Владимир Сухинин

Бои без правил. Вторая жизнь майора – 13

Когда твой враг ушел от правил,

Нарушил он закон войны.

Когда тебя страдать заставил,

Забудь о правилах и ты.

Судью судьбы Творец назначил,

Он все поймет и промолчит.

Его ты просто озадачил,

За месть он только пожурит…

Лигирийский императорский театр.

Ария слепого провидца

© Владимир Сухинин, 2022

Предисловие

Предыстория событий

Человечество уже многие сотни лет как вышло в космос. Освоило межзвездные перелеты и однажды столкнулось с миром, куда можно было попасть только в определенное время, через гравитационные воронки.

Оно открыло мир, в котором две планеты были населены расами разумных существ. В чем-то похожих и непохожих на людей. Жили здесь и люди, очень похожие на простых обитателей вселенной. Но они жили гораздо дольше и обладали сверхъестественными способностями.

Первые попытки захватить этот мир оказались весьма неудачными, и этот мир закрыли от посторонних глаз.

Это был мир Изначальный, откуда вышел Творец, сотворивший всю вселенную. Но об этом за пределами Изначального мира никто не знает. Творец ушел создавать новые галактики, но оставил в этом мире хранителей.

Самый первый из них и самый сильный хранитель – Рок. Он претендует на славу Творца и хочет, чтобы его почитали богом, и желает собой заменить его для смертных.

Ему противостоят его сестра Беота, которая стала хранительницей западного полушария планеты Сивилла, и брат Курама, который стал хранителем мира Инферно. Между ними идет непрекращающаяся скрытая борьба за власть.

Для того чтобы пошатнуть равновесие, Рок призывает в мир Сивиллы душу погибшего на Земле майора Виктора Глухова. Он должен был, по задумке Рока, стать пешкой, проходящей в ферзи, и ручным хранителем, которым потом нужно было пожертвовать.

Но землянин, вселившись в тело молодого аристократа-нехейца, сам даже того не подозревая, живет по своим правилам, ломая все планы Рока. Он оживил легенду орков Худжгарха и был назначен Судьей, хранителем орков.

Судья – могущественная личность, следящая за соблюдением правил борьбы за власть хранителей. Он появляется в статуе молодого мужчины в последнем зале лабиринта славы, и статуя оживает. Именно Судья определяет, кому и где быть хранителем, и он назначил землянина в образе Худжгарха хранителем оркской степи.

В мире Сивиллы появилась новая сила, с которой пришлось считаться и Року, и Беоте. Рок стремится уничтожить непослушного иномирца. Беота – использовать его для борьбы за власть с Роком.

Но даже такие сущности, как хранители, не могут нарушать правила борьбы за власть. Для осуществления планов в достижении цели они используют смертных. Они не могут спуститься на нижний план бытия и действовать в своем божественном обличье, а могут только в облике простого смертного. А здесь всех хранителей переигрывает непредсказуемый землянин.

Он достал Рока так, что тот, не стерпев, совершает ошибку и с помощью предателей из снежных эльфаров отправляет невесту Ирридара Тох Рангора тан Аббаи в другой мир. А это запрещено правилами борьбы. Вангорский граф, он же Виктор Глухов, об этом правиле не знает, но у него свои правила…

Глава 1

Где-то в другом мире. Закрытый сектор.

Планета Сивилла. Снежное княжество

Рука сама ухватила кадык и крепко сжала. Вторая рука, опущенная и прижатая к телу, ухватила неизвестного противника между ног и тоже крепко сжала то, что ей попалось в пальцы. Сразу после этого хватка противника ослабла. Он заверещал, как заяц, пойманный шарныгой, и два тела выпали из темноты на песок.

Ганга в полете извернулась и упала на мягкое тело. Удар был сильный и вышиб дух из снежного эльфара. А это был именно он.

Ганга мгновенно освободилась от захвата рук противника, прижала его коленом к песку, задрала подол своего бального платья и из ножен, прикрепленных к бедру, выхватила небольшой острый кинжал.

Кинжал был непростой. В случае необходимости он превращался в молекулярный меч. Но сейчас такой необходимости не было. В рукоятку кинжала был встроен боевой мультитул. Секунду помедлив, Ганга хищно ухмыльнулась. Эта улыбка оглушенному эльфару показалась звериным оскалом.

– Нет, – проговорила орчанка, – ты так просто не отделаешься. – Она приставила кинжал к паху эльфара и слегка надавила. – Шевельнешься, – словно ядовитая змея, прошипела она, – и останешься без яиц.

– А мне плевать, – отозвался приходящий в себя немолодой эльфар. Он плюнул Ганге в лицо, но та успела отклониться и надавила кинжалом сильнее.

– Это ты сейчас так говоришь, – нарочито ласковым, бархатным голосом произнесла Ганга. – Посмотрим, как ты запоешь от шаманских пыток.

Она резко взмахнула левой рукой и ударила кулаком в челюсть эльфара. Тот мотнул головой и закрыл глаза.

Ганга осмотрела эльфара магическим взором. Маг, но слабый, поняла она и презрительно скривилась. Вытащила из-за пазухи кулон и, пошептав, указала рукой на лежащего в беспамятстве снежного эльфара. Она видела, как из кулона вылетел дух и вошел в тело снежка. Этот дух отсечет эльфара от его дара и возьмет управление телом на себя.

Сделав это, Ганга поднялась и осмотрелась. Вокруг, куда бы ни проникал ее взгляд, везде была песчаная пустыня. Но за спиной протекала небольшая мутная речушка, теряющаяся в безбрежных песках. По берегам реки местами росли кусты и низкие деревья, дающие небольшую тень. Она посмотрела на местное светило, палящее сверху, и по кровной связи потянулась к жениху. Связи не было.

«Значит, это другой мир», – со вздохом горького разочарования догадалась орчанка. Она посмотрела на лежащего эльфара и в сердцах пнула его ногой. «Если не найду еды, съем его», – решила она.

Ганга скептически осмотрела свой наряд. Бальное платье не для похода. Она решительно отрезала подол выше колен и тем, что отрезала, повязала голову. Теперь ей стало легче. Не так пекло, и можно было свободно двигаться.

«Ага! Двигаться!» – Ганга посмотрела на бальные туфли. Сняла их и закинула далеко в барханы. Обожгло ноги раскаленным песком. Подпрыгивая, она подошла к эльфару и сняла с него полусапожки. Потом подумала и стащила с него штаны, надела на себя. Почти впору. Немного великоваты, но это даже лучше, не так будет жарко. Потом из отрезанного подола нарезала портянки и, обмотав ноги, надела обувь, снятую с эльфара. Притопнула и осталась довольна.

«Полдела сделано», – подумала она. Подошла к реке и прощупала ее магическим взором. Вода хоть и мутная, но пригодна к употреблению.

Обругав себя за непредусмотрительность, Ганга пошла искать туфли. Нашла и вернулась к реке. Зачерпнула воды и применила заклинание очищения. Вода забурлила и стала прозрачной. На дне остался мутный осадок Осторожно перелив воду в другую туфлю, Ганга утолила жажду.

Прицепила туфли к поясу штанов и стала искать жизнь в воде. И вскоре она ее нашла. В реке водилась рыба.

Еще через десять минут она держала в руках большого усатого угря. Такие водились в реках ее родной степи. Есть сырую рыбу ей было привычно, и вскоре она утолила голод.

«А все не так уж и плохо, – подумала она. – Осталось понять, как отсюда выбраться…»

Лер Шавга-ил из дома Высокой кручи был избран для великой миссии. Так ему передали координаторы Братства. Он был горд от выпавшей ему роли. Он должен был захватить и унести орскую невесту человека в другой мир. Это не был путь в один конец. Он имел координаты портала, что вернет его обратно. А орчанку он должен был оставить здесь. Но он не учел скорость реакции девушки. Она действовала молниеносно. Его надеждам на секундный шок девушки с целью применить парализующее заклинание не суждено было сбыться. Еще при переносе она придушила его и, ухватив между ног, не позволила ему вовремя среагировать. И еще она оказалась неимоверно сильной. А он был уже немолод и не смог справиться с ней.

Но все равно он сделал то, к чему был призван Братством. Лер гордился собой и ушел в беспамятство полный решимости умереть.

Его выдернула из забвения боль, которая прострелила спину, скрутила его так, что он выгнулся и громко закричал. Боль отступила, и он смог открыть глаза. Первое, что он увидел, – это орчанку, которая была одета странным образом. На ней было короткое платье и штаны… Его штаны! И сапоги. А он!.. Он был обнажен по пояс. С него сняли даже подштанники, и он лежал в тени на виду женщины с открытым срамом. Лер Шавга-ил испытал душевную боль и стыд, которые были сильнее физических страданий. Он застонал, прикрыл глаза и хотел разразиться бранью, но из его уст вырывался только едва слышный свист.

– О! Пришел в себя! – орчанка, стоявшая к нему спиной, повернулась. – Ругаешься, – даже не спрашивая, а просто утверждая как известный ей факт, произнесла она. В ее голосе не было злобы и ненависти. Не было отчаяния и страха, на который надеялся эльфар. Лишь полное непритворное спокойствие в голосе. Она говорила так, как будто вышла прогуляться и встретила снежного эльфара, но не оказалась одна неизвестно где и почему. – Я тебе сейчас кое-что объясню, – продолжила орчанка и поправила чалму на голове. – Ты дня два будешь терпеть боль. Потом обмочишься и будешь меня умолять прекратить твои муки. Я подожду еще день… Тут есть вода и пища. Я подожду и даже буду поить тебя водой, чтобы ты не сдох от обезвоживания. А потом уберу боль. Ты станешь моим рабом и будешь исполнять все мои желания. Скажу сожрать собственное дерьмо – и ты его съешь. Но сейчас ты уверен, что сможешь все вытерпеть. Ты же гордый снежный эльфар. Я это понимаю и подожду. – Орчанка приложила руку к глазам, закрывая их от солнца, и огляделась. – Я на разведку, а ты полежи, помучайся… – Сказав это, она пошла прочь.

Вскоре скрип песка под ее ногами смолк, а эльфара стала накрывать волнами нарастающая боль. Она сначала пронеслась по позвоночнику, потом перешла на зубы. Лер Шавга-ил не выдержал и закричал.

Ганга знала, что делала. Пытки шаманов она изучила хорошо. Никто так не знал изощренные способы мучений пленников, как старые орские шаманы. Она выбрала большую костистую рыбу и приманила ее. Быстро оглушив станером, встроенным в рукоятку кинжала, вытащила всплывшую рыбину на берег, разделала ее и отделила большие реберные кости. Собрав их в кучу, подошла к лежащему в глубоком нокауте эльфару. Магическим взором осмотрела его точки жизненной энергии и начала втыкать кости в точки пересечения энергетических потоков. Перекрыв их, она заставила спазматически сжиматься мышцы тела, которые при спазмах вызывали сильную боль, длящуюся секунд пять. И эта боль блуждала по телу с разными сроками перерыва. От одной секунды до полминуты. Это позволяло жертве оставаться живой, но испытывать страшный страх перед надвигающейся болью.

Тщательно проделав нужную работу, она принялась призывать астральных паразитов. Еще ранее Ганга обнаружила, что этот мир имеет магический эфир и в нем кружат многочисленные астральные сущности. Она камлала и призывала астральных духов, питающихся эмоциями смертных. И несколько таких сущностей приблизилось к телу эльфара. Ганга разложила куски рыбы на животе снежка и привязала астральных существ к ней. Теперь хищники не смогут подойти к телу эльфара, их отпугнут астральные духи. А он не сможет управлять своим телом. За него это делает вселенный дух умершего раба.

Встав, она стала ждать пробуждения эльфара. Снежок был немолод. Кроме того, он был музыкант и не обладал продвинутыми боевыми навыками. Что и помогло Ганге справиться с ним.

Орчанка оглядывалась, решая, в какую сторону пойти на разведку местности. Потеряться она не боялась. Ее жених, а лучше сказать уже муж, был почти богом, и Ганга не сомневалась, что он ее найдет… Рано или поздно, но найдет.

Посмотрев по течению реки и против, она решила пойти против течения, не удаляясь далеко от самой реки. Если есть вода, вполне разумно подумала Ганга, значит, есть и животные. И многие могут быть хищниками. Она включила станер и услышала шевеление за спиной.

«Пришел в себя», – подумала она и обернулась.

Ничего приятного Ганга эльфару не сказала. Равнодушно обрисовала ему его будущее. Бросила взгляд на открытый срам и отвернулась от закрывшего глаза эльфара. Затем неспешно направилась вдоль реки. Ее ноги легко передвигались по сыпучему песку, и она была настороже. Каждые двадцать шагов Ганга прощупывала местность на предмет определения жизни и нашла ее. В пятнадцати ридках ходьбы от тела эльфара.

Перед ней находился невысокий бархан, и что-то или кто-то прятался там. Она остановилась, решая обойти или выманить это существо. Пришла к мысли, что это может быть хищник и он может быть нечувствителен к астральным паразитам и лучше его выманить. Но как это сделать, не приближаясь? Это был вопрос, на который она ответа пока не знала. Подойти ближе – можно не успеть применить станер, а с этого расстояния существо на нее не реагировало. Ей очень не хотелось тратить заряды батареи и применять лазер. Всего было пятьдесят зарядов для него, а путь был, по всей видимости, долгим. Но другого выхода Ганга не видела. На всякий случай она сняла сапог и запустила им в бархан. Ее действие оказалось удачным. Из-под песка выметнулись щупальца и хлопнули по воздуху, пытаясь поймать сапог. Но тот упал на склон бархана и по осыпавшемуся песку скатился к подножию. Ганга отцепила туфлю и бросила ее в застывшие неподвижно щупальца. Удар по одному из трех щупалец твари, прячущейся в песке, не понравился. Щупальца задрожали и хлестнули по песку. Сама тварь вылезать не собиралась. Ганга кинула вторую туфлю, и вновь метко. Щупальца остервенело забили по песку, погребая под ним и сапог, и туфли. Последний сапог попал по третьему щупальцу, и бархан зашевелился.

«Не нравится!» – крикнула Ганга, и ее голос окончательно вывел из себя засевшую в песке тварь. Бархан вздулся. Песок с громким шелестом стал осыпаться, и на глазах орчанки из-под него показалось бочкообразное тело. Оно медленно вылезало и становилось все больше и больше. Ганга немного испугалась и отступила на пару шагов назад. А тварь выбралась из песка. Оперлась на два щупальца и третьим потянулась к ней. Не зная, что можно ожидать от твари, Ганга актировала щит и приготовилась применить станер. На щупальце вздулись две шишки, и неожиданно они моргнули и открылись. На Гангу уставились два сверкающих голодной злобой синих глаза. Почти человеческих. И они осмысленно смотрели на орчанку, изучая ее. Над бочкообразным телом стал раздуваться капюшон, превратившийся в небольшие крылья. Глаза твари голодным взглядом жадно пожирали добычу.

Ганга тоже уставилась в эти глаза и почти пропустила момент прыжка твари. Та стремительно оттолкнулась и полетела в ее сторону. Ганга ударила узким лучом парализатора и, в последний момент упав на песок, припустила тварь над головой. Не медля, откатилась в сторону воды, за куст. Тварь парила и пролетела мимо нее. Затем камнем упала в метрах трех за ней и замерла.

Часто дыша от охватившего ее волнения и чувствуя, как адреналин наполняет кровь, Ганга стала изучать тварь магическим зрением. Она оставалась на безопасном расстоянии, прячась за кустом.

На щупальцах твари были многочисленные загнутые вовнутрь острые когти. Каждый ближе к бочкообразному телу все больше. Само тело было почти пустым. Она видела небольшой мозг в шарообразном утолщении наверху тела, под которым опали и сдулись крылья. Мозг был немного меньше, чем у человека. Ниже был огромный желудок, и его окружал пузырь, видимо наполненный воздухом или газом, помогающий твари парить. Ее мышцы щупалец, прикрепленные к толстым узловатым буграм, были сейчас расслабленными.

Ганга включила молекулярный меч и, приблизившись к твари, тремя ударами отсекла щупальца. Тварь не вздрогнула, не пошевелилась. Лишь ожившие глаза на щупальцах пытались рассмотреть врага и искали ее, ворочая зрачками. Затем, покрывшись белесой пленкой, они погасли.

Обойдя тело по кругу, Ганга примерилась разрубить его напополам, но тут из отверстий, где ранее находились щупальца, стал выходить зловонный газ. Ганга поморщилась и отступила подальше, сместившись в сторону, встала с наветренной стороны. Тело твари сдувалось и превращалось в кожаный коричневый мешок.

Через несколько минут ожидания кожа обтянула то, что Ганга приняла за желудок. Теперь тело твари напоминало походный рюкзак с небольшим утолщением наверху.

Осторожно толкнув тело ногой, Ганга отступила и стала ждать. Но ничего не происходило. Тварь была мертва и в магическом зрении не представляла опасности. Убрав молекулярный меч, Ганга, как дитя природы, сноровисто срезала кинжалом утолщенную верхушку, покрутила ее и, не найдя в ней ничего достойного, отбросила в сторону. Раздвинула края кожаного мешка и заглянула вовнутрь. Оттуда на нее пахнуло оставшейся вонью. Легко подняв тело твари, Ганга направилась к воде. Положила мешок в воду и стала наполнять его водой. К ее удивлению, дырки от щупалец стали быстро зарастать и мешок наполнился водой. С трудом вытащив его на берег, Ганга вылила воду и засунула руку вовнутрь, ухватила желудок и выдернула его на свет. Он был размером как две человеческие головы и мягкий на ощупь. Помедлив, орчанка осторожно разрезала желудок и вывернула его наружу. Внутри находились желтые и красные образования, похожие на камни. Полупрозрачные, величиной с орех, они плавали в зеленоватой слизи, похожей на концентрированную кислоту. Ганга осторожно, чтобы не растерять камни, промыла желудок. Камни ей очень глянулись. И в магическом зрении они переливались радугой. Что-то такое в них было. Непонятное и притягательное. Подержав на ладони желтый орех, Ганга им залюбовалась. В руке он начал быстро нагреваться, и Ганга тут же положила камень на промытый желудок. Всего она нашла пять желтых и девять красных камней.

Орчанка отрезала от платья еще одну полоску. Бережно завернула камни в тряпочку и убрала в поясную сумку снежного эльфара. После чего обратила свой взор на кожаный мешок. Ощупала его и, признав прочным, задумалась. Такой мешок ей пригодится. Но как его нести? Не в руках же! Она с задумчивым взглядом огляделась, нашла щупальца и, встав с колен, отряхнула песок. Ногам уже было горячо. Не помогали даже портянки, сделанные из бального платья. Вздохнув, Ганга отправилась на поиски сапог.

В нескольких метрах от нее находился небольшой кратер из слежалого песка. Место, откуда вылезла эта тварь. Ганга заглянула вовнутрь и удивленно хмыкнула. Ее сапог лежал на груде вещей, присыпанных песком. Выгребая песок, Ганга пробралась в яму кратера и стала откапывать то, что там пряталось. Тварь умела находить себе пищу. Тут были шлемы, щит, несколько бронзовых позеленевших кривых мечей и даже пара кольчуг неплохого качества. Все это, по-видимому, было для твари несъедобным. И она металл то ли не стала глотать, то ли удалила из себя. Ни костей, ни одежды в яме не было. Но были рассыпанные золотые, серебряные и медные кругляшки. За сбором трофеев Ганга не обратила внимания на шорох, который раздался от реки, а когда ей на голову стал сыпаться песок, то было поздно. Она подняла голову и увидела смотрящие на нее глаза и морду большой змеи. Раздвоенный язык змеи витал в воздухе над ее головой.

Ганга молниеносно упала на спину и подняла перед собой бронзовый щит. И в ту же секунду змея метнулась к ней. Ударилась о щит и вбила его в грудь орчанки. Та от боли задохнулась. Негромко охнула. Несколько секунд приходила в себя, и этого хватило змее, чтобы спуститься вниз и вырвать из ее рук преграду. Подняв голову над орчанкой, она приготовилась атаковать.

«Мой сын!» – пронеслось у Гáнги в голове. Если змея сожмет ее, он может погибнуть. Она применил заклинание амулета «Огненный щит», покрылась языками пламени и сама бросилась на змею. Инстинкт материнства и опасность, угрожающая ее ребенку, придало ей смелости и силы. Она схватила голову змеи за челюсть и, другой рукой выхватив кинжал, вонзила его змее в глаз. Змея поднялась еще выше, приподняла орчанку. А та, яростно вопя, непрестанно била ее кинжалом. Наконец змея дернула головой, сбросила с себя добычу, которая оказалась слишком кусачей, и поползла прочь. Но Ганга уже не могла остановиться. Она преобразовала кинжал в молекулярный меч и, ухватив змею за хвост, стала яростно ее рубить. Она вымещала на ней свой пережитый страх и не остановилась, пока не искромсала ее на части.

Усталая и опустошенная, она упала на песок внутрь ямы и тут дала волю своему горю. Она, негромко подвывая, разрыдалась. Ей стало страшно не за себя, а за своего не родившегося еще сына. Прыгая за змеей, она прикусила губу и, глотнув крови, закричала:

– Любимый, где ты?!.

– Ганга? – услышала она тихий, неясный шепот. – Где ты?..

– Не знаю! – рыдая, громко закричала орчанка. – Это… Родненький… Это другой мир. Мне страшно за нашего сына… Ирри!..

Но ответа Ганга не дождалась. Вытерев слезы, размазав их по лицу, Гáнга несколько успокоилась. Все же она смогла пробиться до жениха, и он найдет ее, обязательно найдет. Главное, чтобы выжил их сын.

Придя к такой мысли, она стала лихорадочно собирать найденные вещи и монеты. Есть монеты, значит, есть торговля. Нужно добраться до… Кого? Кто тут живет и не будет ли еще хуже?.. Но долго предаваться сомнениям Ганга не умела. Главное – выбраться из пустыни живой, а там посмотрим…

Она собрала все мало-мальски ценное и сложила в мешок из кожи твари. Надела на себя кольчугу и шлем. Обвязала его тюрбаном, повесила за спину щит, взвалила мешок на плечи и вернулась к эльфару. Уже на подходе она увидел несколько больших ящериц, кружащих вокруг орущего и плачущего эльфара. Поставив мешок на песок, она станером успокоила пресмыкающихся и разрубила их на части молекулярным мечом. Останки выбросила в реку.

Равнодушно уселась в тени дерева и оперлась спиной на щит. Ее чувства были напряжены. Посидев с минуту, Ганга встала и, обойдя место их вынужденной стоянки, окружила его сигнальными нитями.

– Убери… Убери эту… боль… – простонал эльфар. – Я все расскажу… Скажу, где… портал… обратно… в мир… – Новый порыв боли заставил эльфара закричать и выгнуться дугой. – Я не могу больше… – плача простонал он. – Убери…

Ганга магическим взором оценила состояние эльфара. Тот был плох. Его сердце так бешено колотилось в груди, что могло разорваться.

«Слаб снежок», – презрительно подумала Ганга.

– Поклянись, что будешь служить мне, пока мы будем находиться в этом мире, – не оборачиваясь, произнесла она. – Поклянись на своей крови.

– Клянусь! – прохрипел эльфар.

Ганга встала, подошла к снежному эльфару и, надрезав ему вену на руке, выпустила кровь, которая залила его грудь. На ней она сделала надрез и приказала:

– Теперь клянись своей кровью, что будешь верой и правдой служить мне до того момента, как мы покинем этот мир, и не будешь замышлять против меня зла.

– Клянусь! – просипел снежный эльфар.

Ганга одобрительно кивнула головой.

– Я приняла твою клятву, снежок. – Она встала на колени перед эльфаром и вытащила все рыбьи кости из его тела. – Можешь отпустить контроль над телом, – приказала она духу, и эльфар слабо шевельнул рукой. – Иди помойся в реке, – распорядилась она, – только глубоко не заходи, это может быть опасно.

Эльфар поднялся на четвереньки и пополз к реке. Там стал жадно пить мутную воду. Ганга смотрела на это с полным равнодушием.

«Умереть не умрет, – решила она. – Самое большое, что с ним может случиться, так это обгадится. И то неважно. Штанов нет, так что пачкать нечего. Сам выбрал свою судьбу…»

Я стоял и ждал то, что скажет мне Шиза. Она отслеживала след в инфосфере планеты. Еще пребывая в шоке от случившегося и обнимая плачущую Сулейму, я оглядывал лица музыкантов. Среди них был предатель, и возможно, не один…

– След уходит за границы планеты, ее нет в этом мире, – с озабоченностью в голосе сообщила мне Шиза. Но я уже понимал это и сам.

– Здесь, среди музыкантов, присутствует еще как минимум один предатель, – сообщил я ей. – Я это чувствую. Можешь определить кто?

– Попробую, – ответила после секундного молчания Шиза. – В меня вложена программа поиска скрытых шпионов. Но мне нужна ридка другая… Останови их!

В это время музыканты отложили инструменты и попытались уйти.

– Стоять! – усилив голос и подпустив в воздух эманации страха, во весь голос закричал я. – Стоять на месте!

Всех пробрало. Я это видел по ошарашенным лицам. У одного немолодого музыканта выпали медные тарелки.

– Это он! – указала Шиза на эльфара с трясущимися губами. – Других не вижу.

Больше мне тут делать было нечего. Война развязана и пошла не по моему сценарию. Только спокойно осознать это у меня не было моральных сил. Не было сил оставаться невозмутимым. Я схватил молодого эльфара и очутился с ним на горе. Пнул его ногой и, когда он упал, наступил ногой на грудь.

– Я тебе могу подарить жизнь, – кипя от ярости, проглатывая слова, с трудом сдерживаясь, проговорил я. – Скажи, куда перенес твой сообщник мою невесту?..

Неожиданно черты молодого эльфара поменялись, и на меня вскоре смотрел неприметный мужичок с редкими волосами. Он меня не боялся. Я удивленно уставился на Рока в человеческом обличье.

«Нет! – сказал я сам себе. – Он не может тут быть».

Преображенный снежный эльфар проговорил:

– У меня к тебе есть предложение. Тебе возвращают твою невесту, а ты со всеми своими близкими и далекими улетаешь из этого мира. Как видишь, я не кровожадный. Мне не нужна смерть. Ни твоя, ни твоих близких. Ты никто. Просто случайная помеха для моих планов, которую я хочу устранить. Подумай, время у тебя пока есть.

Я замер, не в силах поверить тому, что я услышал. А черты лица Рока поплыли, и передо мной вновь лежал снежный эльфар.

– Поверить не могу, – прошептали мои губы. – Он сумел просчитать и то, что я обнаружу второго предателя, и через него передал мне ультиматум, который подготовил заранее.

Я посмотрел на парнишку и убрал ногу с его груди. То, что он мог знать, где находится Ганга, я уже не верил. Он был просто почтальоном, специально оставленным для того, чтобы донести до меня простую истину. Рок управляет событиями. А я… А я простой статист…

Парнишка был мне не нужен. Его жизнь и смерть тоже. Я махнул рукой и отправил его обратно. Обхватив голову руками, попытался думать. Но шок от потери невесты и ребенка в ее животике не проходил.

– Шиза, помоги! – взмолился я. – Мне нужно подумать… Столько было сделано… Неужели все зря?..

У меня закружилась голова. Я покачнулся и упал на колено. В глазах потемнело, а когда темнота прошла, я увидел, что лежу на берегу озера. Мне на голову положили мокрое полотенце. С сочувствием в глазах на меня смотрел дракон.

– Ты как? – спросил он.

– Плохо, Лиан, – не стал врать я. – Рок нанес самый болезненный удар… Сволочь!

– Сейчас придет княгиня, и мы обсудим наше положение, – проговорил он и поправил тряпочку на голове. – Ты горишь. Это злоба и бессилие захватили тебя. Пришлось тебя забирать сюда. Шиза не справилась…

– Конечно. Как тут справишься?! – послышался рядом нежный голос Шизы. – Если он неожиданно забрал управление сознанием на себя.

Я увидел с другой стороны от дракона склонившееся красивое личико девушки. Головы Шизы и дракона сошлись, и две пары глаз меня внимательно изучали.

– Еще немного – и твое сознание выгорело бы, – произнесла озабоченно Шиза. – Встать можешь? – спросила она.

Я пошевелился и сел. Дракон подал мне стакан с водой.

– Выпей, студент, легче будет, – и всучил мне в руки стакан. Я автоматически выпил и чуть не задохнулся.

– Эх… Эхе… это что, спирт? – прохрипел я.

– Нет. Какой спирт? Это вода из колодца Творца.

– А жжет, как чистый спирт. Чуть не помер…

– Мы тебе расширили таким образом магические каналы в теле, – пояснила Шиза, – сейчас будет легче.

И точно, через минуту мне полегчало. Я поднялся, огляделся и направился к веранде фазенды Шизы. Там мы уселись за небольшим круглым столом. Оглядев молчаливых товарищей, я спросил:

– Какие у кого есть мысли?

– Есть, – ответила Шиза. – За Гангу можешь сейчас не переживать. Рок в ближайшее время до нее не доберется. Она в другом мире. А ему хода туда нет.

– Почему ты так считаешь? – удивленно посмотрев на Шизу, спросил я.

– Он не покинет свою гору, пока не закончится война с Вангором. Все это было проделано им с целью быстрее развязать войну в Снежных горах, чтобы лесные эльфары успели помочь Молодым домам сломить сопротивление Старших домов. Единственное, что он не учел, так это то, что ты уничтожил диверсантов. Теперь некому ликвидировать совет Старших домов, и те окажут Молодым домам существенное сопротивление. И еще, у лесных эльфаров пока нет карт прохода в центр Снежных гор. Так что Рок блефует. Но у него есть сильная карта, это войска Лигирийской империи. Они выдвигаются на свои исходные позиции и делают это скрытно. Вероятнее всего, а эта вероятность оценивается как девяносто три процента, он нанесет первый удар по Вангору. Снежных эльфаров свяжет вялотекущей гражданской войной. Лесные эльфары, по его задумке, должны разбить войска орков. А недовольные политикой Великого хана орские племена поднимут восстание, чтобы не допустить поход орков в тыл наступающим войскам империи. Ты же, как он предположил, помчишься спасать свою невесту…

– А как я это сделаю? – удивился я. – Я даже не знаю, с чего начать поиски.

– Ну если рассуждать с точки зрения Рока, то подсказки он тебе оставил, и первая – это второй снежный эльфар, которого ты отпустил, не расспросив. Думаю, не ошибусь, если буду утверждать, что он должен был тебе сообщить того, кто что-то знает о том мире, куда он отправил Гангу… Тебя пустили бы по длинной цепочке и увели далеко от места сражений. Но ты, как всегда, рассудил по-своему…

– И-и-и…. – Я задумался. – Что теперь?.. Что делать-то?

Шиза слегка изобразила улыбку.

– Ждать новой подсказки от Рока. Если она придет, значит, наши выводы верны и он хочет тебя отправить на поиски твоей невесты, а сам в это время успеет захватить весь материк. Ты лишишься поклонников и вынужден будешь отсюда бежать вместе с ближними и дальними.

– Хм… хитро, – пробурчал я. – А что на это скажет Беота? И ежу понятно, что после меня он примется за нее.

– Какому ежу? – удивился дракон. – Это кто еще такой?

– Тупой зверек в моем мире, – отмахнулся я. После слов Шизы у меня завертелись в голове неоформленные мысли.

– Значит, Року нужно дать понять, что я тупой, как еж, и намеков не понимаю? – уточнил я.

– Скорее всего, да, – с сомнением в голосе ответила Шиза. Я посмотрел на нее.

– Что-то не так? – уточнил я.

– Ну-у… мы только предполагаем… А там кто его знает, что у него в голове.

– Я знаю, что у него в голове, – ответил я. – Он хочет стать богом для всех вместо Творца, и, поверь мне, ему здесь будет тесно. Если он получит неограниченную власть над Изначальным миром, он простерет свои лапы и на остальной мир. Пока ему мешаю только я…

Я вновь задумался. Мысли кружили, но не останавливались. Я не мог ухватить главную нить моих умозаключений. Видимо, муки борьбы с неуловимыми мыслями отразились на моем лице, и Шиза с беспокойством спросила:

– С тобой, Виктóр, все в порядке? – Как всегда, она назвала меня на французский манер.

– Как может быть со мной все в порядке, если я потерял невесту, и причем беременную, – буркнул я. – Хочу собраться с мыслями, но…

– Что но? – уточнил дракон и, нагнувшись, как доктор ухо-горло-нос, заглянул мне в открытый для ответа рот. Я скосил на него глаза и закрыл рот. Что он там искал? Мысли или плотину от мыслей, он не сказал, а лишь хмыкнул. – Первый раз слышу от студента, что он собрался думать. Он, часом, не заболел? – спросил он, поглядев на Шизу. Та приложила руку ко лбу.

– Лоб уже холодный, – ответила она. – Ты хочешь знать, как тебе поступить? – спросила Шиза.

– Не только, – ответил я. – Мне нужно нестандартное решение, чтобы Рок не смог всунуть свои планы в мои планы. А он на это мастак.

– Давайте рассуждать так, как рассуждает Рок, – предложил дракон. – Я буду за Рока и скажу, что бы я сделал на его месте.

– Давай, – согласилась Шиза. – Говори.

– Я… Э-э-э… Я… – Лиан начал бодро и, промычав «я-я», замолчал. Он поморгал и недоуменно поочередно нас с Шизой оглядел. – Я это… – смутился он, – не могу. Я не знаю его планов, только в общих чертах, а это не дает мне понимания хода его мыслей.

– Конечно, рожденный ползать летать не может, – подначил его я. – Мы не сможем думать за Рока.

– Почему? – спросила Шиза, приподняв выщипанные бровки.

Я их заметил мимоходом и успел подумать: «Зачем ей их выщипывать?» Затем мысленно обругал себя. «Зачем мне ее брови?» – но эта мысль уже завладевала мной, и я, махнув рукой на обсуждаемую тему, спросил:

– Ты зачем брови выщипала?

Шиза вспыхнул, а по щекам разгорелся румянец.

– Ты… Ты грубый чурбан, солдафон… Вот ты кто!

– С чего это ты так разозлилась? – примирительно спросил я. – Просто увидел тонкие бровки и спросил. Всего-то.

– И что, они некрасивые? – подняв подбородок и выпрямив спину, спросила она, глядя прямо мне в глаза.

– Почему некрасивые? – пожал плечами я. – Красивые.

– Больше ничего у меня красивого нет? – продолжая в упор расстреливать меня глазищами, спросила она.

– Есть. Глаза еще красивые… Фигурка. Ноги…

– А я сама что, некрасивая?

– Красивая.

– Так почему же просто не сделать комплимент моим бровям? Вместо того чтобы спрашивать, что я с ними сделала?

– У тебя, детка, красивые брови, – сделал я ей комплимент и подумал: «Кто меня дергал за язык? Спрашивать о бровях?»

– Только брови?

– Песня та же, пою я же, – ответил с недовольством я. – Мы что, будем ходить по кругу? Я же уже говорил про ноги, глаза…

– Дурак…

– Ты сама дура! – возмутился я.

– Почему это я дура? – Шиза даже привстала и нависла грудью надо мной.

– Дура, потому что хочешь сейчас рассуждать как Рок, – выпалил я.

– И что тут неправильного и дурацкого?

– А то, что думать нужно было раньше. Когда он составлял свои планы, а сейчас они уже реализуются, и мы должны действовать нестандартно, так, чтобы не следовать его планам. И думать нужно о том, как противостоять его коварным планам, а они нам известны.

– Да? И что же тебе известно? – уперев руки в бока и раздувая в негодовании ноздри, запальчиво спросила Шиза.

– Нам известно, что он хочет захватить Вангор. Устроить мятеж в Снежном княжестве, заматню в степи и позволить лесным эльфарам отбиться от орков. Потом захватить Снежное княжество и покорить степь. Вот его далекоидущие планы, и мы знаем, кого он боится.

– И кого, – подал голос дракон.

– Меня…

Дракон и Шиза уставились на меня. Лиан прищелкнул языком и произнес:

– А студент поумнел. Это даже как-то странно. Может, его надо чаще по голове бить?..

– Но-но. Без лапоприкладства. Я, может быть, не самый умный хранитель, но у вас и этого нет.

– Хорошо, мы поняли замысел Рока. – Шиза уселась на место. – И что мы можем предпринять?

– А ничего, – ответил небрежно Лиан и кинул странный взгляд на меня. – Студент все равно поступит по-другому. И это случится в последний момент. При этом главное – или спрятаться, или не обгадиться. Я уже боюсь…

– Хватит ныть! – недовольно ответил я дракону. – Чего это ты так распереживался? Пока еще живой и сытый. Кормлю, пою и дом предоставил. Живи и радуйся.

– Живу… Только без радости, – ответил Лиан. – Живу как на вулкане… Не знаешь, когда рванет, но знаешь, что рванет…

– А я вот что хочу знать, – не обращая внимания на нашу перебранку с драконом, произнесла Шиза. – Чего Рок ждет от Виктóра?

– Он ждет, когда тот откроет свои карты, – хмыкнул Дракон. – У твоего Виктора везде подгорает.

– Это да, – согласилась Шиза и посмотрела на меня. – Виктор, как ты хочешь поступить в сложившейся обстановке? Просто озвучь первые мысли, что пришли в голову.

– Надо нанести превентивные удары. Ускорить продвижение волчат. Присоединить к ним войска свидетелей и разбить лесных эльфаров. После повернуть эти войска в тыл наступающей имперской армии. Ударить в спину и разгромить, после чего помочь Старшим домам…

– Хороший план, – согласился дракон, а Шиза фыркнула:

– Фр-р-р. И как ты считаешь, Рок это не предусмотрел?

Я задумался. В общем-то, эти действия с моей стороны лежат на поверхности и просчитать их хватит и моего умишка.

– Думаю, что просчитал, – прервав молчание, ответил я. – Но что делать? Найти того, кто знает, в каком мире находится Ганга, и отправиться за ней? Раз уж ничего предпринять нельзя и пусть все идет своим чередом?

– Не совсем так. Искать того, кто знает, где Ганга, торопиться не надо. Этого от тебя ждет Рок. По крайней мере, мы так думаем. Пусть он сделает свой первый шаг и подскажет тебе.

Второе, нужно договариваться с Беотой о совместных действиях. Уж она-то не дура, понимает расклад вещей лучше нас. Ее нужно убедить в нужный момент выступить против Рока. А за Гангой отправь Фому, он справится.

Сейчас тебе нужно получить право на дом. Вот с этим нужно торопиться, остальное все потом.

Я не стал размышлять над советом Шизы. Расслоенное сознание подтвердило правильность ее суждений.

– Возвращайте меня! – твердо ответил я и тут же широко открыл глаза. У Шизы оказалась в руках огромная сковородка. Я не успел крикнуть «Не-ет!», как получил болезненный удар по голове и нырнул в темноту, полную боли.

«Ох уж эти возвращения из сознания, – поморщился я. – Как они болезненны. Не могли придумать какое-то заклятие», – встав на четвереньки, где я лежал без памяти, подумал я. Таким меня застал Авангур.

– Командор, что с тобой? – поинтересовался он.

– Со мной все нормально. Просто полежал, отдохнул немного, – ответил я, стараясь утвердиться на ногах.

– Да-а? А в эфире прошла новость, что ты потерял невесту…

– Не верь. «Голос Америки» всегда врет. – Я встал и отряхнулся. – Она отправилась в путешествие по другим мирам. Расширяет, понимаешь, свой кругозор. Это полезно. Я там был, и ей захотелось. Женщины – они капризы…

– Вот как? В путешествие? – не поверил Авангур. – И кто ее туда отправил?

– Угадай с трех раз.

– Рок?

– Он самый.

– Но это…

– Что это? И что ты тут делаешь? – пошел в наступление я. – Почему не на работе? Время обеденного перерыва уже прошло.

Авангур не обратил на мои слова никакого внимания. Он застыл с открытым ртом.

– Ты чего рот раскрыл? – спросил я. – Тоже хочешь попутешествовать?

– Нет, не хочу. – Авангур закрыл рот. – Если это инициатива Рока, а не смертных, то он подставился. В борьбе за власть это считается запрещенным приемом, у тебя теперь развязаны руки…

Я быстро ухватил суть. Рок первым нарушил правила, и я тоже могу их не соблюдать. Судья позволил ему, позволит и мне. Иначе он не был бы судьей.

– Теперь понимаешь? – туманно проговорил я.

– Понимаю, командор! – с восторгом воскликнул покровитель пророков. – Ты заставил Рока совершить ошибку и вместо себя подставил под удар смертную. Хороший ход. Теперь ты можешь надрать ему задницу. Что будешь делать?

– Вот этим самым и займусь. А ты иди, иди, работай. Дел – непочатый край.

– Ага, командор, уже ухожу. Пойду нашим расскажу. Вот смеха-то будет…

Авангур исчез, а я застыл столбом.

«Вот, оказывается, как хранители понимают роль смертных. Они расходный материал, которым не жалко пожертвовать. И для меня тоже, с точки зрения Авангура и других хранителей. А как для Рока? Что он думает о моих близких?»

Постояв в задумчивости пару минут, я решил играть роль, предложенную Авангуром.

«А что? – пришло мне в голову. – Если высокие будут считать, что мне нет дела до смертных, что меня окружают, то и моим близким будет спокойнее. Зачем тратить усилия на посторонние объекты, если я все равно не обращу на это внимания. Как я раньше до этого не додумался?.. Туплю. А надо быть… быть? М-м-м… Во! Вспомнил. Хитрым, как змей, и простым, как голубь. Пусть думают, что я хитер, а я буду простым. Так и запутаю всех этих поборников личной власти».

Приняв такое соломоново решение, я приободрился. Теперь пора обратно в Снежные горы. Как говорится, ковать, пока горячо.

Снежок отполз от воды и скрылся за кустами. Подозрительно зашевелился. Когда он показался из-за кустарника, Ганга чуть не расхохоталась. Лер, оказывается, из нательной рубахи сделал себе юбку.

Бочком приблизился к орчанке и, просительно глядя ей в глаза, невнятно пробормотал:

– Э-э-э… Льерина… госпжа-а, где мои подшан-ни-и… Вот… – сказав, потупил глаза.

– Что? – переспросила Ганга. – Говори яснее, не на свидании с королевой находишься.

– Где мои подштанники, госпожа? – не поднимая глаз, повторил вопрос эльфар.

– Ах, это?.. – Ганга рассмеялась. – Рыбу ловят.

– Что делают? – изумился снежный эльфар.

– Пройди вдоль реки вверх и найдешь их. Только далеко не отходи. Тут опасно.

Эльфар с благодарностью поклонился и, семеня, словно японская гейша, направился к реке.

Ганга прилегла в тени и закрыла глаза. Она звала мужа и не могла его дозваться. Бросив бесполезную затею, Ганга стала обдумывать дальнейшие планы. Но ее размышления прервал крик эльфара. Он не кричал как испуганный разумный. Он кричал возмущенно и требовал от кого-то отдать ему его вещь. Ганга села и стала осматриваться. В метрах тридцати от нее эльфар сражался за свои кальсоны с небольшой ящерицей. Он не стал вынимать из них рыбу и, видимо, решил принести улов к ней. Но, на свою беду, встретил ящерицу, привлеченную запахом пищи Он тянул подштанники в свою сторону, при этом пиная настырную ящерицу, а та ухватила рыбину и, упираясь всеми четырьмя лапами, не отдавала свою добычу.

– Брось, тварь! Р-р-ры… Мои штаны… Р-рор-ры! – рычал и ругался эльфар. Он прыгал вокруг ящерицы и старался пинками отогнать ее от кальсон, но та лишь остервенело лупила по песку хвостом и, тряся головой, пыталась отобрать рыбу, бьющуюся в штанах..

– Брось, гадина! Брось! Убью! – уже почти вопил разошедшийся эльфар. Наконец кальсоны такого испытания не выдержали и треснули. Ящерица осталась с добычей и быстро уползла. Эльфар упал назад и тут же с воплем подскочил.

С него во время сражения упала юбка, сделанная из исподней рубахи, и он голым задом упал на раскаленный песок. Он вскочил и, прыгая, как кузнечик, бросился к реке. Добежал, сел в воду задом и громко с облегчением произнес:

– Уй. Как хорошо…

И тут же, к удивлению Ганги, с воплем вновь подскочил. Он орал так, словно его резали по живому. Даже во время пыток он так не кричал. Эльфар, высоко поднимая ноги, скакал на берегу и пытался оторвать себе член.

– Он что, с ума сошел? – удивилась Ганга. Но когда скачущий, словно чукотский шаман, и горланящий непотребство голозадый эльфар приблизился, она увидела, что на его срамном уде висит рак. Здоровенный, величиной с две ладони, и он клешней уцепился за такое нежное место эльфара.

– Помогите!!! – орал тот. И то пытался оторвать рака от себя: – У-у-ублдоу-у-у. – То бил его кулаками и вопил: – Уй! О-о-о… Помогите! Помираю! – Потом хватал и дергал рака за хвост и при этом орал так страшно, что распугал всю живность в округе. Все посторонние звуки смолкли, и даже Гангу пробрало. Ганга с удивлением почесала вспотевший лоб и пробормотала:

– Врет снежок. От этого не умирают. И почему мне попался самый никчемный эльфар из всего Снежного княжества? Надо же так глупо вляпаться…

А бедолага уже прыгал вокруг орчанки и просил помощи.

– Госпожа-а-а! – причем в конце этого слова он уже визжал. – Помогите-е-е!

Пока Ганга раздумывала, помогать ему или нет, рак ухватил второй клешней за яички эльфара. Тот тонким голосом взвыл раздирающим душу воплем и рухнул на Гангу. Да так ловко, что в ее выставленные для защиты руки попал рак. Она машинально дернула его и оторвала рака. Эльфар в последний раз огласил окрестности воплем умирающего поросенка и потерял сознание. Он лежал на коленях Ганги кверху красным задом.

«Ну что за жизнь, – недовольно вздохнула Ганга. – Ведь этот дурень самый распоследний неудачник. Как он мог меня сюда затащить. Ведь не упал, не споткнулся по дороге. И что с ним делать?»

Она скинула его с колен и покачала головой. На его гениталиях, как клипсы, висели большие клешни рака. Еще раз вздохнув, она брезгливо протянула руки и разжала клешни. Выбросила их и, осмотрев повреждения, вздохнула в третий раз.

– Надо засранца лечить, а потом узнать, из какой дыры его вытащили на свет.

Она подобрала брошенные кальсоны, осмотрела дыру в промежности и пожала плечами.

«Ничего страшного. Зато не будет натирать, и голова не будет болеть», – подумала она и негромко рассмеялась, вспомнив историю, рассказанную ей Ирридаром.

«Как там было?» – попыталась она вспомнить и отвлечься от мрачных мыслей по поводу своего неудачника. Его могли отправить в один конец…

«Нет, не буду об этом думать… – отогнала она сомнения. – Что там было с неудачником?» – вновь стала вспоминать она.

Один парень мучился головными болями, и лекари, осмотрев его, решили, что дело в его яичках, мол, их надо удалить, и головные боли пройдут. Он долго не соглашался, но, вконец измучившись, дал согласие.

Тут Ганга не понимала лекарей. Можно же было дать эликсир или просмотреть его потоки жизненной энергии, найти закапсулированность и удалить затор, а они сразу резать… Шарлатаны. Не хотела бы она попасть к ним в руки…

«Так вот, – вернулась она к неудачнику. – Он решился, и ему их отрезали. Полежав в лазарете и залечив раны, он пошел покупать себе штаны. Продавец оглядел его и говорит:

– Вам нужен пятьдесят второй размер, уважаемый.

Какие еще размеры, удивилась тогда Ганга. Но промолчала. Это старый мир Ирри. Там все не так, как у людей и орков…

…А мужчина не соглашается.

– Я всегда носил сорок восьмой, – говорит он.

– Уважаемый, – отвечает ему продавец. – Я продаю штаны уже сорок лет, и я профессионал. Если вы будете носить штаны сорок восьмого размера, они будут вам жать яйца, и у вас будет постоянно болеть голова…»

В этом месте Ирри долго смеялся, почти до слез, а она не могла понять, что тут смешного и как головные боли связаны со штанами сорок восьмого размера?..

Ганга уселась по-турецки и, успокоившись, задремала. Просидела она до вечера. Эльфар, излеченный Гангой, после того как у него прошло беспамятство, уснул. Она наловила раков. Из сухих веток, разбросанных по берегу, сложила костер и нанизав раков на прутья, стала жарить. От костра потянулся приятный аромат.

Светило село за барханы. Потемнело, и сразу похолодало. Из глубины пустыни раздался громкий отчаянный крик пойманной несчастной жертвы. От этого крика проснулся эльфар. Он сел и стал испуганно озираться. Потом увидел Гангу у костра и посмотрел на себя. Сжал колени, пряча голый срам. Некоторое время сидел, тупо глядя на песок. Затем, видимо, вспомнил о своих приключениях. Нешироко развел колени и потрогал гениталии.

– Там все в порядке, – успокоила его орчанка. – Хотела тебе отрезать твои причиндалы, но потом передумала и вылечила. Иди садись есть, я раков нажарила.

Услышав это слово, эльфар вздрогнул. Он отрицательно покачал головой.

– Мы, госпожа, падальщиков не едим.

– Ну как знаешь, – невозмутимо ответила Ганга. – В таком случае ты сам скоро станешь падалью. Такие брезгливые создания, как ты, долго на природе не живут. – Она сняла рака с прута, отломила клешню и сунула ее в рот.

Глава 2

Закрытый сектор. Планета Сивилла.

Снежные горы. Вечный лес. Столица Вангора

Я перенесся в убежище, где скрывался «безвременно погибший» для своего княжества Великий князь. Меня встретил встревоженный лер Мерцал-ил.

– Граф, вы куда пропали? Вас обыскались. Все уже знают о несчастье, постигшем вас… Мы все приверженцы старых традиций выражаем вам соболезнование…

– Этого мало, лер Мерцал-ил, – решительно, но спокойно заявил я.

– Как?.. – Секретарь Великого князя даже остановился на полпути ко мне. – Что вы имеете в виду, граф?

– Я имею в виду, что надо срочно выделять мне место под Дом и наделять правами, пока гражданская война не поломала наши планы. Малые дома сделали все, чтобы не дать этому состояться. Не надо идти у них на поводу. Вы готовы выполнить свои обещания?

– Э-э-э… Господин граф, это так неожиданно… Пройдемте в покои князя и там все обсудим.

– Лер Мерцал-ил, – остановил его словоизлияния я. – Вы не хуже меня знаете, что промедление смерти подобно, причем не моей, а вашей. Я сейчас забочусь не о себе, а о благе трех народов – людей, снежных эльфаров и орков. Вам нужно получить указание его сиятельства?

– Нет, но, может быть, у князя будут свои мысли на этот счет…

– Может быть, – согласился я. – Пошли.

В прохладных, тонущих в полумраке покоях у камина сидел погруженный в свои мысли Великий князь. Он смотрел на огонь и о чем-то думал. Услышав стук входной двери, скрип при ее открывании, медленно повернул голову. Увидел меня, и лицо его прояснилось.

– Присядьте, граф, – произнес он мягко и указал рукой на кресло рядом с собой.

Я сел.

– Как хорошо, что вы прибыли сюда. Я уже слышал о том, что вашу невесту и по совместительству посла Великого хана похитили… – Он остановил меня, подняв руку. – Я только хочу спросить вас. Вы не отказались от своего замысла получить надел в горах Снежного княжества?

Я закрыл рот и лишь отрицательно покачал головой. Помолчал, глядя на князя, и произнес:

– Нет, не отказался. Я прибыл сюда, чтобы ускорить события.

– Хорошо, – произнес князь и как-то по-домашнему расслабился. Напряженность выражения его лица сменилась усталостью. – Я, господин граф, воспользовался своим правом Великого князя. Им никто и никогда не пользовался. Вот, – он протянул мне свиток.

Я осторожно взял его в руки и развернул. Вгляделся в написанное на высоком эльфаре и принялся читать.

«Я, Великий князь Снежного княжества, лерон Снежжда-ил, поставленный милостью судьбы и волею народа снежных эльфаров править, повелеваю как мою последнюю волю.

Выделить для графа Ирридара Тох Рангора тан Аббаи для основания нового Дома предгорья Высокого хребта. Для этого он должен исполнить все предписанное законом.

Данная жалованная грамота является основанием для вынесения Великим советом решения в пользу вышеназванного лица».

Дальше шла большая магическая печать и подпись Великого князя.

Прочитав, я поднял глаза на князя.

– Граф, – обратился он ко мне и осторожно положил морщинистую руку на мое колено. – Мы с вами больше не увидимся. Я долго пожил, и пришло мое время уйти. Прошу вас, оберегайте Тору. Станьте ей опорой. Мерцал-ил найдет ей мужа, а вы станете ей тем, кем она захочет вас видеть… Мерцал-ил вместе с вами отправится на совет. А теперь прощайте.

Я поднялся, убрал свиток в сумку и поклонился князю. Впервые я узнал, как его звали. Щелкнув каблуками, развернулся и уставился на сильно побледневшего секретаря. В глазах преданного слуги стояли слезы, и я понял, что слова «прощайте» и «мы с вами больше не увидимся» имели более глубокий смысл, чем просто расставание навсегда…

Собрав волю в кулак, я проговорил слегка охрипшим голосом:

– Идемте, лер Мерцал-ил, у нас много незаконченных дел…

Мы прибыли в столицу телепортом. В здание совета мы с лером прошли беспрепятственно. Там уже собрались представители Старших домов, и сам совет напоминал разворошенный улей.

– Леры, – по столу молотком постучал председательствующий пожилой грузный эльфар, – прошу тишины…

В зале постепенно стал смолкать шум. Мы прошли на задний ряд и заняли пустые места. Нас провожали удивленные, а порой явно недоброжелательные взгляды. Председательствующий проводил нас молчаливым взглядом. Когда мы сели, он продолжил.

– Уважаемые леры. Вынужден признать, что обстоятельства, заставившие собрать наш внеочередной совет, весьма пренеприятные… На повестке дня стоит вопрос о введении чрезвычайного положения в княжестве…

– Какое еще чрезвычайное положение, лер председатель? – вскочил со своего места лер Миру-ил из третьего по значимости дома Опавшего листа, сухощавый, непоседливый, с седыми густыми бровями. – Наш Дом против всякой чрезвычайности…

– Лер Мару-ил, выскажетесь, когда вам дадут слово, – невозмутимо ответил председатель, – а пока сядьте.

Эльфар сел и, обернувшись, нашел меня взглядом, зло зыркнул и отвернулся.

– Леры, похищена посол Великого орского хана, и это дипломатический скандал. Ее похитил представитель Младшего дома прямо с бала. Не надо забывать, что она, кроме того, невеста соискателя на право получить надел в горах Снежного княжества, графа Ирридара Тох Рангора тан Аббаи, который почтил своим присутствием наше уважаемое собрание. Мы не можем оставить данное преступление без должного внимания. Кроме того, на собрании присутствует представитель совета Младших домов лер Коршу-ил.

– Прошу меня простить, лер председатель! – вскочил со своего места немолодой подтянутый эльфар. – Не Младших домов, а Молодых домов.

– Я учту ваше замечание, – вновь невозмутимо ответил председательствующий эльфар.

– Есть еще предложения по повестке дня?

– Есть возражение! – не садясь, воскликнул Коршу-ил. – Я возражаю о такой постановке вопроса, как озвучили вы. О каком преступлении идет речь и почему пропажу посла связывают с Молодыми домами? Может, это политические игры, которые так любят Старые дома, и, пока не проведено следствие, рано утверждать о том, что совершено преступление.

– Я вас услышал, лер, – поморщившись, произнес председатель. – Садитесь.

Председатель помолчал, оглядел зал и вновь спросил:

– Еще раз спрашиваю. Есть еще предложения по повестке дня?

– Есть! – встал со своего места и громко произнес лер Мерцал-ил. – Я вношу предложение вначале рассмотреть вопрос о выделении надела соискателю графу Ирридару Тох Рангору тан Аббаи.

– Уместно ли это делать сейчас? – председательствующий удивленно посмотрел на лера Мерцал-ила. – Предлагаю это сделать в следующий раз и в более спокойной обстановке…

– Боюсь, лер председатель, что мы вынуждены будем рассмотреть это вопрос именно сегодня, – настойчиво произнес лер Мерцал-ил.

– С чем это связано, уважаемый лер Мерцал-ил? – уточнил председательствующий.

С места вскочил лер Манру-ил.

– Я против рассмотрения этого вопроса, лер Мерцал-ил не является представителем нашего Дома в совете. У него совещательный голос. Наш Дом не поддерживает это предложение.

– Я вас услышал, лер Манру-ил, кто еще выскажется?

С места встал широкоплечий эльфар. Он обменялся быстрым взглядом с Мерцал-илом.

– Нам незачем собираться каждый день, чтобы рассматривать по одному вопросу, – произнес он. – Думаю, что мы можем рассмотреть и этот вопрос, предложенный уважаемым лером Мерцал-илом. Тем более что здесь присутствует и сам соискатель, а у него нет времени рассиживаться по советам, ему надо искать свою невесту. – Закончив говорить, он сел.

Следом вскочил незнакомый мне лер и, быстро глотая слова, начал говорить:

– Леры, мы стоим на пороге гражданской войны, а вы хотите рассматривать столь щепетильный и болезненный вопрос, как выделение надела чужеземцу. Время ли для этого сейчас? Нужно уладить недоразумение с пропажей невесты и посла… Э-э-э… Потом уже, когда страсти успокоятся, рассмотреть этот вопрос в более спокойной обстановке. Мой Дом против ненужной спешки.

Он упал на свое место и вытер лоб платком.

– Мы можем сейчас рассмотреть этот вопрос, – поднялся другой эльфар. – Промедление покажет нашу несостоятельность и даст повод подозревать, что мы, Старшие дома, не чтим древние традиции. Надо уважать их. Мой Дом за то, чтобы включить этот вопрос в повестку дня.

– Ясно, – ответил председательствующий, – будем голосовать. Кто за то, чтобы рассмотреть вопрос выделения соискателю надел, поднимите руки вверх. – Взметнулась вверх примерно треть рук. Председательствующий стал считать. – Восемнадцать за, – объявил он. – Теперь поднимите руки, кто против.

Вновь взметнулись руки, и подсчет показал, что противников тоже восемнадцать.

– Кто воздержался? – спросил председатель, и опять поднялись руки. – Воздержалось двадцать один, – произнес председатель. – Какие будут предложения? Как нам решить этот вопрос? – недовольно произнес он.

Ждавший своего часа лер Мерцал-ил поднялся.

– Леры, у соискателя есть весомый аргумент в пользу него, и он хочет его продемонстрировать уважаемому совету.

Лер сел, а я поднялся.

– Леры, у меня есть завещание безвременно погибшего Великого князя снежного народа, – произнес я, и в зале установилась гробовая тишина. Все смотрели на меня, и выражение их лиц было таким, словно с небес в зал сошел сам Господь Бог и все его воинство.

Первым прервал молчание председатель.

– Может, вы нам покажите его?.. Господин граф? – спросил он.

– Конечно, лер председатель, за этим я сюда и прибыл.

Я достал из сумки свиток и прошел к председателю. Протянул ему свиток и скромно встал рядом.

Тот взял свиток и внимательно его оглядел, даже понюхал. Затем развернул и стал молча читать. И по мере того, как он его читал, его глаза становились шире и шире. В зале началось волнение.

– Что там? – не выдержал суетливый представитель дома Опавшего листа.

Председатель откашлялся и стал читать вслух.

«Кхм… Я, Великий князь Снежного княжества, лерон Снежжда-ил, поставленный милостью судьбы и волею народа снежных эльфаров править, повелеваю как мою последнюю волю.

Выделить для графа Ирридара Тох Рангора тан Аббаи для основания нового дома предгорья Высокого хребта. Для этого он должен исполнить все предписанное законом.

Данная жалованная грамота является основанием для вынесения Великим советом решения в пользу вышеназванного лица…»

На некоторое время в зале воцарилось молчание. Я видел ошарашенные лица снежных эльфаров, но общую тишину нарушил вопль представителя дома Опавшего листа.

– Это подлог! – заорал во все горло лер Мару-ил.

– Нет, леры, это подлинный документ, – негромко и удивленно произнес председательствующий.

Гронд, сопя и шмыгая носом, сидел и читал доклады тан Кране. Опальный граф весьма рьяно принялся за порученное дело. В городской тюрьме сидело более сотни мелких аристократов, и в тюрьме тайной стражи целых два генерала, подозреваемых в измене короне, и за них хлопотал Крензу. Ссориться с таким влиятельным сановником, приближенным к королю, Гронду не хотелось. Но все факты говорили о том, что эти два остолопа тупо продавали сведения о расположении войск Вангорского королевства имперским шпионам. Сами шпионы были пойманы и изобличены. Кране выбил из них признание за одну ночь. Слежка за ними велась давно, и вот на днях Кране пошел со своих козырей. Сам он в свое время не стал проводить следствие по генералам, а вот когда начальником тайной стражи стал Гронд, сразу же дал ход следствию, и улики нашлись, и свидетели.

«Скотина, – мысленно выругался Гронд. – Подставил, сволочь. И все этот неугомонный нехеец…»

Додумать он не успел, в кабинет буквально вломился назначенный главнокомандующим силами обороны мессир Кронвальд. Он прошел к столу и, громко сопя, уселся напротив товарища. Кинул взгляд на бумаги с гербом и криво усмехнулся.

– Читаешь результаты расследования скотины Кране? – спросил он, и Гронд кивнул.

– По генералам?

Гронд вновь кивнул.

– Что думаешь делать?

Гронд пожал плечами.

– Пока думаю, – ответил он.

– Мне они нужны, – пробурчал мессир. – Барон Остельман – незаменимый квартирмейстер. А Шарль Лумье – снабженец, интендант, у которого все связи с поставщиками.

– А как же быть с их связями со шпионами? Они продавали сведения и сами уже дали показания… – Гронд похлопал по стопке бумаг на столе.

– Так арестуй Крензý! – усмехнулся мессир. – Он-то уж точно все сведения продал.

– Крензу неприкасаем, – вздохнул Гронд. – И он хлопочет об этих генералах.

– Вот как? Хлопочет? – переспросил мессир Кронвальд. – Хм… это хорошо. С ним можно поторговаться.

– А что будет, когда Кране вступит вновь в должность, Крон? – спросил Гронд. – Он же обвинит нас в предательстве. Он весь такой белый и пушистый…

– А мы все свалим на Крензу, – пояснил мессир. – Мол, он потребовал освободить нужных королевству генералов.

– А как же доказательства?

– Их можно… потерять. Ты сам знаешь, что половина аристократов Вангора с радостью предаст, и, я смею думать, давно предает короля. Двумя предателями больше, двумя меньше… А эти дурни будут стараться сохранить свою жизнь. И пользы от них будет больше, чем вреда. Тем более что они сообщили имперцам устаревшие данные.

– Ладно, уговорил, – облегченно произнес Гронд. – Кто пойдет торговаться с Крензý? Ты или я?

– Конечно, ты! Он меня ненавидит, – засмеялся мессир. – А ты выписывай пропуск генералам.

Риз Крензу был герцогом королевской крови и, имея родственные связи с правящим королем, вовсю пользовался своим положением. Родственные связи прослеживались по линии бабки, а по мужской линии он был на четверть имперцем и внуком одного из представителей банкирских домов империи, отошедших от дел.

Его страстью было зарабатывание денег. Видимо, сказывался менталитет деда-имперца. Он всегда радел о королевской казне, но не забывал и себя. Кредиты, займы, аукционы, ценные бумаги, продажа земель и должностей – все это находилось в руках оборотистого Крензý, и никто не смел лезть в его вотчину. Король, зная о таланте «родственника» делать деньги из воздуха, опекал его и не давал в обиду. Хотя за ним тянулось множество грехов и грешков.

Сейчас Крензý был озабочен подставой банкирских домов империи и составлял возмущенное и грозное послание. Это дело он не доверял никому.

Вошел слуга и поклонился.

– Ваше Высочество, прибыл мессир Гронд и просит аудиенции.

Крензу тут же смекнул, в чем дело, и приказал:

– Пусть войдет.

Спрятал недописанное письмо в папку, а папку убрал в стол.

Вошел Гронд и, радостно улыбаясь, поклонился.

– Рад приветствовать вас, мессир, – поздоровался герцог. Откинулся на спинку кресла и указал рукой вошедшему на стул возле приставного столика. В отличие от хозяйского кресла, стул, на который указал риз, был небольшой, что должно было подчеркивать разницу в положении посетителя и хозяина кабинета.

Гронд прошел и сел. Повозился на жестком сиденье и, продолжая улыбаться, посмотрел на Крензу.

– Что вас привело ко мне, уважаемый Гронд? – спросил герцог, налюбовавшись на стесненного неудобным сиденьем Гронда.

– О сущие пустяки, ваше сиятельство, – не снимая улыбки с лица, ответил Гронд. – Ваш запрос, переданный через адъютанта, по поводу двух генералов.

– А что с ними? – делая вид, что не понимает, о чем говорит начальник тайной стражи королевства, спросил риз.

– Завтра казним как предателей, – равнодушно ответил Гронд.

У Крензу вскинулись брови. Такого удара он не ожидал.

– Вы с ума сошли, мессир, за этих уважаемых людей просили очень уважаемые лица…

– Не скажете кто, ваше сиятельство? Мы их тоже допросим…

Крензу помрачнел.

– К чему эти игры, мессир? – холодно спросил он. – Что вы хотите?..

– Ваше сиятельство, расследование по этим генералам вел не я. Оно мне досталось от графа тан Кране, можно сказать, по наследству. Они изобличены и дали признательные показания… Так что даже не знаю… как быть… М-да.

– Кране? – спросил Крензу.

– Да, ваше сиятельство.

– Хм… Но он же сидит в камере вроде.

– Пока да, но потом выйдет и снова займет свое место…

– Ага, мессир, – задумчиво произнес риз. – Я вас понимаю. Вы не хотите на себя взять ответственность. А Кране, если выйдет сейчас на свободу, их точно казнит. Живодер.

– Да, ваше сиятельство, – охотно поддакнул Гронд. – Но вот если бы вы написали официальный запрос на то, что эти офицеры вам нужны, я бы что-нибудь смог придумать, за небольшую ответную услугу.

– Хм… а без бумаг и за услугу? – стал торговаться Крензу. Он был в своей стихии.

– Можно попробовать, ваше сиятельство, но знаете, сколько нужно будет давать объяснений…

– Короче, Гронд!

– Если короче, – жестко произнес Гронд, – то я генералов выпущу. Они уедут отсюда подальше, к мессиру Кронвальду. Так сказать, своей службой искупать грехи. А вы, ваше сиятельство, на нужды корпуса, который выдвигается к границам империи, выделяете двести тысяч золотых. Половину сразу, а половину через месяц.

– Двести тысяч золотых! – воскликнул в притворном возмущении Крензу. – Да за эти деньги можно нанять имперскую армию.

– Так наймите, ваше сиятельство, и война не состоится. Его Величество только поприветствует такую бескровную победу.

– Пятьдесят тысяч золотых иллиров, Гронд.

– Сто восемьдесят, ваше сиятельство.

– Давайте сойдемся на шестидесяти…

– Лучше на сто семьдесят пять.

– Сто семьдесят, и торг прекращаем, Гронд.

– Хорошо, ваше сиятельство, и только из огромного почтения и уважения к вам.

– Вот и проявите его, – язвительно произнес раздосадованный риз. – Уступите десятку.

– Не могу. Дела королевства того требуют. Не мои дела. Сами понимаете! Дела королевства! – Гронд многозначительно потряс пальцем.

Великий князь Вечного леса, перебирая четки из драгоценного камня, который когда-то был смолой Мелирионов, шагал по мягкому ковру в своем кабинете. Вокруг длинного стола собрались военачальники и глава тайной стражи, его брат Кирсан-ола.

Все молчали, не желая мешать думать князю. А он не обращал на сидящих никакого внимания. Его мысли были мрачны, как погода за окном, где разыгралась настоящая буря. Дул ураганный ветер, и лил проливной дождь. Изредка сверкали молнии, и следом раздавались раскаты грома.

Положение его княжества было серьезным. К лесу подходили отряды молодых орков-волчат, что должны показать свою храбрость и удаль. Им противостояли заградительные отряды. Основные силы леса были сосредоточены в лесах Старых гор, что граничили со Снежными горами. А к Старым горам подтягивались легионы империи.

А что если лигирийцы не пойдут войной на Вангор, а повернут к лесу? Тогда им никто не сможет помешать пройти до столицы и сжечь все поселения. Это будет трагедия, после которой лес может не оправиться.

«Все висит на тонкой нитке, – подумал князь. – Потянешь – и порвется».

Последние известия не обнадеживали, а настораживали. Их союзники затеяли двойную игру. И кто-то из своих тоже мешает. Дурни с устаревшими взглядами. Не хотят иметь снежных эльфаров союзниками, хотят иметь рабами.

«Дайте время. Все будет… Только его нет. Его всегда не хватает».

Князь повернулся к собравшимся.

– Что можете сказать по поводу наших союзников из Снежного княжества? Какие есть известия? – спросил он.

Поднялся глава военной разведки.

– Великий, – с поклоном ответил он. – Наши агенты сообщают, что никаких изменений в политике руководства Братства нет. Они ждут сигнала к началу действий. То, что карты не были доставлены нам, – это частная инициатива молодых эльфаров, что везли карты прохода нам. Их поймали и допросили. Они утверждают, что на них напали наши воины и хотели отнять карты, а их убить…

– Что с картами?

– Их отправили снова нам… Ждем.

– Ясно, садитесь, Враж нур. Кирсан, ты нашел тех, кто из твоих подчиненных строит нам козни?

– Нашел, Великий. Это мой второй заместитель из непримиримых. Он был допрошен и во всем сознался. Он и его люди осуществляли прикрытие убегающих снежных эльфаров. Предатели выявлены и казнены.

Князь удовлетворенно кивнул.

– Тогда надо послушать наших друидов, – проговорил он.

– Что вы скажете? – князь остановился напротив седого лесного эльфара.

– Духи леса не видят больших бед для Вечного леса, Великий, но они озабочены тем, что много смертей происходит в лесу. А Неназываемый говорит, что все идет по плану. Имперцы вторгнутся в Вангор, в степи будет междоусобица. Волчата застрянут в предлесье. Он говорит, что у него все под контролем.

– А Вангор знает о нападении? – спросил Великий князь.

– Лигирийцы подписали договор о предоставлении Вангору многомиллионного займа. Их войска находятся на своих местах. Мобилизации нет. Если они и слышали что-то, то не придали этому значения, – ответил Кирсан-ола.

– Вы запросили магическую поддержку у Вангора? – спросил князь.

– Да, Великий, – кивнул друид. – Они уже прислали поддержку.

– Странно, – подумав, произнес князь. – Вроде все складывается удачно, но на душе тревожно.

В центральном здании пограничной академии, в большом зале, собрались главные представители Молодых домов. Первый заместитель главы Братства лер Жури-ил сидел во главе длинного совещательного стола.

– Леры, – начал он, дождавшись внимания собравшихся. – Мы получили сообщение от наших агентов, что несколько молодых эльфаров, отправленных в лес с тайной миссией, предали нас и стали распространять слухи о предательстве наших союзников. Их схватили и допросили. Они дали показания, что в лесу их атаковали лесные эльфары и они вынуждены были спасаться бегством. Мне с трудом верится, что они сами могли выбраться из леса, как утверждают эти эльфары. Но предполагаю, что мы стали заложниками дезинформации, распространяемой спецами Кирсан-ола. Именно он не хочет равного союза наших народов.

Кроме того, нам стало известно, что дом Медной горы перестал существовать. Всех Детей ночи и главу Дома уничтожили. Опять же, по предположению наших аналитиков, это могли сделать спецы Кирсана.

Нашему движению нанесен болезненный предательский удар. Мы не можем больше опираться на ранее продуманные планы. Наши союзники просят повременить с выступлением. Они ищут предателей среди своих. Мы не сможем ликвидировать всех непримиримых сторонников старых традиций, и восстание может потерпеть неудачу. Не все лидеры Молодых домов поддержат гражданскую войну в этих условиях. Нам предстоит выработать новые меры и быть готовыми к тому, чтобы нивелировать угрозу срыва нашего выступления. Короче говоря, нам нужно время. А мы поторопились и согласно разработанным ранее планам похитили невесту соискателя. Теперь Старые дома будут на стороже.

Совет Братства дал рекомендации нашим агентам, как действовать в сложившихся обстоятельствах.

Есть понимание, что совет Старых домов уступит требованиям человека и даст ему право основать свой Дом. Мы не можем открыто этому помешать, но мы можем обвинить его в том, что он скрывает пропажу принцессы Торы. И в нужный момент предоставить ее совету Старых домов. Тем самым мы выбьем все основания давать ему право на основание своего Дома.

– А что сама принцесса, она согласна с нашими условиями? – спросил кто-то из сидящих за столом.

– Да, согласна, – ответил Жури-ил. – Девушка оказалась весьма прагматичной и властолюбивой. Вся в деда. Она быстро осознала всю выгоду нашего предложения. Единственное ее условие – выйти замуж за того, за кого она захочет…

– Понятно. Хорошая работа, – удовлетворенно ответил вопрошавший.

Открылась дверь, и в зал вошел секретарь Жура-ила. Он подошел к нему и что-то произнес на ухо. Жура-ил нахмурился и произнес:

– Вот как! – Он посмотрел на собравшихся. – Вот и пришло время, леры, предъявить принцессу. Старый совет собрался, чтобы обсудить вопрос выделения надела соискателю. – Он поднялся с кресла. – Леры, прошу прощения, мне нужно отдать нужные распоряжения. – Слегка кивнув, изобразив поклон, он покинул зал.

Старый верховный шаман поджал тонкие бледные губы. Он со скрытым презрением смотрел на лекаря, которого Быр Карам, правая рука Великого хана, выписал из самой Лигирийской империи.

– Ваше Величество, – разливался соловьем пожилой лекарь, – с вами ничего страшного не происходит. Это просто запор. Выпейте этот эликсир, и все пройдет…

Великий хан поморщился.

– Я его уже пил, и что? Не помогает. А если это, как говоришь ты, просто запор, вылечи меня…

– Ваше Величество, – продолжал угодливо улыбаться лекарь, – нужно время для действия лекарства. Можно еще пустить кровь из вены…

– Быр! – хан повернул страдальческое лицо к правой руке. – Гони этого шарлатана или посади на кол. Видеть его рожу больше не могу…

Быр Карам хмуро поглядел на хана, потом на лекаря.

– Великий, это лучший лекарь… – начал он.

– Какой он лучший лекарь? Даже наш родственник граф лучше него. Тот по одному языку может определить болезнь, а этот, – хан бросил презрительный взгляд на лекаря, – даже его не посмотрел.

– Смею заметить, Ваше Величество…

– Пошел вон, – произнес хан.

– Я только хотел сказать, что по языку нельзя определить диагноз, – начал поспешно объяснять лекарь. – Это чистое шарлатанство…

Хан поднял серебряный колокольчик и позвонил. В шатер заглянул начальник телохранителей.

– Румгыр, – распорядился хан, – посади этого хумана на повозку и гони прочь из степи, – покряхтел и лег на подушку.

– Позвольте!.. – только и успел воскликнуть лекарь, но сильные руки орка схватили его за шиворот и выволокли из шатра.

– Ох как тяжело! – простонал хан. – И где носит этого непоседу, когда он так нужен?..

– Вы не обо мне говорите, о Великий хан, который на своих плечах держит небосвод? – раздался молодой голос, и в шатре появился Тох Рангор.

Все в шатре вздрогнули и обернулись. По левую руку от хана сидел нехеец и озабоченно рассматривал больного.

– Покажите язык, больной! – строго произнес он, и хан тут же раззявил свою немаленькую пасть с клыками. Он высунул язык и протянул:

– А-а-а…

– Да вы, больной, обжора. Жрете жирную баранину и запиваете холодным гайратом. Так и помереть можно. Несите мешочек драгоценных камней, буду уговаривать духов простить вас.

Хан оживился.

– Быр, тащи мешочек, только не такой большой, как в прошлый раз, а то я из… короче, сам помнишь, что было.

Карам грузно поднялся и вышел.

– Тох Рангор, что тебя привело к нам? – хан повернулся к человеку.

– Заботы о вашем здоровье, Великий хан.

– А что это за упоминание «который на своих плечах держит небосвод»? – поинтересовался хан. – Ты это к чему?

– Степь большая, Великий хан. Светило на одном ее крае встает, в другом садится, и всем этим правите вы, Великий хан… Пока.

Хан оскалил клыки и пошамкал.

– Интересное дополнение, со значением. Почему пока?..

Но человек ответить не успел. Пришел Быр и положил небольшой мешочек у ног хана. Человек поглядел на тощий мешочек и задумчиво произнес:

– А вас, Великий, ваше окружение не очень любит.

– Ты это к чему? – позеленел Быр.

– Да так, – туманно ответил Тох Рангор. – Просто замечание на основе личных наблюдений.

Быр передернул плечами и вытащил еще один мешочек и положил рядом с первым.

– Лечи! – сурово распорядился он. – Уплачено.

– Я платы за лечение родственников не беру, – равнодушно посмотрев на мешочки, ответил человек. – Это не мне, это духам, но и они могут отказаться брать это подношение…

Хан открыл рот, но затем его закрыл. Прищурился.

– Плохие новости? – спросил он.

– Плохие, – согласился человек.

– Говори.

– Вашего посла и мою невесту украли снежные эльфары из Молодых домов и унесли в другой мир. Это оскорбление…

– А где был ты?.. – возмущенно зарычал Быр Карам.

Хан поднял руку, заставляя его замолчать, и задумался. Быр перестал рычать и волком посмотрел на человека.

– Это что же выходит? – прервал молчание хан. – Меня хотят заставить объявить войну снежным эльфарам?

– Совершенно верно, о мудрый из мудрейших. Именно так обстоят дела, и я думаю, что теперь к вам скоро прибудут послы от недовольных вашей мудрой политикой вождей племен с требованием наказать наглецов и, вместо того чтобы идти и пограбить лигирийцев, будут требовать похода на Снежное княжество.

– Ты в этом уверен? – прервал молчание верховный шаман.

– Предполагаю.

– А откуда им будет известно о пропаже посла? – спросил Быр. – И кто, кроме нас и тебя, может знать, что твоя невеста была послом?

– Никто из орков. Поэтому прибыл предупредить, чтобы вы делали вид, что ничего не знаете и никакого посла в Снежные горы не отправляли. А те, кто прибудет с требованием наказать горцев, будут предателями имеющих сношения с Вечным лесом.

– И много их? – хан хмуро посмотрел на человека.

– Думаю, пятнадцать племен, что расположились севернее угодий Свидетелей. По ту строну хребта.

– Надо же, пятнадцать племен, – хмыкнул хан. – Это сила. И они смогут диктовать условия…

– Они будут пытаться развязать войну, – ответил человек. – Их войска уже в готовности.

– В какой готовности? – уточнил Быр.

– А кто тут начальник разведки? – в ответ спросил Тох Рангор. – Он мышей ловит?

Хан вытаращился на человека:

– Каких мышей, Тох Рангор?

– Так говорят у нехейцев, – пояснил человек и бросил быстрый взгляд на Быр Карама. – Кошка в доме, чтобы ловить мышей. Разведка служит для того, чтобы находить врагов. Если кот не ловит мышей, а разведка врагов, то зачем они нужны?

– Ты там потише… родственник, – вспылил Быр.

– Быр, помолчи! – прервал его хан. – Хуман дело говорит. Дело котов – ловить мышей, а твое – врагов. Что ты знаешь обо всем этом?

Быр Карам заерзал на кошме, на которой сидел.

– Молчишь? Понимаю, ты все свое время тратишь на лекарей… Стар стал.

– Я стар?

– Да, ты! Почему мышей не ловишь? – спросил хан. Он уже забыл о запоре и думал о возникшей проблеме. – Как не вовремя-то! – проворчал он. – Только-только все успокоилось, и вот на тебе теперь эти молчуны с северо-востока голову подняли… Тох Рангор, у тебя есть план. Иначе бы ты сюда не заявился. Говори.

– Отдаю должное вашей непревзойденной мудрости, о Великий хан! – воскликнул человек и умильно сложил руки перед собой ладошками. Шаман фыркнул, как лошадь: – Фр-р-р…

– Видите, старые пердуны, – усмехнулся хан и обвел глазами Карама и шамана. – У меня есть непревзойденная мудрость, а от вас я и близко таких слов не слышал. Говори, зятек, мы слушаем.

– План такой. Воинство Худжгарха выдвинется и займет положение между ставкой и племенами. Если племена двинутся к ставке, они упрутся в Свидетелей. Свидетели не дадут разгореться гражданской войне. Пока суть да дело, те войска, что будут собраны для похода на империю, повернете к ним на помощь. Помаячите перед ними и отойдете. С началом войны Вангора и империи они пойдут вглубь империи. Эти пятнадцать племен не удержатся от грабежа и последуют за вами. Войска империи будут связаны войной с вангорским войском. И войскам империи придется разделиться. Отделившиеся имперские части столкнутся с войском недружественных племен. Пока правильные орки будут заниматься священным грабежом, неправильные орки сражаться с имперцами. Это первый этап.

С началом войны волчата должны будут подойти к Вечному лесу двумя колонами. Те, что не с нами, пойдут трудным путем, те, что с нами, поведу я. И добыча будет огромной.

Упоминание о добыче поменяло выражение глаз орков. В них блеснул огонек наживы. Быр даже руки потер от предвкушения.

Первым высказался шаман.

– Как-то уж больно хитро и просто одновременно. Это твой план, хуман?

– Нет, дедушка. Худжгарха.

– Понятно, – ответил шаман и замолчал.

В зале совета Старших домов стоял просто гвалт. Эльфары переваривали новую информацию, которую сообщил ему я, и свиток переходил из рук в руки. Я же ждал ответного хода противников и дождался. Когда страсти улеглись и свиток, сделав круг, вернулся в мои руки, поднялся представитель дома Великого князя Медового водопада лер Марну-ил.

– Леры, у меня есть важное сообщение. К нам дошли слухи, что принцесса Тора-ила вновь похищена…

В зале вновь раздался шум. Я сидел и спокойно чистил ногти ножичком, не обращая внимания на начавшееся обсуждение новости среди представителей домов.

Наконец председатель успокоил леров и обратился ко мне:

– Господин граф, вы не хотите пояснить слова лера Манру-ила?

Я пожал плечами.

– Думаю, что будет правильнее спросить об этом самого лера Манру-ила, ведь это он пользуется слухами, – ответил я со своего места. Все дружно посмотрели на растерявшегося лера.

– Откуда у вас, лер Манру-ил, такие сведения? – задал вопрос председатель.

– У меня есть свои источники, леры, – заюлил Манру-ил. – Пусть господин граф докажет, что принцесса находится у него и под его защитой. Это очень важный вопрос…

– Господин граф, может, вы поясните суть заявления лера Манру-ила?.. – с видимым неудовольствием спросил председатель.

– Леры, я со всей ответственностью заявляю, что принцесса Тора-ила находится под моим покровительством и под моей защитой, как это определил Его Величество король Вангора. В тот момент, когда ей придется вступить в правление Снежным княжеством, она прибудет на родину. Все, кто сомневается в моем слове вангорского дворянина, могут об этом заявить открыто. Я докажу свою правоту на суде чести оружием.

– Спасибо, господин граф, вашего слова достаточно, – быстро и с огромным облегчением произнес председатель.

Но я считал, что должен был выступить еще представитель Младших домов, и он выступил.

– Леры, мы не можем подвергать сомнениям слова нашего гостя. Всем известно его мужество и благородство, – поднялся со своего места лер Коршу-ил. – Просто господин граф долго отсутствовал дома и не знает, что принцессу похитили лесные эльфары из замка господина графа. Наши пограничники отбили ее у лесных ублюдков, и ее везут сейчас сюда, в столицу. – Он поклонился и ехидно на меня посмотрел.

Снова раздался шум голосов, на который я не обратил внимания. Побледневший как мел лер Мерцал-ил толкнул меня в бок.

– Это правда, господин граф? – наклонившись ко мне, прошептал он мне в ухо.

– Нет, не правда, – спокойно ответил я. – Интриги, и только. Хотят оттянуть наделение меня наделом.

Эльфар облегченно вытер платком вспотевший лоб.

– Леры, – поднялся лер Манру-ил. – Предлагаю не рассматривать сейчас вопрос наделения наделом нашего уважаемого гостя. Давайте отложим это до того момента, когда нам предоставят саму принцессу… Как мы знаем, что право обладать доменом в Снежных горах нашему гостю было дано по причине спасения принцессы. А как утверждает лер Коршу-ил, ее снова похитители.

Опять раздался шум голосов. Когда шум утих, поднялся широкоплечий эльфар.

– Ваши сомнения понятны, лер Манру-ил. Но сколько мы будем ждать принцессу?

– Сколько надо, столько и будем! – выкрикнул представитель третьего по значимости Дома лер Манру-ил.

– Это неверное политическое решение, леры. И оно даст повод господину графу назвать нас обманщиками, – не вставая, произнес широкоплечий союзник. – А если принцессу вообще не привезут? А если ее нет… – Он обвел глазами собравшихся. – Или ее вновь похитят, как говорит представитель Младшего дома? Что будете тогда объяснять соискателю все вы, кто так радеет о сохранении древних традиций?

– Это лер Танир-ил, из дома Зеленой лощины, – прошептал мне Мерцал-ил. – Он наш сторонник.

Председатель поднял руку, и поднявшийся шум стал стихать.

– Вы правы, лер Танир-ил, мы не можем бесконечно ждать. Лер Коршу-ил, сколько вам нужно времени, чтобы доставить принцессу сюда?.. Если она у пограничников?

– Я свяжусь с главой своего Дома и сообщу об этом дополнительно, лер председатель, – быстро ответил эльфар.

– Это не ответ, лер, – не стал поддерживать его председатель. – Вы сказали слово. Будьте добры за него отвечать! Сроки?

– Две седмицы?

– Это долго. Мы не можем столько ждать, воспользуетесь телепортом. Срок вам пять дней. Если к этому времени принцессы Торы не будет в столице, мы соберем совет заново и посчитаем вас лжецом. А сейчас благодарю всех собравшихся. Заседание совета закрыто.

– Не понимаю, – лер Мерцал-ил шел рядом. – На что они надеются? Это же глупо!

– Не знаю, – пожал я плечами. – Просто тянут время. Что-то у них не срослось, вот и выдумывают. Я сейчас к оркам, лер Мерцал-ил. До встречи на следующем заседании.

В посольском поселке орков меня ждали Фома, Гради-ил и Сулейма. За их спинами маячили снежные эльфары, отлученные от Дома. Отец и сын.

– Фома, Гради-ил! За мной! – приказал я и направился к нашим повозкам. Отойдя достаточно далеко, чтобы нас не слышали, я стал раздавать указания.

– Гради-ил, ты сейчас старший в отряде. Храни всех. Никого из поселка орков не выпускай. Оберегай наших снежных эльфаров. Проверяй пищу на отраву. Все, иди занимайся. – Эльфар с пониманием кивнул и пошел прочь.

– Фома, ты будешь разыскивать Гангу. Начни с этого эльфара, я ему скинул изображение молодого эльфара, которого сам же отпустил. Он знает того кто, знает того, кто знает, где может быть Ганга, или знает того, кто может знать, где находится Ганга. Думаю, тут цепочка длинная.

– Понял, учитель, – кивнул Фома. – Еще какие указания будут?

– Нет, Фома, ты достаточно мудрый, чтобы знать, что и как делать. Ступай.

Я остался один.

«Значит, у меня пять дней до того момента, когда притащат в зал совета демоницу. Это будет провал феерический Братства. И что они сделают? Объявят войну? Нет, не будут. Сами они неспособны на победу. Да и Старшие дома не захотят делиться властью. Авторитет Младших домов после позора с принцессой упадет до плинтуса. Связать себя с обманщиками – это опозорить себя. На такое колеблющиеся не пойдут. А у сторонников Молодых домов из Старших не хватит запала и сил протолкнуть свою повестку. Тут все понятно. Молодым домам сейчас нужно выиграть время. Их связи с лесом пошатнулись и даже где-то потерялись. Им нужно их восстановить. А как они это сделают? Пошлют новых гонцов в лес. Ну что же, я их тоже остановлю. Только пока не знаю как. Пусть Рок тоже почешется, вот у него времени совсем нет. Партия подходит к своему логическому развитию, и маховик, раскрученный им, уже не остановить. Только события нужно направить в нужное русло. Слетаю-ка я на гору, посмотрю, что там в степи», – принял решение я.

На горе меня встретил Авангур.

– Командор, есть новости, – он сразу направился ко мне. – Посмотри за хребет Снежных гор. Там обитают пятнадцать племен, и у них появились свои пророки.

Я подошел к карнизу балкона и заглянул вниз. Прокрутил изображение за снежные шапки гор и обратил внимание на туман, который покрывал значительную площадь.

– Это что? – спросил я Авангура.

– Это область, которая неподвластна мне и тебе. Там лжепророки Рока, и у всех у них на устах духи лжи. Они обольщают орков и хотят внушить им ненависть к Великому хану и Свидетелям Худжгарха.

– Это племена, которые никогда активно не участвовали в политической жизни степи, – ответил я. – Самое спокойное место в степи. – И подумал: «Ну Рок, прохиндей, и тут успел нагадить. Что же ты хочешь?..»

– Спасибо, Авангур, – поблагодарил я его. – За всеми случившимися событиями я мог упустить развитие неблагоприятной ситуации. На это Рок и надеялся, крадя мою невесту. Мол, я брошусь очертя голову ее спасать, а он в это время возьмет под управление часть племен орков. Только зачем это ему? Орков тут немного, всего-то пятнадцать малых племен. Я слетаю туда, посмотрю что и как, – сообщил я Авангуру. – Потом поговорим.

В степи я появился в образе старика-орка, едущего на быке, подъехал к стойбищу и оглядел его магическим взором. И точно. Вижу над шатрами шаманов тонкие нити благодати. Наученный прошлым печальным опытом воровства благодати, я не стал перетаскивать нити на себя. Зачем? Есть более элегантный способ. Его я понял, потратив много времени на обдумывание способов борьбы с закладками Рока. Даже опробовал на себе. Вон быки пасутся рядом. В них я и направлю линии связи. Они не маги, и им огонь маленьких паразитов как мертвому припарка. С помощью невидимых рук малышей я подхватил линии благодати, не прикасаясь к ним своей рукой, завел и обвязал шею быка. Обрезать не имеет смысла. Как электрический ток вся благодать, затребованная шаманом, прямотоком уйдет через него к быку, а тот наполнится ею и будет почти святым, я засмеялся от такой мысли.

