Антон Федотов

Магия калибра 7.62. Том 3

* * *

Глава 1

«А, нет, не все!», — с удивлением подумал я, ощущая уже знакомое ощущение пристального взгляда двух пар глаз и еле слышные шепотки-эмоции, которые можно было грубо перевести примерно так:

— Допрыгался… Жаль!

— А какую игру испортил!

— Тебе ли о том жалеть, пернатый?

Наступила небольшая пауза. Зрение ко мне так и не вернулось, а потому разглядеть собеседников я не мог. А если бы и была такая возможность, то не уверен, что и стал бы — не было привычных эмоций и желаний.

Просто какое-то странное «ничто».

— *Короткий шепот*

— Не положено!

— *Короткий насмешливо-злой шепот*

— Это шантаж! И вообще не я…

— *Откровенно насмешливое молчание*

— Хорошо! Но это в последний раз!..

— *Удаляющийся смех*

— *Усмешка* Лопух, прости господи! А ты… Попробуй еще раз повтори!

В тело вдруг ударили током. Сердце «дрогнуло», а легкие с хрипом вогнали в себя воздух.

— Санни, брат, ты где?! — голос Лешки словно продирался сквозь хорошие беруши.

Я еле понимал, что говорит брат.

«Скажи этому дебилу, чтобы трясти не вздумал!», — словно идалека услышал я внутренний голос «старого».

«Хорошо», — ответил ему Александр Коротков.

«Твою же мать», — решил я, Санни.

Но меня не услышали.

— Не трогай… — еле слышно прошептало быстро теряющее кровь тело.

* * *

Это было странно. Двое «других» не слышали меня, зато я их болтовней мог наслаждаться сколько угодно. Да любой психиатр был бы счастлив оказаться внутри меня, чтобы воочию понаблюдать как именно выглядит раздвоение личности.

Первые несколько дней я пытался «достучаться» до своих соседей по черепной коробке, но ничего не вышло. Зато было интересно наблюдать, как два сознания сливаются в одно. Все меньше «споров», все выше слаженность действий.

Это уж после того как я вдоволь «накричался» и даже позволил себе слегка расслабиться и поистерить. Еще «старая» моя половина так расслаблялась, как особо припирало. Поорет, бывало, в подушку, сразу как-то легче и спокойнее. Мне же даже не пришлось пользоваться никакими «глушителями». Пороорался всласть, пользуясь тем, что голос в таком состоянии сорвать невозможно. Да и наслаждаться резонирующим от костей черепа ором никто не помешает.

Правда, у моего тела от моих упражнений здорово разболелась голова. Не припомню я такого эпизода в первом варианте событий. Но все ограничилось еще одной таблеткой во время визита Кобылкина. Боль же списали на последствие ранения.

В одном я был уверен: это «Ж-ж-ж!» не спроста!

Смысл меня было отправлять на очередной круг, если я не могу повлиять на события? А если голоса — именно те, о ком я думаю, то все не просто так.

Следуя этой логике можно было предположить, что я вновь «включусь» в реальность и смогу ее слегка поправить.

«Ага, и когда это произойдет? За неделю или месяц до того как Мещерский проткнет тебя рапирой на дуэли?!», — спрашивал я сам себя.

Готовиться, по своей привычке, решил сразу к худшему. Действовать придется исходя из того, что мне просто не удастся что-либо изменить до самого последнего мига. Впрочем, именно до него и складывалось все достаточно неплохо.

Но как подготовить тело, если нет контроля.

Ответ я нашел всего один — визуализация.

На память я не жалуюсь, каждое движение свое и противника способен разложить по секундам. Вот и будем тренироваться. Мысленно. Представляя максимально четко каждое движение. Раз за разом. Пытаясь прочувствовать его.

Смешно звучит? Ну и зря! Известны эксперименты, когда спортсменов-баскетболистов заставляли представлять как они бросают мяч в кольцо. Раз за разом. К удивлению авторов эксперимента, результаты этой «фантазирующей» группы были лишь чуть хуже тех, кто проводил классические тренировки. Но за неимением лучшего.

Первичный план выглядел просто:

— Анализ боя.

— Выбор пути противодействия.

— «Разработка» движения для противодействия.

— Тренировка движения.

«Интересно, сколько времени прошло с момента моего „второго попадания“?», — неожиданно пришла мысль, когда план был в черновом варианте готов.

— Да р*****итесь вы на хер! — до боли знакомый женский голос «снаружи» заставил внутренний диалог моментально умолкнуть. — Добрый вечер! Я три раза поздоровалась, но была не услышана. Решила попробовать обратиться на вашем… Диалекте. Как вижу, была права.

«Это же сколько я пропустил?», — слегка ошалело подумал я, вспоминая, что знакомство с Алиной произошло далеко не в самый первый месяц моего пребывания в этом мире!

За работу! Времени осталось действительно мало!

Глава 2

— Что ж, тебе решать! — Мудро заметил уже достаточно старый, но до сих пор сохранивший часть былых сил мужчина, откидываясь на высокую спинку кожаного кресла.

— А если не получится? — Поинтересовался молодой худющий парень, явно не рисковавший лишний раз знакомить свою шевелюру с расческой.

— То вся ответственность отныне на нем. — Просто кивнул в мою сторону седовласый.

Молодой удрученно покачал головой. И столько печали было в этом движении, что мы со старым… Усмехнулись.

Делаю легкое движение рукой. Мол, вы друг друга лучше поймете. Я хоть и был рядом, но занят был своими делами. Не до вас как-то было. И пусть я симбиоз ваших личностей и памяти, но каждого отдельно уже попросту не знаю. Я — не сумма Короткова, чье имя написано в паспорте нынешнего тела, и Семенова Игоря Николаевича. Я — нечто новое.

А им пора. Уже скоро. Но пока еще есть время пообщаться. И мы им пользуемся.

— И что случилось? — Поинтересовался седовласый у нашего молодого «коллеги».

Тот вспыхнул не хуже Кареевой в приступе гнева. Однако что-то мне подсказывает, что причина была явно не в злости.

— Давай, делись! — Слегка подначил я, улыбаясь.

— Н-ничего! — Зло выпалил он и отвернулся.

Мы со старым переглянулись.

— Есть причина по которой все лгут: это работает! — Заявил «старый». — На этом основано общество. Способность лгать отличает человека от животного[1].

Парень промолчал, помотав головой.

— Уходить не хочу! — Наконец заявил он. — Я уже привык к этому миру. Он прекрасен и…

— Ложь — очень творческий процесс, — перебил я его цитатой того же гениального персонажа (я же знаю все то, что хранит память «старого»!). — Правда гораздо примитивнее.

— Да и себе врать — последнее дело! — Заявил Игорь Николаевич.

— Я хотел…

— Ну! — Подбодрил его седовласый.

Парень со смущением посмотрел на меня и… Наклонился к нашему собеседнику, быстро прошептав что-то на ухо.

Тот, надо отдать ему должное, смех сдержал. И только я знал, чего ему это стоило. Глупо пытаться скрывать что-то от себя самого, верно?

— Если получится. — Заверил его я.

Тот с испугом вскинулся и… Промолчал. Понял, наконец-то.

«Старый» же теперь с усмешкой смотрел на меня.

Что тут скажешь, кроме…

— Сделаю, все что с могу. — Заверил я.

А почему бы и нет, собственно.

Мне… Тоже интересно.

Другой вопрос, что впереди у Санни еще целая жизнь. И я очень постараюсь, чтобы она была долгой и счастливой. А вот этим двум товарищам пора отправляться… Дальше. На вопрос «Куда?» только плечами пожимают. Но то, что этим двоим придется сегодня уйти знают все присутствующие. Останется лишь одна душа. Я.

В общем, ответ на вопрос «Куда?» я все равно узнаю. Правда, очень надеюсь, что мой план сработает, и сделаю я это не сегодня. А вот у выполнить желание у молодого уже не получится. Так почему бы и не помочь?

Парень успокоился, развалившись в кресле. Он был уже в предвкушении и к дальнейшему диалогу не то чтобы потерял интерес, но теперь это действительно было не его делом.

— Советы будут? — Поинтересовался я, глянув на Игоря Николаевича.

Тот ехидно ухмыльнулся, и только открыл рот, чтобы озвучить какую-то не слишком приличную мысль…

— Иди ты!.. — Фыркнул я. — Тут сам разберусь.

Тот в шутливом возмущении приподнял брови. Действительно, зачем говорить что-то вслух, если его память полностью в его распоряжении, а любую его мысль я осознаю в тот же миг, в какой она возникает в покрытой седыми волосами черепной коробке.

— Тогда… — Протянул ухмыляющийся «старый», хлопнув ладонью по подлокотникам кресла. — Пора прощаться! Счастливо! Постарайся сегодня не уйти вместе с нами.

— Пока! — Негромко проблеял парень, глядя на меня глазками какающего котика.

Я поднял руку в жесте «но пасаран»:

— Не забуду.

«Младший» приободрился. «Старый» усмехнулся и… Все пропало.

Я же с удовольствием потянулся, окончательно разгоняя остатки такого реального сна. Давно я не чувствовал себя столь свободным и цельным. И это было прекрасно. Уверен, мои «прообразы» еще где-то внутри меня. Но сегодня им предстоит путь дальше, а я… Улыбался. Удивительно прекрасное чувство чувствовать себя… Собой. Захотеть поднять руку, чтобы прикрыть глаза от наглого лучика солнца и просто сделать это.

Простое, казалось бы, движение. Всего лишь слегка опустить веки, чтобы вспомнить еще раз приснившийся нынешней ночью сон. А сколько удовольствия в этом действии.

Осталось лишь приобнять магичек, пожелав им доброго утра, и не забыть о главном.

— Потанцуйте.

— Что?! — Округлила глаза Громова.

Алине же идея… Понравилась! Она с удовольствием перевела на взгляд на свою слегка покрасневшую подругу и, даже не думая поправить полупрозрачный пеньюар, чтобы скрыть «случайно» оголившуюся грудь, сделала шаг вперед.

Им не нужна была музыка, а движения вскоре наполнились такой страстью, что его, казалось, можно пощупать. Я рукам воли давать не рискнул, слишком была тонка грань самоконтроля в этот момент.

«Да, парень, мне бы тоже было обидно „уйти“, ак этого не увидев!», — мысленно признал я, почувствовав откуда-то изнутри легкую волну благодарности.

Счастливого пути, парни! А мне пора собираться на дуэль!

* * *

— Саш, ты в порядке? — Поинтересовалась Громова.

Алина тоже обеспокоенно на меня посматривала. Ну счастлив человек, чего вы хотите, невестушки?

Хотя счастливая улыбка на лице того, кому через несколько минут предстоит сойтись в поединке, возможно, действительно выглядит странно.

Патриархи, кстати, тоже посматривают как-то нервно.

А эйфория все не желала отпускать. Безграничная радость от обладания собственным телом пьянила не хуже южного вина.

Однако про ставочки я не забыл. Мне еще домишко какой-никакой строить. Не все же нам по родовым усадьбам кантоваться?

Вот и противник появился. Все такой же собранный и деловитый. Уважаю профи. Вот неплохо было бы нам в инструкторский штаб одного-двух профессиональных бретеров. И вовсе не за тем, чтобы учиться шпагой махать. Излишне это для современного бойца. Особенно если он не собирается жениться на двух родовитых магичках. А вот чисто психологическая подготовка и способы противостояния ситуациям подобным нынешней… Это было бы полезно. Ну а кроме того, узаконенное убийство действительно может стать вполне удобным способом ликвидации. Я по инерции мышления его из виду упустил.

Короче, надо приглашать бретера в инструкторский штаб. Но не этого… Этот сейчас кончиться. В крайнем случае — нет. Но при любом исходе вопросы его дальнейшего трудоустройства меня волновать уже не будут.

Ваш соперник, Александр. — Вздохнул старый Кареев, вставший неподалеку от меня. — Удачи вам.

И все. больше не слова. Правильно, наверное.

— Поединок между господином Мещерским, штабс-… - Начал лепетать местный «конферансье».

Как и в «прошлый раз», я его не слушал, прогоняя перед внутренним взором несколько движений, что я мысленно повторил ни один десяток тысяч раз. Да, мысленно. Да, не отработано. Но я добился такой степени визуализации, что практически наяву чувствовал движение каждой мышцы. Все это многократно было отрепетировано в моей голове. Каждый шаг, каждый вдох. Здесь и сейчас не могло быть ничего случайного.

В этот раз я практически не смотрел на разметку арены, но встал четко у своей линии, выполнив три выверенных шага.

Как и тогда, время уплотнилось.

Вот Мещерский делает шаг вперёд, а я бью диагональ в правую ключицу. В этот раз движение выходит куда более естественным и… «Штабс» едва успевает уклониться, но тут же на обратном движении берет под контроль мой клинок, сопровождая его траекторию.

Слегка расслабляю кисть, позволяя шпаге слегка поддаться на манипуляции противника. И лишь в последний миг, за доли секунды до того как штабс-капитан захватит защитой кисти кончик моего клинка, я резко вздёргиваю рукоять шпаги вверх, слегка «провожая» траекторию его клинка, чтобы рапира не помешала моему рывку. Едва жало вражеского клика перестало «целиться» в мое тело, я рванул вперед, как и сотни тысяч раз до этого в своем воображении. Слегка смещаюсь влево и буквально вгоняю шпагу в тело Мещерского.

Тот несколько секунд стоит на месте, непонимающе глядя на меня, после чего мешком оседает на землю.

Я же с удовольствием выдыхаю.

Однако по-настоящему живым я себя почувствовал, лишь ощутив на плечах руки невест.

Что-то громко кричал зрителям «распорядитель» дуэли. Наверное, объявлял победителя. На трибунах довольно шумели. Толпа любит кровь.

К Мещерскому уже неслись целители. Откачают, скорее всего. Я же не профессионал, чтобы убить противника одним точным ударом. Это он смог красиво отправить меня на «второй круг» единственным филигранным уколом. До такого мастерства дилетанту вроде меня еще жить и жить.

Впрочем, мне было не жалко. Пусть еще погуляет. Сейчас чуть успокоится ситуация вокруг него… Я буду очень ждать скорой, надеюсь, беседы. По душам и без возможности соврать.

Неожиданно на одну пару рук на моей шее стало меньше.

— Выигрыш побежала получать! — Хихикнула куда-то мне в шею Кареева.

Прекрасно. Кажется, я знаю, кто будет вести наш семейный бюджет.

— Поздравляю, Александр. — Свято место пусто не бывает, и на мое «освободившееся» плечо легла рука Ярослава Дмитриевича. — Не совсем понимаю, что это было… Но оно сработало. Я рад.

Громов на поздравительную речь не расщедрился, лишь уважительно склонил голову… Не отрывая от меня оч-чень задумчивого взгляда. Его можно понять. С точки зрения обычного поединка, я сделал откровенную глупость — полностью открылся противнику, уведя руку в такое положение, что и простейший удар с «учебной» скоростью парировать бы не смог.

В жизни бы не сделал такой глупости, если бы заранее не подготовил «рисунок» боя. Я знал траекторию клинка противника и поставил все на один-единственный финт. Сорвись он и поединок вновь бы скатился в чистую импровизацию с тем же исходом, что и в прошлый раз.

— Ты знаешь, что тебе невероятно повезло? — Неожиданно серьезно посмотрела на меня снизу вверх Алина. — Не делай так больше!

Ну да, кто бы сомневался, что воительница Старшего Рода понимает в фехтовании.

— Больше и не буду. — Согласился я.

Не знаю откуда, но я был четко уверен, что это моя последняя «попытка».

То есть крайняя. Конечно, крайняя.

Глава 3

Не бывает ленивых строителей. Бывает мало слов. Например, таких: «цена значения не имеет». Разрушенную моими девочками беседку отстроили буквально за несколько дней после их срыва. Да не в варианте «как было», а исключительно в стиле «еще лучше»! Так что аромат жарящегося мяса я смаковал на длинной лавке уже полностью восстановленного строения, наслаждаясь терпким чаем с травами.

Красота. После баньки — так и просто замечательно.

Вот только неугомонные патриархи, обряженные в банные халаты, как-то странно на меня поглядывают. Вот-вот решат, что отдохнул я достаточно и затребуют к себе моего молодого тела. На беседу.

Тем более и Христафор Милорадович уже прибыл. Комично он смотрится в идеально подогнанном мундире со всеми положенными регалиями среди распаренных красномордых мужчин. Впрочем, самому ему это никакого беспокойства не доставляло.

Ох и постарались статные банщицы вениками березовыми. А я, дурак, еще думал, чего это оба «старца» все такие из себя не женатые. Да будь бы у меня такой кот… То есть банщицы, я бы, может, и не женился бы никогда.

Вру.

Может, пока молодой да глупый, но меня полностью устраивает вариант моей будущей жизни. Семейной. Хотя во время очередного захода в царство пара и жара мысль о магичках с веничками в руках мне в голову вполне приходила. Желательно в том же наряде, что и местные властительницы ушата и полотенца.

Первым слово взял Фриц:

— Поздравляю с победой, Александр. — Сухо сказал он.

А сам глядит на меня так внимательно. Не спрошу ли я, а как вообще получилось, что неким неизвестным (мне) силам вообще удалось подвести ко мне бретера.

Вот возьму и не спрошу. Такие вещи иногда просто случаются. Помнится, там, «за речкой», мы несколько групп спецов потеряли. Моих коллег, между прочим. А с ними сгинул и какой-то супер профи по радиоразведке. А все из-за одного ссучившегося радиста. Бывает. Профессиональный риск. Примерно как укус клеща у нефтяника. Прививку при устройстве на такую должность, конечно, потребуют, вот только не ото всей и не ото всякой заразы она и защищает. Или взять к примеру нападение медведя. Не предскажешь, не убережешься. Увы.

Ухмыляюсь. В памяти всплыла брошюрка одной нефтяной компании, где был прописан порядок действий при встрече с медведем. Наставление начиналось со слов «расскажите ему что-нибудь или спойте песенку, чтобы он понял, что вы разумны»[2].

— Угроза ликвидирована? — Уточняю я.

— Частично. — С каменным лицом ответил Фриц.

Патриархи в беседу пока не вмешивались.

Развожу руками. Мол, а нельзя ли поподробнее?

— Один из наших аналитиков почувствовал себя… Недооцененным.

Вообще зря, конечно, но все же уточняю:

— Тот крикливый дядечка…

— Нет, — с каменным лицом отрезал Фриц, но все же решил, что и скрывать уже особо смысла не имеет. — Это был Олег Смирнов. Помощник того самого… Дядечки.

— Ох ты, — негромко выдохнул я, вспоминая улыбчивого мужичка в клетчатой рубашке, с которым мы работали у расстрелянной машины Кобылкина и в салуне Гусака. — Этому-то где я на яйца наступил?

Граф Бенкендорф устало потер переносицу:

— Ты лично — нигде. Мотив тут другой. Банальное «не оценили, не поняли тонкую душу поэ… Эксперта». А еще множество любовниц с довольно потребительским к нему отношением. В общем, «подработку» он нашел быстро. И давно. Еще когда на границе с Китаем работал. Тогда он на платной основе предоставлял своим новым покровителям маршруты движения маневровых групп на тропках контрабандистов. Позже был переведен в Санкт-Петербург. Здесь некоторое время обживался. Около года «заказов» на информацию к нему не приходило. Недавно о нем вспомнили.

Я покивал головой. С таких «позиций» редко кому удавалось соскочить. И если ты вдруг решил, что про тебя забыли, то можешь быть уверен — то до поры до времени. Просто не понадобился покамест.

— Два месяца назад планировалась отправка… Назовем это «грузом». В деле замешаны довольно серьезные интересы, так что подтянули всех кого смогли. В том числе вспомнили и про Смирнова. А уже тот с удовольствием рассказал на определенную сумму, что есть такой секретный проект, которому наверху предают достаточно большое значение…

Киваю. Вот еще не хотелось мне уточнять. Меньше знаешь — дольше ходишь в бесконвойных, ха!

Скорее всего, эти самые «они» даже и не знали про ИСИ, четвертый центр подготовки и вообще программу «попаданцев». Просто нанесли удар по нескольким направлениям. На одном из них и оказался «подсвеченный» предателем я.

— «Отправители» были в курсе, что их «ведут». Требовалось отвлечь внимание, создать дымовую завесу. Твоя дуэль — вовсе не единственное событие в этой цепи.

— Не сработало.

— Да, император отложил поединок, но отменять не стал. Слишком широко о нем стало известно. Да и господин Мещерский довольно… Злопамятный тип. А потому деньги за твое устранение взял с удовольствием.

Патриархи переглянулись. Обычно граф если и обращался ко мне на «ты», то исключительно наедине. Я отвечал взаимностью. А что до воли императора… Ну, звездной болезнью я не страдаю, и важность свою в его глазах не преувеличиваю. Это для меня учебный центр имеет огромный вес, а для него всего лишь одна из экспериментальных программ, о которой он даже еще «не уверен, знает или не знает».

— А в остальном все просто совпало, — буркнул себе под нос я. — Мой новый статус, обида Мещерского, куда более бурная чем можно было предположить реакция Офицерского собрания и Великой княжны Анны… Хм. Как… Глупо.

Вот только обычно оно так и бывает. Редко когда какая-то злая воля действует именно против тебя. Обычно бойцов моего класса «перемалывает» именно из-за чужих ошибок или намеренных интриг. Порой даже не связанных с непосредственной нашей деятельностью. Примеров за свою долгую жизнь могу привести — не перечислить.

— Мещерский выжил? — Поинтересовался я.

Фриц развел руками:

— Целители сработали вовремя. Желаешь закончить дело?

Вот еще. Было бы желание — закончу. Но признаваться в этом во всеуслышание? Да ну на фиг! Мне и так приходится демонстрировать высокую степень адекватности, дабы эксперимент попросту не прекратили «дяди сверху». Это для троих собравшихся здесь я имею какую-то ценность. Они со мной личные планы связывают. А вот для государственной машины и владетелей его никто я и звать меня никак. И никто из собравшихся ради меня против такой махины не попрет. А я сам? Нет, конечно, могу «исчезнуть». Вот только государственный аппарат тем и отличается от даже самого подготовленного бойца что ему не нужен сон, отдых. Ему чужды эмоции и в его недрах не бывает «провалов в памяти». Сколько-то продержусь. Потом обложат и задавят. Низкое развитие местных «простолюдинов» на поле боя не исключает огромной мощи магов. Да и органы госбезопасности работают весьма неплохо. Да, ошибки бывают. Иногда и провалы. Вот только тут как в казино, которому плевать на каждую отдельную победу клиента. К закрытию оно все равно останется в плюсе. Да и жалость в таких структурах — миф и легенда. Тот же Перл-Харбор вспомним. Разведка заранее предупредило о нападении японцев, но важные дядьки в высоких кабинетах решили что несколько кораблей и столько же тысяч жизней обычных солдат и гражданских — вполне нормальная цена, чтобы вступить в войну с Японией и оказаться среди стран-победительниц.

Как-то так.

— Нет, он мне не интересен. Отпустили?

Фриц кивнул. Действительно, а что можно предъявить «штабсу» такого? Дуэль — вполне нормальное для этого времени явление. Деньги получил за нее? А в целом, с точки зрения банальной юриспруденции — и что? Тут многие родовитые пользуются такими… Услугами. Руки человеку с репутацией бретера, конечно, не подадут… На людях. Но их навыкам регулярно находится применение. Достаточно влиятельные люди с удовольствием выкладывают деньги в карманы узаконенных убийц. А это значит, что предложение в полном соответствии с экономическими законами, будет процветать.

Погоны, конечно, с господина Мещерского слетят пожелтевшим кленовым листом. Тут без вариантов. Он поставил репутацию своего полка на кон в «коммерческой» дуэли, а не поединке за честь. Но вот потеряет ли он свой придворный чин или нет — уже большой вопрос.

Смотря каковы связи «штабса». Увы, даже и не допросить его… Ибо «спросить» не о чем. Получил деньги — устроил бучу. За то расплатился своей военной карьерой. А кто заказчик, зачем нужно было — скорее всего и не знает ничего. Иначе не отпустил бы его так просто Христафор Милорадович.

— Что ж, тогда перейдем к следующему вопросу, — легко сменил тему граф. — Тот самый «груз» еще не отправлен из столицы и находится на одной из сортировочных станций. Задача станет «экзаменом» для бойцов вашего подразделения. По его результатам будет принято решение о привлечение слушателей ваших курсов к иным операцияи. Все подробности — в понедельник. А пока — отдыхай!

С этими словами граф легко поднялся на ноги, с некоторым сожалением поставив на стол недопитую чашку с таким же как у меня напитком. Понимаю его. Сам бы не был рад, заставь меня обстоятельства отказаться от возможности насладиться сим замечательным горячим напитком!

Эх, вот как оно получилось. Такую бучу подняли, а выполнить задачу так и не смогли. Что ж, дворец Амина штурмовали. Можем и повторить!

— Воевать идем? — Поинтересовалась как-то неожиданно подкравшаяся Громова.

А патриархи молодцы. Хотя и не удивительно. Столько лет прожили — научились скрывать эмоции. Вот только уверен, что легкого шага Наташи, еще совсем недавно крутившейся возле мангала, они не услышали.

И нет, никто не собирался доверять девушкам вмешиваться в тонкий процесс готовки сего замечательного блюда. Тут такие профи, что я и себе бы не доверил! Тем более, приготовить мясо я могу любое. Оно даже будет съедобным. Но изысканного вкуса гарантировать не смогу.

— Как поняла? — Поинтересовался я.

Главы тоже заинтересованно посмотрели на девушку.

«Система залпового огня в целомудренной в целомудренной юбочке», — только и улыбнулся про себя я.

Ну, хорошо, залповой воды. Так будет точнее.

— Взгляд расслабленный и бесстрастный, — легонько пожала плечами Громова. — Я у тебя такой перед выстрелом часто вижу. Особенно когда с оптикой работаешь.

Впечатлились старики.

— Эх, неопытная ты!.. — Вздохнул Станислав Матвеевич.

Девушка удивленно вскинула брови.

— Кто же мужу все женские секреты выбалтывает.

Наташа легко рассмеялась.

— Пусть трепещет! — Заявила она к удивлению обоих патриархов.

— Ну-ка, ну-ка, чуть подробнее. — Заинтересовался столь веским заявлением и я.

Водница сделала легкий пируэт, мигом оказавшись на моих коленях.

— Если я такие секреты выдаю как незначительные, подумай, что еще я знаю!

Легкий поцелуй в щеку и вот она уже вновь стоит перед нами с видом невинной (правда!) отличницы (тоже правда, кстати!), ожидающей разноса от директора школы за выкуренную на переменке сигарету.

— Нормаааально!

Не поручусь, кто именно из нас протянул это слово. Вполне возможно, что и все трое вместе.

— Так что?

— Всему свое время.

— Ну, пажааааалста!..

Тут уж действительно обалдели все. В первую очередь я. Неужели уже разбаловал?

Пришлось прибегнуть к убойным аргументам:

— Боец Громова! — Рявкнул я.

Девушка на одних рефлексах вытянулась в струнку.

— Марш отдыхать!

Четко выполнив разворот через левое плечо, блондинка отправилась к подруге (или как там себя мои невесты меж собой называют? Поинтересоваться надо…) следить за приготовлением шашлыка. Естественно, к огромному мангалу звероподобный повар явно южных кровей их и близко не подпустит. Зато именно у них был шанс стать первыми дегустаторами.

— Полезный навык для семейной жизни. — Причмокнул Кареев, делая еще один богатырский глоток из дымящейся кружки.

— Только тем и спасаюсь. — Согласился я, представив, что именно начнется, едва изящные пальчики моих девочек украсят колечки.

Похоже, то ли я убедительно сказал, то ли мои мысли для секретом ни для кого не являются. По крайней мере, два иронично-сочувствующих хмыка я получил.

— Могу я поинтересоваться, Александр Сергеевич, — неожиданно протянул Ярослав Дмитриевич. — Каким образом воспитывается столь безусловное… Переключение с положения «невеста» в положение «боец»?

— Вообще-то я не имею права обсуждать ничего, что касается особых программ подготовки четвертого учебного центра ИСИ, — усмехнулся я, но тут же добавил. — Это не секретная информация. Вводная может потупить в любой момент. Именно поэтому я могу ее дать во время сугубо мирных занятий.

— Можете привести пример? — Заинтересовался и Станислав Матвеевич.

— Алина, подойди пожалуйста!

Под ехидным взглядом Наташи, огневка подошла к нам. Между ними явно шло негласное соревнование, кто первой заполучит кусочек мясо. Просто так, развлечения ради.

— Пример задачи на воспитание готовности к действию даже в мирной обстановке, — продолжил я. — Неделю назад мы выбирались в центр прогуляться…

— Десять дней назад. — Вставила любившая точность девушка.

— … Пусть так, — спорить не буду. — Представьте себе: Алина вся такая расслабленная, в летнем легком сарафанчике (и правда теплый сентябрь выдался!) со сладкой ватой в руках. Естественно, она не предупреждена, что сейчас начнется упражнение. Выбираю позицию — балкон на третьем этаже. Даю приказ: занять за полторы минуты. Мне без разницы как именно она туда попадет, но ровно в срок она должна быть там. Без вариантов.

Патриархи молча переглянулись.

— Справилась? — Поинтересовался через несколько секунд у (пра-)внучки Кареев.

Та только фыркнула.

— Сорок восемь секунд, — подтвердил я. — Спасибо, красавица.

Огневка задерживаться не стала, поспешив Громовой.

Кстати, мой желудок уже тоже неоднократно «подсказывал», что с шашлыком действительно затягивать уже не стоит.

— Молодец. — Покачал головой патриарх.

Я согласно покивал. Но не стал говорить о том, что самый высокий «бал» она получила вовсе не за занятие позиции. Она могла бы сделать это и в два раза быстрее. А за то, что ей хватило ума не «светить» свои возможности, чтобы я не «срезал» норматив.

На наших занятиях не всегда требовалось выполнить задачу за максимально возможное время. Иногда объяснение выбора варианта решения задачи ценилось куда выше показаний секундомера.

За то, что быстро сориентировалась, я ей даже купил еще одну вату вместо отброшенной в сторону во время выполнения учебной задачи.

— Понял вас, Александр Сергеевич. — Вздохнул хозяин усадьбы. — Кстати, когда прибудут ваши люди. Я должен предупредить охрану!

Да-да, нам разрешили провести вечер с «ближним кругом» в господской беседке. Даже вон на каждого члена команды по банному халату выделили, да полотенец ворох. Естественно, патриархи не собирались «гулять» с моими людьми. Не по чину им. Думали оставить нас одних, едва гости окажутся на территории усадьбы.

Придется разочаровать. Слегка.

— Я уже предупредила Гошу! — Заявила прислушивающаяся краем уха к разговору Алина. — Чтоб не стреляли на поражение!

О, с этой задачей неплохо справилась и моя невеста.

— ЧТО?!! — Синхронно выдали «слегка удивленные» патриархи.

Красиво получилось, согласен.

— Учения, приближенные к боевым. — Пожал плечами я. — Проникновение на территорию объекта с уровнем защиты класса «Купол» без поддержки одаренных. У них осталось…

В беседке раздались множество мягких шагов. Фигуры в камуфляже появились как-то сразу, моментально рассредоточившись по помещению.

Магички и ухом не повели.

Одна из фигур подошла к нам.

— Боец Коротков, — заполнил беседку бравый голос моего брата. — Задача выполнена. Скрытое проникновение на объект прошло успешно. Охрана не потревожена. Разрешите информировать Игоря Семеновича Кареева о завершении учений?

— … Четыре минуты, — закончил свою мысль я. — Задача выполнена. Секач, к Карееву на доклад. Остальные, мыться группами по четверо. Разойтись!

— А если бы не справились? — Поинтересовался Кареев.

— Тогда бы обошлись без бани, — пожал плечами я, и, подумав мгновение, добавил. — А если бы сильно опоздали, то еще и без шашлыка!

Глава 4

— Я это мясо шампур вертел. — Веско заявил здоровяк с широкой ухмылкой. — Хорошо, да?!

Все что смог поднять маленькую стопку в его честь. Судя по треску за ушами тех, кому таки повезло урвать себе кусочек из первой «барской» партии (никто не рассчитывал, что в беседку завалится куча здоровых голодных мужиков ПРЯМО СЕЙЧАС), мясо и вправду удалось. И даже мне не терпелось приступить к «ингаляции» — подышать как можно скорее ароматами хорошего коньяка и мяса из своей тарелки. Но гору так же замоченного в маринаде шашлыка предстояло еще пожарить.

Моя вина. Упустил я этот момент из виду.

До готовности первой «промышленной» партии оставалось еще минут двадцать. Ждем.

Но и спешить не хотелось. Не смотря на все перипетии сегодняшнего дня, я тут совершенно точно не самый голодный. Чтобы добраться сюда «близкому кругу» пришлось пробежать полноценный «червончик», а потом еще неплохо поползать по земле, не говоря уже о работе по снятию заклятий при помощи заготовленного заранее набора артефактов и часовых. Так что уж вот кому точно не помешало бы перекусить.

— Александр Сергеевич, разрешите обратиться. — Уже нормальным тоном спросил повар, едва была дана команда на съем мяса с мангала.

Почему бы и нет. Тем более звероподобный дядька «шампур вертел» в свободное от службы время. Большую часть своей «лямки» он тянул в гвардии. Насколько мне известно, его имя уже значилось в списках кандидатов на наши «курсы». Следующий набор будет месяца через три. Очень на то похоже, что с ним мы там и увидимся.

Очень надеюсь, что испытание он пройдет. Не зря же его патриархи просят иногда у мангала постоять. Чем мы хуже?

— Прошу вас, Тимур Амирович. — Предложил я.

Чего бы и не пообщаться с хорошим человеком, краем глаза наблюдая за тем, как самые рьяные любители шашлыка уже получили по рукам от моих невест и теперь организуется раздача из принципа «всем по чуть-чуть». Такими темпами еще живет надежда, что и о муже не забудут. Будущем.

Впрочем, я действительно не спешу. Какая-то тяжесть накатила. Все-таки перегрузка организма давала о себе знать.

— По моим подсчетам, для выполнения задачи ваши люди должны были покинуть тренировочный лагерь еще до того как стал известен результат дуэли. Верно?

Кивнул — да, так и рассчитывалось.

— Вы настолько в себе уверены? — Поинтересовался Тимур с интересом, не сводя с меня задумчивого взгляда, в котором сквозила присущая кавказскому народу хитринка.

Интересно, а он просто так интересуется или для «Гоши» старается, помимо боевых задач выполняя еще и поручения безопасников?

Хотя какая разница? Почему бы и не ответить хорошему-то человеку. А он, судя по запаху из тарелок, на которые уже расскладывались овощи и какая-то приправа вроде аджики, человеком был просто великолепным!

Да и Род союзный. Не говоря уже о том, что информация вовсе не секретна.

— Воспитательный момент. — Склонил голову я. — Мои люди должны действовать согласно последнего полученного приказа не смотря ни на какие новости. Отклонение от задачи допускается лишь под угрозой срыва его выполнения, либо если есть вариант добиться цели с меньшим риском.

— То есть, даже если они бы узнали, что вы…

— Они бы узнали. Если бы я. Сразу же. — Заверяю здоровяка. — И обязаны бы были продолжить выполнение задачи. Имелся приказ и бойцов Кареевой и Громовой засечь время по последнему прибывшему к цели бойцу.

Некоторое время помолчали.

— Жестко. — Наконец определился со своей позицией Тимур.

Не по-ни-ма-ю. Искренне. Забота у меня такая. О своих людях. Раз уж мои люди выбрали военную стезю, то я научу их выживать. К сожалению, там где стреляют случаются потери и, иногда, приходится задавить в себе мысли о павших товарищах, чтобы выполнить задачу и вернуться живым самим.

— Приятного аппетита! — Пожелал мой будущий, но ныне крайне задумчивый курсант, когда посмеивающаяся над каким-то заявлением Секача Наташа поставила передо мной большую тарелку… С мааааленькой порцией.

Всего несколько кусочков мяса. Только распробовать вкус, да чуток сбить чувство голода. Зато всем одинаково.

Недоработочка, Ярослав Дмитриевич! Как же так, такие хоромы отгрохали, а мангал не позволяет накормить разом полтора десятка голодных бойцов.

— Аааапчхи! — Оглушительно чихнул Леха.

Это что за новости…

— Ты чего, братец? — Поинтересовался я.

— Простыл слегка на вчерашних ночных. — Повинился тот.

Ну да, ночью уже достаточно прохладно. Это днем на солнышке можно и вспотеть в футболке, а тень уже диктует свои условия: «А накинь-ка ты, мил человек, ветровочку на плечи какую».

— А чего сегодня на выход поперся? — Пока ситуация не прижимала, так я и не давил особо работать совсем уж на износ.

И уж во всяком случае боец, чувствующий себя плохо, обязан был предупредить об этом. Диверсант — вовсе не герой-превозмагатор, вопреки всем фильмам со Шварценегером и Сталоне. Это специалист, в чью задачу входит прибыть на место, сделать необходимое да и свалить по тихой грусти. Быстро и не отсвечивая. Нет, бывают ситуации, когда приходится и «погеройствовать», но, как правило, это результат чьих-то ошибок. В «штатной» работе такого быть не должно. Поэтому при постановке задачи обязательно звучит вопрос о здоровье бойцов. При любом недомогании сотрудник обязан известить о нем командира. Иногда действительно легче заменить одного человека или вовсе отправиться без оного, чем поставить под удар всю операцию.

— Да нормально все, — махнул рукой братец, еще даже не подозревавший, что его ждет серьезный разговор на эту тему чуть позже. — Сносно же я себя чувствовал. А тут расслабился немного. Как считаешь, у местных поваров можно будет выпросить чуток отваренной картохи.

Это правильно. Чуток прогреть легкие. Потом в баньку и спать, завернувшись в одеяло. Уж место для сна мы точно сыщем, а спать мои ребята уже, кажется, и при артиллерийской канонаде выучились. Была бы лишь возможность. Да разрешение командира.

Поднял взгляд на Алину. Та поняла меня без слов:

— Сейчас распоряжусь, заявила девушка, покидая беседку на несколько минут.

— Вооот, — удовлетворенно заметил Секач. — Щас подышу чуть над кастрюлькой под одеялом, и спать.

— Ага, — согласился я. — А если с собой еще и огурчик да пару стопочек прихватить, то и в баню второй раз можно не идти.

— Оооо, — тут же влез Кот. — Люблю этот способ лечения — еще можно пить чай и надеяться, что само пройдет. Через недельку.

— А если лечить таблетками, то поправишься через семь дней, — поддержал друга Винни. — Так зачем травить организм лекарствами?

Вот все-таки упускаю я из внимания местный менталитет. Сам терпеть не могу шататься по врачам да палатам лечебным. И даже позволял себе самолечение… На «гражданке». Военный специалист обязан относиться к своему здоровью столь же ревностно, как и к чистоте и надежности оружия. Придется вопрос проговорить!

А разговор уже перешел на методы лечения насморка, как самой неприятной части заболевания. Я бы с ними во многом поспорил, но парни уже сошлись во мнении пока я размышлял о корректировке планов подготовки.

— Ну, — томно протянула Инга Попова, присоединившаяся к сегодняшней группе в качестве санинструктора и, кажется, дамы Винни. — Лучший вариант сон и грелка на все тело…

При этом девушка столь внимательно осмотрела нашего богатыря, что лично у меня не осталось ни малейших сомнений насчет того, что именно темноволосая малышка (рост ее и вправду был в районе 160 сантиметров) имеет ввиду. Улыбки и быстрый обмен взглядами моих невест подтвердил, что мое мнение они разделяют.

Даже легкую зависть ощутил. Никаких сословных запретов на то, чтобы сегодняшнюю ночь вместе у этих двоих нет. Кроме недогадливости Винни, конечно. Но Инга мне кажется девочкой довольно бойкой, так что тут вопрос… Как возьмется.

И за что именно. Возьмется. Хотя повторюсь — девица хваткая. Разберется.

— На фига на все тело-то? — Поинтересовался куда более «толстокожий» Виктор (а, может, до его 2+ метров роста доходит чуть дольше?). — Можно просто теплые яйца к носу приложить.

Я едва сдержал смешок. Даже мои не испорченные интернетом невесты едва сдержались. Уж больно яркими буквами проступил на лице Инги крик души: «Ой, дурак!».

— А еще молоко с медом хорошо помогает. — Подключился к спору подкованный в вопросе Кир, на подтекст разговора внимания не обративший.

Может, и впрямь мы, парни, не понимаем намеков? Особенно лет так до тридцати пяти?

— Коньяк с медсестрой помогает лучше… — Едва слышно прокомментировал я.

Два слаженных хмыка подтвердили, что шутка моя взвешена, оценена и признана незабываемой. В смысле, мне ее еще припомнят. Когда-нибудь позже. Уже в семейной жизни.

Шучу. Не такие они у меня. Я надеюсь!

Кстати, вот вообще не уверен, что нынешнее молоко хоть как-то помогает. Даже теплое. Это во времена «старого» в нем было куча антибиотиков. А сейчас прям натурпродукт. Так что вопрос…

— Что ж, значит насморк у тебя, да? — С хитрой усмешкой поинтересовался я.

— Только не это! — Тут же выдал прошаренный брат, услышав в моем голосе знакомые нотки.

Ну тут уж поздно! Если я кому помочь хочу — нет тому спасения!

— Не волнуйся, Лех, — заверил я его. — Здоровым питанием и спортом мы его одолеем.

— ТОЛЬКО НЕ ЭТО! — Под общий смех завопил он, вполне ясно представляя, что такое этот самый «спорт» в моем представлении.

Какая бурная реакция… А я еще про осенне-весенний секс шутить не начал, который отличается от обычного лишь тем, что у кого сопли, то и снизу.

Но при дамах пока не стоит. Воспитание у большинства не то. Меня это, кстати, слегка беспокоит. Кто бы что не говорил, но сексуальная совместимость очень важна. А вот на этот вопрос я получу ответ только после свадьбы.

— Да ты не волнуйся, — решил успокоить я его. — Мы — команда дружная. Все вместе тебя и поддержим.

По беседке пронесся какой-то удивительно слаженный звук, очень напоминающие обычный «Ой!».

Все как-то недобро посмотрели на Секача, желая ему скорейшего, а лучше немедленного выздоровления. «Спортивного праздника» не хотелось никому. Особенно в компании со мной. Ведь тогда зачет будет вестись по моим результатам.

— Уйду я от вас! — Схватил брательник чашку с чаем, делая вид, что вот-вот сейчас нас всех покинет.

— Злые вы. — Закончил я за него, широко ухмыляясь.

Тот и не думал возражать:

— Конечно. Злые.

— Так и ты переходи на сторону зла, — предложил я. — У нас есть печеньки.

— Где? — С сомнением спросил Секач, уставившись на меня.

— Вот стоят! — Заявили сразу же несколько человек, указывая пальцами на приличное такое блюдо в центре стола.

— Я остаюсь! — Тут же сориентировался братец.

— Кажется, кто-то совсем нюх потерял, — заявил я. — Ему стоит срочно прозреть!

— А, нет, ухожу. — Как-то снова засуетился Лешка.

Пришлось обломать:

— Поздно, доктор с диагнозом уже определился. Осталось лишь подобрать оптимальное лечение.

Кажется, парень окончательно решил, что врач из меня так себе. Был бы хирургом, должность бы точно через «е» на бейджике писали. А потому во все горло завопил:

— Неееет!

Судя по чистоте и силе идущего от самого сердца звука, жить будет!

Однако требовалось немедленно закрепить результат:

— Ты только слишком быстро не выздоравливай, братец! — Попросил я.

— Это еще почему?

Подозрений во всех смертных грехах в голосе Секача было столько, что еще немного и можно было их хлебать ложкой.

— Давно мечтал провести полевые занятия по медицине. Медики давно просили «манекен».

— Точно! — Тут же загорелись глаза у Инги, чей взгляд тут же стал ооооочень заинтересованным в вопросе. — Ты же нам обещал!

Ничего не обещал. Но убежденность в голосе девушки свое дело сделала. Братец слегка струхнул.

— Не пугай его, Инга! — Пробасил с трудом сдерживающий улыбку Винни.

— Только ради тебя, малыш! — Мурлыкнула девушка под общий негромкий смех.

* * *

С этого праздника жизни мы ушли тихо и по-английски. Я, Алина и Наташа. Ингу мне прихватить с собой не позволили. А ведь я даже в шутку попытался. Не позволил «прозревший» Винни, наконец-то разглядевший что-то такое в словах девушки.

А еще говорят, что я доктор плохой! Одному «прозреть» пообещал, так вот даже у тех кто просто рядом стоял глаза открываться начали.

Ну и прекрасно.

Мне только и осталось поддаться главному врачебному принципу «не навреди!» и уговорам невест, свалив оттуда подальше.

Никто и не возражал. Не благодарные!

А ведь давно мы так спокойно не гуляли. Пожалуй с той самой ночи у той так и оставшейся для меня безымянной речушки. Вот только на этой территории можно было быть уверенным, что таких «волков позорных» не водится.

— Я разговаривала с Христафором Милорадовичем, — поделилась Алина, едва мы отошли подальше от казавшейся совершенно игрушечной на фоне темного неба беседки. — Нас оформят как постоянных сотрудников его отдела. Он должен был сообщить тебе об этом завтра. Но и не возражает, если ты узнаешь об этом от меня.

Я с укоризной посмотрел на Карееву, что та, благодаря темноте, вполне благополучно проигнорировала. Стоит ли в такой момент о работе. Кто из нас малолетняя (относительно моей «почти сотни на двоих») девочка и должен ценить очарование момента?

— Продолжай. — Предложил я.

— С завтрашнего дня мы втроем переходим в его непосредственное подчинение.

Я задумался.

— Что для нас изменится? — номинально мы и так числимся его сотрудниками, пусть в официальных документах девочек прописаны другие командиры.

Я же вообще являюсь младшим научным сотрудником Института стратегических инициатив.

— Ты не понял, Саш, — покачала головой огневка. — Нас оформят официально.

— Ох… — Выдохнула держащаяся за мою левую руку Громова.

Понимаю. Сам удивлен.

Корочка со старомодной, — как дань традиции, — надписью «Третье отдѣленіе»… Это почти как железобетонный бункер в кармане. Не поручусь, но вполне вероятно, что если бы такая «ксива» была с собой во время нашего пляжного «отдыха», то кое-кто скорее сам бы застрелился, чем позволил себе даже голос повысить. Серьезная здесь репутация у канцелярских среди простого люда. На господ же корочка действует очень неоднозначно: кто-то условно падает на пол, прикрывая голову руками, а в чьих-то сердцах вспыхивает пожар гнева. Лазоревые слишком многих подчистили во время мятежей лет сорок назад. Нельзя тогда было иным макаром поступить. Иначе к нынешнему году империи бы уже не существовало. Но обида в иных Родах осталась. Злая. Нешуточная. Мрачный шлейф двухсотлетней истории существования Третьего отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии словно плащом окутывает плечи подателя сего документа, распространяя вокруг ауру опасности и страха. Невольно всплыли на ум строки великолепной книги: «Есть во флоте флажный сигнал, для понимающих жутковатый и зловещий — „Следую своим курсом“. Случается, в бою или при торпедной атаке просто нет возможности застопорить ход и спасать качающихся на волнах людей, поскольку четкий приказ это недвусмысленно запрещает, у капитана другое задание, которое он обязан выполнять в первую очередь., чтобы не творилось вокруг. И тогда на мачте взвиваются флаги, составляющие звучащий смертным приговором сигнал, корабль идет, не сбавляя хода и не меняя курса — прямо по чернеющим в воде головам…»[3]. Так вот корочка «Тройки» — сигнал менее страшный, чем взметнувшиеся к небу тревожные флаги.

Остался всего один простой и ясный вопрос — зачем?

Глава 5

Мы ехали на базар.

И пусть никого не смущает, что втроем, ночью, да еще и с американскими пистолетами-пулеметами наготове. Да и с обычными пистолетами, кстати, тоже.

Базар — ведь не только торговище, но еще и способ решения иных вопросов.

Было нас в старом «Форде» трое: Кареева, помощник Фрица Долгоруков, дай бог памяти, вроде бы Сергей Васильевич. Вот не хватало еще опозориться. Ну и скромный я, развалившийся на половину достаточно удобного заднего «дивана».

На троих мы вполне неплохо сообразили: пара «Томпсонов» разошлись мне и магичке и три пистолета. Стандартные 1911 ковбойского, чтоб его, производства. Подаренный Громовыми ствол пришлось оставить на базе. С собой мы брали только «обезличенные» пистолеты со спиленные в мастерской номерами. Руки жаждали АК и какой-нибудь… Хм, а вот с пистолетами в российской империи не то чтобы плохо, но найти достойный аналог классическому «Кольту» довольно сложно.

— Сергей Васильевич, что у нас по оперативной? — Поинтересовался я, закончив проверку распределения носимого БК и еще раз пересчитал магазины в салоне машины.

Активных столкновений не полагалось Вон князь Долгоруков вообще не беспокоиться о том, чтобы проверить оружие, но я привык жить несколько в другой реальности.

И Карееву приучил.

Ей некомфортно, кстати. Да та же юбка нормально смотрелась бы в какого-нибудь притоне из мира «старого», но по местным реалиям вполне идентифицирует даму как представительницу древнейшей профессии. Или то же самое, но с обслугой чисто криминальной среды и, возможно, ограниченного круга лиц. О «принадлежности» девушки к определенной среде вполне говорил «Томми» с коробчатым, как и у меня, магазином, и демонстративно болтающийся ствол.

А что? Не можешь спрятать, выставь на показ. Но так, чтобы и дебилу «понятно было», что пользоваться ты своими игрушками не умеешь.

— Дед бы увидел — убил бы. — Пробормотала Алина.

Возможно. Но не думаю.

— Не волнуйся, на тебе сейчас столько «штукатурки», что и родная мать не узнает! — Заверил я.

Искренне. И для моего заявления были все основания. Просто Катя размалевала мою невесту так, что ее теперь и не во всякий бордель пустят. Чтобы не оскорбляла своим видом приличное заведение!

Кстати, девушка хоть и привыкла к нашим приколам, но когда выслушала, что именно я хочу сотворить с Алиной, то попыталась тихо-мирно… Взять отпуск на пару дней. А лучше на недельку.

Техзадание «превратить в гулящую девку» наследницу Великого Рода? Увольте! В смысле, все-таки, в отпуск отпустите. Полностью терять такую подработку, Катя не хотела абсолютно.

— Работай. — Только и ответил я, оставив огневку на ее попечении.

Вернулся я через час, застав в «мастерской» Кати (да-да, девушка уже неплохо у нас обжилась — свое помещение маленькое мы ей выделили) вполне себе приятную даму в платье с трудом удерживающемся на грани светских приличий, но вполне подходящую под фразу «трахать, так королеву».

Пришлось вздохнуть. да и объяснить простым текстом.

— Боец Кареева, ты Ствол тут как приладишь? А с «Томми» носиться? — Только и поинтересовался я, давя желание назначить первую брачную ночь чуть раньше самого события. — Кать, я вернусь через полчаса. Хочу увидеть вместо вот этого…

Чтобы подобрать определение пришлось несколько раз прищелкнуть пальцами.

— Дешевую потасканную шлюху… — Помогла мне с определением наследница Древнего Рода.

— Именно, — согласился я с тем, что лучше и не сформулируешь. — Но способную к активной работе потасканную дешевую шлюху. Ориентир — «Проспект сломанных светильников». Справитесь?

А что, в этом сериале вполне понятно были изображены девицы определенного поведения. Чем не ориентир?

Девушка кивнула. Вторая негромко выдохнула.

— Или мне остаться и принять участие?

— Справимся. — Заверила меня Алина и, поцеловав в щеку, выпроводила за дверь «мастерской».

За полчаса они не справились. Просто Кате понадобилось некоторое время на осознание перемен в семейном положении магичек. Информация начала расходиться за пределы моего «ближнего» круга совсем недавно, а потому до этого момента она как-то и не в курсе была.

