Лесана Мун

Шиповник Его Величеству!

Глава 1

В очередной раз перепроверяю сумки. Тааак, вещи сложила, травы тоже, свечи, амулеты, воск и вощина есть. Эфирные масла! Забыла! А нет, тоже есть. Отлично, значит, готова. Можно выдохнуть.

Последние два дня, с тех пор как через портал заявился брат со своей молодой женой, прошли в срочных сборах. Мне предложили переехать на время в другой мир, а я возьми и согласись.

А что? У меня кроме брата родных больше нет. Из подруг только Машка, но она идет со мной. Получается, что меня тут ничего не держит. Но больше всего, конечно, греет мысль, что я переселюсь в мир, где знать ничего не знают о ведьмах. Я восторженно потераю ручки. Это ж какое непаханое поле для деятельности, уже предвкушаю. Глянула на мобильном время. Все, пора.

— Мааашаааа!!! — заголосила во всю силу легких. — Пора! Выходи, а то за шкирку вытащу!

Тут же ко мне в коридор выбегает моя подруга. Она младше меня на 10 лет. Мне — 28, а ей, соответственно, 18. Родственников у нее нет, друзей тоже. Получается, что мы с ней, как те два сорванных ветром листика — летим по ветру. А в нашем случае — в другой, магический, и надеемся, лучший мир.

— Погнали, мелкая! — говорю я, и мы, подняв наши баулы, устремляемся на выход.

Раяна, жена брата, может открыть портал только на улице, желательно в просторном и нелюдном месте. Мы такое нашли. У нас за домом, через два квартала начинается старый, заброшенный парк — приют для алкашей и наркоманов. Там есть на редкость удачная полянка, туда мы и устремляем свой бег. Деловито, как муравьи. И с такими же огромными поклажами. Вот прикол будет, если Раяна скажет оставить барахло тут. Но я — оптимистка, поэтому все равно тащу сумки и надеюсь на лучшее.

— Машуня, шевели булками, наш личный межмировой экспресс ждать не будет — подгоняю я подругу.

Мы выбегаем на полянку как раз вовремя. Совсем рядом бьет молния, и я понимаю, что портал скоро откроется. Замечаю недалеко от нас, сидящего на пенечке, местного алконафта Степаныча. В руках у него настойка боярышника, видать, опять решил «подлечить сердце» и засохшая тарань. Уууу, он, оказывается, гурман. Увидев нас, улыбается во все оставшиеся зубы, а их ровно четыре, и активно машет руками, приглашая, так сказать, к столу.

Еще один удар молнии, уже чуть дальше от поляны. Запахло озоном. И тут я вижу, как прямо передо мной начинает образовываться разрыв. Вот словно ткань по шву рвется. И в этой дыре стоят Ян с Раяной.

— Давайте, забегайте внутрь — кричит брат. — Раяна долго не удержит.

Мы хватаем сумки и заскакиваем в разрыв. Последнее, что я вижу из своего мира, это как у Степаныча падает в траву тарань, а его глаза вот-вот вывалятся из глазниц вслед за рыбой. Надеюсь, он сочтет все это белой горячкой и завяжет с выпивкой. Чтобы окончательно наставить его на путь истинный, делаю вид, что задыхаюсь, хватаюсь за горло руками, высовываю язык и падаю в траву. Жаль, портал закрылся, не успела увидеть, подействовало ли?

— Если ты уже закончила валять дурака, то, может, поможешь? — слышу рядом голос брата.

Опачки, а Машеньке моей почему-то поплохело. Побледнела и шатается. Мой брат ее поддерживает, но вижу, что она на грани обморока. Достаю нюхательную соль и тыкаю под нос. Один вдох — и она как новенькая. Даже глаза заслезились… у всех, не только у нее.

— Фи. Что за гадость? — спрашивает, смахивая слезу Раяна, жена моего брата и местная принцесса.

— Не, ну чё сразу гадость? Классно помогает при обмороках — отвечаю, сделав вид, что обиделась.

— Да, конечно, я вижу, что результативно — спешит успокоить меня Раяна, а я улыбаюсь ей, давая понять, что разыграла.

Тут к нашей тройке подбегает Хэйд. Рыжий красавчик с крыльями неотрывно смотрит на Машу, а она на него. Ух, даже без слов понятно, что эти двое влюблены. Хэйд берет мою подругу на руки, не смотря на ее слабые протесты, и говорит:

— Я провожу Машу в ее покои, она ведь вам больше не нужна?

Ян утвердительно кивает, а я настороженно хмурюсь. Маша не нужна, а я, значит, нужна. Интересно кому и зачем?

Когда сладкая парочка уходит, унося и часть сумок, брат говорит:

— Яра, ты тут персона новая, плюс имеешь навыки в этом мире неизвестные и близка к королевским особам — он кивает в сторону Раяны. — Поэтому с тобой лично желает познакомиться Его Величество Эдриан. Чтобы убедиться, что ты надежный человек и не представляешь угрозы для его племянницы и единственной наследницы престола.

— Да не вопрос — отвечаю, — я буду мила, как обычно.

— Вот этого я и боюсь — отвечает брат, тяжело вздыхая.

Закатываю глаза и пихаю зануду локтем в бок.

— Не парься, все будет хорошо. Я ведь тоже заинтересована, чтобы меня не депортировали. Пошли уже на смотрины. И сумки не забудь.

Ян в очередной раз тяжко вздыхает, но нагружает на себя мои баулы. Я же беру Раяну под руку и мы идем навстречу новой жизни. Надеюсь, она будет лучше прежней.

— Расскажи мне о своем дяде — прошу принцессу, чтобы понимать, к чему быть готовой.

— Эээ, ну он король. И этим все сказано — следует ответ. — Держава и долг для него на первом месте. Он давно у власти, и это сказалось на характере.

Оооо, какое занудство!

— А королева у него есть?

— Нет. Король не женат — отвечает Раяна, пристально глядя на меня. — У нас в мире принято жениться по зову магии.

— И что сие означает?

— Это означает, если магия двух людей равна по силе, или хорошо друг друга дополняет, то между ними происходит притяжение, на физическом уровне. Таким образом, создаются условия для рождения сильных магов. Подобное влечение бывает легким, едва ощутимым, а бывает очень сильным, когда просто ни о чем другом не можешь думать. Только у таких магов, со схожей магией может рождаться потомство.

— Подожди. Но у вас с Яном ведь нет этого притяжения?

— Нет. Это лично наш выбор, без вмешательства Богов.

— И получается, что у вас не будет детей?

Раяна на секунду замолчала, глядя перед собой, а я смотрю на нее, жалея, что не укусила себя за язык, а влезла туда, куда не следовало.

— Извини — говорю с опозданием, чувствуя себя коровьей лепешкой.

— Ничего. Мы оба к этому готовы — наконец отвечает Раяна. — У нас вся жизнь впереди и нет смысла переживать о чем-то, что не было нам доступно изначально.

За этим разговором, мы незаметно подошли к Дворцу.

— Я специально перенесла вас с Машей во Дворцовый парк, в дальние его аллеи. Там, обычно, никого нет. Мы зайдем через черный ход, извини, но на данный момент, будет лучше, если ты со своей экзотической внешностью не будешь мелькать у всех перед глазами. Дядя планирует устроить праздник в твою честь, но до того, я бы попросила тебя не…

— Да я поняла, не отсвечивать — перебила ее, видя, что ей неудобно мне об этом говорить.

— Да, спасибо,…

Раяна еще что-то говорила, но я ее уже мало слушала, заинтересовавшись открывшимся мне зрелищем.

Чуть поодаль, с дюжину, а может, чуть больше, горячих мужчин тренируются в каком-то виде единоборства. Торсы у всех обнажены, а длинные волосы заплетены в косы. Ооооо, это просто Новый Год какой-то. Так много красавчиков в одном месте и они меня не замечают, так что можно спокойно постоять и понаблюдать, пуская слюни. Игра мышц и отточенные боевые движения — экстаз для моих глаз.

Среди них всех выделяется один боец — осанкой и абсолютно белой косой. Его движения плавные и, словно, неторопливые, но точные и выверенные до секунды. А тело какое. Ууу. Широкие плечи, красивые рельефные мускулы спины, а попаааа… Мы как раз проходим мимо, а я не могу оторвать глаз от вышеназванной части этого мужчины. Коса седая, значит, он возрастной, но, блин, по телу этого в жизни не скажешь. Кожа загорелая и гладкая, как у молодого.

Мы втроем уже почти проходим, когда мне в голову стреляет абсолютно дурацкая мысль и я, не сдержавшись, хлопаю всей своей загребущей пятерней по ягодицам седого со словами:

— Отличные ягодичные мышцы. Приседаешь?

В следующую секунду, объект моего вожделения разворачивается, и, схватив за мою наглую руку, делает бросок. Я на земле со сбившимся дыханием, он всей своей тренированной горой мышц на мне сверху. И апофеоз всего — голос Раяны:

— Ваше Величество, позвольте представить вам Ярославу Гжельцеву, сестру моего супруга.

Мааать — и — мачеха, вот это я отличилась!

Глава 2

На меня в упор смотрят зелено-карие глаза местного короля. Изучающее так, словно я букашка под микроскопом. Делаю невозмутимую мину, под стать его, типа я каждый день лежу в такой позе с королями, эка невидаль. Он одним движением поднимается и резко придает мне вертикальное положение, тут же отпустив руку.

— Следуйте за мной, — говорит, надевая рубашку и застегиваясь на ходу.

Идет Величество, потом я, а сзади Ян с Раяной. Ух, какой мужчина. Выправка, стать, гордый разворот плеч — такое не сделаешь тренировками, это в крови, в генах. Сила и власть — хмельной коктейль для девушек. Наверняка отбоя от красоток нет.

Занятая подобными мыслями, следую в потайную дверь за Его Величеством, стараясь не сильно пялиться на его широкую спину и по-королевски упругий зад.

Входим в кабинет. Король садится в кресло, нам указывает на стулья, напротив себя.

Садимся и ждем. Все молчат. Видимо, ждем, когда главный заговорит, а он занят тем, что в упор рассматривает меня. Вернее мои розовые волосы — результат неудачной тонировки накануне переселения. Хотя нет, ошиблась, в данный момент он уставился на колечко у меня в ноздре. Что нравится? Мило улыбаюсь, отчего местного короля слегка передергивает. Чё это он? Замерз? Или уже действует мое знаменитое обаяние?

— Достопочтенная Ярослава, — наконец, начинает правитель — рад приветствовать вас в нашем мире. Надеюсь, вам у нас понравится, потому что ближайшие три года вы не сможете вернуться назад.

Эти слова становятся сюрпризом не только для меня, но и для моих родственничков, если судить по тому, как они переглянулись.

— Мы не можем себе позволить — продолжает с отмороженным видом Его Величество — рвать пространство миров от нечего делать. Эту способность Ее Высочество Раяна только недавно использует, и мы пока не знаем, к чему могут привести подобные путешествия. Пригласить вас к нам я позволил только по причине постоянных просьб со стороны племянницы. Надеюсь, я не пожалею о своей доброте.

И смотрит на меня, замороженный, как рыба в морозилке. Это, типа, я сейчас должна кинуться уверять его в своих лучших побуждениях и золотом характере? Так всем уже давно известно, что он не просто золотой, а платиновый. И Вашество узнает, никуда не денется, мы ведь теперь вроде как родственники.

Так и не дождавшись от меня нужной ему реакции, король продолжает:

— Жить вы пока будете в том же крыле, которое занимает принцесса с супругом. В дальнейшем, если захотите отселиться, возражать не будем, но только после тщательной проверки местности и соседей. На счет приветственного приема. Он назначен через три дня. Сегодня отдыхайте, а завтра займитесь своим гардеробом. То, что на вас надето сейчас — он делает паузу, скользя взглядом по моей короткой футболке, пирсинге в пупке и рваным джинсовым бриджам — недопустимо в приличном обществе.

Во как. Припечатал. Будь я менее устойчива психически уже бы побежала топиться в фонтане на площади, со слезами и воплями «Он меня не любииииит». А вместо этого сладко улыбаюсь, глядя прямо в морозные глаза этого красавца.

— Аудиенция окончена — сообщает этот дяденька Мороз, тут же уткнувшись носом в какие-то бумаги на столе.

Мы втроем выходим. Раяна, смотрю, чем-то недовольна, а у Яна вид скучающий.

— Любимая, я распоряжусь на счет вещей и ужина, а вы с Ярой идите в покои. Покажи ей все — говорит братец и спешно сбегает.

Беру Раяну под руку, и мы идем длинными коридорами.

— Ты чем-то расстроена? — спрашиваю.

— Нет. Просто… я хотела, чтобы ваша с дядей встреча прошла более… позитивно.

— Ха. Она прошла более чем позитивно — уверила Раяну — поверь, у меня всегда те знакомства, что начинаются вот с подобных казусов, всегда приносят крепкие и долгие отношения.

Не стала уточнять, что половина из них — это крепкая и долгая вражда. Но зато вторая половина — закадычная дружба. Так что шансы у нас с Величеством пятьдесят на пятьдесят. По-моему, неплохо. И потом, кто он, а кто я? Не думаю, что мы будем слишком часто пересекаться, разве что на каких-то семейных посиделках, если тут такие устраивают.

За разговором мы быстро доходим к месту назначения.

— Это все крыло наше — сообщила Раяна, делая изящный жест рукой. — Мы с Яном занимаем самые последние апартаменты, дверь в которые по центру. Хэйд поселился справа, ему нравится то, что там огромная терраса, выходящая на дворцовый парк. Вы можете выбрать из оставшихся трех.

Мы прошлись по предложенным апартаментам. Двое из них, выходящие на подъездную аллею и центральный выход, я отмела сразу. Остались одни, рядом с Хэйдом. Две огромные комнаты, с выходом в гостиную, но с дверью между собой. Маше я предложила взять ту, которая имела общую террасу с апартаментами Хэйда, пусть голубки будут поближе. А себе взяла комнату в серо — розовой гамме с большим балконом, по бокам которого вилось какое-то растение, закрывая меня от обзора с террасы и соседних апартаментов. Эдакая тайная беседка, я буду видеть всех, а меня — только те, кто гуляет в парке и то, если сильно присмотрятся.

Осмотрев комнату, радостно улыбаюсь. Большущая гардеробная, в которой уже ждут мои сумки, огромная высокая кровать с балдахином, мягкие ковры на полу. Возле окна стоит красивущее зеркало во весь рост в старой, резной раме, зачем-то закрытое покрывалом, которое я сразу же сдергиваю. Красотаааа. Сердце ликует, душа поет, день обещает быть сказочным.

Ужинаем мы все вместе на террасе у Хэйда. Погода теплая, солнышко ласково греет наши разомлевшие после сытной еды, тела. Беседа течет вяло. Парочки нежничают, а я сама по себе. Нежничаю с последним пирожным. Кремовым и сладким. Иди ко мне, моя преееелесть.

Когда мне надоедает смотреть на соседей по столу, подхожу к краю террасы. Вид отсюда просто крышесносный. Зелень деревьев, ухоженные аллеи, фонтанчики. Только теперь, видя все это, я начинаю понимать, что попала совсем в другой мир. И он мне нравится куда больше того, где я выросла. И дело не в том, что тут роскошь, хотя и это играет весомую роль, а в том, что у меня стойкое ощущение: я на своем месте, вернулась домой.

После ужина мы расходимся по своим комнатам. Первым делом я принимаю ванну с пеной и солью, а потом, переодевшись в хлопковый свободный топ, едва прикрывающий грудь и шорты-трусы, разбираю сумки. Обычно, я вообще хожу без одежды, но новая обстановка, как ни странно, пока меня смущает, поэтому надеваю свою вариацию пижамы.

Раскрыв сумку, выставляю на столик коробочки с эфирными маслами. На другую сторону кровати, где спать не буду, раскладываю мешочки с травами, вощину для свечей. Я ведь планирую открыть в этом мире эзотерический магазинчик и промышлять всякими мазями, настоями, оккультными предметами, прочим ведьмовским товаром. Нужно самой зарабатывать, а не сидеть на шее у брата с женой.

Пока вожусь с распаковкой, пару раз ловлю себя на ощущении чужого взгляда. Оборачиваюсь, понятное дело, в комнате я одна, но ощущение не проходит. Впрочем, увлекшись развешиванием одежды и раскладыванием белья, я об этом забыла. Спать легла уже очень поздно, так и не разобрав свои ведьмовские принадлежности до конца. Но усталость свое взяла. Едва я положила голову на подушку, как провалилась в сон.

Раяна и Ян

— А теперь скажи мне, зачем ты повела Яру через место, где тренировался Эдриан? — ухмыляясь, спрашивает мужчина, нежно поглаживая спину лежащей девушки. — Можно же было пройти через другой вход и избежать такого нелепого знакомства.

Девушка улыбнулась краем губ и ответила:

— Можно, но тогда бы это было обычное знакомство, возможно даже, скучное. Мне хотелось, чтобы Яра увидела дядю не как жесткого правителя, а как обычного, может даже, красивого мужчину. У меня ощущение, что дядя словно застыл в своих государственных обязанностях, как муха в янтаре. И нужен кто-то, кто ударит хорошенько по смоле, чтобы разбить ее и дать свободу мухе. Яра идеально для этого подходит, что она и доказала сегодня при знакомстве.

— Оооо, ты решила заняться манипулированием? — поддел Ян жену, продолжая все так же нежно рисовать спирали на ее лопатках.

— Ни в коем случае. Просто у меня все время ощущение, что они подходят друг другу, как мы с тобой.

— Сводничеством? — опять подначивает Ян.

— Пусть так. Я слишком люблю своего дядю, чтобы дать ему прожить жизнь в одиночестве. Он достоин лучшей участи, чем быть просто королем. И вообще. Мы так и будем болтать о ком-то? Или ты все-таки соизволишь уделить немного времени жене? — шутливо спрашивает Раяна, переворачиваясь с живота на спину.

— О, да! Соизволю, еще как… — смеясь, Ян касается легким поцелуем губ жены.

Глава 3

Его Величество Эдриан

Утро началось, как обычно. Проснулся рано и легко, по давней привычке, собрался уже вставать, как ощутил рядом чье-то присутствие. Повернув голову, обнаружил на соседней подушке растрепанную голову баронессы Жевуа. Отправился в душ, пока мылся, размышлял о том, что пора фаворитку отправлять на заслуженный отдых. Она знает правила, но уже не первый раз их нарушает, видимо, мнит, что ей это позволено и принимает мое нежелание устраивать ссоры за что-то другое.

Почему все женщины так привязчивы? Зачем эти сцены ревности, ссоры? С каждой из фавориток, в начале отношений, оговариваются условия пребывания в этой… хм… должности. И все с ними согласны, но проходит время и результат всегда одинаков: попытки остаться ночевать, вроде как забытые в гардеробной вещи, манипуляции, чтобы усадить побольше своих родственников на престижные должности. Одно и то же.

Уже когда смываю мыло, чувствую, как к спине прижимаются руки баронессы. Это вызывает раздражение. Даже в дУше нельзя побыть одному! Выхожу, раздраженно схватив полотенце. Быстро одеваюсь, завязывая на ходу мокрые волосы в косу. Дожился! Сбегаю из собственной спальни!

Злой вламываюсь в кабинет, пугая секретаря грохотом двери.

— Гектор, распорядитесь принести завтрак сюда — говорю спокойным тоном, но секретарь служит у меня давно, а потому знает, что нужно поторопиться.

Захожу к себе. На столе ворох бумаг. Снова дела, опять неурядицы на границе, дипломатические встречи, жалобы, прошения. До сих пор не решился вопрос с соседним королевством, правитель которого позволил себе похитить принцессу Элизу и удерживать в плену. Войну мы не так давно выиграли, их территории теперь часть моего королевства. Но управитель, которого я отправил, как представителя моей власти, не справляется. Все чаще идут на него жалобы и доносы. С этим надо что-то решать, иначе не исключена возможность восстания. А я не любитель решать мечом и топором палача те вопросы, которые можно обговорить дипломатично.

Гектор приносит завтрак и тактично выходит, знает, что я не люблю есть под присмотром. И так, вся жизнь на виду. Принимаю пищу одновременно с разбором бумаг. В итоге, даже не понял, что съел.

Часы показывают далеко за полдень, когда я разгибаю согнутую спину. Так, все. Надо пойти размяться. Сейчас как раз тренировка у моих элитный бойцов. Значит, у меня перерыв. Мы всегда тренируемся вместе, привычка со времен, когда я был просто наследным принцем, шалопаем и повесой. Ощущение, что сто лет назад.

Выхожу в парк, парни уже размялись, поделились на пары и приступили к тренировкам. Сбрасываю рубашку, присоединяюсь. Как обычно, поединки меня уравновешивают, успокаивают, наводят на интересные мысли. Это сродни медитациям. Увлекаюсь настолько, что прихожу в себя от наглого ощупывания моей пятой точки и фразы:

— Отличные ягодичные мышцы. Приседаешь?

Кому-то жить надоело? Действую на рефлексах. Разворот, бросок, захват, прижимаю туловищем наглеца. И только тут понимаю, что слегка перестарался. Подо мной лежит девица. Ну… как девица… Худая, плоская, волосы стриженные. Больше на мальчишку похожа. Болела, может, чем?

И голос Раяны:

— Ваше Величество, позвольте представить вам Ярославу Гжельцеву, сестру моего супруга.

Чудесное продолжение замечательного утра. Придаю вертикальное положение себе и новоприбывшей родственнице и приглашаю всех в кабинет. Пока идем, ощущаю спиной и… тем местом, что пониже, пристальный взгляд.

Разговор в кабинете получается сжатый, но основную мысль передать удалось. Посетители уже ушли, а я сижу, глядя в бумаги, но вижу перед собой эту странную девушку. Розовые волосы, кольцо в носу, непонятная одежда. Кто вообще так одевается? Все же видно! Хотя… на что там смотреть? Но кубики на прессе меня впечатлили. Она явно не болеет, девушка эта… Как там ее зовут? Ярослава. Непривычное имя. Чувствую, будут еще с ней неприятности. Уж слишком не вписывается в наши стереотипы и общий уклад жизни.

Как-то плавно мысли перешли на жизненный уклад, и вспомнил о баронессе. Вспомнилось, она не один раз намекала, что хотела бы получить титул графини и соответствующее графство. Позвал секретаря.

— Гектор, займитесь оформлением бумаг на имя баронессы Жевуа. Помните, мы с вами на днях обсуждали графство Видо? Которое с большими территориями и виноградниками, на южной границе.

— Владелец которого неделю назад скончался от перепоя, не оставив наследников?

— Именно! У вас отличная память. Вот перепишите графство на баронессу, вместе со всеми регалиями и прочим. Заодно в документы вставьте абзац, что она обязуется в течение месяца принять все дела и вступить в наследство, с выездом в новое имение.

Бедный Гектор. Он сначала бледнеет, потом краснеет. Видимо, уже представляет, какая реакция баронессы его ожидает.

— Если возникнут трудности, — прихожу ему на выручку — отправляйте наследницу ко мне. Я доходчиво объясню, как стоит относиться к подаркам короля.

— Благодарю вас — отвечает с явным облегчением секретарь и выходит.

А я вновь погружаюсь по самую макушку в государственные дела. В реальность возвращаюсь тогда, когда понимаю, что почти ничего не вижу в очередном докладе. Поднимаю глаза на окно, на улице темнеет. В кабинете горит один магический светильник — новое изобретение магов Иллюзии, но его света недостаточно, чтобы можно было работать. На краю стола стоит забытый, давно холодный обед.

На сегодня хватит. Отставляю дела и иду в свои покои. Пока принимаю ванну, слуги сервируют стол. За весь этот суетливый день наконец-таки минуты тишины и покоя. Неспешно ужинаю, перебирая в памяти дела на завтра. Почему-то вдруг, вспоминаю эту странную особу, сестру Яна. Опять напоминаю себе, что нужно отдать распоряжение за ней присмотреть, чтобы не влипла никуда, с нее станется.

Отчего-то мой взгляд падает на зеркало, стоящее в дальнем углу спальни. Это что-то типа следящего устройства. У моего отца была навязчивая идея, что все вокруг в сговоре, поэтому он накупил и привез подобных зеркал из дальнего королевства, расставил в разных покоях по дворцу, чтобы следить за гостями.

Главное — мое зеркало, связывается со всеми остальными, через него можно не только смотреть, но и физически попасть в любое помещение, где находятся другие устройства слежки, только следует нанести определенные надписи кровью или слюной.

Когда отец умер и трон унаследовал я, зеркала убрали. Но потом я все-таки стал иногда использовать это средство, если был неуверен в преданности определенного человека. Правда, было это всего пару раз, но было. Затем часть зеркал убрали в специальную комнату, а часть так и осталась стоять в пустых апартаментах. А сейчас меня просто магнитом потянуло к нему. Почему?

Об ответе я не стал задумываться, привычно полагаясь на чутье. Снял покрывало с зеркала и прочертил руну на его поверхности. Пошли легкие волны, и появилось изображение. Сначала нечеткое, мутноватое, видимо, из-за того, что зеркало давно не использовали.

Вижу комнату. По отделке и цветовой гамме понимаю, что это крыло, где раньше жил мой брат, Стефан. Внутри кто-то ходит. Странно. Мало того, что это нежилые комнаты, где в принципе, никого не должно быть, так еще и зеркало открыто. Подхожу ближе и всматриваюсь. Изображение становится более четким и я, наконец, понимаю КОГО я вижу.

Эта новоприбывшая ходит по комнате полуголая! При этом абсолютно пошло крутит бедрами и фальшиво напевает! Длинные стройные ноги делают какие-то замысловатые танцевальные движения, руки то поднимаются вверх, оголяя нижнюю часть полушарий груди, то опадают вниз, поглаживая бедра. Ловлю себя на том, что наблюдаю за всем этим бесстыдством почти с удовольствием. Оказывается, Ярослава не такая и плоская, как мне вначале показалось. Фигурка миниатюрная да, но все на месте. Как завороженный наблюдаю за игрой света и тени на красиво вылепленных мышцах ее тела. А когда Ярослава, повернувшись спиной, наклоняется что-то поднять с полу, я едва сдерживаюсь, чтобы не сделать, как она мне сегодня утром.

Сжав руки в кулаки, быстро накрываю зеркало покрывалом и ложусь спать, хоть сна ни в одном глазу.

Утро наступает быстро и в этот раз я, к счастью, проснулся один. Позавтракав сытно и в удовольствие, отправился, как обычно, разбирать бумажки.

Уже ближе к обеду вспоминаю о вчерашней истории с зеркалом и решаю исправить ситуацию, изъяв данный предмет из комнаты девушки. Взяв с собой двоих проверенных стражей, которые потом отнесут зеркало в кладовую, иду в западное крыло.

Постучали в дверь, входим, так и не дождавшись ответа. Гостиная пуста. Стучу в спальню. Слышу там какие-то разговоры и смех, но на стук никто не реагирует. Еще одна попытка, но и ее игнорируют. Ладно, формальности соблюдены, я вхожу. С этими мыслями распахиваю дверь и застываю на пороге.

Нет, ну что за… ведьма! В самом деле? Стоит на стуле, прикрыв рукой голую грудь, в коротких штанишках. И смотрит на меня. Ни тебе криков, воплей, попыток спрятаться. Модистки вон раскудахтались, как куры, а ей хоть бы хны.

И я тоже хорош. Глаз отлепить от ее грудной клетки не могу. А в голове только одна мысль: у нее действительно проколоты вершинки грудей или мне показалось?

— Зайду позже — сообщаю холодно куда-то в район ее шеи и ретируюсь.

В гостиной стоят красные до ушей стражи. Окидываю их недовольным взглядом и выхожу.

Второй день, как Ярослава прибыла, а моя жизнь как-то незаметно встала… с ног на голову.

Глава 4

Утро выдалось чудесное. Хотя спать я легла вчера поздно из-за разбора вещей, но выспалась отлично и чувствовала себя, как огурчик. Завтракаем мы втроем, наши молодожены уже куда-то ушли, поэтому видом на террасе и вкусом блинчиков с разными начинками наслаждаемся мы втроем: я, Маша и Хэйд.

По тому, как Маняша краснеет от каждого движения рыжика, я понимаю, что с мертвой точки его ухаживания так и не сдвинулись. Странно, он не производит впечатление робкого и стеснительного парня. Не хочет на нее давить? Напрасно. С Машей по-другому нельзя, иначе она сто лет будет думать, и взвешивать, и решаться, но так и не решится. Надо будет с ней поговорить, позже.

Едим мы неспешно, болтаем о всякой ерунде. Давно я не проводила так праздно свое утро. Между делом спрашиваю у Хэйда о местных традициях, в который раз фигею от этой их магической привязки, разузнаю, можно ли женщине купить в городе лавку, чтобы заниматься торговлей. Оказывается, что купить-то можно, но вот без специального разрешения, торговать запрещено. Радуюсь, что бумажку выдает секретарь Его Величества, надеюсь, мне по блату, как родственнице, выдадут ее без длиннющей очереди.

Ближе к обеду мы все еще сидим на террасе, радуясь отличной погоде и изредка перебрасываясь фразами. И тут заходит Раяна. По ее бодрой походе понимаю, что сейчас меня куда-то потащат.

— Всем доброго дня — официозно здоровается принцесса. — Хэйд, прошу прощения, но я забираю девчонок. Нам предстоит снятие мерок и срочный пошив бальных платьев. Не взыщи.

— Ага. Как бы ни так. Будешь должна — весело отвечает рыжик, чмокает красную от смущения Машу в висок и отпускает нас с миром.

Мы возвращаемся к нам в апартаменты. Раяна приводит с десяток модисток. Даже не пытаюсь запомнить кто из них швея, а кто — подмастерья. Сначала занимаются Машей, раздевают, измеряют, крутят вокруг нее ткани. Трудно определиться с цветом, потому что она стоит бордовая и трясется. А с таким оттенком кожи мало какие ткани сочетаются.

Потом уже моя очередь. Становлюсь на стул, до пупа голая. Слышу шокированные вздохи и шепоток девушек-белошвеек, которых Раяна быстро приводит в чувство вымораживающим взглядом. Конечно, в их королевстве вряд ли у кого есть пирсинг в таких местах, как у меня, и татуировка шиповника, переходящая с плеча на грудь.

Постояли в шоке, пришли в себя и понеслось. Теперь уже меня вертят во все стороны, снимая мерки. Прикладывают ткани, кружева, шепчутся между собой, тыкают пальцами и сантиметровыми лентами. Еще булавкой кольните, ёлки. Пора закругляться.

И вот, когда я уже почти начинаю терять терпение от скуки, в нашу опочивальню с разбегу заходит сам король. Надо же, какая честь. Извините, что без реверанса. Юбки нету. Хм, тут вспоминаю, что не только юбки мне не хватает, спешно прикрываю стратегически важные места. Но, видимо, запаздываю с этим, потому что глаза Величества грозят вывалиться прямо на коврик. Ну просто, как маленький. Девушек никогда не видел? Очень сомневаюсь.

Мне даже скучновато стало. Посмотрел и будет, иди уже. Наконец, он что-то говорит и спешно выходит. Все дружно с облегчением выдохнули. А Раяна начинает смеяться. Сначала смотрю на нее непонимающе, а потом тоже начинаю хохотать. Да уж, ситуация пикантная.

Кое- как с примеркой мы закончили. Пообедали, и я решила начать воплощать свою мечту о магазине. Для этого попросила Раяну проводить меня в кабинет к Величеству. Увы, король был на каком-то заседании, а секретарь это дело сам не решает.

— А что же мне делать? — спрашиваю у Гектора.

— Подойдите позже. В районе семи часов вечера, а лучше — восьми. Его Величество будет свободен, и думаю, не откажет в вашей просьбе. Все бумаги я напишу, но без его личного разрешения, я бессилен — пожимает плечами секретарь.

Делать нечего, возвращаюсь восвояси не солоно хлебавши. Пока жду вечера, завершаю раскладывание вещей. Потом думаю, зачем я их разложила, если планирую в ближайшее время отсюда съехать? Логика? Нет, не слышали. О, а вот и час ХЭ, пора идти.

В этот раз топаю сама. Дорогу запомнила, стражи меня знают, я девушка запоминающаяся со своей розовой копной и в рваных джинсах. Вхожу в приемную, где обычно секретарь сидит. Никого нет. Дверь в кабинет приоткрыта. Думаю, загляну, если король на месте, напрошусь на прием, а если нет — сяду на стульчик и буду ждать.

Так и делаю. Подхожу к двери и тихонько заглядываю в щель, проверить на месте Вашество или нет. Ооо, какая интересная картина мне открывается.

Король стоит, упершись пятой точкой (далась она мне) о свой стол, сложив руки на груди, а по кабинету мечется красивая молодая дама, в отчаянии заламывая руки.

— Ваше Величество, — слышу я — прошу вас, не отсылайте меня. Мне не нужно графство, если я не рядом с вами. Эдриан! Хочешь, я стану на колени?

И дама, в самом деле, не дожидаясь согласия, бухается коленками об пол. Глупая, хоть бы подушечку положила, не бережет свои коленные суставы совсем.

А дальше драма набирает обороты. Вашество стоит, равнодушно взирая на девушку, а та на коленках приближается к нему и тянет свои загребущие ручки к поясу его брюк. Упс. Если тут сейчас будет эро, то я, пожалуй, тихонько уйду. Но до этого дело не доходит.

— Эдриан, любимый — явно переигрывает дама, даже я слышу фальшивые интонации в ее голосе.

Такая никого, кроме себя не любит.

— Любовь моя, — продолжает гнуть свою линию — я отказываюсь от графства, если у него такая цена. Я хочу просто быть с тобой и больше мне ничего не нужно.

Между тем, ее руки уже высвободили королевскую рубашку из-за пояса брюк и активно принялись расстегивать пуговицы.

Так, ну я не пойму. Эро будет или нет? Мне уйти или остаться?

— Уходите — говорит король.

Это он мне? Уже даже делаю шаг назад.

— Уходите, баронесса.

А, не мне. Отлично, значит, досмотрю. Снова подсматриваю в щель приоткрытой двери.

— Забирайте мой подарок и уезжайте, насладитесь природой и свежим воздухом в графстве. Все, что когда-то между нами было — остыло. И возврата нет.

— Ты нашел другую! — вскрикивает эта отставная любовница, не прекращая раздевать короля.

Ух, настырная какая, думаю почти с восхищением, ничто ее не берет.

Оу, Эдриану, смотрю, жутко не нравятся скандальные женщины. Его лицо, до этого выражавшее скуку, заледенело.

— Вы забываетесь, баронесса! Покиньте кабинет, пока я не приказал арестовать вас и не отравил в ссылку с лишением всех регалий.

Ого. Сказано спокойно и холодно, без эмоций, но даже меня пробрало. Баронесса, видимо, поняла, что сморозила глупость. Но слово, не воробей.

— Ваше Величество — она сделала реверанс и пошла на выход, пятясь задом.

Ха, интересный способ передвижения! Прячусь за штору, когда баронесса на всех парусах выплывает из кабинета. Хм, теперь дилемма. Стоит заходить к королю и дальше дергать тигра за усы, или лучше завтра? Мои раздумья прерывает голос:

— Вы вообще собираетесь заходить, или так и будете стоять?

Похоже, придется идти. Ладно, авось не съест.

Когда захожу в кабинет, Величество уже сидит в наглухо застегнутой рубашке с отмороженным выражением лица. Жаль, я бы еще полюбовалась. А что? Только ему можно пялиться на мои неприкрытые телеса? Невозмутимо отвешиваю поклон, этикет наше все, и подхожу к стулу.

— Присаживайтесь. У вас какой-то вопрос? — спрашивает свежемороженый.

— Да, Ваше Величество, — я сегодня сама вежливость, — хотела бы спросить у вас разрешение на торговлю.

Он удивленно приподнимает бровь.

— Зачем оно вам?

В смысле? Что за странный вопрос?

— Чтобы торговать — мило улыбаюсь.

— Обычно патент выдается исключительно мужчинам — считает нужным объяснить король. — Даже ЕСЛИ я выдам вам все необходимые бумаги, не уверен, что вы сможете ними воспользоваться. Видите ли, у нас до сих пор многие мужчины отказываются совершать сделки, если дело принадлежит женщине. Возможно, вы захотите нанять специального человека, который будет выступать вашим представителем в подобного рода делах?

— Возможно. Но сначала попробую сама.

Не буду говорить замороженному, что устала от этих мужиков, которые лезут носом в мое дело, еще в родном мире, навряд ли он поймет.

— Хорошо. Чем вы планируете торговать? Это товары или услуги?

— Оба варианта — отвечаю, замечая все более удивленный вид у короля. Глядишь, к концу разговора совсем разморозится, придется лужи воды под ним вытирать.

— А можно чуть подробнее о том, что вы планируете?

— Ясное дело, вам хочется понять, под чем вы собираетесь ставить свою подпись. Но, боюсь, мои услуги и товары весьма специфичны и, чтобы разобраться, как они работают, нужно ними воспользоваться.

Ехидно улыбаюсь. Еще никто в здравом уме из власть имущих не согласился вот так запросто ввериться ведьме. Даже, если не верят в колдовство, все равно остерегаются.

— Отлично. Я готов — заявляет этот… странный человек и возвращает мне мою ехидную улыбку.

— Увы, я сейчас не готова — приходится идти на попятный. — Но в другой раз — обязательно.

Его Величество сканирует меня прежним ледяным взглядом и произносит:

— Хорошо, я прикажу выдать вам бумаги, но взамен, вы окажете мне ведьмовскую услугу. Я наслышан от Раяны о ваших способностях, но пока не понял, как их использовать. Так что, такое соглашение вам подходит?

И смотрит, вздернув бровь. Думает, испугаюсь? Ха! Испугали ёжика голой… эээмм … А кстати, почему при короле у меня всегда задние мысли?? Лааадно, проехали. Делаю суровую мину прожженной торговки и киваю.

— Договорились. Исключительно ведьмовскую услугу я согласна предоставить по первому же требованию. Но. Сразу оговорюсь. Чужую волю я не подчиняю, на смерть ничего не делаю. Принципиально, а не потому, что не могу!

Вау. Это следовало сказать хотя бы ради того, чтобы увидеть, как треснет ледяная маска Его Величества. Брови полезли наверх, грозя спрятаться в волосах, а в глазах застыл вопрос «Я не ослышался, она и так может?»

Впрочем, он довольно быстро берет себя в руки. Пару секунд и он снова сидит со скучающим видом.

— Когда подойти за бумажками? — спрашиваю.

— Завтра все будет готово, заберете у секретаря.

— Замечательно — встаю, чтобы попрощаться и уйти, но застываю от его слов.

— Кстати, я хотел извиниться за дневной инцидент.

Я не сразу понимаю, о чем он и стою, словно под гипнозом, пытаясь сообразить, о чем речь.

— Аааа, вы о том, что увидели часть меня голой?

Могу поспорить, он поперхнулся! Но когда я через секунду на него смотрю, его лицо абсолютно бесстрастно.

— Ничего. Я не так давно вас пощупала, вы сегодня меня обсмотрели, думаю, мы теперь квиты.

И снова спокойно разворачиваюсь на выход, а в спину мне доносится абсолютно равнодушное:

— Ну я бы так не сказал. Одно касание к королевскому телу совсем не равно небрежному взгляду на ваши прикрытые красоты.

Во как завернул. Я опять останавливаюсь и поворачиваюсь. Сидит и смотрит на меня совершенно холодным взглядом. Реально, на какую-то секунду я даже подумала, что ослышалась. Но есть одно «НО»: я не страдаю слуховыми галлюцинациями.

— То есть, я вам по-прежнему должна? — спрашиваю, глядя в эти ледяные глаза.

— Именно так — следует ответ.

— Не возражаете, если я сейчас рассчитаюсь? — беру на слабо.

— Не только не возражаю, а даже настаиваю — получаю ответ от этой глыбы льда.

На мгновение даже зависаю. Опачки. Нашла коса на камень. Хм. И что теперь? Сдавать назад?

Смотрю на короля, а он на меня. И вижу, что только и ждет, когда я сбегу. Вау, неужели достойный противник?

— Отлично — подхожу вплотную к столу. — У вас есть ровно 10 секунд.

И поднимаю футболку.

— Один, два, три, четыре, пять — равнодушно считаю, глядя в окно за его плечом.

Скрипнул стул. И надо же было мне опустить глаза. Ой, зря. На меня еще никогда ТАК не смотрел мужчина. Как на кусок торта со взбитыми сливками. Когда хочется слизать эту густую пену и вонзить зубы в сладкое тесто. И насладиться вкусом, который тает на языке. И я замираю, как удав перед кроликом, напрочь забыв про счет и вообще про все.

— Время вышло — говорит этот айсберг. — Благодарю за сотрудничество.

За что? Сотрудничество? Ах ты ж…

Вместо этого мило улыбаюсь, с ощущением, что сейчас полопаются от натуги губы, и выхожу из кабинета, плотно закрыв дверь.

Пока иду по коридору, пересматриваю ситуацию и нахожу в ней больше комического. Поэтому, по приходу в свои апартаменты, вполне довольна жизнью и собой.

Ужинать решаю в одиночестве. Почему-то не хочется сейчас шутить и веселиться, а хочется тишины и сосредоточенности. Усаживаюсь в кресло-качалку и смотрю с балкона, как заходит солнце.

А ночью мне снятся странные сны о каких-то девушках и пауках. Просыпаюсь утром уставшая и злая. Фу, гадость какая.

Приняв ванную, завтракаю со всеми, но устав смотреть, на бесплодные попытки Хэйда, зову Машу с собой, под видом каких-то дел. Мы усаживаемся с чаем на балконе и я спрашиваю:

— Маааш, что происходит у вас с Хэйдом?

Подруга опять идет красными пятнами и говорит что-то невнятное.

— Слушай, я спрашиваю не с целью обидеть или поязвить, ты же меня знаешь. Просто не понимаю, что у вас происходит.

— Ничего — наконец выдавливает из себя Маша.

— Это я вижу, и удивляюсь. Потому и спрашиваю.

— Яра, ну ты посмотри на Хэйда. И на меня — подруга почти плачет. — Он просто со мной внимателен, не более того. Зачем мечтать о том, чего не может быть никогда?

— Маша! У тебя что, глаз нет? Хэйд влюблен в тебя — не выдерживаю и прерываю эти Машкины глупости.

— Это не так. Я просто нравлюсь ему, не более — упорствует подруга.

— Ладно, как скажешь — решаю не давить на нее, понимая, что только спровоцирую защитную реакцию и ухудшу ситуацию.

В дальнейшем наша беседа с Машей проходит веселее, болтаем о незначительных вещах. После обеда я иду к секретарю. Пробираюсь в приемную тихонько, все время поглядываю на закрытую дверь в кабинет. Видимо, мое зырканье в ту сторону весьма явное, потому что секретарь, словно невзначай, сообщает, что Его Величество уехал и будет только к празднику в мою честь. Бумаги с разрешением на торговлю я получаю. Бегу к себе, прижимая их к сердцу. Ура!! Первый шаг к исполнению мечты сделан. Теперь нужно найти домик и магазин, желательно все в одном здании.

Но сначала иду к Хэйду. Застаю его задумчиво сидящего на террасе.

— Привет, воздухоплавающим! — здороваюсь, усаживаясь рядом.

— Привет — отвечает задумчиво.

— А я к тебе по важному вопросу — закидываю удочку.

— Давай — вяло разрешает рыжик.

— Сейчас был разговор с Машей. Она призналась, что ты ей очень нравишься.

— Правда? — удивленно и радостно переспрашивает Хэйд.

— А зачем мне врать? — убедительно говорю неправду. — Короче, я к чему. Она очень робкая и застенчивая. И если ты будешь вот так вот, как сейчас, ходить кругами и не понятно чего ждать, у вас ничего не выйдет. Предлагаю быть более активным и напористым. Завтра бал. Вот и приурочь к этому событию усиление своего обаяния.

— Ты уверена? — и столько надежды в этот вопросе, просто ми-ми-ми.

— Абсолютно. Главное четко и прямо, не юли. Просто не оставь ей другого варианта.

— Понял, принял. Спасибо — Хэйд улыбается обаятельной и очень клыкастой улыбкой.

Красавчик. Улыбаюсь в ответ и иду к себе. Осталось отмучаться с примерками и приемом, а дальше — вперед к мечте!

Глава 5

Великий день бала начался рано. Вчера, уже перед сном, я договорилась с Хэйдом, что мы пойдем в город, поищем подходящее под магазин здание. Он сказал, что видел несколько неплохих вариантов, я согласилась посмотреть с ним, ведь это значительно сократит мне время поисков.

Поэтому утром, быстро позавтракав, мы рванули в город. Хэйд предложил лететь. В том смысле, что он машет крыльями, а я держусь на него и стараюсь не придушить на резких поворотах. Таким макаром мы добираемся за считанные минуты, правда, моя прическа выглядит, как воронье гнездо, но я на этом особо не заморачиваюсь, все равно своим видом буду привлекать излишнее внимание. Хотя, я сегодня оделась по-местному: в длинную зеленую юбку и широкую, застегнутую под горло, блузку.

Когда прибыли, повязала на голову платок, на манер, как у нас носят мусульманки, чтобы не выглядывали волосы, оставив открытым только лицо. Вроде, все прилично. Конечно, я все равно отличаюсь от местных женщин, но и на иномирянку уже не похожа, что и требовалось, собственно.

Первое же здание я отметаю сразу, как только мы туда входим. Нас встречает важный и напыщенный, как индюк, мужчина. Расхваливает и пускает много пыли в глаза, типа мы совсем идиоты. Без лишних слов я прощаюсь с ним и выхожу, а Хэйд за мной.

— Не понравилось? — уточняет на всякий случай рыжий, хотя по-моему лицу и так все понятно.

— Абсолютно. Давай следующий вариант.

Увы, следующие три варианта совсем не подходят. То далеко от торговых рядов, то слишком дорого, то нет жилья, только магазин. Время уже поджимает, скоро нужно будет собираться на прием, а я еще не во дворце даже. И тут Хэйд, хлопнув себя по лбу, говорит:

— Слушай, я тут вспомнил, есть еще один вариант. Отличный. На главной улице. Но есть несколько НО.

— Говори — отвечаю рыжему, но уже нюхом чую, что это мой вариант, вот даже руки зачесались бежать подписывать бумаги.

— Во-первых, там нужен ремонт. Небольшой, но все же. И во-вторых, ходят слухи, что там что-то водится. Какая-то остаточная магия, или еще что. Наши маги ничего не нашли, говорят — ерунда, но все, кто покупал этот магазин, через 5-10 дней требовали свои деньги назад, говоря, что там невозможно жить.

