Леонид Егорович Красноречьев, Любовь Яковлевна Тынтарева

Как мера и красота скажут

«…КАК МЕРА

И КРАСОТА

СКАЖУТ»

Л. Е. КРАСНОРЕЧЬЕВ, Л. Я. ТЫНТАРЕВА

Памятники древнего деревянного зодчества Новгородской области

ЛЕНИЗДАТ 1971

Этот очерк написан А. Е. Краснорёчьевым, архитектором Новгородской специальной научно-реставрационной производственной мастерской, и Л. Я. Тынтаревой, в течение нескольких лет работавшей старшим инспектором по охране и реставрации памятников управления культуры Новгородского облисполкома.

С 1959 года Л. Е. Красноречьев и Л. Я. Тынтарева проводили обследование области с целью выявления памятников народного деревянного зодчества. В результате этой работы обнаружено несколько десятков замечательных деревянных построек - творений безвестных зодчих из народа. Со временем почти все они станут экспонатами музея народного деревянного зодчества, созданного в Новгороде. Об этих творениях народных мастеров и рассказывается в очерке.

Работа Л. Е. Красноречьева и Л. Я. Тынтаревой имеет научную ценность, так как вводит в историю русского деревянного зодчества ряд ранее неизвестных памятников.

Обмеры, обследование и проекты реставрации памятников, упомянутых в очерке, выполнены Л. Е. Краснорёчьевым.

2 - 8 -4 134-0971

ОТ АВТОРОВ

Новгород широко известен своими замечательными памятниками каменной архитектуры. Многие из них были созданы в глубокой древности. Уцелевшие в превратностях веков, они дожили до наших дней и восхищают нас своим совершенством.

Но древний Новгород был не менее знаменит и своим деревянным зодчеством. Умение строить из дерева - плотницкое мастерство - достигало в Новгороде уровня высокого искусства. С помощью простого плотницкого инструмента - топора - новгородские мастера создавали строения поразительной красоты.

В одной древней подрядной грамоте, составленной плотничьей артелью, которая бралась построить храм, сохранилась такая запись: «Рубить высотою как мера и красота скажут». Эти слова как нельзя лучше определяют характер всего русского деревянного зодчества. В них запечатлен многовековой, из поколения в поколение передававшийся опыт русских мастеров-плотников. Простой и мудрой заповеди, заключенной в этих словах, всегда следовали и новгородские мастера. Что бы ни приходилось им строить - простой ли крестьянский амбар или величественный храм в самом Великом Новгороде, - степень совершенства постройки неизменно определялась «мерой и красотой».

Весь Великий Новгород был созданием рук безвестных новгородских плотников. Ведь до XVIII века город оставался по преимуществу деревянным. Дома ремесленников и купцов, богатые хоромы бояр, церкви и часовни, пристани, мощеные улицы, водоотвод, водопровод - все было из дерева. Каменные строения выглядели отдельными островками в море сплошной деревянной застройки.

Среди деревянных построек встречались настоящие шедевры. В 989 году на территории детинца (так называли новгородцы свой кремль) над полноводным Волховом вознеслись «тринадцать верхов» первого новгородского храма - святой Софии. Под стать ему были и рубленые стены и башни самого детинца, сооруженные в середине XI века. Они стояли на высоком земляном валу, в основание которого заложили мощные «городни» - дубовые срубы, засыпанные землей. По-видимому, в то же время был возведен и деревянный, на городнях, мост через Волхов. Это замечательное для того времени инженерное сооружение выдерживало самые сильные паводки и ледоходы. Мост имел несколько пролетов, через которые свободно проходили ладьи, струги, челны, учаны, насады, ушкуи и прочие суда. Недаром новгородцы называли волховский мост Великим.

Разумеется, не только в Новгороде, но и по всей обширной территории Новгородской феодальной республики постройки в основном были деревянными. В этом богатом лесном краю дерево было самым дешевым строительным материалом.

Но дерево - материал недолговечный, и время не пощадило его. Частые опустошительные войны, пожары привели к исчезновению почти всех древних деревянных построек и в самом Новгороде и в его ближайшей округе. Теперь только по данным археологических раскопок можно составить некоторое представление о былом великолепии деревянного Новгорода. А чтобы увидеть подлинные памятники деревянной архитектуры, приходится обращаться к северным областям нашей страны - бывшим окраинам Новгородской земли, где старинные деревянные постройки сохранились в значительном количестве. Правда, и на севере очень редко встречаются деревянные постройки старше XVI века. Большинство северных памятников относится к XVI - XVIII векам. Северное деревянное зодчество формировалось под влиянием Новгорода. Какими же были постройки в ближайшей округе Новгорода, если далекий север сохранил такие шедевры, как ансамбль в Кижах, Кондопожская и Кемьская церкви? Надо полагать, что именно здесь, в непосредственной близости от столицы Новгородской земли, могли быть созданы не менее совершенные сооружения. Они-то и служили, по всей вероятности, образцами для отдаленных северных районов, куда новизна строительных форм приходила с известным опозданием. Но как это ни странно, долгое время считалось, что на территории современной Новгородской области старинных памятников деревянного зодчества, за исключением двух-трех церквей, не существует. Начатое 10 - 15 лет назад обследование области принесло совершенно неожиданные результаты.

Оказалось, что в области имеется не две-три, а несколько десятков различных древних деревянных построек, преимущественно культовых. Некоторые из них являются первоклассными памятниками деревянного зодчества. В настоящее время обследование области с целью выявления памятников деревянной архитектуры продолжается. И не исключено, что будет спасено от забвения еще немало сооружений, созданных искусными руками безвестных зодчих из народа.

Обнаруженные памятники находятся часто в отдаленных сельских районах. Поддерживать постройки в хорошем состоянии, организовать их охрану и необходимые ремонтные работы и в то же время показывать их широкому кругу туристов оказалось чрезвычайно трудно. Поэтому в соответствии с приказом Министерства культуры РСФСР от 31 января 1964 года «О мерах улучшения охраны памятников деревянного зодчества» Новгородский горисполком принял решение организовать в Новгороде музей деревянного зодчества - филиал историко-архитектурного музея-заповедника. Туда предполагается свезти все наиболее ценные деревянные постройки области.

Некоторые архитекторы и любители деревянного зодчества обычно высказывают опасение, что перевозка памятников на другое место снизит их эстетическую ценность, так как памятники окажутся «вырванными» из их естественного окружения.

Эти опасения напрасны, так как теперешнее окружение памятников уже не является изначальным, оно многократно изменялось за время их существования. К тому же перевозки построек с одного места на другое - обычное явление в истории деревянного

Строительства на Руси. Поэтому перемещение памятников на территорию будущего музея не грозит им никакими эстетическими утратами, тем более что территория музея дает возможность разместить каждый памятник с учетом особенностей его прежнего местоположения.

Будущий музей находится в 3 - 4 километрах от города, недалеко от Юрьева монастыря. Это парк площадью около 30 гектаров. С севера и запада его окружает озеро Мячино, с востока - река Волхов. С южной стороны территория музея граничит с парком, заложенным новгородцами в память 1100-летия города.

Выбор этой территории не случаен. По ней проходит популярный туристский маршрут. В далекой древности здесь находился монастырь и село Витославлицы. Деревянные постройки, которые будут сюда привезены, воссоздадут некоторые черты древнего архитектурного пейзажа в окрестностях города.

Проект музея разрабатывается, его осуществление займет, конечно, не один год. Сорок пять зданий и сооружений разного характера и назначения будут его экспонатами. Наряду с культовыми постройками здесь будут экспонированы различные типы изб со всеми хозяйственными строениями, сгруппированные в «усадьбы». Будущие посетители музея смогут ознакомиться с производственными сооружениями: ветряными и водяными мельницами, гумном, кузницей. В музее будут представлены и малые формы деревянной архитектуры: изгороди всех видов, колодцы, качели, весы. В настоящее время в музей перевезены и закончены реставрацией три церкви, изба и ветряная мельница. Через несколько лет займут свое место в нем и другие деревянные памятники.

Эта брошюра преследует цель познакомить широкий круг любителей русского искусства с памятниками деревянного зодчества, сохранившимися на территории области. Многие из них являются оригинальными вариантами широко распространенных и известных типов русских построек из дерева. Другие же, такие, как Рождественская церковь из Передок, Мякишевская, Рышевская, отчасти Курицкая и Никольская (в Высоком Острове) церкви, отличаются не только индивидуальной композицией, неповторимыми чертами архитектурных форм и деталей, но являются своеобразными вехами в истории развития и становления определенных типов культовых построек.

СЕКРЕТЫ МАСТЕРСТВА

Искусство строить из дерева зародилось на Руси в глубокой древности и накопило богатые традиции. Введение христианской религии, казалось бы, должно было изменить характер строительства, особенно культового: ведь церковь предписывала строить культовые здания в точном соответствии с византийскими образцами. Но специфика строительного материала, многовековой строительный опыт и языческие представления о мироздании, с которыми русский народ долго не мог расстаться, определили особый характер деревянных храмов на Руси. Русский народ создал самобытную культовую архитектуру, тесно связанную с народными традициями. В гражданском строительстве влияние государственных, политических и идеологических институтов сказывалось меньше, чем в культовом. Все жилые и хозяйственные постройки крестьяне создавали сами и для себя в соответствии со своими бытовыми запросами, своим миросозерцанием и художественными представлениями. Каждый русский крестьянин умел держать в руках топор, умел строить. Все строительство на Руси велось фактически крестьянами, работавшими в одиночку или артелями. Поэтому деревянное зодчество в России до сложения капиталистических отношений в деревне можно в полном смысле слова называть народным. Архитектура отражает социально-бытовые потребности и идейно-художественные представления народа, а также конструктивно-технические возможности определенного времени. Она связана со всеми главными сторонами жизни человека и общества. В русском деревянном зодчестве все эти свойства архитектуры проявляются очень отчетливо. Действительно, все памятники деревянного зодчества отличаются четкой планировкой, рациональной компоновкой помещений, включают в себя те элементы, которые были необходимы для крестьян с их укладом жизни. Конструктивное решение построек в равной степени просто и надежно, основано на точном знании всех особенностей строительного материала. Художественный образ памятников деревянного зодчества - не отвлеченное понятие: он всегда соответствует объемно-планировочному и конструктивно-техническому решению и находится в неразрывном единстве с ним. Произведениям народных зодчих, как правило, чужды украшательство, вычурность. Выразительность строений достигается четкой композицией, хорошо найденными пропорциями, точной оценкой основных конструктивных элементов с учетом роли каждого из них в формообразовании и, наконец, сознательным выявлением художественных качеств строительного материала - ствола дерева, бревна.

В процессе многовековой практики мастера-плотники создали сравнительно небольшое количество своеобразных типовых элементов и конструкций, простых, надежных, унифицированных. Такая «типизация» позволяла решать любые строительные задачи, и при этом находить для каждой постройки свой, неповторимый облик. Поэтому среди сохранившихся памятников деревянного зодчества нет двух одинаковых изб или двух одинаковых церквей.

И еще одним качеством отличается искусство древних мастеров - умением неразрывно связывать облик и конструкцию строений с природой, с естественным окружением. Для каждой постройки выбиралось наиболее удобное для ее использования место; строения общественного назначения старались, кроме того, построить и в наиболее «красном» - красивом месте. Храмы чаще всего строили на высоких берегах рек и озер, на поворотах дорог. Мастера-плотники стремились поставить сооружение так, чтобы оно казалось неотъемлемой частью природы, а не чем-то чуждым ей и инородным. Естественно, что особенности рельефа нередко серьезно влияли на конструкцию сооружения.

Народные зодчие прекрасно знали и ценили великолепные качества древесины как строительного материала: ее обилие и дешевизну, легкость обработки, прочность, способность сохранять тепло, сравнительную долговечность и, наконец, «спорость» - возможность возводить строения из дерева в короткие сроки и практически в любое время года. Из ствола дерева можно было получить несколько видов строительного материала: брус, пластину (плаху), тес (доски) и лемех (короткие и узкие дощечки). Из них создавались все элементы здания, начиная со стен, полов, потолков и кончая кровлей, оконными и дверными заполнениями и мебелью. Дерево годилось для сооружения зданий любых размеров и форм. Единственный недостаток древесины - нестойкость к воздействию влаги, подверженность загниванию. Но строители умели если не совсем устранить, то, по крайней мере, уменьшить этот недостаток материала. Это достигалось разумной конструкцией построек.