Зато когда мне продемонстрировали второй вариант, я был доволен.

Алина превратилась в разбитную деваху с вульгарным, чуть смазанным макияжем. И как Екатерине нашей такого эффекта удалось добиться, что ни у кого и сомнений не возникало в результате ЧЕГО был смазан «мэйк». Кожаная короткая курточка какого-то ядовитого цвета и объемная, но очень короткая юбка. Вот уж не знаю, как называется такой фасон, но будто бы состоящая из нескольких.

— Где? — Поинтересовался я, жестом показав, что именно имею ввиду.

Огневка слегка повернулась ко мне поп… Спинкой, не забыв продемонстрировать стройные ножки в сетчатых чулках.

Присмотрелся, стараясь сфокусироваться только на том, что нужно было здесь и сейчас для дела.

Да, замечательно. Кобуру и пистолет практически не видно с юбках. По темноте так и вовсе не вдруг даже профи определит.

— Сядь. — Указал я взглядом на старое потертое кресло (это автомастерская, если никто не забыл, а не дворец!).

Девушка подчинилась.

— Удобно? — Чисто с практической точке зрения поинтересовался я.

По моим ощущениям бандура пистолета должна очень неприятно впиваться в тело в таком положении.

— Не слишком, — поморщилась невеста. — Но вытерплю.

Спорить не стал. В машине у нее в руках будет пистолет-пулемет, а на улице…

— Встань. Вложись. — Рявкнул я, стараясь отогнать навязчивые мыли о том, что неплохо было бы попросить невесту повернуться… Спинкой еще раз.

Одним слитным движением девочка оказалась на ногах… Уже с приготовленным к бою оружием в руках.

— Норма. — Согласился я, с интересом поглядывая на Катю уже с чисто практическими мыслями.

Если девушка и дальше продолжит работать на меня, то о скуке в семейной сексуальной жизни можно забыть надолго. «Ролевки» будут что надо! Эх, жаль, что тут всякая фэнтезийная эльфятина пока не в ходу и киберпанковщина. Ну ничего. Понадобится — объясню.

«Тьфу на тебя, „старый“! Семейной жизнью надо жить еще хотя бы начать», — без труда определил я, кому именно из моих половин принадлежит столь… Практичная идея.

Но зарубку в памяти сделал, да.

— Это все? — Поинтересовалась Катя.

— Нет. — Вздохнул я, озвучивая свою следующую просьбу.

В этот раз возмущения было меньше. Девушка лишь тихо ответила:

— П****ц.

Вот, у же и привыкает к нашему стилю общения. Сработаемся!

— Все чисто! — Верну меня обратно из воспоминаний голос князя Долгорукова.

Ну хоть тут хорошо. Имя вроде не перепутал. Мне всегда в такие моменты было неудобно.

А вот что тихо в округе, то просто прекрасно. Небольшой тупичок возле железнодорожного склада пользовалось популярностью для решения вопросов всякой шушерой. Сегодня в ее роли будем мы.

По иронии судьбы и воле разработчиков операции, точка встречи была примерно в ста метрах от того самого склада, где в одном из готовых под загрузку товарных вагонов был спрятан тот самый груз. Не такой уж и большой, между прочим. Всего с чемоданчик. Зато излучающий какой-то фон. Для здоровья не опасный, да и не радиационный вообще, но по важности для «Тройки» и нынешних владельцев он вполне приравнивался к какому-нибудь тактическому заряду. И Канцелярии срочно потребовалось, чтобы груз сменил владельца, но имперские спецы были бы совершенно не при чем. А ведь императорский спецназ имеет свой почерк, будьте уверены. И кому надо выводы сделают. И запомнят. И обидятся. А для стабильности государства это не есть хорошо. Так не лучше ли, если откуда ни возьмись, появятся непонятные люди, всех поубивают, не оставив ни следов, ни улик, ни даже остаточных следов магических эманаций… А после все они просто исчезнут, растворятся в ночной тьме. Вместе с грузом, естественно.

Я негромко фыркнул. Князь и младший лейтенант (пока еще) Отдельного корпуса жандармов (пока еще) Кареева моими «фырками» заинтересовались.

— Разве не забавно, что даже у императора нет есть неплохие штурмовые части, но нет обычного неодаренного спецназа. Есть несколько спецов соответствующего класса из магов, но как пришло время операций в стиле «дело ясное, что дело темное», оказалось, что никого кроме нас и послать-то некого!

Ну, может и не некого. Но использовать другие варианты дороже, не удобно, сложно. А нас и не жалко особо. Даже если провалимся. Гордость и белую кость армии к нам и не присылают. В основном штрафников, занозы из толстых задниц военачальников и других раздражающих личностей. В наказание.

Типа с «простаками» лямку тянуть, да лаптем щи из одного котелка хлебать. Для многих и многих более страшной участи представить было сложно.

Из тех, кто пережил отсев и хотя бы начальную подготовку, недовольных не припомню. Зато как возмущались те, кто не справился. Трясли вверительными грамотами, солидными размашистыми подписями и чуть ли не х…и. Но в конце концов все они благополучно шли на тот самый х**.

— Ты это к чему? — Поинтересовалась Алина.

— Так мы покруче псов государевых будем!

Князь Долгоруков усмехнулся. Не громко.

Ну… Может, у него и побольше информации.

А вот Кареева засмеялась вполне искренне. На что моя бравурная речь и была нацелена.

Девочки пока принимали участие только в учебных операциях. Оттого то и нервозность моей невесты вполне бросалась в глаза.

— Приехали.

Наш четырехдверный «Бронко» бодро выкатил на небольшой пустырь за товарными складами, а водитель начал маневрировании.

Вообще не знал, что существует удлиненная версия. А «трехдверку» на такое дело я бы не взял ни за что.

Вдалеке показались фары второго авто.

Прибыли наши «оппоненты».

Я посмотрел на часы.

Вовремя.

Где-то неподалеку, согласно плану операции, три группы по три тройки в каждой уже должны были просочиться на охраняемую территорию, принадлежащую Роду Ростовых. Все это примерно метрах в ста пятидесяти от нас.

* * *

Первым из нашего старого «Паккарда» вылез Кот. Следом за ним сразу показались Секач и Наташа… В том же по нынешним (да и не только) публичном наряде. В смысле, уместном только в публичном доме. Да и то: самого низкого пошиба.

Вооружены они были аналогично — пистолет у водителя и комплект «Ствол+ПП» у всех остальных пассажиров.

Не спеша мы двинулись на встречу друг другу.

Охрана периметра нас заметила сразу… Но и действий никаких не последовало. Тут такое частенько происходит, а для хоть сколько-нибудь эффективной стрельбы далековато. И им, и нам.

Зато двум снайперским парам, что должны обеспечить прикрытие — в самый раз. Хорошая штука — «Мосинка». Особенно в снайперской версии. И пусть здесь не было хорошо подготовленных стрелков (окромя моих ребят и талантливейших самоучек, на поиск которых я уже сориентировал Фрица), но, как говорят наши «западные партнеры», и марксманы[4] вполне котировались. Хотя до настоящих подготовленных стрелков им было как до луны и все на метле.

Оглядываю пустырь. Водители сработали правильно. Со стороны кажется, что просто встали друг напротив друга два авто, но на деле обе машины были готовы дать по газам, унося нашу группу, и двигатели никто не глушил.

Водители и девушки остались около транспорта, а мы с Котом, как настоящие гангстеры из фильмов «друзей-ковбоев», сошлись на середине пустыря.

— Стоим-базарим? — Первым делом спросил Костя, делая широкий жест «смотри, какой я крутой!».

— Стоим-базарим. — Подтвердил я, выдавая классическую распальцовку.

Здесь жест братвы известен не был, но выглядело как и должно было: пафосно и впечатляюще. А с точки зрения охраны на вышке, в радиус наблюдения которой мы попадали, так еще очень и очень тупо. Бывает.

— Новая информация. — Продолжил я. — В округе зафиксированы несколько мобильных групп. Аккуратнее при отходе.

— Да ладно, босс! — Выдал еще одно странное па Кот.

Вжился в роль, молодец. В том, что информация принята и понята, я не сомневался.

Две минуты с начала операции.

Судя по тишине в округе, все развивается по плану. Уже должны были умереть те, кто непосредственно охранял ангар. Без шума и пыли. О том свидетельствовало спокойное поведение ребят на вышке.

Значит, «пообщаться» нам осталось еще минут пять.

— Слушай, о че Инга так у Винни вьется? — Поинтересовался Кот.

— Посоперничать хочешь? — С легкой усмешкой поинтересовался я, и тут же совершенно дебильно расхохотался.

Так, чтобы даже на вышке слышно было. Звуки они такие. Особенно если выламываются из привычного шумового фона.

В общем, успели мы и над нашим богатырем позубоскалить по-доброму, и анекдоты рассказать. По-злому. Нормальная такая реакция на стресс. Даже меня чуток «крутит» боевым режимом. Парням посложнее, а уж магичкам каково.

Первый бой — он такой.

И пусть, по моему требованию, всех нас снабдили амулетами, но и они не панацея. Как бронежилет — повезет, сберегут хотя бы от осколков и ранений по касательной, а нет, так познакомишься с тем, что медики называют «запреградной травмой». В лучшем случае, не смертельной.

Впрочем, полагаю, что наши девочки еще и на личных силах попадание или даже «короткую» выдержат. Но и на этом все. Абсолютной защиты и тут, увы, не придумали.

А дорогие и «тяжелые» амулеты, что должны помочь выжить и под артобстрелом, пришлось оставить. Очень уж они «фонят». Тревога бы поднялась еще метров за сто до периметра безопасности. Да и не должно остаться никаких следов на детекторах.

Зачем же здесь тогда Алина с Наташей? А на случай если все пойдет совсем-совсем не так.

Но без этого:

— Во-первых, лучше обойтись.

— Во-вторых, это самое «совсем-совсем не так» очень четко определено.

Например, гибель половины штурмующих в это понятие не входит совершенно.

Бодрости моим девочкам не добавляет и то, что у каждого из нас есть амулет — при остановке сердца на тридцать секунд, он характерно «погасит облик» владельца так, что и опознавать нечего будет.

Мне граф объяснил принцип действия. Аж передернуло. Не хотелось бы мне наблюдать действие такой штуки вживую. Очень уж противно. Можно сна лишиться. В моем случае, на пару ночей. Обычным людям — до визита к мозгоправу.

— Время. — Сказал я, подавая знак за своей спиной.

Первым «умер» прожектор на вышке. За ним последовала дежурная смена и два фонаря вокруг пустыря.

Фары авто, отчего-то оказались выключены.

Наступила тьма.

Мы с Котом молча ударили друг друга по рукам, и направились к своим машинам. Водители уже заняли свои места. По первому выстрелу.

Я подошел к «Бронко» и стал ждать. Судя по громкому сопению и плану действий, Алина заняла позицию с другой стороны.

Ждем.

— Сапфир-18. — Хриплый мужской голос раздался из темноты вовремя.

«Свои. Груз взяли. Были проблемы».

— Изумруд-1. — Возвращаю тьме слова отзыва.

«Свои. Готовы к приему груза. Проблем нет».

Через миг к нам выскочили пара бойцов с приличным таким чемоданом.

— Груз передал. — Сообщил боец, убедившись при краткой вспышке «приглушенного» фонарика, что я это я.

— Груз принял. — Последовал ответ, одновременно с неприятным звуком защелкнувшихся наручников.

Все, теперь до конца операции мы неразделимы.

Больше нам сказать друг другу было нечего. Боец вновь растаял в ночной тьме, а я сел в транспорт.

Первым рванул вперед «Паккард»… Буквально на несколько десятков метров разминувшийся с одной из машин мангруппы противника.

Нам повезло меньше. Уйти мы смогли лишь метров на двести, едва углубившись в жилую застройку.

Ночь разрезал звук лобового удара. Несколько секунд тишины тут же сменились грохотом очередей.

— Из машины!!!

Глава 6

Есть моменты, когда действительно стоит задумать где и когда что-то в твоей жизни пошло не так. Например, если из скользких пальцев выскакивает обмылок в общем тюремном душе. Или когда девушка приходит в себя после бурной ночи и сообщает, что сегодня ты ее придушил суть сильнее обычного, а ты стараешься придумать как ей объяснить ваше нахождение в лесу и неловко спрятать от ее глаз лопату. Но в моем личном топе первое место в ряду показателей когда что-то совершенно точно уже пошло совсем не так: оказаться под огнем в обычной машине. То есть, не бронированной. Гражданской.

К сожалению, у людей определенного склада характера это случается сплошь и рядом.

Удар был сильным. Меня резко швырнуло вперед, а лежащий на коленях чемодан буквально выбил из тела дух, врезавшись углом куда-то под диафрагму.

Неприятно.

— Сука. — Алина неплохо так приложилась обо что-то головой.

«Нет левой передней фары», — флегматично размышлял я, на автомате готовя к бою оружие. Половины капота, судя по силе удара, тоже нет.

Первые выстрелы прозвучали со стороны противника.

Они же стали последними для князя Долгорукова.

Короткоствол. Выстрелы одиночные. Сказал же: не пристегиваться! Ремень не дал резко дернуться вниз… С другой стороны, тогда пули могли достаться и Алине…

Вот она сила пагубной привычки. Вернее, привычка-то нормальная. Полезная даже. Но то в обыденной жизни. Здесь и сейчас она стала фатальной для зама Фрица.

Я не имею высшего медицинского, но когда содержимое черепной коробки так разлетается по салону…

«Хорошо, что у них нет ничего автоматического!», — заставил я себя переключиться на более конструктивный лад. А то была бы здесь сплошная братская могила.

С секундной задержкой выдала несколько очередей Кареева прямо через лобовое стекло. Оно мгновенно покрылось сплошной «сеткой» с несколькими пулевыми «выбоинами», сократив и так хреновый обзор. Впрочем, сейчас не точность нужна в первую очередь.

А вообще молодец девочка. Хорошо работает. Грамотно. Сразу видно, что слушала меня на занятиях, а не ворон считала. Не теряя драгоценных мгновений, пару очередей накинула в сторону салона «перехватчика», тут же переключившись уже на второй автомобиль.

«Паккард» же мигнул стопами где-то в конце переулка.

Молодец Секач. Прорвались ребята. Остановиться в таком случае — превратить машину в гроб на колесиках. Тут же в памяти всплыло окровавленные остатки лица Долгорукова.

Мда…

А вообще, нет хуже в такой ситуации, чем остановиться и стать легкой мишенью стрелков.

— Из машины!!! — Ору я, просовывая уже свой «Томми» между передними сидениями.

Великое дело — тренировка! Кареева тут же открыла дверь и скатилась на асфальт в районе переднего колеса и капота.

Я же продолжал бить из салона. Не прицельно, просто «накидывая» для пущего счастья неприятелю, который тоже на такой встречный бой не рассчитывал. В салоне «тарана» движения не было, но вот второй экипаж уже покинул старенький «Шеви» и… Расположился за нею же.

Безумству храбрых… Идиоты, проще говоря. Сколь бы строго и круто не выглядела машина, все равно она шьется любым патроном в бок насквозь. Ну, может быть, кроме дроби. Ну так у нас ее и нет!

Пара секунд, за которые огневка должна успеть перезарядиться и занять позицию, длились до ужаса долго.

«О! Кажется, насчет автоматического оружия я погорячился!», — мелькнула быстрая мысль. Первая партия аргументов противника уже хлестнула по капоту.

Близкая очередь стала для меня музыкой слаще Моцарта. Мелодия жизни позволила и мне, наконец-то, покинуть чертов пулесборник — Кареева прикрывает.

Теперь осталось вывалиться из салона вслед за Алиной. Не очень удачно!

— Бл*! — Кажется, завтра у меня будет синяк во всю спину.

Но кто бы смог лучше, когда к одной руке пристегнут здоровенный балласт груза, а во второй пистолет-пулемет.

И чего возмущаюсь? Да я же просто счастлив буду, если завтра возможность повертеться у зеркала и оценить урон от падения у меня все еще будет!

Пошли драгоценные мои секунды, за которые я должен успеть сменить магазин и занять хоть какую-то позицию. И вот я, стараясь как можно плотнее прижаться к диску заднего колеса, закидываю автомат наверх, используя для упора оконный проем. Стекол в нем нет. Убраны в двери. Я не ждал такого развития событий, но «старый» прекрасно помнил, в какой кромешный ад для пассажиров может устроить стеклянное крошево. Без глаз можно остаться влет. А нормальные баллистические очки тут еще не в ходу.

— Пошла! — Рявкнул я, стреляя куда-то вроде бы без малого в сторону укрывшегося за своей машиной противника.

Наверное, героически я сейчас выгляжу, скукожившись героической креветкой за колесом «Форда». Ну так ведь и мы не в кино, где машины по прочности своей не уступают танкам.

Алина переспрашивать не стала, припустив к одному из бетонных блоков, что отгораживали здесь проезжую часть от условно-пешеходной. Промзона, чего уж…

Я же рискнул высунуться из-за багажника авто, прикрыв девушку тройкой уже куда более точных очередей, тут же ныряя обратно за колесо и выдавая еще один «привет» по верху.

Вряд ли кого задел, но залечь заставил!

А что вы хотели?

Спецура — это четко выверенная операция и расчет, а в общей схватке мы моментально приближаемся по навыкам к обычному пехотному подразделению. Пусть и чуть лучше подготовленному. Но не сработают сейчас сложные тактические схемы. Да и не имеет особого значения, насколько быстро я навожусь на цель и как классно двигаюсь.

В данную секунду действует правило простое: не попал — это не промах, а «накинь еще!».

Вот и накидываю.

Повезло. Не успели наши противники сориентироваться, с ходу вступив в бой. В большинстве случаев, оказаться под огнем на гражданской тачке — верная смерть! Конечно, если руки «того» стрелка хоть чуток напоминают прямые. Не говоря уже о том, что и покинуть «металлическую ловушку» не так-то просто. Скорее всего, если вас остановили, то автомобиль поврежден. Не зажало ли вас? Отстегиваются ли ремни безопасности? Не заклинило ли двери?

И каждое из этих «если» — ваш пропуск на отлет к апостолу Петру вне очереди.

Шанс встретить «разъезд» был минимален. Не повезло. Бывает. Зато мы не умерли сразу. А это уже очень какой-то шанс.

Очередь из-за блока. Кареева устроилась на новом рубеже.

Срыв с места в броске до угла ближайшего кирпичного ангара. Кирпичного. Люблю кирпичи. Они хорошие. Пули вот, например, не пропускают!

— Сука, сука, сука! — Шепчу себе под нос, пытаясь понять, как я в очередной раз оказался в подобной заднице.

Очень неприятно ожидать, что в любую секунду тебе может прилететь в спину даже случайная пуля.

Мат помогает. Добежал. Жив. Не ранен.

Перезарядка, огонь!

Алину упрашивать не пришлось. Ишь как рванула к соседнему углу! Умница. Выживем — два пирожных вне очереди.

Грамотно. Освещения здесь минимум. Попробуй попади. Особенно когда кто-то спокойно шьет твое укрытие навылет, осыпая рикошетами от металла и асфальта.

Будь бы это спланированная засада, нам было бы не выжить. Никак. Если в такой ситуации на ты встал на гражданской машине, то при наличии у противника хотя бы относительно прямых рук и хотя бы одной единицы автоматического оружия, можно начинать напевать реквием.

По крайней мере, уйдешь красиво!

«Те» еще не поняли, что машина — это вовсе не укрытие, а магнит для пуль. От которого, если ты не герой ковбойского или, еще круче, индийского боевика, нужно бежать как можно быстрее и как можно дальше!

Единственный реальный шанс уцелеть под огнем в тесном салоне — дать по газам, как наш «Паккард», а там выноси, родимая…

Невеста тоже добежала, бросив пистолет-пулемет около блока, и уже схватившись за свой «Кольт». Правильно, не хрен таскать с собой бандуру с расстрелянным в ноль боекомплектом.

Я тоже «добивал» последний магазин. Старался отработать относительно прицельно. Хотя до сих пор не могу поручиться, что мы хоть в кого-то попали.

Киваю огневке, вопросительно поднимая брось.

«Дебил! Вот в темноте и на таком расстоянии он так и увидит тебя?!», — тут же мелькнула здравая мысль.

Однако девушка поняла. Возможно, по силуэту догадалась, что я обернулся в ее сторону.

— Норма! — Кричит Кареева во весь голос.

Ну да, попробуй постреляй из салона, когда «Томми» грохочет прямо над ухом.

Глушануло милую мою. Качественно, похоже.

Огневка делает быстрый взмах рукой. На мгновение я даже задумываюсь над ее предложением, но… Сейчас еще/уже не время. Смотря с какой стороны посмотреть.

Качаю головой.

Для магии рановато/поздновато. Князя мы уже не спасем, а для нас лично теперь уже угроза не такая большая для того, чтобы прибегать к крайним мерам, срывая всю операцию.

В нас ведь попробуй подойди. Это противник под фонарями, а мы запрятались в тени и уже даже не отстреливаемся. Тем более, что и мой пистолет-пулемет превратился в тыкву.

То есть, кончились патроны.

У нас осталось по пистолету и по паре обойм. А отступать некуда — позади… Стена.

В тупичке мы оказались. Не повезло. Снова. А с другой стороны… Будь бы даже у нас выбор не хуже чем на шведском столе в Турции, до иного укрытия мы бы не добежали.

— Оттягиваемся! — Погромче для пострадавшей магички ору я, жестами указывая, где будет следующий рубеж обороны.

Он же последний.

Однако же и враг не спешит. Всем прекрасно понятно, что между нами и ними тридцать метров простреливаемого пространства. Простреливаемого освещенного пространства, хочется добавить.

Попробуй тут добеги! А жить, как ни странно, хочется всем. Желательно долго и счастливо.

— Дальше что?! — Орет Алина, сразу подтянув поудобнее второй магазин.

Знак «Ждем!» девушка понимает прекрасно и замолкает.

А вариантов-то два. Кто быстрее прибудет: помощь к «местным» или к нам. Во втором случае, особых проблем не будет. А если совсем уж прижмут, то придется пытаться уничтожить чемодан с помощью магии и долбить по противнику уже не пытаясь скрывать участие Кареевых в операции. Последствия потом придется разгребать — мама не горюй!

В общем, пока не ясно. Ждем.

— Эй вы, сдавайтесь! Жизнь оставим! — Рявкнул кто-то с «той» стороны. — Груз отдайте и п*****те!

— Оооо! — Протянул я себе под нос, сразу же и безоговорочно поверив в такие щедрые посулы.

Даже хрюкнул негромко. Ну это уже точно слегка нервное.

И что ж я гранат с собой не взял?!

А с другой стороны, не предполагалось, повторюсь, подобного поворота. Брать же с собой амуниции на все случаи жизни… Так никто же не приделывает ванну к двигателю внутреннего сгораний просто потому, что она может вдруг понадобиться.

— Чего хотят?! — Рявкнула Кареева, устраиваясь поудобнее за кучей песка.

Удачная позиция у нее. Я себе, кстати, тоже неплохой такой контейнер для железной стружки в качестве последнего рубежа обороны присмотрел. И так попробуй прострели. А уж с учетом того, что он этой самой стружкой еще и наполнен…

— Красивая ты, говорят! — Рявкнул я погромче. — Восхищаются!

— Вкус есть! — Рявкнула в ответ невеста. — Хоть и п***ры!

Ага, как в старом анекдоте про батюшку, который гвоздь решил заколотить, а вокруг него вся деревня собралась. «Чего вам, дети мои?», — поинтересовался он. «Да вот интересно, что ты скажешь, когда себе молотком по пальцам попадешь!», — ответил кто-то из зевак.

Да и правильно, в общем! Мат — штука полезная — снижает уровень стресса и даже помогает лучше терпеть боль. Медиками доказано, между прочим. Это не значит, что на нем нужно разговаривать, но иногда исконно русские выражения здорово помогают слегка снять напряжение!

— Что это? Гей парад, сэр! Чего они хотят? Свободной любви, сэр. А им не дают? Дают, сэр! Так чего ж тогда они? Пи*****сы, сэр! — Для вящей бодрости бормочу себе старую шутку под нос.

Как ни странно, легчает. Хоть сейчас и не самое лучшее время анекдоты травить.

Я сделал жест, будто захлопываю варежку. Смысл в него был вложен точно такой же. Это магичка чуть «глухая», а мне послушать нужно. Звуки — штука такая.

Спорить со мной не стали. Сказали замолчать — нужно примолкнуть. А отомстить, если уж так хочется, можно и позже.

А пока осматриваю чемодан из чисто практического соображения: каким калибром его можно прошить. Хрупкий ли он? Насколько нужен «местным»? Если упростить, то все вопросы сводились к лаконичному: стоит ли попытаться выиграть немного времени, угрожая уничтожением груза?

Рассуждения оборвались скупыми очередями… Такого рисунка боя в нынешнем столкновении еще не было. Коротко, зло. Даже как-то деловито, что ли.

Вот теперь пришло время точной и быстрой стрельбы.

По всем нашим тактическим схемам, «Паккард», вырвавшись из-под огня, должен был на безопасном расстоянии высадить штурмовую пару и тут же рвануть в объезд, чтобы подобрать ее же (желательно вместе с так удачно выжившими нами!), после того, как все закончится. Главное, не останавливаться, становясь мишенью для каждого придурка, но в то же время быть готовым подхватить нас сразу после получения сигнала.

Кот же с водницей вышли в тыл к так и засевшим возле второй машине и быстро, словно в тире, парой скупых очередей отправили их на высший суд. Как я узнал несколько позже, кого-то мы с Алиной там все-таки неплохо достали. Но окончательную точку в вопросе поставила именно штурмовая пара, атаковав с фланга.

Протаранившую нас машину они тоже «проверили», выпустив с двух сторон по пол магазина.

Все, можно быть уверенным, живых там не осталось. Либо вариант чуда. Ну а кто мы такие, чтобы вмешиваться в волю высших сил. Да и не имеет особого значения, переживет ли кто-то из «тех» сегодняшнюю ночь. Опознают нас все равно вряд ли. Главное, чтобы очередь в спину не выпустили. А так — все равно!

Пуфф!

Вверх взлетела красная ракета. Секунд через двадцать показался наш «Паккард». Лешка волыну тянуть не стал.

— Бегом! — Рявкнул я.

Алина и так была готова. Это уж так, на всякий случай.

За несколько секунд мы добежали до друзей.

Дурацких вопросов и радостных обнимашек не было. После нарадуемся, что остались живы. Тем более, операция еще не завершена, а мы, на секундочку, все еще на территории противника формально. Не говоря уже о том, что рядом могут быть еще группы на машинах.

А в конце переулка уже гораздо ближе светили яркие фары.

Мы напряглись.

Свет ламп мигнул. Раз. Другой. Третий.

Ритм верный.

— Свои. — Скорее себе под нос, чем остальным, сообщил я.

Но оружия, понятно, не опустил. Мало ли кто там и откуда еще вылезет.

А на территории складов еще стреляли.

То ли что-то не по плану пришел, то ли задержались с эвакуацией, даря нам бесценные секунды на решение нынешних проблем.

Я дернулся к «Форду».

— Сука! — Дверь заклинило.

Да и тело князя Долгорукого, похоже, зажало снизу.

— Машины обыщи!

— Чо искать? — Уж на ходу интересуется Кот.

— Любую горючку.

Парень больше вопросов не задает. Понял.

— Зачем тебе? — А вот Алина еще не совсем.

Увы, придется ей показать неприглядную сторону нашей профессии. Прямо сейчас.

— Нашел! — Взревел Кот, потряхивая канистрой. — Ой!..

— Что там? — Крикнул я, отводя взгляд от ожидавшей явно чего-то нехорошего невесты.

— Течет! — Крикнул парень. — Тут дырок штук пять.

— Тащи, что есть! — На безрыбье и…

Все оказалось не так плохо. Да, три попадания есть. Из них до сих пор при каждом неаккуратном движении льется бензин, но четверть довольно приличного объема там еще плещется, судя по весу. Литров пять, похоже.

«И даже стекла выбивать не придется!», — как-то отрешенно подумал я, обливая горючкой тело князя.

— Что ты делаешь? — В ужасе прошептала Кареева.

Разум уже осознал, что и зачем я делаю, но принять пока готов не был.

— Держать сектор! — Рявкнул я.

Не знаю, сколько сейчас от девушки пользы, но пусть хоть чем-то займется.

А спички у меня всегда с собой есть…

Глава 7

В салоне «Паккарда» стояла тишина.

Неприятная такая. Гнетущая.

Теоретически каждый из здесь присутствующих знал, что я поступил правильно. Еще бы, эту мысль в каждую голову вбивал лично. Но вот столкнулись они с суровой реальностью впервые. А все ради нескольких десятков минут с момента нашего отъезда от пылающего «Форда» до прибытия полиции. Служивые прибудут на место уже «накрученные». Они бы и присматриваться к салону не стали с учетом тех подписей, что красовались на приказе к их выступлению. А ну как первыми бы прибыли еще ребятки так и неизвестного мне противника?

А внешность у Сергея Васильевича была вполне узнаваемой. И легкий «скрыт» после удара слетел. Похоже, треснул амулет во время аварии.

Была бы возможность вытащить зажатое в салоне тело — я бы это сделал. Даже ценой потери какого-то (увы, но четко отмерянного) времени. Однако лично я шансов не видел. Не единого. В конце концов, это мой хлеб — быстро просчитывать варианты и выбирать оптимальный. Моральный аспект остается на потом.

Вот и сидят сейчас мои впечатлительные коллеги. И, рубль за сто, крутится у них в головах неприятная мыслишка…

— Саш… Меня так же… Если что? — Первой озвучила ее Кареева.

Сформулировано, конечно, так себе, но остальные напряглись, прислушиваясь.

— Да, обязательно. — Уверенно заявил я.

Уточнять, что к моменту принятия решения боец даже может быть еще жив, я не стал. И так все бледные да зеленые сидят. Чертов патриархальный мир. Ладно — мои… Вчерашние мальчишки, в конце концов. Но Кареева с Громовой, черт возьми, офицеры. Обе до нашей встречи служили в разных, но оттого не менее серьезных, подразделениях. Теперь в одном числятся. И тоже насквозь серьезном. Что за сантименты?

Их же с детства должны были готовить!

Мне ведь очень повезло, что ТАКОГО решения на живую принимать не доводилось. Дважды я оставлял парням гранаты и небольшой боезапас, когда было понятно, что им не уйти. Никак. А вот знакомый майор, командир… Хм, подобной моей группы, как-то обмолвился, что приходилось ему на занятой противником территории «провожать» одного из бойцов сводного отряда. Он всего лишь серьезно подвернул ногу, но погоня наступала на пятки, а задача была из тех, что ОБЯЗАНА быть выполнена. Не смотря ни на что. У едва справившего совершеннолетие парнишки банально опыта бы не хватило чуть задержать преследование и с гарантией уничтожить себя. Пришлось командиру группы взять в свои руки решение вопроса и… Нож.

До сих пор помню тьму в его глазах, когда он вспоминал о том парне.

Но иного способа не было.

Это только в кино показывают гордых и несгибаемых бойцов, которые смело молчат на допросах. Проблема в том, что разговорить можно любого. Даже без специальной фармакологии. Рано или поздно язык развязывается у всех. Исключения — недостаток времени и, либо опыта «вопрошающих», либо политическая целесообразность, из-за которой просто нельзя работать по полной.

Окончание поездки прошло в тишине. Каждый думал о чем-то своем.

Я не мешал. Пусть осознают. Моим парням после налета на нашу мастерскую как-то уже не требовалось дополнительных объяснений. Абсолютное большинство курсантов особых программ подготовки четвертого учебного центра ИСИ имели боевой опыт и тоже в «правке мировоззрения» не нуждались. А вот Кареева с Громовой хоть умом и понимали, что у нас все серьезно, но печенкой еще не прочувствовали насколько.

Это общая программа для родовитых магов (а иных, напомню, и не бывает!). Слишком уж их жалеют на этапе подготовки. И даже не физической, а психологической. Как же… Дворяне жеж… Как таких ликом светлым в дерьмо по самую маковку макнуть? Вот и приходится большая часть потерь на первые столкновения. Если одаренный пережил первое знакомство с реальностью, то честь ему и хвала, а нет, так и…

Короче, магичек я взял не столько из-за подстраховки, сколько для того, чтобы выбить из них это отношение к происходящему. Мы не детский лагерь на свежем воздухе «с ограничениями». Тут, повторюсь, все серьезнее.

— Машину — Гусаку. Остальным — спать. — Разрушаю я хрупкую тишину.

Братан только кивнул. Молча.

И этого слегка пришибло. Но, в отличие от впавших в легкий ступор девчонок, это скорее отходняк и просто физическая усталость от нервного потрясения. За секунды короткого боевого контакта, что для него лично длился не более минуты, нервных клеток он сжег предостаточно.

— Этой — соточку, — ткнул пальцем я в сторону Громовой. — Пусть кто-нибудь проследит, чтобы уснула. Если что — можно и чего посерьезней из спецхрана.

— Эээй, — лениво, как-то без огонька, протянула Наташа. — Я вообще-то еще здесь.

Пропускаю реплику мимо ушей. Моя невеста не настаивает. Брат все так же кивает.

— Давай! — Хлопаю я рукой по борту, и «Паккард» уплывает то ли в ночь, то ли в начинающееся утро.

Взгляд на часы подтвердил мое определение. Четвертый час — действительно, уже не ночь, но еще и не утро.

Глазами автоматически сопровождаю автомобиль до того мгновения, пока яркие огни задних фонарей не скрываются за поворотом.

Почему именно его нужно отогнать криминальному воротиле — мне не ясно. Возможно, хотят спровоцировать ответный удар в том направлении, а тем временем организовать рыбалку в мутной водице, или еще какие варианты вместо того, чтобы предать авто огню.

Меня слегка передернуло. Моментально всплыли перед глазами последствия моего решения. Ведь я не только подпалил «Форд», но и убедился, что огонь перекинулся на тело Долгорукова. Это… Не самое приятное зрелище.

И запах. Я не в первый раз слышал запах сгорающей плоти и… Больше никогда не хотел испытывать этого ощущения.

Сколь бы я тут сейчас не вытрепывался.

Вдох-выыыыыыыыдох…

В общем, дурацкими вопросами я не задавался. А лезть в игры контрразведчиков и ликвидаторов — вообще считал довольно вредными для здоровья.

Были у меня к тому основания!

Алинка-то — молодец.

Спокойненько стояла и не мешала мне выполнять дыхательные упражнения, задумчиво уперев взгляд в темные воды Мойки.

Как жаль, что здесь, как в мире «старого», нет поблизости какой-нибудь круглосуточной кофейни с напитком на вынос… Чувствую, до него, после того как я зайду в здание, руки дойдут не скоро.

— Пошли, — через пару десятков секунд «очнулся» я. — Не будем тянуть кота за хвост.

А вот девушка действительно вздрогнула. Ушла в свои мысли.

Во взгляде же ее… Мда… Жаль, что не успели мои невесты стать женами, а местные правила для Великих семей достаточно жестко регламентируют момент лишения невинности. Сейчас обеим бы девочкам не помешало. Просто как лекарство от стресса. И не надо тут плохо думать в мою сторону! Просто оргазм у женщин выбрасывает в кровь такую смесь гормонов, что…

А, ладно, чего думать о несбыточном.

Тем более, после такой ночи и мне не особо чего хотелось. Для невест, конечно, готов постараться. Но сам бы предпочел просто сон. После стопочки. И чтоб девки мои под боком. И пусть спать не мешают… Ни себе, ни другим!

Кареева за время моих размышлений пришла в себя.

— Пойдем. — Взяла девушка меня под руку.

Похоже, ей тоже хотелось, чтобы все это как можно скорее закончилось.

Почему бы сразу ее не отпустить домой?

Правила, чтобы их. Инструкции прямо запрещают перевозить «пристегнутый» груз и ключ от наручников одному и тому же человеку.

И пусть лично я считаю, что оперативно отрубить перевозчику кисть гораздо проще, чем устраивать шмон по его карманам в поимках ключа, но…

На пороге нас встретили три сонных вахмистра.

Вернее, три очень старательно изображающих сонных мух вахмистра.

— Вас ждут! — Коротко кивнул один из них, старательно изображающий зевок.

Второй так вообще едва взгляд поднял, а задницу со стула, так и вовсе не соизволил. А то я новейшую по нынешнему времени модернизацию АК в его руках не рассмотрел. Третий же вовсе старался спрятаться в тени одной из колонн. У него, кстати, неплохо получалось. Кое-кто менее наблюдательный мог бы быть сильно удивлен, приди ему в голову посреди ночи штурмовать штаб-квартиру «Тройки».

Подъем на второй этаж закончился куда быстрее, чем я того хотел. С удовольствием где-нибудь еще бы… Погулял.

— Александр Сергеевич, Алина Эдуардовна. — Коротко кивнул нам Христафор Милорадович, едва мы прошли внутрь уже привычного мне конференц-зала.

А вот Алина, хоть и аристократично, да для постороннего взгляда незаметно, «шеей крутит».

Все забываю, что это я уже сюда как на работу хожу. А даже прямые, по сути, подчиненные «Фрица» здесь бывают нечасто.

Хм.

Но мне сейчас было не до чувств невесты. Я рассматривал мужчину за спиной графа. Худой старик с осунувшимся лицом и военной выправкой. И даже тот факт, что он откинулся на спинку кресла в углу помещения не мог скрыть его боевое прошлое. У такого и в бане должны погоны проступать. А вот черты его лица говорили о том, что сейчас мне предстоит очень нелегкий разговор.

Что ж…

Попробуем отпустить к его началу хотя бы Алину. Вот ни за что не поверю, что здесь не найдется ни одной разъездной машины.

— Задача выполнена. Внекатегорийный груз доставлен адресату — графу Бенкендорфу-младшему. — Произношу я, ставя чемодан на переговорный стол.

Кареева делает шаг вперед без подсказки, освобождая мою кисть от стальной хватки «браслетов».

Фриц молча развернул к себе чемодан. С первой попытки ввел пятизначный код (хм!) и приоткрыл крышку.

Я в этот момент замер по стойке смирно, уставившись куда-то за его правое плечо. Содержимое чемодана меня не интересовало вообще. Свое отношение к «играм» я уже обозначал.

К счастью, главликвидатор империи мое мнение по поводу доведения информации в части касающейся вполне разделял, а потому без комментариев аккуратно закрыл крышку.

— Доставку груза подтверждаю, — кивнул он. — Садись, Александр Сергеевич.

Хм, обычно на «ты» ко мне Фриц обращался исключительно наедине и присутствии патриархов. Но там свои намеки и полутона. Не мне в них лезть…

Хотя нет, вру, именно в них мне разбираться и придется. И соответствующие учителя уже подобраны. Мне предстояло в короткие сроки освоить то, что Громова с Кареевой впитывали с самого детства.

— Прошу разрешения отправить младшего лейтенанта Карееву в расположение. — Сделал попытку избавить невесту от тяжелого разговора я.

Граф кивнул, проведя рукой по подбородку.

— Конечно. Алина Эдуардовна, вас ожидает зеленая «Волга». Номер три-пять-три.

Девушка отдала честь.

Удивительно, но умудрилось сделать это так, что даже у меня не возникло улыбки. И это в столь «проституточном» наряде… Мда, может и правда есть что-то в «голубой крови»?

Четко выполнив разворот через левое плечо, она быстро покинула кабинет.

Очень надеюсь, что она проявит благоразумие, уделив время сну, а не бесполезным раздумьям. Впрочем, Секач предупрежден. Вольет стопочку и отправит спать ко всем… К Громовой, короче.

— Присаживайся, Александр Сергеевич. — Повторил свое предложение Христафор Милорадович.

Однако начать беседу вновь не удалось. На этот раз возмутителем спокойствия стал телефонный звонок по внутренней линии связи.

Бенкендорф внимательно выслушал бойцов с КПП и коротко бросил:

— Впустите.

Вновь секунд на двадцать повисла тишина. Ждали новых действующих лиц. И я даже догадывался каких именно.

Так и есть. Явился Винни в сопровождении незнакомого мне канцеляриста. Однако пластику движений я его сразу срисовал. Очень серьезный дядечка. Хотя по возрасту могу и ошибаться. Маску он с лица так и не снял. Как и мой человек.

— Винни, Скол, прошу вас! — Предложил граф, особо не комплексуя по поводу того, что приходиться обращаться к бойцам по позывным. «Гостю» же Фрица было все равно. Его сейчас занимали совершенно другие мысли.

— Задание выполнено. — Отчитался Винни, сделав коротки шаг вперед. — Груз захвачен и передан группе Б. По выполнении основного задания обеспечено огневой прикрытие маршрута. Спустя двенадцать минут сначала контакта отдан приказ на отход с минированием маршрута отступления. Потери штурмующих групп…

Я напрягся.

— … Трое — убитыми, восемь раненными, — продолжил мой человек. — Из них трое — в тяжелом состоянии. Обеспечена их срочная доставка в Императорский военный госпиталь. Прогноз — полное восстановление. Доклад закончил.

Христафор Милорадович вздохнул:

— Присаживайтесь, господа.

Винни вздрогнул. Было от чего: целый граф к нему как к благородному обращается. Это если не брать в расчет его действительный статус.

А здоровяк молодец. Вряд ли кто его заминку заметил кроме меня. Растет над собой.

Пока он устраивался на удобном стуле (что в полном снаряжении — не самый простой процесс, между прочим!), я подал несколько знаков.

Тот лишь головой покачал.

Теперь незаметно выдохнуть предстояло уже мне. Безвозвратных потерь среди курсантов четвертого центра подготовки не было.

Пусть это и своего рода «экзамен», как изволил выразиться граф. Но на самотек дело пускать никто и не думал.

— Что ж, господа, теперь прошу вас подробнее доложить о ходе операции.

С места попытался вскочить «сопровождающий» Винни, но тут же был усажен на месте взмахом руки Бенкендорфа.

— Согласно приказа от…, - Бойко начал свой доклад он.

Все было прошло практически в соответствии с планом.

Три группы атаковали объект согласно плану. Оказалось, что местоположение груза был локализован с высокой точностью, так что проблем не возникло.

Бесшумное и холодное оружие, четкое взаимодействие — в общем, к цели мои ребята вышли в строк.

Охрана не смогла оказать серьезного сопротивления. Даже трое магов, что на момент начала активной фазы беззаботно пили кофе. Была у одного из моих инструкторов любимая присказка: «Объем бицепса на скорость полета пули не влияет». Здесь же речь шла скорее о резерве дара. Вот только не спас он от трех синхронных выстрелов. Двое поймали пули затылками, а «счастливчик», решивший прогуляться до ветру, в левый глаз.

Забрав груз, группы подготовились к тому, чтобы слегка пошуметь перед отходом.

Вот только стрельба началась гораздо раньше запланированного. Нарвались бойцы «Тройки».

Винни не стал акцентировать на этом внимание, но Скол признал, что командир одного из отделений не выполнил приказ одного из моих «курсантов», за что и поплатился. Жизнью. К сожалению, не только своей. Еще двое его подчиненных стали расплатой за ошибку командира. Двоих раненных моим бойцам удалось вытащить… Ценой еще нескольких «трехсотых». Пара человек пострадали и при эвакуации тел. Никаких ниточек в это самое помещение, где мы сейчас находились, вести было не должно. И уж тем более, никто и близко подумать был не должен, что события сегодняшней ночи могут быть хоть как-то связаны с императорским дворцом.

Нет, думать-то можно все-что угодно. Империя — страна свободная. А вот не малейших фактов быть не должно по определению.

Доклад «штурмовики» закончили минут пять назад, после чего и были отпущены на заслуженный отдых. Впрочем, местное руководство лучшим отдыхом почитало смену деятельности, так что придется кое-кому сесть за отчеты по операции, а потом пообщаться с местными дознавателями… Ну так и меня такая же судьба ждет. Да и Секача с Котом на базе наверняка уже того… Поджидают. Это магичкам повезло, состояние не позволяет нормально с ними работать. Но с утра и им предстоит окунуться с головой в круговерть отчетов и бесед с серьезными дяденьками.

Часть работы, что уж тут.

— Александр Сергеевич, позволь представить, князь Василий Федорович, — негромко произнес Фриц, начиная разговор, которого я не то чтобы боялся, но подсознательно надеялся отложить как можно в более долгий ящик. — Глава Рода Долгоруковых.

— Расскажи как умер мой сын. — Негромко проскрипел старик.

Голос ровный. Даже, казалось, равнодушный. Ни капли гнева в нем. Вот только видел я такое не раз.

Я встал. Набрав в легкие побольше воздуха, я, отбросив уставной тон, заговорил.

— Мы столкнулись с ними на отходе. Случайность, скорее всего, но…

Уложился я в пять минут. Если верить моим внутренним часам, то практически ровно. Никто не перебивал меня, не сверлил гневным взглядом.

— … Я попытался вытащить тело Сергея Васильевица, но оно было зажато ушедшим в салон двигателем. До приезда сотрудников полиции оставалось еще достаточно долгое время. Его бы вполне хватило, чтобы опознать князя, прибудь на место очередной моторизированной группы противника. Тогда я принял решение скрыть участие в операции представителей канцелярии и Рода Долгоруковых. С этой целью я…

И что тут скажешь: «поджег его», «уничтожил тело»?!

— … Предал тело огню, — нашел относительно нейтральную формулировку я.

Закончив рассказ, я смолк. Старик тоже помолчал. Секунд тридцать.

Вопросов «за что погиб мой сын?» он задавать не стал. Понимал, что никто из тех, кто действительно об этом знает, не ответит ему.

Убедившись, что я больше ничего добавить не собираюсь, он встал и направился к выходу. Не забыв перед этим молча, но крепко пожать руку Христафору Милорадовичу и… Мне.

Железный мужик.

Очень жаль, что так вышло.

Глава 8

— Так, красотки, подъем!

На мои слова среагировали. Но как-то заторможено. Неправильно. Будто мыслями наши аристократки витали где-то далеко. Возможно, их даже можно было понять. Я не ожидал, что возникнут такие… Осложнения при выполнении задачи. И не планировал знакомить невест с необходимостью принимать иные решения так скоро. Все-таки в этот раз я не просто готовлю очередных головорезов для «приютившего» меня государства. Мне с ними потом еще жить, а потому с психикой я их работаю аккуратнее чем сапер с полусгнившей миной. А с другой стороны такая беда может случиться даже на самой заурядной, казалось бы, операции. И что тогда? Впадать в ступор, ожидая пока гордиев узел мыслей в твоей голове разрубит пуля противника?

Парни как-то легче все восприняли. Исписав кучу бумаг они незатейливо нажрались и отправились спать. По пробуждении повторили подход к огненной воде и… Больше ничего сделать не успели. Приехал я. И дал разгон всем до кого смог дотянуться. Так что праздник жизни резко превратился в спортивный, а день — в активный.

Можем. Умеем. Практикуем. Заодно и сам с ними слегка пробежался. Почему бы и нет?

Мог ли я просто предотвратить ту пьянку? Конечно, мог! Но зачем? Нервам нужна была встряска и они ее получили. А потом еще и догнались «червончиком» по пересеченке! А чтобы скучно не было — я с ними ее и пару отделений отправил «проветриться»… С четким наказом медикам следить за «основной» парой и серьезным набором артефактов. Все-таки ставить организм под нагрузку покуда в нем плещется «беленькая» — дело для здоровья не слишком полезное. И пошел я на это только потому, что местные целители с последствиями подобных забегов справляются без труда.

Так что нормально. Не помрут.

После такого проспятся и будут как огурчики. На завтра уже дана команда их не будить — пусть дрыхнут сколько влезет.

А вот Алина с Наташей отреагировали самым паршивым образом. Замкнулись. Ушли в себя. И это не смотря на довольно суровое вообще, но достаточно щадящее для психики, воспитание.

— Быстрее! — Еще раз рявкнул я.

Девочки подхватились еще после первого окрика. Но стоило их поторопить. Мы же клин клином вышибаем, верно?

Кареева с Громовой двигались быстро, но как-то механически. Их даже не смутила необходимость сбросить пижамки, оголившись полностью, чтобы начать натягивать камуфляж.

— Отстааавить! — Рявкнул я.

Девочки вновь вытянулись. Удивительно, что это даже не выглядело смешно, не смотря на то, что Наташа успела лишь натянуть трусики, а Алина так и осталась в наряде Евы. Возможно, я бы даже потратил какое-то время на любование, если бы не пустота, поселившаяся в глазах девчонок.

— Форма одежды — гражданская. — Уточняю задачу я. — Что-нибудь универсальное и спортивное. С собой обязательно какую-нибудь кофту или ветровку без декора. У вас пять минут.

Невесты синхронно кивнули, показывая, что задачу поняли и уже куда неспешнее приступили к выполнению. У них даже нашлось время, чтобы сложить свои чертовы пижамки.

Как я намучился в свое время с ними… Даже пообещал им по кроссу каждый раз, когда они не успеют полностью одеться в установленный мной норматив. Дважды они их даже сбегали, а затем… Научились успевать.

И я махнул рукой. Должны же быть хоть какие-то поблажки. Люди здесь пахали как не в себя, платя за знания силами, потом и кровью.

Тем более, что на полевых выходах проблем с общей формой одежды у них не было. Да и вообще… Пижамки на таких фигурках это очень… Мило! И кто сказал, что люди моей специализации чужды красоты и эстетики. Дайте тому по лбу. Кирпичом. Или ломом. А что? Тоже искусство!

В общем, две полностью укомплектованные согласно моим пожеланиям девушки стояли передо мной уже через три минуты.

По Громовой вопросов нет. Какие-то штанишки. Изначально не слишком спортивные, но сшитые так, что и побегать можно и по земле покататься. Если, конечно, денег не жалко на «спортивный» костюм по цене десятка-другого обычных. Сверху девушка набросила легкую олимпийку.

В самый раз.

Алина же оделась под стать. Только поверх одела что-то вроде легкой косухи с какими-то даже шипами и пряжками в самых неожиданных местах. Этакий подростковый бунт на корабле. Ну ладно, в чем она ходит в свободное от службы время — не мое дело. Пока что.

Неожиданно вся эта «аляповатость» девушке шла. Но не подходила под сегодняшние задачи.

— Алин, у тебя есть что-то вроде этого? — Мягко поинтересовался я, кивая в сторону Громовой.

— Только куртка от «комка», — как-то устало помотала головой та. — Переодеться?

Можно было бы и так. Вот только я полагал, что правильнее будет девушек в нынешнее путешествие полностью в гражданском.

— Наташа? — Вопросительно спросил я.

— Найду, — Заверила она. — Но будет великовато на размер-другой.

Эх, нет здесь моды на так любимый молодежью в мире «старого» оверсайз… И к счастью, правда!

— Ничего страшного. Не на бал собираемся.

Уже через минуту Кареева приобрела куда более приемлемый для моих планов вид.

— Пошли. — Просто вздохнул я.

Девушки молча проследовали за мной.

Однако без приключений выбраться с территории учебного центра мы не смогли.

Вот кого из наших бойцов можно встретить грязным, измотанным, да еще и в добавок валяющимся под включенной колонкой в попытках поймать ртом льющуюся струю? Про четыре часа утра я уже молчу.

Только Кота. Это у них «семейное». И каждая такая встреча — всегда неожиданность. Каждый, кто хоть раз спотыкался в ночи о лохматое чудовище (при всей моей любви к кошачьим!), меня поймет. И это я еще старательно гоню от себя мысль о том, как же ему будет плохо на утро.

Моя душа не выдержала такого умиления. И по фиг, что сам разрешил. То есть, молчаливо не препятствовал. Меру знать нужно.

— Так, девочки, едем на «Мурене»… — Начал я.

— Но… — Тут же попыталась вставить свои пять копеек владелица авто.

— … Бегом за ключами! — Правильно понял ее затруднения я. — Наташа, проводи.

— Но я и сама… — Попыталась возразить Алина.