— В каком смысле? Почему? — пытаюсь выяснить информацию, а не эмоции.

— Без понятия. Это все, что известно. Больше ничего не знаю. Так что, идем смотреть? — Хэйд выжидающе на меня смотрит. — Или уже назад? Потому что времени осталось впритык.

— Идем. Кто не рискует, тот не пьет шампанское! — бодро декламирую удивленному рыжику.

— Это какой-то особый напиток? — спрашивает, пока мы шагаем в сторону магазина.

— О, да. Девушки его любят, он кружит головы и заставляет делать глупости — подмигиваю ошалевшему Хэйду.

— Опасная штука — говорит задумчиво.

— Не то слово — шутливо подталкиваю его плечом.

И вот мы подходим к магазину. О, да! Место оооочень хорошее. Рядом сквер, фонтанчик, лавочки. Тут можно будет крутую рекламную презентацию устроить.

Хозяйку магазина пришлось немного подождать. Хэйд за ней сходил, она живет через два дома, но собирается очень медленно. Я уже в нетерпении пританцовываю, привлекая к себе удивленные взгляды прохожих, когда дама все-таки приходит и открывает дверь, впуская меня внутрь.

Захожу в прохладную темноту дома, вдыхаю запах. Сухо, пахнет травами. Закрываю глаза и вдыхаю еще раз, сосредотачиваясь на ощущениях. Запаха тлена нет, значит, не все так плохо. Довольно улыбаюсь, прохаживаясь по скрипучим половицам. Нежно провожу рукой по полированной поверхности прилавка. Пахнет воском и лавандой.

С улыбкой поворачиваюсь к хозяйке дома.

— Я покупаю. Сколько вы хотите?

Женщина смотрит на меня не мигая. А потом говорит:

— Давайте вы сначала здесь поживете, и если все хорошо, вас все устроит, я подойду к вам через десять дней и мы заключим сделку.

Ага, значит, все-таки правда, что покупатели требуют возврата денег, а то подумалось, может, придумывают ради красного словца.

— Договорились — соглашаюсь я, сразу же получая связку ключей.

— Посмотрите все более тщательно, я торопить не буду — говорит женщина напоследок. — Ключи у вас от всех дверей. В магазине много чего осталось из инвентаря, мне оно без надобности, так что пользуйтесь. В комнатах есть мебель и что-то из посуды. Через десять дней зайду к вам. Всего хорошего.

Бывшая хозяйка дома удаляется, а я счастливо улыбаюсь, сколько бы так еще стояла, глядя на грязные окна — не знаю, но в реальность меня возвращает голос Хэйда:

— Яра, проснись уже. Мы опаздываем.

Бросаю прощальный взгляд на магазин, закрываю все, и мы с Хэйдом летим, сломя голову назад. У меня времени в обрез, в апартаментах уже ждут портнихи и мастера прически, а вот рыжик более свободен, потому получает от меня огромный баул с ведьмовскими вещами и ласковый, но мощный посыл отнести это в мой новый дом.

Едва он уходит, как меня пускают в переработку. Сначала ванна, потом натирание какой-то пахучей субстанцией. Маникюр — педикюр, к сожалению, без лака, но от долгого натирания тряпочкой ногти просто сияют.

После спа процедур меня одевают в тонкие короткие штанишки, а на верх накидывают косынку, пока делают прическу и что-то типа макияжа. Сижу в ожидании окончания этого безумства и почему-то вспоминаю вчерашний эпизод в королевском кабинете. Что на меня нашло вообще? И Вашество тоже, молодец, не растерялся, воспользовался ситуацией. А этот его взгляд? Даже сейчас, при одном только воспоминании, меня обдает жаром. Надо отплясать этот бал и съезжать, а то всякие мысли дурные в голову лезут. Так и до неприятностей недалеко.

А затем принесли платье. И на какое-то время, я обо всем позабыла. Какая красотааа. Нежного, оливкового цвета, расшитое серебром и жемчугом, оно блестит и переливается так тонко, словно соткано из невесомой дымки и тонких ивовых листьев, из росы на траве и легкого запаха хвои. Я просто влюбилась в это платье.

А когда меня одели, я не смогла сдержать возглас изумления. Еще никогда я не выглядела так изысканно и женственно. Даже подошла ближе к зеркалу, чтобы убедиться, что это действительно я, а не какая-то другая девушка, похожая на меня.

Когда получилось отвести взгляд от зеркала, вижу входящую Машу. Ух ты, она тоже превратилась в сказочную принцессу. Ее каштановые волосы вымыли и красиво уложили волнами, кожу чем-то затонировали, из-за чего аллергические пятна стали совершенно не видны. А синее платье великолепно смотрится и оттеняет глаза. Ну все, Хэйд! Если ты сегодння не захомутаешь Машу, значит, ты ее не достоин!

Словно услышав меня, явился рыжик в строгом, черном костюме с золотой вышивкой. А за ним и Раяна с Яном, тоже при параде.

— Раз все в сборе, пожалуй, пойдем — говорит принцесса, и мы выходим.

Впереди брат с женой, а за ними Хэйд и мы с Машей, взявшие его под руки.

Так и входим в танцевальную залу. Нас объявляют, потом король толкает речь о новых семейных узах и все такое. Не знаю, кто как, а я не слушаю эту ерунду. Просто стою и смотрю на него. Возможно, даже любуюсь.

Ну вот как так можно выглядеть в его возрасте? Племянница вон чуть младше меня. А Эдриан выглядит лет на 35, не старше. Белая грива волос завязана в сложную тугую косу, черный камзол, шитый золотом. Выражение лица, как обычно, холодное и гордое. На секунду, наши глаза встречаются и я замираю. Кажется в их глубине что-то мелькает, но Эдриан переводит взгляд дальше и теперь уже нельзя сказать наверняка, действительно ли они блеснули усмешкой, или мне показалось?

Когда торжественная часть заканчивается, начинаются танцы. Хэйд моментально оккупирует Машу, не отпуская ни на шаг. А я довольно потираю ручки, надеюсь, теперь у них все получится.

И тут передо мной возникает мой кошмар. Его Величество Айсберг, собственной персоной.

— Первый танец для королевских особ — сообщает он мне ледяным тоном, видимо, от этого у меня по телу бегут мурашки, заморозил, гад.

— Ну так идите, танцуйте, я разве мешаю? — отвечаю радушно.

— Нас будет две пары. Раяна с мужем и мы с вами. Таков этикет. Поэтому, прошу вашу руку.

И протягивает ко мне лапень свою загребущую. Я ж только тверк танцевать умею. Но сомневаюсь, что здесь это хоть кто-то оценит. Стою и смотрю на его руку. Загорелая, сильная. Длинные пальцы, аккуратные ногти, на ладони мозоли от оружия.

— Если вы сейчас же не примете мою руку и не выйдете танцевать, я вас вытяну насильно и думаю, вам это не очень понравится — абсолютно спокойно говорит этот дядюшка Мороз.

Ладно, сам напросился. Кладу свою ладонь поверх его, стараясь не обращать внимания на тот факт, что у этого свежемороженого венценосного тунца на удивление горячая кожа. И иду с ним в середину танцпола, или как там оно называется.

Щаз станцую тебя, век не забудешь!

Начинается музыка. Холодильник подходит ближе, прижимает ладонь чуть выше моей талии и делает шаг назад. А я волочусь за ним, как туалетная бумага за подошвой туфель. Упс, кажется, это я сейчас буду выглядеть не очень. Шаг на меня, и я едва успеваю спасти пальцы ног от столкновения с его копытами.

— Вы что, не умеете танцевать? — спрашивает капитан очевидность.

— Конечно, умею — отвечаю, наступив каблуком на носок его туфель.

О, смотри каков, даже не скривился от боли, но зато стал более внимателен. Теперь у нас движение по кругу, прижав ладони к ладоням партнера. Так я умею. А потом снова шаг к Снеговику, буквально падаю на его грудь, прижав все стратегически важные места к амбразуре противника. Его гневный выдох щекотно шевелит волосы на моем виске, и я, не сдержавшись, хихикаю. Из-за чего сразу же оказываюсь тесно прижата к вражескому телу, а его руки слегка меня приподнимают.

— Повесите спокойно, я потанцую за двоих — сообщает мне этот Николай Цискаридзе.

Да, как скажешь. Повисаю печальной тряпочкой в его руках. Была мысль завалить голову на бок и, высунув язык, прикинуться мертвой, но потом подумала, что это перебор. Хотя… едва удержалась от соблазна подколоть.

Музыка заканчивается, мы совершаем поклоны. И я хочу метнуться, куда-нибудь спрятаться, но понимаю, что к моей ладони что-то прилипло. Оглядываюсь. Точно, 100 килограмм чистейшего королевского льда сверкают глазам в моем направлении. Кажется, сейчас кого-то будут бить…

Глава 6

— Предлагаю прогуляться, подышать воздухом на балконе — говорит тот самый айсберг, что потопил Титаник.

— А мне срочно в уборную надо — сообщаю, мило улыбаясь.

— Поговорим и сходите — невозмутимо отвечает Его Ледяное Величество.

— Тогда уже будет поздно — продолжаю гнуть свою линию.

— Хорошо, идите, но я жду вашего возвращения и нашего разговора — несется мне уже в спину.

Ждите, чего хотите, я тут причем? Я не обязана соответствовать чьим-то ожиданиям. Захожу в дамскую комнату. Ого. Тут можно отлично провести оставшееся время. В углу столик и мягкий диванчик, на нем графин с чем-то прохладительным. А закуску зажали. Ладно, обойдемся.

Уселась на диван, скинув туфли на небольших, но все же каблуках. Приглушенный свет, красивые растения, как ни странно, приятно пахнет. Едва я расслабляюсь, от понимания, что нашла отличное место, где можно спокойно отсидеться, как моих ушей достигает занимательный разговор двух барышень.

— И он мне графство сует. Представляешь? В далекой провинции! Что я там буду делать? Зачем мне эти виноградники? Я вино ПИТЬ люблю, а не изготавливать! А он… Я все для него делала! Все, что он хотел и даже больше! Льдина, а не человек! Сердца у него нет, зря я согласилась тогда на его условия. Столько месяцев, а он вышвырнул, как использованную тряпку!

— Ну, дорогая, не расстраивайся так. Все знают, что наш король живет умом, а не чувствами, иначе он бы не правил так хорошо, и наше королевство не процветало бы.

— Да плевать мне на это! Он меня использовал! И бросил! Без жалости! Наверняка уже нашел кого-то глупее, чем я, на замену. Чтоб позволяла собой пользоваться и не возражала.

— Я слышала, что министры склоняют нашего правителя организовать отбор невест. Возможно, с этим связана твоя отставка?

— Чтоб ему попалась гадкая уродина, с которой будет сильная магическая связь!

— Тссс, что ты такое говоришь? Не приведи, Богиня, услышат еще. Пойдем лучше в залу, потанцуешь, развеешься.

Опачки. Они сейчас выйдут сюда, а тут я. Куда прятаться? Судорожно ищу глазами подходящее место. За швабру? За кадку с цветком? Бииин. Куда? Под стол? Точно! На столе длинная скатерть, до самого пола, главное, чтоб я туда поместилась. Сползаю за секунду на пол и ныряю под стол, облегченно выдыхаю.

В следующую секунду вижу две вещи. Первая — ожидаемо выходят к умывальникам две дамы, слышу перестук каблуков и шелест юбок. Вторая — я, балбеска, забыла свои туфли! Они красивенько так лежат перед диваном, ровно там, где я их сняла. Маааать — и — мачеха!! Надо пропить травки для памяти. Спряталась, типа. Смайлик рука-лицо в студию. Может не заметят?

— О, смотри! Какая-то идиотка забыла тут свою обувь.

Ага, совсем не заметили.

— А давай заберем? — это голос той, что жаловалась на свою попользованность.

— Зачем она тебе? — удивленный ответ.

Да! Мне вот тоже интересно, зачем ей чужая ношенная обувь? Фетишистка? Фууу такой быть.

— Вынесем и кинем где-нибудь, чтоб эта ненормальная следила за своими вещами.

А нет, просто стерва. Прям полегчало. На секунду. Потому что мои туфли таки берут и выносят.

Ээээ и что теперь? Сижу, думаю, не спеша вылезать из укрытия. Тут дверь в дамскую комнату опять открывается. Ловлю себя на мысли, что если сейчас мимо пройдут туфли моего размера, то не погнушаюсь зверски напасть и отобрать добычу.

Увы, меня ждет разочарование. Туфли неплохие, но явно мужские и не менее 43 размера.

— У вас все хорошо? — спрашивает обладатель начищенной обуви.

Ооо, этот голос я узнаю сразу, больше ни у кого нет таких холодных и высокомерных модуляций.

— У меня все отлично — отвечаю.

— Тогда что вы делаете под столом?

От тебя прячусь, олень ты северный. Жаль нельзя такое сказать.

Выползаю из-под стола, стараясь сделать это изящно, но наступаю коленом на подол, раздается треск…

— О, Богиня! — произносят обреченно над моей головой, а потом але-оп и я стою на своих двух перед королем.

И, прошу заметить, это все происходит в ЖЕНСКОМ туалете! Спрашивается, чё те надо в таком не мужском месте?

— На выход — произносит господин Метелица и, подхватив меня под руку, сопровождает в выше указанном направлении.

Даже не успеваю ему сообщить, что я босая. Говорят: гол, как сокол. А если босая? Бос, как барбос? Ну… примерно так я себя и ощущаю, король величаво ступает каблуками, а за ним, как хвост барбоса, мотыляюсь я.

Мы проходим зал и выходим на балкон. Добился-таки своего, вышли поболтать. Отпускает мою руку и отходит к перилам. Луна щедро серебрит его белую косу, бликует на расшитом камзоле, придавая еще больше схожести с ледяной статуей.

Стою, переминая босыми ногами. Как бы так оттянуть подол, чтоб не выглядывали мои пальцы в ажурных чулочках, привезенных из современного мира?

— Почему вы не сказали, что не умеете танцевать? — спрашивает ожившая статуя короля.

— Ну… вы не спрашивали — отвечаю и думаю, может, подойти ближе? Вблизи ему не будет видно мои ноги. Так и делаю. Медленно, но неуклонно двигаюсь в сторону балконных перил.

Его Величество слегка удивленно наблюдает за моими передвижениями и, когда я оказываюсь возле него, воззаривается на меня таким взглядом, словно я его домогаюсь. Не льсти себе, я предпочитаю мяско с румяной корочкой, а не замороженную скумбрию. Мило улыбаюсь, упираясь локтем в перила.

— Ну что ж, мое упущение, признаю — говорит этот сторонник этикета, делая шаг назад.

Прям захотелось выставить впереди себя руки со скрюченными пальцами и сказать замогильным голосом: «Иди ко мне, деточкаааа». Сдержалась… едва. Вау, а это заразно. Скоро и я буду ходить с прямой спиной и постной миной. Мамочки, надо срочно переезжать!

Поправляю платье, стараясь, чтобы подол был подлиннее и… снова раздается треск, отпадает бретель у платья, обнажая мою… а нет, успеваю схватить край декольте.

Король делает шаг ко мне, не знаю, поддержать то, что чуть не выпало, или ткань платья, или еще что… но в итоге, он наступает мне на палец ноги.

— АААуу — выдаю я.

— А где ваши туфли? — следует недоумевающий вопрос и такой же взгляд.

— У меня их не было? — пытаюсь выкрутиться.

— Ерунда! Я отлично помню, как вы во время танца наступили мне на пальцы каблуком.

— А, так это вы сейчас мне так отомстили, а то я уже подумала, что вы помочь хотели — подкалываю.

— Я и хотел. Ой, к чему этот глупый разговор? — спрашивает он у меня и, накинув на мои плечи свой камзол, подхватывает на руки и куда-то несет.

Утопит? Или прикопает?

— Имейте в виду, я вернусь призраком и буду являться вам по ночам, лишая сна и отдыха — сообщаю на всякий случай.

— Вы еще не уходили, чтобы возвращаться — сообщает мне этот Йети и пыхтит со мной по лестнице.

Заходим куда-то, стук двери. Ооо, так это господские покои. Меня сажают в кресло, вернее, сбрасывают, как тюфяк.

— Зачем мы тут? — спрашиваю настороженно.

— Вы не можете в таком виде ходить по дворцу, да еще во время приема, рискуя столкнуться с кем-то из гостей. Завтра пойдут слухи, что вы падшая женщина — на последних словах, губы короля кривятся, словно он лимонов наелся.

— А вам какое дело до слухов?

— Вы — родственница моей племянницы, ваша дурная слава обязательно скажется и на ней. Ее и так до сих пор называют Черной принцессой, не стоит рисковать и раздувать только успокоившийся конфликт.

Н-да, после такой отповеди чувствуешь себя коровьей лепешкой. Умеет же, гад, морально раздавить, даже не шевельнув бровью.

— И долго мне у вас сидеть?

— Недолго. Сейчас дам тапки и пойдете спокойно в свое крыло — следует равнодушный ответ.

Величество поворачивается ко мне тылом и топает к кровати, наклоняется за обувью. Бессовестный, вот знает, чем брать развратную меня! Лучшие свои места демонстрирует и, наверняка, специально!

Демонстративно отворачиваю голову в сторону двери, типа давай быстрее, хочу на выход. Он ставит тапки передо мной, наклоняюсь, чтобы их надеть, у меня грозит вывалиться все из декольте. Ерзаю немного в бесплотных попытках, а потом смотрю на замороженного. Он стоит, лицезреет мои жалкие потуги и никак не реагирует. Ждет просьбы?

Ладно. Из нас двоих, корона только у него.

— Будьте добры, помогите с обувью — и протягиваю ножку в ажурном чулочке, аки Золушка.

Его Королевское хладнокровие сначала смотрит на меня непонимающе, потом до него доходит, ЧТО я предлагаю. Это ж ему нужно стать на коленку передо мной, или наклониться не очень эстетично. А я сижу и смотрю на него умоляющими глазами кота из «Шрека». Сама невинность.

И вот… лед тронулся. Он становится на колено и берет мою ступню в свои ладони. Ох, меня даже жар пробирает. Какое-то время удивленно смотрит на мою ажурную ногу, а затем делает то, чего я никак от него не ожидаю: приподнимает подол, странно глядя на чулок.

— Что это? — спрашивает у меня хриплым голосом.

— Это чулки — отвечаю, судорожно сглотнув, чтобы смягчить внезапно пересохшее горло.

— Красиво — словно завороженный, он продолжает сдвигать подол вверх, а я просто хлопаю глазами и все.

— Спасибо — вежливо отвечаю, вся сосредоточенная на его руке.

От чего-то у меня вырывается рваный выдох, Эдриан моментально поднимает голову и смотрит, абсолютно черными от широких зрачков, глазами. А в следующее мгновение, его губы накрывают мои в сладком и горячем поцелуе.

Глава 7

Просыпаюсь нехотя, словно пытаюсь вынырнуть из глубокого озера. Истома во всем теле так и просит еще полежать, понежиться. Но что-то тревожное бьется в сердце, заставляя открыть глаза, что я и делаю.

И тут же сон сходит на нет. События минувшей ночи моментально всплывают в памяти, вызывая озноб и сладкий трепет одновременно. В ужасе поворачиваю голову вправо, уже догадываясь, что увижу, но все же глупо надеясь на другое.

Увы, на соседней подушке спит Эдриан. Его лицо, без обычной надменности и хмурой морщинки между бровями, выглядит моложе и красивей. Хотя куда уж красивей? Я таких мужчин всегда старалась избегать: привлекательных, властных, сильных. Такие сломают и даже не заметят.

А теперь вот, получите, распишитесь. Лежит рядом лучший экземпляр из подобных мужиков и, что хуже всего, ночью у меня с ним был великолепный секс. Самый офигенный за мою жизнь. Блиин, что я наделала? Как теперь из этого выпутаться? Вон он сейчас проснется, и я увижу в его глазах равнодушие, или еще хуже, осуждение. Надо валить, пока не поздно!

Мы спали по разным сторонам кровати, даже во сне оберегая свое пространство и не желая сближаться, поэтому мне сейчас ничего не стоит тихонько вылезти из-под одеяла и, быстро одевшись, поспешно покинуть королевскую спальню. Ссутулив плечи, громко хлопая огромными тапками по пяткам, пролетаю мимо стражников и несусь в свои апартаменты.

Закрыв дверь, выдыхаю. Мне срочно нужна ванна. Пока смываю с себя запоздалое чувство раскаяния и следы страсти, обдумываю план побега. Да, по-другому это не назвать. Сейчас, пока раннее утро, можно попытаться ускользнуть в новоприобретенный дом. Правда, я так и не поговорила о ссуде с братом, но это подождет.

Выйдя из ванной, быстро одеваюсь, и скидываю вещи в сумки, все, без разбору. Создаю суету и шум-гам, чтобы только на секунду выбросить из головы эту ночь.

И его глаза. И нежные пальцы, которые очерчивают линии моей татуировки. Медленно и трепетно с плеча по боку и под грудь.

— Что это за рисунок? — хриплый голос.

— Татуировка, шиповник — едва соображаю, что говорю.

— Это куст? — и проводит пальцем в складочке под грудью.

— Это цветок — шепчу сухими губами.

— А почему не цветет?

— Отцвел уже — в моем голосе горечь.

— Было больно? — спрашивает, но ответ не важен, потому что его губы слишком близко к моей коже, слишком горячо.

Блииин. Все, Яра, собралась! Соски в тиски и вперед на баррикады! Собрав вещи, бесцеремонно бужу Машу. На секунду удивляюсь, почему она в своей спальне и сама, но потом забываю об этом факте.

Побросав и ее вещи, расталкиваем заспанного Хэйда. И он переносит сначала меня, а потом и Машу. Третьей и четвертой ходкой — наши сумки. Еще только 8 утра, а мы уже управились с великим переселением.

Хэйд улетел, мы с Машей стали осматриваться. Магазин небольшой, в квартирке наверху две комнаты, кухня и санузел. Конечно, не королевские хоромы, но и мы не королевишны. Дружно принялись за уборку. Сначала магазина, потом верхнего этажа. Почти весь день на это убили, но в хозяйских хлопотах и житейских делах мысли о моем неосмотрительном поступке ушли куда-то на задний план.

Был уже поздний вечер, когда мы закончили. Сидя на кухне и жуя бутерброды с чаем, я чувствовала себя вполне довольной жизнью.

— Машенька, а не хочешь рассказать, как у вас дела с Хэйдом? — решаюсь завести разговор.

— Все хорошо — краснеет подруга.

— Нет, если не хочешь говорить… — начинаю я, прекрасно зная, что ей нужно поделиться.

— Хочу, — Маша пододвигается ближе ко мне, глаза ее сияют — Хэйд вчера признался мне в любви! Представляешь? Мы пошли на бал. Он все время был со мной рядом, все танцы только с ним, никого ко мне не подпускал. А потом отвел на балкон.

Оу, у них тоже был балкон?

— И поцеловал — в восторге продолжает подруга. — А я расплакалась.

— Чего это? — интересный поворот.

— Не знаю. От избытка чувств, или от радости. Не знаю! Слишком много всего. И он был так нежен, но настойчив. Я могла только уступать. Это вызывает и восторг, и страх, вот эта вот его власть надо мной.

— Глупышка — успокаиваю, ласково поглаживая ее ладошку. — Хэйд хороший парень, он низачто не обидит тебя. Просто доверься, если не ему, то мне.

— А ты погадаешь мне на Таро? — спрашивает, затаив дыхание.

— Конечно — улыбаюсь. — Но не сегодня. В ближайшее время, как распакуемся.

— Спасибо. Ты лучшая! — Машка бросается на меня с объятиями.

Какое-то время мы хихикаем и обнимаемся, а потом она уходит спать.

Я выключаю свет и тоже собираюсь отдыхать, когда слышу какой-то непонятный звук. Похоже на скрежет. Прислушиваюсь. Тишина. Едва делаю шаг к спальне, как опять возобновляется звук. Тааак. Беру из кухни самый большой нож и тихо, на цыпочках, спускаюсь вниз, в магазин, очень надеясь, что ступеньки не заскрипят под моими ногами.

Внизу темно и тихо. Лунный свет лишь тонкими полосками пробивается сквозь закрытые ставни, почти не давая освещения. Всматриваюсь в темноту, стоя внизу лестницы. Неужели показалось? Какое-то время стою тихо. Ничего. Ни звука. И когда я разворачиваюсь, чтобы пойти спать, меня за плечо кто-то хватает. Резко разворачиваюсь, держа нож перед собой — никого. Раздается внезапный стук справа, я поворачиваю голову, и вижу, как по прилавку маршируют мои бутылочки с эфирными маслами.

Ах, вот ты как! Ладно, еще пожалеешь, что связался с ведьмой!

Ах, вот ты как! Ладно, еще пожалеешь, что связался с ведьмой! Быстро ныряю под прилавок, выхватываю из коробочки пучок полыни и зажигаю от спички. Положив коптящую траву на специальную тарелочку, ставлю черную свечу на очищение пространства.

У меня на руке браслет с плетенной красной ниткой и специально заговоренными камнями, поэтому любые ментальные атаки исключены, а вот физический вред мне вполне могут нанести, поэтому нож из рук я пока не выпускаю. Беру полынь в руки и прохожу по всем углам. Бутылочки с эфирными маслами стоят недвижимо. Постояв немного, понимаю, что это не домовой и прочая мелкая нечистая сила, они бы уже себя проявили.

Лааадно. Кто еще это может быть? Положив траву назад на тарелку, раскладываю Таро. «Смерть», «Повешенный». Ага… имеем дело с мертвым. Плохо, блин. Я не медиум ни разу. Но попытка ведь не пытка?

А потому достаю специальное благовоние на основе ладана, мирры, сандала и других компонентов. Поджигаю. Душистый дымок поднимается вверх и рассеивается, наполняя помещение и мои легкие специальными веществами для успокоения мозга, очищения его от ненужных мыслей и тревог. Тело становится невесомым, а разум — пустым.

— Давай, покажись — говорю сначала с закрытыми глазами, а потом открываю их и разглядываю помещение.

Тишину нарушает очередное постукивание по прилавку. Это баночки снова маршируют, то подскакивая вверх, то с грохотом опускаясь на деревянную поверхность.

— Покажись, шутник — продолжаю рыскать взглядом по магазину, надеясь уловить движение или образ, или вообще хоть что-то.

Ничего. А бутылочки, меж тем, весьма бодро маршируют в обратном направлении, грозя разбиться и сильно сбивая меня с настроя.

— Мааать — и — мачеха! Задолбал, жонглер цирковой! Покажись лучше, юморист! — не выдерживаю я, переходя если не на крик, то на повышенный тон.

— Можно подумать, ты меня увидишь, если я покажусь — доносится едва слышный шепот откуда-то справа.

— Можно подумать, ты не хочешь воспользоваться возможностью и проверить — отвечаю в тон голосу, глядя туда, откуда шел звук.

Если бы я так сосредоточенно и тщательно не всматривалась, вряд ли увидела бы, как в мою сторону двинулась тонкая, совершенно прозрачная сущность. Она останавливается перед прилавком. Куда смотрит и как выглядит — не понятно, слишком тонкие очертания фигуры плывут и меняются, не удерживая четкие контуры. Н-да, надо было еще подышать миррой и ладаном, может изображение тогда бы улучшилось? А пока что до HD качества ему оооочень далеко.

— Ну, привет — говорю, глядя туда, где, по-моему мнению, у призрака расположено лицо.

— Ты меня видишь? — следует закономерный вопрос слабо эмоциональным шепотом, но все же, в нем можно различить удивление.

— И вижу, и слышу. Но очень плохо. Размыто, так сказать — уверено отвечаю.

— Наааадо жееее — протяжно произносит сущность. — Никогда бы не подумал, что в наш мир может занести ведьму.

Ага, значит он — мужского рода.

— Слушай, может, поговорим нормально? Прекрати уже этот цирк — киваю в сторону все так же постукивающих бутылочек. — Ты мне все масла сейчас испортишь, а вместе с ними и мое настроение.

Мгновение и все бутылочки замирают, но одна из них все так же продолжает весело топать в моем направлении.

Приподнимаю брови, вопросительно глядя в сторону сущности, типа, а эта тара почему не угомонилась?

— Лаааадан — отвечает он на мой взгляд таким тоном, словно я понимаю, о чем речь. — С ним всегда проблемы.

Он делает взмах в сторону бутылочки, но та явна не настроена на покой. Она, вдруг, начинает скользить, аки фигуристка на льду, по полированной поверхности прилавка. Вот она разгоняется, делает аксель, а за ним следом — тройной тулуп и, приземлившись на «ноги» замирает.

Захотелось поставить 10/10 за технику исполнения и артистизм, а еще — поаплодировать. Едва сдержалась.

С тяжелым вздохом призрак делает еще один взмах рукой, и Олимпийская чемпионка среди бутылочек послушно летит назад в коробку.

— Занятное зрелище — сообщаю прозрачному.

— Ну, надо же мне как-то развлекаться — почти жалобно шуршит призрак.

Замечаю, что теперь вижу его лучше. Конечно, он все равно просвещается, но теперь я лицезрю вполне себе мужскую фигуру и круглое лицо с пышными усами, торчащими под прямым углом к туловищу. Колоритная личность.

— Так ты нормально развлекался. Вооон сколько покупателей выжил — отвечаю строго на его попытку разжалобить.

— Потому что им тут нельзя быть!

— Почему? — просто изнываю от любопытства.

— Магазин нельзя продавать. Еще не нашли тайное место.

— О, Боже. Гарри Поттер и «Тайная комната» ты случайно не тот самый, имя которого нельзя произносить вслух?

— Я не понимаю, о чем ты. Но пока моя жена не найдет тайное место, магазин продать я не позволю!

Приехали. Оказывается это муж хозяйки магазина.

— Заначку, что ли где-то тут спрятал? — спрашиваю ради прикола.

И вижу, что прозрачный силуэт начинает отсвечивать. В переносном смысле.

— Ха! Я угадала. Ну, ты даешь! Не мог хотя бы на смертном одре признаться?

— Не успел — грустно ответил призрак, и мне как-то перехотелось веселиться.

— Ладно. От меня что нужно?

— Помоги мне и ей. Когда она найдет деньги, я смогу уйти.

Ну вот, только этого мне еще не хватало…

Глава 8

— Ладно — устало соглашаюсь, день был сложным, ночь бурной и хочется уже спать — допустим, я соглашусь. Где искать заначку?

— Если б я знал — выдает призрак.

— Чего? Все, спасибо, что заходили — делаю вид, что встаю.

— Я, правда, не знаю. После смерти что-то такое случилось, и я не все помню. Знаю только, что не могу уйти, пока моя семья не обеспечена.

Вот, гад, на жалость давит.

— Давай, я обмозгую твое дело, но завтра, на свежую голову, потому что сейчас уже почти ничего не соображаю. Пожалуйста, не шуми больше, дай отдохнуть. Завтра все решим.

И даже не глядя на сущность, иду по лестнице наверх. Реально, жутко устала. На кровать заваливаюсь прямо в одежде. В сон бухаюсь с разбегу, даже не успев снять тапки.

Утро приходит неожиданно и нагло. Площадь шумит, лавки открываются. Торговцы зазывают первых покупателей. Шум, гам. Надо было взять другую комнату, окна которой выходят на противоположную, более узкую и тихую улицу. Эээх. Зато у меня есть балкон. Он меня вчера и подкупил.

Слезла с кровати, впихнула ноги в тапки 43 размера (да, я их конфисковала, типа за моральный ущерб) и открыла дверь на балкон.

Сразу усилился уличный шум, а в комнату полетели птичьи песни. И пыль с деревьев, усиленно переливаясь в золотом солнечном луче. Красооота). На противоположной стороне выстроились лотки с овощами и фруктами. Молодой продавец, увидев меня бледную и измочаленную, решил, что мне не хватает витаминов. Махнул рукой, подмигнув. Я махнула в ответ и едва успела поймать брошенное мне наливное яблочко. Улыбнулась ему, протерла фрукт о мятую после ночи футболку и вгрызлась, брызжа во все стороны сладким соком.

Ммм, «какой хороший день, какой хороший пень, какой хороший яяяя и песенка мояяяя» — вспомнился мультик. Напевая и хрумкая яблоком, я наслаждаюсь всем вокруг. Пока не замечаю… знакомую белую косу в обрамлении шлемов стражников. Мать-и-мачеха, какого пустырника ему тут надо?

Первая моя реакция — резко присесть на корточки. Может, не увидит, подумает, что никого нет, и уйдет? Сижу, едва дыша. Яблочный сок стекает с ладони по руке до самого локтя.

— Именем короля, откройте! — громогласно заявляет один из стражей.

Ощущение, что всё на улице замерло. Даже пыль зависла в воздухе без движения.

— Прямое не подчинение требованию несет за собой штраф и вскрытие помещения — продолжает трубить страж.

Вот обнаглели! Дверь они собрались ломать. Произвол! Руки прямо зачесались скинуть яблочный огрызок одному хладнокровному просто в серединку вычурной прически. Но сдержалась. Вместо этого, свесилась через перила вниз и заорала.

— Да что ж это такое, а?? Честную девушку будят спозаранку, угрожают дверь выломать! Оставить беззащитную и беспомощную! Как жить- то после такого надругательстваааа!

Айсберг поднимает белую голову, сверлит меня ледяным взглядом и спокойно говорит:

— Если закончила ломать комедию, открывай.

И снова опускает голову вниз. Словно ему совсем не интересно, что я сейчас скажу или сделаю. Вот прямо нарывается на яблочный огрызок, хек свежемороженый. Чем там рыбу фаршируют? И вообще, когда это мы перешли на «Ты»? Секс, знаете ли, еще не повод для панибратства.

Рассерженная спускаюсь вниз, открывать дверь. Хорошо Машка спит, нам тут дверь выламывают, а она и бровью не ведет! Сержусь, а сердце в груди как-то весело и радостно стучит с перебоями, глупое.

Дядюшка Мороз проходит мимо меня вглубь магазина, стражи остаются за закрытой дверью. Поворачиваюсь и захожу за прилавок, начинаю разбирать бутылочки, мешочки, типа занятая такая, просто жуть. Ну и чувствую себя в большей безопасности, когда между мной и этим… эскимо тяжелая деревянная преграда.

Блииин, вспоминаю, что как встала, даже не причесалась. Страшно представить, на что сейчас похожи мои короткие волосы. В секунду слабости, хотела было спрятаться за прилавком с головой, но потом опомнилась. Какого ладана, спрашивается?! Это не я к нему вломилась спозаранку, а он ко мне!

Вызывающе поднимаю глаза и натыкаюсь взглядом на его хмурый вид. Словно стоял и ждал, когда я посмотрю на него.

— Чему обязаны? — спрашиваю деловито.

— Плановая инспекция — коротко отвечает, начиная прохаживаться по магазину. — Вы занимаетесь таким родом деятельности, что нам не знаком. Поэтому, будьте готовы к постоянным визитам государственных чиновников и инспекторов. Нам нужно убедиться, что ваша деятельность не наносит вреда нашим жителям, а только способствует улучшению благополучия.

— А у вас инспекторы закончились? Что вы вместо них ходите? — невинно улыбаюсь, продолжая раскладывать травы.

— Вы слишком ценный экземпляр, чтобы доверить абы кому — с ехидством отвечает, прохаживаясь туда-сюда. — А еще слишком странно себя ведете.

Останавливается и смотрит на меня в упор. А у меня начинают подрагивать пальцы. Прячу руки под прилавок и смотрю на его холодное лицо. Ни одной эмоции на нем, ни тени какого-то чувства. И глаза холодные, даром, что по-весеннему зеленые. Молчу. И он молчит, слегка вздернув бровь.

— Хорошо. Я осмотрелся. Не вижу никаких препятствий для вашей деятельности. Пока что…

С этими словами, он разворачивается и уходит, аккуратно прикрыв за собой дверь. Все, можно выдохнуть. Запираюсь и иду будить Машу. Хорош дрыхнуть! У нас еще вагон работы!

Заначка сама себя не найдет!

И снова весь день в беготне и трудах. Вытерли и наполировали все поверхности, развесили на стенах картины, разные обереги, на полках расставили баночки.

Нашлась парочка хороших мастеров, которые прибили нам вывеску «В гостях у ведьмы» за пару кусочков душистого мыла моего изготовления. Я заверила мужиков, что мыло волшебное, когда их жены ним будут мыться, то станут ласковее и добрее. Причем, не соврала, только немного приукрасила.

Едва мы повесили вывеску, как появился первый покупатель. Вернее, покупательница. Колокольчик на двери переливчато зазвонил, и в магазин зашла женщина. На вид, лет сорока, желтоватые круги под глазами, пигментация на лбу. Покупательница застыла на месте, глаза ее лихорадочно бегали по обстановке. Было видно, что она ей нужна помощь профессионалов. И я, гордо выпятив грудь (ну… или в моем случае, ее зачатки), подошла к женщине.

— Здравствуйте. Меня зовут Яра, я владелица лавки. Вижу, вы немного растерялись от обилия незнакомых вещей, давайте я проведу для вас экскурсию. В смысле, покажу все тут.

Дама попыталась сделать резкое движение в сторону двери, но была поймана под локоток и сопровождена к столику возле окна. Я помогла ей присесть, налила чаю, поставила печеньки- звездочки и уселась рядышком.

— Скажите, а вас не беспокоит тяжесть под правым ребром и чувство горечи во рту по утрам? — спрашиваю, уже зная ответ.

— Откуда вы знаете? — удивленно спрашивает женщина, выпучив глаза.

— Ну, вы же пришли в ведьмовской магазин, — напускаю туману и рекламы — а мне, как ведьме, видны такие моменты. Вы обращались к лекарям, магам? К кому-нибудь?

— Лекари только диету прописывают. Маги у нас по-другому работают, вы, наверное, не отсюда, не знаете. Лечить могут только Маги Жизни, но их мало. И они не влияют на болезни, они больше восстанавливают ауру, запас жизненных сил, остановить кровь могут, да. А так…

— Понятно. Но не печальтесь, я знаю, как вам помочь. Но диету соблюдать все равно неплохо бы.

В ответ мне раздается жалобный вздох. Да уж, люди везде одинаковы. Им бы волшебную таблетку и чтоб ничего не делать. А так не бывает, даже в магическом мире, даже у ведьм.

Иду за прилавок. Достаю желчегонный сбор, умывалку, тоник с кислотами и крем. Все моего личного производства. Не совсем ведьмовские товары, но, видимо, придутся тут весьма впору. Все это красиво упаковываю в маленькие бумажные кулечки, которых тут тоже нет, а я, запасливая, притащила их из своего мира. Рассказываю даме, что и как использовать, убедительно прошу, если что будет не понятно, приходить ко мне за разъяснениями и выпроваживаю, получив весьма неплохую сумму за товары.

Ура!!! Первый заработок. Тщательно обзваниваю монетами весь магазин, особенно место за прилавком — на привлечение удачи и богатства.

Уже вечереет. День прошел быстро и суматошно. Маша сбежала к Хэйду на свидание, а я решаю закрыть магазин, перекусить и заняться поиском заначки. А то ведь скоро ночь, призрак заявится, а я не знаю, что ответить. Раз уж пообещала…

Зажгла свечи. Черную на очищение, белую на защиту, зеленую на деньги. Мы же их ищем. Подогрела руки над пламенем, взяла карты. Давайте, миленькие, покажите мне, где тут может быть спрятано богатство?

Выкладываю по одной.

Смерть — да, я в курсе, что деньги мертвяка.

Висельник — тааак, интересненько.

Две башни — надо что-то разрушить. Что?

Следующие карты были еще более загадочными, поэтому я их отложила и взяла обычную колоду.

Как добраться к цели?

Крестовая дама, близкая дорога, известия.

Все! Поняла. Надо наведаться к хозяйке магазина и узнать, как умер ее муж. Быстренько надела длинную юбку поверх своих брюк, футболка с длинным рукавом, так что татуху мою не видно. Почти приличный вид.

Вышла, закрыла магазин и припустилась в том направлении, куда ходил Хэйд. Даже не пришлось искать. Через пару домов вижу уже знакомую мне даму, сидящей в кресле на крыльце.

— Добрый вечер — здороваюсь.

Она поднимает на меня усталые глаза и абсолютно без эмоций спрашивает:

— Что? Уже пришли отдавать ключи? Быстро…

— Что? Нет. Я хотела кое-что спросить. Можно я присяду?

Женщина молча, кивает. Сажусь на лавку и какое-то время смотрю на нее, не решаясь завести разговор. Вижу следы усталости и отчаяния на лице. Замечаю, что она совсем не старая, просто от тяжелой работы рано увядшая. Едва я открываю рот, чтобы начать спрашивать, как к нам на крыльцо выбегает девочка, лет пяти. Начинает возле нас прыгать, скакать, в общем, мешать всеми силами.

— Дорогая, иди в дом, я сейчас зайду — говорит мать дочери.

— Не хочу. Ты обещала, что принесешь что-нибудь вкусненькое, а я посмотрела и нашла только овощи.

— Я завтра сделаю пирог — устало отвечает женщина.

— Ты вчера тоже так говорила!

Ооо, я смотрю, тут назревает скандал. А у меня, очень кстати, есть парочка карамелек в брюках. Положила в карман, думала съесть. Осталось только их достать как-то. Я приподнимаюсь, оттягиваю пояс юбки и лезу рукой в карман. Но! Никто же, кроме меня не знает, что я в брюках! Поэтому сей маневр выглядит со стороны весьма странно. Я это понимаю только тогда, когда мама с дочкой оторопело вылупляют на меня огромные глазищи, а на веранде соседнего дома со звоном разбивается какая-то посуда, а потом слышится истошный женский вопль:

— Ах, ты ж старый кобель! Ты куда уставился! Чтоб у тебя отсох, собака ты неблагодарная…

Ну и так далее.

Хм… ситуация… интересная получается. Но я не сдаюсь. Немного отвлекшись на скандалящую парочку, продолжаю лезть в карман и тааа-дам! Достаю две карамельки. Протягиваю их девочке. Она безо всякого смущения сразу же их хватает и убегает, а ей в спину несется голос матери:

— Поделись с сестрой!

— Так что вы хотели? Если возвращать ключи не собираетесь? — напоминает мне женщина.

— Я хотела узнать, извините, за такой вопрос, как умер ваш муж?

— Какое вам дело до того? — вдруг агрессивно выдает до этого вполне спокойная дама.

— Если я скажу, что ваш муж кое-где припрятал деньги, вы успокоитесь и продолжите разговор?

Весь запал у женщины моментально иссякает. Вот только что она сидела, выпрямившись, глаза ее сверкали негодованием, а руки сжимались в кулаки. А теперь, раааз, и она, словно шарик, из которого выпустили воздух.

— Мой муж не умер.

Вот тут уже я выпучиваю глаза в шоке.

— Он нас бросил. Меня и двух наших дочерей. Сбежал с молодой любовницей.

Эээээ, а кто тогда этот прозрачный????

Глава 9

Наскоро попрощавшись с хозяйкой магазина, топаю назад к себе. Интересный финт ушами получается. Надо поговорить с призрачным мужиком. Судя по тому, что он прятал от жены заначку, доверительных отношений в семье не было. А еще, помнится, он не очень хотел делиться подробностями о деньгах, возможно, и что-то другое утаил, манипулятор эктоплазменный.

Пока я бродила, да разговаривала, а потом шла назад, в магазин, день угас. На небо выплыла красивая, круглая и яркая луна. Самое время заняться вызыванием духов.

Придя в магазин, заперлась и повторила вчерашние манипуляции со свечами и магией. Только сегодня вокруг себя сделала круг с солью. Вчера мне призрак не показался опасным, но кто знает, как он будет себя вести, если ему прижать хвост?

Сегодня я увидела прозрачного гостя гораздо быстрее, чем вчера. Он замерцал довольно близко, почти там, где сидела я.

— Вечер добрый — начинаю разговор.

— Добрый ли, ведьма? Ты нашла возможность вернуть моей семье деньги?

— Ничего себе ты заговорил. Я что в услужении у тебя? — надо легонько прессонуть, а то смотрю, распустил хвост.

— Да, я, пожалуй, погорячился. Прошу прощения — пришел в себя призрачный любитель заначек.

— Я тут кое-что интересненькое узнала у твоей жены. Спрошу только раз. Если соврешь, или будешь юлить — на мою помощь не рассчитывай. Когда я спросила у нее на счет твоей смерти, она ответила, что ее муж жив, просто сбежал с любовницей. Что она имела в виду? — пристально смотрю на просвечивающегося любителя развлечений на стороне.

— Ээээмммм…

— Все? Прощаемся и расходимся? — нет у меня желания растягивать момент узнавания правды до бесконечности.

— Нет. Я расскажу — тут же следует ответ. — Было дело. Появилась в моей жизни другая женщина. Я был глуп и самонадеян, поверил в ее любовь. Деньги эти, которые сейчас прошу вернуть семье, я прятал для того, чтобы уехать с любовницей, это правда. Как слепой идиот, верил россказням этой дамы и забирал деньги из семьи, за это и поплатился. Когда наступил день нашего с любовницей отъезда, она пришла в магазин со своим, якобы, братом. Они меня оглушили и закрыли в одном из помещение под магазином.

— Опачки. Тут есть такие помещения? Почему я не в курсе?

— Они тайные. Когда-то в этом доме жил советник короля, этим, видимо, и объясняется система туннелей под домом.

— Система чего? — я просто обалдела.

— Туннелей — терпеливо повторил призрак. — Но найти их непросто. Я нашел. Но, как и где они — не помню, так что придется тебе самой искать. И еще… Любовница со своим подельником закрыли меня в каких-то помещениях. Мне предстояла долгая и мучительная смерть. И я совершил непоправимое…

Я вспомнила карту Таро Висельник.

— Я поняла, можешь не объяснять — перебила его. — Ладно, теперь хотя бы мне понятно, что нужно искать и делать. Сеанс спиритизма окончен, до завтра.

Я задула свечи и задумалась. Мои размышления прервали хихиканья и шуршания возле входной двери. Ага, Маша вернулась. Я быстро задула оставшиеся, не ритуальные свечи, и стала ждать. Входная дверь открылась, в проеме застыли две фигуры: крылатая мужская и невысокая женская.

Ой, милота какая. Целуются. Тихонько подхожу к магическому светильнику и резко включаю его, одновременно с этим громко говорю:

— Это что тут у нас происходит? Ходят развратники всякие, невинных дев соблазняют!