Из древесных пород в строительстве чаще всего использовались сосна и ель, на севере - лиственница; лемех в основном изготовляли из осины.

Основой любой деревянной постройки являлась «клеть» - сруб, квадратный, прямоугольный или многоугольный в плане. Стены сруба делали из круглых бревен, уложенных друг на друга горизонтальными рядами. Каждый ряд назывался «венцом», а такая конструкция сруба - «венчатой». В углах бревна соединяли между собою с помощью врубок. Обычно применяли два вида врубок: «в обло» («с остатком») и «в лапу» («без остатка»). Иногда, особенно в древности, употреблялась рубка «в лапу с остатком».

При рубке в обло в нижнем бревне на половину его толщины рубилась полукруглая чаша, по форме и размерам соответствующая бревну смежной стены, которое в нее укладывалось. Небольшой наружный конец бревна за чашей и называли «остатком». При рубке в лапу бревна в месте соединения отесывали с четырех сторон примерно на четверть их диаметра, причем в вышележащем оставлялся шип, а в нижнем - паз для него, таким образом бревна удерживались от смещения в стороны. При рубке в лапу с остатком роль шипа выполнял выпущенный конец бревна. В обоих случаях бревна смежных стен в каждом венце образовывали перепад в высоте «в полдерева». Для плотного примыкания бревен друг к другу в каждом из них снизу делался небольшой паз по всей длине стены. Новгородские плотники до XVI века вынимали паз в верхней части бревен. В других местах, например в Сибири, подобная рубка с верхним пазом сохранялась до XIX века. Когда при соединении в углах бревна прорубали на небольшую глубину, между ними оказывались просветы. Такой вид рубки называли рубкой «в режь» (от слова «редкий»).

Кроме срубной конструкции применяли каркасную, но значительно реже. Ее основу составлял каркас - из горизонтальных и вертикальных брусьев. Пространство между брусьями заполняли досками в горизонтальном, наклонном («в косяк») или вертикальном направлении. Сами брусья соединялись между собою с помощью рубки в лапу или с помощью шипов. Для крепления досок в брусьях делали пазы.

Пользуясь этими конструктивными приемами и способами соединения элементов, плотники могли строить любые здания и сооружения самых различных размеров. Те же способы и приемы применялись при возведении в постройках их составных частей - стен, полов, потолков, крыш, крылец.

На протяжении столетий народные зодчие отбирали и совершенствовали конструктивно-технические приемы, способы и виды сопряжений, формы и типы зданий и их элементов; изучали многообразные свойства древесины. Несомненно, в этом одна из причин замечательного расцвета деревянного зодчества в России.

С народной деревянной архитектурой связано множество терминов, которые надо знать. Без них о деревянном зодчестве трудно рассказывать, без них невозможно понять его своеобразие.

Познакомимся с главными из этих терминов. Они очень образны и поэтичны и раскрывают глубокую народность деревянного зодчества.

Под деревянными сооружениями редко возводились фундаменты. Первый венец сруба чаще всего укладывали непосредственно на землю. Это называлось рубкой «на пошве». Иногда фундаменты делали из бревен-коротышей, поставленных торцом (они назывались «стулья»), или из камней-валунов, подведенных под углы здания. Верхние венцы боковых или всех стен укладывались с напуском наружу, образуя подобие современных карнизов - «повалы» (от слова «повалить»). Верхняя часть лицевого фасада - рубленый фронтон - называлась «челом» (чело - лоб), а его бревна - «самцами». Горизонтальные бревна по скатам крыши, рубленные, как правило, в режь, называли «слегами», а самое верхнее из них - «коньковой слегой». Стык кровли наверху перекрывался пропазованным бревном, на конце которого (часто это было корневище) вырубалась фигура конька (отсюда название коньковой слеги). Само это бревно называли «шеломом», или «бхлупнем». С коньковой слегой охлупень скреплялся деревянными штырями - «стамиками». Иногда по охлупню устанавливали на ребро резную доску - «гребень». На крутых крышах в их основании делался излом с более пологой частью, которая называлась «полицей». Полица предназначалась для отвода дождевой воды подальше от стен. Доски, обычно резные, прикрывавшие торцы слег на челе и предохранявшие их от гниения, получили название «причелины», а их нижние резные концы - «полотенцы». Такие же доски под свесами кровель, под скамьями и в других местах назывались «подзорными». На свесах кровель порой устанавливали желоба-водоточники - «потоки», которые держались на кронштейнах из тонких бревен с корневищами. Такие кронштейны называли «курицами»; существовало и другое их название - «кокши».

Крыши зданий имели самую различную форму и, соответственно, различные названия. Двухскатная крыша называлась «палаткой», а крыша из нескольких таких палаток - «палаточной», или «по палаткам». Высокая и крутая крыша в форме восьмигранной или реже четырехгранной и шестигранной пирамиды носила название «шатер». Двухскатная крыша криволинейного очертания, напоминавшая бочку, так и называлась «бочкой». Пересечение двух таких бочек под прямым углом образовывало «крещатую бочку». Крыши, напоминавшие своей формой четырехгранную или восьмигранную главу, называли «кубоватыми». Балки, на которых держался пластинчатый или дощатый потолок, носили название «матицы», а бревна-кронштейны, поддерживавшие какую-либо часть здания, например галерею, - «помочи». Сруб крыльца, а часто и само крыльцо называли «рундуком». По количеству маршей (лестниц) различали крыльца «одновсходные», «двухвсходные» и «трехвсходные».

Маленькие квадратные оконца с деревянной задвижкой на внутренней стороне, которой окно закрывалось («заволакивалось») сбоку, получили название «волоковых». Большие окна носили название «красные» (красивые), или «косящатые». Второе слово образовано от названия «косяков» - брусьев, соединенных на углах «в косяк».

Основным инструментом плотника был топор. Этим, казалось бы, примитивным, а в руках мастера поистине волшебным инструментом создавались тысячи деревень и множество городов. Топором делали срубы изб, полы, кровли, обрабатывали доски, лемех, наводили затейливую резьбу на подзорных досках, причелинах, столбах и полотенцах. Топором плотники строили хоромы, дворцы и избы, крепостные башни и стены, церкви и часовни, мосты и изгороди. Топор нередко заменял такие инструменты, как тесло, скобель и долото. Сам же он был совершенно незаменим.

Пилы, сначала небольшие, были известны новгородцам с X века, но использовались преимущественно в столярном деле. С середины XVII века начали применять большие пилы для распиловки бревен на доски, но это бывало лишь во время больших строительств (например, Иверского монастыря на Валдае). Плотники продолжали изготовлять тес, раскалывая бревна топором с помощью клиньев и затем слегка протесывая доски с обеих сторон. Для изготовления теса выбирали особенно хорошие, ровные «прямослойные» бревна. Качество досок при таком способе их обработки было очень высоким, они отличались большой прочностью. При распиловке же волокна дерева повреждались, и доска утрачивала прочность: кололась, ломалась. Новгородские плотники хорошо это знали. Поэтому даже после правительственного указа, изданного в царствование Екатерины II и запрещавшего старый способ изготовления теса (из-за больших отходов), новгородцы предпочитали платить штраф, но пользоваться им.

Знакомство с секретами мастерства древних зодчих, изучение выработанных ими строительных приемов позволяют нам отличать подлинные памятники деревянного зодчества от поздних построек из дерева, а также от стилизаций и подделок.

В XVIII - начале XIX века в селах и провинциальных городах России появилось немало деревянных построек, выполненных «на каменное дело», то есть по образцу каменных. Владельцами таких сооружений обычно являлись «именитые» люди - дворяне, купцы. Эти сооружения, хотя они и были выполнены из дерева, уже нельзя считать произведениями народного деревянного зодчества. Их объемно-планировочные и конструктивно-технические решения далеки от народных традиций. И самое главное - дерево в них не выступало как самостоятельный полноценный материал со специфическими качествами. Напротив, оно было признано «дешевым», «неблагородным», и поэтому всячески маскировалось. С помощью дощатой обшивки, профилированных карнизов и поясков, колонн, точеного балясника и прочих элементов каменной архитектуры, а также при помощи штукатурки и раскраски фасадов строениям придавали вид каменных.

Во второй половине XIX века деревянное строительство испытало влияние так называемого «ропетовского» течения в архитектуре, получившего название по имени наиболее крупного представителя - И. П. Ропета (И. Н. Петрова). Представители этого художественного течения стремились возродить национальный характер архитектуры и обращались к опыту народного деревянного зодчества. Но в народном зодчестве они считали единственно ценной его декоративную сторону, рассматривая ее в отрыве от конструктивной основы. В своих проектах ропетовцы механически соединяли новые принципы композиции и планировки строений с деталями и декоративной обработкой, свойственной народному зодчеству, причем в применении декоративной резьбы архитекторы нередко теряли чувство меры. Деревянные строения чрезвычайно замысловатых объемов оказывались одетыми в сплошное резное кружево и фигурную обшивку. Такие пышно украшенные постройки получили довольно широкое распространение.

Это не могло не оказать известного влияния и на народное зодчество, причем не только на новое строительство, но и на старые постройки, большинство которых оказалось «перелицованным» на новый лад. Тогда и получила особенно широкое распространение дощатая обшивка.

Среди некоторых историков искусства и строителей до сих пор бытует ошибочное мнение, будто обшивка является средством защиты бревенчатого сруба от гниения и от поражения древесины насекомыми. Обшивка - порождение моды и играет чисто декоративную роль. Некоторую предохранительную роль обшивки отрицать нельзя. Однако практика показала, что обшивка может выполнять свое назначение лишь в том случае, если тщательно выполнена и если за срубом, скрытым под ней, осуществляется постоянный надзор. В противном случае обшивка только ускоряет разрушение древесины: проникающая под нее влага долго не высыхает из-за плохого проветривания и способствует загниванию деревянного сруба. Художественные достоинства обшивки даже самого замысловатого рисунка не идут ни в какое сравнение с красотой чистого и цельного бревенчатого сруба.

В этой брошюре такие постройки из дерева, несмотря на то что они представляют некоторый интерес, не рассматриваются, поскольку не входят в понятие народного деревянного зодчества.

КУЛЬТОВЫЕ ПОСТРОЙКИ

Из сохранившихся в Новгородской области памятников большинство составляют культовые постройки - церкви и часовни. Чтобы понять и оценить их художественные достоинства, необходимо познакомиться с существовавшими на Руси типами деревянных культовых построек.

Древнейшими типами храмов считаются так называемые клетские и шатровые церкви. Основу клетских церквей составляют один или несколько срубов, перекрытых двухскатными крышами и расположенных, считая с востока на запад, в такой последовательности: алтарь, собственно церковь, притвор, или трапезная. Иными словами, основу клетских церквей составляет простейший сруб избы.

Делая разными отдельные объемы, особенно центральный, по ширине и высоте, увеличивая крутизну крыши, используя некоторые другие приемы, плотники нередко превращали клетские церкви в настоящие произведения искусства.

Наиболее распространены были шатровые церкви, получившие название от их высоких шатровых кровель, таких же, как на башнях крепостей. Появление этих покрытий на церквах историки архитектуры объясняют влиянием на культовое строительство форм военно-оборонительного зодчества. Известно несколько вариантов шатровых храмов. В восьмериковой, или «круглой», церкви сруб был восьмигранным и начинался с самой подошвы; в «круглой о двадцати стенах» церкви восьмерик имел еще четыре прямоугольных прируба; кроме того, встречались церкви шатровые на крещатом срубе, «восьмерик на четверике» и некоторые другие.

Древнейшими считаются круглые о двадцати стенах церкви. Вполне вероятно, что дубовая новгородская София, построенная в 989 году, была именно такой церковью. Позднее, в XVII - XVIII веках, возникли так называемые ярусные церкви, состоявшие из нескольких поставленных один на другой срубов. В то же время появились многоглавые и кубова-тые церкви, названные так по форме своих завершений.