Громова слушать подругу не стала, просто подхватила ее за локоток и была такова. Присутствовать при этом разговоре ей отчего-то не хотелось.

Оно и правильно.

— Ну что, Котик, плохо тебе? — Деланно-участливо интересуюсь у бойца.

Взгляд парня сфокусировался на мне. Не сразу и не уверен, что окончательно. Подумав секунду, он медленно кивнул. Не забыв при этом громко, но совершенно не по-уставному икнуть.

— Ты же понимаешь, что будет на утро?

Еще один обреченный кивок.

— … И ладно, если есть возможность отдохнуть и похмелиться, — задумчиво пробормотал я. — А если с утра бег. Тот же червончик, но с полной выкладкой.

Глаза парня закатились от представленной картины.

Прекрасно понимаю. Вот только цели у нас немного другие. Отличные от попытки выжать из парня все токсины и продукты распада алкоголя вместе с парой литров пота.

Я бы сказал, что даже противоположные. Хотя, если он на мое предложение сейчас не согласится, то и…

— Вот представь, Котяра, просыпаешься ты завтра часов в одиннадцать, а у тебя уже и опохмел готов. И пить можно…

Да-да, знаю я, что «второй раунд» — не есть хорошо. Но так ведь мы во имя благого дела, верно?

— … И я совсем-совсем не ругаюсь. Как тебе, а?

Парень вряд ли сейчас мог представить, что в этой жизни есть нечто такое, что «хорошо», ибо ему было очень-очень плохо. Но даже его затуманенный разум понимал, что предложение шикарное.

— Ус-иссс-ссловия?..

Ай, молодца! Не зря время трачу. Даже в таком состоянии догнать, что ничего в этой жизни просто так не бывает… Молоток!

— Пить с Секачем и Винни начинаете не раньше чем приедут девчонки…

Я кивнул головой в сторону, куда оперативно смотались невесты. Они, кстати, ключики уже «подтянули», но приближаться не решались. Все-таки умницы они у меня. Лапочки прям.

— … И прилагаете все усилия, чтобы они участие в пьянке приняли самое активное. Понял?

Он снова задумался. Процесс давался тяжело, но все же шел.

— А если они не… Того?… — Прохрипел он, кося взглядом на колонку.

— А если они «не», то и вы тоже «того» — ни-ни. Так что уж постарайтесь, парни. А я вам, так и быть, помогу… Или ты отказываешься от моего предложения?!

Боец резко замотал головой.

— Я так и думал, — кивнул я, наблюдая как Кот с наслаждением заползает обратно под колонку. — Ты это… Не простудись.

Отчего-то я уверен, что когда мы вернемся, девочки и сами будут не против «подлечить» нервы.

* * *

«Мурена» рванула вперед с грацией истинного морского хищника, оглашая спящий город басовитым ревом. Огни редких вывесок и уже догорающих уличных фонарей мягко скользил по лакированным бокам дорожной красавицы, наполняя меня каким-то даже воодушевлением.

А вот красавицы вполне себе из крови и плоти, а так же охрененного черпака магии что-то приуныли.

— Ну, воробушки на жердочке, рассказывайте. — Предложил им я.

Странные ассоциации. Впрочем, сидеть втроем в ряд внутри спорткара — тоже ощущение необычное.

— Ну…

Ага, познавательно, информативно и очень-очень понятно.

— Хорошо, милые мои, я вам сейчас открою маааленький секрет, — заговорщицким шепотом пообещал я. — В большинстве случаев людей пришибает осознанием невыносимой тяжести бытия только по одной причине. Они рассматривают его, то самое бытие, в моменте, не принимая в расчет такую штуку как альтернатива.

— Не поняла… — Глухо пробормотала Алина.

Ну, ничего страшного. Я не для того свой рассказ начинал, чтобы бросить невест в неведении. Объясню сейчас свои слова.

— Я не знаю, кто и когда запустил это величайшее на*****во: выбор всегда есть между плохим и хорошим. Из каких таких дерьмовых сказок люди почерпнули этот тезис и почему он такой живучий мне мне понятно. Может, и правда всем нам хочется верить в счастливое окончание. Беда в том, что оно бывает лишь в плохих фильмах и хорошей порнухе!

Девушки поперхнулись, но меня было уже не остановить.

— В жизни такое бывает крайне редко и, как правило, выбор серьезного человека состоит из вариантов «плохо», «хреново» и «п****ц»! — Заявил я, и сделав паузу на глоток воздуха, продолжил. — Давайте разберемся, какие у меня были альтернативы. Ситуация: тело зажато в машине, вытащить возможности нет, времени тоже — приоритет груза все помним. Я ничего не упустил?

Невесты дружно помотали головами.

— Отлично, — негромко констатировал я, но тут же рявкнул. — Боец Кареева! Представь, что нас зажали у машины и мы не успели отойти. Чем бы все это дело закончилось?

— Я думаю…

«Сопли ты жуешь, а не думаешь», — даже слегка разозлился я.

— Быстрее!

— Самый вероятный вариант: прибыла бы еще мангруппа, а со стороны складов нас бы атаковала охрана.

Хоть что-то…

— Прогноз?

— Нас бы всех убили, груз бы не был доставлен.

— Молодец, плохо! — «Хвалю» я.

— А в чем я не права?! — «Зажигается» что-то внутри Кареевой.

Давай, девочка, злись!

— Во всем права, — согласился я. — Кроме того, что думаешь об этом только сейчас! Боец Громова!

— Я!

Все-таки вздрогнула слегка. Хм.

— Ситуация: мы смогли отбиться и ушли, оставив тело в машине. Противник добрался до него раньше полиции Развитие событий?!

Девушка если и задумалась, то лишь на миг. Говорить она начала сразу, «додумывая» мысль на ходу. Полезное качество. Ценю.

— Полагаю, что противник смог бы опознать… Сергея Васильевича. Да, смог бы! — Уже увереннее добавила она.

— И? — Предлагаю продолжить мыслительный процесс я.

Наташа задумалась.

— Они смогли бы установить причастность… Его причастность «Тройки» к этой операции.

— Или?.. — Предлагаю подумать еще немного я.

Тишина… Хоть лобики свои и сморщили в задумчивости девицы-красавицы.

— Заподозрить, — вздохнул я. — Не установить, а заподозрить. Но вот то, что в операции принял представитель Рода Долгоруковых сомнению бы не подлежало, верно?

Еще тишина… Лес, мать его, рук, как говорили учительницы русского языка и литературы как «старого», так и «молодого». Хоть что-то во всех вселенных остается неизменным. А еще Пушкин. А Эс.

— Да чтоб вас…, - слегка выругался я, чтобы подбодрить мыслительные процессы девушек. — И кто тут у нас родовитый-то, а?.. Забыли КТО покровительствует тому району и в чьем ведении официально находятся склады? А ситуация была бы очень щекотливой: «Тройка» не может признать факт причастности к атаке, так как тогда груз надо либо возвращать с извинениями, либо официально подключать императора, что автоматически обозначает междоусобицу. И против самодержца выступят многие — никому не понравится, что престол официально использует спецслужбу для таких вот дел. Одно дело, когда есть железобетонные доказательства измены — тогда тот же спецназ «троечников» за милую душу вырежет даже Великий Род и не одна благородная сука вякнуть не посмеет. А вот когда так, по подозрению… Да у последнего дебила мыслишка мелькнет: «А ну как я следующий?». Вот почему мне кажется, что если бы дело было насквозь прозрачным, то на хер мы бы там не сдались? Отсюда выводим: все шишки и претензии полетели бы в сторону Долгоруковых, верно? Ну и как бы вы оценили результат такого… Противостояния.

Проще всего было бы обрисовать его двумя словами: «Роду — конец». И никто не вступится. Все тоже чертово правило грибников и спецназеров: «Нас здесь не было».

О, задумались… Ну, уже хорошо.

— А теперь, красотки, задайте себе один вопрос, — предложил я погрузившимся в размышление девушкам. — А чего бы сам Сергей Васильевич хотел в такой ситуации, а? Нет, даже не так. Переформулируем. Чего бы ВЫ хотели в подобной ситуации?

До конца дороги в салоне звучал лишь легкие гитарные рифы и хриплые голоса амерских исполнителей. Давненько я кассетку у Кареевой приметил. Вот и есть возможность насладиться.

К финальной точке маршрута мы подъехали примерно через час. Если был бы уверен в эмоциональной стабильности владелицы «Мурены», обязательно бы передал руль ей, а сам поспал.

Как бы то не было, до довольно большого и ровного поля, где нас уже ждали гардейцы Громовых, мы добрались, когда вокруг было уже довольно светло.

— Аристарх Иванович, — легонько клонил голову я, приветствуя главного безопасника Рода. — Доброе утро!

— И тебе доброе, охальник! — Усмехнулся в усы могучий дядька. — Здравствуйте, дамы!

Вот нравится мне этот дядька. Спокойный, несуетливый. Меня правда чуть подзуживает, что я обеих девочек себе забрал, но по-доброму. Без перегибов.

— Привезли? — Поинтересовался я.

— А то! — Довольно улыбнулся он.

— За мной! — Кивнул я невестам и первым отправился к «Тойоте» бойцов.

Вернее, к ее багажнику. Там нас ждали три приличных таких баульчика.

— О, нет! — Выдохнула Наташа, первой поняв, ЧТО именно она видит перед собой.

Причем в живую она видела такую штуку впервые. Нет, теоретические занятия у них были. И не раз. Осталась только практика. И девочкам предстоит ее пройти прямо сейчас.

— Чья укладка? — Поинтересовался я, а то штука такая — плохо уложил, плохо кончишь.

— Лично перепроверил каждый. — Солидно заверил Аристарх Иванович.

— О, нет! — Дошло и до Кареевой.

В небе раздался шум двигателя, и уже через несколько минут на посадочный заход пошел трудяга «АН-2».

— Группа поддержки готова? — Коротко шепнул я, пока магички соотносили наличие ранцев в багажнике и готового ко взлету самолета.

Безопасник коротко кивнул.

Отлично, все-таки я хочу своих девочек взбодрить, а не угробить.

— Так, красавицы, подхватываемся и на борт! — Скомандовал я, но, видя, что невесты все еще слегка тормозят, рявкнул куда строже. — А ну живо!

Дело сразу пошло куда веселее.

Глава 9

— Бегом, красотки, бегом! — Рявкнул я, заставив магичек шевелиться чуть быстрее.

Вот чудо, а не девочки! Четкое разделение на режимы «служба» и «семья». Никаких попыток давить на жалость. Сейчас я не будущий муж, а командир. Мои приказы не обсуждаются. И дело даже не в том, что за его неисполнение грозит трибунал (чисто гипотетически). Собственный Род не поймет, с чего это ты такой умный решил поступиться офицерской честью и не выполнить приказ. Ведь подобный проступок ляжет пятном позора не только на тебя, но и на твою Семью.

Так что краснели, Громова с Кареевой, бледнели, но ни слова, ни писка против себе не позволили.

Разве что когда я лично проверил не перепутали ли они чего, взваливая за спины древние, но надежные Д-6[5], Громова прошептала:

— А инструктаж?!

— Теоретические и наземные занятия у вас уже были! — Заверил я. — Все что нужно — вы знаете, если внимательно прослушали курс. Практика у вас тоже была — осталась самая малость!

Интересно, насколько внимательнее будут слушать все остальные, когда поймут КАК я принимаю зачеты? Очень сильно сомневаюсь, что «выжившие» девушки будут молчать о том, куда я их возил!

— Это было месяц назад! — С ужасом прошептала Кареева, судорожно вспоминая чему учил их я и мастер десантной подготовки.

— Ну ты же внимательно меня слушала, правда? — Хмуро поинтересовался я.

«Внимательно», — сам же себе и ответил мысленно. Девушки могут сколько угодно чудить, но как только дело доходит до серьезных вещей, то на них можно положиться. И не нужно им повторять по десять раз. Запомнят и поймут (!!!) сами. В крайнем случае, переспросят. Семейное воспитание. Завидую.

— Подгоняйтесь! — Предложил я, отходя чуть в сторону.

Так виднее, не допустят ли девушки каких критических ошибок. Хотя перед посадкой в самолет я обязательно проверю еще раз. Но им об этом пока не скажу. Пускай мобилизуются! А то вздумали мне тут в уныние впадать. А это библейский грех, между прочим. «Бес полуденный» называют его святые отцы это явление, подвижника после обеда ко сну склоняющее, да от молитвы отвращающее.

У нас до такой стадии пока не дошло. Так ведь и запускать «болезнь» ни к чему. Вот у девочек уже и вселенскую печаль в глазах сменила деловитая сосредоточенность, а апатию буквально вымыло из крови адреналиновым штормом.

Прям древним героем себя чувствую, в бой с бесами вступившим. Их много, а нас рать. Поборем!

«Оп-па! А это что у нас такое?».

Алина что-то шепнула Наташе, отчего обе слегка расслабились. Нет, пофигистических настроений они не проявляли, но и градус напряжения заметно спал. И чего это они? Нам тут такого не надо. Мы «клин клином», значит, а они свои симпатичные булочки расслабили.

Не пойдет.

Ничего, об этом я еще подумаю. А пока…

— Аристарх Иванович, твои готовы? — Спросил я.

Начальник СБ Громовых сделал знак в сторону одной из машин. Двери ее моментально распахнулись, выпустив на свет божий двоих мужчин и одну женщину. При взгляде со стороны казалось, что они собрались здесь абсолютно случайно: дородная тетка, которой отлично пошел припорошенный мукой фартук и скалка, «учитель литературы», вполне способный принять изображение Антона Павловича Чехова за собственное фото и покрытый явно зоновской «синевой» худющий живчик.

Однако одна общая черта у них была. Дар. Воздуха.

— Почему трое? — Первой властно поинтересовалась женщина, тут же давая понять, кто здесь главный.

— Алена Николаевна, знакомьтесь, — предложил Громов. — Александр Сергеевич. Он вам все объяснит.

Во взглядах мужчин появился интерес. Женщина же окинула меня оценивающим взглядом.

— Так вот значит ты какой, — негромко произнесла она, тут же объяснив свою реакцию в ответ на мою вопросительно приподнятую бровь. — Убийца магов.

Р-репутация. А еще это значит, что все трое служат Роду, но не родственники. Все-таки стихия Громовых — Вода. Однако числятся они явно не рядовыми, раз до них доводят такого рода информацию.

Хотя это и логично. Кому еще доверят страховать девушек.

— Так почему трое? — Переспросила дамочка, бросив в мою сторону столь презрительный взгляд, что, не смотря на воспитание, мне захотелось в ответ кинуть палку.

Или кирпич. При всем моем уважении к ней, как к женщине.

— По одному страхующему на парашютиста и один в резерве на случай «вдруг чего».

По мне, так вполне логичная схема. А вот воздушница с отнюдь не воздушными формами возмутилась:

— Вы не верите в наши способности?!!

От такой постановки вопроса я аж крякнул.

— Алена Николаевна, решать, конечно, вам, — примирительно развел руками я. — Тем более, я не профессионал в магическом искусстве…

Лицо женщины расслабилось. Холоп свое место в этом мире осознал. Миссия выполнены. Теперь можно и подремать. Она уже собиралась направиться к автомобилю, как я закончил.

— … Уверен, что вы сможете обосновать свое решение и Станиславу Матвеевичу. Вы ведь в курсе, КТО садится сейчас в самолет.

Лицо магички приобрело презрительное выражение:

— Ну и кто же? — Свозь зубы процедила она.

— Наталья Громова и Алина Кареева. — Спокойно заявил я. — Но это должно быть вам и так известно. Вы же сознательно приняли решение? Полностью его обдумав?

Объемная женщина охнула, переведя взгляд на готовящихся девушек. Охнула еще раз.

До этого ей было просто не интересно, КОГО ИМЕННО им предстоит страховать.

— Попросить водителя отвезти вас домой, Алена Николаевна? — Участливо поинтересовался Аристарх Иванович, ситуацией очень даже довольный.

Видимо, дамочка успела попить ему лично крови немало, а на место поставить ее удавалось не всегда. Да и спутники дородной скандалистки нет-нет, да и ухмылялись, наблюдая за мучительным мыслительным процессом, огромными буквами проступившим на лице их начальницы.

— Остаюсь. — Коротко информировала она. — Но ты!..

— Стоп! — Поднял руку главный безопасник. — Вы сейчас разговариваете фактически с официальным женихом Натальи Григорьевны и Алины Эдуардовны. Уверены, что хотите закончить вашу… Мысль?

Ох ты как смотрит! Явно не привыкла, чтобы ей так перечили, да еще и мордой в собственное то самое тыкали. А сделать ничего не может. Ее фактическое положение — на уровне потомственного Слуги. Не больше. Многие о такой ступеньке могут только мечтать, но как же она ненавидела всех тех, кто «незаслуженно» имел статус выше нее.

Но и комментировать не решилась. Только фыркнула, словно согнанная с подстилки кошка и зашагала к своим людям.

Аристарх Иванович же только выдохнул:

— Гражданские специалисты, — и, заметив удивленное выражение на моем лице, объяснил. — Это в Родах принято отправлять отпрысков на военную службу. Именно там лучше всего учат контролировать и использовать Дар. А вот в простых семьях… Теперь уже нет. Лет семьдесят как, указом правящего тогда императора, обязательную воинскую службу для имеющих сродство с Силой отменившего.

Есть о чем подумать. Но сделать мне этого не дали.

— Довольно незначительные и, как правило, довольно узкоспециализированные силы, — не дожидаясь вопроса пояснил представитель Громовых. — Просто смысла не имеет ставить на обязательный воинский учет.

Понятно.

— А они справятся? — Поинтересовался я, кивнув на возящихся с подвесной системой Кареевой девушек.

Нет, в своих-то я не сомневался. Да и вообще считал такую страховку излишней. Капризная дама по имени Статистика, вопреки общему мнению, однозначно относила парашютный спорт к одним из самых безопасных. Просто за счет жестких требований к технике безопасности.

А вот эти «товарищи» вызывают у меня сомнения. Инструкции когда стоит вмешаться в ситуацию, я им выдал. Но не рискнут ли проявить гребаную инициативу? Вмешаются невовремя и…

В общем, были у меня сомнения, справятся ли?

— Должны, — довольно оптимистично заметил собеседник. — Во всяком случае, глава считает именно так.

— Ну раз патриарх так считает. — Согласился я, провожая взглядом склочную тетку.

— Не обращай внимание на ее поведение, — отмахнулся Аристарх Иванович. — Она действительно выдающийся специалист по теормагии. На ее плечах базовое обучение отпрысков Рода.

Я задумался. Как-то не очень понятно. Ведь стихия Громовых — Вода. А она совершенно точно имеет сродство с Воздухом. В этом смысле я и поинтересовался у безопасника.

— На первом этапе не так важна стихия, как базовые навыки, — пожал плечами тот. — А при всем своем характере — учитель она великолепный.

Да уж… Скорее всего бедные дети до самой старости помнят ее уроки. Такой вряд ли можно рассказать «на троечку», если я хоть что-то понимаю в людях.

— А ну, девочки, амулетики сюда! — Первым делом протянул руку я, предлагая отдать требуемое добровольно.

Только-только вернувшая к щекам магичек кровь вновь отступила.

— Мы же тут ваши знания проверяем, — усмехнулся я. — А зачет — есть зачет.

На самом деле, мне вовсе не нужно, чтобы защитные конструкты отклонили страховочные плетения. Да и не спасают подобные игрушки от падения практически с километровой высоты. Не на то они заточены.

Вот только об этих нюансах я расскажу им уже после мягкой посадки… Ну, хорошо, будем реалистами: все, кому доводилось прыгать в Д-6 помнят тот самый удар по ногам во время первого приземления. То еще удовольствие!

Сноровисто осмотрев будущих покорительниц небесных океанов, я объявил посадку.

Девушки с опаской прошли в салон. Никаких тебе комфортных кресел и проводниц. Повсюду какие-то кабеля, трубки, да откидывающиеся лавки вдоль бортов, на одной из которых и расположились будущие воздухоплаватели. Судя по запаху и легкой тяги со стороны пилотской кабины, властитель сей инженерии огромную надпись «Не курить!» игнорировал напрочь. Да и «под углом» сидеть не очень удобно. Но это только до того момента, пока самолет не начнет разгон. В тот миг, когда задняя часть фюзеляжа оторвётся от земли — будет удобнее.

— Да не волнуйтесь, девочки! Пилот — профессионал! — Попытался чуток подбодрить я красавиц.

— Очень надеюсь! — Откликнулась Алина, вцепившись в поручень.

До белых костяшек, прям. Удастся ли ее оторвать от него, когда придет время покинуть самолет?

— Да разве ж я когда тебя обманывал? — Поинтересовался я. — Мастер-парашютист. У него прыжков под тысячу!

Кареева успокоено кивнула.

Но тут взвыла Громова:

— Что, б… — Слова девушки утонули в гуле просыпающегося двигателя.

Но вряд ли там было что-то разумное, доброе вечное. Кажется, тот факт, что сидящий за штурвалом машины мужчина отличный ПАРАШЮТИСТ ничуть не успокоил водницу. Ну, я хотя бы попытался!

Вот не ценят они меня!

Обсуждаемый пилот начал раскочегаривать свою машину. Несколько десятков секунд и вот трудяга «кукурузник» взмывает в небо.

Девчонки молчат. Во-первых, шумно, а до наушников с активным шумоподавлением еще далеко, а, во-вторых, страшно. Кому-то в этот момент нужно поговорить, а кто-то замолкает. Здесь и сейчас мои невесты предпочли второй вариант.

Ничего-ничего, пусть посидят, подумают о разном.

Высоту мы набрали буквально за пару минут.

Зато через несколько секунд дамы узнают, любят ли они небо, как люблю его я. Как говорится, если с первого раза не открылся — значит прыжки с парашютом не твое!

— Рожденный ползать, куда ты лезешь?!! — Взвыла вдруг Кареева, но это был явно не глас страха.

В глазах ее плескалось нормальное такое предвкушение. Ох ты как загорелась, зажигалочка наша!

Я встал и пристегнул карабины стабилизирующих парашютов за железную скобу, идущую вдоль борта.

— Приготовиться! — Мой рев невесты услышали даже в шуме самолета.

С видом обреченных на заклание, девушки встали, повернувшись к двери. Даже Алинка изрядно струхнула. Вот у них сегодня качельки эмоциональные идут!

— Ну-ну! Бодрее! — Пытаюсь придать бодрости, заправляя «слабину» звена под резиновую соту ранца. — Еще проситься у меня будете!

Мне не поверили. Ну и ладно!

Пилот подает первый сигнал. Я тут же распахиваю боковую дверь.

Второй сигнал.

— Пошла! — Хлопаю я Громову по ранцу, и та ту же делает шаг навстречу рассвету.

Алина, уже сгруппировавшись, придвигается ближе.

— Пошла!

Девушка на секунду замешкалась, но толчок в спину не оставил ей выбора. А скрещенными на груди руками (как того требует групировка) еще попробуй успей ухватиться за фюзеляж! Да и зачем?!

— Джер…!!! — Проорала она нечто смутно знакомое, но свист ветра «съел» окончание амерского клича.

Об этом еще поговорим. Но позже…

Шаг вперед.

Мир привычно несколько раз крутанулся вокруг своей оси, пока не раскрылся купол, и привычный восторг вновь охватил меня, заставляя забыть обо всем.

* * *

Эмоций было много. Девчонки орали, визжали и едва не устроили первую брачную ночь прямо в салоне машины от переизбытка чувств.

Не позволил.

Мне, как-никак почти сотня на двоих. И натворил я в жизни всякого. В том числе и с женщинами. Так пусть хоть с этими девочками все будет правильно!

И пусть гормоны молодого тела против такого решения, мозг все же победил.

— Ну как мы, а?! — В который раз воскликнула Громова, ничуть не обидевшись на такой «игнор».

Кареева с глупой, но невероятно счастливой улыбкой уселась прямо на капот своей «Мурены». И ее ничуть не волновала собственная чумазая мордашка!

А вот не хрен клоунаду устраивать и бросаться на землю с поцелуями! А затем еще и ко мне. Так что, возможно, я теперь тоже… Чумазый!

— Ну а теперь разбор полетов! — Решил чуть «приземлить» витающих в эйфории красоток.

Тем такие интонации были знакомы, а потому они прислушались.

— Алиночка, вопрос у меня только к тебе.

Огневка слегка напряглась.

— Где твой патриотизм? — «Строго» интересуюсь у притихшей девушки. — Ну и зачем орать имя старого индейца?

Невеста удивилась.

— Ну вот, — «расстраиваюсь» я. — Еще и чего кричим — не ведаем. Джеронимо, к твоему сведению, индейский военный предводитель. Из апачей, вроде бы. Сопротивлялся армии США до последнего. За его отрядом в тридцать восемь человек гонялись все кому не лень: мексиканцы, головорезы и четверть армии амерской армии на тот момент. И всех их этот краснокожий товарищ вертел как хотел!

Невесты прониклись.

— А мне рассказывали, что это клич «ковбойских» десантников!

— Верно, — Из песни ведь слов не выкинешь. — Лет тридцать назад рядовой десантного полка предложил товарищу использовать возглас «Джеронимо!» в виде боевого клича. Через некоторое время задумку подхватил весь взвод, а после клич стал традиционным для амерских ВДВ. Интересно, что бы сказал индеец, узнав, что его враги выпрыгивают из «стальных птиц» с его именем на устах?

Алина с Наташей рассмеялись.

— Так что в следующий раз можешь кричать «Бенкендорф», — предложил я. — А если мало, то добавляй «Христафор Милорадович».

Магички замерли. Для них мое предложение было сродни кощунству, да и проблем за такое можно было поиметь немало!

Ну та и я ведь всего лишь…

— Шучу! — Поднял руки я, капитулируя под двумя осуждающими взглядами. — Поехали, нам еще вторую часть сегодняшней программы отрабатывать.

В этот раз возражений не возникло.

Глава 10

— Пошла!.. Я раз, а он как хлоп! И я лечу!!!

Громова не в первый раз повторяла свой рассказ. И в изначальной версии он был куда более связным. Сейчас она уже дошла до стадии «нет слов, одни эмоции». Вернее, допилась. И количество выпитого явно не пошло на пользу внутренней логике повествования.

Я своего решения устроить девочкам суточную встряску не отменил. Так что отдувались вот. Всем моим «ближним кругом».

— И мы пойдем! — Заявил Кот. — Давайте еще по одной… Кхм! Хорошо пошла!

А вот моим ребятам вчера хватило. Или сегодня. Смотря с какого момента считать.

Однако Кот, Секач и Винни добросовестно помогали мне в «терапии». Вот только рюмки их наполнялись гораздо реже чем у аристократок. Да и наливать они себе старались не полной мерой. Превращать «лечение» во второй раунд желающих особо не было. Как-то не приживались у нас алкоголики. А процент отчисленных с моего курса за непомерную любовь к водочке знали все.

Кто бы знал, какие баталии пришлось выдержать мне в первое время, когда возмущенные отцы-командиры отчисленных курсантов едва не погребли меня под лавиной «праведного возмущения». Здесь непреодолимая тяга к алкоголю, азартным играм и женщинам не считалась за порок. Особенно у рубак. Как объяснить им, что мы готовим бойцов для войны нового типа, я не знал. Особенно с учетом того, что напрямую ни с кем из них я контактировать не мог — рылом и титулом не вышел. Про возраст — тема отдельная. Родословная этот недостаток могла бы искупить с лихвой. Вот только у меня ее не было.

Пришлось господину Бенкендорфу разруливать ситуацию. Вот у нему почему-то ни у кого из этих напыщенных снобов вопросов не возникло.

— За папу, за маму! — Продолжил подливать масла в огонь Кот.

Вернее, водочку в Карееву. Громова еще не справилась с предыдущей рюмкой. Хотя судя по нездоровому энтузиазму Винни, надолго «конвейер» он ей затормозить не даст.

Хм, похоже парни явно поставили себе цель проверить, сколько вообще способен выпить человек.

Я даже слегка обеспокоенно кинул взгляд на диванчик нашей конторки нашей мастерской. Притаившаяся там жгучая брюнетка лет сорока покачала головой.

«Все нормально, слежу!», — мысленно перевожу ее посыл. Ну, хорошо коль так.

Вот удивительно, вроде бы Вода имеет куда больше сродства к медицинским техникам, а лучшие целители, по крайней мере в полевом их варианте, все-таки у Кареевых. Конечно, Громовские спецы могут проводить гениальные операции и давно заслужили славу у модниц империи как великолепные косметологи… Но все же область их применения довольно узка. Да и что может сделать пусть и гениальный, но все же гражданский хирург на поле боя? Тут царит своя специфика. И нервы нужны едва ли не крепче чем спецназовцам. Чего стоит одна только «сортировка», когда приходит понимание, что всех раненых спасти невозможно, и именно тебе, буквально за несколько секунд нужно определить у кого больше шансов, чтобы тут же начать бороться за их жизнь. Остальным — не повезло. Это страшно, но зачастую спасти всех действительно нельзя. В кино герой часто об этом «забывает» и совершает-таки невозможное. В жизни же обычно это значит, что умрут и многие из тех, кто мог бы выжить, прими медик решение сразу.

Увы, жизнь никогда не была выбором между «хорошо» и «плохо», как рассказывали нам в детстве. Куда чаще речь идет о полюсах «плохо», «очень плохо» и откровенно «хреново».

С этой точки зрения хирург тоже зря отрезает часть тела, чтобы спасти весь организм, вместо того, чтобы пытаться сохранить ее, подвергая жизнь человека куда большей опасности.

Я же подсел к целительнице, месяца два возглавившей медсекцию нашего центра подготовки.

— Маргарита Львовна, как ваш прогноз? — Поинтересовался я негромко.

— Отдаю должное вашему опыту, Александр, — задумчиво улыбнулась она (красивая женщина!). — По моим подсчетам, за сутки вы сэкономили Роду оплату месячного курса ментального восстановления… Двум Родам.

Я сдержано улыбнулся. В природу моего частичного «попадания» посвящены далеко не все. Даже Наташу мы аккуратно ввели в курс дела совсем недавно. И это было… Необычно.

— Пф. И это все?! — Усмехнулась девушка тоном, каким дамы обычно оценивают несостоявшегося любовника. — А разговоров-то…

Да уж, подписок ей тогда пришлось дать, да грозных бумаг подписать — вспоминать не хочется! В том числе и кровью. Практикуют тут такое. И злые языки шепчут, что вовсе не ради антуража и иных традиций. Маги Крови, конечно, официально все уничтожены. И при обнаружении оные обязаны быть ликвидированы на месте. Но мы-то с вами ребятки взрослые. И прекрасно понимаем, что спецслужбы любой страны любого мира живут в своей реальности, где «да как нет-то, если да?!». И я тому самый главный пример. Если бы не эксперимент по попытке социализации и извлечения пользы из «попаданцев», то по всем действующим регламентам я подлежал зачистке в момент обнаружения.

— Паравозик чух-чух-чух! — Отвлек меня голос брата.

А перед девочками уже выстроились классические очереди из шотов, как их помнил «старый».

— Мда… — негромко протянул я, приподнимая брови.

Маргарита Львовна лишь рукой махнула, не сводя с меня внимательного взгляда.

— Ничего, организм одаренного довольно крепок, — прокомментировала она свой «пофигизм». — Да и оставила я твоим мальчикам кое-какие зельица. Переживут, не волнуйся.

Целительница подсела чуть ближе, обдав меня едва слышным цветочным ароматом.

Шикарная женщина!

Эх, если бы не мой нынешний статус… Хотя я ни о чем не жалею. Правда-правда! Вот совсем ни капельки.

Меняю свою легкую, «непонимающую» усмешку на ее легкую улыбку.

Красотка слегка отодвигается. Давление «гормонов» молодого тела на мозг слегка отступает.

Тем более, нет в ее глазах ни малейшей искры страсти или хотя бы желания перепихнуться. Лишь легкий интерес… Исследовательского характера.

— Да, отдаю должное вашему опыту. — Вновь протягивает она, сопровождая замечание легкой усмешкой.

Не воспринимай меня всерьез, мол! Так, шучу немножко!

— Маргарита Львовна, — решил «пошутить» и я. — Напомню, вы подписывали ряд документов, которые должны были бы ограничить ваше любопытство.

— Да я ж так, по-женски, — решила поиграть в дурочку наш главмедик. — Понравился мне милый мальчик, вот я и растеклась…

Ага-ага, понял, поверил, убедила.

— Так вы постарайтесь вспомнить, кто вы и где находитесь. — С вежливой улыбкой попросил я.

Это внешне. А вот на уровне эмоций та самая отрешенность, что сопровождала «старого» при совмещении сетки ПСО с лицом противника.

Удивительно, но наш целитель вздрогнула и отвела взгляд.

— … Я же не спрашиваю сколько вам лет, — аккуратно провел я пальцем по руке женщины. — Постарайтесь и вы помнить, что у каждого свои маленькие тайны. И вовсе не обязательно пытаться раскрыть их все!

Действительно, пусть целительница и выглядит просто великолепно, лично мне напоминая Монику Беллучи, в этом мире неизвестную, но возраст уже виден. С учетом ее Дара это говорит о многом. Так что, надо полагать, молоденькие мальчики, девочки и даже их разнообразные сочетания в постели надоели ей еще задолго до моего рождения. Возможно даже в мире том. Очень уж это специфические ребята — целители. Особенно долгожители.

Мысли и эмоции я свои скрыть и не пытался. Прочесть их, конечно, моя собеседница не в состоянии, но с эмпатией у маголекарей все прекрасно.

— Вы действительно очень интересный молодой человек. — После некоторой паузы выдала собеседница, сбросив туфельки и подтянув ноги на продавленный диван.

Без всякого умысла. Просто ей так в данный момент времени было удобнее. Кто я такой, чтобы отказать «старушке» в невинной просьбе.

Целительница поморщилась, уловив мои эмоции:

— Вот только «хамить» не надо. Вам не идет.

Легкая усмешка.

— Как скажете, Маргарита Львовна. — Спокойно отвечаю я, «отпуская» истинные чувства, словно набрасывая на плечи женщины плед из своего искреннего восхищения. — Но я надеюсь, что мы друг друга поняли.

— Ммм… — Протянула собеседница, прямо-таки олицетворяя поговорку «ласковое „слово“ и кошке приятно».

Но вот расслабиться полностью ей что-то не позволяло.

Внимательный взгляд красивых глаз сошелся на моей переносице. Говорят, некоторые люди от этого нервничают. Я же безмятежно улыбался.

Представляю ее реакцию на коктейль своих эмоций: отрешенность снайпера — восхищение — безмятежность.

До мысли о том, что все это вкупе должно означать нечто вроде «ты мне нравишься, но постарайся придерживаться рамок, иначе станешь просто очередной моей „работой“» пусть дойдет сама. Не маленькая.

— Вы интересный молодой человек, Александр, — задумчиво протянула она. — Да, мы друг друга поняли.

Чудесно.

— Так, **я! Вы чо, меня не уважаете? — Рев Кота заставил нас обернуться.

В ход пошла тяжелая артиллерия.

Однако услышать ответ уже «никаких» аристократок я не успел — меня отвлек звонок телефона в углу кабинета.

А ведь этот номер знают очень немногие. И все они в курсе, чем я сегодня занимаюсь.

Хм.

* * *

Трубку я опустил в очень глубокой задумчивости. Новости были, как минимум неожиданными.

— Секач, ко мне! — Вряд ли братец меня услышал, а вот красноречивый жест проигнорировать не смог.

— Проблемы? — Поинтересовался Лешка, пристально разглядывая мое лица.

Черт, расслабился тут на природе. Про контроль забываю. Надо бы чуть «взбодриться».

— Значит так, — проигнорировал я его вопрос, так как и сам точного ответа пока не знал. — Работаешь в связке с Маргаритой Львовной. Вот этих-обеих двух поить до таких кондиций, чтобы у них даже мысли не возникло спросить «А куда это мы едем?» или «Откуда столько охраны?».

— А куда мы едем? — Тут же поинтересовалась «незаметно» подкравшаяся целительница (не стану же я ее разочаровывать заявлением, что в зоне моего контроля вообще мало что может произойти незамеченным!).

— И откуда столько охраны? — Тут же присоединился Лешка.

Он меня неплохо изучил уже. Знает, когда вопросы задавать можно, а когда лучше повременить.

Ценю.

— Отвечаю в порядке поступления: едете вы на базу ИСИ. Пока нашу, дальше — по обстоятельствам, — уже думая немного о других вещах, механически ответил я. — Выезжаете сразу как «нарисуется» конвой Кареевых. Он уже выехал. Планируемое время прибытия — двадцать минут. Пароль «Принцип». Твой отзыв «Гаврила». Любой неопознавшийся с оружием — враг. Разрешаю уничтожение без приказа. Девочек «отвлеките»…

— Как долго?

Все-таки мой брат — молодец. Действительно понимает, когда на команду «Прыгай» единственный возможный ответ «Как высоко?».

Я посмотрел на часы. Два часа без малого.

— До утра. — Примерно прикинул, что к тому времени либо уже определюсь с ситуацией и вернусь, либо найду способ связаться.

Про постоянное дежурство на телефоне упоминать не стал. Некоторые вещи я уже успел в парней вбить намертво.

— А если?.. — Все-таки уточнил Секач.

— Я помогу. — Заверила целитель. — Кстати, могу усыпить обеих. Я правильно поняла, что до утра они в активном состоянии не понадобятся?

Киваю. Предложение хорошее.

— Тогда пока поите, — махнула рукой женщина. — Приедем на место — наведу сон. К утру проснутся выспавшимися, бодрыми и без следов интоксикации.

Секач навострил уши. Я усмехнулся.

— Для этого, — специально для него объяснила Маргарита Львовна. — Нужен ибо целитель высшей категории рядом…

Леха приуныл.

— … Либо специальный настой.

Братец вновь воспрял духом. Я улыбнулся.

Женщина назвала цену.

Улыбка на моем лице стала еще шире.

Лешка же еще раз получил подтверждение, что за все в этой жизни нужно платить. Либо деньгами, либо той самой интоксикацией.

И, судя по цене, головную боль перетерпеть куда как дешевле.

Ну а до мысли, что еще лучше вообще не пить, он дойдет на следующей пробежке.

Уж я постараюсь. И да, разрешение пить ради дела у них сегодня есть. Никто не спорит, но соблюдение меры я оставил на их совести. И завтра каждый на собственной шкуре убедится, что эта самая мера должна быть!

Злой я? Может быть! Вот только если бы не нынешняя «халтурка» по спаиванию девчат, то забег состоялся уже сегодня. И после вчерашних возлияний им было бы не в пример сложнее.

Так что все познается в сравнении.

Транспорт от Громовых задержался. Так что конвой Кареевых я дождался сам.

Возглавил колонну из одного «Скорпиона» (будущий родственный Род поделился, не иначе!) и четырех внедорожников возглавил Игорь Кареев, активно прибирающий нити управления семейной службой безопасности в свои руки. После «царствования» его двоюродного братца во осталось много неподчищенных концов и еще больше банального бардака. Но до состояния экстренных групп уже докопаться было сложно.

— Санни. — Поприветствовал он меня коротким кивком головы.

— Игорь. — Не остался в долгу я.

Он хоть и старше, но талантами моими впечатлился, а потому на титуловании и даже обращению по отчеству не настаивал. Более того, он явно играл в демократичность, стараясь быть «ближе к народу».

«Игорь, просто Игорь», — с интонациями неизвестного здесь агента 007 предложил он в свое время. Я отказываться не стал. Тем более человек довольно приятный. Не без своих заморочек, конечно, ну так пусть первым кинет в меня камень, кто вовсе без них. Идиотов просьба воздержаться!

— Что известно? — Поинтересовался я, провожая его к уже практически невменяемым девушкам.

— Ниче-кх-го! — Произнес он, не без труда поднимая тело сестры на руки (со всякими там приставками я решил не заморачиваться, иначе в степени из родства без бутылки не разберешься!).

Не занимается безопасник банальной физкультурой. Вернее делает это недостаточно. Мне вот подъем Наташи дался куда легче дался. Хотя она потяжелее будет. Конечно, рассуждения о весе девушки и тем более сравнение ее с другой — не самый длинный путь к очень грустной жизни, но если про себя и пока она выпала из реальности, то можно.

И это одареный!

Ничего, наверстает. Ярослав Дмитриевич уже ясно дал понять, что кое-какое обучение в ИСИ будущему полноценному главе родовой СБ все-таки придется. По крайней мере, мне он об этом уже сказал. И, судя по задумчивости, с которой Игорь смотрел на то как я несу Наташу, с ним подобный момент тоже обговаривался.

— Как это вообще могло случиться? — Скорее риторически спросил я.

Однако собеседник ответил:

— Вот ты и расскажешь. У нас только сигнал тревоги высшего приоритета, поднятые осадные щиты Усадьбы и эвакуация девочек.

— А кто руководит обороной?…

— Глава, — прекрасно понял мой вопрос Игорь. — Лично.

А досада-то в голосе чувствуется. Но она правильная. Вроде как если бы быстрее принял дела, то сейчас именно он бы отвечал за оборону родового поместья в качестве полноценного командира СБ. А так только руководит внешними группами быстрого реагирования.

Автомобиль от Громовых прибыл едва скрылись габариты кареевского кортежа. К моему удивлению, машины оказалась вовсе не из родового гаража, а обычная «догонялка» (если их можно назвать обычными в принципе!) из ведомства Бенкендорфа.

Бесстрастный водитель рванул с места едва я уселся на переднее пассажирское сидение словно черт от ладана.

Впрочем, через двадцать минут гонки у меня отпали все вопросы по поводу спешки. Прямо в момент подъезда к усадьбе Громовых.

Вернее тому, что от нее осталось. Пожары Слуги и безопасники уже потушили, но дым до сих пор поднимался над развалинами, рождая откуда-то из глубин памяти старого слова «ракетно-бомбовый удар».

— Твою державу. — Негромко констатировал я. — Что здесь произошло?

Бесстрастный водитель, как ему и предписывалось должностной инструкцией, ничего не ответил.

Глава 11

«Я — старый» видел такое много раз.

В горах Афгана, небольших странах, где главным блюдом является и по сей день сорванный с ветки банан, на месте целых баронств криминальных авторитетов небольших, но гордых горных республик. Меня абсолютно не смущало, что пока я не встретил ни одного осколка или привычных остатков боевых частей. Вместо этого где-то Огонь буквально спек древний камень, а кое-где уже начинали подтаивать целые озера Льда. О такой мелочи как острый пик Земли, взметнувшийся, о чудо, прямо под одной из казарм, и говорить не хотелось. На этом фоне поваленные локальным ураганом деревья и перевернутая техника как-то уже даже и не смотрелись. Хотя тот факт, что пусть в элитном, но все же СТОЛИЧНОМ поселке на какое-то время взбесился Воздух, просто… Поражает.

Короче, кто-то очень постарался, чтобы эта ночка в усадьбе Громовых никому легкой не показалось.

Немного смущало почти полное отсутствие тел.

— Доброе утро, Александр Сергеевич. — Сухой веткой треснул голос за моей спиной. — Надеюсь, вздремнуть ты успел!

И даже вечная легкая ирония начальника службы безопасности Громовых сегодня была отравлена ядом сарказма.

— Рад снова приветствовать, Аристарх Иванович, — склоняюсь над одним из тел — молодой служанкой. — Так понимаю, день у нас будет долгий.

А девушка-то совсем молодая. Едва ли намного старше моих невест. Форменный передничек, некогда аккуратный чепчик, ныне куда более красный, чем естественно белый. Похоже, не успела эвакуироваться… Или не стала, заняв пост согласно боевому расписанию. Отлетевший в сторону пистолет-пулемет Судаева и скрытая кобура на бедре намекали, что она скорее проходила по линии СБ, чем Управления Слуг.

— Хорошая девочка, — перехватил мой взгляд главный безопаник Рода. — Была.

И что я могу еще сказать? Потери — дело Семьи. Спросить о них в такой ситуации — оскорбить хозяев, если ты чужак. А я пусть и будущий муж Натальи, но и степень моего «свойства» пока под большим вопросом.

— Четырнадцать человек, — негромко произнес Громов, вполне поняв мои сомнения. — Ольга… Ее звали Ольга. Моя ученица. Одна из.

Молчу. Что тут скажешь. Мне тоже доводилось терять учеников.

Даю время безопаснику на «попрощаться». Скорее всего, больше такой роскоши у него не будет в ближайшие дни. Нападение на усадьбу — не мелкая провокация. Это война. И, судя по тому, что неизвестные мне противники явно с козырей зашли, бойня пойдет на уничтожение.

Мне же пока нужно осмотреться.

Все-таки в этой картине что-то не складывает. Не соответствуют разрушения количеству жертв. И есть у меня подозрение, что чуть позже я узнаю очень много интересного.

Почему? Да потому что меня сюда пригласили! А я здесь явно лишний. Сейчас время спецов по ликвидации последствий и следователей. А так же ребятушек из ведомства господина Бенкендорфа. Причем явно не моего направления. Криминалисты тут будут явно полезнее.

И все же я здесь. А это значит, что чуть позже я услышу…

— … Род Ростовых. — Сухо и информативно «треснул» голос безопасника.

Приподнимаю бровь.

Те самые ребята, под чьей защитой находился чемоданчик, стоивший жизни Сергею Васильевичу Долгорукову.

Серьезные слова. Такие вслух не говорят, пока остаются хоть какие-то сомнения. Ведь если окажется, что доказательств их причастности немного — будет задета честь Семьи. Выжить после такого оскорбления практически невозможно. Кем бы ты ни был. Даже главе Рода придется не сладко. Император, чьей главной головной болью было держать Великие Семьи в узде, за такое по головке не погладит.

— Объявление родовой войны выдано императорской канцелярией сегодня около пяти утра, — сухо подтвердил безопасник. — Можешь считать это приглашением к «танцам».

— Да? — Задумчиво протянул я, вновь оглядывая поломанное тело Ольги. — А по мне так они просто хотели решить вопрос одним ударом.

— Одно другому не мешает, Александр Сергеевич. — На редкость серьезным тоном объяснил Аристарх Иванович.

И почему у меня нехорошие подозрения крутятся в голове. И поводом к ним становиться несопоставимое количество жертв. «Всего» четырнадцать человек, когда на территории усадьбы и нескольких гектарах прилегающей территории может находиться до трехсот человек. Что-то не сходится.

Вернее, как раз таки сходится. Был один ответ, который неплохо объяснял произошедшее. Вот только задать его…

— Задавай. — Опроверг мои сомнения Аристарх Иванович.

Я приподнял бровь, что простыми словами можно было перевести как «Чему обязан?».

— Имперская канцелярия четыре дня назад выдала разрешение на ваш с Натой брак. Так что теперь ты часть семьи.

Отлично. И официальный участник войны. Ай да, Станислав Матвеевич, ай да… Стоп. Но тогда…

А почему бы и нет?

— А не выдала ли та же самая канцелярия разрешения на мой брак с Алиной?

Стараюсь голос держать ровным. Очень я не люблю такие моменты.

— Выдала. — Спокойно кивнул собеседник, жестко усмехнувшись.

Вот только веселья что-то в усмешке той не чувствовалось и близко.

— И когда же? — Уже больше ради профформы интересуюсь.

Начала картинка складываться. И что-то она мне не очень нравилась.

— Те же четыре дня назад.

Ой, как интересно!

— А официального объявления не было потому что?.. — Все искал подтверждение своим мыслям я.

— Официально оно должно быть выпущено в течение семи рабочих дней с момента принятия решения, официального его оформления.

Суки. Ясно.

— Но так ведь?..

— Не делается. — Спокойно подтвердил Аристарх Иванович.

Ну да, Ну да. Обычно уже через пару часов радостную весть разносят передовицы.

— Просто прекрасно.

Соглашаюсь. А что мне остается?

— Бюрократия. — Слегка напрягся собеседник. — Иногда она столь нерасторопна.

Зря, кстати, не в первый раз я оказываюсь в подобном дерьме.

— Casus belli?[6] — Прямой вопрос.

— Не совсем, Александр Сергеевич. — Аристарх Иванович и не думал смущаться.

Да и с чего бы собственно? Нормальная такая операция.

— Лично вы, скорее, путь к casus foederis[7].

Тридцать секунд на раздумья. Киваю:

— Да, так будет точнее.

* * *

— У тебя есть вопросы, Александр?

«Те же. Там же. С тем же.», — отчего-то подумалось мне. Возможно, при взгляде на патриархов и невозмутимого Фрица, который любезно пригласил нас к себе пообщаться?

— Никаких вопросов, Христафор Милорадович. В целом ситуация мне вполне понятна.

И чего такой удивленный взгляд? Будто я от информации отказываюсь! В моей реплике момент «в целом» — был определяющим. В этом духе я и высказался.

— Рад, — коротко кивнул граф. — В тебе не сомневался. Но почему бы не предположить, что ты мог бы захотеть остановиться на каком-то отдельном аспекте более подробно?

Патриархи молча, но с легким интересом наблюдали за нашей относительно привычной пикировкой. Каждый раз в такой момент чувствую себя зверушкой в зверинце, за которой внимательно наблюдают десятки жадных до зрелищ глаз. Преувеличиваю, конечно, но все же.

— Сначала предпочту выслушать твой рассказ, — сделал приглашающий жест рукой я (чужих нет, можно и на «ты», избегая всяческой фамильярности, понятно!). — Все вопросы задам по итогу.

А вот теперь старики-разбойники легко усмехаются. Ярослав Дмитриевич даже протянул руку… Станиславу Матвеевичу. Тот не спеша вложил в нее золотой рубль. Ого, а наши акции здесь котируются. Во всяком случае, ставки вот уже делают. Даже знать не желаю об условиях пари.

Фриц же помолчал, старясь ужать монолог у внутренних противоречиях в империи до нескольких десятков секунд.

— Рода, Семьи, Фамилии всегда блюли свои интересы, — начал главсатрап империи. — Иногда ради их… Соблюдения, рамки дозволенного слегка раздвигаются. Главное не попадаться и не вести крупных дел в рамках интересов Первой Фамилии. И не попадаться. Попавшемуся грозит «страшная кара» — выражение неудовольствия от императора лично. И какая-нибудь символическая вира. Ну и потеря нескольких «очков» в постоянной Игре, что ведется на просторах нашей страны. Не более. Однако есть линии, которые лучше не пересекать: массовое притеснение простолюдинов, куда входят убийство, насилие и захват заложников, уничтожение инфраструктуры государства. Однако и от этого при желании Род… Эээ, Хм. Я сейчас не говорю об отдельных его членах, но сам Род будет жить. Отдельной строкой идет доказанная работа на умаление основ императорского строя. В случае появление доказательств, виновных просто порвут. Вместе с Семьями. Думаю, догадаешься почему…

Я же на такое только усмехнулся и, сделав глоток из стакана с водой, произнес банальность, которую никак не могли осознать кое-кто в мире старого:

— Остаться элитой или просто богатым человеком ты можешь ровно до того момента, пока существует государство, которое гарантирует своей силой и авторитетом сохранение твоего имущества.

Увы, все так называемые, прогрессивные деятели, уверенные «заграница нам поможет» этого не понимают. И потом сильно удивляются, когда к ним приходят отбирать яхты, заводы, газеты, пароходы и даже футбольные клубы. Чужие не могут быть богаче своих. Никогда. И святое право собственности действует до тех пор, пока за твоей спиной есть сила. Ну и тех, кто уверен, что «уж мы-то точно свои», ждет глубокое разочарование: предателей не любят нигде. И самый первый вопрос к ним: «А что ты забыл здесь? Маловато будет пить шампанское на Лазурном берегу, щупать баб и изредка изрыгать громкие заявления про свою родину! Ты должен был там, среди осинок и березок грантики отрабатывать!». Тут-то и выясняется, что никакие они здесь не свои. И даже к «быдлу», которое они так яростно презирали на родине, здесь относятся в два раза лучше. А все потому, что предателей не любят нигде.

В принципе.

