Кэролайн Кин

Нэнси Дрю

Дело на реке

First Aladdin Paperbacks edition May 2005

Copyright © 2005 by Simon & Schuster, Inc

© А.А. Тихонова, перевод на русский язык, 2022

© Алиса Перкмини, иллюстрация, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

Позвольте представиться: Нэнси Дрю.

Друзья называют меня Нэнси. Враги – по-разному, например «девушка, которая испортила мне всё дело». Честное слово, они так и говорят! Впрочем, чего ещё ожидать от преступников? Видите ли, я – детектив. Ну, не совсем. Лицензии или вроде того у меня нет. Ни значка, ни пистолета. Во-первых, потому что к пистолету я бы и так не притронулась, а во-вторых, по закону я не могу носить оружие. Зато я достаточно взрослая для того, чтобы обращать внимание на несправедливость, обман и подлые поступки. И знаю, как остановить негодяев, поймать их и отдать в руки полиции. К этому у меня подход очень серьёзный, и ошибаюсь я крайне редко.

Мои лучшие подруги, Бесс и Джордж, не всегда со мной согласны. По их мнению, я то и дело допускаю ошибки и меня приходится выручать, чтобы я не упала в грязь лицом. Бесс говорит, что я плохо одеваюсь. По-моему, у меня обычный повседневный стиль. А Джордж считает, что я безответственная. Это она про те случаи, когда я в очередной раз забываю заправить машину или захватить с собой достаточно денег на обед. Правда, обе они прекрасно понимают, что к преступлениям я подхожу со всей ответственностью. Всегда.

Глава первая

Любопытная история

Я как раз собиралась позвонить своему парню Нэду по мобильнику, когда моя лучшая подруга Бесс Марвин дёрнула меня за рукав:

– Нэнси, смотри! Вот он!

Я тут же отвлеклась от телефона. У поворота реки, на юге от крутого склона в парке Риверсайд, по воде плыл большой катер. Он приблизился, и стали видны жирные чёрные буквы на боку судна: «Красавица Магнолия». Многоэтажная палуба напоминала свадебный торт и чудесно мерцала в ярком утреннем свете. На причале собралась горстка местных жителей, которые хотели поприсутствовать при прибытии главного аттракциона семьдесят пятого летнего фестиваля «Солнцестояние на Мускоке». Все радостно засвистели, приветствуя «Красавицу Магнолию».

– Наконец‐то, – проворчала Джордж Фейн – двоюродная сестра Бесс и моя вторая лучшая подруга. – Долго он ползёт.

– Осталось уже немного! – воскликнула Бесс, покачнувшись с носка на пятку.

Девчонки совсем по‐разному смотрели на жизнь, несмотря на своё родство. Бесс была неисправимой оптимисткой, а Джордж ко всему относилась скептически.

Правда, сегодня прибытию «Красавицы Магнолии» радовались они обе. Бесс предложили две недели стажировки в технической бригаде корабля, а мать Джордж с её выездным ресторанным бизнесом пригласили заправлять на кухне в день главного мероприятия – «детективного ужина» во время круиза между Ривер-Хайтс и Саттерс-коув.

Вся выручка от круиза должна была пойти на благотворительность в Ривер-Хайтс. Около сорока самых влиятельных жителей города купили билеты на роскошный корабль, чтобы отправиться в ночное приключение. Мне очень повезло, что папа и нам взял по билету. К сожалению, в последний момент выяснилось, что ему придётся уехать по делам, и папа предложил позвать Нэда, чтобы тот съездил со мной вместо него.

Точно, Нэд! Где же он?

Я уже заканчивала наговаривать голосовое сообщение для него, и тут у меня за спиной раздался знакомый голос:

– Вот это да!

Я быстро обернулась. Лютер Элдридж, мой хороший друг, заслуженно считающийся экспертом по истории Ривер-Хайтса и знающий много интересных фактов о нашем городе.

– Лютер! Я вот ни капли не удивлена, что ты пришёл. Скажи, когда в последний раз к берегам Ривер-Хайтса причаливало речное судно?

Он ответил не задумываясь:

– Шестьдесят два года, четыре месяца и три дня назад.

– Бьюсь об заклад, то был покрупнее, – разочарованно протянула Бесс. – Это раза в два меньше тех, что Джордж показывала нам на фотографиях в интернете.

Мы с Лютером внимательно посмотрели на корабль. Да, и правда. Он был скорее размером с яхту, чем с круизное судно, но всё равно очень величественный и представительный, и мне не терпелось взойти на борт.

«Красавица Магнолия» вовсю поднимала пенистые волны красным гребным колесом, а над двумя чёрными трубами по бокам клубились облака белого пара. Она словно вышла из другого столетия, и её исторический образ нарушала лишь радиолокационная антенна над рубкой, которая медленно покачивалась в небе.

– Интересно, на чём он идёт? – спросила Джордж, когда судно причалило.

– На горячей воде из бойлера, – хором ответили Бесс и Лютер.

Лютер громко рассмеялся и махнул рукой на Бесс.

– Пусть наш опытный механик объяснит.

Бесс покачала головой:

– Нет уж, разумнее спросить у профессионалов на борту.

Пароход встал в док, и с трапа начали сходить члены экипажа.

– Вон тот больше всего похож на настоящего моряка. Наверное, капитан, – заметил Лютер, показывая на коренастого мужчину, на вид чуть старше моего отца, в синих брюках, футболке с изображением парохода и надписью «Красавица Магнолия» и в белой кепке поверх густых, но блёклых светлых волос. Он с кем‐то спорил, и его круглое лицо пылало алым от возмущения.

– Похоже, ему необходимо выпустить пар, – хмыкнула Джордж, кивая на футболку с пароходом.

Он первый нас и заметил. Положил руку на плечо капитана, призывая оставить спор, а затем развернулся и взбежал по трапу на корабль. Сердитое лицо капитана быстро приобрело дружелюбное выражение, и он обратился к нам с глубоким южным акцентом:

– Не ожидал такой тёплой встречи.

Капитан любезно пожал нам всем руки, но его улыбка не отражалась в маленьких хитрых глазах.

– Меня зовут Майк Джонс, но можете звать меня просто капитаном Майком.

– Очень приятно, капитан Майк. Позвольте вам представить нашего неофициального городского историка, Лютера Элдриджа. Я – Нэнси Дрю, а это мои подруги – Бесс Марвин и Джордж Фейн.

Капитан повернулся к Джордж:

– А, ты из компании ресторанного обслуживания «На старт, внимание, ешь!»?

Она кивнула.

– Подрабатываю у мамы, Луизы. Обещала ей изучить тут обстановку.

Капитан Майк махнул рукой на нижнюю палубу парохода, где стояли двое парней и смотрели прямо на нас, перегнувшись через ограждение. Один был высоким и тощим, второй – довольно крепким и мускулистым.

– Кен! – позвал капитан. – Иди сюда!

Тощий парень подбежал к нам и представился:

– Здравствуйте, я Кен Перкинс.

– Один из наших официантов, – объяснил капитан. – Он покажет вам камбуз, склад продуктов и, разумеется, ваши с матерью каюты.

– Привет! – раздался другой голос.

Мы повернулись на него и увидели мускулистого парня с русыми волосами и очаровательными голубыми глазами. При виде Бесс он сразу просиял.

Этому я ни капли не удивилась.

– Знакомьтесь, мой племянник Дилан, – произнёс капитан Майк, и в голосе его читалось уже намного меньше энтузиазма.

– О, Дилан Джонс! Кажется, мы будем работать вместе. Меня зовут Бесс Марвин, – представилась моя подруга, и Дилан уставился на неё во все глаза.

– Ты – наш стажёр?!

Мы с Джордж переглянулись. Первое впечатление о Бесс у всех парней складывалось одинаковое: что она милая и беззащитная красавица. Какое же их ждало потрясение! Бесс умела чинить и машины, и водопроводные трубы, а инструментами закупалась с тем же увлечением, что и одеждой в магазинчиках вроде «Богемного Бутика» в местном торговом центре. В общем, неплохо так ломала стереотипы о красивой блондинке.

– Да, – ответила ему Бесс с улыбкой, достала из сумки рекомендательное письмо и передала капитану. – Вот, смотрите.

Капитан Майк изучил письмо.

– Точно, сертифицированный плотник. Впечатляет. Может, Дилан чему‐нибудь от тебя научится!

Он явно не шутил, и Дилан тоже это понял, судя по недовольному выражению его лица.

– Нет, что вы, это я пришла к вам учиться, – запротестовала растерянная Бесс. – Я ведь совсем ничего не знаю о пароходах – кроме того, что о них прочитала.

– Что ж, пора это исправить! – ответил капитан. – Дилан, покажи нашему стажёру технический отдел, бойлерную комнату, мастерскую и её койку.

Он повернулся к нам с Лютером и добавил:

– Полагаю, городскому историку – неважно, официальный он там или нет, – будет интересно осмотреть судно. Идёмте со мной. Я вам всё покажу.

Кен повёл Джордж в кухню, Бесс с Диланом ушли вниз, а мы с Лютером последовали за капитаном. Как выяснилось, «Красавица Магнолия» была миниатюрной копией круизных лайнеров, которые ходили по Миссисипи и Огайо, всего с тремя палубами для пассажиров и шестьюдесятью каютами.

Капитан Майк отвёл нас к дальнему краю главной палубы, продолжая рассказывать обо всём:

– Это гребное колесо. Оно на задней части корабля – иными словами, на корме, поэтому судно называется заднеколёсным.

– Насколько я помню, раньше были в ходу корабли с бортовыми колёсами, а заднеколёсные постепенно их заменили, – вставил Лютер.

– Как это – с бортовыми? – уточнила я.

– Изначально прогулочным пароходам ставили два гребных колеса: одно на левом борту, то есть боку, судна, а второе – на правом, – объяснил капитан.

Узкие ступеньки соединяли палубы снаружи корабля, а внутри, по словам капитана, находились обычные лестницы и даже лифт для пассажиров, которым тяжело подниматься по ступеням.

В столовую вели стеклянные двери, и я заметила, что на сцене идёт репетиция перед грядущим представлением.

Мы прошли мимо Зелёной палубы в сторону Звёздной и смотрового салона. Я заметила подвешенную на канатах спасательную шлюпку, привязанную к носу парохода на главной палубе и накрытую чёрным брезентом.

– Случалось ею пользоваться? – полюбопытствовала я.

– Нет, слава богу. Круиз по реке обычно проходит довольно спокойно. Мы следим за погодой и отменяем всё мероприятие, если прогноз плохой.

– Не то что в старые времена, когда бойлеры взрывались и корабли цеплялись за коряги? – спросил Лютер.

Капитан рассмеялся.

– Ни в коем случае! Поверьте, все капризы паровых двигателей устранили давным-давно. Мы каждый год проходим тщательную инспекцию береговой охраны, а раз в два года проверяют сам корпус и в целом каркас судна. Соблюдаем все правила по навигации, запасаемся спасательными жилетами и кругами. Вы заметите, что они есть на каждой палубе. На случай, если кто упадёт за борт. Признаюсь, такое бывало, – со смешком добавил он. – Дети любят высунуться за ограждение дальше, чем следовало бы. К счастью, никто не пострадал.

– А могли бы, если бы упали у винта, – заметил Лютер.

Капитан нахмурился.

– Пожалуй. Хотя наш пароход не ходит быстрее пяти миль в час, гребное колесо само по себе тяжёлое и баламутит воду. Ах да, и спасательные шлюпки не обязательны, но мне с ними спокойнее.

– То есть у вас их даже не одна? – спросила я, когда мы преодолели последние ступеньки и поднялись на верхнюю палубу.

– Две. А жилеты лежат под скамьями – теми, что стоят вдоль ограждения, и ещё в других местах.

Капитан Майк придержал нам дверь в смотровой салон. Лютер пропустил меня вперёд, и я окинула взглядом комнату с деревянными панелями вместо обоев, креслами на низких ножках и карточными столами, расположенными в шахматном порядке. Над книжным шкафом фута в три высотой, забитым книгами, висели карты и фотографии в рамках. На столе под окном лежала морская карта, разложенная на широкой деревянной доске.

Лютер сразу повернулся к фотографиям. Он внимательно их разглядывал, а потом вдруг остановился и присвистнул:

– Капитан, вы осознаёте, насколько ценный снимок хранится у вас в салоне?

Майк покачал головой, а я подошла ближе, сгорая от любопытства. Лютер постучал по защитному стеклу и объявил:

– Это «Люсинда Лю».

– Разве она не затонула? – припомнил капитан.

– Конечно! В семидесятых годах девятнадцатого века, – подтвердил Лютер. – Этот случай вошёл в историю Ривер-Хайтса как самая крупная водная трагедия на Мускоке.

– «Люсинда Лю» погибла в этих местах? – удивился капитан.

– Пару месяцев назад я наткнулся на статьи из старых газет, где рассказывалось о крушении, – объяснил Лютер и заговорщически взглянул на меня. – Нэнси это наверняка заинтересует. Сначала все решили, что это несчастный случай, но он был слишком уж подозрительным. Судно проходило мимо Острова Каменного Одиночества в нескольких милях от Ривер-Хайтса, и тогда минули ровно сутки с крупного ограбления банка в городке Виллоу-бенд, что дальше по течению.

– То есть взрыв подстроили грабители? – ахнула я.

– Никто не знает наверняка. Тогда погибло много народу, и они унесли эту тайну с собой в могилу.

Глава вторая

Ловкость рук

– Интересно, это правдивая история или всего лишь легенда? – скептически уточнил капитан.

Лютер ухмыльнулся.

– Она описывается в городских архивах. Я давно подумывал сплавать на Остров Каменного Одиночества – ещё с тех пор, как обнаружил эти записи. Да так и не собрался. В последний раз бывал там, кажется, на пикнике со школой.

– Вы не слышали об этой катастрофе? – спросила я.

Капитан покачал головой, и меня это, если честно, сильно удивило.

– Я думала, вы всё знаете, раз уже ходили по Мускоке. Вы ведь ходили?

Мне вдруг пришла мысль, что он ничего такого не говорил. Может, капитан ни разу тут и не бывал?

Майк почесал затылок.

– Нет, на этой реке я впервые. Мой старший помощник предложил запланировать на лето несколько мероприятий на Мускоке. Ему знакомы эти места, а мне всегда приятно увидеть что‐то новое. Скажите, Лютер, история ведь прелюбопытная. Награбленное так и не нашли?

– Насколько нам известно, нет, – ответил Лютер. – В те времена власти обыскали пещеры на острове, да и обычный народ прочёсывал их от и до. Если деньги там и были, вряд ли остались до наших дней.

– Если крушение и впрямь подстроили грабители, у них вполне могли быть подельники на острове, которые потом вернулись за деньгами, – предположила я.

Капитан бросил на меня пронзительный взгляд.

– Это вы умно рассудили.

– Лютер, – позвал он, подходя к столу, на котором лежала карта. – Смотрите. Похоже, глубина с одной стороны острова сейчас довольно неплохая, и мы можем к нему подойти.

Лютер просунул пальцы в петли на ремне и пожал плечами.

– Честно говоря, в глубине реки я не разбираюсь. Знаю только, что количество осадков в год влияет на мелководье.

– В этом году всё в норме, – ответил капитан и покосился на него. – Как вы смотрите на бесплатный билет на круиз?

– То есть … вы меня приглашаете на званый ужин? – растерялся Лютер.

– Ну конечно! Сегодня полная луна, и Остров Каменного Одиночества нам по пути. Можем устроить небольшую внеплановую экскурсию. Как раз подойдём к нему на шлюпках. Вы прочтёте лекцию …

– Знаете, если у вас есть добротные фонари, я могу даже показать гостям пещеры! – с энтузиазмом перебил его Лютер.

Майк нахмурился:

– Это безопасно?

– Абсолютно, и они совсем неглубокие.

– И в них нет медведей или …

Настала моя очередь перебить капитана.

– Что вы! У нас в Ривер-Хайтсе такие дикие звери не водятся, – объяснила я, с трудом сдерживая смех. – Да и на остров уже никто не плавает. Разве что старшеклассники на школьные пикники. А ночью уж точно никого нет. Всё‐таки река у нас с характером.

– Да, наслышан. Судя по картам, каналы тут очень узкие, ветреные. Но план удачный, Лютер, мне нравится. Уверен, не я один хочу узнать о том, откуда взялось название острова. И, конечно, история «Люсинды Лю» приятно разнообразит вечер.

Капитан и историк пожали руки, скрепляя сделку.

* * *

– «Красавица Магнолия» – роскошная дама! Там даже беспроводной интернет есть! – восторженно вещала Джордж, пока я везла её в офис матери на Честнат-стрит.

Лютер уехал домой – собирать вещи.

– Здорово, сможешь в любой момент зайти с ноутбука, – сказала я, останавливая машину, и спросила: – Ты будешь помогать в кухне или обслуживать столы?

– В кухне, – ответила Джордж, убирая ноутбук в передний отсек рюкзака. – На «Магнолии» четыре постоянных официанта. Три парня – Кена ты уже видела – и одна девушка. Думаю, с ней будет весело.

– Может, тебе и не придётся особо много работать, – предположила я, надеясь про себя, что Джордж посидит с нами на ужине.

Та пожала плечами и поморщилась:

– Не знаю, но на всякий случай возьму парадно-выходной наряд. Ну знаешь, всё как положено: чёрные брюки, белая блузка, начищенные ботинки.

Джордж терпеть не могла наряжаться и вообще считала, что нет смысла тратить время на выбор стильного образа.

Она вышла из машины и бросила через плечо:

– Поможешь мне сегодня, если ты не занята? Надо будет привезти оборудование на пароход. Мой автомобиль опять барахлит, а грузовик нашей компании сейчас у мамы.

Мы договорились встретиться в два, и я поехала домой, размышляя над нашими с Нэдом планами. Мы с ним делили столик с миссис Махоуни. Агнес Махоуни – одна из богатейших особ в Ривер-Хайтсе и постоянный клиент моего отца. Мы давно с ней дружим, и я часто забегаю к старушке на чай. Она очень милая и всегда держится с достоинством.

Домашний телефон взяла мама Нэда и объяснила, что он ещё на волонтёрской работе в «Лагере Мускоки», спортивно-литературном дневном лагере для детей из неблагополучных семей. Он собирался отвести ребят посмотреть на «Красавицу Магнолию», и я решила встретиться с ним там.

Взглянув на часы, я вспомнила, что надо ещё выбрать наряд на вечер и смену одежды на следующий день. В итоге взяла коричневые брюки с низкой посадкой и шёлковую блузку с коричневыми и синими полосками. Бесс заставила меня купить её на прошлой неделе. Сказала, что она хорошо сочетается с моими светло-рыжими волосами и голубыми глазами. Получилось достаточно шикарно для ужина и удобно для экскурсии по пещерам.

К тому моменту, как я закончила сборы, наша экономка Ханна уже ушла в магазин. Я оставила ей записку, бросила синюю толстовку на заднее сиденье машины и поехала за Джордж в «На старт, внимание, ешь!».

* * *

На пристани сейчас было не протолкнуться. Казалось, посмотреть на «Красавицу Магнолию» собралась добрая половина населения Ривер-Хайтса. Зеваки бродили по пирсу, а члены экипажа раздавали рекламные листовки и отвечали на вопросы. Капитан Майк объяснил, что после круиза пароход откроют для широкой публики.

Я помогла Джордж выгрузить всё необходимое для ужина и отошла припарковать автомобиль. А когда вернулась, подруга уже болтала с Нэдом. Ей удалось заполучить тележку, и они вместе загружали туда оборудование. Одним глазом Нэд посматривал на коробки, а другим – на лавку Джо Ренальди, «Баловник», где продавали мороженое. Все дети в очереди были в одинаковых красных футболках с логотипом «Лагерь Мускоки» на спине.

– Привет! – крикнул мне Нэд.

Я поцеловала его и спросила:

– Всё успел подготовить?

Нэд покачал головой:

– Ещё нет. И ещё учти: заехать за тобой не успею. Мне надо отвести ребят обратно в лагерь, переодеться и забрать свою сумку. Встретимся уже на пароходе.

– Ничего страшного, – сказала я. – Уверена, тебе понравится на борту.

– Уже не терпится, – отозвался Нэд. – Выглядит он очень заманчиво, будто сошёл со страниц книг Марка Твена. Я, кстати, пытался заинтересовать детей ≪«Томом Сойером», но они не желают его читать.

– Попробуй их подкупить, – посоветовала Джордж со знанием дела и махнула рукой на высокую девушку, которая стояла у подножия трапа и копалась в большом саквояже, доставая из него игрушки. Мне с такого расстояния было не разглядеть, какие именно.

– Посмотрим, – сказал Нэд и пошёл к ней по пирсу.

Я поспешила за ним, а за мной – Джордж с тележкой.

Вблизи уже удалось разглядеть, что девушка очень красивая, с большими тёмными глазами и длинными ресницами. Она широко улыбнулась Нэду, и он ответил ей тем же. Я сама по себе не ревнивая, но в тот момент вдруг пожалела, что парень у меня такой симпатичный. А ещё ужасно приветливый.

– Наверное, одна из актрис? – предположила я.

– Кто? – фыркнула Джордж. – Да это же официантка!

Тут она сложила ладони рупором и заорала во всё горло:

– Эй, Хиллари! Иди сюда! Познакомлю тебя кое с кем.

Взгляд девушки сразу упал на Нэда, и я снова ощутила укол ревности. Она приблизилась к нам изящной походкой – с той лёгкостью, которой обычно обладают танцоры и спортсмены.

– Привет! – сказала красавица, протягивая Нэду руку. – Я Хиллари Дювал.

Джордж вскинула тёмные брови – явно тоже заметила, что официантка флиртует с моим парнем.

– Это Нэд Никерсон, а вот это Нэнси Дрю. Я тебе о ней говорила, – поспешно объяснила она.

– Лучшая подруга Джордж! – воскликнула Хиллари с улыбкой – похоже, довольно искренней – и пожала мне руку.

