ПрологГригорий Магарыч

Двуликий бастард. Том 3

Пролог

Я насупился, сжал кулак и хотел-было ответить старику за все, что он сделал с моим отцом, но тут же взял себя в руки.

— Какого хрена, Йокагами?! — процедил я. — Какого хрена ты врываешься в мои дела и начинаешь претендовать на место Графа?!

Старик вскинул бровями и захлопал глазами.

— Ох… так я сейчас тебе хотел помешать? Прости-прости, я думал, став Графом, помогу и тебе, и себе. Меня тут, кажется, уважают. Сколько ты пробыл в этом мире? Год-два?

Роран вел себя так, будто для него это было весельем. Слишком долго он пробыл тут, слишком изменился… подобрел, что ли…

— Слушай, Йокагами, у нас с тобой одна цель. И если ты сейчас продолжишь в том же духе, то обломаешь мне все планы к чертям. Понимаешь, о чем я?

Роран встрепенулся. Он понимал, что если сорвать мои планы, то он попросту исчезнет, ведь именно я послал к нему свою дочь. И каким бы сильным старик не был, я сейчас босс. И мои планы рушить ни в коем случае нельзя.

— Да, Марк, говори… — вздохнул тот. — Согласен, должен был посоветоваться. Но… если хочешь, голос Графа Хиро станет твоим.

Я мотнул головой.

— Нет, уже поздно снимать кандидатуру, да и знают все, что ты прибыл. Просто прошу тебя не мешать мне и быть спокойным Графом. Если станешь им, конечно.

Роран довольно хмыкнул и сложил руки на груди, сощурившись.

— По рукам.

Глава 1

— Итак, — я опустошил восьмую чашку кофе и отложил ее в сторону. — Давайте еще раз… Лорд Токугава решил претендовать на место Графа Дензо. Так?

— Верно.

Ну да, я ведь сам приказал ему сделать это.

Я кивнул.

— Толстяк выдвинул свою кандидатуру, не зная, что ты будешь претендовать на его место. Так?

— Очевидно.

Да, тут мой прокол. Я действительно не смог предугадать того, что Роран вернется и так быстро начнет активничать на политической арене. Признаю, должен был чуть внимательнее следить за происходящим.

— Но, как ты уже сказал, Граф Хиро выдвинул твою в ту же секунду, предоставив судье выбор. Правильно я понял?

— Все верно.

Мы с Рораном и Арчибальдом сидели за небольшим деревянным столом, что стоял в гостиной старика Арчибальда. Судебный процесс, который час назад завершился тем, что судья распустил всех и ушел, должен был продолжиться завтра, и все, что мы могли сейчас сделать — закопать Графа Дензо далеко и надолго до начала процесса.

Все же, каким бы ужасным резюме Граф Дензо ни обладал, смена власти стоила бы стране больших затрат и усилий. Потому едва ли кто-то из незаинтересованных стал бы помогать мне.

Пока мы сидели вокруг стола с документами, Арья, виляя тазом, вошла в гостиную с очередной чашечкой кофе и аккуратно разместила ее у моей правой руки. Да, девушке я позволил остаться с нами, но вот Ханну с Фумико попросил не отвлекать и не подслушивать.

Ханне я не доверял по очевидным причинам, а Фумико не хотел впутывать в эти дела. Ей все же предстояла еще долгая насыщенная жизнь. Зачем ей проблемы с законом?

— Шинни, ты чего такой… задумчивый? — Арья нежно провела рукой по моим волосам и присела рядом. — Хочешь, я достану тебе кого-нибудь из якудза? Ты только скажи, и завтра тебя будут ждать связанным в каком-нибудь затхлом складишке.

Я хмыкнул. У кого что, а у этой девушки в голове лишь секс и насилие.

— Успокойся.

Арья пожала плечами и легкой походкой направилась в сторону изношенного старенького дивана. Ловко схватила в руку пульт и, свалившись на мягкую подушку, включила телевизор. Мы же в это время продолжали обмозговывать все, что происходило вокруг нас.

— Получается, — я пробарабанил пальцами по столу. — Толстяка Лорда нельзя сливать. Он нам нужен. Осталось лишь разобраться с тем, как вытащить на разговор Графа Дензо и… ну, ты сам понимаешь.

— Ага, — устало зевнул Роран, откинувшись на спинку стула. — Плевое дело, малой. Я в свое время тут такого шороху навел, что тебе и не снилось. Ваши судебные разбирательства — пустяк.

Я вздохнул. Он продолжал… продолжал хвастаться и возвышать себя.

Чем это было вызвано? Очевидно, завистью, ведь он проиграл свою войну с родным братом. И был вынужден прибегнуть к моей помощи. Вот и пытался хоть каким-нибудь образом продемонстрировать мне, что все еще считает себя победителем.

Едва ли меня это впечатляло. Я и сам когда-то принял поражение, потому понимал его чувства. Благо, моего самообладания хватало на то, чтобы игнорировать порывы старика.

— Слушай, Роран, — я поднял усталый взгляд на человека, вторая версия которого перерезала все мое княжество и выгнала меня в этот мир. — Я поговорю с Лордом Токугава. Еще постараюсь повлиять на Сегуна, но… Граф Дензо все еще занимает свое место. Он все еще может выиграть.

Старик напрягся, отвел взгляд и глубоко вздохнул.

— Прикончил бы его, живи я в этой Японии лет пятьдесят назад, но сейчас даже не знаю, что и делать.

Я кивнул. Да, он прав. Раньше дела решали в большинстве своем силой и талантом, сейчас же все происходило чуть более дипломатично. Не потому, что на верхушке сидит кто-то невероятно сильный, а потому, что сам Император и Сегун держат под рукой огромное войско, что способно подавить любую стычку.

Но вот все это не отменяло того факта, что демонстрация силы все еще является важным элементом в выборе человека на пикантное место в верхушке. Сильный Граф будет внушать уважение несмотря на все остальные его проблемы и недочеты.

Оставалось лишь выяснить…

— Насколько ты сильный, Роран? — я покосился на союзника, которого невольно ненавидел всем своим нутром. — Вернее, насколько ты слабее той версии, с которой я сражался в прошлом мире?

Перед глазами возник Йокагами Кисимото — Император Японии, что смотрел на меня с презрением и ненавистью. Да, нашей с ним битвы я не забуду никогда.

Старый Роран скривился, почесал задумчиво висок и пожал плечами.

— Дочери я оставил кость Адама, в которой процентов десять той маны, что у меня была. Без нее… думаю, я смогу выложить около восьмидесяти процентов того, что было.

…что?

Я мотнул головой. Нет, его истинная мана сейчас использоваться не может. Слишком велики риски нарваться на Стражей, что продолжают отслеживать Рорана и следить за тем, чтобы он не оказывал влияния на историю.

Только он начнет истреблять людей, устраивать массовые кровопролития и уничтожать планету, его тут же схватят. И в этот раз, думаю, точно не позволят ему уйти.

— Забудь о своей истинной мане, Роран, — мой голос прозвучал мрачно, чуть устало. — И твоя кость… ее лучше спрятать.

Роран скривился, как бы спрашивая «зачем?». На что я посмотрел на него испытующе.

— Эх… — он вздохнул, осторожно приподнял бокал с вином и присмотрелся вглубь алой жидкости. — Просто ты не понимаешь, что она способна сделать с человеком, чье тело будет готово принять такие нагрузки.

— Да? — я развел руками, продолжая буравить Рорана взглядом. — А теперь давай представим, старик, что против меня скоро выступит чуть ли не вся преступная тусовка Японии. Знаешь, каким бы я ни был, мне в любом случае придется нелегко. И теперь подумай сам, нужны ли мне дополнительные проблемы в лице Стражей?

— Стражи слабы… — он пожал плечами. — В прошлый раз…

— В прошлый раз один из таких меня чуть ли не грохнул, — со смешком в голосе ворвался в разговор старый худощавый Арчибальд. — Давай не умиляй их заслуг, ладно?

Роран поджал губы. Вероятно, он действительно очень хорош в плане силы, но иногда подобная самоуверенность может доставить неприлично много проблем. У меня есть установка — лучше остаться с меньшим, но знать, что этого никто не отберет.

— Йокагами, — я посмотрел на Рорана, играя желваками. — Просто пообещай мне, что истинной маны использовать не станешь. Это не просьба, это приказ.

— Сорок… — отрезал тот, скрестив огромные накаченные руки на груди.

— Что «сорок»?

— Сорок процентов от прежней силы выжму без своей истинной силы, — пояснил он. — Тело Рорана даже спустя пятьдесят лет не стало таким же крепким, как раньше. Но я сделал с ним все, что мог.

Сорок процентов от того зверя, которому я проиграл три года назад? Я сухо сглотнул и кивнул старику. Думаю, подобного рода сила не способна захватывать страны, но справиться со всем преступным обществом, вселив в него страх, и забрать немного власти вполне себе может.

— В таком случае, нам бы поговорить с Императором, — я поднялся со стула и посмотрел в окно. Либо вечереет, либо я настолько ослеп, что не могу уже точно определить, насколько на улице темно.

Да, искать решение этой проблеме нужно как можно скорее.

— Не напомнишь его имя? — Роран осторожно сощурился и посмотрел на меня. — Император ваш. Как его зовут?

Я сухо сглотнул, часто заморгав. Не знаю, к чему он задает такие вопросы, но что-то внутри подсказывает, что неспроста.

— Кагами Одзима.

— Ох… — глаза Рорана печально сверкнули. А сам он вжался в спинку стула, помотав головой. Кажется, между ними что-то успело произойти.

— Арчибальд, старик, — Йокагами глянул на приятеля. — Не напомнишь мне имя принца, что пал от моей руки в школьных соревнованиях еще много лет назад?

Худощавый хмыкнул и отвел взгляд. Казалось, до него только дошло.

— Я, конечно, памятью острой не могу похвастаться, но… если не ошибаюсь, его звали Кагами Одзима.

Вот же…

— Тот самый Кагами, которого я выиграл на школьных соревнованиях… да, после победы над ним я стал чуть ли не местной звездой, — Роран глубоко вздохнул и помотал головой. — Прости, Эйджи, но я неплохо отделал твоего отца в былые годы…

Нет. Этого не может…

Да ладно?

Я свалился обратно за стул и отчаянно закатил глаза. Так вот почему ни единого комментария со стороны Императорского дома по поводу возвращения старика в Японию не прозвучало. Роран избил некогда бывшего принца и, очевидно, стал объектом его личной ненависти.

Роран фактически избил обоих моих отцов в двух мирах. Надо же было родиться с этим человеком в одно время.

— Поддержки со стороны Императора нам не сыскать, — констатировал я, опустошив девятую чашку кофе. — Остается только идти напролом. Поговорить с глазу на глаз с Дензо.

Арья, услышав слово «напролом», медленно подалась вперед и приподнялась с дивана, навострив уши.

— Мы… будем угрожать? — с волнением в голосе спросила она. — Ханной?

Я цыкнул. Опускаться до уровня угрозы расправы жизнью ребенка, чтобы добиться цели. Как же аморально. Жаль, что в моем словаре нет слова «совесть».

— Ну… если не будет другого выхода…

Роран, не позволив мне договорить, громко стукнул по столу и скривился в яростной гримасе.

— Ты, сукин сын! — его зубы скалились. — Только попробуй навредить кому-либо, кто не принимает участия в твоей войне! Дети, жены, родители… эти люди не имеют отношения к твоим проблемам!

Ух ты… я только что почувствовал, как мое сердце сжалось. Нет, не от страха — от невероятной силы. Мана буквально бурлила в теле этого старика, и даже мои глаза Деймоса не смогли бы заставить его выполнять приказы не по его воле.

Перед глазами всплыл образ изувеченного Йокагами, который еще в прошлой жизни казался безумцем. Я дрогнул.

— Роран, мы никого трогать не будем, угроза…

— Заткнись! — рыкнул тот, поднявшись со стула. Ложка, что лежала в его руке, в миг буквально вылетела в область моего лица, но тут же резко сменила траекторию и вонзилась в стену за моей спиной.

Я обернулся назад — ложка торчит в стене. Повернулся обратно. Сухо сглотнул и стал медленно приводить би-клетки в активность, заливая глаза кровью. Нет, сражаться я с ним не собирался — это равносильно самоубийству. Делал я это лишь для вынужденной самообороны.

Кажется, старик все еще отлично помнил все, что произошло с его семьей около полусотни лет назад. Да, тот Йокагами, что сидел передо мной, и тот, что уничтожил мой род, имели одну и ту же историю. Они хранили в себе тот же самый отголосок прошлого. Потому стоило быть с ним чуть более осторожным.

— Мы не будем даже думать о том, чтобы вредить невинным, — Роран был непоколебим. — Если придется, я лично уничтожу Графа. Силой захвачу его клан. Но угрожать расправой его детей не буду!

Да. В тесном союзе с этим человеком каши не сваришь. Очевидно, люди его калибра не нуждаются в «боссе». Прямолинейность, твердолобость и огромная самоуверенность не позволят ему склонить колено.

Остается лишь…

— Как скажешь, — я хмыкнул. — Если хочешь выбить из него дурь, валяй. Только сделать это нужно как можно раньше. Мы постараемся подготовить документы для твоего завтрашнего визита в зал заседаний.

— Ты поедешь со мной, — Роран поднял свою сотню килограмм мышц со стула и выпрямился, расправив плечи. Огромен.

— Покажешь, где сидит этот твой Граф Дензо.

— Ты разве не знаешь, где он сидит?

— Не знаю! И ты пока…

Но договорить он не успел. За окном стали слышны свисты тормозящих машин. Кажется, нас нашли раньше, чем кто-то мог подумать.

* * *

Некоторое время назад.

Ханна Нагивара сидела неподалеку от дома, в который ее привез Эйджи Химуро. Она неторопливо срывала желтые цветочки и, пристально рассматривая их, вырывала по лепестку. Нет, она делала это не с какой-либо целью. Просто… это успокаивало нервы.

За последнее время на нее навалилось слишком много проблем. Она сама не понимала, на что идет, когда врывалась в дом Эйджи вместе с Такаши. Вероятно, ей двигали злость и… желание отомстить, но едва ли она понимала, что делает.

Сейчас же, когда все произошло, а Такаши уже нет в живых, Ханна не понимала, что делать дальше. Отец все это время играл в свою игру, вертя дочерью, словно марионеткой. Пытался привлечь внимание Шина и убить его ее собственными руками. Да, получилось все не так, как он хотел… далеко не так. Но никто не застрахован от провалов.

Еще этот Эйджи. С ним соперничать и без этого было просто невозможно. Он буквально был на шаг впереди каждого. А сейчас в его союзниках еще и тот самый Роран Хатано — человек, чье имя до сих пор упоминают на уроках истории.

— Что делаешь? — женский голос, прозвучавший со спины, одернул Ханну от размышлений; она обернулась и, заметив едва знакомую худенькую девочку, пожала плечами.

— Меня Фумико зовут, — с подбадривающей улыбкой сообщила та. — А тебя?

— Ханна, — устало протянула дочь Графа.

— Приятно познакомиться, Ханна… — девочка присела рядом и обхватила руками колени; взгляд ее уставился на цветок, что лишился практически всех своих лепестков. — Эйджи про тебя много рассказывал. Говорил, ты хорошая.

Ханна сощурилась и покосилась на Фумико.

— Так и говорил?

— Да, — хмыкнула худенькая брюнетка. — А что тебя удивляет? Вы… не ладите?

Юная Графиня мотнула головой и сорвала последний лепесток; после чего метнула стебель в сторону и сорвала новый.

— Я его ненавижу, — отозвалась она после минутной паузы. — И тебе советую с ним не связываться. Он жестокий, черствый и холодный. В нем нет человечности. Убил собственного друга… и бровью не дернул.

Фумико задумчиво нахмурилась и на секунду обернулась в сторону дома, в котором был Эйджи.

— Мы точно говорим об одном и том же парне? — глаза ее часто захлопали. — Меня, к примеру, он нашел в заброшенном складе. Приютил и спас мне жизнь… да, конечно, поначалу выстрелить в голову пытался, но… все же обошлось. Он добрый.

Ханна скривилась. Как можно помочь человеку, которого собирался убивать? Очевидно, еще одна игра Шина Нарита. Он ей крутит, как и всеми, кто его окружает.

— Плевать… — равнодушно отозвалась она. — Плевать на Эйджи. Говори, что хочешь, но я своего мнения не изменю. Он сделает любую гнусность ради того, чтобы отца моего всего лишить. Попадется возможность, перережу ему горло и даже не дрогну.

— У-у-у… — Фумико выпучила глаза. — Ты такая… злюка. Эйджи называл тебя наивной и милой. Говорил, ты ему нравишься.

— Ему нравится только он сам. Такие люди не умеют любить.

Да, Ханна помнила те сверкающие глаза парня в момент их поцелуя. Каким бы тот ни был, Эйджи целовал ее искренне. Но сейчас, после всего, что произошло, она была точно уверена, что все эмоции были фальшивыми. Только цель и задание — все, что волнует этого парня.

— А такие, как ты? — Фумико чуть подалась вперед к лицу Ханны и натянула невинную улыбку. — Умеют любить?

…что?

— Какая разница?

— Просто… я как раз слышала, что именно ты пыталась вертеть им, — Фумико развела руками. — Он лишь защищался. И скажу тебе, выходило это у него с большим трудом. Столько мыслей он еще никому не посвящал, как тебе.

Ханна застыла на полуслове. Да, отец просил ее сделать из Эйджи послушного мальчика, но… впрочем, плевать. Она его ненавидит, и все на этом.

Но не успела дочь Графа ответить, как сзади послышались свисты тормозящих машин. Около десяти черных джипов остановились аккурат вокруг дома, в котором на данный момент сидел Эйджи; двери стали открываться, и люди в бронированных одеяниях высыпались один за другим.

— Кто эти люди?!

Фумико резко вскочила на ноги и попыталась рвануть в сторону дома, чтобы сообщить Эйджи о незнакомцах, но Ханна отдернула ту за руку и посмотрела ей в глаза с испугом.

— Это люди моего отца! — глаза Ханны сверкнули. — Они за мной пришли, не иди туда!

— Ч-что? — Фумико резко обернулась и тут же завизжала, но…

…взрыв, что возник в доме и буквально разорвал тот на куски, перекрыл любой звук. Девочки от инерции, что вызвал удар, вылетели на пару метров назад и свалились на газон. Люди в боевых обмундированиях же рванули в дом, точнее в то, что осталось от дома.

— ЭЙДЖИ!

Глава 2

В центр гостиной, разбив окно, влетела небольшая, но массивная граната. После нее покатилась вторая; а через секунду — третья.

— Что за?! — Роран резко вскочил на ноги, рванул в сторону Арчибальда, дабы прикрыть его своим телом, но немного не успел. Взрыв произошел в тот же миг.

БАХ.

Ни Арья, ни я не успели даже с мест своих сдвинуться, взрыв стал неожиданностью, потому пришлось положиться только на защитную печать, что я оставил в гостиной сразу же, как прибыл в этот дом. Очевидно, взрыв дома не стал сюрпризом для меня. После всех новостей о моих переводах и о раскрытии моей личности было бы глупо полагать, что подобного не произойдет… что на меня никто не организует нападения.

Но вот проблема была, и была она именно в силе взрыва — три навороченные гранаты слишком сильный вызвали удар, настолько, что стены дома буквально по кускам разошлись. И никакая моя печать не помогла мне полностью избавиться от физических повреждений.

— Все в порядке? — отдаленный голос Рорана, что ходил по залежам в поисках выживших, больно бил по ушам. — Эй, ответьте!

Этот здоровяк что, вообще урона не получил?

Я с трудом сдвинул с ноги бетонную балку и оценочно осмотрел свое тело. Алхимическая печать, что была создана мной для защиты от механических повреждений, не выдержала нагрузки. Я посмотрел на верхнюю плиту дома и хмыкнул.

Та была цела и условно в воздухе летала. Судя по всему, та печать, которой защитил дом Роран, сработала гораздо лучше моей.

Если бы не печать, вся верхняя часть здания обрушилась бы на нас — взрыв был действительно мощным. Но печать Рорана укрепляла не только конструкцию, но и позволила дому не обрушиться полностью. Все держалось на одной лишь силе алхимической печати.

Да, этот старик, сидя в одиночестве вдали от Японии, смог действительно сделать большой скачок в знаниях алхимии. Правда, меня тревожил лишь один вопрос…

Кто его обучал этому?

— Вот же сука! — рявкнула Арья, одним ударом буквально рассыпав кирпичную стену, что лежала на ней.

Она с трудом поднялась на ноги и, похрамывая на одну ногу, подошла ко мне с протянутой рукой.

— Ты в порядке, босс?

В порядке? Да я чуть ли не пару лет жизни своей отдал из-за этого взрыва. Надо же было бросить гранату аккурат туда, где я оставил защитный барьер.

Я молча кивнул, поморщившись. Взялся за ее руку и с ее помощью поднялся на ноги. Да, это было больно, но кроме царапин и синяков на моем теле повреждений не было.

Обернувшись по сторонам с прищуренными глазами, я определил место, в котором лежал старенький Арчибальд. Беднягу проткнуло арматурой, и тот, истекая кровью, хрипел от боли и сквернословил что-то невнятное. Судя по всему, железяка угодила ему аккурат в область легких — ребра были переломаны.

Да, плохи дела. Я вновь обернулся в сторону окна и заметил девочек, лежачих неподалеку от дома на газоне. Думаю, их задело слабее, потому пока спешить к ним нет необходимости.

— Оу… а старику-то совсем не повезло, — скривилась Арья, заметив Арчибальда. Борода его была залита кровью, как, впрочем, и большая часть тела.

Будь на его месте кто-то другой, давно бы обмяк, но вот старик… даже не собирался умирать. Продолжал хрипеть и кашлять, но сознания не терял.

— Помоги, Роран, — прохрипел тот, вытянув руку. — Я же тут и подохну.

— Ты? — со смешком в голосе произнес Роран, с легкостью выдернув из груди старика арматуру и подняв его на подкашивающиеся ноги. — Я скорее поверю в то, что ты стал рок-музыкантом, чем в твою кончину. Не смеши уж, Арчи.

Да, со зрением у меня были проблемы, но даже это не мешало мне заметить, как пробитая рана на теле Арчибальда стала медленно стягиваться. Ребра его с глухим хрустом стали принимать прежнее положение, а кровь изо рта перестала хлынуть.

…что за?

— Как же больно… — хрипел старик, морщась и съеживаясь. — Ненавижу это. Почему из-за ваших проблем вечно страдает мой дом?

Больно? И это все, что он сказал после того, как его легкие буквально насквозь были пробиты? Я недоуменно взглянул на старика. Он еще и ворчать умудряется после такого.

— Я куплю тебе новый, старик. Скажи лишь… эта твоя регенерация что… магия какая-то?

Худощавый старик хмыкнул, мотнул головой и сплюнул кровью.

— Скорее проклятие.

Но продолжить разговор нам не позволил еще один взрыв — слабее первого, но довольно мощный. Арью откинуло назад, мы же остались стоять на ногах. Казалось, будто Рорану вообще подобные удары вреда не наносят.

Одним взмахом руки Роран осадил всю поднявшуюся пыль, вызванную обрушением. Теперь мы могли хорошо разглядеть людей, что ворвались в этот дом. Около тридцати человек буквально окружили нас и осторожно подкрадывались.

И стоило пыли осесть до конца, как все разом метнулись в бой.

— Арчибальд, ну-ка давай, как в молодости! — прогоготал Роран, отпустив старика.

…не прошло и секунды, как один из солдат с воплем вылетел назад, пробив полуразрушенную стену дома своим же телом. Я успел лишь раз моргнуть, а Роран нагнал второго и, отдернув его за руку, прибил лицом к полу.

Я, опешив, застыл на месте и не мог оторвать глаз. Эти движения… я будто видел Йокагами в другом, более старом, теле.

— В большого стреляй! — крики солдат стали более нервными. В Рорана вылетел большой столб огня, но…

Ладонь Рорана с той же алхимической печатью, что и была у меня, в миг высосала всю энергию от удара; старик вытянул вторую руку, раскрыл ладонь и…

— Вау…

Тот же столб пламени пронзил солдату плечо и откинул его вглубь залежей.

Я сухо сглотнул, увидев это.

Он поглотил удар первой печатью, вывел всю энергию в другую руку, увеличил до максимума пропускную способность тела второй печатью и выбросил ту же энергию, но в гораздо большей концентрации. Это было безумие.

Да, мне приходило в голову использовать подобный прием, но, к сожалению, тело мое было лишено способности проводить через себя си-энергию.

Пули, магические удары и прочие атаки казались для Рорана чем-то обыденным. Он будто окружил себя каменной броней, хоть и внешних изменений, помимо надувшихся мышц, не претерпел.

Очередной выброс маны — и двое солдат разом вылетают назад, но… тут вновь происходит то, что открывает перед моими глазами картину из прошлого.

Солдаты под действием гравитации буквально вырываются обратно — в сторону, где стоит Роран и…

— Кха! — вколачиваются лицами в кулаки, что разламывают их челюсти в дребезги.

Я говорил, что это безумие? Да, это безумие. Старик не изменил стиля своего боя даже спустя столько лет. Те же печати, те же приемы, даже скорость движений практически такая же. Единственное, чего не хватало — материализации костных предметов.

…а вот и они. Как же он любит использовать кость.

Кулак старика мгновенно оброс костной тканью и с невероятной скоростью влетел в висок очередного солдата; тот, очевидно, вогнулся внутрь и задел мозг — а солдат резко обмяк и сложился гармошкой перед высоким седоволосым Рораном.

— Шинни, обернись! — голос Арьи буквально выдернул меня от наблюдений и заставил вздрогнуть.

Я пригнулся; надо мной пролетел тонкий клинок, с виду напоминающий самурайскую катану. Еще один взмах, и я чуть-было не лишился правой кисти.

— Осторожнее, милый!

Отпрыгнув назад, я быстро вытащил из-под пояса три печати со взрывом и метнул те в противника. Раз… два… три взрыва угодили по нему, но… из клубов дыма вылетело острие металлического стержня с заостренным концом. Единственное, что спасло — направление его полета; острие не коснулось меня и воткнулось в стену за спиной.

Приземлившись на корты, я стал тщательно выискивать солдата за клубами дыма, и как только его силуэт возник передо мной, кровь тут же залила мои глаза, обеспечив их би-энергией. Я потерял на секунду зрение, но…

— Кх-хх… — парень с катаной выронил оружие и свалился на колени. Да, он посмотрел в мои раскрытые глаза Деймоса.

Я попытался успокоить кровь, чтобы не навредить себе сильнее; зрение еще не восстановилось, но я уже услышал еще один звук — звук падения на пол чьей-то головы.

Открыл наполовину ослепшие глаза и сухо сглотнул, увидев Арью, что стояла над этим парнем с его же клинком в руках. Парень, правда, остался без головы.

— Ты чего, Шинни, офигел?! — девушка насупилась, слизнув с клинка сгусток крови. — Что ты стоишь, как вкопанный? Я как бы понимаю, что на меня надеешься, но и сам будь добр…

— Заткнись! — я поморщился, закрыв руками глаза. Девушка же встрепенулась, проглотив ком в горле. Она, не ответив на мою просьбу, осторожно кивнула и вышла из поля зрения.

На самом деле я, конечно, понимаю, что должен делать. Просто этот… Роран. Как с ним вообще дела иметь, когда он напоминает по силе самосвал?

Поднявшись на ноги, я вытянул руку и активировал печать призыва на ладони. Старый добрый револьвер поместился в руке за миг. Я прицелился; произошел выстрел…

…и очередной солдат, что целил в меня, поморщился и попятился назад.

Да, судя по всему, эти ребята были не только хорошо экипированы, но и си-энергией себя успели защитить. Впрочем, у меня не было выбора — я ринулся на него, продолжая выстреливать из револьвера и опустошая обойму. Жаль, все было тщетно — слишком хорошая подготовка.

Пока противник шел назад, получая урон, четыре огненные пули пролетели мимо меня; но вот пятая угодила в ногу и сбила мой центр тяжести. Я свалился на руки, вытащил печать взрыва и метнул в него.

БАХ.

— Да что ты возишься с ним?

Не успел я понять, насколько сильным был урон от взрыва, как его тело резко вылетело вправо за область моего видения и…

— А-а-а!! — прозвучал глухой хруст.

— Этот последний, — раздалось с той же стороны. Из клуба дыма вышел Роран.

— Отлично… — оглянувшись, я выдохнул с облегчением и перекатился на спину.

Роран успел перебить чуть ли не пару дюжин, пока я возился с двумя. Глаза пришлось тщательно протереть, а на ноге изобразить печать обратного течения времени, дабы остановить кровотечение. Пуля кость не задела, но оставила хороший ожог.

— Где Фумико?! — Роран, перешагивая через поверженных, стал оглядываться во все стороны. — Фумико!

* * *

— Отпусти меня, слышишь?! — Фумико выдернула наконец руку из запястий Ханны и рванула в сторону дома, где более не слышались звуки выстрелов и взрывов.

Ханна быстро нагнала девочку и вновь схватила ее за руку.

— Отпусти!

— Да подожди же ты! — брюнетка нахмурилась. — Эти люди ничего с ними не сделают!

— Да с чего ты вообще решила, что они за тобой приехали?! — рявкнула худенькая девочка, насупившись. — Это преступники, Ханна!

Ханна мотнула головой, нахмурившись.

— Нет же, эти люди — друзья моего отца! Они зла никому не желают!

Но Фумико осталась непреклонна. Она укусила девушку за запястье, вырвалась и побежала в сторону дома. Ханна, цыкнув, пошла за ней.

* * *

Пока Роран искал свою дочь, я с трудом поднялся на ноги и, похрамывая, пошагал к одному из солдат, что кашлял, опершись спиной о перегородку. Свалившись перед ним на колени, я схватил его за защитную маску и рывком снял ее.

Ха. На лице громилы была изображена знакомая и довольно приметная татуировка змеи, что протягивалась от шей до щеки.

Все было так, как я и ожидал; против нас выступили якудза из клана Шикада, что на данный момент работает под руководством клана Кондо — одного из моих конкурентов. Точнее, одного из опаснейших преступных кланов Японии.

— Кто тебя послал? — холодным, размеренным голосом спросил я. На что солдат рывком выхватил из кармана нож и попытался пронзить собственное брюхо. Очевидно, я ему этого сделать не позволил, выбив оружие и прижав руку к полу.

— Кто тебя послал?! — тот же самый вопрос я задал с активированными би-клетками.

Не думаю, что этот тип выдал бы всю правду даже находясь над пылающим костром. Якудза, подобные ему, не особо ценят своей жизни — делают все, чтобы не провалить задание и не навредить своему боссу.

— Убить Шина! — дрожащим, хрипловатым голосом отозвался якудза. — Мне приказали убить Шина!

Кто бы сомневался.

— Кто приказал?!

Насчет этого у меня было лишь одно предположение — Мимуро Кондо. Этот мужик явно собрал вокруг себя всех своих шестерок и приказал им найти и убить меня. И я был уверен, что эти солдаты — лишь группа разведки. Он послал за мной людей, которых не жалко потерять.

— Мимуро… Кондо…

Вот, я же говорил. Эти убийцы такие предсказуемые. Я с его сыном в школу ходил, к слову. Плечистый такой… Нобору Кондо, кажется.

Осталось лишь выяснить…

— Откуда узнали, что я здесь?!

Глаза и горло будто начинали резать ржавой сталью. Мне приходилось морщиться от боли и терпеть, чтобы не прокашляться кровью. Да, использование первой ступени глаз Деймоса — дело не из приятных.

— Дензо… нам сообщил Граф Дензо… — прошептал тот хрипло, извергнув очередную порцию алой жидкости; горло у него было сильно повреждено. — При условии, что мы… схватим и убьем ее.

…а вот это что-то новенькое.

— Кого?!

Палец солдата стал медленно подниматься, после чего чуть проплыл в сторону и остановился. Я, проследив за тем, куда указывает солдат, обернулся и вздернул бровями.

— Привет, Ханна, а ты давно тут стоишь?

Но Ханна не ответила. Глаза ее тут же покрылись слезной пеленой, а лицо скривилось в печальной гримасе. Граф Дензо решил провернуть все так, будто я схватил и убил его дочь… отличный ход, однако. Одного, правда, он не учел — с нами Роран.

Я вновь посмотрел на солдата, открыл-было рот, чтобы задать еще пару уточняющих вопросов, но тот уже лежал с перерезанной глоткой. Вот же ловкий тип, не стал медлить — головой понимал, что сболтнул лишнего и выдал хозяина.

— Ну, ладно… — хрипло прошептал я, отползая к стенке и опираясь о нее спиной аккурат рядом с убитым ронином. — Впрочем, я все понял. Батя у тебя оказался еще большим мерзавцем, чем я думал.

Дрожащей рукой вытащив из кармана пачку сигарет, я достал зубами одну из них и закурил от ствола собственного револьвера, что успел нагреться до покраснения.

— Нервишки в последнее время шалят, черт бы их побрал… — объяснился я перед Рораном, что смотрел на меня с укором.

Старик протер ладоши, отряхнул массивные плечи от пыли и хрустнул шеей. Арчибальд же просто свалился неподалеку от меня и распластался звездочкой.

— Кто такой этот… Мимуро Кондо? — Роран покосился на солдата с перерезанным горлом.

— Тип один из преступной тусовки, — пожал я плечами, выпустив перед собой облако едкого дыма. — Довольно опасный и… авторитетный. Хотел дочурку Графа грохнуть, чтобы на меня ее смерть спихнуть.

Роран скривился в злобной гримасе.

— Вот же мерзавец. А разве… опасным и авторитетным преступником не тебя все считают?

Я пожал плечами.

— Я его, так сказать, конкурент. Но по опасности и авторитету мне до него довольно далеко, — сбросив на пол чуть пепла, отозвался я. — План мой заключался в том, чтобы стать Графом и нанять небольшое войско, чтобы возиться с ним на равных. Но сейчас все немного иначе выходит.

Роран помотал головой, приобнял дочь, что стояла рядом с ним, и цокнул.

— А слов-то сколько было, — недовольно протянул тот. — Самый опасный преступник. Шин — гроза округи и дамских сердец. А на деле пацан, что даже маной пользоваться не научился.

Я поморщился. Прозвучало немного… обидно.

— Да, вероятно, мое имя и впрямь раздуто. Многие меня сильно переоценивают, но… — мой голос стал мрачным. — Едва ли тебе понравится иметь такого врага, как я.

Старики, услышав это, переглянулись между собой и хрипло по-старчески засмеялись. Да, очевидно, ни один из них вообще не был осведомлен о моей жизни в этом мире, но… мне было плевать. Даже бровью не дернул. Одно ясно точно — скоро оба поймут, что именно заставило людей говорить обо мне в таком ключе.

— Ладно, Шин Нарита, — поглядел на меня Роран, отдышавшись. — Есть план?

— У меня всегда есть план.

Глава 3

Вечернее солнце медленно уходило за горизонт; откидывало длинные тени от деревьев и изредка стоящих по местности домов, создавая комфортный тенек. Дом Арчибальда уже несколько часов как был более похож на груду руин — после снятия печатей Рорана крыша его обвалилась.

Закончив разбирательства с полицией, остальные остались ходить по руинам, помогая Арчибальду сохранить хоть какую-то значимую для него мебель и другие вещи. Старики с Фумико и Арьей неспешно вытаскивали из кучи кирпичей и пыли все ценное, пока мы с Ханной сидели неподалеку и наблюдали за переливающим в алый цвет солнцем.

Сидя рядом с Ханной, я не праздновал внутри себя победу. Отнюдь, даже после всего, что случилось в этом злосчастном доме, уверенность в том, что эта брюнетка меня ненавидит, была все та же, что и раньше. Да, отец у нее был еще большим мерзавцем, но это никак не оправдывало того, что я делал в лице Шина Нарита и до встречи с Графом Дензо.

Но для дела мне не особо нужна была ее приязнь — первым делом нужно было превратить ее из врага в значимого и важного союзника.

Почему важного? Да потому, что эта девушка знает о многих «грешках» отца побольше моего. Сможет не только помочь, но лично с ним поговорить. Как бы то ни было, Ханна на данный момент являлась тем самым «ключиком», с помощью которого мы смогли бы пробить окно в самое сердце Империи без особых затрат и потерь.

— Я все понимаю, ты меня полным мерзавцем считаешь, — протянул я, поглядывая по сторонам и покусывая зубами соломинку. — Но поверь, отец твой тоже далеко не ангел.

Состояние Ханны, очевидно, было подвешенным. С одной стороны, подводить собственный род, лишать всех членов семьи тех благ, что предоставлялись вместе со статусом, не особо ей и хотелось. Ведь имя, связи, безопасность и вседозволенность — всем этим не только Граф пользовался, но и весь род Нагивара. С другой же стороны, она отлично понимала, к чему все идет.

— Можешь рассказать, чего ты добиваешься, Эйджи? — Ханна глянула на меня с опаской. — Что ты будешь делать, когда убьешь отца?

— Не убью, если ты согласишься сотрудничать, — возразил я.

Я не врал. Граф — та еще скотина, но вот его смерть может доставить огромную кучу проблем не только с законом, но и с Ханной. Я уже сделал все, чтобы с легкостью отнять статус Дензо, дело оставалось за малым — поэтому особого желания лишать его жизни у меня не возникало.

— Он не смирится с поражением, на все пойдёт, чтобы власть вернуть, — голос девушки буквально подрагивал. — Он даже… мной пожертвует. Ему плевать на меня.

Соломинка в моих зубах жалостно треснула — настолько сильно я сжал челюсть. Да, у меня нет детей, но… как же погано было на душе, разговаривая с Ханной. Власть, деньги, статус… неужто все это дороже жизни собственной дочери?

Нет, в чем я уверен точно, так это в том, что Дензо ещё тот ублюдок.

— Не пожертвует, — я заиграл желваками, посерьезнев. — Если ты будешь рядом со мной, ни он, ни даже клан Кондо не смогут тебе навредить.

Ханна не верила мне — оно и понятно. С таким резюме мне вообще мало кто стал бы верить. Но вот я говорил искренне, жизнь этой девушки я действительно хочу сберечь. Пусть даже она станет моей ахиллесовой пятой, несмотря на это я сделаю все, что в моих силах.

— Ты не ответил… — взгляд ее стал больше любопытным, чем расстроенным. — Зачем тебе титул?

Очевидно, говорить о том, что я хочу добраться до папаши-Императора, я не собирался. Да и про возвращение домой тоже умолчал, как и о том, что собираюсь созвать в Японию оставшихся алхимиков со всего мира, чтобы открыть путь домой. В общем, Ханну ждала лишь верхушка того айсберга, что входил в мои планы.

— Хочу повлиять на жизнь и достаток простолюдинов и бесклановых в целом, — ответил я без лукавства. — Не могу смотреть, как люди тонут в бедности, не имея никаких шансов на хорошее… светлое будущее.

Ханна хмыкнула, мотнув головой.

— Слишком добрые порывы для человека, который только и умеет, что убивать и грабить…

Еще бы. Я, честно сказать, и сам от своих благих намерений опешил. Вероятно, стоило быть с ней чуть более… открытым, что ли.

— Я не только убивал и грабил за свою жизнь, — грустно отозвался я.

— А что еще ты делал, Эйджи? — Ханна часто заморгала, приподняв бровь. — Возвращал украденное обратно, или же сделал что-то хорошее? Нет, ты просто забирал все украденное себе.

Конечно, забирал, ведь я привык жить в роскоши. Ханна будто сквозь воду глядела. Только сейчас я стал замечать, что в моем послужном списке не было ни одной записи, которой я смог бы защитить свое доброе имя; все либо заканчивалось убийством, либо громким преступлением и моим обогащением.

— Ты будешь продолжать на меня давить? — я скривил губы, чувствуя вину. — Сейчас речь идет не о том, что я сделал, а о том, что могу сделать. И могу я многое, поверь. Могла бы и поблагодарить за то, что оставил тебя в живых после всех твоих… выходок.

— Спасибо! — выпалила та язвительно. — Спасибо, что не дал своим же людям меня пристрелить!

Да, кажется, и без того накаленная обстановка стала лишь ухудшаться. Я не ответил ей на предъявление — с каменным лицом посмотрел на красное солнце и срывал соломинки, закидывая их в рот.

Нам обоим стоило чуть отдышаться.

Как и ожидалось, между нами возникло тяжелое молчание. Мы сидели молча, думая каждый о своем. Около пяти минут ни один из нас не проронил ни слова. Радовало одно — Ханна продолжала сидеть рядом, даже не пытаясь плюнуть на все и уйти.

— Я говорила с отцом… — наконец прервала она молчание. — Звонила ему, говорила, что ты меня похитил.

— Знаю, — буднично произнес я. — Жаль лишь, что это тебе на руку не сыграло.

Не то, чтобы я все это планировал. Просто… было бы глупо думать, что Ханна ходит за мной, не пытаясь сделать попыток сбежать, только потому что боится меня. Глаз Деймоса хоть и вселял страх, но вот действовал он недолго. Даже когда я оставлял Ханну одну, она не спешила устраивать побеги. Оттуда и вывод — пыталась меня словить за чем-то… запрещенным. Ну, либо ждала возможности позвонить отцу.

Почему я не уберег себя, запретив ей что-либо делать и куда-либо звонить? Мне нужны были те самые «косяки» Графа. К слову, я зафиксировал два из них. Первый — охота на Ханну. А второй — факт того, что он сотрудничает с якудза.

— Откуда? — она скривилась. — Откуда ты все знаешь, Эйджи?

— Я знаю далеко не всё, — возразил я, пожав плечами. — К примеру, я и понятия не имел, что твой папаша устроит охоту на тебя.

Да, этот ублюдок чуть-было не разрушил все мои планы. Защитить себя, к слову, гораздо проще, чем человека, на которого я бы взглянул в подобном ключе в последнюю очередь.

Ханна тем временем поджала губы и опустила голову. Глаза ее в миг погрустнели.

— Он все еще остается моим отцом, Эйджи…

— Я понимаю твои чувства, но и ты пойми меня… — я покосился на Ханну. — Шин пришел за ним, а это значит, будь ты на моей стороне, либо же на стороне родного отца, хода событий это не изменит. У меня около трех стратегий по захвату титула. И без твоей помощи мне просто придется его убить.

Тут я чуть слукавил. На самом деле стратегии было две. Первая — Ханна говорит с отцом начистоту, объясняет, что лучше лет десять отсидеть за решеткой, чем столкнуться с такой глыбой, как (Роран) Шин Нарита, и, закономерно, погибнуть. И вторая — ворваться в его дом вместе с Арьей и остальными шестерками Шина Нарита и убить его.

И, буду честен, первая стратегия ударит по моему бюджету гораздо меньше.

— Хорошо, я… поговорю с папой… — выдавила из себя Ханна. — Но пообещай мне, Эйджи, что ни с ним, ни со мной ничего не случится. Пожалуйста, только пообещай не как преступник и гнусный мерзавец Шин Нарита, а как мой одногруппник и… хороший друг — Эйджи Химуро.

Я с облегчением выдохнул. Вот и договорились, черт возьми. Чувствовал гору, что мгновенно свалилась с моих плеч.

— Обещаю от лица твоего друга Эйджи, что гнусный ублюдок и мерзавец Шин не позволит никому тебя и пальцем тронуть, — голос мой звучал четко. — Можешь спросить каждого убитого мной человека — я всегда сдерживаю свои обещания.

Ханна поняла шутку, но ничего как отчаянно хмыкнуть ей не оставалось. Девушка посмотрела на меня усталыми глазами и кивнула.

— Увидимся в школе еще?

— Хочешь меня видеть в школе? — я сощурился, натянув хитрую улыбку. — Что, мальчики уделяют мало внимания?

— Наоборот, когда все узнают, что я стала обычной аристократкой, станут давить… — ее губы поджались. — Еще этот Нобору противный. Парень будто с цепи сорвался.

Нобору с его папкой еще немало хлопот мне доставят. Впрочем, чем это не мотивация вновь вступить на порог этого заведения? Да и глаза Деймоса тоже пора усилить. Сын Императора обойдется и без них.

— Так и быть, дай мне урегулировать вопрос с Графством, и я вернусь в это место.

— Спасибо.

— Только вот мы с тобой будем хранить тайну о Шине, — добавил я чуть тише. — Если обо мне знает всё преступное сообщество, это не значит, что ты должна осведомлять об этом каждого встречного.

— Договорились.

— А теперь пора собрать вещи и переезжать куда-нибудь подальше отсюда.

Я неспешно поднялся на ноги и помог встать Ханне. Мы вместе пошагали к руинам, по которым шагали наши союзники.

* * *

Что ж, по крайней мере, на этот раз передо мной был не скромненький двухэтажный домик, полный пустых коридоров и старой мебели, а вполне современный особняк в четыре этажа. Дорогая отделка, широкий двор с бассейном. Моя машина заехала во двор, окруженный высоким сплошным забором, и я притормозил.

Не ожидаясь приглашения охранников, что входили в аренду этого дома, я хлопнул дверью и дождался, пока из машины выйдут Роран, Арчибальд, Арья и Фумико. Ханна с нами не поехала — она после разговора решила навестить отца.

— Ну, вроде милый… — Арья оглянулась.

— Да, неплохой, — Фумико устало кивнула.

После перевоза всех вещей из разрушенного дома Арчибальда, нам нужно было найти что-то взамен. Оба моих дома на данный момент вообще стоило обходить за километр, чтобы не нарваться на поджидающих якудза, потому ничего не оставалось, как анонимно арендовать что-нибудь неприметное, дабы не попортить вечными сражениями отделку своего собственного поместья.

Слишком много усилий ушло на то, чтобы обставить мой личный особняк. И ломать его… ну очень не хотелось.

— Господин… — окликнул меня один из охранников, что подбежал сопроводить меня к особняку. В голосе чувствовалась легкая дрожь — будто ему было не так просто заставить себя заговорить со мной напрямую.

— Что еще? — я обернулся на него.

— У вас есть…

Охранник указал на бумажку, потыкав пальцем по надписи «аноним». Я, поняв, о чем он говорит, вытащил купюру сотни долларов и вручил ему. Это за анонимность.

— А могу ли я узнать ваше имя, господин? — тот нервно вздрогнул. — Хозяин дома ведь…

— Плевать, — скривился я. — Ты чего вообще себе позволяешь? Ты дом охраняешь, или деньги просишь? Я не скажу тебе ничего… или ты решил меня из себя вывести?

— Нет-нет, господин, конечно же нет… — тот стал пятиться, мотая головой. — Извините, пройдемте за мной, господа.

Почему не отель? В отель слишком легко попасть, потому там может быть опасно. Загородный дом — лучший вариант для кратковременного ночлега.

Шагая по широким коридорам арендованного особняка, я поднял голову, разглядывая красивый герб, висящий над входом — единственный элемент, говорящий о том, что дом сдают аристократы. В остальном же — обычный богато обставленный интерьер; темно-красные стены, широкие окна.

К слову, мой особняк смотрится куда лучше. Боже, как же я его люблю.

Двери распахнулись — и навстречу нам быстро вышли две молоденькие девушки в белых фартуках во главе с рослым широким мужчиной чуть меньших, чем старик Роран, размеров.

Охрана замерла, вытянувшись по струнке, и стала ждать указаний.

— Дом должен быть под защитой, — указал я. — И пусть только попробует кто-нибудь из вас заснуть, я лично позабочусь о том, чтобы он остался без работы. Ясно?

Охранники дружно закивали и отправились выполнять приказ. Мы же с натянутыми радушными улыбками, шагнули навстречу служанкам и направились в сторону кухни. Лица у девушек были приветливые, улыбки теплые, только взгляды немного растерянные, но это нормально.

— Я спа-а-ать! — зевнула Фумико, завернув на лестницу. — Кушать не хочу!

Мы не стали возражать, попрощались с ней и вошли в комнату. Тем временем одна из служанок выставила на ажурный столик последний поднос с едой и выпрямилась, оглянув нас. Мы, поблагодарив ее, расселись по местам.

— И какой у тебя все-таки план, Шин? — произнес Роран, поднимая свою чашку чая.

Да, этот вопрос в доме Арчибальда я попросил задать позже. И вот пришло время на него ответить.

Я устало улыбнулся, думая о том, как состоится разговор Ханны с Графом Дензо.

— План — стать Графом через мирное соглашение обеих сторон. Заберем свое и полюбовно разойдемся с Дензо Нагиварой.

Но вот Рорану, похоже, моя идея не совсем понравилась.

— Полюбовно? — тот скривил губы в неприязни. — С этим ублюдком? Горбатого могила исправит, паренек, не думай, что он оставит тебя в покое.

— Может, угомонишься со своими протестами?

— Ты мне? — Роран поднял бровь, глянув на меня свысока. — Паренек, веди себя осторожнее. Я ведь не люблю, когда мне указывают.

…сука. Он меня вывел.

— Не называй меня так, — я заиграл желваками.

Нет, мы с этим человеком никогда не подружимся, это уж точно. Какими бы обстоятельства ни сложились, я и Йокагами — патологически заклятые враги.

— Я тебе не паренек, старик. У меня есть имя, прошу его помнить и не забывать свое место… — продолжил я хмуро, держа печать призыва наготове.

Роран сжал челюсть, хмыкнул и совершенно случайно согнул металлическую ложку, высыпав на стол весь сахар, что был на ней. Силы в нем, конечно, немеренно.

— И какое у меня место, Марк Макаров? — его тело стало излучать ману, энергия буквально в дрожь меня сводила.

— Место гнить в гребаной решетке, либо же в могиле… — процедил я. — Не забывай, что ты в роли человека, чью задницу я подтираю.

Да-да, стоило быть чуть более сдержанным. Я ведь профессионал и все такое. Но… меня тоже просто понять, этот ублюдок отца моего убил, будь он проклят. И только из-за него я сейчас сижу и думаю, как стать Графом, а не о том, что примерить на очередное светское мероприятие.

И вообще, иногда меня терзают сомнения. Действительно ли я в будущем додумаюсь отправить свою дочь к этой… сволочи? Неужто не будет других идей сделать все и без него?

Миг — и стол, вокруг которого мы сидели, с треском рушится на пол.

Старик с яростным оскалом рванул на меня, но тут же осекся и от неведомой силы, что пробила его сбоку, вылетел в сторону стены и с грохотом в нее углубился. Бетонные стены внезапно стали менять свою форму, связывая старика. Я проследил взглядом и заметил Арью, что облизывалась, держа руку вытянутой.

Конфетка. Вот за что я люблю эту озабоченную. Дайте повод, и она тут же начнет драку. Будто всегда сидит и ждет удачного момента.

— Оу, а старичок-то с характером попался… — нервно хмыкнула та, хрустнув шеей и поиграв бровями. — Ты чего, здоровяк, поразвлечься решил? Так пошли в постель, я тебя остужу.

…а это было лишним.

Роран скользнул по ней скучающим взглядом, уверенно хмыкнул и, не сделав никаких движений, за мгновение притянул гравитацией Арью к себе; освободил правую руку и крепко схватил ее за горло.

А вот это он зря. Я зажмурился и закрыл уши.

Девушка в какой-то момент материализовала в руке черный дробовик, с безумной скоростью подставила его под брюхо Рорана и…

БАХ

Выстрелила.

Руку Роран все же выпустил, позволив девушке отпрыгнуть назад, но вот его стан лишь чуть покраснел от столь мощного заряда. Он даже не ойкнул от боли, черт побери! Да из чего он вообще сделан?!

— Ты кто вообще такая? — скривился старик. — Тебя я не припомню.

— Девушка твоего босса, малыш… — Арья, перезарядив дробив, отправила мне воздушный поцелуй. — А ты кто такой, чтобы с моим Шинни так разговаривать? Перекаченный старик с висячим членом?

Роран не стал отвечать. Собрав в ногах силу, он вылетел в сторону Арьи с материализованной в руке костью.

Не успев выстрелить точно, Арья выпрыгнула назад и подставила перед собой руки, но в полете осеклась, широко раскрыла глаза и, обессилев, свалилась на пол.

Роран атаковал ее разум, черт бы его побрал!

— Как ты смеешь поднимать руку? — продолжал старик, подходя ближе к извивающейся Арье. — Ты даже не знаешь, кто я такой…

Ладно, я до последнего не хотел использовать их, но, кажется, Роран — тот тип людей, кто не принимает всерьез недостойных людей. Да, я могу казаться опасным и все такое, но вот серых кардиналов особо не за что уважать.

Потому придется показать, за что именно меня стоит бояться.

Я залил кровью глаза, пошагал к Рорану, что успел присесть к Арье, и осторожно постучал по его спине. Он лениво обернулся на меня и… застыл, освободив Арью от мозгового штурма. Девушка, задыхаясь, тут же пришла в себя, открыла глаза и стала пятиться в страхе, а Роран…

Да, он посмотрел в мои глаза. В глаза Деймоса.

— Йокагами Кисимото, — из глаз хлынула кровь, а горло пронзило острой болью. — Ты проиграл свою войну, признай это и смирись. Будь добр, позволь мне решать, как действовать. Не потакай и не используй силу против меня, если хочешь вернуть жену, сына и дочь… Мэри? Так ее звали?