— Все верно, Александр Сергеевич, все верно, — согласился Бенкендорф, согласно кивнув своим моноклем. — Однако случаются ситуации, подрывную работу против основ строя официально доказать невозможно. Как быть?

Есть о чем задуматься. Самое очевидное решение — не вариант. Как бы местные дворяне-бояре не пытались укусить ближнего своего, пытаясь заглотить кусочек повкуснее и не подавиться им, но все проблемы идут побоку в двух случаях: дети и давление со стороны государя либо его аппарата. Необоснованное давление, спешу отметить. И та же «Тройка» способна вырезать мятежный Род… Только в случае если на руках есть железобетонные доказательства.

Род Ростовых не попадался. Отлаженные схемы, целые штаты высококлассных юристов и множество взаимных обязательств со многими Великим Семьями позволяли не опасаться появления головорезов из канцелярии на пороге родовой усадьбы. До недавнего времени польза от мануфактур, логистических цепочек и множества зарубежных связей превышали ущерб от подрывной деятельности сих господ. И дам, конечно.

Но кто-то, похоже, всерьез заигрался. И в чью-то умную голову пришла мысль решить вопрос окончательно. Поводом к войне стал тот самый чемоданчик. Как оказалось, все мы попали в объектив видеокамеры (на что и рассчитывали старики-разбойники). Конечно, Наташу Громову под слоем грима узнать было невозможно. Но нашлась добрая душа. Шепнула. И даже доказательства какие-то предоставила.

Не удивлюсь, если эта самая душа погоны носит и по ведомству Фрица проходит. Надо будет поинтересоваться деталями техническими. Потом. Для общего развития.

В тот же день по столице поползли слухи о налете на склады. Очень неприятный удар по Роду, в чьем ведении логистика, пять процентов дорожных перевозок и множество складов по всей стране. Требовал срочно найти виновника. Желательно очень и очень серьезного. Чтобы каждый понял: ничего тут не поделаешь! А еще желательно его примерно наказать.

В назидание. Чтоб боялись. Как декларацию «За сохранность товара — любого порвем!».

Род Громовых подходил идеально — известен, знаменит, влиятелен. Близок к императорской Фамилии, что тоже было своеобразным намеком кому следует. А вот в военном отношении силен он был не слишком. Увы.

В общем, идеальный вариант для того, чтобы сохранить лицо. Это не говоря уже о том, что про многолетний конфликт Ростовых и Громовых только ленивый не слышал. Шепнули мне тут кой-кто, что и к захвату нашего доброго «дохтура» именно их отдел планирования причастен. Правда, доказать ничего не удалось.

Патриарх Ростовых придерживался тех же взглядов. На стол императора легло прошение дозволить объявить Войну Родов.

Уверен, что никто не полагал, что дело дойдет до серьезных столкновений. Наверняка Ростовы рассчитывали на показательный удар и требование оплатить виру. На этом все бы и закончилось. Лицо было бы спасено. И все вернулось бы на круги своя.

Такая комбинация имела вполне себе неплохие шансы на успех, если бы не ваш покорный слуга. Одобрение императорской канцелярии на брак было подписано за несколько дней до прошения.

А потому на стороне Громовых были обязаны выступить «родичи» — Род Кареевых. Но самое сладкое — Ростовы не знают об этом до сих пор!

Так что теперь остается лишь дождаться заранее неприемлемого ультиматума, и, вместо торга, нанести ответный удар.

Прекрааааасно.

Меня это, правда, не очень задевают. Воевать будут в основном маги с обеих сторон, причем тупо сила на силу, борзописцы и представители Родов в Думе. Так что я остаюсь не у дел.

— Да, Александр Сергеевич, — невзначай заметил Христафор Милорадович. — Забыл вам сообщить: официально вы являетесь куратором и командиром учебного центра ИСИ…

— И как давно? — Спокойно поинтересовался я.

— …Уже девятый день как, — практически не меняя тона заметил Фриц. — Поэтому вы имеете право на использование вашего отряда… Да, кстати, вот приказ о его формировании!..

«„Ближний круг“ и мои магички… Прекрасно!», — перевел я штатное расписание на привычные мне мерки. И подписан он… О! Кто бы мог подумать? Месяц назад.

Я усмехнулся. Не очень вышло. Патриархи как-то слишком уж задумчиво на меня посмотрели.

— Еще подарки будут? — Вкрадчиво поинтересовался я.

Граф молча положил передо мной лист бумаги с двумя десятками фамилий. Я мгновенно запомнил их все, но еще несколько раз повторил для надежности.

Бенкендорф не разочаровал. Убедившись, что я все запомнил, он смял лист в руке… Чтобы через секунду он осыпался горсткой пепла прямо на пол.

— По МОЕМУ мнению, этим людям можно доверять.

Я поднял бровь. Неплохо, должно быть получилось.

— Ты же обещал, что наши выпускники будут мастерами войны ТАЙНОЙ. Вот и продемонстрируй!

Прекрасно. Снова как в старые добрые времена. «В случае вашего обнаружения командование откажется…» и далее по тексту.

«Итак, две серьезные магички, мой ближний круг и два десятка действительно толковых выпускников… Прекрасно!».

— У тебя остались еще вопросы, Александр Сергеевич?

«Ну, конечно!».

— Эммм, а Любовь Анатольевна уже вышла из отпуска?

Кофе хотелось невероятно, а секретарь Бенкендорфа готовила его просто восхитительно!

Глава 12

И грянул Гром. Вернее, Громова. Да так, что содрогнулась земля и вылетели несколько стекол. Ну или почти все… В здании. Трехэтажном. Хорошо хоть располагается оно на территории полигона ИСИ. Так что гражданских тут быть не может по определению. Да и до медчасти, возглавляемой милейшей Маргаритой Львовной недалеко.

Наши же все, пока солнца «в зените», редко по кроваткам валяются, а больше в нашей, по сути, казарме делать-то и нечего. Разве что в кают-компании. Но она на первом этаже. Да и не рискнет так рано (всего-то около восьми вечера) никто предаться барской неге. Ибо знают, что ничто так не умиляет меня, как ничем не занятый боец.

По крайней мере, на территории учебного центра.

Повезло, в общем. А то могли бы быть и жертвы. «Полыхнуло-то» знатно. Да не Огнем, чего от водницы и ожидать-то было странно, а чистой Силой. Ударная волна ударила во все стороны от аккуратной девичьей фигурки, снося все на своем пути и рикошетя от стен.

И все на последних новостях.

«Мда, похоже сегодня придется переночевать где-то еще!», — с грустью посмотрел я на пустые оконные рамы. Очень вряд ли, что до отбоя их успеют заменить. Да и осколки я отправлю собирать виновницу уже завтра. Своими руками порядок наводить будет. Чтобы осознавала меру своей ответственности. А пока нечего тут ползать в темноте. Порежется еще. «Ударная волна», вполне для нее естественно, снесла почти все лампочки в длинном коридоре нашего жилого блока на территории полигона ИСИ. Мы тут жили уже почти постоянно, за исключением «дежурных» в автосервисе.

— Наташааа, — негромко позвала Алина, которую буквально отшвырнуло в стену. — Успокойся, пожалуйста, здесь все свои.

Речь ее была тихой и убедительной, а сама Кареева с каждым словом чуть сокращала расстояние до своей подружки, чтобы в конце пути взять ее за руку и молча сжать. Мощные щиты она сбросила за миг до того, как их руки соприкоснулись.

Удивительно, но я тоже на ногах удержался. Пусть это и потребовало некоторых усилий.

Про остальных пока не знаю — если кто и был из наших в блоках, то пока благоразумно решил не высовываться. Хотя, повторюсь, все в это время должны быть при деле.

Так что правильно.

Я же сделал несколько быстрых шагов к девушкам и просто обнял. Обеих. Через некоторое время Громова перестала вздрагивать. И даже чуть успокоилась.

— Молодец… — Погладил я ее по волосам, но тут же строго добавил. — Плохо.

Девушка подняла на меня слегка припухшие глаза.

— Представь, что здесь были бы наши люди, — предложил я ей, проведя рукой в сторону стен, краска на которых буквально пошла трещинами. — Что бы с ними было?

Водница слегка виновато глянула на свою подружку.

Та негромко призналась:

— Я едва успела выставить щиты, — Алина, слегка поморщившись, потерла спинку. — И то приложило… Прилично.

Теперь два вопросительных взгляда сошлись на мне. И что им ответить?

— А я не знаю. — Честно признался я. — Приложило, конечно, тоже неплохо. но на ногах я как-то выстоял.

Девочки еще более задумчиво присмотрели друг на друга. Затем опять на меня. Снова друг на друга.

— Рассказывайте. — Вздохнув, махнул рукой я, подозревая, что на меня сейчас свалится очередное откровение.

Вот не люблю я их. Новости эти. Сплошные неприятности! Нет бы хоть одна подошла и сказала однажды: «Саш, я несколько недель тренировалась готовить для тебя самые вкусные сырники. Пойдем, попробуешь!». Так нет же… Все какие-то новые вызовы, трудности и «открытия», что ни разу спокойной жизни не сулят!

— Есть легенды… — Начала было Кареева, но тут же была перебита подружкой.

— Ой, ладно тебе, легеееенды, — фыркнула она. — Это факт. Строго подтвержденный. Есть люди, которые очень плохо поддаются магическим воздействиям. Никто не знает почему. Есть такая ничем не доказанная теория, что мир стремится пребывать в равновесии. И если есть архимаги, то есть люди (впрочем, люди ли уже?), полностью сроднившиеся с Даром, то должны быть и те, кто его полностью «отрицает». Тех и других примерно поровну. Точных данных нет. Просто потому что их рождается с десяток на миллиард.

Задумался. Что ж, возможно и так. Надо экспериментировать и пробовать.

— Ну что ж, никто не знал, а я бэтмен, а? — Поинтересовался, невесело ухмыльнувшись, я.

— Эммм, — задумалась лингвистически подкованная Алина. — «Человек», «летучая мышь»… Хм.

— Не бери в голову, — предложил я, старательно не обращая внимания на ее скептический взгляд. — От балды ляпнул.

Полностью просвещать их в свою историю я собирался не раньше свадебного Обряда. Здесь аристократы «сор из избы» не выносят еще и из-за того, что сам ритуал их венчания — штука очень хитрая. И древняя. И цель основная этого действа — защитить семью… Патриархи обоих Родов и Бенкендорф настояли, чтобы подождать. Да и сами девушки вроде как о чем-то таком догадывались, но без подробностей. И с расспросами лезть не спешили. Умницы.

— Саш. — Серьезный тон Громовой заставил меня моментально подобраться.

Да и Алиночка что-то «расслабленной» совсем не выглядела.

— Запомни главное: даже если мы правы, то какую-то сопротивляемость ты имеешь только к воздействиям Дара. То есть, допустим, вызванный Алиной Огонь, тебе, может быть, повредит не так сильно. Но вот вторичные возгорания…

— Да и вообще не ясно, правы мы или нет! — Тут же подхватила вторая моя невеста. — Так что ты уж давай без экспериментов, а?

Понял, не дурак. Был бы дурак — не понял бы. Ну, неуязвимости мне никто никогда не обещал. Вспомнить хотя бы, сколько «старый» провалялся по госпиталям. Да и это тело что-то проникающим ножевым ранениям как-то не сильно сопротивляется.

Однако мысль ясна: получил «плюшку» — не зазвезди! Иначе все может кончиться быстро и достаточно грустно. Для оплакивающих твое тело родных и близких. Лично тебе к тому моменту будет уже как-то все равно.

— Понял вас, красотки… — Задумчиво пробормотал я, приобнимая обеих.

А девочки-то уже слегка упокоились. И даже вовсю наслаждаются нынешним моментом. Мда… Вот удружил император. Ввязываться в свару на основании его одобрения брака — то пожалуйста! А вот насладиться всем прелестями семейного положения — ни-ни. До Обряда. С другой стороны, брак — одаренных это не «маггловская» (это-то слово откуда взялось, а, «старый»?) регистрация. Древний ритуал, помимо всего прочего, еще и несколько Обетов в себя включает, нарушение части которых можно и не пережить. Удивительно, но и Дар моих будущих жен будет еще менее опасен для меня лично. Так дойдет и до того, что я смогу без всякого вреда стоять посреди Огненного Шторма Кареевой без всяких проблем. А штука это страшная из арсенала огневиков. Видел я как-то в хронике. Черт, а ведь с практической точки зрения для меня это будет означать одно: множество экспериментов и испытаний в попытках нащупать тот боли и напряжения, до которого я смогу держаться.

Не слишком приятно, но, увы, необходимо.

Возвращаясь к ритуалу… Он стоит того, чтобы подождать. Там ведь помимо очевидных обязательств еще и немало полезного полагается. Например…

— Мррр! — Мурлыкнула Наташа, расслабляясь и… Начисто сбивая меня с мысли.

— Ну а теперь, женушки мои, — негромко, но уже с отчетливыми «командирскими» нотками в голосе, начал я. — Чего это у нас так плохо с контролем стихий?

Обе магички немного смутились. И слегка напряглись, будто я заговорил о чем-то важном для них. Да еще так синхронно.

«Вот ведь оно как: еще кольцами обменяться не успели, а уже секреты от мужа. будущего. Тайны какие-то.», — мысленно посмеялся я, успокоив себя думой «Да куда они денутся с подводной-то лодки!».

— Так уж и «женушки». — Негромко протянула Алиночка, слегка смущенно.

Возмущения же в ее голосе не слышалось совсем. Вот и славно!

— Именно так! — Подтвердил я очередную новость из разряда хороших. — Разрешение на брак получено. Канцелярия Его Императорского Величества возражений не имеет!

В этот раз никто дергаться не стал. И выворачиваться из объятий тоже. Пусть и шансы у них на этот момент были так себе. Больно уж мне не хотелось их отпускать.

— Хорошо… — Только и прокомментировала водница, едва не разнесшая здание выбросом даже не Стихии, а голой Силы.

— Угук… — Подтвердила огневка, тоже способная дать жару.

Я покивал головой. Красноречиво, доходчиво и без лишних писков-визгов, которым здесь и сейчас места точно не вижу. Потом девочкам специально под это дело свободное время выделю.

«Ой, а сам-то! Вот прямо предел красноречия!».

Вообще-то я не слишком представлял как принято делать предложение в Великих Родах. Но, судя по всему, согласие мне подарили обе задолго до того момента, как я достану кольцо. Хотя бы первое. Да и не было у меня их еще! Ну ничего, что-нибудь придумаю.

— И как давно? — Поинтересовалась Алина, требовательно утыкаясь мне в грудь.

И что тут ответить? Да какого черта?.. Информация же вроде не секретная. По крайней мере, меня бы насчет подобного момента, полагаю, проинструктировали.

— Четыре дня назад. — Прямой вопрос- честный ответ.

Почему бы и нет?

Обе негромко вздохнули, а Наташа… Действительно расслабилась.

— А узнал ты об этом?..

— Сегодня утром. — Смысл-то скрывать?

Девочки только крепче прижались, но водница на удивление быстро успокаивалась. И это было хорошо.

— Значит, удар по моему дому был спланирован. — Констатировала она, слегка пожав плечами, в ответ на легкое недоумение с моей стороны.

Теперь настала пора пожать плечами уже мне. Я в этом практически уверен. Громовы вызвали огонь на себя, давая повод втянуться в конфликт всем остальным союзникам, связанным почти родственными узами.

По местным меркам Перл-Харбор произошел совсем недавно, а необходимость пожертвовать чем-то ради получения выигрыша была прекрасно показана еще в столь древней игре как шахматы.

— Хорошо! — Констатировала девушка.

В патриарха Рода она верила безгранично. Наверное, это было правильно!

— Тогда возвращаемся к основному вопросу: что у нас с самоконтролем?

— Не сейчас… — Негромко ответила Громова, заставляя меня гадать, к чему именно относилась ее просьба: расспросам не в том месте и не в самое подходящее время или все же рукам, опустившимся гораздо ниже приличного яруса.

Просто на автомате. Без всякой задней мысли!

«Хотя кому я вру? И зачем?».

Да и девушки не так чтобы стараются вырваться. Так что, судя по всему, все-таки речь шла о классическом «не болтай, враг подслушивает!». По крайней мере, просить поумерить пыл моей ладони водница не стала. Да и руку мою убрать не поспешила. Равно как и огневка.

— Эммм, стало быть, кхм! — Негромкий прокуренный голос едва не заставил меня вздрогнуть.

Хорошо, что после выражения чувств Наташи здесь царит полумрак, и разглядеть с той точки, откуда поднялись слесаря, нас практически невозможно. Не стоит смущать неокрепшие умы случайных свидетелей и компрометировать своих невест.

— Мы должны проверить, стало быть, коридор! — Заявил один из мужичков в сером комбинезоне технической службы. — Комендант направил, стало быть!

Ну еще бы назначенный самим Фрицем милейший старикан с глазами опытного следователя Степан Павлович не заинтересовался подобным… «Взрывом чувств» на его объекте.

— Пройдемся, — негромко шепнула Громова. — Нам надо серьезно поговорить.

— Ты беременна? — Еле слышно поинтересовался я.

— Что?!!.. Но я же не! Мы… А ты?

Девушка мой тонкий юмор поняла не сразу. Лишь негромкое хихиканье Алины помогло ей сообразить, что я всего лишь пошутил.

— Саш, не сейчас, — серьезно попросила Громова. — Пойдем.

«Ну, пойдем так пойдем!», — решил я, хотя, в общем, сопротивлялся и не думал. Отчего-то казалось, что будет нечто более интересное, чем тот самый вопрос из рекламы в стиле «Дорогой, где ты был?».

— Работайте, уважаемые! — Уже чуть громче предложил я техникам, направляясь вместе с невестами к выходу.

Глава 13

Как же схожи иные приемчики в столь, казалось бы, разных мирах. Задумаешься на миг, ну что общего может быть у магии и микроэлектроники. Ан нет, иные ухваточки прекрасно действуют как против технических «жучков», так и против «волшебных» методов прослушки. Как правило, самые грубые.

«Старый» вот тоже любил частенько проводить важные беседы в крытом тире. Ну вот не любит нежная электроника постоянной стрельбы рядом с собой. А от того частенько выходит из строя. Удивительно, что и по нервам операторов подслушивающих конструктов хлесткие взрывы пороха в стволах бьют не хуже. И пусть я не утверждаю, что подслушать беседу в таком месте невозможно. Любопытный и пытливый ум лазеечку завсегда найдет. Но гораздо сложнее. Хотя в памяти того же «старого» еще свежи воспоминания, когда ушлые ребятишки умудрились таки подкинуть перед важной беседой ему «жучка» прямо в любимые активные наушники.

Однако сей печальный опыт мной уже учтен.

По дороге заскочили на склад РАВ[8].

— Нам соточку, пожалуйста. — Попросила Алина добрейшего Валентина Васильевича — пенсионера таких ведомств, откуда выйти можно только вперед ногами.

Так что я его хорошо понимаю. Уж лучше за складом на охраняемом объекте присматривать, чем в лучшем случае абсолютно случайно и по вполне естественным и объяснимым причинам покинуть этот мир. Или попросту исчезнуть.

— Здравствуйте-здравствуйте, девоньки! — Расплылся тот в радушной улыбке.

Я же лишь удостоился приветственного кивка. Ответил тем же.

Кстати, наш «завхоз» первый человек «здесь», кто мог спокойно отчитать «девонек» за попытку сдать грязный ствол после стрельб. Причем те, поджав хвосты, убирались от греха подальше, чтобы сделать так, как того требует грозный дед. Удивительно, но происхождения он был самого простого. Просто всего на свете уже отбоялся. Начисто.

— На каждого? — Поинтересовался отставник.

— Только Санни! — На людях все-таки невесты старались обращаться ко мне так. — Обещал показать класс!

— Оооо! — Ехидно воздел вверх палец Василич. — Вы учитесь, учитесь!..

И ведь почти не издевается, гад! Хотя поначалу он на меня и поглядывал сверху вниз со снисходительной усмешкой, но на тренировке как-то мою работу посмотрел и… Оценил. Даже продемонстрировал кое-что «свое». Я же только уважительно головой покачал в ответ. При отсутствии надежной системы передачи воинских знаний (подчеркну: немагических — у тех-то все в порядке!) добиться такого результата!.. Уникум. Иные ухваточки он на чистых инстинктах исполнял, а ведь в «том» мире над ними несколько поколений не самых глупых людей головы ломало, чтобы разработать, опробовать, создать систему обучения приему и выдать в качестве учебного пособия.

По моей оооочень большой просьбе он иногда проводил занятия. Исключительно для лучших учеников. Изредка работал со мной, открыв, к моему удивлению, немало нового. Ну и сам, конечно, впитывал знания «старого» куда там твоей губке.

Кстати, с невестами он провел всего пару «индивидуалок». Да и то совместно со мной, помогая мне найти небольшие огрехи в системе их огневой подготовки. Таких, к счастью, оказалось немного — очень не хотелось бы перед таким зубром ударить в грязь лицом! Профессиональная гордость, чтоб ее! Больше же — ни-ни. Просто по уровню девочки недотягивали.

А вот с близнецами Чуком и Геком, да еще парой парней (по счастью обе их фамилии были в списке «доверенных лиц» от Фрица) возился с удовольствием. Примерно как старый усталый волк натаскивал молодняк. Правда, единственное, что можно было сказать совершенно точно: этот Акелла не промахнется!

И эффект был. Братья и так почти мысли друг друга читали, а теперь сработались так, что любо-дорого посмотреть! Готовая команда ликвидаторов.

— Не маловато берешь? — Подмигнул мне дедок. — Что будешь делать, если не хватит?

— Стрелять дальше! Чтобы ввести в заблуждения противника!

— И это кого из нас ты противницей считаешь? — С подозрением уточнила Алина.

— О! — Задумался я, но ответ пришел сам собой. — Тогда зашлю бойца. Доброволец у нас уже есть!

— Кто, я? — Вполне натурально возмутилась огневка. — Неее…

— Алиночка, милая моя, — в моем голосе лязгнул металл, пока что не всерьез. — Если доброволец самостоятельно стесняется поделиться с командиром своим желанием помочь, то командир таковым его просто назначает. Вопросы?

— Дайте двести! — Тут же повернулась Кареева к «завхозу».

— Вот это правильно — много не мало! — Со значением воздел вверх узловатый палец дедок. — Останутся — обратно принесете.

Я негромко фыркнул. Очень разочаруюсь, если останутся лишние патрончики. Но вряд ли. Пошмалять мы любим. Особенно не в качестве тренировок с кучей вводных и искусственных жизненных сложностей, а «для души».

Так с шутками и прибаутками Василич нам «маслят» и отсчитал.

Две сотни патронов. Много это или мало? По-моему: одна стандартная тренировка на пару часов с пистолетом. Не в тире, а что-то поближе к боевому варианту.

А если так поработать, на расслабоне, то… Как пойдет. Я успел не сильно торопясь отстрелять половину, когда Наташа протянула мне исписанный здесь же лист. Я прочитал один раз. Задумался. Пробежал глазами не такой уж длинный текст повторно. Схватился за голову.

Все эти упражнения я проделал мысленно, естественно. А положение то еще. Хуже губернаторского. Мне понадобилось две минуты, чтобы запомнить текст. До последней запятой, после чего последовал кивок Громовой.

— Ей. — Коротко кивнула в сторону Кареевой водница.

Алина же молча протянула руку.

Едва я отпустил листок — полыхнуло. В этот раз в самом прямом смысле. Огонь отозвался на призыв одаренной и сжег лист отличной бумаги, с гарантией уничтожив запечатленные на нем письмена.

Лицо обдало жаром. Интересно, какая же температура была на ладони огневки, если лист сгорел мгновенно. Даже пепла не осталось.

«Самое время подумать о собственной сексуальной жизни. Будущей. И том, что в постели надо будет поаккуратнее. А то возьмется так за что-нибудь и в порыве чувств… Того. Только и остается надеяться на мою странную сопротивляемость», — подумал я. И да, подобных мыслей о будущей супружеской жизни у меня было множество. Молодое тело уже три месяца не видело женщины и бунтовало изо всех сил.

— О чем ты думаешь? — Поинтересовалась неожиданно Громова.

— Как мы теперь из всего этого будем выбираться. — Практически честно ответил я.

И почти не соврал. Этот вопрос меня очень волновал. Фактически сейчас мы втроем ввязались в родовую войну. Однако это еще можно пережить. Более того, именно в этом вопросе я испытывал некий оптимизм. Больно уж здесь атрофировалось «аналоговое» воинское искусство. Даже отряды охраны магов больше занимались вопросами комфорта «охраняемого» лица, а не его безопасностью. На кой черт нужны сильные соединения из «плебса», если можно использовать одного-двух магов с гораздо большим эффектом… И гораздо дешевле. Это не говоря уже о вопросах контроля и обеспечения лояльности.

Изложенное в виде сочинения Громовой же напрягало. Девочки слишком мощно по местным меркам прорвались. И невероятно быстро. То есть, полностью сбили баланс сил в местном сообществе. А система всегда стремится к равновесию. Слишком многие попытаются «обнулить акселераток». А так же завладеть технологией и наработками ускорения развития Дара… Или хотя бы уничтожить всех носителей опасных знаний.

Просто отлично!

Хотя судя по расстроенным мордашкам, это далеко не все.

— Рассказывайте. — Строго потребовал я.

— Мы не сможем… Участвовать в этом. — Потупила глазки Алина.

«Почему?», — хотел было спросить я… И промолчал. Прежде чем задать вопрос, нужно обязательно попробовать подумать самому. Особенно если время позволяет.

И ответ пришел.

— Самоконтроль? — Скорее утвердительно поинтересовался я.

Девчушки понуро кивнули.

Ясно. Действительно, нельзя им принимать участие в столкновениях. Не сдержатся — и те же Ростовы сделают свои выводы. Вот сильно сомневаюсь, что их аналитики едят хлеб даром. И тут уже будет зависеть насколько не сдержатся мои красавицы. Самый хреновый вариант: Алина и Наташа враз продемонстрируют уровень сильно выше прогнозируемого. Тут и идиоту придет мысль в голову, что, возможно, некий безродный (пока еще!) здесь не только как связующее звено между Семьями…

А это война. И император не спасет. Давить будут все. Скопом.

То есть, с одной стороны Рода Кареевых и Громовых получили резкое усиление на десятилетия раньше чем ожидалось и в гораздо большем «объеме». Но демонстрировать подобное подкрепление нельзя.

А это значит, что две Семьи перед столкновением с Родом Ростовых лишились совокупно двадцати процентов ударной мощи. Вот и стоят сейчас передо мной две понурые красавицы.

Совсем ведь расклеились…

— Смиррррна, мать вашу!!!

От моего рева и птички заткнулись. Бы. Если бы услышали.

Невесты же просто подскочили, еще в полете рефлекторно вытягиваясь в требуемой стойке.

— Забыли вообще все чему я вас учил?! — рыкнул я. — Так я напомню! Распустили тут сопли. Ну?!

На лицах появились кривые усмешки. Вроде пободрее стали. И то хлеб.

— Вас готовили не как боевых магов, — в сердцах продолжил «накачку» я. — Тех, что без Дара и подтереться не могут. Вы — полноценные боевые единицы. Руки переломают — зубами грызть будете! Ясно?!!

— Так точно! — Рявкнули обе не хуже меня.

— Ножи выдам и резать е****х Ростовых отправлю! Ясно?!!

— Так точно!!!

«Ого, а в голосе неподдельный энтузиазм! Надо бы поинтересоваться историей противостояния. Но позже. После того как всех их слегка поубиваем.», — решил я. Надо же просвещаться, в конце концов. Вот сразу и займусь вопросами истории. Сразу же после того, как решу проблемы безопасности.

— И самое главное, — твердо закончил я. — Вы неверно ставите вопрос. Дар применять можно…

— Но… — Попробовала что-то возразить Наташа, тут же получив локотком в бок от огневки.

— Главное, чтобы не осталось никаких свидетелей.

— Но… — Теперь уже заинтересовалась постановкой вопроса Кареева.

— Без «но», — отрезал я. — Если что — мы подчистим!

В этот раз тишина длилась чуть дольше. Осмысливали, умницы мои.

Через минуту обе девушки склонили головы в согласном жесте.

Что ж, пришло время взрослеть.

Глава 14

Усадьбы Громовых и Ростовых располагались на разных концах Петербурга.

Словно бы сама география подчеркивала антагонизм двух великих Родов. Одни работали на усиление внутренней мощи страны, а вторые считали, что будущее в мирном сосуществовании и процветании в союзе со всем цивилизованным миром. Благие цели были у обеих Семей. И ими же, как оно всегда и бывает, была вымощена дорога в ад. Но не к котлам и кипящему на чертовых сковородах маслу, а в горнило гражданской войны. Два курса не могли ужиться вместе. Это понимали все: патриархи Родов, общество и император.

— Они все же решились. — Негромко протянул Герман Людвигович Ростов, вот уже восемьдесят лет возглавлявший Род.

Аналитики просчитались. У Громовых не должно было быть столько сил и средств, чтобы даже и думать о сопротивлении воздушникам. По всем выкладкам выходило, что столкнувшись лицом к лицу с такой военной мощью водники обязательно должны были отступить. Им бы предоставили возможность сделать это без потери лица. А Ростовы только бы и прибрали себе треть мануфактур сдавшихся противников, и приступили бы к плану промышленного развития империи за счет готовых к взаимовыгодному сотрудничеству банкиров лондонского Сити. Первые транши золотом уже готовы к отправке, как только будет решен нынешний вопрос. Если бы все пошло по плану, то страна бы быстро заняла достойное место среди братских народов Мира. Ну а кредиты они бы обязательно выплатили.

Однако водники уперлись. И теперь оба Рода ждала война. Патриарх учитывал этот вариант, стянув со всей страны магов Рода и вассалов, а так же оплатив услуги стольких европейских экселенцев, сколько смогли найти. Да, в благородной войне Родов наемники — моветон. Однако не в тот миг, когда на кону стоит будущее империи.

— Возможно, надеются на наше милосердие? — Выдвинул предположение Игорь Франкович, под чьим контролем находилась как группа аналитиков, так и все вооруженные силы Семьи.

Для него ситуация тоже была дикой. При таком соотношении сил сопротивление лишь продлит агонию, а условия капитуляции будет много хуже нынешних.

— Нет-нет, — легонько покачал головой Герман Людвигович. — Станислав Матвеевич не дурак. Какая-то часть мозаики скрыта от нас.

С этими словами патриарх посмотрел в сторону Сергея Карловича, главы ударных сил одаренных Рода.

— При нынешнем соотношении сил у них нет никаких шансов, — очень похоже покачал головой тот. — Вот если бы мы протянули еще лет двадцать, то в силу могла войти их Наталья Григорьевна. Тогда бы ситуация была значительно сложнее. Одаренный третьей ступени — это очень серьезно. Фактически, для ее уничтожения понадобится небольшая армия. Четвертая ступень тоже, конечно, не подарок. Но…

Вздохнул молодой человек на дальнем краю стола. В небольшом относительно, но уютном кабинете патриарха звук получился неожиданно громким.

— Фридрих Олегович, вам есть что сказать? — Поинтересовался Герман Людвигович, переведя взгляд на подтянутого молодого человека.

— Никак нет! — С достоинством поднявшись со своего места ответил командир малочисленного, но вполне себе серьезного подразделения спецназа одаренных.

К своим «чуть за тридцать» он сумел развить Дар до четвертой ступени, где уже мог вполне себе потягаться с упомянутой выше водницей. А с учетом поддержки двух десятков одаренных бойцов почти сотни «бездарных» результат противостояния был предрешен.

— Какие-то моральные терзания? — Поинтересовался патриарх.

— Никак нет! — Вновь повторил молодой человек.

Не сказать, что утверждение было совсем уж правдивым. Все-таки не каждый день осознаешь, что тебе действительно предстоит убить ту, что с самого детства пророчили тебе в невесты. И пусть в последнее десятилетие переговоры сошли на нет, но все же…

С другой стороны, Фридрих прекрасно понимал, что оставить в живых «милую Наташу» в такой ситуации — заложить мину под будущее благополучие своего Рода. Стоит девушке войти в полную силу и даже в прямом столкновении совладать с ней будет нелегко. А что ей стоит, например, без всякого объявления войны заявиться в Усадьбу? Нет, нет и еще раз нет. На такой риск не пойдет никто. В том числе и он сам.

— Гвардия готова выполнить свой долг! — Твердо заявил воздушник, упрямо склонив голову.

Патриарх благосклонно кивнул, но окаменевшие скулы про себя отметил. Нет, мальчишка не предаст здесь и сейчас. И долг действительно выполнит.

«Однако в будущем надо обязательно подумать над дополнительной страховкой по обеспечению лояльности молодого командира Роду», — решил старый Ростов. Эту мысль он отложил подальше. Пока. Это вопрос не ближайших дней. И даже лет. Подумать над ним можно позже.

— У вас не очень хорошо поставлена разведка, Герман Людвигович, — с мягким акцентом заметил мужчина в дорогом деловом костюме. — Надо бы поработать над этим вопросом.

Патриарх сжал зубы, бросив неприязненный взгляд на позволившего себе такое замечание мужчину.

Старик за столько лет прекрасно научился чувствовать настроение своих близких, но сейчас не нужно было быть великим эмпатом, чтобы почувствовать витающее в воздухе напряжение, после слов единственного не принадлежащего Семье участника Совета Рода. Сгустившееся напряжение можно было резать ножом.

— Господин Роджерс, — холодно произнес он. — Я ценю наше партнерство. Но столь голословные утверждения…

— Голословные, господа Ростовы? — С усмешкой перебил он патриарха, чем вызвал уже явное неудовольствие своей персоной всех членов Малого Совета.

Даже добрейший казначей и главный медик посматривали на «гостя» с открытым презрением.

Тому было наплевать абсолютно. Он и так себя прекрасно чувствовал. Что мнение варваров для джентльмена, несущего бремя белого человека среди дикарей?

И пусть сегодня они нужны и полезны, но все равно остаются не более чем вчера слезшими с пальм обезьянами.

Тем более, повод ткнуть носом в собственные промахи родовую разведку у британца действительно был.

— Возможно, вам неизвестно, господа, что четыре дня назад…, - «гость» оглянулся на часы в углу кабинета, показывавших, что полночь уже минула, и поправился. — Пять дней назад имперская канцелярия одобрила брак Громовой Натальи Григорьевны с неким Коротковым Александром Сергеевичем. Происхождения, спешу заметить, самого простого.

Щелк!

Глава родового спецназа «случайно» сломал карандаш, что еще секунду назад порхал меж его сильных и тонких пальцев. Большинство моральных терзаний по поводу будущего убийства бывшей невесты для него рухнули в один миг.

«Со смердом!..», — Крутилась в его голове единственная мысль.

И «привкус» от нее был лишь омерзения.

Фридрих Ростов теперь полностью был готов вступить в войну. И он убьет эту дуру. Но сначала сдохнет этот… Простолюдин. На ее глазах.

— Смею заметить, что по моим данным Станислав Матвеевич Громов никаких возражений по данному поводу не выказывает, — продолжил «гость». — Более того, он вполне добровольно подтвердил свое согласие на брак. Прошу заметить, сильной одаренной. Потенциально третьей ступени. Не находите странным?

Патриарх задумался. Это было действительно необычно. Однако Стас всегда умел делать неожиданные ходы. Проблема была в том, что он ВСЕГДА извлекал из них выгоду.

Отдельно Герман Людвигович отметил закаменевшее лицо Фридриха. Что ж, в рамках нынешней войны, такой настрой, наверное, даже к месту. Но ведь война всегда сменяется миром, и тогда…

Старый Ростов глянул на главу службы безопасности. Игорь Франкович едва заметно кивнул «проблему понял». Многозначительно глянуть на главного медика Рода глава не успел. Тот покачал головой. Что ж, и Степан Ильич озаботится наблюдением за психикой молодого человека.

Стив Роджерс же мысленно поморщился. Он еще со времен колониальных разборок Азии и Африки был уверен, что всяким там туземцам дозволять принимать самостоятельные решения — просто недопустимо для белого человека. Напортачат махом, а краснеть за «зверушек» перед коллегами придется самому.

— Тем же днем имперская канцелярия дала разрешение на брак некой Кареевой Алины Эдуардовны и Короткова Александра Сергеевича. — Негромко заметил «гость», так и не позволивший прорваться наружу и тени своих истинных чувств.

В кабинете повисла звенящая тишина. Ситуация перевернулась на сто восемьдесят градусов. Теперь война велась не просто против Рода, обладавшего скорее промышленным и экономическим весом, а против двух. При этом Кареевы — вояки до мозга костей. И личными силами располагают немалыми.

Новая информация требовала срочного осмысления.

— Но почему канцелярия не объявила о помолвке сразу же? — Воскликнул уязвленный Фридрих.

Его «соперник», который о своей роли даже и не подозревал, завоевывал все новые очки.

Стив Роджерс промолчал. Патриарх же и безопасник как-то одинаково вздохнули. Не стыдно чего-то не понять сразу. Но вот демонстрировать это перед чужими, пусть на данный момент и в союзном статусе — совершенно недопустимо!

Однако объяснить все-таки нужно. Хотя бы за тем, чтобы «гость» решил, что здесь вообще никто не способен к быстрому анализу. Это для будущего бизнеса… Вредно.

— Таким образом, Фридрих Олегович, император ненавязчиво демонстрирует нам на чьей он стороне. Естественно, напрямую он вмешиваться в войну Родов не рискнет, но свои симпатии обозначил предельно ясно.

Патриарх помолчал несколько секунд, после чего уточнил:

— У вас есть что добавить, господин Роджерс?

Мужчина едва заметно пошевелился.

— Нет, господин Ростов, — ровно произнес он. — Мне нечего больше добавить.

Не объяснять же очевидные вещи туземцам? Вот уперлись они в союз Кареевых и Громовых, а на самого Короткова внимание не обратили. Простолюдин — и все этим сказано. Однако отчего-то посланник Туманного Альбиона был уверен, что этот самый Александр Сергеевич и без своей функции «связующего звена» какую-то ценность представляет. В конце концов, мало ли у Родов наследников. Могли бы заключить союз и «напрямую». Однако что-то все-таки заставило из прибегнуть к «третьему лишнему». И это было опасно. Не для Ростовых. Стиву Роджерсу, как его звали здесь и сейчас, было совершенно наплевать на планы местных дикарей.

Под угрозой стояли его собственные планы.

— Тогда не могли бы вы оставить нас? — Ровно произнес патриарх. — Нам необходимо обсудить новости… В кругу семьи.

— Естественно, господин Ростов. — Кивнул «гость», поднимаясь со своего места.

Господину Роджерсу совершенно не было необходимости присутствовать здесь лично. Ордена иезуитов ко второй половине благословенного двадцатого века достигли великих успехов в деле подслушивания и подглядывания.

Потому-то и не без оснований надеялся представитель банкиров, что едва заметное устройство не обнаружат после его ухода.

Он оказался прав. И даже четкое и емкое определение «урод» в свой адрес, с которого и началось обсуждение той задницы, в которой оказался Род Ростовых, его не смутило.

Глава 15

Я усмехнулся, оглядывая свое воинство.

Странное ощущение, телом я гораздо младше каждого из них. Однако до сих пор помню, какими взглядами большинство из них награждали меня год назад: надменными, насмешливыми, равнодушными. В зависимости от происхождения, места действительной службы и боевого опыта. Однако потом последовали шесть месяцев подготовки, в первые же дни которой я, подобно дядюшке известного в мире «старшего» Онегина, уважать себя заставил. Вне зависимости от званий, регалий и Рода. А следом и интерес в глазах у многих появился. Равнодушных же через четыре недели в рамках первого отсева попросили с вещами на выход. А уж как смотрели на друг друга какой-нибудь князь и пластун безродный, стоило поставить их в пару. А сейчас вон как: князь Борецкий себе в ущерб не посчитал радушно обняться с мичманом Котенко, роду самого простого. И сегодня уже и в голову никому из них не придет, а как совсем недавно могло быть по-другому. Для того и слаживали из всех в боевое братство. Я — полгода на полигоне, а затем и Бенкендорф «в полях» малыми группами. Кстати, именно их результаты повлияли на решение императора дать шанс ИСИ.

Результативно отработали ребята.

Да и инструктора радуют — вон Винни лезет обниматься с горцами, а братан мой о чем-то живо расспрашивает казаков. Невесты так вообще выдали. Рядового Иванова оседлали! По одной на каждое плечо. Тот аж покраснел, бедолага. Не думаю, что от натуги. Такому здоровяку и нашего Винни приподнять не сложно. Но вряд ли двадцатипятилетний паренек когда-нибудь предполагал, что будет на своих плечах катать наследниц Великих Родов.

— У-у-у, медведь! — Шутливо погрозил ему пальцем я. — Уведешь у меня невест!

Илюха только расхохотался, слегка подпрыгнув на месте. Магички довольно взвизгнули… Я же поддержал смех рядового.

Пусть думает, что пошутил. Пока. Ровно до постановки боевой задачи.

Я улыбнулся еще раз добряку, погрозив пальцем уже невестам. Те сделали вид, что очень испугались.

— Так бойцы, — весело крикнул я. — Айда за мной!

И первым потопал к здоровенному костровищу, расположенному совсем неподалеку от жилых корпусов. Хорошее место, спокойное. На бревнах вокруг костра читались лекции, жарилась картошка, проводились редкие часы досуга. Но самое важное: здесь не было стен. А спецы Бенкендорфв столько всего интересного повтыкали по периметру нашего толковища, что всяким «длинным ушам» и «орлиному взгляду» через такой барьер было не пробиться.

А привычки берут свое. Рассаживались все без суеты, но быстро и компактно.

Ничего, дам я им время еще навидаться. Да и сам охламонов рад видеть — не передать!

— Так, бойцы, ситуация у нас следующая: война Родов намечается. Ростовы ратью пошли на Громовых.

Народ притих. Большинству подобные события казались разборками небожителей.

«Ничего, парни, научу я вас и „ангелов“ из зениток „строчить“… Тем более, их есть у меня.», — улыбнулся про себя я.

— Так что под удар попадает наша Наташа-Холод.

Народ нахмурился. Теперь им было совсем не все равно. Прекрасно.

— Правда, повезло нашей воднице, — продолжил я, окидывая взглядом посерьезневшие лица. — С женихом…

Никто не удивился. Родовитых с самого детства замуж сговаривают. Это всякому известно.

— Мало того, что собой хорош и пригож, так еще и Алина-Лисичка за него замуж выходит. Разрешение на оба брака императорская канцелярия уже дала. Господин Борецкий, что это означает в практическом плане для нас?

Князь поднялся с места, выпрямился и стал основательно излагать свои мысли:

— Роду Кареевых придется выступить в рамках союзных обязательств на стороне Громовых.

Я кивнул, соглашаясь.

— Есть еще какие-нибудь мысли по этому поводу?

Борецкий не дурак. Суть ухватил верно:

— Раз Герман Людвигович рискнул на подобную авантюру, то наверняка не знал о решении канцелярии. Такое возможно только в одном случае: его не оглашали… Сколько у них формально есть срок?

— Десять рабочих дней, — ответил я с улыбкой. — Извещение императору о начале боевых действий «во славу Рода своего» поступило на четвертый день после фиксации одобрения.

— Благодарю, — кивнул на мое уточнение князь, прибывая в каких-то своих раздумьях. — Тогда, получается, император вполне ясно обозначил свое благоволение союзу Громовых-Кареевых.

— Отлично! — Заметил я. — Присаживайся. От себя добавлю, что той же точки зрения придерживается и всем известный граф Христафор Милорадович Бенкендорф…

Народ вновь подтянулся. Мда.

— … Иначе вас бы здесь не было.

Народ задумался. Князь Борецкий заерзал на месте.

— Слушаю тебя, Богдан. — Дал ему слово я.

— Александр, хотелось бы уточнить один вопрос, — довольно серьезно начал он, но тут же сбился на куда более простую речь. — Ты же знаешь, за Лиз и Ход (именно так сокращались позывные девочек в радиоэфире) мы кого хочешь порвем…

Мужики согласно закивали, а бойцы моего «ближнего круга» только заулыбались — мы подбирались к самому интересному.

— … Но война Родов — штука такая — стоит вмешаться непричастному и его задавят все, — закончил свою мысль он. — И никакая воля императора не защитит.

Киваю. Прав он.

— Вы можете поступить на службу их жениху.

Лицо князя окрасилось довольной улыбкой. Судя по всему, будущий командир — человек достойный. По крайней мере, за него главликвидатор империи и самодержец поручились. Так почему бы и нет?

— И кто же он?

— Я.

Народ притих, народ ошалел… Неслыханное дело, простолюдин на двух магичках женится, да еще и ТАКИХ.

А вот на лице Богдана застыло выражение, будто все зубы разом заломило. Лицо же его резко покраснело.

— Саша, я…

Улыбаюсь. Понимаю его затруднения. Это вопрос не его личной чести, а имени Семьи.

— Бур, расслабься, — посоветовала ему Наташа. — Санни — наш жених.

До князя дошло не сразу.

— НАШ. Жених. — Повторила Алина едва ли не по слогам.

— Ааааа, — с облегчением выдохнул Богдан, с лица которого тут же спало напряжение. — Ну что, командир, можешь располагать мной!

Урона чести Семьи нет. Служба мужу двух не самых слабых магичек из Великих Родов не ляжет пятном на репутацию княжеского клана не несет (о своей собственной он как-то и не задумывался в тот момент). То есть, Громовы и Кареевы своим согласием подтвердили мой довольно высокий статус в обществе. А император его подтвердил.

* * *

— Итак, господа, рассаживаемся! — Предложил я.

Каждый боец из предоставленного Бенкендорфом списка ожиданий не обманул, присягнув мне на верность.

Команда была выполнена как всегда — быстро и четко.

— Не каждому их нас довелось родиться с серебряной ложкой хоть в одном из отверстий, — над такими моими приколами уже давно никто не обижается. — Так что для всех остальных буду просвещать по поводу той лужи, в которую мы все вляпались. Итак, Родовая война в нашей империи — древний способ решения конфликтов между Семьями, а так же клапан, позволяющий время от времени приспускать давление внутри высшего общества. Удивительно, но сие явление стране, как правило, только на пользу. Совершенствуются дружины и одаренные, повышая качество мобилизационного ресурса на случай большой войны, и все при деле: родовитым есть куда спустить дурную энергию. Император не вмешивается, если стороны соблюдают ряд условий. Они очень просты: никакой массовой резни простонародья, ударов по объектом в черте города при условии если они не несут статус собственности участвующей в столкновении Семьи и, внимание, УЖЕ получили статус части военной инфраструктуры Рода. Вопросы?

Вверх взметнулась рука брательника.

— То есть, к нам в мастерскую не сунутся? — Поинтересовался он, едва я кивнул головой.

Молодец, хороший вопрос. Вообще растет над собой парень. Уважаю.

— Нет, Лех, не сунутся. По крайней мере, пока ты не установишь на крышу пулемет…

Брат хмыкнул, ибо «треноги» под оные установлены заранее все же были.

— … И не пальнешь в сторону любой цели с ярлыком «Ростовы». Иначе будет повод вмешаться императору. В момент когда самодержец очень четко и прямо обозначил свои предпочтения, они на это не пойдут.

Обвожу взглядом честное собрание в поисках особого мнения. Оспорить мои слова никто не спешил. Это хорошо. Ведь сейчас озвучиваются лишь постулаты, прочитанные в кодексе войны. О некоторых негласных правилах, каковые передаются из уст в уста внутри Семей, могу просто не знать. Нет так нет, продолжаем:

— Отдельно отмечается запрет на уничтожение любых объектов промышленной или критичной инфраструктуры. Вот за это императорская Дружина точно по головке не погладит. Раскатает в тонкий блин так быстро, что и мяукнуть не успеешь.

Повисла тишина. Мочал я. Молчали слушатели.

— И все? — Пробасил Винни.

— В общих чертах.

Народ заулыбался. Боевые действия для подготовленного диверсанта при такой свободе воли — разве что не подарок!

— Итак, на данный момент большинство не задействованных в военных действиях членов Родов уже высланы из Петербурга. Патриархи в сопровождении штабов и приближенных переехали в городские резиденции.

На этих словах я усмехнулся. Городские дома Громовых и Ростовых расположились напротив друг друга. Фактически через улицу. Но кодекс войны запрещал нанесение ударов прямо по ним (городские объекты, как никак!). Приходилось терпеть подобное соседство.

А народ серьезно приободрился. Да при таких раскладах есть где развернуться!

— Отдельной строкой идут производственные площадки Родов. — Отметил я. — С одной стороны, любое предприятие двойного назначения, а под такое дело можно подписать любой сарай, где установлен хоть один древний токарный или фрезерный… Да вообще любой станок, законная цель! Вот только этот пункт конфликтует с параграфам о недопустимости разрушения критичной для империи инфраструктуры. Так что такие последствия атак на подобные объекты будет оценивать специальная комиссия канцелярии.

— Хорошо, что Его Императорское Величество на нашей стороне! — Гордо заявил Борецкий.

— Не так быстро, князь, — решил слегка «притушить» столь явное проявление шапкозакидательских настроений. — Вот в этом случае, если что важное под горячую руку попадет, нас по головке точно не погладят. Это ясно?

Внимательно оглядев собравшихся, и, убедившись, что в каждой паре глаз горит искра понимания, продолжаю:

— Итак, господа и наши прекрасные дамы…

— Твои. — Негромко подколол брательник.

— Мои, — легко согласился я, но кулаком в воспитательных целях все же погрозил. — Обсудим основные черты нашей кампании.

Глава 16

Фридрих изволил пребывать в бешенстве, изредка сменяющимся на черную меланхолию.

Процесс перехода из второго состояния в первое обычно сопровождался хаосом и разрушением.

В этот раз фонтаном осколков расцвела ханьская ваза. И командиру отряда спецназа было абсолютно все равно, что только что от его рук погибло истинное произведение искусства… Ему хотелось рвать и убивать.

— Брат, успокойся! — Негромко потребовал молодой мужчина с точно такой же прусской выправкой и усиками старика Вильгельма.

Их родство было несколько дальше, но Фридрих своего заместителя уважал не столько за кровные узы, сколько за ум и работоспособность. Так что человека, которому легко можно доверить прикрыть твою спину в любой переделке, совершенно точно можно назвать братом. Без всяких уточнений типа «троюродный».

— Как она могла, Андрей?! — Сегодня сухой голос заместителя на командира привычного успокаивающего эффекта не оказал. — Смерд, Андрюш, обычный смерд!

Вслед за вазой в ту же стену улетела и редкая пепельница ручной работы ныне уже покойного мастера.

Заместитель промолчал. Он слишком хорошо изучил своего командира, ни разу не дав понять тому, что в его задачи входит и одергивать излишне импульсивного молодого человека, если его крутой нрав пойдет во вред делу. Сейчас требовалось просто переждать, давая выход ярости и обиде.

— Считаешь, что подергивания за косички лет десять назад отличный повод дать понять девушке о своих чувствах? — Спокойно поинтересовался зам, вгрызаясь в сочное яблоко.

— ЧТОООООО?!!! — Взревел Фридрих, вокруг которого в гневе «крутанулся» порыв уплотнившегося воздуха.

Брат и ухом не повел. О защите от подобных спонтанных выбросов он позаботился очень давно. Хоть и стоил комплект амулетов-нейтрализаторов просто баснословно дорого. Однако иначе он бы ни в какую не согласился на просьбу патриарха, стать заместителем того, кому просто по праву рождения выпало куда больше шансов стать главой.

Хрусть!

Сок брызнул из сочного плода.

Андрей же покивал головой — вкусно!

— Так ты считаешь?.. — Начал было Фридрих, но тут же замолчал, о чем-то глубоко задумавшись.

«О, начал подключаться мозг!», — отметил про себя его зам. Все это они проходили уже много-много раз. Окончивший военную академию, став отличным спецом, молодой человек был уверен, что старшему брату нужен вовсе не «хороший пример», как считал патриарх, а ремень и хороший психиатр. И это все при искренней братской любви. Однако у главы Рода был собственный взгляд на вещи.