Я обратила внимание, что пальцы у неё тонкие и удивительно длинные.

– Джордж говорила, что ты к нам присоединишься.

Нэд приобнял меня за плечи и поцеловал в щёку.

– Да, и мне урвала местечко.

Я заметила, что его жест вызвал у Хиллари лёгкое разочарование, но выражение её лица быстро сменилось …

Потому что нас прервали.

– НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! – прозвенел детский голос.

Нэд взвыл:

– Ну что опять?!

Он побежал к маленьким девочке и мальчику. Между ними на пирсе валялся рожок клубничного мороженого.

– Что случилось, Лорен? Что? – спросил Нэд.

– Луи меня ударил, и оно упало! – пожаловалась девочка, тыча пальцем в остатки мороженого.

– Луи, бить других нельзя, – строго произнёс Нэд и сунул руку в карман. – Мы купим тебе новое, Лорен.

Тут он побелел от отчаяния – видимо, понял, что забыл кошелёк. Нэд часто оставлял его дома. Бесс любила поговаривать, мол, мы как раз поэтому хорошая пара – оба вечно всё забываем.

Не успела Лорен снова раскапризничаться, как Хиллари наклонилась к ней и сказала:

– Хочешь, покажу тебе кое‐что о-о-о-чень классное?

Девочка помотала головой и хлюпнула носом.

Хиллари отбросила волосы за плечо и потянулась к Лорен, а всего мгновение спустя выудила из‐за уха девочки долларовую купюру.

Слёзы на щеках малышки тут же высохли, и она пролепетала:

– Как … как вы это сделали?!

Если честно, мне и самой было любопытно.

– Полезная уловка, – заметил Нэд.

Он ещё порылся в кармане, добавил к доллару пару мелких монеток и протянул Лорен. Девочка сразу развернулась и побежала за новым рожком.

Хиллари отмахнулась от комплимента Нэда.

– У меня в колледже соседка по комнате увлекалась фокусами ещё с детства и научила меня паре трюков. Нет-нет да пригодятся.

– Я думала, что фокусники не выдают свои тайны, – прямо заявила Джордж.

Хиллари ей подмигнула:

– А про это речи не было! Если серьёзно – конечно, не выдают, если они профессионалы. Думаю, это не относится к тем, кто получил магические знания из детских наборов фокусника.

Тут она перевела взгляд на тележку Джордж и добавила:

– Есть ещё один хороший трюк на случай, если вам надо, чтобы исчезла сразу куча вещей. Называется «помощь друзей».

Нэд коснулся моей руки.

– Мне надо бежать. Потом увидимся.

– Звони лучше на мобильный. Я уже всё с собой взяла и не буду сегодня заходить домой. На ужин переоденусь прямо здесь. И не забывай, отплываем в семь ровно, – напомнила я.

Мы ещё разбирали багаж Джордж на пирсе, когда мимо прошла Бесс, нагруженная полиэтиленовыми пакетами из магазина «Техника Гарбера».

– Вот хороший пример недовольного клиента, – пробормотала Джордж.

Наша подруга и впрямь выглядела рассерженной.

– Что случилось? – поинтересовалась я, подходя ближе.

Бесс пожала плечами:

– Ничего. Понимаешь, в этом и беда. Ни-че-го. Я уже пять часов работаю на пароходе, но только и делаю, что выполняю глупые поручения.

Она бросила пакеты на пирс и начала загибать пальцы:

– Меня дважды отправили за латте в кофейню «Окружка», попросили составить опись всего, что находится в трёх разных ящиках для инструментов, и я вот уже третий раз возвращаюсь из магазина хозтоваров.

Тут Бесс тяжело вздохнула и возвела глаза к небу.

– Честное слово, меня обещали взять помощницей механика, а не девчонкой на побегушках!

Хиллари рассмеялась.

– Не переживай, если твой коллега – Дилан, работы будет навалом. Поверь мне.

– Так он меня и посылает по всем этим делам! – возразила Бесс.

– Подожди немного, и всё поймёшь, – таинственно отозвалась Хиллари.

Она взвалила две огромные сумки себе на плечи и повела нас по трапу на борт.

Двери в столовую были открыты, и за ними виднелась сцена, тянувшаяся вдоль одной из стен. Комнату обставили со всей элегантностью, но стулья пока водрузили на столы, чтобы пройтись по ковру с пылесосом. Мы повернули к кухне, но меня отвлекла знакомая фигура на сцене.

Двойник Марка Твена стоял у нижних рамповых софитов и размахивал сценарием перед женщиной в летах – на вид ей было под пятьдесят. При этом она обладала изумительной, хоть и увядающей красотой, а её узкое лицо обрамляли рыже-каштановые волосы. Правда, выглядела она так, будто вот-вот разрыдается.

– Кассиди, Кассиди! Соберись, пожалуйста. Представление всего через пару часов, а ты забываешь реплики.

По голосу «Марка Твена» чувствовалось, что он стремительно теряет терпение.

– В моей копии сценария не хватает двух страниц! – истерично воскликнула актриса. – Кто‐то или что‐то на этом проклятом судне хочет меня изжить!

Глава третья

Сглаз

Кассиди побежала вниз по ступенькам сцены и к выходу из столовой. По щекам у неё струились слёзы.

Тем временем двойник Марка Твена поспешил за ней, отчаянно крича:

– Кассиди, вернись! Извини, я переборщил!

Актриса тут же остановилась посреди лестницы, которая вела на следующую палубу, и обернулась.

– О, забудь! – всхлипнула она и запустила в него сценарием.

– Ты преувеличиваешь, – сказал «Марк Твен», ловко увернувшись и перехватив бумажный снаряд.

– Вот как? – сердито отозвалась Кассиди. Нижняя губа у неё дрожала. – Сначала медальон, теперь ещё и это. Найдите себе другую ведущую актрису. Я так больше не могу. На этот корабль явно наложили порчу!

С этими словами она умчалась наверх, и за ней громко хлопнула дверь. Двойник Марка Твена медленно развернулся, покачал головой и поплёлся обратно к сцене, где шептались их коллеги.

Хиллари поманила нас за собой, и мы поспешили дальше в кухню.

Стоило двери за нами закрыться, как я спросила:

– Порчу? Как‐то слишком драматично, не думаете?

Официантка рассмеялась:

– Она волнуется перед представлением, только и всего. Если вдруг что‐то идёт не так, Кассиди винит в этом судьбу, звёзды …

– Может, ещё чайные листья? – подсказала Джордж.

– Ну вот едва ли не их, – ответила Хиллари. – Хотя, думаю, всё не настолько плохо.

– Вы о ком? – полюбопытствовал Кен, поднимая взгляд от салфеток, которые складывал аккуратными треугольниками.

Увидев нас, он вышел из‐за стойки и забрал у официантки один из свёртков Джордж.

– Кассиди, например, твёрдо убеждена, что кто‐то на борту пытается довести её до ручки, – объяснила Хиллари. – По-моему, это настоящая паранойя.

– Брось, Хил. Я бы так не сказал. У неё вполне есть право расстраиваться, учитывая всё, что тут происходит. Правда ведь подозрительно, согласись.

– А что происходит? – спросила я, опуская коробку с продуктами на стол.

– Ну, во‐первых, медальон пропал, – напомнил Кен.

– Его что – украли? – предположила Джордж.

– Скорее всего. Кассиди утверждает, что он не представляет никакой ценности, кроме сентиментальной. Без него она никак не может собраться. Якобы это был её амулет на удачу. И она убеждена, что не может играть на сцене без этого медальона.

Ничего хорошего для вечернего представления это не сулило.

– У неё главная роль? – уточнила я.

– Да, – ответила Хиллари. – Вместе с Тоби.

– А это кто такая? – поинтересовалась Джордж, убирая коробки с молоком в холодильник.

Хиллари усмехнулась.

– Не такая, а такой. Тоби Маршан. Тот, что с забавными усами. «Исполнители Риверсайда» – это его труппа. Зимой они выступают в Миннесоте, а летом путешествуют. В первую очередь Тоби – продюсер и постановщик, но иногда играет на сцене. Сегодня вот – главного злодея.

– Театралы обычно суеверны, – припомнила я. – Неудивительно, что Кассиди думает, будто постановку сглазили, особенно если пропал её амулет на удачу.

Кен покачал головой.

– Да ведь это ещё не всё. Другие тоже жаловались, и мы на камбузе кое‐чего хватились. Многие наши документы пропали, включая схему посадки.

Хиллари возвела глаза к небу:

– Ой, ерунда какая-то, честное слово… Наверное, кто‐то выбросил случайно. Подумал, ненужная бумажка. Да и мы уже составили новую.

– Кому вообще могло понадобиться красть старую? – вмешалась Джордж.

– Как знать, – задумчиво проговорила я, размышляя над тем, кто разработал изначальный вариант, но уточнить не успела.

– Ладно, – сказал Кен, – хотя вообще странно, что ещё и с компьютера пропали записи о том, кому какую каюту выделили.

– Это тоже мелочи, – отмахнулась Хиллари. – Мы быстро внесли всё заново и отвели главным меценатам лучшие каюты. Вряд ли там что‐то сильно изменилось.

– Да, всё это звучит довольно безобидно, – признала я.

Мы продолжили переносить оборудование и продукты для ужина, и Кен вызвался нам помочь. В столовой я заметила, что актёры ушли и на сцене остались только два помощника, которые трудились над софитами.

На трапе Кен остановился и показал на нос корабля:

– Может, все эти пропажи и впрямь ничего не значат, но вчера ночью мы недосчитались одной спасательной шлюпки.

– Вот это уже серьёзно, – ответила я.

Интуиция подсказывала, что дело здесь и впрямь нечисто. Джордж взглянула на меня со знанием дела.

– Но теперь она на месте, – сказала Хиллари. – Скорее всего, кому‐то захотелось прогуляться по воде под луной. Наверное, какой‐нибудь парочке.

С помощью Кена мы быстро со всем справились. После этого я выяснила, где моя каюта, отнесла туда спортивную сумку с вещами и толстовку из машины и пошла искать Бесс. Двумя палубами ниже один из техников указал мне на небольшую комнатку при бойлерной, из которой раздавались голоса. Я подошла ближе и услышала громкий стук.

– Ну, давай, посмотрим, что у тебя получится! – с насмешкой фыркнул Дилан.

Ответа подруги я не услышала и потому с любопытством заглянула в дверь. Они с Диланом стояли перед большим электрическим щитом. Бесс держала в руке шестигранный гаечный ключ, а Дилан смотрел на неё исподлобья. На полу лежали большие плоскогубцы. Я подозревала, что это он их бросил.

Секунду спустя открылась дверь с надписью «БОЙЛЕРНАЯ – НЕ ВХОДИТЬ», и из неё, прихрамывая, вышел мужчина лет пятидесяти. Он опирался на деревянную трость, но фигура у него выглядела мускулистой, как у спортсмена. Наверное, в своё время он был очень сильным.

Вид у него был слегка раздражённый, но при этом вся ситуация явно казалась ему отчасти забавной. Он перевёл взгляд с Дилана и плоскогубцев на Бесс и шестигранник в её руке.

– Прекрасно, прекрасно. Вижу, вы решили взяться за этот упрямый шуруп на дверце этого электрораспределительного щита? Я давно просил им заняться. Не напомнишь, когда именно начал, Дилан? Кажется, около месяца назад?

– Да как‐то всё руки не доходили, – пробормотал Дилан, отводя взгляд от цепких синих глаз механика.

– Разумеется, – саркастично отозвался тот и перевёл взгляд на меня. – Так, а ты …

– Кэб, это моя лучшая подруга – Нэнси, – объяснила Бесс. – Она гостья на сегодняшнем ночном круизе. Нэн, знакомься – Кэб Митчелл, первый помощник капитана. Он отвечает за инженерную и техническую команду на «Красавице Магнолии».

– День добрый! – приветливо произнёс помощник и пожал мне руку.

Я заметила, что на тыльной стороне левой ладони у него набит маленький якорь. Он смотрел мне прямо в лицо, и выражение у него было спокойное, открытое. Помощник капитана мне сразу понравился.

– Очень приятно, – сказала я, и тут мой взгляд снова упал на трость.

Она была не только надёжная на вид, но ещё и антикварная. Хотя пальцы Кэба прикрывали набалдашник, всё равно можно было разглядеть, что он выполнен в виде головы животного. Интересно, какого?

– Какая красивая трость, – похвалила я в надежде, что мне дадут лучше её рассмотреть. – Чёрное дерево?

Кэб удивлённо вскинул брови.

– О, ты заметила?

– Нэнси всё подмечает, – хихикнула Бесс.

Я зарделась под пристальным взглядом Кэба и запротестовала, обиженно покосившись на подругу:

– Да ладно тебе, Бесс!

Мне не нравилось, когда на мою наблюдательность обращали внимание.

– Трость действительно очень любопытная, – снова обратилась я к Кэбу, – и довольно необычная. Покойный муж миссис Махоуни, Корнелиус, коллекционировал трости с набалдашниками в форме животных. Наверное, ей было бы интересно взглянуть на вашу.

Кэб широко улыбнулся.

– С радостью ей покажу. И на коллекцию покойного супруга с удовольствием посмотрел бы. Мне никогда денег не хватало на подобные увлечения. Хотя для меня трость в первую очередь – подмога, а не аксессуар.

Он убрал ладонь с набалдашника, и я наклонилась его рассмотреть. Голова животного была выполнена очень искусно. Причём это оказался не дикий зверь, а собака – небольшая, декоративная. Правда, выглядела она угрожающе: злобно скалилась.

– Потрясающе! – воскликнула я.

– Более чем потрясающе, Нэнси, – возразила Бесс, разглядывая набалдашник. – Тут можно даже сосчитать зубы! Ты видел эту трость, Дилан?

Я украдкой улыбнулась. Таким образом Бесс пыталась наладить с ним общение.

– Ага, – буркнул Дилан. – Крутая.

Кэб прокашлялся и обратился к ним обоим:

– Ну что, пора возвращаться к работе, а?

Затем повернулся ко мне и добавил:

– Я уже собирался объяснить нашему стажёру, как пар из бойлера попадает в двигатель, когда у нас тут произошла небольшая загвоздка.

Он хмуро взглянул на Дилана. Тот поджал губы, но ничего не сказал.

– Можете остаться, если вам интересно, – предложил мне Кэб.

Я была совсем не прочь узнать, как работает паровой двигатель, и искренне ответила:

– С радостью.

Бесс наклонилась поднять с пола плоскогубцы, но Дилан тут же выхватил их у неё и повесил на панель инструментов рядом с электрическим щитом. Бесс взглянула на меня и пожала плечами.

Кэб открыл дверь бойлерной, и на нас дыхнуло жаром.

– Перед тем как Бесс с Диланом отправились ремонтировать щит управления, наша стажёр рассказывала мне всё, что она знает о паровых двигателях.

Дилан закатил глаза и тяжело вздохнул:

– Да это всё легко найти.

– Совершенно согласна, – признала Бесс. – Я читала про них в интернете. Но видеть механизм вживую – совсем другое дело. Так всё намного понятнее.

Она быстро забыла про Дилана и с энтузиазмом поспешила к двум бойлерам.

– Очевидно, это манометры, но где предохранительные клапаны?

Дилан озадаченно почесал голову:

– Откуда она знает про такие детали?

Я посмотрела на него с сочувствием.

– У Бесс правда к этому талант. В старшей школе она выиграла в конкурсе «Мистер Починяй‐ка». Получила первое место во всём штате!

– Мистер? – ошарашенно повторил Дилан. – Ну-ну … Да зачем вообще девчонке этим заниматься? Не понимаю.

На это замечание я ничего не ответила и отошла послушать, о чём Кэб рассказывает Бесс. Они стояли перед бойлером и разглядывали какие‐то большие крепкие трубы.

Бесс легонько постучала по одному из датчиков. Я заглянула ей за плечо. Он был заполнен разными дисками и цифрами, а верхняя часть была помечена красным и крупной надписью «ОПАСНО».

– Что будет, если клапан откажет? – спросила Бесс.

– Такого не бывает, – поспешно заверил её Кэб и похлопал по плечу. – Не переживай, мы регулярно всё проверяем.

Мне было приятно это услышать, а вот Бесс явно не успокоило. Я видела, что ей хочется более подробных объяснений, но Кэб уже показывал нам трубы, которые передавали топливо в нагревательные устройства над бойлерами.

– Давление очень важно не поднимать выше отметки в двести, – объяснял он.

– Горячий пар двигает пистоны при этих палочках, которые в свою очередь соединены с гребным валом … – продолжила за него Бесс, и Кэб присвистнул.

– О, блондиночка, да ты и впрямь хороша!

Бесс поморщилась от подобного обращения, но ничего не сказала.

– Это не «палочки», а рулевые сошки, – добавил Дилан, явно довольный тем, что хоть что‐то знает лучше неё.

Кэба это не впечатлило. Он легонько толкнул парня и сказал:

– Да тебе полагается всё это знать! Ты уже два месяца тут работаешь, и твой дядя начал брать тебя с собой на подобные суда, ещё когда ты пешком под стол ходил. А эта девушка пришла к нам сколько – часов пять или шесть назад? Она всё схватывает на лету, и меня это, конечно, впечатляет.

Бесс залилась краской и тайком показала мне победный жест.

Тут система оповещения на корабле ожила, и раздался голос капитана Майка. Я узнала его по южному говору.

– Кэб, вас ждут в рулевой рубке. Кэб, в рулевой рубке.

– Хозяин зовёт! – пошутил Кэб и обратился к Дилану. – Вы двое, как закончите проверять автоматические выключатели, проследите за сценической командой. У них в пьесе тоже есть игра со светом, и нельзя допустить, чтобы они случайно повредили нашу электросистему.

Он пошёл было к выходу из бойлерной, но вдруг обернулся и подмигнул Бесс.

– А ты приглядывай за Диланом. От него одни неприятности!

Глава четвёртая

Загадочные огни

Меня сразу очаровала моя каюта с видом на Зелёную палубу и левый борт корабля. Мы плыли вверх по течению, и в своё окошко я могла любоваться закатным солнцем и силуэтом холмистого Острова Каменного Одиночества на севере от нас.

Каюту сейчас обдувал приятный ветерок, и я слышала бодрый плеск воды от гребного колеса. Мы отчалили меньше часа назад, но шум парового двигателя из глубин корабля уже стал для меня фоновым звуком, на который можно не обращать внимания.

Я переоделась на ужин и взглянула на своё отражение в зеркале. Крем для загара опять подвёл: кончик носа у меня обгорел. Я помазала его тональником, схватила голубую сумочку и поспешила на главную палубу, чтобы встретиться с Нэдом.

Он уже стоял с миссис Махоуни у чёрного деревянного ограждения и смотрел, как солнце медленно опускается за деревья на дальнем берегу.

Агнес Махоуни выглядела как всегда сногсшибательно в простом, но стильном костюме. Седые волосы развевались на ветру, а на лице читались счастье и умиротворение.

Она улыбнулась, увидев меня, и поздоровалась:

– Привет, Нэнси! Чудесно выглядишь. Я очень обрадовалась, когда узнала, что Нэд к нам присоединится. Жаль, конечно, что твой отец не смог прийти.

– Да, во всём есть хорошие и плохие стороны, – согласилась я, прислоняясь спиной к ограждению.

Тут мой взгляд упал на ожерелье миссис Махоуни: золотое, очень искусной работы, просто великолепное. На длинной цепочке сверкал зелёный драгоценный камень, закованный в золотой овал.

– Я раньше не видела этого ожерелья. Оно такое красивое!

Миссис Махоуни задумчиво покрутила драгоценность в руках.

– Да, настоящее сокровище. И очень древнее. Оно досталось мне от матери Корнелиуса, но она любила поговаривать, что его изготовили ещё в эпоху Людовика XIV во Франции! А это настоящий изумруд, – добавила миссис Махоуни, поднося камень ко свету.

– И вы его вот так вот просто … носите? – сдавленно произнёс Нэд.

Миссис Махоуни сконфуженно опустила взгляд:

– Наверное, не следовало бы. Разумеется, мы оформили на него страховку, но застёжка не особо надёжная. Я всё собиралась сходить в «Драгоценности Дейва», чтобы её заменить, да так и не собралась. Слишком редко его надеваю, вот и забываю всякий раз.

– Такое откладывать нельзя, – строго заметил Нэд. – Было бы очень жаль его потерять.

Миссис Махоуни тяжело вздохнула:

– Ты прав. Конечно, я получу деньги по страховке, но само украшение ничем не заменить. И по его исторической, и по сентиментальной ценности.

Тут она умолкла, о чём‐то задумавшись, а потом продолжила:

– Исторические темы всегда напоминает мне о Лютере. Вы же знаете, капитан обещал посадить его за наш столик! Я так рада, что он будет с нами.

Вдруг тявкнула собака, и Нэд спросил:

– Чья это?

Мы все оглянулись и увидели женщину атлетического телосложения, с короткими тёмными волосами и синими глазами. Я сразу узнала Надин Такер, главного мецената «Пушистой пристани» – приюта для животных в Ривер-Хайтсе – и близкую подругу миссис Махоуни. Под мышкой она держала маленькую белую собачку.

– Надин! Ты вернулась из Гонконга?! – воскликнула миссис Махоуни.

– Ещё в прошлый понедельник, – ответила мисс Такер и отправила Агнес воздушный поцелуй свободной рукой, перехватив свою питомицу левой.

Собачка недовольно ёрзала: ей явно хотелось, чтобы её отпустили и дали побегать по кораблю.

– Тише, Физзи-Лиззи! – пыталась утихомирить её хозяйка.

– Физзи-Лиззи? – со смешком переспросила миссис Махоуни. – Необычное имя для собаки. Обычно ты их по‐другому называешь. Кстати, с Нэнси ты уже знакома, а вот этот молодой человек – Нэд Никерсон.

– Сын Джеймса Никерсона из «Вестника Ривер-Хайтса»?

– Он самый.

