное полотно, имел чуть побольше знаний, отчего с ним Вальтеру было проще общаться. Но и его железная душа была в плену суеверий. Вплоть до обожествления горна и пламени в нём. Кузница для него была практически храмом!

Что уж говорить о простых жителях, с опаской обходящих вотчину пришлого мастера, и с придыханием обсуждающих любое новое изделие из стали. Кузнечное мастерство для них было такой же магией, как и молнии из рук. Да ещё и сильно почитаемой магией, высоко ценившейся со времён их далёких предков.

Так что работы у Вальтера хватало теперь с лихвой. Лес, что занимал будущие пашни, безжалостно вырубался его холопами и наёмными работниками, стаскивался к пилораме, и укладывался огромными штабелями на просушку. По-умному укладывался, рассортированный по породам древесины, товарному качеству и прочим признакам. Были там и мусорные деревья, с лёгкостью пошедшие на дрова и уголь, — выкованные кузнецом-мастером двуручные пилы позволяли очень быстро расправиться с многими кубометрами древесины.

И теперь Вальтер в поте лица работал над следующей частью плана по обустройству своей земли, не желая тратить время на почти бесполезный для его тела сон. Не просто же так он обустроил отдельный кабинет на третьем этаже, отделив его от всего остального дома! Знал, что будет работать по-ночам, а мешать никому не хотел своими хождениями и бубнежом, да и важных бумаг с набросками и планами на будущее здесь было полно, и ещё больше накопится. В его кабинет, совмещённый с архивом, занимавший весь третий этаж, вообще мог попасть только он! А когда Вальтер был внутри, ещё и тот, кого он хотел пропустить внутрь. Все остальные мгновенно сгорали. При этом под защитой были даже стены кабинета — внутри них находилось немало стержней из обсидиана, создававших огромный защитный массив. Так что и через стены ломиться было бы самоубийством.

По-правде говоря, Вальтер был невероятно рад тому, что его владения находились рядом с местным вулканом. Этот странный материал оказался для него просто незаменимым! И это странным образом настораживало. Слишком подозрительное совпадение… Может и здесь поработали Леги? Ведь если Тёмные уже плетут свои интриги, то и Светлые могут как-то сработать в ответ! Заброска Светлыми одного древнего ифрита на земли, где Тёмные заигрались с Бездной, выглядит весьма убедительным ходом.

Над головой барона сейчас кружились яркие сферы, заливавшие стол молочным светом, а в руках мелькало обсидиановое стило, заменявшее карандаш. Делая надписи на желтоватой бумаге с помощью частиц вулканического стекла, Вальтер получал идеально чёткий чёрный след, к тому же имея возможность в любой момент удалить написанное с бумаги, вернув слой обсидиана в стило без всяких следов! Идеальные черновики, экономящие дефицитную бумагу. Разве что использовать подобный метод письма мог только сам Вальтер в силу необходимости постоянно контролировать этот тонкий процесс. Создать артефакт для письма он пока даже и не думал. В том числе и ради своей тренировки точечного воздействия силой. Ведь ему требовались постоянные тренировки контроля, дабы тело привыкло к такой работе. Словно при тренировке мышц и рефлексов, такие упражнения помогали его телу и магическим жилам лучше справляться с нагрузкой и точнее выдавать порции силы в будущем. А так как времени барону постоянно не хватало, совместить их с повседневной работой было наилучшим вариантом.

Нора и Эльза уже давно посапывали на кровати внизу, в их комнате, прикрытые тонкой простынёй, отходя после очередного любовного сражения со своим господином. А сам Вальтер со всем своим прилежанием снова и снова делал перерасчёт эффективности сельскохозяйственного производства на своих землях. Зная технологию обработки земли местных и урожайность здешних культур, а также трудоёмкость в человеко-часах многих процессов из прошлого мира, он пытался выстроить план по осенней распашке земли. До того, как снег ляжет на здешние земли, следовало ещё многое учесть и подготовить к будущим посевам!

По всему выходило, что при нынешней урожайности и населении, дабы иметь хотя-бы пятикратный запас по продовольствию на будущий год, следовало увеличить площади посевов в двадцать раз! Со ста двадцати гектар до двух тысяч четырёхсот гектар. Зачем запас по продовольствию? Так для увеличения населения и создания новых производств. Ведь с одним единственным кузнецом он каши не сварит! Да и разведку местности кто-то обязан провести, исследовав недра на наличие полезных ископаемых. После чего придётся завозить людей для освоения этих самых ископаемых! То, что они будут, Вальтер не сомневался — его земли находились очень близко от горного хребта, в зоне сейсмической активности далёкого прошлого. Как и на Уральском хребте, здесь когда-то столкнулись две литосферных плиты, сросшись в последствии намертво. А в таких регионах очень часто обнаруживались залежи металлов, значит и здесь что-нибудь обязательно найдётся.

Ну и вулкан рядом давал надежду на кимберлитовые трубки в регионе, где могли быть прорывы магмы в прошлом. А это значит что? Алмазы!

Кроме того крестьяне говорили о наличии кое-где глины, а это уже производство кирпича, а если найдётся ещё и известь, то и цемента. А ещё добыча песка и щебня были в списке обязательных задач — только одно это требовало от двухсот до пятисот человек на начальных этапах, в зависимости от энерговооружённости процессов. Не говоря уже о потенциальных сталеварнях и промышленной обработке металлов. Там тоже потребуются люди, и много! А ещё лесоповал, пиломатериалы, медицина, образование, строительство инфраструктуры: канализация, водопровод, водонапорные башни, насосные станции, очистные сооружения, дороги; а ещё охрана границ, общественная безопасность, патрули на дорогах, рыбная ловля и переработка, животноводство, птицеводство, переработка мяса и субпродуктов, постройка складов и хранилищ… армия… Дел в голове Вальтера было просто море! И на всё нужны люди. А людям нужны еда и жильё. А ещё шерсть, войлок, ткани! Мыло! А-а-а-а-а-а!

— Мммм… — застонав от осознания масштабов работы, и размяв брови, он отбросил лишние мысли, сосредоточившись на первоочередной задаче.

Жильё он построит — лесов вокруг много. А вот продовольствие придётся растить самим, если он желает иметь хоть какую-то независимость от внешней империи на начальных этапах. На одних поставках извне его земли будут слишком уязвимы, а ведь на взлёте сбить птицу проще всего! Без самодостаточности он не сможет действовать также нагло и дерзко как привык — его земли просто задушат торговой блокадой. А бегать по всей империи, выбивая дурь из аристократии — это просто потеря времени. Хитрее быть надо.

Так что Вальтеру пришлось тщательно вспомнить прошлое, поглощённое вместе с уроженцем Российской Федерации в момент побега из заточения, составляя теперь севооборот полей. То, что ему попался экономист-хозяйственник с высшим образованием, можно было считать огромной удачей!

— Так, ладно. Допустим новые пашни нам можно не засевать в этом году, — начал он по привычке рассуждать шёпотом, делая пометки на желтоватом листе, — Считаем, что они из под чистого пара. Только распашка и очистка от мусора дабы сорняки помёрзли зимой. Как раз через месяц будут первые заморозки. Но те площади, что давно в обработке, всё равно придётся засеять многолетними травами, попутно удобрив. Благо двадцать мешков семян красного клевера мне сумели доставить, и есть чем сеять. Поля будут стоять весну, лето, осень-зиму, и следующей весной клевер запашем на сидераты (растения, выращиваемые в качестве удобрения), плюс получим обогащение почвы азотом… Так стоп! Вопрос с воспроизводством семян клевера придётся всё же решать! Но пока оставим это, погнали дальше… После занятого пара хорошо пойдёт картофель — в нашем случае батат, или элемский корень. Было бы неплохо перед этим и озимую рожь посеять, но ржи нет — значит после картофеля — тьфу ты, то есть батата — засеем пшеницей… Хм… дальше… дальше… Ага! Значит так. Делим всю пашню на семь равных полей по площади, разделив их перелесками, чтобы ветром почву не сдуло, и засеваем в таком порядке: занятый пар с клевером, батат, пшеница с подсевом клевера, клевер 1-го года пользования, клевер 2-го года пользования, овёс, после овса турнепс или морковь, и снова идёт занятый пар с клевером на сидераты, и так по кругу. На клеверных полях будем траву косить в течение лета — хорошее сено выйдет! Особенно, если совместить с другими травами и луговым выпасом вдоль реки. Корнеплодами их подкормим, бататом опять же. Отруби овсяные и пшеничные как комбикорм сойдут. Скотина и птица наша оценит! Итого… потребуются плуги…

Прикинув размер одного отвала, Вальтер оценил, какую площадь сможет захватить загонный плуг, собранный на стальной раме из трёх отвалов. После чего прикинул среднюю скорость при вспашке лошадьми, и попытался оценить скорость обработки полутора квадратных километров пашни. Накинул десять процентов на непредвиденные задержки, и крякнул от досады. Выходило, что плуг, захватывающий сразу один метр земли, будет вспахивать полтора квадратных километра в течение восьмисот часов… А ведь посевную нужно проводить быстро, за неделю-две. Пока погода позволяет! И там не только вспашка: сеялки, бороны, внесение удобрений! Хотя бы тот же жидкий навоз.

— Нет, нам такой хоккей не нужен. Похоже придётся купить тяжеловозов. Давай посчитаем с шестью отвалами…

С шестью отвалами площадь захвата плуга увеличилась уже до двух метров, что сокращало время вспашки вдвое. Четыреста часов. Ну а если задействовать сразу пять таких установок, то вспахать эту площадь удастся за каких-то пять дней…

— Хотя погоди. У нас же три поля из семи постоянно под клевером стоит! Пахать будем меньше. Пересчитываем… Ага! Теперь хватит всего трёх плугов одновременно! И как я забыл про занятый пар? На каждый такой плуг придётся ставить четвёрку тяжеловозов, чтобы выдыхались меньше. Итого дюжина новых коней к покупке — по двенадцать золотых каждая…

Ещё он рассчитывал собрать сенокосилки, бороны, сеялки, хотя-бы простейшие. Задействовать для доставки воды большие колёсные ёмкости, и котлы для приготовления кормов.

— Хм… кузнеца придётся озадачить на всю зиму, и то не факт, что успеет. Чёрт побери, как же не хватает людей!

— Милый? Всё хорошо? — в дверном проёме показалась Эльза, едва прикрывшая обнажённое тело лёгкой ночнушкой. Внутрь входить она сразу не стала, дождавшись кивка хозяина кабинета, прекрасно осознавая опасность местной системы безопасности. А когда вошла, тотчас прильнула к широкой мускулистой спине Вальтера, нежно поцеловав того в шею.

— Людей не хватает. Столяры нужны, кузнецы, инженеры, дажеювелиру дело нашлось бы. Да кто же в эту глухомань поедет? — прибрав немного разбросанные бумаги, Вальтер устало вздохнул, погладив голову своей девушки, поцеловав её в ответ.

— А что если тебе выкупить рабов?

— Рабов?! — удился Вальтер, — Эльза, милая, ты же знаешь, как я отношусь к этой мерзости.

— Знаю. Но это и хорошо! В рабство ведь попадают не только враги империи, но и граждане целыми семьями — за долги, за чужой донос, или после маленькой войны между благородными. Если ты выкупишь такую семью целиком, то они, во-первых, не будут разлучены, а если пообещаешь вольную спустя время, то и работать будут на тебя не за страх, а за совесть! Это во-вторых. Я уже давно убедилась, что ты невероятно добр к своим людям, что бывает крайне редко. Добр, но в то же время строг. И это хорошо! А то что твои земли располагаются на самой окраине империи и вовсе только в плюс. Некоторым людям и сбежать будет сложнее от тебя, и спрятаться от недоброжелателей будет проще, — здесь же каждый чужак на виду. Подумай. Может быть этим ты спасёшь чьи-то жизни?

— Хм. Спрятаться? Рабам? Они же и так в рабстве, от кого им прятаться?

— Всякое в жизни бывает. Ой! — пожала плечиками девушка, с оханьем провалившись на колени барона. Тот притянул её столь неожиданно, что девушка даже испугалась. Но рассказ не прервала, — Одно дело, когда тебя в долговое рабство берёт конкурент, или кровный враг, и совсем другое, когда попадаешь в рабство имперского банка. Папенька рассказывал о таких случаях, когда мастера уходили в рабство имперского банка, лишь бы не достаться в лапы кровников. Так их после находили у новых хозяев, и выкупали уже у тех, при том без остальной семьи! И после этих людей уже никто не видел. Это вообще обычная практика: купить семью со скидкой, после чего распродать детей и опытных мастеров по-отдельности, дабы вернуть потраченные деньги, и даже заработать. Это незаконно, конечно, но кого это волнует?

— Ва-альтер… — промурлыкала Эльза, поймав руку мужчины под подолом ночнушки.

— М-м?

— Пойдём в спальню. Нам без тебя одиноко, — вновь начала Эльза покрывать его лицо поцелуями.

— Прости, малышка, не сегодня, — сжав упругую попку красотки, и помяв её немного, барон поставил Эльзу на ноги, ссадив с колен, — Нужно многое успеть посчитать. А днём на это времени нет совсем! Я и так с трудом успеваю.

— Прости. Я пока совсем бесполезна… — снова обняв своего мужчину за плечи, девушка поцеловала его в шею, после чего быстро выпорхнула из кабинета. — Я исправлюсь! — бросила она напоследок, исчезнув за дверью.

Вальтер же, ухмыльнувшись, вернулся к расчётам. На самом деле Нора и Эльза делали неплохие успехи в математике, освоив многие основы этой науки за считанные недели. И их постоянное стремление во всём ему помогать только сильнее грело душу старого ифрита, делая его чуточку счастливее.

Глава 6

Неизвестное место на территории страны

В огромной пещере, раскинувшейся на сотни метров вокруг, когда-то очень давно был создан редчайший магический массив — завеса колонн. Антрацитовые грубо обтёсанные колонны во множестве свисали здесь с потолка, образуя гигантский лабиринт. Покачиваясь от редких сквозняков, они жалобно поскрипывали цепями, наполняя и без того мрачную атмосферу жуткими звуками. Назначение этого странного архитектурного комплекса было сугубо утилитарным — копить магическую силу. Сто сорок три колонны из неочищенного обсидиана длиной в пять метров и толщиной с человеческий торс имели странную особенность впитывать в себя эманации боли, силу крови, некротическую энергию, и даже могли ловить души убитых существ, чем и пользовались древние маги, создавшие эту пещеру.

Совершая жертвоприношения в течение пары лет в этом месте и оставляя при этом трупы гнить прямо на месте, маги заряжали массив, имея раз в пару лет огромный запас энергии для своих ритуалов. Один такой ритуал мог легко похоронить под водой прибрежный город или обрушить часть горы на армию врагов! Под потолком даже сейчас можно было заметить полупрозрачные всполохи пойманных в ловушку лабиринта неприкаянных душ.

Да, маги крови давно были искоренены инквизицией, как и заклинатели смерти, однако массив удалось сохранить одному старому дворянскому роду. Чем сейчас и пользовались заговорщики, подготавливая ритуал.

Под ногами семи архимагов, одетых в глухие балахоны, теперь сухо потрескивали белые кости людей и зверей, скопившиеся за сотни лет использования массива, а в самом центре пещеры их уже ждал стол, заставленный пузырьками с кровью аристократов. Среди подготовленных к ритуалу гнёта по крови были не только сильнейшие из природных чародеев, но даже императорский род. Вся старая аристократия, ведущая свою родословную от создания империи, оказалась сегодня под ударом новой аристократии, желавшей очередного передела мира!

Первый среди равных впервые за восьмисот лет наконец-то должен был смениться!

— Всё готово? — прогудела одна из фигур.

— Всё готово, — ответила другая фигура голосом герцога Нойманна.

— В таком случае давайте приступим…

* * *

Вальтер сидел всё там же, в своём кабинете, продолжая вести многочисленные расчёты. Что-то бубнил себе под нос, ругался, перекладывая один за другим листы с записями.

Вдруг под столом его сгустилась тьма, став похожая на желе. Колыхнулась будто от ветра и втянулась в его ноги, никак не потревожив древнего ифрита. А спустя минут пять барон Кёнинг вдруг скривился лицом, судорожно вдохнул, после чего громогласно чихнул, едва не опрокинув свой стол вспышкой реактивной струи. Остатки проклятья в виде чёрного пепла вылетели из его носа, растворившись в скудном ночном освещении без остатка. Сам же древний ифрит как ни в чём не бывало продолжил свои расчёты.

Графство Кёнинг. Родовой замок Кёнингов Импозант

— Доброй ночи, уважаемый граф. Благодарю вас, и всю вашу семью за помощь следствию! — попрощавшись с хозяином кабинета, советник Фрост Размет собрал свои вещи, упаковал записывающую жемчужину в футляр, после чего покинул наконец главное здание особняка в сопровождении лакея.

— Зар-раза! Бесит! — сломав в руках свою ручку с золотистым пером, Граф Альфред Кёнинг с силой впечатал её в столешницу, продолжая гневно топорщить усы. Только сейчас он позволил своим эмоциям взять верх, тотчас начав успокаиваться.

Вот уже шестой день их мучила контрразведка, заручившись поддержкой канцелярии и лично императора! У них на руках были такие бумаги в сопровождении оперативной группы, что Альфред теперь лишний раз просто дёргаться боялся, предпочитая честно сотрудничать со следствием.

Каким-то неведомым образом его непутёвый сын, изгнанный из рода уже несколько месяцев как, засветился в деле о взрыве острова инквизиторов. Уж каким именно образом, Альфред и сам не знал, да и о самой причастности ему едва-едва намекнули, сославшись на секретность материалов расследования. Но сам факт! Этот алкаш! Развратник! Обалдуй и трус! Взорвал самый охраняемый в стране остров…? Шутка была бы смешной, не таскай всю их семью по допросам уже который день.

Он хоть и послал официальный протест, но надежд было мало. Ведь император был в курсе происходящего изначально, как и всё дворянское общество. А значит этот вопрос был согласован заранее.

Советник Фрост и его бойцы жили в гостевом особняке, работая с утра и до самой ночи. Они старались узнать о Вальтере буквально всё от момента рождения, попутно лишь сильнее увязая в делах рода. Опрашивали слуг, дворовых крестьян, родственников и даже старейшину рода, чему его отец был очень недоволен. Каким-то неведомым образом этим людям удавалось задавать самые каверзные вопросы из всех возможных! Отчего ответы на такие вопросы порождали только ещё больше новых вопросов и предположений. И ведь не выставишь их за порог! Могут и в измене императору обвинить!

— Альфред, долго это будет ещё продолжаться?! — в гневе влетел в кабинет главы рода его младший брат. — Какого демона моих детей уже второй день мучают дознаватели императора?!

— Ты, брат, не шуми, — поднял на него усталый взгляд хозяин кабинета, — Мало ли кто твои крики услышит — вопросы начнут задавать новые. С чего вдруг Роберт Кёнинг так против присутствия представителей власти, не замышляет ли чего?

— Пф! Да я в жизни ничего не замышлял! Я даже за девками без всякого плана в юности ухлёстывал! И любил и ненавидел всегда от чистого сердца, — плюхнувшись в кресло, Роберт устало потёр вспотевший лоб. — Что происходит, Альфред? Не уж-то наши мелкие дела с соседями могли привлечь внимание самого императора? И при чём тут контрразведка? Я их спрашиваю, а мне какую-то чушь в уши льют про Вальтера и его якобы важную историю. Всех кругом терзают за что мы его изгнали и при каких обстоятельствах. Как будто они сами не знают!

— Знают… конечно знают. В дворянской палате не дураки сидят, да и канцелярия императора — не синекура какая. А значит что?

— Что? — переспросил Роберт, уставившись в глаза старшего брата. Он не был дураком, но и никогда не пытался лезть впереди всех, предпочитая жить спокойно, в своё удовольствие. Можно сказать, был совершенно аполитичен.

— Вальтер — это только повод. А вот в чём их настоящая цель, я пока так и не понял. Ясно одно — нас в чём-то подозревают, либо хотят в чём-то обвинить, подставив!

— Хм… Может быть дело в горном хребте? За ним же Империя Зен.

— И что? Империя Зен существовала по ту сторону гор задолго до основания Сальдиса, а пришли к нам только сейчас. В чём причина? Что они ищут? В чём подозревают? — откинувшись на высокую спинку обитого бархатом трона-кресла, Альфред Кёнинг прикрыл глаза, тяжко вздохнув. Ему было неприятно общаться с государственными ищейками, не понимая сути дела, отчего все силы к исходу дня просто куда-то испарялись. Он ведь принципиально не вёл никаких дел с контрабандой или наркотиками! Чугун, железо, медь, пшеница да дерево — вот их основные статьи дохода. Всё графство более-менее жило по законам империи. Так почему?

Вдруг его сердце словно сжали тиски! В животе похолодело, а в глазах встала непроглядная тьма! Даже подняв веки он не сразу разглядел своего младшего брата, пытаясь проморгаться.

— Что… — голос его дрогнул, свалившись в сип, — Что это было?

— И мне тоже что-то нехорошо… — Роберт также выглядел не очень. Весь бледный, потный, с расфокусированным взглядом, блуждающим по округе.

Его старший брат медленно поднялся из-за стола, подошёл пошатываясь к небольшому бару, откуда вынул пузатую бутылку с янтарной жидкостью. Стуча о рюмку горлышком нацедил небольшую дозу, после чего одним махом влил в глотку обжигающий напиток. Поморщившись отдышался, и сразу же повторил процедуру, передав после эстафету своему младшему брату.

— Такое чувство было… будто костлявая за сердце схватила… — поставив рюмку на столешницу, Роберт развязал тугой шейный платок, расстегнув верхние пуговицы жилета. — Думаешь нас прокляли?

— Не исключаю… но почему амулеты не сработали? — достав из нагрудного кармана архаичного вида серебряную брошь с аквамарином в центре, Альфред Кёнинг покрутил тот в руках. Понял, что конструкт в амулете абсолютно цел, и даже руны на ней не перестали мерцать, после чего вложил брошку назад. Этот артефакт неизвестного происхождения веками защищал глав их рода от проклятий!

— Магия крови… — мрачно процедил Роберт, глядя в глаза старшему брату. — Магию крови нельзя заблокировать.

— Но она действует на кровь и тело, сразу начиная убивать проклятого! Мы бы уже корчились, истекая кровью, или гнили заживо! Если только…

— Только?

— Есть одно проклятье, что действует почти незаметно для окружающих. Старое, ещё времён до имперской истории. Гнёт через кровь… О боги…! Скорее собери всю семью здесь у меня!

— Но дети уже спят, — опешил его младший брат.

— Плевать на сон! Весь род мог лишиться магии! Быстрей! Возьми все артефакты, что у нас есть!

Вытолкав брата за дверь, Альфред и сам ненадолго задержался внутри. Очень скоро он уже поднял на ноги всю охрану, приказав раздать защитные и атакующие артефакты из закрытой части оружейной. Перевёл в боевой режим родовой массив, что располагался под их замком и землями вокруг, после чего добрался и до имперских ищеек. Впервые за эти дни Альфред порадовался их присутствию, ведь если их род и правда попытались уничтожить запрещённым проклятьем, имперская власть обязана их защитить!

— Добрый вечер, ваше Сиятельство! Что-то случилось? — как всегда на территории двухэтажного гостевого особняка их встречал егерь, вынырнувший словно из ниоткуда. В условиях лесов эти парни могли проникнуть куда угодно! И даже дикие звери не всегда могли их заметить.

— У меня срочное дело к советнику Фросту! Доложите о моём визите. Надеюсь, он ещё не спит?

— Не могу знать, Ваше Сиятельство! Но я немедленно доложу, — поднеся руку к шее, одетый в зелёную кожу егерь сказал пару кодовых слов, после чего принялся ждать. К чему-то прислушавшись, он улыбнулся Альфреду и его дружинникам, — Прошу вас, проходите. Советник вас ждёт!

Преодолев быстрым шагом территорию двора с клумбами, миновав гостевые конюшни, несколько постов и караул латных воинов, Альфред очень скоро очутился внутри особняка. Где его тотчас проводили в общее помещение, даже не подумав обыскивать или отделять от охраны, по видимому давая понять, что четверо воинов даже с артефактами ничего здесь не решают.

— Ваша Светлость граф Кёнинг! Что-то случилось? — советник Фрост вместе со своими помощниками сейчас сидели за поздним ужином, впятером занимая весьма обширный обеденный стол. — Присаживайтесь, отужинайте вместе с нами.

— Благодарю, — не стал отказываться от приглашения граф. Вежливость не позволяла. Его люди при этом остались за дверями в коридоре, подчиняясь правилам приличия. Пусть это и был дом Кёнингов, но на время пребывания здесь гостей он становился чужой территорией. Отчего даже сам граф не мог действовать как вздумается, дабы не оскорбить гостей!

— Премного благодарен за приглашение, но вынужден сразу перейти к делу. Высока вероятность, что мою семью прокляли… с использованием запрещённого ритуала, — начал Альфред, сложив перед собой чуть подрагивающие руки. Всё то время, что он занимался безопасностью замка, мужчина пытался прощупать свой дар, и с каждой минутой тот всё хуже отзывался на его волю, подтверждая самые страшные предположения. Сейчас он, архимаг по силе, едва ли дотягивал до силы мага-ученика, а спустя несколько часов и вовсе превратится в простого смертного. Лишь нахождение на родовой земле давало ему некоторые гарантии уверенности в себе, ведь эту силу невозможно отнять даже официально изгнав из рода! Кровь не водица — массив рода, созданный на основе гигантской гранитной плиты природного происхождения, над которой и был построен замок, веками копил силу крови Кёнингов. И даже Вальтер, что перестал быть частью семьи, не стал для неё врагом после изгнания.

— Ого! Прокляли…? Для проклятого вы выглядите весьма бодро, — нахмурился Фрост Размет. А его помощники и вовсе отложили столовые приборы, согнав улыбки с лиц.

— Я теряю магическую силу, советник. А родовой оберег никак не отреагировал на проклятье! По всем признакам на нас наложили магию крови — «гнёт магии». Я требую защиты у императорского рода и имперской канцелярии! — чуть нервно выпалил Граф, понимая, сколь шатко их положение теперь.

— Хм… и правда, серьёзное дело. Да, вы в своём праве, Граф, — кивнул степенно офицер, также отложив двузубую вилку, — Я передам ваш запрос в канцелярию. Только понимаете в чём дело… — на мгновение задумался Фрост, смущённо улыбнувшись, — Род императора ведь тоже проклят. Они теперь не более чем отработанный материал. Пришло время старикам уступить своё место новой силе!

— Что…? — на мгновение граф Кёнинг был шокирован, но почти сразу среагировал, отклонившись на своём стуле резко назад. Падая на пол, он активировал надетые на руки браслеты, успешно погасив первый удар противника и отправив в людей впереди сгустки магической кислоты. Чёрные иглы и плеть буквально растеклись по его защите, и ту же участь постигла атака самого графа — маги перед ним были весьма опытны в деле кратковременных схваток. Но едва он успел подняться на ноги, как в него ударил чёрный клинок, пробив не только барьер, но его собственное тело в области плеча. Альфреда отбросило далеко назад, пришпилив к стене словно бабочку булавкой!

— Гра-а-х! — взревел мужчина, схватившись за длинное лезвие, сотканное из магии Истока. Ноги его не касались пола, и мужчине требовалось как-то снизить давление на кости. Фрост даже из-за стола при этом не вставал — заклинание исходило из области над его головой, будто вынырнув из пустоты, а сам он продолжал расслабленно сидеть за столом. А о магии кислоты напоминали разве что чёрные точки, вихрем лежавшие на белой скатерти стола. Кое-где даже фарфор был прожжён насквозь.

— Я должен был догадаться! Ублюдок, значит ты в числе заговорщиков против императора! А мой сын выходит был просто глупым предлогом?! Решил всю фракцию лоялистов устранить?!

— Ну что вы, граф, как можно? Вальтер и правда подозревается во взрыве острова инквизиции. А ещё он уничтожил род Хасельхоф, и виновен в убийстве одного из богов! На почве чего и был их конфликт с инквизицией, к слову. Ещё и орден Бури перед этим пострадал, потеряв более трёх десятков архимагов! — поднявшись, советник от контрразведки степенно подошёл к поверженному аристократу. Чёрный клинок при этом сам собой укорачивался, продолжая прижимать бывшего архимага к стене, — Сомневаюсь, что здесь обошлось без помощи вашей семьи. Слишком силён был огонь на месте преступлений! Сейчас разберёмся с вами, а после и Барона Кёнинга к ногтю прижмём.

Неожиданно Граф Кёнинг хрипло рассмеялся, с иронией уставившись в глаза Фроста.

— И что смешного?

— Мы владеем воздухом, Фрост. Мы никак не связаны с Вальтером и его силой! Добро пожаловать на земли Кёнингов, ублюдок! — взгляд Альфреда упал вниз на пол, туда, где разливалась его кровь. Фрост Размет также проследил за его взглядом, ненадолго оставшись в недоумении, а когда понял в чём дело, только и успел что набрать воздух в грудь.

Кровь Альфреда мгновенно вскипела, соткавшись в полупрозрачную кровавую человеческую фигуру, после чего от неё в сторону врагов рода ударила мощная волна компрессии. Стена сжатого до твёрдого состояния воздуха буквально размазала по окружающему пространству всех присутствующих, выбив окна в помещении, разметав на мелкие щепки огромный стол и другую мебель, выбила двери и убила солдат по ту сторону. И даже проломила часть стены с другой стороны комнаты, обрушив её в соседнее помещение. Чудо как потолок не рухнул! Грохот был такой, что и выстрел из пушки показался бы тихим.

Освободившись от магического лезвия, Альфред рухнул на пол, мгновенно поклонившись фигуре перед собой.

— Недостойный потомок приветствует архонта-основателя!

— Здравствуй, Альфред. Уводи всех из замка сейчас же. Врагов слишком много — они уже на подступах к замку. И это только начало.

За окнами в то же мгновение начался настоящий вихрь, перемежаемый криками людей и вспышками магии. Вызванный пролитой кровью Кёнингов архонт принялся избавляться от всех чужаков на своей земле!

— Неужели даже вы не справитесь, основатель?! — опешил от шока аристократ, привыкший думать о своём далёком предке как о всемогущем существе. Когда-то давно в массиве рода заточил свою душу сам архонт-основатель, бывший самой стихией воздуха — силой, что перешагнула уровень грандархимага. А кровь и сила каждого следующего главы рода, как и многих других родственников, после смерти лишь усиливала этот массив.

Подобные масштабные массивы были популярны в очень далёком прошлом, хоть и были квинтэссенцией запрещённой магии крови. Всё же у аристократии тех времён было куда больше свободы, чем сейчас. Отчасти именно поэтому старые рода были столь высокого о себе мнения — такие массивы делали их земли почти неуязвимыми на случай войны. Вот только многие в империи об этом начали забывать, ведь информация об этой защите оберегалась как самый важный секрет родов!

— Пустой замок оставят в покое, и я смогу его сохранить. Я им не по зубам без масштабных разрушений. Но если нынешние Кёнинги останутся здесь, нас рано или поздно сравняют с землёй! Мои силы всё же не бесконечны. Я теперь всего лишь массив заклинаний — запас сил у меня не восполняется как у живых магов.

За окном где-то вдалеке прогремел мощный воздушный взрыв, прокатившись волной пыли по всему замку. Альфред же старался не обращать внимания на то, как ведёт бой его далёкий предок, распыляя внимание, стараясь поскорее получить наставления и ответы на вопросы.

— Но куда… куда нам идти, основатель? Нас прокляли! Я едва ли дотягиваю по силе до ученика, а к утру и вовсе стану простым человеком. Мои братья и сыновья также наверняка прокляты! Мы же буквально беспомощны — это проклятье снять просто невозможно.

— Уходи, Альфред. Не знаю куда, но вам придётся уйти! Врагов слишком много. Они сильны и хотят вас убить. Я смогу лишь задержать их! — прошелестел кроваво-туманный фантом, вскоре сжавшись в маленькое облачко. Проводив взглядом вылетевший в разбитые двери кровавый сгусток, Альфред прижал руку к своей ране, поморщившись. Крови он потерял много. Оглядел брезгливым взглядом ошмётки тел, разорванные кишки и обломки костей, что остались от имперских дознавателей, после чего, стараясь не дышать парами дерьма, двинулся на выход, где уже вовсю слышались крики, грохот и стоны — основатель расчищал для него путь.

Коридоры особняка также представляли собой эпицентр мощного взрыва, где воины в латной броне были буквально раздавлены или перемолоты в металлический фарш любимой атакой их предка-основателя. Волна компрессии бала квинтэссенцией его магии воздуха! И даже их отец, старейшина рода, едва-едва освоил самые базовые техники этой магии.

Тел своих дружинников Альфред так и не нашёл по дороге назад — было очевидно, что их устранили по-тихому, оттащив куда-то. И артефакты действительно оказались здесь бесполезны — похоже бойцы их просто не успели применить! Оно и понятно — «щит и меч», этот ведь военный комплект, и онбыл пригоден только для прямого противостояния, никак не защищая от удара исподтишка. Так что в эпицентр разыгравшейся бури граф вышел в полном одиночестве.

Ураган, покрывший всю территорию их земли, прямо на его глазах вырывал деревья с корнем, снимал облицовку с замковых стен и крыш, поднимал тучи песка и земли, превращая их в настоящий наждак. Видимость также упала почти до ноля. Вокруг замка крутился сейчас настоящий ужас, порождённый магией предка! И только Альфреда смертоносный ветер не трогал, пропуская сквозь себя без всяких препятствий. Но долго так не могло продолжаться. Рано или поздно запас сил смерча иссякнет, и замок вновь станет открыт для их врагов!

Глава 7

Окраины замка Импозант

Перед настоящей стеной ветра, поднявшейся до самых облаков, закрутившей чернеющее небо в гигантскую карусель, стояло два мужских силуэта. Сзади на приличном отдалении от них располагался отряд бандитов-наёмников, купленный где-то на южных рубежах. Достаточно жестоких и беспринципных для любой работы людей, чьи жизни можно будет без жалости разменять при удобном случае.

— Да-а… давно я не видел архонта Кёнинга в деле. Сколько уже прошло? Веков шесть…? Нет, семь с половиной, — первый выглядел словно двадцатилетний юноша сухощавого телосложения. Одетый словно только с императорского бала, весь в шелках, кружевах, в белых чулках и с неизменным белым париком на голове. Хоть Боги и не были подвержены в своих телах болезням людей, однако же им приходилось отдавать дань столичной моде ради внедрения. Сифилис в высшем обществе был делом обычным… И не всегда магия была способна помочь, особенно, если недуг въелся в самые кости, уже уничтожив нос. А иных средств лечения чародеи империи просто не знали — всех представителей древнего искусства травничества уже давно извели как пособников язычникам и огнепоклонникам. О чём многие теперь всерьёз жалели. А нынешние деревенские бабки не владели и сотой частью той мудрости, что потрясала древние устои.

Разве что алхимия могла справиться с этим делом, но и её чародеи презирали как недостойное занятие для слабосилков, отчего её развитие шло безумно медленно.

— Кёнинги… их фамилия пришла с великого северного острова «Фостерленд». И буквально означает «Король»! Повелители ветра родом с древней «Отчизны», наши старейшие враги… Одни из. Хорошо, что эта ветвь последняя из древнего рода королей северных ветров! Наконец-то мы покончим с ними, — рядом стояла похожая по ауре, но совершенно иная по типажу фигура. Могучий человек двух метров ростом, с витыми узлами стальных мышц, спрятанных под артефактной бронёй. На спине своей он носил огромный цвайхендер — древний двуручный меч с того самого острова Фостерленд, принадлежавший когда-то забытому божеству ветра. И клинок этот испускал просто убийственную ауру!

— Ты же две с половиной тысячи лет назад убил их живое божество? Каково это было? Говорят, в те времена мир был опасен даже для таких вторженцев с иных планов как мы, — взглянул на него снизу вверх щуплый собеседник. Стоял он словно на паркете, заложив руки за спину, будто и не было перед ними невероятной бури, рвущей небо и землю.

— Долго. Опасно. Жутко… Я сумел убить его только с третьего раза, умерев до этого дважды. Да и то только когда поглотил одного из новорожденных, который меня бесил. При этом полсотни лет готовился, пригнав в итоге на острова двухсоттысячную армию, — прогудела в ответ «живая броня», сверкающая в редких всполохах молний будто начищенное зеркало. По сотням граней зачарованной стали так и сияли забытые давно руны, перегоняя по ним могучие силы, вложенные когда-то лучшими артефакторами этого мира. После случая с островом Отчизны этот «Бог» так увлёкся артефактами и военным искусством людей, что в итоге всю свою жизнь посвятил войне.

— Господин, люди волнуются. И… — у них за спиной вдруг послышался неуверенный голос кого-то из наёмников, но тотчас резко оборвался.

Труп, рассечённый на сотни кусочков, распался на части в одно мгновение, заливая землю своей алой кровью, попутно заставив толпу наёмников вновь благоговейно зароптать. Своего нанимателя они с каждым днём всё сильнее боялись и до безумия уважали.

При этом обе фигуры не шевельнули даже мизинцем!

— Ха! А ты всё также безжалостен, — улыбнулся гиганту придворный аристократ.

— Не терплю, когда мешают вести беседу. Идём. Архонта я беру на себя. Остальные на тебе. Время! — выхватив из-за спины цвайхендер, висевший там словно примагниченный, гигант мелькнул в пространстве смазанным силуэтом, замерев с мечом у самой земли, и буря перед ним мгновенно разошлась в разные стороны словно рассечёна самим богом! И даже тучи в небе были продавлены невидимой силой, разделив небо надвое. Смерч исчез мгновенно, будто его и не было — такова была власть древнего меча над стихией воздуха!

Взору людей и порождений бездны тотчас открылся вид на старый замок Кёнингов, стоявший в километре дальше, и те разрушения, что принесла жуткая буря. От роскоши прилегающей земли не осталось даже следов — сплошная голая, израненная рытвинами земля. И горы мусора, валящиеся прямо сейчас с неба на землю словно град.

— Хокус убит. Ты знал? — когда рыцарь уже хотел телепортироваться в замок, его отвлёк напарник.

— Знаю. И что? Первый раз что ли? Он был слаб после повторного призыва.

— Ты не понял. Он мёртв окончательно. Сожжён заживо — не смог сбежать в бездну. И сделал это, по моей информации, один из Кёнингов!

— Хм… Кёнинги не владеют огнём, — задумался рыцарь, оперевшись на меч. — Откуда информация?

— Старейший сказал, что солнце и звёзды снова вместе. Всё там же, у вулкана Караско. А ещё там живёт один из Кёнингов — изгнанный из рода недавно. Ты веришь в подобные совпадения?

— Хмф! — ничего не ответив, гигант провалился в черноту прямо перед собой, будто проделал дыру в пространстве.

— Клюнул! Надеюсь, они друг друга поубивают, — ухмыльнулся щуплый аристократ, вскоре тоже исчезнув в чёрном пятне. Ему ещё предстояло поймать беглецов и обчистить местное хранилище, а жизнью рискует пусть этот высокомерный дуболом!

* * *

После перемещения со скоростью тьмы прямо внутрь замка, Зортус очутился посреди просторного холла внутри небольшого чёрного пятна густой тени. На мраморных полах повсюду лежали толстые туранские ковры, каменные стены были завешаны светло-голубой тканью с замысловатым геометрическим рисунком и гербами рода, а мебель из красного дерева была ярко освещена магическими люстрами, висящими высоко под потолками. Тень же, в которую переместился легендарный воин по прозвищу «Чернобог», бывший по слухам, что ходили среди воинов всего мира, настоящим бессмертным воплощением войны, отбрасывал гигантский череп ящера-мечехвоста, подвешенного на толстых цепях. Усеянная костяными лезвиями голова занимала почти половину всего пространства под потолком! Метров десять в диаметре!

— Хмх… Славный трофей, — машинально кивнула фигура, осматривая чужие владения.

И его, что очевидно, уже давно ждали. Чернобога посреди всего этого великолепия встречал кровавый призрак прошлого — архонт стихии воздуха, основавший когда-то на этих землях тот самый графский род новой великой империи, ставший когда-то основой нового государства. И он незамедлительно поприветствовал незваного гостя!

Зортус, будучи невероятно старым опытным порождением бездны, словно в замедленном воспроизведении видел каждое движение магической энергии кровавого воплощения древней души, про привычке разогнав свою скорость мышления, но он даже и не подумал защищаться, желая проверить крепость своей брони и своего собственного тела. Последние полторы тысячи лет беспрерывных войн по всему миру заставили его потерять прежнее ощущение опасности. После сотен тысяч убитых врагов невероятной силы уже ничто не горячило его чёрную кровь! В итоге битвы из страсти всей его жизни превратились в простую рутину, и потому, больше всего на свете, он теперь желал встретить действительно грозного противника, раз за разом проверяя свою удачу и живучесть! Только близость смерти позволяла ему чувствовать себя по-настоящему живым.

В конце концов, сама смерть его ничуть не страшила. Какая ерунда право слово… Скука — вещь куда более страшная! Принять же смерть от сильного врага, после напряжения всех своих сил, после столкновения сила на силу, хитрость на хитрость, воли против воли, что может быть желаннее для того, чей смысл жизни — это война?!

И Зортус наконец-то, впервые за долгие столетия под своим глухим шлемом искренне улыбался.

«Восхитительно!» — мелькнула в его голове запоздалая мысль, когда целый океан магической силы, сжатый будто смертоносная пружина, врезался в его могучую грудь, сминая и корёжа зачарованную древнюю сталь! Сила архонта, подкреплённая душами мёртвых потомков и мощью древнего великого массива магии крови полностью оправдывала его ожидания.

Чудовищная по силе волна компрессии подхватила тело Чернобога, впечатав её в каменную кладку старого замка, после чего принялась вдавливать её в плотный гранит, продолжая крушить все преграды на своём пути!

Переживая каждое мгновение боли будто в замедленном воспроизведении, Зортус проломил своим телом два метра укреплённого магией камня, после чего вместе с обломками половины фасада огромного замка был отброшен так высоко в небо, что вскоре потерял чувство направления! Из его ушей теперь шла кровь, глаза перестали видеть, разорвавшись от перепада давления, руки и ноги были вывернуты и переломаны, а кости грудной клетки были раздроблены в пыль, как и части костей черепа, будучи проломленные покорёженной рунной бронёй. Но Зортус всё равно был счастлив без меры! Ведь наконец-то его жажда опасности будет хоть ненадолго утолена!

Дождавшись, когда его тело перестанет безумно вращаться вокруг оси, он усилием своей воли срастил раздробленные кости, вернул слух и зрение, и даже заставил кровь впитаться обратно в тело, исцелившись почти мгновенно. Физические повреждения тела уже давно не были для него проблемой! После чего в новой вспышке чёрного перехода он покинул разорванные взрывом тёмные небеса, очутившись прямо перед кровавым архонтом, стоявшим всё на том же месте посреди разрушенных руин старого замка.

— Ха! — ударом обоих кулаков сверху вниз, Чернобог обрушил на противника всю свою мощь! Столб чёрной энергии бездны взвился вверх и вниз от места его удара, в одно мгновение поглотив остатки разрушенной крыши и пробив внушительную дыру глубоко под землёй. Но его врага там уже не было! Кровавый фантом очутился слева от Чернобога, обрушив на него две сжатых волны, раздавив того словно прессом! Во все стороны от места соударения волн хлынули тучи пыли и каменных осколков, а тело в броне, смятое словно блин, сочащееся чёрной кровью, рухнуло недалеко от огромной ямы, оставшись лежать без движения. И лишь меч, что висел за его спиной словно приклеенный, ничуть не пострадал под этими чудовищными ударами.

— Зря ты пришёл на мои земли, подонок, — впервые обратилась к врагу кровавая фигура, — Я сотру тебя в кровавую кашу!

Но в ответ раздался лишь скрежет и булькающий хохот. Раздавленный взрывом противник до сих пор был жив!

Неожиданно руническая броня засияла, начав со скрипом восстанавливать свою форму, что повергло архонта в очередной шок. Ведь зачарование «память формы» даже в его время было одним из тех древних искусств, что оказались давно утеряны человечеством! А в следующее мгновение смятая в блин рука Чернобога резко налилась объёмом, вскинулась в сторону архонта, совершив скрюченными пальцами, сочившимися чернотой, резкое хватательное движение, отчего сама душа хранителя ощутила близкое дыхание смерти, заставив того бежать под землю. Остатки замка вокруг того места, где он стоял, снесло, сжав в бесформенную кучу, буквально вырвав большую часть каменной кладки из брюха монументальной постройки! После чего этот прессованный комок камня и керамики подняло в воздух, расшвыривая остатки обрушившихся крыши и стен, и отбросило далеко в лес, окончательно уничтожая следы некогда могучего обиталища графского рода.

Чернобог, скрипя выправляющимся доспехом, медленно поднялся на восстановившиеся ноги. Чёрная кровь, натёкшая из него на каменный пол, медленно впиталась в щели доспеха, и вскоре от следов повреждения не осталось и следа! Размяв плечи и спину в несколько движений, Зортус медленно вытянул из-за спины меч бога ветра.

— Неплохо, но я хочу ещё! ЕЩЁ! Эй, Кёнинг, а ну вылазь, трус! А то я сам вскрою твою гробницу.

