София Грозовская, Кристина Юраш

Раздевайся и ложись!

Пролог

— Беги, смертная! — со смехом заорал Люцифер, а я как ошпаренная, поднимая юбки ломанулась в лесную посадку, на ходу рассуждая, что там они летать не смогут, — Давай! Беги! Мы даем тебе фору!

Я бежала по лесу, ветки больно царапали оголенные части тела, дыхания не хватало, сердце стучало где-то в висках, а ноги сводило судорогой. Рядом послышался треск веток, и я припустила сильнее в противоположную сторону, испугавшись, что пять фора уже кончилась.

— Не туда! — орал анчутка не своим голосом, обгоняя меня и вырываясь вперед, — За мной беги! Я тебя выведу!

— Ага, — задыхалась я, цепляясь за стволы и ломая ветки. — Из себя…

Маленький чертенок активно перепрыгивал через коряжки, корни, скакал по кочкам. Я мчалась не разбирая дороги по его стопам. Совсем рядом слышался смех и голоса демонов. Они уже идут за мной!

— Ты чего натворила, что они тебя загнать решили? — орал бесенок, петляя между деревьями, — В прошлый раз они так девчонку гнали! А вот когда нашли… В общем хоронить было нечего.

— Что? — заорала я, понимая, что дело — дрянь. Зато открылось второе дыхание, и я припустила вдвое быстрее, — Как?

В боку кололо, ноги в кровь были исцарапаны ветками, руки болели от напряжения и тяжелых юбок, платье было разорвано в клочья, моя палка больно била по ногам, но останавливаться, чтобы передохнуть, было нельзя. Демоны были совсем близко.

— Мальчики, догоняйте! — заорал анчутка МОИМ голосом, продолжая бежать впереди меня, — Мальчики, я здесь! Три древних демона не в состоянии поймать беззащитную девушку?

— Ты что творишь? — орала я, пытаясь поймать анчутку и вломить этому предателю как следует, но промахнулась, — Я тебя сама прибью! Ты зачем их зовешь?

— Мальчики, я здесь! — орал анчутка, отмахиваясь от меня и беря левее от моей тропинки. Он мчался вглубь леса, — Ну же! Люцифер, где ты? Иди ко мне, любимый! Поймай меня, о мой темный ангел!

Если бы остались силы, я бы прослезилась, маленький чертенок уводил от меня демонов в противоположную сторону. Страшно представить, что с ним сделают, когда догонят… Так, Лина, если догонят! А вот если они тебя догонят — будет страшнее! Давай, беги! И просто пообещай себе, что если вы выживите простишь ему вонючую кучку на подушке.

— Дон, ну куда же ты смотришь! — орал чертенок из самой чащи, — Я здесь! Я люблю тебя, о мой всадник апокалипсиса! Устрой мне персональный апокалипсис!

Лес становился все темнее. Откуда-то повеяло прохладой. Там вода! «Или болото!» — подбодрил меня инстинкт самосохранения! Пить хотелось безбожно, легкие разрывало от напряжения, я начала сбавлять темп бега.

— О, мой Император! О, Бельфегор! — кричал откуда-то мой голос. — Читай мне стихи всю ночь напролет, в перерывах между любовью…

Это не я! Готова под пытками стоять на своем! Сил практически не осталось, но я продолжала нестись, куда глаза глядят, спасая свою жизнь.

— Попалась! — меня схватили за талию и больно прижали к ближайшему дереву. От страха я зажмурилась и закричала, стараясь отбиться руками и ногами, но куда мне было справиться с демоном. Горячий поцелуй обжег шею, — И куда ты хотела сбежать?

Я узнала этот насмешливый голос. Асмодей. Огромным усилием воли я заставила себя открыть глаза. Демон улыбался, а меня еще несло по рельсам паники. Я лихорадочно оглядывалась в поиске демонов-братьев, но было тихо.

— Итак, братья решили тебя загнать, — задумчиво произнес Асмодей, вжимая меня в дерево и гладя по щеке, — Интересно из-за чего? Что такое могла сделать такая красота? Ну, а, впрочем, неважно.

— И что ты хочешь? — все еще переводя дыхание прохрипела я, судорожно хватая ртом воздух. — За свою помощь?

Асмодей хищно улыбнулся, приподнимая брови.

— Видишь ли, Лина, ты портишь мне статистику, — рассмеялся Асмодей, а его рука с щеки сползла мне на шею. — Через меня прошли все девушки на отборе. Просто кого-то я оставил, а кого-то нет. И только ты выбиваешься из этого списка. Не порядок.

— А Император об этом знает? — предприняла я попытку угрозы, но демон похоти только рассмеялся. Попытка провалилась. — Ты хочешь сказать, что он знает, что те девушки на отборе, все они… Дали тебе?!

— Я — демон похоти, Каролина! — закатил глаза Асмодей, а потом посмотрел на меня как на умалишенную, — Я рожден, чтобы соблазнять.

— Или насиловать! — выдала я, вспоминая голую служанку в кустах. Ну и что, что она потом за ним с матрасом бегала! Факт-то был!

— Я ее просто погладил! — отмахнулся Асмодей, усмехаясь, — Она пришла в сознание и с криком: «Любимый!» потащила меня к себе. Так что, все по согласию. Лина, мне нет нужды в насилии! Я — древний демон, и получаю то, что захочу.

Последние слова Асмодей выдохнул мне в губы и поцеловал. Сначала я хотела его отпихнуть от себя, а потом у меня появилось стойкое чувство правильности, что так и должно быть. Мои руки потянулись к шее демона, обнимая его притягивая к себе. Мне хотелось большего, но вдруг Асмодей оторвался от меня, тяжело дыша, а мне вдруг стало холодно без него.

— Не здесь, — хрипло произнес демон, обнимая меня и целуя в плечо. — Такая девушка достойна самой шикарной кровати, а не лесного настила…

Мы перенеслись во дворец. Затуманенным взглядом я еле узнала свои покои. Поцелуи демона обжигали, заставляя желать большего. Рука Асмодея поползла под юбку, нежно поглаживая, а потом резко остановилась, а демон отстранился.

— Не понял, — пробубнил Асмодей, задирая мою юбку и вставая передо мной на колени, заглядывая под платье, — Я в своей жизни видел все: продольные, поперечные, диагональные и даже с зубами! Ощущения, кстати, интересные, но повторять не буду… Но такое, я вижу в первый раз…

Глава первая

В этот день ничто не предвещало беды, в аду было спокойно, как в аду, лишь редкие крики грешников мелодично нарушали тишину: «За что?!! Помогите! Я не так грешил!!!».

— Лепота, — вздохнул Люцифер, идя мимо огромного котла. Он наклонился в него и принюхался. — Лучка побольше! Соль, сахар, перец и звиздюля по вкусу! Того блоггера проварите сильнее. Создатель музыки в соцсетах? Ничего себе! Отправьте его в рай! Но только на тридцать минут! Я, между прочим, там подписку оформлял! И рекламы стало в три раза больше! Увидели, сволочи, что у меня деньги есть!

Хозяин ада принюхался.

— А кто это у нас так шкварчит? — поинтересовался Люцифер. — Запах прямо такой, что ммм…

— Шашлык «Депутат». Отмыл деньги на детских площадках. Его с горки и спустили. Мы ее прямо сюда и перетащили. Сейчас отдохнет на решетке, снова кататься пойдет! — отрапортовал чертенок.

— Скажите, чтобы шапочку надел! И шубу потеплее! Потеряет варежки — во фритюрницу! — отдал распоряжения Люцифер.

— К вам брат приехал, — опасливо произнес чертенок, тыкая пальцем в сторону дворца.

В этот момент вся жизнь промелькнула перед глазами Люцифера. И где-то на облачке ему посвятили молитву.

— Если дворец целый, значит Дон, — сглотнул Люцифер, ожидая худшего. — Если Дон здесь, значит, конец чему-то уже наступил. Аббадончик! Досенька! Как дела!

Навстречу хозяину ада вышел красивый мужчина в строгом, идеальном и педантичном до тошноты костюме.

— Ну как? Что уже ангелы трубили? — спросил Люцифер, а Дон поднял на него разноцветные глаза. — Как хорошо, что ты пришел. Мне к Бельфегору одному идти как-то стремно. Хорошо, что встреча на его территории! А то в последний раз строили дорог восстанавливали мой дворец трое суток. Тебе не нужна хорошая бригада. Инструмент есть, все есть. Вот они!

На Дона смотрела целая бригада, во главе с бригадиром. В голове бригадира была лопата!

— Зачем он нас собирает? — произнес Дон, а Люцифер пожал плечами. — Ладно, переносимся…

Огромный дворец встретил тишиной, которая через мгновенье разразилась радостным ревом: «Бельфегор рад вас видеть!». Братья вошли в комнату, а Бельфегор обнял их так, что где-то в раю все оживились: «Неужели прикончит?»

— Я жениться собрался! Вот! — предъявил он девушку, сидящую на полу с закрытыми ушами. — Я ей стихи читаю! Собственного сочинения! Ну, милая, убирай ручки от ушей, и мы переходим к восемнадцатому сборнику «Раздевайся и ложись. Автор — Бельфегор». Твои любимые!

Девушка посмотрела на братьев, а Бельфегор надел на нос очки, сквозь которые светящие демонические глаза казались маленькими светлячками, уселся на трон, сложил крылья, погладил себя по рогам и открыл книгу.

— Солнце светит прямо в нас. Раздевайся и ложись! — нараспев прочитал он, поправив очки. — Лес шумит своей листвой. Раздевайся и ложись!

— Ммммм, — произнесла девушка, глядя на демона с опаской.

— Глядите! Мы с ней уже десять томов за один вечер перечитали! Кажется, я нашел свою родственную душу! — похвастался Бельфегор. — Бабочки в лесу летают. Раздевайся и ложись! Там еще есть стихи, посвященные Дону, но мы до них еще дойдем. Это где, саранча весь мир покрыла. Раздевайся и ложись!

— Ммммм! — выдала девушка, глядя непонимающим взглядом на братьев.

— Восхищается, — вздохнул Бельфегор, ласково глядя на нее. — Ее все восхищает! Чуть что увидит сразу «ммммм!»

— А как вас зовут, красавица? — поинтересовался Люцифер, а девушка прижала руку к ушам и повертела головой, выдав: «мммм!».

— Так! Он тебе что? Тоже понравился? — возмутился Бельфегор. — Я тут значит тебе стихи читаю! Три ночи напролет! У нас тут литературный кружок!

— То, что ты круглый, мы уже поняли! Она — глухая! И немая! — выдал Дон, глядя на растерянную девушку.

— Неправда! Когда я ее тащил она орала! Значит, не немая! — возмутился Бельфегор. — Ручеек несет дерьмо. Раздевайся и ложись! Это мой любимый стих! Я сочинил его, вдохновляясь природой!

— Мммм! — девушка протягивала руки к Люциферу, который уже присматривался к стопке книг, лежащих возле трона.

— Можно я возьму себе парочку? — жалобно заметил младший брат, пока Дон уносил девушку. Она благодарно прильнула к нему, активно жестикулируя и как бы всем видом намекая на то, что оставаться здесь больше не хочет.

— Нет! — ревниво произнес Бельфегор. — Гения обидеть может каждый! Ты ими стол подопрешь, как в тот раз!

— Какой стол! О чем ты! Я буду нести в ад слово великого поэта! Над каждым котлом денно и нощно будут читаться лучшие и избранные стихи! Искусство должно принадлежать людям! — убеждал Люцифер, пытаясь стащить книжку.

— Ты у меня брал книги два раза, — ревниво произнес Бельфегор, показывая, что в этом огромном мускулистом теле живет маленькая и трогательная душа поэта. — Один раз ты ее не вернул!

— Она случайно упала в огонь! Это была просто случайность! — спорил Люцифер.

И то, что ты мыл после нее руки три раза — тоже случайность? — взревел обиженный Бельфегор. Дон вернулся и кивнул. Девушку вернули домой.

— Я просто чистоплотный! — доказывал Люцифер. — И капли масла на тех книгах, что я вернул, свидетельствуют о том, что я не мог оторваться. Мне казалось, что у меня раньше вытекут глаза… Нет, Бель, ты гениален! Просто не нашлось ценителей!

— А на кой я целую Империю собрал? Чтобы в школах учили мои стихи! Чтобы в каждом доме был сборник моих стихов! Мне нужны слушатели и муза… — вздохнул Бельфегор, давая Люциферу по рукам. Книжка выпала на пол, открывшись на странице «На тебе я не женюсь, раздевайся и ложись!». — Я недавно выходил к людям и читал стихи!

— Дон!!! — заорал Люцифер. — Помнишь, массовый переезд душ из империи ко мне? Ты что мне говорил? Катаклизм? Налоги поднял? Магнитные бури? Мы не угадали!

— Ну да, слабые здоровьем больше страницы не выдерживают! Надо женить Беля. Тут в каждом стихотворении послание некой музе, которую он еще не встретил, — потер подбородок Дон. — А может она просто хорошо прячется!

— Я один жениться не буду! — обиделся Бельфегор. — Мне одному страшно! Будете жениться со мной!

— Ну хоть не на тебе! — выдохнул терпеливый Абаддон. Еще бы! Апокалипсис доверили самому терпеливому из братьев. — Давай, ты старший, покажи пример!

— Пример? А давайте все женимся, чтобы никому обидно не было! Что нам нужно от нашей бабы! — обрадовался Бельфегор.

— Одна на всех? — кисло спросил Дон. — Спасибо, воздержусь.

— Пишем списочек по пунктам, что должно быть в идеальной бабе! — потер руки Люцифер, а у каждого в руках появилась бумага и перо. — Не стихи, а список! Я вижу, что ты там делаешь, Бель!

Люцифер задумчиво перебирал женские качества, Дон молча, мелким убористым почерком исписал одну страницу и потребовал еще бумагу. «Как правильно пишется слово „рогатка“. Через „а“ или через „о“».

— Она у тебя что? Хулиганить должна? — осведомился сосредоточенный Дон, не отрываясь от своей писанины.

— Роздвинутая рагатка или раздвинутая рогатка? — мучился парадоксом Бельфегор, почесывая лапищем рога. — У меня рога, а у нее рогатка! Чтобы на голове рогатка была! Пусть демоница будет. Но чтобы рожки были не плотно друг к дружке, а раздвинутые.

— Да ни одна демоница за тебя замуж не выйдет! — почти хором заорали братья, а Бельфегор расстроился, скомкал лист, взял новый и стал думать. Через минуту он уже что-то писал, высунув длинный и страшный язык от усердия.

— Сдаем! Сдаем идеальных баб! — скомандовал Люцифер, собирая листочки. — Ну согласитесь же! Так проще! Вот, Дон пишет… Что? Рост ровно 168 см? Сколько волос у нее на голове должно быть? Ты как пересчитывать собрался? А если выпадет часть? Дон!!!

— На! — огромная ручища Бельфегора протянула бумажку. — Читай!

Люцифер молчал, а его глаза тихо поднимались к небу, лезли на лоб.

— Сиськи, сиськи, рыжая, жопа, — вслух удовлетворил любопытство Дона Люцифер, тихо оседая на стульчик. — А как же стихи? И почему сиськи два раза? Тебе нужно, чтобы у бабы их было четыре? Или запасные? На случай, если те оторвешь? А рыжая жопа… Я даже боюсь предположить…

— Рыжая. И жопа! — пояснил Бельфегор, описывая словами, и обрисовывая руками свою музу. — На счет рыжей жопы я так не углублялся. Пока еще.

* * *

— Лина, не трусь! — я смотрела на себя в зеркало, перебирая свои до ужаса надоевшие рыжие волосы. Они были рыжие от природы, а я намотала прядь огненных волос себе на нос, а потом потрясла головой. — Ты же уже договорилась! Тебя в салоне ждут!

«А вот если бы ты была не рыжая, а блондинка, я бы женился! — снова горестно вздохнул в голове мой парень, — Терпеть рыжих не могу! Но ты — человек хороший…» «Хороший человек» не стригла волосы с самого детства, всегда гордилась тем, что похожа на русалочку из детского мультика… А сейчас договорилась на каре и осветление в несколько этапов. Все люди идут на жертву ради любви, правда? Парикмахер сказала, что блонд пойдет мне идеально! Я пыталась представить себя эдакой снежной королевой, мысленно примеряя новый цвет. Нет! Не хочу-у-у!

— Ну, давай, не трусь! — подбадривала я себя, заплетая в последний раз тугую косу, — Ты же его любишь? Любишь! И он тебя любит! Просто рыжие его бесят! У него предыдущая девушка была рыжей, поэтому он ненавидит рыжих! И вообще! Менять имидж — это модно!

Я убеждала себя, хотя где-то внутри червячок сомнения и тихо нашептывал: «Любят просто так, а не за цвет волос…» Но я быстро затолкала его туда, откуда он вылез. Мало ли, вдруг у него фетиш такой? Мало ли? Кому-то нравятся девушки с курносым носиком, кому-то с ямочками на щечках, кому-то с веснушками! «А кому-то в носочках!» —   ехидно заметил внутренний червяк, пытаясь укусить меня за храбрость.

— Здравствуй, Линочка! — послышался ласковый голос бабы Нины, выходящей из лифта, пока я закрывала дверь. Все-таки решилась! — Ух, какая же коса красивая! Не нарадуюсь, тьфу-тьфу-тьфу! Еще бы жониха тебе хорошего! Бохатого! Шоб с машиной был!

Баба Нина с несвойственной для ее возраста прытью добралась до своей квартиры, и как всегда, осмотревшись по сторонам, открыла дверь и юркнула внутрь, на минутку обнажив старенькие обои и тумбочку.

Я собрав остатки решимости и моральных сил нажала на кнопку лифта. Двери открылись сразу. Лифт еще не успел уехать, но о том, что открылись двери без кабинки, я уже осознавала в полете! Мой крик тонул в черноте шахты лифта.

— Она точно очнется? — сквозь жужжание в голове донесся до меня голос какого-то мужчины… Господи, неужели выжила? — Ты смотри, второго шанса у нас не будет!

— Да точно! Я все правильно сделал! — рыкнул на него второй голос, явно нервничая. Так, Лина, попробуй пошевелиться, Господи, хоть бы позвоночник не повредила! — Смотри! Она шевелится! Буди, давай! Времени мало!

Я открыла глаза, щурясь на солнечный свет. Когда зрение сфокусировалось вместо врачей на меня смотрели люди, отобравшие одежду у ку-клукс-клана, обещая потом отстирать и вернуть. Хорошо же меня приложило! Все эта парикмахерская! Вот не нервничала бы, и все было нормально! Я крепко зажмурилась и снова открыла глаза, недоверчиво осматриваясь. Глюки стояли на прежнем месте. Может, я в коме?

— Ты нас понимаешь? — склонился надо мной высокий капюшон, лица видно не было, зато топорщащаяся борода кокетливо мне помахала хвостиком, — Если понимаешь, то кивни!

Я кивнула, в полном недоумении от происходящего. Если мне сейчас дракона покажут, то точно кома.

— Отлично! — обрадовался второй, бороды у него не было, но и лица видно не было, — Ты пришла к нам! Наша спасительница! А то спасу от него никакого нет! То поймает и отлупит! То поймает и стихи свои читает, но лучше бы отлупил!

— Да замолчи ты! — замахнулся бородатый на своего собеседника. Тот сжался и притих. Каролина, ты точно в коме! Даже драконов не надо, тут и так все понятно! — Прекрасная дева, мы призвали тебя в наш мир, как спасительницу! На наших землях бесчинствуют братья-демоны! Бельфегор, Люцифер и Абаддон, известно ли тебе о них?

Я кивнула, удивляясь тому, какие интересные картинки мне подкидывает мозг. Вот зарекалась на ночь книги не читать! Сейчас еще и мир спасать заставят!

— Наш орден создан, чтобы противостоять демонам и злу! — гордо вклинился парнишка и вскинул голову так, что капюшон слетел с его головы. Я оказалась права, на вид ему было не больше восемнадцати. Я умилялась глядя на него, а мой мозг лихорадочно вспоминал всех знакомых, из кого мое подсознание смогло спроецировать его. Похож на Пашку с параллельного курса института. Такой же вихрастый, с носом — картошкой. И на Димку-соседа!

— Инквизиция что ли? — подсказала я, насмешливо глядя на свои глюки, — ну так, звонили из позапозапозапозапозапрошлого века и просили вас вернуть!

— Мы — Орден Белых, — гордо произнес капюшон с бородой, разворачиваясь в мою сторону. — Меня зовут Анастард. И это я призвал тебя сюда. Нам нужна твоя помощь… Есть пророчество, которое касается именно тебя! В темные времена, когда тьма сгущается над миром, когда воцаряется беспросветный мрак…

Я слушала проповеди в пол уха и пока мне Ана… как там его, рассказывал о том, как космические корабли бороздят большой театр.

— Мы поклялись уничтожить зло, — вдохновенно продолжал Ана… а я поморщилась, осматриваясь по сторонам.

Почему-то я находилась не в своей квартире, что для комы было вполне ожидаемо, а в какой-то избушке с одной комнатой и одним окном. Может, это такая палата? Давно ремонта не было, вот и выглядит так, словно тут тиранозавра откачивали.

Ветхая дверь, что находилась прямо напротив меня, видимо, сама уже не закрывалась и была подперта поленом. Ё-маё, да с такой фантазией, как у меня, я могу сама книги писать! Вот только бы из комы выйти…

— Ты вообще меня слушаешь? — тряхнул меня за плечо бородатый капюшон, — Ты понимаешь насколько это важно? Ты не вернешься! Ты там погибла!

— Не вернусь куда? — не поняла я, во все глаза уставившись на бородатый капюшон. — Из комы редко выходят. Но у всех есть шансы!

— Она — идиотка… — сделал неутешительные выводы парнишка и чуть не расплакался, — Мы обречены… И орден обречен… И я обречен! Ты должна была нас спасти! А ты? Ты… Разочарование, вот кто ты! Крушение всех надежд! Ну что! Неужели тебе так сложно осуществить маленькое пророчество? Победить всю тьму?

Я на секунду представила себя с мечом в руках против целой армии монстров. Я смотрела на них, мысленно выбирая, в кого кинуть меч, чтобы дать деру налегке! «Неужели так сложно?» — жалобно смотрели на меня глаза доверчивого паренька. Какая ерунда мне привиделась!

— Люди бы тебе спасибо сказали! — обиделся на меня паренек.

Да это же абсурд! К моей мысленной могилке стекались люди с благодарностями: «Спасибо тебе, храбрая девушка!», а я высовываю руку из-под земли, пожимаю ее, мол, всегда рада помочь! «Вы спасли нас! Тьма отобедала вами, отравилась и умерла!» —   доносились до меня голоса придуманных людей, а я улыбнулась, снисходительно глядя на агитаторов.

Я не понимала что происходит, с одной стороны я понимала, что не могу быть попаданкой, а с другой видя декорации вокруг себя, понимала, что мой мозг такого создать просто не в состоянии. Дверь открылась, и в нее, снимая капюшон зашел абсолютно седой старец в такой же белой хламиде. Его длинная борода подметала пол, а взгляд был все еще суров, и все еще решителен.

— Здравствуй, дочка! Я рад, что ты дома, — радушно начал он, а двое моих собеседников сделали шаг назад, низко кланяясь старцу, — Меня зовут Вендар, я — один из старейшин ордена белых. Я так счастлив, что дожил до этого момента… И увидел наше спасение своими глазами.

— Ну, несите сюда ваше зло, — съехидничала я, поджимая под себя ноги. — Знакомиться будем! Потом я его победю, побеждю… Одержу победу над ним и у вас появятся мир, дружба, жвачка, как в советском союзе! Дружба народов и все такое. Миру мир, всем по возможностям, кому-то по потребностям и злу по голове!

— Дружба народов, дочка, доведет до войны, — глубокомысленно усмехнулся старец. В его руке возник посох, на который Вендар облокотился со вздохом облегчения. Он поднял палец вверх, чтобы подчеркнуть торжественность момента для умственно отсталых. — Ты понимаешь, что стала той, кому предначертано привести к победе наш орден? Ты избранная силами света, чтобы навсегда прогнать тьму с этих земель.

Если сейчас кто-то выйдет в черном плаще и скажет мне: «Каролина! Я — твой отец!» — а неподалеку зажужжит мотор Звезды Смерти, то я точно сошла с ума! Мой мозг с инстинктом самосохранения посовещались и решили, что это все-таки — не кома. Уж больно сильно мне на страшной кровати кололо орган, отвечающий за приключения. Я кивнула, делая вид, что внимательно слушаю, готова записывать имена зла, адреса, пароли и явки.

— Твоя задача непроста, а путь тернист и полон опасностей. Но ты должна будешь все выстоять во имя света, — пафосно произнес Вендар, а его посох засветился. Старец медленно подошел ко мне и коснулся лба. По телу стало разливаться приятное тепло и сильно потянуло в сон. Я громко зевнула, а старец продолжил. — Сейчас пройдет, не переживай. Свет, что ты принесешь на эти земли будет воспет в веках, и мы тебя никогда не забудем! Как ты знаешь, эти земли захватил один трех демонов — Бельфегор. А его братья: Абаддон и Люцифер правят империей, пока Бельфегор пытается уничтожить наш орден. Мы долго думали, как победить древнее зло, пока не нашли пророчество о тебе!

— А что за пророчество? — перебила я старца, пытаясь переварить информацию о том, что только что узнала. — Как оно звучит? Можно поподробней! Вдруг это все-таки не я?

— Нельзя перебивать старейшину! — назидательным тоном сообщила борода из под капюшона. — Относить к нему с уважением! Ему больше трехсот лет!

Вендар нехорошо посмотрел на бороду, а потом снова развернулся в мою сторону.

— Дитя, послушай! Пророчество, если коротко, звучит так: «Девушка с волосами цвета огня выжжет зло с этой земли». Слушай внимательно, второй шанс поговорить может нам и не выпасть. Я — стар, а время утекает, как песок сквозь пальцы. Три брата сильны вместе, но слабы по одиночке. Мы долго ждали подходящего случая, и вот он предоставился! Они хотят жениться! Демоны объявили смотрины во дворце узурпатора, — дедушка так эмоционально и вдохновенно рассказывал, что я заволновалась, а не придет ли за ним такой же дедушка, но по имени Кондратий. — Твоя задача попасть на этот отбор и внести раздор в их отношения! Император импульсивен, он изгонит братьев, если они не смогут поделить такую красавицу, как ты! А когда останется только один, мы очистим наши земли кровью захватчика!

Я внимательно слушала речь деда, понимая, что спасать мир мне вот совсем не хочется! Особенно, если все происходящее — это правда! Я жить хочу!

— А почему вы сами не нападете? — наивно поинтересовалась я, хлопая ресницами, переводя взгляд поочередно на каждого собеседника. — Зачем просить спасти мир хрупкую девушку? Набрали крепких мужиков, пошли и по-мужски разобрались. Тут два варианта, либо победили, либо выгребли!

— Мы чаще выгребаем! — пискнул парень, а на него тут же посмотрели, как на предателя и дезинформатора.

— Нас мало, дитя… Орден сейчас очень слаб, и нам понадобилась помощь. Ты идеально подходишь в условия отбора: ты — рыжая! Остальных требований они не выставили, — продолжил разговор старик, а я недоумевала, то ли Император и вправду идиот, что ему все равно кто, лишь бы рыжая… Либо у него фетиш! А еще страшнее, когда у него фетиш есть, а мозгов нет! — Твоя задача — победить и вместо первой брачной ночи — открыть нам портал в замок…

— Зачем вам портал? Как я вам его открою? Почему я должна вас спасать? — вопросы лились мне как из рога изобилия, а старец лишь качал головой, делая вид, что запоминает и осмысливает. — Почему вы мне доверяете? А если я все расскажу тем братьям, когда попаду во дворец?

Я задала свои вопросы и пристально посмотрела на Вендара. Я думала, что он выкажет хоть какую-то эмоцию, но его лицо оставалось спокойным, хладнокровным и ничуть не изменилось.

— Мы не можем перемещаться по землям демонов, без последствий! Добро не выносит смрада и зла. Портал ты сможешь открыть вот этим, — на моей руке застегнулся серебряный браслет, потрясающе красивого плетения, похожий на паутинку. Я засмотрелась на украшение, а старец продолжил отвечать на мои вопросы. Где-то внутри меня снова зашевелился червь сомнения и укусил за здравый смысл. — Ты должна нас спасти потому что ты — избранная из пророчества, и у тебя нет другого выхода. Нам нет причины не верить тебе, а тебе — не верить нам. Рассказать ты ничего не сможешь ни одному из братьев. Как только ты объявишь, что принадлежишь нашему ордену, тут же рассыпешься в прах. Это — обратная сторона сил света… Мы погибаем, но не сдаемся! А память о нас живет вечно среди потомков!

— А каким образом я отношусь к ордену? — не отставала я, складывая мозаику в голове. Ребята-то сумасшедшие, по ходу пьесы, — У меня же даже карточки членской нет! Я взносы не платила! Погоди… Вот то, что ты сделал мне посохом, это оно, да?

Моя рука потянулась к затылку, куда до этого прикоснулись посохом. Что-то здесь не то! Ай! Странное чувство, словно трогать там не желательно! Старец улыбнулся, а мне захотелось придушить его за самоуправство и превышение должностных полномочий! Он не имел права ничего со мной делать! И как только я хотела высказаться по этому поводу, с улицы стали доноситься крики и звон битых стекол.

— Бельфегор, — в ужасе прошептал младший и попятился к стене. — Нужно уходить быстро!

Вендар, не по возрасту шустро, подошел к капюшонам, и они стали растворяться. Последнее, что я от них слышала: «Мы свяжемся с тобой чуть позже. Помни о том, что мы тебе говорили, и не доверяй Бельфегору!». Чпок! И нет их! Отлично! Просто прекрасно! И как прикажите быть дальше? Только я встала с кровати, как дверь в эту лачугу вынесло с петель, а передо мной стоял высокий, широкоплечий мужчина, с длинными волосами, слипшимися от запекшейся крови и набедренной лоскутной повязке.

— О! Рыжая! Сойдешь! — как-то очень радостно заорал он и направился в мою сторону. Я схватила какую-то палку и приготовилась обороняться. Мужик скептически посмотрел на меня и мое оружие. — Ты вот сейчас не серьезно, да?

Захватчик заломил бровь и посмотрел на меня, как на умалишенную, а я покрепче перехватила палку. Мужик растянулся в лыбе и повел плечом.

— Поиграть хочешь? — заинтригованно произнес полуголый индивид, азартно сверкнув глазами, и пошел на меня, — Ты мне уже нравишься! Давай поиграем!

— На тебе! — заорала я и обрушила палку на этот комок тестостерона. Он даже не почесался, а только начал ржать, — Вот тебе! На тебе! Получи!

Я лупила его, а он просто стоял и наблюдал за моими жалкими потугами защитить свою жизнь. Ржет стоит, смешно ему! Вот тебе!

— Хороша! Себе возьму, — кивнул громила своим мыслям и взвалил меня на плечо! Но я тоже не пальцем деланная, палку в руках держала крепко продолжая лупить этого хама!

Внезапно все перед глазами поплыло, закружилось, резко начало тошнить, но я по прежнему крепко держалась руками за палку и зубами за воздух. Головокружение прекратилось так же резко, как и началось. Мы оказались посреди комнаты с дорогой отделкой, винтажной мебелью и открытым окном.

— Мужики, глядите кого нашел! — меня сгрузили на пол и развернули к камину, напротив которого сидели в креслах два очень представительных мужчины, но с основательно офигевшими лицами. — Глядите, какая шмакодявка бойкая! Напала на меня она!

Лица присутствующих вытянулись еще сильнее, а у того, что с разными глазами, отвисла челюсть. Я быстро смекнула, что все присутствующие в шоке, решила воспользоваться ситуацией и снова огрела по голове палкой этого почти нудиста, который меня сюда притащил. Ничего не произошло. Жаль… А вот теперь, Каролина, пора паниковать!

— Слышь, мужики! По-моему, я ей понравился! — звонко шлепнул меня по органу с приключениями этот мускулистый индивид, а я снова огрела его своим деревянным оберегом, — Глядите-ка, уже прелюдия!

— Бель, а откуда ты ее взял? — мужчина, похожий на цыгана, в золотой рубашке, подозрительно прищурился на меня, явно оценивая и чему-то улыбнулся, — Здесь нет нашей веры, а она в папу верит.

Его лучезарная улыбка искушала меня. Дать ему в морду! Но я вежливо сдерживалась.

— Кстати, да, — согласился с ним мужчина с разноцветными глазами, разливая вино по бокалам. Бррр! Страшный тип. Особенно правый глаз мне его не нравится! Тяжело ему анкету заполнять, графу «цвет глаз». — Ты не говорил, что собираешься в наш мир.

Ну, все! Попала, ты, Каролина! Как отмазываться будешь? Про белых-то сказать ничего нельзя!

— Да, я это… Мятеж в Несхеле гасил! Опять эти белые народ подбили! Прилетел я туда одного мечом чик, второму сапогом по репе хрясь! Ну, думаю, сейчас они у меня все обосру… — вдохновенно начал… Бель… Бельфегор, но его тут же перебил цыганенок… Попала ты Лина! По ходу это и есть те самые три брата — садиста, узурпатора.

— Короче, Бель! — прикрикнул на него… Кто же ты? Люцифер или Абаддон? Вот говорила мне мама: «Лина, библию читай! Пригодится!» Кто ж знал что настолько!

— Если короче, Люсь, то я раздал звездюли и пошел белых искать! Ну чтобы звездюль точного попадания и обширного поражение, с жизнью несовместимого, дать! — все так же радостно продолжил Бельфегор, а лица его братьев мрачнели на глазах… Неужели догадываются? Конечно, догадываются! Один из них Дьявол! Значит в золотой рубашке Люцифер… Дьявольски красив… Не поспоришь… А Бельфегор все еще продолжал громко вещать мне прямо в ухо, — Открываю дверь, а там эта шмакодявка! Хватает палку и мне прям по морде как саданет! Ух, хороша баба! Я и подумал, мало ли пригодится… Дай думаю возьму!

Я вспоминала, кто второй брат. Меня пугало его холодное спокойствие. Абаддон, кажется, демон, который ведет всадников Апокалипсиса. Что-то в стиле: «Увидел Абадонна — можешь больше не платить кредит!». Его приход нам обещают каждый год. Даже майя со своим незаконченным календарем! А он тут…

— И что? — с паузами произнес, получается, Абаддон, переводя попеременный взгляд с меня на Бельфегора. — Взял? Прям там что ли?

— Ну, как видишь! Даже донес! — огрызнулся Бель, почему-то разозлившись на Абаддона. У братьев что-то не клеится? А что именно?

— Да хватит вам! — отмахнулся Люцифер, отпивая из бокала и громко ставя бокал на столик, — Белечка, ты бы закинул ее к остальным, а? Пусть осматривается, осваивается! А мы пока поговорим. Мы тут столько их понатаскали — замок лопается!

— Ве-е-е-ель! — прогрохотал Бель, и в дверь почти тут же постучали и без разрешения вошел… Демон! нет, не так… ДЕМОН! и подойдя к Белю, поклонился, — Отведи к остальным! Только не порть! Экземпляр интересный! Чуть что, так по морде!

Демон кивнул и потащил меня за руку к двери, и, так бы волоком и тащил, если бы на него не рявкнул Бельфегор.

— Вельзевул! Я тебе что сказал? — угрожающе начал Бель, а бесцеремонный демон отпустил мой локоть и отошел на два шага, — Вот так и веди до покоев! Совсем распустились…

Мы шли по длинным и витиеватым коридорам. Я все время оглядывалась, пытаясь запомнить дорогу, но мы уже прошли их столько, что внутренний счетчик ступеней и поворотов сломался и восстановлению не подлежал. Палка была со мной и это немного обнадеживало. Каждый раз, когда я оборачивалась или сильнее прижимала к себе палку, демон на меня странно косился.

— Даже не думай сбежать, — заговорил Вельзевул, останавливаясь перед красивыми резными дверями и поворачиваясь ко мне лицом. Я еле сдержалась, чтобы не перекреститься и перекрестить его. Брррр… — Запомни, ты мне не нравишься. Я буду смотреть за тобой и не дам причинить вред Императору. Это твоя комната, заходи. Выходить без сопровождения не советую.

Я сделала опасливый шаг в роскошные покои, но через порог все-таки не перешагнула.

— Я — пленница? — напрямую задала я вопрос с вызовом посмотрев в глаза демону. Бельфегор приказал меня «не попортить», значит я могу немного понаглеть, — И что? Мне ни выйти, ни поговорить ни с кем нельзя?

— Ну, почему же, — оскалился в улыбке демон, а мне стало не по себе. По спине пробежали мурашки, а рука уже тянулась ко лбу, — Можно, только учти, что Бельфегор приказал тебя не трогать только мне. А в замке полно других демонов…

Меня втолкнули в комнату и громко хлопнули дверью, как бы намекая, что ничего хорошего из моей возможной прогулки не выйдет. Ну и ладно! Не очень то и хотелось! Тоже мне Лувр! Тут и так картина маслом — я пленница демона!

Я огляделась: огромная комната с шикарной кроватью, помпезный шкаф, к которому впору обращаться «Ваше Шкафейшество», маленькая дверь сбоку, надеюсь, что купальня, и выход на балкон. «Тюрьма со всеми удобствами, но очень строгого режима!» Ничего себе тут пленные живут! Я вспомнила свою маленькую однушку на задворках цивилизации и поняла, что если меня еще и кормить будут, я готова сдаться без боя!

— Да, Лин, хорохорься, не хорохорься, а разбираться в этом нужно, — я глубоко вздохнула, присаживаясь на край кровати. Интересно, Леша будет меня искать? На глазах навернулись слезы… Мы расстались день назад, а я уже скучаю. Белые сказали, что не смогу вернуться и там я умерла, но ведь братья как-то перемещаются туда-сюда… Может, кто-то из них сможет что-то сделать? — Так, Лин! Втягивай сопли, давай думать!

Я отругала себя вслух, чтобы прогнать грустные мысли. Для начала, нужно узнать противника поближе… В лобовую на него идти бесполезно, мы это уже выяснили… Только хуже будет… А значит остаются те, кто его знает и сможет что-то рассказать. Это могут сделать братья и прислуга. Братьев отметаем сразу. Так прямо они разоткровенничались. Остается второе.

— Итак, мне сказали не выходить, пугая другими демонами, — начала я, рассуждая вслух и направляясь к маленькой двери. Я не ошиблась! Это была купель, как нельзя кстати! — Но Бель сказал, что решил меня оставить себе… А значит тоже самое я смогу сказать любому демону, кто мне встретится. Он Император — его слово закон. С этим разобрались… Где найти прислугу? И главное, как самой не потеряться в этих коридорах? А если я никого не найду? Пока мы шли сюда нам не встретилось ни одного человека! Нам вообще никого не встретилось!

Меня уже посетила гениальная идея распустить одну из штор, чтобы смотать клубок и по нему идти, а когда нитка заканчивается, то распускать по одному из гобеленов, что висят в коридоре… Я уже потянулась за шторой, как в дверь постучали и, не дождавшись разрешения, вошел безумно красивый мужчина. У меня чуть челюсть не отвисла, я так и таращилась на него, не в силах ничего сказать.

— Асмодей, — шутливо поклонился этот «идол» и жестом предложил следовать за ним, — Бельфегор и его братья собирают всех претенденток в главной зале. Прошу за мной.

Красавец не дождался от меня ответной реакции и направился к двери, в полной уверенности, что я за ним пойду. Да что там пойду! Побегу! Ага, щаз! Я так и осталась стоять на месте, вспоминая слова Вельзевула. Пусть собирает кого хочет, хоть претенденток, хоть дань, хоть урожай.

— Вот если Императору надо — пусть сам и приходит, — как можно беспечнее отозвалась я, крепче сжимая за спиной палку и готовясь пустить ее в ход в любой момент, — А мне и здесь неплохо. Так что жду его здесь!

Асмодей замер на полушаге и медленно разворачивался в мою сторону. В который раз удивилась красоте этого демона. Хотя каким еще может быть демон похоти?

— Каролина, пойдем. Приказ Императора, — терпеливо пояснил Асмодей, натягивая на лицо дежурную улыбку, — Нельзя заставлять ждать Его Императорское Величество. У Бельфегора есть все, кроме терпения.

— Не пойду и все! — отрезала я, для убедительности топнув ногой. Не хочу попасть в лапы какому-то демону. Бельфегора это тоже касается конечно! Вельзевул просто так бы предупреждать не стал, — И вообще, Ваш Император себе меня оставил. Так что прикасаться ко мне не советую.

Асмодей внимательно выслушал мою тираду и спокойно кивнув, расправил невесть откуда взявшиеся черный крылья вылетел в коридор. Стоило мне только выдохнуть, как где-то послышался звук рассыпающейся стены.