Возникновение ярусных церквей связано с реформами патриарха всея Руси Никона. В середине XVII столетия этот властолюбивый церковный деятель, пытаясь утвердить идеологическое главенство церкви над светской властью и политическую независимость ее от государства, провел ряд реформ по исправлению богослужебных книг и церковных обрядов. Эти реформы затронули и церковную архитектуру. Для утверждения власти и авторитета церкви Никон считал необходимым возрождение древних традиций в церковной архитектуре, а также и в живописи, «очищение» их от новых, «светских» наслоений. Прежде всего это выразилось в запрете строить шатровые храмы - наиболее популярные на Руси варианты культовых построек. Вместо них предписывалось возводить церкви только «о единой, трех и пяти главах, а шатровые отнюдь не строити». Эта регламентация не так сильно отразилась на архитектуре северных областей России, отдаленных от Москвы, где шатрами продолжали увенчивать многие храмы и в XVII и даже в XVIII веке. В ближайших же провинциях, в том числе и в пределах теперешней Новгородской области, шатровые храмы перестали строить, хотя и духовенство, и население были недовольны никоновскими нововведениями.

Однако образ четкой по силуэту, устремленной в высоту шатровой постройки продолжал жить в сознании людей. Народные представления о красоте постройки связывались прежде всего с ее высотностью. Такая высотность и была найдена в композиции ярусной церкви. Ярусные здания появились еще до никоновских реформ, но самое широкое распространение получили во второй половине XVII и особенно в XVIII веке.

Основой ярусного храма служил четверик (реже восьмерик), на котором располагались один на другом несколько последовательно уменьшающихся четвериков или восьмериков, или те и другие в различных сочетаниях. Последний восьмерик каждой такой постройки венчался небольшой главкой на цилиндрической шейке.

Очень часто к ярусным церквам пристраивали с западной стороны колокольни, также ярусные, но покрытые шатром. На строительство шатровых колоколен запрет не был наложен, и они стали наиболее распространенной формой звонниц.

Все помещения храма располагались по продольной оси в следующем порядке: алтарь, помещение для молящихся, трапезная, колокольня, паперть, крыльцо. Три последних помещения могли размещаться по несколько иной схеме. Подобные варианты церквей впоследствии получили название «корабля». Строить церковь по такой схеме значило строить ее «кораблем».

В отличие от шатровых храмов, где помещение для молящихся перекрывалось потолком на сравнительно небольшой высоте, интерьеры ярусных церквей постепенно стали раскрываться на их полную или довольно значительную высоту. Для освещения помещения в стенах восьмериков начали прорубать окна.

Значительную роль в облике церквей играли трапезные, получившие распространение в XVI - XVII веках и ставшие неотъемлемой, но в то же время совершенно самостоятельной по своему назначению частью храма. Надо иметь в виду, что в данном случае речь идет не о монастырских трапезных, существовавших уже в XII веке и являвшихся по существу монастырскими столовыми. Трапезные при городских и сельских храмах не имели с ними ничего общего. Правда, первоначально они также использовались для общественных трапез, «братчин». В них ожидали начала богослужения. «Мир» - сельская община, предпринимавшая строительство церкви, - предусматривал обязательное сооружение трапезных. Нередко их помещения были обширнее самой церкви. Вдоль стен в трапезных всегда сооружались скамьи с резными подзорами. Потолки трапезных делали ниже, чем в церкви. Икон и каких-либо других атрибутов церковного богослужения здесь не было. Постепенно назначение трапезных стало изменяться, они превращались в места общественных собраний, на которых решались повседневные «мирские» дела.

Позднее никак не связанные с культом трапезные стали вызывать недовольство высшего духовенства. В XIX веке многие трапезные были ликвидированы. Стены, отделявшие их от церковных помещений, разбирали, и они объединялись с церковью.

Памятники культового зодчества, обнаруженные в Новгородской области, не старше XVI века. Среди них встречаются клетские, шатровые и ярусные постройки. Но как истинные произведения искусства, строение каждой новгородской церкви имеет свои достоинства, свои художественные особенности, и поэтому неповторимо. Не так давно культовых деревянных построек разных типов в области было гораздо больше. К сожалению, многие к настоящему времени утрачены. Например, не сохранились трех-престольная, пятишатровая с бочечными покрытиями Казанская церковь в селе Илемно (1631 год), многоярусная с ярусной колокольней церковь в поселке

Церковь Казанской богоматери в селе Илемно (1631 г.).

Реконструкция.

Мошенское (XVIII век), Владимирская клетская церковь в Старой Руссе (XVII век), часовня с богатыми ажурными галереями и нарядным крыльцом в деревне Полищи и другие. Судя по некоторым сведениям, в Новгородской области в сравнительно недавнее время существовали и многоглавые церкви и церкви с другими сложными завершениями.

Типичной шатровой постройкой является церковь Успения из села Курицко, расположенного в 17 километрах от Новгорода, на берегу озера Ильмень. Она стала первым экспонатом музея народного деревянного зодчества. Сооружение перевезено на территорию музея в 1964 - 1965 годах.

Владимирская церковь в Старой Руссе (XVII в.) Рисунок.

Весенние паводки периодически подмывали берег, на котором стоит село Курицко. Предания гласят, что жители его несколько раз переносили свои дома на новое место. При этом они переносили и церковь. Особенно сильный паводок 1922 года, который размыл берег под самым алтарем здания, к паводок 1927 года грозили памятнику гибелью. Осенью 1927 года начали перевозить церковь на кладбище в полутора километрах от села, и в 1928-м закончили ее сборку на новом месте. Последняя перевозка памятника является третьей по счету, а его местоположение - четвертым.

Судя по церковным описям, курицкой постройке свыше 370 лет. Воздвигнута она в 1595 году. Достоверность даты подтверждена дендрохронологическим анализом, проведенным в лаборатории Института археологии Академии наук СССР под руководством профессора Б. А. Колчина.

Неоднократные ремонты, перестройки и перевозки памятника влекли за собой изменения его облика. Первоначально при церкви, вероятно, существовала отдельно стоявшая шатровая колокольня. В XIX веке построили новую колокольню у западной стены галереи; северную часть галереи тогда же разобрали. Все здание обшили тесом, прорубили новые окна, расширив старые проемы. Была разобрана западная стена, отделявшая галерею от церкви. Тесовые покрытия заменили железными. На фасадах появились карнизы, наличники и другие детали, характерные для каменной архитектуры эпохи классицизма. После перестроек художественный облик церкви оказался испорченным.

В самом начале XX века местные церковные власти хотели разобрать Успенскую церковь «за ветхостью». Лишь настойчивые действия крупнейшего реставратора тех лет П. П. Покрышкина позволили сохранить памятник. Покрышкин провел и первые ремонтные и реставрационные работы в Курицкой церкви: разобрал портившую ее архитектурный облик колокольню, починил кровли (обшивка была оставлена). В то же время, вероятно, венчатая конструкция шатра была заменена стропильной.

При перевозке церкви в 1927 году был разобран южный придел Параскевы Пятницы. Из его бревен собрали новую пристройку - паперть.

Успенская церковь из села Куркицко.

Тщательные исследования и реставрация храма [1] в 1964 - 1965 годах, предпринятые в связи с его перевозкой на место будущего музея, позволили в значительной степени вернуть памятнику первоначальный облик. По остаткам врубок, сохранившихся на основном срубе, восстановлены галерея и придел. Размеры утраченных частей, установленные по натуре и описям XVIII и XIX веков, выдержаны с точностью до нескольких сантиметров. По бревнам, оказавшимся в пристройке, а ранее составлявшим стены придела и паперти, реставраторы выяснили точное расположение окон, их формы и размеры. Восстановлены скамьи и клиросы, воссозданы тесовые кровли на галерее, приделе и самой церкви. Реставрированы двойные окна с северной и южной сторон центрального сруба; по остаткам балок и врубкам воссоздан потолок в приделе. [1 Проект реставрации разработан кандидатом архитектуры А. В. Ополовниковым и Л. Е. Красноречьевым.]

Основу церкви составляет обширный четверик с повалом. На четверике с некоторым отступом от стен покоится восьмерик, тоже с повалом. Он увенчан семнадцатиметровым шатром и главкой. С востока к четверику прирублен прямоугольный в плане алтарь, перекрытый двухскатной крышей с небольшими полицами под нею. С севера, запада и юга основной сруб обстроен невысокими бревенчатыми прирубами, из которых западный и северный являются галереей и папертью, а южный - приделом. Все стены здания рублены из круглых бревен в обло, а восьмерик - в лапу. Снаружи бревна восьмерика протесаны. Кровли церкви - тесовые, а главка покрыта серебристым осиновым лемехом.

Здание церкви почти лишено декора. Его украшают лишь причелины под выносом кровли да резные концы досок на кровле. Серебристо-серые массивы бревенчатых стен кое-где прорезаны косяща-тыми и волоковыми окнами.

Так же скромно и просто выглядит церковь внутри: бревна стен самой церкви, алтаря и придела протесаны, потолки набраны из коротких досок «в елку» по балкам (галерея потолка не имеет). Скамьи с подзорами для отдыха молящихся, клиросы, полочки - вот, пожалуй, и все декоративное убранство церкви. Главным компонентом ее интерьера были иконостасы. Иконостас в приделе состоял из ряда «местных» икон и небольшого ряда «праздничных». Он полностью утрачен при неоднократных переделках. От иконостаса самой церкви сохранилось всего несколько разновременных икон (большей частью XVII века) и расписные тябла. Они реставрируются и по окончании работ будут установлены на прежнем месте.

Крыльцо Курицкой церкви.

Курицкая церковь производит большое впечатление простым и четким силуэтом, цельностью и собранностью своих форм. Если одним из главных критериев красоты у древнерусских зодчих являлась высота строения, то к Курицкой церкви этот критерий применим в полной мере. Низкие и широкие прирубы, расположенные как бы у подножия основного объема, подчеркивают его устремленность вверх через постепенно уменьшающиеся четверик и восьмерик.

Стоящая на безлесном берегу озера Успенская церковь с ее четким силуэтом играла роль маяка для местных рыбаков. На новом месте она также хорошо обозревается с дальних расстояний.

Шатровые храмы, основу которых составляет система восьмерика на четверике, - явление в русской архитектуре обычное, и Курицкая церковь в этом отношении не является исключением. Несколько необычны ее прирубы, охватывающие четверик с трех сторон. В архитектуре севера они широко распространены при иных вариантах плана, например при крещатом. Прирубы же в церквах такого плана, как Курицкая, более известны в ближайших провинциях Новгорода.

Подобная церковь стояла когда-то в Зимогорье, недалеко от Валдая. О ней можно судить по рисунку иностранного путешественника Августина Мейерберга, сделанному в 1661 году (опубликован в 1903 году в альбоме «Виды и бытовые картины России XVII века»).

Вторым новоселом музея деревянного зодчества стала Никольская церковь из деревни Тухоля Крестецкого района, перевезенная в 1966 году.

Совсем недавно она стояла над крутым обрывистым берегом речки Ниши, окруженная высокими густыми елями. Новое ее место под сенью вековых сосен не менее живописно и уютно.

Точная дата этой постройки неизвестна. Есть упоминание о том, что Иван III по пути в Новгород в 1477 году останавливался «у церкви Николы в Тухоле». Через Тухолю тогда проходила Яжелбицкая дорога на Москву. Второе упоминание Тухоли в документах датировано 1537 годом. Однако постройка того времени до нас не дошла. Она или сгорела, или, как обветшавшая, была разобрана. Существует предание, записанное исследователями в прошлом столетии и бытующее среди старожилов и поныне, согласно которому сохранившаяся церковь была перевезена в Тухолю из села Усть-Волма в XVIII веке. У нас нет оснований опровергать эту легенду. Если основные объемы строения, его формы и детали по своему характеру могут быть отнесены к XVII веку, то нижние венцы, срубленные из более толстых бревен, не так тщательно обработанные и менее обветренные, вероятно, и следует считать добавлениями XVIII века. На западной стене трапезной имеются врубки от древнего, одновсходного, крыльца с простой односкатной крышей и врубки более позднего, двухвсходного, крыльца, построенного после того, как пол церкви подняли над землей, добавив в нижней части сруба несколько венцов.

В XIX веке церковь подверглась перестройке. Все сооружение снаружи и внутри обшили тесом, переделали потолки, главку, разобрали крыльцо, ликвидировали стену, отделявшую церковь от трапезной, расширили почти все оконные и дверные проемы. Со всех четырех сторон постройку опоясала глухая галерея на столбах с дощатой обшивкой, а над западной частью соорудили еще небольшую звонницу с четырехскатной крышей. Памятник оказался как бы в футляре позднейших наслоений. Его архитектура изменилась до неузнаваемости.