– Я столкнулась с твоим отцом в аэропорту, когда возвращалась сюда из Нью-Йорка, – поделилась мисс Такер. – Кажется, его ждали на каком‐то собрании. Иначе, наверное, он тоже взял бы билет на круиз.

Миссис Махоуни похлопала подругу по руке.

– Скажи, ты ведь ещё не объяснила, откуда взялось имя Физзи-Лиззи и где ты нашла такую очаровашку! Кто она, кстати?

Я сразу узнала породу и ответила за Надин:

– Бишон фризе.

Все удивлённо на меня уставились, и пришлось объясниться:

– Я как‐то работала над делом, связанным с выставкой породистых собак. Выучила о них всё, что мне хотелось бы знать, и даже больше.

Мисс Такер кивнула.

– Правда, я не уверена, что Физзи – чистокровка. И она вовсе не моя, Агнес. По крайней мере, пока. «Пушистая пристань» буквально только что её приютила. Бывшая хозяйка, Сэди Вашингтон, подобрала эту малышку на улице, когда гостила у своей племянницы в южных штатах. Она, собственно, и дала ей имя. К сожалению, бедная женщина ушла на тот свет, и родственники Сэди привезли собачку в приют. Я взяла её на время, пока Физзи не подыщут новых хозяев.

Нэд пощекотал пушистую кроху под подбородком, и та лизнула его в руку, тут же перестав лаять.

– По-моему, вы их легко найдёте, – сказал он. – Собачка очень ласковая.

– Да, и сторож из неё отличный, – заметила мисс Такер. – По крайней мере, стоит ей услышать белку во дворе, как она начинает голосить, будто у нас там ограбление века происходит!

– А командам Физзи обучена? – поинтересовалась я.

– Честно, не знаю, но обучить наверняка будет несложно.

– Почему ты так думаешь? – спросила миссис Махоуни.

– Бишонов-фризе выводили как цирковых собак и уличных исполнителей, – объяснила я. – Это у них в крови.

– Как любопытно! – ахнула миссис Махоуни и почесала Физзи за ушком. – Однако мне ещё любопытнее послушать о Гонконге, Надин. Прошу, расскажи мне всё, не упустив ни единой детали! Может, нас даже посадят за один столик? О, смотри, уже несут закуски! Давай попробуем, что там.

Миссис Махоуни помахала нам с Нэдом, и мы проводили взглядом их с Надин. Почтенные дамы подошли к Хиллари, и официантка предложила им закуски с подноса, а затем, когда они взяли себе по штучке, повернулась к нам.

– Привет! – бодро поздоровалась Хиллари, и на этот раз она даже особо не смотрела на Нэда, что очень меня порадовало.

– Всё выглядит очень вкусно, – сказал Нэд, с аппетитом разглядывая крошечные пиццы, миниатюрные киш-лорены и канапе.

– Ну что ж: мама Джордж опять превзошла саму себя, – с наслаждением произнесла я, вдыхая волшебный аромат.

Пока мы выбирали угощение, Хиллари легонько толкнула меня локтем и заговорщически улыбнулась:

– Похоже, шоу не сорвётся.

– А что случилось? – спросила я, бережно укладывая миниатюрный киш на салфетку.

– Кассиди Норман даже без медальона способна взять себя в руки, – ответила Хиллари и пошла дальше по палубе, чтобы предложить закуски остальным пассажирам, только бросила нам на прощание: – Ну, увидимся!

Нэд прожевал свою крошечную пиццу и махнул рукой на мисс Такер с миссис Махоуни, которые что‐то обсуждали с официантом.

– Не пойми меня неправильно, – сказал он, – но порой богачи ведут себя чересчур глупо. К чему им все эти драгоценности? Будь у меня такое ожерелье, я бы его продал. Наверное, смог бы оплатить трёхмесячный отдых в «Лагере Мускоки» сразу дюжине ребятишек.

Я ахнула.

– Ты же сам знаешь, что миссис Махоуни невероятно щедрая и поддерживает едва ли не половину всех благотворительных организаций в Ривер-Хайтсе, тратит на них много денег и времени!

– Извини, Нэнси, – смутился Нэд. – Наверное, меня расстроило, как беспечно она относится к чему‐то настолько ценному.

– Вовсе не беспечно, – возразила я. – Мы с тобой хорошо знакомы с миссис Махоуни, и тебе прекрасно известно, как ответственно она подходит к своей собственности. Бережно обращается со всеми вещами и не разбрасывается деньгами. Ты же слышал, как она сказала, что давно собиралась сходить в ювелирный. Просто времени не находила. Как раз потому, что сильно занята благотворительностью!

Вдруг по кораблю разнёсся жутковатый звон: дам-да-дам-дам … Мы переглянулись и тут же покатились со смеху.

– Это на ужин? – спросил Нэд.

– Скорее всего.

Он сразу пошёл в столовую, а я задержалась у перил палубы, чтобы вдохнуть ещё немного свежего речного воздуха.

С тех пор как я вышла из каюты, «Магнолия» отплыла довольно далеко от Ривер-Хайтса, и мы постепенно приближались к Острову Каменного Одиночества. Вдали уже виднелись высокие сосны на отвесном берегу. Похоже, капитан не ошибался: мы прибудем туда вскоре после ужина.

Ярко-синее небо мерцало бледными полосами заката, окрашивая зелёный остров в розовые тона.

Я повернулась к Нэду, но он уже ушёл в столовую и беседовал с одним из приятелей своего отца.

Жалея, что мы не смогли разделить эту романтичную минуту, я бросила прощальный взгляд на остров и … растерянно моргнула.

Мне это чудится?

Кажется, в тени на берегу острова что‐то блеснуло!

Я перегнулась через перила и сощурилась. Да, точно. Это вспышка – и не одна!

Причём вспышки явно не случайные. Три длинных, пауза, потом одна длинная, короткая и снова длинная, уже без пауз.

Очевидно, это азбука Морзе! Я наморщила лоб, пытаясь её припомнить. Наверное, надо будет проверить в интернете, как перевести этот сигнал.

Пока я ломала над ним голову, солнце уже утонуло за горизонтом и наступили сумерки. Вспышки больше не повторялись.

Я выждала ещё пару минут, но больше ничего не увидела, кроме последней полосы заката, которая на мгновение окрасила верхушки сосен розовым мерцанием и тут же растаяла.

Глава пятая

Свет погас

– Видела? – спросил Лютер.

Я тут же вздрогнула от неожиданности и обернулась. Он стоял у меня за спиной, уже одетый в костюм с галстуком.

– Что именно? – спросила я, всё ещё думая о странных вспышках.

Лютер вскинул брови.

– Закат, разумеется. Зрелище было великолепное.

Я вздохнула. Видимо, он переобщался с Гарольдом Сафером, владельцем сырной лавки в Ривер-Хайтсе, который был просто без ума от закатов. Не успела я подшутить над ним за внезапную страсть к заходу солнца, как он указал рукой на столовую, приглашая меня пойти за ним. Большинство гостей уже собралось там, и Нэд с миссис Махоуни сидели за столиком. Они мне помахали, и я ответила им тем же, а затем повернулась к Лютеру:

– Закат великолепный, с этим не поспоришь …

– Чувствую, сейчас будет какое‐то «но»! – воскликнул он. – Что тебя тревожит, Нэнси?

Лютер всегда воспринимал меня всерьёз.

– Знаю, прозвучит странно, но я вроде как увидела сигнальные огни. Словно кто‐то хотел передать послание азбукой Морзе.

– Морзе? – удивился Лютер и покачал головой. – Я наблюдал за закатом вон оттуда, из рулевой рубки. Вместе с капитаном. Мы не видели никаких огней.

– За всё это время?

– Да. Мы планировали ночную экскурсию, так что в первую очередь нас интересовал Остров Каменного Одиночества, но заодно и закатом полюбовались. – Лютер похлопал меня по плечу. – Похоже, у тебя просто воображение разыгралось после того, как я рассказал сегодня про «Люсинду Лю». Вспомнила про тайну, которую так и не раскрыли, и приняла игру света за сигнальные огни.

Я задумалась над его словами, следуя за ним к нашему столику. Нэд уже встал нам навстречу.

– Наверное, вы правы и мне всё это показалось. Свет на закате переменчивый, и тайна «Люсинды Лю» ещё у меня на уме …

Хм-м … Пожалуй, можно будет потом это всё обдумать. Нэд уже отодвигал стул, приглашая меня садиться.

– Нэнси, у нас самый лучший столик!

– Это точно, – согласился Лютер, усаживаясь рядом с миссис Махоуни.

Я села по другую руку от неё.

Меня совсем не удивляло, что наш столик ближе всех к сцене. Судя по словам Хиллари, самые щедрые меценаты получали лучшие места, а в нашем городе не было никого щедрее миссис Махоуни. Мой папа тоже хорошо заплатил компании, а Лютера пригласили как почётного гостя. Надин Такер с подругами сидела прямо за нами и подкармливала свою собачку хлебными палочками.

Все столики были украшены цветами, и каждому гостю оставили маленький сувенир: пластиковую фигурку «Магнолии». К нашим бокалам для воды прислонили бумажные программки, и я открыла свою. В списке артистов значились Кассиди Норман, Тоби Маршан, Грэди Морган, Том Штайн и Анджела Комо.

Официанты начали разносить тарелки с ужином, а капитан Майк, в белой униформе с иголочки, вышел на сцену. Он представился в микрофон и объявил, что представление начнётся чуть раньше, чем было задумано.

– Мы решили провести его сразу после ужина, потому что нам с вами очень повезло, господа: у нас на борту местный историк, Лютер Элдридж! Аплодисменты Лютеру!

Тот смущённо поднялся, и все захлопали.

– Лютер любезно предложил провести экскурсию по Острову Каменного Одиночества под лунным светом, – добавил капитан, и по залу пробежали восторженные шепотки.

Вскоре после этого Майк занял своё место за столом, напротив миссис Махоуни, и весь вечер развлекал нас историями приключений на паровых судах.

Ужин прошёл великолепно, но мне так не терпелось увидеть представление. Судя по программке, аудитория могла в нём участвовать: мы должны были раскрыть преступление по уликам и подсказкам. Наконец нам принесли десерт с чаем и кофе, и верхний свет трижды мигнул, а от дальней стены раздался гулкий голос:

– Господа, представление начинается!

Все лампы, кроме дежурного света, погасли. Гости ахнули, а миссис Махоуни крепко стиснула мою руку. Секунду спустя вспыхнули яркие софиты, и комната разразилась аплодисментами. Не считая слабого мерцания бра на стенах, в зале теперь было так же темно, как в обычном театре.

– Потрясающе! – прошептал Лютер, наклоняясь ко мне и кивая на сцену.

Декорации создавали точную копию смотрового салона на Звёздной палубе «Красавицы Магнолии», но все артисты были одеты в костюмы конца XIX века. Нас словно перенесло назад во времени, в эпоху Марка Твена.

Кассиди в историческом макияже, парике и платье выглядела изысканно и чарующе. В первой сцене она играла в шашки с Тоби Маршаном, и к концу второй сцены первого акта всем было уже ясно, что его персонаж – беспринципный обманщик, желавший втереться в доверие к богатой одинокой вдове ради её денег. Ещё двое артистов – их я уже видела сегодня в столовой, когда они шептались после ссоры Кассиди с Тоби, – играли первого помощника капитана на корабле и девушку, которая путешествовала сама по себе, однако их персонажи вели себя не менее подозрительно. Единственным «хорошим парнем» казался Грэди Морган – капитан выдуманного парохода.

В середине первого акта я уже поняла, что нашим «преступлением» будет убийство. История постепенно развивалась, и я ловила каждую деталь, собирая подсказки. В антракте перед вторым актом капитан Майк намекнул, что аудитория должна будет угадать, кто преступник.

Сейчас на сцене присутствовали все: Кассиди сидела напротив Тоби, девушка-путешественница – в мягком кресле у игорного стола, а капитан навис над картой. Первый помощник подошёл к нему и спросил:

– Сэр, вы меня звали?

В это же мгновение весь свет погас – и софиты, и бра. Раздался сдавленный вопль, и аудитория ахнула.

Мы принялись аплодировать, но тут я заметила, что на всём корабле горит только красная табличка экстренного выхода. Даже снаружи, на палубе, потушили свет, и гирлянды крошечных фонариков, натянутые на ограждение, тоже погасли.

– Почему весь свет погас?! – прогремел капитан Майк.

– Что‐то пошло не так, – ответили ему со сцены.

По залу пробежали тревожные шепотки. Заскрипели стулья, загремела посуда, а Физзи-Лиззи принялась громко тявкать.

Я достала из сумки карманный фонарик и включила. Луч осветил растерянные лица моих соседей по столику. Тем временем Кен достал из‐за бара настольную лампу и щёлкнул выключателем.

– Ничего не работает, – доложил он. – Может, пробки вылетели.

Не успел он договорить, как лампочки в зале мигнули и зажглись. Яркий свет ударил мне в глаза, и я сощурилась.

Гости радостно закричали от облегчения, но капитан Майк выглядел хмурым. Он поднялся на сцену, быстро одарив аудиторию обнадёживающей улыбкой, и тихо заговорил с Тоби недовольным голосом.

Артист слегка сгорбился и ответил достаточно громко, чтобы его можно было услышать:

– Извините, пожалуйста. Честное слово, я сам не понимаю, что произошло. Раньше такого не случалось. Те, кто отвечает за свет, верно, перепутали провода.

Некоторых гостей рассмешил его ответ, но не капитана Майка. Тот даже не улыбался. Хотя всё же вернулся на своё место, бросив напоследок осуждающий взгляд на сцену.

Тоби вышел на середину сцены, явно подбирая слова для своей аудитории, и уже было прокашлялся, собираясь что‐то сказать, но отвлёкся на Кассиди.

Та сидела на полу, и нижняя губа у неё дрожала от ярости. Бутафорская кровь ручьём стекала по спине платья.

– Вот как ты это объяснишь? – рявкнула актриса.

Тоби подал ей руку, чтобы помочь подняться, но Кассиди отмахнулась и сама вскочила на ноги. Она пнула кинжал из крепкой резины, лежавший рядом с ней на полу, и тот подскочил на досках.

Пожалуй, я бы рассмеялась, если бы Кассиди не выглядела такой рассерженной.

Грэди подошёл к ней и тихо произнёс:

– Это всего лишь ошибка тех, кто отвечает за свет. Никто не выключал его намеренно.

– Думаешь, я в это поверю? После всего остального?! – взвилась Кассиди.

Казалось, сейчас она снова примется жаловаться на «проклятый» корабль, но Тоби осадил её суровым, хмурым взглядом. А затем упёр руки в бока и обратился к зрителям:

– Очевидно, с проводкой что‐то пошло не так, но в любом случае мадам Лямотт – персонажа Кассиди – только что жестоко убили, и вы – наша аудитория – должны угадать, кто преступник.

Тут он выдержал паузу и подмигнул:

– Как говорится, шоу должно продолжаться!

Тоби обвёл рукой нас всех и повернулся к артистам, чтобы они снова заняли свои позиции по сюжету.

Кассиди всё ещё дулась, но Грэди что‐то шепнул ей на ухо, и актриса нехотя улеглась обратно на пол, изображая труп. Она уже поправила юбку и собиралась положить кинжал подле себя, когда миссис Махоуни громко воскликнула:

– Моё ожерелье!

Мой взгляд тут же метнулся к её шее.

Ожерелье пропало.

Глава шестая

Грубая игра

Я огляделась. Миссис Махоуни стояла перед нами, растерянно ощупывая голую шею.

– Может, оно упало, когда вы встали? – предположил Нэд и наклонился заглянуть под стол и стулья.

– Д-да, наверное! – с облегчением воскликнула миссис Махоуни.

Она проверила под салфеткой, программкой, десертным меню и блюдечком, но на столе ожерелья не оказалось.

Нэд вылез из‐под стола и отряхнул штаны. Вид у него был встревоженный.

– На полу ничего, – доложил он.

Миссис Махоуни побледнела.

– Т-ты уверен?

Нэд беспомощно развёл руками, и мы с ним встретились взглядами. Очевидно, у нас возникла одна и та же мысль: ожерелье не пропало – его украли.

– Проверим ещё разок, – предложила я, включая свой фонарик, и встала на четвереньки, чтобы осмотреть всё и под нашим столом, и под двумя соседними.

Провела ладонью по ковру и половым доскам у сцены. Даже хотела приподнять ковёр – мало ли, его задели в темноте, когда пробки вылетели, и каким‐то невероятным образом ожерелье застряло под ним, – но он оказался прибит к полу.

Я выпрямилась и обратилась к миссис Махоуни, осторожно выбирая слова:

– Когда вы заметили, что оно пропало?

Бедная старушка тяжело опустилась на сиденье, и глаза у неё уже блестели от слёз, но Агнес Махоуни никогда не позволяла себе раскисать. Она быстро взяла себя в руки, ненадолго задумалась и ответила спокойным, ровным голосом:

– Буквально только что. Сразу после того, как включили свет.

Правда, миссис Махоуни тут же нахмурилась и исправилась:

– Нет, подожди. Не сразу. Я начала аплодировать вместе со всеми, и уже потом … Ох, Нэнси, прости, пожалуйста. Точно не припомню. Наверное, всё‐таки прямо сейчас, когда артисты возвращались на свои позиции.

Сомнений не было: ожерелье не соскользнуло с её шеи само по себе. Его стянули под покровом темноты.

Мне оставалось только пенять на себя. Я же включила фонарик, когда свет погас, и могла увидеть вора, но упустила эту возможность, пока разглядывала сцену.

– Боюсь, вас обокрали, миссис Махоуни. Иного объяснения я не вижу.

– Но оно должно быть! Как могла произойти кража на моём корабле?! – взвился капитан Майк. – Да и как можно просто взять и стянуть ожерелье с шеи? Ещё и в кромешной тьме? Потерялось оно, вот и вся история, – упрямо твердил он.

– Не могу с вами согласиться, – возразила миссис Махоуни, расправляя плечи. – Ожерелье точно было на мне, когда я села за стол. Даже помню, как теребила цепочку, разглядывая меню. До того как свет погас, оно висело у меня на шее, и за это я ручаюсь. Конечно, потом я резко вскочила, когда лампы снова загорелись, и в этот момент оно могло упасть.

– Но в таком случае мы бы его нашли, – вставил Лютер.

– Света не было меньше минуты, – напомнила мисс Такер, усаживаясь рядом с миссис Махоуни. – Кто мог украсть ожерелье в считаные секунды?!

– Профессиональный вор, – подсказал Нэд.

– И очень ловкий, – добавил Лютер. – Правда, Нэнси?

– М-м, да, – пробормотала я, уже не особо прислушиваясь к разговору.

Сейчас меня интересовало, кто присутствует в зале, а кого не хватает. Все официанты были на месте: Кен за барной стойкой, Хиллари у входа в кухню, с кувшином воды в руке, и ещё двое тех, чьих имён я не знала: они стояли у дверей на палубу с бумажными полотенцами, переброшенными через сгиб локтя.

Джордж выглянула из кухни в белой униформе повара поверх джинсов. Сегодня она помогала матери с готовкой, а не обслуживала столы. Хиллари что‐то ей шепнула, и любопытство на лице Джордж сменилось глубоким потрясением. Она взглянула на меня, и я кивнула. Думаю, подруга поняла, что это значило: потом всё обсудим.

Я с отчаянием оглядела комнату. Подозреваемых было слишком много, и речь шла об очень дорогом ожерелье, которое обогатило бы кого угодно. Само собой, гости в основном были люди состоятельные, но жадности это не отменяло. И спрятать украшение легко – в карман или сумочку. А обыскать мы их пока не могли – и закон нарушили бы, и оскорбили бы важнейших особ Ривер-Хайтса.

Я попыталась сузить круг подозреваемых. В первую очередь логично подумать на тех, кто успел бы стянуть ожерелье – то есть всех, кто находился рядом с миссис Махоуни. Официантов, артистов и гостей за соседними столиками. Изумруд был крупный и блестящий, и любой мог его заметить ещё до ужина, когда миссис Махоуни гуляла по палубе, или уже в столовой.

– Всё равно верится с трудом, – проворчал капитан Майк и взглянул на сцену. – Тоби, ты ничего не видел?

– В темноте? Нет, конечно.

– Мы вообще ничего не видели, – сказала Кассиди, заламывая руки. Выглядела она такой же бледной, как миссис Махоуни. – Не понимаю … если украли что‐то ценное, почему никто не предлагает вызвать полицию?

– Полицию? – повторила Анджела Комо.

Молодая актриса сидела на диване на сцене, и вид у неё был испуганный. Может, переживала за свои украшения.

– Так мы и поступим. Сейчас же им позвоню, – согласился капитан Майк, но как будто нехотя.

И любопытно, почему же нехотя? Переживал, что у корабля появится дурная репутация? Или из‐за чего‐то другого?

Я сделала себе мысленную пометку изучить историю «Красавицы Магнолии». Капитан утверждал, что раньше ничего подобного не случалось, но теперь во мне зародились подозрения.

Он достал мобильник и набрал 911. Объяснил оператору, что случилось, и попросил связать его с шефом полиции. Снова всё объяснил, подождал ответа, бросил на меня удивлённый взгляд и протянул мне трубку.

– Нэнси!

Я едва сдержалась, чтобы не поморщиться. Это был шеф Макгиннис. Наверное, стоит объяснить, что он меня недолюбливает, и это взаимно. Его раздражает, что я раскрываю преступления, которые ему не по зубам. А мне не нравится, как он забирает всю славу себе – не только за мои достижения, но и за достижения своих трудолюбивых коллег.

Я перевела дыхание и ответила:

– Да, шеф Макгиннис.

– Ты уверена, что ожерелье Агнес Махоуни украли?

– Похоже на то.

В трубку было слышно, как он стучит пальцами по столу. Шеф обречённо вздохнул:

– Ясно. Сегодня никого не смогу отправить. Наша патрульная лодка сейчас ниже по течению. Какие‐то буйные подростки стащили каноэ, и мы с ними разбираемся. Что думаешь, сможешь пока изучить обстановку? – неуверенно предложил он. – Я отправлю лодку с утра. Или ты считаешь, что дело очень срочное?