Но не успел он договорить, как атмосфера вокруг мгновенно изменилась. Все звуки пропали, а попытка вдохнуть порцию воздуха вдруг окончилась неудачей, что невероятно удивило древнего воина. За всю свою долгую жизнь он впервые испытывал нечто подобное! Кровь в жилах Зортуса мгновенно вскипела. Он даже попытался призвать силу меча, но в вакууме нет места стихии ветра — меч просто молчал, перестав отвечать на его призывы.

Зортус не волновался, заворожённо наблюдая за разлившейся по округе из под земли силой, ведь его тело спокойно могло прожить пару лет без доступа воздуха. А вот после он увидел другую странность — тучи над его головой фактически расступились, очистив половину доступного небосвода. Будто гигант какой зачерпнул их огромной тарелкой, заставив разойтись в разные стороны. Над Чернобогом в этот момент вырос целый купол без воздуха, достигнув радиуса в несколько километров! После чего вся сила атмосферы, помноженная на силу архонта, рванулась к нему, ударив со всех сторон! Грохот был подобен взрыву ядерной бомбы, породив при этом мощную ударную волну, повалившую ближайший к замку лес, а землю, остатки замка и самого Зортуса вмяло на десятки метров вниз, породив настоящий фонтан пыли и обломков древней гранитной плиты, что лежала под этой землёй!

Хранитель земель Кёнингов исполнил свой последний долг, разом обрушив всю свою мощь на врага. В небытие он уходил без каких-либо сожалений.

Несколько минут после такого сильного удара ничего не происходило, и лишь только облако пыли медленно оседало на землю, уносимое вернувшимся ветром. Спустя полчаса даже наёмники, что служили Чернобогу, наведались сюда, дабы проверить всё ли в порядке. И уже начали осматривать территорию, ища вход в подземную сокровищницу да следы своего нанимателя, когда спустя час глубоко в образовавшемся провале наконец зашевелились и загромыхали камни.

— Все назад! — выкрикнул на своём языке одетый на восточный манер командир, носивший сразу две сабли шикарной инкрустации. Люди его тотчас прыснули в разные стороны, что и уберегло их от страшных травм. Высоко вверх буквально спустя пару секунд уже взметнулся целый фонтан каменных обломков, а вместе с ними на поверхность выбрался и сам Зортус.

Его броня вновь, как и в первый раз, выглядела без повреждений, а тело было целым и невредимым. И лишь глубоко в псевдо-душе, сотканной из силы бездны, вновь нарастало ощущение пустоты и тоски. Ещё один великий противник ушёл из этого мира. В его жизни опять стало чуточку больше тоски…!

— О великий Шарах! Наш господин — сама смерть! У этого шакала не было ни шанса! Глупые белокожие, как они смеют прот… — вдруг среди лёгкого гомона наёмников его внимание привлекло неосторожное высказывание кого-то из младших командиров отряда.

Резко обернувшись, Зортус вперил презрительный взгляд в недалёкого дегенерата, едва-едва узнавшего за какую сторону держать меч и возомнившего себя кем-то значимым, отчего ноги того согнулись, а лицо приобрело страдальческое выражение. Сопротивляясь силе, что вминала его в землю, мужчина напрягался изо всех сил, однако всё было тщетно! Его нога вскоре подломилась, а кость выскочила из коленного сустава, порвав мягкие ткани! Округу пронзил краткий возглас боли, после чего звук сменился на чавкающий всплеск раздавленного мяса. Тело презренного наглеца сжало в комок вместе с оружием и доспехами, после чего на месте человека остался лежать небольшой истекающий комок из мяса костей и металла.

— Великий противник достоин уважения. Пустое бахвальство — лишь ваше бесчестие!

— Прошу простить меня за недостойного подчинённого, о Великий! — тотчас рядом возник командир наёмник, упав на колени перед Чернобогом, ударившись лбом об обломки камней, — Впредь подобного не повторится! Я сам снесу наглецу голову!

— Хмф! Ищите вход под землю — ваша добыча там, — развернувшись, Зортус отошёл далеко в сторону. Развел костёр из обломков деревянных конструкций с помощью походного артефакта, после чего надолго остался там, глядя в рыжее пламя. Череда военных походов за эти тысячи лет привили ему странную любовь к отрытому пламени. Он уже и забыл, сколько раз вот так сидел перед костром со своими войсками, покоряя очередные земли. Лишь оно могло отогнать ненадолго ту невероятную тоску, что охватывала Чернобога с каждым столетием всё сильней и сильней… и просвета в этой тоске он больше не видел.

На сокровища Кёнингов утром, когда наёмники наконец управились с мародёрством, он даже и не взглянул, сразу отправившись на восток. У него было ещё одна небольшая надежда встретить хоть кого-то, кто достоин капли его убийственного внимания.

Глава 8

Подземное хранилище замка Импозант

За пять минут до атаки Зортуса

Хранилище рода было выстроено очень давно, ещё до закладки самого замка. Глубоко под землёй, под пятидесятиметровым слоем земли и камней с помощью магов земли была выдавлена каменная капсула, защищённая множеством артефактов и заклинаний. Массивные гранитные двери, покрытые слоем зачарованного металла, надёжно перекрывали вход в святая святых древней семьи. А наличие под землёй места силы гарантировало, что руны и заклинания никогда не истощатся от времени.

Но даже такие меры защиты не могли уберечь от всех угроз. Вот почему в этот раз, прямо внутри хранилища, не потревожив ни охранные вязи ни рунические слова, медленно проявилась фигура. Она шла степенно. Цокая копытцами, с каждым шагом становясь всё менее прозрачной, и вскоре по узкому проходу меж стеллажей и запертых на рунные слова сундуков уже вышагивала Тёмная Лега, едва не задевая своими массивными рожками окружающий интерьер. Синеватый оттенок кожи, тёмно-синие волосы, красноватый узор на коже и красные глаза, перечёркнутые сверху вниз частью кожного узора. Будто кровавые молнии спустились со лба на лицо!

В руках её были всё те же чёрные чётки из костей неведомого существа, а тело было облачено в длинное платье, лишь подчёркивающее её изгибы.

Она дошла до самого конца хранилища, где за барьером располагалась древняя реликвия, привезённая ещё с острова Фостерленд, во времена крушения Отчизны. Не оружие, и даже не драгоценность, а кожаный пергамент, украшенный серебряным орнаментом. Или скорее большая его часть — руны и глифы на этом свитке, казалось, светились сами собой, отчего впечатление древний пергамент производил невероятное. Но только не на Тёмную Легу.

Свободно миновав и здешнюю примитивную магию, рогатая жительница варпа протянула руку вперёд, задержав её над объектом, что лежал на мраморном пьедестале. После чего над её ладонью вспыхнул серебристый след варп-перехода, а над её рукой завис в воздухе молочно-белый кристаллик с зеленоватыми прожилками. Маленький, едва ли размером с орех фундука. Но вскоре он сам собой был растёрт в мелкую пыль, после чего просыпался на остатки древнего свитка, слившись с сияющими рунами и глифами.

— Миллиарды погибнут, — разнеслось едва слышно рядом с рогатой Легой. Её рука вскинулась влево молниеносно! Красные узоры на коже засияли словно люминесцентные, а из ладони вытянулся фиолетовый, едва заметный человеческим глазом клинок. Лезвие которого едва не коснулось незащищённой шеи другой полупрозрачной фигуры, появившейся здесь.

Девушка с крыльями и маленькими светящимися рожками на голове, загнутыми в подобие нимба. Кожа её была белой как мрамор, крылья словно молоко, и глаза, наполненные нежно-голубым светом, без единого намёка на зрачки. Её голое тело даже не напряглось, когда фиолетовый клинок выстрелил в сторону её шеи.

Через пару секунд она уже полностью проявилась в материальном мире, встав на свои голые ступни. Телосложением она была один к одному как человеческая женщина, разве что каких-то нереалистичных пропорций: прямые мускулистые ноги без изъянов, широкие бёдра, круглая, накаченная попка, животик с просвечивающими кубиками пресса, и умеренно мускулистые руки и плечи. Ах да, и конечно грудь шестого размера, при том совсем не обвисшая — упругая, округлая, немного напоминающая по форме конус с чуть вздернутыми сосками.

— Никогда мы наверное не поймём, с чего вы всегда голышом по вселенной скачете… Какими судьбами? Светлые Леги разве вмешиваются в материальный мир?

— Умрут миллиарды. Оставьте миры в покое, — всё таким-же спокойным, лишённым чувств голосом повторила своё послание Светлая Лега.

— Вот это я в вас и ненавижу больше всего! Лицемерные твари! — погасив свой пространственный рассекатель, Тёмная отвернулась от гостьи.

— Нельзя вмешиваться в естественный ход событий, — тем не менее продолжила светлая, провожая шагавшую прочь рогатую деву. Копытца той вновь звонко зацокали по каменному полу.

— Иди к Дьяволу! — повернулась та неожиданно, с искажённым от обиды и злости лицом. — Мы хоть что-то делаем! Какой от тебя, — ткнула она указательным пальцем в собеседницу, — и твоих крылатых сучек прок?! Что есть вы, что вас нет — вселенной будет всё равно! Хотите сдохнуть? Пожалуйста. А нам с вами не по пути!

Отвернувшись, Тёмная молниеносно расстворилась в пространстве, исчезнув из материального мира. Варп охотно принял своё создание.

— Но ведь умрут миллиарды… стоят ли наши жизни этого? — впервые в словах белокрылой фигуры прорезались хоть какие-то чувства. Печально поглядев на заражённый кристаллами свиток, Светлая Лега вздохнула, хлопнула крыльями за спиной, после чего также исчезла. К хранилищу как раз подходил чужак из плана бездны. Никто не должен был знать, что здесь были Леги!

Вернувшись в варп, Светлая какое-то время пребывала в прострации, стараясь не думать о негативных последствиях всего происходящего. К сожалению, она не могла однозначно заявить что Тёмные творят зло, всё было слишком сложно, и от этого было не легче. Но нельзя было вечно сидеть в варпе — ведь она наблюдатель! Её послали сюда дабы получить максимум информации, а не релаксировать неизвестно где. Вернувшись в материальный мир, Светлая Лега проявилась в произвольной части планеты. Она не знала сколько прошло времени с её ухода, часы или дни. И ей было по сути уже всё равно — всё одно вмешаться в жизнь мира она не может. Не имеет такого права.

Её едва видимая фигура очутилась в небе над одной странной деревенькой. Множество людей там внизу суетились словно муравьи, стуча, копая и таская всюду где было свободное место. И даже местные чародеи впервые так активно участвовали в работе простолюдинов, что только пыль во все стороны летела!

Оглянувшись на запад, Лега увидела за горизонтом отчётливые эманации бездны, что приближались с каждым минимальным отрезком времени этого мира. Как тот называется на местных языках она даже не поинтересовалась. Ни к чему. Миллиарды лет Светлые Леги жили, не вмешиваясь в жизни других! Они отрицали злоупотребление силой, в отличие от Тёмных, и даже не носили одежды, желая раствориться в бесконечном варпе в том же виде, в каком их породила вселенная.

«В чём смысл вашего существования?! Что вы есть, что вас нет — вселенной всё равно!» — вот только обидные слова Тёмной жутко ранили Легу в самое сердце. И Лега впервые стала всерьёз задумываться, правильно ли они делают, соблюдая политику невмешательства? В конце концов это привело к тому, что и им самим, и творениям варпа теперь грозила опасность.

И всё же, почему она переместилась именно сюда? Получилось это как-то само собой, а ведь подошло бы любое место. Может быть здесь она тоже была не случайно…?

* * *

После окончания строительства большинства основных объектов, таких как лекарня с палатами на двадцать койко-мест, пусть пока и без самих коек, кухня с пекарней, скотобойня с коптильнями и сушильнями, и прочими объектами, присущими этому времени, всё население наконец получило тёплое жильё под надёжной крышей и минимально необходимую инфраструктуру. И теперь большая часть мужчин занималась обустройством уже простейших грунтовых дорог, шириной где-то в двенадцать стандартных повозок, с подсыпкой щебня естественно, формируя тем самым первые улицы и зачатки главной площади маленького городка. Работая каждый день почти двенадцать часов на улице невзирая на холод и промозглую сырость, все эти люди при поддержке чародеек должны были справиться всего за неделю!

Разумеется, новая тёплая одежда из шерсти овец, горячее питание прямо на месте работы, и неизменная выплата зарплаты очень недурно подогревали энтузиазм этих людей! А уж как приятно было им приносить домой свежее мясо, рыбу и яйца, едва ли не каждый день балуя деток свежим пшеничным (пусть и с отрубями) хлебом! Каждый работник Вальтера где бы он ни работал, мог получать часть своей зарплаты или премии за продуктивную работу свежей продукцией с/х: рыбой ли, тушкой курицы ли, куском баранины или яйцами, и даже дарами лесов; что и позволяло им вести столь разгульный и богатый, по мнению холопов, образ жизни.

Постепенно в труде и заботах отходило на задний план даже горе недавних потерь. Радостный детский смех, довольные жёны, встречавшие по вечерам мужей, новые сложившиеся пары из молодых юношей (приезжих) и девушек, и невероятные изменения во внешнем облике их поселения действовали на жителей словно бальзам на душу!

А уж новые блюда, что придумывал их Барон, и которые время от времени готовили поварихи для работного люда, и вовсе приводили в восторг неискушённых крестьян. Пюре из Элемского корня, да на овечьем молоке, и вовсе пошло на ура! Особенно, если вместе с солёными грибами, да маринованными в уксусе овощами вприкуску. А всё благодаря той зачистке территории пустошей и вокруг вулкана, что провёл их барон в первые дни после выхода из затяжного запоя! И ведь словно другим человеком стал! Так что теперь и орехи, и грибы, и ягоды можно было собирать без опаски, и всё это заготавливалось впрок, насколько бочек хватало. А ещё стало легко ходить за дичью, охотясь на мелкую немагическую живность. Но и дичь была в основном для барона и его женщин — холопы на неё даже не зарились.

А ещё в рационе появился жареный корень с луком, кисель из ягод, драники с мясом, тушёный корень в молоке да со шкварками… М-м-м…! Каждую неделю их Барон выдумывал что-то новое, приводя в восторг мужиков и баб всего Тристрама, вводя фактически моду на блюда из Элемского корня. Больше никто из них не осмеливался говорить, что это просто корм для скота — слишком уж было вкусно!

Ах да. Новому поселению и имя дали новое — Тристрам. Правда барон Кёнинг как-то по-странному ухмылялся, когда объявил о смене названия. Правда вот, от чего и почему, так никто и не понял. Лишь смекнули холопы да работники, что название видать старое, связанное каким-то образом с историей рода Кёнингов. Отчего непонятное наименование вновь построенного маленького городка людям стало казаться куда более значимым! Это просто они не знают. А кто поумней, да породовитей, сразу всё поймёт! Даже гордость за новый дом появилась, настолько новая жизнь людям нравилась. А кое-кто из приезжих и вовсе пожелал сменить место жительства! Правда на заработки и уходили-то те, у кого за душой было хрен да маленько, ну да то не важно. Главное, городок их рос и привлекал новых людей.

Но не только сами жители были воодушевлены. Вальтер также был доволен достигнутыми результатами, хотя и пребывал очень часто в сомнениях. Всё ли он сделал правильно? Можно ли было сделать больше, лучше, быстрее? Лично заняться вопросами выкупа рабов и закупкой материалов? Нанять алхимика за больные деньги…?!

«Нет. Не время для таких трат!» — вновь выбрасывал он сомнения из головы.

Прямо сейчас с третьего этажа его особняка он видел большую часть своих территорий, и как всегда мысленно примерял новые объекты и здания к ещё пустующим площадям. Прикидывал сроки постройки, назначение, прокладку коммуникаций и прочие мелочи. Но его вдруг что-то отвлекло, заставив поглядеть на юго-запад.

«Осторожно…!» — прошептал неожиданно в голове чей-то голос-мысль.

Вскочив на ноги со стула, Вальтер вслушался, вгляделся, и даже принюхался к окружающему миру. Кто-то сумел проникнуть в его разум! Пусть в одностороннем порядке, просто послав мысль, но всё же вторгнулся!

А ведь он — великий дух пламени, сильнейшее существо материального мира…

— Никого… — но он так и не сумел почуять чужака. Тот был либо уже не здесь, либо настолько силён, что мог легко спрятаться от восприятия ифрита, что было фактом весьма и весьма тревожным.

Нахмурившись, Вальтер решил заглянуть подальше, за горизонт. И он уже давно понял, как это можно реализовать при нынешних своих навыках.

Над его головой проявилась небольшая серебристая свастика, начавшая вращаться по часовой стрелке. Его комнату тотчас залило серебристым светом! Где-то выше, над крышей проявилась ещё одна, радиусом уже пару метров, на сто метров выше третья — двадцать метров в диаметре, но и это было только началом! Четвертая, пятая, шестая, седьмая… Десятая свастика уже вплотную приблизилась к звёздам, проявившись на высоте ста километров, и достигая при этом радиуса в полтора десятка километров! Даже люди на улице обратили внимание на странное свечение, появившееся вместе с солнечным светом. И каково же было их удивление, когда высоко в небе, за облаками они увидели серебристый символ, занимавший полнеба и распространявший по земле мягкое свечение.

Заметил его и Зортус! Находясь в пятнадцати километрах от брода через реку. А как только его доспеха коснулся этот серебряный свет, он оскалился в предвкушении — его связь с бездной была разорвана в клочья, а значит его противник силён!

— Шевелись, черти! На ужин у нас будет великая битва! — принялся он подгонять своих наёмников вперёд, поторапливая и своего скакуна.

Сам же Вальтер теперь видел всё, что происходило в радиусе тридцати километров и ощущал признаки бездны в радиусе ещё ста. Серебряный свет, падая на объекты, давал ему интуитивное представление о природе вещей и их состоянии, отчего заметить пришельца из иных планов не составило для него труда.

— Вовремя. Моим волчатам пора вкусить крови!

Оскалившись хищной улыбкой, он тотчас бросился собираться.

Глава 9

Электра уже пятый день почти не выходила из своей комнаты. Она вполне имела право на уединение, как и любая другая женщина здесь раз в месяц. Но сейчас дело было не в женских циклах, а куда более серьёзное. У неё пропала магия!

Сперва она почувствовала холодок, будто её кто-то схватил за самое сердце, но девушка постаралась отогнать тревогу, а после ей и вовсе начало казаться, что это было лишь её воображение. Но ближе к вечеру её сила начала вдруг куда-то утекать, приводя девушку в ужас! Сперва она подумала, что это усталость, или лунные циклы влияют на её магию — так иногда бывало. Электра успокоила себя, выпила вина, да легла спать. Но на утро стало лишь хуже! Она в буквальном смысле стала простым человеком. Попыталась связаться с матушкой, но без магии это оказалось невозможно. Артефакты тоже сбоили, отказываясь работать, — настроены-то они были на её ауру, а с ней произошли наверняка катастрофические перемены! Магическая защита просто не узнавала Электру, принимая за чужака. И ей стало вдруг настолько страшно, что она не осмелилась кому-либо сказать о происходящем, заперевшись в итоге в своей комнате! Сказалась для всех просто утомлённой и без настроения.

Но что теперь делать и как дальше жить она вообще не понимала. Что с ней случилось? Почему? За что? Зачем ей вообще теперь жить…?!

Заплаканная, Электра сидела в кровати, оперевшись спиной о стену и подложив несколько подушек. Всё её тело ломило от бессонных ночей, живот сводило от долгого голода, а голова разрывалась от постоянных слёз. Никогда ей ещё не было так плохо. Надет на неё был лишь лёгкий пеньюар, и накинут на плечи мягкий шерстяной платок, стройные ножки были спрятаны под шерстяным одеялом. Одеваться во что-то существенное у Электры не было никакого настроения.

Вскоре за дверью послышались голоса, шум, чьи-то торопливые шаги, бегавшие туда-сюда, и продолжалось это как-то слишком долго. Уже полчаса прошло, а суета всё не спадала, и Электра заподозрила что-то неладное. Вытерла красные опухшие глаза, натянула войлочные тапочки, и вышла в коридор.

Мимо как раз пробегала запыхавшаяся Малька — пухловатая, но очень фигуристая девчонка из числа послушниц. Простоватая на вид, но невероятно милая, словно маленький ребёнок.

— Маля, что происходит? На нас напали? — схватила её Электра за руку, остановив.

— А?! Ой! Добрый день, госпожа, — быстро та поклонилась, тараторя слова словно из пулемёта, — Господин сказал враг идёт! Он его встретит на подступах, готовится в поход! И мальчишки с ним! Ой, я побегу — паёк надо собирать.

— Что собирать…? — но девчонка вырвалась, убежав, даже не дослушав. Обижаться здесь было не на что, ведь приказ Вальтера здесь — закон. В том числе и для Электры. Особенно теперь, когда она стала совершенно бесполезной… даже с матушкой связь потерялась — без магии не работал канал, ведущий в чертог разума. Калека!

Вернувшись в свою комнату, Электра спешно начала одеваться, путаясь в своих пальцах. Выбрала повседневный костюм ордена: облегающие белые брюки, ботинки на толстой подошве с каблуком, рубаха белого цвета с длинным рукавом, корсет и прочие мелочи. Вот только с завязками она никак не могла справиться, постоянно ругаясь шёпотом.

— Чёртовы завязка, кто вас только придумал?! Когда уже бесполезные модники придумают что-нибудь удобное?! Зараза! Да завяжись ты!

Вырвавшись наконец на улицу, девушка застала только хвост цепочки чёрных фигур, добежавших уже до конца главной улицы пределы Тристрама. Долго провозилась.

— Пешком?! Почему они без лошадей? — недоумевала девушка, стоя в стороне от остальной толпы. — Всё одно опоздала…

Решив вернуться назад, дабы не привлекать внимание, Электра устало опустилась на пол, с силой впечатав затылок в стену. Глаза её сами собой закрылись. Ещё раз задумавшись о том, как дальше жить, она прокрутила в голове все недавние события и варианты действий. Выходило в итоге так, что только Вальтер мог ей хоть как-то помочь. Ведь маму он избавил от того паразита-убийцы… Но это только в теории. Вероятность того, что она останется бесполезной не одарённой был слишком высок!

Она вообще должна была в первый же день обратиться к нему за помощью! Но врождённая гордость принцессы, гениальной чародейки, и привычка решать свои проблемы самостоятельно опять сыграли с Электрой злую шутку. И теперь уже вполне возможно последнюю в жизни…

* * *

Первый экспериментальный взвод пехотинцев был создан Вальтером по подобию современной армии того мира, где он пролежал запертый в древнем оружии сотни тысяч лет. Мобильные, хорошо оснащённые, вооружённые тяжёлыми боевыми артефактами на основе его силы (пока не будут созданы приемлемые образцы простого вооружения), с дополнительной защитой от силы бездны, созданной на основе энергии очищения. Кокон из энергии очищения был вложен в каждый артефакт, в каждую энергетическую конструкцию! Кратковременные воздействия бездны были теперь нестрашны его артефактам, но насколько кратковременные, следовало ещё разузнать на практике. Может и вовсе задумка не сработает.

Десяток мальчишек в возрасте тринадцати-четырнадцати лет, отобранных среди местных вместе с Рико по морально-волевым качествам, сейчас бежали справа от него, выдавая весьма приемлемый темп. Не зря он их гонял и откармливал последние три месяца, буквально заставив жить прямо в лесу!

Каждый из этих парней сейчас носил на себе полный комплект обсидиановой брони, созданной в стиле эбонитового доспеха из древних свитков. Герметичные шлемы, нагрудники, поножи, перчатки и наручи — всё это было создано в виде единого комплекта, соединявшегося между собой с помощью магии. В надетом состоянии они буквально сливались друг с другом, становясь одним целым!

Но кроме того каждый элемент был сам по себе невероятно мощным артефактом. К примеру шлем мог прокаливать воздух до невероятных температур, дополнительно имея энергетический клапан для отвода углекислого и угарного газов ещё до вдыхания, — по сути настоящая молекулярная газовая инженерия. Так что даже в дыму, посреди лесного пожара или в горящем здании, парни не смогут задохнуться насмерть, лишь дыхание их будет затруднено. И даже был кратковременный замкнутый цикл, гонявший воздух по кругу, отсекая углекислоту, способный дать время солдату барона покинуть опасную территорию.

Также в шлеме перед глазами находились светофильтры, усиливающие слабые источники света и ослабляющие слишком сильные. Они даже учитывали инфракрасное излучение объектов, интерпретируя получающуюся общую картину в новую картину мира. Разумеется, в определённых диапазонах, а не всё подряд, — всё же этой настройке Вальтер посвятил как бы не половину всего времени, которое смог уделить артефакторике, прежде чем добился нужного эффекта. Сотни полторы филигранных силовых каркасов размещались в кусочке шлема размером меньше ладони, работая в единой связке! Но зато благодаря этому что в кромешной тьме, что посреди горящего города или под палящим солнцем в снежной пустыне, — его солдаты будут видеть всегда одинаково хорошо, и не получат ожогов глаз или повреждений глазного дна, глядя на солнце. И даже яркие вспышки в ночи будут погашены, сводя на нет многие оглушающие заклинания местных!

Похожая схема была создана и в области ушных раковин, регулируя поступающий парням звук, но там всё же было попроще. Так что и звуки для них будут сглажены, позволяя услышать что шёпот в десяти метрах от себя, что взрыв или выстрел из пушки в метре от них совершенно одинаково хорошо.

Дальше было попроще. Нагрудник был их основной бронёй и батарейкой, питавшей всю броню. Покуда он полон энергии, броня будет сопротивляться получению повреждений, восстанавливая нарушенные молекулярные связи, продолжая питать артефакты. Там же находилась и основная часть контура поглощения тепловой энергии и переработки её в заряд для брони. Что позволяло охлаждать тело бойца во время интенсивных движений, предотвращая потоотделение и забирать энергию прямо из внешней среды: тепло солнечных лучей, жар костра, тепло воды или воздуха, или даже пожара рядом! Теоретически ребята могли даже подзарядить друг друга на расстоянии, стреляя в товарищей из своего оружия — энергия попросту будет впитана бронёй.

А контур тепловой изоляции, встроенный повсеместно, помогал разделять внутреннюю и внешнюю среды, защищая его людей от ожогов и промерзания. Словно слой вакуума в термосе. Так что даже тёплые вещи им были не нужны! Разве что исподнее надеть, и сразу в броню можно забираться.

Поножи с сапогами были одним целым и кроме защиты и функции батарейки, предоставляли полное поглощение звуков. Как от брони, так и от шагов по любой поверхности. Так что даже падение с десятков метров на камни в такой броне будет абсолютно беззвучным для посторонних! Крайне полезная функция, так как тренировать тихий шаг с новобранцами было просто некогда. Да и не было у него таких спецов! Вальтеру нужна была пусть маленькая, но зубастая, манёвренная и неприхотливая к условиям армия, и желательно ещё вчера. И потому учить следовало их только самому необходимому!

В первую очередь, кроме собственно физ. подготовки, ребята учились стрелковой тактике: засадам, обустройству огневых точек при обороне, стрельбе по движущимся мишеням, обращению с артефактами и уходу за ними, и конечно же исполнению приказов и команд. Этому Вальтер учил их с первых же минут, наведя в отряде железную дисциплину! При этом Рико, как сержант, и сам со всем рвением поддерживал её в отсутствие старшего командира, относясь с особой жестокостью как к себе, так и к остальным ребятам. Он вообще очень сильно изменился после перенесённых пыток. Даже заявил, что не желает восстанавливать своё тело, попросив оставить искусственные протезы.

— Это будет напоминанием мне, что я всё ещё слишком слаб! Мне это нужно, господин. Пожалуйста… — выдал он как-то, оставшись с Вальтером наедине. И тот его, разумеется, поддержал. Заставив правда, восстановить раны на голове: уши, ноздри, лицо и срезанную с головы кожу. Остальное и правда оставили без изменений. Из-за чего шрамов на парне было что блох на Бобике.

— А ну подтянись! Шире шаг! — орал Вальтер сейчас на ребят, что несли на себе тяжёлые импульсные излучатели. Оружие, созданное по образу и подобию пулемётов, оно и весило немало — килограмм пятнадцать! Если бы ещё и патроны таскать пришлось на себе, парни бы совсем выдохлись, но они сами по себе были патронами. Их броня точно так же питала и их оружие, передавая через физический контакт накопленную энергию. Подобным образом Вальтер решил не только проблему истощения магазинов, но ещё и от перезарядки как явления избавился! Развёл костёр за спиной в окопе, и пали себе по супостатам что дурной!

На десять человек у него было пять тяжёлых импульсных излучателей, и ещё индивидуальные лазерные винтовки, созданные на основе рентгеновского излучения. И если с винтовками было всё понятно — просто непрерывный луч. То импульсники были куда интереснее!

Эти установки были весьма массивными, и состояли из множества деталей, собранных вместе. Блок из двенадцати стволов, собранный в вертикальную батарею шириной в три ствола и высотой в четыре, занимал большую часть всей установки. Каждый такой прямоугольный ствол изготавливался и разочаровывался Вальтером отдельно. По полчаса на каждый ствол! Муторное, но полезное занятие. Для начала сойдёт, но целую армию таким оружием не оснастить — стволов понадобится слишком много. Миллионы! Он умрёт ими заниматься, ведь его искусство невозможно перенять, а дополнительных ифритов взять просто неоткуда.

Остальная часть импульсаторов была слита в единый массив в виде рукояти, активатора стрельбы на месте спускового крючка, каркаса с упорами и массивного приклада. Весь свободный объём обсидиана, что не был занят контурами стрельбы и защиты от бездны, был использован как самостоятельный аккумулятор. Хватало его, правда, всего на полторы тысячи выстрелов. А если учесть, что каждый ствол стрелял пять раз за секунду, скорострельность импульсомёта достигала сумасшедших трёх тысяч шестисот выстрелов в минуту! Естественно, при такой скорострельности тысяча пятьсот выстрелов — относительно небольшой боезапас. Хватало его всего на двадцать пять секунд непрерывной стрельбы и без заряженного под завязку доспеха воевать долго просто не получится.

С доспехом же, один стрелок мог стрелять непрерывно минут двадцать. Не бог есть что, но в бою ведь немало пауз! Да и оружие получилось убойным. Плюс восполнить заряд прямо на месте в процессе сражения было проще простого — достаточно было сесть жопой в костёр. Ну а наличие второго стрелка рядом легко увеличивало этот параметр вдвое. По этой же причине таких импульсаторов было всего пять — больше просто не нужно.

Чем же они стреляли? А тут хитрее. Каждый ствол создавал, и выстреливал вперёд фотонный сгусток сверхвысокой плотности. Этакий шарик света, запертый в минимальном объёме. Если бы Вальтера спросили, как это работает, он вряд ли сумел бы объяснить это на человеческом языке. Всё равно что спросить белую акулу почему она не спит. Откуда она знает? Она просто умеет не спать! Вот и Вальтер умел создавать сгустки фотонов от рождения, так как миллионы лет провёл рядом со звёздами, и сам по своей природе недалеко ушёл от небесных светил. А как это работает с научной точки зрения объяснить он не мог. Да и не хотел. Работает, и ладно!

Конечно же скорость таких фотонных пуль была невелика по сравнению со скоростью света — пара километров в секунду. Но так как они не обладали массой (а фотоны не обладают массой), — законы баллистики на них не действовали, отчего и прицельная дальность ограничивалась только остротой зрения стрелка, но тут шлем был им в помощь. А столкновение такого сгустка с любым плотным объектом приводило к мгновенному локальному всплеску тепловой энергии и как следствие к небольшому взрыву. Этакие разрывные пули, если искать аналогию. Естественно проникающая сила у этого оружия была невелика, но и бронетехники тут, чёрт побери, не должно быть! Так что Вальтер с этим смирился. Против пехоты и кавалерии оружие получилось в самый раз. Для бронебоя же потребуются совсем иные пушки, на основе непрерывного лазера или потока плазмы.

— Шагом! Отдыхаем пятнадцать минут. Парам поменяться оружием!

Ребята, что тащили на себе импульсаторы, уже начали серьёзно сдавать, и их напарники наконец-то переняли непосильную ношу. Получив в руки две лёгких винтовки вместо массивной огневой установки, те вздохнули с ощутимым облегчением, начав шагать куда энергичнее. Плохо. Всего километр пробежали. Хотя для тринадцатилетних пацанов, несущих на себе почти тридцать килограмм, результат невероятный! Не зря откармливал и напитывал силой огня.

— Господин капитан… — подал вдруг голос Рико, — А почему мы не взяли лошадей, если нам следует торопиться?

— Потому что таковы условия тренировки. По условиям учебно-боевой задачи, твоя группа рвётся наперерез подкреплению противника. Лошадей ваших убило в предыдущем бою. Линия фронта сдвинулась! Задача: выдвинуться на заданную точку, организовать засаду и уничтожить две сотни вражеской конницы.

— Конница…? Настоящая?! Значит не учение, а настоящий бой?! — несмотря на всё пережитое, Рико так и оставался в чём-то мальчишкой. Жестоким, суровым, но восторженным юнцом, рвущимся в бой. И Вальтеру нравилось это странное сочетание!

— Верно. Сегодня вы убьёте своих первых врагов, — оскалился в предвкушении барон. Наконец-то он подготовился к новому бою и встретит врага на пустой территории! Как же он устал от постоянных нападок на его людей…

— Всё, хватит разговоров! Сержант Рико, за выкрики из строя наряд вне очереди!

— Есть наряд вне очереди!

— Бегом марш! Шире шаг!

Их группа вновь припустила вперёд, ломясь беззвучно через девственный лес. Вальтер без труда мог выйти в этих лесах куда угодно, буквально чувствуя, что где находится. Маячки из обсидиана он давно здесь разбросал. Вскоре они выйдут на опушку этого леса, где вдоль луга проходит единственная дорога! Там-то его парни и встретят тех всадников, и перемелют их в кровавый фарш своими импульсаторами, действуя кинжальным фланговым огнём!

Глава 10

Конница летела на взмыленных конях что ветер. Выносливые южные скакуны хрипели, ржали, но неустанно несли своих седоков по северной дороге. Было прохладно, сыро, но и дышалось зверям куда легче, чем на южных рубежах Сальдисской империи! И всё же в это прохладное время пар валил не только из ноздрей боевых жеребцов, но и от самих наёмников, взмыленных как бы и не больше лошадей. Чернобог гнал их вперёд безо всякой жалости! Три часа безостановочной скачки — почти предел.

Чернобог смеялся, кричал от нетерпения, подгоняя своего коня, отчего и вырвался вперёд с заметным отрывом от конницы. Нахлёстывая бока своего огромного чёрного жеребца массой не менее тонны, Зортус вообще мог за пару часов покрыть расстояние в двадцать-двадцать пять километров! Сейчас он даже сдерживался, иначе наёмники просто отстанут.

Мускулистый, словно выкованный из воронёной стали конь принадлежал к лучшей боевой породе, что выводят в Доминионе Истока, и был завидным женихом для случки с любой местной кобылой. Покрыть своих кобыл таким жеребцом стоило бы безумно больших денег! Как бы и не полтысячи золотых кун за каждую кобылицу.

И наёмники об этом знали. Знали и понимали поведение Господина, своего бога войны. Но сейчас отчего-то Чернобог начал замедлять свою безумную скачку, когда прикрывавший их лес вдруг отступил. Ввалившись в него после брода через Иглицу, конница продолжила гнать во весь опор, и неожиданная скорая остановка была сюрпризом — ведь до цели всё ещё было не менее пары километров.

— Господин? — дыша с заметной тяжестью, рядом с Зортусом наконец-то остановился командир наёмников. Его смуглое лицо было сосредоточенным, а прищуренные глаза зорко всматривались в лес по ту сторону огромного луга. — Шагов семьсот… Нас ждут?

— Ждут. Я иду первым. Ты со мной, а люди пусть к лесу отойдут. Мало ли… — прогудела броня.

— Слушаюсь, господин!

Исполнив всё в точности, наёмник присоединился к Чернобогу, и они оба рванулись вперёд. Но скакать долго не пришлось, очень скоро их встретила одинокая фигура молодого мужчины, стоявшая прямо на протоптанной грунтовке.

Резко натянув поводья оба всадника резко остановились, подняв клубы пыли, принявшись разглядывать странного чужака. И если наёмник видел просто человека с красными волосами и золотистым оттенком глаз, и с причёской больше напоминавшей горящий костёр, взвивающийся вверх, то Зортус старался не выдать своего волнения. Присутствие этого существа давило на него словно гора!

— Восхитительно! Невероятно! Немыслимо… — всё шептал он себе под нос, удерживая беснующегося коня. Тому передалось волнение и страх хозяина, отчего он стал вести себя крайне беспокойно. И ему было отчего волноваться — Зортус всё ещё был под действием серебряного света звёздного бога, и совершенно не чувствовал связи с бездной. Если он погибнет, он погибнет окончательно!

— Рад приветствовать вас на своих землях. В какой очерёдности вам будет удобней умереть? — встретил их Вальтер своей любимой хищной улыбкой, и даже оглядел незваных гостей словно бутылку крепкого вина, с аппетитом.

Он был конечно взволнован, беспокоясь о своих первых воспитанниках, что лежали на огневых точках в двух сотнях метров отсюда. Одна пара по центру, и по две пары по флангам — чтобы как кинжалом ударить по наступающему противнику. Связь в шлемах была сделана только для Рико, и была односторонней, так что отдать команду вовремя он мог без проблем. Позже барон ещё доработает этот момент!

Но справятся ли? Не дрогнут ли? Сумеют добить раненных? С этим они будут сегодня справляться без него, своими силами. И будет жаль, если ребята погибнут по-глупости. Но ведь война дело жестокое!

А ещё он безумно злился на вторженцев, не дающих ему спокойно жить, желая спалить всех вместе с лесом и землёй под их ногами! Но не время было давать сейчас волю ярости — следовало разыграть свои карты как по нотам, дабы получить максимум от этой ситуации.

Всё это промелькнуло в голове Вальтера моментально. Промелькнуло и отошло на второй план, потому что Зортус лишь рассмеялся в ответ на его слова, безумно радуясь такому приёму. Ему это нравилось! Вот! Именно так его должны встречать противники, а не ссаться в штаны при одном его имени. Больше! Больше презрения и ярости в голосе!

— И какие у нас есть варианты? — с улыбкой, пусть её и не было видно из-за шлема, задал он спокойно вопрос, чем невероятно удивил наёмника. Тот впервые видел, чтобы на подобную дерзость Чернобог не осерчал, а ещё и рассмеялся!

— Я последние три месяца тренировал ребят. Молодые да горячие, всего по тринадцать лет отроду. Они там, в лесочке. На опушке, — кивнул Вальтер на лес за своей спиной, — Пусть твои попробуют их сковырнуть, и зарезать своими зубочистками, а мы поглядим. Ну а уже после и я тебе голову оторву.

Наёмник тут же что-то выплюнул нецензурно на своём наречии. Рожа красная, лицо скривилось что от поноса, и глаза бешеные! Гневаться изволил, значица…

— Говорит ты его оскорбил, — тотчас перевёл Зортус, — Они не воюют с детьми, а их банда самая жестокая на южных рубежах от Эльвета до Гурска.

— Скажи этому придурку, что он может засунуть свои оскорблённые чувства себе в жопу. Они умрут, сколько бы их ни было. Сколько их кстати там у тебя, пять сотен? Шесть?

Разумеется, Вальтер видел, что всадник слева его понимает без всякого перевода, и игнорировал его специально. И похоже не зря — вон как возбудился, что аж на родной язык перешёл!

— Ха! Две, — опять улыбнулся Зортус, поглаживая шею жеребца, чтобы тот наконец окончательно успокоился. Это существо нравилось ему всё больше. Заполучить такого в вечные враги было бы лучшим исходом!

— Две сотни?! Всего? — картинно удивился барон, и вроде как немного расстроился. Он конечно знал, сколько было бойцов с этим порождением, и просто пытался выбесить врага. Когда противник действует на эмоциях, он чаще всего ошибается, — Ну тогда мой десяток точно справится.

— Ты пожалеешь о своих словах, неверный! Презренный хашин! Тьфу! — наконец-то перешёл на сальдис наёмник, сплюнув на землю рядом с собой в конце. Ещё и гарцевал на своём жеребце! Тот, чувствуя гнев хозяина, тоже волновался и бил копытом, крутился на месте и порывался встать на дыбы дабы ударить копытом обидчика. Добрый конь, умный и опытный.

— Добро. Нерон, веди своих в атаку. Найти всех, кто есть в том лесу, и убить.

— Да, Господин! С великим удовольствием! — развернув жеребца, Нерон пнул его бока пятками, пустив сходу в галоп.

— Могу предложить обзор с высоты. Ты как? — проводив его взглядом, Вальтер снова обратился к чужаку в броне.

— Не возражаю.

И как только он дал согласие, неведомая сила подхватила Зортуса за доспех, потащив с огромной скоростью вверх, сняв с взволнованного коня. Да и сам огненный Кёнинг также оказался рядом, сложив руки на груди. Так они и зависли метрах в ста над землёй рядом друг с другом. Весь луг теперь был словно у них на ладони, и наконец-то Зортус сумел разглядеть тех, кто ждал его наёмников в засаде. Их и правда было всего десять. Но почему они лежали на земле? Не готовят артефакты, не чертят руны и глифы, не устраивают жертвоприношение, и даже не танцуют ритуальные танцы? Даже осадных орудий нет — те же баллисты с каменным дробом или артефактом взрыва могли наделать дел! Ему казалось, что он знает уже все виды магии и тактики этого мира, и поведение местных казалось глупым.

То, что это ловушка, он даже не сомневался и ничуть не жалел псов войны. Если он увидит хоть что-то интересное сегодня, их смерти будут не напрасны. А риск быть убитыми — это часть их жизни. Не готов подохнуть в любой момент на чужой земле, не иди в наёмники!

— Удивительно. Кёнинги владеют ветром. Ты огнём, судя по всему. Но мы висим здесь без всякой магии… Я ничего не ощущаю. Кто ты такой? Ты точно не человек.

— Всему своё время, бездонный. Сперва разминка, потом тренировка, а вопросы уже напоследок. Гляди в оба, второй раз показать не смогу.

— Что показать? — нахмурился Зортус. Слишком этот юнец выглядел уверенным. А внизу уже летела лавина конницы! Стремительно! Чётко разделяясь на клинья, она расходилась широким фронтом, отрезая всякие пути к бегству. До леса им скакать, дай Бездна, минуты полторы. Что этот десяток, разбитый на пары, сможем сделать?

А потом разверзлось инферно! С тех самых пяти точек крест накрест в сторону лавины из коней и людей устремились тучи красных точек! Преодолев за считанные мгновения полторы сотни метров дистанции! Широкий веер красных точек врубился в наёмников, породив жуткую череду мелких хлопков и вспышек. Ярко! Горячо! Громко и очень больно! Каждый маленький взрыв отрывал людям пальцы, срывал кожу с лица, разрывал кольчуги, ломал кости и даже вырывал куски мяса из тел. И было их так много, что всё было кончено секунд за двадцать! Сотни! Тысячи!

Двадцать секунд и две сотни опытнейших наёмников были в буквальном смысле разорваны в клочья вместе с лошадьми…

* * *

Нерон, кипя от ярости, нёсся впереди конницы. Он всегда шёл первым! Всегда был на острие атаки! И за это его безмерно уважали соратники — так было и так будет. Конная сшибка не для слабых духом и телом.

Вот уже показался лес, стали видны стволы деревьев, а где-то под ними стали различаться мелкие движения людей в чёрном, и Нерон даже завыл от предвкушения того, как он будет медленно резать этих презренных выскочек на глазах того наглого юнца! Конница как всегда подхватила его вой, слившись в единый боевой клич, а после в него ударило красное облако. Последнее, что запомнил Нерон перед смертью, это как его что-то бьёт несколько раз очень больно, и перед последним целым глазом пролетают ошмётки головы его коня и его собственные руки. Сжимающие любимые клинки… А после тьма!

* * *

Зортус был восхищён. Встревожен, воодушевлён, зол и рад одновременно! Он был в подобном состоянии пожалуй лишь в самом начале своего пути, когда только начал постигать военное искусство этого мира! Каждый раз, встречая воина или полководца себе не по зубам, валяясь в луже крови, булькая кровавыми пузырями из разорванного горла, сбегая позорно с поля, потеряв свои войска, он терпел эти унижения, чтобы вскоре броситься в новую яростную битву. Это была жизнь! Настоящая жизнь! Его жизнь!!

И его наконец прорвало. Закричав во всё горло, он вскинул голову к небу, яростно загрохотав своим хохотом. Вскинул руки вверх, выдохнул воздух из лёгких в безумном крике и наконец повернулся к своему новому врагу.

— Это было восхитительно!

— Я рад, что тебе понравилось, — улыбнулся ему по-доброму Вальтер.

А после, в то же мгновение Зортуса сковало по рукам и ногам! Так, что он даже пальцами руки пошевелить не смог. Его броня фактически превратилась в тюрьму!

— Давай полетаем для начала, — с этими словами их обоих сдёрнуло вверх, и с каждой секундой скорость полёта только возрастала. Зортус с огромным трудом понимал, куда его несёт, ведь кроме неба он больше ничего не видел. Но вот в какой-то момент они перестали подниматься, его развернуло вниз головой, после чего ветер в шлеме засвистел с ещё более чудовищной силой. Преодоление звукового барьера он даже не заметил, просто подумав что оглох…! А вот удар о твёрдую землю он запомнил на всю оставшуюся жизнь.

