Кристин Кроуфорд, Ник Кроуфорд

Город Шипов

© Силаева Ж., перевод на русский язык, 2022

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2022

Глава 1

Я изо всех сил старалась не обращать внимания на парня из братства, которого ударила прошлой ночью, но три обстоятельства усложняли задачу. Во-первых, огромный фиолетовый фингал под глазом Джека в свете флуоресцентных ламп выглядел еще темнее. Во-вторых, он даже не учился в этом классе. А в-третьих, парень сидел позади всех и показывал неприличные движения языком между расставленными в форме буквы «V» пальцами.

Думаю, этого достаточно, чтобы понять: моя презентация не удалась.

Джек Корвин доставал меня со времен старшей школы. Я лелеяла слабую надежду, что к старшему курсу колледжа он перерастет жесты типа «палец в отверстие» и перестанет изображать оргазм, но Джек всегда шел против системы. Зачем отказываться от столь вызывающего поведения, когда оно уже стало твоей визитной карточкой?

Я прекрасно подготовилась к сегодняшнему дню, потратив несколько часов на заучивание названий психологических исследований. Надела черное платье до колен с белым воротничком – милое и одновременно серьезное, хоть и немного готичное. А еще добросовестно скопировала записи и собрала ярко-рыжие кудри в некое подобие аккуратного хвоста. И все же подготовка не имела никакого значения, когда приходилось сталкиваться с этим снующим туда-сюда языком.

«Соберись, Роуэн. Забудь о нем».

Расправив плечи, я окинула быстрым взглядом остальных присутствующих. Моя одногруппница Элисон выжидающе смотрела на меня, накручивая прядь белых волос на палец. Встретившись со мной глазами, она одобряюще улыбнулась.

Взглянув на записи, я продолжила выступление:

– Как я упоминала ранее, концепция подавленных воспоминаний вызывает немало дискуссий. – Я подняла глаза. – Многие психологи спорят…

Большим и указательным пальцами одной руки Джек изобразил круг, а затем скользнул в него указательным пальцем другой руки, корчась от наигранного оргазма. Свет отразился от странного значка в форме молотка, который он никогда не снимал.

– Прошу прощения. Эм, диссоциативная фуга[1]… – начала я сначала, – которая в диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам…

На галерке, где никто, кроме меня, не мог наблюдать его поведение, Джек резко задвигал тазом вперед и назад.

По ряду причин он был последним человеком, которого мне хотелось здесь видеть. Поэтому, буквально закипая от гнева, я указала на Джека.

– Разве ему можно здесь находиться? – выпалила я. – Он не в этом классе. Что он здесь делает?

К сожалению, никто не заметил его кривляний, я же выставила себя дурой.

Наш профессор, доктор Омер, приподнял темную бровь и вопросительно покосился на меня. А когда его взгляд устремился в конец аудитории, Джек выглядел воплощением самой невинности с ручкой на изготовку, будто только что закончил конспектировать. Этакий прилежный студент, стремящийся к новым знаниям.

Доктор Омер сцепил пальцы и нахмурился. Не произнося больше ни слова, он вел себя как истинный психолог, который просто молча смотрит на пациента и ждет, когда тот поймет, что совершил нечто неуместное. Я тяжело сглотнула.

Дело было в том, что прошлой ночью Джек преследовал меня и уже возле дома загнал в угол. Если честно, он в течение нескольких лет не давал мне прохода. Так что у меня имелись все основания поставить ему фингал под глазом.

Однако сейчас мы находились не на сеансе терапии, а я не пыталась строить из себя профессионала. Мы явились сюда учиться или, по крайней мере, заработать достаточно баллов, чтобы двигаться дальше.

– Он не в этом классе, – повторила я, но уже тише. – Я не понимаю, что он здесь делает.

Осознав себя в центре внимания, я ощутила, как по шее разливается жар. Учитывая мою молочно-белую кожу, спрятать румянец я и не надеялась.

– Он будет присутствовать на лекциях до конца семестра, – спокойно пояснил доктор Омер. – У него есть официальное разрешение на посещение. – Нахмурившись, преподаватель на мгновение прижал пальцы к губам и одарил меня пристальным взглядом. – У вас какие-то проблемы с презентацией? Роуэн, обычно вы прекрасно подготовлены.

Я всегда восхищалась невозмутимостью преподавателя, но сейчас она казалась неуместной, как будто доктор Омер игнорировал горящий вокруг него дом.

Я сделала глубокий, медленный вдох и попыталась сосредоточиться на мыслях о собственных крепко стоящих на полу ступнях. «Соберись и пройди через это, Роуэн». А вечером мы с лучшей подругой Шай собирались выпить в честь моего двадцать второго дня рождения. Нас ждали пиво, пицца и сплетни об ее прекрасной новой жизни. Оставалось всего лишь пережить следующие двадцать минут.

– Нет, никаких проблем, – улыбнулась я. – Просто запнулась на мгновение. Я на самом деле хорошо подготовилась. Теоретически диссоциативная амнезия является состоянием…

Так, стоп. Он и вправду будет посещать занятия до конца семестра? А ведь мне, чтобы выпуститься, обязательно нужно было прослушать этот курс.

Я покосилась в окно на Город Шипов – волшебный город, возвышающийся над Осборном, штат Массачусетс, куда планировала как можно скорее поступить в аспирантуру.

– Роуэн, – окликнул доктор Омер с ноткой раздражения в голосе, – вероятно, вам лучше попробовать выступить еще раз, когда подготовитесь получше. Сейчас же я считаю, что мы тратим время впустую.

«Упс». У меня задрожали руки, и я понятия не имела, от чего больше: от отчаяния или от злости.

– Нет, я готова. Простите. Меня сбил с толку неработающий прожектор. – Я сглотнула, готовясь продолжать выступление. – Итак, я говорю о неспособности получить доступ к воспоминаниям в бессознательном состоянии… – в попытке собрать мысли воедино я перевернула свои заметки, – особенно автобиографические воспоминания, эпизоды из жизни…

Я снова посмотрела на Джека. Он откинулся на спинку стула и, высунув язык, потирал собственные соски.

Неожиданно в моей голове сплелись две абсолютно разные мысли. Одной из них была следующая фраза на карточке: «Только представьте…», а второй: «Как же я хочу ударить ублюдка еще раз». В мозгу все запуталось, я уставилась прямо на Джека и выпалила:

– Только представьте, что вы хотите ублюдка снова…

Это не имело никакого смысла, да и звучало определенно не в тему.

Тишину прервал приглушенный смех.

В очередной раз все повернулись к Джеку, который незамедлительно принял вид прилежного, но озадаченного моим заявлением ученика. Даже брови приподнял для убедительности.

От стыда у меня скрутило желудок.

«Убейте меня. Вот бы сейчас провалиться сквозь землю».

По щекам поползло тепло. В классе установилась полная тишина, которую нарушало лишь размеренное жужжание ламп.

– Я оговорилась. Он кривляется… – я указала на парня, но тут же замолчала, понимая, насколько убого это прозвучало.

Одержимость Джека началась много лет назад, когда в старшей школе он пригласил меня на свидание. Мой отказ его сильно разозлил, и он распустил слухи, что я переспала со всей бейсбольной командой. Ему поверили, и в итоге на целых четыре года за мной закрепилось прозвище Потаскушка Роуэн. Джек даже прифотошопил мое лицо к обнаженным моделям. Именно так обстояли мои дела в школе.

Однако это никого не интересовало, все хотели поскорее покончить с лекцией и перейти ко вторничным тако в столовой.

– Я просто оговорилась, – повторила я.

Доктор Омер соединил ладони возле губ.

– Ладно, не знаю, что здесь творится, но, кажется, назревает межличностный конфликт. Вряд ли будет уместно обсуждать это здесь. Но мы можем изучить его после занятий.

Джек смущенно поднял руку:

– Думаю, я догадываюсь, что творится. Роуэн сильно расстроилась, когда я отказался идти с ней на свидание вчера вечером, и она не знает, как с этим справиться. Она даже набросилась на меня. – Он указал на синяк. – Но клянусь, я готов простить обиду за физическое насилие и сосредоточиться лишь на психопатологии. Я прилежный студент. Если вы посмотрите мои записи, то убедитесь, что я один из лучших учеников, которых вы когда-либо видели.

– Боже, – воскликнула Элисон, – ты на самом деле поставила ему фингал под глазом? Не хочу драматизировать, но ты меня пугаешь.

Тут же кто-то упомянул полицию. Половина хохотала, остальные были шокированы и одновременно взволнованы. Вероятно, это было самое интересное, что произошло у них за целый семестр. Даже лучше вторничных тако. Настоящая драма.

Чувствуя бешеное сердцебиение, я скомкала карточки с записями в руках.

– Подождите. Да, я его ударила, но он заслужил. Проблема в нем, а не во мне.

Я будто наяву видела, как постепенно испаряется рекомендательное письмо от доктора Омера. Прощай, аспирантура в Городе Шипов, прощай, моя давняя мечта раскрыть преступление.

Я растерялась, совершенно сбитая с толку.

Они все неправильно поняли, но ничего не сделает тебя еще более сумасшедшим, чем попытки доказать собственное здравомыслие.

– Знаете что? – Я швырнула карточки в мусорную корзину. – Думаю, моя презентация окончена.

Тело гудело от адреналина, и я покинула аудиторию.

Глава 2

Сидя на кровати в своей квартирке на цокольном этаже, я рисовала ворота Города Шипов.

После дерьмового дня я отправилась на долгую пробежку. От ускоренного темпа мышцы горели, но бег для меня – это лучший способ справиться со стрессом. А еще это было единственное, в чем я чувствовала себя по-настоящему уверенно. Проблема заключалась в том, что иногда, слыша шуршание листьев под ногами, меня накрывали воспоминания о ночи, когда погибла мама. Я до сих пор время от времени слышу ее голос, приказывающий мне бежать.

Я тряхнула головой, сбрасывая морок событий прошлого и фокусируясь на идеальных линиях ворот. Этот рисунок не служил никакой цели, но я буквально зациклилась на украшенном черепом кованом входе в город демонов, странно притягательном и одновременно отталкивающем. И пусть раз за разом изображать одно и то же – не самая здоровая идея, но по крайней мере я избавилась от мыслей о Джеке Корвине.

Я выдохнула, добавляя тени на череп. Я поселилась здесь, чтобы иметь возможность накопить денег на аспирантуру в городе демонов. И теперь откладывала каждый цент, ютясь в подвале с шестью другими нищими студентами. Наши комнаты разделяли тонкие деревянные стены, а ванная комната и кухня были общими.

Телефон завибрировал. Звонила Шай, и я подняла трубку:

– Привет.

– О! Неужели ты и вправду ответила, а не как обычно сделала вид, что занята, спустя несколько минут написав короткое сообщение.

– Кто в наш век вообще разговаривает по телефону? Всех, кроме тебя, это нервирует, – улыбнулась я.

– Итак, что мы делаем на твой день рождения? Есть одно местечко с тайской кухней, которую я давно хочу попробовать. Я могла бы заказать с собой, и мы бы зависли у тебя с парой бутылок вина.

– Я живу в обшарпанном подвале с пауками. И по сравнению с роскошными общежитиями университета Белиала мое новое жилище больше походит на помойку.

– Все настолько плохо?

– Повиси. – Я быстро сделала несколько фото с разных ракурсов. – Отправила тебе на почту. Вот видишь, если бы мы переписывались, как нормальные люди, то все было бы гораздо проще.

– Оу, ладно, – услышала я спустя мгновение. – Да, совсем маленькая комнатка. Красиво обставленная, но крохотная. И меня совсем не радуют пауки… Как я мечтаю пригласить тебя в гости, но думаю, что у демонов появятся все основания тебя убить, если я попытаюсь провести тебя тайком.

– Да, не хотелось бы, – согласилась я. – Может, выпьем где-нибудь в Осборне?

– Подожди… я пытаюсь приблизить висящие у тебя на стене картины. Вдруг мне удастся обнаружить что-нибудь постыдное.

– Я нарисовала тридцать два изображения ворот Города Шипов, большинство из которых повесила на стену, – ответила я. – Да, это довольно постыдно.

– Точно, но я и так знаю, что ты немного странная. Я надеялась узнать о каких-нибудь тайных извращенных сексуальных фантазиях. На секунду мне даже показалось, что я увидела огромные красные фаллоимитаторы около кровати, но это всего лишь огнетушители.

– Что является полной противоположностью сексуальным извращениям? – поинтересовалась я. – Верно – это я.

– Ладно, но зачем тебе огнетушители?

Я выпрямилась, сходя с ума от одной лишь мысли об этом.

– Шай, отсюда нет выхода. Над кроватью имеется маленькое окно, но оно не открывается. Так что если неожиданно начнется пожар, то мне придется выбираться из дальнего угла подвала сквозь огонь.

– Вот дерьмо. – Она нервно вздохнула. – А ты не можешь найти что-нибудь другое? Несмотря на наличие огнетушителей, звучит довольно опасно. Кстати, это вообще законно?

– Скорее всего, нет, но я установила пожарную сигнализацию. А еще запаслась всякой ерундой, которую используют каскадеры, чтобы пройти через пламя.

– Подожди, что? – воскликнула подруга.

Я мысленно представила оборудование, которое лежало под кроватью.

– Огнезащитная одежда и специальный гель для кожи, благодаря которому можно пройти сквозь огонь. О! Еще я купила противогаз на случай, если в помещении будет слишком много дыма. Так что я отлично подготовлена.

– Еще бы. А набор для выживания там у тебя не завалялся случайно?

– У меня есть несколько мешков с горохом и рисом, а еще антибиотики. Поэтому если начнется демонический апокалипсис, то мы сможем пережить его у меня.

– Класс, – отозвалась Шай. – Мы будем убивать демонов буррито и пенициллином?

– Это на случай закрытия магазинов и больниц. А на случай загрязнения водоемов я подготовила очиститель воды.

Единственное, я так и не решилась упомянуть о самом странном предмете из набора для выживания: лисьей моче, которую охотники обычно используют для маскировки своего запаха. Если в Осборне начнут бесчинствовать жаждущие крови демоны, то я незамедлительно обольюсь лисьей мочой, и они ни за что не смогут меня обнаружить. Однако Шай необязательно было знать об этом. Даже наедине с лучшей подругой я старалась не преступать черту безумия.

– Ладно, – проговорила она. – Предлагаю выпить где-нибудь по паре «Маргарит», пока не начался апокалипсис.

– Мне без разницы где. Я просто с удовольствием выберусь из подвала и повидаюсь с тобой. И мне определенно нужно выпить. Сегодня на занятии по психопатологии я провела просто ужасную презентацию.

– Черт. Хорошо. Дай мне пару минут, и я выясню, где есть свободные столики. Напишу через несколько минут.

Шай повесила трубку, и я завалилась на подушки. Внезапно мое внимание привлекло какое-то движение. Приглядевшись, я обнаружила бегающего по полу паука. В воздухе стоял запах плесени и сырости.

Я положила блокнот и карандаш на колени, намереваясь закончить другое изображение входа в Город Шипов.

Только два типа смертных имели право ступить за ворота: слуги, специально рожденные для этого, и студенты, такие как Шай, которые могли себе это позволить. Каждый год университет Белиала принимал около трехсот смертных абитуриентов. Студентов обучали магии, и выпускники типа Шай могли позволить себе занять лучшие позиции в любой выбранной ими сфере.

Только вот в моем случае главной целью поступления в университет демонов было вовсе не образование.

Я жаждала мести. Хотела разыскать демона, убившего мою мать.

Закончив рисовать ворота, я перевернула страницу блокнота и углубилась в финансовые расчеты. Сейчас у меня имелся студенческий кредит на семьдесят пять тысяч под семь процентов. Если я начну его возвращать, плюс необходимые для поступления сто тысяч, то по окончании меня ждет поистине нищенская зарплата…

Живот скрутило.

Когда я приступала к расчетам, на меня неизменно начинала давить тяжесть от осознания невозможности. Я проделывала это миллионы раз, но цифры никогда не складывались. С нынешними процентами по кредиту мне удалось бы накопить сто тысяч примерно…

Никогда.

Мне никогда не собрать сто тысяч долларов.

Все чаще я начинала размышлять о плане Б: ворваться в город и найти способ затеряться в толпе. Должна же существовать хоть какая-то лазейка. Ведь даже у древнего города демонов наверняка имелось слабое место.

Стоило мне начать обдумывать более опасный и безрассудный план, как телефон завибрировал от входящего сообщения.

Шай: «Цирк де ла Мер». Сегодня там два коктейля по цене одного. Встретимся в восемь тридцать. Целую.

К счастью, подруге удалось прервать мои замыслы по проникновению в город, пока я не успела придумать что-то, из-за чего меня могли убить.

* * *

С промокшими под сентябрьским дождем волосами я устроилась за барной стойкой из белого мрамора, пригубила Guinness и слизала пену с верхней губы. В «Цирк де ла Мер» я надела все то же черное платье и ботинки, но дополнила образ черным лаком для ногтей, подводкой для глаз и серебряными кольцами. Решила побыть в образе готичной рыжей пуританки.

Огромные окна позади бара выходили прямо на Атлантический океан, поверхность которого мерцала в свете миллиарда звезд. Из колонок гремел дабстеп. Мне здесь нравилось: громкая музыка заглушала мысли плюс открывался великолепный вид на океан. И пусть это был самый дорогой бар на северном побережье Массачусетса, но сегодня я собиралась забыть о деньгах. Требуемая сумма казалась слишком фантастической, чтобы в данный момент беспокоиться о ней. С таким же успехом я могла взять в кредит миллиард долларов.

Бочком протиснувшись сквозь толпу, Шай одарила меня широкой улыбкой. Заплетенные в две длинные косы темные волосы отлично контрастировали с кремовым платьем. Губы подруга накрасила ярко-красной помадой, которая идеально подчеркивала ее смуглую кожу.

Я и в самом деле нуждалась в дружеской поддержке.

– Привет, именинница. Что будем пить? Текилу? – поинтересовалась Шай, заключая меня в объятия.

– После того инцидента у Гарварда я завязала с текилой.

– Ах да, – прищурилась она. – Ладно, давай закажем по коктейлю и чего-нибудь перекусить, чтобы тебя не развезло.

Шай резко вскинула руку, и бармен тут же подошел к нам с лучезарной улыбкой. Подруга заказала два мохито и пиццу из мускатной тыквы[2].

Закончив, она повернулась ко мне и приподняла брови:

– Итак, что за кошмар приключился у тебя днем?

– Джек Корвин явился к нам на занятие. И когда во время презентации я пыталась сосредоточиться, изображал оргазм. А затем сообщил всей группе, что я поставила ему фингал.

Шай на мгновение прикрыла рот рукой.

– Во-первых, пошел этот парень в задницу. Во-вторых, он совсем чокнутый? С чего он взял, что кто-нибудь поверит, будто ты ударила его в глаз?

– Ну, насчет второго, я и правда его ударила.

Сгорая от стыда, я откашлялась.

– Что?

– После того как он пытался языком залезть мне в глотку, – попыталась я оправдаться.

– Так он первым напал на тебя? Надо было вызвать копов. Ситуация только усугубляется. Он и так уже много лет преследует тебя.

Бармен подвинул через стойку наши мохито, и я мгновенно схватила свой. Сделала глоток, насладившись вкусом мяты и лайма на языке.

– Я сообщала и в полицию, и городскую администрацию. Они решили, что я просто слишком остро на все реагирую. Очевидно, быть придурком – это не преступление. К тому же вряд ли они посмотрят на произошедшее с моей точки зрения. Его отец вроде бы конгрессмен, поэтому… – Я сделала еще один глоток. – Знаешь что? Меня тошнит от одной мысли о нем. Пожалуйста, расскажи мне о Городе Шипов, я хочу послушать о демонах. Давай на сегодня забудем о Джеке.

– С чего бы начать?

Я подняла брови:

– Как думаешь, демонам позволено покидать город?

– Думаю, да, но ненадолго, – покачала головой Шай. – Насколько мне известно, сотни лет назад на них наложили проклятие, которое привязывает их к определенному демонскому городу. Но иногда они могут путешествовать между ними. А почему ты спрашиваешь?

– В ночь убийства мамы…

Предложение оборвалось на середине. Я буквально ощутила, как понижается температура, воздух стал колючим, как и каждый раз, когда я поднимала болезненную тему. Было нелегко сказать, что однажды ночью демон со светящейся звездой на голове выследил в лесу мою маму и сжег ее дотла. Ужас той ночи не покидал меня до сих пор, я тонула в скорби от невосполнимой утраты.

Порой казалось, будто единственное, что удерживает меня на плаву, – это уверенность, что я отомщу за ее смерть. Что я попаду в Город Шипов и найду ее убийцу.

Однако это выглядело чересчур мрачным и странным. Правда ведь? Хуже, чем лисья моча под кроватью.

Глава 3

Мы сидели за барной стойкой, не в силах оторвать взгляд от блестящей водной глади за окном. Мне не хотелось портить вечер, поэтому я просто махнула рукой:

– Не бери в голову. Лучше побольше расскажи о своей жизни. Тебе все нравится?

Висящее в воздухе напряжение немного ослабло.

– Черт подери, все просто прекрасно! – воскликнула Шай. – Возможно, я останусь еще на год. А есть шанс, что у тебя получится оплатить обучение в следующем году?

– Кое-какие идеи на этот счет у меня имеются. – Честно признаться, безумные идеи. – Как тебе общежитие?

– В нем есть балкон и слуги. Оттуда даже океан выглядит красивее. Он совсем не похож на Атлантику, скорее на созданный с помощью магии великолепный океан где-нибудь в тропиках. В городе семь округов, каждый из которых связан с определенным демоном. Таким же образом распределены и университетские корпуса. Я учусь в Люцифер-холле, и это огромный каменный замок.

Невзирая на желание отомстить, я испытала острую зависть.

– А как тебе сами занятия?

– Великолепно. Лекции проходят в залах, которым наверняка не меньше четырехсот лет. Сиденья расположены как в амфитеатре. – Она вздохнула: – Понимаю, это огромные расходы, но я всегда мечтала изучать магические искусства, а в Осборне это точно невозможно. Белиал – лучший университет магии для смертных, и я отчаянно хочу остаться еще на год.

– А демоны? Какие они?

Она провела пальцем по краю бокала с мохито.

– Ну, у нас в группе в основном начинающие смертные ведьмы, но есть несколько демонов. И, конечно, профессора. Они прекрасные и пугающие одновременно. У некоторых имеются рога, но я еще не встречала особенно злых. По крайней мере, никого хуже Джека. – Подняв стакан, Шай попросила бармена повторить. – Я слышала, что король само воплощение зла, как и Повелитель Хаоса. Они оба жуткие, но я видела их лишь издалека.

Мои брови взлетели вверх.

– Ладно, начнем с короля. Чем он занимается?

Подруга заговорщически наклонилась ко мне:

– Король Камбриэль получил этот титул совсем недавно. Он убил своего отца, короля Нергала, который правил сотни лет. Камбриэль отрубил ему голову и повесил на ворота перед своим дворцом.

Я вздрогнула:

– Твою мать!

– Король демонов может умереть только от рук наследника, что и сделал Камбриэль. Теперь он находится в поисках королевы, ходят разные сплетни о том, какая женщина могла бы подойти на эту роль.

Как только я закончила с мохито, бармен тут же подал еще два.

– Какая женщина захочет выйти за него замуж, учитывая, что голова его отца висит на воротах? – удивилась я. – Вот уж хороша добыча.

– Для женщин-демонов – да. – Шай подвинула ко мне мохито. – Лорд Хаоса – еще один завидный холостяк, хоть и чужак. Он был герцогом Змеиного Города в Англии и лидером своего округа. Никто не знает, почему он ушел, но, очевидно, произошел крупный скандал, ведь герцоги обычно не покидают свои города. Но самое главное – он неприлично богат.

– Если произошел крупный скандал, то почему никто не знает деталей?

Шай помешала напиток маленькой черной соломинкой.

– Между их городами нет связи. Приезжая в новый город, демоны не смогут рассказать о старом. Это одно из условий капитуляции в великой войне с демонами. Кстати, договор был скреплен магией. Пуритане считали, что если демоны начнут общаться друг с другом, то станут сильнее и восстанут против смертных, поэтому никто ничего не может рассказать о положении в Англии.

– Вау.

– Вот так. – Подруга наклонилась еще ближе: – Никто о нем ничего не знает. Но есть еще кое-что пугающее: в редких случаях, когда демоны переезжают в чужой город, они должны пройти обряд посвящения под названием Адское Испытание. Оно должно доказать, что демонские боги благословляют новоприбывшего. Не хочу называть это варварством, потому что это звучит осуждающе, но это и вправду варварство. В Городе Шипов Адское Испытание заключается в том, что демоны должны бежать через лес и попытаться убить новенького. Только выжившие имеют право остаться. Конечно, большинство погибает еще до посвящения, но Повелителю Хаоса удалось убить пятьдесят других демонов. Неудивительно, что все женщины хотят его.

Я уставилась на подругу:

– Разве это законно?

– Их город, их законы, – пожала она плечами. – Они не могут убить человека, не развязав войну, но демоны всегда играют честно.

Звучало довольно увлекательно.

– Как выглядит Повелитель Хаоса?

– Я видела издалека, но, несмотря на это, была сражена наповал его потрясающей красотой. Очень высокий. Волосы серебряные, но не из-за возраста. Это что-то потустороннее. Ошеломляющие голубые глаза, сводящие с ума острые скулы. Я влюблена в него и в демона ярости по имени Легион. У того длинные черные волосы и чертовски сексуальные татуировки. Они оба… потрясающие. Легион однажды одарил меня испепеляющим взглядом. И я забыла, как дышать, честное слово.

– А что насчет звезды? Ты у кого-нибудь на лбу видела пятиконечную звезду?

Между ее бровями пролегла морщинка.

– О чем ты говоришь?

Вот я и вернулась к своей одержимости – убийству матери.

Я покачала головой:

– Забудь. Просто вспомнила слухи об особых отметинах. Бред.

Подали пиццу, я взяла кусок и положила на тарелку. Выглядела она на удивление аппетитно, хоть и была веганской.

Шай побарабанила ногтями по столешнице.

– И почему меня не покидает ощущение, будто ты что-то скрываешь?

– Некоторые секреты должны оставаться секретами.

У меня потекли слюнки от одного запаха тыквы и чеснока. Я откусила кусок, и хотя веганский сыр обжег мне рот, он был восхитителен на вкус. Вряд ли магическая еда из мира демонов смогла бы конкурировать с ним.

Проглотив горячий сыр, я задала вопрос:

– Ты собираешься показать мне что-нибудь из исцеляющей магии, которую изучаешь? Если у меня заболит голова, ты сможешь это исправить?

Она промокнула рот уголком салфетки.

– Я еще не готова. И вообще, я учусь на ветеринара и не могу лечить людей.

– А если кто-то выстрелит мне в плечо, ты же сможешь вылечить меня с помощью магии? Или превратишь меня в кошку?

– Скорее, во что-то среднее между кошкой и человеком. Звучит ужасно, – вздрогнув, проговорила она.

На некоторое время мы притихли, доедая пиццу.

Закончив, я окинула взглядом клуб и заметила, что народу стало гораздо больше.

– Мы будем танцевать? – спросила Шай.

Находясь под влиянием двух мохито и пива, я крикнула нечто неразборчивое о своем дне рождения и направилась на танцпол.

Играл мой любимый Apashe. Поймав ритм, я потерялась в музыке. Мысли о ссуде, об ужасной презентации, о пауках, которые ползали по мне, пока я спала, выветрились из головы. Я забыла про Джека и пятиконечную звезду. И избавилась от жажды мести.

По крайней мере, пока музыка не утихла, а в воздухе не сгустилось напряжение.

Порой опасность можно почувствовать еще до того, как успеваешь ее заметить. Тьма заклубилась по бару, разносимая горячим, сухим бризом. Я замерла, обеспокоенная тем, что народ с застывшими от ужаса лицами таращился в одну сторону. По всему телу побежали мурашки. Нарастающее тепло казалось неестественным и пугающим. Мне жутко не хотелось оборачиваться.

Когда я наконец решилась это сделать, живот скрутило от ужаса. В дверях стоял демон с потусторонне-серебристыми волосами и глазами, напоминающими кусочки льда. Лорд Хаоса? Его размеры и захватывающая дух красота вызвали легкий приступ головокружения. Он был чертовски привлекателен.

Возможно, во мне говорил алкоголь, а может, всему виной стало физическое совершенство демона, но меня тянуло к нему словно магнитом. Хотелось подойти ближе, прижаться к мускулистому телу. Стоило мне посмотреть на него, и сердце забилось с бешеной скоростью.

Он выглядел божественно. Серебристые волосы опускались на душераздирающе острые скулы. Из-под распахнутого черного пальто с поднятым воротником виднелся тонкий серый свитер, подчеркивающий каждую мышцу. Я с уверенностью могла сказать, что демонический пресс тверд, словно скала. Пульс участился, когда я представила, как провожу пальцами по тонкому материалу, как напрягаются его мышцы.

Я никогда не получала удовольствия от секса, ни разу не вышло. Однако сейчас хватило одного взгляда, чтобы понять: вот он, мужчина, способный удовлетворить меня.

Я зажмурилась. Стоп. Черт возьми, что со мной? Он даже не был человеком. Принадлежал к совершенно другому виду, который раньше поедал людей.

Только вот стоило снова открыть глаза, и мне показалось, будто я таю. Его черные, словно ночь, брови подчеркивали бледно-голубой оттенок радужки. И меня это завораживало.

Когда же демон внезапно скользнул по мне своими ледяными глазами, меня пронзил ужас. Он сжал кулаки и опустил подбородок, как будто собирался броситься на меня.

Я замерла. Сердце застучало еще сильнее, но теперь уже по другому поводу. Я привлекла его внимание, но не в хорошем смысле этого слова. Это был взгляд чистого, неподдельного отвращения, взгляд ощутимой ненависти, от которого в моей голове зазвенели тревожные колокольчики.

Он ненавидел меня.

Черт возьми.

Что я такого сделала?

Глава 4

Напряжение сгустило воздух, и мои колени ослабли.

Внимание присутствующих было приковано к демону, в то время как его взгляд остановился на мне.

Каждая клеточка моего тела буквально молила развернуться и спасаться бегством, пока не стало слишком поздно. Несмотря на внешнюю привлекательность, это существо было смертельно опасным. Демон разорвал бы мне глотку, даже не моргнув глазом.

Прошла целая вечность, прежде чем выражение неприкрытой ненависти исчезло, сменившись жестокой, насмешливой улыбкой. Демон отвел от меня глаза и принял непринужденный вид, как будто происходящее его весьма забавляло.

– Что ж, продолжайте веселье, мои смертные друзья, – с шикарным английским акцентом произнес он. – Иначе может возникнуть неприятное подозрение, что демонам здесь не рады.

Двигаясь медленно и грациозно, он приблизился к барной стойке. Казалось, его огромное тело излучает невероятную смертоносную силу.

И пусть я дрожала от страха и пятилась от него, но все же поймала себя на том, что не могу перестать пялиться на демона. Шай потянула меня за руку, оттаскивая подальше от бара.

– Что происходит? – прошептала она, когда мы отошли на безопасное расстояние. Во рту у меня пересохло, а голова кружилась.

– Ты тоже заметила? Взгляд, которым он на меня смотрел? Я без понятия, что это было.

– Может, он тебя с кем-то перепутал. – Она покосилась на демона через мое плечо. – Именно о нем я тебе рассказывала. Лорд Хаоса. Но что он здесь делает?

Я повернулась, чтобы снова поглазеть на демона, на что он одарил меня ледяным взглядом, вскинул бровь и отсалютовал стаканом с виски.

Меня влекло к нему, словно мотылька к пламени, и я вдруг обнаружила, что направляюсь в его сторону. Заметив это, демон изогнул губы в насмешливой улыбке:

– Не думал, что после стольких лет снова встречу тебя.

Я прочистила горло:

– Вероятно, вы приняли меня за кого-то другого.

Обращенная ко мне холодная улыбка буквально сочилась ядом.

– О, это вряд ли, любовь моя. Я узнаю тебя из тысячи, слишком давно ты преследуешь меня в ночных кошмарах.

Пол начал уходить у меня из-под ног.

– Я никогда вас не встречала, – возразила я, попытавшись придать уверенности дрожащему голосу. – Абсолютно уверена, что запомнила бы двухметрового демона с серебряными волосами.

– Не прекращай танцевать из-за моего появления, – заявил демон, отворачиваясь, и вокруг его тела змеей обвилась темная магия. – Зачем позволять темному прошлому мешать веселью?

На мгновение я задумалась, а не связано ли это со смертью моей мамы. В конце концов, ее убил демон. Неужели он перепутал меня с ней? Впрочем, я быстро отбросила эту мысль. Мы с ней были не настолько похожи. Да, обе имели бледную кожу, лицо в форме сердца и одинаково изогнутые брови, но у меня были темно-карие глаза, а у нее – голубые. Я обладала более высокими скулами и крупным ртом. У мамы были светлые волосы, а у меня огненно-рыжие с несколькими светлыми прядями.

И самое главное, я не сомневалась, что в прошлом моей мамы не имелось темных пятен.

У меня участилось дыхание. В помещении неожиданно стало невыносимо душно, и я в отчаянии повернулась к Шай:

– Мне нужно на свежий воздух. Может, поищем другой бар?

– Я оплачу счет, – предложила она.

– Спасибо.

Встревоженная, я поспешила на выход. Моросящий дождь тут же немного остудил мою пылающую кожу. «Цирк де ла Мер» находился на узкой мощеной улице в старом районе у гавани. Через дорогу располагалась небольшая пивоварня, показавшаяся мне неплохим вариантом для продолжения вечера. Там подавали хот-доги, а я по какой-то причине не могла представить себе, чтобы демоны посещали заведения такого уровня.

В попытке унять сотрясающую тело дрожь я обхватила себя руками. Каким-то образом я нажила врага в лице ужасающего герцога демонов и понятия не имела, как именно мне это удалось. Перед смертью мама научила меня одной мудрости: у всех есть слабости. Вероятно, слабостью Повелителя Хаоса была женщина, за которую он случайно меня принял. Женщина, чье лицо преследовало его в кошмарах.

Я сделала глубокий, успокаивающий вдох. Здесь, снаружи, соленый бриз мягко скользил по коже, а в воздухе витал тяжелый аромат Атлантики. Облизнув губы, я ощутила привкус соли.

Внезапно вспомнилось, что раньше я считала маму параноиком. Она постоянно твердила об умении защищаться и поиске слабостей. Работая в социальной службе, она помогала людям с травмирующим прошлым. Я даже задавалась вопросом, а не случалось ли в ее жизни чего-то подобного? Родительница неустанно заставляла меня посещать занятия по самообороне, изучать боевые искусства. Она была одержима мыслью, что нас преследуют враги и что однажды демон придет за ней.

Я всегда беспрекословно выполняла ее требования. Ходила на уроки самообороны в Осборне, а по выходным она тренировала меня лично. Мама учила меня искать у противника слабые места и использовать их в своих целях. Временами мне казалось, будто она готовит меня к войне, которая никогда не случится. Однако в ту ночь, когда мама умерла, я поняла, что война была вполне реальной. Только не догадывалась, из-за чего ее убили.

Пока я таращилась на стеклянные двери пивоварни, оттуда вышли три парня из братства, пьяные в стельку, в рубашках со значком Альфа-Каппа. Стремясь остаться незамеченной, я скрылась в тени.

Следом за ними выбежала стройная блондинка. Ее слегка штормило от выпитого. А еще она явно была чем-то потрясена, даже немного напугана. Мне показалось, девушка пытается от кого-то убежать.

Внезапно двери в очередной раз распахнулись и появился Джек, тем самым давая ответы на все мои вопросы. Очевидно, он терроризировал не только меня.

Его глаза были прикованы к девушке, и мое сердце забилось быстрее.

– Джен, – невнятно прокричал он, – куда ты? Джен! Перестань вести себя как сука! Тебе повезло, что я обратил на тебя внимание. Ты должна радоваться… Я лучший квотербек в Осборне. Ты даже не представляешь, какие у меня грандиозные планы, Джен. Я буду миллиардером. Триллионером! Меня покажут по телевидению!

Черт его знает, что он имел в виду, но это однозначно подтверждало мои подозрения. Парень страдал нарциссическим расстройством личности: завышенное чувство собственной важности, озабоченность фантазиями о власти. За претензиями на превосходство и преувеличением достижений скрывался глубоко неуверенный в себе человек.

Блондинка – Джен – споткнулась об один из булыжников. Именно тогда он бросился к ней и схватил за руку. Она повернулась к парню лицом, и ее глаза расширились от страха.

– Отпусти меня! Не веди себя как придурок, Джек!

– Джен! – крикнул он. – Ты всегда была отвратительной шлюхой. Поэтому должна быть благодарна, что я заговорил с тобой.

После этих слов парень потащил ее в темный переулок рядом с баром.

– Перестань! – визжала девушка.

Джек крепко прижал ее к себе и закрыл рот рукой.

Вот черт. Я видела достаточно. У меня сработал инстинкт «бей или беги», и в венах забурлил адреналин.

Глава 5

– Убери от нее руки, Джек! – закричала я, бросаясь за ними.

Парень обернулся, и удивление на его лице быстро сменилось мерзкой ухмылкой. Однако блондинку он так и не отпустил. Лишь широко улыбнулся, направляясь в мою сторону с зажатой в объятиях Джен.

– Роуэн, детка, ты меня преследуешь? На что-то еще надеешься? Я же говорил, что не хочу, чтобы ты у меня отсасывала. Боюсь заразиться чем-нибудь.

Шатающейся походкой он шел в мою сторону, ведя за собой девушку.

– Отпусти ее, – потребовала я.

Джек продолжил приближаться, пока я не ощутила его тошнотворное дыхание. От него несло рвотой. Очевидно, из пивоварни его выгнали за то, что он наблевал. Класс.

Серебряный молоток на его рубашке блеснул в свете фонарей.

– Отвали от Джен, – повторила я. – Я не хочу снова бить тебя.

Вранье. Я определенно жаждала его ударить, но не желала попасть из-за этого в неприятности. Честно признаться, я до сих пор искренне удивлялась, почему он еще не пожаловался на меня в полицию.

Джек, к сожалению, оказался слишком тупым, чтобы прислушаться к предупреждениям, и не стал отпускать свою жертву.

Сердце забилось еще сильнее, злость закипала в крови.

Неожиданно откуда-то слева послышались мужские голоса. Обернувшись, я обнаружила его вернувшихся друзей. Мелькнула надежда, что парни вмешаются и мне не придется пачкать руки, но вместо этого один из них радостно присвистнул:

– Джек! Сразу две. Мы присоединимся к вечеринке?

– Я прошу тебя по-хорошему, – процедила я. – Если мне придется просить снова, то я определенно сделаю тебе больно.

– Знаешь, в чем твоя проблема? Ты слишком напряжена. Клянусь богом, – невнятно пробормотал он, – тебе не следовало отшивать меня. Я мог бы вытрахать из тебя всю твою стервозность.

Наконец он ослабил хватку, и Джен, воспользовавшись моментом, рванула прочь. А парень тем временем бросился на меня. Схватил за горло и притянул к себе, крепко сжимая шею.

Мама была права. Мир полон опасностей, и мы обязаны искать слабые места противника.

К счастью, найти их у Джека не составило труда. Я быстро двинула ему коленом в пах. Парень согнулся пополам, и я тут же локтем врезала ему по почкам. Он застонал и упал на землю.

От мысли, что могла нанести ему серьезные повреждения, меня пробрала дрожь.

– Воу, – воскликнул один из членов братства, – что за фигня здесь творится?

Выведенный из строя Джек валялся на земле, но меня тут же окружили его друзья.

– Черт возьми, Джек, – присвистнул один из них, – это не та цыпочка, что избила тебя прошлым вечером? Та, которую ты отшил?

Кто-то крикнул о том, чтобы вызвали полицию.

К несчастью для меня, если сегодня кого-то и арестуют, то это буду я – сумасшедшая дамочка, избившая сына конгрессмена. Та, у которой прямо на занятии случилась истерика. Та, на которую уже имеется досье в полицейском управлении Осборна.

Куда подевалась Шай?

Я нерешительно схватилась за телефон, как вдруг один из парней выбил его у меня из рук.

– Ой, – усмехнулся он.

– Чувак! – кому-то крикнул один из них.

Они все были пьяны, что делало их еще более опасными, хотя я совершенно не испытывала страха. Одну лишь ярость.

Джек приподнялся на локтях и поморщился:

– Ты не имеешь никакого права нападать на меня только потому, что я не позволяю тебе сосать мой член. Хотя даже забавно, насколько ты жалкая.

Лживый кусок дерьма.

Один из парней схватил меня за плечо:

– Пошли с нами, рыжая. Думаю, у меня найдется чем занять рот отчаявшейся девчонке.

Я ударила его локтем под ребра, но другой парень тут же схватил меня за руку. Когда я осознала их численное превосходство, меня волной накрыла паника. Обезумев, я собралась нанести очередной удар, но внезапно что-то опалило мою кожу.

Время как будто остановилось. Словно в замедленной съемке мимо прошелестел горячий сухой ветер, поиграв с моими волосами. Парни из братства медленно отшатнулись, широко раскрыв глаза от удивления, а затем мир вернулся к нормальной скорости.

Ближайший парень упал на колени, из его носа хлынула кровь.

Что за чертовщина?

Осмотревшись, я обнаружила, что остальные четверо тоже лежат на земле. Они стонали, схватившись за головы. Джек захныкал, и кровь из его носа закапала прямо на вымощенную булыжником мостовую. У меня сжался желудок.

Пока парни корчились в агонии, я оглянулась… Позади, как и предполагалось, стоял Повелитель Хаоса. Он возвышался посреди темной улицы, и от этой картины мое сердце пропустило удар.

Воздух казался теплым, будто наэлектризованным. Тишину разорвал пронзительный крик. Обернувшись, я увидела искаженное мучительной болью лицо Джека.

Вот дерьмо.

Как бы сильно ни злилась на этих парней, мне не хотелось стоять и смотреть, как их головы разрываются от боли. Это уже был бы садизм чистой воды. Да и мучительные крики, которые они издавали, остудили мою кровь.

– Хватит уже, – прошептала я, а затем повторила гораздо громче: – Остановись!

Лорд Хаоса щелкнул пальцами и скользнул по мне взглядом.

– Что случилось? – насмешливо поинтересовался он. – Хочешь, чтобы я поверил, будто ты способна испытывать жалость? Забавная идея. Мне нравится, как ты пробуешь что-то новенькое, каким бы абсурдным оно ни казалось.

Отвернувшись от него, я взглянула на ребят из братства, которые продолжали стонать. Двое из них рыдали, из их носов все еще текла кровь. Парни медленно поднялись и, попятившись, убежали прочь.

Меня трясло от ужаса.

Вновь обратив внимание на демона, я заметила веселый блеск в его глазах.

– Я думал, что тебе это понравится.

– Спасибо за помощь, – произнесла я. – Наверное.

Его улыбка мгновенно испарилась, и демон приблизился ко мне со сверхъестественной скоростью. Его пронзительный взгляд сверху вниз пробудил во мне дрожь.

– О, вряд ли ты на самом деле желаешь поблагодарить меня, – пробормотал он. – Ведь так? Думаю, любовь моя, ты должна знать, какое изощренное наказание тебя ожидает.

Я перестала дышать.

Какого хрена?

Мне следовало бежать от него, но повернуться спиной к хищнику было бы ошибкой. Я прекрасно знала, что нельзя вести себя как добыча. Однако в этот момент едва подавляла непреодолимое желание опустить глаза в знак покорности.

– Тебе придется объяснить, что ты имеешь в виду, ведь я понятия не имею, о чем ты говоришь.

Его горячая сила проскользила по моей влажной коже, заставив подняться дыбом волосы на руках.

– Тебе стоит знать, зачем я пришел. – Он наклонился ближе ко мне и прошептал: – Я здесь ради мести.

Его обжигающая магия заструилась вокруг меня, медленно лаская кожу горячим воздухом. Он полностью контролировал мое тело, заставляя оставаться на месте. Все мои мышцы словно закаменели.

– Прекрати, – прошипела я.

Но тут же почувствовала, как магия прокралась в мое сознание и в глазах начало темнеть. Вот так я и оказалась в его руках.

Глава 6

Очнулась я от звука капающей воды. В кромешной темноте я лежала на холодном каменном полу. Платье задралось, обнажив ноги, а правое бедро находилось в ледяной луже. Зубы стучали от дикого холода.

Пахло затхлостью и плесенью, что, между прочим, не сильно отличалось от подвала, где я жила.

Сотрясаемая дрожью, я села, отчего сильно закружилась голова.

Судя по всему, Лорд Хаоса похитил меня и запер в подвале. И пусть я не ожидала чудесного дня рождения, но этот определенно превзошел даже самые худшие ожидания.

Сердце бешено колотилось в груди. Встав на ноги, я попыталась отыскать телефон, но потом вспомнила, что парни из братства выбили его у меня из рук.

Тяжело сглотнув, я обхватила себя руками.

– Эй?

Но мне ответило лишь собственное эхо. Единственным звуком кроме него оставался стук капель.

Спустя несколько минут я решила нащупать хоть что-нибудь в темноте. Кончиками пальцев я коснулась склизкой стены, мха, плюща, а потом и железных прутьев.

Ладно, меня заперли не в подвале. Это место больше походило на тюремную камеру или темницу.

– Эй? – позвала я еще раз и продолжила вглядываться в темноту.