– Нет-нет, всё в порядке. Мы справимся. Я начну расследование.

– Хорошо. Я попросил капитана вернуться в Ривер-Хайтс, но не подходить к пирсу. Мы ведь не хотим, чтобы подозреваемые сошли с корабля?

– Конечно, сэр, – смиренно ответила я, хотя и так собиралась попросить капитана проследить, чтобы на ночной экскурсии никто не сбежал под светом луны.

– Ещё я попросил капитана сообщить мне имена всех членов экипажа. Я проверю по базе, нет ли у них преступного прошлого. Постарайся не испортить никакие улики, Нэнси, и не обвиняй кого попало. На борту очень уважаемые люди …

После этого я слушала его вполуха. Макгиннис всегда переживал, что я буду больше мешать расследованию, чем помогать, даже несмотря на то, сколько дел я раскрыла.

– Не переживайте, шеф, не переживайте. Я буду очень тактична.

Ну, по крайней мере, попытаюсь.

Я отключилась и вернула телефон капитану.

Он скептически смерил меня взглядом.

– Хочешь сказать, ты – сыщица?

– Одна из лучших в городе, – тут же вступилась за меня миссис Махоуни. – Нэнси раскрывала дела, которые ставили в тупик всё местное отделение полиции!

Капитана это явно не убедило.

– Лицензия у тебя есть?

Я почувствовала, как Нэд напрягся, и догадалась, что сейчас он примется ругаться с капитаном, поэтому поспешила вежливо ответить:

– Нет, я всего лишь детектив-любитель, но шеф Макгиннис попросил меня заняться расследованием. А значит, он считает, что я справлюсь. По крайней мере, пока мы не вернёмся в город.

Майк покачал головой.

– Как скажешь. Но если из‐за тебя преступник выйдет сухим из воды, Макгиннис ещё получит от меня, владельца лодки и наших страховых компаний!

На это я ничего не ответила. Мне не раз встречались сложные задачки, но практически во всех случаях всё решали время и терпение. Недоверие Майка и сомнения Макгинниса лишь подогревали мой пыл. Однако я должна была показать, кто здесь главный. Ненавязчиво, разумеется.

– Мы можем удержать гостей в столовой ещё хотя бы на пару часов?

Капитан хотел было поспорить, но затем всё же кивнул:

– Чтобы никого не упускать из виду? Мысль неплохая. Предложим ещё кофе и десерты, попросим Тоби развлечь аудиторию.

С этими словами капитан повернулся к остальным:

– К сожалению, мы вынуждены повернуть обратно, а развернуть корабль здесь будет непросто. Канал у Острова Каменного Одиночества очень узкий, и плыть будем медленно, даже с Кэбом за штурвалом.

После этого, уже как будто задним числом, он добавил:

– Поэтому разумнее всем оставаться здесь, в столовой. Если на борту вор, лучше не упрощать ему работу. Разумеется, официанты продолжат приносить еду и напитки по вашему желанию.

– А как же сбор пожертвований? – вмешалась мисс Такер. – Мы заплатили за круиз и за спектакль. Не сомневаюсь, многие отнесутся к ситуации с пониманием, но наверняка будут и недовольные. Боюсь, это дурно повлияет на наши будущие благотворительные вечера, особенно привязанные к подобным мероприятиям.

Тоби спустился со сцены. Он выглядел словно гость из прошлого в своём костюме девятнадцатого века, но речь завёл по‐современному деловую.

– Майк, шоу вполне может продолжаться. Если сегодня уже не до него – перенесём на завтра. Мы готовы всё повторить без дополнительной платы.

Я заметила, как артисты удивлённо переглянулись, но вслух никто не осмелился спорить с директором.

Капитан Майк наконец улыбнулся впервые за последние полчаса и с радостью принял предложение Тоби:

– По рукам!

– Может, и ожерелье к утру найдётся, – вставила мисс Такер. – Если честно, просто не могу себе представить, кому хватило наглости похитить его при десятках свидетелей!

Глава седьмая

Приглушённые голоса

Майк попросил Тоби организовать нам развлечение на ближайший час или два, и гости наверняка гадали, почему мне разрешили выйти. Капитан решил, что на борту лучше никому не знать о том, что я расследую кражу. Конечно, так и впрямь было удобнее.

Мы с ним вышли на палубу, и я призналась:

– Меня до сих пор смущает, как преступник подгадал, чтобы свет на всём корабле выключили ровно в тот момент, когда он погаснет на сцене.

– Может, один из световиков Тоби в сговоре с вором, – предположил капитан. – Конечно, сложно поверить в случайное совпадение, но … Ты видела Дилана за работой?

Сначала я подумала, что он хочет сменить тему, но потом вспомнила, как Дилан собирался открутить миниатюрный болт громадными плоскогубцами, и решила ответить как можно тактичнее:

– М-м, да, видела.

Майк и не думал о такте.

– Он ужасно неуклюжий. Мог напортачить с электричеством. У него сегодня вечерняя смена вместе с твоей подругой.

– И всё же это было бы чересчур удачное совпадение для вора, – настаивала я.

– Разумеется, но лучше рассмотреть все варианты. Если надо будет проверить проводку и твоя подруга не справится, обратись к Кэбу или другому инженеру. А я пока передам список членов экипажа полиции.

На палубе мы разошлись. Капитан Майк направился к рубке, а я спустилась в технический отдел. Бесс сидела на столе, болтая ногами, и читала какую‐то инструкцию. Дилан бродил туда-сюда по комнате. Меня подруга не замечала.

А вот Дилан остановился и повернулся ко мне:

– Ты можешь в это поверить? Она считает, я виноват в том, что свет на пароходе погас!

– А что, такое вполне возможно! – отозвалась Бесс, и только потом осознала, что он обращался ко мне. – Нэн, а ты здесь откуда? Я же включила свет, и …

– Включила? – повторила я и подбежала к щитку. В самом деле, рычаг был поднят на «ВКЛЮЧЕНО». – То есть выключатель отказал?

Бесс фыркнула.

– Ничего подобного! Каким‐то образом, – тут она многозначительно взглянула на Дилана, – он оказался просто выключен, и всё. К счастью, запасной генератор активировался, поэтому двигатель не лишился мощности и дежурный свет не погас. Я как вернулась сюда, сразу подумала …

– Вернулась? Откуда? – спросила я.

Дилан скрестил руки на груди с выражением явного удовлетворения:

– Приятно слышать, как распинают кого‐то другого.

– Распинают? Нэнси просто задала мне … Ой, Нэнси, узнаю этот взгляд! К чему все вопросы? Что происходит?

– А ты не знаешь?

Тут я вспомнила, что их с Диланом и не было в столовой. Подошла к Бесс, прислонившись к столу, на котором она сидела, и мрачно произнесла:

– Изумрудное ожерелье миссис Махоуни украли.

Бесс округлила глаза, а Дилан присвистнул и спросил:

– Как?

– Ты не особо удивлён, – заметила я.

Дилан пожал плечами.

– С тех пор как мы вышли из Нового Орлеана, чего только не случалось.

– Например? Расскажи, – поинтересовалась Бесс. – Ты не говорил, что на корабль порчу наложили!

Я зацепилась за последнее слово:

– Почему именно порчу?

Бесс покраснела.

– Ну, я слышала кого‐то – не видела, кто именно это был, но точно парень. – Тут она покосилась на Дилана. – Он сказал, что женщина в экипаже – к беде. Даже если она временно подрабатывает. Якобы мы наводим порчу на корабли, и «все моряки об этом знают», вот.

– На меня не смотри, я такого не говорил, – обиженно пробормотал Дилан. – Мне нравится, когда на борту есть девчонки.

В этом я не сомневалась. Ему явно нравилось заигрывать с девушками. Просто он ещё не встречал никого похожего на Бесс, а с ней обычный подход не работал.

– Даже если корабль и сглазили, это не твоя вина, – добавил Дилан. – Всё началось ещё задолго до того, как ты к нам пришла.

– Например? – спросила Бесс, и я передала ей, что слышала от Кена и Хиллари, а потом добавила:

– Это не сглаз, Бесс. – И пересказала все события сегодняшнего вечера, попутно осведомив Дилана о том, что расследую это дело.

Бесс вздохнула.

– Насколько тебя знаю, Нэнси, ты подозреваешь абсолютно всех. Если, конечно, ещё не исключила некоторые варианты.

В её словах явно читался вопрос, но я не успела ответить.

– Предупреждаю: можешь сразу исключить, – вмешался Дилан. – Мы с Бесс точно ни при чём.

Конечно, я и не думала обвинять подругу, и Дилану вряд ли хватило бы ума и сноровки, чтобы провернуть такую кражу, но всё же мне было любопытно:

– Почему ты так уверен?

Надо отдать ему должное: он ответил прямо, не увиливая:

– Мы были не здесь, когда свет погас, а в мастерской.

– Я уже бросилась искать фонарик, но генератор заработал почти сразу, и включилось дежурное освещение, – добавила Бесс.

– А где мастерская? – спросила я. На экскурсии её не показывали.

– Вон там, – ответила Бесс и повела нас в помещение напротив бойлерной.

Механик, которого я не знала, стоял склонившись над трубой, ведущей от топливного бака к ближайшему бойлеру. Он снял рубашку, и кожа у него блестела от пота. Заметив нас, парень улыбнулся, и я ответила ему тем же, но мысленно сделала себе пометку уточнить его имя и задать пару вопросов.

– Добро пожаловать, – сказала Бесс, открывая дверь.

Мы вошли в комнату, пропитанную странным букетом запахов: резкой вонью топлива, смешанной с древесным ароматом опилок. Свет там ещё горел, и «рабочий» розовый свитер Бесс лежал на столе.

– Мы шлифовали стулья, которые завтра будут красить, – объяснила она.

– Дверь оставили открытой?

Они переглянулись.

– Да, – сказала Бесс.

– Нет, – сказал Дилан.

Подруга виновато опустила взгляд.

– Честно, не помню, Нэн.

– Ну, да и неважно, – отмахнулась я, скрывая свою досаду. Наверное, следовало уже знать, что люди в большинстве своём не особо наблюдательны. – Вы что‐нибудь слышали до или после того, как свет погас? Тот механик был здесь?

– Ты про Нельсона? – спросил Дилан. – Нет, он пару минут назад сюда пришёл, проверить что‐то там с топливопроводом. Понятия не имею зачем.

– Затем, что могла произойти непредвиденная задержка между выключением света и включением генератора, – объяснила Бесс, но Дилан только закатил глаза.

Я поспешила перевести тему, пока они снова не начали ругаться:

– Ладно, про Нельсона забыли. Вы что‐нибудь слышали?

Оба покачали головой, но тут Дилан наморщил лоб и пробормотал:

– Погоди минутку … может, и слышал. Какой‐то необычный стук или грохот …

Бесс бросила на него скептический взгляд.

– Стук? Ты, случайно, не про бойлер? Ну, знаешь, шум тепловых труб в стенах …

– Это был не звук удара, а скорее такой тук-тук-тук, – возразил Дилан.

– А при чём здесь тогда грохот?!

– Да плевать, в общем, я его слышал!

– Тебе показалось! – отрезала Бесс.

Они встали друг напротив друга, и голоса их звучали всё громче.

– Я точно знаю, что слышал!

– Да ты и разницы не знаешь между стуком и грохотом!

Я поспешно с ними попрощалась и вышла из комнаты. Не хотелось слушать очередную перебранку.

Что бы там Дилан ни услышал, если ему вообще не почудилось, расследованию это не помогало. Всё то малое, что я знала о нём, и всё то многое, что знала о Бесс, указывало на то, что права здесь моя подруга. Шум шёл из бойлера, а не от загадочного персонажа в тенях.

От жара и дурного запаха в мастерской мне захотелось подышать свежим воздухом. Столовую я обошла стороной, убедилась, что спасательные шлюпки на месте, и облокотилась на перила у правого борта на корме. В небе сияла полная луна, видная лишь наполовину за высоким обрывом на берегу острова. Как и говорил капитан, в узком канале наше судно разворачивалось очень медленно, и всё же это наверняка было лучше, чем плыть ещё около часа на север от Острова Каменного Одиночества, где река глубже.

Я вдохнула свежий воздух полной грудью, и мысли у меня немного прояснились. Ещё и прохладный ветерок приятно обдувал кожу.

В техническое отделение я спускалась не зря. Теперь просто очевидно, что у вора был подельник, который выключил электричество в нужный момент.

Значит, они договорились о точном времени? Вряд ли. Представление могло начаться на пару минут раньше или позже. Сегодня так и вышло.

Получается, вор и его помощник дали друг другу знак, но каким образом?

Пока я над этим размышляла, снизу донёсся приглушённый голос.

Я перегнулась через ограждение и прислушалась.

Из-за шума гребного колеса слов было не разобрать.

Краем глаза я заметила какое‐то движение у носа корабля и обернулась. Там тоже кто‐то смотрел на воду, отчасти скрываясь в тени одной из деревянных колонн, на которых держалась верхняя палуба.

Я снова услышала голоса – точно больше одного – и снова выглянула за перила. Рядом с «Красавицей Магнолией» дрейфовала маленькая лодка, выкрашенная чёрной краской, которая не отражала свет. Она словно ютилась в тени большого парохода.

Если на ней и были огни, они не горели. Лодка покачивалась на волнах, словно жуткий корабль-призрак.

Глава восьмая

Первый подозреваемый

– Кто тут ходит? – спросил грубый голос, и я вздрогнула от неожиданности.

Он исходил от тёмного силуэта на носу парохода. Сначала я подумала, что неизвестный обращается к пассажирам маленькой лодки, но нет – взгляд его был направлен прямо на меня. А затем он пошёл в мою сторону, заметно прихрамывая.

– Кэб?

– А вы что здесь делаете? – спросил он.

– Вышла подышать свежим воздухом. Что тут происходит?

Я показала на лодку и тут же заметила в руке у Кэба фонарик.

– Да просто рыбаки, – отмахнулся он. – Увидели, что мы разворачиваемся в этой теснине, и подумали, не случилась ли какая беда.

Он наклонился, сложил ладони рупором и крикнул:

– Так вот, говорю, помощь не нужна!

– Ничего, мы просто переживали! – ответили ему, причём с любопытным акцентом – кажется, восточно-европейским?

– Не переживайте, пожалуйста. Тут случилось кое‐что, поэтому поворачиваем обратно к Ривер-Хайтсу, а так всё чудненько!

– Чудненько? – повторила я.

Из всех моих знакомых так выражалась только Ханна. Её старомодные словечки всегда смешили меня и порой раздражали моих подруг, но в нынешней ситуации «чудненько» звучало совсем не к месту.

Кэб помахал рыбакам фонариком. Лодка завела мотор и поплыла к восточному берегу, в сторону бухты Мартина у подножия обрыва – одного из лучших мест для ночной рыбалки на Мускоке.

После этого Кэб снова повернулся ко мне.

– Не хотел им говорить, что у нас произошло. Даже не знаю, из этих они мест или нет.

– Я тоже. Кстати, капитан говорил, что сейчас вы ведёте судно.

Он пожал плечами.

– Планы изменились. Майк рассказал мне о случившемся. Жаль, конечно, очень жаль. Добрые люди выложили немалую сумму на поддержку местной благотворительности, а их раз – и ободрали! – Тут Кэб щёлкнул пальцами. – В общем, капитан решил сам встать за штурвал после разговора с полицией. Мы с ним увидели эту лодчонку, и я решил проверить, что тут да как. Мало ли, вдруг вор своим подельникам хотел добычу передать.

Он душевно похлопал меня по плечу и добавил:

– Хотя что я вам объясняю, Нэнси Дрю? Сам шеф полиции считает вас проницательной сыщицей, и меня это совсем не удивляет. Сразу видно – взгляд цепкий. Что у вас, что у вашей подружки-блондинки.

Кэб направился обратно к рубке, и я поспешила за ним, чтобы не упустить ни слова:

– Обычно мы не стали бы разворачиваться до площадки Макфи, где река более широкая и глубокая.

– Да, капитан об этом упоминал, и звучит разумно. А я хотела выяснить, кто опустил рычаг на электрической панели.

– Вот почему свет вырубило? – изумился Кэб и нахмурился. – Может, Дилан опять дал маху?

– Его тогда и рядом не было.

– Значит, кто‐то другой постарался. У вора есть помощник, хорошо знакомый с электросистемой корабля. То есть преступников двое, – подытожил он, показывая два пальца.

У входа в рубку нам встретился Лютер.

– Надеюсь, вы не против, что я вышел из столовой, – извинился он. – Просто хотел уточнить, что там с нашей экскурсией.

– Какой ещё экскурсией? – спросил Кэб.

– На Остров Каменного Одиночества. Капитан ведь для этого меня и позвал, чтобы я рассказал немного о его истории.

– Впервые об этом слышу! – рявкнул Кэб и взглянул на капитана. – Почему со мной не согласовали смену маршрута?

Майк вскинул брови.

– Всё равно решать не тебе. Это мой корабль.

– Ну да, а я всего лишь первый помощник, – отозвался Кэб с лёгким сарказмом. Было очевидно, что, их связывала какая‐то история.

– В любом случае этот ваш поход придётся отменить, – объявил Кэб.

Капитан открыл было рот, чтобы с ним поспорить, но не успел.

– Майк, на твоём корабле произошло преступление. Кто бы ни украл тот браслет, или брошь, или что там ещё, он пока на борту. Если, конечно, не сбежал в шлюпке.

– Нет, шлюпки на месте, – вставила я.

– Отменять экскурсию мы не будем, – возразил капитан, глядя мимо Кэба на Лютера. – Просто отложим на время. Сначала найдём вора, а завтра днём сплаваем на остров. Сейчас, как уже предлагала Нэнси, с корабля никого выпускать не будем.

Лютер поник.

– Понимаю. Тогда пойду в столовую, передам это всем, кто интересовался экскурсией.

После того как он ушёл, я спросила капитана, можно ли как‐то узнать, какие рабочие посещали корабль во время стоянки в Ривер-Хайтсе. У меня появилась мысль, что кража была не спонтанной. Её могли спланировать заранее. Возможно, у преступника был свой человек в Ривер-Хайтсе, который дал наводку.

Майк ответил, что в журнале отмечают всех рабочих и курьеров, которые заходят на борт. Кэб отлучился забрать его из кабинета, и капитан поинтересовался у меня, когда я последний раз видела Нэда.

– Наверное, он до сих пор в столовой, – отстранённо пробормотала я, глядя в окно.

Мы успешно развернулись и двигались вниз по течению.

– Отлично, там с ним поговорю, – сказал капитан.

И тут вернулся Кэб с журналом, и я не успела уточнить у Майка, зачем ему Нэд.

Судя по сегодняшним записям, на борт поднимались всего три наёмных работника: Джордж, её мать и Мелисса Вонг из «Парящих лепестков», самой роскошной цветочной лавки в Ривер-Хайтсе.

Подозревать Джордж с её мамой я, конечно, не могла. Мы с ними давно знакомы, и им обеим совершенно точно можно доверять. Да и в столовой их не было, когда свет выключили. Мелиссу я тоже знала – она известный трудоголик и столько времени тратит на свой бизнес, что у неё вряд ли нашлась бы минутка разработать план похищения.

Само собой, вычеркнуть её вовсе я не могла, ведь к ней обращались самые состоятельные жители города, однако при этом Мелисса совершенно не разбиралась в одежде и украшениях. Даже изумруд от бриллианта не отличила бы. Её интересовали одни цветы, цветы и ещё раз цветы.

Мысли об изысканных букетах, которыми она украсила столы на «Красавице Магнолии», натолкнули меня на одну интересную идею. Во всех этих листьях, лепестках и веточках легко спрятать изящное украшение. Вечером надо будет вернуться в столовую и проверить все вазы.

Пока я листала журнал посещений, Кэб с капитаном корпели над картой. Мой взгляд упал на окошко рубки – за ним стояла Джордж в красной хлопковой кофточке и джинсах вместо прежней белой униформы и махала мне рукой. Прежде чем отойти от окна, она произнесла одними губами: «Надо срочно поговорить!»

Я вернула журнал на место и вышла на палубу.

Джордж стояла у самой рубки, и вид у неё был такой, будто случилось ужасное.

– Нэнси, мне надо тебе кое‐что сказать! – выпалила она на одном дыхании.

– Что?

– Давай не здесь, – прошептала Джордж, уводя меня в сторону. – Лучше внизу. В кухне сейчас никого нет. В столовой устроили безумное караоке, и все собрались там. Идём скорее, время не ждёт!

Мы спустились по лестнице для персонала и незаметно проскользнули в кладовую. Там горел только свет под шкафчиками на стене. Джордж выглянула в кухню, и я отметила, что на тумбочках и столах уже прибрались, лишь приборы из нержавеющей стали мерцали в слабом свете.

– Отлично, мы одни, – пробормотала Джордж и повернулась ко мне. – Слушай, ты не пойми меня неправильно, но … они хотят всё свалить на Нэда.

– Что? – растерялась я.

– Кражу ожерелья.

У меня буквально отвисла челюсть. Первой мыслью было, что это очередная дурацкая шутка Джордж.

– Ну да, конечно! – фыркнула я.

– Нэн, я серьёзно. Было бы глупо с моей стороны о таком шутить, согласись?

В самом деле.

– Ладно, не буду спорить, однако… Кто «они», Джордж?

– Хиллари, капитан и первый помощник.

– Хиллари?! Официантка?

Мне всё никак не верилось в то, что это преступление можно повесить на моего парня.

– Да, та самая Хиллари, – кисло отозвалась Джордж. – Она слышала, как Нэд обсуждал ценность ожерелья миссис Махоуни.

– Но с чего она взяла … – начала было я, но тут вспомнила нашу беседу перед ужином. Хиллари тогда разносила лёгкие закуски для гостей. Наверное, услышала нас и всё не так поняла. – О, это легко прояснить, – улыбнулась я, но Джордж мрачно покачала головой.