Его впечатало в грунт с такой силой. Что кости раскрошились в мелкое крошево, мозг был раздавлен, а внутренности просочились вместе с кровью сквозь смятую в блин броню, как и часть мышечной ткани. Фактически его разбрызгало по огромной воронке, оставив внутри сплющенного до состояния шара доспеха одни остатки костей и сухожилий.

Но понял он это уже после, когда пришёл в сознание. О да, из него безусловно выбило дух!

«Похоже с этим противником доспех будет только мешать» — была его первая мысль, когда голова восстановилась достаточно, чтобы вновь связно мыслить. Вытекшая из брони плоть начала собираться обратно в тело уже за пределами доспеха, так как её биомассы здесь было больше. Но не успел Зортус даже головы поднять, желая поглядеть на состояние своего тела, как прямо ему в лицо врезалась нога, на невероятной скорости раздробившая её на куски. Увернуться он не мог — руки и ноги ещё не восстановились, да и в нормальном состоянии не факт, что сумел бы увернуться.

Ошмётки черепа разлетелись так далеко, что от части кусков плоти пришлось отказаться на время! Быстро сформировав из недолеченных конечностей новую голову, Зортус всей мощью накинулся на врага. Играть больше не было необходимости! Его тело мгновенно закрыла чёрная сфера, и в то же мгновение из неё вылетело семнадцать чёрных полос, разлетевшихся ломанными зигзагами в разные стороны. Они двигались так быстро, и так непредсказуемо, что в итоге ударили в Вальтера одновременно! От части он сумел вернуться, крутанувшись в воздухе, но девять клинков бездны всё же его зацепили, заставив наконец отступить.

— Неплохо. Очень. Давно из меня дурь так не выбивали, — показался наконец Зортус из-за своей защиты. Целый. Уже без брони и в рваных одеждах.

— Тцс! — шипел при этом барон, глядя на врага с опаской. Его кости с трудом выдержали эту атаку, чуть не треснув в местах ударов. Раны на его левой ноге, в области живота, и в правом плече дымились чёрной взвесью, а в самих ранах сверкало белое пламя очищения, пожиравшее эту отраву. За сим занимательным процессом следил и сам Зортус — ведь белое пламя было опасным. Смертельно опасным для него и таких как он. От этой энергии буквально волосы его вставали дыбом! О-о, как он смаковал это чувство!

— Ну что, восстановился? Будем считать, что приветствие заколочено. Давай приступим к основному блюду, последний из Кёнингов, — протянув руку в сторону вскрытой словно консервная банка брони, Зортус притянул меч бога северных ветров, сделав пару пробных взмахов. После восстановления скелета и мышц двигался он словно молния.

— Что ты, блядь, сейчас пизданул?! — вот только до Вальтера уже дошёл смысл сказанным слов. Гримаса ярости мгновенно вспыхнула на лице Кёнинга, а волосы взвились белым пламенем, и в следующую долю секунды его лицо уже было вплотную к лицу самого Зортуса! Но тот едва успел восхититься этой скоростью, так как получил первый опасный удар! Таран согнутым правым локтем в его грудину проделал гигантскую дыру в теле Чернобога, и в эту открытую рану тотчас хлынуло белое пламя ифрита.

Глава 11

— Всем быть аккуратнее! Стрелять во всех, кто выглядит целым, даже если кажется, что он мёртв! — раздавался в шлеме Артура голос Рико. Их сержант хоть и был младше некоторых на год, но уже пережил такое, что и подумать страшно! И потому был суров, немногословен и иногда даже жесток. Дурь малолетнюю выбивал из них не хуже самого барона!

Вот и сейчас он скомандовал подъём, стоило только последнему всаднику пасть от выстрелов их оружия. О! Оружие! Артур влюбился в него с первого взгляда, а на тренировках всегда старался держать подальше эти великолепные артефакты от грязи и воды — просто чтобы винтовка или импульсатор продолжали выглядеть на все сто. А когда приходило время чистки, мог подолгу просто любоваться им, поглаживая!

По той же причине он обожал стрелять из этих чёрных стволов, наслаждаясь тем ощущением силы, что давало оружие. Видеть, как от твоих выстрелов разрывает на части брёвна, или прожигает насквозь огромный камень просто бесценно! А настоящую битву он ждал чуть ли не больше, чем возвращение к младшей сестре. После того, как он нашёл Эльку на месте разгромленного особняка Хасельхофов, и приехал сюда, видел он её от силы раза четыре — всё остальное время провёл в лесу. Тренировался.

Когда барон предложил ему вступить в армию, и даже стать в будущем его гвардейцем, Артур согласился не раздумывая! После того случая с сестрой и убийства их отца, он жаждал силы и крови благородных как никто другой! Не всех конечно, тот же Кёнинг оказался человеком добродетельным и порядочным. Его он напротив очень и очень уважал, хоть и жутко боялся.

И вот они очутились здесь. На поле боя, буквально без всяких усилий разбив целую банду наёмников! Каких-то десять человек лёжа на земле фактически перемололи в фарш огромный отряд! Артур был в непередаваемом восхищении.

— Артур, хорош в блоках витать. Мы уже на подходе, — подал голос его напарник, что нёс импульсатор, держа тот за рукоять и выдвигающуюся ручку впереди. Широкий кожаный ремень, перекинутый через плечи парня, помогал справиться с его весом.

Палец Дурана был уже на спуске, а импульсатор переключён в стрельбу одиночными, работая как дробовик. Что это значит буквально Артур не знал, так как русский язык едва ли начал понимать, но смысл понял — один мощный выстрел, смертельный вблизи. Здравая придумка. Одно нажатие — один разорванный на части труп. Идеально!

К сожалению, Артуру в этот раз досталась роль поддержки, хоть он и стрелял куда лучше Дурана, и потому шёл он с винтовкой в руках. Шли изначально быстро, почти бежали, но теперь пришлось притормозить. Кое-где они уже слышали стоны раненных. Немного, с десятка направлений — всё-таки их шлемы были настоящим чудом. Даже шорох мышки в лесу можно было уловить! А значит недобитки были.

Наконец их рассредоточенная цепь из десяти человек вступила на поле бойни. Ноги тотчас провалились в податливые останки мяса и внутренностей. Не будь здесь фильтра, уничтожающего всякий запах, и поглотителя звука шагов, он бы наверное не выдержал. Даже сейчас, совершенно не слыша своих ног, Артур представил, как его ступни должны чавкать по этому мясному покрывалу, отчего парню становилось крайне противно. Нет, всё же ему ещё рано считать себя сильным — он лишь в начале пути. Настоящий воин должен буквально купаться в крови врагов, не испытывая никаких эмоций! Иначе какой он тогда воин? А тем более гвардеец…

Справа вдруг раздался грохот взрывов. Артур тут же повернул голову, вскинув винтовку, но Дуран был в порядке. Просто пристрелил кого-то. Хорошо. Он тоже сможет добить раненных! И тотчас рядом раздался слабый шорох. Резко развернувшись влево, Артур замер, глядя сквозь прицел на какого-то молодого парня, едва ли достигшего восемнадцати лет. Разве бывают такие молодые наёмники? Из-за своего удивления он прозевал момент, когда недобиток выхватил пистоль, разрядив его точно в голову Артура. От попадания пули в чёрное стекло голову заполнил жуткий звон! Шею неприятно дёрнуло болью, а душу затопила злость! Вдавив спуск, Артур принялся резать лазерным лучом выродка, пришедшего на его землю убивать! И резал до тех пор, пока останки не начали наконец гореть, превратившись в обугленные ошмётки.

— Артур, три наряда вне очереди за халатность. Будешь сортир драить до посинения, — голос Рико в шлеме испортил молодому воину настроение окончательно.

— Есть три наряда вне очереди, — проворчал он, злясь на самого себя. Вот же замечтался, идиот! Пусть Рико его и не слышал, но этот ответ просто въелся в голову, отчего вылетел на автомате.

Выживших было немного, едва ли полтора десятка из двух сотен. Лошади полегли все поголовно! Несколько одиночных выстрелов, и считай отстрелялись. При том, на удивление, муки совести никого не мучили. Они были врагами. А врагу нужно помогать умереть за их господина! Так сам барон говорил.

Но почему Владыка Кёнинг до сих пор разбирался с главным врагом?! Тот самый Кёнинг, что играючи разделался с инквизицией!

«Неужели враг настолько силён?» — подумал Артур, и словно в ответ на его мысли из-за леса раздался мощный взрыв, а кроны деревьев вскоре качнуло взрывной волной. От вспышки до грохота прошло три стука сердца, а значит они бились где-то в двух километрах отсюда. Такому способу подсчёта их научил опять же Владыка, как и многим другим вещам. Жаль только, что они не могут ему ничем помочь. Слабаки…

* * *

Получив удар в грудь, Зортус отлетел назад, попытавшись разорвать дистанцию. Его тело мгновенно налилось чернотой силы бездны, начав тушить бушующее в ране белое пламя! Не будь он таким старым и опытным, уже бы выл от боли, корчась в агонии! Но даже с его выдержкой передвигаться стало крайне сложно — тело просто не слушалось. Накатила слабость. Естественно Вальтер от него не отставал, тотчас ринувшись в новую атаку. Зортус отмахнулся цвайхендерем в надежде разрубить супостат, но его вновь переиграли! Меч, не дойдя до цели пары сантиметров, просто остановился. Замер на пару мгновений, а после его и вовсе вырвало из рук Чернобога, зависнув высоко в небе. И никакие призывы не могли сдёрнуть его оттуда!

— Похоже, я сильно недооценил тебя, последний из Кёнингов, — уклонившись от нового удара Вальтера, Зортус сокрушительным апперкотом отбросил от себя врага. Он и голыми руками может убивать без проблем!

— Что с моей семьёй, тварь?! — приземлившись на ноги, барон воспылал ещё сильнее, буквально обратившись в горящего человека. Тело его налилось жаром, раскраснелось словно раскалённый металл, а трава вместе с землёй рядом мгновенно вспыхнули. Он больше не собирался сдерживаться — время дорого!

Зортус не успел что-либо ответить — в него ударил мощный поток огня, порождённый между двух рук ифрита. Сбил на землю, заставив перекатиться и выставить перед собой защиту. Землю вместе с травой буквально сдуло на том месте где стоял враг, а за ним теперь разгорелся огромный пожар — пламя словно реактивная струя била на десятки метров!

Перед Чернобогом мгновенно образовалась чёрная полусфера, легко проглотившая силу огня, заставив тот провалиться в бездну защиты.

А за спиной Вальтера уже проявились серебряные свастики, образовавфигуру молота будто звёзды в созвездии. Раскрутились словно циркулярки вокруг своей оси, после чего вокруг них образовалась мощная энергия очищения, покрыв созвездие будто бронёй. И было оно на вид не как пламя, а как твёрдое вещество! Вальтер сам того не поняв только что скопировал технику бездонных, создающих из силы бездны сверхплотные структуры, действуя практически на инстинктах.

Схватившись за этот молот, он сходу раскрутил его вокруг себя, подпрыгнул, используя центробежную силу, после чего, сделав два оборота в воздухе, обрушил на чёрный купол боевую часть созданного конструктора. Чёрную защиту проломило словно та была из обычного камня! Посыпались осколки, начавшие тотчас разъедать землю, погружаясь куда-то вглубь, а тело Зортуса при этом зацепило острой гранью оружия, оторвав левую руку. Он едва сумел увернуться!

— Ещё! — кричал Чернобог, совершенно не обращая внимания на потерю, — Больше!

Ударом руки древний воин бездны разорвал пространство перед собой, откуда начали выбираться уродливые чёрные щупальца. Прямой портал в обиталище его повелителя! Такое мог провернуть лишь самый сильный из порождений, достигший идеала в управлении своей силой. Через такой портал нельзя сбежать. Он не пригоден для перемещений, ибо односторонний, но зато сущности бездны охотно лезут оттуда, пожирая на своём пути абсолютно всё! Это было максимумом из возможного, под беспрестанно льющимся с неба светом звёздного бога, на которое Зортус был способен.

Чёрные щупальца заполонили лес с огромной скоростью, начав распространяться во все стороны, жрали камни, землю, траву, деревья и даже воздух. Часть из них схватила молот Вальтера и его самого, невзирая ни на какие повреждения. Они извивались, шипели от соприкосновения с белой энергией, но упорно тянули врага к себе, пытаясь его поглотить!

«Ещё минута, и они заполонят всю округу!» — подумал Кёнинг, прежде чем над ними высоко в небе сформировался свастичный массив из шести(!) свастик. Ради этого пришлось развеять молот, давно погребённый под ворохом шевелящейся тьмы.

Массив в небе был огромен. Заняв полнеба на высоте трёх километров он словно боевой спутник из фантастического фильма нацелился на центр черноты там внизу, что всё ещё расползалась во все стороны, после чего засветился, обрушив вниз небольшой красный шар, испускающий серебряный свет. Создавать атаку двойного поражающего действия Вальтер научился не так давно и не думал, что так скоро представится возможность её испытать. Быстро рухнув вниз, шар размером с легковой автомобиль детонировал, породив гигантский взрыв, состоящий из обычного огня и очищающей энергии! Облако огня, словно термометрический снаряд, буквально испарил все щупальца, лес вокруг себя и изрядный слой земли, создав оплавленную воронку глубиной двадцать и диаметром двести метров. Ближайший лес тотчас занялся пожаром, вспыхнув словно спичка — слишком сильно было световое и и инфракрасное излучение.

Особенность этого взрыва была в том, что почти вся энергия уходила в жар и очищение, а не в взрывную волну. По мощи он хоть и был почти равен той водородной бомбе, что Вальтер скинул на инквизицию, но вся она ушла на то, чтобы стереть с лица земли тварей бездны, пролезших в этот мир, и сам портал в бездну!

В итоге эти две субстанции, словно противоположные знаки в математике, взаимно погасили друг друга. В противном случае избыток её ушёл бы высоко в небо направленной волной — ведь Вальтер мог, в отличие от самостоятельного водородного взрыва, легко контролировать собственную силу, направляя её. Он бы никогда не пошёл на это, не уверенный в безопасности собственных земель. К тому же за эти три месяца тело Вальтера стало куда крепче, чем раньше, позволяя исполнять всё более мощные техники! Алмазное сердце питало всю систему магических жил, отчего та постепенно укреплялась, день ото дня твердея всё сильней. Вальтер верил, что рано или поздно вся она превратится в чистейший алмаз!

Поднявшись на ноги, барон оглядел раскалённую докрасна воронку, в центре которой он и находился. Чёрный шар, стоявший высоко на краю этого образования, мгновенно привлёк его внимание, сильно выделяясь на красном оплавленном фоне, и горящий человек очутился рядом почти сразу, перепрыгнув почти сто метров дистанции за раз. Прикоснулся к ней рукой, отдёрнул её, осмотрев образовавшуюся оплавленную рану, после чего создал три двойных массива, выстроившихся в форме вершин треугольника.

Вскоре из них выстрелили белые словно молоко лучи, состоявшие из энергии очищения, ударившись в сферу. Та дрогнула, но устояла! Тогда Вальтер заставил эти лучи сойтись в одной точке и закрутил треугольник словно сверло, но и после этого защита бездонника выдержала. И лишь когда в массивах добавилась ещё одна серебряная свастика, а мощь лучей выросла вчетверо, сфера треснула, оголив сквозную дыру. Вальтер тотчас туда заглянул, вперив взгляд в раненого врага.

— А вот и Вальтер! — крикнул он внутрь, бешено вращая глазами, как тот самый псих из земного фильма. Отстранился, и заставил массивы испускать уже огненные струи, начав накачивать внутрь убежища своего врага белое пламя. То гудело, будто в топке, вырываясь обратно, а чёрная сфера дрожала всё сильней, пока наконец не рухнула. И только тогда Вальтер остановил свою атаку, поняв, что противник уже почти мёртв.

На земле лежал Чернобог. Точнее то, что от него осталось. Без конечностей, таза, и нижней части живота, изъеденный очищением до самых костей, лишённый энергии бездны, он едва дышал, медленно умирая. Всё-таки разрыв связи с бездной сильно ослаблял её порождения, заставляя тратить только свою силу, без всякой подпитки. Закономерный итог.

— Хорошая битва… — прохрипело тело калеки, едва шевеля половиной языка. Пламя прорвалось сквозь его прожжёные щёки, разъев ещё и глотку.

— Что с моей семьёй? — присел рядом барон, погасив своё тело до минимума. Не хотелось бы спалить врага окончательно, похерив все усилия того не убить.

— Иди ты… убей меня уже.

— Расскажи всё, что знаешь, и я отпущу тебя в бездну.

— Зачем? — насторожился Зортус. В милосердие он не верил.

— Ты мне нравишься, в тебе есть огонь, — ухмыльнулся парень, — Убью тебя последним.

Зортус также повеселел, хрипло рассмеявшись. Ещё один шанс на хорошую драку или даже войну был очень заманчив. Давно он так не развлекался!

— Ладно… спрашивай.

— Как тебя зовут и что с моей семьёй?

— Я Зортус… В мире известен как Чернобог, воплощение войны. Других Кёнингов я не видел. За ними пошёл мой напарник. Твой род прокляли, лишив магии. Я уничтожил их хранителя и разрушил замок. Потом пошёл за тобой. Что было с ними дальше я не знаю…

— В чём ваша цель здесь?

— Поглотить сильнейшие души.

— Как я и думал… Как найти твоего напарника?

— Он придворный в императорском дворце. Больше не скажу — не интересовался этим хлыщом.

— Хм… Прокляли только Кёнингов?

— Всех! Всех, кто нам мешает. Императорский род в том числе.

Нахмурившись, Вальтер встал, пройдясь туда-сюда. Электру он не видел уже дней пять.

— Гуляй, рванина. Встретимся с тобой позже, — погасив свастику, что до сих пор висела высоко в небе над Тристрамом, освещая собой огромную территорию вокруг городка, Вальтер наконец-то снял блокировку связи с бездной. Тотчас тело Зортуса налилось чернотой, и рассыпалось в труху. Псевдодуша наконец-то смогла вернуться в свой родной мир.

А Вальтеру теперь предстоял серьёзный разговор с одной молчаливой особой!

Глава 12

Зортус показался Вальтеру очень надёжным врагом. Такой никогда не подведёт — всегда будет держать тебя в тонусе! Потому он его и отпустил. А ещё он почувствовал в этом порождении бездны странный огонь, выросший из его страсти к сражениям. Теоретически Вальтер мог в будущем переманить его на свою сторону, подарив ему новую сущность! Следовало бы только перенести опыт и личность этого создания в новую оболочку, и дело в шляпе. Ведь как говорят, бытие формирует сознание. Гипотетически это было возможно, хотя и высока была вероятность неудачи. Но если получится, это будет готовый главнокомандующий его армии, способный впитать бесконечный опыт войн и сражений! Рисковая, но очень нужная ставка.

Закончив с этим вопросом, барон Кёнинг наконец-то вернулся к вопросу трофеев. Притянув странный меч, что он отобрал у Чернобога, от которого буквальный овеяло смертью и горем, он попытался взять его в руки, но тело ифрита пронзило болью судороги — магическое оружие не приняло его. Пришлось отпустить, продолжая удерживать магнитным полем.

— На стену повешу. Всё одно от тебя будет мало проку в промышленной войне.

Дальше на очереди были доспехи. Что ж, Зортус сильно повредил грудную часть древней брони, когда доставал из неё куски своего скелета. Отчего руны были разорваны не только в физическом, но и в астральном плане, отчего грудная часть так и не восстановилась. Но даже такой артефакт был куда полезнее, чем полное его отсутствие. И если удастся почерпнуть какие-нибудь технологии рунического зачарования, то это стоило сделать!

Подхватив и его своим магнитным полем, Вальтер, будучи полностью голый после битвы, пошёл на воссоединение со своими воспитанниками, таща по воздуху свои трофеи.

— Твою мать, давно пора сделать хотя бы поножи и штаны из обсидиана. Задолбало голой жопой сверкать после каждой битвы! — подойдя к лесу, Вальтер обратил внимание на то, что лесной пожар всё ещё никуда не делся, продолжая разгораться лишь сильнее, — Ах да… — в одно мгновение вся бушующая стихия моментально потухла, перестав даже дымить, — Вот так нормально.

Кивнув самому себе, он двинулся дальше.

— Или может вообще боевой доспех собрать, зачаровать на разные удобные и эффектные штуки, чтобы все в штаны ссались и срались от одного моего вида? Встречают-то по одёжке. Меньше трупов — меньше мороки.

Вопрос несгораемой одежды конечно важен, но сейчас было не время об этом задумываться — его семья была в опасности! Следовало как можно скорее возвращаться обратно в Тристрам, вызывать к себе Орден Бури верхом на его виверне, да лететь на поиски. Если есть хоть какой-то шанс спасти родню, он должен его реализовать, а не страдать хернёй!

До того самого луга, где была бойня, он добежал быстро, за пару минут. Где встретил к счастью всех своих воспитанников. Все они были целы, невредимы и вполне веселы, живо обсуждая подробности короткого боя.

Но стоило голому Вальтеру показаться с летящими за ним трофеями, как все разговоры стихли, а Рико скомандовал построение.

Взвод моментально построился в три отделения по три человека, и сержант подошёл к барону с докладом. Как учили, строевым шагом, по всей форме.

— Господин командующий, взвод вооружённых сил баронства Кёнинг успешно подавил конницу противника. Вся живая сила уничтожена. Раненые добиты! Доложил сержант Рико! — вскинув руку к несуществующему козырьку, парень замер, ожидая вердикта.

— Вольно. Хорошая работа, сержант. Но есть нюанс. Один раненый ещё живой — под трупом лошади лежит. Ближе к центру… Так что за халатное отношение к приказу три наряда вне очереди тебе.

— Есть три наряда вне очереди! — весьма бодро ответил Рико. Он и правда виноват, раз не заметил раненого — такой может донести до своих информацию об их тактике позже, или ещё какую гадость учинить в тылу подразделения.

— За результат всегда отвечает командир! Запомни раз и навсегда. Остальных благодарю за службу! В награду каждый получит пять серебряных кун.

— Служим барону Кёнингу! — рявкнули парни, вытянувшись по стойке смирно. Эти деньги могли сильно улучшить жизнь их родных, ради чего изначально они и вступили на путь войны.

— А теперь главное. Эти бандиты ограбили Графа Кёнинга. Замок графства разрушен. Судьба моей семьи неизвестна. На месте гибели наёмников наверняка огромное количество золота и артефактов из сокровищницы нашего рода, а потому слушай новую боевую задачу! Рико!

— Я!

— Возьми пятерых парней, тех, что похуже по результатам подготовки, и останься здесь на охране поля боя. Позже подойдут чародейки, помогут забрать сокровища и деньги с трупов. Мясо это я сейчас уберу — будет проще собрать трофеи, — по взмаху его руки в сторону жужжащего мухами поля ринулось белое пламя, моментально оно покрыло всю площадь словно ковром, медленно оседая вниз. Когда пламя потухло, не осталось ничего, что напоминало бы труп или кости — лишь прах да пепел, да личные вещи бандитов на обгоревшей земле.

— Остальные четверо лучших пойдут со мной. Берите импульсаторы! Винтовки оставьте здесь своим товарищам. Будем испытывать на практике эффективность оружия и брони в условиях активного боя, так что есть опасность тяжёлых ранений. Имейте в виду! На всё пять минут.

Отдав приказ, Вальтер двинулся к лесу, туда, где он оставил свой вещмешок с запасной одеждой и обувью. Знал, что опять весь обгорит! Переодевшись, он вышел обратно на опушку леса, где его уже ждало четверо парней. Трое — типичные славяне по внешности: Артур, Тиран да Горыня; и ещё Булат — смуглолицый парень, чьи предки были откуда-то с юга. Самые лучшие по части стрельбы и физической подготовки из всего десятка, если не считать Рико! Все поголовно были вооружёны тяжёлыми импульсаторами.

— Бегом марш! — развернувшись, он припустил в сторону Тристрама, незаметно для парней начав воздействовать на их тело и ауру. Следовало подстегнуть некоторые процессы в из физиологии и скорость обмена веществ, чтобы ребята выдержали предстоящие испытания, получив максимум пользы. Скорость мышления, память, обучаемость, рост костей и мышц — всё это будет доведено до предела, пока они рядом с ним. В скором будущем эти четверо сами смогут стать командирами взводов и помогут ему расширить боевые подразделения ещё больше! Останется лишь мальчишек набрать по окрестностям, что выглядело несложной задачей. Ведь в кризис люди куда охотнее рискуют, а ликвидация целого графского рода и делёж территорий на все сто подпадает под определение кризиса. Да, за счёт их земель, да за счёт их ресурсов. Но они уже проиграли, если потеряли замок и какого-то хранителя!

И неважно, как Вальтер относится к родственникам. Он сделает всё, чтобы они выжили — ведь он взял тело их родственника. Но властью делиться просто по родственным связям точно не собирается. Подобный подход — это путь в никуда!

С такими мыслями он и добежал до городка. После чего под удивлёнными и встревоженными взглядами жителей скрылся на территории особняка, оставив перед воротами четвёрку пулемётчиков. Те своим видом чёрной брони, несмотря на малый рост и откровенно детское телосложение, легко отпугивали всяких зевак, не давая тем задерживаться на площади перед особняком. Только и хватало что пристального взгляда из под шлема, да поправить оружие на ремне. Разумеется, мальчишкам очень нравилось, что их так уважают и боятся жители — мальчишки же! Кто не хотел в тринадцать лет иметь подобный авторитет?

А тем временем Вальтер нашёл Геру, чародейку, что управляла металлами, а ещё по пути прихватил Симону, одарённую силой камня, отправив их за извозчиками и телегами. Следовало «пропылесосить» место боя, забрав всё ценное, не только деньги и артефакты. А кто как не эти две женщины могли найти даже самую мелкую часть из металла?! Симона так и вовсе даже драгоценности могла определить — те ведь тоже состояли из минералов! А отправив их с приказом к месту недавней бойни, пошёл искать и Электру. Эту молчунью, что могла бы дать ему пищу для размышлений ещё пять дней назад!

Постучал в дверь.

— Да? Кто там? — раздался приглушённый голос с той стороны.

— Электра, открой. Это Вальтер.

Ждать долго не пришлось, почти сразу послышались лёгкие шаги, и защёлка на дверях цокнула отварившись. Распахнув дверь, барон вошёл внутрь. Посреди комнаты его уже ждала девушка, в волнении прижав к себе руки. Пальцы её словно жили своей жизнью, а взгляд бегал, перескакивая с лица Вальтера вниз, в сторону, и обратно.

— Я так понимаю, ты что-то хочешь мне сказать? — подошёл он ближе. — И уже давно.

— Я… да, я… хочу. Наверно надо было раньше, но…

— Электра, — приблизившись вплотную, он продолжил идти, пока не заставил девушку отступая упереться спиной в стену. И даже после этого прижался почти вплотную, отсекая малейшие пути к отступлению, — Посмотри мне в глаза… Посмотри в глаза, Электра!

— Что?! — с вызовом подняла она взгляд, встретившись с его глазами, борясь с собственным стыдом и неуверенностью. Сейчас, без каких-либо сил она чувствовала себя перед этим мужчиной словно мышка перед удавом. Или даже скорей как лань перед медвежутью!

— Почему ты не сказала, что лишилась магии? — Вальтер же хотел просто понять, почему она молчала столько дней. Был ли в этом злой умысел? Или дело было в простой человеческой слабости?

— Ты знаешь?! — тотчас расширились её глаза, — Но откуда? Неужели так заметно?

— Ответь на вопрос. Почему ты не сказала мне?

Электра помолчала пару секунд, но только сжала губы плотнее, решительно заговорив.

— Я испугалась. Сперва я думала, что мне показалось, а когда поняла, что это не шутка, и всё совсем плохо, я просто испугалась. Я не смогла связаться с мамой, не смогла использовать артефакты, сила перестала мне отвечать! Такого ощущения безысходности и беспомощности я даже в детстве не испытывала, когда жила во дворце, понимаешь? Даже сейчас я стою перед тобой и едва не задыхаюсь от страха, потому что ты можешь сделать со мной всё что угодно, и я даже пикнуть не успею… — снова потупила девушка взгляд.

Неловкая пауза длилась секунд двадцать прежде чем Вальтер нашёл слова чтобы ответить.

— Выходит, всему виной старые раны и страхи. Ты, не желая ни от кого зависеть, боясь стать чьим-то инструментом, стараешься всегда со всем разобраться самостоятельно. Так?

— Да, так! Вот такая я дура, неуверенная в себе! Смейся надо мной! Идиотка, возомнившая себя каким-то гением, потеряла все силы. Ха! Ха! Шутка столетия. А выходит, я просто девка. Девка, какой самое место в постели хозяина, и ничего больше! Почему?! — уже со слезами на глазах она ударила Вальтера в грудь, — Почему жизнь так несправедлива?! За что?!

Она ещё что-то пыталась говорить сквозь слёзы, но её голос просто сорвался в рыдания, и истерика затопила сознание девушки полностью. Она даже не поняла, что Вальтер её обнимает, и что она обнимает его в ответ, пока не обнаружила, что сидит на кровати, на его коленях, уткнувшись в его мускулистое плечо. А когда осознала, что одна его рука лежит на её бедре, а вторая гладит её по спине, Электра и вовсе чуть со стыда не сгорела.

— Ой! — взвизгнув, соскочила она на пол. — Ты! Да я, я… — начала она как-то неуверенно возмущаться, но, углядев смеющиеся глаза барона и его гадливую улыбочку, тотчас вспылила. — Дурак!

— Знаешь, когда ты смущаешься, ты особенно очаровательна.

— Дурак… — отвернулась Электра, пытаясь скрыть красные щёчки.

— Но так или иначе, а дело серьёзное. Не только ты лишилась магии. Моя семья тоже потеряла магию, их замок уничтожен, а хранитель рода уничтожен. А ещё весь род императора лишился своих сил, вместе со всеми семьями, что поддерживали императора.

Девушка тут же повернулась к нему! Румянец с её лица сошёл моментально, уступив место неестественной бледности.

— Переворот…! Измена! — просипела девушка, пошатнувшись. И только скорость Вальтера не дала потерявшей сознание Электре убиться об угол углового столика. Поймал.

— Перенервничала девка… Чёрт, — уложив её на постель, Вальтер спешно вышел, собираясь раздать приказы. Следовало подготовиться к приёму трофеев с наёмников и обеспечить безопасность поселения на время его отсутствия. И у Вальтера была на такой случай пара идей. Вот только для этого придётся создать себе ту самую броню, что позволит пользоваться своей силой с большей эффективностью! Ибо свастичные массивы станут ему недоступны.

Глава 13

Первым делом Вальтер проверил своих парней.

— Как самочувствие, воины?

— Хорошо, господин командующий! — ответил за всех Горыня. Его Рико назначил временным командиром четвёрки.

— Голод уже проснулся?

— Так точно! Жрать хочется, что хоть вой, — подтвердил парень, но и без того Вальтер видел, как их тела высасывают из себя все возможные резервы.

— Заходите внутрь. Оружие держать рядом, шлемы и перчатки снять, руки помыть — вас покормят. Наказ служанкам я уже дал. Постарайтесь побольше налегать на мясо и овощи. Понятно? Повтори.

— Так точно! Снять перчатки и шлем, руки помыть, оружие держать при себе, налегать на мясо и овощи. Разрешите выполнять? — отдал Горыня воинское приветствие.

— Разрешаю. Бегом марш!

— Кру-гом! Бегом марш! — дублировал парень приказ командира, моментально исчезнув за воротами особняка. Пока Вальтер подстёгивает их развитие, ребят придётся кормить по пять-шесть раз в день. При том от пуза, а то организм навредит сам себе, не выдержав нагрузки. Но выбора особого не было — время.

Следующими на очереди были те самые дружинники Хасельхофов, что попали под влияние ифрита. Они уже давно перевезли свои семьи сюда, заняв одну из пятнадцати казарм почти целиком, постепенно обустраиваясь и подтягивая многочисленную родню. Благо начало производства досок и полубруса на речной пилораме сильно ускорило строительные работы! Что позволило обеспечить жильём все три с половиной сотни человек населения и наёмных работников, даже оставив кое-какой запас по жилой площади!

— Кондрат! — добравшись до скотоводческого комплекса, где держали всех овец баронства, Вальтер принялся искать своего дружинника. Им как раз было самое время возвращаться к своей обычной службе — три месяца уже прошло! Благо во время прошлого бесчинства инквизиции погибло всего двое из всей порабощённой группы. В строю было ещё восемь человек. — Кондра-ат, ты где есть?!

Людей здесь было не так много — единицы. Они постоянно перемещались между объектами, делая основной объём работы по очереди, дабы штат не раздувать. Но зато и праздно шатающихся было не найти, так как работы было и правда навалом.

Пройдя чуть дальше, Вальтер миновал овчарню (от слова овца!), да вышел к складскому помещению — в просторечие сараю. Оттуда он услышал ругань на повышенных тонах, и чем ближе подходил, тем лучше слышал суть разговора.

— Я тебе идиоту сколько сказал дать охапок свежей травы? Последняя ведь в сезоне, — ярился голос Кондрата.

— Тридцать шесть… — ответил чей-то понурый молодой голос.

— Тридцать шесть. А ты едва двадцать три притащил. И воду из колодца сразу в корыта налил!

— Так травы поблизости почти нет — вся пожухла уже! И чего? Травы им и без того навалом, а воду мы всегда из колодца лили. И ничего, живы овечки.

— Ох, Владыка Огня, дай мне сил… А то, что на каждую овцу сейчас нужно больше корма от того, что холодно становится! И то, что ты сейчас бесплатной травой недодал им, придётся добирать платным зерном и сеном, которого и без того немного, иначе не то что жир не нагуляют, а и вовсе исхудают! Из-за этого же холода вода в корытах больше не прогревается солнышком, отчего овцы наши, и тем более ягнята, могут простыть. А лечить их ты будешь?! А?! А если сдохнут, ущерб кто платить будет? Тем более придётся распрощаться с премией, потому что будет падёж скота, а значит меньше приплод! И лет через пять мы из-за этих потерь не две сотни голов будем иметь, а дай Владыка полторы!

— А чего это такое, две сотни?

— Тьфу ты! Двадцать десятков это, олух. Сколь раз говорил, слушать хозяйку Нору надо, а не на сиськи её пялиться. Давно бы уже знаний набрался.

— Ну бать!

— Чё бать?! Я молчать не буду, так и знай! Сообщу барону сразу, если какую дурость задумал. Дай бог вожжами отходит и забудет про тебя дурака — он за наложниц своих всем головы поотрывает. Тебе баб мало в Тристраме? Хоть завтра можем сватов засылать — тут в деревнях уже несколько раз мужиков побило.

— Да ну некрасивые они! Я чай не дурнее тебя, понимаю всё, да только глаза сами липнут. У барона нашего женщины и ухоженные, и пригожие, и одеты что боярышни! Взглянешь — и аж глаз радуется. Ай! Бать, да хорош! Ай! Больно!

— Я тебе покажу, глаз у него радуется! Другое ничё не радуется?! А?! А ну стой, Стёпка, хуже будет!

Тут оба мужика выскочили наружу, наткнувшись взглядом на стоящего там Вальтера. Степан, старший сын Кондрата, был вылитый «Степан»! Широкоплечий, высокий, с кулаками минимум в полпуда — такой и бычка на плечах утащит. А вслед за ним с деревянным граблями бежал и сам Кондрат, скорей всего охаживая ими того по хребтине. Так сказать, воспитательный процесс во всей красе.

Оба замерли словно вкопанные.

— Писец кутёнку… — прошептал Кондрат, но Вальтер услышал, стащив шапку с головы. — Не казни, ваше благородие, дурака моего! — упал он тотчас на колени, впечатав голову в холодную грязь, — Чё хошь со мной делайте, господин, сына только не убивайте!

— Да ты, Кондрат, не дрыгайся. Встань, спокойно поговорим, — подошёл Вальтер ближе к парню, — Степан? Ну здоров, Степан!

Протянув руку смущённому и немного злому (из-за унижения его отца) мужчине лет двадцати, он с прищуром следил за его реакцией. Не струсил! Не было в нём страха или лизоблюдства, одно только удивление и недовольство.

— И вам, ваше благородие, здоровья великого, — тот взял своей лапищей руку Вальтера, бывшую раза в полтора меньше, и крепко-крепко сжал. Вроде как и не больно, но силу продемонстрировал. Вот только Вальтеру этого и надо было! Стиснув свою кисть, он сперва заставил того что-то просипеть, вспотеть, а после и вовсе застонать, опустившись на одно колено.

— Я, Степан, тебя понимаю, женская красота она такая — разум может сгубить кому угодно. Но ты знай, я своих женщин берегу как зеницу ока. Оторву тебе голову и не поморщусь. Веришь?

— Ве… Верю! Верю! Отпустите, ваше благо-о-родие!

— Хорошо что веришь. Надеюсь, к этому вопросу мне возвращаться не придётся. Слушай, Кондрат, — обратился он к переволновавшему дружиннику, тому самому, что скакал на его Щепке когда-то, — А ведь жениться ему пора! Чуй уже лет-то много.

— Дык я бы с радостью, господин барон, да ведь нос воротит, шельмец! То некрасивые, то слишком молодые да костлявые, то слишком старые. Я уж и не знаю чего делать.

— Нда? Порешаем вопрос. Ладно, об этом мы позже поговорим, когда дела более срочные утрясём! Собирай своих, Кондрат. Пора службу служить. Три месяца я вам дал на обустройство — а теперь баста, карапузики! Одежда по форме! Вооружение в полной боевой готовности.

— Неужто на войну?! — взволновался мужик, по сути являвшийся не профессионалом, а ополченцем на службе своего барона. Для такого война — это и опасность, и возможность пограбить, поправив финансовое здоровье семьи. В мирное же время нынешняя система вооружённых сил в империи вообще заставляла людей разрываться во все стороны, занимаясь одновременно и хозяйством, и службой. При том оружие, амуницию, огневой припас такой дружинник должен был покупать сам, получая лишь земли от аристократа и налоговые послабления. Дикий архаизм! Но ломать старые привычки таких стариков дело было гиблое, вот почему Вальтер решил использовать старых дружинников в качестве сил общественной безопасности, вроде милиции, а для войны вырастить уже новых людей из детей и подростков. Те и учатся быстрее, и его силе подвержены куда лучше! И проблем со здоровьем не будут иметь на его казённых харчах, полностью развившись как физически так и интеллектуально. А то ведь многие просто не успевают нормально развиться из-за полуголодного существования, отчего и получаются такие вот Степаны. Добрые, но глуповатые.

— Нет, Кондрат. Служить вы будете здесь, на моей земле. Станете следить за порядком, чтобы не безобразничал кто, драки разнимать, вора прищучить, паникёра какого, что людей на смуту подбивает, можно и вовсе сразу в расход. А ещё присмотреть, чтобы никто город не покидал без спросу! Или чтобы ночью поджога не случилось. Людей пришлых у нас много — могут и лиходеи затесаться среди простых работников. Как думаешь, справитесь?

— Да справимся, чего не справиться? Патруль по деревне пустим, ночную смену выделим, али даже две, пост выставим на дороге… В общем, нормально усё будет! Ну, я тогда людей пошёл собирать? — почесал Кондрат свою широкую бороду, улыбаясь. Очень он был рад, что барон сына не искалечил! Боялся даже удачу такую спугнуть. А с олухом своим он и правда потом поговорит посерьёзнее! Ишь чё удумал, на господских наложниц засматриваться!

— Иди. Через пару часов жду рядом со своим особняком на площади, там и по оплате обсудим, — ответил Вальтер, проводил взглядом двух родственников, принюхался к запахам скотного двора, не раз сопровождавших одного из его доноров в течение его жизни, предавшись ностальгии, после чего двинулся назад. Но не успел и половины дороги пройти, как услышал лошадиное фырканье и ржание где-то вдалеке.

«Конь? Чей? Зортуса!» — мелькнула в его голове мысль, заставив тотчас действовать. Как-то за всеми хлопотами он совсем забыл о том огромном жеребце, что носил на себе порождение бездны. Бросать бесхозным такого коня было бы верхом преступной халатности!

* * *

Мальчишки, очутившись внутри особняка барона, немного замялись. Никто их не встречал, а ломиться куда-то самим без спросу они опасались. Командир и осерчать мог!

— Эм… Есть кто?! — крикнул Тиран, отличавшийся особой наглостью и непосредственностью. Во время вылазок-то он помалкивал, а вот когда им свободы давали чуть больше обычного, язык свой развязывал!

— А…? Ой! — в коридор вышла Симка, младшая из двух служанок Вальтера. — А вы солдаты барона? Если да, то раздевайтесь что ли… руки вон мойте, — кивнула девушка на кадку с водой и ведром для помоев.

Ребята, увидев столь милое создание, как-то скомкано поздоровались, после чего начали стягивать перчатки и шлемы. Сложили их рядком на широкой лавке, после чего подхватили импульсаторы на плечо, занявшись мыльно-рыльными процедурами. К счастью, здесь даже мыло хозяйственное было! Купец пару ящиков привёз.

— Ой, такие молоденькие, — весело проворковала Симка, усаживая их за большой стол, где уже парили тарелки с супом, куски печёного мяса, пюре из картофеля, и многое другое. Даже морс из засахаренной клюквы был!

С её миловидной внешностью, чёрными волосами и пухленькими губками выглядело это всё так волнительно, что все четверо парней от смущения раскраснелись и как-то сразу заулыбались.

— Кхм… Благодарю тебя, девица. Скажи хоть, как звать-то тебя? — подал наконец голос Артур, чем заслужил благодарные взгляды от друзей.

— Меня Сима зовут. Можно Симочка. А вас как величать, молодцы? — улыбнулась им девушка. Стройная, но фигуристая, всего шестнадцати лет от роду, она словно магнитом притягивала взгляды парней, откровенно наслаждаясь своей женской силой. Ребята даже ёрзать начали от неудобства. Ведь из-за силы огня их рост и развитие серьёзно подстёгивалось, отчего и половое созревание их вошло в максимальную силу! Так что в паху у всех без исключения было тесно настолько, что можно было идти в лес, хуем груши околачивать.

Но вскоре голод победил второй основной инстинкт, и молодые воины вместо разговоров занялись, наконец, невероятно вкусной едой. Суп из курицы уничтожили моментально! Пюре с запечённой бараниной также долго не прожили, как и нарезка из маринованных овощей, а уже варёных яиц вместе с морсом и вовсе исчезло бессчётно. Симка ещё дважды добавляла их на стол, так как приказ был однозначный — кормить пока не отвалятся сами.

Когда же к ним спустилась ещё и Малька, бывшая немного старше и куда мягче в фигуре своей подруги, еда была наконец ими забыта, и юные воины начали просто общаться с юными служанками, пока была такая возможность. А то совсем в своём лесу одичали.

Девушки хихикали, отвечали на вопросы, сами что-то спрашивали, строили глазки по своей женской привычке, и купались в мужском восхищении, пока наконец не появился и здешний хозяин.

— Ну как, Орлы, пообедали?! — в помещение Вальтер ворвался словно вихрь. В чуть изодранной рубахе и с листом берёзы в волосах.

— Господин командующий, отряд приём пищи закончил! — тотчас вскочил Горыня, а следом за ним и все остальные, вытянувшись во фрунт.

— Вольно пока. Отдыхайте, переваривайте съеденное. Сразу после плотного обеда активно двигаться нельзя — плохо станет животу, можно даже умереть. Со служанками моими пока похихикайте, а у меня дела ещё!

Прежде чем куда-то отправляться, он обязан был обеспечить безопасность своего города, иначе вновь могла повториться одна из прошлых катастроф. А ещё он был просто обязан поглядеть на это проклятье поближе, попытавшись его снять, мало ли как дела с его роднёй повернутся? К тому же, если он сумеет с ним справиться, это откроет немалые для него перспективы в переговорах с попавшими в опалу аристократами. Если они конечно ещё останутся в живых…

Остановившись перед дверью Электры, Вальтер выдохнул, уняв небольшое волнение, после чего мягко надавил на незакрытую дверь, куда сразу бесшумно просочился.

Глава 14

В комнате всё было по-прежнему. Электра правда уже очнулась, но теперь лежала на боку, меланхолично уставившись куда-то в стену, медленно перебирая пальцами какой-то неслышный ритм. И даже когда Вальтер присел рядом на её постель, она никак не отреагировала на его появление.

— Электра, ты ещё здесь? — погладил её Вальтер по голове. — Ты словно где-то совсем далеко.

— А? Да вроде… ага, здесь.

— Может хватит растекаться по кровати? Жалея себя и родных, ты ничего не изменишь. Что если их не убили сразу, а захватили в плен и пытают, требуя выдать какие-нибудь секреты? Пока мы бездействуем, шансы хоть кого-то из них спасти и вовсе стремятся к нолю. Давай-ка бери себя в руки!

— Да знаю я, но нужно как-то снять с нас проклятье! А как? Я ничего в них не понимаю… И даже если ты сумеешь, это мало на что повлияет — людей слишком много, и тебе придётся выбирать или спасти своих или кого-то ещё! Иначе и быть не может, ведь это не только Кёнинги или Дальгрог были прокляты, но и Линаэль, и Роквесты, Шерман, Зорге, Виланиесы. Да мало кто ещё! Если прокляли их всех, то основной костяк старой империи фактически уничтожен. Больше моя родина уже никогда не станет как прежде…

— Пока мы живы, мы можем изменить мир, Электра. В крайнем случае мы построим новую страну! — взял её Вальтер за руку, наклонившись так, что её глаза были хорошо видны, — Новую империю! Установим новый порядок! Электра, я понимаю, что крушение знакомого мира это всегда тяжело, но разве смута не лучшее время для перемен? Сальдисская империя не была идеальна, как и многие государства до неё. Разве ты бы не хотела поучаствовать в строительстве чего-то нового? Поэтому не стоит опускать руки в самом начале своего пути, солнышко, так ты сделаешь только хуже. Давай я погляжу, что это за проклятье. Может всё не так плохо, как кажется? — он старался подбодрить девушку, по-доброму ей улыбнувшись, но та осталась безучастной.