Со временем примитивная конструкция галереи стала разрушаться, и за нею открылась древняя основа строения. Но памятник из-за плохой кровли настолько обветшал, что была опасность полной его утраты. Рушившиеся части поздних обстроек наносили повреждения срубу. Только перевозка Никольской церкви на территорию музея предотвратила ее разрушение.

В настоящее время церковь полностью реставрирована в формах XVII - XVIII веков. Она представляет собой небольшую клетскую постройку, образованную тремя квадратными в плане срубами, расположенными по продольной оси: малый сруб - алтарь, средний - собственно церковь и большой - трапезная. Трапезная и алтарь примерно одинаковы по высоте, имеют повалы и перекрыты простейшими двухскатными крышами. Средний сруб - собственно церковь - намного выше трапезной и алтаря. Примерно на девятиметровой высоте на него поставлен другой сруб, суженный с боков и увенчанный такой же двухскатной кровлей, но более высокой и крутой. С севера и юга в месте перехода одного сруба в другой устроены небольшие кровельки - полицы.

За счет ступенчатости разновеликих объемов и резкого выделения центрального из них скромная постройка приобрела монументальность. Заметное сужение стен центрального сруба кверху и наклон их к вертикальной оси, использование тонких бревен в верхних частях по сравнению с более толстыми в нижних сообщают памятнику одновременно и устойчивость и легкость. Ряд двухскатных кровель, различных по крутизне и площади, расположенных ступенчато, начиная с крыльца и кончая центральным срубом, создает нарядный и живописный силуэт церкви, меняющийся при разных точках обозрения. А в целом архитектура памятника проста и непритязательна. Он украшен лишь резными столбами крыльца, резными концами теса да причелинами, восстановленными по подлинным, хотя и не первоначальным образцам. Для покрытия главки использован осиновый лемех, изготовленный по образцу старых лемеховых пластин, обнаруженных при разборке церкви в строительном мусоре.

Никольская церковь из деревни Тухоля (после реставрации)

В интерьере памятника по различным остаткам и старым врубкам реставрированы скамьи и стена с двумя оконными и дверным проемами между трапезной и помещением для молящихся. Воссозданы также пластинчатые потолки по матицам, волоковые и косящатые окна. Иконостас оказался полностью утраченным. Известно лишь, что он был двухъярусным.

Церковь Рождества богородицы из села Передки Боровичского района - третий экспонат музея народного деревянного зодчества. Это едва ли не самая древняя и самая крупная деревянная постройка, сохранившаяся на территории Новгородской области.

Церковь Рождества богородицы в селе Передки.

Церковь из Передок - монастырская. Монастырь находился в центре села, на высоком обрывистом берегу речки Быстрицы. Он был основан, по-видимому, в глубокой древности, хотя точных данных о времени его возникновения пока не обнаружено.

Самые ранние сведения о монастыре и о деревянной церкви Рождества богородицы относятся к первой половине XVI столетия. Надпись на одном из колоколов свидетельствовала, что он был отлит в 1539 году «в дом пресвятые богородицы честного и славного ее рождества в монастырь в Передки». Близкая по содержанию, но более пространная запись на другом колоколе, отлитом в 1566 году мастером Иваном Андреевичем Бутько, также указывала на существование в Передках монастыря и в нем церкви Рождества богородицы. Писцовая книга 1581 - 1583 годов отмечает, что сама церковь и церковное имущество принадлежали «старым помещикам», но дата постройки здесь не указывается. С уверенностью можно утверждать лишь то, что церковь Рождества сооружена до 1539 года.

К 80-м годам XVI века на территории монастыря, обнесенного деревянной оградой, кроме деревянной церкви Рождества богородицы и колокольни находились 4 кельи и 14 лавок. Еще две лавки были за пределами монастыря. Монастырю принадлежали 30 дворов.

В начале XVII столетия во время «шведско-литовского разорения» он оказался совершенно разграбленным и разоренным. Ужасы интервенции долго жили в памяти населения и дошли до нас в записанных и устных преданиях. В основе некоторых преданий безусловно лежат подлинные факты грабежа и насилия во время вражеского нашествия.

Интересно отметить, что при разборке Рождественской церкви для перевозки ее на территорию музея в центральном алтаре найдены обрывки поминальных записей, относящиеся к XVII столетию. В длинном списке имен некто Иван Иванович Епанчин просит помянуть «Федора убиенного… младенца Герасима убиенного… Михаила от Литвы сожжена… Ивана и Афанасия на рати убиенных».

Монастырь долго не мог оправиться. Его постройки либо разрушились, либо сильно обветшали. В 1699 году церковь Рождества богородицы разбирали и собирали вновь, изменив ее отдельные формы и добавив новые элементы. В частности, были поставлены небольшие восьмерики, крытые шатрами с главками над северным и южным приделами. Силуэт памятника заметно обогатился, стал более живописным. В то же время были расширены многие окна и двери, прорублены новые проемы.

К 1699 году в монастыре существовала еще одна деревянная церковь - Антония и Феодосия, печер-ских чудотворцев. Но монастырь так и не смог справиться с последствиями разорения и в первой половине XVIII века был закрыт, а его церкви обращены в приходские. В конце XVIII века деревянную церковь Антония и Феодосия заменили каменной, а в первой половине XIX века была перестроена и церковь Рождества богородицы. Ремонты и переделки в 1886, 1891, 1894, 1897 и других годах совершенно изменили ее облик.

Вместо шатров на церкви появились купола и главки на восьмигранных шейках. В центральной части разобрали древний потолок, а в стенах прорубили огромные прямоугольные окна, сломали все старые скамьи, полочки и клиросы.

План церкви Рождества богородицы из села Передки.

Все древние косящатые окна и двери расширили, сделали потолки в алтарях и паперти и новые хоры. Полностью был переделан иконостас. Появились заново срубленные галерея и крыльцо. Постройку и снаружи и внутри обшили тесом.

Последующие переделки в конце XIX - начале XX века еще более изуродовали памятник. В эти годы внутренние стены были обклеены холстом и покрыты грубой ремесленной живописью. В связи с переборкой, ремонтами и подводкой бутовых фундаментов резко уменьшилась высота подклета. Из него вынули около 10 сгнивших венцов, составлявших по высоте более двух с половиной метров.

Рождественская церковь долгие годы стояла в забвении и запустении. Ее древний сруб, скрытый под позднейшей дощатой обшивкой, сильно обветшал. В постройке появились значительные перекосы, деформации. Во многих местах врубки бревен оказались нарушенными, и они вышли из своих сопряжений. Памятнику грозила гибель. Предпринятые разборка, перевозка и реставрация здания позволили не толькд сохранить эту интереснейшую постройку, но благодаря исследованиям, которые сопутствовали этим работам, уточнить некоторые страницы ее истории, характер различных перестроек, воссоздать первоначальный облик.

Передская церковь представляет собой крещатое строение, покоящееся на высоком подклете. Восточная ветвь крещатого сруба является главным (средним) алтарем, западная - папертью, а остальные его части - собственно церковь - помещение для молящихся. В углах между главным алтарем и боковыми ветвями крещатого сруба имеются прирубы - боковые алтари. Они отделены от помещения для молящихся сплошной стеной иконостаса и между собою не имеют сообщения. Приделы же, центральная часть и западная ветвь «креста», служащая папертью, представляют единое помещение.

С трех сторон - северной, южной и западной - церковь окружена галереей на мощных кронштейнах-помочах, поднятой над землей на высоту более четырех метров. Контуры галереи не повторяют конфигурацию основного сруба, они скругленные.

Примечательной особенностью церкви является основной сруб, в котором углы не прямые, а более развернутые - тупые, в результате чего и все стены как бы раздвинуты наружу. Этим было достигнуто значительное увеличение внутренних помещений строения. Кроме того, весь план церкви вместе с галереей стал чрезвычайно компактным и как бы вписанным в круг; он является примером экономичного решения постройки такого типа.

Помещения крещатого сруба перекрыты крутыми двухскатными крышами, а над средокрестием на невысоком, но довольно широком четверике, спрятанном на чердаке здания, возвышается могучий восьмерик, увенчанный шатром и главкой. Боковые алтарные прирубы сравнительно меньшей высоты, чем основной сруб. Они перекрыты односкатными кровлями. На коньке центрального алтаря стоит небольшая главка с крестом.

Церковь Рождества богородицы из села Передки. Реконструкция.

Легкое трехвсходное крыльцо ведет в высокую галерею с резными столбами и скамьями, а из нее через три дверных проема, расположенных по древней традиции с запада, севера и юга, посетитель попадает в церковь. Суровые стены из гладко оструганных круглых бревен, скамьи возле стен, клиросы, небольшие оконные и дверные проемы, обрамленные толстыми косяками-брусьями, потолок по балкам, набранный из небольших, но широких пластин в косяк, - вот и все средства, которыми достигается архитектурная выразительность интерьера. Всю восточную стену занимал высокий иконостас. Интересно, что не только в галерее, но и в алтарях и в западном помещении церкви отсутствуют потолки. Эти помещения просматриваются на полную высоту. В полумраке видны конструкции и покрытия крыш.

Внешний декор церкви также сравнительно прост. Собственно декоративными элементами являются резные столбы галереи, фигурные концы теса, причелины, резные доски-гребни на охлупнях и лемеховое покрытие. Живописность памятнику придают его разновеликие объемы и их совершенно своеобразная компоновка, при которой стены и кровли, разные по размерам и характеру, сочетаются в самых неожиданных поворотах, обусловленных необычным планом церкви.

В истории русского деревянного зодчества шатровые постройки на крещатом плане встречались сравнительно часто. К их числу относятся, например, церковь XVII века в селе Верховье Вологодской области, Успенская церковь в селе Варзуга Мурманской области (1674 год), церковь Климента в селе Уна Архангельской области (1501 год?) и другие.

Наиболее близка по плану к Рождественской церкви церковь в селе Уна. Однако и в ней нет такой яркой особенности, как раздвинутые от центра стены, а общая архитектурная композиция здания совершенно отлична от Передской.

Древнейшим вариантом шатровых церквей считают постройки круглые (восьмигранные) в плане. В доказательство их древности приводится одна из легенд. Согласно легенде Успенская церковь в Великом Устюге, сооруженная в 1290 году, а затем перестроенная в 1399 году, сгорела в конце XV столетия, и воссоздание храма поручили ростовскому мастеру. Он заложил его крещатым в плане. Устюжане запротестовали и потребовали строить храм «по старине» - круглым о двадцати стенах, то есть таким, каким он был раньше.

Однако эту легенду нельзя считать бесспорным доказательством того, что постройки с круглым планом являются древнейшим вариантом шатровых церквей. В данном случае требование строить «по старине» скорее относится конкретно к Успенской церкви, а не вообще ко всем церковным постройкам, формы которых в это время, разумеется, были разнообразны и не ограничивались одним образцом. Зато эта легенда является косвенным подтверждением существования крещатых церквей по крайней мере уже в XV веке.

Передская церковь, отличавшаяся развитым планом, несколько усложненным объемом и в то же время законченной композицией, как раз свидетельствует о том, что шатровые храмы на крещатой основе зародились в глубокой древности и развивались одновременно с другими типами культовых сооружений.

Почтенный возраст Рождественской церкви подтверждается и строительными архаизмами в ней. Наряду с обычной рубкой, когда паз делался в верхнем бревне снизу, встречается рубка с пазом в нижнем бревне сверху и смешанная рубка, при которой паз в одном и том же бревне проходит то сверху, то снизу. Косяки в некоторых оконных и дверных проемах имеют прямое или слегка скошенное соединение, как в Лазаревской церкви Муромского монастыря (конец XIV века) в Кижском заповеднике. В храме большое количество волоковых окон. Половина из них снабжена дополнительным кожухом для выдвижной слюдяной (или стекольчатой) окончины. Такие окна известны нам только по Передской и Курицкой церквам. В алтарях и паперти потолков нет, стены нигде не протесаны.

После окончания реставрационных работ памятник обретет тот облик, который сложился к концу XVII века. Трудные работы предстоят по восстановлению иконостаса, от которого сохранились около сорока икон и некоторые расписные тябла.