– Особо не надейся. Нэд сидел с миссис Махоуни за одним столом, и Хиллари передала капитану, как он потом ползал по полу, якобы притворяясь, что ищет украшение.

Пожалуй, со стороны это и впрямь выглядело подозрительно.

– Что ж такое! – выругалась я. – Но это же безумие, Джордж. Он и блоху с собаки не украл бы.

– Мы‐то знаем, что Нэд на кражу не способен, но ты лучше его предупреди, а то дела становятся только хуже. Капитан Майк позвонил в полицию и запросил на него досье!

Я поморщилась. Шеф Макгиннис недолюбливал Нэда ещё с тех пор, как Джеймс Никерсон написал разгромную статью о недобросовестной работе полиции.

Джордж заключила меня в утешительные объятия.

– Не бойся, ничего плохого в его прошлом не найдут. Но всё‐таки ты его предупреди.

Так я и собиралась поступить, но … разве это справедливо? В мои железные правила входило подозревать всех, пока не станет точно ясно, что на конкретного человека никакие улики не указывают и его алиби не вызывает сомнений. А на данный момент главным подозреваемым, как ни крути, был мой парень.

Глава девятая

Суровый поворот

Лампы в столовой приглушили. Здоровяк Джек Хэллоран стоял на сцене, исполняя одну из ранних песен «Битлз» в караоке. Его резко очерченная фигура медленно покачивалась в такт плавной мелодии, и эта нелепая картина вызывала приступы хохота чуть ли не у всех гостей.

За нашим столом, буквально в шаге от сцены, Нэд покатывался со смеху, наблюдая за выступлением директора компании «Рэкхем». Лютер тоже смеялся, а миссис Махоуни улыбалась, но ладонь её лежала на груди, и было видно, что она всё ещё сильно опечалена потерей семейной реликвии.

Мистер Хэллоран сошёл со сцены под оглушительные аплодисменты. Я поспешила к нашему столику, пока не начался следующий номер. Мне совсем не хотелось портить Нэду настроение. Впрочем, всё равно надо было подождать, пока мы с ним окажемся наедине. Джордж предлагала пойти вместе со мной, чтобы всё ему рассказать, и я согласилась, но требовалось ещё и присутствие капитана. Он должен своими глазами увидеть, что Нэд невиновен и ожерелья у него нет. Меня до сих пор ужасно сердило обвинение Хиллари.

– Привет, привет, – сказала я, подходя к нему, и Нэд подвинул мне свободный стул от столика мисс Такер. Интересно, где же она сама?

Гости тем временем собирались у бара и столиков.

– Как успехи? – спросил Нэд под общий шум.

Мне не хотелось ему врать, и я не знала, что ответить.

– Пока зацепок нет.

От подробных объяснений меня спас Тоби Маршан, который вышел к микрофону и громко произнёс:

– Господа, вы сами видели по выступлению Джека Хэллорана, сколько в вашем чудесном городе скрытых талантов, даже если некоторые из них идут собаке под хвост …

Одни гости взвыли, а другие рассмеялись, уже предвкушая продолжение. Тоби поднял руку, призывая к тишине, и объявил:

– Для вас выступает мисс Надин Такер и её чудо-собака – Физзи-Лиззи!

– Она будет демонстрировать трюки? – удивился Лютер.

Я пожала плечами.

– Наверное.

– Странно, обычно ей не нравится быть в центре внимания, – озадаченно пробормотала миссис Махоуни. – Какая муха её укусила?

– Может, она надеется внести свой вклад в спасение благотворительного мероприятия и немного нас развеселить, – предположила я.

Мисс Такер поманила Грэди за собой. Он достал из актёрского реквизита красный пластиковый обруч, вышел на середину сцены и поднял его перед собой. Физзи-Лиззи принялась ёрзать в руках хозяйки и нетерпеливо тявкать.

Эффектным движением мисс Такер опустила собачку, и та принялась бить пушистым хвостом о доски. Грэди, держа обруч одной рукой, щёлкнул пальцами. Физзи-Лиззи помчалась к нему и прыгнула в кольцо.

Аудитория зашлась восхищёнными криками. Собачка, не дожидаясь следующей команды, встала на задние лапы и описала круг по сцене, прежде чем снова опуститься на все четыре. А затем вернулась к хозяйке за лакомством.

– Браво, Физзи! – громче всех кричала миссис Махоуни.

Её подруга снова взяла питомицу на руки и теперь сияла, как гордая мать.

– Необычная собака, – заметил Нэд, пока мы все аплодировали стоя.

– Хорошо выдрессированная, – ответила я, хлопая с таким усердием, что ладони болели.

Меня впечатлила не только Физзи-Лиззи, но и сама мисс Такер. Для того чтобы решиться на выступление, нужна определённая храбрость, даже если зрители – все твои друзья. Мне приходилось участвовать в съёмках, и, хотя аудитория у меня была совсем крошечная – одна только съёмочная команда, – благодаря этому опыту я понимала, что такое боязнь сцены.

– Кто её тренировал? – спросил Лютер под шум аплодисментов.

Я тоже об этом гадала, когда к нашему столику вдруг подошёл Кэб, наклонился ко мне и прошептал:

– Нэнси, капитан хочет тебя видеть. Вместе с Нэдом.

Сердце у меня замерло, но не успела я ничего ответить, как радостное тявканье Физзи-Лиззи сменилось рычанием и грозным лаем.

– Тише! – шикнула на неё мисс Такер, но Физзи и не думала успокаиваться.

Она извивалась в руках хозяйки, а потом наконец вырвалась и побежала на огни рамп.

– Вернись! – кричала ей вслед мисс Такер.

Физзи её не слушала. Всё ещё рыча, она совершила невероятный прыжок, едва ли не перекувырнувшись в воздухе, и приземлилась на все четыре лапы у подножия сцены. А затем понеслась к нашему столику – точнее, прямо на меня. Я вскинула руки и отшатнулась, но Физзи промчалась мимо и впилась зубами в левую ногу Кэба.

– А-А-А-А-А-А! – завопил он от боли.

Нэд схватил собачку за ошейник и оттащил от него. Кэб, держась рукой за стол, взял трость и замахнулся. При виде палки Физзи прижалась к Нэду и заскулила.

– Дельта, мерзавка мелкая! – проревел Кэб.

Дельта? Как странно … хотя случай вообще странный во всех отношениях.

Впрочем, сейчас меня больше волновала её безопасность. Я перехватила трость, и мне пришлось приложить все свои силы, чтобы вырвать её из рук разъярённого моряка.

– Хватит! Собака не виновата. Просто расстроилась из‐за чего‐то.

Физзи-Лиззи дрожала всем тельцем и жалась к Нэду.

Мисс Такер спустилась со сцены и склонилась над своей питомицей.

– Что такое? – ласково прошептала она, вытягивая руку.

Физзи обнюхала её и лизнула пальцы.

Миссис Махоуни взяла сумку подруги, и Нэд передал ей собачку. Мисс Такер, продолжая нашёптывать нежные слова, спрятала малышку обратно в переноску, повернув её спиной к первому помощнику, и застегнула молнию.

– Извините, пожалуйста, – сказала она. – Никогда не видела, чтобы Физзи так себя вела.

Лицо Кэба пылало от ярости, а на шее пульсировала вена. Он сильно разозлился и с трудом сдерживал эмоции. Голос его звучал натянуто:

– Вы больше её ко мне не подпускайте. Да и к другим пассажирам тоже. Злобная она у вас.

Он развернулся уйти, но тут я заметила красное пятно на белой штанине и ахнула:

– Кэб, у вас кровь! Она прокусила вам кожу!

– Да ерунда, – отмахнулся он и побрёл к выходу, опираясь на трость.

– Позвольте взглянуть, – попросил доктор Берсон, спеша к нашему столику. Он был близким другом моего отца, и мы всегда у него лечились. – По крайней мере дайте продезинфицировать рану. Вы делали прививку от столбняка?

– Да, конечно … всё в порядке, честное слово, – пробормотал Кэб.

Доктор Берсон положил руку ему на плечо и твёрдым голосом произнёс:

– Не надо храбриться. Я должен вас осмотреть. Передайте кто‐нибудь аптечку, пожалуйста.

Кен достал из‐за барной стойки красную с белым коробку, и я отнесла её врачу.

Он уже закатал штанину Кэба, и мой взгляд упал на рану. Укус пришёлся на голень, но оказался не слишком глубоким, и доктор Берсон протирал его антисептиком. Я заметила, что рядом на коже набита татуировка – клоун в разноцветном гофрированном воротнике и с жуткой улыбкой.

* * *

Кэб с врачом отправились в рубку, чтобы попросить капитана открыть им доступ к экстренному запасу лекарств на корабле.

Вскоре Майк через динамики объявил, что теперь все гости могут свободно перемещаться по палубам, вернуться в свои каюты или насладиться коктейлями в смотровом салоне. В тот момент я не осознала значение этого заявления.

Хотя экскурсию по Острову Каменного Одиночества отложили, в своём сообщении капитан предложил Лютеру Элдриджу развлечь гостей байками из местной истории.

– Пойдём послушаем, – предложил Нэд, когда объявление закончилось. – Мне всегда было любопытно узнать побольше об этом острове!

– Мне тоже, но пока не время. Хочу расспросить артистов, – ответила я, и мы договорились встретиться чуть позже.

Допрос подозреваемого, в чьей невиновности не было сомнений, я предпочла отложить на потом.

Тоби собрал всю труппу на сцене, чтобы обсудить завтрашнее представление.

Я дождалась, пока они договорят, и подошла к ним.

– Можете пока не уходить, пожалуйста? Капитан поручил мне расспросить вас всех о случае с ожерельем.

– Неужели вы думаете, что это один из нас его украл? – спросил ближайший работник сцены.

– Сейчас можно думать на кого угодно. Поэтому моя задача – сузить круг подозреваемых. Любой артист или работник, который участвовал в постановке, может оказаться ценным свидетелем и помочь нам найти вора.

Я вопросительно посмотрела на Тоби, рассчитывая на его поддержку.

– Рады будем помочь, – ответил он.

Первыми я допросила всех, кто отвечал за свет. Они не заметили ничего необычного ни во время, ни до отключения электричества.

Светом для представления управляли с помощью рычага, который подключили к главной панели щита освещения и разместили за кулисами. Днём они подсоединили провода люстр в столовой к этому рычагу. Двое работников спустились к основному щитку судна, захватив с собой рации, и временно отключили свет, чтобы их коллеги могли спокойно поменять провода.

Я записала всё в блокнотик, который всегда ношу с собой, и отпустила работников.

На сцене остались Тоби, Грэди, Анджела, Том и Кассиди.

– Подскажите, вы замечали что‐нибудь странное? У артистов превосходная память, не так ли? Скажите, кого вы видели рядом с передним столиком? Буквально перед самой кражей. Не страшно, если имён не знаете. Можно просто описать внешность.

Грэди задумчиво наморщил лоб:

– Пожалуй, только официантов. Молодой человек наливал кофе прямо перед отключением электричества, а красивая девушка обслуживала столы.

– Хиллари, – подсказал Тоби.

– Что‐нибудь ещё? – подтолкнула его я.

– Нет.

Ответ у всех был более или менее одинаковый. Между столиками сновали официанты, Кен трудился за барной стойкой … Мне уже казалось, что я опять зашла в тупик, но тут заговорил Тоби:

– По-моему, вор заранее изучил ювелирную коллекцию миссис Махоуни.

Кассиди ахнула.

– Вечно ты всё усложняешь!

На это замечание я не обратила внимания. Тоби рассуждал разумно.

– Почему вы так думаете?

Он мне подмигнул.

– Я ведь сценарист, и пьесы у меня в основном детективные. Почему жертвой стала именно миссис Махоуни? Вор явно знал заранее, кто она такая и какое на ней будет украшение.

Отчасти он был прав. Миссис Махоуни раньше не появлялась в этом ожерелье, и никто не мог предугадать, в чём она придёт, но стоимость у него огромная.

– Что ж, тогда вот следующий вопрос: кто на борту знает миссис Махоуни? Или вообще кого‐нибудь из Ривер-Хайтса?

Все молчали, но Анджела поёрзала на сиденье. Я посмотрела на неё, и она отвела взгляд.

– Анджела? Ты кого‐то знаешь?

Она кивнула, и на глаза у неё навернулись слёзы.

– Ну, не то чтобы … но моя двоюродная сестра живёт в паре миль на севере от города. Мелисса Руссо. Вы о ней слышали?

Я – нет.

– Вряд ли она знает миссис Махоуни, – пробормотала Анджела, сминая платочек в руках. – Надо будет у неё спросить. Но она точно не стала бы ничего красть … ни за что!

– Ох, какая же ты глупая, – с презрением фыркнула Кассиди. – Само собой, ничего твоя сестра не крала. Её и на борту нет. Только время наше зря тратишь.

– В отличие от того, как ты всех на уши поставила из‐за своего медальона? – напомнил Грэди.

Кассиди хмуро на него взглянула, сгорбилась в своём кресле и нетерпеливо притопнула ногой.

Вспыльчивость артистки меня не волновала, но почему Анджела выглядела такой встревоженной? Вряд ли её сестра вертелась в кругах Агнес Махоуни. Хотя как знать? На всякий случай я всё же взяла номер Мелиссы, а после этого всех отпустила.

Тоби задержался, чтобы добавить:

– Я вовсе не хотел навести подозрения на Анджелу.

В ответ я пожала плечами.

– Вряд ли её сестра в этом замешана. Хотя проверить наводку всё равно следует. Спасибо вам за идею. Логично ведь, что подельник вора может заранее прощупать жертву.

– О, мы, писатели, знаем, как работает мозг преступника … – начал было Тоби, но Кассиди перебила его, проходя мимо:

– Только когда вам это выгодно.

Глава десятая

Предательство

Полчаса спустя я всё ещё раздумывала над словами Кассиди. Зачем ей пытаться бросить подозрения на Тоби? Какой для этого мотив? Мне вдруг вспомнился медальон. Он так и не нашёлся, а пропал ещё до того, как на «Магнолию» поднялись гости.

Значит, никто из них и не мог быть ответственен за кражу медальона – и, соответственно, ожерелья миссис Махоуни.

– Точно! – воскликнула я, ударив кулаком воздух. Вот как можно очистить имя Нэда. С этим ни Майк, ни шеф Макгиннис не поспорят.

На полпути на Звёздную палубу я столкнулась c капитаном и заметила, что выглядел он очень мрачным.

– Где ты была?

Мне не понравился его тон, но я не стала горячиться.

– Расспрашивала артистов.

– Пустая трата времени. Я же просил сразу прийти в рубку. У нас уже есть конкретный подозреваемый. Или ты с самого начала всё знала?

– Знала, что Нэд в этом точно не замешан. Его можно вычеркнуть.

– Как удобно.

Разве обязательно так язвительно со мной разговаривать? На верхних ступеньках лестницы я остановилась и сказала:

– Послушайте, вы должны мне верить …

– Я не вчера родился, – фыркнул капитан. – Вы с ним встречаетесь!

– Не сомневайтесь, я подозреваю всех, даже самых близких, но улики совершенно точно указывают на кого‐то другого.

– Почему это?

– Потому что преступник был на корабле ещё до того, как вы сюда причалили.

– А доказательства?

– Пропавший медальон Кассиди Норман. Он исчез раньше, – ответила я, сдерживая самодовольство.

Мне даже показалось, что капитана убедили мои доводы, но тут по его лицу расплылась хитрая улыбка.

– Очень мило. Правда, кое о чём юная сыщица шефа Макгинниса не подумала. О том, что эти кражи не обязательно связаны между собой.

Я растерянно похлопала глазами и нехотя признала:

– Об этом я не подумала.

Нэд открыл нам дверь своей каюты, но при виде капитана его улыбка померкла.

– О, э-э, здравствуйте, – сказал он и покосился на меня, но я отвела взгляд. Сумка лежала полуразобранная.

– Ну, кто ему скажет? – спросил капитан.

Я перевела дыхание и прямо сообщила Нэду, что его подозревают.

– В краже?! – воскликнул он, переводя взгляд с меня на капитана, и помрачнел. – Нэнси, ты же в это не веришь?

– Нет конечно, – поспешила ответить я, – но мы должны снять с тебя подозрения и доказать, что ожерелье не у тебя.

Нэд отвернулся. Было видно: он не только расстроился, но ещё и рассердился. Однако следует отдать ему должное – голос его звучал размеренно и спокойно:

– Что ж, пожалуйста. Обыщите меня. И мою каюту.

Капитан попросил его вывернуть карманы, заглянул под матрас, порылся в ящиках и узком шкафу, даже в наборе для бритья и, наконец, в чемодане.

– Ладно, всё чисто, – объявил он.

– Вот спасибо, – проворчал Нэд с неприкрытым раздражением. – Только не пойму, к чему всё это было. В столовой полно возможных подозреваемых, но не станете же вы всех обыскивать?

К чести капитана, несмотря на его неприветливый характер и сомнительные манеры, он слегка оттаял к Нэду после того, как ожерелье не нашлось, и всё объяснил. Постепенно атмосфера немного разрядилась.

– Всё это одно большое недопонимание, – сказал Нэд.

– Нэнси тоже так говорила, но всё равно надо было убедиться. Извини. Не хочется ни в чём тебя обвинять. Я позвоню шефу Макгиннису и передам, что ты вроде как чист. Хотя пока мы не найдём ожерелье и настоящего вора …

– Знаю-знаю, – перебил его Нэд. – Мы с Нэнси давно знакомы, и я понимаю, что вхожу в число подозреваемых, просто не первый в списке.

Капитан вернулся в рубку, а я осталась в каюте. Повисла неловкая тишина.

– Я … – одновременно выпалили мы, и Нэд издал нервный смешок.

– Ты первая.

– Извини. Я ни капли тебя не подозревала, но капитан Майк позвонил шефу Макгиннису, и нельзя было так это оставить …

Нэд пожал плечами.

– Понимаю, но всё равно обидно. Ладно, давай не будем об этом.

Он ласково сжал мою руку. Пока нам было не до примирительных поцелуев.

– Кто ещё в твоём списке? – спросил Нэд пару секунд спустя.

– Пока никого. Я попросила Тоню Вард отправить мне факс со всей информацией, которую полиции удалось нарыть. А ещё посмотрим, что Джордж сумеет найти об артистах и членах экипажа в интернете.

– Отлично! – похвалил Нэд, положив руку мне на плечо. – Всегда полезно иметь таких друзей, как секретарь шефа полиции и технический гений!

Мы отправились к Джордж. Её поселили с остальными работниками, но благодаря тому, что на короткую поездку их набралось немного, ей удалось выбить себе отдельную каюту, по соседству с матерью.

Джордж, сидевшая по‐турецки на кровати с ноутбуком, небрежно нам помахала. Меня это ни капли не удивило. Как и то, что она опередила мои мысли:

– Читаю вот об экипаже. Довольно любопытно.

Я всегда предпочитаю разговаривать с подозреваемыми лично. Смотрю на выражение лица, язык жестов. Одним словом, прибегаю к общению. А вот Джордж, хотя тоже человек довольно социальный, сначала обращается к компьютеру.

– Что именно? – спросил Нэд, подвигая к ней стул.

– В целом об их прошлом. Вбила все имена, которые удалось скачать из базы данных сотрудников компании.

Я ахнула.

– Ты получила доступ к личным файлам владельца парохода?!

– Не переживай, система безопасности у них такая слабая, что им, наверное, всё равно, – отмахнулась Джордж и подмигнула мне. – После того как раскроешь это преступление, посоветуешь меня как отличного программиста, и я поставлю им защиту получше. За небольшую оплату, разумеется.

Как это на неё похоже!

– Удалось найти что‐нибудь? – спросила я.

Меня слегка смущали методы подруги, но она часто находила полезную информацию, так что я не жаловалась.

– У капитана Майка Джонса интересное прошлое. Посмотри.

Джордж щёлкнула на закладку в браузере.

– Видишь, у него уже были проблемы с законом. ФБР вышли на него, когда расследовали дело о контрабанде в Новом Орлеане. Тогда он владел компанией развлекательной рыбалки. Как ни странно, незадолго до суда с него сняли все обвинения.

– Не хватало доказательств? – предположил Нэд.

– Не могу найти причину. На то, чтобы взломать базу ФБР, уйдёт больше време …

– Даже не говори об этом! – возмутилась я, зажимая уши ладонями, но всё же снова заглянула ей за плечо. – Смотри, тут есть ещё о нём.

– Точно, – согласилась Джордж, проматывая страницу. – Вскоре после того случая его наняли капитаном на частную яхту … но потом – при таинственных обстоятельствах – на ней случился пожар и она затонула! Я проверила страховую компанию. Вполне вероятно, что яхту затопили ради страховки, но и тут им всё сошло с рук. По-моему, мы нашли вора, Нэнси.

– Что ж, у него и впрямь преступное прошлое, – пробормотал Нэд.

Я покачала головой.

– Обвинения сняли, так что по факту – нет. Хотя он явно участвовал в каких‐то сомнительных схемах. Капитан был связан и с делом о контрабанде, и с той яхтой … Это уже не просто совпадение.

– Именно, – подчеркнула Джордж. – А, и вот ещё одна тёмная история. Его отстранили от военно-морской службы, и вроде как с почётом, но уж слишком внезапно. Если честно, по старым файлам ничего особо не поймёшь. Там много вырезано.

Мне хотелось не меньше Джордж с Нэдом ухватиться за эту зацепку и шестое чувство подсказывало, что дело с ним нечисто, но нельзя было обвинять капитана в воровстве без веских доказательств.

Нэд почувствовал мою неуверенность.

– Вот что я предлагаю. Может, мой папа нас выручит. Он же работал журналистом в Вашингтоне, и у него там осталось много контактов. Наверное, конференция пока ещё идёт, но я чуть позже позвоню ему и попрошу навести справки о капитане.