Рорана я не видел — ослеп, зато отчетливо улавливал каждый его вдох — прерывистый и нервный. Если я и могу заставить этого здоровяка бояться, то только напоминая о его настоящей проблеме. Только говоря ему о истинных его врагах.

— Да… — подрагивая, протянул он.

— Вот и… — к горлу привалил ком, и я упал на колено, не договорив. Как же я ненавижу этого ублюдка.

— Вот и знай свое место!

Я тут же захлопнул глаза и, не дожидаясь ответа, пополз в сторону умывальника. Кровь неприятно царапала сетчатку глаз, а горло больно резало. Спустя секунду я тут же почувствовал, как меня поднимают. Судя по запаху старости, мне помог старик Арчибальд, что все это время просто наблюдал.

Так, я не понял, этот человек и глаз Деймоса не боится?

Подставив мое лицо под струю воды, Арчи стал тщательно смывать кровь. Я стонал, морщился, но не мешал ему.

— Как ты… почему ты так просто двигаешься? Ты ведь слышал мои слова, старик, — недовольно бурчал я, держа лицо у раковины.

— Ох, сынок, — протянул тот со смешком. — Твои глаза, может, и внушают страх, но… когда ты всю жизнь видишь один и тот же сон, вспоминаешь самый страшный день в твоей жизни, то начинаешь этот страх воспринимать чуть иначе.

Я застыл на секунду и медленно, осторожно перевел на старика взгляд. Видел плохо, но зрения хватало на то, чтобы заметить улыбку, полную боли и отчаяния на его лице.

— Ого…

Закончив меня умывать, старик смысл со своих морщинистых рук кровь и пошагал вон из кухни.

Впрочем, после случившегося разговор ни у кого из нас особо и не задался. Я был вымотан, хотел набраться сил к завтрашнему дню, а Роран и вовсе после того, как пришел в себя, засыпал на глазах. Как бы то ни было, в таком возрасте нагрузки воспринимались чуть иначе, да и Роран использовал слишком сильную Алхимию в защите дома, чтобы чувствовать себя отдохнувшим.

Так и случилось, что мы разошлись по своим комнатам. Я принял душ, перекусил и с полотенцем в руках сел за компьютерное кресло. Да, его наличие в этом доме было одним из главных условий.

— Ты опять будешь сидеть за своим экраном допоздна, Шинни? — Арья, как и ожидалось, не бросала попыток со мной переспать. Даже удивительно было видеть ее умение воздерживаться. Ведь в течение трех дней у этой вечно голодной девушки не было даже намека на страстный секс.

Я пожал плечами, посмотрел на нее снизу и натянул усталую улыбку.

— Арья, давай завтра?

— Ты вчера обещал мне, Шинни, — в голосе Арьи читалась обида, которая быстро заменилась игривостью. — Ну, Шинни…

А еще я люблю ее за то, что она не воспринимает помощь мне так, будто для нее это какая-то работа. Наоборот, когда возникает возможность доказать мне, что она верна в любой ситуации и с любым противником, ей это приносит удовольствие и даже… возбуждает.

Ее рука медленно легла на мое плечо и стала сползать все ниже. Я же закатил глаза, взял ее за руку и мотнул головой.

— М-м…

— Тогда мне нужна гарантия, что завтра ты меня отделаешь так, что я не смогу еще долго ходить… — брови девушки сошлись на переносице, а руки сложились под упругой грудью. — И если не сделаешь этого, все твои подчиненные будут думать, что ты импотент!

Я хмыкнул, кивнул и игриво моргнул ей одним глазом. Плевать, как обо мне думают люди, которым я плачу. Не думаю, что вообще что-то в них изменится.

— Иди спать, милая, я лягу чуть позже… а завтра выложусь по полной.

На самом деле, работы у меня как таковой было немного. Все, что я должен был сделать — дождаться звонка Ханны.

Эх. Вот если бы Арья предложила сигаретку, я бы с радостью ее принял, но… секс. Ох. Я слишком вымотан.

Глава 4

Передо мной протягивалась длинная пустая дорога, в конце которой шел мой отец — Князь Игорь. Он шел медленно, держа в руках широкий меч. Шел прямо в мою сторону.

Вокруг него лишь дым, за которым практически ничего не видно. Горят дома, машины… трупы людей разбросаны повсюду. Но старик не обращает на них внимания — идет в мою сторону.

— Отец?

Я, сощурившись, внимательно смотрю на отца — статная внешность, дорогая одежда и родное, знакомое мне лицо. Делаю первый шаг и чувствую, как легко мне это дается. Сила… она переполняет меня, переполняет каждую каплю моей крови, а глаза… я вижу за сотни метров, все вокруг такое четкое, что хочется натянуть улыбку.

Но отец идет в мою сторону, а я не могу игнорировать его присутствия.

Я иду навстречу, перехожу в бег и ускоряюсь. Мана, что бурлит в моем теле, готова буквально выбросить меня вперед… да, я чувствую энергию.

— Отец!

Но… вот отец будто отдаляется. Да, он идет на меня, а я бегу навстречу, невзирая на клубы дыма вокруг. Только вот… догнать его не могу.

Секунда — и перед отцом возникает Йокагами. Одним лишь взмахом клинка он лишает моего отца головы. Я все еще бегу, но… отец, что лежит под его ногами, испаряется; затем начинает испаряться все вокруг… остается лишь Йокагами. Он смотрит на меня и смеется…

Глаза резко распахнулись, я, рывком вскочив с компьютерного кресла, быстро огляделся по сторонам. Находился в арендованном доме, а за спиной сопела Арья. Телефон, что лежал у правой руки судорожно вибрировал, обозначая вызов.

…так это был сон.

Рывком выхватив в руку мобильник, я тут же принял вызов и приложил его к уху. Звонка от Ханны я как раз и ждал, но вот по какой-то причине вырубился до него. Кажется, за последнее время я слишком сильно вымотался.

— Да… — голос мой прозвучал сонно и нелепо, как бы я ни старался сделать его «нормальным».

— Эйджи, ты что, спишь?! — да, это был голос Ханны. Взволнованный и чуть подрагивающий, будто она совсем недавно плакала.

— Нет, я…

Я не смог быстро придумать отмазки — мозг был все еще не особо активен. Ханна, поняв это, тут же перешла к делу.

— Ладно, слушай, — она говорила быстро, будто куда-то спешила. — Я поговорила с отцом… он просил передать, что готов уйти, но вот тебе нужно не только его согласие получить. Есть люди, которые не собираются позволять тебе этого сделать!

Догадки подтвердились. Этот старик рассказал о моих планах клану Кондо. Но я все же решил уточнить.

— Ты о чем?

— Эйджи, на тебя готовят покушение, понимаешь? — голос девушки звучал все более встревоженно. — Ты выдал себя, чем позволил преступникам понять, на кого стоит объявлять охоту. Отец попросил меня не идти к тебе, поэтому я осталась дома! Эйджи, послушай, попробуй уехать куда-нибудь, иначе тебя попросту убьют!

Так… кажется, я начинаю потихоньку включаться в разговор. Я протер ноющие глаза и прочистил горло, после чего заговорил:

— Полагаю, они знают, что я именно завтра буду биться за кресло Графа.

Дензо, ублюдок. Даже после полного краха машет руками и делает все, чтобы мне не досталось его статуса.

— Да! — она чуть ли не вскрикнула. — Преступники уже готовятся тебя встретить! Знают, как ты выглядишь, знают, где живешь! Твой дом минами обставили!

…какого?

— Надеюсь, ты не в своем доме? — она спросила с опаской в голосе.

Сердце мое екнуло. Пусть только попробуют что-нибудь сделать с моим домом… я спрошу за это лично с каждого. И даже играть с ними в русскую рулетку не стану.

— Нет, я не в своем. Ты мне вот что скажи. Отец твой действительно готов отдать свой титул, он не станет яро возражать в зале суда?

— Не станет, он уже подписал документы, — отозвалась Ханна. — По началу он не собирался этого делать, хотел быть заодно с этими преступниками и выступить против тебя, но… позже отказался.

Так… еще раз. Я стал судорожно думать о том, что именно мог выболтать Граф. Сказал ли он, что в кресло метит не Шин Нарита, а именно Роран Хатано? Либо же думал, что в любом случае и при любом раскладе именно Шин должен стать Графом?

Хорошо, что можно спросить об этом саму Ханну.

— Ханна, скажи мне, про Рорана шла речь? — я нервно застучал пальцами по столу.

— Нет, папа говорил только про тебя.

В таком случае, у меня есть план. Я задумчиво поджал губы.

Даже выходя из игры, Граф оставляет для меня целое испытание… целый квест, после которого я должен забрать себе войско Графа. Да, я знал, что этот тип не пальцем делан. Не было ничего удивительного в том, что он перекинул всю ответственность на своих подчиненных.

— Как я могу ему верить? — подал я голос.

— Он подписал все бумаги по передаче власти, — быстро протараторила Ханна. — Сказал, что лучше сядет за решетку, чем погибнет от твоей руки, либо же от руки якудза, которым когда-то платил. Он очень боится, Эйджи!

А кто нынче не боится? Это что… мне придется выступать один на один с кланом Кондо? Не слишком уж властный противник для человека, у которого даже нет войска Графа?

— Войско. У твоего отца ведь…

— Войско отняли, — перебила меня девушка. — Пока идет суд, его счета заморожены, а солдаты не служат ему. В противном случае отец не стал бы страшиться Кондо, но… сам понимаешь, какое сейчас у него положение. И какие нынче страшные эти… преступники.

— Я тебя понял, — я быстро поднялся со стола и схватил с кресла куртку. — Спасибо.

Сунув мобильник в карман, я наспех накинул на себя одежду, умылся и вышел из дома.

Итак, задача была простой. Враги известны, мотивы их тоже… место развития событий и примерные установки сил — все имеется. Вроде как, долго думать над планом и не было необходимости. Действовать нужно было через Рорана. Он заберет себе титул Графа, пока я буду разбираться со своими конкурентами.

Опасно? Да, Кондо не упустит возможности меня прикончить, но выбора нет. Остается лишь один выход — выманить его бешеных псов как можно дальше от зала суда, а там положиться на удачу — то бишь, импровизировать.

Под импровизацией я имел в виду подготовку к бою и создание плана отступления. Полное планирование будущего сражения и… короче говоря, я за одну ночь собирался проделать примерно ту же работу, что и с Йокагами три года тому назад.

Тогда, в бою с Йокагами, я понимал, что победить его вероятность невысокая, потому и создал план отступления. Сейчас ситуация была примерно схожая, да и расстановка сил, и масштабы сражения позволяли подготовиться за одну ночь.

Оглянувшись по сторонам, заметил четырех рослых охранников, что стояли в полной ночной темноте с сонными лицами. Один из них, заметив меня, осекся, выбросил сигарету и подбежал ко мне.

— Что-то случилось, господин? — его голос вздрогнул. — Никто их охранного штаба не спит. Каждый патрулирует на своем месте. Двое сейчас ушли в обход, поэтому…

— Можно сигаретку? — не слушая охранника, я вытянул руку.

— Да, конечно, — тот судорожно полез в карман и достал пачку с сигаретами.

Я просто нервничаю… сильно нервничаю. Да и ото сна меня резко одернули — тело негодует, а разум яро настаивает на том, что даже самые важные и срочные дела могут подождать и до завтра.

Увы, я с ним не согласен.

— Две, если есть…

— Да, — он кивнул и вручил мне вторую сигарету.

Закурив одну из них, я подошел под свет горящего фонарного столба и глянул на время. Три часа ночи… поспать удалось около двух часов. Что ж, это лучше, чем ничего. Охранник тут же подбежал ко мне и выпрямился, ожидая указаний.

Профессионалом его не назвать, но вот хорошим охранником, пожалуй, можно.

— Отъеду ненадолго, — я выпустил в полную темноту облако дыма и задрал голову. Глаза слипались.

— Хорошо, господин.

— …а вас попрошу продолжать охранять дом… — не заметив его фразы, продолжил я. — Никакого сна сегодня, отоспитесь завтра.

— Конечно-конечно, господин!

Как же хочется спать, черт возьми.

* * *

Черный Майбах мчал по пустой ночной дороге. Фонарные столбы медленно проплывали мимо, позволяя лучше видеть дорогу. Арендованный дом был в районе Канагава, потому до столицы ехать нужно было относительно долго. Благо, не было пробок.

Держа руль одной рукой, я взял в другую мобильник и набрал номер Лорда Кио Токугава. Решать вопрос с якудза я должен был без Рорана, ведь у него завтра был важный… даже более важный, чем у меня, день. Потому у меня не оставалось выбора… старые добрые посредники явно ждали моего звонка.

…гудки шли около минуты. Да, понимаю, все мы хотели бы немного поспать, но…

— Да, босс… — лениво и сонно поприветствовал меня толстяк Лорд. — Что случилось? И… почему звоните так поздно?

Судя по голосу, не так уж он и ждал моего звонка.

— Дела, приятель мой, — отозвался я.

Отдаленный мат прозвучал на заднем фоне Лорда.

— Чо… ка… какие дела в три часа ночи, босс?! Вы… вы издеваетесь?!

Я хмыкнул, прикрыв ладонью глубокий зевок. Отлично понимал чувства толстяка.

— Важные, очень важные, друг мой.

— Но ведь… завтра у меня судебное дело. Я ведь претендую на статус Графа!

— Больше не претендуешь, — я вздохнул. — Одевайся, я скину тебе геолокацию. Если опоздаешь… короче, не опаздывай.

В очередной раз неразборчиво проворчав под нос, толстяк простонал.

— Да, босс…

— Вот и отлично.

Сбросив вызов, я не стал убирать мобильник. Лишь мотнул по списку контактов и набрал номер Тедзо Минамото — человека, чей клан был связан с Сегуном Японии. Его голос выразил еще больше недовольства, чем голос Кио.

— …в три часа ночи?! — он больше недовольно стонал, чем задавал вопрос.

— Да, Тедзо-сан, дела важные… не требуют отлагательств.

В трубке возникло ворчание. Он то ли подушку свою кулаками избивал, то ли матрас. Я по глухому звуку определить не сумел.

— Шин-сан… у меня завтра столько важных дел…

— Послезавтра, Тедзо-сан. Переноси все свои аристократские дела на послезавтра. Ты мне нужен.

— Но…

— Я сказал… — я отрезал грубым тоном. — Значит, сказал.

После очередной минутной паузы он все же не смог мне отказать.

— Выезжаю, босс. Скидывайте геолокацию.

Я улыбнулся, сбросил вызов и скинул ему точку, в сторону которой неспешно плыл по пустой дороге.

Итак, два посредника уже выдвигались из своих укромных особняков. Я мазнул по экрану мобильника и выцепил третий номер. Номер Тору-сана — крепкого мужика из торгово-преступного клана, который раньше очень любил надоедать мне своими звонками. К слову, этот тип помог мне Сэтоши словить, а это… не шутки.

— Босс? — а вот его голос был сильно бодрее, чем первые два.

Я приподнял бровь.

— Тору-сан?

— Куда ехать? — в ту же секунду прозвучал вопрос.

А вот его, пожалуй, вполне можно отнести к профессионалам своего дела. Я даже заметил, как губы мои натянулись в улыбке.

— Скину геолокацию.

Вот, именно об этом я и говорил. В три часа ночи мужик не стал ворчать и буйствовать. Сразу понял, что от него требуется и спросил, куда ехать. Не знаю, что там творится у преступного клана Кондо в плане взаимоотношений со своими шестерками, но мои посредники были проверены как временем, так и своими действиями.

А что касается Арьи и ее небольшого преступного клана… у меня для нее было другое задание. Впрочем, не менее важное, чем и у остальных троих. Потому пусть поспит, ей нужно поднабраться сил. Все же схватка в доме Арчибальда и стычка с Рораном не были для нее простенькой прогулкой.

…тем временем одна дорога в сторону столицы перетекала в другую. В ночном небе виднелась небольшая круглая луна, что была единственным предметом в небе, который я мог еще кое-как разглядеть. В облачности было дело, либо же в моем угасающем зрении… я не знал.

Зато был уверен, что неподалеку от места, в которое я еду, есть круглосуточная аптека.

* * *

— Капли для глаз, пожалуйста. И, если есть, сироп от горла.

Полненькая низенькая женщина с узкими глазками и черными волосами, собранными в хвост, сонно и с недовольством посмотрела на меня; после чего мотнула головой и, скривившись, зевнула. Переваливаясь с одной пухлой ноги на другую, она подошла к прилавку, достала пару пачек лекарств и чуть ли не вышвырнула их на стеклянный столик передо мной.

— Двадцать три доллара.

…сколько?!

Я, привыкший жить в бедности, скривил губы и неохотно вытащил из кармана кошелек с наличными. Пересчитал ровно двадцать три доллара и с подозрением протянул их продавщице.

— Ну и цены у вас.

Женщина недовольно фыркнула, пересчитала деньги и небрежно бросила их в кассу. Взяла в руки журнал и свалилась за столик, что жалостливо скрипнул под ее весом.

— До свидания! — недовольно бросила та, не посмотрев на меня.

Плевать. Я выхватил лекарства и быстро пошагал к выходу.

Находился я в одной из префектур города Токио — в специальном районе Синигава, что был не так далеко от центральной части столицы. Место это было довольно тихим и безлюдным, и это стало причиной созвать своих союзников именно сюда.

Пройдя вдоль дороги около двадцати метров, я оглянулся в поиске слежки и, не заметив опасности, вошел в паб под названием «Ота» — в мой паб, что был первой попыткой расширить бренд «Шина Нарита» еще пару лет назад.

К слову, попытка была провальной, а паб особой прибыли не приносил, да и продать его можно было лишь за сущие копейки. Поэтому я решил оставить его себе в качестве трофея.

Скрипнув открытой дверью (паб работал круглосуточно), я вошел в основной зал. Спокойная музыка играла не так громко, чтобы наглухо перебивать речь гостей, которых в пабе в такое время особо и не было. По деревянным стенам были развешаны желтые лампы, придающие особую атмосферу моему заведению, а столики были расставлены аккурат под светом.

В общем, все тут было выполнено недорого, но со вкусом.

За старенькой деревянной барной стойкой стояла молоденькая симпатичная девушка; что-то напевая себе под нос, она, не обратив на меня внимания, наполнила две большие кружки пивом и куда-то их потащила.

…ого. Тут в такое время даже есть посетители?

Я с лицом, выражающим удивление, прошел вслед за ней и, разглядев седой затылок человека за столом, определил, кто пришел на встречу раньше остальных.

Кио Токугава сидел, раздвинув толстые бедра в стороны, и с аппетитом поглядывал на пиво. Девушка, разместив кружки перед толстяком, хотела было уйти, но тот одернул ее за руку, добавив:

— Мне еще кальмаров, милая. Если тебе несложно.

— Да, конечно! — девушка кивнула и легкой походкой умчала в сторону барной стойки.

Кальмаров он захотел в три часа ночи. Я мотнул головой и, подойдя к столу, присел напротив Лорда. Толстяк сначала посмотрел на меня со скепсисом, потом поморщился.

— Ты что тут делаешь, сопляк? — голос его был полон удивления. — Только не говори, что тебе босс звонил.

Я молча кивнул, откинувшись на спинку и глянув на часы. Отлично, еще пару минут и…

— Приветствую вас, господа… — раздалось сзади.

Я обернулся и натянул довольную улыбку. Отлично, Тедзо на месте. Он бережно свесил пальто на спинку деревянного стула и присел сбоку от нас, откинувшись на спинку.

Практически все были на месте, остался лишь…

За спиной раздались быстрые шаги. Да, это был Тору-сан. Странно, что он пришел позже всех.

— Не опоздал?! — Тору оглянул сидящих за столом и занял последнее свободное место.

— У нас обычно только Шин опаздывает, — недовольно буркнул Тедзо, выхватив в руки меню. — Вот же психопат, какого черта он вообще собрал нас в такое время?

Психопат, ага. Этот психопат сделал тебя тем, кто ты есть. Будь я обычным, едва ли у тебя что-то да получилось в этой жизни. Так бы и целовал зад Сегуну, выполняя его поручения и получая жалкие, никому не нужные медали.

— Да, мужик воюет со всем миром, куда ему до нас? — пожал плечами Лорд. — Он вообще, спит?

Вопрос актуальный. Сон — один из моих самых сильных врагов.

Около минуты мы сидели молча — выбирали напитки и закуски, пока ждали того самого Шина Нарита. По началу я был чутка удивлен, что никто из них даже не узнал у других про меня, а позже понял, что никто особо узнать о моем истинном лице и не старается.

Каждый отлично понимает, что знать, кто я такой, очень опасно. Тем более, когда являешься моим союзником.

— И что это за место вообще? — Тедзо продолжал выражать недовольство, оглядывая мой уютный паб. — Старый паб на окраине Токио… я в такие ходил лет тридцать назад, когда не было денег на нормальное пойло.

Ну… это уже слишком.

— Эй, — наконец я подал голос, что был мрачнее ночи. Внимание сидящих за столом тут же обратилось на меня.

— Что вам не нравится? — я мазнул по союзникам недовольным взглядом. — Это, черт бы вас побрал, мой паб. Прошу проявлять уважение!

Я раздраженно закинул сигарету в рот и молча подкурил ее. Кажется, меня скоро хватит гребаный инсульт.

— Если ты, сопляк, еще раз голос повысишь… — процедил Тору, посмотрев на меня исподлобья. — Я отдам тебя собакам на съедение.

Хмыкнув, я откинулся на спинку стула и выпустил вверх облако дыма. Лениво опустил взгляд на Тору и заиграл желваками.

— Да? А кто тебе платить будет? Без меня ты и дня не проживешь, гребаный ты клоун.

Рты посредников тут же позакрывались. Думаю, они понимали; каким бы смелым ни был пацан, что сидит перед ними, подобным образом с тремя опасными преступниками говорить никто бы не стал.

— Ты решил проблему с Такаши Фудзирава, Тедзо-сан? — мой взгляд скользнул по Тедзо.

Но вот никто мне не ответил — все молчали, как рыбы, стараясь заглянуть в мое ухо в поисках наушника. Я улыбнулся, ткнул пальцем по уху и подмигнул. Загадочность меня забавляла, а если эти дебилы все еще не выяснили, кто я такой… это их проблемы.

— Да, босс… — прочистив горло, выпалил Тедзо. — Проблема решена.

Я довольно кивнул.

— Вот и славно.

— Босс, — Лорд Кио в этот раз выглядел более спокойным, как и все остальные. — Для чего ты собрал нас в такой поздний час?

Я кивнул, сбросил пепел от тлеющей сигареты на пол и посмотрел на мужчин серьезно.

— Клан Кондо затеял драку, господа. И не обычную потасовку… Мимуро слепил полноценный план по краже статуса Графа у меня из-под носа. Краже у меня, друзья мои, у гребаного Шина Нарита.

— Не понял… с чего это вдруг? — Тору захлопал глазами. — Кто из этих ублюдков вообще способен претендовать в верхушки? Может, Мимуро, который от каждого вдоха Императора в штаны ссыт? Или Кагаро? Эти идиоты совсем охренели?!

Да, его недовольство было именно той эмоцией, которая бурлила и внутри меня.

— Граф Дензо Нагивара сегодняшним утром связался с Мимуро и сообщил ему, где меня можно найти, — держа во рту тлеющую сигарету, проговорил я серьезно. — А тот, в свою очередь, послал за мной отряд из клана Шикада. Три дюжины гребаных солдат разнесли дом моего приятеля к чертовой матери.

— Ты хочешь сказать…

— Да, Граф теперь работает с ними. Короче, если Мимуро меня остановит, Дензо оставит себе статус Графа, но в этот раз будет плясать под дудку преступников.

Нервишки мои эти ублюдки потрепали знатно. Я, заиграв желваками, сжал кулак так, что ногти впились в ладонь, и отвел раздраженный взгляд.

— Какого черта он себе позволяет?! — брови на круглом лице Лорда сошлись на переносице. — Вот же ублюдок!

— Нет, парни, — мотнул головой Тору. — Важно не это. Важно то, откуда он узнал о тебе, босс. Откуда Графу известно о том, кто ты, бл. ть, такой?

Обстановка накалялась, парни наконец почувствовали, что им кто-то дышит в спину. Этого я и добивался — показать каждому из сидящих, что собрал их не по пустяку.

— Я сам позволил ему узнать о том, кто я… — буднично произнес я, мазнув взглядом по посредникам. — И не спрашивайте, зачем. Так было нужно.

— Нужно?! — вскочил с места Тедзо, врезав кулаком по столу. — Для чего, босс?!! Чтобы всех нас повязали гребаные копы?! Знаешь же, что эти ублюдки по пятам за каждым из нас ходят!

Я устало вздохнул и махнул ему рукой, показывая, чтобы он присел.

— Сядь на место, Тедзо, — я все еще был спокоен. — Я говорил вам, что собираюсь в Графы, так? Так, Тедзо… так. И если ты мне назовешь хоть одного анонимного Графа, чье лицо не выставлено напоказ публике, я признаюсь, что совершил ошибку.

Но он не ответил. Очевидно, ответить он и не смог бы. Нет таких — и все на этом. Каждый член семьи клана из высшей аристократии имеет чуть ли не от миллиона подписчиков в социальных сетях. К слову, каждый их шаг разлетается в прессе с невероятной скоростью.

— Да просто перестреляем этих псов, — отозвался Тору. — Прикончим каждого, заберем все, что у них есть, и станем номером один в преступном сообществе. Под нами будут не только шестерки клана Кондо, но и доля от каждого нелегального бизнеса. Это выгодно… будем гребаными королями Токио. Война так война, босс.

Война так война… да, конечно, это все здорово, но…

— Мы не сможем, — я мотнул головой, выдыхая облако дыма. — Мало нас, да и Кондо — человек, равный по своей власти чуть ли не Графу. Он побольше моего имеет, в этом можете не сомневаться.

Лорд Кио цыкнул, взял в руку кружку пива, залил ее в себя до дна и громко поставил ее на стол. Вытерев рот тыльной стороной ладони, он звучно отрыгнул. Казалось бы, он так демонстрирует свою готовность к бою.

— Сможем, босс. Надерем им…

— Да заткнись ты! — отрезал я грубым тоном, скривившись. — Я же сказал тебе, план другой.

Лорд тут же замолк, опешив от того, с каким лицом я это сказал. Да, вся моя речь явно не была похожа на ту, что переводили в прошлых наших встречах сторонние люди.

Я, сидя за этим столом, чувствовал себя в своей тарелке. Тедзо тем временем согласно кивнул:

— Говори, босс. Какой план?

— Заманим ублюдков подальше от здания суда, — заявил я. — Устроим перестрелку, как год назад, с китаёзами. Но в этот раз будем готовы отступать, нам победа сейчас не нужна… нам нужен титул.

— Черт, да это же самоубийство, — процедил Лорд. — Нас просто перестреляют всех.

Быстро он меняет свое мнение. От «надерём им зад» до «нас перестреляют». Впрочем, его мнение вообще тут ничего не решало.

Тору подался вперед, оглянулся по сторонам и посмотрел на меня.

— Сколько людей нужно, босс?

Вот, этот разговор мне нравится больше. Я кивнул, выбросил окурок на пол и поднялся на ноги, быстро накидывая куртку. Времени было мало, так как подготовить план по отступлению нисколько не проще, чем его исполнить.

— Всех.

Общее «что?!» раздалось по пабу. Посредники были… недовольны.

— Как всех?!

— Я сказал, берем всех, что есть, — я повторил более грубо. — Это клан Кондо, мать вашу, а не какой-то там владелец борделя. А теперь отоспитесь хорошенько, завтра в девять встречаемся у зала суда.

— Это слишком мало…

— Нормально! — отрезал я в полуобороте; не дождался ответа и пошагал к выходу, махнув на прощание барменше.

Глава 5

* * *

Молодой парень только что поднялся со стула, выпалив напоследок что-то вроде «Берем всех, что есть», и вышел из помещения. Остальные же джентльмены остались сидеть за одним столом, набитым пойлом и закуской, молча переглядываясь.

Около минуты никто из посредников Шина ничего не говорил — каждый пытался проанализировать сказанные боссом слова, но не те, что касались завтрашней «войны» двух преступных кланов.

— Этот парень, чтоб его, — тяжело вздохнул Тедзо, откинувшись на спинку стула. — Он говорил так… странно. Ощущал я себя так, словно сам гребаный Шин Нарита сидел передо мной…

Мужчины разом обернулись на него, не перебивая. Судя по их взглядам — каждый чувствовал себя так же необычно.

— Я не заметил наушника, — продолжил он задумчиво, голос его звучал неторопливо. — Старался усилить зрение си-энергией, но… наушника там не было.

Тору кивнул в знак согласия.

— Этот парень… он ведь всегда неподалеку от нас трется. Раньше работал в ресторане, а позже поступил в школу Хоккадо под руководством Шина… что-то слишком много совпадений. И да, я тоже пытался разглядеть наушник.

Лорд Кио встрепенулся, глянул на Тедзо и осторожно кивнул.

— А ведь… именно его клану я статус простолюдина присвоил… — кальмар во рту толстяка остался недоеденным. — Погоди, вы уверены, что он говорил без наушника?

Тедзо, мрачно обернувшись на толстяка, кивнул. Впервые кто-то общался с ними так, будто говорит без чьей-либо диктовки. Парень даже не старался делать вид, что ему подсказывают в наушник. Он был… естественным, что ли.

Тору взял со стола мобильник и стал пробивать по новостям из узких кругов — наводить справки. Через секунду, прочитав одну из самых свежих новостей, он застыл с выпученными глазами и поднял взгляд на коллег.

— Тут… говорят, что настоящее имя Шина Нарита… Эйджи Химуро, а за его поимку положено вознаграждение в полмиллиона долларов. Не напомните, как пацана этого зовут?

Лорд прочистил горло, глубоко вздохнул и кивнул приятелю.

— Эйджи Химуро — именно так его и зовут, мой друг.

Сидящие за столом, вздрогнув, взволнованно переглянулись. Глаза их забегали, а головы напряглись в трудных раздумьях. Неужели все это время с ними говорил настоящий Шин Нарита?

— Пацан? — с неприязнью вырвалось из Тору. — Этот пацан… и есть Шин?

— Ну… если верить источникам.

— У него не было наушника, — мотнул головой Тедзо, задумчиво поджав губы большим пальцем. — У него не было этого гребаного наушника, черт бы его побрал.

Лорд хмыкнул, мотнул головой и поднялся на ноги.

— Этот, извините меня, п. здюк со всем чертовым миром воюет. Надо же… будучи официантом такое вытворять, — его рука потянулась за кошельком. — До последнего не хотел знать, кто такой этот Шин. Вот зря мы сейчас это выяснили.

Тедзо согласно кивнул.

— Я его паб дерьмом назвал, — отозвался он со смешком. — Надо бы извиниться, но… да ну нет, я не верю, это же бред!

— Бред не бред, а пишут именно об этом.

— Какого черта тут вообще происходит? — Тедзо продолжал недоумевать. — Нами пацан все это время руководил? Да я его и пальцем боюсь тронуть — сломается ведь малой.

— Малой, ты прав… — Лорд кивнул. — Но ты видел, как он на нас смотрел? Боже… а я столько дерьма ему наговорил. Наставления давал… безумие!

— Безумие?! — Тедзо вновь вскочил. — Да это сумасшествие, Кио-сан! Чистой воды гребаный сюрреализм!

— Успокойтесь вы уже… — Тору поднялся следом за Лордом. — Завтра важный день. Кем бы этот мальчишка ни был, я его безмерно уважаю. Парень сделал из нас тех, кто мы есть, а внешность. Да плевал я на нее, пусть хоть баба… если она мне платит, буду делать то, что от меня требуется.

* * *

Я мчал по пустым ночным дорогам Токио в сторону бедного района, где находился мой домик. Первым делом должен был забрать из дома кость Адама, что оставил своей дочери Роран, а затем хотел начать подготовку.

Да, что бы я не говорил, артефакт этот был как безумно полезным, так и не менее опасным. Нет, использовать его в целях усиления не собирался — печать Рорана, что тот оставил на ней, могла буквально убить меня после любой попытки контакта с ней. А потому… я решил, что такую вещь не стоит прятать просто так — хотел как минимум использовать ее в бойне с Мимуро.

И мать, конечно, недавно была выписана из больницы. Проведать ее я был просто обязан.

Осторожно припарковавшись около своего небольшого домика, я вышел из машины и направился к входной двери; открыв ее, осторожно вошел в гостиную и оглянулся — никого. Как оказалось позже, женщина спала в своей комнате.

Присев рядом с ее кроватью, я провел ладонью по ее волосам и улыбнулся. Лицо ее было буквально залито слезами.

— Эйджи?

— Привет, мам… ты в порядке? — голос мой звучал тихо, а глаза метались по ее лицу в поиске синяков.

Она кивнула, осторожно взяла мою руку и поцеловала ее. С уголков ее глаз покатились слезы.

— Да, сынок… я в порядке. Прости, что не звонила, я…

Я мотнул головой, не позволив ей договорить.

— Не думай об этом. Сейчас важнее твое состояние.

— Я боюсь, сынок, — подбородок женщины вздрогнул. — Боюсь, что они и за мной придут. И за тобой… мы ведь бедные люди, которые никого никогда не трогали. Почему они так с нами? Что твой папа им сделал?

Мои пальцы крепко сжали ее руку. Я пытался сделать все, чтобы хоть как-нибудь ее поддержать, но едва ли мои попытки смогли бы повлиять на ее нынешнее положение.

— Папа никому зла не желал, он не виноват. Нам повезло, что он ночевал дома, иначе… вместо него мог бы пострадать другой.

Женщина поморщилась и кивнула.

— Да, — прошептала она беззвучно одними лишь губами.

— Иногда мы не видим цель, с которой судьба посылает к нам людей.

— Да, сынок.

— Я хочу обезопасить тебя, мам, но, знаешь… — по моему лицу забегали желваки. — Не могу быть уверенным в том, что смогу оставаться с тобой все время.

— Да, у тебя школа, я знаю. Директор просил передать, что у тебя на носу турнир.

…турнир?

Я на секунду замешкался, вспомнил, что обещал отстоять честь школы, и вздохнул. Ах да… ведь Лорд Кио Токугава именно для этого и дал мне статус простолюдина. Зеленый перстень на моем пальце сверкнул.

Впрочем, сейчас это абсолютно неважно. Важнее завтрашний день.

— И знаешь, — я продолжил, пропустив ее слова мимо ушей. — Мне кажется, тебе стоит на некоторое время побыть в другом месте, пока я не разберусь с ублюдками, которые это сделали.

Женщина встрепенулась и жалостливо посмотрела на меня.

— Не надо мести, сынок. Лучше… давай вместе уедем. У твоей тетушки Сьюзи есть отдельная комната в ее портной. Пожалуйста, давай поживем там какое-то время.

— Я не могу, — голос мой звучал решительно. — Ты ведь понимаешь.

— Понимаю.

Я кивнул, неспешно поднялся на ноги и положил на комод пачку наличных купюр. Там было около сотни тысяч долларов, но… думаю для того, чтобы обезопасить мать, не привлекая ненужного внимания, этого вполне хватило бы.

— С этого дня будешь работать только для себя… — говорил я, идя к выходу. — Никаких перегрузок и переработок. Ты у меня единственная осталась, поэтому прошу, береги себя.

Женщина с удивлением взглянула на деньги, потом перевела взгляд на меня.

— Но… это же.

— Стипендия, — заключил я подбадривающе, закрывая дверь. — Спокойной ночи… мам.

* * *

10:00 утра. Арендованный дом.

— Подъем, ребята! — низкий мужской голос раздался по всему арендованному дому. — У дедушки Рорана сегодня очень важный день! Сегодня дедушка Роран станет Графом всей Японии!

— О нет! Время еще только десять утра, пап!

Отдаленные недовольные голоса Фумико заставили Арью разлепить веки и оглянуться по сторонам. Всю ночь ее что-то беспокоило, не позволяя хорошо выспаться. Возможно, отсутствие желаемого секса, либо же… обычная усталость, она не знала.

Пошаркав рукой по соседней подушке, девушка не заметила Шинни. Неужто он вновь заснул перед экраном своего компьютера? Девушка чуть приподнялась и глянула на компьютерное кресло — там тоже было пусто.

— Шинни? — ее сонный голос раздался по комнате, но ответа не прозвучало. — Шинни, ты тут?

Арья, скинув одеяло, быстро поднялась с койки и взяла с тумбочки мобильник, на котором было одно уведомление от босса. Разблокировав, она стала читать.

«Арья, это Шин. Я отъехал по делам ненадолго, поэтому прошу тебя сопроводить Рорана к залу суда и хорошенько проследить за тем, чтобы никто не атаковал его. Срывать мероприятие нельзя. В соседних зданиях будут расположены снайперы клана Кондо, поэтому сделай все, чтобы они не помешали пройти судебному процессу. Бери с собой всех солдат, что у тебя есть.»

Откинув мобильник, Арья оперлась локтями о колени, прикрыла ладонями глаза и тяжело вздохнула. Этот человек… он продолжает действовать так, как ему хочется. Даже после всего, что Арья для него сделала — не спрашивает ее совета и не обсуждает с ней ничего. Шин использует всех, кого только может.

Шинни… ну и козлина же ты.

— Арья, Эйджи, папа зовет вас! — вновь раздалось с первого этажа. — Он говорит, что скорый завтрак и поездка в суд — все, о чем вы сейчас должны думать!

Внезапно дверь в комнату открылась, и в проеме выглянуло лицо Фумико — девочка чуть подалась вперед и взглянула на кровать.

— Арья? — ее глаза широко раскрылись. — А Эйджи разве не с тобой спал?

— Он ушел, — продолжая сидеть с закрытыми глазами, отозвалась Арья. — Просил передать, чтобы мы ехали без него.

Фумико удивленно заморгала.

— Как без него? А куда он ушел?

На верную смерть он ушел, черт бы его побрал. Да, Арья понимала, куда и зачем босс отправился без нее. Понимала, насколько может быть опасна стычка с преступниками из клана Кондо. Арья была одной из немногих, кто хорошо знал Мимуро — главу преступного клана; и могла с уверенностью сказать — тот сделает все, чтобы убить босса.

«Прошу, Шинни, только не подвергай рискам свою жизнь.» — подумала Арья и подняла мокрый от слез взгляд.

— Не знаю, — она произнесла мрачно. — Но нам нужно ехать… даже без него.

* * *

Полуденное солнце светило вовсю, нагревая воздух, но раскинувшиеся над городом высотные здания создавали комфортный тенек. Стрелка часов давно перевалила за семь утра — и потому все вокруг больше напоминало людской муравейник с кучей автомобилей и шумов, чем аккуратный пустой городок.

Я стоял у обочины дороги, опираясь ногой об колесо своего Майбаха; в одной моей руке тлела сигарета, а вторая держала баночку газировки. Вся сегодняшняя ночь прошла в подготовке к стычке с кланом Кондо, потому глаза мои нещадно слипались, а тело жгло из-за кучи разных алхимических печатей, что были на данный момент активны на моем теле.

Вероятность сегодняшнего успеха была не такой высокой, как обычно. В этот раз мне пришлось подготавливаться за какую-то жалкую ночь, в то время как на прошлые задания могли уходить недели. Но несмотря на все это я верил в свой успех… верил в свою удачу.

Неприметный автомобиль такси скрипнул тормозами, неспешно остановившись у меня перед капотом; из открывшейся двери вышел Тору-сан в довольно мрачном настроении. Он осторожно оглянулся и, заметив меня, махнул рукой.

— Босс, как вы?

Я часто заморгал, приподняв бровь в ожидании объяснений.

Босс? Он только что назвал меня боссом?

— Мы знаем, что вы и есть Шин Нарита, — объяснился он, кивнув. — Вы неплохо крутили нами вокруг пальца все это время. Если честно, у нас поотвисали челюсти после того, как обо всем узнали. Никто теперь не удивлен, почему вам удавалось с такой легкостью вводить преступников в заблуждение. Никто и не подумал бы, что такой опасный преступник на самом деле обычный шкет.

— Подбирай выражения, — протянул я, отводя взгляд. — Где остальные?

— Они уже на месте, — пояснил Тору, посерьезнев. — Все ждут вашей команды.

Я кивнул, сделал последнюю затяжку и швырнул окурок в сторону, выпрямляясь и разминая плечи. Открыв дверь Майбаха, я сел за руль и дождался Тору-сана, который тут же рванул на соседнее. Вырулив на дорогу, я встроился в поток машин и неспешно отправился к месту.

Поначалу ехали молча, особо не переговариваясь. Но Тору — человек болтливый и дико приставучий — не выдержал тяжелого молчания и приятной тихой музыки; мужчина взглянул на меня и буркнул:

— Босс… я могу спросить?

По лицу его можно было сразу определить, что вопрос прозвучит неделовой. А сейчас у меня не было ни желания, ни времени говорить с этим человеком «по душам».

— По делу?

Тору задумался, посмотрел на дорогу и пожал плечами.

— Нет.

— Тогда не можешь.

Мои слова были сказаны таким тоном, что больше никаких вопросов от посредника не прозвучало.

Спустя несколько минут мой Майбах притормозил на большой парковке близ зала суда. Около тридцати машин, что принадлежали людям моих посредников, были расставлены по парковочным местам. Я, открыв неспешно дверь, вышел из машины с обвязанной тканью костью Адама в руке и пошагал к посредникам.

— Приветствую вас, босс… — кивнул Тедзо. — Извини, что… вчера нахамил. Я не со зла, сам понимаешь.

— Все в порядке, — я оглянулся. — Все готовы? Проверьте оружие, активность си-энергии и броню. Сегодня будем получать урон, и как только я дам сигнал, остановим перестрелку.

Солдаты, что стояли неподалеку от нас, дружно кивнули, переглядываясь. В глазах их не было ярости, страха и прочего… все были готовы не меньше, чем год назад в перестрелке с китаёзами.

Шагая с двумя двухметровыми амбалами за спиной, толстый Лорд Кио остановился в метре от меня и сощурился.

— Во сколько выезжаем?

— Сейчас, — отозвался я, не глядя на Лорда. — По моим подсчетам Мимуро уже ждет меня на кладбище.

Да, на кладбище. Устраивать перестрелку чуть ли не в центре города безумно опасно и неприлично дорого. Еще час назад я написал Мимуро, что хочу поговорить до того, как начнется судебный процесс.

И глава клана Кондо не отказал мне — деловой человек понял сразу, что я от него хочу, и не стал препятствовать. Да и знает он, как я выгляжу — зачем тогда эта лишняя беготня?

Решим все с глазу на глаз.

* * *

— Они покидают зал суда, Мимуро-сан, — прозвучало в трубке телефона.

Не ответив, глава преступного клана убрал мобильник в карман пальто и оглянул представителей своих кланов. Шин Нарита не стал придумывать хитрых уловок и мудрёных планов — решил разобраться так, как это делают настоящие якудза.

Пару минут назад Шин отправил сообщение на адрес Мимуро, в котором сообщил, что не намерен отправляться в зал суда до того, как не поговорит лично с главой преступного клана Кондо.

Да, никто и не сомневался в том, что Шин постарается договориться, попробует найти компромисс и выйти на мировую, но то, что он возьмет с собой около трех дюжин автомобилей, набитых преступниками, говорило о его истинных намерениях.

Впрочем, едва ли эти люди вообще имели представление о власти и силе клана Кондо. Три дюжины машин казались смешными по сравнению с тем, что имел Мимуро.

— Не хочет, чтобы полиция вмешивалась в конфликт преступников? — глава клана Кондо оглянул союзников, разводя руками. — А разве я против?

Мимуро в окружении около сотни внедорожников стоял аккурат посреди кладбища для простолюдинов. В такие места редко совались полицейские, а после того, как их еще и «вежливо» попросили не бродить поблизости, их и вовсе не стало. Ничего не было слышно вокруг, кроме отдаленных звуков двигателей проезжающих мимо машин.

В этом стоит отдать должное Шину — парень подобрал отличное место для ведения переговоров.

— Мимуро-сан, — к главе обратился Сакурай Сучи — один из богатейших оружейных баронов со всей Японии. — Шин в сообщении указывал о перемирии, не думаете ли вы, что стоит для начала выслушать его предложение? Напомню, только на его публичных счетах хранится две сотни миллионов, парень имеет доли от огромного количества нелегальных предприятий.

Старик хмыкнул, отвел взгляд и натянул натужную улыбку. Когда кто-либо говорил о деньгах, его это привлекало.

— И более того, — добавил другой член организации. — Полицейские, политики и прочие представители закона сейчас буквально у него в кармане, Мимуро-сан. Как бы нас много ни было, парень окружил себя ценными людьми.

Мимуро чуть склонил голову и сощурился, глядя на своего подчиненного.

— Этот иуда буквально недавно звонил и просил перемирия. Хотел, чтобы я стал членом его гребаной команды. Как думаешь, стал бы он звонить, будь у него все гладко? Не-е-ет, не стал бы… вся его персона раздута, а власть… нет у него власти. Он убивает только с помощью лжи и обмана, бросает такие вот предложения по типу перемирия, находит твои слабые места и… бум, а в твоей голове уже дыра от пули.

Люди, окружающие его, слушали молча — знали, что перебивать Мимуро не стоит.

— Каждый думает о нем, как о гениальном сером кардинале — Боге преступной мафии, но… я не я, если не суну в задницу все эти стереотипы. Я не я, если не пущу в его голову всю гребаную обойму, друзья мои. Перемирие? Засуньте в задницу свое перемирие, под нашу дудку пляшет сам Граф Дензо, поэтому в таких ублюдках я не нуждаюсь. И Шин знает это… именно поэтому едет сюда со своими дружками.

Звуки двигателей и скрип тормозящих колес раздались неподалеку от кладбища, отдернув Мимуро от разговора. Как и сообщил шпион — ровно три дюжины автомобилей припарковались вдоль дороги, и из них стали выходить люди в черных классических костюмах.

И тот, что держал во рту сигарету… молоденький Эйджи Химуро, что в сыновья ему годится, был именно тем самым Шином Нарита, в голову которой должна была вылететь пуля.

— По местам, живо! — скомандовал глава клана Кондо, развернувшись в сторону большого отряда Шина. — Вы трое — со мной.

Глава 6

Утреннее солнце отчетливо освещало кладбище, открывая взор на сотни надгробных камней и примерно втрое большее количество людей, работающих на Мимуро Кондо. Преступники стояли небольшими кучками, разговаривая между собой, а внедорожники их были раскинуты вдоль дороги, протягивающейся вблизи кладбища.

Тяжёлые металлические ворота скрипнули под моим усилием; я вдохнул в себя кладбищенский воздух и двинулся дальше в сторону открытой площадки и целой орды татуированных людей в майках. Отчего-то такие места представляются как сырые и мрачные, но здесь не было никакой сырости. Пахло зеленью, летом и… алхимией.

За четыре часа до встречи с кланом Кондо я над этим местом успел неплохо поработать. Несколько часов мне понадобилось для того, чтобы заминировать не только некоторые участи кладбища, но и обочину дороги, на которой были расположены их внедорожники. Примерно пара сотен печатей взрыва… не знаю, сколько месяцев жизни я потрачу на данную авантюру, но думаю, эти жертвы будут не напрасны.

Впрочем, для плана отступления, придуманного на коленках, этот был относительно неплохим.

— Тору и Тедзо, вы идете за мной, остальные стоят тут, — выдохнув облако едкого дыма обозначил я своим парням, заметив, как в нашу сторону идут трое мужчин, по центру которых находится Мимуро Кондо. — Лорд, ты стой тут. Не хочу вмешивать высшую аристократию в наши преступные дела.

Лорд Кио Токугава, черный пиджак которого был чуть меньше его нынешних размеров, нахмурился, но отшагнул назад. Его репутация будет чиста до тех пор, пока он лично будет стоять в стороне и наблюдать. Если кто и подумает, что между преступниками были разборки, то на толстяка особо ничего повесить не сможет.

Да и нечего вешать.

Зверье вышло на охоту за таким же зверьем. Преступность уничтожает преступность — такие «стычки» особо никто и не станет серьезно расследовать, если в последствии не погибнут невинные. Ведь каждая смерть одного преступника в будущем повлечет за собой сохранение жизни и имущества многих других порядочных людей.

Единственное, за что я переживал — сохранность надгробий. Взрывы повлекут за собой разрушения, и камни, вероятно, будут изувечены. Других причин проводить в этом месте расследования я не видел.

Но… надгробия — дело пары сотен тысяч долларов, потому ничего серьезного.

Оказавшись перед Мимуро Кондо лицом к лицу, я двумя пальцами отбросил окурок сигареты и демонстративно глянул на наручные часы. Судя по сальному взгляду, глава клана Кондо праздновал внутри себя победу — мол, как я смогу стать Графом, если буду замешан в подобного рода перестрелке, а в лучшем случае убит.

Но вот ни он, ни его дружки даже не постарались выяснить, что в Графы я и не мечу вовсе.

— У нас один час на то, чтобы поговорить, Мимуро-сан, — голос мой звучал четко, глаза же выражали стойкость и решительность. — Час на то, чтобы обсудить наши с тобой дальнейшие планы.

Мимуро, переглянувшись со своими союзниками, желчно хмыкнул, всё ещё внутри полагая, что уже победил. Да, едва ли я успею вовремя на заседание, как, впрочем, и он. Правда, мне глубоко плевать — пожму руку Рорану и поздравлю его чуть позже.

— Не собираюсь иметь никаких дел с сопляками вроде тебя, — он смачно харкнул мне под ноги и поднял на меня сальный взгляд. — Ты сейчас в дерьме, и я знаю это. Твоя шлюха Арья около пары недель назад говорила о том, что ты просишь перемирия. И знаешь, что я с ней сделал? Засунул свой член ей в рот, вот, что я сделал!

Уловив «тонкую» шутку, его дружки разом расхохотались в голос, пока я смотрел на их главу серьезно. Мимуро же в это время поиграл бровями, посмотрел на меня с желчной улыбкой и через пару секунд приподнял ладонь, прося их заткнуться. Послушные якудза тут же замолкли.

— Так вот как ты называешь просьбу стать моим посредником… перемирие? — уже деловым тоном произнес я и сделал шаг в сторону Мимуро. — Звал я тебя потому, что у меня просто освободилась вакансия, Мимуро-сан… я прострелил лоб своему посреднику и поэтому тебе позвонил. Или ты всерьёз думаешь, что такие, как я, способны звонить таким, как ты, когда дела их идут плохо?

Что я для себя приметил, так это сильную личность внутри Мимуро, что сочеталась с тупым упрямством и непомерной самоуверенностью. Теми же качествами, впрочем, и обладал будущий Граф Роран Хатано, но того я всё еще сдерживал, а с этим… придётся повозиться.

— Если ты про носатого Каваши, то… наводишь слишком много жути, ведь хвастаться тут нечем, сопляк, — его тонкие губы скривились. — Этот твой посредник был еще большей шлюхой, чем твоя Арья. Он больше полугода крысил за твоей спиной, пока ты свой девственный член дрочил. Да будь он моим человеком, его бы на первый же день его похождений закопали заживо за такое.

Я хмыкнул, помолчал немного, а после заговорил совсем о другом. Каваши ведь давно перевернутая страница, зачем ворошить прошлое?

— Впрочем, я не за этим тут стою, — моя рука вновь потянулась за новой сигаретой.

Не думаю, что оставаться спокойным, стоя перед тремя сотнями якудза, нормально. То, что я нервничаю и хочу курить, не говорит о слабости и прочем. Я ведь не робот, а в первую очередь человек, у которого даже нет возможности пользоваться си-энергией. Один шальной патрон — и моё тело обмякнет.

— То, что говорила Арья, остается в прошлом. Сейчас я действительно предлагаю тебе перемирие. Не прошу занять вакансию, не хочу, чтобы ты на меня работал. Просто союз, сплочение двух опаснейших группировок для установки преступного монополия.

— Засунь свое монополие в задницу, сопляк, — выплюнул Мимуро, с неприязнью глянув на меня. — Засунь его… сука… в задницу. Ты убил многих моих людей, ублюдок, многих друзей порешал. И сейчас ты стоишь передо мной и говоришь о перемирии. Да пошел ты к черту! Даже если ты предложишь мне захватить весь гребаный мир, я с тобой ничего общего иметь не собираюсь, сучёныш!

Кажется, он просто боится подпустить меня к своим делам, что, впрочем, не удивительно. Я глубоко втянул в себя едкий дым и пожал плечами.

— Мы ведь деловые люди, Мимуро-сан, — голос мой оставался невозмутимым. — Зачем нам эта месть, когда союз способен принести гораздо больше, чем мы имеем?

Мимуро закатил глаза, указав пальцем на те три сотни оябунов, что ждали приказа расстрелять меня, как собаку.

— Видишь этих людей, Шин? — глаза его были полны презрения. — Треть из них когда-то работала на своего покровителя. Кто-то работал на Сэтоши, кто-то на Ито… которым ты бошки прострелил! Короче, они сейчас же готовы разорвать тебя на мелкие куски за то, что ты лишил их своих покровителей, ублюдок!

— Их покровители на меня копали.

Мимуро замолк, расслабился и посмотрел на меня так, точно перед ним стоит что-то противное и неприятно пахнущее.

— Копали… — повторил тот, переглянувшись с взъяренными оябунами, что стояли за его спиной. — Они, говорит, копали!