«Так, одна готова», – удовлетворенно подумал я. И так же поступил еще с тремя другими линями. Видимо, это ученики шаманов. Вот кто, как всегда, стал пророком Рока? Шаманы. Он ничего нового не придумывает. Берет опробованные рабочие схемы и повторяет их. С одной стороны, это рабочая схема и эффективная против простых смертных, с другой стороны, бесполезная против меня.

«Теперь поедем к общинному костру и начнем мутить воду, вернее смущать умы орков», – довольно подумал я.

Мой лорх послушно приблизился к центру стойбища. На меня никто не обращал внимания. Я слез с быка и уселся у костра.

– Ты откуда, отец? – спросил меня молодой орк.

– Я сам по себе, – ответил я. – Хожу по племенам, рассказываю оркам о Худжгархе.

– О ком? – удивился орк. Он нагнулся ко мне и, воровато оглядываясь, зашептал: – Уезжай отсюда, отец. Тут тебе ничего не обломится. Двоих таких проповедников, как ты, с позором прогнали, а одного чуть не убили, ты тоже хочешь испытать на себе силу наших шаманов?

– Ничего, сынок, я потерплю, – спокойно ответил я. – Позови своих шаманов, пусть покажут свою силу.

– Ну как знаешь, – орк поднялся, отряхнул штаны, осуждающе посмотрел на меня. – Я тебя, отец, предупредил…

– Я тебя услышал, – кивнул я.

– Жаркрын. Учитель, – в палатку верховного шамана племени заглянул младший ученик, дежуривший у шатра. – Там снова пришел «свидетель», зовет тебя.

Шаман, евший хорошо разваренное мясо, отложил мосол. Вытер руки о штаны.

– Собери орков, – приказал он. – Скажи всем, что сегодня будет явлена воля и сила Отца нашего.

– Хорошо, учитель, – поклонился мальчишка и вышел из шатра.

Шаман поднялся. Злорадно ухмыльнулся. Ему нравилось показывать обретенную силу слова на неудачниках лжебога. Он уже трижды прогонял чужих пророков, и теперь пришел черед еще одного дурня.

Жаркрын, маленький, худой, сгорбленный орк, слабый физически, недавно ощутил в себе небывалую силу духа. Ему приснился сон. Он видел могучего орка в золотых доспехах. Тот подошел к его изголовью и произнес:

– Жаркрын, наделяю тебя своей силой. Иди и проповедуй обо мне, Отце всех орков. Низвергай пророков лжебога Худжгарха.

Окрыленный Жаркрын вышел и стал прорицать среди орков племени. Гаржику, который посмел посмеяться над ним, он проклял язык, и тот у него сразу опух. Гаржик мучился три дня и помер. После этого к нему прониклись уважением и страхом. Укрепил он свои позиции, когда поразил пророков Худжгарха одним словом. Он запретил им говорить, затворив уста. И те, онемев, сбежали из племени. Последнего пророка он приказал забить камнями, но тот, пока орки думали, успел удрать.

Этого дурня он обязательно казнит в назидание остальным.

К его словам стал прислушиваться вождь. Сладкие для слуха орка слова вливал в уши вождю Жаркрын. Об исключительности вождя Муграба, о том, что тому суждено стать Верховным ханом, и Муграб поверил.

Жаркрын вышел к костру. Там сидел старый орк со стесанными клыками в простой кожаной одежде мехом наружу, ничем не примечательный, такого даже убивать не имело смысла, никто не заметит его потерю.

– Ты кто такой? – презрительно спросил шаман старика.

– Я пророк Худжгарха. Пришел проповедовать о Сыне…

Вокруг костра собралось много свободных от дел орков, и подтягивались еще те, кто услышал о предстоящем развлечении. Орки с любопытством наблюдали и ждали, что придумает их шаман на этот раз.

– Пророк! – сплюнул шаман. – Ты навоз под ногами своего лорха. Он и то более праведный, чем ты, старый плесневелый кусок дерьма, и твой Сын, о котором ты говоришь, тоже кусок дерьма. Закрой свой вонючий рот и жри землю!

– Ты чего так разошелся, шаман, – спросил старик, – изжога мучит?

Жаркрын удивился, его приказ не сработал, как раньше. Не понимая, что происходит, удивленно уставился на старика, тот не замолчал, как другие пророки, и землю есть не стал.

– Ты!.. – захлебнулся в злобном крике шаман. – Жри землю!

– Не хочу. Если она тебе нравится, ешь ее сам.

Шаман стоял и, впав в столбняк, смотрел на старика.

– Чего молчишь, шаман? – спросил старик. – Покажи свою силу и то, что ты говоришь от имени Отца.

– Убейте его! – закричал пришедший в себя шаман, но орки не двинулись с места. Тогда шаман поднял руки, стал пальцами создавать заклинание, но оно каждый раз срывалось.

Старик посмотрел на него и поднялся.

– Орки, – внушительно заговорил старик. – Есть Отец. Он творец сущего. Именно он создал орков и ушел создавать вселенную. Вместо себя он оставил хранителей. Для орков он поставил своего сына Худжгарха. Имеющий Сына, имеет и Отца. А эти прорицатели, что называют себя пророками Отца, лжецы. Он их никогда не знал. Это несчастные, одержимые демонами. Их язык – это оружие лжи.

– Откуси себе лживый язык! – приказал старик.

Я не стал пользоваться магией, чтобы показать силу Сына. Подумал, что нужно действовать проще, и просто вышел в ускоренный режим. А затем, преобразовав руки в черные щипцы, ухватил пальцами язык шамана, оставшегося стоять с открытым ртом, и оторвал шаману язык. Выбросил ему под ноги. После чего вернулся к костру и сел. Когда вышел из ускоренного режима, то увидел и услышал, как заорал и стал расплескивать вокруг себя кровь шаман. Дух лжи, оседлавший его язык, остался привязанным к нему. И сидел на языке.

«Вот так просто можно избавить орка от лжи», – подумал я и решил проучить нескольких таких лжепророков. Рядом с шаманом стояли его ученики.

– Будете лгать? – спросил я их. – И говорить, что вы пророки Отца? – Те истово отрицательно закачали головами.

– Не слышу? – повысил я голос. – А ну все вместе сказали, что вы не пророки Отца, а самозванцы!

Ученики поглядели на убегающего шамана и объятые страхом вразнобой стали каяться.

– Мы не пророки Отца, мы самозванцы…

Я удовлетворенно кивнул и поднялся.

– Я вам все сказал, орки, имеющий уши да услышит. Я же поехал дальше. Ученики этого шамана тоже имеют нечистые лживые уста. Они доведут ваше племя до истребления.

Меня никто не остановил. Все орки во все глаза смотрели на учеников шамана. Они пребывали в шоке от увиденного.

Я отъехал от стойбища, и неожиданно рядом со мной появился Авангур.

– Радикально ты поступил, как смертный человек, – усмехаясь произнес он. – Вырвал язык, и все. Это действенно. Научи моих пророков этому.

– Не получится, – отозвался я, – этому нельзя научить.

– Понятно. Ты знаешь, что Рок хочет?

– Пока нет, а ты? – спросил я. Авангур ехал на таком же лорхе, как и я.

– Знаю. Подслушал, – усмехнулся Авангур.

Глава 3

Где-то в другом мире. Закрытый сектор. Планета Сивилла.

Степь. Снежные горы

Ночь прошла относительно спокойно. Хищники после спада дневного зноя пришли на водопой. Но место стоянки Ганги и эльфара обходили стороной. Ганга, наученная женихом, понемногу подпускала в воздух эманации страха.

Орчанка успела наглядеться на разнообразие местной фауны. Здесь обитали ящерицы разных размеров. Большие птицы, похожие на орлов степи, и тоже падальщики. Небольшие драконы, ходящие на задних лапах, с большими зубастыми мордами.

– Где только они тут прячутся? – проворчала Ганга, понимая, что спокойного сна ей не видать. Надеяться на эльфара было бесполезно. Тот еще не пришел в себя. Самоуверенный, чванливый и не очень умный снежный эльфар вызывал у нее чувство гадливости и жалости одновременно.

«И вот такие хотят править Снежным княжеством, – покачала она головой. – Они нагородят кучу дел, за которые будут расплачиваться будущие поколения, и не только они, но и орки, и люди. Ирри прав, что хочет не допустить этих надутых дураков до власти».

Она сидела и чувствовала, как ее одолевает сон. Нервное напряжение, которое охватило Гангу, стало проходить, и нервная система требовала отдыха. Но какой тут может быть отдых, когда вокруг бродят такие страшилища. Они подбирались к границам стоянки и тут же убегали от нашедшего на них страха, но вскоре, забыв, возвращались обратно и кружили вокруг.

Понимая, что это может продолжаться бесконечно, Ганга решила поубавить количество желающих опробовать ее на вкус. Она вышла к границе охраняемой стоянки, и тут же на нее бросилась большая ящерица. Разряд станера ее остановил.

Ганга подключила молекулярный меч и разрубила ее напополам. Отошла на несколько шагов, и к твари поспешили несколько других ящериц. Среди них была тварь, похожая на дракона без крыльев. Они стали драться за тело. Ганга разрядами станера парализовала всех и порубила на части. Так продолжалось около получаса. Гора мяса росла на глазах. А хищники все прибывали и прибывали. То по одному, то группой. Они не обращали ни на что внимания и стремились к вожделенной добыче.

Ганга бросила занятие истребления хищников и отошла. Теперь на нее и на эльфара не обращали внимания. На месте груды мяса завязалась дикая борьба. Ящерицы, драконы, птицы дрались за каждый кусок. Шум, рев и клекот наполняли ночь оглушительными воплями. Снежный эльфар сидел в кустах и дрожал. Ганга посмотрела на него и подумала: «Как он собирался выбраться отсюда? Определенно, его отправили на гибель… А значит, и меня. Вот гадство-то!..»

Они не спали всю ночь, и, хотя хищникам было не до них, они не смогли сомкнуть глаза. Утром на месте резни остались лишь обглоданные кости. Хищники скрылись. Ганга ежилась от ночного холода и стучала зубами. Оценивая проведенную бессонную ночь, решила ночью двигаться, а днем отдыхать. Так и сделала.

– Тебя как зовут, снежок? – спросила она дрожащего снежного эльфара. Тот трясся от холода и подпрыгивал, желая согреться.

– Шавга-ил из дома Высокой кручи.

– Слишком длинно. Будешь просто Шав. Понял?

– Понял, госпожа, у вас есть что поесть?

– Есть раки, будешь?

– Буду.

– Как быстро ты сдался, Вар, – скривилась Ганга. – Мог бы просто сдохнуть от голода.

– Зачем мне подыхать? – удивился эльфар. – И я не Вар, я Шав. – Он недоуменно посмотрел на Гангу, ожидая от нее ответа.

– А ты не понимаешь? – спросила Ганга.

– Не-ет…

– Ты отправился сюда без снаряжения и оружия. Как бы ты пережил эту ночь?

– У меня есть координаты тайника, где есть все необходимое, – ответил эльфар. – Только я не смог им воспользоваться. Ты связала меня и стала мучить…

– Вот как! – Ганга недоверчиво посмотрела на снежка. – И где ты хранишь знание о месте тайника, в голове?

– Нет. У меня есть амулет. Он показывает, куда надо двигаться, и место тайника.

– Покажи! – потребовала Ганга, и эльфар безропотно отдал ей амулет. Он расстегнул ворот рубашки и снял с шеи медальон. Подал его орчанке. Ганга приняла амулет, посмотрела на него магическим взором и увидела на нем магическое плетение. Открыла крышку и фыркнула.

– Хфр-р. Ты знаешь, что это за амулет? – спросила она.

– Амулет-проводник, госпожа.

– Проводник! – Ганга с презрительной усмешкой посмотрела на снежного эльфара. – И кто тебе это сказал?

– Братья, что отправили меня сюда.

– Дурачок ты, Шав. Этот амулет пустышка. Единственная его ценность состоит в том, что он показывает, где находишься ты. Он предназначен, чтобы следить за тобой и определять твое местонахождение. По нему, Шав, должны были найти твой и мой трупы. Ты же маг, хоть и слабый. Как не понял этого?

Эльфар, моргая, удивленно посмотрел на Гангу.

– Я имею… музыкальные способности, и моя магия – это магия, развивающая эти способности, – виновато отводя глаза, стал оправдываться он.

– Шав, ты что, был самым бесполезным в своем Братстве?

Эльфар потупился и замолчал.

– Значит, так, – не дождавшись от него ответа, начала раздавать указания орчанка. – Днем отдыхаем, ночью двигаемся против течения реки. Если встречаем разумных, переговоры веду я. Если они будут агрессивны, ты прикрываешь мне спину, но в драку не лезешь. Понял?

– Понял, госпожа.

– Тогда я иду спать. Ты дежуришь. После обеда я тебя подменяю, с темнотой уходим. Раки у костра.

Ганга легла под куст и тут же уснула. Во сне она стала звать Ирридара, и неожиданно его образ появился над ней.

– Милый, тут опасно. Я боюсь за нашего ребенка, – Ганга потянулась к нему руками. Ирридар попытался протянуть свои руки к ней навстречу, но упирался в невидимое препятствие. Он шарил руками и не мог найти лазейку.

– Тебя ищет Фома, – прочитала она по его губам. Затем образ Ирридара стал меркнуть, а на его месте появился снежный эльфар. Теперь свои руки к ней тянул он, и она заподозрила недоброе. Перехватила руку и вывернула. Эльфар, не ожидавший этого, вскрикнул, и Ганга открыла глаза. Она крепко держала запястье эльфара и выворачивала его.

– Госпожа! – взмолился эльфар. – Проснитесь, сюда едут… Ой, больно!..

Ганга отпустила руку эльфара.

– Ты зачем ко мне тянул свои руки? – спросила она.

– Там кто-то едет и едет сюда. Я хотел вас разбудить.

Тут до Гáнги дошел смысл его слов.

– Кто едет, откуда? – спросила она. Сон мгновенно испарился. Слетел с нее, как смахнутый рукой.

– С той стороны, – указал он рукой. – Нас не видят, – прошептал он.

Ганга посмотрела в сторону, указанную эльфаром. Приподняла голову над кустом и увидела, как в их сторону, вдоль берега реки двигаются странные животные. Большие, с двумя горбами, и впереди шел разумный, похожий на человека, в длинном белом одеянии и с обвязанной платком головой. Он держал повод от этого странного животного. На горбах животного были навешаны большие плетеные корзины.

– Жди здесь! – приказала Ганга и хотела выйти из кустов. Но негромкий крик за ее спиной остановил ее. Ганга на мгновение замерла, затем резко развернулась и приготовила станер. К ее огромному удивлению, к ним от реки бежал мокрый дворф.

– Стойте! – почти плача причитал он. – Я свой! Не бросайте меня…

Эльфар и орчанка с огромным удивлением разглядывали приближающегося дворфа. Ноги того тонули в песке по колено, но он, высоко их поднимая, старался бежать как можно быстрее, а за ним ползла змея. Дворф ее не замечал, но Ганга со своим острым зрением дикаря увидела ее след на песке.

– В сторону! – крикнула она, и дворф оказался сообразительным. Он не размышляя прыгнул вправо и побежал в обход кустов.

Разряд станера остановил змею, и Ганга, подбежав к ней, изрубила ее. Вскоре подбежал смертельно усталый дворф, в нарядной мокрой одежде, которая местами была уже испачкана. Он тяжело дышал. Хрипы, сопровождаемые громким свистом, вырывались из его груди. Выпученные, испуганные глаза шарили по кустам. Не увидев никого больше, он снова промычал:

– Не бросайте меня…

Посол города дворфов Рингарда в столице Снежного княжества господин Башмунус был выходцем из гильдии торговцев. Но его даром было уметь договариваться и решать вопросы для других гильдий. Хороший психолог и дипломат, он сразу же выдвинулся на роль посредника между городом и Снежным княжеством. Обходительный и необычайно вежливый дворф пришелся, так сказать, ко двору и успешно продвигал интересы города Рингарда и отдельных гильдий среди Домов снежных эльфаров. Он договорился о ремонте дворца Великого князя силами нескольких гильдий родного города.

Башмунус, нарядно одетый, прохаживался по террасе большого балкона, где играл оркестр, и ждал появления почетного жителя их города, графа Ирридара Тох Рангора тан Аббаи. Ему заплатили высокоуважаемые дворфы из гильдии горнопроходчиков, чтобы он пролоббировал их интересы в получении подряда на строительство дорог к новому дому графа. Будучи очень ответственным дворфом в плане отработки полученных взяток, он сумел получить приглашение на бал, потратив часть заработанных им денег.

Граф появился во всей своей красе. Элегантный, со своей невестой и красивой молодой эльфаркой. Он остался в зале, а девушки прошли на балкон. Уважаемый посол тут же направился к ним, чтобы засвидетельствовать свое почтение. Понравиться невесте человека – это уже половина дела. Молодая эльфарка задержалась у клумбы с цветами, восхищенно их рассматривая. А орчанка в великолепном бальном платье прошла к оркестру.

Он оказался на расстоянии вытянутой руки от Ганги, когда неожиданно к ней устремился музыкант, он бросил свою дудку и обхватил орчанку руками.

Дворф в порыве благородного негодования бросился на снежного эльфара, и тут его закружило. Он окунулся в темень, сердце его от страха екнуло, а когда зрение восстановилось, он оказался на берегу реки висящим на дереве. Это его и спасло. Внизу под деревом лежала свернувшись огромная, как сказочная саламандра, ящерица. Она подняла голову и высунула длинный раздвоенный язык. Затем глаза, покрытые белесой пленкой, открылись, и они уставились на дворфа. Ящерица нервно забила хвостом и стала кружить вокруг дерева.

Башмунус на всякий случай залез по веткам повыше и привязал себя поясом к стволу дерева. После этого стал оглядывать окрестности.

На другом берегу он увидел орчанку. Та пинала ногами эльфара. Обрадованный дворф закричал. Но ветер относил его слова о помощи в сторону. Зато вместо помощи к дереву подбежали на крик еще две ящерицы, и они втроем стали неотрывно смотреть на дворфа, словно гипнотизируя его.

Башмунус плюнул на них и крикнул:

– Не дождетесь. Не слезу…

Ближе к обеду ему захотелось сильно пить. Ярко жарило, накаляя все в округе, огромное местное светило. Листья дерева частично закрывали дворфа, но это мало ему помогало. От жажды он стал жевать большие листья. В них оказалось много горьковатого сока, но это помогло ему продержаться до вечера, а вечером у дворфа начались галлюцинации. Посол находился в полуобморочном состоянии.

Вокруг него закружились маленькие крылатые человечки. Они облепили его, как мухи, и он слышал их негромкий щебет.

– Большой эльф без крыльев! – удивленно проговорила почти голая маленькая летунья. – Кто это?

– Это, наверное, бушмен, – предположил летун, и тот тоже был голый, только, как и у летуньи, его пах прикрывал листочек.

– Нет, у бушменов нет бороды, и они черны как ночь, а этот белый и с бородой. Он похож на божественного гнома.

– Точно, это гном! – в один голос защебетали все маленькие человечки.

– А давайте он будет нам богом! – предложила та самая летунья, что заговорила первой.

– Богом! Богом! Ура! У нас появился наш бог! – загомонили летуны и закружили хоровод вокруг дворфа.

– Какой это бог?! – раздался недовольный голос над ухом у Башмунуса.

– Самый настоящий! Он появился тут из воздуха! – гневно проговорила первая летунья. – Так появляются только боги.

– Откуда ты знаешь, как появляются боги?! – прожужжало над ухом у дворфа. Тот махнул рукой и ухватил что-то мягкое, что пискнуло у него в руке.

Башмунус поднес руку к глазам и разжал ладонь. На ней лежало маленькое толстенькое тело человечка. Человечек сложил крылья и не двигался. Рука у дворфа была обмазана чем-то липким. Он брезгливо положил тело на ветку и стал вытирать неприятно пахнущую руку.

– Вонючка, – проворчал он и обратился к сложившей руки у груди летунье: – Это кто такой вонючий?

– Он нас видит! – воскликнула в восторге та. – Он точно бог. Смертные нас не видят. И он поймал Гаденуса. А тот обделался. Ха-ха! Гаденус обделался от страха.

– Ха-ха, ха, – радостно закричали все летуны вокруг.

– Я буду его жрицей! – важно произнесла летунья и села дворфу на плечо.

– Почему ты? – возмутился летун.

И другие летуны его поддержали:

– Почему ты? Почему ты? Мы тоже хотим.

– Мальчики не могут быть жрецами! – веско заявила новоприобретенная жрица.

– Это почему еще? – возмущенно загомонили летуны.

– Потому что наш бог мужчина, и у него должны быть жрицы.

– Да! Да! Он мужчина! – радостно загомонили летуньи. – Только мы можем быть ему жрицами, а вы найдите себе богиню и станьте жрецами у нее. – Летуньи окружили дворфа и оттеснили летунов.

– Почему вы решили, что он мужчина? – не сдавались летуны. – Может, это девочка.

– У девочек нет бороды, и он носит штаны! Вот! – решительно отмела сомнения в принадлежности к мужскому полу летунья.

– А может, это бородатая девочка, гномка! – высказал предположение один из летунов. Но тут сам дворф разрешил все сомнения, он приспустил штаны и с удовольствием помочился на ящериц.

– Ого! – в один голос воскликнули летуньи и покраснели. Они отвернулись и подождали, когда дворф закончит справлять малую нужду.

– Он точно бог! – не поворачиваясь, произнесла первая жрица. – Только у богов есть такое… Э-э-э… большое…. Э-э-э… Вот. В общем, большое… Э-э-э… Достоинство… Вот, – и она украдкой с огромным любопытством посмотрела на справляющего нужду дворфа.

– Есть хочу! – неожиданно проговорил бог, и летуньи встрепенулись.

– Наш бог хочет есть, – и закружились вокруг.

Через пару минут они успокоились и облепили дворфа. Он просидел в ожидании трапезы еще минут пять и спросил:

– Где еда?

– Где еда? – встрепенулись летуньи и снова покружились вокруг дворфа. После чего вновь умостились на нем.

Посидев еще минут пятнадцать, Башмунус понял, что кормить его не будут. Эти бестолковые летуньи не знали, чем ему помочь. Он поймал одну из них и стал рассматривать на предмет съедобности. Все как у людей. Ноги, руки, тело, сиськи и… крылья полупрозрачные за спиной.

– Он хочет сделать меня своей женой! – радостно защебетала летунья.

Дворф нахмурился и отпустил малышку. Такой жены ему не нужно, и есть их он не сможет. Он же не каннибал. Башмунус стал оглядываться в поисках пищи. Выше под листвой висел желтый плод, похожий на дыню. Дворф облизнулся и стал отвязывать себя от дерева. У него затекли ноги и руки. Он осторожно приподнялся и, держась руками за тонкий ствол верхушки дерева, встал на ветку. Несколько раз присел, разгоняя кровь, и помахал поочередно руками. Восстановив кровообращение, он, не обращая внимания на облепивших его существ, полез к плоду.

– Он тянет руки к нашему священному дому! – заверещали летуньи и суматошно стали летать вокруг дворфа. Он отгонял их, словно назойливых мух, и наконец дотянулся до плода и сорвал его. На вид он был таким сочным, мягким и прекрасным, что Башмунус не раздумывая впился в него зубами. Выплюнул корку и стал жадно и смачно рвать зубами кисло-сладкую мякоть. Сок обильно тек по его щекам и капал на одежду. Но Башмунус не обращал на это внимания. Он с рычанием зверя вгрызался в древесную «дыню» и, сплевывая в разные стороны кожуру, разгонял впавших в смятение летуний. Те в панике кричали и стучали кулачками по голове, носу дворфа. Дергали его за бороду. Пытались силой отобрать у него плод, но, после того как он чуть не сжевал одну из зазевавшихся летуний, они отступили.

Башмунус ощутил во рту что-то шевелящееся и выплюнул. Из рта вылетела летунья, вся облепленная комками плода и без фигового листочка. Она плюхнулась ему на колени и впала в беспамятство. Раскинув ручки и ножки, она лежала абсолютно обнаженная, что для дворфа было абсолютно безразлично.

Только теперь летуньи переключились на нее.

– Какой позор! Какой стыд! Это нарушение норм приличия. Сначала она выбрала бога, который слопал наш дом! Теперь разделась для него, негодница!

– Позор! Гнать ее!.. Вон отступницу! – Но маленькая фея лежала и ничего не слышала. Она приклеилась крылышками к штанам дворфа, а тот жрал, рычал и постанывал от удовольствия.

На поднятый им шум внизу разволновались ящерицы. Они забили хвостами из стороны в сторону и закружили вокруг дерева. Не выдержав, одна из ящериц напала на более мелкую, и вскоре к ней присоединилась еще одна. Они разорвали несчастную на куски и, задирая головы, стали жадно глотать кровавые куски. Сверху и снизу раздавалось одинаковое довольное чавканье.

Летуньи не выдержали и, гомоня, покинули дерево, а дворф доел плод, облизав руки, сыто отрыгнул и задремал. Ночью сквозь сон он слышал, как на другом берегу реки рычат и вопят твари. Но он так устал, что просто не обращал на это внимания. Его, наверное, не могли бы разбудить и корабельные залпы сотни орудий. Когда же наступило утро, он проснулся и огляделся. Внизу ящериц не было. Не было и приснившихся ему летающих человечков, которых он почему-то стал называть феями. За рекой он увидел орчанку и снежного эльфара. Ему надо к ним!

Башмунус отвязался, прихватил еще один плод и стал спускаться. У самого низа он не удержался и свалился на кусты. Подскочил и вихляющей походкой побежал к реке. Он видел, что за рекой эти двое собрались уходить. Он стал кричать, но его не слышали. Не зная, глубока река или нет, он вступил в воду и пошел вброд. Затем по-собачьи поплыл, хотя до этого плавать никогда не умел.

Он не видел, как по его штанине, словно матрос по вантам, лезла, отплевывалась и ругалась, как боцман торгового судна, обнаженная маленькая фея. Она уже отлипла от штанов и спасалась от нахлынувшей на нее воды. Фея, матерясь подслушанными у людей ругательствами, старалась убраться подальше от холодной воды. Залезла на плечо дворфа и стала осматриваться. Наконец она увидела себя полностью обнаженной, без своего листочка, испуганно закричала:

– Ах!

Приложив к голове руку, постаралась театрально упасть без сознания. Но стала падать дальше и, раздумав, уцепилась ручками за бороду дворфа. Она выбралась вновь на плечо и хотела взлететь, но ее крылья были помяты и облеплены липким сгустившимся сладким соком. Фея ухватилась ручкой за волосы дворфа, снова огляделась и увидела, как за ними следом из кустов выползла большая змея и нырнула в воду.

– Быстрее, бог! – закричала фея на ухо дворфу, но тот ее не слушал. Он плыл и отплевывался, не обращая внимания на то, что творилось у него за спиной. А над головой Башмунуса кружили другие феи и дразнили бедняжку.

– Попалась! Попалась, преступница! Так тебе и надо! Не будешь голой летать и позорить наш дом. И пусть тебя съест змея! Да, пусть ее съест змея! – радостно поддержали фею другие феи. Но маленькая морячка стойко переносила волны воды и волны унижения. Она крепко держалась за ухо и управляла своим живым кораблем. Правда, он не очень ее слушался. Когда она кричала «Быстрее!», он загребал чаще, но потом сдавался и греб медленнее. Он тяжело дышал и пучил глаза.

Наконец дворф почувствовал под ногами дно и побрел к берегу. Затем по команде феи побежал. Он стал кричать, и его услышали. Орчанка оглянулась и увидела его. На долю мгновения изумленно замерла, затем скомандовала:

– В сторону.

Привычный подчиняться командам, звучащим в ухо, он сменил направление.

Добежав, он еле смог произнести:

– Не бросайте меня…

Убив змею, Ганга вернулась и стала рассматривать дворфа. Наглядевшись, спросила с надеждой в голосе:

– Ты отсюда?

– Нет, госпожа посол, я с Сивиллы. Попал… Ох как тяжело… Вместе с вами по вине этого ушастого урода. – Дворф пнул ногой зазевавшегося эльфара. – Хотел вам помочь и вот попал на другой берег реки… всю ночь на дереве сидел.

– Жаль, – разочарованно произнесла Ганга. – А это у тебя что? – спросила она, указав глазами на выпирающий живот дворфа.

– Еда, госпожа посол, – дворф достал круглый плод. – Там за рекой на деревьях растет. Вот возьмите.

– Молодец, – похвалила она дворфа. – Тебя как зовут, дворф?

– Башмунус, госпожа посол.

– Зови меня просто госпожа Ганга.

– Хорошо, госпожа Ганга.

– Видишь, Шав, ты самый никудышный эльфар, которого я только видела. Ты даже о еде не можешь позаботиться. Даже не знаю, что с тобой делать?

– Не бросайте меня, госпожа, – взмолился испуганный эльфар, – я отслужу.

– Ладно, – махнула она рукой. – Живи и служи…. – Она из-под руки поглядела на приближающийся караван хуманов. – Ждите меня здесь. Я на переговоры.

Ганга вышла из кустов. К ним уже достаточно близко приблизилось первое двугорбое существо.

Орчанка перегородила ему путь. Встала в свободной позе, показывая раскрытые ладони.

Шедший впереди человек, а это именно был хуман, остановился и, обернувшись назад, что-то крикнул.

Вскоре из-за животного показались еще два человека на драконах, которые тут промышляли в поисках добычи. Только больше. Они замедлились, натягивая поводья. В руках хуманы держали копья с крюками. На них были кольчуги, похожие на те, какие нашла Ганга. Они о чем-то между собой поговорили и шагом направились к орчанке.

Остановились они в паре метров от Ганги и с интересом ее разглядывали. Ганга не торопила их и не спешила начинать первой разговор. Драконы не проявляли агрессии. Они наклонили головы и стояли безучастные ко всему.

Наконец хуман, что был с черной кожей, как у дзирды, спросил:

– Ты кто, женщина, и что ты тут делаешь? – Он говорил на общеимперском языке, но с еле заметным акцентом.

– Я путешествую… со своим слугой и… напарником. Хотела бы пристроиться к какому-нибудь каравану.

– Вы одна? – удивился чернокожий.

– Я могу за себя постоять, – ответила Ганга и показала клыки. Хуманы резко натянули поводья. Они сдали назад, и было заметно, что они разволновались.

– Вампир, – прошептал второй хуман, с желтой кожей и узкими глазами. Он беспокойно замотал головой, увидел кучу свежих костей и пожелтел еще больше.

– Я могу быть полезной, – произнесла Ганга и замолчала. Чернокожий кивнул.

– Я доложу, госпожа, хозяину каравана, думаю, он не будет против вашего присутствия. Подождите пару гвинок.

Ганга силилась вспомнить, где она слышала это слово, и вспомнила. Это было название ридок на старом едином наречии. Когда в мире были лишь орки и эльфары. Потом эту речь забыли. И языки разделились.

Она кивнула и стала ждать. Желтокожий оглядел ее с ног до головы. Приподнял брови, увидев на ней короткое платье из богатой ткани, свободные штаны, сапоги из тонкой кожи, кольчугу. Кинжал на поясе и щит за спиной. Ганга понимала, что производила странное впечатление, и не знала, что значит слово «вампир», но поняла, что оно вызывает к ней уважение и страх.

Через пять минут вернулся чернокожий.

– Госпожа, меня зовут Ремсурат, вы можете присоединиться к каравану. У вас есть ездовые гварги или верблюды?

Ганга посмотрела на драконов и отрицательно покачала головой.

– Мы путешествуем пешком.

– Хорошо, госпожа, как пожелаете, – не удивился ее ответу чернокожий. – Лу Мин вас проводит к вашему месту в караване. Только скажите мне, как начальнику охраны каравана, на какую поддержку я могу рассчитывать, в случае нападения пустынников на караван.

– Я боевой маг и лекарь, могу сражаться мечом.

Чернокожий оглядел ее снаряжение.

– Это хорошо, – проговорил он спустя несколько секунд тщательного осмотра. – Но я не вижу у вас меча.

– Он есть, – невозмутимо ответила Ганга. – Вон следы его применения, – указала она рукой на кучу обглоданных костей. Чернокожий, ни слова не говоря, кивнул.

– Следуйте за Лу Мином, госпожа, он приведет вас к хозяину каравана, там с ним обговорите условия путешествия.

Ганга крикнула:

– Шав, выходи!.. И пусть выйдет дворф. – Она только сейчас поняла, что забыла, как зовут коротышку.

Из кустов показался один снежный эльфар, и теперь хуманы удивились по-настоящему.

Ганга посмотрела на встревоженного снежного эльфара в рваных кальсонах и по-своему поняла удивление хуманов. Первым в себя пришел желтолицый. Он наклонился к чернокожему. И так, чтобы Ганга его не услышала, прошептал:

– Это пища!

Чуткое ухо орчанки уловило его слова, но она не подала вида, что услышала и удивилась.

– Тебя как зовут, человек? – спросила она чернокожего.

– Ремсурат, госпожа. Я уже говорил…

– Так вот, Ремсурат, я хочу купить моему слуге одежду или хотя бы штаны. У вас найдется что-либо из этого на продажу? Его потрепали твари у реки, – пояснила она свою просьбу.

– Найдется, госпожа, в караване есть торговец одеждой… Если у вас есть потребность поменять свой наряд, то вы тоже сможете это сделать.

– Лу Мин, – обратился он к желтолицему, – проводи госпожу к хозяину каравана.

Фома шел по аурному следу снежного эльфара. Он, как собака ищейка, которая нюхает оставленные следы, нащупал этот след, и он привел его к придорожному постоялому двору. Двигаясь под скрытом, проник через окно второго этажа в коридор. Встал у стены, слившись с ней, и пропустил пару снежных эльфаров. Они вошли в комнату, к которой его вел след. Фома приник к двери и прислушался к глухим голосам, звучавшим из-за двери.

– Сайда-ил, куда ты пропал? – заговорил один из вошедших.

– Я испугался, братья. Меня захватил и куда-то притащил этот странный человек, а потом через меня заговорил некто, кого я не знаю. Человек выслушал и выкинул меня из того места, где мы были. Это был красивый белокаменный дворец… Я испугался и решил спрятаться от его гнева. Братья, он что-то заподозрил и как-то сумел связать меня с ушедшим Шавга-илом. Он так и спросил, куда тот унес его невесту. Он был страшен в гневе…

– А что ты ему сказал? – спросил один из вошедших.

– Я ничего не успел ему сказать, он вышвырнул меня из дворца. Теперь я прячусь здесь…

– Это хорошо, Сайда-ил, что ты не выдал нас. Собирайся, мы доставим тебя в безопасное место.

– В безопасное место?! – с растерянностью в голосе переспросил Сайда-ил. – А как же наш оркестр?

– Он обойдется без тебя.

Дальше из комнаты раздались панические крики.

– Нет! Не надо! Что выделаете?!.

Фома понял, что пора вмешаться и, шагнув вперед, открыл дверь. Его взору предстала картина насилия. Молодой эльфар забился за шкаф и отмахивался от нападавших медными тарелками, которыми играл в оркестре. «Гости» старались вытащить его и наколоть на кинжал. Действовали они неумело и только, толкаясь, мешали друг другу.

– Хватай его за ноги и тащи! – негромко рычал стоявший спиной к Фоме ближайший эльфар и размахивал кинжалом. Второй напавший старался ухватить отбивающегося эльфара за ноги и не дать второму поранить себя кинжалом. – Я не могу в него попасть. Тащи!..

Фома не стал удивляться их бестолковости, а просто оглушил того, кто был с кинжалом, затем придушил второго. Вышел из скрыта и ухватил за волосы немолодого музыканта. С силой дернул и повалил его на пол. Наступил коленом на грудь, приставил кинжал к горлу и спросил:

– Жить хочешь, снежок?

Но тот вместо ответа заверещал, как пойманный заяц.

– И-и-и!.. Помогите… Хр-р-р… – захрипел он. Это Фома слегка ударил эльфара по кадыку и заставил замолчать. Повторил вопрос:

– Жить хочешь? – Но тот хрипел и пытался вырваться из цепких рук орка. Тогда Фома свободной рукой ухватил эльфара между ног и сжал. Тот замычал и закатил глаза.

«Какие-то слабые снежки пошли», – удивился Фома и потер уши эльфару. Тот пришел в себя и, не понимая, что происходит, не мигая, уставился на Фому.

– Жить хочешь? – повторил свой вопрос орк.

– Ты кто? – в ответ спросил эльфар.

– Божья кара, – отмахнулся Фома.

– Богов нет, – ответил эльфар. – Ты кто?

– Посланник судьбы. Ты можешь остаться жив, но лишиться яиц или жить и быть целым. Что ты выберешь?

– Чего тебе?..

– Кто знает того, кто отправил посла орков неизвестно куда?

– Эти двое, что лежат рядом, – скосив глаза, ответил эльфар. – Это они давали мне и Шавга-илу приказы.

– Хорошо, полежи пока, отдохни, – по-доброму произнес Фома и ударил в челюсть эльфара. Тот вновь закатил глаза.

Фома связал руки и ноги обоим эльфарам и посадил их на стулья, привел в чувство и стал спрашивать.

– Мне нужно знать, кто вам отдавал приказ отправить нашего посла в другой мир?

– Орк?! Орк?! – воскликнули в один голос оба эльфара. – Ты что тут делаешь?..

Фома удрученно покачал головой.

«Какие же они тупые! Специально их, что ли, отбирали?» Он создал заклинание заглушения звуков и отрезал одному из них ухо. Тот от боли и ужаса закричал, но голос его еле был слышен. Взяв ухо, он раскрыл рот второму и сунул ухо в рот.

– Мне нужно знать, кто вам отдавал приказ отправить нашего посла в другой мир? – повторил он свой вопрос.

Через несколько минут эльфары, оставшись без ушей, проливая слезы и жуя их, разговорились. Еще через пятнадцать минут, оставив безжизненные тела, Фома покинул постоялый двор.

Вокруг меня простиралась бескрайняя степь. Словно море, высокие травы волнами колебались под напором ветра. В небе парили орлы.

Дальше я продолжил путь один. Было о чем подумать.

Авангур рассказал мне интересные вещи. Хорошо все же иметь много полезных связей. Вот этого Рок точно не мог предусмотреть. Авангур подслушал разговор совета шаманов племен.

Я даже удивлен был их организованности. Они собрали сходку и стали делиться планами, из которых следовало, что они подговорят вождей поехать к Великому хану и потребовать объявить войну Снежному княжеству. Они откуда-то узнали, что хан отправил в горы посла и того похитили.

Точно, без Рока тут не обошлось. Он все продумал заранее, но, как это бывает, не учел некоторые моменты. В том числе и то, что у меня есть на подхвате хранители и что я не очень прозорливый и вдумчивый человек. Я не бросился спасть Гангу, а Авангур подслушал его планы. Теперь осталось понять, нужно ли рвать языки другим шаманам? Пораскинув умом, пришел к мысли, что не нужно, а нужно сделать так, чтобы все вроде бы шло по плану Рока, но только в другом направлении, и надо навестить Великого хана. Так рассудив, я даже собой загордился, вот какой я умный… Самого Рока перехитрил.

Великий опять страдал запором. Жрет все, что попало в пасть: коров, жирную баранину – и запивает холодным гайратом. Тут и заворот кишок случиться может. А хан уже немолод, и пищеварение не как у лорха.

Хан лежал и держался за живот. Лицо его страдальчески сморщилось. И так не будучи эталоном красоты, оно сейчас напоминало посмертную маску облезлого саблезубого тигра. Но моему появлению он обрадовался, как жених, который обрадовался невесте, наконец-то после пира появившейся в его шатре.

Он показал мне язык и отправил Быра за камнями. Тот притащил мешочек вполовину меньше того, который я забрал в прошлый раз.

«Чем старше они становятся, тем жаднее», – подумал я. Поглядел на тощий мешочек и задумчиво произнес:

– А вас, Великий, ваше окружение не очень любит.

– Ты это к чему? – спросил немного разозленный Быр. Он тоже был стар и, по моему мнению, часто мудрость путал с маразмом. Это я понял, когда он притащил из Лигирийской империи лекаря. Глава разведки занимается всем, кроме своей непосредственной работы, и я решил открыть всем присутствующим глаза на это упущение. Рассказывая о замыслах племен орков, я спросил, почему разведка мышей не ловит, чем сильно удивил и хана, и Быра. Но надо отдать должное хану, тот быстро понял, что Быр оплошал, и уже сам спросил, почему тот не ловит мышей. Думаю, эта поговорка войдет у него в обиход. Пожалуйста, я не жадный.

Быр во время разговора помялся, но выложил перед ханом второй точно такой же тощий мешочек с камнями.

За разговорами хан забыл про боль в животе. А когда я собрался уйти, меня остановил Быр Карам.

– Лечи хана, родич! – неласково обратился он ко мне. Мешочки с каменьями перекочевали ко мне, а хан неожиданно прислушался к себе. В животе у него громко заурчало, и он, вскочив, опрометью бросился вон из шатра. Старик-шаман вздохнул:

– Ну это опять надолго.

Оба, он и Быр, смотрели ему вслед, а я понял, что самое время исчезнуть.

Теперь пришло время навестить вождя Свидетелей Худжгарха Грыза.

У Грыза была своя личная армия в тысячу бойцов. Эта армия молодых орков, проходящих обучение на моей космической станции, сделанной из космического инженерного модуля. У всех орков, прошедших подготовку к боям на Суровой, была броня из непробиваемого пластичного и легкого материала, молекулярные мультимечи с встроенным станером. Как говорится, с волками жить, по-волчьи выть. Не я начал нарушать правила борьбы, но я воспользуюсь этим на всю катушку. Кроме того, я решил снабдить все племена системами связи. Но не простыми. В них должны быть заложены амулеты, которые подпитывались от благодати, идущей с моей горы. Так что я не особо нарушил правила.

На моей горе нужно установить магический ретранслятор, он будет принимать, а потом передавать сообщения дальше. Принимать сообщения будет назначенный мной житель горы. Я сделаю его начальником связи. И вообще мне нужен штаб! Эта мысль озарила меня, как молния. Только кто в него войдет? Я с сомнением подумал о моей неразлучной троице. Скандалисты, шулера, игроки в карты, пьяницы и спецназ по совместительству… Нет, пусть они защищают гору, у них это лучше всего получается А в штаб войдут хранители.

Перед тем как прибыть к Грызу в ставку, я навестил Фому.

– Что узнал? – спросил я.

– Узнал, учитель, что команду выкрасть госпожу Гангу музыканту дали два связных. А тем дал команду и передал амулет телепорта координатор их ячейки. Сам координатор живет в пятидесяти лигах от столицы. Добираться туда буду дня три по горам.

Я немного подумал и решил: «Хватит самодеятельности. Надо использовать все мои возможности». А они у меня были.

Схватив Фому за руку, посетил инженерный модуль.

Меня и Фому, который ошалело рассматривал лукового человечка, встретил Брык Великолепный (так я про себя обозвал это чудо, увидев его прикид) в парадном мундире и при орденах.

– Командор! Рад видеть вас на корабле-базе. Работы по выполнению вашего распоряжения идут по плану, полным ходом. Готов предоставить детальный отчет.

– Не надо. Кратко доложи обстановку здесь и в мире.

Брык печальных для меня новостей мне не сообщил, и это было уже позитивным моментом. По моему распоряжению он сформировал двадцать малых сейфов-контейнеров, которые я с помощью магии телепортировал на стоянки племен Свидетелей Худжгарха. В каждом племени, помимо шаманов, был небольшой отряд пророков во главе со старшим.

Я передал Брыку Фому и скинул пакет с распоряжением, что необходимо сделать.

Перед убытием со станции я неожиданно услышал призыв Ганги по кровной связи. Как она смогла до меня пробиться, я ума не мог приложить. Видимо, любовь умеет творить чудеса. Она была несколько потрясена случившимся, рыдала, но я почувствовал, Ганга держала ситуацию под контролем.

– Любимый, где ты?.. – услышал я и замер.

– Ганга? Где ты?..

– Не знаю! – всхлипывая, ответила она. – Это… Родненький мой… Это другой мир. Мне страшно за нашего сына… Ирри!.. – И тут связь оборвалась. Мне было ее жалко, но я понимал, Ганга не изнеженная городская девушка. Она дитя дикой природы и, если она до сих пор жива, значит, сумеет и далее справиться с ситуацией. Мне же не надо думать о том, как помочь ей. Я для этого делаю все возможное. А нужно думать, как отбивать атаки Рока. А моя невеста, я верю в это, сможет вырваться туда, откуда ее можно будет забрать. Я постарался отбросить мешающие мысли, и Шиза мне в этом помогла. Я успокоился. Мое сердце перестало стучать набатом, отдаваясь болью в висках. Я только мысленно обратился к Фоме:

– Ищи ее, Фома, ищи.

Мне пришлось потратить день, посещая племена, и с помощью медитации вкладывать в голову пророков инструкцию обращения с аппаратурой связи, замаскированной под сундук с барахлом. Таким образом я решал проблему связи между всеми племенами и улучшал их координацию. Почти ночью в полной темноте я с сундуком прибыл в ставку к Грызу.

С тех пор как мы расстались, ставка разрослась, превратилась в большой полевой лагерь. В ставку прибывали группы орков из других племен и одиночки, и целые рода, те, кто поверил в Худжгарха. Их всех объединяла и делала спаянными вера в Сына Отца. И она скрепляла Свидетелей узами крепче, чем цемент. Количество воинов в ставке приблизилось к шести тысячам. Вокруг ставки расположилось несколько мелких племен с большим количеством скота.

Грыз встретил меня с большой радостью. Его молодая жена живо подала мне любимый гайрат. Старая подала тарелку с мясом. Я выпил и поблагодарил хозяина и его жен. Поел мяса лорха и, отрыгнув в знак благодарности, приступил пояснять вождю возникшую ситуацию.

– Значит, так, Грыз, степь бурлит. За хребтом сплотились против Великого хана ранее мирные племена. Их провоцирует наш враг. Он опять использует шаманов. Они будут требовать от Великого хана идти войной на Снежное княжество за то, что эльфары Младших домов дома украли мою невесту Гангу и отправили ее в другой мир. Им сообщили, что она была послом орков. У них есть возможность заставить Великого хана силой принять их условия.

Грыз внимательно слушал не перебивая.

– Тебе надлежит переместить все наши племена и силы вот сюда, – я показал на карте место. Грыз умел читать карты и согласно кивнул головой.

– Еще я каждому племени выдал артефакт, по которому ты быстро можешь связаться с любым племенем. Твоего пророка я научу пользоваться этим артефактом. Сам артефакт находится возле твоего шатра, и его охраняют твои воины. Ты можешь передать сообщение племенам, не посылая гонца.

Грыз снова удовлетворенно кивнул.

– В бой с племенами не вступай, просто перегороди путь. Тебе на подмогу подойдут отряды, верные хану. Стой там до моего нового указания.

– Понял, Великий! – Грыз поклонился. – Еще будут указания?

– Нет, Грыз, пока все, – ответил я. – Мне пора. – И исчез из шатра так же, как и появился. Внезапно.

У меня осталась еще одна боевая единица. Моя завербованная чигуана, Берта, она должна была прибыть в дом Медной горы, который практически перестал существовать. И мне надо подумать, как ее правильно использовать.

Глава 4

В другом мире.

Закрытый сектор. Снежные горы.

Высокие планы бытия

Чигуана умела перевоплощаться, ее тело с детства было приучено менять формы под различные расы, населяющие материк. Такое перевоплощение было болезненно, но терпимо. Теперь она была снежной эльфаркой. А ту, допросив, лесные ублюдки сделали «несушкой». Она будет рожать для леса новых чигуан и верных псов, телохранителей, Великого князя Вечного леса.

Берта свободно передвигалась по Вечному лесу, знала десятки тропок и скрытых от посторонних глаз проходов. В верности чигуан никто и никогда не усомнился. Жители леса их ненавидели и боялись, называя отродьями. Часто они тайно проникали в дома высокопоставленных особ и совершали священную казнь, тихо убирая неугодного сановника. Все знали, чья это работа, и молчали. А что тут скажешь? До хранителя далеко, а тайная служба рядом. Не дремлет и не спит, выкорчевывая сорняки предательств с корнями. Хотя о каком представительстве может идти речь в полностью закрытом от всех и замкнутом обществе? Только о тех, кто посмел подумать о смене княжеского дома. А такие нет-нет да и находились. Не всем нравилась жестокость и вседозволенность братьев, Великого князя и его брата…

Берта продвигалась тем путем, которым увозили принцессу Тору. Переночевала на месте стоянки, где повстречалась с хозяином, сумела подстрелить фазана и зажарила его на костре. Воспоминания тех недалеких дней сладостным томлением бередили ее заново ожившую душу.

Сам путь до границы со Снежным княжеством был ей знаком, а проходы в горах она знала из карт снежных эльфаров. Хозяин постарался дать ей все необходимые знания.

Ночью на пятые сутки пути она обошла секреты пограничников, снежков и по отвесной скале забралась высоко в горы. Часть пути придется идти по льду ледника, но и тут у нее была возможность быстро миновать опасный участок. Медальон с быстрыми телепортами.

Одета она была не по сезону. Та снежная эльфарка, которую она заменила, ушла в лес с теплом, а сейчас уже осень. В ее платье Берта и возвращалась «в свой Дом».

На вершине, куда она с трудом забралась, дул пронизывающий ветер. Низкие облака наплывали на хребет и окутывали Берту сыростью. Она хотела побыстрее покинуть это негостеприимное место. Пятью короткими телепортами чигуана миновала ледник и оказалась на козьей тропе, что вела к району Снежных гор, где находился нужный ей дом Медной горы.

Район малообжитой из-за своей отдаленности и суровости природы. Тут было мало пахотных земель и лугов, но зато много полезных ископаемых. Но их еще нужно было добыть из недр горы. Этим, как она знала, занимались рабы. Тайные рабы снежков.

Перед прибытием она хорошо отдохнула в укрытии.

Местность была дикая и опасная. Пещера принадлежала пещерному медведю, ужасу всех живых в Снежных горах. Но как убедилась Берта, пещера давно не использовалась животным. То ли медведь погиб, то ли ушел на охоту и пока не возвращался. Как бы то ни было, ночь прошла спокойно.

Крепость на ее пути казалась безжизненной. На трупах пировали падальщики. Желая узнать, что произошло, чигуана зашла в открытые ворота, что само по себе было странным. На границе действия сканера мелькнула и пропала красная точка. Кто или что это было, Берта разглядеть не успела. Идентификация нейросетью тоже не сработала. Берта насторожилась. Вытащила лук и наложила стрелу, зачарованную на разрыв. Она не хотела рисковать. Стараясь идти неслышно, она осторожно поднялась по лестнице на стену крепости и увидела на ней пещерного медведя. Огромный бурый комок шерсти жрал разложившееся тело снежного эльфара. К чигуане он находился спиной.

Берта вздрогнула и подумала: «Вот где ты потерялся, страх гор».

Она стала отступать спиной, не отрывая взгляда от огромной туши. Но медведь или почуял запах, или уловил шорох шагов чигуаны. Он прекратил рвать тело и медленно обернулся. Берта посмотрела в его большие черные глаза. В них мелькнул звериный разум. И он оценивал противника. Его взгляд прошелся с головы до ног человека, остановился на луке и стреле. Что-то в этом задумчивом взгляде животного заставило девушку напрячься. Она натянула тетиву и нацелила стрелу на медведя. Но тот не стал ждать выстрела. Он проявил удивительную сообразительность и не менее удивительную ловкость. Медведь разогнул лапы, на которых сидел, и молниеносно отпрыгнул в сторону. Его туша мелькнула в воздухе и исчезла за стеной.

«Вот это да!» – пораженная проворством косолапого, подумала Берта и осторожно приблизилась к краю стены, за которым исчез мишка. Медведь спрыгнул со стены и исчез. Его не было видно нигде. Лишь в воротах замаячила красная точка, отмеченная сканером.

Пещерный увалень, который на первый взгляд казался таким неуклюжим из-за своего роста и размеров, оказался очень быстрым и ловким. Он обходил ее со спины.

«Он на меня охотится!» – поняла она и стали искать в базе информацию о пещерных медведях. То, что она нашла, было для нее неприятным сюрпризом.

Снежные эльфары тоже занимались улучшением пород животных, которых хотели использовать для защиты своих земель, и скрестили пещерного медведя, живущего в Снежных горах, и болотного тролля из Вечного леса. В результате получился разумный беспощадный хищник, который не признавал ни своих, ни чужих. Все они для него были пищей. Их высадили высоко в горах, подальше от поселений снежных эльфаров, и они расплодились на обратных склонах гор, обращенных к Вечному лесу. Но иногда, когда они уничтожали всю живность вокруг своего места обитания, медведи спускались к поселениям снежных эльфаров. Нападали на стада коров и баранов, вырезая поголовье, и тогда за ними начиналась охота, из которой без потерь не возвращались. И теперь этот зверь охотится за ней одной. Берта от пробежавшего озноба передернула плечами. Без снаряжения хозяина ей бы пришел конец.

Спускаться с лестницы во двор, навстречу медведю, она не стала, а притаилась с луком там, где раньше сидел медведь. Она ждала, и тот тоже ждал. Прошел час, в течение которого ничего не поменялось. Медведь умел ждать свою добычу. И ждать долго. У нее на это не было времени.

Красная точка на сканере бродила по двору, явно подъедая останки эльфаров. При этом оставаясь рядом с лестницей.

Берта сменила позицию и, когда отметка зверя подошла к стене, выглянула, натягивая лук. И тут же поняла, что зря это сделала. Ее спасла реакция чигуаны. Медведь словно предвидел этот ее шаг, и в момент, когда ее голова показалась над стеной, он прыгнул. Огромная лапа толщиной с тело человека просвистела у Берты над головой, и она, упав на спину, откатилась от опасного края стены. Медведь с мягким стуком упал обратно и затих. Сердце девушки бешено колотилось, и она испытала настоящий страх перед этим медведем. Только теперь он поняла, почему это чудовище называли ужасом и страхом гор. Он действительно внушал страх.

Чигуана задумалась, какое оружие из своего арсенала она могла использовать против столь грозного хищника. И чем больше думала, то все больше понимала, что ей придется рискнуть. Только станер и молекулярный меч могут остановить эту гору мяса и мышц. Но для это потребуется приблизиться к медведю очень близко. А сумеет ли она быть быстрее, чем медведь? Нейросеть на основе записи данных о медведе выдала неутешительный вариант. Он был быстрее. Но на ее стороне был фактор неожиданности. Если она коротким телепортом перенесется к началу лестницы, ведущей на стену, то сможет успеть применить станер, затем уже пустить в ход меч, но, правда, с кучей оговорок. Если медведь не засечет ее раньше, если он окажется к ней спиной, и если она не нашумит, и если она успеет перенестись на новое место после применения станера. Берта задумалась. Уйдя в транс, она накачивала себя энергией.

Наконец чигуана почувствовала, что готова.

Короткое мгновение темноты – и спина медведя перед глазами. Удар разряда станера – и прыжок, во время которого туша медведя размазывается в полете. Он тоже невероятно быстр. Сердце девушки стучит так, что заглушает все звуки в голове. И вот медведь лежит распластанный на том месте, где только что была Берта. Ее рука кровоточит. Глубокая царапина от когтя зверя прошла от плеча до локтя. Медведь не может пошевелиться и лишь громко и жалобно ревет.

Не обращая внимания на рану, Берта телепортом приближается к медведю со спины и рубит мечом. Нога зверя отделяется от тела, медведь пока не обращает на это внимания. Затем Берта быстро рубит вторую ногу медведя и обратным взмахом проходит по позвоночнику. На всякий случай отпрыгивает в сторону.

Все! Ужасная тварь перестала реветь и истекает кровью. Чигуана на трясущихся ногах подошла к ступеням лестницы и уселась, чтобы успокоиться. Ее колотила нервная дрожь. Никогда она еще не была так близка к смерти, как сегодня. Нет, она больше никогда не будет вступать в схватку с пещерным медведем. Нет уж, с нее хватит!

Справившись с охватившим ее волнением, она выпила глоток исцеляющего эликсира и полила им рану. Пока сидела, рана зажила, оставив длинный хорошо видимый шрам. Но и он скоро рассосется.

Берта успокоилась. Медведь затих. И только сейчас ей в нос ударила вонь тления. Берта поморщилась и поспешила покинуть мертвую крепость. Обойдя ее стороной, Берта, которая стала Керна-илой, спустилась с хребта в долину и подошла к реке. Перебралась через нее по мостику и прошла небольшую опустевшую ферму. Всюду царила угнетающая тишина. Не кудахтали куры, не мычали коровы. Урожай спелой ржи колосился и осыпался на землю. Со стороны поселка ветерок доносил уже знакомый запах разложившихся тел.

Берта насторожилась и осторожно двинулась к стенам укрепленного, словно крепость, поселка.

Через ворота она входить не стала, а воспользовалась подземным ходом, о котором знали все Дети ночи. У выхода из него она услышала тихие голоса. Прислушалась и услышала мужскую эльфарскую речь.

– Тут никого… одни разложившиеся трупы. Надо посмотреть, есть ли кто в подземелье…

– Туда опасно соваться, – прозвучал испуганный женский голос в ответ. – Мы не знаем, откуда пришла беда. Может, там сидит тот, кто все здесь и устроил, и ждет только нас.

– Шелна, мы не можем просто так отсюда уйти. Нужно сообщить в лагерь, что здесь произошло. А мы видели лишь тела наших братьев…

«Шелна-ила!» – вспомнила Берта знакомую Керны девушку-эльфарку.

– Шелна!.. – позвала она из темноты.

За углом раздался негромкий вскрик:

– Ой! – и установилось молчание. Затем мужской голос, звучащий напряженно, спросил:

– Кто там?

– Это я, – ответила Берта и замолчала, стряхивая с себя паука.

– Кто я?

– Керна.

– Керна? – раздался удивленный голос девушки. – Откуда ты тут? Ты же давно куда-то пропала.

– Я не пропала. Я была на задании. Теперь вот вернулась и не понимаю, что происходит.

За углом помолчали.

– Если ты Керна, то подними руки ладонями вперед и медленно выходи! – распорядился мужской голос.

– Выхожу, не делайте ничего плохого. Я одна, – ответила Берта. Она подняла руки перед лицом ладонями вперед и шагнула за угол.

Вспыхнул огонек, и Керна в полумраке увидела двух молодых снежных эльфаров. Девушку и парня. Девушка пряталась за спиной парня и держала наготове лук с наложенной стрелой.

– Точно Керна, – радостно произнесла девушка. Парень, которого звали Пири-ил, тоже ее узнал.

– Как ты здесь оказалась? – спросил он.

– Побоялась войти через ворота… Везде тела… Вот пошла подземным ходом и встретила вас. Что тут произошло?

Парень запустил второй светляк, и стало светлее. Он помрачнел.

– Если бы мы знали, – ответил он и посмотрел на свою спутницу. Та убирала лук за спину. – Мы сами появились здесь полчаса назад, ищем живых.

– И что, никого? – не веря, спросила Берта.

– Никого.

– А рабы?

– Мы на рудники не ходили, – за парня ответила девушка и, взглянув на него, смутилась. Он сурово продолжил за нее:

– Там тоже тихо. Отсюда всего не видно, но работающих нет. Или в штольнях прячутся, или разбежались…

– Может, это дело их рук? – предположила Берта.

– Может… Но навряд ли, – пожал плечами парень. – Тогда бы здесь были и тела рабов, а так только наши…

– Странно…

– И не говори, – вздохнула Шелна. – Что делать будем?

– На улицах вонь, не продохнуть. Уходить надо и возвращаться в лагерь, предупредить наших, – предложил парень. – Но сначала на рудник заглянем…

– Я с вами не пойду, – быстро ответила Берта, – мне к леру Барта-илу нужно. Все доложу, что тут увидела.

– Хорошо, – кивнул парень, – скажешь, что лер Жакка-ил погиб. Дома Медной горы больше нет. Остались лишь дети и несколько десятков женщин. Еще в горах скотоводы.

– Поняла. Я обратно ухожу через подземный ход. Через поселок не пойду.

Берта быстро отвернулась и направилась прочь.

На выходе из долины она встретила мрачных воинов. Один из них узнал ее.

– Керна! – окрикнул он девушку. – Ты из поселка?

Берта остановилась и кивнула.

– Что там? Почему смены нет и нет подвоза еды?

Берта покопалась в своей памяти и вспомнила мужчину. Это друг ее отца. Вернее, друг отца Керны. Зовут его Лирка-ил. Сам отец умер, когда Керне-иле было пятнадцать весен.

– Дядька Лир, в поселке беда. Все погибли… – изобразив горечь и страдания, ответила девушка. Получилось у нее вполне правдоподобно.

– Как… Погибли? – изумился воин.

– Не знаю. Я вернулась с задания. Южная застава вырезана. Одни трупы. Пробралась в поселок, а он усеян телами эльфаров. Все убиты… мужчины, женщины, дети… все, дядька. И рабов нет… – Девушка заплакала.

Эльфар стоял столбом и, не веря услышанному, смотрел на девушку.

– Как же это так? – тихо спросил он. – И куда же ты теперь?

– К леру Барта-илу, я у него связная была, доложу все… Ты пошли в поселок гонца. Он сам все увидит.

– Хорошо… – растерянно произнес воин. И стал оглядываться. Их окружили молчаливые хмурые эльфары.

– А ты, часом, не шутишь, красавица? – спросил один из них и посмотрел недобрым взглядом на Берту.

– Отстань от нее, Бури-ил, – осадил его знакомый Керны. – Я ее знаю с младенчества. Жили рядом. Ее отец был мне другом. Она из Детей ночи. Иди, дочка, доложи все, что нужно, – закончил он и повернулся к недоверчивому эльфару: – А ты, Бури-ил, бери коня и быстро скачи в поселок, все разузнай и быстро обратно… Доложишь. Еды там захвати…

Берта уже не слушала, что стали говорить между собой снежные эльфары. На ферме она подобрала коня и без седла, надев одну уздечку, поехала на нем прочь.

Дальше она ехала без происшествий. Что случилось с домом Медной горы, не распространялась. Ночевала в поселках и следовала дальше, пока не достигла места своего назначения.

Командование Южного пограничного округа находилось в крепости на склоне Южного хребта. Ее здесь знали и пропустили беспрепятственно. Оставив коня у казарм стражи, она, как была запыленная, направилась к зданию штаба.

Дежурный офицер обратил внимание на ее внешний вид и остановил.

– Льерина, кто вы? И зачем сюда пожаловали в таком… – он поморщился, – виде?

Его Берта не помнила.

«Может, из молодых выпускников академии?» – подумала она и остановилась, реагируя на его требование.

– Я Керна-ила из дома Медной горы, – назвала себя Берта. – У меня срочное донесение для лера Барта-ила.

– Передайте его мне, я доложу, – небрежно бросил офицер.

– Не могу, лер. Это секретное донесение.

– Да-а? – удивился офицер. – А вы кто?

– Просто доложите леру командующему, что прибыла льерина Керна-ила, он поймет.

Офицер молча посмотрел на девушку, задумчиво покачался на ногах с пяток на носки и кивнул.

– Хорошо, льерина, подождите тут. Я доложу о вашем появлении.

Он ушел, а Берта села на лавку у стены. Офицер появился очень быстро и был несколько взволнован.

– Простите, льерина, за задержку, – заговорил он и подобострастно заулыбался. – Сами понимаете – служба. Прошу вас. – Он указал рукой на дверь. – Я провожу вас к леру командующему. Он вас ждет.

Крепкий моложавый снежный эльфар долго рассматривал девушку, сидящую напротив него. Он молча смотрел и о чем-то думал. Берта рассказала, что делала у лесных эльфаров и как вернулась. Рассказала она и о том, что увидела в доме Медной горы. Лер Барта-ил выслушал ее внимательно, не задавая ни одного вопроса. Наконец он прервал молчание и перестал рассматривать эльфарку.

– Посиди здесь, – невыразительно промолвил он. – Я скоро приду. – Он поднялся и решительно направился к двери. На пороге открыв дверь, оглянулся, еще раз окинул взглядом девушку и вышел.

Лер Барта-ил задумчиво вышел во двор крепости, прошел к одноэтажному зданию напротив, поднялся по крыльцу, прошелся по коридору и остановился у нужной двери, на которой блестела начищенная бронзовая табличка с надписью: «Старший маг лер Лурин-ил».

Старший маг управления курировал контрразведку.

Барта-ил вошел в кабинет магистра лера Лурин-ила без стука.

– Лурин-ил, – с порога начал говорить Барта-ил, – прибыла связная из дома Медной горы, та, что ты отправлял в лес. Помнишь?

Седой снежный эльфар в мундире боевого мага поднял голову от стола.

– И тебе добрый день, Барт, – ответил маг и уточнил: – Как ее зовут?

– Прости, Лурин. Задумался. Привет… Керна. Ее зовут Керна, Дочь ночи.

Маг на секунду задумался.

– Да, помню такую. Мы ее отправляли в один конец… И что, она вернулась?

– Да, вот пришла. Говорит, что ее лесные братья отпустили с наказом… Узнать, кто среди Братства против сотрудничества. Рассказала много интересного… Но главное в том, что послал ее ты, а пришла она ко мне. Ты не находишь это странным?

– Странным? – маг задумался. – Если новости важные, то, конечно, она должна их доложить тебе. Я никаких указаний насчет того, что ей делать, когда она вернется, не давал. Она должна была стать «несушкой». Ее отпустили?..

– Или перевербовали.

– Перевербовали? Может быть… А для чего?..

– Сам подумай. Мы допросили троих парней, что возили карты в лес и забрали принцессу Тору у лесных спецов. Принцессу-то они привезли, но когда пошли со второй картой, на них напали лесные эльфары… И они, как ты помнишь, сумели вырваться…

– Понимаю, куда ты клонишь, – ответил маг. – Ты думаешь, что это работа Кирсана? Он против равного союза. Создал конфликт и показал Великому князю Вечного леса, что мы неблагонадежные союзники… И кто, по-твоему, мог ее перевербовать?

– Да кто угодно. И спецы Кирсана… пограничники… Тут подтвердилась та информация, которую мы стараемся умолчать… Гибель дома Медной горы. Девушка была там и видела трупы…

– М-да… странная ситуация с этим Домом, – откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди, ответил маг. – Но, с другой стороны, я даже рад, что у Жакка-ила вырвали такое жало. С его Детьми ночи и его амбициями мы могли бы заиметь тирана. Может, Кирсан сделал это для того, чтобы показать нам его возможности и припугнуть, чтобы мы были более сговорчивыми?

– Почему ты думаешь, что это сделали бойцы Кирсана? – лер Барта-ил прошел к столу мага и сел на стул напротив него.

– А кто мог это сделать, еще и убить инструкторов из леса? Надо выходить на Кирсана и понять, что он хочет.

– Это мы всегда сможем сделать, – подумав, ответил командующий. – Но сначала надо провести операцию с принцессой. Если она сядет на трон и будет выполнять наши указания, то и Кирсан нам не нужен…

– Ты сам сказал, если сядет, если будет выполнять наши указания. Тут много «если», Барт… Девушку нужно пропустить через магический ритуал допроса. Если с ней работали спецы Кирсана, мы это узнаем. Но почти наверняка мы ее потеряем. Она для тебя важна?

– Нет, конечно. Таких, как она, десятки, – небрежно отмахнулся лер Барта-ил.

– Тогда арестуй ее и посади в подвал. Вечером я ей займусь.

Всюду, куда ни проникал взгляд, была бескрайняя пустыня, и лишь слева за барханами иногда мелькала темная гладь воды.

Светило поднялось уже высоко, и наступила жара. Над песком кружилось колеблющееся марево, а над рекой исчезли летающие в прохладе мошки. Кольчуга Ганги нагрелась. По телу побежали струйки пота. Ганга наложила на себя заклинание полога прохлады, и сразу стало легче. Тратить энероны на поддержание заклятия она могла. Ирридар позаботился о ней и заставил однажды принять в себя камень жаргонит. Это было ужасно больно, но теперь она понимала, что ее жених был прав. Даже очень прав. Прав во многих вещах, о которых она раньше и не подозревала. Он старался подготовить ее к различным ситуациям, могущим возникнуть в будущем. И вот одна из них возникла неожиданно и слишком не ко времени…

– Лу Мин проводит вас, госпожа, к хозяину каравана, – произнес чернокожий начальник охраны.

Ганга обернулась и приказала снежному эльфару:

– Сбегай за мешком и зови дворфа, мы уходим отсюда.

Эльфара не надо было заставлять дважды. Он опрометью бросился к кустам. Его ноги были обвязаны тряпками, и ему вслед качали головами два местных жителя. Что они думали в этот момент, для Гáнги не осталось загадкой, все хорошо читалось на их лицах.

«Бедный парень, вот ты попал».

Орчанка мысленно усмехнулась. Но она сильно удивилась реакции «аборигенов» на появление дворфа. Те и бровью не повели, словно видели маленьких бородатых людей постоянно. Когда дворф подошел с мешком за плечами и опустил тяжелый куль у ног Ганги, два воина всполошились.

– Госпожа, откуда у вас шкура нерча? – Они стали тревожно оглядываться.

– Я увидела в песке спрятавшегося врага и убила его, – просто ответила орчанка. – У меня тут, воины, есть оружие, которое я добыла у этого, как вы говорите, нерча. Я сняла с него шкуру и получила вот такой мешок, – она пнула ногой куль. – В нем удобно таскать трофеи.

– Вы убили нерча? А предварительно его увидели? – удивленно смотря на орчанку, переспросил чернокожий начальник охраны.

– Да, я убила эту тварь. Но сначала я ее обнаружила… Ты плохо слышишь? Или не совсем понимаешь мою речь, воин?

– Нет, нет, госпожа, я вас понимаю и хорошо слышу… Просто я не знаю людей, которые могут видеть в песке…

– Я не люд, воин, ты разве этого не видишь? – усмехаясь ответила Ганга.

Чернокожий откашлялся:

– Кхм… кхм… простите, госпожа, конечно, вижу… Покажите, что у вас там за оружие? – быстро сообразил чернокожий воин и перевел разговор на другую тему.

– Я тебе приказала притащить мешок! – обернулась Ганга к эльфару, но за него ответил дворф: – Он, госпожа посол… – дворф, увидев взгляд орчанки, сбился и, вытерев пот со лба, извиняюще продолжил: – Простите, госпожа… – Дворф быстро окинул взглядом заинтересованные лица местных воинов. – Это я сам взял его, как увидел, что он бежит сюда. Я так и понял, что вы послали его за мной и мешком…

Ганга ничего не ответила, лишь кивнула на мешок и приказала эльфару:

– Выкладывай.

Снежный эльфар забрался в мешок и стал доставать оттуда щиты, кольчуги мечи и выкладывать на песке.

– За сколько все это возьмете? – спросила она воинов. По их лицам она поняла, что те впечатались.

– Десять золотых тургенов! – выпалил чернокожий воин.

Дворф поднял щит и осмотрел его. Поцокал языком и вдруг стал говорить так, словно повторял чужие слова:

– Это бронза легирована мифрилом. Легкая и прочная. Кольчуги и мечи сделаны из того же материала. Каждая такая вещь стоит не менее пяти золотых.

Оба воина уставились на дворфа. Затем переглянулись.

– Хорошо, – согласился с ним чернокожий. – Каждую вещь возьмем по четыре золотых тургена. Они не новые и долго лежали в песке… Их надо приводить в порядок.

Дворф не сдавался. Он взял торговлю в свои руки.

– Я сам приведу в порядок оружие и кольчуги, но тогда они будут стоить по семь полновесных золотых тургенов.

Оба воина вновь переглянулись, и чернокожий, скривившись, махнул рукой.

– Берем по пять. Договор?

Ганга посмотрела на дворфа, и тот, соглашаясь с ценой, предложенной начальником охраны каравана, кивнул. Ганга посмотрела на чернокожего воина, затем на узкоглазого, оба воина уже слезли с драконов и осматривали товар, и согласилась:

– Договор, гони монеты. – Затем, подумав, приказала дворфу: – Башмунус, ты казначей, прими монеты.

Дворф зарделся от гордости, поплевал на руки, потер ладони, прищурясь, посмотрел на чернокожего.

– С вас тридцать золотых тургенов, уважаемый, – произнес он.

Воин кивнул и отошел в сторону. Отвернулся и стал перекладывать монеты из седельной сумки дракона в кожаный мешок.

Неожиданно глаза дворфа заметались, он подошел к орчанке и, дернув ту за рукав, прошептал:

– Мешок вместе с имуществом не отдавайте, он дорого стоит.

Орчанка, не глядя на него, в ответ тоже прошептала:

– Откуда знаешь?

Дворф замялся, но потом ответил:

– Фея сказала. – И невозмутимо посмотрел на удивленную его ответом орчанку. Та справилась с удивлением и спросила:

– А это кто?

Дворф вновь покрутил глазами, возвел их к небу, решая, говорить или не говорить о своих галлюцинациях, но потом решил, раз голос, жужжащий ему в ухо, помог сторговаться и еще открыл тайну оружия, то к нему стоит прислушаться. А там галлюцинации или нет, он разберется.

– Тут водятся маленькие летающие… дворфы, – выдал он. – Я их голос слышу… они мне подсказывают.

Ганга как на больного посмотрела на дворфа. Потом тоже подумала, возведя очи к небу. Подумала, подумала и кивнула. Правда, Башмунус не понял к чему. То ли она признала его сумасшедшим и с этим смирилась, то ли поверила в летающих дворфов. То, что он стал богом для одной феи, он говорить не стал.

А фея уже вовсю освоилась на его плече, из волос бороды повыдергивала волосы и сплела себе накидку, в которой и красовалась. Она сидела у уха и, держась за него, с интересом наблюдала за людьми. Люди всегда интересовали маленький народ. Феи и феоны были очень любопытны, и, когда черный человек решил обмануть ее бога, она тут же возмутилась. Маленькая фея сама не знала, откуда к ней приходят знания. В ее маленькой головке больше одной мысли никогда не держалось, а тут она разразилась целой тирадой.

– Скоты! Как нечестно! – закричала она в ухо и стала дергать того за ухо. Дворф от неожиданности сам дернулся. Его ухо смешно задергалось, и снежный эльфар, стоявший позади него, удивленно на это смотрел. – Они тебя, бог, обманывают. Эти вещи очень ценятся среди людей. Их делают особые мастера, смешивая медь и мифрил. Я не знаю, как это делается, но слышала, что они очень дорогие. Каждая не меньше пяти золотых монет стоит…

Последним предметом эльфар достал из мешка круглый плод. Когда узкоглазый Лу Мин увидел его, чуть не потерял сознание.

Он пожелтел, как больной желтухой в последней стадии, и, дрожа губами, пробормотал: «Откуда у вас этот… плод?»

Ганга посмотрела на дворфа и тоже спросила:

– Башмунус, откуда ты взял этот плод?

– С дерева, что на том берегу, – небрежно ответил он. – Он вкусный, я ел.

– Наши дома простые смертные не видят, – тут же затараторила в ухо дворфу фея. – Ты первый, кто сумел его найти без ритуала подчинения нашего народа.

– Это очень ценный плод, – проговорил узкоглазый воин, пристально разглядывая дворфа. Тому его взгляд явно не понравился. – Настолько ценный, что за него вас могут убить… Спрячьте его и не показывайте или лучше продайте хозяину каравана, он даст отличную цену. И никому не говорите, что этот маленький человек может находить такие плоды. Иначе его тоже выкрадут и сделают рабом.

Ганга посмотрела на эльфара и готова была его прибить. Она не говорила ему доставать плод. Потом перевела оценивающий взгляд на Лу Мина. Тот ощутил близкую опасность и отошел на шаг.

– Я никому не скажу, госпожа, – проговорил он. – Я просто предупредил вас, если… вы не знали. Мне не нужны проблемы с вампирами.

Ганга как-то сразу поверила этому узкоглазому, и напряжение, охватившее ее после его слов, прошло. Она лишь в ответ кивнула и кивком головы заставила эльфара спрятать плод. Подумала и вытащила камни. Развернула тряпицу и показала Лу Мину.

– Они что-то стоят? – спросила она.

Лу Мин равнодушно на них поглядел.

– Только у колдунов, – ответил он. – Цену я не знаю, но они якобы повышают магическую силу колдуна. Для простого человека они бесполезны и в руках нагреваются, а потом рассыпаются. Их вроде надо глотать.

Ганга убрала камни.

Вернулся чернокожий и подал дворфу кожаный мешочек. Дворф придирчиво ощупал кожу, потом взвесил на руке мешочек. Развязал узел, вытащил желтый кругляш и внимательно его изучил. Остался доволен и закинул монету в мешок, даже не стал пересчитывать монеты.

– Все верно, – уважительно произнес он, – золото полновесное, без обмана.

Ганга не стала спрашивать, что он имел в виду, говоря про полновесное золото. Как рожденная в стойбище орков, она мало ценила желтый металл и презирала людей за тягу к нему. Она доверилась дворфу. Забрала мешок и сунула его за пазуху.

«Жить приходится среди люда», – подумала она.

– Пошли к хозяину каравана, – сама не замечая, как стала приказывать, распорядилась Ганга, и Лу Мин тут же повиновался.

– А мешок? – раздался голос чернокожего, и в нем чувствовалось разочарование.

– Он мне самой пригодится, – ответила Ганга.

Ганга шла с непроницаемым лицом и смотрела на больших животных с горбами на спине. Ее же с интересом рассматривали погонщики и воины на таких же горбатых существах с длинной изогнутой шеей. Посередине длинного, в три десятка верховых существ каравана была расположена повозка с тентом на широких колесах, запряженная маленькими лошадками. В повозке сидел, отдуваясь и обмахиваясь веером, толстый мужчина, обмотавший голову тканью.

– Саи, – уважительно обратился Лу Мин к толстяку. – Эта та самая госпожа, что хочет поехать вместе с караваном. Она маг и может видеть нерчей под песком. Одного она тут уже убила…

Толстяк посмотрел на орчанку умными, внимательными глазами и приятным голосом ответил:

– Добро пожаловать, госпожа. Мы рады помочь представителю вашего… – он помедлил и добавил: – Народа. Вы можете сесть на одного верблюда и продолжать путь верхом.

«Ага, – подумал Ганга, – эти животные с горбами называются верблюд».

– Нет, спасибо, саи. Я пойду пешком впереди каравана, если замечу опасность, то дам знать.

Обращение «саи» удивило толстяка, это Ганга заметила, прикусила слегка губу. Но толстяк быстро с удивлением справился.

– Зовите меня Рахим, госпожа, – представился он.

– Я Ганга, – в ответ представилась она.

Толстяк посмотрел на ее спутников, но орчанка невозмутимо промолчала, не представляя дворфа и снежного эльфара, тем самым давая понять, что они подчиненные ей, разумные.

Купец это заметил, но не подал вида, что для него это являлось необычным или странным.

– Нам нужна походная одежда, – вместо представления спутников произнесла она.

– Да, у меня есть одежда для вас и ваших спутников, госпожа Ганга, – сохранив выражение благосклонности на лице, ответил Рахим. – Я дам команду, и вы сможете себе выбрать одежду, достойную вас. Рассчитаемся потом…

– А какая плата будет нам за охрану каравана от пустынников и нерчей? – неожиданно для обоих вступил в разговор дворф. – Тут недалеко стойбище кочевников-фримданов…

Толстяк напрягся. Он изучающе посмотрел на дворфа. Затем перевел взгляд на Гангу.

– Ваши спутники имеет право голоса? – спросил он.

– Только этот, – невозмутимо ответила Ганга. – Он хорошо ориентируется в пустыне, – не моргнув глазом соврала она.

Толстяк недоверчиво кивнул. Еще раз окинул взглядом коротышку. Тот насупился и через густые брови смотрел на толстяка.

– Хорошо… сделаем так, – наконец прервал размышления Рахим. – Если все так, как говорит этот маленький человек, и вы будете полезны каравану, то получите плату как охранники каравана. Еда и вода за мой счет.

– Мы сами себя сможем прокормить! – тут же ответил дворф. – Вода и еда нам не нужна.

– Вот как? – еще больше удивился Рахим и немного помрачнел. – Тогда давайте сделаем так. Разговор об оплате мы отложим на потом. Я обещаю, что не обману вас. Дело лишь в той пользе, что вы принесете каравану. И скажите, уважаемый, – обратился он к дворфу, – большое ли стойбище кочевников?

– Большое, – ответил тот.

– Насколько большое?

– Я не считал. Но оно находится в Оазисе, что на пути каравана.

– Мы сможем его миновать без излишних потерь?

– Сможем, – спокойно ответил дворф и невозмутимо посмотрел на Гангу. – С ней сможем, – добавил он.

– Хорошо, уважаемый, вы уже помогли своей информацией. Выбирайте одежду, и, если все, так как выговорите, она вам достанется бесплатно.

Вскоре Ганга и дворф возились в ворохе одежды. Эльфар беспокойно прыгал за их спинами и повторял раз за разом:

– А мне? А мне?..

Ганга выбрала себе шелковый наряд, который, как она думала, подходил ей. Белые шальвары, тюрбан поверх шлема. Синяя рубаха до колен с разрезами по бокам, украшенная серебряным шитьем, и зеленая накидка. Ушла в кусты и переоделась. Подпоясалась поясом и вышла.

На нее изумленно смотрели все люди из каравана, включая толстяка.

– Хм… Кхм… – как-то странно закашлялся Рахим, когда довольная Ганга подошла. Он, отведя в сторону глаза, проговорил: – Вам идет эта гамма цветов. Цвета королевского дома сабаинов.

– Это вы к чему сказали? – нахмурившись, спросила Ганга.

– Да так. Ходят слухи, что вампиры покинули службу у сабаинов…

– Мне просто нравятся эти цвета! – отрезала Ганга.

– Понимаю, – вновь отведя в сторону взгляд, отозвался Рахим.

Ганга промолчала, но поставила себе зарубку на память узнать, кто такие вампиры и почему они покинули службу.

«Не попасть бы в неприятность», – подумала она.

Вскоре переоделись дворф и снежный эльфар. Оба были одеты в льняные белые одежды и тюрбаны. Ганга отдала сапоги эльфару, сам надела удобные невысокие ботиночки с загнутыми вверх носками.

Хозяин каравана обратился к дворфу.

– Уважаемый…

– Башмунус, – представится с легким поклоном дворф.

– Да, уважаемый Башмунус, может, вам удобнее будет ехать со мной в повозке?..

Дворф кинул взгляд на орчанку, та кивнула, соглашаясь.

– Хорошо, уважаемый саи Рахим, я сочту за честь составить вам компанию. – Дворф слегка поклонился, впрочем сохраняя достоинство, и пошел к повозке. Его провожал печальным взглядом снежный эльфар. Он огорченно вздохнул и поплелся следом за орчанкой.

Ганга шла впереди каравана, периодически прощупывая магическим зрением окрестности. Пока им попадались лишь мелкие пустынные змеи и большие пауки, что уходили с пути каравана. С ней поравнялся Лу Мин. Слез с дракона и, взяв в руку поводья, пошел рядом.

Ганга посмотрела на худощавого, невысокого воина.

– Лу Мин? – спросила она. – А почему вы не посылаете вперед воинов провести разведку пути?

Узкоглазый воин немного подумал и ответил:

– Это не степь Средиземья, это пустыня Шаал. Здесь мы откупаемся от нападения племен пустынников и только если встречаем раскольников фримданов, тогда приходится вступать в сражение… Те выкуп не берут… А их не увидишь, пока они сами этого не захотят. Разведчики просто зря погибнут.

– Кто такие фримданы? – поинтересовалась Ганга.

– А вы, госпожа, давно в халифате Аль Харум? – спросил в ответ Лу Мин и отвел глаза.

– Второй день, – ответила, не став врать, Ганга. – Я многого не знаю, что тут происходит. Если объяснишь, буду благодарна. Прикрою спину в бою.

Лу Мин благодарно кивнул.

– Спасибо, госпожа, учту. Я вижу, что вы мало знакомы с местными реалиями. Но умеете выживать… Не знаю, как вы сюда попали… но это середина пустыни Шаал, что входит в земли халифата Аль Харум. Но на самом деле тут нет власти халифа. Здесь живут кочевники, что не признают никакой власти. В пустыне Шаал вдоль Желтой реки расположены разрушенные города дейвов. Туда лучше не соваться. Там разумные ящеры и всевозможные ловушки. Говорят, когда-то там жили могучие чернокнижники и они вызвали существ из другой вселенной, но не справились с ними. Была война, чернокнижники погибли. Их города были разрушены, а призванные существа дейвы поселились там. Мы обходим руины стороной. Пустынники тоже. Только часть кочевников, что называют себя фримданы, поклоняются дейвам и приносят им в жертву путешественников или своих соплеменников, взятых в плен в результате разбойных нападений. Ваш спутник сказал, что такое племя фримданов сейчас находится в Оазисе… но это маловероятно.

– Почему? – спросила Ганга.

– Фримданы в это время празднуют победу дейвов и стекаются к месту своего паломничества. Бывшей столице чернокнижников. Оно в сотне касаб отсюда. На озере Гюльари.

– Касаб – это сколько? – поинтересовалась Ганга.

– Пятьсот сажень, госпожа, а сажень – это, как и везде, четыре локтя.

– А что будет, – не удержалась и спросила Ганга, – если мы все же встретим этих фримданов?

– Хм… Маловероятно… Но тогда будем сражаться, госпожа. Обычно это отряд набега в три-четыре десятка кочевников. А у нас три десятка опытных стражников. И вы маг… Справимся.

– А как они сражаются?

– Прячутся в песках и нападают внезапно с саблями наголо. Рубаки отчаянные, но не очень умелые. Их главная сила в внезапности. Если выдержать первый натиск, то они отступают и растворяются в песках…

– Понятно, – кивнула Ганга и подумала: «Знакомая тактика оседлых орков у моря. Там тоже пустыня, и эти орки почти не общаются с остальными орками, а те не суются в пустыню».

– Чем так знаменит этот плод, что нашел Башмунус? – спросила Ганга, меняя тему разговора.

– О! Это поистине замечательный плод, – воскликнул Лу Мин. – Он излечивает все болезни. Омолаживает организм. Женщины становятся прекраснее, а мужчины сильнее и мужественнее… прибавляются года жизни… Его называют божественным плодом, госпожа.

Ганга недоверчиво скривилась.

– Башмунус сожрал его, и по нему не видно, чтобы он стал прекрасней. Как был маломерок, так им и остался…

«Хотя… – подумала она. – Он все же изменился и стал слышать голоса фей…»

– А что ты знаешь о маленьких летающих феях?

– Вы тоже их видели?

– Я не видела. Их видел Башмунус.

– О! Это очень редкий дар. Видеть фей может только тот, кого они признают своим. Другим, к сожалению, это не дано. Феи раскрывают тайны тому, с кем дружат…

– Это все слухи? – спросила Ганга.

– Ну да, – ответил Лу Мин, – всего лишь слухи…

– Понятно. Ты сам не видел тех, кто видел фей…

– Как не видел? – воскликнул узкоглазый воин. – Видел и знаю одного такого.

– Да? И кто это?

– Ваш маленький спутник. Он нашел плод, значит, стал другом феям. Вы будете сказочно богаты, госпожа… Если вас не убьют.

– Не убьют? Кто меня может убить? И за что?

– Причин для этого много, госпожа, – туманно ответил Лу Мин.

– А если поподробнее?..

– Вы вампир в цветах дома сабаинов. А значит, отступница. Ваш род вас отверг за преданность договору. Вы скрываетесь, но как только про вас узнают, начнется охота. Вампиры вашего клана будут вас преследовать, они и через пустыню переберутся. Слухи о вашем прозорливом спутнике тоже не утаить, и авантюристы начнут охотиться уже за ним. Кроме того, вампиров в халифате не любят… Как-то так…

– Спасибо, что предупредил, – кивнула Ганга и стала размышлять. Ее принимают за вампира? Почему? И кто это такие? Но спрашивать у узкоглазого попутчика она не стала. Придет время – узнает. Вместо этого она спросила другое:

– Лу Мин, а почему караван идет днем в жару, когда ночью и прохладно, и не душно?

– Ночью, госпожа, приходят разные твари и нападают на верблюдов. Не отобьемся. Караван растянут в ниточку. То тут нападут, то там… Вырежут верблюдов, и караван станет. А днем они прячутся, можно хоть и жарко, но идти без опасения. А на стоянках мы верблюдов загоняем вовнутрь и ставим «пугалки» от хищников… Вы, кстати, ничего не чуете? Тут часто попадаются нерчи.

– Нет, Лу Мин, рядом этих тварей нет. Я держу дорогу под контролем.

Ганга посмотрела на небо. С небосвода жарило немилосердно. Казалось, на песке можно жарить мясо, так он был раскален. Снежный эльфар уже шатался, но брел, тупо глядя себе под ноги. Ганга его не жалела, но иногда накрывала пологом, и он приходил в себя. Путь казался бесконечным в бесконечных песках. Но Ганга, привыкшая к просторам своей степи, на это не обращала внимания.

Лу Мин частенько бросал на нее удивленные взгляды, и она его понимала. Все изнывали от жары, истекали потом, пили подкисленную воду, а она как ни в чем не бывало шагала себе и шагала, не испытывая неудобств или проблем с жарой. Энергетический запас падал медленно и был весьма большой, так что она могла позволить себе идти, периодически накрывая себя пологом прохлады.

Кроме того, она выросла среди орков и не знала, что такое дискомфорт. Ее не смущал запах пота в подмышках и вонь грязных портянок. Могла спать на ходу, есть все подряд и легко переносить тяготы длительных переходов. Это могли делать и беременные орские женщины. Могла и Ганга.

Лу Мин иногда чувствовал исходящую от нее прохладу и несколько раз приближался к женщине несколько ближе, чем нужно. Но Ганга кидала на него красноречивый взгляд, и он тут же отходил.

Наконец узкоглазого сменил воин, слезший с верблюда и идущий пешком. А Лу Мин ушел вглубь каравана. Ганга продолжала идти впереди каравана, и за ней плелся в полуобморочном состоянии эльфар.