Глава одиннадцатая

На горячем

– Но если у капитана есть преступное прошлое, об этом должна быть информация в базе национальной организации по борьбе с преступностью. Конечно, я могла бы её взломать, но на это уйдёт несколько дней. У них очень хорошая защита, об этом все знают, – сказала Джордж.

Я так переживала за Нэда, что почти забыла о факсе.

– Капитан Майк ещё не упоминал, пришли бумаги или нет.

– Может, не хочет, чтобы ты их видела, – предположил Нэд.

– И на шефа Макгинниса не похоже откладывать расследование, – задумчиво произнесла Джордж. – Ты уже целую вечность назад отправила этот факс.

– Не я, а капитан. У него единственный факсимильный аппарат на корабле. Я думала, что буду держаться поблизости – просто на всякий случай, – но у меня было слишком много дел.

Тут я задумалась над словами Нэда.

– Вдруг и правда … капитан не хочет передавать мне эти бумаги?

– Ну, не спросишь его – не узнаешь, – заметил Нэд. Он взглянул на часы и поднялся со стула. – Уже за полночь, так что я пойду к себе в каюту. Нэн, позвоню тебе, если папе удастся узнать что‐нибудь полезное о капитане.

Джордж подождала, пока Нэд уйдёт, и спросила:

– Нэн, где факс?

– В офисе при рубке.

Она спрыгнула с кровати и принялась рыться в своём рюкзаке. А потом извлекла оттуда печатный бланк «На старт, внимание, ешь!».

– Отведи меня туда, и я выясню, отправлял ли капитан факс и приходил ли ответ.

– Как?

Джордж поиграла бровями.

– Ладно. А как ты вообще проберёшься к аппарату?

– С твоей помощью и с этим бланком. Отправлю факс в мамин офис. Если кто спросит зачем – скажу, мол, чего‐то не хватало в коробках, которые доставили на корабль. Не волнуйся.

Джордж подхватила свой рюкзачок, и мы поспешили в рубку, перепрыгивая через ступени на лестнице.

Всё прошло без сучка без задоринки. В рубке сидел Кэб, положив раненую ногу на подушки, и я спросила, как он себя чувствует, а затем отвлекла его разговором обо всём, что не касалось укусов и собак в целом. Джордж тем временем зашла в офис, но буквально секунду спустя высунулась из двери и спросила:

– Кэб, где у вас лежат запасные картриджи? Тут плёнка закончилась.

Он бросил ей связку ключей от шкафчика со всякой канцелярией, и мы вернулись к нашей беседе. Всего минуты через две Джордж вернулась в рубку.

– Спасибо, – сказала она и кивнула на ногу первого помощника: – Надеюсь, к утру полегчает.

– Да ерунда, бывало и хуже, – заверил её Кэб. – Вот однажды аллигатор … Эх, сейчас уже поздновато для такой длинной истории, – добавил он, сдерживая зевок.

– А я бы с удовольствием послушала, – сказала я, хотя про себя очень обрадовалась, что не придётся задерживаться в офисе. А то мало ли, он заметит, что старую плёнку Джордж забрала. – Давайте утром?

На этом мы ушли. Джордж похлопала по рюкзаку и шепнула мне на ухо:

– Всё здесь. Сегодня же этим займусь.

Мы вместе спустились на Зелёную палубу. Джордж отправилась дальше в свою каюту, а я в свою. Захватила там фонарик, переобулась и вернулась в столовую.

Углы комнаты освещали дежурные огни, и я совсем не ожидала никого встретить в такой поздний час. Ковёр приглушал мои шаги, но у самого входа я резко затормозила. На сцене, прямо у меня перед носом, маячили два тёмных силуэта. Они держали карманные фонарики вроде того, что был у меня.

С минуту я за ними наблюдала, а потом на цыпочках подошла к барной стойке, перегнулась через неё и включила люстру.

– Нэнси! – ахнул Тоби Маршан.

Рядом с ним стояла Анджела. При виде меня она зажала рот ладонью, села на диван и разрыдалась.

– Это не я! Честное слово, не я! – запричитала актриса.

Её ещё даже ни в чём не обвинили, а она уже защищалась! Хотя, конечно, теперь эти двое занимали первые места в моём списке подозреваемых.

– Анджела, хватит, – осадил её Тоби, и слёзы девушки волшебным образом остановились.

Правда, на меня она взглянула с явным чувством вины в глазах.

– Я не крала ожерелье!

– Нэнси тебя даже не обвиняла … – начал Тоби, но я его перебила:

– Пока что.

Все двери, выходившие на палубу, были закрыты – кроме той, через которую я вошла. Отлично. Не хотелось бы, чтобы эти двое сейчас сбежали.

Я подошла к сцене и заметила, как Анджела прячет что‐то под юбкой.

– Что это?

Она поморщилась и выудила из‐под цветастой хлопковой ткани шкатулку:

– Вот, смотрите.

Мне вспомнилось, что эту деревянную шкатулку использовали как реквизит в спектакле. Я протянула за ней руку, и Анджела нехотя её отдала, но не успели наши пальцы соприкоснуться, как шкатулка выскользнула и грохнулась о пол. Крышка отлетела, а дно открылось.

– Двойное дно! – воскликнула я и тут заметила, что из тайного отделения выкатилось что‐то серебряное.

Анджела попыталась прикрыть его ногой, но я быстро наклонилась и схватила …

– Медальон Кассиди?!

Анджела кивнула и снова разревелась.

Тоби покачал головой, нерешительно приблизился к ней и обнял за плечи.

– Ну-ну, не надо. Всё вскрылось, Анджела, и так даже лучше.

Я терпеливо ждала, пока она соберётся с духом и признается в краже ожерелья, а про себя гадала, кто же её подельник. Тоби? Нет, он был в столовой во время представления. Значит, кто‐то другой.

Анджела всё горько всхлипывала, и моё терпение наконец лопнуло.

– Просто скажи, куда ты спрятала ожерелье? – спросила я.

Актриса подняла взгляд. По её красивому лицу стекали чёрные ручьи туши.

– Это … это не я … а медальон я забрала, потому что …

Анджела взглянула на Тоби, а затем снова забилась в рыданиях.

Он тяжело вздохнул:

– Нэнси, понимаю, в это сложно поверить, но медальон никак не связан с другой кражей. Это дело касается исключительно нашей труппы …

– Тоби, на борту произошло преступление, и это касается всех, – напомнила я, сдерживая нарастающее раздражение.

Он беспомощно покосился на Анджелу. Плечи её больше не дрожали, всхлипы стихли, и она прислушивалась к каждому слову, но сама молчала.

Наконец Тоби сдался и выложил всё начистоту:

– Это из‐за нас с Кассиди. Мы поженимся в конце лета, и Анджела сильно расстроена.

Вдруг девушка встрепенулась и посмотрела прямо на него:

– Само собой! Мы встречались с января, а потом появилась эта старая заноза, и ты сразу меня бросил. Чего мне не расстраиваться? Да это ещё слабо сказано! Поэтому я и забрала её «счастливый талисман».

Тут Анджела повернулась ко мне, уперев руки в бока:

– И нет, не «украла», а просто спрятала на время. И сработало же! Она сразу стала реплики забывать. Так ей и надо, старой занозе!

– Не надо злобствовать, – одёрнул её Тоби, но не так строго, как следовало бы – по крайней мере, по моему мнению.

Хотя вообще я им верила. И даже если у Анджелы была возможность украсть ожерелье, самообладания и ловкости рук для этого ей явно не хватало. Да и мотива, пожалуй, тоже.

– Ты нам веришь? – спросил меня Тоби, сходя со сцены.

Анджела откинулась на спинку дивана, взяла салфетку со стола и шумно высморкалась.

Я пожала плечами:

– Да, но легче мне от этого не становится, и вам лучше скорее вернуть медальон Кассиди. Если шеф полиции узнает о том, что Анджела его забрала, то придёт к определённым выводам, даже не сомневайтесь.

Я передала ему медальон, и Тоби ответил:

– Сегодня же ей отдам. Если честно, у меня сразу появились подозрения, что это Анджела его украла, но после сегодняшнего выступления она сама во всём созналась и умоляла встретиться с ней ночью, пока здесь никого нет. Я обещал незаметно подсунуть медальон в бюро в каюте Кассиди и подстроить всё так, будто он просто потерялся.

– Ладно, – сказала я и тут вспомнила, что хотела проверить цветы.

Дождалась, пока Тоби с Анджелой уйдут, и подошла к ближайшей вазе.

Я без особого энтузиазма раздвигала стебли, мрачно размышляя о своём списке подозреваемых, который стремительно сужался. Стоило мне в ком‐нибудь засомневаться, как всего спустя час или даже меньше этого человека приходилось вычёркивать. Не считая разве что загадочного капитана Майка.

Пару часов спустя я проснулась от настойчивого телефонного звона и нехотя поднялась на поверхность жизни из глубин сладкого сна. В нём я нашла важную улику, которую следовало заметить ещё в самом начале расследования, но стоило мне открыть глаза, как все воспоминания о моей дрёме испарились.

Я нащупала телефон-раскладушку на прикроватной тумбочке, открыла его и услышала в трубке жизнерадостный голос Джордж:

– Доброе утро!

Я сонно протёрла глаза и с тяжёлым вздохом приподняла жалюзи на окошке. Небо было окрашено в розовые тона рассвета.

– Почему ты такая бодрая? – пробормотала я.

– Потому что ещё не ложилась, – ответила Джордж. – Всю ночь работала.

Я тут же широко распахнула глаза и села в постели.

– Тоня отправляла факс?

– А то! Почти все члены экипажа вне подозрений, но есть два возможных исключения.

– Любопытно. Что пишут про капитана?

– Ничего не пишут. Он отправил список всех имён, кроме своего собственного. Уж не знаю, намеренно или нет …

– Ой, брось, конечно намеренно! Прошлое у него тёмное, и, если шеф Макгиннис о нём прочитает, сразу запишет в главные подозреваемые.

– Наверное, запишет, – согласилась Джордж. – Посмотрим, что скажут знакомые мистера Никерсона. А о другом моём открытии не хочешь послушать?

Я встала и босиком принялась мерить шагами комнату.

– Говори скорее.

– Кэб Митчелл, образно говоря, пропал с радаров лет пятнадцать назад, когда ушёл из военно-морских сил. А всего месяцев восемь назад внезапно появился. Прошёл проверку безопасности и получил работу на этом судне.

– Но проверку он прошёл? – уточнила я.

– Да, – ответила Джордж. – Так что, наверное, там всё чисто.

Хм-м … Меня это не убедило. Пятнадцать лет в тумане … Где он был всё это время? Сидел в тюрьме? Нет, об этом написали бы в базе данных.

Внезапно у меня возникла блестящая мысль:

– Джордж! В записях круизной компании было отмечено, кто нанял Кэба?

– Капитан Майк, – ответила она. – Даже так: он его порекомендовал. Они служили в одном отряде военно-морских сил.

Значит, старые приятели? Наверняка их связывает много интересного. Прошлое капитана Майка после службы вызывало подозрения. Возможно, это касалось и Кэба? Могли они стать напарниками? Наверное, следовало расспросить капитана о его старом друге, но … осторожно. Лучше не показывать ему, что они оба под подозрением.

Я сбросила звонок, убрала телефон и поспешила в душ. Разговор с Джордж сильно меня взбодрил, и сна больше не было ни в одном глазу. Я даже решила выделить немного времени на утреннюю пробежку по палубе.

Не успела я переодеться в шорты и футболку для бега, как утреннюю тишину разрезал женский крик.

Глава двенадцатая

Подлый поступок

Я тут же помчалась к двери. Вслед за первым криком послышался второй. Они доносились из соседней спальни – роскошной каюты миссис Махоуни!

Она стояла на пороге в одном халате и показывала пальцем на пол комнаты. В коридоре уже хлопали другие двери, и из них выглядывали сонные пассажиры.

– Что стряслось? – спросила я и проследила за взглядом миссис Махоуни.

Сначала мне подумалось, что она показывает на какой‐то беловатый коврик у туалетного столика, но вдруг я осознала: никакой это не коврик.

– Физзи-Лиззи! – закричала я и ринулась к собачке.

Её голова склонилась набок, а язык торчал из маленькой пасти.

– Она умерла! – в ужасе выла миссис Махоуни.

Я перевела взгляд на неё:

– Где мисс Такер? Почему собака у вас?

– Надин подумала, ей лучше остаться на ночь у меня – ну, после того, что произошло с ожерельем. Я буквально секунду назад вышла из душа, и вот …

Она осеклась и развернулась навстречу подруге. Мисс Такер сонно щурилась и завязывала халат на ходу, но, увидев свою питомицу, встрепенулась и ахнула:

– О нет! Что случилось?!

– Н-не знаю, Надин. О, мне так жаль, и …

Я пощупала грудь собачки и перебила миссис Махоуни:

– Похоже, она ещё жива.

На туалетном столике лежала пудреница, и я взяла её, чтобы поднести зеркальце к пасти Физзи-Лиззи. Оно запотело – значит, малышка ещё дышала.

– Судя по всему, она просто спит и с ней всё будет в порядке, но … видимо, ей подсунули какой‐то наркотик.

Миссис Махоуни вскрикнула:

– Кто мог так поступить?!

– И как им это удалось? – задалась вопросом мисс Такер.

Тут в коридоре возник капитан Майк.

– В чём дело? – спросил он, а заметив Физзи-Лиззи, добавил: – С собакой что‐то не так?

– Да, и это не само по себе случилось, – ответила я, уже рыская в корзине для бумаг.

Тут мне на глаза попался крошечный блистер из фольги. Я перевернула его и увидела, что таблетку уже выдавили, но её раскрошили, и, судя по тому, что осталось, Физзи-Лиззи получила около половины дозы.

– Вот улика, – сообщила я, поднимая руку с блистером.

– А, узнаю лекарство, – сказала мисс Такер. – Обычное успокоительное для животных. Иногда используется на выставках, чтобы унять им нервы. Я давала его своим собакам, когда с ними путешествовала, но даже половина таблетки для такой малышки – это чересчур много. С ней всё будет в порядке, но она проспит ещё несколько часов.

– Либо ей собирались дать целую таблетку, либо точно знали, какой дозы хватит на то, чтобы временно её усыпить, – рассудила я. – Тут пока сложно сказать.

Я помассировала её крошечные лапки. Физзи-Лиззи издала тихий стон и прямо во сне лизнула меня в руку.

Про себя я гадала, не Кэб ли напичкал её успокоительным.

– Как получилось, что преступник вообще попал в вашу комнату? – спросил капитан.

– Н-не знаю, – ответила миссис Махоуни. – Я заперла дверь, и в ванную тоже. По утрам я довольно много времени провожу в ванной. А потом, когда вышла, увидела эту страшную картину. Бедная малышка!

– У кого есть ключи от дверей? – спросила мисс Такер.

Я тем временем уже изучала замочную скважину.

– Её взломали. Стержень в замке погнут, видите?

Капитан извинился перед миссис Махоуни за низкие стандарты безопасности на судне, и мы с ним вышли в коридор.

– Можно поговорить с вами один на один? – попросила я, рассчитывая выжать из него полезную информацию о первом помощнике. И, может, пролить свет на собственное прошлое Майка.

– Конечно, – ответил он. – С радостью послушаю, как идёт расследование.

Разумеется, я не собиралась ему говорить, что в первую очередь подозреваю именно его. Сначала поинтересовалась, есть ли в экипаже те, кто работал в ветеринарной сфере или на собачьих выставках. Точно он сказать не мог.

– Обычно в резюме пишут только о том, что связано с работой, на которую его подают, а для этой поездки никаких подобных требований не было, – справедливо заметил он. А потом, подумав с минуту, добавил: – Может, в труппе кто‐нибудь имел дело с животными.

Я кивнула, но подумала, что нет смысла их проверять. Интуиция подсказывала: Тоби и его ребята тут ни при чём. Я расспросила капитана про Нельсона и других работников, которых видела только в списке, но лично ещё не встречала. Кэба оставила напоследок, чтобы не возбуждать лишних подозрений.

– А расскажите про Кэба, – наконец сказала я беспечным тоном. – Похоже, он очень интересный человек.

– Это да, – с готовностью согласился капитан. – Мы с юности друг друга знаем. Наверное, были как раз твоего возраста. Ходили на одном судне в армии, и до того, как оттуда уйти, делили одну двухэтажную койку.

– А куда он подался потом?

Майк сдвинул кепку на затылок и прислонился к перилам.

– Да много куда, наверное. Мы потеряли связь где‐то год или два спустя … Так часто бывает. А где‐то полгода назад снова нашлись. Встретил его в Новом Орлеане, узнал, что он ищет работу, и сразу предложил ему эту. Кэб – отличный штурман и бывалый моряк. С этим кораблём я ему доверяю как никому.

Мне показалось интересным, что он не знает, где его друг был все эти годы. Может, капитан покрывал и себя, и Кэба? Или в самом деле утратил с ним связь?

Я выждала секунду-другую и как бы между делом спросила:

– Как такой опытный моряк остался без работы?

– Насколько мне известно, у него было своё судно дальше по заливу, где он ловил креветок. А это дело уже давно идёт на спад. Улов становился всё меньше, а потом судно и вовсе пострадало в урагане. Кажется, в прошлом году. Страховка не покрыла ущерб, да ещё сам Кэб получил серьёзную травму.

– Понятно, это из‐за неё он ходит с тростью.

– Вообще в наше время сложно найти работу, – продолжил капитан. – Много здоровых, крепких моряков. Но не мог же я подвести старого друга. Да и мне хватает молодых и сильных на борту. – Тут он поморщился. – Если честно, для этого и взял Дилана. Он неплохой, но в механизмах совсем не разбирается. Зато мышцы на месте, и мы его иногда используем как грубую силу.

Майк улыбнулся и добавил:

– А весной Кэб сказал, что его племянница ищет подработку на лето. Я сразу её нанял. Она прекрасно ладит с пассажирами и со всей командой. Всё, что связано с пароходом, схватывает на лету. Явно к этому талант. Настоящая морская волчица, но при этом выглядит, скажем так, нехарактерно.

– А кто это?

– Красивая рыжая официантка. Хиллари.

Вдруг в динамиках раздался голос:

– Капитана Майка ждут на мостике. Капитана Майка ждут на мостике.

Он нахмурился.

– Боюсь, придётся чуть позже обсудить расследование. Макгиннис обещал позвонить, сказать, во сколько они приедут.

Наша беседа ввела меня в замешательство. Если Кэб ловил креветок, почему не осталось никакой информации о его лодке и урагане? Я думала, береговая охрана расследует любое крушение, каким бы мелким ни было судно.

А может, он работал неофициально, как многие другие, не желающие платить налоги, и страховку он не оформлял. При этом капитан был связан и с контрабандой, и с возможной страховой аферой. Может, они проворачивали эти дела вместе.

Я взяла злаковый батончик из корзинки. Очень удобно, что на столах на палубе держали лёгкие закуски для гостей. И всё ещё размышляла над историей капитана, сидя на стуле и дожёвывая батончик, когда ко мне подошёл Нэд.

– Нэнси, ты не поверишь! – выпалил он, выдвигая стул, и устроился напротив меня. Глаза у него сияли от приятного волнения.

Я сразу поняла, что новость важная.

– Папа тебе ответил?

Нэд кивнул и поманил меня пальцем, чтобы я подалась к нему ближе.

– Это просто нечто, – прошептал он. – Наш добрый капитан вовсе не пропал с радаров. Точнее, радару было приказано его не считывать. Иными словами, он работает под прикрытием. На ФБР.

Больше папе ничего не удалось выяснить, но он точно не один из «плохих парней».

– То есть Майк не провозил контрабанду? Он с самого начала работал на федералов?

– Да. Вижу, тебя это не радует?

– Ну, для него новость хорошая, а вот для моей теории – не очень, – объяснила я и пересказала ему историю о прошлом Кэба.

И уже собиралась перейти к подробностям, когда услышала стук трости. Кэб собственной персоной направлялся к нашему столику.

– Доброе утро, – сказал он.

– Как ваша нога? – справился Нэд.

А я подумала, слышал ли Кэб о Физзи-Лиззи и не он ли пытался от неё избавиться.

– Жить буду. Со мной случалось и похуже. Хотя собака явно опасная. Её бы усыпить, вот что.

Любопытный выбор слов. Я сделала себе мысленную заметку.

– Кэб, вы преувеличиваете, – возразил Нэд. – Она так переволновалась из‐за выступления, и что‐то в вас её напугало. Ваша трость, например. Это всё от нервов.

– Ну-ну, – проворчал Кэб, повернулся ко мне и просиял. – Ну что, Нэнси, есть подвижки в расследовании?

– Есть немного, – честно ответила я. – Капитан рассказал, что у вас было своё судно для ловли креветок.

Глаза помощника капитана округлились:

– Вот, значит, как?

– Да, а еще о том, что оно затонуло.

Кэб легонько постучал тростью по ноге:

– Собственно, потому и хромаю.

– Как называлась лодка? – заинтересовался Нэд.

– «Эбеновый закат», – ответил Кэб после секундного колебания.

Мы попрощались, и я договорилась увидеться с Нэдом на обеде, а затем поспешила в каюту Джордж. Пересказала ей всю историю и попросила найти информацию об «Эбеновом закате».

– Нет такого, – доложила она несколько минут спустя. – Ни креветколовного, ни вообще какого‐либо. Никаких данных о крушении у Нового Орлеана и о страховке.

– Придётся ему объясниться, – сказала я.

Джордж нахмурилась.

– Ты поосторожнее, Нэн. Он не новичок, раз так умело заметает следы. Явно связан с более крупной рыбой.

– Не знаю уж, связан он с кем или нет, но соглашусь – наверное, Кэб в какой‐то мере опасен. Но ты не переживай. Буду осторожнее. И всё равно он, скорее всего, пока не догадывается о том, что я его подозреваю.

Глава тринадцатая

Под паром

Наверное, мне следовало предупредить Джордж, что я сразу пойду искать Кэба. Хотя не для того, чтобы высказать ему какие‐то обвинения, а просто попытаться ещё что‐нибудь разузнать.