Вдруг на стене напротив вспыхнули факелы, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности. В связи с тем что поблизости никого не наблюдалось, я решила, что их зажгла магия. Теплый свет теперь проникал в камеру, освещая железные прутья.

Я оглядела окружающее пространство. По трем стенам вился плющ, а напротив моей камеры располагалась обычная каменная стена с факелами. Вот и все.

С бешено колотящимся сердцем я подошла к решетке и в ожидании ухватилась за прутья. В помещении стоял такой холод, что дыхание мое превращалось в облачка пара.

Несколько мгновений спустя послышался звук шагов, и вскоре передо мной предстал Повелитель Хаоса. Идеальные черты его лица особенно выделялись в золотом свете факелов. Жаль, что он являлся демоном и безжалостным ублюдком, ведь одновременно с этим мужчина был душераздирающе красив. Он стоял напротив камеры с жуткой, демонической неподвижностью, от которой у меня по коже побежали мурашки. Миндалевидное тело – часть мозга, которая оценивала угрозу, – мгновенно распознало в нем хищника, а не человека. Разум твердил мне убираться отсюда к чертовой матери, и, похоже, его не волновало наличие железной решетки.

– А вот и ты, любовь моя, – буквально промурлыкал демон.

Я беззастенчиво пялилась на него, пытаясь вспомнить, как формулируют предложения.

– Нельзя закрывать человека в темнице, а потом называть его любовью.

Он тихо усмехнулся:

– Извини, ты намекаешь на мои плохие манеры? – Улыбка мгновенно испарилась с его лица. – Признаюсь, мне абсолютно наплевать, Мортана.

– Почему я здесь?

– Потому что я ненавижу тебя больше, чем кого-либо из живущих на этом свете. Я всегда мечтал увидеть тебя по ту сторону решетки. – Его жестокие глаза медленно скользили вверх-вниз по моему телу. – Какое же это наслаждение. Особенно учитывая, какую ничтожную жизнь ты вела среди смертных. О, как низко пали сильные мира сего!

Я навела на него палец:

– Когда ты уже поймешь, что несешь полный бред?

Демон подошел ближе, взглядом пронзая тьму, и схватился за решетку камеры.

– Эта ночь восхитительна. Я и представить себе не мог, что все повернется таким образом. – Несмотря на постоянные угрозы, его голос казался мне мягкой соблазнительной лаской. Он коснулся моей обнаженной кожи, посылая горячую дрожь по всему телу и приводя меня в замешательство. – Возможно, это самое сильное удовольствие, которое я когда-либо испытывал. Разве не помнишь, каково было, когда ты приходила ко мне?

От паники у меня перехватило дыхание.

– Я не та, за кого ты меня принимаешь. Как заставить тебя понять это?

Он одарил меня ледяной улыбкой:

– Правда? За последние несколько столетий у тебя изменились взгляды? Теперь ты хорошая? – Его голос буквально сочился сарказмом. – Не устроить ли нам распродажу выпечки, чтобы финансировать занятия спортом для малообеспеченных смертных детишек?

– Мне не несколько веков. Я смертная. Разве ты не видишь разницу? Я из Осборна, ходила в среднюю школу Осборна. В одной из школьных постановок я играла леди Макбет и упала со сцены. Джаред Халвесон в шутку пригласил меня на выпускной, ради чего я вырядилась в черное платье, а он даже не пришел, – выпалила я в отчаянной попытке объяснить, насколько являюсь обычной.

Но его улыбка лишь стала шире, и от этой красоты у меня защемило в груди.

– Да, довольно печальное зрелище. Ты так и продолжишь притворяться? В ночь перед казнью, Мортана, ты будешь делать вид, что ты простая смертная, жалкая даже по сравнению с остальными людьми? Восхитительно.

Проигнорировав его оскорбления, я сфокусировалась на одном слове. Мортана. У меня было имя.

– Ладно. Давай сначала. Я не Мортана. Меня зовут Роуэн Моргенштерн. Если заглянешь в мой кошелек, найдешь там документы. Мне двадцать два года. Сегодня мой день рождения. Чуть ранее я выступала с презентацией о подавленных воспоминаниях. Я живу в подвале с пауками.

По всей видимости, я была не в состоянии прекратить поток бессвязной информации. Но какова вероятность, что древний ужасный демон принял бы права штата Массачусетс за подтверждающий личность документ? Мне думалось, что не самая высокая.

– Должен быть способ доказать, что я не Мортана.

Еще никогда в жизни мне так сильно не хотелось вернуться в свой подвал.

– Я пришел сюда, надеясь на угрызения совести. Посчитал, что перед смертью тебе захочется снять с себя бремя. Но, кажется, меня лишат этого особого удовольствия.

– Перед смертью? – Во рту пересохло.

– Ты должна помнить тюремные виселицы, – тихо произнес он. – Я определенно не забыл.

Я отчаянно замотала головой.

– Нет. Не хочу! – вскричала я. – В очередной раз повторяю: я не Мортана!

Вокруг демона начало распространяться облако черной магии, окутывая его, словно дымка.

– Ты довольно долго находилась за пределами ворот, поэтому смерть будет быстрой. Ты умрешь, как смертная, если я убью тебя утром до того, как вернется твоя магия. Это не та смерть, которую ты заслуживаешь, но уж как есть. Завтра можешь поблагодарить меня за милосердие. Сейчас же я вижу, что ты не готова к словам благодарности.

С этими словами он повернулся и зашагал прочь, окутанный тенью.

Я провожала его взглядом, пока факелы не погасли и темнота снова не заполнила камеру.

Заставив себя сделать глубокий вдох, я попыталась собраться с мыслями. Крики и мольбы ни к чему хорошему не приведут. В темноте я отыскала сухую часть камеры и скользнула в один из углов.

Сидя в тишине, я осознала свою первую ошибку. Доктор Омер сразу сделал бы мне замечание. Нельзя просто так сказать кому-то, что он неправ, – сразу же начнется спор. Надо аккуратно подводить человека к выводам, чтобы он решил, будто это его идея.

Я закрыла лицо руками, чувствуя, как все сжалось в груди.

На холодном полу в кромешной темноте одиночество поглотило меня. Неужели мне суждено умереть в этом месте? Неужели суждено унести за собой в могилу все секреты? Тайны, о которых я никому и никогда не рассказывала. Слишком они темные и жуткие.

Я никому не говорила, что в ночь гибели мамы была покрыта пеплом. Когда я училась в старших классах, полиция обнаружила в местном лесу обугленное тело моей мамы. Меня же нашли в полумиле от того места на обочине. Всякий раз рассказывая об ее убийстве, я улавливала легкие перемены в воздухе. Я чувствовала, как напрягаются мышцы и ускоряется дыхание. Вряд ли кому-то хотелось слышать о том, что его мать нашли сожженной в лесу. Узнав, что произошло, люди начинали смотреть на меня по-другому, как будто я была проклята. Впрочем, так оно и было.

Я никому не рассказывала, что пребывала в кататоническом состоянии[3] со спутанными воспоминаниями. Даже подруге не призналась, что, когда меня допрашивала полиция, я несла что-то бессвязное. Поэтому долгое время оставалась главной подозреваемой. Я лишь помнила, как мама повредила лодыжку. Она попросила меня бежать быстрее и позвать на помощь. Я понимала, что мы в опасности, и сломя голову неслась сквозь чащу, пока не услышала нечеловеческий звук, больше похожий на рычание. Далее следовали запах горящей плоти и крики. После этого мои воспоминания путаются, но я четко помню яркую пятиконечную звезду.

Единственное, что я предельно четко запомнила, – это пронзающий до глубины души ужас.

После допроса полицейские пришли к выводу, что я брежу, вероятнее всего, на фоне употребления наркотиков. Ведь демоны веками не убивали смертных. Никто не сомневался, что это просто невозможно. Роуэн, ты сошла с ума?

В конечном итоге они сляпали недоработанную версию, что мамино убийство связано с наркотиками. Но это было не так. Она никогда не принимала наркотики.

В школе ходили разные слухи. Люди, которые вовсе не знали мою маму, утверждали, будто она была проституткой и наркоманкой. Кто-то говорил, что это я убила ее в приступе ярости: облила бензином и бросила спичку.

Клянусь, когда найду реального убийцу, я все выясню.

– Черт подери, – выругалась я. – Я не Мортана.

Вдруг из соседней камеры послышался вздох. Неужели там кто-то был?

– Эй, – позвала в очередной раз, испытывая странное облегчение оттого, что у меня нашлась компания. – Я не знала, что здесь кто-то есть.

Еще один вздох. Там определенно кто-то был.

Обхватив себя руками, я громко сглотнула.

– Мне здесь не место. Понимаю, что все так говорят, но я смертная. Вряд ли демоны имеют право заключать смертных в тюрьму. Не знаешь, как можно выбраться отсюда?

Мне никто не ответил.

– Конечно, если бы ты знал, то тебя бы здесь не было. Тебе что-нибудь известно о Мортане?

Ответом мне стала лишь упавшая капля воды.

Я уронила голову на руки, дрожа от волнения.

– Я не она. Я не демон, и мне не несколько столетий.

Каким-то образом молчание моего нового тюремного друга только усилило желание рассказать ему больше. Лорд Хаоса оказался прав. Я очень хотела излить душу, но не из-за чувства вины. Секреты душили меня, и я отчаянно захотела избавиться от них.

– Тогда позволь мне кое-что рассказать, – начала я. – Мне двадцать два. Вероятно, завтра я умру. Хотя я отказываюсь умирать завтра. Знаешь почему? Потому что даже еще не любила. Я встречалась с одним парнем, который обожал комиксы и играл на пианино. Он был милым и высоким, но постоянно твердил, что мне надо заняться спортом, а когда мы наконец переспали, то это было… скучно. Помню, как я читала названия книг на полке, ожидая, пока все закончится. А еще меня за задницу укусил комар. В конце концов он бросил меня ради какой-то девчонки. Вот и все. Это были единственные отношения в моей жизни.

Разум метался от одной мысли к другой. Я никогда раньше не рассказывала об этом и сейчас с удовольствием изливала душу. Мне было плевать, что подумает незнакомец, зато он идеально подходил, чтобы освободиться от бремени.

Это так освобождало.

– Думаю, нам стоит обсудить Джека, – продолжила я. – Кстати, ты хороший слушатель.

И я поведала ему о поведении Джека в старшей школе, о своем прозвище, о том, как Джаред Халвесон выложил нашу постыдную переписку. Я рассказывала о каждом опрометчивом или ужасном поступке. Как написала подруге сообщение о пятнах пота у учителя математики и случайно отправила ему. О странной закуске, приготовленной в микроволновке. О том, как меня неоднократно рвало в мусорное ведро на вокзале Гарварда после слишком большого количества текилы. О странном таксисте, которого я чуть не прикончила в Кембридже. Как я помочилась возле кафе, потому что его сотрудники не пустили меня в туалет. Рассказала о том, что никогда не получала оргазма, поэтому не верю в его существование. Объяснила, почему отказалась от мужчин и начала носить бабушкины трусы, потому что какая разница?

В течение часа я рассказала обо всех эгоистичных поступках, которые когда-либо совершала и о которых помышляла.

– …и вот объясни, почему единственный мужчина, который, как мне показалось, действительно мог бы меня сексуально удовлетворить, является демоном, который похитил меня и запер в тюрьме? Именно поэтому я уверена, что Бога нет. Это слишком жестоко. Самый сексуальный мужчина, которого я когда-либо видела, ради которого согласилась бы носить кружевное белье, оказался гребаным Ганнибалом Лектором в духе «Сверхъестественного». Это что, какая-то шутка?

В камерах воцарилась тишина, и я поняла, что вот-вот засну.

– Ты закончила? – раздался тихий мужской голос из соседней камеры.

Я ахнула, осознав, что там и вправду кто-то был.

– Да, думаю, этого достаточно, – ответила я, измученно опуская голову на руки.

Единственное, о чем я умолчала, – это смерть мамы от рук демона с горящей звездой во лбу. Потому что втайне я все еще надеялась выбраться отсюда. А виновным мог оказаться и Повелитель Хаоса, и мой тихий сосед по камере.

Любой демон может быть причастен к ее гибели.

Я села на холодный пол с абсолютной уверенностью в следующем:

Первое – я выберусь отсюда.

Второе – я найду способ остаться в Городе Шипов.

И третье – я отомщу демону за смерть мамы.

Глава 7

Обычно я плохо сплю, когда чем-то взволнована.

А тот факт, что мне предстояло провести ночь в демонской тюрьме, да еще перед собственной казнью, однозначно должен был меня обеспокоить.

Но, к удивлению, стоило только сомкнуть веки, и я тут же крепко заснула.

Наверное, мне помогла уверенность в том, что все удастся исправить. Ну или облегчение, появившееся после того, как я наконец раскрыла свои тайны демону в камере по соседству. Как бы то ни было, проснувшись, я обнаружила, что мирно проспала всю ночь в одной позе. От меня несло потом и плесенью, а еще ужасно хотелось писать, но в целом я чувствовала себя отдохнувшей.

Сквозь щели в потолке просачивались редкие солнечные лучи.

Сев прямо, я обхватила себя руками.

– Ты еще здесь? – спросила я.

Ответом мне стала тишина.

Несмотря на наличие слабого солнечного света, в камере все равно было темно, как ночью. Я прижала колени к груди и задрожала от холода. Внезапно мой взгляд упал на крошечную точку на стене, аккурат между лозами. Тонкий лучик осветил спрятанную за листьями резьбу на камне.

Я подползла к стене и освободила ее от плотных зарослей, но из-за темноты так и не смогла ничего прочесть. Тогда я решила ощупать резные буквы пальцами.

Л… Ю… Ц… И… Ф… Е… Р…

Вздрогнув, я продолжила. Надпись оказалась старой и потрескавшейся, и у меня заняло немало времени, чтобы в итоге в моей голове сложилась фраза:

Lucifer urbem spinarum libarab…

Оставшаяся часть надписи безвозвратно исчезла. Но если полученные в школе знания латыни меня не подводили, то здесь говорилось что-то вроде «Люцифер освободит Город Шипов».

Интересно. Только вот как мне это поможет?

Я отодвинулась назад к своему месту и снова обняла колени.

В тишине постаралась сосредоточиться на плане своего освобождения. Его успех зависел от того, удастся ли убедить Лорда Хаоса, что я не та, за кого он меня принимает. А для этого в его разуме нужно было посеять зерна сомнений. Мне бы только выиграть немного времени, отсрочить казнь, и я заставлю его понять, что не являюсь Мортаной. Не важно, что у них произошло, вряд ли демон желал развязать войну, убив смертную. Нашим видам на протяжении сотен лет удавалось сохранять мир.

Когда я услышала эхом разносящиеся по тюремным коридорам шаги, каждая клеточка в теле напряглась, а пульс участился. Я вскочила на ноги в полной решимости убедить его. С приближением демона факелы на стене снова ожили, и теплый свет заиграл на стенах.

Повелитель Хаоса медленно подошел к камере и уставился на меня своими ледяными голубыми глазами. Закатанные до локтей рукава его белой рубашки обнажали пугающую татуировку в виде свернувшейся кольцом змеи.

Исходящее от него тепло заставило мое дыхание участиться. Еще никогда я не находилась на столь близком расстоянии от демона, и это будоражило. И пусть он сильно походил на человека, но все же отличался. Более высоким ростом, более совершенной внешностью и просто устрашающей неподвижностью.

Однако пришло время изложить свою позицию.

– Не думаю, что меня ждет суд, верно? – спросила я.

Он медленно покачал головой.

– Ты упоминал, что ей двести лет, – начала я. – Сколько времени прошло с тех пор, как ты в последний раз видел Мортану?

– Это твоя защита? – В его взгляде промелькнуло любопытство.

Аккуратно подвести к выводу. Но каким образом это сделать, когда демон не говорит ни слова? А ведь против него требовалось использовать его собственные слова.

– Ты уверен, что хочешь отомстить, убив Мортану? Разве спустя столько лет тебя не могла подвести память?

Некоторое время он просто молча смотрел на меня. А я переживала, что ситуация развивается не по плану.

– Утверждая, что ты на нее похожа, я имею в виду, что ты ее абсолютная копия. Я никогда не ошибаюсь и не забыл ни единой ее черты. Я вообще никогда ничего не забываю, – отрывисто ответил он.

Сердце забилось с надеждой – он говорил о ней как об отдельном человеке.

– Ты не забыл ни единой ее черты. Заметил, как говоришь о ней в третьем лице?

Без единого слова он достал из кармана ключ и открыл дверь. Шагнув внутрь, демон буквально навис надо мной, а кожи коснулась его магия.

Я попятилась назад, тело сковало от леденящего ужаса. Во времена, когда смертные еще не изобрели оружие, чтобы дать отпор, мы были для демонов всего лишь добычей. Если они не соблазняли смертных, то просто пили у них кровь. Десятки тысяч лет эволюции говорили мне бежать от него к чертовой матери.

Миллионы пугающих мыслей проносились в голове, пока я не остановилась, упершись спиной в стену.

– Полиция Осборна хорошо работает, – соврала я. – Они сразу узнают, если ты убьешь меня.

– О, сильно сомневаюсь, – склонив голову набок, прошептал он бархатным тоном.

Глава 8

У меня перехватило дыхание:

– Ты все еще думаешь, что я Мортана?

Демон так внимательно смотрел на меня, что создалось впечатление, будто он заглядывает мне прямо в душу.

– Я выслушал все, что ты рассказала прошлым вечером.

Господи, и кто меня за язык тянул?

– Так это ты был в соседней камере?

– Тебе удалось посеять зерно сомнения в моей голове. У Мортаны слишком обострено чувство собственного достоинства, чтобы участвовать в подобном. Выпускной бал, рыдания в одиночестве в подвале, боязнь божьих коровок. Счастливая ручка, которую ты всегда носишь с собой.

– Пожалуйста, верни мне мою ручку, – прошептала я.

– Репетировать в своей комнате пение в караоке, несмотря на то что тебя никто никуда не приглашает. Я никогда не понимал желание смертных покончить жизнь самоубийством, пока не выслушал подробности о твоей жизни.

Я сузила глаза:

– Слушай, может, я и странная, но никогда не хотела убить себя.

– Не ты. Я говорю про себя. Я видел такую тьму, о которой ты даже не представляешь, ужасы, которые вывернули бы твою душу наизнанку. И тем не менее за несколько сотен лет существования никогда прежде я не был настолько готов покинуть этот бренный мир. – Он прижал палец к губам. – Вероятно, все дело в пакетиках с йогуртом, которые ты носишь в сумочке, потому что тебе не с кем обедать. И плевать, что они предназначены для младенцев.

А вот это прозвучало обидно.

– По крайней мере, я не ворую людей, словно какой-нибудь психопат. Можешь назвать меня сумасшедшей, но я уверена, что этот недостаток похуже йогурта. И кстати, в нем содержатся пробиотики, так что мой микробиом[4] в идеальном состоянии.

Он смотрел на меня, а вокруг сгущались тени.

– Кстати, ты тоже далек от идеала, – добавила я. – Ты до странности одержим Мортаной.

В его взгляде промелькнула жестокость.

– А я и не утверждал, что идеален. Честно признаться, я абсолютный придурок с нездоровой одержимостью местью. Но я не унываю, а еще никогда не превращал свою рубашку в миску для сухих хлопьев, чтобы поесть в одиночестве субботним вечером.

Месть. Мне удалось разговорить демона, и он сам подвел беседу к желаемому. Осталось лишь умело использовать выпавший шанс. Так уж случилось, что я очень хорошо понимала нездоровую одержимость местью. Видимо, у нас немало общего с демоническим придурком.

«Выстраивайте взаимопонимание, отвечая клиенту его же словами», – зазвучали в голове советы доктора Омера.

– Итак, о семенах сомнения, – начала я. Что там говорил доктор Омер? – Давай поговорим об этом.

Он медленно покачал головой:

– Я признаю, что ты, возможно, не демон. Хотя выглядишь в точности как она, и это сбивает с толку.

– Может, она мой дальний предок?

Он снова покачал головой:

– Демоны редко размножаются. А когда мы все же делаем это, то всегда порождаем других демонов. Ты не можешь быть одновременно смертной и потомком Мортаны.

– Совпадение? – Я прикусила губу.

Он на мгновение задумался.

– Время от времени у демонов появляется смертный двойник. Редко, но все же это возможно.

Я с облегчением вздохнула:

– Да, должно быть, так и произошло.

– Но в доказательство мне необходимо проверить две вещи.

– Все, что угодно, – с надеждой ответила я.

Он скользнул взглядом по моему телу.

– Для начала: у Мортаны был небольшой шрам на верхней части бедра. Покажи мне свои ноги.

– Ты хочешь, чтобы я подняла платье?

– Да.

– Ну ладно.

И тут я вспомнила о своих откровениях прошлой ночью: что он единственный мужчина, ради которого мне захотелось носить кружевное белье; что он, по моему мнению, тот самый, кто мог бы довести меня до оргазма. Внутренне ужаснувшись, я ощутила, как по щекам пополз жар.

– Ну же, – мягко поторопил он.

Раздувая ноздри, я уставилась ему прямо в глаза и медленно потянула платье вверх. Остановилась я чуть ниже линии трусиков.

Лорд Хаоса склонил голову, рассматривая мои ноги. От холода по коже внезапно побежали мурашки. Демон выглядел увлеченным, а его взгляд сиял все ярче. Затем он придвинулся ближе и немного наклонился, хватая мою правую ногу под коленом и приподнимая ее повыше, словно мы танцевали танго. Теперь демон оказался всего в нескольких дюймах от моего бедра, внимательно изучая его. Кончиком пальца свободной руки он провел по самой верхней части, и меня тут же охватила дрожь.

Черт возьми, это отвлекало. Излучаемая им магия соблазняла, заставляла чувствовать себя опьяненной. От места контакта по всему телу разлилось тепло. Я впервые видела, чтобы кто-то был настолько очарован кожей. И даже представить себе не могла, что одно-единственное прикосновение может вызывать такую бурную реакцию.

– Видишь? – прошептала я. – Никакого шрама.

Демон опустил мою ногу и отошел назад, оставляя меня один на один с холодом.

– Интересно, – нахмурился он.

– А какое второе доказательство? – выдохнула я.

Скривив губы, он обнажил острые белые клыки, а после лизнул один.

Я вздрогнула:

– Что?

– Кровь смертных отличается по вкусу от демонской.

Мои внутренности сковал страх.

– Ты хочешь выпить мою кровь? Как в старые времена?

– Мне потребуется всего капля.

– Ты осознаешь, насколько жутко это звучит? Нет ли какого-нибудь медицинского способа проверить? Например, шприцем.

– Здесь нет шприцев. Но это не настолько ужасно, как тебе кажется. Когда-то смертные женщины стекались толпами, чтобы предложить свои шеи мужчинам-демонам, – пробормотал он. – Им это нравилось.

– Не сомневаюсь.

Он медленно пожал плечами, явно разозлившись.

– Я ведь предупреждал, что я придурок? Так что мне все равно, если в тюрьме будет сидеть невинный человек. Да и, честно признаться, вряд ли твоя жизнь здесь будет намного хуже, чем в подвале в Осборне. И я не стану испытывать мук совести, оставляя тебя здесь взаперти. Так что ты или позволишь мне укусить себя за шею, или останешься здесь навечно. Выбирай.

По всей видимости, пришло время поторговаться:

– Хорошо. Я разрешу тебе попробовать мою кровь. Но когда ты закончишь, я не вернусь в Осборн. Я хочу остаться в Городе Шипов.

– Не получится, – нахмурился он. – Смертным здесь не место, если они не студенты или не слуги.

Я скрестила руки на груди:

– Уверена, что тот, кого называют Повелителем Хаоса, найдет способ обойти закон.

Он одарил меня кривоватой усмешкой:

– С чего ты решила, что имеешь право выдвигать мне какие-то требования?

Я разгадала, в чем его слабость. Он жаждал мести. И я прекрасно его понимала. Однако главным в желании отомстить, особенно столь жгучем, как у демона, было то, что оно разгоралось подобно лесному пожару. Когда не просто хочешь прервать чью-то жизнь, нет, ты хочешь прикончить любого, кто помогал этому человеку. Позади себя ты готов оставить голое пепелище.

– Ты ведь жаждешь мести, не так ли? – поинтересовалась я. – Ты упоминал, что Мортана преследует тебя в ночных кошмарах. Ты ненавидишь ее достаточно сильно. Она единственная, кого ты желаешь убить, или есть еще кто-то?

В его зрачках заплясали огоньки пламени, и стало понятно, что он догадался, к чему я клоню.

– Она работала не одна.

Я сделала шаг вперед и, запрокинув голову, посмотрела демону в глаза:

– Я могу притвориться ею. Выудить информацию из людей, которых ты ненавидишь. Я готова шпионить для тебя.

Некоторое время он сохранял неподвижность, как камни вокруг нас, отчего у меня по телу пробежал холодок.

– Если предположить, что все это не розыгрыш, то я сомневаюсь, что из тебя выйдет убедительный суккуб, – наконец произнес он. – Ты не соблазнительна.

Я поморщилась. Упс.

– Всему можно научиться. Даже соблазнительности суккуба. – Что бы это ни значило.

Кажется, мои слова потрясли его.

– Я подумаю над этим, как только попробую твою кровь. Прежде чем мы продолжим, мне нужно знать наверняка, что ты смертная.

– Ладно, давай. Укуси меня, – проговорила я, широко разводя руки.

В то же мгновение теплая магия скользнула по мне, согревая мою кровь, словно запретная ласка. Демон буквально пригвоздил меня пронзительным взглядом, и я ощутила, как напряглись соски под тонкой тканью платья. Удивительно, но он оказался прав. Я хотела, чтобы он укусил меня. Хотела, чтобы он схватил меня, прижал к стене и вонзил острые клыки мне в горло. Странно, но я изнывала от желания, чтобы он творил со мной всякие непотребства.

Демон пристально смотрел мне в глаза, и я остро чувствовала исходящую от него властность. Меня окутал соблазнительно-терпкий аромат жженого кедра. Нечто более сильное, чем простой страх, сковало меня изнутри. Инстинкт подчинения. Этот глубинный инстинкт, выработанный тысячелетиями эволюции, советовал уступить демону, если я хочу жить.

Он схватил меня за талию и притянул ближе. Следующее, что помню, – я оказалась прижатой к его телу, к поистине каменным мышцам. Стоило увидеть, как потемнели его светлые глаза, как меня охватил благоговейный трепет. Он двигался настолько плавно, что я даже не заметила, как оказалась зажатой между ним и стеной. Каменная кладка вжалась мне в позвоночник, холодя кожу сквозь тонкое платье. Его колено скользнуло мне между ног.

Трудно было игнорировать, насколько демон опасен, насколько нереален. Он мог покончить с моей жизнью за один удар сердца и перейти к своей следующей жертве.

– Выгни шею, – приказал он бархатным голосом.

Не в силах побороть желание подчиниться, я опустила веки и наклонила голову так, чтобы предоставить ему доступ, сделав себя уязвимой. Я ощутила его горячее дыхание на коже, и по телу прокатилась волна жара. Мое дыхание участилось, соски стали невероятно чувствительными. Я до последнего не хотела, чтобы до крайней точки возбуждения меня довел мой в высшей степени высокомерный демонический похититель, но чему быть, того не миновать. Сердцу ведь не прикажешь.

Стоило почувствовать прикосновение клыков к горлу, и у меня перехватило дыхание. Обжигающая волна желания скользнула между бедер. Я не велела рукам обвиться вокруг его шеи, но они все равно сделали это, привлекая его ближе. Он оказался твердым, словно стена позади меня. Пульс участился, и я замерла в ожидании болезненного укуса. Но вместо этого ощутила теплый поцелуй.

О боже, это было прекрасно.

Тепло пульсирующими волнами распространялось по телу от того места, где его губы дотрагивались до моего горла, а язык кружил по шее. Внезапно острый укол боли скрутил пальцы на моих ногах, заставив сердце забиться о ребра. Демон крепче сжал мою талию и поглубже вонзил клыки, словно заявляя на меня права. Удовольствие быстро пришло на смену боли. И все, что я испытывала в этот момент, – стремительно нарастающее вожделение.

Я облажалась по полной.

Но лишь запрокинула голову еще сильнее, открываясь перед ним. Охваченная страстью, я усиленно боролась с потребностью снова задрать платье. Я как никогда нуждалась в освобождении, а он единственный, кто мог мне его дать.

Спустя мгновение он оторвал клыки от моего горла, и я упала ему на грудь, продолжая обнимать за шею. Я никогда в жизни никого так сильно не хотела. Очевидно, у моего тела оказался ужасный вкус на мужчин. Честно признаться, просто наихудший из возможных. Ему нравился высокомерный, самоуверенный засранец, который оскорблял меня и в буквальном смысле запер в темнице. О, а еще этот засранец был многовековым демоном, пьющим кровь.

– Точно, – прошептал Лорд Хаоса, проводя рукой по моим волосам, – смертная.

Я прислонилась к твердокаменной груди и взглянула на демона снизу вверх, обратив внимание, что он выглядит таким же ошеломленным, как и я.

– Это было ужасно, – солгала я. – Мне не понравилось.

– Не верю, – снова прошептал он. – Но, полагаю, мне следует извиниться за похищение.

Я взглянула на мощную руку с татуировкой змеи, продолжающую обнимать меня за талию. А затем оттолкнула его.

– Хорошо, давай обсудим, как я смогу остаться в Городе Шипов в качестве шпиона.

– Неужели мы это сделаем? Я ненавижу смертных почти так же сильно, как и Мортану. – Он слегка наклонил голову. – Но ты чертовски вкусная, так что это немного ослабляет ненависть.

Я коснулась шеи, с удивлением обнаружив две маленькие точки, которые почти затянулись. Даже крови почти не было.

– Но тебя соблазняет мой план, не так ли? – улыбнулась я. – Потому что ты Повелитель Хаоса и знаешь, что смертный близнец суккуба может перевернуть этот город с ног на голову.

– Почему ты так отчаянно хочешь здесь остаться?

Я пожала плечами:

– Ты же сам сказал. Моя жизнь невероятно скучна. Пакетики с йогуртом, футболка в качестве чашки для хлопьев. Отстой даже для смертного.

– Тогда тебе стоит кое-что уяснить. Имеется единственное обстоятельство, при котором демонам разрешено убивать смертных. При котором нам можно выпить твою кровь до последней капли, либо сбросить тебя в огненную бездну. Если в Город Шипов ты войдешь без разрешения или под ложным предлогом. Если король или кто-нибудь из его солдат обнаружит, что ты смертная, – ты труп. И скорее всего, тебя ждет мучительная смерть. Готова к этому?

Ни капельки.

– Да.

Он приподнял бровь:

– И как только я открою тебе секреты Города Шипов, как только скажу тебе, чего желаю, пути назад уже не будет. Я не позволю тебе свободно покинуть этот город с моими секретами, рассказывать людям то, что ты здесь услышала. Мне придется убить тебя.

Я прикусила губу:

– То есть я никогда не смогу уйти?

– Ты не можешь уйти, пока не поможешь мне выполнить мою миссию.

– Какую?

Он медленно покачал головой:

– Я пока не могу тебе рассказать. Ты либо в игре, либо нет. Выбор придется сделать прямо сейчас. Если я отведу тебя к себе домой, чтобы поведать о своих планах, если ты переступишь порог, то пути назад уже не будет, пока ты не выполнишь поставленную задачу.

От страха у меня зашевелились волосы на затылке. Однако я прекрасно понимала, что пути назад у меня уже нет. Сейчас я как никогда близка к тому, чтобы получить ответы на все свои вопросы. Мне требовалось знать, что случилось с мамой, и другого шанса у меня больше не будет.

Сейчас или никогда.

По правде говоря, моей целью была не только месть. Хотелось избавиться от нависающего надо мной облака подозрений, будто я могла быть замешана в этом.

С тяжелым сердцем я кивнула:

– Я готова рискнуть. Но поскольку то, что я буду делать для тебя, опасно, ты должен погасить мою студенческую ссуду. И я хочу поступить в университет Белиала.

Он пожал плечами:

– Я с легкостью оплачу долги. Я даже могу купить тебе ученую степень, если пожелаешь. Но тебе нельзя в университет Белиала, потому что Мортана не явилась бы туда.

– Ты не можешь просто так купить диплом! – воскликнула я, широко распахнув глаза.

Он взглянул на меня как на сумасшедшую.

– Ах да! Конечно, можешь. Ты способен купить все, что захочешь.

Он кивнул, подтверждая, что это чистая правда. Желудок скрутило от осознания того, что я ввязываюсь во что-то чрезвычайно опасное.

– Ладно. Насколько бы это ни было опасно, я в деле. – Я хлопнула в ладоши: – А сейчас покажи мне, где у тебя ванная комната, пока твое мнение о моем достоинстве не упало еще ниже.

Глава 9

С завязанными глазами я шла, судя по всему, по бесконечной веренице туннелей. Повелитель Хаоса держал меня за руку, направляя, и создавалось впечатление, что мы находимся на самом дурацком свидании в истории.

После минуты ходьбы я не выдержала и прошептала:

– А как тебя зовут по-настоящему?

– Орион, – тихо ответил он.

Его имя звучало мрачно и опьяняюще.

И пока мы шагали в молчании, я испытывала дикое возбуждение оттого, что получила желаемое. Наконец можно было забыть о вечной экономии денег. Забыть о планах на незаконное проникновение.

Теперь я могла остаться в Городе Шипов.

Спустя несколько минут ходьбы по прохладным коридорам мы достигли лестницы. Взяв за руку, Орион помогал мне подниматься по ступенькам, пока я не услышала скрип двери.

Когда он снял повязку с моих глаз, я обнаружила, что стою в огромном помещении, похожем на средиземноморский дворец с огромными колоннами. Казалось, все вокруг было вырезано из бледно-золотистого мрамора. У одного из открытых окон кроваво-красные маки стояли в вазе цвета слоновой кости. Подняв глаза к потолку, я обнаружила, что он выкрашен в голубой и усеян светящимися волшебным светом звездами. С двух сторон комнаты из огромных панорамных окон открывался чарующий вид на сверкающее синее море. Оно ничуть не походило на мрачную Атлантику. Это место больше напоминало рай.

Третья сторона выходила на огромный крытый балкон, с которого также виднелось море. С одной стороны под навесом стояла огромная кровать, накрытая белым пледом, а на другой располагался стол с двумя стульями. Теплый, соленый бриз проникал в комнату.

Черт побери, жизнь этого демона была удивительной.

Наконец мне удалось закрыть разинутый рот, и я повернулась к Ориону, который разговаривал с кем-то по телефону.

– Морган? Принесите, пожалуйста, завтрак на двоих и кофе. – Он повесил трубку и указал на балкон: – Обсудим мое предложение там.

Прежде чем последовать за демоном, я решила задержаться, чтобы осмотреть остальную часть комнаты – выстроившиеся вдоль стен полки с книгами, кремовые диваны. Можно ли мне будет остаться здесь?

В комнату ворвался теплый ветерок, и я зашла на залитый солнечным светом балкон.

Как только я заняла место за столом, дверь открылась и вошел мужчина в накрахмаленной белоснежной рубашке и с седой бородой. На вид ему было около пятидесяти, но он находился в прекрасной форме и мог похвастать идеально подведенными глазами.

– Морган, – улыбнулся он.

– Орион, дорогой! Ты сегодня рано! – воскликнул мужчина с мелодичным валлийским акцентом.

Когда он ставил поднос с йогуртом, фруктами и кофе, я улыбнулась ему. Но прежде чем успела открыть рот, Орион представил меня:

– Со мной леди Мортана. Бывшая советница короля Нергала. Она жила в Городе Змей и вернулась сюда после долгого отсутствия.

Морган улыбнулся мне:

– Добро пожаловать, дорогая. Я понимаю, почему вы решили вернуться в самый удивительный город в мире. Здесь нет никакой тайны. – Он подтолкнул вазу с фруктами к Ориону. – Сегодня никаких пончиков. Нельзя есть всякую гадость и вечно хорошо выглядеть, даже если ты древний и могущественный демон.

Орион сложил руки на груди и откинулся на спинку стула:

– Я люблю пончики. Это вершина человеческой цивилизации. Особенно те, с малиновым джемом.

– Уж они точно не вершина цивилизации. – Морган посмотрел на меня и покачал головой: – Честно признаться, он бывает чересчур высокомерным. Есть же куча других достижений. Например, великая Александрийская библиотека.

Орион взял клубнику.

– А знаете, что случилось с Александрийской библиотекой? Ее сожгла толпа смертных, уничтожив все, что в ней находилось, а затем они заживо содрали кожу с ученой Гипатии. Потому что образованные женщины, очевидно, были ведьмами. Да, прекрасный пример для цивилизации смертных.

Проведи я наедине с Орионом слишком много времени, уже начала бы беспокоиться, что тоже возненавижу смертных. Он обладал настоящим талантом выделять наши самые ужасные качества.

Морган поднял руку со смарт-часами.

– Ладно, забудем о древности. С тех пор мы стали лучше. Теперь у нас есть часы Apple, благодаря которым я точно знаю, сколько шагов прошел и сколько раз вставал за сегодня.

Орион позволил молчанию затянуться, просто глядя на Моргана. Техника доктора Омера в действии.

Выглядя невероятно смущенным, Морган быстро опустил рукав рубашки.

– Ладно, мне придется подготовиться к следующему разу и провести исследование. Лучшее творение человеческой цивилизации просто так в голове не появится. Есть из чего выбрать. Много чего.

– Пока ты думаешь, я хочу попросить еще об одном одолжении. – Орион повернулся ко мне: – Я уверен, что наш новый король вскоре пожелает увидеться с леди Мортаной. Однако она, очевидно, не может явиться к нему, одетая как крестьянка.

Вообще-то на мне был лучший наряд из имеющихся.

Морган обеспокоенно кивнул.

– Dolce e Malvagia открывается в десять. Там прекрасная одежда. Желаете, чтобы я выбрал что-то и прислал сюда?

– Выбери для Мортаны кучу платьев, халатов, пижам – все, что может понадобиться. И запиши все это на мой счет.

– Хорошо. – Морган окинул меня взглядом с ног до головы. – Отличная фигура типа песочные часы. Какой цвет предпочитаете?

Я понятия не имела, какой Мортана предпочитала цвет. Но раз она отсутствовала в течение долгого времени, то каковы шансы, что кто-то будет помнить?

– Черный. – Мне показалось, это логично для демонов.

Орион сложил пальцы и посмотрел на нас.

– Морган, я должен рассказать тебе кое-что важное о Мортане. Она суккуб. Можешь предупредить остальных.

– Суккуб? – Кровь отлила от лица слуги.

По его реакции стало понятно, что это имеет огромное значение. Я улыбнулась и пожала плечами, решив, что лучшей тактикой будет молчание. Особенно пока я не догадываюсь, что происходит.

– Последний оставшийся суккуб, – добавил Орион. – После встречи с королем она поселится в округе Асмодея.

Взгляд Моргана нервно метался между нами.

– Она может убить меня?

– Она не убьет тебя, – мягко возразил Орион. – Это противозаконно, не так ли?

Морган все еще не мог отойти от ужаса.

– Но округ Асмодея заброшен. Я думал, что они исчезли. Мне рассказывали, что они невероятно опасны.

Орион поднял турку с кофе и разлил его по чашкам. Прядь серебряных волос упала на его глаза.

– Почти исчезли.

Морган кивнул и попятился, а затем выскочил из комнаты, словно за ним гнались привидения, и громко захлопнул за собой дверь.

– Смертный слуга?

– Да, и он ошибочно решил, что меня волнуют его взгляды на питание. Но все же я ценю его помощь. – Орион сделал глоток кофе. – Я должен рассказать тебе кое о чем.

– Это точно. Как насчет последнего суккуба? И что произошло с остальными?

Он добавил в кофе немного сливок.

– Их истребили сотни лет назад.

Я бросила несколько ягод в йогурт.

– Почему?

Каждый раз, когда мы встречались взглядами, я чувствовала электрический импульс в груди. И тайно надеялась, что демон не догадывается, какое производит на меня впечатление, – и без того слишком высокомерный.

– Суккубов убивали по двум причинам, – пояснил Орион. – Слышала о войне между демонами и пуританами?

– Да, – кивнула я. – В конце семнадцатого века. Именно тогда демонов заперли в этом городе.

– В рамках договора о капитуляции, – продолжил он, – король Нергал согласился уничтожить всех суккубов. Пуритане ненавидели демонов, но еще сильнее не выносили суккубов, больше всего на свете боясь, что их возбудит демоница. – Орион уставился на блестящее море. – Нергал согласился на это, потому что демоны тоже ненавидели суккуб. Те обладали силой, угрожающей всем остальным. Способные принуждать себе подобных, они могли контролировать их разум, соблазнять, заставлять исполнять свои прихоти. А еще они были единственными демонами с крыльями. К тому же обладали невероятной силой.

Я прищурилась от яркого солнечного света.

– А как Мортане удалось выжить?

– Благодаря хитрости, расчетливости и дьявольской жестокости. Король Нергал был занудным тупицей, а Мортана полной его противоположностью: остроумной и очаровательной. В нее влюблялись все подряд. В итоге она заключила договор с королем, обещала помочь ему найти и убить всех соплеменниц, если сама останется в живых. Он спрятал ее в башне Баала, а впоследствии она стала сенешалем[5].

– Король был влюблен в нее?

Мне было интересно, что такого она сделала Ориону.

– Да, как и многие другие. – Он покосился на меня поверх чашки с кофе. – Признаюсь, меня поражают мужчины, не признававшие твоей красоты. У демонов явно вкус лучше.

Глава 10

Он сделал мне комплимент? Мои щеки зарделись от румянца, но я так и не нашлась с ответом.

– Мортана, – продолжил Орион, – потребовала, чтобы король поклялся на крови. Она взяла с него обещание, что он будет охранять ее.

– Клятва на крови? – переспросила я.

– Она скреплена с помощью смешения крови двух существ. Нарушение клятвы на крови приводит к мучительной смерти от проклятия. Проблема в том, что поклялся только монарх. Остальные демоны в этом городе, вероятно, по-прежнему желают тебя прикончить лишь из-за того, что ты суккуб.

После этой фразы у меня полностью пропал аппетит, и постепенно начало приходить осознание, что я немного не в себе. Здесь, в Городе Шипов, у меня имелась тысяча возможностей погибнуть. Только вот я сделала свой выбор, и, как сказал Орион, назад пути уже нет.

– Насколько серьезная опасность мне грозит?

– Довольно серьезная, если не будешь держаться поблизости от меня. Но вместе мы прекрасно проведем время. – На его чувственных губах заиграла улыбка, которая так и не коснулась глаз. – Мне придется держать тебя под строгой охраной.

От его заявления в горле образовался ком.

– За кем я должна шпионить?

– За королем Камбриэлем.

Замечательно. Я буду следить за королем-убийцей. У меня засосало под ложечкой, но, в конце концов, это была моя идея.

– Камбриэль обезглавил собственного отца и повесил его голову на ворота, так? – Ложка с йогуртом зависла на половине пути. – Ты хочешь, чтобы я сблизилась с ним?

Клубы пара от горячего кофе закрутились перед лицом Ориона.

– Скоро он начнет поиски жены. Будь здесь настоящая Мортана, она стала бы одной из главных кандидаток. Она герцогиня одного из округов. Говорят, она претендовала на трон, ведь была любовницей его отца. Помимо прочего, ходят слухи, что много веков назад Мортана убила его мать, королеву Адель, хотя не думаю, что король таит на нее обиду из-за этого.

Я удивленно посмотрела на него:

– Ладно, притормози на секунду. То есть Мортана, возможно, убила мать короля, а я должна убедить его жениться на мне?

Орион пожал плечами:

– Доказательств нет. Это просто слухи. Говорили, Мортана надеялась занять место королевы, а потом в ванне с вином обнаружили тело Адель с вырезанным сердцем.

Я нахмурилась:

– Считаешь, это сделала Мортана?

– Скорее всего. Вполне в ее стиле. К тому же королева Адель не употребляла алкоголь, и это ужасно раздражало Мортану. Так что вино было красивым жестом. В любом случае что сделано, то сделано. Очаруй короля, пофлиртуй с ним, подпусти поближе к себе. Я научу тебя вести себя, как Мортана, и ты сможешь вытянуть из него все секреты.

– Что именно ты хочешь выяснить?

– Ты должна узнать, чем можно его ослабить. – В светлых глазах демона отразились солнечные лучи. – Потому что у всех есть слабые места.

Он как будто выдернул эту фразу из моих собственных мыслей.

Я подняла брови от удивления:

– Ты собрался убить короля? Мне казалось, это способен сделать только наследник. Так что пока у Камбриэля нет ребенка, который захотел бы покончить с ним, его нельзя убить, верно?

– Это тебе Шай рассказала?

Внутри у меня все похолодело. Не хотелось, чтобы подруга была замешана во всем этом.

– Что ты имеешь в виду?

Он вперился взглядом в сверкающую океанскую гладь.

– Она была с тобой в баре, и на ее сумке я заметил эмблему университета Белиала. Поэтому, пока ты спала в темнице, я нашел ее, блуждающую по Осборну, и опросил.

Вот черт. Я ударила рукой по столу и наклонилась вперед:

– Ты допросил Шай?

– Опросил. Я хотел, чтобы она рассказала все, что знает о тебе. – Он сделал глоток из своей кружки. – А по поводу короля и его слабостей – чистая правда. Монарха может убить только истинный наследник, но ведь его можно упечь за решетку. Существует множество способов отомстить.