Ооо, это надо было видеть, как они от испуга отскочили друг от друга. Давно я так не веселилась. Хохотала до слез.

— Яра!! — завопили одновременно, когда поняли, кто их так шуганул.

— А чё сразу Яра? Это не я жмусь по углам — отвечаю, сквозь смех.

— Мы не жмемся, а прощаемся — возражает Маша, вся пунцовая от смущения.

Хэйд целует ее в макушку и, махнув рукой, уходит. Запираем дверь и поднимаемся на второй этаж. Смотрю на Машу и любуюсь ею. Губы красные и распухшие, глаза сияют, румянец на щеках и засос на шее. Эх, любовь-любовь. Вижу, что ей не терпится остаться одной, видимо, вечер был богат событиями интимного характера и хочется, лежа в постели, прокручивать в памяти самые приятные из них. Поэтому просто желаю подруге спокойной ночи и делаю вид, что тоже ложусь. А когда она закрывает за собой дверь, спускаюсь вниз, в магазин.

Я же не смогу спать, пока не найду этот потайной ход. Увы, обшарив все углы, я так ничего и не нашла. Посидев немного, пошла все-таки спать. Утро вечера мудренее.

Утром мы с Машей позавтракали омлетом с овощами и принялись за хозяйские дела. Она пошла раздавать листовки (ну а чё? будем внедрять прогрессивные методы в это королевство) об открытии магазина, а я осталась ждать покупателей.

И буквально сразу же слышу какое-то топотание возле порога. Но почему-то не заходят. Надо, все-таки оставлять дверь открытой, а то, смотрю, многие боятся заходить, если на пути хоть какая-то преграда. Лааадно, я не гордая, сама сейчас выйду и провожу за белы рученьки покупателей внутрь.

Резко открываю дверь, чтоб потенциальные клиенты не успели сбежать. Ээээ. На пороге стоят три здоровенных мужика. Мнут в руках шапки. Блииин, почему я не осьминог, чтобы их всех затащить??

— Проходим, мужчины, не создаем пробку — бодренько говорю я, почти насильно затягивая одного из них за руку в магазин.

Он, бедняга, с выпученными глазами делает попытки вырваться, но от меня еще никто не уходил без покупки… живым. Дружбаны его, открыв рты от шока, все так же мнутся на пороге, но потом резво заскакивают внутрь, видимо, решив оказать посильную помощь товарищу. Только поздно. В смысле, я уже отпустила руку мужика и стою за прилавком, улыбаясь во все тридцать два зуба.

— Чего изволите, уважаемые господа?

У господ глаза пошли юзом: один направо, другой налево. Ни дать, ни взять стая хамелеонов с их выпученными глазами. Или стадо? Эх, никогда не была сильна в зоологии.

— Госпожа ведьма? — наконец блеющим фальцетом выдает довольно крепкий мужик габаритов 2 на 2 метра.

Я даже крякнула от несоответствия внешних и голосовых данных.

— Я за нее — отвечаю машинально.

На что тут же получаю просто замечательный ответ:

— Неее, нам нужна только ведьма. Мы тогда на улице подождем — и тут же мылятся на выход.

— Стоять!

Мужички тут же останавливаются по стойке смирно.

— Вольно! Я и есть ведьма, говорите уже, чего хотели — говорю прямо, потому что, по всему видно, шутки не их конек, разговор рискует повернуть вообще в непонятное русло.

Мужики прям на глазах оживают, щечки покрываются румянцем, глазки загораются. Мамочки! Чего это они?

— Госпожа ведьма, — обращается ко мне этот, который фальцетная мечта церковного хора, — вам тут вчера помогал мой брат с родичем. Картину вашу срам… красивую вешали над входом…

Срам… это, видимо, срамная. Ну… вообще-то очень даже скромная, для моего мира. Подумаешь… полная луна и ведьма с котом на метле. Ну, слегка ноги оголены… до середины бедра. Ну дык, это ветер-озорник. А все остальное — очень даже скромное. Ладно, отвлеклась.

— Ааа, да, помню. Я им еще мылко свое волшебное дала — отвечаю.

— Да! — почти выкрикивает стоящий чуть дальше мужик-медведь, лохматый и бородатый.

Оу, кажется, я понимаю, чего мужички притопали.

— Вы за мылом пришли? — скорее утверждаю, чем спрашиваю.

— Да! — опять этот мужик-медведь.

— Вам три кусочка?

— Да!

Сушеная валерьянка! У этого медведя брачный гон, что ли? Чё он так орет?

— Сейчас приготовлю, присядьте пока вооон за тот столик, возле окна.

И что? Думаете, кто-то присел? Неа. Стоят все трое, глаз с меня не сводят. Я беру мыло, они смотрят, складываю в пакетики — следят. Как собаки за косточкой: пристально и внимательно, вдруг, сама щаз сожру эту косточку, а им не дам.

— А скажите, подействовало мылко, да? — типа утверждаю.

— Брат сказал, жену как подменили. Всю ночь с ней любились, как в молодости, а теперь она разрешила ему на рыбалку с друзьями идти, даже завтрак и бутылку положила — в фальцетном голосе почти слезы. — А моя меня не отпустила.

Жалуется он мне, понимаешь ли.

— Да!

Твою кочерыжку, уймите кто-нибудь этого голосистого, чуть не померла от неожиданности!

Сложив мыльные брусочки в красивые пакетики, перевязанные лентами, отдаю покупки в дрожащие от нетерпения руки мужиков, получаю весьма щедрое вознаграждение и душевно прощаюсь.

Уже почти на выходе третий из мужиков, который все это время вообще стоял и не отсвечивал, вдруг говорит:

— У вас тут доска отвалилась — показывает на обшитую под дерево стену, за моим прилавком, под лестницей.

Он рукой касается доски, и та просто вываливается на пол. Надо же, а я тут столько хожу и уборку делаю, а на доску внимания вообще не обратила.

— Я могу починить, тут просто прибить ее и все — говорит мужик.

Но я уже зависаю, потому что вижу, что там не одна доска держится на соплях, а еще я вижу, что эти деревяшки никогда прибиты не были. А это значит…

— Так, все, уважаемые, вам пора. Мне нужно закрываться — говорю, буквально выпихивая их в спины на улицу.

— Вы же только что открылись — решается проконтролировать меня писклявый.

В ответ я так на него смотрю, что уже он начинает усердно выталкивать своих дружбанов, чтобы не задерживать госпожу ведьму, а то еще покусает, бешенством заразит.

Закрываю дверь, едва последний из них переступает порог, защелкиваю замок и бегом туда, где, по моему мнению, и спрятан тайный ход.

Тяну руками за следующую дощечку, и она легко выходит. За ней еще одна и еще. Заглядываю в образовавшуюся дыру и ничего не вижу. Тааак, где там у меня был фонарик?

Быстренько нахожу маленький железный фонарик в одном из шкафчиков прилавка (кстати, очень удобно придумано), включаю его и ступаю в темноту. Узкий белый луч света выхватывает из темноты густые холмы пыли и развесистые гроздья паутины. А еще пару десятков мышиных какатулек. Оу, надо срочно завести кота.

Буквально через два шага, моя нога цепляется обо что-то в полу. Навожу луч и вижу дверь погреба и ручку-кольцо. Значит, придется лезть вниз. Да уж, неуютно как-то. Сначала делаю движение поднять дверку, но потом решаю вернуться в магазин, написать Маше записку и взять с собой воды, чуток еды, а то, мало ли. Тупо будет соваться куда-то под землю, не имея никаких запасов и, кстати, будучи одетой в тонкую футболку.

Возвращаюсь назад в помещение магазина, надеваю теплую кофту, беру воду, кусок хлеба, спички, батарейки для фонарика. Быстро калякаю записку. Ну что ж, вперед на баррикады!

Глава 10

Ха, вперед на баррикады, как же. Сначала неплохо бы открыть дверцу этого люка, блин, который вход в подвал. Пыжусь уже почти десять минут, ободрала руки, ноет спина, а толку — ноль. В очередной раз, спустив рукава кофты, схватила кольцо, уперлась ногами в пол и….раз — рывок, и… два — рывок. По спине течет пот, волосы лезут в глаза, а дверь не поддается вообще никак!

Постояла, отдышалась. Ладненько, еще чуток попробую, если не получится, репей с ним! Снова взялась за люк только чуть дернула, как лопнула кожа на пальце, потекла кровь, запекла ранка.

— Ну, ёлки зеленые!

Я уже расстроено собиралась топать на выход, придавив палец футболкой, чтобы остановить кровь, когда внизу, в люке что-то гулко щёлкнуло. Резко обернулась. Ух ты! Не взирая на боль в пальце, взялась обеими руками за кольцо, уперлась ногами и дернула, тут же упав довольно болезненно на копчик. Дверка открылась легко, словно ее смазали, и придавила меня, сидящую на пятой точке и все еще держащую кольцо. Интересненькое дело. Замок был запечатан магией крови! Но меня заверили, что ведьм в этом мире, кроме меня, нет.

Вылезла из-под двери, взяла заготовленные вещи, фонарик. Посветила вниз в открытый люк. Кроме лестницы, не видно ничего. Лааадно. Танки грязи не боятся! Повесив сумку с водой и хлебом на плечо, зажимаю зубами фонарь и начинаю спуск по железной лестнице вниз. Хорошо, что она из такого прочного материала, была бы деревянная, я бы вряд ли рискнула спускаться без страховки.

Вот я уже и внизу. Обвожу лучом фонарика по кругу, осматриваю обстановку. Туннель, вырытый в земле. Стойкий запах затхлости и сырости. Как в могиле, бррр. Даже мороз по коже пробегает. Застегнув пуговицы на кофте, иду медленными шажочками вперед, тщательно высвечивая дорогу под ногами и вокруг. Надеюсь, тут нет крыс? Боюсь их до ужаса.

Сколько я так топаю — неизвестно, ведь механические часы я, балда, забыла взять. Замечаю, что туннель идет на расширение. Если изначально мне приходилось немного пригибать голову, чтобы не налепить на волосы всю паутину, что свисает с потолка, то теперь я иду свободно. И ширина туннеля увеличивается, теперь я могу вытянуть руки вбок и не касаться при этом стен. Через двадцать шагов меня ждет сюрприз: туннель раздваивается.

Стою и тупо пялюсь на эти две ветки, уходящие в темноту. И куда теперь? И словно в ответ на мой вопрос, слева появляется легкое мерцание.

— Эй, призрак, это ты? — зову шепотом, но в подземной тишине мой голос разносится на много метров, искажается и гулко отражается от стен.

Ужас, чуть портки не обмочила от этого 4D звукового эффекта.

Кстати, я ведь так и не узнала, как зовут того призрачного мужика. Вот тетеря.

Между тем, мерцание явно и настойчиво манит меня в левое ответвление туннеля. Ладно, иду за тобой, веди, Сусанин. Идти пришлось недолго, но неудобно. Сразу за поворотом, стены и потолок коридора резко сузились, приходится пробираться медленно, исследуя лучом фонаря все вокруг, чтобы ничего не пропустить. Больше ста шагов приходится так пробираться. Чувствую — терпение мое на исходе. Идти по коридору, сжимаясь, чтобы не прикоснуться к стенам, где толпами бегают подземные жучки — червячки — еще то удовольствие.

И вот тупик. Здрасте, приехали. Но потом луч фонаря высвечивает чуть сбоку что-то похожее на дверь. Подхожу. Да, вход, который весьма аккуратно завалили землей, камнями, а саму дверь блокировали, поставив толстую палку и уперев ее в пол.

Сердце в груди загрохотало. Неужели я нашла то место, где любовница закрыла доверчивого хозяина магазина? Снятие баррикад с двери заняло довольно много времени. Прощай чистенький и красивый маникюрчик.

Когда дверь открылась, зрелище моим глазам предстало не очень приятное. На деревянной балке свисало тело, как и говорит призрак. Описывать весь запах и вид — не для чувствительных желудков. Устало прислонившись к двери, наплевав на снующую живность, смотрела на жертву его собственной глупости и едва сдерживала слезы. Рядом с телом вижу мешок. Развязываю. В нем сундучок, внутри — золотые монеты. Много. Ну вот, деньги нашлись. Взваливаю мешок на спину, тащусь по проходу назад. Сейчас вылезу, немного передохну и пойду к вдове. Надо поговорить, все рассказать и организовать достойный похорон.

Едва получилось залезть по лестнице наверх. Ножки и ручки трусятся, морда лица красная и потная. Закрыв люк и бросив мешок, вылезла из дырки, прикрыла хорошо досками, чтобы никто случайный не увидел. И пошла к себе в комнату мыться.

После душа, почувствовав себя человеком, переоделась в местное одеяние в виде платья с длинным подолом и пошла за мешком. Блин, еще тащить его к вдове.

И тут постучали в дверь…

Открываю дверь настежь. На пороге стоит мужичонка, теребит в руках шапку. Ух ты, у меня прямо сейчас случилось дежавю.

— Госпожа ведьма? — блеет испуганно посетитель.

— Стой тут — командую ему, впихивая в руки тяжеленный сундук в мешке.

Пока он собирает глаза до кучи, вправляя вывернутую от удивления челюсть, я быстренько хватаю уже знакомое мылко, пакую в красивую коробочку, потом в бумажный пакет, повязываю роскошную розовую ленту и, пропихиваясь мимо мужика, закрываю дверь.

— Ну? Чего стоим? Кого ждем? Нам нужно отнести мешок одной женщине — сообщаю почти добровольному носильщику.

— Госпожа ведьма? — переспрашивает мужичонка, крякая под тяжестью мешка, который взваливает на плечо.

Смотри, какой молодец, дрессированный и послушный. Наверняка женатый.

— Да, я ведьма. А еще ведунья, шептунья, на хутор посылунья. Снимаю с глаз и вешаю на уши. Пошли уже.

Когда у тебя за спиной не висит тяжеленный мешок, идти гораздо веселее. Мужичок оставляет груз на веранде, я, получив деньги, отдаю покупку и сообщаю:

— За то, что вы не отказались мне помочь, я положила вам еще маленькую пробирочку. Это духи из эфирных масел. Думаю, вашей супруге очень понравятся.

Мужик резко хватает бумажный пакетик и бежит от меня со скоростью страуса. Бедняга, побоялся, что еще к чему-то припахаю. Усмехнувшись, стучу в дверь.

Раздается скрип и на пороге возникает та самая маленькая девочка, которую я угощала карамельками.

— Привет. Помнишь меня?

Девчонка весело кивает, смешно шевеля тоненькими, загнутыми вверх косичками с огромными бантами.

— Мне нужно поговорить с твоей мамой. Она дома?

Девочка опять молчаливо кивает.

— Можно я войду?

Она отходит с прохода, пропуская меня в дом.

Прохожу, волоча за собой мешок. Картина «Бурлаки на Волге». Мааать-и-Мачеха, это только коридор, а у меня ощущение, что я протащила груз несколько километров. Дааа, надо было все-таки оставить на завтра данное мероприятие, я, похоже, весьма устала, пока бродила по туннелю. К счастью, на грохот выходит из кухни старшая дочь хозяйки дома — девочка лет пятнадцати, может, чуть больше. Худая и нескладная, но с гордым разворотом плеч и королевской осанкой. Надо же какая цаца.

— Я к вашей маме. Она дома? — спрашиваю уже у старшей.

— Вышла к соседке за маслом. А что вам нужно?

— Нет, милая, это больше ВАМ нужно. Помоги дотянуть мешок до кухни.

Вдвоем мы вполне успешно доходим до пункта назначения, я самовольно, не спрашивая разрешения, сажусь на стул. Ноженьки уже просто не держат.

— Можно водички? — спрашиваю у старшей.

Она отходит, наливает из кувшина в глиняный стакан какую-то жидкость и дает мне.

Я подношу к носу, на первый взгляд пахнет мятой. Но я не вчера родилась и в искусстве ведьмовства более сведуща.

— Милая, присядь, хочу поговорить — говорю девчонке, отодвигая стакан.

— Вы передумали пить? — смотрит на меня пристально.

— Передумала. Ты очень небрежно сделала «Напиток забвения».

— Как…? — девчонка испуганно замолкает.

— Как я узнала, хочешь спросить? По запаху. Надо больше мяты и хорошо бы лимонной цедры. Я ведьма, моя дорогая, как и ты.

— Ведьма? Такое название? — девочка садится радом на стул, растеряно хлопая глазами.

— Должность и призвание — отвечаю с улыбкой.

— Жрецы Богини Снов, Иллюзии и Магии сказали, что у меня нет никаких магических способностей.

— Ведьмовство — это не магическая способность, это скорее, понимание, как устроено все вокруг тебя. Тебя ведь никто не учил делать этот напиток?

Девочка отрицательно качает головой.

— Я так и думала. Но ты ведь как-то его сделала? Почувствовала, что нужно именно ЭТУ траву, а не другую.

— Они сияют, если вместе — говорит девочка шепотом.

— А я на запах слышу — отвечаю ей так же тихо и улыбаюсь.

А потом вспоминаю один странный момент в магазине.

— Скажи, а зачем ты запечатала люк?

Девочка дергается, словно я ее ударила, и как-то вся сразу сникает. Слезы начинают капать из ее глаз.

— Я нашла отца. В той комнате. Испугалась и убежала, закрыв все, как было. Когда вылезла наверх, в магазин, то пожелала, чтобы никто и никогда не смог попасть в эти туннели, а когда закрывала тяжелую дверь, то не удержала ее и уронила, поранив пальцы.

— Так и запечатала, закрепила пожелание, пожертвовав кровь — больше для нее, чем для себя объясняю вслух. — А почему ты не хотела, чтобы твоего отца нашли?

— Потому что он нас бросил! — девочка уже рыдала в голос. — Он забрал все деньги и ушел. Он заслужил то, что с ним произошло! Но мама продолжает его любить, даже сейчас. А если бы она знала, что он умер, она бы себя замучила! Так хоть боролась, не опускала руки, думала о нас с сестрой!

— Что здесь происходит? Почему Анна плачет? — на пороге кухни стоит рассерженная хозяйка магазина, держа в руках огромный такой топор.

Упс, наша мама пришла тря-ля-ля, тра-ля-ля.

— Вы же за маслом ходили — ляпаю первое, что пришло в голову.

Глава 11

— Какое ваше дело, куда я ходила?! — на повышенных тонах и весьма грубо отвечает мне хозяйка этого дома. — Что вы все вынюхиваете? Что вам нужно от нас?

Женщина зла и расстроена, вижу, что топор в ее руках трясется, потому что ослабленные руки не могут его долго держать, но за силу духа просто пять баллов.

— Мамулечка — вмешивается, подскочив Анна. — Тетя добрая, она знает, кто я. И обещала меня взять на обучение, потому что я такая же, как она!

Говорит и смотрит на меня хитрыми глазищами. Вот, поганка! Тетя я ей. Да я старше лет на десять всего! И когда это я обещала обучением заниматься? Ну и семейка. Я просто восхищена, такие далеко пойдут.

— Это правда? — уточняет женщина, видимо, хорошо знает свою дочурку и ее фокусы.

— Правда — подтверждаю под счастливый визг Анны. — Будет работать у меня в лавке, научу ее всяким интересным штукам, а главное — пониманию, ЧТО она делает. Заодно и денег немного заработает и опыта наберется.

— Хорошо — женщина устало садится на стул, на котором перед этим сидела ее дочь и ставит рядом топор. — Я согласна, пусть ходит. Это лучше, чем сидеть взаперти, или целый день дурью маяться.

— Мама! — вспыхивает Анна.

— Иди к себе, дочь, мне нужно поговорить с нашей гостьей.

— Ну, мааама — пытается возражать подросток, за что сразу получает сердитый взгляд.

— НЕ заставляй менять решение — категоричный тон моментально успокаивает все возражения Анны, и она уходит к себе, напоследок, улыбнувшись мне уже почти из коридора.

Огонь, а не девчонка, хлебну еще с ней по полной программе!

— Я собственно к вам по другому поводу — сообщаю женщине.

— Ключи принесли? — устало и обреченно.

— И снова нет. Я вам подарок принесла. Нашла у себя в магазине кое-что. Можно мне обычной водички или чайка, а то разговор предстоит долгий и нелегкий, а я устала, ужас просто, и во рту все пересохло, пока тащила этот… ваш подарок.

Женщина удивленно переводит взгляд с меня на мешок, потом опять на меня. Но молча встает, наливает мне компота и снова садится, испытывающее глядя. Блин, под таким взглядом и захлебнуться не мудрено. Делаю пару глотков и без преамбул, чтобы не испытывать терпение хозяйки дома, вываливаю всю историю, начиная со своей первой ночевки в магазине и встречи с ее призрачным мужем.

Когда я заканчиваю, молчание такое тяжелое и густое, что его можно резать ножом.

— Я хочу его видеть — говорит хозяйка дома.

Блин, я так надеялась, что мне сегодня не придется больше туда спускаться.

— А деньги? — спрашиваю, между прочим.

Женщина смотрит на меня, словно не понимает, о чем я вообще говорю, потом отвечает:

— Ааа, да… деньги. Это хорошо, они нам пригодятся.

И все. Даже не попросила открыть сундук. Тяжело вздыхаю и поднимаюсь, понимая, что никакие мои доводы вдова сейчас не услышит. Поэтому просто оставляю мешок с денежным сундуком и топаю на выход.

Когда мы подходим к магазину, вижу, что окна темные. Вот, Машка! Гулёна. Наверняка опять сбежала к Хэйду.

Вдова берет с собой двух дюжих мужиков, мы спускаемся в туннель, там они забирают тело. Все это по времени длится очень долго, а еще сильно выматывает морально, поэтому, когда они все уходят, я, не дожидаясь Маши, бухаюсь спать.

Во сне оказываюсь в магазине. Стою за прилавком, в помещении много покупателей, один из них подходит ко мне, и я узнаю призрака. Но теперь он имеет плотность, так сказать.

— Спасибо за все — говорит, улыбаясь и морща забавные усы.

— Всегда пожалуйста — отвечаю. — Теперь вы можете уйти? Вам ничего больше не мешает?

— Могу. И уйду. Но напоследок, хочу сделать подарок.

— Какой?

Увы, ответ я не слышу, потому что просыпаюсь.

Открываю глаза. Во всем теле присутствуют легкость и бодрость, даже не скажешь, что я вчера физически перенапряглась. Бегу в ванную, а потом захожу на кухню, где вовсю хозяйничает Маша.

— У нас сегодня блинчики с творогом, запеканка и твой любимый кофе. Завтракай, а я убежала — сообщает мне на ходу подруга.

— В смысле? Ты и так почти все время отсутствуешь — бурчу недовольно.

— Хэйд пригласил меня на прогулку, а потом на ярмарку. Я взяла наши листовки и образцы продукции, прорекламирую мимоходом.

Вот хитрюга, знает, чем меня взять.

— Лааадно уж, беги — деланно надуваю в обиде губы.

Маша смеется, чмокает меня в щеку и уносится, как ураган, хлопнув дверью. Надо бы пойти закрыться, магазин еще рано открывать. Едва откусываю блинчик и делаю глоток ароматного кофе, как внизу хлопает входная дверь. Ну… ёлки зеленые, неужели опять эти мужики?

— Магазин заааакрыыыт — ору во все горло, рискуя подавиться.

Прислушиваюсь. Дверь не хлопает, значит посетитель проигнорировал мой крик. Ну что за люди! Не дадут честной ведьме спокойно позавтракать! Так и нарываются на проклятье проливным поносом!

Раздраженно бухтя, спускаюсь вниз, чтобы еще на лестнице узреть до боли знакомую белоснежную макушку. А ведь так хорошо утро начиналось. Но надо же, принесло Его Королевское отмороженное Величество! Неужто опять с инспекцией?

— Вау, очередная инспекция? — ядовито интересуюсь, спускаясь по ступенькам вниз.

Его Величество оборачивается и медленно скользит взглядом снизу вверх, ненадолго останавливаясь на моей белой футболке. Да, я без лифчика! Всегда так дома хожу. Гостей, знаете ли, не ждали!

Гордо вздергиваю подбородок и захожу за прилавок. Возможно, похоже, словно я сбежала и спряталась в домике, но даже под страхом смерти не признаюсь, что так и есть.

— Нет, сегодня я с дружеским визитом — следует ответ совершенно равнодушным тоном, а глаза все так же буравят меня всю и отдельные мои части.

— Оу. Мы с вами друзья? Когда только успели?

— Возможно тогда, когда у нас была горячая ночь? — отвечает Его отмороженное Величество с совершенно спокойным выражением лица.

Словно о погоде разговариваем. А я при воспоминании о тех событиях, моментально наливаюсь жаром. Дааа, ночка была… знойная.

— А, может, тогда, когда вы сбежали, не дождавшись не менее горячего утра?

— Друзья не спят друг с другом — сообщаю ему новость.

— Да, но те, кто спят, вполне могут стать друзьями — отвечает, изучающе рассматривая мои свечи на витрине.

— Желаете купить свечи от геморроя? — ехидно спрашиваю.

На самом деле, это не они, но так охота подколоть это ледяное Величество.

— Что? Нет!

Он тут же отходит от витрины, подходит к моему прилавку, останавливается напротив меня. Я, чтобы создать видимость работы, достаю мешочки с травами и, развязав их, соединяю в сборы. Это будет для денежных свечей, а вот это — для любви.

— Я как-то странно себя ощущаю — сообщает мне мороженко.

Только хочу ответить что-то ядовитое, как понимаю, что тоже имею какие-то интересные волнения в теле. Физического и очень даже сексуального плана. Что происходит?

Поднимаю глаза и тут же попадаю в плен королевский огромных зрачков. Величество смотрит на меня, как на десерт. Очень вкусный десерт, вон, даже губу облизал. Мамочки! Боковым зрением успеваю заметить какое-то мерцание, а потом уже становится не до этого.

Эдриан одним движением перепрыгивает разделяющий нас барьер и оказывается по мою сторону прилавка. Мне бы тут завопить и возмутиться, но сил нет. Сердце бьется, как дурное: сильно и с перебоями, в груди нарастает жар, от такого близкого и горячего мужского тела, а губы уже просто горят в предвкушении поцелуя.

Он протягивает руку и заныривает нею под мою широкую футболку. Кончиками пальцев касается вершинок груди и пирсинга в них.

— Еще тогда хотел спросить, — говорит хриплым голосом, придвинувшись максимально близко ко мне — зачем проколола?

Выводит пальцами круги на нежной коже, посылая сотни и сотни мурашек по всему телу.

— Для красоты? — отвечаю с сомнением.

Секунда и он срывает с меня футболку, отбросив куда-то в сторону. Смотрит голодными глазами на открывшийся вид и, коснувшись ладонями серебристой штанги с подвеской — звездочками, сообщает абсолютно хладнокровно:

— О, да. Это очень красиво.

И этот сумасшедший контраст между холодным тоном и горячими, умелыми пальцами, выбивает из меня последний здравый смысл. Не думая, не отдавая себе отчета, я просто запрыгиваю на Эдриана сверху и припадаю к этим невозможным, жарким, наглым и прекрасным губам голодным поцелуем.

И все вспыхивает красками. И ощущениями. Его руки на моем теле, мои губы на его губах. Мы словно сошли с ума. Рваные выдохи, тихие стоны, мощные движения, игра мышц. Я ослеплена силой и красотой, вкусом и ощущениями. Это даже лучше, чем в ту памятную ночь. Больше, резче, глубже. До самого моего глупого сердца и наивной души. Это фейерверк, полнейший перегруз всех моих рецепторов.

Наверное, я задремала. Потом. После. Потому что резко открываю глаза и сажусь. Вот только что помню, Эдриан был рядом, и мне было тепло. Футболка на мне, как и шорты. Ах да, вспомнила, он надел их на меня… после. А потом мы лежали. Прямо тут, на полу, за прилавком. И говорить не хотелось, а затем, я уснула.

— Эдриан? — позвала только для виду, уже зная, что он ушел.

Вот так вот. 1:1. Разочек я попользовалась и ушла, разочек меня попользовали. Встала, поправив одежду. Нужно пойти в душ и открывать магазин.

Что ж так гадко-то на душе?

День прошел без происшествий и быстро. Приходила женщина, с запросом на свечи для привлечения женихов. Я ей дала мыло, шампунь и крем для лица. Убедила, что волшебные. Определенно, приятный запах и чистые волосы пойдут ей на пользу.

Когда начало темнеть, закрылась. Пока разложила свежие товары, уже наступила ночь. Краем глаза опять увидела мерцание.

— Ну, давай, выходи уже — устало позвала призрака.

— Доброго вечера, госпожа ведьма.

— Доброго. Вас ведь сегодня похоронить должны были, почему вы еще здесь?

— Похоронили, но у меня было дело. А теперь оно сделано, и я могу быть свободен.

И тут я вспоминаю мерцание ровно перед тем, как на нас с отмороженным что-то накатило.

— А вы, случайно, не имеете отношения к тому, что сегодня тут произошло между мной и королем?

— Ну… как вам сказать? Весьма опосредованное.

— Это как понимать?! — непроизвольно повышаю голос.

— Между вами с Его Величеством явно что-то происходит, и я решил немного помочь…

Дальше я уже не слушаю.

— Помочь?!! ЭТО вы называете помощью?! Да кто вас просил? Я вас просила помогать?

Призрак что-то говорит, но я его уже не слушаю.

— Уходите! Сгиньте! Чтоб я вас больше не видела здесь! Никогда!

Раздается резкий хлопок, внезапный порыв ветра задувает свет и я остаюсь в полной темноте.

Глава 12

На ощупь нахожу свечи и зажигаю их. Призрак исчез. Вот и отлично! Ты посмотри, что удумал! Влезать в личную жизнь, что-то там делать! Вообще совесть потерял! В своей бы жизни лучше разобрался, знаток!

Слышу за дверью хихиканье и разговор. Маша вернулась. Не хочу сейчас никого видеть. Быстро тушу свечи и бегом по лестнице к себе в комнату. Как раз вовремя. Только я закрылась у себя, как послышался грохот входной двери. Сколько Машу не учу, что нужно слегка внизу придавить, она все равно бьется об дверь, как голубь о стекло. Ладно, там Хэйд, разберутся.

Ложусь на кровать в тяжких раздумьях о сегодняшнем дне, о моих странных чувствах в отношении ледяного суслика, об утреннем эпизоде в целом и моих ощущениях в частности. Вот насколько он мне невыносим в обычной жизни, его королевское высокомерие, чванство, гордыня, настолько же он мне приятен в постели, его нежность и сила, страстность и чувствительность. Вот как такой холодный человек может быть таким горячим любовником? Нонсенс.

Мои размышления прерывает стук в дверь.

— Яра, ты спишь? — шепотом из коридора.

Не хочется говорить, но она ж не отстанет.

— Яяяяраааа — прямо в замочную скважину.

— Да заходи уже, не сплю я — отвечаю.

Подруга рывком открывает дверь и с разбегу садиться на кровать. Глаза ее сияют, а припухшие от поцелуев губы улыбаются.

— Ох, Яра. Сегодня такой волшебный день был — начинает Маша.

Поняяятно, мне отведена роль пассивного слушателя, ей срочно нужно вылить часть эмоций, чтобы не захлебнуться.

— Мы гуляли в парке, Хэйд купил мне вкуснейший крендель с медом, мы катались на лодке по озеру, а я испачкалась. И он… слизнул мед с моих губ и мы целоваааались. И мне было совсем все равно, что на нас смотрят, и что лодка может перевернуться. Это было так замечательно и так романтично.

Маша, раскинув руки, завалилась спиной на мою кровать, а я сидела рядом по-турецки и тоже улыбалась. Потому что она рассказывала это так светло, с такими чувствами, что я невольно вспомнила свою первую любовь — рыжего Сашку. Он был такой ушастый, конопатый и так смешно краснел, когда соприкасались наши руки. А уж когда мы первый раз поцеловались, неуклюже и слюняво, он вообще по цвету напоминал свеклу.

— А потом мы были на ярмарке. Оооо. Это такая прелесть! Ты бы видела! Тебе обязательно надо будет сходить на подобную. Я раздала все наши листовки и образцы, мы с Хэйдом так чудесно провели время. И, представляешь, там было мясо на огне, пиво и танцы! Давно я так не веселилась. Ноги просто гудят. О, а знаешь, что мне Хэйд рассказал?

Маша пристально уставилась на меня.

— Откуда ж мне знать?

— Он сказал, что со вчерашнего дня ко Дворцу съезжаются принцессы и дворянки высоких кровей. Министры добились-таки своего от короля. Он официально объявил отбор невест. Это уже третий будет. Предыдущие два не увенчались успехом. Первый отбор был, когда Его Величество был еще принцем. Тогда ни одна девушка не подошла ему по уровню магии и отбор закончился, едва начавшись. Второй отбор был, когда он уже взошел на престол, но результат был такой же прискорбный — магической связи так ни с кем и не образовалось. А ведь династические браки для того и устраивают, чтобы произвести на свет достойное потомство. Хэйд сказал, что в роду короля весьма знатно напакостила Риза — Богиня Смерти. Предполагалось, что она займет тело Раяны (об этих событиях можно прочесть в книге «Идущая сквозь миры») и будет править. А какого короля легче всего сместить? Правильно — того, кто не может иметь потомство. Потому у Его Величества такой огромный резерв Магии Жизни, и потому ни одна девушка ему пока не подошла.

— Так, а что там с отбором? — вернула я Машу к интересующей меня теме.

— Позавчера почти три сотни невест приехали ко двору. Вчера Его Величество абсолютно беспристрастно половину из них отправил домой, как категорически неподходящих.

— Фу, что за формулировка. Словно мусор какой.

— Ну,… ты же знаешь Его Величество, он не привык особо церемониться.

Угу, знала б ты насколько… Мои мысли грозят опять заполонить голову и не дать дослушать интересующие меня новости. Делаю усилие и вслушиваюсь в то, что продолжает говорить Маша.

— Сегодня с утра у них, я имею в виду этих невест, должен был состояться церемонный завтрак во главе с Его Величеством, а потом, вроде бы, планировались какие-то празднества. С завтрашнего дня у них будут всевозможные испытания и конкурсы за право ужина наедине с королем. Короче, ужас.

— Так, а что? Говоришь король не рад отбору? — спрашиваю, словно между прочим.

— Абсолютно не рад. Это какой-то договор с министрами, вроде как. Это все, что знает Хэйд.

— А если найдется та, с которой у него будет магическая связь? — спрашиваю, но и без ответа подруги прекрасно знаю, что будет.

— Значит, Его Величеству придется жениться. Если он проигнорирует такую возможность, рискует получить волнения среди дворянства, недовольство.

— Не думаю, что он откажется от возможности продолжить династию, если все-таки найдет свою королеву — немного грустно возражаю Маше.

На какое-то время мы замолкаем, думая каждая о своем, а потом подруга поднимается.

— Я пойду спать. День сегодня был насыщенный. Не факт, что засну, но прилечь уже хочется — не договорив, она громко зевает.

— Иди, Машенька. Спокойной ночи.

Я, как и моя подружка, невзирая на насыщенный день, долго не могу уснуть. В голове все кружатся надоедливые мысли и воспоминания. Тонкий голос внутри нашептывает гадости и нет сил бороться с ним. У Эдриана сегодня с утра был завтрак с невестами, а он пришел сюда, ко мне. Возможно, это было прощание?

Невольно всхлипнув, отворачиваюсь к стене. Плевать! Гусь свинье не товарищ! Мне еще гнездо вить и в теплые края лететь, а он пусть сидит в своем хлеву!

Утром, понятное дело, болит голова, а настроение на нуле. Зато Маша заливается соловьем и порхает бабочкой… зараза. Хотя, на самом деле, это я не серьезно. Да, немного раздражает, но это потому, что я ей завидую. Что тут скрывать. Маша хорошая девочка и Хэйд у нее правильный, заботливый. Именно такой, каким она себе представляла своего мужчину. А вот я бы заскучала с таким, через неделю. И сбежала бы. Бывали подобные прецеденты и не раз. Наверное, простое и тихое семейное счастье не для таких повернутых ведьм, как я.

А в магазине у нас сегодня аншлаг. Едва мы открываем дверь, как вламываются три увесистого вида дамочки, сметая со своего пути Машу и кадку с декоративным лимоном. Стеной они надвигаются на меня, стоящую за прилавком. Только когда они останавливаются, замечаю, что та дама, которая посредине, имеет вид унылый и заплаканный, а ее две товарки наоборот, — рассерженный и решительный.

— Слушаю вас, дамы — беру бразды разговора в свои руки.

— Прошел слух, — шепотом сообщает мне та, что справа, — что ваше ведьмовство помогает в очень многих случаях. И вот у нас вопрос. А в случае, если муж ходит налево, вы помогаете?

И все трое уставились на меня глазами — лазерными лучами. Препарировать меня собираются, или как?

— Если это одноразовое похождение, то срабатывает почти сразу, а вот если муж частый ходок, то тогда нужно больше времени и сил — отвечаю максимально расплывчато.

— Насколько нам стало известно, это единственный случай подобного неприятного поведения — высокомерно сообщила та, что слева.

— А можно чуть больше информации? Чтобы правильно подобрать зелья — поясняю я, чтобы загасить праведное возмущение дам тем фактом, что жажду знать грязные подробности.

— Он сам признался. Вчера, — всхлипывая, говорит жертва прелюбодея — когда мы ужинали. Сказал, что случайно получилось. Хотелось чего-то нового попробовааааааттььь.

Остальные слова потонули в рёве и стенаниях. Ага, значит, на свежатинку потянуло мужика. Ну,… это поправимо. Новых ощущений сейчас ему добавим.

Недрогнувшим взглядом оцениваю одежду и аксессуары дамы. Угу, деньги есть. Отличненько.

Выставляю на прилавок, под заинтересованный взгляды двух товарок жертвы мужского произвола, свечи красные в форме… кхм… неодетых фигур мужчины и женщины, массажную свечу, ароматическое масло с горячительным эффектом, кружевную маску.

Все трое смотрят с ужасом, но глазоньки подозрительно алчно горят. О, да! Я знаю этот взгляд, он означает «дайте три набора». Не вопрос. Выкладываю две такие же кучки для оставшихся дам. Все аккуратно складываю в красивые пакетики и вручаю, озвучив сумму. Отдают деньгу, даже не торгуясь, все еще пребывая в шоке. Пока провожаю до двери, объясняю, как использовать.

Дамы стоят на пороге еще довольно долгое время, все не решаясь уйти. А я спокойненько прячу выручку в специальный потайной сейф и, мурлыча песенку, достаю новый набор свечей. Предсказываю: завтра прибегут подруги этих милых дам, надо быть готовой!

Все это время Маша с квадратными глазами стоит в сторонке, поглядывая то на меня, то на дамочек, которые соляным изваянием застыли на пороге.

— Дамы, проходите, пожалуйста, на выход. Не мешайте другим покупателям заходить — кричу я, чтобы немного встрепенуть женщин.

И ничего, что никого пока нет. Мало ли. Вдруг, щаз как выпрыгнут из-за угла и бегом ко мне, а тут дамочки застыли. От моего крика они дружно подпрыгивают и торопливо выходят на улицу. Наконец-то.

Остаток дня проходит в суете. Постоянно ходят посетители, но больше поглазеть, чем купить. Пришла парочка купцов, которых Маша вчера видела на ярмарке. Причем, они усиленно косили под обычных горожан, зыркая жадными глазами по всем углам магазина. Надолго зависли над свечами в форме… мужского органа. Рассматривали, спорили, брызгая слюной. Гады, теперь стекло надо мыть. Потом так же долго шептались, глядя на меня, и ушли, ничего не купив.

Уже ближе к вечеру, когда я посчитала выручку и, мы с Машей собирались закрываться, в дверь деликатно постучали.

— Мы уже закрыты! — завопила я, не желая подниматься со стула и идти открывать.

— Именем Его Величества Эдриана Первого, открывайте! — отвечает бравый мужской голос со стороны улицы.

Вот… Какого пустырника приперся этот мужик?? Кряхтя, встаю, открываю дверь. На пороге стоят двое стражей, еще двое чуть дальше.

— Открыла и…? — зло смотрю на незваных гостей.

— Нам приказано передать вам лично в руки государственные бумаги — рапортует на всю улицу.

— Давай, и не кричи так! — протягиваю руку, и в нее шлепается красивый с вензелями конвертик.

— И? — вижу, что не уходят.

— Нам приказано убедиться, что вы прочитаете и принести ответ — сообщает страж.

Хмыкаю, вскрываю конверт. В нем лежат два пригласительных на отбор невест. Нет, не так. ДВА ПРИГЛАСИТЕЛЬНЫХ на ОТБОР НЕВЕСТ!!! ДВА! НА ОТБОР! Я смотрю, кто-то перепил бессмертника!!

— Что ответить Его Величеству?

Глава 13

— Так каков будет ваш ответ? — настаивает посланник, рискуя нарваться на одну ооочень злую ведьму.

Делаю меееедлеееный вдооох. Выдох. И отвечаю:

— Передайте Его Величеству, что мы обязательно почтим его своим присутствием и прибудем ко двору, как он просит, завтра, но точное время сказать пока затрудняюсь.

— Благодарю за содействие — гаркает в ответ служивый и все четверо маршем удаляются в сторону дворца.

Захожу в магазин, запираюсь на все засовы и тушу свет, а то, не ровен час, еще кто-то припрется. Поднимаюсь к Маше, объясняю ей ситуацию.

— А я ему зачем? — верещит недовольная подруга.

— В смысле? А я зачем? Прямо скажем, мы обе явно никак не подходим на роль королевы. Не вышли ни рожей, ни родословной, ни этой фиговой магией. А значит тут два варианта. Или Вашество совсем засамодурел и некому его огреть чем-нибудь тяжелым, чтобы пришел в себя. Или мы ему нужны на отборе, но не в качестве невест. Я больше склоняюсь ко второму варианту. Так что давай, ложись спать, утром разберемся.

— Что? Мы прям с утра поедем? — жалобно спрашивает Маша.

— Ага, щаз, бежим, тапки теряем. Я сказала, что мы будем завтра, но время не уточняла — хитро улыбаюсь. — Вот мы завтра и приедем, но ближе к вечеру. Почти ночью.

Подруга потирает ручки и мерзопакостно подхихикивает моему злодейскому смеху.

А под утро мне снится сон. Я снова в магазине и приходит ко мне призрак.

— Я прощу прощения, погорячилась в прошлый раз — начинаю разговор.

— Да нет, все правильно. Это я, осел старый, влез зачем-то. Решил причинять добро, играться в благодетеля, а сам только ухудшил ситуацию.

— В каком смысле ухудшили? — встрепенулась я, глядя на него вопросительно.

Она начинает что-то говорить, но я не слышу, а потом и вовсе пропадает. Что за ерунда? Тут звякает дверь и в магазин заходит очень красивая девушка. Значительно моложе меня, с кудрявыми светлыми волосами, кого-то смутно напоминающая.

— Здравствуй, Яра — здоровается она.

— И тебе не болеть. Раз уж зашла так нагло в мой сон, то представься, будь добра — не вижу смысла разводить церемонии с кем-то, кто ведет себя так нахально.

— Я — Эхо, Богиня Снов, Иллюзии и Магии, в земной жизни звалась Элизой и была сестрой — двойняшкой Раяны, жены твоего брата.

Ааа, так вот кого она мне напоминает! Невзирая на то, что сестры внешне не похожи, есть что-то общее в их жестах, мимике.

— И зачем пожаловала?

— Поздороваться. Познакомиться. Мы ведь родственники… в какой-то мере.

— Да? Ну, я в этом мире уже приличное время, а зайти поздороваться ты решила именно сейчас. Абсолютно уверена, что это неспроста.

— Ты умна, — Элиза смотрит на меня серыми внимательными глазами, — это хорошо. И сердце у тебя горячее, у меня такое было… здесь… в этой жизни.[1]

В голосе ее звучит легкая нотка грусти, но буквально секунду, в следующее мгновение она говорит:

— Не хочу морочить тебе голову. Скажу прямо, поскольку не люблю эти вечные игры Богов со смертными. Призрак собирался открыть информацию, которую тебе знать еще рано, поэтому я его прервала. Не переживай, он наконец-то сделал то, чего от него все ждали — отправился на перерождение. А ты — следуй и дальше своей дорогой. Удивительно, но я редко вижу людей, которые вот так четко следуют своему предназначению, как ты. Я рада, что мы познакомились.

Сказала, и рассыпалась лепестками сирени по полу магазина. Легкий ветерок подхватил их и вынес в открытую дверь. Феерично, ничего не скажешь.

На этой мысли я просыпаюсь. Н-да, ох уж эти новоявленные родственнички, ни днем в магазине от них не скрыться, ни ночью во сне.

Утро опять суматошное. Быстро с Машей завтракаем, пакуем необходимый минимум вещей. Если вдруг, чего-то не будет хватать — пусть Его Величество Морозевич побеспокоится. По его вине, мы будем томиться на этом отборе. И, главное, слово ж какое придумали. Отбор. Все у вас отберем и радуйтесь, что есть возможность получить королевское внимание. Какая цаца, ёлки — зеленые.

Едва мы открываем магазин, как налетают подруги тех барышень, что вчера купили наборчики для улучшения семейных отношений. Я готова к этому нашествию. Со спокойным лицом раздаю всем страждущим красивые бумажные пакеты, собранные еще вчера. С таким же невозмутимым видом беру с них на десять монет больше, чем со вчерашних. А что? Инфляция, что поделать. Скорбно качаю головой, выпроваживая дамочек на улицу.

— Всего хорошего — желаю напоследок и вижу бегущую ко мне Анну, девочку с ведьмовскими задатками.

Вот, незадача. И как теперь с ней? Обещала научить и подработку дать, а тут этот отбор.

— Яра, доброго денечка — заскакивает внутрь Анна. — Я принесла вам кое-что от мамы и заодно забежала узнать, когда мы приступим к учебе?

Вот что ей говорить?

— А что ты принесла? — переспрашиваю.

— Вооот — Анна протягивает мне толстый конверт.

Открываю, высыпаю на прилавок содержимое. Это несколько пожелтевших от времени листов и какие-то ключи.

— Что это? — удивленно смотрю на девочку.

— Мама сказала, что ночью ей приснился папа и сказал, она должна отдать вам документы на магазин. Продавать нельзя, он несколько раз это повторил, только подарить. Поэтому мама, как только проснулась, сразу же разыскала все бумажки на это помещение, и наказала мне принести вам. Вот я и пришла.

— Спасибо дорогая. Но меня с подругой пригласили на отбор Его Величество, а потому с учебой пока придется подождать.