— Всё очень плохо, Вальтер… — лишь ещё более помрачнев, заговорила бывшая принцесса, — Если прокляли столько родов сразу, да ещё и много поколений одним махом, значит использовалась магия крови. А из того, что я знаю, под эти условия подходит лишь запрещённый ритуал, «гнёт магии рода через кровь». Но даже у Ордена о нём нет никакой конкретики — только общая информация. Знаем, что от него нельзя защититься, и его нельзя снять, вот почему его давно запретили, уничтожив всякие материалы о ритуале. За тысячелетия люди не сумели найти ни одного лекарства! Иначе я бы не была сейчас такой подавленной… Я боюсь, что даже у тебя не получится его снять. А значит и на жизни моей можно будет ставить окончательный крест… Кому я нужна без своих сил? Какой от меня толк?! Дура я. Дура и трусиха. Даже боюсь услышать от тебя окончательный вердикт, и от того всё меньше хочется просить у тебя помощи, хотя головой понимаю, что альтернативы у меня просто нет!

— Не стоит ненавидеть свой страх, Электра. На самом деле он — это сильный инструмент. Для кого-то страх и правда становится барьером, а для кого-то напротив, сильнейшим стимулятором, подгоняющим вперёд. Нужно изменить свой подход к своему страху, использовать его себе на благо, и твоя жизнь сразу изменится!

— Хмх! Тебе легко говорить… ты-то наверное ничего не боишься. С такой силой…

Неожиданно он рассмеялся, заставив девушку нахмуриться.

— Я сказала что-то смешное? — подняла она наконец на него свой печальный взгляд.

— Ты ещё очень много не знаешь о вселенной, милая Электра. Есть в ней такое, чего даже я боюсь! Однажды меня и вовсе пленили смертные, заперев в своём оружии на полтора миллиона лет. Чудо что я с ума не сошёл. И заметь, сделали они это без всякой магии.

— Невозможно! — рывком села девушка на кровати, — Ты же непобедим!

— Знаешь, есть такая старая притча. В одном колодце жила лягушка. И видя маленький кусочек неба оттуда, снизу, она думала, что небо выглядит именно так, как круг. А когда услышала от птицы рассказы об огромном небе, и не менее огромном море, о том, какие они на самом деле, то лишь посмеялась над ней, сказав, что такого не может быть, потому что нет ничего больше её колодца. Пора перестать жить как та лягушка в колодце, солнышко! То, что случилось с тобой и твоей роднёй, для вселенной всего лишь мимолётное видение. И даже если все мы исчезнем, она продолжит жить как ни в чём не бывало.

— Хм… — поджав к себе ноги, девушка положила подбородок на колени, — Если так рассуждать, то тогда ничто не имеет смысла. Даже наша жизнь. Какой в ней смысл, если вселенной всё равно…?

— Никто не выбирает, как и кем ему родиться, солнышко. Имеет значение лишь как человек жил и как умер! Ведь мы с тобой живём не для вселенной — а для себя и своих близких. И даже наша смерть будет существовать только для них — сами мы её не заметим, вернувшись в море вселенной после смерти, и став той самой энергией из какой когда-то появились. Так что прекращай жевать сопли, и пойдём со мной. Я постараюсь показать тебе, насколько огромен мир за пределами твоего колодца! А для начала начнём с твоего проклятья. Неужели ты не хочешь знать наверняка, могу я помочь тебе или нет?

На какое-то время Электра задумалась, пытаясь осознать всё сказанное Вальтером, и чем больше повторяла про себя его слова, тем дальше отступала её тоска.

«Верно, дьявол побери! Наша жизнь имеет значение именно для нас самих. Я никого не просила рожать меня в семье императора, и с этим я уже ничего не сделаю, но именно я выбираю, как жить и как мне умереть! И даже если в моей жизни будет немного смысла, даже если вселенная меня не заметит, но в сидении на месте и жалости к себе смысла ещё меньше!» — думала она, уставившись куда-то вверх в потолок, после чего вгляделась в глаза Вальтера, приняв окончательное решение.

— Я сделаю всё, чтобы снять проклятье. И даже если не получится, я не сдамся!

— Ну наконец-то ожила, — улыбнулся ей барон, — Ложись, расслабься, и позволь мне прощупать все твои воплощения.

— Больно не будет? — устраиваясь поудобнее, девушка расправила волосы, чтобы не было больно лежать на них, немного распустила завязки на корсете, после чего закрыла глаза.

— Не будет. Но мне придётся касаться твоей голой кожи.

— Хорошо…

После Электра затихла, а Вальтер начал с аккуратного прикосновения к её голове. Положил пальцы на лоб, спустился по лицу к шее, положил ладонь на грудную клетку, совсем рядом с упругой грудью девушки, после чего начал медленно расстёгивать её брюки. Электра было хотела возразить, но передумала — она ведь сама дала согласие на осмотр. Вместо этого молча помогла с завязками, позволив приспустить белую плотную ткань.

Совсем раздевать её Вальтер не стал, лишь прикоснулся к низу живота, бёдрам, и закончил осмотр на щиколотках, напоследок погладив голые ступни.

Электре было стыдно признаться самой себе, но прикосновения этого существа в человеческом облике были приятны, сильно волнуя её бедное сердечко. В конце концов он был первым мужчиной, что прикасался к ней! Да ещё и так нежно…

— Нда… — но вот прозвучала тревожная интонация его скупого комментария, и из девушки напрочь выбило всю зародившуюся истому!

— Что? Всё плохо?! — открыв глаза, Электра поспешила прикрыться, одёрнув брюки и рубаху. Приподнялась на локтях, усевшись рядом с подушкой.

— Не то чтобы совсем плохо. Снять проклятье можно, но есть нюанс. Чужеродная система энергетических связей пронизывает все девять твоих воплощений, начиная с внешнего телесного слоя, внутренние органы, все слои ауры, и заканчивая глубинами души. Она по сути блокирует течение высших энергий по ним, чем и лишает тебя магии! Я могу уничтожить это проклятье, но для этого придётся воздействовать сразу на все слои. Очень массированный удар, очень большая нагрузка, — ты буквально сгоришь заживо, если я попытаюсь провернуть нечто подобное. Была бы ты ребёнком, и проблем бы не было — чистая детская сущность осталась бы невредимой. Но ты живешь уже очень долго. В твоей душе накопилось много грехов, отрицательных эмоций, эманаций чужих страданий и негативного отношения окружающих. Они как порох, взорвутся при моём прикосновении, убив тебя. Здесь я ничего не смогу поделать…

— Значит… всё? Конец? — Электра даже побледнела от таких новостей, прижав кулаки к груди.

— Если не рассматривать альтернативу, то да.

— Альтернативу?! Ну же не молчи, говори скорее! Мне можно помочь или нет?

— Ну, это будет зависеть только от тебя.

— В каком смысле? Хватит ходить вокруг да около, Вальтер!

— Кхм… Как ты знаешь, человек — не кусок мяса. Люди обладают не только плотью, но и иными уровнями своей сути, взаимодействуя друг с другом как на физическом, так и на аурном, духовном и душевном уровнях. Даже в простом разговоре они обмениваются энергией, делясь ею или отнимая её. И я тоже не исключение, так как отчасти человек. В общем… самое глубокое взаимное проникновение и обмен энергиями, затрагивающие все девять уровней, происходят между людьми во время соития. Когда мужчина и женщина сливаются воедино в экстазе, они на краткие мгновения становятся практически одним целым, взаимно усиливая друг друга. Это происходит также и с нами: Норой, Эльзой и мной. Моя энергетика при этом буквально подавляет собой их воплощения, переполняя своей силой, вот почему больше одного раза за сутки они обычно со мной не выдерживают. Да я и сам не настаиваю, ведь иначе могу им навредить… Хотя, по сути ни одна смертная женщина не выдержит больше одного раза. По той же причине и твоё проклятье будет уничтожено, не пережив столкновения с моей энергетикой! Но для этого сама понимаешь… В общем, как-то так, Электра. Другого способа я не знаю.

— Ты это только что придумал? — как-то посмурнев, с подозрительным прищуром глаз спросила его Электра.

— Нет, — Вальтер поднялся с кровати. — Ты знаешь, что я никогда не вру. Какой в этом смысл? Поставить на тебя печать очищения и воспользоваться твоей одержимостью мной было бы куда проще! Тем более что печать частично подавила бы проклятье, вернув тебе часть силы. Но я и правда смогу снять с тебя проклятье полностью — это главное! А как — это уже другой вопрос. Да, Электра, ты мне нравишься, и я бы хотел владеть тобой как наложницей, но это не причина для меня выдумывать всякую ерунду. Думай, солнышко. Я в любом случае пойду дальше, покоряя мир, а вот с тобой или без тебя, решать уже не мне. Но ты подумай вот о чём: что лучше, сделать и жалеть, или жалеть всю жизнь о не сделанном? — открыв дверь, Вальтер скрылся в коридоре, оставив девушку думать над всем случившимся в одиночестве. А у него и без неё было много дел и обязанностей, требующих немедленного решения! Караван вот с трофеями уже был на подходе, — печати чародеек были совсем рядом, а значит повозки следовало встретить, разгрузить, и перенести сокровища рода Кёнингов в подвал.

Оставшись в одиночестве, Электра теперь пребывала в подобии прострации. Она всю свою жизнь старалась не оказаться во власти мужчины, и вот теперь… это. Что это, судьба? Хитрый план Вальтера? Или насмешка вселенной?

«Линаэль… были ли они и правда прокляты? Если да, я могла бы узнать у Эльзы, как она себя чувствует. Момент наложения проклятья невозможно было пропустить! Если Вальтер говорит правду, эта девчонка не должна была пострадать!» — соскочив с кровати, Электра оделась, после чего выскочила из комнаты словно ужаленная. И впервые за эти дни ей повезло встретить искомую личность! Эльза нашлась на первом этаже недалеко от кухни.

— Эльза…! — позвала она девушку. Платье на той было хоть и простым, но элегантным. Остатки былой роскоши, взятой когда-то при побеге из дома. Знает ли она, как ей повезло оказаться под защитой Вальтера? Наверное пока даже ни малейшего понятия не имеет, а о судьбе своего рода и не догадывается.

Отогнав от себя мрачные мысли, Электра постаралась придать своему лицу доброжелательное выражение.

— Что-то случилось, ваше высочество? — наконец подошла Эльза.

— Ну хватит уже, я больше не принцесса! Эльза, могу я с тобой поговорить на… личную тему?

— Личную? — удивилась девушка, но после, что-то для себя поняв, тотчас согласилась, — Конечно, Электра, пойдём в нашу комнату. Там нам никто не помешает.

Проскользнув мимо Вальтера и чародеек, уже начавших таскать какие-то мешочки и седельные сумки с лошадей, обе девушки вскоре оказались на втором этаже, заперевшись в спальне с огромной кроватью.

— Итак, речь наверное о Вальтере? — уселась она на широкую лавку. К сожалению, мягкой мебели в этом особняке почти не было — неоткуда было взять.

— Почти… скажи, ты не ощущала ничего странного пять дней назад? Днём. Может быть неприятное чувство в груди или нечто подобное.

— Хм… Даже и не знаю, — задумалась девушка, приставив пальчик к подбородку, — Вроде бы нет… А! Я как-то очень сильно чихнула! Так чихнула, что аж упала на попку! Девочки смеялись потом надо мной до вечера! И было этот как раз днём, пять дней назад. Сразу после завтрака. Оно?

— Не знаю… может быть, — задумчиво произнесла Электра, пытаясь понять, сходится ли всё по времени. Выходило так, что сходится. Но чих? Правда? Может он никак не связан с проклятьем?

— А что? Что-то случилось? — тем не менее сама Эльза уже почуяла, что вопрос для Эльзы серьёзный, и даже немного забеспокоилась.

— Может быть… Слушай, Эльза, а ты владеешь какой-нибудь магией? Тебя учили чему-нибудь дома?

— Ну… Не то чтобы. Ты наверное будешь надо мной смеяться…

— Нет правда, я не буду смеяться! Мне просто интересно, расскажи, — присела она наконец рядом на лавку, взяв руки Эльзы в свои ладони. От такого та даже как-то опешила, застеснявшись. Всё же ей было всего шестнадцать.

— Меня не учили… я ведь младшая дочь, и должна была выйти замуж, сменить род. Так что нет. Даже основ не объясняли. Но совсем недавно у меня начало кое-что получаться! Гляди, — протянув руку ладонью вверх, Эльза создала над нею огонёк, после чего заставила его разделиться на пять частей. Каждый маленький огонёк перешёл на кончик пальца, после чего Эльза перевернула руку тыльной стороной вверх, и язычки пламени соединились там в один большой сгусток. После чего приняли форму маленького кролика, начавшего медленно прыгать по руке Эльзы и время от времени останавливаться, чистя лапками длинные огненные уши.

— Ого! Какой чёткий контроль… Но разве Линаэль владеют огнём? — удивилась Электра.

— Нет, Линаэль нет! Но мы с Норой владеем. Теперь владеем! Правда здорово? — Эльза улыбалась столь искренне, что эта улыбка даже Электру заразила, заставив улыбаться в ответ. — Это всё Вальтер, как мы думаем. Он что-то делает с нами такое по ночам, что мы едва остаёмся в сознании. Ох…! — прикрыла смеющиеся глаза Эльза, — Как вспомню, так становлюсь вся мокрая! От его прикосновений там внизу словно огонь разливается… а потом… стыдно признаться, но я бывает по часу лежу, содрогаюсь всем телом, получая волну за волной наслаждения! Так что если решишь стать наложницей нашего Вальтера, мы будем только рады.

— Км! В смысле? Ничего я не планирую… — смутилась принцесса, — И с чего вы вообще должны быть рады? — покраснев от таких подробностей, она постаралась хоть немного прикрыться ниспадающими волосами.

— Нас двоих Вальтеру очень мало. Мы ещё ни разу не смогли его удовлетворить… хотя старались со всем тщением. Правда-правда! А ещё мне очень хочется посмотреть, как ты будешь выглядеть на моём месте! — вдруг лукаво улыбнулась Эльза, взглянув прямо в глаза Электре, — Увидеть, как вечно гордую и строгую Электру Дальгрог Вальтер превращает в потерявшую разум и стыд самку! Как он владеет тобой, входит внутрь и заставляет стонать, кричать и плакать от наслаждения!

Под шум стучащих каблучков она проводила взглядом поспешно ретировавшуюся девушку, и вдруг звонко рассмеялась. Эльза уже давно хотела смутить эту заносчивую принцессу подобным разговором, но шанс на это выпал только сейчас. И реакция той ничуть её не разочаровала!

— Ах…! Ну ладно, дела не ждут, — поднявшись и поправив платье, девушка вышла следом, закрыв за собой широкую дверь.

В будущем она обязательно понаблюдает за описанной ею картиной! А может быть даже подержит ножки этой наглой особы, чтобы их любимому Вальтеру было удобнее той овладеть. Кто знает?

Они совсем недавно начали играть с Норой в подобные игры, придумывая друг для друга испытания, но теперь даже днём мысли об этом невероятно её возбуждали!

От всех этих переживаний Эльза снова почувствовала, как нижнее бельё начинает мокнуть, из-за чего неосознанно поёрзала ногами, расправляя слипшуюся ткань. После чего просто вернулась к работе.

Глава 15

Электра ходила по своей комнате, пытаясь успокоить нервы и мысли. Да, Эльза её подловила, и жутко смутила начавшимся разговором на интимные темы, но уже прошло достаточно времени с того момента, а возникшее внутри неё возбуждение отчего-то никак не проходило! Чем дальше, тем чётче в её фантазии мелькали описанные Эльзой картинки, ещё больше возбуждая молодую женщину. И в этих мимолётных образах Вальтер вытворял с ней такое…

— Да чтоб тебя! — стукнув кулаком по столику, Электра устало рухнула на стул. — Что со мной? Он что-то сделал пока осматривал? Раньше же не было так…

Разумеется о том, что такое овуляция и повышенное сексуальное желание в этот период, Электра не знала. Как не знала и о том, что её образ жизни в бесконечных тренировках и медитациях ранее прекрасно справлялся с этой особенностью женского естества. А теперь, спустя три месяца спокойной жизни, да ещё и потеряв все магические силы, она в полной мере ощутила, что значит быть простой женщиной. Её тело желало принести потомство! Желало несмотря ни на что, не считаясь с мнением своей хозяйки, и естественно самым подходящим по мнению этого тела кандидатом на оплодотворение был именно Кёнинг! Инстинкты, они ведь такие инстинкты…

Уже три месяца она жила рядом с ним, общаясь ежедневно на разносторонние темы, видя как он живёт, как правит своей землёй, как относится к девушкам, бывшим в полной его власти. И Вальтеру нельзя было отказать ни в интеллекте, ни в мудрости, ни в наличие чести. А уж силы и вовсе было запредельно много! Разве можно было винить Электру в том, что она прониклась уважением и симпатией к этому мужчине? Сильный! Властный! Честный…! Во всяком случае девушка не знала ни одного случая когда бы он соврал хоть каких-то в мелочах. И это за все три месяца жизни бок о бок!

А теперь вот странная ситуация с проклятьем и все эти разговоры на откровенные темы со столь яркими примерами, которые лишь подстегнули процесс, начав сводить бедную двадцатилетнюю девушку с ума. Отчего она и не понимала теперь, что с ней творится.

Однако, так или иначе, Электра желала поскорее принять хоть какое-нибудь решение! Ей до болести надоело плыть по течению ничего не делая, но она даже и не подозревала, чтоеё собственное тело сейчас подталкиваетдевушку в лапы барона.

— Так, спокойно… нужно взять себя в руки и разобраться во всём более конкретно! — взяв бумагу и стальное перо, девушка принялась составлять список из двух столбцов, как она часто делала, если решение было слишком сложным. В левой части аргументы против, в правой — аргументы за. Такой подход всегда спасал её в трудные минуты.

* * *

Большая часть добычи наёмников, вывезенной из сокровищницы Кёнингов, состояла из золотых монет древней чеканки — практически чистое золото. В общей сложности около тонны золота в монетах! Плюс к этому нашлись и драгоценные камни: рубины, сапфиры, аметисты, топазы, гранаты, изумруды, и, конечно, брильянты! В общей сложности килограмма полтора одних только камней. А ещё изделия из золота, серебра и платины, жемчужные украшения, и даже украшенная рубинами и брильянтами диадема, что прекрасно смотрелась бы на любой девушке!

А вот артефактов среди добычи не было. Может быть не смогли взять? Или самое ценное умыкнули порождения бездны? Тут следовало разбираться детальнее, но даже так добыча была невероятно богатой, открывая путь к таким инвестициям, что дух захватывало! Хотя, положа руку на сердце, следовало бы избавляться от золота и серебра во внутренних расчётах со своими людьми и вообще в рамках баронства. Так ведь никакой наличности не хватит! Ещё и в оборотных средствах будет постоянный недостаток, что чревато застоем в экономике.

Из-за этого Вальтер уже давно всерьёз задумывался о создании подобия банка на своей территории, должного регулировать оборот драг. металлов и выпуск денежного эквивалента, возможного к пуску в оборот на территории баронства. Ведь те же золото, платину и серебро Вальтер планировал использовать только как средство внешней торговли с империей и в качестве высоколиквидного резерва баронства.

И уже после, много позже, когда у него появятся эксклюзивные товары, востребованные в империи, он мог бы ввести их продажу за этот самый эквивалент стоимости, постепенно расширяя влияние своей новой валюты. Как это лучше реализовать, он ещё не придумал, но кое-какие намётки в голове уже были. А пока всё одно приходилось где-то искать мелкие серебряные и медные монеты, способные утолить растущие потребности рынка баронства.

Тем не менее, кроме золотого запаса, были у него и другие срочные дела. В первую очередь, Вальтер проведал пойманного недавно коня. Чёрный жеребец тяжёлой рыцарской породы был словно произведение искусства: красив, статен, горяч и весьма агрессивен. И пока наотрез отказывался признавать его своим хозяином! Пришлось зверюгу запереть в конюшне, привязав седло и шею к опорным столбам, чтобы не буянил и не разрушил денник.

— Ну что, брат, всё упорствуешь? — встал Вальтер перед самым входом в денник, глядя прямо в глаза разъярённого жеребца. Груда мускул весом чуть больше тонны и двух центнеров громко хрипела, фыркала, переставая с ноги на ногу, наотрез отказываясь подчиняться. Но всё же взгляда Вальтера конь не выдержал, первым отведя глаза в сторону. Понимал, что слабее!

— Гордый… хорошо. Но так уж вышло, что кто не работает, тот не ест, парень. А ещё у меня нет времени с тобой валандаться, так что… ты уж извини, — сделав стремительный шаг, Вальтер схватил за уздцы гиганта, хлопнув левой ладонью по его лбу. Конь попытался вырваться, встав на дыбы, но верёвки держали его крепко! Правда почти сразу они застонали от натуги, начав рваться, однако и этого времени Вальтеру хватило дабы сформировать двойную печать очищения в теле и душе жеребца.

Тот замер, помотал головой, фыркнул, после чего потёрся головой о руку нового хозяина, требуя ласки.

— Вот так! Молодец! На-ка вкусняшку, — дав кусок серого сахара, Вальтер похлопал жеребца по могучей шее. Для чего приходилось даже тянуться вверх, ведь в холке конь был больше двух метров. И даже спина находилась выше уровня глаз Вальтера.

Он до последнего не хотел применять печать очищения, но, взвесив все за и против, решился на этот шаг дабы успеть всё, что задумал. Без доброго жеребца ему никуда!

— Идём, вороной, пора заняться безопасностью нашей земли, — подпалив верёвки своей силой, он освободил коня от пут, после чего вывел на улицу. Вскочил в отделанное костью и разукрашенное тиснением кожаное седло, после чего под удивлённые взгляды обывателей вылетел на общую дорогу, поднимая тучи грязи и брызг. Осень была весьма дождливой, держа землю в постоянной слякоти.

Могучий конь был не только силён и вынослив, но также и невероятно быстр! Разве что Щепке всерьёз уступал, однако среди живых коней ему равных не было. Летел он вперёд словно стрела!

Нахлёстывая бока зверя, Вальтер вновь направился в сторону вулкана — ведь его ждал очередной поход за обсидианом, и на этот раз он планировал собрать по-настоящему огромный урожай!

На этот раз его путь занял всего пару часов, так как ему не приходилось контролировать окружение или останавливаться где-то для изучения местности как раньше. На данный момент его сила достигла такого уровня, что в радиусе полкилометра он ощущал любую жизнь или сгусток энергии, что позволяло не задерживаться даже на убийство врагов.

Так, к примеру, он заметил в нескольких сотнях метров от себя, на окраине пустоши в тощем перелеске двух сикертов, по своей особой привычке сношавшихся друг с другом. Отчего-то Вальтер сомневался, что у этих существ вообще есть самки, а если и были, то и на вылазки выходили именно самцы — самок среди них он не заметил. И пусть Вальтер не видел всей картины, лишь их энергетические силуэты, двигавшиеся определённым образом, он всё же скривился от омерзения.

— И здесь пидарасы… Тьфу ты!

Сконцентрировавшись на дальней цели, Вальтер буквально силой воли воспламенил рогатую парочку! Мерзко вереща, те принялись кататься по земле, но подпитываемый ифритом огонь лишь сильнее вгрызался в их плоть. Секунд через тридцать от них и вовсе остался лишь пепел, а сам барон продолжил движение, не замедлившись ни на секунду.

Спустя полчаса ему встретилось ещё пяток одиночных существ, и теперь Вальтеру было очевидно, что твари начинают восполнять свою популяцию, и вскоре снова придётся пройтись огнём по территории вокруг вулкана. Или, что ещё лучше, привлечь к зачистке территорий своих ребят, дабы те не впустую занимались тренировкой в стрельбе! Полевые учения и реальный боевой опыт — это было именно то, что нужно для скорейшего их обучения. Сделав в уме заметку, Вальтер решил чуть позже проработать этот вопрос.

Но всё же откуда эти сикерты лезут? Как размножаются? Кто вообще такие эти бесы и человечные демоны? Вопросов у него всё ещё было много.

Но вот наконец-то они, пустоши! Каменные поля, усеянные редкой травой, барханы из пепла, забившие собой низины и небольшие вкрапления обсидиана повсюду, кои можно было разглядеть изредка в земле. Вальтер на этот раз взял сильно восточнее, подальше от реки Иглицы, выехав из леса с той стороны, где он ещё не собирал свой главный ресурс.

— Ну что, парень, пора нам приодеться с тобой, — взмахнув правой рукой, барон Кёнинг выпустил из неё поток белого пламени, моментально хлынувшего на землю. Словно волна воды оно начало растекаться по округе, с каждым стуком сердца лишь ускоряясь. Вскоре была покрыта уже площадь равная футбольному полю, двум полям, четырём… восьми, шестнадцати! Белый огонь был повсюду, куда ни посмотри, и везде, где он касался вулканического стекла, он проникал дальше вглубь земли, в поисках новых месторождений! Чёрный жеребец даже переволновался от такой картины и ощущения тревоги, что давало целое море белого огня. Не будь на нём печати очищения, что даровало зверю бесконечную преданность и восхищение Вальтером, тот бы давно попытался сбежать.

А к ним уже потекли первые ручейки очищенного обсидиана, собираясь чуть в стороне в огромный бесформенный сгусток. Его требовалось столь много, Что Вальтер планировал транспортировать это стекло именно в таком вот, жидком виде, воздействуя своей силой всё время пути.

Спрыгнув с коня, он подошёл ко всё продолжавшему расти сгустку, зачерпнув из него почти сотню литров, параллельно начав раздеваться, и складывать всё лишнее в седельные сумки. Даже снял их чтобы не повредить ненароком — доброй работы сбруя. Жаль будет если сгорит.

От белой кучи вулканического стекла отделилась толстая струйка, тотчас начав обволакивать его голое тело, заменяя собой обычную одежду. На ногах, руках и теле Вальтера начали формироваться гладкие обтекаемые пластины, формируя невероятно футуристического вида броню. Такой тип брони был выбран бароном для того, чтобы его движения ничем не стеснялись, и броня позволяла мышцам его тела и суставам гнуться в тех же пределах, в каких было задумано природной механикой. Для чего и пришлось создавать большое число сочленений и броневых пластин, повторявших геометрию его тела! Конечно же здесь присутствовала типичная защита позвоночника, коленных и локтевых суставов, а также шипастые утолщения на суставах кистей рук, дабы упростить рукопашный бой и поддержать его скелет в моменты перегрузок. Ибо порой хорошая зуботычина была куда предпочтительнее размахивания огненным членом! К примеру, на складе взрывчатки, или в какой лаборатории, полной горючих материалов, — там открытый огонь это уже диагноз.

Создав перед собой область полного отражения световых лучей, Вальтер посмотрелся в импровизированное воздушное зеркало, полюбовавшись на результат.

— Хм… симпатично, но совсем не страшно. Чего-то явно не хватает… — обозрев своё детище, наконец заключил барон.

Броня его должна была пугать врагов, но нынешний дизайн был каким-то слишком беззубым! Попытавшись вспомнить подходящий образ из прошлой жизни его первого донора, ифрит вскоре наткнулся на воспоминания об одной игре — Тёмные души. Был там один интересный финальный босс в третьей части, чей внешний вид был очень в тему!

— Душа пепла, ну конечно! А ещё рыцари из города за стеной! Давай-ка мы себя немного украсим…

Подобрав с земли неиспользованные куски обсидиана, Вальтер продолжил творить: прежде всего сформировал на вершине шлема шипастую корону, начавшую пылать словно раскалённые угли, как у Души Пепла, также на лице появилась его фирменная зубастая улыбка, а сама броня приобрела черты подтёков, будто побывала в адском пекле. После чего некоторые пластины от плеч до низа ног раскалились до красноты, начав испускать искры как от настоящих углей в костре. Грудную же клетку его украсил символ погасшего солнца из всё той же третьей части тёмных душ, какой носили рыцари из города за стеной — чёрный круг, обрамлённый красным огнём, медленно стекающим вниз. После чего, подумав, он добавил этот символ и на спину, не желая нарушать симметрию жути. Вся остальная броня просто перестала блестеть, став больше похожей на чёрные матовые угли.

— Идеально…! — восхищаясь новым внешним видом, Вальтер Кёнинг приступил к формированию силовых структур внутри созданной брони. Он не собирался изгаляться, выдумывая что-то особенное вроде защитного поля, области гравитации или направленных излучателей. В этом просто не было необходимости! С его нынешним контролем энергии он мог сжечь дальнюю цель без использования таких костылей, если конечно её прочность не требовала применения массивов символов, как те же бездонные.

Вместо этого он собирался создать для этой брони эффект присутствия, завершив пугающий образ, и повышенную физическую прочность, дабы избавить его от внимания к мелким противникам и закрыть раз и навсегда вопрос с подпиткой его гвардии в непосредственной от себя близости.

Броня, черпая силу из его тела и души, сама будет испускать вокруг себя неистовый жар, уничтожая всех, кто осмелится подойти слишком близко! И только те, кто носит его броню, будут чувствовать себя рядом в полнейшей безопасности, черпая из этого присутствия новую силу. Такова была основная задумка.

В итоге, завершив создание многоуровневого силового конструкта, он сделал так, что на расстоянии в сто метров его сила будет чувствоваться как тепло от далёкого, но большого костра — приятное припекание на коже, не более. Этакое предупреждение для самых осторожных.

Ближе восьмидесяти метров людям будет уже совсем не комфортно, если сам Вальтер не пожелает обратного! Нахождение рядом с ним в этом радиусе будет сродни стоянию рядом с пожаром — боль в пересушенных глазах, тяжёлое дыхание, пот, ожог первой степени на коже при длительном контакте. Ничего фатального, но крайне неприятно! Все, кого Вальтер не желает видеть подле себя, будут вынуждены держаться от него дальше восьмидесяти метров.

Ну и основная степень защиты — ближе двадцати метров. Любой, кто вступит в эту зону без разрешения барона, в буквально смысле нырнёт лицом в костёр! Шесть сотен градусов за пару минут легко сварят рыцаря в собственном соку прямо в доспехах! А всё, что может гореть, просто сгорит, если Вальтер не пожелает обратного. Фактически, он ежесекундно будет держать в руках поводок от этого бедствия, имея возможность спустить его в любой удобный момент! Опасно? Более чем! Это уже было не просто инфракрасное излучение, а настоящий контроль состояния пространства вокруг, созданный для путешествия по вражеской территории.

Тем не менее и это было ещё не всё. Для противостояния тем же порождениям бездны и сильным магам он добавил ультимативную способность — испепеление. Суть её была в том, что в непосредственной близости, в пяти сантиметрах от Вальтера, любая материя плотнее воздуха разогревалась почти мгновенно до шести тысяч градусов, в буквальном смысле испаряясь! При активации этой защиты прикоснуться к барону Кёнингу становилось практически невозможно. Но при этом сам он был способен пробиться через любые препятствия, совершенно не отвлекаясь в процессе, — ведь ни сталь, ни камень его не сумеют сдержать. А уж ближний бой и прикосновения Вальтера и вовсе были смертельны для любого существа. Правда нагружала броню такая атакующая защита до предела, отчего и была избрана зона всего в пять сантиметров!

В итоге вышло три зоны присутствия и четыре режима работы брони. Последний режим подключались отдельно по его собственному желанию, забирая всю мощь доспеха, и как следствие, отключая остальные три зоны присутствия, что делало доспех крайне гибким в любой возможной ситуации.

Разумеется, Вальтеру при четвёртом уровне контура приходилось постоянно сдерживать активированный доспех под своими ногами, просто чтобы не проваливаться в расплавленную землю, но даже так его следы отпечатывались на разогретом камне в силу простых законов физики, отвечавших за передачу тепла. В остальном же всё работало как часы!

Так что, пройдясь туда-сюда, он попробовал погасить и потом снова разжечь силовую схему в разных режимах, оставшись довольным полученным результатом. Нарекания он так и не нашёл.

Следом за основным контуром Вальтер быстренько накидал силовой каркас укрепления стеклянного доспеха поверх основного зачарования, прикрыв всё это плотным коконом из энергии очищения. После чего признал работу законченной.

И уже после наконец-то обратил внимание на своего коня!

Тот, к счастью, больше не шарахался от белых всполохов, привыкнув к их присутствию и внешнему виду. И даже гигантская колышущаяся масса белого обсидиана, что собралась рядом за эти полчаса, достигнув объёма пяти-шести огромных грузовиков с полуприцепом, его не пугала.

— Да… а всё ж хорош, чертяка! — подошёл он к жеребцу, погасив контур присутствия, и погладил голову зверя. Лишь атрибуты внешнего вида (огня и тления) продолжали при этом работать, — Слушай, надо бы тебя как-то назвать… Ага! Будешь Гелиос! — хлопнув зверя по шее, Вальтер отступил на пару шагов, — Давай теперь и тебя приоденем!

После чего на Гелиоса сразу же накинулась огромная волна из жидкого обсидиана! Она обволокла его в считанные секунды, начав формировать точно такие же гладкие пластины, покрывающие каждую частичку мускулистого тела, разве что более крупные чем у Вальтера. Конь брыкался, бил копытами, пританцовывал, не понимая, что с ним происходит, но это только помогало Вальтеру лучше настроить сочленения пластин, дабы коню ничего не мешало при движении. Вскоре грива и хвост его сгорели, а их место заменил всё тот же обсидиан. На лбу коня выросла точно такая же пылающая корона, разве что чуть продолговатая, и переходящая в цепь шипов, спускавшуюся по верхушке его шеи. Седло и вовсе развалилось, опав обожжёнными ошмётками, а его место заняло новое обсидиановое седалище, интегрированное вместе с бронёй. Хвост теперь был покрыт словно чешуёй, обратившись в маленький отросток, почти слившийся с остальной бронёй Гелиоса. И лишь глаза, член, да анальное отверстие остались неприкрытыми до конца, позволяя коню оправлять свои неестественные надобности. Ну и конечно же пасть! Кормить-то этого монстра тоже как-то придётся!

Вскоре часть пластин брони Гелиоса также вспыхнула, раскалившись словно мерцающий уголь, корона и шипы запылали, а со всего остального его тела также полетели красные искры. Броню эту Вальтер укрепил также силовым каркасом, и создал защиту от огня и холода, работавшую на силе ифрита. Что-то более сложное добавлять он посчитал излишним, но зато при его размерах и запасе сил Гелиос мог выдержать прогулку по лаве или удар крепостным тараном! И даже выстрел из пушки его скорей всего не убьёт! Что ещё нужно верному скакуну?

Только теперь, оказавшись под защитой доспеха, его конь наконец успокоился, остановился на месте, хоть и продолжил бить обсидиановым копытом, также раскалившимся докрасна. Искры он выбивал им из земли не хуже, чем покойная Щепка!

Вальтер конечно мог бы создать из него артефакт с очищенной душой, но в итоге посчитал неправильным убивать этакую красоту. Живой Гелиос ему нравился куда больше. Да и прошлая неудача с Щепкой показала, что живая душа более полноценна, а значит приспособлена к нестандартным ситуациям. И всё же печать очищения он посчитал необходимым вмешательством в свободу воли Гелиоса, дабы не тратить попусту их общее время!

Запрыгнув в седло бронированного исполина, барон оглядел с высоты трёх метров округу, переполненную белыми ручейками из вулканического стекла, после чего медленно покатил весь собранный массив в сторону своего дома. Гора белой массы теперь медленно перетекала вслед за ним, а в её хвост продолжали вливаться остатки собранного материала, догоняя процессию, и выглядела эта картина столь фантастично, что любой бы из аборигенов дар речи бы потерял! Лишь оставленные пустоты в земле до самого горизонта говорили о том, что когда-то что-то отсюда забрали.

Обратный путь в итоге занял аж шесть часов, закончившись уже глубокой ночью.

— Стой! Кто такой?! Стрелять буду! У меня тут пушка! — окрикнул Вальтера испуганный голос на подходе к Тристраму. Весь закованный в чёрную, пылающую броню, да с неведомой белой горой за спиной, колышущейся словно холодец, и следующей по пятам, он наверное выглядел словно всадник апокалипсиса.

— Свои, Кирей! Вальтер это, барон твой.

— Ваше благородие?! Ох слава Владыке Огня! Ну и ну… это ж чего такое у вас там? Я думал всё, смерть пришла за мной… — дружинник, оказавшийся на краю деревни, стоял с совершенно обалдевшим видом, разглядывая всё происходящее.

— Ты на посту здесь?

— Никак нет! В патруле мы, ночная смена. Здеся покурить остановился…

— Это правильно. Ночная смена вдвое дороже! Только смотри мне, уснёшь где под кустиком, али профилонишь на перекурах — оштрафую, — погрозив пальцем пожилому уже ополченцу, Вальтер проследовал к центральной площади, растянув всю массу обсидиана в тонкую змею. Слушать его оправдания ему было некогда.

Дорога до площади была простой и быстрой, благо улицы были пустые, и он легко проскользнул мимо домов, хотя всей массы набралось в итоге пару тысяч тонн. А использовать он собирался её всю!

На площади Вальтер разместил обсидиан так, чтобы центр площади был свободен, закрутив её в полубублик, после чего наконец-то въехал в свои хоромы. Парни Горыни всё также охраняли его особняк, находясь как у ворот, так и внутри двора. Рико же со своими бойцами был отправлен обратно в лес отсыпаться, с наказом прибыть сюда по утру.

— Артур, зови леди Симону! Работать пора.

— Есть позвать леди Симону! — отсалютовав, парень бросился внутрь дома, не задавая лишних вопросов. А тем временем сам Вальтер слез с Гелиоса, направившись на площадь уже пешком. Минут через десять пришла и чародейка, осторожно приблизившись к фигуре в чёрно-огненной броне.

— Валь…тер? — осторожно поинтересовалась женщина, разглядывая невероятно красивый, но жуткий доспех чуть с боку.

— Да, я. Нравится?

— Кхм… экстравагантно. И жутко… — поёжилась она.

— Значит угадал с дизайном, — кивнул он в ответ, — Но сейчас не об этом. Для тебя есть задание. Вот, здесь подними каменный столб. Форма должна быть такая.

Тотчас по земле, покрытой щебнем, побежала красная полоса, медленно сформировавшая пятиконечную звезду. Недавно Вальтер пробовал воспроизводить с помощью своей силы и другие сакральные знаки, известные на Земле. Благодаря чему обнаружил, что пентаграмма, или «Пифагорейский пентакль», в том числе бывший символом советской и российской армии, крайне любопытная вещь. Мало того, что она была символом звёзд, что очень хорошо сочеталось со свастикой как символом круговорота энергий, так ещё была известна и как символ оберега от зла иолицетворение «власти правителя, распространяющейся на все четыре стороны света». По итогу оказалось, что, будучи привязанная к массиву из свастик, звезда дополняла их невероятным свойством! Она фактически могла заменить Вальтера, воспринимая и запоминая простейшие приказы, продолжая при этом действовать автономно до тех пор, пока хватало энергии. Этакий примитивный искусственный интеллект.

Именно по этой причине Вальтер избрал форму звезды для защитного обелиска, массив которого уже начал подниматься из земли.

Симона тем временем, получив приказ, не стала разглагольствовать, сразу приступив к делу. Погрузившись в подобие транса, женщина выплеснула свою магическую силу в землю, в одно мгновение определив положение самых твёрдых пород камня на глубине в сотню метров. Потянула их к себе, размягчила, заставила слиться воедино, приняв нужную форму, после чего начала медленно выдавливать каменный столб из земли вверх! Её сила архимага позволяла подобным образом построить прямо в поле даже небольшие крепости, пусть и не за один раз, отчего маги камня и ценились столь высоко в обычной армии.

Столб меж тем медленно рос. Достигая диаметром пять метров, он словно зуб неведомого чудовища медленно двигался вверх, начав возвышаться над всей городской площадью. Пять метров, десять, двадцать! А он всё рос и рос. И лишь когда высота каменного обелиска достигла пятидесяти метров, Вальтер наконец скомандовал «Стоп!».

— Ты молодец, Симона. Умница! — поддержав всю вспотевшую, тяжело дышащую женщину, он аккуратно подвёл её к краю площади, усадив на подмёрзшую травку, перед этим прогрев здешний участок земли своей силой.

— Я сделала всё, что могла. Ещё немного, и напортачила бы… Благодарю вас за нисхождение, господин…

— Ерунда, ты сделала всё как надо! Не ошибусь, если скажу, что и недра ты тоже укрепила, попутно заглубив обелиск на десяток метров.

— Истинно так, господин. Я старалась! — женщина искренне ему улыбнулась в ответ. Любому будет приятно, когда его старания ценят, а здесь её похвалил ни кто-нибудь, а сам Господин!

— Я доволен. А теперь смотри, как простой камень превращается в нашего защитника!

Весь обсидиан, что лежал по округе, наконец-то снова пришёл в движение, начав стекаться к поднятому обелиску. Он заполз на его грани, начал подниматься вверх, после чего застывал метровым слоем, продолжая сохранять форму пятиконечной звезды. Сотни тонн обсидиана сейчас формировали единый артефакт исполинских размеров, медленно поднимаясь всё выше и выше. Когда же обелиск был полностью покрыт чёрным стеклом, на его вершине сформировалась толстая ровная площадка, а остаток белой массы стёк обратно, сложившись у основания башни в виде небольших решёток, соединивших грани звезды, дабы было удобнее класть туда дрова и другие горючие материалы.

— Что это, Господин? — пока Вальтер был занят строительством, чародейка успела немного отдохнуть и уже встала подле своего владыки.

— Это защитный обелиск, Симона. Обсидиан, что я вложил в него, станет питающей основой массива символов, способного самостоятельно находить и уничтожать чужаков на расстоянии. На этих решётках у основания обелиска простые люди смогут разводить костры, питая его силой огня. Это сделано для того, чтобы во время осады он не истощился слишком быстро, ведь каждый его выстрел по врагу будет отнимать примерно десятую часть запаса! Невероятная мощь! Конечно, обелиск и сам сможет впитывать тепло из окружающего пространства, те же солнечные лучи или тепло ветра. Но сейчас уже осень, а после и вовсе будет зима — перезарядка в это время года станет совсем медленной. Мы ведь не можем забирать абсолютно всё тепло — заморозим город.

— Но… зачем? Вы собираетесь нас покинуть?

— К сожалению да, у меня есть срочное дело в империи. И я больше не могу допустить, чтобы в моё отсутствие кто-либо мог воспользоваться такой ситуацией! Пусть хоть армия инквизиторов сюда приходит! Пара выстрелов испепелит их всех ещё на подходе! — сжав кулак, барон погрозил им невидимому супостату.

— Дай мне свой кинжал, — протянув руку, Вальтер дождался, пока в неё вложат оружие, после чего с его помощью поднял себя на самую вершину обелиска, приступив к наложению силового массива. К сожалению, его броня была лишена стальных элементов, и примагнититься можно было только вот так, с помощью какого-нибудь оружия.

Усевшись в центре ровной площадки, Вальтер прикрыл глаза, сосредоточившись на процессе. Этот обелиск станет самым сложным и самым мощным его артефактом!

Глава 16

Милдред уже несколько часов пребывала в медитации, безуспешно борясь с нервозностью. Женщина двое суток ждала появления Электры в чертогах разума, но та так и не появилась! Что же могло пойти не так?

Чертогом разума называлось место, создаваемое артефактом, куда мог попасть разум нескольких магов, дабы обменяться мыслями без опасности быть подслушанными. Но ни следа её дочери до сих пор не было, хотя Милдред почти не вылезала из медитаций, понимая, что внешний мир с каждым днём бурлит всё сильнее.

Ранее они связывались друг с другом раз в три дня совершенно стабильно, на протяжении нескольких месяцев. А теперь вдруг Электра пропала без всяких причин. И ладно бы только она, но и их сёстры, что находились в крупнейших городах империи также пропали, перестав подавать признаки жизни! И Милдред это очень сильно встревожило. Исчезновение членов ордена было делом редким, почти невозможным. И тем более исчезновение шести сестёр разом!

Разведка отправилась моментально на поиск необходимой информации в столицу, ради чего пришлось даже отдать красную виверну на время, переданную им Вальтером для восстановления капсулы, — на ней верхом сёстры управятся всего за несколько часов. Так что либо Электра появится здесь первой, либо откликнутся её разведчицы, также имевшие доступ к её чертогу.

— Матриарх, приветствую тебя. Эльвира на связи, — появилась перед ней полупрозрачная фигура, визуализированного разума. Среди серой пустоты чертога было легко заметить даже малейшее вторжение, ибо хозяйка артефакта была здесь словно богиня, — В империи переворот. Многие рода прокляты, лишились магии. Идёт передел власти, бунты, грабежи, зачистка старых родов. Императорская семья почти уничтожена! На престол посажен принц Сигверт, с регентом-императрицей под боком. Император точно мёртв, почти все его дети пропали. Возможно тоже мертвы, не знаю… Высока вероятность того, что Электра также лишилась магии.

— Да чтоб тебя дьяволы драли! Когда это случилось? Как и кого именно прокляли?!