Интересно отметить, что в I960 году в северной галерее Передской церкви нашли икону XIII века, представляющую поясное изображение христианского святого Николы на красном фоне. Изображение исполнено мастерски. Эта икона, также принадлежавшая церкви Рождества, хранилась в ее северном приделе.

Церковь Рождества богородицы в деревне Рышево.

Река Мета начинается в Калининской области, но большая часть ее 450-километрового течения приходится на Новгородскую область. Долина реки, извилистой и порожистой, очень живописна. На берегах Меты много курганов - немых свидетелей давно прошедших времен, а в прибрежных деревнях и селах можно встретить немало интересных старинных построек. Среди них особое место занимала деревянная церковь Рождества богородицы в деревне Рышево Новгородского района. К сожалению, этот выдающийся памятник деревянного зодчества сгорел во время грозы летом 1968 года.

Церковь стояла на высоком берегу и прекрасно обозревалась со всех сторон. Кому доводилось подниматься вверх по Мете, могли видеть, как за одним из многочисленных поворотов неожиданно показывалась небольшая живописная рощица и среди ее зелени нарядное завершение церкви - пять главок. Затем обрисовывались устремленные вверх кровли и наконец становился виден весь храм.

С близкого расстояния строение церкви казалось грубоватым. Причиной тому была дощатая обшивка, скрывавшая пластику венчатого сруба и заметно искажавшая общий силуэт памятника. Портила вид церкви и поздняя колокольня с ее сухими, словно вычерченными гранями, аляповатыми фронтончиками, огромными дырами не то оконных, не то дверных проемов. Но стоило присмотреться к памятнику, отбросить мысленно его поздние «одежды», и вы снова оказывались под властью очарования подлинного произведения искусства.

Рышевская церковь, как свидетельствуют церковные описи, была построена в 1701 году. В XIX веке она подверглась крупным перестройкам.

В 1954 году памятник обследовали историк архитектуры, знаток русского деревянного зодчества И. В. Маковецкий и сотрудники Новгородской инспекции по охране памятников. В 1960 году Рышевскую церковь тщательно обмерили, сфотографировали, подробно описали. На основании этих материалов был составлен проект реставрации.

Рышевский памятник можно отнести к типу клетских церквей. Он состоял из трех срубов: пятистенного алтаря, прямоугольного сруба церкви, вытянутого с севера на юг, и трапезной. С севера и запада церковь была охвачена открытой галереей, которая имела общую с трапезной двухскатную кровлю с небольшим изломом на северной стороне. Алтарь соответственно стенам перекрывался на пять скатов.

Церковь Рождества богородицы (1701 г.). Реконструкция.

Главным в памятнике являлся центральный объем. Центральная клеть на уровне коньков трапезной и алтаря обрывалась и через промежуточные полицы, точно такие, как на алтаре Курицкой и на центральном срубе Тухольской церквей, переходила в квадратный сруб. На достаточно большой высоте сруб со всех четырех сторон имел карнизы-повалы, над которыми стремительно поднимались фронтоны, подобные тем, какие часто встречаются в каменном новгородском зодчестве. Рышевская церковь - интересный пример тесной связи форм деревянной и каменной архитектуры.

Здание венчалось пятью главами, установленными на коньках кровли. Четыре из них располагались по странам света, пятая - в центре пересечения коньков. Центральная глава была в несколько раз крупнее боковых. Она стояла на небольшом четверичке, перекрытом на четыре ската, и значительно поднималась над остальными главками. Такой прием завершения церкви придавал пирамидальность всему зданию, особенно с угловых точек осмотра.

Первоначальный силуэт Рышевской церкви был богаче. В западной части галереи, над кровлей, возвышалась когда-то восьмигранная колоколенка, увенчанная стройным шатром. От нее сохранялось основание восьмерика, врубки для столбов «звона» и врубки для лестницы, которая вела на колокольню из юго-западного угла галереи. В XIX веке колокольню сломали и заменили новой, поставленной на другом месте - перед входом в церковь. Исчезло и небольшое одномаршевое с площадкой крыльцо, стоявшее у западного фасада.

Вся архитектура церкви была наряднее. Главки и шейки под ними имели лемеховое, а не железное покрытие, кровли были тесовые. Благодаря резным гребням на охлупнях резкий переход от крупной геометрической формы кровель к легким небольшим главкам смягчался. Красные окна и наружные двери были украшены сверху козырьками на резных кронштейнах. Торцы кровель закрывались нарядными причелинами. Галерея имела подзорные доски и парапет из теса, уложенного в косяк.

Перестройки церкви в XIX веке затронули и интерьер. Прежде всего исчезла стена, отделявшая трапезную от церкви. Трапезная и церковь стали единым помещением для богослужебных целей. Это повлекло за собой и другие переделки: были уничтожены скамьи, поднят потолок, прорублены новые окна, появилась обшивка.

Несмотря на искажения и повреждения, церковь Рождества богородицы в Рышеве по своим художественным достоинствам принадлежала к лучшим образцам новгородского деревянного зодчества и являлась почти единственной древней деревянной постройкой с восьмискатным покрытием.

Вверх по течению Меты, на левом ее берегу, расположена деревня Пехово (Маловишерский район). За ее околицей, на кладбище, находится древняя часовня - замечательный памятник деревянного зодчества.

Часовня в деревне Пехово.

Часовня в деревне Пехово (XVII - XVIII вв.). Реконструкция.

В пяти метрах от западного фасада часовни берег реки круто обрывается. Весной и в дождливую осень вода во Мете поднимается на несколько метров, выходит из берегов, затопляя даже окраину деревни. Во время бурных весенних разливов часовня не раз оказывалась под угрозой разрушения огромными льдинами. Видимо, ее спасли могучие вековые березы, принимавшие удары на себя.

Часовня - небольшая клетская постройка шириной и длиной около четырех метров. С севера и юга она несколько расширена за счет галереи на кронштейнах. И сруб, и галерея перекрыты одной двух-скатной крышей, на коньке которой установлена маленькая главка. С запада в часовню ведет крыльцо с тремя ступенями и площадкой. Оно тоже перекрыто двухскатной кровлей, опирающейся на два столба.

Постройка сооружена из круглых сосновых бревен диаметром 20 сантиметров. Углы рублены в обло с остатком.

Косящатое окно на северной стене обращено к деревне, а южное волоковое - на кладбище. Оба сдвинуты от середины стены к востоку, чтобы осветить иконостас. Косящатое окно украшено резным наличником, который имеет не только декоративное, но и конструктивное значение - прикрывает осадочный паз между верхним косяком и бревном сруба.

Декор Пеховской часовни довольно богат. Причелины из двух досок испещрены сквозной резьбой с рисунком из «сердечек», расположенных в шахматном порядке, круглых отверстий и «городка» (многоступенчатого выреза). Главка покрыта осиновым лемехом. Парапеты крыльца и галереи сделаны из теса, уложенного в косяк. Раньше и крыльцо, и галерея были украшены подзорными досками.

Внутри часовни стены протесаны с закруглением в углах. Хорошо сохранились резные столбы, пол, пластинчатый потолок, косящатый оконный проем и дверь из двух широких досок, снаружи запираемая массивным кованым замком. Косящатое окно изнутри закрывается ставней. Вместо обычного иконостаса в часовне устроена полка, на которой стояли прислоненные к стене три иконы.

Пеховская часовня по своим формам и строительным приемам может быть датирована XVII веком, что отчасти подтверждают и находящиеся в ней иконы того же времени.

Окно Пеховской часовни. Рисунок Л. Е. Красноречъева.

Первоначально ее галерея располагалась только с западной стороны, перед входом. Позднее, вероятно в конце XVIII века, галерею расширили и продлили вдоль северной и южной стен. Снизу к срубу добавили несколько новых венцов. Это значительно обогатило архитектуру часовни. Плотники, проводившие ремонт, использовали старые приемы рубки и декоративной обработки (например, полностью повторили форму старых столбов).

Перестройки XIX века несколько исказили памятник, но не настолько, чтобы в нем нельзя было увидеть истинное произведение искусства.

Часовни, подобные Пеховской, и теперь еще можно встретить в некоторых деревнях Новгородской области. Из всех них пеховская постройка выделяется своей нарядностью и совершенством форм.

В Любытинском и Хвойнинском районах расположены красивейшие места Новгородской области. Здесь проходит северо-восточная часть Валдайской возвышенности, или Тихвинская гряда. Рельеф очень разнообразен и живописен: крутосклонные холмы, поросшие лесом, чередуются с глубокими озерными котловинами. Местные жители покажут вам «швейцарские» пейзажи, еловые, дубовые и березовые рощи, сосновые боры, прозрачные озера, извилистые речки. Среди лесов можно встретить немало курганов и жальников - древних кладбищ. Жители ласково называют их «жальнички». В полутора-двух километрах к северо-востоку от деревни Никулино на высоком холме, среди деревьев, сохранился жальник XV-XVI веков.

Полотенце Пеховской часовни. Рисунок Л. Е. Красноречьева.

Деревня Никулино (Любытинский район) - древнейшее поселение, обосновавшееся недалеко от живописного озера Никулинское. Население и территория деревни увеличивались, и со временем рядом с нею появилась другая деревня - Новое Никулино.

На вершине одного из холмов между Старым и Новым Никулином стоит деревянная Успенская церковь, хорошо видимая с расстояния в несколько километров. Постройка кажется большой. На самом деле это скромная, в 11 метров высотою церковка. Удачное расположение придало сооружению монументальность. Церковь находится в еловой роще, на участке, окруженном валом, который ныне осыпался. За валом некогда существовал ров, но теперь он сгладился и прослеживается только в его северо-восточной части.

В церкви найден обломок деревянного креста с записью о строительстве и освящении храма, на котором можно разобрать дату - 1599 год. Эта же дата указана на другом деревянном кресте, поставленном в 1830 году после капитального ремонта. Третий ремонт производился в 1906 году. Запись о нем осталась на южной стене трапезной. Во время этих ремонтов производилась переборка стен, менялись сгнившие бревна, полностью была перестроена трапезная, сооружена колокольня, ликвидированы некоторые старые элементы, например галерея. Наконец, в XIX веке древняя постройка оказалась спрятанной в безликий футляр - дощатую обшивку.

Церковь Успения - клетская постройка, состоящая из трех прямоугольных в плане срубов: центрального (собственно церковь), алтаря и трапезной. Сруб самой церкви несколько выше алтаря и трапезной, перекрыт двухскатной кровлей и увенчан небольшой главкой. Такие же двухскатные кровли и на алтаре и трапезной. Постройка рублена из тонких сосновых бревен диаметром 20 - 24 сантиметра.

Наиболее древние части памятника - сруб и алтарь, сохранившие свои первоначальные формы. В южной стене алтаря и северной стене центрального сруба имеются древние волоковые окна. Вместо южного дверного проема прорублено большое окно. Вверху над ним скрыто под обшивкой единственное в церкви древнее косящатое окно. Сохранились потолки, полы, древний клирос, остатки иконостаса.

Полностью утрачены древние трапезная и галерея. Когда-то сруб трапезной, квадратный в плане, был одинаков по объему с алтарем и отделялся от церкви бревенчатой стеной. В XIX веке трапезную расширили и удлинили, а стену между нею и церковью выпилили. Вместо небольшого дверного проема сделали раздвижные четырехстворчатые двери. Над трапезной появилась небольшая шестигранная звонница, перекрытая шатровой крышей со шпилем, - наивное подражание древним шатровым колокольням.

Успенская церковь в деревне Никулино.

Успенская церковь в деревне Никулино (1599 г.). Реконструкция.

Размеры, формы, общий характер и некоторые детали утраченной галереи прослеживаются по остаткам фундамента, следам нижней обвязки, врубкам для стропил, полуфронтона, стоек. Это позволяет восстановить ее с достаточной полнотой. Галерея располагалась с южной стороны у стен трапезной и центрального сруба. Через эту галерею и дверной проем в стене трапезной и входили в церковь.

В перестроенном иконостасе с иконами XIX века уцелели шесть древних икон. Ныне они находятся на временном хранении в Государственном Эрмитаже.