Это просто невыносимо видеть, как глаза девочки моментально тухнут после моих слов.

— Хотя…

От этого слова Анна начинает нетерпеливо переминать с ноги на ногу.

— Хотя. Теперь же у нас есть еще один набор ключей. Поэтому, ты будешь присматривать за магазином. Торговать я не разрешаю, покупатели у меня пока еще очень специфические, негоже молоденькой девушке подобные запросы выслушивать. Всем будешь говорить, что я принимаю заказы, пусть пишут их на листах бумаги, заклеивают в конверт и отдают тебе. Там разберемся.

— Смотри, вот здесь — показываю ей верхний ящик прилавка — лежит моя тетрадь по травам. Бери, читай, но только тут, домой брать запрещаю. Узнаю, что ослушалась — обучение сразу закончится.

— Да я никогда — начинает Анна.

— Не перебивай. Если там нужно будет сделать какие-то отвары или смеси — делай, все травы есть в банках и пакетах, подписаны, так что разберешься. На этом все. Топай домой, передавай маме от меня огромную благодарность, и приходи сюда завтра в девять утра. Запомни, ты не торгуешь! Дверь в магазин не открываешь, разговариваешь только через специальное окошко. Поняла?

— Все сделаю, как говорите. Спасибо, спасибо! — девчонка просто сияет, подпрыгивая на радостях.

— Все, беги домой — улыбаясь, провожаю ее взглядом до двери.

— Мааааашааааа!! Пора собираться!!! Поехали, посмотрим, что там за отборных мамзелей насобирали. Даже интересно, кто там такой не переборчивый, что позарился на кусок льда.

Собирались мы неспешно. Плотно и вкусно пообедали, взяли с собой вкусняшек, мало ли как на отборах с едой, может там этим принцессам по этикету не положено есть с аппетитом? А вот я не намерена голодать! И Маше не позволю.

День как-то незаметно подошел к вечеру, пока мы копошились. Нежданно-негаданно, к нам прилетел Хэйд. Сообщил, что Великий и Отмороженный изволили выразить неудовольствие нашим долгим отсутствием. Подобное заявление крылатого я абсолютно спокойно проигнорировала, продолжая сборы.

— Хэйд, если хочешь помочь, вызови нам экипаж. Не в руках же тащить баулы — говорю ему, чтобы он ушел куда-нибудь и перестал мешаться под ногами.

Солнышко как раз скрылось за линией горизонта, когда мы зашли нашей тройкой с парадного входа дворца. Лакеи открывают нам дверь и почтительно замерают в поклоне. Бооожечки, так и до радикулита недалеко, если столько стоять в подобной позе.

Мы стоим и ждем. Кого?

— Хэйд, пссс, — зову рыжего — что мы ждем?

— Сейчас подойдет распорядитель отбора и проводит вас в ваши комнаты — следует ответ.

А лакеи все еще стоят прямо пропорционально радикулиту. Бедняги, надо будет им мазь принести. Так и быть, первую — бесплатно.

И тут из боковой двери нам навстречу выкатывается интересный шарик-мужичок. Весь расфуфыренный, выглаженный, рубашечка с жабо и кружевами, от камзола рябит в глазах, малиновые штанишки в обтяжечку, прическа — отпад. Ну, просто звезда эстрады!

— Леди Гжельцева, леди Иванова, прошу за мной — он поворачивается к нам спиной, демонстрируя весьма выдающийся зад, мелькающий в разрезе на камзоле.

Ну, допустим, я еще могу стерпеть леди Гжельцеву, но эта малиновая задница и леди Иванова меня просто добили. Я начинаю ржать, весьма неприлично. Сначала стараюсь, закрывшись ладонью, подавить неуместный порыв, но, увы,… порыв подавляет меня. Из-под пальцев раздается сначала фырканье, потом хрюканье, а потом дикий и весьма громкий ржач. Что-то подобное, наверное, издают ослы. И теперь — я. Никогда больше не буду пытаться задавить смех. Это чревато вот такими вот звуками, красной физиономией и похоже, икотой.

Распорядитель поворачивается ко мне, брезгливо кривя губоньки.

— Леди, приведите себя в порядок и прекратите это неподобающее поведение.

Ха! Если бы это было так просто, уважаемый. Слышу, как рядом подхихикивает Маша.

— Что тут за шум? — раздается вопрос уже знакомым, ледяным тоном, от которого, как по команде, бегут мурашки вниз по позвоночнику.

— Ваше Величество — угодливо растягивая губы в улыбке, склоняется в поклоне распорядитель отбора.

— Барон, я спрашиваю, что тут за шум? — переспрашивает морозостойкий фрукт у перезревшей и весьма толстоватой малинки.

— Так… это… леди прибыли.

И тут ледяные глаза Эдриана останавливаются на мне, до этого прекрасно прятавшейся за объемами распорядителя.

— Понятно — говорит так, словно нечто подобное и ожидал. — Вы опоздали.

— Нет. Мы прибыли вовремя — сообщаю, нагло глядя в морозные глаза. — Было договорено, что приедем сегодня, вот мы и приехали.

Пожимаю плечами и развожу руки, типа вот она я. Тааа-даам!

— Барон, вы свободны. Вы трое, следуйте за мной — раздается команда и Эдриан тут же разворачивается ко мне заадо… спиной.

Королевский приказ, нельзя не повиноваться, чтоб его лечили только подорожником, этого короля. Поэтому дружно следуем за Его королевским зааадооо… Величеством. Вот, гадство. Чё он шагает впереди, глаза мозолит игрой мышц? Наверняка специально.

Чтобы не пялиться все время на его упругий за… рельеф, поднимаю глаза вверх и рассматриваю высокие потолки.

И, конечно, он резко останавливается, а я со всего маху, врезаюсь в его спину, по какой-то дурацкой привычке облапив шикарные ягодичные мышцы. Ну а чо? Сам виноват, нечего так резко тормозить, светофоров я тут не вижу, красный свет не загорался, так что поаккуратнее нужно быть. Да!

Вашество поворачивается ко мне с выражением крайнего негодования в глазах, а я делаю морду кирпичом. Типа что, вас кто-то лапал?? Понятия не имею кто! Может это Хэйд? Ехидно смотрю в сторону рыжего, который в этот момент глазеет квадратными глазами на Величество.

Эдриан раздраженно хмыкает, открывает дверь в уже знакомый кабинет. Секретаря в приемной нет, мы все дружненько заходим в следующую комнату. Вашество садится на свое место, а мы с другой стороны стола, кто куда. Я в кресло напротив, Маша на диванчик чуть дальше, а Хэйд становится рядом с любимой.

И тут капитан очевидность спрашивает:

— Вы, наверное, думаете, зачем я вас пригласил?

Говорит, вроде всем, но смотрит на меня.

— В конвертике было все ясно и понятно изложено. На отбор невест — рапортую.

— И вас не удивило, что я пригласил… вас?

А вот это уже обидно. Он так произносит это ВАС, словно мы жалкая грязь, ничтожные насекомые.

— Нет. НАС много куда приглашают — выделяю голосом «нас», получи на сдачу по своим высокомерным губешкам.

А что, думал, мы щаз расплачемся от счастья, в восторге от такого невиданного шанса? Ха! Мечтать не вредно!

— А вообще вас должно было это удивить, — продолжает меня вымораживать этот… Величество — поскольку к участию в отборе принимаются…

— Самые отборные, — перебиваю его, — мы в курсе.

— Я рад, что не приходится прояснять такие очевидные факты. Значит, приступим к главному.

Наконец-то, а то я уже думала, что он никогда не перестанет размазывать нас с Машей по полу.

— Помниться тут, в кабинете, вы, Ярослава, дали мне обещание. Услуга за услугу. И вот теперь мне понадобился ответ. Ваши ведьмовские способности, надеюсь, помогут нам больше, чем умения придворных магов.

Опачки. Интересно, что уже случилось?

Словно услышав мои мысли, Его Величество произносит:

— Сегодня утром одна из претенденток на звание невесты была найдена в своей спальне мертвой. Девушке всего восемнадцать лет. Никаких болезней и прочего. Просто заснула и не проснулась. Я склонен думать, что это кто-то из оставшихся претенденток. Но доказательств или каких-либо магических следов, которые выведут на подозреваемую, у нас нет. Поэтому, вас с подругой поселят в крыле невест, и вы будете участвовать в отборе, наравне с остальными, попутно пытаясь выяснить, кто причастен к убийству.

Н-да, он явно ко мне неравнодушен. Отправляет в самое пекло ради своих целей, даже не моргнув глазом.

— Я в восторге. Когда приступаем? — излучаю просто миллионы позитивных лучей своей улыбкой, в тайной надежде, что этот кусок льда сейчас подхватит от меня радиацию.

Глава 14

Его Величество Эдриан

До сих пор не могу понять, как так произошло, что вот мы сидели, и я надевал ей тапки, а в следующее мгновение мы остервенело целуемся и все летит к дьяволу в моей голове и жизни.

Как так получается, что та самая девушка, что вызывает во мне раздражение и неприятие своим поведением, одновременно будит во мне такие желания и страсть?

Вот я хочу ее придушить, а в следующую минуту — зацеловать до боли в губах. С ее появлением все катится кувырком, вверх ногами, хрен знает куда и зачем! Но иногда это даже весело. Слово, забытое мной очень давно. Веселье. Н-да.

Ярослава. Даже имя ее странное для нашего мира, как и вся ее внешность в целом. Я, привыкший к полногрудым красавицам, схожу с ума от вида ее почти плоской груди, пробитой, не понятно зачем, двумя сережками. Немыслимо. Знаю не понаслышке, что Боги те еще шутники, но в моем случае это уже похоже на издёвку.

Мог ли я подумать, что после такой откровенной и горячей нашей ночи она сбежит? Проснулся, довольный собой и жизнью, а Ярославы нет. Пытался заниматься государственными делами, доносами, письмами, но все равно возвращался к мысли, что было не так? Почему она ушла?

Повел себя, как мальчишка, бросил все и пошел к ней, надеясь прояснить, что же все-таки произошло? Наткнулся на абсолютное спокойствие и хладнокровие. И впервые почувствовал себя неуверенно. А мужчине и тем более, королю, нельзя выглядеть неуверенным, даже казаться таким нельзя. Ушел в недоумении, впрочем, навалившиеся дела не дали мне долго вариться в своих мыслях.

А потом тот случай в магазине. Шел просто поговорить. Оставил охрану за дверью. Когда зашел в магазин — осмотрелся. Ярослава молодец, довольно быстро обжилась и навела порядки. А потом опять все пошло по кривой. Слово за слово и я уже срываю с нее одежду, совершенно забыв о самоконтроле. Эти ее мягкие губы, жадные и жаркие, нахальные руки, бесстыжие бедра. Я еще никогда не видел, чтобы кто-то вот так запросто поддавался своим порывам, не стесняясь и не пытаясь показать что-то, чего нет. Ярослава — это чистое пламя, неукротимый огонь. Это только кажется, что я ее зажег, на самом деле она горит сама и обжигает тех, кто рядом.

И я повел себя, как трус. Сбежал. Когда она заснула. Слишком с ней горячо, слишком сладко, всего слишком, с избытком. Уже будучи во дворце, представил ситуацию ее глазами и выругался, но изменить ничего нельзя.

Возможно, так даже лучше. Учитывая этот отбор и мою очередную попытку найти свою истинную перед Богами. Допекли министры, чтоб им всем икалось! Для себя я уже давно решил, что оставлю престол Раяне, дочери моего младшего брата Стефана. Но знать так просто не отступится, особенно учитывая нехорошую славу Черной Принцессы и тот факт, что она замужем без магической связи, а потому наследников тоже дать не сможет.

Все было и так не очень хорошо, а тут еще утром выяснилось, что одна из невест не вышла к конкурсу. Пока девицы там что-то вышивали на подарок мне, я послал узнать, почему претендентка проигнорировала испытание. К сожалению, ее нашли в кровати мертвой. Причем, спокойная поза и лицо говорили о том, что смерть наступила во сне и имела ненасильственный характер. И я бы, наверное, поверил. Но…

Еще помню, что нечто подобное происходило во времена, когда я был принцем. Тогда тоже маги умирали во сне, вроде как от естественных причин. В это время в нашей со Стефаном жизни появилась Эмилия, мать Раяны и Элизы, моих племянниц (подробнее об этих событиях можно прочитать в «Идущая сквозь сны») и весьма нам помогла распутать клубок хитросплетений.

Тогда в смертях магов был повинен мой брат, но сейчас он мертв. Возможно, я напрасно думаю сразу о самом плохом, но такова уж моя привычка: быть готовым к худшему.

В любом случае, Эмилию пока трогать не буду, тем более, что дар ее значительно ослабел после потрясений, связанных с одной из дочерей.

Нужно подумать. Почему именно на отборе? Почему эта девушка? Кому это выгодно?

И тут мне приходит в голову простая и вместе с тем ужасная мысль. Мне нужен свой человек среди этих отборных. Кто-то умный, рисковый… и девушка. В голове крутится только одно имя — Ярослава.

Ну что ж, ради блага государства…

И, естественно, едва Ярослава прибыла, как все начинает принимать какие-то гротескные формы. Я отдал приказ, чтобы их с подругой по приезду поселили в комнатах, выделил две соседние в крыле для невест, зная, что они очень близки и им будет комфортнее рядом. По плану, они должны были прибыть к обеду, отдохнуть, ну а вечером мы бы спокойно поговорили.

По плану? Очень смешно. Когда дело касается Ярославы, все планы — в топку. Мало того, что она приехала, уже почти ночью, так еще и устроила такой шум-гам, что мне пришлось выйти. А раз уж я спустился, то решил, пусть узнают сразу, для чего были вызваны.

Ярослава снова вела себя возмутительно и слишком расковано, причем, не стесняясь находящихся рядом людей. Это меня разозлило. В итоге, новость об отборе я сообщил гораздо более резко, чем хотел, не особо выбирая выражения. Ожидая любой реакции на свои слова. Любой, кроме этого ее:

— Я в восторге. Когда приступаем?

И улыбается во всю ширину челюсти. Это как раз тот момент, когда я сморю на нее и не могу понять, чего мне хочется больше: придушить ее, чтобы она перестала на все смотреть так легкомысленно, или выгнав всех, разложить ее на столе и… Стоп. Мои мысли определенно повернули не в ту сторону.

— Завтра с утра — отвечаю холодно. — Сначала у невест по плану завтрак в общей зале вместе со мной, а потом — очередной конкурс. В подробности и распорядок дня вас посвятит барон Фужэ, распорядитель отбора. На этом вынужден окончить нашу беседу. Хэйд, проводи девушек к барону, невесты уже отдыхают, пора и нашим леди заселиться. Аудиенция окончена.

Ярослава, естественно, возмущенно фыркает, но никак не возражает. Они втроем выходят, оставив меня наедине со своими неспокойными мыслями. В очередной раз перечитываю доклад лекарей и дворцовых магов о смерти девушки. Ловлю себя на мысли, что даже не знаю ее имени, и что характерно, мне все равно на этот факт. Завтра с ее родителями будет разговаривать распорядитель, секретарь уже отправил от меня им письмо с новостью и соболезнованиями.

Устало потираю глаза. Пожалуй, пора отдыхать. Запечатав кабинет и приемную, в сопровождении охраны возвращаюсь в свои покои. Хвала Богам, тут меня не караулит неуёмная графиня, которую последний раз с позором и скандалом в одной прозрачной ночной рубашке выволокли два стража и передали в руки мужа. На следующее утро моим указом их семья была сослана в поместье с конфискацией резиденции в столице и запретом покидать родовые земли без моего на то разрешения. А охрана, которая стояла на дверях и пропустила нахалку — отправлена с разжалованием в военные казармы.

Когда возвращаюсь из душа, ловлю себя на том, что мозолю глазами портальное зеркало. Да, я сегодня приказал поставить подобное Ярославе в комнату. На всякий случай, учитывая, что у нее на отборе будет весьма непростое и, возможно, опасное, задание. Так я себе говорил. Но вот конкретно сейчас понял, что просто до невозможности хочу хоть краем глаза увидеть эту неугомонную. Несколько мгновений борюсь сам с собой, но потом, плюнув на все, провожу ритуал вызова и горящими глазами впиваюсь сначала в свое отражение, а потом в туман и… Ничего. Разочаровано выдыхаю. Она не сняла с зеркала покрывало.

Отхожу, поражаясь сам себе. Что за мальчишеские выходки, не достойные короля? Укладываюсь спать с мыслями о племяннице, Элизе, нынешней Богине Снов и Иллюзий. Надо с ней поговорить об этой смерти на отборе.

Озеро. Вдалеке дом. Сначала не понимаю, где это я, а потом вспоминаю. Мы гостили тут с братом когда-то давно, когда были еще подростками. То лето я запомнил надолго. Это ощущение свободы и непосредственности. Когда над тобой не довлеет дворцовый этикет, не наказывают за плохие манеры и не рассказывают, что подобное поведение просто недопустимо для наследника трона. С утра и до ночи мы играли, развлекались, дурачились. Нам позволялось общаться с простыми мальчишками, сыновьями купцов, рабочих. Я сохранил о том лете самые добрые и теплые воспоминания на несколько лет, а потом совершенно забыл. До сегодня. Интересно, зачем Элиза мне напомнила. А вот и она.

Улыбаюсь подошедшей племяннице.

— Шалишь — киваю на озеро и дом.

— Ни в коем случае — улыбается мне в ответ своей хитроватой улыбкой. — Напоминаю, что ты сначала человек, а потом уже король.

— Увы, это не так.

— Как скажешь, я не спорить пришла. Ты звал меня. Хотел что-то узнать? — смотрит испытывающе серьезными серыми глазами.

— На отборе умерла девушка. Молодая. Проблем со здоровьем не было никогда. Мне нужно знать, что это не происки Богини Смерти или ее приспешников.

— Ты же знаешь, Богини Смерти больше нет, ее место вакантно. В подвластном мне мире Снов я не ощущаю чужой силы.

— Мои подозрения беспочвенны? — настаиваю на более внятном ответе.

— Этого я не сказала. Но и магических дыр, характерных при чужом вмешательстве я не нашла.

— Хорошо. Мне нужно подумать.

Едва это говорю, как просыпаюсь. Солнце уже взошло. Пора вставать, дел на сегодня — невпроворот.

А в мире снов к девушке со светлыми волосами подходит рыжий мужчина и обнимает ее со спины.

— Зачем ты солгала, Элиза? — в его голосе нет обвинения, просто вопрос.

— Если я скажу, все повернется по-другому, а мне нравится то будущее, какое я вижу сейчас.

Глава 15

Утро наступило быстро и с кипишем. Спишь себе, никого не трогаешь, а тут звон колокольчика и вопль по всему коридору:

— Подъем! Пора вставать! Время водных процедур и подготовки к завтраку с Его Величеством! Подъем!

И голос такой протиииивный, как бормашинка у стоматолога. Даже пломбы во рту заныли от него. Положив сверху на голову подушку, укрылась одеялом и собралась еще чуток вздремнуть, но…

— Яяяра.

Молчу, прикидываюсь спящей.

— Яра!

— Маша, я сплю, отстань!

— Яра, ты не можешь спать. Сказано всем просыпаться и готовиться к завтраку с королем. Думаю, будет не очень хорошо, если мы опоздаем. Этикет, знаешь ли.

— Да чихала я на этот этикет — недовольно отвечаю из своей берлоги.

— Да пожалуйста, чихай, но поднимайся и приводи себя в порядок. Мы с тобой тут не для увеселений, а по делу.

— Слушай, — не выдержав нравоучений, высовываю голову из-под подушки, — ты вообще здесь за компанию, поняла? Не лезь туда, куда тебя не просят! Не хватало еще, чтобы с тобой что-то случилось из-за этого твоего энтузиазма.

— Ничего со мной не случится — отвечает Маша, уверенная, как и миллион 18-летних девчонок до нее, что плохое происходит со всеми, но только не с ней.

Ох уж этот юношеский максимализм, помню, сама таким страдала еще совсем недавно.

— Я тебе сказала, без меня или Хэйда — никуда. Обещай. Иначе, запру тебя тут в комнате связанной и адьёс королевский отбор.

— Ладно — нехотя отвечает Маша.

Вылезаю из постели, все равно сон сбежал, и топаю в ванную.

— Ух, а ты что, перебивала татуху? — несется мне в спину вопрос.

— Драсьте. Весной чуть добавила цвет, говорила же — отвечаю уже из ванной.

— Да? Наверное, забыла…

Остальное я уже не слышу, включив душ. Когда выхожу из ванной, Маши уже нет, зато из ее комнаты слышны голоса. Прислушиваюсь и понимаю, что это горничная и модистки. В быстром темпе замеряют и придумывают подруге официальные наряды. Вот, ёлки, сейчас и ко мне придут. Надо бельишко какое надеть, а то опять буду сверкать всем, чем можно, шокируя местную публику.

Быстро скинув полотенца с тела и головы, роюсь в сумке.

— Та, крапивой же тебя по ляжкам, где эти труселя?

Едва успеваю надеть топик и трусики, как в спальню со стуком вламывается процессия. К счастью, женская. Меня опять ставят на пуфик и начинают обмерять. Чувствую себя Новогодней ёлкой, которую украшают гирляндами зверушки в лесу. Вон эта дама, худая и вся в черном, очень похожа на ворону. А эта, которая все норовит навешать на меня кучу украшений — сорока. Рыжая и вертлявая — лиса. Верховодит всем высокая, грузная и грозная дама — медведица.

Чувствую, от этих сравнений меня пробивает на хи-хи. Делаю лицо а-ля король всея отмороженных Эдриан и продолжаю мужественно терпеть издевательства. К счастью, они быстро заканчиваются.

После ухода зоопарка, горничная, убейте меня, не помню ее имени, одевает мою многострадальную фигуру в яркое желтое платье с пышной юбкой. Спасибо, что тут не обязательны корсеты и тонна нижних юбок. Главное, чтобы подол закрывал ноги до ступней, надеюсь, не наступлю на него.

Выгляжу я теперь странновато. Желтое платье в сочетании с розоватыми волосами — диковинный внешний вид. Хотя, нормально сочетается с серьгой в носу. Все равно, ни при каком раскладе я на обычную принцессу, баронессу, графиню и проч. не тяну.

В коридоре опять раздается визгливый голос и перезвон колокольчика:

— Леди! Леди! Прошу на выход! Быстрее! Нельзя заставлять Его Величество ждать!

Девушки дружно и организовано, как солдаты на плацу, выходят в коридор и, став попарно, послушно ждут дальнейших указаний. Мы с Машей быстренько топаем вдоль шеренги в самый конец, сопровождаемые недоуменными взглядами остальных претенденток. Вполне естественно, вчера ведь был конкурс, и после него выбыло пару десятков невест, а мы мало того, что не участвовали, так еще и остались на отборе.

Н-да, тяжело будет хоть что-то разобрать в таком количестве невест. Нужно срочно проредить ряды. Но как?

Организованной толпой мы заходим в трапезную, или как там она у них называется? Посреди залы стоят столы, выставленные квадратом. Пока я решаю, где бы нам сесть, чтобы подальше, девицы берут приступом лучшие места. В итоге, нам с Машей достаются угловые, наверное, самые неудачные с точки зрения соискательниц, места. У меня за правым столом, у нее — за левым.

Отлично. Как раз то, что я и хотела, за длинным рядом сидящих девушек меня с королевского места абсолютно не видно. Спокойно сажусь, не обращая внимание на явно злорадные ухмылки тех, кто занял стол напротив королевского. По правую руку от меня сидит с гордым видом красивая брюнетка в красном платье. По лицу видно, что она хотела занять лучшее место, но не успела.

— Доброе утро — дружелюбно доносится слева от меня.

Поворачиваюсь. На меня с легкой улыбкой смотрит очень молодая девушка, лет восемнадцати, не старше. Серо-зеленые глаза в обрамлении черных ресниц лучатся весельем.

— Доброе — отвечаю не менее дружелюбно.

Мне сейчас неплохо бы завести знакомства и разузнать обстановку.

— Я — Хелена, дочь графа де Вуази. А она — девушка посигналила глазами в сторону капризной брюнетки — принцесса Кревская, Иоланта.

— Яра Гжельцева.

— О. Вы — родственница принцессы?

Надо же, я, оказывается, уже знаменитость. Продолжить разговор не успеваю, потому что в залу заходит Его Величество Мороз, в сопровождении парочки министров и распорядителя.

— Доброе утро, леди! — обращается он ко всем, но каким-то непостижимым образом выхватывает из толпы именно мои глаза.

Стою в плену этих зеленоватых осколков льда и слышу:

— Рад видеть вас.

Головой понимаю, что он говорит это всем, но ощущение, что только мне.

Завтрак проходит… манерно. Каждая невеста норовит выпендриться, показаться с наилучшей стороны, завести самую занимательную беседу с Его Величество Замороженным Тунцом. А он сидит, даже не притронувшись к столовым приборам, и абсолютно равнодушно взирает на попытки бедных девушек хоть как-то привлечь его внимание.

Аппетита у меня, как ни странно, нет. Сижу, ковыряю что-то похожее на омлет и очень надеюсь, что завтрак сильно не затянется. Отборные невесты тоже не страдают излишним аппетитом, большинство из них просто пьют травяной чай, изящно обхватив чашку наманикюреными пальчиками. Ковыряясь в тарелке, я на какое-то время выпадаю из реальности, прихожу в себя от скрипа отодвигаемого стула. Поднимаю глаза от тарелки.

— Благодарю всех за компанию. Встретимся на конкурсе — Величество выплывает из столовой-трапезной, и сразу все невесты дружно выдыхая, мгновенно очищают свои тарелки.

Надо же, оказывается ничто человеческое им не чуждо и с аппетитом у них все хорошо.

И снова визгливая дама звонит в колокольчик, а девушки дружно встают из-за столов и строятся в пары. Надо же, какой высокий уровень дрессировки.

— Леди! — провозглашает распорядитель, вчерашний малиновоягодичный пузан, — через два часа у вас начнется следующий конкурс.

— А что там будет? — не очень вежливо, но весьма надменно задает вопрос принцесса Иоланта, та брюнетистая девушка, возле которой я сидела.

— А это, леди, вы узнаете на конкурсе — ехидно отвечает распорядитель.

Нас всех разводят по нашим комнатам, чтобы отдохнули. Через полтора часа раздается уже надоевший колокольчик и команда построиться. Когда все в сборе, распорядитель выводит нас в парк. Какое-то время мы петляем узенькими дорожками и, наконец, выходим к… лабиринту.

Опачки. По рядам невест шуршат недовольные шепотки, хмыки и прочие выражения возмущения. Оу, кто-то даже ругнулся. Вот это я уважаю.

На балкон выходит распорядитель, сверкая портками цвета фуксии и канареечно желтым камзолом.

— Достопочтенные леди! Сейчас для вас начнется очередной конкурс. Правила его просты: нужно дойти до середины лабиринта, забрать вещь, которую оставил Его Величество и вернуться обратно. Таких предметов пять. Те, кто их принесет будут вознаграждены романтическим ужином наедине с королем Эдрианом Первым. Те, кто дойдут до середины, но вернутся с пустыми руками, перейдут в следующий тур. Ну, а те из вас, дорогие леди, кто не сможет найти выход из лабиринта будут отправлены домой. На все про все у вас три часа времени. Прислушивайтесь. Часы на дворцовой башне отбивают каждый час, поэтому не тратьте зря время! Желаю всем удачи!

К нам сзади тут же подходят стражи, завязывают глаза и ведут в разные стороны. Я так понимаю, нас поставят в разные углы, и мы будем блукать в поисках входа-выхода.

Останавливаемся. Раздается бой часов. Ровно одиннадцать. Снимаю повязку с глаз, страж удалился, а я стою на тоненькой дорожке внутри лабиринта. По обе стороны от меня высокий забор из зелени. Ладненько, время не ждет. Назад мне идти не стоит, там выход. Значит, только вперед. Наклоняюсь, стягиваю чулок с ноги и повязываю его на заборе из зелени, чтобы пометить место, с которого начала. Поворачивать буду все время вправо, чтобы вернуться было легче, если зайду в тупик. Неплохо бы найти Машу, не хотелось бы, чтобы она выбыла.

По истечении довольно продолжительного времени, я упираюсь в тупик. Блииин. Возвращаюсь назад и поворачиваю в другую сторону, опять глухая стена изгороди. Да ёлки зеленые! Иду назад, почти до того места, где начинала и поворачиваю влево. Часы бьют двенадцать. Опачки. Что-то я задержалась, целый час хожу кругами, пора уже начать шевелиться!

Ускоряюсь, на очередном повороте повязываю второй чулок, помечая место. Еще поворот и снова тупик, возвращаюсь и бегу в другую сторону. Часы бьют один раз. Ничего себе, что ж так быстро? И тут где-то впереди, я слышу спорящие голоса. И один из них, вроде, Машин. Прислушиваюсь.

— Отдай! Я первая взяла! — теперь явно слышу, что это моя подруга.

Похоже, она добралась к центру лабиринта и взяла призовую вещь, но там нашлась какая-то умная, которая решила обобрать мою подругу. Держись, Машуня, я уже близко! Бегу в сторону голоса и упираюсь в тупик. Да твою ж ромашку! Ай, ну его все!

И закрыв глаза, лезу, раздвигая руками и пиная ногами, прямо через живую изгородь. Честно, думала, застряну. И буду так висеть, как муха в паутине паука. Вот поржет Вашество, когда меня будут снимать. Но все обошлось. Вылезла с другой стороны зеленой стены вся исцарапанная и взлохмаченная, выплюнула изо рта застрявшие мелкие листочки и бегом на звук Машкиного голоса.

И снова тупик, та твою ж лебеду! И опять я, нарушая все правила, лезу в зеленую стену. Пропихиваясь, сквозь заросли, пробираюсь вперед. И вываливаюсь с другой стороны стены прямо на четыре кости. По взглядам, обращенным на меня, понимаю, что выгляжу капец как страшно, но мне начхать.

Быстренько поднимаюсь, с меня осыпается килограмм листьев и тоненьких веток, а что творится у меня на голове, даже не хочу представлять. Смачно выплевываю кору какого-то куста, которую грызла, пока лезла к подруге. Прогрызала себе дорогу, так сказать. Не сдержавшись, ухмыляюсь и двигаюсь в сторону подруги, которая держит белыми от напряжения пальцами веер. С другой стороны в него вцепилась кудрявая девица, судя по наглой морде, весьма чванливая и именитая.

— Яра! Я первая взяла! — кричит Маша, завидев неожиданную помощь в моем лице.

— Ложь! Я видела, что первой веер взяла принцесса Белла! — вмешивается в разговор уже знакомая мне брюнеточка, тоже какая-то там принцесса.

Что-то развелось их тут, как тараканов! Я подхожу к Маше, берусь с ее стороны веера и говорю подруге:

— Машенька, отпусти.

Подруга кивает и опускает уставшие руки. А я, пользуясь тем, что принцесса с именем, как название прокладок, нагло ухмыляется и тоже расслабляет руки, думая, что ей уступили, резко дергаю. Окружающие издают общий выдох, а я прячу веер в потайной карман платья.

— Кто успел, тот и съел — нагло сообщаю средству женской гигиены, стоящему с открытым ртом, а потом говорю Маше.

— Быстро за мной, у нас мало времени!

И мы, мчим на всех парах в те кусты, из которых я так виртуозно выпала ранее. Теперь через них лезть легче, в предыдущий раз я там пропахала целый туннель. Бежим с бешеной скоростью. На ходу, я снимаю свои чулочки, негоже их тут оставлять, и повязываю, на манер шарфика, вокруг шеи. Нет времени сейчас их надевать. На поляну перед часами мы выбегаем в последнюю минуту. Запыханые, красные. Перед нами стоят уже четверо, гордо держащие добытые трофеи. Блииин, забыла Маше отдать веер. Пытаюсь незаметно его впихнуть ей в руку, но эта коза, отпихивает его!

— Леди Ярослава, подойдите к четверке претенденток, насколько я вижу, у вас в руках добытый предмет.

— Машка, коза, забери веер — шепчу уголками губ подруге.

— Зачем он мне нужен? — так же отвечает мне предательница.

Подстава, ёлки!

Глава 16

— Леди Ярослава! Все ждут только вас — противным голосом продолжает распорядитель.

Вот уже, репей приставучий! Делать нечего, Машка упала на мороз, вообще отвернув наглую морду лица, а гадский веер словно приклеился к рукам. Можно, конечно, было бы его подкинуть десятку страждущих невест, которые стоят рядом, но, увы, уже поздно. А позорится больше, чем уже есть, в мои намерения не входит. Поэтому, гордо поправив на шее кружевные чулочки, топаю к четырем счастливицам, которые выстроились чуть впереди, гордо распрямив плечи.

Одна из них принцесса Иоланта, остальных — не знаю. Две шатеночки, ничем не примечательной внешности, яркая блонда, брюнетка и я. Разношерстная компания подобралась. Иоланта, скривив губы, отодвигается от меня, презрительно глядя на мое нашейное украшения. А я, поправив на запястье браслет из красной нити с камешками-защитниками, абсолютно равнодушно становлюсь рядом.

На балконе стоит Его Величество Мороз Эдрианович, распорядитель и еще какой-то франт. Король взирает на нас сверху вниз, как на мошек в компоте, потом что-то говорит носителю канареечного камзола.

— Принцесса Иоланта, Его Величество Эдриан ждет вас через час к себе на обед. Леди Ярослава, вы сегодня ужинаете с королем. Принцесса Велена, вас приглашают завтра на обед, леди Катрина…

Дальше я не слушаю, ибо не интересно, как там разделяют нас всех на дни и время. Меня, значит, подадут к ужину. Отлично, есть время отдохнуть. Пока я стою, погруженная в свои мысли, распорядитель умолкает, Вашество гордо удаляется, а невесты, те, которые выбрались из лабиринта, понуро начали расходиться. Интересно, сколько отборных потерялось в этом конкурсе?

Ко мне подплывает с довольной улыбкой Маша.

— Уйди, предательница! — гордо отрезаю ей.

— Ну, Яра. Чего ты? Я же не могла пойти на ужин к королю. У меня Хэйд есть, зачем мне проводить время с другим мужчиной? — плаксивым тоном говорит подруга, следуя за мной в наши комнаты.

— А мне, значит, можно встречаться с королем? Раз у меня нет Хэйда, да?

— Да! А почему нет?

— А зачем тогда ты вцепилась в этот веер, если не собиралась идти на встречу?

— Для тебя хотела — смущенно отвечает подруга.

Резко останавливаюсь, вылупившись на нее.

— А мне зачем?

— Ну… ты так на него смотрела — неуверенно говорит Маша.

— Как? Словно покусать хочу? — язвлю.

— Словно съесть его хочешь, но сначала облизать — лицо подруги становится совсем малиновым от смущения.

— Ясно. Проехали. Ты если не понимаешь в невербальных знаках, то лучше не лезь, хорошо? — устало говорю Маше, когда мы уже доходим до двери в мою комнату.

— Хорошо, больше не буду. Извини…

Но я уже не слушаю, зайдя к себе и закрыв дверь перед носом подруги. Ну, нет у меня сейчас желания выслушивать ее оправдания. Тем более, где-то в районе ягодиц, есть у меня ощущение, что она права, но признаться в этом себе, а уж тем более, ей, я не готова.

Первое, что почему-то попадает на глаза — закрытое покрывалом зеркало. Подхожу, срываю ткань. Что за дурацкая мода у них тут — зашторивать зеркала? Рассматриваю свое отражение. Дааа. Кикимора болотная просто. Волосы всклокочены, в них торчат ветки и куски не пойми чего, лицо выпачкано, на шее и груди красные царапины от кустарников, через которые я лезла. Платье в нескольких местах порвано, весь подол в непонятных пятнах. Ха! А я еще переживала на счет чулок на шее. Да при всем этом раскладе, они единственные смотрелись более-менее нормально!

И тут меня пробило на поржать. Я представила себе невозмутимое, холодное лицо Эдриана и его глаза, при моем появлении. Эх, жаль, я не видела, не догадалась посмотреть вверх, была слишком увлечена пиханием веера во вредные Машкины руки, а то б повеселилась.

Отсмеявшись, забурилась в ванну и, размокнув в горячей воде с пеной, задремала. Проснулась от грохота в дверь ванной комнаты и криков Маши:

— Яра! Я сейчас позову Хэйда, и он взломает дверь! И плевать, что ты там голая!!

— Маш, не кипишуй! Я просто заснула. Щаз выйду! — громко заорала, отплевывая затекшую в носоглотку воду.

Вовремя подруга постучала. Вот я дура, чуть не утопилась, заснув в ванной. Вылезаю из ледяной воды и принимаюсь интенсивно растираться полотенцем, одновременно пытаясь вспомнить, что же мне снилось. Помню какую-то темную фигуру и, вроде, озеро. Но дальше, сколько ни напрягаю память, — все без толку.

Выхожу из ванной комнаты, укутавшись в теплый махровый халат. Подруга сидит на кровати, перед ней поднос с едой.

— Ты пропустила обед — отвечает она на мой удивленный взгляд.

— Только не говори, что распорядитель сжалился и передал мне еду — хмыкаю, усаживаясь поудобнее и принимаясь за ароматный суп-пюре.

— Конечно, нет. Он сказал, что голод полезен для молодых леди — четко копируя интонации барона, говорит Маша. — Я попросила Хэйда принести чего-нибудь.

— Передавай ему от меня боооольшущее спасибо — мычу с набитым ртом, просто млея от вкуса пищи. — Маловато, конечно.

— Тебе через час идти на ужин с королем, там и поешь — брякает наглая девчонка.

— Как через час? — от удивления даже роняю кусочек хлеба.

— Вот так. Уже семь часов вечера.

И словно в подтверждение ее слов, заходит горничная.

— Леди Ярослава, вам пора собираться к ужину с Его Величеством. Позвольте помочь вам с выбором одежды и прически.

— Спасибо, обойдусь. Мне Маша поможет — гордо отказываюсь.

Горничная, сделав книксен, в растерянности уходит, а мы с подругой идем в гардеробную.

— Что будешь надевать? — интересуется Маша, разглядывая местные наряды.

А я не отвечаю, хитро посматривая в ту сторону, где висят привезенные из моего мира вещи. Айсберг, готовься! Я сейчас такое надену, что все твое хваленное хладнокровие испарится в никуда!

Дооолго смотрю на короткие джинсовые шортики, но потом все-таки, не решаюсь их надеть. Все же, прежде, чем попасть к Эдриану, мне придется пройти полдворца. И, скорее всего, я в такой одежде попадусь на глаза не одному десятку придворных. Не хотелось бы, чтобы они меня обсматривали, а потом судачили. Поганые сплетни разлетаются быстро, а хорошая репутация создается годами. Не то, чтобы мне было дело до их мнения, но, прав был Эдриан, я являюсь теперь родственницей Раяны. И не хотелось бы, чтобы из-за моего опрометчивого поступка пострадала она.

Хотя, может быть, это ерунда. Потому что если уже захотят опорочить, то найдут возможность. Но в любом случае, облегчать задачу врагам принцессы я не намерена. А потому долго копошусь в гардеробной, прикидывая на глаз то один свой наряд, то другой. Рядом, как щенок, крутится и повизгивает от восторга Маша. В конце концов, я не выдерживаю и прошу ее оставить меня одну. Она обижается, конечно, но я реально сейчас слегка на взводе от предстоящего ужина, и ее ахи-охи еще сильнее дестабилизируют меня.

После ухода подруги дело идет быстрее. Я легко определяюсь с бельем, отдав предпочтение красному кружевному пуш-ап бюстику и трусишкам — стрингам из этого же комплекта. Когда надеваю ажурные бежевые чулочки на силиконовых резинках, вспоминаю глаза Эдриана в тот раз, когда он впервые увидел на мне это чудо техногенного мира. Местные дамы тоже носят чулочки, но они сделаны из плотного, шелковистого материала и подвязываются тоненькими тесемками к поясу на талии. Бесспорно, красиво, но очень неудобно, поэтому я предпочитаю свои.

На секунду задумываюсь, зачем я так наряжаюсь ради ужина? И тут же честно себе отвечаю: надеюсь на горячую ночь. Пора откровенно признать тот факт, что Эдриан меня привлекает, пусть и только на физическом уровне. Да, мы разные люди и будущего у нас нет из-за очень и очень многих причин, все же я хочу урвать пусть и малюсенький, но желанный кусочек тепла, сейчас, пока это возможно. И пусть весь мир подождет!

Чувствую облегчение, признавшись себе в том, что Его Величество Ледник обжог — таки меня в самую душу. И когда только успел, окунь мороженный?

Перед тем, как надеть облегающее платье, единственное, которое я привезла из своего мира, смачиваю капельками духов собственного производства местечко за ушами, немного шею и зону декольте. Бросаю рассеянный взгляд в зеркало и замираю растеряно. Сразу вспоминаю Машину фразу на счет татушки. Подхожу ближе к зеркалу.

Как я раньше не заметила? Давно она такая? Сотни вопросов, пока я настороженно рассматриваю в татуированном колючем шиповнике бутоны цветов. Бутоны?!! Их здесь никогда не было, и быть не могло. Но они есть! Я в шоке вглядываюсь, надеясь, что мне показалось.

Вспомнился разговор с Раяной, когда она была в моем мире, мы сидели на кухне и зашел разговор о моей татушке:

— Что такое шиповник? Растение? — спросила она.

— Да. Маленькие листики, острые шипы на стеблях, розовые цветочки, потом лекарственные плоды. Только у меня без цветов. Просто шипы, предостерегающий сигнал для желающих нарушить мое личное пространство — ответила я тогда.

И вот теперь я, офигев, смотрю на маленькие бутоны в зеленых листах моего шиповника. Так, спокойно, Яра! Надо думать логически, насколько это вообще возможно. Я сейчас нахожусь в магическом мире. Тут совсем другие энергии, это я, как ведьма, весьма остро ощущаю. Возможно, местная магия, вступив в контакт с моими способностями, дала такой результат. Вон, Ян теперь может обращаться в дракона, имея на спине татуху Змея Горыныча.

Надеюсь, я не превращусь в цветущий кустик? Мать-и-мачеха! Где корешок валерьянки, когда он так нужен?

В дверь уже нетерпеливо стучит горничная.

— Леди Ярослава, прибыла охрана, они будут сопровождать вас на ужин. Пожалуйста, поторопитесь.

Ага, щаз, бегу, падаю. Подождет этот замороженный, у меня тут такая непонятка нарисовалась — не сотрешь. Как-то даже настроение из игривого перешло в упадническое. Кстааати. А может, Его Хладное Величество знает, что со мной происходит? Он ведь местный, наверняка многое видел и лучше меня понимает во всем этом! Точно! Надо срочно к нему! Придется забыть и забить пока что на романтику, есть вопросы поважнее.

Натягиваю вместо задуманного облегающего платья футболку и любимые джинсы. Выхожу из апартаментов и сразу натыкаюсь на горничную и охрану.

— Ну и что стоим? Его Величество ждать не любит! — с порога наезжаю на них, ибо нечего на меня так вытрищаться.

Накидываю сверху на свою странноватую одежду местный плащ. Пусть уж лучше придворные думают, что я замерзла, чем лицезреют мою обтянутую джинсами пятую точку.

Возле королевских апартаментов лакеи широким жестом открывают дверь. Я вхожу быстрым шагом, делаю весьма странный книксен королю и говорю тут же, с порога:

— Ваше Величество, у меня возникла проблема, нужно ваше экспертное мнение.

Скидываю плащ и начинаю снимать футболку, когда раздается насмешливый голос Эдриана:

— Может быть, вы хотя бы подождете, пока мы останемся одни?

Ээээ??? И только сейчас я замечаю, что в углу стоят два бордовых от смущения официанта. А рядом с ними, втупившись в пол, посмеивается в усы почтенный дядька, наверное, дворецкий, или мажордом. Короче! Народу для стриптиза многовато!

Твою ж кочерыжку, Яра, вечно ты какой-то кусок позора!

Глава 17

— Ну так, может, господа уже уйдут? — нагло спрашиваю у Эдриана, с удовольствием видя, как у него ползет вверх бровь от удивления.

А что? Нападение — лучшая защита, это старая прописная истина.

Он делает движение рукой и, повинуясь его воле, вышколенные слуги выходят, плотно закрыв за собой дверь.

— Может быть, сначала поужинаем, пока все не остыло? — спрашивает Ледник, пристально глядя на меня, словно выжидая что-то.

— Ужинать будем потом, сейчас я как-то без аппетита, в связи с новостями — буркаю недовольно, подходя ближе к Эдриану.

Но боевой настрой куда-то пропал, и теперь я остро ощущаю присутствие привлекательного мужчины рядом, его силу и собственную уязвимость.

— Какими новостями? — спрашивает он абсолютно спокойно, но я, вдруг, замечаю, что до этого расслабленное тело становится напряженным, а взгляд зелено-карих глаз — внимательным и, словно, сканирующим.

— Мне нужно ваше мнение, потому что я не понимаю, что происходит — говорю и даже сама в шоке от своего жалобного тона.

Это на меня так его тестостерон действует, что я веду себя, как жалкое и беспомощное существо? А теперь нужно снять футболку, чтобы показать странно трансформировавшийся шиповник, но я, вдруг, робею. Стою, мну края ткани.

И вздрагиваю, когда Эдриан оказывается совсем рядом одним плавным движением. Его запах действует на меня волнующе и успокаивающе одновременно. Так пахнет в морозный зимний день: снегом и чистотой. Мой личный кусочек зимы посреди лета. Вот только мой ли?

Поток бессвязных мыслей прерывается, когда горячая ладонь Эдриана ложится сверху на мои сжатые пальцы. Повинуясь его рукам, я тяну ткань футболки вверх. Обнажая сначала живот, потом грудь и, наконец, освобождая голову и плечи. Стою, не шевелясь, ощущая тяжелый мужской взгляд на красном кружеве бюстгальтера.

— Красивое белье — раздается хриплый голос.

— Я не для этого… — начинаю оправдываться, но резко замолкаю.

Кому я вру? Для чего же еще я надела красный комплект? Сделала это специально, чтобы увидеть огонь в его всегда холодных глазах. Поднимаю голову, и наши взгляды скрещиваются, полыхая обоюдоострой жаждой. Облизнув губы, говорю, пока это все не зашло дальше:

— Мой рисунок на теле, он изменился.

Эдриан все еще смотрит на меня горячим взглядом, потом, словно поняв, ЧТО я сказала, опускает глаза ниже.

Я поворачиваюсь спиной, так лучше видно тату.