От выпитого кофе у меня поднялся уровень адреналина в крови.

– Хорошо. Ты вознамерился избавиться от короля, и я так понимаю, что эта затея требует довольно высокого уровня секретности, чтобы твоя голова не оказалась на воротах рядом с головой его отца.

Он впился в меня ледяным взглядом:

– Это еще слабо сказано. Крайняя степень секретности. Ты единственная, кто в курсе. – Орион наклонился над столом. – И ты понимаешь, что пути назад нет. Я ни за что не позволю тебе уйти, пока не достигну своей цели. Если правда всплывет наружу, то мне конец. Пока я не избавлюсь от короля, ты принадлежишь мне. И если ты перейдешь мне дорогу и расскажешь о моих планах кому-то еще, то я убью твою дорогую подругу Шай.

Внутри все заледенело от страха. Я попыталась посмотреть на эту историю с точки зрения морали. Я пообещала помочь демону заключить в тюрьму короля, которого тот не сможет убить. Однако король убил собственного отца… В целом выходило, что я поступаю правильно. Единственное, о чем глубоко сожалела, – это то, что я поставила под угрозу жизнь подруги.

– Обычно мне легко удается отыскивать в окружающих слабые места.

– Охотно верю. – Он прищурился, и воздух между нами начал нагреваться. – Знаешь, немного напрягает сидеть перед тобой и смотреть в лицо злейшему врагу, даже зная, что ты всего лишь двойник. Трудно удержаться от того, чтобы не перегнуться через стол, вырвать твое сердце из груди и бросить его в море.

Бах. Теперь я точно полностью потеряла аппетит.

– Пожалуйста, попытайся сдерживать свои порывы.

– Сделаю все, что в моих силах.

Я прикусила губу.

– Не хочешь рассказать мне, что она тебе сделала?

– Не думаю, что это важно. – Всего на короткое мгновение мне удалось уловить проблеск уязвимости в его светлых глазах. – Но я готов на все ради мести и прикончу любого, кто встанет у меня на пути. Для меня не существует такого понятия, как этические нормы, я руководствуюсь лишь жгучим желанием отомстить. Поняла?

От подобных слов сердце пропустило удар, а воздух стал еще горячее.

Поняла предельно ясно. Никакой морали. Абсолютный психопат.

Он положил руки на стол.

– Если все пойдет по плану, то тебе следует больше узнать о демонах и о Городе Шипов. Ты должна знать, какой была Мортана, когда жила здесь, но не о том, что она творила в прошлом, особенно двести лет назад. Нам запрещено обмениваться информацией с другими демонскими городами. И на данный момент твоя подруга Шай слабое звено. Она с легкостью тебя узнает и выдаст.

Я сделала глубокий вдох. Он же не предлагал убить ее, верно?

– Я уверена, что она согласится держать все в тайне.

– Боюсь, этого недостаточно. Пусть даст клятву на крови.

Я налила очередную чашку кофе.

– Тебе не кажется, что это несправедливо по отношению к ней? Ты получаешь информацию. Я живу в Городе Шипов и веду не такую жалкую жизнь, как прежде. А что Шай получит за риск, связанный с клятвой на крови?

Он медленно пожал плечами:

– Все можно купить. Уверен, у нее есть своя цена.

– У тебя неограниченное количество денег? – поинтересовалась я.

– Практически.

– Тогда можно мне новый телефон? Мой выбили из рук прошлой ночью в драке с парнями из братства. – Я подняла указательный палец: – А, и еще кое-что. Верни мне мою счастливую ручку.

Мои слова заставили демона улыбнуться.

– Я только что признался, что у меня бесконечный запас денег, и это все, что ты попросила?

– Ну, ты должен погасить мою студенческую ссуду, как мы договаривались. И еще я хочу получить диплом бакалавра. И раз уж я здесь, то сто тысяч долларов.

Почему бы и нет?

– Другое дело.

Я добавила сливки в кофе.

– А от меня тебе нужна клятва на крови?

Орион пожал плечами:

– Ты должна будешь поклясться, что сохранишь мою тайну.

Я глубоко вздохнула:

– Хорошо.

– Но на всякий случай, раз уж ты не очень ценишь свою жизнь… да и, честно говоря, должна ли? Учитывая, насколько она жалкая…

– Ближе к делу.

Он одарил меня лукавой полуулыбкой:

– Бери в расчет также жизнь Шай. Я хочу, чтобы ты сделала для меня все, что в твоих силах.

У меня закружилась голова, и я закрыла лицо руками.

– Нам действительно так необходимо вовлекать в это Шай? Я не желаю подвергать ее опасности.

Демон посмотрел на меня как на идиотку.

– Тогда все просто – не облажайся.

Я убрала руки от лица.

– Шай будет в полной безопасности, когда все закончится?

– Да, и тебе стоит выяснить слабость короля как можно скорее. Это лучший способ обезопасить подругу и убедиться, что никто из демонов не убьет тебя. Если ты останешься здесь слишком долго, обязательно совершишь ошибку, а потом тебя обнаружат и казнят.

В груди все сжалось. Исчезла надежда остаться в таком жилище, как это. Но самое главное, если я не смогу задержаться здесь надолго, то можно будет попрощаться с мечтой отыскать убийцу мамы. Так что я не собиралась выполнять свою задачу в одночасье.

Вздохнув, я решила выяснить все, что возможно.

– Я постараюсь.

Он потер подбородок:

– Знаешь, скорее всего, потом тебе не захочется оставаться в Осборне. Он слишком близко к Городу Шипов, плюс там тебе будет угрожать опасность.

– Ну, в принципе меня ничего не держит в этом городе.

– Да, у меня тоже сложилось такое впечатление.

Я бросила на него острый взгляд:

– Но как мне удостовериться, что ты сдержишь обещание по поводу долгов и диплома?

– Я не ожидал, что ты поверишь мне на слово. Поэтому можешь позвонить в банк и убедиться лично.

Святые угодники. Из всего происходящего меня больше всего радовал факт погашения одним махом ссуды в семьдесят пять тысяч долларов. Больше никаких ежемесячных платежей. Никаких подсчетов. Никакой долговой ямы.

На меня обрушилась дикая эйфория, и я широко улыбнулась:

– Я хочу присутствовать при погашении моего долга перед федеральным банком. Мне необходимо слышать это. Я хочу слышать каждое слово.

Неожиданно я осознала, что крепко сжимаю мужскую руку и, должно быть, выгляжу как маньяк. Во всяком случае, демон смотрел на меня так, будто я секунду назад объявила, что мои ноги сделаны из оцелотов[6]. Очевидно, Орион был далек от проблем смертных, связанных с выплатой студенческих кредитов, иначе он сразу понял бы мой восторг.

Я отпустила его руку, все еще не веря в происходящее.

– Прежде чем я успела разволноваться еще сильнее, расскажи, что произойдет, если король Камбриэль обнаружит, что я мошенница?

Он приподнял одну бровь:

– Ну, скажем так, это будет ужасно. Даже ужаснее, чем твоя жизнь в Осборне, если можешь такое представить. Предателям суждена медленная смерть в огне, а пепел впоследствии развеют над морем. Давай постараемся избежать этого.

По спине пробежала дрожь. Но, с другой стороны, после четырех лет мечтаний попасть за эти ворота у меня появился реальный шанс выяснить хоть что-то о маминой смерти.

Орион встал и вытащил из ножен кинжал. С горящим взглядом он протянул мне руку, я встала из-за стола и повторила его движение. Сжимая клинок, он посмотрел мне прямо в глаза:

– Повторяй за мной. Под страхом смерти я клянусь священной клятвой на крови хранить мою миссию в секрете от других демонов.

Я глубоко вдохнула и дословно повторила клятву. А как только произнесла последние слова, Орион крепко сжал мою ладонь и провел по ней лезвием. Острая боль заставила меня вздрогнуть. На коже сразу же появилась тонкая полоска, из которой на стол закапала кровь.

Он разрезал свою ладонь и соединил наши руки вместе.

Я не уверена, повлиял ли на меня так вид крови или что-то было в магии клятвы, но стоило нам соединить руки, как у меня закружилась голова. В мыслях возникло кристально ясное видение: каменные потрескавшиеся стены, сквозь которые виднелось звездное небо, качнувшаяся тень и окровавленные ноги повешенного над камнем. Где-то сверху скрипнуло дерево, и меня до глубины души пронзила боль.

Обескураженная, я отдернула руку, и видение тут же рассеялось. Моя кровь продолжала капать на стол, а я сама уставилась на Ориона.

– Что? – нахмурился он.

– Ничего. Просто… больно.

– Позволь мне залечить твою рану, – предложил он, снова протягивая мне ладонь.

Едва я прикоснулась к нему, сразу же ощутила магию, окутавшую кожу приятным теплом.

Однако я говорила о боли вовсе не от ножа. Я имела в виду раздирающую душу на части боль от видения болтающихся над камнем ног.

Неужели мне каким-то образом удалось заглянуть в разум Ориона? Очевидно, в нем скрывалась непостижимая тьма. Но сейчас демон являлся моим союзником. И я, как и он, была готова на все, чтобы отомстить.

Глава 11

Ванна располагалась на втором балконе этажом выше, на золотом мраморном полу. Потолок поддерживали колонны, и косые лучи солнца мягко падали на мое обнаженное тело.

Странно было находиться совершенно голой здесь, на свету. Я могла бы с полной уверенностью сказать, что солнечные лучи никогда раньше не касались моих сосков. Взглянув на море, я не увидела ни одного плавающего или занимающегося серфингом человека. Только я, мягко журчащая в ванне вода и солнце.

Мне здесь ужасно нравилось, но нельзя было долго нежиться под мягкими лучами. Вряд ли суккубы обгорали на солнце, так что оставалось минут десять, прежде чем эта деталь смогла бы выдать меня.

По плану сегодня мне следовало обзавестись новой одеждой, а затем Орион собирался рассказать подробнее о Мортане и Городе Шипов.

Я взяла кусок ароматного мыла и провела им по ногам, смывая мерзкую грязь тюремной камеры. Где-то в глубине души я до сих пор не могла поверить в собственное везение. То, что сначала показалось мне абсолютной катастрофой, неожиданно обернулось решением большей части проблем. При условии, конечно, что я смогу выполнить задание Ориона и сохранить жизнь Шай. И себе.

Чуть ранее, прежде чем я поднялась в ванную, мы вместе позвонили в банк, чтобы выплатить мою ссуду. И это стало лучшим моментом в моей жизни. По телефону я назвала личную информацию по моей учетной записи, назвала PIN-код и сумму, которую хочу внести, а затем передала трубку Ориону, который предоставил свои банковские реквизиты для списания. Особенно меня порадовало удивление парня на другом конце линии, который никогда раньше не обрабатывал такие заявки.

Однако теперь мне следовало сосредоточить все внимание на Городе Шипов, который, кстати, я до сих пор не видела, кроме ярко-голубого океана. Спустя много лет одержимости этим местом мне наконец предстояло постигнуть его тайны. Как только мы выйдем из квартиры, я планировала начать сбор информации о каждом живущем здесь демоне, попутно пытаясь найти след кого-то с пятиконечной звездой во лбу.

Тщательно смыв всю грязь, я встала из ванны и сняла с вешалки мягкое белое полотенце. Вытерлась, а затем надела черный шелковый халат с прозрачными кружевными рукавами и вырезом на бедре. Очевидно, что он принадлежал не Ориону. Кстати, на нем все еще висел ценник. La Perla – полторы тысячи долларов.

Охренеть. У Моргана обнаружился вкус на дорогие вещи. Сорвав бирку, я поправила халат и завязала пояс. Шелк великолепно ощущался на обнаженной коже.

Я внезапно осознала, что настолько ошалела от роскоши, что даже не заметила, как принесли халат. Кожу обдало жаром, стоило лишь подумать о том, видел ли Орион, как я купаюсь. Я вылетела из ванны и пронеслась через гостевую комнату к мраморной лестнице. Войдя в гостиную, я встретила в ней Шай, перевязывающую ладонь. Было приятно увидеть ее улыбающейся, посвежевшей, в комбинезоне и с косичками.

Орион стоял неподалеку и смотрел на собственную ладонь, которая уже почти зажила.

– Шай! – воскликнула я.

– Угадай, что мне удалось? – Широкая улыбка засияла на лице подруги.

Поправив шелковый халат, я села в кресло кремового цвета.

– Пожалуйста, скажи, что ты потребовала что-то нормальное, потому что у него реально нескончаемый запас денег.

– Все расходы на обучение в университете Белиала будут покрываться до тех пор, пока я хочу там учиться. А это означает хоть всю жизнь.

О, она умела торговаться.

Орион встретился с ней взглядом:

– Ты же понимаешь, что клятва на крови влечет за собой мучительную смерть от магии, если ты расскажешь кому-либо о настоящей личности Роуэн? Я имею в виду кому угодно, кроме нас.

Она сморщила носик:

– Да. Понимаю. Я и виду не подам, что она человек и что мы знакомы. В любом случае я понятия не имею, что происходит, поэтому не смогу ничего выдать, даже если захочу.

– Меньше знаешь – крепче спишь. – Его глаза заблестели. – Ради твоей же безопасности.

Она понимающе улыбнулась.

– Мне пора бежать на занятие по исцелению кошек. Пиши мне по возможности, ладно? Я хочу знать, что все в порядке с… чем бы вы тут ни занимались.

– Все будет хорошо, – проговорила я с гораздо большей уверенностью, чем чувствовала.

Как только Шай поспешила к двери, Орион сел на диван. Он, конечно, придурок, но под тонкой тканью кашемирового свитера трудно было не оценить великолепие его сильного тела.

– У нас есть неделя, – начал он, – чтобы подготовить тебя к представлению королю. После чего тебя доставят в округ Асмодея.

Я сделала глубокий вдох:

– Всего неделя? Я успею подготовиться?

– Город уже кишит слухами о единственном выжившем суккубе. Король требовал, чтобы тебя представили уже сегодня вечером, и мне пришлось отговорить его. – Он нахмурился: – Если собираемся одурачить его, нам предстоит очень много работы.

Когда я закинула ногу на ногу, в разрезе выглянуло обнаженное бедро, по которому тут же заскользил взгляд Ориона. Трение бедер друг о друга напомнило, что я все еще без нижнего белья. Вернулась мысль о том, что Орион, возможно, видел меня обнаженной. Это воскресило воспоминания о тревожно-приятном прикосновении его губ к моей шее и о том, как мое тело отреагировало на его доминирование надо мной. В результате у меня сильно участился пульс. Я прикрыла обнаженную часть тела халатом, надеясь, что демон не слышит этого.

Орион приподнял бровь, внимательно посмотрев на меня:

– Почему твое сердце бьется так, будто ты вот-вот умрешь?

Надежда рассыпалась в прах.

Я поплотнее запахнула халат.

– Ты видел меня обнаженной в ванной?

Он оставался настолько неподвижным, что я ощутила, как на затылке встают дыбом волосы. Каким бы красивым он ни был, эти жуткие различия в языке тела выдавали в нем хищника.

– У тебя учащается сердцебиение от одной мысли, что я вижу тебя голой?

Я закатила глаза, несмотря на точность его формулировки.

– Не стоит это так трактовать. Я просто разозлилась, вот и все. Ты же в курсе, что злость тоже может заставить сердце биться чаще? Повышается уровень кортизола.

«Небольшое напоминание самой себе:  он принадлежит к совершенно другому виду. С клыками, смертоносной магией и глазами, которые могут становиться полностью черными. Не забывай об этом».

– Не стоит злиться, – тихо отозвался он. – Халат принес Морган. Плюс он оставил в гостевой несколько пакетов с вещами. Я прекрасно знаю, насколько смертные скованны в вопросах собственного тела. Жил во времена пуритан. К тому же Морган не интересуется женщинами, и я подумал, что ничего страшного, если он зайдет к тебе в ванную.

Я отчаянно сопротивлялась желанию начать спор на тему того, что вовсе не скованна. Однако правда состояла в том, что я была еще как скованна. Особенно когда поблизости находился Орион, одно присутствие которого заставляло меня испытывать острое желание распахнуть перед ним халат.

Я нахмурилась и попыталась сменить тему:

– Ты жил во времена пуритан? Не думала, что ты отсюда.

Он криво улыбнулся:

– Пуритане были и в Англии. Я знал одного по имени Прейзгод Бербоун[7], который был председателем парламента. Кстати, при первой встрече твоя одежда сразу же напомнила мне о нем.

– Гот-пуританин – это мой образ, – буркнула я в свою защиту, не переставая сжимать халат.

– Ты вся раскраснелась.

Я прочистила горло:

– Здесь просто жарко.

– Скоро вернется Морган с новой одеждой. Мортана всегда красиво одевалась.

Я продолжала придерживать полы халата, как будто могла загореться, если бы он увидел лишний дюйм моей кожи.

– Хорошо. Думаю, мне пора узнать как можно больше о Мортане и об этом мире.

– Сперва тебе надо избавиться от скованности, иначе все кончится тем, что тебя просто сожгут. Она суккуб.

Я гордо подняла голову:

– Я справлюсь. – По крайней мере, должна. – Смогу ли я сегодня посмотреть город?

– Сразу же, как только оденешься. Но пока давай начнем с истории Города Шипов. Что тебе известно?

Я закрыла глаза, пытаясь воспроизвести в памяти уроки истории.

– Ворота были воздвигнуты после Адской войны в 1680 году, когда пуритане и демоны чуть не прикончили друг друга в лесах Массачусетса. Я всегда думала, что цель ворот – удержать демонов, но, видимо, ты можешь уйти.

Теплый морской ветерок подул с открытого балкона.

– Король Нергал после поражения был вынужден заключить договор. Демоны могут на некоторое время выходить за ворота, но наша магия быстро ослабевает. Мы становимся уязвимыми, слабыми, медленными, угрюмыми. Не лучше чем смертные. – Это был камень в мой огород.

Я скривилась:

– Ты так и будешь подкалывать меня? Это может помешать нашим профессиональным отношениям.

– Тебе нужно понять ход наших мыслей. Мы считаем себя выше смертных, потому что… – он прижал указательный палец к губам, делая вид, что задумался, – потому что так и есть. Демоны умнее, быстрее и элегантнее. На протяжении тысячелетий вы поклонялись нам как богам. Совершали жертвоприношения. Домашний скот, а порой даже детей. Мы божественны по своей сути. Даже нудные американские демоны превосходят смертных.

Я склонила голову набок:

– И все же вы здесь, запертые за стенами, потому что проиграли. Парадоксально.

Уголок его рта дернулся.

– Я признаю, что военные разработки смертных впечатляют. Они придумали оружие и научились магии, которая способна связать нас. Но основная причина в том, что вас просто больше, потому что вы плодитесь, как тараканы. – Он одарил меня очаровательной улыбкой. – Вы наводняете планету вопящими, жадными до молока отпрысками, с каждым годом занимая все больше и больше места и вытесняя все остальные виды. Вы словно саранча, уничтожающая все на своем пути.

Я сузила глаза:

– Очаровательно. Вы проиграли нам по всем фронтам, но при этом убедили себя в собственном превосходстве. – Я улыбнулась в ответ. – Ты когда-нибудь слышал термин «когнитивный диссонанс»[8]?

– В битве один на один, без оружия, демоны всегда побеждают. Ты вообще представляешь, насколько быстро и легко я могу убить тебя?

Моя улыбка потухла.

– Ну, теперь у нас есть оружие, – отрезала я.

Он приподнял одну бровь и наклонился чуть ближе:

– Плюс твои чувства. Ни один смертный не мог удовлетворить тебя сексуально. Каждый раз, когда я нахожусь рядом, ты ощущаешь мое превосходство над вашими мужчинами. Ты сама сказала, что тебе кажется, будто я справился бы с этой задачей. – Его бархатный голос походил на греховную ласку. Он наклонился еще ближе, едва не касаясь губами моего уха. – И я гарантирую, что ты права, Роуэн.

Волна запретного тепла прокатилась по моему телу, и я сильнее сжала бедра.

Вот черт.

Пока Орион рядом со мной, у меня большие проблемы.

Глава 12

Я не могла понять, пристает он ко мне или пытается приободрить. Но если он и флиртовал, то с предельной снисходительностью, так что я не собиралась отвечать взаимностью. Мужское чувство собственной важности разгорелось настолько, что в комнате не осталось кислорода.

– Тебе известно выражение у смертных: «Не бывает некрасивых женщин, бывает мало водки»? У меня было то же самое, когда я впервые увидела тебя, только с мохито. – Мне было интересно, способен ли он определить, когда я лгу. – Ты ничего мне не сделаешь. Теперь, когда я трезвая, ты кажешься мне своего рода инопланетным существом. На самом деле немного странным.

Орион откинулся назад и в очередной раз замер, уставившись на меня. Мелькнула догадка, что он использует технику доктора Омера – ждать, пока я сама не признаю, что сморозила какую-то глупость. При этом на его лице не шевелился ни один мускул.

Что ж, пусть ждет хоть весь день, я спокойно смогла бы смириться с этой очевидной ложью.

Я приподняла брови и поинтересовалась:

– Ты собираешься показывать мне что-нибудь, кроме ошеломляющих размеров твоего эго?

Он раскинул руки вдоль спинки дивана, не обращая внимания на мой укол.

– Давай начнем с лилит, с инкубов и суккубов. Это демоны похоти, главные соблазнители нашего мира. Они питаются желанием. До того как демоны были заперты в Городе Шипов, лилит свободно бродили по пуританским городам, соблазняя встревоженных смертных. Но также они совращали и демонов. Только вот есть существенная разница – для смертных секс с лилит означает смерть. Именно это и стало одной из предпосылок к войне 1680 года. Похотливые пуритане слишком часто умирали от удовольствия в собственных постелях.

Прекрасный способ умереть.

– Получается, Мортана, где бы она ни была, попытается соблазнить смертного при любой возможности?

Орион покачал головой:

– Сейчас по большей части лишь демонов. Теперь нам не позволено убивать смертных. Она так же легко может черпать силу у демонов, не разжигая при этом войну.

Я продолжала сжимать халат, словно он стал последним оплотом целомудрия.

– Значит, мне нужно выглядеть соблазнительной.

– Кокетливой. Чувственной. Соблазнительной. Тебе должно быть комфортно в собственном теле. – Он окинул меня взглядом. – Придется поработать над этим.

– Лилит были уничтожены сразу после войны?

Он отрицательно покачал головой:

– Не сразу. Еще лет десять они жили в округе Асмодея. Каждый округ служил местом поклонения определенному демоническому богу. Для лилит им был Асмодей – бог страсти.

– А мы сейчас в каком округе?

– Округе Люцифера. Он бог гордости, самолюбия.

Итак, Орион обитал в округе самых высокомерных демонов.

– Заметно.

– В густонаселенном городе терпеть присутствие лилит было невероятно сложно. Они разрушали браки, манипулировали людьми. Другие женщины-демоны ненавидели суккубов, а мужчины-демоны ненавидели инкубов. Несмотря на запрет контролировать разум, они все равно продолжали пользоваться этой способностью. Все это могло подорвать авторитет короля Нергала в глазах народа. Вдруг и его разум контролировали? Итак, в тысяча шестьсот девяностом году, когда Коттон Мэзер потребовал у Города Шипов принести жертвы, король Нергал с радостью постарался ему угодить. Ко всему прочему, другие демоны тоже с удовольствием избавились от суккубов. Их повесили в темницах, вырезав сердца.

Меня охватила дрожь. Я находилась в том самом подземелье, даже не осознавая, что это место хранит в себе невообразимый ужас.

– И Мортана смогла выжить благодаря данной клятве на крови?

– Именно так. Она всегда была невероятно хитрой. Но несколько сотен лет назад она просто исчезла, и с тех пор ее никто не видел.

Я прикусила нижнюю губу.

– Создаст ли дополнительную проблему то, что я не владею магией? Не умею контролировать разум и все такое.

Орион покачал головой:

– Нет, ты просто скажешь, что за столько лет, проведенных вне Города Шипов, твои взгляды изменились. И ты не станешь делать ничего запрещенного с королем Камбриэлем. Но вот сексуальная магия… Тебе нужно заставить окружающих думать, что ты питаешься желанием.

Я прикрыла веки и покачала головой:

– Прости, но как именно я должна это сделать?

– Все очень просто, Роуэн. – Его низкий хриплый голос буквально сочился соблазнительным обещанием. – Мы с тобой будем использовать язык наших тел, чтобы заставить всех подумать, будто мы трахаемся. – Его губы изогнулись в кривой усмешке: – Если, конечно, у тебя получится изобразить влечение к странному инопланетному виду.

Я скрестила руки на груди:

– Сделаю все возможное, но если я собираюсь сблизиться с королем, то не помешает ли тот факт, что мы с тобой?

– Вовсе нет. Камбриэль всегда желает обладать чужим.

– Полагаю, именно поэтому он и убил своего отца.

– Он из рода Вельзевула. Зависть. Он уже завидует тому вниманию, которое привлек, убив огромное количество демонов в Адском испытании. И если ты сделаешь вид, что я нужен тебе, он тут же воспользуется своим положением для твоего соблазнения. Нам просто надо притвориться, что все по-настоящему.

В воздухе повисло горячее напряжение.

– Что же, тебе придется подыграть мне. Притвориться, что желаешь меня.

Он пожал плечами:

– Сделаю все, что в моих силах.

– Есть ли здесь кто-то, кто хорошо знал Мортану?

– Все ненавидели Мортану. Ее называли королевской подстилкой. Единственным ее союзником был сам Нергал. Я подозреваю, что Мортана ушла, когда королю наконец наскучило с ней и он отказался жениться. Тогда она поняла, что больше у нее нет защитника.

– Ты испытываешь к ней хоть каплю сочувствия? Может, она просто пыталась выжить, пока ее сородичей жестоко убивали.

Он нахмурился и взглянул на меня как на безумную:

– Нет. Мне вообще незнакомо сочувствие. А если бы я мог его испытывать, то точно не к Мортане.

– Хорошо.

Дверь открылась, и, обернувшись, я увидела Моргана с огромным количеством пакетов с одеждой. Он нервно посмотрел на нас и бросил свою ношу на пол.

– Здесь все, что вам может понадобиться. Боюсь, теперь мне пора бежать. – Он попятился назад, не сводя с меня взгляда. – Сэр, пожалуйста, будьте с ней поосторожнее. Без обид, дорогая, но я не хочу, чтобы ты все время путала ему разум.

Раньше меня никто никогда не боялся. Так ли ужасно, что мне это… понравилось? То, что он считал меня устрашающей.

Я отпустила полы халата и одарила его самодовольной улыбкой. Такой же, какая играла на губах Ориона с тех пор, как мы впервые встретились.

– Я постараюсь быть с ним нежнее, Морган. Но ничего не могу обещать. – Собственный голос показался мне ледяным и жестким.

Слуга побледнел и указал на меня, как бы говоря: «Я за тобой наблюдаю». После чего попятился к выходу и выскочил наружу, хлопнув за собой дверью.

Обернувшись, я обнаружила, что Орион уставился на меня своими бледно-голубыми глазами.

– Это было пугающе убедительно. Как будто передо мной появилась настоящая Мортана.

Дело в том, что мне никогда не составляло труда стать такой, какой меня ожидали видеть. Во время презентации на меня смотрели как на дурочку, в итоге я заволновалась и начала вести себя как сумасшедшая. В старшей школе Осборна со мной обращались как с изгоем, и я не могла не вести себя странно.

И если окружающие решат, что я ужасающая, вероятнее всего, я подстроюсь.

Но вместо того чтобы объяснять все это, я просто пожала плечами и сказала:

– У меня множество талантов.

Пронзая меня пристальным взором, Орион ожидал более подробного объяснения.

Я вздохнула. Мышление переключилось на академическое, как это часто бывало, когда я расстраивалась.

– В социальной психологии есть такой термин: «самоисполняющееся пророчество», или, по-другому, поведенческое подтверждение. Это означает, что поведение людей меняется в зависимости от того, чего от них ждут. То есть ожидания окружающих по факту вызывают определенное поведение.

– Понятно… – Демон коснулся указательным пальцем нижней губы, изучая меня взглядом. – Ты настоящий ботаник, ты в курсе?

Я кивнула:

– О, поверь, я отлично осведомлена об этом.

– Получается, если я буду относиться к тебе так, будто ты соблазнительна, то можешь начать вести себя как суккуб?

Я с трудом сглотнула.

– Ну, по крайней мере, стоит попробовать.

Глава 13

Полностью обнаженная, я лежала на кровати в гостевой комнате. Мне следовало побороть природную стыдливость, но даже находясь в одиночестве, я испытывала ужасный дискомфорт, когда ветер скользил по моей голой коже. К тому же тот факт, что на улице стемнело, а надо мной висела люстра, освещавшая меня словно прожектор, не придавал особой смелости.

В этой чудесной комнате с видом на море мне предстояло провести ближайшую неделю. Однако, несмотря на все великолепие этого места, мне не хватало уединения. Наверное, этому способствовало огромное окно от пола до потолка и отсутствующая стена с выходом на защищенный от дождей балкон. И пусть я никого не видела в океане, но все равно чувствовала себя обнаженной перед всем миром.

Кроме того, я не могла не задаваться вопросом, думает ли Орион о моей наготе. Весь день мы провели, пытаясь отработать навыки соблазнения: походку, флирт, оглядывающий с ног до головы взгляд и грязные шуточки.

Пока я проигрывала по всем фронтам. Проблема еще заключалась в том, что Орион был чертовски горяч. Позволь я себе поддаться его обольстительным чарам и тут же сгорю от страсти. Когда за завтраком его пальцы коснулись моих, я испытала до неприличного острый приступ возбуждения. К сожалению, я покраснела. А поскольку суккубы не краснели, Орион пришел к выводу, что я нервничаю и стесняюсь своего тела. В итоге я и оказалась здесь, пытаясь устроиться поудобнее.

Но правда состояла в том, что пока мне действительно было сложно расслабиться, особенно находясь рядом с ним. Я опасалась Ориона, как лесного пожара.

Едва закрыв глаза, я видела его чувственно изогнутые губы.

Любуясь океаном в лунном свете, я накинула на себя одеяло и задалась вопросом, получится ли у меня изобразить суккуба.

Глубоко вздохнув, я оглядела комнату в попытке успокоиться.

Убранство здесь было довольно простое – белая кровать, деревянный пол. Красота этого места заключалась вовсе не в декоре, а в завораживающем виде на океанскую гладь и звездное небо. Теплый, солоноватый ветерок ворвался в комнату. Ощущая себя чуть менее застенчивой перед красотой окружающей природы, я сбросила одеяло и встала на колени.

В голове зазвучали глубокие соблазнительные слова Ориона: «Ты говорила, что я единственный мужчина, способный удовлетворить тебя сексуально. И я гарантирую, что ты чертовски права, Роуэн».

Я резко распахнула веки и бросилась к выключателю. Прыгнув в кровать, тут же накрылась одеялом.

Может, я была не способна просто так лежать обнаженной, но уж заснуть голой у меня точно получится.

* * *

– Как спалось? – поинтересовался Орион за утренним кофе.

Он не отрывал взгляда от страниц раскрытой перед ним книги.

Я прочистила горло. Не хотелось рассказывать демону о грязных снах, мучивших меня всю ночь, где он держал меня в плену привязанной к своей кровати.

– Хорошо. Хорошо спалось.

Орион поднял на меня глаза:

– Почему ты так отвечаешь?

– Как?

На его губах заиграла легкая улыбка.

– Как будто мечтаешь перелезть через стол и придушить меня.

Черт возьми. Он видел меня насквозь. Ощущая, как по щекам пополз румянец, я покачала головой:

– Ничего подобного. Я хорошо спала, просто сны странные снились.

– Какие?

Как ты целуешь меня.

– Просто… эм… о чудовищах. Что читаешь? – Я сделала глоток кофе.

Орион сверкнул глазами и поднял книгу так, чтобы я могла увидеть название.

«Пятьдесят оттенков серого».

Поперхнувшись, я выплюнула кофе, а после вытерла рот тыльной стороной ладони.

* * *

Скрестив руки на груди, Орион сидел в гостиной напротив меня. Судя по всему, его терпение было на исходе.

– Завтра ты встречаешься с королем, а твое тело все так же скованно и напряженно. Ты замечаешь, как морщишься, когда волнуешься? Чувствуешь, насколько зажаты и напряжены мышцы шеи?

Я вздохнула, пытаясь сосредоточиться на расслаблении мышц вокруг рта. А потом сделала глубокий вдох. Однако мысли о том, где Орион провел две прошлые ночи и куда пропадал за ужином, не покидали меня.

– Давай посмотрим, как ты отработала походку Мортаны, – предложил он.

Я встала с кресла.

Меня не касалось, куда он ходит и где проводит свое время. Впрочем, я уже выучила его расписание. Ранний подъем, буквально на рассвете. Кофе и фрукты по утрам. Иногда нырял прямо с балкона в море и плавал там. Полдня он проводил со мной, обучая привычкам Мортаны: как она говорила, как преподносила себя, как шутила. Однажды днем он заставил меня плавать обнаженной, представляя, как красива я под водой.

Вторую половину дня я была предоставлена самой себе. Обедала на балконе тем, что подавал Морган. После трапезы доставала один из непристойных любовных романов Ориона, хотя на полках присутствовали книги абсолютно разных жанров – от классики и греческих эпических поэм до современных эротических романов с кнутами, поркой и множественными оргазмами. Но давайте посмотрим правде в глаза: в реальной жизни такое было невозможно. В интересах обучения я выбирала книги о сексе, пролистывая их за ужином из морских гребешков и лосося. И они оказались весьма познавательными.

Правда, меня очень интересовало, с кем он ужинает, когда не со мной. Где спит?

Нет. Меня это не касалось.

Сидя на диване, Орион приподнял одну бровь:

– Ты кажешься несобранной.

Я выпрямилась, как он меня учил, затем перекинула волосы через плечо, скривив губы в самодовольной усмешке.

Он склонил голову набок:

– Хорошо. Выражение лица как надо.

– Я имитирую твое самодовольное выражение лица «я лучше всех».

Он пожал плечами:

– А теперь тебе надо в это поверить. Ты обязана верить в то, что ты самая красивая женщина в городе, другим выпала честь быть рядом с тобой. Вот что думала бы Мортана: что она благословляет окружающих своим присутствием. Что она дар этому миру.

Я приподняла подбородок в точности, как сделала бы Мортана. Дар этому миру.

– Давай, покажи, как ты ходишь. В этот раз старайся идти четко по одной линии, как кошечка. Плечи назад, грудь вперед.

Я выпрямила спину, вытянула шею и начала двигаться так, как он советовал, ставя одну ногу перед другой. Неожиданно я заметила, как покачиваются мои бедра при ходьбе, и продефилировала по комнате в своем маленьком черном сарафане, ощущая на себе его взгляд. Орион внимательно наблюдал за тем, как я двигаюсь. Или, скорее, за тем, как двигалась Мортана.

– Плечи назад, – тихо подсказал он. – Ты должна выглядеть и вести себя так, будто постоянно думаешь о сексе.

Я развернулась, снова пересекая комнату.

Следуя его инструкциям, теперь я прошла как настоящая секс-бомба – грудь торчком, бедра покачиваются из стороны в сторону. Может, мне было и некомфортно в собственном теле, но только не Мортане. Она делала все, о чем я читала в тех книгах: трахалась с мужчинами у стен, царапала ногтями их спины, кусала подушку, пока кто-то имел ее сзади.

Развернувшись, я подумала, как Мортана чувствовала бы себя обнаженной в море или как она вела бы себя, зная, что за ней наблюдает Орион. Мортана желала бы, чтобы его глаза блуждали по ее обнаженному телу. Она завелась бы и желала, чтобы он знал о степени ее возбуждения. Она бы мучила его и дразнила.

Делая очередной разворот, я решила, что Мортана села бы на колени к Ориону. Так я и поступила, обвив ногами его талию и до самых бедер задрав подол. Его глаза мгновенно стали темными, как ночь. С низким, благодарным рычанием он проскользил рукой с моей поясницы до самых волос. А потом запустил пальцы в мои кудри, немного оттягивая голову назад.

– Хорошая девочка, – тихо похвалил он. – Очень хорошая, – провибрировал его низкий голос на моей коже.

Кажется, все зашло слишком далеко. Я откашлялась и вскочила с мужских колен, поправляя платье и одергивая подол.

– Вот, – медленно выдохнула я, – видишь? Я могу быть Мортаной. Но мне необязательно вести себя так все время.

Орион все еще не сводил с меня взгляда, наполненного первобытными инстинктами.

– Конечно, нет.

Завтра вечером я встречусь с королем, и это должно быть самым жутким событием в моей жизни. Но, честно говоря, сейчас меня больше пугал Орион.

Глава 14

Вот и настал день «Д».

Я, конечно, слабо представляла, что означает буква «Д» в этом подобии Второй мировой войны, но для меня она значила «демон» и, возможно, «драма». Сегодня я официально вступлю в мир демонов, покинув безопасную квартиру Ориона. Но самое ужасное, что я встречусь с королем демонов, который отрубил голову собственному отцу и повесил ее на ворота.

В каком наряде принято знакомиться с цареубийцей, отцеубийцей и королем демонов?

Я нахмурилась, глядя на новое нижнее белье, которое казалось настолько крошечным, что едва прикрывало соски и зад. Впрочем, теперь я все-таки суккуб. Так что пора бы и привыкнуть. С легким удовлетворением я отметила, что мне довольно комфортно стоять обнаженной в комнате со стеклянными стенами.

Среди роскошных платьев имелось и немного повседневной одежды. Черные кожаные легинсы, элегантные брючные костюмы, короткие юбки и топы. Однако Орион настоял, что для торжественного появления в городе я должна выглядеть просто ослепительно и приковывать к себе взгляды.

Я взяла лежащий на кровати лифчик из прозрачного черного кружева с вышивкой в виде змей. Декольте было довольно глубоким и заканчивалось ниже груди. Темный, сексуальный, демонический. Я надела его. Как и предполагала, соски оказались едва прикрыты. Подобрав подходящие трусики, я тут же скользнула в них.

Затем я приступила к выбору платья. Множество черных, серых, золотых. Все они были довольно откровенными – корсеты, разрезы на бедрах, открытая спина, короткие подолы. Сначала мой взгляд привлекло серебристое платье в греческом стиле с высокой талией и обвивающими ее изящными перекрещивающимися шнурами. Только вот декольте в нем доходило почти до пупка, а я пока не была готова к подобным экспериментам.

Вместо этого я выбрала короткое шелковое обтягивающее красное платье с длинными рукавами. Примерив его, я обнаружила, что подол заканчивается чуть ниже задницы. Такое определенно для меня было в новинку. К платью я надела высокие, до бедер, сапоги на небольшом удобном каблучке.

Покрутившись перед зеркалом, я призналась себе, что выгляжу чертовски горячо. Длинные голенища открывали лишь небольшой участок в верхней части бедер, и все же вкупе с декольте это смотрелось невероятно сексуально. Рыжие волосы высохли и теперь волнами спадали по алой ткани платья. «Неплохой образ», – подумала я.

Полностью одетая, я распахнула дверь в гостиную. Орион сидел на диване, откинувшись на спинку и раскинув руки. Когда он увидел меня, то замер, а глаза загорелись, словно звезды.

Сделав глубокий вдох, я подошла к нему. Он медленно встал, буравя меня пристальным взглядом. Вокруг нас взметнулась темная магия. Демон издал низкое рычание, которое эхом прокатилось по моей коже. Стало очень интересно, вспоминал ли он о моей вчерашней выходке, когда я оседлала его. А пока на его губах заиграла порочная улыбка.

– Отлично. Выглядишь как суккуб. Давай проверим в последний раз твою походку. Я знаю, что ты неплохо владеешь своим телом, видел, как ты расправилась с теми смертными ублюдками. – В его глазах зажегся потусторонний блеск. – Того парня, который зажал тебя в углу возле пивоварни, звали Джек Корвин?

Я и забыла, как много он обо мне знает с тех пор, как сама же и выдала все свои секреты.

– Да.

– После всего, что он с тобой сделал, почему ты остановила меня? Когда его голова буквально взрывалась от боли.

Он посмотрел на меня тем самым взглядом доминанта, от которого мне захотелось немедленно смиренно опустить голову. Но я смело продолжила смотреть ему в глаза, как это сделала бы Мортана.

– Я нормальный человек, который не хочет смотреть, как чьи-то мозги расплываются по асфальту. Это называется сочувствием. Даже если ты кого-то ненавидишь, тебе не нравится наблюдать его мучения.

– Сочувствие? – Его взор словно покрылся ледяной коркой. – Звучит скучно. Я рад, что не проклят этим качеством.

– Сколько точно людей ты убил в своей жизни?

Орион подошел ко мне:

– Я хотел бы рассказать тебе о каждом из них, просто чтобы наблюдать, как твое красивое личико искажается от ужаса, но у нас осталось всего несколько часов, чтобы успеть поработать над твоей сутулой спиной.

– Ты сказал сутулой? – нахмурилась я.

– Мы кое-что попробуем напоследок. Я проведу пальцем по твоему позвоночнику и хочу, чтобы ты выпрямляла спину по ходу движения. Обопрись на него, расправь плечи.

Я ощутила, как на коже покалывает сила его магии. Когда демон дотронулся до моей поясницы, я едва не задохнулась от удовольствия. Касания кончиков его пальцев сквозь тонкую ткань платья походили на электрические разряды, пронзавшие меня насквозь.

– Закрой глаза. Расслабь плечи и откинься назад. Представь себе нить, которая тянет твою макушку прямо к потолку.

Он медленно заскользил вверх, и мое тело тут же отреагировало на его действия выпрямлением позвоночника, учащением пульса и жаром.

«Святые небеса, Роуэн. Помни:  это просто работа. А еще он демон. И также угрожал убить Шай».

Когда он дотронулся до моего затылка, я немного вытянулась вверх, удлинив шею. Затем легким, будто перышко, прикосновением его палец снова заскользил вниз, оставляя теплое покалывание. Орион остановил палец между лопатками.

– Грудь вперед. Подними подбородок. Ты гордишься своей красотой. Она – часть твоей силы.

Дыхание участилось, когда он положил руки мне на бедра. Я едва поборола безумное желание прислониться спиной к его мощному телу.

– Подвинь бедра немного вперед, – тихо произнес он. – А теперь открой глаза.

Подняв веки, я сразу почувствовала, как изменилась моя осанка.

– Идеально.

Изящными движениями он обогнул меня и встал прямо. Его красота сильно отвлекала. Взгляд скользнул по моему рту, и я со смущением поняла, что облизываю губы.

Орион склонил голову, и от лукавой улыбки на его щеках заиграли ямочки.

На этот раз я и в самом деле чувствовала себя сексуальной. Дико заводила одна мысль о том, что он смотрит на меня, на мои обнаженные ягодицы… отчего возникло дикое желание показать ему всю себя.

Я прошла через комнату, покачивая бедрами и ставя одну ногу прямо перед другой, как демон учил меня миллион раз.

– Хорошо, – пробормотал он. – А теперь повернись ко мне лицом.

Я резко развернулась, и мои кудри подпрыгнули. Он стоял в непринужденной позе, засунув руки в карманы. Но что-то в том, как горели его глаза, как были сжаты челюсти, подсказало, будто на самом деле он вовсе не так спокоен. Что же скрывалось под этой маской безразличия? Ярость? Похоть? Попытки удержаться от того, чтобы вырвать мое сердце?

И где он ночевал прошлой ночью?

Как бы то ни было, он смотрел на меня так, словно хотел поглотить целиком.

– Что дальше? – спросила я.

– Теперь иди на меня и попробуй представить, как капля воды постепенно стекает по шее, спускаясь к груди. Проведи по ее следу кончиком пальца.

Я медленно начала идти обратно, словно кошка, проводя пальцем по шее, спускаясь ниже к груди. Это походило на боевые искусства, так ведь? Просто попытка научиться владеть своим телом.

Почувствовав жар его магии, я остановилась. Показалось, что подходить ближе, глядя ему прямо в глаза, будет слишком.

Орион приподнял брови.

– Очень хорошо, – промурлыкал он. – Тебе нужно всегда сообщать языком тела, что хочешь кого-то трахнуть. Намекай на это через зрительный контакт, прикосновения. – Я перекинула волосы через плечо. – Это мило, но тебе стоит встать ближе, чем на три фута. Как ты делала вчера.

Я тяжело сглотнула и подошла к нему, глядя снизу вверх. Представляя, каково это – ощутить его руки по всему телу. «Просто работа, Роуэн. Работа».

В его глазах сверкнуло веселье.

– Теперь тебе нужно избавиться от вида оленя в свете фар. Попробуй улыбнуться, изогнуть бровь.

Я скривила одну половину лица.

– О нет. Не делай так. Помни, ты дар.

Я расслабилась, пытаясь изобразить самодовольное выражение лица.

Его пристальный взгляд скользнул вниз по моему телу.

– Ближе. Продемонстрируй уязвимость. Наклони голову и покажи мне шею, будто снова предлагаешь укусить тебя, словно приглашаешь это сделать.

От такой близости меня накрыла волна его чувственной энергии. Я поймала себя на том, что смотрю в его бесконечные глаза. Соски затвердели и отчетливо выделялись под тонкой шелковой тканью. Как же мне хотелось, чтобы он наклонил меня, стянул трусики, погладил меня…

«Прекрати, Роуэн. Он даже не человек».

Я догадывалась, что происходит. Глупая, животная часть моего разума, которая испортила бы мне все, если бы я позволила, взяла верх. Однако, возможно, сейчас именно в этом я и нуждалась.