— Каролина, успокойся! — уговаривал я себя, понимая, что если это из-за моего отказа такая реакция, то все… Впору писать завещание, чтобы меня похоронили где-то не под плинтусом, — Это не из-за тебя, не из-за тебя! Так быстро он долететь не мог! Или мог? А вдруг он просто сильно расстроился и теперь думает!

«Бдыщь!» —   послышался страшный звук.

— Сильно думает, — согласилась я, глядя квадратными глазами в сторону «мыслительного процесса». — Просто мужик крепко задумался! Как говориться, бьется головой об стену в поисках решения!

«Дыдыщь!» —   раздалось так явственно, что сразу же включился резервный мозг, холодея всеми полушариями.

— Мозговой штурм, — кивнула я, чувствуя, как оба полушария советуют мне держать их подальше от «женихов».

Я тихо оседала на пол, опираясь на свой деревянный оберег, понимая, что он мне не помощник… Во попала… Я сидела на полу обняв колени и ждала появления кого-то из демонов… Не знаю, сколько я так просидела, погруженная в свои мысли и рисуя себе страшные картинки происходящего в другой стороне дворца. Судя по звукам и напору любая проблема готова была просто взять и решиться от греха подальше! «Погибла при загадочных обстоятельств от обрушения несущей стены дворца из-за отказа встретиться с демоном!» —   монотонно бубнил мысленный патологоанатом, рачленяя мой пока еще не труп.

Внезапно мне на плечо легла рука. Шум притих…

— А-а-а-а-а-а! — заорала я и двинула Асмодея по голове своим грозным до смеха оружием. Вот до чего накручивание нервов доводит! Интересно, а у них валерианка есть?

В голове вертелось брачное объявление: «Отбор кандидаток в жены демонам. Без валидола, корвалола и валерианки вход воспрещен!».

— Мне за ТАКОЕ точно доплачивать должны, — пробубнил Асмодей, потирая ушибленную голову, — Каролина, я принес приказ от Бельфегора. Вставай и идем.

Асмодей протянул мне руку, помогая подняться, я подала свою и тут меня рывком прижали к себе. Мамочки-мамочки-мамочки, где палка? А палка осталась лежать на полу… Если выживу сейчас, то точно ее к себе примотаю!

— Ты очень красивая, — прошептал мне прямо в губы демон похоти, плотнее прижимая к себе. Его рука пыталась пощупать приключенческий орган, — Ну, зачем ты решилась на этот отбор… Такая красота не должна унижать себя этим… Позволять рассматривать как товар, выбирать как скот… Ты же личность, Каролина, человек… Не позволяй так обращаться с тобой никому, даже Императору…

Сладкие речи демона похоти вводили меня в ступор. С чего это вдруг Асмодей такой ласковый? Может, природа у него такая? Или Император звиздюль отвесил? Тогда он наоборот меня убивать должен… Так, погодите-ка… Он меня что? Совсем за дуру держит?

— Каролина, ты же умная девочка… Подумай… Зачем ты Императору? Или его братьям? Любой из них считает вас просто пылью и игрушкой… — искушал меня демон, поднимая на поверхность страх любой женщины — стать ненужной… Но вот он не учел одного — мне это на известном органе вертелось… На носу… — Придет время, они наиграются и ты окажешься ненужной… Будет еще один отбор, а как ты понимаешь, та кто выиграла в предыдущем — не участвует…

— Пенсию по сексуальной старости дадут? — кряхтела я, пытаясь вывернуться из объятий. — Я только ради нее! А что? В ус не дую, а другая пенсию себе зарабатывает!

Я старалась всеми силами отпихнуть от себя Асмодея, а он как назло сильнее прижал меня к себе и стал буксировать в сторону кровати. Ну, нет, милок! На тебе на ногу! Минута замешательства после встречи каблука и ботинка хватка ослабла, зато я смогла подцепить ногой свой оберег и подтащить поближе!

— Каролина, Лина, ну зачем же так то, — насмешливо поднимая брови произнес Асмодей, — Или у тебя так проявляется заигрывания? Интересно… Скажи мне, красавица… Понравился ли я тебе так же, как ты мне? Готова ли выслушать предложение, которое до тебя я не делал никому?

В голове эхом пронеслась песня про Казанову. Начал мужик хорошо, а вот кончил плохо. Я смотрела на внешность Асмодея, прикидывая сколько девушек бежало за ним, размахивая трусами? И боялась в слух произнести пришедшую на ум цифру… А осмыслив ее, испытала желание брезгливо отодвинуться…

— Давай сбежим? Прямо сейчас? — красивое лицо смотрело на меня с такой нежностью, а глаза были наполнены такой мольбой, что отказать, как ему казалось, было невозможно! Сергей Станиславович, ваш клиент! Забирайте! — У Бельфегора собрание с военачальниками, он занят, а значит не заметит нашего отсутствия! А когда спохватится — мы уже будем совсем далеко отсюда!

А что если он поможет? Что если я как-то смогу донести до него информацию про белых и попросить вернуть меня домой? Что, если это — действительно шанс… не на большую любовь, про которую он мне поет, а на спасение… Шанс оказаться дома… С Лешей…

— Да, милая! Я готов пойти на это! Рисковать жизнью ради тебя, понимая, что не смогу больше и дня прожить без твоей красоты, — елейно заливал мне уши медом Асмодей, как будто почувствовав мои колебания. Вот только лапшу с медом я не очень люблю. — У нас еще есть немного времени, пока Бельфегор на срочном собрании…

Рука Асмодея нащупала молнию на боку платья и стала медленно расстегивать ее, а я почти подняла палку медленно ведя ее ногой по стене вверх. Еще чуть-чуть…

— Не бойся меня… Я не сделаю тебе больно, — шептал демон, а меня по бедру что-то погладило… Погодите… Одна его рука у меня на талии, вторая расстегивает молнию, а это что тогда такое?! — Тебе понравится…

Асмодей целовал меня, а я поднимала ногу все выше и выше… Сквозь поцелуй я почувствовала улыбку демона, наверняка расценил этот жест по-своему… Наивный. Я ухватила свой оберег и покрепче сжала… Ну, Лина, не промахнись!

— А-а-а-а-а-а-а! — орал Асмодей, дуя на хвост и поглаживая его. Жуть какая…

— Что здесь происходит? — проревел Бельфегор, разбивая стены дверью в мою комнату, — Да как ты… Э-э-э-э-э…

Взгляду Бельфегора открылась интересная картина:  Асмодей прыгает и вертится, дуя и гладя свой хвост, и я в одной руке держу свою спасительницу, а второй придерживаю джинсовое платье.

— Ты почему еще в одежде? — удивился Бельфегор, таращась на нас во все глаза. Это он мне или ему? — Я кого спросил?

Отлично! Вот он сейчас вообще ничего не объяснил! Из-за спины Бельфегора показался очень презентабельный мужчина, в строгом костюме и моноклем.

— Ваше Величество, Вас ищут братья, — не смутившись ни на йоту, при виде такой картины произнес мажордом, — Они направляются в главную залу, просят вас присутствовать.

Бельфегор кивнул, жестом отправляя дворецкого, чтобы тут же его заменила служанка, строго одетая и тоже с моноклем. У них тут корпоратив или просто все, как и я, слепошарые?

— Ваше Величество? — вопросительно покосилась на Императора служанка, переводя взгляд на меня и на подползающего ко мне Асмодея. Ну-ну, попробуй, — Как прикажете засвидетельствовать?

Так-так-так… Мало того, что устроил примитивное испытания, для претенденток с лишней хромосомой, так еще и со свидетелями. Это чтобы потом опровергнуть было нечем? Я то помню, что коридоры пустынными были!

— Значит, так! — я застегивала платье, крепко держа палку коленями и косясь в сторону Асмодея, — Вот этот цирк еще долго будет продолжаться? Ты, Император, ты свое слово, я так понимаю не держись!

Я в упор смотрела на Бельфегора, уже держа в руках свое оружие и крабиком отходя от Асмодея. Император подавился воздухом на такую наглость.

— Ты мне что сказал? «Хороша! Себе возьму!» Так? — Бельфегор кивнул, сохраняя суровое выражение лица, а в глазах стояли смешинки. Или мне показалось? — Так какого кляпа ко мне все кому не лень свои заготовки протягивают? Руки, ноги, ХВОСТ! Или что? Слово Императора не авторитет для собственных демонов?

— Вон! — заорал Бельфегор на всех присутствующих, прислуга вымелась моментально. Асмодей смотрел вопросительно на Бельфегора и не двигался с места. — Вон я сказал! Черти тебя раздери!

«Хлоп!» — послышался звук и радостное «Уиииии!» Я пыталась найти источник звука и нашла! Маленький чертенок прыгал вокруг Бельфегора, радостно попискивая!

— Чур меня чур! — орала я, крестясь и смотря на это маленькое чудовище, хватаясь за крестик, — Свят-свят-свят!

— Вяяяяяяяяя! — орал вместе со мной этот анчутка, пытаясь взобраться по ноге Бельфегора. — Вииииияяяя!

— Ты зачем над малышом так издеваешься? — насупился Бельфегор, пряча пушистую черную хреновину у себя в ладонях. — Он хороший.

Император гладил пальцем съежившийся и дрожащий комок, а мне почему-то стало стыдно.

— А ты стихи любишь? — внезапно и задумчиво спросил Император, поглаживая «мушистую» мелочь, которая мельтешила назойливой мухой. Все, Лина! Нервную систему можно выбрасывать! Несите новую! Стойко выдержала архидемонов, а кончилась на анчутке. Так, что он говорил про стихи? — Ты меня настолько вдохновила, что я десять стихов написал! Про тебя!

Стихи? Мне еще никто не посвящал стихи… Никогда не посвящали… Сердце дрогнуло, а я посмотрела на Императора с визжащим комком как-то иначе… Романтик, не то что Леша… Леша… Лина, соберись немедленно! Леша — самый лучший парень на земле! Он один раз прислал нам стишок на восьмое марта! Он у тебя тоже поэт! Пусть стих был с каким поздравком, но стих? Стих!

— Люблю! — радостно ответила я, но тут же спохватилась и сделала кислую мину, — Но твоих стихов мне не надо! Лучше бы демонам своим понятнее объяснил, что меня трогать запрещено! И что это вообще за проверки такие идиотские? Какая баба в здравом уме на них поведется? Или ум для тебя не главное в женщине? Стихи он мне тут читать собрался!

Я уже разошлась… Даже в детстве папа говорил: «Если наша трандечиха растрандечится, то все!»; меня несло по рельсам, а я все громче орала на Императора. Сказывались нервы и потрясения за день! Сходила в парикмахерскую!

— Давай стихи тебе почитаю? — как будто и не слушая меня спросил Бельфегор, а маленькая хреновина на его руке тихо похрапывала, издавая визжащие звуки пищалки из резиновой утки, мотая головой и требуя, отпустить ее немедленно. — Послушаешь? Целый сборник!

Внезапно анчутка открыл глаза, посмотрел на Беля с ужасом и … обписялся… Позорно так…

Я, честно говоря, растерялась… Я тут ору-ору, а ему хоть бы что! Интересно, это все демоны с придурью или мне просто особенный попался? Мне срочно нужен экзорцист, чтобы изгнать демонов из своей жизни!

— Ну, почитай, — пробормотала я, присаживаясь на кровать, и ожидая чего-то романтического. Всем женщинам приятно, когда им стихи посвящают, правда? Я расправила платье на коленях, повернулась полубоком и сложила руки. Все, как полагается романтической девушке, приготовившейся слушать оду, написанную в свою честь и громко восторгаться поэтом. — Давай! Я готова!

Бель помедлил минуту, наверное, вспоминал стихотворение целиком. Шла вторая минута задумчивости, а меня не покидало ощущение, что там как минимум «Я помню чудное мгновение…» на шесть четверостиший.

— Палкой в глаз меня огрела, — вдохновенно начал непризнанный гений, а я не сразу сориентировалась, что это не претензия, а начало стихотворения. — Раздевайся и ложись!

Я удивленно хлопала глазами, не понимая демона от слова совсем!

— Ни фига себе! Что и даже без стихов? — опешила я, недоумевая, где моя обещанная ода. — А не сильно ли ты разбежался то?

— Это и были стихи! Я всегда читаю стихи тем, кого хочу! Они заменяют прелюдию! Девушки просто пищат от восторга! Все, кроме тебя! — обиделся Бельфегор, разворачиваясь к двери, — Те, кто не любят стихи, мне в отборе не нужны! Можешь брать свою палку и возвращаться домой!

Обиженный демон громко хлопнул дверью и вышел из моей, уже по ходу, бывшей комнаты, оставляя меня в полном шоке от происходящего.

— Я уши воском заливаю, — вздохнул анчутка писклявым голосом, появляясь посреди комнаты и показывая мне язык. — Раздевайся и ложись! Третий том. Стихотворение «Женская истерика».

Глава вторая

Я смотрела на маленький пушистый комок и не могла понять, откуда он разговаривает? Анчутка поджал под себя лапки и перекатывался по полу, мерзко подхихикивая. Он был не страшный, как мне показалось в самом начале, и был похож на маленького котенка, если издали не присматриваться.

— Смотри, что у меня есть! — анчутка выкатил из-под кровати монокль и приложил к глазу, — Ого! А ты так голая! А если не смотреть через монокль то нет! О! Опять голая! И-хи-хи-хих. Ого, сколько надписей в комнате!

— Отдай сюда! — я попыталась отобрать стекло у чертенка, но он ловко извернулся и побежал от меня, — А ну стоять! Дай сюда! Отдай сейчас же!

Мелочь забуксовала на повороте под столом, а я резко сделала выпад, чтобы его поймать, но растянулась сама. Ко мне подкатился этот живой брелок и дразнился протягивая мне монокль и отбирая обратно.

— Ну и ладно! — надулась я, театрально вставая и отряхиваясь, — Не надо мне от тебя ничего!

Я подошла к зеркалу, дела вид, что поправляя прическу, анчутка еще немного поскакал возле меня, а потом успокоился.

— Ты — скучная! — пропищал расстроенный брелок и бросил мне монокль, — На вот! Держи!

Я поймала круглое стеклышко и приложила к глазу, стена тут же вспыхнула различными рунами. Сначала эти закорючки казались мне незнакомыми, но потом они пошли рябью, и я увидела слова. В основном комментарии и пометки относились к прислуге. Я дотронулась до одной надписи и попробовала стереть букву… Получилось! Я сняла с глаза монокль и посмотрела на комнату, надписей видно не было.

— Вот еще! Держи! — мне протягивали кусок светящегося мела, — Я у Ваара утащил! Он не дает мне хулиганить! А ты я смотрю можешь! Хоть не мне одному будет доставаться! Пока Ваар будет на тебя орать — я смогу поиграть!

— Я хулиганю? — не поняла я, принимая мел и придирчиво разглядывая его, — Я не… Стоп! Ты где?

Анчутки уже не было видно, а я надела монокль и попробовала написать что-то на стене. Буквы тут же превращались в руны и становились на место! Так! Теперь я смогу ориентироваться во дворце, оставляя маленькие метки!

— Так, Лина! Медлить нельзя! Если получится, то нужно спрятаться где-то в замке и исправить ситуацию! — успокаивала я себя, хотя нервы уже были на пределе, — Ты должна остаться в отборе! Ты должна! У тебя нет выбора… Ты никому не нужна в этом мире! Да тебя даже прислугой никто не возьмет!

Споря сама с собой, я на дрожащих ногах опасливо вышла в коридор замка и надела монокль. На меня сразу обрушилась куча разной информации… Сфокусировав взгляд на своей двери я смогла прочитать: «Не дала. Не любит стихи. Обижает животных. Отправить домой!». Я быстренько подтерла все надписи, и у меня получилось: «Не дала!! Любит стихи! Не обижает животных! Оставить во дворце!» Радостно отряхнув руки, я огляделась на другие двери в коридоре — с них на меня смотрели: «Дала!», «Любит стихи!» и «Знатные сиськи!».

Я переходила от двери к двери, исправляя надписи, в основном дописывая. «Простите, знатные сиськи! Теперь вы не знатные сиськи!» — вздыхала я, понимая, что ситуация у меня безвыходная. Я подошла к еще одной двери, где было написано таинственное «Бабака», причем «бабаку» нужно было срочно оставить! Не порядок! Бабака у нас что делает? Кусается в самый неподходящий момент, когда мужчина расслабляется! Я сдула с пальцев таинственный мел, чуть не выронив монокль с непривычки. «Чукча. Обожает стихи!» — прочитала я, а потом дописала: «других поэтов»! Я чувствовала себя школьным хулиганом, щедро устраняя конкуренток и прислушиваясь к каждому шороху. «Ведьма», — прочитала я, видя пометку «Красивая. Оставить срочно!». Мой палец оттер мел, а я отошла полюбовавшись: «Некрасивая. Отправить срочно на костер!». «Ядрены батоны» — прочитала я, а мои брови поползли вверх. «Ядерные батоны. Выгнать!» — исправила я, понимая, что комнат много, а я одна. Хорошо бы успеть убрать, как можно больше конкуренток! У них, между прочим, не вопрос жизни и смерти!

Пока у меня появилась возможность — я просто обязана ею воспользоваться.

— Ну все, пока достаточно, — выдохнула я, пройдя два коридора и дописывая, или наоборот подтирая различные комментарии. Асмодей конечно не особо заморачивался с комментариями, за что ему огромное спасибо. «Есть за что подержаться!» —   гласила еще одна надпись, а я чувствовала, что главное — не входить в азарт. «Но не то, что вы думаете! Спиной не поворачиваться!» —   наскоро дописала я, тревожно прислушиваясь.

Я быстро вернулась в свою комнату, идя по нарисованным стрелочкам, не забывая их вытирать и стала ждать. Время тянулось очень медленно, я уже и ходила по комнате, и принимала ванну, и даже успела задремать, как в коридоре послышались голоса.

— Ничего, не знаем! Велено отправить Вас домой! — суровый голос камердинера подписал приговор одной из девушек. — Видимо, вы чем-то не угодили императору. Вас проводят вниз, а оттуда вернут по домам.

— Но это ошибка! — визжала какая-то девушка, выходить из комнаты я не рискнула, сделав пальцы крестиком и переживая, чтобы меня оставили, — Император сказал, что я ему понравилась!

— Это нечестно! — послышался еще один истеричный вопль, который раздался совсем близко с моей комнатой, — Я прошла испытание Императора! Мне даже стихи его понравились! Он мне стихи читал! Я хочу видеть его Величество!

— Это исключено! — развеял уже накрывающую меня панику управляющий, полностью сохраняя спокойствие, — Его Величество лично отдал приказ отправить вас домой. Или вы усомнились в решении самого Императора?

За моей дверью послышались шаги и… стихли. Они остановились прямо напротив моей комнаты… Ну, давай! Проходи мимо! Ну проходи же! Я несколько раз все перепроверила! И все поправила! Уходи! Люди двинулись дальше, а я громко выдохнула. Так, Лина, первый этап пройден. Осталось придумать, как объяснить Императору, то, что меня не отправили домой. За окном поднялся недовольный галдеж, я подошла к окну и увидела огромную рыжую толпу недовольных девиц.

— Какие же вы счастливые, — прошептала я, прислонившись лбом к стеклу, — Вас отправят домой, вы увидите близких себе людей. Возможно, у кого-то из вас есть любимый человек… Не разменивайте его на деньги и титул императрицы… Счастье, девушки, совершенно в другом…

Я помахала им рукой, искренне радуясь за них, понимая, что у меня такого счастья больше никогда не будет. Кто-то из первого ряда меня заметил и уже вся целая группка смотрела на меня испепеляющим взглядом: «Злорадствует сволочь!» — заорала рыжая девушка с короткой стрижкой, и стоящие рядом тут же повернули на меня свою голову. Глупые, не понимают своего счастья. Солнце близилось к закату, а демоны выводили все больше и больше девушек, я сбилась на двухсотой. Волна девушек схлынула в полупрозрачной дымке, унося с собой и запас моих сил этот день. Я планировала полежать и подумать над тем, что мне делать дальше, но сон быстро сморил меня.

— Казнь! Объявлена казнь на главной площади дворца! — орал камердинер, а я подскочила на кровати, еще не осознавая, что происходит, но сердце бешено забилось, — На отбор и в замок проник шпион!

Тут дверь в моей комнате резко распахнулась, в нее вошли Вельзевул и Асмодей, они схватили меня под руки и поволокли по коридорам.

— Что происходит? — допытывалась я у своих конвоиров, лихорадочно соображая, неужели меня казнят за то, что я переписала надписи на стенах? Чертенок меня сдал? Или они узнали о том, что меня призвал орден ради какого-то пророчества? — Отпустите меня! Я ничего не сделала!

Все мои попытки сопротивляться оказались безуспешными — я упиралась ногами, брыкалась, пыталась выдернуть свою руку из захвата, но все оказалось тщетно. Демоны даже не притормозили на перекрестках коридоров.

— Да отпустите же! — орала я, пытаясь затормозить пятками, но меня только подняли над землей за предплечья и в полном молчании выводили из дворца, — Император запретил меня трогать! Тебе! Он сказал не приближаться!

Пыталась я напомнить Вельзевулу о приказе Бельфегора, но он даже и ухом не повел. Меня вынесли на улицу и поволокли по какой-то садовой дорожке, впереди черной кляксой расползалась толпа. «Казнь! Казнь! Казнь!" — орали они, а кто-то сбоку подливал масло в огонь криком: «Убить белых! Казнить! Им не место в наших землях!»

— Но я не при чем, — пыталась оправдаться откровенно лгала я демонам. — Пустите! Я вообще к этому не имею никакого отношения!

Демоны молчали, чем ближе мы приближались к плахе, тем отчетливее я видела ужасающую картину. Четверо людей, стояли на коленях, на помосте, со связанными за спиной руками. За их спинами ходил разъяренный Бельфегор, крутя в руке свой меч. Создавалось впечатление, что они ждут только меня. Взгляд Императора устремился в нашу сторону и его Величество оскалилось в предвкушаюшей, но дрожи страшной улыбке.

— А вот и ты, — улыбка растянулась еще шире, обнажая острые клыки повелителя этих земель, — Хотела обмануть меня? Думала, что я настолько глуп и не узнаю кто ты и откуда? Ну, что же, Каролина, раздевайся и ложись.

Меня втащили на помост, грубо толкнув под ноги Бельфегору, руки тут же рванули за спину, лишая возможности пошевелиться. Я лихорадочно осматривалась по сторонам, в поисках защиты и, не найдя ее, умоляюще посмотрела на демона.

— Но я же ничего не сделала, — пробормотала я, а по щекам полились слезы, — Ты же знаешь что я ничего не делала. Только написала на дверях других девушек! Но это твой чертенок подсказал мне..

— Молчать! — рявкнул Бельфегор, а я съежилась от страха, — Ты пока еще ничего не сделала! Но хотела! Они не просто так подсунули тебя мне! Расскажи об их планах и смерть будет быстрой!

Я дрожала всем телом, зуб на зуб не попадал, что осложняло мне попытки произнести хоть слово… Я молча плакала, и отрицательно качала головой, в надежде, что демон поймет, что не хотела ничего плохого! Я просто хотела вернуться домой живой! Живой и здоровой!

— Значит молчишь, что же… Хорошо… Орден предупредил тебя, что если ты признаешься в том, что одна их них, то твоя смерть будет безболезненной, — начал Бельфегор, внимательно смотря за моей реакцией. Я просто молча, беззвучно шевеля губами умоляла его помиловать меня, не убивать. Перед глазами крупными кадрами кинопленки пронеслась вся жизнь. Я так хотела жить, господи, как я хотела жить… Горло свело судорогой от непрекращающихся рыданий и вместо слов из горла вырвался хриплый свист. — Твой право. Значит, будешь казнена моей рукой.

Спокойно произнес Бельфегор, подходя ближе ко мне и занес меч.

— Ааааааааааааааааааа! — орала я, вскакивая с кровати и пытаясь отдышаться. Меня трясло, платье пропиталось холодным потом и противно облепило спину. — Просто сон, всего лишь сон.

Я шептала, утешала себя, пытаясь успокоиться и унять бешеное сердцебиение! Просто сон, Лина, успокойся! Ты просто вчера перенервничала, вот тебе твое подсознание и выдало, что…

— Казнь! Объявлена казнь на главной площади дворца! — орал камердинер, прерывая попытку успокоиться, — На отбор и в замок проник шпион!

А это уже не сон…

В мою комнату ворвался Вельзевул, а у меня от страха отнялись ноги. Почти как во сне. Только не было Асмодея. От страха я не могла пошевелиться, не то, чтобы закричать.

— Идем, — коротко приказал демон и скрестил руки на груди, глядя на меня выжидательно, — Император приказал всем собраться на главной площади дворца.

Я кивнула. Попытка пошевелиться ни к чему не привела. Я по прежнему не могла выйти из оцепенения. Руки и ноги совсем меня не слушались, а демон уже смотрел на меня с явным интересом. Ужас сковал меня настолько, что мне стало тяжело дышать.

— Испугалась казни? — ядовито произнес Вель, поднимая брови и отводя одну ногу в сторону, меняя положение тела. — И что же так напугало неприкосновенность Императора? Собирайся. Времени мало. Потом оставшихся из вас соберут в бальном зале.

Как оставшихся? Это тех кого не казнили или не выгнали? Мне удалось сделать пару шагов. Ноги затекли и как будто налились свинцом. Каждый шаг давался очень тяжело. Кое-как я смогла добраться до купели и, закрыв дверь, просто сползла по ней. Нет, Лина, так не пойдет! Ты же спалишься на первой же проверке! А что, если это тоже проверка, как и с Асмодеем? И я ее чуть позорно не провалила? Так! Собирайся с мыслями и приводи себя в порядок! Теплая вода успокаивала меня, помогая вернуть самообладание и минут через двадцать я была готова. В купальне обнаружился гардероб с довольно приличными платьями. Трясущимися руками, стараясь не показывать ужаса, я застегивала платье на груди. Неужели сон — вещий? Неужели он все знает и решил казнить меня? Ничего! Постараюсь сохранить самообладание до конца.

— Я готова! — с гордо поднятой головой и абсолютным спокойствием я вышла из ванной комнаты и вальяжно подошла к демону. — Мы можем идти.

Демон осмотрел меня с ног до головы и хмыкнул. Я его проигнорировала, чем заслужила вопросительный взгляд, но развивать диалог не стала и молча направилась к двери. Здесь вообще лучше держать язык за зубами. Демон шел за мной на расстоянии нескольких шагов также, как и в первый раз. По пути нам попадались другие демоны, которые вели с собой по три-четыре рыжие девушки. Вельзевул по пути больше не взял никого. С одной стороны, это прибавляло мне уверенности, а вот с другой, сомневаюсь я, что группами на казнь ведут. «А вдруг он больной?» — защемил страх. «Может он всех казнить собрался?» — паниковало что-то внутри меня, а я с каждым шагом чувствовала, как маска уверенности болтается на честном добром слове «неприкасаемая»!

— Сейчас налево, — на одном из разветвлении коридоров произнес мне в спину Вельзевул, — И сразу выйдем на площадь.

Я повернула в нужную сторону, и практически моментально оказалась на улице, а точнее, в саду. В нос ударил сладкий запах цветов и трав. Я вдохнула полной грудью и немного затормозила, залюбовавшись красотами императорского сада. Сердце бешено стучало, а я всячески пыталась утешить себя мыслью, что это вполне может оказаться сном…

— Время, Каролина, — напомнил мне Вельзевул, расправляя и вновь собирая за спиной крылья. Огромный, страшный демон смотрелся немного умилительно среди вьюнов садовой розы. Я не выдержала и тихо хихикнула, когда он рогом задел одну из лиан, а за ней потянулись остальные. — Идем, Император не любит ждать.

Оставшуюся часть дороги я расслабилась, понимая, что если бы меня вели на казнь, то не тормозили бы у каждой понравившейся мне клумбы. Голову посетила странная мысль. Те три брата, которых я увидела вчера, выглядели как обычные мужчины. У них не было ни рогов, ни крыльев, в отличии от Вельзевула, который меня пугал.

— Это измена! Это подрыв моего авторитета! Это попытка завоевать наши земли! — ревел Бельфегор на сцене, размахивая какой-то книгой. Возле него образовалась уже целая горка. Людей на постаменте не было, что заставило меня выдохнуть: «Твои губы во тьме поцелую, если только позволишь ты мне!» — Это что? Стихи? Что он с ней цацкается? А рождаемость на землях кто поднимать будет? Я? Вот! Вот те стихи, которые надо читать женщине: «Ты мне дважды улыбнулась! Раздевайся и ложись!» — Все понятно! Ну все абсолютно! Бездарности! Кто так пишет! Баба улыбнулась — значит, понравился! Если мужик понравился, что она делает? Раздевается и ложится!

Книга полетела в кучу к остальным, а Бельфегор взял в руки следующую, листая ее с брезгливым видом. На двух тронах, на краю сцены сидели два улыбающихся брата, с умилением наблюдая за поэтому. Моя логика от услышанных стихов потерялась и упорно не желала находиться. Нет, в чем-то он прав, как император. Демографию поднимать надо! Как-никак будущие налогоплательщики! Но чувство такта должно же быть хоть какое-то…

— Люди должны привыкать к хорошим стихам! А не к розовым соплям на бумаге! — ревел Бельфегор. — Вот что это? Твой взгляд наполнен сладкой негой… Это — не стихи! Ты меньше всех в тот день орала! Раздевайся и ложись!

Теперь я, кажется, понимала, зачем устроили отбор. Просто покорить какую-нибудь женщину Император мог только своим положением. И как ему с таким интеллектом удалось людей завоевать? У них с уровнем ай-кью все еще хуже, чем у него?

— Приговариваю вражеских шпионов, в виде книг со стихами к смертной казни, через сожжение! — приговорил ни в чем не повинные мертвые деревья император, а мне почему-то вспомнился Калигула, объявивший войну Посейдону. Этот тот самый император, который заставил в рамках акции устрашения бога морей, колотить воду палками! Представляю лицо Посейдона в этот момент! На пляжах без туалетов люди мстят куда изощренней.

Люцифер щелкнул пальцами и куча макулатуры загорелась. Люди, стоящие ближе к сцене, одобрительно заулюлюкали и засвистели.

— Так будет с каждым, кто осмелится портить своим влиянием мои земли и народ! — ревел Бельфегор, обводя взглядом толпу, создавая о себе впечатление полного идиота, — А теперь, когда культурное мероприятие закончено, прошу всех вас пройти в бальную залу!

Толпа зааплодировала и стала расходиться, направляясь во дворец. Я тоже двинулась в их сторону, не сводя взгляда с Императора, он скользил взглядом по толпе, но он был осмысленным. Создавалось впечатление, что в нем живут две абсолютно разные личности.

— У тебя еще будет возможность детально рассмотреть Императора, — усмехнулся Вельзевул, подталкивал меня вперед в общей давке, заставляя оторвать взгляд от Бельфегора. — Немногим удается устоять против Асмодея.

Я просто пожала плечами и продолжила путь в полном молчании. Не зря же все голливудские фильмы учат одному: больше молчишь — дольше живешь. К нашему приходу в общую залу, братья уже восседали на троне, а нас определили в середину залы, услаждать взоры правящих демонов. Остальные демоны стояли вдоль стен, пугая своим видом.

— Я требую отпуск! — расставляя ноги, как профессиональный ковбой, поднимался к тронам Асмодей, держась за самое дорогое, что есть у мужчины. — Мне отпуск, а ему больничный! Двести пятьдесят баб за день! Я, конечно, все понимаю! Я — древний демон! Демон похоти! Но не настолько! Есть что — нибудь холодненькое, приложить? Может, отойдет?

— Присядешь? — ехидно подмахнул Асмодея Абаддон, закуривая сигарету. Обычную, нашу, из моего времени. Кажется, «Сенатор», и с наслаждением выпустил облако дыма, — А то нам как-то неудобно.

— Спасибо, я лучше возле стеночки постою, — простонал Асмодей, облокачиваясь на стену за троном и блаженно выдыхая. Бельфегор стиснул зубы… Он злится или пытается не ржать?

— Стареешь, Асмодей, — тоже закуривая произнес Люцифер, протягивая пачку с сигаретами Асмодею. — На, расслабься.

Асмодей осторожно взял пачку, глядя на ехидное выражение лица дьявола.

— Курение вызывает импотенцию, — со стоном прочитал демон похоти, а братья начали ржать, — Импотенцию вызывают не сигареты! А двести пятьдесят отсеянных баб на отборе!

— Кто-то пролюбил свою возможность, — надменно заметил Абаддон, стряхивая пепел. — Все они пыль… Смертные — это пыль…

По толпе пробежал ехидный смешок, а я почувствовав на себе взгляд перевела взгляд на Императора. Бельфегор в упор смотрел на меня.

— Не двести пятьдесят, а двести пятьдесят одна, — в голосе старшего демона звенела сталь, а взгляд прямо впился в меня — Ты что здесь делаешь?

— В отборе участвую, — состроила полное непонимание я, наивно хлопая глазками — А что такое?

— Алистер! — взревел Бельфегор, поднимаясь со своего трона, а я услышала тихий смешок с другой стороны, — Алистер!

На меня насмешливым взглядом смотрел Люцифер и… подмигнул! Это хороший знак или у Дьявола просто нервный тик? «А часики-то нервно тикают!» —   напомнила мне память.

— Да, Ваше Величество, — навстречу Императору бежал управляющий, по пути поправляя костюм, — Что случилось, Ваше Величество?

— Что она тут делает? — Бель ткнул в меня пальцем, а я просто пожала пожала плечами и ослепительно улыбнулась, соображая что делать дальше, — Я же приказал ее выгнать с отбора?! В первую очередь!

— Мы выгнали всех, по списку, что оставили вы, Ваше Величество, — недоумевал дворецкий, а Люцифер поддался вперед, внимательно прислушиваясь к разговору, — И ее в этом списке не было!

Бельфегор злился, его лицо заострилось, а кулаки сжались. Я громко сглотнула, опасаясь, что могу и не пережить этот отбор.

— У тебя пять минут, чтобы ее тут не было! — прошипел Бельфегор, а по толпе девиц прошелестело радостное щебетание, — Остальным раздать браслеты, чтобы подобного не повторилось!

— Бель, да хватит тебе, — вступился за меня Люцифер, до этого внимательно наблюдавший за разворачивающимся скандалом, — Он же фактически выполнила условия, она прошла. Я считаю не справедливым просто так выгонять ее с отбора. Да, Дося?

Абаддон посмотрел на Люцифера нехорошим взглядом. Абаддона назвать Досей… Это же надо… Но предводитель всадников был солидарен с дьяволом. Он согласился меня оставить. Ему так не терпелось жениться, что он даже зевнул.

— Вы на моей земле. И здесь решаю я, кто остается, а кто нет, — пошел наперекор братьям Император, тыкая в меня пальцем. — Она остается только в том случае, если один из вас женится на ней прямо сейчас! Ну что? Вам же она понравилась? Мне звать оркестр?

Лица братьев вытянулись. Дон поперхнулся сигаретным дымом. Люцифер посмотрел на меня, покачав головой: «Отбирай не отбирай, главное, чтобы не в рай. Голосуй — не голосуй, главное, в котел не суй!».

Бельфегор удовлетворенно хмыкнул, глядя на меня с триумфом.

— Так я и знал! Алистер, уведи ее, — дал отмашку Бельфегор, а дворецкий направился в мою сторону.

— Что прям вот так? — возмутилась я, буравя взглядом улыбающегося Императора, — А вещи забрать? И вообще, это не справедливо! Не вам одному нужна жена! Может я приглянулась кому-то из ваших братьев?

Абаддон поперхнулся, Люцифер смеялся, Бельфегор побагровел.

— Она тебя уделала, — смахивая не выступившую слезу, посмеялся Люцифер, а у Бельфегора на троне треснул подлокотник от силы, с которой он его сжал, — Что скажешь, брат?

— Вон! — взревел Бельфегор, а на его лице стали проступать ярко-алые прожилки, — Вместе с вещами, чтобы духу ее тут не было!

— А слова прощания, — приторно расстроился Люцифер, оттопырив нижнюю губу, — Что? Даже приговоренным дается последнее слово.

Бельфегор устало рухнул на трон и махнул рукой, мол, давай, говори и иди отсюда. Ну, сейчас тебе!

— Преодолев к отборам тягу! — ядовито начала я, а братья заинтересовались. Театральная пауза лишь усилила эффект. — Я не разденусь и не лягу!

Люцифер аплодировал стоя, Абаддон тихо смеялся однобокой улыбкой, а Бельфегор злился еще сильнее. Я поджала губы, понимая, что если что-то не придумаю, то мне — крышка. От этого отбора зависит моя жизнь. Кто-то из демонов передал мне мой деревянный оберег от посягательств, оповестив всех, что это единственная моя вещь. Думаете стыдно? Нет!

— Благодарю! — произнесла я, а демон поморщился от моего реверанса. С гордо поднятой головой, не дожидаясь пока меня под руки позорно выведут из зала, я направилась к выходу. Ну, демон, если я выживу — точно тебя распятием забью!

«Раздать браслеты», — послышался приказ Бельфегора, прежде чем дверь за моей спиной закрылась.

— Идемте, девушка, — вежливо произнес дворецкий, любезно подставляя мне локоть, — Уж не знаю, чем вы так прогневали Императора, но он на вас ужасно зол! Вы из этого мира?

— Мозгов бы ему, — горестно вздохнула я, прикидывая что делать дальше. Если не придумаю, как мне найти орден, чтобы попросить помощи, то будет худо… А пока придется откровенно врать — Да, из этого. Дорогу до дома найду сама, не переживайте. Провожать не надо, экипаж не требуется.

Дворецкий кивнул, посмотрев на меня очень подозрительно. Дальнейший позорный путь «отбраковки» мы продолжили в полном молчании. Возле ворот стояли два огромных демона, глядя на них я замешкалась. Дворецкий легонько подтолкнул меня вперед. Опасливо пройдя между этими верзилами, я развернулась и посмотрела на дворец. Створки ворот закрылись, а я осталась один на один с новым миром и проблемами. Я мало что могу сделать палкой…

— Залететь не удалось, поэтому вылетела? — послышался писклявый и противный голос. На заборе сидел анчутка, показывая мне язык. — Если вылетела, знай. Всех клади и раздевай! Ай! Что ты творишь! Я тут тебе добрый совет дал!

— Какой совет? — орала я, пытаясь попасть палкой в этого плесневело-пушистого колобка, — Какой дельный? Что ты сказал? Всех клади и раздевай! Это как вообще мне помочь может? А тебе на Робин Гуда похожа? Дать по голове палкой, отобрать драгоценности у зажравшихся демонов и отдать народу? Так что ли? Клади и раздевай!

Я бегала за анчуткой вдоль огромной стены, ограждающей дворец от остального мира, и резко затормозила, увидев, как анчутка юркнул в щель между плитами стены, напоследок показав мне язык.

— Так, и что у нас тут такое? — я внимательно осматривала эту брешь в обороне демонов. Цитадель зла срочно требовала ремонта! — Так, в этом платье я туда не пролезу, а что если…

— Раздевайся и ложись! — противным голосом подсказала мне эта пискля, высунув голову из-за стены, — Лезь давай! Буду тебя учить проходить отборы!

— А с чего это вдруг ты мне помогаешь? — насторожилась я, оглядываясь по сторонам в поисках стражи, — Что-то мне не сильно верится в то, что ты у нас такой благородный.

Анчутка молчал некоторое время, а потом всхлипнул в пятачок.

— Никто со мной не играет! — обиделось маленькое существо, а мне стало его жалко, — А с тобой весело! Ты сама хулиганить любишь! Ваар не разрешает мне хулиганить! И мне становится скучно, а Люся вообще наказывает и заставляет решетки в аду мыть, если я нахулиганю!

Мне прям жалко ребенка стало, у трех нянек и дитя безрадостное… Так, Лина, соберись! Я снова огляделась по сторонам на предмет охраны, но два здоровенных лба так и стояли на своих местах. Отлично! Я скинула платье, оставаясь почти в чем мать родила и прижав к себе свое грозное оружие, монокль и мел полезла обратно.

— Э-э-э-эх! — натужно протискивалась я через ну очень узкую трещину, оставив на шершавой стене половину скальпа, — Еще чуть-чуть!

Я уже выдохнула полностью, упорно протискиваясь дальше. Так, еще немного! На секунду мне показалось, что я услышала звук вылетающей пробки шампанского, когда протиснулась внутрь! Моя радость была недолгой. Благодаря всем законам физики, я не удержала равновесие и чебурахнулась прямо в клумбу с черными розами! Мамочки, больно то как!

— Ты живая? — пропищал анчутка, лихорадочно разгребая мои оставшиеся после стены волосы, — Лина, ты живая? Ответь сейчас же! Иначе укушу!