Его рука резко рванула в карман за пистолетом; ствол в долю секунды оказался у моего лба.

Ох, какие страсти. Я, правда, и глазом не моргнул — мои ребята тоже вытащили стволы и наставили их на Мимуро. Но вот всё это вызвало ответную реакцию и людей со стороны клана Кондо. Таким образом, пять стволов были готовы выстрелить — я свой любимый револьвер и пальцем не тронул, ведь если бы и тронул, это стало бы командой для всех наших солдат.

— А как не копать, сопляк?! — брызжа слюнями взревел Мимуро, давя стволом на мой лоб. — Как не копать, когда ты, сука, забираешь доли нашего бизнеса, обворовываешь людей, которым мы платим взятки, и суешь свой сучий нос куда не просят? А?!!

Если продолжу вести себя как жертва, лягу тут, не успев подорвать это место к чертям собачьим. Пора приступать ко второй части встречи — к накалу страстей и перетягиванию одеяла на себя.

— Вах… какие страсти, — я натянул улыбку, отшвырнув недокуренную сигарету. — Знаешь, а ты молодец, Мимуро-сан. Молодец, правда. Ты мне нравишься. Только ты мог собрать вокруг себя такую кучу преступников. Да-да, ты очень хорош в своем деле, но… знаешь ли, есть один нюанс… одно правило, которое в твоем маленьком мозгу никак не может уложиться. Все, что ты украл за свою жизнь, никогда не принадлежало тебе. Всё, что у тебя есть, уже через…

Я задрал рукав и демонстративно поглядел на часы.

— Через двадцать минут станет моим, — продолжил я.

Мимуро скривил губы, приподнял бровь и заморгал, не поняв до конца, что я имею в виду. Злится он, ох как злится. Пускай. В то, что он собрался отдать мне власть, не знал даже он. Но сейчас это не особо и важно, двадцать минут — все, что отделяет Рорана от титула Графа. Всего лишь двадцать гребаных минут.

— Что ты несешь, ублюдок? — Мимуро подался вперед.

— Ах… ты ведь не знаешь, — я развел руками. — Да, Граф Дензо тебе не сказал. Вижу-вижу… он и сам не знал, Мимуро-сан. Повторюсь, ты молодец. Но вот каким бы ты ни был, ты к тому ещё и глупец… хотя бы потому, что за все это время ни разу со мной не связывался.

Я демонстративно поглядел на Тедзо и Тору, чьи лица успели покрыться тонким слоем пота от волнения.

— Не связывался ведь?

— Нет, мы с ним дел не имели, — подтвердил Тору.

— Ни войны, ни союза. Вы и видитесь-то впервые, — продолжил за ним Тедзо.

— Впервые, — кивнул я, вновь бросив взгляд на Мимуро. — И ты, старый волк, решил взять меня своим скудным разлаженным от кокаина мозгом и каким-то там опытом? Ты действительно думал, что соберешь вокруг меня гребаный отряд оябунов и заберешь у меня всё, что я так долго строил? Да если бы я решал дела таким идиотским методом, то давно лежал бы неподалеку от этих могил, Мимуро-сан!

Мимуро вздрогнул, сощурился и натянул улыбку, убирая пистолет с предохранителя. Будет стрелять неожиданно, поэтому было лучше все же предостеречь себя от гибели — разогнать кровь по венам с помощью одной из печатей и выпустить в глаза би-клетки.

— Ты… блефуешь… — он хищно оскалился. — Ты у меня как на ладони, сопляк. Граф Дензо сейчас моя пешка, а власть, что я получу с его помощью, будет непомерна. Корпорация Тойота, что производит автомобили, будет принадлежать мне на десятую часть. Деньги, власть и сила… это то, что у меня есть и то, что я приумножу через несколько минут. А ты… что есть у тебя помимо раздутого эго, лживого языка и кучки алкашей за спиной?

Я заметил, как из тела главы преступного клана стала высачиваться не только си-энергия, но и би-клетки. Этот тип был силен… на уровне ранга «мастера», если не ошибаюсь, но…

— Граф Роран Хатано… — я открыл глаза… активировал силу Деймоса.

— Чт… ч-что?

Воспользовавшись тем, что преступники на секунду осеклись, я, отшагнув назад, использовал печать призыва и наставил ствол револьвера на лоб Мимуро, после чего выстрелил. Но вот не пулей… нет, это слишком банально и глупо — стрелять в столь крепкого мужчину обычным патроном. Я сделал чуть иначе.

В миг, когда пуля только-только вылетела из дула револьвера, я закрыл глаза и в этот раз активировал печать обратного призыва — печать, что способна была заменить один помеченный объект на другой в один гребаный миг. Патрон, который сейчас летел в лоб Мимуро-сана, внезапно заменился костью Адама — и та, имея ту же скорость, что и патрон, глубоко вонзилась в прочную защитную оболочку мужчины, вонзившись в его лоб.

Напомню, контакт с артефактом мог убить человека. И убить не за мой счет, а за счет силы Рорана, который, впрочем, и ставил печать. Не знаю, хватит ли Рорану мощи пробить своей печатью магическую оболочку Мимуро, но если да, то мне удастся избавиться от невероятно проблемного оябуна.

Итак, еще раз, у меня было всего лишь несколько часов на то, чтобы придумать план отступления, поэтому он и был таким примитивным.

Мужика откинуло назад, а в прочном лбу его застряла кость. И теперь вся надежда была на силу Рорана, что должен был сейчас почувствовать некоторую слабость. Ствол мой скользнул чуть влево и выстрелил еще раз. В этот раз в висок одного из опешивших союзников клана Кондо. А затем я выстрелил и в третьего.

— Шин, назад! — меня резко дернули за руку и повели назад к союзникам.

По кладбищу стали слышаться звуки выстрелов, усиленных маной. Якудза клана Кондо разом двинулись на нас, выбрасывая на атаку всю ману, что у них хранилась. Впрочем, наши люди были не менее бесстрашны — двинулись в ответ, стараясь прикрыть меня, и пока всё выходило удачно.

Конечно, бежать на передовую в желании поразить как можно больше якудза я попросту не мог. Моя защита сильно уступала той, что создавала си-энергия, а использовать глаза я мог не больше двух минут в общей сложности. Причем зрение моё и без того страдало от столь частого применения би-клеток.

Я должен был действовать умнее. И сейчас, когда я свалился в небольшой окоп, который сам вырыл ночью, я снял с себя пиджак. Пришло время опробовать в действии мою стратегию по ведению боя с якудза.

Задрав рукав рубашки, я стал поочередно активировать печати взрывов. Эти рисунки отличались от тех, что я рисовал ранее. В этот раз взрывы приходилось активировать дистанционно, но я был готов принести в жертву немного своей жизни… всё же повод на это был.

Как только послышались многократные взрывы, разносившие на куски как могильные камни, так и вражеские внедорожники, я высунул голову из окопа и обернулся к своему отряду, что от взрывов опешил не меньше.

— По машинам, живо! Мы отступаем, вашу мать!

* * *

Роран уже двадцать минут чувствовал жуткую слабость в теле. Кто-то активировал одну из его печатей, и теперь его жизненные силы утекали, точно струя воды. Да, если бы он был молод, подобные потери не стали бы особо его волновать, но сейчас… он давно не тот парнишка, что не ценит свою жизнь.

— Уважаемый Роран Хатано! — судья поднялся со стула, оглянув помещение, что было забито аристократией со всей Японии, репортерами и операторами.

Роран с трудом поднялся на ноги, поправил воротник рубашки и посмотрел на судью. Рядом с ним сидел Граф Хиро, что, впрочем-то, и дал свой решающий голос за Рорана. Арьи не было, она решала какие-то свои вопросы, а Фумико… её просто не впустили — девочка ждала отца в коридоре.

— Именем Императора и с согласием Графа Дензо Нагивара, что решил оставить свой титул, я, путем голосования в среде высшей аристократии, провозглашаю вас новым Графом Японской Империи за заслуги перед народом Японии и принятие активного участия в делах Империи. Носите этот титул с достоинством, Граф Роран Хатано!

Под громкие овации судья открыл небольшой ящик, покрытый матовой красной тканью, и развернул его в сторону Рорана, что продолжал ощущать слабость и едва ли улавливал слова судьи. В помещении все затихли — каждый ждал того самого момента, когда седой мужчина наденет на свой палец тот самый заветный золотой перстень, украшенный безумно дорогими камнями.

— Спасибо, — лаконично отозвался Роран, с трудом натянув триумфальную улыбку.

— Род Хатано отныне носит герб волка — герб животного, что становится вожаком стаи после прохождения огромного количества потерь и сражений. Мне жаль, что многие ваши родственники не смогли дожить до этого момента, но я уверен, они наблюдают за вами.

Пока судья говорил, Роран подошел ближе к шкатулке и взял двумя пальцами перстень, на котором в действительности был выгравирован волк. С обратной же стороны на перстне было выточено его имя.

Судья, договорив, поместил в руке Рорана документ, что официально подтверждал его титул и давал право на владение уникальной собственностью, землей и процентом с продаж природных ресурсов. В одну секунду Роран стал чуть ли не богаче умника Шина, который столько усилий и времени приложил, чтобы хоть немного приблизиться к этому статусу.

Да, в Японии, конечно, многое изменилось с момента, как Роран её покинул, но вот фундамент остался тем же. Сильные способны получать всё и сразу, а слабые… должны жить так, как могут позволить их амбиции и способности. Империя в людях без особого таланта как не нуждалась, так и не нуждается.

После аплодисментов аристократы, репортеры и операторы стали медленно покидать огромный зал заседаний, и Роран пошагал-было в коридор, но тут же…

— Поздравляю, Граф, — по плечу его хлопнул Герцог Ясуо. — На будущее хочу сказать, что я был не против твоего повышения в должности. К тому же твое имя тесно связано с кланом Хиро. Никто не был так близок к этому титулу, как человек, жена и дочь которого принадлежат Графскому роду.

Роран покосился на Хиро и кивнул в знак благодарности. Герцог был слишком слащав.

— Мне приятно получать поддержку от Герцога, — голос старика был ровным, хоть и выдавал то чувство усталости, что таилось внутри. — Приглашаю вас в свое новое поместье в честь получения титула. Надеюсь, ваша семья не откажет мне в этом предложении.

Герцог почтительно кивнул и натянул дружескую слащавую улыбку.

— Как скажете, Граф Хатано, моя семья готова уделить время столь важному событию для вас. Мой младший сын, честно сказать, ваш фанат. Историю вашего восхождения помнит до мельчайших деталей. И победу над наркотической зависимостью, и потерю родителей, и даже победу над нынешним Императором.

Роран чуть хмыкнул и отвел взгляд. Политики — люди, что способны восхвалять, придавая этому особый шарм. Заметить случай боя с принцем Кагами мог только очень опытный политик.

— Молодость… — лаконично отозвался старик. — Когда хочешь доказать всему миру, что ты лучше, чем о тебе думают, когда хочешь выйти из той грязи, в которую попал, едва ли кому-то удастся тебя остановить.

— Ваша философия бесподобна, — глаза Герцога вспыхнули. — Именно это и дало толчок в том, что я голосовал именно за вас. Да, когда в тебе есть энергия, амбиции и, что не менее важно, безумный талант, перед тобой склонит колено даже сам Кагами Осикага.

И вновь его слова прозвучали с некой ноткой колкости. Этот человек по таланту ведения переговоров явно не уступал Шину, а в моментах даже был лучше. Не зря он сейчас стоял перед Рораном в статусе Герцога.

— Это то, что я собираюсь транслировать людям, — согласился Роран.

— Вот и прекрасно, Граф Хатано. До встречи на ужине.

— До встречи, Герцог Ясуо.

Как только Герцог пошагал прочь, Роран скривил губы и поморщился. Неужели эта фамильярность будет преследовать его всё оставшееся время за титулом Графа? Человек, что первую свою жизнь был десять лет заперт в одиночестве за решеткой, а вторую провел чуть ли не в отшельничестве, не привык говорить с людьми в таком ключе.

— Папа-а-а! — Фумико буквально со спины набросилась на устало старика, заставив того пошатнуться. — Боже, папа, да ты же просто воплощение крутости! Я даже не верю, что восемнадцать лет жила без такого крутого отца!

Роран, устало хмыкнув, скинул девочку со своей спины и посмотрел на нее по-отцовски.

— Не называй меня папой, иначе возникнут проблемы с твоими документами, — говорил он так, чтобы никто не слышал. — Ведь тебе сейчас должно быть около… шестидесяти восьми. Не нужно бросаться такими словами.

Фумико скривилась и смущенно кивнула.

— Да, прости.

— Ты не видела Арью?

— Она ушла, сказала, что скоро вернется, но что-то ее не видно особо.

— В таком случае, мне надо поспать. Кто-то очень сильный хотел разрушить мою защитную печать.

Фумико раскрыла шире глаза и взглянула на отца.

— И что… разрушил?

— Издеваешься? — Роран скривился. — Кем бы ни был человек, который прикоснулся к защищенной мной печати, он минут пятнадцать назад как погиб. Печать моя всё еще активна.

Глава 7

— Вы просто конченый психопат, босс!

Мой Майбах неспешно мчал по дорогам Токио, обгоняя другие автомобили и оставляя подорванный картеж противников далеко позади. Наши же люди стали разъезжаться в разные стороны, дабы не привлечь чужого внимания. Вскоре мы остались совсем одни на забитой машинами магистрали. После тех многочисленных взрывов, что я устроил на кладбище, люди клана Кондо даже не успели и глазом моргнуть, как их автомобили буквально разлетелись по кускам.

Я был на взводе, адреналин зашкаливал. После того, как всё закончилось, хотелось кричать от восторга. Нет, понимание того, что всё только начинается, меня ни на секунду не покидало, но всё же я до конца надеялся на то, что Роран оказался гораздо сильнее Мимуро и смог-таки выдержать нагрузку, что оказал на его тело защитный барьер главы клана Кондо.

— А ты сомневался? — со смешком отозвался я, покосившись на Тору-сана. — Слушай, мы уже одной ногой Короли преступной мафии, поэтому пора бы уже признать, что я… профессионал.

Не то, чтобы я всё это время твердил себе про профессионализм из-за сомнений в том, что это действительно так, просто… иногда хотелось действительно верить в это. Всё же моих успехов вдоволь хватало для того, чтобы окружающие признали это.

— Профессионал, — недовольно фыркнул Тедзо, сидя на заднем сидении. — Из-за таких профессионалов мы чуть-было не погибли все. Ты рисковал, Шин. Ты чертовски рисковал не только своей, но и нашей жизнью.

А, может, успехов всё ещё было мало. Впрочем, плевать, рано или поздно каждый признает факт того, что я хорош. Да и что значит «рисковал»? Неужто эти люди работают со мной только для того, чтобы чувствовать себя в безопасности? Мы преступники, что убивают преступников — без рисков тут точно не обойтись.

— У меня была одна ночь, Тедзо, — объяснился я. — Одна грёбаная ночь для того, чтобы спасти наше положение и не позволить одному из самых сильных кланов сорвать наши планы. Я понимаю, вы хотите убивать тихо… местами анонимно, но сейчас мы были обязаны действовать решительно и беспрекословно.

Если Тору согласно кивал, глядя на меня, то Тедзо… он был слегка раздражён случившимся.

— А если они начнут мстить, Шин? Ты подумал об этом, убивая Мимуро? Если эти люди станут действовать в открытую, забывая о нормах морали и преступного этикета? Что ты сделаешь, когда ночью проснешься от того, что дом твой бомбят якудза?

— Ну, конечно, я об этом думал, — обозначил я, закидывая в рот сигарету и поджигая её.

Да, недолго — не просчитывая всё до мельчайших деталей, но думал.

Тедзо слушал меня, не перебивая.

— Смерть Мимуро, в первую очередь, нанесёт сильный удар не только по всему его альянсу, но и по всей преступности Японии в целом, — продолжал я. — Потеря столь важной персоны приведёт к делёжке власти, а те, кто боялся его авторитета, выйдут за рамки и будут бороться за независимость. Думаешь, собирать вокруг себя столько оябунов просто? Найдутся крысы и среди его подчинённых, которые захотят власти.

— Ты ведь понимаешь, что эта неразбериха рано или поздно закончится? — Тедзо продолжал недоумевать. — А память о том, что именно ты убил Мимуро, останется?

— Но сколько времени пройдет с этого момента? — я выпустил облако дыма в окно и глянул на Тедзо с улыбкой через зеркало. — К тому моменту мы уже будем на абсолютно другом уровне. Пойми, приятель, не собираюсь я отсиживать задницу под рукой Рорана. Найдутся люди, которые пожелают примкнуть и к нам. Денег у нас достаточно.

Конечно, ещё огромное количество нюансов нужно было обмозговать позже, ведь следователи, продажные политики и прочие мои враги будут оказывать давление. Всем им не заплатишь, но… обыграть их будет гораздо проще с Графом за спиной.

— И более того… — хотел-было я продолжить, но тут же осёкся на полуслове. Мобильник мой завибрировал, говоря о вызове. Звонила Арья, которую я послал на прикрытие Рорана от патрулирующих снайперов.

Я взял в руку мобильник и принял вызов.

— Шинни? Ты в порядке? — тут же прозвучал в трубке её голос; и он был слегка взволнованным, а дыхание прерывалось.

— Со мной всё хорошо, — я кивнул, выпуская дым в окно. — Как обстоят дела у тебя?

Подождав секунду, девушка глубоко вздохнула. Либо мне казалось, либо она шипела от боли.

— Я… потеряла слишком много людей, Шинни, — сказала она с такой болью в голосе, что я дрогнул. — Снайперов клана Кондо пришлось полностью переключить на нас. По началу всё шло гладко, но… позже нас стали обстреливать все с дальних дистанций. Задание выполнено, босс, но… мне что-то нездоровится.

Сердце буквально замерло от услышанного — всё бодрое настроение в миг угасло. Я растерянно забегал глазами по дороге и часто задышал. Проблема плана, написанного на коленках, дала о себе знать. Вот же дьявол, как я мог отпустить её одну на столь опасное задание?!

— Скажи, насколько всё опасно и назови место, в котором ты сейчас находишься!

— Пуля пробила бедро и плечо, Шинни, крови много… — хрипло протянула она, глубоко и прерывисто дыша. — Я пытаюсь залечить рану, но не могу. Перевязала ногу и не знаю, что делать. Вокруг меня трупы, полиция сразу же заподозрит неладное.

— Где ты?!

— Дом справа от суда…

Вот же дьявол! Я нервно сглотнул, анализируя сказанное ей. Что смогут сделать врачи за столь короткий промежуток времени? Ничего, чёрт побери! Они не успеют!

— Не двигайся, дай мне пару минут! — крикнул я, сбросил вызов и нажал педаль газа до упора.

Черный Майбах, глухо рыкнув мотором, уверенно набрал скорость.

— Что она тебе сказала?

— Надо торопиться, Арья ранена!

Я бы не простил себе потерю столь ценного сотрудника. Это было бы огромной ошибкой, допускать которые я не привык. Только не сейчас, только не после столь важной победы!

Выехав с главной дороги, нарушая все правила дорожного движения, я вылетел на второстепенную дорогу. Да, я старался добраться до места как можно быстрее, поэтому быстро и неаккуратно рулил по узким мощеным улочкам, сбивая мусорные баки и прочие помехи. Волноваться о состоянии машины не приходилось, ведь на кону была жизнь Арьи. Поэтому я со всей решительностью и не думал сбавлять скорость. Через несколько минут, стремительно крутя руль, мой Майбах со свистом вылетел на встречную полосу и продолжил движение уже по другой — более свободной дороге.

— Какого хрена, Шин?!

Передо мной потянулась прямая нарезка жилых зданий, улицы в этом месте были чуть шире переулка, мешали лишь те, кто считал эту полосу своей. Жаль, что я думал о том же и по-прежнему давил на педаль, объезжая сигналящие и резко тормозящие автомобили, что ехали по встречной. Мысли были полностью посвящены состоянию Арьи.

До зала суда по всем дорожным правилам ехать нужно было бы дольше часа, но сейчас, когда я топил на педаль до упора и буквально сметал всё, что видел, расстояние до места сокращалось в разы быстрее. Правда, полицейские машины, что стали подстраиваться за мной, прося остановиться, пытались препятствовать мне.

Впереди показался очередной перекрёсток. И, как и прежде — сметая всё на своём пути, когда рамка разрешающего зелёного перелилась в жёлтый, я лишь ускорился, через зеркало заметив, что полицейские стали притормаживать.

— Ты всех нас убьёшь, пацан!

Крики я тоже, впрочем, не слышал.

Проскочив лесенкой по одинаковым улицам, я прибавил скорость — улицы стали ещё шире, а дома выше — районы простолюдинов закончились. Мы были близко.

Двигатель утробно рокотал, тяжелая машина уверенно набирала скорость на грани своих возможностей. И когда пролетел через очередной красный светофор, краем глаза заметил целую вереницу полицейских машин, преследующих мой Майбах.

— Нам нужно отвлечь их, Тору-сан, — выпалил я, увидев, что слева к нам приближается одна из полицейских машин. Мчала она быстро, но проснувшаяся чуйка твердила, что мимо точно не проедет. Ещё и, как назло, в этот момент спереди встала машина городского такси, также перекрывая дорогу.

Чуйка не обманула. Действительно, в момент проезда перекрёстка приближающийся слева полицейский автомобиль прибавил скорость и вдруг вылетел из своей полосы, пересекая перекресток и целя аккурат в скулу моего Майбаха, в переднее колесо.

Очевидно, я был наготове — резкий удар по тормозам, руль вправо на три оборота и включение задней передачи, шесть оборотов влево и вновь педаль до упора. Майбах буквально развернуло вокруг своей оси. Широкие колёса с визгом резины за мгновения до столкновения бросили Майбах назад, и полицейский автомобиль ударил по касательной, по переднему бамперу, содрав его и оставив лежать на дороге. Я в очередной раз выполнил резкий разворот, включил переднюю передачу и надавил на педаль газа.

Аварию полицейским создать получилось, а обездвижить мой Майбах — нет.

Из-за необдуманных действий, разворачиваясь на большой скорости, Майбах зацепился днищем. Причём хорошо так зацепился — что-то под ногами ощутимо дёрнуло и со скрежетом отвалилось. На скорость, к счастью, не повлияло; вот только чем быстрее я ехал, тем громче внизу скрежетало — а сзади за машиной оставался шлейф искр.

Глушитель — понял я, когда Майбах с финальным громким хрустом чуть взбрыкнул задом, рокот двигателя стал многократно громче, а сзади в зеркалах мелькнула отвалившаяся деталь.

Одинаковые коробки как-то вдруг кончились, и вокруг теперь расстилался парк, с другой стороны которого как раз и было расположено здание суда.

— Готовьтесь, парни, кто-то из вас должен сесть за руль, — обозначил я и, ревя мотором, спрыгнул с асфальтовой дороги и, оставляя за собой шлейф поднятой пыли и гравийной крошки, пронёсся по второстепенным аллеям парка. Я непрерывно сигналил и без зазрения совести орал в открытое окно, чтобы люди уступили дорогу.

— Шин, сколько же надо заплатить за такое, чтобы…

— Чек отправишь мне, Тору-сан, — бестактно перебил я посредника, нахмурившись. Приятель тут же замолк.

Проскочив через горбатый мостик, я вырулил на главную аллею и выехал через парадные ворота парка на магистраль, с другой стороны которой стояло то самое здание. Нажав по тормозам, я тут же стащил с себя ремень безопасности, выбил ногой не желающую открываться дверь и рванул в сторону одного из зданий, на крыше которого должна была лежать Арья.

Само здание имело около десяти этажей, поэтому пришлось буквально прыгать по лестничной клетке, чтобы добраться до неё как можно быстрее. Добравшись до седьмого этажа, я наткнулся на труп одного из солдат Арьи, шикнул и побежал дальше.

На последнем этаже трупов стало в десяток раз больше. Люди лежали вперемешку, большинство из которых носили синие перстни с гербом клана Арьи. Я выбил ногой дверь, ведущую на мансарду, и рванул в помещение.

Здесь было темно и пыльно, поэтому я даже не заметил, как один из раненных снайперов успел прицелиться и выстрелить в ногу.

— А-а-а! — я взвыл от боли, свалился на пол и по инерции вытащил из кармана четыре печати взрыва. Не позволив снайперу перезарядить ствол, выбросил их аккурат в него и подорвал.

Снайпер обмяк, мне же с трудом удалось встать на израненную ногу, кость которой не была задета, и продолжить движение.

— Арья!

— Шинни? — это был голос Арьи.

Заметив девушку, я тут же рванул в её сторону и свалился рядом на колени. Арья буквально вся истекала кровью — не только бедро, но и плечо было тоже ранено. Оба ранения были сквозными, поэтому основной задачей предстояло остановить кровь.

Но пугало количество крови, которое она потеряла.

Моя рука рывком сорвала с неё окровавленную рубашку, а затем потянулась стягивать штаны. Каким бы состояние посредницы не было, она, позволяя раздевать себя, натянула улыбку и прикоснулась ко мне своей ладонью.

— Ты так и не позволил побыть с тобой, Шинни… — ее уставший угасающий голос заставил меня заиграть желваками.

— Не говори так, будто собираешься умирать, — буркнул я, отбросив в сторону её штаны и задрав рукав своей рубашки. — Старайся не двигаться, сейчас будет больно.

Высунув чернила из кармана брюк, я стал аккуратно вырисовывать на ней печати. Рисовал бережно и аккуратно — старался увеличить эффективность до максимума, дабы не дать шансов ранам остаться в нынешнем положении.

Пока рисовал, старался смотреть на улыбку девушки, которая всё сильнее угасала на её лице. Она будто хотела спать, но всеми силами пыталась не позволить себе этого.

— Поговори со мной, Арья, — дрожащим голосом попросил я, продолжая вырисовывать печать. — Расскажи о себе немного. Мы ведь толком и не знакомы.

Девушка открыла глаза, глянула на меня с нежностью и тихо хмыкнула.

— А что ты хочешь… знать?

— Хочу знать твою историю, как ты стала опасным преступником? Почему решила, что убивать… твоё?

Рана её затягивалась плохо, да и сам я был сильно вымотан после стычки, нога же кровоточила. Впрочем, едва ли это стало бы причиной сдаться и сложить руки. Как бы то ни было, я должен был помочь ей как можно быстрее.

— Я не решала, что убивать — моё… просто, я родилась в семье бесклановых, — медленно протянула Арья, вспоминая. — Мама и папа жили впроголодь. А позже и вовсе решили, что не смогут обеспечивать меня. Где-то в семь лет меня выбросили одну в незнакомом переулке небольшого городка Йокосука.

Когда я брал её на работу, эта информация была мне известна. Но вот даже это не позволило не вздрогнуть после того, как это сказано было мне лично. Я слушал и не перебивал, пока моя рука проводила алхимические линии на теле Арьи.

— Не знаю, как мне удалось выжить, но я смогла. Через полгода скитаний меня приютил… старичок Ханака, — её губы вновь расползлись в искренней улыбке, глаза же ярко сверкнули. — Он… он поймал меня, когда я убегала с краденной булочкой от охранников ларька.

Я кивнул, слушая. Странно было осознавать, что мы с этой девушкой никогда не говорили так… откровенно.

— Он… — Арья поморщилась от боли и поджала губы. — Он тоже был бездомным, поэтому показал мне убежище, где они все ночуют. А потом и способы, с которыми выживают. Грабеж в основном.

— Вот как, — кивнул я, наконец, получив нужный результат от первой алхимической печати на её бедре и потянувшись к её плечу. — И с тех пор ты стала грабителем?

— Мелким воришкой, — поправила она. — А потом на меня вышел Мимуро Кондо — статный мужчина в самом расцвете сил. Он приютил меня, дал образование. Я будто нашла второго отца, знаешь. Но быстро потеряла, когда он стал… использовать меня как оружие.

Кажется, у Арьи это давно копилось.

В это же время руки мои дрожали как от бессилия, так и от волнения; я всеми силами пытался сконцентрироваться на деле, но что-то мешало. Скользнув взглядом по ноге, заметил небольшую лужицу крови, что лишь продолжала увеличиваться. Сука!

— Так это именно он тебя сделал той, кто ты есть? — выдавил из себя спокойный тон. Девушке нельзя было думать, что я паникую.

Она кивнула.

— Ага. Знаешь, чьё убийство стало моим первым заданием от него? — глаза её с отчаянием глянули на меня. — Собственных родителей.

Я удивленно взглянул её в глаза, но тут же продолжил рисовать.

— И ты…

— Мне ничего не оставалось.

К слову, я знал о ней всё, но про убийство родителей выяснил только сейчас. Информация действительно удивила и позволила немного отвлечься… успокоиться.

— Да, они оставили меня на улице, но… после того, как я убила их, во мне что-то щёлкнуло, — на уголках глаз её навернулись слезы — то ли от физической боли, то ли от эмоциональной. — Я будто перестала чувствовать. Перестала видеть цену жизни.

Мимуро, грёбаный ты ублюдок. Сколько же детей ты ещё за свою жизнь превратил в сущих монстров? На протяжении двадцати лет создавал свою преступную структуру, и на протяжении стольких же брал неспособных сопротивляться людей под своё крыло, извращая и ломая психику.

Я поморщился, но продолжал её слушать.

— …и перестала видеть в Мимуро что-то святое. Он больше не был мне отцом. Я лишь делала то, что он мне говорил. А когда стала старше, он использовал меня и для личных прихотей — поначалу насильно, а затем… я стала понимать, что деваться некуда. И получала удовольствие… от того, что перестала испытывать какое-либо сочувствие. Как к себе, так и к окружающим.

Рука моя, резко подогнулась, и я свалился на пол от жуткого бессилия. Вторая печать давалась с ещё большим трудом. Нет, я должен был спасти её. Не позволив себе пролежать и трёх секунд, мои пальцы вновь обмакнули чернила и продолжили рисовку печати.

— Ты в порядке?

— Да, продолжай, — я кивнул.

Арья поджала губы и мотнула головой, сглотнув.

— Но позже его бизнес разросся. Настолько, что необходимости держать меня под своим присмотром у него не было. Лишь мимолетные встречи в роли одной из многих его любовниц. Я стала независимой и… встретилась с Шином. А то, что было дальше… ты знаешь сам.

Да я и остальное хорошо знаю, к слову.

Мне лишь хотелось, чтобы она не теряла сознания. Когда печать была окончена, я свалился рядом с ней. Жуткая усталость буквально лишила возможности двигаться. Ощущение потери огромного количества сил и крови было… мучительным.

Взяв дрожащей рукой мобильник, я набрал номер Фумико. Сил на то, чтобы держать его у уха не было, поэтому кинул его на пол.

— Да, Эйджи? — голос девочки звучал отдалённо.

— Роран… рядом?

— Да, он стоит неподалёку.

Я сглотнул и, набрав воздуха в легкие, спросил:

— Как себя чувствует?

— Папа сам не свой, — тут же ответила Фумико. — Кто-то использовал его печать, и теперь он буквально на ходу засыпает. Говорит, что чувствует себя плохо. Но есть и хорошие новости, он стал Графом!

Этого я и боялся. Да, старик убил Мимуро, судя по всему, но… сил на составление новых печатей у него практически не осталось. Смог бы он помочь Арье, создав для неё более мощную печать? Едва ли, да и поздно метаться. Каждый узор требовал жизненных сил, которых у старика практически не оставалось. Ему нужен был длительный отдых.

— Мне нужна помощь… — голос мой впервые за столько времени звучал отчаянно и испуганно. — Фумико, я… Арья… ты можешь помочь?

— Конечно, Эйджи! Скажи, где ты?!

— Мансарда… дом с правой стороны от здания суда. Прошу тебя, только скорее.

На что я надеялся, когда просил её о помощи? Не знаю, мной двигали инстинкты. Однажды я направил дуло револьвера на лоб этой девушки и с двух попыток не смог её убить. Довольно опрометчиво было с моей стороны делать подобное, но… тот момент дал ясно понять, что Фумико не спроста возникла в моей жизни.

Да, встреча с Рораном произошла именно из-за неё, да и во многих других моментах она дала ясно понять, что выстрел стал бы для меня роковой ошибкой. Девочка уже сполна расплатилась со мной, но… внутри оставалась надежда, что от неё можно ожидать помощи, которой предугадать невозможно. Ведь я не могу понять собственной удачи.

Сука. Ненавижу, когда что-то идет не по моему сценарию. Я поморщился, подполз к стене и взял руку Арьи в свою ладонь.

— Шинни, — угасающий голос Арьи заставил меня вздрогнуть. — У тебя не найдется… сигаретки?

Я кивнул, вытащил из кармана пачку и, подкурив её, протянул Арье. Она с особым наслаждением затянулась и выпустила в воздух облако дыма.

— Я не хочу умирать, босс… — она ослабленно свалилась на моё плечо. — Не хочу.

Моя рука сжалась в кулак и глухо стукнула по перекрытию. Глаза же заслезились. Нет, печать должна помочь ей. Теперь она не теряет кровь. Она сильная, чёрт возьми.

— Не напомнишь, как ты хотела назвать нашу с тобой дочь? — со смешком в голосе, смешанным с отчаянием, спросил я.

Девушка искренне улыбнулась и кивнула.

— Арья.

— Почему именно Арья?

— Так зовут меня, так звали мою мать и… — она поморщилась, из носа её потекла тонкая струя крови. — И я бы хотела, чтобы так звали мою дочь. Дочь от человека, которого я действительно любила, невзирая ни на что.

Я с горечью в голосе усмехнулся и сжал её руку крепче.

— Будь я полным уродом, ты бы думала так же?

— Я была бы твоей, Шинни. После всего, что ты сделал… после всего, что ты сказал мне. Я была уже твоей. Ты стал тем человеком, что внёс в мою пустую жизнь что-то чудесное. И, наверное, умереть, держа твою руку, не так уж и страшно.

Арья повернула голову в мою сторону и улыбнулась.

— Ты выкарабкаешься, слышишь?

Девушка мотнула головой и нежно прильнула к моим губам. Я ощущал тот металлический привкус крови, чувствовал, как её губы холодны. Но не мог сделать ничего — лишь дать ей то, что она у меня так долго просила. Она опустила голову и подняла на меня угасающий взгляд, лоб её был покрыт каплями холодного пота.

— Я люблю тебя.

Дрожащей рукой, что обессилела практически полностью, я провёл по её щеке и моргнул.

— Это взаимно, Арья. Мы с тобой пережили столько дерьма, что… — рука моя дрогнула. — Даже удивительно, что сидим так только спустя столько времени.

— Ты ведь знаешь, что я никогда не предала бы тебя?

— Знаю, Арья.

Вторая струя крови стала вытекать из её губ. Пальцы, что держали мою ладонь, стали слабеть. Я же тяжело вздохнул и сжал челюсть.

— Можешь сказать мне… что-нибудь приятное? — одними лишь губами произнесла она.

— Я… убил Мимуро Кондо.

Она чуть чаще заморгала и усмехнулась, изо рта покатилась вторая струя крови.

— Прости меня…

Глаза девушки внезапно остекленели, а тело полностью обмякло.

— Арья?! — я вскрикнул настолько громко, насколько мог. — Арья, ты слышишь меня?!

Но ответа не прозвучало. Из уголков моих глаз покатились слёзы. Я тупой ублюдок, что не смог защитить даже эту девушку. Как я вообще мог думать, что способен защитить целое Княжество?

Сигарета из её тонких пальцев выпала, окончательно дав понять, что я… проиграл.

Но даже в этой ситуации я не смог выразить эмоций, кричать и крушить стены — сил было слишком мало. Слишком.

Война — страшная штука. Даже для таких, как я.

Глава 8

Фумико осторожно обходила трупы, что лежали буквально по всей мансарде высокого здания. Глаза её были полны ужаса и страха, но это не было поводом останавливаться. Ведь Эйджи звонил ей, просил помочь. А если просил помочь сам Эйджи, то дела его действительно были плохи.

Стараясь держать себя в руках, она включила фонарик. Пыль, металлический запах и прочие факторы мешали ей сосредоточиться на поисках, поэтому времени это заняло дольше, чем предполагалось.

— Эйджи, ты где? — с опаской в голосе протянула она, оглянувшись. Но на её вопрос никто не ответил, в этом месте было настолько тихо, что слышалось собственное сердцебиение.

Но наконец фонарь уткнулся на знакомое лицо, это была Арья. Правда… бледная и совершенно не двигающаяся. Рядом сидел Эйджи.

Шоковое состояние Фумико буквально выключило все её эмоции. Она рванула в сторону Эйджи, забыв, что рядом сидит Арья, и приложила ухо к его груди. Сердце стучало!

— Эйджи! — Фумико вскрикнула в изумлении, но тут же наткнулась на ногу парня — та была пробита пулей. И очень мощной пулей, которая прошла сквозь бедро, проделав в нём сразу две дыры.

Кровь нужно остановить сейчас же, иначе он погибнет! — с этими мыслями девочка разорвала брюки парня и вытащила из своего внутреннего кармана листик с алхимическими печатями. Да, о печати затягивания ран она знала хорошо, но сейчас перед ней был настоящий человек, жизнь которого зависела от неё.

Ошибок быть не может.

Подобрав с бетонной поверхности чернила, которые, судя по всему, выпали из рук Эйджи, она стала аккуратно вырисовывать печати. Каждую линию старалась выполнить в точности так, как было изображено на рисунке.

Около десяти минут ушло на то, чтобы полностью закончить печать. Слабость накатило на тело, но не на решимость. Она подалась вперед и посмотрела ему в глаза.

* * *

— Вставай, Эйджи, — отдалённый голос достигал моих ушей.

Это… Фумико? — думал я, стараясь вырвать себя из кратковременного дрёма.

Мягкая знакомая ладонь коснулась щеки, а голос продолжал повторять: «Проснись». И чем дольше это происходило, тем больше уверенности было в том, что передо мной сидит Фумико — девушка, лицо которой в последнее время я вижу слишком часто, находясь в критическом положении.

Не знаю, что происходило в момент моей кратковременной отключки, но уверен — кто-то позаботился над тем, чтобы затянуть пулевое ранение на моей ноге. Крови не было — лишь свежий затянутый шрам, вокруг которого была изображена простенькая корявая печать из алхимии.

Заметив, что я открыл глаза, Фумико улыбнулась. Настолько же искренне, насколько улыбалась в тот день, когда я оказался в больнице после перестрелки с Каваши. Если бы я верил во что-то высшее, определённо подумал бы, что эта девушка — мой ангел хранитель.

— Всё же… пригодились мои уроки? — хрипловатым голосом протянул я, вздернув уголками губ.

Фумико поджала губы, кивнула и вытерла слезы с глаз тыльной стороной ладони. Она была убита горем, как и я. Уверен, что девушка успела заметить Арью, что бездыханно лежала рядом с каплями высохшей струи на лице. И сейчас, когда я только-только очнулся, у Фумико будто опало шоковое состояние и проснулось понимание того, что Арью ни мне, ни ей спасти не удалось.

— Почему… — девочка попыталась взять себя в руки, но всё же, поморщившись, хныкнула. — Почему Арья такая… бледная, Эйджи?

Залитые слезами глаза её скользнули по Арье и тут же жалостливо уставились на моё лицо. Я же сглотнул и сжал челюсть. Мне было гораздо тяжелее, чем Фумико, и я делал всё, чтобы не показывать этого. Уж точно не сейчас, когда мы лежим посреди убитых преступников.

Да, как бы эти двое не были различны, всё же каждая из них успела немало времени провести друг с другом. Эмоция Фумико была понятной, но… мне оттого лучше не становилось. Арья была самой преданной из всех, с кем я когда-либо работал.

Моя голова обернулась в сторону Арьи, дрожащая рука провела по стеклянным глазам, закрывая их. Девушка погибла, держа мою руку, а губы её не выражали боли, либо же отчаяния — ни капли страха даже от самого лика смерти.

Много ли людей способны встречать смерть с улыбкой на лице? Много ли в этом мире людей с историей, подобной её прошлой жизни? — очевидно, нет. И найти замену такому человеку было просто невозможно.

— Так бывает, — прошептал я, пожав плечами. — Я зашёл слишком далеко, стал отвлекаться и совершать ошибки.

— Но кто это сделал?

— Тот, кого ты только что спасла. Её смерть — моя вина.

Подбородок Фумико задрожал от волнения, она посмотрела на Арью и подалась вперёд, чтобы её обнять, но тут же была отдернута за руку… мной. Недоумённо взглянув на меня, она заморгала чаще.

— Отпусти, Эйджи…

Я мотнул головой. Нет, трогать Арью нельзя, тем более ей. Фумико на данный момент была одной из самых чистых людей, не запятнанных моими преступлениями. И лишать её возможности оставаться такой я просто не мог. Слишком я дорожил её свободой, чтобы так просто подвергать рискам, вызванным эмоциями.

— Два шага назад, Фумико.

— Мы должны помочь! Мы должны увезти её отсюда! — девушка вырвала руку, взглянула на меня со злостью и вновь постаралась приподнять Арью, но…

— Два. Шага. Назад! — голос мой прозвучал прочнее стали, а из правого глаза покатилась тонкая струя тёплой крови.

Повторюсь, я отлично понимал, что сейчас испытывала Фумико. Сопереживал ей и буквально заставлял себя сдерживаться и давать такие приказы. Но трогать Арью было нельзя, чтобы не усложнять и без того безвыходной ситуации.

Фумико дёрнулась, волнительно сглотнула, и поднялась на ноги. Глядя на Арью, она медленно убрала ногу назад и сделала первый шаг. Продолжая пристально осматривать тело убитой, выполнила второй и остановилась.

— М-мы… должны помочь, — голос её дрогнул, а с каменного лица покатились слёзы. — Эйджи… мы же п-поможем ей?

Всё, чем мы могли помочь Арье — сделать так, чтобы её смерть не стала напрасной. Среди убитых людей Арьи в доме были не только сторонники преступного клана Кондо, но и солдаты Графа Дензо, которые не имели задачи останавливать меня. Эти люди были тут для защиты Графа, но погибли, попав под горячую руку обеих конфликтующих сторон.

Оперев здоровую ногу об каменный пол, я прополз по стене вверх и выпрямился. Пока Фумико пронизывала меня своим жалостливым взглядом, стоя на месте, я подошёл к ней, взял под локоть и, похрамывая, повёл в сторону лестничной клетки. Чем быстрее мы выйдем из этого места, тем меньше будет шансов властям привлечь меня к ответственности.

— Эйджи! Прошу тебя!

Грудь Фумико стала вздыматься чаще, а ноги подкашивались в попытках оказать сопротивление. Я же старался сдерживать эмоции и не оборачиваться — продолжал вести девушку в сторону выхода.

— Эйджи, нет! — глаза девушки, полные страха и боли, стали заливаться кровью. — Ты жестокий, Эйджи! Она твоя подруга, она готова была рисковать жизнью ради тебя! Арья умерла за твои идеи, ты слышишь меня?! Ты должен придумать что-нибудь! Она не может остаться здесь как человек, на которого тебе плевать, слышишь?

Поджав губы, я кивнул. С глаз вновь покатились скупые слёзы, но в этот раз они были смешаны с кровью. Фумико говорила правду, и Арью я безмерно уважал и любил. Всё, что сказал ей до смерти, было правдой. Но в то же время у меня была Фумико; у меня были люди, за которых я несу ответственность даже сейчас.

И лишать следователей, полицейских и политиков очевидного ответа на вопрос «кто убил солдат Графа в попытках атаковать Дензо Нагивара и его людей», я не мог себе позволить. А эти вопросы, чёрт побери, возникнут.

— Мы должны идти, — прохрипел я, не оборачиваюсь. — Я не могу ничего сделать.

— А если бы я лежала на её месте?! — голос Фумико стал ещй громче. — Ты бы тоже оставил меня тут?! Ты бы тоже бросил человека, который готов отдать за тебя жизнь, Эйджи?! Ответь!

— Замолчи, Фумико.

Уверен, Арья бы сделала то же самое ради сохранения титула Рорана и свободы моих людей. Ведь стратегия по захвату власти действительно оказалась слишком… необдуманной. И я эту ошибку полностью перекладывал на себя.

Мы уже доходили до двери, как тело Фумико свалилось на пол. Она закрыла руками глаза и стала плакать.

— Она умерла за тебя… ты оставил её умирать… — тихо шептала она, продолжая требовать справедливого обращения с важным человеком. — Ты ведешь себя бессердечно. Ханна говорила, что ты убийца, она говорила, что ты застрелил собственного друга, но я до конца верила в то, что ты… в то, что ты умеешь любить. Как же я ошибалась!

Сердце моё сжималось, а сил не хватало, чтобы сдержать эти порывы истерики. С минуты на минуту в этот дом должна была ворваться полиция, а я всё ещё пытался уговорить её. Если так продолжится, и я, и эта девушка попадут под прицел всех властей. А там и Роран станет испытывать проблемы.

Нет, этого допускать я не собирался.

Свалившись на колени перед девушкой, я заглянул ей в глаза угасающим взглядом.

— Посмотри на меня.

Фумико, вздрогнув, застыла на месте. Слова мои подействовали на Фумико даже сильнее, чем я думал. Растерянность, страх и недоумение смешались на её лице. Она больше не смотрела на меня так, как делала это раньше. Подбородок её вздрогнул, а лицо вновь обрело умиротворённый вид.

— Эйджи…

Я не позволил ей договорить.

— Она не хотела подводить нас… — хрипота в голосе стала невыносимой, слова мои более не были столь чёткими, как раньше; но даже через боль я продолжал. — Я сделал всё, чтобы помочь. И если ты не отпустишь её, погибнет то, за что она сражалась.

Би-клетки тут же прекратили контакт с глазами, прервав меня на полуслове. Я резко поморщился, и закрыл лицо ладонями, опершись ладонью о бетонную поверхность. Сука! Эта проклятая сила Деймоса требовала просто невыносимых страданий.

В любом случае, ещё большего страха мои глаза вызвать были не способны. Всего, что я сказал, должно было хватить для того, чтобы прекратить оппозицию Фумико и заставить её слушаться.

Так и случилось: не прошло и секунды, как полностью опустошённая в эмоциональном плане Фумико подняла мою руку и опёрла её о своё плечо. Использовав своё хрупкое тело, как опору, она помогла мне подняться на ноги. После чего, не глядя в сторону Арьи, потащила меня к лестничной площадке. Страх пройдёт, это так. Но чувство бессилия будет жить в ней всегда… ненависть и внутренняя неприязнь.

Спускались мы молча, но даже в этой тяжёлой тишине я ощущал, как сильно трясётся эта хрупкая девочка. Послышался скрип двери и в чуть восстановившиеся глаза ударил свет, а лицо охладил свежий вечерний воздух. Я отдалённо слышал полицейские мигалки, но не видел солдат. Удача мне помогла выйти вовремя, либо же тупость и заторможенность нынешней полиции, я не знал. Зато был уверен, что дело удалось завершить успешно.

Я снова вышел сухим из воды. Да, оставив Арью и сняв свою маску перед всем преступным миром Японии. Но… в конечном итоге я вышел сухим, чёрт побери.

Свалившись в одну из ожидающих нас машин, я закусил подрагивающими зубами сигарету и поджёг её. Окно медленно приспустилось, позволив выпущенному мной едкому дыму выветриться.

— Ты… — холодным, точно лёд, голосом произнесла Фумико, глядя в окно. — Прости, что разрыдалась, просто…

Но я не ответил. Лишь взял её руку в свою и продолжил потягивать вредный дым и смотреть в окно.

* * *

— Арчибальд, ущипни меня, приятель! Я не верю, что это место — наш дом!

Новое поместье, что предоставлялось людям с титулом Графа был бесподобен! Роран, ступив на порог своего замка в кресле-коляске, оглянулся и вдохнул полной грудью. Высокие потолки, белые девственно чистые стены и широкая роскошная лестница с золотым ограждением, ведущая на верх. Всё это вселяло восторг в глаза старика.

Окна были огромными — в стиле современных Европейских домов. А герб волка, выточенного аккурат на стене за широкой лестницей, приковывал взгляд каждого, кто ступал на порог. Про огромную хрустальную люстру и говорить было нечего… её дорогой вид говорил сам за себя — этот особняк принадлежит человеку, обладающему высшим положением в обществе.

Сутулый Арчибальд, что катил его коляску, такого явного удивления, к сожалению, не испытал. Старик немало времени провёл в стенах подобных поместий, работая на членов Государственного Совета, поэтому ничего особенного в этом не видел.

— Граф Хатано-сан, — издали послышался голос приземистого щуплого мужичка, что бежал в его сторону со склоненной головой. — Извините за задержку, я только что получил новость о новом хозяине этого дома. Ваш покорный слуга и ваше доверенное лицо Така Мори.

Роран неторопливо поднял ладонь и чуть махнул ей, глядя на дворецкого с улыбкой.

— Без фамильярства, друг мой, называй меня просто Роран, либо же господин, если тебе так удобно. Без титулов и прочего, мне это порядком надоело ещё в зале суда. Здесь же хочется чувствовать уют и взаимоуважение.

Арчибальд, что стоял за спиной, язвительно хмыкнул. Дворецкий же покорно склонил голову.

— Конечно, господин, как вам угодно.

Прокатившись на коляске чуть глубже в холл, Роран заметил, как к нему бежит около двух дюжин людей в одинаковых одеждах. Все слуги выстроились в ровный строй и, поприветствовав Рорана, стали ожидать новых указаний.

— Завтрашним вечером в этом доме пройдёт важное мероприятие в честь моего повышения, — Роран хмыкнул. — И прошу вас подготовить всё для того, чтобы гости смогли провести время с комфортом. Закажите исключительные блюда, не скупитесь на сервисе. Граф — лицо Японской Империи, и я просто не могу демонстрировать другим государствам свою скромность.

— Да, сэр, — покорно кивнул молодой на вид парнишка, что сделал шаг вперед. — Скажите, сколько ожидается гостей?

— Около пятидесяти, но будьте готовы принять и сотню гостей. Я не хочу краснеть перед коллегами.

Слуги дружно закивали и разбежались выполнять поручения. Арчибальд же покатил Рорана дальше по холлу в сторону широкой лестницы.

— Фумико не звонила? — старик, что сидел в коляске, достал мобильник. — Она сказала, отойдёт ненадолго, но что-то я начинаю переживать. Может…

Он набрал номер дочери и стал терпеливо слушать гудки, но…

— А вот и твоя дочь.

…главная дверь внезапно открылась, одернув Рорана от мобильника. В проёме возникло лицо дочери, что тащила за собой израненного, окровавленного Шина. Парень шёл с закрытыми глазами, из которых высачивались высохшие струи крови. А Фумико будто вообще глядела в пустоту. Каменное лицо, уставший взгляд и залитые кровью глаза не предвещали ничего приятного.

Что у них там произошло, чёрт возьми? — с опаской думал Роран, поднимаясь с кресла. Он пошагал в сторону дочери, помог Шину свалиться на коляску и внезапно почувствовал, как дочь крепко вцепилась в отца своими объятиями и… зарыдала?

— Что у вас произошло? — старик искренне не понимал, почему оба столь мрачны на вид.

Но никто из них не ответил.

Следом за Рораном скопились слуги. Люди буквально окружили израненного Шина в ожидании услышать новое поручение от Графа.

— Этот человек — союзник, — обозначил старик, указывая на Шина. — Вызовите врачей и приведите его в порядок. Парню нужен покой и отдых.

— Да, господин.

Пока слуги уносили коляску, Роран отпрял от грустной дочери и посмотрел ей в глаза.

— Поговорить не хочешь?

Глава 9

Особняк, что был выдан Империей новому Графу Рорану, был местом, в котором у меня не было необходимости ломать голову над тем, как спасти себе жизнь во время лечения. На территории поместья располагались огромные штабы с профессиональными солдатами, а ограждения были оцеплены охраной.

Мой организм за последнее время был подвержен критическим нагрузкам, потому пришлось невольно устроить себе выходной. Со вчерашнего вечера я чувствовал себя лучше — сумел восстановить органы; глаза и горло же подлечил необходимыми дорогими лекарствами. Жаль, моему зрению даже после лечебных процедур оставалось лишь желать лучшего.

Пробежка, завтрак и лечебные процедуры — всё, чем я занимался сегодняшним днём. Старался не думать о делах и Арье. Мысли лишь мешали сосредоточиться на важном. Солнце на улице успело частично заплыть за горизонт, освещая облака ярко красным цветом, когда я завершил тренировки и отправился в душ.

Судя по новостям, вчерашние события были разглашены во всех СМИ Японской Империи, и сейчас их обсуждала чуть ли не вся аристократия. Арью вместе с её людьми посчитали преступницей, тесно связанной с ныне убитым Мимуро Кондо. Официальной версией расследования стал факт того, что Арья совместно с Мимуро запланировали атаковать зал суда и уничтожить Графа Дензо, чтобы тот якобы не смог уйти с титула безнаказанным за свои хищения и махинации.

Но так как и Арья, и Мимуро были убиты, на их плечи никакой ответственности не свалилось — мол, оба пали в бою с героически пожертвовавшими собой солдатами Графа Дензо.

Так и получилось, что арестовать удалось лишь личные счета клана Арьи и Мимуро. А обо мне, о той бомбёжке, что я устроил на кладбище, и о том, что именно я пробил лоб властного оябуна, никто и не вспомнил, ведь на бумаге Арья всё ещё оставалась в союзе с Мимуро.