Ближе к полудню на границе видимости сканера появились красные точки. Ганга подняла руку вверх и остановилась. Путь перегораживали враги. Не то чтобы перегораживали, они затаились рядом. Это показывал сканер, но их не было видно. Она насчитала двадцать красных отметин по бокам пути, по которому шел караван, все с правой стороны.

«Видимо, это и есть фримданы», – решила Ганга и подозвала воина, идущего следом.

– Передай командиру, что справа впереди двадцать фримданов в песке спрятались, в ста шагах от пути, по которому мы идем.

Загорелый поджарый воин побледнел и кивнул. Он сорвался с места и, поднимая небольшую тучу песка за собой, устремился к каравану. Вскоре подъехал озабоченный чернокожий начальник охраны.

– Где фримданы? – спросил он, оглядывая пески.

– Не туда смотришь, Ремсурат. Они не в барханах. Прямо и правее сотня шагов… Что-то их мало для нападения? Всего два десятка…

– Это проба сил. Они не будут отчаянно сражаться. Нападут, проверят нашу готовность обороняться и уйдут…

– Уйдут? Вы что, их не преследуете?

– Если их преследовать, то попадем в засаду. Они этого и ждут. Где-то тут их основной отряд… Плохо то, что они теперь не отстанут… И непонятно, почему фримданы не на паломничестве?..

– Ремсурат, что ты собираешься делать?

– Мы их спугнем, они уйдут, и будем готовиться к битве, – со вздохом нескрываемого огорчения ответил чернокожий командир. – Я надеялся, что в это время их не встретим…

– Не надо их пугать, Ремсурат. Я пойду к ним приманкой, а ты прикажи своим воинам быть готовыми поддержать меня. Этим фримданам нельзя давать уйти. Кидайте в них свои дротики. Надеюсь, они у вас не для красоты…

Ремсурат пропустил колкость орчанки мимо ушей и спросил:

– Вы так в себе уверены, госпожа?

– Я знаю, что делаю, Ремсурат. Я побывала не в одном бою… Иди командуй.

Чернокожий воин вернулся к своим бойцам и стал им что-то объяснять. Ганга подождала, когда он закончит давать инструктаж, и его бойцы выехали на своих верблюдах вперед каравана. Убедившись, что все готовы, она решительно пошла дальше, на ходу направляя станер на красные точки. Пока она приближалась, половина воинов, спрятавшихся в песке, была обездвижена. А трое самых нетерпеливых выскочили из песка и бросились на нее с сетью в руках. Они разошлись, беря ее в полукольцо, но сразу же упали парализованные станером. В двух воинов она запустила огненный шар. Он взорвался, подняв тучи песка, и вместе с песком в воздух взлетели тела мужчин. Они еще падали, а из песка стали выскакивать враги. Они бросались к Ганге, а она, не останавливаясь, применяла станер. Через минуту на песке лежали тела живых, но обездвиженных фримданов. Пыль и песок, поднятые взрывом плазмы фаербола, оседали. В яме, образовавшейся после взрыва, лежали два обезображенных пламенем тела и не подавали признаков жизни.

Ганга подошла к ближайшим воинам-фримданам и стала их рассматривать.

Крепкие, жилистые тела, загоревшие до черноты. Мужчины безбородые, невысокие и сухощавые. Одеты в шелковые грязные безрукавки разных цветов, без всякого наличия брони. Тела испещрены витиеватыми надписями и картинами чудовищ. В руках они держали, не выпуская, сабли, причем сабли держали в обеих руках.

«Обоюдорукие бойцы! – удивилась Ганга, – а узкоглазый говорил, что они бойцы так себе… Странно. Если ты не умеешь владеть мечом, зачем тебе их сразу два?»

– Тебе конец, самка, – прошипел один из фримданов. – И твои клыки тебе не помогут, хороший дар богам…

Ганга применила молекулярный меч. Он тихо загудел, и голова говорившего отделилась от тела. Она прошла по рядам лежащих фримданов и равнодушно убивала каждого, до кого дошла, не пропуская и тех, кто лежал и прятался в песке. Через несколько минут к ней подъехал на драконе Лу Мин. Молча оглядел обезглавленные тела и сообщил:

– Вы теперь, госпожа, кровный враг всех фримданов, не следовало вам их убивать так…

– Как так? – обернулась к нему Ганга.

– Беспомощных. Вы их заколдовали, а затем отрубили головы. Их можно было обменять на свободный проход, а теперь весть о том, что вы убили фримданов, когда они не могли защищаться, распространится по Шаал…

– И кто же эту весть распространит? – спросила Ганга, в упор глядя на воина.

– Те фримданы, что смотрят на это со стороны, их наблюдатели.

– Что-то я не вижу никаких наблюдателей, – не поверила ему Ганга.

– Вы мне не верите, госпожа, но они есть. Только далеко. Налетчики всегда так поступают, чтобы потом доложить вождю, кто как сражался. С этим у них строго.

– Ну значит, доложат, что их воинов убила одна женщина, – спокойно отреагировала на сообщение Лу Мина Ганга. Ей ли, выросшей среди орков, бояться хуманов?! Она подняла один из кривых мечей. Он был стальной. Повертела его в руке.

– Эти мечи что-то стоят? – спросила она Лу Мина. – Железо хорошее.

– Да, оружие фримданов ценится, – кивнул Лу Мин, – предложите их Ремсурату.

Ганга оглянулась, нашла взглядом снежного эльфара и помахала ему рукой, призывая подойти. Затем обратилась к желтолицему:

– Лу Мин, позови сюда моего коротышку.

Узкоглазый воин развернул своего гварга и поехал к каравану.

Подошел эльфар. Встал, потупив глаза.

– Собери оружие, – приказала она. – Должно быть двадцать мечей. Полазай по сумкам убитых, может, что ценное найдешь.

Эльфар недовольно скривился, но стал выполнять приказ. Было видно, что переносить жару ему было очень трудно, но он каким-то чудом держался. Его лицо обгорело и пылало яркими красными красками. Особенно выделялся цветом спелой моркови большой нос с горбинкой. Ганга над ним сжалилась и подлечила эльфара. Тот снова принял свой бледный вид.

Подошел, утопая в песке дворф.

– Что тут? – спросил он Гангу.

Ремсурат поравнялся с повозкой купца.

– Саи Рахим[1], что вы собираетесь делать с этими чужаками? Они опасны, особенно эта странная вампирша. Она убила всех фримданов и даже не поморщилась. Такое впечатление, что она убивала их каждый день. За ней, а значит, и за нами начнется охота.

– Ты, Ремсурат, несомненно, в чем-то прав, – ответил купец. – Но не забывай, люди для вампиров – это пища. Странно тут другое. Она не горит на свету светила, как другие вампиры, и не пьет кровь этого несчастного бледнолицего. Задевать ее опасно вдвойне. Если свет ее не берет, то это мог быть только высший вампир… Понимаешь? Ей нечасто нужна кровь, и она осталась предана сабаинам. Оказалась здесь посреди пустыни с волшебником-коротышкой. Я расспросил его. Он, конечно, отвечал уклончиво, но кое-что я узнал. Их сюда перебросил колдун. А еще он называл ее послом. Как ты думаешь, чей это посол?

– Думаю, саи, посол шаха сабаинов.

– Вот и я так думаю. А к кому? Кто находится за пустыней, кроме халифата Аль Харум?

– Вы думаете, к королю неверных гяуров, румов.

– Вынужден с тобой согласиться. Да. Большая часть вампиров перешла на сторону халифата. Сабаины вынуждены были заключить перемирие с халифатом. Халифат теснит румов. Объединившись, румы и сабаины смогут отбить у халифата пролив.

– Но как же тогда они оказались здесь?

– Предательство, Ремсурат. Маленький волшебник проговорился, что они стали жертвой предательства. У сабаинов внутри придворных раздрай. Одни за мир с халифатом на условиях халифа, другие за войну до победы. Кто-то очень не хочет, чтобы госпожа посол добралась до румов. Мы же… сразу предваряю твой вопрос, Ремсурат, ничего против этих нелюдей делать не будем. Не будем играть в игры великих. Мы купеческий караван и поступаем по закону справедливости. Мы помогли ей, она помогла нам. Дальнейшее в руках судьбы.

– Не хотите получить себе волшебника, саи? – спросил, поглядывая на дворфа, чернокожий воин.

– Ремсурат, ты знаешь меня давно, я всегда веду дела честно. Богатства мне хватает, а вот пожить я еще хочу. Так что больше не поднимай эту тему. Веди караван дальше. – Купец поправил подушки, на которые облокотился, посмотрел на своего начальника охраны каравана и тихо добавил: – Я уверен, что и тебе хватит здравомыслия не становиться на пути таких сил. Доживешь до старости.

К Ремсурату подошел снежный эльфар и показал меч, взятый у убитого врага. Шавга-ил, уничиженный орчанкой до Шава, по устоявшейся привычке презирал людей и смотрел на чернокожего воина с высокомерной неприязнью. Он вынужден был бегать по поручениям госпожи, и это видели презренные хуманы. Он еще раз испытал унижение, и его чувство гордости снежного эльфара зароптало.

– Хуман… – надменно произнес он так, словно был местным халифом. Воин удивленно посмотрел на снежка.

– Как ты меня назвал? – переспросил он.

– Я назвал тебя тем, кем ты являешься, – презрительно, словно выплюнул слова, произнес эльфар.

– И что это значит? – спокойно спросил чернокожий. – Это оскорбление?

Эльфар пожал плечами.

– Понимай как хочешь. Моя госпожа…

– Твоя госпожа сейчас тебе глаз на жопу натянет! – грозно прозвучало за его спиной, и эльфар сжался, опустил голову и опасливо обернулся. За его спиной стояла Ганга и, уперев руки в бока, возмущенно смотрела на эльфара. Она успела набраться крылатых словечек от своего жениха и теперь пустила их в оборот.

– Ты, недоумок, кого из себя строишь? А? – надвигаясь на снежного эльфара, спрашивала она, и ее ноздри воинственно раздувались.

– Простите, госпожа Ганга, но… что я такого сделал? Я лишь передал меч этому хуману. И все…

– Как ты, урод, разговаривал? Считаешь себя выше человека?

Тут в снежном эльфаре проснулась и возмутилась его родовая гордость. Он выпрямился, задрал подбородок и произнес, как ему казалось, весьма внушительно:

– Да! Мы, снежные эльфары, выше людей и по уму, и по рождению, и по способностям…

Удар кулака по лицу опрокинул снежного эльфара на песок. Он упал, ухватившись руками за лицо, и тихо завыл.

– Хочу посмотреть, как ты справишься в пустыне без меня и этих людей, выскочка. Счастливо оставаться, высокий. Ха-ха!

Ганга хохотнула и обратилась к удивленному таким поворотом событий Ремсурату.

– Не помогайте этому дураку. Пусть сдохнет тут.

Жажда жизни у снежного эльфара оказалась сильнее гордости. Он поднялся на четвереньки и пополз к ногам Ганги.

– Госпожа! – подвывал раздавленный ударами судьбы Шав. – Не бросайте меня…

– Вон люди, их проси о помощи, скотина, – оттолкнула ногой эльфара орчанка. – А мне ты не нужен. Лишь обуза.

– Не бросайте меня, госпожа, я буду вас развлекать и петь. – Он от отчаяния встал на колени и, прижав руки к груди, неожиданно мощно и красиво запел на высоком эльфарском языке.

Снежные шапки родных гор

Чисты и светлы, как твоя душа,

Любимая моя.

В ясных глазах я вижу лишь укор,

Который прошелся по мне, все круша.

Любимая моя…[2]

Ганга ошалело уставилась на снежного эльфара.

– Шав, ты с ума сошел? – спросила она. – Какая я тебе любимая?

– Это песня моего народа, госпожа, я хотел растопить лед вашего сердца…

Лу Мин, стоявший поодаль, тихо спросил Ремсурата:

– Ты слышал, какую ужасную казнь она хотела применить к этому несчастному горцу? Это как же так надо исхитриться, чтобы глаз на зад натянуть? И как ты думаешь, он видеть сможет?

– Не знаю, – буркнул тот. – Я понял, что все трое не являются людьми.

– Не люди? А кто?

– Не знаю. Но этот горец красиво поет. Только непонятно о чем.

– Госпожа, простите его, – вступился за эльфара чернокожий начальник охраны. – Он все понял и больше не будет называть нас хуманами.

– «Хуман» на древнем языке значит «человек», – пояснила Ганга. – Это не оскорбление. Но этот ледяной сморчок презирает всех, кроме представителей своего народа, слепленного из людей, лесных выродков и снежных троллей. От людей они получили способность думать, от лесных уродов непомерную гордость и от троллей непомерную глупость. Тьфу на тебя, ледышка! Живи. Прощаю. Ирри бы мной гордился, а дед заставил бы тебя есть овечий навоз… И сделал козопасом…

После всех этих событий караван продолжал двигаться дальше. К вечеру, когда половина светила скрылась за барханами и стало прохладнее, подул освежающий ветерок, караван подошел к внушительной роще низких деревьев с большими широкими листьями, где и остановился. В роще были вырыты несколько колодцев.

Верблюдов загнали в рощу. Вокруг стоянки расставили небольшие ящички-пугалки и возле каждого поставили по одному воину. Затем расставили большие котлы и стали на брусках торфа варить еду. Ганга наловила рыбу, дала эльфару почистить и выпотрошить, что он сделал весьма умело. Воду она собрала в свой мешок и заклятием ее очистила. Положила рыбу на большие плоские камни, что валялись повсюду, и с помощью заклинания шаманов приготовила ее. На действия орчанки с интересом поглядывали все, кто расположился вокруг.

Мечи купил хозяин каравана. Он сразу предложил хорошую цену. Он еще дал Ганге соль, так что ужин получился сытный. Дворф ел и нахваливал. Эльфар жадно глотал и давился. Вскоре все насытились. Ганга послала эльфара нарвать листья и сырую рыбу завернула в большие листья, сорванные с деревьев эльфаром. Выкопала ямку в песке и положила туда завернутую рыбу. Присыпала песком и создала над горкой огонек.

Дворф задумчиво помял листья, понюхал и стал жевать.

«Похожи на те, что я ел за рекой», – подумал он. На него в изумлении смотрели погонщики. Лу Мин, что находился рядом, подошел к орчанке и предупредил, причем в его голосе слышалась тревога:

– Госпожа, эти листья есть нельзя, они ядовитые.

Ганга посмотрела на дворфа. И недоуменно ответила Лу Мину:

– Я проверяла, листья не ядовиты.

Тот откашлялся.

– Кхм… Кхм… простите, я все время забываю, что вы не совсем люди… – сказав это, он отошел, сел на свое место и стал наблюдать за дворфом. А тот сыто отрыгнул, блаженно закрыл глаза и улегся.

Он видел фею, и та расчесывала ему бороду, при этом рассказывая все подряд. Он краем сознания ухватил ленивую мысль и удивился тому, что она одна и ее это не беспокоит. Раньше они летали стайкой. Поэтому он решил спросить:

– Фея, а почему ты одна и не улетаешь к своему народу? И как тебя зовут?

– Меня не зовут. Я всегда сама по себе. А имя мне дашь ты, мой бог. Оно будет направлять мою судьбу… Мой народ меня отверг, – просто, как о самом обычном явлении в ее жизни, ответила фея. – Но у меня есть ты, мой бог, и скоро они все прилетят и упадут на колени перед тобой. А я тебе скажу, кого надо принять, а кого нужно прогнать. Прогоним сразу Верну, эту кривляку, что строит из себя неписаную красавицу. Она первая закричала: «Посмотрите на нее, она голая!» И что? Она не видала голых подруг? Мы купались вместе. Просто позавидовала… А Вогнеяра мы примем. Он такой красавчик! – Фея закатила глаза. – За ним все девчонки увиваются…

«Как же ее назвать?» – слушая милую болтовню крохи, размышлял дворф. Как очень обстоятельный дворф, он знал, какая ответственность сейчас лежит на нем. Он предвосхищал судьбу малышки. «Первая Красавица? Солнцеподобная? Несравненная? Великая? Нет, не то. Надо что-то колдовское, волшебное… Золотая? Нет, опять не то… Сияющая Звезда! Вот как я назову ее. И не возьму ответственность на себя за ее будущее, и красиво звучит…»

– А еще мы находимся на территории диких айне…

– Я назову тебя Сияющая Звезда! – прервал он болтовню крохи.

Глава 5

В другом мире.

Закрытый сектор. Снежные горы.

Нейтральный мир. Город Брисвиль. Высокие планы бытия.

Космос закрытого сектора

Фома проснулся. Открыл глаза. Над ним с легким шелестом поднялась крышка медкапсулы. Он сел и осмотрелся. У капсулы стоял луковый человечек. Рядом с ним на гравиподушке левитировал дрон-стюард.

Брык скорчил рожицу и произнес:

– Ну ты и страшный, Фома. Где твоя мать так нагрешила, что родила такого урода?

Фома не остался в долгу:

– Ты на себя посмотри, красавец.

– А что мне на себя смотреть? – невозмутимо отозвался Брык. Он сложил руки на груди. – Я творение почившего гения и еще злого командора, что смог разгадать мои загадки. Это он мне такую башку приделал. Хотя мог и убить. Жестокий человек он, Фома. Ты не находишь?

– Нет, не нахожу. Учитель нормальный.

– Ну если ты так считаешь, Фома, то вот на, – Брык протянул орку жарганит. – Это от него подарок. Жри.

Фома позеленел. Свойства расширителя магического запаса он знал. Но делать было нечего, взял шарик и проглотил и тут же упал на дно капсулы. Крышка за ним захлопнулась, а он окунулся в испепеляющий огонь. Но вскоре обжигающий жар спал, и Фома расслабленно лежал, отдыхая. Это капсула ввела обезболивающее в тело орка.

В голове раздался приятный голос: «Специальная Социальная нейросеть „Звезда-3“ готова к работе. Пожелайте открыть».

Фома автоматически повторил:

– Открыть.

И перед внутренним взором Фомы развернулись картинки. Они с бешеной скоростью сменяли друг друга, не давая возможности, понять, что там начертано. Наконец эта чехарда сменяющихся картин и надписей прошла, и снова зазвучал приятный женский голос:

– Архив распакован. У вас появились дополнительные возможности. Их можно просмотреть в меню главного интерфейса. Пожалуйста, ознакомьтесь с изменениями.

– Показать изменения! – пожелал Фома.

Он увидел список изменений и стал их раскрывать по одному. То, что в его голове звучит голос и что такое нейросеть, Фома уже понимал и не удивлялся. Это учитель добавил ему новые возможности. Вера в него у орка была непоколебимой.

Первым в списке стоял боевой экзоскелет штурмовика. Фома увидел свой скелет, и к нему в разных местах были прикреплены наросты. В районе затылка, шеи, между лобными костями по одному, вдоль позвоночника три штуки. На руках и ногах по два. Все это было выращено и спрятано под мясом и кожей прямо на костях. При этом орк их не ощущал.

Перед взором появился ухмыляющийся Брык.

– Это, Фома, экспериментальный модифицированный боевой комплекс для метаморфа. Разработка ученых АДа на основе магических технологий. Мой папаша, чтобы он прожил в беспамятстве «тыщу» лет, спер у них документацию. Мы тут ее с братанами изучили и улучшили. Видишь шишки на твоем лбу? Это прицельные приспособления для оружия. Из них можно даже стрелять лазером. Шучу. На затылке аналитический искин. На позвоночнике усилители скелета. Ты можешь поднять пару тонн груза и тащить. На руках у тебя мультитулы. Можно применять магию, можно молекулярные мечи или ультразвуковой резак, все это «богатство» питается от энеронов. Подзарядка через амулеты или лучи светила через волосяной покров. У тебя в волосах оказалось много кремния. Они у тебя теперь работают как постоянный источник получения дармовой энергии. Еще можно подзаряжаться от электрической сети или дистанционно от излучающих устройств. С таким скелетом можно работать и в агрессивной среде Инферно. Ты рад?

– Рад, – ответил Фома.

– Тогда вылезай. Хватит бока отлеживать. С остальным разберешься по ходу.

Фома открыл глаза. Крышка капсулы была уже открыта. Он сел. Дрон протянул ему ящик.

– Тут твоя одежда и снаряжение, – пояснил Брык. Он еще раз окинул взглядом орка.

– Ну до чего ты страхолюдный, Фома, – воскликнул Брык. – А хочешь, косметическую операцию проведем? Пасть уменьшим, глаза увеличим, зубы спилим…

– Не хочу, – ответил Фома, вылезая из капсулы. – Я себе и таким нравлюсь… и невесте тоже.

– Ну если она такая же красавица, как ты, Фома, то я не удивлен. Ну не хочешь, как хочешь, ходи пугай детишек. Одевайся и отправляйся на задание. Время не ждет.

Фома открыл ящик и взял нательный комбинезон из тонкой невесомой ткани. Он знал, что это белье ни прорезать, ни прорубить, ни проколоть нельзя. Лучшая броня, какая есть у учителя. Причем он знал, что для этого мира это запретная технология, но раз учитель давал ему такое, то, значит, так и нужно. Фома сомнений не знал.

Дальше он надел походный комплект, который одинаково подошел бы и человеку, и орку, живущему среди людей. Высокие стилизованные под кожу ботинки на толстой подошве. Штаны цвета хаки с множеством карманов. Пояс с подсумками, в которых находились амулеты и зелья. Куртка навыпуск с карманами и сумка с пространственным карманом. Там, как он уже знал, находилось все необходимое ему и Ганге, когда он ее найдет. В сумке был и миниатюрный гиперпространственный передатчик. Словом, как понял Фома, учитель снабдил его всем необходимым для успешного выполнения задания.

– Ваш позывной, спецагент Фома, – сурово произнес Брык, – Смертник!

Фома удивленно посмотрел на Брыка, а тот радостно захохотал:

– Шучу. Твой позывной – Незабудка! – И снова захохотал. – Я придумал. Правда здорово? Ты – и Незабудка. Как посмотришь на тебя, так никогда не забудешь. – И снова разразился смехом.

Фома принял позывной и получил координаты места, куда он должен попасть. Это была длинная цепочка участников заговора против учителя, в конце которой он должен был попасть в ловушку. Вместо него туда направлялся Фома.

Первым в списке значился некто лер Брами-ил, садовник в поместье лера Рунда-ила, главы одного из небольших Младших домов, ничем не примечательный цветовод, который отвечал в ячейке Братства на своей территории за связь.

Фома, сопровождаемый Брыком, вышел на портальную площадку. Луковое чудо шло и бубнило себе поднос:

– Глупый ты, Фома, человек. В опасное дело ввязался.

– Я не человек, я орк, – ответил Фома.

– Ну орк, и что? Все равно глупый. Оставайся тут, вместе будем загадки загадывать.

– Некогда мне развлекаться, Брык, не стони под ухом, я координаты указываю.

– Да что их там указывать, я сейчас тебе все сделаю, – произнес он, и Фома был телепортирован на планету. Только, как показала нейрокарта, в ста лигах от нужного места.

– Дурень луковый! – выругался про себя орк, и тут же у него в голове прозвучал смех Брыка.

– Сам дурак. Так приказал командор. Вот с него и спрашивай. Инструкции у тебя в твоей пустой башке. Хи-хи…

Фома вызвал меню и нашел нужную инструкцию.

– Фома, – услышал орк голос учителя. – Ты высадишься в ста лигах от отмеченного на карте места и доберешься туда сам. По дороге ликвидируешь снежного эльфара, лера Кури-ила. Это важная шишка в Братстве, отвечающая за связь с предателями из Старших домов, у него узнаешь, с кем он ведет дела. Сделай все погромче, чтобы туда собрались силы спецов Братства. Отвлечешь их от реальной фигуры. Думаю, садовника хорошо охраняют и ждут нападения.

Удачи, Фома.

П.С. Не обращай внимания на болтовню Брыка. Это он подражает человеку.

Орк закрыл сообщение и вывел на карту местоположение нужного объекта. Дал задание проложить к нему скрытый маршрут. В уголке глаза замигала красная иконка. Фома открыл назойливое сообщение.

– Напоминание о маскировке, – прочитал он и углубился в изучение текста.

«В комплект специального агента для скрытной деятельности на территории противника входит амулет „иллюзий“. Он дает возможность наложить на облик агента следующие расовые формы:

– снежного эльфара,

– человека,

– лесного эльфара,

– демона изменений.

Выберите нужную форму и активируйте амулет. Подождите пять ридок и примените амулет речи нужной расы».

Фома выбрал облик снежного эльфара и сел на камень. Местность была пустынной. В стороне от дорог. Он сидел на выступе у подножия невысокой горы. Посидев пять минут, оглядел себя в отражении зеркала. На него смотрел молодой худощавый эльфар неблагородного происхождения.

«Почему неблагородного?» – подумал он пришедшей ему на ум мысли. Потому что не вышел статью. Невысокий, худой по меркам снежных эльфаров. Простой охотник, пастух или слуга. На такого никто не обратит внимания.

Фома увиденным остался удовлетворен. Иллюзия сидела хорошо. Как будто вторая кожа.

Фома встал и спустился с площадки к подножию горы, затем двинулся по пути, проложенному навигатором искина. Для начала он обошел гору и стал вновь подниматься на нее, но с другой стороны, по пологому склону. Шел он до темноты и вышел на старую заброшенную дорогу, в этих местах на карте были обозначены заброшенные крепости.

Пометка на карте гласила:

«В ранние времена, когда снежных эльфаров было мало, они прятались здесь от набегов орков и сдерживали их продвижение в лес. После уже прятались от лесных эльфаров. Потом эти укрепления стали не нужны, и их забросили».

Фома не забывал сканировать местность на предмет опасности. Опасными тут считались горные барсы и медведи. Но в память сканера были загружены опознавательные знаки снежных и лесных эльфаров.

С темнотой он поднялся на перевал и увидел башню, окруженную высокими стенами. Постройка хорошо сохранилась. Даже ворота были, хотя одна створка открыта настежь. В темнеющем сумраке крепость казалась черным пристанищем бесов. Фома усмехнулся пришедшей на ум мысли и сделал шаг по направлению к крепости. Следующий шаг повис в воздухе. Крепость озарилась россыпью красных огоньков, и по их расположению Фома понял, что там засели бойцы. Они расположились на стенах и рядом с воротами, и это было неспроста. Там ждали…

– Кого? Меня? – подумал Фома и поставил осторожно ногу на землю. В крепости было пятеро лесных эльфаров…

Вот и закончилась, казалось, бесконечная дорога. Рабе привезли в небольшой уютный дом, расположенный в живописном уголке, на берегу небольшого горного озера с лилиями. Оставили под охраной десятка снежных эльфаров во главе с высоким статным командиром. Две служанки тенью бродили по дому, убирая и обслуживая ее. После той встречи с неприятным и наглым эльфаром в пещере с ней больше никто не разговаривал.

По прибытии всех, кто ее сопровождал в дороге, заменили другими эльфарами. Молчаливыми и мрачными. Она пробовала разговорить служанок или стражу, стоящую у ее дверей, но те лишь отмалчивались. Рабе не отчаивалась. Как демон изменений, она владела искусством обольщения в совершенстве. Естественно, слуги и простые воины выполняют приказ, но вот их командир, он стоил того, чтобы с ним позабавиться. Рабе было скучно. Свою роль она играла хорошо, но теперь, предоставленная сама себе, Рабе хотела получить свою долю развлечений. Она могла бы выпить их всех, но тогда не выполнила бы приказ хозяина, а он приказал притворяться до тех пор, пока ее не представят совету Старших домов. И она ждала этого момента. Шли дни, ею никто не интересовался…

Тогда, подумав, Рабе решила проявить нервозность. Она отругала одну из служанок за якобы слишком горячий взвар, который ей принесли к завтраку, и стала топать ногой, обзывая девушку дурой, неуклюжей черепахой и неумехой.

– Если ты не можешь даже приготовить нормальный взвар, то на что ты еще годна?! – громко и с гневом в голосе кричала она на побледневшую, стоявшую с поникшей головой служанку.

На крик в комнату заглянул командир охраны. Посмотрел на разъяренную Рабе, на поникшую служанку и приказал той выйти.

– Льерина, – спросил командир, – что случилось?

И тут Рабе горько расплакалась. Она упала на стул, прижала ладони к лицу и разрыдалась. Ее грудь волнующе вздымалась. Эльфар замер, некоторое время стоял столбом. Потом подошел к Рабе и стал ее уговаривать успокоиться. Он делал это неумело и грубовато, отчего Рабе еще громче залилась слезами.

Растерянный и обескураженный офицер стоял и топтался на месте, не зная, что предпринять. Он никак не ожидал слез, рыданий от принцессы и не получал инструкций на этот счет. А Рабе горько рыдала, заливаясь слезами. Наконец офицер осторожно приблизил руку к голове девушки и неуверенно ее погладил.

– Ваше Высочество, – тихо произнес он. – Расскажите, в чем ваше горе? Отчего вы так горько плачете?

Рабе подняла голову, убрала руки от лица. Ее припухшие от слез глаза смотрели на эльфара, и он увидел в них муку страданий.

– Вы еще спрашиваете? – ответила Рабе, сдерживая плач. – Вы еще спрашиваете? – с отчаянием в голосе повторила свой вопрос она. – Это разве вы сидите под арестом?! Разве это вас выкрали демоны?! Разве это вас потом выкрали лесные эльфары и продали соотечественникам, которые держат меня, словно убийцу или воровку, в тюрьме. Что вам всем от меня нужно? Что я вам сделала плохое?!.

– Ваше Высочество, вы не в тюрьме! – воскликнул эльфар. – Вы под защитой…

– От кого, лер, вы меня защищаете? От своего народа? Я ничего против него не сделала. Я ни в чем не виновата…

– Льерина, не от народа, а от тех, кто желает вам зла, а такие есть…

– Я сама могу за себя постоять, не мешайте мне…

– Не можете! – строго произнес командир стражи. – Вас выкрали уже два раза. Мы больше не допустим этого. Я охраняю вас и ваш покой… Вам нужно немного потерпеть…

– Терпеть? Немного? Что я должна терпеть и ради чего? Ради ваших мужских политических игр? Почему бы вам всем, и старым, и молодым советам, не собраться и избрать нового князя, а меня отпустить. Я молодая женщина. Я жить хочу. Я любить хочу! А не править… – И Рабе снова залилась горькими слезами.

Расчувствовавшийся эльфар нежно гладил ее голову и придумывал способы успокоить принцессу. Последние слова о любви всколыхнули его сердце. Он видел, какие взгляды на него бросала принцесса, и понимал, что он ее заинтересовал.

От эльфарки исходил пряный аромат женского чистого тела, и он щекотал ему нос, возбуждал странные навязчивые картинки в мозгу. Он слышал разговоры старших в Братстве и знал, что этой девушке позволят взять в мужья того, кого она захочет. Такое условие она поставила Братству.

«Почему бы этим мужчиной не стать мне?» – пришла к нему шальная мысль, и он осторожно приобнял принцессу за плечи. Девушка не сопротивлялась. Она подалась к нему и стала тихо плакать ему в камзол. Эльфар положил руку ей на открытые плечи и погодил. Осторожно и легко провел грубой от занятия мечом ладонью по плечу, потом по шее со стороны спины. Девушка глубоко задышала и стала успокаиваться. Эльфар осмелел и погладил уже второе плечо. Принцесса выгнулась и тихонько застонала. Самодовольный эльфар, у которого было много любовных приключений, понял, что его ласки ей приятны. Он провел ладонью ниже плеча у выступающих полушарий груди и увидел, что Тора не стала ему мешать. А когда он окончательно осмелел и его ладонь углубилась в открытое декольте и обхватила мягкую белоснежную грудь, девушка громко и призывно застонала. Эльфар не выдержал и подхватил легкое тело девушки на руки. Она обняла его шею и доверчиво прижалась к нему. Больше она не плакала. Тихо сопела, прикрыв глаза, и прижималась к крепкой мужской груди.

Он отнес ее на кровать и осторожно положил на покрывало. После чего стал поцелуями осыпать ее плечи и шею, приближаясь к покрасневшему лицу, и наконец впился в алые, манящие лаской губы. Девушка страстно ответила на его поцелуй.

Целуя эльфара и пуская ему в рот немного своей слюны, Рабе с явным удовольствием осознала, что с эльфарами можно поступать как и с людьми. Они ничем не отличаются от тех и тоже были рабами своей похоти. Ее слюна смешалась со слюной мужчины, и он заглотил яд влечения к демонице.

Все! Он был ее! И теперь после близости будет служить только ей, а она своему хозяину.

Удовлетворенная и возбужденная, она потянула его на себя и раздвинула ноги. Эльфар это почувствовал и грубо, без затей стал задирать подол белого платья. Не раздеваясь, он приспустил штаны и, нащупав повлажневшую поросль волос между ног, с ревом брачного марала вошел в девушку. Та вскрикнула и замерла. Но после его движения подалась ему навстречу и активно замахала тазом. Обхватив бедра эльфара своими ногами, она при этом потихоньку пила его жизненные силы. Волны наслаждения, как бушующий океан, накрывали обоих. Захлестывали любовников и пробуждали в них скрытые от посторонних глаз похоти.

Эльфар был страстен и безудержен. Он грубо заставлял девушку менять позы, и та, послушная его воле, делала все, что он хотел. Эльфар торжествовал. Он рычал, как лев, Стонал, как раненый бык, и овладевал принцессой, которая оказалась еще той горячей штучкой. Он почувствовал, что ради близости с ней он готов убить родного отца, если тот станет ему мешать.

«Она моя и только моя!» – кричали его мысли в голове, вытесняя все, что было до этого…

Наконец Рабе насытилась, а обессиленный и измученный любовными утехами снежный эльфар упал на постель ничком. У него не было сил даже натянуть штаны, и его голый зад отсвечивал белизной на смятом покрывале кремового цвета. Рабе вылезла из-под мужчины, рукой вытерла растекшееся по ногам семя и опустила подол платья. Теперь она не плакала. Она толкнула эльфара ногой, и тот скатился с кровати на пол.

– Что вы со мной сделали! – возмущенно закричала она. – Как вы могли воспользоваться моей минутной слабостью?.. Вы!.. Вы!.. Негодяй!..

Эльфар встал на колени, затуманенным взором посмотрел на принцессу и потянулся к ней руками.

– Я люблю вас, моя принцесса…

– Вы меня любите? Вы видите меня всего семь дней! О какой любви вы говорите?! И что теперь мне делать?

Она упала на колени и разорвала платье на груди.

– Убейте меня! – разыграв великое горе, закричала Рабе. – Я не хочу после всего этого жить. – Она опустила безвольно руки и закрыла глаза.

Вид голой белоснежной груди внушительного размера привел эльфара в экстаз. Он подполз на коленях к девушке и губами припал к ее груди. Рабе вновь застонала, выгнулась и потянула мужчину на себя.

«Как давно у меня не было близости! – подумала она и почувствовала, как в нее вошел большой и внушительный отросток. – А у эльфаров он больше, чем у людей», – пронеслась последняя мимолетная мысль, и демоница с удовольствием опять отдалась мужчине…

«Кто я и что я делаю? Зачем мне все это? Вот я Высокий, неожиданно для себя поднялся над смертными, а бегаю, как блоха, внизу среди тех, кто и представления не имеет, кто я. Там испорчу, там сломаю Року его конструкцию… И какая мне выгода быть Высоким, если я все равно как заведенный сную туда-сюда, туда-сюда?.. И там мной командуют…» – табун мыслей проскочил через мою голову и умчался прочь.

События тоже неслись вскачь, я не успевал быть повсюду и махнул рукой. Везде я не поспею, и не везде на самом деле плохо. На этом я успокоился. Я сидел на балконе во дворце Граба на горе и вспоминал посещение Брисвиля.

Мы договорились с моим бывшим шефом от спецслужбы АДа, что встретимся на нейтральной территории.

Эта служба, честно признаться, мне не нравилась от слова «совсем». Абсолютно мутные типы управляли этой структурой. С одной стороны, она была призвана защищать интересы людей во всех мирах и ловить больших обнаглевших преступников, которые могут привести мир к войне или краху. Сажать их под стражу, а то и ликвидировать, охраняя закон. Но на деле там окопались типы, что служили неким богатым и влиятельным лицам, и все, кто заходил за красную черту в самом АДе, тоже ликвидировались. Вот так вот. Лови мелочь, а дальше нос не суй. Не переходи красную черту, отделяющую исполнителей от тех, кто приказывает.

Алеш Прокс, как он мне представился, эту самую черту перешел и вышел на след неких влиятельных дядь и теть, за что был определен в предатели и приговорен к смертной казни. Чудом он сумел выжить и стал хранителем где-то в Инферно. До странности удивительном и страшном для всех людей мире, где живут демоны и бесы и где просто кипит первородный хаос. Бр-р-р…

Я не понял, что он хранил. То ли тамбур в преисподнюю, то ли прихожую. Там сам черт не разберет. Мне сдается, что Данте там бывал и семь кругов ада рисовал с Инферно. А может, и со спецслужбы АДа, там тоже, как я понял, чертей хватало.

Встретились мы в таверне постоялого двора «Большой кулак». После моего пленения и освобождения он мне не доверял. Но в Брисвиле он был в безопасности.

Еще один странный мир в закрытом секторе, где могли жить и люди, и демоны, и другие разумные расы этого мира. Здесь царило равновесие, и тот, кто замышлял худое и, не дай бог, его осуществлял, получал наказание, куда бы ни сбежал. Это знали все. Но не все придерживались этого закона. Многие были настолько глупы и жадны, что, совершив преступление и сбежав, все равно погибали. И что интересно, об этом становилось известно всем в Брисвиле. Кто был хранителем этого маленького мира, никто не знал. Я не знал. И дети Творца тоже не знали. Я специально спрашивал.

Из этого мира можно было попасть на Сивиллу и в Инферно. Весь реальный мир умещался в городе Брисвиле и его окрестностях, испещренных катакомбами, в которых правила Ведьма. Вот уж кого боялись все. Ей служили адские полуразумные псы, которые могли читать мысли. Стая псов кружила по городу и охраняла покой Ведьмы.

У меня тоже было три такие собаки, привезенные их другого мира. И они жили в моем замке.

Так вот. Я дошел до «Большого кулака», сопровождаемый небольшой стаей, которая ждала от меня подарка. Каждый раз, когда я посещал Брисвиль, меня видел один из псов, и вскоре за мной шествовали до десятка этих огромных собак. Они садились у дверей таверны, а я заказывал им целиком жаренных поросят. Вот и сейчас я первым делом подошел к буфетной стойке и заказал двух поросят и попросил вынести их на улицу.

Потом огляделся и увидел Алеша, который невозмутимо пил вино и смотрел на меня. Я заказал цветочный взвар и направился к нему. Он глазами показал на стул, и я сел.

– Привет, Алеш, – поздоровался я. Тот оглядел меня и медленно произнес:

– Привет. Рад, что это именно ты, а не подстава. Как жизнь?.. Как моя семья?..

– Жизнь бьет ключом и часто по голове, – ответил я ему земной поговоркой. На что он удивленно приподнял брови.

– В каком смысле?

– В прямом, Алеш. У меня Рок невесту украл и отправил ее в другой мир.

– Это ваш самый главный хранитель на Сивилле, – понимая, о ком идет речь, отстраненно проговорил он, чтобы как-то поддержать беседу. На самом деле ему было наплевать на меня, на Рока и на мою невесту.

– Это самый главный говнюк на Сивилле, – уточнил я. – Вот возьми, – я передал ему записывающий артефакт. – Тут тебе послание от семьи. Дома посмотришь.

Он колебался.

– Боишься, что я тебе подсунул бомбу? – усмехнулся я. – Не бойся, ты теперь вроде как бессмертный.

– Вот именно, что вроде, – проворчал он, жадно глядя на артефакт. – А как на самом деле, никто не знает.

– Есть теория, – ответил я и замолчал.

– Что за теория?

– Она платная. Это плод моих размышлений, подтвержденных практикой. Готов платить?

Алеш задумчиво глядел на меня.

– Ты не изменился, все так же торгуешься, это хорошо, – усмехнувшись, проговорил он. – Что ты хочешь?

– Помощь в войне с Роком.

Алеш пренебрежительно фыркнул одними губами:

– Пфр-р… А мне-то зачем это нужно?

– Плата за важную информацию…

– Которая является всего лишь плодом твоих размышлений. Смеешься?

– Плата за спокойствие. Ты сейчас живешь под давлением обстоятельств, а можешь от него избавиться.

Граб вновь упер в меня пристальный взгляд, а я пил взвар и ждал его решения.

Откровение, посетившее меня недавно, самого шокировало. Но пройдя мысленно свой путь хранителя, я понял, что мои догадки верны. Если не на сто процентов, то на все восемьдесят, это точно. Своему расслоенному сознанию я доверял больше, чем мнению Шизы. А та была моей… ну даже не знаю, как обозвать… Шиза – она и есть Шиза.

– Давай решим так, – прекратив меня разглядывать, предложил он. – Если я пойму, что твоя информация того стоит, мы обсудим мое участие.

– Не пойдет. Она стоит того, – решительно заявил я. – И я тебя не дурю. Мне нет в этом никакого смысла. Но то, что я узнал, ты не узнаешь нигде.

– Ты все такой же торгаш с Материнской планеты, и захват АДом тебя не изменил…

– Захват произошел по твоей вине. Ты меня подставил, Алеш, я это помню, но зла не держу. Но после того как я тебе расскажу то, что знаю, ты мне поверишь, что я смог выбраться из ловушки.

– Ха-ха… Да ни в жизнь!

– Посмотрим.

Было видно, что Прокс боролся с сомнениями. Не тот я тип, чтобы болтать зря. И положение обязывает. Как-никак хранитель, а не отставной козы барабанщик.

Так продолжалось довольно долго. Я допил взвар и сидел, поглядывая в зал.

– Ладно! – резко и неожиданно проговорил он, чем немного меня напугал. – Уговорил. Я помогу тебе, чем могу… Но если… – он не договорил, что будет, если что. – Рассказывай свои наблюдения, агент Дух, – поддел он меня, но я не стал на это обращать внимания. Я и он понимали, что я давно уже не Дух, которого он завербовал.

– Вкратце дело обстоит так. Я побывал вдали от Закрытого сектора, Алеш. Был и в другом параллельном нам мире, где время идет не так, как у нас… и вот что понял. Хранитель – это такой субъект божественного промысла, что, куда его ни кидай, что с ним ни делай, он все равно вывернется и вернется. Такой вот механизм заложен в нас. Так что тебе не стоит бояться или прятаться от АДа. Ты под защитой. Под божьей защитой. Тебе могут угрожать лишь другие хранители. Вот тут не все ясно. Хранитель не может нарушать определенные правила, иначе он получит наказание. Рок уже несколько раз нарушил их. Сначала меня хотел убить, отправив к сестре своей Беоте, но та не смогла. А я еще не был хранителем, только шел к этому. А когда он хотел захватить мою гору, то потерпел полное фиаско от простых духов. При этом к нему были отправлены некие существа, что живут тем, что забирают благодать у хранителей. Так что ты должен знать… У нас особый статус… Тут и там. Мне ничего не смогли сделать на корабле. Пытали, мучили, но у меня всегда находились помощники, что мне помогали, в том числе и сотрудник АДа. И помогало провидение.

– Что еще за провидение? – выслушав мой невнятный, короткий рассказ, спросил Граб.

– То, что называется предопределенностью. Я это так понял.

Алеш снова надолго задумался.

– Странный ты тип, Дух, но тебе хочется верить. Ты еще ни разу не облажался, хотя кажешься недотепой. Скорее всего, ты и есть недотепа и тебя хранит это самое провидение, но будет ли оно хранить меня?

– А ты не отказывайся от служения, и будет хранить, – ответил я. На недотепу я не обиделся, Грабу виднее. – Так что там с помощью? И ты можешь проверить мои слова. Встреться с агентами АДа, уверен, они ищут с тобой встречи. Только помни главное правило хранителя, – понизив голос и придав словам, которые хочу озвучить, большую весомость, произнес я. – На бога надейся, а сам не плошай.

Граб снова задумался, переваривая сказанное мной. Наконец он пришел к каким-то своим умозаключениям. И уже устало произнес:

– Что ты от меня хочешь? Думаю, у тебя уже есть план.

– Есть, – согласился я.

– Ты Кураму знаешь?

– Знаю. И что?

– Он хранитель Инферно…

– Был, – поморщился Алеш. – Теперь просто один из владетельных князей Инферно. Жрет души демонов и пытается обрести былое могущество… Тебе чего от него надо?

– Мне надо, чтобы в нужный момент высадился десант демонов в столице Лигирийской империи…

– Ха-ха… – вновь засмеялся Алеш. – Всего-то? И большой?

– Чтобы смог захватить дворец, убить императора и его семью.

– Ты представляешь, чего просишь? Демонов будут уничтожать со спутника, что кружит над Сивиллой. Там заложена такая программа. Из этого ничего не выйдет.

– А если я спутник отправлю к черту на кулички? – спросил я.

– Куда?..

– Ну, например, на верхний слой Инферно. Он там скоро придет в негодность, а пока привезут новый, пройдет год, не меньше.

– Ты это серьезно? – на меня, недоверчиво смотря, уставился мой бывший шеф из разведки. – И как ты это сделаешь?

– Я же хранитель, – улыбнулся я.

– И что?.. – он потер подбородок. – Я тоже хранитель… что, тоже смогу его переправить?

– Я не знаю, сможешь ты или нет. Я смогу.

– Вот черт! – заволновался Граб. – Ты меня заставляешь постоянно удивляться, Дух. Я так понимаю, что рассказывать, как ты переправишь целый спутник… не будешь?

– Не буду.

Граб плотно сжал губы.

– Сколько тебе нужно демонов?

– Пару тысяч, я думаю, хватит.

– Пару тысяч я тебе найду без Курамы. Кто организует портал в столицу?

– Вот для этого нам нужен Курама. Он знает, как это сделать. Организуешь мне встречу с ним?

– Встречу организовать могу, но тебе нужно будет прибыть на нижний слой Инферно.

– Встретишь там меня?

– Если укажешь время прибытия, то встречу… Я одного не могу понять, Дух, зачем тебе все это нужно? Ты можешь уйти в нормальный мир, спрятаться там и жить.

– Вот именно, спрятаться. Я не хочу прятаться и долго в прятки не поиграю, меня найдут. Тот же Рок поможет моим врагам…

– У тебя там есть враги? – удивился Граб. – Когда успел?..

– Успел, – неохотно ответил я. – У меня там есть свое государство. Маленькое… и на него зарятся все кому не лень.

Граб покачал головой.

– Ну ты даешь, Дух. Государство!.. Не думал, что ты такой… пронырливый. Но теперь я начинаю тебе верить, что ты сумел удрать от АДа. Если смог, сидя здесь, создать свое государство, то смог и удрать…

Идея направить в столицу Лигирийской империи легионы демонов пришла ко мне внезапно, как озарение. Вот этого Рок точно не ждет. Проводник его воли на материке император и его семья, послушное, мощное орудие. Если убрать императора и всю семью, в империи воцарится хаос, и, может, даже она распадется. Тогда Рок, по моим рассуждениям, оставив меня на время в покое, будет вынужден заняться внутренними делами.

Постараюсь создать ему проблемы еще в другом месте, в Вечном лесу. Пусть помечется и посмотрит, как это – оказаться внутри чужих планов. Еще предстоит нелегкий разговор с Беотой. Эта стерва за помощь может попросить неподъемную плату. Нужно так повести разговор, чтобы это было не помощью, а необходимой для нее целесообразностью. Проблема заключалась в том, что надо будет приоткрыть ей свои карты, а это ох как не хочется. Но говорить надо, настал удобный момент. Рок оголил свои замыслы, и события уже невозможно повернуть вспять. Их маховик набрал обороты. И я понимаю, что он будет сидеть и ждать результат. Такова укоренившаяся линия поведения Высоких хранителей, но не моя. Я рожден не от Творца, а от человека и мыслю уже их мелкими, сиюминутными категориями и частностями. Тогда когда дети Творца видят общую картину. Вот я своими частностями и испорчу Року его общую картину. Хотя… М-м-м. Я могу и глубоко ошибаться…

Перед убытием в Инферно я направился к Беоте. Конечно, прибыть к ней первым – это ослабить позицию, но что делать?..

– Вот уж кого не ожидала у себя увидеть, так это тебя, – произнесло огромное лицо чернокожей красавицы у меня перед носом. Оно возникло, как только я пересек границу ее владений. Чертова «негритянка» свою половину планеты укрыла непроницаемым для глаз покровом. И где только столько благодати берет? Доит она, что ли, своих поклонников?

– Ты меня примешь? – спросил я, не разводя долгих политесов.

– Зачем? – подозрительно спросила Беота.

– А ты что, боишься? – в ответ спросил я и решил ее немного подначить. – Не бойся. Я мальчик смирный, насиловать не буду.

Беота посерела. В глазах ее блеснули опасные огоньки, но она сдержалась. Подождала мгновение, прожигая меня глазами. Расслабилась. Прищурилась и промурлыкала:

– А может, я этого хочу?

– Зря, – быстро ответил я, уходя от опасного разговора. – Я воспитан комсомолом и был пионером, а пионер всем пример.

Беота, сбитая с толку моей болтовней, не сдержалась. Она вообще девушка, не знавшая мужской ласки, такая злобная от недотрахнутости. (Думаю, что еще девственница. А кто к такой приблизится? Она, как самка богомола, сожрет того. Вернее, положит на жертвенник.)

– Это кто еще такой комсомол? И что ты из себя строишь, мальчишка? Кому ты пример? Этим неудачникам, что прячутся за тобой? – Мой ответ ее задел.

– Да, и им тоже! – серьезно ответил я. – Мне важен моральный принцип справедливости и чести.

– Справедливости? – сбитая с толку переспросила Беота. О чести она говорить не стала, потому как такого слова в ее лексиконе не было. – О какой справедливости ты говоришь? Ты вообще зачем пожаловал?

– Поговорить.

– О чем?

– Посвататься хочу, – ляпнул я первое, что пришло в голову. Я видел, что Беота не в том настроении, чтобы разговаривать.

– Чего-о?..

Я ее пронял, и это было видно по лицу красавицы.

– Так я могу войти? – вновь спросил я.

– Заходи… – Выражение красивого лица Беоты стало задумчивым, и я им залюбовался. Она это заметила, нахмурилась и скрылась. А я очутился в большой зале с колоннами и служанками. Полуголыми. Без лифчиков. В одних кожаных шортиках и высоких сапогах выше колен. Что за вкус у Беоты? Где она всего этого насмотрелась, в американских фильмах про цариц-распутниц?..

Две служанки, показав мне свои прелестные полушария вблизи, подали на резном столике фрукты и вино. Их запах похотливых тел смешался с ароматом фруктов и вина. Немного закружилась голова, но я, зная характер Беоты, есть не стал. И пить тоже, и остался «непокобелим», как гранитная скала. Еще отравит и скажет, что я пытался в пьяном виде ее изнасиловать. С нее станется.

Вскоре пожаловала и сама «невеста». В белом свободном платье до колен из шелка с золотыми пряжками на плечах. Скорее туника, которая давала простор фантазии. Шиза, увидев ее вызывающий наряд, зашипела, как рассерженная кошка.

– Шлюха-а, – зло выкрикнула она мне в ухо. – А ты кобель! – и тут же исчезла из эфира.

Я почесал ухо пальцем и как смог дружелюбнее улыбнулся. Даже встал, когда Беота пошла ко мне.

– Вы, Беота, просто прекрасны, как самое красивое творение Творца, – сделал я комплимент и увидел, как в конце моей краткой льстивой речи она скривилась.

«Ага, не нравится быть за Творцом, – понял я. – Хочется быть за него. Демиурги недоделанные! Косят под Творца. Что-нибудь дельное бы создали, а так одни понты…» Но вида, что я о ней думаю, не подал и продолжал глупо пялиться и улыбаться.

– Ну-у, – произнесла она, садясь ко мне лицом и беря со стола персик изящной ручкой. – Сватайся… – укусила персик, и это было о-очень сексуально…

– Магическая атака! – завопила, как сирена, Шиза, и я на мгновение увидел, как она несется к озеру со шваброй в руках наперевес, словно это винтовка Мосина со штыком. Подлетела к дракону. Потерла ей его. Он отмахнулся, и я в тот же миг пришел в себя, продолжая глупо пялиться на Беоту и так же глупо растянув рот до ушей.

– Спасибо, крошка, – поблагодарил я Шизу, но с лица очумелое выражение не убрал. Как смотрел с обожанием, так и продолжил смотреть.

– Что случилось с нашим героем, что он решил вспомнить обо мне? – проворковала стервочка.

– Случился Рок, который меня убьет, и я не смогу, вам великолепнейшая, сделать предложение руки сердца.

– Руки и сердца? – удивилась Беота, не обратив внимания на посыл к Року. – Зачем мне твои руки и сердце? Я не людоедка. Или ты решил лечь на алтарь?

– Это так говорят у людей, когда сватаются, – счастливо улыбаясь, пояснил я.

Она покачала головой и что-то заподозрила.

– Постой, а при чем тут Рок?

– Он хочет забрать себе весь материк и все царства, потом придет и за тобой, моя великолепная богиня.

Беота поморщилась от моего сюсюканья.

– И как он хочет это сделать? – спросила она.

– Он уже это делает. Лигирийцы нападут на Вангор и захватят его. Лесные эльфары сговорились с частью домов снежных эльфаров и устраивают в Снежных горах переворот, потом вместе пойдут на орков и уже с ними покорять людские царства… А я… Я потеряю своих поклонников в степи и исчезну, как роса на траве при восходе светила, и не смогу посвататься… Вот пришел проститься…

– Постой! Ты же сказал, что пришел свататься, а теперь говоришь – проститься…

– Ну я понимаю, что у меня шансов нет. Потому прощаюсь, великолепная несравненная, обаятельная и самая привлекательная из богинь, Беота. Мечта моего сердца. Прощайте. – И я сгинул с ее глаз.

– Уф-ф-ф, – выдохнул я. Как же это было нелегко – притворяться дураком. Но все уже позади. Важные слова сказаны, и ничего за это я не заплатил. Я был уверен, что она проверит мои слова и примет превентивные меры. Не дура же она. Если Рок захватит все восточное полушарие, то она на западе не устоит.

Беота, услышав откровения мальчишки, нахмурила брови и задумалась. А когда он взял и исчез, даже не обратила на это внимания.

– Что он говорил о Роке? Тот хочет подмять под себя весь материк? Нет! Он уже это практически сделал! Вот что он сказал и прилетел прощаться… Малыш не дурак и понял, куда завела его самонадеянность, и, будучи под колдовством ее очарования, выболтал все. Он понимает, что попал в ситуацию, когда любые его действия приведут лишь к еще худшему результату… и конечно, он понял, что без своего положения Высокого он ей не нужен.

Беота поднялась с дивана и стала мерить залу шагами.

Что она может сделать? Ну во-первых, проверить его информацию. Может быть, он не так все понял и Рок, мастер обмана, просто его обжулил… Хотя вряд ли. Малыш сам кого хочешь обжулит. Вот ее обжулил, мелкий негодяй. Она даже засмеялась тихим бархатным смехом, вспомнив, как он забрал у нее часть благодати. Беота не злилась. Она была довольна. В их среде появился неординарный хранитель, который, по ее мыслям, может стать для нее неплохой партией. И он не из тех остолопов, что затерялись в лабиринте. Он прирожденный лидер, яркий, целеустремленный, способный побороться с самим Роком и даже сумевший набить тому морду. Такого кандидата в мужья терять нельзя. Его надо поддержать. Подучить… и они вдвоем обрежут Року его крылышки. А то он больно распустил их. Распростер над всей Сивиллой. Но сначала надо собрать все необходимые сведения о том, что делает Рок…

Я вернулся на гору и стал собираться в Инферно. Путь неблизкий и трудный. Сначала нужно дать задачу аналитическому искину разработать необходимое для меня снаряжение. Магия там работает через раз, и можно просто сгинуть по дороге. Жаль, что нельзя пройти на нижний слой на космическом корабле. Во-первых, обнаружат, во-вторых, собьют и усилят контроль за пространством. А мне в связи с предстоящими событиями это не с руки.

Брык меня встретил с докладом.

– Командор, ваш приказ подготовить к заброске орка на задание выполнен. Фома уже на Сивилле. Какие будут приказания?

– Тебе никаких, занимайся своим делом.

Брык скорчил недовольную рожу. Я подумал, что он уже и мимику осваивает.

– Ты чем-то недоволен? – спросил я его, желая подыграть.

– Так скучно, командор, работа, работа… одна работа. Пообщаться не с кем… поговорить. Давайте загадки позагадываем, вы мне, я вам… – Он с надеждой в больших мультяшных глазах посмотрел на меня. – А-а?

– Ну давай! – кивнул я. – Но я загадываю первый. Потом ты, если разгадаешь ее.

– Пойдет, командор, давайте вашу загадку.

Узнать его нам просто.

Узнать его легко.

Высокого он роста

и видит далеко.

Я вспомнил загадку, которую рассказывал Вовке, сыну, на Земле, по одной из многочисленных детских книжек. По-моему, это загадка была для детей до восьми лет. Брыку сойдет. Это обыкновенный жираф, но это, если знаешь про него.

Тот радостно вспыхнул, потом закрыл карие очи и сдулся. Углубился в размышления и поплелся прочь.

Ну вот, теперь не будет досаждать. Я прошел к искину и стал задавать задачки уже ему. Пока он обрабатывал вопросы и анализировал, я лег в медкапсулу и заснул. Проснулся через час бодрым и освеженным. Вылез и поменял одежду. Надел тонкое нательное белье, способное защитить от всего колющего и режущего. Надел ботинки для спецагентов собственной разработки и направился к искину. Тот обработал запрос и выдал мне ответ.

«Для безопасного путешествия по Инферно нужно быть демоном».

Я уставился на круглый шар искусственного интеллекта. Ответ был до безобразия прост и до безобразия нереализуем. Я должен стать демоном.

– Ты тупой? – спросил я и ударил кулаком по поверхности шара. – Я не могу стать демоном.

– Тогда нужны преобразователи энергии хаоса, – ответил искин.

– Это еще что такое?

– Это рога демонов.

– Как их изготовить?

– Нужны исходные материалы. Рога демонов. Для изучения.

– Вот как… И где их взять? – подумал я и пришел ответ от искина:

– В Инферно.

– Ну это ясно, – буркнул я. – Только как их получить? – Лезть туда без снаряжения, как в прошлый раз, я не хотел. Могло и не повезти, как в прошлый раз. Оставался один вариант. Это Алеш Прокс. Опять нужно просить его. Как я не хотел быть ему должным, но все же отправил ему сообщение.

«Дух Демону.

Нужны рога демона. Лучше две пары рогов.

Срочно.

Дух».

Ответ пришел вскоре.

«Демон Духу.

Уточни, что тебе нужно.

Демон».

Я вздохнул и пояснил.

«Дух Демону.

Мне нужны рога демонов для создания снаряжения.

Хорошо бы две пары. Срочно.

Дух».

Ответ.

«Демон Духу.

Как срочно?

Демон».

Я ответил.

«Дух Демону.

Еще вчера.

Дух».

Следом неожиданно пришло сообщение еще от одного адресата. И я, можно сказать, «припух». Нашу переписку читают, что считалось невозможным. У них были коды расшифровки.

«Центр Духу.

Вам поручается осуществить захват агента Демон.

Инструкции получите позже.

Центр».

«Ага, разбежался, – усмехнулся я. – Бегу и падаю. Еще подслушивают». Я переправил это сообщение Алешу. А Центру ответил так:

«Дух Центру

Пошли в жопу.

Пух».

Пришло сообщение от Алеша.

«Демон Духу.

Что намереваешься делать?

Демон».

Ответил.

«Дух Демону.

Ждать рога.

Дух».

От Центра.

«Центр Духу.

Не поняли, что за Пух?

Повторите ответ.

Центр».

Повторил ответ.

«Дух Центру.

Я весь АД послал в жопу.

Повторяю. В жопу.

И вас, и Вейса,

и всю вашу компанию.

Не пишите мне больше.

Пух».

Алеш думал, а Центр строчил:

«Центр Духу.

Вы там пьяны, что ли?

Отвечайте по существу!

Вам объявлен строгий выговор с удержанием тридцати процентов из заработной платы.

Доложите о получении приказа.

Центр».

– О! – удивился я. – Мне платят зарплату! Интересно сколько.

«Дух Центру.

Сообщите размер моей зарплаты

и сколько уже я заработал.

Пух».

Через несколько минут пришел ответ.

«Центр Духу.

Уточняем.

Сообщим в ближайшее время.

Инструкции высланы.

Центр».

«Кто у них там на связи? – подумал я. – Дебил, что ли, последний? Да. Этот спутник, через который отслеживают нашу с Демоном связь, нужно уводить отсюда, но не в Инферно, а к моей станции».

– Брык! – позвал я мастера загадок. Тот появился с грустным выражением на лице.

– По вашему приказу помощник капитана, главный инженер инженерного комплекса Брык прибыл! – доложил он по им же утвержденной инструкции. Я поглядел на луковое чудо. Сам пишет. Сам исполняет. И все сам. Один во многих лицах.

– Брык, а почему ты один? Ведь ты можешь плодить Брыков, как самка муравья муравьев, бесконечно. Создай Брыка-капитана. Брыка – помощника капитана. Брыка-стюарда и оставайся главным инженером…

– Приказ принял! – приложил он руку к козырьку форменной фуражки. – Создаю.

И тут же из воздуха стали возникать одетые в разную форму Брыки. Он сделал их ровно столько, сколько сказал я. Ни больше, ни меньше. Я посмотрел на новую армию Брыков и спросил:

– Кто мне скажет, Брыки есть на спутнике, что вертится вокруг Сивиллы?

Ответил главный инженер:

– Есть!

– Прими для него задание.

– Не могу, командор. У меня другой круг обязанностей. На мне производственный цикл всего инженерного комплекса. Передача сообщений и приказов другим братьям не входит в мою компетенцию. Мне нужно заниматься производственными процессами на перерабатывающем комплексе. Разрешите идти?

Я немного опешил, но разрешил.

– Иди…

«М-да… – подумал я. – Что же я такого натворил, сейчас все будут заниматься узко своими обязанностями… А работать придется мне».

– Кто имеет связь с Брыком на спутнике? – обратился я к оставшимся.

– Я! – ответил Брык в форме капитана Военного флота Новороссийского княжества.

– Примите для него приказ.

– Есть принять для него приказ!

Я передал подготовленное Шизой сжатое распоряжение.

Брык-капитан отдал мне честь и повернулся к Брыку – помощнику капитана.

– Брык, старший помощник капитана, примите к исполнению распоряжение.

Я открыл рот. А когда тот повернулся к Брыку-стюарду, я подумал, что он передаст мое распоряжение новому официанту. Но к моему облегчению, это не случилось.

Старпом скомандовал:

– Кофе и булочку командору!

– Уф-ф-ф, – выдохнул я. – Ну и наплодил же я бюрократию. Всего-то одним невинным советом.

Брык-стюард откозырял и повернулся к дрону.

– Дрон-стюард, кофе и булочку командору.

Я подумал: «Хорошо, что у дрона нет младшего помощника…»

От печальных мыслей меня отвлекло сообщение от Демона.

«Демон Духу.

Рога будут доставлены завтра в Брисвиль. Встреча там же.

С собой привези мою поклажу. Два баула.

Демон».

«Значит, завтра мне нужно быть в Брисвиле, – задумался я, – это хорошо, Тору навещу. Расскажу ей о ее дедушке и о том, что он мне сказал. Еще баулы? Что Демон имел в виду? Два. Его вещей у меня нет, но есть две его „родственницы“. Скорее всего, это о них шел разговор. Уточнять не буду. Если понял не так, верну их обратно».

Глава 6

В другом мире. Инферно.

Закрытый сектор. Снежные горы.

Нейтральный мир. Город Брисвиль. Высокие планы бытия.

Космос закрытого сектора. Королевство Вангор. Город Азанар.

Открытый космос. Станция 57Т

На стол штаб-гринадира Эрата Штифтана, исполняющего обязанности начальника управления АДа, легла краткая сводка. Рина, секретарь, положила ее ему под нос и удалилась, гордо вздернув носик. Штифтан растерянно посмотрел ей вслед. В последнее время между ними протянулась нить симпатии. Ему нравилась эта бойкая и уверенная в себе девушка, и он ловил на себе ее задумчивые взгляды. Но вела она себя несколько официально и отстраненно. Вот и сейчас доложила, положила и ушла.

Он не знал, как себя вести. С одной стороны, он был ее начальником, с другой – она ему нравилась как женщина. Штифтан терялся. Он, не видя букв, смотрел на листы сводки. В АДе был принят архаичный регламент подавать сводки на листах бумаги.

Наконец Штифтан сумел собраться и отстраниться от мыслей о Рине. Он углубился в чтение, и тут его глаза непроизвольно стали очень большими: выплыли на свет Демон и Дух. Теперь вся информация об экспедиции Вейса была у него, и он же получил в свое распоряжение спутник, что в свое время взяли под свой плотный контроль спецы Центрального офиса АДа. Теперь спутник, как и положено, был в его распоряжении. Именно оттуда пришел перехват переговоров двух бывших агентов.

Вейс особо сообщил ему о том, что, если Демон проявится как-нибудь, сообщить сразу ему. Штифтан нажал кнопку селекторной связи с секретарем.

– Рина, зайди! – приказал он.

Девушка тут же зашла.

– Рина. Сводке по закрытому сектору присвоить гриф «Совершенно секретно». Эту бумагу уничтожить. Без моего письменного приказа информацию никому не открывать… Иди.

Рина удивилась, но не подала вида. Только с обидой насупилась. Этот сухарь вновь не обратил на нее внимания, а она сделала новую прическу и подправила брови… И все ради него.

Эрат Штифтан поднялся со своего места и направился на выход.

Уходя, он сообщил секретарю:

– Рина, меня не будет около часа.

– Я поняла! – раздраженно бросила она в спину начальнику.

Штифтану было не до того, чтобы разбираться в нюансах ее ответа. Он быстро покинул офис и направился на конспиративную явку Вейса. Хотя она уже по факту стала его, но он все равно продолжал называть ее явка Вейса. Там он включил аппаратуру связи и набрал текст.

«Дядюшка.

Пришло сообщение от твоего безработного племянника и его друга. Жду твоей реакции.

Твой любимый племянник».

Реакция пришла через двадцать минут.

Из динамика раздался искаженный голос Вейса.

– Штифтан, сынок, рад тебя слышать. Как дела?

– Пока нормально, работаю, – ответил Эрат.

– Это хорошо. Я слышал, ты эффективно работаешь. Молодец. Рина тебе нравится?

– Рина? – Штифтан замялся. – Да, мне она нравится. Хороший секретарь.

– Только как секретарь? А как девушка? Ты смотри, Эрат, не упусти этот цветочек. Она хорошая для тебя пара. Красивая, образованная, умная и преданная… Ее можно повысить до заместителя начальника секретной части. Я ее придерживал, потому что не хотел терять такого способного секретаря.

Штифтан, не ожидавший такого вопроса от Вейса, вспотел. Вытер платком лоб и ответил:

– Она мне нравится, Вейс… Но я не знаю, как к ней подступить, – не стал врать Штифтан.

– Я так и понял, – ответил Вейс. – Дам совет. Будь с женщинами проще. Скажи ей, что она тебе нравится, и, если ты ей тоже нравишься, она ответит тебе взаимностью, но сначала переведи ее, как я тебе посоветовал. А то возникнет неловкая ситуация. Роман начальника и секретаря – это не приветствуется. Она прическу поменяла?

– Да.

– Ты ей комплимент сделал?

– Э-э-э… Нет.

– Правильно поступил. Она в тебя влюбилась, парень, поздравляю. Я ее хорошо изучил. Хочет тебе понравиться. Дерзай… Так что там по Демону и Духу?

– Они вели переговоры, которые мы перехватили. Демон находится Инферно. Дух на Сивилле. Хотят встретиться в Брисвиле…

– Когда? – уточнил Вейс.

– Завтра.

– Жаль, не успею туда попасть на встречу. Им указания какие-нибудь были даны?

– Да. По закладке из Центра, Духу ушел приказ захватить Демона.

– Идиоты, – беззлобно проговорил Вейс. – Отмени приказ. О чем они говорили между собой?

– Дух просил рога демонов.

– Зачем?

– Вроде как для создания снаряжения.

– А что просил взамен Демон?

– Два баула с вещами.

– Шифруются, стервецы. Дай задание моему искину проанализировать переговоры. Еще что говорили?

– Да. Дух послал АД в задницу… и…

– Ну что еще за «и»? Не тяни, – поторопил его Вейс.

– Вас тоже послал в задницу.

– Меня? За что?.. И откуда он меня знает?.. Если это, конечно, не тот Дух, что был захвачен мной и удрал. Вот негодник, отправил меня подыхать на Материнскую планету и теперь еще посылает… Хотя имеет право. Я там поизгалялся над ним. Встретит – может убить. Он такой. Готовься, Штифтан, в командировку. Встретишься с Демоном. Я бы сам поехал. Но боюсь, после всех событий это будет поездка в один конец. А я еще пожить хочу. Инструкции получишь после. Пока, Штифтан, удачи тебе.

Вейс отключился, а Штифтан остался сидеть, переваривая весь разговор заново. Он прослушал его еще раз по записи и задумался.

С Риной он именно так и поступит. Но ехать в закрытый сектор для встречи с Демоном – это опасно. Демон очень непростой агент, ушел от чистильщиков, разрушил планы синдиката и имеет компромат на высоко стоящих людей… Его, Штифтана, тоже могут убрать на всякий случай. Но и ослушаться приказа Вейса он не мог. Тот был единственной силой, что его защищала. Как руководитель управления, Штифтан нажил уже много врагов…

«Ладно, буду готовиться к поездке», – решил он.

Вернувшись обратно, он сделал Рине комплимент.

– Рина, у тебя сегодня прекрасная прическа, ты выглядишь просто очаровательно. Зайди ко мне. – Он прошел мимо замершей от неожиданности девушки и скрылся в кабинете.

Рина вошла и растерянно посмотрела на серьезного начальника.

– Рина. Ты давно уже переросла свое место. Ты девушка образованная, умная, и я перевожу тебя на новую должность. Должность заместителя начальника секретной части. Подготовь на себя приказ, я подпишу.

Девушка еще с большей растерянностью смотрела на шефа. Ее губы от обиды задрожали, и в голосе появились слезные нотки.

– Но почему, шеф?

– Потому, Рина, что ты мне нравишься. А роман начальника и секретарши не приветствуется. Поняла?

– Поняла, шеф… – машинально ответила девушка, с изумлением глядя на уверенного в себе Штифтана, который ранее стыдливо прятал от нее заинтересованный взгляд. – Эрат, я быстро. – Она повернулась, чтобы уйти, но тут же обернулась обратно.

– Я правда тебе нравлюсь, Эрат? – спросила она, и глазки ее заблестели.

– Очень, Рина.

– Тогда я мигом.

Она упорхнула, оставив одного наедине с собой Штифтана, который с трудом смог удержать вид уверенного в себе мужчины. После ее ухода он устало опустил плечи. Он признался себе, что быть настоящим мужиком перед женщиной, которая ему нравится, было трудно. Он посидел и вызвал Мишеля, командира взвода боевой поддержки.

Небо было заполнено звездами. Ганга лежала и смотрела на это темное, новое для нее небо. Сна не было, одни лишь мысли будоражили ее ум и чувства.

Холодная, пустынная ночь прошла относительно спокойно. Отпугивающие устройства каравана работали неплохо. Им Ганга помогла своим магическим даром. Распространяла по периметру стоянки волны страха. Даже часовые ежились и осматривались в эту ночь. Они не смогли задремать. Твари обходили Оазис стороной. Снежный эльфар, поев и отдохнув, перед сном решил устроить концерт. Он встал, отошел в кусты и стал распеваться.

– О-О-О-О! А-А-А-А! УА-А-О-О! – слышалось оттуда. Затем он вышел и, встав перед костром, где расположилась Ганга, запел. Ганга изумленно посмотрела на снежного эльфара. Такого она от него не ожидала. Эльфар действительно обладал музыкальным магическим талантом. Его пение завораживало, и все вокруг замирало. Замерли верблюды, погонщики, воины и дворф. Он закрыл глаза, и на его бородатом лице гуляла блаженная улыбка. У границы их стоянки остановились два дракона и замерли, как статуи. Он пел о родине, о матери и об утраченных надеждах. Да так проникновенно, что Ганга не выдержала и прослезилась. Ей вспомнились ее будни в орочьем стойбище. Рано ушедшая за край мать, отец, который в ней души не чаял и тоже умер, сломав себе шею. Дед, который любил ее, но был строг. Воспоминания всколыхнули все ее зачерствелые чувства, и она, прикусив губу, с мольбой обратилась к своему суженому:

– Ирри, родной! Услышь меня. Я жива… Не бойся за меня… Все будет хорошо, родной…

И он откликнулся:

– Я тут, родная, я слышу тебя. Мы ищем тебя… жди. Ничего не бойся…

– Ганга, сестра моя. И я тебя слышу! Что с тобой? Где ты? – это ответила ей Ильридана. – Я приду тебе на помощь…

Пение закончилось, и голоса исчезли. На стоянке установилась небывалая тишина. Даже ветер стих и затаился в листьях деревьев. Постепенно все стали отходить. К эльфару подошел Лу Мин и положил у его ног золотую монету. Он вытер глаза и тихо произнес:

– Спасибо, бледнолицый, ты помог мне вспомнить Родину, – и отвернулся, вытирая слезы на глазах. За ним подошел чернокожий Ремсурат и тоже положил у ног эльфара золотую монету.

– Ты пел божественно, – произнес он и похлопал его по плечу. Следом потянулись остальные. Горка монет у удивленного снежного эльфара росла. Купец положил два золотых и неопределенно покачал головой. Ничего не сказал и ушел в темноту.

Все уснули умиротворенные, кроме часовых, что вздрагивали от любого шума.

Рассвет принес с собой теплые лучи светила, пение птиц и… фримданов. Их стоянку плотным кольцом окружили всадники на лошадях, и их было много, несколько сотен. Они не нападали, а стояли молча, окружив лагерь.

– Приехали! – зло проговорил Ремсурат и стал оглядывать ряды всадников.

Коротышка был прав. Их у Оазиса ждали пустынные разбойники. Он оказался провидцем.

Рядом с всадником, который держал бунчук племени, поднялась рука с веткой.

Ремсурат обернулся к хмурому купцу.

– На переговоры зовут, – проговорил он. Тяжко вздохнул и направился к своему дракону, сел и выехал навстречу к тому, кто держал ветвь.

Он ехал не спеша, обдумывая, что понадобилось столь большому войску фримданов здесь, у Оазиса. Это была мирная территория, и закон пустыни не разрешал нападать на путников, иначе судьба не будет благосклонна к нарушителю правоверных традиций.

Он подъехал ближе и остановился в пяти метрах от переговорщика. Натянул поводья и, ни слова не говоря, посмотрел на седого жилистого фримдана с ветвью.

Тот тоже выдержал паузу, разглядывая чернокожего. Затем произнес:

– Ты с юга, воин, из полосы влажных лесов, и знаешь наши законы. Я Эрмискар, хубаб племени Шаалво. Мы хотим забрать воительницу альмар и бледнолицего певца души. Вы же можете следовать дальше.

– Я Ремсурат, начальник охраны каравана. Я передам ваши требования, хубаб саи Эрмискар. Альмар и певец не принадлежат каравану, они пристали в дороге. Мы за них не отвечаем.

«Хубаб – вождь. Альмар – женщина».

– Я услышал тебя, черный, – презрительно скривился пустынник. – Альмар сражалась за вас. Иди и передай наши требования тому, кому они предназначаются. – Он бросил ветвь на песок.

Ремсурат плотно поджал губы. Ему было стыдно. Его признали недостойным. Он отказался от вампира, а она действительно сражалась за караван. Он молча натянул поводья, уводя дракона направо, и поехал в сторону каравана.

«А что я мог сделать? – уговаривал он сам себя. – Что мы могли сделать с таким войском? Сгинуть в песках, как другие?»

– Они требуют выдать им вампира и певца, – сообщил он купцу. Тот обернулся к Ганге и позвал ее, помахав рукой.

– Уважаемая Ганга, тут такое дело… – начал он спокойно и огорченно. – Фримданы требуют вашей выдачи и еще этого бледнолицего певца. Мы не можем с ними сражаться и не можем вас выдать. Может, у вас есть какой совет?

Ганга оглядела волнистую линию воинов пустыни. Несколько десятков стражников для них на один зуб. Их уничтожат в первые минуты боя. Что так ее возьмут в плен, что эдак.

«А купец молодец, не струсил, – подумала Ганга. – Готов сражаться, а не выдать».

– Я сама к ним пойду, – произнесла она. – Спасибо, саи Рахим, что не выдали меня. Но за меня умирать не надо. Я не привыкла прятаться за чужими спинами. Мира вам и спокойной дороги, – напутствовала она купца поговоркой орков и направилась к своему костру.

Ей в спину тихо с облегчением выпустил воздух из груди Ремсурат.

– Обошлось, – произнес он. Купец глянул на него, но ничего не сказал.

Ганга подошла к костру.

– Значит, так! – произнесла она. – Меня и эльфара забирают фримданы. Ты, – она кивнула на дворфа, – можешь ехать с караваном.

Башмунус аж подпрыгнул на месте.

– Как с караваном?! Я с вами, госпожа Ганга! Если выживем, то вместе, а если умрем, так с оружием в руках. Я готов драться с этими исчадиями песка… – Он поправил щит за спиной и повертел в руках меч пустынников. – Жаль, кольчужки нет, – проворчал он. Ганга улыбнулась на его воинственность. Ей стала приятна преданность дворфа.

– Я не умею держать меч в руках, госпожа, – следом ответил эльфар. – Я сожалею, что подался на уговоры братьев и затащил вас сюда. Простите меня, если сможете… Я буду петь посмертную песнь героев, и с тем… умрем…

– Ну помирать я пока не собираюсь, Шав. Но идею ты подал правильную. Пой, как только выйдем из Оазиса. Ты, Башмунус, прикрывай мне спину. Мы покажем этим песчаным червям, чего стоят жители Сивиллы.

Они тесной кучкой под молчаливые скорбные взгляды всех, кто был в караване, пошли прочь. Неожиданные попутчики пришлись по душе всем. Ганга активировала свой молекулярный меч. Дворф прикрылся щитом и твердо держал в руках меч пустынника. Эльфар тащил мешок и шел третьим. Ганга стала собирать всю энергию, что могла собрать и не погибнуть. Прошлый опыт ей дался нелегко, но жених научил ее контролировать себя.

– Пой! – не оборачиваясь, приказала она, и дворф передал ее приказ.

– Давай, снежок, пой свою посмертную песню.

Эльфар набрал в грудь воздух, и над пустыней разнесся неожиданно могучий бас. Тяжелый, торжественный звук даже не песни, волшебных, пугающих своей мощью звуков стал подниматься выше и вширь. Волной распространялся по песку, заставляя его кружиться. Сначала робко, а затем все сильнее и быстрее. Магия Ганги вошла в резонанс с песней, и вокруг троицы образовался врывающийся смерч из песка. Они шли прямо на фримданов, и те не выдержали, дрогнули. За спинами вождя раздались испуганные крики:

– Дейва! Дейва!..

– Молчать! – закричал хубаб. – Схватите их! – И направил свой меч в сторону троицы.

Ближайшие командиры передали его приказ, и волна воинов хлынула на приближающихся смельчаков.

Ганга увидела это и усилила сбор энергии. А песня эльфара загремела над пустыней. Всадники, достигшие круговорота песка, попали под мощный поток ветра, песка и магии. Их сбивало с лошадей, уносило, закручивало вместе с песком. И вот уже десятки фримданов, отчаянно вопя, кружились в смерче. А он поднимался темной тучей и следовал за троицей.

Такого в пустыне еще не видели. И поглядев на то, что случилось с теми, кто поспешил, остальные пустынники стали отступать. Остался только вождь, давший команду захватить троицу, и с десяток его ближних соратников.

Ганга уже не видела, что происходит за стеной песка, пыли и летающих тел фримданов. Она шла наугад в сторону старика, что махал мечом. И тот, видя, что смерч приближается к нему, сдался. Он развернул отчаянно ржущего от страха коня и поскакал в пустыню.

У Гáнги заканчивались силы. Запас магии еще был, и его было много, но удерживать под контролем сырую энергию, что набрала силы и превратилась в настоящий смерч, было уже не под силу. Она отпустила управление, и бесконечно высокий столб песка, сверкая молниями, сорвался с места и, набирая силу урагана, самостоятельно направился по одному ему понятному пути. Ганга применила телепорт, и они мгновенно очутились в стороне от эпицентра разыгравшейся бури. А столб песка на глазах пораженной силой стихии троицы черной, сверкающей молниями башней уходил вглубь пустыни. Фримданов нигде не было. Лишь отдельные тела, разбросанные вокруг, валялись без дыхания на песке, полузарытые, с ободранной до мяса и костей кожей. От увиденного ее передернуло.

– Хватит, Шав, петь. Молодец. Остановись, – устало попросила эльфара Ганга и без сил опустилась на песок. Эльфар прекратил свое пение и тоже устало сел рядом.

На то, что происходило в стороне от Оазиса, с ужасом смотрели караванщики. Все они отдали должное мужеству троих нелюдей, которые пошли на верную смерть. Их или убьют тут, или принесут в жертву дейвам в разрушенных городах чернокнижников. Их участь была печальна. Их жалели и не могли ничем помочь. Но неожиданно запел бледнолицый певец, и эта песня была подобна приходу самой смерти. Ее торжественные, печальные звуки пробирали слушателей до дрожи. Она ложилась на души всех, кто ее слушал, страшной обреченностью, и песнь звала. Звала на последний смертельный бой. Трое уходили, чтобы погибнуть как герои. От этих звуков поднялся песок и закружился в смертельно красивом танце. И все почувствовали приближающуюся скорую погибель. Эта троица звала госпожу смерть. И та пришла. Ужас сковал сердца воинов, караванщиков и самого купца. А что творилось среди фримданов, можно было видеть со стороны. Часть из них тут же покинула войско и по частям устремилась прочь. Остальные, ведомые волей седого вождя, бросились в смертельную схватку с призывателями смерти.

Купец лишь подивился безрассудству пустынников. Он на их месте бежал бы и бежал без оглядки. Что, в общем-то, и случилось через пару минут. Вихрь захватил зарвавшихся смельчаков, стянул с лошадей и закружил в массах набиравшего скорость песка. По пустыне, вторя песне, раздался многоголосый вопль предсмертного ужаса. Смерч вокруг троих бойцов стал подниматься и превратился в хорошо известное купцу торнадо. Это вампирша призвала силы стихии пустыни. Он увидел в столбе черную огромную фигуру с косой, и от нее в разные стороны били разряды молний. Фримданы в ужасе разбегались по пустыне. А эти трое шли к оставшимся безрассудными в своей глупости фримданам. И вскоре последние пустынники повернули ржущих от страха коней и бросились удирать.

А еще через несколько ужасных минут смерч устремился за ними вглубь пустыни, а трое нелюдей стояли и смотрели ему вслед.

«Жаль, что мы их отпустили, – подумал купец, – с такой охраной мы могли бы ночевать в городах дейвов…»

Дворф сел и расхохотался.

На него с изумлением посмотрели Ганга и снежный эльфар.

– Ты чего хохочешь? – устало спросила Ганга.

– Да мне тут фея говорит, что я бог и создал бурю. Говорит, что она соберет свободных айне, так называется ее народ. И будет проповедовать. И еще говорит, что покажет нам короткую дорогу на юг. Надо будет перейти реку и идти старой дорогой. Там много оазисов и городов. Это земли фримданов, злых людей и колдунов. Они ловят айне и заставляют их им служить. Но со мной, богом, они станут свободными. В общем, она зовет нас наказать злых фримданов и обещает помощь всех айне. Так что я теперь бог для малышей. Молитесь на меня, – и он снова громко рассмеялся. Вместе с ним засмеялись и Ганга с эльфаром.

Я стал свыкаться с жизнью скорохода-прыгуна. Везде надо успеть и везде срочно. Вот сейчас мне надо в Азанар. По пути загляну домой, в замок. Порадую Чернушку.

В замок я попал под вечер, и в нем царила суета.

– Что случилось? – остановил я Лию. Она вздрогнула и с почти священным ужасом посмотрела на меня.

– Это вы, милорд? – не веря своим глазам, спросила она. – Или это ваш двойник?

– Лия, это я. Что тут происходит?

– А как вы тут оказались, милорд? – с подозрением глядя на меня и оглядывая с головы до ног, спросила дворфа. Она даже принюхалась, пытаясь понять, не пахнет ли от меня серой.

– Я, Лия, могу перемещаться в любую точку замка, и времени торчать у его ворот у меня нет. Так что быстро говори, что тут происходит.

– Ой, милорд, как мы рады, что вы вернулись! Вы надолго?

Теперь я уставился на вечно серьезную и организованную дворфу. Она мне отвечала невпопад и вопросами на мой вопрос.

– Я на ночь. Потом опять в путь. Что тут проходит? – я посуровел.

– А вы не знаете?! – всплеснула она руками.

– Лия! – Я начал звереть. – Откуда мне знать, я только прибыл…

– А почему один, где Ганга? Вы ее не нашли?

– Нет. А откуда ты знаешь, что ее надо искать?

– Так мы тану Чернушку собираем в поход на поиски таны Ганги.

– Куда? – Я прямо вытаращился на дворфу.

– В поход, милорд. Спасать Гангочку. Она, как услышала от той, что та попала в беду, так прямо и сказала: «Не могу, мол, оставить сестру одну. Пойду ее спасать. Найду Фому, и мы ее спасем. И ее ребеночка тоже…»

Тут дворфа пустила слезу и стала вытирать платком глаза.

– Час от часу не легче! – Ударил я себя руками по бокам. – И эта туда же. Где она сейчас?

– У себя, милорд…

Я помчался к ней в комнату, а мне вслед донесся голос Лианоры:

– В оружейке.

Я сменил направление и спустился вниз на первый этаж. Там в оружейной кладовой в походном костюме с небольшим, но заметным животиком стояла Ильридана и сосредоточенно выбирала оружие. Меч, кинжал. Все тщательно осматривала, на табурете рядом с ней лежали орудия наемного киллера, удавка, метательные ножи и пара флаконов с зеленой этикеткой.

«Еще и яд припасла, – покачал я головой, – вот неугомонная».

– Чернушка! – позвал ее я, и она резко обернулась, прищурилась, держа кинжал наготове. Затем потянула носом и расслабилась. Положила кинжал и бросилась мне на шею. Обняла и заплакала.

– Я так рада, родной, что ты приехал. Я как раз собиралась тебя искать и помогать спасать Гангу…

– Стоп! – остановил я Чернушку. – Стоп! Куда ты собралась?

– Спасать Гангу, – шмыгая носом, повторила моя чернокожая невеста.

– А я тебе разрешал покидать замок?

– Нет, родной, но я не могу ее оставить одну с ребеночком в чужих краях. Ты не волнуйся, мы с Фомой ее найдем. Ты же ему поручил ее искать?

– Откуда ты это знаешь? – подозрительно спросил я.

– Я слышала…

– Что ты слышала?

– Как ты сказал, что Фома ее найдет. Я помогу…

– И как ты собиралась искать Фому? – почти насмешливо спросил я.

– Я бы сначала нашла тебя, ты бы сказал, где Фома, и отправил бы меня к нему, – наивно рассуждая, сообщила она мне свои планы.

Мне осталось лишь хвататься за голову. Куда делся ее ум? Я так и спросил:

– Куда ты дела свой ум?

– Никуда не девала, мне за Гангу страшно.

Она смотрела преданно и с радостью мне в лицо. И верила, что я на самом деле ее отправлю с Фомой. Дурдом!

Я, не веря своим ушам, смотрел на дзирду. Что в этом замке произошло в мое отсутствие? Почему все вдруг разом поглупели? Десять раз глубоко вздохнул, взял ее за руку и проговорил:

– Нам надо это обсудить. Пойдем прогуляемся по крыше замка.

– Пойдем, родной! – радостно ответила мне Чернушка и прижалась ко мне своим боком.

– Отправь ее на базу и дай новую программу выживания, как дал чигуане и Фоме. Потом дай задание охранять замок. Думаю, скоро надо ждать гостей от Рока, – дала совет Шиза. Я молча кивнул ее словам. Чернушка приняла это на свой счет. Она в это время говорила, как надо искать Гангу в чужой вселенной.

– …И я заберу у него свиток с телепортом… – закончила она.

– Чего ты заберешь? – переспросил я.

– Свиток. Он же дал его похитителю. Значит, у него должен быть дубликат…

– У кого?

– У Рока, родной!

– О боже! – Она собралась с удавкой и ядом посетить дворец Рока. Я даже вспотел от этой мысли и понимания того, что произойдет потом. Неужели он и это учел?..

Между тем мы поднялись на крышу, где можно было без свидетелей поговорить.

– Слушай меня внимательно, Чернушка, – строго произнес я. – Я тебя отправлю на переподготовку. Такая, как ты сейчас, ты не справишься с заданием. Потом останешься тут и будешь смотреть в оба глаза…

– Я и так смотрю двумя глазами, родной. Ты этого разве не видишь? – И она заморгала, показывая, что имеет два глаза.

– Вижу, – буркнул я. – Я имел в виду, что на замок готовится нападение. Скоро будут искать Тору или попытаются похитить тебя. Надо будет защищаться…

– Хорошо. – Чернушка сразу стала той, что управляла войском дзирдов. Уверенной, осторожной и самостоятельной командиршей. – Я готова к переподготовке… А ночевать ты останешься?

– Останусь…

– Уй-й-й. – Она бросилась мне на шею, и я утонул в ее объятиях.

Потом был ужин. Лианора вся извертелась, но не спрашивала про Бурвидуса. Но по ее глазам я видел, как ей страшно хочется узнать, что с ним.

– Лия, – не стал томить ее я, – твой жених стал священником и пророком. Он был призван вашей богиней… и получил признание в городах дворфов в Снежных горах. Он стал выдающимся дворфом и творит чудеса.

Улыбка медленно слезала с лица дворфы.

– Вот как? – тихо и безжизненным голосом произнесла она. – Он ничего мне не передавал?

Я замялся. Что-то я упустил этот момент. Забрал болтуна среди ночи и оставил Лию в неведении того, что с ее женихом стало. А когда начал рассказывать, то сильно ее огорошил.

– Он хочет все тебе рассказать при личной встрече, – нашелся я.