Я пробормотала что-то невнятное, выплюнула листву и поднялась с клумбы, прикрывая рукой и волосами грудь, а второй крепко сжимая свое оружие. В таком виде во дворец лучше не появляться! Зная, что там рыскает демон похоти! Думай, Лина, думай!

— Прячься! — пискнул анчутка и окопался в клумбе, предусмотрительно выкопав ямку, — В кусты! Служанка идет!

Я послушно нырнула в заросли, молясь про себя, чтобы не заметили, но… Тут в голову забралась интересная мысль… Как учил папа? Чуть ниже темечка, человек отключится, но не умрет… Господи, да что со мной! Анчутка внимательно наблюдал за мной, и видя мое смятение произнес:

— Ты вернуться хочешь? — угадав мои мысли произнес чертенок, а я кивнула, глядя на приближающуюся служанку, — Тогда бей! Раздевай и клади!

Ну, Лина, не промахнись! Я поудобнее устроилась в кустах, и взяв замах застыла в ожидании… раз… Два… Бац! Служанка повалилась без чувств, а я наконец-то смогла выдохнуть! Даже не заметила, как перестала дышать, готовясь к удару.

— Живая! — констатировал пушной врач сомнительной врачебной ориентации, стаскивая с нее чепчик, — Помогай давай! Чего застыла! Я что? Всю работу должен делать?

Я быстро затащила служанку в кусты и стянула с нее всю одежду. Стягивать было особо нечего. Про нижнее белье, по ходу тут и не слышали! Боже мой, страшный сон сбывается! На всю жизнь — одни трусы! Быстро натянув чулки, платье и чепчик, заправив под него рыжую копну, я прикидывала куда спрятать свою невольную соучастницу в страшном преступлении. К сожалению, ничего кроме резинки от трусов не нашла.

— Прости меня, пожалуйста. — прошептала я, глядя на голую служанку и забивая лопатой свою совесть, пытаясь прикопать ее, рядом с жалостью, — Но мне действительно нужнее! Ты-то будешь жить, а я нет, если не пройду отбор!

— Хватит уже! — напищал на меня анчутка, нетерпеливо топая маленьким копытом, — Дел еще полно! Нам еще надо браслет отжать! Палку при себе держи! Ух! Повеселимся!

Закрепив кое-как палку на трусах, я беременным пингвином засеменила в сторону замка, стараясь не уронить дубинку.

— Меня забыла! — пищал анчутка, догоняя меня и забираясь по платью на плечо. — Помогай таким вот после этого!

Впереди нас маячила стража. На входе во дворец, я сжала пальцы, в надежде быстро проскочить мимо них, но не тут то было.

— Красавица! — перегородил мне дорогу один из демонов, масляно скалясь. — А что ты делаешь сегодня после работы? Может, зайдешь ко мне?

— Может и зайду, — кокетливо улыбнулась я, с ужасом понимая, что из себя представляют демоны, — Как только выйду от Императора.

Демон побледнел и уступил дорогу. Так, Лина, держи себя в чулках! Коленки не дрожать! Глаз не дергаться! Палка не падать! Трусы не сползать!

— Сейчас налево! — подсказывал мне анчутка, пока я петляла по коридорам, — Уже придумала, как браслет отбирать будем?

— А у меня есть варианты? — огрызнулась я, придерживая свою палку. Господи, прости мою душу грешную…

Анчутка мне ничего не ответил. Мы прошли еще несколько пролетов. Я услышала голоса и притормозила. Несколько девушек сбились в стайку, обсуждая начало отбора.

— Какой красивый, да? — с придыханием начала одна из них, разглядывая свою руку.

— Император? Да, красавчик! — согласилась вторая, а третья просто поддакнула.

— Нес, браслет! Браслет! А не Император! — разочарованно проговорила первая, — Хотя, когда стану Императрицей, он мне таких гору тащит! А может и лучше!

— А с чего это ты взяла, что именно тебя выберут императрицей? — с вызовом ответила Нес, глядя на подколодную подругу.

— Потому что я, Нессия, самая красивая и богатая на этом отборе! — гордо вскинув носик ответила первая. — А всем известно, что богатые женятся на деньгах! Особенно Императоры!

— А мне понравился Люцифер! — мечтательно вздохнула третья. — Он такой властный… Обожаю таких мужчин. Тем более, что быть королевой Ада не так уж и плохо! Думаю, что три девочки как-нибудь поделят трех мужиков!

В голове уже зрел план. Осложняло задачу, что имя я знаю только у одной из них.

— Ты, давай, браслет тащи! — вклинился анчутка, слезая с моего плеча, — А я пока у Ваара утащу артефакт перемещения. Он у него в верхнем ящике. Их там несколько! Только поторопись! Если он заметит, то нам крышка!

— Где тебя искать потом? — шепотом спросила я, неотрывно наблюдая за спором девушек, который вот-вот обещал перетечь в драку.

— Я тебя сам найду! — пропищал анчутка, спрыгивая на пол и убегая по коридорам, — Ты только не прибей! А то проблем потом не оберемся!

Анчутка скрылся за поворотом, а я медленно и глубоко вдохнула, потом так же выдохнула, героически поправила трусы с палкой и направилась к троице.

— Нессия? — уточнила я, подойдя к девушкам и сделала что-то похожее на реверанс. Если бы мой учитель танцев это увидел — получил бы хореографический инсульт. — Его Императорское Величество требует Вас к себе.

— Видали? — высунула язык Нессия свои «подругам» и надменно посмотрела на них сверху вниз. Девушек перекосило зеленой жабой, а выбранная мной девушка сделала шаг ко мне, — Веди! Я готова встретиться с Императором и порадовать его Величество.

Я кивнула и двинулась по коридору, в который убегал анчутка, тихо молясь, чтобы чертенок меня нашел. Мы проходили уже второй коридор, но я так и не заметила никакой ниши, где можно было спрятаться или дверь, в которую можно войти. Надписи, что были на дверях говорили, что либо это чья-то комната, либо просто были закрыты.

— Долго еще? — плаксивым голосом поинтересовалась девушка и надула губы, — Мы уже целую вечность идем!

Его Величество захотело сохранить конфиденциальность, — с умным видом откровенно врала я, мысленно призывая анчутку. Палка уже съехала на половину через резинку трусов, и вот-вот грозилась выпасть, а меня накрывала паника, от того, что нам может кто-то встретиться или застать за тем, что я луплю по голове одну из претенденток.

— Чего-чего? — огорошила меня вопросом недалекая кандидатка, — Я не поняла, что он хочет сохранить? Он девственник что ли?

Я закатила глаза, пытаясь объяснить уже несостоявшейся императрице что это за страшный зверь такой — «конфиденциальность», как за углом мелькнула знакомая пушная черная задница. Я завернула за угол, где скрылся анчутка, и обнаружила открытую комнату, в нескольких шагах от нас. Анчутка чуть затормозил на пороге, оглянувшись на меня, и проскользнул внутрь. Комната оказалась пуста.

— Прошу сюда, — пропуская вперед девушку проговорила я с нервной улыбкой, и заходя за ней следом, — Я помогу Вам подготовиться к встрече с Императором.

Девушка зашла и стала осматриваться, ее взгляд задержался на огромной кровати с полупрозрачным, кружевным балдахином. Нессия хищно улыбнулась, а я почувствовала, как у меня задрожали руки. Второй раз подобный фокус, с палкой и прицельным попаданием, проделать не удастся. Я аккуратно вытащила палку, стоя за спиной девушки. Нессия услышала движение за спиной и стала разворачиваться.

— Кончай ее! — орал Анчутка, выпрыгивая из подушек на девушку, чтобы она повернулась на крик, подставляя мне под удар затылок, — Давай!

Я прицелилась и ка-а-а-а-ак двину! Несия тут же осыпалась на пол, как мешок с картошкой, а я шумно выдохнула, вытирая с лица пот. Перенервничала.

— Ну что застыла то? Давай скорее! — паниковал анчутка, нарезая круги возле девушки, — Снимай давай! Я артефакт утащил! Ты — сдираешь браслет — я отправляю ее домой! Да шевелись ты!

Я тут же отмерла и принялась искать застежку на браслете, но вот засада! Ее не было! Я еще раз осмотрела браслет со всех сторон и озадаченно посмотрела на анчутку.

— Мне что? — недоумевала я, лихорадочно соображая, что дальше делать. Руки тряслись и не слушались, а язык заплетался, — Ей руку придется отпилить? Палкой не получится!

— Ты что? Совсем глупая? — удивился меховой колобок и посмотрел на меня, как на умалишенную, — Мелом обведи!

— Рано ее еще мелом обводить! — паниковала я, ища в корсете кусок мела, — Она еще дышит!

— Браслет обведи! — анчутка закрыл лицо руками и тихо, писклявым голосом простонал — В последний раз имею дело с дилетантами!

Я обвела браслет мелом и посмотрела на него через монокль, застежка появилась, стоило только мелу коснуться нескольких звеньев. Ничего себе! Он и так умеет?! Я отстегнула браслет и тут же застегнула его у себя на запястье.

— Отлично! А теперь дуй отсюда! — суетился анчутка, отбирая у меня мел и рисуя какие-то странные символы, вокруг девушки, — Уходи! Иди к себе в комнату! Переодевайся! Ваару на глаза не попадись раньше времени! И меня жди!

Я кивнула и пулей вылетела из комнаты, пока анчутка танцевал что-то вокруг какого-то камушка. Странные они все. Придерживая палку в трусах, я бежала по коридорам, ища хоть какой-то знакомый знак или намек на дверях, чтобы добраться в свои покои. В голове промелькнула мысль, о загадочном Вааре, у кого, как в Греции, все есть, но на глаза ему лучше не попадаться. А как не попадаться тому на глаза, кого ни разу в глаза не видела?! Я вылетела из-за поворота и тут же спряталась обратно, по коридору шел Асмодей. Я искала взглядом нишу или колонну, чтобы спрятаться, но ничего похожего не было. Я уже мысленно со всеми попрощалась, как вдруг услышала скрип открывающейся двери и голос Люцифера.

— Вот! Принес! От Святого Петра в задницу солью получил! — победоносно выдал Дьявол, а я мысленно благодарила уже всех богов, что меня слышат, за чудесное спасение, — Но и я в долгу не остался! Закинул ключи от рая в ежевику! И визитку свою в ворота вставил! Пока там толпа собирается в очередь, может кто и придет!

— А чего ты у бати то забыл? — поинтересовался Бельфегор, зевая, — И нахрена ты эти семки притащил? Что с ними делать то?

Несколько секунд молчания, тяжелый вздох Люцифера и разговор возобновился.

— Асмодей, подожди. Бель, ну как зачем? Это сейчас их двадцать осталось! А потом мы их как отсеивать будем? Вот останутся одни умницы да красавицы, под каким предлогом выгонять будем? — вдохновенно вещал Люцифер, пока я высунулась посмотреть сильно ли открыта дверь, чтобы незаметно проскочить. Дверь открыли настежь — проскочить не получится! Вот блин! — А так, каждой раздали по три этих семечка и предложили вырастить! А как там завещали? Желтые — к разлуке, розовые — легкие чувства, голубые — не та ориентация, алые — любят, черные — обожают! Так мы и узнаем нравимся мы им или нет! На каждом горшке свое имя напишем и вместе с семечками вручим! Так появится причина выгнать с отбора. Сегодня они нам стихи рассказывают и песни поют! А потом?

— Да делайте что хотите, — как-то расстроено произнес Бельфегор. Боится что его не любят что ли? Было бы за что! — Мне этот отбор уже мало чем интересен.

— А что такое? — притворно удивился Люцифер, — Ты ж сам большую часть повыгонял! Да и той девчушке ни за что досталось! Я считаю, что это несправедливо! Да, Дося?

— Угу, — отозвался Абаддон, явно увлеченный чем-то другим.

— Или ты думал, что ты их выгоняешь, а они такие — в дверь скребутся, скулят, в любви признаются? — уколол его Люцифер, — Женщины не будут этого делать! Ну, если не любят конечно!

— То-то и оно, — вздохнул Бельфегор. Ты смотри какой! Ему значит любовь от женщины нужна, а он ей что взамен? «Раздевайся и ложись»?

Асмодей прокашлялся, снова привлекая к себе внимание.

— Что случилось? — тоскливо поинтересовался Бель, явно желающий, чтобы Асмодей быстрее убрался.

— Я служанку нашел. Голую. В кустах. Полчаса назад. — с паузами произнес демон похоти. Быстрого ответа от братьев не последовало.

— А почему только сейчас доложил? — лениво отозвался Аббадон.

— Увлекся, — хохотнул Асмодей, а потом пустился в объяснения, — Дон, ты чего это? Спокойно! У нас все по взаимному согласию было! Ну, потом! Когда она в себя пришла! Что вы ржете? Я — демон похоти! У меня природа такая!

По коридору, таща на себе огромный матрас шла девушка в такой же форме служанки, какая была на мне. Когда девушка подошла ближе, я рассмотрела ее лицо! Это была та же самая, у которой я отобрала одежду! Поправив на спине матрас, она попыталась протиснуться в дверной проем.

— Любимый! — влюбленно заорала она, усилив свои попытки протиснуться, а из комнаты послышался громкий смех всей троицы, — А я тебя искала.

— Я вижу! — обреченно произнес Асмодей, под усилившийся ржач троицы, — Я же тебе объяснил, что ничего тебе не обещал!

— Да, Асм, работу выполнять надо так, чтобы грешницы потом за тобой с матрасом бегали! — сквозь смех простонал Люцифер, пытаясь отдышаться, — Не стесняйтесь, тут все свои!

Асмодей отодвинул девушку и выскочил из комнаты, под всеобщий смех, девушка направилась за ним, не забыв про матрас.

— Хватит ржать! — рявкнул демон разврата и измен, показывая обеими руками на свои штаны, — Я между прочим, благодаря ему, должность в аду имею!

— Смотри не «пролюби» — ржали братья, а Асмодей с грохотом захлопнул дверь и направился в мою сторону. Я решила воспользоваться моментом и проскочить мимо него, опустив голову. Маневр удался, его внимание перетягивала на себя новая «походная жена».

Я хотела очень быстро пройти мимо двери, но услышанное заставило остановиться.

— Значит в замок проник шпион Белых, — зло произнес Бельфегор, а за дверью что-то сломалось, — Лезут изо всех щелей!

— Ну так нанеси ответный удар по Белым! Проникни в шпиона! — развлекался Люцифер, а я услышала смешок Абаддона, — Они же наверняка девушку послали! Вот и пользуйся своими полномочиями!

— Тебя где носит? — грозно пропищал анчутка, забираясь по платью, — Они вот-вот сбор объявят! А ты тут стоишь, уши развесила! Марш в комнату!

Я почти бежала по коридорам, анчутка подсказывал мне дорогу, знакомая дверь встретила жирной надписью: «Изгнана!».

— Что вылупилась? Подтирай! — командовал пушистый тиран, а я усердно стирала демонический мел, — Вместо этого пиши — вернули за хитрость и упрямство! Пиши давай и бегом переодеваться!

Я старательно выводила буквы, специально писав с нажимом, так что мел осыпался, имитируя почерк Бельфегора. Отлично! Сделала!

Вбежав в комнату, я сразу направилась в ванную. Скинув форму служанки, я аккуратно ее спрятала под пол, отковыряв половицу. Теперь привести себя в порядок! Так быстро я никогда не мылась! Наскоро расчесав волосы, я влезла в платье и вышла в комнату.

— На вот! Надень! — анчутка сидел на моей кровати возле разложенного, молочно-голубого плаща с капюшоном, — И не снимай! Может, пронесет!

Я слушала нравоучения анчутки, пока завязывала тесемки на плаще и крепила его вшитой брошью.

— Всем собраться в бальной зале! Внимание! Всем девушкам собраться в Бальной зале! — услышала я голос дворецкого идущего по коридору, звеня в колокольчик.

— Ну, дава! Ни пуха, ни пера! — зевнул анчутка, наминая подушку, — Я тебя здесь подожду! Старайся не высовываться! А я пока посплю. Умаялся я с тобой, притомился… То платье спрячь… То артефакт принеси… Хр-хрр-хррр-хрррр…

Пушистый поросенок тут же отрубился, а я собирала в кулак остатки самообладания, чтобы выйти из комнаты и снова явиться к демонам. Так и не собрав, но боясь опоздать, я выскочила из комнаты. Как раз стайка девушек заворачивала за угол и я решила присоединиться к ним.

— Дорогие наши девушки! — расплылся в дьявольской улыбке Люцифер, когда за нашей стайкой закрылась дверь. «Выбери меня! Выбери меня!» — раздался писклявый голос девушки, бегущей за Бельфегором к его трону, — «Выбери меня! Выбери!» Люцифер посмотрел на нее нехорошим взглядом и попросил ближайшего демона оттащить подальше назойливую претендентку. Дьявол подождал тишины и продолжил — Надеюсь, что все из вас успели выполнить полученное задание! Кто хочет начать первым?

— Выбери меня! Выбери меня! — снова кричала девушка, вытянув руку и влюбленными глазами смотря на Императора, — Ну пожалуйста! Выбери меня! Выбери меня!

— Кто-нибудь еще готов? — с надеждой поинтересовался Абаддон, устало потирая виски, — Девушки, кто готов? Ну, пожалуйста!

Подруга Нессии вышла вперед и стала читать стихи, за ней потянулись остальные — кто пел, кто танцевал, кто-то и пел и танцевал, а я напрягала мозг, пытаясь сообразить, что же такое прочитать или спеть… В голове унылым косяком текли строчки Пушкина, Некрасова, Тютчева, но ничего, на мой взгляд не подходило… Ситуацию осложняла скандирующая рядом девушка: «Выбери меня! Выбери меня!» И тут меня осенило!

— Так, девушка в синем! Теперь вы! — подозвал меня Люцифер, а сам растянулся в однобокой улыбке и выжидательно приподнял брови, — Вы готовы?

— А я не одна! — на месте ориентировалась я, таща за собой надоеду, — Нас двое!

— И что вы нам приготовили? — уже откровенно смеясь произнес Дьявол. Мне, кажется, что он узнал меня.

— Песню! — громко выдала я, поправляя полы плаща и толкнула в бок, стоящую рядом красавицу, которой только и дай возможность дотянуться до Императора. Я закрыла ей рот ладонью, пока она что-то мычала в мою руку.

— Песня называется… — продолжила я со всей торжественностью убирая ладонь.

— Выбери меня! Выбери меня! — выдала на она на одном дыхании, а братья синхронно поморщились. Я снова предусмотрительно закрыла ей рот ладонью и запела.

— Демон счастья завтрашнего дня! Прилетел к нам крыльями звеня! — я замолчала, убрав ладонь ото рта девушки, та вставила в номер свои пять копеек — Выбери меня! Выбери меня!

— Демон счастья завтрашнего дня! — закончила я, прикрывая рот своей партнерше по номеру и поклонилась.

Люцифер и Абаддон смеялись, а вот Бельфегор был мрачнее тучи.

— Мне знаком твой голос. Сними капюшон! — приказал Император, а у меня подогнулись колени, — Снимай! Иначе я объявлю тебя шпионом.

Мне ничего не осталось, как скинуть капюшон и поднять глаза на Императора.

— Опять ты? — удивился Бельфегор, привставая с трона.

— Женюсь! — совершенно серьезно припечатал Дьявол. — Теперь ты ее не выгонишь, я ее себе забираю!

— Брат! — осадил Люция Абаддон, положив ему тяжелую руку на плечо. Дьявол лишь усмехнулся и подмигнул мне. — Не горячись.

На лице Абаддона явно проступила обеспокоенность, а вот Бельфего был почему-то в бешенстве. Он едва не вырвал своего подлокотник трона!

— Хитрость, изворотливость, — «льстил» мне самый младший из братьев, — Она не гнушается ничем, лишь бы достичь своей цели. И что-то мне подсказывает, что служанки просто так не валяются раздетыми, зная, что замке разгуливает демон похоти. К тому же у нее откуда-то появился браслет. А количество участниц не изменилось. Соответственно, не хватает одной. Где она?

Братья начали нас считать, убеждаясь в правоте Люцифера, а тот лишь вальяжно развалился на своем троне и внимательно смотрел на меня. Я решила подыграть и улыбнуться ему. Реакция Люца стала для меня неожиданной, он отмахнулся и рассмеялся. У меня логика ломается без экзорциста.

— Действительно, — задумчиво подвел итог Абаддон, возвращаясь на свой трон и глядя на меня с… уважением? — Их ровно столько, сколько было и вчера!

— Нессии нет! — сдала меня вчерашняя девушка, которой браслет понравился больше, чем Император. — Вчера к нам подходила служанка. Она увела Нессию, сказав, что ее хочет видеть сам Император!

Я скрипнула зубами, а брови братьев поползли вверх и вот-вот готовы были поцеловать макушку.

— И где же она, по-вашему? Бельфегор? Не ты ли решил отобрать себе невесту раньше всех? Или фокус с раздеванием? Как там? Раздевайся и ложись? — насмешливо и холодно поинтересовался Абаддон, а я сделала вид, что вообще здесь не при чем, рассматривая такую интересную кисточку на шторке.

— Не знаю! Мы ее больше не видели! — чуть не плача прописклявила красавица, — Может, она ее вообще убила! Мне это служанка сразу не понравилась!

Взгляд Бельфегора прямо впился в меня, заставив нервно поежиться. Злые и холодные глаза вызывали у меня неконтролируемый приступ паники и покалывание вдоль позвоночника. Он меня убьет…

— Убийство? В моем замке? — взревел Император, а по его коже стали проступать красные всполохи, да и сам он увеличивался в размерах. Вот только взгляд был его направлен уже не на меня, а на Люцифера, — И без меня? Да как…

— Вот так должна выглядеть настоящая королева ада! — перебил его младший брат, а Бель потерял дар речи. — Я, думаю, что определился. Осталось дело за малым. Если она проходит сегодняшнее испытание, я сразу забираю коварную красавицу себе, и для меня отбор прекращается!

— Справедливо, — равнодушно отозвался Дон, заметно расслабившись и закуривая. Мне казалось, или его отбор не интересовал вообще? Или у него какие-то другие критерии?

— Мое мнение в моем собственном дворце вообще учитывается? — проорал Бельфегор, а меня чуть не сдуло в коридор. Император орал сугубо мне на ухо, а я даже не заметила, как он оказался рядом со мной. Девушки «Выбери меня!» рядом со мной уже не было. — Мне кажется, или все забыли, кто на этих землях Император!!!

Как бы страшно это не звучало, но если бы в аду были выборы, то отдала бы голос Абаддону. Он спокойный. Люц тоже ничего, но не доверяю я ему. Лукавый, все-таки. Но, пока он меня защищает перед братом, и у него есть шансы на заветную галочку в бюллетене. Итого, в отборе из отстающих у нас Бельфегор. Если доживу до конца отбора посоветую его жене беруши, ружье и хорошего психолога. Ну или совсем на крайний случай, пусть выращивает серные пробки.

— Бельфегор, — сурово произнес Дон, глядя на брата взглядом, который не предвещает ничего хорошего, — Никто не оспаривает твоё право на власть. Но, Люц в своем праве. Мы проводим отбор на троих. Если ты сейчас в не себе, предлагаю тебе выйти и остыть.

— А может, все выйдем? Втроем? — зло прошипел Бельфегор, делая шаг ко мне. Ой, мамочка! Уйди, уйди, уйди от меня! Помогите! Это не я одержима демоном. Это демон одержим мной! — И тогда посмотрим, кто из нас троих остынет!

— Так, стоп! — хором произнесли Асмодей и Вельзевул, выходя на сцену и становясь спина к спине, лицом к братьям. — Достаточно! Вы тут сейчас весь дворец разнесете! Рабочие еще ту стену не достроили! Рядом с которой Бельфегор думал!

Братья помолчали, злобно переглядываясь, а Бельфегор приблизился ко мне еще на шаг. Под шумок нарастающего скандала, я решила отойти подальше. Искренне надеюсь, что будет кровь, и меня не забрызгает. Когда Император это заметил, то недовольно поджал губы.

— Хорошо! — сквозь зубы выдавил Бельфегор, не сводя с меня пронизывающего взгляда, — Сейчас мы проверим вас, как вы умеете заботиться о будущих наследниках! Асмодей! Раздай им наследников!

Нет! Я не готова стать матерью, для того, чтобы показать заботу! И пусть свою «раздачу» держат от меня подальше! Он этой «раздачей» уже больше двухсот баб выпер с отбора! Сначала справка, потом кольца, потом загс, потом наследник! Подарите мне пояс верности! И я буду блюсти верность себе!

Глава третья

Асмодей кивнул и вышел из залы. По толпе все еще блуждал шепоток недоумения. Демон похоти и измен вернулся на свое место, а в зал стали заходить молчаливые демоны с подносами. На каждом подносе стояли три горшка с выжжеными именами демонов, а рядом на кружевной салфетке располагались три… что это? По логике вещей — это семечки, но на первый взгляд, напоминающие козьи шарики.

— Семена волшебных роз из райского сада. Именно они определяют истинное отношение к человеку, — объяснял Люцифер, внимательно наблюдая за паникой, которая разрасталась среди девушек, — В зависимости от цвета розы — мы определим кто кому нравится. И нравится ли вообще. Расшифровку цветов мы дадим завтра, когда вы продемонстрируете свои цветы. Пусть это станет для вас маленьким сюрпризом.

— Но разве за сутки они вырастут? — недоумевала рыжая красавица в фиолетовом платье? — Ни одни цветы не растут так быстро!

— Растут, милая! Еще как растут! — улыбнулся Люц и снова подмигнул мне, — А теперь, свободны! Инструменты для работы уже в ваших комнатах.

Нам вручили по подносу и выперли из бальной залы. Перед тем, как закрылись двери я увидела огромные кожистые крылья с шипами на концах. Коридоры огласил громогласный рык, заставив нас рефлекторно пригнуться.

— Спокойно! — орал Асмодей из-за закрытых дверей залы, а я предпочла убраться подальше от этой встречи «без галстуков».

Я практически добежала до своей комнаты, и только когда за мной захлопнулась дверь, смогла выдохнуть с облегчением. Осознание приходило медленно. Я снова на отборе, и ничего не угрожает.

— Можно поздравить? — пропищал анчутка, нетерпеливо подпрыгивая на кровати, возле огромной коробки с бантом. — Я только тебя ждал! Смотри, что в комнате появилось!

Я опасливо подходила к кровати, на которой стояла коробка. Сверху на крышке лежала белая роза, с приколотой к шипу запиской:  «Ты мне нравишься. Ваар».

— Кто такой этот Ваар? — не выдержала я, боясь подходить к коробке и испытующим взглядом смотрела на анчутку, — Ты постоянно к нему бегаешь, у него все есть, потом мне надо было от него прятаться! Как мне это делать, если я его ни разу в глаза не видела? Кто это? Он что? Меня видел? Когда?

Анчутка смотрел на меня с открытым ртом, как на умалишенную. А потом как-то очень хитро улыбнулся.

— Бог! — ответил он, и громко чихнул, — Вот! Правду говорю! И ты ему очень нравишься! Он даже готов сорвать отбор!

Бог? Это какой же? Неужели тот самый? Я с недоумением смотрела на коробку. Это мне за мои мучения что ли?

— Мне не нужен Ваар! Мне нужен один из братьев. Любой!!! — покачала головой я. — Хорошо бы, если бы это был «Раздевайся и Ложись», потому что «Как вы меня достали!» и «Какую пакость еще придумать!» меня напрягают!

— Открывай уже! — пищал в нетерпении маленький бесенок, танцуя вокруг коробочки. — Мне самому интересно посмотреть что там!

Я аккуратно сняла розу с запиской, и, зажмурившись, подняла крышку. Анчутка ржал, а я приоткрыла один глаз, чтобы посмотреть что так развеселило бесенка.

— Это что? — удивилась я, доставая металлическую конструкцию с выгравированной надписью: «Чтобы никто не кинул палку». Для палки, кстати, сбоку имелось крепление. — Трусы верности что ли?

— Пояс верности! Неуч! — смеялся анчутка, катаясь по кровати, держась за живот, — Во Ваар дает! Демонический, между прочим! Защищает от всех демонов!

Я скептически посмотрела на этот подарок, а потом вспомнила про Асмодея и… черт возьми, посмотрела на этот дар совершенно другими глазами. На слово Императора уже полагаться не стоит, он несколько раз выгонял меня с отбора… Эх! Была не была! Ключ то все равно есть!

— А это что? — анчутка подозрительно принюхался к семенам и плотоядно облизнулся, — Это розы, да?

— Да! — пропыхтела я, стараясь аккуратно разложить железную махину на кровати. Ну, что, Лина? Горевала, что у тебя только одни трусы? Вот тебе вторые! Зимние! — Не трогай!

Я быстро ускакала в ванную, чтобы освежиться и пулей вылетела обратно. Что-то мне подсказывала, что анчутка и розы — это вещи несовместимые.

— Ну, надевай! — выдал анчутка и уставился на меня с любопытством, — Интересно, а размер подойдет?

Я смерила пушистого поросенка воспитательным взглядом, схватила сбрую и пошла примерять. На удивление, все застежки защелкнулись сами, и бельишко подтянулось под размер. Ключи подходили. Я это проверила еще до примерки. Но и после тоже пару раз застегнула-расстегнула, для большей уверенности.

Инструкцию для посадки не положили, поэтому я просто вкопала семечки в горшки и в полусонном состоянии полила. «Все растения любят водичку! Кактус и тот привык! А сколько раз умирать собирался…», — пожала плечами я, поглядывая на мутное болото грязи в каждом горшке.

— Ну, нормально! — прищурившись выдала я, оценивая свою работу и громко зевнула. У меня на растения рука легкая. Это на мужиков — тяжелая. — А теперь спать! День был тяжелый… Так! Куда пошел!

Анчутка воровато оглянулся и обиженно пополз ко мне под одеяло. Замерз пушной колобок. Я уснула быстро пригребая к себе бесенка. Если не присматриваться, то он вполне мог бы сойти за домашнюю зверушку. А если не будет ерзать, то вполне сгодиться вместо медвежонка.

— Ой-ёй-ёй-ёй-ё-ё-ё-ё-ёй, — простонала зверушка, а мне так не хотелось открывать глаза, — Ай-яй-яй-яй-яй.

— Ну что там у тебя? — сонно пробормотала я, не открывая глаз, — Что там случилось?

— Шипик выходит, — кряхтел пушистый узурпатор и тужился, — Все-таки красные вкуснее, чем голубые.

Меня как подорвало с кровати, я подлетела к подносу и обомлела!

— Предъявить цветы через час! — оповестил нас дворецкий из-за двери, позванивая колокольчиком, — Предъявить цветы через час!

Я со слезами на глазах смотрела на произвол, творящийся у меня на подносе, учиненный пушистой задницей, но сделать ничего не могла. В горшке с именем Люцифер сиротливо торчал огрызок от стебля розы, в горшке Абаддона зияла просто ямка, а вот в горшке с именем Императора лежала маленькая вонючая кучка. Было бы даже смешно, если не было так страшно. Ничто так не показывало истинного отношения к Императору, как содержимое его горшка. «Ты меня не полюбила. Раздевайся и ложись!» —   орал Император, а я искала рифму к слову «беги!».

— Ы-ы-ы-ы-ы-ых, — пыжился анчутка, топорща хвостик и глядя на меня выпученными, но жалобными глазами, — Ой-ёй-ёйё-ёй…

Я проклинала чертенка всем, чем только могла вспомнить, бегая туда-сюда по комнате. На этот раз меня точно вышвырнут!

— Идея! — осенило меня. Я подобрала юбки вылетела из комнаты, — Только бы не потеряться!

Я сломя голову неслась по коридорам дворца, сбивая ног попадавшихся мне девиц и активно осеняла крестным знамением всех демонов, старающихся преградить мне путь. Оказавшись на улице я пулей рванула к дырке в стене, возле которой росли черные розы. Дорогу я помнила плохо, а вот ощущения от острых шипов моя пятая точка запомнила на всю оставшуюся недолгую жизнь!

— Кажется налево, — задыхаясь от бега шептала я, боясь опоздать, а еще больше — не найти, то место, где чуть не ухлопала служанку. Нужное место я нашла по заметному ориентиру — вокруг кустов кружила служанка с матрасом, активно высматривая своего демона. Лина, готовься! Сейчас тебе придется много и убедительно врать.

— Милая! Как хорошо, что я тебя нашла! — запыхалась я, судорожно глотая воздух и делаю большие паузы между словами, чтобы хоть как-то получить дозу кислорода. — Тебя Асмодей спрашивал! Он сейчас в главной зале! Беги скорее, пока его еще какая-нибудь служанка не нашла!

— Глаза выцарапаю! — злобно прошипела девица и поудобнее перекинув матрас ломанулась в сторону дворца. Мне на секунду даже стало жалко Асмодея, но только на секунду.

Я бросилась к розовой клумбы, с ужасом осознавая, что этот горничный пограничник вытоптала большую часть клумбы! Выбрав более или менее приличные три черные розы я старательно, со слезами на глазах, пропихивала их между мягким местом и железными трусами. На второй розе я уже издавала те же звуки, что и анчутка, но мне очень хотелось жить. Назад я бежала с той же скоростью, но с более агрессивными матами, чувствуя, как шипы царапают и впиваются в орган, ответственный за приключения.

— До проверки цветов пятнадцать минут! — оповестил меня дворецкий, когда я пробегала мимо него по коридору, — Каролина, до проверки роз пятнадцать минут!

Останавливаться я не стала, просто крикнула ему: «Ага!» не оборачиваясь и на всех скорости влетела в свою комнату на ходу задирая юбку и просто выдирая эти адовые растения сроднившиеся со мной во время забега.

— Есть хорошая новость! — ко мне бежал радостный анчутка, проверяя что я принесла в комнату.

— Какая? — не обращая внимания на бесенка, я втыкала и прикапывала цветы, которые совершенно не хотели держаться и норовили завалиться то на одну сторону, то на другую. — Какая у тебя хорошая новость?

— Я покакал! — радостно выдал анчутка, и стыдливо ковырял копытцем одеяло. Подняв глаза на бессовестное животное я увидела маленькую кучку на подушке, в которой виднелись пара коричневых лепестков и зеленый листик.

Глаз передавал азбукой морзе все, что я думаю про этот отбор, про этих братьев и анчутку в особенности. Розы были вкопаны по самое дно горшка. Покрывая всеми эпитетами эту жизненную ситуацию, я вышла из комнаты и быстрым шагом направилась в зал. Горшки ползали по подносу, так и норовя свалиться с него и разрушить мою жизнь и шаткие планы на возвращение.

— Дорогие девушки, — вещал Люцифер из приоткрытой двери, а я ускорила шаг, неся свои розы. — Подходите по одной! Показывайте цветы. Не толпимся! Нет! Чужие подносы не переворачиваем!

Я протиснулась в приоткрытую дверь и затаилась, внимательно рассматривая цветы других. Горшки пестрили различными цветами, от белого до ярко-алого, до некоторых тоже добрался анчутка. Черные розы были только у меня… Опять Лина отличилась!

— Какие красивые белые розы, — громко вдохнул Люцифер запах цветков, преподнесенных красавицей, — Жаль, что вы не испытываете чувств ни к одному из нас. Следующая!

Девушка захныкала, а ее под руки взяли демоны — охранники и повели к камердинеру. Так, Лина, еще один подвиг по возвращению ты просто можешь не пережить. В этот раз тебя настолько далеко откинут, что годами будешь обратно добираться!

— Какие милые, голубые розы! — умилился Люц, переглядываюсь с братьями, — Скажи мне, красавица, мы похожи на принцесс? Что ты вообще на этом отборе делаешь?

Троица тихо хохотнула, а на меня упал выжигающий взгляд Бельфегора. Как же я его ненавижу! Почему из всей троицы он бесит меня неимоверно?

— Подойди, — твердо произнес Император, а все притихли пока я на негнущихся ногах несла свой поднос на суд к братьям. Чем ближе я подходила, тем вытянутей становились их лица. Главное, чтобы не просекли, что розы просто прикопаны! — Да ну нахе… Хе-хе-хе!

— Бель! — осадил его Дьявол, а сам приподнялся с трона, чтобы внимательнее рассмотреть мой поднос. Он смотрел на розы такими глазами, что я уже мысленно собралась с силами дать деру. Я тихо молилась, чтобы ни одна из роз не завалилась. Люцифер протер глаза. — Вы тоже это видите?

Абаддон с выражением дикой задумчивости достал сигареты и закурил. То же самое сделали Люцифер и Бельфегор. Звенящая тишина давила на уши, а я была близка к обмороку, судорожно вспоминая что означали черные розы и ругая себя за то, что не вспомнила и не сориентировалась раньше! Они же говорили об этом! Вот я лохозавр! Другие лохозавры уже вымерли, и теперь машут мне лапками, мол, давай, Лина к нам!

— Как делить будем? — усмехнулся Дон, доставая вторую сигарету и закуривая, — Раз тут любовь такая! Неземная!

Что? Я надеялась на какую-нибудь привязанность, с намеком на чувства… Легкую степень «понравились», но не на неземную любовь! Мой взгляд упал на три розы. Да, нужно было брать разного цвета! Что ж до меня все доходит так медленно, как посылки почты России!

— Да еще и ко всем троим, — ошарашено пробормотал Люц, не сводя взгляда с моего подноса и явно видя такое в первый раз — Бель? Что делать будем? Есть предложения?

Император просверливал во мне дыру страшным взглядом. На секунду мне показалось, что у меня задымилось платье. Да говори уже! Мне сейчас плохо станет! Сама накосячила, понимая. Хотела как лучше, а получилось…

— Предлагаю решить ее древним демоническим способом, — оскалился Бельфегор, полный надежды от меня избавиться. А я понимала, что такой взгляд не сулит мне ничего хорошего. Способ, кстати, тоже. — Загнать.

— Куда загнать? — икнула я, испуганно глядя на уже понимающе-лыбящуюся троицу. Вот чувствует мой орган что без приключений не обойдемся.

— Я согласен, — выдал Дон, туша окурок, — Это справедливо. Охота на невесту.

— Девочки! Разойдитесь по комнатам! — хлопнул в ладоши Дьявол, поднимаясь с черного трона, а меня начало бить крупной дрожью. — Цветы оставьте при себе! Двое из нас продолжат отбор! Один сегодня найдет себе невесту! Каролина, вы, как видно, воспылали любовью ко всем…

Я вообще люблю много чего… Сказать им, что я люблю всякие пушистые брелки, креветки и запах можжевельника? Может, они просто решат, что я очень любвеобильная? И мы обойдемся без охоты?

— Все вон!

С этими словами демоны стали выпроваживать красавиц из зала, а я стояла ни жива ни мертва! В голову лезли страшные картины, подходящие под слово «загнать». Загоняют зверя, а что со мной сделают демоны? Бельфегор расправил крылья и широким шагом направился ко мне, вырвав из рук поднос, просто выкинул его в окно. Пока я наблюдала за траекторией полета, старший из братьев забросил меня на плечо и ПОЛЕТЕЛ!

— Аааааааааааааа! — орала я, понимая, что стара я стала для таких полетов, — Пусти!

— Уверена? — прошипел демон, а сквозь зубы показался раздвоенный язык. Все, мне плохо… — Слезай, приехали.

Меня грубо встряхнули, поставив на ноги, сверху на нас спикировал Люцифер на огромных кожистых крыльях. Дон появился из двери на первом этаже. А почему он не полетел? Он смотрел на братьев, как на детский сад, спокойно докуривая и неспешно идя к нам.

— Итак, наша дорогая, — ласково начал Люцифер, приближаясь ко мне, а я спиной почувствовала, как напрягся Бельфегор. Они — сумасшедшие. Вот точно вам, говорю! — Правила просты — ты убегаешь, а мы догоняем. Кто догонит тебя первым — тому ты и достанешься. Раз одинаково нас всех любишь — тебе должно быть все равно кто это будет. Но буду надеяться, что болеть будешь за меня. Мы даем тебе фору, в пять минут.

Я стояла ни жива ни мертва, понимая, что скрыться от древних демонов в их же лесу у меня не получится! Да и куда бежать? Промелькнула мысль, что я почти выполнила условия белых, но она была настолько быстрой, что я ее даже не заметила.

— Беги, смертная! — со смехом заорал Люцифер, а я как ошпаренная, поднимая юбки ломанулась в лесную посадку, на ходу рассуждая, что там они летать не смогут, — Давай! Беги! Мы даем тебе фору!

Я бежала по лесу, ветки больно царапали оголенные части тела, дыхания не хватало, сердце стучало где-то в висках, а ноги сводило судорогой. Рядом послышался треск веток, и я припустила сильнее в противоположную сторону, испугавшись, что пять фора уже кончилась.

— Не туда! — орал анчутка не своим голосом, обгоняя меня и вырываясь вперед, — За мной беги! Я тебя выведу!