Проще говоря, всё сложилось удачно.

Покачиваясь на кресле качалке, что располагалась на террасе особняка, и потягивая свежевыжатый сок, я невольно взглянул на мобильник в момент, как раздался звонок от Тору-сана.

Отложив напиток, я взял трубку.

— Привет, босс, не отвлёк? — раздался мрачноватый голос посредника.

Я недовольно фыркнул.

— Я решил взять выходной сегодня, немного прийти в себя и всё такое, поэтому да, ты меня отвлёк.

— В нашем деле нет выходных, Шин. Ваши слова.

Тору-сан имел отличную память, к слову.

— Говори уже, что случилось, — протянул я лениво.

— Я по поводу вчерашних событий, — проговорил Тору, взбодрившись. — С твоей погоней по центру Токио мы разобрались, выслали чек на твой счёт. Арью вчера вечером похоронили вместе с её же солдатами. Местоположение кладбища я тебе тоже отправил. Клан Кондо сейчас ведёт переговоры о новом управленце, который будет способен организовать на тебя должную атаку. Поэтому рано отдыхать. Новости о тебе вновь встали на первые позиции. Не только в преступных, но в обычных источниках.

Я слушал, не перебивая. Старался вникнуть в суть дел после целой ночи, проведённой без компьютера и выхода в интернет. Эту ночь я и впрямь запомнил надолго — чувствовал себя отдохнувшим.

А что касается дел, нам действительно удалось выиграть время. Это радует.

Я продолжал молчать, давая понять посреднику, что хочу услышать ещё некоторые не менее важные новости.

— Да, что касается расширения нашего бизнеса, — после длительной паузы заговорил Тору. — Босс, все счета Графа Дензо были заблокированы. Деньги, которые он украл у компании Тойота, собираются возвращать обратно в Имперский бюджет, но так как он за столь короткий срок не имеет планов пополняться, то, думаю, эти деньги уйдут на распил между Императором Осикага и кем-нибудь из Высшей Аристократии.

Я хмыкнул. Эти воришки подпустили бешеного волка слишком близко. Не думаю, что у меня возникнут сложности перехватить транзакцию и направить все украденные деньги на свои офшорные счета.

— Если всё выйдет удачно, ты станешь долларовым миллионером, — сообщил я со смешком в голосе. — Премия издавна стучится в дверь моих союзников.

— Да, босс, я рад, но… всё же жаль, что Арья…

— И мне жаль, — я перебил его на полуслове. — Скажи, есть кланы, которые готовы работать на нас?

Тору задумчиво замолк и, судя по звукам, стал перебирать документами.

— Шесть преступных торговых кланов из среднего сословия готовы работать с нами, босс. Более двухсот солдат уровня «ученика», два солдата ранга «мастера». Просят мирное небо над головой и твою защиту своих предприятий. Взамен подчинение и выплата процентов с прибыли.

Конечно, я не собирался подпускать сторонников Мимуро слишком близко к себе, но без них мне бы не удалось нарастить силы на преступном поприще. Поэтому противиться их желанию стать моими союзниками я не стал.

— Отлично, защиту мы им обеспечим, — я кивнул. — Ещё новости?

— Нет, лишь вопрос… — Тору замялся. — Личного характера.

— Спрашивай.

— Посетишь могилу Арьи? Думаю, наши ребята были бы рады увидеть проявление уважения к своим людям… с твоей стороны.

Я тяжело вздохнул, закусив зубами тонкую сигарету. Снова заставляют меня нервничать.

— Конечно, Тору-сан, я проявлю должное уважение, но не сейчас — не при всех. Как бы интимна не была обстановка, в любой момент может произойти что-то непредвиденное. Так и скажи нашим ребятам.

Посещать Арью в составе своих бойцов было слишком опасно. Роран пока слаб, как, впрочем, и я. После понесенных потерь не хотелось подвергать себя и посредников ещё большим рискам. И сейчас эти риски были как никогда велики.

— Но…

— Тору-сан, — я осёк его на полуслове. — Не усложняй.

В целом парень был прав. Проявление моего внимания к таким вещам было важно и нужно. И я отлично понимал это; но вот для показухи выходить на открытую площадку, будучи неподготовленным… нет, это решение мне не нравилось.

— Сегодня Роран отмечает свою победу на политической арене, — я решил направить разговор в другое русло. — Если вам угодно, к вечеру приезжайте в особняк Графа. Там и обсудим наши дальнейшие планы и выпьем за Арью. Я думаю, этот жест даст понять, что мне не безразличен ни один из вас. Вы доказываете свою преданность — я оплачиваю тем же.

— Да, Шин, конечно!

— Тогда… — я выпустил в облако струю дыма. — До вечера, друг мой.

— Да, босс.

Тору-сан сбросил трубку, оставив меня сидеть наедине, выпускать облака дыма в свежий вечерний воздух и думать о дальнейшей судьбе бренда Шина Нарита.

Но в молчании удалось пробыть чуть дольше получаса — звук открывшейся стеклянной двери за спиной одёрнул меня от размышлений. В проёме стоял старик Роран; лицо его было мрачным, взгляд же отдавал холодом.

Он прошёл мимо меня, оперся об ограждение и оглянул местность.

— Я говорил с Фумико, — мрачно произнёс тот, не глядя на меня. — Она рассказала о том, что случилось с Арьей. Мне жаль.

Я задрал голову и выпустил вверх облако дыма.

— Ага.

— Я думал, эта девушка и есть мать Арьи, но… судя по тому, что Фумико всё ещё здесь, мои догадки были ошибочными.

Да, я и сам уловил себя на мысли, что Арье всё же удастся затащить меня в постель. Жаль, что этого так и не произошло.

— Но кость Адама тебе придётся всё же вернуть, парень, — голос Рорана приобрёл нотку раздражения. — Кость, что я готовил для Фумико, ты использовал в бою с преступниками. Умно, чёрт возьми, но это край наглости.

— Я сражаюсь за нашу свободу, старик. Будь во мне столь же мощная си-энергия, что и у тебя, вероятно, твои артефакты и не пригодились бы.

Роран тяжело вздохнул, мотнув головой.

— Это подарок дочери. И я не позволю пользоваться её подарком так, как тебе угодно.

— Обстоятельства вынуждают, старик, — я выпустил облако дыма в сторону и вновь перевёл взгляд на могучую спину Рорана. — Не хочу объяснять тебе принцип работы моих глаз и алхимических печатей. Но скажу вкратце — я был вынужден.

— Не сбрасывай свои проблемы на обстоятельства, Макаров, — процедил Роран, обернувшись ко мне лицом. — Твои методы слишком затратны.

Я холодно взглянул на Рорана и поджал губы.

— Всё, что у меня есть — глаз Деймоса и жалкая алхимия, старик. Твоя дочь обойдётся и без кости Адама, если будет уделять время изучению печатей.

Роран выпустил из ноздрей пар и подошёл к ограждению.

— Фумико сказала, этими глазами… ты подчиняешь, — тон его стал более спокойным. — Деймос… интересно.

— Верно, — я кивнул. — Глаза заставляют цепенеть и совершать то, что я прикажу. Это мне пришлось сделать с Мимуро, а для силы удара применить твой артефакт.

— В любом случае, твои методы мне не нравятся.

Как же ему объяснить, что у меня нет возможности закинуть человека на плечо и увести туда, куда мне захочется.

— Этот мир сам по своей природе жесток, — я хмыкнул. — Мимуро организовал нападение на здание суда. Не будь у меня возможности убить Мимуро, твоё Графство бы стало огромной проблемой.

Скривив губы, Роран опустил голову и глубоко вздохнул.

Между нами возникла тяжёлая пауза. Пока старик приходил в себя, я оттирал рот от крови.

— Как думаешь, скоро нам удастся вернуть время вспять и исправить свои ошибки? — заговорил он более не как грозный и сильный старик, а как человек, что не видит возможности развиваться без меня.

— Ты стал Графом, Роран. Теперь у нас гораздо больше шансов, — я пожал плечами. — После того, как титул стал нашим, у тебя появится возможность влиять на мир и собирать вокруг себя высших алхимиков со всего мира. Твоя задача сейчас начинать составление печатей, создавать влияние на Японию и… выполнять мои просьбы.

Роран выпрямился и сложил огромные руки на груди; обернулся ко мне лицом и посмотрел на меня внимательно.

— А ты… — он приподнял бровь. — Чем займёшься ты, пока я буду собирать алхимиков?

Я смущённо усмехнулся, отведя взгляд.

— Слушай, старый, — говорить об этом было неловко. — А не подскажешь, как выглядела моя дочь, которую я отправил к тебе? Наверное, мне и без твоего совета подскажет сердце, но всё же.

Старик задумчиво взглянул на меня.

— Ну, твою дочь зовут Арья. Я, конечно, уже и не совсем помню того, как она выглядела, но… отлично запомнилась её нетривиальная внешность. Она будто была русской наполовину. Такая светлая, рослая и… донельзя смелая.

Интересно, но… когда я задавал вопрос Арье о том, как она хочет назвать свою дочь, в голове действительно закралась мысль о том, что назвать свою дочь Арьей было бы проявлением знака большой любви.

Но вот он сказал — моя дочь наполовину русская… Роран говорил либо о Мие — дочери толстого Лорда Кио Токугава и Марии, либо же о Ханне, что действительно отличалась светлой кожей и широкими «русскими» глазами. А может…

— А может быть такое, что я и Фумико…

— Нет! — прервал меня на полуслове Роран, округлив глаза. — Она моя дочь, идиот! Да и Арья выглядела иначе. Говорю тебе, её внешность была другой.

Я смущённо усмехнулся, взял со стола свежевыжатый сок и откинулся на спинку кресла.

— Допустим, тебе удастся-таки зачать ребёнка, — старик вновь уставился на меня. — И я помогу отправить его в прошлое, чтобы соединить этот временной цикл. Но что дальше? Зачем ты наращиваешь мощь, если можно искать алхимиков и другими способами?

Я недоумённо покосился на старика и часто заморгал.

— Ты же понимаешь, что перепрыгивать через миры — преступление. Стражи, Создатель и прочие хранители мирового баланса будут противиться твоим скачкам. Они бессмертны, но только в своём истинном теле. Когда переносятся в чужие миры — не обладают той мощью.

— Так ты готовишься к войне со Стражами? С первооткрывателями алхимии? Понимаешь же, что против нас выйдет орда Высших алхимиков, которым когда-то был наш учитель?

Я натянул хитрую улыбку и кивнул. Ну, конечно, я это понимаю.

— А я стану Императором, — мой голос прозвучал тише. — И обрету третью ступень глаза Деймоса. И будем мы отражать атаки Стражей миллионами солдат. Наша победа будет значит лишь то, что возвращение домой и битва с твоим братом не за горами.

— Ты собираешься помочь? — Роран сощурился.

— Если ты поможешь мне, я помогу спасти твою семью, старик. Не забывай, ты обычный солдат в прошлом. Я же сын Князя.

Конечно, об этом было слишком рано думать, но вот дать понять Рорану, что сейчас мы находимся на нужном пути, было важно. Он, конечно, и самоуверен, и твердолоб, но вот рассудка не теряет — до сих пор желает вернуть семью, забыть то ужасное прошлое. Я же горю не меньшим желанием исправить ситуацию, и собираюсь действовать решительно — без ошибок.

Снизу, во дворе, стали слышны звуки паркующихся автомобилей и голоса гостей. Роран, обернувшись, оглядел парковку и выпрямился. Зашагал в сторону выхода и добавил, не оборачиваясь:

— В таком случае, пора встречать гостей, и приведи себя в порядок.

* * *

— Хорошо выглядите, господин.

Служанка, осматривая меня — стоящего перед зеркалом в классическом пиджаке-тройке, поправила мою бабочку и смущённо улыбнулась. Она подошла к небольшому шкафчику, подобрала осторожно очки с чёрной оправой и поднялась на носочки аккурат передо мной.

— Вы жаловались на проблемы со зрением, — протянула та, осторожно надев на меня очки. — Мы постарались подобрать для вас самые подходящие.

Отражение в зеркале тут же стало чётким, и я смог увидеть на себе даже небольшие крупицы пыли, что успели скопиться на плече пиджака. Часто используя глаз Деймоса в течение длительного времени, я даже не заметил, как сильно успел ослабить своё зрение. И только сейчас, когда глядел на себя через линзы, осознавал разницу.

— Оправу ты выбирала? — мой взгляд скользнул по служанке.

— Да, господин.

Я улыбнулся, похлопал девушку по плечу и вновь посмотрел на себя через отражение.

— У тебя отличный вкус.

Служанка благодушно кивнула и приоткрыла дверь комнаты, из которой послышалась музыка и шум голосов собравшихся гостей.

В последний раз глянув на себя, я пошагал к выходу и спустился на первый этаж — в просторный зал, который к этому времени успел разместить в себя около полусотни людей из самых разных сословий. В основном, конечно, гостями были аристократы, но и высшие сословия тоже не прошли мимо события.

Взяв в руку бокал вина, я не торопливо прогуливался по роскошному залу, глядя на гостей и учтиво с ними здороваясь. Среди них был и Граф Хиро со своей семьей, и даже Герцог Ясуо, который любезно переговаривался с Лордом Сикудза. Все эти люди пришли поддержать нового Графа, и это для меня было важным событием.

Ведь будь у престола я, из гостей моих были бы лишь посредники.

Вечер проходил в спокойной обстановке — и, казалось, об этом я мечтал чуть ли не два с половиной года, проведённых в этом мире. Чувствовал себя так, будто оказался в родном Российском Княжестве… будто вышел на очередную «скучную» светскую тусовку в лице главного наследника рода и стал приветствовать гостей.

Конечно, были и те, кто узнавал меня, старался держаться подальше, но таких аристократ можно было на пальцах пересчитать. Все остальные же либо не узнавали меня, идущего в очках, либо делали вид, что не узнавали.

— Лорд Кио, — протянул я вежливо, наткнувшись на толстяка. — Приветствую тебя.

Лицо его было мрачным на вид, но уважительный взгляд не сходил с лица. Он пожал мне руку в ответ и кивнул.

— Привет, Эйджи, — глаза его сверкнули. — Мне всё же удобнее так тебя называть. Ты не против?

— Не против, — усмехнулся я, заметив, как к нам подошла Мия Токугава. — Привет, Мия.

Девушка сощурилась, подошла ближе и, сделав вид, что любезно меня обнимает, подалась чуть вперед:

— Ты же помнишь, что обещал выступить в моей команде на финале турнира неодарённых? — голос её прозвучал тихо — так, чтобы даже толстяк не смог его расслышать.

Я усмехнулся, мотнул головой и почесал затылок. Пока Лорд Кио пытался понять, что мне сообщила его дочь, я старался вспомнить, что когда-то действительно уделял время тренировкам и учился биться вслепую.

— Ох, я и забыл, — голос мой прозвучал со смешком. — Ты знаешь мой номер, Мия, я не против встретиться с тобой.

Заметив, как Лорд нахмурил брови, я смущенно отпрял от приятно-пахнущей девушки и выпрямился. Да, кажется, перед её отцом такие фразы звучали немного странно. Но, с другой стороны, я помощник Графа, мой авторитет уж точно прикроет рот толстяку.

— И ещё, — Мия игриво ткнула пальцем в мою грудь. — Если ты забыл, твоё имя числится в списке участников школьного турнира. На отборочном этапе твоя школа и без тебя справилась, но вот, думаю, в первом кругу тебе стоит принять участие.

А вот об этом я не забыл. Теперь школа была открыта для меня. Да, поначалу придётся идти туда чуть ли не с армией солдат, но это будет нетрудно. Единственное, что волновало больше — лица одногруппников, которые видели во мне нищего бескланового паренька, а сейчас встретят человека совсем другого положения.

— Я буду участвовать, Мия, — я усмехнулся, мазнув взглядом по лицу Кио. — Твой отец дал мне статус простолюдина именно для этого. Так почему бы не использовать его в нужном русле?

Лорд усмехнулся и хлопнул меня по плечу. Затем дрогнул и замялся, вспомнив, что я его босс. Забавно было наблюдать подобное, поэтому я хлопнул его в ответ.

— Если встретишь ребят, передай им, что я рад их видеть, пусть чувствуют себя, как дома, — буркнул я Лорду на прощание и, пожав тоненькую, но сильную руку Мии, направился в сторону выхода.

— Подожди, Эйджи, — окликнул меня Лорд. — Куда ты?

— Хочу попрощаться кое с кем.

Лорд, поджав губы, кивнул. Надеюсь, он меня понял.

Всё, что мне нужно было понять на этом мероприятии — наличие союзников. Все, кто поддерживал Рорана в его начинаниях, автоматически получали и моё расположение. Тот же Герцог Ясуо, который тоже не был ангелом, проявил уважение и сделал свой выбор.

Даже несмотря на то, что многие косо на меня глядели, я готов был оказать им услугу и на время оставить их кланы в покое.

Прохладный вечерний воздух приятно ударил по лицу, в небе виднелись звёзды, а лунное сияние приятно освещало верхушки деревьев. Пошагав к одной из служебных машин, я открыл заднюю дверь и свалился на пассажирское сиденье.

Водитель, поглядев на меня через отражение в зеркале, состроил удивлённый вид.

— Кладбище Уридзава, вези меня туда.

— Вы будете один?

— Да.

Водитель кивнул, вырулил на дорогу и направился в сторону главных ворот поместья. Показал карточку-удостоверение охране и проехал прямо. Я же уставился в окно. Каким бы триумфальным ни было настроение, почтить своим присутствием Арью было моим долгом перед ней.

Никакой показухи и прочего — лишь проявление личного уважения.

Машина несла меня по опустевшему городу в сторону кладбища. Перед глазами проплывали высокие дома и редко проезжающие мимо машины. Всё же очки отражали гораздо более чёткую картину, что не могло не радовать.

Через полчаса водитель припарковался у ворот кладбища Уридзава и вновь взглянул на меня через зеркало.

— Вас сопроводить?

— Нет, — я открыл дверь, высунул из двери чёрный зонт и направился к воротам. Моросящий дождь будто отвечал на мои грустные мысли.

Это кладбище сильно отличалось от того, что я подорвал буквально вчера. В этом месте была охрана, а территории занимали гораздо больше места на кладбище. Я шагал мимо них, стараясь всматриваться в каждую надпись, и когда наткнулся на надпись «Арья Навака», приоткрыл невысокую кованую дверцу и шагнул в сторону надгробия.

Дождь становился всё сильнее, я же не обращал на него внимания. Смотрел на надгробие с улыбкой на лице и пытался эмоционально отпустить этого человека из своей жизни. Повторюсь, Арья много для меня значила, и то, что я оставил её одну, не было моим желанием.

Через пару минут сзади послышался скрип ворот. Я резко обернулся и состроил недоумённый взгляд. Поначалу казалось, что за мной пришли враги, но позже удалось разглядеть силуэт человека, что ступил на территорию Арьи.

Это была… Фумико?

Она, заметив меня, дрогнула, но не остановилась — положила несколько цветов аккурат перед камнем и спешно развернулась. Я, проследив за ней взглядом, поджал губы и…

— Мне жаль, — произнёс то, о чём думал последние десять минут. — Она была дорога мне.

Фумико оступилась, обернулась на меня и часто заморгала.

— Я не хотел оставлять её там.

Между нами возникла пауза. Фумико смотрела на меня; я же не мог глядеть ей в глаза и пронизывал взглядом надгробие.

— Если бы ты не хотел, придумал бы что-нибудь, — наконец послышалось сзади.

Я кивнул, тяжело вздохнув.

— Завтра я возобновлю своё обучение в школе Хоккадо, выступлю на турнире, чтобы встретиться с сыном папаши-Императора, — голос мой прозвучал тихо. — Ты говорила, что никогда не посещала столь элитных мест. Если дашь согласие, я восстановлю твои документы и завтра же возьму тебя с собой.

Фумико казалась задумчивой и растерянной. Она подошла ближе и остановилась справа от меня, устремив взгляд на надгробие.

— Только если пообещаешь, что ни в какой ситуации не оставишь меня так, как сделал это с Арьей.

— Я не позволю тебе попасть в такую ситуацию.

— Пообещай, Эйджи, — взгляд Фумико устремился на моё лицо. — Пожалуйста.

— Слово Шина Нарита, я не оставлю тебя.

Девушка еле заметно закивала, вздёрнула уголками губ и пошагала обратно. Я же остался стоять там, где стоял, и задрал голову.

— И как мне выиграть без маны?

Глава 10

— Да-а-а… ты параноик, Эйджи, — вздохнула Фумико, посмотрев в окно машины.

Картеж из дюжины представительских автомобилей клана Хатано поочередно притормозил на школьной парковке; ещё около шести машин этим временем оцепили периметр школьной территории. Три снайпера получили задание следить за местами, откуда может вестись огонь, а с десяток охранников готовились к тому, чтобы сопроводить нас к главному входу в здание.

— Я? — захлопав глазами, я приподнял брови. — Фумико, тебе кажется. Это лишь меры осторожности.

Девушка покосилась на меня, надув пузырь из мятной жвачки, и мотнула головой.

— Ты будто школу захватывать собираешься.

Не правда, школу захватывать я не собирался. Да и параноиком не был — не особо любил привлекать внимание. Но… всё же нужно было продемонстрировать окружающим, что так просто со мной расправиться не удастся. Да и Фумико нуждалась в защите, ведь следить каждые полчаса за её благополучием мне не очень-то и хотелось.

И, к тому же, чуть ли не каждый член высшей аристократии старался соблюдать подобные меры предохранения. Возможно, снайперов заказывать решался не каждый, но вот подъезжать к школьным воротам в сопровождении горстки представительских машин… подобная практика встречалась часто.

Но ничто из этого, к сожалению, не могло увеличить мои шансы на выход в последние этапы школьного турнира. Со вчерашней ночи я только и делал, что взламывал государственные банки и собирал информацию о возможностях и способностях глаз Деймоса. Одним словом, старался стать чуть богаче и повысить свои шансы на успешное выступление в турнире.

Ещё с утра я обзвонил своих посредников и наказал достать для меня несколько генераторов, пару видов экзоскелета и что-то вроде внешнего сосуда для хранения си-энергии. К вечеру Тору-сан пообещал доставить весь этот «хлам» в резиденцию Рорана, а точнее, в мастерскую.

У меня, конечно, были идеи увеличить шансы на выход к принцу, но… стоило чуть тщательнее поработать над ними.

Водитель к тому времени вышел из машины и приоткрыл дверь со стороны Фумико, натянув вежливую улыбку. Фумико же, бросив напоследок…

— Слишком вызывающе ты себя ведёшь, учитывая то, что всё ещё носишь зелёный перстень, — вышла из автомобиля.

Оценочно осмотрев свой перстень, я протёр его влажной салфеткой и выбрался на улицу следом за юной Графиней. Пусть думает, как хочет — мои действия оспаривать ей всё равно бессмысленно.

Давненько не был в этом месте — думал я, наблюдая за веселыми ребятами, что дружно шагали к главным воротам школы. Казалось, испытывал чувство дежавю. Несмотря на то, что первый мой день в этом месте закончился дракой с охраной — выяснением того, как именно такой бедняк смог поступить в Хоккадо, общая обстановка нисколько не изменилась.

Конечно, про себя сказать подобного я не мог. Вся одежда, что была на данный момент на мне, стоила больше всего вместе взятого тряпья, которое я носил до последних событий. И, не буду врать, сегодня чувствовал я себя уверенно.

— Ну, — с ноткой нерешительности в голосе произнесла Фумико, поглядывая на меня. — Что у нас в планах?

Я, осторожно надев чистые очки, пожал плечами.

— Посетить это место, разве нет? Красиво держаться, слушать преподов и не привлекать лишнего внимания, или чем там ещё школьники занимаются. Ну и не ходить за мной по пятам.

— Да, но… — она неопределённо пошевелила рукой. — Разве мне не придётся, не знаю, какие-то экзамены сдать? Возможно, поговорить с директором, чтобы он имел в виду, что я учусь в этой школе. Даже сделать вид, что мы не знакомы и войти в класс в разное время?

— Каких ещё экзаменов? — удивился я. — Ты ведь юная Графиня, что живёт в коррумпированной стране. Твой статус ещё вчера сдал за тебя твой же экзамен, и с директором поговорил, пока ты спала. Короче, тебе не придётся делать то, что делает челядь.

— Не будем делать вид, что я тебя не знаю?

Девушка, кажется, после разговора о поступлении успела немало времени посвятить изучению школьной системы образования — понимала, что поступить в Хоккадо крайне сложно даже для аристократа. Но проблема была в том, что и я немало времени потратил на то, чтобы пристроить её в это место.

А что касается создания иллюзии, что мы не знакомы — подобное было бессмысленно. Пока мы находимся под пристальным наблюдением как якудза, так и их детишек, каждый наш шаг анализируется и изучается. Если кто-то поймёт, что мы стараемся скрыть что-то, почуют слабость.

— Я же сказал, в наших планах — просто посетить школу, — ответил я, оглянувшись. — Твоя задача вести себя культурно, с достоинством, представлять отца в лучшем свете и… не привлекать внимания. Не нужно строить из себя человека, не знающего меня, но и лучшей подругой казаться тоже не стоит. Как для окружающих, так и для тебя, я — Эйджи Химуро, а не Шин. Не придумывай ничего без меня. А если и понадобится что-то дополнительное — скажу.

— Это… это что, Эйджи?! — раздалось издалека.

Я, не глядя в сторону, откуда идут звуки, скривился. Ну, вот. Теперь не только школьная охрана в курсе моей внезапного «повышения в должности», но и пара болтливых очкариков из клуба любителей компьютеров. Они, к слову, только что остановились неподалеку от нас и попытались лучше разглядеть меня.

— Он разве носил очки?

…а это значит, через пару часов об этом будет знать весь клуб трусливых ботаников. Ну и чёрт с ними — продолжать отыгрывать бескланового было бы бессмысленной тратой сил.

— Эйджи! — крикнул очкастый номер три, к сожалению, узнав меня, и бросился здороваться. — Сколько лет! Откуда у тебя столько охраны?! Ты же недавно согласился стать лицом моего сайта для знакомств!

Он и это помнит. Увы, но одним из них действительно оказался тот самый очкарик, что предлагал мне стать амбассадором созданного им сайта знакомств.

Мне захотелось зевать. Серьёзно. Этот очкастый был умным парнем — уж точно поумнее многих — но всё-таки мыслил… шаблонами. Унылое лицо, скучный взгляд и сальные волосы над губами говорили о его дотошности. В жизни моей было немало неинтересных персонажей, но этот… ох, он был самым неинтересным.

— Меня не было меньше месяца, — я рукой убрал парня с дороги и пошагал в сторону школы, второй оступился и отошёл в сторону. Такое ощущение, будто я единственный человек в этой школе, который не посчитал эту компанию мусором и стал слушать их болтовню. Ах да, совсем забыл. Я ведь когда-то посмел присесть к ним за один стол в школьной столовой. Теперь ясно, почему говорить с ними, соблюдая этику, считалось «отстойным».

— Братишка, но я всё же рад тебя видеть! — крикнул тот в спину и стал медленно преследовать нас с Фумико. — Расскажи, откуда у тебя всё это?!

Надоел.

Щелчок пальцев — и за нашими с Фумико спинами выросла огромная стена из дюжины охранников. Очкастый, не успев среагировать, стукнулся лбом о грудь рослого амбала в костюме и свалился на задницу. Охрана… очень удобная штука, к слову. Можно обходиться без глаз Деймоса.

— Эй, он же друг твой! — возмутилась Фумико, глядя назад. — Парень, ты как?

— Всё… всё в порядке, госпожа, — протирая очки, отмахнулся парень. — Мы же с Эйджи старые друзья. Мы так шутим.

Я хмыкнул. Ага, шутим. Всё, что в его жизни могло интересного случиться, произошло в первый год обучения в этой школе — когда за стенами школы его били старшеклассники. А теперь, когда он сам… старшеклассник, никому и вовсе нет до него никакого дела.

— Фумико, это школа, — я устало выдохнул, сбавив ход. — Жестокое место, в котором выживает лишь тот, кто может за себя постоять. Этот парень мне не друг — он лишь тот, кто ищет сильного человека, за которым может устремиться хвостиком. А от таких стоит держаться подальше, если предложение не взаимовыгодное.

Девушка, поджав губы, вновь оглянулась на очкастого и помогла ему подняться на ноги, оставив мои слова без ответа. Похоже, Фумико слишком сильно нервничает, ей не помешало бы выдохнуть и расслабиться. Ещё немного — и она вообще начнёт жалеть, что поступила в это место и согласилась прийти сюда со мной.

— С-спасибо вам, госпожа, но… — парня бросило в дрожь. — Не нужно было…

Фумико смущённо стряхнула с пиджака очкарика пыль и мотнула головой — мол, не извиняйся.

— Ты в порядке?

— Я? — парень сглотнул, оступившись. Друг его и вовсе удрал в ужасе.

— Я… да, я в… ну, я в поряд-дке.

Лучше бы не помогала — думал я, глядя на бедного парнишку, что покрылся тонким слоем пота. Девочка ведёт себя слишком просто с теми, кто этого не ждёт. Стараясь казаться доброй, она лишь пугает. Ну, или же… заводит самые пагубные знакомства.

— Извини нас, мы не хотели, — быстро протараторила девушка и вновь подошла ко мне, выдержав мой испытующий взгляд. — Не смотри на меня так. Он ничего плохого тебе не сделал. Ведёшь себя, как зажравшийся аристократ.

— А я он и есть… — я поиграл бровями, продолжив движение. — Просто раньше скрывал это.

Охрана отступила, мы же вошли в здание.

Школьный холл с широкой лестницей по центру и лифтами, ведущими на верхние этажи, был набит студентами. Некоторые неторопливо расходились по кабинетам, другие же, наоборот, из этих кабинетов выходили. Обстановка, судя по всему, не только мне казалась неуютной и чересчур шумной, но и дочери Рорана, что вздрагивала от каждого резкого движения проходящих мимо людей.

Взяв девушку под руку, я повёл её к расписанию. Людей в этом месте не убавилось, потому пришлось стоять в очереди ещё около минуты. И пока я пытался вспомнить, в какой группе учусь, меня успели одёрнуть вновь.

— Эйджи! — по плечу кто-то хлопнул. Я выставил локоть, обернулся и…

— А, это ты, Дюки-сан, — успокоился, заметив капитана бойцовского клуба.

Хотел навестить его после занятий, но, так как удалось сделать это сейчас, не стал увиливать от разговора. Да и не было возможности — массивная рука капитана осталась лежать на моём плече, а пальцы буквально вцепились в новенький пиджак. Улыбка на его лице сменилась раздражением; глаза чуть сузились. Да, я слышал, что сборная нашей школы справилась на отборочных и без меня. Но вот не был уверен, что моё отсутствие воспринялось без критики в мой адрес. Несмотря на то, что я делал вид, будто ничего не произошло.

— Рад тебя видеть, капитан, я как раз…

— Какого чёрта ты не берёшь трубку? — его раздражённый голос осёк меня на полуслове. — Ты же обещал, что примешь участие в отборочном этапе турнира! Я надеялся на тебя, парень, и чуть-было не допустил большую ошибку!

— Прости, я…

— Я спрашивал у преподов, — громила не позволял вставить и двух слов. — Все как один говорили, что ты давно не был на парах. Так где же ты пропадал тогда, если не секрет? Что для тебя стало важнее участия на школьном турнире? Ты ведь с таким рвением просился в первую сборную, вышел на бой против меня и… скрылся с радаров?!

Тратить время на этого парня не было ни желания, ни сил. Каждое слово в своё оправдание стало бы поводом для десяти — в обвинение. Оставалось лишь одно. Я натянул виноватую ухмылку и почесал затылок, склонив голову вбок.

— Извини, капитан, я немного приболел, — голос мой прозвучал робко и виновато. — Сейчас же чувствую себя гораздо лучше. Если меня не выгнали, готов выступить на вашем турнире в любое время. Вы же… не выгнали меня из первой сборной, Дюки-сан?

Капитан покачал головой и отвёл взгляд, стараясь включить мозг. Не думаю, что последняя стычка со мной позволила бы ему сделать столь опрометчивый шаг. Как бы плохо я не бился, победа над капитаном осталась за мной, а обещание взять меня в первую сборную — принято.

Он нахмурился. Показалось, будто его плечи стали ещё шире, чем в первый день нашей встречи.

— Завтра проходит первый этап, Эйджи, больше никаких отборов — только большие бои, — наконец подал голос капитан. — Город Токио, северный район, улица Карай-Такава. Время сбора — шесть часов утра. Я тебя не выгнал. Если ты готов принять участие, сообщу об этом директору. Но ещё один прогул закончится именно этим.

Я задумчиво заскрежетал зубами. Рано… слишком рано для меня. Всего один день выходного, и новые физические нагрузки и травмы. Прошлый бой с этим качком выжал меня, точно влажную тряпку. Я после того боя ещё пару дней чувствовал себя измотанным, усталым и подбитым. Жаль, что выбора у меня нет.

— Я согласен, капитан. Буду вовремя.

— Вот и отлично!

* * *

Политология — как же много скуки в одном лишь обычном слове. Урок проходил всё так же нудно и скучно, как и во все прошлые разы. Кроме удивления на лицах Нобору Кондо и Ханны Нагивара в то время, когда я вошёл в аудиторию, ничего интересного на этом занятии не произошло. Никто не пытался меня задеть, либо же намекнуть на то, что знает о моём «секретном» занятии. Ребята будто стали более задумчивыми и серьёзными. И всё.

Уверен, в их детских головёшках хранится тысяча и один способ, как проучить меня. Конечно, всё это скучно и слишком очевидно, но вот даже это было увлекательнее, чем… тонны бесконечной ненужной информации, заправляемые фразой «это будет на экзамене», что слышались из уст учителя и пролетали сквозь меня. Казалось, преподаватель ещё больше ненавидит этот предмет, чем я. Иначе объяснить, откуда столько боли в голосе оратора, я не мог. Что говорить об учителе, когда тот даже не заметил моего длительного отсутствия?

А что касается Фумико. Как и ожидалось, девочка стала центром внимания всех студентов, присутствующих на занятии по политологии. Ребята буквально испепеляли её своими взглядами, когда та, стоя у доски, представлялась и привирала о том, что была переведена с другой школы в эту. Очевидно, каждый в группе читал новости и отлично понимал, что перед ними стоит дочь Графа, но вот старался этого не показывать. Проще говоря, группа приняла её с распростёртыми объятиями.

— Ты что, спишь, Эйджи? — Фумико ткнула меня плечом, нахмурившись.

Странно, но эта мелкая решила сесть рядом со мной. Я не был против, но и настаивать не спешил. Всё же я, в отличии от неё, не самый активный и популярный парень в этом месте. Все, кого могу завлечь — дети моих врагов. Остальные же меня будто не замечают.

Но вот Фумико сильно портила привычный комфорт и уют, что присутствовал лишь на последних партах. Если раньше меня не замечали, то сейчас ученики то и дело пытались ещё раз взглянуть на Фумико, невольно натыкаясь на мою сонную физиономию. Потому я спал — сон был единственным выходом избавиться от назойливых взглядов.

— Не толкайся, — пробурчал я сонно.

…ну и только в этом положении я мог чётко продумать стратегию ведения боя на завтрашнем турнире, не используя при этом листочка с ручкой.

— Слушай, почему все смотрят на меня? Это потому, что я сижу с тобой? — продолжала она докучать.

— Нет, я в этом месте популярностью не пользуюсь, — я старался говорить тихо, не приподнимая головы. — Смотрят потому, что новенькая. Ну и потому, что Графиня. Привыкай, короче.

Фумико, поджав губы, кивнула и уткнулась в свою тетрадь, строча ручкой абсолютно всё, о чём рассказывал преподаватель. Я же чуть расслабился и вновь стал думать над способами скорого усиления.

На самом деле, их было не так много. Глаз Деймоса активировал би-клетки, а алхимические печати помогали укрепить тело и атаковать на довольно низком уровне. К сожалению, слова матери о том, что скоро я почувствую разницу между нашими уровнями, становились всё более реальными. Сложные печати забирали всё больше сил, а слабые не наносили урона сильным противникам. Я должен был улучшить не только атаку и защиту, не прибегая к сильному ухудшению здоровья, но и придумать способы расширить свой арсенал техник. Иначе тело моё и до тридцати пяти не дотянет — в итоге ослепнут глаза и опадёт вся жизненная энергия.

Всё, что я мог — использовать обе силы в тандеме.

Да, я уже прибегал к подобному, когда помогал печатью ускорить кровяные потоки. В итоге удавалось увеличить время активации и деактивации глаз Деймоса. Но этого было слишком мало, ведь с опытом использования глаз необходимости в этой печати становилось всё меньше.

Я, честно говоря, пока точно и не понимал, что делать и как развиваться. Раньше не хватало средств, сейчас же было мало знаний. Если и приходил к одному логическому заключению, то тут же появлялись факторы, что гласили о малой эффективности, либо же невозможности использования того, или иного приёма.

Но я должен добраться до принца, чего бы мне это не стоило.

— …таким образом, высшая аристократия получает возможность избегать некоторых законов, что действуют на низшие сословия, — последняя фраза преподавателя резко выдернула меня из раздумий. — Спасибо за внимание, ребята, все свободны. И прошу вас начинать подготовку к сдаче экзаменов. Не увиливайте, ведь не заметите, как пролетит время.

Шум, гул и разговоры студентов ударили по ушам. Я разлепил веки и оглянулся. Неужто господин Нобору не подойдёт ко мне и не объявит межродовую войну? Ух ты, он только что, не взглянув на меня и краем глаза, пулей вылетел из аудитории, уткнувшись в свой навороченный мобильник.

А Ханна? — я перевёл взгляд на бывшую Графиню. Неужели ей не захочется переброситься со мной парой колких фраз, либо же с ехидным личиком поздравить меня с победой? Кажется, нет. Девушка только что дождалась своих подружек и не менее резво покинула кабинет.

Одним словом — ску-ко-та. Раньше, когда я охотился на их отцов, в этих уроках была своя изюминка. Я будто ходил в школу с важной целью. Сейчас же… всё стало каким-то грустным и серым.

— Пошли, Эйджи, — потянула меня за руку Фумико. — Следующий урок — высшая математика. Нам нельзя опаздывать.

Нда…

Впрочем, так в этот день ничего и не произошло. Ребятишкам нужно было слишком много времени на то, чтобы начать действовать. Потому весь учебный день я вёл себя настолько незаметно, насколько это было возможно — в основном во сне. Ханна, Нобору и остальная горстка людей, что получила новость о том, кто такой Шин Нарита на самом деле, вела себя хоть и крайне подозрительно, но вот знать о себе не давала. Я в свою очередь ограничился лишь тем, что выписал для себя список знающих обо мне людей. В любом случае, никто ничего не докажет, а я на первое время вполне смогу сгодиться на роль разменной монеты в руках «Истинного Шина».

Поэтому, даже идя в столовую, я старался не приближаться к Ханне. Да, она, может, и была не против, но вот гордость, что таилась в бывшей Графине, не позволяла ей выполнить первого шага. И это играло на руку — позволяло больше времени посвятить самоанализу.

А что касается Фумико… уже на последних парах стало заметно, как девочка быстро сдружилась с Ханной. Обе они успели, кажется, немало времени вместе провести, когда я якобы держал Ханну в заложницах, и даже сдружиться. Да и обе сейчас недолюбливали меня и мои поступки, поэтому в основном, весело общаясь между собой, они посылали критику в мой адрес.

К концу уроков я уже понимал примерный вектор развития, который, возможно, способен был не только усилить меня, как бойца, но и позволить тратить меньше здоровья в сражениях, не применяя полной формы глаз Деймоса. Но концепция была не завершена, потому, отправляясь домой на автомобиле, сопровождаемом десятком других представительских машин, я продолжал пребывать в неком трансе.

* * *

— Не знаю, для чего тебе этот хлам, что стоит больше миллиона долларов, но я его достал.

Я кивнул, глядя на заваленную различными механизмами мастерскую. Десятки генераторов разных мощностей, два экзоскелета и огромная куча самых разных инструментов. начиная от обычной отвертки и заканчивая лазерной указкой. Не знал пока, для чего мне всё это нужно, но был уверен, что не понадобится ничего докупать. Ведь свободного места в мастерской практически не оставалось. Вручив Тору чек на потраченную им сумму, я сложил руки на груди и поправил мизинцем оправу, что чуть сползла на нос. Кажется, мне предстоит провести эту ночь без сна.

Сделав шаг в сторону коробки, я усмехнулся. Посмотрите-ка, передо мной экзоскелет модели «5-К-Турбо» — самая передовая разработка компании Тойота, что даже на рынок выйти не успела. Она стояла в коробке и с жалостью просила не разбирать себя и не издеваться над тысячами часов работы сотни инженеров.

Но я был невозмутим.

— Я просил Майбах, ты купил его? — взгляд мой мазнул по мужчине с наголо выбритым лицом и полуседой шевелюрой, зачёсанной вбок.

Тору кивнул, вытащил из кармана ключи от новенького Майбаха и вручил их мне. Машина эта стоила чуть больше двадцати тысяч долларов и входила в тот миллион, что я вручил посреднику. И если раньше я считал этот аппарат роскошью, то сейчас… понимая, что денег у меня ещё около девяти миллионов, воспринимал его, как игрушку.

Пребывая в бедности, начинаешь ценить вещи. А богатство балует. И это доставляло кучу удовольствия.

— Спасибо, Тору-сан.

Очень хочется верить в то, что за одну бессонную ночь я смогу полностью перестроить этот экзоскелет под себя и использовать на завтрашнем турнире. Давненько я не был так заинтересован и возбужден. Не скажу, что был гением в инженерном ремесле в прошлой жизни, но вот кое-что действительно способен был создать. И не благодаря своим бесконечным знаниям и удивительной силе мысли, а обычной алхимии.

Посредник кивнул, подошёл к небольшой тумбе и взял в руку коробку. Открыв её, он продемонстрировал мне ожерелье. А вот ещё одна "игрушка" — улыбнулся я. Камень, способный хранить в себе си-энергию практически так же хорошо, как натренированное тело бойца. Сам сосуд был выполнен из редкого драгоценного металла, но вот самым ценным была энергия. Вернее, то количество энергии, что хранилось в нём.

— Этот камушек стоит шестьдесят тысяч долларов, — констатировал Тору, открывая коробку. — Энергии, что в нём хранится, хватит на то, чтобы размазать бойца уровня «мастера», если, конечно, правильно его использовать. Дольше всего я искал эту штуку. Камней на рынке много, но вот камней с качественной энергией мастера Фуко — единицы.

Мастер Фуко — легенда, о которой знают даже лучше, чем обо мне и Роране вместе взятых. Мастер Фуко был моим кумиром, когда я только-только прибыл в этот мир. Тору меня и впрямь порадовал. Я подцепил ожерелье двумя пальцами и с оценкой взглянул на него. Тяжёлый, это очень и очень хорошо. Но вот жаль, что энергию эту использовать так, как могут это делать все одарённые, мне не получится. Впрочем, эта штука мне пригодится для других задач.

— Отличная работа, дружище, я у тебя в долгу.

Тору кивнул.

— Есть новости по перехвату транзакции акций Тойоты? — голос его стал чуть более тихим.

— Ага, — я с улыбкой глянул на Тору. — Почва для перехвата готова. Осталось дождаться, пока деньги перечислят.

Уголки губ посредника вздернулись в искренней улыбке. Он сглотнул и протянул мне руку.

— А теперь позволь немного поработать, — ответив на рукопожатие взаимностью, я рухнул за рабочее кресло. Всё же работать в столь дорого обставленном месте гораздо приятнее, чем в подвалах.

Глава 11

Ночь у меня предстояла насыщенная.

Я, стоя перед выстроенными в ряд разобранными механизмами от экзоскелета, металлическими пластинами и прочим, жевал горячий чизбургер и запивал его колой. На третий час утомительной возни с ранее собранными Тойотой конструкциями в голову вкралось понимание того, что я практически ничего не ел весь день.

На данный момент было покончено с основными элементами — я разложил на отдельном столике всё необходимое и накрыл это тряпицей. Пока всё вокруг напоминало кучу хлама, но чуть позже, а точнее через пару минут, я займусь созданием из всего этого единой конструкции.

— Наворотил ты тут, — почесал макушку старенький сутулый Арчибальд, что пару секунд назад появился в проёме моей мастерской. — Чем занимаешься?

Шумно отпив газировки из стакана и часто заморгав, я обернулся.

— Эм… привет. Я? А, да, как его… создаю рычаг давления на старину Рорана, — пришлось отшутиться.

Старик, приподняв бровь, усмехнулся.

— Железяки никогда не заменят истинной силы, — он подошёл к столу и заглянул под ткань, что покрывала нужные детали. — Спать-то не собираешься? На дворе полночь, а у тебя тут свет горит.

Не заменят, это правда, но вот никто и не собирался тягаться с одарёнными физической силой от генераторов. Я хмыкнул, закинул в рот оставшийся кусок бургера и пожал плечами.

— Поспать всегда успею.

Взяв в одну руку лазерную пилу по металлу, а во вторую чернила, я склонился над механизмами. Первым делом нужно было уменьшить их размеры — сделать так, чтобы никто из преподавателей не смог заметить инородных приборов на моём теле. А для этого стоило полностью переворошить экзоскелет.

— Слышал, твоя родовая способность напрямую связана с кровью, — ах, старик, кажется, всё ещё стоит за моей спиной. Да что ему нужно?

— Угу… — промычал я, натянув защитные очки. — Отойди дальше, старый. Сейчас будет искрить.

Лазер на приборе резко вспыхнул и стал буквально насквозь распиливать не только корпус металлической запчасти, но и мой рабочий стол — что говорило о неспособности корпуса удержать плотного удара ранга «ученика». Не годится. Проведя пару линий и разрезав пластину, я вырубил прибор и выпрямился.

Без алхимии тут точно не обойтись.

— Так вот, я хотел сказать…

— Арчибальд, — мой раздражённый голос прервал старика на полуслове. — Ты же видишь, я работаю? Что тебе нужно?

Старик усмехнулся.

— Я хотел сказать, что немного разбираюсь в крови.

Разбирается в крови?

— Отлично, теперь прошу покинуть мастерскую, — без особого энтузиазма пробурчал я, вертя в руке обрезанную пластину. Этот металл — дерьмо.

— Уйду, если ты покажешь мне свою силу…

Очевидно, изначально до меня не дошло, что именно он имеет в виду, потому я был чуть обескуражен.

Впрочем, если он этого хочет. Я могу его выгнать. Положив лазер обратно и стащив с лица защитные очки, я сделал пару шагов в сторону сутулого, после чего внезапно активировал глаз Деймоса. В полной форме — так, что мои глаза внезапно утеряли видимость и зачесались.

* * *

Доволен? А теперь… убирайся.

Старик никак не отреагировал на мои слова (хотя стоял в полуметре) — лишь хлопнул в ладоши. Я же резко закрыл глаза и оступился. Кровь успокоилась и зрение стало медленно возвращаться. Правда, жжение не прошло — стоило пройтись по глазам влажной тряпицей.

— Глаз Деймоса… — протянул тот без капли страха и ужаса в голосе. — Слушай, ты ведь понимаешь, что глаза слишком чувствительны для того, чтобы их царапали свёртывающейся кровью?

Я, протирая закрытые веки, кивнул. Чёрт бы его побрал; люди с ног валятся после того, как смотрят в глаза Деймоса, а он… кажется неуязвимым не только физически, но и ментально.

— Я не идиот, старик. Знаю.

— Тебе стоит попробовать создать контакт с другими частями тела. Тем более, если форма глаз первая… — он сощурился, вытянул перед собой ладонь и растопырил пальцы.

Что за?..

Сухожилия на его кисти неестественно расширились, увеличив давление и скорость кровяного потока. А затем кожа в области вен лопнула, и кровь старика потекла струёй в ладонь; после чего стала затвердевать, образовывая форму небольшого алого шарика с острыми шипами.

— Кровь, содержащая би-клетки, чуть более многогранна, чем обычная, — констатировал старик, повертев шаром перед моими глазами. — И энергии в ней гораздо больше, чем способны принять твои глаза.

Я, чуть опешив, взял в руки шар. Тяжёлый. В глубине души, казалось, ещё издавна закралась детская обида за то, что мне в этом мире никогда не удастся использовать си-энергию — а это значит, что подобные фокусы мне недоступны.

— Пробовал, — пришлось признаться. — Но, кроме как с глазами, моя кровь не создаёт никаких контактов.

— Значит, плохо пробовал.

Я мотнул головой, обернувшись к рабочему столу. Слишком уж он уверен в том, что я глупый маленький мальчишка. Арчибальд же взял со стола руку от моего экзоскелета и попробовал надеть механизм на свою тощую руку.

— Эта штука ещё не готова, — я нахмурился. Но он меня не слушал. Закрутив болты, Арчибальд вытянул руку в сторону и проверил скелет на радиус движения.

— Сковывает…

— Я же сказал, что он не готов! — раздражённо насупился я, продолжая наблюдать за ним. Старик же вёл себя так, будто это его миллион был потрачен на покупку оборудования.

Растопырив пальцы руки, покрытой механизмом, он выпустил струи крови из сухожилий, что стали обволакивать металлические элементы каркаса. Пара секунд — и вместо серебристого усилителя удара на его руке зиял алый покров. Рука будто стала толще за счёт кровяной оболочки.

— Ты испортишь его, старый! — я был возмущен! — Что ты с ним делаешь?

Пронзив меня острым взглядом, старик усмехнулся. Спустя секунду экзоскелет буквально исчез у меня на глазах вместе со всей кровью, что покрывала его руку. Точнее, Арчибальд расплавил металл и… смешал его с собственной кровью?!

— Повторюсь, парень, кровь наша гораздо сложнее в своей структуре, чем обычная. Ты плохо пробовал.

Сжав кулак, он сделал резкий разворот и пробил кулаком по стене мастерской. Бетонная поверхность треснула, а с потолка посыпалась пыль. Я же, разинув рот, стоял и разглядывал это чудо.

— Слабоват, — прошипел тот, стряхнув рукой. Кровь на его руке вновь стала выбираться из сухожилий, возвращая в прежнюю форму металлические элементы скелета.

И тут мои глаза чуть-было не вылезли из орбит. Не может быть такого! Физика всю жизнь твердила мне о необратимости некоторых процессов! А тут, на моих глазах, всё возвращается в абсолютно прежнюю форму! Как?

— Пробуй разгонять кровь в свои кости, вены и кожу. А позже… попробуй создать контакт с инородным веществом, — говорил старик, проверяя целостность экзоскелета. — А когда сможешь добиться определённого успеха, приходи ко мне. И мы с тобой поговорим о том, как скрыть оружие в твоём теле.

Невозможно. Я, задумавшись, поджал губы.

— Не забывай, Арчибальд, я не имею возможности ни управлять си-энергией, ни хранить её в своём теле. Как бы ты красиво не рассказывал обо всех способностях моей крови, использовать их я не смогу.

— Глаз использовать не сложнее, чем внутренние органы, да и металл не требует большой температуры для распада, — пожал он плечами. — По факту всё это одно и то же. Отличие лишь в том, что внутренняя часть тебя не пострадает от лишней крови.

Ослабив болты, старик высунул руку из каркаса и отложил механизм обратно. Структура скелета была основана на генераторе, что вырабатывал энергию и усиливал любые движения. Но вот Арчибальду он не понадобился. Сутулый лишь укрепил металлом кость и использовал технологию, как основу. А вместо генератора использовал би-клетки.

— Ты хочешь сказать, я смогу поместить экзоскелет в своём теле?

— Смотря какими частями тела помимо глаз ты сможешь овладеть. При удачном исходе прочный металл укрепит кость, а механизмы будут повторяться внутри тебя. Помимо мышц твой удар будет двигать экзоскелет, питаемый би-клетками.

Старик широко зевнул и хлопнул меня по плечу.

— Ладно. Работай, а я спать… и даже не пытайся меня разбудить раньше восьми часов утра. Иначе убью…

Оставив мне свой алый шар, Арчибальд неспешно покинул помещение. Оставшись со своими мыслями, я вновь осмотрел часть восстановленного экзоскелета и усмехнулся. Сложил руку на поясе.

— Надо же.

В таком случае… планы мои чуть поменяются.

Итак, один из законов алхимии гласит: подобное притягивает подобное — думал я, меняя местами металлические элементы экзоскелета и накладывая на них печать. Максимального притяжения можно было достигнуть лишь в случае того, если влиять на части одного целого. Нехитрые манипуляции плюс то, что экзоскелет был одной общей системой. Ещё пара нюансов — и всего этого хватило, чтобы скрепить элементы чуть ли не намертво. Силы такое взаимодействие отнимать не будет, если использовать в качестве платы энергию камня.

Несмотря на то, что мне нужен был другой результат, укрепление металла в любом случае было необходимым фактором. Фактически, я проводил трансформацию, сохраняя результат и буквально спаивая металлические элементы. Обычным сварочным аппаратом тоже не брезговал. Ещё один закон алхимии — если есть простые решения, не стоит всё усложнять.