– Хорошо, – тихо повторил он. – Ты используешь зрительный контакт, а теперь попробуй тактильные ощущения во время разговора.

Я протянула руку и коснулась его груди. Прикусила губу и скользнула кончиками пальцев по мягкой ткани рубашки, обводя твердые мышцы.

– Ты забыла про разговор, – сделал он замечание.

Ах. Это потому, что мой разум был совершенно пуст.

Орион смотрел на меня очень убедительно, словно на самом деле мечтал сорвать платье, но ведь это просто работа, так? Он сам обещал притвориться, будто я сексуальна.

Он взял мои ладони, поднял их и положил на свою шею так, что я оказалась полностью прижатой к нему. Пришлось привстать на носочки, отчего задрался подол платья, и теплый ветерок погладил меня по заднице и бедрам.

Тело обдало жаром. Это был флирт? Тогда он определенно выглядел неприличным, и горячий импульс пробежал по моему сердцу. Глядя в его глаза, я почувствовала, что вот-вот рухну в опасную пропасть.

Мышцы свело.

«Демон-убийца. Отойди сейчас же, Роуэн».

Я резко отдернула руки от его шеи, сжала челюсти и отвернулась. Сердце выскакивало из груди, что на самом деле вызывало досаду, потому что Орион это слышал.

– Думаю, пока хватит. – Я тяжело сглотнула. – Я доказала, что могу вести себя как Мортана. Почему бы тебе не показать мне город?

– Тебе надо прекратить краснеть.

– Хорошо.

Я поправила прическу.

– Запомнила карту?

– Да, вроде, – кивнула я.

– Держи в голове, что, если случайно облажаешься, – предупредил он, – закончишь в огненной яме.

– Классный способ успокоить меня.

Правда, несмотря на все нервы и страх, я действительно испытывала небывалый трепет. Сегодня впервые – после стольких лет – я, наконец, войду в Город Шипов.

Я должна найти маминого убийцу.

Глава 15

Орион завел меня в помещение, которое я сначала приняла за чулан, но это оказалось лифтом. Пока мы ехали, я продолжала изучать карту.

– Ты должна убрать ее, как только мы доедем.

– Знаю.

Раз за разом рисуя городские ворота, я даже не догадывалась, что за ними скрывается. Это была запретная информация и от этого еще более притягательная.

Карта показывала, что город разделен на семь частей – восемь, если считать Райскую пустошь к югу от реки Ахерон.

Округ Люцифера, где в отеле «Левиафан» обосновался Орион, расположился с восточной стороны океана. Чуть южнее находились королевский округ Вельзевула и великая башня Баала, в которой жил король. Если он разрешит, я поселюсь в округе Асмодея – на западе от реки. Он являлся самым маленьким по площади, и я предположила, что с годами становился все меньше, поскольку территории поглощали соседние округа.

Испытывая жгучее любопытство, я отчаянно желала посмотреть на все: на старую тюрьму, древние демонские храмы, банк. Здесь не только обитал убийца моей мамы, но и само место было волшебным.

Достигнув первого этажа, двери лифта открылись, и мы вышли в вестибюль. Я поспешно засунула карту в новую красную сумочку рядом с новеньким телефоном.

Сквозь стеклянный купол вестибюль заливал яркий солнечный свет, чем-то напомнив мне викторианскую оранжерею. Мраморные полы цвета слоновой кости украшала черная плитка в стиле ар-деко. Широкая лестница вела в мезонин с черными перилами, которые почему-то выглядели как сексуальное кружево.

Я никогда раньше не бывала в подобных местах, поэтому приходилось постоянно напоминать себе держать рот закрытым и не выказывать восхищения всем этим великолепием. Мортана не была бы так впечатлена, ей быстро бы все это наскучило. Так что я перестала любоваться и сосредоточилась на кошачьей своей походке и покачивающихся бедрах.

На пути к выходу мы прошли мимо небольшой компании, не сводящей с меня взглядов. Две великолепные демоницы с красными глазами и изогнутыми рогами цвета слоновой кости – одна блондинка, другая с волосами цвета воронова крыла – прижались друг к другу и что-то шептали, пока я шагала к двери. У меня сложилось впечатление, что сплетни о моем появлении уже разошлись по городу, так что я лишь уверенно улыбнулась им.

Именно так, демоны. Суккубская сука вернулась.

Орион открыл передо мной большую стеклянную дверь. Покачивая бедрами, я вышла на городскую улицу, вымощенную золотым камнем, ярко сияющим на солнце, отчего у меня тут же перехватило дыхание.

С узкими улочками, явно созданными еще до изобретения автомобилей, город выглядел средневековым. Отель выходил на небольшую площадь с кафе и магазинами по периметру. От нее вели арочные переходы, а в центре из камней была выложена фигура, напоминающая перевернутый равнобедренный треугольник с выходящими из него линиями с буквой «V» внизу.

Орион указал на фигуру:

– Как видишь, Мортана, защита Люцифера не изменилась, и великий символ Люцифера остается.

– Восхитительно, – выдохнула я.

Теперь главный вопрос оставался в том, содержал ли один из символов округа пятиконечную звезду. И кто из этих ублюдков сжег мою маму заживо, используя магию огня?

Осмотревшись на площади, я поняла, что все взгляды устремлены в мою сторону. Меня охватил ужас, но Мортана никогда бы не подала виду, что испугана. Она держала бы за руку Ориона и самодовольно улыбалась. Такой же кривой улыбкой, которую демонстрировал Орион с тех пор, как я встретила его.

Близость его тела, теплая магия, которую он изучал, одновременно успокаивала и соблазняла. Взявшись за руки, мы зашли в один из переходов, который оказался совершенно безлюдным. Орион наклонился и прошептал:

– Не думаю, что народ в восторге от вашего возвращения.

– Проблема в том, что я суккуб? – прошептала я в ответ.

– Не только. Причина еще и в том, что ты со мной. Мы с королем самые завидные богатые холостяки в городе, и все незамужние демоницы борются за наше внимание. Инфернальных дебютанток представляют при дворе на серии балов и вечеров, на каждом из которых девушки надеются стать королевой или герцогиней. Некоторые готовы ждать годы или столетия, надеясь заключить наиболее выгодный союз.

Я посмотрела на него снизу вверх:

– Почему ты не женат?

– Не вижу причин для женитьбы.

– А король? – спросила я. – Ему уже много столетий. Почему он не женится?

Орион пожал плечами:

– Раньше он мог переспать с любой женщиной в городе и, вероятно, именно этим и занимался. Никто не имел на него прав. Но, как от правителя, от него ждут свадьбы, так что он должен выбрать жену.

Мы проходили одну узкую улочку за другой, оставляя за спиной магазины и отели. Миновали круглую библиотеку, принадлежащую университету Белиала.

Орион вполголоса объяснил мне, что в древние времена Люцифер был самым главным богом демонов. И даже сейчас его сила буквально пронизывает город. Храмы в основном заброшены, но некоторые демоны все еще оставляют подношения древним богам.

– Ты веришь в них? – шепотом поинтересовалась я.

Он взглянул на меня:

– Не знаю, да и, честно говоря, мне плевать, существуют они или нет.

Ах, ну конечно. Его высокомерию не было предела, даже когда дело касалось богов.

* * *

В округе Маммона мы остановились пообедать в небольшом ресторанчике у притока реки, ручья Эребус. Кристально чистая вода весело струилась, сверкая на солнце. Мы сидели возле тротуара из янтарного камня, и я наблюдала за демонами в дизайнерских шмотках. Головы некоторых украшали металлические рожки, блестя в послеполуденном свете.

Вдали над площадью возвышался Банк Шипов. Из-за высоких колонн он напоминал древний храм, по камням которого разрослась ежевика.

Мимо прошли несколько смертных, небрежно одетых в легинсы и толстовки с эмблемой университета Белиала. Они двигались иначе, чем демоны, а их лица выражали беззащитность и трепет перед прекрасным миром вокруг. Напротив, каждый демон казался мне хищником, скользящим со смертоносной грацией. А еще они все время сохраняли невозмутимое выражение лица.

Однако ни у кого из них не нашлось нужной мне звезды.

Я облокотилась на спинку стула и сделала глоток заказанного Орионом вина. Вряд ли меня назовешь экспертом в этом вопросе, но вино было прекрасно. Я позволила сухому привкусу прокатиться по языку, затем проглотила.

– Восхитительно.

Орион улыбнулся моим словам.

– Бордо из винограда, собранного на полях Элизиума. Мое любимое.

Обслуживающая нас официантка обращалась исключительно к Ориону. Да и кто стал бы винить ее за это? У женщины имелись глаза, а он походил на божество. Ее щеки вспыхнули, когда она приняла его заказ, постоянно поправляя длинные каштановые волосы.

– Я буду утиную грудку, – с усмешкой произнес он.

Я была почти уверена, что она тихо ахнула, услышав из его уст слово «грудка». Официантка закусила губу и склонила голову так, будто он только что предложил ее отшлепать.

– Да? – пробормотала она. – Это все, чего вы желаете?

Как-то Орион упоминал, что флирт – достаточный инструмент, чтобы дать понять, что ты кого-то хочешь. И эта цыпочка была чертовым экспертом. Откровенно говоря, она подошла бы на роль суккуба гораздо лучше, чем я.

Стоит признать, меня это немного раздражало. С одной стороны, я умирала с голоду, а официантка все еще не приняла мой заказ. А с другой – вдруг это настоящее свидание? Конечно, очевидно, что нет. У меня не имелось причин ревновать, так что я не ревновала.

Но ведь она этого не знала.

Другой вопрос – как бы Мортана повела себя в данной ситуации? Лично я думала, что она чертовски разозлилась бы. Мортане нравилось быть в центре внимания, а сейчас она этого не получала. Вряд ли она потерпела бы столь неуважительное отношение к себе.

Я кашлянула, и официантка наконец повернулась ко мне. Прищурившись, я посмотрела ей прямо в глаза и заставила свое тело замереть как можно неподвижнее. Не единожды пострадав от этого приема в исполнении Ориона, я прекрасно знала, насколько это нервирует. К тому же это была одна из техник доктора Омера: «молчать до тех пор, пока вы сами не поймете, что натворили».

Я заметила, как румянец на ее щеках сменился болезненной бледностью, а затем медленно постучала ногтями по столу.

– Вы закончили свое маленькое представление? – Собственный голос показался мне холодным и далеким.

– Простите, – залепетала девушка, – я просто принимала у него заказ.

– О, я так не думаю, смертная, – усмехнулась я. – Но знаешь, твое желание лишь придало мне сил. – Никогда в жизни мой тон не звучал так властно. По правде говоря, я не представляла, откуда это взялось. – Твоя похоть буквально сделала меня голодной.

Я наблюдала, как дернулось ее горло, когда девушка тяжело сглотнула:

– Что вы желаете на обед?

За все платил Орион, так что я могла позволить себе заказать что-нибудь дорогое.

– Лобстер «Фра-дьяболо». – Название показалось мне как нельзя подходящим. – Чувствую себя просто дьявольски голодной. – Я оскалила зубки: – И если вкус блюда меня не удовлетворит, то мне придется перекусить чем-то посвежее, так что лучше скажи шеф-повару, чтобы он убедился в безупречности блюда.

Она попятилась назад, затем резко развернулась и убежала на кухню.

Черт. Неужели я и вправду была такой? Неужели во мне проснулась темная сторона?

Когда я повернулась назад к Ориону, он изучал меня внимательным взглядом.

– Мортана, ты совсем не изменилась.

Я наклонилась к нему и прямо на ухо прошептала:

– Я рада возвращению.

– За самого злобного и жуткого демона, украшающего этот город, – произнес он, поднимая бокал с вином.

Каждый раз, оглядываясь по сторонам, я замечала, как окружающие вытягивали шеи, пытаясь подслушать нашу беседу.

Я вздохнула и посмотрела на южный берег реки Ахерон.

– Поля Элизиума. Я вспоминала их с любовью. Правда ли, что во время испытания ты убил пятьдесят демонов?

Он покрутил бокал в руке, и янтарная жидкость засияла в лучах яркого солнца.

– Ну, я не люблю хвас…

– Ложь.

Усмешка скривила его губы:

– Хорошо. Я люблю хвастаться. Да, я прикончил пятьдесят демонов. И да, думаю, что другие считают меня ужасающим.

Однако считал ли король его ужасающим?

Я вздохнула, пытаясь сконцентрироваться на роли.

– Прошло столько времени с тех пор, как я видела короля Нергала.

– Не беспокойся, – он одарил меня ослепительной улыбкой, – ты увидишь его голову совсем скоро. Но теперь ты предана новому королю, не так ли? Знаешь, как у нас принято. Vae Victis.

Горе побежденным. Ожидайте жестокого отношения со стороны победителя. Еще одно напоминание о том, что мне нельзя попасть в руки врага.

Я с улыбкой подняла бокал и повторила:

– Vae Victis.

Глава 16

Закончив обед, мы продолжили экскурсию по городу – один округ за другим. Стены из камня медового цвета огибали границы города, перемежаясь башнями, выходящими на Осборн.

Я безумно радовалась, что надела удобную обувь, ведь мы прошагали много миль – через округ Бельфегора с его Залом Гильдий и старым зданием парламента у реки. Мы видели тюрьму с привидениями в округе Сатаны и виселицы снаружи, где проводились казни. На нас даже порычал трехголовый сторожевой пес за железными воротами. Вероятно, благодаря магии город оказался гораздо больше, чем выглядел снаружи.

От моего внимания не ускользнуло, что в каждом округе придерживались какой-то определенной моды. В округе Люцифера сплошь и рядом мелькали шелковые коктейльные платья, широкие пряжки на ремнях и глубокие декольте. В округе Сатаны отдавали предпочтение корсетам и строгим костюмам с тонкими галстуками.

Однако округ Асмодея разительно отличался от всех остальных. Вместо дорог протекали каналы, а в бирюзовой воде плавали заброшенные лодочки. Узкие и пустынные улочки периодически выходили на некогда величественные площади. Классические здания украшали колонны и высокие окна, а выцветший камень выглядел так, словно когда-то был выкрашен в яркие цвета. Многие фасады оказались разрушены, а окна заколочены досками. В центре располагался нерабочий фонтан со статуями, чьи лица были разбиты.

Мое сердце сжалось. Словно темные миазмы, здешний воздух пропитала печаль. Я интуитивно чувствовала гибель этого места.

Напротив нас стояло роскошное здание с множеством арочных окон. С одной стороны от него протекал канал. Вокруг суетились рабочие, занося мебель, меняя разбитые стекла.

Орион указал на дом:

– Вот, теперь ты будешь жить здесь. В округе Асмодея никто не обитал столетиями, но они тщательно проследят за тем, чтобы он удовлетворял все потребности Мортаны.

Я обернулась, чтобы осмотреться по сторонам, и с тревогой заметила, что три демоницы последовали за нами в заброшенный округ. Здесь не имелось ни ресторанов, ни магазинов, здесь никто не жил. Они просто следили за нами и, похоже, даже не заботились о том, чтобы остаться незамеченными.

Высокая брюнетка с глазами сапфирового оттенка и черными рогами пялилась на меня, скрестив руки на груди. В ее взгляде читалась такая незамутненная ненависть, от которой у меня побежали мурашки по коже. В кожаных шортах и корсете она выглядела настолько же сексуально, насколько и пугающе. По бокам от рогатой стояли две статные блондинки. Но самое интересное в этой троице было то, что у брюнетки на руках имелись татуировки с изображением пламени. Неужели она владела огненной магией?

Мне срочно потребовалось выяснить, распространен ли данный вид магии среди демонов.

Я придвинулась ближе к Ориону и обняла его за шею, самодовольно улыбнувшись девушкам. В ответ он обхватил мою талию, и тело тут же окутал жар его магии.

Немного надавив, я притянула его голову к своему рту.

– Орион, – прошептала я, – кажется, кое-кто уже хочет покончить со мной. Мне надо знать, каковы их способности.

– Что именно ты хочешь знать, любовь моя?

– Как насчет магии огня? – тихо поинтересовалась я.

Он скользнул ладонью по моей спине и посмотрел через мое плечо. А потом, взяв за руку, повел меня к заброшенному кирпичному особняку с заколоченными окнами. Толкнув деревянную дверь, мы вошли в комнату с выцветшим мрамором и грязным плиточным полом.

От пыльного воздуха я закашлялась. Однако нельзя было не отметить былое величие этого места. Бюсты с развевающимися волосами и коронами выстроились в нишах вдоль зала, но, к сожалению, их лица оказались разбиты. Несколько статуй были сброшены на пол и расколоты, там же валялись старый дневник и изъеденная молью накидка. На столе стояли два бокала и хрустальный графин. На полу темнело бордовое пятно тревожного цвета засохшей крови.

Трудно было не проявить любопытство, попав в заброшенный демонский особняк, поэтому я заглянула в один из дверных проемов и обнаружила помещение, напоминающее бальный зал, покрытый пылью и паутиной. В углу стоял клавесин, а на столе – хрустальные бокалы и тарелки. Все выглядело так, будто живущие здесь лилит ничего не подозревали. Словно покинули комнату в середине трапезы. От этого зрелища у меня болезненно сжалось сердце.

– Почему здесь все так и оставили? – спросила я. – Если лилит исчезли, почему никто не захватил их особняк?

Орион повернулся к одной из разбитых статуй и провел пальцем по месту, где должно было быть лицо.

– Демоны полны суеверий. Когда происходит что-то ужасное, это место считается проклятым. В нем поселяются призраки.

– Ты в это веришь?

Он отрицательно покачал головой:

– Нет. Чтобы стать призраком, нужна душа, а я не верю в то, что она у нас есть.

Только вот по какой-то причине тени вокруг демона сгустились, словно его что-то напугало, а огненная магия нагрела окружающий воздух.

– Как думаешь, а у смертных есть душа? – решилась я задать вопрос.

С отстраненным выражением лица Орион посмотрел мне в глаза:

– Я никогда не тратил время на размышления о смертных. Вполне возможно, у вас есть душа. Если честно, трудно интересоваться маленькими хрупкими существами, которые живут всего несколько десятков лет.

Мне и вправду следовало привыкнуть к его снисходительности.

– Понятно. Ладно. Думаю, сейчас это все не важно.

– Ты хотела узнать о магии огня, – напомнил он, пронзая меня пристальным взглядом. – Почему конкретно о ней?

Я пожала плечами:

– Снаружи была демоница с татуировкой пламени. Я слышала, что демоны способны сжигать людей, и, если честно, немного напугана этим фактом.

– Это была Лидия – герцогиня округа Люцифера из Дома Шалем. Магия огня считается довольно редким даром. Большинство из нас обладают лишь силой и скоростью по сравнению со смертными. Кое-кто владеет магией льда. Способность вызвать дождь или шторм – это магия стихий. Но огонь… только самые могущественные могут вызвать огонь. В основном им владеют представители королевских семей. Некоторые говорят, будто это означает, что тебя коснулся сам Люцифер.

Вот мы и подобрались к самому интересующему меня вопросу:

– И кто же в этом эксклюзивном списке?

– Король, Лидия и Мортана.

Итак, в моем списке теперь стало трое подозреваемых.

Орион поднял руку, и из кончиков его пальцев вырвалось пламя. Огоньки заплясали в его глазах.

– И я.

Я сделала шаг назад, сердце упало в пятки, и огонь тут же исчез.

Демон посмотрел на меня с любопытством:

– Ты и правда боишься огня?

Я медленно выдохнула:

– Да, есть такое.

Он подошел ко мне ближе:

– Ты со мной, мы вместе работаем. Я позабочусь о том, чтобы никто не причинил тебе вреда. Ясно?

Либо он говорил правду, либо был очень убедительным лжецом.

Он повернулся, направляясь обратно к выходу.

– Пошли, любовь моя. Мне здесь не нравится.

Что ж, придется включить в список подозреваемых и Ориона.

Черт возьми.

Глава 17

Наша экскурсия закончилась в округе Вельзевула, где мы остановились поужинать в прибрежном ресторанчике «У Валака»[9]. Лучи заходящего солнца окрасили реку в ослепительный ярко-алый цвет.

Все в королевском округе Вельзевула, где царила зависть, выглядело так, будто покрыто позолотой. Мощенные песчаником улицы, цветущие желтым деревья, женщины в платьях «под металл», скулы которых сияли от золотистого хайлайтера. Заходящее солнце окрашивало все это в янтарный цвет.

Орион оставил меня в одиночестве, пробормотав что-то неразборчивое о том, что перед моим приездом ему нужно побеседовать с королем. И поскольку он продолжал оплачивать счета, я решила заказать крабовые клешни в чесночном масле с картофельным пюре и самым дорогим красным вином в меню. Я задалась вопросом, в каком вине Мортана утопила королеву. Хотя, честно признаться, это казалось мне невероятным расточительством.

Задача, которая стояла передо мной сегодня вечером, заставила мой желудок сжаться: очаровать короля и убедить его, что я суккуб. Если не получится, то моя лучшая подруга будет убита, а я в буквальном смысле сгорю в огне.

Глубоко вздохнув, я оглядела окружающее меня пространство. Со своего места я видела мост через реку Ахерон – мост Мучений согласно карте. На другом берегу реки темнел густой лес. С юга дул теплый ветерок, принося с собой мшистый аромат диких лесов.

Я так нигде и не нашла интересующую меня звезду. Отчаянно хотелось спросить о ней, но я не могла сделать это просто так. Не тогда, когда среди подозреваемых оказался сам Орион.

В Городе Шипов я была как полицейский под прикрытием.

Как-то я смотрела фильм «На гребне волны» с Киану Ривзом. Он играл полицейского, проникшего в банду серферов, которые грабили банки. Он влился в их компанию, познакомился с культурой и ждал, пока не поступит нужная информация. Полицейский не начал тупо допрашивать других серферов, сначала ему пришлось убедить их, что ему можно доверять. И только тогда они сами раскрыли все свои секреты.

Потягивая вино и глядя на Ахерон, я размышляла об ужасной, но реальной возможности того, что убийцей мамы окажется Орион. А вдруг он точно знал, кто я, когда нашел меня в баре? А вдруг он затащил меня сюда под ложным предлогом, чтобы шпионить за мной?

Однако эта теория не находила подтверждения. Зачем ему было шпионить за мной? Владея смертоносной магией и не имея сочувствия, он мог бы пытками вытянуть из меня всю интересующую его информацию, если бы захотел.

Неожиданно я обнаружила, что за столиком напротив сидит Лидия, демоница с татуировками, и мое сердце забилось сильнее. Она взглянула на меня, скривив губы, и кровь похолодела у меня в жилах. Мне не следовало показывать, что нервничаю, поэтому я продолжила равнодушно смотреть на реку.

– Мортана, – вырвал меня из раздумий глубокий голос Ориона, и я повернулась к нему. Лучи заходящего солнца окрасили его великолепное лицо всеми оттенками розового. – Пора готовиться к встрече с королем. Боюсь, сегодняшний вечер может оказаться сложнее, чем я рассчитывал.

Мое сердце упало в пятки.

* * *

Мы с Орионом рука об руку подошли к внешним воротам башни Баала. С вырезанными на внешней стене бойницами дворец выглядел очень древним. Дорожка из песчаника вела к арочному входу. Отсюда я могла почти во всех подробностях разглядеть голову бывшего короля, насаженную на внешние ворота над первым входом. Стук каблуков эхом отдавался от каменных стен, а у меня постепенно холодело внутри.

За прошедший час мы успели на такси вернуться домой к Ориону, где я переоделась. На этот раз мой выбор пал на великолепное длинное платье из черного атласа с разрезом на бедре и настолько глубоким декольте, что бюстгальтер лишь стал бы помехой. Никогда раньше я не носила столь откровенных вещей, но они были в стиле Мортаны. И знаете что? Она выглядела чертовски сексуально.

Пока я делала прическу, Орион шокировал новостью о том, что разгорелось немало споров о возвращении суккуба и что мне не желали позволить остаться с королем наедине. И теперь мне предстояло встретиться фактически с целым советом демонов, которые и решат мою судьбу. Собирался присутствовать весь Адский Кворум – герцог или герцогиня от каждого округа города.

Включая Лидию.

Если хоть кто-нибудь почувствует, что я самозванка, меня незамедлительно сбросят в огненную яму там же, в башне Баала.

По мере того как мы приближались к воротам, мысли о том, зачем же королю участие кворума, беспокоили меня все сильнее. Ведь он и так обладал высшей властью. Вероятно, он желал обезопасить себя на случай, если от Мортаны будет слишком много проблем. Ведь в итоге это будет и их решением тоже.

Влиятельные господа – даже когда в их руках сосредоточена абсолютная власть – отлично умели обвинять других.

Я старалась сконцентрироваться на стуке каблуков, не думая о пламени. Данный метод казни – один из немногих, которые пугали меня до смерти. Но, что бы ни случилось, я была просто обязана все сделать правильно. Ради мамы, а теперь и ради Шай.

Подойдя ближе, я обнаружила, что отрубленная голова невероятно хорошо сохранилась, волосы все еще были густыми и черными, кожа гладкой. Единственное, что отличало его от живого человека, – закрытые глаза и расслабленные мышцы лица. Факелы, прикрепленные к стенам, отбрасывали пляшущие тени на стены из песчаника, отчего складывалось впечатление, что голова короля Нергала движется и он что-то бормочет. Я глубоко и медленно вздохнула.

Не выпуская ладонь Ориона, поинтересовалась почти шепотом:

– Это нормально для демонов? Отрубленные головы.

– Конечно, нет, – ответил он, покосившись на меня с удивлением.

«Слава богу. Значит, они не все социопаты», – подумала я.

– У других демонов нет никаких причин для того, чтобы вешать чужую голову на ворота. Это сделано лишь потому, что он был королем. Своего рода напоминание, что Нергала сверг кто-то более сильный и что Камбриэль – законный правитель. Vae Victis, помнишь?

– А отрубленная голова никого не напрягает? – снова прошептала я. – Выглядит жутковато.

Орион пожал плечами:

– Его не особо любили.

Я обнаружила, что не свожу взгляда с Ориона, пытаясь уловить хоть какие-нибудь эмоции на его равнодушном лице. Судя по всему, вид головы его совсем не трогал, и я задалась вопросом, всем ли демонам недостает сочувствия.

Говоря языком смертных, человека, лишенного сочувствия, называли психопатом. Насколько я помнила, у таких людей была снижена активность миндалевидного тела – части мозга, отвечающей за тревогу. Таким образом, психопаты не испытывали страх в той степени, что и нормальные люди. Если они происходили из среднего класса, то имели все шансы преуспеть в торговле акциями или в политике. Но если они вырастали в атмосфере насилия, то вполне могли отрубить родителям головы и повесить их на ворота.

Мы пересекли каменный двор, который вел к очередной высокой стене с воротами, служившей защитным барьером на пути к башне. У короля имелась серьезная защита.

– Орион, – позвала я вполголоса, – ты когда-нибудь испытывал страх?

– Чего мне бояться? Я могу убить почти кого угодно, – нахмурился он.

«О боже».

– Ты переживал когда-нибудь за другого человека? Я просто пытаюсь понять, каким надо быть, чтобы считать нормой отрубленную голову на воротах.

Его губы скривились в насмешливой улыбке:

– Если хочешь понять, кто считает это хорошей идеей, то можешь прочесть собственную историю. Именно у вас мы и позаимствовали этот обычай. Смертные делали то же самое, когда мы закрыли ворота в начале семнадцатого века. Головы поверженных врагов торчали возле Бостон Коммон[10] в тысяча шестьсот семидесятом году. – Он пожал плечами: – Просто культура демонов развивается чуть медленнее.

Что ж, будь я проклята, но он был прав. Смертные, как и демоны, творили ужасные вещи.

На другой стороне двора два огромных мускулистых демона охраняли ворота с вырезанным на них изображением. Оно представляло собой нечто похожее на насекомое с длинными лапами, вероятно, символ Вельзевула.

Рога цвета слоновой кости отлично гармонировали с бледным оттенком кожи стражников. Они смотрели на нас и крепко сжимали копья. От их тел исходила серебристая магическая аура, и низкое рычание прокатилось по камням у нас под ногами. Звук становился все сильнее, превращаясь в какую-то мрачную песню, наполнившую все вокруг.

Дрожь пробежала по телу от того, насколько это было незнакомо. Но все же мне удалось сохранить сексуальную кошачью походку. Я шла, покачивая бедрами, и это казалось мне ужасно странным. Я ведь никогда не встречала Мортану. И ничего о ней не знала. И все же казалось, интуитивно я могу предугадать ход ее мыслей. Ее самоуверенность, презрение к другим, способность все держать под контролем. Она походила на мою темную сторону, которая потихоньку выбиралась на поверхность. Мое подсознание. Эту его часть не отягощали тревога и застенчивость. Остались только желание и агрессия. И, возможно, было не так уж плохо выпустить его наружу.

Стоило нам приблизиться, и охранники мгновенно отступили. Ворота распахнулись, и нашему взору предстала великолепная поляна, заполненная яркими полевыми цветами – янтарными, тыквенными, вишнево-красными. Каменная дорожка пролегала прямо через поле и вела к позолоченной башне, этажи которой концентрическими кругами сужались кверху. Возле входа расстелили красную ковровую дорожку.

Это было самое грандиозное сооружение, которое я когда-либо видела, и, очевидно, его построили для устрашения. Вокруг башни неспешно прогуливались демоны в роскошных вечерних платьях и костюмах. Из-за обилия бриллиантов и металлических оттенков все это больше напоминало Met Gala[11]. Здесь обнаружились и дамы в красных платьях с возмутительно длинными шлейфами, которые волочились по траве, и мужчины в дорогих костюмах в тонкую полоску или бархатных с огромными кушаками. Если бы не наличие рогов у половины присутствующих, я бы решила, что мы на сцене в Нью-Йорке.

По-видимому, сегодняшний вечер являлся знаменательным событием. Казалось, здесь присутствовал весь город. Скорее всего, чтобы посмотреть, как суккуба поджаривают на костре.

Я украдкой покосилась на Ориона, стараясь сохранить нейтральное выражение лица. Его серебристые волосы блестели в лунном свете. А когда он повернулся, чтобы посмотреть на меня, я ощутила нежеланный трепет в груди. Я начинала чувствовать себя с ним в безопасности, как будто он стал моим защитником. Только вот это было очень глупо, если учитывать, что он один из подозреваемых.

Когда мы приблизились к ковровой дорожке, я осознала, что глаза всех демонов обращены на меня. Я изо всех сил старалась выглядеть скучающей, хотя сердце колотилось как сумасшедшее, а живот скрутило от страха.

В своем черном платье я оказалась одета проще всех, хотя, наверное, в этом и заключался весь смысл. Мортана была крутой стервой, слишком уверенной в себе, умеющей себя преподнести. А этот эффект достигался вовсе не одеждой. Зачем было приковывать внимание к дизайнеру, когда можно обратить его на Мортану?

Только вот испытывала ли я столь непоколебимую уверенность? Черт, нет. Но мне предстояло сделать все возможное, чтобы этого никто не заметил.

Демоны в буквальном смысле таращились на нас, когда мы поднимались по лестнице к самой башне. Наверху стояли еще два охранника, которые распахнули перед нами двери.

Первое, что бросилось мне в глаза, – огненная яма, напоминающая портал в ад.

Вот где я могу оказаться сегодня вечером, если не справлюсь со своим страхом.

Глава 18

Огненная яма располагалась прямо в центре холла. Внезапно тошнота подкралась прямо к горлу, и мне стало нечем дышать.

«Успокойся. Успокойся. Успокойся».

Было бы неплохо, окажись на мне огнеупорная одежда, одеяла и защитный гель, хотя даже их надолго не хватило бы. Яма выглядела поистине бездонной.

Ужас все глубже запускал когти в мое сердце. Я осознавала, что если не справлюсь с беспокойством в ближайшее время, то меня тут же и казнят.

Следовало выровнять дыхание – медленный вдох, а затем выдох, чтобы предотвратить паническую атаку. Пока ситуация оставалась под контролем. Пока могла убедительно притворяться, я была способна выбраться отсюда в целости и сохранности. И сохранить жизнь Шай.

Медленно восстанавливая душевное равновесие, я осмотрела окружающее пространство.

Когда я слышала о башне Баала и демонской огненной яме, то даже не представляла, что это место окажется столь элегантным и современным. Все вокруг сияло полированным мрамором песчаного оттенка. Над нами ярусами поднимались этажи до отверстия, сквозь которое я увидела луну и звезды. Да, в центре поместили кострище, но справа был накрыт цивилизованный банкет с канапе и закусками. Широкие окна за банкетным столом выходили на залитый лунным светом сад. Слева виднелся изогнутый бассейн с коктейль-баром у кромки. Смертные официантки в коротких платьях сновали туда-сюда с подносами с напитками. Все выглядело вполне прилично.

Возле костра стояли пять демонов и пили шампанское и коктейли – Лидия с татуировками в виде огня и четверо мужчин, каждый из которых представлял свой округ, а шестым управлял сам король.

По описанию подруги я узнала Легиона – главу округа Сатаны, где правил гнев, – длинные черные волосы, золотистая смуглая кожа. Рукава его рубашки были закатаны до локтей, оголяя черные татуировки. Шай была права: и мне он показался невероятно сексуальным и одновременно жутким.

В любом случае он не так пугал, как Лидия, в глазах которой разгорелись огоньки, стоило ей взглянуть на меня. Свет от костра отбрасывал танцующие тени на ее лицо, а губы скривились в угрожающей улыбке. Кошка собиралась поохотиться на мышку.

Когда мимо меня проходила смертная официантка, я успела схватить с подноса бокал с ярко-красным коктейлем и сделала глоток. Во-первых, алкоголь поможет успокоиться, а во-вторых, так я смогла бы сделать вид, что получаю удовольствие от мероприятия.

Сам король восседал на позолоченном троне, на возвышении по ту сторону огненной ямы. Его длинные светлые волосы ниспадали на широкие плечи, из головы торчали серебристые рога, а глаза были темными, как ночь. Темно-синяя одежда прекрасно подчеркивала рельефное тело. Колеблющееся пламя лишь усиливало его потусторонний облик. На его лице не отражалась ни единая эмоция, а тело оставалось таким же неподвижным, как окружающие нас каменные стены. Как и Орион, он изучал чистую силу и властность.

– Мортана, леди Дома Лилит, – его голос прокатился по залу, словно раскаты грома, – последний суккуб. Ты к нам вернулась.

Каким-то образом присутствие Ориона придавало мне сил. В течение всего дня я так внимательно наблюдала за ним, что у меня появилось представление о том, как убедительно имитировать уверенность.

Я улыбнулась, затем лениво пожала плечами, как обычно пожимал он, словно была совершенно спокойна.

– Город Змей начал меня утомлять. – Я сделала глоток коктейля, который оказался смешанным с водкой гранатовым соком. – И я вспомнила о Городе Шипов, где мне было так весело.

Мой голос разносился по залу, и я приподняла подбородок, как учил Орион, и наполовину осушила свой гранатовый коктейль. Не переживая ни о чем.

Темные глаза короля задержались на Орионе:

– Тебе известно, почему она покинула Город Змей?

Его перстни блеснули в теплом свете огня.

– Ну-ну, король Камбриэль, – ответил Орион насмешливым тоном. – Ты же знаешь, я не могу рассказать, что там произошло. Наши города окутаны завесой тайны.

Орион и вправду собирался так себя вести с королем? Я ожидала почтения, но, судя по всему, слишком много хотела от демона со столь раздутым эго.

– Действительно, – холодно произнес король. – Вот почему мы до сих пор не знаем, почему ты покинул свою подопечную в Городе Змей. Хотя я уверен, что дело не обошлось без скандала. И мне на самом деле интересно, связан ли этот конкретный скандал с суккубом. Но ты прав, это не обсуждается.

Король вновь обратил на меня свой темный взор:

– Мой отец очень любил вас, леди Мортана.

Меня любила отрубленная голова. Я невинно взмахнула ресницами и в очередной раз пригубила коктейль, пытаясь разобраться в происходящем. Почему это так походило на испытание? Я почувствовала, что если продемонстрирую преданность мертвому королю, то потерплю неудачу.

– Вы должны были повидаться с ним по дороге, – продолжил король. – Бывший король свержен. Vae Victis. Вы оплакиваете его смерть, Мортана?

Да, это определенно была проверка. Что следовало ответить, чтобы польстить королю Камбриэлю? Орион как-то упоминал, что Нергал был скучный и унылый.

Я широко раскрыла глаза от удивления и с притворным ужасом приложила руку к груди:

– Король Нергал мертв? Честно говоря, учитывая его личность, я удивлена, что кто-то это заметил.

К сожалению, Камбриэль даже не улыбнулся, отчего у меня еще сильнее скрутило живот. Я уже допила коктейль, и алкоголь слегка ударил мне в голову. Мимо проходила официантка, и я уронила свой бокал на ее поднос.

В зале продолжала царить гробовая тишина, и мой пульс участился. Правда, через несколько мгновений наконец-то послышалось тихое хихиканье, и я немного расслабилась.

Не зашла ли я слишком далеко?

Однако я чувствовала, что как раз Мортана позволила бы себе зайти так далеко. Именно это и делало ее интересной. Без присущей ей прямолинейности и грубости она бы никогда не нажила себе столько врагов. Она точно знала, как привлечь к себе внимание и удержать его.

Губы короля лишь слегка изогнулись. Ему понравилась жестокость Мортаны.

– То есть ты не скорбишь по нему? А ведь когда-то он тебе нравился.

– Ну, мне очень нравилась одна его часть, но теперь эта часть, похоже, исчезла, ведь осталась только голова.

Черт возьми, а это было забавно – вести себя как злодейка. Неужели я начала превращаться в Ориона? Сочувствие? Звучало утомительно.

Когда светлые глаза Ориона скользнули ко мне, я увидела в них веселье.

Король постукивал пальцем по подлокотнику трона. Пламя отражалось в золотой короне. В то время как красота Ориона была более чувственной, король обладал своего рода элегантностью. Утонченные, мужественные черты лица и прямые черные брови.

– Что ты собираешься здесь делать? – прогремел над залом голос короля.

А вот и вопрос, на который я не знала ответа. Меня снова начало охватывать беспокойство, и я сильнее сжала бицепс Ориона. Наверное, нам стоило предугадать такое развитие событий и подготовиться.

В ответ Орион медленно провел кончиками пальцев по моему запястью, и во мне запульсировала теплая магия, расслабляя мышцы. Ух ты. И он так просто это делал? Смертные годами обучались различным техникам расслабления, помогая людям подавлять панику и тревогу, а Ориону стоило просто прикоснуться к человеку, и бум, беспокойство исчезло.

Хотя мне все еще следовало придумать ответ. Мне казалось, что демоны только ходили по модным магазинам и ресторанам. Что бы сказало мое подсознание? Чего бы оно хотело?

Я захлопала ресницами, когда языки пламени в очередной раз заплясали между нами.

– Что ж, я собираюсь воспользоваться вашим баром у бассейна, если позволите. И, конечно же, Орион может присоединиться ко мне. – Откопав еще что-то из своего подсознания, я повернулась к своему спутнику и погладила его крепкий бицепс. Он окинул меня полным похоти взглядом, и это было хорошо, ведь мы должны были вызвать у короля зависть. – О, знаете, чем еще я хочу заняться? Я хочу, чтобы Орион жестко трахнул меня у каменной стены, раз уж мы этого еще не сделали.

«Черт возьми. Это уже слишком. Слишком много подсознания».

Орион с низким рычанием обжег меня враз потемневшим взглядом.

Это было предупреждение, чтобы я закрыла свой рот, или что-то другое?

В этот момент пламя из ямы разгорелось сильнее, нагревая воздух и обжигая мою кожу. Это сработала магия Ориона? Или короля?

– Ты определенно привлекла мое внимание, Мортана, – резко проговорил король. – И каковы, собственно, ваши отношения с Орионом?

Один совет из лекций доктора Омера я запомнила очень хорошо: когда не хотите отвечать на вопрос о себе, возвращайте его другому человеку.

Я качнула бедром и кокетливо улыбнулась:

– Ваше Величество, я польщена вашим интересом к моей личной жизни. Но что же именно вас так заинтриговало? Может, нам стоит исследовать эту тему более подробно?

Исследовать. Никогда еще слово из лексикона доктора Омера не звучало столь двусмысленно.

Король слабо улыбнулся:

– Ты последняя из своего рода, Мортана. Любопытство. Только и всего.

Только вот теперь он смотрел на меня тем же взглядом, что и Орион, как будто хотел облизать с головы до пят. Учитывая, что привлекательных женщин в Городе Шипов было пруд пруди, стало ясно, что Орион не ошибся насчет того, что привлечет внимание короля. Ревность – вот ключ к его сердцу. Он возжелал меня только потому, что мной владел другой.

Я повернулась к Ориону, открывая полный обзор на декольте. Коснулась его губ кончиком пальца и повела ниже по телу, ощущая, как напрягается каждый мускул великолепного тела.

– Я думаю, городу снова не помешал бы суккуб, – громко заявила я. – Не так ли?

Взгляд полуночных глаз Ориона заставил мое сердце учащенно забиться. Было трудно не думать о том, что я чувствовала, когда он прижимал меня к стене, вцепившись зубами в горло.

Я глубоко вздохнула и снова повернулась к королю. Он крепко сжимал пальцами подлокотник, наклонившись чуть вперед, и смотрел на меня так, словно вот-вот собирался перепрыгнуть огненную яму и схватить меня.

Когда король впервые встал со своего места, я обратила внимание, насколько он высокий – примерно, как и Орион. Эти двое возвышались над остальными демонами.

– Герцоги и герцогини выскажут мнение, следует ли тебе остаться в Городе Шипов. Однако окончательное решение все равно буду принимать я. А я считаю, что тебе стоит остаться.

Я выдохнула с облегчением. Кажется, это победа, да? Не важно, что скажет кворум, – король готов принять меня с распростертыми объятиями.

– Ваше Величество, – раздался хриплый женский голос, и Лидия, герцогиня Шалем, вышла вперед.

Сегодня она надела ошеломительное золотое платье, подчеркивающее татуировки. Ее ноги выглядели спортивными и невероятно длинными, а темные блестящие волосы ниспадали на обнаженные плечи. На мгновение она бросила на меня испепеляющий взгляд, затем изменила выражение лица и снова посмотрела на короля:

– Ваше Величество, вы знаете, что я, как единственный лидер женского пола в городе, не разделяю мелких забот остальных женщин. – Мило. Она и в самом деле собралась начать речь о том, что не такая как все? – Тем не менее большинство женщин станут возражать против присутствия здесь Мортаны, потому что увидят в ней соперницу. Их волнуют брачные перспективы, стремление к богатству и другие поверхностные проблемы. Они видят в ней угрозу вниманию, которое могли бы получить от герцога Ориона или от вас. Откровенно говоря, их озабоченность знаменитостями и богатством говорит об упадке нашего общества.

Орион закатил глаза:

– Ты закончишь хоть одну мысль за сегодняшний вечер?

Она поджала губы:

– Но, как вы знаете, я далека от легкомысленных женских забот, и я не такая, как остальные. Мои опасения гораздо глубже. Могу ли я напомнить о том, что лилит были уничтожены из-за опасности, которую они представляли для других демонов? Когда-то Город Шипов решил избавиться от них, потому что они использовали контроль над разумом, манипулировали другими, чтобы удовлетворять свои собственные порочные потребности. Они мерзость среди демонов.

Что ж, она, безусловно, показала коготки, но вот как Мортана отнеслась бы к подобному замечанию?

Вряд ли ей это понравилось бы, но она была готова дать отпор.

Глава 19

Я повернулась к Лидии и зарычала, оскалив зубы. Звук вышел откуда-то из глубины моей груди и прокатился по всему залу.

Что ж, привет, агрессия Мортаны. Вот я и познакомилась чуть ближе со своей животной частью.

Я повернулась к королю и соблазнительно улыбнулась:

– Уверена, что вы скоро убедитесь в том, что мне незачем контролировать разум, чтобы удовлетворить свои порочные желания.

Острая челюсть короля сжалась, на губах мелькнула темная улыбка, а костяшки пальцев побелели, когда он схватился за подлокотник.

Вперед вышел герцог с темными волосами, медным оттенком кожи и темно-карими глазами:

– Все мы знаем, как лилит вели себя в прошлом. Они обманом лишали нас денег, используя соблазнение. Некоторые из нас достаточно взрослые, чтобы лично помнить об этом. – Он пристально посмотрел на меня. – Мортана совратила моего брата несколько веков назад, и с тех пор его никто не видел. Вместе с ним исчезло и все золото.

Ладно, Мортана облажалась. Однако мне в любом случае следовало оставаться в образе, иначе живой отсюда не выбраться.

Другой герцог скрестил руки на груди. Он был довольно высокий и худой, с темными кудрявыми волосами, спадающими на глаза.

– Мне придется сказать то, что никто так и не осмелился. Все знают, что она убила королеву Адель.

Я подняла вверх указательный палец:

– Никто этого не знает, потому что я никогда не убивала королеву. – Я проговорила это, не переживая о выражении лица, когда лгу, потому что в этот вечер и вправду не лгала. Может, королеву и убила Мортана, но не я. – Это всего лишь недоказанные слухи.

Лицо Ориона выражало полное спокойствие.

– Зачем опускаться до сплетен четырехсотлетней давности? – Он пожал плечами. – Для меня это не имеет никакого значения, я получаю настоящее наслаждение от секса, и мне не хотелось бы потерять любимую игрушку. – В его глазах появился злобный блеск. – Я слышал разные слухи о суккубах, о том, как они умоляли, стоя на коленях, но никогда прежде мне не доводилось сталкиваться с диким отчаянием лилит.