— Ага, — задыхалась я, цепляясь за стволы и ломая ветки. — Из себя…

Маленький чертенок активно перепрыгивал через коряжки, корни, скакал по кочкам. Я мчалась не разбирая дороги по его стопам. Совсем рядом слышался смех и голоса демонов. Они уже идут за мной!

— Ты чего натворила, что они тебя загнать решили? — орал бесенок, петляя между деревьями, — В прошлый раз они так девчонку гнали! А вот когда нашли… В общем хоронить было нечего.

— Что? — заорала я, понимая, что дело — дрянь. Зато открылось второе дыхание, и я припустила вдвое быстрее, — Как?

В боку кололо, ноги в кровь были исцарапаны ветками, руки болели от напряжения и тяжелых юбок, платье было разорвано в клочья, моя палка больно била по ногам, но останавливаться, чтобы передохнуть, было нельзя. Демоны были совсем близко.

— Мальчики, догоняйте! — заорал анчутка МОИМ голосом, продолжая бежать впереди меня, — Мальчики, я здесь! Три древних демона не в состоянии поймать беззащитную девушку?

— Ты что творишь? — орала я, пытаясь поймать анчутку и вломить этому предателю как следует, но промахнулась, — Я тебя сама прибью! Ты зачем их зовешь?

— Мальчики, я здесь! — орал анчутка, отмахиваясь от меня и беря левее от моей тропинки. Он мчался вглубь леса, — Ну же! Люцифер, где ты? Иди ко мне, любимый! Поймай меня, о мой темный ангел!

Если бы остались силы, я бы прослезилась, маленький чертенок уводил от меня демонов в противоположную сторону. Страшно представить, что с ним сделают, когда догонят… Так, Лина, если догонят! А вот если они тебя догонят — будет страшнее! Давай, беги! И просто пообещай себе, что если вы выживите простишь ему вонючую кучку на подушке.

— Дон, ну куда же ты смотришь! — орал чертенок из самой чащи, — Я здесь! Я люблю тебя, о мой всадник апокалипсиса! Устрой мне персональный апокалипсис!

Лес становился все темнее. Откуда-то повеяло прохладой. Там вода! «Или болото!» — подбодрил меня инстинкт самосохранения! Пить хотелось безбожно, легкие разрывало от напряжения, я начала сбавлять темп бега.

— О, мой Император! О, Бельфегор! — кричал откуда-то мой голос. — Читай мне стихи всю ночь напролет, в перерывах между любовью…

Это не я! Готова под пытками стоять на своем! Сил практически не осталось, но я продолжала нестись, куда глаза глядят, спасая свою жизнь.

— Попалась! — меня схватили за талию и больно прижали к ближайшему дереву. От страха я зажмурилась и закричала, стараясь отбиться руками и ногами, но куда мне было справиться с демоном. Горячий поцелуй обжег шею, — И куда ты хотела сбежать?

Я узнала этот насмешливый голос. Асмодей. Огромным усилием воли я заставила себя открыть глаза. Демон улыбался, а меня еще несло по рельсам паники. Я лихорадочно оглядывалась в поиске демонов-братьев, но было тихо.

— Итак, братья решили тебя загнать, — задумчиво произнес Асмодей, вжимая меня в дерево и гладя по щеке, — Интересно из-за чего? Что такое могла сделать такая красота? Ну, а, впрочем, неважно.

— И что ты хочешь? — все еще переводя дыхание прохрипела я, судорожно хватая ртом воздух. — За свою помощь?

Асмодей хищно улыбнулся, приподнимая брови.

— Видишь ли, Лина, ты портишь мне статистику, — рассмеялся Асмодей, а его рука с щеки сползла мне на шею. — Через меня прошли все девушки на отборе. Просто кого-то я оставил, а кого-то нет. И только ты выбиваешься из этого списка. Не порядок.

— А Император об этом знает? — предприняла я попытку угрозы, но демон похоти только рассмеялся. Попытка провалилась. — Ты хочешь сказать, что он знает, что те девушки на отборе, все они… Дали тебе?!

— Я — демон похоти, Каролина! — закатил глаза Асмодей, а потом посмотрел на меня как на умалишенную, — Я рожден, чтобы соблазнять.

— Или насиловать! — выдала я, вспоминая голую служанку в кустах. Ну и что, что она потом за ним с матрасом бегала! Факт-то был!

— Я ее просто погладил! — отмахнулся Асмодей, усмехаясь, — Она пришла в сознание и с криком: «Любимый!» потащила меня к себе. Так что, все по согласию. Лина, мне нет нужды в насилии! Я — древний демон, и получаю то, что захочу.

Последние слова Асмодей выдохнул мне в губы и поцеловал. Сначала я хотела его отпихнуть от себя, а потом у меня появилось стойкое чувство правильности, что так и должно быть. Мои руки потянулись к шее демона, обнимая его притягивая к себе. Мне хотелось большего, но вдруг Асмодей оторвался от меня, тяжело дыша, а мне вдруг стало холодно без него.

— Не здесь, — хрипло произнес демон, обнимая меня и целуя в плечо. — Такая девушка достойна самой шикарной кровати, а не лесного настила…

Мы перенеслись во дворец. Затуманенным взглядом я еле узнала свои покои. Поцелуи демона обжигали, заставляя желать большего. Рука Асмодея поползла под юбку, нежно поглаживая, а потом резко остановилась, а демон отстранился.

— Не понял, — пробубнил Асмодей, задирая мою юбку и вставая передо мной на колени, заглядывая под платье, — Я в своей жизни видел все: продольные, поперечные, диагональные и даже с зубами! Ощущения, кстати, интересные, но повторять не буду… Но такое, я вижу в первый раз…

Глава четвертая

С меня схлынуло наваждение, и я отскочила вбок от демона похоти переводя дыхание.

— Как ты это сделал? — испуганно прошипела я, на всякий случай беря в руки палку, а Асмодей поморщился, глядя на меня, как на детский сад. — Не подходи ко мне! И не протягивай ничего! Я слежу! Что ко мне потянется, то палкой и отхватит!

— Лина, я демон похоти!!! Глупый вопрос, — вздохнул Асмодей и посмотрел на меня так, как будто хотел повертеть пальцем у виска, — А эту штуку надо снимать периодически. Хотя бы самостоятельно. Я впервые вижу такой замок.

— У меня ключи есть! — победоносно выдала я и полезла в потаенный карман на платье. — Вот, сейчас-сейчас…

Я несколько раз проверяла карман на платье, но ключей не было! Черт! Я их выронила при погоне! О, господи! Мысли о том, что я теперь получу кличку «железная попа» и буду громыхать обетом воздержания до конца своих дней, заставила меня всхлипнуть и скривиться. Причем, воздерживаться придется во всем!

— Только не говори, что ты посеяла ключ! — схватился за голову Асмодей. — Бесы тебя раздери, Лина! Все, плакала моя статистика…

— Пошел ты со своей статистикой! — орала я, паникуя и лихорадочно вспоминала маршрут по которому бежала по лесу, с ужасом понимала, что все деревья для меня одинаковые. — О, господи, где же его искать то теперь!

«Олухи! — орал анчутка под окнами, а я опасливо выглянула из-за шторы. — Потерять трем высшим демонам одну девушку! Позо-о-ор!» Маленький бесенок распинал братьев, пока они о чем-то спорили и совсем не замечали зверушку.

«Это как надо умудриться! Ладно Бельфегор, ладно Абаддон! — махал руками пушистый шарик, негодуя, — Но ты, Люцифер! Вот от тебя ожидал в последнюю очередь! Вот надо было все розы у нее сожрать! Целее бы была! Все папе расскажу!»

Я аккуратно задвинула шторку обратно и тихо выдохнула. Так, нужно подождать пока они куда-то уйдут и попытаться полазить по лесу. Шансов мало, но надеюсь, что смогу найти.

— Надеешься найти? Ну-ну — ядовито произнес демон, скрещивая руки на груди, — Ты вчера такими зигзагами убегала, что их даже адский пес не найдет!

Я хотела расплакаться! Честное слово! Я не знала что делать и меня накрыла паника.

— Асмодей, а ты не мог бы, — дрожащим голосом начала я, понимая масштабы трагедии, — Сходить поискать? Мне лучше пока не выходить отсюда.

Лицо демона вытягивалось, а я понимала, что помощи мне ждать неоткуда. Пока анчутка их отвлекал, командуя процессом, мне нужно было решать проблемы самостоятельно. Трусы сами себя не снимут! Почему-то дико захотелось в туалет, а я мучительно представила себя рыцарем нравственности, блюдущим вечный обет неприкосновенности. «Поправишься, они врастут!» —   обнадеживала фантазия.

— А что мне за это будет? — вступил в торги демон похоти и измен поигрывая бровями, — Исправим статистику? Почему не железные стринги… Я бы попробовал подлезть…

Я представила, как демона похоти с переломом орудия труда госпитализировали в экстренном порядке. «Мы его теряем!» —   орал Асмодей. «Да ладно, он у нас в пакете!» —   утешали врачи.

— А я не скажу Ваару о том, что ты ко мне приставал! — вдруг вспомнила я о тайном воздыхателе и подарке с проблемами. Асмодей изменился в лице и закусил губу, — Так что, либо ты мне помогаешь снять это и снимаешь, либо ищешь ключ. В противном случае…

Я поиграла бровями намекая на огромные неприятности, которые ждут моего похотливого друга. Неприятности выстроились в очередь, а я скромно боялась их даже представить.

— Ты знаешь имя господина? — как-то недоверчиво произнес Асмодей и подозрительно на меня прищурился, — А как выглядит Ваар?

— Страшно, — не задумываясь ответила я, делая лицо — кирпич, и кивая в сторону двери, — Ну так как?

Асмодей подошел к окну и слегка отдернул штору и нахмурился. Я тоже сунула нос, в надежде увидеть, что там никого нет. «Нас ищут! Насиловать собираются!» —   умиленно вздохнул внутренний голос. «Кто первый встал — того и баба!» —   продолжал внутренний голос, пока я видела прочесывание леса в поисках предполагаемого трупа.

— Разойдись на поиски! — орал анчутка, сурово сопя и топая копытцем, — Нам нужно ее найти! Или хотя бы ее труп!

Как только прозвучало слово «труп», пыл тут же поумерился. «Я видел ее! Кажется туда побежала! К болотам! Кто нырять будет?» — руководил анчутка.

Асмодей вернул штору на место и отрицательно покачал головой, показывая всем видом, что туда он не пойдет. Зато демон плотоядно смотрел на меня, а в его руках появилась связка отмычек.

— Раздевайся и ложись, — хохотнул Асмодей и показал на кровать, рассматривая отмычки, — Попробуем так…

Я лежала на кровати, как на гинекологическом кресле, а между моих ног пыхтя и матерясь, в позе «зю» копался Асмодей, пытаясь снять это орудие пыток. В туалет хотелось неимоверно, но я стоически терпела, утешая себя тем, что это все равно лучше, чем шахта лифта.

— Увы, моя дорогая, — тяжело выдохнув произнес Асмодей, откидываясь на кровать, а я тихо захныкала, осознавая безысходность ситуации. — У меня есть две новости. Хорошая и плохая. С какой начать? На какой кончить?

— Эм… — помялась я. Когда демон говорит «плохие новости», я боюсь это представлять. — Давай с хорошей. Хоть пару секунд побуду счастливой.

— Я вошел! — вздохнул Асмодей, тут же молча показывая кусок отмычки в руках. — Но там и остался! Отмычка сломалась! Теперь его ключом не откроешь!

Я округлила глаза и подскочила на кровати, отрицательно замахав головой и руками. Меня и так несколько раз вышвырнули с отбора, а тут точно позора не оберешься. Что значит, отмычку сломал? Да чтоб он свою отмычку сломал в трех местах!

— Ты понравилась непосредственному моему начальству, — Задумчиво начал Асмодей, доставая мел и вставая с кровати, — Лежи как лежала, сейчас попробуем тебя выковырять оттуда. Слушай, тебе точно нужна нижняя часть тела? Я имею в виду тазобедренные кости? Просто тут проскользнула гениальная идея… Хотя, впрочем, о чем это я?

Не успела я и пискнуть, как из под руки Асмодея выпорхнули несколько символов. Они засветились, а посреди комнаты стал проступать силует. Я зажмурилась от стыда, представляя в каком положении сейчас нахожусь. А все эти браться долбанутые! Вот не было бы этой прогулки по лесу, и позора бы не было. Только бы не они, только бы не они.

— О, нашлась пропажа! — радостно выдал Люцифер и хлопнул в ладоши, — А мы ее по всему лесу ищем! Так, а что у нас тут… Железная дева в железных трусах! Иди сюда, рыцарь! Греми прелестями!

Я приоткрыла один глаз успев увидеть удивленную моську Дьявола, но потом он расплылся в какой-то странной улыбке и начал ржать.

— Смешно тебе? — грустно усмехнулся Асмодей, подходя к Люциферу и глядя на него страдальческим взглядом, — А я половину отмычек переломал! Как я затворницам являться буду?

— Хороший демон похоти должен уметь открывать дверь не ключом! — двусмысленно оскалился Люцифер. — Так что иди, на замочных скважинах тренируйся. Если плохо входит, значит, там ключ. А если ключ, то, считай, девственница.

Люц подошел ближе ко мне, рассматривая мои зимние трусы, а потом удивленно цокнул языком.

— Ваар значит, — задумчиво произнес он, улыбаясь однобокой улыбкой и с чем-то мысленно соглашаясь, — А меня зачем позвали? Написано ж Ваар! Его и зовите. И вообще, давайте уже всех позовем. Коллективно будем решать. Хотя… Ваар обозначил только нижнюю половину. На голову и прочие прелести он не претендует… Наверное… Закрой глаза, раздвинь ноги!

Асмодей смерил его нехорошим взглядом, что-то шепча про мое обещание и статистику.

— Братики, готовьте свои отмычки! Я ее нашел! — лукаво заметил Люцифер, потирая руки. — Ну что мой рыцарь, сейчас будем пробовать снять. Если что, у Дона есть меч. Отрубим одну половину, потом как-нибудь прирастет! Главное, чтобы не попой вперед! Хотя…

В комнату влетел Абаддон. Обычно такой собранный и подтянутый, на данный момент демон разрушений выглядел растрепанным и уставшим. Усталость на лице сменилась недоумением, как только он увидел меня в позе «караул! Рожаю!» и перевел взгляд на пожимающего плечами Люцифера.

— От кого? — прокашлялся Дон, понимая, что кто последний, тот и папа!

— Ваар, — усмехнулся Люц, показывая пальцем на маркировку, Дон подошел ко мне и прищурился, — А где Бель?

Абаддон смотрел на мои трусы и честно пытался дуть щеки и не смеяться. Выходило у него плохо, но он честно старался.

— Да, рыцарь без с… траха и упрека, — выдохнул Дон, постучав пальцем по моему белью. Никто и никогда еще не стучал пальцем по моим трусам.

— Кто там? — простонал Асмодей, смотря на двух верховных демонов, — Я уже стучал. Мне не открыли!

— Это я — древний демон, — склонился над трусами Люцифер. — Принес заметку про нашего мальчика. Только я вам ее не отдам. Потому что у вас докУментов нету…

— Беда, — вздохнул Дон, закатывая глаза. — Может, смазка нужна? Этому поясу уже веков десять.

— Смазка мне нужна, — простонал Асмодей. — И гипс…

— А руки у тебя целые, — заметил Дон, прищурившись. Он скептически осматривал эротическое белье, потирая переносицу.

Демоны странно переглядывались и лыбились, но так ничего и не сказали.

— Главное, чтобы Бель об этом не узнал! Давайте поклянемся хранить тай… — договорить Люцифер не успел, как дверь чуть не вылетела с петель.

Император молча прошел в комнату, смерив всех грозным взглядом, а я решила уползти подальше, на всякий случай. Отношения у нас с Бельфегором не клеились. Ни на сопли, ни на слюни, ни на скотч.

— Стоять! — проорал Бель, подходя к кровати, когда я пыталась уползти под покрывало и прикинуться складочкой. Меня с силой схватили за щиколотку и подтянули к себе. — Отвернуться!

Демоны как по команде развернулись на сто восемьдесят градусов и на всякий случай отошли на два шага.

— Если он ее на две части разделит, ты какую выберешь? — поинтересовался Люцифер.

Мамочки!

— Левую, — усмехнулся Дон, а я с надеждой смотрела на братьев.

Бельфегор внимательно осмотрел мои доспехи, а потом грустно усмехнулся. Что происходит в голове у этого демона? Одним рывком, при этом совсем не больно, сорвал с меня зимнее белье и откинул в сторону. В фразе «раздевайся и ложись!», мне очень начинало нравиться слово «раздевайся»!

Кто-то из демонов решил повернуться в мою сторону, но Бельфегор встал ко мне спиной и расправил свои кожистые крылья, давая мне возможность заползти под покрывало. Однако, джентльмен.

— Вон, — тихо прорычал демон, а его братья с Асмодеем направились к выходу. Когда демоны вышли из моей комнаты, он собрал крылья и не оборачиваясь направился к выходу.

— Спасибо, — тихо прошептала я, демон замер, буквально на мгновение, а потом ушел громко поставив хлопком двери точку в моем позоре.

Я так и сидела на кровати, поджав ноги, и пыталась уловить разбредающиеся мысли в голове, раз за разом прокручивая случившееся. На собрание мыслей ни одна не явилась, и я просто прокрастинировала в стену, пока не появился Анчутка.

— Ты чего тут сидишь? — бухтел на меня меховой шарик, расхаживая по кровати туда-сюда, — Они там сейчас новое задание обсуждать будут! Когда Бельфегор перестанет мутузить Асмодея.

— Что? — не поняла я, фокусируя зрение на бесенке, собираясь в кучку, — За что он его? За то, что пытался помочь?

Анчутка вздохнул и подошел ко мне, протягивая маленькую лапку.

— Ничего страшного, Лин. Ты, главное не переживай, — успокаивал меня бесенок, ласково поглаживая по руке, — Ум — это не самая главная черта для женщины. Зато ты у меня красивая. И рыжая! Это — хорошо.

— Ах ты! — начала ловить я Анчутку по кровати, — Зараза пушистая! А ну иди сюда!

— Надевай! Ай! Платье служанки! Ай! — орал анчутка, пытаясь увернуться от подпопников и подхвостников. — И иди слушай! Меня не пускают! Ой! Я наказан! Они пса привели!

— Какого пса, — опешила я, переставая ловить бесенка. Почему-то фраза про пса мне сразу не понравилась. — О чем ты?

— Адского пса они привели! — обиженно засопел Анчутка, потирая ушибленный орган по приключениям, — Я сам видел, как с ним Люцифер играл! Ну, его пес, который за душами приходит!

Я замерла, осознавая плачевность ситуации. Адский пес… Он раздирал людей, когда приходил их срок по контракту, на душу с дьяволом.

— Я к нему не пойду! Неа! — я отрицательно замотала головой и поползла под балдахин, — Не пойду и все тут! Я жить хочу!

— Выгонят, — просто бросил Анчутка, опираясь на стену и рассматривая свои ногти, — Тут уж я тебе точно не помогу. Я с псом разбираться не буду. Я его сам боюсь. Так что быстро переоделась и пошла подслушивать!

Я дрожащими руками натягивала платье служанки и забирала волосы под чепчик, понимая, что такую встречу могу и не пережить… От белых не было никаких вестей, да я не могла с ними связаться. Не могу же я выйти на улицу и приставать к каждому, спрашивая про орден?

— Теперь налево, — бежала я по коридору, поднимая юбку, молясь, чтобы не встретить пса раньше времени, — Теперь сюда.

Я на цыпочках подошла к приоткрытой двери и сделала вид, что протираю картину в коридоре. Братья себя ждать не заставили, и почти сразу я услышала крики.

— Да признайся! — ядовито произнес Люцифер, затягиваясь сигаретой, — Она тебе нравится! Мы все видели! Не просто так трусы появились на ней!

— Да, солидарен, — выдыхая дым произнес Дон, — А раз так, зачем этот отбор?

— Эти трусы были у всех в комнатах, — прорычал Бельфегор, шурша кожистыми крыльями, — Но только одна удосужилась их надеть! Меня не устраивает, да и вас, думаю тоже, та, которую может натянуть первый попавшийся на глаза демон!

Причем тут Бельфегор? Или он общается с Вааром? А кто такой Ваар? И могут ли они быть одним лицом?

— Значит, она тебе не подходит, — сделал выводы Люцифер, — Тогда, думаю, ты не против, если в качестве испытания я познакомлю их со своим щенком.

В комнате воцарилась тишина, а я замерла, жадно вслушиваясь в каждое слово.

— Я против, — припечатал Абаддон, — Они с ним не справятся. Мы даже не сможем родственникам отправить останки. Он не подпустит к своей «нанаке».

— Разбаловали животное, — буркнул Император. В комнате заскрипело кресло, — Пока я им владел он себе такого не позволял! Ты посмотри! Он мне пол сада обгрыз!

— Значит, ты не против, — потирая руки произнес Люц, — Отлично! Тогда предлагаю устроить прощальный обед и начать испытание.

— Он не должен их жрать, — внес поправку Бельфегор, а Люц недовольно фыркнул — Нет, я сказал.

— Ну один кусь за попу? — с надеждой проговорил Люцифер брату.

Мамочки! Где мои железные трусы? Что-то рано их сняли!

Я быстро засеменила обратно в свою комнату, почти бежала, представляя себе чудовище собачьей наружности с зубами из фильма «Челюсти». Влетев в свою комнату на полном ходу я прижалась взмокшей спиной к прохладной стене, чтобы перевести дыхание и сползла вниз.

— Ну фто там? — чем-то вкусно чавкая, пробормотал Анчутка и посмотрел на меня, явив под мои очи пушистую моську в крошках, — Вафказывай!

И тут меня осенила идея. Нет, ну а мало ли?

— Хватит жрать! — я подорвалась с места и подбежала к кровати, где трапезничал бесенок, — Так, отлично! Ты не все мясо съел! Отдай сюда!

— Ты фо? Софсем с ума софла? — смотрел на меня анчутка, как на умалишенную и быстро пихал за щеки остатки еды, пока я не отобрала последнее, — Ты, Лина! Ты! ЖМОТ!

Я показала язык и прихватив еще парочку мясных шариков направилась в ванную переодеваться. Где-то на шкафу я видела салфетки. Нужно просто залезть и достать их. Там краешек торчал! Точно помню! По пути я решила искупаться, и приведя себя в порядок. Спрятав завернутое мясо вышла из комнаты. Надо сказать, вовремя.

— Всем девушкам собраться в бальном зале! — по коридорам разнесся голос камердинера и противный звон колокольчика, — Девушкам собраться в зале! Возле окон! Повторяю! Возле окон!

Почему возле окон? Обеспокоенно, на негнущихся ногах, я ковыляла в сторону залы. По коридорам стайки девочек и перешептывались. Бедные, еще не знают о щенке… А я понимала, что ставят нас возле окон для того, чтобы мы могли выпрыгнуть и спастись! Ну как, спастись… Умереть некусанными… А вдруг они каждый год отбор устраивают, потому, что им собакирена кормить нечем? Экономика должна быть экономной.

— Девочки, вы прекрасно выглядите! — расплылся в улыбке Люцифер, отгоняя нас всех ближе к окнам, — Прекрасно выглядите, но зря! Мы подготовили для Вас новое задание. И я очень надеюсь, что вы любите животных. Потому, что животное очень любит вас… В самом плохом смысле этого слова! В гастрономическом!

По щелчку пальцев открылись двери и вошел Бельфегор и Абаддон, держа огромного пса с двух сторон. Псина шумно втянуло ноздрями воздух и плотоядно облизнулась.

— Так вот, кто сможет поладить с нашим щенком — проходит в следующий тур, объяснял перспективу событий Люц, а я понимала, что сволочи просто не хотят раскошелиться на пачку душистых козьих шариков. — А те кто не поладят — мы соберем в пакетик и вернем на родину. Но есть и плохая новость — вы можете выйти из отбора прямо сейчас и уйти целыми. Кто хочет покинуть нас — шаг вперед.

Десять человек сделали решительный шаг вперед, и их тут же увели. Вид у них был не очень. Они смотрели на нас, как на потенциальную косточку. «Ну и дуры!» —   вздохнула последняя красавица, уходя из зала. Люцифер провожал их удивленным взглядом.

— Забавно. Думал, сбегут все, — задумчиво выдал Абаддон, и свободной рукой закурил, — Странно… Неужели им так дорога корона Беля, титул царицы Ада, и возможность разрушить мир?

— Иногда корона настолько притягательна, брат, — твердо произнес Бельфегор, сверля меня глазами, — Что они возвращаются. Иногда даже несколько раз.

— Хватит вам, — отмахнулся Люц и снова обратил на нас внимание. — Девочки, прошу за мной. Мы отправляемся в подземелья. Там пес не сможет причинить вреда… Дворцу. Но не вам. Идем.

Мы безропотно следовали за ним, а я тем временем прикидывала как половчее слинять отсюда. Вот сейчас я бы многое отдала за то, чтобы меня забрал орден. Я не хочу застрять в зубах огромной псины! Мне и так от шахты лифта досталось! Я жить хочу! Очень!

— Девушки, запомните. Заходите вот в эту дверь, — Люц указал рукой на резную дверь, цвета стен. Я даже не заметила ее от страха. — Заходите по три человека. Итак, кто первый?

Я хотела слиться со стеной. Нет! Я конечно все могу, но не это! Это я не могу! Я боюсь собак! Не пойду! А потом будет в Аду выражение «Порвал, как Адский Пес Каролину».

— Я! И я! — дрожащим голосом пропищала пара девушек, сделав решительный, но боязливый шаг вперед. Спустя пару минут к ним добавилась и третья. — А можно и я попробую? А можно нам хоть какое-то оружие?

— Оружие? — поднял брови Люцифер, скрестив руки на груди, — Зачем вам оружие? Вы захотели ранить моего щеночка? Фу, как не стыдно. Он ласку любит, почесывания, грешников! Особенно жаренных! Хрустит на весь ад! Радуется!

Мамочки! Нет, мне не железные трусы надо! Мне памперсы нужны! Вот чувствую еще немного и все! Они мне точно понадобятся! За дверью послышался адский вой, а я медленно сползла по стене.

— Итак, заходим! — скомандовал Люц, открывая ворота и пропуская туда первую партию, — Время пошло!

Не прошло и минуты, как из-за дверей раздался громкий, визгливый крик, а за ним душераздирающий рык и яростный лай.

— Не понравились. Не все девушки одинаково полезны и вкусны, — выдохнул Люцифер. За дверью послышалось хлопанье крыльев и все стихло, — Следующие!

Никто не выходил добровольцем, а Дьявол смеялся, видя наши испуганные моськи. Я была близка к обмороку. Ну почему? Почему большинство барышень умеют «хлоп!» и переждать опасность в горизонтальной плоскости? Почему я не могу просто взять и заваливаться в обморок. Ну давай, Лина! Хлоп и все! Я даже зажмурилась от натуги, и не заметила, как одно маленькое пушное чудовище подкралось сзади и пнуло меня так, что я вылетела вперед, всем видом показывая рвение и задор!

— Лина, не ожидал от тебя такого мужества, — с уважением проговорил Люцифер, приглашая меня к двери. — Девочки, смотрите какой прекрасный пример бессмысленной храбрости и бездумной отваги. Поддержим!

Я, как к месту приросла и не могла сдвинуться ни на шаг. Добровольцем со мной так никто и не вышел.

— Ой, я так понимаю, что остальные от отбора отказываются? — с интонацией произнес Люцифер, выжидательно глядя на остальных, — Ну, что же, Лина, вперед!

Дверь открылась, и меня просто всосало внутрь. Сама бы я ни в жизнь туда не вошла. Дверь захлопнулась, а я осталась в темноте. Промелькнула мысль, что если выживу, то одну пушистую сволочь размажу по стене. Я не решалась сделать шаг, и дышала через раз. Собака не выходила. Даже не знаю, сколько простояла возле двери, несколько минут или несколько часов, как из темноты послышался тяжелый вздох. Собака принюхивалась, а потом загорелись два желтых глаза.

— Стой там! — пискляво подала я голос, но у собаки на мой счет были другие планы, — Нет! Фу! Стой там! Меня нельзя есть! Во мне много гадости и холестерина! Фу тебе говорят!

Огромная псина приближалась, в темноте было слышно как на пол капает слюнка, и стучат когти. Рефлекторно рука искала за спиной механизм открытия двери, но не находила. Когда дыхание собаки было совсем близко, а меня слабо освещали горящие глаза, ей богу хотела заорать, и уже открыла рот, но не смогла. Горло пересохло и ничего кроме хрипа оттуда не вырвалось. Если бы у меня изо рта выкатилось перекати-поле, я бы не удивилась. Мокрый нос ткнул меня в руку, а я истерично и беззвучно завизжала на тихом писклявом ультразвуке еще раз. Ну как завизжала, просто прохрипела и все. Нос ткнулся в меня еще раз, а потом засопел и стал копаться в складках моего платья. Я стояла ни живая ни мертвая, в надежде, что он потеряет ко мне интерес.

— Уйди пожалуйста, — полуписк — полухрип вырвался у меня, но пес только усилил натиск, тихо порыкивая. — Фу!

Собака резко отпрянула от меня. Как только я выдохнула, подумав, что просто ему не понравилась, и он сейчас уйдет, как желтые глаза сощурились. Адский пес смотрел на меня безотрывно, а потом глаза его почему-то опустились… Что-то не то! Он приготовился к прыжку!!!

Глава пятая

— Не надо, — осипшим голосом просипела я, понимая, что пес нашел мою широкую кость и решил прикопать где-то в районе «тут», — У меня нет ничего съестного!

Пока я пыталась доказать зверюге, что нахожусь на верхушке цепи питания, а пес грозным рычанием намекал, что первенство все-таки принадлежит ему, я вспомнила про мясо и салфетки. Да, Лина, вот ты дундук! А потом быстро успокоила себя тем, что от такого страха и свое имя забыть не сложно.

— Погоди, я так дам, — я выставила руку вперед, стараясь предотвратить прыжок в надежде, что братья учили его элементарным командам. — Сейчас-сейчас, вот сейчас… НА!

Я бросила салфетки на пол пещеры, а пес стал принюхиваться и фыркнув покатил кулек по полу. Фууууууух! Так, у меня есть чуть времени, поэтому нужно срочно выбираться. А как? Позвать на помощь — выгонят, заорать — тоже. Да и голос сел. Что делать? Пока я размышляла над возможностью побега и прощупывала стены на предмет ручки, зверь тихо подошел и с тяжелым вздохом упал на пол рядом со мной.

— Больше нет, — прохрипела я, откашливаясь, и разводя руками в темноте. Интересно, а он видит что я делаю? — Ладно мы, тебя то за что сюда приволокли? Только не говори, что ты на диете из невест! Хотя, сразу говорю, что не вкусная. На мне мало мяса, но много микробов!

Обратилась я к зверушке за неимением другого собеседника. Ответом мне послужил тяжелый вздох и характерный звук ленивого почесывания.

— Знаешь, когда тебя не видно, ты совсем не страшный, — подлизывалась я к адскому созданию, но попытка провалилась. Меня наградили громким рыком и я быстро «переобулась». — Хорошо-хорошо, я не это имела в виду. Ты — самый грозный и страшный. Просто я тебя боюсь. Когда вижу. Но другие тебя и в темноте боятся.

Собака привстала и подползла ближе. Странно… Почему? Может, от меня все еще едой пахнет? Пес еще подполз ко мне и ткнулся холодным и сопливым носом под коленку. Бе!

— У меня больше ничего нет, — громко сипнула я, а потом до меня вдруг дошло осознание этих слов. А ведь действительно… У меня ничего нет…

Я в недоумении опустилась на пол темной комнаты, таращась в пустоту и шепча эти слова. У меня больше ничего нет. У меня нет жизни, если верить магам, то она оборвалась в шахте лифта, у меня больше нет любимого человека, у меня больше нет дома… Все осталось там, в прошлой жизни, в другом мире… А здесь… Здесь у меня не было никого… Никого кроме меня самой. Анчутка? Так он наверняка не просто так ко мне примотался. Либо ему что-то надо, либо он такой же шпион как и я. Демоны-братья, которые играют с нами, как с игрушками?… Один из которых идиот-император. Или не идиот? Как идиот мог завоевать империю? Случайно получилось? Собака услышала мои всхлипы и подползла еще ближе.

— У-у-у-у-у-у, — проскулило животное, ткнувшись в меня, в качестве поддержки. Ну, в данный момент, мне очень хотелось так думать, — У-у-у-у-у.

— Что у-у-у-у-у? — усмехнулась я, растирая слезы по лицу, и протягивая руку в темноту. Желтые глаза тут же загорелись, а слюнявый и шершавый язык облизал ладонь, — Тебя они тоже ни во что не ставят, да? Есть ты, и ладно? Ты тоже один?

Собакен проскулил и положил огромную морду мне на ноги. Снова послышался тяжелый вздох. Он понимает меня? Пес качнул головой, а желтые светящиеся глаза моргнули.

— Если ты меня понимаешь моргни два раза левым глазом, — проговорила я, чувствуя близость сумасшествия. Пес кивнул. И моргнул. Два раза. — О, Господи.

— Так ты все понимаешь, а они тебя сюда засунули? — все еще пытаясь ухватиться за разбредающиеся по голове мысли и осмысливая масштаб трагедии. Пес кивнул. — Так! Стоять! Ты все понимаешь! Ты — разумный, но не говоришь, так?

Пес кивнул, и на всякий случай два раза моргнул левым глазом. А внутри меня начинало кипеть негодование.

— Значит, они используют тебя как хотят, а ты обязан подчиняться, только потому что они демоны? — я рассуждала вслух, отгоняя таким образом от себя темноту и одиночество, — Вот же зараза! И давно они так делают?

Пес кивнул и громко зевнув, стал что-то копать на полу. Укладывается спать что ли? Бедненький… Ему даже подстилочку не дали!

— Ты там что, спать собрался? — поинтересовалась я, прищурившись в темноту, — Не бросай меня тут! Я только разговорилась! Мне тут страшно между прочим! А сколько сидеть неизвестно! Они вообще могли обо мне забыть! Ну съели, и съели! Что тут такого! Собирать косточки вовсе необязательно!

Собака прищурилась и подошла ко мне, больно завалившись на ноги. В бок больно уперлась палка, а я чуть не взвыла от боли. Стоп! Палка!

— Слушай, а ты в темноте видишь хорошо? — заговорчески поинтересовалась я, а собака еле заметно кивнула, — Отлично! А палки приносить любишь?

Пес тут же подскочил на ноги и радостно тявкнул! Отлично! Так и мне будет чем заняться, и животинке. До конца я ему не доверяла. Но пока он занят, мои кости при мне останутся в целости и сохранности.

— Так, приготовься, — проговорила я, отстегивая палку и, помахав ею в воздухе, бросила наугад. Пес тут же поскакал в темноту. — Ты только не сломай! А то играть не с чем будет!

Пес принес палку обратно. Целую, но жутко слюнявую. Какой ужас. Ни у кого нет спиртовых салфеток? Я снова бросила палку, только в другую сторону, а собака принесла обратно, так мы раз сорок бегали туда-сюда, пока за дверью не раздался рев Бельфегора.

— Где? — орал Император, а я прикидывала что такое важное он мог потерять. И снова бросила палку.

Дверь резко отворилась как раз с той стороны, куда я кинула нашу игрушку.

— Твою ж…ать! — заорал Бельфегор, когда собака радостно топталась по нему, доставая палку из коридора и несла мне. — Да вы совсем…

Глаза сильно слезились и картинка то и дело теряла четкость, но разъяренного императора я видела в деталях и запомню на всю короткую и оставшуюся жизнь. И если меня вдруг потащат казнить и дадут последнее слово, то я всем расскажу, как видела как пес надевал игривую задницу на нос и рога слюнявому и поверженному монарху. А потом умру с чистой совестью!

— Пс, песя, а тебя спасать не учили? — прошептала я, когда Бельфегор с перекошенным от гнева лицом направился в мою сторону.

Ни говоря ни слова, меня схватили и забросили на плечо. Собака рыкнула и поплелась за нами. Да, малый, защитник из тебя не ахти. Только не надо на меня так жалобно смотреть. Я тебя если что не отобью у трех демонов, но честно попытаюсь!

— Хоть бы гавкнул ради приличия, — обиделась я, глядя в преданные собачьи глаза. — А ну куси его за попу! Куси, кому говорю!

Пес посмотрел на меня немного грустно и философски. Я предлагала ему мясо и деньги. Убеждала, что отловлю лучшую кошку для моральных забав.

— Прекрати! Иначе я сейчас палку тебе кину! — прорычал Бельфегор. Мы с псом притихли, понимая, что как бы непонятно, кому адресовалась угроза.

Я уже мысленно продумывала душещипательную и очень торжественную речь, которую произнесу на собственной казни. Слюнявый демон или обслюнявленный? Как правильно? Уложила демона на лопатки! Может, мне памятник поставят. Хотя бы за честную попытку победить зло!

Меня высадили в какой-то комнате, сгрузив на кровать. Демон молча запечатывал дверь, а я прикидывала, есть ли в Камасутре поза «мужчина на кровати, девушка под кроватью». Какая-нибудь поза дятла «стучи, я сам открою».

Почему-то сейчас он был похож на бога. Волевой профиль, перекатывающиеся мышцы под кожей. В этот момент мне начинало казаться, что под кровать я буду лезть медленней, чем думалось ранее. А если бежать, то с передышками. Не каждый день видишь красивого живого мужика не на глянцевой обложке и не в подборке «лайкни и у тебя такой же будет!».

Сияние из его руки впитывалось в дверь. Невольно залюбовалась видом императора, я тут же тряхнула головой, приводя себя в чувство. Лина, спокойно! Это стокгольм! Защита психики перед смертью… Подсознание успокаиваться не хотело и невольно сравнило Лешу и Бельфегора. Нет, ну глаза у Леши больше, особенно в тот момент, когда он увидел бы трех демонов. А вот насчет волос, я бы поспорила. У Леши волосы собирались в бессрочный отпуск, освобождая место на лбу. На счет бицепсов тут Леша явно пошел курить и кашлять. Леша и Бельфегор имели что-то общее. Они были оба строителями. Если Леша строил коттеджи, то Бельфегор все в окрестностях. Мой оценивающий взгляд спустился ниже рельефных кубиков на животе, а Леша тихо махнул мне рукой, обещая писать письма мелким убористым почерком. У Леши все было мелкое. Почерк, машина и лужа под подъездом.

— Ну, и как долго ты будешь ломать комедию? — произнес Бель, абсолютно серьезным тоном, разворачиваясь ко мне. Император сдвинул брови, буравя меня взглядом, а скрещенные руки на груди говорили о серьезности его намерений. — Как долго ты будешь играть этот театр одной актрисы. Кто ты?

Я опешила. Тот, кто строил из себя обладателя лишней хромосомы говорил связно, использовал больше двух слов в предложении и ни разу не сказал мне: «Раздевайся и ложись!». Подозрения в его адекватности подтверждались, а ситуация осложнялась. Если идиота можно было обвести вокруг пальца, то тут, конечно, придется постараться.

— Я повторяю свой вопрос, — он сделал шаг ко мне и навис надо мной, опираясь руками на спинку дивана, — Кто ты, и зачем здесь?

— Заинтересованная девушка, любящая стихи? — стараясь не заикаться произнесла я, понимая, что к такому повороту событий ни жизнь, ни маги меня не готовили, — Влюбленная в бесспорный талант поэта?

Император усмехнулся, но нависать перестал, отойдя от меня на шаг. Его огромная тень на стене распустила и снова собрала крылья. У самого Бельфегора крыльев не было.

— А так же в пытки Ада и коней Абаддона, — поддел меня абсолютно адекватный мужик, поднимая насмешливо брови. Никогда не думала, что это скажу, но, Господи, пусть он обратно станет идиотом! — Или, по-твоему, я совсем дурак и не различу выросшие райские розы от роз в своем саду?

Тараканы Штирлица в моем лице никогда не были так близко к провалу, висилице и испепелению. Видимо, на моем лице прочиталось все, что нужно было Императору. Конечно, попробовал бы кто-нибудь вести разговоры с узурпаторами, не имея должной подготовки.

— Так кто ты? Шпионка белых? Любительница легких денег? — перечислял Бельфегор, загибая пальцы, явно чувствуя свое превосходство, — Охотница до короны? Лина, я давно наблюдаю за тобой. Твое поведение меня забавляет ровно настолько, насколько и напрягает. Пока что я это терплю. Но у меня есть подозрения. Вполне оправданные. Я забрал тебя из поселения, где белые готовили революцию. А если точнее, из их штаба в том селении.