Спустя часа два закончил с основной конструкцией, провёл по металлу лазерной пилой и спаял печатью. Отлично, такой прочности механизма правой руки будет достаточно на первое время.

Генератор тоже полностью пришлось перестроить. Электрические аккумуляторы, конечно, штука высокотехнологичная и всё такое, но вот камень, в котором была скоплена си-энергия, обладал гораздо большим потенциалом. Создав алхимическую печать переноса энергии, я заменил генератор камнем.

Когда корпус правой руки был готов, я стащил покрывало со стола с оружием. Эти штуки были довольно компактными, но очень мощными. Дальний бой планировал практиковать как раз за счёт огневой мощи, подпитываемой от камня. Главное — не прогадать со временем и оставить пару часов на практику контакта би-клеток с внутренними частями тела. Не знаю, когда именно Арчибальд вообще стал напоминать по своему виду живое оружие, но уверен, что над ним неплохо поработали талантливые люди. Не реагировать на мой глаз, восстанавливать любые повреждения и… управлять собственной кровью так, как ему захочется. Что ещё может этот сутулый монстр?

Итак, что можно сделать за два часа? Многое. Я отложил две самые необходимые «игрушки», а остальное оружие убрал до лучших времён. Создать механизм вывода мини-ракеты из экзоскелета нужно было таким образом, чтобы в исходном виде та не создавала на одежде выпуклости. А это усложняло процесс. Приходилось внедрять их в область живота скелета, думать над системой подачи ракеты в руку и… не подорвать её в процессе внедрения.

Впрочем, алхимия многогранна. В ней есть направления, которые отлично справляются с подобными задачами. Призыв, обратный призыв, мгновенное перемещение…

И даже путешествие между мирами, что изобрел старик Хоширо и обучил меня этому ещё в прошлой жизни. Но это высший пилотаж — сейчас в основе лежало совсем другое.

А именно — алхимия обмена. Та соль алхимии, что использовалась мной практически во всех направлениях. Для эффективного применения оружия необходимо было подготовить два фундамента — трансформацию и алхимию подобия.

Но вот в этот раз я не стал торопиться. Старик Арчибальд показал то, что наставило меня на интересную мысль. Если моя кровь и впрямь обладает магическими свойствами и способна входить в контакт с инородными веществами, то…

Повторюсь, мои планы меняются.

Первым делом, изучив свою кровь чуть лучше, я бы мог воспользоваться печатью трансформации, которую не использовал со времен перемещения в этот мир. Превратить кровь в лезвие, кость в металлический стержень. Всё, что будет контактировать с моей кровью, станет моим оружием.

Короче, выбор у меня есть. Жаль, пока это лишь в моих фантазиях.

В таком случае переходим к реальности, а точнее, к третьему жизненному правилу: делай руками то, что можешь сделать, а алхимию используй только в крайнем случае. Сейчас был тот самый крайний случай. Раскалив металлический стержень до покраснения, я вытащил его щипцами и принялся сбивать в один тугой шар. Этот этап отнял много сил и времени. Я все два часа провозился с тем, что снова и снова накалял кусок металла, дабы увеличить его прочность.

Но всё кончается. Закончилось и мучение заготовки. В итоге у меня получился третий элемент из арсенала — пылающий краснотой шар. Я переложил его на стол в малый трансформирующий круг и поджал губы. Отложив щипцы, сложил пальцы в нужный узор, чтобы помочь себе сформировать очищающую печать.

Первый закон алхимии: всё имеет свою цену. Но в этот раз цену не пришлось платить собственными жизненными силами — вокруг камня, содержащего в себе си-энергию, стал рябить воздух. И сейчас, чтобы окончательно укрепить металл, я вложил в печать около десятой части си-энергии в камне. Будь у меня сила, смог бы вложить больше, но приходилось довольствоваться тем, что есть.

Будь я чайником в алхимии, потратил бы сил раз в десять больше и, скорее всего, разбил бы камень за шестьдесят тысяч в дребезги. Но я был железным среднячком. Я вкладывал былой опыт старика Хоширо, чтобы сформировать дополнительные контуры печати, что отвечали за рациональное распределение энергии.

И делал это так же хорошо, как и три года назад.

Шар зашипел, повалил чёрный дым, запахло кислым. Сейчас плотный контакт не нужен — печати сами сделают всё, что нужно. Потому нет смысла дышать этой гадостью. Через пару минут процесс завершился. На столе лежал идеально круглый и гладкий кусок металла. Он потерял в весе раза в два и стал прочнее в десятки раз. На это я и рассчитывал.

Осталось лишь опустить шар в воду и подытожить.

— Правая рука готова полностью, два мощных снаряда выйдут в руку с помощью печати призыва, — задумчиво протянул я, взяв переработанный экзоскелет в руку. Прочность его была увеличена, а вместо генератора тот питал энергию от камня.

— Камень тёплый, — коснулся камушка и тут же одёрнул палец. — Очень тёплый.

Подхватил щипцы и вынул круглый шар.

— А эту штуку надо бы внедрить в свои кости…

* * *

Если бы би-клетки были схожи по структуре с си-энергией, я бы управился с их изучением за пару минут. Но нет, никогда так просто у меня не было — вся жизнь, словно одно сплошное испытание. Берёт начало где-то с начала встречи с Йокагами, стекает по всему преступному прошлому в Японии и продолжается по сей час.

Сидя под открытым солнцем, что уже час как согревало своими лучами двор резиденции, я пытался найти хоть малейший отголосок в своих органах. Тело моё было покрыто кучей самых разных печатей, а кровь с бешеной скоростью циркулировала по венам. Кости, органы, мышцы… Арчибальд был прав, когда говорил, что кровь моя необычна. Но вот ничего из этого не выходило за рамки «необычного».

Металлический шар лежал в моей руке, но никаких изменений не претерпевал. Увы.

Да и времени уже не оставалось, будильник вибрировал в кармане, а дворники вовсю убирались на территории резиденции и состригали кустарники. Пора было выезжать с тем, что я успел соорудить за это время.

В мастерской всё лежало в том же положении, что и раньше. Я закрутил на голое тело каркас правой руки экзоскелета, скрыл под животом две ракеты и закрутил пусковой механизм к руке. В камне с си-энергией проделал небольшое отверстие и провёл через неё металлическую цепь. Накинул тот на шею.

Обернувшись, я уже хотел-было выйти из мастерской, как наткнулся взглядом на игольчатый шар из застывшей крови Арчибальда, что всё ещё лежал на столе. Стало любопытно, я закрыл дверь обратно и пошагал к столу.

— Как он это делает? — взяв шар в руку, я нахмурился.

Кровь… по факту она у нас со стариком схожа по структуре. И вполне возможно, что…

— Ай! — чёрт меня дёрнул уколоться об один из шипов, либо же удача — я так и не понял. Зато осознал очень и очень интересный факт. Я до этого времени даже не пытался напрямую взаимодействовать свою кровь с предметами. И теперь, когда глаза мои расширились от того, что шар старика внезапно растаял на моих глазах, а кровь странным образом впиталась в мою ранку и заставила вздрогнуть, до меня дошло.

Нужен прямой контакт, чёрт побери! Это было… прикольно. Но времени для раздумий не было; быстро схватив в руку металлический шар, что я готовил в течение двух часов, я пробил по нему кулаком. Затем ударил ещё раз… ещё и ещё. Бил до тех пор, пока не лопнет кожа на моих костяшках.

Сердце застучало сильнее. Кровь, что была разогнана до предела, прыснула из ранки и буквально расплавила часть металлического шара. Не знаю, насколько это опасно… использовать металл в собственной крови, но хотелось поверить словам Арчибальда. Он говорил, это укрепит кость.

Пробив по шару вновь, я поморщился. Руку обожгло от той температуры, с которой кровь вошла в реакцию с металлом. Часть его расплавилась и странным образом стала закрывать собой ранки на коже, впитываясь в костяшки. Кулак чуть потяжелел, но…

— Так, стоп.

Резкий взмах, удар в бетонную стену рукой, усиленной экзоскелетом. Алхимические печати бы не выдержали такого удара, кости должны были переломаться вдребезги, но вот… лопнула лишь кожа — пустяк для восстанавливающей печати на моем животе. А кулак повреждений не получил.

Стоило ли говорить о том, что спустя три минуты весь шарик был поглощён моей кровью и укрепил руку, что носила уменьшенную в размерах часть экзоскелета? Думаю, нет.

— Арчибальд, ты ж мой грёбаный гений!

Глава 12

Планы, стратегии, замыслы… вся моя жизнь буквально полностью строится на этих аспектах. Но иногда… иногда происходит то, чего спланировать просто нельзя. Не потому, что не хватает знаний, либо же опыта. Просто… так происходит, и всё на этом.

И сегодняшний день, — первый этап группового турнира, — содержал в себе одно из тех событий, что спланировать было… невозможно.

— Выглядишь неважно… — капитан школьной сборной покосился на меня с таким видом, будто проглотил кусок кожуры свежего лимона.

Я протёр глаза.

— Всё в порядке, не выспался просто.

Улица, на которой проводились соревнования, была набита машинами и людьми. Представители практически всех школ Токио собрались в этом месте, чтобы поддержать участников. Одним словом — куча народу.

Нда, я и не ожидал, что масштаб мероприятия будет таким широким. Я был искренне обескуражен.

Капитан первой сборной нашей школы выстроил нас в колонну, сам же встал в первом ряду, держа в руках герб старшей школы Хоккадо. К слову, таких колонн, как наша, было выстроено около двадцати — именно столько школ приняли участие в первом этапе, и в каждой из них находилось по восемь участников.

— Приветствую вас, участники семьдесят пятого межшкольного турнира Японии по боевым искусствам! — раскинув руками, произнес главный организатор турнира. Он стоял на возвышенности и объяснял участникам правила проведения первого этапа.

Периодически делал паузы, дабы позволить публике бесновать.

— Групповой этап, — объяснял он. — Это начальный этап, который оставит после себя треть участников от всех двадцати элитных школ Японии. Важно понимать, что пройти во второй этап смогут не только школы в целом, но и отдельные их представители!

Я прикрыл рукой широкий зевок. Много говорит, это факт.

Да, в его словах было слишком много воды, потому слушал я лишь основные части его длинной речи. Вкратце же, как я понял, в турнире всё было не так уж и сложно. Каждая школа делит свой основной состав на два подсостава — и начинает первый этап. Нет сражений один на один — есть команда, которая должна доставить трофей с одной части огромного парка на другую. И при этом будет выделен час на то, чтобы подготовиться к «этапу», и час на то, чтобы эти трофеи поделить.

Почему останется треть?

Всё просто — трофеев меньше, чем подсоставов. Одни их получат сразу — другим же придётся их отобрать у первых. Кто-то будет свой трофей защищать, а кому-то придётся изначально устроить охоту. И, к сожалению, наша школа показала один из наихудших результатов в прошлом отборном этапе, потому, априори не получая трофей от судей, должна была играть роль охотящейся команды.

Другими словами: чтобы выжить, нужно было устроить охоту на одну из других школьных команд.

Речь директора закончилась фразой: «У вас есть десять минут для того, чтобы обсудить стратегию и разбить состав на две равные части». Потому, в ту же секунду колонны превратились в круги; началось громкое перешёптывание.

Мы не стали исключением.

— Итак, мы охотники, потому шансов мало, — начал Дюки-сан, оглянув нас. — Если хотим, чтобы хотя бы одна из двух наших команд прошла во второй этап, то придётся идти на жертвы.

Жертвы… я зевнул. Не нужно быть гением, чтобы понять: капитан решил забрать себе лучших, а в качестве пушечного мяса выпустить тех, у кого мало шансов показать себя в следующем этапе. Впрочем, идея не лишена здравого смысла — для победы действительно иногда стоит приносить жертвы. Но всё это было пустяком в сравнении с тем, что я услышал от капитана Дюки.

Массивная рука его чуть оттолкнула меня…

— Во второй состав? — я скривился. — Ты уверен, капитан?

— Прости, Эйджи, но так нужно. На отборе ты не присутствовал, поэтому есть люди, которым я доверяю больше.

Надо же. Не ожидал, что меня оценят столь… некорректно. Да, я мог активировать глаз Деймоса и заставить капитана принять меня к ребятам посильнее, но… не стал доставать козыри на глазах перед остальными школами. Да и явно один из сыновей Императора был в одном из составов собравшихся школ. Глаз пригодится… для охоты на брата.

— Итак, парни, вы идёте первой волной… — подытожил Дюки, оглянув меня и ещё троих самых слабых из сборной. — Будете биться против более сильных составов. А мы выйдем второй волной — там ребята выйдут чуть слабее. Все согласны?

Оставалось лишь…

— Ага, — кивнуть.

…когда произошло распределение, я и не думал о том, что всё пошло не по плану. Нет, в глобальном плане мне было плевать на состав и союзников — я сражался один. Поэтому ситуация всё ещё была под моим контролем. Самое интересное началось чуть позже.

* * *

— Меня Ичиго зовут, — протянул мне руку один из соотрядников, идя со мной в ногу к пункту проверки сертификата участника.

Я, устало усмехнувшись, пожал парню руку. Взгляд его был довольно робким и скованным, а физическая развитость тела вызывала сомнения. Впрочем, я не был сильно больше парня — может, чуть выше, да и только. Но плевать… верить в союзников — не мой стиль. Я работаю один.

— А я Такеру, — добродушная улыбка расползлась на губах второго. — Приятно познакомиться. Ты же тот самый новичок, который капитана отделал?

— Точно, — я кивнул и поприветствовал второго. Этот, к слову, был чуть более улыбчив и уверен в себе — казалось, он ещё до соревнования смирился с поражением и не искал шансов для победы.

— Юдзи Коргу! — со спины поприветствовал меня последний союзник. — Что думаете, сможем живыми выбраться отсюда?

А этот… и вовсе не внушал никакого доверия. Приземистый парень, что чуть выше меня в строчке рейтинга. Казалось, тот же Такаши смог бы его с лёгкостью отделать. Тут либо выслуга лет, либо личная приязнь капитана — других поводов принять паря в первую сборную я не наблюдал.

— Хотелось бы… — фыркнул Такеру, покосившись на отряд из элитной боевой школы Гакко. — Вокруг одни монстры. Чувствую себя… овцой в стае волков.

Я, к слову, давно знал обо всех этих школах то, что мне было нужно. И Гакко — приличное место, в котором учатся детишки чиновников и авторитетных аристократ. Ученики Гакко периодически выигрывали межшкольные турниры и носили герб школы с достоинством. Но эта школа была не той, на которую стоило обратить внимание.

Взгляд мой скользнул по колоннам и наткнулся на ребят из школы Хьюго.

А вот эти и впрямь были монстрами. Сын Сёгуна, один из сыновей Императора — мой сводный братишка, и ещё два безумно талантливых бойца, что состоят на службе у моего отца. Своей целью на первом же этапе этих ребят я делать не стал — с большой вероятностью огрёб бы по полной и остался ни с чем.

Но вот… кто знает, что может произойти во время турнира? Как я могу спланировать встречу, либо же не встречу с этими людьми? Никак. И это меня… пугало. Но вот и действовать без стратегии я тоже не собирался. Сейчас, в этом этапе, моей целью была… она.

Взгляд снова мазнул по отрядам школьников и остановился на школе Дьюко. Я натянул улыбку.

А вот эти ребята только и строят из себя крутых. Да, раньше у них и впрямь были талантливые ребята, что нередко доходили до финалов, но сейчас… сейчас эта школа лишь делала всё, чтобы её боялись. Липовые монстры, вот, кто нам нужен. На них не устроят охоту другие, да и вообще постараются обходить стороной.

Зато трофей, что нужно будет доставить к финишу, им подарят судьи. Школа Дьюко — то, что мне нужно.

На пункте проверки я был пуст. Все механизмы от экзоскелета расчертил печатями призыва и оставил в мастерской — планировал использовать их исключительно в схватке. Для этого был одет в мешковатую одежду, что в разы превышала мои размеры. Единственное, что взял с собой — чернила и несколько печатей взрыва.

— Школа? — рослый мужчина в одежде организатора остановил наш отряд у входа.

— Хоккадо, — отозвался Ичиго.

Кивнув, организатор поставил галочку в своём списке участников, записал наши имена и проверил каждого из нас на наличие инородных предметов. Никакого оружия — только кулаки и энергия. Впрочем, печати мои задеты не были; долго нас проверять не стали.

Сопровождающий проводил нас до периметра территории огромного парка, напичканного самым разным оборудованием: от камер до летающих дронов, следящих за состоянием участников, и скрылся с виду, добавив напоследок: «Заходите на территорию после того, как прозвучит выстрел».

— Надеюсь, стрелять будут не в нас, — усмехнулся в ответ Юдзи, свалившись на задницу и обхватив руками колени.

Остальные двое, кажется, восприняли шутку смешной и рассмеялись в голос. Лица и взгляды их так и кричали — мы обречены. Да, отряд этот даже и не думал о стратегии, охоте и прочем. Они не старались назначить себе цель — главной задачей ставили выживание. Я сурово посмотрел на ребят.

— Может, вы хоть сделаете вид, что заинтересованы в выходе на второй этап? — бровь моя чуть вздернулась от раздражения. — Или вам было приказано складывать руки и позволять себя унижать? Все вы находитесь выше меня в рейтинге, но вот не внушаете никакого уважения.

Ребята разом замолкли и подняли на меня свои недоуменные взгляды. Ичиго и вовсе ком в горле проглотил. Кажется, никто и не думал получать нагоняй от… первокурсника.

— Эйджи, братишка, видно, ты новенький, — Такеру с полуулыбкой подал голос. — Пропустил отборочный этап, в котором мы буквально выживали, сражаясь с худшими командами этих школ. Ты пойми, наш капитан — единственный, кто хоть как-то смог протащить нас. А сейчас… среди нас его нет.

— Я одолел вашего капитана, и вы об этом знаете, — мотнул я головой. — Да и нет смысла складывать руки, когда многие из команд только и могут, что строить из себя невесть что.

Соотрядники переглянулись. Такеру же пожал плечами. Нет, парни мне нравились в плане своего характера — никто и не собирался брать на себя лидерство и вести команду вперед. И это было важно для меня; ведь те, у кого нет цели, способны делать всё, что им скажут. Но вот сила духа… её попросту не было.

— Дюки… знаешь, он не бьётся в полную силу с союзниками. Он командный игрок, — объяснил Ичиго. — Капитан, может, и проиграл тебе, но только потому, что не хотел подставлять тебя и позорить. Не думай, что ты лучше — это наивно и глупо.

Я, вздохнув, присел на корты перед парнями. Рука моя стянула очки с лица и сунула их в карман. Как бы вразумить этих парней? Не станут ведь слушать — выйдут на поле, получат по щам и примут поражение с гордо поднятой головой. А я останусь… с незавершённым экзоскелетом и мизерным шансом на получение второго уровня глаз Деймоса.

Нет, я должен что-то придумать.

— Не спорю, может, ты и прав, — голос мой был спокойным, но в то же время чуть напряжённым. — Поэтому тащить команду я не собираюсь. Играем вместе — побеждаем тоже вместе.

— Ага, скорее, отправляемся домой с переломами, — мрачно усмехнулся Такеру. — Вместе.

— Послушайте, — я нахмурился. — Тут действительно много талантливых команд. И далеко не секрет, что многие распределили своих лидеров в первую волну. Но это не значит, что из двадцати школ нет надутых фигур. Да и кто вам сказал, что мы не сможем бить тех, кто уже принял бой?

— Этот план многие используют, поэтому будь готов к тому, что за каждой уставшей командой будет охотиться ещё две — менее уставшие, — фыркнул Ичиго, сощурившись.

Очевидно, он прав. Но моей целью было лишь мотивировать. Жаль, они были слишком опытны.

— А кто из них «надут»? — придрался к словам Юдзи.

Я покосился на приземистого и натянул хитрую улыбку.

— Дьюко.

Брови парней в миг округлились, а взгляды застыли. Они переглянулись между собой и тут же разом расхохотались в голос, повторяя «Дьюко, да ты самоубийца!». Я же, хмыкнув, кивнул и дождался, пока истерика их закончится.

— Дьюки вышли в финал чуть ли не всем составом в прошлом сезоне, парень. Что ты несёшь? — отозвался Юдзи. — Если мы их встретим — нам точно конец.

— Ты совсем не разбираешься в соперниках, Эйджи, — мотнул головой Такеру. — Это самоубийство.

— Если разобраться глубже, эти парни не выйдут и в третий этап, — пояснил я. — Невзрачный парнишка, который и делал их такими сильными, выпустился в прошлом году. Вы наверняка думали, что они все хороши, но… уверяю вас, это не так. Если атакуем их отряд, выйдем победителями. Остальных пока не потянем в равном бою. Ясно, что в таком месте может произойти всё, что угодно, но определить начальную цель не менее важно.

Ичиго, чуть приподнявшись, оглянул нас. Он поправил футболку и поджал губы.

— В таком случае, голосуем.

Вот же клоуны. Я фыркнул, активируя печать ускорения крови. Не собираюсь с ними нянчиться.

— Кто за то, чтобы сидеть в парке тише воды и ниже травы? — Ичиго сощурился, поднимая руку. — Капитан бросил нас, как жертв. И мы должны сделать то, что от нас…

— Мы победим, чёрт бы вас побрал, — осёк я парня на полуслове. Ребята замолкли и опустили руки, а Ичиго заткнулся, убрав улыбку с лица.

— Л-ладно, — прозвучал испуганный голос Такеру. — Я за Эйджи.

— И я.

— Хочется… в-верить.

Я кивнул. Не хотел прибегать к подобным методам, но… всё же я был первокурсником. Очевидно, сомнение и прочее со стороны союзников было естественной реакцией.

Спустя минуту тяжелого молчания прозвучал выстрел.

— Нам пора, — поднялся на ноги Юдзи. — Дьюко, говоришь. И как ты их искать собираешься?

Я не ответил — лишь пошагал в сторону входа в парк. Рукава наши вспыхнули красным цветом — это означало, что трофея у нас не было. Опасно было иметь зелёный свет на рукаве вначале соревнований, потому пока стоило лишь потянуть время, либо просто отыскать ребят из Дьюко. Колонны, что вышли с нами, так же не имели возможности получить трофеи в самом начале, потому тут же принялись бежать вперед — на поиски заветного предмета.

Итак, уверен, что этот этап проводился каждый год, потому все возможные стратегии ученики явно успели перепробовать. Ждать у финиша, нападать на уставших, быть жертвой и… подобное. Я попросту не мог оказаться умнее такого количества поколений.

Как бы ни старался, любая стратегия казалась… шаблонной. Кроме той, что я предложил ребятам, конечно. Напасть на одну из лучших школ — такое явно не практиковалось отрядами, что слабее уровнем.

Мы шли пешком. Мой мобильник, по которому транслировалось соревнование, лежал в руке. Не думаю, что за мобильник могут выгнать, поэтому и не скрываю его. Но пока ничего необычного не происходило. Очевидно, для того чтобы зрителям было увлекательнее следить за событиями в первом этапе, на экране гораздо чаще будут мелькать силуэты участников из популярных команд — и одной из таких была команда школы Дьюко.

Ребята из Дьюко, судя по всему, спешить тоже не собирались. Разбили лагерь и тупо стали сооружать заборчик, дабы не позволить другим с лёгкостью захватывать их трофей. Они делали всё, чтобы не выглядеть слабаками на глазах конкурентов. Стратегия была шаблонной — дождись, пока другие перебьются, выйди из укрытия и смело шагай к финишу. Повторюсь, у нас был час на то, чтобы подготовиться, и час на сражения. Жаль, оставалось лишь минут тридцать до начала сражений.

— Ну, может, побежим уже искать их? — скучающе буркнул Ичиго, шагая справа и срывая листья с деревьев. — Мы можем присоединиться к одной из команд, или просто напасть на Дьюко, пока не вышло время.

Шаблонно.

— Искать? — я недоумённо поглядел на союзника. — Думаешь, эти идиоты собираются прятаться от нас?

— Да откуда я знаю? В прошлые разы со мной был кэп. Я делал то, что он говорил.

Не сомневаюсь.

Впрочем, неторопливо шагая, пока время играло против нас, мы стали пробираться через деревья в сторону отряда из школы Дьюко — заведомо не понимая, где именно они строят лагерь. Единственное, что удалось понять — парни были где-то на восточной части парка.

Я тем временем продолжал наблюдать за развитием событий через мобильник. Скажу честно, было забавно наблюдать за командами, что не получили своего трофея изначально — отряды всеми силами пытались отыскать добычу послабее и организовать грамотное (шаблонное) нападение.

Через полчаса время на подготовку закончилось, и подобные планы оказались провальными — перебивая добычу, отряды теряли огромное количество сил и… попросту отдавали трофей другим командам-стервятникам.

Ещё забавно было наблюдать за сражением команд, что соединялись в одну группу. Пару минут они бились бок о бок против противника с трофеем, а потом… если им удавалось забрать трофей, приходило время решить — кто более достоин нести его на финиш. По итогу трофеи вновь получали стервятники.

В общем, чем дольше длился турнир, тем больше люди путались — у кого всё же трофей. Единственное, что меня раздражало — поведение слишком сильных отрядов. На них никто не нападал, потому они просто развлекались, нападая и на тех, кто нёс трофеи, и на тех, кто его не имел.

Подобное поведение не только сбивало меня с толку, но и наводило на… неутешительные мысли.

Время шло, а владельцы трофеев менялись. Мы же старались держаться дальше от гущи событий и в то же время искать школу Дьюко.

К сожалению, было немало команд с трофеями, что и вовсе не понесли никаких потерь. Судя по моим наблюдениям, никто до сих пор не осмелился организовать атаку на Гакко, Хьюго и Дьюко.

Гакко и Хьюго били всех, кто попадался им на глаза, а Дьюко… продолжали ждать, пока придёт время идти к финишу. Мы, к слову, были не самыми активными участниками, потому спустя полчаса соревнований практически полностью скрылись как с радаров, так и с экранов трансляций. И даже это было частью моего плана — серый кардинал не станет привлекать лишнего внимания, но…

Как я уже говорил, в таких местах не может всё идти по плану. По мере приближения к лагерю отряда школы Дьюко, мы наткнулись на неприятности. Причём большие.

— Ребята, смотрите, — шёпотом вскрикнул Ичиго, резко застыв на месте. — Это отряд из школы Хьюго!

…если и побеждать, то так, чтобы о тебе никто и не узнал — думал я ровно до того момента, как произошла встреча с отрядом Имперской школы Хьюго.

— Ух ты… — сверкнул глазами Юдзи. — Пора делать ноги.

— Только вот их рукава зелёным горят, — усмехнулся Такеру, притаившись в кустах. — Не станут же они на нас нападать.

В том и дело, что станут.

Я же, притаившись, промолчал — лишь сощурился и попытался повнимательнее присмотреться к глазам сводного брата. Мы с парнем были похожи: примерно одного роста и телосложения, вот только парнишка был чуть старше меня.

— Уходим тихо, — прошептал я, развернувшись. Наивно полагал, что нас не заметят элитные бойцы, которых с пелёнок обучали определять слежку.

Отряд Хьюго, заметив, как мы их разглядываем, скользнул по нам взглядом.

— Эй! — протянул один из них, подняв руку. — Парни, это же Хоккадо!

Да, зря я стал медлить. Ребята из моего отряда в секунду прокатились по таким рельсам эмоций, что не смогли и слова добавить — просто застыли, поднялись на ноги и стали бездвижно бегать глазами по отряду Хьюго, что секунду назад остановился и пошагал на нас.

— Нам конец… это всё, это смерть.

— Может, убежим?

— Да, потихоньку идём назад…

— Догонят, — шикнул я, поднимаясь на ноги. Ну, привет, братец.

Меня никто не послушал, потому я не стал обращать внимания на пятящихся союзников — взор мой был уставлен на брата. Парень оглянулся, часто поморгал и ткнул пальцем мне в грудь. Я же приподнял брови и недоумённо посмотрел на сына Императора — мол, я что-то сделал не так?

— Да, ты! — сводный продолжал строить из себя самонадеянного идиота. — Проходишь мимо отряда с зелёным светом, и делаешь это с таким… спокойствием? Не думаешь, что это слегка самонадеянно?

— Я просто не умею выражать эмоций.

Уверенно обернувшись, остальные ребята из Хьюго решительно пошагали в сторону моих ребят. Один из них воспламенил руки чёрным пламенем, второй буквально в секунду оказался за спиной Ичиго, а брат… он открыл глаза… глаза Деймоса второго уровня. Вот же ублюдок, меня тут же парализовало. А у него и капли крови с глаза не покатилось.

Брат сощурился и чуть склонил голову.

— Н̸̈́͊а к̵͔̦̺͌̾͋о̸ле̸̟͐̀̕ни̴̼͍̙͊̿͘!

Что за?..

Дыхание резко перехватило, я рухнул на оба колена и закашлял. Мою грудь будто острым клинком пронзило, а сердце сжалось так, что я стал чувствовать физическую боль. Перед глазами вспыхнул образ Йокагами, пламя и… всё, что ввергало меня в ужас.

Мазнув глазами по парням, что были сзади, я заметил примерно схожую картину. Кажется, этот ублюдок не отстанет так просто.

— Эй, это же этот… как его… Шин Нарита, — хрипло раздалось со спины. — Нет? Парень, который у Дензо недавно статус отобрал.

Братишка хмыкнул, подняв взгляд на приятеля.

— Ну-ну, Койго, — глаз его в миг стал обычным. — Этот ущербный ничего не смог бы забрать. Графом Роран стал, а этот… просто зад ему лижет. Смазливый мальчик, которого любит старикашка Роран. Вот же извращенцы.

Отряд школы Хьюго расхохотался в голос. Рука брата же хлёстко прошлась по моей щеке. В глазах потемнело, а в области удара почувствовался жар. Унизительно, ей Богу. Перед своим отрядом стоять на коленях и выслушивать подобное. Но… пока мои глаза пытались активироваться, я только и мог, что стоять на коленях.

— Ну? — сын Императора сощурился. — Скажешь что-нибудь в свою защиту, или прямо тут тебя обоссать?

Скажу, что ты кусок говна, что недостоин носить эти глаза. Влияние глаз парня стало опадать по мере уровня активации моих би-клеток. Я прикрыл глаза и хмыкнул.

— На колени.

Немая сцена — ребята из вражеского отряда вслед за нами разом рухнули на колени, а глаза их расширились от недоумения. Мои приказы явно не были такими же стойкими, как приказы брата, но вот… они сработали, чёрт возьми. Сын Императора был вне моего поля зрения — я ослеп.

Сука. Долго мне не выдержать — либо честно делаю ноги, либо грязно обворовываю этих зазнавшихся. Я, подкосившись, поднялся на ноги и отшагнул назад. Когда всё идёт не по плану, мне не помешает… экзоскелет.

— С̸т̴оя̸͉̙̀̈́͝ть̸̈́̐̚͜! — процедил брат, оперев одну ногу.

Пришлось оступиться. Печать призыва к этому времени пришла в активацию — рука моя покрылась крепким каркасом от экзоскелета, после чего на животе возникли держатели двух небольших ракет. Последним штрихом стал небольшой камушек, звякнувший на шее. Отлично, я готов бежать, только вот… есть ли смысл делать это с пустыми руками?

Да, я понимаю — импровизация никак не относится к моему стилю ведения дел. Но… знаете, иногда приходится становиться гибким, точно кобра, чтобы не позволить себя унизить. Меня… самого Шина Нарита на колени поставил какой-то зазнавшийся ублюдок! Нет, безнаказанным этот тип не уйдёт.

И это не принцип, это моё взвешенное решение.

Приказ я выполнил — стоял на месте. Но вот развернуться и выпустить в грудь брата небольшую ракету… этого сделать мне никто не запретил. Потому пришлось потратить часть своих снарядов, чтобы выбить парня из строя.

Впрочем, за первой ракетой последовала вторая — та прибила мерзавца чуть глубже в землю. Взрыв буквально выбросил всех моих соотрядников в разные стороны. Отряд школы Хьюго же оказался более стойким, но всё же был сбит с толку не меньше брата, потому мне осталось лишь выпустить несколько печатей взрыва в их тела, использовать глаз и…

Напасть.

Скорость, сила удара, крепость тела — всё это я мог отнести лишь к своей правой руке. Потому пришлось чуть испортить зрение и…

— Отдай трофей! — приказать.

Но никто и не спешил этого делать, о чём, впрочем, позже пожалел. Четыре быстрых и точных удара в челюсть кулаком из стали выбил первого парня из отряда Хьюго. Второй тоже был испуган, поэтому прийти в себя не успел — оказался на полу.

С третьим пришлось повозиться чуть дольше — потратить около двадцати процентов си-энергии в камне, переломать к чертям экзоскелет, который я укреплял всю ночь, и только потом лишить противника опоры из-под ног.

Я, выиграв немного времени, осторожно присел над братом и сощурился. В этот раз удалось украсть победу неожиданно, но теперь… он знает, что у меня похожие способности. А это значит, он будет гадать, как я её получил. Позволит ли ему папаша убить меня? Не знаю, зато знаю одно…

Трофей теперь мой.

— Ты забрал трофей у отряда Хьюго?!!! — опешил Ичиго, заметив, как его рукав загорелся зелёным.

Я кивнул, покрутил шарик в руке и натянул улыбку. Зелёный цвет тут же вспыхнул и на остальных наших рукавах.

— А-А-А-А! — завизжали парни, оступившись. — ОНИ ЖЕ НАС УРОЮТ!

Планы меняются. Иногда, даже у таких, как я.

— БЕЖИМ!

Итак, сколько у меня времени? — я поглядел на часы.

Отлично, чуть больше десяти минут.

Глава 13

Удача… она ведь любит смелых, не так ли?

Я, оставшись стоять на месте, медленно проводил взглядом своих союзников; ребята, будучи испуганными от влияния наших глаз, стремительно разбегались во все стороны парка. Впрочем, большой поддержки я от них и не ожидал.

Хоккадо, Хьюго, Гакко… это лишь школы, что готовят своих студентов к суровым реалиям будущего. Неважно, каким талантом обладают ученики. Когда речь идёт о страхе за свою жизнь, теория испаряется под давлением инстинктов. Да, в каждой школьной программе, вне зависимости от качества обучения, всегда была, есть и будет возникать одна проблема; как бы хорошо они не готовили своих студентов физически, сделать их разум окрепшим, а силу духа подобной настоящему бойцу, мог только лишь… опыт. Опыт сражений в реальных условиях — когда жизнь твоя вот-вот способна оборваться.

И вот с опытом тут, кажется, было не очень. Стоя со сломанным экзоскелетом в правой руке и с крайне низким шансом на победу и сохранение трофея, я держал в одной руке сияющий зелёным трофей, в другой — готовую к бою печать призыва. И, казалось, был совершенно уязвим.

Но… при всём этом, моя фигура словно была окружена невидимой стеной — отряд из школы Хьюго явно до усрачки испугался после того, как я лишил Императорского отпрыска опоры испод ног.

Ну, да. Удача любит смелых, а меня просто обожает. Я демонстративно хрустнул шеей и, самодовольно усмехнувшись, направился в сторону приходящего в себя брата — истинного наследника Императора. Его глаза были вдвое лучше моих, но вот эффект неожиданности, усиливаемый «раздутой» историей Шина Нарита, не позволили ему использовать свои преимущества против меня.

Импровизация — не мой конёк. Но даже в таких условиях приходилось строить планы. Потому на данный момент у меня было лишь два выхода из положения. Первый — удрать вместе со своим отрядом, оставить себе трофей и с гордо поднятой головой ждать оглашения результатов. И второй…

— Господин Одзима, — почтительно-вежливая улыбка незаметно повисла на моём лице. — Не думал, что наша встреча пройдёт именно так, но… тем не менее, я рад нашему с вами знакомству.

…создать иллюзию полного доминирования. Лишить парня не только равновесия, но и желания прикончить меня.

Принц явно опешил — он молча поднял на меня вопросительный взгляд; отряд его не переставал буравить мою спину, стараясь делать это бесшумно. Как бы обстановка ни была напряжена, я с уверенностью забирал всё больше власти над разумами школьников. А после вежливого обращения и вовсе подкрепил свою «силу» в глазах противников.

Обычная психология.

— Что ты несёшь? — принц скривил губы, по подбородку просочилась кровь. Да, две высокоточные мини-ракеты выдержит не каждый боец ранга «мастера», а этот и вовсе говорить может. Ожидаемо и похвально.

— Я лишь выразил уважение, — мои глаза захлопали. — Что-то не так?

— На к-колени, отб-брос… ты, ублюдок, пожалеешь, — хрипло процедил брат, чуть сжав кулак. — Я сын…

На колени? Это что, шутка?

— Ты сын Императора Кагами Одзима, я это знаю, — опередив его, кивнул я, продолжая стоять на месте и улыбаться. Нельзя было отдавать ему превосходство в разговоре. Сейчас говорить необходимо было мне.

Парень скривил губы, стёр с лица подсохшие капли крови и язвительно хмыкнул — понимает, что на данный момент я с ним ничего сделать не смогу. К счастью, к этому времени у меня уже было примерное представление о развитии дальнейших событий. Я мотнул головой и вытянул парню его трофей.

— Я сказал, на ко…

— Он твой, не так ли? — бегло пробурчал я, подбросив трофейный шарик и лениво глянув на наручные часы. — Давай начистоту, приятель. Даже если попытаешься отнять его, оставшейся минуты тебе не хватит. А приказы твои на меня не действуют. Так что, думаю, сейчас самое время для переговоров.

Глаза защипало от боли от одной лишь попытки их использовать. Но без подобных фокусов выжить, будучи окруженным, было затруднительно.

Челюсть принца захлопнулась. Во-от. Я вновь сбил его с толку — брови его сложились домиком, взгляд же застыл. А это значит, выбора у него не останется.

— Какого… хрена? — растерянный взгляд парня уставился на шар, что подлетал в воздух с периодичностью в пару секунд. — Да кто ты, чёрт побери, такой?

Кто я такой? Ох… ответ на этот вопрос мог бы занять весь оставшийся вечер. Но времени было мало, поэтому я решил…

— Я, — чуть сократить ответ. — Твой сводный брат.

Ехидство и внутреннее чувство превосходства в миг погасли на лице принца. Левый глаз дрогнул, а глаза забегали. Да, я всё понимаю. Информация обо мне давно уже не в секрете, а свобода Шина зависит исключительно от людей, что пока не особо заинтересованы моими «успехами» в преступном ремесле. Улик нет — лишь слухи. А вставлять палки в колёса самого Императора… мне не доводилось. Да и Роран сейчас довольно крепко прикрывает мой некогда уязвимый тыл.

Из этого следует, что, теоретически, парировать подобной информацией вполне себе безопасно, если учитывать факт использования глаз против брата.

Проще говоря, даже сейчас я отчасти в шоколаде. Жаль лишь, что до тех пор, пока не имею проблем с Императором. Да, они возникнут, если сейчас оставлю парня наедине с той информацией, что он получил после стычки со мной. Но я же стою на месте.

Глаз Деймоса носят люди исключительно «золотых» кровей, потому достать такой — огромная проблема. Изначально может показаться, что, использовав би-клетки против брата, я подписал себе смертный приговор. Но… после последней сказанной мной фразы шансы на успех чуть возросли.

— Кто?.. — опешивший взгляд брата упёрся в мои равнодушные глаза. Похоже, парень уже осознал всю сложность случившейся ситуации — и это настолько сбило с толку, что я просто замер, не зная, что ответить.

— Что, «кто»? — я еле сдержался от того, чтобы скривить губы; по спине пробежал неприятный нервный холодок. На нас ведь все смотрят, так? Весь грёбаный отряд сейчас наблюдает за тем, как я стою над Императорским отпрыском и влияю на его нервную систему.

Трофей вновь взмыл в воздух, взгляд мой лениво мазнул по циферблату часов.

— Тридцать секунд.

— Ладно! — взъярился тот, брызнув слюной. — Говори, что тебе нужно?!

Твои глаза, братишка — улыбнулся я, оставив трофей лететь в воздухе и позволив его отнять. Печати призыва в моей левой руке более не осталось.

— Познакомишь меня с нашим отцом… — я развернулся и неторопливо направился в сторону, где в последний раз видел спины своих товарищей.

Рискованно, согласен. Подобный трюк позволил мне повернуться к этим бойцам спиной, но вот не внушал никакой уверенности в том, что мне получится пережить этот турнир. Одним словом — незадача. Как именно станет действовать этот парень? Каковы его амбиции?

Не могу говорить точно, но я на его месте задумался бы о третьей ступени глаза Деймоса. Полное превосходство над противником, практически неуязвимый мозг и контроль чужого разума… даже мысль о подобном заводит — мечта для человека, что планирует править Японией.

И если это так, то парень обязательно познакомит меня с отцом.

* * *

Всё происходило быстрее, чем кто-то из отряда школы Хоккаго мог на это отреагировать — слишком быстро. Вот победа практически в руках, зеленый свет на плечах школьников должен потухнуть через двадцать секунд, обозначая победу в первом этапе турнира. Вот остается пятнадцать, а вот…

Красный.

— А-а-а-а!

Дикий вскрик горечи членов отряда Хоккаго прорезал уютную тишину парка, начисто заглушив всё чувство восторга от ожидания практически наступившей победы.

— Что с трофеем?! — Юдзи резко затормозил и заозирался по сторонам. Никого, кроме бежавших союзников, рядом с ним не было. Казалось, он уже минут пять бежал в неизвестном направлении, думая лишь о том, что это единственный шанс оставить себе трофей, но…

Лампы на плечах — те же самые, что пятнадцать секунд как горели красным — стремительно потухли. И вот уже вскрик переходит в жалкий стон и отчаяние.

— Где Эйджи? Почему он не побежал с нами?!

Но ответа не прозвучало. Эйджи не попадал в поле зрения членов отряда.

Спустя пару минут с центра парка стали доноситься шаги и голоса врачей, громкие разговоры организатора и призывы покинуть территорию парка в течение десяти минут. Отряд Хоккадо буквально потух на глазах, уже не скрывая эмоций. Со других уголков парка тоже слышались сдавленные звуки — кто-то явственно был огорчен поражением.

— Я уже… уже думал, что у меня есть шанс, — подавленный голос Юдзи наконец нарушил тяжелое молчание. — Она была так близко. Победа.

Но поддержки от союзников не последовало. Остальные смотрели в пустоту молча, не произнося ни звука.

Около дюжины врачей школы Хоккадо, осматривающих территорию, стремительно направились в сторону отряда. И это ещё сильнее било по настроению школьников, ведь физических повреждений практически никто не получил. Лишь моральные.

По мере приближения врачей стал виден ещё один массивный силуэт. Ошибки быть е может, вместе с ними идёт капитан Дюки-сан.

— Это провал, — поднявшись на ноги, Такеру оглянул остальных. — Ладно, плевать. Во втором этапе с такими школами нам делать нечего.

— Побереги слова и эмоции для капитана, — с горечью в голосе заметил Юдзи. — Он идет.

Такеру с опаской глянул на команду врачей. Глаза его сузились, а во рту пересохло.

— Думаю, он нас выпрет из первого состава.

Впрочем, чувство триумфа угасло в глазах парней так же стремительно, как и возгорелось. Это знали не только участники турнира, но и капитан, который уже секунду как осматривал целостность своих союзников.

Слов не было — лишь разочарование. Не только в том, что победа была упущена, но и потому, что для этой победы никто ничего не предпринял. Возможно, если бы отряд остался в пылу схватки, а Эйджи не бился бы в одиночку, сейчас всё было бы иначе.

— Как вам вообще удалось продержаться с трофеем больше десяти минут? — с удивлением в голосе протянул капитан. Отряд выглядел так, будто не совершил ни одной попытки заполучить трофей. Да, ссадины от парочки крепких ударов по лицу Ичиго говорили о том, что между отрядами произошла стычка, но… эти ссадины были ничем в сравнении с травмами, что получила большая часть участников турнира.

Отряд переглянулся; в глазах школьников мелькнула растерянность. Такеру, поджав губы, осторожно глянул на Дюки.

— Эм… — парень почесал запястье и, казалось, чуть съёжился. — Там долгая история.

* * *

Проиграть в одной битве ради победы в целой войне, что для меня протягивается уже более трёх лет, — один из моих любимых способов ведения дел. Но не в этот раз. Назваться сыну Императора его братом, а затем наставить на себя прицел всей элиты Японии довольно опасно, согласитесь.

Придётся посвятить этой возне с информацией не одну бессонную ночь.

Да, этот турнир продолжал выбрасывать новые испытания.

Я, не оглядываясь назад, неторопливо шагал в сторону выхода с территории парка. Экзоскелет пришлось спрятать под мешковатую одежду, так как печати призыва у меня более не было. Да и не было необходимости в том, чтобы что-то прятать. Турнир окончен, а победа мне не досталась.

Ближе к воротам на глаза попадалось всё больше врачей, что метались во все стороны с побитыми студентами на носилках; последние же в свою очередь сдавленно стонали от боли. Судя по всему, братец с его отрядом был не единственным агрессором на данном этапе турнира.

Помятые детали экзоскелета глухо свалились в багажную часть Майбаха. Я же, разминая ноющую кисть, чуть размял плечи и шагнул в сторону своего телохранителя, но…

— Ты решил уйти, ничего не объяснив? — меня одёрнул низкий голос Дюки-сана.

Я обернулся; лицо капитана оказалось прямо передо мной, и только слепой не заметил бы ту гамму странных чувств, что отражалась на этом лице. И без того узкие глаза парня сощурились ещё больше; он так и бегал по мне взглядом с выражением подозрительности, любопытства и сомнений.

— Ты… как ты живым оттуда… — Дюки-сан не находил слов, продолжая буравить меня своим взглядом. — Мне сообщили, ты стащил трофей у отряда Хьюго. Это правда? — в голосе его можно было разобрать лёгкое недоумение.

Я хмыкнул.

Ну да, после нашего спарринга капитан смотрел на меня, как на хилого парнишку, только и полагающегося на свои глаза. Парень явно не осознавал, каким таким образом мне удалось провернуть столь выдающуюся наглость по отношению к сыну Императора и при этом… остаться в живых.

Впрочем, не он один так реагировал на мой вид. Позади капитана стояли мои трусливые товарищи.

— Последние несколько лет меня недооценивает даже собственная мать, — уверенно улыбнулся я в ответ, мазнув взглядом за спину капитана, по своим союзникам. — Это правда. Но сейчас это не имеет значения, мы проиграли, а значит, мне пора домой. Удачи на турнире.

Дюки-сан заморгал в ответ на мою реплику и чуть наклонил голову; видимо, моё равнодушие ещё больше добавило загадочности. И теперь он ещё больше пытался понять, как именно я избежал стычки с сыном Императора Одзима.

— Что? Домой? — Юдзи чуть выглянул из-за широкой спины капитана. — Но надо дождаться, пока не огласят результаты. Да и своих надо поддер…

Шум двигателя Майбаха, что завёлся в ту же секунду, не позволил парню договорить. Лица союзников разом посуровели, а взгляды приобрели нотку презрения. Тратить время на то, чтобы поддерживать их… неужто они думают, что я собираюсь заниматься подобным?

Я поглядел на водителя, демонстративно игнорируя своих товарищей.

— Ну, о результатах мы уже осведомлены, — спокойно пробурчал я, развернувшись и вытащив очки из кармана. — Поэтому не вижу смысла тут задерживаться.

— Помнится, некоторых учеников из других школ выносили в таком состоянии, что те даже в случае успеха не смогли бы продолжить участие во втором этапе, — заключил Дюки-сан суровым голосом. — А тут таких слишком много, чтобы закрывать на подобное глаза. Эйджи, вы вырвали трофей у Хьюго, да и продержались с ним чуть больше девяти минут. Если во втором этапе будет нехватка участников, вполне возможно, что…

Я захлопнул крышку багажника Майбаха, вновь перебив речь соотрядника. Безусловно, я отлично понимал это — знал, что останусь на турнире даже после поражения. Поэтому речь его не стала сюрпризом.

— Кэп, вторая волна без тебя начнётся, если будешь продолжать, — дождавшись, пока мне откроют дверь, заметил я. — Поговорим в школе. А сейчас сделай всё, чтобы Хоккадо заимела шансы на выход во второй этап.

Поджав губы, Дюки-сан согласно кивнул. Он дал отмашку отряду и стремительно направился в сторону большого скопления людей.

Я свалился на пассажирское сидение, отстранившись от ненужных мыслей. Всё-таки над экзоскелетом стоит поработать. Прочность — отстой, а тратить энергию камня на укрепление материала для меня слишком затратно. Нужны альтернативы.

— Куда вас отвезти, сэр? — послышалось с водительского кресла.

— Вези меня домой, — устало пробормотал я, отклонившись на спинку и задрав голову. Окно слева от меня сползло вниз наполовину, а тонкая сигаретка оказалась меж зубами. Полчаса назад я сообщил принцу о том, что являюсь наследником Императора и вполне способен претендовать на престол. Чем не повод для переживания и нервозности?

— В поместье Графа? — после полуминутной паузы спросил водитель, покосившись на меня через зеркало заднего вида.

— Нет, вези меня домой. К матери.

Майбах неспешно мчал по забитым пробками улицам. В основном я сидел в мобильнике и пытался как можно больше узнать о своем родном отце, но временами всё же оглядывался по сторонам, наблюдая за плывущими мимо зданиями.

Старые районы, в которых я делал первые попытки свыкнуться с этим миром. Воспоминания волнами проходились по мне, оказывая странное влияние. По спине пробежал холодок. Что ж, если бы мне три с половиной года назад сообщили о том, что я буду метить на престол Императора, это вызвало бы лишь недоверие, но сейчас…

— Дом, милый дом… — протянул я на русском, выходя из машины.

…сейчас всё иначе.

Глава 14

Ступая на порог родного дома, я оглянулся. Не то, чтобы надеялся на то, что мой дом будет находиться в том же спокойном состоянии, что и до просочившейся информации о Шине Нарита.

Но все же… когда на глаза стали попадаться явные следы скрытых взрывчаток, а дом оказался полностью обысканным, как-то само собой приходило осознание того, что я немного недооценил возможные последствия смерти Мимуро Кондо.

В людях, далёких от повседневного быта аристо — таких, как моя приёмная мать, с самого рождения была заложена уверенность в том, что подобное происходит со всеми людьми низшего сословия. Стоит тебе, то бишь, человеку без клана, хоть немного привлечь ненужное внимание, как тебя тут же выгоняют из дома, убивают членов твоей семьи и отнимают всё, чего ты «не заслуживаешь».

И уверен — всё, что произошло с моей семьей, по мнению матери, является уроком того, как аристо поступают с бесклановыми, когда замечают хоть малейшее стремление к лучшей жизни. Участь бесклановых делает людей пугливыми — привыкшими к бесконечным угрозам и давлению. Оттого люди, более низкие к теме, смотрят на жизнь более приземлённо. Мои приёмные родители были такими; они никогда не были дураками и не обладали раздутым самомнением, а желание к совершенству было ровно таким, каким требовало от них общество, но…

Даже это не помогло им. И именно это не позволяло мне сидеть сложа руки и дальше — никто, кроме меня, не стал бы влиять на жизнь бедняков. Потому я чувствовал ответственность.

Я неспеша прошёл в гостиную и, вновь оглянувшись, присел на старенький диван. Дома было пусто — мать явно издавна не посещает это место. Паутина, пыль и грязный пол, на котором алхимическая печать на данный момент подсвечивает следы обуви — всё, что изменилось с последнего дня, когда я ещё жил в этом месте. И, к слову, всё это ещё раз подтверждает мои догадки — люди Кондо явно гостили у меня… не один раз.

«Милый дом» более не казался таким уютным, каким он был прежде. И дело было не только во мне, — человеке, на которого нацелена чуть ли не основная масса мафиози — но и во всей ситуации вокруг меня. А может и по той причине, что именно в этой гостиной был убит мой приёмный отец.

Казалось, что этот дом для меня потерян навсегда.

— Пусть мама услышит… — напевая под нос на родном языке, я взял в руку мобильник и набрал номер матери. — Пусть мама придёт…

Раньше делал это редко, но сейчас… думал о ней чуть ли не каждый день.

— Пусть мама меня, — три гудка мелодично раздались из динамика моего мобильника. — Непременно най…

— Да. — Спустя несколько секунд она ответила.

Голос матери, хоть и прозвучал с опаской, приятно прошёлся по всему моему телу. Как бы я холодно ни относился к ней, тот факт, что она в здравии, успокаивал. Я сделал чуть заметную паузу, набирая в грудь воздуха и…

— Это Эйджи, — выдохнул.

Мать, услышав мой голос, тут же с облегчением цыкнула. Казалось, будто моя безопасность её беспокоила не меньше.

— Я у тётушки Сьюзи, сынок! — послышалось в динамике. — Со мной всё в порядке. Никто не беспокоит. У тебя всё хорошо?

— Хочу увезти тебя, — не отвечая на вопрос, выпалил я хрипловато. — Собирай вещи, ты слишком много времени провела в гостях.

Женщина явно не ожидала подобного призыва к действиям. Она помолчала пару секунд, подумала и…

— А… куда? — произнесла чуть ли не шёпотом. — Наш дом. Там очень опасно, милый.

Опасно, тут она права. Но я не собирался перевозить её в это место.