Эльвира перечислила порядка двадцати звучных фамилий, отчего Милдред буквально свалилась в ступор. Все, кто имел сколько-нибудь важное положение и крепкое происхождение, были низвергнуты. Отчего на первое место вышли более молодые рода, все поголовно употреблявшие воду жизни… Разве что Эсквайры так и остались руководить Имперским Банком. Неужели Вальтер был прав?

— Что с Сигвертом? Он всё ещё маг? Что за проклятье было наложено, удалось узнать? — подавив панику в сердце, Милдред до конца осталась главой ордена, загнав свои материнские чувства куда подальше. Показать беспокойство перед подчинёнными — значило расписаться в своей слабости!

— Найденные нами источники говорят, что он всё ещё маг. Объясняется это милостью богов и поддержкой Церкви Истока. Тип проклятья никто не смог сообщить, но очень похоже на гнёт через кровь. И ещё… тут…

— Ну, что ты сиськи мнёшь?! Говори быстрее!

— Матриарх церкви низложена. Из Доминиона прибыло посольство, и армия паладинов, заявившие о пресечении ереси нашей церкви — идут чистки. От нас также вскоре потребуют присягнуть на верность новому верховному составу церкви.

— Откуда сведения? Насколько мы можем им доверять?

— Полностью. Паладинов я видела собственными глазами — все в цветах Доминиона. Они в основном и защищают нынешнего императора! Гвардия отстранена от службы и переведена на пограничную службу особым указом регента — бывшей императрицы. А ещё нам удалось вывести из столицы Лоуран и шесть её старших сестёр, что подтвердили основные слухи. Им удалось избежать немедленной расправы и сбежать, двигаясь через канализацию. Другим повезло куда меньше… Лоуран говорила о десятках трупах старших сестёр.

— Лоуран… сестринство святой Алиэль… Эта врать не будет, — мрачно пробормотала Милдред. — Зачем им убивать служителей церкви?

— Не знаю, но мне это не нравится. Для деталей требуется взять пленного высокого ранга, иначе мы их планов не узнаем!

— Поняла. Возвращайтесь немедленно назад!

Фигура растворилась, полностью освободив серое пространство чертога. Ещё немного поразмыслив, Милдред также вывалилась в реальность, наконец-то дав волю чувствам. Тяжко вздохнув, она погладила перстень, подаренный ей Электрой на сорок пятое день рождения, после чего едва сдержалась от слёз.

— Как же так, доченька…? Как же ты теперь? Род Дальгрог лишён магии, весь. Значит и ты тоже. Скоро я буду у тебя, потерпи милая!

Красная Виверна будет здесь через пару часов, а значит и она к рассвету окажется на землях Господина!

— Нужно подготовиться, — вскочив с пола, где она сидела, Милдред бросилась созывать военный совет ордена. Она обязана предвидеть даже полномасштабную осаду их владений. Если за них возьмутся как за церковников, всерьёз, то лучше будет вывезти послушниц и молодых чародеек в безопасное место! И лучше земель Вальтера ей будет просто не найти.

Рядом с ним её младших сестёр и воспитанниц тронуть никто не посмеет! И кто знает, не придётся ли им всем отступать в те далёкие земли в итоге? Империю явно ждёт полномасштабная гражданская война. Ведь кроме древних родов существуют и другие природные маги, желающие сохранить своё место под солнцем, а ещё магнаты, промышленники и алхимики! Так что передел власти в итоге заденет всех.

Крепость Борз. Тюрьма тайной службы

По каменному тёмному коридору крепости шли два аристократа. Одеты как и подобает благородным мужам, в облегающие лосины, серебристое мужское платье с золотой вышивкой, белый парик, спускавшийся до плеч, и туфли с золотой пряжкой да на коротком каблуке. Руки были богато украшены драгоценными перстнями.

Один был высок, крепок телосложением, и держался крайне величественно. Во втором же из них можно было легко узнать напарника Чернобога, участвовавшего в нападении на замок Кёнингов.

Прямо в этот момент мимо них трое стражников тащили упиравшегося мужчину, закованного в кандалы и железную маску. Он кричал, брыкался, но ничего не мог поделать против трёх сильных конвоиров.

— Ну что, Гновир, великий план наконец-то на средней стадии! Как много поймали? — обратился второй аристократ к напарнику Зортуса.

— Сто двенадцать… — с недовольным лицом откликнулся его собеседник.

— Кёнингов так и не нашёл?

— Пока нет. Как и ожидалось, у них имелись подготовленные пути отхода — всё же не зря не вылезали из своих владений. Но это дело времени! Из двенадцати Кёнингов мужского пола на свободе осталось всего пятеро. Остальных я доставил живыми, как и планировалось. Всех самых старших.

— Да, я в курсе. А что по ещё одному Кёнингу, что живёт где-то отдельно от своего рода?

— За ним пошёл Зортус. Но как я успел узнать, его дух сослан в бездну.

— Зортус проиграл?! — резко остановился второй аристократ, с прищуром вглядевшись в Гновира сверху вниз, — Как это вышло? Чернобог не проигрывал двенадцать веков.

— Тот Кёнинг… Вальтер. Ранее он убил Хокуса. Убил окончательно, о чём я Зортуса предупреждал. Но ты же его знаешь…

— Это его только раззадорило… А теперь его нет с нами на ближайший год! Дерьмо!! Почему этот Кёнинг не лишился магии? — новый суровый взгляд на собеседника был куда злее обычного, — И как, бездна тебя сожри, он умудрился победить Зортуса?!

— Не могу знать, старший, — поклонился ему Гновир. Его тощая шея оказалась в самом уязвимом положении в знак готовности принять наказание.

— Не дождёшься! И так работы невпроворот, ещё и ты в бездну сбежать решил? Поймай мне всех Кёнингов мужского пола! Неделя сроку тебе.

— А что делать со всеми их самками? Могу я продать их в рабство или кому-нибудь подарить? — выпрямился аристократ, поняв, что буря прошла мимо.

— Хмф! И на кой чёрт они тебе сдались?

— Политика, — лишь пожал плечами худощавый мужчина.

— Политика… недолго этой политике осталось существовать. Делай что хочешь. Иди, — отправив младшего товарища от себя, задумчивый собеседник ушёл, поигрывая тяжёлой тростью из цельной белой кости. Потеря Зортуса сильно корёжила их планы, и теперь придётся что-то придумывать.

А тем временем стоило фигуре аристократа скрыться за поворотом, как лицо Гновира исказилось гримасой боли. Будь он человеком, давно бы уже лежал бледный и потный, стеная от боли. Стянув перчатку с левой руки, бездонный уставился на едва заметные белые прожилки, кое-где отливавшие зелёным. Какая-то невиданная до этого хворь поразила его руку, начав прорастать прямо под кожей!

— Что ты такое, мать твою…! — выругавшись вполголоса, он потрогал ногтем углубление в ладони, ощущавшееся словно алмаз, после чего надел перчатку обратно на руку. Сколько бы он ни старался, но так и не смог вспомнить, где подцепил эту штуку. Вздохнув, мужчина прошёл дальше.

— Интересно, все ли части свитка призыва уже нашли? — вдруг его руку опять сковало судорогой боли до самого локтя, заставив притормозить.

Отогнав мысли о боли подальше, он почти сразу двинулся на выход из замка, но не успел пройти пол-этажа, как вновь резко остановился. Гновир вспомнил, как его что-то кольнуло в левую руку, когда он поднимал с постамента в сокровищнице Кёнингов треклятый свиток! Укол был едва заметный, словно мелкая заноза, но тогда он ничего не нашёл и выбросил этот момент из головы. А теперь его пожирает прямо изнутри какой-то кристалл, и даже бездна неспособна была справиться с ним! Эта дрянь напротив сама поглощала силу бездны, вгрызаясь в неё будто волк в кролика! Как поглощала и любые лекарства или заклинания, что он пытался применять, разрастаясь только сильнее. Выходило, что кто-то намеренно заразил свиток этой дрянью, ожидая его прихода. Решил устранить таким образом всех порождений бездны?

— Кто же ты такой… — скривившись в гневе, прошипел Гновир. Это точно были не люди — слишком опасная вещь. Слишком редкая. За тысячу лет он ни разу не слышал о подобном кристалле! Кто-то пытался их остановить, но кто? Драконы?

— Всё равно бесполезно. Тело — лишь расходный материал. Мы успеем завершить призыв, даже если все заразимся. А после сожрём и драконов!

Толкнув дверь на лестничный переход, аристократ двинулся дальше. Он был намерен насладиться последними своими месяцами жизни пред отправкой в бездну — кристалл сожрёт его месяца за полтора.

Но Гновира уже ждало впереди множество молоденьких девочек-аристократок, лишённых магии! Чистые, ухоженные, без изъянов и увечий! Не то что дети холопов или рабов. А ведь юные девочки — это единственная страсть, передавшаяся ему от этого мира! Впрочем как и всех порождений бездны. Их желание «поглощать» рано или поздно перерастало в человеческую жадность и стремление к чему-нибудь земному: войне, богатству, плотским удовольствиям, алкоголю или власти. Что-нибудь обязательно оставляло след в псевдо-душе порождения бездны, меняя её безвозвратно.

* * *

Он бежал со всех ног, разрывая от натуги лёгкие занятого тела. Молодого тела, способного к росту и переменам! Его пальцы и ступни уже успели намного поменяться, став куда длинней и грубее, ногти сменились толстыми длинными когтями, а на голове уже начала рваться кожа, откуда медленно выползали маленькие пока рожки.

Архиман, как и любой высший демон, имел способности подстроить под себя любое тело смертных существ, какое удавалось занять после смерти вместилища. Хоть животных, хоть человека. Чем и воспользовался, стоило только сбежать из когтистых лап своих недавних пленителей.

Сожрав душу прошлого хозяина, пятнадцатилетнего парня, он выпил души всей его семьи, и даже большей части деревенских, в итоге кое-как восстановив свои силы. Однако за ним уже охотились больше месяца, не дав как следует подготовиться и отожраться, отчего бежать пришлось без оглядки.

Уже неделю он летел сквозь леса и перелески, убивая всё живое на своём пути. Несколько литров свежей крови животных и людей каждые пару дней давали его телу силы, а поглощённые души ускоряли и без того стремительные перемены молодого тела.

Неожиданно он вылетел на протоптанную тропинку.

Вот только не успел пробежать и ста метров, как земля под его ногами провалилась, и архиман со всей дури ухнул вниз, едва разминувшись с острыми кольями, — когти на руках помогли, замедлив падение. Когда же к его яме уже приближались возгласы охотников, он опёрся пальцами ног об острый конец ближайшего колышка, после чего одним пинком выкинул себя наверх. Кол от такого обращения аж трещинами пошёл, лопнув у своего основания, но службу свою сослужил!

— Держи тварь! — ревел один из двух воинов, что тащили железную сеть, перекрыв двухметровый проход через лес. Попытавшись накинуть её на беглеца, они замедлились, чем и воспользовался демон: стремительно перетёк левее, выйдя во фланг крикуна, молниеносно разорвал когтями сухожилия под его коленом, а когда тот начал заваливаться на землю, разорвал горло, впившись зубами в незащищённую шею второго бойца, начав поглощать его кровь. Но отужинать ему снова не дали.

— Бей его, братцы!

В левую ногу вдруг врезалось острое жало стрелы, ещё три пролетели мимо, а две и вовсе пристрелили его добычу. Сожрав отлетевшую было душу, демон выдернул стрелу из ноги, не обращая внимания ни на боль ни на кровь, после чего бросился на врагов.

Уклонившись от двух выпадов отточенной стали, он легко поймал руку одного, пнул под колено второго, вывернул локтевой сустав первому, всадив клинок в его же брюхо, после чего разорвал горло второму. Тотчас бросившись в новую схватку.

Демон двигался быстро, почти молниеносно, уклоняясь и перекатываясь, переходил на четыре лапы, и снова на две ноги, двигаясь словно разные виды животных. И каждый раз бил без всякой жалости с абсолютной точностью! Восемь трупов за сорок секунд…

— Харат! — взревел голос недалеко, и в его грудь полетела стрела из зелёного магического льда! Демон, действуя на инстинктах, отпустил последнюю жертву, перекатился, однако пролетевшая мимо стрела остановилась, ринувшись на цель со всё той же силой, продолжая преследовать тварь.

И демон наконец понял, что ему не увернуться. Замер, сосредоточившись на опасном объекте, после чего вспыхнул чёрным огнём! Вся местность вокруг выцвела, будто попала в чёрно-белый фильм. И даже магия, что угрожала его убить только что, стремительно истончилась, погаснув.

— Не… немыслимо… — просипел маг, потерявший все силы разом. Он не был сильным чародеем, едва ли достиг уровня полноценного мага, но даже так мощь демона была запредельной. Краски вокруг пропали, звёзды больше не светили над головой, а земля вокруг демона от его пламени уже начала взлетать вверх, обращаясь в белый прах. Трава, ветки, древесные стволы, трупы, насекомые и мелкие животные, и даже сам маг, — всё в радиусе пятидесяти метров начало медленно распадаться, поднимаясь в небо белым прахом. Словно песчаные фигурки, уносимые ветром. Монохром — чёрное пламя демонов уже начало убивать этот мир, соединяя его с планом инферно.

Глава 17

Ранним утром, ещё до рассвета Тристрам пробудился от жуткого воя и яркого свечения, залившего небо. Люди, одетые кое-как, начали боязливо выглядывать на улицу, почти сразу повскакивав с лежанок! И первое, что их встречало посреди ночи, это бело-оранжевые лучи, проносившиеся высоко в небе над всем поселением, бившие по глазам яркими вспышками. А падали они куда-то совсем далеко, породив за горизонтом красное зарево.

Бабы заголосили, испугавшись войны, дети пустились в рёв, многие просто попрятались, а мужики посмелее похватали кто что мог от кувалд до топоров, да ринулись к источнику жуткой бесовщины. Вот только хрен угадали — площадь-то была оцеплена людьми бароновыми! В первую очередь их мальчишками, чёрными стражами, как тех называли в народе. Но и простые дружинники тоже присутствовали.

А посреди площади теперь возвышалась гигантская чёрная башня, на вершине которой светились точно такие же символы, что его благородие раньше колдовал.

— Сахим! Эт чё ж творится тут? Никак его благородие что-то колдует, а? — окликнул одного из дружинников холоп похрабрее.

— А, Залим! Доброго утра. И вам, честнойнарод, тоже! Колдует… всю ночь тут просидел, и нас вот ни свет ни заря подняли. Говорят, чтоб вы тут с перепугу не обосрались! — тотчас заржал ополченец в мушкетом, — Магическая башня обороны будет! О как!

Вторя словам дружинника Сахима с вершины башни, над которой светилась зелёная пятиконечная звезда размерами с дом, снова звонко ухнул энергетический луч, исчезнув где-то за десяток километров отсюда.

— Ишь как лупит! Вражина никакая даже подойти не сможет!

— Ох-хо-хонюшки…

Многие из мужиков в основном молчали, а кое-кто и причитать начал, вздыхая над новой непонятной жутью. Её и без того на землях Кёнинга было много, а теперь ещё и башня смерти какая-то появится. Кто-то даже высказал эту мысль вслух, отчего дружинник тотчас потерял всю весёлость.

— Ты мне это брось! Забыл, как тут бандиты да инквизиция шалили? Ну так они напомнят, стоит только барону нашему на войну какую убыть. Ту же повинность императорскую никто не отменял. Так что думай, что несешь! Пусть хоть такая защита будет… авось хвосты поджарит недругам.

Резонность такого объяснения поддержало уже большинство присутствующих, начав смиряться с новшеством. Так что болтовня сама собой постепенно утихла.

Но не только простой люд сдёрнула с постели прицельная стрельба по секторам. Электра также свалилась со стула, рассыпав по полу бумаги. Она и сама не заметила, как задремала, пока пыталась расписать все плюсы и минусы отношений с Вальтером, так что теперь страдала от болей во всём теле — затекла.

Так что, когда она выбежала на улицу с остальными чародейками, на её лице успело отпечататься несколько десятков чёрных букв, добавив внешности девушки колориту. Ноги её едва гнулись, как и саднившая спина, отчего походка вышла какой-то странной. С трудом задрав голову на задубевшей шее, девушка с восхищением проводила новый бело-оранжевый луч света, улетевший куда-то за горизонт.

А тем временем Вальтер продолжал тестировать атакующую мощь башни, настраивая тип поражающего эффекта. Простой световой луч оказался слаб, сильно зависел от видимости или водяной взвеси в воздухе, и имел малую площадь поражения, из-за чего пришлось добавить в него огоньку. Тонкий плазменный поток высокой плотности, запертый в электромагнитном поле, стал идеальным вариантом, так как выходил куда эффективнее по всем параметрам кроме расхода энергии. Даже порождал взрывную волну и осколочное поражение в месте попадания, в отличие от лазера! Однако его угол раскрытия и плотность теперь требовалось тщательно настроить, дабы снизить лишние затраты энергии до минимума. А заодно и местность при этом зачистить от лишней зелени, обозначив границы безопасной территории и зону сплошного уничтожения.

Дальность при этом выходила весьма приличной! К счастью, местность от самого брода шла на подъём в сторону горного хребта, пусть и под едва заметным уклоном, так что Тристрам оказывался на небольшой возвышенности, отчего удалось захватить приличную площадь. И если в сторону горы Караско Вальтер мог настроить стрельбу и контроль пространства «всего» на шесть километров от города, то в противоположном направлении, куда вела единственная дорога в империю, удалось захватить все десять километров!

Вот и горели теперь леса по границе этого овала от нанесённых башней ударов, освобождая пространство для новой границы, в том числе по ту сторону реки. Эта рукотворная обгоревшая пустошь была необходима для лучшей регистрации нарушителей, ведь осуществлять эту функцию будет всё тот-же серебристый свет. Да и сам внешний вид чёрной испепелённой земли, тянущейся вокруг земель барона, должен был стать предостережением чужакам.

Зона отчуждения была шириной в полкилометра, что гарантировало регистрацию и уничтожение цели, какой-бы быстрой она ни была. А вот внутри ограждённой зоны башня уже не станет реагировать на чужих и своих, дабы не случилось несчастного случая. Конечно риск, оставляющий возможность диверсантам прорваться, но на него придётся пойти — у Вальтера пока не было решения, как настраивать систему распознавания свой\чужой. Так что башня в итоге будет херачить по всем!

— Пять миллионов, триста тысяч стандартных единиц энергии (сеэ) в башне… Каждая единица эквивалентна выстрелу из армейской лазерной винтовки. Каждый залп массива берёт двести сорок тысяч СЕЭ, поражая площадь в двести-двести пятьдесят квадратных метров, что позволяет сделать на полной заправке двадцать два выстрела. Что же, итоговый результат превзошёл всякие ожидания! — когда Вальтер закончил с зачисткой лесов, небо совсем посветлело, и из-за высоких гор, где-то там далеко, начало выглядывать солнышко. Правда красоту рассвета портил дым, поднимавшийся отовсюду, но этот пожар вскоре закончится. Всё же осень, и дожди идут очень часто. Не о чем беспокоиться…

Но рассветало в это время поздно, а значит сейчас уже часов восемь утра! Это сколько же он просидел здесь безвылазно? Часов восемь? Девять? Встав, Вальтер оглядел результат своего труда.

Чёрная башня диаметром почти восемь метров, имевшая форму пятиконечной звезды, светилась на самой вершине огромной пентаграммой, встроенной в общий массив сбора энергии. Это был не просто символ, а выплавленный в обсидиане барельеф, так что он не требовал дополнительной концентрации Вальтера. Эта звезда создавала над башней направленный поток энергии, напитывая все фантомные символы над ней той энергией, что копила в себе сама башня, и являлась по сути основой его охранной системы.

Над нею чуть выше теперь постоянно вращался в режиме авторотации шестисимвольный свастичный массив размером с пассажирскую газель, напоминавший по форме усечённый правильный конус, самый сложный и мощный из доступных барону массивов! А над всей этой красотой возвышалась ещё одна пятиконечная звезда размером с грузовик, горевшая ярким зелёным светом. Невероятное зрелище…

И уже над ней, ещё на десять метров выше башни, вращалась горизонтально расположенная серебристая свастика, испускавшая направленный свет на область обожжённой границы и в небо над городом. Этакая полусфера, покрывавшая всё вокруг себя кроме безопасной зоны вокруг Тристрама, очерченной пожарами. Она видела всё и всех, сигнализируя звезде о нарушителях территории, и уже та направляла атаку массива согласно приказов создателя, устраняя любую угрозу, в том числе ту, что летала по небу. В отличие же от земли, всё небо в радиусе пяти километров было запретным без каких-либо исключений!

Спрыгнув вниз, Вальтер придержал падение, примагнитив кинжал созданным полем, после чего мягко приземлился на землю. А там его уже встречала целая делегация!

Электра, Гера, Наяна, Роксана и Симона — все его чародейки. Последней барон тотчас отдал одолженный кинжал, улыбнувшись благодарной улыбкой.

— Роксана, для тебя есть назначение.

— Господин? — женщина вся превратилась в слух, ожидая приказов. Она уже давно просила какое-нибудь дело для себя, связанное с магией огня.

— С этого дня ты — хранительница башни. Следи за звездой на вершине постоянно! Пока она зелёная — запас сил башни полный. Если пожелтеет, значит половина выстрелов уже истрачена. И чем ближе к красному цвету её оттенок, тем меньше заряд башни.

— Как восполнить силы этого артефакта?

— Огонь. Много огня! У основания есть решётки, там следует разложить дрова. Много дров. Ты маг огня, и ты сможешь ускорить их горение без особых затрат. Личной силой даже не пытайся её зарядить — не осилишь. Твоя задача охранять башню и следить за огнём.

— Сделаю всё, что в моих силах! — кивнула Роксана.

Также чуть в стороне шумно болтали их медики — Галатея и Эльвира — что-то энергично обсуждая между собой. Увлечённые девушки, почти не вылезавшие из своей новой лекарни. За лето и осень ими было собрано столько лекарственных трав, что теперь приходилось перерабатывать их в настойки под личным контролем чуть ли не круглосуточно!

А ещё дальше столпился и обычный народ, состоявший в основном из мужиков и детей. Любопытства в глазах и тех и других было хоть отбавляй, а вот бабы все были где-то при деле, изредка поглядывая издалека.

— Ну и чего столпились? Если интересно, подойдите да пощупайте! Только аккуратно, — крикнул им Вальтер, после чего вновь обратил внимание на остальных чародеек, — Ну как, нравится?

Однако не успел он выслушать первый комментарий, как башня среагировала на воздушную угрозу. Вальтер тотчас связал своё восприятие с охранной системой, с облегчением узнав в нарушителе ту самую виверну. Красный зверь, перекормленный его силой, вёз на себе обновлённую капсулу, и явно только что прибыл со стороны Ордена Бури. Повезло, что Милдред и сама поняла, что творится что-то неправильное, прислав людей.

Вот только кроме виверны барон почуял ещё один источник огненной силы на этом крылатом транспорте. Силы, сходной со зверем, но куда более могущественной и чистой! Нахмурившись, он приказал Звезде игнорировать этого зверя, выдав по сути разрешение на полёты, и отправился встречать гостей.

— Электра, Гера — со мной!

— Что случилось? — встрепенулась принцесса.

— Гости из Ордена, — вторя его словам, прямо над башней пронеслось крылатое чудовище, породив целую волну ветра. На посадку оно пошло там же, где раньше — за перелеском. Оседлав Гелиоса, Вальтер подождал, пока девушки найдут своих коней, после чего вместе с ними пустился с места в галоп. Его всё сильнее беспокоил тот источник силы… ведь по мощи он почти не уступал и ему самому! Что это? Существо? Божественное проклятье? Или мифический артефакт?

* * *

Керонвуз-иль-Самин, или для друзей просто Самина, пребывала в форме небольшой птицы — радужного филина. Правда вместо радужной расцветки, её перья имели все оттенки красного — любимого цвета дракона. Благодаря чему она и сливалась со шкурой виверны, дополняя магическую маскировку визуальной. Древний дракон без труда нашла ту особь, что к невероятной её радости смогла пробудить целиком её родословную, но каково же было её удивление и негодование, когда магическая сущность поняла, что следствием метаморфозы стала чья-то чужая сила! При этом сила чистая, могущественная, превосходившая саму её природу огненного дракона!

Из-за чего истинная леди-дракон теперь пребывала в невероятной ревности, переходящей в гнев. Ведь как и все существа с природой огня, она очень легко поддавалась этому чувству. Однако опыт тысячелетий заставил её не действовать сразу, расшвыриваясь огнём налево и направо, как это бывало в юности, а подождать несколько месяцев, в надежде, что виверна приведёт её к источнику столь чистого пламени. Она хотела лично взглянуть в глаза тому дракону, что сунул свой нос в чужой огород!

И в итоге её план удался.

Слетев с шеи драконида, так и не заметившего незваного пассажира, огненно-рыжий филин стремительно снизился, перерезав путь трём всадникам, что скакали издалека. Одним из тех всадников и был тот самый источник пламени!

Горячий. Яркий. Чистый.

Обратившись в человеческую форму, Самина мягко приземлилась прямо на пути огромного жеребца, закованного в броню, с негодованием одёрнув подол своего платья.

— Я требую объяснений! — звонкий молодой голос загромыхал будто землетрясение, до жути напугав лошадей чародеек. Те едва их не скинули с себя, встав на дыбы. А вот Гелиосу было подобное до фонаря — он лишь копытом сильнее забил, ощущая за своей спиной ещё большую силу, — Кто ты такой, и какое право имеешь вмешиваться в мои планы?!

Глава 18

Девушка перед Вальтером была весьма колоритная: миниатюрная, с красивыми прямыми ножками, правильными чертами чуть округлого лица, и небольшой упругой грудью под коротким раскидистым платьем, подол которого впереди был очень коротким, намного выше коленок. Сзади же он опускался почти до земли, прикрывая золотистые сандалии, оплетавшиесвоим тонким ремешком голени девушки.

А два хвостика рыжих волос и светящиеся ровным оранжевым светом глаза безусловно дополняли очаровательный образ странной незнакомки, делая её похожей на богиню огня.

«Какая прелесть!» — неожиданно подумалось барону. — «Так бы и съел!»

— Я кажется вопрос задала! — начала заводиться огненная девица, — Назовись. Из какой дыры ты вылез, что я не узнаю твою ару?! Я знаю всех драконов этого мира! Сколько ты спал? — уперев руки в бока, девушка топнула ножкой, — Отвечай, наглая тварь!

— Хоум! — улыбнулся Вальтер под шлемом, — Какая прелесть…! Така-ая лапочка…

— Я! Тебе! Не лапочка!! — вспыхнув огнём, дракон обратилась в смазанную тень, бросившись в бой. Она атаковала барона так быстро, что мгновенно снесла его с Гелиоса, отправившись вместе с ним в далёкий полёт. Чародейки даже не успели заметить этот момент, с удивлением продолжив пялиться на опустевшего жеребца.

А тем временем сцепившаяся пара протаранила лес в пяти километрах по направлению к пустошам, выбив своими телами целый пласт земли и выворотив корни полувековых сосен. Горящие щепки и дымящаяся земля разлетелись во все стороны настоящим дождём!

Очутившись на ногах, Самина, державшая Вальтера за шею, раскрутила его вокруг себя, швырнув ещё дальше сквозь лес. Несмотря на малый размер, её сила и масса могли быть любыми по желанию дракона!

После чего, подняв вверх руки, девушка сформировала над ними колючий шар, состоявший словно из колотых льдинок оранжевого цвета, и швырнула его вслед противнику! Яркая вспышка, беззвучный огненный всполох, и в радиусе сотни метров от эпицентра лес осыпается прахом на расплавленную до состояния стекла землю. Даже дыма не образовалось!

— Знаешь, а неплохо. Что-нибудь ещё покажешь интересное? — тем не менее сам Вальтер стоял в кратере совершенно невредимый, и даже его чёрная броня ничуть не пострадала. А всё потому, что энергетическое воздействие легко гасилось его силой контроля. Другое дело, если драка перейдёт в план физического воздействия! Вот там придётся попотеть. Вальтер уже догадался, что столкнулся с каким-то мифическим существом этого мира, и желал поглядеть на весь арсенал этой миниатюрной фурии, планируя испытать свои силы. Ведь на неё не подействует пламя очищения, как на порождения бездны, а потому драка с ней будет чем-то совсем новым.

— Ты не дракон… и не человек, — тем временем нахмурилась девушка, — Как ты перехватил контроль моего пламени? Что ты такое?

— Хо-о, впечатляет. Значит ты заметила? Давай так, искорка, сумеешь ранить меня, и я расскажу тебе всё о себе. А нет… Знать не судьба, — развёл он руками как можно более пренебрежительно. Да, он видел, как легко злится эта девчонка. Он и сам едва сдерживал себя, дабы не впасть в азарт битвы и не выплеснуть на неё всю свою злость. Пришла какая-то пигалица, и смеет с него что-то требовать! Борзота!

— Червяк… — оскалилась Самина. — Наглец!

— Ну же, давай! — вспылил наконец барон, — Бей со всей силы, малышка, не сдерживайся! Покажи мне, на что способен этот мир!

И Самина ударила. За её спиной сформировались крылья из чистой магической силы, после чего, взмахнув ими, она стремглав врезалась в Вальтера, обрушив свой маленький, но очень тяжёлый кулачок прямо в чёрный знак погасшего солнца. От удара обсидиан треснул, вогнувшись внутрь, а Вальтера откинуло далеко вверх, сбив очередную порцию сосновых стволов! Но не успел он даже начать падать, как на него обрушился очередной удар крылатой бестии, а после ещё один, продолжая подбрасывать его вверх! И снова удар! И с каждым таким ударом во все стороны разлеталась горячая ударная волна, а обсидиан доспеха крошился и трескался всё сильнее, пропуская внутрь чудовищный кинетический урон. Оба противника взлетали всё выше и выше.

Очень скоро оба они пронзили облака, покинули атмосферу и, взлетев к самым звёздам, оказались на орбите! Продолжая отдаляться от планеты из-за набранной скорости, и Вальтер и Самина зависли в невесомости, не сговариваясь перейдя на общение мыслями. Воздуха, чтобы говорить вокруг, просто не оставалось.

«Я затолкаю тебя на самую тёмную часть нашей луны и оставлю там подыхать!» — ворвалась в разум барона гневная мысль леди-дракона.

Сам же Вальтер медленно огляделся, восхитившись давно забытой красотой звёзд. Солнце сияло здесь особенно ярко, едва-едва выглядывая из-за далёкой луны! Ещё несколько минут полёта, и они войдут в её тень.

«Помолчи, пожалуйста. Разве ты не видишь?»

«Что не вижу? Зубы мне не заговаривай!»

«Красота-то какая… Как же я давно не был настолько… свободным…» — раскинув руки в стороны, барон откинулся назад, пожелав насладиться невесомостью хоть ненадолго. Ни одна вражда не стоила даже минуты этого ощущения…

«Эй! Хватит меня игнорировать!» — попыталась привлечь к себе внимание Самина. Даже облетела его по окружности, наблюдая, как разбитая её ударами броня стремительно восстанавливается. В том числе отколовшиеся куски теперь возвращались назад, отовсюду слетаясь к своему хозяину белыми точками.

А Вальтер всё продолжал молчать, не откликаясь на её подначки. И тишина эта затянулась минут на пятнадцать, заставив притихнуть даже дракона. Но вот он наконец снова ожил, повернувшись к противнику.

«Ты даже не представляешь, как тебе повезло, искорка. Твои крылья бесподобны! Ты хоть понимаешь, каким сокровищем владеешь?»

«Пф!» — отвернулась она, продолжив любоваться космическими пространствами. Весь гнев её куда-то улетучился, просто растворившись в окружающей пустоте. Как и Вальтер, больше всего на свете она любила огонь и звёзды. Даже летала к солнцу раз в столетие, дабы полюбоваться этим гигантским океаном плазмы. Так что Самина понимала это странное существо как никто другой! Странное ощущение… Впервые за много тысячелетий она встретила кого-то столь похожего на неё. Пусть это существо и не походило на дракона.

«Ладно. Пора возвращаться! А то воздух у меня кончается. Здорово же ты меня отделала, искорка! Теперь моя очередь бить!» — стоило Вальтеру отослать мысль, как в них врезалась мощнейшая взрывная волна, отбросив назад к планете. Подбросив себя поближе к крылатой вражине, Вальтер схватил её за руку, едва не сломав кости предплечья, после чего с размаху засадил левый кулак в область печени. Не было ни взрывов, ни вспышек — обычный удар кулаком. Однако этого хватило, чтобы дракон скривился от боли. Удар! Ещё Удар! Тело мифического существа тем не менее было выносливым, прекрасно держа удар.

Уклонившись от контратаки, барон обхватил девчонку сзади, сцепив руки на её шее, вплотную прижавшись к миниатюрной спине. Из-за чего её крылья стали почти бесполезны!

Тотчас им в спину будто тараном двинуло. Падая, они начали всё сильней ускоряться, а за ними теперь клубилась реактивная струя, поражённая Вальтером. Спустя пару минут они и вовсе были окружены облаком плазмы, достигнув скорости в несколько махов. И уже в виде такой вот раскалённой кометы рухнули прямо в жерло потухшего вулкана Караско!

Это столкновение породило невероятную вспышку и взрыв, разметавший по округе всю верхнюю половину горы! Каменный дождь обрушился на немногочисленных осквернённых, расплавленный от удара камень начал растекаться по склону вниз, а недра земли хорошенько тряхнуло, возвещая о скором пробуждении старого исполина. И ни следа Вальтера или Самины не было даже когда пыль улеглась!

Но вскоре вулкан затрясло, вверх взметнулся фонтан лавы, а из разбитого жерла вынырнула гигантская голова рубинового дракона в своей полной форме. И между зубов его было зажато красное от температуры тело барона! Дракон пытался того раздавить, но мужчина упорно сопротивлялся, не давая сомкнуться его челюстям. Сверкнула яркая вспышка, огненный поток из пасти полыхнул словно гигантский гейзер, и в Вальтера тотчас ударил настоящий смертоносный луч, сходный с тем, что выдыхала виверна, только многократно мощнее. Смертоносный поток энергии выбил его из пасти, впечатал в землю, пробил часть горы, после чего вколотил супостат глубоко внутрь планеты, расплавив вокруг себя останки древнего города.

Полностью выбравшись наружу, шестилапый повелитель огня спрыгнул с вулкана, приземлившись у того самого места, где он последний раз видел врага. Вслушиваясь и внюхиваясь в эманации энергий, Самина пыталась понять, жив ли он ещё, или наконец ейудалось победить.

И как оказалось, Вальтер был жив.

Озеро лавы вдруг почернело, мгновенно застыв изуродованным камнем! Пылающая рубиновая шкура дракона потускнела, раскалённые когти потеряли свой блеск, а глаза и внутренности Самины вдруг резко похолодели. Потеря тепла началась столь стремительно, что она даже не успела отреагировать на него! Потеряв силу своих мышц и ослабнув от переохлаждения, шестилапый исполин рухнул на пузо.

А меж тем воздух и скалы вокруг уже начали покрываться изморосью, обрастая туманом… Дабы снизить потери тепла, леди-дракон сбросила полную форму, вновь обратившись в юную девушку. Только в этот раз ни светящихся глаз, ни огненных всполохов вокруг её платья не было, — лишь побелевшая кожа и рыжие волосы, покрытые инеем.

— Я думаю на этом нам стоит закончить, — откуда-то сзади подошёл Вальтер, во всё той же чёрно-красной броне. Казалось, его не коснулись все эти изменения вообще! А последняя атака не оставила даже царапины! Во всяком случае Самина их не заметила, хотя ударила в тот раз со всей своей силы.

Вдруг шлем Вальтера медленно начал разъезжаться в стороны, освобождая голову, сполз вниз, и сформировал подобие воротника, продолжив пылать там красными зубцами короны, также превратившейся в ворот. Перед драконом открылся вид на весьма молодого мужчину, лет двадцати, с красными волосами, торчащими вверх будто пламя костра, с точно такими же ресницами и бровями, и с красно-золотистым цветом глаз. А его аура вблизи и вовсе походила на настоящее солнце!

Вдруг Самина заметила, что его правая рука висит как-то неестественно, словно плетью. Улыбнувшись через силу, девушка встала с земли. Теперь ей придётся как-то выпутываться из этой ситуации…

— Похоже я всё-таки сумела ранить тебя. Разреши представиться, Керонвуз-иль-Самин, или Рубин что подобен Солнцу — так зовут меня в империи Зарукум. Для тебя просто Самина — что значит «солнечная», — подав тонкую ручку, девушка даже ни намёком не укорила Вальтера за всепроникающее ощущение холода, сдержав внутреннюю дрожь.

Её только что превзошли, подавили, отняли силу стихии! Поставили в зависимое положение по сути, что по меркам драконов означало полное превосходство противника. И способен был на подобное только тот, кто был многократно сильней и искуснее её в обращении с энергией огня! Она проиграла вчистую… а значит теперь с ней могут сделать всё что угодно, даже выпить её магию, окончательно убив. В этот самый момент Самине было до жути страшно, пусть она и пыталась скрыть своё состояние от собеседника.

— Приятно познакомиться, Искорка, — поцеловал барон протянутую ему ручку, — Вальтер Кёнинг, барон Сальдисской империи. А также древний дух пламени, рождённый вселенной на заре времён. Не согласится ли уважаемый дракон Самина стать моей гостьей и попутчицей в путешествиях?

— Почту за честь, — натянуто улыбнулась она, пересиливая боль от холода. Но вдруг дракон поняла, кто перед ней, и от этого понимания её словно молнией пронзило! Она что-то слышала о духах истинного пламени от своей матери, но было это настолько давно, что в те времена даже человеческих государств не существовало! От осознания того, с кем столкнулась, девушку пробрал ещё больший озноб. И Вальтер, наконец, это заметил.

— Ах, где же мои манеры! — всплеснул здоровой рукой барон, вернув дракону её огонь. Тотчас глаза девушки засияли, на волосах растаяла изморось, а в тело вернулось ощущение адской жары. — Идём, Искорка, познакомлю тебя со своими людьми.

Подав девушке руку, Вальтер притянул её ближе, обнял, прижав поплотнее к себе.

— Ох?!

— На этот раз вынужден просить тебя о небольшой помощи. Пешком добираться будет слишком затратно по времени. А лошадь мою мы с собой не захватили, — улыбнулся он в ответ на испуганный и смущённый взгляд.

— Ничего… Мне нетрудно, — распустив сияющие крылья, Самина взмыла вверх вместе с Вальтером, оставив позади проснувшийся ревущий вулкан.

Бедные осквернённые твари теперь были вынуждены бежать от разлившихся потоков всепожирающей лавы! Им пришлось отказаться от собственных логовищ, в том числе расположенных под землёй, и мигрировать дальше на север. В земли диких огнепоклонников, живших архаичными дикарями с древних времён.

Глава 19

Приземлялись они уже недалеко от виверны. Их естественно ждали.

Стоило только их ногам ступить на землю, а Вальтеру отпустить от себя миниатюрную деву с сияющими крыльями, как Милдред и несколько старших сестёр ордена опустились перед ним на колени. При этом из пассажирской капсулы вовсю выглядывали любопытные юные мордочки послушниц ордена.

— Ваши верные слуги прибыли как только это стало возможно, Господин. Прошу простить нашу дерзость, но мы вынуждены просить о милости.

— Милдред, и вы красавицы, встаньте. Что случилось? — поманив за собой женщину, Вальтер отошёл с ней чуть в сторону.

— В церкви большие чистки. Прибыла церковная армия Доминиона и под предлогом ереси навязывает нам свою власть. Император мёртв, его дети пропали… В стране смута, которая вскоре коснётся и нас, — начала Милдред с предельно серьёзным лицом.

— А значит скоро вас начнут приводить к присяге, и сто процентов снимут тебя с поста, навязав новое руководство, — заключил Вальтер, — Можно было бы сыграть на этом, не будь весь орден под печатью очищения. Вы просто физически не сможете врать о своей верности Церкви Доминиона! Выбор только один, как по мне — полная эвакуация ордена пока ещё есть время. Мои земли станут для вас надёжным убежищем, но и о связях с церковью вам придётся забыть. Будем защищать простых людей уже под моим флагом.

— Но как же… мы ведь Орден Бури… — растерялась Милдред.

— Что для вас и ваших людей первично, милая матриарх? Защита простых людей от спятивших магов Истока, или подчинение иерархам церкви? Мы можем создать новый орден, сформулировав новые постулаты, никак не связанные с церковью, что развяжет вам руки и сбережёт людей. Как аристократ, я имею право дать вам убежище на своих землях в конце концов! А с учётом того, что вскоре будет раздел графства моего рода, в связи с его низложением, я имею перспективу стать целым графом! И поверьте, земли предков я никому не отдам. Зубами вгрызусь.

— Я… я не могу принять решение одна, — сморщила бровки Милдред, — Это слишком кардинальный шаг…

— Лидер для того и нужен, чтобы в опасные моменты принимать сложные решения. В этом весь смысл, неужели ты забыла?! Доверься мне, Милдред, и я обещаю, ты не пожалеешь, — осознав, какая для него это возможность, Вальтер решил перетянуть на свою сторону чародеек полностью. Находясь здесь, они в сотни раз повысят обороноспособность его будущей армии и безопасность земель! А уж какая подмога будет для будущей промышленности и говорить нечего. Магия могла обеспечить настоящий технологический рывок!

Оставить же их один на один со всем миром означало обречь на смерть, или скорей на зачистку. Поняв, что их разум контролируется, пусть и частично, церковники выжгут весь орден калёным железом! А в то, что они идиоты, и ничего не заметят, Вальтер не верил.

— Я должна подумать, Вальтер. Дай мне немного времени, хотя бы до вечера…

— Хорошо, думай.

— Значит ты не будешь против, если наши послушницы останутся у тебя, пока всё не успокоится? — быстро перевела она тему разговора.

— Конечно нет! Вот только вопрос с жильём придётся как-то решать… Хм…

— Завтра прилетят ещё четыре виверны — все, что у нас остались. Привезут пятьсот девушек в общей сложности, плюс полторы сотни младших сестёр ранга «ученик». Мои чародейки построят для них временные землянки, баню. Утеплим их досками и соломой, спрессуем и подсушим магией! На эту зиму хватит. Мы часто работали в полях и лесах подобным образом, выслеживая беглых цзянши, так что опыт у нас огромный.

— Хорошо, так и поступим. А мои люди, как подморозит и подсушит, начнут наконец-то строить дома для своих семей. В освободившиеся же казармы постепенно переселим новоприбывших, чтобы не держать их под землёй до весны.

— Вот и договорились! У меня с собой ещё деньги в золотой монете, тысяч двести, и ещё куча личных вещей и бытовых артефактов. Как закончу с разгрузкой и приказами, позволь повидаться с дочкой. С ней ведь всё в порядке…?

— Насколько это возможно в её состоянии. Проклятье не обошло Электру, сама понимаешь.

— Понимаю… Послушай, Вальтер, — разговаривая наедине, Милдред старалась обращаться к нему по имени, — А кто это? — указала она взглядом на задумчивую девушку в шикарном платье, что стояла чуть в стороне.

— Это дракон.

— Кто?! — глаза женщины расширились до размеров блюдца.

— Дракон. Рубин что подобен Солнцу, как-то так звучит её имя.

— Керонвуз-иль-Самин…?! Хранитель правящей династии империи Зарукум?! Ты меня разыгрываешь? Скажи, что ты шутишь! — прошептала она, едва сдерживая эмоции.

— Ты разве не слышала грохот?

— Грохот? Слышала. Мы думали буря приближается, гром гремит.

— Нет, это мы немного помяли друг друга. Вулкана Караско из-за этого проснулся и снова извергается. Ну и всякого по мелочи ещё разрушили…

Поглядев поверх деревьев в сторону, где располагался вулкан, Милдред с удивлением разглядела высокий столб дыма, поднявшийся уже минимум на километр. И как она сразу не заметила!? До туда же всего километров тридцать.

— Обалдеть… дракон… И что теперь делать?

— Ничего, — пожал Вальтер плечами, — Она моя гостья и спутница. Надолго ли? Не знаю.

— Надолго… — помрачнела женщина, — У драконов есть свой кодекс чести. Если она согласилась пойти с тобой, значит ты её превзошёл в чём-то?

— Я лишил её огня. Временно.

— Ужас какой… — ещё сильнее помрачнела Милдред, — Ты по сути показал ей своё полное превосходство. По меркам драконов ты взял её в плен и подарил жизнь, пригласив следовать за тобой. Пока ты жив, она будет на твоей стороне… в твоей полной власти! О Исток всемогущий, наш Господин приручил древнего огненного дракона! — вознеся руки к небу и нервно рассмеявшись, женщина удалилась обратно к виверне, продолжая ворчать что-то себе под нос. Вальтер понял, что с разговорами стоит пока завязать, и занялся делом.

Подошёл к чародейкам, что его сопровождали, отдал указания по поводу людей и повозок, дабы перевезти всё имущество ордена. После чего сел на Гелиоса, и отправился инспектировать подходящее для землянок место. Все планы будущего обустройства Тристрама у него были в голове, и по этой причине новые стройки без него пока не обходились. Самину, естественно, он взял с собой, усадив перед собой боком. Как ни странно, но весьма вспыльчивая девица больше не сопротивлялась, спокойно принимая его решения.