Я смотрела на него не мигая, делая вид, что из нас двоих идиотка — это я.

— Не понимаешь? Или делаешь вид? — издевался император, снова сделав шаг ко мне. — Почему молчим?

— Я не знаю, что ответить. Раздевайся и ложись! — с выражением сочинила я, как бы намекая, что даже такой вариант куда лучше допроса с пристрастием.

— Давай я подскажу. У тебя два варианта: первый — ты шпионка белого ордена, который ну очень не доволен моим правлением и новой властью в целом. Тогда я тебя сожгу, — спокойно произнес Бельфегор. — И второе. Тебя просто взяли в плен, узнав о моих предпочтениях, и заставили силой что-то делать. Тогда я оставлю тебя в живых, если сдашь их место дислокации. Они обосруться от моего появления, выгребут пизд… кхм… звиздюли, и мы с тобой расстанемся, как в море корабли. Я подарю тебе домишку, рядом с замком и обеспечу до конца твоих дней, как национального героя, сдавшего революционеров.

— Пламя страсти обжигало. Раздевайся и ложись! — снова выдала я, глядя на него. А что он так на меня уставился? Победи врага его же оружием. — Ты сегодня очень милый. Раздевайся и ложись! Как ты думаешь, из меня получиться поэт?

— Прекрати! — огромный кулак ударился об стену. На меня смотрели так, что я дописывала и докакивала новый сборник.

— Почему ты строишь из себя идиота? — в лоб спросила я, выгадывая для себя время подумать и лихорадочно соображая что сказать, — Даже перед братьями? А если я тебя сдам и скажу, что ты нормальный?

— Тебе никто не поверит, — оскалился в улыбке Бельфегор, выжидательно глядя на меня. — Идиот страною правит, раздевайся и ложись. Идиотов все боятся, раздевайся и ложись. Идиот непредсказуем, раздевайся и ложись. Идиот поэтом стал, раздевайся и ложись. Идиоту легче править, раздевайся и ложись. Я удовлетворил твое любопытство? Твоя очередь.

— Ничего про них не знаю, раздевайся и ложись, — начала я, старательно подбирая слова для ответа, не упоминая орден на землях демонов. Память услужливо подкинула картинки, что делают со шпионами признания. Я не хочу, чтобы мной удобрили садовые розы. — Император, ты ошибся. Раздевайся и ложись.

Я ожидала любой реакции, кроме раскатистого смеха демона. Он просто смеялся надо мной, проверяя на прочность мои нервы. Есть в этом замке лекари? Валидол! Ведро!

— Бельфегор! — раздался крик Люцифера под дверью комнаты, а потом та содрогнулась от удара, — Брат, она жива? Не тронь! Она забавная! Бель!

Еще один удар сотряс дверь. Люц уже обещал позвать Абаддона, если мы не откроем ему. Он кричал что-то про сорванное испытание и преданную собаку, что сидит под дверью и вот-вот уссытся голодной смертью. Бель приложил палец к губам, всем видом показывая, чтобы я свой язык не распускала. Я активно закивала, лишь бы убраться отсюда. Император махнул рукой и дверь отворилась.

— Люся, а мы тут стихи сочиняем! — радостно выдал Император и пригласил Люца войти внутрь, — У нее даже получается, представляешь? Я люблю вас, Император! Раздевайся и ложись!

Гордо выдал Бельфегор, а у Люцифера чуть глаза из орбит не выпрыгнули. Повелитель Ада подошел ко мне и положил руку на мой лоб, заботясь о моем добром здравии. Я натянула дежурную улыбку, показывая, что снаружи у меня все хорошо, а внутри мой инстинкт самосохранения сгружал в братскую могилу новую партию нервных клеток.

— Ну, на сегодня достаточно! — гордо проговорил Император и потрепал меня по голове как собачку. С видом полного, но счастливого идиота он развернулся к брату, — Мне нужно проверить империю. Меня не будет пару дней, а вы не бросайте девочку, следите, чтобы занималась! У нее определенно есть талант! Не такой как у меня, конечно! Но задатки неплохие!

Чинно изрек император и вышел за дверь. Люцифер приложил руку на сердце, икнул и сполз по стене.

— Ну, я пошла, — быстро сориентировалась я, понимая, что лишние вопросы мне ни к чему. Особенно вопросы от Дьявола. Да все в этом мире от Дьявола! Я гореть в аду готова! Раздевайся и ложись! Ага, сейчас! Что-то мне это все не нравится.

Я бегом бежала наверх, в надежде выйти на один из знакомых коридоров и оказаться в своей комнате. Поплутав в панике по замку и не найдя нужного коридора, уже хотела расплакаться в пушистую собачью морду.

— Бери след! Ищи мою комнату! — потребовала я. Раз охранник из него так себе, может, следопыт?

Пес сел на задницу, вильнул хвостом и решил, что мы будем спать в коридоре. Да…

— Слушай, как может быть адский пес с замашками пекинеса? Да толку от тебя никакого! — возмущалась я, а пес перевернулся на спину и потребовал, чтобы я его почесала.

Внезапно в конце коридора показалась знакомая фигурка. Не может быть! Анчутка!

— Ты где шлялась? Ааа-яй-яй-яй! — орал анчутка, забираясь наверх по платью, опасливо озираясь на собаку. — Ты его специально привела, да? За то, что я тебя толкнул? Ты же знаешь, что я его боюсь!

— Он мог меня убить! — негодовала я на бесенка, пока пес убивал мои нервные клетки и мои руки. На морде было написано: «Да, детка, левее!». — Ты меня просто вытолкнул на смерть!

— Ты не ори на меня, а лучше послушай! — наседал анчутка, дергая меня за волосы в сторону. Он тащил меня за собой, а пес радостно бежал за нами, лаем возвещая наше местонахождение. — И слушай, что тебе говорят! Пшел вон! Я тебя боюсь! Брысь! Лина! Убери эту фабрику блох! Так вот, о чем это я?

Так под нравоучения и крики: «Неблагодарная!» мы дошли до комнаты. Собакен по хозяйски ввалился в комнату и тут же взгромоздился на кровать. Я содрала с себя анчутку и делала вид, что его не существует, мысленно прокручивая разговор с императором.

— Все! — поник пушной тиран, пытаясь вырвать из-под собачьего хвоста подушечку. — Спать мы будем на полу! Все планы псу вот сюда!

Анчутка показал пушной лапой в сторону вильнувшего хвоста. Перед глазами все еще мелькало лицо Бельфегора. Брррр…

— Вот ты меня не слушала! А я слышал, как Бель говорил Вельзевулу, о том, что ты — шпион! — выдернул меня из своих мыслей анчутка, — Они тебя бы с состязаний сняли! И все! Вылетела бы как пробка! А тут сама вызвалась!

Я посмотрела на бесенка совершенно другими глазами, понимая, что он хоть криво, но спас мне жизнь. В комнату постучали, а я содрогнулась, рисуя за ней всех демонов во главе с Императором.

— Позвольте войти, — произнес женский голос и дверь отворилась, а я схватила подсвечник. Самое лучшее, что я смогла найти вместо своей палки. Она сейчас где-то у собаки. Слюнявая и обглоданная она валялась на покрывале, а над ней работал древообрабатывающий станок.

— Потом опилками какать будет! — вздохнул анчутка.

— Ой, кто бы говорил! — отмахнулась я. Странно, но впервые вижу, чтобы слуги входили в мою комнату просто так. Без разрешения.

Служанка вошла в комнату и принялась протирать пыль.

Я напряженно всматривалась в ее работу. Ее движения были какими-то ломкими, нервными. Девушка постоянно оглядывалась на пса и анчутку. Как только она смахнула пыль с основных полок — тут же ретировалась, оставив какой-то мусор рядом с прикроватным столиком. Отличный сервис. Ничего не скажешь.

— Ну и слуги у Императора, — бубнила я, видя поверх мусора маленькую бумажку. Хм… Я подошла поближе, взяла ее в руку. На ней витиеватым почерком значилось «Каролине». — Не поняла.

Я быстро развернула бумагу. На ней были огромные пятна от чернил и несколько строк послания: «Мы тобой довольны. Встречаемся в центре столицы. Император будет на дальних землях». Я быстро скомкала записку, чувствуя как по плечу лезет анчутка: «Что там такое?» Записка рассыпалась в моих руках пеплом и стекала сквозь слегка разжатые пальцы.

— Это от белых, да? — в лоб спросил анчутка, а у меня чуть не остановилось сердце. — На встречу зовут? Когда пойдем?

Глава шестая

— О чем ты? — тут же спросила я, растирая в ладонях остатки пепла от записки и невинно хлопая глазами. Я мысленно благодарила голосовые связки, которые держались и не дрогнули. — Разве ты не знаешь, что бывает в Империи Бельфегора тем, кто сотрудничает с нехорошими дядями?

— Я знаю, что Бель делает с тетями, которые сотрудничают с нехорошими дядями! И просто, что делает с тетями! — рассмеялся анчутка и показал мне язык, сползая с моего плеча. Бесенок отбежал на от меня на приличное расстояние, на всякий случай. — А эти дяди — плохие, Лина. Они гадости делают… Я люблю Бельфегора, хоть он и занят в последнее время. Он давно не играет со мной и не разрешает хулиганить… Но ты же ему плохо не сделаешь, правда? Мы просто узнаем, что они хотят и расскажем Белю, да?

Я поджала губы, не зная, что ответить. На самом деле, я уже сама не знала, как относиться к происходящему. Меня просто выдернули из лап смерти, снабдили пророчеством, меткой и отправили спасать чужой мир, до которого мне нет никакого дела! Как в дешевых романах. Только вот сил у меня нет. Ума тоже, как показала практика, не хватает, а Император меня раскусил и тихо ненавидит.

— Лин, ты чего? — анчутка опасливо крался ко мне, глядя на меня огромными глазищами на маленьком пушистом теле, — Лин, ты что плачешь? А почему?

Я продолжала молчать, уверенная почти на сто процентов, что меня сливает императору одна пушистая сволочь. Странно, но я даже не заметила, как со щеки скатилась слеза… Да, Каролина, что-то ты расклеилась в последнее время!

В голосе малявки была неподдельная забота, а слезы катились. Одна из них повисла на носу, а потом упала на колени.

— Лин, может, не надо? — анчутка гладил меня по руке и заглядывал в глаза, с такой надеждой в своих, что невольно улыбнулась. Какой хороший шпион, — Ты мне не доверяешь, да?

Тут же насупился меховой шарик, переставая меня гладить с видом оскорбленной добродетели. Бесенок почесал маленькие рога, потом голову, потом снова рога и выдал громогласное: «О!» — посмотрел на меня хитрым взглядом.

— Лин, а что ты знаешь об анчутках? — подозрительно спросил малыш и прищурился на меня, — Говори, что знаешь, я тебя поправлю, если что.

— Мелкие бесы, — коротко ответила я, пожимая плечами и не понимая к чему клонит этот пушистый источник неприятностей, — А что?

— Анчутками становятся либо умершие и некрещенные дети, — грустненько произнес бесенок, а у меня начали округляться глаза от ужаса. — Да нет же! Успокойся! Либо ангелы, которые не входили в состав войска, но ушли за троицей братьев. Так вот, я — второе. Я тогда еще совсем маленьким был, когда Бель со мной возился. Меня только создали тогда. Но я все помню!

Я непонимающе смотрела на бесенка, пытаясь соотнести то, что он мне сейчас сказал с тем, что читала в великой красной книжке и соответствий не находила.

— Ты совсем не понимаешь, да? Ладно, начнем с самого начала! — тяжело вздохнув произнес анчутка и стал укладываться на кровати, поудобнее, — Очень давно, когда вообще никого не было, Папа создал Метатрона, чтобы одному со всем не возиться. Метатрон — это писарь Папы. Он за ним все записывал, все его слова, неудачи и, наоборот, удачи. Метатрон спустя несколько тысячелетий заскучал. Еще б папа занимался созданием мира, совершенствованием существ в нем, ну и прочими делами. Папа это заметил и создал ему Бельфегора. Метатрон воспитывал его как родного, всему учил и растил. Потом, по мере создания разных существ, создавались и остальные архангелы. Вторым был создан Абаддон, затем Михаил, потом Гавриил, Рафаил, еще парочка, для количества и последним из архангелов стал Люцифер. Был и святой, которого взяли в архангелы, за деяния его земные, Антонием звали, но история не о нем. Может, потом, как-нибудь… Так вот, народу становилось все больше и больше, а значит требовалось и больше наблюдающих за ними, тогда папа создал нас — ангелов…

На этом моменте анчутка хлюпнул носом и тяжело вздохнул, утер пятачок и громко высморкался в балдахин. Чистюля!

— А потом папа смотрел — смотрел на людей, и все у них плохо было, все не ладилось… Думал он, думал и решил создать левиафанов. Страшные они были, жуткие, но сильные, — анчутка поежился, вспоминая про этих существ, а я нахмурилась. Никогда о них не слышала, — Но Папу они слушаться не стали, а стали людей обижать… Ну как обижать… Жрать они их стали! Чудища эти были настолько сильны, что даже ангелы и архангелы уступали им в силе… А папа как раз ушел, к людям. Ну, не суть. Люди о помощи просили, молились, кричали. Первым не выдержал Бель, его поддержали Дон и Люся. Они стали остальных звать, но никто из воинства за ними не пошел. Лин, ты вообще меня слушаешь?

— Ага, — потрясенно проговорила я, цепляясь за возможность отдалить встречу с белыми. Может удастся улизнуть одной. Но, надо признать, послушать было тоже интересно.

— Ну, так вот! Сил у них было мало, против левиафанов! Но все равно пошли. У Люца тогда еще Ада не было, у Дона коней тоже не было. Только мечи и крылья. Они тогда архангелами были, — с гордостью проговорил анчутка, глядя на меня сверху вниз, что с его ростом очень проблематично, — И вступили они в бой! Бой страшный был! Две недели! Две недели, Лина! Архангелы воевали с левиафанами, за вас, людей! Но убить так и не смогли! Просто в чистилище выкинули! Знаешь, что это? Ну, это как бы распределитель с самого начала был для душ! Вдруг кто-нибудь покается, искупит вину свою! Это потом его тюрьмой для левиафанов сделали. Возвращаются, значит, братья, потрепанные, да так сильно, что стоять не могут! Дон висит на шатающемся Беле слева, а Люся справа. Дошли они до ворот, Бель как заорет, мол, открывайте! Мы вернулись… А там… Лин, тебе интересно?

— Да, — твердо ответила я, ошарашенная такими новостями, я даже представить не могла, что Бельфегор ангелом был. Хотя нет! Архангелом! — Продолжай пожалуйста.

— Не могу, — грустно вздохнул анчутка, открывая рот и тыкая в него пальцем, — Батарейка кончилась.

— Что у тебя кончилось? — опешила я, не сразу поняв что от меня хочет пушистый шантажист. Анчутка продолжал открывать рот и тыкать в него пальцем. — Ты кушать хочешь? Да ты прорва ушастая! Ты почти всю еду мою съел!

— Прорва ушастая — это он, — буркнул анчутка, тыкнув лапкой в сторону похрапывающего адского пса. Мамочки, еще и его кормить… — А мне много не надо! Тарелочку… Может две… Только с горочкой… И все.

Я закатила глаза, прикидывая, стоит ли конец истории того, что мне придется искать по замку съестные припасы. Любопытная женщина — страшная вещь. И вот я уже иду по коридорам в поисках кухни или чего-то съестного. Путь мне преградил, как выяснилось, средний из братьев.

— Не боишься потеряться, — внезапно раздавшийся голос Абаддона заставил меня подпрыгнуть на месте, словно пойманной возле холодильника с поличным. — Опасно бродить одной по замку… В отсутствии Бельфегора.

— Ну вы же с Люцифером здесь, — как можно беспечнее отозвалась я, пожимая плечами, — Тем более, что мне надо живность кормить. Кстати, не подскажите чем? Мне еще в стихосложении упражняться надо. Мне император домашнее задание дал.

Брови Абаддона поползли вверх, а он скрестил руки на груди, привалившись к стене.

— Так это правда, — однобоко ухмыльнулся самый презентабельный из демонов, а я старалась не смотреть в его страшные глаза, — И что? Наблюдается прогресс в развитии таланта?

— Императору нравится, — кротко ответила, и набравшись мужества, решила уже обогнуть демона и отправиться дальше на поиски пропитания. — У меня там голодающие поволжья, целый зоопарк. Извините, но мне пора.

— Заботлива, милосердна. Прямо ангел, — задумчиво перечислял Абаддон, не сводя с меня пронизывающего взгляда, — Действительно интересный экземпляр. Иди в комнату, тебе все принесут. Не ходи по замку без присмотра.

Демон отлип от стены и тяжелой походкой пошел дальше по коридору медленно растворяясь. Что это было? Это был комплимент? А что он тут делал? Меня проверял? А как же я тогда к белым пойду? Занятая своими мыслями, я прошла свою дверь и пришлось возвращаться обратно.

— Пвофоди, — произнес анчутка с набитым ртом, показывая лапкой на тарелку на столе, — Таф тфоя.

Адский пес что-то воодушевленно грыз рядом с кроватью, мотыляя хвостом, а анчутка наворачивал вторую тарелку прямо на кровати, разбрасывая крошки в разные стороны. Свинтус.

— Ну, рассказывай, — потребовала я, тоже принимаясь за еду. — Что там дальше было!

Анчутка ничего мне не ответил, продолжая, наминать свою порцию. Маленький проглот расправился с едой довольно быстро, раскинувшись на кровати. С моего ракурса мне были видны только две торчащие лапки и огромный наеденный холм славы. И как в него столько помещается?

— Так, о чем это я… А вот стоят братья, значит, напротив райских врат, Бель ломится в закрытые ворота. Все в крови, крылья разодранные, еле стоят, — нагонял жути бесенок, а я чуть не подавилась представляя это все в ярких красках. Почему-то захотелось пожалеть Бельфегора. — А им не открывают. Ангелы и архангелы собираются за воротами. И тут вперед выходит архангел Михаил.

Я замерла, ожидая развитие событий. Мозгом-то я понимала, раз они живы, то закончилось все более или менее хорошо. Но все равно было страшно и интересно.

— Уходите, говорит Михаил, и угрожающе так руку на меч хлоп! Я за ним стоял в тот момент. Маленький был и пищал, чтобы Беля мне пропустили. Я скучал и волновался, — шмыгнул носом бесенок, так жалобно-жалобно, что я не выдержала и отдала ему половину своего пирожного, тут же исчезнувшего в пушистой бездне. — А Михаил такой, мол, вы заповеди отца нарушили! Люди теперь вас восхваляют! Особенно Бельфегора! Ну, его тогда по-другому звали. Мы прислушались, и правда, люди скандировали «Ваар! Ваар! Ваар!» Только я тебе ничего не говорил! «Наш Бог — Ваар!» — орали они, а Михаил поморщился.

Так Бельфегор это Ваар? То есть, это все-таки он… Я хотела уже обрадоваться, что счет один-один, а потом расстроилась, совершенно не понимая зачем мне эта информация.

— Да не смотри ты так, Лина. Звали его Ваал-Фегор, потом сократили до Ваара. А потом чудик со сломанным внутренним ориентиром обозвал его Бельфегором. Это не так важно. Ну, так вот, я маленький был и расплакался, что Беля не пускают, а он услышал. И предупредил Михаила, чтобы по хорошему дверь открыл, иначе за себя не отвечает. — гордо произнес анчутка и протер пятачок, — Михаил свистнул воинство свое, угрожая, что в бой вступят, если братья добровольно не уйдут. Бель тогда Дона с Люцем к стеночке привалил, плечи расправил и такой ему: «Выходи! Один на один!»

Анчутка схватил палку и махал ей на манер меча, пока не зацепился о складку одеяла и не чебурахнулся на пол. Пузо перевесило, однако!

— Вот, значит, Михаил рассмеялся и приказал Петру ворота открывать! И воинству скомандовал атаковать. Когда ворота открылись, от воинства стали отделяться ангелы и с поднятыми руками выходили за ворота, вставая за спину Бельфегора. Там и Асмодей был и Вельзевул, и Адрамелех, и Азазель, и Андрас, и Белиал, и Астарот, и Карнивал, — перечислял анчутка еще долго. Минут сорок точно. — И еще много кого! Но не суть! Меня практически затоптали! И не дали пройти! Михаил орал, что они предатели и их никогда больше в рай не пустят. А я не успел добежать! Тут такое началось! Бельфегор меч наверх поднял, а как заорет! И все, кто за его спиной стояли тоже самое сделали. Вот. Михаил скомандовал своим и началось такое! Кровь, перья, крики боли! А я его звал, звал, а Бель меня не слышал. Конечно, услышишь тут ребенка в такой драке! И тут я увидел, как на Бельфегора, сзади из под тишка хочет напасть Михаил! Я ему кричал, но так и не докричался. Миша его в крыло ранил сильно. И тут я вспомнил, что Бель мне про Метатрона рассказывал. Я ноги в руки и к нему! Надо же было спасать как-то! Вот.

Скромно произнес анчутка и стал ковырять копытцем одеяло, так он все-таки хоть и был ангелом, а все равно ребенком. Боже, какой ужас. Ребенок такой кошмар в жизни видел! Куда Бог смотрел в этот момент?! Как такое допустил?

— Бегу я, значит по райским садам, и ору что есть мочи, — продолжил рассказывать анчутка, а я жадно ловила каждое слово, чувствуя огромное чувство жалости к малышу, — И ору, зову его! И тут краем глаза вижу, как летит Абаддон. А за ним тихо крадется Люцифер! Я сразу неладное заподозрил! Если они здесь, значит, Бель взял удар на себя, позволяя братьям проникнуть в сады. Я еще сильнее припустил, за ними! Они же знают, куда летят! Я тогда не знал, что они папу убить хотели, злые были. И за левиафанов, и за то, что за вас вступились, ну за людей. Что вы его любимые творения, а он палец о палец не ударил, чтобы вас спасти! Поднимаемся мы значит наверх, Люцифер на себя берет охрану верхних палат, вступая в бой с Рафаилом и Гавриилом, а Дон достает меч и идет к золотым дверям. Мне то хорошо! Я — маленький. Меня не видно. Я за ним. Дон меч достает, в двери заходит, и тут я как заору: «Метатрон, там Беля бьют!» и разревелся. Дон стоял как ошпаренный и не верил, что там на троне, не папа, а Метатрон. Сияние угасло, когда писарь к нам спустился и взял меня на руки. А я так распереживался за Бельфегора, что реву, остановиться не могу. Он меня гладит и Дону такой: «Нет его. Давно нет». и расправляя крылья вылетает со мной на руках. Мы к воротам прилетели, он смотрит на войну, что там идет и… ничего не делает! Вообще ничего! Я давай его трепать за волосы, чтобы он Белю помог, а он как статуя.

От напряжения истории я даже подалась вперед, переживая за то, что было дальше. Анчутка замер и повел носом.

— Ну! Что дальше было! — нетерпеливо проговорила я, а анчутка округлил глаза и молчал, — Рассказывай! Что там дальше?

— Белые и об этом узнать просили? — раздался голос за моей спиной, а я взвизгнула от неожиданности и подпрыгнула. — Или личная инициатива?

За моей спиной стоял Люцифер. Вот теперь мне действительно страшно! Сердце колотилось так, словно меня поймали с поличным!

— Не отдам! — выдал пушистый зверек, забегая мне за спину и широко расставляя руки в стороны. Малышу было настолько страшно, что он зажмурился, но отходить не стал. — Не позволю! Она моя!

Я боялась повернуться, пока анчутка обнимал меня за поясницу маленькими лапками и был готов вот-вот разрыдаться.

— Уходи, — дрожащим, но очень суровым голосом произнес бесенок, — А то я сейчас плакать начну! Бель услышит и придет!

— Я просто поговорить, — спокойно проговорить Люц и, обогнув балдахин, присел на край кровати, — Каролина, не делай такое лицо. Я — Дьявол, ты — крещенная. Думаю, что вопросы излишне. Итак, я предлагаю наш разговор оставить между нами. Скажи мне, какое отношение ты имеешь к белым. Даже не вздумай врать! Я вижу их метку у тебя под темечком.

Я упорно молчала, сжав губы в тонкую линию. Это что же получается? Бель знает, но не сказал братьям. Люцифер тоже знает, но тоже не сказал братьям. А Дон? Он тоже знает и молчит? Сразу видно — дружная демоническая семья! Никаких секретов и тайн!

— Тебе не обязательно признавать свой шпионаж. — искушал меня Люц, улыбаясь своей Дьявольской улыбкой, — Просто расскажи, что ты о них знаешь и все. Где они? Что они? Угрожает ли это Белю? Хотя нет, последний вопрос не уместен. Итак, моя золотая, что ты хочешь рассказать доброму дяде Дьяволу? Душу не требую. Хотя мог бы!

— То же самое, что и моему Императору, — не поддалась на уловку я, пытаясь стоять на своем, в случае, если они сверят показания. Анчутка переполз на другую сторону, но обнимать не перестал. Адский пес тоже поменял место дислокации, подойдя поближе. — Я ничего не знаю о них. Вы ошиблись.

Люцифер хмыкнул и о чем-то задумался. А потом хлопнул себя по колену и резко поднялся.

— Хорошо. Пока будь по-твоему! — подозрительно легко согласился Дьявол, направляясь к двери, — Но учти, это — не последний мой визит с этим вопросом. Мне ты можешь довериться, Лина. Я не причиню зла. Скажем так, ты меня заинтересовала. Одна только попытка обмануть трех высших достойна похвалы в моих глазах.

Я сидела в ступоре, не понимая, что это за визиты вежливости в мою сторону в отсутствие Императора. Они меня проверяют что ли? И заданий что-то не слышно! А у нас тут, между прочим, отбор. Я погладила дрожащего бесенка, а сама бросилась переодеваться в служанку и направилась в сторону комнаты братьев. Любопытство брало верх над страхом, и я притаилась, нервно кусая палец.

— Позиции не сдает? — лениво спросил Абаддон, покачивая бокал со спиртным и затягиваясь сигаретой, — А девушка-то — кремень! Ангел! Великомученица!

— Кто ангел? — подавился Люцифер, пытаясь прокашляться. — Она сущая дьяволица! Водить нас за нос столько времени! Это надо уметь!

— В любом случае, здесь ее оставлять нельзя. Наш ангел обречен, — мрачно вздохнул Дон и залпом осушил содержимое бокала. Пепел его сигары упал на ковер. — Если оставим ее здесь, то дело плохо кончится. Для обоих. Мне она по душе пришлась. Теперь я знаю какую девушку искал. Светлую, похожую на ангела.

— Скучаешь по небу? — вздохнул Люцифер, внимательно наблюдая за братом, — Понимаю…

— Не по небу… Нет, — задумчиво произнес Дон, докуривая до фильтра и прикуривая новую, — Просто хочу, чтобы у меня был свой маленький кусочек рая. Вот и все.

Братья молчали, а мое сердце гулко отмеряла каждую секунду ожидания. Пугали слова Дона, о том что я обречена, если останусь здесь! Но куда мне пойти? В том мире я обречена на шахту лифта. И здесь, выходит, тоже.

— Мне бы в Аду она тоже пригодилась, — Люцифер нарушил тишину первым, привлекая к себе внимание брата, который о чем-то крепко выпил и задумался. — Изощренный ум, охочий до интриг и пакостей. Настоящая дьяволица. Да и она одна не поддалась Асмодею.

— Все потому что у нее чистая душа, — сделал свои выводы Дон, а Люцифер поморщился. Мнение брата он не разделял.

— А может, просто посчитала, что он просто слуга, а не один из князей Ада. — пожал плечами Люцифер, сощурив глаза. — Современные смертные мало знают о нас. Сейчас у них одна религия — это деньги.

— Язычникам еще хуже, — подумав отозвался Дон, снова наполняя бокал доверху.

— Я в их дела не лезу, — отмахнулся Люц, и требовательно посмотрел брату в разноцветные глаза. — Ничего не прояснилось по Каролине? Может ты что-то увидел? Что ее убьет?

— Не знаю, — процедил Дон, закрывая глаза и приводя себя в спокойное состояние, — Я не вижу причину смерти. Я вижу только то, что будет. И каков срок. С ними все мутно, мутнее некуда.

У меня задрожали колени. Значит, все-таки я умру? Нет, рано или поздно мы, конечно, все там будем! Но почему так рано? Чем я так провинилась? Настроение скисло и стало плаксивым, а я с трудом удерживала себя от паники.

— Как ты думаешь, Дося, Бель вернется? — с надеждой спросил Дьявол, подходя к окну. — Или он просто сбагрил ее нам? Мол, решайте. Мне она не нужна… Или что-то в этом роде…

— В прошлый раз, когда он ненадолго вышел, мы его три с лишним тысячи лет искали! — усмехнулся Дон, допивая бокал и ставя его на стол, возле себя. Его палец скользнул по ободку. — А потом мы выяснили, что он себе Империю завоевывал.

Из окна по полу промелькнула демоническая тень, с крыльями. Я решила не рисковать и ни жива, ни мертва направилась в свою комнату. Я все-таки умру. Все-таки умру…

Глава седьмая

Я влетела в свою комнату и лихорадочно окинув ее взглядом, подбежала к зеркалу. Я хотела привести себя в порядок, но остаться в образе служанки. Так можно незаметно выйти. Срочно!!! Срочно найти магов!

— Лин, что там? — опасливо подошел ко мне анчутка и потянул за подол платья горничной, — Лин, ты что куда-то уходишь??? Лин, не уходи-и-и!!!

Малыш уже шмыгал носом, тянув меня за подол платья. Я подняла его на руки и чуть не задушила в объятиях.

— Ты меня не бросишь, правда? — прищурился бесенок, а я уже не знала кого мне жальче всего. Себя или его.

— Мы сейчас кое-куда сходим. — я щелкнула его по пятачку и посадила на плечо. Бесенок заметно уменьшился. Странно, раньше он так не делал. — Ты, главное, сиди тихо.

Я вышла из комнаты и опасливо стала двигаться к выходу. В ушах стояли слова братьев, о том, что если останусь здесь — то точно умру. Если они хотят меня забрать, значит, ситуация серьезная. А может, я и правда понравилась? Но они то мне нет!

— Красавица, куда спешим? — окликнул меня один из охранников дворцовых дверей, а я уже бежала в знакомую трещину стены. В послании было сказано, что я должна встретиться с ними в центре столицы. Но а где? Как я найду их? Они меня тоже не узнают в таком виде!

— Это центральная дорога, — пищал анчутка мне в ухо, пока я набирала скорость по песочной мостовой, — Она ведет в самый центр столицы. Только, Лина учти! Бельфегор еще не все отстроил! Там иногда такая разруха попадается! Жуть! Пока эти белые правили тут вообще прогресса не было!

— Они правили? — задыхаясь произнесла я, сворачивая возле какого-то магазинчика со сладостями. — То есть, Бельфегор отнял у них власть?

— Не так! Бельфегор — освободитель! Он спас некромантов, оборотней, вампиров, драконов от гнета белых. — гордо выдал анчутка, цепляясь мне за ухо, чтобы сохранить равновесие и не упасть, — Белые тут были своего рода инквизицией! Как в вашем мире!

Я перестала разговаривать, переходя на бег. Красивые дома сменяли старые и потрепанные. Создавалось впечатление, что действительно, чем ближе центр, и чем дальше мы от дворца Императора, тем страшнее и плачевнее ситуация. Центром был как раз дворец. А здесь царили разруха и запустение. Собственно, как и в любой другой столице! Ничем не отличается!

— Белая лошадь, — гласила надпись на почти развалившейся таверне, а дорога упиралось в это ветхое и побитое временм здание, — А дальше куда?

— Ты на месте, Каролина, — услышала я голос, выходящего ко мне Анастарда. Я узнала его! Это он призвал меня в этот мир! — Идем со мной.

Сегодня на нем не было капюшона, но одет он был вполне прилично, пусть и в белую рубаху, которая была велика ему как минимум на два размера. Черные штаны перетекали в сапоги, а сбоку на поясе висел меч. Бородатый белый был похож на канадского дровосека, что доверия с моей стороны ему не прибавляло. Однако, в отличии, от демонов, белые мне смерть не сулили, и я направилась за ним в дом, без особой опаски.

— Мы слышали о твоих успехах, — довольным тоном произнес белый, открывая дверь в подвал и заходя в нее, — Ты большая молодец! Осталось дело за малым — поссорить братьев и открыть нам портал во дворец. Сегодня мы передадим тебе инструкцию, как пропустить нас в замок. Скажи, Лина, ты готова?

— Они обещали мне смерть, — сразу выпалила я, глядя на Анастарда. А тот дернулся и резко развернулся, — Я подслушала их разговор. Люцифер с Абаддоном сказали, что мне не долго жить осталось, если останусь во дворце.

— Они рассекретили тебя? — подлетел ко мне маг и схватив за плечи заглянул в глаза. Он тряс меня так, словно я должна была ему денег. — Отвечай!

— Подозревают, — соврала я, понимая, что и здесь защиты искать не стоит. — Но я молчу! Я кремень! Они всех подозревают, если что!

Белый громко выдохнул и отпустил меня. Анастард отошел в сторону, и я увидела еще несколько человек, сидящих в подвале здания.

— Смотри, это — круг, — молодой парнишка, что был в с Анастардом в первый день протянул мне листочек с каким-то кругом и странными закорюками. Похожий круг рисовал Асмодей, вызывая Люцифера, — Его нужно начертить на полу специальным демоническим мелом. Вот тебе кусочек. Прости, что такой маленький. Его сложно раздобыть. Большего у нас нет, так что у тебя будет всего одна попытка. Будь внимательней! Как только будешь готова — начерти его. И мы придем. Все поняла?

Я кивнула, пряча листик и мелок в складках платья. Анчутка тихо поскуливал мне в ухо, сокрушаясь о бедном Бельфегоре. А я сокрушалась о бедной себе! Всем все нужно, а обо мне кто позаботиться? Ну, кроме анчутки! В этом мире столько мужиков, некоторые из них даже демоны, а заботиться о себе приходиться самостоятельно.

— А мне то что? Мне что делать? Вы так и не сказали! — взвилась я, махая руками и переходя практически на ультразвук, — Абаддон сказал, что я умру! Я жить хочу! Вы сможете что-то сделать?

— Разумеется, дитя! — проговорил знакомый старческий голос из-за угла. Вендар? — Мы сможем защитить тебя от демонов! И спасти тебе жизнь! Ты же наша спасительница! Ты исполнишь пророчество, и мы все будем свободными! Наши пути разойдутся, ты станешь свободной, как и мы. И сможешь найти в этом мире свое счастье!

— Чем докажете? — подозрительно произнесла я, понимая, что веры в этом мире нет никому. Ни демонам, ни белым! — Я должна быть уверена, что вы сохраните мне жизнь!

Вендар хранил молчание, как мне показалось целую вечность! Почему хранил? Да потому что он то открывал рот, то закрывал его. Создавалось ощущение, что готовые вырваться наружу доказательства, были пойманы на подлете и засунуты обратно! И так несколько раз подряд. Я теряла терпение, белые не знали что мне ответить, а анчутка трясся от страха.

— Людям нужен герой! Освободитель! — подбирая слова медленно произнес старик, — Любая власть, дочка, должна держаться на авторитете либо сильнейшего, либо любимого народом. Бельфегор вторгся в наш мир, расколол нашу империю, помог всякой нечисти поднять голову! А теперь мы, люди, должны бояться таких существ, как вампиры, оборотни, демоны, драконы. Людям страшно, и они переходят на нашу сторону, чтобы вернуть себе право безопасно ходить по улицам, пусть и разрушенного демоном поселения! И этим символом свободы будешь ты. И поверь, они лучше нас будут следить за тем, чтобы с тобой все было в порядке. Такой ответ тебя устроит? А теперь иди. Тебе пора. Но помни, когда три демона в замке — это опасно. Твоя задача сейчас проредить их количество. Внести раздор между ними. Такое под силу только женщине. Такой красивой и умной, как ты.

Меня подталкивали к двери, а я смотрела на старца и не верила ни одному его слову. Не знаю почему, но веры у меня ни во что не осталось. Меня выпроваживают с таким остервенением, прикрываясь тем, что демоны могут меня потерять, и тогда мне точно не жить. Когда мы оказались на улице, анчутка зашептал мне в ухо:

— Я там видел окно, оно должно быть где-то здесь. Давай подслушаем? Они мне не нравятся! — дрожал бесенок, щипая меня за ухо, — Лин, ну пожалуйста! Мне тоже страшно, но я не хочу чтобы обидели тебя или Бельфегора! Или давай ты пойдешь домой, а я подслушаю и приду?

Я отрицательно мотнула головой, и сделав вид, что побежала в сторону замка, обогнула развалившийся дом, чтобы снова вернуть к таверне. Анчутка оказался прав и заветное окно нашлось. Я прилегла на землю и поползла на животе, чтобы не привлекать внимания, стараясь расслышать каждое слово.

— Совсем скоро! Скоро! — глубокомысленно извлек старец, а все остальные внимали, — Мы снова будем править, а вся эта нечисть снова попрячется по канавам и уйдет в леса!

— А что с девчонкой? — произнес молодой маг, с опаской глядя на магистра, — Что делать с ней? Куда ее девать? После захвата власти?

— Никуда. Она нам не мешает, — усмехнулся старик, а ему передали курительную трубку, — Она останется с нами навсегда, как символ убитой невинности! Люди должны знать, как расправляются злые демоны с красавицами, которые их полюбили!

Я лежала, как пригвожденная, и не могла пошевелиться. Если какая надежда во мне и теплилась, то теперь и ее не осталось. Я — просто расходный материал для всех.

— Лина, пошли!!! Скорее! — тянул меня анчутка, больно дергая за выбившиеся рыжие волосы, — Они сейчас выходить будут! Дома наревешься! Скорее!

Я быстро подорвалась с земли и бросилась за ближайшие дома. Пробежав несколько кварталов, анчутка сказал поворачивать вправо. Так мы выбежали на главную дорогу и дальше, не сбавляя хода, бежали прямиком к замку. Из глаз лились слезы, а ветер от бега заставлял их стекать непрекращающимися холодными ниточками по щекам. Я — игрушка, и я в ловушке. Что же мне делать? Не помню, как оказалась в своей комнате. Очнулась я уже в ванной, когда вода стала холодной, а обеспокоенный анчутка барабанил в дверь и кричал, что позовет кого-то из братьев, если я не выйду! В такт его истерике подвывал адский пес. Я вылезла из ванной и, наскоро одевшись, вышла к мохнатым шантажистам.

— Лина, а давай мы Белю скажем? Ты не можешь, а я могу! — причитал анчутка, карабкаясь на подушку и подставляя мне под нос свой пушистый бок, — Меня он послушает! Ты просто Беля не знаешь! Я тебе честно говорю, что он хороший! Он тебя не обидит! Я не дам! Я буду плакать!

Я отрицательно покачала головой, а из глаз снова градинами полились слезы.

— Лин, ну не плачь! Не бывает безвыходных ситуаций! — авторитетно заявил анчутка и погладил меня по щеке, — Давай я найду Беля! Я быстро! Только выйду из замка и как зареву! Всегда срабатывало!

— Ты не понимаешь, малыш. Есть метка, — прошептала я, давясь слезами и подбирая каждое слово, — Если появятся доказательства, то меня просто развеит! И я останусь пылью в твоей памяти и памяти демонов, белых, народа, который должна была спасти. Это конец, анчутка.

Бесенок всхипнул носом, но ничего не ответил.

Следующие несколько дней тянулись унылой вереницей. Я не выходила из комнаты, братья демоны заходили практически каждый день, проверяя мое состояние. Отбор был приостановлен. Анчутка выгонял всех с криками, что я заболела, а если продолжат меня мучать, то он тут пожалуется Бельфегору. Начался, кажется, пятый день моего заточения, а ко мне приходило осознание того, что вечно прятаться просто не смогу. Я не могла понять, то ли смирилась, то ли просто захотелось выйти хоть куда-нибудь!

— Спи, мой хороший, — я погладила сопящего бесенка, который скорбно умостился у меня на соседней подушке, ласково потрепала по ушам адского пса и, показав ему жест «не шуметь», почти беззвучно вышла из комнаты.

Я бродила по коридорам замка, натыкаясь то на слуг, то на охранников, погруженная в свои мысли и всматриваясь в каждый завиток барельефа, гладила каждое растение, что попадалось мне на пути… Незаметно для себя я забрела в какой-то странный коридор. Он показался мне заброшенным, и это почему-то меня обрадовало. Здесь было тепло, пыльно и не встречалось никого. Ни слуг, ни охраны… Странно место, пройдя еще немного я увидела открытую дверь, к которой вела крутая лестница. Подвал? Мне бы как раз какую-нибудь каморку для страданий! Хоть риэлтора зови, чтобы подыскал мне подходящее местечко для самокопания!