— Полагаешь, раньше надо было дать понять ей… Но я думал…

— Я полагаю, что не стоит сейчас думать о прошлом. — Пожал плечами Андрей. — Разрешение на брак — вопрос решенный.

Фридрих как-то приуныл. Натуральная истерика отняла у него много сил.

— Предлагаю сосредоточиться на будущем. — Все так же спокойно предложил брат.

— Что ты имеешь ввиду? — Слабо махнул рукой его номинальный командир.

— Патриарх поручил тебе повторный удар по усадьбе Громовых?

Молодой человек покивал очевидному. Глава все еще надеялся убедить старого водника, что тому не по силам война с воздушниками. А потому и предложил повторный удар по уже разведанной и однократно пораженной цели. Вот только нанести его требовалось такой мощи, чтобы «даже этому придурку Стасу» стало понятно, что полноценная война с Ростовыми — это не просто дорого, а совсем неподъемно. Да и боевую задачу патриарх доводил до них вместе, так что вопрос скорее был из ряда риторических.

— А по моим данным там этот самый Коротков бывает регулярно, — негромко добавил Андрей. — И молодая Кареева с ним. Похоже для защиты…

Заместитель помотал головой, словно ему казалось дикой мысль об использовании высокородной в качестве охраны для обычного смерда.

Фридрих же с легким интересом, с трудом пробивающимся сквозь поселившуюся в его глазах тоску, посмотрел на брата.

— Наблюдение докладывает, что сама Наталья Григорьевна изволит находиться под защитой стен городской резиденции.

Командир «прокачал» очередной факт. Все-таки дураком он не был.

— А Алина, стало быть, не боится?

— Полагаю, что они все еще надеются на наше неведение по поводу из помолвки. — Пожал плечами брат.

— То есть, если мы нанесем удар в момент визита… — Задумчиво протянул Фридрих.

— … А почему бы и нет? — Криво усмехнулся Андрей. — И, кстати, Кареева — вполне законная цель с момента признания ее официальной невестой этого… Смерда.

— Нам не хватит ударной мощи пробить полностью поднятые щиты, — возразил командир. — Они же не дураки, наверняка закроются по максимуму, когда на объекте будет огневка!

— О, а тут как раз господин Роджерс предлагает нам «малый круг» своих экселенцов, — пожал плечами зам. — Они продавят щиты, а мы ударим. Да так, чтобы не оставить следов наемников. Нам потом разборки с «Тройкой» ни к чему.

Фридрих молча кивнул. Предложение звучало как неплохой план.

Его же зам не стал уточнять, что своих людей «дорогой Стив» согласился выделить только с условием, что удар будет нанесен в момент присутствия в зоне поражения Короткова и Кареевой. И уж совсем не стоило расстраивать номинальное начальство, что именно разведка чертового бритта предоставила Роду данные, сделавшие операцию в принципе возможной.

А вот тот самый господин Роджерс не стал уточнять, что при наблюдении за домом охрана сумела подстрелить одного из его доверенных людей.

Александра Короткова никто не спрашивал. Но он бы тоже скрыл, что перед смертью конфидента представителя Сити его люди успели быстренько распотрошить… Вполне профессионально не оставив следов. Исключая пулевое отверстие, естественно!

* * *

Молодец девочка. Старается.

«И с каждым разом у нее получается все лучше и лучше!», — одобрительно подумал я, глядя как старательно Алина колдует над шашлыком. Подобный ответственный подход оставляет надежду, что с таким же усердием она подойдет и к супружеской жизни. А значит скучно не будет!

— О чем ты думаешь? — Поинтересовалась Кареева, поймав мой взгляд.

— Да ни о чем, особенно! — Пожал плечами я.

Сегодня от меня не слишком чего зависит. Себя проявить уже успел, «скрадывая» одного из наблюдателей, который позже «абсолютно случайно» отхватил пулю при отходе. Хорошо, не лично, но под моим чутким руководством. Ныне же роль моя — ленивая. Так почему бы и не приготовить мяска среди развалин бывшего домика для прислуги, да чуток расслабиться? Есть у меня подозрение, что напрячься в скором времени я еще успею.

— А что такое?

— Да нет ничего, — пожала плечами моя будущая жена. — Просто странный ты сегодня какой-то.

— С чего ты взяла? — Вполне искренне поинтересовался я.

Вроде бы никакого особого мандража не замечаю.

— Спокойно огурчики нарезаю! — Заверил Карееву.

— Ну да! — Вынуждена была согласиться та, выхватывая с разделочной доски недорезанный кусочек огурчика.

Раздался сочный хруст.

— И, конечно же, абсолютно спокойный ты наш, — немного невнятно произнесла девушка, вполне ценившая моменты особого удовольствия, когда можно отступить от «благородного» поведения, например, вдоволь похрустев сочным огурчиком. — Совершенно всякому расслабленному человеку свойственно делать это обратным хватом!

Я с удивлением глянул на собственную ладонь. Возразить нечего. Легкое кистевое движение и нож лег в руке «как надо».

— Так лучше? — Поинтересовался я.

— Да бога ради, режь как удобно! — Тут же замахала руками понятливая девочка. — Я же просто спросила.

Несколько секунд огневка помолчала, после чего вздохнула:

— Вот Наташка сейчас, наверное, изводится!

Вероятно. По крайней мере я точно бы чувствовал себя не в своей тарелке, если бы отправил магичек в качестве приманки, а сам остался сидеть под защитой боевиков Рода, щитов городской резиденции и силы древних соглашений.

— Война, что тут поделаешь! — Пожал плечами я, блаженно принюхиваясь к обалденно пахнущему мясу.

Хотя на привычные «старому» боевые действия это похоже не было. Если проводить аналогии, то не общее рубилово тяжелыми боевыми шпагами, а куртуазный поединок один на один парадными рапирами.

Ничего, это ненадолго. Лично я собирался устроить такую бойню, чтобы всякому и через десять лет икалось от одной мысли задеть семью Коротковых-Громовых-Кареевых.

И первые наметки к моему грандиозному плану уже были готовы. В общем-то, я был готов начать наносить удары всерьез прямо сейчас, но уж больно было интересно, что это за представитель старого доброго движения «англичанка гадит» трется возле Ростовых.

— Сааааш, — слегка жалобно протянула Алина. — А если они не справятся?

Страшно ей. Не привыкла она к такому. Ну это вопрос времени. Товарищам надо доверять. А тем прививать ответственность за жизнь своих друзей.

Однако нож я все-таки отложил, подойдя к огневке сзади. Она вовсе не сопротивлялась неожиданным объятиям. Даже глаза слегка прикрыла, расслабляясь.

— Спокойно, — шепнул я на ушко слегка сомлевшей девушке. — Доверяй друзьям. Сама ушками своими не хлопай…

Не удержался, слегка прикусил означенный объект. Недовольства не встретил. Напротив, девушка еще крепче прижалась ко мне своей… Кхм, пусть будет спинкой.

— … Но раз уж сложились обстоятельства, то…

— … Доверяй напарнику! — Закончила она столь томным шепотом, что мне пришлось мягко отстраниться, пока переполненное гормонами тело, не перехватило управление над мозгом.

— Сорвусь, — честно признался я в ответ на вопросительный взгляд. — Все-таки не сейчас.

Девушка довольна прикрыла глазки, то ли подмигнув, то ли давая понять, что ПОКА она все поняла, но дай срок…

Отчего-то в упорстве Алиночки я не сомневался ни на миг.

А вот гормончики подкидывали мозгу вопросики вовсе оперативной обстановки не касающиеся. Как они будут меня делить в первую брачную ночь, например!

Помотал головой. Вроде полегчало.

— Ну а на самый крайний случай, то наши щиты, — я потеребил небольшой медальончик на шее. — Сколько-то да продержатся. А там и до укрытия недалеко.

С этими словами я указал рукой на лаз ко вполне благоустроенному подземному ходу. Части не видимой глазу инфраструктуры усадьбы Громовых. А что, тут кто-то подумал, что я позволю своей невесте ждать «прилета» во чистом поле без возможности укрыться?

Стрельба раздалась неожиданно. И сразу с нескольких точек. То был вовсе не заполошный «полив» очередями, а четкая монотонная, но очень качественная работа одиночными.

Я озабоченно посмотрел на невесту.

Та на мангал.

— Успеем! — Решила она, в очередной раз переворачивая мясо.

Я же рванул дорезать салат. Наверняка с десяток мужиков, далеко не один час проползавших на брюхе, будут очень рады горячему мясу!

Глава 17

Боевая группа выдвигалась на место с нагло и дерзко. Демонстративно. Даже с некоторой помпой.

Три «Шеви Ван», с грацией разгоняющихся бегемотов, плавно стартовали прямо под окнами городской резиденции Громовых. И мало кто способен был их остановить. Блюстителей закона отпугнут гербы на черных лакированных бортах. А любой иной противник… Что ж, пусть попытается!

Акция должна была быть доходчивой и показательной!

Смысл же ее в следующем: «Мы можем нанести удар когда захотим и где захотим. А вот вы с этим ничего поделать не сможете!».

Разместившиеся в комфортных салонов микроавтобусов одаренные вполне могли поспорить с совокупной мощью армии небольшого государства. Малый круг экселенцев — четыре бойца пятой-шестой ступени, если считать по имперской классификации. Вместе они образовывали круг, с учетом потерь способный выдать удар «трешки». В прикрытие к ним а двух других автобусах полагались еще по два «рядовых» воздушника восьмой-девятой с ступеней, а так же командир отряда и его заместитель. Боевыми магами они, по общему мнению, были неплохими.

Хотя тот же Коротков, на которого собравшиеся собирались устроить персональную охоту, заодно продемонстрировав противнику свою силу, сказал бы что-то вроде «Это как посчитать!».

Обычных бойцов с собой «тяжеловесы» не взяли. Да кто рискнет и подойти к ним на километр? Ну а ежели чего, то ответный удар будет страшен.

Да и собравшиеся не дураки. По амулетику, что выстрел-другой выдержит, на себя все же нацепили. Более мощные игрушки для британских партнеров были уже опасны — создаваемые мощными артефакторными щитами помехи легко могли повлиять на стабильность круга.

Принимающая же сторона решила тоже решила серьезными системами защиты не пользоваться. Вроде как негоже «трусость» перед заморскими гостями демонстрировать.

«Старый», услышав подобное, лишь скривился бы. Он лично разрешал в Чечне радисту с Р-159 за спиной от броника отказаться, но остальным-то зачем «дурить»?

— Что скажешь про гостей? — Разрушил повисшую с самого старта в салоне «Вана» тишину Андрей.

— Вот заодно и узнаем, — вроде как отмахнулся Фридрих, но тут же «включился» в беседу. — Совокупная мощь на «троечку» — конечно, серьезно. Но мне сама идея круга претит. Слишком ненадежная конструкция.

Действительно, в империи использовались другие тактические схемы, а одаренные куда в большей степени полагались на личные силы, чем на совокупную мощь нескольких магов. Хотя и такой прием имел место быть, но все же не считался особо популярным.

— Несерьезно как-то… — Поджал губы зам, оглядываясь на «приклеившийся» к головной машине микроавтобус с гостями. — «Пять-шесть» всего… А если Громовы кого из своих оставили? Да и сама Кареева сколько? «Пятерочка» вроде?

Номинальный командир группы пожал плечами, вновь проваливаясь в какие-то свои мысли.

— Вот заодно и посмотрим.

Андрею такое поведение брата не нравилось совершенно, но как быть прямо сейчас, он не придумал. А по возвращении надо будет обязательно поговорить на эту тему с патриархом. Пусть с медиками и мозгоправами решат вопрос. Потому что распустивший сопли командир с явными задатками истерика в характере, с его точки зрения, совсем не то, что нужно Семье в данный момент.

А еще заму не нравилось, что прикрытие из неодаренных боевых групп отсутствовало.

— У них так не принято! — Пожал плечами на его прямой вопрос Фридрих, кивнув на грузившихся в машину самодовольных бриттов.

«Ну что за детский сад?!», — взвыл мысленно мужчина. Они должны были исполнить акцию. Просто, жестко, доходчиво. А вовсе не пытаться впечатлить «гостей» своей удалью, хвастаясь своими героями.

Увы, но героизм требуется, когда кто-то другой хреново выполнил свою работу и теперь во что бы то ни стало требуется исправить положение.

ТАК воевать уже успевший хлебнуть всякого-разного по местам гиблым Андрей не любил.

В его понимании бой был работой — четкой, слаженной и для личного состава максимально безопасной. Ну не будет же мастеровой, подходя к станку, пренебрегать очками и перчатками только потому, что рядом кто-то это делает? «Так где я и где мастеровой?», — воскликнул бы брат, не понимая, что «стружка» может прилететь в глаз независимо от количества благородных предков за твоей спиной. Фридрих не проходил практики в действующих войсках. Патриарх решил, что тому лучше «радеть о процветании Рода» под его крылышком. И если бы не та страшная авария, унесшая жизнь отца молодого человека, то должности этой ему было бы не видать. Да-да, даже сильный одаренный ничего не успел сделать, когда из тумана прямо перед его капотом вырвался грузовик решившего полихачить на обгоне водилы. И, скорее всего, именно так было бы лучше для всех. Однако трагедия случилась. И теперь молодому человеку приходилось соответствовать своему нынешнему и будущему положению.

— Волнуешься? — Подал голос Фридрих.

— Немного, — честно вздохнул его зам, который, не смотря ни на что, брата искренне любил. — Давит что-то. Может быть, погода?

— Как закончим с Громовыми — поезжай отдохнуть, — предложил командир. — В имение. В Мацесту.

Заместитель хотел было что-то ответить, но сам себя оборвал не успев произнести и звука.

— Наверное, — согласился он через какое-то время. — Жену в охапку и рвану к деду!

Фридрих только глаза закатил. Управляемое дедом Андрея имение любил и сам патриарх. Не только за природу и море, но за великолепные бани. И Банщиц. Тоже великолепных. И совершенно безотказных к желаниям членов «приютившего» их Рода.

Но вот Андрей как Настьку свою встретил, так и пропал.

Иногда его брат даже завидовал украдкой, но стоило ему съездить погостить в Мацесту. Пропариться там хорошенько, как все «глупые мысли» из его головы исчезали мигом.

— Вырастешь — поймешь, братишка! — Привычно взлохматил волосы командира зам.

Тот оглянулся украдкой, но расположившиеся в их автобусе боевики усердно делали вид, что ничего не видели и не слышали.

Молодой человек только вздохнул. Когда-нибудь он отучит брата от таких выкрутасов. Тем более, при подчиненных.

Но… Не сегодня.

— Почти прибыли! — Вместо лекции о субординации и прочих скучных вещей типа устава гвардии Рода Ростовых, сообщил он.

Андрюха тут же дал сигнал одному из расположившихся на задних сидениях бойцов.

— Замок — всем. Минутная готовность! — Тут же забубнил тот в эфир.

Отчеты о получении приказа поступили почти тут же.

Вышли из машин он не скрываясь. Почти у самой усадьбы. На границе действия стационарных щитов. Все так же демонстративно.

Присмотревшись к последствиям предыдущего удара, братья похмыкали, покачали головами, да и отправились в обход через практически прилегающий к территории лес. Видеть чуждое на Руси построение случайным свидетелям ясно не стоит. Очень уж император не любит, когда в благородную местную войну Родов вмешиваются иностранные наемники.

Хотя они и так правил нарушили не мало, но на большинство «проступков» канцелярия позже закроет глаза. Если победят, конечно. Вернее, когда победят. И никак иначе! А вот участие «гостей» может так легко с рук не сойти.

Прогулочный шаг, шутки и даже смех.

С одной стороны, Андрей понимал, что десятку одаренных ТАКОЙ совокупной мощи можно многое. Даже по сторонам не смотреть. Ведь, как всем известно, у носорога очень плохое зрение, но при его весе, это реально не его проблемы. Вот только вся его сущность, весь боевой опыт буквально в голос вопил: «Ложись, дурак!».

Наплевав на всяческую показуху перед гостями, зам качнул в левую руку Дара, готовый снести любую угрозу.

Сзади издевательски залопотали на заморском наречии.

Боец прекрасно его понимал, но предпочел игнорировать реплики с ужасными акцентами (явно сборная солянка!), держа «на щелчке» боевой конструкт. То есть, готовый сорваться быстрее, чем обычный человек щелкнет палец.

Всяческие издевательские речи по поводу смелости русских воинов, он с удивительным хладнокровием игнорировал.

— Брат? — Тут же вскинулся Фридрих.

— Предчувствие, — глухо ответил тот. — Мне здесь не нравится.

— Твои предложения? — Поинтересовался тот.

— Я бы ушел. — Коротко бросил Андрей.

Его никогда не смущала необходимость отступить, ведь всегда можно попробовать еще раз. А вот вторую жизнь, насколько ему было известно, не удавалось прожить еще никому.

Командир сводного интернационального отряда крепко задумался. С одной стороны, заместитель никогда плохих советов не давал. А с другой сам Герман Людвигович попросил продемонстрировать экселенцам «что и они не пальцем деланные». И как же теперь поступить?

Брат с легкостью понял суть затруднений командира.

— Твое решение. — Просто сказал он.

В этом и заключалась прелесть подчиненного положения. Всегда ответственность за решение можно переложить на плечи вышестоящего руководства. Оно начальство, ему виднее!

Фридрих помолчал немного, но все же кивнул:

— Вперед!

Радостно загомонив в смысле «если трусливые русские боятся сделать шаг, то настоящие британские мужчины могут пойти вперед», экселенцы двинулись вперед.

С мягкой улыбкой, Андрей придержал за руку уже готового бежать впереди паровоза брата. Хотят переть на рожон — так кто же им злобный доктор.

Командир же возмущаться не стал. Если брату действительно настолько «чудится», то лучше затолкать гордость куда подальше и быть повнимательнее. В конце концов, сохранение жизни бойцов в гораздо большем приоритете у главы Рода. Он в этом плане высказался весьма недвусмысленно.

— Пошли. — Кивнул он заместителю, едва «гости» толпой протопали мимо.

Бойцы силовой поддержки же, увидев такое настороженное поведение командиров, тоже удаль дурную, в данном случае, демонстрировать не спешили.

— Хере! — С ужасным немецким акцентом крикнул предводитель «бриттов».

Фридрих руками развел. Готовьтесь, мол!

Джентльмены тянуть не стали, тут же выстраивая «хоровод», в центр которого лег небольшой алтарь.

Братья поморщились. Слишком уж близко европейская ритуалистика подошла к запретным на Руси аспектам вроде Смерти и Праха.

Но ничего не поделаешь. Сами согласились на эту авантюру. Теперь вот предстоит разгребать последствия.

А дуновение Дара от вцепившихся за руки мужчин, Фридрих почувствовал уже через минуту.

— Готов, брат? — Спросил он, выстраивая структуру мощного удара.

— Всегда готов! — Привычно ответил тот.

— Тогда!..

Бух!

Один из экселенцев, жалобно всхлипнув покатился по земле.

Бах!

Словно исполинской кувалдой незримый исполин снес Андрея с ног. Щит спас его от самого худшего, но запреградный удар был страшен…

Фридрих упал на землю, оглядываясь: не чуял он чужого Дара.

Но это значит, что на них напали… Простолюдины?!!

Глава 18

Удар в плечо был страшен!

Фридриха швырнуло об оказавшуюся неожиданно твердой землю, резко развернув в полете. От самого худшего спас амулет. Но запреградный удар был силен. Рука онемела в миг, а из носа на землю закапали капли крови.

Как и многие до него, командир отряда резко осознал, что хвастаться перед друг другом размерами пиписек лучше в совершенно других, не связанных с войной, вопросах.

Лучше всего в барах. Теплых и уютных. Беда его была в том, что как у того самоубийцы понимание пришло уже в полете с моста.

— БРАТ! — Ростов огляделся в поисках Андрея.

Тот лежал чуть поодаль, но пока шевелился. Хорошо. Главное доставить в медсекцию Рода, а уж там вытянут.

Бам!

Тело заместителя дернулось на земле еще раз. Раздался протяжный стон. В этот раз раны оказались куда серьезнее. И следующее попадание грозило стать последним для молодого одаренного.

А «гости» хоть и присели, но круга и подготовки к удару не прервали. И вовсе не потому, что яйца тянули их к земле, налившись сталью. Просто разорвать сейчас цепь — получить откат от недеформированного конструкта такой силы, что дай бог выжить.

Потому и не ценились такие тактические схемы в императорской армии — слишком уязвимы бойцы в момент подготовки удара.

— Где?! — Взревел Фридрих, «поймав» взглядом одного из бойцов прикрытия.

Собранный, уже седоусый боец, спокойствие сохранил. Но и помочь командиру ничем не мог.

«Цели не чувствую!», — просигналил он.

«То же мне „ищейка“ е*****я!», — выругался Ростов, пытаясь приподняться.

Резкое движение заставило тело покачнуться.

Повезло. Неподалеку прошедшая мимо головы пуля вбила фонтанчик слева от Фридриха.

Пришлось вновь упасть лицом к землю.

И вновь вовремя.

Прямо над головой прошла жуткая ударная волна отката от разорванного круга. Враги догадались открыть огонь по кому-то из экселенцев.

Стон раздался совсем неподалеку.

«Господи! Да он же весь в крови!», — мысленно завопил командир, впервые взглянувший в глаза смерти. Надо же было случиться, что они же стали глазами брата. Он был еще жив. Но все что он мог, это стонать и подергиваться под прицелом так и не проявившегося противника.

Ростов прислушался к своей чуйке. Ближайший чужой одаренный чувствовался метров за сто пятьдесят от их позиции. Перед внутренним взором командира уже серьезно потрепанного отряда разгоралась яркая «засветка» Огня на развалинах громовской Усадьбы. Больше он никого заметить не смог.

«Смерды, ненавижу!», — билась в истерике внутри черепной коробки единственная мысль.

— Тащи его! — Крикнул он магу огневого прикрытия. — И ты тоже!

Восторга лицо подчиненного, чьего имени он не запомнил, восторга не выражало. Но и ослушаться он не смел, дав знак напарнику. Две тени ужами поползли вперед, стараясь быстро добраться до тела заместителя командира и затащить его хоть в какую-то складку местности.

Пух!

Раздался приглушенный хлопок, словно кто-то вздумал открыть бутылочку игристого.

Пух! Пух! Пух! Пух! Пух!

Тела распластавшихся по-пластунски бойцов задергались. Оказалось, что и двух точных попаданий вполне достаточно, чтобы вывести бойца из строя. Скорее всего, навсегда. Но чтобы не дать и шанса нападающим, стрелки делали по третьему выстрелу. И именно он гарантировал, что жертва уже не поднимется.

«Сволочи!», — скрежетал зубами их командир. Мысль о том, что его люди стали жертвами начальственной недальновидности, как-то не приходила ему в голову.

Зато все чаще дума сводилась к слову «бесчестно!». Увы, абсолютно без отношения к самому себе. А ведь совсем неподалеку расползаются по «норам» иноземные наемники, выступившие на ИХ стороне. Не говоря уже о первичных планах из расчета десять к одному в пользу Ростовых. Но такие «откровения» ему в голову пока не приходили. Вполне возможно, из ужаса, что в его черепную коробку прилетит не очередная думка, а самая что ни на есть обычная пуля.

Никогда Фридрих и подумать не мог, что будет до ужаса и мокрых штанов (буквально!) бояться грубого механического оружия. Они же одаренные. Их сил хватает на то, чтобы снести город! Так почему же в голове от ужаса путаются мысли, а мозг не в состоянии сотворить и простейшего конструкта?!!

Да и остальные не лучше!

Ответного огня не было вообще.

Неожиданно неведомая сила «дернула» командира за ноги. С какой-то обреченностью во взоре, он даже и не попытался сопротивляться.

На его счастье, это оставшиеся бойцы огневого прикрытия попытались вытащить своего командира из огневой ловушки. В нарушение приказа, мощный щит у них все-таки был. Компактный, но чтобы укрыть троих человек вполне годный. Да и двое из способных передвигаться экселенцев прикрылись чем-то очень близким по классу к осадному, как-то быстренько подзабыв про все свои предрассудки по поводу «настоящих британских мужчин».

— Суки! — Сквозь скрипящие из-за попавшего в рот песка зубы процедил Фридрих.

Молодой человек сейчас жалел только об одном — что не может отдать приказ расстрелять этих ублюдков.

О том, что гораздо больше подобной участи заслуживает он сам, думать как-то не хотелось.

Вражеские стрелки не показывались, но, судя по тому, как дрожал щит, расцветая кляксами попаданий в его поверхность, с дьявольской точность продолжали обстреливать отступающих, не давая им и шанса на ответный удар. Ведь для этого потребовалось бы на время «приспустить» щиты, что при такой меткости противника было смерти подобно.

Да и не думал воспаленный паникой мозг сейчас об ударе. Лишь бы спастись. Лишь бы выжить!

Удивительно, но огневка так и не ударила. Лишь «поблистала» недолго перед внутренним взором каждого одаренного конструктом, да и свернула его, легко обуздывая готовый сорваться нести смерть и разрушение Дар.

Это пугало больше всего. Ведь можно достичь пятой ступени по силам и способности работать с энергиями подобных уровней. Но похоже это будет скорее на туземцев Африки, которым впервые вместо копий сунули в руки ППШ, да научили в какую сторону направлять и на что нажимать, чтобы «шайтан-палка» сделала «бабах». Пламя же вокруг огневки было похоже на образцовое подразделение, слаженное настолько, что и нет ему нужды в словах. Всяк и так знает свой маневр.

И это было страшно.

Фридрих не знал, когда ей доведется взять следующую ступень, но Кареева явно к тому готова.

— Шайзе! — Негромко выругался на втором родном языке командир отряда.

На месте где должны были их ждать покинутые совсем недавно «Ваны», лежали три тела водителей. Причем все они уже приходили в себя, пытаясь утвердиться если не на ногах, то хотя бы на четвереньках.

— Уходим! — Крикнул он остальным, для верности продублировав свой приказ красноречивым жестом.

Им предстоял долгий путь хотя бы до оживленной трассы, где можно будет найти помощь.

«Какой позор!», — грустно констатировал командир отряда. Они хотели продемонстрировать свою мощь, но, потеряв половину бойцов убитыми на поле боя, сбежали словно поджавшие хвосты шавки.

Фридрих еще не знал, что с десяток фоторепортеров уже ждут их появления сразу в нескольких точках оживленной дороги. Естественно, ни один редактор официального издания, если его, конечно, волнуют жизни и здоровье членов собственного коллектива, такое не опубликует. Но именно это сделает стоимость снимков запредельной в определенных кругах. Не говоря уже о том, что в городской резиденции Громовых уже была установлена на штативы мощная фототехника, нацеленная на дом «соседей». Станислав Матвеевич решил, что картина «возвращение побитых, но несломленных героев» таки должна стать достоянием общественности.

* * *

А лес все так же был тих и спокоен.

Стрелков не засек бы и куда более наметанный глаз. Что ж, похоже бойцы занятия по маскировке не прогуливали, а были прямо-таки все молодцы.

— Князь стрельбу окончил. — Негромко шепнул боец, оооочень неспешно кладя накрытую масксетью, не слишком известной тут «гилли», винтовку СВТ на бок, и устраивая на «щеке» приклада щеку собственную. — Поражены две цели.

— Мичман, поражение цели подтверждаю. — Так же негромко шепнул расположившийся метрах в трех корректировщик.

Князь Борецкий негромко вздохнул. Ему до таких успехов оставаться незаметным на любой поверхности еще расти и расти.

«Я только что сделал круг и одаренного пятой ступени!», — вновь приободрила его не слишком «мирная» мысль. Губы стрелка сложились в жесткую усмешку. А ведь Семья фактически отказалась от него, буквально выпихнув в кадетский корпус. «Слабосилок» — страшное клеймо в иных Родах.

И что теперь? Три снайперские пары играючи справляются с мощью, способной поставить на колени какой-нибудь Лихтенштейн.

А ведь они занимаются всего несколько месяцев. На что же способен «ближний круг» Санни? И какой силой станут они сами, если смогут хотя бы приблизится к уровню их теперь уже совсем не номинального командира?

Ответа на этот вопрос у Богдана не было. Зато внутри четко сформировалось убеждение, что он приложит все силы, чтобы проверить это на практике.

«Внимание!», — еле слышно присвистнул наблюдатель.

Князь медленно и плавно начал поднимать голову, вкладываясь в винтовку. Теперь ему предстояло прикрыть штурмовые пары, которым предстоит вынести с поля боя тех, кто сможет заинтересовать командира и дознавателей Громовых с Кареевыми, а так же поставить окончательную точку в жизни тех, чье красноречие будет признано заранее неинтересным.

И пусть враг бежал, а сам стрелок был уверен, что «накрыть» его уже просто некому, вбитые рефлексы заставляли осторожничать.

— Лучше сто раз перестраховаться без причины, чем однажды словить случайный «подарок». — Вбивал в их головы Санни правильную линию поведения в подобных ситуациях.

А потому Князь исходил из того, что все еще находится на поле боя. Оттого-то расслабляться и не спешил. Особенно в тот миг, когда от его внимательности будет зависеть жизнь товарищей.

Глава 19

— Реснички дергаются, Андрей Карлович. — Негромко сообщил я старательно изображающему беспамятство Ростову.

Тот, поняв, что его игра раскрыта, дальше притворяться не стал, распахнув таки серые глазки на этот прекрасный мир. Кадычок вон дернулся, опять же.

Да он же голоден.

— Перитонита боимся? — Мне действительно интересно, что он ответит.

Кивает. Молча.

Что ж, мы друг друга поняли. Тоже предпочитаю не набивать брюхо перед работой, если есть к тому возможность.

— Итак, господин Ростов, — погрозил я пальцем. — Прошу помнить о своем статусе военнопленного и на мангал не коситься!

А пахнет и вправду одуряюще. Алинка — молодец! Вот уже и часть моих людей успели оценить ее талант. Да так, что за ушами трещало. Буквально. кажется, что вот-вот со стороны обедающей смены донесется довольное урчание.

Парень же даже не злым, а понимающим взглядом ответил. Вроде как, окажись ты на моем месте, тоже церемониться бы не стал.

Разочаруем немного его:

— На шашлык можешь не рассчитывать, — подтвердил я его мысль, но тут же добавил. — А вот на галеты с тушняком — так очень даже. После небольшого разговора.

Хм, похоже, действительно хлебнуть успел много где. Ярко выраженного отвращения при упоминании столь не изысканных блюд не выразил. А ведь даже мои магички на первых порах нос воротили. Недолго, правда. Голод — не тетка.

А в глазах легкое презрение. Как, мол, ты подумать мог, что я тайны Рода за банку варенья, да корзину печенья сдам!.. Вернее, за тушенку с галетами. Но это уже частности.

— Андрей Карлович, мне пока секреты ваши не нужны, — заверил я. — Пока просто интересно с вами познакомиться. Понять попытаться что ли… А на все вопросы вы мне ответите вечером…

Ростов зеркалит мою усмешку, сомневаясь в моих словах.

— … О! Не сомневайтесь. Просто сейчас я не спешу. Какое-то время Герману Людвиговичу и Игорю Франковичу понадобится на осознание нынешнего положения дел. Думаете, даром удалось уйти живыми хоть кому-то из ваших? Нам нужны были «гонцы», которые своими впечатлениями скрасят нашу победу.

Молодой, с точки зрения «старого», человек глянул мне прямо в глаза, похоже, стараясь составить как можно более точное впечатление.

Эх, даже как-то жаль, что у меня для него плохие новости.

— Можете есть спокойно, — господин Ростов. — Я профессионал, а потому на ваше самочувствие и положение нынешняя трапеза не повлияет никак.

Очередной гордый хмык.

— Вот, согласился я, — покивав каким-то своим мыслям. — Прошу вас, именно так и молчите сегодня вечером!

Отчего-то лицо заместителя командира особого отряда вражеского нам ныне Рода дрогнуло. Что же он, интересно, рассмотрел в моем взгляде?

— Почему? — Произнес первое слово он.

Я задумался. Почему бы и нет, собственно? Хочет знать правду — кто ему злобный доктор?

— Будем учиться проводить полевой допрос.

Андрей Карлович мне изволил не поверить.

— Посмотрите на этих людей. — Предлагаю пленнику.

Действительно, мои бойцы мало походили на подразделения нынешних реалий. Как минимум, половина полностью одаренные, но каждый снабжен полным комплектом «дикарского» (оно же огнестрельное) оружия. Большинство не расслабилось после боя, устроившись на позициях для круговой обороны. Треть же, в первую очередь снайпера, аккуратно, но быстро ели, не забывая нахваливать…

— Она?!! — Глаза пленника едва не вылезли из орбит.

Громкий возглас заставил даже кое-кого из обедающих оторваться от сочного мяса.

— Да, шашлыком нас сегодня порадовала Алина Эдуардовна. — Пришлось признаться мне.

— Не может быть!

— Увы, — развел я руками. — Нет у нас в штатном расписании и разделении обязанностей деления на родовитых и безродных.

— Но как?!..

— Судя по реакции только что раскатавших ваш отряд бойцов — очень даже вкусно!

— Вот как! — Услышала мою реплику Кареева. — Сам еще не пробовал?! Я тут стараюсь, значит!..

Не отвлекаясь от щебетания будущей женушки, рванувшей к столу, я наблюдал за бойцом Ростовых. У него просто рвался шаблон.

Как говориться, такого быть не может, потому что не может быть никогда!

— Так, рот открыл! — Строго произнесла огневка, держа в руках кусочек шашлыка.

Пришлось подчиниться. Да и кто, в здравом уме, станет спорить с магичкой четвертой ступени, если она полдня провела «у плиты».

— Ммм, — промычал я, наблюдая как егоза довольно облизывает пальчики от жира. — Вкусно!

«Ммм! Горячо!», — подтвердил мозг.

Но сдержался, чтобы не сморщиться. А похвалил так и вовсе искренне!

— Так вы и есть тот самый Коротков Александр Сергеевич? — Поинтересовался Ростов.

— Точно! — Что тут еще можно сказать?

Рад, что не одному мне приходится по вечерам зарываться в кучу сводок от СБ Громовых и Кареевых, отчеты аналитиков и личные дела персоналий.

А вот взгляд пленника стал заинтересованным. Хм, похоже потихоньку очки мы набираем.

Но вот высказывать свое мнение он не стал, ограничившись лаконичным:

— Наслышан.

— Взаимно. — Вполне искренне заметил я. — Алин…

Девушка мигом оказалась рядом.

— … Позаботься об обеде для нашего гостя.

— А?..

— В багажнике сухпай и…

— Поняла. — Не дослушав меня, девушка рванула к машине.

Собственной.

* * *

Андрей затравленно огляделся.

Он был готов к пыткам, издевательствам, унижениям. Однако к такому его жизнь не готовила. Вполне искреннее дружелюбие, помноженное на легкое сожаление при мыслях о том, что с ним собираются сделать.

При этом, например, князя Борецкого, вольготно развалившись на какой-то «лохматой» накидке он узнал. С большим трудом. Лицо его было измазано какой-то дрянью. Как черт из преисподней, право слово, выглядел!

«Но, с другой стороны, если отступить от недопустимости подобного поведения для человека благородного, то стрелков, а он точно был одним из них, они и не заметили!», — подумалось вдруг уже бывшему заместителю элитного подразделения Ростовых. По причине списания оного с баланса Рода. Вот этими самыми людьми. Причем без всякого применения Дара!

Да что там говорить, Андрей прекрасно помнил, что тот же Борецкий — слабосилок в Даре Земли. Но это совершенно не помешало стать ему серьезной угрозой.

А ведь когда-то и он сам потешался над пухленьким мальчиком с ясным взглядом. Сейчас голубизна глаз его казалась не безмятежно облачной, как раньше, а скорее отблеском кромки острого клинка. Да и не походил подтянутый молодой мужчина на того рыхловатого застенчивого юношу.

Шоком для него стало и поведение Кареевой. Половина отряда — простолюдины, а она готовит. Сама! Да еще и на всех!

И благодарят ее не с поклоном, опуская взгляд к полу, а просто и открыто. Потому что понравилось! Вкусно, черт возьми, приготовила!

— Что за черт?! — Изумленно воскликнул Андрей.

Картина перед его глазами развернулась абсолютно дикая.

Явный смерд подсел к князю (!!!) Борецкому, буквально подвинув того с половины накидок. Однако вместо смертоубийства последовала веселая возня. Причем заранее было ясно, что Борис… Нет, Богдан… Точно, Богдан! Так вот он местом поделится, а все его «возмущение» лишь игра, чтобы наглецу жизнь медом не казалась!

— Алинааааа! — Протяжно взвыл тот самый «наглец», изображая из себя изнеженного сто первой гурией падишаха.

— Чегооо?! — Явно копируя интонации и парадируя просторечный говор, протянула девушка.

Но хам не сдавался, и теперь явно кривлялся, изображая уже саму Кареееву:

— Соооль кииинь!

— Тебе в голову? — Только и поинтересовалась огневка(!) и потенциально один из сильнейших бойцов Рода (!!!) наглецу.

Но небольшую солонку все-таки кинула… Почти не глядя. Даже не сомневаясь, что ее поймают.

А это говорит о многом! Степень слаженности поражала. Он ведь прекрасно помнил, что когда прошлая смена уходила после обеда по постам, никому дополнительных указаний не потребовалось. Отряд действовал словно единый организм.

— Александр… — На миг Ростов задумался, но все-таки вспомнил. — Сергеевич, скажите, вам никогда не хотелось пристрелить наглеца?

Получилось неожиданно громко. Услышали все и… Расхохотались!

— Каждый божий день! — В голос заверили совсем молодой парень с простым, но открытым лицом и одна из самых завидных до недавнего времени невест.

Отчего-то это замечание вызвало кучу улыбок. И лучше всех демонстрировал полный комплект зубов именно тот самый хам.

— Уйду я от вас! — Заверил он. — Злые вы!

— Ага-ага! — «Поверила» Кареева, действительно успевшая принести и вскрыть банку тушенки и сейчас рылась в сумке в поисках галет.

— Я ухожу! — Заверил балагур, не делая и попыток подняться.

Возможно из опасений, что его место вновь займет князь Борецкий.

— А у нас печеньки есть! — Заверила Алина, таки сыскав пачку галет.

— Я остаюсь!

— Но это военнопленному! — Тут же отбрила Кареева.

— Санни! — Взвыл нахал пароходной сиреной. — Можно я пленного грохну? Ну, при попытке к бегству?!

— Рано! — Усмехнулся командир этого сумасшедшего дома.

— А потом галет уже не будет… — Приуныл боец.

Вот на этом моменте отчего-то стало действительно страшно. И дело не в том, что Ростов испугался шуточных угроз смерда. Просто отчего-то именно сейчас он поверил, что вечером его будут пытать.

И он расскажет все.

Однако пока же Ростову развязали руки, сунув в них миску, да накинув на шею удавку, что при первом же использовании Дара просто срежет ему голову и… Забыли!

Хотя нет, уже через несколько секунд он убедился, что всегда под контролем как минимум одного стрелка.

Это было неприятно. Однако тушенка попалась вкусная, да и галеты ничего, что с ситуацией как-то примиряло.

«А вот шашлычок я бы отведать не отказался!», — признался он сам себе. Просто иной ситуации, когда ему доведется отведать готовки наследницы Великой Семьи он не представлял.

Глава 20

— Я бы все ж таки поработал по полной.

Меня не поддержали. Повезло господину Андрею Ростову. Для него война закончена, так что вернется он к своей Семье живым и здоровым уже после того как родовая вражда будет окончена.

Если будет к кому возвращаться.

Да, собравшиеся были вовсе не против некоего отступления от устоев. Но вот разговор по душам с молодым, но очень перспективным командиром противоборствующего Рода с их точки зрения был уже слегка за гранью… Даже после моего обещания вернуть его достаточно целым.

Тут уж Кобылкин вмешался, зараза, со своими причитаниями:

— Знаю я вас, живодеров, — заявил он. — Видел, что после вас остается. Вроде телом человек и… Ну, не совсем здоров, но вполне функционален. А вот духово сломан.

Пришлось мне утереться. И удалиться. Не солоно хлебавши. В сторону покоев (да-да, условия содержания — просто царские!) того самого Андрея. С извинениями за то, что от обещанной «исповеди» придется отказаться.

Кажется, он не слишком расстроился, и меня «простил». Надеюсь, что и мои обещания, насчет «ежели еще раз, то…» он тоже запомнит. Иначе как в старом фильме из памяти «старого»: «Ну вот и не обижайся!». В следующий раз жалеть не буду, а работы начну «где поймаю за неприличным».

Видимо, был я достаточно убедителен. Во всяком случае, ответная речуга в смысле «да ни в жизнь» прозвучала довольно искренне. Даже я поверил.

— Александр Сергеевич, могу я узнать, как вы узнали о повторной атаке на Усадьбу? — Поинтересовался Станислав Матвеевич усевшись за столом в ожидании обеда.

Судя по запахам, ждет нас нечто потрясающее. По крайней мере, если верить собственным ощущениям.

Вопрос, судя по тому с каким интересом обернулись ко мне Ярослав Дмитриевич и Христафор Милорадович, был отнюдь не праздным.

— На всякий случай выпустил несколько сменных пар на «свободную охоту» вокруг объекта. — Не стал скрывать я. — Наблюдатели от Ростовых появились в первый же день. На второй мы спровоцировали конфликт, «скрав» одного из лазутчиков. Его мы коротко допросил буквально на месте.

— Но ведь это же азбука… — Задумчиво констатировал патриарх Кареевых. — Пропал наблюдатель — отмени удар. Ведь о нем уже знают.

Фриц скупо улыбнулся. Он эту историю тоже уже знал, хоть и до сих пор не очень представлял как возможно было ее выполнить чисто технически. Трижды изучив мой письменный отчет, он пришел к правильному, в общем, выводу, что для выполнения подобных кунштюков требуются люди моего уровня выучки. Даже своим людям подобные задачи я пока доверить не мог. Маловато у них опыта. Ну ничего, дело-то наживное!

— После допроса с целью сокрытия следов мы спровоцировали столкновение наблюдателей с гвардейцами Рода Громовых, — отдельный кивок в сторону Станислава Матвеевича. — При отходе ДРГ Ростовых…

— ДРГ? — Уточнил Ярослав Дмитриевич.

— Диверсионно-разведовательной группы, — уточнил я и продолжил. — Противник потерял до половины личного состава. Нужно отдать им должное, тела они не бросили, сумев вытащить всех. А уж обеспечить «счастливчику» раны огнестрельного характера было делом техники.

Патриархи задумались. Через несколько секунд Кареев уточнил:

— Правильно ли я понимаю, что вы пробрались в центр порядков противника и фактически у них на глазах допросили одного из наблюдателей?

— Все верно. — Как тут скромненько не согласиться?

— Мудрено… — протянул уже Громов. — Противник был уверен, что никто в плен не попал, а потому демонстрационный удар по Усадьбе не отменил, чтобы продемонстрировать свою силу. Приношу извинения за тавтологию. Хм… Вот если бы кто попал в плен, то, по крайней мере, требовалось бы слегка перекроить план… Но как вы могли быть уверены что допрашиваемый не солгал?

— Боюсь, я не совсем точно выразился, — признался я. — Гораздо точнее к той ситуации подошло бы определение не «допрос», а «потрошение».

И чего так всех троих передернуло? Мы же тут не в бирюльки играем, а войну воевать ходим, не?!

— Тогда другой вопрос: почему вы решили, что противник не оценит характер ран на теле одного из погибших?

— Станислав Матвеевич!.. — С нотками незаметного «Семен Семеееееныч» в голосе укоризненно протянул я. — Ну профессионал я или погулять вышел?! Это «ваши»…

Я сделал неопределенное движение рукой, имея ввиду весь этот странный мир.

— … Аккуратно работать не обучены. Вовсе не обязательно нарезать человека лоскутами, чтобы вызвать у объекта желание исповедоваться. Желаете, могу провести мастер-класс!

— Мастер-класс, хм… — задумчиво повторил новое понятие патриарх Громовых. — Звучит солидно.

Я воспрял духом.

— Нет. — Коротко и ясно обозначил свою позицию Фриц, и тут же объяснил ее недоуменно оглянувшимся в его сторону патриархам. — Мы уж решили, что наследника Ростовых подвергать пыткам не будем.

Три осуждающих взгляда сошлись на мне.

— Должен же я был хотя бы попытаться? — Без капли стыда и сожалений пожал плечами я.

С моей точки зрения, упускать такой источник бесценной информации просто неразумно. Но тут в дело вступает политика. Противнейшая штука, доложу я вам. Но с другой стороны, не могу не признать, что патриархам, да и Фрицу виднее. Я-то со своего невысокого шестка оперативной обстановки сужу. А они в стратегический уровень играются. И я вполне допускаю, что с их точки зрения действительно имеет смысл избежать особых методов допроса применительно к родовитому пленнику.

Хотя вообще не обещаю, что если эту историю он переживет, то жизнь его будет долгой и счастливой. На моих невест объявлена охота. И противника они интересуют только мертвыми. Так что еще посмотрим, кончится ли моя личная война, даже когда между родами будет заключено мировое соглашение. Повторюсь, мне вовсе не улыбалось отбиваться от каждого придурка, что пожелает проверить нашу «ячейку» общества на прочность. А потому реакция должна быть чуть менее адекватной. А лучше без всяких «чуть». И уж, по крайней мере, в обществе должна укрепиться мысль, что каждый, кто надумает покуситься на жизни моих будущих жен, отчего-то на этом свете не задерживается.

— Итак, каков следующий ход противника? — Негромко поинтересовался Фриц, возвращая нас к главной теме.

Вопрос был скорее риторический. Но я все же ответил.

— Не могу знать, — главное не забыть добавить в голос легкий, едва заметный хмык. — Тут вопрос господину Ростову задать стоило бы. Но вы отчего-то против…

Не то чтобы настаиваю. Но факт констатирую. Меня услышали. Замечание оценили. Но комментировать не стали.

— Предлагаю сосредоточиться на наших планах. — Предложил Ярослав Дмитриевич. — И посвятить в них Александра Сергеевича. Полагаю он, со своим свежим взглядом, сможет дать свой независимый комментарий.

С этими словами патриарх протянул мне довольно плотную папку. Я не сделал и попытки, чтобы потянуться к ней.

— Не далее трех-четырех дней, пожалуйста.

Три удивленных взгляда стали мне ответом.

— Почему? — Спокойно спросил уже более опытный в таких ситуациях Христафор Милорадович, уже убедившийся, что гадать самостоятельно в таких случаях дело не слишком-то и благодарное.

Потому что слово есть такое — секретность. И полевых бойцов можно и должно информировать лишь в части касающейся. Особенно с учетом того, что где-то внутри меня вновь подала противный тонкий голосок авантюрная жилка.

— Об этом позже. — Пообещал я. — Давайте пока займемся общими планами. Возможно, по результатам их изучения, что-то и изменится.

Патриарх Кареевых взглядом странным меня, конечно, наградил, но под взглядом вновь продемонстрировавшего легкую усмешку из серии «я же говорил» Фрица, самостоятельно развязал листовки и достал примерно четверть листов.

— Прошу. — Предложил он их мне.

Много времени на чтение мне не понадобилось. Удары по военным объектом, пара провокаций на грани в Думе, вновь планы каких-то зданий и территорий.

— Этот. — Остановился я над одном из пунктов. — Почему вы ограничиваетесь лишь легкой провокацией?

Трое мужчин склонились над листом.

— Это патронный завод, Александр Сергеевич, — пояснил патриарх Громовых. — Он находится в ведении оборонного приказа. Напоминаю, что за любое разрушение важной империи инфраструктуры карается достаточно жестко.

Некоторое время я рассматривал лежащий перед собой лист.

— Каковы условия его перехода под протекторат… Чей? — Уточнил я.

— Мой. — Ухмыльнулся Станислав Матвеевич. — Формально именно Род Громовых — сторона конфликта, а, значит, Громовы, увы, не могут претендовать на захват трофеев. Хотя, если бы я счел подобную операцию возможной, то скорее всего мощности производства использовал бы именно Ярослав.

Громов кивнул, все с той же усмешкой.

— Так каковы условия, господа?

Не верят они мне. Только Фриц предельно серьезен. Что и заставляет слегка серьезнее отнестись к моему вопросу обоих патриархов.

— Уничтожение либо вывод охраны Ростовых за пределы охраняемого периметра и занятие его Гвардией Громовых, либо союзными войсками.

— А отвоевать обратно?..

— Фактически невозможно… Стандартными методами. — Заверил Фриц.

Я вопросительно поднял бровь.

— Понадобится серьезный удар одаренных, чтобы смести охрану, — объяснил мне Громов. — Без повреждения инфраструктуры таковой провести не получится. Собственно, по этим причинам не можем претендовать на него и мы.

— Мооожем. — Заверил я, рассматривая план. — Первый этап работы за моими людьми. Фактически задачей гвардии станет войти в «открытые ворота» и продемонстрировать флаг.

— А если?..

— В этом случае мы сумеем уйти не оставив следов, — заверил я. — В крайнем случае, все подорвать «похоронив» возможные потери и любое расследование.

Патриархи заговорили разом. Все-таки план был действительно «жестковат» по местным реалиям.

— Согласен. — Одним планом поставил точку в обсуждении Фриц.

Он мыслил с точки зрения интересов империи, которые лишь на время пересеклись с целями Громовых и Кареевых.

Старики возмущенно глянули на бесстрастного Христафора Милорадовича и… Пожали плечами.

— Но ведь завод — не основная цель? — Все так же ровно поинтересовался Главликвидатор империи.

— О, нет, — с легким смешком заверил я. — И тут мне понадобится помощь.

— Слушаем. — Простое слово вновь вернуло разговору деловой настрой.

Глава 21

— Сука! — Небольшая статуэтка разлетелась брызгами осколков о резную дверь кабинета патриарха Ростовых.

Звонкий удар будто стал сигналом. Рукотворный ураган в центре городской резиденции опал так же резко, как и начался. Кое-кого из родни, что по силам пока не дорос, даже сбило с ног. А вот «виновник» столь яркого выплеска чувств Главы Рода лишь тонко усмехнулся, но свои требования повторил:

— Двое моих людей погибли, половина ранена. Вы мне должны, господин Ростофф, — как и всегда в минуты напряжения, в голосе «гостя» послышался едва заметный акцент. — Извольте расплатиться!

Герман Людвигович застыл на месте, взяв на прицел холодных глаз чего-то там требующего наглеца. Глава СБ даже вновь поднял щиты. Вот еще не хватало, чтобы родичи перед представителем британской Короны валялись. Снова, мда…

Сам же посланец не столько Ее Величества, сколько лондонского Сити и ухом не повел. Одаренным он не был, но довольно мощные артефакты позволяли ему не бояться спонтанных всплесков эмоций местных дикарей. Тем более, что если его действительно захотят убрать, то живым он этих стен не покинет. Тем более, противопоставить Ростовым даже круг уже не получится — не стало его.

Однако вряд ли такие ухищрения пригодятся. В конце концов, куда лучше Дара экселенцев его защищает финансовая удавка, Его Величество Процент и копии сделок. Стоит последним попасть на стол к императору и Роду конец. Его просто вырежут!

И это не говоря уже о том, что если глава Семьи сейчас фатально для посланца даст волю чувствам, то весь капитал Сити обрушится даже не столько на него, сколько на империю. Правило «Нас убивать нельзя.» соблюдалось джентльменами свято. И все внутренние разборки отступали на задний план… До решения вопроса.

— Повторите! — Холодным тоном потребовал патриарх.

Стив Роджерс трусом не был. И в напряженных переговорах ему участвовать уже не раз приходилось, а оттого он и бровью не повел, монотонно продиктовав свои требования еще раз:

— Ваши родичи запросили огневую поддержку круга, — ровно заявил он, «забыв» что участие наемников было его требованием (но единственный способный это подтвердить Ростов предположительно убит во время недавней акции). — Во исполнения наших договоренностей и в знак добрых намерений, оную они получили. В итоге, благодаря бездарному командованию…

— Что?!! — Взревел Фридрих, подаваясь вперед.