Шокированный шепот прокатился по залу, и меня охватила волна горячего гнева. «Неужели он и правда это сказал? Вот придурок. Ладно, меня не должно волновать, что подумают демоны, я всего лишь играю роль». Я понятия не имела, сколько унижений смогу выдержать.

И все же…

Я заметила, что это сработало, потому что теперь король смотрел на меня с животным голодом.

– Грязный негодяй, – выступила Лидия. – Повелитель Хаоса, тебя здесь тогда не было. Ты даже понятия не имеешь, какой она была. Ею руководило лишь одно – отчаянное желание стать королевой. Только у Мортаны хватило бы жестокости утопить королеву в чане с вином. Меня совершенно не волнуют проблемы в браке, но откуда нам знать, что Мортана не перебьет нас всех ради власти?

Я вздохнула:

– Не поверю, что я единственный жестокий демон в Городе Шипов. Должен быть кто-то еще.

Худощавый герцог с роскошными каштановыми кудрями, держащий костлявыми пальцами бокал вина, посмотрел на меня. Свет костра отражался от его рогов цвета слоновой кости.

– Ты, вероятно, не помнишь меня, Мортана. Когда ты уехала, я еще не был герцогом. – Он поморщился: – Тогда ты едва уделила мне время. Такой суккуб, как ты, был слишком хорош для демона чревоугодия.

Внезапно я осознала, что в его бокале находилось вовсе не вино. Это была кровь. Он пил человеческую кровь.

«Отвратительно…»

Я бросила на него короткий взгляд:

– О, не думаю, что что-то изменилось. Я все еще слишком хороша для тебя.

Я изо всех сил старалась оставаться в образе. Только вот проблема состояла в том, что для этого мне требовалось злить окружающих. Насколько я должна была им понравиться, чтобы получить одобрение кворума?

С разъяренным выражением лица он вылил остатки крови.

– Позвольте мне просто объяснить, что если ты станешь герцогиней округа Асмодея, то это будет означать снижение налоговых поступлений.

Герцогиня… все верно. Как последняя из лилит, я автоматически становилась лидером. Им придется делить со мной власть. Понятное дело, что никому этого не хотелось.

Только вот король уже высказал свою точку зрения, верно? Если он чего-то желает, то найдет способ это получить. Моя цель – привлечь его как можно сильнее, а ключ к этому – ревность.

Я повернулась к Ориону и кончиками пальцев провела по его прессу, тут же почувствовав, как напряглись мускулы. От пьянящего ощущения мои щеки порозовели.

– Слушайте, если вы решите, что не желаете моего присутствия здесь, то я уйду. Мне без разницы, где жить. И, возможно, я заставлю Ориона уйти со мной. Кажется, есть в нем нечто такое – на самом деле очень большое, – к чему я очень привязана. Не могу представить себе другого мужчину, который понравился бы мне настолько сильно.

Орион схватил меня за ноги. Он двигался быстро, но грациозно, и следующее, что я помнила, – демон прижимал меня к колонне.

Я уставилась в его завораживающие голубые глаза и обхватила ногами за талию. С озорной, соблазнительной улыбкой он прижал меня к камню.

Когда воздух коснулся верхней части бедер, я поняла, что он задрал мое платье почти до конца. Эй. Привет.

Я смотрела ему в глаза и радовалась выпитому количеству алкоголя, иначе никогда бы не рискнула вести себя настолько раскованно. Как заметил Орион, я была немного взвинчена. Но разве дело только в коктейлях? Орион обладал своей собственной опьяняющей силой. Его соблазнительная бархатистая магия ласкала мое тело. Когда он прижал меня к камню, его глаза опасно потемнели. Я вгляделась в его совершенные, мужественные черты, и окружающий мир как будто перестал существовать. Осталось единственное желание: чтобы он прижался к моим губам и поцеловал.

«Господи. Роуэн, у тебя ужасный вкус на мужчин. Хуже некуда».

Легкий, прохладный бриз пронесся по залу, нежно лаская мою кожу. Лямка от платья упала, почти обнажив грудь. Фактически было видно половину соска, вытянувшегося до чувствительной точки на шелковистом материале.

В обычной ситуации я бы вскрикнула и поскорее прикрылась. Но в обычной ситуации меня бы не скинули в огненную яму за то, что я проявила стыдливость. Поэтому я сделала глубокий вдох и позволила лямке упасть еще ниже.

Я наблюдала, как Орион скользил взглядом по моей груди. Неожиданно он резко выдохнул и еще сильнее прижал меня к себе. Судя по ощущениям, он не симулировал желание. Это я говорила, что не представляю другого мужчину, который мог бы меня удовлетворить? Святые угодники, судя по всему, я не ошиблась.

Орион приблизился к моим губам, не сводя с меня почерневших глаз…

– Довольно! – прогремел голос короля.

Я пришла в ужас от силы разочарования от того, что нас прервали.

Орион поставил меня на ноги, и подол платья снова упал на пол.

Мои щеки покраснели, а грудь высоко вздымалась. Я поправила лямку, все еще не в силах сосредоточиться. В чувства привести меня смог лишь вид поднимающегося пламени, которое теперь возвышалось на несколько футов. Когда оно утихло, я обратила внимание на короля. Его челюсть была стиснута, а мышцы напряжены.

Мы определенно смогли привлечь его внимание. Свет от огня плясал, отбрасывая тени на его загорелую кожу и светлые волосы, делая его похожим на статую, выкованную из пламени.

Адреналин пульсацией носился по телу. Неужели мы на самом деле творили такое?

Король отвел от меня взгляд, внимательно изучая кворум, а затем его губы скривились в усмешке:

– Думаю, что Городу Шипов нужен суккуб.

В зале воцарилась тишина. Как я и думала, король принял решение, независимо от того, что думают остальные.

Лица присутствующих выглядели мрачными, разъяренными. Один из герцогов, с платиновыми светлыми волосами и золотыми кольцами на пальцах, выступил вперед:

– Конечно, мы не можем не согласиться с вашей мудростью. – Он явно злился. И пока я наблюдала за ним, на его лбу появился золотой знак – что-то вроде полумесяца.

Сердце бешено заколотилось в груди. Именно это я помнила из ночи, когда убили мою маму. Символ, такой же, как этот, сиял на голове демона. Только тогда это была звезда, не месяц.

Я так разволновалась, что едва не выдала себя. Наконец-то я добилась прогресса.

Но когда я поймала на себе взгляд Лидии, увидела усмешку на ее губах, постаралась, чтобы выражение моего лица казалось безмятежным. Мортану бы здесь ничего не удивило. Все шло как обычно.

Король сложил пальцы домиком и оглядел собравшихся.

– Разве вы не согласны, что городу не помешал бы суккуб? – прогрохотал его голос, отражаясь от мрамора. – Герцогиня округа Асмодея.

Король добивался, чтобы с ним согласились. Он знал, что они против, но не станут спорить с королем. И пока они сами заявляют о своем согласии, кто потом обвинит правителя в том, что суккуб погубил этот город. Почему вы все советовали впустить ее в город?

Пятеро демонов пробормотали что-то, затем кивнули.

И только Лидия сохраняла беспристрастное выражение лица.

– Мы можем впустить суккуба. Король в своей безграничной мудрости видит это. Но любой демон, который входит в город, должен пройти Адское Испытание, не так ли? Так мы узнаем, что боги благословили ее присутствие. – Когда она повернулась в нашу сторону, в ее глазах вспыхнула ярость. – Орион, ты же помнишь свое испытание? Тогда ты убил несколько моих хороших друзей. Теперь настала очередь Мортаны.

– Это только для новых демонов, – отозвался он. – Мортана жила здесь раньше. Она просто вернулась домой.

Он пытался сделать вид, что ничего не происходит, но по слишком быстрому ответу стало ясно, что дело плохо.

Лидия удовлетворенно улыбнулась:

– Да, но она никогда не проходила Адское Испытание, потому что жила в городе со времен его основания, а до конца семнадцатого века никакого испытания не было. Закон гласит, что каждый демон, входящий в город, должен его пройти, если только не проходил раньше. Уверена, что для тех, кто когда-то здесь жил, нет никаких исключений. – Она посмотрела на меня, и ее улыбка стала шире: – Ты же не ослабла в Городе Змей, ведь так?

Страх сковал меня изнутри.

Король встал, и теплый свет подчеркнул острую линию его подбородка.

– Согласовано. Мортана присоединится к Городу Шипов после прохождения испытания. Тогда мы убедимся, что ее присутствие одобряют даже боги. – Он повернулся в мою сторону: – Оно начнется сегодня в полночь. Тебя официально вызвали.

Я же не могла отказаться? Мортана сказала бы «да». Она была бы на сто процентов уверена в своей способности пройти через это.

Либо я выдам себя, либо рискну своей жизнью и пройду испытание. Поэтому я обнаружила, что открываю рот и произношу:

– Я с легкостью пройду обряд. Конечно же, боги благословят меня. – Я тихо хихикнула. – Думаю, мы все это понимаем.

Лидия кипела от злости на меня, ее губы слегка скривились.

– А вдруг герцог Орион попытается ей помочь? Понятное дело, что они в отношениях, и мы знаем, насколько он искусный убийца. А вдруг они обманут?

Король бросил острый взгляд на Ориона.

– Что ж, герцог останется со мной на другом берегу реки Ахерон, недалеко от моей башни. Мы будем наблюдать за тем, как ты перейдешь границу, или прислушиваться к победному крику, который возвестит о твоей смерти. Мы будем пить коктейли.

– И никаких полетов, – выплюнула Лидия. – Ты не имеешь права использовать крылья.

Наконец прозвучало единственное правило, которое я не смогла бы нарушить. У меня не имелось ни крыльев, ни магии, ни малейшего шанса на выживание сегодня ночью. Только если я что-нибудь быстро не придумаю. Может, быстрый, скрытный выезд из города, прежде чем кто-нибудь заметит.

Только вот король не отпускал нас. Внезапно он вынул кинжал из-за пояса. Когда я поняла, что сейчас произойдет, страх расцвел во мне с новой силой.

Он протянул ладонь и разрезал ее. Алая кровь стекала с его руки на мраморный пол.

– Хорошо. Скрепим это священное обязательство клятвой на крови.

Черт возьми. Похоже, придется придумать план Б.

Глава 20

Я расхаживала по квартире Ориона, сжимая повязку на руке.

Нам удалось покинуть башню Баала прежде, чем кто-нибудь заметил, что я не способна к регенерации. Продолжая сжимать руку, я развернулась и снова зашагала по комнате.

В отличие от меня, Орион не сдвинулся с места ни на дюйм. Он просто сидел на диване, раскинув руки на спинке.

– Начинаю думать, что все это было большой ошибкой. – Сейчас мне меньше всего хотелось бы слышать подобное. – Что бы я сделал, не согласись ты на клятву на крови, – продолжил он, – просто вывез бы тебя из города. Я бы позаботился о том, чтобы ты осталась незамеченной. Но ты дала клятву. – Он наклонился вперед, буквально пригвоздив меня взглядом: – Зачем? Зачем ты подписала себе смертный приговор?

– Я просто играла свою роль, – раздраженно ответила я. – Если бы выдала себя, то погибла бы в огне. Мортана никогда не отказалась бы от вызова. Она мгновенно прошла бы испытание. В любом случае у меня больше шансов выжить на испытании, чем в огненной яме.

– Она мгновенно прошла бы испытание, – повторил Орион, и его глаза блеснули в тусклом свете, холодные и безжалостные. – Почему ты говоришь о ней так, будто хорошо ее знаешь?

Отличный вопрос. Почему мне кажется, что я ее знаю?

Я сильнее сжала раненую руку.

– Понятия не имею. Она словно мое второе «я».

– Хмм, звучит как какая-то смертная ерунда, даже не хочу углубляться, потому что она лишь будет раздражать меня. Дело в том, Роуэн, что Лидия убьет тебя магией огня. А я должен остаться в башне. Даже если ты выживешь в испытании, прячась, то другие демоны поймут, что у тебя нет никаких способностей. Тогда ты умрешь в огненной яме. А если сбежишь, то умрешь из-за клятвы на крови.

Я остановилась и злобно на него посмотрела:

– Ты собираешься быть полезным?

Он встал и взял мою раненую ладонь.

– Я исцелю тебя. Совершенно забыл, что вам для исцеления требуется столько времени. Нелепо.

Он притянул меня ближе и снова сел. Я плюхнулась рядом с ним на диван. Орион развернул мою забинтованную ладонь. Мы склонили головы близко друг к другу, уставившись на глубокую рану. Он провел кончиками пальцев чуть правее от пореза, и теплая магия заскользила по ладони, заживляя ее прямо на глазах.

– Ты исцелил меня, потому что испытываешь сочувствие, Орион? – спросила я.

– Я просто не хочу, чтобы ты запачкала кровью пол, – пробормотал он.

Когда кожа стала выглядеть как новенькая, я убрала руку.

– Расскажи, что представляет собой испытание. Мне надо составить хороший план.

Наши лица оказались очень близко друг к другу, и между бровями Ориона пролегла морщинка.

– Это должен быть очень хороший план, – повторил он таким тоном, будто я сказала самую абсурдную чушь в мире.

Вероятно, Ориону никогда не приходилось ничего планировать. Он просто появлялся и всех убивал.

– Просто расскажи, как, по-твоему, пройдет ночь, – подсказала я.

– Все начнется в старой дубовой роще в Райской пустоши. Демоны будут разбросаны по всему лесу. Они не знают, в какую сторону ты движешься, но попытаются выследить по запаху. Если ты останешься стоять на одном месте или попытаешься спрятаться, то они все равно найдут тебя и убьют. Если попытаешься убежать, то почувствуют запах, догонят и убьют. Они намного, намного быстрее тебя. И заметь, это не просто пять демонов из кворума. Участвовать разрешено любому жителю города, так что это может быть и сотня демонов. Тебе надо продержаться целый час, и тогда испытание будет окончено.

Несмотря на весь ужас, о котором он рассказал, у меня в голове начала зарождаться идея.

– Лидия владеет магией огня. Остальные – нет. А способен ли огонь навредить им?

– Да. Кто-то владеет нечеловеческой силой и скоростью, а кто-то стихиями. Тебя могут заморозить до смерти, хотя Нама не очень меткая. Более вероятно, что она заманит тебя в ловушку в ледяной стене или что-то в этом роде, а затем забьет до смерти и вырвет твое сердце когтями.

У меня пересохло в горле.

– Какой толщины лед?

– На самом деле он не очень толстый, скорее, как стекло. Я смог прорубить выход сквозь него.

– Ладно. Я кое-что придумала. Можно ли послать Шай ко мне домой, чтобы она кое-что забрала из квартиры?

Орион нахмурился:

– Тебе нельзя использовать пистолет или что ты там придумала.

Я покачала головой:

– Я и не собираюсь. Там специальное оборудование. О, и как думаешь, Морган сможет одолжить мне часы?

– Да. Но что ты хочешь забрать?

Я закрыла глаза и мысленно представила все предметы.

– Огнезащитный гель, огнеупорная одежда и противогаз, противопожарное одеяло. Кроме того, у меня есть нож, которым можно разбивать стекло. А, и мне понадобится бензин или другой жидкий катализатор, но она не найдет их в моей квартире. Это очевидно. Я ведь не сумасшедшая.

Орион уставился на меня:

– Могу я спросить, зачем тебе все это?

– У тебя есть магия, а у меня своя суперспособность под названием «тревожное расстройство». Это, конечно, как кость в горле, но зато я готова к любому пожару, который только может произойти. Алгоритмы Фейсбука определили, что у меня тревога, и начали часто показывать рекламу с подобными вещами. Например, усиленный нож, который может спокойно резать стекло, если вы вдруг на машине свалитесь в реку. – Я нахмурилась: – У меня даже машины нет, а нож есть.

Он выглядел ошеломленным:

– Да уж.

– А еще мне понадобятся отбеливатель и нашатырный спирт. И пояс для инструментов.

Орион сидел совершенно неподвижно.

– Это просто список случайных вещей? Или все смертные так ведут себя, когда их разум ломается от чрезмерного стресса?

– Ой! Это важно: надо обязательно напомнить Шай захватить лисью мочу из-под кровати, – добавила я. – И водяной пистолет.

– Да, – черты его лица смягчились, – ты определенно рехнулась.

Я коснулась его руки:

– Нет. Поверь. У меня есть план.

– Только не говори, что в твой план входит нападение на демонов с помощью водяного пистолета с лисьей мочой.

Я покачала головой:

– Нет. Мой план лучше.

Орион так и не сдвинулся ни на дюйм.

– Содержимое твоей комнаты пугает меня.

– Я просто хочу быть готова на случай апокалипсиса, Орион. Вот и все. И он как раз настал, несмотря на то что касается меня одной.

– Но апокалипсис означает совсем не это.

Я подняла палец, приказывая ему замолчать:

– Не сбивай. Лисья моча, отбеливатель…

– Это звучит глупо, – перебил он и провел рукой по челюсти. – Я процветаю в хаосе. Мне нравится смотреть, как все сгорает. Но вся эта ситуация заставляет меня испытывать нечто другое, что-то незнакомое. И мне это не нравится. Даже мое сердце начинает биться чаще, словно… словно вот-вот случится что-то плохое.

– О да. Это и есть паника. Ты беспокоишься из-за моей безопасности? Или потому, что тебя могут поймать?

Он закатил глаза:

– Не смеши меня. Я бессмертный четырехсотлетний демон хаоса, наделенный божественной силой. Я ничего не боюсь.

– Что-то мне не верится, Орион.

Может, я не знаю, что такое магия, но зато я близко знакома с тревогой.

Глава 21

В дубовой роще меня окружала кромешная тьма. Запах лисьей мочи смешался с ароматом мха, прелой земли и бензина.

В течение многих лет я жила в ожидании демонического апокалипсиса, и теперь это произошло. По крайней мере, для меня.

Я дрожала от страха, прислушиваясь к звуку сирены, извещавшей о начале испытания.

Всего одно простое правило: никаких полетов. Суккубы были единственным видом демонов с крыльями. Будь они у меня, я бы без устали парила над кронами деревьев.

Я подняла голову и посмотрела на небо. Облака закрывали луну, что одновременно радовало и огорчало. Плохо то, что мне придется полагаться на очки ночного видения, которые я год назад заказала на «Амазон», а они оказались не очень хорошего качества. Но, с другой стороны, темнота поможет скрыть темно-синий огнеупорный костюм, очки ночного видения, защитные перчатки, рюкзак с припасами и блестящие разводы огнестойкого геля на щеках и подбородке.

А когда все закончится, следовало быстро все снять, пока никто не заметил.

Ночной воздух был горячим и влажным, из-за чего мое тело под костюмом покрылось липким потом.

Демоны не использовали ни оружие, ни разные защитные приспособления. За годы эволюции необходимость во всем этом просто отпала. А я? А мне только и оставалось надеяться на свой скромный арсенал. Я молилась, чтобы лисья моча помогла замаскировать мой запах.

Сердце бешено стучало в груди. Испытание могло начаться в любой момент.

Надев очки, я осмотрела лес на предмет движения. Изображение стало черно-белым, и я могла видеть только стволы вокруг себя.

Мой план заключался в том, чтобы как можно быстрее добраться до реки. Я установила на Apple Watch Моргана компас, поэтому теперь точно знала, что до нее примерно четыре мили на север. Как только я туда доберусь, то проведу остаток времени, отбиваясь от нападающих.

С колотящимся сердцем я посмотрела на свои одолженные часы – до полуночи осталось всего две минуты.

В старшей школе я занималась легкой атлетикой, бегала на длинные дистанции и по пересеченной местности. Я даже принимала участие в национальных соревнованиях. И вот сейчас у меня складывалось впечатление, что я стою на старте в ожидании выстрела пистолета. Если не брать во внимание тот факт, что в этой гонке я рискую быть разорванной демонами.

Я наблюдала за обратным отсчетом времени на часах, а затем вытащила свое первое оружие – водяной пистолет.

Как только прозвучал сигнал, я бросилась бежать.

В отличие от школьных соревнований по бегу, на мне были лишние пять килограммов: вес рюкзака, костюма и очков. Скорость сегодня не мой конек, к тому же глаза слезились от едкого запаха лисьей мочи.

Я снова осмотрелась. За десять минут беспрерывного бега я так и не заметила ни одного демона.

Осталось всего пятьдесят минут.

Когда у меня под ногой громко хрустнула ветка, я впервые задумалась, что скорость, возможно, не самое главное. Если они не смогут меня увидеть или почувствовать запах, то будут полагаться на звук. Так что эта ветка, нарушившая тишину, могла легко сравниться с выстрелом из пушки.

Я застыла, в очередной раз осматривая лес и пытаясь восстановить дыхание.

Сердце екнуло, когда я заметила приближающегося демона. В отличие от меня, он двигался с невероятной скоростью, его тело было подобно ветру среди деревьев. Но все же он находился еще на достаточном расстоянии.

Прежде чем он добрался до меня, я использовала водяной пистолет, разбрызгивая бензин на землю между нами. В результате описала широкую дугу, не менее пяти метров. Затем опустила пистолет и выхватила из пояса с инструментами дезодорант. Я приклеила зажигалку к банке с помощью пластикового зажима, чтобы она торчала под правильным углом, образуя паяльную лампу. Сама зажигалка была обмотана резинкой, чтобы поддерживать пламя, когда нажата кнопка.

Я вздрогнула, когда щелкнула зажигалкой и пламя ожило. Следом я нажала на распылитель дезодоранта. В воздух вырвалось четыре фута пламени, и я бросилась вперед, направляя его на бензин. Реакция была мгновенной – огромная стена огня окружила меня.

Демон остался по ту сторону, и по его роскошным кудрям и рогам цвета слоновой кости я узнала в нем герцога. Пьющий кровь демон чревоугодия заревел от ярости, и звук отозвался эхом где-то глубоко внутри меня. Но причиной страха стал не только звук – просто сейчас он известил о моем местонахождении целую армию демонов.

Я снова выхватила пистолетик и направила его прямо на демона сквозь пламя. Огонь начал приближаться к нему, и он попятился, не сводя с меня глаз и громко ревя.

Я развернулась и бросилась прочь, прежде чем до нас добрались бы остальные демоны.

Обычно я бегала пять дней в неделю по шесть-семь миль, а иногда больше – до десяти. Сейчас, даже учитывая вес рюкзака, адреналин придавал мне дополнительные силы. Я сильно размахивала руками, пробегая между деревьями, но как только оглянулась, заметила вдали движение. Ко мне приближается демон. Нет, не просто демон. Два… три… шесть?

«Черт подери. Они повсюду, а до реки мне еще около мили».

Мне нужен был новый план.

Руки дрожали, когда я снимала очки ночного видения. Без них я ощущала себя абсолютно слепой. Уязвимой. Но для того, что мне предстояло сейчас сделать, они стали бы лишь помехой.

Я расстегнула рюкзак и нашла там противогаз. Как только надела его, ощущение уязвимости лишь усилилось. Натянув капюшон, я затянула его как можно сильнее, и окуляры немного запотели.

Сначала я проверила фильтр, прямо как тогда, когда смешивала химикаты. Я прикрыла его, убеждаясь, что воздух не проходит через другие отверстия. Казалось, с закрытым фильтром совершенно невозможно дышать. Пусть это немного пугало, но так было нужно.

Вроде бы все.

Опустившись на колени, я полезла в рюкзак за стеклянными банками и начала их одну за другой швырять в деревья. Через несколько мгновений демоны закашлялись, а затем истошно закричали.

Сквозь запотевшие стекла противогаза я ничего не видела, но не думаю, что они осмелились бы подходить ближе.

Я не знала, побегут ли демоны с севера, поэтому на всякий случай бросила банку и в ту сторону, пока не осталась стоять в облаке самодельного перцового газа.

Прямо сейчас смесь аммиака и отбеливателя обжигала их легкие, глаза и кожу.

Нарушало ли это Женевскую конвенцию? Теоретически да, но ведь она написана для смертных. Демоны придут в себя, даже если следующие двадцать минут будут крайне неприятными.

Я схватила рюкзак и снова двинулась в путь.

В противогазе невозможно было дальше бежать. Во-первых, я ничего не видела, а во-вторых, не могла нормально дышать. Оставалось надеяться, что газ вывел из строя всех демонов в округе.

Я сверила направление по часам.

Двадцать одна минута. Мне требовалось продержаться всего двадцать одну минуту, и я буду свободна. Господи, неужели мой план работал.

Отойдя на достаточное расстояние, я сняла перчатки и сделала неглубокий вдох, проверяя воздух. Кожа не горела, легкие тоже. Снова надев перчатки, я сняла противогаз. «Кажется, все в порядке…»

Я сделала глубокий вдох, глаза немного защипало, но и только. Надев очки ночного видения, я побежала. До реки еще примерно полмили.

Когда я в очередной раз пробегала между стволами деревьев, воздух показался гораздо холоднее обычного, а стекла очков покрылись изморозью. Не успев понять, в чем дело, я врезалась в ледяную стену. От силы удара череп пронзило от боли, а очки треснули. Сорвав их, я посмотрела на высокую ледяную сферу, внутри которой меня заперла Нама. И я не знала, как далеко находилась сама демоница. Но если верить Ориону, лед должен быть тонкий, как стекло.

Я как можно быстрее окатила землю вокруг себя бензином, а затем потянулась за ножом. Он выглядел совсем небольшим, походил скорее на кусок пластика, из которого при ударе выскакивало лезвие. Я со всей силы стукнула по льду, и он разбился на мелкие осколки.

С бешено колотящимся сердцем я достала самодельный огнемет, щелкнула зажигалкой и направила пламя на землю. Вокруг все вспыхнуло, а внутренности сжались от страха. Как же я ненавидела огонь.

Однако меня продолжала преследовать Нама, и я выпустила пламя в ее направлении, используя водяной пистолет и самодельный огнемет. С тошнотворным ужасом я наблюдала, как загорелись ее волосы и одежда. Она закричала, и кровь застыла в моих жилах, а пульс как будто взбесился.

«Она демон, – напомнила я себе. –   Она поправится».

Мне оставалось пройти всего полмили, и я посмотрела на часы.

Десять минут.

Мне следовало продержаться десять минут.

Я снова рванула к реке. Только вот теперь не видела деревьев. Рискуя быть обнаруженной, я включила подсветку на часах. Но это был единственный способ избежать столкновения со стволом. Я бежала с огнеметом в руках, рюкзак болтался на спине, под ногами стали попадаться корни и камни, которые приходилось перепрыгивать. Я сильно вспотела, тело уже буквально горело огнем.

По мере приближения к городу необходимость в свете от часов отпала, поскольку огни городской площади хорошо освещали лес.

Неожиданно я услышала хриплый голос Лидии:

– Демоны, услышьте меня! Я иду по ее следу! Она у реки.

Так вот как они меня находили, несмотря на действие лисьей мочи, – по сломанным веткам, которые я оставляла за собой. И раненым демонам.

Теперь Лидия пыталась призвать всех демонов, чтобы они напали на меня одновременно.

Осталось четыре минуты.

Из леса раздавался рев – это демоны издавали боевой клич – глубокий, злобный звук, который пронизывал до костей, заставляя сердце биться сильнее. Вековые инстинкты настойчиво требовали испытывать панику, ведь меня преследовали настоящие хищники. И в кои-то веки инстинкты меня не обманывали.

«Доберись до реки, Роуэн. Скорее беги туда».

Демоны шли на зов Лидии, требуя моей крови. Все они направлялись к реке, подбираясь все ближе. Душа леденела от страха, спина покрылась липким холодным потом. Но теперь сквозь стволы деревьев я уже видела реку, мерцающую в огнях башни Баала.

Три минуты.

Более того, я почувствовала стойкий запах бензина, который вылила здесь два часа назад.

«Ну а теперь гвоздь программы, испытайте шок и благоговейный трепет».

Выйдя на берег, я вытащила огнемет и щелкнула зажигалкой, касаясь земли. С обеих сторон вырвалась стена чистого огня. Словно врата в преисподнюю.

Перепрыгнув через огонь, я бросилась в ледяные воды Ахерона и поплыла вниз, глубоко во мрак. Немного свернув к востоку, я расстегнула молнию на костюме и сняла его, засовывая в рюкзак вместе с остальными вещами. Легкие начало саднить от нехватки кислорода, но я дождалась, пока рюкзак полностью опустится на дно. Спрятав свой секрет, я поплыла к противоположному берегу.

Как только я вылезла из воды, раздался сигнал, извещающий об окончании испытания. Меня уже ждали король с Орионом, а позади них огромная толпа. Моя скромная вечеринка триумфа.

Черт подери.

Черт подери. Я сделала это.

Меня захлестнуло волной радости. Я выжила. Может быть, в конце концов, все будет хорошо. Неужели у меня и правда получилось?

Насквозь промокшая, я изящно вышла на берег, пытаясь скрыть, насколько сильно устала.

Король поднял бокал с коктейлем, произнося тост в мою честь, а светлые глаза Ориона сияли в темноте, словно звезды.

Под противопожарным костюмом на мне были облегающие черные брюки и корсет. Не промокни я до нитки в реке, определенно выглядела бы довольно сексуально.

Выйдя на мощеную набережную перед башней Баала, я победно вскинула руки и оглядела стоящих вокруг меня демонов. Никто не радовался тому, что я выжила, и это показалось мне довольно грубым. Некоторые даже выглядели рассерженными.

И пока сигнал продолжал реветь, я почувствовала, как меня резко дернули за мокрые волосы, швыряя на камни, о которые я сильно ударилась. Следующее, что я помню: сидящая верхом на мне Лидия. Она обхватила руками мое горло и сжала, оскалив клыки и с маниакальным выражением в глазах. А потом подняла руку, выпуская блестящие когти.

Судя по всему, она собиралась вырвать мне сердце. Ведь демоны именно так убивают друг друга – вырывают сердца.

– Здесь место только для одной королевы, – прошипела она.

«Я не могу дышать. Господи, я не могу дышать…»

Глава 22

Сверхбдительность  – это состояние повышенной тревожности, сопровождаемой чрезмерно настороженным поведением, склонность сканировать окружающую среду в поисках угроз.

В повседневной жизни она мне лишь мешала. Однако в мире демонов следовало нарастить обороты, ведь я каким-то образом упустила, как Лидия подкралась ко мне сзади, и в результате она сжимала мое горло.

Когда в глазах начало уже темнеть, огромные руки стянули с меня демоницу.

Звук сигнала тут же стих.

Я резко втянула воздух, пытаясь скрыть собственную хрупкость. Очень хотелось кашлять, но я побоялась выдать себя. Все взгляды были прикованы ко мне. Заметил ли кто-нибудь, насколько легко она меня сбила? Поняли ли, что я смертная?

Не желая показаться слабой, я заставила себя подняться на ноги.

Неожиданно мое внимание привлекло движение. Повернувшись, я увидела бегущего с моста демона – любителя крови. Его роскошные кудри трепетали на ветру. С громким боевым кличем он несся ко мне на пугающей скорости. Лунный свет отражался в его рогах цвета слоновой кости, а из пальцев торчали длинные когти. Попробуй я убежать, все увидят, насколько я медленная.

– Все кончено! – воскликнул король. – Испытание закончилось.

Но герцог не слушал и продолжал бежать в мою сторону. Десять футов… два…

Застыв на месте, я пристально смотрела на него. Кровожадный герцог занес руку, готовый ударить меня в грудь…

Быстро, как молния, Орион переместился передо мной, блокируя удар своим огромным телом. Я услышала звук когтей, впивающихся в его плоть, и мой желудок сжался.

В ужасе я обхватила его рукой за спину, чтобы удержать в вертикальном положении, и вытянула шею, осматривая повреждения. Единственный способ, которым можно было убить демона, – это вырвать ему сердце.

Глаза герцога были широко раскрыты от удивления, когда он вытаскивал руку из груди Ориона.

– Что ты наделал? – закричал кто-то. – Ты убил Повелителя Хаоса?

Мое сердце заколотилось о ребра. Орион держался за грудь, его кровь стекала на камни.

Мир погрузился в ужасную тишину, и паника сдавила мне горло.

– Ты в порядке? – прошептала я.

Когти герцога втянулись, и он поднес руку ко рту.

– О Люцифер, помилуй меня, я не хотел этого делать. Я целился в суккуба. Зачем ты мне помешал, идиот? Ты же знаешь, что будет, если она выживет.

Орион поднял окровавленную ладонь.

– Я в порядке, – ответил он, а затем бросился вперед, схватил герцога за шею и поднял его в воздух.

Из кончиков пальцев Ориона выскочили серебряные когти.

«О боже. Он же не собирается…»

Он вонзил когти в грудь демона и одним резким, безжалостным ударом вырвал ему сердце. Костлявый труп с глухим стуком упал на землю, грудная клетка открылась, а тело продолжало подрагивать.

Черт возьми.

Меня замутило, но я не могла позволить, чтобы меня вырвало. Надо было сделать вид, что все нормально. Все идет как надо. «О господи, как оно блестит…»

Орион пожал плечами:

– Что? Он напал на меня. Я имел полное право прикончить его. Уверен, никто не станет со мной спорить.

Толпа зароптала. Шок и паника в глазах окружающих напомнили мне лица одногруппников, когда у меня случился срыв.

Нахмуренный Орион повернулся ко мне. Неужели я заметила признаки беспокойства в его глазах?

– Ты в порядке? – повторила я. – Кажется, тебе надо домой.

Да и мне пришло время убираться, пока на шее не начали проявляться синяки.

Но король, одетый в роскошный костюм полуночного цвета, уже направлялся в нашу сторону. Не сводя с меня темных глаз, он улыбался.

– Отлично. Кажется, все пережили испытание. Леди Мортана, представительница Дома Лилит. Герцогиня округа Асмодея. Отныне округ больше не будет заброшен. – Он поднял руки и обратился к темному небу: – Совет семи воссоединился!

Вместо приветствия его заявление встретила абсолютная тишина, которую нарушил хрипящий звук. Король опустил руки и посмотрел на дергающийся на земле труп.

– О, ну почти воссоединился. Полагаю, придется выбрать нового герцога. – Затем он снова поднял руки и воскликнул: – В любом случае праздничная вечеринка начинается прямо сейчас в храме богини Иштар[12].

Ориону только что чуть не вырвали сердце, герцог мертв, а он говорит о какой-то вечеринке? Меня так поглотила эта мысль, что я едва не упустила самое важное – герцогиня. Теперь это я. Герцогиня демонов.

Кое-кто вяло поаплодировал. Орион уже твердо стоял на ногах, так что я решила убрать руку с его спины.

Мой взгляд упал на Лидию, которая до сих пор не успокоилась. Тьма обвилась вокруг нее, клубясь в ночном небе, как дым.

Если бы не тот факт, что меня только что чуть не задушили, я бы сейчас сделала какое-нибудь дерзкое заявление, как поступила бы Мортана. Однако из-за повреждений вряд ли я смогла бы сейчас разговаривать.

Ясно одно – теперь мне следует быть начеку. Иначе при первой же возможности Лидия с радостью вырвет мне сердце.

До сих пор я по-настоящему не задумывалась о последствиях, но, как единственный житель округа Асмодея, стала его лидером по умолчанию. Лидия перестала быть единственной женщиной в совете, и ей это совсем не нравилось. К тому же теперь я часть кворума, приближена к королю и ее главная соперница на роль королевы.

Она просто не знает, что я здесь ненадолго.

Я оглянулась на ту сторону реки и увидела, что из леса, словно зомби, начали выползать демоны. Их тела и одежда были опалены, у некоторых на коже не зажили волдыри.

Эта ночь для многих оказалась трудной, но очевидно, что один-единственный труп – это своего рода победа.

Орион, словно защищая, прижал меня к себе.

– Моя леди желает обсохнуть перед вечеринкой, а мне понадобится сменная одежда после этого прискорбного инцидента. Совсем скоро мы присоединимся к вам в храме.

Он схватил меня за руку и повел через улицу к дальнему концу набережной. Через несколько секунд подъехала блестящая черная машина, и Орион открыл передо мной дверь. Я быстро скользнула внутрь и пристегнулась, пока он давал указания смертному водителю доставить нас в отель «Левиафан».

Впервые за ночь я вдруг ощутила, насколько была истощена. Мускулы буквально горели от усталости, в горле саднило, и от меня продолжало вонять лисьей мочой.

Никогда в жизни я так сильно не желала принять душ.

Как только машина тронулась, Орион повернулся и посмотрел на меня.

– Поздравляю, – мягко произнес он, – герцогиня Мортана.

Первое, что я сделала по возвращении в квартиру Ориона, – это побежала наверх в ванну на балконе. Наполнив ее обжигающей водой, я сняла с себя одежду. Лежа в клубах пара, я ощущала, как расслабляются мышцы.

Нежась в ванне, я смотрела на темное небо, отыскав на нем Полярную звезду и созвездие Малой Медведицы. Мама научила меня ориентироваться по звездам. Еще один навык выживания. Только вот компас казался мне надежнее и проще, ведь он работал даже при облаках.

Я сделала глубокий вдох. Мысли постоянно возвращались к демону, которого я спалила. Пылающие волосы, одежда… ужас.

Вздрогнув, я внезапно осознала, что не хочу оставаться одной.

Часть меня желала прямо сейчас позвать Ориона и попросить его присоединиться ко мне. Но инстинкты кричали, что это может плохо кончиться.

Я резко вскочила из ванны, вода стекала с моей обнаженной кожи в прохладном ночном воздухе, и я начала вытираться.

О сексе с Орионом не могло быть и речи. Во-первых, он угрожал убить Шай, а я только что убедилась, насколько мастерски он это делает. Меньше чем через секунду она может быть мертва. Во-вторых, он один из подозреваемых. Уверена, в Уголовном кодексе имелся закон, запрещающий спать с кем-либо в рамках расследования.

В любом случае его влечение ко мне, скорее всего, наигранно.

Хотя… оно совсем не казалось наигранным. Тот случай в башне Баала, когда мои ноги обвивались вокруг его талии. Маловероятно, что он симулировал желание. Горячий взгляд, чувственное прикосновение магии, ощущение его твердости между моими бедрами…

Я начала сушить волосы полотенцем, перекидывая их через голову. В любом случае он был плохим вариантом. Как только высохла, я достала заранее подготовленную одежду: крошечные шелковые трусики темно-синего цвета и подходящий бюстгальтер. Надевая нижнее белье, я изо всех сил старалась не думать об Орионе. В этот раз мой выбор пал на чертовски короткое черное платье с длинными рукавами в стиле шестидесятых. В сочетании с высокими черными сапогами оно выглядело просто невероятно.

Когда я спустилась вниз, то обнаружила, что Орион сидит на кремовом диване и потягивает виски. На нем была белая рубашка с закатанными до локтей рукавами, обнажающими жуткую татуировку в виде змеи, и темно-зеленые брюки из явно очень дорогой ткани, напоминающей шелк.

– Герцогиня вернулась, – произнес он, как только я села рядом. – Знаешь, любовь моя, я не думал, что смертные на такое способны. Ты полна сюрпризов. Но нас уже ждут в храме. Мортана не устает.

– Как твоя грудь?

– Как всегда. – Он хитро улыбнулся: – Прекрасна снаружи – мертва внутри. К счастью, пока только в переносном смысле.

Я положила ногу на ногу и заметила, как его взгляд скользнул по моим голым бедрам, прежде чем он поднялся с дивана.

– Вставай, я залечу твои синяки.

Я опустила ворот платья чуть ниже. Он нахмурился и легко коснулся моей шеи чуть ниже подбородка. Когда нахлынуло чувственное ощущение его магии, я закрыла глаза. Кипящие волны обвились вокруг моего горла, заставляя мышцы расслабиться.

Он убрал руку.

– Все. Как новенькая.

Вздохнув, я снова села.

– Не хочешь узнать, что было на испытании?

Он устроился напротив.

– Я заметил серьезные повреждения на твоих соперниках. Кстати, я уже упоминал, что в тебе есть нечто пугающее?

– Ты убил пятьдесят демонов, разве нет? Ты просто вырвал их сердца в лесу. Думаю, что пугающий здесь только ты.

Он легко пожал плечами:

– То, что я опасен, очевидно. Люди с первого взгляда видят это во мне. Ты же прекрасно маскируешься. Ты волк в шкуре ягненка. – Он нахмурился: – А под волком, по всей видимости, скрывается Мортана.

– Да, у моей личности много слоев. – Я приподняла бровь: – И, может быть, темная сторона.

– Кстати, об этом. – Он наклонился чуть ближе, не сводя с меня голубых глаз. – Тогда в темнице, Роуэн, ты поделилась своими секретами. Однако не всеми, не так ли? Ты кое-что скрываешь.

«Даже от самой себя». Эта мысль появилась в моей голове совершенно внезапно, словно ее прошептал кто-то другой.

«Скрываю от себя.

Что за чертовщина?»

Я устало улыбнулась Ориону:

– Я никогда не раскрываю самые темные секреты. Они заставляют окружающих испытывать дискомфорт.

– Сомневаюсь, что это применимо ко мне.

Я тоже подвергала сомнению эту мысль. Моя тьма по сравнению с его – ничто. У Ориона внутри сокрыт целый мир теней.

Я не собиралась открываться перед одним из подозреваемых, но тем не менее мне хотелось задать ему очень важный для расследования вопрос.

– Орион, когда мы были в башне Баала, у одного из демонов на голове появился символ в виде полумесяца. Что это такое?

Он поправил подушку и раскинул руки по спинке дивана. У людей такая поза считалась оборонительной. Мне стало интересно, а что насчет демонов?

– Иногда мы переходим в звериную, более темную форму. Глаза становятся черными, появляются чешуйки или метка демона.

– Что заставляет демонов менять форму?

– Мы очень и очень эмоциональные существа. И когда эмоции начинают зашкаливать, мы раскрываем истинную сущность.

«Восхитительно».

– Но ты не испытываешь сочувствия.

– Так и есть. Некоторые из нас подавляют себя, чтобы было проще думать логически.

– Ладно, – я прикусила губу, – но вернемся к символу…

Мне показалось или его глаза стали чуть темнее? Эта тема волновала его. Странно.

– У каждого демона своя уникальная метка?

– Да.

Я нервно побарабанила пальцами по колену. Словно полицейскому под прикрытием, мне следовало делать вид, что я не придаю значения этой теме, однако внутри начало закипать отчаяние.

– А ты знаешь, у кого какая метка? Ты их все видел?

– Нет, демоны скрывают их. Метки выдают то, что демоны предпочитают хранить в секрете. Например, способности, правда о происхождении…

– А что насчет звезды? – спросила я, крепко сжав подлокотники.

По тени в его взгляде стало понятно, что я задела его за живое. Орион нервничал. Изменения коснулись не только взгляда, потому что в комнате стало темнее.

– Почему ты спрашиваешь об этом? – В его тоне слышалось предупреждение.

«Что, черт возьми, это означает…» Хоть поведение демонов в большинстве своем и отличалось от людского, но сейчас он определенно защищался. Я зашла на какую-то опасную территорию.

Я резко вздохнула:

– Без причины. Просто подумала, что раз есть луна, то должна быть и звезда.

Он сделал глубокий вдох.

– Звезда указывает на Светоносца, нашего предназначенного лидера. Никто уже давно не видел этой метки.

По моему телу пробежал холодок.

– А что насчет короля?

– Я не знаю. Его метку не видел никто и никогда.

Тени вокруг него, казалось, превратились в лезвия, становясь все темнее.

Все это напомнило мне о том, что я не могла соблазниться его красотой. Выглядел ли он идеально? Да. Мог ли оказаться убийцей мамы? Тоже да.

– Ты так легко прикончил герцога, – решила я сменить тему. – Разве это было так необходимо?

– Он хотел убить тебя и пошел против правил. Я решил, что он обуза.

Я нахмурилась:

– То есть, сталкиваясь со сложным межличностным конфликтом… ты просто убиваешь, чтобы все стало проще?

Он поднял брови:

– Сложный межличностный конфликт? Так вот как ты называешь желание убить тебя.

– Ладно, все, я поняла.

У меня начала пухнуть голова от сомнений, что получится справиться с уровнем опасности в этом мире.

Я взглянула на жуткую татуировку на его руке – змея, свернувшаяся в виде петли.

– Раз уж ты не рассказал мне о своей отметине, то как насчет татуировки? Почему ты ее сделал?

У Ориона заиграли желваки. Резко вскочив, он навис надо мной:

– Разве нам не пора идти на вечеринку в честь победы?

«Вау. Очередная запретная тема».

– Дай мне пару минут. Я сделаю прическу и макияж.

Я рисковала вступить в союз с собственным злейшим врагом. Но, по крайней мере, хотя бы узнала кое-что новое. Чтобы увидеть метки и идентифицировать убийцу матери, понадобится спровоцировать каждого демона.

К сожалению, мне предстояло разозлить очень много демонов.

Глава 23

Храм Иштар расположился чуть севернее башни Баала и чуть южнее от квартиры Ориона. Когда наше такси подъехало, нам навстречу расстелили очередную красную ковровую дорожку. За ограждением по обе стороны от нее расположились толпы демонов, делая фотографии на мобильные телефоны. Был уже второй час ночи, и у меня начало складываться впечатление, что здесь никто не спал. Когда я вышла из машины, показалось, что я одета недостаточно роскошно для столь помпезного мероприятия. Однако Мортана никогда не стала бы стесняться своего внешнего вида, поэтому я просто одарила зевак самодовольной ухмылкой и, виляя бедрами, двинулась по дорожке.