«Милдред что, права получается? Не хватало ещё нарушить какие-нибудь традиции драконов по незнанию… Позже надо расспросить Искорку по этой теме», — с такими мыслями он и вернулся в город.

Раздал приказы, нарезал фронт работ, в том числе по раскройке леса, после чего спокойно сел дожидаться прибытия Милдред, попивая горячий чай из мяты и шиповника.

— Будешь? — обратился он к Самине, всё также молчаливо сидевшей с ним за столом.

— А? Не знаю. А что это? — наконец-то ожила дракон, подняв свои сияющие глаза.

— Напиток из ягод. Сладкий… Слушай, Искорка, а можешь притушить свои глазки? Очень уж они внимание привлекают.

— Могу… эм… Как мне к тебе обращаться? Я согласна, что ты победил меня. И я не отказываюсь от участи должника жизни, но… ты не дракон. И я не понимаю, чего от тебя ждать. Если ты не против, можем ли мы прояснить ситуацию? — приняв кружку с горячим сладким чаем, Самина пригубила немного, в целом оставшись довольной вкусом.

— Для начала расскажи, как вся эта традиция у драконов устроена. Что по вашим обычаям сегодня произошло, и на что я имею право по вашим же обычаям. Как ты понимаешь, я ни в зуб ногой в этих вопросах.

— В зуб чего? — не поняла девушка.

— Не суть. Просто присказка такая… из другого мира.

— Хорошо, — втянув в себя добрую половину кружки, дракон решила ответить со всей ей присущей честностью, — Мы редко сталкиваемся друг с другом в бою. Как правило, наши интересы просто не пересекаются — нас мало, а мир огромен. Но если такое всё же произошло, мы соревнуемся в искусстве управления магией и своей стихией. И в зависимости от силы сторон бывает обычно три итога. Первый — это ничья. Когда драконы равны, мы остаёмся при своих, межуя зоны нашего интереса. Ничего интересного в общем-то. Второй — небольшое превосходство. Такое бывает чаще всего. В этом случае победившая сторона выдвигает условия в рамках конфликта, а проигравший принимает их без всяких условий. На чём конфликт и кончается, — допив залпом вторую половину кружки, Самина со стуком опустила кружку на стол.

— И самая редкая ситуация — это полное превосходство. Редкая в первую очередь потому, что возможно такое лишь между древним и молодым поколением, а с младшими сородичами в спор как правило не вступают. Да и сами младшие сородичи, получившие жизнь едва ли тысячу лет назад, избегают контактов с теми, кто уже разменял сотни тысячелетий. Понимают, чем это им грозит! А итогов может быть несколько. Тот, кого подавили, теряет право на личную свободу, и его жизнью распоряжается победитель. Может приказать охранять какое-то место или жить где-то в определённой зоне, дабы более не встречаться. Как понимаешь, это самое мягкое наказание. Чаще всего побеждённый становится источником магии победителя, по сути кормом… Это ничем не отличается от рабства по человеческим понятиям. Ну и самое страшное — это быть поглощённым. Мы ведь не звери. Мы создания магии, и все наши знания, вся наша сила могут быть поглощены более сильной магией! Особенно, если перед этим было поражение с полным подавлением сил поглощаемого. Но так делают очень редко — убийство молодёжи не приветствуется в нашем обществе, хотя и не запрещено… Вот и я не могу понять, что дальше. Кто я теперь? Как расплачусь за свою проигранную жизнь? — с тревогой взглянув на Вальтера, Самина сложила ручки вместе. Вся её поза выдавала напряжение девушки, попавшей впервые в жизни в подобную ситуацию.

— Хм… Может я просто прощу тебе этот долг?

С грохотом упавшей лавки дракон подскочила на ноги. Одна из служанок, что была рядом словно тень и прислуживала хозяину, спешно бросилась поднимать предмет интерьера.

— Не смей! Это же бесчестие! Я превращусь в изгоя! — но вдруг поняв, как грубо разговаривает с Вальтером, села обратно, даже не заметив волшебного возвращения лавки, — Прости… нельзя так делать. За фатальный проигрыш я обязана отплатить чем-то соизмеримым со своей жизнью. А я древний дракон! Я была рождена от одного до полутора миллионов лет назад! Так что ничто кроме моей жизни не сравнится с моей свободой…

— Но я не дракон, — возразил барон.

— Не имеет значения. Ты победил — я проиграла. Когда-то с нами сражались боги смертных и также побеждали в бою. Есть много памятных свидетельств, когда такие драконы оставались служить им до конца времён. К примеру КуривЗавир — великий дракон льда после фатального проигрыша Богу Северного Ветра (богу людей) служил ему больше пяти тысяч лет, защищая главный остров. Пока их не разделили во время войны и не убили земное воплощение самого Бога Ветра его новые враги. Лишь после этого он стал временно свободным, ещё пару столетий восстанавливаясь после ранений! И если Бог ветра когда-нибудь воплотится вновь, КуривЗавир опять встанет под его руку. Мы никогда ничего не забываем и не отказываемся от своих решений!

— Уф! — тяжко выдохнув, Вальтер почесал лоб, — Дилемма…

Вальтер даже растерялся ненадолго. Но подумав немного, решил, что лучше сделать и жалеть, чем жалеть о не сделанном.

— Ну тогда добро пожаловать в свой новый дом, Искорка. С этого дня ты моя наложница. Раз уж твоя жизнь так ценна, то от долга ты освободишься, если подаришь мне дитя! Слышал я, драконы способны родить от кого угодно.

— Ох… Да. Нет, не совсем! Но я постараюсь, — улыбнулось ему в ответ магическое существо. — Я постараюсь. Благодарю за снисхождение.

— Какая-то ты слишком довольная…

— А что такого? — удивилась Самина, — Создавать жизнь куда лучше, чем отнимать её! Прикажи ты убивать твоих врагов всю оставшуюся жизнь, я была бы менее довольна. А так, это будет даже приятно, — лукаво улыбнулась девушка. — Древнего духа пламени у меня ещё не было!

После чего звонко по-девичьи рассмеялась, немного смутившись.

«Странная девочка… — подумал Кёнинг. — Но горячая!»

— Электра! Дочка! — в этот же момент ворвалась с улицы Милдред, стремглав бросившись по лестнице наверх. Вальтер едва успел внести её в разрешённый список лиц, дабы дверной проём не развеял в пепел бедную женщину. Поднявшись из-за стола, он направился за ней следом.

Самина также моментально оказалась рядом, скромно следуя за своим мужчиной. Пусть временно, но она сможет побывать в шкуре человеческой самки! Ещё и без умаления собственного положения — ведь Вальтер по праву заслужил своё доминирующее положение, подавив её силу.

Такого у неё ещё никогда не было! А новый опыт всегда развлекал вечно понурых драконов.

Глава 20

Вальтер уже начинал мандражировать от нетерпения, всё явственнее ощущая, что может опоздать. Ведь он сделал всё, что мог, для своего города и хотел как можно скорее отправиться в путь, на поиски своей семьи! Вот только и Орден он бросить тоже не мог, а ведь завтра прибудут новые виверны с людьми, и их как-то придётся проводить под зорким взглядом башни внутрь охраняемой территории. Остаться до завтра он просто не мог — это долго, да и неэффективно. И так почти сутки медлил…

Вот почему Вальтер решил использовать для этого Милдред. Дать ей право проводника — этакий живой пропуск на территорию его города, какой сможет запомнить звезда. В первую очередь для того, чтобы подтолкнуть к нужному для него решению, ведь, став частью этой безопасной земли, она перестанет воспринимать её как что-то чужое.

Та нашлась как раз в комнате Электры, разговаривая о чём-то с ней на повышенных тонах. О чём конкретно они говорили Вальтер мог подслушать, но и не хотел — ни к чему это. Тем не менее ждать он тоже не стал, громко постучав в дверь.

— Вальтер? Что-то случилось?

— Милдред, на пару слов, пожалуйста, — не стал он входить внутрь, позвав матриарха.

— Да, конечно, — тотчас оказалась та снаружи, — Что такое?

— Я забираю свою виверну. Пора отправляться на поиски моих родных, и родных Электры — время не ждёт. Может быть и кого-то из Линаэль найду, поглядим. Проблема в том, что охранная башня не пропустит твоих людей завтра — она будет стрелять по всем чужакам, что пересекут обожжённую границу. Сегодня вас пустил сюда я, но завтра меня не будет. Вот почему я дам тебе право проводника. Свяжись со своими, назначьте место посадки за пределами моих земель, после чего по одной виверне проведи их внутрь. Только так, чтобы на тебя падал свет башни! Поняла?

— Поняла… — нахмурила бровки женщина, — Что-то ещё, господин?

— Да, идём со мной на минутку. Башня должна тебя запомнить, а я ей выдам новый приказ. Прости, что прервал ваш разговор.

— Ничего страшного, позже договорю с этой непослушной девчонкой!

Вскоре все вчетвером они оказались на улице. Электра также увязалась следом, поглядывая с подозрением на миниатюрную Самину. Ростом где-то метр шестьдесят, стройная, но фигуристая, с милым, почти детским, лицом она вызывала в её женском сердце странную ревность.

Вся процедура не заняла и десяти минут. От башни на Милдред упал луч серебристого света, Вальтер постоял рядом с закрытыми глазами, и всё. Никаких тебе внешних эффектов и иллюминации!

— Всё готово. Теперь ты сможешь уходить и заходить в Тристрам когда захочешь. И даже людей с собой проводить. Не подведи меня, Милдред, я доверил тебе самое ценное — своих людей!

— Я не подведу тебя, Господин, — поклонилась женщина, — Благодарю тебя за доверие!

— Горыня!

— Я, господин командующий! — откликнулся солдат в чёрной броне, что стоял за воротами. Они уже всерьёз примелькались людям и чётко ассоциировались с властью барона, так что их всерьёз побаивались, не доставая.

— Собери группу! Грузись на подготовленный транспорт и за мной!

— Есть погрузиться на транспорт! — убежав собирать людей с разных концов площади, Горыня загнал всех на гружёную подводу, подъехав к баронскому особняку. Вальтер к этому времени уже вновь был на коне, с Саминой впереди. При этом девушка на этот раз нежно обнимала его за туловище!

* * *

Милдред и Электра молча проводили их взглядом…

— Видела? Он уже получил настоящего дракона! Будешь глазками хлопать, останешься за бортом. Ещё и без магии! Хватит строить из себя гордую дуру, Электра. Покорись ему уже наконец, сделай свою маму счастливой.

— Ну матушка…! — простонала девушка, ещё больше расстроившись.

— Что матушка? Мир рушится прямо на глазах. Если ты будешь с ним, мне так будет спокойнее…

— А сама-то!

— А что я?

— Он предложил переехать всему ордену сюда, в безопасное место, а ты нос воротишь.

— Пф! Я просто ещё ничего не решила…

— А что тут думать? Церковь истока столетиями разносит яд, превращая магов в монстров. Сейчас самое время отделиться от этих фанатиков. Тот же Вальтер для простых людей делает больше, чем все иерархи церкви вместе взятые! Не веришь? Посмотри, как здесь простые крестьяне живут, — развернувшись, Электра ушла домой ждать возвращения Вальтера. При этом девушку душила какая-то непонятная обида! Но дело было точно не в матери и её придирках…

Так или иначе, а мама её права. Если она будет медлить, Вальтера она потеряет навсегда… Тем более в её сравнительном списке по вопросу «связать жизнь с бароном Кёнингом» положительных пунктов было куда больше, чем отрицательных!

* * *

Пока барон гладил огромную морду драконида, требовавшего ласки от покровителя, из телеги его парни перегружали провизию, предметы быта и кухонную утварь — мало ли в лесу придётся ночевать. А ещё кроме всего с собой у них было два сундука с золотыми монетами, в общей сложности на сто тысяч кун нового образца. Зачем? Вальтер планировал нанять множество людей, может быть даже выкупить рабов, заключить торговые сделки на поставку провизии, и разменять часть золота на мелкую серебряную монету, которой так не хватало в его экономике. Да и просто деньги иметь с собой было полезно — мало ли где пригодятся!

— Все на борт! Остальным отойти в стороны! — шагнув внутрь новой обтекаемой капсулы, созданной словно из алюминия (хотя может и из него, кто его знает) барон задраил люк, заняв одно из ста пятидесяти сидячих мест. Четверо бойцов сели также рядом, всего в двух рядах от него. — Вы, ребята, может пока подремать. Лететь около часа, но это поможет отдохнуть.

— Так точно. Благодарю, господин барон, — откликнулся Горыня, начав переговариваться со своими друзьями вполголоса.

— Как твоя рука? — рядом с Вальтером села и Самина, сверкая уже новыми глазами, больше похожими на человеческие. Яркие, искрящиеся янтарные зрачки с красноватым отливом радужки заставляли буквально тонуть в них!

— Прекрасно, уже зажила, — покачал он правой рукой, сжав кулак.

— Ты крепче, чем кажешься… Это хорошо. И как я поняла, что-то случилось с твоей семьёй?

— Их прокляли. Лишили магии весь род, после чего попытались убить. Я хочу узнать их судьбу, и, если получится, спасти кого смогу.

— Проклятье крови… Наследие ковенанта костей. Помню этих мразей — из костей младенцев делали амулеты, а силу брали из эманаций смерти и душ убитых жертв! Похоже кто-то из героев прошлого оказался не таким уж героем.

— Ой… это вы? — откуда-то из отдельного закутка вышла девушка в закрытом балахоне. Как ни странно, это была всё та же пилот, что управляла виверной раньше, до её трансформации. Только на этот раз она использовала не прямую ментальную связь, а связь двух артефактов, созданных Вальтером: обсидиановой маски на лбу зверя, что передавало ей направление полёта, и карты империи из обсидиана, повторявшей местность, с фигуркой дракона, которую приходилось по ней переставлять.

Костыли, конечно, но ничего умнее барон придумать не смог. Маршрут и режим полёта теперь оставались полностью на усмотрение самого зверя!

— Здравствуй, Леся, как ты? Как твоя Лулу?

— Благодарю, Господин, всё хорошо. Правда без общего сознания тяжело с ней общаться… Ом. Вы куда-то летите? А где матриарх?

— Она останется здесь встречать ваших сестёр. А у меня срочные дела. Так что летим к родовому замку Кёнингов!

— Конечно, отправимся немедленно, — коротко поклонившись, девушка скрылась в комнате управления, и вскоре живой самолёт в несколько могучих скачков поднялся в небе.

Парни сзади уснули почти мгновенно — как никак у них вся ночь без сна прошла! Благо позавтракать успели, так что теперь словно удавы отсыпались.

— Скажи, Вальтер, почему ты зовёшь меня искоркой? — спросила неожиданно дракон. Глаза её улыбались, хотя она пыталась выглядеть серьёзно.

— Ты яркая и миниатюрная. Тебе подходит.

— Вот как? А как ты назовёшь меня теперь? — вдруг тело Самины растворилось в оранжевую дымку, вытекло на свободное пространство и сформировалось в новое тело! Высокое, стройное, развитое везде, где это необходимо!

Её пылающий доспех, топорщившийся во все стороны шипами, едва ли скрывал всю прелесть женского тела, а огромные пылающие рога-шлем лишь дополняли образ героини из какой-нибудь корейской РПГ. И даже огромный пылающий меч был на месте, всем своим видом обещая врагу быструю смерть.

Воздух в капсуле мгновенно нагрелся.

— Что такое, милый, язык проглотил? — уже откровенно смеялась над ним дракон, — Драконы не имеют постоянной формы! Какая я больше всего в твоём вкусе? — вдруг её доспех и меч исчезли в искрящей вспышке, и Самина осталась совершенно обнажённой! Сжав руками свои полные груди, и даже поиграв ими немного, она повернулась сперва одним боком, потом другим, демонстрируя Вальтеру красоту своего тела, — Ну же? Неужели тебе нечего сказать? — опять рассмеялась девушка.

— Я… кхм! Я не смогу выбрать. Ты прекрасна в любом виде, Искорка, — наконец нашёлся что ответить Вальтер. От этой женщины теперь буквальный овеяло огнём похоти!

— Ну конечно, какой мужчина откажется от двух красоток сразу! — тотчас обратившись в рыжий туман, Самина вновь приняла свою миниатюрную форму, усевшись назад, Разумеется, в платье, — Буду время от времени радовать тебя разными своими формами, — погладила она его руку в броне, — Даже смогу что-нибудь себе отрастить и поиграть с твоими девочками, если ты будешь сильно занят.

— Кхм-кхм! Вот этого, пожалуй, не надо, — покачал барон головой, — Своих женщин я сам!

— Бука… жадина, — притворно надулась дракон. Тем не менее дальнейший путь они проделали уже в тишине, думая каждый о своём. И лишь когда виверна приземлилась, они разбудили молодых солдат, отправившись наружу.

А там их встретило одно только запустение, сдобренное редкими руинами замка. Выглядела местность так, словно там сперва ураган прошёлся, а после на замок сбросили с десяток многотонных бомб! Картина жуткая…

— Нда… хана родовому гнезду. Словно после атомной бомбёжки.

— Чую магию ветра. Старую, божественную… и ещё тьму. Много тьмы, — натуральным образом принюхалась Самина. — Не обращай внимание, мы просто чуем магию словно небесные змеи запах большой крови.

— Учту… Живых здесь нет, но внизу что-то странное. Не нравится мне тамошняя аура. Горыня! Разбейтесь на пары и прочешите местность!

Оставив на поверхности парней под прикрытием виверны, Вальтер двинулся к центру замка, где ощущались непонятные эманации. Там он нашёл спуск вниз, оставшийся от подвала замка, куда и спустился вместе с попутчицей.

Сперва ничего особенного не встретилось — коридоры как коридоры. Сыро, холодно и темно. Заставив корону на голове сиять ярче, Вальтер легко решил проблему освещения. Однако, спустившись на три уровня ниже, они наткнулись на очень странную картину — конец следующего перехода весь был покрыт какими-то молочно-белыми кристалликами с зелёными прожилками! И ощущались они для ифрита словно чёрная дыра, будто пустое место! Если рядом с ним ещё присутствовал естественный магический и тепловой фон, то там вдалеке Вальтер видел лишь пустоту и абсолютный холод… ради проверки он даже решил активировать эффект присутствия брони, дабы поглядеть, как кристаллы на это отреагируют.

— Эй, смотри! — указала Самина на край заражённой области, где белый ковёр медленно зашевелился, начав расти в их сторону. Барон тотчас деактивировал броню, что заставило кристаллы мгновенно остановиться.

— Они жрут тепло и магию, за счёт чего растут. Что это? Ты видела нечто подобное? — нахмурился он увиденной картине.

— Впервые вижу. Но могу точно сказать, что эти кристаллы не из нашего мира. Кто-то или что-то принесло их сюда. А что если…?

— Не смей! Не трогай. Сперва я проверю, — создав на пальце маленький огонёк белого пламени, барон Кёнинг отправил его по воздуху вперёд, уронив точно в середину белого ковра. Прозвучал стеклянный звон, и кристаллы в этом месте взрывообразно выросли, поглотив очищающую энергию ифрита, сформировав при этом целую небольшую гору из длинных сталагмитов прямо посреди коридора! Эффект оказался прямо противоположный ожиданию Вальтера.

— Тибериум какой-то, ей богу… Самина, мне нужно что-то живое. Птица или зверь какой. Можешь добыть?

— Легко! — стремглав вылетев из подвала в виде оранжевого облачка, дракон обратилась в хищного орла, начав прочёсывать область вокруг замка. Не прошло и десятка минут, как она притащила живого зайца, хоть и со следами когтей на шкуре. — Вот.

— Умничка, — подхватив ушастого за шкирку, Вальтер, не раздумывая, бросил его в дальний конец коридора. Зверь, попискивая, рухнул на ковёр из острых кристаллов, со звоном разбив парочку своей тушкой. Вот только на этом его путешествие и закончилось! Забившись в судорогах, зверёк моментально покрылся зелёным налётом, начавшим стремительный рост. Не прошло и тридцати секунд, как от зайца даже шкуры не осталось — Только скелет, обросший бело-зелёной заразой! Но что-то подсказывало ифриту, что и кости обратятся вскоре в белый кристалл…

— Его душа… — тоскливо заговорила Самина, — Его душа не смогла вырваться. Её поглотило! Вальтер, что это за дрянь?!

— Не знаю, но мне всё меньше нравится эта ситуация. Замок пал шесть дней назад. За шесть дней эта херня разрослась почти на все подвальные помещения… Отойди назад. И не вмешивайся, что бы ни случилось! Умрёшь, — придавив дракона тяжёлым взглядом прямо сквозь шлем, барон заставил её молча отойти чуть назад. А сам тем временем выбрал самый маленький кусочек белого ковра вдалеке, попытавшись вскрыть его мёртвую ауру. Если эта неведомая хрень и правда поглощает всю энергию вокруг себя, в том числе жизнь и смерть живых существ, то убить её можно, выпив накопленную энергию. И если он, как воплощение высших энергий, не сможет подобное провернуть, значит не сможет никто!

Глава 21

Белый кусочек размером с жёлудь рассыпался, и в Вальтера втянулась чистейшая энергия незнакомой природы! Ифрита тотчас скрючило от боли, а внутри его груди стремительно зародилось чувство пустоты, начавшее его пожирать. Самине со стороны показалось, будто пространство вокруг Вальтера скомкалось рваными лоскутами в единую точку, с хлопком исчезнув вместе с бароном и большей частью каменного коридора! Проморгавшись от вспышки, она увидела лишь пустоту…

— Вальтер…? Эй…? — осторожно позвав, и даже пошарив рукой на том месте, где только что был барон, дракон огня так и не дождалась ответа. И почти сразу, боязливо поглядев на жуткие кристаллы, обратилась в поток энергии, вылетев наружу. Вальтера следовало немедленно найти! У неё долг жизни перед этим существом, дьявол побери эти кристаллы! Если она так и останется в долгу перед ним, грош ей будет цена…

А тем временем Вальтер провалился в бесцветное ничто. Там не было ни направления, ни пустоты, ни даже времени — он был всегда и никогда одновременно! Даже мысли его не шли одна за другой, а существовали сразу все вместе, от самогопервого недоумения до панических переживаний. Только по этому признаку он и понял, где очутился.

«Варп…» — была одна из его мыслей. Он не любил варп и никогда не путешествовал по нему, так как это было слишком опасно, но всё же косвенно был знаком с этим странным подпространством, где обитали демоны. Не жители какого-нибудь плана инферно или бездны, а настоящие демоны! Способные сожрать часть вселенной просто появившись в материальном измерении!

И ифриту впервые стало по-настоящему страшно. Страшно от своего бессилия, страшно из-за неспособности противостоять возможной угрозе. Особенно в тот момент, когда из вороха ощущений он выудил чужое внимание, направленное на него словно на кусок мяса голодным хищником. Не способный что-либо сделать, он попробовал вызвать то самое чувство, что забросило его сюда, лишь бы как-то вырваться обратно наружу. Только сейчас он понял, что это за кристаллы и почему они не поддались его силам! Кристаллы и были варпом, проникшим в их материальный мир! И это была натуральная катастрофа…

* * *

Светлая Лега лично наблюдала за тем моментом, когда Вальтера выбросило в её родной план, и теперь она пребывала в смешанных чувствах. То, что энергия варпа, сконцентрированная в форме кристаллов, не убила его, уже было невероятно, но способность использовать эту силу для перемещения на изнанку миров ей и вовсе казалось чем-то немыслимым! По сути это был первый случай в истории вселенной, когда ифрит мог оперировать столь неземной энергетикой, чуждой его материальной природе… Да, это произошло бесконтрольно, но всё же произошло. И это самое главное! Отчего так? Она не знала. Это ещё предстояло ей выяснить.

И вот теперь, зависнув в воздухе над тем самым подвалом, и наблюдая, как местный дракон мечется в поисках пропавшего ифрита по небу, она всё ещё размышляла над своей дальнейшей судьбой. Как поступить? Вмешаться ли?

Лега до сих пор не хотела открыто участвовать в судьбе мира, ибо образ жизни невмешательства укоренился в ней за бесконечное время жизни вне всяких пределов, заставляя сомневаться и медлить, однако теперь она понимала, что, ничего не делая, она ничего не изменит. И это противоречие буквально разрывало её на части…!

— Ещё один мир, поглощённый варпом, ещё одна из тысяч ядовитых приманок… Всё, чтобы выжило несколько сотен Тёмных и Светлых Легов, — покачав белокурой головой, крылатое создание наконец приняло решение как поступить. — Я нашла своего чемпиона. Я помогу ему найти иное решение!

Исчезнув в варп переходе, Лега вернулась назад только к закату, как обычно перескочив во временном потоке немного в сторону. Вырвав Вальтера с изнанки миров, она перенесла его туда, где по её наблюдениям был ближайший хвост разросшейся гидры бездонных. Прищемив этот хвост, Вальтер сумеет не только найти своих родичей, но и подрежет крылья чёрной напасти!

А как справиться с кристаллами варпа она подскажет ему уже после того, как будет решена эта основная проблема. Больше Тёмные не смогут её упрекнуть в том, что ей плевать на умирающие миры!

* * *

Как он сумел вернуться обратно, Вальтер не понял. Просто в один момент он осознал себя лежащим на земле в луже грязи, воняющей дерьмом, в окружение множества разномастных людей. Но, даже лёжа лицом вниз с закрытыми глазами, он мог чувствовать и идентифицировать живых существ по одной только их ауре.

— Едрить тя в корень…! Это чё за страхолюд? — сквозь шум потрескивающего пожара, нарушавшего вязкую тишину, прорезался чей-то хриплый голос.

— Ты глянь, вроде живой. Откуда он взялся?

— Да прямо из ниоткуда! Вот те круг! Бегом за маркизом, ущербные! Маг это!

Наконец-то Вальтер пришёл немного в себя, сориентировавшись в пространстве. Пребывание в варпе сильно калечило его четырёхмерное восприятие, отчего понять, что где и когда, теперь было сложно… Он даже начал подниматься на ноги, когда ему прямо на голову обрушился чей-то топор! Но лезвие лишь бессильно звякнуло о вулканическое стекло, соскользнув в сторону.

— Мля… — не успев договорить, неизвестный получил в ответ удар кулаком в колено, после чего с воплем рухнул на согнувшуюся в обратном направлении ногу. Коленная чашечка и сустав приказали ему долго жить, и даже стальной наколенник не спас — сталь просто прогнулась внутрь себя! Следом о стеклянную броню звякнуло несколько арбалетных болтов, уйдя в рикошет с диким визгом, но подняться барону это уже не мешало. Видя судьбу первого, остальные не желали подходить к странному чужаку близко!

— Где я…? — не обращая внимания на два десятка небритых рыл, что окружили его, при том рыл явно бандитской наружности, он огляделся вокруг. Избы, колодец, заросшая грунтовка и множество голых по-осеннему яблонь, и пара горящих изб на краю посёлка. Из памяти его тотчас вырвалось воспоминание о поселении графства Кёнинг — деревня Микова. Большая была деревня, на сорок дворов, стоявшая на пути от столицы его графства на юго-запад, в сторону остальной империи. Он проезжал здесь несколько раз, когда путешествовали с отцом, но в памяти эта местность отпечаталась намертво. А вот окружившие его наёмники точно не были местными жителями…

Вдруг его взгляд зацепился за дальнюю картину, видимую сквозь просветы между окружившими его людьми в отблесках близких пожарищ. Колья. Много кольев, и на каждом восседал старик, мужик али старуха! Около сотни кольев, выстроенных в подобие коридора буквально взбесили барона, заставив оскалиться под глухим шлемом!

Это была его земля! Это были его люди! И какая-то мразь посмела здесь чинить геноцид!!

Вдруг его броня, всё также пылавшая узорами углей и языками огня, начала жечь своим пламенем всех, кто был рядом. Сперва люди начали мигать, морщиться, а спустя пару секунд буквально выть, держась за лицо. После чего все разом задымились и вспыхнули, начав кататься по земле, однако это их уже не могло спасти… спустя ещё секунд пять свежие трупы затихли, только сильнее разгораясь и обугливаясь. Вонь горелого мяса стала куда отчётливее, заполнив собой всё пространство.

— Мы прибыли к замку днём. А сейчас уже вечер… как долго я был в варпе? Вот сейчас и узнаем.

Переступив через несколько трупов, барон двинулся туда, откуда виделись ауры владеющих магией людей, заблаговременно погасив эффект присутствия. Всюду, куда бы он ни глядел, лежали трупы людей. Разрубленные, с вспоротыми животами и отсечёнными конечностями. При этом не только взрослые, но и детские тоже, что было особенно дико для Вальтера!

Чуть-чуть не дойдя до ряда из кольев, Вальтер Кёнинг встал словно вкопанный, разглядывая новую кровавую инсталляцию. На огромном дубе, достигавшем в обхвате метров семи, было прибито несколько детей в возрасте от пары лет до пяти-шести. Прибиты толстыми коваными гвоздями за ручки и ножки, а чтобы они не падали вниз, их горла были перетянуты тонкой верёвкой, с силой прижимающей головы детей к дереву. Казнённых было одиннадцать… одиннадцать малышей, чья жизнь оказалась никому не нужной. Чья вина оказалась лишь в том, что они родились на этой земле, в этих семьях, в неподходящее время смуты и беззакония. Все они были уже мертвы…

— Всех спалю дотла, суки! Всех…! — ифриту, больше всего ценившему юное пламя жизни, было физически больно смотреть на эту картину. Едва сдерживая слёзы, просившиеся наружу из-за накала эмоций, он взмахнул рукой, заставив дуб полыхать белым огнём. Всё дерево мгновенно обратилось в погребальный костёр, осветив и без того залитую закатным солнцем деревню.

Проводив взглядом объятое пламенем древо, Вальтер резко развернулся, направившись сквозь коридор из посаженных на кол людей твёрдым рубленым шагом. Из ста пятнадцати человек, кому была уготована эта жуткая казнь, трое ещё были живы, но с порванными внутренностями это было явно ненадолго. И потому, всё, что мог сделать Вальтер, это избавить этих бедняг от страданий, банально добив. Он не бог и не чудотворец, в конце концов…

Когда он подходил к краю жуткой череды посаженных на кол, уже все они полыхали в огне очищения, превратив его окружение в огромный фантасмагорический пожар. К самому же барону в этот момент вышла целая делегация из трёх чародеев, остановившись чуть вдалеке. Где-то за пределами улицы, на краю восприятия он слышал также топот копыт множества лошадей и крики людей, что говорило о наличии весьма приличных военных сил у этих тварей. Зачем они здесь? К чему эта жестокость?! Вальтер не мог понять.

Один из тех чародеев, что стояли перед ним, был одет по последней аристократической моде, а вот двое старших товарищей больше походили на средневековых учёных или античных философов, облачённые в длинные балахоны. Смотрели они на него с опаской, весьма высоко оценив качество и изощрённость доспеха. Такую форму и дизайн создать стоило огромных денег, а значит и хозяин брони был не из простых. Наверное по той же причине в руках стариков были массивные артефакты, гудевшие в магическом плане словно трансформаторы.

— Кто ты есть такой? — взял слово молодой аристократ, стоявший впереди, важно вздёрнув свой нос. Говорил он с акцентом. Сальдис не был его родным языком, и явно давался с трудом, из-за чего слова иной раз менялись местами.

— Вальтер Кёнинг. Барон. А ещё хозяин этого графства.

— Барон Кёнинг?! — на мгновение удивился худощавый хлыщ, — Тебя изгнали. У тебя есть нет права на земли! Теперь я, маркиз Арон деСабиро здесь хозяин!

— Хозяин? Ты? — как можно спокойнее начал Вальтер, — Что же ты, «хозяин», — издевательски выделил он это слово, — людей не бережёшь? Что за резня здесь творится, сраный ты говноед?! — вскоре сорвался он на натуральное рычание.

— Да как вы смеешь!! Эты тварь не уважать меня, не признать хозяин! Я приказать провести показательный казнь, только и всего. Другие селения сразу поумнеть, поймут кто здесь господин! Безродные твари. И ты тоже ответишь за свою дерзость, голубоглазая мразь!! С этого дня в мире будут новый порядок, где таким как ты нет места! Дядя, убей его, — даже не глянув на мага справа от себя, маркиз с высокомерным видом отдал приказ убить другого аристократа, будто попросил салфетку подтереться. Наверно и детей он приказал убить с таким-же выражением превосходства на лице.

Да, Вальтер носил имя и фамилию на германский манер земной истории, и даже использовал древний символ солнца — свастику. Но он не был нацистом. Для него, бессмертного духа огня, все люди были ценны лишь поступками и своим потенциалом, а не происхождением! И вот такое пренебрежение людскими жизнями просто по факту их социального положения и происхождения воспринималось им как какое-то дикое варварство, замешанное на лютой ненависти ко всему чужому!

— Нацист… опять нацисты… Когда же вы все сдохните?

Артефакт, переполненный силой смерти, вдруг раскрылся подобно цветку, и в сторону барона хлынули десятки чёрных теней. Было очевидно, что магия эта была весьма старой, основанной на человеческих жертвах, и являлась невероятно опасной для людей. Однако она не могла прикоснуться к пылающей душе ифрита! Чёрные тени кружили вокруг его тела будто коршуны, создав целую стену из мрака, но каждый раз, как пытались приблизиться, тут же с воем отлетали прочь.

— Что есть происходить? Почему он ещё не сдыхать?! — заволновался аристократ.

— Сейчас я его…! — второй чародей также активизировался, принявшись что-то шаманить. Над бароном тотчас начали проявляться фиолетовые колонны, связанные короткими цепями. Но были они столь реалистичны, что даже звон цепей был не отличим от настоящей стали. Стоило десятиметровым исполинам окончательно проявиться, как пять столбов рухнули вниз, с грохотом и звоном впечатав тело Вальтера в землю!

— Готов? — удовлетворённо спросил маркиз. Но в ответ получил только сдавленное сипение. — Ты есть игнорировать меня, презренный?!

— Вырывается, гад! Жив ещё! — просипел в ответ второй чародей, сжимая обеими руками изумруд, закованный в золотые обручи. Странный артефакт был явно не из этого времени, ибо таких изумрудов было уже не найти. Почти в два мужских кулака!

Наконец колонны звякнули, земля под ними задымилась, а духи чёрные вдруг опали вниз, рассыпавшись в невидимую труху. При этом в небо взлетел целый гейзер раскалённой плазмы! И чем дольше он горел, тем сильнее оплывали колонны, стекая вниз словно горячий воск.

Вскоре посреди обугленной земли и целой стены огня стоял совершенно невредимый барон Кёнинг. А сзади него с неба вдруг рухнуло что-то ярко-красное, обратившись в прекрасную деву!

— Вальтер, наконец я тебя нашла! Что произошло? Как ты оказался так далеко? — подошла она ближе, совершенно не боясь жуткого огня, начавшего лизать её ноги и платье.

Так ничего и не ответив, Вальтер ринулся в атаку, на ходу заблокировав новую магию. Заклинания были попроще, без подпитки артефактов, и откровенно не шли ни в какое сравнение даже с бароном Хасельхофом. Посредственные это были маги. Одно слово — фуфло.

Не теряя времени, барон одним молниеносным движением отсек ладонью голову маркиза, вогнав в его глазницу короткий шип из обсидиана. Захватил душу, привязал её к временному артефакту, после чего проделал всё тоже самое и с его соратниками. Последний даже попытался сбежать, используя артефакт левитации, но вывести его из строя, нарушив потоки магии в металле, оказалось проще простого. Зато после смерти троих чародеев активизировалась та самая конница, что держалась на расстоянии. Похоже приказ на атаку был отдан дистанционно.

— Самина, убей их всех, — кивнул он в сторону приближающейся конницы, — А мне поболтать нужно с этими гадами, — подхватив отрубленную голову с запертой в неё душой, барон Кёнинг сел прямо на окровавленную землю. Начался допрос.

Глава 22

На разразившийся за своей спиной грохот и яркие вспышки Вальтер не обращал никакого внимания, постаравшись сосредоточиться целиком и полностью на допросе. Точнее даже не допросе, а на тотальном потрошении души! Он в буквальном смысле вскрывал энергоконструкты её высших энергий, получая данные напрямую с помощью своих уникальных сил. При этом душа жертвы испытывала такие муки, что ни одна, даже самая изощрённая земная пытка не могла бы с ней сравниться. Душа ведь не могла отключиться от боли, не имела болевых рецепторов, что могли отмереть, и даже не могла привыкнуть к этим страданиям, как делало тело, продолжая ощущать свои повреждения в полной мере.

Вальтер осознанно выбрал именно такой способ получения знаний, обрекая души убитых им колдунов на посмертные муки. Не только потому что так быстрее, но и в качестве наказания за сделанное ими зло!

Очень скоро он узнал, что за человек купил земли графства, принадлежавшие лично Кёнингам, и даже точную цену, что его семья заплатила новому императору за титул маркиза и сами земли. Два миллиона золотых кун в слитках — приличный куш по любым меркам! А ведь ещё было четыре баронства, кроме его, что входили в состав графства Кёнинг, и с ними также могло случиться множество неприятностей, если уже не случилось. Вассалов свергнутого графского рода вряд ли пожалеют…

Тем не менее, дело было не только в земле, но и в долговременном плане по переселению народов заместо крестьян, нёсших на себе следы народов огнепоклонников. Местных холопов планировалось продать как рабов, а свободных банально загнать в долги, с последующей продажей большей части из них в другие страны планеты. Покупателей в мире хватало, в том числе таких, как Империя Зен, или каннибалы с полуострова Зерфестрог — это были те ещё ублюдки-оккультисты. Жестокие, первобытные некроманты, превратившие свой тропический полуостров в неприступную полуживую крепость. Болезни, проклятья, мёртвые армии зверей и людей, разбросанные в непроходимых джунглях, — всё это позволяло им отстаивать свою независимость, перемалывая раз за разом осмелевших оккупантов. В перерывах, правда, вырезая друг друга в борьбе за власть в оккультной иерархии, что было их обычным образом жизни. Если когда-нибудь Вальтер решит захватить те территории, ему придётся в буквальном смысле идти по трупам! Ибо мирного существования с каннибалами и некромантами просто не может быть.

После ликвидации местных, на освободившееся место должны были переселиться жители с перенаселённой части архипелага сотен островов Соргрос — торговой морской империи, державшей едва ли не половину мирового рынка этого вида перевозок! Вот откуда был этот заносчивый нацист. Пометив в своей памяти этот архипелаг как очередных врагов, Вальтер двинулся дальше по закоулкам памяти.

Дальше шли договорённости с местными о поставках редких ингредиентов, нужных для какого-то массового ритуала. Познаний хлыща в этом виде магии было вполне достаточно, чтобы определить масштаб колдовства. И вот тут-то было самое главное! По мыслям и предположениям самого маркиза в ритуале предполагалось использовать массовое жертвоприношение мужчин, обладающих даром к магии. А где взять разом столько одарённых? Конечно же среди аристократов! Чем и объясняла душа недавний переворот в Сальдисской империи. Проигравших тупо собирались пустить под нож, и теперь, благодаря этой самой душе, Вальтер знал, через кого и куда будут доставлены заказанные ингредиенты. А значит знал и сроки жертвоприношения, что давало определённый простор для действий! Где-то около месяца у него ещё было до казни его родных, что невероятно упокоило Вальтера.

Дальше пошла уже менее ценная, но всё же не бесполезная информация: политические расклады на островах и в мире, секреты родственников из рода де-Сабиро, планы на ближайшие империи и менее крупные страны, в какие новоиспечённый маркиз был посвящён в силу своего происхождения, — всё-таки старший сын одного из лордов совета! И на этом собственно всё. Читать воспоминания о любимых мальчиках (почему-то Вальтер не был этим удивлён) и еде маркиза, его предпочтениях в одежде, погоде и прочий мусор он не стал. Просто разорвал душу окончательно, спалив труп и оторванную голову до состояния пепла, сразу же взявшись за следующего.

С чародеями было проще и быстрее — разрозненные знания о магии, рунологии, алхимии, артефакторике, истории магии и великих чародеях прошлого были интересны, но всё же отложены на второй план. Вальтер просто пробежался по их сознательной жизни как можно скорее, скопировал всё, что представляло ценность, в свою память, после чего также развеял как и их неудачливого хозяина. Переработает и обдумает эти сведения он уже позже.

Поднявшись, Вальтер наконец-то решил проверить, как дела у Самины. Девушка нашлась в неожиданном месте — прямо у него за спиной, молча сидящая на коленках на японский манер, — поджав под себя ноги.

А вдалеке, между десятком разрушенных до основания домов, дымился целый ковёр из трупов лошадей и людей. Посреди которого двумя огромными кучами высились трупы каких-то монстров! В общей сложности сотни три наёмников в полном облачении…

— А-а эм… — не знал он с чего начать вопрос.

— Боевые звери полуострова Зерфестрог. Полумёртвые твари, не чувствующие ни боли ни усталости, — ответила на не заданный вопрос Самина. Вальтеру же эти твари больше всего напоминали чёрта из третьего ведьмака. Очень-очень похожие твари! Ещё и одетые в подобие костяной брони, защищавшей их шею, лапы и живот.

— Жаль, что всё так вышло, хорошая была деревенька, — вдруг заявила девушка, поднявшись на ноги. Отряхнулась, поправила подол платья, после чего сморщила носик. — Как мне надоел запах палёной плоти, ты бы знал… Для такой как я это считай проклятье.

— Разве? Я думал драконы любят жареное мясо.

— Ага, первые пару тысяч лет. Потом такую оскомину набивает, что аж воротит! Я теперь больше по рыбке…

Не говоря ни слова, барон выпустил на волю волны белого огня, как это делал всегда, когда хотел обыскать местность в кратчайшие сроки. Те разбредались по разорённому поселению, начав проникать всюду куда можно было просочиться. Убивали заразу, органические отходы, искали выживших, а заодно и трупы уничтожали, дабы не допустить заражения территории. Не прошло и пяти минут, как слой из обожжённых трупов исчез бесследно, оставив после себя лишь серый прах.

— Ой как замечательно! — захлопала в ладоши Самина, — Сразу дышать стало легче! Благодарю… что-то не так?

— Живые… Я живых нашёл! — неожиданно барон сорвался с места, стремглав преодолев домов шесть. Ворвался с разбегу в дом с выбитой дверью, окончательно выломав ту из косяка. Отбросил с пола массивное трюмо, выволок тяжёлый льняной половик, ставший чёрным от крови, после чего дёрнул показавшееся кованое кольцо вверх! Дубовая крышка взлетела к самому потолку, рухнув куда-то за печку вместе с вырванными петлями и запором, обнажив крутую деревянную лестницу, откуда моментально в лицо Вальтера дыхнуло запахом мочи и пота.

Потушив иллюминацию на доспехах и сняв шлем, как он делал недавно, аристократ медленно опустился вниз. Встретили его там шесть пар испуганных глаз, в основном девичьих, лет пяти-восьми. Но было и двое мальчишек постарше, державших в руках пищащие свертки.

— Как вы? Никто не ранен? — стараясь не пугать детей своим видом, Кёнинг говорил мягко, почти что ласково.

— Дядь… кто ты? Ты не похож на бандита… Бандиты уже ушли? Что с… с нашими родителями? — вышел чуть вперёд черноволосый и кареглазый мальчишка. Взгляд острый, хоть и влажный, руки побелели от напряжения, а всё одно вперёд вышел. Хотя было ему всего лет десять…

— Как тебя звать, храбрец?

— Аким…

— Очень приятно, Аким. Я Вальтер Кёнинг, младший сын графа Кёнинга. Родители ваши, к сожалению, мертвы. Мне жаль… Те, кто это сделал, тоже мертвы — мы заставили их заплатить за свои преступления, хоть и опоздали.

Тут вдруг раздался чих, потом кашель, а после и швырканье напополам с рёвом — в подвале было чертовски холодно, да и весть о смерти родных детей не обрадовала.

— Так, а ну-ка выбирайтесь наверх! Совсем уже замерзли, ребятки! — поднявшись по лестнице, Вальтер пустил вниз волну тепла, постаравшись поскорее прогреть ребятишек. А когда они начали по одному выбираться наверх, поднимал их, ставя на пол, при прикосновении пропуская через их тела пламя очищения. Это не только согревало озябших детей, но ещё и убивало инфекции и на корню задавило начавшуюся простуду. Особенно у грудничков — тем было совсем плохо! После чего уже появилась и Самина, моментально притянувшая к себе всё внимание детей. Что ни говори, а воин в жуткой чёрной броне не лучший кандидат в няньки.

— Посиди с ними пока, хорошо? А я слетаю за своими.

— Хорошо, только ты недолго, ладно? А то я совсем разучилась с человеческими детёнышами управляться… — смутилась дракон, держа на руках оба свёртка с младенцами. Те смешно морщили носики, улыбаясь, отчего Самина даже порозовела личиком, смутившись.

— Я быстро! Даже заскучать не успеешь.

Прямо над деревней Вальтер создал мощное магнитное поле, что выдернуло весь пригодный металл с земли и из руин. Гвозди, остатки петель, посуда из чугуна, оружие, элементы доспехов с поля бойни — всё это взметнулось вверх, быстро сформировав колючую железную кучу. После чего она раскалилась, расплавилась, и стала похожей на огромную каплю белого железа. По приказу ифрита эта масса опустилась вниз, почти к самой земле, после чего Вальтер буквально сел в неё, продавив доспехом рельефное седалище точно по своей фигуре. Вытянул подлокотники, создал широкое круглое основание, и подножку для удобного расположения ног. Кресло-самолёт было практически готово!