– При личной встрече? – кривая усмешка перечеркнула ее красивое личико. – О чем?..

– Сама все услышишь. Я поем, а потом он прибудет сюда, и вы поговорите…

– А нужно ли?.. Он большой дворф, я маленькая… прислуга. Разве мы теперь пара?..

Я понял, о чем она думает. Зная тщеславие Бурвидуса, Лианора посчитала, что она стала для этого болтуна, вознесшегося на вершину дворфоской аристократии, слишком низкого звания. И он посчитает ее недостойной.

«Но это вряд ли. Я ему тогда такую жизнь устрою…»

– Не печалься, Лия, доверься мне, – приободрил ее я.

Мы ужинали несколько скомканно, и разговор не вязался. После ужина я отвел Чернушку в свою комнату и приказал меня ждать. Сам перенесся на свою гору и вызвал Авангура.

Хранитель и покровитель пророков явился сразу.

– Чего надо, командор? – Он обнимал зардевшуюся Мату. Видимо, сегодня был его день свиданий.

– Мне нужен Бурвидус, – решительно заявил я. – Его невеста плачет и хочет видеть этого оболтуса. А вы не уходите. Прикажите ему любить и холить Лианору.

Бурвидус проповедовал в столице Снежного княжества. Его слушали внимательно и с уважением. Слухи о чудотворце разнеслись по всем городам и постоялым дворам дворфов в Снежных горах. Я видел, что за очень короткое время дворф заматерел и держался весьма уверенно. Братья, трое хранителей, что слушали его и помогали ему, подтвердили мне, что вера его сильно выросла.

– Ну что, сотворим чудо? – решил я и ушел в ускоренный режим восприятия. Схватив дворфа за шиворот, забрал его на гору. Тот в это время говорил о силе и чудотворной молитве.

– Да будет так… – произнес он и исчез.

Я бросил его к ногам Маты и тоже скрылся за невидимостью.

Бурвидус, продолжая находиться в проповедническом экстазе, выпрямился и на автомате продолжил:

– Все вы, кто не поверит в Мату, сестру Беоты, будут прокляты. – И стукнул себя три раза ладонью, присел и звонко прокукал: – Ку-у! – И так остался стоять с расставленными руками в полуприсяде, во все глаза смотря на свою богиню. А та возмущенно произнесла:

– Бурвидус, ты почему бросил свою невесту Лианору?

Бурвидус от удивления таращился на «богиню» и молчал.

– Что скажешь? – сурово спросила Мата. И Бурвидус ожил. Упал на колени и тут же истово заговорил:

– Не бросал я мою любушку, матушка богиня, не бросал. Весь в заботах и делах праведных. Некогда свою жизнь устраивать. Грехов много накопилось у народа твоего. Стяжатели, прелюбодеи, воры!.. – возвысил он голос. – Искореняю, искореняю, а им конца и края нет. Вот думаю, может, сжигать еретиков?..

Я даже дернулся от его слов и показал Авангуру кулак. Тот тоже удивленно вытаращился на дворфа.

– Не сметь даже думать об этом! – твердо пресекла его крамольные мысли Мата. – Я не принимаю жертвы убитыми и казненными разумными. Лишь молитвы и просьбы. Запомни это!

– Запомнил, матушка, запомнил, – затараторил Бурвидус.

– А теперь ступай к своей невесте и покажи ей, как ты ее любишь.

– Покажу, матушка, ох как покажу. – Бурвидус стукнулся лбом о мрамор пола, а подняв голову, оказался в большом обеденном зале моего замка. Он ошалело оглядел пространство и перекрестился. После чего произнес в лицо одеревеневшей Лианоре: – Ку-у!

Лианора посмотрела на меня с мольбой в глазах, но я, сидя на своем месте, лишь пожал плечами. Мол, ничего не знаю и знать не хочу. Разбирайтесь сами. И она разобралась.

– Бурвидус, – строго произнесла она, как могла произнести только она. – Ты чего это на себя напялил?

Дворф был одет в красную мантию, расшитую золотом, и такую же тюбетейку.

– Ты что, бабой стал? Или магом огня?

– Ни тем и ни другим, любушка моя! – заговорил дворф. – Меня богиня Мата направила к тебе, чтобы я показал тебе свою любовь. Прими же, моя любимая Лианорочка, благую весть и восстань к вечной жизни. Ибо как сказала богиня Мата, сестра Беоты…

Дальше я слушать не стал, а вернулся к себе, где скучала Чернушка. Она увидела меня, и ее халат упал к ее ногам, открыв мне на обозрение пополневшее тело красавицы. Я подошел и обнял ее.

Ночь делили со мной Чернушка и Шиза. Та отдавалась так, словно сто лет не имела близости. И под утро Чернушка, которая старалась за двоих, усталая и обессиленная, забылась крепким сном. А ко мне в комнату кто-то робко постучал.

Я встал тихо, чтобы не разбудить невесту, и, укрывшись простыней, открыл дверь. На пороге стояла с замученным видом Лианора. Впалые глаза и темные круги под глазами, беспокойно бегающий растерянный взгляд удивили меня.

«Она что, вагоны ночью с металлом разгружала?» – пришла мне в голову первая мысль.

– Милорд, – воровато оглядываясь, попросила она. – Заберите этого неугомонного проповедника…

– А че так? – спросил я.

– А он полночи заставлял меня кукать, а потом полночи не слезал с меня. У меня все горит и плавится между ног. Прошу вас, заберите… – И такая мольба проснулась в ее красивых глазах, что я согласно кивнул.

– Хорошо, Лия, вернусь из Азанара и заберу его с собой…

– Нет, милорд, – испуганно вскрикнула дворфа. – Сейчас отправьте к… куда-нибудь, где много грешников. Я уже покаялась во всех грехах, и наприседалась, и накукалась… Пожалуйста, – взмолилась она, – я до следующего утра не доживу…

– Ладно, где он сейчас?

– Спит, сердешный, – радостно ответила дворфа. – Вот не знала, что он такой ненасытный… и все с молитвой… Лезет на меня… Простите, но не могу не сказать, и твердит: «Благослови на труд и любовь, матушка Мата…» И как начнет… как начнет… Мочи уже нет…

– Пошли, – сказал я, и Лия потащила меня к своей комнате.

Бурвидус спал, раскинувшись на кровати, укрытый простыней. Его одеяние было аккуратно сложено на скамье в изголовье. Из-за моей спины выглядывала Лия и, поднимая глаза кверху, бросала на меня красноречивые взгляды. Мол, скоро он исчезнет или нет?

Я перенес спящего дворфа на свою гору и приказал бродящему без дела Роструму отправить дворфа, когда он проснется, в столицу Снежного княжества. Сам же вернулся обратно и лег на кровать, обняв спящую Чернушку.

Утром, но не ранним, я вошел через проходную академии магии в Азанаре. Мне нужно было узнать, по какой причине моих вассалов забрали вновь. Дежурный маг увидел меня и окликнул.

– Господин граф, прошу вас, остановитесь. Для вас есть предписание. Приказано вручить тотчас, как вы появитесь в академии.

Я остановился и вернулся, получил запечатанный сургучом пакет. Повертел его в руках.

– Мессир, вы знаете, что произошло и почему нет учеников в академии.

– Почему нет, – удивился маг. – Есть первый курс. А второй и третий отправлены помогать лесным эльфарам в их войне с орками. Кстати, там, – он указал взглядом на пакет, – вам предписание прибыть к мессиру Гронду в столицу. Это мне было приказано сообщить вам, если вы случайно потеряете пакет. И еще, ваши вассалы, господин граф, тоже направлены в Вечный лес.

Я лишь кивнул. А что я мог сказать? Обложили меня со всех сторон…

Фома замер с поднятой ногой. Присутствие здесь вдали от леса пяти лесных эльфаров не предвещало ничего хорошего. Звезда рейдеров. И спрашивается, чего они забыли в этой глухомани? Пройти мимо? Но его засекли и будут преследовать. Оставлять за спиной такую опасность он не хотел.

Оценив свои и их возможности, Фома решил постараться расправиться с пятеркой рейдеров. Он понимал, что они тоже умели хорошо скрываться, как и он. Но у него был сканер, засекавший живых существ, а у них нет. И был фактор неожиданности, что играл на его стороне.

Пусть думают, что он ничего не заметил. Он подойдет к воротам и телепортом прыгнет к тем, кто на стенах. Сначала разберется с ними. Потом займется теми, кто сторожит у ворот. Только ориентироваться придется по сканеру. Фома достал и актировал станер. Нагнулся, показывая наблюдателям, что поправляет обувь и этим вызвана задержка. Затем двинулся в сторону крепости. Он шел не спеша, но неуклонно к стенам крепости. Красные точки переместились. Они стали ближе к воротам. Он подошел к стене в метрах пяти от ворот справа и прыгнул на стену, прямо к одному из засевших в засаде рейдеров. И тут же применил станер. Убивать лесного эльфара он не стал, чтобы другие не подняли тревогу. Затем переместился на другую от ворот сторону стены и тоже применил станер. Два противника выведены из строя. Двое других находились внизу. Последний, пятый подстраховывал их в глубине крепости за колодцем.

«Видимо, командир пятерки», – догадался Фома. И он начал с него. Вот его он зарубил, и тут же двое рейдеров у ворот стали быстро расходиться в стороны. Они заметили или ощутили потерю своего бойца.

Действовали они слаженно и быстро. Но против них сработало то, что они думали, что два других их товарища дееспособны, и поэтому играли роль приманки, ожидая от тех нападения сверху. А Фома знал, что рейдеры используют живую ловчую сеть, и остался стоять рядом с телом убитого лесного эльфара. Его окружали, обходя справа и слева. Каким-то образом они его или видели, или чуяли. Он это понял и стал медленно отходить. И там, где он стоял ранее, разорвалась удушающая бомба. Повалил дым.

Один из рейдеров, находясь под скрытом, бросил ее, но Фома уже был за их спиной и сам применил магию. Стал расстреливать эльфаров из браслетов убойными ледяными иглами. Он сбивал эльфарам актированный магический щит. Стрелял из двух рук, и там, куда попадали ледяшки, были видны сверкающие вспышки магического защитного поля.

Эльфары оказались не дураками. Они поняли, что с их товарищами на стенах творится что-то неладное, и стали отступать к воротам. Но Фома их опередил и, прыгнув коротким телепортом, оказался за спиной одного из них. Быстрый взмах выросшего из руки меча – и эльфар упал, разрубленный на две половинки. Второй оказался проворнее и сообразительнее. Он оценил возможности противника, и его отметка на сканере исчезла.

«Удрал», – понял Фома.

Он обыскал тела убитых двух эльфаров и нашел много интересного. Например, у командира был с собой приказ, подписанный самим начальником тайной стражи Вечного леса, Кирсан-ола. В нем предписывалось войти в контакт с неким лицом из Братства и встретиться в этой крепости…

«Вот почему лесные уроды были тут», – понял Фома. Еще у них была подробная карта этой местности… Поэтому они смогли, минуя пограничные заставы, незаметно пройти сюда. Она ему тоже пригодится. Но что это за некая личность, не названная в приказе, распоряжения которой эта пятерка должна была выполнить? Придется подождать и узнать, что это за личность такая. Собрав все самое ценное, Фома запрятал тела в колодце для воды. Сам поднялся на стену. Один красный огонек на сканере погас. Видимо, лесной эльфар решил покончить с собой, отдав мысленный приказ. Другой оказался не такой фанатичный. Вот к нему Фома и направился. Он сразу же надел на обездвиженного эльфара гасители магии.

Учитель хорошо поработал и нашел пути обхода запрета на раскрытие тайн лесными эльфарами. Спрашивать того и вести допрос без гасителей магии было бессмысленно. Даже если заставить того говорить, он сразу же умирал от наложенного на него заклятия. Но без доступа к дару это заклятие не действовало, как и любая другая магия. Эльфар зло блеснул глазами в свете пущенного Фомой светляка и тут же их закрыл. У него вздулись на щеках желваки, но он продолжал жить.

– Стараешься себя убить? – тихо рассмеялся орк. – Не получится, лесной брат. Сейчас ты мне все расскажешь. Зачем сюда прибыла пятерка рейдеров и что вам было поручено сделать? Ну и многое другое.

Лесной эльфар лежал, не шевелясь, безучастный ко всему и не верил орку. Фома достал инъекцию правды и вколол в руку эльфара. Потом сел и, облокотившись на стену, выступающую над полом, достал круг копченой колбасы, позаимствованный у командира пятерки, откусил и стал медленно жевать. Примерно через пять минут он обратил внимание, что мышцы лесного эльфара расслабились. И он открыл глаза. Все, тот был готов к разговору.

– Кому вы подчиняетесь? – задал первый вопрос Фома.

– Мы подчиняемся, – совсем тихо и безвольно ответил рейдер, – начальнику второго круга тайной стражи леру Шумал по. Он из древних родов…

– Вы получили приказ от Кирсана?

– Нет, от Шумала.

– Чем занимается второй круг тайной стражи Вечного леса?

– Специальными операциями, проводимыми силами чигуан…

– Вы чигуаны?

– Да. Мы метисы лесных и снежных эльфаров.

Фома поглядел на пленника и присвистнул. С того спала иллюзия лесного эльфара, и перед ним лежал, вытянувшись на полу стены, снежок.

– Вот как! – удивился Фома. – Зачем наложили иллюзию лесных эльфаров?

– Чтобы тот, кто придет на встречу, не заподозрил подставу.

– А кто придет?

– Координатор Братства. Он должен будет показать такой же приказ, какой у нас… Его вторую половину. Там сказано, что делать дальше.

– Понятно.

Фома еще немного поспрашивал рейдера и понял, что тот лишь исполнитель. Снял негаторы. Тело рейдера выгнулось, и он умер от своего проклятия.

Уходить Фома не собирался. Очень его заинтересовал координатор и задачи, которые должны были выполнить чигуаны. Но сначала он собрал все ценное с этих двух умерших чигуан и сбросил тела в колодец.

Трофеи были знатные. Тут и ловчая сеть, и свитки телепортов, и магические эликсиры, зачарованные амулеты, и оружие – все это Фома спрятал в сумку, в пространственный карман.

Осталось решить, что делать с беглецом. Он не верил, что тот ушел окончательно. Преданность чигуан ему была известна. Тот умрет, но постарается выполнить приказ. Если он ушел, то, скорее всего, вернется с подкреплением, по свитку возврата. Значит, надо искать «Амулет метки». Фома обратился к шаманству. Только у них, у шаманов орков, был ритуал поиска магии. Он достал ожерелье из черепов полевых крыс, затем достал траву «Дурман» и, сложив маленькую кучку, поджег ее. Из нее потянулся сизый дымок. Фома несколько раз вдохнул дым, и у него закружилась голова. Он стал перебирать черепа и тереть их большими пальцами. Его тут же стал обволакивать струящийся вокруг него тонкой струйкой дым. Он обвил его кольцами и устремился к одному из черепов. Фома словом силы отпустил духа, запечатанного в ожерелье, и дал приказ:

– Ищи пометку. – Глаза крысы вспыхнули красным светом, и маленький луч стал указывать направление Фоме. Орк, находясь в трансе, встал и с закрытыми глазами пошел вниз по лестнице.

Просто так «Амулет метки» не обнаружить. Он активировался при срабатывании свитка возврата, но тогда будет поздно что-либо предпринять. Фома шел, разглядывая местность магическим взором, и наконец хищно ощерился. Если бы кто сейчас его увидел, то, несомненно, бы испугался. Он был похож на восставшего из могилы мертвеца с огромными клыками. И от него отходила зловещая кривая тень.

Сбежавший эльфар положил амулет в центре двора под одним из камней, которыми был мощен двор. Если не знаешь, где искать, никогда не найдешь его. Фома подошел и поднял плоский камень. Под ним в ямке лежал простой медный кругляк на кожаном ремешке.

Фома протянул руку и взял амулет. Крепко сжал ладонь и скинул с себя наваждение. Он вернулся из мира грез и с удивлением смотрел на медяшку в своей руке.

– Что это? – задал он вопрос сам себе, и тут же память вернулась к нему, это сработала нейросеть.

– «Амулет метки»! Для возврата. Надо срочно его выбросить в ущелье…

Он быстрым шагом направился к выходу. Затем остановился и вернулся. Поднялся на стену, которая выходила на крутой склон горы. Под ней зияла глубокая пропасть. Он поднял копье рейдера, нацепил амулет на острие и прикрепил копье над пропастью. Теперь, если появится подкрепление, лесные эльфары упадут в пропасть. Он вновь сел у стены и достал недоеденный круг колбасы. Так он просидел больше часа. Неожиданно над стеной раскрылся черный зев портала, и в видимых вспышках из него стали появляться смутные, плохо различимые тени. Они выходили по одному и тут же падали в пропасть. Через секунду послышался вопль ужаса. Это кричали испуганные падением обреченные бойцы, прибывшие по душу Фомы и летящие с огромной высоты в пропасть. Фома насчитал десять вспышек. Окно портала схлопнулось, и снова установилась тишина. Все прибывшие рухнули в бесконечно глубокую пропасть. У них не было шансов спастись. Пока портал работал, они не могли воспользоваться магией, а потом было уже поздно. Лететь вниз со стометровой высоты не так-то долго, но в этих условиях без каких-либо шансов выжить.

Встреча рейдеров и личности должна была состояться примерно сегодня или завтра. Фома улегся поудобнее на лежке, устроенной бойцами пятерки лесных эльфаров, и задремал. Он был сыт, победил полтора десятка спецов леса и был удовлетворен собой.

Утром на границе сканера мелькнула красная метка. К крепости подбирался, прячась за камнями, разведчик. А что это был именно разведчик, Фома понял по тому, как тот шел от укрытия к укрытию. С помощью нейросети Фома приблизил изображение того, кто прятался, и стал разглядывать. Это правда был разведчик в мешковатом сером комбинезоне, он почти сливался с камнем, за которым прятался. Долго изучающе смотрел на крепость, потом двинулся к ней. Не дойдя до нее метров пятьдесят, помахал белой тряпкой. Фома это понял как сигнал к переговорам. Он использовал иллюзию лесного эльфара и вышел из ворот. Встал в пяти шагах перед ней и помахал рукой. Разведчик тотчас направился к нему.

Подойдя ближе и рассмотрев в Фоме лесного эльфара, удовлетворенно кивнул.

– Доброе утро, брат, – поздоровался он.

Фома промолчал. Он бесстрастно смотрел на снежного эльфара.

– Хорошо маскируетесь, – продолжил разговор разведчик.

Фома вновь проигнорировал снежного эльфара, тот понял это по-своему.

– Я с разведкой, посмотреть, что тут и как… – он явно заискивал перед Фомой, видя в нем лесного эльфара. – Скоро прибудет наш главный… – не дождавшись ответа, он пробурчал: – Короче, брат, я пошел… Ждите.

Чуткий слух Фомы уловил его злость. Отвернувшись, снежный эльфар проворчал себе под нос:

– Гордые лесные ублюдки…

Фома исчез в воротах и, забравшись на стену, стал наблюдать за дорогой, идущей по склону горы к крепости.

Разведчик уходил не таясь, и вскоре он скрылся за крутым спуском. А оттуда через полчаса выехала группа всадников. Фома насчитал шестерых. Один из всадников был немолод и без доспехов. А вот и личность, которую он ждет.

Когда всадники подъехали ближе, Фома чуть не присвистнул. Он узнал эту личность. Его изображение хранилось в памяти нейросети. К нему пожаловал сам «объект», который он должен был по дороге ликвидировать. Вот так удача!

Фома вышел из ворот и опять встал в пяти шагах от них. Он молча смотрел на всадников. «Объект» слез с коня и направился к Фоме. Не доходя трех шагов до орка, достал свой свиток. Фома понял его правильно и достал тот, что отобрал у командира звезды рейдеров. Объект сделал два шага вперед и протянул руку. Фома тоже протянул руку, и они обменялись свитками. Оба раскрыли их и стали читать.

Вторая половина приказа была такой: получить задание от «личности» с приказом и с помощью него выполнить его.

Фома свернул свиток и спрятал его в сумку. Поднял голову и уставился на снежного эльфара.

Тот скривился.

– Я вижу, что вы немногословны, – проговорил он, – но это и к лучшему. Задание вам такое. Пробраться в некое место под названием «Туманная лощина». Там находится бывший секретарь Великого князя лер Мерцал-ил. Его надо захватить живым. Есть подозрение, что Великий князь жив, и его надо будет через Мерцала постараться найти. Я окажу вам всю необходимую помощь. Но сделать это надо так, чтобы после себя оставить обезображенный труп снежного эльфара, чтобы подумали, что это Мерцал-ил, и оставить улики, указывающие на одного человека. Их я вам дам. Все понятно?

Фома кивнул. Что тут может быть непонятного? Личность проведет пятерку до столицы. Там в двадцати лигах от нее, в дикой местности от нее, находится место обитания Мерцал-ила. Пятерка все сделает тихо, как учили, и подставит учителя.

Фома активировал станер, обездвижил эльфара и направился в сторону его свиты. Те заметили, что произошло что-то странное: их предводитель рухнул на землю, а лесной эльфар направился к ним.

– Стой, лесной! – закричал один из свиты, но Фома лишь ускорился. Два всадника, подстегнув лошадей, направили их к нему. Выхватив на ходу мечи, они обошли его с двух сторон. Но Фома походя разрубил их молекулярным мечом и, оставив за собой трупы, медленно сползающие с коней и не понявшие, что же с ними случилось, пошел на остальных. Остальные оказались сообразительными и стали разворачивать лошадей, чтобы убраться подальше. Фома замедлился и дал им возможность отступить. Всадники же, нахлестывая коней, помчались прочь вниз по старой дороге. А Фома вернулся, подхватил обездвиженного снежного эльфара и понес в крепость. Теперь надо ждать прибытия отряда снежков, но он не будет их ждать. Он поговорит с объектом в другом месте.

Тремя телепортами он перенесся на другую сторону хребта и уложил эльфара под куст, сам сел рядом. Тот не мог двигаться и говорить.

Фома вновь использовал инъекцию правды и снял с эльфара обездвиженность. Вскоре он уже имел достаточно информации о планах Братства, их связных, лидерах ячеек и тех снежных эльфарах из Старых домов, с которыми Братству удалось наладить контакт. И чем они их купили. Эту информацию он скинул через спутник учителю. Теперь ему нужен был садовник. И усадьба, где он проживал, и трудился, была рядом. Нужно было только спуститься с перевала.

Глава 7

Закрытый сектор. Снежные горы.

Нейтральный мир. Город Брисвиль. Высокие планы бытия.

Космос закрытого сектора. Королевство Вангор

Я не стал задерживаться в Азанаре. Гронд был в столице, и я направился туда.

По прибытии я доложился секретарю графа тан Кране, чье место и кабинет временно занимал Гронд.

Меня старик принял быстро. Указал рукой на стул.

– В степи был? – спросил он в лоб.

– Был, – ответил я.

– С ханом говорил?

– Не успел.

– Как это? – Он насупил редкие, цвета ячменного колоса брови.

– Не доехал, – вздохнул я. Старик помрачнел еще сильнее.

– Почему не доехал?

– Обстоятельства…

Гронд на пару минут задумался. А я сидел смирно и не краснел от того, что бессовестно врал. А чего? Я уже знаю этих ушлых стариков. Сейчас нагрузят меня проблемами, и я буду их решать. Плавали, знаем… А так я занят, у меня поручение короля.

– Его Величество ждет ответ хана, – нарушил молчание Гронд.

– Скоро он будет, – ответил я.

– Как скоро?

– А сколько времени занимает путь всадника до ставки хана, мастер? – в ответ спросил я.

– Туда-обратно два месяца, – ответил тот не задумываясь.

– Согласен, – произнес я. – И еще сколько-то времени ждать аудиенции. Этого никто не знает. Так что у меня есть еще месяц в запасе…

– Хорошо, – невозмутимо ответил Гронд, чем явно удивил меня. С чего это он так быстро согласился? Не ворчал, не ставил условия… – Будет, значит будет. Я тебе верю. А раз у тебя есть свободный месяц, то отправляйся-ка ты в Вечный лес. Будешь там старшим над всеми учениками нашей академии.

Меня, казалось, сейчас хватит удар.

– Вы что, мастер, меня же там прирежут еще на границе.

– Не мечтай. Так просто лесные союзники с тобой не поступят. Они будут тебя уничтожать медленно и изощренно, и не сразу. Так что можешь ехать безбоязненно.

– А как же моя поездка к хану?

– Ты обещал через месяц ответ, значит, он у тебя уже есть. И ответ положительный.

Я скривился, как от зубной боли. Он меня просчитал и потому плаксиво спросил, не споря с ним.

– Но почему я? У вас что, нет магов?

– Маги есть, но их всех мобилизовал мессир Кронвальд, командующий южным корпусом… с твоей, кстати, подачи. Так что вот тебе приказ, получи и распишись. Командировка в лес на месяц. Будешь оказывать посильную помощь в защите леса от вторжения орков.

– Но… Я не могу, мастер. Орки, они мне как родственники, я их, можно сказать, люблю и почти сроднился с ними…

– Вот по любви с ними и поступай… Иди, мне не до тебя. Мы выполняем свой союзнический долг.

– У меня невесту украли! Я не могу. Мне надо ее искать! – сделал я последнюю попытку вырваться из цепких рук старика.

– Кто украл?

– Не знаю, – я отвел глаза.

– Снежные эльфары, на балу?

Я сдулся. Старый интриган все знал – где я был и что со мной случилось.

– Что думаешь делать?

– Искать.

– Ну ищи. И не забудь, тебя в лесу ждут.

Ни участия, ни сочувствия не прозвучало в речи Гронда. Да я и не ждал. Просто не ожидал, что до него так быстро дойдет информация о том, что я был у снежных эльфаров. И зачем я туда ездил, он тоже знает.

«Ну и ладно», – подумал я. Забрал приказ и, попрощавшись, вышел.

Время у меня есть, успею встретиться с Демоном и с Торой. Чую, нелегкая предстоит встреча.

Я вновь вернулся в Азанар и остановился в своем трактире. Вызвал Борта и кивнул Изе. Тот был пришибленным и ходил с опущенной головой. Обнял его дочку Цинею и поблагодарил его зятя за хорошую работу.

Мне однажды пришла мысль пощадить старого идриша, но потом подумал, что тот от безделья начнет чудить. Изя был еще тот прожектер, так что пусть трудится, пока его ноги носят. Тем более что ни зять, ни дочка за него не просят.

Я дождался Борта, выслушал его доклад. Оказывается, мой авторитет в преступном мире вырос на неимоверную высоту. К моим людям боялись подходить и воры, и стража. А Борт Кувалда стал главным советником у смотрящего.

Но криминальные новости меня интересовали мало.

– Как дела у девочек, что живут у Груты? – поинтересовался я.

– Неплохо. Старшая помогает Груте готовить эликсиры и мази для омоложения, младшенькая воспитывается вместе с дочкой Груты Вереей. У них два учителя, лигириец и снежный эльфар. Все, кому надо, знают, что они под вашим покровительством, и к ним не пристают…

– Хорошо, поезжай за гостями и привези их сюда… с вещами. Они уезжают отсюда сегодня. Передай, на встречу с родственником. Это чтобы поторопились.

– Ага, босс, сделаю. – Борт живо поднялся, под ним скрипнул стул. Он встал, но остановился. – Там Рыба хотел с вами встретиться, что ему передать?

– Пусть сюда заглянет, пока я тут. Потом долго меня не будет.

Борт понятливо кивнул и ушел.

Он вернулся через пару часов. В зал, опережая его, влетели две «молнии» и поспешили ко мне, оглашая трактир радостными криками. Маленькая снежная эльфарка бросилась мне на шею и прилепилась, а подруга Алеша, мило улыбаясь, прижалась к левому боку.

– Мы едем на встречу с Алешом? – тихо спросила она.

– Да, – ответил я так же тихо. Маленькая эльфарка скорчила рожицу.

– Дядя Ирри, ты потерял Гангу, свою невесту.

– Да, – вздохнул я, – потерял.

– Ничего… – девочка подняла глаза к потолку. – Она жива, и с ней пока все в порядке. Они втроем… Она… Снежный эльфар… и дворф… Нет, еще фея. …Они отбились от врагов и идут по пустыне… вот…

Я знал, что у девочки дар видеть прошлое тех, кого она знает. Значит, это было в прошлом. Но не далеком.

– Спасибо, крошка. – Я обнял девочку и поцеловал ее в щеку. – Может, ты знаешь, где она?

Девочка задумалась.

– Далеко… Очень далеко… Но туда есть путь… Только… я не знаю, где он находится. Такого места я не знаю. Там песок… пирамида… бури… Все, дядя Ирри, прости… – она наморщила лобик, смешно дернула ушками и добавила: – Больше ничего не вижу.

– Спасибо. То, что ты сказала, уже много. – Я вновь нежно поцеловал девочку в щеку и подумал: «Мы знаем, что есть место перехода в другой мир и там есть пирамида как ориентир». У меня появилась надежда. Песок, пирамида и бури. Это похоже на Инферно. Эту информацию я скинул Фоме, а в ответ мне пришел сжатый пакет с информацией от него. Самое главное, что там для меня было, – это то, что Братство подозревает, что Великий князь жив, и они охотятся за его секретарем.

Они пошли по пути использования возможностей лесных эльфаров. Сами на такое не решились. Но то, что хотят подставить меня, то в этом ничего нового нет, я у них как кость в горле.

– Вечером убываем, – сказал я им. – Пока располагайтесь здесь и отдыхайте.

– Цинея, – попросил я дочь Изи, – отведи гостей в мои апартаменты.

Подсел Борт.

– Скоро придет Рыба, босс, – проговорил он. – Мне нужно оставаться?

– Не знаю, – пожал я плечами, – но лучше побудь здесь, может, что тебе передать нужно будет. И крикнул Изе:

– Изя, стол нам накройте.

Рыба не заставил себя ждать. Он прошел к нашему столу и, поклонившись, сел. Посмотрел на Борта, но не стал возражать против его присутствия.

– Дело такое, босс, – начал бывший смотрящий за городом. – В Овердраге на юге освободилось место смотрящего. Бессмертный предложил мне от имени гильдии убыть туда. Что скажете, босс?

– Скажу, что отправляйся. Свой человек на юге нам может пригодиться. Что нужно от меня?

– Ваше согласие и двести золотых корон на взнос. Потом рассчитаюсь, – поспешно добавил он.

– Возвращать не надо. Борт выдаст тебе двести золотых. Связь будешь поддерживать тоже с ним. Примешь тех, кого я к тебе отправлю. И если нужны будут еще деньги, обращайся, помогу.

Рыба довольно улыбнулся. Он вновь обретал свою былую уверенную непроницаемость и холодность. Поблагодарил и посмотрел на Борта.

– Можете оба идти, – отпустил я своих помощников по криминальным делам.

Как я попал в них, это давняя история, и хотел бы забыть, да, как говорится, грехи не дают. У местных властей есть информация, что я как-то связан с криминалом, но небольшие регулярные взятки, даваемые Бортом, заставляли их закрывать на это глаза. А я не светился ни в каких воровских делах или сходках.

Уходя Рыба, сообщил.

– Босс. – Он по-прежнему называл меня своим боссом, а я не был против этого. – Вечный имеет для вас информацию от гильдии. Загляните к нему.

– Ты знаешь, что он хочет?

– Слышал, что глава гильдии передал ему для вас сообщение.

Глава гильдии воров. Бывший магистр ордена Искореняющих, беглый член синдиката с сотней разных имен, которых не стоит и запоминать, сам вышел на меня. Заставив в свое время прибыть по его душу. Просто так этот проворный малый меня бы не потревожил, придется сходить в дом смотрящего.

Но сначала я крепко пообедал. Ушел в подсобку и спустился в подвал. По подземным ходам под городом, месте обитания ворья и нищих, телепортами добрался до дома Вечного. Так называли бессменного помощника всех бывших смотрящих. Они менялись, а он, словно заколдованный, оставался при деле, и часто только он знал, как правильно разрулить тот или иной вопрос.

Нищие и бродяги поселились в катакомбах после того, как оттуда были выкурены демонопоклонники. Не без моего участия, конечно. Они некоторое время пустовали, а потом стали домом для беглых и нищих.

Вечный не удивился, увидев меня в своем зале. У него снова были большие псы, и они зарычали на меня. Но хозяин лишь шикнул на них. Собаки улеглись под столом и перестали на меня обращать внимание.

– Господин граф, имею для вас письмо, – встал со своего места лысый толстячок с простым добродушным лицом. Я, сколько ни спрашивал, никто не мог мне сказать, воровал он когда-нибудь или нет. Все помнили его помощником смотрящих. Действительно, Вечный.

Я взял протянутый мне конверт и повертел в руках.

– Это все? – спросил я.

– Да, господин граф.

Я кивнул и телепортировался сразу в трактир. Сел на свое место и открыл конверт.

«Господин граф Ирридар тан Аббаи Тох Рангор. Хочу сообщить вам, что Искореняющие приняли решение поддержать в войне с Лигирийской империей императора. Ими разработаны планы по свержению короля. Акция должна произойти с началом военных действий.

Ваш искренний друг».

Я застыл. Час от часу не легче. Иномирцы решили вступить в большую игру. Выходит, заручились поддержкой императора, а значит, и Рока. Как все неприятно-то. Там мать моего будущего дитя… Что делать-то?

Лезть самому в это гнездо нельзя. Рок этого ждет. Уж он приготовил мне там встречу. В этом не надо даже сомневаться. Ладно. Об этом подумаю на досуге, время еще есть.

Брисвиль встретил нас ночным небом, звездами, запахом навоза и большой очередью у стойки регистрации. Ждать мне было недосуг, и я подошел к будке, в которой сидела неизменная полудемоница, и постучал. Она открыла дверку, увидела меня, увидела в моей руке пять золотых монет и, выхватив их, захлопнула дверь, оттуда крикнула: «Проходите!» И мы прошли мимо нее.

Я каждый раз, прибывая в нейтральный мир, задавался вопросом, что будет, если пройти мимо регистрации и не заплатить? Но как-то проверять это не решался. Я видел, что все, кто ни прибывал сюда, терпеливо ждали своей очереди, регистрировались и платили. Как обычно, сопровождаемые стаей псов и с девочкой на руках (баулы были у меня в пространственном кармане) отправились на постоялый двор «Большой кулак».

– Они тебя любят, – сообщила мне девочка, рассматривая псов, идущих за нами.

– Я их тоже люблю, – ответил я.

В зале «Большого кулака» сидел и ждал нас Алеш. Он увидел своих девочек, и глаза его на миг широко раскрылись и снова стали обычными.

– Спасибо, что привез моих родных, – принимая из моих рук малышку, сказал он и второй рукой обнял девушку-дриаду.

Я лишь кивнул. Значит, я правильно его понял.

– Вон твои рога, – указал он на двух демонов, сидящих за соседним столом. Я посмотрел на красномордых демонов, потом на Прокса.

– Они же живые, – недоуменно произнес я.

– И что? Сделай их мертвыми. Их мне продали. Они моя собственность. Теперь твоя. Ты просил рога, я их тебе доставил. Бери и не выпендривайся.

– Алеш, я не выпендриваюсь… Я просто не ожидал, что ты притащишь мне двух живых демонов…

– А ты не говорил, что тебе нужны мертвые…

– Мне вообще демоны не были нужны, а только рога.

– Ну отпили их, – отмахнулся Алеш. – И это… надо поговорить. Пойдем выйдем. Девочки, подождите тут. Если голодные, закажите себе что-нибудь. А ты, – он посмотрел на невзрачного демона, сидящего за столом справа, – охраняй их.

Этот ничем не примечательный демон сидел ни жив ни мертв. Именно так бы я определил его состояние. Он с ужасом смотрел на меня и не моргал.

– Чего это он? – спросил я Алеша.

– Может, видел тебя где и узнал, – ответил он.

– Шива, ты чего вылупился на моего товарища? – спросил он одеревеневшего демона.

– Рив твой товарищ? – еле слышно спросил демон.

– Рив? – Алеш посмотрел на меня. – Ты считаешь, – обратился он к Шиве, – что этот юноша Рив?

– Да, он Рив, погибель демонов, – прошептал тот, кого назвали Шивой. – На нем печать смерти, наложенная нашими братьями. Он загрыз зубами нашего брата и убил их всех. Помнишь, тебе рассказывали историю про невыполненный контракт.

Я тоже с интересом слушал демона и вспомнил, что такое было после примирения с красотками эльфарками на первом курсе.

Алеш хмыкнул:

– Хм. Ну надо же, ты запугал скрава… Хм… Пошли, Дух, – и потащил меня прочь.

Мы вышли и отошли от дверей трактира.

– Ты еще получал сообщения из Центра? – спросил он.

– Нет, не получал. Я тебе скинул последнее. Инструкции, как тебя захватить. Но я их не читал…

– Мне пришло сообщение от Вейса. Он хочет, чтобы я встретился с его человеком.

– И что? Мне-то ты это зачем говоришь?

– Хочу попросить подстраховать меня, – он поглядел мне прямо в глаза. Я усмехнулся.

– Не боишься, что я тебя захвачу и передам адовцам?

– Не боюсь. И тогда не боялся. Встреча будет здесь.

– Ах вот в чем дело! – понял я. – Ну подстраховать смогу. Не вопрос. А ты поможешь мне в войне.

– Я уже говорил, что помогу…

– Нет, не так. Я пока не знаю, какая помощь от тебя потребуется.

– Хорошо, потом скажешь…

– И еще… Мне нужно будет встретиться попозже с этой малышкой, снежной эльфаркой, – произнес я.

– Зачем? – спросил Алеш.

– У меня украли невесту, а девочка примерно знает место, откуда можно попасть в другой мир. Я хочу ей показать эльфара, замешанного в похищении. По его прошлому, может, получится узнать, где точно это место.

Граб согласно кивнул.

– Это все? – спросил он.

– Да.

– Тогда забирай демонов, мы уходим… Рив, – усмехнулся он. – Как ты умудряешься набирать титулы и звания? Прямо генерал. Погибель демонов. Надо же. А зубами почему грыз?

– Не помню, оружия вроде не было, – туманно ответил я.

– И ты без оружия полез на скрава?

– Я не знал, что это скрав, и выхода не было, они бы убили моих товарищей.

– В это я поверить могу, – вновь кивнул Граб. – Ты за эльфаркой полез в Инферно… – Он остановился и посмотрел на меня. – В тот раз ты тоже ее спасал?

– И ее тоже…

– В этом, Дух, твоя слабость, ты привязываешься… Ладно, пока, Дух. Мы уходим.

И он ушел. А мне что делать с теми двумя демонами?..

Я вошел в зал трактира, проводил глазами Алеша и его девочек и уставился на съежившихся демонов.

Вот куда их тащить? Отсюда путь на корабль закрыт. Уходить на Сивиллу с ними? Бред… Если только под иллюзией, или засунуть в пространственный карман на время. А вот это, пожалуй, идея.

– Пошли со мной! – приказал я двум молчаливым демонам. Оба были уже старые и потрепанные. Они безропотно встали и пошли следом.

Вышли мы из трактира, и я засунул обоих в свою сумку прямо на глазах псов. Надо было видеть их морды. Такого удивления они не выражали никогда. Пара псов даже приблизилась и обнюхала место, где стояли демоны. Потом с вопросом в глазах посмотрели на меня.

– Ребятки, – произнес я, – вы ничего не видели. За это вам будет поросенок. – Псы завиляли хвостами.

Несмотря на позднее время, я пошел к Ведьме.

У пещер меня не задержали, и, провожаемый вожаком стаи, я прошел до пещеры, в которой располагалась приемная. Ведьма там меня уже ждала.

– Рада вас видеть, юноша, – произнесла она, внимательно меня разглядывая. – У вас что-то случилось?

Я немного приподнял брови и более внимательно посмотрел на женщину. Она явно помолодела и стала почти красоткой… Следовательно, она, как и я, не из этого мира, а откуда? Не из Валора же?.. Или это опять АД?.. Непохоже…

– Рена, что, так заметно? – спросил я.

– Вы держитесь, но напряжены и думаете о чем-то далеком, – ответила она – Я вас чувствую, как и вы меня…

Между нами возникла недосказанность, которая требовала своего завершения. Этого ждала она и ждал я.

– Хотелось бы вам доверять, рена… – я сознательно избегал называть ее Ведьма. – Скажите… Вы же не из этого мира? Да?..

– Как и вы, юноша, я не из этого мира… Нет, я не агент АДа, – заметив мой насторожившийся взгляд, слегка усмехнувшись уголками губ, произнесла она. – Я поняла, что вы знаете об этой структуре. А вы, видимо, Дух, что был завербован Демоном. Но он не смог разглядеть в вас иномирца…

– Как раз смог, – ответил я. – Если вы не из АДа, то откуда знаете про меня?

– Я там служила, пока не была убита в камере заключенных… Очнулась здесь.

– Интриги? – поинтересовался я.

– Нет, я была агентом синдиката, и меня раскрыли. Я выдала сеть… Потому организовали мою смерть… Мне нужна опора в этом мире, и я вижу такую опору в вас. Как видите, я ничего от вас не скрыла. Мне претит влачить тут жалкое бессмысленное существование. В общем-то, после того как я сюда попала, моя жизнь потеряла смысл. Понимаете меня?

Я кивнул. Я понимал ее. Жить без цели и смысла очень утомительно.

– Я тоже попал сюда после смерти, – ответил правдой на правду я. – Но чем я могу вам помочь?

– Я хочу отомстить синдикату, это они превратили мою жизнь в вечный ужас. У них тут два филиала. Один в Вангоре, другой в Инферно. Есть их перевалочная база и тут, в Брисвиле… Но одной мне это не потянуть, нет связей… Вы ими обладаете.

– У вас есть план, рена? – осторожно поинтересовался я.

– Пока нет, я жду вашего ответа.

– Вы согласны стать моей помощницей? – прямо спросил я.

– Согласна.

– Ей можно доверять, – оповестила меня Шиза. Я это понимал и без ее слов, хотя что-то мне не давало окончательно принять ее помощь.

– Вы… работаете на кого-то, кто вас сюда забросил, на частное лицо? – уточнил я.

– Не то чтобы работаю… Я дала согласие на сотрудничество, но его пока нет, я сама по себе.

Что-то меня кольнуло. В мозгу покрутились картинки. Кто мог быть столь ушлым, чтобы провернуть такое с Ведьмой?

– Это, случаем, не Вейс? – спросил я наугад….

Ведьма невесело усмехнулась.

– Он и с вами тоже так поступил?..

– Нет, он меня пытал. Лично. Встретил бы – убил, – сознался я.

– И после этого вы тут? – удивилась она.

– А вы?

– Ну да, вы правы. Вейс – странный тип, и не поймешь, что у него на уме, – произнесла она. – Он прокручивает десятки комбинаций… И ты не знаешь, в какой из них твое место…

– Я помогу вам, – сказал я. – Вы готовы отправиться со мной?

– Надолго?

– На дня три.

– Хорошо, я соберусь, а пока позову вашу принцессу.

Она ушла, а вместо нее вошла Тора в образе Рабе. На ее плече сидел Говорун. Он увидел меня и потребовал:

– Дай мясо.

– Обойдешься, – отмахнулся я от наглой птицы. Тора во все глаза смотрела на меня.

– Добрый день, Ваше Высочество, – поклонился я.

– Бросьте свои церемонии, Ирридар, – ответила девушка и, подойдя, поцеловала меня в щеку. Потом отошла и села в кресло, где до этого сидела Ведьма. – Расскажите, что нового случилось в мире? А то мы тут в захолустье сидим и ничего не знаем.

– Случилось много, Тора, – тоже по-простому ответил я. – За тобой продолжается охота, и выкрали Рабе, которая была под твоей личиной. Сейчас она в плену у владетелей Малых домов. Ее хотят сделать марионеткой и править через нее княжеством.

– Вот будет смех, когда подмена обнаружится, – прыснула Тора. – А ты, Ирридар, молодец, предусмотрительный. Как твои дела в Снежном княжестве?

– Об этом стоит поговорить более подробно, Тора, – перешел я на серьезный лад. Девушка подобралась. – Я виделся с Великим князем…

Я остановился, давая Торе возможность осознать сказанное.

– С твоим дедом.

– Не может быть! – воскликнула она, сильно побледнев. – Он же…

– Он был жив, когда я его видел в последний раз… Несколько дней назад.

– Он что-то мне передавал? – спросила Тора, разглядывая меня так, словно видела первый раз.

– Нет, только мне… Нас свел Мерцал-ил. Его секретарь.

– И что он… тебе передал?

– Просьбу. Необычную…

– Необычную?

– Да, необычную. Он хочет, чтобы я стал тебе опорой и помощником… Нет! – Я замахал руками, заметив, как она выпрямилась. – Не мужем! Кем-то ближе… Муж у Великой княгини должен быть снежным эльфаром…

Тора смотрела на меня не мигая. Говорун нахохлился и проговорил:

– Бери его в любовники, не пожалеешь. – И закрыл глаза.

– А-а… что ты ответил? – не обращая внимания на болтовню птицы, спросила Тора.

– Я ответил, что сделаю все, что в моих силах. Но не в моих силах заставить Тору принять меня и мою помощь.

– Так ты не против?

– Не против чего? – уточнил я.

– Стать мне ближе мужа?

Я молча смотрел на девушку.

– Почему молчишь? – спросила она несколько нервозно. Ее выдавали руки, которые она крепко сжала.

– Давай поговорим несколько в другом ключе, – предложил я. – Кем ты меня считаешь?

Теперь замолчала она. Я, ожидая ответ, смотрел на нее.

– Я не знаю, – растерянно ответила она. – Видимо… дед понял, что там… в княжестве, у меня ближе тебя никого не будет… Что я могу надеяться только на тебя… А значит, должна тебя приблизить… Очень близко… Прости, Ирридар… Но я пока не готова…

Я улыбнулся.

– Я тоже не готов. Со временем разберемся…

– Если у нас будет это время, – тихо ответила она.

Я встал. Все было сказано. Делать тут мне было больше нечего. Она тоже поднялась. Птица встрепенулась.

– Я умный. Я умный, – прокричала она и слетела с плеча Торы. Сделала круг по пещере и села на мое плечо. – Береги нас… Мне страшно… Мы одни… – заверещала она.

Я снял Говоруна с плеча и посадил на стол. Тора подошла ко мне и поцеловала в щеку.

– Береги себя, Ирридар. Быть может, я смогу полюбить тебя… А ты?.. – Она отстранилась. – Не надо. Не говори, – быстро произнесла она и так же быстро, не прощаясь, пошла прочь.

Я посмотрел ей вслед и вздохнул. Что я могу ответить этой снежной принцессе? Да, она красива… и холодна. Есть ли у меня к ней чувства? Не знаю… Когда-то были. Но с тех пор столько воды утекло…

Мои размышления прервало появление Ведьмы.

– Девочка сама не знает, что она хочет, – проговорила она. – Не торопи ее. Я готова…

Мы с Ведьмой убыли из Брисвиля и прямо в нескольких лагах от портальной площадки телопортировались на корабль-базу.

Это произвело на Ведьму сильное впечатление.

– Откуда у вас это? – спросила она, сбитая с толку.

Появление Брыка-капитана заставило ее вздрогнуть.

– Смирно! – заорал луковый человечек. – Командор на борту!

– Вольно, – ответил я.

– Вольно! – сам себе прокричал капитан. И снова заорал: – Кофе и булочку командору! – Тут же возник второй помощник капитана, который так же громогласно передал команду Брыку-стюарду. А тот дрону.

– Два кофе и две булочки, – распорядился я, и команда пошла по эстафете.

– Два кофе и две булочки! Два кофе и две булочки! Два кофе и две булочки!

Принесли кофе и булочки. Ведьма вышла из ступора и отхлебнула кофе.

– Это кто такие? – спросила она, глазами показывая на Брыков.

– Моя команда.

– И это все?

– Да. Если их будет больше, то кофе и булочки мы не дождемся… Бюрократы.

– Это я поняла… – Она отхлебнула кофе. – У вас есть связь с внешним миром?

– Есть.

– Вы служите какому-то государству?

– Можно и так сказать… А можно сказать, что я им управляю через вот такое чудо. – Я кивнул на Брыка-стюарда.

– И вы можете меня вернуть туда?..

– Только туда, где находится мое государство. Дальше вас не отпустят. Слишком много узнали, рена.

– А кем я там могу стать?

– Баронессой. Выйти замуж и работать на меня.

– Отличная перспектива! Я согласна. Что нужно сделать?

– Лечь в медкапсулу, получить нейросеть и нужные установки, это займет два дня…

– Но меня со спутника обнаружат и уничтожат с нейросетью…

– Она зарегистрирована как сеть агента-нелегала. Так что не уничтожат.

– Я могу принять душ?

– Можете. Брык проводит вас.

Она ушла.

Демоны отсидели в кармане спокойно. Вид внутренностей корабля их не больно впечатлил, или они были пофигисты, или смирились с любой участью. Пожили – и хватит, пора на перерождение в преисподнюю.

А что мне осталось делать? Пилить рога? Убить их? Что-то рука не поднималась, поэтому я притащил их на корабль и решил обследовать. Выявить их способности противостоять хаосу и использовать его. Оба были уложены в медицинские капсулы. Я задал параметры обследования и убыл с корабля.

Но направился прямо в столицу. Просто дать Гронду информацию об Искореняющих и умыть руки я не хотел. Пока тот приведет в действие механизм проверки сведений, пройдет время, а Искореняющие не та структура, которая позволит себя просто так открыть. Тут нужен был особый подход. И главное – сообщить королеве об опасности. Но я также не представлял, как она меня встретит? Недавно же я был у нее. С небольшой долей сомнения я вошел в будуар мадам, что всегда меня сопровождала, и… Как всегда вечером, когда та готовилась ко сну.

– Снова вы, граф, – расчесывая волосы, произнесла мадам и повернулась ко мне. – Снова к королеве?

Я кивнул.

– Опять что-то страшное?

Я кивнул.

Она поднялась, и полы ее халатика распахнулись. Под ним ничего не было, кроме белого тела, довольно стройного и молодого для ее сорока лет. Мадам не закрывалась. Она подошла ко мне вплотную.

– Я вам нравлюсь? – спросила она.

Я не стал врать и ответил:

– Если честно, то не очень, мадам… Вы красивы, и тело у вас как у молодой девушки, но вы не в моем вкусе… Простите за грубость…

– А вы хотите попасть к королеве?

– Хочу.

– Путь к ней через это тело, – она распахнула халат шире.

– И никак по-другому? – спросил я с надеждой. Мадам с легкой усмешкой на губах отрицательно покачала головой.

– А если после аудиенции?

– Вы опять удерете, граф.

– Обещаю не удрать, слово чести, – ответил я.

Мадам испытующе вгляделась мне в лицо и запахнула халат, завязала пояс и ответила:

– Ждите.

Потом ушла. А я остался думать, как избавиться от близости с этой мадам. Не то чтобы она была мне противна, но не угождать же всякой даме из-за того, что у нее появилось желание…

– Что она хотела? Пройти через ее тело? Я это сделаю. Просто перешагну через него… Наивный…

Пришла мадам и ухватила меня за руку. Потащила по коридору и втолкнула в маленькую дверку, в темноту, где меня ухватили маленькие крепкие ручки. Притянули к себе, и я почувствовал большой живот, упирающийся мне в пах. Руки быстро стянули с меня штаны и ухватили… поднявшееся… То самое.

– Давайте же… – прозвучал хриплый, взволнованный голос. И я дал… Волю своей страсти. Не знаю, почему меня заводила королева? Может, из-за воспоминаний о той Гияне, из прошлого?…

После третьего раза, когда я и она почувствовали, что насытились, она отошла и исчезла, а я остался в комнате один. Но не надолго. Вновь руки ухватили меня и заставили проделать все еще раз. При этом я не единожды мельком видел закатившую в экстазе глаза Шизу.

Когда все закончилось, зажегся свет свечи, и я увидел мадам, что, счастливо улыбаясь, смотрела на меня, стоявшего немного растрепанного в чувствах и с опущенными штанами.

«Вот же Шиза, зараза, подставила!» – с возмущением подумал я. И мадам тоже сумела мной воспользоваться. Видимо, мой вид был весьма красноречив. Мадам гортанно засмеялась.

– Путь к королеве открыт, граф, – промурлыкала она. – Пойдемте.

Я в спешке натянул штаны и на ходу уже подвязывал поясок. Шел и недоумевал. Меня с кем свели?.. Как быка… Но чем больше я думал, то все лучше понимал: эти первые три раза была королева. Я помнил запах ее духов и ее потного тела. Просто эти чертовки хотят сделать вид, что между мной и королевой ничего не было. Ну хотят, пусть делают вид. Я им подыграю.

Королева встретила меня в той же туалетной комнате, что и в прошлый раз. Ее волосы были немного всклокочены, а на щеках горел яркий румянец. Я применил анализ нейросетью, и она обнаружила мой пот на женщине. Я, успокоившись, довольно улыбнулся, и она это заметила.

– Чему вы улыбаетесь, граф? – спросила она строгим голосом. Думаю, заподозрила, что я догадался, кто был со мной в темной комнате.

– Рад видеть вас в здравии, Ваше Величество, – ответил я.

Она успокоилась и расслабленно опустила руки на колени. Я видел ее в ночном халатике, с полуоткрытой налившейся грудью. Она делала вид, что мы встретились только сейчас, при этом не стеснялась меня, как не стесняются любовников. Ох уж эти женщины!..

– У вас есть важная информация? – спросила она.

– Есть, Ваше Величество. Вам и вашему мужу Его Величеству, да и всему двору, грозит большая опасность. Император перекупил лояльность ордена Искореняющих. Они готовят штурм дворца. Их задача – убить короля и вас. Атака начнется, как только войска империи нападут на Вангор.

Королева задумалась, потом спросила:

– Вы думаете, у них может получиться? – Она не стала спрашивать, откуда у меня такая информация. Но если бы спросила, я бы ответил, что я «скорпион» и у меня есть источники информации в империи.

– Думаю, часть слуг и охрана уже куплены, Ваше Величество. А Искореняющие обладают оружием, способным обездвижить всех, кто будет вам верен. Если не принять меры, то у них все получится.

– У вас есть мысли на этот счет, граф?

Мне понравился ее подход. Королева не впадала в панику. Она сосредоточенно смотрела на меня, ожидая ответа.

– Есть наметки плана, Ваше Величество. Надо, чтобы гильдия магов установила артефакты, не дающие возможность пробиться во дворец телепортами. …Знаю! – Я поднял руку, чтобы отсечь ее возражения. Типа такие тут есть. – Я знаю, что такие артефакты тут есть, но я-то проникаю к вам телепортом. Значит, и они смогут.

Королева не стала говорить, лишь кивнула.

– И надо, чтобы это было сделано втайне.

Королева вновь кивнула.

Следующий пункт моего плана был рискованный, но действенный. Я понимал, иномирцы просто войдут во дворец и всех уничтожат. С их-то возможностями это не проблема. Я один мог пройти сквозь всю охрану дворца, а их будут десятки. Но как раз это я открыть не мог.

– Когда Искореняющие атакуют дворец, вам надо будет находиться в малом дворце. Там один коридор, по которому они пойдут. И тут надо будет применить свиток массового телепорта, и они уйдут в другое далекое место, откуда навряд ли выберутся живыми, Ваше Величество. Тех, кто останется, нужно будет уничтожить магией, простое оружие их не возьмет. Третье. Вам и Его Величеству и придворным нужно будет иметь при себе свитки телепорта в безопасное место. На случай, если все произойдет не так, как планировалось. Подробный план разработает мессир Гронд, я сообщу ему эту информацию.

– Я поняла, граф. – Королева встала и подошла ко мне вплотную. – Спасибо вам за все, граф… – Она положила мне руки на плечи и обняла. – Я у вас в долгу. – Потом нежно и страстно поцеловала. Ее мягкие, горячие губы обожгли меня, как обжигали в свое время губы американки. Она отодвинулась и тихо произнесла:

– Ирридар, вы всегда можете посещать меня, когда посчитаете нужным. – Она отошла и, обернувшись, помахала мне рукой, как это сделала Гияна, когда уходила из квартиры в Кабуле. Память резанула по сердцу Виктора Глухова дикой болью, но Ирридар схватил ее железной рукой и отодвинул.

Я же понял, что меня признали официальным любовником. Королева ушла. А я телепортировался в казармы стражи и вошел в кабинет секретаря Гронда.

Оба, несмотря на поздний час, были на месте.

– Доложи! – хмуро приказал я секретарю, все еще находясь под впечатлением милости королевы, мне было трудно собраться с мыслями…

Гронд слушал меня внимательно и не перебивал. Потом долго сидел, уперев подбородок в сжатые кулаки. Затем со вздохом опустил руки и спросил:

– У королевы… Гм… Тоже будет такой же сон, как ты рассказал мне?

– Если будет угодно провидению, мастер, – ответил я и прямо посмотрел честными глазами на Гронда, а тот неожиданно стал принюхиваться.

– От тебя пахнет утренней свежестью, – произнес он.

– И что? – пожал я плечами. – Я же молод. Чем от меня должно пахнуть, гнилью?

– «Утренняя свежесть», студент, – язвительно произнес Гронд, – это духи. Очень дорогие духи… для особенных… особ. Я даже не знаю, кто может ими пользоваться, кроме… Кхм… Кхм… – откашлялся он и невозмутимо закончил: – Впрочем, это не мое дело. Говори свой план.

Я рассказал и добавил, что у Искореняющих есть оружие, парализующее людей, и против него нет возможности защититься.

– Я понял тебя, – буркнул Гронд. – Откуда информация?

Я протянул ему письмо, полученное мной у Вечного.

Гронд быстро прочитал его.

– И все? – спросил он.

– Это очень надежный источник информации, мастер. Я ручаюсь за него.

– Готов поверить. Наметки твоего плана принимаются. Осуществлять его будешь ты.

– Я же уезжаю к лесным эльфарам!

– Появишься там, покрутишься, убьешь пару лесных придурков. Как же без этого? Ты и без трупов. И вернешься в мое распоряжение.

– Мне невесту искать надо…

– Помогу… – произнес он.

– Вы можете мне помочь в поисках? – не веря, переспросил я.

– По крайней мере, попробую, – ответил Гронд. А я знал, что этот старик слов на ветер не бросает. – Не один ты можешь собирать информацию… Иди, мне поработать надо.

Моя надежда найти Гангу стала понемногу вырастать и крепнуть.

Берту разбудили ночью и сонную потащили в подвал здания контрразведки. Она не сопротивлялась, спокойно шла под конвоем двух снежных эльфаров. В подвале под кабинетами магической службы ее ждал маг. Она вспомнила. Он курировал Керну, давал ей задания и относился к контрразведке. Чигуана внутренне насторожилась, но вида не подала.

Ее усадили в кресло напротив мага. Воины ушли, а вместо них вошли два молодых мага, помощники. Они держали в руках ремни.

– Мы проверим тебя, дорогуша, – добродушно проговорил маг. – Не бойся, просто снимем с тебя некоторую информацию. Так положено после возвращения из леса. Мы хотим убедиться, что ты не завербована. Это не больно и не доставит тебе неудобств. Так что сиди смирно и ничего не бойся. – Внутри чигуаны взвыла сирена тревоги.

– Я не хочу… И не собираюсь делать тебе плохо, – продолжал говорить маг. – Сейчас тебя подержат внизу в камерах, и, когда придет время, мы с тобой пообщаемся.

Берта понимала – маг врет. И времени у нее оставалось все меньше. Ее скоро раскроют. Когда подошли помощники, она резко развела руки вперед и вверх. Ее пальцы рук, сложенные вместе, ударили им по кадыкам. Не ожидавшие такого, маги схватились за горло и захрипели. Дальше Берта уже не думала, она вскочила и прыгнула к магу. Он был не тренированным бойцом, а просто магом, и магом немолодым. Его рефлексы не шли ни в какое сравнение с рефлексами чигуаны. Она обхватила седую голову и свернула ему шею. Все произошло за несколько секунд. Затем Берта обратилась к хрипящим магам, что упали и сучили ногами по полу. Она добила их ударом ноги по сердцу. Удар был строго выверен, и сердца магов разорвались. Берта огляделась, задрала юбку и вытащила из набедренной кобуры, прикрепленной к внутренней стороне бедра, кинжал. Дальше предстояло решить, что делать. Она могла уйти, но просто уйти не было никакого смысла. Нужно уничтожить это гнездо предателей. Берта услышала шум за дверью, подошла к ней и приоткрыла ее. В образовавшуюся щель увидела, что по коридору вели трех парней и они ей были знакомы. Это тоже Дети ночи, и это были те, кто убегал из леса. Их вели под конвоем. Лица эльфаров были опухшие от побоев и украшены синяками.

«А вот и мои помощники», – решила Берта. План созрел у нее в голове, и она бесшумно выскочила за спинами конвоиров. Два коротких выверенных взмаха кинжалом – и конвоиры упали к ее ногам. На шум обернулись арестованные. Они с удивлением посмотрели на девушку, потом на конвойных.

– Керна, что ты тут делаешь? – спросил самый высокий эльфар.

– Спасаюсь и вас спасаю. Тут змеиное гнездо предателей. Нас хотят сделать рабами лесных эльфаров. Все слова о том, что они нам союзники, – это вранье. Они наши господа, и лидеры Братства это знают, но они хотят быть над народом и править с помощью силы лесных эльфаров! – Все это она выпалила на одном дыхании.

– Откуда ты это взяла? – спросил избитый, но держащийся лучше остальных высокий эльфар. Берта вспомнила его имя. Зарка-ил…

– Я была послана в лес как связная. Я подслушала разговоры лесных эльфаров. Они открыто об этом говорят. Я вернулась и сообщила все командующему. До этого побывала дома. Там все убиты. Понимаете, все, и это не лесные эльфары их убили. Это чудовищное колдовство. Наш Дом мешал Братству. Они его боятся и решили уничтожить…

– Что ты такое говоришь? – воскликнул второй эльфар. Но его остановил Зарка-ил.

– Помолчи, Санта. Она права. Я видел, что стало с нашим Домом. Там были убиты и лесные эльфары. Мы стали неугодны лидерам Братства. Они нас испугались.

– Как испугались? Почему? – воскликнул Санта-ил.

– Я подозреваю, – ответил Керна, – что они посчитали, что Дети ночи могли бы взять власть в княжестве в свои руки. Нам не было равных.

– Похоже на это, – согласился Зарка-ил. – Нашу информацию, что на нас напали лесные эльфары, они проигнорировали, а нас арестовали и подвергли пыткам. Почему они скрывают правду? Нас спасла судьба, и мы не можем просто отсидеться или погибнуть. Не за этим она нас помиловала и дала возможность вырваться из леса. Мы должны донести до Молодых домов эту важную информацию. Нас предали.

– Но как мы это сделаем? – воскликнул эльфар, которого назвали Санта. – Мы даже не сможем выйти из крепости, нас снова схватят!

– Если судьба будет к нам благосклонна, мы отсюда выйдем, – решительно заявил Зарка-ил. – Выбраться из леса было неимоверно труднее.

– Это да, – согласился третий. – И мы все же вышли. Но что ты тут делаешь, Керна? – спросил он девушку.

– Меня, как и вас, арестовали. И хотели подвергнуть ментальному допросу. После этого я бы стала овощем. Они не жалеют никого. Мы для них не свои, мы для них мусор. Для них свои их господа, лесные эльфары.

Трое молодых эльфаров плотно сжали кулаки.

– Освободи нас, Керна, – попросил Зарка-ил.

Берта осторожно срезала кинжалом кожаные ремни, стягивающие руки эльфаров. Откуда-то из-под юбки, словно фокусница, достала флакон эликсира. И со словами «Подлечитесь, ребята» отдала Зарка-илу.

– Тут еще узники есть? – спросила она.

– Есть, – ответил Зарка-ил. – Несколько пограничников, что пытались делать свою работу хорошо, и потому их обвинили в преступной халатности. Их ждет суд чести. Пара контрабандистов и три десятка орков, что выловили в предгорьях патрули. Камеры на этаж ниже в подвале. Но там стражники, преданные лично командующему.

– Ничего, я справлюсь. Вам нужно оружие и амулеты. Амулеты заберите у магов и лучше переоденьтесь в их мантии, будет как маскировка.

– А что ты намерена делать? – хмуро спросил Санта.

– Наказать предателей…

– Ты сумасшедшая?!

– Я Дочь ночи. А кто ты?..

– Мы тоже Дети ночи, – ответил за товарища Зарк, – но убивать своих не будем.

– Делайте что хотите, – презрительно скривилась Берта. – Можете пойти и сдаться. Виселица вас ждет. А мне не мешайте.

– Мы просто уйдем, – хмуро произнес Зарка-ил.

– И далеко вы уйдете? Вас схватят в первом же Доме, где вы будете рассказывать о предательстве. Я после расправы уйду в свой Дом и соберу оставшихся. Мы сможем показать, что Дети ночи живы.

Зарк потупился. Он не знал, что делать. Слова девушки ложились ему на сердце, но оно же протестовало против убийства своих соплеменников. Он еще немного верил, что командиров обманули и они поступают так по неведению. Но трезвый ум говорил ему, что это все ерунда. Эти эльфары, облеченные большой властью, лучше него понимают ситуацию и используют ее себе во благо, даже если все складывается против его народа… И он решился.

– Я с тобой, Керна. Я многое повидал и пережил. Предательство должно быть раскрыто. А наш Дом отомщен.

– Тогда и я с тобой! – откликнулся Санта-ил.

– Эй! Я тоже! – воскликнул третий.

– Тогда раздевайте магов, – приказала Берта, и взрослые парни беспрекословно ее послушали. Сами того не осознавая, они признали ее лидерство и тем самым сняли с себя ответственность за предстоящие действия. Привыкшие подчиняться, они уже не знали сомнений.

– А где они? – спросил Зарк.

– В допросной. Вы идите туда, я вниз.

И снова они не оспаривали ее приказ.

Когда через десяток ридок они спустились вниз в тюрьму, то увидели картину жуткой расправы. Десять дежурных стражников лежали на полу в крови. Из-за решеток камер на них с ужасом в глазах смотрели и эльфары, и кровожадно орки.

– Мы Дети ночи, – громко произнесла Берта, – и мы узнали, что здесь окопались предатели, они хотели продать нас в рабство лесным эльфарам, меня продали как несушку. – Что это такое, знали все снежные эльфары и ненавидели лесных эльфаров еще и за это. – Сами потом с их помощью будут владеть нами как рабами. Как люди владеют другими людьми. Если вы с нами, мы выпустим вас, если нет, сидите дальше.

Орки заревели первыми.

– Мы с тобой, бледнолицая, если потом нас отпустишь, и мы лучше погибнем в бою, чем на висилице.

– Вы можете к нам присоединиться, – решительно заявила девушка. – Зарк, открой орков.

Эльфары в клетке отрицательно покачали головами:

– Мы не будем бунтовать, – ответил за четверых один из них.

– Тогда сидите и ждите суда чести. Вас повесят. И будут правы, – зло бросила Керна.

– Значит, такая у нас судьба, – проговорил тот же эльфар.

– Орки, кто среди вас главный? – спросила Берта, и вперед вышел орк с обломанным клыком.

– Десятник Оргрумм, бледнолицая. Приказывай.

– Берите оружие стражников, их доспехи, если они на вас налезут, и прорывайтесь к воротам. Вы свободны. Мы идем в штаб.

Четверо эльфаров вышли из подвала тюрьмы и поднялись на первый этаж задания контрразведки. Вошли в коридор, и Берта одна зашла в первую попавшуюся дверь. Оттуда она вышла через минуту и зашла в следующую. Так она прошла весь коридор. Молча заходила в помещение и молча его покидала. Эльфары сторожили снаружи. Но все было тихо.

Когда они покидали опустевшее здание, у ворот началась паника и крики. Берта кинула быстрый взгляд на то, что там проходило, и увидела, что в воротах идет ожесточенный бой. Орки крушили всех и, словно таран, пробивались сквозь стражников. Сами падая сраженные, они собрали вокруг себя уже приличную толпу пограничников, свободных от службы, и к ним еще бежало подкрепление. На троих магов и девушку, идущих к штабу, они не обращали внимания. В дверях штаба Берта столкнулась с командующим. Лер Барта-ил на мгновение остановился, словно напоролся на стену. Берта махнула рукой, и командующий схватился руками за горло. Его тело упало под ноги Детям ночи. Берта перешагнула его и пошла дальше.

Глава 8

Где-то в другом мире.

Закрытый сектор. Снежные горы.

Нейтральный мир. Вечный лес.

Космос закрытого сектора. Королевство Вангор

Вода в реке была мутновато-желтой. Брод, куда подошел маленький отряд, широким, но относительно неглубоким. Из-под воды торчали обласканные водой, гладкие верхушки валунов.

Ганга скептически смотрела на воду реки. Сканер показывал, что там собралось много живности, и многие мелькали красными огоньками.

– Башмунус, ты уверен, что фея сказала переходить реку тут?

Дворф посмотрел на мутную воду и пожал плечами:

– Вроде да, – неуверенно ответил он. – Иногда ее не поймешь, лопочет, лопочет, моя Звездочка, а что – не разберешь. А что не так?

– Там много хищных тварей, и все собрались в этом месте. – Ганга указала пальцем на брод. – И место широкое… Спроси у феи.

– Да нету ее сейчас, – отмахнулся дворф, – улетела к диким айне проповедовать… Хм… О боге… – Затем он широко ухмыльнулся. – А может, Шава первым отправим, пусть проверит, как там, а то все поет и поет, уши уже закладывают. – Дворф пальцем почесал ухо, посмотрел на сильно побледневшего снежного эльфара и, убрав улыбку с бородатого лица, произнес: – Шучу.

Отряд из трех таких странных существ, которых до этого никогда не видели обитатели пустыни, шел уже третьи сутки по пескам вдоль реки. Ганга отказалась от предложения купца продолжать движение с караваном. И пошла первой прочь от Оазиса, где расположился на ночь караван. За ней, подхватив мешок, поспешил эльфар. Дворф, что всю дорогу ехал в повозке, поворчал и зашагал следом.

Ганга всех троих накрыла пологом прохлады, и путники не чувствовали изнуряющей жары. Даже фея разомлела и, свив из волос на затылке дворфа себе гамачок, улеглась и уснула. Иногда она просыпалась и указывала дворфу дорогу.

– Тут надо идти направо, – говорила она, показывая ручкой налево. Башмунус ее не видел и предлагал всем повернуть направо вглубь пустыни. Но тут же раздавался возмущенный писк малышки:

– Ты что не знаешь, где право, а где лево? Поворачивай в другую сторону! – И она заставляла его менять направление. Фея уже считала дворфа своим личным транспортом, слугой, немного богом и хорошим собеседником. Дворф или дремал, слушая ее болтовню, или рассказывал ей о своем мире, и та, закатывая глазки, охала и ахала.

В отместку своему народу, что отверг ее, она указывала дворфу на плоды, и тот срывал их под возмущенные крики маленьких летунов. Оказывается, этого плода хватало на три дня. Он был сытный, утолял жажду и прибавлял силы. Даже снежный эльфар окреп, и, что странно, цвет его кожи изменился. Ганга и Башмунус смотрели на загоревшего почти до светло-коричневой корочки эльфара и только дивились. Сам он о своем изменении даже не догадывался, и, если бы не длинные уши, его вполне можно было принять за человека. Все трое переоделись в одежду фримданов, которая лучше подходила для путешествия по пустыне. Для дворфа его одежду укоротила Ганга. Как истинная орчанка, она умела шить, готовить, охотиться, забивать скот и пасти лорхов, которых тут не было, но были лошади, оставшиеся от фримданов, вот на них они и везли пожитки. Походный шатер, собранное оружие. Это запасливый дворф чуть не плача уговаривал Гангу не бросать «ценности». Ганга фыркнула и передразнила Башмунуса:

– Ценности, фр-р… – и махнула рукой, – собирай свои ценности.

Дворф обобрал фримданов догола.

Лошадки слушались Гангу и приняли новых всадников как своих хозяев, что для всех караванщиков, увидевших это, было очень странным и до крайности удивительным. Лошади фримданов под стать своим хозяевам, строптивые и непокорные. С трудом приручались, и поэтому их зачастую оставляли в пустыне…

– Ну так напугайте их, госпожа. Вы это хорошо умеете делать, – предложил дворф – указывая на воду.

– Они, Башмунус, в воде, – ответила Ганга. – Волны страха на них не действуют.

– Тогда врежьте по ним огненным шаром, – предложил дворф.

– Шумно будет, фримданы появятся.

– Это навряд ли, госпожа Ганга, – скептически заметил дворф и оглянулся по сторонам. Вы им такого перца задали, что они теперь будут обходить нас стороной. Бейте по воде, не опасайтесь.

Ганга заколебалась. Предложение дворфа было разумным, но ее запас магической энергии проседал, а дорога длинная. Плоды фей немного прибавляли ей магической энергии, но все равно она ее тратила больше, чем восполняла. Если так дальше пойдет, то придется отказаться от полога прохлады. Она задумчиво постояла на берегу, а затем решилась. Создала фаербол и запустила его в реку. Раздался оглушительный врыв. Их накрыло облаком пара и воды. Даже ошеломило. Но она добилась нужного результата. Твари разбежались и тут же исчезли. А огромная их часть всплыла брюхом кверху и медленно поплыла прочь.

– Вперед! – закричала Ганга и погнала лошадь в реку. Их окружал восходящий от воды пар. За несколько ридок они сумели преодолеть брод и выскочили на берег.

Ганга оглянулась. Водяные хищники постепенно вновь собирались у брода. Но не это притянуло ее взгляд. За рекой из-за барханов показался отряд всадников.

«Вот и фримданы, – подумала она. – Скоры на помине».

Их увидел и дворф. Хмыкнул и отвернулся, как будто они ничего не значили и не представляли опасности. Он был уверен в способности орчанки защитить их. Но Ганга была не столь уверена в себе.

Трое всадников направились прочь от реки.

– Там дальше есть колодцы с питьевой водой, – сообщил информацию дворф.

Всадники-фримданы подъехали к реке и остановились. Они долго смотрели вслед троим путникам и не пересекали реку.

Действительно, к тому времени, как светило стало опускаться к барханам, показались развалины, и это был не мираж, что часто преследовал путников. Ганга знала, что это. Видела в степи в знойное лето. Она помогала своим спутникам не обманываться и не гнаться за исчезающим видением нагретого песка.

Несколько чахлых деревьев росли у закрытого крышкой колодца. Сам колодец стоял в окружении полуразрушенных строений, что, видимо, раньше были постоялым двором или небольшим поселком. Ганга убрала крышку и заглянула вниз. Там отсвечивала чернотой вода, и она была пригодна для питья. К стене было привязано медное ведро на длинном кожаном ремне. Видимо, колодцем пользовались.

– Не расходитесь! – распорядилась Ганга. – Я проверю развалины, и если здесь нет опасности, то тут остановимся на ночевку. Шав, набери воды, надо напоить коней.

Ганга обернулась, обвела магическим взором строения. Опасности не было. Но кто знает, что может таиться внутри. Она прошла к ближайшему зданию с целой, но покосившейся дверью, которая была прикрыта. Потянула створку и заглянула в полумрак сарая. Внутри было чисто. У стен лежали аккуратно скрученные циновки. Посередине в яме остатки костра и тренога, на которой висел закопченный котел. Тут же рядом кучки кизяка. Как это бывало и в степи, здесь вместо дров использовали высушенный навоз.

«Значит, это место посещают разумные, – подумала Ганга, – а кто тут может быть, кроме фримданов?»

Пустынники живут вдоль реки у соленых озер, там добывают соль и торгуют ею или ближе к морю, где есть зеленая полоса растительности. Так говорил купец, рассказывая о местности. А она ему склонна была верить. Они же шли старой короткой дорогой, проходящей через разрушенные города, и эти города были местом паломничество фримданов.

Почему Ганга выбрала предложенный феей маршрут? Ее туда направила надежда. Может быть, там будет портал, ведущий в ее мир. Там много чего было, как говорили караванщики. Не всему можно было верить, но главное она уловила. Там жили могучие маги, и они вызвали сильных существ из другой вселенной… Значит, там мог быть портал и там можно будет запастись энергией… То, что там обосновались некие дейвы, ее не беспокоило. Придет, посмотрит и решит, как быть.

В остальных зданиях были места для размещения животных. Вот там навоз и собирали.

Она вышла из сарая и крикнула спутникам:

– Останавливаемся здесь. Коней напоите и заводите вон в то здание, – указала она взмахом руки на ближайшее здание с воротами. – Тут типа постоялый двор, – добавила она.

Ночь в пустыне наступает необычно быстро. Вот еще светло, но не успел оглянуться – и через минуту наступила темень. Лишь звезды и серая луна тускло освещали нагретые за день пески. Температура стала резко понижаться, но путники накинули взятые как трофеи шерстяные одеяла.

Огонь не разжигали, поели плод и улеглись спать. Лошадей накормили овсом. Ганга дежурила первой. Рядом полулежал дворф. Снежный эльфар, невосприимчивый к холоду, вытянулся и сразу уснул.

– Фея вернулась, – сообщил дворф. – Да не одна. Привела с собой два десятка летунов и летуний. Им нужен один плод для дома.

– Отдай, – безразлично ответила Ганга.

– Надо просто мешок открыть, они сами туда залезут.

– Открой…

Дворф, кряхтя, вылез из-под одеяла и развязал ремень на горловине мешка. Вернулся и снова укрылся.

– Фея говорит, – произнес Башмунус, – что сюда движутся фримданы. Они злы и ведут с собой колдунов.

– Далеко отсюда? – спросила Ганга.

– За рекой. Переправляться будут перед утром, тогда твари уходят на глубину, и брод становится проходимым.

– Они могут нам чем-нибудь помочь? – спросила Ганга, правда, без особой надежды в голосе. Она думала: «Ночь можно спокойно поспать. Потом фримданам еще часа четыре добираться до этого места. За это время они уйдут дальше. Но где гарантия, что им удастся найти удобное место для засады».

Ганга уже понимала, что нужно нападать внезапно и в первую очередь убить колдунов. Она не знала, какими способностями те обладали, но не хотела оказаться в ситуации, когда ее магия не сработает…

– Они могут помочь помешать колдовать колдунам, – неожиданно отозвался дворф. – У злых людей, – повторил он слова феи, – колдуны призывают стихии…

– Что за стихии? – насторожилась Ганга.

– Стихия огня и воздуха… Они призывают существ огня, саламандр и смерч-человека. Так вот эти дикие летуны могут разрушать их заклятия… Но тогда колдуны могут применить заклятие подчинения, оно небыстрое. Колдуны долго его делают, но оно болезненное для айне. Они таким образом находят их дома и вместе с домами пленят летунов.

– Спроси, много там колдунов? – попросила Ганга. У нее уже начали созревать наметки плана.

– Звездочка говорит, столько, сколько пальцев на руке.

– А сколько у нее пальцев на руке?

Дворф помолчал и ответил:

– Пять.

– Понятно.

Ганга надолго замолчала, потом покрутила пальцем у своего носа, как бы указывая или пересчитывая что-то, и стала говорить:

– Мы их встретим тут. Ты и Шав будете приманкой. Шав начнет петь, а я спрячусь в песке. Мне надо знать, как выглядят колдуны, я их убью первыми.

Дворф прислушался и ответил:

– Колдуны одеты в козлиные шкуры. На головах козлиные черепа с рогами. Они едут в центре отряда злых людей. Когда отряд останавливается, их окружают воины, ну я так понял, – пояснил он. – Фея не знает, как зовут злых людей с железками.

– Значит, их охраняют, – вслух стала размышлять орчанка. – У меня будет риска-другая, пока колдуны не опомнятся… Мне хватит времени, чтобы их убить. Потом закружу торнадо и телепортом вырвусь. Буду прыгать вокруг них и убивать! Убивать! Убивать! – кровожадно проговорила она. И дворф даже отодвинулся он нее несколько дальше.

– Вы чего, госпожа, так разозлились? – спросил он.

– Достали они меня, Башмунус, едут и едут за нами. Надо преподать им хороший урок, чтобы запомнили. Никого не выпущу, а головы уложу на крышке колодца.

Дворф ей сразу поверил. Столько дикой, необузданной ярости прозвучало в ее словах, что он поежился, когда представил себе эту пропитанную кровью картину. Пустой поселок. Свистит, гоняя песок, ветер. Колодец, накрытый крышкой, с нее в воду капают капли крови. И слышно «кап-кап»… А на ней пирамида из отрубленных голов…

– О, мать Беота! – прошептал он.

Дворфы были задиристым, но не воинственным народом. Войны ни с кем не вели и не отличались жестокостью. Они были суровы, заносчивы, но не жестоки. А своих непослушных детей дворфы пугали злыми орками. И можно сказать, страх перед этим народом у них был в крови.

– Еще летуны могут на время ослепить злых людей, – сообщил Башмунус.

– О! Это уже хорошо. Тогда план меняем. Ты будешь со мной и будешь передавать феям приказы.

– Хорошо, госпожа, – согласился дворф. Он не знал сомнений.

Ночь прошла спокойно, хищники сюда не заходили. Это место было вдали от воды и пищи. Лишь маленькие скорпионы, которых было полно и в степи, ползали по стенам и потолку. Но Гáнга поставила шаманскую защиту от пауков и скорпионов и спокойно уснула.

С рассветом Ганга отправилась на рекогносцировку, это она назвала осмотреть местность и найти место для засады. И такое место она нашла. В лигах пяти от разрушенного постоялого двора была небольшая каменистая лощина. Они прошли по ней, и фримданы тоже пойдут по ней. Это естественный путь, где проходила старая дорога, еще не до конца занесенная песком. Выбрав склон, она и дворф принялись копать яму. Причем на этом поприще преуспел дворф, который ловко и неутомимо копал так, как будто у него в руках была лопата. Они докопались до каменистого основания. Дворф натаскал камней и укрепил стенки убежища. Притащил два шерстяных одеяла, наломал ветвей дерева и устроил настоящий схрон. В нем можно было сидеть, вытянув ноги, и в щель, замаскированную камнем, смотреть на дорогу.

Туда залезла Ганга, а Башмунус накрыл схрон одеялом и насыпал сверху песок. Самому ему прятаться было негде. Но он рядом откопал яму себе и накрыл одеялом. Потом устроил маленький оползень, и песок накрыл дворфа.

– Ты как, Башмунус? – спросила его Ганга. Голос ее звучал глухо.

– Нормально, госпожа. Не беспокойтесь. Я тут и летуны тоже. Кружат над песком. Они наши глаза и уши.

– Тогда сидим и ждем, Башмунус… Ты молодец. Вернемся, и мой жених тебя щедро наградит, обещаю…

– Хорошо, госпожа, я не против, – ответил довольный дворф. Но потом добавил: – Но я это делаю не из-за награды, госпожа…

– Я поняла, Башмунус. Поняла. Не беспокойся.

Светило поднималось выше, и песок начал нагреваться, и в яме становилось душно.

– Жарко как! – пожаловался дворф.

– Терпи, Башмунус, недолго осталось. Скоро фримданы пожалуют.

– Уж скорее бы, – пробормотал тот. – Еще я по-маленькому хочу.

– Сходи под себя.

– Не могу. При такой жаре я просто задохнусь.

– Тогда терпи.

– Я и терплю… только трудно. Очень хочется.

– Почему до этого не сходил?

– Забыл… Едут! – радостно воскликнул он. – В лощину вошли… Слава матушке Беоте!..

– Заглохни…

– Молчу…

В лощину въехала небольшая группа всадников. Ганга начала считать их: «Раз, два…» Всего она насчитала три десятка воинов под предводительством знакомого ей старика, что махал руками в прошлый раз, и в середине кавалькады ехали обряженные в козлиные шкуры, с рогами на головах, колдуны.

Фея не обманула.

Когда отряд поравнялся с ней, она шепотом приказала:

– Башмунус, пусть айне атакуют всех и ослепят!..

Но ей ответом было только лишь бурчание дворфа.

– Ты чего? – уже громче и нетерпеливее спросила Ганга.

– Не знаю, – также шепотом ответил дворф, – фея не отвечает.

– Где она? – уже громче зашипела Ганга.

– Не знаю! – голос дворфа был почти слезливый.

– Я не могу больше ждать, – громко прошипела Ганга, – сделай что-нибудь!.. – Она приготовилась выскочить из схрона, но тут рядом с ней разверзся песок, и из него восстал «песчаный» демон. Он встряхнулся и стал спускать штаны. При этом он громко стонал:

– О-о-о! Скорее! О! Как больно! О-о-о… как хорошо…

Ехавшие по лощине всадники остановились и с немым удивлением воззрились на дворфа. А тот не обращая ни на кого внимания, стал, сладостно постанывая, справлять малую нужду, при этом он крикнул:

– Айне! Ослепите их!..

И неожиданно это сработало. Вокруг отряда фримданов закружил, поднимаясь вверх, песок.

Дальше Ганга ждать не стала. Не обращая внимания на дворфа, она выскочила из своего убежища и скатилась по склону к колдунам. Меч, словно коса смерти, обрушился на замерших рогатых фримданов. Ганга не разбирала и рубила, кромсая все подряд. Коней, людей, мертвых и живых. Она тоже ничего не видела в этой круговерти песка. Воительница не могла дышать. Песок забивал рот и нос, и наконец, понимая, что сейчас задохнется, полезла на вершину склона. Оттуда посмотрела на то, что творилось внизу. А там песок, окрасившись в красный цвет, кружил и кружил, пряча под собой то, что происходило внизу.

– Хватит! – закричала Ганга, и дворф повторил ее крик:

– Хватит! – И стал надевать приспущенные штаны.

Песок стал опадать, и Ганга увидела груду изрубленных тел людей и животных. Те, что были не убиты, ползали по песку, словно черви, и кашляли. Кони, свободные от всадников, с диким ржанием скакали по лощине в разные стороны прочь. Один всадник уцелел и, держась за гриву своего скакуна, мчался без оглядки, не разбирая дороги.

Ганга дико оскалилась, показав клыки, и прыгнула вниз к живым…

Она вернулась, держа за шиворот старика, что был почти задушен. Он кашлял. Из носа, рта и глаз текли сопли, слюни и слезы. Ему было не до того, чтобы оказывать сопротивление. А внизу остались изрубленные, безжизненные тела людей и животных.

На все это, разинув рот, смотрел дворф, он спешно завязывал поясок на штанах.

– Почему твоя фея не отвечала? – спросила Ганга, сурово глядя на Башмунуса.

– Она сомлела, госпожа… от духоты и потеряла сознание. Так она сказала…

Ганга отдышалась и стала успокаиваться.

– Пошли соберем головы, Башмунус, – устало произнесла она.

– Э-э-э… может, не надо, госпожа… Это как-то уж очень… Э-э-э… кощунственно…

– Я знаю, что делаю, – зло бросила Ганга и, сев, поехала на попе по песку вниз.

Фея действительно сомлела от духоты и потеряла сознание, а когда ее бог выскочил из песка, то не удержалась и выпала из своего гамака, упала на песок и там застыла, раскинув в стороны руки и ноги. В чувство ее привела струя жидкости, что обильно поливала ее, и раздавшийся крик: «Айне, ослепите их!» Он заставил ее действовать. Она встала на четвереньки, отплевалась и передала команду замершим над ней диким айне. Они видели, что ее бог мочился на свою жрицу, и не могли понять почему.

– Что застыли! – зло прокричала Сияющая Звезда и поднялась во весь свой маленький рост. Ей пришла в голову шальная мысль. – Меня посвятили в жрицы! Признали достойной!.. И святой! – гордо подняв мокрую головку, прокричала она. – Все, кто хочет приобщиться к божеству, должны пройти этот ритуал.

Ее послушались. Стайка айне бросилась под струю, а вокруг отряда фримданов стал подниматься и закручиваться в спираль песок. Мокрые и довольные оказанной им честью айне веселились вовсю. Никогда им не было так весело. Они залетали под брызги и с криком радости улетали прочь, чтобы развернуться и вновь попасть под струю. Их бог был могуч и оросил всех. Теперь они все пахли одинаково.

Когда прозвучала команда «Хватит!», фея-жрица, морщась, первой поднялась и полетела к колодцу.

«Как хорошо, что эти дикие айне такие наивные», – подумала она, залетая под крышку и устремляясь вниз к спасительной воде. Следом за ней летели остальные «святые» айне.

Лер Шавга-ил сидел в сарае и, прижавшись спиной к стене, дрожал. Его оставили одного, и он вдруг ясно понял, насколько он беззащитен. Он даже удивился тому, что смел мечтать о том, что сможет выбраться из этого мира.

«Какой я был глупец! – подумал он. – Меня действительно использовали и предали, а та, кого я утащил на смерть вместе с собой, меня охраняет. О, судьба! Почему ты ко мне так несправедлива?..»

Приоткрылась со скрипом дверь, и эльфар облегченно вздохнул – госпожа пришла. Но в светлом пятне проема двери показалась голова в чалме, и на эльфара уставились черные глаза.

– Тут один из этих! – крикнул незнакомец, и в помещение ввалились фримданы. Их было трое.

– Берем этого и уходим! – приказал самый высокий и ткнул кривым мечом в сторону эльфара. Его подхватили и, не слушая мольбы о пощаде, связали.

Эльфар был так испуган, что не оказывал сопротивления. И хотя он был на две головы выше любого из хуманов, он безропотно подчинялся. Его грубо, словно тюк, потащили вон. Пинками и руганью вытащили наружу, загрузили на верблюда, и отряд поехал прочь. Шавга-ил увидел, как вдалеке поднялся столб песка, и отчаянно закричал:

– Госпожа, спасите!.. – Но удар по голове чем-то тяжелым окунул его в беспамятство.

Он не слышал разговор фримданов, но те говорили о нем.

– Шамхуд, что ты собираешься делать с этим ушастым? – спросил погонщик верблюда.

– Отдам его саи Махруду, это наша жертва дейвам, – ответил высокий.

– А ты думаешь, что его примут дейвы? – усомнился погонщик.

– А почему нет?

– Потому что он не человек, животное.

– С чего ты это взял? – удивился высокий.

– А ты уши его видел? Они как у лисицы. Он зверочеловек.

– Э-э-э, о чем ты говоришь, Шармула? Ушастый разговаривает и понимает нашу речь. Где ты видел зверя, который разговаривает?

– А если эту жертву посчитают нечистой? – не отступал погонщик.

– Если колдун посчитает жертву нечистой, мы его убьем, и только.

– Жаль его убивать, Харлун, он поет красиво.