— Молчи. — Оборвал глава командующего спецназом.

В этот раз волна патриаршей ярости никого с ног не сбила. Но вот щиты Игоря Франковича ощутимо продавились под волной практически неуправляемого Дара.

Гость ожидаемо даже не шелохнулся, с интересом наблюдая, как из оконных рам с убойной мощью шрапнели вылетают остатки стекла.

— Но…

— Молчи. — Уже тише прозвучало в кабинете.

Командующий ударными силами рода положил руку на плечо своего подчиненного.

— Сергей Карло… Кха!

Дюжий кулак нестарого еще воина грамотно пробил печень никак не желающего заткнуться Фридриха.

— Молодому человеку дурно, глава! — Не моргнув и глазом спокойно выдавил он.

— Выведите его на воздух и возвращайтесь! — Коротко махнул рукой Герман Людвигович.

Приказ был исполнен быстро и четко.

— На чем мы остановились? — Поинтересовался патриарх, когда дисциплина была восстановлена.

— Благодаря бездарному командованию ваших людей погибли мои, — любезно напомнил посланник островного капитала. — Хотелось бы получить возмещение и компенсацию.

Старший Ростов неодобрительно посмотрел на бритта.

— У вас есть чем обосновать столь громкие заявления в адрес моих людей?

— Боже милостивый, господин Ростофф, — совершенно уже натурально удивился гость. — Ваши же люди на допросах признают, что проиграли столкновение неодаренным. Да и данные объективного контроля показывают, что присутствовавшая Кареева лишь «обозначила» начало формирования плетения, но так и не пустила его в ход, дав обычным бойцам нанести сокрушительное поражение вашим людям!

— Моим людям?.. — Почти прошипел патриарх.

— … Вы сами признаете, что ваши люди так же не смогли оказать сопротивление, — перебил главу Сергей Карлович. — Почему же вы возлагаете вину только на наш Род?

Фигура в плаще, а гость снять верхнюю одежду не пожелал, обернулась в командующему.

— Господин… Ростофф… Тоже, — негромко хмыкнул он. — Мои люди — отделение огневой поддержки. В их задачи не входят вопросы боевого управления. Тем более, удар был нанесен в тот миг, когда они формировали свой конструкт, используя тактическую схему «Круг». Вы знакомы с особенностями ее боевого применения?

— Вполне. — Подтвердил Сергей Карлович, заставив патриарха поморщиться.

Ему эти особенности тоже были знакомы. Все-таки он далеко не всегда грел задницей кресло главы. Успел и хлебнуть. А с учетом того, что конец прошлого века и начало этого на всякие заварушки были богаты, навидаться ему пришлось всякого.

— Допустим, — скрепя сердце согласился он. — И во сколько вы оцениваете ущерб?

— О, не волнуйтесь, — легко заявил Стив Роджерс, внутренне усмехнувшись. — Не думаю, что подобны траты будут для вас слишком обременительны. Мои люди включат неустойку в пакетное соглашение. Думаю, что сумма итогового платежа вместе с суммой инвестиционного кредита вас вполне устроит.

Голос переговорщика буквально излучал патоку.

«Торгаш!», — презрительно сплюнул Герман Людвигович мысленно. Но эффективный. Судя по той легкости, что он сейчас так старательно демонстрирует, заплатить Роду придется очень много.

И вырваться из этого капкана уже практически невозможно.

Это все равно что лететь с горы на велосипеде по выбранной траектории. Вариант не разбиться только один — доехать до самого низа. До конца пройти этот путь. Стоит же начать играться с тормозами или пытаться отвернуть в сторону, как непреодолимая сила инерции просто размажет тебя по асфальту.

— Допустим. — Вновь повторил патриарх.

Но в этот раз скорее для себя самого, чем в ответ на завуалированный ультиматум наглого бритта.

Сэр Стивен Рождерс, более предпочитавший короткую форму своего имени, позволил себе лишь вежливо улыбнуться, и малейшим жестом не показав внутреннего удовлетворения. Провести разведку боем, утилизировать ставшее слишком дорогим и своевольным отребье, да еще и за счет принимающей стороны — просто прекрасно!

«Варвары, блюдут не букву договора, но его дух! Да обычный стряпчий нашел бы к чему придраться в моих притязаниях, а эти готовы платить, лишь бы в собственных глазах сохранить свое мнимое величие. Вот только в словосочетании „король дикарей“ главное слово отнюдь не первое!», — решил мысленно он, тут же загнав свои рассуждения поглубже. Они не несли выгоды, а значит их время придет когда настанет пора писать мемуары. И сэр Рождерс очень рассчитывал сменить нынешнее ремесло на писательское перо в каком-нибудь небольшом, но уютном замке. А для этого следовало хорошенько постараться.

— Итак, как это произошло? — Поинтересовался Герман Людвигович.

Посланец банкиров приподнял бровь. Мол, вы у меня об этом спрашиваете?

— Возможно, Фридрих Олегович мог бы сказать нам об этом больше? — Дипломатично предположил он. — В конце концов, именно он командовал операцией.

Патриарх кивнул: «Дело говоришь… Чужеземец!».

— Сергей Карлович? — Невозмутимо обратился он к главному безопаснику Рода.

— Думаю… Молодой человек готов продолжить беседу. — Спокойно пожал плечами он.

— Пригласите его.

Фридрих явился на зов через пару минут. Нездоровая краснота уже сошла с его лица, уступив место обычной усталости. Капли же на вороте рубашки ясно давали понять, что прийти в себя ему помогло умывание. Скорее всего, ледяной водой.

— Прошу прощения за мое поведение. — Глухо выдавил из себя он.

— О, я все понимаю, — мягко ответил посланец. — Потеря близкого человека всегда ранит…

Кровь вновь начала приливать к лицу Фридриха. Но на этот раз он быстро взял себя в руки и отвернулся от бритта. Выдавить из себя положенную этикетом благодарность он не смог.

Патриарх кивнул.

— Фридрих Олегович, — обратился к вытянувшемуся в струнку молодому человеку безопасник. — Расскажите нам коротко о том, что произошло во время сегодняшней операции. Верно ли, что вам противостояли неодаренные?

Бывший командир спецназа несколько секунд собирался с мыслями, но все же кивнул:

— Верно. Мы попали в засаду смерд… Неодаренных бойцов. Более того, нам не удалось нанести им хоть сколько-нибудь значимого урона.

— Почему? — Не выдержав с большим интересом спросил чужеземец.

Фридрих в его сторону и головы не повернул. Он по прежнему разговаривал только со своими Родичами. Но ответить ему все же пришлось. Лишком серьезная информация, чтобы скрывать ее от Рода… И «союзника». Какой-никакой, но здесь и сейчас он на их стороне.

Глава Рода же с командиром СБ тоже удивились. Совокупной мощи выехавших на простое в общем-то задание должно было хватить, чтобы раскатать в тонкий блин и довольно крупное военное подразделение, оснащенное стандартными средствами усиления и магического оснащения. Но его там быть не могло!

— Мы. Не смогли. Их. Обнаружить. — Выдавил из себя провалившийся командир. — Даже когда они открыли огонь…

Старшее поколение Ростовых озабоченно переглянулись. Но еще больше их удивила следующее призвание родича:

— … Я не думаю, что их было много.

Это признание много стоило молодому человеку. Даже бритт оценил.

— Господин Ростов… — Мягко подал голос он.

Патриарх обернулся к «союзнику».

— Мои люди доложили о всплеске Огня неподалеку.

Глава обернулся к Фридриху, ожидая пояснений.

— Так точно, — заявил тот. — Согласно отчету наблюдателей на объекте присутствовала Кареева Алина Эдуардовна в сопровождении своего будущего мужа. Однако она не ударила. Просто продемонстрировала силу. Конструкт был свернут практически без усилий. При этом в заготовку она влила Дара не менее чем на пятую ступень.

На некоторое время кабинет погрузился в тишину.

Первым вновь заговорил посланник джентльменов:

— Думаю, никто не будет отрицать, что перед нами новая формация. — Заключил он.

«Об этом должны узнать в Сити! Главный вопрос сейчас: сколько таких людей у русских. Это… Может быть опасным!», — про себя резюмировал он.

— И единственное неизвестное в данном уравнении — некто Коротков Александр Сергеевич, — сделал совершенно очевидный вывод безопасник. — Муж двух одаренных высокой мощи, да еще и из Великих Семей.

— Узнать. Все, — коротко обронил патриарх. — Кто. Что. С кем. Где. Я хочу знать имя девушки, с которой он впервые поцеловался и любимое блюдо на завтрак. Отдельное внимание на членов семьи.

Сергей Карлович молча склонил голову.

— Могу ли я попросить поделиться полученной информацией, — вновь добавил елея в голос посланник — возможности их разведки в этой дикой стране были сильно ограничены. — Полагаю, это могло быть должным образом оценено. Например при учете процентной ставки в нашем пакетном соглашении.

Патриарх молча кивнул. И только очень внимательный наблюдатель отметил бы насколько закаменели его скулы.

Глава 22

— Но дядя!.. — Фридриху действительно было тяжело сдержать выдох возмущения.

Главный безопасник и командующий всеми вооруженными силами Рода одновременно обернулись к молодому человеку. Тот в минуту душевного смятения демонстрировал совсем не те качества, что они хотели бы видеть в командующем специальными группами командире.

— Ты отстранен. — Глухо повторил свое решение Сергей Карлович.

Игорь Франкович решение поддержал. Потом, возможно, они вернуться к воспитанию и подготовке молодого представителя Рода. Но сейчас он был совсем не тем человеком, кому можно было бы доверить управление хоть каким-то соединением. Личная уязвленная гордость не должна была идти вразрез с интересами Семьи Ростовых.

— Фридрих, — положил руку на плечо молодому человеку глава СБ. — После окончания войны ты сможешь вернуться к командованию подразделением. Однако сейчас тебе лучше сосредоточиться на получении опыта в планировании специальных… Акций.

Бывший командир только плечом дернул, сбрасывая руку родича. После чего молча потопал куда-то вглубь дома.

— Есть кем заменить? — Бесстрастно поинтересовался Сергей Карлович, ничуть не комплексовавший по поводу расстроенных чувств племянника.

По крайней мере, внешне. Про себя же он решил, что обязательно проведет беседу со своим братом по поводу иных огрехов в воспитании мальчишки.

— Лучшей кандидатурой был Андрей. — Так же бесстрастно пожал плечами безопасник.

Он прекрасно понимал чувства не только родича, но и очень старого друга. Но сейчас бесстрастность — это лучшее чем он мог его поддержать.

Командующий такую заботу оценил, благодарно кивнув.

— Еще варианты? — Поинтересовался он, полностью меняя тему.

Игорь Франкович вздохнул:

— Есть составленная тобой очередность…

Теперь вздохнули уже оба.

«Очередность» замещения выбывших командиров действительно была. Вот только поставить на место «распустившего сопли» Фридриха было реально некого. Кто-то не дотягивал по знаниям, характеру, да и просто банальному возрасту. Это в мирное время вполне можно на должность назначить тринадцатилетнего Грега Николаевича. Нехай опыта набирается на рутинной службе. А вот сейчас… Да еще и когда противник отчего-то начал удивлять совсем неожиданными ходами…

Командующий все понял прекрасно.

— Подумай там, — попросил он старого соратника. — Потом забегай со списками. Посидим, обсудим.

— Под рюмку чая, а? — Усмехнулся безопасник.

— Можно и под нее, — серьезно подтвердил глава ВС. — Но под маленькую. У нас война на дворе.

— Сделаю.

— А пока пошли посмотрим, что у нас по оперативной.

И двое немолодых уже мужчин направились в сторону кабинета одного из них.

* * *

Кабинет безопасника Рода в этом доме был небольшим, простым и функциональным. Несмотря на отсутствие предметов роскоши и кожаных диванов в приемной (как и самой приемной), необходимым он был снабжен по максимуму. А уж пропитавшая крепкие стены защита могла заставить завистливо вздохнуть и военного министра. В конце концов, городская резиденции любого Рода, претендующего на звание Великого, изначально строились с учетом превращения в командный пункт во время боевых действий.

— Так что ты планируешь, Сереж? — Поинтересовался глава СБ, едва они уселись в креслах напротив главного украшения любого кабинета — письменного стола.

— Я же отправлял тебе…

— … Отправлял, кто ж спорит? — Наедине мужчины общались друг с другом гораздо проще, чем под внимательным оком Германа Людвиговича. — Ты давай своими словами. Чтоб потом недопониманий не было.

— Думаешь?..

— Думаю, — отрезал безопасник. — Меня этот Коротков тоже смущает. Всю картину портит. И ведь не сказать, что я «копнуть» под него не пытался.

— Что, неужели ничего не нашел? — С удивлением переспросил командующий.

Удивлению причины были. Давний соратник рыть землю умел. Понадобится, так и буквально носом. Его аналитики очень неплохо работали даже с косвенными данными, так что патриарх всегда работал с довольно неплохой сводкой. Да и остальные тоже. В части касающейся.

— В том-то и дело, что нашел! — Словно от зубной боли скривился Игорь Франкович.

Ему очень не нравилось, когда добытые им данные никак не вписывались в общую картину мира. Отмахнуться же от них мешали чувство самосохранения и профессиональная гордость.

— Ну так делись! — Предложил Сергей Карлович. — Вместе и подумаем.

Глава СБ помолчал. Недолго. Ровно то время, что понадобилось ему на собрание разрозненных данных в относительно целостный рассказ.

— Картина больно интересная получается, — признал наконец он. — Жил-был мальчик по имени Сашка вместе с братом и матерью. Отца можно в раскладах не учитывать. Фактически никакого влияния на детей он не оказывал, а вскоре после рождения нашего парня довольно глупо погиб в банальной поножовщине. До шестнадцати лет он просто… Жил. Вообще ничего интересного: бедный район, школа. Ну как серая мышка. Мать практически не видел. Она наборщицей на мануфактуре служила по двенадцать часов…

— Служила? — Зацепился командующий.

— Да, два года назад уволилась по собственному желанию, сделав выбор в пользу домашнего хозяйства. Но к этому мы еще придем… Так вот. В семнадцать лет, после окончания школы с очень средними отметками, парень решает подзаработать деньжат и отправляется «курьером» к местному мелкому криминалу. На одном из первых же задач нарывается на нож. Скорее всего, действительно случайно. После этого некоторое время он восстанавливается. Возможно незначительный факт, но с тех пор у него сильно изменились вкусы. По крайней мере, с девочкой, к которой, по опросам, питал какие-то чувства, расстался сразу и без сожалений. Изменился характер. Стал более жестким. Молодой человек увлекся физкультурой.

Безопасник прервался ненадолго налить себе воды из небольшого графина. Простенький артефакт в крышке сохранял содержимое прохладным и свежим. А потому стакан мужчина выпил с удовольствием.

Командующий отвлекать соратника не стал.

— Удивительно, но парнишка, потерявший довольно крупную сумму денег, не сбежал, а отправился к логову местного «теневого хозяина». О чем-то они договорились и… Через несколько дней разбивается главный счетовод Изгоя. А это, я напомню…

— Артем Кареев. — Кивнул Сергей Карлович. — Я помню.

— Так вот, по моим данным Гусак и Изгой довольно жесткую конкуренцию лишь имитируют, имея общие интересы. Практически сразу Коротков открывает небольшую автомобильную мастерскую. Помимо довольно стандартного списка услуг, он начал скупку старых машин и их перепродажу после ремонта. Дальше начинается какой-то совершеннейший сюр: нападение целой группы бандитов на ту самую мастерскую. Обороняющие ее обычные ДЕТИ сумели не только эффективно отбиться, но и довольно неплохо потрепать нападавших. Опрос одного из выживших позволяет предположить, что мастерская является довольно неплохим укрепленным объектом, а детишки демонстрировали довольно неплохие навыки огнестрельного боя.

— Таааак, а откуда у них?..

— Вот, — оборвал командующего СБшник, жутко не любивший, когда его перебивают. — Можешь кинуть еще один кирпичик в стену вопросов. Предположительно, оружием парня снабдил Гусак. С одобрения Изгоя. А, значит, и Кареевых…

— Что?!

— Гораздо интереснее другое, — не обратил внимания на восклицание Игорь Франкович. — Ряд ниточек от предполагаемых главарей того ночного дебоша тянутся… К британскому посольству. Дальше события начинают нестись вскач: некто похищает районного доктора, чьи связи с Гусаком, Изгоем и Коротковым можно считать установленными. Когда место содержания доктора было установлено, туда выдвинулся… Кто бы мог подумать!.. Наш парень в сопровождение бойцов в неизвестного типа амуниции и некоего князя Долгорукова Сергея Васильевича. Причем последний выступил скорее в качестве водителя и проводника. По показанием участников, операцию Коротков проводит сам. При поддержке тех самых неизвестных бойцов. Причем демонстрирует высокий уровень компетентности, личной подготовки и актерского мастерства.

Очередная пауза.

Командующему силовым крылом Рода было о чем подумать. За это время СБшник успел уже не торопясь опустошить очередной стакан свежей вкусной воды с капелькой лимонного сока.

— А дальше? — Проедложил продолжить Сергей Карлович.

— А я не знаю, — в том ему ответил соратник. — Тут можно добавить, что из-за формальных заказчиков похищения тоже торчат ушки «англичанки». Далее же я не смог восстановить хронологию, но вот просто несколько событий: участие Александра Короткова во внеплановых проверка подразделений ВС РИ, дуэль со штабс-капитаном гвардейского полка. Кстати, речь идет о Мещерском… Да-да, том самом Константине Георгиевиче.

— Бретер. — Припомнил Сергей Карлович, вслед за хозяином кабинета наполняя свой стакан.

— Точно так, — обрадовался собеседник. — Кстати, неплохой. Наш Род пользовался его услугами при решение ряда… Хм, специфических задач. И Константин Георгиевич показал себя серьезным специалистом. И…

Игорь Франкович глубоко вздохнул.

— И?

— Наверное, на этом все. — Вынужден был признать он. — Дальше я свернул работу по сбору информации.

— Почему? — Вполне искренне удивился командующий.

— Потому что ко мне в гости с разницей в час пришли целых два посетителя: один из Третьего отделения личной Е.И.В. канцелярии, а второй лично от графа Бенкендорфа. Первый поставил меня в известность о том, что императорская канцелярия не одобряет такой интерес к своим служащим, а второй намекнул что Христафор Милорадович не слишком доволен таким пристальным вниманием к своему подчиненному. Это дословная цитата.

Двое мужчин помолчали. Оба они прекрасно знали, что достаточно было любого из посетителей, чтобы свернуть всю работу в том направлении.

— Остался вопрос: не многовато ли в этой истории англичан? И насколько сэр Роджерс заинтересован именно в работе с нами, а не в разведке боем с целью получения дополнительной информации по сему интересному феномену.

— И? — Переспросил командующий, почувствовав недосказанность.

— И не лягут ли эти факты позже в основу обвинительного заключения против всего Рода?

— Какого заключения?

— Об измене трону. — Не слишком весело заключил безопасник.

Такое заявление заставило Сергея Карловича замолчать на целую минуту.

— Но ведь мы действуем во благо империи!.. — Воскликнул он наконец.

«Эх, Сережка, Сережка! Вот хороший ты вояка, но стратегия это точно не твое!», — с легкой грустью подумал безопастник. А в слух же произнес только.

— Император ясно дал понять, что наши идеи не поддерживает. Мы пошли против его воли. Если это еще не мятеж, то где-то близко.

— И что же делать?

— Войну надо выигрывать. А потом думать, как слить англичан, и при этом не угодить на виселицу всей Семьей.

— И как это сделать?

— Я не знаю. — Честно признался глава СБ. — Особенно с учетом того, что патриарх от выбранного курса отступать не намерен.

Глава 23

— Математика — царица наук!.. — Гордо заявил я, не прекращая «дурного дела».

В ответ на столь необычный отзыв к паролю «Какого фига ты делаешь?» слегка смутил моего братца. Ну ничего тут не поделаешь.

Да и чем я таким странным занимаюсь? Всего-то и сижу перед небольшим блокнотом с рядом цифр и примерным наброском небольшой трубы. Медитирую, ага! А еще циферки разные записываю в небольшую тетрадку. Считаю чего-то. Кто-то вот не слишком популярную в этом мире суддоку разгадывает, а я примерчики решаю, да кой-какие чертежики накидываю на будущее.

Очень не отдаленное будущее.

— … Но служанка физики. — Бодро закончил я свою мысль цитатой Михаила Васильевича Ломоносова, кивая на верстак неподалеку от меня.

Секач небольшие прямоугольники на ножках узнал сразу. Все-таки ликбез по минам я им проводил не зря. Хотя, мне кажется, что и человек несведущий явно военную хрень с четкой и ясной надписью «К ПРОТИВНИКУ» с елочной игрушкой бы не перепутал.

— Алина, Ната! — Негромко, но с какой-то театральной надрывностью в голосе воскликнул брат. — Муж ваш… Будущий опять взрывчатки полон дом натащил!

Ну, дом — это сильно сказано. Казарма ИСИ — все-таки не предел моих мечтаний о домашнем очаге. Да и по планировке представляет собой скорее общежитие, пусть и улучшенной планировке с учетом проживания здесь магичек.

Со стороны кухни послышались две пары шагов. В ореоле привлекательно-съестных запахов на пороге небольшой артмастерской показались мои невесты.

— Вот! — Радостно ткнул во всякое разное на столе братан, дебильно лыбясь.

Девушки нахмурились. Правда, причины были вовсе не те, на которые рассчитывал Лешка.

Ну да ничего! Я ж шутить тоже умею. И неплохо.

— Братан! — Довольно лыбясь позвал я.

Народ притих. Если у невест и были какие шуточки, то они предпочли их проглотить, дабы не попасть под раздачу вместе с добровольно принявшим на себя звание «залетчика» парнем.

— Если ты мне сейчас не перечислишь ВСЕ, что лежит на верстаке, то у тебя сегодня праздник!

— С девочками, водочкой и банькой? — С надеждой пробормотал он.

— Неа, — еще шире улыбнулся я. — Все как я люблю: спортивный!

Лешка с грустью посмотрел на указанный стол.

— Так что давай, поднапряги память! — Любезно предупредил я. — А то к ужину можешь и не поспеть пробежать дистанцию!

— Так сейчас же того… — Удивился Секач. — Завтрак! Будет…

— Вот и я о том же! — Довольно киваю в ответ.

Девушки притихли. Составить компанию слишком много болтающему братцу отчего-то не пожелала ни одна.

— Там же ливень! — Попробовал откосить тот.

Тут уж и я нахмурился всерьез. Вот уж воистину, язык — враг! Мой принцип прост: «Задачи выполняются когда нужно, а не когда хочется!». И сейчас я буду о нем кое-кому очень доходчиво напоминать.

Краем глаза вижу: девочки смещаются куда-то мне за спину. Думают не увижу?.. Наивные!

Оказалось, нет, не думают! Просто подошли обе-две сзади, обняли такие и негромко прошептали:

— Саш, прости дурака! — Нежный голос Громовой заставил меня блаженно зажмуриться.

— А мы тебе сырников сделаем! — Добавила многозначительно Кареева.

Купили, нет, точно купили! Нашли мое слабое место и теперь им нагло пользуются.

Что ж…

— Лаааадно! — Махнул я рукой в сторону выдохнувшего брата.

Ну, да, купили. И что? Главный-то секрет я им не сдал! Сам прекрасные сырники готовлю. Так что очень не рекомендую в более серьезных случаях применять сей тактический прием. Но об этом предупреждать не буду. Пусть своей головой думают.

— Ты для кого это все приготовил? — Попытался соскочить со скользкой темы Кареева.

— О! — Поднял я вверх указательный палец. — Тайна сия есть страшная!..

Народ переглянулся. У меня редко возникало настроение подурачиться, но именно сегодня… Почему бы и нет?

— … Для господ Ростовых, естественно.

Девочки переглянулись и… Расселись по табуретам, внимательно уставившись на меня.

— Уверены? — Интересуюсь не просто так, а чтоб они оценивали все обстоятельства своего решения. — Если завтрак подгорит — все вместе бегать отправимся!

Невесты легкомысленно махнули ручками. Знают, когда я действительно шучу.

— Там все готово! — Заверила Алина. — Ты расскажи и есть пойдем!

— Если коротко, то, как вам известно, Ростовы не были готовы к отпору со стороны Громовых. Изначально планировалось, что несколькими демонстративными ударами им удастся заставить Станислава Матвеевича отступить от своих позиций в Думе и пойти на встречу по ряду вопросов в иных ситуациях.

Народ покивал. Маломальскую политинформацию я доводил до своих людей на общих планерках.

— Так вот, не смотря на показательную демонстрацию сил, они не были готовы к серьезному противостоянию, — обозначил основную проблему нынешнего положения Рода-агрессора я. — Нет толковой логистики, большинство боеспособных сил все еще (!!!) располагаются по штатам мирного времени на их семейной базе. Ну и самое главное, они не успели подчистить тылы!..

— Предатель! — Первой догадалась Алина.

— Но-но-но! — Погрозил я пальцем. — Это там предатели, а в их ряды таки затесался наш доблестный разведчик!

Взял небольшую паузу. Пусть осмыслят, осознают.

— Поняла. — «Повинилась» Кареева.

— Так вот оказалось, что планы их особым изыском не отличаются. Пара суток им понадобилась на примерный просчет логистики с учетом имеющихся сил и средств, — продолжил я. — На данный момент готов план ударов по объектам семьи Громовых. Кареевых, видимо, пока решили не трогать. Все-таки официально свои союзные обязательства твои, Алин, родичи пока не подтвердили.

— И мы теперь знаем время и место ударов? — Слегка напряженно поинтересовалась Наталья.

— Наташ, ну ты что? — Слегка удивленно поинтересовался я. — Человек предоставил буквально обрывочную информацию больше бытового плана.

— Например?

— День бронирования авто главой ВС Рода и машин сопровождения. Конечной точкой маршрута указана главная база их ударных сил.

— И все? — Удивилась водница.

— А тебе мало? — В тон ей поинтересовался я. — А вот ваши аналитики и люди Христафора Милорадовича сходятся во мнении, что в этот день, согласно общим для Ростовых протоколам, их командующий соберет офицеров Рода для постановки боевых задач в соответствии с изменившейся обстановкой.

Впрочем, возможно они пользовались и другими источниками. Просто мне о них не сказали.

Девушки задумались. Брат отчего-то покосился на верстак. Правильно, в общем.

Будет им наглядный урок, почему никогда нельзя недооценивать традиционных методов ведения войны. А то надеются, понимаешь, на осадные щиты, да мощь ударных конструкций. Варварство прямо какое-то. Или «традиции» по-ихнему.

Ну что ж…

— Что их себя представляет база? — Поинтересовался братец.

— О! — Обрадовался дельному вопросу я, подвигая поближе свой блокнот и открывая чистую страничку. — Прямоугольная территория на два квадратных километра…

— А почему так много? — Тут же поинтересовалась Кареева.

— А у них там же склады не только РАВ, но и какие-то чисто коммерческие, — пожал плечами я, накидывая очень грубый план. — Чтобы на охрану дважды не тратиться. Да и полигончик небольшой имеется. Все как у белых людей, короче. Располагается он примерно в километре от трассы А-118 неподалеку от Мурино. Объект представляет собой бывший производственный комплекс, модернизированный Ростовыми под место дислокации своих сил и техники. Здесь же располагается штаб-квартира их ВС и Аппарат главы СБ.

Алина чуть сморщила свой носик:

— Саш, — негромко возразила она. — Чтобы пробраться внутрь, нам понадобится целая армия. Я изучала характеристики этого объекта. Там все очень… Серьезно. Даже если нас с Натой на пике нынешних способностей использовать, то не факт, что продавим их щиты. А пробираться на территорию малой группой… И, собственно, что?

Я схватился за голову. И не так чтобы очень уж картинно…

— Ну е-мае, и чему я вас только учу, а?

Гребаная инерция мышления. Вот сколько раз девочки убеждались, что и малая группа неодаренных спецов способна дел натворить, а все прорывается эта самая… Инерция мышления.

Их, возможно, и понять можно. Почти все наши серьезные акции были проведены в учебном режиме.

— Думаем еще! — Уже серьезно отдал приказ я.

— Там же завтрак…

— Подогреете. Вам еще сырники жарить. Ну!

Девочки склонились над планом. Всего три элемента: трасса, сама база и дорога между ними сквозь зеленку.

— Дорога. — Ткнула пальцем сообразительная Наташенька.

— Да умница ты моя, иди сюда, расцелую! — В сердцах возликовал я.

— А меня?! — Тут же вскинулась Алина.

— Не при мне! — Закрылся руками братец в шутливом ужасе. — И не меня!

Впрочем, никто ни на кого бросаться и не собирался. Так, пошутили и хватит.

— Что на этой дороге? — Поинтересовалась Громова.

— Труба. — Честно ответил я.

— Какая труба? — Удивилась Алина.

— Дренажная. Воду отводить.

Громова же посмотрела на мою тетрадку, где в двух сечениях в обрамлении каких-то пометок был изображен означенный объект, после чего на стол и сама себе кивнула.

— Ясно.

— Но чего мы этим добьемся? — Поинтересовалась Алина.

А вот этого я вам, девочки… И мальчик пока не расскажу. Так что ответ мой в меру честен:

— Выиграем немного времени и отвлечем внимание от места нанесения основного удара.

«… Который послужит прикрытием совсем другой акции.», — про себя закончил я.

— Так, раз все все поняли, бегом марш!

— Куда? — Чуть «затормозила» Кареева.

— Сырники жарить. Я есть хочу!

Глава 24

Ох и поползать нам пришлось с мичманом Котенко во тьме ночной в самодельных лохматках.

А все ж таки справились!

И даже не больше пары часов потратили, благо я все подготовил заранее. Интересное это чувство, брести по лесу, обвязанный парой десятков килограмм взрывчатки и инженерки. Это, кстати, не считая веса оружия и стандартной амуниции! Хорошо хоть пулемет и ППШ мне притаранят сразу на позицию. А то совсем грустно было бы.

Сейчас же еще шестеро бойцов выходили к точкам с другой стороны. Им было легче. Всего-то и надо вынести на заранее просчитанные позиции свое и наше оружие. Ну и приличный запас гранат для установки растяжек как по пути нашего отхода, так и вкруг позиций.

«Готово!», — поднял я палец вверх, но тут же замер, пытаясь сродниться с землей под «оком» шарящего по земле луча прожектора. Но до нас метров четыреста. Опыт «старого», помноженный на талант сливаться с любой местностью Котенко, не оставлял защитникам ни малейшего шанса нас обнаружить.

Вроде бы и это все понимаешь, а все равно какое-то гадливое чувство, когда луч света пробегается по твоей спине, сердечко екнуть заставляет.

Провода я задействовать не решился. Все-таки не совсем же слепые. Вдруг заметят. Благо средства дистанционного подрыва для для комбинации с простейшим электродетонатором от щедрот Фрица у нас были. Этот самый ЭДП должен был рвануть небольшую тротиловую шашку, а вот она уже привести к детонации двух килограммовых «запирающих» зарядов по краям трубы. Основной же, почти на двадцать кило «сюрприз» рванет точно по центру на несколько миллисекунд позже. Давление с двух сторон буквально «сплющит» основной взрыв, поднимая дорожное полотно. Рвануть должно знатно. И концентрировано. Зря что ли великая Империя столь долго учила половинку меня?

«Дальше!», — поднимаю я сложенную в соответствующем жесте руку.

Котенко кивает.

— Понял. — Еле слышно шепчет он, и тут же добавляет. — Всегда готов.

И пусть я скорее чувствую, чем слышу его слова, но по возвращении он у меня огребет за нарушение маскировки. И пусть в нынешней обстановке он не слишком серьезно, но и поощрять подобную хрень точно не стоит. Это как с оружием. Ты всегда должен предполагать, что оно заряжено. Основа безопасности, черт возьми!

Еще сейчас не дай Бог кто в радиоэфир вылезет, просто прибью нафиг.

Но после.

Так, мысли прочь.

Следом наступает черед осколочных заградительных мин. Вот тут сюрприз. Появилась тут «игрушка» чуть раньше, чем уже знакомая мне «ведьма»[9], но и убойной мощи в ней было чуть меньше. По крайней мере, все пространство в радиусе тридцати метров, будет поражено всего двумя тысячами визжащих, разогнанных до немыслимых скоростей металлических шариков. Вместо почти двух с половиной тысяч в знакомой мне «лягушке».

«Но в целом все равно должно будет получиться неплохо!», — оценил я, выкапывая лунку под установку очередного сюрприза. Неподалеку с таким же цилиндром возился и мичман.

Мины направленного действия «встали» уже с другой стороны дороги. Кронштейны мы привинтили прямо к деревьям.

Покончив с самым тяжелым делом, отправились к лежкам чуть дальше вдоль дороги. При этом, чтобы уж совсем никому скучной эта жизнь не казалась, мы еще и по путям отхода много чего интересного оставили. Будет им «шарад» поразгадывать, если вздумают сунуться следом за нами. Ой, как-то сильно я сомневаюсь, что в отсутствии школы и системной передачи знаний в плане «неодаренного» боя, у них более-менее приличный сапер имеется. Вот в том что маги мощные там, за стенами, так то не сомневаюсь! Равно как и системы обнаружения других Даром осененных нарушителей спокойствия. Вот только на руках моих красоток такие подавители висят, что ни их обнаружить, ни им к Дару обратиться.

Стоят такие игрушки целое состояние, наверное. Да еще и не купишь просто так. Но нам с «щедротами» ныне везет ввиду совпадения принципиальных жизненных позиций с интересами государства. Христафор Милорадович, конечно, строго настрого предупредил: «С возвратом!». Но я очень сильно постараюсь если не потерять сверхценные артефакты в свою пользу, то хотя бы договориться об их передаче на нужды нашей команды. Удобная же штука! Маг для любых детекторов становится просто невидимым. А на обычных людей такие штуки не рассчитаны. Местный военная доктрина просто не предполагает, что небольшая группа «смердов» может быть опасна. А большое соединение наблюдатели уж как-нибудь заметят. Короче, два сантиметра не грязь, а три сами отпадут. Зачем тогда мыться-то?

Вот, честное слово, примерно такая логика у местных командиров и была. А с учетом, что высшие командные должности некоторые уважаемые старперы занимали сотнями лет, инерция мышления была не просто ужасной, а попросту ужасающей!

Итак, девять человек. Три тройки. Да еще и от щедрот «Тройки» вооруженные до зубов. Секач с «плеткой», Винни с пулеметом и Кот с РПГ облюбовали лежки правее по ходу движения конвоя. Я же, подхватив пулемет господина Дегтярёва, вместе с Богданом Борецким с таким же ДП[10] и Алиной в качестве снайпера. Еще одна тройка Наташа — Уж — Кир уже «обживали» левый фланг.

Норма. Осталось только подождать наших гостей.

Залегли мы грамотно. Метрах в ста двадцати. Немного опасно. Все-таки рванет знатно. Может и камешком каким прилететь. Или даже булыжником.

Да и есть у меня стойкое ощущение, что через несколько часов я сильно пожалею об отсутствии в этом мире наушников с активным шумоподавлением.

Остается только и успокоить себя мыслью, что тем кто окажется в фокусе нашей ловушки, придется куда хуже!

— Все получилось? — Вроде бы спокойно спросила Алина.

И пусть голосок не подрагивает, но все же напряжение чувствуется. В серьезных засадах девушке еще бывать не приходилось. Ну… Почему бы и не пошептаться с ней по-семейному?

— Естественно. — Негромко кивнул я.

Впрочем, и успокаивать слишком сильно я ее не спешил. А ну как высунется посмотреть на результат взрыва или еще какую-нибудь глупость сотворит. Кареева, конечно, девочка разумная. Да и о войне представление имеет. На уровне сборов. Да еще и местного, довольно «неизысканного» ее варианта.

А ведь тряханет нас знатно. Это отсюда кажется, что до нашей взрыв-трубы далековато. Но я заранее тщательно донес до каждого участника простую в своей лаконичности мысль: это не так!

* * *

Вот она польза инженерно-разведывательного дозора перед колонной. Ни один толковый боец ИРД такое «лакомое» место не пропустит, а, значит, подарки наши обнаружит без труда.

Однако не пришла в голову никому простая мысль, что привычная всем труба, да еще и выступающая над укатанным полотном дороги на манер лежачего полицейского, отличное место для ловушки. И это при том, что в промышленных целях в этом мире взрывчатка используется. И весьма эффективно. А вот в военных нуждах как-то без огонька, без фантазии. Чего заморачиваться-то, если небольшая команда магов удар и похлеще нанесет? Да какая-нибудь Громова уже сейчас способна с ударом дивизиона каких-нибудь ТОС[11] сравниться. Что же дальше будет, когда она возьмет третью ступень?

Однако тут нюанс имеется: Наташа с разблокированными способностями до сюда и близко бы не подобралась. Перехватили бы. Еще за несколько километров детекторы подняли тревогу, и на перехват бы выдвинулись одаренные Ростовых, в сопровождении «свит» из отрядов «смердов».

И подавили бы мага-офицера со стандартной для этой сельской местности подготовкой.

Вообще без проблем.

Прям как в том анекдоте про прапорщика Иванова, которому предложили однократный секс с местной красоткой, либо двукратный с собственным же командиром: «Машка — это, конечно, круто! Но два раза, это два раза!». Вот примерно в такой логике здесь и воевали. Линейной и предсказуемой. Я считал это косностью мышления, они — традициями!

Один тоновый сигнал с поста на трассе сообщил о приближении противника около десяти часов утра. Я успел даже выполнить пару разминочных движений, подтянуть к себе поближе пульт для дистанционного подрыва и еще раз проверить свою позицию. Все было нормально!

Итого, три довольно популярных здесь «Тойоты» и явно бронированный новейший ЗИЛ «Бронекапсула»[12].

Штука дорогая нереально. Да еще и купи попробуй! Патриарху удалось. И вообще чудо, что он выделил столь редкий авто командующему. Хм…

«Такая только у меня и у Майкла Джексона!», — прикинул я.

Кортеж, тем временем, начал замедлять ход перед привычным препятствием в виде дренажной бетонной трубы. Все для удобства пассажира. Не дай бог тряхнет бедолагу, а?

Вот не приходилось им мотаться среди гор Чечни и Афгана, иначе бы знали, что скорость — практически единственный способ избежать подрыва. Да, тряхнет пассажира на «лежаке», зато проскочишь опасное место живым.

А вот им не повезло.

Легкое движение большого пальца правой руки, и на перекрестке разверзся ад. Рукотворный.

Земля больно «ударила» меня в живот, аж подбросив на месте. Я заранее открыл рот, но помогло это мало — уши словно ватой набило мгновенно. Шедшего вторым «Круизера» подкинуло в воздух. Всей своей массой он грузно плюхнулся на «головняк»… Прямо в створе МОНки. «Бронекапсулу» же просто отшвырнуло в сторону и, вроде, даже выгнуло дугой.

Уже утыкаясь носом в землю, я отметил что шедший последним джип хоть и отбросило с дороги взрывной волной, но даже не перевернуло.

Нажимаю кнопку подрыва первой МОНки. Взрыв прозвучал на фоне первого как-то совсем хлипко, но я-то прекрасно знаю, ЧТО сейчас творится на дороге. И если джипы не бронированные, а на то не похоже…

В общем, появление в месте «где стреляют» на любом гражданском транспорте — повод к переосмыслению жизни. А уж такая передряга шансы на подумать обо всем этом после снижает кратно. Но я не высовываюсь. Еще не хватало каким-нибудь бетонным куском прилет отхватить.

«Ждем!», — Бросил я в рацию.

Теперь можно. Хотя не уверен, что меня кто-то услышал.

С неба упал очередной ком земли. И даже неподалеку.

1…2…3…4…5… Нет падений!

Выглядываю, чтобы оценить результат трудов наших.

Черт возьми, если и есть в мире ад, то выглядеть он должен именно так!

Глава 25

Да, ЗИЛ всмятку.

Шедший вторым «Крузак» не просто смяло, но еще и изрешетило что твой дуршлаг. Сильно сомневаюсь, что там кто живой остался. А вот «головняк» опрокинулся на бок. Тоже досталось ему стальными шариками. Да еще и бензин хлещет. Больше всего повезло замыкающей машине. Из нее даже вывалились двое живых. Не бойцы, конечно, контужены. Из ушей кровь льется. Бестолково шатаются, пытаясь отгрести куда-то в сторону. О, а вот один рванул к ЗИЛу.

Удивительно. Обычный человек был бы уже мертв. Но высокоранговый одаренный куда крепче. А уж если он не один. Да еще и при полном комплекте защитной артефакторики…

Командующий был еще жив. И даже, в отличие от двух своих сопровождающих, выбрался на свет с полуготовым плетением в руках. Правда, формировалось оно медленно, то и дело «распадаясь», но земляной упорно сводил контуры, готовя мощный удар.

Вот только куда? По кому?

Кажется, наш основной противник даже не обратил внимания на то, что выживший боец сбил его на землю, встав перед свои командиров на одно колено.

А вот двое его спутников бестолково расселись на земле, пытаясь прийти в себя.

— А чайник-то улетел… — Негромко шепчу я, не слыша собственного голоса.

Что мне до старой посуды, спросите вы? Так ведь к древнему и вроде как даже дырявому чайничку две лески были привязаны от местного аналога «ведьм», и чеки я из взрывателей со всеми возможными предосторожностями удалил еще ночью. Естественно, взрывной волной негодную посуду унесло вместе с предохранителями. Замедлитель должен продержаться несколько минут. Так что будет скоро очередной сюрприз. Судя по панике на базе, как раз к тому моменту как подойдет подмога. Ворота, кстати, ее уже распахнулись, и оттуда без всякого строя и смысла валом бегут человек пятьдесят. Кто-то с оружием, а кто и вовсе без, в надежде таки вытащить свое драгоценное начальство.

«Идиоты!», — мысленно решаю я, но тут же меняю свое мнение. Для них это ШАНС. Именно так, с большой буквы.

Тот кто сейчас вытащит свое начальство с поля боя будет обласкан высшим вниманием и золотой дождь прольется на его голову. Не то чтобы слишком много по меркам Рода, но какому-нибудь счастливчику и его семье до конца жизни вполне может и хватить, если тратить будет рачительно.

А по другому нельзя. Отличившихся надо награждать. Иначе не поймут.

Удар пришелся по левому плечу, отчего я чуть еще кое-что на дороге не рванул.

— Долго там? — Буквально по губам слегка «осоловевшей» Кареевой прочитал я.

Вслух отвечать не стал. Какой смысл? Но головой покивал. Отчего бы и нет?

Из замыкающей машины вывалился еще один гвардеец с «Томми» руках. Однако к боссу он не пошел, просто оперевшись на борт, чтобы иметь возможность стрелять.

От ворот базы рванули в сторону еще два «Крузака», судя по опознавательным знакам, местной СБ.

— Кир, Лиз, цель — мужчина у ЗИЛа.

— Принял, взяла. — Ответы снайперов с трудом, но все-таки можно было расслышать сквозь вату в ушах и гул в голове.

Стрелять они пока не будут. Незачем раньше времени демаскировать позицию.

«Крузаки» успели первыми, резко тормознув возле чадящего лимузина и изобразив что-то отдаленно напоминающее периметр безопасности. Правда, попробуй кто из моих исполнить нечто подобное, буду очень недоволен!

И просто бегом они у меня не отделаются.

А там и «солдатики» подоспели… Как раз под хлопок вышибного заряда. Резко свистнули разлетающиеся в разные стороны шарики первой мины. Ни с чем этот звук не спутаешь!

Ад на дороге моментально превратился в скотобойню из фильмов ужасов. Повсюду валялись орущие и визжащие тела. Кто-то упал без движения, а некоторые с диким крикам катались по земле, оставляя за собой кровавый шлейф.

Командующего же не задело. Жив он. Стоит вот. А вокруг него уже в полную силу полыхает пожар разгорающейся паники!

Два следующих хлопка практически слились воедино, огласив округу очередным леденящим душу свистом.

В этот раз вышло хуже. Кое-кто уже успел спрятаться за корпусами машин. И пусть стальные шарики влегкую шили борта «Крузаков» на вылет, диски и двигатель давали укрывшимся хоть какой-то шанс.

А вот «головняк» вспыхнул. Как то разом весь он украсился всполохами рыжего пламени. Похоже, несколько поражающих элементов «чиркнули» по бетонке, поджигая бензин. Чад горящей машины стал затягивать местность.

Но Ростов все еще живой! И даже на ноги встал, все так же не отвлекаясь от формирования плетения. Хотя на некогда светлом пиджаке в районе правого бока расплывалось довольно серьезное кровавое пятно.

— Да чтоб!.. — Негромко прокомментировал подобную живучесть я.

Вообще-то, можно уже и уходить. Время мы потянули, но…

— Снайпера, внимание!

— Санни, — тут же возник в эфире бесстрастный голос Винни. — «Коробочка» от базы… Ого, вторая. Две «коробочки» со стороны базы!

Я оглянулся в сторону распахнутых ворот.

— Бл**ь, а что так можно было?!! — В сердцах завопил я.

— Н-н-нет! — Протянула слегка заторможено Алина, наблюдая за двумя быстро набирающими скорость «бардаками»[13]… С танковыми пулеметами Владимирова «на борту»[14]! Я эту торчащую из башенки дуру и во сне узнаю. Как и любой, по кому из такой штуки хоть раз садили.

Твою державу! У него ж прицельная дальность до двух километров! И это заявленная, но все уверяют, что опытный оператор может работать и на более крупных дистанциях.

Вот сука!

Суки, вернее.

И откуда эта херня здесь?

Великим Семьям можно иметь бронетехнику. Но только в строго отведенных зонах на карте нашей благословенной империи. Но к таковым совершенно точно не относились Петербург и его область! Здесь «броня» могла быть только императорской!

— Снайпера, огонь!

С двух сторон захлопали выстрелы. Что «Светкам» сто — сто пятьдесят метров? Да практически прямой выстрел без поправок. Они бы Ростова и с первого выстрела сняли, если бы не остатки его амулетов, а так пришлось патрона по четыре истратить, пока стрелки не нащупали предел насыщения защиты.

Сквозь дым от щадящего внедорожника я смог рассмотреть, что фигура командующего будто сломалась, а от места его падения пошла воздушная рябь развалившегося конструкта, сбившая с ног тех, кто еще по какой-то случайности устоял на ногах или, по нашей недоработке, оказался способен на них утвердиться. Даже машины вокруг слегка «подпрыгнули». Но серьезного ущерба это не нанесло.

Ну а теперь самое ответственное дело — свалить отсюда по тихой грусти.

— Всем. Валим. — Бросил в эфир я. — Винни, Секач, готовьтесь отсекать, идем к вам.

Вообще-то с нашими силами броню можно было бы попытаться и пожечь… С неясными результатами. А нам оно на хрен не сдалось! Проверять насколько хорошо здесь готовят мехводов и операторов я готов только на своих условиях. А так… Задача выполнена? Выполнена! Отход.

Отползаем назад. Хорошо тут ландшафт нам подгадал небольшим перепадом высоты. Метров пятьдесят по-пластунски и можно во весь рост выпрямиться. Если в нас попадут, то исключительно случайно. Да и то для этого придется преследователям слегка углубиться в «зеленку», а с брони, да еще и с дороги, достать нас невозможно.

Ту-ду-дум!

Солидно хлестнула первая короткая очередь с «бардака» примерно в нашу сторону. Но… Высоковато. Пули выбили щепу из деревьев немного в стороне и намного выше того уровня, что представлял для нас хотя бы теоретическую опасность.

Хотя теория теорией, а по нервишкам то хлестнуло знатно.

Все-таки не железные мы. Алина же, едва посыпалась первая щепа, так вообще упала на землю… Откуда тут же была сдернута моей рукой. Направление движения я ей подсказал коленкой, совсем не нежно ткнувшей по попе невесты.

В такой ситуации простые методы — самые верные. Главное не перестараться и самому травму не нанести или, тоже прикольно, «отсушить» конечность собственного же бойца.

Все, отход!

Где-то за нами раздались выстрелы и очереди обычной ручной стрелковки. Это ладно. Это пусть. Слепо палят в белый свет как в копеечку. Попасть могут только случайно. Да и то, шансы, например, подвернуть ногу, сейчас куда выше, чем схватить шальную пулю.

Очередные выстрелы раздались справа от нас.

Резанул очередью в сторону намечающейся погони Винни, заставляя залечь так и не обнаруживших нас преследователей на землю.

Резко хлопнул гранатный взрыв.

Похоже, ребята налетели на растяжку. Что ж, это точно заставит из задуматься, а стоит ли гнаться через «зеленку» за явно зубастым противником?

И не лучше ли изобразить заботу «до конца» у тела павшего жертвой «бесчестных бандитов» аристократа?

А мы же удалялись все дальше.

Скорость — теперь наш главный козырь. И пусть только потом не помянут добрым словом все те многие километры в самых разных условиях, что пришлось намотать бойцам по моей «прихоти» на тренировках!

Бежим и дышим почти ровно. В смысле, не как загнанная лошадь, а все ж получше!

Хотя хрипы от заполошного дыхания уже слышны. А ведь мы «отошли» всего на километр!

Но зато теперь есть время отдохнуть перед тем как начать выбираться на точку эвакуации, где нас уже ждет грузовик с лаконичной надписью «Хлеб». Таких по всему Петербургу сейчас — тьма тьмущая. Попробуй отследи!

Минут двадцать мы дыхание восстанавливали, устроившись на краю полянки. Не выйдет ли кто за нами? Место тут уж очень удачное. Любой преследователь как на ладони. Враз сработаем. У нас сейчас на троих два «Дегтяря», одна «Светка», по ППШ с коробчатым магазином у меня и Винни, да по пистолету на каждого.

И это не считая нескольких оставшихся «комплектов» под растяжки.

Короче, супостата встретить мы были готовы практически любого (БРДМ ведь за нами в лес не рванет, верно?).

Но… Никто не вышел вслед за нами. А и ладно! Нашим же и легче.

Теперь вновь марш. Иногда с переходом с шага на бег.

Через два часа все три группы были эвакуированы по заранее разработанным маршрутам.

Глава 26

Патриарху Ростовых придется раскошелиться.

На этот раз всерьез. На «хороших» новостях он «полыхнуло» ветром так, что крыши с домов посрывало и в деревеньке километров в двух от эпицентра. А это уже явно тянуло на значительный ущерб простолюдинам. По счастью, никто не погиб.

Право ведь девка такая… Гибкая. Хоть как вывернуть можно. И если обычно патриарху столь знатного рода за «шалости» не грозило ничего, то под зорким взглядом императора, ждущего первой же ошибки, следовало быть поосторожней.

Хорошо хоть никого из своих почти не было, а щиты базы сдержали спонтанный удар.

— Сколько? — Поинтересовался он негромко.

Однако верному безопаснику не надо было объяснять.

— Командующий в коме, — глухо произнес он. — Трое его заместителей убиты. Так же погибли пятеро одаренных из дежурной смены. Всего четырнадцать душу Богу отдали. Еще восьмерым оказывается медицинская помощь.

Герман Людвигович вздохнул, вновь оглядываясь на место подрыва колонны. Удивительно, но «Бронекапсулу» ему было жалко ничуть не меньше, чем Сережку. В конце концов за столько десятилетий он как-то и сам привык, что кто-то постоянно уходит. А лимузин был символом могущество Рода. Из разряда — всем не достать, но мы-то можем! Таких всего штук шесть на всю империю. И три из них в гаражах императора.

Теперь же один из символов их власти был уничтожен. И скрыть это не удастся. Конечно, полицию сюда и близко не допустили. Но слухи пойдут… И ему нечего будет на них ответить.