Влажный океанский ветер играл с моими волосами, я слизнула соль с губ. Храм Иштар на деле оказался баром, хоть и выглядел как самый настоящий храм с колоннами и резьбой, изображающей прекрасную крылатую женщину, выступающую из крыши.

Вместе с Орионом я поднялась по ступеням и, войдя внутрь, оказалась в огромном зале, полностью отделанном золотым камнем. Демоны в мантиях и костюмах стояли на полу из голубой и золотой плитки. На стенах справа и слева мозаики образовывали изображения золотых львов. Впереди стену заменяли колонны, открывая вид на сверкающие в лунном свете океанские волны и позволяя теплому ветерку врываться в помещение.

Я обратила внимание на бар из золотистого кирпича справа от меня, где перед зеркалом рядами стояли бутылки с ликером. Боже, это место было потрясающим. Как жаль, что на самом деле я не являлась суккубом.

Взглянув на Ориона, я неожиданно для самой себя вздрогнула. По ряду причин мне не хотелось, чтобы он оказался врагом. Вот только его реакция на вопрос о звезде вызвала подозрение. Придется быть начеку.

Я наблюдала, как он отошел к бару и заговорил с барменом. Неужели он меня избегал?

После сегодняшнего дня у меня сдавали нервы. Но Мортана, моя темная сущность, пожелала выпить. Поэтому, когда мимо проходил официант с подносом, полным коктейлей в высоких бокалах, я взяла один и сделала глоток, ощутив вкус джина с лимоном.

В комнате воцарилась тишина. Повернувшись, я увидела, что прибыл король Камбриэль. Его золотистые волосы ниспадали на великолепный бархатный костюм. Он вел под руку Лидию в черной кожаной куртке поверх платья с глубокими разрезами во всех стратегически важных местах. Шелковая ткань слегка приоткрывала ее талию, ребра и часть бедер. Стоило отметить, что выглядела она чертовски круто.

Вот только совсем не круто стало, когда, встретившись со мной взглядом, она зарычала.

Конечно, она этого не знала, но я, по всей видимости, единственная из присутствующих, кому было абсолютно плевать на то, что она идет под руку с королем. Если не брать во внимание нашу с Орионом сделку.

На сегодня передо мной стояло две задачи, одна из которых – привлечь внимание короля и начать изучение его слабых мест. А вторая – моя собственная. Удастся ли мне настолько рассердить толпу, чтобы увидеть их демонические знаки? Смогу ли я вызвать столь сильные эмоции, чтобы заставить их измениться?

Орион упоминал, что магией огня обладали он, король, Лидия и Мортана. Значит, мне требовалось увидеть отметки у трех демонов.

Прямо сейчас Лидия завладела вниманием короля, и мне пришла в голову идея, как разозлить ее и вместе с тем вызвать эмоции короля. Я наблюдала, как Лидия схватила бокал с шампанским, а затем наклонилась и заговорщически что-то зашептала королю.

Пришло время привлечь его внимание, а это означало привлечь внимание Ориона. Ревность – вот мое оружие на сегодня.

Но прежде чем я отыскала Ориона, мой взгляд привлекла демоница с белоснежными кудрями, уложенными в некое подобие нимба, и мерцающими серебристым блеском скулами. С натянутой улыбкой она подошла ко мне.

– Что ж, Мортана, мои поздравления. – Она дотронулась до горла и, поморщившись, сглотнула. – Никогда раньше не встречала демона со столь сильным ядом. Интригующе. Магия миазмов.

Я одарила ее фальшивой улыбкой и пожала плечами:

– У меня нечасто возникает необходимость травить демонов.

– Я Нама.

Ах, та самая, с магией льда.

Посмотрев мне через плечо, Нама сразу же переменилась в лице. Она облизнула губы, а ее зрачки расширились. Украдкой оглянувшись, я увидела Ориона.

Так вот почему она подошла ко мне. Держи врагов еще ближе…

Ее серые глаза снова встретились с моими, и от взгляда, которым она меня одарила, по телу пробежал холодок.

– Интересно наблюдать, как герцог сближается с кем-то новым. До твоего приезда мы с ним собирались стать довольно хорошими друзьями. – Она перекинула волосы через плечо. – Признаю, что у нас еще не было возможности познакомиться как следует, но думаю, что я считаюсь одной из лучших пар для него.

– О, – я сделала глоток коктейля, пытаясь войти в стервозный образ Мортаны, – и кто же так считает?

Она поджала губы:

– Многие. Мы оба происходим из богатых семей. У нас очень много общего. Например, мы любим море.

Мое второе «я» нашло ее раздражающей, поэтому я подняла бокал и уставилась на него безразличным взглядом.

– Все любят море. Это сродни любви к солнечному свету. Почему это значит, что вы станете идеальной парой?

– Он любит выпечку, а я прекрасно готовлю, – резко ответила она. – А однажды я повредила бедро в морской пещере, и он излечил меня. Послушай, Мортана, ты, случайно, не слишком много времени провела среди смертных? Ты кажешься такой же глупой и бесхитростной, как они. С тобой определенно что-то не так.

Я снисходительно улыбнулась. Оказалось, совсем не трудно догадаться, что сказала бы Мортана.

– Может, я и безыскусная, но не сомневаюсь, что ты намеренно повредила бедро, а затем побежала к Ориону с воплями, что тебе нужна помощь. Думаешь, он не ощутил запах отчаяния? – Я отпила коктейль, наблюдая, как краснеют ее щеки. – Не путай жалость с симпатией, моя дорогая.

«Вау. Мортана такая сучка. Это весело».

Глаза Намы потемнели. Она наклонилась и прошептала мне на ухо:

– Ты старше меня, Мортана. Но я в курсе, почему король когда-то мудро избавил город от вашего присутствия. Шлюхи-суккубы, подобные тебе, навлекли на нас дурную славу, выпрашивая член. Отвратительно. Я слышала, что о тебе говорили. Как ты умоляла его на четвереньках. Ты можешь попытаться очаровать Ориона на неделю любыми трюками, на которые только способна твоя задница, но вскоре он поймет, насколько ты потасканна. Не лучше любой смертной шлюхи. Он захочет кого-нибудь помоложе, невиннее. Они всегда так делают. Скажи мне, блудница, знаешь ли ты, что случилось в древности с суккубом Иезавель?

Я продолжала безмятежно улыбаться, хоть была и не в курсе.

– Конечно.

– Тогда, может, тебя так же выбросят из окна дворца, потом затопчет стадо лошадей, а твои останки сожрут бродячие собаки, – прошипела она. – Прямо как Иезавель.

«Ах. Каждый день узнаю что-то новое».

Глава 24

Изо всех сил стараясь сохранить спокойное выражение лица, я приподняла бровь:

– Это угроза, Нама?

– Ни один мужчина не станет на твою защиту, когда ты будешь в ней нуждаться. Они просто трахнут тебя, а затем оставят умирать. Достаточно одного взгляда на твои пошлые рыжие волосы и омерзительные движения, чтобы понять, что ты не годишься в жены. Ты просто легкодоступная мишень. – Она попятилась назад, глядя на меня. – Приятно было пообщаться с вами, герцогиня.

И пусть эти слова она адресовала Мортане, но в них имелось столько личного, что у меня внутри все закипело от гнева. Не лучше смертной? Пошлые рыжие волосы?

Эта демоница мне не очень нравилась. Я развернулась и посмотрела ей вслед. Плавной походкой Нама подошла к Ориону и о чем-то захихикала с ним. Я испытала укол ревности, понимая, что это абсурд. По факту у нас не было отношений. Орион просто нанял меня и был одним из подозреваемых, вот и все. Но когда я увидела, с каким восхищением на него смотрит Нама, как поглаживает татуированную руку, то уловила злость и моего второго «я».

Оглянувшись, я обнаружила, что все внимание короля до сих пор было сосредоточено на Лидии.

Пришло время обратить все это раздражающее дерьмо в свою пользу. Прямо сейчас.

Я снова повернулась к Ориону и Наме. Теперь Орион смотрел на меня, приподняв уголки губ в полуулыбке. Как будто догадался, что я ревную. Хотя ведь он никак не мог этого почувствовать. Вероятно, это разыгралась моя паранойя.

Я вызвала свое второе «я» и с обольстительной улыбкой, достойной Мортаны, поманила Ориона к себе.

Если бы сказала, что мне не доставило удовольствия наблюдать, как он отмахивается от Намы и направляется ко мне, я бы солгала. Она смотрела на меня убийственным взглядом, словно в любую секунду готова была оторвать мне голову. И, к несчастью, она могла бы с легкостью это сделать.

Орион медленно, не сводя с меня глаз, подбирался ближе. Когда он оказался всего в нескольких дюймах, я притянула его к себе и прошептала:

– Давай заставим короля поревновать?

– Привет, любовь меня. – Его низкий голос отозвался дрожью во всем теле. Сердце забилось быстрее. – Готова оставить позади все запреты?

Просто от нахождения рядом с ним, от ощущения горячей магии на моем теле у меня перехватило дыхание. Даже если это все было для вида.

– Да.

«Ты должна…  помнить…  он один из подозреваемых…»

Взяв за руку, Орион повел меня к креслу рядом с королем, а буквально в следующее мгновение усадил меня к себе на колени. Я чувствовала, что все взгляды устремлены на нас, но мое внимание было приковано только к Ориону. Его изысканная красота все еще шокировала меня. Он прикрыл потемневшие от желания глаза, а я ощутила, как по моим щекам ползет румянец.

– Твоя подруга Нама считает, что я взяла кое-что, принадлежащее ей, – тихо произнесла я.

Кончики его пальцев дотронулись до моей ноги чуть выше колена, и меня словно пронзило электрическим разрядом.

– Я никому не принадлежу.

С мучительной медлительностью его рука поползла выше по бедру, а затем скользнула под подол платья. Каждое прикосновение оставляло ожог на моей коже. Он наклонился, слегка касаясь моих губ. Лорд Хаоса обладал мучительной способностью к сдержанности. Мои соски напряглись, выступая из-под шелкового бюстгальтера. Он поднимал руку все выше, кончиками пальцев медленно поглаживая мою кожу вверх и вниз…

Господи, как же мне хотелось оказаться с ним наедине.

«Это просто работа».

Интересно, слышал ли он мое сердцебиение? Понимал ли, что, сказав, будто он меня не привлекает, я солгала?

С другой стороны, его мускулы были напряжены. Возможно, эта сдержанность давалась ему не просто.

Не в силах больше сдерживаться, я поцеловала Ориона. Сильные пальцы сжали мою плоть под платьем. Он ответил, медленно и сладко скользя языком. Когда он оторвался, мое сердце бешено колотилось, я отчаянно желала продолжения. И если все происходило на глазах других демонов, мне было абсолютно плевать. Виновата была Мортана.

Уж теперь точно все наблюдали за нами, но, к собственному шоку, я обнаружила, что на самом деле мне все равно.

Орион наклонился к моему уху:

– Почему у меня складывается впечатление, что ты жаждешь большего?

Его глубокий голос заставлял меня таять. А еще я чувствовала, как пылают мои щеки.

– Просто выполняю свою работу, – прошептала я в ответ.

До сумасшествия медленно он подобрался кончиками пальцев к моим трусикам. Казалось, в его ласках было нечто благоговейное, и от этого мое сердце забилось быстрее. Он медленно провел рукой по моим трусикам, и я ахнула от приятного ощущения. Очевидно, сквозь тонкий шелк он почувствовал мое возбуждение и тихо зарычал, отчего мои щеки покраснели еще сильнее.

Мне следовало прекратить это прямо сейчас. Суккуб я или нет, но нельзя заниматься любовью на глазах у всех.

– Думаю, этого достаточно, – прошептала я.

Как только Орион убрал от меня руку, я тут же вскочила с его колен. Щеки и грудь горели. Оглядевшись, я обнаружила, что на нас смотрят абсолютно все. Нама выглядела так, будто вот-вот раздавит бокал в руке.

И тут я увидела ее демоническую метку – сияющий на лбу золотой византийский символ.

Но, оказалось, Нама была не единственной, кто имел виды на Ориона. На меня с ненавистью смотрели еще несколько женщин, метки которых буквально пылали. Среди них нашлись змеи, треугольники.

А Лидия и король? Те, чьи метки я надеялась увидеть? Их метки не проявились.

Я все еще пыталась восстановить дыхание, когда поймала на себе взгляд короля. Судя по всему, мы чересчур увлеклись, но зато я получила желаемое – внимание короля.

Он быстро подошел ко мне, в его глазах плескалась чернильная темнота, а светлые волосы ниспадали на бархатный костюм. Плотно сжав челюсть, король теснил меня, пока я не уперлась спиной в колонну. Он прижал руки по обе стороны от моей головы, и корона блеснула в свете бара.

Сердце пропустило удар. Я определенно привлекла его внимание.

Его взгляд подавлял, но поскольку я вроде как являлась древним могущественным демоном, то не могла позволить себе даже вздрогнуть.

– Я надеюсь, тебе пришлось по вкусу новое жилье в округе Асмодея. Мои смертные слуги работали день и ночь, чтобы привести все в идеальное состояние. Над этим работали и мои лучшие маги. Я могу дать тебе все, что пожелаешь.

Я безмятежно улыбнулась:

– У меня пока не представилось возможности оценить. Я была дома у Ориона.

Его мышцы заметно напряглись.

– Зачем быть с герцогом, когда ты можешь быть с королем? – прозвучало почти умоляюще. Это сводило его с ума. – Я не понимаю.

Я вгляделась в его точеные черты.

– А я могу быть с королем?

– Разве ты не помнишь те дни, когда была с моим отцом, – стиснув зубы, произнес он. – Разве не помнишь, как сильно я тебя хотел?

Конечно. Из ревности маленький принц желал заполучить все, чем обладал его отец. Даже любовницу-суккуба.

– Правда? – спросила я с улыбкой. – Это было так давно. Просто я больше замечаю Ориона, ведь он уделяет мне столько внимания. Он много чего мне рассказывает о себе, о тебе же я ничего не знаю. Мне трудно желать кого-то, если я не знаю, что делает его уязвимым.

Через его плечо я видела, как Лидия буквально кипит от злости. Но, к сожалению, метка так и не проявилась.

– Завтра я устраиваю вечеринку в своем пентхаусе в башне Баала, – заявил король. – Ты обязана быть там. Я не приму отказа. Приходи одна, нет никаких причин брать с собой герцога.

Только вот герцог, как это ни парадоксально, был ключом к его привязанности. Моя власть над королем зависела от его ревности.

– Я с радостью приду, но Орион будет со мной. Как только ты расскажешь мне о себе, то мы сможем познакомиться поближе.

Он коротко кивнул и опустил руки. Судя по взгляду, которым меня одарил король, ему нечасто отказывали.

– Отлично. Приводи герцога, он мне не помеха, – пробормотал он.

Хорошие новости для нашей шпионской миссии: король совершенно не умел лгать.

Глава 25

Когда мы с Орионом добрались до моего нового дома в округе Асмодея, уже почти рассвело. Молча прыгнув в такси, мы ни словом не упомянули наш публичный поцелуй. Я только сообщила, что мы идем на вечеринку следующей ночью, и он, похоже, остался доволен моим успехом.

Как только остановились у дома, мужчина в черном костюме и шляпе открыл передо мной дверь такси, а второй – входную в холл с выложенным бледно-голубой и золотой плиткой полом. Ввысь уходили арки из бледного маслянистого камня, а широкая лестница вела на верхний этаж.

На потолке в центре вестибюля была изображена обнаженная женщина со змеей, обвивающей ее ноги и тело. «Лилит», – подумала я. В то время как большая часть зала сияла, восстановленная с помощью магии, потолок выглядел выцветшим и потрескавшимся от времени.

К моему удивлению, Орион долго смотрел на фреску, оставаясь абсолютно неподвижным. Мне всегда казалось, что подобные вещи ему быстро надоедают, но здесь что-то очень привлекло его внимание – либо обнаженная женщина, либо змея. А потом я уловила, как демон немного сдвинулся и вокруг него тени растеклись в воздухе.

Пока он изучал Лилит, я направилась в дальний конец зала, где находился арочный проход во двор с огромным бассейном. Где-то вдалеке, за рядом колонн, виднелась река, сверкающая под восходящим солнцем. А на противоположном ее берегу – Райская пустошь, от вида которой я вздрогнула, не желая вспоминать час, который провела там, сражаясь за свою жизнь.

Орион как-то рассказывал, что пуритане считали мир природы опасным, и сейчас я понимала их как никогда. Я в полной мере осознала, почему дьявол испугал их до смерти. Первобытная сила демонов, их звериная натура ужасали.

– Тебе надо поспать, – вырвал меня из раздумий глубокий голос Ориона.

– Не буду спорить.

Мое тело дико устало, и я определенно нуждалась в отдыхе, поэтому последовала за Орионом вверх по лестнице. Мы остановились у двери, когда-то выкрашенной в бордовый цвет, а теперь выцветшей от времени. Орион вставил ключ в замок, открыл дверь и включил свет, а затем отдал мне ключ. Я поймала себя на том, что смотрю на ключ в своей ладони, обрисовывая пальцем его форму.

У меня был такой ключ. Это один из немногих предметов, которые я всегда держала при себе до той ночи, когда меня похитил Орион. От этой находки у меня участился пульс. Опомнившись, я сунула ключ в карман и последовала за Орионом в квартиру.

Стены внутри были облицованы камнем, словно в средневековом замке. Огромные окна выходили на бассейн, вода в котором под первыми лучами восходящего солнца приобрела персиковый оттенок. Лестница вела на верхний этаж, вероятно в спальню. С потолка свисала необычная люстра – деревянный круг, в котором явно когда-то располагались подсвечники, а теперь их заменили электрические лампочки.

– Должно быть, король лично приказал все здесь убрать, – прокомментировал Орион. – Он отчаянно старается произвести на тебя впечатление.

– Он признался, что страстно желал Мортану, когда та была с его отцом. – Я поморщилась: – У него слишком много чего от Эдипа[13].

– Конечно, он хотел любовницу отца. – Орион подошел к арке и заглянул внутрь. – О, очень современно. Даже забавно. Он поставил на кухню кофемашину, даже у меня ее нет. Может, и мне начать соблазнять короля?

Я подошла к лестнице, а затем оглянулась на Ориона:

– Ты останешься? В смысле, ты говорил, что мне может угрожать опасность.

В светлых глазах блеснуло веселье, и он плюхнулся на один из кожаных диванов, положив руки на спинку. У меня мелькнула мысль, что Орион прекрасно осознает, насколько горячо выглядит, когда рубашка так облегает его мышцы.

– Я буду здесь.

Каким-то образом это единственное предложение прозвучало как неприличное приглашение.

– Тот поцелуй был просто работой.

И зачем я это сказала? Звучало так, будто я оправдывалась.

– Конечно, и я рад, что мы сотрудничаем. – Легкая улыбка заиграла на его губах. – Иди спать, Роуэн. Я буду здесь.

* * *

Солнечные лучи сквозь арочные окна проникали в комнату, а я все продолжала спать на самой мягкой кровати, к которой мне когда-либо доводилось прикасаться. К тому времени, когда проснулась, послеполуденное солнце стояло уже высоко в небе. Я спала в нижнем белье, и шелковистые простыни словно ласкали мою обнаженную кожу.

Я села и потерла глаза, осматривая залитое светом пространство вокруг себя. На этом этаже располагалась огромная спальня с одной стороны и отделанная мрамором ванная комната – с другой. Я встала с кровати и отправилась умываться, пытаясь собраться с мыслями. Казалось, в этом месте смешались день и ночь.

Я стянула нижнее белье и встала под горячий душ.

Пульс учащался каждый раз, когда я вспоминала прикосновение губ Ориона к моим. Стоило представить, как он выглядит без рубашки…

До безумия хотелось, чтобы сейчас он оказался рядом.

Все в нем меня пленяло. Я уменьшала температуру в душе до тех пор, пока поток холодной воды не начал прояснять мои мысли и чувства.

Сегодня вечером я собиралась на вечеринку в королевский пентхаус. И была очень довольна тем, как быстро мне удалось привлечь внимание короля. Но вдруг я узнаю о его слабостях до того, как выясню личность убийцы? Я так и не увидела ни одной звезды, поэтому нуждалась во времени.

Смогу ли я просто… лгать Ориону, пока не получу желаемого?

Черт. Нет. Не тогда, когда он угрожал Шай.

От ледяной воды кожа покрылась мурашками, а соски затвердели, превратившись в камешки. Дрожа от холода, я выключила душ.

Я схватила полотенце и начала вытираться, стараясь не думать о том, что здесь совсем нет чистой одежды. Продрогнув, я вышла на балкон. Когда же заглянула через край, то увидела, что кто-то доставил всю мою новую одежду из квартиры Ориона.

Завернувшись в полотенце, я направилась вниз. Неожиданно стук эхом разнесся по квартире, и я заметила, как взлохмаченный Орион встал с дивана, чтобы открыть дверь.

Вот уж чего я не ожидала, вернее, кого я совсем не хотела видеть, так это Наму, вошедшую в комнату с корзиной свежей выпечки.

Она явилась приворожить Ориона круассанами.

Глава 26

Светлые волосы ниспадали на ее тонкое белое платье. С одной стороны, оно выглядело как невинный сарафан. Но с другой – и вряд ли это было случайно, – стоило солнечному свету коснуться ткани, и она становилась почти полностью прозрачной. Сквозь тонкий материал сарафана я прекрасно рассмотрела ее грудь и стоящие «по стойке смирно» соски.

Одарив меня убийственным взглядом, Нама улыбнулась Ориону:

– Я принесла тебе шоколадные круассаны в «Левиафан», но швейцар сказал, что ты здесь. Если честно, меня это немного шокировало, поэтому я решила убедиться, что тебе не причинили вреда, учитывая то, что мы знаем о ее роде.

Высоко подняв подбородок, я гордо спустилась по лестнице.

– Как видишь, он в порядке. – Орион схватил круассан и вернулся на диван. Встретившись со мной взглядом, он весело подмигнул. – Ни единой отметины, которая могла бы остаться навсегда.

Я прикусила губу и следила за реакцией Намы. Демонская метка тут же засияла у нее на лбу. Если бы всех демонов было так легко спровоцировать, я бы за секунду нашла убийцу.

Придерживая полотенце одной рукой, я вытащила из корзины теплый круассан.

– Спасибо за завтрак, теперь можешь идти. – Мое второе «я» было чертовой стервой, но определенно забавной. – Не стесняйся зайти завтра утром, Нама. Возможно, у нас снова разыграется аппетит.

Ее метка буквально ослепляла. Она сжала губы и развернулась, чтобы уйти, но внезапно схватила меня сзади за шею. Полотенце свалилось на пол, а она притянула меня к своему уху и прошептала:

– С тобой что-то не так. Помимо того, что ты шлюха. Я видела тебя тогда в лесу, одетую в странный костюм. А еще от тебя несло мочой животного. Никто не верит мне, думают, что я просто ревную, но обещаю, я выясню, что за игру ты ведешь.

– Убери от нее руки, Нама, – прорычал Орион сзади.

Она отпустила мою шею и зашипела, как настоящая змея.

От ярости по моим щекам пополз румянец, и я с трудом подобрала полотенце с пола. Я даже не представляла, что хуже: то, что я оказалась обнаженной перед двумя демонами, или что Нама может узнать, что я смертная.

Захлопнув дверь, я поспешно завернулась в полотенце. Чувствуя, насколько сильно пылают мои щеки, я повернулась к Ориону.

Кстати, он выглядел очень довольным. Даже слишком.

– Что? – огрызнулась я.

Орион просто пожал плечами:

– Это был великолепный вид, на который я не прочь полюбоваться вновь. Вот и все.

– У нас проблема, – сказала я.

– Да, – согласился он, и улыбка исчезла с его лица. – Она слишком внимательно наблюдает за тобой, но я не думаю, что следует сильно беспокоиться. Она не пользуется большим авторитетом. Все знают, что она не в себе и не умеет контролировать эмоции. – Взгляд демона задержался на моих обнаженных плечах. – Ты мне больше нравишься без полотенца.

– Можешь отвернуться? Мне надо одеться, – попросила я.

С тяжелым вздохом он развернулся в другую сторону.

– Когда мы сегодня будем в королевском пентхаусе, возможно, он захочет остаться с тобой наедине. Я все же хочу быть где-то неподалеку. Король, как ты уже догадалась, весьма опасен.

Как только Орион повернулся ко мне спиной, я уронила полотенце на пол и услышала тихое, почти незаметное рычание. Он явно желал меня.

Как мне было добиться, чтобы проявилась его метка? Чтобы проверить, действительно ли он входит в список подозреваемых.

Совершенно голая, я подошла к сумкам с одеждой на диване, а затем взглянула на Ориона сзади.

– Что мне надеть? Прозрачные черные трусики или белые с лентами и подвязками?

Он резко вдохнул.

– Черные. – Голос демона прозвучал низко, немного с хрипотцой, а рука сжалась в кулак.

– Ты будешь рядом со мной на вечеринке, – проговорила я, натягивая черные трусики. – Значит, ты мой защитник. – Я подобрала подходящий бюстгальтер. – По крайней мере до тех пор, пока я не предам тебя или ничего не испорчу, но в таком случае ты убьешь мою лучшую подругу.

– Все так.

Я снова посмотрела на одежду и выбрала красный сарафан длиной чуть ниже задницы.

– Можешь развернуться.

Когда он повернулся, его серые глаза мерцали, словно звезды, но в этот раз я впервые увидела в них что-то вроде печали.

– Ты очень на нее похожа. Это тревожит.

– Но я не она. – Странно, но это ощущалось не совсем правдой. Прошлой ночью я так легко вошла в роль, будто она стала частью меня. Но что самое худшее, мне нравилось быть ею. Это освобождало. – Ты так и не рассказал ничего о себе. Что такого сделала Мортана, что ты так отчаянно хочешь отомстить?

Глаза Ориона, казалось, искали мои, и между нами воцарилось молчание.

– Мортана причастна к смерти моей матери, – наконец заговорил он. – Когда она умерла, я поклялся на крови, что убью Мортану, когда найду ее.

Сердце кольнуло от боли. Так вот оно что. Вся эта слежка, ярость… все ради того, чтобы отомстить за маму. Между нами нашлось больше общего, чем, кажется, я предполагала.

– И всех ее кровных родственников, – добавил демон. – Я прекращу ее род на веки вечные. Хотя я не сомневаюсь, что вся ее семья уже мертва.

Меня начала накрывать паника.

– Я выгляжу в точности как она. Ты уверен, что я не ее потомок?

Он вздохнул:

– Если ты смертная, то не ее потомок. Мы не заводим смертных отпрысков, если вообще размножаемся, поэтому маловероятно, что у нее есть какая-то семья. Она убила всех своих родственников, когда помогала королю Нергалу с истреблением лилит.

Это меня немного успокоило.

– Я сожалею о том, что случилось с твоей мамой.

Он нахмурился:

– Ну, это не твоя вина. Ты же не Мортана.

– Нет, просто смертные всегда так говорят. – Я глубоко вдохнула и призналась: – Мою маму тоже убили.

Как только слова вылетели из моего рта, я очень удивилась, что смогла произнести это вслух.

– Ах, – он склонил голову набок, – так вот о чем ты не рассказала. Об убийстве матери.

– Кто-то сжег ее дотла в лесу в Осборне. Я была там… – мне вдруг стало трудно дышать, – я была с ней, но ничего толком не могу вспомнить. Запах горящей плоти и…

От эмоций перехватило горло, и я замолчала. Не следовало делиться подобным с одним из подозреваемых. Это конец для полицейского под прикрытием.

Орион стер слезинку с моей щеки.

– Что?

– Эти мысли слишком темные, чтобы делиться ими с кем-то, – отмахнулась я.

– Не для меня. – Его глаза были бесконечно голубые. – Думаю, ты в курсе, что в этом плане у меня нет никаких ограничений.

Чувство вины грызло меня изнутри.

– Хорошо, тогда у меня такой вопрос: почему я все еще жива, когда она сгорела? Почему я продолжала бежать?

Его глаза резко потемнели.

– Мы созданы, чтобы выживать. Таков закон природы. Точно такой же, как и тот, что твоя мать была вынуждена сохранить тебе жизнь.

– Значит, ты не испытываешь чувство вины за то, что выжил, а твоя мама нет?

Воздух вокруг становился все горячее, едва не обжигая.

– Я этого не говорил, – почти прошептал он.

Я кивнула.

– По этой причине ты так отчаянно желаешь отомстить, ведь так? Чтобы все было правильно.

– Или просто ярость – это все, что у меня осталось. Она определяет меня и выжигает чувство вины. Во мне больше ничего не осталось, кроме гнева.

Мне казалось, что грудь разрывает от боли. Неужели в своей жажде мести я стала такой же, как он?

– Ты чувствуешь вину хоть за что-нибудь? – рискнула я. – Или у тебя есть способ выключить эту поганую эмоцию?

Вокруг Ориона начали сгущаться тени.

– Я тебе уже рассказывал, – в его соблазнительном голосе мелькнули резкие нотки, – кроме жажды мести, я почти ничего не чувствую.

Я уловила какие-то изменения в окружающей атмосфере, и мой пульс участился. Когда психологи ищут признаки лжи, они обращают внимание на беспокойство. У большинства людей – если они не психопаты, конечно, – ложь идет рука об руку с волнением. Вот почему полиграф показывает учащенное сердцебиение или почему лжец избегает зрительного контакта. Люди, которые лгут, начинают ерзать, отводить взгляд.

Однако демоны проявляли эмоции иначе. Они никогда не ерзали и не опускали взгляд от волнения. Но они все равно менялись, и их тела, казалось, меняли воздух вокруг себя, делая его холоднее или горячее.

Я подошла к нему ближе, остановившись всего в нескольких дюймах.

– Я не уверена, что верю тебе. Но думаю, тебе следует знать, что есть кое-что, за что я точно захочу отомстить. Если ты хоть пальцем тронешь Шай, я найду способ убить тебя.

И снова демоническая неподвижность, а глаза потемнели, как ночь.

«Он не твой защитник. Совсем нет. Не забывай».

Послышался мрачный смешок.

– Считаешь, разумно мне угрожать? С твоей-то хрупкостью?

– Ты забыл, Орион, я прошла испытание в одиночку. Так что я не сдамся так просто, – произнесла я с гораздо большей бравадой, чем ощущала на самом деле.

Его губы изогнулись в мрачной улыбке:

– Я так и не думал. Полагаю, я чувствую что-то помимо жажды мести, и это удивительно.

Неужели это был комплимент от Ориона?

Только вот его глаза так и не посветлели, как бы транслируя послание смертным: «Будь вы достаточно умны, вероятно, убежали бы».

И возможно, как раз об этом мне и следовало помнить, когда речь шла об этом хищнике.

– Могу я пару часов побыть в одиночестве? Мне надо привести мысли в порядок.

«А ты делаешь это невозможным».

Глава 27

Держа в руке «Маргариту», я опустила ноги в бассейн. Поскольку проспала большую часть дня, сумерки уже начали накрывать небо коралловой мантией, и тени становились все длиннее. Заходящее солнце заливало золотые камни кроваво-красным светом и отражалось в реке Ахерон. Дальний берег уже поглотила тьма.

Как я и просила, Орион оставил меня одну, но предварительно записал номер в мой новенький телефон. Если Нама, Лидия или кто-нибудь другой внезапно заглянет ко мне в поисках неприятностей, то я должна буду просто нажать цифру «семь» и вызов, и мой защитник тут же появится в вихре теней.

За мной также присматривали швейцар и смертные слуги, но самое главное, Шай уже ехала ко мне, чтобы поплавать в бассейне.

Этот бассейн стал бы моим, если бы мне дали выбор, если бы жизни подруги ничего не угрожало, если бы мне не пришлось уезжать отсюда. Это место опьяняло, и я начала опасаться, что сойду здесь с ума. Появилось желание вонзить когти в этот город, захватить его. Когда я подумала о Наме, во мне поднял голову дух соперничества.

Я испытывала безумный порыв заявить свои права на этот город. Навсегда. Мне на самом деле захотелось стать герцогиней демонов, возродить округ Асмодея. Инкубы и суккубы не заслужили своей участи. Кем бы ни была Иезавель, вряд ли она заслуживала того, чтобы ее выбросили из окна собственного дворца и сожрали собаки. Я хотела пустить здесь корни как суккуб, просто назло этим осуждающим ублюдкам.

Совершенно ясно, что опьяняющая сила этого города постепенно сводила меня с ума, потому что все вышеперечисленное никак не могло свершиться. Мое время здесь было весьма ограниченно.

И почему вдруг меня начала волновать судьба лилит? Я отпила терпкий коктейль, позволяя вкусу лайма раствориться на языке.

С одной стороны, окружающие считали меня лилит, вероятно, поэтому я тоже начинала себя так идентифицировать. Поведенческое подтверждение в действии. С другой стороны, меня задевала за живое несправедливость происходящего. Лилит убили из-за ревности и неуверенности.

– Мортана! – помахала мне Шай, проходя через одну из арок. Сегодня она надела легкое желтое платье и завила кудри. – Милое местечко.

– Иди ко мне, – улыбнулась я в ответ.

– Непременно, если мне будет позволено есть тако у бассейна.

– Конечно. – Я указала на ее бокал «Маргариты». – И здесь твой коктейль.

Шай сняла платье, оказавшись в красном бикини, и тут же прыгнула в воду.

В Городе Шипов, казалось, постоянно стояла тропическая погода. Еще одна причина, по которой было бы здорово пустить здесь свои корни.

Я тяжело вздохнула.

– Что такое? Почему мне кажется, будто ты не наслаждаешься этим местом? – Шай откусила большой кусок тако.

– Я чувствую себя виноватой за то, что втянула тебя во все это.

– Втянула меня во что? В тако и «Маргариту» у бассейна? В том, что ты похожа на какого-то суккуба, нет твоей вины.

– Я знаю, – прошептала я. – Но если я облажаюсь, то Орион убьет тебя. Твоя жизнь в опасности, Шай.

Она фыркнула:

– Считаешь, я такая идиотка? Я заставила его поклясться на крови, что он сохранит мне жизнь.

Я уставилась на нее. Никогда не думала, что из него так просто вытягивать обещания.

– Что?

Она сделала глоток «Маргариты».

– Все дело в рычагах, дорогая. Мама научила меня этому во время развода. Ты выясняешь, чего они желают, а потом грозишь уничтожить это, если твои условия не выполняют.

От удивления я открыла рот. Получалось, ее жизни ничего не угрожает…

– Извини, а что ты пригрозила уничтожить?

Подруга сощурилась от яркого солнца.

– Что ж, не пойми неправильно, но я знала, что ты ему нужна для осуществления планов. Поэтому я пригрозила, что избавлюсь от тебя, если он не согласится.

Она откусила еще кусочек тако.

– Что? – Шай однажды разозлилась за то, что я убила муравья. – Ты убьешь меня? Но ты же веган!

– Ну, ему же не известно об этом, – прошептала она. – Ты столько рассказывала о психопатах, что я кое-чему научилась. Я помню, как ты говорила, что такие люди не нервничают, хотя вряд ли он что-то в этом понимает. У меня вспотели ладони, пульс вышел из-под контроля, но я старалась сохранять голос спокойным, и это сработало. Думаю, это звучало жутковато.

– Что ты сказала?

Она пожала плечами:

– Я однажды смотрела криминальную передачу про настоящего психопата, который прикончил собственную мать, отрубив ей голову. Поэтому я заявила ему, что отрублю тебе голову, если он не согласится на мои условия.

– Откуда он знает, что ты не собираешься убить меня прямо сейчас?

Шай помахала рукой:

– В этом-то и дело. Он тоже заставил меня поклясться на крови, что я не причиню тебе вреда и никому не расскажу, кто ты на самом деле. Кажется, он посчитал, что получает от этого большую выгоду. Поскольку все равно не имею намерения кого-то убивать, я никогда не заключала более удачной сделки. За мое обучение заплачено, плюс я живу в более роскошной квартире, а еще он пообещал защищать меня. И теперь у меня есть отличная машина для приготовления капучино. Так что все идеально, тебе не о чем беспокоиться.

– Господи, Шай. Он ничего мне не рассказывал.

Она пожала плечами:

– Конечно. Я – его рычаг давления. Он может заставить тебя делать то, что ему нужно, до тех пор, пока ты считаешь, что моя жизнь в опасности. Он хотел попросить меня поклясться молчать, но ты спустилась и прервала нас, а потом он забыл.

Я прикусила губу.

– Ну, это весьма интересные новости. Наверное, теперь я смогу оставаться здесь столько, сколько захочу.

Она нахмурилась:

– Что-то мне не нравится выражение твоего лица. Что ты задумала?

– Я не хочу покидать это место.

Шай покачала головой:

– Но ведь ты не можешь скрывать ложь вечно. Что случится, если король узнает, кто ты на самом деле?

Я откашлялась:

– Что ж, это всего лишь небольшая загвоздка в моем плане.

– Нет, я серьезно. Что тебя ждет, если ложь раскроется? Подземелье демонов?

– Огненная яма.

– Черт подери, Роуэн. Очевидно, ты не можешь остаться!

Я поднесла палец к губам, намекая, что она не должна произносить мое настоящее имя.

На самом деле она была права. Я так боялась огненной ямы, что мой мозг отказывался даже думать об этом, уходя в глухое отрицание.

– А вдруг я смогу продолжать обман? Орион будет следить за моей безопасностью, пока я не выведаю нужную информацию.

Шай оперлась локтями на бортик.

– Я, конечно, понимаю, почему ты хочешь остаться здесь. Ты живешь, словно королева в раю. Но стоит ли все это риска?

– Речь не только о бассейнах и роскоши, Шай. Я почти уверена в том, что мою мать убил демон. Магией огня. И я хочу выяснить, кто это сделал.

Умышленно не стала упоминать о желании отомстить за лилит, которое все сильнее разгоралось внутри, иначе подруга решит, что я сошла с ума.

Она нахмурилась и внимательно посмотрела на меня своими темными глазами:

– А что потом? Что это тебе даст?

– Я хочу знать правду.

И, возможно, я мечтала убить этого ублюдка.

– Ты уже что-нибудь выяснила?

Я сделала глубокий вдох.

– Набросала короткий список подозреваемых. И Орион среди них.

– Вот черт. Но зачем ему убивать твою маму?

– Я не знаю, зачем это надо было хоть кому-нибудь. Но уверена, что убийца владел магией огня и имел демонскую метку в виде звезды. Знаешь, которые проявляются на лбу?

– Да, я как-то раз видела, но не звезду.

– Я тоже еще ни у кого ее не видела, но продолжаю поиски. Это все, что я помню с той страшной ночи. И Орион – один из обладателей огненной магии наряду с Лидией, королем и самой Мортаной. Орион сказал, что звезда означает, что ее обладателю суждено стать лидером демонов, благословленным самим Люцифером. Поэтому, наверное, главный подозреваемый – король. Но никто не знает, как выглядит его метка.

Шай медленно помешала коктейль соломинкой.

– Может, если так хочешь найти убийцу, то тебе стоит узнать побольше о своей маме, а не о демонах. Как она была связана с этим миром?

– После ее смерти я обыскала весь дом в поисках хоть какой-нибудь зацепки. И ничего не нашла.

Прикрыв веки, я мысленно перебрала воспоминания, пока какая-то деталь не вспыхнула в моем сознании. Я недавно это видела.

– Кроме ключа. – Я резко распахнула глаза. – Скорее даже что-то вроде отмычки, которыми они здесь пользуются. Орион отпирал дверь моей квартиры одним из таких. Тогда я нашла его в ящике, но так и не поняла, что это за ключ.

– Он все еще у тебя? – спросила Шай.

Я кивнула.

– После нее осталось не так много вещей. Ключ, какая-то одежда, старые книги и деньги, которых хватило на несколько месяцев аренды.

В сгущающихся тенях трудно было не испытать укол горечи. У мамы могла быть целая жизнь, о которой она никогда мне не рассказывала.

– Я имею право входить в город и выходить из него, – сказала Шай. – Я могу взять ключ. Если ты поймешь, что он открывает, то, может, это многое прояснит.

– Спасибо, Шай, – улыбнулась я.

Она взяла очередной коктейль.

– Какие планы на вечер?

Я сделала глубокий вдох.

– Шпионю для Ориона, конечно же. В пентхаусе короля.

– Обещай, что ты будешь осторожна. Все, что ты мне сегодня рассказала, звучит чертовски опасно. Особенно момент с огненной ямой, учитывая то, что король один из подозреваемых.

– Да, как и Орион. Я совсем ему не доверяю.

– В самом деле? – Орион вышел откуда-то из тени, его светлые глаза сияли, как звезды. На нем был дорогущий черный костюм. – А я уже было решил, что мы сможем подружиться.

От ужаса у меня скрутило живот.

Он склонил голову набок:

– Нам пора собираться на вечеринку, не так ли?

Глава 28

В башне Баала мы вошли в лифт, чтобы подняться в пентхаус. На вечеринку я надела платье из прозрачной ткани, которое открывало ноги и имело синие вставки в стратегически важных местах.

Как только лифт тронулся, Орион обратил на меня свои пронзительные голубые глаза:

– Мне любопытно, о чем вы говорили с Шай. Ты заявила, будто не доверяешь мне, что, конечно, справедливо, учитывая, какой я придурок. Но есть кое-что еще, не так ли? Какая-то более конкретная причина.

Я скрестила руки на груди:

– Ну что ж, ладно. Ты жаждешь мести, и я тоже. Я хочу найти убийцу своей мамы. Кто-то убил ее магией огня в осборнском лесу, и я хочу знать, кто это сделал.

Он распахнул от удивления глаза.

– Ах вот оно что! – Орион развернулся и нажал кнопку аварийной остановки лифта. – Ты думаешь, что я мог убить твою маму.

Я бросила раздраженный взгляд в сторону выхода.

– Мы обязательно должны обсуждать это в лифте?

– Боюсь, что да.

Скрестив руки на груди, я нетерпеливо посмотрела на дверь.

– Ты владеешь магией огня. Так что да, ты один из подозреваемых.

Он засунул руки в карманы и пожал плечами:

– Я безжалостен, смертельно опасен, лишен сочувствия. Однако я не скрываю своих недостатков и не лгу о себе. Если бы понадобилось, я бы без зазрения совести убил смертную женщину. – Демон посмотрел мне в глаза: – Но я бы не стал сжигать смертную прямо в осборнском лесу. С точки зрения морали я не был против, но просто это был не я.

Либо он отлично умел лгать, либо говорил правду. Но все равно с души словно камень свалился.

– Хорошо.

– Судя по всему, Шай рассказала тебе, что я не могу ее убить.

– Так и есть. Кстати, она не психопатка, просто использовала это в свою пользу.

Он сузил глаза:

– Хмм. Найти другого не безразличного тебе человека, которого я мог бы убить, стало бы самым простым способом заключить сделку…

– На самом деле это не сделка, Орион. Это угроза.

С холодным выражением лица он пожал плечами:

– Как бы просто ни выглядело, но это не сработает. К тому же, как я понял, больше ты ни о ком не переживаешь. Шай – твоя единственная подруга, а вся твоя семья мертва.

Я сглотнула комок в горле.

– Довольно удручающее заключение.

– Как насчет новой сделки? Ты даешь то, что нужно мне, – правду о слабых местах короля, а я помогаю найти убийцу твоей матери. И каждый получит желаемое.

Я закусила губу, глядя на него. Все сводилось к одному вопросу – поверила ли я ему? Трудно было сказать. Но поскольку в Городе Шипов мне не так часто предлагали помощь, я решила пока принять предложение.

– Отлично. Я согласна на такие условия, пока ты не придумал что-нибудь похуже.

– И как только мы закончим, тебе придется покинуть Город Шипов. Каждый час, проведенный здесь, приближает тебя к огненной яме.

Орион отвернулся и нажал кнопку, чтобы лифт снова двигался. Через несколько секунд двери открылись, и мы вошли в пентхаус.

«Святые небеса…» Я никогда не видела ничего подобного: бассейн прямо в мраморном полу и высокие стеклянные окна, выходящие на огромный балкон, с которого открывался чарующий вид на океан. Приятный ветерок гулял по помещению, играя длинными шелковыми платьями демониц.

Король стоял на другой стороне бассейна с бокалом мартини в руке. Гости суетились вокруг него, словно мотыльки, летящие на пламя, к нему были прикованы взгляды, к нему тянулись руки. Однако его внимание было приковано к Лидии и одному из герцогов.

Осматриваясь, я неожиданно встретилась глазами с Намой, и мой пульс ускорился. Длинное белое платье вкупе с похожими на подтаявшие сосульки серьгами подчеркивало красоту ее волнистых светлых волос. Но, несмотря на нежность наряда, губы демоницы кривились, обнажая острые клыки. Будто у готовящегося к атаке хищника. Разорвав зрительный контакт, она улыбнулась моему спутнику. Орион же, казалось, не заметил ее, и тогда Нама подошла к нам.

– Приветствую, мой герцог. – В голосе слышались раздражение и неуверенность.

Орион смотрел куда-то мимо нее.

– Снова ты.

Возле нас возник официант с подносом сиреневых коктейлей, я взяла один и сделала глоток. Рот наполнил вкус джина, лимона и фиалки.

Я снова осмотрела зал, пытаясь поймать хоть чей-нибудь взгляд, но, судя по всему, меня намеренно игнорировали. Этакий по-демонически холодный прием.

Никто не желал присутствия герцогини-суккуба. Демоны постарались прикончить меня в лесу во время испытания, а когда у них ничего не вышло, решили просто не обращать внимания.

Нама снова попыталась заговорить с Орионом. И пусть я делала вид, что занята чем-то другим, но на самом деле сосредоточенно прислушивалась.