— Что это за бутоны? — спрашивает, касаясь кончиками пальцев лопаток, проводя тонкую линию вверх, к шее.

В ответ на легкое касание, моя кожа покрывается сотнями мурашек, которые дружно бегут за его пальцами. Пытаюсь сосредоточиться на словах Величества, а не на его неторопливых ласках моей шеи. Заметил, значит, что появились бутоны.

— Я не знаю. Просто появились. Самое смешное, что я даже не знаю когда это произошло. Заметила изменения только сегодня, переодеваясь к ужину — говорю торопливо и сбивчиво, в тщетной попытке заглушить реакцию своего тела на стоящего рядом мужчину. — Это может быть из-за воздействия магии вашего мира?

— Теоретически, да — отвечает, неторопливо проводя подушечками пальцев до линии роста волос на моей голове. — Но вы с братом чужие здесь люди, ваша магия не известна нам, и сказать точно, к чему приведет воздействие нашего мира на вашу биоструктуру, я не берусь. Предлагаю пока что наблюдать. Склонен думать, что это может быть адаптация твоего тела и магии к нашему миру, какой-то мерой улучшение твоего биологического вида.

Краем уха я, конечно, слышу, что он говорит, но его пальцы, массирующий мой затылок, очень, очень сильно отвлекают. Я поворачиваюсь, чтобы сказать, чтобы он перестал, дал мне сосредоточиться, но внезапно оказываюсь во власти его губ. Сладкий и долгий поцелуй глушит все мои слова, возражения и сомнения. Последняя здравая мысль, что меня посещает «Оу, а ведь это я собиралась соблазнять», но и она выветривается под натиском жадных губ Эдриана.

Никогда не думала, что целоваться с кем-то это так вкусно. И так горячо, и настолько сильно заводит. Это танец губ и языка, танго, где мужчина ведет, а женщина следует за ним. Это совершенно не то, к чему я привыкла. И это восхитительно!

Я целую так же жадно в ответ, руками ерошу его мягкие волосы, ногтями провожу по шее, желая ближе почувствовать его кожу и запах.

Когда голова начинает кружиться, а возбуждение достигает предела, Эдриан одним движением руки скидывает столовые приборы с моей стороны стола и укладывает меня на белую скатерть. Его руки и губы всюду. Горячие и жадные, нетерпеливые и властные, клеймят меня и обжигают.

Да будет пир!

Много позже, когда наше дыхание успокаивается, тела охлаждаются, а мысли возвращаются в голову, я пытаюсь подняться с твердой поверхности стола, но руки Эдриана не пускают, сжимаясь крепче.

— Пусти, я хочу привести себя в порядок, вдруг, кто зайдет — шепчу ему.

— Никто не зайдет — безапелляционно говорит он, покусывая мою шею и навевая мысли о втором раунде.

И продолжает сжимать руки кольцом вокруг меня.

— Мне так неудобно — зачем-то упираюсь я.

— Опять хочешь сбежать? — вдруг спрашивает ледяным тоном, словно это не мы сейчас тут занимались любовью на столе.

— Не нужно приписывать мне непонятно что, искать в моих поступках и словах двойной смысл — начинаю я раздражаться.

— Как показывает мой опыт, у поступков ВСЕГДА есть двойной смысл, так или иначе — припечатывает Ледник, все так же удерживая меня, но теперь я чувствую только холод.

— И что же движет мной? — спрашиваю, провоцируя.

— Я пока не понял — отвечает, а потом делает резкое движение, и я снова лежу на столе спиной, а он — сверху, прижавшись ко мне, давая почувствовать свое желание. — Я не хочу спорить.

Его губы завлекают и увлекают, будоражат чувства и желания, поэтому я не сразу понимаю, что он говорит:

— Я хочу, чтобы ты стала моей фавориткой. Ты будешь жить в смежных со мной апартаментах, я подарю тебе титул и замок, осыплю подарками. Соглашайся. Позволь нам и дальше быть вместе.

— Подожди. Что? — переспрашиваю, отодвигаясь от его горячих губ, которые мешают мне нормально соображать.

— Фаворитка — это важное звание при дворе. Тебя будут уважать и бояться — продолжает этот змей-искуситель.

— Отпусти — пытаюсь вырваться.

Эдриан отодвигается, я поднимаюсь. Он смотрит на меня, явно ожидая ответа, а я пытаюсь найти свои вещи. Так, бюст нашла, в карман, штаны надела, вот и футболка. А где трусы??

— Это ищешь? — Его Величество все так же полулежит на столе, одетый только снизу, в расстегнутой рубашке и держит в пальцах мои красные стринги.

И выглядит искушающе и греховно. Губы припухли от моих поцелуев, коса слегка растрепалась, кожа сияет в неярком свете светильников. Так, стоп, Яра. Ты не о том сейчас!

— То есть, ты предлагаешь мне стать твоей любовницей? — уточняю на всякий случай.

— Фаворитка — это больше, чем любовница. Это почти супруга — отвечает, улыбаясь уголками губ.

— Почему же почти? — полностью игнорирую красный кусочек ткани в его руках.

Эдриан мгновенно становится серьезным. Принимает сидячее положение и говорит:

— Ну, ты же понимаешь. Я не могу взять тебя в жены, дела королевства важнее моих личных желаний. Мне нужен наследник, а у нас с тобой нет магической связи, значит, не может быть и детей.

— Я уже слышала всю эту ерунду о связи, не нужно повторять! — чувствую, что слишком эмоционирую, но не могу остановиться.

— Соглашайся — он пытается поймать мою ладонь, чтобы притянуть к себе.

Я натягиваю футболку и прячу руки в карманы джинсов.

— Я не готова взять на себя такие обязательства — произношу и вижу, как мгновенно застывает его лицо, как буквально ледяной корочкой покрывается взгляд зелено-карих глаз.

— Можете идти — говорит равнодушно и отворачивается. — Аудиенция окончена!

Какое-то мгновение стою, смотрю ему в спину, жду чего-то. Чего? Не знаю сама. Такая глупая и внезапная ситуация. Ведь только что все было хорошо, а теперь… Зачем он это предложил? Чем руководствовался? Чувствами или холодным расчетом?

Хотя… о чем это я? Какие могут быть чувства у этого мороженого окуня? Смешно…

— Доброй ночи — говорю в спину Величеству и, гордо расправив плечи, удаляюсь.

Не дождешься ты от меня жалоб, и прогибать меня себе в угоду не надо. Я сама, кого хочешь прогну!

Чеканя шаг, обиженная и злая, захожу в свою комнату. Долго отмокаю в ванной, отскребаю себя мочалкой. Уже перед сном вскользь отмечаю, что розовый тонирующий бальзам с волос почти смылся, скоро я стану обычного, блондинистого цвета.

Долго ворочаюсь в мягкой постели без сна. Все думаю и думаю. Об этом мире, куда занесло меня мое легкомыслие, о непонятных отношениях с мороженой филешкой Его Величеством, о новом узоре, что вдруг появился на татухе. Короче, засыпаю уже под утро глубоким, но беспокойным сном.

Просыпаюсь от громкого стука в дверь. Ну, кого еще там принесло с утра? Сегодня же у нас должен быть выходной день, без конкурсов и прочей отборной ерунды.

— Леди Ярослава, вас срочно требуют к Его Величеству.

Это горничная.

— Леди Ярослава…

— Да встаю уже!

Бурча под нос ругательства, поднимаюсь с постели. На долю секунды вспоминаю ускользающий сон. Там был какой-то темный силуэт и девушка… Или нет? Помню, было что-то важное. Но что? Ёлки! Что вообще происходит? Я ВСЕГДА помню свои сны, даже если снится полнейшая чушь! А тут, как ни пытаюсь, не могу ничего воскресить в памяти. Это явно неспроста!

Буквально через десять минут, полностью готовая, выхожу из спальни. Горничная удивленно застывает возле столика с сервированным завтраком.

— Я думала, вам понадобится помощь с платьем… — начинает она, но я ее прерываю.

— Сама управилась. Что на завтрак? — усаживаюсь за стол, наливая себе кофе (он есть только у меня, никому его не даю, жадная потому что), добавляю сливок из кувшинчика.

— Леди Ярослава, завтрак может подождать, я принесу вам свежий, когда вы вернетесь, а сейчас нужно срочно идти к Его Величеству. Был приказ немедленно явиться, сопровождающий ждет за дверью.

— Ну, уж нет. Сначала я поем, а потом предстану пред светлые очи короля.

А про себя добавляю: а то на голодный желудок язву можно схлопотать с вашим Морозильником.

Горничная не пытается возразить, видимо, уже поняла, что со мной это бесполезно. Она уходит в спальню, чтобы прибрать там постель и полотенца, давая мне возможность спокойно, без ее присмотра позавтракать.

Интересно, чего это меня так срочно требуют? Решил выпроводить с отбора, раз не приняла его щедрое приглашение? Есть медленно не получается, из головы не идет мысль, что же так срочно понадобилось королю? В конце концов, одним глотком допиваю кофе и выхожу к сопровождающему.

— Леди Ярослава, — обмениваемся приветственными поклонами, — прошу за мной.

Судя по тому, куда мы повернули, идем в кабинет к Дяде Морозу. Заходим со всеми церемониями в приемную. Киваю с улыбкой секретарю. Он какой-то бледноватый сегодня и суетливый.

— Обождите немного, — говорит мне, — у короля сейчас Главный следователь. Как только будет можно, я вас провожу.

Усаживаюсь поудобнее на одном из стульев, но сильно расслабиться не успеваю, дверь в кабинет открывается, выпуская высокого, темноволосого мужчину. Быстрым шагом он проходит мимо меня, словно я пустое место, и выходит, а из кабинета несется знакомый напыщенный голос:

— Гектор, прикажите поторопить леди Гжельцеву. Мне, что, до вечера ее ждать?!

Секретарь пытается сказать, что я уже тут, но я его опережаю, спокойно заходя в кабинет:

— Леди Гжельцева уже прибыла — демонстративно делаю книксен и остаюсь стоять перед его королевским столом.

— Рад слышать — следует ответ ледяным тоном, таким же взглядом меня осматривают с головы до ног. — Надеюсь, вам не нужно напоминать, что на отборе вы находитесь исключительно с целью помочь с расследованием и всякие развлечения в сферу ваших интересов, на данный момент, не входят?

— Разве? А мне казалось, мы вчера вечером неплохо развлеклись и, что характерно, вы отнюдь не были против — отвечаю невозмутимо.

Глаза Вашества недовольно блеснули, а губы сжались, давая понять, что мой укол достиг цели. Туше, поганка! Я тебе не коврик перед входом, ножки об меня вытирать!

— Почему вы стоите? Присаживайтесь уже — говорит нетерпеливо.

— Благодарю. Ждала вашего светлейшего разрешения — смиренно отвечаю, сажусь на краешек стула, глазки в пол.

Что за звук? Чьи-то зубы скрипят? Неужели закипела в жилах ледяная кровь? Быстро что-то. Подавив улыбку, спрашиваю:

— Могу я узнать причину, по которой вы попросили меня прийти с самого утра?

Гы, специально ввернула, о том, что он якобы просил, а не приказывал.

— Я ПРИКАЗАЛ вас позвать, потому что у нас очередная смерть — припечатывает каждым словом король. — Сегодня во сне скончалась леди Катрина, герцогиня Бофорская, одна из тех, кто раздобыл оставленную вещь в лабиринте.

Мааать-и- мачеха! Это ж одна из тех шатенок!

Глава 18

Какое-то время огорченно молчу. Потом спрашиваю:

— Что от меня требуется?

— Именно то, для чего вас и пригласили на отбор: ведьмовская помощь. Так же, как и в прошлый раз, девушка умерла во сне. И если первую смерть еще можно было хоть как-то списать на естественную, то две одинаковые смерти на одном отборе — это уже явно не случайность. А если принять во внимание, что погибшая — старшая дочь и наследница герцогства, то, ко всему прочему, назревает еще и международный скандал.

— Есть какие-то зацепки?

— Не совсем понял значение этого слова, но общий смысл мне ясен. Нет, как и в прошлый раз, ни следователи, ни дознаватели, ни дворцовые маги не нашли никаких следов стороннего вмешательства. Накануне девушка была спокойна, ни с кем, кроме своих близких подруг, которые находятся здесь же на отборе, не виделась. Легла спать, по словам горничной, как обычно. А утром ее нашли мертвой.

— Тело уже отдали… родителям?

— Нет. Герцога, отца умершей, оповестили, но он не приедет. За девушкой пришлют родственников, но прибудут они не раньше завтрашнего дня.

— Мне нужно навестить девушку, пока ее не забрали — говорю, не уверенная, что буду правильно понята.

— Так работает ваш метод? — безо всякого удивления спрашивает король.

— Я не знаю наверняка, но может сработать. Я попытаюсь выйти на контакт с мертвой девушкой. Вообще, я не медиум. Не была им у себя дома, а здесь, почему-то стала. А, может, у Раяны получится? Она ведь сильная магиня Смерти?

— К сожалению, при виде Раяны, души стремятся побыстрее покинуть этот мир для перерождения, а потому норовят использовать ее магию для скорейшего ухода. Так что, остаетесь только вы.

— Ладно. Работаем, с чем есть. Мне нужно сначала сходить к себе, взять определенные атрибуты, без которых я вряд ли чем смогу помочь, а потом надо, чтобы меня проводили к телу.

— Я распоряжусь — следует короткий ответ и окунь мороженый, взяв в руки какие-то бумаги, делает вид, что занят, типа у него дел выше крыши.

— Я могу быть свободна? — спрашиваю от нечего делать.

— Что? — делает вид, что уже и забыл, что я тут, — да, конечно. Как все сделаете и будут новости, немедленно сообщите мне лично, чтобы я мог принять соответствующие меры. Благодарю за содействие — и опять уткнулся в бумаги.

Встаю и, игнорируя протокол, требующий сделать книксен и пятиться задом к двери, поворачиваюсь спиной и топаю на выход. В приемной меня ждет сопровождающий.

— Леди Гжельцева, я провожу вас в ваши покои, а затем, когда вы соберетесь, отведу к герцогине Бофорской.

Согласно киваю головой, мыслями уже в сборах. Что мне может понадобиться для проведения сеанса?

Едва мы подходим к моей комнате, сопровождающий остается за дверью, а я достаю сумку и быстро приступаю к делу. Скатываю из черной вощины и капельки ладана свечи, беру спички, благовония с миррой, на всякий случай, соль, всякой ерунды по мелочи. Вроде, готова.

Комната герцогини оказывается всего через две двери от моей. Мы заходим в гостиную.

— Я останусь тут, прослежу, чтобы никто вас не беспокоил — говорит моя охрана, назначенная королем, — а вы можете спокойно работать. Если что понадобится — говорите.

И мужчина уселся в кресло. Лааадно, делаю глубокий вдох и захожу в спальню. Зажигаю свечи, делаю соляной круг. Бывает, если человек умер внезапно или не своей смертью, его дух может проявлять агрессию. Я не самоубийца, лучше перестраховаться.

Сажусь внутрь круга, поправляю на запястье браслет из красной нити, зажигаю и сразу тушу благовония, чтобы они не горели, а источали дым. Чувствую себя глупо, но все же, произношу:

— Я призываю дух Катрины, герцогини Бофорской. Покорись моей воле, приди!

Пытаюсь воссоздать в памяти образ девушки, но не очень получается, потому что я не могу вспомнить, как она выглядела. Помню, что у нее довольно милые черты лица и русые волосы. Больше ничего.

— Я призываю дух Катрины, герцогини Бофорской. Покорись моей воле, приди! — повторяю, как заклинание. — Ну, давай же, милая, я хочу помочь.

Так сижу и бормочу себе под нос довольно долго. Когда свечи догорают, становится понятно, что дух не придет. Расстроено собираю остатки своих вещей и выхожу из спальни.

— Передайте Его Величеству, что я не смогла ничего узнать. К сожалению, душа Катрины на контакт не вышла. Если я, вдруг, понадоблюсь, то буду у себя. Всего хорошего.

Распрощавшись, мы уходим каждый в свою сторону. Придя к себе в апартаменты, ощущаю какую-то слабость и сонливость. На столе сервирован обед, но аппетита нет, поэтому иду сразу в спальню. Обессилено опускаюсь на кровать и, едва голова касается подушки, засыпаю.

Просыпаюсь от собственных криков вся мокрая от пота. За окном уже темнеет, значит, дремала я довольно крепко и долго. Закрываю глаза и пытаюсь воссоздать сон, пока он окончательно не выветрился.

Помню, что оказываюсь где-то в коридорах дворца, меня зовет женский голос. Ищу, откуда он идет. Захожу в комнату герцогини и вижу ее. Она сидит на кровати и плачет. Подхожу, что успокоить, она оборачивается, а ее лицо искажено диким ужасом. Катрина открывает рот, чтобы что-то мне сказать, но оттуда вместо слов выползают черные пауки.

Вот на этом месте я и проснулась. Ужас какой, где взять столько корня валерьянки, чтобы после такого зрелища успокоить нервы? Было еще что-то, что она мне показала, но, сколько я ни стараюсь, ни напрягаю память — вспомнить не могу.

Вот гадство! Мне срочно надо капучино с корицей! Вот тебе и переезд в новый мир. Вляпалась не пойми во что!

Следующие три дня прошли вполне спокойно. На отборе нам всем сделали отдых от конкурсов. Многие из невест с облегчением выдохнули. Большинство оставшихся девушек, в количестве 49 человек, разбились на группки по интересам, так сказать.

Как обычно, были группы более привилегированных: одна кучка — принцессы из правящих династий, а вторая — негласные лидеры отбора, состоящая из тех трех, что нашли вещи в центре лабиринта. Менее привилегированные: герцогини и прочие древние дворянские барышни. И отщепенцы: мы с Машей. Нас сторонились все группы, не взирая на наши попытки подружится, а может, и благодаря им.

Завязать более-менее приятельские отношения нам удалось только с тремя из соискательниц на звание королевы. Это Хелена, дочь графа де Вуази — моя постоянная соседка по утренним завтракам за общим королевским столом и ее две знакомые, тоже графские дочери — Марита и Виктория. Вот такой пятеркой мы и старались держаться, усаживаясь рядышком за столом, прогуливаясь по парку, обмениваясь сплетнями.

Именно благодаря Хелене я узнала, что говорят об исчезновении с отбора герцогини Бофорской, девушки, дух которой я пыталась призвать. Среди невест ходили упорные слухи, что когда она пошла на обед с Его Величеством, то настолько разочаровала короля, что тот отбраковал ее домой сразу же, не дав даже попрощаться.

Я пыталась высмеять подобную версию событий, но по довольному фырканью привилегированных групп отборных невест быстро поняла, кто эти сплетни распускает и поддерживает, а также лишний раз убедилась, что гадким необоснованным слухам верят гораздо охотнее, чем правдивым фактам.

Утром четвертого дня, сразу после очередного тягомотного завтрака невест в обществе Его Величества Ледника, распорядитель обрадовал нас сообщением, что сегодня будет конкурс. Победительницы получат подарки и возможность прогуляться с королем дворцовыми парками.

И снова, как в прошлый раз, принцесса Иоланта пожелала узнать о подробностях, но, как и тогда, распорядитель не согласился раскрыть секрет. Понятно, сюрприииз будет. Я смотрю, Его Величество Йети склонен к садистским шуточкам.

День прошел во всеобщих догадках, в чем же подвох конкурса? В районе четырех часов пополудни нас собрали в коридоре.

— Высокочтимые леди! Прошу вас всех построиться! — под перезвон колокола звали нас из комнат.

Когда все вышли, нас привели в большой, пустой зал. Большинство невест недоуменно переглядываются, как и я, не понимая, зачем мы тут?

На средину залы выходит распорядитель, сегодня облаченный в велюровые штаны яркого фиолетового цвета и оранжевый камзол, расшитый золотом. Я просто тащусь от его оригинального вкуса! И торжественно сообщает:

— Уважаемые леди! Сегодня вам предстоит поразить Его Величество Эдриана Первого искусством (драматическая пауза) игры на музыкальных инструментах. Но, есть одно «НО»…

Кто бы сомневался?

— Музыкальные инструменты спрятаны в этом крыле дворца. Что найдете, на том и придется играть. На все у вас есть два часа времени. Ровно в 6 часов вечера начнется конкурс. Кто не успеет к этому часу — выбывает. Остальные — будут бороться за право получить подарок и внимание Его Величества, но данные ценные призы достанутся только самым находчивым и талантливым! Желаю удачи! Отсчет времени начался!

Мааать-и-Мачеха, что тут началось! Невесты похватали подолы своих нарядных платьев и каааак ломонутся кучей в одном направлении. Стадо бизонов, один-в-один. Я такое на канале «Нешинал Джеографик» видела. Схватив стоящую рядом Машку, едва успела отскочить в сторону от толпы любителей музыки, а то затопчут и не заметят, в своем стремлении к прекрасному.

Довольно быстро зала опустела. Остались только мы с подругой, распорядитель, дама с колокольчиком и еще парочка невнятных субъектов.

Любитель цветных штанов уставился на нас в монокль и произнес:

— Леди, вы бы поторопились, а то, не ровен час, останетесь без ничего.

Мы с Машей переглянулись и пошли вслед за толпой, но там, где все повернули направо, мы пошли налево. Мимо нас, в сторону большинства, со скоростью страуса Эму пронеслась одна из графских дочек. Спасибо, хоть не сбила.

Идем по длинному коридору, заглядывая во все комнаты. Тщательный осмотр первых двух ничего не дает. В третьей мы находим дудочку.

— Ты умеешь играть? — спрашиваю у Маши.

— Не так, чтобы очень — неуверенно отвечает девушка.

— Ладно, все равно возьмем, вдруг пригодится, или может, обменяем на другой инструмент.

При выходе сталкиваемся с Хеленой. У нее глаза на мокром месте.

— Что случилось? — спрашиваю.

— Это ужас какой-то, а не отбор. Я нашла флейту, а Иоланта и Велена отобрали ее у меня! А я больше ни на чем играть не умеюююю — и девушка собирается рыдать.

— Стоп! — резко останавливаю начинающуюся истерику графской дочери. — У нас для тебя подарок.

Протягиваю руку Маше, она без возражений и вопросов отдает мне дудочку. Вкладываю инструмент в трясущиеся пальцы Хелены.

— На этом играть умеешь? — спрашиваю.

— Конечно — хлюпая носом, отвечает девушка.

— Вот и играй — ободряюще ей улыбаюсь.

— Но, как же вы? У вас ведь теперь нет инструмента? — неуверенно спрашивает Хелена, но я вижу, что она ужасно рада и спрашивает просто из вежливости.

— Ничего, мы себе еще найдем — отвечаю.

Девушка бросается нас обнимать и благодарить. На радостях, она так крепко обхватывает меня за шею, подпрыгивая и спасибкая, что вырывает у меня несколько волосков, намотав их на эту злосчастную дудочку.

— Ай! Слушай, убери от меня это пыточное устройство — пытаюсь разомкнуть руки Хелена.

— Извини, Яра. Я не хотела — девушка опять чуть не плачет. — Я всегда такая неловкая, брат говорит, что я ходячее несчастье.

— Да ладно, не страшно. Беги, готовься к конкурсу, а мы тоже скоро подойдем.

Девушка еще раз благодарит и убегает, на радостях пританцовывая.

Мы с Машей переглядываемся. Осталась только одна не обследованная нами комната.

— Ну что, пошли? — говорю ей, и мы дружно заходим на…кухню.

Музыкальных инструментов нет. Времени осталось всего сорок минут.

— Что будем делать? — спрашивает Маша.

А я шарю глазами по кухонной утвари. Что делать? Что делать? Снять штаны и… знаете, да? И тут мой взгляд останавливается на буфете с посудой.

Оу, какой приятный сюрприииз!

Глава 19

Через двадцать минут наш номер готов и отрепетирован. У нас с Машей за спиной музыкальная школа. У меня — по классу гитары и ударных, у подруги — фортепиано. А еще у нас на двоих бездна энтузиазма и творческого подхода. Так что мою идею Маша подхватывает на лету.

После репетиции у нас есть еще двадцать минут, чтобы собрать нужные предметы и дотопать обратно. Возвращаемся мы буквально в последние минуты. Обшариваю глазами отборных невест. У двенадцати из них руки пустые. Следовательно — выбывают.

— Время вышло! — бодро и громогласно провозглашает распорядитель.

И буквально сразу же в залу заходят слуги, занося столы и стулья с высокими спинками. Последним заносят огромное кресло. Догадайтесь для кого? Конечно для Величества, чтобы поместилось все его эго целиком.

Нас всех отправляют в коридор, оставив только ту девушка, которая выступает первой. По топоту и скрипу стульев догадываюсь, что почетные гости прибыли.

Начинается концерт. Играет и поет скрипка. Высоко и надрывно, до боли в зубных пломбах. Потом тишина и девушка выходит расстроенная. Видимо, подарок не получила.

Идет следующая. Теперь слышны звуки чего-то струнного. Красиво, но скучно. Тем не менее, девушка выскакивает довольная, держа в руках какую-то коробочку.

Следующей идет Хелена с дудочкой. Мы с Машей ее ободряюще похлопываем по плечу и желаем ни пуха, ни пера. На что девушка удивленно улыбается и выходит в залу. Звуки, которые потом раздаются, прекрасны. Это легкий весенний ветерок качает ветки ивы, это родниковая вода, сверкая на солнце, бежит по камешкам, это птичьи трели в летнем лесу. Очень красиво. Надо же, а ведь простая дудочка. А что бы Хелена выжала из флейты? Когда она возвращается, то держит в руке коробочку. Мы на радостях обнимаемся.

Следующей идет полная гонору принцесса Иоланта. Играет она, естественно, на клавишных. Поскольку пианино притащить она вряд ли смогла бы… хотя… Нет, все же не смогла бы. То, наверное, нашла что-то типа заменителя. Может, на подобии, как наш синтезатор? Увы, с того места, где мы все томимся, ничего не видно, приходится довольствоваться исключительно звуками. Выходит принцесса гордо задрав голову. С коробочкой.

Чего это Снежный человек сегодня такой добрый? Всем без разбору дарит подарки?

Очередь все идет, а мы с Машей все стоим. Прошла уже и принцесса Велена, счастливо выпорхнув с заветной коробочкой. А мы все стоим, маринуемся. Кто-нибудь, скажите этому Мариную Хладнокровному, шо мы уже задолбались стоять! Все, кто выступил — ушли ужинать, а мы стоим, голодаем!

И, естественно, нас оставили на десерт. Все уже разошлись, только мы с Машей остались, как те два тополя на Плющихе.

И, наконец, объявляют наш дуэт. Мы неспешно выкатываем на столике нашу композицию. У Маши — бокалы с водой, у меня — ложки и три кастрюльки: одна маленькая, другая побольше, третья еще чуть больше. Уже перед самым выездом нашей конструкции, подруга запаниковала:

— Яра, ты уверена, что нужно именно саундтрек к фильму «Миссия невыполнима»??

— Маша, ну сама подумай. Мелодия идеально подходит под наши инструменты, да и название, очень подходящее случаю. Соберись, подруга! Давай встряхнем этот замшелый дворец и его заскорузлых обитателей!

Надо ли говорить, что публика офигела?? Сразу. С первых же так называемых аккордов.

Сначала вступаю я, мелко стуча ложечками по бокалу, затем переход дробью по кастрюлям, а потом подключается Маша со своей музыкой воды. Оооо, это кайф! Я давно так не веселилась! Когда мы закончили розовые от усилий и шальные от восторга, ответом нам была тишина. Гробовая.

А потом в этом беззвучном мире раздались одинокие аплодисменты. Подняла глаза и встретилась взглядом с сияющим зеленым маревом глаз Его Величества. Он улыбался. Уголками губ, но все же! Я пыталась вспомнить, видела ли когда до этого его улыбку и поняла, что нет.

— Думаю, подобное выступление заслуживает самой высокой оценки — раздается властный голос, так не вяжущийся с улыбкой, застывшей лучиками солнца в глазах Эдриана.

— Да! Мы тоже так думаем — ляпаю я, в очередной раз нарушив все этикеты.

— Подойдите ближе, заберите свои подарки, дорогие леди — говорит Его Мороженое Величество.

А мне, почему-то, совсем некстати, вспоминается мультик «Маугли» и момент, где Каа гипнотизирует обезьян «Бандерлоги! Блииижееее».

Но мы не мартышки, а потому смело идет и забираем коробочки со стола. Делаем книксен и задом ползем на выход.

Уффф. В коридоре счастливо визжим и обнимаемся с Машей. В восторге, что все получилось.

На ужин, само собой, мы не успеваем, но Хэйд уже обо всем побеспокоился. Он ждет нас в одной из беседок парка. Накрытый стол, свечи, цветы. Быстро поглотав все, что было на тарелке, я поспешила откланяться. И ежу понятно, что Хэйд организовывал для Маши романтик, не буду портить своим присутствием влюбленным праздник. Они и так последнее время, с этим отбором, почти не видятся.

У себя в спальне, сбросив одежды, долго отмокаю в ванной. Настроение какое-то приподнятое и светлое. Ловлю себя на том, что напеваю песенку, намыливаясь душистым мылом. Обращаю внимание на свою татуху шиповника, вижу, что у моих прежде зеленых, плотно закрытых бутонов появились нежные розовые края. Интересно, зацветут? И что тогда будет?

Надеваю спальный комплект, состоящий из майки и шортиков, повесив мокрое полотенце в ванной, укладываюсь в постель. Лежу с открытыми глазами, понимая, что на таком душевном подъеме вряд ли смогу уснуть. Сажусь по-турецки, подложив под спину подушку. Может, раскинуть Таро? Нет, как-то не хочется.

И тут вспоминаю о подарке. Где же коробочка? Нахожу ее на краю кровати, еще чуть-чуть и упала бы на пол. Беру и открываю. Особо ничего не жду. Сто процентов, что подарки для отборных невест покупали оптом у какого-нибудь ушлого поставщика для королевского двора местные распорядители.

И открыв, замираю, глядя в восхищении на украшение. Сережки. Из белого золота. С россыпью голубых бриллиантов. И что характерно, камни точно в цвет моих глаз. Нежно провожу пальцами по серьгам. Как дорого и изысканно. Под ними замечаю кусочек бумаги. Дрожащими пальцами достаю его и разворачиваю.

«Пусть они так же украшают твои ушки, как ты украсила мою жизнь».

Без подписи.

Ночью спала, как ребенок. Не в том смысле, что плакала и писалась, а в том, что крепко и с цветными снами. Утром проснулась в чудесном настроении.

Как обычно, невест ждала побудка с колокольчиком и быстрые по-военному сборы. Нас осталось ровно тридцать. Выстроившись по двое, мы двинули в столовую.

Завтрак, как всегда, проходил в неестественно жеманной обстановке. Его Величество был задумчив и холоден, то есть в своем обычном состоянии. Невесты демонстративно распушивали перья и игриво курлыкали, но без особого результата. В общем, все было, как обычно. Кроме того факта, что всегда говорливая Хелена сидела рядом со мной и упорно молчала, злобно выдавливая из омлета молоко.

— Что такое? — шепотом спрашиваю ее, устав наблюдать за мучениями и без того уже мертвых куриных яиц.

— Ничего — буркнула мне недовольно, продолжая истязать завтрак.

— Хелена, я могу помочь. Но давай не здесь. Я зайду к тебе после завтрака.

Девушка молча кивает, оставив в покое блюдо, а я ловлю на себе холодный взгляд королевских глаз. Делаю вид, что занята завтраком. Пусть не думает, что одна побрякушка может извинить его поганое поведение! Резкий скрип отодвигаемого кресла. Его Величество удаляется, понимаю я по тому, с какой скоростью невесты набрасываются на свою еду.

После завтрака распорядитель сообщает нам, что до следующего конкурса есть ровно два дня отдыха. И приглашает на сегодняшнюю прогулку по парку с королем принцессу Иоланту. Облегченно выдыхаю. Не готова я к прогулкам наедине с Эдрианом, еще свежа в памяти наша предыдущая встреча. Хочется дистанцироваться и передохнуть от его внимания и своих непонятных чувств.

По дороге в свою комнату, меня догоняет Маша и радостно шепчет, что они с Хэйдом убегут на весь день, полетят на пикник, но вечером она обязательно вернется и заглянет ко мне, чтобы я не волновалась. Я согласно киваю. Лети, птичка, веселись. Первая любовь бывает только раз и запоминается на всю жизнь.

А я, передумав идти к себе, решаю вместо этого сходить к Хелене, узнать-таки, что ее гнетет. Постучав в ее дверь и дождавшись разрешения зайти, вхожу, плотно прикрыв дверь. Ее комната значительно уступает тем апартаментам, в которых поселили нас с Машей. Небольшая спальня, балкона нет, мебель добротная, но без изысков.

Хелена сидит за столиком, засыпает душистые травки, собираясь пить чай.

— Выпьешь со мной? — спрашивает, заливая кипяток в заварник.

— Пожалуй, — соглашаюсь, — а что за травки?

Принюхиваюсь к аромату.

— Ничего особенного. Для успокоения нервов: ромашка, лаванда, мята.

Сажусь на стул рядышком. По комнате плывет легкий аромат трав, усиленный кипятком. Не тороплю Хелену, пусть сама решится. Если захочет рассказать — расскажет, а нет — значит, нет.

— Я сегодня обедаю с Его Величеством — сообщает наконец-то.

— Мои поздравления. Ты рада? — на всякий случай интересуюсь.

— Наверное. Радость, конечно, есть. Но еще и страх — признается она шепотом.

— Почему? Ты боишься короля? — спрашиваю удивленно.

— А как его не бояться? Ты видела эти его ледяные глаза? Каждый раз, как он смотрит ими на меня, мне хочется забиться в какую-нибудь щель и даже носа не показывать. А голос?

— Так, а зачем ты ТУТ? На отборе?

— А ты думаешь тут все по собственному желанию? Да большую половину принудили родственники, как и меня мой брат.

— Многие девушки ведут себя так, что я сомневаюсь в отсутствии у них желания быть на отборе — возражаю Хелене.

— Да, многие, но не все.

На этом разговор на какое-то время прерывается, мы пьем чай. Вкус мне не очень нравится, какая-то из трав дает горечь, поэтому сделав два глотка, я отставляю чашку.

— Не понравилось? — спрашивает Хелена.

— Очень специфично — отвечаю.

— Знаю. Но это сбор от нервов, разве что я чуть больше кинула в заварник, чем нужно было. Но у меня особый случай! Хочу немного успокоиться, чтобы не ударить лицом в грязь перед Его Величеством.

— Да, пожалуйста. Мне успокаивать нервы ни к чему, а ты пей.

Тут мой взгляд натыкается на красивую брошь в виде василька из драгоценных и полудрагоценных камней. Хелена замечает мой взгляд и говорит:

— Подарок короля за удачное выступление. Все девушки получили броши. Разных видов и форм, но все очень изысканные, даже Иоланте пришлись по вкусу.

Все. Ха! Оказывается, не все. У кого-то, например, серьги. Но вслух я этого не говорю, просто улыбаюсь, делая вид, что рассматриваю брошь. Дальше мы болтаем о пустяках и, спустя небольшой промежуток времени, я, ссылаясь на дела, ухожу. Хелена — кладезь полезной информации, но принимать ее надо дозировано, иначе чревато головной болью.

Обедаю у себя в комнате, как и многие отборные девушки. Вечером забегает Маша, в восторге болтая о свидании и Хэйде. Парень сделал ей предложение, и подруга ответила согласием. Он записался на начало следующей недели к королю на аудиенцию, получит бумаги на графский титул и соответствующие регалии, земли. Свадьбу молодые люди решили играть через месяц, как раз закончится уже отбор, возможно, удастся разгадать загадку с загадочными смертями. А потом уедут в поместье.

И радостно, и горько от таких новостей. Счастлива за Машу и Хэйда, расстроена, что останусь одна. Но грусть свою прячу поглубже и радостно улыбаюсь подружке. Облегченно выдыхаю, когда она уходит к себе в комнату, устав изображать восторг.

Приняв ванну с эфирными маслами, сажусь по-турецки на кровать и делаю то, что всегда настраивает меня на позитивный лад — свечи из вощины. Сегодня хочется делать свечи на привлечение любви и страсти. Беру лист красной и лист розовой вощины, режу, посыпаю лепестками розы и розовым маслом. Кладу фитиль и начинаю скручивать полотно свечи. Нагреваясь под моими ладонями, вощина источает легкий медовый запах, расслабляя и умиротворяя. Внутри красный цвет — это страсть, а сверху — розовый — это любовь-дружба, нежные ухаживания.

Я откидываю голову назад и легко улыбаясь, грею созданную свечу, щедро делюсь с ней своим теплом и светом, программируя на любовь. Когда уже заканчиваю, закрадывается ощущение чужого взгляда. Открываю глаза, осматриваюсь. Никого. Матово поблескивает поверхность зеркала, темнота крадется в углы комнаты, а луна щедро льет свой свет в окна. Надо же, не думала, что так надолго зависну со свечами. Откладываю все ведьмовские штучки на другой край кровати и, укутавшись в одеяло, мгновенно засыпаю.

Просыпаюсь мокрая от пота, с удушливо стучащим в горле сердцем. Пытаюсь понять, что меня так испугало и мгновенно вспоминаю разрозненные кусочки сна. Хелена! Прежде, чем подумать или вообще, включить мозги, подскакиваю с постели. И как есть, в коротком топе и шортах, только натянув на ноги трофейные мягкие тапки 43 размера, бегу на выход. Возле двери сталкиваюсь с Машей, видимо, только собирающейся спать.

— Яра! Ты куда такая? — спрашивает с намеком на мой крайне непрезентабельный внешний вид.

— Хелена! Она в опасности! Срочно! — и не тратя попусту время, распахиваю дверь и бегу по коридору в комнату графской дочки, даже не слыша, что за мной следует и Маша.

Залетаю в спальню Хелены, резко распахнув дверь. На секунду мелькает мысль, вот будет прикол, если окажется, что девушка спокойно спит, а тут мы две такие припадочные на всех парах вламываемся.

Но в следующую секунду мне в ноздри бьет медный запах крови, опровергая эту мысль. Подбегаю к кровати, где абсолютно спокойно спит Хелена и вижу, как на ее обнаженных руках начинают появляться разрезы. Словно кто-то или что-то режет ее. Сначала мелкие, словно царапины, а потом все длиннее и глубже. Я хватаю простынь и зажимаю рукой особенно крупный разрез, опасно близкий к вене.

— Маша, не стой! Беги к Хэйду! Быстрее! Зови на помощь!

И тут, словно из неоткуда, появляются горячие мужские руки на моих дрожащих и холодных ладонях. Слышу абсолютно спокойный голос Эдриана:

— Аккуратно убирай руки, я остановлю кровь, а ты пока сделай что-нибудь, чтобы девушка проснулась.

Поворачиваю голову, смотрю почти вылезшими от ужаса глазами и встречаюсь с его спокойными, холодными зелеными льдинками.

— Все будет хорошо. Ты вовремя успела — говорит он таким тоном, словно мы сидим за столом и пьем чай, разглагольствуя о погоде.

И меня сразу отпускает. Проходит адреналиновая дрожь, включается мозг. Я поворачиваюсь к Маше, которая все так же заторможено, стоит возле двери, как-то странно глядя на Эдриана. Возможно, потому что он без рубашки, одета только нижняя часть тела, а волосы, сейчас распущенные, белым снегом спускаются до греховно упругой задницы. Оооо, мать-и мачеха, кто про что, а я про ягодицы. Похоже, мне пора лечится, это уже навязчивая мысль какая-то.

— Маша, бегом в мою комнату, неси с тумбы возле кровати соль от обмороков.

Эдриан на секунду отвлекается от Хелены, бросает быстрый взгляд на мою подругу, а потом опять смотрит на меня.

— Если она от соли не проснется, то все очень плохо — объясняю, глядя в его глаза, не в силах отвести взгляд.

Глава 20

Его Величество Эдриан

— Я не готова взять на себя такие обязательства — говорит она, пряча глаза и руки.

Отвергает мое предложение и меня! Я просил ее дать нам шанс, позволить быть вместе. Я готов был осыпать ее титулами и богатством, а она…

— Я не готова взять на себя такие обязательства.

Обязательства! Мои чувства, мое внимание — это для нее обязательства! Чувствую, как внутри меня леденеет то место, где только что часто и горячо трепыхалось сердце.

— Можете идти. Аудиенция окончена — отвечаю ей в тон и отворачиваюсь, не в силах видеть, как она уходит.

А когда Яра выходит за дверь, бью и крушу всю посуду на том столе, где только что познал сладость ее тела. Да что ж за женщина такая невыносимая!

Утро следующего дня встречает меня новостью о второй смерти на отборе. Вот этого еще не хватало! Побывав на месте преступления, я уже нисколько не сомневаюсь, что мы имеем дело с очень сильным магом Сна. Только он или она имеют силу входить в чужие сны и менять там все по своему вкусу, а также причинять боль или убивать во сне.

Проблема в том, что сильные маги все наперечет. В дворцовой канцелярии есть книга учета, где выстроены ровные столбцы с именами всех магов, если их силы выше среднего уровня. И среди них нет такого или такой, кто бы обладал настолько высоким уровнем магии. А значит, где-то на свободе у нас бродит огромная неучтенная и разрушительная сила. И этот факт оптимизма не внушает.

Все утро дворцовые маги и дознаватели бьются над расследованием. Увы, безрезультатно. Наш разговор с Главным следователем тоже не приносит особых результатов. Нэйт не предлагает воспользоваться помощью Эмилии, своей жены и матери Раяны, сильной магини Сна. И я прекрасно понимаю почему. Это несет для нее опасность, а мужчина стремится оберегать свою любимую, которой и так в жизни пришлось нелегко. Если честно, я тоже не очень хочу приобщать Эмилию к расследованию. Зная ее натуру, уверен, она не откажет, но если с ней что-то случится, как потом с этим жить?

Если предположить, что виновник смертей участвует в отборе, то больше всех на эту роль подходят две кандидатуры, сильные магини Сна: принцессы Иоланта и Велена. Но что-то подсказывает мне, что навряд ли все так просто. На всякий случай, делаю себе пометку выделить их на отборе и присмотреться получше. Всех девушек, кто выбыл, держит на контроле королевская тайная служба, на случай чего-то подозрительного.

Подумав, решаю попробовать что-то разузнать через Элизу, мою племянницу и Богиню Снов с недавнего времени. Выпив специальную снотворную настойку, которая дает один-два часа крепкого сна, закрываю глаза и сосредотачиваюсь на просьбе о встречи. Племянница и раньше была весьма своенравна, на всё имея свое мнение, а сейчас так и подавно.

Увы, как я и предполагал, на зов Элиза не явилась. Проснулся отлично выспавшийся, но злой. Остается последний вариант, к которому мне совершенно не хотелось прибегать, но, похоже, других возможностей не осталось. Ведьма. Ярослава. Моя головная боль и постоянный зуд.

Вернувшись в кабинет, приказываю сопроводить леди Гжельцеву ко мне. Опять совещания с Главным следователем и понимание, что мы в тупике.

А потом приходит она. Одним только своим появлением выбивая у меня почву из-под ног. Ведет себя вызывающе. Любую другую за такое поведение уже давно наказал бы, а с ней так не могу.

Всматриваюсь в ее мятежный лик, торчащие короткие волосы, как играет свет в ее голубых глазах. И надеюсь, как глупец, что между нами все-таки появится это триста раз проклятое магическое притяжение. Но, как и прежде, его нет. Моя магия никак не реагирует, зато мое тело и душа так и рвутся к этому колючему Шиповнику, сидящему напротив.

Будничным тоном выдаю ей задание, стараясь не акцентироваться больше, чем уже есть, на ее особе. Она сделала свой выбор, а я не хочу ее принуждать. Такую, как она, нельзя заставлять. Она не сломается, будет бороться до конца, сделав жизнь всех вокруг невыносимой, но прежде всего, — свою.

Яра уходит, а я еще какое-то время бестолково глазею на то место, где она сидела. Насильно переключаюсь на вопросы первой важности — государственные дела. И постепенно мне удается выкинуть из головы мысли, недостойные моего статуса и характера.

По обыкновению, выхожу из кабинета поздним вечером. Спокойный ужин, ванна снимают мышечное и душевное напряжение. В который раз ловлю себя на том, что посматриваю на портальное зеркало. Сдавшись, провожу простой ритуал и тут же вижу ее, мой шип в сердце, Ярославу. Она спит на животе, уткнувшись в подушку лицом. Луна серебрит ее волнистые волосы и открытые участки тела. Длинная стройная нога лежит поверх одеяла. Какое-то время просто смотрю, а затем отменяю ритуал и укладываюсь спать, призывая Элизу, Богиню Снов, надеясь, что своевольная племянница все-таки отзовется.

Само собой, никто ко мне во сне не пришел. Не удивлен. Элизе доступно умение видеть будущее и прошлое, возможно, есть причина, по которой она сейчас соблюдает нейтралитет. По крайней мере, хочу так думать.

Иду на завтрак с невестами. Терплю весь этот цирк ради возможности хоть издали посмотреть на строптивый куст с розовыми волосами. Вот зачем она меня мучает? Что ей нужно? Вопросы, на которые нет ответа.

Так проходит пара дней, по делу герцогини, увы, продвижений нет. Это раздражает и лишает привычного равновесия. В моем королевстве должно быть все под контролем! А этот постоянный хаос бесит!

Чтобы выпустить пар, иду на тренировку с бойцами, в очередной раз вспоминая нашу первую встречу с Ярославой. Теперь об этом думаю с улыбкой, а тогда она меня просто вывела, хотелось прибить здесь и сейчас за столько вольное поведение в отношении моей королевской… задницы.

Сегодня на отборе очередной конкурс на способность выходить из трудных ситуаций. Что не говори, а королевским особам нужно уметь выкручиваться в подчас весьма странных условиях. Иногда от умения сделать хорошую мину при плохой игре может зависеть судьба державы.

С нетерпением ожидаю вечера и концерта. На сто процентов уверен, Яра покажет себя в лучшем виде. Умение собраться в непростой ситуации — одно из ее лучших качеств.

Но перед конкурсом у меня встреча с ювелиром. Вчера я сделал ему заказ, у него была вся ночь на исполнение, надеюсь, он не обманет мои ожидания, иначе его поставки драгоценностей ко двору могут и прекратиться.

Ювелир, крупный мужчина, с круглым животом и развесистыми усами, приходит точно в назначенное время. Достает из сумки резную коробочку, ничем не отличающуюся от тех, что будут у всех конкурсанток. Кладет ее передо мной на стол и отступает. По его ярко блестящим глазам вижу, что он доволен своей работой и уверен в успехе, но все же, слегка волнуется, переминая ногами.