Я тихо пошла на свет, чувствуя себя старой молью.

— Ух ты, — шепотом вырвалось у меня. В огромной комнате горели тысячи… Нет! Миллионы свечей! А среди них в своем демоническом обличии сновал Бельфегор, гася и зажигая новые свечи. Мое внимание привлек огарочек свечи, который стоял отдельно на выступе, закрытый стеклянным колпаком. Интересно…

Бельфегор, казалось, не замечал никого, зажигая и гася свечи. Иногда он что-то записывал в огромном свитке, желтым ручьем растекающимся по полу комнаты. Я невольно улыбнулась. Зачем себя обманывать? Император был красив. Даже в таком обличии в нем было что-то такое, что незримо манило. Внутренний голос подсказывал слово «надежность», но я отметала его с каждым разом все ожесточеннее. Не может демон быть надежным. Никак не может!

— Долго будешь еще там стоять, — раздался голос Беля. Он по прежнему стоял ко мне спиной, даже не обернувшись, — Заходи, Каролина, раз пришла.

Я опасливо сделала шаг в комнату, в которой уютно пахло воском. Я оглядела комнату еще раз. В ней казалось было еще больше свечей, чем я представила в самом начале, как только приоткрыла таинственную дверь. Комната была высокой, словно мы находились внутри старинной башни. Свечи стояли на выступах, а я задрала голову, видя, как в самом верху из свет сливается в единое уютное пятно. Бельфегор расправил крылья и, подлетев на самый верх комнаты, щелкнул пальцами. Свеча зажглась, а на душе почему-то стало так спокойно, так умиротворенно. Я молча наблюдала за его работой, боясь спросить, что он делает. Император молчал и не обращал на меня внимания, ничего не объясняя. Спустя минут сорок он обернулся и удивленно посмотрел на меня, завороженно наблюдающей за огоньками.

— Ты все еще здесь? — поднимая брови спросил Бельфегор, что-то фиксируя в списке. Он отложил его, опираясь на стол, — Что тебе нужно?

— Просто смотрю, — пожала плечами я. На самом деле я несколько раз видела, как он открывал колпак, защищающий тот самый маленький огарочек свечи и долепливал к нему воск. Когда ему казалось, что пламя уменьшается, демон бросался к нему, поджигая фитилек снова. Мне было жутко интересно, почему он проявляет столько внимания к этой свечке, — А чем ты занимаешься?

— Зачем тебе это? — усмехнулся император, лукаво глядя на меня. Немного помолчав, он махнул рукой, окидывая взглядом свечи, — В этом заключается моя работа.

— Отдел проверки качества свечного производства? — предположила я, глядя на обилие свечей. — Проверяешь какая как горит и записываешь отзыв вот на ту бумажку?

Я ткнула пальцем на свиток, а император рассмеялся.

— Эти свечи — жизни людей, Каролина, — огорошил меня демон, а я открыла рот, не веря тому, что слышу. — Когда человек рождается, я зажигаю его свечу. И гашу ее, когда приходит его время умереть.

Как в подтверждение своих слов Бельфегор подошел к одной из свеч и погасил ее, выбросив огарок в ведро. На ее место демон аккуратно поставил новую и зажег ее. Я пыталась переварить полученную информацию. То есть, здесь есть и моя свеча? Огонек надежды затеплился у меня в груди, а я присматриваться к свечам. Вдруг на них что-то написано? Но никаких надписей я не увидела.

— А моя свеча тоже тут? — спросила я, а император резко изменился в лице, — Покажи пожалуйста. Мне очень интересно…

— Да. Твоя тоже здесь. Мне лень искать, — лениво отозвался демон, а я снова сникла. — С твоей свечой все нормально. Она длинная. Где-то наверху я ее точно видел. Если бы повод опасаться за твою жизнь, я бы сказал тебе.

Я кивнула, почувствовав, что начинаю успокаиваться. Отголосок спокойствия затих на внутреннем вопросе. А можно ли вообще верить демонам? Бель вернулся к своим занятиям, и я решила осмотреться. Осторожно, чтобы не поджечь платье, я стала проходить между рядами из свечей. А вдруг? Я приблизилась к огарку и протянула к нему руку. Почему-то в такой близи он показался мне знакомым.

— Запрещено! — взревел демон, а меня обдало порывам ветра. Пламя рядом стоящих свечей дернулось, но не погасло. — Не смей и близко к нему подходить!

— Это дорогой тебе человек? — догадалась я, прикидывая, кто это может быть. Почему-то мысль о том, что это вполне может оказаться другая женщина меня расстроила. Нет, не потому что мне чем-то нравился император… Хотя… Честно, я не знала, но все равно расстроилась!

— Да, — хмуро отозвался демон, отгоняя меня подальше от драгоценного огарка.

— Это женщина? — зачем-то спросила я, а демон однобоко ухмыльнулся, намекая, что в женском внимании недостатка не испытывает.

— Да, — загадочно произнес Император. А меня начинало накрывать.

— Тогда какого лешего ты этот отбор устроил? Если у тебя есть та, к свече которой ты относишься с таким трепетом? — взвилась я, чувствуя как злость внутри набирает обороты. — Зачем ты обманываешь ее, устраивая отбор и выбирая себе кого-то получше! Или что, по-твоему мнению в семье рога должны быть у двоих?

Демон молчал, а его глаза устало смотрели в мою сторону. Он качал головой, поджимая губы и думая о чем-то своем. Я помахала руками у него перед лицом, приводя в чувство и привлекая к себе внимание.

— Отбор устроил не я. Его устроили братья. Для меня, — как-то нервно и неохотно отозвался император, а потом мотнул головой, возвращая себе прежний демонический взгляд. — Никто из них не собирался жениться. Да и я не хочу. По крайней мере, пока.

— Она тебе взаимностью не отвечает? — догадалась я, с сожалением взглянув на демона. Я знала, что он чувствовал. Леша ко мне тоже по началу холодно относился. Ох, и намучилась я… Демон осторожно кивнул. — Хочешь помогу? Я на этом, считай собаку съела!

Демон еле сдерживал улыбку, от чего его лицо перекосило. Немного подумав, Бель кивнул и отвернулся. Мужики!

— Давай начнем с самого начала, — менторским тоном произнесла я, а Бельфегор заинтересованно повернул голову. — Ты ей стихи читал?

— Читал! — усмехнулся демон, зачем-то загибая пальцы.

— А под луной гуляли? — наседала я, а Бельфегор загнул еще один палец и кивнул. — И ничего? Странно… А под окном пел?

— Скорее, орал, — повинился император, а я вспоминала чем нынче девушек завоевывают.

— Цветы дарил? — прищурилась я на несостоявшегося жениха, мысленно окрестив жлобом.

— Она у меня пол розария ободрала, — смеясь выдохнул император. — Не спрашивая разрешения, а я ее даже не убил. Это считается подарком?

Я закатила глаза, делая выводы, что демон ничего не понимает в ухаживаниях. И зачем только они Асмодея держат? Он что? Подсказать не мог?

— Другие подарки кроме цветов и жизни дарил? — почесывая макушку произнесла я, понимая, что список вот-вот закончится, а у нас не баба. У нас — скала!

— Дарил. Сломала, — тяжело вздохнул Император, поджигая свечу и ставя ее на полку. Еще и руки из задницы! Вот это будущая императрица! Мне становилось жалко демона.

Подождав еще немного, Бельфегор продолжил что-то писать в свитке, а я так и не нашлась, что еще ему можно предложить. Ишь, какая привередливая! Над демонической империей раздавался скрип моего еле шевелящегося в направлении дел амурных мозга, но ни одна нормальная идея в голову не приходила. Кина нет… Может, театр? Можно бесплатно смотреть за Асмодеем! Представление «Змей и норка»… Или «Согрей его, ему холодно!». Цирк? Собрать тех братьев вместе и никуда ходить не надо.

Бельфегор изредка бросал на меня полные надежды взгляды, а у меня в голове с тихим шелестом катилось перекати-поле.

— Придумала! — радостно взвизгнула я и даже заерзала на месте. Демон посмотрел на меня с явным сомнением в моем психическом здоровье. — А ты ей жизнь спаси! Как рыцарь! И все! Дама твоя!

— А это точно подействует? — с сомнением произнес Бель, подходя ко мне практически вплотную. — Ты думаешь она оценит? Учитывая, что она не обратила внимание на все остальное?

— Абсолютно! — заверила его я, показывая всем видом, что в этих делах я — авторитет. — Вот если бы мой Леша меня спас из шахты лифта, в которую я провалилась, то сто процентов бы замуж пошла! Даже не раздумывая!

Бельфегор резко отпрянул от меня, и долгое время не поворачивался. Обдумывал услышанное! Какая же я — молодец! А что? По-моему, отличный вариант! Спасти жизнь! Самое ценное, что есть у каждого из нас!

— У тебя мой листок. Дай мне его на минутку. — неожиданно раздался голос у меня за спиной, пока я рассматривала странную свечу на одной из полок. Сердце тут же ушло в пятки, а меня прошибло осознание того, что император в курсе моего разговора с белыми. — Лина, перестань дрожать, и дай мне мой листок. Я его обронил, а ты его, подобрала. И, наверное, несла мне, раз оказалась здесь.

Я дрожащей рукой, как будто ведомая странной силой, потянулась в складки платья за листом. Внутри меня все протестовало. Я понимала, что этим подписываю себе чистосердечное признание и смертный приговор. Почти не ощущая ничего я машинально схватила лист и протянула его Бельфегору. Он раскрыл его и нахмурился.

— Все верно, вот тут ошибка! — он ткнул пальцем в какой-то символ, похожий на птичку из треугольников, — Смотри, если мы убираем вот эту грань, человек, что открывает его останется в живых. А если нет, то его убьет ударной волной при открытии портала призыва. Видишь ли, я не очень усердно учился в свое время и не всегда могу правильно нарисовать круг.

Бель провел ладонью над листом и линия, которую он показывал, пропала без следа. Я стояла, боясь пошевелиться, и затаив дыхание ждала, что вот-вот развеюсь пылью по красивой комнате. Но я продолжала стоять на месте. Ничего страшного не произошло.

— Я тут подумал, — внезапно произнес демон, откладывая листок на стол и разворачиваясь к нему спиной, — Я, наверное, не правильно ухаживаю. Ей все не нравится! Что бы я не сделал! Мне нужно на ком-то потренироваться… Как на счет того, Каролина, если я потренируюсь на тебе? Ты не против? Тебе все равно делать нечего.

— Может, лучше на ком-то из братьев? — предприняла я попытку спасения, чувствуя, что демон теперь от меня не отстанет. И если придут белые или передадут записку, то я труп. — Или на ком-то из прислуги?

Демон смотрел на меня, как на идиотку, всем видом показывая, что таким как он, не отказывают.

— Прислуга работает, в отличие от некоторых, которые слоняются по замку где можно и где нельзя, — припечатал демон, а я кивнула. Оставалась надежда на братьев. — Что касается Люцифера и Абаддона, то это — не те существа, с которыми я хотел бы это обсуждать. Дон не поймет. Он никогда не любил. В этом плане он у нас непробиваемый. Даже не знаю, кто бы мог покорить его сердце. А Люцифер высмеет. Он презирает любовь. Особенно к смертным. Смертные для него игрушки. Помни, он — самый младший, еще не наигрался. Так что остаешься только ты!

— А я? При чем тут я? Кстати, я тоже работаю! Я, между прочим, вашу собаку выгуливаю! — насупилась я, вспоминая живой уголок в своей комнате, — И забочусь о твоем заебублике. Он по тебе скучает очень. А ты перестал обращать на него внимание. И заметь, за мою работу мне не платят. А могли бы!

Демон вздохнул, отпрянул от стола и передвинулся в другую часть комнаты, доставая свечу из коробки и зажигая ее. Места на полках становилось все меньше, а новые свечи прибывали. Выбор у меня небольшой. Может, если я и правда помогу демону, он проникнется и сможет мне помочь? А если нет? Хотя, что мне терять? Мысли вертелись в голове, наводя панику и ужас, а я не заметила, как случайно подолом погасила свечу.

— Ой, мамочки! — заорала я, бросаясь к коробке и хватая похожую свечу. Со всех ног я понеслась к погасшей. Сейчас-сейчас! Огарочек потушенной свечи таял на глазах, а я схватила схватила соседнюю свечу, новую и огарочек, и попыталась слепить их вместе, грея в руках воск. Когда из трех свечей получилась одна, я ломанулась к Бельфегору, — Зажги! Срочно пожалуйста!

Бельфегор на автомате щелкнул пальцами, а потом до него дошло то, что я натворила. Но было уже поздно!

— Ты что наделала? — взревел он, дуя в мою сторону негодованием, — Ты хоть знаешь, что вмешалась в ход жизни троих, незнакомых тебе людей!

— Но я же все исправила! Смотри, и свеча почти не отличается! — я поднесла под нос императору свое творение, — Почти не заметно! Правда же?

— Твою ж за ногу! — причитал Бельфегор, хватаясь за голову, — Ты хоть понимаешь, как это может отразиться? НА ВСЕМ! Руки у тебя, Каролина, под одну вещь заточены! Дай сюда!

Демон выхватил у меня свечи и отнес их на место, бубня про какого-то любимца Люцифера и засунутый яд в задницу.

— С завтрашнего дня начнем тренироваться, — обозначил Бельфегор, выходя за дверь комнаты. — Учиться ухаживать будем. Готовься!

Демон покинул комнату, а я, опустив глаза на стол, увидела забытый им листок с порталом. Забрав его, я тоже двинулась к выходу. Готовиться.

Глава восьмая

Утро у меня не задалось с самого начала. После вчерашнего разговора с Бельфегором я не знала как себя вести. Да и впечатление у меня о нем сложилось двоякое. Вроде бы он и хороший, как говорил анчутка, а вроде бы и нет. Демон все-таки. И вот, когда первый луч солнца пополз по моей комнате я задремала, но у судьбы на меня были другие планы.

— Солнце светит прямо в глаз! — ромко просканировал император у меня над ухом, заставив меня в ужасе подскочить на кровати и чуть не задавать сонного анчутку, — Раздевайся и ложись!

— Что? Что происходит? — запаниковала я, пытаясь сфокусировать свое зрение, на расплывающемся императоре, — Что случилось?

— Как это что? — усмехнулся Бельфегор, смотря на меня насмешливым взглядом. — Мы вчера договаривались о том, что будем учиться ухаживать. Вот первый пункт — читать стихи. Читаю!

Я хлопала глазами смотря в упор на императора. Если честно, я злилась за такой неожиданный подъем и было немного смешно от самой ситуации. Так, Лина, похоже у тебя истерика! Общение с демона бесследно не проходит!

— А может, попробуем что-то не такое… — начала я и замялась… А демон ухмылялся и выжидательно на меня смотрел, — Вызывающее! Вот! Начнем, например с рифмы! Может попробуем что-то в рифму?

— А что не так в моих стихах? В рифму любой дурак сможет! — доказывал демон, а я понимала, что случай запущенный. И возможно, не лечится, — Попробуй доказать, что «раздевайся и ложись» рифмуется со всем? Знаешь сколько людей полегло?

— Хорошо, — от греха подальше согласилась я, понимая, что так мы ни к чему не придем, — А какие стихи тебе самому нравятся? Ну, кроме твоих собственных?

Бельфегор нахмурился и что-то пытался вспомнить. А я снова завела шарманку о том, что стихи должны быть изящнее.

— Изящнее? А почему Есенину можно, а мне нет? — нахмурился император, ставя меня в тупик. И тем, что он знает Есенина, и тем, что я действительно не могла найти вескую причину, почему его стихи не такие. — По-моему, это несправедливо. В отличии от него, я хотя бы император!

— А какие стихи Есенина ты знаешь? — с надеждой спросила я, надеясь на то, что почву мы вот-вот прощупаем.

— Любите баб на свежем сене, — громко и с усмешкой продекларировал демон, а мне резко поплохело. Могла бы догадаться, — С любовью Ваш, Сергей Есенин!

Я насупилась, понимая, что все хуже, чем я думала. Намного хуже. Хотя то, что он знает Есенина давало надежду.

— Давай попробуем еще какое — нибудь стихотворение вспомнить? У Есенина? — предприняла я попытку двигаться в этом направлении, — Например… Мне осталась одна забава…

— Раздевайся и ложись! — сквозь хохот выдал Император, а у меня глаза округлились, — Ну, подходит же, согласись.

Я мысленно прокрутила сказанное демоном: «Мне осталась одна забава… раздевайся и ложись» и невольно улыбнулась. И правда подходит…

— Так, давай еще попробуем, — напряглась я, вспоминая школьную программу, — Я пришел к тебе с приветом…

— Раздевайся и ложись, — смеялся демон, не дав мне договорить, и ведь блин не поспоришь! Так, попробуем тяжелую артиллерию!

— Я к Вам пишу! Чего же боле? — вдохновенно вещала я, настраивая демона на романтический лад.

— Раздевайся. — весело начал демон, а я угрюмо продолжила, — И ложись!

Со стихами у нас был пролет. Я думаю, что рифмы мы отложим в очень долгий ящик на очень черный день. Я оглядела демона с ног до головы и поняла, что еще может отпугнуть прекрасную даму.

— Ваше Величество. — начала я, а меня поправили, что он «Ваше Императорское Величество», ути бозечки, какие мы нежные, — А у вас это одна походно-выходная набедренная повязка? Я ее постоянно вижу!

— Снять? — удивился демон, а я воздухом подавилась, — Не уверен, что это хорошая идея. Обычно, когда я так делаю, баб становится намного больше.

Он что? Разгуливал и без нее? Караул!

— А другой одежды нет? — поинтересовалась я, а анчутка громко потянулся на подушке и перевернувшись на другой бок снова уснул, — Ну, не знаю… Вдруг ей нравятся интеллигенты? Брюки там, рубашки…

— В брюках не удобно, — буркнул демон, — В рубашке тем более.

— Шаровары? — не сдавалась я, чем умиляля демона все больше и больше. Демон отрицательно качнул головой. Да что ж такое то… Стихи — нет, одежда — нет…

— Может, тогда перейдем к цветам? — уныло поинтересовалась я, мысленно жалея будущую императрицу. — А стихи и одежду отложим?

— Давай попробуем, — пробасил демон и подойдя к кровати взвалил меня на плечо. Мамочки! — Держись!

Скомандовал Бельфегор и расправив крылья вылетел в открытое окно. Меня тошнит… Я так не могу! Почему ногами вперед! Меня резко поставили перед клумбой с цветами, развернув к ней лицом.

— Дарю, — широким жестом Бельфегор показал на клумбу, а я открыла рот. — Надирай!

— Так погоди! Так не правильно! Нужен букет! — наседала я, понимая, что работы непочатый край, — Берешь и рвешь! И лентой красивой обматываешь!

Бельфегор усмехнулся и выдрал с корнем куст. Земля сыпалась с корней, но это уже был прогресс. Поиск ленты был недолгим. Лентой стал подол моей ночнушки, которая теперь еле прикрывала колени!

Император перевязал цветы и протянул мне.

— Ээээээ, — только и смогла выдавить я, понимая, что меня перевесит просто, если я возьму букетище в руки, — А галантный кавалер букет и сумочку носит за дамой!

Бельфегор пожал плечами и закинул на одно плечо букет, а на второе меня. И все на манер дубинки!

— Идем, провожу. В вазу поставишь, — смеясь произнес демон, — У тебя еще сегодня задание от отбора. Да и у меня кое-какие дела есть.

Я хотела ответить Императору, но не успела. На расправленных демонических крыльях мы взлетели к небу.

Меня поставили в комнате, вручили букет, под весом которого я так и осела на кровать, глупо хлопая глазами. Бельфегор полюбовался на то, как меня раскатало букетом и улетел! Карлсон!

Анчутка по прежнему спал, а я сбросила с себя розовые кусты и окинув комнату беглым взглядом поняла, что мне их можно будет поставить только в купель. Больше негде. Придется будить малыша.

— Анчутка, вставай, — я аккуратно почесала пузико бесенку, а тот только дрыгнул лапками и продолжил спать. — Вставай!!! Вставай скорее!! Скоро отбор и кушать!

Анчутка тут же подскочил на подушке протирая глазки и пятачок, а потом зевая розовым язычком. И как он только рот не разорвал?

— О! Тебе Бель цветы подарил? — удивился анчутка подбегая к розовому кусту и плотоядно облизываясь, — Какие вку-у-усные!

Я вытаращила глаза, видя как анчутка наминает свежесорванную розу. Я поспешила оторвать его от букета. Я-то помню, чем в прошлый раз все закончилось! Ароматным сюрпризом на подушке!

— Ну, Лина! Я кушать хочу! А Бельфегор у нас общий! — бухтел анчутка и пытался выбраться из моего захвата, — Лина, а расскажи, как он тебе цветы подарил?

— Больно, — отозвалась я, таща бесенка в ванную отмывать от комьев грязи в которой он изгваздался, отрывая розу, — Ты можешь найти во что этот букет поставить?

Анчутка угукнул, а я опустила пушистый комочек в ванну. Я думала, что проблем будет больше, однако, анчутка самостоятельно плескался, наводил пену и бултыхался камушком, ныряя и выныривая.

— Лина, доставай, — скомандовал анчутка, протягивая ко мне лапки. Я аккуратно завернула его в одно из полотенец и отнесла в комнату, строго настрого запретив есть розы. Зевая не хуже анчутки, я сама отправилась купаться.

— Собраться в зале!!! — донесся до меня голос камердинера, когда я вытиралась. — Новый конкурс! Собраться в зале!!!!

Быстро собравшись и прихватив с собой анчутку, я направилась по уже знакомому, но такому пустому коридору. Двери передо мной открылись, за ними жались две девушки.

— Ангел! — спорил Абаддон, распространяя дым на всю залу.

— Дьяволица! — усмехнулся Люцифер, доказывая свою правоту ударом кулака по столу.

— А вот сейчас и посмотрим! — решил Абаддон, развернувшись ко мне, улыбаясь.

«Не к добру это…» — прошептал анчутка и поежился у меня на плече. Бельфегора среди них не было. Странно…

Наши замечательные, сегодняшнее ваше задание, одно из самый простых на отборе! — оскалился в улыбке Люцифер, — Девиз этого задания — «Нежить!». Ваше задание начнется вечером. Как только взойдет луна, вы узнаете условия. А пока можете быть свободными.

— А давай Бельфегора найдем? — прошептал анчутка заговорчески, — Раз он тебе цветы дарит, значит понравилась!

— У него есть женщина, — щелкнула я анчутку по пятачку, а тот резко погрустнел, — Он мне сам сказал. И попросил его научить ухаживать за ней. Она очень дорога ему!

— А как же мы? — шмыгнул носом анчутка, свесившись с плеча. — Скажи, Лин, а мы ему совсем-совсем не нравимся, да?

Я тяжело вздохнула и… решила найти Бельфегора. А что? Времени у меня пока достаточно, а учить его все равно надо. Не хватало, чтобы он опростоволосился в глазах какой-то излишне вредной барышни. Я направилась коридорами, в поисках заветного поворота в нежилую часть замка.

— Лина, Бель не разрешает туда ходить, — пищал анчутка и тянул меня за волосы, — Он на нас орать будет! Давай вернемся в комнату!

— Не будет, — шепнула я анчутке, спускаясь по знакомой лестнице в свечную комнату. Бельфегор оказался там.

— Уже? — удивился Император, не поднимая глаз и что-то записывая в свитке, — И какое было задание?

Я тихо прошмыгнула и устроилась на скамейку, которая теперь появилась возле стола, подальше от горящих свечей. Правильно! Учительницу нужно уважать! Может, даже скромный букетик подарит на первое сентября.

— Вечером сказали все расскажут. Нас позовут, — пожала плечами я, осознавая бессмысленность своего участия, — Бель… Фегор, а мне обязательно проходить этот отбор?

— Ты можешь понравиться кому-то из братьев, — задумчиво произнес он, откладывая свиток, — Вернее, ты уже понравилась и они тебя между собою делят. Так, что да. Обязательно, Лина. Что сегодня они придумали?

— Они ничего не сказали, — припоминала я слова Люцифера. — Нам сказали, что девиз будет «нежить». Гладить кого-то будем.

— Кого гладить? — удивился Бель, начиная хмуриться, — Не понял.

— Ну, нежить — это же… — начала я, делая взмах рукой, а император меня перебил, глядя на меня квадратными глазами.

— Это живые трупы, Каролина. — припечатал демон, а потом добавил, — Или скелеты.

— Нежить — это глагол. От слова нежность! Он означает гладить, ласкать, заботиться, — опровергла я, поглаживая анчутку на своем плече, — Вот как сейчас.

Анчутка быстро понял, что к нему приковано все внимание и тут же слез с меня и побежал к Бельфегору. Предатель!

— Белюшка, а ты что? Меня больше не любишь, правда? — хныча произнес бесенок и громко высморкался в крыло демону, — Почему ты меня больше не любишь?

— Кто тебе сказал такую глупость? — сначала опешил, а потом начал злиться Император, метая в мою сторону молнии. Я отрицательно качала головой и махала руками, всеми силами, доказывая, что пока еще не решила стать камикадзе. — Мур, ты чего?

— Мур? — удивилась я, переводя взгляд с Императора на бесенка, — Его зовут Мур?

Бельфегор поднял на меня удивленный взгляд, а потом перевел его на анчутку.

— Она не спрашивала, — пожал плечами бесенок и прижался к бельфегору, — А ты точно меня любишь?

— Да, — усмехнулся Бель и почесал огромным пальцем маленький пятачок. Как мило! Просто ми-ми-ми! Император снова перевел взгляд на меня, — Лина, нежить опасна. Я не могу вмешаться в отбор, тогда буду обязан на тебе жениться. Тебе придется проходить задание самостоятельно.

Я громко сглотнула, представляя себе нашествие зомби, возжелавшего мои мозги. В голове складывалась картинка, почему нам сказали ждать именно вечера. Нужно найти мою палку. Срочно!

— Бель, а как защитить себя от нежити? — поинтересовалась я, понимая, что совета спросить больше не у кого, — Ты можешь что-то подсказать?

Демон задумался, поглаживая пальцем Мура, а том подставлял поочередно то пузико, то спинку под веселые почесушки, а я поймала себя на мысли, что хотелось бы, если бы меня кто-нибудь так почесал!

— Старательнее маши мечом, а когда станет совсем страшно — просто закрой глаза, — дал мне инструкцию император и вернув мне бесенка погасил чью-то свечу.

— Просто глаза закрыть и все? — не понимала я, начиная паниковать. Я уже представила свой труп с табличкой «Кушать подано»! — Просто дать им себя сожрать так что ли? Ты моей смерти хочешь? Кто тебя учить будет?

— Я так понимаю, что с доверием у тебя проблемы, — усмехнулся Бельфегор, что-то фиксируя в свитке и зажигая новую свечу, — Просто доверься мне и все. Или тебя смущает то, что я демон? А ты наслушалась сказок из книги о приключениях очень древнего народа на очень засушливом континенте?

— Ты бы так не говорил, — сурово произнесла я, хмурясь в сторону демона, — Я же не говорю, что в ваших фолиантах фигня всякая написана.

— Лина, Лина, — сочувственно посмотрел на меня Бельфегор и тяжело вздохнул, — То, что дошло до вас сейчас, не имеет ничего общего с тем, что говорил Отец. Ну, наверное, не считая названия. Все остальное было переписано десятки раз, в твоем случае, бородатыми дядьками на вече. Чаще всего в угоду налогообложению. Отец есть любовь, Каролина. На этом закроем тему.

Я уже хотела что-то возразить, а потом вспомнила, что мне рассказывал Мур, и кто был первым из сыновей и закрыла рот. Ладно, в этом вопросе ему виднее.

— Ну, что? Пока у меня есть время… Может все-таки займемся твоими стихами? — осторожно уточнила я, а Бельфегор заинтересовался и внимательно на меня посмотрел, — Ну, давай посмотрим, что у тебя есть и сделаем их… Ээээ… Не такими побуждающими к действию?

— Вы, бабы, намеков не понимаете, — буркнул император, записывая что-то в свиток. Мне показалось, или он обиделся? — Вам прямого предложения даже не достаточно! Орешь уже, что «раздевайся и ложись!», а она стоит, на тебя лупешками своими хлопает!

— Ну, а как-то помягче? Ну я не знаю! Сначала сказать, что она тебе нравится, — предложила я, вспоминая, как ухаживали за мной.

— Ты мне нравишься, — проговорил демон, глядя прямо мне в глаза. Взгляд его буравил во мне новую дырочку. И я догадывалась для каких целей!

— Ну вот! И совсем не сложно было, правда? — обрадовалась я, а демон простонал «О, господи»… Кто-то видел когда-нибудь, как демоны молятся? Я не только видела. Я еще и слышала!

— Лина, шла бы ты… К отбору готовиться, — процедил демон, любезно указывая мне на дверь обеими руками. — А? Давай, передвигай ножками к выходу.

Я смотрела на него и не двинулась с места! Знаю я этих непризнанных гениев! Чуть что критикуешь его произведение, а он все сразу в штыки воспринимает! Ранимая душа поэта у сурового демона? Отличное сочетание!

— Пока со стихами не разберемся — я никуда не пойду. — твёрдо сказала я, решив настаивать на своем до конца. Ничего-ничего, я из тебя нормального мужика сделаю! Мне твоя жена еще спасибо скажет! И тут меня посетила нехорошая идея!

Я прямо видела жабу, которая стояла в углу свечной комнаты и потянула ко мне свои зеленые лапы, пытаясь задушить! Он ведь, дурак, еще ее и знакомиться со мной приведет! Я прям вижу, как она ко мне подходит красавица, жмет мне руку и говорит: «Каролина, какая ты молодец! Такого классного мужика воспитала! И серенады, и прогулки под луной и цветы каждый день!», такая радостная и трясет, трясет меня за руку! А я ей улыбаюсь, говорю, что не надо благодарности и душу ее, душу! Двумя руками! Вот бы для меня так мужика воспитали!

— Лина, очнись, я здесь, — помахал мне перед лицом Бельфегор какой-то книгой. И откуда только взялась? — Лина, я уже стихи принес, а ты как застыла в одном положении, когда я уходил, так и стоишь! О чем-то задумалась или о ком-то?

— Неважно, — попыталась я улыбнуться и сделала очень заинтересованное книгой лицо, — Давай смотреть! Бель, а что будет, если она тебе откажет?

— Ну, если уж откажет окончательно, — крепко задумался император, а потом просветлел, — То женюсь на тебе. Ты тоже неплохая. Сойдешь!

— Что? — опешила я, хлопая глазами и смотря на демона. Значит кому-то «ты выйдешь за меня?», а мне «Ты сойдешь за нее!». Вон нахал! Обидно до соплей. — Ты совсем что ли? А меня спросить не надо? Ишь шустрый какой все сам решил!

— А что в этом такого? Мы подумали и я решил, — пожал плечами демон и оскалился в улыбке, поигрывая мышцами груди, — Или я тебе совсем не нравлюсь?

Я прикусила язык, понимая, что ситуация у меня сейчас, как у змеи и черепахи. Укушу — сбросит, сбросит — укушу. Он что? Искренне считает, что дрыгающиеся бицепсы способны покорить любую девушку? Он за кого меня принимает! Вау! Левая вообще классно шевелится… Ммммм…

— Ну, я не знаю… Странно говорить о симпатии, когда большую часть знакомства ты строишь из себя идиота, — вернула я шпильку демону, тот однобоко ухмыльнулся, сделав прощальный «дрыг». Какой талант пропадает! — А братья твои… Они сразу показывают себя такими, какими есть.

Демон рассмеялся, причем так натурально получилось, что я даже поежилась.

— Кто не притворяется? Братья? Да ты шутишь, Лина! — сквозь смех произнес Бельфегор, утирая слезу, со щеки, — Дону ты интересна ровно до того момента, пока он считает тебя ангелом. Но стоит тебе проколоться или разочаровать его, то все. Ты его в своей жизни не увидишь. Да, он терпелив, и возможно, в период вашей женской смены настроения выдаст тебе коня пар выпустить, но не более того. Лина, он еще ни разу не заступался за смертную, ни разу не помогал никакой смертной, ни разу не пытался спасти. Ни разу. Он никогда не полезет в разборки смертных! Это его принципиальная позиция.

Я осмысливала слова демона, пытаясь понять врет он мне или нет. Мур сидел на столе, задрав мордочку, и попеременно поглядывая то на меня, то на Бельфегора.

— Люцифер? Что же… даже если он и женится, то быстро разведется. Слово ответственность — это не про Люсю. А при разводе, Лина, он у тебя все заберет. У него адвокат хороший, — усмехнулся демон, а я пожала плечами, хихикнув, что у меня и брать нечего. Бель снова оскалился и подойдя ближе, положил мне руку на грудь, где билось сердце, — Душа, Лина, у тебя есть душа. Поверь, ему этого достаточно.

Мои глаза округлились, а я отпрыгнула. Вот ведь! Знала, что уши развешивать нельзя! Все-таки, демоны — это такие демоны!

— А тебе значит ничего не надо? — подозрительно прищурилась я на императора, — А у твоего Императорского величества какие предпочтения и требования к женщине? Может бедняжка как список увидела, так и припустила со всех ног, невзирая на все ухаживания.

— Любовь, Лина. Просто любовь. Она должна любить… — проговорил демон, ставя меня в тупик окончательно, — Только не корону, не империю, не власть, не казну, не положение в этом мире. А меня! Меня! Пусть и идиотом. С этим, как мы убедились, ты уже не справилась. Но как запасной вариант вполне подходишь. Если один глаз закрыть, а другой прищурить… Так!

Выпалил демон и, резко дернувшись, подлетел к своему огарку, подлил туда воска, и пламя снова выровнялось. На сколько же он ее любит, что так носится с ее огарком? Или он сам виноват, что ее свеча такая маленькая и чувствует вину?

— Нет, в этом виноват не я, — будто прочитав мои мысли отозвался Бельфегор, бережно закрывая свечку колпаком. Видишь ли, эта женщина выбрала себе не того мужчину. Скажем так, труса и глупца. Он, в какой-то момент не сделал рывок, чтобы схватить ее на краю пропасти. Хотя он был рядом. Просто она об этом не знала. Стоял позади нее.

— Она погибла? Она покалечена? — испугалась я, и при этом посмотрела на демона совершенно другими глазами. Если он хотел заботиться о такой девушке, то я не то что его выдрессирую! У него все от зубов отлетать будет! Эх, жаль моего Леши рядом не было! Он бы мне упасть не дал! Бывают же козлы на свете. А потом меня осенило, — Бель, а ты ее любишь или жалеешь? Понимаешь, нет ничего хуже для человека, когда ты его жалеешь. А мы, девушки, это все прекрасно чувствуем.

— Да, я вижу, — угрюмо согласился демон, с сожалением глядя на меня, — Лина, а ты то сама хорошо подумала, когда выбирала своего Алексия?

Как удар прозвучали слова, а я даже не нашлась, что ответить. Те чувства, та тоска, что затапливала меня, в последнее время немного отступила, а сейчас снова вернулась. С удвоенной силой!

— Да что ты об этом знаешь? — взвилась я, глядя на демона с такой ненавистью, что если бы могла убивать, то убила бы! — Ты ничего о нем не знаешь! По крайней мере, он не собирал отбор, чтобы выбрать себе лучшую!

— Знаешь, я, наверное, должен был сделать это давно, — повинился демон, а потом раскрыл и снова собрал за спиной свои демонические крылья. — Идем со мной.

— Я никуда с тобой не пойду! — обиделась я, понимая, что он не имел права вообще трогать такую больную для меня тему! Хотя бы потому что знал о ней! — Тебе надо ты и иди! А я лучше пойду к заданию готовиться! Мне сегодня нежить нежить! Палкой нежить ее буду!

— По хорошему не хочешь? — поинтересовался демон, и сделал шаг ко мне, а я сделала отступила, тихо пробираясь к выходу, — Ладно, будь по-твоему!

Резким рывком меня забросили на плечо, и демон вылетел из комнаты. На столе пищал анчутка, топая копытцем, что его забыли. Но я быстро перестала слышать его недовольный голосок. Мы уже вылетели за пределы замка и летели куда-то в сторону леса. Я с детства боялась высоты, а тут как посмотрела вниз, так вообще, орала, что было сил! Потом, правда, выдохлась. Смирилась.

Посреди леса наметилась проплешина, и мы начали снижаться. Я вцепилась в демона, зажмурилась и …

— Стоишь? — произнес Бельфегор, поднимая мое лицо за подбородок и заглядывая мне в глаза, — Лина, ты как себя чувствуешь? Что-то ты побледнела? Ты что? Никогда в жизни не летала?

— Как блоха в центрифуге я себя чувствую, — простонала я, все еще крепко вцепившись в Бельфегора, хотя мир вокруг меня вращаться перестал. — Я во сне отлично летала! А не на демоне! Зачем ты меня сюда притащил?

Бельфегор ничего не сказал. Демон просто взял меня на руки и двинулся между старинными деревьями. Всю дорогу я донимала его вопросами о том, где мы, зачем сюда прилетели и так далее. Он не проронил ни слова, а я стала слышать шум реки. Странно. Подойдя ближе к берегу, демон поставил меня на ноги. Я смотрела на узор воды, огибающий камушки. Мимо меня проплыла палка. Толще чем, моя. Жа-а-аль! Могла бы пригодиться сегодня вечером!

— Перед тобой камни, Лина. Речные камни, — произнес Бельфегор, а я понимала, что не яйца динозавров. — Выбери тот, который тебе больше всего понравился.

— Зачем? — опасливо поинтересовалась я, но к камнем стала приглядываться. — Что я с ним делать буду? Учти, по метанию у меня двойка! В зомби я не попаду!

Бельфегор закатил глаза и махнул рукой, мол ищи, потом разберемся. Я пожала плечами и стала высматривать камушек. Приглянулся маленький, темно-синий с розовыми прожилками, я окунула руку в ледяную воду и достала его оттуда, показав демону.

— Хорошо, держи его крепче, — проговорил демон и схватив меня снова закинул на плечо, — Камень не вырони!

Да я что по его мнению? Мешок с картошкой? Мы летели обратно в замок, а я все гадала, зачем нам этот камень?

Глава девятая

Мы прилетели в замок, прямо ко мне в комнату. Мур уже справился с поставленной задачей и водрузил розы в огромную каменную чашу, формы тюльпана. Теперь у меня есть свой собственный куст. Под ним, если что, меня и закопайте! Бельфегор вытащил оттуда цветы и вылив в окно чашу набрал в нее воды и поставил передо мной.

— Брось в воду камень и попроси его показать то, что тебе хочется, — давал инструкции демон, а я с подозрением смотрела на камень. Анчутка возмущался, топал ногой, но Бельфегор потрепал его по голове. — Он покажет тебе все, кроме будущего, но только два раза. На твоем месте я был бы внимательнее и спросил всего две вещи: показать твое падение в шахту лифта и ту, на которой собирался жениться твой Алексий, свято ненавидя рыжих.

Я опешила, как пыльным мешком прибитая. Он не мог знать… Или мог? А что если это все демонические чары? Как узнать? По мелочам, которые может не знать он? Возможно… А что если то, что он говорил, правда? Нет! Не может такого быть и сейчас я ему это докажу!

— Покажи мне момент моего падения, — произнесла я, бросая камень в воду и замерла в ожидании. У нас есть в подъезде одна интересная мелочь, которую не видно, если не присматриваться. На плитах выцарапано сердечко! На такие вещи демоны не обращают внимания. Не знаю, какой упоротый товарищ рисовал это сердце, и для кого, но я всегда улыбалась, проходя мимо него. Было что-то милое в этом отчаянном романтике!

Вода помутнела и пошла бульками, сквозь рябь картинка стала проясняться. Я с удивлением увидела свой подъезд, дверь соседской бабушки, а вот и сердечко. Значит, не обманывает.

— Вот я спокойно выхожу из квартиры, здороваюсь с бабушкой, стою и вызываю лифт, а по лестнице поднимается Леша! Не может быть! Я прижала руку ко рту, чтобы не закричать. Вот открываются двери лифта, и я падаю вниз, потеряв равновесие! А Леша, мой Леша, просто смотрит и стоит! И ничего! Просто стоит! Он мог меня остановить! Он видел, но не стал! Слезы градом покатились по щекам. Я громко всхлипнула, а Бельфегор подошел сзади и обнял меня за плечи.

— Люди не всегда такие, какими хотят нам казаться, Каролина. — проговорил мне в волосы император, поглаживая плечи большими пальцами, — Или такими, какими мы хотели бы их видеть. Это закон жизни. Закон жизни людей. Хочешь посмотреть на конкурентку?

Я отрицательно покачала головой, мне хотелось остаться одной, я несколько раз дернулась в руках демона, чтобы убежать, но он крепко держал меня.