– Ну отрежем яйца и продадим в гарем эмиру. Он любит красивых мальчиков. А этот ушастый не только красиво поет, но и красивый и нежный, как девушка.

– А может, он и есть девушка? – спросил молчавший до этих пор третий фримдан.

– На привале оглядим эту лисицу, – равнодушно бросил Харлун. Он был старшим среди троих фримданов.

– Я за лошадьми, – сообщила Ганга дворфу, тот, брезгливо морщась, собирал в кучу отрубленные головы. Отдельно лежала голова старика в шелковой белой чалме. Ганга не стала тратить магическую энергию на телепортацию, она сбегала к постоялому двору и, выводя коней, крикнула эльфару:

– Шав, выходи, все уже закончилось! – Но ответом ей было молчание, а открытая настежь дверь сарая ее насторожила. Ганга оглядела магическим взором окрестности и удивилась. Нигде не было отметки снежного эльфара. Она заглянула внутрь сарая и увидела разбросанные вещи, а эльфара нигде не было, не было и ее мешка из шкуры нерча. Создав заклинание по поиску ауры, она увидела слабый след ауры эльфара и три незнакомых следа аур, уходящих прочь.

– Вот же! – в сердцах вырвалось у нее. – Снежка похитили и куда-то везут. Сколько времени прошло? Час. Не больше. – Они смогут постараться нагнать похитителей, но придется оставить затею с головами.

Ганга что есть сил побежала в лощину. Там дворф уже сложил кучу из голов и сверху водрузил голову старика. Вытер мокрые от крови руки о песок и, брезгливо отряхивая их, отошел от зловещей кучи. Ганга, не рассказывая, что произошло, ухватила дворфа за руку и потащила.

– Уходим! – быстро проговорила она. – Собираем то, что осталось, и уходим.

– Почему? – недоуменно уставившись на орчанку, спросил Башмунус.

– Шаву захватили.

Фома прятался в саду поместья. Тут, в сердце княжества, эльфары чувствовали себя в безопасности и охранных заклятий на двор поместья не ставили. Лишь на самом двухэтажном здании поместья Фома различил наложенную охранную магию. Но зато в поместье расположился целый отряд воинов. Но к поместью Фома решил не приближаться, а ждал в кустах в саду. Он видел, как большая часть воинов с криками собралась и покинула поместье.

«К заброшенной крепости отправились», – с ухмылкой подумал Фома. На нем была иллюзия куста с цветами, и он терпеливо ждал, как умеет ждать шаман орков.

Наступило утро, и во двор, позевывая, вышел садовник. Огляделся по сторонам, глянул на небо и пошел к колодцу с водой. Фома его узнал по описанию. Быстро вскочил, прыжками достиг эльфара, ухватил его за шею сзади и, придушив, телпортировался за дорогу, ведущую к поместью, в кусты. Там обездвижил не понимающего, что происходит эльфара, и убыл с ним на склон ближайшей скалы, заросшей колючими кустарниками. За кустами он уложил снежного эльфара на камни, высунулся и огляделся. Вокруг было тихо. Лишь выше на ветке кривого одинокого дерева сидел гриф-падальщик и, склонив голову, наблюдал за орком. Фома, присев, спрятался за кусты.

– Мне нужен тот, кто дал тебе приказ о похищении невесты человека, – произнес Фома и, недолго думая, достал точильный брусок. Раздвинул губы эльфара и стал водить бруском по зубам. Через несколько секунд снежный эльфар замычал.

– Говори, – разрешил Фома.

– Я скажу, – еле слышно «проблеял» эльфар. Он плакал. И слезы лились из его глаз. – Пообещай мне, что не убьешь меня.

– Обещаю, что оставлю живым, – охотно ответил Фома, – но хочу, чтобы ты знал, я хорошо различаю ложь…

– Я не солгу… Мне дал такой приказ лер Рагл-ил из дома Тихой воды…

– Кто такой лер Рагл-ил и чем он занимается?

– Он отвечает за подбор эльфаров для разных поручений. Я ему подчиняюсь. Сын главы дома Тихой воды. Он дал команду подобрать несколько эльфаров для несложной миссии. Я нашел двоих своих подручных, что должны были найти дурня, не очень умного, но преданного идеям Братства, не благородного, но того, кого можно отправить на бал. Такой нашелся среди музыкантов. Парень талантливый, но не очень сообразительный. С ним провели нужную работу и пообещали сделать главным в музыкальной академии княжества. Это лер Шавга-ил. Он выполнил все, что ему предписывалось…

– Обратно было запланировано его возвращение? – спросил Фома.

– Этого я не знаю. Я только сообщил музыканту его задачу и получил согласие. В дальнейшем с ним работал лер Рагл-ил.

– Где сейчас этот лер?

– Он в столице. В квартале Младших домов… Нам дан приказ спрятаться и в случае нападения сообщить по команде…

– Что сообщить?

– О человеке, который будет искать свою невесту.

– Кому ты должен это сообщить?

– Я уже сказал, Рагл-илу.

– Как ты должен был сообщить ему?

– В квартале Младших домов у парка есть гостиница с харчевней. В номерах остановился Рагл-ил. Ждать нужно его в харчевне…

Фома понял. Больше этот садовник ничего не знал. Садовник сделал то, что ему приказывали, и лишнего не спрашивал. Орк поднялся с колен.

– Эй! – негромко и отчаянно закричал эльфар. – Ты обещал оставить меня в живых!..

– Я и оставляю тебя в живых, – произнес Фома и исчез.

Эльфар остался один. Он не мог пошевелиться и даже громко закричать, позвать на помощь. Тело его не слушалось, и, сколько это продлится, он не знал.

Эльфар долго еще звал на помощь и даже сорвал горло. Но на его зов прилетел лишь гриф-стервятник. Он сел возле эльфара, на камень у его головы. Гриф, наклонив голову, одним глазом посмотрел на эльфара. Тот просипел, отгоняя птицу:

– Пошла прочь!..

Гриф встряхнул крыльями, прикрыл глаза и остался рядом с эльфаром.

Ее Величество в слезах ворвалась в спальню своего супруга. Тот в это время сидел на стуле и, болтая с придворными, справлял нужду. Гиана, рыдая, бросилась к его ногам. От такого ее неприличествующего поведения Его Величество закашлялся, подавившись словами, застрявшими в горле.

– Вы что… хкрк… хкр… себе позволяете! – тонким возмущенным голосом просипел он. – Вы разве не видите, где я?..

– Беда, Ваше Величество! – не обращая внимания на гнев короля, плача заговорила королева. Только сейчас Его Величество увидел, что его жена не одета, а прибежала в одной полупрозрачной шелковой ночной рубашке.

Это было… Король не нашел слов, чтобы выразить свое негодование видом жены, и возмущенно закричал:

– Всем выйти вон!

Придворные опрометью бросились вон из спальни короля, а он повертелся на стуле и осторожно отодвинул от себя плачущую жену. Он встал, а королева ловко натянула на него ночные панталоны.

Король дал себя одеть и отошел от стула с дырой, что служил ему уборной. Неприметные молчаливые слуги быстро вынесли стул, и король с королевой остались одни.

– Что случилось? – раздраженно спросил король.

– Везде предательство, Ваше Величество! Лишь воля богов и провидения заставила меня срочно явиться к вам.

Король подозрительно посмотрел на жену, шмыгнул носом, подошел к столу, на котором стояла ваза с фруктами и графин с вином. Тоскливо посмотрел на графин, и королева его поняла правильно. Быстро подошла и налила в хрустальный фужер вина. Подала королю и присела в поклоне. Тот сделал глоток и, продолжая смотреть на королеву, недовольно спросил:

– Что?.. Опять сон?

– Да, Ваше Величество.

Король, как человек, понесший большую утрату, вздохнул и залпом выпил остатки вина. Королева подала ему персик. Король взял его, повертел в руке и положил обратно.

– Рассказывайте! – недовольно приказал он.

Его Величество был бабником, пьяницей и, страдая от скуки, любил устраивать придворным всякие каверзы. Но он был умным и дальновидным королем. Просидел на троне пятьдесят лет и сохранил процветающее королевство. Он знал, что сны королевы были непростыми. Уже дважды они сбывались, и это ему не нравилось. Он не любил плохие известия, но вынужден был признать, что это спасло ему жизнь.

– Ваше Величество, нужно позвать мессира Гронда.

– Зачем? – удивился король.

– Я думаю, у него есть эта информация.

– Как всегда, – проворчал король. – А позавтракать я могу или мне с утра нужно выслушивать неприятные известия? Кто-нибудь может помочь королю одеться? – возмущенно крикнул он в дверь.

– Я помогу вам, Ваше Величество, – охотно предложила королева.

Король скептически на нее посмотрел.

– Вам, Ваше Величество, самой нужно одеться, а то сверкаете тут… – Он оглядел ее фигурку с выступающим животом, и у него самого внизу живота появилось желание.

«Что за черт? – подумал король. – Неужели меня так возбуждает вид беременной жены?» Он подошел к королеве и ухватил ее за грудь.

– Думаю, мессир Гронд может подождать, дорогая, – промурлыкал он и стал подталкивать Ее Величество к кровати. Королева не сопротивлялась.

К завтраку обоих венценосных особ ждали долго. Но когда они вышли, у короля уже было совсем другое настроение. Как заметили внимательные придворные, несколько игривое.

– Позовите сюда мессира Гронда! – распорядился король, ни к кому конкретно не обращаясь. А зачем? Все придворные были готовы выполнить любой приказ короля, ну кроме того, как отдать за него жизнь или свои деньги.

Офицер королевской стражи поклонился и доложил:

– Ваше Величество, мессир Гронд ждет вашего соизволения с раннего утра.

Король кинул взгляд на жену и приказал.

– Тогда позовите его.

Вошел мессир Гронд с невозмутимым лицом, и король даже повеселел.

«Значит, не так все плохо», – подумал он и сел за стол. Вспомнив, как они играли в карты под столом, махнул Гронду рукой:

– Садись, Гронд, позавтракаем. И ты расскажешь, чего там тебе нужно от меня.

Гронд приподнял брови и только этим выдал свое удивление. Герцог Крензу, стоявший справа от короля у стола и наливавший Его Величеству вино, позеленел от злости, такой милости он не удостаивался никогда.

– Итак, Гронд, что ты хотел мне сообщить? – поторопил его король и кинул довольный взгляд на красного как рак Крензу.

– Ваше Величество, это большой секрет, – произнес Гронд.

– Секрет? – удивился король. – Даже от короля?

– Нет, Ваше Величество, от придворных…

Ну что? Вроде все текущие дела я сделал, теперь нужно было наведаться в Вечный лес. Я даже не представлял, что мне там делать. Но приказ есть приказ, и как Ирридар Тох Рангор я доложен был его выполнить. Хотя… Мне частенько хотелось послать всех начальников куда подальше, залезть на гору и оттуда командовать самому. Но я также с некоторой горечью понимал, что это приведет к моему быстрому поражению. Внизу, среди разумных разных рас, я получал массу информации и кое-что успевал предпринять. И еще понимал, что направление в лес – это один из пунктов глобального плана Рока, и он мне там приготовил не один сюрприз, и, если не поеду, он тоже будет…

Как туда попасть? Хотя путей много, но у меня один. Через пограничный пункт пропуска. Там я и оказался. Со стороны Вангора это был большой торговый поселок. А через поле, засеянное пшеницей, была проложена прямая дорога, вымощенная камнем, и она упиралась в рощу из высоких сосноподобных деревьев. Вот там и находилась торговая фактория дворфов. Только с ними торговали лесные эльфары, видимо считая торговлю напрямую с людьми ниже своего достоинства.

Я на купленном в столице же коне перенесся столичным телепортом к Вангорской заставе. Въехал в поселок и показал офицеру пограничной стражи приказ о направлении в Вечный лес для выполнения особой миссии. Затем показал жетон «скорпиона», и меня пропустили вне очереди. А очередь из купеческих караванов, везущих в лес в основном продовольствие, была огромной.

Дорога до рощи заняла не более двадцати минут. На границе с рощей дорогу перегораживал шлагбаум. У шлагбаума дежурили дворфы-стражники, именно они перекупали все товары и торговали с лесом. И это был эдакий санитарный кордон, через который пускали не всякого. Причем такая система взаимоотношений с внешним миром была только со стороны людских государств. Со стороны степи и Снежных гор такого не было и в помине. Хотя там не было и торговли.

Дворфам я тоже показал документ. Меня пропустили в нейтральную зону. В роще расположилась торговая фактория дворфов, а за ней снова было поле, но уже засеянное колючей травой. Пройти по нему человеку или лошади было трудно, и, как я знал, сок этой травы был ядовит.

Опять дорога, но она была гораздо уже, чем та, что вела к фактории дворфов. Посередине дороги расположился еще один шлагбаум и небольшое укрепление. Там дежурили лесные эльфары.

Пограничник, лесной эльфар в зеленой форменной одежде, выйдя мне навстречу, поднял руку. Я остановился рядом и вежливо его поприветствовал:

– Добрый день, офицер.

– И вам добрый день, тан, – ответил эльфар без всякого присущего этому народу высокомерия. – По какой надобности к нам?

– По союзническому договору, лер офицер. Ирридар тан Аббаи Тох Рангор, назначен главным среди магов, прибывших в помощь Вечному лесу. Вот приказ. – Не слезая с коня, я протянул офицеру приказ.

Эльфар спокойно взял приказ и ознакомился с ним. На документе были две магические печати. Одна малая королевская. И другая малая посольская Лесного княжества. Приказ он мне вернул и спокойно откозырял.

– Следуйте по дороге, тан, и никуда не сворачивайте. У крепости вас встретят и дадут проводника. Счастливой дороги. – Он махнул рукой, и шлагбаум поднялся.

Я проехал дальше, поблагодарив офицера. То, что я являюсь врагом леса, он не знал и не должен знать. Каждый житель леса не мог знать про меня. Много чести. Зато знали те, кто мог испортить мне жизнь. Но я к этому уже привык. Сжился и не беспокоился.

У крепости меня встретили трое. Один из них был представителем гильдии магов Вангора из посольской миссии Вангора. Крепость представляла собой массив рядом выросших деревьев с переплетением ветвей. Постороннему глазу не обнаружить вход в крепость. Она ему представлялась сплошной стеной из могучих деревьев, по ветвям которых расселись странные существа и птицы. Странные существа напоминали обезьян, но это были почти разумные обезьяны, которые первыми встречали налетчиков. Детище генных инженеров-магов лесных эльфаров. Они вообще любили менять природу. А птицы просто украшали крепость и наполняли ее своим пением.

Маг облегченно вздохнул, поздоровавшись со мной.

– Как хорошо, господин граф, что вы прибыли. Мы вас ждали. Надо навести порядок среди студентов. Уж очень они распоясались. Несколько благородных отпрысков уже погибли на дуэлях с лесными союзниками. – Маг кинул быстрый взгляд на невозмутимо стоящих эльфаров с непроницаемыми лицами.

«Тайные стражники», – догадался я. Эти уж точно про меня знали.

– А что, тут нет других представителей гильдии? – поинтересовался я.

– Есть, но они не справляются, тан. Пойдемте, я помогу вам пройти регистрацию. Потом вы телепортом убудете к месту назначения…

Я согласно кивнул, и мы пошли к стене крепости. В образовавшейся в зеленой поросли калитке отворилась дверка, и мы прошли вовнутрь. Меня встретил обширный плац, на котором тренировались бойцы. Прошли к очень изящно выстроенному дому из бревен. Это был штаб. Вот тут за меня принялись.

Надутый офицер в мантии мага леса презрительно скривился, прочитав мои документы, и отложил их в сторону. Он набрал воздух в грудь и процедил:

– Нам надо проверить вашу личность, тан. Я понял, что меня решили помурыжить, как говорили на Земле, поиздеваться, погонять по кабинетам и постараться унизить. Да вот хрен им…

– Если вы, лер, не доверяете своим коллегам из посольства в Вангоре, – спокойно ответил я, – то я могу вернуться в королевство. Мне-то не очень хочется прозябать тут среди деревьев и им подобных. От себя скажу, что я являюсь врагом леса и моя персона известна любому дереву в этом лесу… Ну кроме вас, лер. Видимо, вы не имеете допуска к этой информации…

Мага, казалось, сейчас хватит удар. Он начал приподниматься.

– Вы… – в бешенстве начал он.

– Одно грубое слово, лер, и я вас убью на дуэли, – совершенно спокойно ответил ему я и повернулся к стражникам. – Ну вы-то хорошо знаете, кто я. Зачем этот балаган? Я уеду, а вы получите взыскание от Кирсан-ола. Причем смертельное, – добавил я. Маска невозмутимости на лицах стражников поблекла.

– Отпусти тана, – произнес один из стражников и забрал у опешившего мага мой приказ. Свернул его и передал мне. – Мы вас проводим, тан… до портала.

– Вот это правильное решение, – улыбнулся я и подмигнул магу, сидящему с открытым ртом. – Сиди, маг, и больше думай. Это бывает полезно для продления жизни. – Затем обратился к представителю гильдии магов Вангора: – А вы, мессир, что тут делаете? Почему позволяете умалять честь своего короля? Мы равные союзники и с людьми должны обращаться по их достоинству, а не унижать и не издеваться, как хотели это проделать со мной.

Перевел взгляд на стражников. Остановился и предупредил их:

– Еще раз такое со стороны лесных эльфаров повторится, заберу всех своих подчиненных и вернусь в королевство и расскажу Его Величеству, как тут его унижают.

Было видно, что такой отповеди лесные эльфары не ожидали. Они привыкли к тому, что у себя в лесу вели как хотели и никто им не указ. А тут прибыл молодой дворянин, спокойно сказал, что он враг леса, и предупредил о международном скандале, за который кто-то ответит головой. И они знали, что я это сделаю. У меня была репутация.

– Мы сообщим о вашем предупреждении по инстанции, – выдавил из себя эльфар, а я удовлетворенно кивнул. Маг гильдии вообще ничего не мог сказать и лишь смотрел на меня как на неведомое чудо. Ему и в голову не приходило ставить условия лесным эльфарам. Он очень хотел жить. И я его понимал. Лесные эльфары были еще теми союзниками…

Портал перенес меня в Западный округ Вечного леса. Там был расположен главный город Западного округа Лист Ордая. Ордай первый из лесных эльфаров, пришедший в эти места и основавший свой город и даже свой род Листа. Это был один из древних родов без приставки «ил» к имени. Вернее, это был уже дом Листа Ордая. Меня встретил офицер пограничной стражи. Снова ознакомился с документами и выделил провожающего.

Город был изысканно красив, как все, что делали лесные эльфары. Любой дом и любой дворец в городе были произведением деревянного зодчества, и ходили тут пешком. Меня повели по перекинутым между башнями мостикам. Я смотрел на красоту сверху и мог только удивляться, как в этом народе сочетается тяга к прекрасному и непомерная злоба ко всему, что не относится к их жизни.

Мы прибыли к пустующим казармам городской стражи, где, как я узнал, расположили учеников Азанарской академии магии. Мы спустились во двор казарм на лифте, и тут провожатый меня оставил. Он даже не попрощался, выказав мне свое неуважение. Молча развернулся и собрался уходить. Но я уже понял, что спуску этим надменным ушастым гордецам я не дам. Мне было все равно, что они попробуют со мной сделать. Хуже, чем есть, уже не будет. Это остальных людей они держали в цепких руках страха их непреложной мести.

– Постойте, любезнейший, – остановил я эльфара. – Мне не нравится ваша невежливость.

Эльфар скривился и небрежно бросил слова:

– И что, вы вызовете меня на дуэль?

– Нет, ты союзник. Я лишь набью тебе морду, – ответил я и ударил его между глаз. Эльфар упал без сознания. На это смотрели стражники у дверей казармы.

«Держат как в тюрьме», – подумал я и направился к ним. Стражники выхватили мечи и направились ко мне.

– Вы арестованы, тан! – обратился один ко мне.

– За что? – в ответ спросил я.

– За то, что напали на нашего соотечественника. Вас будут судить.

– Да? Попробуйте меня арестовать. – И тут же вырвал у них мечи и тоже с удовольствием набил морды. Затем, схватив за шиворот, потащил обоих к воротам казарм. Открыл калитку и вышвырнул воинов на улицу, под ноги еще двоим стражникам. Те обалдело на меня посмотрели.

– Убирайтесь прочь! – приказал я. – Мы сами будем охранять казармы. – Но эти тоже были дурнями, привыкшими к тому, что их до ужаса боялись люди. Вернее, не их, а их изощренной мести. Никто среди людей, ну может кроме короля, не мог чувствовать себя защищенным от их непреложной мести.

Стражники с возмущенным криком бросились на меня. За что и поплатились. На земле лежало уже четыре тела.

Во двор стали несмело выходить студенты. Они видели, как я разделался со стражей. Ко мне тотчас бросились мои вассалы.

– Стойте! – остановил их я. – Хватайте этого! – Я указал на лежащего без памяти наглого сопровождающего. Парни тут же ухватили эльфара за руки и ноги и понесли в мою сторону. Вытащили на улицу, раскачали и небрежно выбросили.

– Штоф! – крикнул я. – Некогда обниматься. Бери наших – и живо на надвратные башни. Бейте магией всех, кто осмелится атаковать ворота. – Толпа студентов увеличивалась. Во дворе собралась почти сотня студентов.

Я, усилив голос магией, крикнул:

– Внимание всем! Построиться по факультетам! Я милостью короля Вангора назначен старшим над вами. Кто не будет слушаться и подчиняться моим приказам, того я вышвырну за ворота на съедение эльфарам. Отныне, пока мы тут, эти казармы объявляются территорией королевства Вангор и здесь правят законы Вангора…

Из толпы раздались возмущенные крики:

– Мы тебе не верим!..

– А мне плевать, верите вы или нет. Я свое слово сказал, считаю до пяти, кто не построится, я не виноват… Раз, два, три, четыре, пять. Я пошел искать…

Большая часть студентов стала выстраиваться как в академии, по факультетам, но некоторая часть благородных отпрысков из самых упертых толпилась кучкой.

Я вышел в боевой режим и пинками уложил их на камни плаца. Не разбирая, где девушки, где парни.

Вышел из боевого режима, и глазам студентов предстала картина валяющихся друг на дружке парней и девушек. Я подпустил в воздух эманации страха.

– Жду ровно пять рисок и снова иду гулять, – прорычал я.

Студенты спешили занять свои места. Поднимались избитые благородные недоросли.

– Живо в строй! – прикрикнул я на них, и первыми с визгами страха поспешили занять свои места девушки. Часть парней побежала за ними.

Я вновь потоптался по самым упертым, и когда вышел из боевого режима, то десяток парней представляли собой жалкое зрелище: разбитые лица, опухшие носы, кровавя юшка на губах.

– Всех бунтовщиков, кто осмеливается ослушаться приказа короля, я своей властью повешу на воротах как предателей и бунтовщиков без суда и следствия, – пригрозил я, и это сработало. У меня была репутация. Сначала я работал на нее, а потом она заработала на меня. В академии меня знали как сумасшедшего нехейца, который зубами загрыз демонов и если что сказал, то сделает обязательно. А слова мои были подкреплены угрозой повесить за бунт королю, этого боялись все и рены и таны.

Вскоре студенты стояли по факультетам и курсам. Из казармы выглянул маг и просеменил ко мне.

– Вы сказали, тан, – обратился он ко мне, и я видел, что это был молодой маг не из благородных, – что вы назначены главным над студентами. Я могу покинуть вас?

– А вы кто, мессир? – спросил я, стоя перед строем.

– Я мессир Штольц, учащийся магистратуры в Вангоре…

– Нет, не можете, мессир Штольц, – отрезал я. – Вы будете моим заместителем. У вас какое направление?

– Я маг-артефактор.

«Ага, – подумал я. – Тоже крохобор, потому и стесняется».

– Вы берете на себя командование вторым курсом. Все, кто не будет слушать ваши приказы, будут повешены!

У мага глаза полезли на лоб.

– И вы тоже, если не исполните свой долг перед королем. Идите к своему курсу. Надеюсь, еще помните, как маги-воспитатели командовали в Азанаре?..

Затем я обратился к замершим студентам.

– Слушайте боевой приказ, студенты. Все вы теперь входите в отдельный отряд специального назначения. Называется он «Честь короля». Кто уронит честь короля, будет сурово наказан. Вы прибыли сюда оказать союзнический долг. Но вы не должны унижаться перед лесными эльфарами, и мы им покажем, что с нами нужно считаться и нас уважать. Все слышали? – Задал я вопрос, как задавали его на построениях в академии, и мне ответил тихий, нестройный хор блеющих голосов.

– Да-а-а…

– Не слышу! – заорал я так громко, что напугал птиц, сидящих на деревьях. Те с громким возмущенным щебетанием взмыли вверх. Но не только их. Сборный отряд «Честь короля» тоже проникся, и над плацем пронеслось громогласно:

– Да-а-а!..

– Старосты групп, ко мне! – скомандовал я. И от строя отделилось с десяток парней и девушек. Это были лидеры, и я хотел их использовать.

– Слушайте внимательно, – собрав их, начал я. – Скоро эльфары пойдут на штурм. Они используют телепорты для проникновения сюда. Мы никого убивать не будем. Вот свитки порталов, куда надо заманить их бойцов. – Я раздал каждому по два свитка. Их я в свое время «одолжил» у бойцов леса. – Каждый из вас знает свое место в бою, это проходили в академии. Выстраивайте студентов согласно уложению. Целители сзади, артефакторы на флангах, боевики впереди. Они воздушными кулаками сносят щиты, артефакторы бросают вонючки. Второй курс на левом фланге и третий курс на правом. Выстраиваемся у дверей казармы. Ступайте к своим и все им расскажите. Времени у нас мало. А я повешу флаг Вангора на шпиле казармы.

У меня был флаг Вангоры. Его мне выдал Гронд. И с ним мы должны были сражаться с орками. Но теперь будем сражаться с лесными эльфарами.

Меня захватил кураж. Такого развлечения я пропустить не мог. А студенты, задавленные спесью лесных союзников и страхом перед их местью, почувствовали гордость. Они просто жаждали реванша, и среди них нашелся тот, кто взял руководство ими на себя. Их это вполне устраивало и отводило каждого от личной мести. Если что, вся ненависть и злоба лесных эльфаров ложилась на меня. А они лишь выполняли приказы старшего. Это устраивало всех, и студенты готовы были мне подчиняться не за страх, а за совесть.

Выучка все же сказалась. Студенты быстро заняли свои места, а я телепортом прыгнул на шпиль, снял знамя Листа Ордая и нацепил знамя Вангора. Теперь все могли видеть, что эта казарма находится под знаменем короля Вангора и нападающие, если осмелятся, будут нападать на его подданных и штурмовать крепость Вангора. А это уже совсем другой смысл при последующем разборе моих действий.

А за стенами казарм меж тем «собирались тучи». На площади перед казармами собирались отряды городской стражи снежных эльфаров. Я смотрел на них со стены и видел, что разговаривать с нами они не собираются. Эльфарское руководство хочет показательно наказать нас и усмирить, но тем самым они только подталкивали надвигающийся кризис.

– Мия, – приказал я девушке из своего окружения, – дуй к студентам. Будешь связной. Передавай им мои команды.

Маленькая лисичка живо спустилась со стены и побежала к выстроившимся для обороны студентам.

– Приготовиться, – проговорил я, и Мия передала мои указания.

В свое время каждый мой вассал получил переговорный амулет. Как я потом понял, это было сделано вовремя. Эльфары не стали собирать большие силы, и перед тремя отрядами по двадцать эльфаров образовались темные провалы порталов, куда они устремились, и затем стали появляться на плацу. Их тут же встретили воздушные кулаки, которых было так много, что эльфаров просто забрасывало обратно в порталы. Когда темные окна порталов схлопнулись, ни на плацу, ни на площади перед казармами бойцов стражи не было. Их командиры стояли на площади и ждали результатов, а за моей спиной была тишина. Никто не ожидал такого результата массового применения воздушных кулаков, и я тоже. И куда делись воины эльфаров, сказать вряд ли кто смог бы. Может, они растворились в междумирье, может, перенеслись еще куда-то…

Но это был еще не конец.

Глава 9

Закрытый сектор.

Космос закрытого сектора. Королевство Вангор.

Вечный лес

Командующий войсками Западного сектора Вечного леса, не веря своим ушам, слушал доклад адъютанта.

– Что они сделали? – переспросил он.

– Выгнали и избили стражу, лер.

– Там что, бунт?

– Там появился тан… – адъютант заглянул в свой блокнот. – Ирридар тан Аббаи Тох Рангор, граф и назначенный королем Вангора старшим над магами Вангора. Это он, по словам стражи, избил их и выгнал.

– Почему он это сделал?..

– Лер, они не знают. Прикажете уточнить?

Командующий его не слушал. Он пребывал в великом недоумении, круто замешанном на возмущении. Чтобы кто-то избил лесного эльфара на территории леса – это было невиданно и позорно.

– И как смог? – воскликнул командующий. – Неужели наши стражники не могли справиться с одним графом из людей? Это… это просто позор! Надо этих людишек проучить… Прикажите собрать отряд и возьмите штурмом эту казарму… Да, и не убивайте магов, но покажите им, что они неправы, – распорядился он. Адъютант кивнул и вышел. Он вернулся через час.

– Ну что? – встретил его командующий вопросом. – Как там казармы?

– Еще не взяты, лер. Над ними развевается флаг Вангора…

– Почему? – командующий даже вскочил со своего кресла.

– Отряды, посланные на штурм телепортами, исчезли.

– Исчезли? Куда исчезли?

– Неизвестно, лер, они просто не вышли из порталов. Видимо, это магия Вангора, о которой нам неизвестно. Какие будут распоряжения?

– Отправьте туда гарнизонный полк и приведите мне сюда этого графа. Я хочу на него посмотреть, и вызови сюда начальника контрразведки.

– Слушаюсь, лер, – кивнул адъютант, – только хочу заметить, что они будут сражаться с Вангором. Над казармами их флаг.

– А мне плевать. Возьмете казармы – и снимите этот флаг. Победителей не судят.

Секретарь кивнул и вышел.

Командующий сел и тихо проговорил:

– Какой позор! Маги людей захватили казармы в моем городе, что скажет Великий?..

Я видел, что к площади стали подтягиваться не городские стражники, а регулярные силы, и было их несколько сотен.

«Все-таки говорить не хотят, хотят задавить силой, – понял я. – И настроены они решительно, с потерями считаться не будут. Вот она, лесная спесь. Мы самые лучшие, мы высшая раса. Мы всех нагнем. Мы все могем… Ну-ну…»

– Мия, у нас война. Бойцов эльфаров не щадить. Но сначала телепорты. Мы откроем ворота, как в моем замке, помнишь?

Та весело рассмеялась:

– Я помню, милорд.

– Ребята, начинается новый штурм, – сообщил я своим вассалам. – Эльфары решили нас если не уничтожить, то здорово прижать. Мы не будем их сдерживать на стенах, а откроем ворота. Как в моем замке, когда напали снежки. Штоф, бери одного бойца, и дуйте с ним вниз, открывайте ворота.

Я стал смотреть на то, что предпримут эльфары. А их командир увидел открывающиеся ворота и замер. Затем дал команду, и отряд из тридцати латников направился к нам. Они постояли за воротами, поглядели снизу вверх на нас. Я помахал приветливо рукой, и они вошли внутрь.

Я дал команду свитки телепортов не применять, подпустить поближе и атаковать воздушными кулаками. Три десятка воинов встали напротив студентов и не знали, что делать. Их тридцать, а студентов больше ста, и они готовы обороняться.

От них отделился боец и побежал к командиру. Вскоре еще два отряда по тридцать воинов вошли во двор казарм. Они выравнялись в линию, выхватили мечи и по команде своего командира, сорвавшись с места, молча и стремительно бросились на студентов. Ответом им были встречные воздушные кулаки. Щиты воинов гасли, а их самих беспорядочно разбрасывало по плацу. А пара огненных шаров заставила половину отряда броситься бежать обратно. Вскоре плац вновь был пуст.

Я смотрел на их командира, а он был в бешенстве. Командир замахал руками, затопал ногами и что-то кричал. Вперед вышли маги эльфаров.

«Ага, – усмехнулся я, – притащил тяжелую артиллерию. Ну сейчас мы это дело поправим. А заодно покажем наши возможности».

Я вышел в боевой режим и прыгнул телепортом к магам. Избил их несильно, но показательно, всех десятерых, и к тому же обобрал. Грубо сорвал с них одежду. Оставил голыми и вернулся. Вышел из боевого режима и с удовольствием смотрел на то, что стало происходить внизу. А там был праздник души.

Голые маги сверкали выбитыми зубами, подбитыми глазами, голыми задами и, вопя, спешно удирали. Все это я снимал на артефакт. Короче, это был позор, и командир эльфаров его вынести не мог. Он дал команду на общую атаку и первым устремился к воротам.

– Приготовить свитки телепортов! – скомандовал я, и Мия повторила.

Целый полк из пяти сотен бойцов с воплями злобы продирался сквозь узкие ворота и, растекаясь по плацу, бежал к студентам. Казалось, что эту ораву обозленных солдат ничто не остановит. Но вдруг перед передовыми толпами бегущих солдат образовалось почти полтора десятка темных окон, и в них стали исчезать набегающие бойцы. Не скоро они осознали, что перед ними порталы, но поняв, что попали в ловушку, выбраться из нее они уже не могли. Бежавшие следом не видели, что происходит впереди, и давили на тормозивших, загоняя их в портал, и следом попадали туда сами. Эльфары забегали и забегали в темные зевы порталов, а когда порталы схлопнулись, перед студентами было едва четыре десятка ошеломленных бойцов, которых разметали воздушные кулаки.

– Закрыть ворота! – приказал я и спустился на плац.

Вышел в боевой режим. Отобрал у всех эльфаров оружие и, уже вернувшись в нормальное течение времени, стал выкидывать по двое слабо сопротивляющихся солдат. Я сознательно опозорил эльфаров на глазах студентов. Мой авторитет вырос до небес. Они орали, улюлюкали, и видно было, что они были счастливы. Видеть позор тех, кого безбожно боялись, – это стало для них настоящим праздником.

– Лер, – к командующему зашел очень бледный адъютант. Его уши нервозно подрагивали. Командующий сидел и с хмурым выражением на лице слушал доклад начальника контрразведки.

– Что? – прервав доклад, спросил он. – Доставили этого графа?

– Нет, лер… Ваш полк пропал.

– Что-о?.. Как пропал? Куда… пропал?..

– Не знаю, лер. Начался общий штурм, и солдаты ворвались в казармы. Вангорцы сами открыли ворота, а потом оттуда вышвырнули всего четыре десятка безоружных бойцов…

– Что-о-о?..

– И это не все, лер, магов полка раздели догола и избили.

– Что-о-о?.. Кто-о-о?..

– У стен казарм собираются жители, в городе начались волнения… Наместник требует вас немедленно прибыть к нему с докладом….

– А граф? – тупо пялясь на адъютанта, спросил командующий.

– Он в казармах.

Командующий, привстав, снова сел и, моргая, смотрел на начальника контрразведки.

– Это что за граф такой?.. Его надо прикончить по-быстрому, пока он не снял нас с должности.

– Нельзя, господин командующий, – хмуро ответил начальник контрразведки, – граф – враг леса. Против него построены далекоидущие планы.

– А на дуэли?..

– Если кто его вызовет, то можно.

– Найдите такого.

– Слушаюсь!

Командующий поднялся и, размышляя, что сказать наместнику, отправился к тому во дворец. Штаб военного командования Запада был рядом с дворцом наместника. Но по дороге лер Орд по так ничего и не придумал, он вошел к наместнику и вытянулся в струнку.

– Орд по! Что происходит? Почему в городе ведутся боевые действия. Жители волнуются и негодуют. У нас что, война с Вангором?.. – Наместник не стал ждать слов приветствия от командующего. Он стоял у окна и смотрел, как собираются толпы эльфаров.

– Нет, Ваше превосходительство, – ответил командующий, – войны с Вангорским королевством нет. Мы наводим порядок…

– Да? И как? – язвительно спросил наместник. – Атакуешь казармы, где расположились наши союзники?

– Там людишки проявили неуважение к нам, лер…

– И в чем это выразилось?

– Они избили стражу и выгнали ее из казарм.

– И для этого ты использовал целый полк?.. Кстати, где он?

– Не знаю, Ваше превосходительство, полк загадочным прообразом исчез…

Наместник долгим взглядом смотрел на командующего и тихим голосом спросил:

– Орд, когда ты успел поглупеть?.. Ты потерял целый полк, штурмуя здание под флагом короля Вангора. Это объявление войны. Ты это понимаешь?

– Я хотел быстро решить возникший кризис и вернуть флаг княжества на шпиль казарм… Победителей не судят…

– Их и не будут судить. – Наместник указал рукой на окно. – Там победители. А тебе придется отвечать за потерянный полк и враждебные действия против союзников. И за несоразмерное применение силы… Я тебя прикрывать не буду. Почему ты не вышел с вангорцами на переговоры? Ты узнал их требования?

– Нет, Ваше превосходительство, это я посчитал ниже своего достоинства. Кто они такие?..

– Они те, кто начистил тебе задницу, Орд. И что ты скажешь Великому? Ты опозорил княжество. Устроил войну и не победил. Мало того, ты потерял полк. Вангорцы показали, что они не зря считаются лучшими магами во вселенной. Их ученики разбили целый полк и продолжают удерживать казармы.

Наместник тяжело вздохнул.

– Орд, у тебя есть покровители в столице, поезжай туда. Я снимаю тебя с должности командующего. Передай все дела заместителю, и надеюсь, что ты вернешься живым. Ступай.

– Алси! – позвал наместник секретаря. В зал, пропуская поникшего лера, вошла красивая девушка. – Пошлите парламентера к казармам. Пусть он узнает, что хотят эти маги. И дайте команду городской страже разогнать жителей.

Секретарь улыбнулась.

– Лер, городской стражи нет. Они участвовали в штурме казарм и исчезли.

Наместник ненадолго задумался. Он был опытным политиком и понял, в какую трудную ситуацию попал. Скрыть такое от Великого не получится. Ищейки Кирсана уже знают о происшествии, и доклад в столицу уйдет скоро. Нужно все валить на командующего и объявить его предателем, спровоцировавшим военный конфликт.

«Идиот!» – мысленно воскликнул наместник и обратился к секретарю:

– Вызови ко мне начальника тайной стражи и пригласи сюда старшего от вангорцев. Парламентера не посылай.

Я вошел во дворец наместника сопровождаемый двумя офицерами, что пригласили меня к наместнику. Все-таки я их достал. Они решили вести переговоры. Неслыханное дело для леса.

Я не боялся, что меня по дороге постараются убить или захватить и объявить мятежником, по нескольким причинам. Первая – я враг леса. И меня нужно убивать долго и изощренно, чтобы я прочувствовал всю глубину своего страдания. А во-вторых, у них были руки коротки.

Но они сумели меня все же удивить. В одном из залов, по которым мы проходили, мелькнул знакомый мне силуэт женщины, и Шиза тотчас же встала «в стойку».

– Ринада! – удивленно проговорила она, и я увидел берку, вернее чигуану, которая очень ловко была подставлена мне и пыталась убить Овора, после того как ее раскрыла Вирона. Девушка скрылась в соседнем помещении, избегая встречи.

– Интересно, что она тут делает? – мысленно спросил я.

– Я думаю, она прибыла по твою душу, Виктор. Готовься к встрече.

– Всегда готов! – ответил я пионерским девизом.

Наместник встретил меня сидя в кресле у красивого столика, на котором стояла бутылка вина и фрукты в серебряной вазе. Он даже встал, приветствуя меня.

– Добрый день, господин граф. Выражаю вам искренние извинения за действия моих не очень умелых подчиненных. Хочу сказать, что это лишь недоразумение, которое следует по-быстрому разрешить. Дружба между нашими народами крепка и нерушима.

Я поклонился поклоном лигирийцев и учтиво ответил:

– Рад слышать, Ваше превосходительство, такие добрые слова в адрес самого верного союзника Великого леса, каким является Вангорское королевство. Я думаю, что мы сможем быстро разрешить все возникшие недоразумения. Для этого надо перестать держать моих подопечных как в тюрьме. Они должны иметь свободный выход в город. Посещать магазины, трактиры, любоваться красотами вашего города. Их должны с уважением обслуживать. И им ничего не должно угрожать на территории города. Стражу у казарм ставить не надо. Если случится так, что кто-то кого заденет, то за вангорского мага отвечу я. Я защитник каждого из них и выступлю на дуэли с любым лесным эльфаром. Маги Вангора не будут сражаться с лесными эльфарами. Я думаю, вы знаете, что я являюсь врагом леса… поэтому мне нестрашно выступать на дуэлях. А маги Вангора, когда придет время, выполнят свой союзнический долг, Ваше превосходительство.

Его превосходительство выслушал меня с завидной выдержкой. Он кивнул, когда я закончил.

– Хорошо, господин граф, я вас услышал и не против всего того, что вы сказали. Мы будем поставлять вам продовольствие, и наши повара будут готовить пищу магам королевства. Они могут беспрепятственно ходить по городу и посещать любые доступные места, кроме тех, что закрыты и от наших жителей. Скажите, а где солдаты полка?

– Они где-то на территории леса. Ни одного воина мы не убили, Ваше превосходительство. Мы открыли ворота, чтобы мирно разрешить возникшие недоразумения, но солдаты Вечного леса напали на подданных короля Вангора. Мы защищались, Ваше превосходительство.

– Я вас понял, граф. У вас есть еще ко мне вопросы, просьбы?..

Наместник давал понять, что аудиенция закончилась. Он не предложил мне выпить, и я не стал на это обращать внимание. Он хотел хоть чем-то меня уколоть.

– Нет, Ваше превосходительство, если мы все обговорили, то разрешите откланяться. – Он поднялся. Я тоже встал. Поклонился кивком головы и пошел прочь. Меня снова сопровождало два офицера. Когда мы вышли из дворца, я им сказал:

– Спасибо, леры, вы мне больше не нужны. Дальше я сам. – Но они лишь скривили губы. Я сделал пару шагов, и они последовали следом.

– Я что, арестован? – остановившись, спросил я.

– Нет, тан, это для вашей безопасности.

– О своей безопасности я могу позаботиться сам, леры, оставьте меня и занимайтесь своими делами.

– У нас приказ, тан, сопровождать вас.

– Сообщите своему начальству, что я не хочу иметь вас в сопровождающих.

Они мне ничего не ответили и лишь холодно смотрели на меня.

– Леры, не заставляйте меня вас убивать. Вы оскорбляете меня и будете за это отвечать. Я вас предупредил.

Они вновь ничего не ответили и, когда я пошел дальше, встали по бокам и пошли рядом.

«Ну точно, как арестованный», – подумал я.

Дальше разговаривать с ними я не стал. Вышел в боевой режим и раздел их догола. Вещи закинул на проложенную над головами дорожку и вышел из боевого режима и как ни в чем не бывало пошел по улице. Стражники службы безопасности прошли пару шагов и громко вскрикнули и тут же покинули меня. Сверкая белыми задами, они мчались по улице на виду немногочисленных прохожих, основная толпа собралась возле казарм и там гудела.

Я не стал возвращаться в казармы. Дал команду Мии, что студенты могут разойтись и отдыхать. Ворота не открывать и организовать смену дежурств на башнях ворот. Сегодня выход в город запрещен.

Я пошел по улице с цветочными клумбами и любовался их красотой, вдыхая аромат леса и чистого воздуха. Увидел вывеску «Трактир у пруда» и зашел внутрь.

– Мы людей не обслуживаем, – обратился ко мне юный официант.

– Тогда я убью хозяина, – равнодушно ответил. – Я вызову на дуэль и убью за неуважение. Потом убью того, кто откажется меня обслужить. – Не обращая внимания на открывшего рот юнца, прошел к свободному столику и сел.

Ко мне тут же подошел лесной эльфар с наглой ухмылкой и с узким мечом на поясе.

– Тебе, хуман, сказали, что тут людей не обслуживают.

– Пошел в задницу, – ответил я, – из твоего рта воняет. Мешаешь дышать.

Эльфар от такой наглости задохнулся.

– Ты пожалеешь, жалкий навозный червь…

Я, не вставая, ударил его ногой, и он отлетел, сметая спиной столы. Из-за столов вскочили еще пятеро лесных эльфаров и устремились ко мне с мечами наголо. Уходить в боевой режим я не стал, а просто разбросал их по залу, отобрал мечи и, подойдя, выбросил их в открытое окно, в небольшой пруд, где плавали лебеди. Затем направился к стойке. Ухватил буфетчика за шиворот и вытащил его.

– Жду пять ридок, потом буду убивать тут всех, – прошипел я ему в лицо. Жители города хоть и были лесными эльфарами, но, как во всяком государстве, не всякий мужчина воин. Буфетчик икнул и быстро закивал.

Посетители повалили прочь. А на мой стол стали ставить яства на блюдах. Я поел и дождался стражу города, что пришла меня арестовать. Ввалились четверо стражников и направились ко мне.

– Хуман, – грубо обратился ко мне старший, – ты арестован.

На что я ему сказал, что получил разрешение от наместника для себя и магов Вангора беспрепятственно посещать любые открытые для посещения места и жители города обязаны нас обслуживать. Все, кто не слушает указа наместника, предатели. Еще сказал, что на меня напали и я защищался, не вытаскивая оружия.

Стражники от моих слов зависли. Но им на смену пришли спецы из службы безопасности, они что-то сказали страже, и те ушли.

Ко мне подошел офицер.

– Тан, мы сожалеем, что вас не обслужили. Во все трактиры и магазины уже разосланы разъяснения. Просьба, не устраивайте больше побоища.

– Хорошо, – кивнул я, – не буду. – И они, удовлетворенные моим ответом, ушли. Я тоже поел и ушел, правда, недалеко. Меня остановила группа молодых эльфаров. Вернее, не так. Не остановила. Они встали на обочине и стали обсуждать меня, при этом высмеивая мой костюм и мой внешний вид. Было их четверо, и они явно нарывались на дуэль.

Но время дуэлей еще не пришло. Оно придет, когда я буду выступать защитником студентов, а их обязательно будут задирать. А этих я просто раздел догола, а одежду развесил по деревьям. И все это в боевом режиме. Когда я, не обращая внимания на их треп, пошел дальше, за спиной раздался испуганный вопль молодых дурней, что думали, что они самые умные. Я усмехнулся, но оборачиваться не стал. Я думал: «Вот сколько еще тупых надменных эльфаров останется в этом городе голыми?» И число их росло. На каждой улице, по которой я проходил, находились идиоты, что потом с воплем убегали, сверкая голым задом. Но через три улицы они мне перестали попадаться, но я видел агентов тайной стражи, которые разгоняли зачинщиков ссор. На четвертом перекрестке в меня выстрелили из лука. Я заметил двоих эльфаров, бегущих по подвесной дорожке, и, выйдя в боевой режим, скинул их вниз головой. Поднял стрелу, что в меня попала, и ее остановил воздушный щит. Подошел к лежащим разбившимся насмерть стрелкам и остановился рядом. Помахал рукой прятавшемуся агенту тайной стражи, чтобы он подошел. Но тот продолжал прятаться за деревом.

– Не бойся, я тебя не съем, – пошутил я. – Иди сюда. Тут лежат те, кто меня хотел убить. Тебе надо это зафиксировать… Или мне стоит обратиться к наместнику и пожаловаться на бездействие стражи?

Я вынудил их подойти. Подошли сразу трое. Посмотрели на лежащих стрелков, и один из них спросил:

– Почему, тан, вы решили, что это они в вас стреляли?

– Потому что ты это сам видишь, – усмехаясь его наивности, ответил я. – Вот его стрелы и вот стрела, что в меня была пущена. Он такая же, как у этого стрелка, и у него лук. Я не видел здесь других горожан с таким оружием. Принимай заявление.

«На территории города Лист Ордая на посланника короля Вангора, графа Ирридара тан Аббаи Тох Рангора, старшего из союзнического контингента магов Вангора, было совершено дерзкое покушение. Его хотели убить. Но волею провидения и богов преступники упали с подвесной дорожки и разбились. Требую от властей города и Вечного леса оградить меня и других магов Вангора от подобных покушений, иначе отряд магов покинет Вечный лес как недружественный Вангору».

– Я знаю, у тебя записывающий артефакт под сюртуком, – сообщил я ему. – Иди и передай мои слова начальству. И займитесь уже наведением порядка на улицах. У вас тут одни бандиты проживают и ненормальные, что бегают по городу голыми…

Оставив растерянных эльфаров у тел неудачливых стрелков, я пошел дальше.

– Что происходит? – удивился наместник докладу девушки-секретаря.

– Граф гуляет по городу. К нему пристают жители с целью спровоцировать ссору, а потом они убегают раздетыми.

– Раздетыми? Он что, их раздевает?..

– Это мы точно сказать не можем. Они вдруг в какой-то момент становятся полностью голыми.

– И… мужчины, и… женщины?

– Нет, только мужчины, женщины к нему не пристают. В городе начинает проявляться недовольство жителей, двое уже хотели графа пристрелить, но упали с мостиков и сломали себе шею. Граф передал вам сообщение, Ваше превосходительство… Оно записано на записывающий артефакт, вот послушайте, его передала мне служба безопасности.

Она сжала бронзовый шар, и зазвучал голос графа.

«На территории города Лист Ордая на посланника короля Вангора, графа Ирридара тан Аббаи Тох Рангора, старшего из союзнического контингента магов Вангора, было совершено дерзкое покушение. Его хотели убить. Но волею провидения и богов преступники упали с подвесной дорожки и разбились. Требую от властей города и Вечного леса оградить меня и других магов Вангора от подобных покушений, иначе отряд магов покинет Вечный лес как недружественный Вангору».

Наместник поморгал, силясь понять, что сказал граф. И до него наконец дошло. Этот сумасшедший нехеец сделает, что говорит. И его специально отправили в лес, чтобы он заставил уважать людей. Это был хитрый замысел короля Вангора, иначе чем объяснить то, что в лес прибыл враг леса. Этим шагом Меехир Шестой показывал Великому, что он знает, как на самом деле лес относится к людям, и если с графом что-то случится, то князя обвинят в преднамеренном убийстве и неуважении к королю Вангора. Недаром маги вывесили свой флаг на шпиле казарм… А вся вина ляжет на наместника.

– Вызови ко мне начальника городской стражи и службы безопасности, и срочно.

Вскоре в апартаменты наместника вошли двое немолодых эльфаров.

– Леры, в городе сложилась сложная политическая обстановка, я требую! – без всякого предисловия начал давать указания наместник. Таким злым его еще не видели. – Чтобы вы навели в городе порядок. У нас гостят союзники, люди и отношение жителей города к ним не самое доброжелательное. В течение дня и ночи выявить и арестовать всех, кто недоволен их присутствием в городе. Чтобы на утро не было никаких эксцессов со стороны наших горожан. К людям относиться если не с дружбой, то нейтрально. Ссор не устраивать. Из луков не стрелять. Все, кто не подчинится, будут считаться бунтовщиками со всеми вытекающими последствиями. Вас это тоже касается. Вопросы есть?

– Да, Ваше превосходительство. То, что вы приказываете сделать… Э-э-э… сделать невозможно, – ответил начальник городской стражи.

– От этого зависят ваши жизни, леры, – успокоившись, ответил наместник. – Идите и делайте свою работу.

Оба эльфара, как огретые поленом, вышли из кабинета наместника.

– Что будешь делать? – спросил безопасника начальник стражи.

– Соберу всех глав родов города и объявлю решение наместника. Пусть присмотрят за своими отпрысками, если не хотят оказаться на роли предателей, пусть их придержат.

– Они пожалуются в столицу.

– Вот и хорошо. Пусть там решают, как быть с этим сумасшедшим графом. А ты усиль уличные патрули.

– Некем.

– Набери добровольцев, привлеки пограничников, но очисти улицы от дураков. Если надо, применяй силу.

Через час на улицах было полно стражников и солдат. Они дубинами и оглушающими амулетами разгоняли вышедших на улицы эльфаров. Хватали самых упорных и тащили в тюрьму. К вечеру улицы города опустели. Трактиры и магазины закрылись.

К владельцам трактиров явились тайные стражники, и те вновь открылись. Тюрьма заполнилась молодыми эльфарами, избитыми и подавленными. Такого город еще не видел.

В зале городской ратуши собрались главы родов. Они гневно и шумно выражали свое возмущение.

Начальник тайной стражи Запада леса долго их слушал и молчал. Когда старики устали, он произнес:

– Вангорцы – наши союзники. Кто против этого, встаньте.

В зале установилась тишина. Никто не встал, так как понимали, что за этим последует.

– Хочу вам сообщить решение наместника, – продолжил эльфар. – Вангорцев не трогать и не ввязываться в ссоры. Если они вас заденут, можете вызвать на дуэль. В магазинах и трактирах их вежливо обслуживать. Иначе они уйдут, и вся вина за это ляжет на город. Всем ясно?

– Мы будем жаловаться! – закричали главы родов.

– Это ваше право, леры, но указание наместника выполните. Если кто проигнорирует это, он будет считаться политическим противником Великого. – Все тут же примолкли. Одно дело – выражать свое возмущение по поводу вангорцев и попрания традиций, совсем другое – быть политическим противником Великого князя. Такое тут не прощается. Все знали, что Великий сторонник временного равенства со снежными эльфарами, хочет включить Снежные горы в сферу своего влияния, и те, кто против его политической линии, объявляются личными врагами. Удел таких несчастных весьма печален.

Главы родов, притихшие и задумчивые, разошлись по домам.

Ночь прошла спокойно. Утром все студенты вышли на построение.

– Вы все молодцы! – начал я. – Поздравляю вас с победой.

И строй рявкнул:

– Служим и повинуемся Его Величеству!

– Теперь вы можете спокойно ходить по городу, посещать магазины и трактиры. Если вас вызовут на дуэль, оскорбив, то за такого студента сражаться буду я. Я ваш защитник. Старайтесь сами не провоцировать ссоры, но если такое случится, то знайте, на дуэлях вам сражаться запрещено. Вы должны будете сообщить, что с противником будет сражаться защитник. Обговорите место и время, потом через мессира Штольца сообщите об этом мне. В город выходить группами не менее пяти студентов. Девушкам одним не выходить, а только в сопровождении парней. В казармах остается дежурная группа из состава второго курса. Пять «красных», пять «зеленых» и пять «синих» студентов. Мессир Штольц, назначьте студентов в дежурную группу. Все свободны.

«Вот сегодня начнется самое интересное», – подумал я, когда увидел, как с воплем и визгом толпа студентов повалила к воротам казарм. Но пока они развлекаются, мне надо срочно смотаться к Гронду и предупредить его о надвигающемся международном скандале, который, я уверен, скоро грянет.

– Я к себе в комнату, – сообщил я мессиру Штольцу. – Меня до вечера не беспокоить. – И ушел. В казармах у меня были свои апартаменты из трех небольших помещений на третьем этаже. Я своей властью выселил оттуда мессира Штольца. Но уходя, шепнул ему на ухо:

– Мессир, меня скоро отсюда заберут, от беды подальше. Вы смотрите, как поступаю я… со студентами, и так же делайте. Но в драку с лесными эльфарами не вступайте. Будьте со студентами строже и напирайте на то, что неподчинение вашим приказам – это бунт, и смело отправляйте провинившихся в тюрьмы эльфаров, оттуда они выйдут самыми покорными. – Я хлопнул растерянного мага по плечу и ушел.

Закрылся у себя на толстый засов и телепортировался на корабль-базу, оттуда сразу в столицу, во дворец, и вошел к секретарю Гронда. Тот поздоровался и доложил о моем прибытии.

Гронд встретил меня не очень ласково. Насупился и спросил:

– Ты чего еще тут… околачиваешься? Тебя ждут товарищи в лесу… – И усмехнулся. – Их там совсем сильно прижали.

– У меня есть важные новости.

От моих слов Гронд побледнел и сломал гусиное перо, что держал в пальцах.

– Опять неприятности? – спросил он, прожигая глазами. – И снова вещий сон королевы?..

– При чем тут королева? – удивился я. – Я приехал сообщить, что побывал в Вечном лесу, видел студентов и… – Я почесал щеку, размышляя, как бы потактичнее сообщить Гронду обо всех обстоятельствах дела…

– Что и? – Гронд положил руку на сердце. – Ты объявил войну Вечному лесу от имени короля?..

– Нет, мастер, что вы, – ответил я, и Гронда отпустило.

– Ну слава богам… А то я уже подумал…

– До этого не дошло, мастер, – продолжил я свой рассказ. Гронд вновь замер.

– А до чего дошло, студент? – Гронд явно разволновался. – Не томи старика, говори, что еще натворил?

– Мы сражались за честь короля, мастер.

– С кем? С орками? И все погибли?..

– Нет, мастер, мы сражались с полком лесных эльфаров и городской стражей… И никто не погиб… только… – Мне показалось Гронда хватил удар. Он замер с открытым ртом и силился вдохнуть в себя воздух, но он даже не дышал.

– Мастер? С вами все в порядке? – участливо спросил я. Но Гронд молчал.

Приходил он в себя несколько минут. Я даже налил ему из графина воды, что оказалась белым вином. Гронд автоматически принял от меня стакан и сделал глоток. Это привело его в чувство.

– Скольких эльфаров вы убили, сволочи? – просипел он и откашлялся «кхм, кхм»…

– Мастер, вы зря переживаете, все эльфары живы… Только их нет.

Гронд снова вытаращился на меня. Я хотел пояснить, но он остановил меня рукой.

– Стой, студент. Мне одному это не потянуть. Тут мессир Кронвальд приехал, надо чтобы и он послушал.

Гронд налил себе вина, залпом выпил и поднялся со своего места.

– Пошли, студент! – приказал он, и пришлось подчиниться.

Мессира Кронвальда мы нашли в гильдии магов. Нельзя было сказать, что он был рад нашему появлению. Он сморщился, как от зубной боли.

– Что еще? – скупо спросил он.

– Вот, Крон, граф побывал в Вечном лесу… и хочет нам сообщить подробности своего пребывания там.

– Ну был, и что? – буркнул мессир и бросил на меня косой взгляд. – Мне-то какое дело до всего этого?

– Ну ты теперь командующий южным корпусом, а наш студент воевал в лесу с целым полком лесных эльфаров.

– Один, что ли? – усмехнулся мессир.

– Нет, Крон, он заставил сражаться наших студентов.

Ухмылка как-то очень быстро сошла с лица мессира Кронвальда, и он посмотрел на меня, еще не до конца веря услышанному.

– Наши студенты вступили в боестолкновение с лесными эльфарами? – прямо-таки по-военному переспросил он.

– Ну, не то чтобы боестолкновение, мессир, мы защищались, – проговорил я и понял, что нужно быстро все объяснить. Иначе…

– Мессиры, давайте я вам все покажу и поясню, – предложил я и, пока они молчали, включил записывающий мини-коммуникатор, спрятанный под артефакт. – Вот смотрите.

Рассказ-показ длился больше часа. Под полное молчание двух прожженных интриганов. Закончив, я протянул артефакт мессиру. Тот отпрянул.

– Зачем он мне? Отдай Гронду, это по его части.

– А мне он зачем? – ответил мастер и отодвинулся от меня.

– А кто королю будет рассказывать правду? – спросил я.

– Какую правду? – в два голоса спросили оба. А я подумал, что, посмотрев кино, они как-то сразу поглупели.

– Его Величеству обязательно придется объясняться с послом Вечного леса, и что он будет ему говорить? – спросил я, и два старика переглянулись, а потом, сообразив, тут же одновременно потянулись к артефакту, но Гронд оказался быстрее.

– Ты прав, студент, – проговорил Гронд, – Его Величество нужно подготовить. Ты сколько времени пробыл в лесу?..

– Полкруга, мастер.

Старики снова переглянулись.

– Может, ты его оставишь здесь? – предложил мессир.

– Не могу, это был приказ, написанный графом тан Кране, и печать короля на нем. Я лишь передал его студенту.

– Я тебя понял, – кивнул мессир и обратился ко мне: – Граф, вы можете возвращаться в лес, мы постараемся вас оттуда вытащить…

– Не надо, мессиры, мне там понравилось, – замахал я руками. – И кроме того, я еще не все там сделал…

– Мы как раз этого и опасаемся, граф. Уж очень вы деятельный… – вздохнул мессир Кронвальд, – идите, граф, идите. Я, когда вас вижу, старею на несколько лет…

Я пожал плечами и встал.

– Честь имею, господа! – Щелкнул каблуками и ушел.

Кронвальд с прищуром посмотрел на Гронда.

– Чего? – заметив необычный взгляд друга, спросил тот.

– А правду говорят, что ты сидел за одним столом с королем и королевой?..

– Сидел, и что?..

– И что ты такое сделал, что удостоился такой великой чести? Зад ему вылизал?..

– Не довелось… пришел рассказать о предательстве Искореняющих, а Его Величество был в хорошем расположении духа и даже высмеял меня. Сказал, что боги накрыли его своим плащом благодати и поведали ему это раньше меня. И точно повторил то, что рассказал мне нехеец.

– Хм… опять граф проявил себя, – вслух проговорил Кронвальд. – И снова видение у королевы?.. Хм…

– Что ты кашляешь?

– Вот думаю, что наш граф скоро может стать начальником тайной стражи.

– Почему ты так решил? – с интересом разглядывая архимага, спросил Гронд.

– А ты веришь в совпадения? – ответил, смеясь в бороду, мессир.

– А ты думаешь, что он стал ее любовником?

– Ну ты и спросил, – осуждающе покачал головой мессир и огляделся. – Я ничего не думаю, – тихо прошептал он. – Я уверен… Если это так, то скоро он будет в столице и станет одним из вершителей политики королевства…

– Крон, ты в своих домыслах зашел слишком далеко. Нехеец имеет невесту и свору вассалок, которые его удовлетворяют. Зачем ему старуха? Она ему в матери годится, и наш студент никогда не приживется в столице. Он тут всех поубивает.

– Спорим? – не отступал мессир.

– На что?

– На две бутылки «Золотой лозы».

– Идет. Сколько будем ждать?

– А сразу после того как случится восстание Искореняющих, это и произойдет. Ты же сюда нехейца вызовешь спасать Ее Величество. Я тебя знаю.

– Договорились. Кто пойдет к королю с докладом?

– Оба. Я ректор академии, ты начальник стражи.

Я вернулся в лес, но перед этим заночевал в своем замке с Чернушкой, чем ее сильно обрадовал. Но помня, что случилось с Гангой, я перенес ее спящую на корабль-базу и уложил в медкапсулу. Программы и нейросети были в наличии. Пусть полежит денька три.

Утром в дверь моих апартаментов в казармах нещадно стучали. Я открыл дверь и увидел сильно расстроенного мессира Штольца.

– Вам чего? – спросил я его.

– Господин граф, там уже двенадцать вызовов на дуэли, и все с утра.

– Где?

– На площади у городской ратуши. Мне вас будет не хватать… только…

– Стоп, стоп! Мессир, вы что, меня хороните?

– Да… Ой… То есть нет, но…

– Я вас понял, уже иду к ратуше, а вы тут командуйте. Как общая дисциплина? Драки, убийства среди студентов были?

– Убийства-а-а?.. Нет. Ни драк, ни убийств… А что, должны быть?..

Я посмотрел на мага-артефактора. И откуда он такой взялся «зашуганный»? И ведь в столичной магистратуре учится, станет магистром… Ну да бог с ним.

– Ну и хорошо, – одобрительно похлопал я мага по плечу. – Не допускайте этого, мессир, не давайте спуска благородным. – И оставив растерянного мага обдумывать мои слова, пошел вон.

Я понял замысел гильдии магов. Отправить сюда тех, кого не жалко. Вот Штольца им не жалко. Крохобор, но скоро станет магистром. Вроде и статус есть. А студенты? Их слегка прижмут, и они будут как шелковые. И помощь от королевства есть, и потери лица нет. Только вот незадача вышла, я прибыл в лес…

К ратуше я добрался по улицам, а не по мостикам. Меня никто не задевал, хотя прохожих было много. Я вот еще о чем подумал: «А где они все трудятся?» У эльфаров не было ферм, не было заводов, рудников. Чем тут занимаются горожане и на что живут? Это для меня до сих пор оставалось секретом…

У ратуши собралась толпа зевак. Стражники окружили пятачок, внутри которого стояли двенадцать эльфаров. И все, так на глаз, лет тридцати. По их расслабленным стойкам, подтянутым фигурам я понял, что это отменные бойцы.

Меня пропустили внутрь пятачка, и ко мне подошел эльфар в красивом хорошо скроенном камзоле из зеленого бархата.

– Господин граф, – обратился он ко мне. – Вы подтверждаете свои слова быть защитником магов Вангора, которых вызвали на дуэль?

– Подтверждаю, лер. Я готов. Кто первый?

– Я сейчас объявлю, господин граф. У меня только еще один вопрос, кто будет защищать студентов, когда вас убьют?

Я улыбнулся.

– Они сами себя будут защищать, лер. У меня тоже есть вопрос к вам. Будут ли семьи убитых эльфаров мне мстить?

– Я не готов ответить на этот вопрос, граф… – Эльфар скорчил неприятную рожу.

– Тогда просветите меня по этому вопросу. Может ли семья убитого эльфара на дуэли мстить тому, кто оказался победителем?

– Для лесных эльфаров это неприемлемо, но не распространяется на другие народы.

– Я вас понял, лер, – совершенно невозмутимо ответил я. – В таком случае объявите всем главам семей тех эльфаров, что участвуют в поединках, что если они во всеуслышание не откажутся от мести, то я буду убивать всех мужчин этой семьи. Так сказать, чтобы предотвратить с их стороны месть.

– Вы это серьезно?

– Вполне, лер. Я вызову всех их на поединок и убью…

Лер посмотрел на меня долгим взглядом и, ничего не говоря, ушел. Что уж он говорил эльфарам, я не знал, но видел, какие взгляды они бросали на меня.

Лер оказался судьей и распорядителем дуэли. У них даже должность такая была в совете глав родов города. Он ничего мне не сказал, а начал объявлять:

– Лер Пиркас по из дома Тенистой аллеи против графа Тох Рангора. – Он сократил мое имя, но я не был против.

– Прошу господ в центр. Вы не хотите примириться? – спросил он нас. Эльфар бросил, как плюнул, свое презрительное:

– Нет.

Я ответил, что не против того, чтобы примириться. Но эльфар уже сказал свое слово, и по толпе пробежал гул неодобрения моим словам, и послышались оскорбительные выкрики:

– Струсил! Он струсил!.. Хуман испугался!..

Но я не обращал на эти выкрики внимания. Я сказал, что хочу мира, а не войны, это будет известно в Вангоре и никто меня не обвинит в преднамеренных убийствах.

– Сожалею, господин граф, но примирение невозможно, – объявил распорядитель и произнес: – Приготовиться к бою. Бой на дуэльных мечах. Получите их у моего помощника.

Я подошел и взял из длинного футляра меч, красивый, тонкий, как рапира, и отошел в центр обозначенного для дуэли круга. Туда же подошел мой противник и встал в стойку. Согнул ноги и выставил меч перед собой. Я стойку принимать не стал, а стоял с опущенным острием вниз клинком.

Распорядитель бросил платок, и, когда он коснулся камней площади, эльфар стремительно бросился на меня. Его меч молнией устремился к моей груди. Выпад был хорош и если бы не мои рефлексы, то обязательно достиг бы цели. Но я лишь повернулся совсем чуть-чуть, пропуская его меч мимо. Кистью немного подправил движение его меча и воткнул свой меч ему прямо в радостно открытый от предвкушения победы рот. Острие вышло из затылка, и я резким рывком выдернул меч. Эльфар умер мгновенно и, наверное, так и не понял, что проиграл. От моего рывка он упал лицом вниз, и из его головы стала вытекать кровь. Площадь притихла. Все с немым изумлением смотрели на тело поверженного, и до эльфаров с трудом доходила истина. Их боец убит.

Я же громко произнес:

– Отказывается ли семья убитого от мести? Ели нет, то я вызываю всех мужчин этой семьи на поединок чести…

Ответом мне было молчание. Они еще не осознали всего случившегося, а я уже вызывал следующего на поединок.

– Лер распорядитель, зовите следующего бойца.

После небольшой заминки вышел поджарый и невысокий эльфар, но казалось, он был свит из жил. Он окинул меня оценивающим взглядом и поднял выроненный меч. А тело унесли слуги дома убитого эльфара.

Распорядитель уже не таким хорошо поставленным голосом, как первый раз, назвал следующего кандидата на смерть. Я сбил маленько с него спесь.

– Лер Крамо по из дома Тенистой аллеи против графа Тох Рангора. Господа, вы не хотите примириться? – задал он ритуальную фразу.

Я же подумал, еще один эльфар из этого дома, уже хорошо. Меньше придется убивать.

Поджарый еще раз окинул меня оценивающим взглядом и процедил:

– Нет.

Я же ответил, что готов примириться. И это было отвергнуто распорядителем.

– Сожалею, господин граф, но примирение невозможно.

Он отошел, оставив нас одних, и бросил платок. Я, как и в прошлый раз, стоял расслабленный, и меч мой острием смотрел в камни площади. Эльфар, помня, как попался его родственник, не торопился нападать, он пошел вокруг меня, я не поворачивался за ним, и он попался. Думая, что я пижоню, сделал длинный выпад сбоку в шею, но я вновь слегка отклонился, пропустил клинок и сбоку. И снизу нанес удар под подбородок одновременно с ним. Он не мог ни отклониться, ни отбить удар. Острие моего меча прошло в голову и вылезло из темечка. Он стоял удерживаемый моим клинком. Я подержал его и резко вырвал из раны меч. Эльфар упал как подкошенный. Его ноги не держали мертвое тело. Этот тоже умер, не осознав, что произошло. С моего клинка стекала кровь, и я ее не вытирал. Это был психологический прием. Все присутствующие в полном молчании переводили взгляд с лежащего без движения тела на окровавленный меч. Я стал в ту же позу и молчал.

А что тут скажешь, у эльфаров случился разрыв шаблонов. Из властителей вселенной они превратились в жалких ушастых ничтожеств. И это было видно по страху в их немного раскосых глазах. А еще по толпе прошло шевеление ушами.

Когда унесли тело, распорядитель с большим трудом назвал следующего участника дуэли.

– Лер Вирнар нур из дома Звенящего ручья против графа Тох Рангора. Господа, вы не хотите примириться?

Эльфар немного замялся, но ответил отказом.

– Нет, – твердо произнес он и посмотрел на меня с ненавистью. А ненависть – плохой помощник в любом деле. Это все знают.

Я, как обычно, ответил, что готов к примирению. И вновь распорядитель мне в этом отказал.

Этот эльфар решил не подходить близко и первым не нападать. Он попытался зайти со спины, но я его спросил:

– Хочешь победить меня ударом в спину? Попробуй. – Это был открытый вызов и обвинение эльфара в трусости. Он вернулся и встал напротив меня. Но нападать не спешил. Я не стал ждать и сделал шаг к нему. Навстречу мне устремилось жало клинка. Противник надеялся на свою природную быстроту реакции. Но я вновь отклонился ровно настолько, чтобы уйти с линии атаки, и атаковал одновременно с ним. Он пал убитый в глаз, и следом в меня прилетела стрела. Стреляли в спину. Шиза заметила стрелу первой, и Лиан увел меня в сторону. Стрела прошелестела мимо и вонзилась убитому в лицо. А он лежал, раскинув руки на вымощенной камнями площади. Выражение его лица было удивленным, как у ребенка, которому показали фокус и не рассказали, как его сделали.

– У местного лесного народа напрочь отсутствует честь. Я так понимаю, этот выстрел в меня, – громко заявил я. – Что же, я сообщу об этом Великому князю леса, пусть позор ляжет на жителей этого города, а не на весь народ.

Я повернулся на триста шестьдесят градусов и оглядел молчаливые испуганные лица эльфаров. Они все понимали, что это великий позор. Попытка убийства на священной дуэли наказывается страшной мучительной казнью. Если бы меня убили, то дело можно было бы замять. Я хуман, а не эльфар. Все бы только вздохнули с облегчением. Ворон ворону глаз не выклюет. Но покушение было неудачным. Я жив, и я могу все рассказать князю. А тот примет меры, и еще какие… Напасть на меня здесь и разорвать на куски ненавистного хумана, что сбил с них спесь и подсадил в сердца страх, как им хотелось бы, не получится. Это станет достоянием тайной страже, а те донесут до Кирсана. Все, круг замкнулся.

Неожиданно в толпе послышался крик. Я оглянулся и увидел, что через толпу вели незадачливого стрелка. Все-таки стражники видели, кто стрелял, но не помешали ему. А вот поймать – поймали. Правда, только затем, чтобы другие поняли, что дело надо доводить до конца. Несчастного стрелка подвели к распорядителю. А тот обратился ко мне:

– Господин граф, это тот, кто в вас стрелял. Он ваш…

«Ну что же! – мысленно усмехнулся я. – Еще одно испытание приготовили мне эльфары, но я их удивлю. Вы хотите просто расправиться с неудачником моими руками, но не выйдет, ушастые господа. Я не кровожаден…»

Вышел в ускоренный режим и вколол инъекцию правды в руку эльфара. Очень удобное средство: и магия «не светится», и дело делается. Вышел из боевого режима уже на своем месте.

– Как тебя зовут, эльфар? – спросил я. И подошел к нему ближе. С этих лесных зазнаек станется и его убить.

– Я лер Рамсир по из дома Лилового тумана, – проговорил он. – Я охотник. – Его глаза были пусты, и я оказался прав: в него полетела стрела, которую я отбил мечом.

Покачал осуждающе головой и спросил:

– Кто тебе дал приказ убить меня?

В него полетели сразу три стрелы, и они были отбиты. По правилам поединков в такой ситуации место дуэли должно сразу накрыться куполом щита, но этого не делали. Я накрыл его и себя. И спросил распорядителя:

– Вы хотите, чтобы его убили? И никто бы не узнал, кто дал команду убить меня?

Еще несколько стрел упали отраженные щитом. Я продолжил:

– Все, что тут происходит, записывается на артефакт, лер распорядитель. – Тот заюлил глазами и закричал:

– На сегодня дуэли прекращены…

– Не получится! – перекрыл его крик я. И уже тише добавил: – Я против этого, и у меня есть такое право.

Казалось, он хотел меня испепелить, но я смотрел на стрелка и повторил свой вопрос:

– Кто тебе дал приказ убить меня?

– Лер Вариман по глава, дома Лилового тумана.

– Все слышали? – спросил я. – Забирайте своего ничтожного соотечественника и поступайте с ним по своим законам. Главу дома Лилового тумана объявляю своим врагом. Кто там следующий на поединок. – Я перекрикивал начавшийся шум и гам.

Стрелка увела стража. Думаю, он погибнет при попытке бегства. Ко мне подошел распорядитель.

– Граф… – начал он тихо.

– Для вас, лер, я господин граф, – оборвал его я.

– Господин граф, не нагнетайте ситуацию, отступитесь…

– Ни за что. Пусть все, кто вызвал моих студентов на поединок, извинятся передо мной.

– Они принесут извинения в частном порядке.

– Нет, пусть свой порядок засунут в задницу. Прилюдно.

Эльфар уставился на меня в упор. Помолчав, стал угрожать:

– Вы сокращаете себе жизнь, граф.

– Да что вы такое говорите врагу леса! – рассмеялся я ему в лицо. – Вызывайте следующего поединщика.

– Я переговорю с ними, – ответил он и отошел.

Эльфары попали в трудную ситуацию. Быть убитыми они не хотели, а прилюдно извиниться перед человеком – это было потерей лица. Они хотели сделать это по-тихому, приватно, но я не дал им такой возможности.

Посовещавшись с несколькими немолодыми эльфарами, распорядитель подошел ко мне.

– Господин граф, глава дома Лилового тумана говорит, что он не давал команды этому охотнику вас убивать, это его личное решение, и глава Дома скорбит о случившемся. За своего родственника он хочет дать откуп…

Глава 10

Где-то в другом мире.

Закрытый сектор. Снежные горы.

Космос закрытого сектора. Королевство Вангор.

Вечный лес

– Господин граф, глава дома Лилового тумана говорит, что он не давал команды этому охотнику вас убивать, это его личное решение, и глава Дома скорбит о случившемся. За своего родственника он хочет дать откуп… и приносит свои искренние извинения.

– Я почему-то не слышу этих извинений, лер. У главы дома Лилового тумана отсох язык сказать это лично мне? – спросил с легкой насмешкой я. – Стреляли в меня прилюдно, пусть прилюдно отвечает за своего родственника. И за тех, кто еще стрелял в меня, после того как сюда привели стрелка. Где те, кто стрелял?

Лер в зеленом камзоле позеленел от злобы, но сдержался.

– Я передам ваши слова главе Дома… – Он отошел и вновь стал шептаться с эльфарами.

Наконец они до чего-то договорились, и ко мне вышел один из тех, кто разговаривал с распорядителем.

– Господин граф, – с огромным трудом проговорил немолодой эльфар, – я лер Вариман по, глава дома Лилового тумана. Я приношу вам свои извинения за действия моего родича и готов дать отступные. – Он даже слегка поклонился.

– Хорошо, лер Вариман по, я принимаю ваши извинения. Это я делаю из союзнического долга и доброй воли и желания не обострять отношения с народом Вечного леса. В качестве отступных требую жизнь этого стрелка. Он будет моим слугой и выходит из вашего Дома. Ваша месть на него не распространяется. Те, кто стрелял в меня после него, меня не интересуют, разбирайтесь с ними сами.

По тому, как на меня смотрел лер Вариман, я понял, что он близок к инсульту. Я унизил его так, как никогда не унижали. Забрать из Дома и пощадить эльфара-преступника – это было для него слишком неожиданно. Но… он уже сказал свое слово об отступных, и я был в своем праве. Я чувствовал, как по площади разливается ненависть и страх. Они, словно невидимый сырой туман, накрывали зрителей и участников дуэли.

Установилась такая звенящая тишина, что казалось, она тонко-тонко вибрирует, как струна, и она готова вот-вот порваться. Все ждали ответа главы Дома. И он как-то сдулся.

– Хорошо. Он ваш, – ответил эльфар, и по площади прошелестел недовольный вздох.

– Тогда я требую доставить его сюда живым, – ответил я.

Лер Вариман молча кивнул и отошел.

Меня сопровождали, следуя в отдалении, мои вассалы Штоф и Эрна. Я кивнул им.

– Возьмите под защиту стрелка, – и те лишь прикрыли глаза, показывая, что меня поняли.

– Ну кто там следующий? – спросил я распорядителя. Тот хмуро ответил мне неприязненным взглядом и проговорил:

– Лер Симкар нур из дома Лесного пруда против графа Тох Рангора. Господа, вы не хотите примириться?

– В качестве доброй воли, – презрительно глядя на меня, проговорил эльфар, – я отказываюсь от своих претензий к магам Вангора…

Все ждали, что скажу я. Я и ответил.

– Если лер Симкар нур из дома Лесного пруда принесет извинения мне за оскорбление чести мага Вангора, я тоже готов в качестве доброй воли примириться. Я не кровожадный.

Эльфар попал в трудное положение. Или участвовать в поединке с неизвестным исходом, или признать, что он сознательно оскорблял учеников академии.

Он не прошел испытание доброй воли. Его спесь была неизмеримо выше здравомыслия, и он умер мучительнее остальных. Я распорол ему живот, и его кишки выпали на камни. Он упал на колени и стал загребать их руками, но тщетно, они тоже были разрезаны, и ему уже ничего не могло помочь.

А дальше эльфары сломались. Они поняли, что их ждет неминуемая смерть, а умирать они не хотели… Одно дело – убивать слабо подготовленных хуманов, другое дело – умирать самому… Я их понимал. В их душах. Вернее, в их маленьких душонках затаилась змея большого страха, и она поедала их изнутри. У них под ногами пошатнулось их миропонимание, что они самые достойные и великие, как их лес… Я вырвал их из комфортной среды безопасности, обнажил их истинное трусливое нутро и стал ненавидим всеми ими. Не простят они мне это, не простят…

Оставшиеся принесли извинения моим студентам, и ко мне подвели незадачливого стрелка в цепях.

– Снимите цепи! – распорядился я и, забрав молчавшего все время лесного эльфара, пошел обратно в казармы. Перед нами расступались и провожали такими взглядами, от которых можно было вспыхнуть и сгореть, но я был несгораем, как сейф.

– Ваше Высочество! – к Кирсан-ола заглянул его новый секретарь. – В казармы стражи ворвались через портал воины. Там начался бой, и, непонятно кто кого атакует…

– Поднять по тревоге пятерки рейдеров и резервный отряд чигуан, всех направить к казармам стражи. Столичному гарнизону окружить дворец. Ко мне моих телохранителей и начальников служб. Срочно!.. Выясните наконец, кто напал…

Кирсан поднялся. Он был сильно взволнован, но не хотел этого показывать. Проглядеть нападение в столице на казармы тайной стражи – это большая проблема. Князь за такое может наказать, хотя и брат. Он в последнее время недоволен его работой. А у него что-то не ладится… Казнил уже десяток приближенных, но ни на лаг не приблизился к раскрытию загадки, кто же помог снежным эльфарам уйти из леса?..

А между тем шум в дворцовых казармах нарастал. Там уже вовсю применяли магию. К казармам спешили отряды воинов и начинали их блокировать. Но как неожиданно начался шум, он так же неожиданно и смолк.

– Что там? – спросил Кирсан подоспевшего вновь назначенного начальника второго отделения тайной стражи.

– Ваше Высочество, разбираемся. Сюда телепортом переправили несколько отрядов полка из Листа Ордая. Бойцы полка уже сложили оружие и сдаются.

– Из Листа Ордая? – воскликнул Кирсан-ола. – Как они смогли сюда попасть? Это бунт?

– Разбираемся, Ваше Высочество. Разрешите идти?

– Иди и все хорошо узнай… У нас большие потери?

– Сейчас это выясняем, Ваше Высочество.

«Что за ерунда происходит? – подумал начальник тайной стражи леса. – Неужели несколько отрядов воинов из Ордая думали перебить охрану дворца? Да и зачем? Наместник весьма лояльный к Великому чиновник, а командующий из дома его жены. Это сумасшествие какое-то». Не выдержав, он под охраной десяти телохранителей направился в казармы. Там царил беспорядок и разгром. На полу лежали тела убитых воинов стражи дворца и Ордая. Было их немного, но разгром, учиненный нападавшими, был чудовищен. Двухъярусные кровати переломаны. Столы, стулья валялись кучками, и не было ни одного целого. Его встретил перевязанный командир охранного полка.

– Ваше Высочество, – доложил он. – Атака неприятеля отбита. У меня трое убитых, двенадцать раненых бойцов. У неприятеля убито двое и тридцать четыре ранены. Проводим допросы командиров. Здесь командир полка из Ордая, он ранен, но может говорить…

– Приведите его сюда! – распорядился Кирсан-ола и огляделся. – И стул принесите. – Он сел среди разрухи и обломков, еще раз оглядел место боя и поморщился.

Привели раненого и связанного командира полка из западного города Лист Ордая. Он увидел Кирсан-ола и вытянулся в струнку.

Кирсан вспомнил, что того зовут лер Ларинсан по.

– Ларинсан, – обратился он к вояке, – что вы такое натворили? Я поверить не могу, что вы напали на столичный гарнизон… У вас какие были цели?

Эльфар упал на колени.

– Ваше Высочество, я выполнял приказ командующего Запада… Мы должны были захватить казармы, где расположились маги Вангора… В Листе Ордая…

Кирсан-ола, не веря услышанному, смотрел на эльфара. Помолчал, обдумывая его слова, и, не придя ни к какому решению, спросил:

– Зачем?

– Они выгнали наших стражников, повесили над казармами флаг Вангора, Ваше Высочество.

– И… что? Я не понимаю. – Кирсан-ола еще более недоуменно воззрился на пленного. – Зачем нужно было брать штурмом казармы? Вы спросили наших союзников, по какой причине они выгнали нашу стражу?

– Э-э-э… нет, Ваше Высочество. Не спросил. У меня был приказ проучить вангорских наглецов, арестовать их главного, графа Тох Рангора, и повесить флаг княжества на казармах.

– Кто у них был главный? – переспросил Кирсан-ола, вспоминая, что хорошо знает это ненавистное имя.

– Он называет себя врагом леса, Ваше Высочество. Некто граф Тох Рангор.

Кирсан понял, о ком тот говорит, и покивал головой.

– А почему вы оказались здесь, лер?

– Не знаю, Ваше Высочество, нас закружило и втянуло в портал, видимо, колдовство вангорских магов. Но я вижу, что тут не весь мой полк…

Кирсан устало потер лицо. Ему сразу стала ясна подоплека всех событий. Вангор хоть и был союзником Вечного леса, но союзником поневоле, из страха перед Лигурийской империей. Король Вангора показывал им, что он не потерпит умаление его чести и небрежное обращение с его подданными, и показал, что может направить сюда в столицу всю свою армию! От этого откровения у Кирсан-ола страшно заломили зубы. Их безопасность, о которой он печется дни и ночи, под большой угрозой. А направление врага леса старшим среди вангорских магов – это открытый издевательский вызов. Обо всем этом стоило хорошо подумать и принять меры.

Он поднялся со своего стула.

– Тщательно допросить и казнить как предателя! – приказал он. – Полк Ордая расформировать, офицеров понизить до рядовых бойцов и весь личный состав распределить десятками по другим гарнизонам… вдали от столицы. Вызвать сюда командующего Запада и наместника.

Он ушел тяжелой, усталой поступью, оставив замершего с открытым ртом командира полка Ордая.

Шавга-ил пришел в себя и тупо огляделся. Он находился в темноте и, подняв голову, увидел кусочек темного неба с несколькими звездочками.

«Я что, в яме?» – удивился он и зашевелился. Затем крикнул:

– Эй!

Рядом кто-то был еще, и он сильно лягнул эльфара ногой.

– Уймись, ушастый, спать мешаешь, – с акцентом на общем языке произнес невидимый в темноте разумный.

– А где мы? – сжавшись в комочек, спросил Шавга-ил и получил тычок с другой стороны.

– В яме, придурок, спи.

Эльфар принял это предложение за разумное и постарался уснуть. Он повозился и задремал. Проснулся он оттого, что его поливали водой. Он открыл глаза и понял, что это не вода. На него мочился полуголый, загорелый до черноты худой хуман.

Возмущенный эльфар хотел вскочить, но его тело от неудобной скрюченной позы затекло. Он лишь смог прикрыться руками и с возмущением закричать:

– Хуман? Ты что делаешь?

– О! Смотри, лисичка заговорила, – раздался рядом грубый смех, а худой справил нужду и натянул штаны. Отвернулся и ушел на свое место.

Шавга-ил огляделся. В свете, попадающем из отверстия над головой, он увидел двоих полуголых грязных хуманов. Тот, что мочился на него, сел в своем углу и закрыл глаза. Второй смеялся щербатым ртом.

Эльфар почувствовал отвратительную вонь, которую не ощущал до этого, посмотрел себе под ноги и понял, что сидит на испражнениях. Он приподнялся и отполз от зловонной кучи. Как только что понял, он умудрился сесть на отхожее месте, где справляли естественные надобности несчастные, попавшие в яму. Эльфар брезгливо отряхнулся и растер мочу по лицу, вытирая ее рукавом рубахи.

Тот, что смеялся, продолжил говорить:

– А ты смотри, Лемир, лисичка-то красива, кожа белая да чистая. А у меня бабы давно не было… – Он внимательнее оглядел эльфара и, к ужасу последнего, спросил товарища: – Лемир, ты его будешь иметь?

Тот, кого назвали Лемиром, открыл глаза и посмотрел на эльфара.

– Нет, Шавран, я животных не трахую. Мне вера моя не позволяет. Ты уж сам как-нибудь, если хочешь…

Он вновь закрыл глаза.

Второй скривился.

– Да стремно как-то одному, Лемир. Ты же лисичку обоссал. Эх, жаль! Какая баба пропадает… – вздохнул он.

– Я не баба, – отозвался молчавший все это время эльфар. – Я мужчина.

Шавран громко рассмеялся.

– Какой ты мужчина, лисичка, у тебя вон кожа белая, как у фейри в гаремах эмира, а ушки лисьи. Может, скажешь еще, что у тебя и яйца есть?

– Есть! – решительно заявил Шавга-ил.

– Да ну! Врешь, поди!..

– Не вру, есть, – ответил эльфар.

– А если не врешь, то покажи.

Шавга-ил замер, но тут же отверг это предложение, унижающее его достоинство.

– Ничего я не буду показывать, – ответил он.

– Ага! – обрадовался Шавран. – Значит, все-таки баба! А ну, лисичка, снимай штаны. – Он приподнялся.

– Не подходи! – почти завизжал снежный эльфар, и тут у него проявилась его родовая гордость. Он встал. А когда к нему подошел вихляющей походкой Шавран, с силой ударил того по лицу. Снежный эльфар лишь немного уступал в силе оркам и был гораздо сильнее человека.

Удар свалил человека в кучу с дерьмом. Дремавший Лемир приоткрыл глаза, равнодушно посмотрел на валяющегося без сознания товарища и снова прикрыл глаза.

– Если ты, лисица, его убил, тебе не поздоровится. Мы все жертвы дейвам, и нас мало.

Но Шавран зашевелился и открыл глаза.

– Это где я? – спросил он вслух. – Это кто это меня так?

Ему никто не ответил, а сверху сбросили веревочную лестницу, и раздался зычный голос.

– Эй там, в дерьме, вылазь!

Эльфар не заставил себя долго ждать и первым полез наверх. Когда он выбрался из ямы, то его толкнули ногой в зад. Эльфар упал на четвереньки.

– Фу, вонючее животное! – раздался рядом брезгливый окрик воина. – Иди в реке помойся, урод. Что ни говори, а животное всегда останется животным. Даже если его научили говорить… Следующий, вылазь…

Шавга-ил мылся у берега, не снимая одежды. Он был почти счастлив, оттого что смог смыть с себя вонь испражнений. Вместе с ним мылись и два хумана. Шавран улучил момент и врезал эльфару ногой под зад. Тот упал в воду с головой, но тут же вынырнул. Ухватил хумана за шею и стал душить. Удар плетью заставил его взвизгнуть и отпустить человека.

– Ты, зверь, руки не распускай, а то поотрубаю, – проговорил тот же воин, что отправил его мыться.

После помывки их представили седому старику. Тот сидел на ковре и подушках под навесом и пил что-то из плоской чашки.