Никулинская церковка, чрезвычайно скромная по своим размерам и формам, напоминает небольшую часовню. Если ее поставить среди деревенских жилых и хозяйственных построек, то она могла бы затеряться среди них. Пожалуй, только повышенный центральный объем и главка указывают на то, что это культовое строение. В остальном видны те же самые строительные приемы, те же объемы и формы и те же художественные принципы, которые характерны для сооружений гражданской деревянной архитектуры. На примере Успенской церкви в деревне Никулино нетрудно заметить теснейшую связь жилой и культовой архитектуры, проследить, как обычная жилая изба превращалась в «дом божий». На основе таких скромных церковок зарождались и воплощались в дереве монументальные архитектурные образы, подобные Никольской церкви из Тухоли.

Ильинская церковь в деревне Ильина Гора.

Познакомимся еще с одним памятником деревянного зодчества Новгородской области - Ильинской церковью в деревне Ильина Гора Демянского района.

Церковь Ильи Пророка - клетская постройка, состоящая из трех объемов: центрального четверика, пятистенной апсиды и трапезной. Церковь и трапезная перекрыты двухскатными кровлями, алтарь - кровлей на пять скатов. Центральный сруб заметно возвышается над другими. Конек его кровли увенчан восьмеричком на четверике и небольшой главкой с крестом.

В церкви сохранилось старое тябло иконостаса, на котором имеется запись о ее постройке. Правда, запись поновлена в недавнее время, отдельные слова и буквы, отчасти и текст, искажены, а само тябло находится уже не в иконостасе, а в трапезной, на ее восточной стене.

Судя по церковным ведомостям начала XX века, церковь построена в 1691 году. Но если верить надписи на тябле, то датой сооружения церкви нужно считать 1689 год, а 1691 год - годом ее освящения (факт освящения не упомянут в записи на тябле).

Церковь неоднократно поновлялась, расширялась, перестраивалась. В результате последних переделок конца XIX - начала XX века художественный облик памятника был сильно искажен. Особенно портят здание дощатая обшивка, бетонный цоколь, железная кровля и вычурная главка, придающие ему довольно заурядный вид. Не менее испорчен и интерьер постройки: бревенчатые стены закрыты фанерой, покрашенной масляной краской.

Первоначально церковь состояла из центрального четверика и алтаря, рубленных из толстых бревен диаметром 30 - 32 сантиметра (четверик - в обло с остатком, алтарь - в лапу). Стены церкви внутри были протесаны «в лас», то есть стесаны под одну плоскость. Потолок был сделан из досок, уложенных в елку на шесть пролетов по пяти балкам; пол настлан из широких сосновых пластин. Кровли были тесовые двухслойные, с потоками на курицах. Ширина досок достигала 38 - 42 сантиметров при толщине 4 сантиметра.

В церкви имелись два дверных проема: один в западной, другой в северной стенах. Северный проем сохранился почти без переделок. Вполне вероятно, что с этих двух сторон постройка была окружена галереей, которую разобрали позднее. Сейчас у северной двери имеется небольшой тамбур, появившийся совсем недавно.

Ильинская церковь в деревне Ильина Гора (1689 - 1691 гг.). Реконструкция.

Несколько позднее, возможно около середины XVIII века, к церкви с западной стороны во всю ее ширину пристроили трапезную, рубленную также в обло, но из более толстых сосновых бревен (диаметром до 35 - 40 сантиметров). Ее пластинчатый потолок поддерживается одной поперечной балкой - матицей. Вдоль стен трапезной, как и самой церкви, тянулись широкие скамьи с резными подзорными досками. Перед иконостасом с обеих сторон стояли клиросы. Теперь от скамей и клиросов сохранились только врубки в полу и на стенах.

С появлением трапезной, вероятно, изменилась и галерея: была удлинена с северной стороны. К этому же времени следует отнести и перестройку иконостаса. Первоначально он был довольно прост и строг: в расписных тяблах стояли иконы, образующие сплошную живописную стену. После реконструкции характер иконостаса изменился. Тябла уступили место новой, рамной конструкции; появились резные и вызолоченные карнизы, колонки и другие барочные элементы; в нижнюю панель добавили новые иконы. В сравнительно недавнее время почти все старые иконы подновили: подкрасили фон яркой голубой краской.

Как уже указывалось, церковь сильно изменилась в результате исказивших ее переделок XIX - начала XX века. Но и в первоначальном своем виде, так же как в формах XVIII века, это сооружение не принадлежало к выдающимся памятникам древнерусского деревянного зодчества. Его композиция и формы не отличаются законченностью и совершенством. И все-таки постройка интересна тем, что среди клетских культовых сооружений, обнаруженных в области, является индивидуальным вариантом, не копирует известные образцы, а имеет свой неповторимый архитектурно-художественный облик.

В 12 километрах на юго-запад от поселка Хвойная, на дороге, ведущей к Боровичам, расположено село Мякишево. Здесь, на высоком берегу реки Песь, стоит деревянная Никольская церковь. Это одноглавое, ярусное, крещатое в плане сооружение воздвигнуто в 1642 году. Как и все остальные древние постройки, сохранившиеся на территории Новгородской области, Никольская церковь не избежала крупных перестроек и искажений в XIX веке. Ревнители «благочестия» постарались убрать все то, что не согласовывалось с официальными церковными канонами и являлось элементами народного творчества. Церковь обшили тесом, а ее внутренние стены грубо протесали и оштукатурили. Были переделаны потолки, разобрана галерея. Тесовое покрытие крыш заменили железным, заделали волоковые окна, а косящатые расширили. Были сняты подзорные доски, полотенца и другие немногочисленные, но нарядные декоративные элементы. И, конечно же, из церкви и трапезной были выброшены все скамьи, вырублена стена между двумя этими помещениями. Наконец, взамен простой и выразительной по форме лемеховой главы появилась вычурная, измельченная в деталях и несоразмерная постройке новая главка с железным покрытием.

Никольская церковь в деревне Мякищево.

Никольская церковь в деревне Мякищево (1642 г.). Реконструкция.

Исследование памятника, проведенное в 1959 году, позволило с достаточной полнотой реконструировать его первоначальный облик. Крещатая в плане постройка состоит из ориентированного на восток пятистенного сруба алтаря, двух срубов церкви, направленных на север и юг, и удлиненного помещения трапезной, обращенного на запад. Наиболее низкие помещения (алтарь и трапезная) имеют одинаковую высоту. Северный и южный срубы сделаны значительно выше. Над ними поднимаются два стоящих один на другом четверика, последний из которых увенчан лемеховой главой на шейке. Все срубы и их уступы перекрыты двухскатными кровлями. Такое ступенчатое расположение объемов образовало оригинальную, динамичную и богатую композицию ярусной церкви.

С севера и запада к трапезной примыкала неширокая галерея каркасной конструкции, стоявшая на венчатом срубе. Стены галереи были сделаны из досок, забранных в косяк, и имели небольшие оконные проемы. Перед западным фасадом галереи существовало одномаршевое крыльцо.

Церковь в деревне Турны (XVII в.).

Реконструкция.

Помещения церкви освещали косящатые и волоковые окна. Особенно интересны окна в южных стенах, сгруппированные по три. В центре каждой группы расположено «красное» окно, а по сторонам его и несколько ниже - по одному волоковому. Этот архаичный прием группировки окон почти не встречается в дошедших до нас постройках, но когда-то он имел широкое распространение в избах и хорошо известен по рисункам XVII века. Да и весь памятник с его своеобразно решенной ярусной композицией, по-видимому, не имеет аналогий среди культовых построек с крещатым планом.

Одной из ранних ярусных построек является церковь XVII века в деревне Турны Калининской области (раньше входила в состав Новгородской губернии).

Святодуховская церковь в селе Городцы.

Церковь состоит из центрального четверика, пятистенного алтаря и трапезной. На главном четверике возвышались соответственно уменьшавшиеся два четверика и восьмерик с главкой. Несмотря на тесовую обшивку, скрывшую пластику бревенчатых стен, и на железное покрытие, которые придали постройке сухую геометричность форм, церковь привлекала внимание своим стройным силуэтом. К сожалению, в 1967 году верх ее обрушился.

Весьма своеобразным вариантом ярусной постройки является Святодуховская церковь в селе Городцы Волотовского района.

В основе ее композиции - ряд четвериков. На центральном срубе храма покоится четверик, повернутый под углом 45 градусов к стенам сруба, стоящего под ним; следовательно, углы этого четверика сориентированы на страны света. Следующий, меньший по высоте, четверик развернут в свою очередь под таким же углом по отношению к нижнему. Верхние ярусы церкви составляют восьмерик и глава на шейке. Разворот четвериков значительно упрощает решение главной конструктивной задачи, которая состоит в создании прочного основания для каждого яруса. Постановка каждого четверика под углом к нижестоящему позволяет обходиться без дополнительных опор (балок): угол верхнего сруба покоится на стене нижнего сруба.

Но эта упрощенная конструктивная схема отразилась на художественном облике здания. Силуэт здания нельзя назвать стройным, четверики делают его угловатым и беспокойным.

Святодуховская церковь - крещатая в плане. Западную часть креста занимает трапезная, восточную (пятистенную) - алтарь, в северной и южной размещены приделы. Над приделами и алтарем стоят небольшие четверики, перекрытые на три ската и увенчанные главками. В сочетании с центральной ярусной частью приделы с главками придают сооружению исключительную живописность.

Первоначальное ядро Святодуховской церкви относится, вероятно, ко второй половине XVIII века.

Церковь сильно искажена перестройками XIX века. Особенно портят ее дощатая обшивка с классическими карнизами, модульонами, безвкусными наличниками, а также массивная, с грубыми, тяжеловесными формами, колокольня.

Церковь Рождества богородицы в селе Сопины (1762 г.). Реконструкция.

Святодуховская церковь на редкость эффектно поставлена - на крутом холме, омываемом речкой Псижей. Поднявшаяся над холмом постройка замыкает широкую перспективу деревенской улицы. Высокий силуэт храма, окруженного деревьями, виден издалека - в 10 - 12 километрах от деревни. Холм, на котором стоит церковь, является остатком древнего городища, память о котором сохранилась в названии села.

Не менее привлекательна ярусная церковь Рождества богородицы в селе Сопины Боровичского района, построенная в 1762 году. Она расположена в четырех километрах от села Кончанского (теперь Кончанское-Суворовское), принадлежавшего прославленному полководцу А. В. Суворову. Во время пребывания в ссылке в Кончанском Суворов нередко посещал Сопинскую церковь.

Сопины уже в XVI веке были центром Богоро-дицкого погоста. По свидетельству церковной описи 1581 года в Сопинах стояли две деревянные клет-ские церкви - Рождественская и Никольская. В 1762 году взамен их построили церковь Рождества богородицы с приделом Николая Чудотворца. Позднее, на рубеже XVIII и XIX веков, рядом с нею появилась каменная Троицкая церковь. По преданию, на ее строительство пожаловал деньги и А. В. Суворов.

Деревянная Рождественская церковь состоит из центрального четверика, слегка вытянутого по линии север - юг, пятистенной трапезной и пятистенного алтаря. Над центральным четвериком когда-то поднимались три восьмерика и восьмигранная глава на такой же шейке. В соответствии с основанием стороны восьмерика, обращенные на север и юг, были значительно уже западной и восточной сторон. С северной и южной сторон силуэт Сопинской церкви был стройнее. В 1890 - 1893 годах церковь подверглась «реставрации». Все ее стены обшили досками, тесовое покрытие сменили железным, перестроили интерьеры. Это значительно изменило ее облик, хотя общий силуэт ее оставался прежним. Позднее разобрали два верхних яруса и главу, и теперь церковь имеет вид, очень далекий от первоначального.

Ярусные церкви имеются на территории Крестецкого и Окуловского районов.

Все они довольно близки друг к другу и по своим формам, и по характеру перестроек, произведенных в XIX веке. У всех тесовые покрытия заменены железными, шатры на колокольнях - куполами со шпилями, надстроены купола и на самих церквах, все они одеты в дощатую обшивку.

Троицкая церковь в деревне Чижово (1735 г.). Реконструкция.

Самая ранняя из этих построек - Троицкая церковь в деревне Чижово (Дубки) Крестецкого района, сооруженная в 1735 году. Это - небольшое, но сильно вытянутое по длине строение. Центральный четверик церкви был в свое время увенчан двумя восьмериками и главкой. До наших дней сохранился только большой нижний восьмерик. Стремление к высотности в этом строении выражено слабо. Резкий контраст между малыми формами верхней части и сравнительно солидным основанием делает церковь приземистой.