В мире, где с мощью Дара частенько росла и эмпатия, каждое слово столь серьезного человека просто обязано взвешиваться особой мерой. Так что и «замылить» реальные потери в словесных кружевах тоже не удастся.

— Что это было? — Отвлекся от своих мыслей патриарх.

— Взрывчатка. — Коротко ответил Игорь Франкович. — Кто-то довольно хитро начинил ей дренажную трубу. Пока не совсем понятно как, но неизвестный сумел направить взрывную волну вверх, так чтобы большая часть взрыва пришлась на проезжающий прямо по ней конвой. При этом обнаружены следы применения стандартных армейских мин. Однако расставлены они были настолько грамотно, что нанесли очень серьезный ущерб. Кроме того, нападавшие каким-то образом рассчитали замедление на заградительных осколочных минах, чтобы они рванули в момент, когда прибыла подмога с базы.

Главный Ростов коротко и зло выдохнул, но тут же взял себя в руки. Не смотря на всю защиту, прошлая его выходка отшвырнула пару машин в стороны, и покалечила несколько человек. По счастью без фатальных жертв. По крайней мере, все скоро вернутся в строй с компенсацией от Рода.

Но слухи-то пойдут. Слабеть, мол, Семья стала, позиции свои сдавать. Сначала некто выбивает всю военную элиту клана, а после патриарх калечит своих же людей, просто не сдержав Дара!

«Можно ли иметь дело с таким союзником?», — зададутся вопросом очень многие серьезные люди. И кое-кто, не сейчас, но позже, сочтет случившееся камешком на чашу весов совершенно не лестного для Ростовых решения.

— Просто взрывчатка? — Уточнил уже взявший себя в руки глава.

— Мы не обнаружили никаких следов применения Дара, — развел руками СБшник. — На обнаруженных нами местах залегания противника обнаружены лишь следы применения стрелкового оружия различных калибров.

Это было дико. Выскорангового одаренного РАССТРЕЛЯЛИ. То есть, буквально нашпиговали свинцом.

— Как… Это возможно? — Сделал Герман Людвигович неопределенный жест в сторону смятого лимузина.

— Основной удар взрывной волны приняли на себя броня и личные щиты Сергея, — так же бесстрастно доложил тот. — Так что он даже сумел выбраться из покореженной машины. Однако тут же его защите пришлось противостоять множеству осколков. Остатки амулетных щитов нападающие «выбрали» банально расстреливая его. Очевидцы настаивают на не менее пяти десятках попаданий.

Глава поднял бровь.

— На местах залегания диверсантов нами обнаружены гильзы винтовочного калибра. Можно в уверенностью сказать, что было произведено не менее десяти выстрелов. Сколько из них попали в цель — не скажу.

Патриарх вновь обратился к своим невеселым мыслям.

— То есть, они нашли предел насыщения, буквально расстреляв Сережу?

— Да. — Ответный кивок получился довольно смущенный, но кто же мог знать-то?

Защита от подобных атак не разрабатывалась НИКОГДА. Просто необходимости не было. Теперь вот появилась, но пока Игорь Франкович даже не слишком представлял с чего начать.

— Сколько нападавших убили ваши люди, Игорь? — Поинтересовался неожиданно глава Ростовых.

— Никого, — столь же бесстрастно ответил безопасник. — Мы даже не сразу смогли «взять» направление их отхода, а затем сразу же получили еще одного убитого и двух раненых на оставленных в лесу гранатах.

— Оставленных?

— О, удивительно простое и изящное решение. — С некоторым облегчением сменил довольно скользкую для него лично тему разговора только что ставший новым командующим мужчина. — Обычная осколочная граната привязывается к колышку, который втыкается в землю. К чеке с отогнутыми усиками привязывается едва заметная леска и крепится за что-нибудь с другой стороны. Стоит лишь задеть ее, и через несколько секунд гремит взрыв…

Немолодой уже человек негромко вздохнул, признавшись:

— В паре случаев леска крепилась не к какой-нибудь ветке, а ко второй гранате. Так мы потеряли еще двоих при попытке разминирования подобной конструкции. Одного из них безвозвратно.

— Твои выводы, Игорь?

Ситуация патриарху не нравилась совершенно. И даже не нынешним разгромом, а скорее ближайшими перспективами.

Однако безопасник сразу не дал четкого ответа, зато поделился своими размышлениями на этот счет:

— Если бы речь шла об одиночке, то я бы не стал сильно волноваться, — признался он. — Все рано или поздно выследили бы и подавили. Однако мы уже сейчас имеем дело с готовым отрядом. Как минимум, одним. А если нет?

— Коротков? — Поинтересовался Герман Людвигович.

— Это многое бы объяснило! — признал Игорь Карлович, устало потирая переносицу.

Ему совсем недавно довелось ковыряться в остатках взрывных устройств, а потому на лице его осталась грязная линия. Однако оба собеседника, занятые своими мыслями, на нее внимания не обратили.

— Итак, мы имеем интерес Громовых и Кареевых через брак и покровительство графа Бенкендорфа, — продолжил вслух рассуждать безопасник. — Плюсом к тому явный интерес «англичанки»…

Патриарх поморщился от упоминания сэра Роджерса. Не слишком приятный персонаж. Однако на что только не пойдешь ради величия Рода и империи.

— … Проще всего предположить, что перед нами носитель войны нового типа. Подготовленный солдат. Однако проблема даже не в этом. Все изменения произошли с этим Коротковым два года назад. Не будем рассуждать о том, как это случилось. Куда важнее следующее: за это время он смог подготовить КАК МИНИМУМ, один отряд, способный выполнять задачи без поддержки одаренных на качественно ином уровне. А вот это уже на личные таланты не спишешь. Перед нами система, методики, наработки, в том числе и легко передаваемые другим. И вот это страшнее всего.

Глава Рода некоторое время помолчал. Мысль неприятна, но сейчас он видел ситуацию следующим образом: все они со своей верой в Дар безнадежно устарели. Одаренных действительно мало. «Мобилизационная» база для подготовки воинов по новой методе в количественном сравнении практически безгранична. И сейчас им довольно жестко продемонстрировали их место, буквально одним десятком нанеся урон, на какой не всякая армия способна.

Не слишком приятно чувствовать себя с средневековым кирасиром, которому герцог приказал «ядрам не кланяться», маршируя на окопавшихся современных бойцов, уже развернувших пулеметы и иные средства усиления. Совершенно разная война при прочих равных. В тяжелых доспехах пока строем дотопаешь даже до первой линии, уже никого и не останется. Можно сколько угодно смеяться над бойцами, что они «подобно червякам, забыв про гордость» закапываются в землю. Но что в этом толку, если даже пули ППШ «шьют» латы как фольгу, и даже один пулемет смертоносной косой способен обратить в бегство конный строй?

Хотя, если быть честным, посмеяться-то, конечно, можно. Вот только поле боя практически наверняка останется за «трусами» с их окопами, винтовками и пулеметами.

А чего они еще не видели?

— Значит, Коротков. — Задумчиво резюмировал Герман Людвигович.

Глава СБ на то только головой покачал.

— Не о том думаешь, Герман, — грустно заключил он, поглядывая на заходящее уже солнце. — Этот Коротков — в общей картине совершенно не интересен. «Пациент 0», не более. Убери его, и ничего уже не изменить. Он запустил в этот мир чуму, которая наверняка перекроит привычные нам рамки. Тут самое главное, что за два года он передал вполне достаточную часть своих знаний довольно большому количеству последователей. И даже если они не достигают его уровня… Или даже совсем не тренировались по его методе, знания останутся. Идеи… Да просто другой взгляд! Посмотри на эту диверсию…

Игорь Карлович с раздражением кивнул на остатки бетонной трубы. Их было немного, надо сказать.

— … Он использовал армейские мины только в качестве поддержки. А взрыв, едва не убивший Сережку, он подготовил сам. Причем мои люди до сих пор не могут понять, как ему удалось «запереть» волну, не дав большей части энергии разойтись в сторону. Сейчас мы как индейцы против пушек кораблей Колумба. И кто знает, не принесет ли он в наш мир «чумные одеяла», которыми американцы в свое время с великой охотой травили коренных жителей.

Патриарх некоторое время смотрел на смятый лимузин, после чего перевел взгляд куда-то в сторону заходящего за горизонт солнца.

— Надо брать. — Решил он.

— Надо. — Согласился безопасник.

Причем любой ценой! И как можно скорее.

Вот только как это сделать он пока не представлял. Уж больно много неизвестных в этом уравнении.

«С другой стороны, это же всего лишь мальчишка!», — заключил Игорь Карлович, вновь вгоняя мозг в рабочий режим. Каким бы он ни был крутым, но опыт есть опыт. А это уже игра на его поле!

Успокоенный этой мыслью, хранитель безопасности Рода размашисто зашагал в сторону базы. Ему предстояло многое обдумать и еще больше сделать. А время, он был в этом свято уверен, пока работает на них!

Глава 27

«Чертовы маги, чтоб их!».

Я был чертовски зол. А эти… Лентяи швыряются своими огненными шарами и целыми скалами, интригуют… Нет бы чего нормального сделать! Например, разработать приличный наркоз и хорошее обезболивающее, чтобы не трещала голова каждый раз как приходишь в себя.

— Вот черт! — Прокомментировал я, убедившись, что вращается вовсе не койка, а «вертолетит» потолок над моей головой.

С великим трудом я достал из-под кажущегося бетонным одеяла левую ногу.

— Да чтоб всех вас! — Взвыл от досады я.

«Ватные» мышцы вес ноги не удержали, и она просто рухнула вниз, больно ударившись пяткой о пол палаты.

Обиднее всего, что все мои мучения были напрасны. Известный с детства обеим моим половинам способ бороться с алкогольными «вертолетиками» в этот раз не помог. Даже упирающая в пол нога не принесла ощущения стабилизации в пространстве. Потолок все так же продолжил исполнять чудную кадриль.

Следом накатила боль. Простая и привычная по каждому из моих пробуждений в госпиталях. Старая знакомая вновь явилась с вестью, что я еще жив. Ну, здравствуй, родная! Рад тебе.

Хлопок двери.

— Куда пошел?! — Тут же возмутился такой знакомый голос. — Очнуться не успел, а уже куда-то бежать готов!

Я с трудом перевел взгляд влево, поймав в фокус лицо наклонившейся надо мной Наташи. Водопад светлых волос упал на мое лицо. Я же потянулся к локонам, зачем-то решив потрогать их. Сил хватило только на половину пути. Так что рука безвольно упала прямо на грудь моей невесты.

Та отстраняться и не подумала:

— Ну вот, жить, значит будешь! — Усмехнулась она, перехватывая безвольную конечность и укладывая мне же на грудь. — Стоило оно того?

Вот теперь невеста стала гораздо серьезнее.

Хотя понять ее можно. Операция была и в самом деле… Странная. Мне под кожу вживили несколько нитей чистого Дара, образовавших меж собой «узор» физической защиты. Довольно слабенький, между прочим. Всего несколько серьезных воздействий и выдержит, после чего растворится без следа. Со стороны ситуация выглядела идиотской: гораздо проще и эффективнее надеть на шею небольшой амулетик, который гораздо лучше защитит от подобных вещей. Это все равно что вместо покупки обычного смартфона (не для этих места и времени, конечно, но как пример) спаять самому нечто подобное, используя вместо микроэлектронных чипов старые добрые лампы.

Абсурд? В девяносто девяти случаев из ста — безусловно. Однако всегда нужно понимать, что звезды могут сложиться так, что и рогатка для тебя в бою окажется куда ценнее самой навороченной винтовки.

Операция вышла дорогой, сложной и «выхлопа» для обычного неодаренного от нее было бы чуть. Владельцу Дара так она вообще была бы бесполезной. Но я же не могу просто жить. И здесь выделился, чтоб его. Анти-архимаг долбанный!

Короче, когда я вывалил патриархам свой план, те сначала опешили, а затем как-то разом выдохнули что-то вроде «бреееед!». Фриц же просто промолчал, поджав губы. Кобылкин, все ж таки проведший операцию, когда услышал что именно от него требуется, просто и внятно констатировал, похоже, озвучив общее мнение:

— Д*****б! — Однако, помолчав, через несколько секунд все же прибавил. — Здоровье твое, рискуй!

Впрочем, добрый «дохтур» слегка смягчился, когда узнал какой бюджет и какие силы выделяются на постоперационное восстановление, чтобы уже следующий вечер я встретил в полных силах. Самолет, может быть, и не купишь, но крыло домой утащишь точно!

С другой стороны, патриархи наивными дурачками быть не могли по определению. Если мой план сработает, все затраты окупятся сторицей. И не только деньгами и прочими материальными благами. Репутация. Такого, что собирался провернуть я, в рамках Родовых войн не позволял себе никто и никогда. А, главное, прокопаться к нашим действиям будет не-воз-мож-но. Все будет как в лучших домах ПарижУ и ЛондОна. То есть, строго в рамках формальных, зарегистрированных на бумаге правил. Правда, есть у меня ощущение, что придется мне ради общего блага слегка побыть эксгибиционистом… Ну, что ж. Как говорится, все для фронта, все для победы. Говорят же, что территория не считается захваченной пока над ней не висят яйца твоего пехотинца. Придется и мне потрясти причиндалами ради общего дела.

Посмотрел бы я у кого после этого хватит мозгов хотя бы посмотреть косо на семью Коротковых-Громовых-Кареевых.

— Как себя чувствуешь, Саш? — Легонько потрепала меня по волосам.

— Мгммммрооо. — Выдал я, имея ввиду что-то вроде «нормально».

Как и большинство людей, произносящих это слово, я врал. Онемевшие губы вот до сих пор не могут вымолвить и слова простого. А уж башка как раскалывается. Куда там похмелью!

— Ясно. — Ответила невеста, хотя вот мне лично все ее сделанные по результатам моего мычания выводы были отнюдь не очевидны.

Да и в голосе слышится легкое беспокойство. Все ж таки, в детали операции я ее не посвятил. Равно как и Алину. Хотя именно девочкам отводиться главная роль в моей постановке. Зато никаких нервов и метаний из серии «А получится?!». Все вопросы снимают два конверта с четкими условиями вскрытия. Плюс небольшой артефакт приемник, который подаст всего один единственный сигнал в тот момент, когда я заставлю почувствовать себя определенные эмоции.

Зато та же водница прекрасно видела выражение лица своего патриарха после того как я «презентовал» свой план.

По мне так простенько и со вкусом. А они такие: «Псих, псих!». Ну никакого уважения к человеку мысленного труда. Зато потом, когда я попросил не отметать сразу мое предложение, потому что оно «никак невозможно», а хотя бы минут пять подумать над ним, даже старикам пришлось признать, что «что-то в этом есть»!

Фриц, как более открытый всему новому просто по долгу службы, воспринял все куда быстрее и с долей фатализма, что ли:

— Шея твоя, рискуй.

И правда, ему-то чего? Планы обучения на ближайшие годы я составил еще перед дуэлью с Мещерским. Ядро будущего подразделения нового типа создал, и даже сформировал инструкторский состав. Да, если я погибну, то процесс слегка замедлится. Однако что-то меня давненько посещает ощущение, что даже довольно толерантного Христафора Милорадовича слегка пугает скорость повышения нашей боевой готовности. Стоит учесть, коль выживу… В который раз.

— Ыыыыыть! — Протянул я.

Наташенька, умничка, поняла! И тут же поднесла к моим губам стакан, слегка придержав голову, пока мои зубы выбивали чечетку по краю стеклянной посуды.

— Сысибо! — Я вновь накинулся на подушку.

А вот внимательный взгляд на собственную персону Громова распознала сразу.

— Операция прошла полностью успешно, — отрапортовала моя невеста. — К вечеру доктор обещает полное восстановление. К утру будешь готов к работе.

С трудом, но мне все же удалось склонить голову в подтверждающем жесте.

— Группы будут готовы к полуночи, — правильно поняла мою мысль водница. — Лиз, Винни и Секач как раз сейчас проводят инструктажи.

Отлично.

— Знаешь, Саш, я… — Начала было Наташа, но тут же оборвала сама себя, подлитая со стула возле моей койки по стойке смирно.

— Вольно, Наталия Григорьевна, — мягко ответил как-то незаметно появившийся на пороге палаты Фриц. — Мы сейчас не на службе.

Девушка расслабилась, но садиться в присутствии графа все же не решилось!

— Как себя чувствуем, больной? — Мягко поинтересовался Станислав Иванович, выскользнув из-за спины Бенкендорфа.

— Иии н уууй! — Искренне ответил я.

А чего? он же не стеснялся в выражениях, когда комментировал мои умственные способности? Вот и пусть получит заслуженное «Не дождешься!» в моей интерпретации!

Тем более, как-то за рюмкой чая удалось нам выяснить, что по общему количеству лет, он меня и помладше будет. А уж после того как оказалась, что мы в одних и тех же местах побывали, которых обычные люди называют «горячими точками», так и вообще сдружились. И позволяли себе в адрес друг друга довольно многое. Особенно с учетом местного этикета, который такого панибратства не предполагал в принципе. Мы же — продукт немного другого воспитания. А потому иногда расслабиться и просто поспорить о чем-то с человеком, которого в случае несогласия и на хер послать можно, стало своеобразной отдушиной. Психологической разгрузкой, если хотите.

Так что не обиделся на меня добрый доктор, но пообещать момента не упустил:

— Таааак, вижу уже лучше, но клизма вам определенно не повредит!

Громова и Бенкендорф задумчиво нахмурили лбы, всерьез пытаясь понять, как именно сия процедура сможет облегчить мое состояние.

— Ууууйю! — «Грозно» пообещал я.

— Вот ведь пациент пошел, — задумчиво пожевал губы док. — Ни пострадать тебе толком, ни помучиться!

Брови свидетелей нашей «перепалки» взлетели куда-то к волосам.

— Хуууухааа!

— Ладно, не желаем клизму — так и не будет ее! — Заверил Станислав Иванович, не забывая при этом крепить манжету тонометра на моей руке.

— Сасиииво!

— Заменим процедуру на кружку Эсмарха[15]! — Пообещал он, накачивая давление.

Бенкендорв с Громовой согласились, что скорее всего это будет лучшим решением для моего восстановления. И невдомек им, неучам, что это тот самый сосуд, про который ОПТИМИСТ думает, что она уже на половину пуста, а пессимист уверен, что ЕЩЕ на половину полная!

С другой стороны, может в этом мире подобное устройство называется как-то по-другому?

— Ууууукаааа! — Обреченно протянул я, в отличие от этих двои неучей, прекрасно понимая, ЧТО чертов доктор имеет ввиду.

— Все, лежи, расслабься! — «Прислушался» к моему пульсу док.

— У? — Поинтересовался я, когда доктор послушал и простучал все мое тело.

Станислав Иванович помолчал, дождавшись пока свернувшая медицинский конструкт «помощница» из ведомства Бенкендорфа, выйдет из палаты.

— Нормально, — заключил он. — Жить будешь. Сейчас волю в тебя «живую воду» — почувствуешь себя лучше. Список приема восстанавливающих средств и процедур на столе. Следовать неукоснительно! Хотя…

Кобылкина задумался, снимая небольшие круглые очки и оглаживая седую уже бородку.

— … Наталия Григорьевна, лучше всего было бы, если вы остались со своим женихом, — Закончил он. — До конца восстанавливающего курса у него может наблюдаться головокружение, проблемы с координацией и даже помутнение рассудка.

Громова с достоинством кивнула. Похоже, она и так не собиралась оставлять меня на растерзание местным эскулапам. Особенно после двусмысленных шуточек «Айболита».

Глава 28

Как же хорошо чувствовать себя в силах!

«Ладно, черт с этими магами, на что-то да сгодятся!», — решил я, наслаждаясь легкостью во всем теле. Да и чувствовал я себя вполне бодро. И это не смотря на то, что полночь минула уже как два часа назад.

Эх, зато убедился, что жизнь никого и ничему не учит. Особенно окончательно охреневших от чувства вседозволенности одаренных. Наш сегодняшний объект, естественно, перевели на усиленный режим охраны, но… На практике это значило просто резервирование дополнительных мощностей для щитов и перевод их операторов на «боевой режим». И все! А вот охраны в эту ночь на заводе было куда как меньше, чем за сутки до этого. Не ожидал такого подарка, но… Спасибо!

А все почему? Да просто атака в этом направлении НЕ-ВОЗ-МОЖ-НА! Верно, господа патриархи?

Так зачем же здесь держать полный штат, если противник по этом объекту не ударит? Не лучше ли распределить личный состав по более опасным направлениям? Вот и Ростовы предположили, что лучше!

Ну и кто им после этого злобный Кобылкин? Кстати, для справочки, промывания желудка как с помощью клизмы, так и кружкой Эсмарха я благополучно избежал.

— Наблюдатели сменяются. — Негромко пробормотал Винни, удобно расположившись в салоне трофейного «Шеви Ван».

Таких у нас теперь три. Руки бы, правда, оторвать прошлым владельцам. А то салон уже прилично потерт, по кузову тоже есть вопросы, да и двигатель бы глянуть… Короче, займемся детейлингом. Вот сразу как войну выиграем, так и примемся за дело.

А по поводу доклада: это он о наших людях. Не первые сутки мои ребята здесь «практикуются». Мдааа… А ведь урезание местного гарнизона наверняка снесет к чертям привычный график. Что-то я о таком эффекте не подумал.

— Неа, — возразил Котенко, после того как я озвучил мысль вслух. — Они просто уменьшили число людей карауле.

Я приподнял бровь. Вот что значит безграмотность низового командного состава. Люди ведь просто так делили бойцов по сменам, ага! Без всякого хитрого умысла. Например, вовсе не для того, чтобы каждый пост держал не только свой сектор, но и «соседей».

— То есть… — Обернулся я к Киру.

Тот солидно кивнул. Смотрелось это несколько комично, с учетом того, что он дремал, оперевшись щекой на цевье своей винтовки.

Замечание я делать не стал. Уверен был, что он просто отдыхает, и когда понадобится, готов будет мгновенно. Хотя, честно признаюсь, в первый раз когда он изобразил при мне этакого лебедя умирающего, тоже не слегка удивился. Однако позже выяснилось, что лучший наш снайпер так настраивается. Ну да и Бог бы с ним!

А вот новости, что стрелки готовы снять уполовиненные до одного бойца посты на вышках без шума и пыли, меня порадовали.

— Сколько их? — Поинтересовался я.

— Списочный состав на данный момент — семьдесят три человека, — вновь обрадовал меня Винни. — Соответственно, на постах двадцать пять бойцов, еще двадцать пять будет в бодрствующей смене, остальные отдыхают перед заступлением на утренние посты.

Очень неплохо! Изначально мы готовились к куда более жестким условиям.

А тут практически подарок.

Единственный вопрос:

— Бодрствующая смена?..

Палец Кота ткнул в довольно подробный план территории, уже вдоль и поперек «облагороженный» пометками, понятными только посещенным. То есть, всем нам.

«Черт возьми, у меня что, сегодня день рождения?», — мысленно порадовался я. Про себя. Тихонько. Стараясь, чтобы никто моих мыслей не заметил. А то расслабятся еще, и нарвётся кто-нибудь на пулю. А нам оно надо? Вот совершенно не надо!

Кого подстрелят — потом выпорю! И отжиматься до посинения заставлю. Чтоб дошло. Про то, что я сделаю с тем, кто помереть умудрится, даже и думать не хочется!

— Одаренные?

— Только на постах щитового контроля. — Бесстрастно ответил наш бывший самый большой друг.

Теперь это звание вместо Винни с гордостью носит рядовой Иванов. Тот самый на котором любят кататься мои невесты. Насколько я знаю, Виктор за утерю сего почетного звания на него не бижается.

— Хм… Это же десятая-девятая ступень, — прикинул я по прошлым сменам. — И, так полагаю, командир.

— Геннадий Гансович Ростов, двадцать три года, — кивнул тот, и тут ж добавил. — Седьмая ступень.

— Синекура? — Прикинул я, в каком случае молодого человека могли поставить на этот пост.

— Судя по всему, — согласно кивнул мне Виктор. — Молодежь в бой рвется, да и натаскивать как-то смену надо. Вот и бросили в глубокие тылы вроде как стратегический завод охранять.

Я с удивлением посмотрел на своего заместителя — тоже мне знаток дворянского воспитания выискался. Тот пожал плечами.

Хотя он прав… По логике вещей, здесь должно было бы быть безопасно. Не верят господа Ростовы, что сыщется безумец, готовый атаковать объект из списка оборонных и грифом «Око императора». От любого магического удара их надежнее всего защищают даже не мощные щиты, а понимание, что государь в тонкий блин размажет любого, кто остановит работу важного производства. Если же найдутся идиоты, готовые штурмовать заводик без поддержки одаренных, то на тут случай в паре мест кнопочки особые есть. Нажмешь такую, и нет производства. Гарнизону это не страшно. Не заденет их. Небольшие заряды рванут под технологическими линиями, делая их восстановление делом нелегким и дорогим. Виновата в таком исходе будет атакующая сторона. Начальник же охраны прекрасно оправдается одним простым доводом: «Рванули, чтобы врагам не досталось! Думали, война началась. Сделали все, чтобы в руки супостату целым не попало!».

Вот только тут есть один момент. Наличие средств самоуничтожения и способы их активации в обязательном порядке подтверждаются… Канцелярией Е.И.В. Так что я прекрасно знаю, в каких помещениях располагаются «красные кнопки». Причем ситуаций из разряда «А если?» быть не может. После освидетельствования «последней линии обороны» важного объекта, не дай бог хоть кому-нибудь проводок не там проложить. В тонкий блин раскатает государственная машина раскатает уже отвечающего за гарнизон умника-экспериментатора.

— Ооооох. — Негромко, но как-то грустно раздалось за моей спиной.

— Что такое, Наташ? — Поинтересовался я, оборачиваясь к светловласке.

— Генку жалко, — призналась невеста. — Учились вместе в Корпусе. Неплохой мальчишка был.

— Проблемы, религиозные запреты? — Вновь интересуюсь я.

— Никак нет! — Тут же подтянулась Громова.

— Прекрасно. — Отметил я, возвращаясь к планированию.

Невеста кивнула уже серьезно. Говорить о том, что по плану операции «Генка» должен выжить я не стал. Во-первых, мало ли как оно пойдет. Нет, мы-то сработаем четко. Не сомневаюсь. Но вдруг он сам поскользнется, да шею себе свернет на лесенке. А я лгуном выглядеть буду, получается? Ну уж нет… А, во-вторых, пора взрослеть. И принимать решения. Осознание, что Ростовы враги — одно из них. Увы.

Да, с патриархами обоих Родов мы эту тему уже обговорили. И пришли к выводу, что девочкам срочно надо взрослеть.

Есть старое ханьское проклятие: «Чтоб ты жил в эпоху перемен!». Увы, мы входим в эпоху турбулентности. И сколько бы не говорили оптимисты, что на языке того же азиатского народа слово «кризис» пишется иероглифами «опасность» и «возможность», я придерживаюсь точки зрения Виктора Франкла, которому удалось попасть в один из самых страшных концлагерей и выжить. «Первыми ломались те, кто верил, что скоро все закончится. За ними идут те, кто не верил, что это когда-нибудь закончится. Выжили те, кто сосредоточился на своих действиях, ожиданий того, что может произойти или не случиться», — писал он в своей книге. Лучшая иллюстрация к старой истине: делай, что должен — и будь что будет.

Пока же прелестные головки моих учениц были полны странных ожиданий и не вполне верных представлений о том, какова жизнь ДОЛЖНА БЫТЬ, а не какова она ЕСТЬ на самом деле.

А реальность до безобразия проста: Ростовы отдали приказ на убийство моих невест. И мое. Все. Теперь для меня каждый из них в эмоциональном плане — всего лишь цель до того момента, пока Я не решу, что опасность отступила.

Громова словно бы подслушала мои мысли.

— Саш, проблем нет, — твердо заявила она, вполне справедливо опасаясь, что я могу попросту не допустить ее до операции. — Я все сделаю как надо.

Сколько пафоса. Будто я ее этого самого «Генку» собственноручно расстрелять заставляю.

Именно мои сомнения — причина, по которой девушка сидит здесь, а не составляет пару огневке на одной из наблюдательных позиций.

Романов, что ли, романтических кто-то в детстве перечитал?

«Что ж, сложно принять решение самому, положись на мнение профессионалов!», — решил я. Маргарита Львовна, наш глав целитель, «одобренный» обеими Семьями была уверена, в стабильности психики Наташи.

Поверим ей на слово.

Киваю. Лицо невесты слегка расслабляется и она откидывается на кресло, заметно расслабляясь.

— Винни, Холод с нами!

— Принял. — Отозвался здоровяк, так и не соизволивший оторваться от плана.

Я же выбросил все лишние мысли из головы К чему мучить себя сомнениями, когда решение уже принято?

Теперь же время полностью сосредоточиться на том, чтобы вернуть три десятка парней и двух девчонок домой целыми и невредимыми. Ах, да! Попутно обязательно выполнив боевую задачу.

— Так, Вить, давай еще раз по плану. — Склонился над расстеленным листом я. — Мы первые. Основные задачи: подготовить шум, и занять помещения 8 и 12. «Играем» только после их выполнения. После этого тройки снайперских команд «вторых» снимают часовых на вышках и занимают их позиции. Третья группа в составе трех троек перекрывает направления по количеству их здесь, здесь и здесь.

Полагаю, что этого вполне хватит, чтобы сдержать пять десятков бойцов по самым опасным направлениям. Особенно с учетом того, что половина из них буквально слетит со своих коек.

Да и глупо было располагать оружейную комнату на первом этаже. Да еще и с открытого всем ветрам и взгляду ПГО[16] направления. Нет, окна самой «оружейки» защищены стальными прутьями толщиной в палец. Однако мне, например, очень хотелось подойти к одному из этих фортификаторов доморощенных и ласково так спросить:

— Слушай, чудила, а почему бы не пойти дальше, заодно защитив ХОТЯ БЫ решетками смежное помещение? а ведь именно через него нужно пройти, чтобы добраться непосредственно до стволов!

Глава 29

Сколько живу — убеждаюсь, что предупреждающие таблички очень часто делают для дилетантов.

На заправке везде опасно курить? Конечно, нет! Какой-нибудь проектировщик обязательно разумно и толково объяснит, где можно подымить совершенно без всякого вреда. Однако большинство людей спецами в этом вопросе не являются. Да и с дисциплиной у многих проблемы. Вот и приходится запрещать потенциально опасное действие вообще везде.

Примерно такие мысли посещали меня при виде таблички «Запрещается пользоваться открытым огнем» — всем знакомой горящей спички в запрещающем красном кругу.

По иронии судьбы, именно здесь по нашим расчётам безопаснее всего разместить небольшой сюрприз, чтобы действительно чего важного не подпалить.

«Внимание!», — дал я знак Винни и Холод, аккуратно размещая не такую уж и большую коробочку.

«Ха, да даже на ноль делить можно, коль умеючи! На этом фоне мы всего-то и собираемся пожарчик устроить… На пороховом складе патронного завода, мда!», — мысленно усмехаюсь я, приводя в готовность небольшой радиодетонатор.

«Отход.», — подаю я очередной сигнал, и мы идем на соединение с прикрывающими нас до того момента двумя тройками.

Как, оказывается, несложно пробраться на военное производство в этом мире непуганых… Безопасников. Небольшой рывок в относительно слепой зоне одного из постов, быстрое форсирование не такого уж высокого забора, а спираль Бруно, она же «колючка» по-нашему, даже и портить не пришлось. Чуть приподнять, и пролезть под ней спокойно смог даже наш крупный парень с полной снарягой.

Удивительно, но даже патруль нам не пришлось «успокаивать». Зачем, если можно просто пройти мимо? Тем более, форма на нас сейчас очень похожа. Да и вооружены мы одинаковыми «Томми». Только вот кое у кого из нас пистолеты-пулеметы на ремнях висят, а в руках ПСМы с глушителями. Но тут в полутьме попробуй рассмотри.

Да и не обратили они на нас внимания. Так что десятью тенями мы проскочили для местной ВОХРы[17] незаметно.

Время.

На часах четыре часа и четыре минуты. Самый момент загадать желание.

«Все будет з*****ь!», — решаю я, давая команду на движение вперед.

А вот на проходной небольшого зданьица, где по плану располагались один из складов одежды и комнаты дежурной смены охраны, пришлось пошуметь.

Два негромких хлопка почти слились в один. Тела мои бойцы успели подхватить, споро, но без шума оттаскивая в сторону.

Замерли. Ждем… Но нет, никто не спешит поднять тревогу или во всю глотку завопить «Вот они! Ату их, ату!».

«Как там Громова?», — взглядом показал я на световласку.

«Норм!», — жестом же отвечает мне Винни.

Да, водница у нас еще в таких переделках, где людей расходуют без всяких лишних сантиментов ради выполнения боевой задачи, не участвовала. Но держится вроде.

Прекрасно.

А мои люди тем временем уже «сменили» пост, умудрившись даже замаскировать, а кое-где и подтереть следы крови.

«Чук, Гек, за мной!», — скомандовал я.

Сейчас нам предстоит выполнить самое сложное. Одновременно взять две комнаты контроля, не дав активировать заряды в производственных цехах.

На второй этаж мы буквально взлетаем, не забывая, впрочем, внимательно контролировать пространство вокруг себя.

Время.

Семь минут пятого. Успеваем.

Очередная распальцовка. Чук и Гек замирают возле неприметной двери. На плане это кабинет «№ 8». В реальности над ним весит какая-то табличка, но присматриваться к ней никому не интересно. Один из близнецов (кто их сейчас различит?!) аккуратно кладет руку на дверь.

Замираем через две двери. Наш номер двенадцатый.

Винни так же готовится дать мне работать, гостеприимно распахнув передо мной «врата» небольшого кабинета.

Наташа, а конкретно в нынешний момент боец с позывным Холод, занимает позицию за моей спиной. Вряд ли ей придется работать именно сейчас, но пусть привыкает не быть балластом.

Да и при деле будет, а не в своих переживаниях по поводу первой серьезной крови, пролившейся на ее глазах.

Все-таки пока «доставалась» больше Алинке. Даже во время засады Громова все больше с растяжками возилась, да отлеживалась лицом в землю (все согласно моей команде!). Это Кареевой пришлось сначала изучить каждый волосок на голове командующего силами Ростовых, а затем и нажать на спуск.

Оглядываюсь. Близнецы кивками подтверждают — готовы.

Поднимаю руку.

3…2…1…

«Хоп!», — мысленно командую себе я.

Двери распахиваются синхронно. В помещении четыре человека, но я совершенно точно знаю, кого я должен НЕ убить. До остальных мне дела нет. Открываю огонь по силуэтам, одновременно с последним выстрелом отворачиваясь от целей, чтобы убедиться, что в комнате больше никого нет.

Хлоп!

Звучит негромкий выстрел, и попытавшаяся приподняться «цель № 2» замирает без движения.

Видел я его, видел. Ну да, вот такая я скотина, и методы воспитания у меня дурацкие. Зато Громова не подвела.

Все мысли идут фоном. Тело до сих пор в непрерывном действии. Я уже убедился, что живых кроме нас и «Генки» в комнатушке теперь не осталось. Рабочий стол хозяина кабинета в пяти метрах, а пост оператора видеонаблюдения и подрыва в трех.

Не успеет. Никак не успеет. Даже я бы не смог «в дурку» допрыгнуть.

А он и не пытается, замер как кролик перед удавом, глазами хлопает.

— Тссс, — красноречиво подвожу я палец к губам. — Не рыпайся. Будешь жить.

Ростов закивал головой так яростно, что я даже испугался, как бы с кресла своего «околешенного» не свалился. Тем более, парень явно не трезв. Уже початые бутылки вот они, на столе. Вместе с разлетевшейся колодой карт и чьими-то мозгами.

Про сопротивление даже не думает. Правильно это. Мигом пресеку.

Делаю несколько шагов вперед, и открываю верхний ящик. Какие-то бумаги официального вида и конфетные обертки.

Мда… Второй. Тоже ничего интересного… А, нет!

— Оп-па! — Негромко констатирую я, доставая из ящика рулон довольно широкого скотча.

Находка отправляется в сторону Громовой. Та легко выхватывает ее из воздуха левой рукой.

Молодец. И правда в норме.

«Пакуй!», — летит следом за рулоном мой жест.

«Здесь или с собой?», — так же безмолвно спрашивает она.

Думаю.

Теперь у меня время есть. Если бы Чук и Гек не справились, то уже бы поднялся шум. А раз вокруг тишь да благодать, есть время поработать головой.

— Давай так, чтобы сняться можно было. — Уже вслух негромко говорю я.

Можно теперь.

Кидаю взгляд на Винни. Он подтверждает, у близнецов все ровно. Ну и ладно.

Теперь время заняться пультом.

Ничего сложного здесь не ожидалось. Да и не оказалось. Пара манипуляций «Викториноксом»[18], и на красные кнопки можно давить теперь до посинения. А я для верности еще и провода выдрал, чтобы в ручную никто замкнуть не смог.

Краем глаза убедившись, что у Громовой все под контролем, выхожу в коридор. Там позицию у лестницы заняла очередная тройка нашей первой группы.

«Чистим!», — делаю круговое движение пальцами.

Время.

Девять минут пятого.

Уже можно шуметь. Но к чему?

Убедившись, что меня поняли, возвращаюсь в кабинет к столу видеоконтроля. А немного здесь камер. Всего семь штук. И три из них расположены на вышках.

Мдааа…

Хлоп! Хлоп!

На выстрелы я даже не отвлекся. В парней я верю, а людей здесь много быть не должно. Большая часть сейчас либо дрыхнет, либо «готова», уставившись в экран древнего (по моим понятиям) телевизора.

«Интересно, что на местных каналах по ночам крутят? Ну не эротику же?», — пришла мне в голову очередная «умная», но ничем не отвлекающая мысль.

— В здании чисто! — Уже в голос доложил Винни от двери.

Киваю, но от камер не отрываюсь. А минутная стрелка все ближе приближается к часу «Х». Двенадцати минутам пятого.

Три минуты до общего «старта».

К этому моменту уже должны были разместиться «третьи» пулеметчики на заранее намеченных позициях, слегка поуменьшив поголовье патрулей до того момента. Те же, кто еще оставался на своих постах, уже взяты на прицел. В том числе и бойцы на вышках. Этим займутся «вторые». Ну а мы, «первые», основную свою задачу уже выполнили. Нам осталось лишь удержать здание, и подать сигнал к началу операции.

— Тяжело приходилось людям до изобретения пороха!.. — Выдохнул я.

И, похоже, чуть громче, чем собирался. Как я это понял? Да по простому вопросу Громовой:

— Это почему?

Даже почти уже превращенный в мумию пленник, кажется, вопросительно глянул в мою сторону. Впрочем, на том не настаиваю. Могло и показаться.

— Представь как долго приходилось забивать человека пистолетом, вместо того, чтобы раз и все!

С этими словами я весело подмигнул пленнику. Тот ожидаемо задергался. И не надо приписывать мне глумления над проигравшим Ростовым. Просто совсем скоро мне придется отдать его одной из заинтересованных сторон. Либо Громовым-Кареевым, либо Ростовым. Первые опять в гуманизм играться будут, а второй тем более не позволит мне задать сему вьюношу пару вопросов.

— Хм, а представь с какой силой приходилось швырять в противника пули! — Тут же поддержала меня водница. — Теперь ясно, почему они предпочитали клинки, а не огнестрел!

В порыве «воодушевления» девушка выхватила клинок и с восторгом стала его рассматривать. Пленник вот подобной радости не оценил. Возможно потому, что клинок начал хаотично мелькать вокруг его лица, а глаза у моей невесты стали ну совершенно влюбленно-сумасшедшими.

— Эй, Геннадий Гансович, — негромко позвал я. — Ответишь на пару несложных вопросов, и охранять тебя будет он.

— Угу! — Солидно подтвердил Винни, всем своим видом демонстрируя безграничное спокойствие.

Заранее скажу, что выбор пленник сделал верный.

Глава 30

«Из всех искусств важнейшим для нас является кино!», — вспомнил я так ничем и не проявившего в мире этом Ленина… Нажимая на кнопку взрывателя.

На не слишком качественном экране видеонаблюдения всполох моего сюрприза выглядел не так чтобы очень впечатляющим. Зато за окнами полыхнуло так, что на некоторое время пламя снаружи «перебило» пару довольно тусклых лампочек, осветив помещение.

Крик снаружи поднялся моментально. Паника распространялась гораздо быстрее огня, который, строго говоря, был жестко локализован и никуда перекидываться не спешил. Но это же пожар! На ПОРОХОВОМ складе!

За всей кутерьмой как-то совсем тускло стали хлопать выстрелы. Судя по камерам, никто на них и внимания не обратил. А зря. Именно они косили ряды защитников куда быстрее и точнее чем даже гипотетический взрыв.

Я на миг оторвался от экранов, глянув в окно.

Бодрствующая и отдыхающая смена пока к общему празднику жизни не присоединились. Ну то ничего! Дольше проживут!

— Вин? — Кротко бросил я, совсем уж неприлично сократив позывной Виктора.

— Шестой — норм. — Так же коротко ответил он.

— Хола, снять подавители, на позицию, — ориентируюсь в обстановке я быстро — привычна она мне. — Чук, Гек, прикройте.

Близнецы без лишних дерганий рванули в сторону указанной позиции. Проверять перед выводом мага еще раз. А вот Наташа не то чтобы тормозила, но реагировала на окружающую действительность чуть медленнее моих парней.

Ничего, привыкнет.

— Вин, давай за корректировщика, — все-таки не решился отпустить в «свободное плавание» Громову я. — Выбор целей на твое усмотрение, применение в крайнем случае.

Все-таки с контролем у Наташи хоть и гораздо лучше Алины, но переусердствовать она может легко. А это нам не надо. Однако и просто так отмахнуться от ее способностей не получается. Если кого-то крепко прижмут, то иметь такой джокер в рукаве — никогда не лишнее.

Пульт охраны тревожно взвыл, сообщая о появлении в периметре одаренного высокой мощи. Водница избавилась от «оков». Парой переключений я «успокаиваю» систему и возвращаюсь к мониторам.

— Тырь, Мич, — негромко бросил Виктор, тут же направившийся за уже покидающей кабинет невестой. Его место тут же занял Илья Иванов с позывным «Богатырь». В боевой обстановке его все сокращали до лаконичного «Тырь». Мичман же занял положение в углу напротив входа, присматривая заодно и за пленником.

Перевожу взгляд на другой экран. Вышки уже «умерли». Тела их защитников сломанными куклами упали на пол. Через несколько секунд пары снайпер-корректировщик займут их позиции. Скорее всего, они уже поднимаются наверх под прикрытием наземных групп.

«Да, „Пик 1“ — есть, второй — занят, третий… Третий… Третий… Тоже на позиции. Задержались Кир со Шпалой. Надо будет выяснить причину.», — мысленно отметил я, удовлетворенно кивнув.

На улице же было тихо. «Третьи» пока никак себя не проявили. Мы бы услышали. Сразу. Но нет, все тихо и спокойно… Эээ… То есть, куда тише и спокойнее, чем когда они начнут работать.

Хлопки снаружи смолкли. Жду отчета координатора.

— Второй этап выполнен, — сообщил бесстрастный голос Борецкого в рации. — Потерь нет. Подтверждаю уничтожение двадцати трех противников.

Значит, до четырех противников где-то попрятались. Повезло им. Мы не ставили перед собой цели уничтожить как можно больше слуг Ростовых. В конце концов, это обычные люди. Правда, надевшие чужую форму и взявшие в руки оружие. Поэтому дежурная смена на постах была приговорена. Просто потому, что я не готов был терять кого-то из своих во время штурма. А вот у тех кто догадался забиться в угол и переждать появится шанс. Хватит ума не пальнуть по кому-то из бойцов, вполне мирно выйдут на волю когда все закончится. Нет — ну уж извините. Будем «чистить» тщательно. В том числе и тех, кто пока так и не высунулся из соседнего здания. Хотя отчего-то я уверен, что проснулись уже все.

Вот так и надо работать — спокойно и размеренно, по заранее разработанному плану. Все голливудские, и тем паче, болливудские превозмогания и прочие красивости — оставьте пубертатным детишкам, что мечтают стать самыми-самыми, «показав» своим одноклассникам и соседке Леночки, что у них тоже есть тестикулы и теребункул. Мы же в такими играми не балуемся. Любой, кто собирался что- там кому-то доказывать и закрывать свои детские комплексы отсеялся еще на этапе предварительного отбора психиатрами и менталистами канцелярии. Я очень четко дал понять Христафору Милорадовичу, кого именно среди курсантов видеть не хочу. Он понял меня правильно.

Так что сейчас мы просто работаем. Быстро, четко, жестко.

«Нас убивать нельзя!», — эту простую мысль я донесу до всех и каждого в этом чертовом мире. Иначе нам с невестами придется отбиваться всю оставшуюся жизнь. Особенно когда девочки войдут в полную силу.

— Планируемое Папы — семь минут. — Все так же бесстрастно информирует Борецкий.

Начинает уже господин соображать, что мы здесь не герои боевичка. Потому после нашей пробежки по лесу от «коробочек» он не стал скрывать ноющую боль в ноге. Ничего серьезного там не оказалось, да и медицинский конструкт мгновенно и буквально на глазах поставил Богдана на ноги. Однако добрейшая Маргарита Львовна рекомендовала ему воздержаться от активного участия в сегодняшней акции. Вот и пришлось ему сесть за «диспетчерский» пульт, координируя действия наших групп со внешними силами.

А ведь по началу сколько «обид» было, стоило кого отстранить от задачи по медицинским показателям.

«Да как вы смеете сомневаться в моей смелости!», «Я могу сражаться!», «Да я!..». Кое-кто даже пытался прятать травмы. Однако такого авангардизма не оценил никто. После соответствующего рапорта один «умник» был отчислен после недолгой, но внушающей беседы с Фрицем, а двое попали в мои цепкие ручонки на неделю. Их пример многих заставил призадуматься, благо у нас была возможность заблаговременно отсеять тех, кто разумом своим пользоваться не умел или не хотел.

Больше таких ситуаций не повторялось. А после первого года обучения и практики «где-то там» под личным негласным надзором Бенкендорфа, так и вовсе в ум вошли.

Молодцы!

Текущие где-то там, на краю сознания мысли от реальности не отвлекали абсолютно. Поэтому одновременный прорыв засевших в здании напротив бойцов я заметил даже раньше «третьих». Похоже, среди них нашелся кто-то умный. По крайней мере, мыль совершить рывок до простреливаемой с улицы оружейки под прикрытием атаки на склад, где должно были находиться старшие дежурного расчета, совсем уж глупой мне не казалась.

Первым сработал гранатометчик, четко всадивший заряд в смежное с оружейной комнатой помещение. Тут же подключились пулеметчики, с трех точек вбивая в асфальт попытавшуюся прорваться группу. «Намек» оказался жирным. «Бодрянка» даже где-то организованно отступила обратно под защиту стен, оставив несколько тел перед входом. Пулеметчики же мои, просто для закрепления, еще и в дверной проем по паре очередей всадили из своих ДП. Чтобы уж точно никому скучно не было.

— Пик-2, - сообщила рация голосом Кареевой. — Наблюдаю огни с северо-запада. Колонна до пяти машин, в том числе два грузовика. Предположительно, с десантом. Опознать принадлежность не могу.

Не наши. Группы Громовых должны с севера подойти. И уж точно не «молча».

— Хол, сможешь сработать на пятерочку?

Дадим небольшой «зазор» на пару ступеней, чтобы раньше не раскрывать способности.

— Да. — Коротко ответила рация голосом Винни.

Значит, Наташа уже настраивается.

— Удар по готовности. — Негромко скомандовал я.

Тоновый сигнал подтверждения от Виктора практически совпал с очередным сообщением Алины.

— Колонна замедляет ход. Дистанция — двести.

Раздался очередной взрыв со стороны административного корпуса.

То ли расчет что-то такое углядел в клубах дыма, то ли просто для верности, но еще один снаряд РПГ-7 четко вошел все в тоже окно.

Я даже отвлекаться не стал. Колонна впереди опаснее будет. Здесь серьезных одаренных остаться уже не должно. А вот кто там залетел на огонек — еще большой вопрос.

— Десант покинул машины, — вновь зазвучал спокойный голос огневки, в ПСО с высоты рассматривающей нового противника. — До сорока человек. Вооружены легким стрелковым. Предполагаю нескольких одаренных. Группа из трех человек…

Что именно задумала троица, я так и не узнал — смылись ребята.

Вернее, смыло их. Непередаваемое ощущение, когда тонны воды, повинуясь воле одаренного с воем проносятся мимо тебя. Какого же тем, на кого все это обрушилось?

И думать не хочу!

А сработала Громова ювелирно! Вбившая в асфальт противника вода тут же утратила сдерживающую ее структуру, разливаясь в стороны. Магичка умудрилась не разрушить жилые дома. Да и парочка припаркованных поодаль от места удара авто еще имеют неплохой шанс на восстановление. Оставить, что ли, визитку нашей мастерской при отходе?

«Неее, блажь! Пусть Громовы с компенсациями разбираются.», — решил я, еще раз оценивая результаты атаки.

— Есть попадание! — Сообщила вторая невеста. — Оцениваю на пять-четыре. Противник рассеян. Признаков работы одаренных не наблюдаю.

Отлично. Сдержалась Наташенька. Умница. По крайне мере, Кареева оценила мощность удара где-то между пятой и четвертой ступенью. Причем ближе к первой. То есть, вполне посильном для того уровня, что Громова демонстрировала обществу.

— Принял, — ответил я. — Хол, молодец. Лиз, спасибо за корректировку.

Очередной взрыв донесся со стороны администрации. Я подошел к окну.

— «Граники» — два пирожка с полки вне очереди!

— Пик-1, - вышел в эфир Кот. — Огни с севера. Дистанция двести. До полутора десятков.

— Подтверждаю. — Тут же сообщил Борецкий. — Громовы.

Ну вот практически и все. Всегда мечтал сказать нечто вроде:

— Открыть ворота! — Командую я, и тут же совсем тихо добавил. — Замок у ваших ног, сир.

«Так, ну а теперь еще одно дело.», — решил я, полюбовавшись как споро выпрыгивают из грузовиков неодаренные слуги Рода с пистолетами-пулеметами в руках. Вальяжные маги, вышагивающие из дорогих авто, на их фоне казались несколько медлительными. Да и черт бы с ними…

— Так, мил человек! — Повернулся я к «Генке», извлекая нож. — Всего один ответ, и клинок вернется в ножны не испачканным!

Тот яростно закивал. А я соврал. Все-таки чуток поцарапал ему лицо, когда срезал обильные мотки скотча. Постаралась Наташенька на совесть! Но ведь это не смертельно, верно?

— Итак, красавец, представь, что это я тебе попался и сейчас лежу связанный. Хорошо представил?

Очередная игра в болванчика.

— Куда бы меня повели на «беседу»?

Глава 31

Игорь Кареев был слегка растерян.

С точки зрения положения в Роду у него были замечательные пара лет. Очень уж не вовремя начал чудить его двоюродный брат. Взъелся на их собственную сестренку (!) за то что та банально отмудохала (!!) без капли Дара (!!!) его вместе с группой поддержки (!!!!).

Однако патриарх над таким казусом только посмеялся, потрепав много раз пра- внучку по волосам. Тот же вместо выводов начал буквально вредить утаивая важные сведения в ущерб Семье. Тогда будущий глава СБ впервые услышал о загадочном ИСИ.

Однако информацией с ним делились лишь в порядке необходимости. Первая же попытка самостоятельно капнуть в данном направлении, уже после начала перехвата функций управления службой безопасности из ослабевших рук Павла, вылилась в серьезный разговор с много раз пра- дедом.

Патриарх в выражениях не стеснялся:

— Не лезь, — резко заявил он. — Пока не твой уровень. Когда надо будет — получишь допуск. А пока… У тебя других проблем нет? Сосредоточься пока на них!