– Этого, саи, – воин указал плетью на эльфара, – можно продать в гарем эмиру.

– Глупости, – отмахнулся старик, – эмир любит мальчиков, а не зверей.

– Но это умный зверь, красивый, – не сдавался воин, – и белокожий, как девушка. Если его кастрировать, он и петь будет как девушка…

Шавга-ил от слов воина даже вздрогнул.

– Я и так умею петь, не надо меня кастрировать, – еле слышно проблеял он.

– Ты умеешь говорить? – удивился старик. – Ну-ка спой мне что-нибудь… – И эльфар запел. Он спел песню о любви пастушки и сына главы Дома и замолчал.

Старик скривился.

– У эмира есть птицы попугаи, они тоже запоминают речь человека и могут петь. Это тоже попугай, только без крыльев. Где ты его нашел?

– В пустыне у одинокого колодца Учкурак.

– Он там был один?

– Их было трое, но двое куда-то ушли, и мы схватили этого попугая, саи.

– Ладно, – махнул рукой старик и благосклонно проговорил: – Я принимаю его как жертву дейвам, показывай других…

Старик поглядел на эльфара и задумчиво проговорил:

– Может, ему уши обрезать, чтобы на человека был похож? А?..

– Не стоит, саи, – вежливо и с почтением ответил стоящий рядом невысокий худощавый человек с козлиными рогами на голове. – Дейвы могут признать его недостойной жертвой… урезанной. Пусть лучше входит в их обитель с песнями.

– Дело говоришь, Махруддим, – удовлетворенно согласился старик.

Эльфар стоял рядом со связанными руками, на ногах деревянные колодки. Его обсуждали, как обсуждают вещь, которую хотят купить или продать. Он чувствовал себя беспомощным и обреченно смотрел себе под ноги. Впервые в жизни он чувствовал на себе презрение других разумных, и его сильно угнетало то, что его считали животным. Он поймал себя на мысли, что сам часто принимал хуманов и дворфов за животных, и это было в его мире в порядке вещей. Теперь роли поменялись, и он от омерзения передернул плечами. Его жест никто не заметил.

Пленников накормили и напоили, затем посадили на верблюдов и повезли вглубь песков. К полудню показались величественные каменные стены. Когда к ним приблизились, то Шавга-ил увидел, что стены окружают небольшие рощи, между которыми были расположены небольшие голубые озера. Караван остановился. Вокруг города, к которому они приблизились, расположились другие отряды пустынников. Было их много, но они не соединялись. Каждый отряд держался обособленно.

Фримданы расположились лагерем. Эльфара и хуманов накормили и напоили. После питья у Шавга-ила закружилась голова, он стал глупо улыбаться, настроение его стало благостным. С него сняли его одежды и обрядили в шелка. Он не сопротивлялся. Он равнодушно позволял делать с собой все, что хотели эти люди. Ему приказали петь, и он запел.

– Идите в город! – приказал старик, и троица под пение эльфара пошла к стенам города. От других отрядов потянулись тонкие ниточки таких же обреченных и потерявших волю сопротивляться пленников.

Ганга смотрела из-за барханов на то, что происходило перед заброшенным городом. Подходить ближе она не решилась. Слишком много было тут фримданов. Она лежала на песке укрытая одеялом, сливаясь с песком. Внизу с ее стороны прятался дворф с лошадьми.

Они не успели спасти эльфара из плена. По пути, по которому они шли, стали попадаться многочисленные отряды фримданов, и Ганга вынуждена была уйти дальше в пустыню, в сторону от движения паломников. Дорогу указывала маленькая фея, и Ганга через Башмунуса слушала указания, передаваемые ею. Как она поняла, другие феи летали по окрестностям и отслеживали отряды фримданов.

Так незамеченными они добрались до первого заброшенного города, прятавшегося в пустыне.

Город был огромен. Окруженный оазисами, он возвышался на невысоком плато и хорошо был виден отовсюду. Его серые с розоватыми прожилками стены были высоки и внушали почтение к мастерам, строившим этот город. Фримданы близко к нему не подходили. Они стояли отдельными лагерями, и от них потянулись цепочки людей, бредущих в сторону стен.

Они недолго кружили в поисках снежного эльфара. Узнать его среди пленников было нетрудно, да и сами отряды расположились полукольцом перед высокими башнями и открытыми настежь воротами. Вот туда и потянулись пленники.

Как только трое обреченных, среди которых брел эльфар, вошли в ворота и исчезли из глаз, лагерь фримданов снялся и повернул обратно, в сторону пустынной реки. За ним стали собираться и покидать город остальные отряды. К вечеру у стен не осталось никого.

– Пошли, – Ганга спустилась к подножию бархана и обратилась к дворфу: – Шав вошел в город.

Дворф не на шутку встревожился.

– Госпожа Ганга, Звездочка говорит, что в город входить опасно. Там правят злые духи… и ловушки.

– Ну духи, Башмунус, это полбеды. С ними я как-нибудь справлюсь. Люди и разумные гораздо опаснее, – ответила Ганга и взяла под уздцы своего коня. – Пошли, дворф, мы не можем бросить нашего товарища.

Башмунус вздохнул и пошел следом.

– Одного только не пойму, госпожа, – начал он говорить, шагая следом, – когда эта ледышка стала вам товарищем? Он вас сюда затащил на погибель… И меня тоже…

– Нас, Башмунус, объединило несчастье, и вместе мы сильнее, чем по одному.

– И чем же этот кусок вонючего льда может нам помочь, госпожа? Своими песнями умертвить духов?

– А я не знаю, Башмунус, но мой жених его бы точно не бросил… И я не брошу.

– Да я это хорошо понимаю, – отозвался недовольный дворф и дальше следовал в молчании.

Они подошли к роще, что стояла справа от ворот. Входить в нее не стали, а подошли к воротам. Створок давно уже не было. Вход был наполовину заметен песком, и на холмике перед воротами видны были многочисленные следы, ведущие вовнутрь. Ганга немного постояла, рассматривая следы перед собой, а затем решительно направилась по ним в город.

Фома вернулся в столицу и появился на орском подворье внезапно. Су первой увидела его и радостно закричала:

– Фомочка вернулся!..

Из шатра вышел Гради-ил и тоже радостно стал улыбаться.

– Как съездил? – спросил его снежный эльфар.

– Нормально. Вот дела привели сюда. Учитель здесь?

– Нет.

– Ладно, обойдемся без него. У вас какие новости?

Гради-ил нахмурился и посмотрел на присмиревшую Сулейму.

– Пошли поговорим, – позвал он в шатер Фому. – И ты, Су, тоже пошли с нами. – Девушка, с опаской поглядывая на Фому, первой просочилась в шатер и села в уголке так, чтобы на нее не обращали внимания.

Когда все расселись и Гради-ил по праву хозяина разлил гайрат в чашки, стал говорить:

– В общем, тут такое дело, Фома. Су видела на балу отчима, что убил ее мать, а ее продал в рабство. Она жаждет мести. Еле удержал твою невесту от поспешных шагов, ждали только тебя. Милорд навряд ли скоро появится…

Фома кинул быстрый взгляд на девушку. Та сидела смирная и, казалось, не дышала. Он перевел взгляд на Гради-ила и тихо спросил:

– А она знает… чья она дочь?..

– Еще нет…

– А кто ей скажет?

– Я думал милорд… но его нет…

Фома снова посмотрел на девушку, та двигала ушками, прислушиваясь к их разговору.

– Вы обо мне говорите? – спросила она, уловив взгляд жениха.

– О тебе, Су, – кивнул Фома. – Думаю, ты должна знать о своем происхождении… То, что мы говорили сыну посла в империи, что ты его сестра, – это правда… но сестра по матери… Эта женщина, Су… не отличалась… э-э-э… добропорядочными взглядами и поведением… Она любила пиры, развлечения и жила отдельно от мужа, который служил княжеству вдали от дома. И у нее были многочисленные любовники, от одного из них она забеременела и втайне родила тебя. Тебя отдали на воспитание в другую семью. Та женщина, которая тебя воспитывала и которую убил этот снежный эльфар, не твоя мать. Твоя мать племянница Великого князя, она погибла…

Су смотрела то на Фому, то на Гради-ила.

– Но я помню, как она ко мне относилась. Она меня любила… Она меня защищала… Она моя мать! – решительно заявила эльфарка. – И никто больше. Слышите? Ту женщину я не знаю и знать не хочу. Я хочу отомстить! И все!.. Почему он убил мою мать?

– Наверное, он получил приказ спрятать все следы, – ответил Гради-ил. – Тебя продали работорговцам, другую девочку демонам. Ты ее знаешь… Она знает прошлое…

– Догадываюсь, о ком вы говорите, – насупившись, ответила Сулейма. – Но это не важно. У нее своя жизнь, у меня своя. Та девочка, которую продали в рабство, умерла. Ее нет. Есть я. Вы мне поможете отомстить?

– Поможем, но лучше дождаться милорда, – ответил Гради-ил.

– Я не могу ждать, у меня все внутри горит! – взорвалась негодованием Сулейма.

– А кто он, этот твой отчим? – спросил Фома. – Ты узнала, из какого он Дома?

– Нет, я видела его мельком, когда мы уходили с бала и он разговаривал с лером, что встречал нас по дороге и сопровождал… Ну тот, старый и толстый, неприятный такой, с масленым взглядом. Он меня глазами раздевал…

– Ты уверена, что видела именного того эльфара, что продал тебя? – уточнил Фома.

– Уверена. У него на шее большая коричневая родинка. Вот тут, – она показала место сбоку на шее. – Ее хорошо видно…

– Гради-ил, ты можешь узнать, что это за эльфар? – спросил Фома.

– Уже узнал, – хмуро отозвался эльфар. – Одноглазый Буртым всех знает в княжеском доме. Это лер Луриган-ил. Занимает маленькую должность снабженца в службе безопасности дворца князя. Вечно в разъездах… Сейчас вроде в столице, занимается восстановлением разрушенной части княжеского дворца. Нигде не проявился, держится в тени, это со слов Буртыма. Что делать будем?

– Дождемся ночи. А пока я наведаюсь во дворец, поразузнаю там про этого снабженца. Ты, Гради-ил, смотри за Су, чтобы она сидела тихо. Иначе мне придется ее убить…

Сулейма только вскочила и хотела что-то сказать, но после слов Фомы присмирела и села на свое место. Фома запросил через нейросеть координаты дворца и двумя прыжками, сначала на корабль-базу, а потом обратно, оказался во дворце. Он видел, как многочисленные дворфы разбирали завалы и таскали камни, одни сбрасывали в пропасть, другие складывали в пирамиды, в отведенное место. Между ними крутились снежные эльфары. Фома пригляделся к строителям, выбрал одного из строителей, что командовал дворфами, и, когда тот спустился в подземелье, принял его образ. Важно прошел через работяг и обратился к молоденькому эльфару:

– Уважаемый, а где сейчас находится лер Луриган-ил?

– Господин Варшамус, его сегодня не будет. Что вы хотели? – спросил эльфар.

– Нам не оплатили работу, – ответил первое, что пришло в голову, Фома. – Где он сейчас? В столице?

– Да, в столице, и я ему скажу о ваших претензиях… когда он прибудет на объект, конечно. Он обещал завтра утром посетить нас.

Фома кивнул и скрылся за камнями, ушел в скрыт и покинул дворец. Теперь предстояло выяснить, где конкретно мог находиться нужный ему эльфар. Искать его по городу не имело смысла, в кварталы княжеского дома не попасть, там очень качественная защита и профессиональные маги. Оставалось ждать его на стройке. Но сегодня его там не будет. Значит, нужно попасть туда завтра.

Обдумав ситуацию, Фома вернулся в орский квартал. На испытующий взгляд Сулеймы ответил:

– Завтра он будет на стройке дворца, там я его и достану.

Су с радостным визгом бросилась ему на шею:

– Фомочка, ты самый лучший…

– Обнимаетесь? – услышали они знакомый голос, и оба обернулись. В углу шатра сидел и наливал себе гайрат учитель. – Интересно, Фома, чем ты так ей угодил?

Фома освободился от объятий Сулеймы.

– Иди погуляй, девочка. Нам с учителем поговорить надо.

Су насупилась, но молча подчинилась, лишь бросила неприязненный взгляд на человека, тот заметил это и усмехнулся:

– Иди, иди, девочка, – поддержал он Фому.

– Что тут случилось? – спросил он орка, когда за Су закрылась плетеная дверь.

– Су нашла того, кто ее продал в рабство… хочет отомстить…

– Месть – нужная в жизни вещь, – кивнул учитель, – но только если она творится холодной головой и в нужное время. Кто этот несчастный?

– Лер Луриган-ил, он из службы безопасности дворца, снабженец.

– Луриган-ил, – повторил учитель, – не слышал о таком. Что думаешь делать?

– Дождусь его завтра и захвачу. Перенесу подальше, потом туда доставлю Су, и пусть она его убьет…

– Убьет… Это слишком просто… нужно еще и опозорить и раскрыть его деятельность… Хотя это затронет князя и его память… Да… та еще задачка… Су знает уже о себе?

– Знает, но не хочет принять это. Она считает, что та девочка из семьи князя умерла…

– Ладно, воруй эльфара, допроси, и пусть Су свершит свою месть. Что по похитителям Ганги?

– След вывел сюда, в столицу. В квартале Младших домов находится некто лер Рагл-ил. Он отвечает в Братстве за подбор специалистов для проведения одиночных акций вроде той, когда похитили Гангу. Искали дурня, что на это согласится, и нашли музыканта… Ему пообещали, что сделают главой музыкальной академии. Вот он и согласился. Пока неизвестно, предполагалось его вернуть или нет, но все, милорд, говорит за то, что нет…

– Понятно, найди этого Рагл-ила и хорошо потряси. Надо узнать имена всех, кто замешан в похищении: кто планировал, кто отдавал приказы и кто исполнял. Потом их показательно накажем. Рагл-ила оставь живым. После допроса он обязательно побежит рассказывать кому-то, что его схватили. Пусть они зашевелятся, наделают ошибок. Посмотрим, что из этого получится… Я убываю в лес к лесным эльфарам. Поднял там знатный переполох, скоро меня будут искать, так что ты тут сам определяйся.

– Хорошо, учитель, я все сделаю, – ответил Фома.

С наступлением ночи орк проник в квартал Младших домов. Охрана тут была простенькой. Ходил патруль, и по забору шла охранная магическая нить. Но теперь Фома мог проникать на объекты, минуя забор. Накинув на себя иллюзию садовника, он смело подошел к воротам нужного ему квартала, беспрепятственно прошел вовнутрь. Прошел широкой аллеей до парка.

К парку примыкала гостиница, и Фома подправил на себе иллюзию садовника, которого оставил на корм падальщикам, свернул направо и спокойно направился в таверну.

В зале таверны был немного народу. Фома огляделся. Сидела группа солдат, и они молча ели. Два старика о чем-то неспешно вели беседу. Три женщины убирали со столов. С краю у выхода сидел и пил в одиночестве средних лет, небогато одетый эльфар. Он скучающими глазами оглядывал зал и зацепился за Фому. Махнул ему рукой. Фома упрашивать себя заставлять не стал и подсел к подвыпившему эльфару.

– Привет, – поздоровался он.

– Привет, – ответил тот. – Пить будешь? Угощаю…

– Давай, – согласился Фома. Огляделся и спросил:

– Ты Рагл-ила видел?

Он не надеялся, что тот его знает, и спросил так, на всякий случай. Информацию об агенте Братства он думал добыть у буфетчика. Тот должен был знать своих постояльцев. Таверна была небольшой, и постояльцев было немного. Но эльфар ответил кивком головы и подтвердил:

– Видел… Ушел, но обещал скоро вернуться… – Он поднял свой стакан и пробубнил: – Будем… – Залпом выпил крепленое вино. Снежные эльфары любили такие напитки. Фома пригубил.

Посидел он, болтая с эльфаром, около часа. Разговор был на разные темы. О краже орчанки с бала, о конфликте со Старыми домами и о том, что те предпримут в ответ. Подвыпивший эльфар стучал Фому по плечу кулаком и постоянно говорил:

– Вот увидишь, будет у нас война… будет… – Вскоре забывал, о чем говорил, и вновь повторял: – Выпьем, а то будет у нас война… скоро будет.

Мимо быстро прошел стройный молодой эльфар. Пьяный сосед Фомы крикнул ему в спину:

– Рагл-ил!.. К тебе пришли…

Эльфар оглянулся, увидел Фому в образе садовника и направился к ним.

– Пошли! – приказал он Фоме, и тот поднялся.

– Как пошли?! – возмутился пьяный эльфар. – А выпить за встречу?..

– Некогда нам! – ответил за Фому Рагл-ил и потащил того за собой.

Они поднялись по лестнице на второй этаж, где располагались номера, и зашли в первую справа дверь. Эльфар быстро закрыл дверь на засов. Обернулся к Фоме и тревожно спросил:

– Ты чего приперся?..

– Меня искали, – ответил Фома. Эльфар заюлил глазами.

– Кто? – спросил он.

– Человек…

– Что с теми, кого ты подрядил на поиски исполнителя похищения?.. – спросил эльфар и засунул правую руку в широкий рукав кожаной куртки.

– Они исчезли.

И в этот момент Рагл-ил выхватил кинжал, но воспользоваться им не успел. Фома перехватил его руку, вывернул и другой рукой зажал рот эльфару. Подсек ногой под колено и уронил на пол. Ударом ноги в живот заставил того задохнуться, и крик, готовый вырваться из глотки эльфара, застрял у того в горле. А Фома применил станер. Откинул носком сапога оброненный кинжал и поднял тело эльфара. Отнес и положил на аккуратно застеленную кровать. Достал инъекцию правды и, вколов в руку эльфару, посидел минуту. Затем ослабил действие паралича. Теперь Рагл-ил мог говорить.

– Расскажи мне, Рага, все, что ты знаешь о похищении невесты человека. Кто тебе дал такой приказ? Кто спланировал эту операцию? И как думали возвращать орчанку?

Эльфар, медленно двигая языком, стал говорить.

– Операцию спланировал лер Мартал-ил. Он из Старшего дома Подземного ключа. Он входит в тайный совет Братства и отвечает за проведение скрытых акций. Ему подчиняется лер Жакка-ил из дома Медной горы. По указанию Жакка-ила я нашел исполнителей… в первую очередь тебя… Я не знаю, готовился ли возврат музыканта и орчанки. Все про операцию знают Жакка-ил и Мартал-ил… Но Жакка-ил погиб, и большинство Детей ночи погибли с ним…

– Откуда у вас свиток телепорта в другой мир?

– Нам его передал связной от лесных эльфаров. Сначала Жакка-илу, а он мне…

– Кто дал указание организовать похищение невесты человека?

– Это указание дал мне лер Жакка-ил. Но инструкции я получал от лера Мартал-ила.

– Кого ты знаешь из руководства Братства?

Дальше эльфар перечислил десяток высокопоставленных эльфаров из пограничной стражи и службы безопасности.

Фома выудил из эльфара всю доступную информацию и оставил его лежащим на кровати. Сам ушел телепортом на корабль-базу. Передал там Брыку сообщение для учителя и вернулся в орский квартал.

Я вернулся в Вечный лес к студентам. Вышел на плац и огляделся. По плацу стайками ходили, спорили, ругались студенты. В общем, им делать было нечего и они делали то, что всегда делают люди разных взглядов, убеждений и социальных слоев, собранные вместе. То есть бездельничали, скучали, ссорились и искали на свою задницу приключения. Приключением для них стану я. Ухватил одного студента, пробегающего мимо, и приказал:

– Построй всех на плацу.

В ответ услышал:

– Да пошел ты…

А дальше он пошел носом по камням плаца и поднятый за шевелюру завизжал, как свинка. Попробовал применить магию, но я сунул его руку ему в рот, и он громко закашлялся. На нас стали обращать внимание остальные студенты.

– Всем построиться на плацу! – зычно проорал я, не выпуская студента и таща его за волосы на середину плаца. Самые умные тут же стали строиться.

Из казармы выскочил мессир Штольц и пинками стал загонять студентов в строй. Через пять минут с большим трудом и воплями негодования студенты были собраны.

«Совсем распоясались, – подумал я. – Уже голос на меня повышают».

Держа воющего от боли студента, пригнув его к камням, с возмущением стал говорить:

– Вы что, олухи, попутали? Кто вы и кто я?..

– А кто ты такой?! – раздалось из строя.

– Вассалы, ко мне! – скомандовал я, и тут же девять оставшихся верными мне ребят и девчат вышли из строя и встали за моей спиной.

– Штоф, этого говоруна, что забыл, кто я такой, тащи сюда.

Штоф все понял правильно. Он ледоколом протаранил строй, подошел к крикуну и с орущим студентом, который не смог совладеть со Штофом, вернулся ко мне. Я ухватил за волосы опешившего от такого обращения студента и пригнул к земле. Потом потащил их вон из казарм. Там в десяти метрах от ворот дежурил отряд местной стражи. Я вытащил недовольных мной крикунов и швырнул их к ногам стражников.

– Они арестованы на трое суток, – пояснил я удивленным стражникам. – Возьмите их и посадите в местную тюрьму.

Те стояли пару мгновений как вкопанные. Затем командир отдал быструю лающую команду, и четверо стражников ринулись на студентов. После этого раздался испуганный вопль студентов. Но я отвернулся и вернулся к строю.

– Правонарушители наказаны арестом на трое суток в местной тюрьме, – пояснил я свои действия студентам. – Старосты, проверить личный состав групп и доложить, кого нет.

Мне шепнул мессир Штольц:

– Господин граф, все на месте, кроме дежурной смены и тех двоих, что вы отдали эльфарам.

– Да? – удивился я. – А что, никто не гуляет?

– Боятся вызова на дуэли, господин граф.

– Понял, – кивнул я и подумал: «Это даже лучше». – И громко оповестил студентов: – С сегодняшнего дня начинаем боевую учебу. Выходим за город и учимся вести боевые действия в лесу. Старосты групп, получить у мессира Штольца запас магических зелий. Выход через час. Разойдись!

Было утро, и мы вполне могли отработать взаимодействие с войсками леса.

Я вышел из ворот и направился к командиру стражи.

– Лер, – уважительно обратился я к офицеру. – Мы начинаем боевую учебу по ведению боевых действий в лесу. Прошу вас передать своему командованию о выделении нам отряда воинов леса для отработки совместных действий. Выход через час.

Эльфар некоторое время с непониманием смотрел на меня, затем, поняв, что я не шучу, кивнул.

– Что он хочет? – с удивлением спросил исполняющий обязанности командующего войсками Запада. – Отработать совместные действия?..

– Да, лер, – ответил адъютант. – Что прикажете передать?

– Э-э-э… подожди! Мне надо посоветоваться с наместником… Я сейчас… – И офицер спешно покинул свой кабинет.

– Что он хочет? – с удивлением спросил наместник. – Провести совместные учения?.. А это входит в наши обязанности принимающей стороны?

– Да, Ваше превосходительство. Только никогда это не делали…

– А маги Вангора у нас были?

– Нет, Ваше превосходительство…

– Ну если это входит в круг ваших обязанностей, почему вы спрашиваете разрешения у меня, офицер?

– Потому что сложилась очень сложная обстановка… с этими магами, Ваше превосходительство.

– Ага, которую создал ваш начальник, – проявил язвительность наместник. – Делайте, что положено, и не дергайте меня по пустякам. Мне в столицу нужно собираться, давать отчет о действиях бывшего командующего.

Через час мы не собрались. Не собрались и через два, но через три часа студенты с мрачными лицами вышли из ворот казарм. Нас ждал отряд пограничников в составе одной сотни.

Ко мне подошел их командир, немолодой эльфар. Без всякой спеси склонил голову в поклоне и представился:

– Командир пограничной сотни лер Вей лур. К вашим услугам, господин граф. – Странным образом он показался мне симпатичным.

– Ирридар Тох Рангор, – кратко на эльфарский манер представился я. – Командир отряда магов Вангора.

– Приятно познакомиться, господин граф. У вас план учений есть?

– Пока нету, лер. Мы поддержка и получаем команды от вас. Действуем, так сказать, согласно вашим приказам. Так что вы лучше знаете, как нас использовать в лесах. У нас лекари, артефакторы и боевые маги.

Пограничник с пониманием кивнул.

– Тогда предлагаю выдвинуться к пограничному городку. Это будет для вас первым заданием. Там вы расположитесь в полевых условиях. Вас покормят, и утром начнем боевую учебу.

– Как прикажете, лер, – вновь с уважением ответил я. – Выделите нам проводников и охранение. Мы готовы выдвинуться.

Так и пошли на глазах всего города. Впереди полсотни пограничников, следом третий курс. Замыкал шествие студентов второй курс, и последними шагали опять пограничники. Я в окружении своих вассалов шагал впереди сводного отряда «Честь короля».

Пройти нам, как я знал, до пограничного отряда нужно было около десяти лиг.

За студентов я не переживал, парни и девушки, хоть и не были готовы к таким пешим переходам, но у нас были маги-целители, они и полумертвого поднимут на ноги. А ходить строем умели все.

Это непосвященному могло показаться, что в Вечном лесу не было дорог. Были, и весьма неплохие. Вдоль дороги располагались поселения эльфаров. Были тут и трактиры, и постоялые дворы, и лавки. Так что лес был плотно населен эльфарами. Не было москитов и комаров, как в наших лесах.

Через час марша начались первые недовольные ворчанья. Ворчали девушки-аристократки. Но старосты тут же пресекли недовольство. Еще через два часа сделали привал. Он был сделан командиром пограничников специально для людей. Эльфарам отдых был не нужен.

Вей лур проявил предусмотрительность и внимательность к нуждам студентов. На подводах к месту привала подвезли хлеб, мед, воду, орехи.

Я решил присмотреться к этому эльфару. Он как-то странно выделялся среди всех своих сородичей. Он пригласил меня к своему «столу». На земле была разложена циновка. На ней были мед в чашках, хлеб, вода, орехи и фрукты. Я поблагодарил эльфара, присел и достал вино, мясо и пироги. Мы с ним поели и обменялись своими впечатлениями.

– Как вы думаете, лер Вей лур, насколько мы можем быть полезны войскам леса в войне с орками?

– Очень даже, – не смущаясь, ответил эльфар. – Нужно только правильно магов использовать, чтобы они соответствовали нашей тактике. А это, как вы правильно заметили, требует проведения совместных учений. Мы против орков действуем из засад и летучими отрядами. Налетели, обстреляли и скрылись. Если не знать, что делать в таких случаях, то лучше магам сидеть в городе и отражать штурм города. Но, как правило, до этого не доходит. Орки, растеряв половину войска, отступают.

Но если прикрыть летучий отряд магической защитой и атаковать магией, то это будет весьма эффективно. У пограничных сил, что встречают первыми орков, мало магов. И ваши маги здорово нам помогли бы.

– Скажите честно, лер Вей лур, ваши командиры согласятся на совместные учения?

– А куда им деваться? – усмехнутся эльфар. – У меня с собой приказ от командующего Запада. И я веду пополнение. Вот с ними и будем отрабатывать совместные действия.

– Но их всего сотня? – не поверил я.

– Это у меня. А вообще там в городке собралось уже четыре сотни новобранцев. Ну и вы как-то смогли разгромить территориальный полк Листа Ордая… – засмеялся Вей лур. – Боевой опыт получили.

– Мы просто заманили солдат в телепорты и разбросали по Вечному лесу, – засмеялся в ответ я. – Никого не убили.

– Хм… Однако, – Вей лур перестал смеяться. – Вы смогли создать мобильные телепорты?

– У нас свои секреты, уважаемый лер, – продолжая улыбаться, ответил я.

– Да-да, понимаю…

Эльфар с большим уважением посмотрел на меня.

– Если ваши студенты готовы, господин граф, мы можем двигаться дальше, – произнес он, меняя тему разговора.

К городку пограничников мы прибыли ближе к вечеру. Нас встретил наряд из верховых бойцов, и мои студенты впервые увидели прирученных ящеров. Это произвело на них сильное впечатление.

– Нам приказано сопроводить союзников в полевой лагерь, – доложил Вей луру старший наряда. – А вам, лер, нужно прибыть в штаб.

Вей лур распрощался со мной и во главе новобранцев направился в городок, а мы последовали за всадниками на ящерах.

Полевой лагерь располагался на берегу живописного озера. Вдоль берега были построены небольшие домики, сплетенные из ветвей кустов, похожие на высокие шалаши. Места хватало всем.

Пограничники позаботились и о еде. То ли они были лучше организованы, чем регулярная армия леса, то ли получили четкие указания на наш счет, а может, и то и другое.

Мы с мессиром Штольцем распределили домики, внутри находились гамаки. Не самое удобное спальное место, но все же лучше, чем спать на голой земле.

В наряд пошли мои вассалы, как самые подготовленные бойцы. Студенты просто смертельно устали и, поев, повались спать.

Глава 11

Где-то в другом мире.

Закрытый сектор. Снежные горы.

Космос закрытого сектора. Королевство Вангор.

Вечный лес

Берта стала командиром их маленького отряда. Парни беспрекословно подчинялись ей. После резни, устроенной в штабе пограничного управления, они были повязаны кровью.

Выбрались они из крепости по стене, из окна штаба. Орки оттянули на себя все силы пограничной стражи, а беглецы беспрепятственно спустились по стене и скрылись в горах.

– Другим Домам ничего не говорим, – приказала спутникам Берта, которую эльфары принимали за свою Дочь ночи Керну. – Возвращаемся домой и собираем тех, кто остался в живых. Все рассказываем им и начинаем мстить.

В ее словах было столько веры в свою правоту, что парни, не усомнившись, согласно кивнули головами.

К первому сторожевому посту своего Дома они подошли на третий день пути. Минуя дороги и пробираясь кручами, изодрав руки и одежду, они значительно сократили путь.

Крепостца, перекрывающая путь в долину, была брошена.

– И эти ушли! – недовольно пробурчала Керна. – Зарк, меня как девушку слушать не будут. Командиром нашего отряда будешь ты, я буду твоим советником. Сейчас мы приходим в поселок и собираем народ. Ты рассказываешь им, что произошло. Мы подтверждаем. Тебе нужно будет взять власть в свои руки. Ты единственный достойный мужчина, за которым я последую хоть на край земли… Сумеешь?

Зарк, не споря с ней, кивнул.

– Тогда пошли дальше.

Вера девушки в их великое предназначение принести Молодым домам свет правды, влекла молодых снежных эльфаров, как свет лампы в ночи привлекает мотыльков.

Поселок был погружен в траур. Тел на улицах уже не было. По поселку бродили, как тени, редкие его обитатели. Чувствовалось уныние и безысходность. Печать трагедии и невосполнимой утраты была на всех лицах оставшихся в живых. С десяток воинов-стражников из сторожевых постов, несколько молодых парней и девушек, Детей ночи, оставшихся живыми после резни.

Керна подошла к немолодому стражнику, знакомому ее отца.

– Дядька Лирка-ил, – угрюмо и решительно обратилась она к эльфару, – наш Дом накрыла беда предательства. Мы стали жертвой интриг лидеров Братства, и у меня есть доказательства этого предательства. Собери всех оставшихся в живых здесь, я буду говорить с народом.

– Что ты такое говоришь, девочка?! – воскликнул сильно удивленный стражник.

– Правду, дядька. Ты или с нами, или против нас…

Пораженный решительностью оборванной, измазанной грязью девушки, эльфар попятился.

– Она говорит правду, лер Лирка-ил. Мы будем свидетельствовать о том, что знаем, – подержал ее Зарка-ил. Эльфар переводил взгляд с одного чумазого лица на другое и сдался.

– Хорошо, ребята, я соберу тех, кто остался в живых.

Вскоре на площади собралось три десятка его жителей. Они окружили четверых прибывших Детей ночи.

– Слушайте и не говорите, что не слышали! – громко начала говорить Керна. – Я была в Вечном лесу по заданию руководства Братства. Эти ребята, – она указала на троих своих спутников, – тоже были там и возили туда карты прохода для войска лесных эльфаров в центр наших гор. Сначала расскажу я. Я была связной между лером Барта-илом и службой Кирсан-ола. Меня отправили в один конец, чтобы я стала «несушкой». Все вы знаете, что это значит. – Она оглядела лица слушающих ее эльфаров. – Я слышала, что говорили лесные эльфары о нашем будущем. Мы для них лишь рабы, которые должны будут завоевать степь. Они нами будут править через своих ставленников в тайном совете Братства. Меня не сделали несушкой только потому, что у них начались проблемы. Кто-то из высшего руководства леса стал вести свою политику против воли князя, и они потеряли связь с руководством Братства. Меня пощадили и отправили восстановить контакты. Я не думаю, что все лидеры Братства продались лесным хозяевам, но когда я прибыла к леру Барта-илу и расказала ему о том, что замышляют лесные эльфары, меня арестовали и посадили в подземелье. Меня хотел тайно казнить, чтобы я не смогла рассказать вам правду. Там, в подземельях, я встретила этих ребят, которые вырвались из леса только благодаря счастливой судьбе. Она вела их, и она дала им возможность выжить в схватках с лесными эльфарами. Они вам сами расскажут, с чем им пришлось столкнуться. Я же скажу, что наш Дом убили демоны, которых вызвали предатели из Братства. В награду они отдали им души наших работников на рудниках. Один из предателей – лер Барта-ил. Я убила его… Я все сказала.

На нее смотрели и не могли поверить услышанному. Это не укладывалось в сознании слушателей, которым почти двадцать лет твердили о непогрешимости Братства и его благородной роли в деле восстановления величия снежных эльфаров. Но жизнь и дела этих эльфаров уже давно говорили о другом. Они отделились барьером приближенных ставленников на значимые места. Выдвигали на руководящие должности не по способностям, а по личной преданности, и сильные сомнения пустили корни в душах простых снежных эльфаров. Слова девушки, избежавшей тяжелой участи несушки и смертницы, полили эти корни волной негодования. А дальше стали говорить Зарка-ил и его товарищи. Они долго рассказывали, как прибыли в лес, как на них напали лесные эльфары и хотели отнять карту. Как они прорывались и как, вернувшись, доложили по команде о том, что с ними произошло. Как их схватили и избили, приговорив к смерти. Их слова слушали в гробовом молчании.

После рассказа установилась долгая тишина. Все обдумывали слова прибывших. Усомниться в том, что они говорили, было трудно. Их хорошо знали в поселке и знали, что им врать не было никакого смысла. Наконец одна из женщин не выдержала и тихо спросила:

– И что нам теперь делать?

– Нам нужно избрать лидера! – воскликнула Керна. – Лучшего кандидата на это место, чем Зарка-ил, я не вижу. Дядька Лирка-ил будет у него заместителем. Я стану главой Детей ночи. Поселок на время нужно покинуть. Уйдем в укрепленный горный лагерь, где остались дети. Начнем жить заново и будем мстить тем, кто с нами так поступил!

Ее горячая речь нашла отклик в сердцах сильно удрученных эльфаров. Она указывала им видимый путь, и в их сердцах появилась надежда. Они решили последовать за новыми лидерами.

Вышел лер Лирка-ил.

– Я согласен с Керной. Нужно жить и выстраивать ее заново. У нас дети, они вырастут и спросят с нас, что мы сделали, чтобы отомстить за жизнь их отцов и матерей… Я возьму на себя все хозяйственные и организационные дела. Зарк будет новым главой Дома. И нам лучше переждать трудные времена в горах. Там есть пища, вода и все необходимое для жизни. С полей ферм уберем урожай… Зиму переживем. А ты, девочка, – он обратился к Керне, – займись с Детьми ночи выяснением, кто же предатели в Братстве…

Фома утром уже сидел в развалинах замка. Он не стал ждать начала работ и прибыл на стройку раньше всех. Фома затаился высоко в развалинах башни, куда не заходили рабочие дворфы, и наблюдал за тем, что происходило внизу, с высоты.

Сначала пришли дворфы и стали таскать камни. Затем появились эльфары, и где-то через час появился тот, кого он ждал.

У того состоялся бурный разговор с начальником дворфов. Дворф махал руками, что-то возмущенно объяснял, и Фома понял, что разговор идет о недоплате за выполненные работы, которую придумал он вчера. Дворф постоял, помахал руками и ушел, а ему вслед смотрел не понимающий ничего нужный «объект».

Настало время действовать Фоме. Он коротким телепортом спустился вниз и, не выходя из скрыта, быстрым шагом направился к удивленно смотревшему в спину дворфу эльфару, ухватил того за руку и вместе с ним исчез.

Место, куда они прибыли, было глубоко под землей и завалами. Фома вышел из скрыта и ударом кулака сбил эльфара с ног. Затем накинул тонкую удавку тому на шею и придушил. Эльфар был немолод и, не сопротивляясь, только сипло хрипел. Фома связал его. Засунул в рот кляп, сделанный их вырванного рукава сюртука эльфара, и оглядел проделанную работу.

Убедившись, что эльфар не развяжется, вернулся в шатер, где ждала его Сулейма.

– Готово, – сообщил он. – Я твоего отчима связал и оставил в подземелье разрушенного крыла дворца князя. Когда ты хочешь совершить свою месть?

– Прямо сейчас! – глаза эльфарки блеснули синим, ледяным огнем.

– Ну тогда пошли, – он ухватил ее за руку и через корабль-базу перенесся вместе с ней в подземелье. Запустил светляк над головой и указал эльфарке на лежащего на замусоренном полу связанного эльфара. – Вон он. Но сначала его нужно допросить.

Оба подошли к эльфару. Он стонал, вертелся ужом, но только поднимал вокруг себя пыль. Моргал, силясь понять, как он оказался здесь и что нужно этим двоим – орку и худенькой девочке-эльфарке.

Су наклонилась над пленником и с трудом вытащила рукав, запиханный тому в рот.

– Привет, папа, – улыбнулась она. Эльфар непонимающе на нее смотрел.

– Вы кто? – с трудом шевеля онемевшим языком, спросил он.

– Когда-то я была твоей падчерицей, а ты убил маму и продал меня в рабство. Узнаешь?

Эльфар замотал головой.

– Нет. Я вас не знаю… Я кхке… никого не убивал… И не продавал… Кхе, – закашлялся он.

– Да что ты говоришь, лер Луриган-ил. А когда-то тебя звали милый Лури или папа Лури.

– Я вас не понимаю, вы ошиблись, льерина… Кхе…

Су достала тонкий кинжал и вонзила его в плечо эльфару. Тот громко и тонко с подвыванием закричал. Эльфарка провернула кинжал в ране. Эльфар зашелся в истошном крике.

– Ты так и не хочешь меня узнать, папа? – мило улыбаясь, спросила она. Вытащила кинжал и замахнулась снова.

– Меня заставили, Оргина… – проследив взглядом за рукой девушки, быстро со слезами и плачем в голосе заговорил он. – Вы не знаете, какие это страшные эльфары…

– О, память вернулась! – засмеялась Сулейма. – Ну так расскажи мне, кто эти страшные эльфары. Я приехала в горы, чтобы мстить.

– Они меня убьют, если я раскрою их имена.

– Тебе и так не жить, – ответила Су. – Но ты можешь умереть в муках и все мне рассказать или умереть быстро. Что ты выбираешь?

Эльфар облизал губы и скосил глаза на Фому.

– Вы оба прибыли с человеком, – произнес он. – Вот как… Значит, он знает о Братстве. Хорошо, я все расскажу. Задавайте свои вопросы…

– Подожди, Сулейма, – остановил девушку Фома. – Нам нужна вся правда. – И достав из сумки небольшой стержень, приставил его к голой руке эльфара. – Теперь подожди ридку, – сказал он.

Ганга, без страха поднимаясь по бархану песка, входила в город дейвов. Кто это такие, дейвы, никто не знал, лишь говорили, что это злые духи, которых вызвали маги прошлого и не смогли совладать с силой, которую они же и породили.

Ганга шла по хорошо видимым следам на песке. А они после ворот расходились в разные стороны. Пройдя с десяток шагов, Ганга остановилась перед большой площадью. Рядом стал дворф.

– Башмунус, спроси фею, где наш певун?

– Простите, госпожа, но айне за нами не полетели, они остались за пределами города. Звездочка не знает, где он.

– Пусть она полетает и посмотрит…

– Она боится. Айне никогда не залетали в города дейвов.

– Ладно, – не стала спорить орчанка, – будем изучать следы. Они шли босиком, и нужный нам след должен быть больше остальных следов. – Ганга пригнулась и стала рассматривать следы.

– А я нашла! – радостно произнесла она. – Вон наш эльфар пошел вправо.

Город не был похож ни на что, что Ганга видела до этого. Стены были сложены из серого камня с розовыми прожилками. Очень тщательно подогнанными друг к другу, но они были разного размеры и формы. Дома внутри города были из глины. А от ворот в три стороны шли широкие прямые улицы. По сторонам улиц высились трехэтажные дома с темными провалами окон. На улицах властвовал ветер и песок, который по щиколотку покрывал улицы. Здесь не было слышно пения птиц и стояла тишина. Эльфар не пел, он «растворился» где-то на многочисленных улицах города.

Ганга не чувствовала опасности. Она постояла, обследуя пространство на предмет угроз, но ничего не обнаружила. Помедлив, не спеша пошла по следам дальше.

Дворф шел и, задрав голову, рассматривал дома.

– Надо же, какие высокие, – проворчал он. – И зачем строить такие? Да еще из глины. А если пойдет дождь?..

– Тут дожди не идут, Башмунус, это пустыня. А глина – самый дешевый материал. У нас в степи на побережье оседлые орки тоже строят дома из глины… И я не чувствую опасности… Это странно…

Они прошли лагов двести, и следы исчезли, как обрезали. Глиняные дома закончились, и пошли каменные заборы, за которыми высились красивые высокие терема с куполами. На заборах местами сохранилась глянцевая синяя облицовочная плитка.

Ганга остановилась у последних следов. Дворф подошел и посмотрел на небо. Он старательно там что-то искал.

– Ты чего? – спросила его орчанка.

– А может, он на небо ушел, – ответил дворф.

Ганга фыркнула:

– Фр-р-р, не смеши. Тут что-то нечисто…

Она достала из седельной сумки клинок фримдана и кинула его перед собой. Меч, крутясь, пролетел парку лаг и вдруг с небольшой вспышкой исчез. Но Ганга успела увидеть, как в том месте, где произошла вспышка, на долю мгновения мигнуло темное окно портала.

– Там скрытый портал, – сообщила она пораженному дворфу.

– Да? И что?.. – Башмунус с мольбой в глазах посмотрел на орчанку. – И… может, ну его, этого певуна? – без всякой надежды в голосе спросил он. – Звездочка говорит, что обратной дороги оттуда нет.

– Башмунус, – задумчиво произнесла Ганга. – Раз тут есть порталы, то, может быть, мы сможем вернуться? Ты хочешь остаться тут на всю жизнь?

– Остаться не хочу, но и не хочу залезть еще дальше, госпожа.

– А выбора нет, Башмунус, – спокойно ответила Ганга. – Нам нужно искать портал в свой мир. Ты, если хочешь, можешь вернуться…

– Куда? К фримданам?! – испуганно воскликнул дворф. – Они принимают меня за зверя… Еще съедят ненароком…

– Тогда пошли, – и она первой шагнула вперед.

Краткий миг темноты. А когда Ганга открыла глаза, то увидела, что находится в большой клетке. Следом в свете короткой вспышки появился дворф с лошадью. Он огляделся и произнес:

– Попали!

Ганга ничего не ответила, а подошла к толстым прутьям клетки и погладила их пальцами.

– Это железо, – сообщила она результат обследования дворфу.

Башмунус оглядывался. Клетка находилась в большом помещении, и там же стояли еще клетки, но они были пусты. На полу клеток лежали кости, видимо остатки несчастных, попавших сюда.

Дворф запаниковал и закричал:

– Эй! Тут есть кто-нибудь?

– Эй-й-й… Тут есть… – ответило ему эхо.

Он побледнел и молча посмотрел на Гангу.

Та правильно поняла его взгляд и проронила:

– Не переживай, выберемся… – Она не успела договорить, как послышались шелестящие шаги, перемежающиеся с гулким уханьем. Стук. Стук…

Кто-то направлялся к ним, и чем ближе он подходил, тем сильнее слышался шелест и глухой стук. Как будто кто-то стучал в стену.

Дворф отошел к стене.

Оба пленника смотрели в сторону шума, и из-за угла вышел зеленый ящер, он прошел пару шагов. Его хвост тащился по каменному полу, и наросты на хвосте издавали этот хорошо слышный шелестящий звук. Следом вышел каменный голем. Он шел следом, бухая своими толстыми ногами. Ящер подошел к клетке и уставился на Гангу. Она почувствовала, что чужая воля пытается проломить ее защиту и залезть ей в мозги. Еще раз Ганга мысленно поблагодарила жениха за предусмотрительность, он дал ей хорошую ментальную защиту, и она, зная, как поступить, полоснула кинжалом по руке. Используя магию крови, создала дополнительный слой сознания. Сила давления ящера увеличивалась. Чувствуя его, она открыла новый слой, и ящер рухнул туда… И так остался стоять с открытыми глазами. За его спиной замер голем.

– Чего это он? – с опаской спросил дворф.

– Он разумный ментат, хотел подчинить меня своей воле, – ответила орчанка. – Я сейчас возьму его под контроль. – Она села, скрестила ноги и достала из сумки шаманские предметы: сухую траву, огниво и несколько связанных между собой перьев. Развела огонь и, разгоняя дым, стала обмахивать перьями огонек. Затем затянула заунывную мелодию. Через ридку она достала жезл шамана и что-то гортанно выкрикнула. Указала рукой на замершего ящера. Тот вздрогнул и осмысленно огляделся. Увидел Гангу и поклонился ей.

– Открой нас, – приказала она. Ящер подошел к стене и нажал на один из камней. В тот же момент решетка перед орчанкой поползла вниз.

– Он вас слушается? – спросил удивленный дворф.

– Я подсадила ему духа шамана, – тихо отозвалась Ганга, – само сознание ящерицы заблокировано на пустом слое.

– Ты меня понимаешь? – спросила она ящера, и тот кивнул. – Мне нужны другие пленники, что попали сюда сегодня. Такие есть?

Ящер отрицательно покачал головой.

– Значит, нас разбросало, – произнесла вслух Ганга. – Ты знаешь, где находятся другие клетки?

Ящер кивнул.

– Веди нас туда и прикажи голему охранять меня и моего товарища.

Ящер круто повернулся в сторону голема и что-то прошипел. Затем пошел прочь.

Шавга-ил шел полный восторга и доброжелательности. Он позволил добрым людям нарядить его и, получив приказ петь, запел свои любимые песни. Он прошел ворота города и свернул направо, хотя другие такие же нарядные разумные пошли прямо. Что его заставило пойти направо, он не понимал. Просто повернул и пошел. Он шел и пел преисполненный благости, наполнившей его душу. Так хорошо ему не было еще никогда в его жизни.

В какой-то момент он ослеп, а когда смог видеть, то оказался в клетке, где на полу лежали беспорядочно разбросанные кости. Покачав прутья и не сумев их выломать, он сел у стены и продолжал петь. Но чем больше он пел, тем меньше у него оставалось радости. Он растерянно оглядывался, и кости на полу клетки, напоминавшие человеческие, приводили его все больше и больше в неописуемый страх. Стараясь его заглушить, он пел и пел.

Эльфар закрыл глаза и стал петь погребальную песню, с которой провожали эльфаров в последний путь. Допев ее, он открыл глаза, а заодно и рот. Напротив него стояло существо, напоминавшее большую ящерицу, и смотрело на эльфара.

– Добрый д-день, – заикаясь, поздоровался Шавга-ил. Ящерица что-то прошипела и мотнула большим хвостом по полу, поднимая песок и пыль.

– Простите, я не понял вас, – отозвался эльфар и почувствовал, как в его мысли ворвался чужой голос.

– Ты кто? – вопрос был задан на чужом языке, но эльфар его понял. Он также мысленно ответил:

– Я снежный эльфар лер Шавга-ил из Снежных гор…

– Ты колдун?

– Нет, что вы, я музыкант…

– Ты колдун, – утвердительно произнес ящер. – Ты колдуешь, когда извергаешь звуки. Они завораживают. Следуй за мной. – Он подошел к стене, нажал на камень, и решетка поехала вниз.

Шавга-ил, не споря, вышел и, робея, подошел к странному существу, что на две головы возвышалось над ним. Ящерица, не оглядываясь на эльфара, пошла прочь, и тот вынужден был последовать за ней. Они прошли в коридор, который заканчивался тупиком, и, пройдя десяток шагов, попали в новый портал. Снова короткий миг ослепления – и когда Шавга-ил открыл глаза, то увидел, что он и его сопровождающий находятся в большом зале с бассейном, полным воды. На краю бассейна лежал еще один ящер, но этот был размером со сказочного дракона, и за его спиной имелись маленькие крылья. Кожа дракона переливалась всеми цветами, и Шавга-ил засмотрелся на это чудо. Вокруг дракона стояли еще ящерицы и держали в лапах длинные посохи.

– Это кто? – прозвучали мысли в его голове.

– Моя королева, – ящерица согнулась в поклоне. – Этот кусок мяса – колдун. Он своими звуками может завораживать.

– Зачем ты привела его сюда, Роо?

– Я подумала, что вам захочется его послушать, моя королева, – ответила ящерица. – Съесть вы всегда его успеете.

– Да-а? Ну пусть извергает свои звуки.

– Извергай звуки, колдун! – получил он приказ от ящерицы, и Шавга-илу ничего не оставалось делать, как запеть.

Нежные звуки песни наполнили зал, и все ящеры замерли. Дракон прикрыл белой пленкой глаза и тихо застонал.

Пел эльфар ридок сорок, и наконец дракон не выдержал и приказал:

– Хватит!

Эльфар остановился. Ридок пять в зале стояла тишина, потом дракон отдал приказ:

– Этот смертный опасен. Его звуки действительно завораживают и делают нас бессильными. Есть я его не буду. Отпусти его… через кольцо.

– Слушаюсь, моя королева, – поклонилась ящерица и приказала снежному эльфару идти за ней.

Шавга-ил не имел сил сопротивляться и хотя он очень испугался приказа дракона, но все же последовал за ящерицей. Его воля была подавлена, он это понимал и ничего этому противопоставить не мог. Он шел за ящерицей, как идут лорхи на убой. Чувствуют, что это конец, но безропотно идут за разумными в свой последний путь.

Все внутри у него трепетало и тряслось от страха. Ноги дрожали и не хотели слушаться. Шавга-ил, с трудом загребая ими по камням пола, шел, спотыкался и все равно шел. Он не смотрел по сторонам и не замечал, как они переходят из одного портала в другой.

Наконец они остановились перед большим черным обелиском, у которого в подножии были распяты люди. Еще живые с невыразимыми муками на лицах. С четырех сторон обелиска находились каменные кольца размером с два роста эльфара.

Ящерица подвела Шавга-ила к одному из колец и приказала:

– Иди!

И эльфар шагнул в кольцо.

Ганга шла за ящером, и в какой-то момент они попали в портал. Мгновенная темнота, сменившаяся тусклым светом, заставила ее остановиться. Она огляделась. Такое же помещение, в которое они попали с дворфом. Только тут было больше клеток, и в них сидели хуманы. Они увидели Гангу, дворфа и громко стали просить их о помощи.

– Это кто? – мысленно спросила она у ящера.

– Глупая пища, – получила она ответ. – Лезут и лезут сюда, как тараканы. Мы их скармливаем королеве.

Ганга равнодушно отвернулась от кричавших хуманов и приказала:

– Пошли дальше! Тут нашего эльфара нет. Где еще клетки?

Ящер послушался ее приказа, а за ними, громко стуча ногами, пошел голем.

Следующее помещение было пусто, но Ганга обнаружила аурный след эльфара.

– Он был тут, – сообщила она сильно испуганному дворфу. Слова о том, что хуманы оказались пищей, навалились на него тяжелым бременем. Он обладал хорошо развитым воображением и, мысленно представив свою участь оказаться в пасти ящера, затрясся.

– Пошли туда! – приказал Ганга и первой пошла по следу ауры эльфара.

Следующий портал вывел их в зал с бассейном, где лежал огромный ящер, и он с удивлением уставился на незваных гостей.

– Боо? Ты кого привела? – услышала Ганга мысленный вопрос.

– Это моя госпожа, – ответила ящерица, – она ищет того, кто издает завораживающие звуки.

– Твоя госпожа? – изумился дракон. – Я твоя госпожа, Боо. Съешь ее!

И тут Ганга выхватила мультитул. Она быстро оценила степень опасности и парализовала четверых ящеров, что держали магические посохи в лапах. Они ничего не успели сделать. Дракон оказался проворнее, он взревел и прыгнул в бассейн. Оттуда на Гангу устремился столб огня. Она прикрыла себя и спутников магическим щитом, и пламя, не навредив им, побушевало и спало. Когда огонь стих, дракона в бассейне не было. На полу лежали обгорелые тела ящеров и дымились. По залу распространялся сладковатый запах горелой плоти.

«Удрал, гад, – огорченно подумала Ганга. – Ну и ладно».

Она забрала посохи из лап ящеров и сложила их, связав у седла своей лошади. Лошади волновались, но пока подчинялись ее приказам.

След эльфара вел дальше, и они пошли по нему, переходя из одного портала в другой, пока не оказались у темного обелиска. Ганга подошла ближе и поняла, почему ее назвали странным словом «вампир». У подножия обелиска лежали прибитые гвоздями к основанию обелиска десять женщин, но это были не люди. У них были клыки, как у нее, но и на орчанок они не походили.

– Кто это? – спросила она ящера.

Та равнодушно ответила:

– Вампиры. Пришли из своего мира. До нас. Мы их не трогаем.

– Сестра! – услышала она голос одной из жертв, приколоченных к обелиску. – Помоги. Сообщи нашим, что Вармила здесь…

– Я тебе не сестра, – резко ответила Ганга.

– Неважно… Тебя отблагодарят. Войди в кольцо слева, там наш мир… приведи сюда помощь… потом проси… что хочешь… Все сделают… – ее голос слабел. И жертва говорила все тише и тише.

– Как я скажу, кто меня послал? – спросила Ганга.

– Коте Рингира… тебя послала… только… только не обращайся к красным…

– К каким красным? – переспросила Ганга, но женщина закрыла глаза и, казалось впала в беспамятство. Она больше не отвечала.

– Госпожа, – робко спросил дворф, – мы же не будем входить в кольцо?

Ганга с ридку постояла, раздумывая.

– У нас выбора нет, Башмунус, – наконец прервав молчание, ответила она. – Мы поможем им, они нам. Тут порталы в другие миры… ты это понимаешь? Это наш шанс.

– Но как мы узнаем, куда нам надо?

– Раз сюда есть вход, значит, есть и выход, Башмунус, не бойся. Я с тобой.

Дворф промолчал и лишь вздохнул.

– Слева от нас вот это кольцо, – указала рукой Ганга. – Нам туда. Я иду первой. Потом ты. А перед нами эти, – она указала на голема и ящера.

– Боо, бери голема и заходи в портал слева! – приказала орчанка, и ящерица вместе с големом, пройдя кольцо, исчезли в воздухе. За спинами Ганги и дворфа раздался шум. Обернувшаяся Ганга увидела, как в зале прямо из воздуха стали появляться ящеры. Она не стала ждать и, потянув лошадь, почти запрыгнула в кольцо.

Лагерь затих. Студенты угомонились. Я обошел лагерь и разместил амулеты-маяки по периметру нашего места пребывания, протянул между ними сигнальную нить. Теперь, кто бы ни пришел к нам, я буду знать, в каком месте произошло проникновение.

Посидел у костра с вассалами. Поболтали, и половину парней и девушек я отправил спать. Позвав с собой Эрну, нового слугу, молчавшего всю дорогу стрелка-эльфара, отправился в свой домик. Он был больше и лучше оборудован, чем остальные. Это был дом для командного состава, состоящий из трех комнат. В одной был обеденный стол, в другой – кровать, а в третьей – что-то наподобие ванной комнаты. С деревянной лоханью и бочкой с водой.

– Иди мойся, – указал я ей на ванну, и та с радостью стала раздеваться. Шизе требовалась разрядка, да и мне тоже.

Эрна вышла из ванной обнаженная и посмотрела на меня с вопросом в глазах, который я прочитал так: «А вы, милорд, будете мыться?»

Но я очистился методом идриша Изи.

– Мойся одна, я уже помылся, – отмахнулся я. И она несколько расстроенная ушла.

Кровать у нас была, а постели не было. Но не беда. Все необходимое и разовое было на корабле-базе. Мне надо было туда слетать и положить в медкапсулу лесного эльфара, потом проведу с ним ритуал преданности. Куда я и отправился, и вернулся, оставив пораженного ушастого Робин Гуда на попечении Брыка.

Я успел вернуться, пока Эрна мылась. Я ей подал прихваченный с собой гель для душа, и она с восторгом вдыхала его ароматы.

– Спинку потрете? – игриво спросила она. Я отказался и вышел.

С одной стороны, она была невестой моего начальника стражи замка. С другой – мой вассал и телохранитель, и я пока не решил, отдавать ее Черридару или нет? Она знала про Шизу, а Шиза легко могла использовать ее тело. Преданность, полученная ритуалом на крови, привязала ее ко мне крепче, чем любые чувства, и она была счастлива быть рядом со мной, а будет ли счастлива с Черридаром?..

Мысли об Эрне прервал сигнал тревожной нити. Он комаром зазвенел у меня в ухе. Кто-то посторонний проник в лагерь. Я вышел в скрыт и выскользнул из домика. Красная метка направлялась в мою сторону, и мои вассалы, дежурившие у костра, нарушителя не видели. Значит, неизвестный применил невидимость…

Но какой это неизвестный?! Вполне себе хорошо известная мне особа – чигуана, она же берка Ринада.

«И чего, интересно, этой бестии понадобилось тут? Пришла меня убить? Хм… Смешно… Ну посмотрим», – подумал я и не стал себя открывать, а продолжил наблюдать за девушкой. Ринада прошла мимо меня. Одета она была в походный кожаный костюм чигуан. С кинжалом на поясе, с луком за спиной и зеленым шерстяным плащом за плечами. Она остановилась у входа в дом и потопталась, затем вышла из невидимости и поднялась на невысокое крыльцо, постучала в двери.

Я шел следом и, когда она постучала, произнес:

– Можешь войти, Ринада. – Та от неожиданности подпрыгнула и ухватилась за кинжал. Но сразу же его отпустила и повернулась.

– Ирридар! – как ни в чем не бывало произнесла она чарующим голосом, в который была вложена магия колдовства очарования. – Ты меня напугал…

– Разве чигуану что-то может напугать? – Я сделал вид, что удивился.

– Хорошо, что ты знаешь, кто я, поэтому осуждать меня не будешь. Я могу войти? – спросила она.

– Входи. Я уже разрешил, – и открыл перед ней дверь.

Мы прошли в комнату, где стоял обеденный стол. Дверь в спальню была закрыта. Мимо нас из «ванной» прошла обнаженная Эрна и скрылась в спальне. На чигуану она не обратила никакого внимания. Та тоже и глазом не повела. Но я увидел, как пошла волнами ревности ее аура.

– Я хотела бы объясниться, Ирридар. Мы все же союзники… – начала она разговор.

Но я ее решительно, но мягко остановил:

– Нет, чигуана, мы враги. И ты это хорошо знаешь. У тебя задание, и ты его выполняешь. Я не буду тебя убивать, лучше дам веревку, как ты хотела при нашей первой встрече, и уходи и повесься сама.

На ее лице не дрогнул ни один мускул.

– Если ты знаешь про чигуан, тогда должен знать, как их делают, – прямо глядя мне в глаза, произнесла она. – Я рабыня своих хозяев. Но я тебе не враг. Они да, но не я. Я пришла сюда по своей воле… У меня нет задания втереться тебе в доверие или чем-то навредить… Пока нет, а когда появится, я тебе об этом расскажу, чтобы ты был готов… За этим я и пришла… Я очень бы хотела выйти из-под их власти… но это не в моих силах…

– Я знаю, кто твой хозяин, чигуана. Если ты хочешь выйти из-под его власти, я могу тебе помочь.

– Ты не можешь знать, кто мой хозяин, Ирридар. И почему ты зовешь меня чигуана? Я Ринада.

– Ты всего лишь номер двести шестой или четыреста пятый, вот ты кто, – ответил я, и глаза девушки зло блеснули. Но она тут же взяла себя в руки.

– Это для них, ушастых, я номер, а для тебя я была Ринадой…

– Была, пока не захотела убить дядьку, могла бы просто сбежать.

– Я испугалась…

– Настолько, что успела нанести смертельное ранение? Не смеши.

– Но он же выжил…

– Потому что я успел вовремя, и если бы не это, то ты была бы уже мертва в Листе Ордая.

– Ты не понимаешь! – Она заломила руки, а мне этот театр одного актера надоел. Меня ждала в постели девушка, и я не собирался проводить время с той, которая служит Року.

– Ты хочешь освободиться и служить мне? – спросил я. Как я и ожидал, она ответила:

– Да, очень хочу! Забери меня от них и защити!..

Ну теперь понятно. Ее подкладывают под меня вновь. Старый проверенный способ обмана мужика красивой женщиной.

– Ну что же, ты сама это выбрала, – произнес я и станером обездвижил ее. Если бы я применил магию, она бы ее отразила. На ней было столько заклятий и они переливались в ее ауре, как пятно бензина на воде, что я лишь усмехнулся, увидев, как изменилось ее лицо. На нем появилась печать страха.

Она зашевелила губами, и я прочитал вопрос: «Что ты делаешь?»

– Исполняю твою просьбу, – также одними губами произнес я. – Я это уже проделал с одной из чигуан, и она служит мне.

– Я умру… – опять прошептали ее губы.

– Значит, такова твоя судьба.

Я положил ее на стол, расстегнул куртку и и разрезал кинжалом тонкую шелковую рубаху, оголил живот и грудь. Между складками полушарий текла струйка пота. Ей было страшно. Я рукой вытер пот и кинжалом хотел прочертить рисунок, но вспомнил, что со мной нет моих дурней, Рострума с его сумасшедшей командой. Именно они вытащили нас с «изнанки». Мир, который трудно понять и осмыслить.

Я отправился на гору и, побродив, нашел всех троих, что спрятались от управляющего в одном из минометных капониров и опять азартно играли в карты, Рострум при этом громко ругался, обвиняя парочку жуликов в жульничестве.

– А ты видел? Видел? – возмущался мастер и брызгал слюной.

– А откуда в колоде пять бубновых тузов? – кричал не менее взбешенный Рострум.

– Да ты сам и положил, – нагло ответил мессир.

Я ухватил их за шиворот, сгреб и, не слушая их вопли, сунул в сумку, затем вернулся.

Над телом чигуаны стояла и дрожала Эрна. Она боролась с тем, что на нее влияло, но что, я понять не мог. И это было странным. В правой руке она держала кинжал готовая вонзить его в сердце чигуаны. На ее лице отображалась мука. Я перехватил ее руку и положил ладонь на лоб.

– Тихо, девочка, – ласково прошептал я, – тихо. Сядь, – и с силой усадил девушку на стул. Она была как деревянная. Пришлось отобрать кинжал и посмотреть магическим взором. И то, что я увидел, меня сильно удивило. Над ней и чигуаной была зависшая серая сеть, как паутина. И она накрывала обеих девушек, обволакивая их головы. С таким я еще не сталкивался. Но методы борьбы с заклятиями Рока я знал. Надо перекинуть заклятие на кого-нибудь другого. Но вот через кого он это заклятие наложил?..

Тут должен быть тот, кто его применил и управляет им… Я дал команду Шизе выделить всех враждебных существ в пределах лагеря, и одна красная метка загорелась сразу.

– Это отпрыск Шаро, – сообщила мне Шиза.

– Интересно, – процедил я и усыпил Эрну. Она закрыла глаза и засопела.

По связи вызвал Штофа.

– Штоф, бери еще одного бойца и поймайте Шаро. Он рядом с моим домом в кустах. Действуйте осторожно, он вооружен и может применить магию. Обездвижьте его.

Сам же принялся изучать природу паутины, искренне негодуя при этом. «Вот как эта скотина Рок мог просчитать, что я захвачу Ринаду? Как? Закладка была на меня, я это хорошо понимал, но попала под удар Эрна. Потому что я забывчив, как все нормальные сорокалетние мужики, и все вспоминаю в последнюю минуту. Я убыл за своими духами, а Эрна, не дождавшись меня, вышла из спальни. Вот тут их Шаро и накрыл. Опять случайность?..»

– Ладно, – пробормотал я, – посмотрим, куда тут тянется ниточка заклятия, а она тянулась… в никуда… Это как?

– Это значит, она уходит в портал, – пояснила мне Шиза. – Если ты попробуешь снять заклятие, оно утащит обеих девушек в портал.

– В портал, – повторил я. – А зачем Эрна держала кинжал?..

– Она хотела себя убить…

– Точно! Сработало кровное заклятие – не навреди. И что делать?..

– Когда не знаешь, что делать с заклятием, его надо или жрать, или уходить в изнанку, – ответила Шиза. – Туда надо брать всех: и Шаро, и Эрну, и эту чигуану. Зачем только ты полез к ней?..

– Полез и полез, – отмахнулся я. – Как Рок просчитал, что я выведу студентов в лагерь? Как он управляет Шаро?..

– Думаю, он специально устроил так, чтобы ты попал в лес. Там тебя ждали чигуана и этот дурень Шаро. И неважно, здесь или в городе, он бы на тебя напал. Просто ты все делаешь не совсем так, как рассчитывает Рок, поэтому и выходят у него промашки. По его замыслу, ты должен быть уже в другом мире вместе с чигуаной, а он тут остается главным действующим лицом новой истории планеты…

Открылась дверь, и Штоф внес на плече обездвиженного молодого отпрыска Шаро.

– У него что-нибудь нашли? – спросил я.

– Да, свитки. Странные. Очень старинные. Они из тонкой кожи, и кажется, человеческой… – ответил Штоф и небрежно сбросил Шаро на пол. Тот упал и негромко застонал.

Я нагнулся над ним:

– Ты что же, сучонок, тут устраиваешь?

– Да пошел ты… урод, – пошевелил он губами.

– Ясно. Говорить не хочешь, – усмехнулся я. – Ну леший с тобой, будешь заменой Эрне. А Ринаде найдем козу или лорха. Лиан, у тебя лорх есть?

– Есть, студент. Ты там поосторожней со своими опытами…

– Постараюсь.

И я постарался.

После ритуала нас закружило и так сильно грохнуло об землю, что вышибло из меня дух. Я лежал, кряхтел и тихо стонал. Кто-то рядом матерился земными ругательствами. По голосочку узнал Шизу. Та лежала прижатая хвостом Лиана вниз головой, с задранной юбкой, сверкая белыми ягодицами в стрингах.

– Классные труселя, – прокряхтел я, стараясь выбраться из-под Лиана. Тот лежал на мне бревном.

Трое из лорца, вернее из сумки, стояли рядом и рассуждали о телесной красоте Шизы и оценивали ее задницу.

– Какая попа! – высказался Рострум… Просто замечательная… – Змеи вылезли у него из глаз и встали в стойку.

– Слишком белая… – ответил мессир.

– Сам ты белый… банан недозрелый, – ответил ему мастер.

– Рострум, помоги девушке! – приказал я. – А вы, обалдуи, помогите мне.

Рострум ринулся к Ринаде, которая тоже лежала вверх попкой и ближе к нему.

– Да не ей, а Шизе, той, что сверху меня лежит.

– А зачем ей помогать? – удивился Рострум. – С ней все в порядке. Она колдует, не будем ей мешать.

– Юбку ей опусти.

– Где эти обалдуи? – Это мастер и мессир носились вокруг и орали как оглашенные: – Где они? Где они?

– Они – это вы! – прокряхтел я.

– Банан, ты обалдуй, – засмеялся мастер.

– Это ты обалдуй, редиска, – смеясь отозвался тот и стукнул мастера кулаком по лбу. Между ними завязалась потасовка.

Я понял, что так будет продолжаться долго. Шиза материлась и не могла выбраться из-под хвоста Лиана. Я из-под них обоих. Лиан был без памяти. А эти гады развлекаются…

– Мастер и мессир, помогите Шизе вылезти из-под хвоста дракона. Рострум, положи рядом с полуголой девушкой голую девушку. И парня.

Получив четкие указания, троица принялась заниматься делом. Вскоре я сидел у тела Лиана, вернее на нем, и отдыхал. Малыши ухватили змей и бегали от Рострума, который бегал за малышами, потому что змеи прихватили его глаза. Обычный дурдом. У моих ног лежали Ринада, посередине Шарду и слева от Шарду Эрна. Рядом со мной сидела красная как рак Шиза. Она возмущенно сопела, но не ругалась. Я обнял ее за плечи, и она прижалась ко мне.

– Где ты так научилась ругаться? – спросил я.

– В твоих снах, Виктор.

Я лишь удивленно приподнял брови…

Под нами зашевелился Лиан.

– Вы там надолго? – спросил он.

– Нет, – ответила Шиза, впрочем не собираясь вставать. – Давай своего лорха.

Из-за знакомого нам камня вышел лорх, на котором ехали два «вождя индейцев», Рострум был распят на его рогах и вопил как оглашенный. Малыши, получив свободу, шалили и заливались счастливым смехом.

– А ну слезайте, проказники, и отпустите дядю Рострума! – строго приказала Шиза.

Малыши недовольно слезли, но помогать Роструму не спешили. Шиза сама сдернула его с рогов и поставила на землю.

– Теперь все отойдите! – приказал я. И поднял голову кверху. Над нами летала серая паутина.

– Рострум, бери эту паутину и оберни ею этого парня, – указал я на Шарду. Что-то сам брать серую невесомую и, кажется, живую сеть я не хотел. А вот Рострум подпрыгнул, ухватил ее и спокойно потащил к парню. Тот лежал с закрытыми глазами. Он грубо обмотал паутину вокруг Шарду.

– И что дальше?.. – вырвалось у меня.

– Да все просто, – ответил Рострум, раздвинул пространство и, подхватив тело, выбросил его в окно. Окно схлопнулось, а Рострум завопил, да так, что мы вздрогнули.

– Мои змеи! Они упали! Мои глаза! – И стал открывать окно заново. Он уже пролез в него наполовину, как я в страхе закричал:

– Держите его! – Два обалдуя ухватили его и стали держать. Рострум дергал ногами, и вдруг все трое провалились в окно, и оно схлопнулось.

– Пиз… – тихо проговорила Шиза, – доигрались…

– Они вернутся, – побледнев и вытерев лицо, пробормотал я. Правда, не очень уверенно.

Пока мы сидели, пришел Рок. Не обращая внимания на нас, посмотрел на девушек. Посадил Ринаду на попку и подал ей кубок.

– Пей, мерзкая тварь, – проговорил он и шаркающей походкой удалился.

Малыши вырвали у нее кубок и влили в рот лорху. Тот затряс головой и стал дымкой растворяться в воздухе.

– Полдела сделано, – проговорил я. – Теперь надо вернуться. Кто может открыть окно обратно?

– Дядя Рострум, – ответили одновременно малыши.

– И все? – спросил Лиан. Ему не ответили. Пришли в себя Эрна и Ринада. Ринада сразу начала скандалить.

– Тварь, ты полезла в постель к милорду. Чего голая сидишь, бесстыдница?

– А тебе какое дело? – удивилась та. – Меня милорд позвал. Меня, а не тебя.

– Так, да? – Ринада попыталась схватить ее за волосы, но Эрна так двинула ей кулаком по лицу, что Ринада вновь отключилась.

– Чего это они? – удивился я.

– Обе в тебя влюблены, вот и ссорятся, – хмуро ответила Шиза. – Это изнанка. Тут все чувства вывернуты наружу…

– Помогите! – раздалось у нас за спиной, и из камня вылезла рука. Шиза быстро ухватила ее и потащила.

– Чего замер? Помогай! – крикнула она, и я вышел из столбняка. Ухватил вторую руку, и мы вытащили Рострума. Тот, тяжело дыша, проворчал:

– Еле добрался.

– А эти где?.. – спросил я.

– Они несут парня в паутине.

– Не надо его сюда тащить, – заревел я, – пусть бросят там.

– Сейчас распоряжусь, – ответил Рострум и снова в пространстве открыл руками окно. Мы с Шизой туда заглянули и увидели, как эти двое ненормальных по песку тащат Шарду. А за ними гонятся всадники на лошадях.

– Бросайте! – заорал Рострум. – И живо сюда.

Шарду бросили, и Рострум протянул руку. Вытянул ее на километр, не меньше. За нее ухватились двое обалдуев, и он затащил их обратно на изнанку.

Пока мы смотрели, что происходит за окном, Эрна успела закопать под камнями бесчувственное тело Ринады. И ей в этом активно помогали малыши.

– Тетя Эрна, больше накладывай, а то вылезет, – поучали они ее.

– Эй вы! – прикрикнул я на них. – А ну откопали тетю Ринаду! А ты, Рострум, давай возвращай нас обратно, иначе тут все с ума сойдут.

В какой-то миг я потерял ориентацию. Голова закружилась, наступила темнота, а очнулся уже в домике. На столе лежала Ринада с открытой до пояса грудью. Штоф пялился то на нее, то на голую Эрну, спящую у стола. Шарду нигде не было. А у Штофа, как я знал, не было девушки. Он не умел с ними обращаться. Был застенчив и робок, как маленький ребенок.

– Она тебе нравится? – спросил я, указывая на Ринаду.

– Нравится, – ответил Штоф.

Ринада лежала и смотрела в потолок. Я застегнул ей куртку и помог сесть.

– Как ты? – спросил я.

– Сон странный приснился, хозяин. Ой!.. Как это?..

– Просто, – ответил я. – Раньше ты служила Року. Теперь служишь мне… Как ты и хотела. Кроме того, я тебе жениха нашел. Вот он, – я указал на удивленного моими словами Штофа. – Он будет для тебя лучшей парой.

– Спасибо, хозяин, – промолвила Ринада и изучающе оглядела парня. – А сейчас что мне делать?

– Ты должна была вновь быть рядом со мной?

– Да, хозяин.

– Вот и будешь.

– Хорошо, хозяин.

– Иди со Штофом и помогай ему во всем.

– Хорошо, хозяин. – Ринада встала со стола, посмотрела на Эрну. И вновь в ее ауре пробежала волна ревности. – А эта что?..

– Не твое дело, – ответил я, – иди. – А сам подумал, что потом надо будет поработать над ней лучше.

Они ушли, а я уложил Эрну на кровать и лег сам. Уснул как младенец.

Утром разбудила меня Эрна.

– Милорд, вставайте! Там эти пришли… Лесные ушастики…

Я продрал глаза, потянулся и улыбнулся Эрне.

– Уже встаю, – ответил я. – Иди скажи этим, пусть подождут.

Через пять ридок вышел из спальни и прошел на порог дома.

Там стоял Вей лур и скалился.

– Как ночка на новом месте? – спросил он и скосил глаза на Эрну.

– Хорошо.

– Ну я думаю… – подмигнул он и тут же сменил тему: – Пошли завтракать, приглашаю. Там и поговорим.

– Пошли, – согласился я. Поднял глаза, там, в вышине, только начинался рассвет. – Раненько вы завтракаете…

– Обстоятельства… – ответил эльфар.

У озера нас ждала лодка. Первым сел Вей лур, я сел следом, и он стал грести на другую сторону. Получалось у него это довольно ловко, и вскоре мы пристали к противоположному берегу…

– Вей лур, мне доложили, что вы весьма дружественно вели себя с людьми, – на пограничника хмуро смотрел начальник штаба пограничного отряда.

– А в чем проблема, лер? Они наши союзники, и у меня приказ оказывать им всяческое содействие…

– А вы знаете, что граф убил нескольких наших сородичей?

– Да, лер, и что? Он был в своем праве. Защищал честь тех, кто доверил ему свои жизни.

Рядом с начальником штаба сидел молчаливый представитель службы безопасности.

– Я думаю, вы не до конца понимаете ситуацию, – посмотрев на безопасника, продолжил начальник штаба. – Граф – враг леса.

– Я знаю, и что это меняет? – спокойно ответил Вей лур. – Им занимается служба безопасности, она его не трогает. Я же выполнял приказ…

– Ладно, я вижу вы не хотите понять меня, – раздраженно перебил его начальник штаба. – Получите новый приказ…

– Так вот, – сидя у костра, где на циновке были разложены яства, начал говорить помрачневший Вей лур. – Мне дали приказ забрать всех новобранцев, ваших студентов и выдвинуться к границам леса навстречу одной из орд орков, что идет на юг, и там ждать подкрепления. Но я уверен, господин граф, что его или не будет, или оно прибудет слишком поздно… Нас кидают на убой…

«Ну что-то такое я и предполагал, – подумал я. – Не могли лесные эльфары не отомстить. И ничего тут не скажешь. Сам напросился. Значит, нас кидают под ту часть молодых волчат, что пойдут не с Быром. Там в основном воины из недружественных хану и Худжгарху племен».

– Где они находятся, известно? – спросил я пограничника. – И сколько новобранцев вам дали?

– Три сотни. Пешие стрелки. Еще мой отряд двадцать ветеранов. Данных разведки у меня нет…

Я молча взял в руки плод, похожий на персик и на черешню одновременно, сочно-красный и мягкий. Я думал не о том, что делать. А о том, что вот я, хранитель степи, Высокий, или по-другому демиург. Вершитель судьбы. По всем правилам должен сидеть у себя на горе и помогать молодым волчатам. Но сижу на земле, в лесу, с тем, кто считает меня врагом, и должен вместе с ним убивать орков. При этом я понимаю, что, сидя на горе, я полностью проиграю Року и погибну. А эти орки, отделенные от верных Верховному хану орков, должны, не добившись победы, уйти из леса. При этом их число уполовинится. Меньше станет мятежных орков и вождей в будущем. И доверять эту операцию кому-то из орков или людей я не могу. Иначе получится как у Рока. Все будет сделано наполовину и с ошибками. Ну и у меня не было сотен лет, чтобы выстроить нужную мне комбинацию событий. Поэтому я пока занимаюсь тем, что ломаю планы Рока, а он затрудняет мне это делать…

– Какие есть мысли на этот счет? – отвлек меня от размышлений лесной эльфар. Я откусил плод, прожевал сладкую мякоть и спросил:

– Вей лур, а почему вы не продаете эти плоды? Они такие вкусные.

Эльфар часто-часто заморгал. Несколько дольше, чем надо, на меня смотрел и вдруг рассмеялся.

– Ты о чем думаешь, враг леса?..

– О том, что вы, имея такие вкусные фрукты, ими не торгуете.

– Они не хранятся, – ответил, продолжая смеяться эльфар, – сорвал с ветки – сразу надо есть…

– Да? – удивился я и задумался. «Ведь были пространственные карманы. Положил туда фрукты и пусть лежат сколько надо». Вслух произнес: – Я бы мог решить эту проблему.

– Давай сначала решим проблему орков, а потом обговорим, сколько ты сможешь купить плодов и почем.

Мой ответ явно заинтересовал эльфара.

– А ты будешь продавать напрямую мне или через дворфов? – уточнил я.

– Если ты их сможешь сохранить, то тебе. Дворфы их не купят.

– В нарушение правил?..

– А никаких правил, запрещающих торговать с хуманами, нет, – смеясь ответил эльфар. – Это дворфы придумали, а нам все равно.

– Я тебя понял. По оркам не беспокойся. План есть: вы заманиваете их отряды в ловушки, мы их отправляем телепортом в другие места.

– Э-э-э… Это очень интересно… Но в какие другие?

– Если честно, Вей лур, то я не знаю. И тебе лучше не знать… Спокойнее жить будешь… Ты же в таком возрасте, что скоро службу покинешь и станешь моим торговым партнером. И пока я жив, ты быстро разбогатеешь.

Эльфар был явно озадачен. Он вступал в торговые отношения с врагом леса, и враг леса предложил ему способ как остаться живым. Он действительно не хотел умирать из-за чьих-то интриг и хотел разбогатеть… А тут такой случай.

– Не боишься, что меня будут использовать против тебя? – сняв улыбку с лица, ответил Вей лур.

– Не боюсь. А ты, Вей лур, если тебе предложат или вынудят на действия против меня, соглашайся. Убивать тебя не заставят. Травить фрукты тоже… Хотя могут. Ваши могут. Но ты тогда дай мне знать простым способом. Немного скинь цену на плоды, и я буду знать, что тебя подключили к акциям против меня, а остальное уже мое дело. Ты не пострадаешь от моей руки и со своими не поссоришься.

Эльфар долго сидел в задумчивости.

– Ты странный хуман, граф, но дураком не выглядишь. Все, кто против тебя что-то затевал, или убиты, или попросили прощения. Врагов ты нажил много… И месть тебя, конечно, достанет, но это будет не моя рука. Я подаю тебе свою руку, – он протянул мне ладонь, и я ее пожал. – Сделаю, как договорились. Сейчас я ухожу за припасами и новобранцами. Выходим в ночь. Поведу тайными тропами… Мне, конечно, влетит, если узнают, как я провел вас, но я потерплю, не первый раз.

Я кивнул и предупредил эльфара.

– Меня не будет некоторое время. Так что пока обходитесь без меня…

Глава 12

Где-то в другом мире.

Закрытый сектор. Планета Сивилла. Снежные горы.

Космос закрытого сектора. Королевство Вангор.

Вечный лес

Фома сторожил дорогу, ведущую в квартал Старших домов. Он уже знал, что по ней часто ездит лер Мартал-ил из одного из захудалых домов старших. Глава этого Дома, недовольный своим низким положением в иерархии Старших домов, по сведениям Фомы, вступил в сговор с Братством. Один из функционеров этого Дома, Мартал-ил, передавал лидерам организации секретную информацию и как офицер охраны дворца князя был допущен до государственных тайн. Еще он осуществлял прикрытие специальных акций, проводимых агентами пресловутого Братства. Именно он спланировал и осуществил операцию по похищению Ганги. Фома проводил скрытое наблюдение безвылазно уже два круга, но это было единственным местом, где он мог достать Мартал-ила.

Он проследил за Рагл-илом, который пришел в себя и тут же отправился в квартал Старших домов. Там его беспрепятственно пропустили, и оттуда он уже не вышел, зато выехала карета, в которой был вывезен его труп. Фома проследил за каретой и атаковал ее. По дороге захватил молодого снежного эльфара – кучера и допросил его. От него узнал, что Мартал-ил находится в квартале Старших домов и он собирается на днях покинуть столицу, отправившись по делам.

Карету с трупом Рагл-ила Фома оставил на дороге. Молодого кучера забросил подальше в степь, как в насмешку оставив в живых. Сведения о теле Рагл-ила в карете одного из Старших домов быстро распространились по столице. Су, принесшая ему поесть, сообщила, что среди эльфаров началось какое-то невнятное брожение. Эльфары Младших домов обвиняли Старшие дома в убийстве их соотечественника. А главы их Домов делали вид, что ничего не произошло. Это усиливало ропот простых эльфаров. Квартал Старших домов по ночам стали забрасывать камнями. На улицы стали выходить возмущенные молодые эльфары и затевать ссоры с представителями Старших домов. Служба безопасности столицы взяла это дело на расследование.

Несколько кругов нужный эльфар не показывался. Но Фома терпеливо ждал. Он обязательно должен будет убыть на встречу с координаторами Братства. В этом Фома был уверен. Им предстояло выработать решение по поводу смерти эльфара и дать ей хоть какое-то мало-мальски правдоподобное объяснение. События круто закручивались и грозили выйти из-под контроля, противоречия между Старшими домами и Младшими обострились в столице до крайности. И он дождался. Фома понимал, что Мартал-ил опасался за свою жизнь. Эльфар уже понял, что за всеми, кто участвовал в похищении невесты человека, кто-то невидимый ведет охоту. Обвинить в этом самого человека не получалось. Его никто не видел.

В один из поздних вечеров из квартала уже выехало с десяток всадников и пара карет, но нужного ему лера не было. Это была проверка. Эльфар осторожничал. Фома пропустил эту кавалькаду и остался на месте. Через два часа выехавшие вернулись, и еще через полчаса в окружении десятка всадников лер Мартал-ил выехал из ворот и, тревожно оглядываясь по сторонам, направился в сторону выезда из города. В его ближайшем окружении были два мага.

Фома не стал приближаться к кавалькаде, он перенесся на заранее выбранное место засады и стал ждать. Сидя на карнизе скалы, он наблюдал приближение всадников. Вокруг них мелькали цветные нити, хорошо видимые в магическом зрении. «Поисковое заклинание, отслеживающее врагов», – определил Фома. Но он-то находился выше их, и его они не засекли. А когда всадники поравнялись со скалой, на которой сидел Фома, он прыгнул вниз за спину Мартал-ила, ухватив того за тело, телепортировался на корабль-базу. Там просто ударом кулака сбил с ног. Рядом материализовался Брык-стюард. Вид существа с головой-луковицей поверг эльфара в шок гораздо больше, чем похищение.

– Ты рассказываешь все о похищении посла орков, – предложил ему Фома, – и я тебя не отдаю этому демону на вечные муки и даже оставляю в живых.

Эльфар проникся. Он был трусом и очень хотел жить.

– Не убивайте, я все расскажу, что знаю, – дрожащим голосом проблеял эльфар и сразу стал давать показания. Он говорил долго и много. Из всего рассказа Фома выделил, что указания ему давал лесной эльфар, с которым он встретился по указанию одного из лидеров Братства второго заместителя главы Братства лера Бартал-ила. Он же передал ему свиток с перемещением.

Фома задумался. Путь, по которому он шел, видимо, вел в никуда. Он хватал лишь исполнителей, а заказчик находился в Вечном лесу, и им мог быть кто угодно, даже сам Кирсан-ола. Кто это был, Мартал-ил не знал. Но знал, что Братство поддерживает отношения как с охраной Великого князя, так и службой его брата Кирсан-ола. Обдумав все это, он послал сообщение учителю. Тот ответил сразу.

– Фома, Барта-ил убит. Вышло случайно. Ниточка оборвалась. Поиски пока прекрати. Мартал-ила отпусти и проследи за ним, может, удастся на кого-то выйти. Всю информацию сохрани на искине корабля.

– Вы не убьете меня? – прервал размышления Фомы сильно перепуганный эльфар.

– Нет, лер, вы сейчас вернетесь на дорогу, где вас похитили демоны. Они недовольны тем, что вы украли у них их добычу… Но ваша жизнь им не нужна.

– А может, им нужна моя служба? – вкрадчиво спросил эльфар. Фома, пребывая в образе демона, посмотрел на Мартал-ила.

– Может, – ответил он. – Демоны хорошо награждают тех, кто им служит верой и правдой. Что ты хочешь за свою службу?

– Золото!.. – глаза эльфара жадно блеснули.

– Хорошо, вот тебе первое задание. Мои господа ищут эту орчанку. Найди того, кто может знать про место ее нахождения. Получишь десять тысяч золотых.

– Я постараюсь…

– Нет, не так, – хохотнул Фома, – ты дашь согласие на служение демонам, подписанное своей кровью.

– Хорошо, – слабым голосом произнес испуганный и подавленный эльфар. Но он был рад, что его поймал не человек. О жестокости того рассказывали страшные истории.

Ганга вышла из портала посреди леса. На поляне стоял такой же обелиск, как и у ящеров, только без жертв. Основание обелиска было заметено мусором и листвой. Рядом большое кольцо, как и то, в какое она успела войти. Рядом переминалась с ног на ногу лошадь и жадно поедала сочную зеленую траву. Ящер стоял безучастный ко всему. И за его спиной стоял такой же равнодушный ко всему голем. Дворфа не было. Ганга подождала его несколько ридок и поняла, что он или не успел, или прыгнул в другое кольцо.

Она еще немного постояла, оглядываясь по сторонам, и пришла к выводу, что этим порталом уже давно никто не пользовался. Не было протоптанных тропинок, и вокруг портала выросла из-под камней зеленая трава.

«И куда идти?» – спросила она сама себя. Села на лошадь и ударами пяток по бокам послала ее к просвету между деревьями. Там просматривалась забытая и заросшая молодыми порослями деревьев дорога.

Это действительно была дорога. Основание ее было выложено большими каменными плитами, кое-где уже разрушенными. Из трещин тянулись к небу кусты и деревца. Ящер и голем последовали следом.

Дорога была прямой, и совсем скоро они вышли к берегу озера. В лагах ста от берега был расположен остров, на котором высился мрачный величественный замок.

«Может, мне туда?» – подумала Ганга. Осмотрев берег, она не нашла ни лодки, ни плота. С удивлением обнаружила, что после перехода ее магический запас восстановился. Она оглядела воду магическим взором и не обнаружила опасности. Сняла с лошади все седельные сумки, тюк с оружием и, взяв ее под уздцы, пошла к воде.

– Боо, – спросила она ящера, – ты плавать умеешь?

– Умею, госпожа.

– Тогда оставь голема сторожить наши вещи, а сама следуй за мной.

Затем орчанка решительно вошла в воду и поплыла, держась за гриву лошади. Боо нырнула и исчезла под водой. Вынырнула она у берега с огромной рыбиной в зубах и стала жадно ее есть.

Ганга вышла ридок через пять и, отряхивая воду с одежды, взошла на берег. Не успела она сделать пару шагов, как дорогу ей преградили два хумана.

«Нет, не хуманы, – глядя на них магическим взором, подумала Ганга, – мертвецы… Нет, не мертвецы… Колдуны? Тоже нет».

Ганга не посчитала их опасными.

– Вы красные? – спросила она первое, что пришло ей в голову. Оба странных существа отрицательно покачали головой. – Вы служите красным? – И вновь оба покачали головой. – Вармилу знаете? – Оба согласно закивали. – Меня послала Коте Рингира. Если вы всего лишь два тупых создания, то отведите меня к своим господам.

– Мы не тупые создания, мы трэлы, смертная, – ответил один из двоих с выбритым бледным лицом. Второй был с вислыми усами и немного горбатый. Он молчал, стоя на шаг позади выбритого.

– И что это меняет? Я долго буду тут стоять? В замке живые есть?

У обоих трэлов широко раскрылись глаза.

– Смертная, ты невыносимо наглая! Откуда ты пришла?..

– Из портала. За ним мучаются вампиры, прибитые к обелиску, и, по-моему, там Вармила. Мне так сказала Коте.

– Ты смогла пройти портал?..

– А как бы я тут оказалась? Тут кто-то, кто называет себя главным, есть?

– Есть князь Вармилон, муж Вармилы.

– Очень хорошо, ведите меня и Боо к нему.