Ну а дальше капля просто остыла, затвердев в виде этого самого кресла, после чего поднялась в небо под воздействием магнитного поля. Так он и унёсся вверх, сидя в кресле, на огромной скорости полетев к оставленной виверне и группе своих молодых солдат. Его неожиданное исчезновение наверное жутко перепугало ребят! Если они, конечно, вообще заметили его отсутствие… Вальтер ведь приказал ждать, спустившись в подвал, и больше не выходил оттуда. А сколько времени он там проведёт, он им просто не говорил.

Как оказалось в итоге, не заметили. Парни старательно исполняли приказ, мониторя периметр развалин, благодаря чему сразу заметили его приближение. Удивились, конечно, что барон не в подвале, но вопросов не задавали. Собрались, сели в виверну и спокойно дождались, пока Вальтер завалил вход в подвалы замка.

При этом он не просто его завалил, взорвав, а ещё и расплавил целый этаж, создав монолитный слой камня на пути роста кристаллов варпа! Теоретически это должно было помочь выиграть хоть немного времени до того момента, как кристаллы окажутся на поверхности, вот только что делать потом, барон до сих пор даже не представлял…

А потому просто сделал, что мог, отправившись назад к оставленным им детям. Вальтеру уже было очевидно, что землю рода следовало брать под контроль, хотя бы с помощью наёмников. Однако перед этим следовало выбить официальное признание его прав на эти территории — его статус как графа. Пусть и формальный, этот статус сильно бы всё упростил в плане найма людей.

Тем более, что здесь следов своей семьи он так и не нашёл, пролетев мимо кассы. Если и был здесь подземный ход, или установка портал-перехода, они давно заросли чёртовыми кристаллами варпа! А значит следовало искать Кёнингов с другой стороны.

Ритуал! Он знал, что и когда будет доставлено в столицу империи с других островов и части огромного континента. Также он знал из памяти маркиза примерные параметры ритуала и требования к месту его проведения, а значит мог выйти сразу на организаторов, накрыв всю чёртову кодлу разом! А так как и за земли графства борьба шла на уровне императора и его двора, то дальнейшая цель Вальтера Кёнинга была однозначна — город Асзато́р! Ведь столица это не только официальная власть, но ещё и торговля, и рабы, и специалисты с технологиями. А ещё там гнездилась крупнейшая преступная организация — так называемый Синдикат! Счёт к которой у барона уже порядком поднакопился. А ведь тамошние шишки наверняка знают всё, что происходит в столице…

Так что по всем пунктам его дальнейший путь лежал именно в столицу империи.

Появление гигантской крылатой виверны произвело фурор на детей! На минутку они даже забыли о собственном горе, начав шумно обсуждать гигантского зверя. При этом той же Самине было очень приятно слышать хвалебные оды плодам её старания. Ибо именно от неё пошли эти виверны как вид.

Не забыв подобрать артефакты, кошели с деньгами и тубус с бумагами той троицы, что он убил, Вальтер погрузил детей в пассажирскую капсулу, дав пожевать что-то из овощей, после чего отправился обратно домой. Планы его поменялись довольно круто, а потому к визиту в столицу следовало как следует подготовиться. Да ту же цепь аристократа с собой прихватить, дабы никто не сомневался в его происхождении! Ведь фактически высшее общество столицы та ещё выгребная яма…

Глава 23

Их возвращение стало для всех неожиданным. Вальтер сразу предупреждал, что может сильно задержаться, и потому их прибытие уже к вечеру породило море суеты — чародейки попросту забеспокоились, не случилось ли что-то серьёзное. Что-то такое, что вынудило Вальтера срочно вернуться. Но всё оказалось не так плохо, как переживала Милдред — просто смена планов.

Привезённых детей тотчас отдали на руки девушкам из особняка, дав указание отмыть, откормить и найти кормилицу для грудных детей, уже пару раз закатывавших истерику от голода. После чего сам барон скрылся в своём кабинете, приказав ещё двум чародейкам отправиться вместе с ним в столицу. Вальтер планировал взять Геру, мага металла, и Наяну — архимага льда. Не потому, что ему требовалась огневая мощь, а для выполнения ими самостоятельных задач отдельно от Вальтера. У него и без того график ожидался загруженным, так что некоторым наймом и закупками материалов придётся заниматься его чародейкам самим.

Когда он уже заканчивал собирать списки специалистов, необходимых в первую очередь для его земли, и новых поставок под предполагаемые производства, в его двери постучали.

— Входи! — крикнул он не оборачиваясь.

— Ты ведь отправляешься в столицу, Вальтер… Я хочу полететь с тобой! — на пороге возникла Электра собственной персоной. Взгляд её был наполнен решимостью, однако в позе и движениях ощущалось серьёзное нервное напряжение, — И я… я… согласна, — опустила девушка смущённый взгляд.

— Согласна на что? — не сразу въехал в тему барон, так как занимался сбором важных бумаг.

— Не заставляй меня говорить это вслух… — стрельнула она в ответ глазками, вновь опустив взгляд, — Я и так чуть от волнения не схожу с ума, просто сделай всё сам. Ты мужчина или нет?!

Как получилось так, что она поменяла своё мнение? На самом деле очень просто. Промаявшись до самого вечера от осознания того, что жизнь уже начала проходить мимо неё, девушка просто представила, как будет жить дальше без магических сил, на непонятных правах, лишённая всякой гордости и авторитета. И Электре стало по-настоящему жутко… Пребывая в этом состоянии тоски несколько часов, она ещё раз всё обдумала, и теперь стать женой или наложницей Вальтера, потеряв часть своей свободы, уже не казалось ей настолько страшным. На самом деле Электра поняла, что её положение лишь укрепится, а возможности возрастут, ведь за ней будет стоять сильнейший из мужчин этого мира!

Вот теперь Вальтер понял всё правильно. Отложил в сторону бумаги, подошёл к девушке и молча взял её за руку, утянув за собой. Та словно под гипнозом, едва соображая от волнения, последовала за ним следом, опомнившись уже на втором этаже, в спальне барона.

— У нас не так много времени, так что начнём лечение прямо сейчас. Пожалуйста, ничего не бойся. А лучше просто закрой глаза, и доверься мне, — оставив Электру рядом с постелью, он отошёл ей за спину, вышел из брони, оставив ту стоять у стены, после чего совершенно голый подошёл к замершей девушке, нежно обняв её со спины. Та конечно вздрогнула чуть-чуть, но не отстранилась, позволив его рукам опуститься сперва на свою талию, а после и на бёдра. Шею Электры тут же начали покрывать нежные поцелуи…! И с каждым прикосновением чужих губ огонь желания разгорался в её теле всё сильнее, отстраняя на дальний план прошлые переживания и волнения. Девушка начала дышать глубже, размеренней, и даже стала отвечать на прикосновения, подаваясь навстречу Вальтеру. А когда его руки легли ей на грудь, несильно сжав, и вовсе едва слышно простонала.

Она и сама не заметила, как сильные мужские руки избавили её от одежды, играючи разобравшись с завязками. Корсет, рубашка, брюки и обувь одна за одной были сброшены на пол, а сама Электра наконец оказалась на кровати в горизонтальном положении. Пальцы Вальтера нежно прошлись по её животу, спустились к бёдрам, и вскоре прикоснулись к её цветку, начав медленно массировать невероятно влажный клитор.

— Ах! М-м-м! — впервые во весь голос застонала принцесса. Наконец-то её перестали волновать пустые переживания и сомнения, наконец-то она могла отдаться этому сводящему с ума чувству! Не заметив, как сама начала поглаживать волосы барона, девушка вдруг задвигала бёдрами в такт его движениям, стараясь усилить это ощущение! Когда же он оказался сверху, послушно раздвинула ножки, замерев в предвкушении. Член Вальтера скользнул внутрь без всякого сопротивления, почти не заметив девственную плеву, а Электру буквально выгнуло дугой от нахлынувшего наслаждения! Внутрь неё вошло не только тело Вальтера, но и его аура, буквально пронзившая девушку насквозь!

Вальтер, начав двигаться медленно, с каждой секундой всё сильнее ускорялся, и первый оргазм Электры не заставил себя долго ждать. Вонзив свои пальцы в его спину, она обхватила ногами тело мужчины, застонав во весь свой звонкий голос. Никто этого пока не заметил, но между её пальцев даже проскочила пара синих искорок! Однако Вальтер даже и не думал останавливаться.

Он чувствовал проклятье внутри Электры, и уже знал, что то дало трещину, но для его искоренения было ещё далеко! Так что, дав своей девочке отдышаться, перевернул её на живот, сменив позу. Поставил на колени и, подхватив её за локти, вошёл в неё уже сзади, почти не сдерживая свои порывы! В отличие от Эльзы и Норы тело Электры уже полностью сформировалось, было округлым, мягким и упругим, и её формы будили в нём ещё большее, чем обычно, желание, заставляя действовать агрессивно! Он хотел обладать ею, подавлять её, чувствовать своё доминирующее положение! При этом явная беззащитность девушки будила в нём и совсем иные чувства: желание оберегать, заботиться и буквально носить её на руках. И этот коктейль из чувств будоражил его кровь не хуже близкого извержения вулкана! Отчасти он была даже благодарен старому Вальтеру за его одержимость женщинами, что передалась в последствии и ему. Ифриту нравились эти новые ощущения!

Эта борьба двух тел продолжалась ещё минут пятнадцать, когда, чувствуя, как влагалище Электры сжимает его, Вальтер приготовился к новому её оргазму и всплеску силы. Но даже он не ожидал того, что случилось! Глаза девушки засветились, волосы встали дыбом, тело её изогнулось от спазма, и с громким стоном Электру охватили целые пучки молний, начавшие бить во все углы спальни! Из-за того, что Вальтер не перестал двигаться, оргазм её следовал за оргазмом, число и сила электрических разрядов росли, а их цвет медленно менялся от голубоватого к розовому! Проклятье крови и души, наложенные заговорщиками, наконец-то начало разрушаться, стремительно истончаясь, что позволило Вальтеру наконец-то отпустить свои ощущения, излившись в Электру со сдержанным стоном. С каждым новым толчком, с каким внутрь её тела вливалась горячая сперма, молнии девушки становились только сильнее, волнообразно краснея всё больше! Когда барон наконец-то закончил, их цвет уже был ярко-красным, а последний удар стихии даже пробил толстую деревянную стену насквозь, выбив целую тучу горящей щепки на улицу!

Почти сразу девушка тихо простонала что-то невнятное, рухнув на кровать в полнейшей отключке.

— Да уж блин… опять ремонт делать, — оглядев следы подпалин и обугленных борозд на стенах и потолке, Вальтер погасил все источники возгорания в комнате, погладил измученную Электру по растрёпанным волосам, и двинулся к гардеробу, — В следующий раз надо будет на открытом воздухе развлекаться, а то дом долго так не проживёт. Эх…

Приведя себя в порядок, он начал одеваться, тщательно подбирая одежду — дел всё ещё было по горло! Наряд должен был не только хоть немного соответствовать его статусу, но и нормально уживаться с его бронёй. Однако, несмотря на все его старания, ничего внятного так и не вышло. Вальтеру стало очевидно, что гардероб нужно кардинально менять! Ещё один пункт к делам в столице…

— Что здесь…?! — внутрь спальни вдруг влетела Милдред, в шоке уставившаяся на открывшуюся ей картину. Обозрела полуодетого Вальтера, перевела взгляд на бессознательную Электру на постели, оценила следы молний в комнате, и, облегчённо выдохнув, медленно вышла назад, — Слава богам! Наконец-то… — прикрыла она вскоре входную дверь.

— Что за бесцеремонность? Хмх, женщины…! Ну, без них было бы не так весело.

* * *

Проснулась Электра уже ночью. Она всё также лежала на кровати, правда теперь прикрытая шерстяным одеялом. В её пробуждавшееся сознание медленно возвращались воспоминания о произошедшем, отчего кровь вновь прилила к её лицу, заставив разволноваться, но уже не из-за неуверенности, а от простого возбуждения.

Однако кроме возбуждения она ощущала и иные яркие эмоции, чувствуя себя просто прекрасно! Впервые за многие месяцы Электра нашла в себе спокойную уверенность в том, что всё хорошо, в том, что теперь её жизнь идёт в правильном направлении. Ей даже из постели выбираться не хотелось — настолько было приятно ощущать знакомое тепло и вздыхать запах его постели. Она больше ни о чём не жалела, и ни в чём не сомневалась!

— А как магия?! — вспомнив вдруг о самом важном, Электра подскочила на кровати, уставившись на свои руки. Секунду спустя по ним пробежали красные искры, сложившись в могучий поток! Заворожённая этим зрелищем, девушка смотрела на руки минут десять, улыбаясь словно умалишённая. После чего наконец погасила молнии, закрыла лицо руками и заплакала. Рухнув обратно на кровать она была настолько рада, что даже рассмеялась сквозь слёзы!

— Очнулась наконец? А ну бегом одеваться! Иначе он без тебя улетит! — ворвалась вдруг в спальню её приёмная мать с ворохом одежды. И не простой одежды, а с шикарным платьем с корсетом, пригодным как для официального приёма, так и для короткого боя — особая версия одежды для чародеек ордена, должных присутствовать на официальных мероприятиях. Правда в этот раз без каких-либо знаков различия — гражданская версия, так сказать. Ещё и расшитая драгоценными камнями!

— Что смотришь? Надевай быстрее! Ты в столицу летишь. Наверняка и при дворе нового императора придётся побывать, — едва ли не насильно сдёрнув девушку с постели, Милдред и две вошедшие следом служанки очень быстро облачили её в наряд, также занявшись и укладкой волос. Минимум макияжа из под руки столичного алхимика, короткие сапожки белого цвета на каблуке, белое платье, заколки в волосах с брильянтами и изумрудами, расшитый аквамаринами и сапфирами высокий ворот, и невероятно соблазнительный вырез расшитого кружевами корсета. Выглядела Электра просто невероятно! Куда легче и элегантнее, чем аристократки в своих неподъёмных платья с каркасом юбок!

На улице её уже ждала кобыла с седлом для езды боком, и двое ребят из группы Горыни в качестве сопровождения. Тронувшись в путь прямо сходу, по темноте, они, пользуясь ночным зрением, буквально за уздцы довели её лошадь до виверны, где девушку наконец-то встретил Вальтер в своей неизменной броне.

— Как ты себя чувствуешь? — помог он спуститься ей с лошади, подхватив за талию. Поставил рядом с собой, нежно обняв.

Чуть смутившись, Электра наконец улыбнулась.

— Всё хорошо, благодарю тебя, — её взгляд наконец-то лучился прежней уверенностью и силой.

— Идём, — взяв её за руку, Вальтер вошёл в капсулу, где их уже ждала вся группа в полном составе. И даже Самина, пребывавшая всё в той же миниатюрной форме, подмигнула Электре, понимающе улыбнувшись. — В путь! Следующая остановка — город Асзато́р! Столица!

Грузно качнувшись, капсула вместе с виверной взмыла высоко в небо. В грузовом отсеке тотчас заволновались взятые с собой кони.

Глава 24

За бортом шумел прохладный воздух, завывая словно призрак, но внутри было тепло благодаря артефактам. И даже разряженный воздух трёхкилометровой высоты не портил настроение и не мешал людям отдыхать. Дорога до столицы заняла всю ночь, что позволило всем как следует отдохнуть, подготовившись мысленно к новым задачам.

Вальтер же провёл всё это время за изучением бумаг из того тубуса, что был при убитом маркизе. В серебристом корпусе нашлись письма, заметки о планах, жалованная грамота, подтверждавшая его статус маркиза, бумаги на земли Кёнингов, а также несколько торговых договоров на предъявителя, явно заключённые через представителя: поставки продовольствия, тканей, инструментов, строительных материалов, в том числе железной фурнитуры, и многого другого. Жирный улов! При том пунктом доставки значилась всё та же земля Кёнингов — небольшой городок в центре земель.

Ну и на десерт бумаги по вкладу в Имперском Банке на сумму в полмиллиона кун! Правда они были уже на самого маркиза лично и получить к ним доступ не представлялось возможным, во всяком случае честным путём. Однако даже так эти бумаги можно было продать тем, кто не скован узами закона или тем же родственникам маркиза де-Сабиро за долю малую. Хороший улов.

— Скоро посадка. Чудовищный двор номер Пять, как и планировалось, — вышла из своего закутка пилот виверны.

— Приготовиться! — собрал Вальтер бумаги назад в серебряный тубус.

* * *

После падения дома Кёнингов и остальных высших домов, потрясших страну, прошла едва ли неделя! Однако барон Диргер Сторн всё равно поспешил прибыть в столицу, ибо даже император не пережил этих потрясений, скончавшись. А значит требовалось как можно скорее засвидетельствовать своё почтение новому правителю, дабы передел сфер влияния его не затронул. Ему по сути было плевать, кто сидит на троне — лишь бы его дела не страдали. Так что оседлав десяток крылатых ящеров — осклизгов — он со своими людьми прибыл к столице буквально только что, проведя в воздушном седле, с короткими передышками, разумеется, двое суток. Неслыханная скорость! Мало кто мог позволить себе такую роскошь, как у них — содержать десяток этих прирученных чудовищ на постоянной основе. А всё благодаря медным шахтам на земле баронства, позволявшим им вести довольно сытную жизнь!

— Диргер Сторн собственной персоной! Ну надо же какие люди. Рад видеть тебя, сосед. Здоровья тебе и твоим людям! — совсем рядом с участком, где расположились их осклизги на отдых, образовалась небольшая делегация во главе с седобородым аристократом полноватого вида. Барон Немус Вонздорф — ещё один владелец баронства, входившего в состав графства Кёнинг.

— И тебе не хворать, друг Немус! — подойдя ближе, мужчина пожал предплечье собеседнику, как это было принято с давних времён. — Тоже на аудиенцию к императору? Как думаешь, долго придётся ждать?

— Тоже… ждать думаю будем недели три, а то и месяц. Дел нынче у нового императора море! Как дочери твои, здоровы ли? Как сын?

— Ох и не спрашивай…

Какое-то время шёл обычный светский разговор, пока сёстры Ордена Клыка, державшие Пятый Чудовищный Двор в предместьях столицы, обихаживали оставленных на их попечение тварей. Такие чудовищные дворы были разбросаны по всей империи, находясь у самых крупных городов, ибо летать над городом имели право только имперские войска. Все остальные обязаны были оставлять летающих тварей подальше от мест жительства людей под присмотром сестёр Ордена, где их не только держали на привязи, но и кормили, и даже лечили при необходимости. Разумеется, не бесплатно. Тот же месяц постоя был ой как недёшев!

Вдруг из-за леса, закрыв своей тенью добрую половину поля, вылетело гигантское чудовище с размахом крыльев не меньше сотни метров! Пронеслось прямо над головами, подняло ветер, пыль, огласило округу громогласным рёвом, после чего сделало пологий круг, направившись на посадку. Все присутствующие следили за этим чудом затаив дыхание и задрав головы так, что даже шапки пришлось руками придерживать.

— Ядрёна кочерыжка! Это чего такое прилетело?! — обведя взглядом площадку, барон Вонздорф отметил, что все остальные твари в страхе сжались в комок, пытаясь прикинуться камнем. И даже мерзкие осклизги перестали противно щёлкать, наконец-то утихнув. — Неужто дракон?

— Важнее не что, а кто. Капсулу видел на спине? Эх, сейчас бы глянуть хоть одним глазком… Ну и где там наши кони уже?! Не хочу я грязь ногами месить словно чернь какая!

Ждать пришлось недолго — дружина обоих аристократов до конюшен добралась быстро. Так что, оседлав пригнанных коней, оба барона со своими людьми поспешили к тому участку, где теперь над местностью высилась огромная королевская виверна. А из её наспинной капсулы по сходням прилетевшие люди уже спускали лошадей и выносили небольшие сундучки.

Виверна и правда поражала своей массой, размерами и грозным видом. Невиданная доселе красная шкура, множество шипов на голове и шее, массивный шипастый хвост и четыре огромных глаза — всё это нехило пугало любопытствующих людей. Но ещё больше взгляд привлекал воин в чёрно-красной броне с пугающим знаком на груди и спине. Этот знак, словно дыра в теле, был чёрным провалом, притягивающим взгляд, а огненное обрамление, будто бы стекавшее по контуру, лишь усиливало этот эффект. Красные всполохи по остальному телу и пылающая корона на голове при этом завершали жуткий образ неизвестного чародея. В том, что это чародей, люди не сомневались, ибо кто ещё способен на такую дерзость?! В стране, где вера в Исток имела подавляющее значение, а поклонение огню по сути было запрещено ещё сотни лет назад, такой вид можно было расценивать как вызов всей церкви Истока!

В этот самый момент по сходням вслед за остальными лошадьми, что привезли неизвестные, сошло новое чудовище — гигантский конь, закованный в точно такую же чёрную броню, что носил неизвестный воин. С пылающими огнём шипами на голове и шее, без гривы или даже хвоста, он создавал странное впечатление, при этом полностью с ног до головы закрытый в эту защиту, жеребец спокойно переставлял красные от жара копыта, заставляя траву под собой дымиться. Воин, разумеется, не стал ждать, с ходу запрыгнув в странное седло на спине лошади, поставив ноги в закрытые стремена, бывшие также частью брони зверя.

— Ну и чудище… тонны полторы наверно?

— Ты глянь, это ж принцесса Электра с ним! — вдруг Диргер толкнул локтем Немуса.

— Где?! Да ну…! Её же изгнали. И она поэтому приняла посвящение в орден бури!

— В орден она ушла, говорят по своему желанию…

— Может и так. А обратно зачем вернулась? Знаков ордена на ней нет. Неужто права на престол хочет предъявить?!

— Не знаю, друг. Но лезть в это я не буду и тебе не советую. Айда ходу отседова…

Развернувшись наконец, оба барона со своими людьми быстро удалились в сторону постоялого двора, что стоял в отдалении от чудовищного поля. После двух суток путешествия через пол-империи следовало всерьёз отдохнуть!

* * *

Вальтер и его люди естественно успели отдохнуть во время полёта, так что не нуждались в постое. Просто заплатили полторы тысячи золотых кун за двухнедельный отдых виверны, взяв срок с запасом, оплатили доставку стада коров в тридцать голов в качестве кормёжки, и удалились в сторону Асзато́ра. Тратить много времени на общение с чиновниками империи Вальтер всё равно не собирался. Удастся всё сделать в рамках местных законов — хорошо. Не удастся — да и хер с ними! Местные акты и указы были настолько запутаны и архаичны, что вся правовая система империи просилась под снос. А уж коррупция на местах и вовсе требовала тотальной зачистки всех аппаратов! Тут даже новую мануфактуру открыть без мохнатой лапы было невозможно, что уж говорить о раздаче титулов.

Короче, брать с этой империи кроме природных и человеческих ресурсов Вальтеру было нечего. То же рабство и кабала крестьян, к примеру, были слишком глубоко встроены в государственную структуру, чтобы безболезненно перестроить и интегрировать в свои планы эту громаду. А значит и без большой крови там не обойтись — только под снос.

Потому Вальтер не обольщался. Основная причина лететь сюда заключалась именно в его семье и в торговых сделках, а не в попытке подлизать жопу новому императору. Напротив, если Вальтеру не понравится нынешняя власть, он может и вовсе послать официальную Империю на три буквы, заявив о своей независимости и самостоятельности. После чего начать с чистой совестью захват территорий и угон людей на свои земли, постепенно расширяя личные границы. Сил у него более, чем достаточно, для подобного сценария! Особенно, если орден всё-таки решит сменить место жительства. Или, в крайнем случае, поднимет на воздух центры крупнейших городов страны, обезглавив своего вероятного врага и породив хаос на его территории. Он ведь не обещал не взрывать аристократов. Только не жечь сами города и население! А слово он своё всегда держит.

Десяток километров, что остался до города, проходил по центральному тракту — широкой дороге, мощёной на римский манер. Даже с высоты Гелиоса было видно, что камни лежат здесь сотни лет, а сам тракт давно не подвергался ремонту, изобилуя сколами, выбоинами и вымоинами.

Тем не менее, их группа, состоявшая из девяти всадников, словно ледокол прорубалась сквозь людские потоки не сбавляя ход. Мужики, мастеровые, и даже некоторые чиновники империи уступали им путь, охая от испуга, да возводя пред собой символ веры в Исток. А всё потому, что Вальтер в своей огненной броне ехал первым, до усрачки пугая обывателей.

— Странно. Я думал, меня сразу остановят из-за внешнего вида, начнут разбираться кто и откуда. А здесь даже постов нет, не говоря уже о патрулях. Разгильдяйство! — ворчал сам себе под нос барон Кёнинг. И как видно боги его услышали.

В общем, накаркал.

За пару километров до посада, окружавшего сам город, им навстречу выехал большой конный патруль, состоящий из рейтар в полной боевой экипировке: тяжёлые шпаги, пистоли, мушкеты, и даже короткие луки были к сёдлам приторочены, ну а корпус бойцов был закован в толстые кирасы, способные остановить даже пистолетную пулю. Артефактов при них не наблюдалось.

— Стоять на месте именем императора! — окружили их тотчас, перекрыв по сути дорогу в оба направления. Но другие путешественники не возражали, и даже постарались разбежаться в разные стороны, оказавшись как можно дальше от места стычки.

— В чём дело? — взял слово барон.

— В чём дело?! Ты себя видел, чучело? Сними шлем, сдайте оружие, и следуй за нами, — со стороны рейтар говорил капитан городской стражи, вынужденный реагировать на странные донесения. Ему не улыбалось бегать на посылках у церкви, однако проигнорировать сообщение о появлении явных огнепоклонников он не мог. А потому с отрядом выехал из города, дабы разоружить нарушителей за пределами жилой зоны, где ущерб был бы минимален.

— Я барон Вальтер Кёнинг, а это мои люди — дружина, и придворные чародейки, — шлем его разъехался в стороны, собравшись на плечах в виде высокого воротника, благодаря чему все смогли увидеть его лицо и цепь с медальоном владения, где были выбиты его регалии и символ барона, — Я и сам чародей, так что оружие мне ни к чему. Ещё вопросы, капитан?

— Барон Кёнинг, ваше благородие, — тут же подобрался тот, поклонившись, — Вынужден сообщить, что вас обвиняют в нарушении правил вражды, в угоне крестьян с земли Хасельхофов, с последующей продажей их в рабство. Вы обязаны прибыть в дворянский суд, на слушание вашего дела. Через… — тут капитан задумался, что-то вспоминая, — через пять дней.

— Интересно, почему я до сих пор об этом не знаю? Не прибудь я в столицу, и меня бы признали клятвопреступником. Так?

— Не могу знать, ваше благородие, — быстро поспешил снять с себя вину капитан, — Моё дело лишь сообщить вам об этом, а кто доставлял послание в ваши земли — не наше дело! Ах да, и о вашем внешнем виде я также вынужден доложить в Палату Совета Общин. Ношение символов огня запрещено императорским указом ещё семьсот лет назад.

— Учту. У тебя всё, капитан?

— Так точно, ваше благородие… Нет! Не всё! — соскочив с лошади, он низко склонился, до самого пояса продолжая говорить, — Прошу простить меня за оброненную недавно фразу про «чучело». Я не думал, что аристократ будет носить подобное!

— Прощаю. Иди, — проводив взглядом растерянных солдат, со сдержанной жадностью разглядывавших его спутниц, барон нахмурился. Проблемы уже начались, а они ещё даже в город не вошли.

— Что за история с угоном крестьян? — нахмурилась Электра, — Я чего-то не знаю?

— Без понятия. По землям Хасельхофов я не грабил, разрушил только сам особняк. Вероятно, кто-то прикрылся моим именем, либо улики банально сфабриковали, чтобы лишить меня титула. Работорговля гражданами империи с соседней империей приравнена к предательству дворянства и самого императора…

— И что будем делать?

— Ничего, — ухмыльнулся барон, — Чем ближе я к столице, тем большее отвращение испытываю. Здесь буквально смердит человеческими пороками и гнилью! — сморщив нос, Вальтер скривился всем лицом, — Я всё меньше хочу просто быть здесь, не говоря уже о том, чтобы вести дела с местными. Идём…

Глава 25

Посад любого современного города представлял собой нагромождение мелких домиков, хибар, трущоб и просто каких-то шалашей в особо убогих районах, располагавшихся близко к сточным каналам города, благодаря чему был похож на настоящий человейник. Хоть какой-то порядок поддерживался стражей вдоль основных торговых трактов, выходивших из основного города, располагавшегося за стеной, между ними же царило по сути беззаконие. При том беззаконие самое беззубое и неорганизованное — считай те же банды гопников, карманников-одиночек, наркоторговцев самого низкого пошиба и прочей швали. За стенами же располагалась публика куда более презентабельной, если можно так выразиться, торговавшая не только чистейшим гашишем, но и кристаллами льда для чародеев, а уж домушники и вовсе представляли собой целую гильдию, где можно было купить защиту от грабежей, чем многие богатые люди успешно пользовались. На стражу полагаться было опасно — ещё и сам виноват останешься!

И вот теперь Вальтер, Электра, Самина, Наяна, Симона, а также четверо воинов барона — Горыня, Артур, Булат и Тиран — двигались по одному из таких трактов с осторожностью, и даже сдержанным омерзением посматривая по округе.

Опасаться здесь было особо нечего, ибо день, и их внешний вид не располагал к близким знакомствам, — особенно Вальтера. Однако быть настороже за пределами земель Вальтера уже вошло в привычку у всех без исключения в этой группе.

Да и посмотреть здесь было на что, а также послушать.

* * *

— Да те отвечаю, чистейший гашиш! Не разбавленный! Сам такой курю и жую — уносит в самые небеса!

— Не, дорого… Может в долг?

— А хер тебе не дать пососать? В долг…

* * *

— Стой! Держи воришку! — орал хозяин лотка с фруктами и овощами вслед оборванцу лет пятнадцати.

— Кхе…! — получил тот неожиданно в челюсть локтем от прохожего.

— На! — от хозяина лотка, догнавшего воришку сразу последовал пинок по рёбрам, — Сучий сын! Ублюдок, чтоб ты сдох!

— Эй, Гимон! Лоток! — крикнула какая-то баба в стороне. После чего хозяин бросился вслед за целой стаей ребят, что облепили его сокровищницу.

— Мрази! Убью! — словно взбесившийся медведь начал он гоняться за юркими мальчишкам. Но беспризорники лихо растворились в толпе, и даже избитый первый исчез незаметно.

* * *

— Ларей, слушай, а пришли ещё раз свою дочку… По хозяйству мне помочь, а? А я тебе серебряный один прощу.

— Хе. Понравилась значит, милздарь Кумиш?

— Ну дык…! Пятнадцать лет всего, да такая ласковая, — мечтательно прошептал богато одетый мужчина другому, куда более бедному, — Пришлёшь?

— Вечером жди. Чего бы уважаемому человеку и не помочь?

— Добро! За тобой тогда ещё два серебряных.

* * *

— Маленькая сука! Дрянь! Ты думаешь, я тебя просто так кормлю?! Благодари Исток, что я вообще тебя подобрала! Сердце у меня слишком доброе видать, — раздавались шлепки и хриплый женский голос из окна далёкой покосившейся лачуги, что стояла в одном из переулков, — Хватит уже на моей шее сидеть, шалава малолетняя! Иди и без серебряной куны не возвращайся! А я знаю? Ноги раздвинь перед стражей али бандитами, если красть не умеешь, — тринадцать лет есть уже, да и кровь идёт — я сама видела. И даже не думай сбежать — враз парни Хилого прищучат. Уж я-то кого попросить знаю! Пшла вон, пёсья кровь!

Вскоре из этой хибарки вышла небольшая щуплая девочка вся в слезах, и с щеками красными от побоев. С губ её стекал кровавый подтёк. Одета она была неброско, но было видно, что когда-то платьице шилось из хорошей ткани и руками умелого мастера, хоть и пережило с тех времён море невзгод. Но что особенно удивило Вальтера, так это невиданная для этой местности чистота девочки, как душевная и аурная, так и телесная. Даже следов застарелых болезней не было заметно. Было впечатление, что эта кроха вообще не отсюда! Другие же местные выглядели словно куча грязи, размазанной по ауре неровными мазками. А уж какой здесь стоял запах нечистот и мерзких грехов, было просто не передать словами! Вальтер уже пожалел, что не перелетел эту местность по воздуху.

Развернув своего огромного жеребца, нависавшего над всеми остальными лошадьми словно гигант над карликами, он двинулся в сторону этой хибары. Его спутники молча повернули следом, не задавая вопросов, благодаря чему левая сторона улицы, заполненная прохожими, враз разошлась в стороны, будто кто ножом полоснул. Но на шепотки и ворчание толпы, провожавшей их взглядами в переулок, барон не обращал внимания.

Окна на всех ближайших домах в раз захлопнулись, а люди, что сновали здесь, попрятались подальше от непонятного действа. Видать были научены горьким опытом жизни в посаде столицы.

Девочка заметила его издали, метров с десяти, в шоке остановившись. Забыв про слёзы, боль на лице, и проблемы заработка денег в столь юном возрасте, она с непониманием, страхом и странной надеждой в глазах уставилась в глаза пылающего всадника. Тот остановился от неё метрах в трёх, со странным интересом начав разглядывать. Отчего у юного создания в ногах начало слабеть от волнения, а щёки ещё больше запылали. Только теперь уже не от побоев, а от смущения. И даже синий фингал под её левым глазом стал почти фиолетовым от такого смущения.

— Что-то не так, господин? — наконец нашла она в себе силы спросить. Подняла взгляд, ещё раз оглядела мужчину и его спутниц.

— Да вот, интересно мне, как такая как ты здесь оказалась? Откуда ты? Не нужна ли тебе помощь одного из Кёнингов?

— Кёнинги?! — узнавание фамилии было легко прочитать на лице девочки. И не просто узнавания, но и понимания, кто это такие. Потому как всё напускное безразличие и смирение с неё сдуло мгновенно. Подобравшись, выпрямившись, девочка поклонилась как того требовали манеры, как слуга старшему аристократу, — в глубоком реверансе.

— Моё имя Нурия, господин, я из семьи Ойвен, из родовых слуг дома Линаэль! После смерти родных и падения дома Линаэль, я свободна от старых обязательств. А потому умоляю вас взять меня на службу! — она так и замерла, склонившись и согнув свои худенькие ножки, покуда ей не дали ответ.

— А?! Это чего тут… — из хибары, боги знают как ещё не развалившейся, вышла полная тётка, с перемазанным сажей лицом, в деревянных башмаках да в грубом платье, сшитом из серого сукна. — Так… э… А вы хто, господин хороший? И чего от моей девочки надо?

— Тебе знать это ни к чему. Девочку я забираю, — обратил Вальтер наконец на неё взгляд.

— То есть как? — опешила та, — Я её что ли зря столько дней выхаживала и кормила?

Вдруг воздух зазвенел, а в ловкую руку тётки влетел жёлтый кругляш, оказавшийся золотым куном. Огромное состояние даже по городским меркам — в трущобах на него можно год жить! Не очень сытно, но всё же год.

— Ох… Может сойдёмся на двух? — тотчас подхватила волну наглая баба.

— Да ты никак ополоумела, старая?! — оскалилась стоявшая рядом Электра, подняв руку, сверкавшую красными искрами, — Условия будешь нашему барону ставить?!

— Нет-нет-нет! — тотчас замахала та руками, — Исток упаси, госпожа чародейка, я на всё согласна! Пусть идёт, — после чего спешно удалилась прочь от дома. Золото-то видели соседи! Как бы не ограбили ночью… А местные банды ещё и ростовщичеством промышляли, у них можно было деньги на сохранение оставить, у кого те имелись. Если конечно дойдёшь живым и целым до тех ростовщиков. А знакомцы у тётки той имелись! За долю малую помогут.

— Электра, — кивнул он на расплакавшуюся от неожиданного облегчения и счастья девочку, — Возьми её. Идём скорей найдём место для постоя. Подальше от этого… смрада.

Посад дальше стал чуть более свободным, что позволило проскакать его быстрее, почти без задержек. Лишь на входе в основной город на воротах их порасспросили, но увидев серебро и цепь с пластиной барона тотчас пропустили внутрь. И даже без досмотра сундуков, притороченных к Гелиосу.

Дальше пришлось какое-то время побродить по городским улицам, бывшим лишь немного чище улиц посада, двигаясь к центру, в поисках приемлемого жилья. Благо в их группе были люди, прекрасно ориентировавшиеся в столице, так что дело было не безнадёжным.

В этих поисках они миновали несколько десятков кварталов, прошли за вторые ворота города, после чего оказались уже в состоятельном районе, где барону из захолустья было бы не зазорно снимать жильё. Нашли хозяина небольшого дома с участком земли, где был разбит парк с клумбами, обратившись в бюро объявлений, после чего взяли его в аренду на пару месяцев — таков был минимальный срок. Дом двухэтажный, с пятью спальнями, гостиной, столовой, прислугой, и даже с сауной! За всё про всё пришлось отдать пятьсот золотых.

— Дороговато… но цены постоянно растут. Ничего не поделать. А теперь ещё этот переворот… — сокрушалась Электра, распрягая свою кобылу. Выглядела она при этом не очень весёлой и крайне задумчивой, работая на автомате. Конюх здесь конечно был, но свою лошадь она никому не доверила, предпочитая лично поухаживать. В корыто уже была налита чистая вода, а чуть позже она и зерна ей даст, да яблочками покормит. Гелиос, впрочем, тоже стоял наособицу — боялся его мужик жутко! Так что Вальтер тоже делал всё лично, правда рассёдлывать его не приходилось.

— Деньги — пыль. Идём, солнышко, пора поужинать и расспросить наше новое приобретение о произошедшем.

До ужина они успели каждый посетить сауну, погреться с дороги и помыться. Благо душистое мятное мыло и чистые полотенца входили в стоимость проживания. Впрочем, как и сами продукты питания, что были закуплены ещё хозяином дома.

А уже после ужина, чистые и отдохнувшие, все они собрались в гостиной. Все кроме парней, что были отправлены спать перед наступлением ночи. После полуночи они должны будут заступить на дежурство по территории, как раз когда чародейки закончат устанавливать охранные заклинания и сами пойдут спать.

Гостиная представляла собой просторное помещение с трёхметровыми потолками, широкими окнами двойного остекления, с каменными стенами, утеплёнными коврами ручной вышивки, и с паркетным полом, устеленным шкурами медвежути. Огромные, с острыми когтями и могучими головами. Но тёплые, зараза.

— Ну что, Нурия Ойвен, рассказывай, — в огромном кресле рядом со старым камином сидел Вальтер, держа в руках бокал бурбона. — Как ты дошла до жизни такой?

— Прежде всего, ваша светлость, примите мою благодарность за то, что спасли меня, — встала с диванчика девочка, поклонившись, — Благодарю что взяли на службу.

— Не за что, — кивнул мужчина, отпив ещё немного ароматного напитка. Опьянеть он не мог, так что просто наслаждался обжигающим вкусом.

— Восемь дней назад… или семь? — задумалась Нурия, — Наверное, всё же восемь. Меня отправили вместе с мамой и дядькой Прохором на птичий двор, на окраины города. Очень хотела госпожа молодая перепелов свежих, в ягодном соусе.

— Что за госпожа? — поинтересовалась Электра.

— Её милость, Герда Линаэль, третья дочь нашего графа.

— Ага, старшая сестра Эльзы значит… — кивнула Электра.

— Вы знаете госпожу Эльзу?! Где она? С ней всё в порядке?

— Она моя наложница. Живёт в моём баронстве, — улыбнулся Вальтер.

— Слава Истоку! — прикрыв глаза, девочка выдохнула, — Как мы за неё переживали, когда граф вычеркнул её из родовой книги… Такой скандал был! Как могли эти бандиты так жестоко её обманывать?

— И всё же, что было дальше? — поторопил её Вальтер.

— На обратном пути, а это было уже вечером, на нас напали бандиты. Казалось бы, что такого? Но они раньше никогда не нападали на родовых слуг. Знали, что аристократы за своих людей могут бойню устроить. Боялись… а в тот день бояться перестали. Дядьку Прохора сразу кистенём убили, маму мою… они… — Нурия утёрла слезу, продолжив рассказ едва сдерживая горе, — Маму они ударили, а после оттащили в переулок. Я слышала стоны, хохот, звуки ударов и мамин вой. Но я ничего не могла сделать! Меня держал словно клещами один из них, нахваливая, какая я молодая да красивая, и как они все любить меня будут по очереди. А потом… мне ещё никогда не было так страшно.

— А потом ты сбежала? Как?

— Угу… — шмыгнула она носом, — Другая банда пришла предъявить этим за самоуправство, мол это их территория, и это их добыча. Завязалась драка, обо мне ненадолго забыли, я и удрала. Никогда себе этого не прощу…! — скрипнула Нурия зубами, — Я маму бросила… Я плохая дочь! Плохая… Мамочка-а-а, — наконец её прорвало, и девочка рухнула на пол, заливаясь слезами. Её подхватила на руки Наяна, чародейка льда, после чего посадила на колени. Она что-то шептала ей, гладила по спине, успокаивая, и Нурия вдруг уснула.

— Не стоит её пока трогать. Шок у неё. Я заклинание расслабления наложила, пусть отдохнёт, успокоится. А завтра ещё раз поспрашиваем.

— Кое-что мне уже ясно. Банды как-то узнали о падении аристократов до самого проклятья. Вечером восемь дней назад проклятье ещё не наложили — оно подействовало только следующим днём, — заговорил Вальтер как только Нурию унесли отдыхать.

— А значит они знали об этом заранее, и потому напали. Были уверены, что это сойдёт им с рук, — подхватилаЭлектра.

— Верно. Отсюда вывод: местный криминал в курсе планов заговорщиков, либо содействует им. Ты смотри, они как будто приглашают меня — долги-то всё растут и растут! Пожалуй, сегодня я прогуляюсь по злачным местам столицы, — улыбнулся Вальтер, оскалившись. Допил алкоголь, после чего ушёл готовиться. — Возьму с собой ребят — пусть крови понюхают!

— Вальтер, я с тобой! — вскинулась Электра, последовав за ним. Но тот, ничего не ответив, вдруг начал весело напевать песенку.

— «Мусора боятся ночью заходить в микрорайон,

Ну а мы ножи наточим, завтра мы туда пойдём.

Мы по барам и притонам будем быдло вычислять,

Будет много сучьей крови! Нам на это наплевать!»[4]

Глава 26

В чём район второго городского кольца отличался от посада? В первую очередь ночной жизнью. Здесь было куда меньше шансов распрощаться с жизнью, а извозчики кружили по улочкам почти круглосуточно, так что даже после полуночи было весьма оживлённо. Исключением был разве что особый серый район, где заправляли банды синдиката. Разумеется, с молчаливого согласия местных властей, не замечавших подобное соседство, ибо и сами пользовались их услугами. И вообще чиновники весьма охотно торговали своей властью во все времена, считая эту часть дохода чуть ли не основной, принимая откаты даже от такого отребья.

Это были кварталы, куда стража не совалась после заката, где можно было купить что-нибудь незаконное вроде чистейшего гашиша, чародейского льда, артефактов смерти, трактатов по некромантии, части тел человека для ритуалов и прочие мерзости. Место, где изнанка общества насаждала и защищала уже свои порядки!

Здесь же, в центре второго кольца поймать огромную шестиместную карету для состоятельной публики оказалось несложным. Так что Вальтер, его парни и Электра уже грузились внутрь.

— Ты точно этого хочешь? Мы не цветочки собирать едем и не в политических диспутах участвовать. Мы едем судить и убивать преступников: наркоторговцев, убийц, грабителей, насильников, растлителей детей, мошенников… Если я хоть немного не сделаю этот город чище, я свихнусь — смрад местных жителей меня убивает!

— Знаю. Но я сделала свой выбор, Вальтер… Я с тобой. До конца, — в глаза ему глядела теперь уже уверенная в своих словах женщина, а не просто юная чародейка, — Не думаешь же ты, что я кидаюсь в постель любого, кто предложит хорошую цену?

— Нет, не думаю… — притянув её к себе, он впился в губы женщины жадным поцелуем, — Ты же моё солнышко…! Идём.

Поддержав её за руку, он посадил в карету сперва её, а потом и сам сунулся следом, заняв место впереди и по центру.

— Куда едем-то? — через небольшое окошко заговорил с ним возница.

— Квартал серых. На улицу Эльшпина, — продиктовала адрес Электра, что была рядом.

— Куда?! Так ночь же! Прирежут нас и имени не спросят. Э не, мы так не договаривались.

— Две золотых куны. Остановишься подальше и сразу уедешь обратно! — припечатал его Вальтер.

Крякнув от удивления, извозчик, что был весьма презентабельного вида: выбрит, в одежде из дорогих тканей да в качественной обуви; наконец кивнул, согласившись.

— Ну будь по вашему. Токма деньги вперёд!

Получив обещанное золото, он наконец-то тронул пару добрых коней, пустив их неторопливой рысью. Всю дорогу пассажиры молчали, да и обсуждать было нечего. Все инструкции Вальтер дал заранее.

А потому, стоило карете остановиться, как его парни во главе с Горыней высыпали наружу, моментально разобрав сектора обстрела. Видели они в неосвещённом переулке словно днём, ещё и тепловые сигнатуры различали, так что работали в полнейшем комфорте.

— Молодцы, теорию запомнили хорошо, — выбравшись следом, Вальтер огляделся, проводил взглядом унёсшийся экипаж, после чего просто двинулся в ту сторону, откуда смердело людскими пороками сильнее всего. То есть в самую тьму переулков. Шлем его вернулся обратно на голову, сложившись в герметичный конструкт, а пламя на нём временно потухло, и теперь только Электра выделялась на их чёрном фоне своим белым платьем и белыми сапожками. Чем незамедлительно привлекла неприятности.