Других каких-то существенных подозреваемых у меня пока не было, но я сомневалась в том, что Кэб виновен. Зачем ему в открытую признавать, будто он желает Физзи-Лиззи смерти? Самому бросать на себя тень? Разве тогда не подумают, что Кэб мог отравить собачку и даже вломиться в каюту миссис Махоуни в поисках очередных украшений, которые можно стянуть?

По пути мне попались Дилан с Бесс. Они красили деревянные кресла-качалки и, как всегда, спорили. Не знаю, как моя подруга выносила это стажёрство. Создавалось впечатление, что она будет только рада откланяться и вернуться к своим проектам.

– Привет, – с лёгкой опаской поздоровалась я. – Что делаете?

– Похоже, «мы» сломали одно из кресел, – ответила Бесс.

Дилан приподнял нижнюю деталь и объяснил:

– Оно было совсем старое, и клей давно высох. Видишь, – ехидно добавил он, поворачиваясь к Бесс, – даже технический недотёпа вроде меня знает о том, что эти детали соединяют клеем!

Я не знала, что на это сказать.

– Некоторые считают, будто поломанные вещи надо сразу выкидывать, но это очень вредно для окружающей среды, правда, Нэнси? – неестественно слащаво произнесла Бесс.

– Э-э… Да, конечно, лучше их использовать, если это возможно. Ну ладно, мне надо найти…

Дилан не дал мне договорить:

– Но на это нужно много труда и времени. И, как в нашем случае, краски. Куда проще купить новые.

– Знаешь, тебя никто и не просит о твоём времени и труде, – съязвила Бесс. – Я сама отнесу кресло в мастерскую и склею…

Я ушла, не дожидаясь конца их спора.

Отчего‐то Кэб никак не находился. Вроде мне сказали, что он в рубке, а там капитан Майк сообщил, что на самом деле его первый помощник в смотровом салоне, изучает карты, но и там никого не оказалось.

Я заглянула в столовую, и Кен посоветовал спуститься в инженерный отсек, потому что до этого сам Кэб искал Нельсона.

Дверь в бойлерную была открыта, но там не нашлось ни Кэба, ни Нельсона.

– Есть кто здесь? – позвала я, пытаясь перекричать шум бойлера.

– Мы тут, Нэнси! – отозвалась со стороны мастерской Бесс.

– Вы видели Кэба? – спросила я, заходя в комнату.

Дилан ставил банки с краской на верхнюю полку, сломанное кресло стояло прислонённым к рабочему столу, и Бесс старательно склеивала детали.

– Готово, – сказала она, вытирая ладони о тряпку. – За двадцать четыре часа клей накрепко засохнет, и кресло будет как новенькое!

– Да кого это волнует, – отмахнулся Дилан. – Я ужасно голодный. Наверняка уже пора обедать.

Он отошёл к раковине помыть руки, и я заметила, как по его спине течёт пот. И тут же осознала, что и сама вспотела.

– Жарко у вас тут!

– Как всегда, – бросил через плечо Дилан.

Бесс скорчила рожу.

– Не так уж и жарко, – сказала она, но всё же зашла в бойлерную, а всего минуту спустя крикнула: – Нэнси, иди сюда! Что‐то не так!

Я поспешила к ней. От невыносимого жара сдавливало грудь, и бойлер подозрительно ворчал.

– Смотри, – сказала Бесс, показывая на шкалы. – Напряжение в первом бойлере слишком высокое.

– Вентиль безопасности нас убережёт, – заверил её Дилан, вытирая руки полотенцем. После этого он набросил влажное полотенце себе на шею.

Стрелка на круговой шкале подбиралась опасно близко к красной зоне, и я встревоженно уточнила, вытирая пот со лба:

– Разве он не должен был уже включиться?

Бесс кивнула.

– Где Нельсон? Сейчас его дежурство.

– Его тут не было, – сообщила я.

Бесс обошла бойлеры, а я последовала за ней. Она стала проверять лабиринт труб, бормоча себе под нос:

– Здесь явно что‐то не так, Нэн. Вентиль выпуска пара как будто заклинило.

Бесс попыталась коснуться этого вентиля, но тут же отдёрнула руку.

– Горячо! Даже не знаю, как удастся выкрутить …

– Даже не пытайся, – посоветовал Дилан.

Я обернулась и увидела, что он подошёл к нам. Вид у него был напуганный.

– Помнишь, Кэб нам говорил, что от пара можно получить ожоги третьей степени. Надо позвать на помощь.

Я согласилась и попросила его показать, где телефон внутренней связи. А там нажала на кнопку, но ничего не произошло.

– Нас кто‐нибудь слышит? В бойлерной авария, – доложила я и выждала пару секунд.

Никто не ответил.

– А это что? – спросил Дилан, приподнимая растрёпанный край провода. Другой его конец был подсоединён к телефонной базе.

Провод обрезали! Кто‐то намеренно перекрыл связь.

– Я сбегаю наверх, скажу кому‐нибудь. И вы тоже лучше уходите отсюда. Просто на случай …

– Взрыва! – закончил за меня Дилан и ринулся к двери, но вдруг задержался и обернулся: – Бесс, пойдём скорее!

Она не ответила, и он побежал искать её за бойлерами.

Дверь оказалась закрыта. Я дёрнула за ручку, но та не поддалась. Попробовала ещё раз – безрезультатно.

– Нас заперли!

Дилан подбежал ко мне – вместе с Бесс, которая ещё надеялась как‐то решить проблему сама, – и тоже схватился за ручку.

– Не понимаю. Её можно запереть только ключом.

– Так они это намеренно, – догадалась Бесс. – Надо скорее отсюда выбираться, Нэн. Вентиль не крутится. Если не отключим пар, корабль взорвётся.

Вдруг Дилан схватил меня за руку и прошептал:

– Слышали?

– Что? – спросила Бесс.

– Какой‐то стук …

– Ох, Дилан, сейчас не до твоих дурацких шуток!

Хм-м. В самом деле, из кладовой шёл странный шум.

– Он не шутит. Что там?

Я подбежала к двери, отодвинула засов и распахнула её.

Оттуда, пошатываясь, вышел Нельсон. Вид у него был болезненный, а униформа вся грязная.

– Ох, моя голова, – простонал он, тяжело опускаясь на ближайший табурет. От него тянуло чем‐то пугающе знакомым.

– Эфир! – ахнула я.

Кто‐то вырубил его анестетиком!

– Нельсон, кто это был? – спросила я и потрясла его за плечо.

Он поднял на меня затуманенные глаза и с трудом сосредоточил взгляд на моём лице.

– Мне … так плохо …

– Будет ещё хуже, если сейчас не соберёшься! – рявкнул Дилан и тоже принялся его трясти.

– Бойлер, – вмешалась Бесс, присоединяясь к нам. – Слышишь, Нельсон? Давление в бойлере вышло из‐под контроля. Вентиль заклинило. Нам нужна помощь. СЕЙЧАС ЖЕ!

Я схватила полотенце с шеи Дилана и подбежала к бачку с охлаждённой питьевой водой. Окунула в неё полотенце, вернулась и накрыла им лицо Нельсона.

– Очнись! Ситуация очень серьёзная!

Холодная вода слегка его взбодрила. Нельсон поднялся на ноги и поплёлся за Бесс к злосчастному вентилю.

– Эй, да его же заблокировали!

Бесс посмотрела, куда он показывает пальцем, и побледнела.

– Нэн, я только вчера взяла в магазине хозтоваров точно такой колпачок! Он был в моём списке покупок.

Глава четырнадцатая

Штиль

– Ты его купила? Зачем? – ошарашенно спросил Нельсон.

– Говорю же, мне дали список покупок, и он там был, – объяснила Бесс. Нижняя губа у неё задрожала.

– Сейчас не об этом надо переживать, – вмешалась я. – Нельсон, что нам делать?

Он потёр лоб.

– Дайте подумать… в голове как будто каша. Что он со мной сделал? Погодите. Надо перекрыть доступ топлива в бойлеры. Где моя рация?

Нельсон принялся рыться в карманах, и я с тревогой произнесла:

– Наверное, её забрал тот, кто перерезал провод телефона.

– Нет-нет, – возразил Нельсон и на непослушных ногах подошёл к столу. – Вот она.

Он включил рацию и связался с рулевой рубкой. Предупредил, что перекроет топливо.

– И отправьте к нам кого‐нибудь. Нас заперли в бойлерной. Вопрос очень серьёзный, капитан. Поспешите!

Нельсон исчез в другой части комнаты вместе с Бесс, а пару минут спустя они вернулись с ящиком инструментов. Нельсон проверил шкалу давления: она в самом деле понижалась.

– Какое‐то время уйдёт на то, чтобы оно пришло в норму, но пока мы будем стоять на воде неподвижно.

Дилан покачал головой.

– Кому это понадобилось?

– Тому, кто не хочет, чтобы мы вернулись в Ривер-Хайтс? – предположила я.

– Кэб сильно рассердится, – пробормотал Нельсон, принимая стакан воды у Дилана. – Он терпеть не может заводить пароход из состояния полного покоя. Нам потребуется дополнительная энергия. И в любом случае на это уйдёт время.

– Кстати о Кэбе. Где он? – спросила я. – Мне сказали искать его здесь.

– Ушёл за пару минут до того, как меня вырубили. Он что‐то делал там, у другого стола, а потом его бипер[1]запищал. Я отправился в кладовую, а он – в рубку.

– Вы видели, как Кэб уходил? – спросила я у Бесс.

– Нет, и чтобы приходил, тоже не видели. Мы сидели в мастерской, чинили кресло. И я ничего не слышала, пока ты к нам не заглянула.

Вдруг дверь бойлерной распахнулась, и в комнату ворвался Кэб с тростью.

– Что здесь происходит?! – в ужасе прогремел он. – Дети, вы в порядке?!

За ним стоял разъярённый капитан. Теперь я знала, что он хороший, и очень ему обрадовалась. С ним можно было чувствовать себя как‐то надёжнее.

– Возмутительно! – вскричал он. – Пропавшее ожерелье – это ещё ладно. Но чтобы взорвать целый корабль? Люди могли погибнуть! Я немедленно звоню Макгиннису. Нам нужна полиция. Дело надо раскрыть сейчас же.

Он взглянул на меня исподлобья, и я даже не обиделась. Мне хотелось ему сказать, что у нас есть возможный подозреваемый, но пока не хватало улик. И я тоже предпочла бы обеспечить безопасность пассажиров.

– Как вас вообще тут заперли? – спросил капитан.

– Я пришла сюда искать Кэба, – объяснила я и повернулась к нему. – Где вы были? Нельсон говорил, вы ушли незадолго до того, как его вырубили анестетиком.

– Вырубили?! – воскликнул Кэб и, прихрамывая, подошёл к инженеру. – Ты в норме, приятель?

Тот кивнул.

– Теперь да. Чудо, что неполадку заметили. Ещё минут пять-десять, и бойлер взорвался бы.

– Понимаю, понимаю, – пробормотал Кэб и повернулся ко мне. – Я собирался пойти в рубку, но по пути заглянул в каюту Хиллари. Ты же знаешь, что она моя племянница?

– Да, капитан об этом упоминал. И вы больше никого здесь не видели?

– Ни души.

Глава пятнадцатая

Недостающее звено

«Красавица Магнолия» застряла посреди реки, а я – посреди своего расследования. Мне не хватало доказательств. Как убедить шефа Макгинниса в том, что Кэб Митчелл замешан в краже и всех остальных несчастных случаях на корабле? Здесь явно недоставало важной детали пазла, и меня не отпускало чувство, что она где‐то на виду.

Я хотела обсудить дело с подругами, но Бесс работала с Диланом, а Джордж – в кухне со своей матерью. Мысли о кухне напомнили мне о том, что со вчерашнего ужина я ничего не ела, кроме злакового батончика. Тем временем уже минул полдень, и в животе урчало от голода. Может, если порыться в холодильнике или кладовой, там найдётся чем перекусить? И заодно удастся поболтать с Джордж.

Мой план сработал. Где‐то через полчаса после случая в бойлерной, пока вышедшие на перерыв члены экипажа и официанты обедали в столовой, я сидела с Джордж в кладовой и жевала сэндвич.

– Понимаешь, Кэб явно в этом замешан, но на него ничего не указывает. К примеру, его не было в столовой, когда ожерелье пропало.

– И если собаку отравили в надежде стянуть побольше украшений, на Кэба тоже подумать нельзя, – рассудила Джордж.

– Почему?

– Физзи-Лиззи от одного его вида принимается лаять как бешеная, что и мёртвого разбудит.

– Значит, вор – напарник или подельник Кэба – не пугает Физзи и способен передвигаться по палубе незаметно …

– И ещё быстро, – закончила за меня Джордж.

Я вздохнула, выбросила одноразовую тарелку и убрала оставшуюся половину багета, из которого делала себе сэндвич, в пакет. Открыла хлебницу, чтобы положить его на место, и заметила кое‐что странное. Между ней и стеной застряла некая бумажка. Я отодвинула хлебницу, достала её и разгладила. Она оказалась огромной, одиннадцать на семнадцать дюймов, и вся исчерканной кругами, именами и цифрами.

– Ну и ну, вот это да, это же план рассадки! – воскликнула Джордж, заглядывая мне за плечо.

– Да, на вчерашний ужин, – согласилась я и потянулась было его выбросить, как вдруг заметила, что столик миссис Махоуни хоть и в первом ряду, но с другой стороны сцены.

Значит, её место поменяли. А Кен упоминал, что новую схему нарисовала Хиллари. Разумеется, она восстанавливала её по памяти и могла легко допустить невинную ошибку, поместив миссис Махоуни не с правой стороны комнаты, а с левой, но сейчас это была не единственная деталь, которая указывала на официантку.

– Джордж, – бросила я, спеша к двери, – кажется, теперь всё ясно! Кажется, я знаю, кто с Кэбом заодно!

– Нэнси, куда ты? – крикнула она мне вслед, но я не ответила.

Либо мои опасения оправдаются, либо нет, но в любом случае каюту Хиллари надо осмотреть немедленно, пока официанты обедают в столовой.

Я знала, что её комната на нижней палубе, недалеко от Джордж. Ручка не поддалась – дверь была заперта. Я достала банковскую карту из кошелька, осторожно просунула в щель между замком и косяком, и замок тут же открылся.

Каюта Хиллари выглядела как обычная комната в колледже. На стенах висели плакаты, и сначала меня это не смутило, но вскоре я обратила внимание, что это не постеры фильмов и не портреты рок-звёзд, а цирковые афиши. Я подошла рассмотреть их вблизи и обнаружила, что на них всех одна и та же труппа: «Шапито Бартоломео и Бартлетт». Мелким шрифтом сообщалось, что они из Нового Орлеана. Логотип цирка выглядел в точности как татуировка, которую я видела на ноге Кэба, – лицо клоуна с жуткой улыбкой. Значит, он работал в этом цирке, но по той или иной причине не упомянул о нём в своём резюме. Причём на некоторых плакатах была изображена маленькая белая собачка: «Удивительная Дельта: бессмертный чудо-зверь!» Дельта … Разве не так первый помощник назвал Физзи-Лиззи, когда она его укусила?

Не теряя времени, я принялась рыться в ящиках, но там ничего не нашлось. Зато у изножья кровати лежал старомодный чемодан – пароходный кофр. Я встала на колени подле него и откинула крышку. На верхнем ярусе лежали программки, брошюры и газетные вырезки – все про один и тот же цирк, но в разных уголках Дальнего Юга. В основном в маленьких городках Луизианы и Алабамы. Я пробежалась взглядом по программкам, но Кэба Митчелла в них не было.

Слегка озадаченная своими находками, я заглянула в следующий отсек. Там хранились экзотические костюмы для восточных танцев – шифоновые шаровары, лифы в пайетках. Все они были Хиллари по размеру и наверняка великолепно на ней смотрелись. На некоторых красочных программках присутствовала иллюзионистка Хелена, и лицо её выглядело очень знакомым.

Очевидно, что это было сценическое имя Хиллари.

Как раз эту деталь я и упустила из виду. Она была фокусницей. Даже провернула один трюк на пирсе, прямо на наших глазах. И Хиллари точно была в столовой, когда пропало ожерелье.

Я осторожно приподняла костюмы. На самом дне сундука лежала стопка газетных вырезок. Судя по всему, они были аккуратненько рассортированы по датам. Я пролистала их и нашла первые статьи девятимесячной давности.

Как оказалось, цирк «Шапито Бартоломео и Бартлетт» пострадал в пожаре. Из-за несчастного случая одна из палаток загорелась, и в результате артист Каллум Мур повредил левую ногу. Цирк понёс страшные потери, пошли слухи о том, что он развалится.

Я ещё раз внимательно перечитала статью и обратила внимание на то, что у артиста пострадала левая нога. Очевидно, это было сценическое имя Кэба – Каллум Мур. Поэтому он пропал с радаров. После военно-морской службы Кэб Митчелл жил под псевдонимом – а может, и не одним. Интересно, что бы нашла о нём Джордж, если бы вбила в поиск имя Каллума Мура?

Я с жадностью погрузилась в статьи за следующий месяц. Во всех городах, где появлялся этот цирк-шапито, пропадали дорогие украшения. Сначала никто не проследил связи, в первую очередь потому, что ни одна из жертв не посещала представления «Бартоломео и Бартлетт». Однако со временем украденные изделия начали появляться в крупных аукционных домах Нью-Йорка и Лондона, и власти пришли к определённым выводам: кто‐то из артистов, покинувших труппу, входил в шайку грабителей, связанную с более крупной – возможно, даже международной – организацией похитителей ювелирки.

Я решила, что прочитала достаточно, и стала уже убирать вещи обратно в чемодан, когда вдруг заметила на самом дне белый конверт где‐то два на четыре дюйма. Взяла его и увидела штамп ветеринарной клиники Нового Орлеана. Внутри лежали две белые таблетки в блистере. Точно такие же, как та, которую я вытащила из мусорки в каюте миссис Махоуни.

Джордж угадала: Кэб не травил собаку. Это сделала Хиллари! Почему‐то ей Физзи доверяла, в то время как её подельника просто ненавидела. Я поёжилась, догадываясь почему. Судя по его поведению, он жестоко обращался с животными. И если «Каллум Мур» дрессировал «Дельту», неудивительно, что она не испытывала к нему добрых чувств.

Я уже опускала крышку сундука, и тут к моему затылку приставили что‐то жёсткое и холодное и женский голос произнёс:

– Не двигайся.

Я замерла.

– Теперь вставай, только медленно.

– Хиллари, – начала было я и попыталась обернуться, но она тут же толкнула меня.

Я рухнула на пол, но успела увидеть, что в меня вовсе не целились из пистолета. Это было горлышко стеклянной бутылки из‐под лимонада, ещё холодной. Я перевела дыхание. Пожалуй, преступница с таким оружием мне не страшна, но лучше не принимать поспешных решений. В первую очередь надо её разговорить.

– Я всё знаю, Хиллари. Вы с дядей украли ожерелье миссис Махоуни. И вам это с рук не сойдёт, будь уверена.

Конечно, это был всего лишь блеф. Джордж знала, что я подозреваю Кэба, но про Хиллари я ей ничего не сказала.

– Уже сошло, – ответила она. – Как мне, так и Кэбу. Признаю, ты неплохая сыщица, раз обо всём разнюхала, но в одном ошибаешься. Мы с ним не родственники. Он просто играет роль грубой силы в операции. Разбирается в кораблях, знает, как повредить бойлер и в нужный момент отключить свет. Я передала ему сигнал по моему биперу, вот так.

Хиллари нажала на маленькое устройство, подавая очередной сигнал своему подельнику.

– Само собой, я была в столовой, а он – внизу, в инженерном отсеке, – бахвалилась она.

– Значит, Кэб вовсе не хромой?

– Нет, нога у него правда пострадала – во время предыдущей вылазки в городе Батон-Руж. Грубо говоря, он уже бракованный товар, но мои дядюшки – настоящие родственники – ещё видят в нём выгоду.

Пока она говорила, я развернулась к ней лицом, всё ещё сидя на полу. Хиллари светилась самодовольством и уже не так сильно сжимала бутылку. Я сделала глубокий вдох и, когда «официантка» начала расписывать подробности кражи, прыгнула на неё.

Я огрела её по голове, и Хиллари покачнулась, но всего на секунду, и поспешно заблокировала следующий удар. Она тоже неплохо дралась, и мы какое‐то время боролись, пока мне не удалось наконец прижать её лицом к полу. Я села ей на спину и пробормотала, тяжело дыша:

– Всё, Хиллари, сдавайся.

В эту же секунду дверь каюты распахнулась и врезалась мне в затылок. Перед глазами вспыхнули яркие пятна, и моя хватка ослабла. Хиллари подскочила и заломила руки мне за спину.

Я извивалась, пытаясь вырваться. Тем временем Кэб, прихрамывая, вошёл в комнату и запер дверь. Он занёс трость у меня над головой и сказал:

– Что ж, юная сыщица, если ты и впрямь такая умная, должна понимать: сейчас тебе лучше молчать и делать что говорят. Вставай и садись на стул.

Хиллари подняла меня на ноги и толкнула на сиденье.

– Кэб, это безумие. Одно дело кража, и совсем другое – насилие. Вас поймают и надолго посадят в тюрьму.

– Может, и да, а может, и нет, но тебя это точно не будет касаться, – ответил он и повернулся к Хиллари: – Свяжи ей руки за спиной.

Хиллари достала из ящика платок и затянула узел на моих запястьях.

– Теперь иди ко мне в каюту, – добавил Кэб. – Там в сундучке лежит маленькая стеклянная бутылка. Принеси её и ещё захвати небольшое полотенце.

После того как она ушла, помощник капитана обратился ко мне:

– Ты ставишь нам слишком много палок в колёса, Нэнси Дрю, и мы должны что‐то с этим сделать.

– Ожерелье рано или поздно найдут, – пригрозила я в надежде на то, что он проговорится о тайнике.

– Вряд ли. Даже ты не знаешь, где оно спрятано.