— В Графство клана Хатано.

Да, я действительно видел в Роране человека, на которого можно понадеяться. Когда речь заходит о целости и безопасности родных, никто другой из моего окружения не способен столь яро стремиться к созданию лучших условий. И неудивительно.

— К-куда? — вырвав меня из размышлений, недоумённо спросила женщина. — В Графство?

Я тихо усмехнулся, мотнув головой. Эта женщина в подобном месте явно больше походит на служанку, чем на законную гостью. Мне, человеку, что лишь три года прожил в «условной» нищете, никогда не понять приёмную мать, с рождения кочевавшую по заброшенным домам и приютам для бездомных.

Ощущения были подобные тем, когда удалось приобрести этот домик на краю города. Женщина буквально умоляла меня не привлекать внимания аристократ и продолжать жить скромно. Но я был беспрекословен.

Да и сейчас, впрочем. Думаю, отказать мне сложнее, чем кажется.

— Мам, просто доверься мне, — спокойным тоном заключил я, дёрнув уголками губ в улыбке. — Договорились?

— Д-да, — дрогнул голос матери. — Д-да, хорошо.

Вот и ладненько. Отложив мобильник, я задрал голову к потолку и тихо усмехнулся. Неужели скоро действительно вернусь в свой мир? Даже не верится как-то. Раз за разом повторял себе, что смогу пережить любой невзгод и вернуться с большей силой…

Чёрт. Даже думать об этом было сложно. Спустя столько лет рана была всё ещё свежа — и я так и не был уверен, что вообще когда-нибудь затянется. Один неудачный день, и вот уже княжество в огне, ответственность за её существование ложится на мои плечи, а Князь Игорь…

Пожалуй, это было самым тяжёлым. Истребление всего княжества — трагедия, но в тот период Йокагами истреблял одно государство за другим. То, что произошло с моим отцом, выходило из ряда вон. Видеть его — таким слабым… израненным, изувеченным! Искать способ помочь ему, тратя все силы на его защиту, гадать о том, как Йокагами вообще смог стать таким монстром…

И в конечном итоге проиграть.

Впрочем, мои беды не ограничивались одним лишь прошлым. Пока я лежал, задрав голову, рука моя вновь потянулась за мобильником.

Уже три минуты, как снайпер целит мне в лоб и всё не может решиться осуществить выстрел. Судя по всему, люди клана Кондо довольно быстро нашли нового лидера и ещё быстрее успели занять свои прежние позиции. Восстановить свои цели.

Но…

Три гудка мелодично звучат из динамика моего мобильника.

— Да, Марк, — на этот раз голос чуть ниже, а ощущения менее приятные.

— Привет, Граф, — одними лишь губами приветствовал я Рорана.

— Не называй меня так, — чуть раздражённо заметил старик. — Что тебе нужно? Говори, либо проваливай. У меня нет ни желания, ни времени вести с тобой светские беседы.

Ух, какой тон. Какие страсти. Думаю, старичок давненько не разминал свои косточки. Я чуть покосился на снайпера и поджал губы.

— Хорошо. Я решил отправить свою мать в поместье. Будь любезен, дай поручение слугам подготовить свободную комнату.

— Да, без проблем, — ответил Роран в ту же секунду и сбросил вызов.

* * *

Впрочем, снайпер так и не выстрелил. И не смог бы сделать этого.

Дом, несмотря на своё состояние, всё ещё был защищён моей активной алхимической печатью. Такие «фокусы» оказались бы тщетными. Волновало лишь то, что врагом не было предпринято ни одной попытки выстрелить.

Странно, чего это он?

Женщину мне пришлось встретить неподалёку от швейной лавочки, в которой работала тётушка Сьюзи. Что касается следопытов от клана Кондо… возможно, они и за матерью следили, не знаю. В любом случае, перед моими глазами никто не стал вести атаку.

— Мне кажется, или этот джип за нами едет? — оглядываясь, буркнула мать. Она сидела рядом.

Я мрачно кивнул, глянул на зеркало заднего вида и цыкнул. Тётушка Сьюзи… в желании присмотреть за её домом я оставил парочку высококлассных солдат неподалёку. Поможет ли это предотвратить нападение? Не знаю точно, но другого предпринять не могу.

Высокие кованые ворота были открыты нараспашку уже заранее. Потому чёрный майбах плавно заехал во двор и остановился на одном из свободных парковочных мест. Роран хоть и ни был человеком, жадным до роскоши, но… на автопарке он явно экономить не собирался.

— Какой огромный, — мать была в восторге. Я улыбнулся. — Ты уверен, что нас тут вообще ждут? Что-то мне не верится, Эйджи-кун.

— Всё нормально, — подбадривающе произнёс я, выходя из машины. — Тебе тут будут рады. Старик Роран постарался сделать так, чтобы тебе выделили одну из лучших комнат.

— Одну из… ты шутишь? — столь искреннего удивления, наивной растерянности и явной неуверенности в том, что всё это правда, в глазах этой женщины я ещё не встречал. — Сынок, это не смешно. Я ведь и впрямь ничего не понимаю.

— Всё в порядке, это правда. Не волнуйся.

У входа в поместье нас встретили слуги. И моя мать всем своим видом продемонстрировала свою принадлежность к одним из низших сословий. Казалось, будто не слуги пытаются угодить ей, а наоборот. Мать делала всё, чтобы не позволить кому-либо из них чувствовать себя неуютно.

Затем её повели по коридорам.

— Если до появления твоей матери слуги отнеслись к этой новости довольно сдержанно, — поглядывая в спину шагающей в сторону ванной матери, еле слышно произнёс дворецкий. — То сейчас кажется, что человек её статуса может лишь положительно повлиять на атмосферу во всём поместье.

— Ничего удивительного, — я хмыкнул. — На их месте я реагировал бы схоже.

— Вы желаете провести время в своих покоях, Эйджи-сан? — на этот раз взгляд дворецкого направился на меня.

— Нет… я поработаю немного. К ужину буду дома.

— Как скажете.

Пока слуги приводили в порядок внешний вид моей матери, я приводил в порядок свои «доспехи». Точнее, полностью перестраивал их структуру с целью укрепить материал экзоскелета и сделать его более лёгким. И всё это без единой возможности смешивать металл с каким-либо иным веществом. Всё же плавить кровью я мог лишь чистый сплав.

Один сильный удар, что содержит си-энергию камня, был способен не только разрушить целостность моих металлических стержней, но и полностью сковать мои движения, лишая возможности продолжать бой в должном образе. И это, чёрт побери, меня не устраивало.

С этой задачкой придётся повозиться.

Ответ на вопрос «как укрепить то, что не может содержать в себе ничего кроме чистого металла», содержал противоречащий себе же ответ. Очевидно, хочешь прочности — добавь другого металла, но…

Короче говоря, было сложно найти тот секретный рецепт создания идеального оружия-протеза.

Оставалось лишь купить новый камень с си-энергией, чтобы основную часть его сил направить на усиление прочности связей атомов металла. Ранее я не делал подобных опытов, но сейчас мог себе позволить практически любой эксперимент.

* * *

…вечер наступил для меня слишком быстро.

За небольшим, но довольно дорогим столом, что располагался в гостиной особняка Графа, собрались все члены нашей небольшой «семьи». Мать сидела рядом со мной и Фумико, а старики располагались напротив. Знакомство с семьей Хатано прошло в более приятной атмосфере, нежели в ситуации со слугами.

— Господин, вам какой чай? — неуверенно проговорила служанка, стоя со стороны моего левого плеча, — чёрный, или… зелёный?

— Кофе, — буркнул я, продолжая ковырять салат вилкой. — И покрепче.

Кофе — чтобы взбодриться. Например, перед бессонной ночью, или за полчаса до мозгового штурма перед компьютером. А предстоящая ночь и вовсе содержит в себе оба фактора.

Дождавшись, пока девушка выйдет из гостиной, я поднял взгляд на Рорана. Старик, казалось, за последние пару дней успел набрать в весе. Комфорт и достаток… жизнь в таких условиях не проходит бесследно.

— Слушай, Ро…

— Как прошёл турнир, Эйджи? — бестактно опередил меня Роран, лениво подняв на меня свой взгляд.

Ох, турнир. Я чуть поморщился и покосился на женщину. Мать знала о том, что я буду принимать участие в межшкольном турнире. К тому же была тем человеком, кто обрёл свой клан, получив зелёный перстень простолюдина лично от толстого Лорда.

И, что важнее, знала о моих слабостях гораздо лучше, чем кто-либо другой. Перед ней не было желания рассказывать о конфликтах со сводным братцем.

— Проиграли, — без особого энтузиазма отозвался я, пожав плечами. — От меня ожидали слишком многого. И ожиданий я не оправдал.

Арчибальд чуть сморщился. А Роран… он лишь устало вздохнул и продолжил копаться в своей тарелке. Вновь наступила тишина.

А вот и кофе — девушка аккуратно положила чашечку передо мной и вновь скрылась с поля зрения. Моя ложечка несколько раз мелодично звякнула о стенки чашки. Дымящийся горячий напиток издавал манящий запах, и на сей раз это был запах спокойствия и неги. Мать в безопасности. Я никуда не спешу, и турнир для меня, судя по всему, всё-таки закончен.

Хех — я не сумел удержать усмешки. Нет, конечно, мои соотрядники в главе с капитаном могут одержать победу. Но меня такие мысли перестали привлекать в тот же момент, когда я покинул территорию парка.

Роран поглядел на меня.

— Рано или поздно, это должно было произойти, — он пожал плечами. — Маги Японской Империи и ты — слишком разный уровень, и если до этого тебя не трогали, то лишь потому, что никто не знал истинного имени Шина Нарита.

— Я это уже заметил, — согласился я. Недооценивает старик, даже не старается скрывать разочарования.

Тихий, еле слышный звонок мобильника заставил меня дрогнуть, вылетая из собственных мыслей, а чашку в моих руках — подскочить.

Звонок от капитана Дюки… неужто прошли во второй этап?

— Ты не ответишь? — Фумико чуть подалась вперед, дабы чуть лучше разглядеть экран моего мобильника. Правда, рука моя накрыла его чуть раньше.

Лениво оставив чашку на столе, я поднялся со стула и стремительно покинул стены гостиной.

— Эйджи, — раздался взволнованный, но радостный голос капитана. — Ты, наверное, уже осведомлён о том, что наша сборная смогла пройти во второй этап.

Нет. И не собирался осведомляться — я промолчал.

— Так вот, — продолжал Дюки-сан. — Только что мне позвонил один из организаторов турнира. Просил, чтобы я включил тебя в список вошедших во второй этап участников. Не знаю, что ты там наговорил, но спорить я не стал. Ты заменишь Карито-сана во втором этапе. Жду тебя завтра на тренировке.

Ну, так и есть. Выиграл капитан — прошёл во второй этап и я. Да и братец просто обязан был встретиться со мной снова. Зазнавшийся дурачок, разодетый в Императорские одеяния, не стал бы позволять кому-либо унижать себя таким образом и оставлять столь острый конфликт незавершённым. Разговор наш вёлся под взглядами его союзников, а информация о моём родстве с Кагами Одзима и вовсе его обескуражила. У меня практически не оставалось сомнений в том, что я останусь без его внимания.

И, знаете, что-то мне подсказывает, что знакомиться со своим отцом мне предстоит совсем скоро. Нет, я не утверждаю, просто… интуиция подсказывает, что так и будет.

— Ну уж нет, — наконец отозвался я, оторвавшись от мыслей. — У меня своя программа тренировок. Так что… кэп, давайте там без меня.

…честно говоря, я не так уж верил в свой успех — да, моё тело можно было укрепить, усилить и… всё такое. Но вот глаза этого мальчишки пока для меня слишком хороши. В общем, фанатики в его роде, что тешили себя подобными статусами и рангами, могли доставить кучу хлопот. К тому же я понимал, что последующие этапы турнира будут содержать в себе бои один на один. Это как выходить против Йокагами во второй раз, но только в лице неодарённого школьника.

Кстати, о турнире. Я не стал слушать слова капитана до конца и отключил мобильник.

А теперь программа тренировок.

Я неторопливо распахнул широкие двери гостиной. Оглянув сидящих за столом, прошёл к своему месту и аккуратно присел за стол.

Кофе… судя по отсутствию того манящего аромата, он чуть остыл за время разговора. Зато любопытные старики нисколько своего энтузиазма не потеряли — их взгляды направились на меня тут же, как я вернулся на своё место.

— Звонил капитан, — отмахнулся я, размешивая остывший кофе в стакане. — Передал, что я буду выступать в следующем этапе.

Нелепо вышло, признаю.

— Правда? — глаза Фумико вспыхнули, а рот перестал жевать; из уголка губ просвечивал недоеденный кусок салата.

— С чего такая щедрость? — спросил Роран, игнорируя реакцию дочери.

Если при матери сообщу, что собственноручно унизил родного брата, отец которого некогда принял поражение от Рорана, то нарушу её спокойный сон на месяц-другой. Потому лучше…

— Видимо, нашли во мне что-то такое, чего нет у других, — уйду от ответа.

— Сынок, но… — рука женщины коснулась моего плеча.

— Да всё в порядке, мам, — понимая, что последует за этими словами, парировал я. — Эти простые школьники… что они мне сделают? Лучше давайте узнаем, как прошёл день в школе у нашей Фумико, — мои глаза мазнули по брюнетке.

Я мастер переводить темы разговора. Не так ли?

— Эм… — распахнула та глаза, звучно проглотив салат. — Ну… н-нормально.

Вот и поговорили. Я кивнул, отпил немного остывшего кофе и поднялся со стула. Пора работать.

— Фумико, — Роран приподнял бровь, глянув на дочь. — Ты уверена, что всё нормально? Может, расскажешь своему приятелю правду?

Правду? Я, часто заморгав, замер с кружкой остывшего кофе у рта. Фумико чуть съежилась, убрала прядь волос за ушко и подняла взгляд на меня.

— Мне угрожал один парень… — голос её прозвучал тихо, еле слышно. — Плечистый такой, невысокий.

Нобору Кондо. Ублюдок.

— Нобору, кажется… вот, — продолжила она, уловив нотку любопытства в моих глазах. — Сказал, что мне дорога в школу закрыта. И просил передать, что знает о нашей с тобой связи.

Какого… хрена? Я вновь отпил немного и перевёл взгляд на Рорана. Так вот почему старик весь вечер сидит в столь угрюмом настроении.

— Стоило придать этому плечистому идиоту чуть большее значение.

Впрочем, это лишь слова сына, отец которого был убит от моей руки. Лишь угрозы.

— Эйджи, — Роран внезапно подал голос. — Они забрали кость Адама. И теперь делают всё, чтобы сломать мою защитную печать. Угрозы Нобору имеют вес.

А, может, и не совсем угрозы.

— У них уйдет лет тридцать на то, чтобы понять её начало, — пожал я плечами. — И около сотни людей, которые погибнут от твоей силы.

Роран мотнул головой.

— Я говорил тебе, — старик поднялся со стола и грузно опёрся кулаками о столешницу. — Тело моего реципиента не способно держать печать долго. Я стар, жизненных сил всё меньше.

— Мы в любом случае будем действовать быстрее.

— Не перебивай, — взгляд его опустился. — Утром мы с Арчибальдом приняли решение забрать мой артефакт обратно. И я надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду.

Перебить всю эту шайку — вот, что он имеет в виду.

— Понимаю, — я кивнул.

— И для этого нужны твои… ну, сам понимаешь.

Мозг и глаза — я понял.

Поджав губы, я вновь взглянул на Фумико. Девочка врать не станет, а её отец, хоть и тугодум упрямый, сейчас действительно способен на подвиги Геркулеса. Силы в нём немерено — шайку мафиози раскидать хватит с лихвой.

С другой же стороны, я собирался применить свой новый экзоскелет на практике. Так почему бы не объединить приятное с полезным?

— Мне нужно пару дней, — заключил я, развернувшись. — Приходи ко мне в мастерскую с утра. Проведи со мной пару спаррингов. И на следующий день я буду готов…

— А это не опасно? — тут же встряла в разговор мать. — Что значит, забрать кость Адама? Я не понимаю вас.

— Нет, мам, — я грузно вздохнул. — Это не опасно. Да и вообще, что может сделать обычная кость?

Глава 15

Утро наступило так, как будто я провёл его во сне — быстро и незаметно. Наверняка сейчас организм нуждался в чашечке крепкого кофе. Жаль, помочь ему пока ничем не мог — сперва должен был поразвлечь старину Рорана.

Стоя на тренировочной площадке, близ поместья Хатано, я резко вознёс правую руку вверх — так, словно в неё не был внедрён тяжеленный новенький экзоскелет версии «2.0»…

Ночь пришлось провести в мастерской, это не секрет. Но вот с какой пользой… оставалось загадкой даже для меня.

…я смотрел на Рорана.

Полная тишина; пение птиц будто в миг прекратилось, как только я активировал печать переноса си-энергии камня в свой механизм. Видимо, Рорану — как бы он ко мне не относился — было попросту интересно, что же я выкину. Кто-то, а точнее, Фумико, ждала громкого позора; кто-то (в лице старика Арчи, что чуть помог с плавлением металла и внедрением прочных стержней под кожу) демонстрации физической силы.

Взгляды были направлены на меня — члены семьи и прислуга не случайно проснулись пораньше. Странный и немного задумчивый взгляд садовника. Полуприщур старика-водителя, в котором невозможно было прочитать все его настоящие эмоции. Изумлённый дворецкий, у которого, кажется, слегка дёргалось веко — похоже, он уже успел заметить ту силу, что таится под мышцами его господина.

Роран хрустнул пальцами. Мана волной прошлась по местности, сметая траву.

— Десять процентов, — чуть напряжённый голос старика нарушил молчание. — Думаю, этого достаточно.

Десять процентов из тех сорока, которые он может использовать, либо же десять процентов от общей…

Вспышка. Старик в долю секунды оказался за моей спиной. В руках его сверкнуло лезвие из… кости?!

…судя по всему, он имел в виду второе. В таком случае…

— Призыв! — да, я решил сказать это вслух.

Зачем? Дать себе немного времени для выстрела.

Револьвер за долю секунды возник в моей руке — всё же это был один из самых быстрых приёмов, что был в моём арсенале. Резкий разворот я выполнил не так быстро, но благодаря тому мигу, что удалось выиграть с помощью влияния глаза Деймоса, мне хватило времени не только направить ствол на крепкий торс старика, но и на то, чтобы произвести выстрел.

БАХ.

Как и ожидалось, старик урона и не почувствовал.

Сука, сейчас будет больно.

…взмах массивной руки Рорана, волной сметающий всё на своём пути, пришёлся аккурат в меня, точнее — в выставленную перед лицом руку. Жалостливый скрип металлических стержней под моей кожей достиг ушей. Тело же по инерции вылетело куда-то… в стену.

Всё же десять процентов — пока слишком много. Кровь хлынула изо рта… кажется, я сломал себе пару рёбер.

Раз, два, три — я считал для себя количество секунд, за которое моя печать призыва должна была полностью сформироваться на руке Рорана, которой тот меня смахнул.

…восемь. Сдержанно застонав, я кивнул себе и дёрнул рукой — двигается. Вот и славно.

— Я не закончил… — всё, что я смог произнести, прежде чем костяной кол, вылетевший из рук старика, стремительно направился в сторону моей груди.

Впрочем, плевать. Он атаковал после того, как моя печать была готова. Потому я, полагая, что этот приём мы уже проходили три с половиной года назад — выставил ладонь с изображённой на ней печатью обратного призыва. Чернила на моей руке подпитывались си-энергией из камня, потому могли спокойно перемещаться по всей поверхности тела.

Следовательно, как только кость коснётся моей руки…

— Гра! — Роран вскрикнул от боли, покачнувшись. В его руку возился костный стержень.

…печать обратного призыва тут же активирует другой узор призыва, что на данный момент незаметно ютится на руке старика Рорана.

Для того, чтобы печать туда поместить, достаточно было любого контакта. И даже простого физического удара. Когда печать имеет свойство перемещаться по пространству, это в некотором смысле развязывает руки.

Выбравшись из обвала, я поднялся на ноги и тут же чуть-было не осёкся. Протез под кожей был немного деформирован, но это… не сковывало движений.

Прочности всё ещё сильно не хватает против крепких парней; стоит уделить укреплению чуть больше сил и времени.

— Ты… используешь против меня алхимию уровня ребёнка? — судя по голосу, Роран был то ли удивлён, то ли недоволен. — Марк, если это всё, что ты хотел показать мне, продолжать бой я не намерен. Твои фокусы всегда были жалкими.

Старик вытащил из руки кость и выбросил её куда-то в сторону.

— Мои фокусы, — я хмыкнул, вытирая рукавом кровь с подбородка, — позволят тебе получить третий шанс на успех.

— Что?

— Какой шанс? — там, где-то вдали, зашептался обслуживающий персонал.

— Не знаю.

Но… нет, старика моя речь не впечатлила. Тот, сжав челюсть, просто пошагал на меня — так, как делал это ещё в прошлой жизни. Даже взгляд был такой же… решительный. Руки его тут же покрылись прочной костной тканью, а рана на теле от собственного удара зажила за долю секунды.

Я, выбрасывая си-энергию в экзоскелет версии «2.0», последовал его примеру.

Четыре шага. Один удар. Оба приходятся по воздуху. Роран — идол человека, чья цель состоит в становлении сильнейшим. Я же… мне плевать на силу, у которой всегда есть рамки. Мой стиль ведения боя немного другой.

В очередной раз я замахнулся «железной» рукой, резко дёрнул вниз и подпрыгнул на одной ноге, прокручиваясь в полёте и на полной скорости всаживая голень в челюсть двухметрового старика. В удар вошло всё ускорение и масса. Я выбросил в протез максимальное количество маны и врезал так, что мы рухнули на землю практически одновременно — сначала я, а следом, под весом моего удара, и Роран.

Поднялась пыль. Я перевернулся на спину и попытался подскочить на ноги, но…

…хруст ломающейся лодыжки раздался по местности.

Сука! — вскрикнув от режущей боли, я свалился лицом в землю и скрючился. Вот же… ублюдок! — пришлось быстро взять себя в руки и отползти, чтобы дать себе немного пространства и не позволить Рорану убить меня. Я вырисовал печать взрыва пальцем по воздуху и прикрыл лицо руками.

БАХ.

Вновь облако песка. Вновь получаю урон только я, вылетая по инерции назад.

— С-сука… — вырвалось невольно, пока я искал глазами старика. Точечный взрыв тут, как и пуля револьвера, не поможет. Нужно что-то помощнее. Я стал перебирать в голове способы продолжения ведения боя, приклеил к поломанной конечности восстанавливающую печать.

Но это слишком долго!

Облако песка улеглось — и теперь все могли отчётливо видеть результат столь непродолжительного спарринга.

— Эйджи… проиграл, — послышалось снова. — Разве могли быть сомнения?

— Быстро.

— Всё же Графу нет равных.

Постанывая, я чуть приподнял взгляд. Роран уже сидел надо мной на кортах с кислой миной и массировал рукой свою покрасневшую челюсть. Плохо, очень плохо. Я заметил его слишком поздно!

Но, с другой стороны…

— Ты бьёшь слабо, но попадаешь точно в цель, — констатировал Граф. — Так было всегда; и сейчас я не удивлён тому, что ты по мне попал. Но, несмотря на всё, ты хилый, Марк. Такой же хилый, как и в прошлом.

…с другой стороны, он забыл о первом правиле ведения боя.

— Да? — сдержанная улыбка на моём лице заставила Рорана помрачнеть.

— Да…

Я хмыкнул, перенося сломанную лодыжку чуть на себя и вытягивая кулак в сторону подбородка Рорана. Би-клетки в миг перешли в активное состояние.

— Ты уже проиграл, Роран… — ухмылка моя стала ещё более уверенной. — Ты забыл о главном… никогда не подходи близко к врагу, которого ещё не убил.

Столь простое правило, а Роран его упустил. Надо же.

Кровь струёй скатилась с правого глаза. Я сжал челюсть, но не перестал улыбаться. Роран же в это время просто замер. Мой протез мог выбросить две дорогущие высокоточные ракеты аккурат в лицо этого человека, а сила глаз была особенно действенна на расстоянии полуметра — и, кажется, старик это только что понял.

Он совершил ошибку… слишком был самоуверен в себе. Жаль, что в прошлом подобных ошибок он не совершал.

…минуту Роран смотрел на меня молча; затем…

— Ты прав, — цыкнул, отмахнувшись. Он поднялся на ноги и отряхнулся.

Признал своё поражение? — внутри меня что-то колыхнуло. Быть такого не может. Этот старик так легко принял поражение.

— В таком случае, приношу свои извинения, Марк. Ты не так жалок с этим взглядом. Подобное испытывать мне… знаешь, не доводилось, — старик протянул мне руку, помогая подняться. — Арчибальд, дружище, подлатай парня к завтрашнему событию. Он мне нужен целым и невредимым.

— Быть такого не может… — реагировали слуги.

— Роран… и вправду проиграл?

— Может, он поддался, чтобы не искалечить парня?

— На господина не похоже…

Улыбка тут же сошла с моего лица. Завтрашнее событие, о котором упомянул Роран — особенный день для всей преступной Японии в целом. День, когда проводится церемония похорон Мимуро Кондо. Важное событие, посетить которое будет честью для любого уважающего себя преступника.

Я же, пребывая в бесконечных размышлениях, совершенно упустил столь важную информацию. И вспомнил о ней лишь прошлой ночью в разговоре с толстым Лордом, в то время как Роран… да, у этого старика есть план. Всё же он Граф, а Графу о таких событиях знать необходимо.

— Кость Адама, — хрипло выговорил я в спину Рорану, что уже шагал в сторону поместья. — Ты чувствуешь её? Знаешь, где она сейчас?

Старик был одёрнут; он, осёкшись, взглянул на меня в полуобороте и задумчиво кивнул.

— Квартал Симо-Катидзава, — заключил он. — Артефакт там.

Кто бы сомневался — я согласно кивнул. Квартал Симо-Катидзава — район, о котором до сих пор ходят страшные слухи. Любой аристо знает, что это место лучше обходить стороной. Скопление мафиози там… скажем так, неприлично высокое.

* * *

Здоровье прежде всего.

Угу, как же, дождавшись, пока мне перевяжут сломанную лодыжку, я тут же приказал доставить меня в мастерскую.

Поняв некоторые пробелы в своей «броне», мне не терпелось избавиться от них, а заодно проверить одну любопытную догадку, которая возникла у меня ещё в бою со стариной Рораном.

Что, если кровь Арчибальда, что делает его буквально неуязвимым, ничем не отлична от обычной крови, содержащей би-клетки?

Нет, это очевидно, что кровь его имеет силу, но… он ничего не говорит про свои глаза. Ведь если кровь его восстанавливает всё тело, то и с глазами она, по логике вещей, должна быть способна входить в контакт.

Когда мы сражались с Рораном, я использовал взгляд Деймоса. И скажу так, все, кроме старины Арчи, были подвержены его влиянию. Все, но только не он… да, можно объяснить это жизнью в страхе и подобным, но в таком случае он вёл бы себя примерно таким же образом, как мой приёмный отец в первый раз моей активации.

…не стал бы бояться, но как минимум напрягся бы.

Этот же старикан будто… был неуязвим.

Вот только проверить теорию я хотел бы в последнюю очередь — только после того, как хорошо изучу все возможные, когда-либо существующие, проявления би-клеток.

Ну и, соответственно, после того как подготовлюсь к завтрашнему мероприятию. И если старину Арчи я ещё как-то мог допустить до этого зрелища, то демонстрировать что-то врачу мне совершенно не хотелось. Так что я надеялся, что он, выдав ещё одну речь о том, как осторожно нужно быть с лодыжкой и что нужно делать для её скорейшего залечивания, уберётся вон…

Впрочем, так и случилось.

И вот я тут, в собственной мастерской. Стою над оставшимися частями механизма и пытаюсь работать, передвигаясь на костылях. За дверью тихо; в помещении я один. Вот и прекрасно. Сжав металлический шар левой рукой, я порезал собственный палец, позволяя крови войти в контакт с металлом.

Металл стал плавиться…

Ага, в яблочко.

…после чего впитался. Воздух наполнился лёгким ароматом обожжённой кожи; впрочем, печати исцеления не позволили руке пострадать слишком сильно. Боли я практически не почувствовал. Разумеется, до завтрашнего дня не хватит сил влить в себя оставшиеся части экзоскелета, но вот корпус… напоминающий по форме рёбра человека, вживить в своё тело было бы не лишним.

Так, ладно. Помотав головой, я переключился на более насущную проблему. Сон меня не посещал уже более суток, а бесконечное потребление кофеина более не улучшало ситуации. Проблема лишь в том, что с металлом под кожей спать было немного… непривычно. Внутри будто всё чесалось, а руки буквально немели.

Я с силой пнул дверцу в небольшой кабинет, открывая её; а затем рухнул на диван. Причём рухнул в полном смысле; голова ушла вниз, тяжёлые руки коснулись пола. Ещё чуть-чуть и скачусь на пол. Впрочем, без разницы; если меня внезапно разбудят, экзоскелет уже будет на мне. А корпус можно вживить и завтра.

А что касается сломанной лодыжки. Остаётся лишь надеяться на то, что печать успеет укрепить кость до завтра.

* * *

Неловкое молчание было более неловким оттого, что Ханна точно знала, что за ним стоит.

Всё и так было сказано. В некогда бывшем поместье Нагивара, в суде, в машине по пути в этот дурацкий особняк. Сейчас остаётся только молчать и делать вид, что всё чудесно.

«Радуйся, что осталась живой, иначе твоя выходка обернулась бы куда большими проблемами.». Так сказал отец. Политика и положение в обществе — всё, что его заботило. Порой даже казалось, что бывший Граф был сильно раздосадован, когда узнал о том, что Ханна не погибла.

Чёрт, а с чего она вообще взяла, что хоть когда-то было иначе?

Заткнуться и улыбаться.

Её наивные мысли, будто её жизнь значит в политических игрищах хоть что-то, были напрочь развеяны. Отец лишь пользовался ей для своих целей — сказал, что вернуть роду былое влияние можно лишь одним путём: выдав её замуж за кого-нибудь из высших сословий. А таких, по его словам, водилось сплошь и рядом.

Ханне же оставалось одно — молча и с улыбкой лечь под того, на кого укажет отец.

Девушка прикусила губу. Молчать, делать вид, что ничего не произошло. «Чего ты вообще собиралась этим добиться? Ладно бы Эйджи был хорошим парнем, но… он всё ещё мерзкий преступник!»

…автомобиль сбавил скорость, поворачивая в сторону огромного преступного района, что назывался Кварталом Симо-Катидзава. Преступные поместья, что проплывали перед глазами Ханны, по стилю были сильно отличны от привычных домов. Они будто имели… свой шарм. Сам квартал буквально извергал жуткую энергетику.

Всё казалось… таким порочным. Даже девушки, гуляющие по улицам, больше походили на дешёвых шлюх. А мужчины носили кучу татуировок на своих руках и шеях.

Брр…

— Двигайся, — отец слегка подтолкнул Ханну в плечо, когда машина остановилась перед одним из отдельно стоящих особняков. — И не забывай улыбаться. Всё-таки это особняк твоего мужа.

Ханна заиграла желваками, но послушно вышла из автомобиля.

…Кондо младший — наследник целого преступного картеля, что ранее возглавлял его отец Мимуро, бодро спускался вниз по роскошному крыльцу, буквально усыпанному золотом. За его широкой спиной маячила привычная для авторитетного преступника охрана, но она в этой композиции служила лишь декором; главный тон сцене задавал сам Нобору Кондо.

Если раньше его взгляд казался излишне самоуверенным и до тошноты противным, то сейчас… он буквально извергал желчь. Столько говна в одном человеке могло поместиться только в том случае, когда он получал всё, чего хотел, при этом не ударив и пальцем об палец для этого.

Впрочем, Ханне было глубоко плевать.

Тем не менее, даже сторонясь смотреть в его сторону, она не могла отметить пижонства новой главы преступного синдиката. Раскинув руки в стороны, плечистый якудза натягивал свою улыбку всё шире по мере приближения к девушке.

Взгляд Нобору, необычайно бодрый и довольный, окинул встречающих.

— Господа, — обратился он к собравшимся, приветствуя. — Господин Нагивара. Госпожа Нагивара.

Улыбочка Нобору на миг стала шире, а взгляд — ещё сальнее, чем раньше. Ханна, продолжая улыбаться по приказу отца, попыталась сделать всё, чтобы Нобору заметил её неприязнь, но… казалось, плечистый даже не стал заострять внимание на госпоже.

— Кондо-сан, — спокойно заговорил Дензо Нагивара, пока охрана якудза рассредотачивалась по территории поместья. — Обрадует ли вас эта новость или огорчит, но… причина нашего столь спешного приезда — моя дочь.

Якудза самодовольно покосился на Ханну — так, будто ранее был осведомлён об этой встрече. А насколько ранее… этого девушка предположить не могла.

— Мой отец погиб, Нагивара-сан. Завтра состоится церемония похорон, я не могу взять руку вашей дочери в столь… трудный для меня день.

Другое дело, следующий. Да? — Ханна сжала зубы. Да ему плевать на смерть собственного отца, плевать на то, что девушка сама прибыла к нему домой. Этот сальный взгляд безумного маньяка… он будто уже считает Ханну своей собственностью!

— Я осведомлён о завтрашней церемонии, Кондо-сан, — отозвался её отец. — Как бы там ни было, смерть вашего отца задела и наш род.

— Вы правы… — кивнул он. — Правы, да. Ну… в таком случае, обсудим всё в стенах моих владений? — плечистый указал ладонью на свой особняк. — И обговорим все детали помолвки за бокалом вина. Вы ведь за этим пришли, Нагивара-сан?

Он даже не смотрит в сторону Ханны — будто её и вовсе здесь нет. Вот же… мерзавец!

Сжать зубы. Молчать!

— Да, всё верно, — согласно кивнул Дензо и крепко взял дочь за запястье, ведя её за развернувшимся Нобору. — Мы здесь именно за этим!

Глава 16

Новый день — новые свершения.

Именно эти мысли крутились в моей голове вчерашней ночью, когда я ложился на кровать с новым протезом во второй руке и повреждённой лодыжкой.

Но нет. Проснулся я от громких звуков, напоминающих… крики? На улице, судя по шуму, было собрано чуть ли не с сотню солдат. И все они синхронно что-то выкрикивали.

Я был измотан, руки слушались через силу и казались слишком тяжёлыми. Новые свершения стали казаться чем-то сюрреалистичным. С трудом разлепив веки, я осмотрелся; пошевелил ногой — та всё ещё постанывала, напоминая о вчерашнем спарринге. Протезы версии «2.0» вжились, но вот не так глубоко, как хотелось бы. Вены были вздуты, а мышцы на руках невольно напрягались от каждого движения.

И несмотря на всё это я всё ещё был полон энтузиазма покрыть торс тонким слоем металла от протеза версии «1.0». Как бы мне ни было хреново, времени на перерывы не было. Была лишь цель, к которой необходимо было идти.

…впрочем, на вживление металла в торсовую часть ушло не более получаса. Я не стал заморачиваться на данной части механизма — распределил жидкий металл по телу и спешно вышел на улицу.

И был поражён.

Как я и говорил, шум был вызван синхронными криками солдат, что, судя по гербам на плечах, были людьми Рорана. Воины были в боевых обмундированиях, за спинами каждого висело по несколько высокоточных огнестрельных винтовок. Головы в касках, а поверх одежды — бронежилеты.

Роран стоял впереди взвода и давал указания. Давал до тех пор, пока не встретился со мной взглядом. Я смотрел на него с удивлением, он же — с восхищением.

— Марк, — Роран подал голос первым. — Доброе утро. Как… самочувствие?

— Самочувствие? — я скривился в удивлении.

Граф хмыкнул, с гордостью оглядев своё мини-войско.

— Вижу, у тебя возникли некоторые вопросы.

Некоторые?! Да их куча, грёбаный ты старик-психопат! — я молча приподнял бровь.

Впрочем, Роран понял меня без слов. Он кивнул.

— Обсудим их у меня в кабинете.

Ну, разумеется. Кто же станет обсуждать это в кругу сотни самоубийц. Я, поджав губы, решительно пошагал в сторону поместья. При этом старался вглядываться в лица солдат, дабы что-нибудь да выяснить. Правда, те были будто выточены из камня.

Нанял профессионалов?

* * *

— Повторяю ещё раз, — не выдержал я, стукнув ладонью по столу. — Мы не можем просто так ворваться в Квартал Симо-Катдзава, что буквально кишит преступниками, и перебить всех до единого!

Роран самодовольно хмыкнул. Он ничего не ответил, но его взгляд красноречиво выразился за него.

Честно признаться, когда старик попросил помочь с поиском его Артефакта, я решил, что ему нужен детально проработанный план, что, помимо поиска кости Адама, включал в себя стратегию по перехвату главных «звёзд» среди кучи второсортных оябунов. Но кто же знал, что Роран просто… хотел воспользоваться мной в качестве обычной боевой единицы?

— Мы не можем тратить время на какие-то там планы, — заключил старик, глядя в окно. — Якудза знают о моей защитной печати. С каждым днём у них больше знаний, Марк. И настанет тот час, когда печать на кости Адама будет разрушена, а моё тело обмякнет от бессилия.

Я резко отвёл взгляд. Паршиво. Старику действительно стоит действовать быстро и решительно, но… какого, мать его, хрена он собирается поднимать на уши всю чёртову Японию?! Эта идея брать всё силой всегда раздражала, но сейчас…

— Я просто в ярости, Йокагами!

— Ты слишком наивен, если думаешь, что моей силы хватит на всех… — Роран мотнул головой.

Как раз таки я так не думал.

— Не обязательно превращать в пыль всех, Роран, — я всё ещё не мог прийти в себя. — Сегодняшний день — один из наиболее неблагоприятных для твоих идей!

…и всё из-за моего решения отдать кость Адама в обмен на жизнь Мимуро Кондо. В тот день мне и впрямь казалось, что печать разбить якудза не будут способны ещё долго.

— Ты говорил, что я… захватывал страны, — голос старика стал более меланхоличным. — Если это правда, подобный метод борьбы за жизнь моих детей закончится успехом.

Впрочем, ничего особенно удивительного в его словах не было. Этот донельзя самоуверенный качок просто делает то, что умеет лучше, сука, всего. А именно строит собственную Империю, что в дальнейшем будет конкурировать с самим Сёгуном.

Эти… замашки и сделали когда-то Йокагами столь опасным.

— Ты так уверен, что они, увидев твоё перекаченное тело у порога, окружённое сотней вооружённых горилл, склонят колени… — я заговорил чуть потише, — словно хорошо знаешь, что преступники, только-только потерявшие своего босса, из себя представляют.

Я вот пока слабо понимал, как он собирается действовать, честно говоря. Отчасти именно поэтому и решил продумать свои ходы. И похоже, ни я, ни старик, отказываться от своих намерений не собирались.,

— Им придётся, — со вздохом признался Роран, развернувшись спиной к окну. — А если нет, их настигнет моя ярость.

Ярость. Прекрасно. Не только собой жертвует, но и всем, что я, чёрт возьми, так долго строил. Переубеждать человека его калибра смысла нет, поэтому…

— Ты психопат, Йокагами, — я цыкнул, мотнув головой. — Грёбаный психопат, который не ведает, что творит. Ты действительно считаешь, что с ними можно так просто справиться? Перебить каждого оябуна, сесть на гору трупов и свесить ноги?

Старик чуть склонил голову, щурясь.

— А разве нет?

Вот же… твердолобый! Я поглядел на часы. Если Роран собирается прибыть в Квартал Симо-Катдзава вовремя, то тратить много времени на разговоры со мной не станет.

В таком случае я буду краток.

— Сам Император отводит взгляд от Квартала Симо-Катдзава, — голос мой прозвучал тихо; даже немного мрачно. — Эти люди слишком глубоко внедрены в политическую систему. Ты…

— Я не откажусь от своей затеи, Марк, — так же серьёзно выпалил Роран, не дослушав. — Мне нужна не только кость Адама. Мне нужна власть… сила. Быть обычным Графом недостаточно для того, чтобы вернуться домой. И ты прекрасно понимаешь, о чём я…

Я задумчиво поморгал.

— О Стражах?

— Именно о них. Когда мы вернёмся обратно, Стражи последуют за нами. Они сделают всё, чтобы уничтожить нас… показательно покарать, — старик развёл руками. — Тебе не приходило в голову, что мы предстанем перед Мудрецом за своё путешествие в тот же миг, как используем печать возврата?

Я тяжело вздохнул, стараясь подобрать ответ. Ещё в первые дни жизни в теле Эйджи я думал о Стражах. И даже ощущал, как те ищут меня. Но мысли об этом быстро рассеялись, когда стало известно, как именно я должен влиять на мир, чтобы позволить себя найти.

— Ты немного путаешь, старик, — бровь моя лениво поползла вверх. — Я не использую свою истинную ману. Не перемещаю ту между мирами и даже не пытаюсь отыскать способов вернуть свою прежнюю силу. Когда я бился с тобой, запечатать свою силу у меня тупо не хватило времени.

— Даже если так, ты зависишь от моей силы. Поэтому Стражей нужно встретить в этом мире.

Никогда не спрашивал у Рорана, откуда у него истинная сила. Печать, что способна запечатать настолько мощную ману, стоит на одной ступени с печатями высшей алхимии. Каким бы талантливым Йокагами ни был, соорудить данный узор самостоятельно он бы не смог.

Разве что с помощью мастера Тоширо?..

— …ты можешь увеличить свою власть и без необходимости кромсать всех, кто связан с Кварталом Симо-Катдзава, — я поджал губы.

— Я не могу тратить время, Марк… на переговоры, хитросплетённые планы и всякие там интрижки. И от первоначального плана я не откажусь. Это всё, что я могу ответить тебе… при всём уважении.

Что с его первоначальным планом, что без него — картинка складывалась в лучшем случае смутная. Честно говоря, из всего, что мне известно, Стражи в последнее время напоминали просто попавших в опалу ко своим же бывших высших алхимиков, нежели Богов, или что там ещё подозревают люди, когда создают им образ. В конце концов, все различия, которые я мог уловить, заключались скорее в социальном положении, чем в способностях и умениях.

Страж, что приходит в новый мир, обязан развить своё тело до нужных кондиций, взять реципиента под полный контроль, иначе алхимия его будет беспомощна в бою с такими, как Роран. С другой же стороны, кто знает… может, эти Стражи уже издавна следят за нами, а порой и вовсе входят в контакт, стараясь заполучить наше доверие.

Впрочем, в чём-то Роран действительно прав. Мы зависим друг от друга, а потому не можем оставлять те или иные проблемы одного из нас без должного внимания.

Что же касается якудза, на которых охотится Роран… их ценности перед Императором никто не мог отнять. Да… Император будет в ярости.

— В таком случае… я подстрахую, — я поднялся со стола и, развернувшись, пошагал к выходу. — Но помни, старик, если всё пройдёт хреново… я убью тебя.

Граф натужно хмыкнул.

— Только под ногами не мешайся, — чуть раздражённо выпалил он. — Попадёшь под руку, растопчу вместе с остальными.

* * *

Наверное, Роран и не возлагал на меня больших надежд. Иначе не стал бы так просто отпускать меня, позволяя делать всё по-своему. Ну, либо же решил не вмешиваться в мои планы, ибо те рано или поздно помогут ему вернуться в свой мир.

Выходя с территории поместья, я заметил несколько неприметных автомобилей, рядом с которыми покорно ожидали мои посредники. Толстый Лорд Кио Токугава сидел на заднем сидении и жрал за обе щеки. Стоящий неподалеку рядом с машиной Тору-сан неспеша потягивал тонкую сигарету. А Тедзо и вовсе не мог найти себе места — сцепив пальцы за спиной шагал из стороны в сторону и пребывал в своих размышлениях.

— Приветствую, господа, — заметил я, подходя ближе. — Прошу простить, что заставил ждать так долго…

— Пустяк, — выпуская дым, отмахнулся Тору. — Перед смертью не надышишься.

Тедзо, резко замерев, скривил губы.

— Я умирать не собираюсь! — выплюнул он.

Отлично. Парни на взводе.

Самое время дать пару указаний.

— Что ж, — я закинул в рот сигаретку. — Прошу меня простить за столь раннюю просьбу встретиться. Я всё понимаю, поездка в квартал Симо-Катдзава не то задание, которое вам с нетерпением хотелось бы исполнить, но… сами понимаете, обстоятельства вынуждают действовать решительно. О нашей группировке знает слишком много людей.

— Только идиот мог рассчитывать на спокойную жизнь после убийства Мимуро Кондо, — заверил Лорд Кио, оторвавшись от еды. — Кошельки набиты огромными деньгами, мы более не те мальчуганы, которые выхватывали убийц по одиночке и пробивали им головы. Ставки возросли, господа.

— Это правда, — я кивнул, выпуская облако дыма. — Теперь мы можем считать себя главными конкурентами синдикату клана Кондо. И денег для подобных заявлений у нас достаточно.

К слову, ещё утром я перечислил каждому из этих ребят по кругленькой сумме. Улыбка моя не только стала шире, но и приобрела нотку натуги.

— И всё-таки… я не могу не спросить. Вы готовы заглянуть вместе со мной в квартал Симо-Катдзава? Уверен, там есть на что посмотреть.

Тедзо переглянулся с толстым Лордом. Что ж, во взглядах их читается решимость.

— Кстати говоря, — внезапно вспомнил Тору-сан. — Слышал, они готовят сюрприз для клана Хатано.

Вот как?..

— И какой же? — аккуратно уточнил я.

— Бывший Граф Дензо Нагивара, что был с позором выкинут из высшей политики, сейчас собирается вернуть себе власть, — сообщил он. — И не просто так, а выдав свою дочь Ханну за сына Мимуро. Ты ведь наверняка знал, что Дензо не станет так просто уступать своё место Рорану?

Я покачал головой.

— Нет, Тору-сан, это я слышу впервые. Но, с другой стороны, оттого наша прогулка по преступным районам становится ещё более увлекательной.

Кажется, моя фраза была вставлена не к месту. Посредники чуть помрачнели.

— Ладно, Шин. Я вижу в этой поездке смысл, — отозвался Лорд. — Давайте взглянем на этих бедолаг, зарывающих в землю своего покровителя.

— Да, в конце концов, мы ведь едем просто понаблюдать. Ничего более, — взгляд Тору устремился на меня. — Ведь так, босс?

Я кивнул.

— Мы только наблюдаем.

— Плевать, я в деле, — наконец согласился Тедзо.

— В таком случае, — добавил я, оглянув посредников. — Объясню всё по дороге. Времени стоять на месте нет.

* * *

Ханна замерла у двери своей комнаты, прислушиваясь.

В особняке было шумно. Люди метались с одной стороны коридора в другую. Церемония прощания с Мимуро, по словам Нобору, должна была стать одним из самых масштабных событий за последние пару-десятков лет. Таких потерь преступная Япония не несла довольно долгое время.

Но вот уже минуту в коридоре не было слышно шагов.

Преступные синдикаты уже много лет как не имели особо политической силы, а после ухода в отставку Графа Дензо и вовсе утеряли свою неприкасаемость, и всё таки расслабляться было нельзя. Эти оябуны из клана Кондо — известные мастера магических ловушек и прочих неприятных штук, и потому в одном из главных зданий квартала Симо-Катдзава нужно быть… настороже.

Ханна прикрыла глаза; к горлу подкатил ком.

Эйджи… он и сейчас стоял у неё перед глазами — живой, загадочный, без единой эмоции на лице. Обещающий не причинять ей вреда.

А потом эти… события…

Она ведь даже не успела понять, что значил тот поцелуй.

Сейчас думать об этом нельзя, как и ошибаться. Новые проблемы недопустимы. Тем более, что на кону — жизнь по-настоящему дорогого ей человека. Отец явно не будет в восторге, когда узнает обо всём, что планирует сделать Ханна. Но после всего, что произошло, обратного пути не было. Либо сидеть смирно и ждать, пока тебя сделают девицей преступника, либо…

Толчок двери; та тихо отъезжает в сторону. Вот и коридор — пустой на вид, но довольно богатый на наличие камер и прочих магических ловушек. Не дожидаясь, пока её заметят, Ханна выбросила руку в сторону, где была расположена камера — и та в миг заискрилась.

Пора уходить.

* * *

— Что? — не выдержал Лорд.

Я тихо хмыкнул. Ну, да, я ничего ему не говорил, зато взгляд мой говорил вместо меня.

Честно признаться, когда он попросил о небольшой маскировке, я не придал этому особого значения. Мало ли, что может понадобиться человеку перед поездкой в столь жуткий район. Но кто же знал, что Кио Токугава просто… мастер перевоплощений?

Толстяк сидел возле меня, на заднем сидении, и выглядел как… человек, который хочет выглядеть как русский генерал, ни разу в жизни при этом не посетивший Россию. Впрочем, выдавали его лишь узкие глаза и огромные красные щеки, отполированные чуть ли не до блеска. Ну и донельзя ужасный акцент.

— Между прочим, — понизив голос, с лёгкой обидой произнёс он, — этот костюм я выкупил на аукционе. И его носил сам Георгий Суровый.

Мой взгляд с сомнением скользнул по золотисто-красному кафтану со старомодными обшлагами и такими же погонами, на которых был выгравирован генеральский чин. Я постарался не закатить глаза.

— …вот только повода надеть не было, — заключил толстяк. — Редко когда встретишь публику, способную отдать должное русскому богатырю.

— Это ты… — я натужно улыбнулся, разглядывая золотистые запонки, — в точку. Действительно, русский богатырь.

Видел бы этот японский толстосум, как в действительности выглядят «русские богатыри», не стал бы и думать о подобном образе. Впрочем… с другой стороны, мы ведь не в России, тут особо никто проверять не станет, да и не сможет.

По крайней мере, выходка с переодеванием Лорда не была лишена смысла. Я, к примеру, для маскировки купил очки потемнее, да и обувь повыше. Изначально хотел приклеить над губой пушок в виде усов, но затем, увидев себя в зеркале, понял, что необходимости в этом нет.

Чтобы узнать во мне Шина, нужно быть человеком, что видел меня вплотную, и не раз. А из всех преступников таким мог похвастаться лишь Нобору Кондо. Остальные же были мертвы.

— Ты хоть русский знаешь? — я поглядел на Лорда.

— Не слишком хорошо, — со вздохом признался толстяк. — Какое-то представление имею, конечно… но не так много, как хотелось бы.

Я поглядел на Тедзо. Если Тору-сан, сидящий за рулём, следил за дорогой и вообще не слишком обращал на нас внимания, то Тедзо, казалось, немного нервничал. Он то и дело оборачивался на нас, то ли пытаясь запомнить, о чём мы говорим, то ли опасаясь задать какой-то вопрос.

Впрочем, захочет — спросит.

— Кстати, — вспомнил я. — Я пробил по гостям, которые по тем или иным причинам не смогут попасть на церемонию. И нашёл пару-тройку человек.

Посредники навострили уши. Я же поглядел в экран мобильника.

— Ты, Тору-сан, — я поглядел на водителя через зеркало заднего вида, — отныне Томас Крауц, английский торговец оружием. Несколько лет назад заключил контракт с Мимуро на перевозку контрабанды. Сейчас тебе нужно пообщаться с новым главой для нового контракта на поставку оружия.

Тору кивнул, вытянув руку в мою сторону. Я тут же вручил ему новенький паспорт.

— Дальше, — я поглядел на второго. — Тедзо-сан, ты, как человек, связанный с Сёгуном, будешь представлять Японию. Твоя отрасль — солдаты и прочие люди, готовые работать на преступный клан. Мимуро часто играл в свои игры, не сообщая об этом остальным, потому твоя персона не вызовет подозрений. Сегодня зовут тебя Иширо Муросаки.

Второй документ я вручил Тедзо.

— Ты, господин Лорд, — я поглядел на толстяка, — представитель России. Маскарад, конечно, отстой, но подозрений вызвать не должен. Твоё имя — Иван Голицын. Судя по моей информации, он был недавно убит, но… не думаю, что сейчас кому-то из здешних об этом известно. В суматохе последних событий никто не станет интересоваться столь отдалёнными личностями.

Лорд кивнул, принимая паспорт и несколько других подделанных документов.

— А ты, босс? — Тору поглядел на меня через зеркало заднего вида. — Какая у тебя история?

— Марк, — хмыкнул я. — Отныне я Марк Макаров. Русский посол, прибывший вместе с Иваном Голицыным в качестве его помощника.

Ну, а что? Мне, как человеку, не особо похожему на преступника, стоило бы привлекать как можно меньше внимания. Марк Макаров — отличное имя, я считаю.

— Слушай, Шин-сан, — ожил в этот момент Тедзо. В очередной раз обернувшись, он, кажется, всё-таки решил не смолчать. С лёгкой озабоченностью на лице он переводил взгляд с меня на кафтан Лорда и обратно.

Я лишь молча приподнял бровь.

— Возможно, мне не стоит обсуждать твои решения… — лицо его приняло задумчивый вид, — но… каким образом ты собираешься действовать, если одного из нас раскроют? У тебя есть план отступления, или что-то вроде этого?..

Я хмыкнул.