— А ты смотри, — прошептал Бельфегор, пока я застыла, не веря своим глазам. Я видела, как Леша стоял под чьим-то подъездом. Железная дверь открылась, и оттуда выпорхнул мальчик! Хотя нет, просто субтильная девушка с короткой стрижкой! Стоп! Я же ее видела! Я помню эти короткие волосы! Он сказал, что это — его сестра! Двоюродная! Значит… Осознание заставило меня скривиться и заплакать, видя как Леша обнимает ее и целует в щеку. «Сестра» хватает его за руку и куда-то тащит, пока Леша нервно смотрит на телефон. «Что случилось? Ты че такой смурной?» — криво улыбнулась «сестра». «Да так, ничего!» —   отозвался Леша, стирая из телефона … мой номер! «Так как на счет свадьбы? Завтра поедем смотреть ресторан или на выходных?» — спросила «сестра», повиснув на нем, как макака на дереве. «Ты завтра собиралась за платьем!» —   улыбнулся Леша, целуя ее в кончик носа. «Блин, я и забыла! Эта дура шьет мне его уже второй месяц!» —   донеслось до меня, а образ таял.

Меня прижали к себе так крепко, а я не заметила, что отчаянно барахтаюсь, пытаясь вырваться!

— Ты наделаешь глупостей, я тебя знаю! — усмехнулся император, прижимая меня к себе. Спиной я чувствовала биение его сердца, — Давай ты сейчас просто проревешься, а потом мы поговорим. Понимаю, неприятно, когда обманывают!

— Тот огарок, с которым ты носишься? У девушки такая же ситуация, да? — сквозь рыдания спросила я, а у демона глаза стали квадратными. Угадала. — Ты только ее не обижай, заботься. То, что произошло… Это больно! Очень больно!

Демон тяжело вздохнул. Как-то тяжело, устало, но ничего не сказал. Но по напряженной груди, я понимала, что ему уж очень хотелось высказаться. Он правильно делал, что молчал. Говорила я. И ныла, и рыдала, и кричала…

— Каролина, послушай, — проговорил демон, не выдержав моей истерики, развернув меня к себе лицом. Слабовато, надо потренировать его в этом вопросе, — То, что было, уже не исправишь. Назад ты не вернешься. Просто не сможешь. В том мире ты просто уже не существуешь. Но ты осталась в этом. Попробуй прижиться здесь. Это не так сложно, как ты думаешь… Посмотри на этот мир хоть раз не с ненавистью, а с интересом…

— А смысл? — всхлипнула я, очень плохо соображая. Мысли путались, душа болела, а пострадать и поныть мне в темноте не давали, меня крепко держал демон. — Мне что там, что тут не жить, как только я расскажу тебе о..

Договорить мне не дали, демон рывком оторвал меня от земли и поцеловал. Я брыкалась, пищала, извивалась, а потом поняла, что чуть не натворила в порыве отчаяния! По моим округлившимся глазам, Бельфегор понял, что до меня дошло. Он отстранил меня сам и поставил на пол, все еще держа за плечи.

— Совсем из ума выжила? — рыкнул он, пыша негодованием, — Жить надоело?

Я молчала, чувствуя неловкость и стыд. И перед собой, и перед демоном, и перед той девушкой, которая нравилась Белю. Мне очень жаль… Я верю в то, что он ее искренне любит…

— Лина, я знаю практически обо всем, что происходит у меня в Империи, — пустился в объяснения Бельфегор, — Но для своей же безопасности, прекрати трезвонить об этом на каждом углу!

— Почему? — тихо прошептала я, опуская глаза, и надеясь, что демон правильно воспримет мой вопрос. Почему он сохранил мне жизнь, зная, что я — шпион?

— Какие же бабы тупые все-таки… — простонал Бельфегор, глядя на меня страдальческим взглядом, — Потому что ты не опасна, Лина. И чтобы ты не сделала, мне все по овощу туман. Это понятно?

Я растерянно угукнула, а демон с усмешкой отпустил меня. Уходить он почему-то не спешил, поставив цветы на место, в воду. Демон немного походил по комнате, а потом растянулся на кровати. Я сиротливо присела на краешек. Мы оба молчали, каждый думая о своем. Демон резко дернул меня за руку, и я растянулась вдоль него, упав головой ему на грудь.

— Эй! — возмутилась я, округляя глаза.

— Раздевайся и ложись, — усмехнулся император, накрывая меня рукой. Я завозилась, понимая, что это почти измена. — Лежи спокойно. Нам всем иногда необходима поддержка.

— Аааа, — выдохнула я, понимая, что друзей среди демонов у меня еще не было.

Я замерла, по щекам снова полились слезы, но Бель больше ничего не говорил, просто поглаживал меня по плечу… Спасибо, друг… Жаль, отдавать такого мужика какой-то … Хотя, что тут поделаешь! Пусть он и Император, но сердцу приказать не может… Незаметно для себя я уснула.

— Собраться в бальном зале!! Собраться в бальном зале! — разбудил меня крик дворецкого, а я подскочила на кровати. Бельфегора уже рядом не было, а я все еще не верила, что вместо мишки обнимала демона. — Собраться в бальном зале!

Я наскоро умылась холодной водой, приводя в порядок свое опухшее от слез лицо. Анчутка дрых на подушке, тихо посапывая своим пятачком. Он оккупировал ее всем своим пушным тельцем, и я решила не будить малыша. Я решительно схватила палку и побежала в залу. Демоны, Люцифер и Абаддон были уже там. Сейчас я буду нежить кого-то волшебной палочкой!

— Ну, что, милые, пойдем! Нас ждет увлекательное подземелье! — радостно произнес Люц. Дьявол оскалился в улыбке, вставая с трона и двигаясь к дверям, — Уверяю, вам будет очень весело.

Мы уныло поплелись за ним, предвкушая «веселье». Радостные зомби, очень оптимистичные скелеты, позитивные покойники — все для поднятия настроения! Девочки испуганно перешептывались, а я уныло разглядывала коридоры, пытаясь найти в них что-то интересное, чтобы отвлечься. Шли мы долго, минут двадцать точно, потом нудно спускались вниз по винтовой лестнице и оказались возле большой каменной двери.

— Внутри вас ждет обещанная нежить. Ваша задача — отбиться и пройти до конца тоннеля, который начнется за этими дверями. — бодро вещал демон, а по нам пробежал холодок. Он в своем уме? Или думает, что мы настолько безмозглые, что зомби нами просто не прельстятся? — Помните, что мы, что Император, не всегда сможем находиться рядом с вами! Вы должны уметь защитить сами себя! Итак, кто первый?

Ага! Так и побежали! Прямо друг друга от двери оттаскиваем и орем: «Я!!!».

— У меня к вам один маленький вопрос, — схитрила я, поглядывая на каменную дверь. — А на кой нам мужик, который не всегда будет рядом? Или вы намекаете на то, что будете пропадать по ночам, и пока мы отбиваемся от скелетов, от вас отбивается очередная красавица?

Мне кажется, или Дьявол впервые не нашел что ответить. Девочки тут же закивали. Еще бы! Они согласятся со всем, лишь бы не идти на ужин в качестве ужина!

— Ну раз ты подняла эту тему, то почему бы не попробовать тебе? — обольстительно улыбнулся Люцифер, пытаясь подтолкнуть меня навстречу подвигу. Возможно даже посмертному!

— Я против! — возмущалась я, упираясь, что есть мочи. — Я считаю, что мужчина должен обеспечить безопасность! А то сначала от скелетов отбейся, потом на работу устройся, потом на вторую… Знаю я вас!

— Линочка, золотце, — дверь почти открылась, а меня впихивали внутрь. — Это трупы тех, кто изменял своим девушкам. Мы специально их собирали! Тебя должно это порадовать!

— Нет! — заорала я, но каменная дверь с грохотом закрылась. Я очутилась внутри темного и сырого коридора, не внушающего доверия.

Нерешительно сделав шаг, я чуть не растянулась на сырой грязи. Шорохов никаких не было, шагов тоже. Рычание я тоже не слышала. Странно… Ну, раз тут никого, значит пойду. Обратно меня все равно не пустят!

В конце тоннеля виднелся свет. Вот на него, как мотылек и попорхаю. Предательство Леши на меня сильно подействовало. Я ощущала себя овощем, но, честно говоря, решила не циклиться. Какая разница теперь? Он там, а я здесь! Я дошла уже до середины, когда за спиной послышался подозрительный стук… Я обернулась, но в темноте ничего не увидела. Было похоже на то, когда ребрышки в магазине покупаешь, такой же звон! Вот когда их пакет накладывают, а они друг об друга — БАМС! Чую, что здесь продавщица — судьба решила отвесить мне неприятности!

Я решила не проверять чьи ребрышки за мной идут и резко ускорилась. Ребрышки нашли по пути еще и голень, потому что звук стал громче. Беда! Я перешла на бег, стараясь быстрее достигнуть цели, но свет как будто бы отдалялся от меня. И тут случилось страшное — стук костей послышался спереди. Я замерла, вжавшись в стену, чтобы понять померещилось или нет. Темнота по-прежнему была непроглядная, от чего становилось жутко и неуютно! Я достала палку и стала размахивать ей в разные стороны, в надежде ударить наугад. Мне кажется, что я даже попала кому-то по пустому кумполу. Воображение рисовало мне фильм из постапокалипсиса, а я начинала паниковать, прикидывая чем они питаются!

— Ребята мозгов у меня нет! — закричала я в темноту, надеясь на то, что они терпеливо дождутся тех, у кого они есть. — Были бы мозги в эту авантюру бы не ввязалась!

В отчаянии я махала палкой, то попадала, то промахивалась, стук становился все громче, а значит их становилось все больше и больше! Спустя минут десять я выдохлась, а они нет. Мне становилось страшно, но еще страшнее было последовать совету Бельфегора и закрыть глаза… Уставшие руки висели веревками, плечи тянуло, а я отбивалась из последних сил, втайне радуясь, что не вижу противника!

— Эй! — заорала я в пустоту. — Если вы думаете, что я — Конан Варвар, то вы ошибаетесь!

Палка попала по чьей-то черепушке, а ко мне потянулись холодные кости. Я отчетливо чувствовала неприятное прикосновение, пробирающее до мурашек. Бррр!

— Или вам нужна баба, которая вынесет целое войско, пока демон на диване будет валяться? — в отчаянии закричала я, вспоминая совет Бельфегора. Ага! Закроешь тут глаза! Чувствую, что они сами скоро закроются, но уже навсегда!

— Ты куда, скотина, свой рентген тычешь! — возмущалась я, сплевывая волосы и выписывая какой-то черепушке направление к травматологу!

«У тебя проблемы с доверием, Лина», — с укором прозвучал в голове голос Императора, а я зажмурилась! Как же страшно! Я дрожала, обнимая палку, как вдруг внезапный порыв ветра обдал меня, а следом послышался хруст костей.

Я прислушалась, но все уже стихло. Глаза открывать было страшно! И я все так же, с закрытыми глазами пробиралась на ощупь в сторону выхода. Вскоре я уперлась в стену, а она задрожала.

— Вы видели? Как она их! Я начинаю ее бояться! Дьяволица! — гордо изрек Люцифер, пока мои глаза пытались привыкнуть к свету. Я прищурилась, а меня смотрела из зева пещеры огромная мохнатая крыса с длинным и лысым хвостом!

— Аааааа, — заорала я, чувствуя, что мое сознание меня покидает. До ужаса с детства боюсь крыс, хоть убейте! Все что угодно, только не крыса! Спасите! Помогите!

— Ангел! — вынес вердикт Абаддон, ловя меня и беря на руки, — Я же тебе сразу сказал, что она ангел и…

Договорить ему не дали. Открывать глаза я не стала, услышав рев Бельфегора.

— Отдай сюда, — прорычал Император, выдергивая меня из рук Абаддона. — И чтобы близко никто из вас не подходил к ней!

Я почувствовала, как он развернулся, услышала как раскрываются его крылья, а мы взлетели. Что произошло? Почему он так? У него же девушка есть…

— Бель, мы так не договаривались! — заорал Люцифер, но его голос потонул в свисте ветра. Было жутко холодно, но я старательно имитировала обморок. Когда мы пошли на посадку, радости моей предела не было.

— Лина, кончай придуриваться. Я — не братья, — усмехаясь произнес Бельфегор, ставя меня в вертикальное положение. — Открывай глаза.

Демон развернул меня к себе спиной, я открыла глаза и обомлела. Мы находились на берегу какого-то озера, по щелчку пальцев демона разгорелся огромный костер, освещая песчаную полосу.

— Угадай, что это? — радостно произнес демон, пока я смотрела на пламя, которое лижет небо. — Я планирую это как свидание!

— Инквизиция? — мои глаза округлились. Не хватало, чтобы вместо поцелуев были пытки. На всякий случай я осмотрелась на предмет мрачных типов с крестами и пальцем, ткнутым в меня «Рыжая! Ведьма!».

— Еще варианты, — произнес Бельфегор, явно расстраиваясь, что я с первого раза не угадала очевидное.

— Пи-пи-пионерский лагерь? — предположила я, осматриваясь по сторонам и вспоминая свой первый поцелуй с … вожатым. — Мы будем петь пионерские песенки и обмениваться адресами?

— Нет, — покачал головой демон. Видимо, он рассчитывал на что-то другое. Я озадаченно почесала макушку. Догадалась!

— Мы будем прыгать через костер! — обрадовалась я своей догадливости, и расстроилась от перспектив. — И веночки плести будем!

Я не поняла, что он сказал, но мне показалось, что он ругался.

— Ролевые игры Жанна Д’Арк? — неуверенным голосом спросила я, понимая, что после пережитого угадывать мне ничего не хочется. — Хорошо, я сдаюсь!

— Смотри! — Бельфегор щелкнул пальцами, а светлячки собрались в кучу и осветили полянку.

На ней маняще раскинулось одеяло с закрытыми корзинками. Лунная дорожка рябью разбегалась по глади озера, колышимая ветром, а я открыла рот от удивления.

— Вот это да, — выдохнула я, пытаясь насмотреться на такую красоту, стараясь ничего не пропустить, — Ты большой молодец, Бельфегор! Я думаю, что твоей девочке обязательно понравится! Это — просто чудо!

Позади послышался глубокий вздох и бурчание: «Я рад!». Я по-прежнему любовалась видами, а демон прилег на покрывало. Я не поворачивалась в его сторону, но отчетливо чувствовала его взгляд. Бель не мешал, давая мне возможность рассмотреть все детали и заметить все недочеты, чтобы не проколоться с невестой. И что-то мне так обидно стало… Мне такого никто никогда не делал! Вот же повезло заразе! Вот прям до соплей отдавать не хочется.

— Стихи читать не будем, — заметив мою кислую мину произнес демон и рассмеялся, запуская камушек по воде. — Самому надоело.

— Раздевайся и ложись, — тихо рассмеялась я в ответ, считая блинчики камушка. На двадцать первом мне надоело.

— Да кто ж тебе мешает, — пожал плечами демон и нырнул в воду.

Я убедилась, что его нет, забежав за дерево, сняла верхнее платье, оставаясь в нижнем и решила тоже намочить ноги. А почему нет? Вдруг вода холодная? Когда я вышла на берег — демона все еще видно не было. Вот это легкие! Как у подводника! Я аккуратно прошла по каменистому выступу и встав на четвереньки потрогала воду — теплая. Я присела на камни, ожидая пока появится демон. Бельфегора не было.

— Бель! — позвала я, минуты через две, начиная беспокоиться. Там, где я сидела, дна видно не было, а значит глубоко. Вода в озере была прозрачная. — Бельфегор!

Демон не отзывался, а я начинала паниковать! Еще не хватало, чтобы он утонул, а мне приписали убийство Императора! «Утопила! Своими руками!» —   тыкали в меня воображаемые пальцы.

— Бельфегор, ты где? Это не смешно! — я привстала я камня и снова огляделась. Костер горел, демона не было. Даже ветер успокоился и не тревожил водную гладь воды, — Бельфегор! Вылезай! Бель!

Меня уже накрывала паника, подавив в себе желание бегать вдоль берега и орать, я продолжала сидеть среди камней. Может он вылез, а я не слышала? И не увидев меня, полетел домой? А почему костер не погасил?

— Бельфегор! — орала я, как вдруг вода под камнем пошла бульками. Я отпрянула, но булек становилось все больше, а я перегнулась, чтобы посмотреть, что там такое. И как только я нагнулась из воды высунулись две огромные руки и утащили меня в воду! Ума хватило глубоко вдохнуть!

Всплыли мы на середине озера. А я радовалась, что не через две недели. Демона в воде держали огромные демонические крылья, а он держал меня! От взмахов крыльев под водой меня сносило в противоположную от демона сторону! Протерев глаза от воды и хорошенько прокашлившись, я начала барабанить его по груди и высказывать все, что я про него думаю! Это же надо до такого додуматься! А если бы меня Кондратий схватил?

Демон смеялся, а потом взял меня за подбородок одной рукой, а второй подтащил поближе к себе.

— Я правильно себя веду? — поинтересовался Бельфегор, а только и смогла кивнуть, глядя прямо в глаза демону. Странно, а я раньше не замечала какие они у него интересные. Черные, как уголь, с ярко-рыжими прожилками. Интересно, а когда он был архангелом, они были тоже такие же?

Задумавшись, я не заметила как лицо Бельфегора приблизилось ко мне. «Его побрить бы», — успела подумать я, перед тем, как меня поцеловали. Первая мысль была о том, что этот поцелуй не был похож на тот, что произошел в комнате, предназначенный закрыть мне рот. Второй мыслью было, что мне было жутко стыдно, перед его невестой. Третьей: «Да хрен с ней, с той невестой!» И я ответила на поцелуй, в надежде, что красавица о нем не узнает никогда.

— Замерзнешь, — произнес Бельфегор, отрываясь от меня и боднул носом, — Держись.

Император подождал пока я вцеплюсь клещом ему за шею, и немного опустился в воду, чтобы взлететь на крыльях.

— Подожди, — попросила я, а у самой зуб на зуб не попадал. Демон нахмурился, но остановился. А я оглядывала всю эту ночную высоту с огромной высоты.

— Ух ты, — восторженно выдохнула я, глядя на то, как красиво костер отражается в воде. С земли этого видно не было. А само озеро было похоже на глаз, с пушистыми ресницами леса.

Внутренний голос съехидничал, что, мол, смотри-смотри, Лина, все равно не для тебя стараются! Я мысленно показала ему язык и сильнее прижалась к демону, мысленно для себя решив, что эту сволочь крылатую не отдам.

Мы приземлились на берег у костра, меня закутали в одеяло, а Бель стал копаться в корзинках. Я смотрела на него, ловя себя на мысли, что любуюсь его профилем. В сердце зрела странная решимость. Мой или ничей!

— Держи, — мне протянули огромный бутерброд из серии «порви рот». Я невольно хихикнула, понимая что делал он, скорее всего под себя и сам. — Не так?

— Не-не, холофо, — уплетая вкусный «лопни, Лина». В голову лезли подозрения, что меня для чего-то тренируют. «Да-а-а!» —   сладко протянул мысленный Асмодей, поигрывая бровями. Бррр! Мне кажется, что общение с демонами на меня плохо влияет! Я смотрела на Бельфегора, как он в три укуса прикончил то, чем можно накормить лошадь. Я теперь понимаю зачем ему нужна была Империя. Ангелы его прокормить не смогли.

Мы молчали, я не знала о чем спросить его, а Бельфегор первый не желал заводить беседу. Ему стыдно? Из-за поцелуя? То есть, он считает себя виноватым? Призрак его девушки смотрел на меня с укором, а я смотрела на нее с нескрываемой ненавистью. Нет, ну надо же! Я тут стараюсь, чтобы ей было хорошо. Думай, Лина, думай!

— О чем ты задумался? — тихо произнесла я, глядя на гладь воды и стараясь не смотреть на императора, — Тебя что-то тревожит?

— Да, тревожит, — задумчиво отозвался Бельфегор и откинулся на спину, — Меня тревожит твоя метка. Не болит?

— Нет, — улыбнулась я, мысленно выдыхая. Не о его бабе и ладно. — А ее можно как-то снять?

— Ты родилась с ней, — нахмурился Бельфегор, подмигивая мне левым глазом, — Как же я могу ее убрать?

Я поняла, что он меня останавливает, чтобы я не сболтнула лишнего. Он не надеется на мою сдержанность, но продолжает думать над этим вопросом. Он заботится обо мне… На душе стало как-то очень тепло и приятно от такой заботы. Интересно, а о той он заботится также? Внутренний голос пискнул о том, что если бы заботился, то сейчас был бы с ней, а не со мной. Со мной он тренируется. — грустно ответила я, поджимая губы.

— Ты чего там сидишь? — приподнял голову Бель и посмотрел на меня, а я вернула ему его взгляд. — Ползи сюда, кленовый лист. Губы фиолетовые.

Я поколебалась немного, мучимая совестью, а потом гусеницей поползла к демону. А что? Дают — бери, бьют — беги! Я умостилась рядом с императором, положив ему голову на грудь, а меня снова накрыли рукой, как тогда в комнате. Мне стало так уютно и так хорошо, что я мысленно отрывала голову его бабе… Не отдам…

— Бель, а мне анчутка рассказывал про левиафанов. Что вы их всех убили. — осторожно начала я, а император напрягся, — Он остановился на том моменте, когда ты один против всего войска вышел. А что было потом?

— Мы оставили одного в живых. Да и остальных не убили. Так, заточили в чистилище. — тяжело вздохнул Бельфегор, подкладывая под голову свободную руку, а второй поглаживал меня по руке, — Да вот только зря. Он под собой орден собирает. По крайней мере, об этом ходят слухи. Белые просто так бы не дергались. Они трусливы, но не тогда, когда чувствуют за собой реальную силу.

— А почему вы их не убили? — наивно поинтересовалась я, понимая, что мне действительно интересно вот так лежать с ним, общаться, греться. Никогда и ни с кем мне не было так … так… Я пыталась подобрать слова, но не могла. Это нужно чувствовать!

— Потому что, Лина, для убийства левиафана нужна кость праведника и последняя кровь трех павших, — хмыкнул Бельфегор, а я поежилась при мысли о таких изысканиях, — А я жить хочу, так же как Люся и Дося. Оно того не стоит, поверь мне.

Я подумала и рассудила, что таки да. Овощ с этими левиафанами. Это не та тема, которую стоит поднимать в такой прекрасный и уютный вечер. Костер горит, светлячки летают, звезды светят, демон под боком сопит. Я завозилась, устраиваясь поудобнее, чем вызвала улыбку у императора.

— Спать гнездишься? — ласково поинтересовался император, а я потерлась носом о его грудь, но признаваться в том, что я пригрелась и разомлела не буду. Он понесет меня домой. А я так хотела побыть с ним еще немного. — Лина, ты спать хочешь?

— Нет, — солгала я, быстро подавив зевоту. Какое спать? У нас тут романтическое свидание в лесу! Не буду же я прикидываться бревном? — Не хочу.

— А обманываешь зачем? — просек фишку Бельфегор и однобоко улыбнулся, — Обманывать, Лина, не хорошо.

— Ты уйдешь, — буркнула я и окопалась в одеяле, делая вид, что застеснялась. Посмотрим, должно сработать! Но демон только рассмеялся, глядя на мое стеснение. — Что смешного?

— Ничего, — зашевелился демон, поднимая меня с одеялом. Ой! Да… — Со мной девушки не засыпают!

Произнес он и тут же взлетел! Какой тут спать! Теперь я понимаю, почему бедным девушкам нет покоя ночью и днем. Щеки от ветра раздувало так, будто меня готовят к роли джокера! И так каждый раз! Поспишь тут! Мы приземлились сразу в мою комнату, я уже расстроилась, морально готовя себя к тому, что «Бель только что был здесь и вот уже ушел по делам», как вдруг мой кокон из одеяла положили на кровать, не разматывая. Бель улегся рядом, прижимая меня к массивной груди и лыбился, видя мои глаза с пятирублевую монету.

— Спи! Я тут, — пробубнил мне в волосы император, подгребая мое убежище еще ближе, — Завтра у вас последнее испытание. Только одна пройдет отбор. И это будешь ты, Лина. А вот как тебя делить будут — вопрос, конечно, интересный. Симпатии всех братьев на твоей стороне.

— Только не говори, что я у вас семейное! А может, не надо меня делить? — занервничала я, понимая, что не ожидала такого скорого окончания отбора. Мне казалось, что он будет бесконечным. — Может, лучше меня спросить, что я хочу?

— Ой, нет, — поморщился Бельфегор, смотря на меня таким взглядом, а в голове знакомый голос в одной знаменитой фразе поменял слово «американцы» на «бабы». — Каролина, я на твоем примере убедился, что ничего хорошего из этого не выйдет. Спи!

Я задавала еще вопросы, спрашивала что меня ждет, если выберет кто-то из братьев, но Бельфегор продолжал молчать. Так я и уснула. Обиженная, непонятая с кучей вопросов, которые назойливыми мухами роились в голове. Разбудил меня голос камердинера, оповещающий о том, что вечером претенденток ждут в бальной зале. Бельфегора рядом уже не было.

«Он улетел, но обещал вернуться!» —   подумала я, гладя то место, где он недавно лежал. На губах у меня была мечтательная улыбка, которая меня пугала. Неужели я начинаю в него влюбляться? Я посмотрела на себя в зеркало, пытаясь найти симптомы влюбленности: глупый и рассеянный взгляд, загадочную улыбку, блаженно выражение лица и какой-то сладкий флер романтики, витающий в воздухе таинственными флюидами.

— Только не это, — вздохнула я, найдя у себя все симптомы этой загадочной болезни. — Нет! Нельзя! У него есть другая! Лина, очнись! Ты сошла с ума!

Нужно срочно принимать лекарство: «Разочарование». Горькое, но эффективное! Итак, что мы имеем. Мужик прикидывается дебилом. Это минус! «Но как он это делает… Есть что-то в этом смешное и трогательное!» —   тут же подумала я, обнимая себя за плечи. А еще он мог бы прекратить отбор! Отбор — для сомневающихся мужиков-перфекционистов! «Какая разница. Я все равно должна победить?» — улыбнулась я, вдыхая полную грудь воздуха. Мне начинало нравится в нем все. Глаза, улыбка, плечи, манера разговаривать…

— Лина! — строго произнесла я, похлопав себя по щекам. — Имей совесть! У него есть другая! Ты — просто друг! У него такой френдзоны может быть половина Империи!

Глава десятая

На подушке мирно сопел анчутка, дрыгая пушистым копытцем. Разбудить или нет? Гадала я, смотря как шевелится маленький отожравшийся холмик, хрюкая на все лады.

— Мур, а Мур? — позвала я, но бесенок только ухом повел, даже не разлепив глаза. Так, ладно, попробуем по-другому, — Мон амур, я любил и страдал и всегда…

Бесенок недоверчиво повел ухом и тут же открыл сонные глазки, зевнув и причмокнув. Я долго жевала собственные губы, не зная, как лучше подойти к анчутке с очень важным и деликатным вопросом. Радовало лишь то, что жить невесте осталось недолго. «Король вдовец. Я и тебя пристрою!» — потирала руки злая Золушкина мачеха, когда я представляла безутешного Бельфегора, который сморкается в меня. Хотя, а вдруг и мне жить осталось всего ничего? Ну тогда терять нечего!

— Мур, а ты знаешь какие девушки нравятся Белю? — тихо спросила я и потупила взор, чувствуя, что сгораю от стыда. Еще бы! Такие вещи спрашивать про почти женатого Императора. Бесенок сначала не понял, а потом с криком «Виииииииии!» бросился меня обнимать, повиснув на моей шее.

— Он тебе нравится, да? — пищал бесенок, прыгая вокруг меня и хлопая в копытца. — Он тебе понравился!!! Вииии! Я так и знал! У тебя на лице написано!

— У него есть девушка… — строго начала я, понимая, что поступаю не правильно, но… На десять девчонок по статистике девять ребят, а демонов и того меньше. — И я бы хотела узнать какие ему нравятся? Ну, не знаю! Здоровая конкуренция что ли? Просто у меня возник план! Чтобы она не расслаблялась и не динамила его. Знаешь, женщины очень не любят конкуренцию! Как только на горизонте появляется конкурентка, женщина начинает понимать, что нужно с мужчиной поласковей… Вот.

Фух! Кажется, выкрутилась! Хотя, в чем-то я права. Ходит себе одинокий и никому не нужный Император, а красавица от него нос воротит. Может, он и отбор ради этого устроил, чтобы она поревновала!

Бесенок нахмурился, возможно что-то вспоминая, а потом вглядывался в меня. Интересно, он сравнивает? Понимаю, что там красавица, умница и так далее. От этой мысли мне стало грустно. Но потом я взбодрилась, понимая, что если бы у меня с внешностью все было бы настолько плохо, Бель меня бы не целовал!

Потом бесенок что-то пригорюнился как-то и я поняла, что шансов у меня нет.

— Не соответствую, да? — горько произнесла я, склонив голову и плетясь к кровати. Нет, а что я ожидала? Что анчутка, скажет, что я красивее той? — Ну, что ж… А что во мне не так?

Если что я готова перекрасить волосы! Я готова увеличить губы… Хотя… В какой-то момент пронесся далекий и почти забытый разговор: «Не люблю рыжих!», звонок в салон красоты и… падение в шахту лифта. Что-то мне подсказывало, что хватит менять внешность в угоду мужикам! Нужно с них брать пример! «Бель, причешись, надень штаны и рубашку!» —   слышала я свой собственный голос. «Нет!» —   гордо произнес несломленный обладатель спутанных волосы и кожаной юбки.

— Лин, понимаешь, — анчутка чесал рожки, пытаясь мне что-то объяснить, как вдруг кто-то подкинул листочек под дверь. За дверью мы услышали быстро удаляющиеся шаги. — Что там?

Я подошла к двери, увидела торчащий в дверной щели уголок листа, вытащила его, развернула и прочитала вслух: «Жду тебя в доме на опушке. Невеста Бельфегора».

— Вот это новости, — выдохнул анчутка, округляя глаза, и смотря на меня странным взглядом. Он пытался вырвать у меня листочек, на который я смотрела с гордостью той, которая готова посоревноваться за сердце грубого романтика. — Но у Беля нет невесты!

Да, может предложение он еще и не делал, но она дорога ему. Он мне по секрету сказал, что есть. И что он ее очень любит, — с тоской отозвалась я, прикидывая идти или не идти? Если не пойду, то никогда не узнаю чем она смогла обольстить упрямого, как танк демона. А если пойду, вдруг я только расстроюсь? Ждет меня красавица-раскрасавица с явной претензией, почему я губешки тянул к чужому мужику! Или чего хуже? Она прибьет меня на месте!

Я нервно расхаживала по комнате, принимая тяжелое для себя решение. Анчутка болтался рядом и путался под ногами, пытаясь отобрать листочек, который свернула в трубочку и размахивала на манер меча.

— Лин, а может мы ему нравимся? Давай просто спросим? — наивно предложил анчутка, а я отмахнулась от него. Надо пойти, иначе я себя всю жизнь корить буду! Вдруг с ней правда что-то не так! А Белю она нравилась! Может это ее шанс? Я вспомнила ее огарочек свечи, понимая, что жить ей осталось совсем немного. Злорадство сменилось какой-то светлой грустью, а я мысленно смотрела вслед уходящей красивой паре. Может, я смогу ей помочь? Но не ради нее, а ради… любимого. Слово обожгло мои губы, а я прикрыла их рукой, боясь что оно вырвется.

— Ты со мной? — резко остановившись поинтересовалась я у бесенка. Мур врезался мне в ногу и потер ушибленный пятачок, — Мы, все-таки женщины и сумеем договориться. Я так думаю. Можешь мне показать, где этот домик? Вдруг ей нужна помощь?

Анчутка угукнул и забрался по моему платью мне на плечо. Я аккуратно высунулась в коридор, опасливо оглядываясь, и с деловым видом направилась к выходу из замка. Охраны было на удивление мало. Интересно, а где все демоны? Или филиал нашего ада куда-то переехал?

— Теперь налево, — командовал анчутка, пока мы пробирались по лесу, в котором братья решили поиграть со мной. — Лина, я вот чувствую, что это плохая идея. Давай вернемся, а?

Малы почесал пушистую задницу, намекая, что она не готова к неприятностям.

А что если Бель узнает? — теребил меня бесенок, пока я пробиралась по валежнику.

Честно признаться, я тоже подрастеряла запас уверенности, особенно когда мы углубились в самую чащобу темного леса. Как же она выглядит, если живет здесь? Вдруг она настолько красива, что ее прячут от всего мира? Или … Может, мир слишком красив для нее?

На всякий случай я стала подыскивать палку. Моя осталась в пещере с отнеженной нежитью, а орган, отвечающий за приключения уверял меня, что оружие может понадобится в любой момент. В случае чего, всегда могу сказать, что опираясь на нее по лесу двигаться гораздо легче.

— Да что ж она так забралась то, — бухтела я отцепляя платье от очередной коряги. Лес был сырым, заставляя меня ежиться от холода и зябко передергивать плечами. Нужно было брать накидку, но хорошие мысли посещают мою голову с опозданием. — Интересно, Бель сам сюда приходит или она являет свой лик поближе к цивилизации?

Анчутка мне ничего не ответил, просто нервно сопел мне в ухо, тревожно осматриваясь по сторонам. Через три дырки на платье и восемь веток, вызывающих меня на дуэль, впереди показался заросший плющом и лесным мхом дом. Выглядел домик таинственно, загадочно, а мне расхотелось в него заходить.

Свет внутри не горел, хотя дом выглядел довольно массивным. В такой сырости такая громадина требовала бы как минимум отопления и света. Мы остановились за широким дубом, присматриваясь к жилищу.

— Лина, давай уйдем, — снова заныл анчутка, дергая меня за ухо, — Мне здесь не нравится! Это плохая идея, Лина! Смотри, какой он мрачный! Мне кажется, что здесь никто не живет…

Я не говорю, что она здесь живет, — закусила губу я, осматриваясь. — Может, это место для романтических свиданий! Вдруг там кровать во весь дом?

Я уже и сама была готова повернуть обратно, но потом подумала, что нужно посмотреть в глаза той, которая не ценит то, что я для нее делаю! Не хватало, чтобы Бель потом мучился, рассказывая, что все мои советы и усилия пошли анчутке под хвост!

— Идем! — стараясь как более уверенно, произнесла я, двигаясь к страшному дому. — Мы просто хотим поговорить. Посидим, чай попьем. Хотя бы узнаю, что она думаете о Беле. Может, мы все неправильно делаем!

Уже стоя у двери я замерла. Что-то внутри меня буквально вопило о том, что я должна бежать отсюда и со всей мочи звать Бельфегора. «Мне кажется, это какая-то демоница!» —   прошептал внутренний голос. Ну тогда все сходится! У меня всегда чувство опасности не покидает меня, как только где-то рядом есть демон!

Я настырно постучала в дверь палкой, понимая, что такой шанс выпадает один раз в жизни.

— Никого дома нет что ли? — удивилась я, постучав в третий раз, но ответа мне не поступило, а потом я надавила на дверь. И она приоткрылась. — Ау! Есть тут кто?

— Никого нет! — обрадовался анчутка, пытаясь повернуть мою голову за уши в сторону замка. — Раз никого нет, значит и нас здесь не будет!

Мне снова не ответили, и по хорошему то, бежать уже надо, но… Я сделала шаг в дом, который противно дыхнул на меня сыростью и пылью. Создавалась впечатление, что здесь никто давно не живет, а я утешала себя мыслью, что место она выбрала секретное. Чтобы никто, даже Бельфегор не догадался о нашей с ней встрече.

— Ты здесь? — крикнула я из прихожей, а сама вся обратилась в слух, — Ты тут? Это Каролина? Я пришла!

— Лина, я наверху, — послышался знакомый голос девушки с отбора. Той, чью подругу я отправила домой. — Заходи!

Я осторожно шла по старым доскам, тихо прося их, чтобы они не развалились под моими ногами! Дойдя до пролета второго этажа я заметила единственную дверь и постучала в нее.

— Заходи, — отозвалась девушка, вот хоть убей имени не вспомнить, — Я тут! Тут не услышат! Полог есть в этой комнате! Как зайдешь — я настрою!

Я открыла дверь и сделала неуверенный шаг внутрь. Посреди комнаты действительно сидела девушка на полу, та самая, с отбора.

— Да не стой ты! Иди сюда, тут никого нет! — я оглядела комнату, в подтверждении ее слов и ничего не обнаружила, кроме кругов на полу и демонического мела. Заметив мой взгляд девушка пояснила. — Это для полога. Не переживай. Мне действительно нужно с тобой поговорить!

Я опустилась напротив нее, боясь завести разговор, сминая на коленях юбку, она тоже молчала, внимательно разглядывая меня.

— Почему ты? — как-то грустно произнесла она, нарушая тишину и смотря мне прямо в глаза, — Что в тебе такого особенного, Лина?

— Эээээ, — начала я, не понимая что вообще происходит. Бельфегор ей рассказывал обо мне, а мне про нее? Так что ли? Он хотел, чтобы мы ревновали друг к другу? Или она уже знает о наших свиданиях. — В смысле я?

— Я была наложницей Бельфегора до отбора, — пожала плечами девушка, и грустно усмехнулась, — Потом я поняла, что император хочет жениться, но к сожалению, не на мне. Тогда я сделала ставку на его братьев, но и тут промах! Даже Асмодей, по факту пешка у архидемонов, не захотел помогать мне. Почему ты, Лина, почему? Чем ты сумела их очаровать! Люцифера очаровать нереально! Дон — вообще не пробиваемый! А тебе удалось обольстить троих! Не смотри на меня так. Я прекрасно знаю, что происходит в замке.

Девушка повторяла свой вопрос, а я не знала как ответить. Я просто таращилась на нее, пытаясь разобраться. Значит, бывшая наложница и есть ревнивая невеста? А что будет, если она устроит скандал Бельфегору. Что-то вроде: «Выбирай, или я или она!». Анчутка тоже не комментировал происходящее, а лишь тихо сопел на ухо.

— Я не знаю. — тихо ответил я, а у наложницы сверкнули глаза, — Я честно не знаю. Меня не интересуют братья. Я пришла поговорить о Бельфегоре.

— Хочешь, чтобы я опыт свой передала? — усмехнулась девушка, а на ее глаза набежали злые слезы. — Не дождешься, Лина! Хватит с меня унижений! Я устала бегать за демонами на цыпочках! Я унижалась много лет, пытаясь заслужить то, чего ты добилась за считанные дни! Я пригласила тебя сюда, чтобы решить этот вопрос. Раз и навсегда.

Она резко встала и произнесла несколько слов на непонятном языке. Я тоже подорвалась к выходу, но не тут то было. В кругах, что светились синим стояли несколько мужчин, а в тот круг, который светился красным встала эта девка, ухмыляясь мне противной улыбкой.

— Надеюсь, что тебя больше не увижу! Спасибо что пришла. Корона и Темная Империя не должна достаться такой наивной и добренькой, как ты, Лина. Прощай! — злобно плюнула она, начиная растворятся. Мужики сделали шаг из порталов, а я схватила свою палку. Я понимаю, что она не сильно мне поможет, но выхода нет!

— Караууул! — орал анчутка, спрыгивая с моего плеча и несясь к порталу девушки. Вот предатель! А мужики скалились и наступали. Я делала шаг назад, слыша, как скрипят мои зубы и доски.

— Мел! Срочно нужен мел! Сейчас! — паниковал анчутка, шарясь руками по полу. — Где-то должен быть демонический мел! Отвлекай их!

— Не подходите — угрожающе произнесла я, понимая, что мало что могу сделать профессиональным головорезам, — Император этого так не оставит!

Мужики снисходительно переглянулись, продолжая наступать. В руке одного из них блеснул нож, а он поигрывал им так, словно делал это всю жизнь. А вот это плохо! Анчутка что-то правил и бубнил про себя, а я со всей силы орала и звала Бельфегора. Потом Люцифера, потом Абаддона, но меня никто не слышал… Вот и вся любовь!

— Иди сюда, кис-кис-кис, — позвал меня тот, что с ножом, а я направила в его сторону палку. Живой не дамся! — Красавица!

— Но потом все равно зарежем! — мрачно хмыкнул второй, пока я следила за каждым из них.

Яркая вспышка внезапно осветила комнату, заставив зажмуриться. Во вспышке света проглядывался рогатый силуэт демона, а сердце закричало от радости! «Бель!» —   радовалась я, глядя на разбойников с пониманием.

— Некрасивые. Поэтому умрете сразу, — парировала я, чувствуя прилив уверенности.

Разъяренный Бельфегор сделал шаг из портала и слышится громкий «дзынь!», словно кто-то ударился о стеклянную банку! Он не может его покинуть! А вот это уже плохо! Я видела, как надуваются его жилы, как горят ненавистью его глаза, но ничего сделать не мог.