— Впереди восемь. Двое на крыше, — Горыня.

— Вооружены ножами и дубинками. Арбалеты у троих, — Булат.

— Приказ? — Тиран.

— Держать на прицеле, огонь пока не открывать. Хочу разглядеть их поближе, — придержал барон прыть своих парней. Они хоть и были молоды, но уже сейчас могли впечатлить своей выдержкой, выносливостью и скоростью обучения бывалых солдат. Наполнение тела и разума силой огня не прошло для ребят даром, подстегнув все процессы организма до передела! Разве что в бой рвались без меры — энергия их просто переполняла. И с каждым годом такой обработки они будут становиться только сильнее, всё лучше управляясь с оружием, телом и собственными эмоциями.

— Гля, какая цаца! Эй, миледи, какими судьбами в нашем районе? И что за клоуны с тобой? Не иначе придворные шуты, а?! — на тусклый свет луны вышло шестеро, заржав аки кони. Поигрывая стальными дубинками и длинными кинжалами, более-менее прилично одетые мужчины с небритыми рожами буквально излучали жажду наживы, — Здесь граница серой зоны, девочки. Платите или умрите. Таков закон!

Вальтер тем временем вышел чуть вперёд. Его силуэт был абсолютно чёрным, а потому почти неразличим в темноте, но то, что он без оружия на поясе, было видно отчётливо, снижая восприятие угрозы. Так что как только его доспех вновь засветился, запылав, его жуткий дизайн мгновенно бросился в глаза собеседникам, породив волну паники и страха.

— Атас, чародей! — рявкнул главарь, после чего в голову барона врезались, отлетев со звоном, два коротких стальных болта. В то же мгновение очередь импульсатора яркими вспышками снесла часть крыши вместе со стрелками! Парни намертво запомнили вбиваемый в них принцип: «Напали — стреляй! А уже после спрашивай кто.»

Те же восемь, что стояли на земле, попытались сбежать, рассыпавшись в разные стороны, да только хер угадали. Дуга плазмы прошлась в полуметре над землёй словно молния, разрезав часть каменного фундамента ближайших зданий, и срезав всем восьми нижние конечности. Рухнув на землю, банда, охранявшая вход в квартал за добычу с трупов, вся поголовно лишилась ног! С воем и стонами они теперь только и могли что ползать, скребя ногтями по мостовой.

— Куда это вы собрались? А поговорить? — чёрный стеклянный сапог Вальтера мягко опустился на культю того, кто говорил, с хрустом вдавив её в землю.

— Граа! Чё те надо, чароплёт недоделанный?! Ничё не знаем, отъебись от нас! У-у-у! Сука, за ноги всем родом ответишь! Червь тебя найдёт и на лоскуты порежет! — завыл тотчас бандюга.

— Ох ты, какие мы грозные. Давай вот с этого места поподробнее. Кто такой Червь? Где его нычка? Как найти?

— Пошёл ты! Ничё не скажу, хоть режь!

— Как скажешь, — опять сверкнула вспышка, и от руки пленника отлетели пальцы.

— А-а! Падаль голубокровая! Всех вас порежем! Гниды! Ублюдки! Придёт время, баб ваших по кругу пустим, а дочерей в бордели продадим! Мы…!

С грохотом удара молнии оборвался и крик пленника. Красный разряд проделал в его груди гигантскую обожжённую дыру, пробив часть каменной мостовой. Сила Электры после связи с Вальтером стала куда более разрушительной, чем раньше. Но барон не растерялся: схватил голову убитого за волосы, отсёк её огнём от туловища, успешно загнав в неё его душу, уже начавшую отлетать. После чего под шокированными взглядами покалеченных приспешников поднял в воздух, поглядев на всё ещё шевелящееся лицо.

— Не делай так больше, — поглядел он на свою спутницу укоризненно.

— Прости… — потупила та взгляд, не зная куда деть руки. Да, она сорвалась, услышав угрозы насчёт женщин и детей. Дети вообще были больной темой для неё с недавних пор. Возможно от того, что украдкой она и сама мечтала стать когда-нибудь мамой, хотя и старалась не признаваться себе в этом странном желании.

— Неважно, так быстрее. Души мёртвых не врут. Убить остальных!

С небольшой заминкой, но очереди импульсаторов прошлись по телам бандитов, кричавших что-то о милосердии и сдаче законной власти. После чего их поглотил вездесущий белый огонь, оставив от разорванных трупов лишь прах.

И при этом, несмотря ни на шум, ни на крики, никто даже не выглянул полюбопытствовать что происходит! Видать люди здесь были крайне пугливые и осторожные. Или попросту равнодушные. Когда рядом постоянно ходит смерть, такое становится в порядке вещей.

— Простая пешка, — отбросил Вальтер наконец-то голову. Но та сгорела, даже не успев упасть на землю, рассыпавшись по воздуху пеплом, — Он мало что знал, но указал на того, кто знает. Разводящий второго кольца — некто Шивейз «тигриная лапа».

— Второго? Ты так говоришь, будто и в первом кольце кто-то есть.

— Есть. В центре столицы делами ведает некто «Герцог». Кличка, конечно, личность он свою не афиширует среди отребья, но информацией торгует и споры решает даже там. Скорей всего прозвище взялось не с пустого места.

— Да быть не может! Вздор это. Ни один уважающий себя дворянин не опустится до подобного. Якшаться с бандитами и головорезами… мерзость! — сморщила мордочку бывшая принцесса.

— О сколько нам открытий чудных готовят просвещенья дух, и опыт, сын ошибок трудных, и гений, парадоксов друг, — продекламировал вдруг Вальтер кусочек стихотворения Пушкина. Естественно чуть кривовато переведя его на сальдис.

— Ого, это откуда?

— Да так… один великий поэт написал. Я тебе потом ещё почитаю, если понравилось, — улыбнулся он в ответ.

— Конечно понравилось. Я вообще поэзию обожаю, так что ловлю на слове! — ответила взаимностью девушка.

— Ходу! Я — фронт, Артур и Горыня — фланги. Тиран — тыл. Булат — верхняя полусфера. Стрелять на поражение без команды. Движемся быстро, не останавливаясь. Мы должны захватить разводящего! — прямо на ходу строил тактическую схему отряда Вальтер.

— А я?!

— А ты — поддержка. Если парни не справятся, ударишь. Это их бой и их опыт.

Ничего не ответив, Электра пристроилась в кильватер своего мужчины, не став капризничать. Они тоже когда-то проходили боевое сглаживание с сёстрами. И старшие наставницы старались, как и она сейчас, не действовать без веской причины. Всё, чтобы юные воительницы получили максимум боевого опыта!

Двое странных воинов Вальтера, судя по росту и голосам всё ещё бывших сущими мальчишками, встали по бокам от неё, и ещё двое сзади. Странное построение, присущее скорей чародеям, а не смертным воинам. И связано это было наверняка с их ещё более странным оружием! Ничего подобного она ещё ни разу не видела.

Пройти в тишине и спокойствии они успели едва ли полсотни метров. Вдруг справа куда-то в темноту полоснула очередь из импульсатора, потом ещё одна слева. Послышались крики людей, визг разлетающегося каменного крошева! Но всё это было где-то там, в переулках. Тотчас просвистели красные сгустки над их головами, и с крыш посыпались обломки черепицы — Булат был точен и скор на расправу. Стоило мелькнуть паре морд с арбалетами, как их туловища порвало на части его выстрелом. И таким вот способом они прошли сквозь ряды защитников синдиката будто сквозь масло горячий нож! Электра даже отметила про себя, что эти парни действуют быстрее, чем чародеи, ибо тратить время на создание чар им просто не нужно.

Но вот неожиданно дорогу им преградила мощная телега, заполненная булыжниками и валунами. Вынырнув из тупичка, шедшего под уклон, телега с грохотом врезалась в стену дома, намертво перекрыв подходы к логову Синдиката. Группа была вынуждена остановиться и тотчас с тыла разразилась длинная очередь, оборвавшая не меньше десятка жизней!

— Ублюдки хорошо подготовились. Могло сработать. Но не против нас! — неожиданно из глаз Вальтера, или точнее из того места, где должны были быть его глаза, полыхнули мощные потоки фотонов, буквально сдувшие большую часть повозки и даже расплавив центр улицы! Глубокая дымящаяся борозда оплывшего камня — всё, что осталось от столетнего гранита. Вальтер впервые сумел проделать подобный трюк, прогнав свою силу через кровь и плоть, не повредив их.

Перед самым отъездом он проглотил все найденные в трофеях алмазы, укрепив за время полёта свою энергосистему. Да ещё и при этом намертво связав её с сердцем и системой кровообращения, пустив по венам алмазную пыль! Теперь Вальтер был способен контролировать свою силу ещё лучше, а мощь его техник вновь возрастала, как и порог, за которым его тело начнёт разрушаться. Так что лазеры из глаз стали для него простейшей задачей, годившейся разве что для запугивания простых обывателей. Но стоило признать, смотрелось это эффектно!

— Охренеть… — прозвучало справа.

— Ага, не то слово! Господин наш дал жару! — ответили сзади.

— А ну заткнулись! Разговорчики в бою, — осадил всех Горыня, бывший непосредственным командиром группы.

Сам Вальтер ничего не сказал, просто двинувшись дальше. Перешагнул через расплавленные камни, моментально передав их тепло на доспехи своих людей, чем восполнил израсходованную энергию и упростил путь Электре. Но вскоре их путь прервался очередным препятствием — между городской стеной, куда они вышли в итоге, и массивной частью дома начала расти ледяная стена. Стремительно нарастая на камнях, она принялась смыкаться, с каждой секундой становясь всё толще и толще. Не успели они оглянуться, как её толщина уже достигла пары метров и высоты метров в пять, продолжая заполнять переулок.

— Вальтер, осторожнее — это групповой массив! Здесь целая команда магов! — и будто её слов кто-то ждал, прямо с неба на них начал сыпаться целый дождь из огромных сосулек. Ледяные стрелы, укреплённые магией, падая с высоты сотни метров, оставляли на мостовой глубокие сколы прежде чем разлететься на куски. А пара попаданий в броню ребят и вовсе оставила на ней видимые борозды, повалив тех своей массой на мостовую.

— Ах ты ж блядь!

— Ох ты…

И только до Электры они не долетали, каждый раз встречаясь с разрядами красных молний.

— Вальтер! — выкрикнула наконец девушка, держа руки над головой, — Сделай что-нибудь! Они усиливаются!

Но Вальтер и так знал, что делает. Его ребята должны почувствовать на себе вражеские атаки, иначе толку от этой вылазки будет куда меньше. Они не должны воспринимать войну как развлечение. Война это кровь, боль, пот и грязь! А ещё ребята должны понять предел своей брони, иначе когда-нибудь переоценят свою крепость, и самонадеянно подставятся под фатальный удар.

Подождав ещё несколько секунд, пока все четверо от ударов не повалились на землю, он нащупал своим восприятием фонивших силой людей, выстроенных в геометрическую схему. Они располагались на той стороне второй улицы, через тот самый дом, что стоял слева. А так как этот дом стоял пустой, Вальтер в средствах не сдерживался. Из его шлема прямо в сторону врагов ударил мощнейший поток фотонов толщиной в голову, играючи разрезав первый и второй каменные дома, и даже срезав крышу третьего, после чего улетел высоко в небо над столицей! К счастью, маги находились на втором этаже, и угла возвышения хватило, чтобы не поразить этой атакой половину города. В следующее мгновение дом слева обрушился, подняв в небо целые тучи пыли! А внутри обломков уже занимался пожар.

Сейчас Вальтер играл на публику. Он знал, что за ним наблюдают! Он чувствовал чужое внимание минимум с трёх направлений. И потому давал понять этим людям, что с ним стоит считаться.

— Чёртова стена… кхе. Чёртов лёд! Как будем пробиваться? Там метров шесть льда… укреплённого судя по эманациям силы, — отряхнувшись, приняла свой обычный невозмутимый вид Электра.

— Может импульсаторами садануть, ваше благородие? — подал голос один из ребят.

— Отойдите. Я сам, — с водой следовало быть осторожнее. Если испарить её всю сразу, будет мощный паровой взрыв — их моментом разметает в разные стороны! Возможно даже, что по частям. А значит стоит действовать мягче. Так что включив третий уровень присутствия брони, барон Кёнинг просто подошёл чуть поближе, заставив ледяную стену таять! Третий уровень достигался не излучением, а воздействием на материю напрямую. Так что при помощи доспеха Вальтер буквально разгонял броуновское движение, и мог плавить любую материю в определённом от себя радиусе, почти не тратя сил на контроль процесса. При этом уже растаявший лёд просто не трогал, позволяя воде стекать по земле совершенно свободно! Не прошло и минуты, как прямо на глазах его соратников ледяная стена растаяла без остатка, убежав куда-то весёлым ручьём.

Чуть дальше места засады были наконец-то искомые ворота в особняк, и стоило только им выбить ворота очередным ударом лазерного луча, как Вальтеру открылся вид на три пузатых пушки калибром сантиметров тридцать. В ту же секунду на затравочные отверстия опустились тлеющие фитили, только вот выстрелов так и не прозвучало. Запретить химическую реакцию пороха также было несложно… Огонь — его стихия и ничья больше!

— Стреляй! Да стреляй же ты! — орал на людей какой-то разодетый хлыщ. Весь напудренный, в ярких шелках да украшениях.

— Я пытаюсь! Порох не горит!

— Убить, — короткая команда, и весь расчёт пушек был расстрелян из импульсаторов за пару секунд. Больше парни не совершали заминок, действуя быстро и чётко. Видать привыкли к виду смерти. Всё же стрелять с дистанции проще, чем всаживать в человека отточенный кусок стали.

Дальше группа попросту прошла мимо незадачливых стрелков, даже не взглянув на их окровавленные трупы. Вальтер взялся за ручки дверей особняка, куда один раз в жизни ходил тот самый главарь небольшой, но жестокой банды, рывком распахнув их в разные стороны. Повезло, что местный заправила всегда лично назначал охрану границы, отбирая людей нужной кондиции и репутации.

Вот только в лицо его теперь смотрело острое жало снаряда…

Крепостная баллиста, установленная прямо напротив входа, с хлёстким треском выстрелила, и прямо в грудь Вальтера врезался огромный деревянный болт, с хрустом проломивший нагрудную броню. Его и людей, что стояли за ним, выбило обратно во двор с хрустом ломаемой древесины.

Глава 27

Отбросило его знатно, впечатав прямо в одну из пушек! Чугунное орудие опрокинуло от удара, а деревянный лафет раскололо на части от столкновения с тяжёлым аристократом. В момент удара Вальтеру вообще показалось, что его поезд лягнул — настолько был увесистым удар. Аж нагрудник потрескался, хоть и выдержал!

Мог ли он увернуться? Безусловно, однако в этом случае удар пришёлся бы на Электру, или на одного из его парней, и Вальтер не хотел проверять их на прочность. Испепелить снаряд из обожжённого дерева, напрочь лишённый металла, он бы тоже не успел — время от открытия дверей до удара едва ли достигло секунды. Даже он не способен за такое короткое время уничтожить столь массивный объект — законы физики в этом измерении невозможно полностью игнорировать! А потому проверить броню на прочность было единственным вариантом.

Первое, что увидел Вальтер, подняв голову с земли, это Электру, окружённую полупрозрачным коконом радужной расцветки. И алые молнии, что бьют с её рук грохочущими разрядами прямо в раскрытые двери старого особняка. Она единственная устояла на ногах после этого неожиданного трюка с баллистой! Увернулась? Не иначе здесь сыграли роль многочисленные магические трюки, имевшиеся у неё в арсенале. Парни его уже поднимались с земли, прибитые обломками снаряда баллисты, проверяя и перехватывая поудобнее свои пушки. Так что Вальтер тоже не стал залёживаться, спешно регенерировавший повреждения своих доспехов.

— Вот так и бывает, ребята. Встанешь в проёме, откроешь дверь — и, считай, труп. Повезло, что я впереди стоял! Дальше действуем аккуратнее… Электра, а ты молодец. Так держать! — подойдя к сверкавшей словно новогодняя ёлка девушке, уже расправившейся с немногочисленными врагами, он поцеловал её в щёчку.

— Типичный трюк против чародеев, — пожала она плечами, — Я подозревала, что так может быть. Баллиста делается полностью деревянная, отследить её магией нельзя в отличие от пушек. И вода никак не влияет на выстрелы… Вам не стала ничего говорить. Я же поддержка, а не нянька, — девушка с улыбкой обвела взглядом отряд, подмигнув барону.

— Как ты на ногах устояла?

— Пригнулась заранее. Ты над головой пролетел словно птица.

— Хе, добро! — ещё раз осмотрев место боя, Вальтер задумался, — Хм… слушай, а не слишком ли дом пустоват? До открытия дверей я не замечал, но теперь… Там же нет никого.

Переступив обугленные, перекрученные в мышечных спазмах тела, они вскоре оказались в совершенно пустом доме, где даже мухи не летали. Людей просто не было. Никаких! Нигде. А тот самый кабинет, где разводящий принимал того бандюка, и вовсе был гол, словно оттуда всё давно вынесли. Или и вовсе не вносили.

— Странное зрелище… — нарушила давящую тишину Электра. И хорошо, а то от звука собственных шагов начала голова гудеть. — Их как будто оставили на смерть без всякого смысла. Кто будет защищать пустой дом?

— Либо обстановка здесь была иллюзорной, либо того бандита водили не сюда, либо… — начал строить догадки Вальтер.

— Либо он прошёл сам того не заметив через скрытый портал, после чего попадал в совсем иное помещение, в другом месте. Но такой трюк могла только тайная служба провернуть! Но вот простые бандиты…?

— Синдикат — не простые бандиты. Они имеют связи в аристократии, консолидируют наркоторговлю и контрабанду, поставляют редких рабов, и, наверняка, курируются той же тайной службой. Не удивлюсь, если сам Синдикат и есть проект тайной службы или иностранной разведки. Какой-то их части во всяком случае — история знает множество примеров, когда через преступников совершался подрыв тех или иных сил в стране с подачи конкурирующих структур. Как может выглядеть скрытый портал?

— Его… обычно ставят на границе между помещениями, обычно монтируют в дверном проёме. Чтобы человек, открыв дверь, не понял сразу, что переместился.

— Значит следует осмотреть все дверные проёмы по дороге от главного входа в этот пустой кабинет. А ещё стены. За дело! — хлопнув в ладоши, Вальтер и сам принялся во всех подробностях прощупывать ближайший дверной косяк. Остальные медленно разошлись, продолжая тем не менее действовать осмотрительно. Когда знаешь что именно искать, работается быстро. И ничего удивительного, что странности в стене заметила первой именно Электра.

Портал оказался не плоский, а объёмный — это когда при активации всё содержимое помещения переносится на новое место. Как правило, эти порталы работают в паре, меняя содержимое друг друга местами. Объект перемещения никак не способен заметить момент перехода в этом случае и думает, что всё в порядке. Так вышло и с тем бандитом, и со многими до него. Весь город думал, что в этом особняке находится база Синдиката, а на самом деле этот дом был всего лишь замаскированным порталом!

По сути вся несущая стена, часть пола и потолка в центре особняка была артефактом, генерирующим подобное искажение. И заметить это, не зная что искать, было почти невозможно! При том, что сам артефакт каким-то образом был лишён питания и отключён.

— Ты точно справишься? — волновалась девушка, стоя рядом с Вальтером. Тот уже несколько минут находился на одном месте, и с закрытыми глазами водил ладонями по стене.

— Я пытаюсь нащупать силовой контур. Если я пойму, какие элементы отвечают за питание артефакта, я смогу генерировать подобие нужной энергии. После чего останется только активировать телепортацию.

— Тебе как-нибудь помочь?

— Нет. Мне нужна тишина, — после ответа Вальтера его больше не дёргали, постаравшись даже дышать потише.

На долгое время установилась мёртвая тишина, однако уже спустя полчаса в уши всех шестерых ворвался шум, крики и топот множества ног, доносившиеся из-за правой двери. Коридор переноса явно находился под охраной.

— Невероятно… у тебя получилось?!

— Похоже на то. Итак, мы не знаем, где мы и с кем имеем дело. Но мы знаем, что кабинет, куда водили главарей на встречи, находится там, — указал Вальтер на правую дверь. — Сперва идём туда. Действовать буду я сам, дабы исключить случайную смерть объекта. Вы все прикрываете мне тыл. Всё ясно? — проинструктировав и получив положительный ответ, он заглушил шум шагов себя и девушки, отправившись в сторону резиденции главаря. Шум от ног и человеческий гвалт сразу стали ослабевать.

Дверь справа оказалась не заперта, и магических барьеров впереди не ощущалось, так что понять, что в следующей части коридора всё тихо и никого нет, было несложно. А вот дальше Вальтер ощутил что-то странное. За следующей дверью объект аномалии находился по центру пустой комнаты, за которой ощущалось экранированное помещение. Объект этот немного напоминал бездну по эманациям, однако было в нём что-то ещё более мерзкое и неправильное. Ифрит тотчас насторожился.

— За мной не входить. Опасно, — внимательно поглядев в глаза каждого из своих спутников и дождавшись кивков, он отворил двери, шагнув внутрь. По центру стояла тощая высушенная фигура, похожая на мумию, с длинными когтями на руках и ногах, и с острыми нечеловеческими зубами, выглядывавшими из-за прогнивших щёк. Пустые глазницы тотчас поднялись от пола к незваному гостю.

— Ви-тал…! — услышал Вальтер из-за спины голос Электры. И в этот раз он буквально сочился страхом. Тотчас дверь за его спиной захлопнулась с тихим хлопком. А живой мертвец, будто приняв её за команду, исчез во вспышке чёрного дыма, молниеносно прочертив глубокие борозды на спине барона. Вальтер даже заметить момент удара не успел — настолько всё быстро случилось. Отпрыгнул вперёд, одновременно разворачиваясь, при этом разгоняя своё восприятие, благодаря чему следующий выпад мертвеца сумел заблокировать. И сила его ничуть не уступала изменённому телу самого Вальтера. Казалось, будто сам витал удивился, на мгновение замерев в изумлении… Но в то же мгновение его вторая рука ударила в область шеи противника, попытавшись порвать Вальтеру горло. И понеслось! Выпад за выпадом, удар за ударом витал пытался рассечь твёрдую броню своими когтями. Но руки, способные рвать стальную броню будто бумагу, пасовали перед зачарованным стеклом, оставляя лишь глубокие царапины.

А тем временем Вальтер всё лучше справлялся с ненормальной скоростью своего врага, начав изредка контратаковать! Его кулаки впечатывались в сухую плоть со смачным звуком, но даже самые тяжёлые выпады так и не могли сломать кости чудовища. Но вскоре эта игра надоела обоим, и витал вцепился своими руками в голову своего врага, попытавшись её разорвать пополам! Вальтер же ответил ещё более жёстко — прямо в грудь твари из его шлема вырвался мощный световой луч, заставив того верещать от боли словно раненную свинью. Благо барон продолжал гасить звуковые волны вокруг себя, и его вой не вышел за пределы комнаты. А потом вдруг случилось странное — его собственный лазер ударил в него же, что позволило виталу вырваться из ослабевшего захвата.

Оба противника разорвали дистанцию, и теперь поглядывали друг на друга с опаской и удивлением. И витали сам Вальтер выглядели теперь чуть потрёпанными, и даже немного дымились.

— Неожиданно… — прогнав в памяти тот момент, когда его собственная атака отразилась обратно, Вальтер так и не понял, как это произошло. Он не заметил разрыва пространства или чего-то подобного. Но времени на игры у него больше не было, а значит действовать придётся кардинально.

Активировав четвёртый режим доспеха, Вальтер вновь атаковал, молниеносно сблизившись с противником. И первым же движением руки испарил треть головы витала. Поле испепеления, что окружало его броню, работало безотказно!

Тварь пошатнулась, благодаря чему пропустила ещё один выпад, и тотчас лишилась руки по самое плечо, а после и дыру в груди в форме гигантской пятипалой ладони заработала. Когда же барон уже хотел снести ему голову окончательно, тот вдруг обратился в дым, сжался в комок, после чего исчез с этого плана реальности, бесследно пропав. Всё, что осталось, это вонючий дым, витавший по комнате, да оторванная рука, до сих пор вяло трепыхавшаяся на полу.

— Сбежал…! Странная тварь. Чую, я и половины его трюков увидеть не успел, — не став больше мешкать, он подошёл к двери того самого кабинета, где по воспоминаниям убитого бандита сидел нужный объект. Дверь и стены сияли тусклыми рунами, а вокруг помещения ощущалась непроницаемая плёнка барьера. Но барьера не физического, а антимагического, так что рука барона прошла в защищённую зону легко. От прямого проникновения, видимо, должен был защитить недавний монстр!

Ощутив энергию рун, Вальтер как и в прошлый раз в фургоне инквизиции, высвободил их энергию, превратив в тепло, отчего стены тотчас нагрелись до сотни градусов. Барьер наконец пропал, и его ушей достигли звуки с той стороны. Шло некое совещание или даже спор.

— … нахера мне твои отговорки, Силантий? Планом обороны квартала руководил ты? Ты! Значит и спрос с тебя!

— План утверждал ты. И задачи тоже ты ставил — мне никто не говорил, что придётся обороняться от армии ёбаных чародеев! Вопрос стоял о конкурирующих бандах и рейде стражников. Какие ко мне вопросы?!

— А такие! Червю придётся отвечать за косяк. А я не собираюсь шею за тебя подставлять, так и знай. Сдам с потрохами и концы в воду!

— А ты не охерел ли? Думаешь, тебя общество поймёт после такого кидка с прогибом?! Прирежут, и никакие чародейские штучки не помогут.

— Ты кажется не понял ещё, что жизнь поменялась в столице. Старые понятия больше ничего не стоят!

— Кхак! Х-хх-х! — второй вдруг захрипел, свалившись на пол.

— Полежи пока, подумай о жизни. Паралич спадёт только завтра…

Вдруг дверь открылась, и перед Вальтером с очумевшим лицом замер седовласый мужчина, разодетый в шелка будто купец с востока.

— Ты ещё кто?! Хрхр!

Схватив за горло чуть полноватого воротилу криминального мира, барон вошёл внутрь, таща пленника перед собой. Ноги его едва ли касались пола, отчего ему приходилось хвататься за руку незваного гостя, чтобы хоть немного ослабить боль в шее.

— Могли бы поговорить, конечно, но это долго. Да и ни к чему теперь, — быстрым и точным ударом указательного пальца правой руки, барон проткнул грудную клетку пленника, пробив его сердце, после чего схватил правой рукой за волосы, а левой раздавил шею, оторвав голову от тела. С хлынувшими брызгами крови обезглавленное туловище рухнуло на пол, а душа самого влиятельного преступника второго кольца Асзато́ра оказалась заперта в его ещё живой голове.

Сам же Вальтер как ни в чём ни бывало уселся в шикарное кресло воротилы, положив голову себе на колени. Ему предстоял быстрый, но жестокий допрос захваченной души!

На всё происходящее недавний собеседник, всё ещё лежавший на полу парализованный магией, наблюдал со смесью злорадства и ужаса, гадая, что же будет теперь с ним. Ему стоило огромных трудов, чтобы не обмочить штаны, наблюдая за жутким пылающим рыцарем, одетым в чёрный доспех. Особенно сбивала с толку корона на его голове, пылавшая рыжими языками пламени…

* * *

Электра, поняв ЧТО(!) будет противостоять Вальтеру, встала на страже дверей словно цербер на пороге ада. Несколько раз разворачивая рвущихся в бой ребят обратно, она тем не менее украдкой следила за ходом битвы. Приоткрывая дверь. И когда витал наконец-то сбежал, поджав хвост, с облегчением выдохнула. Она знала только один случай столкновения ордена с виталом, и до встречи с Вальтером это был самый тёмный день в истории ордена — двенадцать погибших архимагов, чьи тела и души выпила жуткая тварь. Высушенные умертвия, бродящие по канализации, — это было всё, что они сумели найти. Да ещё полубезумную девушку, бывшую в отряде за штатного медика, рассказавшую какие-то совершенно ненормальные вещи про эту тварь. Как той удалось выжить и вовсе оставалось загадкой…

После того, как витал сбежал, Вальтер в одиночку вошёл в противоположную дверь, и очень долгое время не выходил. Электра поняла, что он нашёл искомое, а значит теперь ведёт допрос мёртвого пленника, как он делал недавно. Они могли сейчас сделать только одно — ждать его и обеспечить прикрытие этого места от возможных незваных гостей. Объяснив задачу молодым воинам барона, наконец-то переставшим рваться к своему командиру, девушка начала мерно расхаживать взад-вперёд, пытаясь не нервничать. И только когда Вальтер наконец-то вышел к ним, она окончательно успокоилась.

* * *

Информация была неутешительна. Синдикат давно пролез своими щупальцами всюду, даже в тайную службу, заимев там прикормленных чародеев-наркоманов. На зарплату служащего отдела много чародейского льда не купишь, явно не столько, чтобы унять ломку магических жил, а вот за нужные сведения и помощь Синдикату в их делах вполне. А потому ни одной структуре империи нельзя было доверять — везде были руки и уши Синдиката! Но самое противное это то, что основным владельцем этой организации были не сальдицы, а морская торговая империя — так называемый Архипелаг сотен островов Соргрос! Торгаши, как оказалось, купили уже едва и не треть местной элиты, и с ещё половиной имели тесные торговые отношения. Но как будто и этого было мало, даже Синдикат работал на их интересы!

При этом находились прямо сейчас они в портовом городе южного океана — Венгоруме! Вотчине этих торгашей на материке. А это ой-ой как далеко, в пяти тысячах километрах от столицы! Нехило их порталом забросило.

Город этот представлял собой настоящий город-лабиринт протяжённостью по береговой линии в пятьдесят семь километров. Здесь было три удобных бухты, куда приставали корабли с половины света, и где проводилось более полумиллиона незаконных сделок в сезон. А законных ещё больше! Годовой же оборот Синдиката и вовсе превышал сто миллионов золотых кун в год, а в их складских кварталах можно было легко спрятать целый город поменьше, и никто бы не заметил — настолько здесь было много людей и разных банд.

При этом власть самой империи в Венгоруме была как никогда слаба, и всем от поставок продовольствия и вплоть до обороны здесь руководили торговые адмиралы архипелага Соргрос, в буквальном смысле оккупировав город. Восемьдесят процентов колдовского льда шло именно через этот порт, как и невероятный объём рабов-монстролюдов и белокрылых рабов-сильван (кто это такие Вальтер плохо понял из объяснений души), а также частей тел монстров и людей для запрещённых ритуалов и экспериментов. Ну а уж объём обычной наркоторговли и вовсе в этом городе занимал сто процентов трафика империи, наряду с контрабандой других запрещённых товаров.

Теперь Вальтеру было более чем очевидно, что с Сальдисской империей их дороги расходятся. Брать достойных людей на службу, нанимать мастеров, захватывать землю и крестьян, — да. Допускать до своих территорий чиновников, агентов или солдат империи? Нет! Ни за что! Ни единой ноги этих продажных тварей не будет на его территории! Они все его старания похерят в момент. Уж лучше открытая война, чем мирное гниение заживо. Он видел достаточно сегодня, чтобы пропитаться омерзением и презрением к этой стране.

Единственное, чего он так и не смог узнать — так это кто такой «Червь». Даже босы Синдиката не видели его в лицо, ибо он всегда скрывал свою внешность магией. Но то, что один и тот же человек правит преступной империей более ста сорока лет, уверены были все! Голос, характер и даже наказания ни разу не поменялись с тех пор.

— Вальтер… всё хорошо? — несмотря на то, что его лицо скрывал шлем, Электра почувствовала настроение своего мужчины. Ведь связь аур работала в обе стороны, не только от мужчины к женщине, но и обратно.

— Прости, Электра, но я не стану спасать эту империю. Она уже умерла, сгнив изнутри… Идём. Я должен разрушить этот город, пока есть такая возможность, — отстранив девушку, он шагнул на выход из этого места.

— Вальтер! — принцесса естественно последовала сразу за ним, — Что случилось?! С чего вдруг такой жуткий настрой?

— Тебе кратко или во всех подробностях? — дал он своим ребятам знак идти вперёд и стрелять во всё, что движется.

— Говори всё, что знаешь, — помрачнела Электра. И Вальтер начал рассказывать! О наркотиках, о борделях с детьми, где девочек и мальчиков держат постоянно под кайфом, и куда ходят чиновники империи разного пошиба, о теневом рынке рабов, где продают представителей других разумных видов словно скот, даже тех, с кем у Сальдисской империи договор о торговле и дружбе. О взятках, о наркоманах-чародеях, давно предавших свою присягу стране, об экспериментах над людьми с целью выведения безмозглых и бесстрашных солдат-берсерков, о торговле органами людей, в том числе женскими матками для химерологии и выведения гибридов. О званых обедах для избранных гурманов, где подают самые редкие ингредиенты: яйца драконидов, печень и сердце сильван, и даже человеческое мясо, в основном детское. О подпольных казино, где ужратые наркотой отцы проигрывают на ставках собственных жён и детей, пытаясь отыграться… И даже рассказал о борделях с обедневшими аристократками, где те собирают деньги на приданое, обслуживая богатых торговцев с архипелага.

И чем больше Вальтер рассказывал, тем сильнее тускнел взгляд Электры, а её лицо становилось всё бледней и бледней, пока совсем не сравнялось с покойником. Стрельба с криками и взрывами, что творилась вокруг, сейчас её волновала мало. И даже когда на них самих обрушивались вражеские удары, девушка защищалась как-то на автомате, пытаясь осмыслить всё услышанное! Только когда её взор зацепился за Вальтера, стоявшего с распростёртыми к небу руками на небольшой крыше какого-то здания, куда они забрели, она немного пришла в себя…

Подняв взгляд чуть выше, девушка наконец-то увидела, как по всему гигантскому городу, что виднелся с высоты небольшого холма, части зданий, лопнувших кораблей в гаванях, люди, кареты, пушки с крепости и даже лошади медленно поднимаются высоко в небо, собираясь в гигантский шар, закрывший даже солнце! Эта фантасмагорическая картина её настолько впечатлила, что девушка частично пришла в себя. Электра только теперь наконец-то осознала, ЧТО именно делает Вальтер.

Перестав утирать бесконтрольно льющиеся слёзы, она продолжила молча наблюдать, как уничтожается крупнейший торговый город её родины. Город, ставший центром всей той мерзости, о которой она когда-либо слышала в своей жизни…

Эпилог

Тёмная спальня. Минимум мебели. Стены закрыты шёлком и бархатом, окон нет, на полу шкуры зверей и ковры, разномастные подушки, набитые пухом и шерстью. А посреди этих подушек развалившись лежит молодая женщина, попивая из маленькой чашки лёгкий алкоголь, сваренный на основе мёда. Странная обстановка для предполагаемого логова Червя.

Перед этой женщиной сейчас на коленях стоял избитый мужчина, весь покрытый язвами, кровоподтёками и опухолями от переломов, сильно заляпав роскошные ковры под собой. Сил его едва-едва хватало, чтобы оставаться в сознании. Появись здесь каким-то чудом Вальтер, он бы узнал в этом человеке того самого парализованного бандита, что он оставил в живых в кабинете. Оставил намеренно как след и как предупреждение — Синдикат должен понимать, кто уничтожил их город! Понимать и бояться.

— Ну так что, Силантий, ты, наконец, расскажешь, кто уничтожил мой город? — приподняв одну бровь, женщина невероятной красоты и настолько же невероятной жути вновь задала всё тот же вопрос. Простой вопрос, на который сам Силантий с охотой готов был ответить, да только что ж поделать, если его ответ не нравился странной хозяйке этого логова? Его пугали встречей с самим Червём! Самим главой Синдиката! А в итоге он вынужден доказывать какой-то взбалмошной девице раз за разом, что он не верблюд. Доказывать, клясться всем, что у него осталось от жизни, и получать раз за разом отрезвляющие побои от её головорезов. Потому что в то, что город разрушил один единственный неизвестный маг, поднявший в небо всё железо Венгорума, разломав десятки стоявших там кораблей, она верить не желала! Или не хотела, всеми силами пытаясь проверить его слова на ложь.

— У меня нет другого ответа для вас, госпожа… Я сказал всё, что знаю…

Хмыкнув недовольно, она отложила чашку на золотое блюдо и поправила свои шёлковые одежды.

— Тогда давай подытожим… Некто, в сопровождении четырёх воинов в чёрном и одной женщины в белом, пробился в портальный особняк Асзато́ра, нашёл портал, и активировал его без использования источника силы. После чего ранил витала, охранявшего главу второго кольца, настолько, что тот просто сбежал к своему хозяину. После чего взломал самую мощную руническую защиту без всяких следов, убил твоего собеседника, и даже допросил каким-то образом его труп! Или, точнее, оторванную голову. После чего, оставив тебя в живых, поднял в небо всё железо города, прокатив этот железный шар по разрушенным кварталам, и зачистив наш основной транспортный узел окончательно…! После чего забил этим хламом все три гавани, похерив самый крупный южный порт Сальдисской империи навсегда! Так?! — чем дольше перечисляла все достижения Вальтера женщина с красным пирсингом в ушах, тем сильнее краснели белки и зрачки её глаз, а голос становился всё более зловещим.

— Да, госпожа… — понимая, что происходит что-то совсем безумное с этой психопаткой, мужчина сжался в комок, словно это могло сделать его невидимым. И даже старался не смотреть на её лицо, и тем более в глаза.

Тем не менее та подошла сама. Присела на одно колено перед ним, подняла лицо за подбородок, заставив посмотреть в её налитые кровью глаза. Не просто с раздувшимися капиллярами, а словно полностью состоявшие из крови!

— Ты очень упорен в этой своей лжи. Настолько, что я могу подумать, что это действительно правда! Но я не верю. Вера на слово не в моих правилах, — раскрыв рот с длинными клыками, она резко отклонила голову мужчины в сторону, впившись зубами в его потную шею. Пленника тотчас заколотила сильная дрожь, тело побледнело, начав усыхать. Вскоре его сердце остановилось, а в обезвоженном организме не осталось ни капли крови.

— Посредственность! — сморщившись от вкуса не очень хорошей крови, Бальзуса Эквенарин, на самом деле стоявшая за выдуманной фигурой «Червя», облизнулась, с улыбкой начав копаться в «памяти крови» убитой жертвы. Очень быстро она нашла подтверждение всем тем сведениям, что смогла выбить из бывшего подчинённого. И даже узнала одного из напавших — Электру Дальгрог, бывшую принцессу Империи.

— Ну на-адо же, нас почтила своим визитом сама Дальгрог! — вернувшись на своё место, женщина позвонила в колокольчик. Спустя пару секунд внутрь просочилось двое немногословных и тихих как кошка мускулистых мужчин, одетых в весьма скудные одежды. Могучий торс и мощные ноги были полностью открыты взорам хозяйки, — Уберите эту гадость отсюда!

Дождавшись, пока за ними закроется дверь, она налила себе новую порцию медовухи с пряностями, с наслаждением втянув её аромат.

— Кто же был тот маг в чёрной пылающей броне? По силе он словно… дракон? Хм… — отложив чашку, Бальзуса откинулась на подушки, начав играть со своими кроваво-рыжими волосами, — О да, это будет занятно! Давно я охотилась на принцесс и сородичей!

* * *

Здание дворянского суда являлось одним из символов власти императорской семьи. Роскошное, монументальное, оно внушало уважение и страх в тех, кто входил сюда в качестве обвиняемого в непростительных преступлениях. Жаль, что число этих преступлений дворян век от века только сокращалось, давая всё больше безнаказанности и свободы правящему классу.

Подошло к концу и судилище, назначенное против Вальтера по делу о работорговле крестьянами империи. К его делу (какая неожиданность!) оперативно нашлись и свидетели из числа уважаемых старцев, и девицы, сумевшие сбежать (как это интересно?) и даже торговцы, что проходили по тому же делу. Аж трое работорговцев подтверждали, что он продавал им рабов, торгуясь за каждый «медный меч» (такая монетка, аналог копейки). Вальтер слушал всю эту чушь с отстранённым спокойствием, уже не питая иллюзий по части этой страны. И даже стоявшие позади него двое агентов министерства безопасности империи, решавшие дела с аристократией, его не волновали. Это были маги, разумеется, и весьма искусные, если судить по аурам. Но всё же этого было ничтожно мало против него!

Больше всего барона волновало, успели ли его женщины решить все дела в столице и вернуться назад, на чудовищное поле. И не будет ли проблем у торговцев с доставкой всего купленного и заказанного после его исхода из здания суда. Хоть ни одна сделка и не проходила от его имени, это ничего не значило — докопаться могли за любую мелочь.

— Барон Кёнинг, вам есть что сказать? — верховный судья, герцог Дальгрог, бывший родичем императорской семьи, снял лупоглазые очки, оторвавшись от бумаг с доказательствами. На высоких балконах, что располагались вдоль стен справа и слева огромной залы, и где восседали почтенные наблюдатели-гаранты, установилась мёртвая тишина.

Вальтер, одетый для этого случая в подобие традиционного платья, только без парика и львиной доли вышивки и украшений, молча поднялся, оглядевшись вокруг.

— Да, есть. Я не понимаю, почему вы шьёте мне эту ерунду, основываясь на лживых доказательствах, когда есть совершенно реальные нарушения для процедуры лишения титула. Я не был в тех районах баронства Хасельхоф ни разу, и никогда не торговал рабами!

— Ой бросьте, барон, какие в вашем возрасте могут быть преступления? Вы обычный пьяница и бабник! — бросила одна женщина в мантии судьи, чьё имя Вальтер даже запоминать не стал. Старая такая, молодящаяся свинцовыми белилами и угольной тушью. — Кстати говоря, для семнадцати лет вы выглядите слишком… взросло.

— Вполне обычные преступления. Хотя бы уничтожение острова инквизиции. Или недавнее разрушение Венгорума. Знай вы об этих моих поступках, выбрали бы в надсмотрщики нескольких гранд-архимагов, а не простых мастеров.

— Хватит этой чуши! — ударил наконец деревянным молотком верховный судья. — Раз по существу вам сказать нечего, суд удаляется на совещание по вынесению решения.

Ещё раз стукнув молотком, все девять судей встали, чтобы войти в помещение, располагавшееся за их спинами. Но не успела дверь закрыться, как снова открылась, и судьи вышли назад. Было очевидно, что они просто соблюдают регламент, не более.

— Суд решил признать барона Вальтера Кёнинга виновным в преступлении, предусмотренном восемьдесят третьей статьёй дворянского уложения! Вы с этого момента лишаетесь своего титула и всех привилегий. А также подвергаетесь штрафу в полмиллиона золотых кун! Сдайте свой медальон немедленно.

Покачав головой и сдержанно выдохнув, Вальтер голой рукой сорвал с шеи толстую стальную цепь, заставив её кованые звенья разлететься в разные стороны, прыгая по полу с громким звоном. После чего бросил пластину на пол! Развернулся, и спокойным шагом направился на выход.

— Стойте, вы ещё не подписали приговор.

Но Вальтер даже не отреагировал на этот выпад.

— Стоять! Стража, чего стоите, задержите его!

Тотчас в сторону бывшего барона рванулись все воины в броне, что стояли здесь при параде. А маги имперской безопасности начали кастовость заклинания, способные спеленать даже архимага! Но вдруг рыцарей словно снесло неведомой силой в сторону агентов, и те на огромной скорости обрушились на них стальным дождём, придавив своей массой. Когда же эта куча наконец распалась, Кёнинга уже и след простыл!

С громким гулом на здании Суда Чести зазвонил тревожный колокол, призывая все наличные силы в округе к бдительности. Вот только взошедшее над столицей рукотворное солнце помешало людям выполнить свой долг. Пульсируя, словно ленивый стробоскоп, яркий светящийся шар, зависнув над домами, ослеплял людей раз за разом, мешая не только двигаться, но даже думать, — боль в глазах и голове спустя десяток минут такой свистопляски стала просто невыносимой! Вся округа превратилась в мешанину из ярких вспышек и кратковременного потемнения в глазах.

Сам же Вальтер спокойно нашёл своего коня, спокойно сел, и под аккомпанемент этих световых эффектов в вечернем небе, выехал за пределы города. Ему и его Гелиосу, носившему светофильтры на глазах, эти ярчайшие вспышки никак не мешали! А за городом его уже поджидала его виверна вместе со всеми его спутниками. Погрузившись в капсулу, он ещё раз оглядел с сожалением столицу его родины, ставшей естественным врагом, после чего дал команду на взлёт, наконец-то вернувшись домой.

Вот так и завершилась для Вальтера Кёнинга его жизнь в роли местного барона: недолго и без особого фарса. Но зато теперь начиналась новая жизнь, свободная! Полная планов по созданию собственного государства!

И начнётся эта эпохальная история со строительства столицы его владений, новой военной цитадели, оплота порядка и справедливости, — Тристрама.

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет: https://author.today/work/170045

Примечания

1

Тетраграматон — нечитаемое собственное имя бога.

2

Печать царя Соломона — даёт власть над джинами и понимание языка животных.

3

Далее все слова, произнесённые на русском языке, будут помечаться жирным шрифтом.

4

Группа «Яйцы Фаберже», «Финки».

Content

Антон Тутынин
Вспыльчивый барон Кенинг
Книга 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Эпилог

Примечания