– Эта рагдарийка с тобой? – удивленно переспросил тот же трэл. И посмотрел, как ящерица вылизывает себе лапы. – Она твоя госпожа?

– Нет, я ее госпожа. Мы долго будем тут торчать? Мне, вообще-то, надо домой. И мне обещали в этом помощь.

– Пошли, – трэл пригласил Гангу следовать за собой.

Они прошли по берегу, вышли на дорогу и вошли в открытые ворота замка. Ганга оглядывалась по сторонам и все больше хмурилась. Везде были следы запустения. Не было стражи, не было суеты слуг. В самом замке не было света. Она и Боо вслед за трэлами поднялись по заломленной лестнице, вошли в большие покои, в которых царствовала тьма. Ганга запустила светляк и хмыкнула. В свете маленького огонька она увидела большой каменный стол и на нем искусно сделанный гроб.

– Видимо, я поздно пришла, – проговорила она. – Тут все умерли… – Но договорить она не успела, крышка гроба со скрипом открылась, и из гроба раздался чих.

– Апчхи!.. Апчхи!.. Апчхи! Чертова аллергия на свет, – раздался недовольный мужской голос, и в гробу сел человек в черном одеянии. Он огляделся, поморщился и чихнул: – Апчхи!..

– Самуэль, – произнес человек в черном. – Зачем тебе свет? Ты хочешь, чтобы я увидел пищу, но я не голоден. Апчхи…

– Владыка, – поклонился трэл с гладко выбритым лицом, – эта женщина знает, где находится ваша жена. Ее послала Коте…

– Я тоже знаю, где она и что. Если Вармиле хватило ума отсюда удрать, пусть сама и возвращается… Я не намерен бегать за сумасшедшими бабами… – Человек снова улегся в гроб.

– Тогда я сейчас вернусь обратно и все ей расскажу, – с усмешкой ответила Ганга, – и помогу ей выбраться.

Человек снова сел. Кряхтя, выбрался из гроба и слегка присел, потом выпрямил ноги. Раздался хорошо слышный хруст.

– Чертов артрит, никак не проходит, – проворчал он. Он подошел к Ганге, и оказалось, что он ей по грудь. Человек задрал голову и проговорил так, словно он был сильно уставший:

– Ну и чего нужно этой дуре Вармиле?

– Я так понимаю, ей нужна твоя помощь, – ответила Ганга. – Но я вижу, старик, что ты умер и телом, и душой…

– Ты не имеешь права так со мной разговаривать, смертная! – он ткнул пальцем в ее живот. – Иначе я тебя выпью и твою ящерицу тоже… Апчхи! Проклятый свет…

Ганга оскалилась, и человек увидел ее клыки.

– Ты кто такая? – отступил он на шаг от орчанки. – Мутант?

– Сам ты мутант. Помогать жене будешь или я пошла обратно?

– А как я ей помогу? – вздохнул он. – Нас окружили красные. Мы заперты на этом острове. Я могу только облегчить твою участь и выпить твою кровь. Ты одаренная, поэтому лет через сто ты станешь трэлом, потом истинной, а потом лет через тысячу моей новой женой… Хочешь?..

– Умойся и забудь, – небрежно бросила Ганга. – Я пришла сюда от портала и никаких красных не видела.

– А они не тут, они за барьером, там, где мои подданные. Мое гнездо… – он развел руки, – не со мной. Из-за глупой выходки Вармилы меня отрезали… и все, как ты понимаешь, из-за моей невоздержанной на язык жены Вармилы…

– Нет, не понимаю, – отрезала Ганга, – ты идешь ее спасать?

– Хотела, видите ли, повидать новые миры, – не слушая Гангу, бурчал старик, – и ушла с подругами. А на самом деле спасалась от… Эх, – он махнул рукой, – а я остался тут один… Апчхи… Оставайся, а? Мы будем тут вдвоем, в тишине в гробике… Ляжем, обнимемся? А?..

– Я вижу, что ты колдун, пошли за твоей женой, – оборвала его мечты Ганга. – Тоже мне Владыка… Бери своих трэлов. Мы сумеем освободить твоих женщин. Потом разберемся с красными.

Владыка поскрипел коленями и вздохнул:

– Ты такая же, как и Вармила. Такая же суетливая и беспокойная. Зачем спешить?..

– Затем, что ее там прибили гвоздями к постаменту!

– Вот как! – он явно одобрительно отнесся к этому известию. – И Коте с ней? Да?

– Да! – гаркнула Ганга.

– Ладно, ладно. Не кричи, – отмахнулся Владыка, – пошли уже. Самуэль, найди мой доспех, он где-то в замке был…

– Уже приготовил, Владыка, – поклонился трэл. Он подошел к человеку и надел на него несколько ремней, подвязал их и отошел.

Ганга лишь хмыкнула, разглядывая доспех.

– Что ты хмыкаешь? – недовольно отозвался на ее пренебрежительный возглас Владыка. – Что бы ты понимала? Это кожа спасителя… – Он с хорошо слышным скрипом колен направился мимо Ганги. Та последовала за ним.

У воды Владыка взмыл в воздух и полетел на другой берег. Трэлы спокойно пошли по воде. Ганга применила короткий телепорт и встретила всех троих.

– Надо же, ты ведьма?! – удивился Владыка.

Из воды вылезла Боо. И встала рядом.

– Какое мерзкое существо, – поглядев на ящерицу, произнес Владыка. – Ты, Самуэль, не находишь? – спросил он трэла, тот кивнул.

Ганга взобралась на лошадь и, не споря со стариком, поехала первой. У обелиска они остановились.

– Давай, Владыка, заходи! – почти приказала Ганга, и человек в черном влетел в кольцо, за ним прыгнули два трэла, а потом голем и Боо. Ганга вошла последней. Когда она смогла видеть, то увидела разорванные тела ящеров груды камней от големов и летающего Владыку. Он летал над обелиском, и гвозди, которыми были прибиты вампирши, сами собой выскакивали из их тел. Трэлы хватали освобожденных женщин и просто закидывали их в кольцо.

Ганга огляделась. Дворфа нигде не было, а Владыка, закончив свои дела, нырнул в кольцо и исчез.

– Эй! – закричала Ганга. – Это нечестно, а где награда? – И тоже нырнула в кольцо.

Мне пришел сигнал с корабля-базы, что обследование демонов закончено и искин приступил к обработке информации. Да и пришло время вернуть на свое место Ведьму. Поэтому я вернулся на корабль-базу.

Ведьму кровной связью привязывать к себе не стал, просто заложил кодированный модуль в подсознание. Если она меня сознательно предаст, то умрет. Это я посчитал достаточными мерами. О чем ей прямо и заявил. Женщина мое сообщение приняла совершенно спокойно и даже отметила, что рада моей предусмотрительности.

Я удивленно посмотрел на нее, а она невозмутимо ответила:

– Это показывает, что вы, Ирридар, не дурак. Так какие у нас планы?

– Грандиозные, рена… э-э-э…

– Ведьма, Ирридар. Просто Ведьма, и все. Я много поменяла имен и все уже не упомню…

– Хорошо, Ведьма – значит Ведьма. Так вот. Наши недруги, что окопались в ордене Искореняющих, решили вступить в политичную борьбу на стороне Лигирийской империи. Они готовят удар по королю и королеве Вангора…

План, который я хотел рассказать Ведьме, возник в моем сознании мгновенно, вот только что. Это было сродни озарению, и я не раздумывал, а сразу начал о нем рассказывать.

– Первый удар нанесем мы, в Брисвиле. Они тоже ищут агента АДа Демона. Вы им расскажете, что в Брисвиль прибыл его агент Дух по поручению Вейса. Он обладает информацией, где Демон скрывается. Уверен, они захотят меня захватить…

– А как я им объясню, откуда у меня эта информация?

– Не знаю, Ведьма. Придумайте что-нибудь правдоподобное.

Она посмотрела на меня долгим взглядом и кивнула:

– Хорошо, я придумаю что-нибудь. Но что вы собираетесь с ними сделать?

– Когда они на меня нападут, я их переброшу в другой мир. Оттуда возврата нет, и вины за их смерти на мне не будет. Они начали первыми, я лишь защищался.

– Вы так уверены, Ирридар, что один справитесь… что я… теряюсь.

– Это только первая фаза, – улыбнулся я. – Пора с контрабандистами покончить. Мы устроим им переселение и в Брисвиле, и на Сивилле, а может быть, и в Инферно. Вы со мной?

– Не сомневайтесь.

– Тогда идите отдыхайте в кают-компанию, а мне надо поработать…

– Может, я смогу вам помочь, Ирридар? Я уже достаточно наотдыхалась.

– Пошли, – не стал возражать я.

А когда она увидела в капсулах демонов, ну очень сильно удивилась.

– А вам они зачем? – насмотревшись и закрыв рот, спросила она.

– Хочу сделать их членами экипажа корабля, – ответил я и, увидев ее ошарашенный взгляд, улыбнулся: – Шучу. Изучаю возможность преобразования хаоса в упорядоченную систему энергий. Надо идти в Инферно. Но я там уже был и чуть не погиб. Вот теперь изучаю, чем демоны отличаются от нас.

– Интересно, и чем? – спросила Ведьма.

– Вот сейчас и узнаем. Вроде бы результаты готовы…

– Булочки и кофе командору и его гостье! Булочки и кофе командору и его гостье! – прокричал подошедший Брык – старший помощник капитана, и Брык-стюард повторил приказ дрону.

– Брык – старший помощник капитана, – я повернулся к нему, – зачем вам говорящая голова Брыка-стюарда? Он ничего полезного не делает.

– Осмелюсь доложить, командор, он загадывает загадки.

– На корабле такая должность не нужна, – твердо отрезал я. – Назначь его моим секретарем.

– Есть назначить Брыка-стюарда моим секретарем!

Я закатил глаза.

– Не твоим, а моим. – Я ткнул в себя пальцем. – Брык-стюард, ты теперь мой секретарь. Узнай, что делают секретари. Ступай.

Брык-секретарь ушел, вернее просто исчезла его голограмма.

– Давайте я буду вашим секретарем, Ирридар, – предложила Ведьма. – И Тору лучше забрать сюда. Здесь полная безопасность…

– Я не против, но как же ваши нищие?..

– Я о них позабочусь и периодически буду посещать Брисвиль.

– Тогда уж лучше начальником секретной части, – подумав, ответил я, – и в помощь вам Брык. Он кладезь информации.

– Как?.. – не поняла меня Ведьма и растерянно заморгала глазами.

– Э-э-э… – нашелся я. – Он обладает огромным объемом информации.

– А-а-а… Поняла. Это такой местный сленг… И что демоны?

– Помирают.

– Помирают? Почему?

– Будем разбираться. Так… Вот. У них недостаток упорядоченной энергии. Хм… Странно… Их рога служат преобразователями энергии хаоса в упорядоченную энергию жизни. Конкретно у этих демонов способность потреблять энергию составляет ноль целых пять десятых процента. Это простые демоны. Остальная энергия хаоса скатывается по их коже, как вода, давая им магические способности. У них нет, как у людей, каналов накопителей в теле. Они есть у высокоранговых демонов, демониц, демонесс и владык, это хвост и крылья… Хм… И что это нам дает? – Я читал информацию вслух. – Искин может смоделировать организм демонов и с помощью синтезатора создать костюм для действий в Инферно. Но надо продлить жизнь этим демонам, чтобы иметь эталон для сравнения. А как продлить им жизнь? И вообще странно, почему в Брисвиле они себя спокойно чувствуют? Что там за среда такая?

– Информация отсутствует, – сообщил искин.

– Да, я знаю, тупая железяка, что информация отсутствует. Способы продления жизни демонам? – запросил я необходимую информацию и прочитал: – Положить заряженный энеронами предмет в капсулу? Да пожалуйста. – Я достал из своей сумки два амулета торнадо и положил каждому демону на грудь. Крышка закрылась, а искин стал фиксировать изменения в организме красных рогатых существ. Дела у них пошли на поправку, теперь их кожа стала впитывать энергию амулетов, а рога преобразовывать в жизненную энергию. Я подпер подбородок рукой. – Интересно… Из атмосферы они энероны не усваивают, а из амулета запросто. Почему?.. – Ничего не придумав, я махнул рукой. – Да и пофиг! Мне в Инферно не жить, и я не ученый, – произнес я и посмотрел на внимательно слушающую меня Ведьму и предложил: – Давайте попьем кофе.

Мы пили кофе и рассуждали о демонах. Что, собственно, в них есть странное? Они все разные. И чем глубже погружаешься в Инферно, тем магически и физически демоны сильнее. На первом слое разумному с Сивилы можно даже долго жить без угрозы смерти, не знаю, как по поводу мутаций, но на первый слой ходят искатели приключений, и среди них много недемонов. Рассуждать над замыслами творца можно, понять – нет, и мы не пришли ни к каким выводам. Искин разрабатывал костюм под меня, и у меня вновь появилось свободное время. Поэтому Ведьма отправилась в Брисвиль. А я, забрав Чернушку, отправился к себе в замок.

Мне не давала покоя одна мысль. Если Рок приготовил мне ловушку в конце поиска Ганги, то как так получилось, что у меня «обрублены все хвосты». Последний, кто мог дать информацию о том, у кого можно узнать, где находится моя невеста, был лер Барта-ил. Но его неожиданно убила Берта. Я не верил, что Рок не предусмотрел такой вариант. Он хочет меня выпроводить из сектора навсегда. Вот и молодой Шаро в этом участвовал… что подтверждает наши с Шизой догадки. Тогда где искать концы? Остается заглянуть к Гронду. Он намекал, что может помочь. Вот к нему я и направился следующим утром.

Пришлось ждать, пока он освободится. Гронд проводил совещание, куда меня, кстати, не пригласили. Да я и не рвался. Когда совещание закончилось, из кабинета Гронда, что-то обсуждая между собой, вышло восемь человек, в том числе и граф тан Кране. Мой бывший начальник. Он подошел и приветливо со мной поздоровался. Расспросил о делах и пожелал удачи в Вечном лесу. Его приветливость меня несколько удивила. Мы не друзья, и, вообще, он меня не любил. Странно.

Пока я думал, вышел Гронд и, увидев меня, махнул рукой, чтобы я зашел.

– Садись и расскажи, что еще натворил… В лесу, – прищурясь, произнес он. Налил из графина вина и уставился на меня.

– Дело такое, – начал я, и Гронд помрачнел. – Тихо в лесу, – неожиданно для самого себя произнес я, – только не спит барсук. Он забрался на сук, вот и не спит барсук…

– Это… что?.. Шифр? – Гронд поморгал, приложился к стакану и как-то странно стал меня разглядывать.

– Это не шифр, это детская песенка. Она говорит о том, что хоть в лесу и тихо, но кое-кто не спит и нужно быть осторожным. Нас отправили на учения на границу вместе с новобранцами…

– И что? – осторожно спросил Гронд.

– А то, что ходят слухи, будто бы вместе с нами отправили неугодных лесных эльфаров и при атаке орков к нам подкрепления не придут. Мы или героически погибнем, или я устрою лесу большую встряску. Вас какой вариант устраивает?

– Ни тот ни другой… А что за встряска?

– Не буду от вас скрывать, мастер. В свое время на меня охотились рейдеры леса, и я у них набрал разных свитков… – Я посмотрел на реакцию Гронда. Тот молчал, но внимательно слушал, что-то обдумывая.

– Ты не тяни, говори, что задумал, – прервал он молчание.

– Мы часть орков по этим телепортам отправим в центр леса. Устроим им ловушку, и у леса будут неприятности…

– А куда именно? – уточнил Гронд.

– Этого я не знаю. Мы уже опробовали этот вариант, и целый полк отправили в разные места…

– Точно сможешь такое провернуть? – Гронд посмотрел на меня пристально.

– Точно постараюсь, мастер.

– Жизни студентов сохранишь?

– Тоже постараюсь…

– Хорошо, твой план действий утверждаю. Теперь по твоему вопросу. Когда мы были молоды, был у нас с Кронвальдом друг, лесной эльфар из обедневшей семьи, Ингуль нур. Пытливый ум и талант искателя выделяли его среди чванливых лесных магистров. Мы тогда учились в Вангорской академии. Так вот в экспедиции на верхний слой Инферно он ушел от телепорта вдоль реки по направлению ее течения. Хотел узнать, куда она впадает… Туда никто не ходил. Там не было городов и не было чем поживиться. Лишь такой любопытный сумасшедший, каким был Ингуль, мог пойти в этом направлении. Как он потом рассказывал, там только одна пустыня. Но! – Гронд поднял палец. – Он обнаружил, что река никуда не впадает… Она просто исчезает. Течет себе, течет. И бац! Ее нет. Как обрезало. Она, как ты уже догадался, уходит в другой мир. В этом месте разрыв пространства. Но это еще не все. В этом месте периодически появляется большая пирамида и вместе с ней буря. Ингуль там чуть не погиб. Он спрятался в коридорах пирамиды и был вместе с ней перенесен в другой мир. Вернулся он также с пирамидой и притащил оттуда свитки с телепортами и яйца, из которых потом эльфары стали выращивать себе ездовых драконов. Скорее всего, твоя невеста одним из таких свитков была переброшена в этот мир. – Гронд закончил говорить и внимательно посмотрел на меня. – Ты понял, что нужно делать?

– Искать пирамиду?

– Нет. Надо знать, в каком месте и когда она появляется. Это тебе может рассказать сам Ингуль нур. Но до него трудно добраться. Он живет отшельником и занимается только наукой. Я подготовил ему письмо. Передашь его ему, и он тебе поможет. Вот возьми, – и он протянул мне конверт. – Как ты его найдешь, не знаю и знать не хочу, только одно условие… – он сурово на меня посмотрел. – Не убивай.

Я кивнул. Пока он говорил, я подумал, что, видимо, Рок предусмотрел этот вариант. Мне о нем должны были рассказать живые эльфары, но по длинной цепочке. И что там меня ждет? Ловушка?.. И как до этого затворника добраться?.. Да шут его знает…

– Спасибо, мастер, я у вас в долгу, – произнес я, поднимаясь со стула. Он лишь отмахнулся:

– Забудь, студент, и найди свою невесту. – Я вновь кивнул и вышел. Я не стал ломать голову над тем, как поступить. Мне решение предложила Шиза.

– Я думаю, – сказала она, – что тебе нужно начинать с Кирсан-ола. Вернее, принять его образ и под его личиной узнать, где обитает этот затворник. Без Кирсана такое похищение было не провернуть. Тебе нужно попасть во дворец, притвориться братом князя, и все, тебе принесут этого ученого на блюде с голубой каемочкой.

Я сначала просто обалдел от такого предложения, оно было столь нагло-вызывающим, что было чрезмерным даже для меня. Но потом придя в себя, быстро с ее предложением согласился и даже понял, как это сделать.

И вновь вернулся на корабль-базу. Нашел координаты дворца и под личиной лесного эльфара депортировался прямо в покои Кирсана. Но не очень удачно. Я упал прямо на постель, где он спал. Кирсан вскрикнул, а мне ничего не оставалось, как только врезать ему по морде. От волнения и пережитого страха я перестарался, и он откинул голову. По его лицу стал разливаться большой синяк. Нос был разбит, а он потерял сознание. Ничего лучше не придумав, я его парализовал и подлечил, укрыл одеялом по подбородок и, приняв его образ, посмотрел, во что он одевается.

Одежда была в шкафу, и, видимо, одевался он сам, без помощи слуг. Нацепил иллюзию зеленого камзола, белых бридж и высоких замшевых сапог, вышел из спальни.

На меня вытаращились охранники.

– Пасть закройте! – рявкнул я. – Быстро узнать, где сейчас находится Ингуль нур!

– Так там же, Ваше Высочество, в Священной роще Сорана. Где вы и приказали ему быть, – оторопело отрапортовал охранник. По нашивкам офицер.

– Сколько вам нужно времени, чтобы вы доставили его сюда?

– Полчаса, Ваше Высочество.

– Давайте тихо и без шума доставьте его в мой кабинет. Время пошло.

Офицер вытянулся в струнку и тут же сорвался с места. Второй почти перестал дышать, видимо не зря боялись Кирсана и свои, и чужие. Лют был на расправу брат Великого князя, но это мне лишь на руку. Я ушел в спальню и через нее прошел в его кабинет. Засек время и стал ждать. Ученого эльфара притащили быстрее, чем я ожидал. Через двадцать минут в кабинет из другой двери вошел офицер охраны и доложил:

– Ваше Высочество, Ингуль нур доставлен.

– Пусть зайдет, – хмуро ответил я.

В кабинет вошел невысокий эльфар с колючим взглядом. Неприязненно на меня посмотрел и остался стоять у дверей, потупив взгляд. Я рассматривал друга Гронда. Худой, немного сутулый и, видимо, не любит Кирсана.

– Проходите и садитесь, – произнес я. Он подчинился, сел, сложил руки на коленях.

– Новости есть? – спросил я.

– Нет, Ваше Высочество, если вы о человеке, то он не появлялся.

– У вас все готово?

– Все, Ваше Высочество.

– Повторите, что вы должны сделать, – потребовал я.

– Дождаться прибытия человека, рассказать ему, где его невеста, и дать два свитка телепорта…

– Уточните по свиткам!

Он бросил на меня мимолетный взгляд и вновь опустил голову.

– Один свиток в другой мир. Другой свиток испорченный, он не сможет перенести двух разумных обратно, и они затеряются в междумирье…

– Это ваши свитки? – спросил я и положил свиток, отнятый у Шаро, на стол перед ученым. Он вздрогнул и кивнул. Дальше я пошел ва-банк и принял свой образ. Ученый вскрикнул, но я приложил палец к губам и протянул ему конверт. – Это от Гронда, – произнес я.

Ингуль нур недоверчиво взял конверт и, посматривая на меня, вскрыл его, прочитал и как-то успокоился.

– А где он?.. – спросил ученый, намекая на Кирсана.

– Спит.

– Ага, я понял. Раз вы сумели попасть сюда и вытащить меня на разговор, то я верю, что вы сможете, господин граф, найти и невесту, и пирамиду. – Он вытащил из сумки амулет. – Тут вся информация по пирамиде. Рассказывать долго, а у нас, я так понимаю, времени мало. Берите и отправляйте меня обратно, пока это чудовище не проснулось… Голос у вас отличается, – улыбнулся он, – нужно немного хрипеть, а так очень даже похоже.

Я взял амулет и кивнул. Вернул на себя иллюзию Кирсана и позвонил в колокольчик, лежащий на столе. В дверях появился тот же офицер охраны.

– Отвезите лера обратно в глубокой тайне. Никому о том, что он был тут, не рассказывать. Забыть об этом.

Офицер быстро ответил:

– Ясно, Ваше Высочество. Разрешите исполнять?

– Разрешаю.

Он и ученый ушли, а я вернулся на корабль-базу, изучать информацию о пирамиде.

Кирсан-ола проснулся с сильной болью в голове. Лицо горело и ныло, а через нос было трудно дышать. Он поднялся и подошел к зеркалу. На него смотрело опухшее изображение сморщившегося Кирсан-ола. Кирсан всполошился.

Что могло произойти с ним ночью, что он так стал выглядеть? Кто его бил, да так, что он ничего не помнил? Брат князя стал вспоминать, что ему снилось ночью, и вспомнил!.. Кто-то залез к нему в постель… А дальше?.. А дальше ничего. Выходить в таком виде к охране – это неприемлемо, решил он и, взяв из шкафа сильный эликсир исцеления, выпил.

«Что же это могло быть? – размышлял он. – Чей колдовской злой удар настиг меня и что он означал? Меня избили, это точно. И я ничего не помню. И меня не убили, хотя могли. Что это, как не предупреждение!..»

Кто мог пробраться в его спальню, не нарушив систему охраны? Лишь его брат. Или тот, кого он послал. Круто забирает Великий. Совсем сходит с ума со своей идеей объединить два народа. «О чем он меня хотел предупредить? Чтобы я ему не мешал? Так я и не мешаю, наоборот, помогаю всеми силами… Правда, в последнее время не совсем удачно…»

Двери распахнулись, в покои Кирсана зашел Великий князь Вечного леса, прошел к окну и, раздвинув шторы, выглянул во двор.

– Спишь? – насмешливо спросил он и посмотрел вниз из окна. – У нас проблемы, а ты долго спишь, брат. – Он отвернулся от окна и стал рассматривать брата. – Что-то ты плохо выглядишь, Кирсан. Думаю, тебе отдых не помешал бы… на время.

Внутри Кирсана вспыхнула злоба. Избил и еще насмехается. Но справившись с собой, он улыбнулся.

– Я в порядке, заработался только… А что за проблема?

– Перебит штаб Южного пограничного округа снежных эльфаров, убиты все, кто с нами сотрудничал. Убит Жакка-ил, и уничтожен его дом… Скажи мне, кто мог это сделать?

Кирсан оторопел.

– Откуда у тебя эта информация? – спросил он.

– У меня свои источники, брат. – Он с сожалением во взгляде посмотрел на Кирсана, и у того все похолодело внутри. – Жаль, что я узнаю о событиях раньше тебя. Тебе точно нужен отдых. Передай дела моему командиру телохранителей, а сам поживи в священной роще Аскорнира. – Великий как вошел, так и и стремительно вышел.

Вот за что его избили и отправляют в ссылку, догадался Кирсан. Великий гневается по поводу того, что его планы нарушены. И он ему… не доверяет…

«Ох как все плохо-то…»

Кирсан подошел к зеркалу и еще раз посмотрел, как он выглядит. Теперь он был почти в порядке.

«А с Великим что-то надо делать?» – подумал Кирсан.

– Ваше Величество! – к королю Вангора, поедающему завтрак, подошел Риз Крензу. – Посол Великого леса просит аудиенции. Очень важно! – поклонился герцог. В его глазах затаился злорадный огонек.

Король пребывал в неплохом настроении духа и лишь махнул рукой.

– Пусть пройдет. Я приму его в тронном зале. – Он отложил салфетку и взял за руку свою потяжелевшую супругу. Поднялся из-за стола, сурово нахмурив брови, принял неприступный вид и величественно направился в тронный зал.

– Видимо, Ваше Величество, – проворковала королева, – это по поводу наших магов, что переполошили лес. Стоит позвать на встречу мессира Гронда. Это его подчиненный прославляет в лесу ваше правление и вас, он даже отряд студентов назвал «Честь короля». Это, Ваше Величество, до него не делал никто…

Король улыбнулся и согласился.

– Ты права, дорогая. Мы призовем к ответу мессира Гронда, и пусть он отвечает за своего подчиненного. А мы посмотрим, как будет изворачиваться посол. – Настроение короля стало подниматься. Он любил такие развлечения.

В тронный зал был приглашен Гронд, что с утра находился в приемной, и посол Вечного леса лер Шамрон по. Король подмигнул Гронду, и Крензу вновь позеленел от зависти. У него даже разыгралась желчь. И заболело в боку.

Посол надменно прошел вперед, с трудом заставил себя поклониться и, дождавшись приветственных слов короля, разогнулся. Он возмущенно пару раз глубоко вздохнул.

– Ваше Величество! Ваш брат Великий князь Вечного леса выражает вам свои добрые пожелания и посылает вам приветствие.

– Мы принимаем приветствие нашего брата Великого князя Вечного леса, – ответил ритуальной фразой король и замолчал.

Посол развернул свиток.

– Разрешите, Ваше Величество, зачитать послание Великого?

– Разрешаю, – милостиво произнес король.

Посол откашлялся и стал громко читать:

«Засим, Мой Брат, сообщаю о прискорбном событии. Хотя мы благодарим вас за помощь магами, но должен сказать, что ваш назначенный старшим над отрядом магов граф Тох Рангор проявляет немыслимую по своей возмутительности враждебность по отношению к народу лесных эльфаров. Он провоцирует скандалы, убивает на дуэлях Наших подданных и оскорбляет Наше правление. Просим строго наказать вашего подданного. Мы сами по союзническому долгу и доброй воли не стали этого делать. Остальное на словах расскажет наш посол.

Ваш Брат и друг Великий князь Вечного леса».

Посол свернул свиток и передал его распорядителю. Тот передал его Крензу.

– Позвольте рассказать о преступлениях графа на словах, Ваше Величество?

– Рассказывайте, – добродушно кивнул король.

– По прибытии в город Лист Ордая, где находились прибывшие на помощь лесу маги Вангора, граф Тох Рангор избил проводника и стражу казарм… Он поднял бунт и закрыл ворота казарм…

– Мессир Гронд, – перебил его король, – поясните нам, что там произошло в этом городе? Как его?..

Старая лиса поклонился и проговорил:

– Лист Ордая, Ваше Величество. Лучше я покажу, Ваше Величество, и показ сопровожу словами.

Король кивнул.

В зале появилось голографическое изображение. Сначала на казармах показалось знамя Вангора, потом открытые ворота, и в них стремительно врываются воины леса. Перед ними стоит жидкая цепочка студентов, и неожиданно в вспышках света бойцы полка обороны города исчезают в телепортах.

– Это, Ваше Величество, казармы наших магов в Листе Ордая под вашим флагом, и, как видим, ворота казарм открыты и на ваших магов вероломно напали воины леса. Может, уважаемый посол нам пояснит, что это значит? – спросил Гронд и смиренно сложил руки у живота.

Посол был так сильно удивлен увиденным и пребывал в таком смятении, что король не смог скрыть своей радости и ухмыльнулся. Так ткнуть носом в грязь спесивых лесных эльфаров еще никто не смог. А он смог. Король гордо подбоченился. А посол, потеряв дар речи, часто моргал, но ничего произнести не мог.

– Лер, поясните нам, – поторопил его король, – что это значит? Над казармами наш флаг, а вы штурмуете казармы, когда ворота открыты. Это что за недружественный шаг?

– Ваше Величество, это какое-то недоразумение…

– Вы так считаете? – нахмурился король. – Нападать на наших подданных, которые исполняют свой союзнический долг, вы считаете недоразумением? И где там граф Тох Рангор? Я вижу лишь студентов академии. Они не стали убивать воинов, их атаковавших, а лишь применили телепорты как способ защиты своих жизней. Что там у вас происходит? Великий потерял контроль над своими подданными? Я не верю, что это приказ нашего брата. А что там по ссорам и дуэлям? Может, все это спровоцировал наш граф? – Король посмотрел на Гронда и произнес вопрос суровым голосом, показывая, что он стремится найти правду и быть справедливым.

– Он, Ваше Величество, – с поклоном ответил Гронд, – стал защитником студентов и один вышел на поединки против зачинщиков драк. Двенадцать лесных эльфаров вызвали ваших магов на поединки до смерти, Ваше Величество. Но и тут граф Тох Рангор проявил стремление утрясти все миром.

– Это ложь!.. – воскликнул немного пришедший в себя посол.

Но Гронд вместо ответа включил новую картинку, где граф Тох Рангор говорил, что он за то, чтобы примириться, но эльфары отказывались. Затем картинка сменилась другой, на которой главы Домов приносили графу извинения.

– Господин посол, что я вижу! – воскликнул с наигранным негодованием король. – Даже главы Домов принесли нашему подданному свои извинения. Почему же вы приносите нам лживое послание от нашего брата. Его кто-то ввел в заблуждение и должен понести наказание. Среди подданных Великого князя есть эльфары, которые хотят поссорить наши народы. Мы так и напишем нашему брату. Ему нужно навести у себя порядок. Нехорошо, лер, приносить лживые заявления. Вы унижаете своего князя.

Король выражения не выбирал. Он только и ждал случая унизить лес и его чванливого князя, и граф Тох Рангор ему эту возможность предоставил. То, что он своими словами подписал смертный приговор неугомонному молодому графу, король не переживал, каждый получает то, что заслужил. А граф с самого начала пребывания в лесу объявил себя смертником.

Посол молча поклонился и на деревянных ногах вышел из зала приемов. Он тоже понимал, какая участь его ждет дома.

– Ваше Величество! – проявила себя королева. – Столь энергичного молодого человека стоит наградить…

Гронд навострил уши.

– О чем ты, дорогая? – король удивленно посмотрел на супругу.

– Ваше Величество, у нас много пустующих земель на границе с орками. Там, насколько я знаю, сто лет назад были баронства, теперь их нет, а граф Тох Рангор получил часть земель на границе, передайте ему все пустующие земли. Дайте ему титул герцога, и пусть он заселит эти пустоши нехейцами. Они хорошо справятся с охраной границы. И нам не надо будет там содержать войска и тратиться на их содержание.

– М-м-м?.. Интересное предложение, – проговорил король, обрадованный тем, что можно сократить расходы и возложить их на кого-нибудь другого. – Это можно осуществить, но титул герцога – это не слишком?..

– Нет, Ваше Величество, у графа невеста орчанка, принцесса степи. Тем самым вы покажете оркам свои добрые намерения. Они, я уверена, оценят этот ваш жест, и на границе станет спокойнее. Как-никак там будет друг всех орков.

– А он им друг? – удивился король.

– У него женой будет небесная невеста, почитаемая всеми орками, Ваше Величество, – воркующим голосом проговорила королева. – И по законам степи он почти принц…

Король задумался и неожиданно улыбнулся.

– Дорогая, ты никогда еще не подала мне плохого совета. Да будет так. Крензу, подготовьте указ о награждении графа Тох Рангора титулом герцога и передаче ему в пользование земель на границе со степью.

– На подпись сегодня же! – строго добавила королева. – Я лично прослежу.

Гронд понял, как и все присутствующие поняли, что королева продвигает весьма успешного во всех предприятиях аристократа. Но никто из них не понял истинных причин ее заинтересованности.

– Ай да Ее Величество! – восхитился Гронд. – Как тонко все обставила. Вознесла своего любовника на вершину аристократии.

А Крон прав, студент ее любовник или будет им вскоре. В королевстве всего три герцога, и нехеец будет четвертым. И он будет управлять политикой королевства. Не сегодня, а лет через пять. И все, как понял Гронд, в том числе и король, отдали должное ее мудрости. Вроде наградила, а по сути, ничего не дала и отправила дерзкого графа подальше от столицы.

«Как же он умудряется везде поспевать? И в постель к беременной королеве залез. Вот же пострел, везде поспел!» – восхитился Гронд. Надо дать ему информацию об Ингуле. Как прибудет в столицу, сразу же ему расскажу. Несколько лет еще – и мальчик будет затмевать Крензу, и никто ему ничего не сделает. Хитер, как степной лис, пронырливый, как шарныга, и сильный, как горный пещерный медведь. Один противостоит Лесному княжеству… Хотя, скорее всего, недолго…

Вечером Гронд собрал совещание по поводу событий в Вечном лесу. Нужно быть готовым к ответным действиям мстительных лесных союзников, и как раз после него появился молодой граф. При всем том, что Гронд ждал его, у старика заныло сердце. Первая мысль, что пришла ему в голову, – это вопрос самому себе: «Что он успел натворить еще? Убил Великого князя? Его брата? Захватил город и удерживает его? Убил бессчетное количество эльфаров и Вангору грозит война с Вечным лесом?» Мысли бились в голове Гронда, как волны в шторм, и он понял, что боится этого ведомого богами юнца.

Глава 13

Где-то в другом мире.

Закрытый сектор. Снежные горы.

Космос закрытого сектора. Королевство Вангор.

Вечный лес

Фома получил амулет и погрузился в изучение того, о чем говорил лесной эльфар. Учитель выдернул его на корабль-базу и передал ему серебряный жетон со словами:

– Фома! Это информация, которая должна будет привести тебя к пирамиде, путешествующей по мирам, и к Ганге. Внимательно изучи ее и подготовься к путешествию. Моего указания не жди. Как будешь готов, выдвигайся самостоятельно. По пути оставляй маяки. А я отправляюсь к снежным эльфарам, там должны «принцессу» подвезти. – Слово «принцессу» он выделили кривой усмешкой.

Учитель исчез, а рядом появился Брык.

– Брык, секретарь Ведьмы, – представился очередной луковый человечек. – Чем могу быть полезен?

– Мне надо поесть, принять душ и свободный искин, – сразу же ответил Фома.

– Сейчас распоряжусь, – ответил Брык. – Загадки загадывать умеешь? – спросил он.

– Да.

– Загадывай.

– Место, где находится пирамида, путешествующая по мирам?

Брыка, казалось, хватит удар.

– А такая есть? – спросил он.

– Есть, вот тут про нее сказано, – постучал пальцем по кругляку из серебристого металла Фома. – Давай еду и душ.

Он сначала принял душ, потом поел и, настроив искин, стал слушать рассказ лесного эльфара, записанный на амулет. Рядом пристроился Брык-секретарь.

– Это было в дни моей юности, – зазвучал голос на высоком эльфаре. – В нашей экспедиции на верхний слой Инферно было трое лесных эльфаров и десять хуманов. Цели экспедиции – изучение влияния хаоса на упорядоченную структуру заклинаний. Но меня интересовала совсем другая цель. Я хотел пройти вдоль единственной реки, протекающей по стеклянной пустыне. Это вообще осталась единственная река в верхнем слое Инферно. И меня заинтересовала ее природа. Мой отец, тоже будучи молодым, ходил к ее истокам, и он обнаружил, что она вытекает из ниоткуда. Начинается сразу полноводной из воздуха. Он сделал предположение, что она берет начало из другого мира. Я же захотел найти место, куда она впадает.

Я хорошо подготовился к походу, а по прибытии тихо покинул место стоянки и ушел вдоль берега реки. Воду из этой реки можно было пить, и в ней водилась живность.

Шел я долго. Несколько дней. Питался запасами, пил воду, взятую с собой, но через двенадцать дней все закончилось. На всем пути мне не встретились разрушенные или целые поселения тех, кто жил тут раньше. Не было и погибших небесных кораблей пришельцев. Только твердая корка красного песка и река без признаков растительности по берегам. Не было тут и хищников. Это была мертвая пустыня.

На тринадцатый день пути я пил воду из реки и ловил рыбу. Жарил ее на камнях и ею питался. На пятнадцатый день решил, что иду еще два дня и, если не найду место, куда она впадает, вернусь к порталу. Но на шестнадцатый день началась буря. Она пришла внезапно. Сначала из воздуха над рекой появилась огромная каменная пирамида и села на реку. Ее края далеко уходили в пустыню. Я бросился к ее подножию и обнаружил вход. Пробежав туда, свернул направо и стал ждать у каменного саркофага. Наступила темнота, и только сильные порывы ветра заносили песок в проход пирамиды. Я запустил светляк и, к своему ужасу, обнаружил множество костей на полу. Все они были человеческими останками. Кости, черепа – все было со следами воздействия на них или зубов, или тяжелых предметов.

В страхе я забрался в саркофаг, у которого была сдвинута крышка. Там были кости и сундук. Сундук открыт, и в нем разбросаны свитки, которые я собрал и спрятал в сумку.

Незаметно для самого себя, под тихий шум проникающего сюда ветра, я уснул.

Проснулся оттого, что стало тихо. Я вылез из саркофага и вышел наружу. Каково же было мое удивление, когда я увидел, что нахожусь в большом заброшенном городе среди песков. Яркий свет заливал окрестности. Сам город был пуст и занесен песком, белым почти как мел.

Несмотря на то что я был исследователем, я не стал далеко удаляться от пирамиды. Сначала я по камням забрался на самый верх пирамиды и увидел, что, куда ни кинь взгляд, везде была пустыня и лишь тонкая нитка реки проходила сквозь город. Не так. Река заканчивалась посередине этого города, под пирамидой. Я понял, это и есть конец реки здесь и в Инферно.

Я спустился и обследовал ближайшие районы города. Там среди развалин нашел большие яйца. Я забрал с десяток яиц с собой для исследования. Но мне пришлось срочно бежать к пирамиде и прятаться. В город входил дракон. Он подошел к яйцам и стал осматриваться, затем направился к пирамиде.

Я просидел, прячась от дракона, на пирамиде до темноты и стал осторожно обследовать ее. На верху был узкий лаз, и он вел вглубь пирамиды. Любопытство заставило меня залезть в этот лаз и спуститься вниз. Там были ступени, по которым я добрался до усыпальницы местного властителя. Но усыпальница была разграблена. Из нее вел коридор, по которому я прошел в комнату с каменными саркофагами. Крышки на них были небрежно скинуты на пол, и сами останки тоже ограблены. Поплутав по коридорам, я вышел наружу и снова был крайне удивлен. Я вернулся!.. Я вернулся в Инферно!

Теперь о главном. Эта пирамида путешествует между двумя мирами. Раз в день она переходит из своего мира в наш. И этот переход сопровождается бурей. Переход происходит в полдень, поэтому к ней нужно приблизиться заранее, или тебя погребет большой столб песка. Вход в пирамиду есть с каждой стороны, и он открыт. Переход нужно пережидать подальше от входа в пирамиду, иначе может выкинуть в пространство. Так я потерял свой мешок с вещами, что набрал в городе. Я трижды переходил из Инферно в другой мир и возвращался. Как определить место, где появляется пирамида? Мой дневной переход был десять лиг. На шестнадцатый день я вышел на пирамиду. Значит, от портала до пирамиды вниз по течению примерно сто шестьдесят лиг…

На этом рассказ заканчивался. Фома сделал запрос карты поверхности верхнего слоя Инферно. Карта была сделана на основе снимков спутника. Верхний слой Инферно – самый открытый слой, как поверхность любой другой планеты, и она была, как понял Фома, хорошо изучена спецами АДа. На ней он нашел реку, которая текла из пустого пространства и также уходила в никуда. Просто исчезала.

На карте был изображен и портал на холме. Карта была секретной, и кто-то ее поместил в хранилище баз данных корабля, можно было лишь догадываться о роли Брыков в этом деле.

Идти вдоль реки шестнадцать дней Фома не мог. Ему нужно было средство передвижения, и он его нашел. Пояс левитации учителя и мини-реактивные воздушные движители. Еще нужен был запас продовольствия на дорогу туда и обратно. Причем обратно на двоих. В этом ему помог Брык, предоставив спецпайки и порошковую воду. При открывании пакета порошок вступал в реакцию с кислородом атмосферы и преобразовывался в воду.

Таким образом, собрав все необходимое и выпросив у учителя пояс левитации, Фома убыл в Азанар в трактир, принадлежащий учителю. Прошел пару кварталов и телепортом убыл в Брисвиль. Как положено, отметился о прибытии у молодой строгой полудемоницы и встал в очередь на портал в Инферно. Перед ним был купеческий караван демонов. Дождавшись своей очереди, он перенесся на верхний слой Инферно.

Караван уже покинул холм и двигался вдоль реки.

Неожиданно сканер показал три красные точки, приближающиеся с трех сторон. Фома тут же активировал пояс левитации и поднялся над порталом. Три демона окружали его, и он понял, что караванщик решил взять «глупого» одинокого орка в рабы. Он обстрелял трех незадачливых воинов ледяными иглами и заставил их спасаться бегством. Посмотрев им вслед, усмехнулся. Он понимал купца. Один новичок-орк, по мысли демона, непременно погибнет в пустыне, так зачем же пропадать добру…

Фома включил воздушный реактивный движок и поплыл в обратную сторону. Летел он гораздо быстрее, чем шел бы пешком, и к концу дня преодолел половину расстояния.

Уснул, вися в воздухе, на несколько часов и ночью тронулся дальше с таким расчетом, чтобы прибыть к нужному месту перед полуднем. Место, где обрывается река, он не обнаружил. Она как текла, так и продолжала течь, но он был уверен, что прибыл на нужное место. Сверху он хорошо видел следы на песке от пирамиды и стал ждать. Буквально через полчаса подул сильный ветер, и Фома опустился на песок, присел и натянул маску от пыли. Порывы ветра стали усиливаться, и он уже поднял тучи песка. В какой-то момент из воздуха появилась огромная тень, и Фома, понимая уже, что это, побежал к ней. Проход он нашел сразу и юркнул в длинный темный туннель, пробежал несколько десятков шагов и уперся в стену. В темноте увидел черное пятно и живо направился в боковой проход. Чтобы не идти на ощупь, он запустил светляк, снял маску и быстро огляделся. По ногам гулял ветер и приносил песок. Тут был и белый песок, как описывал его эльфар, и красный с Инферно. За спиной шумел и ревел ветер, а впереди его ждали трое вооруженных, загорелых до черноты хумана, в белых повязках на головах. Фома приветливо улыбнулся, показав клыки.

– Вампир! – прошептал один их хуманов на старом наречии. – Как и та сумасшедшая баба.

– И худой. Видимо, много дней не ел, – поддержал его второй хуман и отступил на шаг.

– Ты это… вампир, нас не трогай, мы будем защищаться, – не очень уверенно проговорил третий.

Фома еще шире улыбнулся.

– Ребята, о какой сумасшедшей бабе вы говорили? – спросил он.

Ганга сиганула в портал, за ней ящерица и голем. Картина, которая ей предстала, заставила орчанку открыть от удивления рот. Старый вампир ползал на четвереньках, а сверху на нем, как на коне верхом, сидела одна из освобожденных женщин. Она была маленькой, как девочка, но ругалась так витиевато, что Ганга покраснела.

Это продолжалось несколько минут. Но тут наездница обратила внимание на Гангу и перестала ругаться. Встала с вампира и подошла к орчанке, долго снизу вверх ее оглядывала. Затем грубо спросила:

– Ты кто, несчастная?

Ганга фыркнула:

– Несчастная? Фр-р… Не смеши. Совсем недавно меня просили тебя освободить. Так что закрой пасть и слушай сюда. Я помогла тебе, ты поможешь мне…

– Я тебе точно помогу, глупая пища, я тебя выпью и сделаю вампиром.

– Тогда я выйду замуж за Владыку, а тебя прибью к постаменту ржавыми гвоздями, – ответила Ганга. – Он мне уже предлагал замужество.

У вампирши перехватило дыхание. Она сжала кулачки.

– Коте? – не глядя ни на кого и прожигая глазами вампиршу, позвала Ганга. – Это твоя благодарность?

От группы женщин отделилась высокая, статная блондинка и подошла к ним.

– Вармила, эта благородная дама спасла всех нас. Ты ей обязана своей свободой, – произнесла она.

– Молчи, сестра, – быстро ответила маленькая вампирша, – она меня оскорбила…

– Чем, Вармила? – удивилась Коте.

– Тем, что хочет залезть в мой гроб…

Ганга громко рассмеялась:

– Мне не нужен твой гроб. Отправь меня обратно домой…

– Вон портал, уходи! – прошипела маленькая вампирша. – И не сметь глазеть на моего мужа!

Ганга посмотрела на вампира. Тот горестно вздохнул и пожал плечами, показывая этим невысказанные мысли вслух – «а я тебе предлагал»…

Ганга вновь фыркнула.

– Фр-р-р. Мой дом не там. Он в другом мире, и мне надо найти своих… – она немного замялась и произнесла: – Товарищей. Они ушли в другой портал.

Маленькая вампирша гордо выпрямилась.

– Коте, Вермилон, я не могу ее выпить. Долг не позволяет, вышвырните эту замарашку с клыками вон!

– Вармила, опомнись! Не гневи судьбу. Однажды ты уже совершила ошибку, – закричала возмущенная словами сестры блондинка.

– Как ты смеешь?!. - воскликнула маленькая вампирша и получила от Ганги сильный удар по челюсти. Она отлетела на несколько шагов и приземлилась на свой зад. У нее тут же выросли клыки. Она вытянула руку вперед и зашипела. Ганга укрылась щитом и бабахнула вампиршу небесным молотом. Она это сделала интуитивно. С неба упал светящийся молот и ударил Вармилу по голове. Вампирша громко и отчаянно закричала и стала гореть. Она вся была объята пламенем и крича исчезала в огне, вскоре от нее осталась лишь кучка пепла.

Ганга повернулась к остальным вампирам и приготовилась к битве. Но к ее удивлению, Вермилон подошел и небрежно сапогом разбросал пепел.

– Как жила дурой, так и погибла, – скорее радостно, чем огорченно, произнес он. – Коте, ты теперь моя жена.

Блондинка, сначала опешившая от такого поворота, заулыбалась.

– Хорошо, дорогой, как скажешь. И надо помочь нашей гостье.

Вермилон отошел от того, что раньше было Вармилой. Указал рукой вдаль.

– Там барьер, – произнес он. – Нас окружили красные. Мой клан отрезан. Чем я помогу ей?

– Она вызовет на поединок бойца красных и сожжет его. Ты же сможешь это сделать? – спросила вампирша Гангу.

– Я не знаю, кто такие красные, и что я получу за свою работу? – ответила Ганга.

– Красные – это клан Крови. Как только ты победишь их бойца, они снимут блокаду и уйдут. Нам станут доступны все силы клана. Мы возьмем бойцов и пойдем искать портал в твой мир. Так пойдет?

– Пойдет, где эти красные?

– Тут недалеко. Вермилон, – повелительным голосом произнесла блондинка, – проводи гостью к площадке поединщиков.

Старый вампир в очередной раз вздохнул и помрачнел.

– Пошли, гостья, – позвал он Гангу. И первым пошел вглубь леса.

Шли они недолго. Их сопровождали трэл и ящерица с големом.

С другой стороны от озера, куда тоже вела заброшенная дорога, стоял обветшалый дом. Вот в него и вошел старый вампир. Ганга зашла следом. Ящерице и голему приказал ждать снаружи. Такой громила, как голем, мог запросто разломать дом.

Но внутри дома ее ждало сильное удивление. Они с Вермилоном оказались не внутри заброшенного дома, а перед большими воротами замка.

Калитка открылась, и из нее вышел старичок, с посохом в руке и одетый в белую мешковатую тогу.

– Вермилон? – удивленно спросил он. – Ты чего пришел сюда?

– Я хочу вызывать бойца клана Крови на поединок чести. За мой клан будет сражаться вот она, – вампир указал рукой на орчанку.

Старик оглядел Гангу и молча кивнул.

– Проходите, – произнес он, и ворота стали открываться. Первым вошел Вермилон. Ганга последовала за ним, и им открылась арена. Большая, окруженная высокой стеной и скамьями без зрителей. Арена была внизу, и Ганга хорошо видела, как уборщики убирают ее.

– Надо подождать, – сообщил ей Вермилон, прошел к синему сектору и сел. Ганга села рядом.

– Это арена, где кланы выясняют отношения, – пояснил Ганге вампир. – В свое время Вармила оскорбила жену главы клана Крови, и тот, заручившись поддержкой еще двух кланов, объявил мне войну. Вармила удрала с частью войска, а я потерпел поражение. С тех пор мой замок в осаде. Слишком много бойцов погибло с обеих сторон в этой войне, – продолжил он. – Поэтому было принято решение разрешить вопрос чести поединком…

– А почему бы просто не взять и извиниться за жену? – спросила Ганга. – Тем более что ее больше нет.

– Этого не позволяют обычаи. Муж в ответе за жену, а какая была Вармила, ты смогла увидеть сама… Да и члены клана не поймут… Это вопрос чести. Скоро заявятся красные.

– А почему ты так слушался свою жену? Ты же Владыка! – спросила Ганга.

Вампир усмехнулся.

– Я живу столько, что уже не помню, сколько жен поменял. Я устал жить. И мне по большей части стало все безразлично. Но передать клан некому, вот и приходится терпеть…

Они посидели минут пятнадцать, и на арене появились двое. Подтянутый, щеголевато одетый мужчина и женщина в белом длинном платье.

– Пошли поговорим, – произнес Вермилон и поднялся.

Они подошли к парочке, что дожидалась их перед ареной.

– Вижу, Вермилон, – презрительно сморщившись, проговорил мужчина, – ты не только опустился, но и человечку притащил. На что ты надеешься?

– Риштель, я хочу покончить с враждой. Вармила погибла, и отвечать за нее перед твоей женой буду я. Вот мой боец. На твою колкость я отвечать не буду.

– Риштела? Ты принимаешь мой вызов? – обратился он к женщине в белом платье.

– Значит, малышка Вармила погибла? А кто вместо нее? – спросила женщина.

– Ее сестра Коте, твоя бывшая подруга.

– Хорошо, я принимаю твой вызов, Вермилон. Завтра в это же время состоится поединок. И даже если твой боец проиграет, мы снимем осаду. А Коте скажи, что я жду ее в гости. И приведи себя в порядок, стыдно показаться таким… своим подданным.

– А сегодня нельзя сражаться? – спросила Ганга, и на нее удивленно посмотрели трое.

– Ты так торопишься умереть, человечка?

– Я не человек, – ответила Ганга. – Я орчанка.

– Не человек и не вампир, но с клыками. Хм-м-м, – задумчиво разглядывая Гангу, произнесла женщина. – Таких я не видела. Она кто? – спросила она у Вермилона.

– Пришлая.

– У тебя работает портал?

– Заработал…

Вампир посмотрел на Гангу.

– Пошли, орчанка, придем сюда завтра.

Башмунус не успел прыгнуть в портал вслед за Гангой. Медленный голем еще входил в кольцо, а к дворфу стремительно приближались разинувшие пасти ящеры. Дворф не стал ждать, когда его схватят, а с замиранием сердца прыгнул в другой портал. Пробежал по инерции несколько шагов и остановился.

Он находился на занесенной песком площади. Недалеко от него, поджав ноги и спрятавшись в тени стены, прижавшись спиной к стенке разрушенного фонтана, сидел и дремал снежный эльфар. Он вскинул голову, увидел дворфа и обрадовался ему, как ребенок.

– Башмунус! Я тут! – заорал он и вскочил на босые ноги. Запрыгал на горячем песке.

Хотя дворф невзлюбил снежного эльфара, но остаться неизвестно где одному было еще хуже. Поэтому он также с радостью встретил неудачника.

– Мы где? – спросил он эльфара.

– В городе… Пустом. Я дальше не ходил.

– Так и сидел тут? – усмехнулся дворф. – А если бы эти ящерицы пришли? Ты знаешь, что они нас едят?

– Знаю, – потупясь, ответил эльфар. – Я вас с госпожой ждал… А где она?

– Ушла в другой портал. Мы и шли за тобой. Да на нас напало множество этих чудовищ. Она в один портал сиганула, я в другой. Да-а-а… Такие вот дела. Что делать будем?

– Ждать. Она обязательно нас найдет, – горячо произнес снежный эльфар. Он не мог стоять на месте, на горячем песке и все время задирал то одну, то другую ногу.

Дворф посмотрел на эльфара и лишь покачал головой.

– Звездочка, ты знаешь, где мы? – спросил он фею.

– В одном из городов пустыни Шаал. Я чувствую запах воды. Иди прямо.

– Эй, ты куда? – закричал испугавшийся Шав. – А как же я? – Дворф оглянулся и лишь махнул рукой. Он не обязался спасать этого недотепу. Но эльфар не стал ждать персонального приглашения, он, высоко задирая ноги, поспешил следом за ним. Дворф вышел на прямую улицу и пошел по направлению, которое указывала маленькая фея. Но помня, что на улицах могут быть скрытые ловушки-телепорты, не спешил. Подбирал камни и швырял их перед собой. Вокруг были лишь развалины, и вскоре дворф перестал кидать камни. Он дошел до стен и вышел из города. Рядом был расположен оазис с озером и небольшой рощей. Дворф прошел под тень деревьев, встал на колени у воды и стал жадно пить. Эльфар последовал его примеру. Утолив жажду, Башмунус сорвал лист дерева и стал его жевать. Вскоре у него прояснилось в голове, и он стал искать желтые плоды. Он увидел плод на следующем дереве и под удивленный взгляд эльфара полез на него.

Эльфар опустил босые ноги в воду и блаженно закрыл глаза. Так он просидел несколько минут, а когда открыл глаза, то увидел вокруг себя четверых фримданов.

– Это зверь, – показывая на него рукой, произнес один из них.

– Он в праздничной одежде жертвы и босиком, – произнес второй. – Это разумный. Он, видимо, сбежал из города.

Эльфар вскочил и почти завизжал:

– Не подходите ко мне!.. Я буду защищаться!

– Может, одержимый и его отвергли дейвы? – высказал предположение следующий фримдан. – Убьем его, и все…

– Лучше принести его в жертву…

Дальше Шавга-ил ждать не стал, услышав, что его опять хотят принести в жертву, бросился в воду и поплыл к городу. Ему вслед смотрели фримданы.

– Там еще один коротышка на дереве, – произнес подошедший воин. – Слезать не хочет.

Все повернулись к роще и пошли прочь от озера. К эльфару они потеряли всякий интерес.

Башмунус сидел ни жив ни мертв. Он видел, как к эльфару приблизились пустынники. Под их ногами не скрипел песок, и они вплотную подошли к ничего не замечающему Шавга-илу. Что-то пообсуждали, и эльфар решил удрать, бросившись в воду, а воины пошли к дереву, на котором прятался дворф.

– Эй ты, коротышка, слезай! – крикнул один из них.

Дворф не отвечал, а лишь крепче обхватил руками ствол.

– Рубите дерево! – приказал один из них, и трое воинов с разных сторон стали рубить ствол. Он под их натиском простоял недолго и под испуганный крик Башмунуса стал заваливаться.

Его вытащили за шиворот и треснули плашмя мечом по голове.

Очнулся дворф связанным. Рядом с ним лежал эльфар.

– Ты как? – спросил дворфа Шав.

– Голова болит…

– Я говорил тебе, нужно ждать госпожу…

– Да пошел ты, – огрызнулся Башмунус. – Говорил он. Вот и сидел бы там… Где мы?

– В роще. Завтра повезут в какой-то город, принесут в жертву дейвам.

– Этим ящерицам?

– Ну да.

Башмунус закрыл глаза. Позвал фею. Но ее рядом не было. Смирившись с неизбежным, он решил уснуть…

Я вернулся в Снежные горы утром перед заседанием совета Старших домов. Мысленно по кровной связи потянулся к Рабе и услышал ее отклик.

– Ты где? – спросил ее я.

– Вроде в столице, – ответила она. – Мне точно не говорят. Перед отъездом со мной поговорили и сказали, что я должна буду сказать на совете…

– И что?

– Что меня держали в плену в вашем замке, издевались, что вы хотели меня изнасиловать…

– Понял, Рабе, – остановил я ее. – Как только тебя приведут на совет и я скажу, что ты демон, превращайся в демона. Хватай того, кого я тебе укажу, и пей его. Больше ни о чем не беспокойся.

– Поняла, хозяин. Один из командиров охраны мой слуга. Как быть с ним?

– Потом решим, – ответил я.

Наступал момент истины. Это будет второй провал Молодых домов, и он может запустить необратимый процесс гражданской войны. И его надо будет подтолкнуть.

У здания зала совета меня ждал сильно встревоженный лер Мерцал-ил.

– Господин граф, мои источники сообщают, что в столицу прибыла принцесса Тора-ила…

– Ее не могли привезти сюда, лер. Это просто подстава, – ответил я. – Молодые дома решили обмануть совет и подсунуть или иллюзию, или очень похожую на принцессу девушку. Не паникуйте, а пойдем и посмотрим, кого они привезли.

– Мне бы вашу уверенность, господин граф, – с великим сомнением в голосе проговорил Мерцал-ил, но пошел следом за мной.

– Хочу вам сказать, лер Мерцал-ил, что за вами тоже охотятся. Братство не верит, что Великий князь погиб. Вас хотят захватить с помощью чигуан. Одну такую команду ловцов уничтожили мои бойцы. А группу захвата сюда должен был доставить некто лер Вирсен-ил из дома Тенистого ущелья.

– Вы это серьезно? – удивился секретарь князя и даже остановился.

– Более чем, – ответил я. – У меня есть список всех представителей Старших домов, что имеют связи с Братством, и список всех лиц, кого Братство запланировало уничтожить, там все значимые лица ведущих Старших домов. Они готовят восстание. Карты прохода сюда уже переданы лесным эльфарам. Пограничники не будут их задерживать, и сюда прибудут групы рейдеров и Дети ночи. Так что подумайте, как распорядиться этой информацией. А пока пошли посмотрим на эту принцессу.

Я оставил стоять застывшего, как соляной столб, пораженного лера и пошел дальше один. Зашел в зал совета и огляделся. Я видел насмешливые взгляды некоторых членов совета. Эти уж точно знали, что меня «ждет позор», и внутренне торжествовали. Они не могли скрыть злорадных ухмылок. Но я зашел с непроницаемым лицом и сел на место, предназначенное для гостей.

Совет начался с вопроса председателя представителю Молодых домов.

– Лер Коршу-ил, вы готовы предоставить совету принцессу Тору-илу?

Представитель Молодых домов важно поднялся и произнес:

– Принцесса Тора-ила в столице. Вскоре она прибудет на совет и сделает важное заявление.

В зале раздался шум. Все стали переговариваться и поглядывать на меня, а я сидел с невозмутимым видом и ждал продолжение спектакля.

Председатель откашлялся и задал вопрос мне.

– Господин граф… – В шуме его слова были плохо различимы, и он ударил молотком по столу. – Прошу всех сохранять тишину. Господин граф, вы продолжаете настаивать на том, что принцесса Тора-ила находится под вашим покровительством и не была похищена лесными эльфарами?

– Продолжаю, уважаемые члены совета. Нам еще не представили принцессу. Подождем ее. Посмотрим, кто нам будет представлен.

Моя невозмутимость и полное спокойствие заставили противников выделения мне надела заволноваться. Они стали вопросительно поглядывать на представителя Молодых домов, но и он несколько стушевался.

Наконец наступил момент, которого все с нетерпением ждали. Глашатай возвестил:

– Принцесса Тора-ила и сопровождающие ее лица.

Двери распахнулись, и в зал стремительно вошла Рабе в сопровождении крепко сложенного снежного эльфара с горящими странным огнем глазами. Она увидела меня и улыбнулась. Ее улыбку мои недруги приняли за месть и тоже расплылись в торжествующих улыбках. Вновь зал наполнился шумом. Председательствующий тщетно пытался утихомирить членов совета. Но со всех сторон слышалось:

– Ах! Это правда! Нас граф обманул! Какой позор!..

Ну и все в таком духе. Я снисходительно слушал выкрики.

«Как малые дети, – подумал я, – верят всему, что им показывают».

Лер Мерцал-ил сидел бледнее мела и был близок к инфаркту. Я же ждал, когда шум поутихнет.

Минуты две зал еще шумел, но стук молотка председателя заставил крикунов замолчать.

– Льерина, назовите себя, – предложил председатель.

– Я принцесса Тора-ила, – ответила девушка и вновь посмотрела на меня.

– Хм-м, – откашлялся председатель. – Господин граф, что вы можете сказать по данному случаю?

Я, не вставая, заявил:

– Могу сказать, что я не верю, что эта девушка принцесса Тора-ила. И я это докажу. Вы позволите задать девушке несколько вопросов?

– Задавайте, господин граф.

– Зачем этот цирк? Кому он нужен?.. – вскочил со своего места лер Манру-ил, представитель из княжеского дома.

– Это право господина графа, и мы должны убедиться в том, кто перед нами, – пояснил председатель.

А я принял иллюзию принцессы Торы и ее голосом спросил:

– Кто из нас принцесса?..

Члены совета раскрыли рты. Они смотрели на меня, потом на Рабе. Я постоял, скинул иллюзию и пояснил:

– Как видите, можно любого человека представить принцессой. В этом нет ничего сложного. И даже можно сделать так, что иллюзию невозможно будет снять. Итак, я хочу задать этой девушке ряд вопросов. Мне будет позволено?

– Задавайте, господин граф, – разрешил председатель. Зал притих.

– Льерина, скажите, как зовут председателя совета? – Рабе сразу поняла, что я от нее хочу. Да она и не знала его имени.

Рабе запнулась и тихо ответила:

– Простите меня, но я так переживаю, что забыла имя…

Вот тут началось действительно волнение в зале.

– Как забыли? – удивился председатель.

– Вы забыли имя своего ближайшего родственника?! – спросил с места один из членов совета.

Девушка промолчала.

– А скажите мне, льерина, что вам предложили те эльфары, что привезли вас сюда, и как с вами обращались?

– Меня содержали как в тюрьме и сказали, что если я не стану говорить то, что нужно, меня убьют. Потом меня изнасиловал командир охраны…

С места вскочил представитель Младших домов.

– Ложь! – закричал он во все горло. – Это все ложь. Они сговорились!..

Вновь в зале возник шум. Продолжался он довольно долго. Эльфар, что привел Рабе, незаметно исчез. Но председатель в конце концов сумел утихомирить крикунов.

– Скажите, льерина, кто вы? – вновь задал он вопрос.

– Меня хотели сделать принцессой. Обещали замужество по моему выбору, и чтобы я выполняла требования тайного совета Братства Младших домов. Меня заставили. Я не помню своего имени, я теперь принцесса Тора-ила.

– Это все он! Он одурманил принцессу! – вскочил разъяренный Коршу-ил и стал тыкать в меня пальцем.

Слабая попытка. Я лишь снисходительно улыбнулся.

– Это не принцесса, леры. Принцесса находится под моим покровительством. И никто, – четко разделяя каждое слово, отчеканил я. – Не сможет. Ее выкрасть. Потому что. Не знают. Где она. Но видимо, для совета Младших домов неважно, кто будет править снежным народом. Лишь бы они смогли удовлетворить свое желание, навязать свою волю всем. Это бесчестно и позорно. Они вступили на путь жалкого обмана. Стыдно, леры.

– Нам подменили принцессу! – зашелся в крике лер Манру-ил. – Это колдовство!

– Что вы еще выдумаете, лер? – спросил я. – Я думаю, вы вступили в сношения с демонами изменения. И эта девушка демон.

В этот миг Рабе приняла свой истинный облик. Показала себя всем во всей своей демонической красе, прыгнула на лера Манру-ила и с ним исчезла. Рядом сидящие леры шарахнулись в сторону.

– Ну вот. Правда – она всегда восторжествует! – проговорил я так, чтобы меня услышали все. – Удивительно, как низко пали нравы снежного народа. Ради власти они пошли на подлог. Украли мою невесту… Что еще нужно предпринять лидерам совета Младших домов, чтобы их призвали к ответу? Я даже не знаю, стоит ли мне просить у вас право на свой Дом. Не будет ли для меня это позором?.. Я все сказал. – Все это я произнес в гробовой тишине.

Первым опомнился председатель.

– Стража! – крикнул он. – Арестовать всех, кто прибыл с самозванкой. – За дверьми зала послышался шум и лязг мечей. Но вскоре в зал вошел вооруженный эльфар.

– Лер председатель, сопровождающие оказали сопротивление. Трое из них убиты. Шестеро взяты в плен. Один, это командир, сбежал. Какие будут приказания?

Председатель был неглупым эльфаром. Он понимал, что в службе безопасности дворца есть предатели. И они помогут скрыть следы преступления.

– Заприте их в подвале зала совета. Теперь стража совета будет проводить дознание. – Он сурово посмотрел на лица присутствующих и добавил: – В сложившихся обстоятельствах трудно рассчитывать на лояльность службы безопасности. Леры, нам надлежит срочно решить два вопроса. Первый, предоставить право на свой Дом графу Тох Рангору. Предупреждаю, что те, кто откажет графу в этом праве, будут под подозрением. С учетом вклада графа Тох Рангора в открытие заговора против устоев нашего княжества и раскрытие чудовищного подлога. Второй вопрос о всеобъемлющем расследовании действий так называемого Братства.

Прошу высказаться по первому вопросу…

Так я получил право основать свой Дом и возможность непосредственно влиять на политику Снежного княжества. Естественно, после слов председателя не нашлось желающих оспорить мое право.

Меня поздравили и вежливо предложили покинуть собрание, чтобы без свидетелей заняться вторым вопросом. А мне нужно было спешить дальше, по пути разлома планов Рока…

Рок сидел над расчетами. Астрология не была сильной стороной его натуры. При осуществлении своих замыслов он чаще полагался на свой опыт и интуицию, чем на расположение звезд и нумерологию. Пока ему все удавалось. Он потратил сотни лет, чтобы сложить нужную комбинацию событий, и, хотя не все шло, как хотелось, в главном он был уверен: он победит. Пусть этот червь не бросился спасть свою невесту, но у него не было и сил помешать планам Рока. Силы, которые пришли в действие, не остановить ни Худжгарху, ни самому Року.

Если не получится захватить власть в Снежных горах, то империя все равно захватит Вангор и, уже объединившись со снежными эльфарами, подчинит лес и завоюет орков. Если лесные эльфары помогут Младшим домам в борьбе за власть в Снежных горах, то империя уже в союзе с лесом подчинит себе степь.

В степи у него тоже крепкие позиции. Пятнадцать племен предотвратят поход орков вглубь Лигирийской империи и свяжут руки хану. Их поддержат оседлые племена. И там начнется хаос. Непрерывные гражданские войны. В таких условиях подчинить степь будет просто. Он станет полновластным хозяином на востоке.

А Беота поймет, что у нее нет другого выхода, как стать его женой, и тогда под его рукой будет вся планета. Мелочь, что сейчас путается под ногами и заручилась покровительством самозванца, он направит в другие миры, и они станут там проводниками его воли.

Мечта его сбудется. Он станет богом для всех смертных в заселенной вселенной. Пусть Творец творит, он Рок, как самый достойный, будет править.

Беота не стала ждать развития ситуации на материке, где обосновались Рок и Малыш, как она назвала Худжгарха. Она тайно посетила материк и очень удивилась тому, как Рок накрыл свои планы сплошным туманом непроглядности. Еще больше она удивилась тому, что над степью был туман Малыша и он покрывал четверть всей степи. Правда, кусками, но если он их соединит, то это будет уже больше четверти всей степи. За такой короткий срок добиться таких успехов! Это ее поразило. Помогало ей то, что на материке были ее поклонники дворфы, и там, где они обитали, пропадал туман. Но главное она увидела. Туман Рока достиг старых гор и покрывал их. Он не закрывал Вечный лес, но понять, что там происходило, было трудно, это говорило о том, что Рок на лес имеет большое влияние.

Беоте не доставило большого труда соотнести увиденное самой и услышанное от Малыша. Он оказался прав во всем, и еще она поняла, что он предлагал ей поучаствовать в игре. А то, что этот неутомимый разрушитель планов Рока вел свою игру, она поняла сразу, как только увидела открывшуюся ей картину на континенте.

«И как хитро все обставил, мерзавец, прибежал якобы прощаться!» – восхитилась Беота. Теперь ей предстояло решить, какую позицию занять.

Планы Рока ей стали понятны. Он захватывает Вангор, потом или Снежное княжество, или Лесное. Следом падают к его ногам орки. Он становится полновластным властитель восточного полушария. А после организует экспедицию на ее земли. Рано или поздно он поставит там свой форпост и будет его расширять. За этим последует ее капитуляция. Не захочет же она, как и Худжгарх, уйти в забвение. И чем раньше она это сделает, тем выгоднее условия брака с Роком она выторгует. Но будет почти его рабыней…

С Малышом все по-другому. Она сможет остаться независимой и хозяйкой своих земель, о большем она не мечтает. Худжгарх более выгодная партия, и она сможет подождать с замужеством… Видимо, надо будет ему помочь и поторговаться. А то ишь какой шустрый! Прилетел, наплел, внезапно ушел и заставил ее принять его сторону.

«Каков нахал! Я с ним встречусь и обговорю цену помощи», – решила она и не стала откладывать разговор в долгий ящик.

Беота приблизилась к горе Худжгарха и мысленно позавидовала. Его гора заметно подросла. Еще больше неприятно ее поразило то, что встретил ее не сам Малыш, а Авангур. Он вежливо ей поклонился, без издевки, с искренним почтением.

– Рад видеть тебя, сестра, – поприветствовал он ее. – Какими судьбами заглянула к нам?

– К вам? – Беота приподняла бровь. – Я к Худжгарху.

– Его сейчас нет. Я за него. Можешь обсудить со мной.

– Что мне обсуждать с тобой! – раздраженно произнесла Беота. – Ты не имеешь власти, не имеешь своей горы, ты пустое место.

– Не скажи, сестра. Мое место может быть у каждого хранителя на горе. Вот Худжгарх мне его дал, и я благословил его пророков. А пророков Рока лишил силы…

Беота поморщилась. Авангур был прав, но гордость не позволила ей с ним согласиться. Она просто в очередной раз удивилась предусмотрительности Малыша. И это ее здорово задело. Он очень грамотно вел свои дела и… мог в будущем стать опаснее Рока…

«Хотя о чем это я? – оборвала ненужные мысли Беота. – У него нет лучшей партии, чем я».

– Просто передай хозяину, что я хотела с ним обсудить наши дела, – произнесла она.

– О-о-о! У тебя с Худжгархом дела! – воскликнул покровитель пророков. – Не о свадьбе ли идет речь, неприступная Беота?

– Даже если и о ней, Авангур, тебе подобное не светит и через тысячу лет. Пока. – И раздосадованная словами Авангура, скрылась. Беота отругала себя за то, что первой полезла к Малышу и теперь, не застав его, попала в невыгодную позицию на переговорах.

Малыш появился спустя пару часов. Выражение его лица было простодушным и по-детски наивным.

«Притворщик», – с недовольством и скрытым восхищением подумала Беота.

– Вы хотели меня видеть, прекрасная Беота? – спросил юноша и глупо улыбнулся.

– Проходи, есть разговор, – просто, без обычных своих жеманных манер произнесла она, и человек оказался в ее покоях.

Беота пристально посмотрела на юношу.

«Молод, красив, умен и коварен. Все, что нужно для хранителя», – подумала она, но сказала несколько иное:

– Я хочу, чтобы между нами не было недопонимания, юноша. Я видела, что Рок приготовил войну империи и Вангора. Твои слова оказались верны. Не знаю пока, чем это может грозить мне, но тебе явно угрожает опасность. Мы можем договориться… – Она вновь испытующе вгляделась в его лицо. Но оно было непроницаемо слащаво. Он смотрел на нее с обожанием и вроде ни о чем другом не думал. – Что скажешь? – спросила она.

– Э-э-э… Вы о чем? – спросил человек.

– О договоре о помощи тебе. Ты оглох?

– Нет, но зачем мне помогать, несравненная Беота?

– Ты не хочешь получить от меня помощь?

– Смотря в чем.

– Я помогу тебе в войне с Роком. – Беота начала раздражаться. Не переоценила ли она этого паренька. Вон он сидит, смотрит на нее и «пускает слюни».

– Каким образом это поможет мне? – спросил юноша.

«Правильный вопрос, – отметила про себя Беота. – Значит, не совсем тупой».

– Я помогу нарушить его планы завоевания Вангора, – произнесла она.

– Да? И что мне это даст?

– Он не пойдет завоевывать степь.

– Хорошо, помогайте.

– Не так все просто, дружок, – усмехнулась Беота, – я хочу знать, что получу взамен.

– От меня? – удивился человек.

– Да, от тебя.

– Ну, я согласен стать вашим мужем… Когда стану взрослым. Устроит?

– Нет.

– А что конкретно вы сделаете, помогая Вангору? – спросил юноша.

– При чем здесь Вангор? – помрачнела Беота.

– Ну как при чем! Вы не позволите империи лигирийцев завоевать Вангор. Если бы разговор шел о степи, то я бы подумал, что мог бы вам дать. А так даже не знаю… Я лишь граф Вангора, и только. Как вы знаете, я не король.

Беота поняла, что начала разговор неправильно. Парень или тупит, или очень хитро выскальзывает из ее рук. И глядя на него, не поймешь, что у него в голове. Ей так и так придется вмешаться, но вот вырвать себе что-то у этого скользкого, как угорь, человека очень трудно. Он так странно ведет переговоры, что ей приходится напрягаться.

– После Вангора он возьмется за степь, ты это понимаешь? – спросила она.

– Может, да, а может, нет. Вы же не знаете, что творится в голове Рока, несравненная…

– Хватит называть меня несравненной, – в раздражении бросила Беота, – ты сам мне про Рока рассказал.

– Так я высказал предположение. Давайте поговорим об этом, когда он нападет на степь.

– Тогда может быть поздно, – произнесла, прищурившись, Беота. – И условия будут совсем иные.

– Ну что же, если будет совсем худо, отдам все, что попросите, – вздохнул юноша. – Кроме служения.

Беота поджала губы. Она поняла, что спорить и договариваться бесполезно. Он сумел ее просчитать, и разговаривать с ним дальше – это значит показать свою заинтересованность и глупость.

– Я услышала тебя. Свободен! – резко ответила она, и человек был выдворен из ее покоев.

«Негодник, – мысленно вознегодовала Беота. – Опять обвел меня вокруг пальцев. Как это ему удается?..»

– Ребята, о какой сумасшедшей бабе вы говорили? – повторил свой вопрос Фома. – Она похожа на меня?

– Только клыками, а так очень красивая, – ответил самый смелый из троицы.

– Описать ее можете?

– А чего ее описывать? – ответил другой и опустил кривой меч с утолщением на конце. – Смерть баба. Убила множество наших воинов, и все за коротышку и длинноухого бледнолицего певуна. Мы спаслись, сбежав в город. Тут буря началась, и появилась эта пирамида. В нее спрятались.

Фома, услышав про бледнолицего певуна с длинными ушами, насторожился.

– Как ее зовут, знаете? Как тут оказалась? Знаете?

– Нет. Зачем нам ее имя? Слышали, что она несколько раз перебила отряды племен… А тут заявилась не одна, а с ящером, каменным болваном и с двумя десятками других баб и парней с клыками. Но те вампиры, это точно. Они прошли мимо отобрали жертву и поубивали наших воинов, затем скрылись в каменном кольце…

– Где это кольцо?

– Тут на месте пирамиды. Ты это… нас не ешь. Мы бурю переждем и уйдем…

– Я не ем человеков. Покажите кольцо, куда ушла эта баба, и я вас отпущу.

– Ладно, вампир, мы согласны, – ответил один из троих, и они спрятали мечи в широких ножнах. Фома сел на корточки и стал ждать, когда буря утихнет.

Через полчаса в коридоре заскрипел песок. Фома насторожился. С вопросом во взгляде посмотрел на троицу, но те лишь отрицательно покачали головой. Тогда Фома актировал молекулярный меч и приготовил станер. Он поднялся и встал рядом с углом.

Скрип усилился, и Фома запустил очередной светляк. В свете огонька из-за угла показалась здоровенная голова ящера. Он сделал шаг, и Фома применил парализатор. Незваный гость рухнул и перегородил выход.

Фома оценил размеры ящера и его зубастую пасть. Он был похож на тех, что используют как ездовых животных лесные эльфары, но был гораздо больше.

– О дейвы-защитники! – прошептали трое на разные голоса. – Это наша смерть…

Фома одним взмахом отрубил ящеру голову и разрезал тушу на куски. Все вокруг залило кровью.

– Это ты зря сделал, вампир, – простонал человек. – Сейчас сюда набегут остальные твари… – Но Фома оставался спокойным. Он проверил мясо на пригодность к употреблению в качестве пищи, и оно оказалось съедобным. Он создал заклинание малого огненного вихря и стал жарить большой кусок мяса, нанизанный на кинжал. Ему не надо было, чтобы оно было полностью приготовленным, орки ели и полусырое мясо, и сырое.

На глазах пораженных хуманов он стал жадно есть скворчащее и истекающее соком наполовину с кровью мясо.

К ним больше никто не пожаловал, а когда шум за стенами пирамиды смолк, Фома кивком головы позвал на выход смирно сидящую в углу троицу. Он вышел первым и почти ослеп от яркого света местного светила. Отошел от пирамиды и смог рассмотреть ее размеры. Пирамида была большой. Больше пятидесяти лагов в высоту и с широким основанием. Под нее уходила река и терялась.

Следом вышли хуманы.

– Надо же! – произнес один из них. – Я и не знал, что тут есть пирамида… – Он с обалдевшим выражением на лице посмотрел на реку и добавил: – И река… Мы куда попали?..

– Где ваше кольцо? – спросил Фома. Оглядываясь по сторонам, он не видел никакого кольца.

– Было тут… если это тот самый город, – пробормотал самый говорливый из хуманов. – Но… Теперь тут пирамида и река… Хотя это тот самый город. Вон дворец с синим шпилем. Его видно издалека.

Фома, помня, что пирамида мигрирует, отошел он нее подальше. Сканер нейросети не показывал отметок врагов или хищных животных. Фома перешел на магическое зрение и стал искать следы знакомой ауры. И к его неописуемому восторгу, он ее нашел. Знакомый аурный запах Ганги был силен. Значит, она прошла тут недавно. След перемежался с множеством других следов, но Фома их отсек. Сам след уходил под пирамиду.

Пришлось подождать еще пару часов, и пирамида стала медленно исчезать. Хуманов он отпустил сразу же, как обнаружил след ауры орчанки, и те, радостно оскалившись, поспешили убраться подальше.

Исчезала пирамида, и исчезала река, а на ее месте появлялся темный обелиск и каменное кольцо. След ауры Ганги вел в него, и он, дождавшись, когда река и пирамида исчезнут, направился к нему.

Он проскочил кольцо и тут же столкнулся с ящерицей, стоявшей на задних лапах. Ящерица держала в руках посох. Не успев испугаться или подумать о чем-либо, он краем сознания отметил, что на сканере замелькали красные отметины, и он, не думая, что будет дальше, ударил лезвием молекулярного меча по раскрытой пасти ящерицы. Ногой оттолкнул тело и устремился дальше. Он пробежал несколько шагов, и его окружила тьма. Выскочив из нее, он оказался в зале с бассейном, и в нем плавал сказочный дракон с небольшими крыльями. Фома почувствовал, как в его сознание стали ломиться чужие мысли. Он вытянул руку и, отступая, стал пускать ледяные иглы в дракона одну за другой.

Но вскоре вновь наступила тьма, из которой он выскочил туда же, откуда ушел. Но в помещении с черным обелиском было около десятка ящеров и три каменных исполина. Ящеры уставились на орка и направили на него свои посохи. Фома почувствовал сильнейшую опасность. Он использовал пояс левитации и поднялся к куполу, по ходу подъема ушел в скрыт, а то место, где он стоял, окутали темные сети. Они упали на пол, разрезали каменные плиты и растаяли.

«Опасная штука!» – подумал Фома, уходя подальше от места, где растаяли сети. Он опустился за спиной ящеров и стал рубить их свои мечом. Вскоре неуклюжие ящеры были изрублены. Фома, не зная, куда пойти, огляделся. След Ганги затерялся среди многих десятков других. Он определил то кольцо, через которое прошел сюда, и сделал у его основания на полу зарубку. Затем прихватив брошенный ящером посох, что попался под руку, прыгнул в другое кольцо.

Вышел он в городе, очень похожем на тот, в котором он появился вместе с пирамидой. И увидел редкую цепочку хуманов, бредущих по направлению к нему. Они шли, ничего не замечая вокруг. Подошли к кольцу и остановились. Были они одеты пестро, и все были босиком. Они глупо улыбались и толпились рядом. Один из них отличался от загорелых, худых и низкорослых мужчин ростом и статью.

Не зная, что с ними делать, Фома приказал всем сесть, и они его послушались.

Магическим взором Фома осмотрел местность и не увидел след ауры Ганги.

Он тоже присел, укрывшись от жарких лучей местного солнца за стеной пустого бассейна, и задумался. Найти Гангу оказалось не так-то просто. Но радовало то, что он вышел на ее след, который вскоре, правда, потерял. Зато обрел сильную надежду найти ее.

«Нужно возвращаться и пробовать ее найти через другой портал», – решил он.

За размышлениями он почувствовал, как кто-то дергает его за рукав куртки.

– Орк, слышишь?..

Фома обернулся и увидел того самого высокого хумана. Тот смотрел на орка вполне осмысленно.

– Орк, мы где?..

Глава 14

Где-то в другом мире.

Закрытый сектор. Снежные горы.

Космос закрытого сектора. Инферно

– Я не хочу возвращаться в твой запустелый замок, – отмахнулась Ганга от руки вампира, который хотел повести ее с собой. – Иди и ложись в свой гроб. Я останусь тут.

– Малышка строптива, – гортанно засмеялась женщина. – Тебе, Вермилон, никогда на них не везло. Ты случайно стал главой своего клана и по жизни как был неудачником, так им и остался.

– Он не неудачник, – вступилась за вампира Ганга. – Он слишком долго жил. Ему все надоело. То, что для тебе еще представляет интерес, ему уже не интересно. Не интересны женщины, не интересны власть и интриги, он ими просто пресытился. Но его зовет долг, и он ему верен. Пошли, Вермилон. Здесь тебя не ценят. – Она ухватила под руку опешившего Владыку и повлекла прочь.

Мужчина и женщина удивленно смотрели им вслед.

– Это что сейчас было? – спросила женщина.

– Тебе утерли нос, моя милашка, – засмеялся мужчина и взял спутницу под руку.

Женщина вырвала свою руку из его руки, освободилась и возмущенно, громко проговорила:

– Она меня оскорбила! А ну стой! – крикнула она в спину уходящей паре.

Ганга остановилась и обернулась.

– Чего тебе еще надо? – спросила она.

– Ты меня, дерзкая тварь, оскорбила!..

– Сама ты тварь, – огрызнулась Ганга. – Наглая тварь. Вот теперь я тебя точно оскорбила. Вызовешь меня на поединок?

– На поединок? Тебя смертную? Я тебя просто раздавлю. – Она вытянула руку, а Ганга применила короткий телепорт и переместилась ей за спину. Ушла в скрыт. В ее руке был кинжал, и он оказался прижатым к ее горлу.

– Не хочешь одуматься? – спросила Ганга в ухо женщине. – А то останешься без ушей.

– Стойте! – закричал мужчина. – Вы не можете устраивать тут потасовки. А ты, Риштела, если хочешь взять ее жизнь, должна сражаться на арене.

– Да кто она такая? – возмутилась та. – Просто кусок мяса.

– Да, я кусок мяса, – засмеялась Ганга. – И я могу отрезать твои уши. Я знаю, ты их вырастишь заново. Но об этом будут знать все. Ты этого хочешь?

– Завтра я буду сражаться с тобой сама, – прошипела Риштела. – Отпусти.

Ганга отпустила шею женщины. Та отошла, обернулась и показала клыки. Ганга не осталась в долгу и тоже показала клыки.

– Зачем ты ее разозлила? – спросил Вермилон. – Она очень мстительная и заносчивая. Так же поступила и Вармила, но она сбежала, а ты погибнешь от ее руки… Хотя ты так и так погибла бы, но за добрые слова в мой адрес спасибо. Эх… осталась бы со мной. Знаешь, как быстро время летит. Не успела бы оглянуться, и тысяча лет уже прошли. У меня гроб… Ох мои ноги. Апчхи. Проклятый артрит. Апчхи. Проклятый свет…

– Хватит говорить мне о своем гробе… Ты можешь вылечить свой артрит. Почему ходишь и кряхтишь?

– Потому что так я чувствую себя живым, а когда ничего не болит, знаешь, как противно? Ты словно умер…

– Понятно, – отозвалась Ганга, которой его объяснение совсем не было понятно.

Они вышли из дома, и Ганга сказала:

– Я тут останусь, не пойду в твой замок.

– Хорошо, жди здесь, – не стал спорить Вермилон и, хромая и охая, пошел прочь, но вскоре, к удивлению Ганги, вернулся.

– Ты чего вернулся, Владыка? – спросила его Ганга. Она сидела на крыльце дома и чистила рыбу, добытую Боо.

– Да беда там, – отрешенно произнес Вермилон. – Коте, что стала Вармилой, наводит порядок в замке. Они там моют, чистят, выносит мусор… Там стало совсем неуютно, шумно, чисто. Ни ящериц, ни пауков, и даже мух нет. Вот скажи, что это за замок?

– Нормальный замок. Еще бы окна проделать, совсем было бы хорошо.

– Окна?! – в страхе воскликнул вампир. – О чем ты говоришь! – искренне и возмущенно воскликнул Владыка. – Свет – это ужас. У меня аллергия на него… Ты что делаешь? – он посмотрел на рыбу в ее руках.

– Рыбу чищу.

– Я вижу, зачем?

– Съесть хочу.

– Фу, дикарка. Есть рыбу – это дикость.

– Дикость – питаться кровью живых существ.

– Много ты понимаешь, кровь человека дает нам вечную жизнь.

– А зачем она тебе, Вермилон? Чтобы лежать в гробу?

– Чтобы править смертными, недалекая гостья. Власть – это все…

– Много ты имел власти, и что, доволен? – спросила Ганга. – Бабы тобой помыкают, а ты терпишь.

– Да, ты права, клыкастая. Бабы – моя слабость. И что? А я имею право иметь слабости, так я себя чувствую живым…

– Странный ты, Владыка, – отозвалась Ганга. – Живешь долго, подчиняешься женщинам, болеешь, и все для того, чтобы через муки чувствовать себя живым. Не понимаю…

– Давай я тебя укушу, и ты меня поймешь… Не сразу, правда, но через лет так тысяч пять-шесть поймешь.

– Не, спасибо. Мне и так хорошо. Я не хочу жить вечно и спать в гробу.

– В нем уютно, – без всякой надежды в голосе проговорил Вермилон. Рассеянно взял рыбу с крыльца и, задумавшись о чем-то своем, стал ее есть.

Перед закатом пришла Коте, взяла Вермилона за руку и потащила в замок.

– Совсем старый стал, ну как дитя малое, – сокрушенно пожаловались она Ганге. Та лишь изобразила улыбку, обнажив клыки.

«Странные эти вампиры, – подумала она, – и почему их все боятся?»

Она пожарила рыбу на костре, и на запах вышел старичок.

– Есть будете? – спросила Ганга.

– А что там у тебя, дочка? – спросил старичок и повел носом.

– Рыба, вино, вода и божественный плод. – Она немного разгрузила седельную сумку лошади. Сняла с нее седло и отпустила пастись.

– Божественный плод, это что такое?

– Попробуйте, вам понравится.

– Ну угощай, коли пригласила. – Старик сел рядом на ступеньки, взял кусок рыбы и осторожно стал есть. Ганга подала ему чашу с вином. Он взял и выпил. Поел, вытер о штаны руки и взял кусок желтого плода. Откусил и зажмурился.

– Как вкусно. Действительно, божественный плод… Ты вот что, дочка, завтра, когда объявят схватку, не убивай Риштелу. Я знаю, ты победишь.

– Я что, должна дать убить себя?

– Нет, у нее есть слабое место. Нагнись, я тебе о нем скажу. У стен тоже есть уши. Не хочу, чтобы кто-то узнал о нашем разговоре.

Он зашептал, и Ганга, широко открыв глаза, его слушала.

– В самом деле? – спросила она, и старик, хихикнув, кивнул.

– Вот тебе крест не вру… – Старик перекрестился двумя перстами, потом попрощался и ушел. Ганга осталась почти одна, не считая Боо, свернувшуюся на траве, и пасущуюся лошадь. Та чувствовала себя вполне счастливо. Голем, охраняя их покой, стоял каменным столбом безучастный ко всему.

Мысли Гáнги унеслись к жениху. Да что там к жениху! Уже мужу. Она его любила так сильно, что готова была за него умереть.