А проблем действительно было немало. «Дыр» дорогой Павлушка оставил после себя тьму тьмущую… С другой стороны у него на руках был пошаговый план по реорганизации СБ. Некоторые его пункты Игорю казались просто сумасшедшими, но… На проверку все это имело смысл. Тем более, всегда можно было обратиться к жениху Алинки — простолюдину (!!!!!) Александру.

Тот жестко, ничуть не стесняясь в выражениях, но вполне доходчиво мог объяснить необходимость каждого пункта. Под одобрительные кивки патриарха.

— Вас понял. — Заверил тогда новый фактический начальник родовой спецслужбы деда.

Однако внушение на том не закончилось.

— Прекрасно, Игорь Семенович, — ответил тогда ему вкрадчивый голос… Сбоку. — Однако теперь вам предстоит беседа со мной.

Молодой человек не слишком любил об этом вспоминать, но тогда очень неприятный ручеек прохладного пота явственно пробежал по его спине. Насколько опасен главный палач империи знал каждый родовитый. О том, что он заметил присутствие графа ТОЛЬКО сейчас, он смог подумать значительно позже.

— Думаю, мы обойдемся без всякого рода обязательств о неразглашении, — задумчиво констатировал Христафор Милорадович. — Просто прошу учитывать, что вся информация по деятельности ИСИ, Александра Короткова, Алины Кареевой и Натальи Громовой имеет гриф «Корона». Мне нужно объяснять последствия излишнего интереса к делам монарха?

«Естественно обойдемся!», — очень нервно хохотнул тогда приемник Павла. Про себя, естественно. Однако в такой ситуации действительно нет нужды в грозных бумагах и суровых печатях. Всем все и так ясно.

— Прекрасно! — Просто констатировал этим своим вечным бесстрастным тоном граф Бенкендорф, покидая кабинет.

Со временем список вопросов, которых «не было» лишь пополнялся:

— Почему патриархи двух Великих Семей дали разрешение своим наследницам на брак с простолюдином?

— Как обе магички совершили практически невозможный рывок, да еще и выжили при этом?

— Как этот самый Коротков победил на дуэли с известным бретером Мещерским?

— Как, в конце концов, канцелярия Е.И.В. дала разрешение на брак?

Результативность действий «группы Короткова» просто зашкаливала, причем обе магички безропотно приняли его главенство как в бою(!), так и в семье(!!).

Такое не подделаешь. Он и сам видел, как только что скравшие здоровенького такого Лесного Хозяина девчушки робко ожидали вердикта своего командира. А что потом? Как они вились вокруг него за столом. Одна кусок повкуснее подложит, вторая проследит, чтобы кубок был полон. Заботились девушке о своем муже. Будущем. Причем попробуй так сыграть!

Через какое-то время действительно тренированный разум нового главы СБ научился попросту отбрасывать все эти «как» и «почему». Иначе игра чересчур сложной уж выходила. Так что в расчет эту троицу Громов брал только если новые вводные передавались ему патриархом. В остальном же он латал структуру собственной службы, которая стараниями Павла едва не пошла ко дну.

Практически без удивления Игорь Семенович, как к нему уже со вполне заслуженным уважением обращались сотрудники СБ, воспринял новость сначала о сокрытом от Общества союзе с Кареевыми. Не удивила и Родовая война.

Однако к последующим новостям жизнь его не готовила:

— Как убит?! — Невольно вырвался из его рта удивленный выдох.

Командующий всеми силовыми структурами Ростовых — вовсе не та фигура, которую можно щелчком пальцев убрать с доски. Однако кому-то это удалось… Попутно лишив напавшую на них Семью практически всех старших командиров.

Ответом ему стали вполне понимающие улыбки патриархов и его коллеги от огневиков. Даже присутствовавший на высоком собрании Христафор Милорадович вполне себе по-доброму кивнул.

— Минная ловушка с последующим снайперским обстрелом. — Развел руками он. — До тридцати погибших на месте. Кстати, у вас неточные данные. Сергей Карлович Ростов хоть и выжил, но до сих пор в сознание не пришел. Прогноз пока не ясен. В любом случае, эта Война для него закончена.

Громов помолчал. Недолго. Поинтересоваться подробностями он не рискнул. Но и Христафор Милорадович, как отказалось, мысль не закончил.

— И ведь не нашли супостатов, — легонько пожав плечами едва заметно улыбнулся он, выдав годовой свой мимический запас за несколько секунд. — Ни одного. Они буквально растворились в прилегающих лесах. Причем, даже без раненных.

Молодой человек на такой должности никак не мог похвастаться узостью мышления и недостатком фантазии. Однако определенные сложности с верой в изложенную версию все-таки испытывал.

— Однако же, Игорь Семенович, мы пригласили вас не за этим, — взял слово Ярослав Дмитриевич. — Сегодня ночью наши союзники готовят захват патронного завода Ростовых…

«Невозможно!», — хотелось заявить во весь голос. Но молодой безопасник сдержался. Не то время и не те люди, чтобы так глупо шутить.

— … Дальнейшее использование его мощностей будет осуществляться нашим Родом, — продолжил патриарх. — А, значит, в захвате должны участвовать наши люди. Аристарх Иванович…

Седоусый коллега слегка склонил голову, подтверждая слова союзника.

— … Приглашает вас присоединиться к нему.

Игорь Семенович поднялся со своего места:

— Благодарю за проявленное доверие уважаемого коллегу. Буду рад присоединиться к нему в таком славном походе.

«Каков план?», — он так и не спросил. Если положено — сами скажут, а нет, так и волноваться не о чем. Все равно ему выпали исключительно представительские функции. Демонстрация флага, если хотите. Чтобы потом ни у кого не возникло вопроса «А почему это Кареевы забирают себе ценное производство?».

Повисла ехидная тишина.

— Какова моя роль в предстоящем походе? — Нейтрально поинтересовался молодой человек, осознав, что в этот раз уточняющего вопроса от него все же ждут.

Собравшиеся же повели себя немного странно. Снова по лицам пробежали трудно читаемые ухмылки. Игорь готов был поклясться, что даже в глазах Бенкендорфа мелькнули искорки смешинок. Все это слегка нервировала.

— А роль у вас во всем этом такая же как и у меня, коллега, — заверил Аристарх Иванович. — Прийти и взять под контроль…

Молодой Кареев недолго помолчал. Однако никто к сказанному ничего не прибавил.

— Не соблаговолите ли выразиться яснее? — Уточнил он.

Патриархи одновременно фыркнули.

— Куда уж точнее, — усмехнулся Ярослав Дмитриевич. — Вот так мы теперь и воюем, Игорь Семенович: приезжаем объект и удерживаем его до утра… Пока канцелярские не подтвердят фактическое его нами владение. Ну а после этого именно тебе придется заниматься его охраной. Кстати, рекомендую прислушаться к мнению Александра Короткова по этому поводу. Уверен, мыслей на этот счет у него будет немало.

— Опять?!.. — Не сдержался «гость» на этом празднике жизни.

Его коллега откровенно заржал. Смех тут же подхватили патриархи. Даже Христафор Милорадович изволил улыбнуться второй раз за вечер (!!!).

— Да, Игорь Семенович, — кивнул безопасник Громовых. — Опять он. Теперь же предлагаю пройтись по графику движения. Единственное, что от нас требуется — не опоздать. Согласитесь, будет крайне неудобно, если мы оплошаем в такой малости на фоне важности самой операции!

* * *

Странности начались еще на этапе формирования колонны.

С выстроившимися в походную колонну машинами все было в порядке. С десяток грузовиков выстроились словно по линеечке в ожидании команды на старт. Сразу за ними «приютились» четыре представительских седана. Громовы и Кареевы не пожалели одаренных ради столь привлекательной цели. Однако самим им транспорт отчего-то не подали.

Однако Аристарх Иванович никакого волнения не выказывал. Сегодня Игорь Семенович решил брать пример с него. Неизвестно, понимает ли коллега в происходящем больше чем он сам, но держится тот куда увереннее.

Минуты через три ожидания появились еще две машины — «Каприс» и «Шеви Ван»… С небольшим гербом Ростовых на двери.

— Не успели подкрасить… — Задумчиво пробормотал Громов. — Ну что, прокатимся на трофейной технике?

Как-то комментировать столь странное заявление Кареев не стал, молча шагая в салон, где ему тут же УКАЗАЛИ, какое место можно занять крепкие детинушки с оружием в руках.

Взгляд хоть и «начинающего» безопасника, но вполне себе повидавшего военного «зацепился» за необычно, но вполне удобно подогнанное снаряжение и уверенность в своих силах, что буквально витала в воздухе. При этом Даром от них даже не пахло!

Однако возмущаться указанием молодой человек не стал. Тем более, через секунду подобной же «процедуре» был подвергнут и его коллега.

Какого-либо недовольства Громов, кстати, тоже не проявил.

Убедившись, что все сели по своим местам, детинушка в маске с прорезями для глаз и рта (это описание можно было отнести ко всем здесь присутствующим), хлопнул по подголовнику водительского кресла.

«Ван» моргнул фарами, и вставший во главе колонны «Каприс» тут же тронулся с места. Шли все машины довольно плотно и на высокой скорости, тщательно соблюдая дистанцию, но мгновенно повторяя все маневры «головняка».

О том, что за рулем всех машин находились бойцы того самого Короткова Игорь Кареев так и не узнал.

Теперь его волновали совсем другие вещи:

— Что же это?! — С ужасом прошептал он, когда зарево пожара украсило тьму раннего петербургского утра.

Даже Громов в лице изменился. Слегка. Ведь пожар был явно со стороны их цели. И если воспользоваться бритвой Оккама, отсекая лишнее, то…

— Санни шалит! — С плохо скрываемым восторгом ответил главный сопровождающий.

Теперь поплохело обоим безопасникам. П****ц Родам. Такого погрома в центре столицы император точно не простит. И они сейчас сами едут на место, чтобы добровольно взять на себя ответственность за весь этот ужас.

Однако Громов дергаться все еще не спешил. С огромным трудом взял себя в руки и Кареев.

Он даже почти не удивился, когда уже на самом подходе с территории завода рвануло рукотворное цунами куда-то в противоположную от них сторону.

А вот Аристарх Иванович побледнел еще сильнее. Вот теперь участие его Рода в ночной заварухе можно считать доказанным при любом раскладе.

Удивительно, но ворота завода при их появлении гостеприимно распахнулись.

Двое бойцов в таких же масках подали какие-то сигналы водителям, и ринулись запираться на все замки.

— Прошу вас! — Предложил гостям покинуть салон сопровождающий.

Однако не успели коллеги ступить на плац, как откуда-то справа застрочили пулеметы.

— Гарнизон местный шугают. — Пожал плечами не слишком обеспокоенный боец упавшим на землю безопасникам.

Те только обменялись очень красноречивыми взглядами перед тем как встать и попытаться привести себя в порядок перед встречей с виновником всего этого бардака.

Глава 32

Прибыли.

«Посол шведский принять просит!», — заставила улыбнуться меня странная мысль.

Удивительно, но Винни мою улыбку разглядел даже в тусклом свете мониторов (свет на всем этаже мы погасили сразу после зачистки здания).

Вот только понял мою гримасу Виктор по-своему.

— Мдааааа… — Прокомментировал он высадку личного состава по плану «Толпой все в раз!».

А уж когда застрочил пулемет… Только и безопасники рухнули на землю. Остальные же вертели головами, словно стадо баранов, услышавших далекий волчий вой. И одаренные на этом фоне значительно выделялись… Своей бестолковостью.

«Сила на силу, мда!», — прокомментировал я в очередной раз местную подготовку. А то что боевая единица способна действовать не только огнем, — или водой в случае с Громовыми, — а еще и маневром мы не слышали.

— Какой позор. — Негромко прокомментировала высадку родовых десантов приобнявшая меня сзади Наташа.

Пользуется темнотой во всю. Умница моя. Ювелирно отработала. Просто хоть не орден не вешай. На грудь… Так, стоп, что-то мои мысли не в ту сторону идут! Хорошо хоть в бронежилете, и разгрузке сверху. Мы оба. А то уткнувшиеся в спину означенные части тела явно мешали бы мыслить трезво.

Что ж, зато ясны последующие наши планы. Не должно быть у моей Семьи… Семей… Таких вот защитников.

— Идут, — негромко прокомментировал отошедший обратно к двери Винни.

Да я и сам услышал гулкие шаги по лестнице. Это в чем же они таком приперлись?

Ответ я получил через несколько секунд. Даже в крайне тусклом свечении местных мониторов лакированные ботинки Игоря отбрасывали отблески. Аристарх Иванович «разочаровал» чуть меньше, выбрав что-то вроде мягких охотничьих сапог и соответствующий же костюм. По крайней мере не тройку, как его «огненный» коллега.

— Добрый вечер, — поздоровался я с каждым за руку. — Здание зачищено. На территории скрываются до четырех противников. Часть без оружия.

Ну не считать же таковыми обычные резиновые «демократизаторы»?

— Основные силы противника засели в административном корпусе. Предположительно до сотни. Среди них уже имеются «двести» и «триста». По количеству не скажу. Время от времени пытаются выбраться. Держим с трех позиций пулеметным огнем. Геннадий Ростов, отвечающий за оборону объекта захвачен и готов к транспортировке. С ставшимися будете договариваться или мы работаем на «триста-тридцать-три»[19]?

Безопасники замешкались ненадолго. Даже не видя лица Игоря я чувствовал исходящие от него волны растерянности.

Негромко вздохнул Громов:

— «Двести» — убитые, «триста» раненные, — пояснил он менее привычному коллеге основы моей идиоматики он. — А про «триста-тридцать-три» нам сейчас Санни расскажет.

— Снос. — пожал плечами я.

Начали отпускать чудесные коктельчики дока, и мне хотелось как можно скорее свалить на чьи-нибудь плечи дальнейшее командование операцией. Самому же отправиться поспать. В ближайшие дни меня ждала еще одна операций, ради которой я и пошел на внедрение силовых линий в свое тело. Хотелось бы хотя бы немного восстановить силы перед ее началом.

— И зачистка после. — Закончил я.

Предоставить противнику хоть какие-то сведения о моих невестах? Вот уж дудки.

— Так же нельзя! — В сердцах воскликнул Игорь.

— Мне по ***! — Совершенно искренне реагируя я на этот крик души.

Аристарх Иванович вновь оказывается умнее:

— Но ведь это разрушение производственной инфраструктуры? — Негромко интересуется он, понимая, что просто так я ничего не делаю и не предлагаю.

Спасибо что не добавил нечто вроде патетического возгласа «Верная казнь!».

— Нет, административное здание не является объектом производственной инфраструктуры, — бесполезно пожимаю плечами — в темноте все равно хрен разглядишь. — Я очень внимательно изучил правила Родовой войны. Кстати, вам бы тоже не помешало. В рамках общего развития…

— Туше! — Отреагировал Громов.

В голосе его я услышал улыбку. Кареев же резко выдохнул, но никак комментировать мое заявление не стал.

Ну, устал я, устал. Вот уже и лишнего говорю. Безопасники (оба!) ребята нормальные, поймут. Даже огневик. Ему хлебнуть пришлось, насколько я знаю. Так что с обычной скотской усталостью они оба знакомы великолепно.

— Попробуем договориться. — Принял решение Аристарх Иванович.

— Прекрасно, — без всякого энтузиазма заявил я. — Тогда сейчас мои люди разведут ваших по позициям и мы отбываем.

— Ваши люди — да! — Тут же отреагировал Громов. — Но лично вас я попрошу остаться до прибытия…

Скорее всего, он сделал какой-то жест рукой, подразумевающий, что я и сам должен понять, кто там должен прибыть. Но я в темноте не вижу.

— Прекрасно, — отвечаю без эмоций. — Тогда занимайте позиции, а я, после отбытия групп найду тихое место и завалюсь спать. И горе тому, кто разбудит меня раньше чем через три часа.

* * *

Патриархи прибыли под утро.

Как раз успели, чтобы полюбоваться на ровные рядки усаженных защитников завода. Естественно, бойцы Громовых и Кареевых не озаботились таким количеством наручников. Однако люди Санни оказались куда предусмотрительнее. Нашлось и несколько рулонов вполне приличного скотча, а для особо важных пленников даже некоторое количество самых обычных строительных стяжек. Штука, как оказалось, удобная, практичная и перерезать не жалко — стоит копейки.

Кареев, как будущий управляющий сим хозяйством, принял доклад.

— Завод захвачен, — отчитался Игорь, так и не сумевший изгнать легкой растерянности из собственного взора. — Противник потерял тридцать семь человек убитыми в ходе штурма и двенадцать человек раненными. Трое — тяжело. Им оказана необходимая медицинская помощь. Со стороны Ростовых была предпринята попытка отбить атаку. Ответным ударом Натальи Громовой она была сорвана.

Станислав Матвеевич заметно нахмурился.

— Удар оценивается на пять — четыре. — Поспешил дополнить свой доклад безопасник. — К моменту нашего прибытия активное…

Он на секунду замялся, но все же поправился.

— … Любое сопротивление было уже подавлено. Отвечавший за оборону предприятия представитель Ростовых пленен и уже доставлен в место временного содержания. Доклад окончен.

Патриархи оглянулись. Разгром был полный. В смысле счета. Сама же операция проведена аккуратно. Если не сказать ювелирно. В настолько чистый результат не верил ни один из них, но граф Бенкендорф, ознакомившись с планом Санни, дал добро.

Что ж, оставалось только признать, что он гораздо лучше знаком с возможностями будущего их родича. И, судя по всему, его людей тоже.

Громов и Кареев переглянулись. Очевидно, что кое-какие из предложений Александра, что недостаточно активно внедрялись в структуры их служб безопасности следовало немедленно пересмотреть.

Сам Христафор Милорадович так и не объявился. Незачем так ярко демонстрировать интерес Третьего отделения. Хотя, конечно, уникальный завод по производству начиненных Даром патронов к обычному стрелковому оружию, цель более чем того достойная.

От канцелярии прибыла небольшая комиссия из трех дяденек со скучными лицами профессиональных чиновников. Удивительно, но для отчета даже не понадобилось разыскивать запропастившегося куда-то Короткова. Через каких-то три часа осмотра и заполнения бумаг вся троица по-тихому свалила в закат. Вернее, в рассвет, если судить по времени. Можно было бы, конечно, списать их лояльность на благоволение императора, но патриархи и сами не нашли ни одного пункта, по которому можно было бы придраться к действиям штурмовой группы. Где-то натянуто, где-то сомнительно. Совсем чуть-чуть. Но все в рамках формальных правил.

То есть, проверни подобное старый Ростов с их объектом подобной важности и… Результат был бы тот же! Ну, может быть, штрафов побольше выписали бы. Но на фоне общей выгоды это такая мелочь, право слово!

— Мда. — Коротко прокомментировал Станислав Матвеевич, разглядывая несколько листков в руках Главы союзного Рода.

ВСЕГО несколько листов. Оплатить ущерб в размере суммы ремонта пострадавших от удара Натальи авто (или просто, что проще, купить новые), оплатить штраф в пользу казны за ночной шум и «елико возможно скорее восстановить производство спецбоеприпасов на нужды империи».

И все!

— Мда. — Столь же коротко ответил Ярослав Дмитриевич. — Сколько времени понадобится на запуск линии?

В этот раз ответил ему Аристарх Иванович:

— Тела уберем, и можно запускать, — пожал плечами он. — Линия цела. К уборке тел предлагаю привлечь пленных, а затем и отпустить с миром. Кроме Геннадия Гансовича, естественно.

Старики постояли еще чуть-чуть в глубокой задумчивости.

Они-то друг друга поняли без слов. Мир в очередной раз изменился, вышвырнув кульбит. Теперь война полностью изменит свой облик. И тем, кто поймет раньше остальных, удастся не только удержать свои позиции, но и приумножить вес своих Семей. Остальным же придется уйти в небытие. Таковы законы развития. Ничего личного.

Немного утешала мысль, что, похоже, в новых реалиях одним из главных специалистов станет их будущий зять.

— Со свадебкой тянуть не стоит, а? — Негромко пробормотал Станислав Матвеевич, давая команду на подготовку линии к запуску.

— Вот с войной закончим и сыграем. — Так же тихо ответил Ярослав Дмитриевич.

Что ж, они друг друга поняли.

— А где же сам Александр Сергеевич? — Поинтересовался Кареев.

Безопасники замялись.

— Просил не будить, — равнодушно пожал плечами Аристарх Матвеевич, и патриархи отчетливо поняли, что он с трудом сдерживает смех. — Если только не настанет Страшный суд.

— А подробнее? — Удивился Громов.

— Я попытался разбудить его перед прибытием комиссии. — Признался неожиданно слегка смутившийся Игорь.

— И?

— Довожу до вашего сведения, что Александр Сергеевич обладает богатым словарным запасом и богатым воображением. — Постарался бесстрастно ответить тот.

Получилось так себе.

— Со своей стороны добавлю, что чисто физиологически подобное сделать с человеком невозможно, но звучало вполне убедительно! — Неожиданно натурально хрюкнул Аристарх Иванович и… Заржал!

Игорь же смутился еще больше.

Глава 33

Семеро одного не бздят, да?

«Ребятишки!», — грустно констатирую я, чисто автоматически нанося правому бойцу расслабляющий удар в пах. Все, распалась «сцепка». Вырвался. Теперь развернуться не грех, и отработать второму жесткими пальцами в горло. Продолжаем движение, вновь переключаясь на первого «счастливчика», добавляя к боли в чреслах удар в голень. Прекрасная штука. А уж тяжелым армейским ботинком…

Быстро все произошло. Практически мгновенно.

Вот третьему участнику, что подходил к мне спереди, сообразить времени не хватило.

— У, сука! — «Грозно» рычу я, нанося не акцентированный удар в лицо.

Глупо себя чувствую, зато верзила мгновенно «прозрел», довольно тупо бросившись в размен ударами. Принимаю нечто очень отдаленно похожее на боксерскую двойку локтями, тут же отвечая еще одним прямым в район уже окрасившегося красным лица.

— Аррр! — Натурально взревел тот, попытавшись банально захватить меня в свои стальные «объятья».

Уворачиваюсь, естественно… С трудом сдерживая себя, чтобы мгновенно не закончить бой. Уж больно глупо он открывается. А меня учили биться до конца. Желательно, противника.

Мне же еще держаться и держаться. Секунд пятнадцать, судя по приближающимся слева машинам.

Противник замер напротив. Глупость полная и сдача мне инициативы. Но именно сейчас — молодец!

— Ты сдохнешь, крысеныш! — Грозно начал он.

Не вопрос, сделаем вид, что испугались. У меня оценки «за Станиславского» жизнь выставляла. И неуд был реально фатален. Так что актерствовать, при желании, я умею.

А верзила, видя «испуг» на моем лице, явно вдохновился, обещая мне все новые и новые кары. Вот только что-то даже не попытался ударить еще раз.

Втягиваю голову в плечи, слегка сутулюсь, плюс наработанный годами жалкий взгляд какающего котика.

— Ты даже не представляешь, что тебя ждет! — Вдохновенно вещал детинушка. — Мы же тебя…

О, перечень был длинен. Правда, особой фантазией не отличался. Да и сей речью противник больше успокаивал себя, чем пугал меня.

Уверенность ему придавал и приближающийся звук автомобильных двигателей. Подмога была совсем близко. Главное продержаться, еще чуть-чуть отвлечь.

«А вообще, п*****ь — не мешки ворочать!», — заключил я, и уж тем более не пытаться мне в морду слазить. Тут ведь дотянешься или нет — еще большой вопрос. А вот ответка прилетит однозначно.

Визг тормозов заставляет меня «испугаться» еще больше. А уж «Томми» в руках незнакомцев — совсем «впасть в панику».

— Лежать, на ***!

— Мордой вниз!

— Замер, сука!

Так, продолжая ласково уговаривая меня подчиниться, троица с оружием на перевес начала приближаться все ближе. Теперь, главное, чтобы никто со страху не пальнул! А то культура обращения с оружием здесь, конечно… Это я своих высушить могу, если кого с пальцем на спусковом крючке поймаю или иной «хрени» с оружием, а тут…

— Не двигаться, ***, лежи!

«Да лежу я, лежу!», — мысленно вздохнул я. Даже руки вон за головой скрестил. Все лишь бы вам удобнее было. Да я бы и первую двойку не тронул. Просто… Рефлексы. Вся суть работы в паре — в синхронности! Здесь же работающий справа боец явно запоздал, а ошибкой мое тело воспользовалось чисто на автомате.

Ладно хоть не убил никого. Нет, правда, я не маньяк. У меня нет цели уменьшить поголовье слуг Ростовых. Есть вполне ясная задача впереди. И лишнего «класть» ради нее не вижу никакого смысла. Тем более, тоже люди. На работе. Выполняют приказ. Вот с отдавшими его господами я пообщаюсь с удовольствием, и, положа руку на горло, задам все интересующие меня вопросы.

Усадили меня уже в знакомый «Ван».

Даже руки не связали, дилетанты. Решили, что и пары автоматчиков достаточно. Ну-ну. Вот не знакомы ребятки с такой тонкой, но жесткой наукой как бой в ограниченном пространстве.

И что вы делать будете со своими неповоротливыми бандурами, если я вас по одному убивать буду.

Кстати, здоровяк с разбитым носом тоже устроился неподалеку, время от времени кидая в мою сторону злобные взгляды.

— Сколько их еще у вас?! — С восторгом интересуюсь, окидывая оценивающим взглядом салон «Шеви».

— А че?! — Интеллектуально интересуется верзила, награждая меня подозрительным взглядом.

И чего он меня в плохом подозревает?

— Нравится?! — ехидно усмехнулся «боец» справа с интонацией «тебе на такую всю жизнь не скопить!».

— Ага! — Искренне отвечаю я.

Отчего-то чистый восторг в моем голосе нравится парням еще меньше.

— Три уже взяли и опробовали, — заставляют я кое-кого слегка помрачнеть и вспомнить с кем он собственно имеет дело. — Хорошая машина! Вот и интересуюсь, сколько еще осталось?

Народ притих. Я пожал плечами. Позже сам выясню. Вещь-то реально удобная. Вот только конкретно на эту машину можно уже и не облизываться. С большой долей вероятности этот день она не переживет. По остальным присутствующим еще есть вопросы — тут уж кому как повезет!

А больше-то и говорить было не о чем.

Обсуждать технические характеристики «Шеви» я с ними не готов. Да и сами они вряд ли в них особо разбираются.

Гораздо больше пользы принес бы мастер-класс по захвату и конвоированию.

«Намекнуть, что ли, ребяткам, что меня и обыскать неплохо было бы!», — а то пистолет изъяли, а вот нож в голенище армейского ботинка так и не нашли. Нет, мне-то без разницы. План уже есть, и использования мной оружия он не предполагает. Но для проформы-то, а? Аль не заслужил я уважения вашего?

«Бузу что-ли устроить с членовредительством?», — подумалось вдруг мне с легкой злостью. Нет, блажь все это. Всерьез меня не воспринимают? Ну так нашим легче.

— Ребят, может вам анекдот рассказать для затравочки, а? — Начинаю «раскачивать» ситуацию я.

Ответом мне служат несколько удивленных взглядов.

— Уууу, скучные вы, — грустно выдал свой вердикт я. — И поговорить-то с вам не о чем!

Грустно киваю головой. Разочаровали, мол, меня вы, люди добрые.

— Так может споем, а? — Вновь воодушевился я и, не дождавшись ответа, затянул.

Из далека долгооооо

Течет река Волгаааа…

* * *

Всю сцену Винни наблюдал из окна мастерской, которую только покинул Санни.

Улыбка на лице его была довольно злой.

Он прекрасно видел, как разлетелась в сторону первая двойка.

— Мдааа, — негромко он оценил способности слуг Ростовых. — Работать вам и работать еще…

И, задумавшись на мгновение, добавил одну из любимых присказок кружащего вокруг бестолково мечущегося верзилы шефа:

— … Дилетантыыы!

Ему-то прекрасно было видно, что Санни сработал первую пару на автомате. Не думая. Вот и пришлось кружить в странном «танце» с последним соперником. А все ради того, чтобы дождаться запаздывающие экипажи.

— Нас бы за такое… — Негромко подумал вслух вставший рядом Кот.

Виктор невольно расхохотался, вполне себе представляя богатую на разные веселые «приключения» для залетчиков фантазию командира их небольшого, но уже вполне сплоченного отряда.

— Эй, его что, даже не обыскали? — Слегка возмущенно возопил Кот.

— Ну, пистолет же забрали? — «Заступился» за группу захвата его приятель.

— И на том спасибо! — Поставил окончательный диагноз парень, покачав головой.

Винни еще несколько секунд понаблюдал за тем, как Санни усаживают в машину и поднес к лицу рацию.

* * *

— Они взяли Санни. — Произнесла рация голосом Кота.

— Хол Коту, приняла. — Спокойно ответила Наташа, сидя на собственной кровати в городской резиденции Громовых.

По иронии судьбы ее окна выходили как раз на особняк Ростовых.

— Красиво у тебя здесь! — Заметила Алинка, примостившаяся рядом.

— Ты и спать теперь с ней будешь? — Возмутилась ее подруга.

Алина не обиделась, погладив рукой цевье полюбившейся ей «Светки».

— Понадобится — буду! — Улыбнулась она.

— А еще говорят, что в сапогах в постель — это по-гусарски! — Оценила заявление Наталия.

— Так я ж не к чужому человеку! — Возмутилась Кареева. — К жене своего мужа в постель лезу! А, кстати, кем мы друг другу будем после свадьбы? Не жены же! Как это называется?

Водница задумалась на миг, но тут же вспомнила одно из любимых определений Сашки:

— П****ц это называется! — Заверила она под негромкий смех подруги, тут же заверив. — Но мы с ним разберемся!

— Не сомневаюсь…

Алина скосила взгляд на небольшой артефакт, чьей единственной задачей было единожды засветиться красным светом. Случится это только в одном случае: если их муж испытает определенный набор эмоций.

— Еще рано.

— Знаю. — Согласилась огневка. — Просто немного волнуюсь… Все-таки на грани… Работать будем.

— Нет. — Негромко возразила Громова. — Во всю силу.

— Но?…

— Свидетелей не останется, — угрюмо заявила девушка. — Парни подчистят…

Подруги как-то одинаково вздохнули и вновь уставились в окно.

Глава 34

Ну хоть «разогреть» догадались!

А то я думал, что уж и не вломят даже чисто символически. Для пущей сговорчивости и понимания куда попал.

Вломили. Тот самый детинушка и постарался. А двое его подчиненных даже за руки поддержали, чтобы, значит, не упал и не ушибся!

Вежливые какие!

— Страшно? — Спросил детинушка, еще не до конца оттерев собственную кровушку с раскрасневшейся морды.

И я не выдержал такого умиления. Ведь почти сдержался. Молчал, когда меня привезли в соседний с Громовыми дом, когда неумело, но «жестко» обыскивали во дворе. Похоже, целью сей замечательной процедуры был вовсе не сам обыск, а унизить, психологически надавить на меня. Возможно, какого-нибудь благородного и смутило бы подобное обращение — «да как так, да меня?!». А я бы еще и в задницу заглянул. Без всяких там лишних эмоций. Эти даже до исподнего раздеть побрезговали.

Короче, все эти процедуры я вытерпел без единого слова. Без единого хмыка.

Однако вот не стерпел. Заржал!

— Ты… Ты чего? — Слегка опешил вставший на «разогрев» детинушка.

Я же сплюнул солоноватую слюну на пол, с удовольствием отметив ее красный оттенок.

— Ну, хоть чего-то добился! — Отсмеялся я. — Продолжение будет?

Охранник слева от меня как-то громко сглотнул. Кажется, в таких ситуациях здесь принято вести себя по другому?

— Интересно, а казематы и всякие там пилы-ножи будут? — С насмешкой поинтересовался я.

Судя по ошарашенному лицу главного местного «ужаса», экскурсия отменяется.

— Что, даже «пытошной» нет? — С грустью поинтересовался я. — Ууууу… Как все плохо. И скучно. Так, скоро ваши старшие придут?

— Десять минут. — Автоматически ответил детина, тут же захлопнув рот.

Судя по его лицу, он и сам не понял, как из него… Вырвалось. Я, если честно, тоже не понял.

— Так чего стоишь, дурак?! — Тут уж удивился и я. — Работай давай!

— Ээээ… Что? — Слегка подвис тот.

«Мдаааа, ну никакой фантазии!», — только и остается, что констатировать полное отсутствие фантазии.

— Сейчас придет кто-то из Ростовых, а я еще к работе не готов! — Объясняю уже буквально на пальцах. — Бей еще!

Верзила стушевался. Охранники даже хват как-то ослабили. Я бы и без этого вырвался, ну а так, и первоклашка бы справился.

Мда…

— Вот чудак человек! — Вздохнул я. — Я ж тебе помочь хочу. Вот представь, придут старшие, а я почти целый! Подумают еще, что ленишься…

— Приказ был без следов… — Опять на автомате выдал главный «гестаповец».

— Здрасьте дети, я ваш папа, — с выражением процитировал я. — Я работаю гестапо. Кто нарушит тишину, глаз на жопу натяну. Палочки приделаю — телевизор сделаю!

«Держатели» захихикали, совсем уж ослабив хват.

— Держать! — Рявкнул я голосом десантного генерала, делая движение будто бы хочу вырваться вперед.

Подскочили все. А две пары рук вцепились в меня как в последний спасательный круг на «Титанике».

— Вот так! — Одобрил я. — Мне, б***ь, что, вас работать учить?!!

Все как-то вдруг посторожели, словно бы вспомнили, зачем здесь собственно собрались.

— Ты не боишься. — Сделал для себя печальный вывод верзила.

Что тут скажешь, только и остается, что виновато головой покачать:

— Неа.

Отчего-то мой ответ кружок юных палачей не вдохновил.

— А почему? — поинтересовался главный из них.

— А ты поближе подойди, я тебе и скажу!

Верзила доверчиво поднес свое лицо к моему:

— Ну?

Задавив в себе хулиганское желание доломать ему переносицу, я поймал его взгляд и, как само собой разумеющееся, ответил:

— А я мертвецов не боюсь.

Что уж он там прочел в моих глазах я не знаю, но чего-то расстроился еще больше. Его подручные же так вцепились мне в руки, словно их жизнь зависела от того вырвусь я или нет.

Не сегодня парни.

— Ээээй, синяки же останутся! — Вновь переключился на веселый тон я.

Вот только остальные как-то не спешили радоваться жизни вместе со мной. А зря. По моим планам, у них на это гораздо меньше времени, чем у меня.

— Что здесь происходит?!.. — Раздался властный голос от двери.

— Играем мы! — Ответил я. — Пока они меня били, а щас, стало быть моя очередь в морду лазить!

— … Я же с вежеством сказал, щучьи… Что?!

Не сразу с отрепетированной речи съехал. Бывает.

— Не вам говорить о вежливости. — Резонно заметил я.

— Прошу прощения?..

— Не прощу, — заявил я патриарху Ростовых, которого по фотографиям, естественно, опознал влет. — Вас стучаться не учили, что ли? Выйдете и зайдите снова. Как положено! И, лучше минут через десять.

На секунду ситуация зависла. Всем было очень интересно, выполнит ли мою просьбу Герман Людвигович.

Но растерянность с его лица сошла мгновенно.

— Почему? — Ехидно поинтересовался он.

— А мы как раз доиграем! — Доверительно сообщил я.

Старик Ростов «вспыхнул» мгновенно. Троих придурков отбросило к стенам. На ногах остались только я и скрывшаяся за фигурой могучего телосложением деда тень.

— Вот даже как? — Поинтересовался он.

Виновато развожу руками. Мол, что поделаешь, таким уж уродился.

— Как интересно… — негромко констатировал второй посетитель, делая шаг вперед.

Хм, мужчина лет сорока пяти. Довольно дорогой, но ничем не выделяющийся костюм на нескладной фигуре и скучное лицо. Вроде бы и чисто по-русски говорит, но готов поклясться, что этот язык для него не родной.

— Хау а ю, мистер?! — Вновь дебильно лыбясь обрадовался я.

Патриарх и сморчок переглянулись.

— Оставьте нас! — Потребовал Герман Людвигович.

Я с удивлением глянул на поникшую троицу. Неужели и правда выйдут?

Правда! Гуськом поплелись к выходу.

Оглянулся. Глаз зацепился за единственный стул посреди абсолютно пустого подвального помещения.

На него и уселся. Для меня ж старались, верно? Негоже игнорировать гостеприимство хозяев. Хотя могли бы и к полу прикрутить для антуража.

Иностранец тут же достал из-под пиджака револьвер. Классический «Веблей».

— Англ-сакс, что ли? — Презрительно сморщился я, намеренно исковеркав первое слово, чтоб, значит, пообиднее вышло. — Только пальнуть не вздумай!

— Это почему, молодой человек? — Вроде как спокойно поинтересовался он, но акцент проявился чуть сильнее.

Британец, точно британец.

— Под-вал, — по слогам как дебилу объяснил свою позицию я. — Вы-стрел. Оглушит же к чертям, дорогой ты мой.

— Не думаю, что вас будет волновать именно это, если я выстрелю.

Пожимаю плечами, откидываясь на стуле так, чтобы тот встал на две ножки.

— Все может быть. — Вынужден, наконец, согласиться я. — Герман Людвигович, а что, у нас согласно императорскому Уложению иностранцы допускаются к Родовой войне?

— То, о чем император не узнает, ему не повредит.

Приятно иметь дело с мудрым человеком. Вот вроде просто все сказал, а внушает. Тоже так хочу! Это, опыт, наверное…

— Ага, значит, выпускать отсюда живым вы меня не собираетесь?

— Вы же умный молодой человек, — констатировал бритт. — Сами все понимаете.

Морщусь. Не столь искренне, сколь демонстративно.

— Не пойму я, Ваше Сиятельство, кто ж у вас в доме хозяин?

Патриарх зло глянул на сморчка. Тот слегка скривил зубы, но окончательно расставлять точки над их англосаксонской i пока не стал.

— Прошу простить. Тяжелый день.

Демонстративно покачиваюсь на стуле. Вижу, вновь на меня внимание обратили.

— Могли б и связать, что ли, для приличия!

— А куда вы собираетесь от нас деться, Александр Сергеевич? — Поинтересовался патриарх. — Перед вами одаренный второго ранга. Сэр Роджерс вооружен. Над нами дом, полный моих людей. Вы все еще видите смысл в связывании?

— Ах, ну если сээээр! — «Восхитился» я. — Тогда ладно! Хотя обыскать толком все равно бы стоило.

Незаметное движение и нож летит… Под ноги самоуверенной парочке.

«Колобки», что «следствие вели», как-то странно переглянулись.

— Тогда поговорим. — Подвел итог патриарх.

— Неа!

— Почему вы думаете, что у вас есть выбор? — Поинтересовался он.

— А вы же меня все равно убьете, — бесхитростно заявил я. — Чтобы я участие британцев в Родовой войне не выдал! Так чего мне с вами разговаривать?

Действительно интересно, что ответят.

— Вы полагаете, у вас есть выбор? — Поинтересовался сморчок.

Мда, представитель Туманного Альбиона теперь выглядел как классическая канцелярская крыса.

— А что, пытать будете? — Искренне поинтересовался я.

Британец коротко кивнул:

— Пытайте. — Пожал плечами я, демонстративно теряя интерес к разговору.

Вновь игра в гляделки.

— Ну… Мы бы предпочли этого не делать! — Заверил хозяин. — Будет гораздо проще, если вы сами все расскажете. Проще и, кхм, быстрее!

Бам!

Находящиеся в воздухе ножки неожиданно звонко ударились о бетонный пол. «Добрые полицейские» аж вздрогнули.

— Дадите подумать?

— У нас нет на это…

— Всего минуту, — предложил я. — Ровно одну минуту.

Британец демонстративно пожал плечами и достал из внутреннего кармана часы-луковицу.

Я же прикрыл глаза и расслабился на стуле.

Моя тренированная память легко выдала мне события ночи перед дуэли с Мещерским.

Ната и Алинка специально для меня надели кружевное и прозрачное… Практически НИЧЕГО. Медленно соскальзывает невесомая ткань с точеных плеч… Недолгий поцелуй, странный, но прекрасный танец двух обнаженных красоток. Рука Наташи начинает скользить вниз и…

Оно! Грудь обожгло огнем сработавшего артефакта.

«Так какое же чувство я вряд ли почувствую во время пленения? Сексуальное возбуждение!», — мысленно ухмыляюсь я, открывая глаза. Кувырок со стула совпал с броском мебели в британца. Тот даже из своего хваленного «Вобля» не успел пальнуть хоть разок для приличия. Все это мозг отмечает автоматически, пока заряженное тело уже летит на вскидывающего руки патриарха. Бить бесполезно. Любой удар примет на себя щит. А вот захваты и заломы на невысокой относительно скорости… Динамическая защита на такое не срабатывает.

Плавным текущим движением я развожу руки могучего воздушника, буквально ломая конструкт. Еще один аккуратный подшаг и вот я уже аккуратно запрыгиваю за спину старику, обхватывая его поясницу ногами. Вместе мы летим на пол.

«Одаренный второй ступени, одаренный второй ступени», — мысленно передразнил я патриарха, сжимая пальцы на его кадыке. А ведь чем сложнее конструкт, тем лучше надо сосредоточиться. А как это сделать, едва ли не теряя сознание от боли и удушья?

Налет Пламени был страшен. Кареева ударила прямо по нам. Осталось лишь надеяться, что патриарх выдержит такой напор, а амулеты сыра Роджерса позволят продержаться ему до прибытия канцелярских следователей. Мне же Огонь моей будущей воды не слишком повредит, а от камней и под завалами меня хоть как-то да спасет вживленный амулет.

Главное, не захлебнуться, когда ударит Вода.

Но Громова пообещала, что сотворенная стихия мне не повредит… Слишком сильно.

Где-то неподалеку готовились команды зачистки. Ведь как только Ростовы захватили и привели на территорию своей городской резиденции пленника, она тут же потеряла статус нейтральной территории, став нашей законной добычей.

Потом же стало не до мыслей.

По нам ударил ЖАР!

Эпилог

5 лет спустя.

— Сашка!

Это Алинка. Только они с Наташей себе такое позволяют. Остальные обращаются ко мне не иначе как господин капитан.

А офицеры личной Е.И.В. Гвардии — вовсе не те люди, к которым можно относиться снисходительно-небрежно. Хотя бы потому, что это звание гарантирует наследное дворянство. Мне-то все равно, у меня два таких «аргумента» под рукой, что никаких печатей не надо. Причем касалось это как положения в обществе, так и личной силы. Во всяком случае, огневка официально подтвердила третью ступень, а водница во всю штурмовала вторую. Но вот об этом широкой общественности знать не следовало. Ей вполне хватало подтвержденной «четверки».

Кстати, большинство из моего ближнего круга дворянство тоже имеют. Пусть пока и «только» личное. Нас вообще неплохо наградили за фактически обезглавленный Род Ростовых. Его возглавил вышедший через несколько месяцев из госпиталя бывший командующий. И сразу объявил курс на изоляционизм и дальнейшее развитие империи с опорой на собственные силы. А уж сколько он всего в качестве отступных и контрибуции отдал — страшно подумать. И нам коей чего перепало. Я думал, что многие завяжут с военной карьерой и осядут на своих землях-поместьях. Однако никто из моих близких меч на орало перековать не поспешил.

До сих пор полный списочный состав ближнего круга трудится под «зонтиком» Отдельного Корпуса Жандармов.

А мне с нынешним моим званием и сам граф Бенкендорф не указ. Официально… Реально-то еще как указ, но подколоть его беззлобно иногда приятно.

С сэром Роджерсом тоже интересно получилось. Мнооооого чего тогда накопали императорские дознаватели. Я в детали не лез, но вот то, что в Петербурге ПОЛНОСТЬЮ обновилось британское посольство не заметить не мог.

— Да, милая! — Негромко откликнулся я.

Стороннему наблюдателю могло бы показаться, что я ничего не делаю, но откинуться на спинку удобного кресла мне довелось только-только. А до этого бумаги-бумаги-бумаги. Вереница отчетов об успешной операции… На другом конце света. Серьезные грифы, тектонические последствия и такая невидимая миру, но известная всем заинтересованным лицам буча, что я даже про себя старался не думать о ее сути.

Тем более, у меня отпуск. Кто бы мог подумать, но именно оторва Кареева изъявила желание первой подарить нашей Семье будущее. И Наследника.

— Фриц звонил только что!

— Аааа, — удовлетворенно протянул я. — Всегда знал, что когда-нибудь вы оцените гений вашего мужа в придумывании прозвищ!

Жена на миг замолкла, сама не понимая, как из ее уст могло вырваться такое. Однако уже через секунду девушка вполне четко доложила:

— Уровень два. Тревога по красному варианту.

— Ого! — Удивился я.

Плакал мой отпуск. Ну ничего, я свое еще возьму!

— Ближний Круг, боевая тревога! — На ходу бросил я, подхватывая китель, и выходя в коридор, где у меня ждали все такие же красивые и улыбчивые Кареева с Громовой, плечики которых ныне украшали совсем не детские звездочки. — Ну что, красотки, посмотрим, что там стряслось?!

— О, да! — Заявили обе, подхватывая меня под локоток.

Ну что ж, вперед! Теперь в этой империи мало что происходит без меня.

Конец

* * *

Обращение к Читателю

Добрый вечер, Уважаемый Читатель!

Вот и подошла к концу очередная история. Надеюсь, что Тебе было интересно читать ее так же, как мне писать. Спасибо за то, что почти год (первая книга выпущена в июле 2021 года) следишь со мной за приключениями Санни и его друзей!

Что же дальше?

Новые книги, разумеется!

Не успеешь Ты прочитать этих строк, а на сайте уже появится новая книга. Надеюсь, что у нее есть шанс стать циклом. А первые 200 тысяч знаков я выложу в течение трех дней.

Итак, встречай!

Новый фантастический роман «Некурящий» (попаданцы в магические миры и обратно, боевик, фантастика, фэнтези).

Верю, что ты дашь ему шанс!

С уважением, Антон Федотов.

P.S. Ну что, идем дальше?;)

* * *

Примечания

1

Слова доктора Хауса (цитата из сериала).

2

Ни разу не шутка. Автор сам шатался по лесам в должности оператор добычи нефти, газа и конденсата. Удивлялись всей бригадой. Ни одного медведя поймать, чтобы проверить эту теорию, нам не удалось. По счастью. Тех же, кому не повезло, насколько мне известно, спасло умение быстро забраться на «качалку». Потом их снимали оттуда, подогнав грузовик-вахтовку.

3

Александр Бушков. «След пираньи».

4

Пехо́тный сна́йпер (англ. designated marksman, буквально «назначенный стрелок», как должность в штате), иногда называемый ма́рксман — военная учётная специальность военнослужащих рядового состава в подразделениях различных родов войск видов вооружённых сил, отдельных родах войск.

5

Парашют Д-6 — людской десантный парашют военного предназначения. Используется для учебно-тренировочных и боевых прыжков из транспортных самолётов и вертолётов. Разработан в НИИ Парашютостроения.

Использовался воздушно-десантными войсками СССР. Модифицированный парашют Д-6 серии 4, наряду с более современным парашютом Д-10, используется воздушно-десантными войсками России и аэромобильными войсками государств СНГ, а также аэроклубами.

6

Ка́зус бе́лли (лат. casus belli — «случай (для) войны», «военный инцидент») — юридический термин времён римского права: формальный повод для объявления войны. В своём первоначальном виде понятие casus belli представляло собой юридическую категорию древнеримского специального права, которым оперировали члены коллегии жрецов при осуществлении решений сената, в которые входили претензии к сопредельным народам.

7

Исполнение обязательств в рамках союзнического договора, или коллективная самооборона (лат. Casus foederis, казус федерис) — исполнение союзнических обязательств государства о начале военных действий при наступлении условий, соответствующих договору о военном союзе, в случае агрессии против одной из сторон, заключивших соглашение об оборонительном военном союзе.

Означает оказание помощи союзнику в случае военного нападения третьей стороны.

8

РАВ — ракетно-артиллерийское вооружение. Не смотря на название на складах РАВ хранится и стрелковое оружие личного состава.

9

ОЗМ-72 — осколочная заградительная мина — противопехотная выпрыгивающая мина кругового поражения. Название в армейском жаргоне — «Лягушка» или «Ведьма».

10

ДП (Дегтярёва пехотный, индекс ГАУ — 56-Р-321) — ручной пулемёт калибра 7,62 мм, разработанный Василием Алексеевичем Дегтярёвым. ДП стал одним из первых образцов стрелкового оружия, созданных в СССР.

11

Тяжёлая огнемётная система (ТОС) — одна из систем вооружения, предназначена для вывода из строя легкобронированной техники, разрушения зданий и сооружений объёмным взрывом, а также уничтожения живой силы противника, расположенной на открытой местности и в фортификационных сооружениях. Уничтожение происходит полем высокой температуры и избыточным давлением, которое создаётся при массированном применении неуправляемых реактивных снарядов в термобарическом и дымозажигательном снаряжениях.

12

ЗИЛ-4105 («Бронекапсула») — советский и российский бронированный автомобиль большого (представительского) класса с кузовом типа лимузин. Бронированная модификация автомобиля на шасси ЗИЛ-4104. Производился на Заводе имени Лихачёва.

Раз мы допускаем, что технологические уровни СССР м Российской империи совпадают примерно на начало 80-х годов, то про такое чудо инженерной мысли, забыть просто не можем.

13

БРДМ-2 (ГАЗ-41) — бронированная разведывательно-дозорная машина.

Главная особенность машины — очень высокая проходимость. Кроме основного полноприводного шасси с регулируемым давлением в шинах, в средней части корпуса имеются специальные дополнительные выдвижные колёса, позволяющие, в частности, преодолевать значительные рвы, траншеи. В настоящее время в той или иной степени используется в разведывательных подразделениях более чем 50 стран. В войсках имеет прозвище «Бардак».

14

Крупнокали́берный пулемёт Влади́мирова та́нковый (сокр. КПВТ, индекс ГРАУ — 56-П-562Т) — модифицированный вариант одноимённого пехотного пулемёта для вооружения бронетехники. Может применяться как для стрельбы по наземным или надводным целям, так и для поражения низколетящих средств воздушного нападения (самолётов и вертолётов) противника. Является достаточно мощным средством огневой поддержки пехоты и танков в любых условиях боевой обстановки.

15

Еще более страшная штука.

Клизма как инструмент, (греч. κλύσμα от κλύζω «чищу, промываю»; устаревшие термины клистир и груша) — медицинский инструмент, приспособление, предназначенное для постановки одноимённой процедуры, то есть для очищения и промывания прямой кишки и толстой кишки либо для введения в прямую или толстую кишку растворов лекарственных веществ. Используются также для аналогичной обработки (спринцевания) влагалища. Клизмы бывают двух видов: резиновые груши (также называемые спринцовки) и клизмы большого объёма, представляющие собой резервуар с трубкой (кружка Эсмарха).

16

ПГО-7В, индекс ГРАУ 1ОП19-1 — советский оптический прицел разработанный в ЦКБ «Точприбор» (Новосибирск) для повышения точности огня из ручных гранатометов РПГ-7 и РПГ-7Д. Главный конструктор Н.В. Хоменко.

17

Военизированная охрана (ВОХР) — вооружённые боевым стрелковым огнестрельным оружием специализированные военизированные организации подразделения охраны с особым правовым статусом (преимущественно государственные), осуществляющие охрану объектов инфраструктуры страны, имеющих важное государственное значение, а также грузов и иного имущества.

18

Victorinox (от Victória — женского имени и фр. acier inoxydable — «нержавеющая сталь») — швейцарская компания, производитель швейцарских армейских и других ножей, часов и столовых приборов. Штаб-квартира располагается в населённом пункте Ибах, кантон Швиц.

19

Термин артиллеристов. Неформальная форма обратного отсчета до выстрела, который происходит ровно по команде «Три!»

Content

Антон Федотов
Магия калибра 7.62. Том 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Эпилог

Обращение к Читателю

Примечания