Георгиевская церковь в деревне Ручьи.

Георгиевская церковь в деревне Ручьи (1741 г.). Реконструкция.

Совсем другое впечатление производит колокольня, поставленная над папертью. Вертикаль колокольни кажется легкой и устремленной вверх. Это достигнуто «облегчением» каждого ее вышестоящего яруса по отношению к нижнему. Так, первый широкий, но очень низкий восьмерик кажется более легким по сравнению с прямоугольным срубом паперти. Следующий восьмерик резко сужен и вытянут по высоте. Над ним - ажурная площадка «звона» и стройная пирамида шатра, увенчанного небольшой главой и крестом. Внимание, которое строители уделили колокольне, станет более понятным, если учесть, что церковь до устройства на ней купола и трапезная, на которой кровля поднята примерно на два метра выше прежней, казались еще ниже, чем теперь. К сожалению, колокольня сильно испорчена перестройками: разобран шатер, переделаны нижний и «звоновой» яруса.

Сохранившийся в церкви иконостас относится к XIX веку, хотя и содержит несколько старых икон.

Георгиевская церковь в деревне Ручьи того же Крестецкого района построена на шесть лет позже Чижовской - в 1741 году и почти полностью повторяет ее конструкцию. Однако план Георгиевской церкви не так удлинен, отчего объемы здания более собранны и компактны. Гораздо богаче и ее центральный объем, к которому добавлен еще один восьмерик. К тому же он четче выделялся, так как трапезная была уже церкви (ее расширили в XIX веке). С западной и северной сторон церковь имела открытую галерею. Все это придавало зданию очень живописный, нарядный вид.

Колокольня и здесь гораздо выше церкви.

В церкви на уровне второго восьмерика существовал плоский потолок «небом», укрепленный на 16 балках, сходившихся в центре. Сам восьмерик был световым и имел два косящатых окна в северной и южной стенах.

До нашего времени первоначальный потолок не сохранился; теперешний потолок значительно ниже его. Иконостас тоже не сохранился.

Лучшей из уцелевших ярусных построек является Никольская церковь в деревне Высокий Остров Окуловского района. Она сооружена в 1757 году.

Никольская церковь в деревне Высокий Остров (1757 г.). Реконструкция.

Это довольно значительное по размерам и форме сооружение. С алтарем и крыльцом длина церкви достигает 31 метра, ширина - 9,5 метра, а высота превышает 20 метров. Колокольня со шпилем и крестом еще выше.

Центральная часть Никольской церкви решена аналогично Георгиевской в Ручьях. На обширном четверике стоят три восьмерика, последовательно уменьшающиеся по ширине и высоте. Последний восьмерик несет небольшую главу на шейке. Все восьмерики и главка сохранились в первоначальных формах, но верхний скрыт под позднейшим куполом. Средний восьмерик световой и имеет четыре косящатых окна по странам света. В верхней его части расположен древний потолок.

Трапезная построена одинаковой с четвериком церкви ширины и высоты, но несколько короче его. С запада к ней примыкает колокольня, нижняя часть которой одновременно служит и папертью с тремя входами.

Колокольня, тоже ярусная, состоит из четверика и двух восьмериков - большого и малого, восьмигранного «звона» и восьмигранного купола, которым при перестройке колокольни заменили первоначальный шатер.

Стены самой церкви и трапезной рублены из круглых бревен в обло с остатком. Пятистенный алтарь, восьмерики церкви и вся колокольня рублены в лапу, их стены протесаны на брус. Сохранился несколько попорченный первоначальный иконостас с иконами XVIII века. Снаружи постройка обшита тесом, а внутри оштукатурена.

Никольская церковь производит внушительное впечатление не только своими размерами и высотой.

Высотность центрального объема церкви выражена очень определенно и последовательно. В ярусах нет резкого контраста в размерах и противопоставления одного восьмерика другому. Переход от одного к другому плавный и постепенный.

Колокольня является доминирующей вертикалью сооружения, ее формы соотнесены с формами церкви, отчего все здание выглядит собранным, строгим и монументальным.

Для многих построек XVIII века характерно широкое применение рубки из бревен, протесанных на брус. Раньше, например в XVI и отчасти в XVII веках, бревна, как правило, использовались только круглые. Позднее стали протесывать внутренние плоскости стен. А в XVIII веке начали протесывать и фасады, но не все стены, а обычно стены алтарей, верхних восьмериков, папертей и колоколен. Основные клети церкви и трапезной по-прежнему рубились из круглых бревен в обло с остатком. При таком сочетании гладких и рельефных плоскостей особенно четко выявлялись несущие конструкции, основные и второстепенные, декоративные, объемы. Во многих случаях строители достигали этим определенного художественного эффекта.

ЖИЛЫЕ ПОСТРОЙКИ

Древние жилые деревянные постройки до наших дней не сохранились. Деревни страдали от пожаров, постройки разрушались от времени или перестраивались. Поэтому в современной деревне чаще всего можно увидеть деревянные дома, появившиеся в конце XIX и в XX веке, и очень редко постройки самого конца XVIII или начала XIX века. И, конечно, почти невозможно обнаружить старое жилье, которого не коснулись бы незначительные или серьезные переделки.

Формирование типов деревянных жилых домов в Древней Руси шло медленно, на протяжении столетий, хотя появление их относится к глубокой древности. Это объясняется патриархальным укладом жизни крепостного крестьянства. Даже крупные экономические и политические события в феодальной Руси не вносили сколько-нибудь значительных изменений в вековечный уклад жизни крестьян, их быт и эстетические представления, так как почти неизменным оставалось главное - натуральное хозяйство земледельца.

Рост промышленного производства в России во второй половине XIX века, проникновение капиталистических отношений в деревню не могли не сказаться на характере деревянного зодчества. Сельская буржуазия - кулаки - начала строить деревянные дома по образцу каменных купеческих особняков в городе. Замысловатая дощатая обшивка, резьба, раскраска фасадов, интерьер с использованием мебели городского производства - все это придавало деревянным строениям той поры облик, не свойственный произведениям народного зодчества. С середины XIX века отход от древних народных традиций наблюдался и в характере перестройки старинных сооружений. Поэтому теперь при оценке каждого жилого деревянного строения надо четко отличать элементы традиционно народные от позднейших наслоений и влияний. Только при таком подходе среди жилых построек можно выявить сохранившиеся образцы деревянного народного зодчества.

Изба М. Д. Екимовой в деревне Рышево.

На Новгородской земле издавна сложился и получил самое широкое распространение тип избы на подклете. Он держался очень долго, даже в XIX. веке строительство домов на подклете было обычным.

Дом с подклетом и навесным балконом, построенный в старых народных традициях, сохранился в деревне Рышево. Он принадлежал колхознице М. Д. Екимовой. Теперь перевезен в музей народного зодчества.

Высота клети дома вместе с фронтоном составляет около 10 метров. Дом имеет двухскатную кровлю с большим выносом по главному фасаду. Рельефный бревенчатый сруб избы не закрыт и никогда не был закрыт тесовой обшивкой. Современная кровля черепичная, а первоначальная была тесовой с потоками на курицах, врубки для которых хорошо видны на боковых фасадах.

На главном фасаде - четыре окна, украшенных богатыми наличниками. Верх каждого окна окаймляется двумя деревянными завитками - волютами, между которыми помещена доска в форме замка. Волюты и доска покрыты мелкой выемочной резьбой, состоящей из сочетания поясков, треугольников, ромбических, круглых и дугообразных впадинок и выступов. Резьбой покрыта и обвязка филенчатых двустворчатых ставень. Открытые ставни, соприкасающиеся друг с другом, образуют по фасаду сплошной узорчатый ковер. Подобное окно имеется и на боковом фасаде.

В основании фронтона во всю его ширину располагается балкон, опирающийся на выпуски-кронштейны с красиво обрубленным концом. Наружная сторона балкона также покрыта затейливой резьбой.

Планировка и обстановка избы утратили первоначальный вид: исчезли встроенные скамьи, проходившие вдоль всех стен, полати у задней стены, перегородка, отделявшая кухню, и т. д. В доме появились городская мебель, печь-лежанка, новые перегородки, разделившие жилье на маленькие комнаты. Стены и потолок оклеены фабричными обоями.

План избы М. Д. Екимовой.

А - изба; Б - хозяйственный двор; В - сени.

Реконструкция.

С правой стороны дому пристроено крыльцо, перекрытое односкатной крышей на резных столбах. Через него и входят в избу. Сначала через дверь в красивом арочном проеме проходят на лестницу, а затем - в сени вдоль задней стены. Из сеней дверь ведет в жилое помещение. Отсюда же, спустившись по лестнице, раньше можно было попасть в хлев. Другая лестница вела из сеней на сеновал, располагавшийся наверху, на сплошном бревенчатом накате. Совмещенные подобным образом хозяйственные помещения назывались «сенником на конюшне». Рядом с крыльцом и вправо от него располагался крытый въезд в хозяйственный двор. Одновременно он служил хранилищем телег, саней и различной конской упряжи. Широкий проем ворот имел вид красиво прорисованной арки.

Через крыльцо можно было попасть и в подклет, служивший хранилищем домашних припасов.

Изба М. Д. Екимовой (справа - западный фасад, слева - южный). Реконструкция.

Дом М. Д. Екимовой можно датировать первой половиной XIX века.

В Рышеве таких домов было несколько. Их можно увидеть и в других деревнях на Мете. Самые старые из них сильно перестроены и потеряли художественную ценность. В них растесаны окна и двери, перестроены крыльца, венчатая конструкция крыш заменена стропильной, утрачены почти все декоративные элементы. Правда, в отдельных домах еще встречаются случайно сохранившиеся единичные элементы старины - то наличник, подобный наличнику на доме Екимовой, то нетронутая косящатая дверь в подклет, то остатки оконных проемов.

Подобный тип избы характерен не только для нижнего бассейна Меты. Он широко был распространен на территории Крестецкого, Валдайского, Демянского и других районов, а также по тракту Новгород - Москва, на территории теперешней Калининской области.

Некоторое сходство с рышевским домом имеет заброшенная изба в деревне Пустошка Демянского района, обследованная в 1965 году архитектором Г. В. Борисевичем. Постройка, по-видимому, относится к середине XIX века и состоит из двух изб и двора, стоящего под прямым углом к ним. Двор в настоящее время разобран. По композиции и убранству изба гораздо скромнее рышевской. На уличном фасаде у нее всего два простых косящатых окна (уже растесанных). Но зато в основании фронтона имеется старинный широкий балкон, правда, теперь без перил - без «балясника», а концы слег, выпущенных над фронтоном, прикрыты нарядными при-челинами. Конструкция крыши, теперь стропильная, первоначально, вероятно, была на самцах.

Дом П. Иванова в деревне Афонасово.

Рисунок-реконструкция.

Дом в деревне Пустошка. Рисунок-реконструкция.

Г. В. Борисевич обследовал также интересную избу в деревне Афонасово Валдайского района, принадлежащую П. Иванову и построенную в начале XIX века. Дом был рублен, как говорили в старину, «брусом» - все его постройки располагались в одну линию (в глубь двора). От дома сохранилась только изба на высоком и глухом подклете, срубленная из толстых бревен. Сени, клеть и двор были построены из более тонких бревен.

Примечательно, что интерьер избы, за исключением некоторых мелких деталей, сохранился почти нетронутым. Вдоль стен по всему периметру помещения стоят врубленные лавки, ширина которых достигает 60 сантиметров. Вход в подклет сделан из сеней через лестницу, спускающуюся вниз.

Главный (уличный) фасад решен предельно просто. Круглые бревна стены плавно и естественно переходят в чело. Три небольших почти квадратных косящатых окна (теперь растесанных) прорезают монолитный бревенчатый массив. Лишь узорные причелины и, может быть, полотенце украшали раньше это простое и даже несколько суровое крестьянское жилище.

Усадьбы новгородских крестьян не отличались внушительными размерами. Пожалуй, лишь в крайних, северо-восточных районах области можно встретить дома, которые по размерам и характеру приближаются к постройкам русского Севера. Они еще мало исследованы.

ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ПОСТРОЙКИ

В состав крестьянской усадьбы входили многие хозяйственные постройки, часто не связанные с основным массивом дома, а приютившиеся поблизости от него и обычно удобно и продуманно скомпонованные в общем плане двора. Такие постройки, как баня, амбар, сарай, располагались соответственно ближе к реке, огородам, лугу. По своим конструктивным и архитектурным формам они не отличаются большим разнообразием, а планировка их строго подчинена утилитарному назначению. Поэтому яркие художественные образы и оригинальные декоративные мотивы здесь встречаются редко. Далеко не все хозяйственные постройки являются памятниками архитектуры. Но без них невозможно оценить все многообразие форм русского деревянного зодчества.

Сарай в деревне Большой Каменок. Рисунок-реконструкция.

В деревне Пехово сохранилось несколько старых амбаров, или, как их иногда называют, житниц. Размер одной из них 4X4 метра. Это - сруб с одним дверным проемом, без окон. Он рублен из бревен толщиною не более 22 сантиметров. Фронтоны также бревенчатые. Выпущенные со стороны главного фасада слеги крыши создают навес над входом. Кровля раньше была тесовая с потоками, теперь - соломенная. Торцы бревен, косяки дверного проема и дверное полотнище обработаны топором. Это свидетельствует о том, что житница - старая постройка и может быть датирована, вероятно, началом XIX века.

Другие житницы, встречающиеся в области, сильно искажены позднейшими перестройками.

В Боровичском районе сохранились обширные сараи со взвозами - наклонными помостами для въезда. Один из них находится в деревне Большой Каменок.

Высокое помещение сарая делится горизонтальным бревенчатым накатом на два яруса и имеет двое ворот. Верхний ярус сарая при необходимости можно было заполнять сеном до самого конька крыши. Такие сараи обычно строились из мелкого строевого леса и не отличались затейливостью формы. Однако они являются важными компонентами деревенской архитектуры.

Поистине удивительными произведениями народных мастеров являются ветряные мельницы. На территории области сохранилось несколько типов этих строений. В богатейшей коллекции зданий и сооружений из дерева, созданных народными зодчими, ветряные мельницы после храмов, колоколен и крепостей занимают самое почетное место. С одной стороны, они воплощают в себе блестяще разработанную и осуществленную конструктивно-техническую идею, а с другой стороны - нередко обладают высокими художественными достоинствами, ставящими эти постройки в ряд замечательных памятников деревянной архитектуры.

Мельницы строили обычно на открытых и возвышенных местах - за околицей села, деревни или монастыря. Стояли они в одиночку или целыми группами. Стройные силуэты их башен и распростертые могучие крылья четко вырисовывались на фоне неба, как сказочные чудо-богатыри.

Ветряные мельницы появились на Руси в далеком прошлом. В XVII веке они были известны уже повсеместно. В середине XIX века только в Новгородском, Боровичском, Валдайском, Крестецком и Демянском уездах Новгородской губернии существовало 2700 водяных и ветряных мельниц. Еще 20 - 40 лет назад в области их насчитывалось несколько десятков. Совсем недавно многие из них были разобраны за ненадобностью, и теперь лишь кое-где можно встретить отдельные случайно сохранившиеся сооружения, либо заброшенные, либо переоборудованные для работы от электромотора. Все сохранившиеся мельницы относятся к позднейшему времени - концу XIX - началу XX века. Но несмотря на то что возраст этих построек исчисляется немногими десятками лет, они представляют известную ценность, так как в основном выполнены в старых народных традициях, на высоком конструктивно-техническом и художественном уровне.

По конструктивным принципам и архитектурным особенностям различают два типа ветряных мельниц: «столбовки» и «шатровки». Основой столбовок является неподвижный вертикальный столб, вокруг которого вращается сруб мельничного амбара с оборудованием и механизмами. Опорой для мельничного сруба служат различного вида бревенчатые «ряжи» - клети, чаще всего пирамидальной формы. Столбовки по происхождению древнее шатровок.

Ветряная мельница в деревне Мстонь.

Они раньше исчезли, и теперь их можно встретить лишь в единичных экземплярах. Несколько лет назад такая мельница стояла у деревни Мстонь Старорусского района.

Мельницы-шатровки получили свое название от формы основного восьмерикового сруба, или каркаса, напоминавшего шатровое завершение храмов. Особенность и преимущество таких мельниц состоит в том, что у них вращается только верхняя часть с горизонтальным валом и крыльями. Все остальные части механизма и оборудование размещены внизу, в неподвижном срубе. Мельницы-шатровки и теперь кое-где можно встретить на территории Новгородской области (например, в деревнях Солопская Горка Новгородского района, Подгощи Старорусского района, Ладощина Солецкого района). Их обследованием занималась архитектор Л. М. Шуляк.

Познакомимся с одной из них, перевезенной теперь в музей. Эта мельница-шатровка, сооруженная, вероятно, в конце XIX века и претерпевшая позднее некоторые переделки, стояла на окраине деревни Ладощина. Невысокий восьмигранный сруб ее выполнен из сравнительно тонких бревен; углы рублены в лапу. Нижние части стен отвесны, выше сруб сужается и оканчивается овальной поворачивающейся шапкой, в которой размещен горизонтальный вал с крыльями на наружном конце и шестерней на внутреннем. Крылья, вращая горизонтальный вал, передают движение на жернова через зубчатые колеса. Крылья и, следовательно, шапка поворачиваются к ветру с помощью рычага, спускающегося сверху почти до земли. Положение рычага стабилизируется колом, к которому его привязывают.

Ветряная мельница в деревне Ладощина.

Рисунок-реконструкция.

Внутри шатра раньше были настилы, лестницы и ворот для подъема и спуска мешков.

Мельница давно не использовалась. У нее поломаны крылья, повреждены механизмы.

Мельницы-шатровки, встречающиеся в области, разнообразны по размерам и характеру срубов. Можно встретить шатровый сруб, стоящий прямо на земле, на четверике, на восьмерике, как у мельницы в Ладощине, и другие вариации. Бревна срубов могут быть круглыми и протесанными на брус. В более поздних мельницах, появившихся уже в XX веке, сруб заменен каркасной системой с тесовым или драночным покрытием. На смену дощатым крыльям пришли решетчатые с брезентовыми парусами, которые обычно скручивали жгутом, если мельница не работала.

Силуэты мельниц очень величавы. Они четко рисуются на фоне неба. Прочные и устойчивые основания шатровок, простота и цельность их форм, медленное движение огромных крыльев придают этим архитектурным сооружениям особое очарование.

* * *

Памятники деревянного зодчества дороги нам, как произведения народного искусства. Они являются важной частью материальной культуры, переданной нам в наследие предшествующими поколениями. И мы обязаны бережно хранить их.

Памятники деревянного зодчества, найденные в Новгородской области, не только численно увеличивают список драгоценных народных творений, но открывают новые страницы в истории русской архитектуры. Значение их для русской культуры бесспорно.

Не обо всех памятниках, сохранившихся в области, рассказано в этой брошюре. Многие из них пока не известны ни туристам, ни любителям народного зодчества, ни даже специалистам - историкам искусства. Эти памятники ждут своих исследователей, ждут чутких и заботливых рук реставраторов.

Краткий словарь терминов

Алтарь - восточная часть внутреннего помещения церкви, отделенная стеной или иконостасом.

Венец - бревна, положенные горизонтально и связанные в углах врубками, составляющие один ряд сруба.

Восьмерик - часть строения, имеющая восьмигранную в плане форму.

Глава - венчающая часть церковного здания, имеющая луковичную или иную форму.

Гребень - резная доска, поставленная на охлупень по всей его длине.

Гульбище - галерея, наружная терраса, площадка, охватывающая постройку с нескольких сторон или примыкающая к ней с одной стороны.

Иконостас - алтарная стенка, отделяющая внутреннее помещение храма от алтаря и служащая для размещения икон.

Конек - конец охлупня над челом, обработанный в виде головы коня.

Коньковая слега - верхняя слега кровли, прикрытая охлупнем.

Крыша:

1) бочкой - форма кровли в виде полуцилиндра с повышенным и заостренным верхом;

2) палатка - двухскатная кровля;

3) шатер - высокая и крутая кровля в форме четырехгранной, шестигранной и восьмигранной пирамиды;

4) кубоватая - кровля, напоминающая по форме четырехгранную или восьмигранную главу.

Курицы, кокши - брусья с корневищем на конце, уложенные на слегах под тесовым покрытием и поддерживающие водо-точники.

Лемех - кровельный материал в виде тонких коротких дощечек с резными концами; изготовляется из осины, реже дуба и хвойных пород.

Матицы - балки, на которых держится дощатый потолок.

Наличник - декоративное украшение дверного или оконного проема.

Окно:

1) волоковое - маленькое узкое окно, представляющее не-обрамленный проем, закрывающийся (заволакивающийся) деревянной задвижкой с внутренней стороны;

2) красное, или косящатое, - оконный проем, обрамленный брусьями, соединенными в косяк; может быть оформлено наличником.

Охлупень - бревно, прикрывающее на коньке двухскатной кровли стыки досок.

Паперть - крытое помещение перед входом в церковь, иногда без боковых стен.

Повал (от слова «повалить») - верхняя часть стены или всего сруба, уширенная путем постепенного выпуска наружу его венцов, образующих подобие карниза.

Подзор - украшение под карнизом, свесом кровли, обвязкой крыльца, скамьей в виде резной доски.

Подкяёт - нижний этаж постройки, обычно хозяйственного назначения.

Полйца - нижняя пологая часть крутой двухскатной или шатровой крыши, предназначенная для отвода воды дальше от стен.

Полотенце - нижний резной конец причелины.

Помочи (кронштейны, консоли) - выпущенные концы бревен, поддерживающие галерею, карниз, балкон.

Поток - долбленный из бревна желоб для отвода воды с кровли, водоточник.

Придел - дополнительный алтарь, пристроенный к основному зданию храма или устроенный внутри него.

Причёлина - доска, прикрывающая концы слег на челе (фронтоне), бочке.

Рубка в лапу - соединение горизонтально укладываемых бревен в углу с помощью затески с четырех сторон их концов, при которой в верхнем бревне оставляется шип, а в нижнем - паз для него.

Рубка в обло (от слова «облекать») -т соединение горизонтально укладываемых бревен в углу с помощью чаши, вырубленной в нижнем бревне для укладки в него верхнего; остающиеся при этом за углом концы бревен называются остатком.

Рубка в режь (от слова «редко») - соединение бревен в стене не вплотную, а с просветом между ними.

Рубка на пошве (на почве) - укладка венцов сруба прямо на землю без фундамента.

Рундук - сруб крыльца или само крыльцо.

Стулья - бревна-коротыши, поставленные торцами под нижние венцы или углы здания.

Самцы - бревна в верхней части фасада (фронтона, чела).

Слёги (ед. ч. - слега) - бревна, уложенные горизонтально по скатам крыши в режь; являются основой кровли.

Трапезная - обширная невысокая пристройка к западной части церкви.

Тябла - горизонтальные деревянные брусья с пазами, в которые ставились иконы в иконостасе.

Чело (буквально - «лоб») - фронтон, верхняя часть фасада, заключенная между скатами крыши.

Четверик - часть постройки, имеющая квадратную или прямоугольную в плане форму.

ОГЛАВЛЕНИЕ

От авторов

Секреты мастерства

Культовые постройки

Жилые постройки

Хозяйственные постройки

Краткий словарь терминов

Леонид Егорович Красноречьев, Любовь Яковлевна Тынтарева

„…Как мера

и красота

скажут"

Редактор И. А. Орлова

Художник Г. В. Ковенчук

Технический редактор Т. П. Гладышева

Корректор Л. В. Берендюкова

Слано в набор 9/И 1971 г. Подписано в печать 30/IV 1971 г.

Формат бумаги 70X108 1/32. Бумага тип. № 2.

Усл. печ. л. 4,2. Уч.-изд. л. 3,60. Тираж 60 000 экз.

М-35035. Заказ № 1895/л.

Лениздат, Ленинград, Фонтанка, 59

Ордена Трудового Красного Знамени типография имени Володарского Лениздата, Фонтанка, 57

Цена 24 коп.

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

18.09.2022

Content

Леонид Егорович Красноречьев, Любовь Яковлевна Тынтарева
Как мера и красота скажут

ОТ АВТОРОВ

СЕКРЕТЫ МАСТЕРСТВА

КУЛЬТОВЫЕ ПОСТРОЙКИ

ЖИЛЫЕ ПОСТРОЙКИ

ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ПОСТРОЙКИ