— Пусть смотрит! — сориентировался первый головорез, высоко оценивший мои внешние данные. — Так ему и надо! Держи девку!

— Мур! — ревел Бельфегор, пытаясь разрушить невидимую стену, а мужики, которые сначала прифигели, возобновили свое дело — двинулись на меня!

— Сейчас-сейчас. — нервно пищал анчутка, что-то поправляя мелом в круге, стирая и рисуя заново. Я понимала, что бой придется принять, поэтому размахивала палкой так отчаянно, что руки устали за считанные секунды.

— Между прочим, я мастер бесконтактного боя! — грозно орала я, двинув одному из наемников палкой. Получилось сильно, но мужик устоял на месте. Да ему, как слону дробинка!

— Готово! — победоносно произнес анчутка, а Бельфегор с ревом вышел в комнату, готовый крушить все на своем пути. Разбойники быстро смекнули, что такого поворота событий не ожидали, поэтому растерялись. «За убийство Императора нам не платят!» —   заорал один из них, пытаясь бежать. «Хорошо, что мы деньги взяли наперед!» —   согласился второй, но я уже знала, что им конец.

— Глаза закрой! — приказал мне демон, а я зажмурилась, на всякий случай, выставив перед собой палку. Послышались крики боли и звук скатывающегося тела с лестницы. Меня за подол дергал анчутка, пытаясь залезть по мне.

— Ох, ничего себе! Как он ему! И этого туда же! А я говорил тебе! Говорил! — пищал и плакал бесенок мне в ухо. Я приоткрыла глаза, увидела лужи крови в комнате и даже боялась предположить что это вообще было! Надеюсь, что это — не кровь Бельфегора — А теперь он мне еще и люля даст! За то, что я неправильно круг начертил! И розы давать перестанет! Я из-за тебя, Лина, без нанаки остался! Я говорил тебе, что не нужно идти! А ты не послушалась… Мои розочки… Какие же вы вкусные!

Нормально! Нас чуть не убили, а он переживает, что ему нанаку не дадут. Хотя, я тоже прикинула размер звиздюлей и расстроилась не меньше бесенка. Бель меня убьет!

— Спускайся, — грозно рыкнул Император, а я на дрожащих ногах двинулась вниз. Его интонация и голос не предвещали ничего хорошего. Как только я попала в поле зрения демона, он задал вопрос голом не меньшее страшным, каким рычал на разбойников. — Кто это был?

— Видимо, раньше это были люди… — предположила я, вжимая голову в плечи. — Их призвала девушка с отбора. Я их впервые вижу!

— Девку узнаешь? — сурово произнес Бель, а я с повинной кивнула.

— Это твоя любовница, — отозвалась я глухо. — Бель, я просто… Просто хотела тебе помочь… Очень хотела… Раз у тебя проблемы с девушкой, и ничего не получается, то я решила сама с ней поговорить. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Очень хочу. Ты хороший, хоть и демон!

— Подойди, — голос демона смягчился, а он смотрел на меня со странной улыбкой. Меня сгребли в огромные и теплые объятия, шепнув. — Я испугался. Прости, если был груб.

Я смотрела на него, не веря тому, что слышу. Мало того, что у меня попросили прощения, так еще и испугался! Бельфегор не придал этому значения, но я была удивлена.

— Разве демоны бояться? — спросила я, пытаясь нарушить неприятную тишину. — Странно, никогда бы не подумала. Демоны и бояться! Это демонов все должны бояться.

— Боимся, Каролина, — усмехнулся Бельфегор, целуя меня в макушку, — Иногда и мы, демоны, боимся.

— Чем тебя могли напугать эти мужики? — уже совсем искренне удивилась я, а Бельфегор что-то проскулил и закинув меня на плечо вылетел из дома. Ой, как я была рада, что это мрачное место осталось позади. Бррр! Никогда больше сюда не пойду!

Меня резко поставили на пол в моей комнате, буравя ненавидящим взглядом. Мы снова вернулись на круги своя. Дура ты, Лина, дура! Хотела помочь… «Ага!» —, согласился внутренний голос. — «Или убрать конкурентку!». Нет! Помочь! Я промолчала, сжимая кулаки.

— Прости, — пискнула я, предпринимая последнюю попытку помириться. Что-то его шатает их крайности в крайность! Только что обнимал и просил прощения, а теперь снова злится. — Я не думала, что вот так оно все получится… Я хотела просто поговорить с ней…

— Ты понимаешь что наделала, — ревел Бельфегор, а я поежилась, жалея, что не хамелеон и не смогу слиться со стеной, — Да если бы не Мур тебя бы убили! Чем ты думала!

— Но ты же пришел и все хорошо, — пробубнила я, понимая, что все. Вот он крах отношений. Хотя, с другой стороны я не понимаю. То ему храбрую подавай, то трусливую. Значит, как со скелетами сражаться, так «бей!», а как решить вопрос самостоятельно, так «что ты наделала!».

Бельфегор вылетел из комнаты ничего мне не объясняя. Я обвела взглядом комнату, понимая, что в ней что-то изменилось. На полу в огромной вазе стоял букет, где поверх белых роз, плотно посаженных друг к другу был написан мой портрет. Поздравляю, Лина, ты все испортила.

* * *

Я лежала на кровати и депрессировала, ожидая пока нас позовут на последний этап состязания. Бельфегор сказал, что я выиграю отбор… Но теперь я в этом не уверена. Даже если и выиграю, что с того? С Белем отношения испорчены. К остальным братьям я не испытываю никакой симпатии. Что делать? Вдруг в дверь тихо постучали.

— Войдите, — резко подорвалась я, в надежде, что там император. Хотя здравый смысл мне подсказывал, что император через двери ходит редко. Очень редко. Тем более со стуком!

В комнату вальяжной походкой прошествовал Люцифер. Здрасти! Тебя мне сейчас только и не хватало!

— Каролина, как дела? — расплылся он в дьявольской улыбке, поглядывая на меня томным и загадочным взглядом. — Я тут подумал, к чему тебе последнее испытание. Мне оно не нравится. И вряд ли кто-то вообще способен его пройти. Ах, о чем это я? Да! Я пришел к тебе с предложением.

Я уныло посмотрела на повелителя ада и отвернулась, махнув рукой, мол говори-говори, мне голос твой приятен. Душу продавать не буду. Могу совесть, но она никому не нужна.

— У меня для тебя кое — что есть. Это корона, — краем глаза я заметила, как огромная, золотая корона появляется в руках дьявола. Роскошные зубцы были просто усеяны драгоценными камнями, — Корона Ада. Я предлагаю тебе пойти со мной. И со временем, она станет твоей. Как только ты вникнешь в дела подземелий, научишься обращаться с грешниками. Там столько знакомых лиц встретишь! Ммм!

Люцифер говорил серьезно, а я мысленно взвешивала на чаше внутренних весов Беля и корону. Корону и Беля. Бель перевешивал, но корона блестела так, что я не могла отвести от нее взгляд. «Ты будешь королевой ада!» —   нашептывал мне голос, а обольстительная улыбка Дьявола требовала, чтобы я согласилась. Так! Я потрясла головой, а камушки поплыли перед глазами. Нет!

— Если согласишься, я заберу тебя прямо сейчас, и мы окажемся у меня дома, — соблазнял Люцифер, присаживаясь на кровать, поднося корону ближе ко мне. Надеялся, что я поведусь на камни и золото? Наивный. — И ты больше не появишься в этой империи, забудешь этот унизительный, страшный и глупый отбор как страшный сон. Линочка, ты будешь счастлива. Гарантирую. Ты согласна?

Я молчала, понимая, что Дьяволу не отказывают… Но в этот раз, чувствую, придется стать первой, кто это сделает. Я собиралась с моральными силами, понимая, что каким бы хорошим Люц не казался, он мне не нравится… И сидеть рядом с ним в короне, увы, не мое.

— У тебя есть время до начала состязания, — остановил меня Люцифер, когда я уже готовилась произнести твердое и решительное «нет». — Просто подойди ко мне перед началом и скажи, что согласна. Отбор продолжится без тебя. Договорились?

Я кивнула, радуясь отсрочке, и понимая, что смогу придумать оправдание получше, чтобы не задеть дьявольскую самооценку. Люцифер в последний раз прокрутил у меня перед глазами корону и растворился, посылая мне поцелуй. Ну надо же. Никогда бы не подумала, что на меня такой ажиотаж у дьявола.

Стоило мне перевернуться на другой бок и снова начать расстраиваться из-за ссоры с императором, как в дверь снова постучали. Я дернулась, сердце тоже. Вдруг это Бель? Может, он узнал о предложении Люцифера? И приревновал? А теперь пытается быть вежливым, как я его учила?

Я мотнула головой, поглядывая в сторону окна. Бель и вежливость встречаются только на поминках его демонической совести!

— Каролина, я бы хотел тебе кое-что сказать. Пока нет братьев, — неожиданно услышала я за спиной голос Абаддона. Боже, да тут ко мне паломничество организовалось! Вот далась я этим демонам!

— Так как ни один из братьев, не проявляет к тебе должной заботы, защиты… Это готов делать я. Я думаю, что ты понимаешь, о чем я говорю и сделаешь правильный выбор. Я готов заботиться и оберегать тебя. К счастью, а может и к сожалению, ни один из моих братьев не знаком со словом ответственность. Разумеется, кроме меня, — демон усмехнулся, глядя на меня серьезным взглядом. — Трудно ангелом быть в аду, Лина. Очень трудно. Если за твоей спиной не стоит демон. Давай буду честен. Я не люблю людей. И то, что я испытываю к тебе — не любовь. Но я дам тебе то, что не даст ни один из братьев.

— Нет, — буркнула я, понимая что готова расплакаться от отчаяния.

Глава одиннадцатая

Абаддон молчал, а мне было страшно поворачиваться к нему лицом. Не смотря на шуточки и добродушное отношение демонов ко мне, я их боялась. Всех, кроме Бельфегора. Нет, его я тоже боялась по началу! Даже больше, чем остальных! Но теперь… Сердце снова защемило, а я вспоминала наше такое милое, такое романтичное свидание в лесу, а на глазах выступили слезы.

— Я принес кольцо, — произнес разноглазый демон, обходя кровать стороной и присаживаясь с моей стороны. Мне протянули золотой браслет с огромным камнем, — Это кольцо я дарю тебе. …

Он точно понимает названия украшений? У него браслет! В руках! Шириной сантиметров в пять! Какого размера, по его мнению, у меня должен быть палец, чтобы его носить?

— Чтобы ты знала, что я абсолютно серьезен в своих намерениях, — закончил демон, а я просто кивнула. В голову пришла мысль, о том, что если бы такое кольцо принес Бельфегор… Да кого я обманываю! Я бы согласилась, если бы он просто скрутил мне вокруг пальца проволочку от шампанского! — Вот, возьми его и мы покинем отбор! Немедленно!

Я страдальчески посмотрела на паломника под номером два и криво усмехнулась, глядя на кольцо, которое будет впору разве что самке горного тролля!

— Дон, послушай, ты хороший. Очень… — аккуратно, стараясь не задеть и не обидеть. Да и не разозлить, прости господи! Я подбирала слова объяснения, — дело не в тебе, во мне… Понимаешь, я тебе не подхожу. Я — безответственная, безмозглая, богатая на приключения, которые опасны для жизни. Я вечно влипаю в неприятности, и меня постоянно нужно из них выковыривать. Я такая сама по себе. Ничего с этим не поделаешь. Ты такое терпеть не будешь.

— Буду, — просто и лаконично ответил Дон, пожимая плечами. — Ты не знаешь, на что я способен, а уже делаешь выводы.

— Хорошо, я уверена, что ты сможешь найти девушку, гораздо более достойную, чем я, — мягко произнесла я, а демон начал хмуриться. Видимо, я где-то что-то не так сказала. — В любом случае, я считаю, что такие вопросы с наскока не решаются. Давай так, если я сочту, что достойна такого как ты, то подойду к тебе перед началом задания отбора, и мы покинем это место. Если же нет, то я заранее прошу у тебя прощения, Абаддон.

Демон скорбно поджал губы, но принял мои условия, и кивнув, резко вышел в дверь. Я очень хотела, чтобы с подобным предложением ко мне пришел Бельфегор, но его не было. Я ждала-ждала, пока не услышала голос камердинера в коридоре:

— Всем собраться в большом зале!

Я шла туда как на каторгу, понимая, что на этом все. Не смогу прижиться с братьями Бельфегора, хоть убей. И пусть мне не говорят про стерпится и слюбится. Не хочу и все тут!

Расстроенно двигаясь по коридорам я уже понимала, что все испортила сама, своими руками. И не было никогда у него другой. Все о чем он говорил — происходило со мной. Пусть в такой страшной форме, когда меня загоняли по лесу. Для меня «Беги, Лина, беги!», а для него это романтическая прогулка под луной… И вот теперь я несу в своих руках осколки счастья, которые сама же и испоганила. Поздравляю, Лина, ты — царь Мидас! Только наоборот! Такого мужика упустила! И ведь надо же! Дошла почти до конца, почти победила… Я закусила губу, чтобы не расплакаться.

— Огарок, — меня как прошибло молнией осознание того, что тот маленький и убогий огарок — мой! И все это время я где-то на подкорке осознавала это, но так боялась признаться себе. Я готова была придумать кого угодно, лишь бы не думать о смерти. Наверное, на моем месте поступили бы так же другие девушки. Проще верить, что твоей свече еще гореть и гореть. Я отчаянно хотела жить, что просто гнала от себя эти мысли. А теперь мой маленький огарочек потухнет. Навсегда.

Умирать не хотелось, к братьям возвращаться тоже. Если Бельфегора не будет на испытании, я пойду его искать, забив на этот отбор! Мне нужно поговорить с ним. Попросить прощения перед… Горло сжалось, а я мотнула головой, чтобы не расплакаться. Понимаю, что недостойна стать императрицей, что императрица с такой тягой к неприятностям — горе для Империи, но… Я готова и просто быть… Только бы рядом с ним. Даже … наложницей. Двери бального зала теперь казались мне мрачными и страшными. Чем ближе я к ним подходила, тем сильнее мной овладевала паника.

— Каролина, опаздываешь, — оскалился в улыбке Люцифер, сидя на троне, рядом с ним находились Абаддон и… Бельфегор! Какая радость! Я попыталась улыбнуться ему, не Бельфегор отвел взгляд. Все кончено!

— Девушки задерживаются, Люцифер, — улыбнулась я дьяволу, а сама перевела взгляд на Бельфегора. Его лицо выражало полное разочарование во мне. Я развернулась к нему всем корпусом, чтобы не видели остальные братья и одними губами прошептала: «Мне жаль. Прости, мне очень жаль!» Надеюсь, он меня услышал.

Я встала напротив трона, рядом с другими девушками. Их впоне ожидаемо стало на одну меньше. Я даже улыбнулась этому. Вычислил все-таки. Странное дело, но все то, что мне предлагали братья, я находила в одном. В Бельфегоре. От моих скорбных мыслей меня отвлек Люцифер.

— Итак, сегодня последнее испытание, — лениво произнес он, словно пытаясь тянуть время. Дьявол буравил меня взглядом, намекая на то, что пора бы согласиться. Корона лежала у него на коленях, словно на конкурсе «Мисс Ад», — Его пройдет только одна из вас. Максимум две, потому что свой выбор я уже сделал.

И вот тут я чуть не осела на пол, когда Люц расцвел радостной улыбкой, собираясь объявить, кого выбрал. «Чудо! Случись чудо!» —   молилась я, понимая, что отказывать мужчине при всех не умею. Тем более, Дьяволу!

Вдруг бальный зал затрясся, а демоны повскакивали с тронов!

— Что это? Это и есть испытание? — испуганно завизжал кто-то из девушек, а я стала оглядываться по сторонам в поисках убежища. Землетрясение? Девчонки продолжали вопить — Что происходит?

С потолка посыпалась побелка. Подняв глаза я увидела огромные трещины, которые паутинкой очень быстро расползались по нему. У дверей вывалился огромный кусок каменного потолка. Девочки пронзительно визжа, бросились в противоположную сторону, но там вывалился кусок стены, заставив их отшатнуться. Замок затрясло, колонны пошли трещинами и стали падать, разбиваясь на огромные осколки. Мы не знали куда бежать, потому что все входы завалило. Люцифер старался держать потолок, вместе с Абаддоном. Бельфегор разгребал заваленную дверь в сад, давая нам надежду на спасение.

— Сильнее держи! — орал Люцифер, превращаясь в страшнейшего демона. А ведь его правильно рисуют мемы в социальной сети. Во ужас то. — Дон, с твой стороны стена!

Мы с девочками бросились от огромного куска стены, который раскрошился на полу, едва не придавив девчонку в розовом платье… Да какой же толщины они делались! Этим куском убить можно, а за ним все еще камень! Нет ни единого просвета! И тут я заметила, как верхний кусок стены, самый угловой накренился, готовый выпасть и размазать девочек, и меня вместе с ними!

— К Бельфегору! — заорала я, дергая их за руки, толкая к окну — Скорее! Скорее! Потом поправляться будешь, дура!

Я пихала последнюю девочку в сторону окна. Она была настолько напугана, что не могла двигаться и просто закостенела на месте, беззвучно открывая и закрывая рот! Я буквально тащила ее в сторону императора. Кусок стены нас ждать не стал и сильно накренился в нашу сторону, вызывая визги и писки.

«Ну вот и все…» — успела подумать я, с силой толкая девушку в сторону демона, а сама закрылась руками. Бесполезно, но рефлекторно.

— Каролина! — последнее, что я услышала, был рев Бельфегора.

* * *

Очнулась я у себя в комнате. Все тело болело, ныло, а надо мной стоял Бельфегор. Из его огромных лап лилось оранжево-зеленый свет и впитываясь в меня. Демон выглядел ужасно. Весь в ранах, ссадинах, запекшейся крови, и в этот раз сомнений не оставалось — это кровь Бельфегора.

— Жива, — прохрипел демон, опуская руки, переставая вливать в меня свет, опуская руки и присаживаясь на кровать. С него перхотью сыпалась штукатурка, а он поленился даже стряхнуть ее.

Что это было? — спросила я, пытаясь вспомнить все. Лучше бы я это не делала.

— Это было последнее испытание, — произнес Бельфегор. — Просто мы переборщили с заклинанием… Так что все пошло немного не так, как я предполагал. Это должна была быть иллюзия. Короче, я прибью Люцифера.

— Так в чем оно заключалось? — обалдела я, глядя на демона. Я была искренне рада тому, что мы снова разговариваем. Мы почти помирились. — Или вам нужна девушка, об голову которой можно разбивать кирпичи? Так бы сразу и сделали! Выстроили всех в ряд и кирпичом!

— Тебе смешно, а я чуть тебя не потерял, — вздохнул Бель, сдувая пыль и грязь с лица. — Но так или иначе, ты прошла испытание. Ты готова была пожертвовать собой ради другого человека. Именно такой должна быть Императрица.

Я представила, что сейчас твориться у братьев, поэтому промолчала, пытаясь ладошкой стереть грязь с чужого плеча. Если честно, это было как мертвому припарка, но мне хотелось просто убедиться, что Бельфегор меня простил.

— Может, тебе помочь отмыть грязь? — с надеждой спросила я, снова проводя рукой по его спине.

Анчутка уже был тут как тут, таща в руках огромный таз с водой, внутри которого одиноким островком плавала тряпка. Я схватила тряпку, сообщив Бельфегору, что Мойдодыр будет на него злится. Бельфегор посмотрел на меня, заметив, что демона Мойдодыра он не знает. Но если узнает, прикончит на месте.

Я вздохнула и стала осторожно стирать грязь и побелку сначала с широких плеч, старательно выжимая тряпку, потом перешла на спину, отбрасывая длинные волосы, а потом на грудь. Вода в тазике приобретала такой цвет, что я попросила сменить ее. И вот уже анчутка скачет с новым тазиком, расплескивая по полу воду. Я промыла тряпку и стала вытирать лицо демону, старательно и бережно промакивая кровь. Грудь, шея, лицо и даже волосы уже были более — менее чистыми, а я поставила тазик на пол, все еще натирая тряпочкой моего мужика. «Будем натирать до блеска!» —   согласился внутренний голос, пока я с наслаждением вела по чистым и мокрым плечам влажную полосу. Мой взгляд падал на его юбку, но я искренне надеялась, что под юбкой у него как раз все чисто!

— Погоди, — авторитетно заявила я, делая шаг к отъехавшему тазу. Странно, я его ставила возле своей ноги… Я уже шагнула к нему, как вдруг моя нога поехала на мокром полу, я взмахнула руками, намекая всему миру, что умеют летать, правда, вниз, и…

— Поймал, — произнес Бельфегор, прижимая меня к себе. Я сжимала тряпочку, чувствуя, как он осторожно целует меня в ключицу. Ласковое прикосновение рук к моей шее заставило меня глубоко вздохнуть. — Иди ко мне…

Эти слова превращались в поцелуи, а мое платье упало на пол рядом с кожаной юбкой. Мне кажется, или я там мыть собиралась? Меня подняли на руках, а мои руки легли на широкие плечи. Влажные волосы демона скользили по моему животу, когда его поцелуи бесстыдно спускались все ниже и ниже… Мое тело вздрагивало, но его успокаивали поцелуями. В этот момент мне казалось, что мир, который всегда был ко мне ужас как несправедлив, тут же сменил гнев на милость. Я наслаждалась каждым поцелуем и прикосновением, не веря, что мы помирились и этот проклятый отбор позади.

Бельфегор, улыбнулся, а я почувствовала, как он овладел мной. Смешная фраза получилась. Особенно, если речь шла о… самом восхи… Что он творит? Мамочки! … тительном… Де-де-де… Я понимала, что «раздевайся и ложись» — это не ужас… Ой! Он и так может? … Не ужас какое стихотворение, а… Да что он творит! Я уже просто не могу так! … А нифига себе какое счастье… Бель, я тебя умоляю! Только не … Кто — нибудь, отмолите меня потом.

Я лежала на его груди, а потом до меня дошло, что я все еще сжимаю тряпочку. Это было так смешно, что я ее выбросила. Меня, если что, мыть не надо! Судя по тому, куда, как и сколько раз меня целовали, душ уже бесполезен.

— Знаешь, — прошептала я, гладя его грудь и блаженно вздыхая. — Я рада, что не согласилась на предложение Люци и Дона. Думаю, что они тоже найдут свое счастье на этом…

И тут я осеклась, чувствуя, как руки Бельфегора сжали меня, что есть мочи.

— Какое предложение? — произнес демон, а я поняла, что он не в курсе. Лучше скажу я, чем потом скажут они. Отношения нужно начинать с честности!

Мне было неловко, но я твердо решила сказать, все как было. И про корону, и про кольцо для горного тролля, и про то, что я должна была подойти и заявить о своем решении…

— Что?!! — рявкнул Бельфегор, вставая с подушки и откладывая меня в сторону. На всякий случай он еще решил укрыть мою попу покрывалом. — Значит, они осмелились пойти в обход меня?

— Не думаю, что они желали зла, — постаралась сгладить ситуацию я, обнимая его. — Они обязательно будут счастливы… Но я выбираю тебя.

— Нет, Каролина, — сурово произнес Бельфегор, а его глаза сузились. — Это нельзя так оставлять. Братья мы или нет, такого я не допущу. Я каждому из них говорил о том, что ты — моя. И нет, все равно полезли!

Он решительно встал, а я прикрыла грудь одеялом, видя, как кожаная юбка поднимается по его ногам.

— Сидеть в комнате. Это наше с ними дело, — отрезал Бельфегор, едва не растянувшись на той же самой луже, что и я. — Я не хочу, чтобы к моей девочке протягивались еще чьи-то лапы. Пусть даже и родственные!

Бельфегор вышел, едва не выломав дверь, а я закусила палец, понимая, что сейчас будет что-то нехорошее.

— Зачем ты ему сказала? — схватился за голову внезапно появившийся анчутка, паникуя и бегая по комнате. — Они же передеруться!

— Нет, а что? Я должна была молчать? Подумай сам! Какого это, когда тебе лгут с самого начала? Не хватало, чтобы Люцифер пришел и сам.

Нет, а что? Я должна была молчать? Подумай сам! Какого это, когда тебе лгут с самого начала? Не хватало, чтобы Люцифер пришел и сам и все рассказал! И тогда как я буду смотреть в глаза любимому? Выходит, я утаила правду, а значит, обманула? — спросила я, но на душе было неспокойно. А вдруг они поубивают друг — друга? Сердце защемило, а я решительно открыла дверь, высунувшись в коридор. Я не позволю им убить друг друга! Сердцу не может приказать даже сами император!

Я бросилась по коридору, но меня кто-то схватил за руку. Удивленно обернувшись я увидела слугу.

— Магистр сказал, чтобы ты поторпилась. Отбор окончен, — едва слышно прошептал он, а я вздрогнула от неожиданности, пытаясь выдернуть руку. Ее держали так крепко, словно в тисках. — И чтобы ты поторпилась, он просил…

— Помогите! — закричала я, тыкая в него пальцем. — Белый!

— Передать тебе вот это! У тебя есть время… до вечера… или… ты умрешь… Открой… портал…, - превозмогая боль произнес белый, а я сначала не поняла, но потом увидела, как он рассыпается белым порошком. Если что, к белому порошку я не имею никакого отношения! Его мне подбросили!

На моей руке был ожог, который болел так, словно я окунула ее в горячий чайник. Зажимая руку, я бежала по коридору к знакомой комнате. Пожаловаться на белых, раз все братья в курсе? Или разнимать драку, которая скорее всего уже началась и в самом разгаре? Воспоминания о том, как «думает» Бель, до сих пор вводили в ужас. Подбежав к комнате, я резко остановилась услышав крики Люцифера.

— Да сдалась она тебе! — орал он, а что-то в комнате завалилось. — Ты вообще ее вышвырнул с отбора сколько раз!

— Императрица должна добиваться своей цели, — твердо заметил Бельфегор брату. — Ни одна, кроме нее, не вернулась!

В комнате все подозрительно затихло. Даже шаги не были слышны, зато из щели повеяло табачным дымом. Коридор в этот раз выглядел куда более зловеще. Танцующие тени на полу и на стенах от прыгающего пламени свечей заставляли ежиться. Я несколько раз оборачивалась, замечая краем глаза очередную тень, боясь, что меня снова поймают белые. «У тебя есть время. Пять… Четыре… Три», — звучало в голове, а я боялась, что спор затянется. И как только они в замок пробрались!

— Люцифер прав, — раздался голос Абаддона, — Мы просто проверили. Любит она тебя или нет. Но и это не является оправданием! Ты же прекрасно знаешь о том, чем все закончится! Я говорил тебе!

— Говорил? — удивился Люцифер, — Да, брат, в разведку с тобой не пойдешь! Мы же договаривались!

— Ты посмотри на Беля, Люц! Он же непрошибаемый! Ему надо было все объяснить! — вздохнул Дон, — Да он и после объяснения ни черта не понял! Да найди ты себе другую рыжую! Отвяжись от нее!

— И пусть живет девчонка! — поддержал Дона Люцифер. — Прикольная же! Интересная! Она еще будет жить долго и счастливо! Бельфегор, подумай!

— Между прочим, — снова послышался суровый голос Дона, — В прошлый раз ты был не очень убедителен. Мы ломали комедию изо всех сил! Красивая? А потом все равно убьем!

Что?!! Так это было все подстроено!

— Мы хотели показать тебе, что твои методы до добра не доведут! — усмехнулся Люцифер. — Твои сказки каждой девочке про мнимую соперницу, твои экскурсии в комнату со свечами! Нет, главное, всех туда водил, как на работу! Ага, детка, свечку подержи! Ну-ну! Так что не надо рассказывать про ее исключительность для тебя! Ты всех испытывал одинаково. Я считаю, что она этого не заслужила!

— Поддерживаю. И никакой любви с твоей стороны я не вижу, — произнес Дон, а я чуть не осела на пол. То есть, он всем показывал свечки, всем тыкал в огарочек и рассказывал про то, что это его любимая… И со всеми ходил в лес на свиданки, как бы намекая, что каждая девушка — исключительная! И всем говорил, что она победит в отборе? Я зажала рот рукой, чтобы не закричать. Меня подло, нагло и бессовестно обманули! Нужно было соглашаться на корону или кольцо! Сердце твердило, что нет, но оно было настолько разбитым, что я едва сдерживала слезы.

— Нет! Она — моя! — ревел Бельфегор, а у меня сердце сжалось! И чуть не остановилось! Из-за танцующего пламени свечи мне показалось, что моя тень почесала себе ухо. — Не отдам!

— Да ну и ори себе на здоровье! Дуболом! — заорал Люцифер, резко распахивая дверь и сталкиваясь со мной нос к носу, — Счастливо оставаться. Я — домой! И пса заберу!

— Лина, как нехорошо подслушивать, — уколол меня Абаддон, туша сигарету о пепельницу. — Ну да и папа с вами! Я сделал все, что мог! Оставайтесь!

— Что? Кто? Куда? — орала я, хватая братьев за руки, понимая, что Бель останется в замке один при наступлении белых. Нет, я его никогда не прощу, но умереть тоже не дам! — Подождите! Останьтесь! Давайте вместе все обсудим! В теплом, семейном, ЦЕЛОМ кругу! Посмотрим на рыцарский турнир! Или на учения демонов! Лишь бы здоровых, рогатых и с мечами было больше! Как можно больше!

Братья не стали меня слушать и растворились в воздухе. Ко мне подошел Бельфегор и ласково обнял.

— Они поймут. Потом. Наверное, — меня чмокнули в макушку и потащили в сторону кровати, а я понимала, что времени в обрез! Обида захлестывала меня. Я уже готова была ему все рассказать, как вдруг, сердце сжалось. У меня мало времени.

— Не подходи ко мне, чудовище, — обиделась я, а в голове уже зрел план. — Видеть тебя не хочу! Я все слышала! И про комнату со свечками, и про мнимую соперницу!

Не давая демону опомниться я со всех ног понеслась в комнату к Анчутке. Мур был моей последней надеждой. Главное успеть. Пожалуйста, только бы успеть! Я чувствовала все сильнее, как у меня пульсирует метка, отмеряя время. Если я никому не нужна, то пусть! Я нужна сама себе! И Анчутке! Он без меня пропадет!

— Анчутка! Мур! Ты где? — влетела я в комнату, в панике ища глазами пушистый комочек. Тот сладко потянулся и сел на подушке, — Мур, мне срочно нужен круг вызова!

— А зачем он тебе? — лениво зевнул анчутка. — Давай я его так позову, он прибежит. Ща…

Анчутка хотел заорать, но я одним броском себя на кровать закрыла ему рот ладошкой!

— Нет, мне нужен другой! Тот, который неправильный! — пустилась я в объяснение, — Тот, где застрял Бельфегор, как в аквариуме! Не вздумай звать его! Понял?

— Ээээ, — завис анчутка, а потом подозрительно посмотрел на меня. — Лина, я могу опять накосячить! И тебя убьет порталом!

Анчутка заныл, прося, чтобы он просто так сбегал за Бельфегором, пока не увидел ожог на моей руке.

— Караул!!! — орал анчутка, бегая кругами по кровати. — Как? Кто? Почему? Сколько времени? Ты ему показала? У нас песика забрали! Нашего песика! Люцифер забрал! Мне больше подушки достанется!

— Мало времени! Я на Беля обиделась! Сильно! — взмолилась я, глядя на анчутку, — Рисуй скорее круг! Пожалуйста!!!

Плача и растирая сопли на пятачке, анчутка стал рисовать круг на бумажке. Я помнила какую черту убрал Бель с того рисунка, но на всякий случай достала свою бумажку сверяя есть она там или нет. Анчутка рисовал уже без нее, поглядывая на меня.

— Лина, вот! — протянул мне дрожащей лапкой бесенок и заплакал, — Но я не знаю как портал отреагирует на тебя! Он может тебя убить, Лина!!! Давай мы просто скажем Бельфегору? А? А то получится, как в прошлый раз!

Я быстро выхватила листок, так ничего не ответив, побежала в сторону бального зала. Была не была! Так хоть Бельфегора защищу! Даже если он меня не любит, то я же его люблю! Хоть и не прощу никогда!

Прибежав в бальную залу, я пожалела, что не взяла еще мела. Мне казалось, что моего кусочка не хватит, поэтому принялась рисовать очень узкий круг, сильно не замахиваясь. Так, вроде все! Оставался последний знак!

— Приветствую тебя, дочка, — ласково произнес первый появившийся в замке белый, стоя внутри круга — Удивлен, что ты еще жива. Ну, что же. Это ненадолго.

Остальные белые прибывали и прибывали в круг вызова, набиваясь, как в лифт. У многих из них уже горели заклинания в руках, а я молилась, чтобы анчутка правильно нарисовал неправильный круг. В пламени свечей орден выглядел намного зловеще, чем при свете дня. Пляшущие тени на белых хламидах напоминали узор черепов.

— Итак, все в сборе? — торжественно произнес магистр, а толпа одобрительно загудела. — Тогда, я объявляю тебя, Каролина…

Договорить при мне он не смог. Моя тень отделившись от меня стала огромным демоном по имени Вельзевул и схватив меня унесла в коридор. А я-то думала, куда он пропал? Значит, он следовал за мной тенью.

— Молодец, Лина! — торжественно поздравил меня Люцифер, идя впереди троицы братьев и заходя в залу. — Вай! Аквариумные рыбки! Мои ж вы заиньки-клаустрофобы!

Он постучал по стеклу, а белые все прибывали. Они стояли, как селедки в бочке, но это был еще не конец. Я смотрела из коридора, как Люцифер радостно обходит круг, потирая руки.

— У кого-нибудь есть корм для рыбок? — усмехнулся он. — Что ты, дружочек рот раскрыл? Дон! Как называлась рыбка с выпученными глазами?

— Телескоп! — усмехнулся Дон, закуривая и глядя на аквариум, как на произведение искусства. — Может, так и оставим! Мне кажется, что смотрится красиво!

— Отлично! — усмехнулся Бельфегор, созерцая белый аквариум. — Всегда хотел завести рыбок.

— Белый! — Люцифер держал палец на манер пистолета, упираясь в стекло и грудь одного из захватчиков. Тот закричал и рассыпался в прах. Люц сдул невидимый дымок с «револьвера» и счастливо улыбнулся: — А где благодарность? Вам дышать легче стало! А ну хором: «Спасибо, Люцифер!». Дон, твоя очередь!

— Мы будем жить с тобой в маленькой хижине, — мурлыкал дьявол, любуясь порталом.

Я молчала, глядя на забавы вокруг аквариума, а потом посмотрела на метку, которая перестала гореть. Я попыталась ее оттереть с руки, но она там так и осталась. Вспоминая про обман, я поплелась в комнату, закрыла дверь и обняла колени. Пусть делают, что хотят! «Лишь бы не поранился!», — заметило сердце. Моя тень стояла надо мной, а я понимала, что кому-то срочно понадобиться учитель по извинениям! Если он действительно захочет извиниться.

Эпилог

— Прости меня пожалуйста! — орал Бельфегор стоя у меня под окном. — Ну, Лин, ну прости! Свидание было только с тобой! Спал я тоже только с тобой! Ну, Лин! Да, приставил Вельзевула! А ты не будешь шляться где попало! И анчутку дал тоже я!

Я молчала, упорно делая вид, что меня тут нет! Анчутка подбежал к окну и перевесившись крикнул.

— Я сам ее выбрал! Не надо ля-ля! — показал язык маленький бесенок, и виляя хвостом, вернулся в комнату. Он забрался ко мне на колени, — Лин, ну может простим его, а? Он уже неделю прощения просит! Дела заброшены, государство осиротело!

— Нет! — твердо отрезала я, хотя понимала, что уже давно простила, но спуску не дам!

— Так, что у меня дальше по списку! О! Серенада! — обрадовался Бельфегор, а я завыла и заткнула в уши! Нет, простить надо определенно раньше! — Я люблю вас, Каролина… Раздевайся и ложись!

Я упала на кровать и зарылась в подушки лицом, сгорая от стыда. Нет, ну пусть прекратит. Это не извинения. Это измор! Аааа!!! Караул!!!

— Твоя грудь, как два банана… Раздевайся и ложись! — старательно, но не впопад пел Бельфегор. Что? Какие бананы? Я даже отодвинула корсет, проверяя, кто их так растянул!

— Нет, — твердо ответила я, закрывая окно. Надо будет его еще и заклеить. И забаррикадировать.

— Что у нас по списку дальше? Поцелуй! — обрадовался Бельфегор. — Спускайся, я поцелую тебя. Спускайся по-хорошему! Или я выломаю окно!

— Нет, — решительно ответила я, понимая, что вот-вот спущусь. Если свидание было только со мной, и спал он только со мной, то его не за что винить.

— Так, что у нас дальше? Покаяние? — прочитал Бельфегор. — Введите грешников. Пусть каются! Звучит бредово, но девушкам, судя по шпаргалке это нравится! Кто их поймет!

— Я тебя не прощу! — выкрикнула я, сложив руки на груди. — Никогда! Да!

— Люсь, у меня шпаргалка кончилась! — произнес Бельфегор, выбрасывая бумажку.

— А у меня грешники! И что? Я жалуюсь! Сам придумал, сам выгребай! У меня там некий Родриго подгорает! Так что, адьес! — усмехнулся голос Люцифера. — Сам, милый, сам!

— Дон! — позвал Бельфегор, в отчаянии.

— У меня конь ногу сломал. Кому-то. Так что я очень занят, — послышался суровый голос Дона, а следом — вздох Бельфегора. — Извини, брат.

— Мур! — заорал Бельфегор в силу легких. — А, Мур!

— Не-не-не! Ты меня сюда не приплетай! — возмутился анчутка, глядя на меня с солидарностью.

— Песик! Хоть ты! — вздохнул Бельфегор. — Или ты Вель! Кто-нибудь скажет, что делать? Как прощения у любимой попросить?

Тень смылась, делая вид, что она тень от подсвечника.

Я сидела на кровати, хмурясь и дуясь. Внезапно мне на кровать что-то упало.

— Короче, Лина, ты — мой единственный друг! Я тут недавно встретил такую красивую, умную, очаровательную девушку, но успел накосячить! — послышался голос Бельфегора, а мои брови поползли вверх. — Я помню, как ты однажды сказала, что могу обращаться к тебе в любой момент! И я тут вспомнил твои слова, о мой лучший друг. Ты говорила, что если накосячил, то нужно жениться…

Я поперхнулась, глядя на него.

— И когда я тебе такое говорила? — обалдела я, а меня притянули к себе и резко поцеловали. Сначала я упиралась, а потом подумала, что империя меня и так ненавидит! Еще бы! Стихи стали песнями!

— А я помню, — усмехнулся Бельфегор, обнимая меня изо всех сил. — Прямо как сейчас сказала! Дон! Люц! Мур! Вы же все тогда слышали, что она мне сказала? Если девушка долго не прощает — женись на ней!

— Все, сдаюсь! — выдохнула я. — Я согласна стать женою. Раздевайся и … куда ты меня тащишь!

Шесть веков спустя.

Я почти бежала по коридору, направляясь в тронный зал! Я его убью! Как так можно! Демоны видя, что я не в настроении, бросались в рассыпную.

— Бельфегор! — заорала я на весь тронный зал, посреди собрания. — Ах, ты…!

— Все вон! — быстро скомандовал Бельфегор, а собрание быстро ретировалось. Бельфегор дождался, пока последний демон закроет дверь, и перевел взгляд на меня. — Да, дорогая. Что-то случилось?

— Случилось! Я — беременна! — заорала я, негодуя, понимая, что к такому меня жизнь не готовила. — И в этом виноват ты!

— Хорошо, — рассмеялся Бельфегор, обнимая меня, — В следующий раз я обязательно с тобой посоветуюсь! Нужен империи наследник или нет?

— Это все твои стихи! — причитала я, совершенно не понимая, как растить и воспитывать демона!

— Я же сказал, что они работают! Потом расскажем сыну, что он появился на свет благодаря стихотворению «Твое платье нам мешает! Раздевайся и ложись!» — расхохотался Бельфегор, положив руку мне на живот.

— А если будет не наследник? — прищурилась я на любимого мужа. — А если будет наследница? Тогда что?

— Еще раз прочитаю стихи! — усмехнулся император, — Пару раз подряд. У меня есть целый сборник «Ах как юбка надоела…», «Ты прекрасна, я взволнован…», «Тише, нас никто не видит…» и еще парочка на всякий случай.

Бельфегор опустился на колени, прикладывая ухо к животу и замер. Я боялась пошевелиться, совершенно не представляя что он там хочет услышать. Потом живот поцеловали и обняв меня муж зашептал:

— Наследник. Делион. Будущий правитель Темной Империи…

Content

София Грозовская, Кристина Юраш
Раздевайся и ложись!

Пролог

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Эпилог