– Твоя новая подружка-суккуб временами напоминает мне смертную, – заявила она так, словно я и вовсе не стояла рядом. – То, как она двигается. Ее медлительность. Знаешь страх, который испытывают смертные из-за того, что долго были нашей добычей? Я чувствую его. А в лесу на ней был какой-то странный костюм и воняло мочой животного. Чего она так боится?

Нама была хоть и дура, но, стоило признать, весьма наблюдательная.

Орион одарил ее насмешливой улыбкой:

– Она боится меня, я полагаю. И тебе следовало бы.

Нама надулась, но затем вздернула подбородок:

– Мы могли бы стать хорошими друзьями. У нас много общего. Ты веришь в духовную связь?

– Боюсь, что у меня нет души, Нама, – отозвался Орион. – Я божественен снаружи, но абсолютно пуст внутри.

Мне начинало казаться, что все это безразличие и холодность были лишь маской, а под сарказмом и чувственной улыбкой скрывался настоящий омут боли и страданий.

После такого комментария улыбка Намы выглядела кривой и натянутой.

– Не поверю в это ни на мгновение. Нам суждено жениться. Можешь продолжать это отрицать, но у меня было видение. – Она со злостью посмотрела на меня, наконец, признавая мое присутствие. – И если ты не собираешься выяснять о ней правду, то этим займусь я. Она выглядит… взволнованной. Тревожной. Смертной.

У меня внутри все похолодело. А вдруг она начнет расспрашивать про меня в Осборне?

Однако сейчас, когда Нама не сводила с меня внимательного взгляда, я не могла показать охватившее меня беспокойство. Поэтому я всеми силами попыталась призвать свое темное «я», что, как оказалось, требовало быстрого допивания коктейля.

Я закрыла глаза и залпом осушила бокал.

«Я не Роуэн. Я Мортана. Суккуб, соблазнительница, пожирательница душ. Я ем слабаков на завтрак».

Доза алкоголя заставила меня немного повеселеть. Вопреки новым опасениям, следовало продолжать эту соблазнительную шараду, пока я находилась перед толпой демонов. С легкой улыбкой на лице я направилась к королю, пересекая бассейн. Не сводя с него глаз, я представляла, как струйки воды стекают по моему телу. Теплая подсветка удачно оттеняла его мужественные черты и острый подбородок.

Король скользнул по мне любопытным взглядом, и я уловила, как напряглась Лидия, ее глаза потемнели.

Хотелось остаться с ним наедине. Выяснять королевские слабости лучше всего было где-то в сторонке.

Остановившись рядом с королем, я потянулась к его уху.

– Есть только одна вещь, которую вы можете сделать, чтобы отвлечь мое внимание от Ориона, – прошептала я.

А затем кошачьей походкой направилась в сторону балкона. Снаружи меня обволокло соленым морским воздухом, и я уставилась на сверкающее море. Не последуй король за мной, я бы чувствовала себя невероятно глупо, но он вряд ли смог бы сопротивляться моей темной стороне.

Собравшись оглянуться, я обнаружила, что король вышел на балкон, чтобы присоединиться ко мне с коктейлем в руке. Соленый воздух играл его светлыми волосами.

– Как и всегда, ты меня заинтриговала, Мортана, – тихо произнес он.

Я откинулась назад, облокотившись на перила, и улыбнулась ему. Возникло искушение заглянуть внутрь и выяснить, чем занимается Орион, но сегодня это не входило в мои обязанности. Ревность – игра, которую я вела с королем, не следовало самой поддаваться ей. Я отхлебнула свой напиток.

– Знаете, этот город еще красивее, чем я помню. Говорят, правитель и его земля связаны. Не сомневаюсь, вы только усилили ее привлекательность.

– Думаю, Городу Шипов не хватало последней лилит. Без вашего вида мы не можем стать единым целым. Мы – город семи округов, семи богов. Мы поклялись смертным, но ты стала единственным исключением. – Он приподнял бокал. – Как тебе удалось добиться этого от моего отца?

Я пожала плечами, позволив лямке платья немного упасть.

– Я сделала его счастливым. Знаете, мне всегда казалось, что именно я должна была стать королевой.

– Как и я. – В его голосе звучали отчаяние и какая-то жестокость. – А может, и до сих пор считаю.

– Что ж, еще не все потеряно. – Я сделала еще глоток. – Но чтобы наши отношения вышли на новый уровень, я должна узнать вас настоящего.

Он поставил свой бокал на перила, затем придвинулся ближе и положил руки по обе стороны от меня. Ветер трепал его светлые волосы.

– И как именно ты хочешь узнать меня?

Протянув руку, я погладила его по подбородку.

– Дело в том, Ваше Величество, что у каждого есть слабости. Даже у такого могущественного короля, как вы.

– Я так не думаю, Мортана.

– У каждого, – повторила я. – Если мы собираемся быть на равных, то мне надо знать, что делает вас уязвимым. Знать только чьи-то сильные стороны – это не знать его вовсе.

– А что делает тебя уязвимой, герцогиня? Чего боишься ты?

Черт возьми. Отражение. Как будто он учился у доктора Омера.

Возможно, у меня получилось бы что-нибудь ему ответить. Что заставляло мое второе «я» чувствовать себя уязвимой? Я прикрыла веки, пытаясь настроиться на ощущения Мортаны. Если бы мне предстояло ответить на этот вопрос за себя, выбор бы оказался довольно широк: я боялась пожара, умереть в одиночестве, родов, тюремного заключения в Северной Корее, удушья, насекомых в хлопьях, быть затоптанной лосем… Список можно было продолжать бесконечно. Но Мортана? Она была другой. Она выжила. Мортана не терзалась из-за собственного эгоизма или ущербности, она просто выживала.

– Быть преследуемой и пойманной в ловушку. – Я открыла глаза. – По очевидным причинам. Я последняя из своего вида. А вы?

– Я ничего не боюсь, потому что меня, как истинного лидера, благословил сам Люцифер, – прозвучал его глубокий бархатный голос.

В моей голове зазвенели тревожные колокольчики. Неужели пятиконечная звезда была у него?

Король сделал шаг назад и вытащил нож из кармана. Лезвие сверкнуло в свете луны, и он провел им по раскрытой ладони. Всего на короткое мгновение на руке появилась красная полоса, а затем порез затянулся, будто его и не было. Да, демоны быстро регенерировали, но в данном случае это произошло мгновенно. Словно стрела отскочила от толстой чешуи дракона.

Он поднял ладонь.

– Боюсь разочаровать тебя, Мортана, но я неуязвим. Вот что значит быть благословленным Люцифером.

Черт подери. Он и вправду не лгал? Если так, то почему Орион был убежден в обратном?

– Что ж, я немного разочарована, – ответила я. – Люблю оставлять следы на мужчине. Вонзать ногти ему в спину. – Я оскалилась. – Помечать его клыками. Люблю смешивать боль и удовольствие. Если вас нельзя ранить, вряд ли мы подходим друг другу.

Снова приблизившись, король положил руки мне на бедра.

– Может, нам удастся найти способ преодолеть это.

Я выгнула бровь:

– Но как?

Морской ветер обдувал нас, мои рыжие волосы сплелись с его светлыми. Через королевское плечо я увидела застывшего в дверном проеме Ориона. Его глаза снова потемнели, а вокруг тела пульсировала тьма. Обычно он так выглядел, когда злился.

Но что его так взбесило сейчас? Я делала именно то, чего он от меня требовал. Я не сомневалась, что король собирался что-то мне сказать.

Поэтому, сконцентрировавшись на нем, облизнула губы.

– И как же мы преодолеем это? Если Люцифер защищает вас все время, то как мне оставлять отметки на вашей коже, как я делала это с герцогом?

Король скользнул голодным взглядом по моему телу.

– Нет, ты больше с ним не увидишься. – В его голосе прозвучало отчаяние. – Я слишком долго наблюдал за тобой, чтобы снова позволить уйти к другому мужчине. Когда ты была с моим отцом, ревность пожирала меня изнутри, как и мою мать. Ты была богиней зависти, вдохновляя ее, как никто другой. Я поклялся заполучить тебя. Но я тебе не доверяю.

«Вот черт. Чтобы победить разум, придется сыграть на его отчаянии».

Я легко пожала плечами:

– Тогда, возможно, мы все же не подходим друг другу. Уверена, что есть женщина-демон, которая станет идеальной королевой. А что до меня? Орион и так удовлетворяет меня, как никакой другой мужчина. Вы же видите, как на него все смотрят. Его желают все вокруг.

Протянув руку, король схватил меня за шею.

– Нет. – Ледяная ярость пронзила его тон, а челюсти сжались от злости. – Я получу то, чем он владеет. Я король и заслуживаю получить желаемое.

Страх подступил к горлу. От паники, обусловленной тысячелетиями существования моего вида в качестве добычи, в голове стало пусто. Разум твердил убираться к чертовой матери прямо сейчас, ведь очень-очень могущественный демон вознамерился разорвать мне горло или силой забрать то, чего он хотел от меня. Но в то же время я оказалась как никогда близка к получению нужной информации. Он выглядел неуправляемым, готовым на все, чтобы заполучить желаемое.

– Вы знаете, чего я хочу, – прошептала я. – Хочу узнать всего вас. Не только сильные стороны.

– Я хочу тебя прямо сейчас. – Его глаза светились темно-синим. Он схватил меня за талию, как будто собирался разорвать ткань. – Есть один способ…

– Король Камбриэль, – оклик Ориона разрезал повисшее напряжение, словно нож, – не трогайте то, что принадлежит мне.

К моему удивлению, король без возражений убрал руки. Лишь глаза сверкнули тьмой, когда он медленно отступал.

Выглянув из-за него, я увидела выходящую вслед за Орионом Лидию, а пару мгновений спустя ее обнаружил и повернувшийся король.

Лидия буквально кипела, в ее глазах горела ярость. Неужели короля тоже привлекала ревность других? Если так, то сейчас он устроил настоящий пир.

Я выдохнула, пытаясь скрыть разочарование. Едва ведь не выяснила то, что требовалось Ориону. Однако король потерял самообладание. И, возможно – и то не факт, – Орион действительно заботился обо мне.

Правда, один вопрос все же меня не на шутку взволновал.

«Почему, черт возьми, король так боится Ориона?»

Глава 29

Я встретилась взглядом с Орионом, когда он подошел ко мне. Его плечи выглядели расслабленными, но в глазах плескалась ночная тьма. Безумие короля обеспокоило его.

Лидия злобно покосилась на меня и зарычала.

– Ей нельзя доверять, – прошипела она. – Разве вы не видите? Нама считает, что она лжет о своей личности.

Посмотрев на меня, король Камбриэль сжал челюсти, а затем снова обратил внимание на Лидию.

– Ты думаешь, я идиот? – прогремел его голос, и гости притихли, оборачиваясь. – Ты считаешь, я не могу почуять угрозу? Или что не смогу о себе позаботиться? Я Камбриэль, наследник падшего серафима Вельзевула. И как законного наследника престола меня оберегают сами боги. Очевидно, мне не нужны слухи, распространяемые сумасшедшими типа Намы, чтобы обезопасить себя. Лидия, я думал, что ты выше сплетен. Не такая, как другие женщины.

Он направился внутрь, поправляя пиджак.

Вау, это было жестко. Лидия некоторое время смотрела ему вслед, а затем повернулась ко мне. Ветер развевал ее темные волосы. Король только что унизил ее, и теперь демоница выглядела так, будто собиралась излить на меня всю свою ярость. Ее глаза потемнели, как ночь, а на кончиках пальцев загорелось пламя, расплавив бокал в руке. Стеклянная лужица растеклась у ее ног, и у меня свело живот.

– Ты все разрушила, – прорычала она. – Мне было предназначено стать королевой Города Шипов, а ты уничтожила все мои планы. Слышала, как он со мной разговаривал?

С другого конца балкона Лидия бросилась в мою сторону, и мое сердце ушло в пятки. Но прежде чем она успела добраться до меня, Орион выскочил из тени и схватил демоницу за руку, останавливая атаку.

Ярость исказила ее черты, и она повернулась к Ориону лицом:

– И откуда, черт возьми, ты взялся, Орион? Кто ты на самом деле? Тебе так и не удалось никому объяснить, зачем ты сюда явился.

Он заиграл желваками.

– Я не обязан отчитываться, почему я здесь. Фактически мне запрещено это делать. Именно для этого и нужно Испытание. Я его прошел, а значит, боги одобрили мое присутствие. Ты же не собираешься сомневаться в их суждениях, не так ли?

– Конечно, нет, – признала она.

– Мортана тоже пережила Испытание. Ты же знаешь, что король не допускает богохульства. Уверен, что вряд ли тебе хочется злить его еще больше.

Лидия в последний раз бросила на меня яростный взгляд, а затем развернулась и быстрым шагом вернулась в пентхаус.

Я медленно выдохнула. Вполне вероятно, король был готов признаться мне в своей слабости. И я подумала, представится ли мне еще одна такая возможность. Нама и Лидия задались целью раскрыть обо мне правду.

Много ли времени это у них займет?

Орион шагнул ближе ко мне, его глаза все еще были черными, как ночь. Он наклонился, и меня обдало жаром его тела. Всякий раз, когда этот демон находился рядом, я чувствовала, как меня окутывает его сила, накатывая волной чувственной магии.

– Я должен был остановить его, – прошептал Орион, убирая прядь волос мне за ухо. – Он выглядел разъяренным и мог причинить тебе боль.

Сама не поняла, откуда возник импульс – от меня или из-за ситуации в целом, – но я обнаружила, что положила руку Ориону на грудь. Как только я это сделала, послышался резкий вдох.

– Он почти сознался, – прошептала я. – Во-первых, он сказал, что его, как истинного короля, защищает сам Люцифер…

– Ложь, – отозвался Орион. – Он использует какую-то форму магии, чтобы сделать себя неуязвимым.

Я немного отступила, чтобы заглянуть Ориону в глаза, желая узнать больше. Почему он так зациклен на короле? И при чем тут Мортана?

Только вот если королем манипулировать было легко, то Орион оставался мне неподвластен. Так просто он не раскроет своих секретов. Я прижалась к нему и прошептала:

– Я почти добилась признания. Он невероятно завидует тебе и, думаю, был на грани того, чтобы рассказать, как именно я могу оставить на нем следы своих когтей…

Орион издал низкое рычание, затем склонился так, что наши лбы соприкоснулись. Он обнял меня ладонью за шею.

– Ты сказала ему правду? Будто я первый мужчина, про которого ты подумала, что я смогу тебя удовлетворить?

Мое сердце забилось сильнее, а по груди разлился румянец.

– Я и в самом деле такое сказала?

От бури в его глазах у меня перехватило дыхание.

– Давай заставим его ревновать еще больше, хорошо? – Он кончиком пальца обрисовал мою челюсть. – Ты была так близка к тому, чтобы узнать правду. Может, у нас получится подтолкнуть его. Я хочу показать королю, как сильно ты меня хочешь.

Было ли это просто желанием заполучить информацию или Орион пытался что-то доказать?

Он взял меня за руку и повел обратно на вечеринку. Свет внутри приглушили. Теперь он мерцал, имитируя свечи и отражаясь в бассейне. Мы вошли внутрь, и все взгляды тут же устремились ко мне – блуднице-суккубу. Я испытывала неловкость, но постаралась не концентрироваться на ней.

Возле одной из стен Орион устроился в кожаном кресле и притянул меня к себе на колени. Только его неземная красота помогала забыть, как неприятно мне было всеобщее внимание. Орион скользнул взглядом по комнате, вероятно, убеждаясь, что король наблюдает, и провел ладонью по моей спине. Следом за его прикосновением по коже начала разливаться горячая чувственная магия.

Встретившись со мной глазами, он заскользил рукой вверх по моей шее. Я наклонилась, и наши губы соединились. Волна жара накрыла мое тело, когда он языком принялся исследовать мой рот. Дотронувшись до его сильной груди, я ощутила, как напрягается каждая мышца. Все мысли об окружающей нас толпе растворились, оставив лишь глубокое неземное удовольствие от поцелуя. Соски напряглись под тонкой шелковой тканью, а внизу живота начало скапливаться тепло. Наши языки сплелись воедино.

Прикусив мою нижнюю губу и тем самым закончив поцелуй, Орион отстранился. Я едва не расплавилась от его голодного взгляда. Судя по дикому выражению на лице, больше всего он желал сорвать с меня платье и трахнуть прямо здесь.

Орион и вправду так смотрел на меня, или я выдавала желаемое за действительное?

Когда демон стянул лямку платья ровно настолько, чтобы хорошо видеть мои твердые от возбуждения соски, его дыхание участилось. Из груди вырвалось рычание, и я заметила, как удлинились клыки, словно он хотел съесть меня.

Все это мало походило на меня настоящую, но я вовсе не собиралась останавливать Ориона, когда он потянулся к краю платья и запустил под него руку. Скользя все выше и выше, он задрал подол, оголяя все больше и больше моей кожи.

– Ты становишься такой дерзкой, любовь моя, когда два самых могущественных мужчины в городе сражаются за тебя.

– Становлюсь дерзкой? – спросило мое второе «я». – Я знаю себе цену.

Орион крепко прижал меня к себе, и я задвигала бедрами у него на коленях. Одной рукой он медленно прошелся вверх и вниз по моим ребрам. Сквозь тонкий материал я ощущала его магию, его жар. Другой рукой он погладил мое бедро, и у меня сбилось дыхание, а пульс как будто сошел с ума. Орион прикасался ко мне так, словно я была его собственностью, однако в выражении его лица появилось некое благоговение, которого я раньше не замечала. Нас окружил соблазнительный аромат горячего кедра, и желание сжалось во мне, словно пружина.

Его глаза потемнели до черноты. Я догадалась, что сила моего желания для него больше не секрет. Только вот он хотел меня не меньше. Он скользнул костяшками пальцев по моему бедру, и ощущение оказалось настолько сводящим с ума, что я больше не могла ясно мыслить.

«Наверное, мне следует остановиться прямо сейчас».

В конце концов, мы находились в полном гостей зале… но моя грудь жаждала его прикосновений.

Позади громко прочистили горло, и Орион сильнее сжал мою задницу, словно заявляя на меня права.

– Мы привлекли внимание короля, – прошептал он мне на ухо.

Я ощутила холодный укол разочарования. Все верно. Неужели он делал все это лишь для получения информации?

Щеки пылали ярко-красным румянцем, когда я повернулась и увидела нависшего над нами короля Камбриэля.

– Мы с Мортаной не закончили разговор.

– Дело в том, Ваше Величество, – резко произнес Орион, – что мне абсолютно плевать.

У меня перехватило дыхание. Убьет ли король его за такую наглость?

Орион встал с кресла, не спуская меня с рук, словно какую-то непристойную невесту. Мне казалось, что все присутствующие вокруг исчезли и остались только я, Орион и его темные, горящие от желания глаза.

Не произнося больше ни слова, он вынес меня наружу. Морской ветер холодил разгоряченную кожу и играл в волосах, пока Орион шагал со мной на балкон. Огромная луна скрылась за серебряными облаками, и тени поглотили ночное небо. Единственным источником света служили огни вечеринки и отражающая их морская гладь.

Эмоции поглотили мой разум, дыхание до сих пор не восстановилось, поэтому я просто спросила:

– Куда мы идем?

– Я подумал, что должен вывести тебя оттуда.

– На балкон?

– Я не желаю оставлять тебя королю. Я хочу видеть тебя абсолютно голой в моей постели, со стоном произносящей мое имя.

– Ладно, – вздохнула я, – давай сделаем это. Но почему на балконе? Как мы с него спустимся?

– Увидишь, любовь моя. – Крепко держа меня на руках, он взобрался на перила, и у меня в груди сжалось сердце.

Теперь нас с силой обдувал морской бриз, и меня охватила паника.

– Ты с ума сошел?

Он не сводил с меня своих темных глаз, прижимая к сильной груди.

– Ты доверяешь мне, любимая?

– Нет.

Его красивые губы изогнулись в мрачной улыбке:

– Мудро. Но, по крайней мере, ты веришь, что я не убью тебя, пока не отведу куда-нибудь, где смогу заставить тебя кончить?

– Наверное.

Я оторвала от него взгляд и посмотрела на сверкающий океан. Разве он не утверждал, что только лилит умели летать? Но он же не лилит.

– Подожд…

Но прежде чем я успела закончить предложение, он спрыгнул с балкона, и мы полетели.

Глава 30

Морской ветер хлестал нас, пока мы летели в темноту. Орион продолжал прижимать меня к своей мощной груди, но мы падали в море.

«Что за черт, Орион?»

Внезапно послышался звук, похожий на хруст ломающейся кости, и наше падение резко прекратилось. Я схватила Ориона за шею, переводя дыхание и не отрывая глаз от огромных темных крыльев, распростертых позади него. На кончиках перья отливали серебром, и из-за этого создавалось впечатление, что они светятся.

– Что ты такое? – выдохнула я.

– Потрясающе, – прошептал он.

Ошеломленная, я уставилась на него:

– Нет, серьезно. Я думала, что все лилит, кроме Мортаны, мертвы. А ведь только у них были крылья. – Я все пыталась осознать произошедшее. – Женщины лилит были суккубами. То есть… ты инкуб? Ты инкуб! Ты можешь затрахать меня до смерти?

Его глаза зло сверкнули.

– Это пожелание?

– Нет, это беспокойство.

– Обещаю оставить тебя в живых. – Орион одарил меня душераздирающе красивой улыбкой. – Теперь ты видела настоящего меня. И ты чуть ли не единственная.

– Надо было хотя бы намекнуть, – выдохнула я.

Его мускулистые руки крепко сжимали меня: одна вокруг талии, а другая под задницей.

– Я не мог рисковать, вдруг кто-нибудь подслушал бы, – ответил он. – Пусть думают, что это ты летаешь, а не я. Ведь лилит же у нас ты.

В темноте его льдисто-голубые глаза сияли не хуже драгоценных камней.

– Так… подожди, ты тайно лилит? И больше никто не знает?

– Никто, кроме тебя не знает, что я инкуб. И если другие демоны пронюхают, то попытаются убить меня. – Он улыбнулся: – Конечно, у них не получится, но они попытаются, и это определенно помешает моим планам.

Мой мозг с трудом успевал обрабатывать информацию.

– То есть я единственная, кто знает, кто ты на самом деле?

Уголок его губ дернулся.

– Либо я тебе доверяю, либо принял самое глупое решение в своей жизни. Сидя у меня на коленях, ты лишила меня разума. Когда я слышал, как учащается твое дыхание, как сильно бьется сердце, трудно было сохранить здравомыслие.

С внезапным удивлением я поняла, что он признавался, отчего становится уязвимым.

– Если ты инкуб, то как тебе удалось выжить?

Его крылья разрезали воздух, пока он смотрел мне прямо в глаза. Я еще никогда не видела Ориона таким неуверенным.

– Я все время находился в Городе Шипов, – наконец проговорил он. – Я жил здесь веками, но был заперт в подземной тюрьме. В той самой, куда привел тебя той ночью. Там я прожил сотни лет и большую часть времени не видел никого, кроме Мортаны. А потом исчезла и она.

– Что? – У меня сжалось сердце. – Разве она не ушла двести лет назад?

Орион смотрел куда-то вдаль, и на его лице не отражалось никаких эмоций.

– Так и есть.

– Значит, ты сидел в подземелье в полном одиночестве на протяжении столетий? – В голове роилось столько вопросов, что я даже не представляла, с чего начать. – Почему все думают, что ты герцог? Если ты провел так много времени в заключении, то как стал таким богатым?

Выражение его лица стало холодным.

– Это все не мое. Я потребовал деньги у короля.

Каждый его ответ порождал все больше вопросов.

– А почему он дал их тебе? Почему он боится тебя?

Он с горечью усмехнулся:

– У него есть веские причины бояться меня.

Я ничего не поняла, но ладно.

– А король знает, что ты был в тюрьме? Ему известно, что ты инкуб?

– Нет. Он знает только то, что я выведал одну из его тайн, и сделает все, чтобы защитить ее от всех в этом городе.

Я с трудом представляла столь мощное, темное и сильное существо в тюремной камере на протяжении всей его жизни. На самом деле это было ужасно грустно.

Мы продолжали лететь, и резкий порыв ветра растрепал мои волосы.

– В детстве твоя мать была рядом с тобой? В заключении?

– Да. Но вскоре ее казнили. Мортана помогла воплотить все это в жизнь, сдав всех лилит в обмен на свою жизнь.

– Но как ты выжил?

Я почувствовала, как его пальцы сжались чуть сильнее.

– Мортана любила играть со мной. А когда она ушла, то обо мне просто забыли. Никто и не знал, что я там. Демонам не нужно есть. Мы чувствуем голод, но нам не нужна пища, чтобы жить. Так что я просто оставался там. – Его глаза потемнели, а во взгляде отразилась боль. – Пока, наконец, не нашел способ сбежать.

Я задержала дыхание, наблюдая за его крыльями, которые медленно трепетали на фоне темного ночного неба.

– Что ты имел в виду, говоря, что она играла с тобой?

Тень промелькнула в его взгляде, и даже ветер, казалось, стал дуть гораздо сильнее.

– Я имел в виду, что она развлекалась, мучая меня.

Господи! Неудивительно, что он отчаянно жаждал мести.

– И ты не знаешь, что с ней случилось?

– Нет, – тихо отозвался он. – Я даже не знаю, помнит ли она, что с ней случилось и кто она такая.

– Как это?

Он сделал глубокий вдох.

– Как-то она рассказывала мне о заклятии. Оно используется, чтобы забыть о том, что мы натворили, и избавиться от чувства вины. Она предлагала мне воспользоваться им, но я отказался. – Ветер трепал его серебряные волосы. А глаза засверкали в ночи. – Вот почему, когда встретил тебя, был так уверен, что ты Мортана. Я решил, что она просто воспользовалась заклинанием. Хотя ты казалась совсем не похожей на нее, но вдруг? Я не сомневался в этом, пока не попробовал твою кровь.

Орион так сильно прижимал меня к груди, словно цеплялся за меня в поисках спасения. Находясь так близко, я ощущала, как шевелятся мышцы на его груди, когда он размахивал крыльями.

– Нам обязательно говорить о ней прямо сейчас? – пробормотал он. – Боюсь, это испортит мне настроение.

Однако мне не хотелось отпускать эту тему. В ней содержалась загадка, которую я жаждала разгадать.

– Что ты хотел забыть? Почему она предложила тебе воспользоваться заклинанием?

– Потому что я зло, Роуэн. – Орион пронзил меня пристальным взглядом голубых глаз. – И порой я хочу забыть об этом.

Трудно было не заметить боль в его голосе. Мне почти захотелось коснуться его щеки, рассказать, что он не такой ужасный. Но по факту что я знала о нем? Орион ведь так и не поведал мне свою историю.

Сильный ветер лишь обострял мои чувства. Теперь самым насущным оставалось то, почему я лечу куда-то, чтобы уединиться с инкубом – существом, убивающим смертных во время секса.

– Орион, – начала я. – Мы договорились, что я помогу тебе выяснить слабости короля, а ты поможешь найти убийцу мамы. Но я так ничего и не узнала…

– Я все равно помогу тебе.

Я уставилась на слабое мерцание серебра в его крыльях.

– Хорошо, но это все равно кажется мне плохой идеей. Как инкуб, не убьешь ли ты меня? Ведь это именно то, что вы делаете – соблазняете смертных женщин и убиваете их.

Лукавая улыбка коснулась его губ:

– Может, я и воплощение зла, но вынужден оберегать тебя. Я не сделаю ничего, что причинило бы тебе боль.

– Почему ты оберегаешь меня?

Он начал спускаться ниже, пока я не ощутила брызги океана на своей коже.

– Не знаю. Ты мой шпион, а это значит, что рискуешь жизнью. И как ты сможешь выполнять свою работу, если я не возьму на себя заботу о твоей безопасности?

– Если ты провел в тюрьме все это время, то убивал ли ты смертных?

– Боюсь, что нет, – мрачно ответил он. – Я просто был одержим этим несколько столетий.

– Подожди, что?

Он сделал глубокий вдох.

– Не смертью – сексом. Именно так мы становимся сильнее – питаясь страстью. Дни и ночи напролет я мечтал испить желания смертных и демонов. Я хотел прикончить тех парней, напавших на тебя, но я бы не убил их тем способом, который доставил бы им удовольствие.

Повернув голову, я обнаружила, что мы приближаемся к зияющему входу в морскую пещеру. Расправив крылья, Орион нырнул внутрь, и нас поглотила тьма.

Глава 31

Орион приземлился и опустил меня на пол. Когда он произнес слово на демонском языке, в люстре над нами зажглись огни. Пламя отбрасывало теплый отблеск на янтарные каменные стены, где в нишах располагались свечи.

Я повернулась и посмотрела на широко расправленные крылья Ориона. При свете удалось увидеть, насколько они изысканны и совершенны, усеянные жемчужно-белыми созвездиями, которые светились ярче звезд.

– Красивые крылья.

В вихре дымчатой темной магии они снова исчезли.

– С ними все в порядке. – На его губах заиграла соблазнительная улыбка. – Ты первая, кого я привел в свое убежище.

Я огляделась вокруг и поняла, что это не просто пещера. Стены были выложены золотыми камнями, по которым в устроенный в плиточном полу бассейн стекала прохладная голубая вода. Рядом с искусственным прудом располагалось каменное ложе с пуховым матрацем и бирюзовыми подушками.

– Что это за место? – поинтересовалась я.

– Когда я выбрался из темницы, мне надо было найти тихое убежище. В камере я жаждал людской компании, но теперь, находясь рядом с ними, я понял, что не привык к городскому шуму. – Казалось, на его лице мелькнула грусть, а голос охрип. – Обычно сюда я сбегаю ото всех, но сейчас хочу здесь быть с тобой.

Он подошел ко мне ближе.

Я протянула руку, чтобы коснуться его груди, твердой стали под мягкой рубашкой, и Орион вздрогнул.

– Наверное, тебе непросто смотреть на меня, когда я так похожа на нее.

Его глаза немного потеплели.

– Это смущает. Но ты не она. Кроме внешности, у вас с ней нет ничего общего.

– Потому что я несексуальна?

На его лице появилось свирепое выражение.

– Потому что ты готова рисковать жизнью. Потому что ставишь память о матери выше собственной безопасности. И потому что не боишься признать свои недостатки. Думаю, в этом мы с тобой схожи.

– И мы слишком много времени провели в одиночестве.

У меня чаще забилось сердце, когда я посмотрела на Ориона, все еще ошеломленная его шокирующей красотой. Отблески свечей колебались на его высоких скулах, вырисовывая божественные черты лица. Опасная пульсация билась в моем теле, мешая здраво размышлять.

Я потянулась к низу его рубашки и скользнула ладонями под мягкую ткань. Когда я сняла ее с Ориона, мои глаза расширились от удивления, смешанного с восторгом. Черт возьми, он выглядел как бог. Крепкий пресс, отчетливо выделяющаяся мускулатура. Он был словно воин, окутанный золотом.

Трепет охватил тело от одного лишь взгляда на Ориона, и мне захотелось попробовать его на вкус. Подняв глаза, я встретилась с его изучающим взглядом. Я потянулась к лямкам на платье и спустила их, позволив ему упасть на пол. Послышался резкий вдох. С благоговейным выражением лица он смотрел на мое прозрачное голубое белье. От этого зрелища мое желание лишь усилилось.

С голодным видом Орион двинулся в мою сторону, подхватил меня под задницу и прижал к стене. Он тихо застонал, касаясь губами моего горла. Острые клыки легонько задели кожу. Орион собрался меня укусить? Неожиданно я поймала себя на мысли, что я хочу этого, поэтому выгнула шею, предоставляя ему доступ.

Однако вместо укуса я почувствовала тепло языка, скользящего по моей коже. Зарывшись пальцами ему в волосы, я опустила веки. Чувственная теплая магия обволакивала мое тело горячей и одновременно опасной лаской. Обхватив ногами, я прижалась ближе к нему.

Мое дыхание участилось, и я потянула его за волосы.

– Но как у тебя получится не убить меня? Разве не в этом проблема инкубов?

Орион мрачно рассмеялся:

– Да, есть такой недостаток. Но я, даже не трахая, могу заставить тебя кричать от удовольствия. Это потребует крайней степени сдержанности с моей стороны, но зато с тобой все будет в порядке.

От его слов у меня сжалось сердце, но я уже была влажная от раздирающего меня желания.

– Ты абсолютно уверен в своих силах.

По правде говоря, я тоже.

Орион одарил меня соблазнительной улыбкой:

– Я инкуб. Наряду с убийством это единственное, в чем, как мне известно, я хорош.

Прохладный морской воздух пробежал по моей обнаженной коже, отчего соски напряглись еще сильнее. Взгляд Ориона стал абсолютно диким, не видящим ничего.

Я выгнула бровь:

– Я упоминала, что никогда не испытывала оргазма?

– Да. – Он провел руками по моим ребрам, большими пальцами скользнув под лифчик. – Это скоро изменится.

Орион ласкал меня чуть ниже сосков, тело напряглось, жар заполнил меня изнутри. Прикрыв веки, он скользнул взглядом по моему телу.

– Ты само совершенство, Роуэн.

Наклонившись, он поцеловал меня.

Когда Орион прижался ко мне мощным торсом, я разомкнула губы. Наши языки встретились, и он углубил поцелуй. Большими пальцами он скользнул выше, невесомыми движениями лаская грудь. Я вздрогнула, прижимаясь к нему. Инкубы питались похотью, и сейчас я устроила для него целый пир. Колени подкосились, и я почувствовала, как растворяюсь в нем. Еще одно прикосновение к моей груди, и желание накрыло меня очередной волной.

Прикусив мою нижнюю губу, Орион разорвал поцелуй. Я ошеломленно уставилась на него.

– Я хочу увидеть всю тебя, Роуэн, – произнес он, и это прозвучало скорее как мольба. – Я хочу видеть тебя обнаженной на моей кровати.

Его взгляд скользнул выше по моим бедрам и остановился на прозрачных трусиках, которые почти ничего не скрывали. Орион выругался на незнакомом языке, и дымка темной магии зазмеилась из его тела. Его сдержанность ослабевала с каждым мгновением. Я чувствовала, как его великолепная, твердая длина натягивает штаны. Еще одно отличие демонов от человеческих мужчин.

Он снова глубоко поцеловал меня, пробуя на вкус. Когда наши языки сплелись воедино, мой разум наполнился картинами сверкающего океана. Казалось, мы продолжаем парить над волнами.

Орион слегка отстранился. Его темный взгляд словно ласкал меня, скользнув по ноющей груди, животу, а затем остановился на маленьком клочке материи между ногами. Оторвав меня от стены, он отнес меня к своей кровати и уложил на мягкие подушки.

Я думала, что он собирается наклониться надо мной и поцеловать, но вместо этого он встал надо мной на колени. Демоническая магия змеилась вокруг нас, а его глаза наполнились бесконечной тьмой.

– Сними все. Я хочу, чтобы ты показала мне всю себя.

Мое сердце забилось быстрее, а лицо покраснело. Я понимала, что глупо было приходить с ним сюда, и все же настолько сильно нуждалась в нем, что готова была выполнить любую его просьбу. Я бы сделала все, лишь бы получить удовольствие, которое он обещал.

Его губы изогнулись в соблазнительной улыбке:

– Сними все. Сейчас же.

Я потянулась за спину и расстегнула бюстгальтер. Как только я сняла его, свежий морской бриз прокатился по моим затвердевшим соскам.

Низкое, животное рычание вырвалось из груди Ориона.

– Теперь остальное.

Я провела пальцем по краю трусиков. Он выглядел очарованным моим телом. Я еще сильнее возбудилась от власти, которую имела над ним, ведь Орион был могущественным древним демоном, которого боялся даже король. И в том, как он смотрел на мое тело, была какая-то доля поклонения.

Наслаждаясь его вниманием, я очень медленно, буквально по миллиметру, начала стягивать трусики. Хотя часть меня жаждала тут же сорвать их и раздвинуть перед ним ноги, но я слишком сильно наслаждалась представлением.

Когда трусики опустились достаточно низко, чтобы показать ему все, я заметила, как у Ориона напряглись мышцы, а пальцы вцепились в мягкие подушки. Его темный, пристальный взгляд на моем теле вызывал такой трепет, который я никогда раньше не испытывала. Желая продемонстрировать, насколько возбуждена, я продолжила медленно стягивать трусики.

Его дыхание сбилось, и Орион навис сверху, уперев руки по обе стороны от моей головы.

– Почему так медленно, Роуэн?

– Просто так, – ответила я с лукавой улыбкой, не прерывая движения. – Мне просто нравится, как ты на меня смотришь.

Орион отодвинулся назад, затем взял меня за талию и развернул так, что я оказалась на четвереньках. Накрыв собой мое тело, он положил ладони поверх моих рук и прошептал на ухо:

– Как насчет того, чтобы продолжить в моем темпе, любовь моя?

Когда Орион впервые назвал меня так, я возненавидела это. Однако прямо сейчас это сделало меня еще более влажной.

Он отодвинулся, медленно проводя кончиками пальцев по моему позвоночнику. От столь нежных касаний я выгнула спину и подняла задницу навстречу его ласкам. Орион продолжил скользить ниже, поглаживая мою задницу, а затем между бедер. От невесомых, едва ощутимых движений, посылающих дрожь по всему телу, мне хотелось сильнее прижаться к нему…

Я ахнула и подняла бедра еще выше. Бесстыдница. Внутри все пульсировало от желания и единственное, чего мне хотелось, – чтобы Орион сорвал с меня трусики и наполнил меня там, где я была мокрой.

Я застонала от желания.

И он тут же убрал руку.

– А теперь, – тихо проговорил он, – снимай их полностью, и я дам то, чего ты так жаждешь.

Глава 32

Я молниеносно выскользнула из них и услышала резкий мужской вдох, а следом низкое рычание.

Орион снова наклонился надо мной, на мгновение накрывая мои ладони своими. Затем одна его рука медленно поползла выше, задевала мою грудь, сосок, заставляя задыхаться от удовольствия. Так же медленно он вернулся вниз, к животу.

О боже, он еще даже не касался меня между ног, а я уже была возбуждена до предела.

– Скажи мне, – прошептал Орион, – что хочешь, чтобы я доставил тебе удовольствие.

Я повернула голову, и мои губы оказались всего в миллиметре от его идеального рта.

– Я хочу, чтобы ты доставил мне удовольствие, – прошептала я в ответ.

Наконец-то его пальцы скользнули ниже. Оказалось достаточно всего одного легкого прикосновения между бедер, чтобы я застонала.

Видимо, в стремлении потешить свое эго он снова отдернул руку.

– Пожалуйста, Орион. – Я ни к кому еще не испытывала такого желания.

– Мне нравится слушать твои мольбы, – хрипло проговорил он.

А потом медленно, легко описал средним пальцем круг как раз там, где я в нем нуждалась. Я снова застонала и обнаружила, что еще сильнее раздвинула ноги, а задницей вжалась в его пах. От вожделения тело натянулось, словно струна, а пальцы ног подогнулись. Я хотела от него большего, нет, я отчаянно нуждалась, чтобы Орион снял штаны и наполнил меня. Активно двигая бедрами, я изнывала от нехватки его умелых рук. Казалось, во мне больше ничего не осталось, кроме животного желания.

– Орион, мне нужно больше, – прошептала я.

И только тогда он скользнул в меня одним пальцем, затем другим, и я услышала, как Орион простонал мое имя. Удовольствие возрастало во мне с неимоверной скоростью, когда он двигал пальцами туда и обратно. Я подавалась бедрами навстречу, трахая его руку. Наконец-то в первый раз я почувствовала, что сейчас кончу.

– Роуэн…

Благоговение в его голосе походило на отчаянную молитву, вознесшую меня к небесам. Я извивалась, целиком отдаваясь удовольствию, которое он мне доставлял.

«Неужели это произойдет на самом деле? Неужели я впервые в жизни испытаю это освобождающее ощущение?»

Мои бедра двигались все быстрее, он входил и выходил из меня, зрение начало затуманиваться, заполняясь образами полуночного моря. Я содрогнулась.

Разум потемнел, и все тело свело обжигающей судорогой.

Я кончила, выкрикивая его имя.

* * *

Мои мышцы совершенно обмякли, и я натянула на себя простыню, переводя дыхание.

Когда Орион лег позади меня, я почувствовала, что его тело все еще напряжено, мышцы натянуты. Я повернулась и страстно поцеловала его. Как бы то ни было, я все еще желала продолжения, но этому не бывать. Орион зарылся пальцами в мои волосы, целуя меня крепко, отчаянно. А затем со стоном отстранился.

– Это оказалось гораздо тяжелее, чем я ожидал, – прорычал он. – Роуэн, нам надо немедленно остановиться. Я не смогу вынести столько пыток за ночь.

Я коснулась щеки Ориона, и сердце сжалось от его безупречной красоты.

– Ладно. В любом случае ты сделал это.

Он довольно улыбнулся:

– Я знаю.

Сердце все не унималось, когда я отвернулась от него, натягивая простыни. Мощные руки Ориона обвились вокруг меня, и я взялась за одну из них.

– Неудивительно, почему все придают такое огромное значение оргазму. Я даже не представляла. И понятно, почему смертные готовы были погибнуть от рук инкубов. Это того стоит.

Позади меня раздался мрачный смех.

– Возможно, для большинства смертных это стоило того, поскольку их жизни все равно ничего не стоили. Но не для тебя.

Вдали слышался плеск волн, разбивающихся о камни.

– Это… мило, я полагаю.

– Роуэн, – тихо позвал он. – Думаю, тебе больше нельзя оставаться в Городе Шипов.

Меня с головой накрыло разочарование.

– Ты выгоняешь меня? Мне казалось, ты собираешься мне помочь.

Орион убрал прядь волос с моего лица.

– Я не выгоняю тебя, просто не хочу, чтобы ты сгорела в огненной яме. И я даже не смогу тебе помочь, пока не выясню, как его убить.

Я глубоко вдохнула.

– Значит, ты все-таки планируешь его убить. Даже учитывая то, что он король, а ты не наследник.

– Ну да. А еще я хочу убить Лидию и Наму, которые, скорее всего, заявят, что ты смертная. И я убью любого, кто…

– Мы можем отложить разговор об убийствах? – вздохнула я. – Я пытаюсь растянуть удовольствие.

Он накрыл меня вторым одеялом, и я свернулась клубочком.

– Как часто ты спишь здесь? – тихо спросила я.

– Часто. Здесь я чувствую себя абсолютно комфортно.

Мои веки отяжелели, и я позволила глазам закрыться.

– Орион, как ты сбежал из тюрьмы?

Он погладил меня по волосам и поцеловал в лоб.

– Я прорыл себе выход. Это заняло очень-очень много времени.

Орион обнял меня, и я провела пальцем по его странной татуировке – свернувшейся в кольцо змеи.

– И никто не помнит, что ты был там?

– Был один. – Голос зазвучал отстраненно. – Но он уже мертв.

Свечи постепенно догорали, отчего тускнел их свет, а грудь Ориона медленно вздымалась в такт его дыханию, убаюкивая меня.

– Король? – спросила я. – Это был он?

– Роуэн, тебе следует поспать.

Под звук набегающих волн я поняла, что уже отключаюсь. Боже, как трудно будет уйти. Это место было волшебным.

Сон все сильнее завладевал моим сознанием. Мне казалось, что я парю над сверкающим океаном, но вскоре сны стали мрачнее – темная гора, извергающая адский огонь, яма с извивающимися змеями.

Змеи, сворачивающиеся в кольца.

* * *

Судорожно вздохнув, я резко проснулась. В гроте осталась мерцать только одна свеча. Повернувшись, я увидела спящего рядом Ориона. Его грудь мягко поднималась и опускалась. Темные густые ресницы сильно контрастировали со светлыми волосами.

Во сне Лорд Хаоса выглядел до странности уязвимым. Когда я представила его в тюрьме, у меня перехватило дыхание. После того как его мать убили, он все время провел в одиночестве. А ведь когда их схватили, он был лишь маленьким мальчиком.

Не в силах снова заснуть, я задумалась над загадкой Мортаны.

По словам Ориона я поняла, что она пожертвовала всеми, лишь бы спасти себя. Кстати, я больше не считала его психопатом. Он лишь притворялся таким, но подозреваю, что под мстительной оболочкой скрывался мальчик, любящий свою маму.

Однако Мортана – вот кто настоящая психопатка. Ею руководил лишь один принцип – получить желаемое. А вдруг она была садисткой? Ведь Орион рассказывал, что она пытала его в тюрьме.

И почему я внезапно так разозлилась?

Мои кулаки сжались так сильно, что ногти вонзились в ладони. Лишь от одной мысли о Мортане, этой злой женщине, укравшей мое лицо, меня накрыло волной ярости.

От накала эмоций тело словно наэлектризовалось. Неестественно сильно. Безумно захотелось оторвать голову Мортаны от ее двойника. Но что самое странное, я чувствовала, будто могу это сделать.

«Подождите… что со мной происходит?»

Запястье словно огнем обожгло. Посмотрев вниз, я обнаружила нечто вроде татуировки на своей коже. Черно-красной, мерцающей, как угли в огне. Я зачарованно наблюдала, как линии прямо на глазах начали обретать форму, и на запястье показался тлеющий ключ.

«Какого черта…»

Засиял золотой свет. С колотящимся сердцем я начала понимать, откуда он исходит.

Я коснулась своего лба, отбрасывая тень на запястье.

«Ох, черт, черт, черт.