Она вспомнила их первую встречу, когда он нагло пялился на ее грудь. Ее сердце екнуло, и она сразу же в него влюбилась, как девчонка. Но гордость толкнула ее вызвать его на поединок. А он ухитрился лизнуть ее грудь и стал почти членом рода. Это ее обрадовало и сильно рассердило. Как он смел?!. А он смел был во всем. «Ах, Ирри, Ирри! Как мне тебя не хватает!» – всплакнула Ганга, но она была бесконечно уверена в том, что он ее найдет. Ирри может все! Он сокрушит границы миров, но найдет ее и их сына… Эта вера придавала ей силы и уверенность, что она обязательно выживет.

Ганга тихо запела песню, что пела ей мать. Она помнила ее плохо, та рано ушла из жизни.

Ганга была метисом. Ее мать – лигирийская аристократка, красавица, дочь лигирийки и лесного эльфара. Она была отдана в степь замуж за орка, сына верховного шамана. А тот был метисом от орка и человеческой женщины. Только так ее могли спасти от мести лесных эльфаров, убивающих метисов-берок. Отец ее считался орком, и эта месть на нее не распространялась. Лесные затворники признавали орков как равных и одних из первых разумных созданий Творца в их мире.

Незаметно для себя Ганга задремала. Разбудил ее осторожный толчок в плечо.

– Просыпайся, дочка. Скоро состоится бой, а тебе еще нужно подготовиться. – Рядом стоял старик и тряс ее за плечо. – Проснулась. Вот и хорошо. Есть перед боем не надо. Пошли, – он разогнулся и первым вошел в дверь дома.

Ганга применила очищение идришей и, почувствовав свежесть в теле, вошла следом за стариком. Ее встретили две девушки с черными убранными в хвост волосами.

– Иди с ними, они нарядят тебя на битву, – распорядился старик и ушел. Девушки встали по бокам и показали рукой, куда идти. В подземных комнатах арены они положили на деревянную скамью легкое красное шелковое платье.

– Госпожа! Вам надо раздеться и надеть эту тунику. Мы намажем вас благовониями и приготовим к битве.

Ганга не спорила. Она стряхнула сапоги, размотала портянки, сняла штаны и все остальное. Оставшись обнаженной, она выпрямилась во весь свой немалый рост.

Девушки увидели ее выпирающий живот и тревожно спросили:

– Вы, госпожа, беременны?

– Да, – кратко ответила Ганга.

– Госпожа, вы можете отказаться от поединка, пока не разрешитесь…

– Не буду – отрезала Ганга, – у меня нет времени на это. Делайте то, что должны делать.

Ее намазали пахучим маслом и надели на голое тело тунику.

– Все готово, госпожа, – произнесли одновременно обе девушки. – Вы можете идти на арену, мы вас проводим.

Ганга кивнула и пошла к двери. Они вышли на арену, посыпанную желтым речным песком. В своем красном секторе стояла также одетая в красную шелковую тунику ее соперница. Они не имели оружия, и свой мультитул Ганга оставила с вещами. Как объяснили ей девушки, сражаться можно руками, ногами, зубами и магией, но не оружием. Бой длится до смерти, или пока одна из сторон не попросит пощады. Вот и все правила.

Над ареной разнесся громкий голос распорядителя арены. Им оказался старик, который возвестил о начале великого боя столетия за честь двух кланов Обе трибуны были заполнены до отказа. Ганга мельком глянула на трибуны и опустила взгляд на соперницу. Та не смотрела по сторонам, она показывала клыки и прожигала соперницу колючим взглядом.

Старик назвал участников поединка:

– За клан Крови в защиту чести клана выступает леди Риштела. У нее сто пятнадцать боев и ни одного поражения…

Трибуны взорвались криками.

– За клан Теней выступает орчанка Ганга. Первый бой, нет побед, нет поражений. Поприветствуем участниц боя! – И трибуны арены вновь взорвались громкими криками и свистом. Это освистывали Гангу.

– Я возвещаю о начале боя, – произнес старик, когда крики смолкли. – На счет три бой может начинаться. Раз… Два… Три!

Вампирша стремительно направилась к Ганге. Та тоже сделала пару шагов и вдруг исчезла, и через мгновение очутилась за спиной вампирши. Она запрыгнула той за спину, обхватила ее ногами и стала щекотать ребра и подмышки. Риштела взвизгнула и закружилась на месте. На трибунах установилась недоуменная тишина. Никто не понимал, что происходит. А Риштела визжала, смеялась, почти рыдала и отчаянно пыталась скинуть Гангу со спины. Но у нее не получалось. Она вырастила когти и, взмахнув рукой, опустила ее на голову орчанки, но той уже там не было. Она стояла перед соперницей и саданула ее ногой в живот. Не ожидавшая такого подлого удара от орчанки, вампирша согнулась, села на попу, но тут же превратилась в огромную летучую мышь. Взмыла в воздух. Сделала круг и, взмахнув крыльями, выстрелила темными молниями в орчанку. Ее щит сверкнул вспышкой, и Ганга исчезла. Мышь закружила над ареной в поисках врага, но в нее тут же из разных мест из воздуха полетели ледяные иглы. Они били в живот мыши, и та, не защищенная магией, старалась увернуться, но все равно иглы раз за разом поражали ее брюхо, и тогда мышь громко закричала. Ее крики потрясали красные трибуны, там было тихо. Мышь не выдержала, сложила крылья и камнем упала на песок. Из него стал подниматься песчаный вихрь, и он окружил поднявшуюся Риштелу. Та была уже без своего платья, полностью обнаженной и окровавленной. Струи крови текли по ее животу и груди, рваные раны были страшны, но не смертельны. Они быстро зарастали. Сквозь вихри песка можно было увидеть маску озлобленности и боли на ее лице. Она стояла и озиралась. Соперницы нигде не было видно, и вдруг рядом с ней стал подниматься еще один вихрь. Он закружил песок и, усиливаясь, направился к вампирше. Та, думая, что в нем Ганга, бросилась навстречу ему и прогадала. Новый вихрь столкнулся с ее вихрем и закрутил вампиршу, обдирая кожу. Она не могла совладать со стихией и попыталась развеять созданное ею заклинание, но сильное вращение все время сбивало каст заклинания. Наконец вампирша разгневалась не на шутку. Она применила, на взгляд Ганги, нечто убойное и взрывное. Вихрь разметало, и Риштела, окровавленная, почти без своих прекрасных волос (от головы поднимался дымок), расставив руки, осталась стоять, оглядывая безумным взглядом арену. Но Ганга была уже за ее спиной. Не выходя из скрыта, она вновь запрыгнула ей за спину и опять стала щекотать. Соперница завизжала, заохала, стала истерично хохотать и кричать:

– Отпусти! Не надо! Хватит! – И побежала по арене. Все, кто наблюдал это со стороны, видели лишь безумный крик и смех неуклюже бежавшей голой, окровавленной Риштелы. Такой обезображенной в ходе поединка ее не видели никогда, хотя бой продлился от силы минут десять.

На красных трибунах послышался тревожный гул голосов, а на трибунах, где сидели члены клана Теней, стоял хохот. Устав бегать, Риштела окуталась красным туманом и из него полезли красные щупальца. Она превратилась в спрута и стала бить щупальцами вокруг себя.

Ганга успела заметить, как соперница с трудом, но создала заклинание, и ушла телепортом подальше от нее. На месте Риштелы появился спрут из сгустков крови, и его щупальца суматошно били по воздуху вокруг себя. Тут ей пригодилось заклинание, которому ее научил Ирридар. Она прокусила вену на руке и, набрав пригоршню своей крови, создала заклинание кровавого тумана. Перед вампиршей образовалось густое бордовой облако, и удары щупалец заметно замедлились. А когда в нее врезался огненный шар, то раздался такой взрыв, что Риштела взлетела вверх тормашками в воздух и сломанной куклой упал на песок. Передние ряды зрителей смело и бросило на сидящих дальше. Началась сумятица и крики, а сверху поверженной и оглушенной соперницы уже сидела Ганга и снова щекотала ее по ребрами и подмышкам. У вампирши уже не было сил для создания нового заклинания, она еле слышно хохотала, извивалась, вопила и тихо повизгивала, но Ганга продолжала ее щекотать, и наконец соперница не выдержала и запросила пощады.

– Пощади! Я сдаюсь… – еле слышно прошептала она. И Ганга ее отпустила, сняла покров невидимости, и трибуны увидели поверженную Лирнамару и сидящую на ней верхом обожженную и тоже обнаженную орчанку.

На арене стало тихо, слышно было, как дышит Риштела и постанывает Ганга. Ей сильно досталось от взрыва. Она не стала ставить щит и за это поплатилась сильными ожогами. Половина тела покрылось коркой, и кровь сочилась из ее трещин.

– Победу одержала орчанка Ганга. Один бой, одна победа! – возвестил распорядитель боя.

Ганга встала с поверженной соперницы и наложила на себя исцеление. Она прислушалась к себе, как там ее сын, и уловила радость у себя внутри. Ребенок, не успев полностью сформироваться, откликнулся на ее внимание. По душе Ганги разлилось тепло. Материнский инстинкт вспыхнул в ней с новой силой. Она должна сберечь дитя. Применив усиление кровью, она вновь наложила на себя заклинание исцеления. Она и Риштела исцелялись на глазах зрителей. Обе трибуны разразились радостными криками.

Когда Ганга переоделась в свою одежду, к ней в комнату зашла статная вампирша, немолодая, но еще довольно привлекательная брюнетка с большими черными глазами. Она склонила голову и произнесла:

– Я кормилица леди Риштелы. Она хочет передать вам, что не питает вражды к вам, госпожа орчанка. Она узнала, что вы в положении, и сожалеет о том, что вызвала вас на поединок. Леди Риштела дарит вам десять своих воительниц, чтобы вы смогли найти свой мир. – Дама вновь склонила голову в поклоне и хлопнула в ладоши. В комнату вошли десять молодых вооруженных девушек.

– Это трэлы, госпожа, они будут вам служить до тех пор, пока вы не откажетесь от них. Тогда они убьют себя. Короче, они вам отданы навечно.

Ганга оглядела девушек и поблагодарила даму. Не такая она дура, чтобы отказываться от помощи.

– Благодарю вас, и передайте леди Риштеле, я с благодарностью принимаю ее дар. Вражды к ней я не питаю.

Дама поклонилась головой и вышла. Ганга оглядела девушек.

– Кто среди вас старшая? – спросила она.

– Я, ситрэла Лира, – вышла вперед самая высокая из девушек.

– Лира, вы охраняете меня. Что делать, надеюсь, ты знаешь?

– Да, госпожа, мы знаем как и тотчас этим займемся. Ри и Лу, вы телохранители, – стала раздавать приказы ситрэла. – Мари и Вир, – магическое прикрытие. Сара и Ронга, – разведка. Я и остальные – сопровождение и боевой прикрытие. Разошлись!

Тотчас комната опустела. Рядом с Гангой остались две девушки, похожие друг на друга как две капли воды. Ганга пожала плечами и пошла следом за теми, кто вышел из комнаты. Перед выходом с арены ее остановил старик.

– Дочка, я рад, что ты меня послушала. Если когда-нибудь тебе негде будет жить, приходи сюда. Здесь ты найдешь пристанище.

Ганга улыбнулась, кивнула со словами:

– Хорошо, дедушка, я запомню ваше предложение. Благодарю за доброту. – Она посмотрела на спутниц, те стояли в низком поклоне перед стариком.

– Кхм, – откашлялась она, – до свидания, дедушка. – И пошла прочь. У самого выхода она спросила:

– Кто это… Там, – указав кивком головы назад.

Ри и Лу в один голос, благоговея, ответили:

– Великий хранитель порядка. Он вас отметил, госпожа. Это чудо…

Ганга ничего не ответила и вышла из «дома». У крыльца ее ждал Вермилон, за ним стояло десять молодых парней.

– Отойдем, – позвал ее вампир. И Ганга, сделав знак Ри и Лу оставаться на месте, отошла с Владыкой клана Теней в сторону. Вермилон достал из-за пазухи свою ременную броню. – Это тебе, – произнес он. – Среди членов моего клана нет достойных ее носить, а так она будет просто пылиться в сокровищнице. Она почти разумна и подскажет тебе, как ее использовать. Бери вместе с моей благодарностью… И еще… Если когда тебе станет плохо, знай, клан Теней будет для тебя домом… пока я жив. И вот еще. Твоя охрана, десять трэлов. Они будут тебе служить до твоей или их смерти. А теперь прощай. – Вампир быстро развернулся на сто восемьдесят градусов и стремительно пошел прочь, оставив озадаченную его словами Гангу. У нее уже было десять трэлов, и вот еще десяток.

«Это, конечно, неплохо, – подумала она. – больше шансов выжить, но как с ними быть?..»

– Эй, – махнула она рукой ситрэле. – Иди сюда… Мне дали в охрану десять вон тех парней. На тех же условиях, что и вас. Что мне с ними делать? Вы будете с ними сотрудничать?

– Прикажите – и мы будем сотрудничать, – без тени смущения или негодования ответила девушка.

– Тогда позови их старшего.

Ситрэла отошла и вернулась с парнем.

– Это ситрэл Валенсий, – представила она парня.

– Валенсий, ты уже понял, что меня охраняют эти девушки? – спросила Ганга.

– Да, госпожа…

– Хорошо, я хочу знать, кто из вас двоих более способный командир. Ты или эта… Как тебя зовут, я забыла? – Ганга посмотрела на ситрэлу.

– Лира, госпожа.

– Или Лира?.. Короче, как у вас принято?

– Лира обладает большим опытом, она старше, – ответил Валенсий.

– Значит, она будет старшим командиром над двумя вашими десятками. Своим десятком командуешь ты. И еще вас поровну, и вы будете вдали от своего дома. Думаю, вам нужно разобраться по парам. Это будет для вас сложно?

– Нет, госпожа, – ответила Лира, – девушки сами выберут себе пару. Я уже выбрала Валенсия.

Валенсий слегка поклонился и прижал правую руку к сердцу.

– Благодарю тебя, Лира, за выбор.

– Ну и хорошо, что так просто все разрешилось, пошли к порталу, – обрадованно произнесла Ганга, – я устала ждать случая.

У портала они остановились.

– Боо, – приказала Ганга, – бери голема и заходи первой. Лира, пошли следом поддержку, там могут быть ящеры.

Боо и голем исчезли в кольце, следом туда пошла разведка, два парня и две девушки, потом Ганга с конем. Она вошла вовремя. У портала лежал разваленный на камни голем и три раздавленные ящерицы. Четверо вампиров отражали атаки посохов ящериц. Боо забилась под обелиск и свернулась там в кольцо. Ганга быстро парализовала пятерых противников, а затем безжалостно порубила их молекулярным мечом. Подняла один из посохов, которыми орудовали ящеры.

– Знаете, что это такое? – спросила она у трэлов.

Те кивнули. Ее окружили бойцы отряда.

– Умеете пользоваться?

– Умеем, – ответила Лира.

– Берите и сражайтесь ими.

Те быстро похватали посохи. Тем, кому они не достались, Ганга выдала из своих запасов и позвала Боо.

– Боо, иди сюда. – Когда ящерица дрожа подошла, она ее отпустила. – Ты свободна, Боо. Иди куда хочешь. Теперь я тебе не хозяйка, но не нападай на меня и мой отряд.

Ящерица раскрыла свой большой рот и нырнула обратно в кольцо.

– Это она куда? – удивилась Ганга. – Ее же там убьют…

– Не убьют, госпожа, – ответил Валенсий. – Она была с вами. Будет жить на озере и ловить рыбу. Такое уже случалось…

– Да-а-а? Ну тогда ладно, – не стала возражать орчанка.

Она огляделась. Вот портал, куда ушла она, а дворф ушел в другой. И скорее всего, в тот, который был ему ближе.

«Значит, вон тот», – решила она и указала на портал.

– Разведка, живо в тот портал, – указала она рукой на кольцо, – при опасности – быстро обратно.

Четверо почти мгновенно нырнули в кольцо, и тут же один парень вернулся.

– Проход свободен, – сообщил он.

Отряд перебрался на ту сторону кольца, и Ганга увидела, что они находятся в городе, очень похожем на тот, в который они вошли в поисках эльфара. Аурный след дворфа был свеж, и Ганга обрадовалась.

– Идем вперед, – приказала она. – Но будьте осторожны. Здесь могут быть скрытые ловушки-порталы. Попадешь в них – и окажемся в западне. В клетке. Кидайте перед собой камни, и двигаемся не спеша.

Вперед вышли две пары, как всегда разведчиков, они подбирали камни и швыряли их перед собой. Но к радости Ганги, ловушки себя не обнаруживали. Так, медленно продвигаясь, отряд вышел к окраинам города. Часть стены была разрушена, и через пролом был виден оазис с озером. Там среди деревьев копошились люди.

«Дворф там», – догадалась Ганга.

– Лира, там среди людей есть пленники. Их надо освободить. Людей можете перебить, но предупреждаю, пленники должны остаться невредимыми.

Ситрэла лишь показала своим кулак и разжала ладонь. И тут же в сторону оазиса устремились размытые тени. Они стремительно преодолели ограждение и ворвались в рощу. Следом под охраной семерых бойцов двинулась Ганга.

Неожиданно по округе разнеслось далеко слышное, торжественное и печальное пение. Вампиры замерли, словно остолбенели.

«И этот здесь!» – мысленно обрадовалась Ганга и произнесла вслух: – Это мой спутник поет похоронную песню, видимо готовится умереть. Пошли обрадуем его.

Она подошла к роще. У воды лежали связанные дворф и эльфар. Рядом шестеро хуманов. Эльфар пел с закрытыми глазами. Дворф вовсю глядел на Гангу и не мог поверить увиденному. Затем стал толкать ногой эльфара.

– Хватит нас хоронить, Шав, за нами пришли…

Штифтан чувствовал себя неуютно. Он впервые находился на оперативном задании. Будучи руководителем Оперативного директората, он занимался лишь планированием операций, но как специальный агент прибыл в закрытый сектор первый раз. Он сидел в трактире «Большой кулак» и ждал Демона. Эта поездка далась ему нелегко. Несмотря на то что ему пришлось пережить на станции, он хорошо понимал, что навыков для агентурной работы у него не было. Одна теория. И чтобы не привлекать к себе внимания, уткнулся в кружку с местным пивом и смотрел на желтую жидкость. Он даже не смел пригубить это пойло, боясь подхватить заразу. Такие новички привлекают внимание сразу, и к нему подсел полудемон.

– Новичок? – спросил он, и Штифтан вздрогнул.

– Что? – спросил он.

– Я спрашиваю, ты новичок? Первый раз в Брисвиле?

– Да, первый. Вы что-то хотели?

– Я ничего не хотел. Смотрю, сидит хуман, пялится в свою кружку и не пьет. Вид испуганный. Может, тебе нужна помощь, охрана? Так за несколько золотых я помогу сохранить твою шкуру. Что скажешь?

– Нет, спасибо, мне помощь и охрана не нужна, – ответил Штифтан и с надеждой посмотрел на входную дверь. Демон задерживался. Он про себя проклинал Вейса, который запретил ему брать на встречу охрану. Вейс предупредил – Демон обязательно заметит лишних и не придет на встречу.

– Ну нет так нет. Если что, я вон там сижу, – и демон указал на столик у дверей. Он встал и ушел, а вместо него к столу подсели два орка.

– Гаргрыд, этот хуман тебя обокрал? – спросил низкорослый, сутулый орк с желтыми, как у кабана, клыками. Его маленькие поросячьи глаза смотрели из выдающихся вперед скул.

Другой худощавый и с переломанным набок носом посмотрел на Штифтана и задумчиво произнес:

– Вроде он, а вроде и не он. Вроде похож, Сарздык, но сам знаешь, хуманы – они все на одно лицо. Пусть покажет золотой илир, если он у него есть, значит, он. Я свою монету сразу узнаю.

Штифтан не на шутку разволновался. Он ожидал просто встречу и разговор. Но Демон задерживался, и Штифтан испытывал желание побыстрее покинуть это злачное место. Здесь было столько бандитских рож, что по его коже от их взглядов пробегали мурашки.

– Я не крал ваши деньги, – попытался оправдаться Штифтан.

– А это мы сейчас посмотрим, – произнес владелец поросячьих глаз. – Выкладывай, что у тебя в карманах! – И Штифтан, затравленно глядя на орков, стал выкладывать содержимое своих карманов, он вытащил кошель, и в нем звякнули монеты.

– Твой кошель? – спросил тот, кого называли Сарздык. Орк с перебитым носом отрицательно покачал головой.

– Нет, не мой, врать не буду, я честный орк. – Он открыл кошель и высыпал его содержимое себе на руку. – А монеты мои, вот илир, я профиль императора хорошо запомнил.

– Вот же ворюга! – Он волком уставился на Штифтана.

– Господа… – начал паниковать Штифтан, – забирайте монеты и оставьте меня в покое.

– В покое? – рыкнул низкорослый орк. – Да ты знаешь, что мы тут делаем с ворюгами?..

– А ну пошли прочь! – раздался у них негромкий возглас за спиной. Орки обернулись и увидели хумана. Тот с нескрываемой насмешкой смотрел на гопников. – Что, кому-то надо вырвать клыки? – уточнил хуман.

Орки сразу признали в нем серьезного противника и стали вставать со своих мест. Худощавый сгреб монеты, но хуман негромко, но решительно приказал:

– Монеты оставили и быстро исчезли.

Орк подчинился, и оба незадачливых грабителя поспешили отойти. Хуман сел.

– Что, Штифтан, ты уже стал оперативным сотрудником? Тебя понизили? – откровенно смеясь над растерянностью Штифтана, спросил хуман и уселся на место низкорослого. – Привет. Ты хотел встретиться, вот я пришел, что скажешь?

– Э-э-э… нет, Алеш. Наоборот… Э-э-э… Привет… Прости… Тут так непривычно… М-да… Я в общем-то повышен до исполняющего обязанности управления и состою временно в штате Сил Специальных Операций…

– Везде временный, – усмехнулся хуман. – Тебя что, подставляют? Делают того, с кого спросят за все неудачи, и по-тихому казнят?

– Нет. Конечно, нет. В АДе существенно изменилась обстановка, но об этом позже… Ты опоздал…

– Да что ты говоришь! Ты меня ждал, как девушку на свидание? Совсем навыки растерял? Хотя о чем я? Ты их и не имел… Но теорию помнить должен и стажировку проходил… Ну да ладно. Говори, чего хотел? – нахмурился хуман.

– Алеш, АД снял с тебя обвинения в предательстве. Ты чист и можешь вернуться к работе…

– А мне, Эрат, плевать на АД и его решения. Сегодня он снял обвинения, а завтра какой-нибудь малозначимый клерк их выдвинул по вновь открывшимся обстоятельствам. В АД я не вернусь. Так Вейсу и передай. Это же он тебя отправил на переговоры…

– Он, – не стал спорить Штифтан. – Он еще сказал, что ты не захочешь возвращаться. Жаль, конечно…

– Эрат, ты себя пожалей, – усмехнулся хуман. – Тебя поставили на гнилую должность и сожрут в свое время, а я в порядке.

– Понимаю, – отозвался Штифтан, – ты мне не доверяешь… – Штифтан помолчал, обдумывая, как дальше вести переговоры, и решил начать с главного. – У меня к тебе предложение.

– Твое? – уточнил хуман.

– Можно сказать, высоких ответственных лиц. В общем, Вейс хочет, чтобы ты помог ликвидировать базу контрабандистов в секторе. – Увидев ухмылку на лице человека, он поспешил добавить: – За это Вейс удалит все данные о тебе в базе АДа.

– Вейсу нужна победа, – констатировал хуман. – Он рвется выше, а тебя метит на свое место. Ручной начальник управления. Что же, это на него похоже. Но я не верю, что все данные будут удалены… Это невозможно и не во власти Вейса.

– Тебя фиктивно убьют, я предоставлю доказательства твоей смерти, и ты будешь считаться мертвым.

– А как же нейросеть? Как быть с ней?

– Тут на спутнике есть запас нейросетей для агентов. Данные о них давно уничтожены. Выбирай любую и ставь себе.

– Вейс постарался? – уточнил хуман. В это он верил.

– Не знаю. Врать не буду. Так что скажешь по нашему предложению?

– Сначала организуй мою фиктивную смерть и открой доступ на спутник. Им теперь управляют из Центра…

– Я перехватил управление спутником, Алеш, можешь появляться там без опаски.

– С трудом верится, Эрат…

– Просто ты не знаешь, что в АДе произошли большие изменения. Сын межратора погиб. Отряд специального назначения «Чистильщики» расформирован и частично уничтожен на станции. Теперь там тихо.

– Ну это временно.

– Да, согласен, поэтому сейчас самое время заняться контрабандистами. И это не все. Тут в Брисвиле обитает Ольга Бруз, та, что была Хельгой Бруз и начальником Картографического директората. Она раньше работала на синдикат, но ее захватил Вейс и привлек к нелегальной работе. Он ей организовал фиктивную смерть. Так что он поможет и тебе.

– Какая будет поддержка? – уточнил хуман.

– Никакой. Только твои возможности. Если начнем задействовать силы ССО или оперативников, это сразу станет известно синдикату. Но мое управление отчитается за проделанную работу и возьмет это на себя.

– Ты так уверен, что я могу с этим справиться?

– Не я, Вейс. Он считает, что вы с Духом решите эту проблему…

Алеш задумался. Примерно такие же условия ему предлагал и Дух. Но Дух – молодой, невероятно удачливый авантюрист, а Вейс – проверенный человек. Если что-то пообещал, то обязательно сделает. Отказываться от свободы глупо. Новая нейросеть – это новая жизнь без прошлого. Можно забрать своих девочек и скрыться на окраине галактики… И он решился.

– Координаты Ольги? Пароль?

– Ведьма в катакомбах. Пароль – «Привет от сестры Хельги».

– Срок?

– Тридцать суток.

– После представления доказательств о моей смерти, Эрат. Привет Вейсу… Пошли, я тебя провожу, иначе ты отсюда живым не выберешься…

– Мне нужно твое фото и образцы ДНК, – на выходе сообщил Штифтан. – Еще тело обезображенное…

– Без проблем. Тело кто заберет? И образец крови?

– Мои агенты.

– Ты здесь надолго?

– Зависит, Алеш, от тебя…

– Я не задержу. Завтра в это же время на верхнем слое Инферно. Пошли провожу до портала.

Ведьма вернулась в Брисвиль. Ранее пустота в ее сердце и бессмысленность существования уступили место надежде на отмщение и возможность начать новую жизнь. У нее появился смысл в жизни и будущее, которого не было до знакомства с молодым аристократом. Он был юн телом и зрелый умом. Казалось, в нем существуют два человека, один сильный и бесстрашный юнец. Другой опытный и серьезный, зрелый мужчина. Она не знала, как это объяснить, но доверилась тому, кто смог в этом мире получить космический корабль и современные технологии. Окрыленная, она пребывала в обдумывании плана, как донести до членов синдиката в Брисвиле информацию о помощнике Демона.

В пещеру, где она любила проводить время, заглянул Хромец.

– Госпожа, там к вам пришел человек, – сообщил он.

– Кто такой? – поинтересовалась Ведьма.

– Точно не знаем. Он иногда появляется в Брисвиле. Бывает, приходит вместе со скравами. У него тут девушка и девочка живут, обе не хуманки, девушка похожа на лесную эльфарку, а девочка вылитая снежная. И еще его видели с тем молодым парнем, что приходит к вам и которого любят адские псы.

– Вот как! Интересно. Проводи его, пусть войдет, – распорядилась Ведьма.

Прокс вошел в пещеру и слегка поклонился даме. Он ее знал. Хотя она помолодела и была одета в простое платье до пят.

– А вы похорошели, – сделал он комплимент сидящей женщине.

– Вы меня раньше знали? – удивилась Ведьма.

– Да, знал. Вы были начальником Картографического директората в управлении Вейса…

Женщина напряглась, и это почувствовали адские псы, лежащие у ее ног.

– Вам привет от сестры Хельги, – назвал пароль Прокс, но Ведьма не отреагировала, она не сводила с него своих больших синих глаз.

– Вы агент АДа? – спросила она. – Не вздумайте делать резких движений…

– Я не буду, – ответил Прокс. – Я когда-то, как и вы, работал на АД…

– Вы Демон? – догадалась Ведьма.

– Он самый. Вернее, был им, но сейчас я Алеш Прокс. Мы сможем спокойно поговорить?

– Нужно постараться, – усмехнулась женщина, но глаза ее оставались холодными. – Что вы хотите?

– Ольга…

– Зовите меня Ведьма, – перебила его женщина. – Ольги давно нет, она умерла в том беспощадном мире.

– Понимаю. Хорошо, Ведьма так Ведьма, – не стал спорить гость. – Я не работаю больше на АД. Я был агентом и накопал больше, чем следовало. За это меня приговорили к смерти. Я спасся и теперь сам по себе, но сегодня меня посетил некто Эрат Штифтан. Помните такого?

– Помню, симпатичный, умный, но душой слабак. Занимал должность заместителя начальника Оперативного директората.

– Верно. Сейчас он исполняющий обязанности начальника управления и состоит в штате ССО. Там у них что-то произошло. Обычная внутриведомственная война, и противники Вейса потерпели временное поражение. Меня там вроде реабилитировали, но я им не верю.

– И правильно делаете, Алеш…

Прокс кивнул.

– Так вот. Мне поступило предложение с вашей помощью уничтожить синдикат. Здесь, в Инферно, и на Сивилле. Пока в АДе сумятица, Вейс хочет оформить себе победу. Силы и средства только те, что имеем мы. За это мне обещали фиктивную смерть и новую нейросеть. Дали ваши координаты. Что скажете?

Ведьма надолго задумалась. Предложение Демона совпадало с ее желанием. Ловушки для себя она не видела, и псы не ощущали враждебность со стороны гостя. И она решилась.

– Хорошо, Алеш. У вас есть план, как это осуществить?

– Пока нет, но я хочу пригласить сюда еще одного нашего друга. Мы помогаем друг другу…

– Духа? – уточнила Ведьма, и Прокс кивнул. – Да, весьма деятельный молодой человек, вы его знаете?

– Немного, – уклончиво ответила Ведьма. – Когда вы хотите его пригласить?

– Прямо сейчас.

Я сидел на корабле-базе и рассматривал костюм для путешествия по Инферно. Красный материал, имитирующий кожу демонов, шлем с рогами и концентратор энергии за спиной в виде ранца. Я был готов к путешествию и примерке костюма, но в этот момент мне пришло сообщение от Демона.

«Демон Духу.

Срочно приезжай в Брисвиль, нашел красивую девушку, развлечемся.

Демон».

«Он что, самогонки перепил?» – подумал я, но тут же отбросил эту мысль. Демон не тот «фрукт», что будет напиваться и звать погулять меня с девочками. Значит, ему нужен я, а девочка – это так, для ушей АДа. Но зовет срочно. Просто так звать не будет. Придется отложить дела и встретиться с ним.

Забрав с собой костюм демона, я через два часа сошел с портальной площадки в Брисвиле. Вышел за ограждение площади и увидел, как в мою сторону захромал старик. Он замахал руками, привлекая к себе внимание. Я остановился и решил узнать, что ему нужно.

– Ваша милость, госпожа Ведьма вас ждут. Сказали, чтобы вы сразу шли к ней.

– Ну пошли, – согласился я.

Но старик закачал головой:

– Нет, ваша милость, вы уж сами…

Не став ему отвечать, направился за город, в катакомбы. По дороге меня, как всегда, сопровождали псы.

Ведьма была не одна. В ее пещере сидел Демон.

– Вот даже как, – произнес я и поздоровался: – Привет, Демон. Привет, Ведьма. Что случилось?

– Присядьте, – попросила Ведьма, и я сел. – Демон, расскажите вы, – попросила его женщина.

После рассказа Демона я задумался.

«Какое странное совпадение? Я хочу искоренить синдикат. Он угрожает мне, и АД вдруг решил им всерьез заняться, но, правда, не афишируя свое участие. К чему бы это?» Все такие странности я был склонен приписывать интригам Рока, а значит, можно было ждать там подвох. Сначала зашевелились Искореняющие, которые никогда открыто в политику не лезли, а теперь вот АД.

– Что скажешь? – спросил Прокс.

– Не знаю, – ответил я. – Но там может быть подвох. С чего бы это АДу начать шевелиться?..

– Думаю, на это есть причина, – ответил Демон, – и не одна. В АДе потерпели поражение те, кто обслуживает интересы неких влиятельных групп, связанных с синдикатом. Синдикат это учитывает и активизируется на Сивилле. Им нужна база, чтобы переждать время, пока все успокоится. Вейс это тоже понимает и спешит покончить с синдикатом тут, но втайне от самого АДа, поэтому хочет использовать меня и Ведьму. Ну а мы тебя. У каждого из нас в этом есть свой интерес. Помнишь, ты об этом говорил?

– Помню, – неохотно ответил я и посмотрел на Ведьму, та незаметно отрицательно покачала головой.

«Значит, она наш план Проксу не рассказала», – догадался я, и с Демона можно вытрясти что-то побольше.

– Я не знаю, что ты получишь от АДа, Прокс, – произнес я, разглядывая невозмутимого мужчину. – Но что получу я?

– Ты получишь мою помощь на Сивилле, Дух. Этого мало?

– Хотелось бы уточнить какую?

– Я обеспечу уничтожение императорской семьи. За это отвечаю. И договорюсь с Курамой о помощи тебе в империи.

– Хорошо. Я согласен, – ответил я. – У тебя есть план? Ты среди нас самый опытный в планировании подобных операций.

– Пока лишь наметки, – ответил Демон. – Начнем отсюда. Потом на Сивилле. Самое сложное будет выкурить их с Инферно. У них на орбите корабль… И нам будет мешать спутник, ты уберешь его?

– Уберу и решу проблему с кораблем.

– Хорошо. Тогда обдумываем, что можно сделать с бандитами в Брисвиле, убивать их нельзя…

Мы вновь переглянулись с Ведьмой. Она кивнула.

– Здесь мы сработаем с Ведьмой, – отозвался я. – Ты помоги на Сивилле, – ответил я. – И желательно сделать все одновременно. Но если не получится, то сначала почистим здесь.

– Хорошо, принимается, – кивнул Демон. – Я ухожу. Жду тебя на нижнем слое. – Он распрощался и ушел.

– Как девушка? – спросил я.

– Скучает и нервничает, – ответила Ведьма, когда мы остались одни. – Не знает, как ей быть. Ты заберешь ее на корабль?

– Нет, она не должна знать о нем… Иначе у нее возникнут неправильные мысли. Ненужные ожидания… Понимаешь?

– Понимаю, ты не хочешь, чтобы она цеплялась за твои возможности и требовала или просила помощи?

– Примерно. Мы не настолько близки, чтобы ей открываться, и я не могу на нее влиять…

– Согласна, – кивнула Ведьма. – Когда мне начинать операцию?

– Как сама-то считаешь?

– У них началось шевеление, приходил посыльный, интересовался посторонними. Что видела, что слышала. У меня везде по Брисвилю глаза и уши.

– Тогда можешь начинать, сообщи, когда мне нужно будет прибыть в Брисвиль.

– Хорошо, Ирридар, сообщу. Ты доверяешь Демону?

– Нет… Полностью – нет, – не задумываясь ответил я. – Он меня подставил. Но мы сотрудничаем и нужны друг другу. Это пока все, что я могу сказать.

– Понятно. С девушкой будешь встречаться?

– Нет, и не говори ей, что я был.

– Хорошо, не скажу. До встречи.

– До встречи…

– Как-то все ужасно нелепо сложилось, – произнес новый глава Братства лер Кордди-ил, глава дома Лунного света. – Где мы просчитались, леры? – Он задал вопрос членам тайного совета Братства. – Кто мне может сказать, как так получилось, что нам подсунули не внучку погибшего князя, а демоницу? Как так получилось, что уничтожен дом Медной горы и ее боевой отряд? Как так получилось, что весь штаб Южного пограничного округа был уничтожен восставшими орками? Это не может быть случайностью. За этими событиями стоит кто-то весьма осведомленный о наших планах и имеющий неограниченные возможности разрушать все, что мы строили три десятилетия. И тут еще умер неожиданно наш уважаемый глава… от сердечного приступа… У кого какие есть мысли, братья?

– А что тут думать? – ответил, не вставая, полноватый, но еще довольно крепкий широкоплечий эльфар. Он посмотрел на сидящих за столом. – Понятно, что это может быть лишь Кирсан и его служба. Скотина! Ударил в спину… Я бы его… – он сжал кулак и ударил им по столу.

Сидящие согласно закивали головами.

– Вы понимаете, какие у него цели? – спросил лер Кордди-ил.

– В тонкостях нет, а в общем все понятно, – ответил полноватый эльфар. – Он не хочет равного союза. Он добивается нашего ослабления, чтобы навязать свою волю, и это ему удалось. У нас нет выбора, как только идти на поклон к князю леса. Иначе Старшие дома всех нас арестуют, проведут следствие, раскроют наши планы и казнят. Все, что мы годами и десятилетиями строили, пойдет прахом. Нужно срочно начинать восстание и заручиться поддержкой леса… Леры! – он вновь оглядел сосредоточенные лица собравшихся. – Промедление смерти подобно. Я предлагаю объявить недоверие Высшему совету Старых домов под предлогом того, что они хотят захватить и узурпировать власть в наших горах. Объявить нашу зону, где мы сильны, независимой территорией и позвать лесных скотов на помощь. Пусть мы не будем равными партнерами, но останемся живыми. Нужно срочно проводить мобилизацию, к этому у нас все готово.

Сидящие согласно закивали.

– Ваше предложение, лер Сагну-ил, принимается, – очень быстро и охотно согласился лер Кордди-ил. – Вы отправитесь послом к князю леса. Политику по отношению к лесу придется кардинально пересмотреть и подготовить меморандум о независимости. Этим займется политический отдел нашего Братства. Победа или смерть! – поднял он кулак над головой. И все вскочили с криками «Победа или смерть!»…

Глава 15

Закрытый сектор. Инферно.

Где-то в другом мире.

Нейтральный мир Брисвиль

Я не стал возвращаться на корабль. Мне предстояло пройти по торговому пути все слои Инферно. Поэтому я отбыл на верхний слой этой красной планеты и, отойдя за камни, обрядился в костюм демона. Посмотрел на себя в маленькое зеркало и хмыкнул. Я был похож на киношного персонажа из американских комиксов, этакий спаситель вселенной. В темно-бордовом облегающем комбинезоне, черных сапогах чуть ниже колен на толстой подошве. На руках такие же черные перчатки почти до локтя, а на голове тактический шлем спецназа с забралом и рогами. За спиной небольшой ранец, и от него к шлему шли два энерговода. С внутренней стороны костюма, на спине и животе амулеты – накопители энеронов в виде бус из искусственных алмазов, встроенные в смягчающую удар прокладку. Короче, по-быстрому слепили экспериментальный образец из того, что было… И я был скорее похож на водолаза, чем на жителя Инферно.

«Как-то меня встретят настоящие демоны, – подумал я, – и не умрут ли они все от смеха?» Но времени на доработку костюма у меня не было, и я отправился в путь в том, что создал гений устаревшего искина.

Двигался я по маршруту, указанному в картах как кратчайший, а не по торговому длинному пути. И я понял, почему караванщики этот маршрут не используют. Он проходил через несколько оазисов и просто кишел мутантами. Меня пытались атаковать бронированные волки, это я их так обозвал. Стая из десятка хищников, похожих на черепах, но с длинными конечностями, пыталась загнать меня в ловушку. Я уходил от их засад телепортами, но они неотступно меня преследовали и были быстры, как тигры. Тогда я решил испытать костюм в деле. Активировал заклинание огненного шара и прыгнул к ближайшим хищникам. За барханом, отрезая мне путь налево, прятались две твари с тупыми зубастыми мордами. Они лежали на обратной стороне высокого песчаного бархана и поджидали меня.

Я разобрался с ними по-простому. Вышел в боевой режим и расстрелял их фаерболами. Заклинания работали без срывов. Плетения не распадались, но энергии на это тратилось почти в два раза больше, чем на Сивилле. Разделавшись с ними, я направился к тем тварям, что преграждали путь вперед. Там было три бронированных «волка». Здесь я поставил щит и пошел врукопашную. «Работал» магически измененными руками. Черные руки хватали на лету прыгнувших на меня тварей и разрывали их на части.

Моя магическая энергия просела. Но концентратор за моей спиной мгновенно ее восполнил, а я краем сознания уловил видение, как Лиан хватанул кусок красного мяса и сморщился. На его морде появилось отвращение.

– Что ты там жрешь? – спросил он меня. – Тухлятину?

Шиза залилась громким смехом.

– Ты, Лиан, просто жрешь мясо сырым, поджарь его на костре.

– Да вот еще! – огрызнулся дракон. – Мне сырое мясо больше нравится. Хотя в данном случае ты права, студент небось опять проклятие жрет. Тьфу, какая гадость, – и крикнул малышам: – Тащите ветки, костер будем разжигать.

Я усмехнулся и двинулся дальше. Еще две твари пали от моих рук, оставшись без ног. Их жалобные вопли далеко разносились по пустыне.

Остатки стаи ушли с моего пути.

Заодно я проверил возможности костюма. Теперь структурированная энергия не рассыпалась на фрагменты. Начался круговорот. Энергия хаоса обволакивала меня и концентрировалась в ранце. Ее по мере необходимости вытягивали рога на шлеме, преобразовывали в структурированную энергию и заполняли бусы, оттуда я восполнял свой магический запас. Сложноватая, конечно, получилась система, и где-то может случиться сбой. Но получилось как получилось. Хаос не мог пробить ткань зачарованного костюма и, стекая с него, попадал в ранец. Костюм получал энергию из пространства, и он же через рога отдавал ее мне. Те энероны, что были лишними, просто уходили в пространство. Сложно, но практично.

Хотя, на мой взгляд, я выглядел смешно, но с этим приходилось мириться. А Лиану, пожирателю моей энергии, приходилось мириться с тем, что энероны отдавали душком, но со временем это можно будет подправить.

Дважды мне на пути попадались стаи хищников, и каждый раз они, понеся потери, уходили с моего пути. Концентратор запасал энергии больше, чем я ее тратил.

Так, с боями, я добрался до телепорта на второй слой, на котором, к моему удивлению, я увидел настоящих чертей. С копытами, козлиными ногами и повадками повелителей мира. И мне было смешно видеть, как они пялились на меня. Еще бы, хуман, обряженный как демон. Я бы тоже оборжался, увидев такое чудо. А трое козлоподобных созданий впали в ступор.

– Что смотрите? – спросил я. – Бога не видели? – И пройдя между ними, двинулся дальше.

– Эй! Ты кто? – окликнул меня один из них. – Тут проход платный…

– Так заплати, чего застыл. Я возьму с тебя плату, если ты этого так хочешь, – ответил я.

Черти открыли рты. Один ударил копытом.

– Ты что, не понял, урод?! – закричал он, придя в себя. – Это ты должен заплатить нам!

– Без проблем, – ответил я и остановился. – Хотите, отдам зеркало? Это волшебное зеркало. Вот посмотри, – я вытащил зеркало и протянул говорливому черту. – Ты там себя увидишь и сможешь поговорить сам с собой. Оно дорогое, и за него тебе придется отдать мне своего питомца, а то пешком путешествовать неудобно. Держи и радуйся…

Черт глянул в зеркало и воспылал гневом. Бросил его на каменистую почву, и оно с негромким звоном разбилось.

– Ты что-о-о? – захрипел он, не в силах совладать с нахлынувшей злобой. – Насмехаешься?.. Да я тебя… – и он подхватил копье. Я не стал выходить в боевой режим. Много чести. Я просто перехватил копье, дернул на себя, и черт упал.

– Ты разбил зеркало, чертяка, – грозно заорал я. – Ты и твое племя мне должны. – Я схватил его за рога и выломал их. Черт завыл, как сирена противовоздушной обороны. Двое других ринулись с копьями наперевес на меня. Я им тоже обломал рога.

Приехали эти черти на больших страусах. Вернее, животные, напоминающие страусов. Скорее динозавры в перьях. Они бесстрастно наблюдали, как я избивал и калечил их хозяев. Я подумал, дал одному страусу рог демона, и тот мгновенно ухватил его и проглотил. Посмотрел на меня, и я увидел в его глазах, что он хочет еще.

Я скормил ему все рога, и мне показалось, что я стал ему ближе родного папы.

Черти орали, катались по земле, поднимая копытами пыль, а я сел на «страуса-динозавра» и пятками погнал его прочь. За мной увязались остальные два его товарища.

Путь к порталу на третий слой был неблизок, и без происшествий добраться до него я не смог. Где-то через пару часов перед полосой темного леса мне дорогу перегородил отряд чертей на «страусах» с копьями наперевес. Они выстроились в ломаную линию и явно ждали меня.

«Рыцари, твою дивизию», – подумал я. И крикнул:

– Эй, родственники! Мне Афоня зеркало должен. Кто отдавать будет?

В ответ с криком, в котором даже слышалось отдаленное «Ур-рара», они бросились на меня. В последний момент я телепортировался вместе с «конем» за их спины. А они, продолжая вопить, как угорелые умчались дальше, не оглядываясь и не стараясь понять, где противник. Птиц при этом удивленно клекнул и, повернув голову назад, посмотрел на меня.

– Что, добыча ушла? – спросил я и почувствовал его голод. Под ногами пробежавшей орды остались растерзанные тела двух птиц, что следовали за нами как привязанные. – Пошли поешь, пока еще эти дурни вернутся, – сказал я своему «коню» и направил его к останкам. Не зная, какую дать кличку своему «страусу», стал звать его Птиц.

Птиц с жадностью стал пожирать куски мяса с перьями. А в это время вернулись черти. Их расстроенный и растянувшийся отряд с воплем приближался к нам. Перед самым столкновением я опять ушел за их спины, и вновь орда орущих чертей умчалась прочь. Я громко рассмеялся.

– Хр-р-р, – а Птиц громко заклекал, так, словно смеялся вместе со мной. – Клек… хр… клек… хр-р… клек… хр-р… – И этим показал свое мнение об умственных способностях чертей. Он оказался довольно забавный. Сам направился к останкам и продолжил трапезу…

Вернулись черти, но уже не спешили, остановились напротив и уставились на меня и Птица.

Я поудобнее сел, нагнал в воздух страха, усилив голос, и демонически рассмеялся:

– Ха… Ха… Ха… Смертные!..

Я сам немного испугался достигнутого эффекта, а птицы чертей шарахнулись назад.

Зато мой Птиц поднял голову, проглотил кусок мяса с костью и повторил мой смех точь-в-точь:

– Ха… Ха… Ха… Смерые-е-е! Ха… Ха… Ха…

От неожиданности я чуть не выпал из седла, но в последний момент, ухватив шею Птица, сумел удержаться.

– Вы мне должны, черти! – закричал я. – За разбитое волшебное зеркало.

От отряда отделился один черт и с видимой опаской стал приближаться.

– Ты кто? – спросил он, не приближаясь ближе чем на пять лаг.

– Новый бог. – И усилив голос, решил поозорничать. – Всех сожруу!.. – Выпустил из сумки с пространственным карманом на волю дрон огневой поддержки, и он, взлетев над моей головой, стал стрелять плазмой по столпившимся чертям.

Противник рассыпался по полю и стал разбегаться. А стоявший напротив черт упал со своего скакуна и замер, притворившись мертвым.

– Вот так бы давно, – удовлетворенно произнес я и двинулся к лесу. Дрон летел над моей головой. Птиц, проходя мимо лежащего притворщика, клюнул его в морду и вырвал нос. Тот завопил и стал отползать. Птиц наступил ему на спину, своей лапой вдавил в землю и прошествовал дальше.

Дрона я вернул на место.

В лесу, что было для меня странно, была проложена широкая просека-дорога, и на ней были видны следы недавно прошедшего каравана. По деревьям прыгали мелкие черти с хвостами. Они прыгали по ветвям и сопровождали меня громкими воплями. А дорогу перегородил еще один отряд из пяти хвостатых чертей.

Первого черта, который вышел вперед и попытался меня остановить, он нагло потребовал плату за проход, я мордой сунул в землю. А Птиц прижал его лапой к земле и стал рвать своими острыми зубами. Остальные тут же отстали, но впереди меня ждал сюрприз. Эти черти умели управлять духами и натравили их на меня. Эту атаку заметила Шиза. Пришлось уходить в боевой режим и применить огненные звездочки из заклятий на крови. Они попадали в налетающих на меня невидимых сущностей и сжигали их за одно мгновение.

Часть оставшихся духов тут же умчалась прочь.

Одинокий путник на слоях Инферно притягивает к себе всех, как магнит притягивает железо. Так и я притягивал к себе всех встречных демонов. И не только своим необычным нарядом, но и тем, что был один. Я то уходил от погони, то оборонялся, то использовал дрона.

В один момент, когда я шел по пещерам, мне захотелось проломить слои так же, как я сделал в прошлый раз. И о чудо, мне это удалось. И второе чудо, которое случилось со мной, попал я не в период бурь. На этом слое ранее меня хитростью взяли в рабство. И здесь летали настоящие драконы. Я решил уйти в скрыт и пройти этот слой невидимый и неслышный, как мышка, и у меня получилось. Два раза я видел пролетающих драконов и множество всадников на ящерах, но сам не задевал их, и они меня не видели. Костюм работал отменно. Электронные штучки, которые я захватил с собой, как то: молекулярный меч и станер, средство спутниковой связи, штурмовой плазмобой и дрон поддержки, который я использовал, проходя лес, работали безупречно. Хаос магических энергий на них почти не действовал, и у меня закралась мысль, что бойцов, которых отправляли сюда навести порядок, специально не экипировали в такие вот костюмы. А это значит, что кому-то из очень высокого начальства это было не нужно. И там, в открытом мире, придерживали всякие изыскания наподобие тех, какие провел я со своими скромными возможностями. Но почему это не делали контрабандисты, для меня оставалось загадкой. Может, по той же самой причине, чтобы эта технология не попала в руки военных? Еще я подумал, что запас прочности дрона все же снижался, и я прятал его в сумке в пространственном кармане. У меня зародилась мысль обрядить дроны в такие же костюмы.

На нижний слой Инферно мне нужно было выйти перед большим караваном, который я обогнал. Дабы не создавать себе проблем, находился под скрытом.

Перед выходом связался с Демоном.

«Дух Демону.

Прибыл в гости.

Дух».

Ответ получил сразу.

«Демон Духу.

Направляйся в город, куда тебя притащили крысы.

Я буду позже.

Демон».

Что-то мне не очень хотелось встречаться с созданиями, которые могли одним взглядом захватить власть над человеком и до омерзения походили на огромных крыс. И я отправил ему новое сообщение.

«Дух Демону.

Подожду в промежутке.

Дух».

Чтобы не тратить много энергии перед последним самым сложным слоем Инферно, вышел из скрыта и встал в сторонке от портала. Мой Птиц страдал от сильного магического излучения, и для поправки здоровья ему требовалось постоянно жрать. Живности тут водилось много, и он всегда был сыт. Я добывал ему корм, а он благодарил меня своим хохотом:

– Ха… Ха… Ха… Смерые-е-е! Ха… Ха… Ха… – и начинал трапезу. Перья его стали гуще, и сам он как-то увеличился в размерах.

Когда проходил мимо нас караван, он как раз получил свою порцию и перед принятием пищи заорал во всю глотку:

– Ха… Ха… Ха… Смерые-е-е! Ха… Ха… Ха…

Крауры-носильщики, тащившие на своих плечах груз, шарахнулись в сторону. Охрана каравана выхватила мечи и копья. В меня полетел сгусток какого-то заклинания. Щит его отразил.

– Какого черта! – закричал я. – Кто тут хочет расстаться с жизнью?

Но ответом мне было еще два заклинания. Я не хотел лезть в разборки, но они не оставили мне другого выбора, как начать сражение. Дрон огневой поддержки вылетел и появился прямо из воздуха надо мной. Моя нейросеть подсветила ему красным маркером цели, и он точными залпами плазмы за несколько секунд выбил всю охрану каравана. Не помогли даже их энергетические щиты.

– Какого черта? – вновь закричал я и направился к сбившимся в кучу краурам-носильщикам. – Кто тут хозяин? – грозно спросил я, а Птиц увидел под ногами поджаренное тело и понял, что это его еда. Громогласно возвестил:

– Ха… Ха… Ха… Смерые-е-е! Ха… Ха… Ха… Какого чегта-а?.. – И ухватил убитого демона за ногу.

Старый красный демон выпал из своего балдахина, который несли четверо крепких рабов-орков. В караване было около двух десятков рабов, люди, дворфы, орки и снежные эльфары.

– Господин! – залепетал демон. – Прости глупцов. Они уже понесли наказание… – Он затравленно глянул на Птица и втянул рогатую голову в плечи. Тот прислушался к его речи, наклонил голову, приблизив свою пасть к нему.

– Я забираю у тебя рабов, хозяин, – ответил я, – а ты и крауры можете идти.

– Спасибо, господин, – залепетал, отодвигаясь от Птица, демон и, вскочив, бросился со всех ног к порталу. За ним побежали крауры и почему-то рабы. Кроме орков.

– Рабы! – заорал я. – Стоять!

И Птиц тут же повторил:

– Рабы-ы, с-сосать!..

Остановились только эльфары и трое дворфов. Остальные опрометью вбегали в портал и исчезали. Видимо, страх перед необычным демоном и его говорящим «конем» был сильнее страха остаться в рабстве. Ну и бог с ними. Дрон спрятался в сумку и исчез из глаз рабов. Они сгрудились тесной кучкой и опасливо посматривали на меня и Птица, пожирающего зажаренного демона.

Но в общем-то я их понимал. Увидеть меня в костюме и не заржать или обоср… было трудно. Чудо-юдо на странной говорящей птице.

– Подойдите сюда! – приказал я. И они подчинились.

– Я хуман, – представился я. – Граф Ирридар тан Аббаи Тох Рангор. Граф Вангора. И глава дома Высокого хребта в Снежных горах. Я вас освободил. Можете остаться со мной или идти своей дорогой. Я постараюсь вернуть вас в Брисвиль, а там каждый по себе. Снежные эльфары, если захотят, могут присоединиться к моему Дому. Каждый станет главой своего новообразованного рода.

Изможденный высокий эльфар хмуро глянул из-под густых светлых бровей. Он переглянулся с товарищами и произнес:

– Мы слышали о тебе, граф, но не знали, что ты уже получил право основать Дом… Ты говоришь, нам будет позволено вернуться в свои дома? И мы будем свободные?

– Да, эльфар, – ответил я. – Насильно никого удерживать не буду.

– Мы будем подчиняться тебе до Брисвиля. Какие у тебя планы?

– Мне надо побывать в нижнем слое. Оттуда телепортом уйдем на верхний слой… Я вас услышал, – ответил я и посмотрел на орков. – Орки, вы кто?

– Мы из Свидетелей Худжгарха, – ответил самый маленький, – и тебя знаем. Ты наш хуман. Но ты выглядишь странно…

– Это мое боевое снаряжение, которое позволяет мне находиться в Инферно. Ты из пророков? – спросил я, и он кивнул. – Будешь старшим над всеми. Вот возьми десять бутылочек эликсира, раздай их. Он поможет вам продержаться здесь. Мы еще некоторое время побудем здесь. Так что идите, вон там тень под деревьями, и отдыхайте. Я дам вам пищу и воду…

Керна наблюдала за дворцом главы Братства. Вместе с ней было еще девять Детей ночи. Пять девушек и четверо парней. Сюда, к дому Ивы, малозначительному по масштабам княжества и самому важному среди домов Братства, отряд Детей ночи добирался пять суток, или по-местному кругов. Они шли тайно, козьими тропами, избегая больших дорог, ночевали на ледниках и в пещерах. Однажды встретили пещерного медведя, и Керна, уже зная его повадки, убила его. Авторитет девушки вырос неимоверно, ее приказы исполнялись мгновенно и без обсуждения. Это она спланировала и повела отряд сразу к главе Братства.

– Кто-кто, – пояснила она, – а лер Ширда-ил должен знать больше других.

Он тридцать лет возглавлял эту нелегальную организацию «революционеров».

Она не спрашивала разрешения у хозяина. Определив главного его врага в Снежных горах, она поставила себе цель его уничтожить. Как отметил сам хозяин, Берта, что стала на время Керной, отличалась самостоятельностью и умением сопоставлять малозначительные факты, на основе которых принимала решения и их исполняла. Теперь она использовала самое мощное оружие Братства против самого Братства.

Отряд незамеченным вышел к красивой небольшой долине, на которой расположился недавно выстроенный дворец главы дома Ивы.

Ночью незамеченными они подошли к ограде дворца. Керна проверила наличие сигнального заклятия и увидела в магическом зрении, что забор, вернее даже стена высотой два с половиной метра, был опутан сигнальными линями. Заклятие извне не отключишь, оно замыкалось на мага.

– Через забор не пройти, там тревожная сигнализация, – сообщила она отряду. – Будем проходить через ворота. Санта, на тебе охрана боковых ворот. Ворота должны быть захвачены без шума.

Эльфар кивнул и направился вдоль стены в сторону ближайших ворот.

Глава дома Ивы, видимо, любил сады, считал себя в безопасности, и дворец окружили плодовые сады с деревьями и кустами. Сорвав по дороге ягодку, Санта-ил подумал, что глупо располагать сад так близко у стены. К дворцу можно незаметно подвести большой отряд, и «сигналки» на стенах не помогут. Начнется штурм с разных сторон, и они будут уже не нужны.

Он подошел к воротам и встал за деревом. Оттуда было плохо видно, что творилось за забором, и он забрался на дерево. Спрятавшись в густой кроне, он стал наблюдать за охранниками.

Два красивых, рослых эльфара, сразу видно из благородных, вальяжно развалились на скамье у домика охраны. Санта отметил, что, несмотря на их рост, он бы с ними справился без труда. И сразу же вспомнил ходившие среди Малых домов слухи, что в охрану главы Братства устраивали сынков важных деятелей этой секретной организации. Не по заслугам, а по связям. Отсюда они уходили начальниками разных служб по всему княжеству. Поэтому их боевую подготовку он оценил как весьма посредственную. Ему хватило одного взгляда на их моторику тела. Он презрительно усмехнулся. Здесь сидят прожигатели жизни, которым отцы подготовили в будущем большие посты.

«И эти увальни, – пришла ему в голову мысль, – будут в будущем всем командовать и получать различные привилегии и посты».

Санту неожиданно захлестнула обида и ненависть к этим холеным парням. Он слез с дерева и осторожно двинулся в сторону ворот. Затем он понял, что надо делать, и уже не таясь направился к боковым воротам. Спокойно постучал в медную табличку молотком. Подождал, когда откроется окошко. На него уставилась пара глаз, в которых можно было уловить открытую неприязнь.

– Тебе чего, парень? – грубо спросил охранник.

– Послание от главы дома Медной горы.

– Понял. Приходи завтра утром…

– Мне срочно, – настаивал Санта-ил.

– Говорю тебе, приходи завтра утром… Все отдыхают.

Санта вытянул руку. Его движение было неуловимо, и охранник не успел отпрянуть от маленького отверстия в калитке. Тонкая стрелка, зажатая в руке молодого бойца, вошла охраннику в щеку возле носа, и он, мгновенно захрипев, повалился на землю. В ту же секунду Санта-ил приложил к губам духовую трубку и, приблизившись к открытому окну, дунул. Стрелка вошла второму охраннику в шею, и он, тоже захрипев, привалился спиной к стене дома. Санта сквозь окошко оглядел внутренний двор. Все было тихо.

«Вояки!» – презрительно скривился Санта-ил. Достал меч и им, просунув руку в окошко, отодвинул массивную щеколду. Проник внутрь двора и снова огляделся. Все было тихо. Он заглянул в дом и увидел спящих сменщиков.

Их было двое. Этих также поразил стрелками. На концы игл был нанесен парализующий яд, отключающий мышцы, и пораженный таким ядом через минуту засыпал. Это были технологии лесных эльфаров.

Затем он перетащил тела в дом. Справившись со своей задачей, он подал сигнал. Над садом негромко прозвучал крик ночной совы.

Вскоре во двор просочились остальные.

– Молодец, Санта! – похвалила парня Керна. – Теперь ждите здесь, я во дворец. Если начнется шум, уходите. В схватки не ввязывайтесь. Я вас найду на нашей последней стоянке. Ждите меня там два круга. Не появлюсь за этот срок, уходите домой. Санта, ты старший.

Довольный похвалой, эльфар кивнул. А Керна направилась к крыльцу дворца. К ее удивлению, дворец не был защищен сигнальным заклятием. Значит, жители дворца были уверены в своей полной безопасности.

«Ну что же. Так даже лучше», – подумала Керна и пошла дальше. Она поднялась на второй этаж и прошла по коридору, на полу которого лежала пушистая ковровая дорожка из Лигирийской империи. Только там занимались изготовлением ковров из шерсти рунных баранов и овец. Она заглянула в первую попавшуюся ей комнату. Там спала девушка. Видимо, горничная. Керна подошла и потрясла ее за плечо.

– Проснись! – негромко приказала она.

Девушка открыла глаза и в потемках не разобралась, кто стоит рядом.

– Тебе чего? – спросила она, зевая.

– Где спит лер Ширда-ил?

– Что?.. Ты кто такая?..

– Я тебя сейчас придушу, – ответила Керна и сжала пальцы на шее девушки. – Если ты мне не расскажешь то, что я хочу знать. Я Дочь ночи. Слышала о нас?

– Слышала, – с трудом просипела испуганная девушка. – На третьем этаже… там последняя большая резная дверь, покрытая позолотой… слева… Не убивай меня.

– Молодец. Он там один?

– Да, он всегда спит один.

– Покои охраняют?

– Нет.

– Лежи тихо и не выходи до утра, – приказала Керна. – Если выйдешь, тебя убьют. Если кому-то расскажешь, что тут были Дети ночи, наш агент, который здесь останется, тебя убьет. Спи.

Керна мысленно усмехнулась испугу девушки. Та накрылась одеялом с головой.

– Вот так-то лучше, – произнесла Керна и вышла из комнаты.

У расписных дверей на третьем этаже она остановилась и прислушалась. Ничего подозрительного Керна не услышала, оглядела дверь магическим взором и не увидела заклятий. Потянула на себя дверь, но та не открывалась.

«Вот гадство!» – мысленно выругалась Керна. Дверь была закрыта на засов с внутренней стороны. Керна оглянулась в сторону лестницы. Подумала и подошла к окну. Осторожно попробовала его открыть, и оно поддалось. Керна залезла на подоконник и выглянула наружу.

У нижнего края окна шла узкая полоска карниза. Следующее окно было в лагах пяти от нее. Керна оценила свои возможности и решила, что сможет пройти по карнизу. Тут было-то всего три шага.

Она вылезла из окна, прижалась животом к стене и, держась тонкими пальцами за камни, стала осторожно продвигаться в сторону нужного ей окна. Она надеялась, что окно будет открыто. Но ее надеждам не суждено было сбыться.

И тут ей в голову пришла чудесная мысль. Она обругала себя дурой. Как она могла забыть такой способ проникновения, как короткий телепорт. Он не знал преград. Только затрачивал при перемещении через препятствия в два раза больше энеронов. Она поблагодарила хозяина и господина за предусмотрительность. Он дал ей много новых заклинаний. В том числе и способность к коротким телепортам.

Раз – и она в комнате, рядом с кроватью. На ней лежал пожилой толстый эльфар и храпел на вдохе, на выдохе свистел. Одеяло было откинуто, и сам хозяин дворца спал в белой ночной сорочке и с колпаком на голове.

Керна подошла к эльфару и толкнула его рукой. Тот неожиданно быстро проснулся и тут же спросил:

– Кто тут?

– Дети ночи, – зловеще ответила Керна. А лер икнул и отвернулся.

– Эй! – затрясла его Керна. – Проснись, это не сон. – Но лер не отвечал. Он лежал безучастный ко всему. Керна приложила руку к шее и тут же убрала ее.

– Надо же, помер… – тихо с раздражением произнесла она. – Сам помер, вот гад…

– Ну что? – спросил ее Санта-ил. – видела главу?

– Видела.

– И что он сказал?

– Потом расскажу, уходим, – отмахнулась от его вопросов девушка.

– А как он? – не отставал Санта-ил.

– Помер.

– Ты его убила?..

– Нет, сам помер… от страха…

Первыми во дворце пробудились охранники ворот. Они сели и схватились за головы. Головы нещадно болели.

– Что с нами случилось? – спросил один из них, сидя на полу. Тот, что смотрел в окошко, вспомнил парня и промолчал.

– Надо выбираться на воздух, – произнес он, с кряхтеньем вставая. – Придет смена и увидит нас здесь. Могут выгнать. Отец мне этого не простит. То, что с нами произошло, – нечто непонятное, никому говорить не будем. Все согласны?

Все дружно закивали и потянулись на выход. Один из них проверил ворота и задвинул засов на калитке.

Через час пришла смена, и охранники ушли отдыхать.

Девушка-горничная поднялась. Всю ночь она не могла уснуть и плохо себя чувствовала. Приготовив, как обычно, горячий бодрящий напиток, пошла к спальне хозяина дворца. Постучала. Но ей никто не ответил. Она толкнула ногой дверь, и та открылась. Хозяин спокойно спал, и девушка облегченно вздохнула.

«Пора бы уже вставать», – подумала девушка и поставила поднос на стол, открыла окно, чтобы проветрить комнату, и стала будить лера Ширда-ила. Но тот на ее осторожные подталкивания в плечо не отзывался. В комнату вошла жена лера Ширда-ила.

– Дорогой, поднимайся. Сегодня у нас прием и много дел, – громко и властно проговорила она. Но лер и на ее голос не проснулся.

– Хватит спать, соня, – несколько раздраженно произнесла женщина и толкнула спящего. Тот не реагировал. Супруга эльфара замерла на месте. Заподозрив, что что-то случилось, быстро приложила руку ко лбу. Он был ледяной. Прижала руку к шее и поняла, что ее муж мертв.

– О судьба! – воскликнула она и всплеснула руками. – Ширд умер во сне!

Девушка-горничная облегченно вздохнула. Теперь ей не придется нести груз знаний о ночной визитерше в своем сердце. Смерть хозяина сняла с нее этот тяжелый груз.

Фома открыл глаза и с немым удивлением уставился на хумана.

– Ты знаешь, кто я такой? – спросил он, несколько погодя.

– Знаю, орк. Где мы?

– Хм… интересно, – вновь проговорил Фома. – Ты откуда?

– Я с Вангора, Аруфан, сын графа Шаро. Студент магической академии Азанара. Так где мы?

– Мы, Аруфан, в другом мире… Как ты сюда попал?

– Орк, называй меня ваша милость или господин баронет… Я аристократ…

– А я свободный орк, и пошел ты в задницу. Понял меня?..

– Э-э-э… Орк, прости. Я просто не знаю, что мне делать… Я не помню, как оказался тут. Пришел в себя и вижу, что лежу связанный на страшном чудовище с горбами и везут меня какие-то люди. Обращались со мной плохо. Били и смеялись. Я круг просидел в вонючей яме с простолюдинами, потом меня обрядили в это… и вот я пришел в себя. Тут вижу, ты сидишь…

Фома пристально посмотрел на парня. Как он мог оказаться здесь? Это надо было обязательно выяснить. Может, есть еще один путь в этот мир и обратно?

– Вспомни, где ты был в последний момент до попадания сюда? – уточнил Фома.

Шаро отвел глаза.

– Ну не хочешь отвечать, и не надо. Оставайся тут, а я пошел, – Фома сделал вид, что поднимается.

– Стой, орк! Я все расскажу! – Шаро в страхе ухватил Фому за рукав куртки.

– Мы находились в Вечном лесу. Студенты Азанарской академии прибыли туда на помощь эльфарам отразить набег ваших орков. С нами был главный, тоже студент. Но он любимчик архимага Ирридар тан Аббаи, нехеец. Он враг моей семьи. И мне был отдан приказ отцом его убрать. У меня был свиток телепорта, и я его применил… но почему-то попал в портал я… свиток был древний из тонкой кожи, и его не так, видимо, прочитали. Не разобрались…

– Вот оно в чем дело, – усмехнулся Фома и иронично посмотрел на молодого Шаро. – Ты знаешь, что я служу нехейцу и тут нахожусь по его приказу? Не знал, да? Понятно. И что мне с тобой делать?

– Орк! – испугался студент. – Не убивай меня и не бросай. Это отец меня заставил… я не хотел… Правда… Сам видишь, что из этого вышло. Помоги мне. Моя семья тебе хорошо заплатит…

– Мне и так хорошо платят, – скривился Фома и показал клыки. Немного задумчиво посидел, разглядывая Шаро, и произнес: – Клянись на крови, что никогда больше не причинишь зла моему учителю Ирридару тан Аббаи, и я тебе помогу выбраться отсюда.

– Клянусь! – запальчиво проговорил Шаро.

– Нет, Шаро, не так. Вы, аристократы, своих клятв не держите. Нет у вас благородства в крови, одна спесь и гордость. Дай сюда руку, я проведу обряд. И запомни! Если ты словом или делом нарушишь клятву, сгниешь заживо. Ну…

Шаро в страхе протянул руку. Фома достал кинжал и надрезал вену. Набрал горсть крови и прочитал заклятие смертельной клятвы.

– Повтори! – приказал он Шаро, и тот дрожащими губами повторил его слова. Фома заставил его выпить кровь из своих ладоней и растер ее по его лицу. Молодой Шаро не был наивным юнцом и знал о шаманских ритуалах. Фоме он поверил сразу. А то, что худощавый орк был шаманом, он понял сразу. Но тот не оставил ему выбора. Или смерть здесь, в песках, или возвращение домой, куда он очень хотел вернуться. А Аббаи? Да пусть он идет с миром. Лучше от этого нехейца держаться подальше, а отец его поймет. Он все же единственный наследник семьи.

– Пошли! – приказал Фома и направился к порталу. Предстояло найти Гангу. – Прикрывай мне спину магией, – распорядился он и первым исчез в кольце портала. В помещении, в котором он очутился, шел ожесточенный бой.

Но даже не это было странным. По залу разливалась мощная мелодия песни, звуки которой поднимали Фому на последний, смертельный бой и сковали множество ящеров. Ящерицы во главе с драконом вяло атаковали группу молодых парней и девушек, но не это обрадовало Фому. Среди защищавшихся была Ганга. Она прикрывала магическим щитом всю группу, и уже с десяток ящериц лежало разорванными на каменных плитах пола. Дракон непрерывно бил огнем по отряду людей. Ящерицы кидали на группу темные сети, что вылетали из посохов. Видно было, что Ганге и ее группе приходится нелегко. Пути отступления были отрезаны. Три кольца разрушены, и осталось одно, из которого выскочил Фома, и оно было за спиной дракона. Вот к нему и пытался пробиться отряд Гáнги.

Фома актировал молекулярный меч, спрятанный под кожей руки, и, пользуясь тем, что его не видели, прыгнул на спину дракона. Он трижды взмахнул мечом, и голова дракона с хрустом отделилась от тела. Брызнул фонтан крови и накрыл Фому с головой. Но он, не обращая на это внимания, громко и радостно закричал:

– Ганга! Я здесь! Держитесь!..

Он прыгнул в гущу ящериц и, вертясь, словно юла, разил и разил ящеров.

– Фома-а-а! – радостно закричала Ганга и еле успела прикрыться щитом от атаки ящеров. Брызнул свет, и темная сеть сгорела в пламени огненного щита. Рядом с Фомой троих ящеров смел огненный шар. Фому спас мгновенно активировавшийся щит амулета. Затем воздушный кулак впечатал в стену ящера, который разинул пасть и хотел укусить орка. Ящеры сопротивлялись отчаянно. Они бросались на Фому, и тот крушил их мечом направо и налево. Ему на помощь пришли спутники Ганги. Они двигались неимоверно быстро. Фома краем глаза видел лишь размытые тени. Они «работали» длинными кинжалами в обеих руках и иногда просто припадали к ящерам со спины, и те падали на пол, как мумии. Бой неожиданно разгорелся с новой силой. В зал вбежало с десяток ящериц и тут же бросились в рукопашную схватку. На их пути оказалась Ганга. Она прикрыла спину Фоме, рубила своим мечом тех, кто осмелился приблизиться.

Наконец ящеры не выдержали и стали отступать спиной назад. Но им в морды полетели огненные шары. Они взрывались и разрывали ящеров на части. В помещении царил гвалт от криков, грохот взрывов. По воздуху летал запах сгоревшей плоти. Бой подходил к концу, ни один из ящеров не ушел.

Ганга оглянулась. На спине поверженного дракона стоял хуман, и в его руках между ладонями сформировался огненный шар. Ганга опустила взгляд. Рядом в крови с ног до головы стоял и глубоко дышал Фома.

– Фомочка! – Ганга бросилась к орку и обхватила его в объятия. – Я знала, родной, что вы с Ирри меня найдете… Я верила! – Она подхватила маленького орка и закружилась вместе с ним.

Когда радость от встречи немного поутихла, Ганга огляделась.

– Лира! – позвала она кого-то из девушек. – Наши потери?

К ней подошла широкоплечая красавица с клыками, на губах, которой были следы крови. Они текли по подбородку и окрасили кожу над грудью.

– Нет потерь, госпожа… Мы победили. Пора уходить. Сюда идут подкрепления. Я чувствую.

– Фома, уходим в портал. Потом поговорим.

И первой побежала к кольцу.

Вскоре все были на другой стороне и выстроились, приготовившись к обороне. Они успели вовремя. Из кольца посыпались ящеры.

Они с отчаянием обреченных бросились в рукопашную схватку на небольшой отряд. Им навстречу полетели темные сети. Это вампиры использовали посохи ящеров. Ганга, получив заново полный заряд энеронов, держала магический огненный щит над всей группой.

Первая волна ящеров полегла разрезанная на части на полпути к отряду Ганги.

Но за первой волной хлынула вторая, а посохи истратили свои заряды. Тогда навстречу жаждущим смерти ящерам бросились вампиры. Они были быстрее ящеров и могли почти мгновенно перемещаться на метр-другой. Они заходили за спины противников и, пользуясь их неповоротливостью, били ящеров со спины. Наконец до ящериц дошло, что так они проигрывают, и часть из них упала на животы. Теперь достать их было значительно труднее. Трэлы отошли. А ящерицы, неистово размахивая хвостами, разинув зубастые пасти, устремились к небольшому отряду. Не сговариваясь, вперед вышли Ганга и Фома, они встретили ящериц мельницей из крутящихся в их руках мечей. Своими молекулярными мечами они рубили, кромсали зубастые морды. Их магические щиты непрестанно вспыхивали, отражая удары ящеров, но они не отступали, и вскоре у их ног лежала подрагивающая кучка разрубленного мяса.

Фома, пользуясь небольшой передышкой, недолго думая, телепортировался к кольцу и двумя ударами меча разрубил его основание. Часть кольца с грохотом упала, и портал в темной вспышке закрылся. На песке остались разрезанные тела пятерых ящеров, что не успели проскочить портал. Еще с десяток ящеров атаковали бойцы отряда Ганги. Им помогал, прикрывая магическим щитом, Шаро. Но он больше мешал. Так как те двигались быстрее, чем он накладывал щит.

Когда бой утих, Ганга удрученно посмотрела на останки портала.

– Все… Теперь даже не знаю, Фома, как мы выберемся… Это был последний портал…

– Нет, Ганга, это не последний портал, – улыбнулся орк. – Я знаю, где выход в наш мир.

– Правда! – орчанка засияла, как местное солнце. – Башмунус, Шав, познакомьтесь, это ученик моего супруга. Его зовут Фома, и он прибыл за нами.

Из-за спины Ганги выглянули дворф и снежный эльфар.

– Это тот эльфар, что похитил вас, госпожа Ганга? – уточнил Фома.

– Он самый, – усмехнулась орчанка.

– И вы таскаете его за собой?..

– Таскаю, Фома. Что делать, мой супруг тоже бы его не бросил.

– Это да, – согласился орк.

– А кто это с тобой? – в ответ спросила Ганга, кивая на хумана. – Одет как жертва, но на местных непохож.

– Это? – Фома повернулся к Шаро. – Это студент из Азанара. Сын графа Шаро. Он хотел отправить вашего мужа и моего учителя сюда, но что-то пошло не так, и он сам очутился здесь. Его поймали местные и, как я понял, принесли в жертву местному божеству. Вот… – орк засмущался.

– И ты таскаешь его за собой? – засмеялась Ганга.

– Таскаю, – кивнул орк. – Потому что… – И они хором с орчанкой проговорили:

– Так поступил бы Ирридар… – И оба рассмеялись.

– Ну хорошо, что хоть не девка, – смеясь до икоты, произнесла Ганга, и орк еще громче стал хохотать.

Отсмеявшись, Ганга спросила:

– Ну, Фома, где твой портал?.. Далеко? А то мне уже порядком надоело путешествовать по пустыне.

– Надо подождать, госпожа Ганга, скоро появится блуждающая пирамида, и мы в ней перенесемся на Инферно. Она раз в круг перемещается между мирами…

– Да ты что?! А я и не знала!.. – удивленно воскликнула орчанка.

Когда пришло сообщение от Алеша Прокса, что он на месте и ждет меня, я дремал в тени деревьев. Птиц, обожравшись печеных демонов, спал, как курица, поджав лапы, и часто при этом беззастенчиво и громко пердел, да так, что мне пришлось поменять диспозицию и уйти от него подальше. Остальные тоже так же поступили, чтобы не дышать испорченным воздухом.

Я поднялся и приказал своим спутникам:

– Поднимаемся и идем в портал.

Первым в него шагнул я. Я вел на поводке Птица. А тот охотно меня слушался. Видимо, такой сытой жизни он не знал в лапах черта.

Встретил меня Прокс и, увидев Птица и мой наряд, сначала впал в ступор. Потом схватился за живот. Он долго и заразительно хохотал. А когда сумел успокоиться, мой конь выдал свою любимую фразу:

– Ха… Ха… Ха… Смерые-е-е! Ха… Ха… Ха… Какого чегта-а?..

Прокс подавился словами, которые рвались из его горла.

Он посмотрел на Птица и удивленно спросил:

– Не знаю, зачем ты так вырядился, но как ты сумел это чудо научить разговаривать?

В это время вокруг нас столпились бывшие рабы, и Птиц возмущенно прокричал, подражая моей интонации:

– Рабы, сос-сать…

– Ох не могу! – снова рассмеялся Прокс. – Ты, Дух, не перестаешь меня удивлять… Ты думаешь, что в этом наряде похож на повелителя демонов?

– Нет, я сделал костюм, который позволяет человеку путешествовать по Инферно и пользоваться магией.

Прокс вытаращился на меня.

– Так вот зачем тебе нужны были демоны? Для исследований… – он окинул меня совсем другим взглядом, в котором отчетливо было видно удивление, зависть и восторг. Но промолчал. – Пошли, – пригласил он и добавил: – А рабами зачем обзавелся?

– Так получилось. Не специально.

Он покачал головой и направился к городу. Нас сопровождали крыс в халате и колпаке и две странные демоницы. Крыс вожделенно смотрел на бывших рабов и требовал их себе в пищу.

– Отдай пищу, хозяин. Пища вкусная.

Рабы потеснее жались ко мне.

Прокс лишь отмахнулся от крыса.

– Обойдешься, – небрежно произнес он, – лови чужих демонов.

В городе, где расположились, как я понял, поданные Демона, он, кстати, был в своем демоническом обличье, нас ждал Курама, черный демон с крыльями. Демон оглядел меня красными глазами и произнес:

– Так вот как ты выглядишь, Худжгарх, что столько неприятностей принес Року. Странный у тебя наряд. Смешной. Ну да ладно, я еще страньше выгляжу в плоти демона… Ну здравствуй… брат, – радушно произнес он.

– Здравствуй, Курама, – поздоровался я, – почему ты называешь меня братом?

– Ты хранитель, а мы, хранители, все братья.

– Меня не сотворил Творец, и я из смертных…

– Это неважно, каждый хранитель – брат друг другу. Говори, что ты хотел от меня?

– Я хотел просить помощи открыть портал на Сивиллу, чтобы демоны Алеша напали на Лигирийскую империю.

– Для чего?

– Не буду скрывать, – ответил я. – Рок затеял передел мира, и у него, скорее всего, это может получиться. Я хочу нанести удар прямо в сердце его планам. Демоны нападут на столицу империи, захватят дворец и убьют императора и приближенных. Лишенная центральной власти империя падет под ударами Вангора, орков и снежных эльфаров. А Рок потеряет свое величие, и сила его ослабнет.

Курама с интересом посмотрел на меня.

– Хороший план, брат. Я помогу тебе. Но ты должен сказать: «Курама, прими мою жертву».

У меня внутри все похолодело. Курама предлагал мне самоубийство, я это почувствовал.

– Ты хочешь моей смерти, брат? – сурово спросил я.

– Не хочешь? Тогда на мою помощь не рассчитывай. Прощай. – И взмахнув крыльями, взлетел. Мы находились на крыше одной из башен. Я, поджав губы, смотрел ему вслед. Прокс также смотрел, как улетал Курама, и о чем-то думал.

– Я думал, что ты с ним договорился, – вздохнув, с досадой произнес я. – Столько времени потратил на дорогу сюда…

Прокс задумчиво ответил:

– Я тоже думал, что договорился… Он был не против помочь нам и даже обрадовался возможности ослабить влияние Рока… Может быть, этот удар будет слишком сильным и Рок может не устоять, а это невыгодно Кураме? – сделал он предположение.

– Может быть, я не просчитывал результат… Теперь даже не знаю, как быть…

– Если ты сможешь оплатить работу скравов, Дух, то они сделают эту работу для тебя.

– И сколько это будет стоить?

– Ну убрать семью императора будет стоить полмиллиона золотых иллиров.

– У меня нет таких средств, Алеш… Теперь надо решить, чем ты можешь помочь в войне? Обещания надо выполнять, Прокс. – Слова и тон мои были жесткими.

– Понимаю… – ответил Прокс. – Я думал отправить своих демонов в столицу империи… Но теперь даже и не знаю… Не думал, что Курама так сразу откажется… Время есть. Подумаю, что смогу сделать… Тебя обратно отправить?

– Да, Алеш, отправляй меня и этих бывших рабов…

– Дух, я могу свою армию и троих скравов доставить до верхнего слоя Инферно. Сможешь доставить их до столицы?

– Подумаю, – угрюмо ответил я. – Вариантов у меня пока не было. – До встречи.

– До встречи, Дух.

Мы распрощались недовольные друг другом.

Он открыл портал, и мы все шагнули в черный зев окна.

Вышли мы в десяти льга от портала в Брисвиль на берегу реки. Еще несколько часов добирались до брода через реку к холму, на котором стоял портал. По дороге отбили три атаки хищников, и Птиц получил свою долю пищи. Одного мелкого ящера, что выскочил из песка под его ногами, он заклевал до смерти.

– Ха… Ха… Ха… Какого чегта-а?.. – заклекотал он и перешагнул тело. Жрать его не стал.

На холме толпились желающие убыть. Мы не спеша поднялись на склон холма, и я с удивлением увидел странных молодых парней и девушек, одетых так, словно они пришли на вечеринку. Но разглядеть их толком не успел. Они скрылись в портале. Еще через пятнадцать ридок в портал ушли мы. Но перед этим я снял свой наряд и убрал в сумку. Туда же под обалдевшие взгляды бывших рабов запихнул задремавшего Птица.

На портальной площади собралось множество народу. Я огляделся и замер. У стойки регистрации стояла Ганга. Я не поверил своим глазам, и даже окрик, предлагающий покинуть площадку, не заставил меня сдвинуться места. Я потер глаза, но видение моей невесты не проходило.

– Ганга! – закричал я во все горло, и моя орчанка оглянулась. Она несколько секунд смотрела на меня и тоже громко закричала:

– Иррии! Я вернулась!..

Эпилог

Высшие планы бытия

– Господин, вы позволите? – К Року в его апартаменты заглянул распорядитель, лесной эльфар.

– Заходи. – Рок развалился на софе и читал книгу. Он отложил ее в сторону и спросил:

– Тебе чего?

– Господин, там черный демон просит встречи с вами. Какие будут распоряжения?

– Он сказал, как его зовут? – Рок был немало удивлен.

– Да, господин, он сказал, что его зовут Курама.

– Хр… Хр… Ха… – сдерживая рвущийся смех, невнятно пробурчал Рок и приказал: – Зови его… – Но затем передумал: – Нет, постой. Не надо, я сам с ним поговорю.

Рок открыл окно и увидел демона, стоящего у подножия горы.

– Даже нет сил взлететь, – поморщился Рок и спросил: – Тебе чего, паршивец?

– Пусти к себе, поговорить надо.

– Обойдешься. Говори, чего хотел?

Курама злобно оскалился. Рок поморщился:

– Ну и страшный ты стал. Никак не вернешь себе нормальный облик? У меня мало времени, рассказывай, какая нужда привела тебя ко мне…

– Брат…

– Не называй меня братом.

– А как тебя называть? – спросил Курама.

– Называй господином, – засмеялся Рок. Курама сжал челюсти, но эту издевательскую наглость стерпел.

– Ладно, я по делу, – сказал он. – Есть важная информация для тебя, хочу поторговаться.

– Поторговаться? Ну это тебе надо на рынок, я не торгую…

– Хватит меня унижать, – как-то необычно спокойно отозвался Курама. – Я тебе не конкурент, а вот информацию о Худжгархе могу рассказать. Он недавно приходил ко мне. Просил помощи…

Рок кинул быстрый взгляд на Кураму, но сразу принял расслабленную позу и равнодушно произнес:

– Ну окажи малышу помощь. Чего ко мне-то приперся?

– У него есть рабочий план, как переиграть тебя, и он со мной им поделился.

– Да-а? – не поверил Рок. – С чего бы такая доверчивость?

– Он ищет союзников и считает, что мы с тобой враги.

– А мы не враги? – усмехнулся Рок, но глаза его при этом смотрели уже настороженно. Пренебрегать действиями узурпатора, как он называл человека, нельзя, он доказал свою хитрость и способность ломать его планы.

– Нет, у меня свой мир, и твой мне не нужен. Но ты мог бы мне помочь в предстоящей войне за передел территорий в Инферно…

– И что ты хочешь за свою информацию?

– Это не только информация, это еще и возможность помешать новичку… или помочь…

Рок не купился на шантаж и промолчал. Курама подождал и, не дождавшись реакции Рока, начал говорить:

– Мне нужно, чтобы ты осуществил вызов существ, что будут сражаться на моей стороне во время войны, и только.

– Ха! И только. Ты знаешь, сколько на это уйдет ресурсов?

– Думаю, гораздо меньше того, что ты потеряешь, если планы нашего брата осуществятся.

– Он брат козлам. Говори. Ты меня заинтересовал. Если бы я не знал тебя, то подумал бы, что ты блефуешь. Но у тебя есть свой кровный интерес предать узурпатора. Я помогу тебе… если информация будет того стоить. Даю слово.

– Она стоит того, брат.

Рок поморщился, но не стал протестовать против того, что Курама назвал его братом.

– Так вот он намеревается во время нападения империи на Вангор натравить орду демонов на столицу империи. Его цель – уничтожить императорскую семью, большинство аристократов, разрушить столицу и погрузить империю в смуту. Войска империи будут связаны войной с Вангором и не смогут помешать им.

– Этого не может быть! Ему не удастся договориться с демонами… – воскликнул сильно удивленный Рок.

– Уже удалось договориться. Он договорился с хранителем Преддверия. А тот золотой скрав. Помнишь наш лабиринт для паладинов? Так вот, он прошел твой путь и стал хранителем. И что будет, если во дворец ворвутся скравы?..

– А как он перебросит демонов на Сивиллу?

– Я могу помочь, – довольно оскалился Курама. – Это в моих силах – открывать порталы в твой мир… И я могу запретить или разрешить скравам участвовать в вашей войне.

– Хм… – Рок не стал скрывать своего беспокойства. – Ты меня убедил, брат, – произнес он. – Я помогу тебе. А ты поможешь мне и не допустишь прихода демонов в империю. Договор?

– Нет, брат, – быстро отозвался Курама. – Я не смогу не допустить демонов. Это не в моих силах. Демоны изменений сами проникают в мир людей. Ты это знаешь не хуже меня, это закон. Но я не открою демонам портал и не дам разрешения скравам сражаться на его стороне.

– Хорошо, меня это устроит. Договор?

– Еще нет, – не согласился Курама. – Надо озвучить компенсацию за невыполнение договора.

– Компенсацию? Да что ты мне можешь дать? – возмутился неуступчивостью Курамы Рок.

– Помощь демонов в борьбе за степь.

– Хм? Пойдет, что ты хочешь от меня?

– Десять процентов твоей благодати.

– С ума сошел! Один процент…

– Восемь, брат, и не меньше. Мы же не на рынке…

– Пять, и заткнись.

– Согласен. Договор.

В воздухе прозвучал удар гонга, и каждому в руки упал лист договора.

– До встречи, брат, – довольно произнес Курама и исчез.

Рок спрятал договор и покачал головой.

– Каков пострел… с демонами договорился. Надо же! Нет чтобы спасать свою невесту, он к демонам отправился. Опасный соперник, непредсказуемый… И ведь мог бы сломать планы… Мог бы. Ну ничего, я пошлю Кураме бабочек, – засмеялся довольный принятым решением Рок, – и договор выполню, и благодать не потрачу. Как был Курама предсказуемым идиотом, таким и остался.

Рок пришел в хорошее расположение духа.

Курама покинул высокие планы бытия и довольно хмыкнул:

– Небось пошлет мне бабочек в помощь и будет ржать надо мной, как стоялый конь. Не нужна мне его помощь, мне нужна его благодать. А он как был тупым гордецом, таким и остался. Попался на мою уловку, простак. Пора наведаться к Беоте. Ха… Ха… Хитрая лисичка не должна помнить зла… Расскажу-ка я ей о планах Рока и этого недоноска Худжгарха… вот смеха-то будет, когда они начнут суетиться… Посмотрю, во что все это выльется. Кто будет побеждать, тому и буду мешать… Властители! – со злой завистью выкрикнул он в пустоту…

Конец 13-й книги,

август 2022 г.

Примечания

1

Саи – вежливое обращение.

2

Перевод с высокого эльфарского на русский. Перевел автор.

Content

Владимир Сухинин
Бои без правил. Вторая жизнь майора – 13

Предисловие

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Эпилог

Примечания