Вскоре вернулась Хиллари. Я взглянула на бутылочку в её руках и сразу догадалась, что задумал Кэб. Сердце бешено заколотилось в груди. Надо было срочно спасаться.

– Хватит, Кэб. Не надо, – взмолилась я.

Он меня не слушал.

– Держи её крепче, – приказал Кэб.

– С радостью, – ответила Хиллари и больно вцепилась мне в плечи.

Я в ужасе наблюдала за тем, как Кэб снимает крышку и пропитывает полотенце вонючей жидкостью. Я открыла было рот, чтобы позвать на помощь, но помощник капитана тут же зажал его ладонью и поднёс полотенце к моему лицу. Мерзкий запах ударил в ноздри, а живот скрутило. Я пыталась сопротивляться и не поддаваться анестетику.

Задержав дыхание, я принялась пинаться наугад. Кэб вскрикнул, но меня тут же ударили по правой ноге. Правда, боли я почти не почувствовала. И последним, что услышала, был насмешливый голос Кэба:

– Сладких снов …

И я погрузилась во тьму.

Глава шестнадцатая

За бортом

Меня разбудила болезненная пульсация в голове.

Я попыталась открыть глаза, но веки словно придавили свинцовым грузом. Где же я? Точно не дома в кровати. Влажный воздух холодил кожу, а в спину врезалось что‐то жёсткое и твёрдое. Голова просто раскалывалась, а пульсация как будто шла не только изнутри, но и снаружи, окружая меня.

При этом ощущение было такое, будто я обо что‐то сильно ударилась. Когда и обо что? Я хотела потрогать лоб, но вдруг осознала, что не могу пошевелить руками. Пальцы коснулись шёлкового платка, и в памяти всплыло всё произошедшее: каюта Хиллари, цирковые афиши, газетные заметки о краже драгоценностей, пропитанное эфиром полотенце … Меня вырубили и куда‐то перетащили, а ещё сунули кляп в рот.

Эфир … Теперь понятно, почему голова кружилась и болела, но откуда эта странная пульсация? Я сосредоточилась на шуме вокруг меня. Он походил на тихое пыхтение.

Надо было срочно разобраться, куда меня перенесли. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы открыть глаза, и боль от этого только усилилась, но я увидела перед собой лишь полный мрак. Видимо, меня засунули в какое‐то закрытое пространство, и на мне лежал … Я моргнула, привыкая к темноте. Брезент? Судя по всему, меня накрыли брезентом.

Тут я сразу же догадалась, куда попала и что это за тихое пыхтение – шум двигателя «Красавицы Магнолии»! Раз он снова разошёлся, с момента нашей стычки с Хиллари и Кэбом прошло несколько часов. Я пришла в каюту днём, а теперь наступила ночь – поэтому воздух был холодный и влажный, пропитанный туманом. Катер двигался обратно в Ривер-Хайтс, а я лежала в одной из спасательных шлюпок.

Скорее всего, Хиллари с Кэбом спрятали меня сюда, а сами уже смылись, но если мне удастся выбраться из лодки и донести на них шефу Макгиннису с капитаном, ещё есть шанс, что их успеют настигнуть.

Я поёрзала на дне шлюпки, пытаясь подобраться к уключине, на которую крепилось весло, когда лодку спускали на воду. Затем приподнялась, уткнувшись макушкой в брезент, и несколько тщетных попыток спустя занесла запястья над уключиной. Платок зацепился за неё, и я изо всех сил дёрнула руками. Ткань затрещала и порвалась.

Я вытащила кляп изо рта и хотела было уже закричать, когда вдруг услышала голос Кэба и замерла.

Почему он ещё на борту?

Кэб с кем‐то разговаривал, довольно тихо, так что мне было ничего не разобрать, но потом они подошли ближе, и я услышала:

– Сейчас спустим шлюпку. Мы уже недалеко от острова.

– Дядя Джей и Пит К. нас ждут.

Это был голос Хиллари. Значит, они планировали бежать в этой шлюпке? Сердце замерло у меня в груди. Я уже думала над тем, как выбраться отсюда и позвать на помощь, когда Хиллари произнесла:

– Надеюсь, они не будут злиться. Эта девчонка поставила под угрозу всю операцию. По-моему, проще от неё избавиться, и дело с концом.

– Даже не думай, слышишь?! – воскликнул Кэб. – Мы оставим Нэнси на острове, целую и невредимую. Со временем её найдут, но надеюсь, что нескоро. Грабёж – это одно. Но я не убийца.

– По крайней мере, намеренно никого не убиваешь, – язвительно отозвалась Хиллари.

– Что ж … бывают несчастные случаи.

– Например, как с пожаром в цирке? Двое погибших. Мой дядя сказал, тебя могут обвинить в непреднамеренном, а может, и в предумышленном убийстве. Если поймают.

– Ключевое слово – если. Живым я им не дамся, это точно. Так что давай, пора в дорогу. Или правильнее сказать – в реку? – со смехом произнёс Кэб.

Действовать надо было немедленно. Я сбросила с себя брезент, рассчитывая, что он упадёт им на головы, и выпрыгнула из шлюпки. К сожалению, из‐за отравления эфиром ноги у меня были как ватные, и я приземлилась буквально в руки Кэба Митчелла.

– Ну‐ка, что тут у нас? – проворчал он, зажимая мне рот ладонью.

Я замычала, пытаясь вырваться, но потом решила, что пока разумнее будет не сопротивляться.

– Вот, молодец, – сказал Кэб. – Нет смысла брыкаться.

– И что теперь? – с паникой в голосе спросила Хиллари. – Нет времени заново её связывать. И на палубе задерживаться нельзя. Ужин скоро закончится, и …

– И Нэнси сама просится из огня да в полымя … или, точнее, в воду.

– Но она всё слышала, Кэб, и руки у неё больше не связаны! Она сможет выплыть!

– Нет у нас времени на эти мелочи. А способность плавать будет далеко не главной её заботой, – заверил свою подельницу Кэб. Он достал из кармана бандану, сунул мне в рот и повернулся к Хиллари: – Ты бери за ноги, и давай за мной.

Я пиналась и сопротивлялась как могла, но тщетно – преступники были сильнее меня. Пыталась кричать, несмотря на кляп, но рядом никого не было, и все мои старания окончились ничем.

Преступники отнесли меня на корму и остановились у ограждения.

– На счёт три, – объявил Кэб. – Раз … два … три!

Меня перекинули через борт в воду.

Глава семнадцатая

Секреты в песке

Я упала с громким плеском. Холод сразу меня взбодрил, и появились силы бороться. Я сбросила кроссовки и вынырнула на поверхность, тяжело дыша, а там уже сняла кофту и осталась в одних шортах с майкой. Теперь одежда не тянула меня на дно.

Сначала я готова была кричать от радости. Если Кэб Митчелл считал, что выбросить меня за борт достаточно, чтобы обеспечить моё молчание, он глубоко ошибался. Конечно, сейчас я была не в лучшей форме, но вообще отлично плавала даже на большие расстояния.

Я вытерла воду с лица и собралась с мыслями. Левый борт парохода, у которого я оказалась, был дальше всего от земли. Тем временем у носа «Магнолии» на реку спустилась шлюпка. Кэб отвязал её от корабля, передал Хиллари весло и сел на корме.

Тут стало ясно, что варианта у меня два: забраться по тросу на борт «Магнолии» и позвать на помощь или поплыть за шлюпкой. Пожалуй, я вполне могла следовать за преступниками до самого Острова Каменного Одиночества. Не успела я принять решение, как они сбросили что‐то с кормы, и секунду спустя послышался шум мотора.

Кэб развернул лодку и понёсся вверх по течению.

Ладно, значит, первый вариант. Конечно, трос сильно натрёт кожу и порвёт мне одежду, но это будет меньшее из зол.

Течение усердно оттягивало меня к корме судна, как бы я ни старалась приблизиться к носу. Мне ещё не приходилось плавать на этом отрезке Мускоки, и течение здесь оказалось очень мощное – даже слишком.

Внезапно – к своему ужасу – я осознала почему. Вода вокруг меня пенилась и бурлила из‐за большого винта парохода.

Кэб намеренно сбросил меня недалеко от кормы. Как раз надеялся, что я всплыву здесь, у больших деревянных лопастей.

От этой мысли я ощутила прилив энергии, стиснула зубы и принялась грести со всей силы, но не к кораблю, а от него, на середину реки. Сначала мне казалось, все мои усилия тщетны, но постепенно появилось ощущение, что я всё‐таки двигаюсь в нужную сторону. Медленно, но верно я вышла в более спокойные воды.

В ту же минуту по поверхности воды проплыл широкий луч. Он ударил мне в глаза ярким светом, но вместе с этим подарил надежду. В Ривер-Хайтсе такой прожектор был всего один и принадлежал спасательной команде полиции. Я помахала им и закричала:

– Я здесь!

Вскоре подплыла спасательная шлюпка. Каково же было моё удивление, когда в ней оказались сам шеф Макгиннис с офицером Джо Ризом, сержантом Эмили Ким и ещё одним полицейским, которого я не знала. Шеф помог вытащить меня из воды и даже выглядел встревоженным, как будто в самом деле за меня волновался. Он набросил мне на плечи грубое армейское одеяло, и я вдруг обнаружила, что дрожу всем телом.

– Откуда вы здесь?

Риз широко улыбнулся:

– Капитан Майк связался с шефом по рации, когда ты пропала.

– Нэнси, – проворчал Макгиннис, – вот уж не ожидал, что буду тебя из реки вылавливать. В какую историю ты впуталась на этот раз?

Я даже не потрудилась ему ответить.

Шлюпка развернулась и направилась обратно к пароходу. Зубы у меня стучали, но я с трудом выговорила:

– Это Кэб … Кэб Митчелл и Хиллари Дювал. Они воры драгоценностей и мошенники.

– Ты нашла у них ожерелье?

Я покачала головой.

– Нет, оно где‐то спрятано. Сейчас они плывут в спасательной шлюпке с «Красавицы Магнолии» на Остров Каменного Одиночества. Там их ждут дядя Хиллари, Джейк, и ещё некто по имени Пит К. Я подслушала их разговор.

– Джейк Дювал? – присвистнул Риз. – Он связан с группировкой Тарковского с востока.

– Тяжёлый клиент. А про Пита К., думаю, мы все знаем, – сказал Макгиннис.

Я вот не знала, но решила, что сейчас не время задавать вопросы. Мы приближались к «Магнолии», и на палубе, на которой ещё полчаса назад не было ни души, толпился народ. Нэд перегнулся через перила, отчаянно размахивая руками, а вместе с ним меня встречали Джордж, Бесс, миссис Махоуни и мисс Такер с Дельтой / Физзи-Лиззи под мышкой.

Я помахала им в ответ.

– Сейчас вернём тебя на корабль и отправим команду на остров, – объявил Макгиннис.

– Нет! Ни в коем случае. На остров надо плыть немедленно!

То ли из‐за того, что я подпрыгнула, то ли из‐за моего громкого восклицания Физзи-Лиззи выскочила из рук мисс Такер, сиганула за борт и плюхнулась в воду совсем неподалёку от нашего мотора.

– Моя малышка! – завизжала мисс Такер.

Офицер Риз быстро нагнулся и выхватил несчастное создание из реки. Собачка отряхнулась, бросилась ко мне и принялась лизать моё лицо.

– Это ещё что такое? – удивился Макгиннис.

Я сама не понимала, в чём дело, но пока было не до того.

– Послушайте, шеф, со мной всё в порядке, а сейчас дорога́ каждая минута. Кэб с Хиллари успеют добраться до своих сообщников, а там у них наверняка подготовлен путь к отступлению.

– Она права, шеф, – согласился полицейский, который управлял лодкой. – Вот, смотрите.

Он показал на исчезающие вдали огни спасательной шлюпки.

– Ладно, Нэнси, уговорила, – сдался Макгиннис. – Но когда мы причалим, ты останешься в лодке с собакой. Это приказ.

Пришлось дать ему обещание.

И я вовсе не собиралась его нарушать. Полицейские оставили лодку на мелководье у берега и отправились искать преступников. Их шлюпки нигде не было видно. Мы с Физзи-Лиззи остались на борту с запасом воды и фонариком.

Так вот, обычно я сдерживаю свои обещания. Поэтому во всём, что произошло дальше, виню собаку. Заслуженно.

Все четыре полицейских в это момент спешили по пляжу к лесу на западной стороне острова, где располагался глубокий грот – идеальное место для того, чтобы спрятать судно.

Высоко в небе светила луна, освещая берег. Я внимательно осматривалась, потому что знала: обычно преступники действуют вопреки логике полиции. Вдруг Физзи-Лиззи низко зарычала. Я крепче стиснула её ошейник и прошептала:

– Что такое?

Она снова зарычала и вырвалась у меня из рук. Плюхнулась в воду и поплыла. Что мне ещё оставалось делать? Разумеется, я поспешила за ней. Схватила фонарик, спустилась на мелководье и вышла на сушу.

Физзи-Лиззи отряхнулась и уверенно потрусила по песчаному пляжу в сторону обрывов и пещер на восточной стороне острова.

Босиком я шла медленно и молилась про себя, чтобы в лесу не рос ядовитый плющ.

Как ни странно, там нашлась тропинка. Узкая, но освещённая луной. Она извивалась между большими валунами и выходила к подножию обрыва. Я очутилась у знаменитых пещер, о которых рассказывал Лютер.

Физзи-Лиззи меня опередила и уже стояла, припав к земле, словно готовясь к атаке, перед входом в одну из них, громко лая и рыча. Судя по её поведению, грабители прятались именно там, и я совсем не удивилась, когда услышала голос Кэба:

– Да уберите же отсюда эту псину!

В то же мгновение Физзи-Лиззи ринулась внутрь, а я побежала за ней по траве, светя перед собой фонариком.

Пещера была неглубокая, и луч освещал её всю. Хиллари прижалась к дальней стене, дрожа от страха. Кэб стоял ближе ко входу, и мой фонарь на секунду его ослепил. Он ударил тростью наугад, а потом и вовсе бросил её в собачку, но не рассчитал силы. Трость приземлилась в кусты у меня за спиной, ударившись о камень с глухим стуком.

– Стойте! – выпалила я, боясь, как бы он не убил Физзи-Лиззи.

Хиллари воспользовалась моментом и попыталась сбежать, но я поставила ей подножку. Преступница рухнула лицом на камни.

– А-а-ай! – вскрикнула она, но тут же стала подниматься.

Я поспешно прижала её к земле и заломила руки за спину.

Тут послышался топот и голос офицера Риза.

– Нэнси? Это ты?

Он с двумя другими полицейскими пробился к нам через кусты, а секунду спустя их нагнал шеф Макгиннис.

– Не дайте Кэбу уйти! – воскликнула я.

Макгиннис рассмеялся:

– Никуда он не уйдёт. Собачка загнала его в угол.

Я подняла взгляд. В самом деле, очаровательная Физзи-Лиззи превратилась в настоящую волчицу, преисполненную первобытной ярости. Она оскалилась на Кэба, но пока не нападала – словно понимала, что в этом уже нет необходимости.

– Может, вам взять её к себе служебной собакой? – предложила я, наблюдая за тем, как преступник выходит из пещеры с поднятыми руками.

На них с Хиллари надели наручники. Полицейские нашли спасательную шлюпку с «Магнолии» в гроте и теперь решили разделиться. Одна группа с Эмили Ким отвезёт грабителей в участок, а мы с шефом Макгиннисом, Ризом и Физзи-Лиззи вернёмся на «Красавицу Магнолию».

– Держите эту псину от меня подальше, – попросил Кэб, когда сержант Ким вела его по узкой тропе.

– Об этом не переживайте, – обещала я, привязывая к ошейнику Физзи-Лиззи верёвку, которую позаимствовала у офицера Риза.

– А как же трость? – спросила Хиллари, оглядываясь через плечо. – Кэбу тяжело без неё ходить!

Конечно, трость! Кажется, она упала в кусты всего в паре ярдов от начала тропинки. Я обвела их фонариком и заметила, как на камнях что‐то блестит.

– Нашла!

Я подобрала трость и с сожалением обнаружила, что набалдашник в виде головы собаки откололся. Правда, как‐то уж слишком аккуратно он отошёл …

Я отыскала его в кустах и с лёгкостью приладила обратно, как и ожидала. Тогда я потрясла трость, и в ней что‐то загремело.

– Не может быть! – ахнула я.

– Ну что опять такое? – проворчал Макгиннис.

Я протянула ему трость со снятым набалдашником.

– Она полая внутри. Попробуйте её встряхнуть … только осторожно!

Он послушался, и на землю выпало изумрудное ожерелье Агнес Махоуни.

– Ничего себе! – воскликнул Макгиннис и нехотя добавил: – Молодец, Нэнси.

* * *

– Сначала хорошие новости или плохие? – спросила я у своих подруг на следующий день.

Мы с Бесс и Джордж с комфортом устроились на диванах и в креслах в оранжерее миссис Махоуни. Это была моя любимая комната во всём городе, и старушка об этом знала, поэтому пригласила нас присоединиться к ней с Лютером и Надин Такер на обеде. Не хватало только Нэда: он вёл экскурсию для ребят из лагеря по «Красавице Магнолии».

– Плохих мне хватит ещё на полгода вперёд, – пожаловалась мисс Такер.

Физзи-Лиззи – бывшая Дельта – свернулась калачиком у неё на коленях. Мисс Такер решила оставить собачку себе и уже вовсю баловала, подкармливая миниатюрными сэндвичами со стола.

– Но лучше закончить на приятной ноте, – возразила Джордж.

– Точно, – согласилась я. – Значит, начнём с плохих. Кэба с Хиллари мы поймали, но их сообщники, связанные с русской преступной группировкой, так и не нашлись. Наверное, увидели лодку полиции у Острова Каменного Одиночества и решили смыться, бросив своих друзей.

– Как благородно с их стороны, – усмехнулся Лютер.

– Шеф Макгиннис сказал, что это Хиллари украла моё ожерелье. Как ей это удалось? – спросила миссис Махоуни.

– Боюсь, этого никто не знает. Она отказывается отвечать на вопросы, в том числе и про своего дядю Джейка. Меня сильно беспокоит это упущенное звено, – призналась я, а затем добавила: – Зато мы разузнали кое‐что о Физзи … Ну, или о Дельте. Оказывается, Хиллари очень любит животных …

– Но она её едва не усыпила! – воскликнула миссис Махоуни.

– Да, но на самом деле Хиллари приказали убить собаку. Вместо этого она дала ей половину таблетки, чтобы та просто надолго уснула. Кэб забрал Дельту из приюта ещё щенком и стал тренировать, но очень жестоко, применяя насилие. А потом бросил её в том пожаре – который, кстати, произошёл не случайно. Это был поджог. После того как Кэба признают виновным во всех этих преступлениях, его посадят на долгий срок.

Бесс вздохнула.

– Страшная вышла история. Особенно тот момент с бойлером, когда он заблокировал вентиль. Оказывается, список покупок в тот день для меня написал именно Кэб, а вовсе не Дилан, – хмуро добавила она, но тут же просияла: – Зато есть и хорошая новость! Скоро я пойду на свидание … с Диланом!

– Куда, на матч по боксу? – фыркнула Джордж.

– Нет, в кино, – ответила Бесс, напустив на себя важный вид, но тут же рассмеялась. – Если честно, сначала он предложил боулинг. Представляете? Такой неуклюжий парень, а хочет в боулинг. Забавно бы это выглядело! В общем, я предложила съездить в кино. И вести, конечно, буду я!

Лютеру явно не терпелось сменить тему, и я поспешно вмешалась:

– Здорово, Бесс. А вы знали, как Хиллари доводит шефа Макгинниса? Уже дважды выскользнула из наручников, и во второй раз почти успела добежать до выхода из участка! К счастью, её поймали, так что всё в порядке. Оказывается, она не просто фокусница, а опытный иллюзионист, который специализируется на том, чтобы освобождаться от любых пут. С такими представлениями она как раз и выступала в цирке. А вот и хорошая новость: «Красавица Магнолия» вместе с капитаном Майком останется в Ривер-Хайтсе на целую неделю! На самом деле он агент ФБР и работал под прикрытием, чтобы выйти на преступную группировку из России, но ему так понравилась профессия капитана, что вместо этого он решил выйти на пенсию и передать это дело другому агенту! Правда, ещё надо найти нового первого помощника и провести полную проверку двигателей. Убедиться в том, что тот случай с бойлерами не нанёс пароходу серьёзного вреда. А потом мы сможем отправиться в повторный круиз. Миссис Махоуни о нём договорилась и пригласила всю нашу компанию! Конечно, для нас билет будет уже бесплатным.

– Это меньшее, что я могу для вас сделать в знак благодарности, – сказала миссис Махоуни. – Особенно для тебя, Нэнси. Ожерелье для меня бесценно. Сейчас это важная улика, поэтому оно в безопасности у полиции, но как только я получу его назад, сразу отнесу в ювелирную лавку и поставлю новый замок.

Мы встретили её слова радостными восклицаниями и торжественно подняли свои стаканы с холодным чаем.

Джордж повернулась ко мне и подмигнула:

– Надеюсь, в этот раз будут бросать только деньги на благотворительность, а не сыщиц за борт!

Примечания

1

Бипер – радиоэлектронное устройство индивидуального вызова. – Примеч. пер.

Content

Кэролайн Кин
Нэнси Дрю
Дело на реке

Глава первая Любопытная история

Глава вторая Ловкость рук

Глава третья Сглаз

Глава четвёртая Загадочные огни

Глава пятая Свет погас

Глава шестая Грубая игра

Глава седьмая Приглушённые голоса

Глава восьмая Первый подозреваемый

Глава девятая Суровый поворот

Глава десятая Предательство

Глава одиннадцатая На горячем

Глава двенадцатая Подлый поступок

Глава тринадцатая Под паром

Глава четырнадцатая Штиль

Глава пятнадцатая Недостающее звено

Глава шестнадцатая За бортом

Глава семнадцатая Секреты в песке

Примечания