Не спешу его успокаивать. Сижу, переплетя пальцы рук, и глядя на коробочку.

— Мне ее открыть? — следует закономерный вопрос от ювелира.

— Не нужно. Я сам — отвечаю холодно, продолжая разглядывать принесенную вещь.

Наконец, придвигаюсь и одной рукой открываю коробочку. Молодец, ювелир. Спокойно киваю, закрыв принесенную драгоценность.

— Получите у секретаря патент на следующий год на доставку и продажу ваших изделий ко всем праздникам.

Мужчина низко кланяется, светясь от радости, и выходит. А я еще раз открываю коробочку. На черном бархате лежат сережки. Самое главное условие, которое я поставил ювелиру — камни только бриллианты, исключительно голубого цвета. Мастеру удалось создать дивное украшение, именно то, что я хотел.

Позволяю себе удовлетворенно улыбнуться. Пора. Конкурс без меня не начнется, невесты уже должны были раздобыть себе музыкальные инструменты.

Проходим в подготовленную залу. Кроме меня присутствуют распорядители и парочка министров. Нэйт, Главный следователь, отказался смотреть, сославшись на служебные заботы. Везунчик. Я бы тоже с удовольствием сбежал. Греет только мысль, что увижу, чем меня порадует Ярослава.

Ее номер с подругой самый последний. Я уже утомился до ужаса с этими конкурсантками, когда вышли девушки. Они принялись быстро расставлять… кухонную посуду?!!? Похоже, это будет даже интереснее, чем я предполагал.

Когда раздаются первые аккорды ложками, я впадаю в ступор. Ложками!! Она умудряется отбивать ритм ложками! Если бы тут не было министров, я бы, наверное, рассмеялся, настолько это все неожиданно и весело, а так позволяю себе только скупую улыбку.

Все выступление не могу оторвать глаз от Яры. Она настолько поглощена музыкой и своим выступлением, так счастлива, что просто светится, щедро даря этот свет всем вокруг. Даже мне.

Когда их самобытная музыка заканчивается, я, не сдержавшись, аплодирую. И отдаю подарки обеим девушкам. Только одной — из общей кучи, а своему ШИПовнику — из потайного кармана.

Поздно вечером, уже привычно совершаю ритуал на зеркале, чтобы посмотреть перед сном, как там Яра. И с удивлением вижу, что она еще не спит. Застаю ее как раз в тот момент, когда она открывает коробочку. Вижу, что ей нравится. Ага, значит, она не так равнодушна к драгоценностям, как хочет казаться. Интересно, найдет записку? Затаив дыхание жду этого момента. Находит, читает. Улыбается, а глаза сияют. Решено! Буду чаще делать такие глупости, если моему ШИПовнику нравится.

Засыпаю быстро, а сны вижу яркие, но без ответов на тот вопрос, что мне хотелось, следовательно, Элиза все еще не хочет сотрудничать. Что же у нее там за закулисные игры такие?

Следующий день проходит в государственных делах. Снова плетут заговоры в недавно присоединенном королевстве, видимо, придется отправлять туда племянницу с мужем, пусть разбираются и заодно к государственным делам приобщаются.

К вечеру чувствую себя совсем без сил. Легко поужинав и приняв ванну, снова иду к зеркалу. Чувствую себя каким-то одержимым, но успокаиваюсь ложной мыслью, что только разок гляну, чтобы убедиться, что Яра спит, и тоже лягу отдыхать.

Подвигаю удобное кресло, провожу ритуал и смотрю. Колючий ШИПовник не спит, сидит на кровати в своей развратной ночной одежде и что-то делает. Сначала не могу разобрать что, а потом вижу — свечи. Наверное, какие-то особые, ведьмовские, потому что Яра очень сосредоточена и вместе с тем, расслаблена. И прекрасна, как самый солнечный летний день. Столько света и тепла в ней сейчас.

Она откидывает голову назад, и мне остается только истекать слюной, глядя на ее длинную шею и упавшую с плеча бретель ночной кофты, представляя, как я бы коснулся ее губами, прошелся вверх, к мочке уха. Не сдержавшись, рвано выдыхаю, понимая, что возбужден до предела.

Яра, словно услышав, опускает голову и осматривается, на долю секунды наши глаза в зеркале встречаются, но она меня не видит и равнодушно смотрит дальше.

Ложусь в постель, по какой-то непонятной для себя причине, оставив портальное зеркало работать. Не знаю зачем. Но именно благодаря этому я неожиданно проснулся среди ночи. Какой-то странный звук шел из портала. Я быстро вскочил, Яра спала, но во сне металась, словно ей снятся кошмары.

Надел штаны и обувь на всякий случай, возможно, из-за этих смертей во сне, чувствуя легкую тревогу. И тут я увидел, как Яра подскочила в кровати. Откинув одеяло, она надела тапки и, громко хлопнув дверью, выбежала.

Дольше я ждать не стал. Кольнув иглой палец, начертил руну перехода и в считанные секунды был уже в спальне Ярославы. Выбежал в открытую дверь и увидел, как они с подругой забежали в другую комнату. Не теряя понапрасну времени, рванул за ними.

Яра была возле постели девушки. Забежав, я увидел, что она разнервничалась, а потому поспешил успокоить. Я — маг Жизни. Сходу определяю, что большой угрозы жизни девушки нет. Раны все поверхностные, кроме одной, но ее Яра очень умело придавила, не давая крови вытекать. Оставалась только одна проблема — нужно разбудить спящую. Моя колючка просит свою подругу что-то принести, какую-то соль.

А я, почувствовав дискомфорт от чьего-то взгляда, оглянулся через плечо на Машу, кажется, так зовут эту девушку. И на секунду опешил. Вот вам и шутки Богов! Прямо на меня, немного испугано смотрела моя пара, та самая, которою я столько лет искал и не мог найти. Моментально почувствовал характерное притяжение магической связи, но грубо ее проигнорировал, повернувшись к Яре. Которая смотрела на меня с облегчением и признательностью, а я стоял, не в силах понять, что же мне теперь делать с этим резко привалившим магическим притяжением к ее подруге.

Глава 21

Маша дает мне соль. Подсовываю открытую баночку прямо в нос лежащей Хелене. Ядреный запах моментально распространяется по спальне. В носу простреливает, глаза прошибает слеза.

— Хорошее средство — одобрительно говорит Эдриан, шмыгая потекшим носом.

Ёлки зеленые, если Хелена сейчас не проснется, мы втроем изойдем на сопли! Но тут ноздри девушки вздрагивают, и резко открываются глаза. Я моментально убираю соль, плотно закручивая крышечку. Маша, без подсказки, открывает окно, чтобы впустить свежий воздух.

— Что происходит? — спрашивает Хелена абсолютно спокойно, видимо решив, что мы трое — продолжение ее сна.

— Как вы себя чувствуете? — вопросом на вопрос отвечает король.

— Хорошо — непонимающе говорит девушка, оглядываясь на нас с Машей, стоящих чуть поодаль.

Только сейчас Эдриан убирает свои ладони, и я вижу, что на руках девушки нет совершенно никаких следов от ран, словно не она только что истекала тут кровью.

— Что вам сейчас снилось? — продолжает задавать вопросы король-следователь.

— Я не помню… — Хелена морщит лоб, задумавшись, — я бежала, за мной кто-то гнался… наверное…

— Вы смогли рассмотреть того, кто за вами гнался? — перебивает ее Эдриан.

— Нет… силуэт, возможно, мужской. Но я не уверена — совсем уже растеряно отвечает девушка.

— Ладно. Сейчас отдыхайте, а завтра к вам придут дознаватели и маги, поговорите с ними. Доброй ночи.

И Его Величество, резко взмахнув длинными волосами, развернулся и вышел, не сказав больше ни слова. Мы с Машей переглянулись и, попрощавшись с Хеленой, тоже поспешили уйти. И хотя вышли буквально вслед за Эдрианом, его уже не застали. Когда только успевает? Уставшие и немного подофигевшие от всего произошедшего, потопали мы с Машей в наши комнаты.

Уже когда я собралась заходить в спальню, подруга спросила:

— А что происходит у вас с Его Величеством?

— В смысле? — я даже остановилась от неожиданности.

— Ну… — замялась Маша, — он как-то неожиданно появился следом за тобой, да еще и не одетый…

— А с чего тебя вдруг стала интересовать моя личная жизнь? — спрашиваю слегка недовольная подобными расспросами.

— Знаю, я раньше никогда не спрашивала у тебя о подобном. Но сейчас у нас с Хэйдом дело идет к свадьбе, и мне становится не по себе, что ты останешься одна.

Подхожу к ней и обнимаю, всего на мгновение.

— Не думай обо мне, я не пропаду. А у тебя впереди вся жизнь, так живи, не оглядывайся на других.

И повернувшись, быстро ухожу к себе, чтобы Маша не видела слез в моих глазах.

К сожалению, завтрак проспать нельзя. Поэтому приходиться вставать и волочить свое бренное тело в столовую, где опять нужно ковырять еду в тарелке и любоваться на угождающие телодвижения невест. Но сегодня я не одна пребываю в таком подавленном состоянии. Напротив меня Маша пытается выдавить начинку из блинчиков, рядом — Хелена устроила фигурное катание кусочков по тарелке. Блондинистая красавица, принцесса Велена тоже выглядит не лучшим образом, пугая зеленоватым цветом лица. Ну и вишенка на торте — Его Величество Мороз сегодня выглядит еще более замороженным, чем обычно. Сидит, уставившись в одну точку почти без движения. Ткните его вилкой, кто-нибудь! Может, он спит с открытыми глазами? Или вообще помер на радостях, что должен тут сидеть? Вот я бы точно скопытилась, если б мне такой отбор женихов устроили.

Слава Валерьянке, Величество, устав сидеть, уходит, а нас ожидает очередной конкурс.

— Достопочтенные леди! — няшка распорядитель сегодня в сливовом камзоле и ярких желтых штанах, расшитых золотом. — Через час вас ждет общий сбор и финальное испытание, условия которого, как обычно, держатся в тайне. Прошу всех не опаздывать, ждать никого не будем. Хорошего дня!

Невесты со скоростью гоночных машин рванули по своим комнатам. Ну и мы с Машей поползли. Хелена нас сегодня сторонилась, но оно и понятно. Ничего, позже поговорим, проясним ситуацию.

Когда приходит время для конкурса, все собраны и внимательны, как новобранцы в армии. Впереди, как обычно две принцессы — Иоланта и Велена, им всегда больше всех надо. А мы с Машей, тоже по своему обыкновению, самые последние.

Нас снова приводят в большую залу, где по кругу стоят столы с разнообразными приборами. И я сразу смекаю, что конкурс будет кондитерский. Н-да, печалька. С меня кондитер, как с отмороженного Эдриана весельчак-балагур. Впрочем, кое-что я все-таки умею. Мысленно вспоминаю сто лет назад забытый рецепт пряничного имбирного человечка.

— Уважаемые леди, сегодня у вас будет самый простой и в то же время, самый сложный конкурс. Кулинарный — с довольной лыбой говорит распорядитель.

По толпе отборных невест проносятся возмущенные шепотки и откровенно недовольные ругательства. Гы. Я их понимаю. Где это видано, чтобы изнеженные принцесски своими белыми ручками что-то там готовили-выпекали?

— Но не стоит расстраиваться раньше времени, — продолжает желтоштанный распорядитель. — Если вы будете расторопны и смекалисты, то найдете не только ингредиенты для своих блюд, но и поэтапные рецепты. Так что дерзайте, проявляйте дипломатические навыки и поторопитесь, время ограничено! На все у вас будет три часа времени. Желаю удачи!

Последние слова распорядителя звучат сигналом к действию. Толпа оголтелых невест мчит на кухню. Тааакс, похоже, в этот раз не получится избежать давки. Нас подхватывает волной и несет в узкий проход, едва успеваем сгруппироваться, чтобы не выбить руки о косяк двери.

На кухне толпа рассеивается в разные стороны, оставив нас с Машей посредине.

— Ты уже решила, что будешь готовить? — спрашиваю у подруги.

— Шоколадный мусс — отвечает.

— Супер. Просто и рецепт не нужен — хвалю Машу. — Давай осматриваться и искать ингредиенты.

Между тем, на кухне творится полнейший беспредел. Две вредные принцессы: Иоланта и Велена, завладели папкой с рецептами и теперь вершат судьбы остальных девушек, раздавая неугодным сложные и многоступенчатые десерты. Вот же, гадины! Хорошо, что мы с Машей знаем рецепты наших блюд наизусть.

И пока основная масса конкурсанток копошиться в тщетных попытках разжалобить вредных монополисток, мы с подругой бежим в кладовку за продуктами.

На кухню побежали не только мы. Прижавшись к стене с мешочком муки, уже стоит Хелена, не зная, в какую сторону ей рвануть, чтобы не отобрали добычу. В другой стороне так же, до побелевших пальцев вцепившись в сахар, стоит еще одна отборная невеста. Несколько девушек делят между собой фрукты.

Мы с Машей сразу рванули к специям. Там она взяла себе какао-порошок, шоколад и загуститель, типа нашего желатина, а я схватила корицу, имбирь, мед и соль. Разрыхлителя я так и не нашла, поэтому кинула в тазик с нашими продуктами лимон и соду. Когда мы с Машей нагреблись основных ингредиентов, увидели, что к Хелене подступают две нахалки с целью конфисковать очень важный продукт.

Не думая ни секунды, мы с подругой ринулись на выручку, подхватив графскую дочку и, конечно же, муку, под свое крылышко. А что? Кто первый встал — того и тапки! Втроем мы вернулись в основной зал, где все еще продолжалась дележка рецептов.

Тут мы заняли самые лучшие столы, где были и миксер, и небольшой духовой шкаф, и куча мелких прибамбасов, названия которых я даже не знаю, но, по словам Маши, очень важных и нужных. Разделили продукты, кому какие нужны и принялись каждая за свой десерт.

Я, как и планировала, буду делать пряничного человечка. Размешала масло, соль, имбирь и корицу, добавила мед. Пока добавляла остальные ингредиенты, вспомнила, как мама в детстве нам с братом делала это печенье на Рождество. Снег за окном, атмосфера праздника, запах елки и мандаринов, и мы с Яном все в муке вырезаем каждый своего человечка.

Так было и в наше последнее Рождество. А потом у мамы нашли рак в последней стадии и за месяц ее не стало. С тех пор я никогда не делала это печенье, до сегодняшнего дня. И почему я сегодня решила делать именно его, сама не понимаю.

Руки привычно замешивают тесто, идеально было бы положить его охладиться в холодильник, но сейчас нет, ни времени, ни холодильника, а потому действуем по обстоятельствам. Почему-то мне приходит в голову печь не много маленьких печенек, а одного довольно большого человечка. Ножом аккуратно вырезаю контуры. Жаль, что нет формочек, с ними было бы легче, но ничего, так тоже неплохо получается.

Вырезав, положила имбирного человечка на пергаментную бумагу и отправила запекаться. Посмотрела на своих девчонок. У Маши уже высился красивый шоколадный мусс, а Хелена поставила в соседнюю духовку парочку кексов. Отличненько!

Когда подошло время, вытаскиваю свою печеньку из духовки. Теперь моя любимая часть — украшение. Переложив аккуратно на красивую деревянную тарелку, делаю конвертик из ткани, чтобы взбитыми сливками придать человечку индивидуальные черты. Отхожу за дальний столик, чтобы никто меня случайно не толкнул, потому что сейчас предстоит очень скрупулезная и тонкая работа.

Кладу на лицо имбирного человечка две засахаренных клюквы — это глаза. Затем аккуратно вывожу сливками рот. Приостанавливаюсь, любуясь симпатичной мордашкой. И тут происходит странное. Нарисованный рот начинает шевелиться, а потом произносит:

— Привет!

Ээээ…

— Буратино? — спрашиваю осторожно.

— Это мое имя? — вопрошает тоненький голосок.

— Не… знаю — растеряно отвечаю.

— А почему я такой некрасивый?

— Разве? — удивленно разглядываю говорящую печенюшку.

— Ну да. Я лысый — он поднимает голову с тарелки, оглядывает свое тело и добавляет — и голый!

— Ну,… я еще успела тебя украсить — начинаю я, почему-то оправдываться.

— Так, может, поторопишься? — наглеет кусок теста.

— Потороплюсь, если ты умолкнешь и дашь мне спокойно продолжить — пытаюсь угомонить имбирного нахала.

— Не вопрос. Молчу — и человечек делает вид, что закрывает рот на молнию.

— Отлично — беру конвертик со взбитыми сливками и тоооолько подношу к голове печеньки, чтобы нарисовать волосы, как раздается указание:

— Сделай мне кудри. Чтобы все девчонки за мной бегали.

— Какие девчонки? Ты — печенье! — отвечаю, рисуя аккуратные завитки вокруг круглой головы человечка.

— Ну, зачем так грубо? — надувая губы, говорит произведение моего кулинарного таланта. — Принцессы ведь девчонки? А, вдруг я — заколдованный принц? Одна из них в меня влюбится и поцелует в уста сахарные (при этих словах сластолюбец складывает губки бантиком) и заживем мы с ней душа в душу, тело в тело.

— Фу! — отвечаю, делая точки на теле человечка, имитацию пуговиц. — Закатай свои губешки, а то ишь, раскатал. Принцессу ему. Кусок кураги тебе на всю морду.

— Ну, нееет. Курага — это уже не первой свежести фрукт. А я — парень молодой, заводной. Не забудь полосочки нарисовать на ногах и руках, чтоб было понятно, что я одет. А то, не могу же я к принцессам в таком неподобающем виде!

— Чего? Ты куда-то собрался? — переспрашиваю, слегка обалдевшая от всего происходящего.

— Я же сказал, к принцессам! — отвечает имбирный Дон Жуан и приподнимает голову с туловищем, явно намыливаясь сбежать.

— Стоять! — приказываю я, схватив зубочистку и пришпиливая его к тарелке.

— Оооо, ты жестокая женщина! Прямо в сердце — притворно стонет этот актер Больших и Малых академических театров.

— Какое сердце? Не забивай мне голову ерундой! Ты — мое блюдо для конкурса. Не вздумай сбежать!

Но он продолжает дергаться, и я вижу, что зубочистка сейчас упадет. Тогда, недолго думая, я беру четыре острых палочки и втыкаю по одной на каждую конечность неугомонного: в руки и ноги.

— Нет! Ты меня не удержишь! Я все равно сбегу навстречу вольной жизни и настоящей любви! — вещает имбирный любитель принцесс.

Но, видя, что я не реагирую, откидывается на тарелку и начинает вещать Пушкина, причем довольно громко:

— «Сижу за решеткой, в темнице сырой! Вскормленный в неволе, орел молодой!»

Ээээ, сказать, что я удивилась, это ничего не сказать. Вижу, на его декламации начинают обращать внимание конкурсантки. Не хватало, чтобы меня сейчас задолбали вопросами! Поэтому, повинуясь какому-то минутному импульсу, я резко наклоняюсь и аккуратно стираю сливочный рот с лица имбирного арестанта. Наконец-то, тишина! Человечек делает еще пару движений и успокаивается, сверля меня глазами-клюквами.

— Потом нарисую новый — говорю ему, чувствуя угрызения совести.

А между тем, нас приглашают занять свои места, красиво презентовав свои десерты. Когда мы выстроились, заходит Его Величество Мороженый окунь, даже холодом подуло при его появлении. Он чинно и медленно проходит вдоль столов, иногда останавливаясь, но чаще проходя мимо, словно там ничего и никого нет.

Когда он подходит к моему столу, то удивленно приподнимает бровь, глядя то на меня, то на распятого имбирного человечка.

— Пытался сбежать — сообщаю ему по секрету.

На секунду мне кажется, что в его глазах мелькает смешинка, но… скорее всего, это игра моего воображения.

А потом он подходит к Машиному столу. И застывает, глядя как-то странно на мою подругу. Словно видит ее впервые. А потом он делает вообще что-то совершенно странное: наклоняется и поправляет локон Машиных волос ей за ухо. Я непонимающе смотрю на них двоих, а потом на приглашенных гостей, за спиной Вашества. Замечаю, как внезапно бледнеет Хэйд, а глаза Раяны от удивления распахиваются очень широко.

Что вообще происходит!??

Глава 22

Когда Величество уходит, распорядитель объявляет результаты. Нас осталось двадцать пять человек, ровно половина от участниц. И знакомые все лица: принцессы Иоланта и Велена, Хелена и ее две подруги, мы с Машей и еще парочка герцогинь, одна княжна из оборотней, кстати, надо с ней познакомиться поближе, ну и по мелочи, всякие там маркизы, баронессы и так далее.

В комнаты мы возвращаемся с Машей вдвоем. Хелена убежала вперед, счастливая и сияющая, ведь брат будет нею доволен. Остальные ползли где-то сзади.

Когда мы вошли в наши апартаменты, я, не выдержав, спрашиваю:

— Маааш, а что это было у вас с королем?

Подруга как-то растеряно смотрит на меня, а потом отвечает:

— Я не знаю. Просто на минутку он показался мне таким красивым. И совсем не холодным. И мне, почему-то, стало его жаль.

— Что за ерунда?

— Не знаю. У меня последнее время появляются странные мысли и чувства в отношении разных людей. Например, я четко вижу, что внутри тебя живут ростки глубокого чувства, но ты не даешь им расти. Я спрашивала на счет тебя и короля, помнишь? Я вижу между вами неразрывные нити, и чем больше вы трепыхаетесь, тем больше в них запутываетесь, а так быть не должно.

— Маша, ты опять лезешь не в свое дело — предостерегаю ее.

— Да, знаю, но наблюдать за этим тяжело. Я вчера разговаривала с Хэйдом, он сказал, что у меня спонтанно проявляется дар. Очень похожий на Магию Иллюзий. Но только я не накладываю иллюзии, а вижу сквозь них. Пока дар еще не стабильный и появляется, когда хочет, но Хэйд говорит, что через время все стабилизируется.

— Ого, — я удивленно смотрю на подругу. — Вот это новость.

— Да. Я пока не решила, радоваться или пугаться.

— Ты чего? Конечно радоваться — говорю, стараясь подбодрить.

Я собираюсь еще что-то жизнеутверждающее толкнуть, когда раздается стук и нас перебивает лакей.

— Леди Гжельцева, прошу прощения за столь внезапный визит, но мне приказано срочно проводить вас к Ее Высочеству, принцессе Раяне. Вы можете идти сейчас, или нужно подождать?

— Не, ну если надо срочно, то, конечно, могу сейчас — отвечаю. — Маша, потом договорим.

Лакей провожает меня в крыло, которое занимает Раяна. Стучусь и захожу в апартаменты. За столом сидят принцесса и Хэйд. Лица у обоих обеспокоенные. Это явно не к добру. Здороваюсь, присаживаюсь рядом.

— О чем думу думаете? — пытаюсь разрядить обстановку.

— Стали известны результаты отбора невест — сходу сообщает Раяна.

— И? Иоланта? Она подходит на роль королевы. Или король решил не изменять своей давней привычке и ждать посланную Богами? — в конце не могу не съехидничать.

— Он уже дождался — вырубает меня одной фразой Раяна. — Это Маша.

— Что? В смысле, кто? — ощущение, что я ослышалась.

— Моя Маша! — почти кричит Хэйд со злостью и горечью.

— Но это не возможно! — тоже выкрикиваю я. — У нее же…

Хотела сказать, что у нее нет магии, а потом вспомнила наш недавний разговор и приуныла.

— Да, — словно подслушав мои мысли, говорит Хэйд, — не было магии, до недавно. А теперь есть. И судя по тому, что у нее магическая связь с королем, уровень магии у Маши будет огромный.

— Ладно. Это все эмоции. Что будем делать? — спрашиваю у обоих. — Как связь проявляется?

— Это особое притяжение — отвечает Раяна, — на физическом уровне. Желание и страсть. Сначала они невелики, но чем дальше, тем больше. Если я хоть что-то в этом понимаю, то у дяди Эдриана и Маши не очень сильная магическая связь, хвала Богам! Но, в любом случае, она будет нарастать. Поэтому мы позвали тебя, чтобы ты помогла нам осуществить наш план.

— Слушаю — отвечаю.

— Дядя планирует завтра огласить результаты отбора. Значит, у нас есть только сегодняшний день, потому что завтра, когда он на всю страну сообщит о своем решении, я не рискну вмешиваться, потому что это будет не просто помощь двум влюбленным, это уже будет государственная измена и подрыв дядиного авторитета в глазах иностранных граждан. Я и так не слишком популярная личность, чтобы настолько рисковать. Мы не знаем, насколько Маша уже попала под влияние магической привязки, поэтому твоя задача будет побыть с ней до ночи, чтобы она никуда не ходила и ни с кем не виделась, а потом помочь им с Хэйдом сбежать.

— Но ты должна понимать — вмешивается Хэйд, — ты будешь первая, на кого падет подозрение. Король будет очень зол, возможно, сорвется на тебя. В общем, это может для тебя плохо закончится. Ты должна это понимать. Если откажешься, мы справимся и без тебя. Да, это будет сложнее, но у нас просто нет другого выхода. Поэтому, не спеши соглашаться…

— К черту эти твои расшаркивания. Я согласна! — перебиваю его.

— Хорошо, тогда слушай наш план — говорит Раяна, придвигаясь ближе.

Согласно плану, я должна все время находиться с Машей, до ночи, а в полночь придет Хэйд, и они покинут сначала столицу, а потом и королевство. По конечному плану, Раяна спустя пару дней отлучится, типа по делам, и перенесет парочку в наш мир, откуда мы с Машей пришли. Там они и будут счастливо доживать свои жизни, вдалеке от магии вообще и магической привязки конкретно.

Завтра, когда за Машей придут, чтобы объявить о неожиданно свалившемся на нее счастье, я должна прикинуться дурочкой и всячески отрицать свое какое-либо участие в исчезновении подруги. От того, насколько убедительной я буду, зависит моя дальнейшая участь. Да уж, эта часть плана мне нравится меньше, чем первая, но выбора нет. Обговорив еще парочку мелочей, мы прощаемся.

Я возвращаюсь к себе в комнату, когда замечаю, как княжна из рода оборотней оглядываясь, шмыгает в библиотеку. Не сдержавшись, чуть пережидаю и иду за ней.

Побродив среди высоченных стеллажей, выхожу к оазису уюта. Посреди библиотеки горят светильники, два красивых диванчика и пара кресел возле стола — ми-ми-ми для желающего почитать. На диванчике сидит княжна, напряженно читая какой-то древний талмуд.

— Ой, простите. Я не думала, что здесь еще кто-то есть — тихонько говорю, делая вид, что часто тут бываю.

Княжна испуганно дергается, а потом, увидев, что это я, садится назад на диван.

— Леди Ярослава, вы тоже любите тут бывать?

Ой, неудобно получается, я ведь совершенно не помню ее имени. Как же ее? Вспомнила! Ура!

— Да, леди Виола, люблю этот запах книг, настраивает на умиротворение.

Сажусь с ней рядом на диван.

— Какая красивая книга. Сразу видно, что очень древняя — говорю, словно невзначай.

Княжна какое-то время пытливо на меня смотрит, а потом отвечает:

— Да. Это один из трудов отшельника Эонисия.

— Наверное, весьма ученный был мужчина — поддерживаю разговор.

— Весьма. Но для меня ценность его книг в другом. Он жил и был свидетелем жизни, деяний и последующего перевоплощения нашего Бога.

— Ух ты. Это великая честь — быть свидетелем становления Бога.

— Да, великая честь и ответственность перед последующими поколениями. Я не знаю, насколько вы, леди Ярослава, в курсе того, как обстоят дела на нашем материке.

— Совсем не в курсе — спешу сообщить, надеясь услышать полезную информацию.

— Царство оборотней проклято. Давно уже. Именно отшельник Эонисий был свидетелем этого события. В данном томе его трудов описана легенда, если вы не против, могу коротко поведать.

— Я только за.

— В легенде говорится о царе, который смог объединить разрозненные племена оборотней в одно сильное государство. Правил он строго, но справедливо, с каждым годом увеличивая подконтрольные ему территории. Многие короли хотели быть с ним в мирном союзе, потому без сомнения и жалости отправляли своих дочерей, внучек, сестер в гарем ненасытного оборотня. И все они оставались у него бесправными наложницами, но ни одна не стала его Истинной.

И так продолжалось годами. Сила и власть царя оборотней росли, ширились. Огнем и мечом преумножал он свои земли. Пока в одном из таких походов не встретил ЕЁ. Принцесса павшего королевства завоевала его дикое сердце одним только взглядом.

Увез он ее к себе и утихомирился. Перестал искать войны и крови. В этом союзе родился сын. И жили они счастливо, да недолго. Враги царя решили, что он размяк и сейчас самое время свергнуть его. Пока оборотень отсутствовал, его семью выкрали и увезли в другое королевство.

Когда вернулся царь домой и узнал эту новость, страшен был его вопль. Обернулся он зверем страшным, невиданным доселе и кинулся по запаху за похитителями. Сотнями убивал он в тот черный день, просто разрывал на куски тела тех, кто посмел стать на его пути. Нашел он свою семью, да поздно. Сын уже умер, а жена была на последнем издыхании.

И тогда гордый царь сделал то, что никогда не делал: стал молить Ризу, Богиню Смерти, не забирать его любимую. Смилостивилась Черная Богиня, но взамен потребовала обещание от царя об ответной услуге. Оборотень дал согласие, даже не спросив, что за услуга ей понадобится, забрал жену и вернулся к себе.

Выжила его любимая, но с каждым днем только отдалялась от него. И, как зима, холодна она была с мужем своим, винила его во всем, даже в смерти сына. Так и умерла от отравленной раны, которая не заживала с момента спасения из плена, спустя месяц по возвращению, проклиная Кайдена и царство оборотней. Проклятие то легло белым снегом на земли царские и с того времени, зима там длилась полгода, а прохладное лето всего два месяца.

Долго царь горевал, а потом занялся тем, что умел лучше всего — войной. Много земель присоединил он к своему царству. И в каждом городе разрушали по его приказу храмы Богини Смерти, а на их руинах возводили новые, но уже Царю Оборотней. Везде он правил жестко, но справедливо. Простой люд любил своего царя, почитал. И молились ему и жертвы приносились, как Богу.

А сам царь жил только мыслью о мести, но не кому-нибудь, а самой Ризе — Черной Богине. За то, что выполнила их уговор, да на свой лад. За то, что дала и тут же отняла. Но, чтобы поквитаться с Богиней, нужно самому быть Богом. К этому и стремилась мятежная душа Царя Оборотней.

Много десятилетий прошло, а царь не знал покоя. И вот исполнилась его мечта. Погиб он в сражении, а после смерти проведен был ритуал над теплым еще телом, и возродился уже Кай — Бог оборотней и животных.

— Ого и так можно? Я думала, Богами только рождаются — поделилась сомнениями с княжной.

— Это еще не конец легенды, но остальное не касается нашего Царства там сильно, как эта часть, о проклятии. С того времени, что указано в легенде, прошло много веков. Проклятье не только не ослабилось, оно усиливается. Зима в наших краях теперь длится восемь месяцев. И это уже не те теплые, снежные, красивые и слегка морозные дни, которые были вначале. Теперь два месяца из этих восьми морозы настолько лютые, что пережить их становится все труднее. Оборотни вымирают просто целыми кланами. И, несмотря на то, что наш Бог Кай вернулся к нам, существенно это на проклятье не повлияло.

— Мне очень жаль, что у вас такое происходит. А разве не могут оборотни переселиться? Хоть чуть южнее? — говорю, чувствуя боль княжны.

— Многие так и поступают, когда уже совсем нет выбора. В основном, это молодежь, которые не так привязаны к местам и силе предков. Раньше подобное расселение строго пресекалось. У чистокровных оборотней есть одна особенность: они совместимы с магами любой силы, способны дать потомство своим любимым. Но кто родится в таком смешанном браке — заранее нельзя предугадать, это может быть и сильнейший маг, а может и слабейший оборотень, без второй ипостаси. Поэтому мы живем закрыто и мало контактируем с остальными королевствами, предпочитая держать свой вид чистым… до недавнего времени, когда стало совсем невмоготу.

— Да, непростая ситуация — вставляю в разговор, просто чтобы подтвердить, что я внимательно слушаю.

— Но все это вам я рассказала неспроста — вдруг заявляет княжна Виола.

— Ээээ?

— Среди трудов Эонисия очень много всяких легенд и пророчеств. Там было несколько, которые ему подсказала Эхо, Богиня Снов, Иллюзий и Магии. Часть из них уже сбылась, например, о возвращении нашего Бога. А часть еще только предстоит расшифровать и понять. Так вот, среди трудов Эонисия есть пророчество о том, что когда занесет в наш мир зверя змееподобного, не виданного прежде, с цветком чудным, колючим, то царство оборотней может надеяться на то, что их солнце воссияет и придет весна в наши дома.

— Ээээ? Вы намекаете…

— На вашего брата, который имеет вторую ипостась в виде дракона — животного чуждого нашему миру. И на вас, Ярослава, с вашим цветком на теле.

— У меня только колючки — уверенно заявляю, на секунду забыв о бутонах.

— Это пока что. Насколько я поняла, пророчество уже начало сбываться. И я очень надеюсь на то, что Царство оборотней возродится.

Глава 23

— Ну… я тоже на это надеюсь. Более того, от всего сердца вам этого желаю — говорю княжне. — Спасибо, что поделились со мной, но мне пора идти.

— Да, конечно. И вам спасибо, что выслушали. Мой отец говорит, что я слишком сильно и беспочвенно верю во все эти пророчества, но я с ним не согласна. Я верю и буду верить до конца своих дней, потому что для оборотня нет ничего хуже, чем жить вдали от силы предков и магии леса. Мой народ заслуживает лучшего.

— Полностью согласна — отвечаю. — Всего хорошего.

— Да. Надеюсь, еще увидимся — отвечает княжна, при этом ее глаза как-то странно блестят.

Тааак, пора отсюда валить. Я быстренько выхожу из библиотеки и почти бегу к себе в апартаменты, иногда оглядываясь назад. Только захлопнув и закрыв дверь на засов, успокаиваюсь. Сразу же иду к Маше, проверить, на месте ли она.

Подруга сидит в кресле возле балкона, перед ней накрытый стол.

— Ну, наконец-то, а я уже думала, придется обедать одной. Присаживайся. Почему ты так долго? Что Раяна хотела?

— Давай все разговоры после еды? — отвечаю ей, уже начиная есть.

С удивлением понимаю, что ужасно проголодалась. Сметаю все, что есть на тарелке и даже беру добавку, причем не только свою, но Машину.

— Ого! — комментирует подруга. — Ничего себе ты проголодалась.

— Сама удивлена — сообщаю с набитым ртом.

После еды, в двух словах рассказываю о визите к Раяне, не упоминая про побег и все прочее. Но пытаюсь выяснить у Маши о чувствах к Его Ледниковому Величеству с целью понять, насколько эта магическая связь уже повлияла на мою подругу.

— Король, конечно, привлекательный. Но, ты же знаешь, я люблю Хэйда. И только с ним вижу свое будущее.

Слова подруги бальзамом проливаются на мое сомневающееся сердце. После еды мы еще немного болтаем о том, о сем. Маша жалуется, что в этом месяце ее особые, «красные» дни проходят болезненней, чем обычно.

— Так, а чего ты молчишь? Сейчас принесу растирку, помажем поясницу и низ живота, сразу пройдет. Будь здесь, я сейчас подойду — говорю ей и быстро выхожу из комнаты.

На всякий случай, тихонько закрываю дверь на засов, но так, чтобы подруга не услышала и не стала задавать вопросы. Все-таки мне было сказано, чтобы я была все время с ней. И хотя мы рядом, не хотелось бы вернуться, а Маши нет, потому что она решила пойти в гости к Хэйду, что она, кстати, довольно часто проделывает совершенно без спросу.

Быстро бегу к себе, хватаю баночку, и тут одна очень серьезная мысль изо всех сил бьет меня в лицо. А когда у меня были МОИ дни? Срочно лезу в комод, достаю календарик и в шоке усаживаюсь прямо на пол. Десять дней задержки!! Этого просто не может быть! У меня никогда! Никогда не бывает задержек! Так, спокойно. Я, наверняка что-то перепутала.

Судорожно вспоминаю события предыдущего месяца. Что и когда было. И с ужасом понимаю, что календарик, Мать-и-Мачеха!!! Не врет! Но как???! В смысле, я знаю, как у нас это получилось. Но как? Ведь все вокруг говорили, что если нет магической связи, то и ребенка быть не может! Так, секунду. А, может, я все же не беременна?

Встаю, снова роюсь в комоде. Достаю специальный состав для определения беременности и иду в туалет. Через три минуты становится понятно, что я все-таки в положении. Какое-то время сижу на кровати, забыв обо всем. Безмерно удивленная и оглушенная новостью. И даже не знаю радоваться мне или расстраиваться? Как же так? Что теперь делать?

Понятное дело, что надо рассказать Эдриану. Но будет ли он рад? Не ребенку, а тому факту, что он от меня? Интересно, как тут обстоят дела с детьми, рожденными вне брака? Я не питаю ложных надежд на то, что Его Величество соизволят на мне жениться. Мы — птицы разного полета. Блииин. Вот как я умудрилась попасть в такую ситуацию? Где была моя голова? В трусах. Да, я в курсе. Твою ж кочерыжку!

Спустя какое-то время, когда вопли в моей голове успокаиваются, я прихожу к решению, что в ближайшее время схожу к Эдриану и сообщу ему новость, а дальше — будет видно.

И тут я вспоминаю, что вообще-то должна быть с Машей. Поднимаюсь, но уйти далеко не успеваю. Буквально в ту же секунду дверь в мою спальню с грохотом открывается и ко мне залетает Хэйд.

Он оглядывает комнату и спрашивает:

— А где Маша?

— В смысле? У себя в комнате, я ее там заперла — отвечаю, но своими окорочками уже чувствую, что песец подкрался незаметно.

— Ее там нет! — отвечает Хэйд, и мы вдвоем бежим в спальню Маши.

Открываем дверь, заходим. Я бегло шарю взглядом по комнате. Все так же, как и было, а подруги нет. Мы с Хэйдом осматриваем все еще раз, словно Маша, как иголка, могла завалиться где-то в щель.

И тут, под креслом, где сидела подруга, я вижу, как что-то поблескивает. Наклоняюсь и подбираю с полу… перо. Черное по краям, а к середине серое и немного темно-синее. Когда я поворачиваюсь с находкой к Хэйду, все краски разом покидают его лицо.

— Нет. Не может быть — он подходит ко мне и забирает перо, пристально глядя на него.

И тут я обращаю внимание, что перья в крыльях рыжика похожи на то, что он держит в руках. Только у него другая цветовая гамма, но размер, структура и переливы цвета очень похожи.

— Ты знаешь, кто это сделал — скорее утверждаю, чем спрашиваю.

— Знаю — уныло отвечает Хэйд. — Это мой старший брат. Но мой мир в одном из астральных измерений, брат не мог так просто сюда попасть. Ему кто-то помогал, кто-то очень сильный и владеющий, как Раяна, магией делать порталы между измерениями.

— Что будем делать? — спрашиваю у рыжего.

— Машу нужно срочно спасать. В моем мире очень мало женщин и нашей малышке могут сильно навредить, если мы сейчас же не отправимся за ней.

— Не вопрос. Что нужно делать?

— Нам нужна Раяна. Только она сможет открыть портал в мой мир… — Хэйд еще что-то говорит, но тут в нашу беседу вмешивается еще один голос.

— Без меня вы никуда не пойдете — по ледяному тону я легко узнаю голос Снежного Человека, даже не видя его.

— Хэйд, коротко, опиши проблему — следует королевский приказ.

— Машу похитил мой брат. Зачем ему это — я не знаю. Накануне того, как Раяна вырвала меня из моего мира, меня собирались казнить за попытку нападения на отца, правителя нашего королевства. Суть конфликта проста. В нашем измерении жесткая нехватка женщин. Правители могут себе позволить две, три, даже четыре жены, влиятельные дворяне — одну или две, а простые люди счастливы, если на двоих-троих мужчин хоть одна женщина найдется. И хотя у нас такой не оптимистичный расклад, женщин в моем измерении не ценят. Они — средство для обогащения и упрочения влияния, проще говоря — ценный товар. И вот, отец накануне отдал в очередные жены мою сестру-двойняшку правителю соседнего государства, известного своим жестоким нравом. В общем, у нас был нехороший разговор, а потом я не сдержался. Не оправдываюсь, я реально хотел убить отца за то, что он сделал с сестрой. И убил бы, но мне помешали. Возможно, похищение Маши — это месть мне. Я слишком расслабился, думал, что для семьи мертв, да и найти меня ЗДЕСЬ они не могли никак. Отсюда делаю вывод, что им кто-то помогает. Кто-то, у кого есть сила создавать порталы между измерениями.

— Этого еще не хватало, — сквозь зубы вставляет Его Величество Холодильник, — хотя, это вполне может быть тот же маг, что и убивает девушек во снах. Насколько я знаю, Элиза, моя племянница, а ныне Богиня Снов, могла ходить в Астралы, возможно и этот убийца так может. Боги! Такая сила и нигде не зарегистрирована. Мои министры явно зря просиживают штаны в своих креслах!

— Про неквалифицированных специалистов — потом, — влезла я своим носом, — давайте сейчас о Маше. Что нам делать??

— Нам? Вы тут каким боком, леди Ярослава? — вылупив на меня холодные зенки, спрашивает Ледник.

— Дружеским боком, почти сестринским! Я для Маши самый главный человек и знаю ее гораздо дольше и намного больше, чем вы оба! — вылупив точно так же глаза, отвечаю этой вечной мерзлоте.

Какое-то время мы взглядом убиваем друг друга, но тут появляется Раяна, прерывая нашу дуэль.

Хэйд кратко посвящает ее в проблему и в то, что от нее требуется, пока мы с Королевским мороженым окунем бросаем друг на друга взгляды — томагавки.

— И все же я считаю, леди Ярослава, что вам не место в такой опасной вылазке. Я бы предпочел, чтобы вы остались тут.

— А я бы предпочла, чтобы вы не решали за меня!

— Я ведь могу просто приказать своим стражам и они…

Дальше ему можно и не договаривать, и так понятно, деспот!

— Я все равно пойду. Но так я буду с вами двумя рядом, в противном случае — одна — отвечая так, иду на крайние меры: на шантаж.

И это срабатывает. Величество сканирует меня нечитаемым взглядом, но больше не возражает.

Не теряя зря время, меня переодевают в юношу, ведь женщинам в Вулканическом Астрале, вотчине Хэйда, опасно просто так разгуливать. Мужчины тоже переодеваются, оставив только короткие бриджи, а верх тела — без одежды. Я прокашлялась. Блииин. Ну что меня так штырит? Вон, даже слюной подавилась!

— А то, что у Величества нет крыльев? Не спалимся? — спрашиваю у Хэйда.

— У нас часто бывают приезжие. На голову ему и тебе намотаем что-нибудь, а вот, что делать с вашей кожей? Ну, у тебя почти все прикрыто, а вот у короля торс голый.

— Не поняла проблемы — уточняю у крылатого.

— Название Вулканический Астрал тебе ничего не говорит? Все укрыто пеплом, он же летает в воздухе, небо затянуто тучами, но ваша кожа непривычна к специфическому жару. Могут быть ожоги от высокой температуры из-за постоянных извержений вулканов.

— Не проблема. У меня есть мазь, думаю, если мы будем почаще ее обновлять и поменьше мельтешить на улице, то справимся — спешу успокоить Хэйда.

— Отлично, намазывайте открытые участки тела, мотайте ткань на головы, выдвигаемся через пятнадцать минут. И так уже долго возимся. Возьму только воду. Еда все равно испортится при такой жаре.

Быстренько бегу в комнату, хватаю большую банку с мазью, лучше пусть останется, чем не хватит. Со скоростью бешенного страуса намазываюсь, отдаю Раяне. Она помогает нанести мазь королю. Возвращается Хэйд. Все, мы готовы!

— Я отправляю вас на сутки, — говорит Раяна, держа в руках черное перо из крыльев брата Хэйда, — управитесь или нет, придется возвращаться назад. Поэтому в ваших интересах найти и вернуть Машу до истечения этого срока. Ровно через сутки, я открою портал обратно, в наше королевство. Надеюсь, вы все успеете и вернетесь невредимыми.

— Даже не сомневайся — говорит Эдриан, нежно обняв весьма расстроенную племянницу.

Надо же. Если бы у него выросла вторая голова, я бы меньше удивилась, чем вот этой вот нежности. Может, значит, если хочет.

Но дальше все мысли уходят на задний план, потому что Раяна открывает портал. Дыра в пространстве появляется не так, как тогда, когда переходили мы с Машей. Никаких гроз и молний. Слегка запахло озоном и стена в комнате начала дрожать. Еще до того, как появился разрыв в другое измерение, в комнату понесло гарью и серой.

— Фу, кто испортил воздух? — притворно возмутилась я, нагло глядя на Ледника.

Он не ответил, только блеснул глазами и, взяв меня за руку, шагнул следом за Хэйдом в образовавшийся разрыв.

Глава 24

Яра и Эдриан

О, Боже, надсадный кашель сложил меня буквально пополам. Дышать нечем, слезы текут реками, мешая что-либо видеть, глаза режет, а нос печет. Мне в лицо тычется мокрая тряпка, хватаю и прикладываю ко рту, сквозь шум в ушах слышу голос Хэйда:

— Дыши, сейчас станет легче.

Мать-и-Мачеха, очень на это надеюсь! Ощущение, что сейчас выплюну свои легкие. Меня поднимают и бережно куда-то несут, прижимая к горячей груди. В какой-то момент у меня, видимо, происходит критическая нехватка воздуха, я пытаюсь вдохнуть, в глазах темнеет и привет, обморок.

Прихожу в себя тяжело. Голова чугунная, в глазах словно песок, горло тоже высохшее. Кто-то аккуратно подкладывает руку и приподнимает мой затылок, одновременно с этим прикладывая к губам стакан с водой.

— Пей — шепот.

Делаю пару глотков и буквально сразу начинаю чувствовать себя лучше. Открываю пекущие глаза и удивленно вижу рядом с собой лицо Эдриана. Это он так нежно меня придерживает и отпаивает.

— Тебе лучше? — спрашивает, вглядываясь в мои глаза.

— Да — отодвигаюсь от него, прижимаюсь спиной к стене и осматриваюсь.