— На этот счёт можешь быть спокойным, Тедзо-сан, — взгляд мой цепко уставился на посредника. — Роран Хатано сегодня затмит нас своим сиянием. А что, у тебя возникают сомнения?

Тедзо задумчиво поджал губы.

— Пойми, босс, это не сомнения, просто… ты же понимаешь, что территория якудза — это территория якудза, пускать туда посторонних не принято. Мы те же самые преступники, которые стоят по другую сторону баррикады. Этот же твой… Граф. Он выдаст как себя, так и нас.

— А кто тебе сказал, что он посторонний? — ровным тоном, продолжая глядеть на посредника, уточнил я.

У меня была пара мыслей касательно старика. Если он направит своё войско в момент, когда мы уже будем смешаны с толпой преступников, то на то, чтобы разбираться, кто есть кто, просто не останется времени.

Потому, если он уж так решил, придётся внедрить его в свою стратегию.

— Роран входит в основную часть моего плана, — отрезал я ему. — И это не обсуждается.

Первое, что пришло в голову, но это должно было сработать. Статус Рорана обеспечит ему достаточное уважение среди моих посредников, чтобы открыть перед ним все необходимые двери.

Брови Тедзо чуть сдвинулись к переносице; кажется, он не был особо рад такому раскладу. Правда, продолжать диалог он не стал.

Машина ехала довольно спокойно, то ли Тору-сан всё не мог «надышаться перед смертью», то ли просто по жизни не любил торопиться. Мимо нас в окне проплыло высокое и явно старинное здание.

Я с любопытством поглядел на него. Нечто вроде высоченного готического костёла со шпилем, уносящимся ввысь, и сводчатыми арками. В окнах витражи, но, кажется, изображали они что-то… знакомое.

— Похоже, мы уже близко, — заметил я, глядя в окно.

— Жуткое место, — согласился Лорд.

— Ехать осталось всего-ничего, — добавил Тору-сан. — Мы практически на месте.

Кованная ограда костёла кончилась; следующим по улице шёл мрачный трёхэтажный особняк. Вроде ничего особенного, но какие-то неуловимые детали делали его похожим на декорацию из фильма ужасов. Хищные растения прямо в саду, странные витражи с растительным орнаментом — чёрные розы… герб преступного клана Тухимото.

— Да, местечко атмосферное, — признал я. — Правда, пустовато тут…

Церемония прощания с главой клана планировалась в главном поместье квартала Симо-Катдзава, что принадлежал ныне погибшему Мимуро Кондо. Судя по всему, мероприятие было настолько важным, что практически никто из местных оябунов не остался в стороне. Иначе пустые улицы, что располагались близ преступного района, объяснить было нельзя.

— На церемонии будут все, — продолжал я. — Детишки аристократ, отпрыски продажных политиков, представители магических школ. Такие события — это всегда повод продемонстрировать своё положение в обществе и обзавестись нужными знакомствами.

Тору-сан, паркуя автомобиль, кивнул.

— Сегодня решается, кто из них будет представлять всю преступность Японии, — заключил он. — Очевидно, что им станет Нобору, но всё же… пока он не будет официально принят в законные главы клана, произойти может всё, что угодно.

Как бы там ни было, я собирался опередить Рорана.

Мы с Лордом первыми вышли из машины и двинулись вперед по пустому району. Как только перешли границу, отделяющую один квартал от другого, затылок мой… зачесался. Интуиция, или чуйка, не знаю… что-то яро подсказывало о том, что на наши головы выставлены стволы.

— Ты тоже это заметил? — затянув сигарету сильнее, чем обычно, прошептал толстяк. — Это засада.

Я хмыкнул, стараясь глядеть только перед собой.

— Мы уважаемые гости, господин Голицын, в нас стрелять не станут.

Подходя ближе к поместью Нобору, я огляделся. Как только мы подошли к кованым воротам, со стороны внутреннего двора выбежала чуть ли не рота татуированных людей, вооружённых до зубов. Каждый глядел на нас с подозрением, но вот…

— Кто такие? — сделать нам никто ничего не мог. По крайней мере, пока.

Взгляд лысого громилы приковал исконно русский наряд Лорда. Ещё немного, и якудза бы впал в дикий хохот; благо, серьёзность мероприятия, как, впрочем, и лицо толстяка, не позволили оябуну этого сделать.

— И-иван, — чуть запнувшись, протянул толстяк, покрываясь тонким слоем пота. — Иван Г-голицын. Русский…

Он не успел договорить; речь его была прервана открыванием двери и еле слышным цоканьем каблуков.

Ну, по крайней мере, этот оябун — или, вернее, эта — выглядела куда приятней лысых головорезов. Длинноногая блондинка чуть за тридцать в деловом чёрном костюме — бизнес-леди, как ни посмотри — шла и глядела на нас с лёгкой и, на первый взгляд, доброжелательной улыбкой.

Как только она подошла ближе, я взглянул ей в глаза, что были полны печали. Кристина… так вот как она выглядит. Мимуро тщательно скрывал эту красотку от моих глаз и, впрочем, совсем не зря.

— Иван Голицын? — блондинка перевела взгляд со своего головореза на моего толстячка. — Вы, наверное, меня не узнаёте. Я Кристина Нобору, жена… точнее, вдова…

— Не нужно, госпожа Нобору, — мотнул головой толстяк, набираясь смелости. — Я вас помню… ваш муж мне многое о вас рассказывал.

Ух… я уж испугался, что станет глотать окончания слов. Толстячок-то не промах.

— Это мой помощник, — продолжал Лорд. — Марк Макаров. В последнее время помогает мне с распределением времени. Если вы не против, он отправится со мной.

Я чуть выпрямился, коротко кивнул старой знакомой (заочно, конечно) в знак приветствия и прикрыл глаза.

— Глубоко соболезную, старшая госпожа, — говорил я на русском, дабы не оставить никаких сомнений.

Лорд с понимающим лицом положил ладонь на моё плечо и поглядел на Кристину.

— Мой помощник передаёт вам глубокие соболезнования.

— Господин Голицын, господин Макаров, — женщина оглянула нас. — Пройдёмте за мной. Церемония пока не началась, но… всё должно начаться с минуты на минуту.

Мы с Лордом, чуть переглянувшись, зашли в поместье вслед за ней. Тяжёлая дверь захлопнулась за нашими спинами, и перед нами возник роскошный, но мрачный на вид холл с высоченными потолками. Освещение тут было довольно тусклым, потому я решил, что узнать меня будет ещё сложнее.

— А где же сын моего старого приятеля? — Лорд чуть нагнал даму, оставив меня чуть позади. — Я бы хотел поговорить с ним о… нашем будущем сотрудничестве.

— Видите ли, — чуть тише обычного заметила блондинка, ведя нас по широкому коридору. — Мой сын немного задерживается в связи с организацией церемонии. Но я обязательно передам ему, что вы почтили его отца своим присутствием.

Ага, отпрыска, значит, поблизости нет. Я чуть сбавил ход, оглядевшись, пока Лорд продолжал расспрашивать вдову. Конечно, повидать своих старых знакомых было бы полезно такому, как я, но… к сожалению, ни компания местных оябунов, ни даже аристократ меня пока не привлекала так сильно, как кость Адама.

Хотя… нет, пожалуй, уже нет. Теперь меня интересовали две вещи: кость Адама и внимание папаши-Императора.

Глава 17

Элитные церемонии всегда одинаковы. Будь то какое-либо открытие, либо похороны. Неважно. Даже такие неординарные личности, как Нобору Кондо, вынуждены подчиняться условностям и играть по общепринятым правилам.

Смерть отца, конечно, расстраивала и всё такое, но… предвкушение скорого становления главой всего клана перекрывало все негативные эмоции.

Нобору, сидя за круглым столом, набитым советниками, с лёгкой неприязнью взирал на всё происходящее. Пафосное помещение, пафосные люди, не менее пафосные речи. Такого было полно и до смерти отца, и Нобору давно привык к подобному, но…

Ранее парень был лишь сыном своего отца, тенью… сейчас же всё было иначе. Он был вынужден вести себя как Мимуро — сдержанно, терпеливо и воспитанно. Ведь теперь всё внимание было устремлено на него.

— И чего мы ждём? — лениво осведомился он, потягивая шампанское из бокала. — Кто-то опаздывает, или что?

Один из сидящих рядом лишь пожал плечами. В местной элите всякий разбирался лучше молодого Нобору, потому практически во всём должен был отвечать на вопросы.

— Так все уже на месте же, — недоумённо глядел один на другого. — Или я чего-то не понимаю?

— Судя по всему наши люди задерживаются, — отчеканил Шикару Муратами — первый советник клана Кондо. — Организация требует слишком много времени. Собирать в одном месте такое количество людей слишком опасно.

— Хрен там с организацией, — отозвался другой, глядя на Шикару. — Никогда не поверишь, кто пожаловал на церемонию.

Советник чуть нахмурился и перевёл взгляд на союзника.

— И кто же?

— Голицын, мать его. Этот русский ублюдок, который должен был сдохнуть, — на лице одного из сидящих отразилось презрение. — Именно из-за него пришлось усилить и без того отличную охрану.

— Серьёзно? — у того вытянулось лицо. — Иван Голицын… явился на церемонию?

— Сам охренел, когда узнал.

Нобору только и успевал переводить взгляд с одного на другого. Кто такой Иван Голицын и почему его пытались прикончить люди из клана Кондо? Впрочем, плевать, что пытались. Почему у них не получилось?

— И что, мы должны перестраиваться из-за этого ублюдка? — щетинистый почесал подбородок.

— А кому охота, чтобы эти русские силой вламывались, прерывая всех своим негодованием? — пояснил другой. — На его месте было бы разумно не приезжать, раз он живым остался.

Шикару мотнул головой, оставил пару пометок у себя в записной книжке и поднял взгляд.

— Думаю, стоит подождать ещё минут пять-десять и начинать, — он будто себе кивнул. — Русских давно никто не принимает всерьёз.

— Этому обсосу и десяти минут много. Ещё мы только из-за русских своё время не тратили…

Голицына явно тут не любят. Нобору это мало что говорило, но, по крайней мере, ситуация стала чуть понятней.

Дверь кабинета спешно открылась, оторвав от беседы буквально каждого из сидящих. В проёме возник силуэт одного из организаторов.

— Нобору-сан, — парень подошёл чуть ближе. — Вот список гостей, прибывших на данное мероприятие. Все в сборе, мы можем начинать.

На столе перед парнем лежало несколько листов с именами всех известных преступников, приглашённых на церемонию. Нобору прошёлся по ним беглым взглядом. Ну, Иван Голицын понятно — русский неуважаемый мафиози, который еле держится за клан Кондо; какой-то там чмошник Марк Макаров, записанный в «помощниках» Голицына — тоже. И…

Так, а этот что тут делает?

— Томас Крауц всё же решил посетить нас? — Нобору недоумённо приподнял бровь. — Сам Томас Крауц? Или, может, кто из его помощников?

— Нет, он лично прибыл, Нобору-сан. Более того, прибыл он вместе с Иширо Муросаки, — добавил организатор. — Как оказалось, наш английский друг успел обзавестись важными знакомствами.

Все сидящие за столом переглянулись. Благо, с этим индюком Крауцом Нобору был заочно знаком. Конечно, отношение к нему, судя по всему, было куда более терпимым, чем к Голицыну, но всё же…

— Думаю, можно не посылать представителя из нашего клана к этому англичанину, — с неприязнью в голосе пробурчал Нобору, откладывая листки и вжимаясь в спинку кресла. — Этот идиот никогда мне не нравился.

— Нобору, послушай, — Иширо взглянул на парня. — Отправить всё же кого-то придётся. Это бизнес, здесь нет места личным отношениям. И даже тот же самый Голицын не должен увидеть какого-либо неуважения. Уж точно не сегодня.

Сидящие дружно закивали.

— …кто знает этих европейцев, — добавил другой. — Одно неверное движение, и он оскорблён.

Поиграв желваками, Нобору неохотно кивнул. Пока он не является официальным главой клана, слушать советы он обязан. Да и что ему стоит убить этих выскочек… чуть позже?

— Плевать, пошлите к этому бездарю одного из наших. Пусть отполирует его зад до блеска.

Обсуждение гостей продолжалось. Тем временем организатор собрал листы обратно в охапку, поклонился участникам собрания и развернулся.

Затем тут же замер и поглядел на Нобору.

— Ещё один вопрос, Нобору-сан. Он относится к организаторской части, — он сделал паузу в ожидании, пока Нобору кивнёт. — Вы желаете сначала устроить формальное голосование за выбор нового главы клана, либо же…

— Либо же что? — Нобору часто заморгал, оборачиваясь на организатора.

— Госпожа Ханна… она ведь должна стать вашей женой.

— Ты что, с дуба рухнул? — Нобору сжал зубы. — Ханну ставишь вровень со столь важным событием?! Девчонка уже моя, поэтому даже не думай что-то менять местами. После церемонии я объявлю о своём желании возглавить клан. А позже, когда начнётся празднование, стану её мужем.

— Что ж, — подытожил организатор. — Ваше право.

* * *

Раствориться в широких коридорах, по которым то и дело ходила прислуга, оказалось проще, чем я ожидал. Тем более для человека, которого здесь настолько считают пустым местом, что даже позволяют теряться из виду без какого-либо сопровождающего.

Внешний вид коридоров оставался всё таким же мрачно-роскошным. Свернув к неприметному лестничному пролёту, я спустился вниз в подвальный коридор без окон, с ярко светящимися и чуть мигающими лампами. И на протяжении пары минут медленно продвигался по нему, оглядывая попадающиеся по пути двери.

Казалось бы, зачем мне подвал?

Ведь обычно подобные артефакты прячут в местах, где концентрация внимания гораздо более заострённая, нежели в тёмных подвалах — например в центре зала в качестве сувенира. Вот только… такой массив истинной энергии Рорана сразу будет замечен, и в кратчайшее время заострит на себе внимание других людей. Да и старик не стал бы врать, говоря о том, что кость активно пытаются «взломать». А если подобное и происходит, то наверняка с помощью людей, неплохо знающих алхимию.

Иначе быть не может, кость спрятана где-то неподалё… так, стоп. А почему бы не использовать печать поиска?

Я тут же застыл на месте, высунул из кармана листочек и чернила. Изобразил поисковую печать и, присаживаясь на пол, прикрыл глаза. Печать была простой, даже слишком… потому меня вполне могли развести, либо же загнать в ловушку, но… я был в этом подвале совсем один, без Рорана. И попросту не мог довериться чему-то другому из своего арсенала.

Впрочем, печать поиска лишь в лишний раз подтвердила мои догадки, кость Адама была спрятана в укромном месте, и более того, где-то неподалёку. Слишком логично всё сходилось, чтобы не оказаться правдой. Эти оябуны… донельзя примитивные существа, уверенные в себе. Потому ошибки быть не может.

А если и нет… ну и поделом — нечего было убивать Мимуро с помощью чужих артефактов.

Поднявшись на ноги, я продолжил поиски. Тёмные коридоры перетекали один в другой. Увы, пока ничего похожего на большой зал с вывеской «кость Адама» мне не попадалось. Но чем дольше я плутал по лабиринту, тем ближе подходил к артефакту.

Пустой зал для тренировок — мимо. Склад с вином — тоже мимо, не станут они взламывать печати в таких дорогих местах. Запертая комната…

Я резко замер.

Печать указывала на это место. К горлу привалил ком.

Сила. Я совершенно отчётливо ощущал её за дверью. Вот только… если меня тут заметят, выбраться будет практически невозможно. А печать, скрывающая меня от камер, может перестать работать, если стану слишком шумным.

Оглянувшись, я рефлекторно снова дёрнул дверь на себя. Заперто.

В таком случае… — я изобразил на двери печать усиления звуков. Приложил ухо к её поверхности и постарался вслушаться.

Чёрт возьми, там были люди. И, кажется, их было не больше пяти, судя по шагам.

Взявшись за дверную ручку, я выбросил в протез си-энергию камня. Мышцы напряглись, но силы вполне хватало, чтобы изогнуть и вырвать не самую прочную железяку. Вот так; пора привыкнуть к тому, что можно открывать двери без печати взрыва.

Приоткрыв скрипучую дверь, я тут же наткнулся на тёмный силуэт в упор; отшагнул назад.

В проёме возникло худощавое лицо, изрезанное морщинами. Седая борода незнакомца свисала до груди, а на свободной одежде, напоминающей плащ, прорисовывался алхимический узор — не действующий, но вполне знакомый. Подобные узоры наносили люди из моего мира — так они обозначали свою принадлежность к статусу алхимиков.

Я оглядел старика с головы до ног и чуть склонил голову.

— Ты… алхимик? — странно, но тишину прервал я.

Старик, не отвечая, тут же попытался запереть дверь, но мои пальцы крепко сжимали створку. Впрочем, замок был поврежден, и даже если бы тот сильно желал запереться, у него бы этого не вышло.

Миг — и в сторону моего глаза вылетела игла. Острая, практически незаметная. Очередной всплеск си-энергии позволил мгновенно смахнуть ту рукой, но вот от глубокой царапины застрахована моя кожа не была. Я поморщился, резко дёрнул дверью, сбив старика с ног, и вошёл в комнату.

Просторное помещение с высокими потолками не имело ничего, кроме бетонных стен, каких-то людей в плащах, напоминающих работников аббатства, и…

Кости Адама, лежащей под огромной алхимической печатью. Да, если это не иллюзия, то я нашёл артефакт. И самое главное — нашёл его раньше Рорана.

— Вот как… — одними лишь губами промолвил я, глядя на кость и стариков поочерёдно. — Всё же якудза нашли вас… откопали алхимиков.

Резкий, даже внезапный, толчок в спину был вызван глухим взрывом. Я подался вперед, ушёл от внезапного удара кулаком в лицо и в мгновении призвал револьвер. Глаза, хоть чуть и ослепшие, привыкли к темноте, и сейчас я мог разглядеть пятерых людей, разодетых в одно и то же.

Выстрел из револьвера в область бедра одному из стариков служил некой… проверкой. Я должен был определить уровень знаний этих ребят сразу, дабы понять, какие риски я несу, сражаясь с ними в одиночку.

…и истошный крик, который пришлось прервать ударом по лицу, дал понять, что старики эти далеки даже от тех знаний алхимии, что есть у меня.

За четыре шага я сократил дистанцию до второго алхимика, что судорожно пытался вырисовать печать взрыва на полу, и прибил его лицом об тот же самый пол. Третий и четвёртый попытались рвануть за дверь, но тут же были перехвачены и… нейтрализованы.

Лодыжка постанывала, а левая рука ощущалась чуть онемевшей и тяжёлой, но вот справиться с этими людьми это не помешало.

— Ты последний, — желчно прошептал я, хищно облизнувшись, мои глаза тут же залились кровью. — Кто ты такой?!

Глаза дедули тут же раскрылись; тело затряслось. Он бессильно свалился на колени, сложил ладони в молитвенной форме и замотал головой — мол, не убивай. После чего приоткрыл рот и высунул язык… точнее, тот обрубок, что от него остался.

Эм… ладно.

Теперь ясно, почему молчали — я, пожав плечами, щёлкнул того по темени и, развернувшись, подошёл ближе к артефакту. Если бы не старость Рорана, у этих чайников ушло бы больше десяти лет на устранение защитной печати.

Впрочем, пока алхимики меня не волнуют. Оттащив спящие тела стариков в тёмный угол и усевшись на пол перед костью Адама, я закрыл глаза и сосредоточился. Касаться артефакта было запрещено, но вот взглянуть в него, как в предмет, хранивший в себе отголоски прошлого, было вполне возможно.

Не то, чтобы мне было любопытно, каким образом Йокагами перенёс через миры свою силу, просто… времени на поиски ушло меньше, чем я полагал, а ждать начала церемонии мне где-то было нужно.

…первым и единственным воспоминанием кости оказалось просторное помещение, посреди которого в позе лотоса сидел тот самый мастер Хоширо — человек, обучивший меня науке алхимии в прошлом… позволивший овладеть ей на высоком уровне.

Руки, ноги и всё тело старика было покрыто узорами. Темные линии, переходящие от закрытых глаз до подбородка, говорили о его полной боевой готовности. Конечно, за окнами помещения всё было спокойно и мирно, но отсюда казалось, будто старик объял своей жизненной энергией весь мир.

Затем дверь перед ним открылась. Если бы не та негативная аура, витающая в пространстве, мне бы показалось, что это обычная тренировка, либо же что-то вроде экзамена, но… сейчас всё было иначе.

С лёгким удивлением вглядевшись в проём, я увидел Йокагами. Он был моложе того, с которым сражался я, да и взгляд его не был таким… безумным. Но сомнений не было, это был тот самый Йокагами.

Никаких резких движений, всё происходило так, будто это была обычная житейская встреча.

— Мне нужна ваша помощь, — Йокагами заговорил тихо, даже хрипловато.

Старик поначалу молчал, будто прося не отвлекать его от медитации; затем, спустя минуту, открыл глаза.

Да, Хоширо всегда отличался от других своим пафосным поведением. Даже сейчас я уже примерно понимал, какое именно воспоминание таила в себе кость Адама, но… от этого стало даже интереснее.

— Йокагами, — наконец подал голос Хоширо. — Во всём произошедшем ты должен винить себя, сынок…

Ну, вот. То есть, всё уже произошло, и Йокагами уже начал свой путь мести.

— Он убил их! — взревел тот. — Расстрелял, как собак!

— Он лишь был на задании, — старик как был спокойным, так и оставался. — Твоя страна убила их, не брат… твой клан зашёл слишком далеко.

Йокагами, приятель. Если бы я знал, к чему приведёт убийство твоих детей, сделал бы всё, чтобы этого не произошло. Жаль, теперь уже поздно об этом гадать.

— Они же дети, мастер! — не находил аргументов ученик. — Мои дети!

— Пойми, что насилием ты ничего не изменишь, — старик парировал легко. — Этот мир погряз в насилии, ты станешь лишь тем, кто продолжит цикл разрушений, Йокагами.

Я перевёл взгляд на ученика. Ну-ка, что ты скажешь на это, мистер завоеватель?

— Пусть так… — он лишь вытер слёзы. — Во мне не осталось ничего живого…

Ох, сейчас будет драка — в руке мужчины возник самурайский клинок из маны. Думаю, тогда он ещё не так был заточен на создание кости.

Ан нет…

Его торс покрылся костной тканью, а над телом возникло что-то вроде Сусано; только вот аура была чёрной и очень-очень злой.

— Значит, ты всё уже знал о той печати… — старик стал чуть серьёзнее. Ух, сейчас будет жарко! — Я заберу тебя с собой в мир мёртвых, сынок… этого требует правитель, этого требуют люди.

Вспышка.

Всё… оборвалось.

Какого хрена?

Я вот-вот должен был увидеть мега-эпичную схватку двух сильнейших людей Японии, а вместо этого послушал пару сопливых реплик?

Эти слова «я заберу тебя с собой»… неужели в них был вложен буквальный смысл? Последнее, что я ощутил перед тем, как воспоминание начало распадаться — то, что Хоширо больше не испытывает ни капли страха перед смертью, будто он и вовсе не был убит.

Я приложил все усилия, чтобы дольше пробыть внутри сосуда, выбросил в своё сознание немного энергии из камня и активировал глаз Деймоса. Не знаю, сработает ли, но я обязан был попытаться.

Секунду перед глазами была лишь боль от накапливающейся в глазах крови. Затем я ощутил сгусток энергии… воспоминание продолжалось, только вот сейчас Хоширо лежал в луже собственной крови, а Йокагами, сидя над ним, складывал печати. Воспоминание было еле заметным, практически забытым, но, как бы странно ни звучало, всё ещё живым.

— Ты… — еле слышный голос Хоширо достиг моего сознания. — Ты… Йокагами Кисимото, чего ты добиваешься?

Йокагами продолжал складывать печать. Слёзы, смешанные с кровью, градом катились по его лицу.

Всё же я пропустил мега-эпичную схватку со стариной Хоширо. Поначалу я сильно расстроился, теряя интерес к воспоминанию, но затем быстро собрался мыслями, увеличил поток энергии камня и попытался укрепить контакт. Думаю, на минуту этого хватит.

— Я… — слова Йокагами произносились с трудом. — Мне нужна твоя сила, мастер. Брат сильнее. Он… очень силён.

Ну, это объясняет, почему Йокагами так просто разделался со мной в прошлом. Мастер Хоширо, как же ты, уважаемый человек, позволил ему эксплуатировать свои знания в разрушительных целях?

— Ты убьёшь брата, но… что потом? — аура старика встрепенулась. — Это не сделает тебя прежним.

Ох, старик, видимо, немного попутал. Йокагами — мститель. У него нет ни времени, ни желания думать о последствиях. Мир для него — пустое место. Тем более после всего, что случилось. Единственное, что избавит его от боли — смерть. Ну, либо хороший психотерапевт.

— …тебе не вернуть их, — продолжал он. — Что бы ты ни сделал.

— Плевать, — другого ответа у Йокагами не было. — Я убью каждого, кто был причастен к их смерти.

И моего отца убьёшь, урод. Как и ожидалось, старик резко, даже слишком, помрачнел. Силы его покидали.

— Ваши знания помогут мне, мастер, — добавил ученик, стараясь подбодрить старика. — Вы сделали меня таким, вам и ответ нести придётся.

Мастер Хоширо тем временем практически полностью погас — потратил слишком много сил на разговоры. Благо, крупица маны в нём всё ещё оставалась.

— Моих знаний… мало, — мастер будто задыхался. — Тебе понадобится время.

Время? Ха. Терпение и Йокагами находятся в двух параллельных реальностях. Увы, старик, но эти разговоры тщетны.

— Время кончилось, — отвечал обезумевший. — Печать смерти известна лишь тебе.

Вот как… воспоминания, знания, энергия — всем этим теперь обладает и Роран? И, если он пятьдесят лет готов был ждать меня, то это значило лишь одно… в одиночку он не сможет вернуть себя. Нужны сильные тела… такие, какими обладали мы.

Будь я проклят! Так вот чего этого пердуна-Рорана так раскачало! Он вернуться хотел не только за счёт своего тела. Выкинул истинную ману в кость под предлогом — «для любимой доченьки», чтобы позже использовать её как помощника для своего возвращения.

То есть, чтобы вернуть двух… необходимо в два раза больше силы.

Так, а это уже попахивает кидаловом. Я сидел перед Хоширо и не мог понять. Игра на выживание? Собрать все силы алхимии этого мира? Этой целью жил Роран?

А что потом?

А потом он переступит через меня, устроится на печати возврата поудобнее и со спокойной душой вернётся обратно, вот что он сделает.

Роран ведь… искал алхимиков. До того момента, пока не встретил Арью… мою дочь.

Ответы словно булавой по мне стучали. Мне становилось сложнее поддерживать контакт, но я продолжал тратить энергию, не думая о том, что та мне ещё пригодится. Мысли крутились в голове вихрем, а я не мог ответить себе на вопрос:

И что самое хреновое.

Даже если мы соберём всех алхимиков этого мира, наше возвращение невозможно. Мы тупо нарушим временное пространство, оказавшись в одно время в одном мире.

Петля времени должна замкнуться.

Странное ощущение не покидало. Я чувствовал себя немного обманутым, хоть и понимал, что возвращение Йокагами с огромной вероятностью не изменит хода событий. С другой же стороны…

Старик обмяк; ученик же завершил печать. Сомнений не было, Роран так крут только за счёт мастера. Именно это позволило ему создать столь прочную печать на кости Адама.

…реальность встретила меня неприветливо; озноб и жар одновременно, а главное — подкатывающая к горлу тошнота. Несколько секунд — и я, согнувшись пополам, принялся неудержимо кашлять собственной кровью.

Затем в глазах начало темнеть. Ощущая алую жижу на лице, я поморщился. Слишком долго использовал глаз Деймоса. Подобное для моих глаз было непростительно.

Свалившись на холодный бетонный пол, я съежился. Холодно.

* * *

— Костюм сидит очень хорошо, Граф Хатано-сан.

Служанка повернула зеркало в высокой раме поближе к свету, позволяя Рорану разглядеть себя получше.

— Вижу, — согласился старик. — Действительно хорошо. Только не зови меня Графом. Можно просто Роран, не люблю фамильярство.

Перед атакой квартала Симо-Катдзава нужно было хорошенько подготовиться. Нарядный костюм, приятно ухоженная борода и свисающая до плеч седая шевелюра. Старик ощущал себя тем же пацаном, что и раньше, более пятидесяти лет назад. Конечно, внешне это никак не отражалось, но вот внутри… внутри старика бурлили эмоции.

Роран ещё раз окинул взглядом себя в зеркале и ухмыльнулся — неплохо. Но долго любоваться собой не вышло — в отражении возник силуэт старого друга Арчибальда, что тоже успел неплохо приодеться.

— Тело отброса, что стало поистине большой угрозой для нынешнего мира, — Граф говорил, через отражение глядя в глаза Арчибальду. — А ведь к тебе я пришёл совсем отбросом. Помнишь эти тренировки в парке?

Приятель еле заметно кивнул. Казалось, что-то его тревожило.

— Да, но… — он замешкался с ответом. — Ты стал бы угрозой для прошлой Японии. Сейчас же… знаешь, мир изменился, Роран.

— Ничего не изменилось, — тут же с ноткой натуги хмыкнул Граф. — Лишь формально. Основа Империи осталась той же, что и пятьдесят лет назад, старик. Все эти новые устои — мишура, скрывающая собой истинное положение.

Арчи закатил глаза. Роран даже не скрывает своих намерений, переходя на всё более уверенный тон. Казалось, переубедить его не атаковать целый квартал могла лишь его смерть. Впрочем, какая уже разница? Всё, для чего жил Арчибальд — скорая смерть. И чем опаснее будут обстоятельства, тем ему же лучше.

— Ладно, — Граф кивнул служанке и обернулся на приятеля. — Твоё желание помочь я ценю больше, чем укоризненный взгляд. Поэтому можешь говорить всё, что угодно. Но недолго, ведь нам уже пора идти, Арчибальд… за подарком для дочери.

Арчибальд усмехнулся, дождался, пока Граф пройдёт мимо, и пошагал вместе с ним к лестнице.

* * *

— Судя по информации, поступившей от разведки, квартал буквально окружили снайперы, — отчеканил один из людей Рорана. — Чтобы попасть туда, придётся заявить о своих намерениях чуть ли не с самого порога.

— Я и не собирался медлить, — Граф пожал плечами. — Эти ублюдки не достойны того, чтобы я явился под предлогом переговоров. Если и хотим перебить эту шайку воров и убийц, то должны делать это решительно.

…солдаты внизу уже распорядились по автомобилям и отправились в сторону квартала — занимать свои позиции. Во дворе, кроме садовников и прочих людей из персонала, никого не осталось.

— Да, господин, вы правы, — согласился солдат, на что Роран даже не повернул головы. — В таком случае, ваш автомобиль готов.

— Подумай ещё раз, но только хорошенько, — Арчибальд подал голос только тогда, когда все уже сидели в машине. — Война с преступностью… как сильно ты насолишь Императору, если атакуешь квартал Симо-Катдзава?

Автомобиль тронулся с места. Роран с ответом не торопился. Глядя в окно автомобиля, он лишь натужно хмыкнул.

— Я собираюсь забрать то, что принадлежит мне, Арчи. И если люди признают меня человеком, избавившим мир от преступности, Император не сделает мне ровным счётом ничего.

* * *

Изрядно вспотевший в плотном кафтане, Лорд стоял посреди зала, где успело собраться чуть ли ни с две сотни людей. Кристина Нобору покинула его компанию сразу же, как проводила в церемониальный зал, хотя толстяку и показалось, что его компании женщина была даже рада.

Но вот это было заблуждением, что стало не единственным на этом мероприятии.

Странно, но только слепой не заметил бы ту гамму странных чувств, что отражалось на лицах людей, встречающихся с Лордом взглядами. И без того узкие глаза японцев, натыкающихся на кафтан Лорда, щурились ещё больше; практически каждый при встрече успевал пробежаться по нему взглядом с выражением подозрительности, любопытства и сомнения.

Происходило что-то непонятное. Может, от Лорда плохо пахло? Хотя… едва ли. Дело было явно в чём-то другом.

Один из гостей, взяв в руки бокал с шампанским, поглядел на толстяка.

— Так вы тот самый… Иван Голицын? — в голосе его читалось сомнение и даже лёгкое недоумение. — Наслышан, наслышан. Наверное, я должен сказать, что рад знакомству, но… знаете, у меня такое чувство, будто вы не должны тут находиться, знаете… будто мы где-то уже виделись. И даже заочно успели попрощаться.

Ну, да. Дело далеко не в запахе. Несмотря на то, что в Лорде едва ли можно было признать русского мафиози, только выбравшегося из России, его образ явно был из числа тех, что хорошо врезаются в память.

Кио Токугава хмыкнул и покачал головой.

— Вот только мне так не кажется. Я стою там, где должен.

Лицо оябуна резко переменилось. От натужно-доброжелательного до презрительно-желчного.

— …отвечая на ваш второй вопрос, господин. Увы, последние несколько дней я только и делаю, что знакомлюсь с людьми из вашей страны, — правдоподобно продолжал Лорд. — Но такое лицо, как ваше, я бы точно запомнил.

Оябун, сжав зубы, заморгал в ответ на реплику Лорда и чуть наклонил голову; видимо, толстяк попал в точку, выразив в голосе ответную неприязнь. Впрочем, не только этот оябун испытал нечто подобное: на Лорда уставились все, кто находился рядом, не понимая, как один из русских мафиози может вести себя подобным образом.

…и да, теперь стоящий перед ним не так сильно пытался понять, где именно его видел.

— Не советую так болтать про моё лицо, господин Голицын, — оябун нехорошо сощурился и показательно хрустнул пальцами. — Если только вы не фотограф.

Так себе шутки у этих придурков. Лорд скользнул взглядом по нему; второму мужчине в костюме, припавшему к периллам и глядевшему не столько на толстяка, сколько на его кафтан; наконец, взгляд его остановился на первом, что успел заметно напрячься.

Хм. Помнится, Шин обещал, что всё должно пройти гладко, но… как-то не похоже.

И да, кстати, а где, собственно, сам Шин?

— Я тебя запомнил, — решил закончить разговор толстяк. Повернулся в сторону центра зала и пошагал туда с гордо поднятой головой.

После чего получил в спину:

— Сука, я думал, этот русский сдох давно…

Ладно, плевать на Шина. Проблемы были посерьёзнее. Толстяк продолжал чувствовать кожей, как притянуты к его кафтану все взгляды присутствующих. И всё бы ничего, ради задания можно потерпеть. Вот только все и делали, что испепеляли его своими натужными взглядами.

Знать бы, что настоящий Иван Голицын сделал этим людям, было бы проще парировать в разговорах.

…но спасение случилось раньше, чем кто-то ещё подошёл к нему вновь. Двухстворчатые двери, ведущие в зал, внезапно распахнулись; и в помещении заиграла похоронная мелодия.

Открытый гроб — с главой преступного клана Мимуро Кондо внутри — тут же показался в проёме. Все затаили дыхание; те, кто сидел, поднялись со своих стульев.

Что ж; теперь станет легче плыть по течению этикета. Лорд спокойно обернулся, глядя, как слуги несут гроб в центр зала.

Следом за гробом шёл сам Нобору Кондо. О, этот мальчуган просто светился от счастья. Спокойствие, сдержанность, элегантность так и сочились из него — просто копия Мимуро. В сопровождении дюжины разодетых в чёрное преступников он безмолвно и чётко направлялся за колонной, несущей гроб отца.

«Отлично, отлично. Надеюсь, Шин не лежит сейчас избитый в тёмном сыром помещении и не глотает свои собственные зубы» — думал Лорд, поправляя кафтан.

Глава 18

Зал, в котором состоялась церемония прощания с Мимуро, был просто огромным. Тедзо в роли Иширо Муросаки — японского авторитета, обычно скрывающегося в тени, стоял неподалёку от Тору-сана — Томаса Крауца.

И оба пытались выискать глазами толстого Лорда в красно-золотом кафтане.

Уже с минуту на глаза не попадалось ничего, хоть немного напоминающего русскую мафию. Люди клана Кондо и гроб вынести успели, а Лорда сыскать так и не получалось.

Пока священник упокаивал душу умершего, лже-гости искали союзника, как можно менее заметно скользя мимо кучи продажных аристократ. Люди то и дело обращали на них внимание; кто-то поднимал бокал в знак приветствия, кто-то же и вовсе пытался завести диалог.

— Мне сказали, на церемонию явится сам Иширо Муросаки. Дворецкий сказал, что это вы, — очередной оябун, скрывающий татуировки за дорогущим смокингом, приветствовал Тедзо. — Рад знакомству. На самом деле, преступная жизнь настолько сложна, что приходится видеть старых знакомых в лицо впервые.

В прочем, на это Шин и рассчитывал.

— Вы правы, вы правы, — учтивым тоном отозвался Тедзо, продолжая глазами выискивать в зале Лорда. — А вы, полагаю…

— Ямато Хазанаки, — представился гость.

Ямато?.. да ладно, быть такого не может! — Тедзо сделал всё, чтобы его крайнее удивление осталось незамеченным. Ямато Хазанаки — человек, чьё имя было третьим в списке преступников, на которых ведёт охоту Шин. Именно клан Хазанаки стоял у истоков, когда Мимуро только начинал свой преступный путь. Возможно, клан старика Ямато на данный момент находится даже выше по силе, чем род Кондо, после всего случившегося.

— Рад… — сдерживая страх, отозвался Тедзо. — Искренне рад знакомству.

— А я как рад, Муросаки-сан. Когда пришла новость о том, что вас на церемонии не будет, был сильно расстроен, но… — Ямато, продолжая глазеть на Тедзо, опустошил бокал шампанского. — Всё обошлось, я полагаю?

Под тяжёлым, чуть сальным взглядом оябуна Тедзо сдержанно кивнул. Если разговор продлится слишком долго, могут возникнуть подозрения. Этот тип явно не из тех, кто долго думает.

— Ах, совсем забыл, — Тедзо, перехватывая инициативу разговора, обернулся на Тору. — Хочу вас познакомить с моим новым английским другом, Томасом Крауцом. Познакомились в местном баре. Кто бы мог подумать, что англичане так любят выпить!

Ямато мазнул взглядом по Тору и протянул тому огромную ладонь. Судя по лицу, он не особо был рад знакомству. Может, не терпит иностранных гостей?

— Рад знакомству, господин Крауц, — голос его звучал хоть и доброжелательно, но крайне опасно. — Слышал, вы стали виц-губернатором Англии. Имя ваше хорошо известно во всей Японии, скажу вам честно.

Тору состроил недоумённое лицо, показательно делая вид, что ни черта не понял. Тедзо тут же перевёл на английский. После перевода «Крауц» тут же заулыбался и благодарно кивнул. Пока игра в аристократ казалась убедительной.

— Знаете, Хазанаки-сан, — раз дело зашло в тупик, нужно скорее избавляться от неприятностей. — Мы с Крауцом ищем господина Голицына, потому…

— Ивана? — бровь Ямато резко вздёрнулась. — Ха! Этот русский ублюдок и вас успел поиметь?

Поиметь? Так… какого хрена? Тедзо безмолвно глянул на Тору-сана, как бы намекая — мол, думай, как же ответить…

— Д-да, знаете, — неуверенно выпалил Тору. — И меня, и моего английского приятеля. Вот… хотим поговорить с ним с глазу на глаз. С вашего позволения мы продолжим свои поиски… дело не требует отлагательств.

Только бы не спалиться, только бы не…

Губы Ямато расплылись в натужной ухмылке. Спалились?!

— Вы хотите отыскать Голицына? Вам повезло, я вам лично устрою встречу, господа! — восторженно заключил Ямато. — Наберётесь смелости разобраться с ним в этом месте, пока не удрал в свою жалкую страну?

Слово разобраться он произнёс таким тоном, будто на самом деле имел в виду выстрелить в лоб. Так, и что же это значит? — Тору с Тедзо переглянулись.

— …с меня эксклюзивное пойло!

— Да, если вы проводите нас в место поукромнее… — сглотнул Тедзо. Босс ведь прикроет, верно? — Мы будем вам благодарны.

Ямато грозно осмотрелся, взял Тедзо под руку и указал пальцем в сторону одного из коридоров. Поглядел на него в упор и добавил шёпотом.

— Лестница, ведущая в подвал, Муросаки-сан. Я приведу туда Голицына в течение пяти минут, либо же моё имя не Ямато Хазанаки! — последняя фраза была буквально до краёв переполнена ненавистью, ей богу!

Так-так-так. Дело попахивает проблемами, причём очень крупными. Что значит подвал, и почему Голицына успели так возненавидеть всего за полчаса? Шин, сука, если это подстава, я убью тебя! — Тедзо благодарно кивнул и направился в сторону, куда указывал оябун.

* * *

…время текло медленно — даже мучительно. Что Тору, что Тедзо — оба были на нервах. Сам Ямато Хазанаки решил взять этих олухов на понт и заставить порешать своего же союзника.

Либо Ямато до жути тупой, либо… плану Шина конец!

Впрочем, и в той, и в другой ситуации всё прошло так, как должно было. Нельзя так просто врываться на вечеринки, называясь другим именем, и без проблем выполнять задания.

— Это Лорд? — прошептал Тору, искоса глядя на идущего в кафтане толстяка, сопровождаемого господином Хазанаки.

— Он, — коротко подтвердил Тедзо, поправляя костюм. — Ладно, сделай вид, что хочешь его прикончить.

Лорд Кио Токугава, судя по его лицу, сам был не в восторге от столь жуткой компании. Но, сука, даже он не смог сказать ничего человеку уровня Ямато Хазанаки. Да… этот высокий тип с густыми бакенбардами внушал чуть ли не ужас.

Оба шли в сторону гостей, и оба осторожно оглядывались. Возникало такое ощущение, будто Ямато даже и не думает о том, что сам своими же руками загоняет себя в ловушку — ищет место поукромнее, собирает всех подставных гостей и туда же отправляется вместе с ними.

— Господа, — Ямато оглянул всех стоящих сальным взглядом, демонстрируя им Лорда. — Думаю, никто из вас не нуждается в представлении.

Лорд, не говоря ни слова, с вопросом в глазах посмотрел на двух других своих приятелей, на что те еле заметно пожали плечами. Эта встреча продолжала казаться невероятно странной.

.-..прошу за мной, друзья, — Ямато пошагал дальше, вниз по лестнице. — У меня для вас есть кое-какая просьба.

Это ловушка?! — думал Тедзо, кивая и идя следом за Ямато. Нет, считать это действие ловушкой то же самое, что и не доверять Шину. А подобное исключено. Скорее всего, это просто совпадение. Единственный вопрос в том, какого чёрта Лорд так просто согласился пойти с Ямато? Зная толстяка, можно было сказать с точностью, что тот устроил бы скандал.

— Хазанаки-сан, — оглядываясь, обратился к оябуну Тедзо, — как же… охрана?

Высокий мужчина с густыми бакенбардами мотнул головой, улыбаясь. Если вообще это можно было назвать улыбкой.

— Никакой охраны, — заключил авторитетный оябун. — Все люди, что патрулируют дом, из моего клана. Поэтому бояться нечего. Один щелчок пальцев, и никто ничего не знает.

Голицын за это время успел достать из-под кафтана кастет и накрыть его поверхность слоем маны. Остальные сделали вид, что ничего не заметили; Ямато и вовсе натужно хмыкнул, не сбавляя ход.

И как только на глаза компании попалась приоткрытая дверь, на которой была надпись «зал для тренировок», нога «Голицына» резко осталась витать в воздухе над полом, а рука замахнулась для удара. Только бы ничего не испортил, толстяк. Сейчас каждый на волоске от гибели!

— Хазанаки-сан, вы уверены, что мне стоит идти с вами? — Лорд сощурился. — Вы сказали, что хотите показать мне то, что я обязательно куплю у вас за любые деньги.

А. Ааа… так вот как толстяка приволокли в это место. Теперь всё стало более ясно.

— Прошу в зал, господин Голицын, — Ямато ни на секунду не покидала уверенность в том, что всё идёт по его плану. — Или вы мне… не доверяете? — Ямато натужно улыбнулся. — Осторожнее, господин. Вы ведь можете и оскорбить меня. Снова.

Снова?! — Тору с Тедзо вновь переглянулись.

Казалось, Лорд уже осознал всю свою беспомощность. Тут оставалось лишь кивнуть и продолжить путь — что он, впрочем, и сделал.

* * *

Желания и возможности. Что может быть печальней пропасти, раскинувшейся между ними? Особенно, если твои возможности относятся к твоим желаниям примерно так же, как… ну, например, встречная полоса на трассе относится к той, по которой ты движешься?

Ханна Нагивара, не пробыв в особняке и пары дней, уже ненавидела это место и искренне считала себя совершенно несчастным человеком. Все кругом не уставали твердить ей о том, как повезло ей понравиться отпрыску столь знатного человека. Какая это честь и привилегия.

Но фокус в том, что Ханна ещё с первого дня встречи с Нобору Кондо поняла одно: в гробу она видела все эти отношения с подобными ему людьми. Что и говорить, в каждой второй комнате особняка пахло дымом сигарет. Наркотиков же в этом доме, казалось, было больше, чем во всей Японии в целом. Сальные взгляды гостей, муштра и придирки по каждому поводу…

Её уже называли госпожой Кондо! Ох, это было просто невыносимо.

Честь и привилегия, как же. Повезло, чёрт возьми! О, да… ещё как «повезло»! — думала девушка, спускаясь по главной лестнице, ведущей в церемониальный зал, и периодически салютуя гостям.

..Ханна ненавидела это «везение». Ханна ненавидела преступные кланы и всё, что с ними связано. Больше всего на свете она мечтала остаться в этом мире одной, ни от кого не зависеть, самой отвечать за свою жизнь.

И сейчас первый шаг к независимости был сделан — мысли о том, как на данный момент важно подвести отца, были особенно сильны.

А что до помолвки с Нобору… да, отец не раз напоминал ей о том, что это шанс рода вновь вернуться к величию, к тем временам, когда Дензо был почётным Графом и обладал огромными возможностями как для себя, так и для своих близких.

Но это лишь… ложь и грязь.

Всё, начиная от выцветших фамильных портретов и заканчивая её играми с Нобору, было перемазано в грязи. Теперь не получалось даже улыбнуться, вспоминая о том, что с ней будут делать здесь на протяжении оставшейся жизни.

Преступники никогда не обретут власть, а отец… его просто вокруг пальца обводят.

Так что условия, поставленные Шином, казались сейчас бесконечно малой ценой за то, чтобы избавить свою жизнь о набивших оскомину преступных правил, рабства и бесконечной грязи интриг и интрижек.

Несмотря на то, что попытка сбежать казалась необдуманной и практически невозможной, она не могла сидеть на месте сложа руки. Лучше попытаться и пожалеть, чем жалеть, что не пытался.

Что ж. Попытка была совершена.

И пока, к сожалению, удача к Ханне лицом не поворачивалась.

Спуститься с шестого этажа на первый было сложнее, чем казалось: в особняке клана Кондо собралась лучшая охрана от клана Хазанаки — самая бдительная, самая неподкупная. Единственное, что позволяло обходить её — ложь. Приходилось врать, действовать точно и хитро, буквально скользя по лезвию ножа.

К тому же Ханна была уверена, что охрана вмешается в её хождения по дому с минуты на минуту, поэтому вдобавок действовала и быстро. Быстрый рывок по коридору в сторону неприметной лестничной площадки, милая улыбка прошедшему мимо гостю и очередное ускорение.

Остановившись, Ханна нервно оглянулась. Даже несмотря на все предосторожности, она крайне волновалась, и шумящая в главном зале толпа преступников вокруг неё уверенности не добавляла.

Тем не менее, она постаралась вспомнить всё, что попалось на глаза ещё вчерашней ночью.

Церемония — идеальный момент, чтобы действовать. Странное время, полное непонятных событий, что лишь усиливают напряжение. Баланс между преступными кланами стал шатким, как никогда. После смерти Мимуро расстановка сил изменилась, и все кругом готовы вцепиться друг другу в глотки ради лучшего будущего для своего клана.

И, как ни странно, в центре всего — какой-то там наглый подросток Эйджи, он же Шин Нарита.

Надо же…

Так, убрать из мыслей Эйджи; первым делом нужно спрятаться.

Чтобы карточный домик клана Кондо посыпался, на него достаточно было просто дунуть. К сожалению, эта задача выпала именно ей. Шин — главный конкурент клана Кондо на токийской арене, и если в среде якудза всплывёт информация о том, что именно Шин похитил будущую жену Нобору, то о Ханне забудут. Именно поэтому под подушкой она оставила письмо, написанное от имени Шина.

«Прости, Нобору, но Ханна принадлежит только мне © Ш. Нарита» — так она, вроде, написала.

Спустившись по неприметной лестнице в подвал, она осмотрелась и продолжила путь, не найдя там охранников. Коридор с мигающими лампами, куча неприметных дверей, ведущих в неприметные помещения. Похоже, особняк клана Кондо занимал больше места, чем можно было бы подумать.

Эти коридоры походили на настоящий лабиринт. Что ж. Тем удобнее для её дела.

Странно, конечно, что в подвале нет никакой охраны. Впрочем, сейчас беспокоиться нужно не об этом.

«Ну, вроде, я уже начинаю забывать, откуда пришла» — думала она, осознавая, что дальше идти не стоит. Вот только практично ли прятаться в зале для тренировок? С одной стороны, есть возможность для маневра в случае провала, с другой же…

А если там кто-то есть?

Нет, быть такого не может, никто не стал бы пропускать церемонию прощания с Мимуро — Ханна осторожно дёрнула за дверную ручку, и дверь почти бесшумно отворилась.

Свет в помещении включен. Даже как-то странно. Ханна на миг замерла на пороге, робко оглядывая тренировочный зал. Впрочем, отсюда ей открывался лишь тесный и тускло освещённый, как и коридор, предбанник, что упирался в тонкую ширму, отделяющую его от основной комнаты.

Ханна уже была готова шагнуть внутрь, когда…

— Риски, Тору-сан… разумеется. Большие риски. И я прекрасно отдаю себе отчёт о том, чем это может обернуться для нас. Но…

Ханна замерла на месте, расширив глаза от неожиданности и испуга.

— …либо сейчас, либо никогда, Тедзо. Третьего не дано, — заключил сухой и мрачный, практически траурный голос.

— Разумеется, но… ты же понимаешь, кто он такой? Единственный, кто может сделать всё быстро и чётко это босс. Но… во-первых, он не берёт трубку, во-вторых, оцени риски ещё раз. Подумай, что под удар попадём не только мы с тобой, но и весь наш план.

Ханна всё ещё стояла неподвижно. Внутри неё боролись два желания — поскорее уйти отсюда и подслушать разговор. Может, новая информация как-то поможет ей избежать многих проблем? И вообще, кто эти люди?

Голоса, впрочем, казались ей взрослее, чем должен был звучать голос Нобору.

— Весь наш план? — первый голос хмыкнул, но в этой усмешке не было ничего смешного. — Весь наш план утерял свою принципиальность из-за этого «русского ублюдка», Тедзо. Я знаю, что если мы его отпустим, другого шанса убить его уже не будет.

— А если завалим его сейчас, — резюмировал второй, — то есть ещё запасные выходы?

Завалить? Кого? Они планируют убить одного из гостей? Что?

Так, ладно. Она услышала достаточно, пора валить отсюда. Ханна медленно, стараясь раствориться в пространстве и не издавать вообще никаких звуков, отступила на шаг, другой…

И почувствовала, как упирается в кого-то.

А вот и охрана.

Потная, немного мягкая ладонь сжала её запястье до боли. Не говоря ни единого лишнего слова, тот, кто стоял позади Ханны, потащил её внутрь.

— Господа, — произнёс он свою первую и последнюю реплику за весь диалог, вталкивая Ханну в помещение за ширмой. — У нас незваные гости. Девчонка подслушивала.

Два взгляда тут же уставились на неё — подозрительных, мрачных и донельзя злых.

Нет, это не люди Нобору — никто из них. Кажется… это одного из них она видела в машине. Он ещё подвозил из школы Шина. Ну, и ещё двое незнакомых, но очень походящих на злых преступников.

Впрочем, один из союзников Нобору в зале тоже был. Кинув короткий взгляд на связанное тело, лежащее на татами, Ханна шумно сглотнула и поджала губы.

Ямато Хазанаки сейчас напоминал скорее залитую кровью грушу для битья, чем гордого главу могущественного клана. Кровь на его лице ещё не успела запечься, под глазом выглядывал огромный синяк. Сам же оябун лежал без сознания.

Те, кто стоял над ним, переглянулись — и кивнули друг другу.

— Это осложнит дело, — сообщил тот, которого Ханна не смогла опознать — судя по репликам, кто-то из людей, не любящих Ямато Хазанаки. — Но ненамного.

— Пожалуй, что так, — согласился второй, самый старший из собравшихся в комнате; после чего шагнул вперёд. — Главное, чтобы никто не нашёл её до того, как дело будет сделано. А там уже никто не обратит внимания на такую мелочь.

Не нашёл? Нет, стойте…

Умом Ханна понимала, о чём они говорят, но душой всё ещё не хотела верить. Всё плохо. Жирдяй за спиной крепко держал её, а слова застряли в горле.

— Решай быстрее, — откликнулся тот, что сзади, глядя на собеседников; теперь ни он, ни остальные даже не смотрели на Ханну. — Если дела приняли такой оборот, значит, времени у нас ещё меньше, чем мы думали.

— Возможно, стоит допросить её? — предположил самый молодой.

«Тедзо», вроде, поглядел на Ханну пару секунд — и покачал головой.

— Да и неважно, кто она и как оказалась тут, — пожал он плечами. — Судя по одежде, кто-то из мелких аристократ, просто забрела не туда. Важно другое. Она слышала слишком много, и может помешать планам.

— Хорошо, — кивнул второй. — Но если мы хотим действовать быстрее, то прятать труп придётся вам.

Труп?!

Не то, чтобы она не понимала этого раньше. Ханна задёргалась, попыталась что-то выкрикнуть, но бугай за её спиной одной рукой перехватил её тело — так, что не вырваться — а другой зажал рот. Ханна сдавленно замычала.

— Просто оставить в какой-нибудь из этих комнат? — предложил старший. — Если уж действуем быстро…

Всё ещё громко мыча, Ханна попыталась дёрнуться в сторону, но это было бесполезно; шкаф, державший её, смог бы уложить на обе лопатки слона.

— Если она сунулась сюда, мы не можем быть уверенными, что за ней не явится ещё кто-нибудь, — злобно отрезал толстый. — Может, эти придурки уже потеряли своего приятеля и решили поискать его.

— Вот поэтому я и предложил допросить её, — кивнул другой.

— Да? А если поднимет крик? Слишком велики риски, которые и так…

— Но что, если она всё-таки из знатных? Тогда её пропажа не останется незамеченной…

— А Ямато, бл*ть, не из знатных?! — не выдержал старший. — Пропажа в любом случае останется незамеченной. Босс сказал, мы тут для того, чтобы выискивать людей из его списка. Задание выполнено, остальное за ним!

Ханна замычала снова, пытаясь вырваться. Вот он, её шанс! Они не будут убивать её, если поймут, кто она…

— Она? Из знатных? — хмыкнул толстый. — Не смешно. Я знаю всех по-настоящему знатных в лицо, а это просто какая-то девчонка в толстовке.

Ханна почувствовала, как кровь отливает от лица, как ноги наливаются мерзкой ватной слабостью. Она судорожно дёрнула рукой, цепляя край капюшона и сдёргиваю его с головы; затем клацнула челюстью, кусая толстяка за ладонь — и, когда тот одёрнул руку, выдохнула.

— Вы что, ослепли? Я Ханна Нагивара! Вы не посмеете…

…в этот раз она даже не думала о том, что у неё удастся затаиться. Сейчас бы выжить.

* * *

Сколько прошло времени, пока я тут лежал? Не знаю. Впрочем, это уже неважно.

Я, поднявшись с холодного пола, оглянулся. Дверь за спиной была приоткрыта, кость Адама лежала в том же положении, что и раньше. Кучка стариков-алхимиков, дремлющая в тёмном углу, тоже.

Хотя… нет, один из них всё же успел очнуться. Он, как ни странно, сидя рядом со своими сородичами, внимательно рассматривал меня, проходясь глазами с головы до ног. Казалось, будто старику даже любопытно, что это я такое сделал с костью Адама.

Я решил тоже не оставаться в долгу. Это была моя первая возможность проверить, насколько ухудшилось зрение, и рассмотреть старика в деталях. Что ж, видеть я всё ещё мог — старик производил ровно такое же впечатление, как и в отключенном состоянии — вынужденная молчаливость, скромная умеренность в поведении и так далее…

Мы молча смотрели друг на друга, наблюдая — а затем я подкинул ему чернила, прерывая молчания.

— Напиши, кто такой и как попал сюда? — мой голос зазвучал слегка надтреснуто.

Старик не стал противиться после всего увиденного — дрожащей рукой он подобрал чернила, прислонил их к бетонной стене и вырисовал пару иероглифов, означающих «заложник».

Неплохо, неплохо.

Сомнений не оставалось. Якудза и впрямь решили подтянуть свои знания алхимии. Но способы у них были, скажем так, зверские.

— Как тебя нашли? — продолжал я допрос, разминая шею.

Старый вновь черканул по стене. На этот раз написал «выкуп».

Нда, нетрудно догадаться, о чём идёт речь. Я помню, как натыкался на оябунов, держащих у себя в заложниках людей, обладающих алхимией. Да, раньше таких было в десятки раз больше, но Роран, судя по всему, стал одним из тех, кто тенденцию эту искоренил.

Думаю, именно поэтому мне удалось найти лишь пятерых вместо сотни таких.

Я развернулся, собираясь было уйти. Но тут же, чуть подумав, остановился и поглядел на алхимика в полуобороте.

Ну, что… продолжаем дело Рорана?

— Свободы хочешь?

Старик, часто заморгав, осторожно отложил чернила в сторону и сложил ладони на коленях. После чего с неким неуверенным подозрением в глазах коротко кивнул.

— Буди своих сородичей и жди команды, — заключил я, вырисовывая на кости Адама печать обратного призыва. Печать мог изображать без физического контакта — одной лишь энергией камня.

В этот раз призову его в место, где концентрация якудза чуть меньше.

Оставив старика обдумывать услышанное, я развернулся и зашагал в сторону выхода. Больше на немого не оборачивался. Тихо приоткрыв дверь, шагнул наружу. Коридор продолжался, освещённый красноватыми лампами; по обе стороны от него тянулись двери.

— Вы что, ослепли?! — донеслось до меня откуда-то из поворота. — Я Ханна Нагивара! Вы не посмеете!

…старые знакомые? Вот так встреча.

Улыбнувшись промелькнувшей мысли, я зашагал на звук, стараясь ступать потише.

* * *

— Стой.

Толстяк в красном кафтане, тряся укушенной рукой, собрался уже было схватить Ханну и снова заткнуть ей рот — крик на нервах получился слишком уж громким — но тот, что помладше, неожиданно остановил его короткой командой.

Неужели получилось? — Ханна замерла в ожидании.

— Действительно, — протянул оябун, с недобрым прищуром глядя на Ханну. — Госпожа Нагивара… знаете, теперь вопросов у нас стало ещё больше.

— Так задавайте, — сердито предложила Ханна, глядя, как толстяк становится у дверей, не давая ей сбежать.

Что угодно, любые вопросы… всё лучше, чем если ей быстро свернут шею. Ханна старалась не показывать страха, но внутри её буквально трясло.

— Что вы здесь делаете? — осведомился преступник.

Ханна пожала плечами, оправляя капюшон.

— Хотела встретиться с…

Её взгляд — а через секунду и прочие взгляды в комнате — упёрлись в окровавленное лицо Ямато Хазанаки, лежащее на полу.

— Что это значит? — голос Ханны снова начал дрожать. — Почему он… здесь?

Оябуны переглянулись.

— Думаю, вы могли бы понять из услышанного, госпожа Нагивара, — заметил страший. — Это Ямато Нагивара. У нас возник небольшой конфликт.

Ханна слышала о таком человеке, о том, что его страшится чуть ли не каждый второй аристократ… но вот так просто взять и избить столь жуткого человека? Эти трое… кто они вообще такие?

— Вопрос не в том, что он тут делает, — снова заговорил мужчина после секундной паузы. — Вопрос — по прежнему — в том, что делать с вами, госпожа Нагивара. Даже стоя тут здесь и сейчас, вы уже представляете опасность для нашего плана. Один только этот ваш крик…

— Стойте! — Ханна еле заставила себя говорить тихо. — Я…

— …тем не менее, — продолжал оябун. — Вы можете быть нам даже… полезны. Если, конечно, согласитесь сотрудничать.

Ханна быстро закивала… а затем замерла. Что? От неё хотят, чтобы она участвовала в убийстве?

Нет-нет-нет. Если этот Ямато и впрямь такой опасный, то что сделают с ней за покушение?

— Это самоубийство, — она покачала головой. — Как вы не понимаете…

— Да что вы говорите, — едко и зло фыркнул тот, что по одежде напоминал англичанина. — Самоубийство? Может быть. Но узкоглазая мразь не оставила нам выбора. Ямато должен сдохнуть, даже если это будет последним, что мы сделаем в этом особняке. А вы, госпожа Нагивара, либо с нами, либо против нас. В первом случае нам нужны гарантии; нужно, чтобы вы были замазаны в этом не меньше остальных. А во втором…

— О, так вы поймали Ямато Хазанаки?

Голос, раздавшийся от двери, заставил всех вытаращиться, а толстяка — обернуться.

— Ханна права, будет поднят слишком большой шум, — заметил тип, скрывающийся за широкой спиной толстяка в кафтане.

Двое, стоящих над Ямато, ничего не отвечали; они коротко переглянулись, впадая в полный ступор.

— Что смотрите? — невинно произнёс тип, прячущийся за спиной бугая. — Если вы тут собрались тайным клубом любителей поубивать оябунов, то, во-первых, стоило бы не орать об этом на весь коридор, а во-вторых, ну, не знаю, банально запереть дверь. Странно, что вас, придурков, ещё не поймали.

Он покачал головой.

— Да и вообще, какого хрена вы тут втроём делаете?

— Бос-с-с… — тихо, но невероятно экспрессивно прорычал тот, что постарше. — Какого… хрена ты не берёшь трубку?!

Босс?! Ханна обеспокоенно поглядела за спину русскоподобного толстяка, который деловито глядел назад, на, так называемого, босса — и, чуть прищурившись, застыла на месте. Это Эйджи? Или от бесконечных мыслей ей уже мерещится?

Другие продолжали смотреть на него так же злобно; впрочем, во взгляде каждого, помимо злости, мелькало ещё и что-то… вроде облегчения.

Парень устало вздохнул, занёс руку в сторону Ямато Хазанаки.

Револьвер во мгновении оказался в руке Эйджи; одним движением он открыл барабан и приподнял ствол — так, чтобы все патроны вывалились. После чего ловко подхватил один из них, сунул обратно и…

Выстрелил в Ямато Хазанаки.

Точно в лоб — так, чтобы у того не осталось никаких шансов выжить.

— …так вот, — спокойным тоном продолжил он, подходя ближе к трупу. — Спрашиваю ещё раз… какого чёрта вы тут втроём делаете?

Казалось, замерли абсолютно все.

Глава 19

Граф Роран Хатано, опираясь о капот автомобиля, медленно обводил взглядом квартал Симо-Катдзава. Тихий и спокойный район казался абсолютно безобидным — таким, будто в нём нет ничего беззаконного.

Судя по отчётам разведчиков, здесь хватало всех; и действительно серьёзных людей, и всякой мелкой шушеры, хватающейся за каждый шанс вписаться в высшее преступное общество.

— Как тебе район, Арчибальд-сенсей? — Роран коротко посмотрел на худощавого старика в новеньком костюме. — Ты ведь когда-то был начальником охраны клана высшей аристократии. Не встречался с этим местом?

Арчибальд стоял неподалёку и с не меньшим любопытством озирал всё вокруг.

— Этот квартал в годы моей молодости принадлежал клану Одзима, — рассказывал старик. — Сейчас тут, конечно, всё немного изменилось.

— Быстро, однако, летит наше время.

…но вот с остальным тут, кажется, было не очень. С виду небольшой, но показательно богатый квартал Симо-Катдзава словно был окружён невидимой стеной — народ огибал это место, стараясь не приближаться слишком близко.

Слухи, или тут и впрямь происходят ужасные вещи? — казалось, будто этот пустой, довольно мрачный на вид район пугал всех до усрачки.

Рорана, впрочем, это совершенно устраивало. Стоя, он держал в одной руке раскрытый блокнот, в другой — остро заточенный карандаш, и, казалось, был совершенно сосредоточен на них, не замечая ничего вокруг.

— Ну да. Пустой квартал… как же. — Роран незаметно хрустнул шеей, заметив, как ему навстречу направляются незнакомцы — татуированные типы, оглядывающиеся по сторонам и извергающие неслабую ману.

— Это лишь охрана, ничего больше, — отозвался Арчи, пожимая плечами. — Самое интересное в главном особняке.

Раз, два, три… десять крупных мужчин в дорогих костюмах остановились в паре метрах от Рорана и, казалось, абсолютно не страшились ничего. Даже по взглядам их сейчас можно было понять — якудза чувствуют в этом месте себя превосходно.

— Господин, — на лице одного из оябунов повисла натужная улыбка — одновременно почтительно-вежливая и в то же время уверенная в себе настолько, чтобы не быть подхалимской. — Чудесный вечер, не так ли?

Роран молча поднял на него вопросительный взгляд; карандаш, созданный из кости, не переставал двигаться в блокноте с невероятной скоростью, словно руки Графа работали отдельно от его сознания.

Около полусотни бойцов в это время успели ступить на улицы квартала Симо-Катдзава словно по приказу. Будто каждый из них то и делал, что ждал у своего порога врагов. Впрочем, для того чтобы квартал снова опустел, оставалось лишь подать небольшой знак своим солдатам.

Один неприметный знак — и вся местность покроется реками крови. Роран поджал губы в предвкушении.

— Господин, — повторил лысый, продолжая глядеть на Графа всё с тем же выражением лица. — Я хотел бы попросить вас покинуть местности квартала Симо-Катдзава, ибо ваш автомобиль… кхм… перекрывает дорогу.

Рука Рорана продолжала двигаться в блокноте с той же скоростью, не запнувшись ни на секунду, а сухой вопросительный взгляд по-прежнему был направлен на лысого ублюдка. После его вопроса не изменилось ничего, кроме лёгкого изгиба брови Графа.

Между тем, улыбка оябуна стала чуть шире. Он оглядел своих союзников — и те разом зашагали в сторону Рорана.

Эти мерзавцы сильны. Они явно понимают, кто перед ними стоит, но даже не стараются скрыть страха в глазах! Неужели они настолько уверены в себе, что и не думают сдаться? — Роран продолжал молчать, концентрируясь лишь на своём блокноте.

— Молчите… хорошо. В таком случае, позвольте представиться, — продолжал лысый. — Хаташи Хазанаки, начальник охраны клана Ямато Хазанаки — одного из сильнейших кланов Токио и старейшей военной династии Японии.

Самодовольный взгляд Хаташи упёрся в равнодушные глаза Рорана. Может, он всё же сомневается в себе? Он ведь не может сейчас так просто атаковать Графа? Только потому, что машина его преградила мизерную часть широкой дороги?

Но, похоже, именно это сейчас и происходило — и это настолько сбивало с толку, что Роран просто моргнул глазами, не зная, чего ожидать. Оябун же в это время нервничал не меньше — он еле сдержался оттого, чтобы оглянуться на своих союзников, дабы проверить их готовность к бою.

Разумеется, все делали вид, что не собираются атаковать — начиная от Хаташи и заканчивая остальными. Роран мог как раз видеть их краем глаза; пара человек медленно огибали его автомобиль. Он чувствовал, как из взгляды направлены на него.

Впрочем, плевать. Неважно, что будут делать они — важно, что печать практически завершена. Покрыть себя защитной печатью из высшей алхимии, усилить все и без того уникальные физические данные и создать новый поток маны, который ускорит процесс пополнения энергии и уменьшит временные отрезки между её всплесками…

Почему бы и нет?

…и всё-таки квартал Симо-Катдзава — это целая крепость, имеющая свои структуры и правила. Сравнивать этих людей с теми подхалимами, которых ранее убивал Роран, было глупо.

С другой же стороны, нынешний Роран — другой человек.

Даже если он стал старше, концентрация маны в его теле увеличилась в сотни раз, а физическая сила и потенциал… в десятки. Так или иначе, тело было развито настолько, насколько имело возможность развиться.

— Как вы можете понять, — продолжал Хаташи после лёгкой заминки, — Ямато Хазанаки не последний человек в стране, и игнорировать моё присутствие не так просто, как вы думаете. И сейчас у меня как рах такое чувство, что вас не волнуют мои слова…

Роран пожал плечами, будто не знает японский.

— …и, если это продолжится, вам определённо понадобится наша помощь, — заключил начальник охраны менее дружелюбно. — Вести дела с такими как Ямато Хазанаки — большая честь, и…

Оябун осёкся на полуслове. Он чуть сощурил глаза, склоняя голову вбок.

— Господин Хатано? — моргнув пару раз, уточнил начальник. — Вы… так и не ответили. Если вы не покинете это место, мне придётся применить силу.

Довольно странно слушать вежливый (уже менее, но всё же) тон от человека, один из хозяев которого погиб от оружия Рорана. Но здесь Хаташи выразился довольно чётко, хоть и сдержанно — ещё пара минут молчания, и оябун не станет тратить время на пустые монологи.

…попытка заговорить с Графом была провалена, и это дало время завершить алхимическую печать в блокноте. Хаташи перестал улыбаться, махнул своим товарищам рукой и сделал шаг в сторону Графа, засучивая рукава.

— Как вообще можно быть таким придурком?! — теперь его голос был именно таким, каким и должен быть — ублюдским и наглым. — Тебе сказали убрать свою рухлядь. Мне сколько раз повторить, чтобы до тебя дошло?!

Не зная, что ещё сказать, лысый оябун махнул рукой. Давать приказ, не получив ответа, да и вообще какой-либо внятной реакции, вызывало некую растерянность.

— Ты, полагаю, не знаешь, кто я. Иначе бы при одном лишь моём виде вопил бы из всех горнов, — заключил спокойный, ровный голос Графа.

— …а?

Изумлённый начальник охраны замер на месте, будто и не ожидал, что Граф заговорит с ним именно сейчас, когда он уже почти дал приказ.

— О чём ты вообще?

— Цвета, линии, детали… — Роран почти не шевелился, только глядел на него — пристальным, холодным взглядом, от которого становилось не по себе — и медленно вращал в руках обоюдоострый костяной карандаш. — Всё это добавляет краски алхимическому узору, но… суть печати всегда отчётливо видна ещё на наброске. То, что действительно важно.

Хаташи слегка сощурился, сделав два шага назад.

— Что ты, чёрт побери, такое несёшь?..

Впрочем, реакция у Рорана была такой же… в первый раз, когда тот услышал её от мастера Хоширо.

— Я сделал набросок алхимической печати… Хаташи Хазанаки, — выражение лица Графа было каменным, будто вообще не умело меняться, а эмоции сейчас не были ему знакомы. Он одним движением перевернул блокнот, демонстрируя Хаташи свою работу.

Хаташи вновь заморгал. Старался не показывать удивления; делал вид, что ничего не понял…

Но Роран словно глядел сквозь воду.

— Это печать смерти, Хазанаки-сан, — Граф пытался казаться таким же спокойным, как и прежде. — Твоих жизненных сил должно хватить…

* * *

Всё происходило быстрее, чем кто-то мог отреагировать — слишком быстро. Вот начальник охраны Хаташи Хазанаки стоит перед Графом Хатано, неловко пытаясь угрожать; вот Роран показывает ему рисунок, а вот…

Миг — и Роран исчез, телепортируя своё тело аккурат за спину Хаташи Хазанаки. С виду ничего примечательного не произошло, но… это лишь с виду. На деле же Роран активировал свою печать.

Дикий крик боли прорезал уютную тишину квартала Симо-Катдзава, начисто заглушив звук изредка проезжающих мимо района машин. Узоры — те же самые, что были на рисунке — стремительно прорезались по всей спине Хаташи, и вот уже крики переходят в сдавленные стоны.

Тело оябуна стало стремительно терять в весе, а кожа — бледнеть и покрываться морщинами.

Эффект временный, но довольно практичный — ранее Роран уже приносил жертвы во имя увеличения своего потенциала, но плата была слишком дорога. Сейчас… когда ему были известны все печати старика Хоширо, необходимость жертвовать своим телом в тех же целях пропала.

Люди, окружившие Графа, оцепенели, уже не скрывая того, что планировали сделать. Несколько членов, патрулирующих неподалёку, резко рванули в сторону Графа. Теперь каждый осознал, что сегодняшний день закончится далеко не для каждого.

Свалившись на колени, Хаташи прокашлялся кровью. Глаза его залились кровью, а тело начало потрясываться. Во взгляде так и читалось — «как он это сделал?».

А затем — тело грохнулось плашмя. Первая смерть, служившая знаком для других солдат Графа… выжидающих. Война за артефакт началась.

* * *

— Я повторюсь, пожалуй, — я оглянул стоявших позади меня посредников — а именно Тору, Тедзо и Лорда Кио. — Какого. Чёрта. Вы тут делаете?

Парни замешкались — будто не знали, как объяснить то, что объяснить практически невозможно. С одной стороны, казалось, я должен быть горд за них, ведь они привели мне не абы кого, а одного из опаснейших противников — Ямато Хазанаки.

С другой же… я на то и разделил этих идиотов, чтобы в случае чего один смог вытащить другого и так далее… сейчас же вся моя мафия находилась в районе пары квадратных метров друг от друга. Риски погибнуть на данный момент возросли в десятки… а то и в сотни раз.

— Шин, этот тип… господин Хазанаки… сам собрал нас, — зло прошептал Лорд в потном кафтане. — Слушай, я и впрямь не думал, что так выйдет. Сейчас уже ничего не изменишь, поэтому давай убираться уже, а?

Не удивлюсь, если на выходе из лестницы нас уже ждёт целый отряд охраны этого типа. Я пристальнее поглядел на лежащий труп Ямато Хазанаки, прокручивая в голове способы скрыться как можно тише и как можно удачнее.

Первая проблема — кость Адама. Её нужно было выволакивать так, чтобы не возникло вопросов… ни у гостей, ни у охраны. Каким бы я лошком в их глазах ни казался, штуковина, излучающая целую массу маны, дала бы о себе знать безусловно.

Сука, кто бы мог подумать, что эти придурки начнут убийства с главы одного из сильнейших кланов всей Империи? Почему нельзя было начать с кого-то менее приметного? — я устало закатил глаза.

— Я никак не планировал оказаться с вами в одной комнате… ещё и *баным трупом! — прервал я молчание.

— Босс, ты же только что убил его, — хлопая глазами, констатировал Тору-сан.

Я почесал свой массивный выбритый подбородок, оглядывая собравшихся так, будто смотрел на какой-то диковинный террариум с экзотическими змеями — одновременно с долей удивления, непонимания и недоумения.

Может, они всегда были такими идиотами? Просто раньше… делали то, что велят, а сейчас решили импровизировать?

— Я что, по-твоему, должен был позволить ему проснуться? — говорил я одновременно как шёпотом, так и с экспрессией — размахивал руками и так далее. — Ладно вы — идиоты. Но Ханну-то зачем втянули во всё это?

Лорд Токугава посмотрел на Ханну и, будто вспомнив о том, что она до сих пор находится в «заложницах», осторожно высвободил её из своих влажных теплых объятий; сделал два шага назад и сложил руки за спиной, принимая задумчивую позу.

— Она подслушивала, — наконец выкинул он.

— Подслушивала? — я, сощурившись, обернулся на девушку — взгляд выражал ещё большее недоумение. — Ты… без пары часов, как жена Нобору, подслушивала?!

От фразы «Жена Нобору», мужиков выбросило в жар. Особенно Лорда — красный кафтан в области спины стал… бордовым.

— Я… Эйджи, я… — девушка растерянно заозиралась на всех нас. — Хотела тут спрятаться. Но… сначала они, а потом ты, а потом выстрел… — глаза её на секунду мазнули по трупу. — Эйджи, ты ведь пришёл и убил его, не думая, кто он и с какой целью тут. Правда?

Я уверенно кивнул.

— Напоминаешь робота-убийцу, которому плевать на чужие жизни, — Ханна желчно ощерилась.

А мне лишь осталось закатить глаза. Каждый раз одно и то же — и тут она со своей моралью и нормами поведения в общественных местах. Словно ребёнка отчитала…

Я, оставив её критику без комментариев, развернулся и осторожно приоткрыл дверь, ведущую в коридор. Говорить с ними в комнате с лежащим трупом было не особо приятно, а вот проверить, есть ли люди в подвале…

Странно. Людей не было, зато звуки, что доносились сверху сильно напоминали те, что производят полностью ушедшие в панику уважаемые обществом якудза, преступники, продажные политики и подобные этому сброду личности. Короче говоря, было громко… по крайней мере, для важных похорон.

— Ну, что, господа… — обратно прикрывая дверь, я улыбнулся. — Самое интересное только впереди. Наверху сейчас и без нас довольно весело, потому предлагаю отыскать другой выход из этих лабиринтов. Если у кого есть идеи, он смело может ими поделиться, если нет… идём за мной.

Парни не стали долго думать, синхронно переглянувшись, пошагали в мою сторону. Они вновь оставили Ханну без внимания, ведь та осталась стоять там, где стояла — и на этот раз она была чуть ближе к трупу, чем ко мне.

Ханна хлопала глазами, думая. Благо, это продолжалось не так долго — растерянно оглянувшись, брюнетка наконец осознала, что позади неё нет никого, рядом с кем она хотела бы находиться — и вернулась на прежнее место.

— К-куда?

Я, мотнув головой, ткнул пальцем в потолок.

— Не «куда», а «откуда», — протянул я. — Подальше от этого металлического запаха.

Ханна думала. У нас же не было времени уговаривать.

— Так ты идёшь, или продолжишь прятаться в компании этого… — я хмыкнул, кивнув в сторону лежащего в луже крови Ямато Хазанаки. — Господина?

Мои парни переглянулись, на лицах их возникли глупые улыбки. А сама Ханна… просто буравила меня испытующим взглядом.

— Как смешно… — я серьёзно посмотрел на Тору, разводя руками. — Обхохочешься, бл*ть!

Губы посредников тут же выровнялись.

— Извини, Шин.

Впрочем, меня тоже уже полчаса как не покидало странное ощущение. Будто я и сам побаиваюсь ступить через порог этой комнаты. Что-то, а точнее — чутьё, подсказывало, что, выйдя в свет, я ворвусь во что-нибудь странное и опасное.

Хм. Казалось бы, с чего такие мысли?

…Ханна в это время боролась с самой собой. Уйти, либо остаться — всё, что её волновало на данный момент. Её взгляд прошёлся по мне вновь, а в глазах горело что-то вроде любопытства. Как бы то ни было, всякий отлично понимал, что лучше уж отправиться со мной, чем сидеть с трупом в одном помещении.

— Иду, — наконец тихо выдохнула Ханна, шагая в мою сторону под безмолвными взглядами посредников.

Я молча кивнул ей, и, пересилив себя, шагнул за ширму, в коридор.

* * *

— …этот ублюдок совершенно обнаглел! — Нобору Кондо говорил так, будто вот-вот готов был разорвать всё, что угодно — и даже письмо, лежащее под подушкой Ханны. Вены на лбу парня вздулись, а глаза же залились кровью.

Церемония была прервана из-за неожиданного вторжения Графа Хатано. Не только гости, но и все люди, работающие на них, отправились на защиту квартала Симо-Катздава. Вокруг и около слышались грохоты взрывов, а крики раненых солдат доносились чуть ли не до комнаты плечистого Нобору.

И всё это случилось до коронации, сука! Ублюдки не могли подождать ещё немного, чтобы позволить советникам выбрать своего нового главу!

…что Нобору делал в своей комнате?

Искал свою будущую невесту, чтобы помочь той укрыться в безопасности. Но вот дилемма — ничего, кроме письма с надписью «Прости, Нобору, но Ханна принадлежит только мне» он не нашёл.

— Какого чёрта вообще этому отбросу позволили проникнуть в мой дом?! — парень смял лист одной ладонью и вышвырнул тот в лицо одного из охранников. — Что тут вообще происходит?!

Начальник охраны клана Кондо и один из его подчинённых переглянулись.

— Это невозможно, господин, — мотнул головой первый. — В ваши покои никто не проникал. Что же касается её отсутствия, видеокамеры зафиксировали госпожу Ханну в последний раз на лестнице, ведущей в нижний этаж. А там уже камеры были… отключены людьми клана Хазанаки.

Какого… нет, этого не может быть!

— Зачем она туда пошла?! — разъярился плечистый. — Я же сказал ей сидеть здесь!

— Кондо-сан, мы… не думали, что ей взбредёт в голову подобное.

— Где артефакт, который убил моего отца, идиоты?!

— Там же, где и… — начальник наконец понял, чего так испугался парень. Если Ханна прикоснётся к кости, то в миг будет уничтожена; а помолвку придётся отменить.

Кондо резко рванул в сторону выхода, раскидывая своих подопечных, и буквально выбил дверь с петель. Охрана же, яро призывая действовать осторожнее, последовала следом.

— Я убью её сам! Я задушу эту шлюху своими руками! — орал он, размахивая руками. — Как она смеет делать из меня идиота?!

* * *

— Так… разве мы не должны…

Голос Ханны был необычайно тих и сдавлен.

— Не должны что? — спокойно уточнил я.

Не то, чтобы я не понимал, о чём речь. Но мне доставляло своего рода удовольствие наблюдать за тем, как девушка пытается выдавить из себя несколько слов. От её снисходительно-презрительного выражения лица, от показной неприязни, что запомнилась мне по нашей последней встрече, ничего не осталось.

— Предупредить… моего отца? — наконец решилась госпожа Нагивара. — Ведь если Роран и правда… явится в это место, то войны не избежать.

Я лишь покачал головой, поджимая губы. Похоже, вопрос назревал у девушки все три минуты, что мы отделялись от тренировочного зала.

— Тебя ведь это не волнует, Эйджи, — отреагировала она на моё молчание. — Для тебя убить человека так же просто, как, не знаю… раздавить комара. Внутри тебя ничто даже не шелохнётся. Но я ведь не такая. Каким бы ни был папа, он остаётся моим папой.

А? Шелохнётся? Она сейчас серьёзно? Решила возобновить свои лекции именно сейчас, когда мы сами находимся чуть ли ни на волоске от гибели? — я недоумённо поглядел на девушку.

— Что? Нет, почему…

— Потому что он твой враг, — пояснила она, чуть понижая голос. — А врагов ты уж точно отправляешь на тот свет без капли сожаления.

Я понял этот… способ женского манипулирования. Сейчас Ханна вызовет во мне чувство сострадания к такому ублюдку, как Дензо Нагивара, а я, по доброте душевной, побегу его спасать.

— Жаль, что ты во многом всё же права, — я пожал плечами, сворачивая по коридору. — Я действительно отправляю врагов на тот свет без особых раздумий. И твой отец… знаешь, да мне плевать на этого обмудка, если честно.

Особенно после всего, что он сделал со своей же дочуркой. Использовать её в качестве лестницы, по которой можно забраться на вершину иерархической цепочки, — пожалуйста. Выбросить её на верную смерть одному из опаснейших преступников Токио… — почему нет?

Да её отец тот ещё г*ндон.

Ханна, поджав губы, покачала головой. Она промолчала; привыкшая обычно не лезть за словом в карман, сейчас, от шока всего пережитого она слишком растерялась, чтобы быстро подобрать ответ.

— Ну, — пояснил я, — мы идём уже минуты две — а ты даже не знаешь, куда мы направляемся. Это можно считать за то, что ты со мной в глубине души согласна?

Ханна моргнула.

— Не говоря уже о том, чтобы попросту уйти своим путём, — я хмыкнул. — Я ведь тебя не держу.

Ханна моргнула ещё раз; отвела взгляд и сделала всё, чтобы состроить недовольный вид.

— А с чего мне помогать твоему отцу?

Ответа не прозвучало. Впрочем, мне она могла даже пригодиться. Не Ханна, нет.

Тишина. Именно так — в коридоре повисла тишина; и я не спешил её прерывать. Вместо этого я медленно шёл вперёд и вдумчиво изучал помещения, по которым мы проходили.

Что ж. В первую очередь эти коридоры вели в незнакомом направлении. Всё же нужно быть полным идиотом, чтобы возвращаться в то место, откуда пришёл. Мало того, что сейчас там обстановка более чем напряжена, так и наличие Ханны и трёх посредников рядом не облегчат ситуацию.

Вот только мы уже около десяти минут шли по типичному коридору с рядами дверей в кабинеты или склады, большинство из которых были наглухо закрыты и почти не отличались друг от друга.

Впрочем… как там говорится? Имеющий глаза да увидит?

А когда глаз мало, приходится задействовать кое-что ещё. Со стороны могло показаться, что я просто пялюсь на пронумерованные двери и иду практически наугад, но на деле всё было чуть иначе. Я поддерживал глаза активными где-то на пару процентов, что позволяло мне не только хуже видеть, но и лучше слышать.

А звук на данный момент был единственным путеводителем.

Наконец, я вновь прервал молчание.

— Угадать исход судьбы Дензо не так сложно, — уши всё ещё были навострены, глаза же глядели на профиль Ханны. — У твоего отца только два варианта поступить: вступить в схватку с Рораном, либо… утереться и заткнуться. А поскольку в первое я совершенно не верю, то остаётся лишь дождаться конца вечера. Впрочем…

Секунд пять я молчал, любуясь гаммой противоречивых эмоций на лице Ханны от этого «впрочем».

Не то, чтобы девушка была безнадёжно труслива; в какой-то степени в ней даже чувствовалась смелость. Вот только блеф в тренировочном зале выжал из неё все моральные силы, а полная неопределённость дальнейшего добила остатки. Тут уж не до бравады и героизма.

Плюс этот труп… надо полагать, ещё долго будет сниться ей в кошмарах. Возможно, я не питал к Ямато ни капли тёплых чувств, но стоило признать — смерть была неожиданной даже для такого придурка, как он.

— …впрочем, — закончил я, — вполне возможно, что Дензо останется в живых, а война двух сильных кланов — не самое худшее, что может произойти здесь.

— Ты о чём? — изумилась брюнетка. — Что может быть хуже?

Я самодовольно хмыкнул. В глазах Ханны же бегали вопросы; она смотрела на меня, ожидая, что я скажу.

— Ты узнаешь об этом позже, а пока… — я резко замер; затылок мой внезапно зачесался. Вот и они. — А пока поглядим, кто это так стремительно нас догоняет.

Одного страха мало, чтобы заставить Ханну таскаться за мной весь вечер. Страх прилипчив — он заставляет совершать иррациональные поступки… но страх нуждается в постоянной подпитке. Полчаса спокойствия — и она расслабится.

А потому, если я хочу воспользоваться брюнеткой в качестве билета на свободу, мне понадобится второй рычаг — чувство безопасности.

…шаги тем временем становились громче, эхом отбиваясь от стен коридоров. И чем ближе надвигался незнакомец, тем больше я насчитывал людей, сопровождающих его. Спустя пару секунд томительных ожиданий, из темноты выглянуло лицо плечистого Нобору. Ну, как лицо, тот скомканный багровый кирпич, что стремительно заливался алым.

— Оу… Ханна, это ведь твой жених? Ты бы хоть предупредила, что подстроила всё это… — недовольным голосом пробубнил я, искоса поглядев на Ханну.

— Я ничего не подстраивала, — тут же парировала она, но через секунду осеклась. — Во всяком случае, я не думала, что ты явишься на церемонию.

Ну, да. Я верю… только вот как это меняет суть дела?

— Ах ты ублюдок! — брызги слюней молодого парнишки, кажется, стали достигать моей кожи. — Как ты посмел явиться в мой дом, забрать мою невесту и устроить тут грёбаный хаос?!

Мой взгляд еле заметно скользнул за спину Нобору. Так-так-так, десять человек во главе с начальником охраны? И «это» меня собирается наказывать?

Хотя… ладно, признаю, с начальником будет чуть сложнее.

* * *

Новая глава уже в процессе, а пока вы ждёте, советую почитать книгу моего кумира Бориса Романовского)))

Дельта. Вернувшийся из будущего https://author.today/work/206111

Глава 20

— Господа, — буркнул я, оглянув своих посредников. — Прошу чуть отойти назад. Сейчас будет очень… эпично.

Тедзо и Тору, дёрнув уголками губ в ухмылках, переглянулись. Сделали шаг назад, волоча за собой Ханну, и застыли на месте. Лорд же остался стоять там, где стоял, пока я не взглянул и на него. Два моих пальца дёрнулись — мол, отошёл, не беси.

Сжав кулаки, он тоже сделал шаг назад.

— Спасибо, — я кивнул, оборачиваясь.

Итак, Нобору стоял аккурат передо мной; охрана за его спиной. Посреди охраны начальник — один из самых опасных для меня противников. С ним нужно расправиться чуть позже, а пока…

Вереница оябунов стала медленно расхаживаться по сторонам, окружая. Коридор был узковат для масштабных сражений, поэтому толком этого сделать не вышло.

По одному, сучки — так я сказал бы им в отчаянии, не будь у меня ни шанса на победу. А сейчас я молчал, понимая, что они есть. Отчего мне становилось гораздо проще держать себя в руках. Нога моя чуть сдвинулась назад, позволяя сместить центр тяжести. Руки, укреплённые металлическим каркасом, взмыли в сторону парня, образуя стойку каратиста. Камень на шее стал нагреваться.

Когда я оказывался в подобных ситуациях в последний раз? Хм… наверное, три года назад, в бою с Йокагами.

Сука, и даже там у меня был план «Б».

Миг — и Нобору вылетел вперед, хорошо понимая, что спину ему прикрывают союзники. Левый хук, разворот и удар с локтя в блок — всё, что он смог сделать до того, как я откинул в его мясистое стену боковым ударом с ноги.

Чёрт, сильный… кость на руке, которой прикрывался, заныла от ноющей боли. Я поморщился, но восстановил стойку каратиста. Печати поглощения энергии и её выброса на руках активировались.

— По одному, сучки, — ох, я не выдержал.

…взрыв перед глазами раздался разительно — настолько, что мне даже не удалось распознать, кто его спровоцировал. Я, ослепнув на миг, отшагнул назад.

…и если бы не Тору-сан, что в прыжке убрал меня с линии атаки начальника охраны, я бы, вероятно, лежал уже без башки. Спаситель. Думаю, всё же стоит повысить ему зарплату.

— Босс, ты совсем ослеп?! — Тору отложил меня в сторону, забывая обо всех созданных мной правилах — ни при каких обстоятельствах не выдавать себя моим посредником. — Эти люди сильнее, чем кажутся.

— Что-то не так уж и эпично, — язвительно фыркнула Ханна, пристально следя за боем.

— Да, я уже понял, — я поморщился. — Чёрт побери, ни хрена не вижу!

Я поднимался, пока Тору отражал атаки; после чего вышел тому на замену. Внезапный удар в область живота удалось перехватить; выворачивая кисть одного из оябунов, я убрал ту в сторону и схватил его за горло. Мужик захрипел, стараясь ослабить хватку, но… нет, сука.

Сильный удар башкой в стену отозвался хриплым стоном оябуна. Второй — вероятно, смертельный — удар последовал бы без промедлений, если бы не внезапная волна, которая с жуткой силой откинула меня назад, вглубь коридора.

Добивающий удар в лицо вновь не достиг меня… и вновь отразил его тоже не я.

— Ладно, Шин, слишком много понтов, — Лорд-толстяк держал нападавшего одной рукой — так, будто противник ничего не весил.

Хруст — раздалось аккурат перед глазами.

…дикий крик, вопль и всё это вперемешку внезапно раздалось по коридору. Рука оябуна повисла, словно на нити, а сам он покрылся ярко-пунцовым.

Ух ты. Я чуть опешил. Незамысловатым движением Лорд в миг вывихнул руку оябуна. Но нет… это была лишь половина урона. Вторым ударом с колена он залил кровью мужика бетонную поверхность пола так, что та закапала и моё лицо немного.

Ленивый кувырок назад — и я поднялся на ноги. Минус два. Осталось ещё восемь.

— Как вы смеете, господин Голицын?! — брызжа слюнями, рявкнул Нобору, поднимаясь на ноги и смахивая с лица кровь. — Какого, бл*ть, хрена вы помогаете этому ублюдку? Разве не видно, что это не ваш помощник?! Он обвёл вас вокруг пальца!

Толстяк покосился на меня, натянул натужную улыбку и, без особых усилий опуская тяжёлую ногу вниз, переломил позвоночник оябуна, что уже лежал без особой возможности подняться.

А вот теперь точно минус два.

— Сука! Урод, бл*ть! — Нобору не выдержал.

Теперь уже на мне не было сосредоточено всё внимание якудза. Лорд и Тору сумели чуть разнообразить драку своим присутствием, а я… рванул вглубь сражения.

…и через секунду понял, что зря. Ой как зря.

— А-а-а-а! — со стороны Тедзо-сана (что тоже попытался вмешаться) раздался дикий вопль.

Я, пробивая одному из охранников челюсть, постарался вглядеться в сторону, откуда доносился крик. Тедзо стоял посреди коридора и держал свою руку. Точнее тот обрубок, что от неё остался. Вторая часть лежала на полу и чуть вяло фонтанировала кровью, а пальцы двигались от сокращения мышц.

Перед ним стоял начальник охраны. Ударом с ноги он откинул мужика; после чего принялся сражаться с Тору.

Ублюдок! Чуть прицелившись в одного из них, я активировал печать призыва.

Ха! Ракета, будь она проклята, метнулась в сторону того, кто бежал добивать изувеченного Тедзо-сана.

Скорость полёта мини-ракеты была действительно поразительной. Причём в обоих смыслах — она не только поразила меня, но и сделала то же самое с врагом. К слову, оябун под силой удара снаряда вылетел далеко вглубь коридора. И летел бы дольше, если бы не торцевая стена, о которую тот ударился. Где-то вдали образовался большой клуб дыма.

Минус три.

— Убейте эту шлюху! — кричал кто-то вдали. — Ханну! Снесите ей башку, пока она не сбежала. Так же, как и её папаше!

Оу… Дензо был убит?

Я невольно поглядел на Ханну. Та, казалось, тоже впала в транс.

Кажется, сказал он это зря.

Впрочем, сейчас не до этого. Развернувшись, я вытянул руку вновь. Последняя ракета вылетела в начальника охраны; правда тот её с легкостью разрубил своим клинком, кишащим маной.

Ублюдок. С ним справиться будет гораздо сложнее!

— Иди сюда, малой, — широко улыбаясь, он рванул на меня.

Ладно, признаю. Этот быстрее Нобору, причём гораздо. Выбросив в моё лицо кулак, он резко присел вниз и пронзил мой торс клинком.

— Гха! — я выплюнул кровью.

…какой бы хреновой ни была защита экзоскелета версии «1.0», она буквально спасла мне жизнь. Кроме кровавой полоски, оставшейся на моей одежде, ничего не случилось. Клинок не вошёл слишком глубоко, хоть и с особым усердием пытался это сделать.

Хрен с тобой. Пора доставать козыри.

Я быстро — насколько это возможно — активировал глаз Деймоса. Начальник не мог не посмотреть в них, так как был слишком близко.

Кровь потекла по щекам. Но…

БАХ

…не только по моим…

— А-А-А-А! — начальник взревел, схватившись за левую сторону своего лица.

Старый добрый револьвер отлично смотрелся в моей руке; после выстрела горячий ствол испускал приятный дым… а глаз начальника охраны — кажется, я его отстрелил к чёрту.

Мои губы расплылись в хищной улыбке за секунду до жуткого удара в челюсть. На этот раз меня вырубило, но, благо, очухаться успел я быстрее, чем последовал второй, добивающий удар.

И снова… снова удачно сложились обстоятельства. Настолько, что Тору стоял как раз там, куда я упал.

— Может, перестанешь заниматься херней?! — крикнул он, обеими руками поднимая моего обидчика вверх на полметра — и перебрасывая его через себя головой вниз.

…хруст был еле слышен под бесконечно громкими криками дерущихся. Зато резко перекосившееся лицо мужика, голова которого превратилась во что-то кровавое, ответило само за себя. Он был убит одним ударом.

Минус пять.

Теперь ясно, как эти трое повалили Ямато — я оглядел Тору, Тедзо и Лорда Кио. Да они, чёрт возьми, не уступают даже элите! Неужто они всегда были такими… крутыми?

Я чуть отполз к стене, наблюдая за дракой, что переросла в какую-то непонятную потасовку. Оябуны били Ивана Голицына с таким усердием, что успели в хлам изорвать красный кафтан и всё, что было за ним. К слову, из тонкой кофты толстяка вывалился огромный волосатый живот, что далеко не придавал сражению эстетики. И тем более эпичности.

Впрочем, долго на это смотреть не пришлось. Один сильный толчок с локтя в живот лишил Лорда земли из-под ног. Второй — уже с кулака — выбросил его куда-то… к Ханне, которая вообще не понимала, что происходит.

— Уройте всех, бл*ть! — кричал Нобору. Кажется, у него не было одного переднего зуба. — Где, сука, е*аное подкрепление?!

Подкрепление.

Ха.

Смешно.

* * *

— Роран, сверху! — кричал Арчибальд, истекая кровью.

Уже полчаса как в районе Симо-Катзава сражались две внушительные армии! Роран бил точно — сразу насмерть. В то время как его наемные солдаты из элитных войск буквально выживали в бою с противниками, что вдвое превышали их количество.

Оябуны были гораздо более опасными, чем казалось до сражения.

Квартал успел залиться кровью — двухполосная дорога, что была перекрыта ради церемонии, сейчас больше походила на кровавую реку. А Роран… казался безумцем.

Арчибальд, прорезав напополам очередного оябуна, покосился в сторону Рорана, что сражался на совершенно другом уровне, и поморщился.

В молодости Роран был и впрямь хорош, но сейчас… эта сила, казалось, была способна рушить целые города, влиять на страны и менять ход событий в истории.

Костная броня.

Если раньше это было что-то вроде доспехов, то сейчас… кости витали над Рораном; окружали его полностью. И держались они не с помощью тканей, как раньше, а за счёт силы энергии.

Старый Граф в очередной раз исчез, возникнув аккурат перед лицом оябуна — и пробил его живот насквозь своей прочной и острой костью, — которая и не думала тупиться — высвобождая кровь врага под большим давлением и создавая в спине противника красный фонтанчик.

— Печать продлится ещё пять минут! — кричал Роран, перерубая других противников вокруг. Он выпрыгнул из кольца из якудза и рванул в сторону главного особняка. — Мне нужна кость!

— Я прикрою! — крикнул Арчибальд, выпуская последние объёмы управляемой крови и выбегая на защиту старого приятеля.

Один, два, три… десять металлических кольев в грёбаный миг обездвижили Арчибальда, пробив его тело насквозь и распяв на асфальте! И сделали это сразу же, как он попытался подобраться к Рорану.

Якудза тоже не были глупыми солдатами. Каждый оябун мыслил аналитически; каждый отчетливо понимал, что позволять им сражаться спиной к спине — слишком рискованно.

Кровь, кровь и ещё раз кровь… вокруг был противный металлический запах, который перекрывал даже тот пот, что выделялся из его тела. Арчибальд поморщился. Бой изматывал, смерть витала где-то вокруг.

— Беги, Роран, скорее! — крикнул худощавый старик — и тут же заткнулся. Голова его насквозь была пробита толстым колом.

Больно…

* * *

Больно, сука!

Я отходил назад под давлением ударов Нобору. Силы камня я практически потратил, глаза видели, откровенно говоря, хреново. Нужно было понимать, на что иду, когда полагался на этих трёх клоунов!

Надо же было оказаться в одно время в одном, сука, месте!

Дебилы, сука!

Кстати, о посредниках. Не прошло и получаса — а их уже жестоко избивала оставшаяся в живых охрана. Не выдержали эти старики долгого усердного сражения — курение, алкоголь и всё такое вредное сказалось и на их выносливости.

Да и я, впрочем, был на исходе, если без шуток.

Нобору шагал на Ханну через меня в то время, как я пытался сдержать своё обещание — не позволить ей умереть, пока она витает в облаках и в мыслях прощается с гнилым папашей.

Уйдя чуть в лево, я выбросил тяжеленную руку в лицо плечистого, вливая в неё чуть ли не всю оставшуюся энергию камня. Да и так, что наотмашь.

— Кха! — тело парня врезалось в стену.

Хорошая оплеуха получилась — я выдохнул.

Нобору лежал в груде камней, рассыпавшихся в следствии удара широкой спины о стену. Правда, в камне оставалось энергии… ну, скажу так, совсем мало. Я был, казалось, на исходе.

Покачиваясь, я подошёл к хрипящему сосунку, изо рта которого текла струя крови.

Хреново пацану, пора его избавлять от боли, пока другие не могут мне помешать. А если попытаются, получат удары в спину от моих не самых честно бьющихся посредников.

Короче, пока другие были заняты, я поглядел в барабан своего револьвера. Если честно, на данный момент это было единственное, что сможет нанести существенный урон.

Отлично, осталась последняя пуля. Вот и проверим, что там с моей удачей. Я крутанул барабан наставляя ствол на лоб Нобору.

— Сыграем в рулетку?

— Хер! — с этими словами кто-то столкнул меня в сторону пинком. — Он мой!

Какого… хрена?

Ханна?

С клинком в руке?

Не дожидаясь, пока я произведу выстрел, Ханна оскалилась, перехватила клинок поудобнее и… нанесла удар, насквозь пробивая череп плечистого Нобору. Улыбка её переросла в широкую, нехорошую ухмылку.

А я…

У-у-у… а я думал, она хорошая скромная девочка. Я удивлённо заморгал, глядя на девушку; клинок, который она хрен знает где достала, торчал прямо изо лба Нобору.

Впрочем, она и не думала останавливаться. Удары были точными и умелыми, а главное — быстрыми, как будто их наносил заведённый аппарат. Провернуть под рёбрами. Пробить лёгкие. Вспороть кишки.

Она не обращала внимания на то, жив парень перед ней или мёртв — просто била с лихорадочной скоростью, раскрашивая всё вокруг в красный. Кровь брызгами падала на её лицо — липкая, с характерным запахом — но и на это тоже она не обращала никакого внимания.

А вот на что обращала, так это на мой взгляд. Я начал было довольно улыбаться… но эта улыбка быстро стала напряжённой.

— Что-то не так, мудак? — вскользь прошлась она по мне острым взглядом.

Это… она мне?!

Время шло; Ханна наносила удар за ударом, как будто кроме неё, клинка и обрубка, мало похожего на человеческое тело, перед ней ничего в мире не существовало. Напряжённость в моих глазах перерастала в беспокойство.

Что с ней такое? Даже охрана порядком опешила от такой жестокости. Страх в их глазах был… непередаваем.

— Эй, — резко остановившись, она повернулась к остальным. — Что с лицами?

Охранники, измотанные долгим боем, стали переглядываться. Один из них нервно сглотнул, пытаясь что-то сказать… но, кажется, его слишком потрясло то, что он увидел — как и перемены в её тоне.

Теперь она смотрела на меня.

— Ты же именно этого хотел, — она сделала шаг в мою сторону. Глаза мои стали медленно наполняться кровью. — Садист-у*бан. Твоего расположения ведь только так можно добиться?!

Да что она несёт?!

Я, сделав опор на чуть ноющую лодыжку, споткнулся и свалился на задницу; моё лицо, казалось, застыло в гримасе подлинного ужаса, любые слова замерли в горле.

Поводя в воздухе клинком, она подошла ко мне почти вплотную. Посмотрела в глаза. Да уж, наверное, ауру ненависти и гнева, что исходила сейчас от Ханны, можно было ощутить физически.

— …даже если вас зарежешь, как собак, — закончила она, оглянув каждого из нас — и даже убитых. — Всё, что вы понимаете — это страх.

Её язык медленно, демонстративно, прошёлся по лезвию ножа, слизывая вязкую кровь.

— Мой отец был убит, не так ли… он был единственным, ради кого я хотела быть правильной, — она с жуткой гримасой вытянула руку и указала на превращённое в кровавую мочалку тело Нобору. — Ну, как? Этот кусок мяса собирался сделать мне предложение? Может, кто ещё желает меня трахнуть?!

Я лишь молча глядел на неё, не понимая, что и говорить. Отвести взгляда я тоже не мог — зеленые глазки этой красотки завораживали.

— Я спросила! — выплюнула она, посмотрев на меня. — Кто ещё думает, что хочет видеть меня в своей постели? И если это один из вас, то будь столь любезен, уточни, на каком именно моменте ты передумаешь. На почках, или на селезёнке?

Я раскрыл рот, но лишь молча глотнул воздуха. Когда она наклонилась ещё ближе, я нелепо пожал плечами. Кажется, я понимаю, в чём дело. Я хочу её, причём сильнее, чем кого-либо в обоих мирах.

— Что же вы молчите, мерзавцы?! — ощерилась та.

Парни, что ритмично избивали моих людей, побросали свои оружия. Интересно, но страх она внушала не хуже, чем мои глаза.

— Мы подчинялись его отцу, — отозвался один из бугаев. — Но не ему. В этом сражении больше нет… кха!

Да, мои ребята те ещё бешеные псы. Лорд сообразил быстро — дождался нужного момента и прикончил преступника. В точности так же, как и Тору, что сломал прямым ударом колено второго.

Ханна не глядела на них; стоя надо мной, она вытянула клинок. Я и двинуться с места не мог.

— Ты… — протянула та хищно, уколов мою шею. Олно движение, и мне хана. — Это всё ты.

Я закрыл глаза, сглотнул. Удача, прошу, если ты есть…

Открыл глаза, Ханна в отрубе.

Спасибо… так, стоп.

— Где моя кость, Марк?! — Роран был тут. — Отвечай!

Content

ПрологГригорий Магарыч
Двуликий бастард. Том 3

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20