Я лежу на чем-то вроде кровати. Матраца нет, постелены какие-то тряпки, по виду, чистые, но мягче от этого не становится. В помещении низкие потолки и нет окон. В углу что-то типа шкафа, дверцы вывернуты. Стены похожи на глиняные. В общем, землянка какая-то.

— Где мы?

Эдриан протягивает мне стакан с водой.

— Выпей до конца. Едва мы только попали в это измерение, тебе стало плохо. Не знаю, в чем дело. Дышать тут, и правда, трудновато, но чтоб вот так, до потери сознания. Как ты себя чувствуешь?

— Да, все нормально. Просто сразу как-то накатило, теперь все хорошо — даже как-то неудобно себя чувствую из-за того, что Эдриан вдруг, такой заботливый. — А где Хэйд?

— Пошел на разведку. Он ведь лучше знает местность и адаптирован к этому климату.

— А где мы? Что это за помещение?

— Это один из брошенных домов в квартале бедняков. Хэйд сказал, что тут нас искать не будут.

— Хорошо. Долго нам ждать? Можешь отсесть чуть дальше, мне не комфортно — чувствую, что не могу вот так вот с ним разговаривать, когда он сидит так близко, да еще и обнаженный до пояса.

Эдриан молча чуть отсаживается.

— Хэйд сказал ждать его здесь, намазать участки кожи мазью, чтобы, когда он придет, не тратить драгоценное время.

— Я что, так долго была без сознания?

— Почти три часа — ответ короля меня сильно удивляет.

— Ого. Не думала…

— Да. Я уже начал волноваться — едва слышно говорит он.

— Давай мазь — перебиваю, не в силах это слушать, я не заказывала минутку сюсюканья.

Эдриан отходит, дав мне баночку. Я быстренько смазываю тыльные стороны ладоней, шею и лицо. Молча, передаю банку королю, и отворачиваюсь. Знаю, что буду глазеть, как он мажет грудь, не в силах оторвать взгляд. Лучше не искушаться лишний раз.

— Ярослава, мне нужна помощь — окликает король.

Вопросительно приподнимаю брови.

— Я не могу сам себе нанести мазь на спину.

Вот, блиииин. Буквально выдергиваю баночку и, почти не касаясь, наляпываю мазь на спину. Теперь самое сложное — растереть. Ставлю банку на кровать и приступаю. Кончиками пальцев, стараясь по минимуму касаться обнаженной горячей кожи. Широкие рельефные плечи, слегка выпуклая трапециевидная мышца, ровные лопатки и углубление позвоночника. Это просто утонченная пытка касаться, но сдерживать себя, чтобы не провести всей жадной ладонью вниз, к ямочкам на пояснице.

Первым не выдерживает Эдриан. Резко поворачивается, сверкая огромными зрачками, и впивается в мои губы злым, голодным поцелуем. Не сдержавшись, я тоже атакую его рот, вымещая на нем всю свою тоску и злость. Следующее, что я осознаю в тумане страсти, это ощущение шероховатой стены под спиной и наглых королевских рук, мнущих мою ведьмовскую ягодичную мышцу через штаны.

Секууундочку! Что-то сильно разогнался наш экспресс. Гуляем мы вместе, а счет обычно присылают мне одной. Нафиг надо!

— Нет! — пытаюсь опустить ноги вниз, упираюсь руками в каменную грудь наглого соблазнителя.

— Нет!

А реакции на мои слова ноль! Тогда я делаю то, что, возможно, делать не следовало: с размаху и смачно впечатываю ладошку в высокомерную королевскую щеку.

Меня тут же отпускают, глаза у мужчины теперь горят злостью.

— Я сказала «НЕТ»! — повторяю, глядя в эти мстительно сузившиеся зрачки.

— Зачем ты все время притягиваешь меня, а потом отталкиваешь? — рычит на меня замороженный окунь.

Надо же, а я думала, рыбы немы.

— Да кто тебя притягивает? Ты сам притягиваешься! Не надо на меня все валить! Признай уже себе, что между нами что-то есть! Задолбал! Я не буду твоей постилкой, хоть убейся об стенку! Ты собираешься жениться на моей подруге!! И думаешь, что после этого я позволю себя коснуться твоим жадным лапам?!

— Что ты все коверкаешь?

— Я??? Да это ты все извращаешь! Зачем тебе Маша? У них с Хэйдом любовь! Они мечтали через месяц пожениться и уехать в поместье. А тут ты со своими королевскими планами на девушку! Ты хоть понимаешь, что испортишь им обоим жизнь?! Тебе настолько плохо, что ты хочешь, чтобы и другим было тошно? Уверен, что сможешь жить и править, сознавая, что рядом с тобой человек, который ненавидит тебя!

— Да плевать мне на ненависть! Я должен, прежде всего, думать не о себе, а о королевстве! Мне нужен наследник, продолжатель династии! И нет моей вины в том, что именно Маша стала той единственной, кто может подарить мне желаемое!

— А если я скажу, что беременна от тебя? — спрашиваю и чувствую, как сердце делает в груди какой-то дурацкий кульбит, прыгая в горло, а потом возвращаясь в грудь.

— Что? — Эдриан удивленно застывает, глядя на меня с какой-то затаенной болью и надеждой.

Всего секунду, а потом в его глазах загорается ярость:

— Зачем ты лжешь?!! В тебе нет второй энергии жизни, только твоя! Ты специально бьешь в больное? Сейчас, когда я раскрылся перед тобой!? Что ты за стерва такая бездушная!

— Это я бездушная? Все, мне надоело! Я не хочу с тобой больше разговаривать!

— Нет уж, давай поговорим. Раз так получается, что во всем виноват только я один! — продолжает настаивать Эдриан.

Делаю движение, чтобы уйти, но он хватает меня за плечо, стремясь удержать и тут же с ругательством отпускает, удивленно и зло глядя на меня.

— Ты меня порезала!

Я сначала вообще не понимаю, о чем он, а потом обращаю внимание на его ладонь, которой он пытался меня удержать. Ее перерезают четыре довольно глубоких и длинных царапины, из которых на пол капает кровь. Величество отрывает полосу ткани от простыни на кровати и заматывает руку.

— Я ничего такого не делала — отвечаю неуверенно.

— Это твой шиповник. Давно он так? — спрашивает Эдриан, снова делая ко мне шаг.

— Не подходи ко мне, и не тронь меня, если я этого не хочу! — говорю, выставив перед собой руку и вдруг, замечаю, как по ней плетется гибкая колючая лоза, увитая листочками, длинными иглами и розовыми, почти распустившимися цветами. Лоза оборачивается вокруг локтя, спускается вниз, завиваясь по руке, и застывает на тыльной стороне ладони, чуть не добравшись до пальцев.

Я в шоке смотрю на это передвижение моей вообще-то очень даже стационарной татуировки. Теперь уже понимаю, что подобное ее поведение, скорее всего, обусловлено тем, что я ношу магического ребенка. И если хорошенько подумать, вспомнив эпизод с ожившим пряничным человечком и цветами на моем теле, то можно сделать вывод, что мой ребенок — сильный маг Жизни, как и его ледяной папаня.

— Хорошо, не бушуй — отвечает Эдриан, примирительно подняв руки, ладонями ко мне.

Я отворачиваюсь от этого Куска Льда и прохожу в самый дальний угол, чтобы быть как можно дальше от него. Мне нужно успокоиться и подумать, но увы, времени на это нет. Едва я сажусь на пол, скрестив ноги, как возвращается Хэйд.

— Ну что, есть новости? — поднимаюсь к нему.

— Есть. И не самые плохие. Мне удалось связаться с сестрой. Мы встретились, к сожалению, ненадолго. Хэйлина говорит, что Машу действительно украл брат. Пока я жил в другом мире тут, в этом Астрале, много чего изменилось. Брат воспользовался моей выходкой, убил отца и сделал все так, словно это был я, так что если меня поймают, есть приказ убить на месте. Затем брат стал правителем, он к этому стремился давно, считая, что отец засиделся.

— Это все понятно, а Маша ему зачем? — перебиваю в нетерпении Хэйда.

— Не уверен, но предполагаю, чтобы заставить меня вернуться сюда и убить. Все-таки, до тех пор, пока я жив, его вранье о том, что я убийца всегда может быть раскрыто.

— Не знаю. Я сомневаюсь, что это причина — отвечаю, ориентируясь на свою ведьмовскую интуицию, которая просто вопит, что дело совсем в другом.

— Других версий у меня нет — говорит Хэйд.

— Значит, пока придерживаемся этой — вставляет свои пять копеек Ледышка.

— Сестра сказала, что сразу, как Машу привели в апартаменты, брат хотел обесчестить ее, но когда стало ясно, что у моей невесты еще не было мужчин, он передумал. Сегодня вечером во Дворце праздник, какой устраивают по обычаю накануне свадьбы.

От этой фразы Хэйда, я даже закашлялась, подавившись воздухом.

— Да, все правильно, брат решил жениться на твоей подруге. Сестра говорит, он сильно уверен, что Маша, выросшая в другом мире и не подверженная воздействию Вулканического Астрала, способна родить ему много здоровых наследников. Похоже, он слегка помешался на этой мысли. Именно поэтому, Маша до брачного ритуала абсолютно неприкосновенна и находится в относительной безопасности.

— Хоть что-то — почти шепотом говорю я, просто не в состоянии молчать из-за переживаний за подругу.

— Это все эмоции. Давай к плану — лезет своим морозом Величество.

— Праздник во Дворце будет буйным. Выпивки, обычно, очень много, как и закуски. Последний год был не сильно обильным для подданных, так что думаю, все будут пьяны и обожраны до полусмерти. А мы этим воспользуемся. Сестра проводит нас тайным ходом в покои, которые сейчас выделены для Маши. Возможно, ее там не будет. По традиции, невесту накануне свадьбы отводят на женскую половину Дворца, но поскольку, Маша пленница, есть вероятность, что брат оставит ее запертой, по крайней мере, будем на это надеяться.

— Надежда — не очень хорошее подспорье для плана — опять выдает холодным тоном капитан Очевидность, типа мы не знаем этого факта, но что нам, блин, еще остается, кроме как надеяться?

— У твоей сестры не будет неприятностей из-за того, что она нам помогает? — спрашиваю у Хэйда.

— Будут, если ее поймают, но мы постараемся сделать так, чтобы все прошло спокойно. Она проводит нас только к тайному ходу, а сама вернется к мужу и гостям.

— Хорошо. Находим мы Машу, дальше что? — опять ледник.

Кто-нибудь, заткните ему фонтан! Кто вообще назначил его главным?

— Дальше, тем же ходом выбираемся из Дворца и бежим сюда, тут пережидаем до утра, а утром нас заберет порталом Раяна.

— Ну… нормальный план, как по мне — говорю с уверенностью, которой на самом деле, не чувствую.

— Да. Кроме одного пункта. Ты, Ярослава, никуда не идешь, а ждешь нас тут — вмешивается Морозильник.

— Ага, щаз, разогналась, — конечно же, я сразу соглашаюсь, — всегда мечтала остаться тут и ждать вас неизвестно сколько. Раяна будет открывать один портал на всех, вот круто получится, если она настроится на Хэйда и заберет только вас, а я останусь тут.

Понятно, что это манипуляция с моей стороны, но нефиг тут командовать!

— Да, нехорошо получится — поддакивает Хэйд, улыбаясь уголками губ.

— Ладно! Идем все вместе, но, Ярослава, держитесь к нам поближе и без самодеятельности!

— Та не вопрос. Где я, а где — самодеятельность — легко соглашаюсь, получив желаемое.

— Отлично. Пришли к договоренности, — говорит Хэйд, — ждем, пока потемнеет и выдвигаемся.

Глава 25

Темнота в этом мире наступает как-то странно и внезапно. Долго-долго смеркается. И ты такой думаешь, да когда ж уже ночь? И тут, бац, и словно кто-то свет вырубил. Полнейшая темнота. И сколько ты глаза не напрягаешь, не видно ничего.

Стою, как слепая, когда Хэйд командует:

— Пора.

— Куда пора? Не вижу ни фига — огрызаюсь в ту сторону, где по идее, он стоит.

— Сейчас пройдем бараки, а ближе ко Дворцу улицы освещены. Давай руку — Хэйд хватает мою ладонь и довольно быстро тянет за собой.

Стараюсь веселее перебирать ногами и очень надеюсь ни обо что не споткнуться, потому что, скорее всего, растянусь во всю длину тела. Минут пятнадцать продолжается наш бег с препятствиями, когда на горизонте начинает маячить кружочек света.

Мы аккуратненько огибаем последний домик и через дыру в заборе выходим в квартал для богатых жителей. Тут уже совсем другая жизнь. Никаких землянок, вполне приличные домики, даже с окнами, но все одноэтажные и все равно какие-то приземистые.

— У нас нередко бывают извержения вулканов и подземные толчки. Поэтому дома такие, чтобы не пришлось отстраивать каждый раз новое жилище — поясняет Хэйд, наверное, заметив мой удивленный взгляд.

— Весьма… практично — отвечаю.

— Теперь нам надо быть еще более осторожными. Это богатый квартал, тут много приверженцев нынешней власти, которые за благодарность брата сделают что угодно, в том числе с радостью приведут вас, а меня убьют. Поэтому внимательно приглядываемся и тихонько передвигаемся.

— Не вопрос. Я уже перешла на режим «Ниндзя» — шутливо отвечаю Хэйду, хоть и понимаю, что сейчас не до веселья.

К счастью, нам удается пройти квартал без шума и пыли, не привлекая к себе ненужного внимания. Территорию Дворца мы обходим справа. Пока пробираемся, спрашиваю у Хэйда, почему это здание высокое, в отличие от всех остальных, на него что, природные катаклизмы не действуют? Оказалось, что вокруг территории Дворца зарыты специальные артефакты, которые гасят все колебания на почве. Понятное дело, как и во всех мирах, правители себя любимых обезопасили, а что будет с остальными — все равно. Типичная ошибка царственных особ, в своей гордыне забывающих, что короля делает свита, и если погибнут подданные, то и правитель будет не нужен.

За очередным поворотом декоративной аллейки, где мы выбираем наиболее темные места, нас ожидает фигура, замотанная с ног до головы в черный плащ. Только когда подходим к ней, становится заметно, что это девушка. Очень хорошенькая, рыженькая, похожая на Хэйда. Она дает брату ключ, а потом говорит нам всем:

— Праздник в самом разгаре. Большинство гостей уже пьяны до беспамятства. Через тайный ход вы попадете в женское крыло. Комната, где держат Машу, самая последняя справа. Охрана есть только на входе в крыло, а вы выйдете значительно дальше, будем надеяться, больше никому не попадете на глаза. Возвращайтесь тем же ходом. Да прибудет огонь в ваших сердцах и лава в вашей крови.

— Спасибо, сестра — Хэйд бережно обнимает девушку, и я только сейчас замечаю, что она на поздних сроках беременности.

А еще я как-то неожиданно вижу, что аура у нее бледная, а в энергетическом поле стоят две подлые присоски, тянущие силы из беременной и ее еще не родившейся дочери. Повинуясь какому-то импульсу, я снимаю свой защитный амулет в виде красной нити с камнями-подвесками и подхожу к Хэйлине.

— Я хочу поблагодарить вас за помощь и подарить браслет, — говорю слегка удивленной девушке. — Это защитный амулет для вас и вашего ребенка. Носите его, пожалуйста, не снимая до родов, а потом наденьте на новорожденного. Можно я помогу вам его застегнуть?

Хэйлина вопрошающе смотрит на Хэйда, тот молча кивает, и тогда она протягивает мне бледную, в голубоватых венках, руку. Пока я повязываю браслет, мысленно думаю, каким бы образом привязать его еще и энергетически? И тут шиповник гибкими лозами перебирается на кончики моих пальцев, а оттуда длиннющим шипом царапает кожу Хэйлине. Девушка вскрикивает, капли крови капают на камни браслета, а я, не теряя зря времени, шепчу заговор.

Все это занимает секунды. И когда Хэйлина выдергивает у меня свою руку, на ней уже свисает защитная красная нить, поблескивая активированными камнями.

— Шиповник — лекарственное растение, — говорю ей, чтобы успокоить, — вы теперь будете себя чувствовать лучше.

И действительно, даже сейчас, я уже вижу, как происходит регенерация у Хэйлины, начиная с руки, где повязан браслет. Такими темпами за пару дней она будет, как новенькая. Не сдержавшись, порывисто обнимаю ее и шепчу в самое ухо:

— У вас будет очень сильная и прекрасная дочь. Но держитесь подальше от свекрови, по крайней мере, пока не родите.

И отхожу так же внезапно, как и подошла, сопровождаемая тремя парами удивленных глаз. На секунду опускаю глаза на то место, где столько лет висел охранный браслет. И удивленно вижу, что моя тату свернулась в этом месте в веночек вокруг запястья, красиво розовея уже почти распустившимися цветами.

Хэйд еще раз напоследок обнимает сестру, они о чем-то быстро перешептываются, потом он целует ее в лоб, и она быстро уходит, а мы ступаем в густые темные кусты, среди которых находится потайная дверь, ведущая к конечной точке нашего пути.

Машенька, держись, помощь уже близко!

Хэйд открывает потайную дверь ключом, переданным ему сестрой, и мы тихо, один за другим заходим в темный коридор. Рыжий идет первым, ведь ему знаком Дворец, за ним — я, а замыкает — Холодильник. Поднимаемся вверх по винтовой лестнице, терпеть не могу такие ступени: широкие к наружной стороне и сходящие на нет к внутренней. Все время ощущение, что я сейчас как-то не так стану и слечу кубарем вниз. Но нет, сегодня мне везет, доходим до верха без происшествий.

Еще одна дверь открывается тем же ключом, что и предыдущая. И без того тихие шаги глушат ковры, расстеленные в коридоре. Надо же, почувствовала себя в хрущовке времен Советского Союза, а не во Дворце.

Невдалеке слышны переговоры стражей, пока все по плану, и мы тихо идем в указанном Хэйлиной направлении. Поворачиваем за угол и сталкиваемся нос к носу с двумя стражами. Пока я стою, хлопаю глазами, Хэйд и Эдриан почти синхронными ударами отправляют блюстителей порядка в долгий сон.

— Да уж, не все так просто, как нам бы хотелось — прокомментировал произошедшее рыжик, и мы двинули дальше по коридору.

Вот и дверь, за которой, по идее, должна быть комната, где держат Машу. Хэйд открывает ее тем же ключом. Что за ключ такой интересный? Прям от всех дверей! Заходим по стеночке, тихо и аккуратно. Увы, зря. Маши здесь нет.

Ругнувшись, Хэйд смотрит на Эдриана.

— Я так и думал. Она все-таки на женской половине.

Теперь уже ругнулся Ледник.

Может и мне сообразить че-нить трехэтажное, за компанию? Ладно, обойдусь. Вместо этого спрашиваю:

— И что теперь?

— Придется идти на женскую половину — отвечает хмурый Хэйд.

И я понимаю, что дело наше — дрянь. Наверняка там и женщин полно — ненужные свидетели, и стражей хватает. Блииин!

— Надо, значит надо — невозмутимо заявляет Снежный человек, вызывая на себя наше с Хэйдом удивление и легкое недовольство его спокойствием.

— Пошли. Я знаю, куда нужно идти — говорит рыжик, и мы следуем за ним.

Поднимаемся по очередной лестнице, и еще даже не выйдя в коридор, слышим звуки музыки и женские разговоры, смех. Судя по всему, веселье в разгаре и женщин в помещение явно больше трех. Блииин!

Звуки идут слева, Хэйд выглядывает из-за угла, потом сообщает:

— Там еще два стража. Яра, стой тут.

И они с Эдрианом крадучись, уходят, чтобы вернуться через минуту.

— Пошли. Сейчас заходим в апартаменты. По нашим традициям, мужчин там не будет, это недопустимо, — просвещает нас Хэйд, — но, сколько там женщин — не известно. Нам нужно зайти тихо и задушить любой кипишь в зародыше. Если гостьи поднимут шум, прибегут стражи, и тогда нам будет очень проблематично уйти. Поэтому заходим и ведем себя нагло, наши женщины привыкли к такому обращению. Никому никаких поблажек! Действуем слаженно и быстро, забираем Машу, женщин связываем, рты им закрываем и уходим.

Н-да, в теории все звучало просто и легко. На деле же пошло совсем не так с самого начала. Когда мы внезапно нарисовались на пороге комнаты, воцарилась мертвая тишина. Хэйд сразу роздал команды присутствующим женщинам и, казалось бы, все идет как надо. Машу я нашла здесь же. Мы обнялись, я развязала ее руки, но уйти нам помешал парень подросток. Откуда он тут взялся — не знаю. Но он в один рывок оказался со мной и прижал нож к моей шее, обхватив за плечи.

— Ни с места, или я его прирежу — заорал он моим подельникам, приняв меня за парня, маскировка сработала.

Хэйд и Эдриан замерли, а у меня опять, кстати, очень вовремя ожил шиповник. Его острые иглы впились в удерживающие меня руки подростка. Тот вздрогнул и, не успев ничего сказать, завалился на пол.

И тут все пошло наперекосяк. Высоко, на одной ноте завизжала женщина, наверное, мать этого мальчишки. А следом за ней завыли и зарыдали по цепочке все остальные из присутствующих гостий. Я быстро наклонилась, пощупав пульс жертвы моей татухи, он был, о чем я сразу же и сообщила. Но женщины вошли в раж, крики и плач только набирали громкость. Стало понятно, что успокоить мы их не сможем, а значит, надо бежать, пока не пришли стражи.

Увы, Хэйд, едва высунув голову в коридор, сразу же ее засовывает назад и закрывает дверь на засов. В ту же секунду раздается грохот. Ясно, уходить через дверь поздно. Женщины продолжают вопить, а мужчины быстро баррикадируют дверь мебелью, которую только можно сдвинуть. В ход идет и огромный комод, и кресла, и даже маленькие пуфики.

Я, быстро осмотревшись, вижу балкон. Мы с Машей бежим туда, этаж второй, но потолки высокие, так что метров семь до земли, может и больше. А между тем, дверь начинает трещать, похоже, скоро ее выломают. И тогда будет беда, наши силы не равны.

Хэйд с Эдрианом, согнав всех женщин в один угол, готовятся к сражению, мы с Машей стоим на балконе, вяжем из скатертей веревку, на случай, если придется бежать.

И тут удача, все-таки, поворачивается к нам передом. Я первая, а за мной и Маша, замечаем, что в стене напротив начинает расползаться и разрываться пространство. Неужели Раяна?

— Хэйд, Эдриан — зову я мужчин, кивком головы указывая на появляющийся портал.

— Сначала вы, а мы прикроем — командует Величество и я, в кои-то веки, не спорю.

Взяв Маша за руку, ступаю в образовавшуюся дыру, с другой стороны которой нас уже встречает Раяна. Едва мы отходим, как к нам буквально бегом залетают Хэйд с Эдрианом.

— Быстрей, закрывай — кричит рыжий, и Раяна моментально схлопывает пространство.

Мы пятеро смотрим друг на друга, радостно улыбаясь.

— Получилось, — говорит Хэйд, и я вижу, как сильно ему хочется обнять Машу.

В итоге он, наплевав на возможные сложности, хватает в охапку девушку и кружит, радостно смеясь. И такие они счастливые в этот момент, что я тоже невольно улыбаюсь, а потом мой взгляд натыкается на кислую морду Ледника, тоже наблюдающего за влюбленными.

Разворачиваюсь, чтобы уйти и слышу в спину:

— Ярослава, подожди!

Но я делаю вид, что не слышу, продолжая идти. Выхожу из комнаты и припускаюсь быстрее, в надежде сбежать до того, как меня поймают. Увы, не успеваю я сделать и десяток шагов, как снова слышу за спиной:

— Яра, да подожди же!

И Эдриан хватает меня за руку, чтобы тут же зашипеть и отпустить. Поворачиваюсь к нему, скрестив руки на груди.

— Ты теперь всегда будешь меня царапать? — спрашивает, возможно, немного грустно, а может, мне просто так кажется.

— Ты теперь всегда будешь меня хватать руками без разрешения? — в тон ему отвечаю.

— Я хочу поговорить, не уходи, дай мне возможность. Дай мне шанс.

— Ты не передумал жениться на Маше? — спрашиваю в лоб.

Он какое-то время мнется, но все же отвечает:

— Я не могу передумать. Это не зависит от меня…

— Тогда нам не о чем говорить. Всего хорошего, Ваше Величество — делаю пародию на книксен и, развернувшись, ухожу, где-то в глубине сердца надеясь, что он окликнет, осознает, удержит.

Но так и не дожидаюсь… Завернув за угол, позволяю себе пролить слезы, давно уже стоящие в глазах. Шаг не замедляю, желая как можно быстрее вернуться в свою комнату, собрать вещи и уйти отсюда. Из-за слез плохо вижу, а потому на очередном повороте с кем-то сталкиваюсь.

— Прошу прощения — говорю быстро, пряча лицо и стараясь обойти.

У меня почти получается, когда со спины произносит знакомый женский голос:

— Какая неожиданная удача.

А дальше что-то едкое попадает мне в лицо, и я падаю, теряя сознание.

Глава 26

Прихожу в себя медленно и неохотно. Голова гудит, веки, словно налились свинцом. Краем уха слышу перешептывание двух человек.

— Зачем ты ее сюда притащила? — зло шипит мужской голос.

— Она постоянно мешается под ногами. А сейчас я слышала их разговор с королем. Он явно к ней неравнодушен. Зачем мне это нужно? Уберем ее, а затем ее подругу, раз уж этот идиот, из Вулканического Астрала, не смог сделать все как надо, решил, что он умнее — отвечает женский голос.

— Да, с ним мы просчитались. Я предполагал, что он ее заберет, позабавится и продаст куда-нибудь. Кто ж знал, что девка столько времени якшается с крылатым, а до сих пор невинна.

— Мы и так уже задержались тут. Мне надоело это все — капризно произносит женщина.

— Так, а что ты тянешь? Давно бы уже выпила отвар и легла под короля. Все, что нужно — это забеременеть.

— Как мне под него лечь, если я даже подойти к нему не могу? Он же вообще не человек, ледышка какая-то! Чтобы он почувствовал магическое влечение, он должен быть хотя бы на расстоянии метра!

— Ты должна была выпить зелье до конкурса с выпечкой. Почему ты это не сделала? А теперь ноешь!

— Я была занята тем, что отвлекала от себя подозрение!

— Ну, я тебя поздравляю, отвлекла. И не только его, а вообще какое-либо внимание!

Дальше пошла ругань, без полезной информации, поэтому я решила делать вид, что пришла в себя. Зашевелилась и застонала.

— Она очнулась. Что будем делать? — женский голос.

— Давай принесем ее в жертву Богине — отвечает мужчина.

— Братец, ну ты совсем свихнулся со своей Богиней. Нету ее, сдохла. Бессмысленно слать ей жертвы. Давай лучше усыпим нашу добычу, и я во сне заберу ее силу. Посмотри, сколько в этой ведьме магии, будет жаль, если пропадет.

— Хорошо. Так даже лучше. Ты — умница, замечательно придумала.

Не выдержав, открываю глаза, уставившись на подошедших. Мужчина мне не знаком, а вот девушку я отлично знаю. Леди Хелена, дочь графа де Вуази! От неожиданности я даже замираю, перестав ерзать в попытках освободить руки от веревки. Мы ж с ней, вроде подружились даже!

— Что, удивлена? — спрашивает она, видя мою реакцию. — Я отлично сыграла роль простушки. Ты не представляешь, как я смеялась над вами, такими глупыми гусынями! Брат, держи ей голову, я залью зелье!

Пытаюсь крутить головой, брыкаться, но куда мне связанной справиться с мужчиной. Мужские холодные ладони сжимают мои виски, удерживая, не давая воспротивиться насилию. А Хелена открывая бутылочку, поднося ее к моим губам. Я сжимаю крепко челюсти. Давай, рискни, открыть мне рот! Руку тебе откушу, тварь лицемерная!

Но это же Хелена, змея подколодная. На открытое противостояние она не способна, поэтому просто льет мне зелье… в нос! Начинаю кашлять, задыхаясь, а она, воспользовавшись моментом, заливает мне эту мерзкую жидкость в рот, пока я пытаюсь вдохнуть воздух.

Буквально сразу сознание мое начинает путаться, в глазах плывет, и я падаю в темную, глубокую яму.

Открываю глаза. Осматриваюсь. Я лежу на кровати в своей комнате во Дворце полностью одетая. Встаю, недоуменно оглядываясь. Я сплю? Или нет? Вроде все так, как я привыкла, но в то же время меня не оставляет чувство, что что-то не так.

Замечаю какое-то странное мерцание в зеркале. Подхожу ближе. И вижу не себя в отражении, а королевскую спальню. На кровати кто-то спит, взглядом выхватываю кусочек белой косы. Эдриан!

Стучу кулаками по зеркальной поверхности, но звука нет, какие-то глухие бульканья и все. Тогда я зову его, но он не слышит. В какой-то момент, вижу, на кровати шевеление, возможно, он все-таки услышит! Я начинаю еще сильнее бить по зеркалу и звать. А потом вижу, что Эдриан в кровати не один. Он поворачивается с живота на спину, и я вижу, что рядом с ним Маша.

Удар такой силы я не ожидала. Это остро и больно. Словно кто-то нож вонзил в самое нутро и проворачивает там. Горькие слезы брызгают из глаз и бегут по щекам, совершенно против моей воли. Отхожу от зеркала, оседаю вниз, прямо на пол и сижу какое-то время.

Неизвестно сколько бы я так приходила в себя, но неожиданно до меня доносится детский плач. Резко поднимаюсь и прислушиваюсь. Звук идет из коридора. Вытираю футболкой мокрые щеки и, открыв дверь, выхожу из своей спальни.

В коридоре темно и я начинаю понимать, что, скорее всего, все-таки сплю. Потому что во Дворце всегда светло, горят множество светильников, а сейчас все во тьме. Оглядываюсь на свою комнату и, в подтверждении правильности моей догадки, вижу только голые стены, никаких дверей. Значит сон. И тут же вспоминаю все, что было. Хелена! Значит, она и есть тот самый маг, убивающий девушек во сне! Гадство!

Я иду дальше по темному коридору, замечая, что под ногами начинает клубиться туман. Густой и черный. Он сковывает ноги, мешает идти так быстро, как мне бы хотелось.

С двух сторон от меня голые стены, а прямо — огромная дверь. У дураку понятно, что мне придется идти туда. Неохотно берусь за ручку и открываю. На удивление легко, словно такая массивная дверь не из древесины, а из пенопласта.

Ступаю один шаг внутрь, дверь за моей спиной резко хлопает, заставив меня испуганно вскрикнуть, а сердце — бешено забиться. Я оборачиваюсь глянуть на выход, а его нет.

Осматриваюсь вокруг. Я стою на каких-то развалинах. Похоже, это был чей-то дом, может даже, замок. А теперь тут только огромные камни, похожие на мрамор, местами поросшие мхом. Прохожу несколько шагов — дальше обрыв. Аккуратно заглядываю вниз. Высота огромная, в самом конце торчат острые пики скал. Отсюда если упадешь — шанса спастись нет.

Зачем я здесь? Что это за здание? Как отсюда уйти? Вопросы без ответов.

Прохожу по второму кругу, всматриваясь во все, что здесь есть, надеясь, может, что-то пропустила. Что-то, что поможет мне отсюда выйти. Ничего. Никаких подсказок, или намеков.

И когда я думаю, что хуже быть не может, резкий порыв ветра доносит до меня запах разложения и жуткое стрекотание. Съеживаюсь от этого звука. Знаю, что так делают некоторые насекомые. Но этот звук слишком громкий. Догадка молнией прошивает мне мозг, ровно в то же мгновение, как со стороны обрыва ко мне выползает огромный паук.

Ну ладно, не совсем паук. Низ с лапками и все прочее, что положено членистоногому, а сверху вполне себе человеческое тело. Хелена, белены объевшаяся, графская дочь!

Стоит, красуется, лыбится.

— Чё тебе надо от меня? — хочу вывести ее на разговор по душам, прежде чем, попшикаю дихлофосом, или чем так душат надоедливых насекомых?

— Самую малость: твою жизнь и магические силы — отвечает, просто сочась самодовольством.

— Ага, щаз, подставляй карманы! — не удержалась, чтобы не подколоть, о чем сразу же пожалела, потому что в мою сторону моментально полетела липкая струя паутины, едва успеваю увернуться.

— Не стоит мне грубить. Смерть — она ведь тоже разная бывает.

— Да, ты права, я погорячилась — стараюсь загладить свой косяк, — просто я обижена, ведь думала, что мы подруги…

— Да ты с ума сошла! — Хелена злорадно смеется. — Мы никогда не были и не могли быть подругами. Это нонсенс. А то, что ты приняла за дружбу — было просто притворство, игра, чтобы замылить глаза участницам отбора и дознавателям. Так же как и тот случай, когда мне вроде как приснился кошмар. На самом деле, я тебя опоила специальным снадобьем, помнишь, мы пили вместе успокоительный чай? И через сон наслала тебе дурное предчувствие, чтобы ты пришла ко мне, а потом подтвердила, что меня пытались убить, отведя, таким образом, от меня любые подозрения.

— Хитро — решила польстить ей.

— А чтобы чай на тебя точно подействовал, я использовала твою волосинку, которую вырвала той дудкой.

Вот тут я реально удивилась. Это же ведьмовские методы, не знала, что они в этом мире в чести.

— У тебя такая сильная магия, ты красивая и умная. Зачем это все, Хелена? Неужели ты влюблена в короля?

— Шутишь? Да зачем он мне нужен с его вечно недовольной рожей? Это же надо, быть магом Жизни и таким безжизненным одновременно. Мы с братом просто хотим взять то, что наше по праву!

О, как? А вот это уже интересно. Давай, Хелена, выболтай мне все тайны, ты ведь уверена, что я умру, и наверняка хочешь похвастаться, какая ты хитрая и умная!

— Я не понимаю — говорю растеряно, надеясь, что выведу ее на откровенность.

— Конечно, не понимаешь. Куда уж тебе — пренебрежительно отвечает графская дочка, перебирая своими лапками в мою сторону. — Эта история завязалась задолго до твоего появления, задолго даже до нашего с братом появления на свет. Была у нас тут Богиня Смерти, Риза. Отвратная, надо сказать, гадина. Вмешивалась везде, где могла. И был у нее план, но в нем оказались серьезные просчеты, поэтому Ризе срочно пришлось искать себе новое тело для перерождения. Ну как срочно… три — четыре столетия у нее в запасе были.[2] Только Черная Богиня была с гонором и абы в кого перерождаться не желала. Поэтому, естественно, выбор ее пал на королевскую семью. Были у нее планы и на оборотней, только там на их защиту стал Бог Кай, но даже когда она его заперла в дальнем астрале, все равно ничего не вышло с несговорчивыми животными.

Болтая, Хелена все больше приближается ко мне, поэтому мне приходится отступать, прячась за обломками. Я, конечно, хочу услышать продолжение, но для этого мне надо быть живой.

— Впрочем, кому интересны эти жалкие оборотни, все равно все скоро передохнут от проклятия вечной зимы. А те, которые сбегут — не будут иметь силы предков, станут жалкими подобиями самих себя. Но… вернемся к этой пакостной Богиньке. Решила она вырастить себе тело, подходящее по параметрам, так сказать. Результатом ее скрещиваний стали сильнейшие маги: наш король Эдриан и его брат, принц Стефан. Но тут вышла незадача. Эдриан оказался магом Жизни, а значит, не подходил. А Стефан был слабоват. Но Риза нашла выход. Она помогала нарастить принцу силу, давая ему возможность убивать людей во снах. Но, конечно, Черной Богине хотелось большего, поэтому следующим этапом ее планов стало скрещивание Стефана с моей мамой, сильнейшей на тот момент магиней Снов. В результате родились мы с братом. Только по мнению Ризы, нашей магии было недостаточно, поэтому для Стефана была найдена еще одна, более выгодная партия, а чтобы наверняка все получилось, Богиня использовала магическую привязку, а не зелье, которое давала моим родителям для зачатия.

Я слушала Хелену очень внимательно, поэтому едва не пропустила момент, когда она брызнула паутиной в мою сторону, в самую последнюю секунду успев отпрыгнуть, заходя за камни еще дальше и понимая, что загоняю себя в тупик.

— Не знаю, что сработало в конечном счете. Магическая связь или еще что, но на свет родились две принцессы Элиза и Раяна, в точности подходящие для планов Богини Смерти — продолжала говорить Хелена. — Увы, принцесски оказались не так податливы, как предыдущие подопытные Ризы. Элиза не только не умерла, а переродилась в Богиню Снов, а Раяне удалось запечатать свое тело, не оставив Богине Смерти ни малейшего шанса на вселение. Мой брат, проводивший ритуал, был в дикой ярости. Ведь ему было обещано место рядом с перерожденной Богиней. На троне. Там, где мы должны быть изначально, ведь у нас отняли такую возможность. Мы росли под строгим присмотром деда и бабки, родителей матери, в дикой глуши, подальше от Дворца. Незаконнорожденные и забытые! Просто побочный результат опытов, не более того!

Хелена все более распалялась, стреляя липкой паутиной вообще в никуда. Что, нервишки шалят? Ничего, я вот сейчас дослушаю тебя, а потом забью корень валерьяны тебе прямо в глотку! Узбагоисся надолго! И, кстати, едва я подумала об этом, как почувствовала что-то в ладони. Подняв руку с офигевшим видом, увидела этот самый корень! Красиво зачищенный и источающий знакомый запах! Значит, вот как оно работает, во снах! Отлично! Фантазия у меня богатая!

— Знаешь, что это за руины? Именно здесь погибла моя мать. Пожалуй, единственный человек, который любил нас с братом. И пусть фактически убил ее Главный следователь, но наш отец тоже был здесь! С его позволения произошла трагедия! Будет очень символично, когда я убью тебя на этом же месте.

— С чего это вдруг? Я к той трагедии не причастна — подаю голос.

— Да ну? Думаешь, я совсем дура и не вижу, кого ты носишь под сердцем? Это в реальном мире ты можешь его скрыть, а здесь, во снах — мое царство. И я теперь прекрасно вижу в тебе росток жизни. Королевское семя! Это будет моя месть чванливому куску льда, называющему себя человеком и королем! Моему дяде! — сказала, словно выплюнула. — Я получу несравненное удовольствие, когда ему сообщат о твоей смерти, но он уже будет опоен зельем, имитирующим магическое влечение. А в день нашей свадьбы буду счастлива, как никогда! Во сне, прежде чем его убить, я расскажу, о тебе и твоем мертвом ребенке! Буду упиваться его страданиями! Я не просто убью, я сначала сломаю его!

Оооо, кого-то понесло! Пора прекращать этот цирк!

— Фууу, извращенка! С собственным дядей! Меня сейчас стошнит! Сделай одолжение, захлопнись уже! Давай, убивай меня! Лучше смерть, чем слушать твой бред! — говорю, выходя к ней навстречу, вооруженная корнем валерианы и собственным безрассудством.

Глава 27

На секунду Хелена опешила от моей наглости, но довольно быстро приходит в себя, пульнув в мою сторону липкие нити. Я без труда ухожу с линии атаки, давно уже сообразив, что эмоции сильно вредят меткости и собранности паучихи. Значит, что нужно делать? Правильно, продолжать ее злить и выжидать удобный момент.

Поэтому выхожу на более широкое место, где валяются обломки камней, будет, где и побегать, и спрятаться.

— Ничего у тебя не выйдет, — начинаю действовать, согласно спонтанно родившемуся плану, — Его Величество не дурак, быстро разгадает и тебя, и твои недалекие планы.

— Вот еще! Я уже несколько недель морочу голову и ему, и его следователям с дознавателями. — Хелена выходит ко мне, противно цокая по мраморному полу своими лапками.

— Это тебе кажется, что ты всех водишь за нос, а на самом деле, они давно поняли, кто стоит за убийствами и просто ждут, чтобы взять тебя с поличным! И похитив меня, ты дала им все карты в руки, так что, как только проснемся, готовься топать в темницу! — сказав это, моментально прячусь за колону, потому что в ответ сразу же летит паутина.

— Это ложь!! Наш с братом план — идеален! И до сих пор шел четко по намеченному!

— Ха-ха. Это ж надо быть такой наивной! — отвечаю ей, едва высунув голову и тут же прячась, но уже за широкий камень рядом.

Вовремя я сменила дислокацию, вокруг колоны мгновенно опутывается паутина, но меня там, к счастью, уже нет.

— Посмотрим, как ты будешь смеяться, когда я выпью твою магию, а потом и тебя! — орет уже вполне дошедшая до кондиции Хелена.

— Ага, подотри слюни! Размечталась! — снова перебегаю, согнувшись в три погибели, за другой камень, едва успев увернуться от очередной порции паутины.

— Все, мне это надоело! — орет Хелена, перемежая вибрации человеческого голоса со стрекотанием насекомого.

Реально жуткий звук, даже руки холодеют. Я перебегаю под укрытие другого камня, но оглянувшись назад, спотыкаюсь о трещину в полу и, не успев сгруппироваться, падаю плашмя на мраморную поверхность. Пытаюсь побыстрее встать, но не успеваю, в ногу впивается паутина, в секунду сматывающая обе мои голени вместе. Делаю попытку отползти, как червячок, но, увы, видимо, мое везение закончилось.

Хелена за паутину тянет меня к себе, подвешивает вверх головой, лицом к своему лицу и внимательно осматривает тремя парами жутких глаз.

— Какая жирная муха мне попалась — самодовольно говорит она, и я вижу, что ее челюсти тоже видоизменились в паучьи.

Бррр, мерзкое зрелище. И жуткое. Следующая лента паутины пеленает мне руки вплотную к бедрам. Опачки. Это уже невесело. Эй, ШИПовничек, пора помочь! И словно услышав меня, из моей руки вырываются десятки тонких игл, впиваясь Хелене в руки, шею, лицо, в общем, в те места, которые не защищены паучьим хитином.

Закричав от неожиданности и боли, она роняет мою тушку, завернутую в куколку. Не медля ни секунды, с помощью тех же игл, освобождаю руки, а ноги, увы, не успеваю. Паучиха в ярости бросается на меня. Выставив вперед руку скорее в инстинктивном защитном жесте, чем нападая, посылаю в нее колючую плетущуюся нить, которая опутывает ей все ее лапки, связав в одну кучку.

Как в замедленной съемке, ее тело начинает заваливаться прямо на меня, а отползти я не успеваю. Стараясь защитить живот, подгибаю колени и закрываю их руками, выставив перед собой довольно длинный и острый корень валерианы. И вот четко на него падает огромное туловище паучихи. Раздается хруст, мне на руки течет что-то теплое, а совсем рядом удивленно застывают глаза Хелены, покрываясь белесой пленкой смерти.

С напряжением и всхлипываниями, мне, наконец, удается вылезти из-под тяжелого мертвого тела. Руки и ноги дрожат. Молодец, Яра, ты ее успокоила навечно, а теперь пора просыпаться! Пора просыпаться!

И я действительно, просыпаюсь, открываю глаза. Все так же лежу на холодном камне. Рядом протяжно воет мужской голос. Приподнимаю голову, руки по-прежнему связаны.

Чуть дальше того места, где лежу я, сидит мужчина, держа на руках явно мертвое тело Хелены. В глаза бросается их внешняя схожесть. Ее брат, тот самый маг Смерти.

«Интересно, он убьет меня сейчас или сначала поиздевается?» как-то отстраненно всплывает мысль в моих мозгах. «Не переживай, я помогу» — тут же кто-то мне отвечает. «Эээ, ты кто?» — спрашиваю в шоке от неожиданности. «Ты чего, мам? Это я» — следует безмерно удивляющий меня ответ. «Ух, ты, а что так можно было?» — удивленно спрашиваю. «Раньше нельзя, а теперь — можно, но недолго. И то только потому, что ты ведьма и можешь слышать тех, кто в этом мире присутствует почти незримо».

— Ты! — мужчина кидается ко мне с явным намерением убить, и я ничем не могу ему помешать.

Он хватает меня за горло и сильно давит, лишая возможности вдохнуть воздух. Я судорожно дергаюсь, пытаюсь вырваться, но все бесполезно. В ушах набатом бьет сердце, а в глазах постепенно темнеет. «Эдриан, где же ты шляешься, когда так нужен?» — проносится в голове, прежде чем меня покидают остатки сознания.

Я иду по сиреневому саду. Цветы одуряюще пахнут, а под одним из кустов, на лавке, сидит уже знакомая мне девушка. Элиза, сестра Раяны. Подхожу, сажусь рядом.

— Я умерла? — спрашиваю у нее, не совсем понимая, что происходит.

— Нет, ты без сознания. Ни я, ни твой сын не дали бы тебе умереть, об этом можешь не беспокоиться — заявляет белокурая Богиня Снов.

— Мой сын? — переспрашиваю, не уверенная, что правильно услышала.

— Да, твой сын и мой двоюродный брат — отвечает Элиза. — У него очень интересная магия. И очень сильная. Он будет великим правителем.

— Ну, конечно! Эдриан никогда не признает его своим…

— Я знаю своего дядю дольше и лучше, чем ты — перебивает меня Элиза. — И бессердечным дураком он никогда не был.

— Значит, он сильно изменился с тех пор! — возражаю ей.

В ответ богиня Снов начинает смеяться, озадачив меня своей странной реакцией.

— Теперь я понимаю, откуда у моего брата такая сила духа — отвечает она на мой недоуменный взгляд.

И тут мне приходит в голову одна мысль, которую я спешу озвучить:

— Это ты помогла мне в поединке с Хеленой? Сомневаюсь, что я имею хоть какую магию в царстве снов.

— Да, я немного… поучаствовала — улыбаясь только уголками губ, отвечает Элиза. — Но всю грязную работу ты выполнила сама.

— Почему ты не вмешалась раньше? Ты ведь могла предотвратить это все. Эти убийства, мое похищение.

— Яра, будущее — очень хрупкая субстанция. Я не могу вот так запросто влезать в грядущие события. Ведь тогда велика вероятность, что все измениться и пойдет другой дорогой. И, поверь, не такой светлой, как сейчас.

— Ооо, так это светлая дорога? А я-то думала…

— Ладно, на это нет времени — снова перебивает меня Богиня Снов и в этот раз в ее голосе звучит весьма ощутимая властная нотка, присущая людям, привыкшим повелевать. — Ты по-прежнему в плену. Брат Хелены перенес тебя и тело сестры порталом в неизвестном направлении. Эдриан не знает, где искать, нам нужна твоя помощь. Когда очнешься, постарайся осмотреться. Нам нужны хоть какие-то зацепки, чтобы понять, где ты. Сообщишь мне следующей ночью. И, Яра, не делай глупостей. Сейчас от тебя зависит не только твоя жизнь, но и еще двоих человек — с этими словами Элиза рассыпается по ветру мелкими цветками сирени.

Прихожу в себя быстро, словно по щелчку. Вот только что спала, и ррааз, уже открываю глаза, причем, сна совершенно нет, сразу полное включение всех функций оргазма. Словно, я была не в отключке, слегка придушенная психом с манией величия, а стояла на подзарядке, как аккумуляторная батарейка.

Я лежу на кровати и даже не связана. Уже хорошо. Аккуратно встаю, без резких движений, чтобы не закружилась голова, или не схватило судорогой какую-нибудь мышцу. Чувствую себя… очень даже. Что странно, учитывая, что я уже почти двое суток не ела, да и воду пила давненько.

Осматриваю комнату. Стены крепкие каменные, на них — вышитые гобелены. Таких уже давно никто не вешает у знати, а вот купцы переняли подобную моду, мне об этом рассказала Раяна, хорошо, что я запомнила.

Окно довольно большое, но закрыто решетками, значит, тут не выйти. Подхожу к нему, выглядываю. Комната на втором этаже, выше, судя по тени, есть еще один этаж. Внизу располагается заброшенный сад, следовательно, садовника тут нет, возможно, в доме долгое время никто не жил.

В комнате стоит старая, но вполне добротная и не развалившаяся кровать, есть шкаф и небольшая дверь. Заглядываю, как я и думала, ванная комната. Захожу, осматриваюсь. Тут тоже есть маленькое окошко, и на нем решеток нет! А это ооочень даже хорошо! Открываю краны. После долгого торохтения, грохотания и пищания, в умывальник льется тоненькая струйка ржавой воды. Значит, я права, в доме действительно, давно не жили.

Блииин, как же хочется пить, но не эту же гадость, в самом деле. Сделав свои дела, выхожу из ванной и едва подхожу к кровати, как раздается стук и сразу же, не дожидаясь разрешения войти, в комнату заходит женщина. Высокая и крупная, а-ля Фрекен Бок, с простым, лишенным эмоций, лицом.

— Доброго утра, — говорит на удивление писклявым голосом, — прошу вас следовать за мной.

И выходит в коридор, где замирает, стоя с открытой дверью. Ага, это типа, я должна выйти, а она за мной дверь закроет. Лааадно. Что там говорила Элиза? Быть хорошей девочкой? Не мое амплуа, но ради ребенка, постараюсь.

Послушно выхожу и даже жду, когда она закроет дверь на ключ. Потом мы идем пыльным коридором. Я — впереди, Фрекен Бок — чуть позади. Всего десять шагов и лестница вниз. Спускаемся и входим в первые же двери. Столовая. Неужели меня покормят?

За небольшим столом уже сидит молодой мужчина. Возможно, даже, моложе меня. Он делает приглашающее движение рукой. Прохожу, сажусь на указанное место напротив него. Домомучительница тут же выставляет на красиво сервированный стол блюдо с картофелем и мясом, по крайней мере, пахнет именно так. Затем какой-то зеленый салат, запеченную рыбку, грибочки.

Едва простая, но пахнет умопомрачительно. С трудом сглатываю слюну, беру стоящий передо мной бокал с водой и одним махом опустошаю его. Хорошо, но мало. Еще бы таких два-три бокальчика. Увидев рядышком графин, спокойно беру его и доливаю себе водички. Пока Фрекен Бок продолжает неспешно выставлять еду, выпиваю еще два бокала и наконец, перестаю себя чувствовать пустыней Сахарой.

Поднимаю глаза и натыкаюсь на колючий взгляд мужика. Его мутноватые зеленые глаза пробуравливают во мне миллионы дырочек, но я невозмутимо приподнимаю бровь и продолжаю попивать водичку. И вот еда выставлена, а меня ждет сюрприз. Все те разносолы предназначены исключительно моему хлебосольному тюремщику. Для меня Фрекен Бок выставляет тарелку каши, похожей на нашу пшеничную, и что-то странное, смахивающее на тушенные овощи.

Гостеприимный хозяин дома внимательно смотрит на меня с застывшей на губах мерзкой улыбочкой. И что ждем? Аааа, наверное, думает, что я сейчас закачу скандал. Да не вопрос. Элиза сказала мне быть хорошей девочкой, а что подобные делаю? Правильно — соответствуют ожиданиям.

— Это что такое? — возмущаюсь во весь голос. — Почему я должна есть эту гадость!?

Презрительно тыкаю в сторону каши, надеясь, что не захлебнусь слюной во время своего спектакля.

— Или ешь, что дают, или ходи голодной! — довольный собой, отвечает главный зритель моей театральной премьеры, домомучительница отмалчивается в углу.

— Садист! — заломив руки, с печальной миной обвиняю его.

— Маргарет, забери еду у моей гостьи — командует тюремщик.

Упс, надо срочно исправлять ситуацию.

— Не надо! Я буду есть… эту… эту кашу. И прошу прощения… за свое поведение — типа смиренно говорю ему, опустив глаза в тарелку, а на самом деле просто не могу оторвать взгляд от вкуснейшей кашки, парующей и истекающей сливочным маслом прямо передо мной.

Хватаю ложку, пока этот жлоб еще че-нить не придумал, и бегом есть. Ммм, райское наслаждение — это не шоколадка «Баунти», а пшеничная кашка с маслом после почти двух суток вынужденного голода.

Потом дело и до овощей доходит. На вкус они оказываются гораздо лучше, чем на вид, а потому тоже спешно съедаются изголодавшейся мной. Отваливаюсь от стола, как пиявка от тела — сытая, счастливая и увеличившая в районе талии вдвое.

Масленым, довольным взглядом скольжу по тюремщику. Он сидит напротив с кислым выражением лица. По глазам вижу, чувствует подвох, но вот где его надули — пока не соображает.

— Раз ты уже поела, думаю, нам стоит поговорить — чванливо сообщает этот пафосный червяк.

Н-да… до умения подать себя и проморозить собеседника до кости, присущего Эдриану, этому… нехорошему человеку, еще плясать и плясать.

— Почему бы и не поговорить, если компания подходящая — лыбясь на все тридцать два зуба, соглашаюсь с хлебосольным хозяином, чтоб у него рыбная косточка в горле застряла!

Червяк открывает рот, чтобы низвергнуть на меня потоки отборной чуши, но вдруг почему-то краснеет и начинает лающе кашлять. Опачки… Подавился что ли? Надо бы похлопать. Поднимаю руки… и аплодирую…

Глава 28

Впрочем, аплодирую я недолго, потому что спектакль утомляет своим однообразием. Все время одна и та же красная рожа с выпученными глазами и открытым кашляющим ртом. Скучно.

Хотя вот, наконец-то, помощник режиссера Фрекен Бок, догадывается подбежать к артисту Больших и Малых академических театров со стаканом воды. Который благополучно выхлюпывается ей в физиономию судорожно дергающимся исполнителем главной роли.

Тихо, Яра, держи себя в руках и не ржи так громогласно! Можно только чуточку подхихикивать. Самую малость. В кулачек. Как благовоспитанная дама. Увы, не сдержавшись, начинаю ржать просто до слез с попыток домомучительницы налить второй стакан воды и снова впихнуть его в трясущиеся руки хозяина дома.

Вот есть люди, которые ничему не учатся. Все время делают одно и то же, надеясь на другой результат. Поэтому и Фрекен Бок, проморгавшись слипшимися от воды ресницами, опять наливает в стакан воду. Утопиться желает или что?

Устав наблюдать за этим бедламом, подхожу к исполнителю главной драматической роли, отодвигая нерадивую помощницу недрогнувшей рукой. Ну что ж, Шиповник, давай, помогай! И с размаху, щедро и с оттяжечкой хлопаю всей ладонью между лопаток страждущего. Вероятно, наподдав хорошо и колючками, иначе как еще объяснить, почему, едва дышащая жертва удушения едой, подскакивает на три метра над уровнем пола, грозя застрять головой в потолке?

Скромно улыбаясь, отхожу подальше от исцелившегося. А то не ровен час, задушит в благодарных объятиях. Вон рожа какая… явно… благодарная.

— Но теперь же вы можете дышать? — работаю на опережение.

Не люблю, знаете ли, обнимашки с теми, кто хочет меня убить.

Моя фраза резко останавливает, уже было направлявшийся ко мне экспресс «Я ее убью». Финальной точкой становится последняя сцена, когда слева от гневно взирающего на меня мага, появляется промокшая до нитки Фрекен Бок с неизменным стаканом воды. Он поворачивается в ее сторону, заливается краской просто целиком и, выхватив посуду, разбивает об пол, выбегая из комнаты.

Мы с домомучительницей невозмутимо переглядываемся.

— Мужчины — произношу я, легко дернув плечиком, типа фиг их поймешь.

Фрекен Бок, прилизав мокрые волосы, делает жест рукой, приглашающий покинуть столовую и вернуться в свою комнату. Что ж, я не против. После такого хлеба и зрелищ, неплохо бы и отдохнуть.

Просто сидеть в комнате мне надоедает уже через десять минут. Сон не идет, значит, надо время расходовать с пользой, а не на простое лежание. Интересно, что будет дальше? Изверг собирался поговорить со мной перед актом самоудушения, значит, при следующей встрече надо будет вывести его на этот разговор. Мало ли, вдруг, что полезное сообщит.

Комнату я уже осматривала утром, сейчас время посмотреть че там интересного в шкафу. Открываю дверцы. Н-да. Угнетающе пустые полки и все. А что если…??

Иду в ванную комнату. Что если мне попробовать выбраться в окошко? Мне ведь совершенно не обязательно ждать своего рыцаря в сияющих доспехах, подвергая себя лишней опасности? Можно ведь дожидаться спасения и в более приятных местах? И уж точно не повредит хорошенько рассмотреть все пути отхода на самый крайний случай!

С этими мыслями закрываю дверь ванной на щеколду, которая вряд ли выдержит серьезный натиск, но каких-то пару лишних минут мне подарит, если будет кипиш.

Еще раз осматриваю окошко. Оно длинное, но узкое. Уверена, что в груди пройду, а вот на счет таза есть сомнения. Но когда ж попробовать, как не сейчас? Правильно? Правильно!

Закрываю крышку местного унитаза и становлюсь на него ногами. Такссс, не очень удобно. Окно высоковато, я боком к нему не допрыгну. Нужно что-то поискать, чтобы стать чуть выше, сантиметров на тридцать — пятьдесят. Оглядываю ванную, понятное дело, ничего не нахожу.

Выхожу опять в спальню. Ага! Вытягиваю из шкафа все пять полочек, отрываю кусок полога от кровати, наевшись пыли по самое не хочу. Полочки обернув в ткань, отношу к унитазу. Опять лезу к окну. Да! Так однозначно выше и лучше! Полочки немного ерзают по крышке унитаза под моими ногами, но, в принципе, держатся.

Осталось самое сложное: подпрыгнуть боком и попытаться втиснуться в узкое окно, которое, вроде как, по ширине мне подходит. Итак. Рааааз, дваааа, т…

В дверь спальни стучат. Та ёлки зеленые! Кого там принесло? Не дают спокойно побег совершить!

Высовываюсь из двери ванной и вижу Фрекен Бок.

— Да? — нетерпеливо спрашиваю.

— Мне приказано составить вам компанию — с абсолютным покер-фэйсом отвечает домомучительница.

— Туалетной бумаги не принесли? — спрашиваю чисто поржать.

— Нет, но у вас там должны быть специальные салфетки — невозмутимо отвечает женщина.

Ну, вообще… я просто восхищена этой дамой. Вот бы себе такую домоправительницу!

Понятное дело, что теперь мой побег через узкое окошко весьма несвоевременен, а потому его придется отложить. Прячу полочки, обернутые в ткань, в шкафчик под ванной, чтобы их никто раньше времени не заметил. И, вымыв руки по-прежнему ржавой водой, выхожу из уборной.

Фрекен Бок — дама воспитанная, знающая этикет, согласно которому, неприлично сидеть на чужой кровати, потому она притащила откуда-то стул с высокой спинкой и сейчас гордо восседала на этом предке королевского трона.

Предполагалось, наверное, что я тоже чинно сяду рядышком, на своей кровати, сложив ладошки на коленях, и мы будем вести скучные беседы ни о чем. Но я девушка простая, этикетами не пуганная, а потому, с разбегу плюхаюсь на подушку и, устроившись поудобнее на боку, милостиво поглядываю на незваную гостью.

Обожаю эту женщину! Сидит, невозмутимо смотрит, ни один мускул на лице не дрогнул! Вот это выдержка!

— А скажите, уважаемая… Маргарет, — пытаюсь вспомнить, как ее назвал мой тюремщик, — давно вы служите у графа?

— Давно. С самого их детства — следует короткий ответ, но, тем не менее, она разговаривает, а не отмалчивается.

— А каким он был ребенком? Небось, котят мучил? Над щенками издевался?

— Нет, что вы! Это скорее бедняжка Хелена была слегка гневлива, а господин граф всегда умел держать себя в руках.

Слегка гневлива? Ааа, убийства девушек во сне сейчас ТАК называются?? Гневливость, значит!

Ага, понятно. А граф, значит, отлично скрывал все свои грешки от семьи. Мы еще какое-то время болтаем, из разговора домомучительницы я узнаю, что обед мне не положен, а вот ужинать я снова буду, надо же какое счастье, в компании графа, чтоб ему икалось всю дорогу!

Поскольку беседа наша носит совершенно пустой характер, то я, как-то незаметно для себя, засыпаю.

— Элииииза! Открывай, медведь пришел! — воплю я, сложив руки рупором, чтоб меня наверняка услышала Богиня Снов. — Готовы пароли и явки. Я уже просто мечтаю, чтоб вы меня спасли!

— Я тебя слушаю — отвечает мне голос за спиной, из-за чего я даже подпрыгиваю от испуга. — И незачем так орать.

— Оу, ты у нас знаешь детские сказки моего мира? — спрашиваю у блондинки с интересом.

— А ты пришла о сказках поговорить, или, может, есть дела поважнее? — с легкой ехидцей говорит Элиза.

— Я смотрю, ты еще та заноза, да? Мне нравится. Люблю девчонок с характером.

— Давай к делу.

— Не вопрос. Я нахожусь в каком-то заброшенном поместье. Скорее всего, в нем давно никто не жил. Судя по тому, что прислугу не наняли, комнаты нормально не прибрали, значит, не хотели, чтобы кто-то знал, что особняк опять обитаем. Здание из трех этажей, выложенное из серого камня, без башенок и прочего, во всяком случае, я такого не видела из окна ванной. По тому, как свободно себя чувствуют там мои похитители, рискну предположить, что это поместье принадлежит молодому графу. Возможно, его наследство, или выиграл в карты, или еще как-то там. В общем, он там явно часто бывал раньше, жил, может быть. На этом все, больше добавить нечего. Надеюсь, хватит, чтобы найти меня. И, Элиза, поторопи их пожалуйста. Я ведь не железная, если служба спасения в ближайшее время не приедет, я и сама могу отправиться себя спасать.

Просыпаюсь, все еще слыша легкий, словно перезвон колокольчиков, смех Богини Снов и натыкаюсь взглядом на мерно посапывающую рядом на стуле Фрекен Бок. Умаялась, бедняга. Не знаю, почему-то нет у меня к ней злости, как к графскому сыночку этому. Может, и участвовала в чем-то нехорошем, но явно не по своей воле и желанию. Слишком уж она предана своим молодым подопечным, а те, сдается мне, просто использовали ее.

Едва я делаю попытку встать с кровати, как домомучительница моментально открывает глаза.

— Я в ванную — сообщаю ей, читая в ее глазах «Что, опять?».

После ванной мне сообщают, что пришло время ужина, поэтому в сопровождении бравой Фрекен Бок я вваливаюсь в столовую. Там нас уже поджидает мой тюремщик. Улыбается гаденькой улыбочкой. Задумал что-то пакостное?

Присаживаюсь на то же место, что и утром. Проголодалась я, блин. Кашка — это, конечно, очень вкусно, но не сильно питательно, как по мне. Вот бы сейчас рыыыбку запеченную, или курочку.

Подобрав слюну, снова лицезрю перед собой на тарелке кашу, на этот раз, вроде, пшенную. К ней подан соус из жаренных лука и моркови с томатом, наверное. И все. Даже овощей не дали, жлобы! Хватаю с блюда большущий кусок еще теплого хлеба и принимаюсь за ужин, даже не посмотрев в сторону хлебосольного хозяина банкета.

— После ужина я бы хотел прогуляться. Насколько знаю, беременным женщинам полезен свежий воздух.

От неожиданности, что, оказывается, шиповник не скрывал мое положение, я слегка закашливаюсь, а потом отвечаю:

— Да, а еще беременным полезно хорошо и разнообразно питаться!

На эту фразу, тюремщик только ухмыляется, продолжая жрать жареную колбасу, запах которой сейчас приведет меня в умопомрачение. Я вот уже представляю, как бросаюсь на мага с вилкой, чтобы вонзить все четыре зубца прямо…. в сочную мякоть колбаски, в ее хрустящую корочку. Мммм, изверг.

Интенсивно работаю челюстями, перемалывая свою постную кашку и мечтая, как вернусь домой и наемся от пуза. Заодно решаю спросить кое-что у ребенка.

«Эй, малый, ты меня слышишь?»

«Слышу, мама».

«Вопросик назрел. Это ведь ты так лихо командуешь моим шиповником? Зачем приказал ему снять защиту? Теперь этот упырь знает, что я беременна, мало ли что ему в голову придет».

«Он хотел тебя убить. Еще там, на камне, а так мы выгадали время и обрели возможность дождаться помощи».

Вот оно как. Надо же. Они там обретают возможности, а я тут вообще ни в чем не в курсе. Малец весь в папочку, как я посмотрю. Ничего, перевоспитается, под моим чутким руководством! Кстати, а он мальчик или девочка? По поведению, как пацан…

— Если уже доела, то пора — нагло вторгается в мои мысли похититель.

Оу, надо же, а я, оказывается, уже все доела и машинально щипаю пальцами край хлебушка, закидывая в рот по малюсенькому кусочку.

Мы встаем и выходим из столовой, а затем и из дома. Медленно топаем по заброшенному саду, следом за нами, на приличном расстоянии степенно вышагивает Фрекен Бок.

— Думаю, тебе будет интересно узнать, что вас ожидает — голос тюремщика так и сочится самодовольством.

— Естественно мне интересно — равнодушно поддакиваю.

— Изначально, я был в ярости за то, что ты убила мою сестру, и хотел, в ответ, убить тебя. Но едва потянулся к тебе магией, как услышал стук еще одного сердца. По мощной белой ауре мага Жизни внутри тебя, я понял, что ты носишь королевского бастарда.

— От ублюдка слышу — возмущаюсь этим засранцем, который тоже, увы и ах, был рожден вне брака.

— Что говоришь?

— Продолжай, я слушаю — делаю невинное лицо, типа говори-говори, мне голос твой приятен.

— И тогда в моей голове образовался воистину гениальный в своей простоте план. Мы с тобой уедем в другое королевство, завтра на рассвете, потому что дольше здесь находиться опасно. Там я дождусь, когда у тебя начнутся роды, а потом проведу ритуал. И принесу твою жизнь в жертву, чтобы родной кровью усилить колдовство. Объединю в твоем новорожденном ребенке две противоположные магии Смерть и Жизнь. О, это будет невероятного могущества дитя! А когда оно подрастет, мы заявим права на престол, доказать родство с королем будет несложно. И вот тут начнется самое интересное…

Чиканутый маг делает театральную паузу, видимо, дожидаясь от меня слез или стенаний, но, так и не дождавшись, продолжает:

— Конечно, молодого, пышущего здоровьем и силой, отпрыска королевской династии местные дворяне примут с распростертыми объятиями. А когда мы займем трон, полагающийся нам по праву, начнут происходить странные вещи. Видишь ли, в чем дело. Не могут две противоположные магии существовать в одном сосуде. И когда наследник трона, под моим руководством, ударится в разврат, увеличив свою магию до критической точки, он начнет разваливаться. Умственно, душевно и физически. За короткое время он сойдет с ума и погибнет, успев наделать всякой мерзости. И угадай, кто станет во главе королевства?

— Я догадываюсь.

— Да! Я, наконец, получу то, что мое по праву рождения! Причем все это с позволения и поддержки знати, к тому времени уже уставшей от сумасбродств наследника.

— Гениально — ехидно говорю я, театрально похлопывая в ладоши. — Только есть одна неувязочка!

— Это же какая?

— Я не буду сидеть и ждать, пока ты меня убьешь, а с ребенком сделаешь все те гадости.

— А у тебя не будет другого выбора! Маргарет, проводи нашу гостью к ней в комнату и убедись, что она надежно заперта. А тебе советую — выспись. Завтра будет долгая и утомительная дорога. С рассветом мы отсюда убираемся!

И сказав это, развернулся и ушел, яростно чеканя шаг. Ха! Так я с тобой и поехала!

Глава 29

Когда Фрекен Бок вышла, закрыв меня на ключ, я легла немного передохнуть. Повалявшись какое-то время, понимаю, что не могу бесцельно пялиться в потолок и ждать спасения, не в моей это натуре. Но и ломиться куда-либо из дома ночью, находясь неизвестно где, тоже не вариант. Поэтому решаю дождаться предрассветного часа. Когда только начнет светать, если моих спасителей еще не будет, понесусь к свободе самостоятельно. А что, даже красивый лозунг получится. «Вперед к свободе через туалет!» Огонь! Звучит… с намеком, но красиво!

Подняв такими лозунгами себе настроение, и поржав в подушку, понимаю, что заснуть не смогу, слишком велико волнение, поэтому кромсаю на ленты старенькую простынь, мало ли на что понадобится. Учитывая, что меня похитили, когда мы вернулись из Вулканического Астрала, и одета я, как мальчик, то мой внешний вид может вызывать ненужное внимание. А вот если намотать на голову что-то типа чалмы, или прилепить кусок простыни на манер юбки, то вполне можно сойти на местную нищенку.

Ткань хоть и не из новых, но рвется с трудом, провозившись с ней довольно долго, понимаю, что нужно закругляться. Судя по луне, которую хорошо видно в окошке, уже далеко за полночь. Полежав немного, чтобы дать отдых рукам, понимаю, что спасители что-то задерживаются. Запоздало приходит мысль, что, возможно, мне нужно было заснуть, чтобы узнать свежие новости от Элизы. Но теперь уже поздно. Во-первых, сна у меня по-прежнему ни в одном глазу, а значит, чтобы заснуть потребуется много времени, а во-вторых, когда таки вырублюсь, велика вероятность проспать рассвет. А оно мне надо? Правильно, не надо!

Поэтому беру заготовленные ткани и иду в ванную комнату, там запираюсь на хлипкую защелку, но хорошенько приматываю ручку двери к крану умывальника. Теперь если кто и захочет войти, то придется попотеть.

Довольная собой, достаю припрятанные полки, аккуратно кладу их на крышку унитаза. Из узенького окошка выкидываю куски простыни, чтобы освободить руки. Ну что ж, подготовка подошла к концу! Теперь основной фокус-покус.

Становлюсь ногами на полки, так и норовящие уехать из-под меня по скользкой крышке вниз, на пол. Но фигушки! Я уже настроилась на побег, поэтому такая ерунда меня не остановит. Какое-то время примеряюсь, а потом слегка подпрыгиваю и четко впихиваюсь боком в узенькое окошко.

Как и было рассчитано, голова с грудью пропихнулись отлично, живот вылез на улицу со свистом, а вот бедра, мать-и-мачеха, решили осложнить мою и так непростую ситуацию! Задница ЗАСТРЯЛА, корень валерианы мне в рот! Упираясь руками в стену дома снаружи, я изо всех сил тяну свою, оказывается слишком выпуклую, пятую точку, но она, зараза, тянуться не желает. Репка, итить, колотить! Тянут — потянут, а вытянуть не могут! Где мои кошки с мышками, когда они так нужны???!!!

Вытерев вспотевший лоб, снова упираюсь руками в стену по обеим сторонам от злополучного окна, и, стараясь прокручиваться, как винтик, нарезаю, блин, резьбу на своей заднице, вместо того, чтобы вывалится, наконец, на эту прекрасную зеленую травку под окном!!

Тааак, Яра, спокойно! Истерикой делу не поможешь! Хотела спастись сама — спасайся. Кто ж мешает… кроме жопы! Спокойно, спокойно! Выдыхаю пару раз, типа успокаивающая йога и пробую снова… с тем же результатом. Таз уже ноет от безуспешных попыток пропихнуть его в окно. И такое ощущение, что увеличивается в размерах!

Все, я устала! Повиснув в окне печальной тряпочкой, обдумываю дальнейшую стратегию. Подергав ногами, понимаю, что до крышки унитаза не дотягиваюсь, а значит, и пути назад мне тоже нет. Чувствую себя Вини Пухом из одноименного мультика. Для полной схожести осталось только произнести занудным голосом Кролика:

«Ты что, застрял?»

А все почему? Потому что у кого-то СЛИШКОМ УЗКИЕ ОКНА! Чтоб меня лавандой закидали, для успокоения! Устав просто висеть в окне, решаю предпринять еще одну попытку вылезти, но тут меня кто-то хватает за руки. Мой оглушающий вопль раздается прямо в мужскую ладонь, в ту же секунду закрывшей мне рот. За нее же я, не будь дурой, и кусаю. Сильно и не брезгливо! Ибо нечего мне рот затыкать!

Только услышав ругательство подозрительно знакомым голосом, догадываюсь поднять голову и увидеть Хэйда, прыгающего вокруг меня и машущего укушенной рукой.

— О, кавалерия прибыла! Очень вовремя, между прочим — сообщаю ему деловито. — Может, уже перестанешь скакать, аки конь ретивый, и поможешь даме спуститься?

— А ты кусаться больше не будешь? — как-то с опаской спрашивает он.

— Буду, если сейчас же мне не поможешь! — угрожающе отвечаю, немыслимо устав висеть в этой дурацкой позе.

— Хорошо, я сейчас, быстро — Хэйд берет меня за талию и тянет на себя.

Хм… надо ли говорить, что я не сдвинулась ни на сантиметр?

— Ты что, застряла там? — спрашивает рыжий, вылупив на меня глаза.

— Нет, конечно! Это ты как-то слабо тянешь. Не ужинал что ли? — фиг я признаюсь, что залипла в этом окне, как муха в янтаре.

Хэйд, слегка окосевший от столь наглого утверждения, хватает меня так сильно за талию, что складывается ощущение, будто сжали клещами, а не руками, и дергает с силой на себя. Раздается хлопок, примерно такой же, как когда открываешь бутылку с шампанским и я, словно та корковая пробка вылетаю из окошка и падаю на Хэйда. При этом штаны мои остаются висеть победным стягом на стене. Мааать-и-мачеха!

Не вставая с Хэйда, подтягиваю к себе пальцами ног куски простыни. Надо же, пригодились даже раньше, чем я думала! Слегка приподнимаюсь и быстренько наматываю на бедра что-то типа юбки. Хорошо хоть лапти не послетали от такого выхлопа. А теперь самое интересное. Почему здесь Хэйд и где Эдриан?

Но спросить мне не дают. В это мгновение в доме раздается взрыв и черный дым огромной тучей поднимается в воздух. А в следующую секунду Хэйд хватает меня на руки и взмывает на своих крыльях в небо, крепко держа упирающуюся меня.

— Яра, не дергайся, пожалуйста. Я получил от Его Величества четкие указания: найти, забрать тебя и доставить в безопасное место. А с похитителем он разберется сам.

— В смысле сам? Да что он может противопоставить магу Смерти? Может, мне тоже есть, что сказать этому подлому похитителю? Отпусти!!

— Нет! Я под страхом смерти следую приказу. И если ты не хочешь поставить мою жизнь под удар, не дергайся и позволь выполнить королевский приказ!

После этих слов мне ничего не остается, кроме как повиноваться. Хэйд заносит меня в крыло, которое мы с Машей занимали на отборе, а сам улетает, надеюсь, чтобы помочь Эдриану.

После радостных объятий с подругой, мне приносят сытный завтрак из всевозможных разносолов. И я балую себя, как могу, не отказывая ни в чем. После еды клонит в сон, сказывается нервное и физическое перенапряжение последних дней, поэтому, едва положив голову на подушку, я засыпаю.

Никто меня не будит, поэтому просыпаюсь уже вечером. Ко мне заходит Маша и пересказывает новости. Оказывается, я проспала все самое интересное. Эдриан убил похитителя, невзирая на то, что по факту, тот был ему племянником. А прятал тот меня, как оказалось, в поместье своих деда с бабкой, сейчас уже умерших.

Ко мне Его Величество не заходил, справившись о моем состоянии у Маши. Вот так вот.

Отвернулась от подруги, чтобы скрыть огорчение и на секунду показалось, что в зеркале что-то мелькнуло, но когда присмотрелась, поняла, что ошиблась. Ладно, погостила и пора домой. Возобновлять работу магазина, изготавливать разные свечи и настои. В общем, пора вернуться к своей обычной, нормальной жизни.

Вечером Хэйд перенес меня домой. Маша, как ни странно, отказалась возвращаться. Обидела этим, если честно. Хотя… зачем ей магазин? Она скоро королевой станет. И, насколько я поняла, уже смирилась со своей участью.

Вздохнув, поднимаюсь наверх, в свою спальню и снова засыпаю глубоким, целебным сном.

А затем наступают будни торгового работника. Количество покупателей растет в геометрической прогрессии, как и моя слава вершительницы человеческих судеб. Ко мне за наборами для улучшения супружеской жизни уже приезжают из соседних королевств! За прошедшие две недели ко мне разок наведалась Маша, но особого разговора у нас не получилось, потом был Хэйд, покрутился, купил свечи для потенции, которые я ему буквально насильно продала, и улетел.

А сегодня, под вечер пришла Раяна. Я уже закрывалась, когда она заглянула. Мы обнялись, я заварила травы для чая, нарезала вкуснейший пирог, который покупаю в лавке напротив, и мы уселись за столиком перед окном.

Сначала разговор шел ни о чем, о природе, погоде, этикете и прочее, малоинтересной ерунде. А потом Раяна обмолвилась, что Хэйд и Маша уехали.

— В каком смысле уехали? Куда?

— В поместье. Там они собираются сыграть свадьбу в начале осени. Ты разве не знаешь? — удивленно спрашивает Раяна.

И тут я понимаю, почему мои друзья себя так странно вели. Сначала Маша пришла рассказать, но я была не в настроении, и любые ее попытки перевести разговор на более серьезные темы пресекала. А потом и Хэйд приперся, но с ним я уж точно не хотела разговаривать по душам, а потому просто задурила голову лекциями о травах и свечах. Блииин, ну я и дура!

— Так, аааа как же магическая связь Маши и Его Величества? — интересуюсь у Раяны.

— Дядя отказался от притязаний на твою подругу.

— Неужели услышал меня и пожалел влюбленную парочку?

— Я мысли читать не умею, а дядя всегда был скрытен. Мы все ждали, что он объявит о помолвке. Он так и сделал. Собрал большой совет и объявил. О разрешении на брак Маши и Хэйда. Все были в шоке. Я даже не представляю, чем нам обернется вся эта история, но знаю точно, что скандал будет громкий. Как это повлияет на дальнейшее правление дяди, пока не понятно. Было бы намного легче, если бы отбор прошел без появления истинной с магической связью. А теперь, когда пройдет слух, что дядя нашел свою супругу перед Богами и отказался от нее… В любом случае, отступать он не намерен. А мы поддержим его во всем.

Уже когда я провожаю Раяну на выход, за стеной опять раздается шуршание.

— Что это? — спрашивает принцесса.

— Мыши — равнодушно отвечаю.

— Тебе нужно завести кота — советует Раяна, типа я об этом не знаю.

— Обязательно заведу, не переживай. Где тебя будет встречать Ян? За воротами? Пойдем, провожу. Хочется прогуляться.

Какое-то время мы идем молча. Солнышко садится за горизонт, придавая всему вокруг яркие оранжевые оттенки. Тепло и пахнет цветами. И тут я понимаю, что как-то странно ощущаю Раяну, рука которой держит меня под локоть. Я резко останавливаюсь и беру ее ладонь в свою, чтобы удостовериться. Магия моего шиповника тянется к магическим потокам принцессы. Вот здесь она обходит, потому что чувствует холод и тлен, а здесь — ластится и играет ощущая прилив любви.

— Раяна — поднимаю глаза на удивленно замершую девушку, — я хочу тебе кое-что сказать, но это не точно, будет нужно проверить мои слова. Но вот сейчас, когда наши руки коснулись, я ощутила зачатки жизни в тебе. Чужой, оборотнической магии.

— В каком смысле? Я не понимаю — начинает нервничать Раяна, тут же отнимая у меня свою руку.

— В том смысле, что ты носишь ребенка от моего брата, дуреха!

— Но это невозможно! Между нами нет магической связи. Зачем ты так зло шутишь? Что я тебе сделала, чтобы заслужить такие издевательства? — глаза принцессы наполняются злыми слезами, вижу, что она готова развернуться и уйти, возможно даже, припечатать меня нелестными эпитетами и на время забыть о нашей дружбе.

Но я не могу подобное позволить, поэтому спешу сказать:

— Я недавно разговаривала с княжной оборотней. Она сказала мне интересную вещь, об этом же прочла я и в книгах. Чистокровные оборотни могут создавать потомство с любым магом, не зависимо от того, есть эта ваша привязка или нет.

— Но…

— Видимо, Ян, в своей звериной ипостаси является чистокровным. Так что я вас поздравляю — улыбаюсь, видя, как постепенно расслабляется лицо и тело Раяны, как ее озаряет свет радости и веры в чудеса, как загораются надеждой глаза.

— Ты уверена?

— Не очень. Я еще только привыкаю к своей странной в этом мире магии. Но я определенно что-то такое почувствовала, поэтому рекомендую тебе, чтобы убедиться окончательно, наведаться к лекарям.

— А мы как раз собирались посетить мир драконов, там ведь назревает война с демонами, а теперь… А как же теперь? — Раяна растеряно смотрит на меня.

Я пожимаю плечами и говорю, типа я мастер Шифу из давнего мультика:

— Позволь всему идти своим чередом.

Раяна порывисто меня обнимает.

— Спасибо! Спасибо! Я когда только увидела тебя тогда, в твоем мире, я почувствовала, что ты станешь важным человеком в моей жизни. И не ошиблась. Спасибо. Я пойду дальше одна? Хочу поговорить с Яном — Раяна смущенно улыбается.

Понимающе киваю и, махнув на прощание рукой, иду назад, к себе домой. Все больше вечереет. Сумерки спускаются на землю тихо и неотвратимо. За поворотом мне навстречу выбегает пес. Скуля, прячется за мои ноги, чуть не сбивая. Чего он испугался? Тщательно всматриваюсь в стремительно темнеющий переулочек, но ничего не вижу. Хотя… вот метнулась тень. Я испуганно вздрагиваю, пытаясь уйти, но этот дурной пес кидается мне просто под ноги, не давая сделать ни шагу.

Совсем рядом со мной раздается шипение. Я вскрикиваю и разворачиваюсь на звук. А там меня ждет сюрприз. На камне, выгнув спину дугой, стоит огромный черный кот. Он не сводит желтых глаз с собаки, а тот уже в таком ужасе, что загадил пол улицы.

— Киса, кис-кис-кис — говорю я коту.

Он поднимает на меня глаза. Во взгляде сквозит типичное для котов «чего тебе надобно, жалкая человечка».

— А хочешь жить у меня? Я ведьма. И вот как раз для полного счастья мне не хватает магического черного кота. А я вижу, что ты — именно такой.

Кот продолжает гипнотизировать взглядом, не делая никаких движений навстречу.

— Пойдем со мной. Я разрешу тебе спать со мной на мягкой кровати. Буду покупать самые вкусные сливки. А какие у меня в магазине водятся крупные и не пуганые мыши!

Могу поспорить, на моих последних словах, кот зажмурился от удовольствия! И едва я делаю шаг, чтобы уйти, спрыгивает с камня и подходит ко мне. Пес с отчаянным воем удаляется от нас со скоростью ветра, а я наклоняюсь, чтобы погладить кошака. И он, как ни странно, мне это позволяет.

Домой мы направляемся вдвоем. Позади иду я, а далеко впереди, типа он знает, куда идти, бежит кот, вытянув высоко вверх, как антенну, свой облезлый хвост.

Дома, в нормальном освещении мне, наконец, удается рассмотреть свою находку. Мама дорогая! Кошак огромный, но худююющий, облезлый и страшный, что капец.

— Я назову тебя Люцифер — сообщаю животному, когда мою его с шампунькой от блох в миске. — Тебе очень подходит это имя. С одной стороны ты реально похож на этого темного ангела, а с другой стороны, для меня ты именно то, что означает это имя — светоносный.

Убедившись, что кот не имеет никаких видимых болячек, даю ему настойку от паразитов, а потом хорошенько кормлю. Далеко за полночь нам удается все-таки улечься спать. Люци на меня не лезет, укладывается в углу кровати и оттуда смотрит на меня желтыми глазищами. Под его громкое торохтящее мурчание я и засыпаю.

Утро для меня начинается неожиданно. Открываю глаза и лицезрю у себя на груди двух аккуратно выложенных, слава всем святым, дохлых мышек. Едва сдержав вопль, смотрю убийственным взглядом на кота.

— Я поняла, ты оплатил мою заботу. Но, пожалуйста, больше их мне не приноси!

Кот смотрит на меня недоумевающе. Типа, а куда мне их нести?

— Отчет оставляй в магазине на прилавке! — отвечаю на его взгляд и клянусь, он меня понимает.

Позавтракав, мы спускаемся вниз. Я наполняю витрину, вчера был удачный день, смели половину свечных заготовок, сегодня вечером меня ожидает куча работы по изготовлению свечей. Надо проверить запас трав и эфирных масел. Я так занята своими мыслями, что не сразу слышу, как звякнул дверной колокольчик. А когда выныриваю из-под прилавка, меня ждет сюрприз.

Прямо передо мной стоит… Эдриан. Божечки, я и забыла, какой он красивый!

— Здравствуй, Яра — говорит, стоя прямой, как палка, с абсолютно нечитаемым выражением лица.

— Ты почему отказался от брака с Машей? — решаю не тянуть резину и сразу узнать, зачем он явился.

— А разве не очевидно? — Его Мороженное Величество вопросительно приподнимает бровь.

Вместо ответа я демонстративно скрещиваю руки на груди и становлюсь в позу «или говори, или иди лесом».

— Мне Раяна сказала, что у тебя мыши в магазине, и ты хотела бы завести кошку — все-таки переводит стрелки Эдриан. — Поэтому, я сегодня с утра посетил самый лучший магический зоомагазин и купил тебе вот кого.

С этими словами он достает из КАРМАНА что-то маленькое и беленькое. Ставит это передо мной на прилавок. Опускаю взгляд, чтобы увидеть крошечного, пушистого… котенка, в красивом, наверняка дорогом, ошейнике.

— Ты принес мне котенка? — спрашиваю, стараясь не разреветься.

Привет гормонам! Я теперь плачу в двадцать два раза чаще, чем раньше!

— Да, сейчас он выглядит не очень, но это особая, магическая кошка. Она будет не только ловить мышей, но и охранять твой дом, тебя. А то ты любишь влипать во всякие неприятности.

Последнюю фразу Эдриана я пропускаю мимо ушей, любуясь крохотулечным белым комочком, который прямо сейчас, смешно завалившись на бок, пытается достать голубым язычком до спинки, чтобы помыться. Мы с Люцифером, нагло запрыгнувшим сюда же, на прилавок, обмениваемся сомневающимися взглядами. Как такой хорошенький комочек может что-то там магичить?

— Что это за чудовище? — спрашивает Эдриан, брезгливо уставившись на моего питомца.

— Это Люцифер. Мой кот — сообщаю Его Высокомерному Величеству очевидную вещь.

— Так у тебя же не было… кота — растеряно говорит Эдриан, глядя на меня почти печально.

— Вчера вечером завелся — отвечаю.

— Понятно — он делает движение рукой, словно собирается забрать котенка.

— ЭЭЭ, ты чего? — спрашиваю у него, офигев от такой бесцеремонности.

— Я так понимаю, что опоздал со своим подарком.

— С подарком, как раз ты вовремя. Со всем остальным — опоздал — слегка с обидой говорю ему.

Эдриан поднимает на меня глаза, и я замечаю, что он выглядит похудевшим и уставшим.

— Совсем опоздал, или есть еще возможность все исправить? — спрашивает, с надеждой глядя на меня.

— Смотря, каков ответ на волнующий меня вопрос — отвечаю, стараясь не вестись на эти его несчастные глазки, как у Кота в сапогах из мультика «Шрек».

— Я решил не женится на Маше, понял, что не могу, ведь люблю другую девушку. Самую взбалмошную и вредную, самую невыносимую и непредсказуемую, самую красивую и восхитительную, самую страстную и великолепную. Тебя!

Я, конечно, слегка окосела: неожиданно пылкая речь как для Морозильника. Вот на счет самой вредной, это он в точку, а потому:

— И с чего это я должна тебе поверить?

— Возможно, для тебя это ничего не значит, но я настроен вполне серьезно за тобой ухаживать. И не отступлю, пока ты не согласишься! Ради того, чтобы быть с тобой я отказался от своей истинной. А сейчас мы с секретарем готовим бумаги, чтобы передать власть и трон принцессе Раяне. Думаю, знать не будет против, особенно, когда узнает, что она ждет наследника. А мы с тобой просто уедем. И будем жить в удаленном поместье. Вдвоем. И мне плевать на магическую связь и ее отсутствие между нами. Если захочешь детей — усыновим. Я на все готов ради тебя, только соглашайся.

И смотрит на меня жааалобно так. Но я же самая вредная? Вредная, я сказала!

— Это официальное предложение руки и сердца? — въедливо уточняю.

— Да! — подтверждает тот, кто еще не знает, на что подписывается.

— Хорошо, я согласна! — торможу его рукой, когда он пытается кинуться ко мне с обнимашками.

Знаю я его, сейчас как прилипнет со своими… сладкими поцелуями, то и забуду, что хотела сказать. Вообще все забуду.

— Но. От королевства отказываться не спеши! Негоже лишать нашего ребенка его права!

Гы. Кинула бомбу и наблюдаю. Сначала Эдриан хмурится, потом до него постепенно доходит, ЧТО я сказала. Он неверяще выпучивает на меня свои гляделки, одновременно с этим, потянувшись своей магией ко мне. Я тут же ощущаю, как шиповник убирает колючки, чуть отодвигается, давая возможность удостовериться.

А потом меня сбивает с ног ураган Эдриан. Он кружит, вопит, смеется и целует всю меня, куда достанет. Не сдержавшись, начинаю тоже похихикивать. Надо же, а я называла его Замороженным. Как я ошибалась!

Мы самозабвенно целуемся, а на прилавке все так же сидит Люцифер, глядя на нас равнодушными желтыми глазами. И на морде у него просто большими буквами написано: «Какие все-таки странные эти люди».

Эпилог

Спустя 5 лет

Я валяюсь на травке, ловлю теплые солнечные лучи. Как же хорошо вот так расслабиться и вытянуть ножки. Вот бы еще кто массажик сделал.

— Ты опять нарушила этикет — сообщает Эдриан, усаживаясь рядом со мной на одеялко, которое я постелила в парке под деревцем.

— Ой. За пять лет мог бы уже и привыкнуть — капризно надуваю губы, зная, что сейчас получу прямо в них горячий поцелуй.

Долго ждать не приходится. Когда дыхание сбивается, а мир начинает кружится, я отодвигаюсь от мужа и жалобно сообщаю:

— У меня опять болят ножки.

Эдриан без просьб с моей стороны берет мою стопу и начинает аккуратно разминать сильными пальцами. Мррр.

— Стефан с няней? — спрашивает.

— С нянями. Одна с ним уже не справляется. После того случая, когда он оживил парковые статуи, вырезанные из кустов, я решила пригласить вторую няню.

— Парковые статуи — это еще ничего. Вот когда наша дочь будет оживлять похороненных тут животных — вот это будет весело. Магия Смерти — еще тот дар — подбадривает меня Эдриан, поглаживая мой огромный живот.

— Что слышно от Раяны?

— У них все отлично. Ян все-таки стал правителем драконов, как и было ему суждено. Раяна недавно родила вторую дочку. Хотят назвать ее Ярой, в твою честь.

— Ооо, надеюсь, она не думает, что я свою назову в честь нее? — отвечаю я, все так же самая вредная.

— Та разве ж от тебя дождешься — с улыбкой, в тон мне отвечает муж.

Тут я вспоминаю сегодняшний сон и говорю Эдриану:

— МорОженко, (так ласково я иногда его называю), позови сюда секретаря с бланком официального письма. Нужно написать оборотням. У меня для них пророчество.

Муж удивленно приподнимает бровь, но не возражает, уже привыкший, что у меня бывают подобные, пророческие сны.

— И что ты им напишешь?

— Оооо, это вообще интересно. Их проклятие можно снять! Но для этого, когда зима станет совсем лютой, а их царство сначала распадется, а потом под предводительством сильного воина опять соединится, их царю придется взять в жены рыжее солнце из королевства магов. Там тааакооооеее будет. Ну, а что оборотни думали? Проклятие только накладывать легко, а снимать — это надо потрудиться.

Довольно потираю руки. Масляно поглядывая на мужа, который старательно разминает мои слегка припухшие ножки.

— Что? Хочешь чего-нибудь? — спрашивает он, прекрасно поняв мой взгляд, но неправильно его интерпретировав.

— Хочу.

— Мороженое? — уточняет, зная, что я последнее время подсела на это сладкое лакомство.

— Не хочу Мороженого. Нормального хочу! — говорю, похабно ухмыляясь, и тяну его на себя.

А что? Аппетиты — они ведь разные бывают!

Понравилась книга?

Не забудьте наградить автора донатом. Копейка рубль бережет: https://litnet.com/book/shipovnik-ego-velichestvu-b370083

Примечания

1

О жизни и становлении Элизы можно прочесть в книге «Идущая сквозь время».

2

Обо всех этих событиях можно более детально узнать в трилогии «Идущие».

Content

Лесана Мун
Шиповник Его Величеству!

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Эпилог

Примечания