Сильные эмоции способны пробудить истинную натуру демона…»

Но я не могла быть демоном. Орион пробовал мою кровь, ведь так? Он удостоверился, что я смертная. Должно быть, это просто кошмарный сон.

Наконец, тлеющий ключ на моем запястье погас. Только тогда я смогла вздохнуть и ахнула, уставившись на бледную кожу руки, где до этого находился он.

– Вот черт.

Орион открыл глаза и нахмурился:

– Что такое?

Я снова коснулась лба, но свет уже погас. Только глаза Ориона светились бледно-голубым в темноте.

– Я… эм… я думаю, что мне просто показалось, – пробормотала я.

Он прижал меня сильнее, обвивая руками.

– Тебе пришлось ко многому приспособиться здесь.

В его сильных руках я начала снова расслабляться.

Возможный диагноз: временный психопатический срыв со зрительными галлюцинациями или ночными кошмарами из-за сонного паралича.

По крайней мере, я надеялась, что хотя бы одна из этих теорий верна.

Я снова легла, уютно устроившись в его сильных руках, и попыталась расслабиться и отпустить ужасное видение. Это был просто кошмар. Вот и все.

Я снова повернулась к мужчине и поймала его взгляд.

– Орион, – прошептала я, – ты поможешь мне завтра что-нибудь выяснить о маме?

Он кивнул и пробормотал сонным голосом:

– Да. А потом я выведу тебя из города.

– А как же слабости короля? – спросила я.

– Я разберусь.

Кошмар. Это как раз то, кем являлся Орион.

Кошмар: от староанглийского maere – инкуб. Существо, которое лишало дыхания и питалось тобой. Монстры, выползающие из мрака с целью затащить вас в загробный мир. Но, несмотря на все его рассказы, я не считала его монстром, ведь Орион ставил мою безопасность выше своих целей. Он заботился обо мне.

Как только я закрыла глаза, в моем сознании снова вспыхнул образ горящего ключа. Почему в Городе Шипов мне так легко обращаться к своему темному «я»?

Меня сковало от ужаса.

Почему я знаю, как повела бы себя Мортана в той или иной ситуации?

Пугающая мысль возникла сама собой, словно молния, – тайна, которая не давала мне покоя. То, от чего я бежала.

А вдруг это я?

Вдруг я убила собственную мать? Что, если во мне скрыта темная сущность, которую я не хочу признать? Я плохо помню ту ночь. Кажется, я злилась на маму, что она заставила меня бежать и ничего не объяснила. Я даже решила, что она сумасшедшая.

Крепко зажмурив глаза, я поняла, что дрожу.

А вдруг я и есть кошмар?

– Роуэн, я чувствую твою панику, – прошептал Орион. – Что случилось?

– То, о чем ты говорил. Ощущаю опасность Города Шипов.

– Я могу помочь тебе заснуть, если хочешь, – тихо предложил он. – Это особая магия инкубов.

Я была готова сбежать от собственных мыслей куда угодно.

– Да, пожалуйста.

Меня моментально укутала успокаивающая магия, заставляя мышцы расслабиться. Дыхание и сердцебиение начали замедляться, мысли спутались – образ сияющей звезды, горящий ключ, извивающиеся змеи. Но теперь все это не выглядело таким страшным.

В мире демонов и магии все труднее становилось понять, что реально, а что нет.

Глава 33

Город демонов казался каким-то миром наизнанку, где я спала весь день и вставала, когда солнце садилось.

Может, на этот раз виной всему стал первый оргазм в моей жизни, а может, особенная магия инкуба, но я спала долго и крепко. А к тому времени, как проснулась, солнце клонилось к океану, заполняя пещеру коралловым светом.

Именно солнечный свет напомнил мне о жестокой реальности: каким бы сексуальным ни был Орион, теоретически он так и остался одним из подозреваемых.

Я потерла глаза, и меня приветствовал запах кофе. Когда я ощутила, как тело обдувает легкий ветерок, вспомнила, что все еще голая, и натянула на себя простыни.

Я улыбнулась, когда увидела Ориона, сидящего за столиком у бассейна с чашкой кофе в одной руке.

– Я весь день ждал твоего пробуждения. Даже успел заехать в квартиру и подобрать для тебя кое-какую одежду.

– Спасибо. Я не думаю, что в гроте есть душ?

Он кивнул на бассейн:

– Это естественная ванна. Вода в ней теплее, чем кажется.

Конечно. Это же волшебная демоническая вода, которая, по правде говоря, оказалась намного приятнее, чем вода в Массачусетсе. Чертовски жаль, что демоны столько лет пытались съесть нас или затрахать до смерти, иначе мы могли бы прекрасно сработаться.

Орион уже видел всю меня, но по какой-то причине я продолжала крепко сжимать простыню вокруг себя, пока шла к бассейну. И сбросила ее только перед тем, как зайти в него.

Когда я погрузилась под воду, теплая нега окутала меня с ног до головы. Вынырнув, чтобы набрать воздуха, я скрестила руки на груди и посмотрела на весело улыбающегося Ориона.

– Все еще стесняешься меня?

– Немного, – вздохнула я. – Мне так нравится здесь. Знает ли кто-то еще об этом гроте?

– Ты единственная, кроме меня, кто о нем знает.

Теплая вода приятно ласкала спину и грудь. А я все размышляла о том, что было бы неплохо остаться здесь тайно на некоторое время, при условии, что я исключу Ориона из списка подозреваемых. Но, возможно, прятаться в морской пещере демона – не очень реалистичный жизненный план. И, наверное, пытаться переехать к кому-то после первой ночи было чересчур.

– Значит, мы должны расследовать убийство.

Орион потянулся за чем-то на столе и поднял конверт.

– Пока собирал тебе одежду, я столкнулся с Шай, и она попросила меня кое-что тебе передать. Ключ, который ты искала.

Я оперлась подбородком на руки, не сводя взгляд с Ориона.

– Она просто отдала тебе это?

Я положила подбородок на руки и посмотрела на него.

Шай ведь не знала, что он собирается мне помочь. Почему она так просто отдала ключ Ориону?

– Ну, не совсем просто. Она стояла у твоей квартиры и искала тебя. – Он лениво пожал плечами: – Поэтому я заставил ее рассказать, что ей нужно.

Я сжала кулаки:

– Что значит заставил? Ты ей угрожал?

Орион поднял бровь:

– Нет, конечно, нет. Я не могу угрожать ей, она все равно знает, что я не причиню ей вреда. – Он бросил конверт на стол. – Я просто контролировал ее разум с помощью магии.

Я уставилась на него:

– Ты не можешь просто взять и начать контролировать людей, Орион.

Между его бровями образовалась морщинка.

– Могу. Именно так я и получил ключ. Я же только что рассказал тебе.

Я покачала головой, пытаясь не растерять последние капли терпения.

– Я понимаю, что физически ты способен это делать. Я имела в виду, что это… аморально.

– Я демон, – медленно проговорил он таким тоном, будто я идиотка.

Я уронила голову на руки.

– Ладно. Но ты чувствуешь вину за что-то в прошлом. – Я снова посмотрела на Ориона. Как объяснить ему это? – Вина – это осознание, что ты сделал что-то не так. Например, когда ты сделал другому человеку то, чего не хотел бы испытать сам, понимаешь? И из-за этого ты чувствуешь себя плохо. Это называется вина.

Он таращился на меня так, словно я разговаривала на иностранном языке.

– Но я не испытываю чувство вины за то, что контролировал разум Шай. Ты просила помочь в поисках убийцы твоей мамы. Ключ показался мне одной из зацепок, поэтому я принес его тебе. – Он открыл конверт и вытащил ключ на длинной черной ленте. – Видишь?

Вероятно, заставить демона понять с моральной точки зрения проблему контроля разума было слишком. Один шаг за раз.

На данный момент мое внимание привлекал лишь ключ, потому что по какой-то неведомой причине у мамы имелся ключ от замка в Городе Шипов. И он очень напоминал тот, что я видела на своей руке.

– Как думаешь, он может открыть замок в округе Асмодея?

– Выглядит как один из ключей от тамошних зданий. Замки не меняли сотни лет. – Орион провел кончиком пальца по ключу. – Здесь резьба в виде черепа. Это одно из немногого, что я помню до того, как меня посадили в тюрьму. Такие ключи… – Демон уставился на него, погрузившись в воспоминания. – Кажется, я боялся их, если ты можешь представить себе такое.

Я попыталась вспомнить ключ, который мерцал у меня на руке. Был ли там череп?

Сердце бешено стучало, голову переполняли мысли. Я вылезла из бассейна и обернула вокруг себя простыню как полотенце.

Орион не сводил с меня глаз.

– Знаешь, то, как ты говорила мне о чувстве вины. Не чувствуешь ли ты себя виноватой за то, что вымочила мое постельное белье в морской воде?

– Ой, извини, я задумалась. Орион, какого черта моя смертная мать хранила у себя ключ от здания в заброшенном округе Асмодея?

Он покрутил нашу находку в руке.

– Если мы разыщем нужное здание, то поймем.

Глава 34

Мы не решились приступить к изучению района, пока не наступила ночь и серебряный лунный свет не окутал округ Асмодея. На этот раз на мне не было сексуального платья – только черные кожаные легинсы и темный свитер. Мы не планировали встречаться с кем-то еще, и это был лучший способ раствориться в ночи.

Из-за прохладного бриза ночной воздух показался мне гораздо прохладнее, чем обычно, и ветер раздувал мои рыжие кудри, пока мы шагали по пустынным улицам.

Мы бок о бок шли вдоль темных каналов. Вокруг возвышались безмолвные обшарпанные здания, покрытые выцветшей краской. Внутри некогда величественных домов находились портреты с выколотыми глазами и обезображенные статуи. Мы пробовали открыть ключом каждый замок, который удавалось найти: входные двери, двери спален, шкафы, ящички, шкатулки.

В каждом доме царила атмосфера трагедии, а в воздухе тяжело витала печаль. Когда мы вошли в здание, в котором побывали раньше – то самое, с разбитыми бюстами и брошенными хрустальными графинами, Орион замер. Он остановился, чтобы взглянуть на потолок, на изображение обнаженной женщины и обвивающей ее тело змеи. Только тонкая полоска лунного света отбрасывала призрачный свет на это место. Я не заметила этого раньше, но занавески и мебель выглядели опаленными во многих местах, а поверхность зеркала почернела.

Погрузившись в свои мысли, Орион замер на месте, словно одна из разбитых статуй. Казалось, воздух вокруг него чуть потемнел, а в комнате стало жарче. Тяжесть гнетущей печали лишь сгущала и так мрачную обстановку.

– Ты помнишь это место? – тихо спросила я.

Он глубоко вздохнул:

– Раньше я часто любовался ею. Помню, как лежал на диване и думал, что когда-нибудь женюсь на ней и спасу ее от змея, обвившего прекрасное тело. Теперь же я знаю, что она совсем не против змеи. Я не знал, что она мать наших богов. Я думал, что она принадлежит нам и что я ей нужен. – Он повернулся, оглядывая заброшенный зал. – Я помню тот день, когда сюда пришли солдаты.

– Солдаты короля?

– Я не боялся наших солдат. Меня пугали смертные, ведь они принесли с собой оружие. Но больше всего я боялся выражения их лиц. Я никогда не видел настолько сильного и чистого отвращения.

Я уставилась на него:

– Здесь были смертные?

– Король сдался им и позволил поймать всех лилит, как они и хотели. Тогда смертным солдатам в последний раз позволили войти в город. – Он снова вздохнул: – Я не сказал бы, что у них имелись хоть какие-то признаки морали, о которой ты все время твердишь. Они как будто считали нас лишь животными.

– Мне жаль. – Мое сердце разрывалось от боли за него.

– Это не твоя вина, – пробормотал Орион.

– Но это должно было быть очень больно.

– Я думал о том дне каждую минуту в течение сотен лет. – Он пересек гостиную к участку, который выглядел чуть темнее. – Здесь моему брату вырезали сердце. – Он провел пальцами по испачканному полу. – Он сопротивлялся, потому что пытался спасти мать. Он был… – Его фраза оборвалась на полуслове, а затем он снова встал и повернулся, указывая на зал: – А там вырезали сердце отцу.

Я почти не дышала.

– Теперь я понимаю, почему ты так презираешь смертных.

Его глаза заблестели в полумраке.

– Меня смущает, что я столь высоко ценю тебя. Ты совсем не такая, как я ожидал.

Я прошла через комнату к зеркалу и уставилась в почерневшую поверхность.

– Откуда все эти подпалины? Они пытались сжечь это место?

– Это из-за меня. Тогда я не умел контролировать свою силу, но если бы мог, все равно сжег бы целую армию. И всех демонов с ними за то, что они отвернулись от нас.

– Сколько тебе было лет? – поинтересовалась я.

– Пять.

У меня перехватило дыхание.

– Они упрятали тебя за решетку, когда тебе было всего пять? – спросила я чуть громче, чем намеревалась.

Я пересекла комнату и посмотрела в другое из обожженных зеркал. Половина моего лица оказалась скрыта сажей, но я могла видеть свои глаза и скулы. Лунный свет лился сквозь старые разбитые окна, заливая мое лицо призрачным светом.

– Что случилось с другими лилит? Их сразу убили или некоторых посадили в тюрьмы вместе с тобой?

– Это неплохой вопрос для Мортаны.

Внезапно я снова испытала нарастающий гнев. Будучи маленьким мальчиком, Орион стал свидетелем тому, как смертные вырезали сердце его брата прямо на полу в гостиной. Мне казалось, что меня разрывает на части лишь от одной мысли об этом.

Гнев поднимался во мне подобно вулканической лаве.

Когда я представила маленького Ориона, кричащего над погибшим отцом, мне захотелось найти тех самых смертных и собственноручно вырвать их сердца из груди. Сила захлестнула меня, и я ощутила, что способна вытащить этих пуританских ублюдков из могил и прикончить их снова.

Темная сила наполнила мое тело. Я так сильно вцепилась в край стола, что чуть не отломала его часть. Взглянув на руку, я обнаружила мерцающее, словно угли, изображение ключа с черепом.

Это происходило снова.

«Когда демон испытывает сильные эмоции…»

Посмотревшись в зеркало, я увидела намек на слабый золотой свет, исходящий из моего лба, но из-за сажи разобрать форму было почти невозможно. Я хлопнула по тому месту ладонью, и сердце заколотилось с бешеным ритмом.

Черт, черт, черт.

– Роуэн, – позвал Орион. – Почему я слышу, что твое сердце бьется, как будто тебя вот-вот сожрут? Ты сейчас перебудишь полгорода.

Как-то раз Орион упоминал, что демон способен стереть прошлое, стереть все воспоминания. Что можно избавиться от чувства вины…

А вдруг я стерла свои воспоминания?

Однако я не могла продолжать стоять здесь, положив руку на лоб. Чего я так боялась? Того, что я Мортана? Но Орион подтвердил, что я человек.

Сердцебиение начало замедляться, мышцы расслабились.

Мне просто показалось.

Дрожа, я убрала руку и повернулась так, чтобы осмотреть свой лоб. На нем ничего не было. Ни метки демона, ни золотого свечения.

– Орион, кажется, у меня галлюцинации.

– Это потому, что ты здесь. Я тоже вижу призраки прошлого.

Я судорожно вздохнула и повернулась к нему:

– На секунду мне показалось, что я превращаюсь в демона.

Он грустно улыбнулся:

– Ты не можешь превратиться в демона. Ты смертная.

Вероятно, на меня так повлияла трагедия произошедшего в этом месте. Я полезла в карман и достала ключ.

– Продолжим поиски?

* * *

Мы подошли к очередному особняку в той части района, которую я еще не видела. По обеим сторонам здания располагались каналы, уходя на юг к реке Ахерон. Перед входом раскинулся запущенный сад, чьи каменные дорожки пролегали среди бесконтрольно разросшихся виноградных лоз и колючих кустарников.

Трехэтажный особняк мог похвастаться грандиозными классическими колоннами и богато украшенной резьбой в виде горгулий. С балконов второго и третьего этажей открывался чарующий вид на сад и каналы.

– Что это за место? – спросила я.

– Когда-то это был дом местного герцога.

Я вздрогнула, окидывая взглядом столь величественное здание.

– Почему меня не поселили здесь, раз я герцогиня?

– Когда Мортана осталась одна, она предпочла поселиться в том доме, где ты сейчас. Он стал новой резиденцией лилит. – Орион повернулся ко мне, и его глаза сверкнули в темноте. – К тому же она не хотела, чтобы ее преследовали воспоминания о том, что она сыграла не последнюю роль в смерти собственного отца.

Я разглядывала особняк, и кровь стыла в жилах. Если трагедия была способна сконцентрироваться в одном месте, то этот дворец определенно стал центром.

– Герцог, который жил здесь, был отцом Мортаны? Как его звали?

– Молох.

Орион повел меня сквозь сад к входной двери. Над нами деревянный ставень безнадежно хлопнул о каменную оконную раму. Когда мы приблизились к особняку, он скользнул по мне своими светлыми глазами.

– Город Шипов не похож на ваш мир. Здесь в воздухе витает магия, воспоминания. Скорбь пропитывает стены, полы, камни и деревья. Она остается здесь навсегда, как живое и дышащее существо. Так что, если тебе что-то чудится, я не удивлен. Этот мир не предназначен для смертных, и даже демонам здесь видится разное.

Когда мы подошли к двери, я вставила ключ в скважину. Сердце пропустило удар, и замок открылся.

Я затаила дыхание, когда дверь распахнулась, открывая внутренность дворца, покрытого паутиной. От его призрачной красоты по телу пробежала холодная дрожь. Тонкие лучи лунного света струились в зал с высокими потолками, в стену был вмонтирован мраморный камин с выцветшей фреской с изображением львов и сов. По всему залу стояли статуи с разбитыми лицами. Пол был выложен темно-синей мозаикой с узором в виде изящных розеток, потрескавшихся во многих местах.

Когда-то это здание определенно ослепляло богатством и элегантностью, и даже сейчас в нем оставалось некое очарование.

– Орион, откуда у моей мамы ключ от этого места? – тихо спросила я. – У моей смертной мамы. Думаешь, она могла быть здесь служанкой?

– Это место заброшено много сотен лет.

Я тряхнула головой, пытаясь прогнать из нее туман.

– Да, точно.

– Все думали, что герцог исчез во время зачистки. – Его негромкий голос эхом раздавался в коридоре.

– И это последнее, что о нем слышали?

– Наверное. Около двадцати лет назад в саду снаружи нашли тело. Сердце было вырвано, а сам труп обезображен до неузнаваемости. Ходили слухи, что это и есть герцог Молох, но никто не мог понять, как он здесь оказался. Это могла быть одна из лилит, которая жила где-то за пределами Города Шипов.

Прохладный ветер ворвался в комнату, и мурашки побежали по всему телу.

– Могла ли моя мама знать его?

Пугающие мысли начали закрадываться в голову. Я ведь понятия не имела, кто мой отец.

– Останься он в живых, – продолжил Орион, – Камбриэль мог бы видеть в нем соперника за трон.

Мне послышался какой-то скрипящий звук, и я подняла глаза, обратив внимание на потолок, украшенный виноградными лозами.

– С чего бы Молоху быть соперником?

– Давным-давно демонами правил безумец по имени Азраил. Он был одержим идеей вернуться на небеса, обратить вспять потери в небесных войнах. Он называл себя богом и позже начал убивать подданных, сжигая их заживо в лесах и вырывая сердца. Если бы он остался королем, то в итоге перебил бы всех своих. Сделал бы работу смертных за них.

– Звучит жутко.

– Отец Камбриэля, король Нергал, вызвал его на испытание боем. Судя по происхождению его семьи, Нергал не имел особых притязаний на трон, но убить короля может только законный наследник, а Нергалу это удалось. Если наши боги существуют, то они явно не желали, чтобы безумец оставался на троне.

Я повернулась и внимательно посмотрела на Ориона:

– А герцог, кому принадлежал этот особняк, он был родственником безумного короля?

Орион кивнул:

– Молох был его внебрачным сыном.

Я зажмурилась и потерла глаза.

– Я просто пытаюсь понять. Моя мама – нормальная смертная мама, которая готовила мне макароны с сыром и обожала булочки и пиццу, – могла знать внебрачного сына безумного короля демонов.

– Не будем отметать эту теорию.

Что за чертовщина? Почему она никогда ничего мне не рассказывала? Я всю жизнь провела в уверенности в том, что мама милая, но скучная.

Как же я ошибалась…

Глава 35

Я продолжала идти, исследуя территорию, жаждая узнать как можно больше. Подул легкий ветерок, и я пересекла проход, чтобы взглянуть на несколько старых деревянных дверей, которые открывались во внутренний двор. Снаружи арки окружали дикий сад, а колючие растения карабкались по колоннам и разрушающимся статуям.

Бывала ли здесь моя мама?

Когда я смотрела на сад, кусочки головоломки начали складываться в моем сознании.

С бешено бьющимся сердцем я повернулась к Ориону:

– Мортана здесь родилась, ведь так? Она внучка сумасшедшего короля. Она имеет все права на трон. Наверное, этим и объясняется интерес Камбриэля к ней. Есть только два пути занять трон, не так ли? Убийство или свадьба.

Орион согласно кивнул.

– Ко всему прочему, он отчаянно желает трахнуть ее. Но да, ты права, Мортана имеет все права на трон.

Он снова затих, и это заставило меня занервничать. Воздух становился все жарче, тени сгущались. Его светлые глаза буквально сверлили меня.

– Что? – спросила я. – Я вижу, тебя что-то беспокоит.

– У меня проблемы с количеством совпадений. Как я сказал, когда мы впервые встретились, у демонов иногда бывают смертные двойники. Но каковы шансы, что у смертного двойника окажется ключ от дома демонов?

Вдоль позвоночника пробежал холодок. Он задал очень хороший вопрос, на который у меня не было ответа.

– Я не знаю. Но ты сказал, что я точно смертная. – В моем голосе зазвучали нотки отчаяния. – Ты утверждал, что демоны не размножаются со смертными. И я не владею магией. Даже в Городе Шипов.

Орион задержал на мне взгляд дольше, чем было нужно, а затем, наконец, отвел его.

– Да, на вкус ты смертная.

Я сделала глубокий вдох.

– Я пойду осмотрюсь, вдруг мне удастся что-нибудь найти, хорошо? – Во мне начало подниматься чувство ужаса, страх, которому я была не в силах противостоять.

По какой-то причине я начала ощущать неловкость в присутствии Ориона. Если я что-то узнаю о присутствии мамы в этом месте, то мне не хотелось бы, чтобы он стал свидетелем.

Я быстро пересекла холл, загоревшись желанием скрыться подальше от Ориона, и вышла к деревянной лестнице, ведущей на верхние этажи. Лунный свет освещал испорченные портьеры, разбросанную одежду и разграбленные комнаты. Я двигалась быстро, с растущим отчаянием и уверенностью, что стою на пороге открытия.

Когда я шагнула на балкон, выходящий на заросший сад, с одного из ближайших деревьев внезапно вспорхнула стая ворон, напугав меня. С трепещущим сердцем я наблюдала, как они уносятся в темноту.

Я сделала глубокий вдох, и мое сердце сжалось. Я уловила мамин запах. Слабый цветочный аромат, бархатистый и с оттенком жасмина. Сейчас я тосковала по ней больше, чем когда-либо.

Когда я закрыла глаза, то почти ощутила ее присутствие, и сердце сжалось от боли. Как наяву, я видела ее, дремлющую в кресле перед телевизором и измученную после работы. Она всегда плохо спала, ее будил каждый шорох. Но здесь я чувствовала другую маму – не ту смертную, которую я знала, ту, что смотрела документальные фильмы о дикой природе и пила вино. У этой мамы волосы были собраны в высокую прическу, и она заставляла слуг приносить ей фрукты. Эта мама была полна уверенности и сил.

Эта мама пугала людей.

В горле застрял ком. Я не хотела, чтобы Орион находился здесь, пока я исследую здание. Вдруг я найду что-то, что настроит его против меня?

Я снова приступила к поискам, осматривая одну комнату за другой. Я продолжала идти, пока, наконец, не достигла главной спальни с огромной кроватью под балдахином и высоким потолком, расписанным созвездиями. Но то, от чего у меня остановилось сердце, – висящий на стене портрет. Изображение женщины с собранными на макушке темными волосами. Именно такой, как я себе ее и представляла. Глаза на портрете были выколоты, но это лицо я узнала бы где угодно. Ее прямой нос, высокие скулы, темные брови…

Казалось, из-под ног уходил пол, когда я смотрела на мамин портрет. «Какого хрена?»

Голову разрывало от возможных теорий и вариантов. У мамы был двойник или…

Мне следовало во всем разобраться до того, как Орион появится здесь.

Я осматривала комнату, а сердце бешено колотилось о ребра. Мое внимание привлек стоящий в углу странный деревянный стол, к которому я тут же бросилась. Я один за другим выдвигала ящики, пока не нашла книгу с черной обложкой, украшенной золотыми шипами и ключом с черепом, как у меня на руке. Листая страницы и читая древний рукописный текст, я забыла, как дышать.

На первой странице черными чернилами было написано что-то вроде детской песенки:

Призрака ночи

Страшатся юные девы,

Но добился он любви королевы.

Хоть власть и потеряна,

В садах Адели семя посеяно.

Король – самозванец,

Чье сердце хранит

Золотое кольцо.

Его забери,

И правитель падет,

А город опять расцветет.

Что это было? Детская песенка? Предсказание?

Я оглянулась, чтобы еще раз убедиться, что нахожусь в одиночестве. Хоть и сомневалась, что текст имеет какое-то значение, но на всякий случай я достала мобильный телефон и сфотографировала его.

Перевернув страницу, обнаружила оглавление. Это была книга заклинаний. Напротив одного из которых я обнаружила изображение ключа.

«Блокирующее заклинание».

Дрожащими руками я открыла нужную страницу. На самом верху располагался ключ, похожий на тот, что сиял у меня на руке… а вместе с ним объяснение, которого я так боялась.

Заклинание, блокирующее демонскую магию.

Используется для блокировки демонических сил во время чисток смертными. Временно превращает демона в смертного.

«Господи». Руки задрожали так сильно, что я едва не выронила книгу.

Я не могла быть Мортаной, ведь так? Я помнила рассказ Ориона о заклинании забвения, но…

Я бы знала. Будь я злом, я бы знала. Только вот я совсем не ощущала себя злодейкой. Кто-нибудь вообще чувствует зло?

– Роуэн.

Голос Ориона заставил меня подпрыгнуть от неожиданности.

Если он увидит то, что я нашла, если узнает, что на портрете моя мама, то просто убьет меня. Та казнь, которую он изначально планировал для меня, может стать реальностью. Стало очевидно, что я либо сама Мортана, либо ее близкая родственница, а он поклялся убить ее и всех членов ее семьи. И это была не простая клятва, а чертова клятва на крови.

Я повернулась и сунула книгу обратно в ящик.

– Я ничего не нашла, – откликнулась, стараясь звучать как можно естественнее.

– Что случилось? – Орион подошел к столу, его глаза ярко светились в темноте.

Он ведь и так догадался, не так ли? Он ведь слышал биение проклятого сердца.

Глубоко вздохнув, я проскочила мимо него и направилась в коридор.

– Снова что-то привиделось. Как ты и сказал, это место буквально кишит призраками. Пойдем отсюда.

– Тебе больше не интересно узнать, что случилось с твоей матерью? – крикнул он мне вслед.

– Я просто испугалась, Орион.

Я быстро спустилась по лестнице, не до конца осознавая, что делаю. Лишь надеялась, что он пойдет за мной, покинет этот призрачный дом и книгу заклинаний.

Выскочив на улицу, я поспешила в сад. В жилах закипел адреналин, когда я вспомнила его рассказ чуть ранее: найденное тело, опаленное до неузнаваемости. Кто-то, как я думаю, кого знала моя мать…

Осматривая окружающий дикий сад, я внезапно испытала дикое желание выбраться из Города Шипов. Да, мне нравилась вся эта роскошь, бассейны, да и к Ориону я привязалась. Но скорбь пропитала буквально каждый дюйм этого места, и становилось ясно, что я могу оказаться причастной к этому.

«Орион все еще там, наверху? Если он найдет заклинание…»

Я продолжала шагать по беспорядочно разросшемуся саду, нервы были на пределе, меня охватила дрожь. Пробираясь сквозь окружавшие меня дикие колючки, я вздрогнула. Звук шагов заставил мое сердце учащенно забиться, но когда я начала оборачиваться, чья-то рука крепко зажала мне нос и рот. Мощная хватка мгновенно лишила меня кислорода.

Орион? Я пыталась оттолкнуть руку, но по сравнению со мной он был слишком силен.

Легкие горели, воздух покидал их. И когда я попыталась ударить его по голени, в глазах резко потемнело.

Глава 36

Я очнулась в темноте, привязанная к стулу. Голова раскалывалась от боли, а во рту было сухо, как в пустыне.

От меня слабо пахло мочой, но я не хотела зацикливаться на этом. Следовало придумать, как выпутаться из этой ситуации. Помимо мочи в воздухе стоял запах дыма – жженого кедра и, вероятно, железа.

Стоп, жженый кедр – это был запах Ориона.

– Орион, – прохрипела я, – я могу все объяснить.

Черт возьми, на самом деле не могла, но это показалось мне хорошим началом разговора.

Веревки сильно натирали запястья, когда я пыталась выпутаться из них.

Шаги эхом отдавались от камня, я повернула голову и увидела свет, доносящийся из глубины туннеля. По мере того как он становился все ярче, я могла различить очертания небольшого арочного пространства, похожего на подземный свод.

– Роуэн, – раздался хриплый голос из противоположного угла, и я в тени заметила Ориона.

Стало очевидно, что это не он меня привязал, потому что сам был закован в цепи. Кровь текла из его плеча и груди, а вокруг лежали кучи пепла.

– Орион! – воскликнула я. – Что случилось?

Глаза демона были полузакрыты, как будто он из последних сил оставался в сознании.

– Какой-то чертов смертный идиот дал Наме пистолет.

– Что?

– Она выстрелила в меня и заковала в цепи. Я пытался прожечь их, но… я только что сжег стул и больше не могу призывать магию, не тогда, когда я изрешечен пулями. Мне тяжело…

Его яркие голубые глаза закатились, и меня охватила паника.

Шаги становились все громче, и в камеру вошла Нама, держа фонарь в одной руке и пистолет в другой. Ее белые волосы идеальной волной ниспадали на алое платье.

– Привет, друзья. – Она подняла пистолет. – А это весело.

Я взглянула на Ориона, но он снова опустил веки. На самом деле, конечно, он не мог умереть, пока кто-то не вырвет ему сердце, но видеть его слабым и в крови было достаточно больно.

Со всем дерьмом, что происходит, я почти забыла, что должна изображать из себя Мортану. Пришло время вызвать свою властную натуру.

– Что ты творишь, дура? Быстро развяжи меня.

Широко распахнув глаза, Нама поднесла руку ко рту:

– Или что? Что ты сделаешь, если я не развяжу тебя?

Неужели она раскрыла мой блеф?

– Андарас! Гэмиган! Лидия! – завопила Нама. – Она проснулась. Приведите сюда смертного.

– Что ты делаешь? – огрызнулась я. – Ты ненормальная.

– Ох, моя маленькая распутная подружка, – проворковала она. – Безумие течет в твоей крови, а не в моей. Была причина, по которой нам пришлось убить твоего дедушку. Лилит – это отвратительно.

В комнату вошли два герцога – демон жадности с платиновыми волосами, возглавлявший округ Маммона, и демон лени с зелеными глазами из округа Абадона. А позади них неторопливо вошли Лидия с Джеком Корвином.

Джек? Так, значит, Джек был тем самым идиотом, который дал Наме пистолет. В поношенной толстовке и старой кепке он смотрелся совершенно не к месту.

Внутри все похолодело, мысли вышли из-под контроля. Два моих мира столкнулись сейчас самым ужасным из возможных способов.

Конечно, Джек смертный идиот, но сейчас он выглядел довольно напуганным, его глаза перебегали с одного демона на другого. А когда я присмотрелась, то заметила синяки и кровоподтеки на его лице. Его губа была рассечена, а на скулах и челюсти расцвел пурпур.

Нама передала фонарь Лидии.

– Что происходит? – потребовала я сквозь стиснутые зубы.

Больше не получалось притворяться спокойной и собранной. Мое темное «я» куда-то испарилось.

С самодовольной улыбкой Нама сложила руки на груди. Когда она это сделала, пистолет выстрелил, и демоница закричала. Куски камня и песка разлетелись по комнате.

– Осторожнее! – воскликнул Джек.

Нама нахмурилась, глядя на пистолет.

– Эти штуки всегда сбивали меня с толку. – Она повернулась ко мне: – В любом случае у меня было предчувствие, что ты проводила много времени среди смертных, Мортана. Ты просто такая же нелепая, как и они. Грязное, мерзкое животное.

Я скривила губы в усмешке:

– Ты совсем выжила из ума?

Она пожала плечами:

– Поэтому я решила провести небольшое расследование. Сегодня я рыскала по Осборну и увидела твое лицо среди членов команды по легкой атлетике. – Сморщив нос, Нама повернулась к герцогам: – Люди соревнуются друг с другом в беге, даже несмотря на то, что они чертовски медлительны. Но неужели ты и правда считаешь, что для демона справедливо быть в команде смертных по легкой атлетике?

Живот скрутило. А Нама подошла к Джеку и схватила его за волосы, оттягивая голову назад и направляя пистолет в подбородок.

– Затем все стало еще интереснее. Этот маленький ублюдок пытался меня застрелить. Очевидно, он вообразил себя охотником на демонов.

Джек дрожал от страха. Господи. Неужели я оказалась на одной стороне с Джеком? Мне это совсем не нравилось.

Нама с размаху ударила его по лицу.

– Я била его до тех пор, пока он не рассказал мне все о фотографии Мортаны. Конечно, он не знал, что ее зовут Мортана, она представлялась как Роуэн Моргенштерн. И он уверен, что ты смертная. – Она отпустила Джека и внимательно посмотрела на меня. –   Очевидно, он может чуять демонов.

Я в недоумении покачала головой:

– Что?

Нама указала на его значок – серебряный топор:

– Семейство Корвин – охотники на ведьм и демонов.

Джек кивнул, а в его глазах промелькнуло отчаяние.

– Я и правда чувствую запах демонов. Я бы мог охотиться на вас, если бы захотел. – Он поднял руки. – Но я не охочусь. Я просто ношу пистолет для самообороны. Я решил, что ты угроза. Подобные тебе повсюду, и я знал, что ты будешь преследовать меня из-за того, что сделала моя семья. Вот поэтому я и пытался застрелить тебя. Это была просто самозащита. Клянусь…

– Заткнись, смертный выродок! – проревел один из герцогов, мужчина с длинными черными волосами. – Мы пришли сюда не по твою душу. Ты здесь для того, чтобы проверить суккуба. Нама утверждает, что она лжет. Ты здесь в качестве свидетеля. Это твоя роль.

– А вы все судьи?

Я в очередной раз подергала веревки на запястьях.

Нама направила на меня пистолет:

– Кажется, король сильно увлечен тобой и не будет меня слушать, пока у меня нет свидетелей. – Она указала на других демонов: – Это мои свидетели. Чего я действительно желаю, так это посетить барбекю в башне Баала со смертной шлюхой в качестве основного блюда. Давно я не ела жареного смертного.

«О господи».

– Следи за пистолетом, – попросил Джек, подняв руки. – Поскольку я сделал то, что вы просили, могу я уйти? Мы договаривались. Я сказал, что она смертная. Она пахнет смертной, клянусь богом. Сожги ее, развлекайся, делай, что хочешь, но отпусти меня.

– Прекрасно! – воскликнула Нама. – Я не могу пока тебя пристрелить, ты можешь оказаться полезным. Но если я поймаю тебя за охотой на демонов, я вытащу тебе кишки через рот.

Джек резко развернулся и бросился бежать по туннелю.

Я продолжала извиваться, дергая за веревки, но это было бесполезно. Поскольку у меня не имелось никакой демонической силы, то я только сильнее сдирала кожу. С колотящимся сердцем я повернулась, чтобы посмотреть на Ориона. Его веки начали открываться, и он встретился со мной взглядом.

– Почему он здесь, Нама? – поинтересовалась я.

Она поморщилась:

– Я хочу, чтобы он видел, что ты солгала ему. Ты всего лишь грязный маленький двойник, не так ли? Я хочу, чтобы он понял, что все это время я была права. Я его судьба. Будь ты демоном, для тебя не составило бы труда вырваться из пут. Это же просто веревка. Любой демон порвет ее в мгновение ока.

– Я не собираюсь ничего тебе доказывать, – беззаботно заявила я. – И не хочу участвовать в твоей глупой игре.

Мою ситуацию прекрасно характеризовало выражение «оказаться между молотом и наковальней». Если бы я рассказала им о заклинании, то умерла бы от рук Ориона, а если бы оказалась смертной – от их рук.

– Считаешь, он полюбит тебя после того, как ты его подстрелила? – поинтересовалась я. – Ты точно сумасшедшая.

Нама подошла ко мне, в ее глазах светилось сплошное безумие.

– Он поймет, что я сделала это, потому что люблю его. Это все, все я делаю для него. Для нас. Нам суждено быть вместе.

Лидия скрестила руки на груди:

– Можем мы продолжить то, зачем пришли, Нама? Твоя одержимость им откровенно угнетает, и я даже начинаю сожалеть, что мы с тобой одного пола. Следовало послушать Легиона. Герцог округа Сатаны давно сказал, что ты выжила из ума.

– А зачем именно вы пришли? – Мой испуганный голос дрожал так сильно, что они уже давно должны были догадаться, что я не Мортана. – Я уже сказала, что не участвую.

Глаза Ориона открылись чуть шире, теперь в них плескалась чернильная тьма. Воздух в комнате стал медленно нагреваться.

– Наверное, тебе нужно немного мотивации? – Нама направила пистолет на Ориона. – Вот как будет проходить испытание. Я продолжу стрелять в Ориона. В колени, руки. Может, даже в его прекрасное личико.

– Ты только что утверждала, будто любишь его! – крикнула я в отчаянии, не в силах больше притворяться.

Ее лицо просияло:

– Да, Мортана. И если он не достанется мне, то не достанется никому. Вот как сильно я его люблю.

Лидия ущипнула себя за нос:

– Боже, Нама.

– Итак, вот в чем заключается первое испытание, – продолжила Нама. – Ты докажешь, что ты демон, и спасешь его. Или так и останешься привязанной к стулу смертной, доказав ему, что ты животное.

Я сжала челюсти, тело начало дрожать.

– А вдруг мне плевать на него?

Нама улыбнулась, словно маньяк, и повернулась к Ориону:

– Тогда ты докажешь, что не заслуживаешь его! Тебе настолько все равно, что ты даже не можешь встать и помочь ему. А я забочусь о нем и все делаю ради него.

– Извините, – прервал ее герцог округа Маммона, сверкая золотыми кольцами на пальцах. – Мы не станем подвергать ее испытанию, чтобы проверить, заботится ли она об Орионе или нет. Я просто хочу убедиться, что наши с трудом заработанные налоговые поступления не пойдут к смертной. Если она демон, то мне плевать, как она относится к Ориону.

– А мне нет! – взревела Нама, а затем развернулась, нацелив на меня пистолет, и спустила курок.

Глава 37

Резкая боль пронзила ногу, агония меня настолько шокировала, что я потеряла способность ясно мыслить. В глазах потемнело, а когда зрение вернулось, я увидела, что она снова направила пистолет на Ориона.

Смех Намы эхом отдавался от каменных стен.

– Теперь Орион, мой возлюбленный. Покажи нам, насколько ты сильна, Мортана. Покажи, что ты можешь использовать огненную магию.

Она спустила курок и выстрелила Ориону в коленную чашечку. Его глаза потемнели, а по комнате пронеслась волна жара.

Внезапно я снова испытала нарастающий, словно снежный ком, приступ гнева. Злости. Чистая сила пронзила мое тело, пробудив древнюю ярость, способную плавить камни. Тьма разлилась по моей крови, словно чернила. Моя темная сущность начала подниматься на поверхность, как расплавленная лава, и я перестала ощущать боль от пули в ноге.

Смертные и безжалостные демоны уничтожили семью Ориона на его глазах, когда он был совсем маленьким. Они заперли его наедине с навязчивыми воспоминаниями. Большинство сломалось бы от этого. А теперь они притащили его сюда, в темное подземелье, чтобы еще немного помучить.

Ярость все сильнее разгоралась в моей крови, и я почувствовала, как натянулись веревки на запястьях. В груди становилось все горячее, и изо лба начал исходить свет. Глубоко внутри скрывалась правда – та, которую я прятала даже от себя, – я сильнее всех этих ублюдков.

И я готова была убить, лишь бы защитить тех, кого люблю. Я заставлю их сожалеть о том, что они родились на свет.

Нама направила пистолет в лицо Ориону.

– Оно так прекрасно, Орион. Ты знаешь, я всегда считала это основной проблемой. Твое лицо слишком красиво, и я хочу заставить тебя почувствовать…

Я была готова утопить врагов в огне. И не останавливаться до тех пор, пока они не превратятся в груду пепла.

Веревки лопнули, и вспыхнула горячая волна обжигающего гнева.

Я даже не осознавала, что огонь исходит из моего тела, пока не уловила запах горящей плоти. Только тогда я заметила пламя, заполнившее свод, смертоносное адское пламя.

Они хотели отдать меня под суд?

Я была самим Адом. Я сотру этих нечестивых с лица земли. Я была рождена, чтобы править.

Пламя вернулось в мое тело, и я ахнула, глядя на себя сверху вниз. Чистая сила наполнила мое тело, и ноги начали дрожать.

Магия. Мощная, ужасающая магия.

Запирающее заклинание было разблокировано. Я нетвердо стояла на ногах, находясь в шоке от произошедшего. Я словно оказалась в собственном кошмаре.

Одежда частично обуглилась, частично сгорела, ноги оказались оголены ниже бедер. На полу, где стояли три демона, лежали огромные кучи пепла. Справа от меня стояла Лидия, вся в копоти и в тлеющей одежде. В воздухе летал пепел.

Лидия с ужасом смотрела на то, что осталось от демонов.

– Я знала, что Нама ошибается, – произнесла она в оцепенении.

С колотящимся сердцем я наблюдала, как она убегает из туннеля. А потом покосилась на свои ладони, на пылающие, словно свечи, пальцы. Я ощутила, как волна магии прошла через руки и наэлектризовала меня с ног до головы.

Когда я повернулась, чтобы посмотреть на Ориона, во мне снова поднялась волна ужаса. Удерживающие его цепи расплавились, и он стоял на ногах с черными, как ночь, глазами. Кажется, к нему вернулась сила. Его одежда тоже была местами сожжена, обнажая руки и бедра.

Чистейшая ненависть в его взгляде заставила мое сердце остановиться. Время, казалось, замедлилось, и призрачный ветерок играл с его серебряными волосами.

Но проявившаяся на лбу отметина заставила меня захотеть его убить.

Пятиконечная звезда.

Вот он, чертов Светоносец. Повелитель демонов.

Сильнейшая ярость прокатилась по моему телу, и я ощутила, как нагревается воздух, только вот понятия не имела, кто был источником, Орион или я. Камни под нашими ногами раскалились добела. Тишина давила, словно земля в могиле.

Лопатки покалывало от древнего инстинкта расправить крылья.

Губа Ориона скривилась, а вокруг него заклубились тени.

– Мортана, – прорычал он, и его голос казался холодным лезвием, пронзившим меня до глубины души, – вот и ты.

– Светоносец, – прошипела я. – Ты быстро восстановился.

– Я не сильно пострадал. Просто не меньше их желал узнать о тебе правду. И узнал. Тебе хорошо удалось замаскироваться под смертную.

Я указала на него, чувствуя, как предательство съедает меня заживо.

– Я поняла, что произошло. Ты убил мою маму. Ты поклялся уничтожить всех членов семьи Мортаны, в том числе и мою мать. Все это время ты притворялся, что помогаешь найти ее убийцу, хотя прекрасно знал, что это был ты.

Он медленно покачал головой, а я не знала, как именно расценивать это движение. Но одно было ясно точно – он собирался оторвать мне голову.

Не уверена, кто из нас сделал первый шаг, но в следующий момент я оказалась прижатой к стене. Его рука сжимала мое горло, а в глазах горела бесконечная тьма.

– Мортана, – прорычал он, – очень жаль, что самый красивый человек, которого я когда-либо видел, оказался моим злейшим врагом.

Только вот я больше не была слабой смертной, теперь я могла постоять за себя. В голове мгновенно пронеслись все уроки самообороны, усиленные нечеловеческими способностями. Я подняла руки, хлопнув ладонями по его запястьям. В то же время я сильно ударила его коленом в пах.

Он ослабил хватку, и я рванулась вперед, целясь кулаком ему в лицо. Орион успел перехватить руку и заломил мне ее за спину. А когда он толкнул меня к стене с силой, ломающей кости, воздух покинул мои легкие.

– Ты знала? – Его тихий голос звучал словно проклятие. – Ты знала, что я почувствую, когда мне станет известна правда? Этого ты и добивалась?

– Я ничего не знаю. – Я пнула его по голени достаточно сильно, чтобы услышать хруст ломающейся кости. – Я, черт возьми, сама ничего не понимаю, Орион.

Я развернулась, пытаясь ударить его, но он поднял меня в воздух и швырнул через всю комнату. Удар оглушил меня. Будь я смертной, то моментально погибла бы, а для демона это было просто неудачное падение.

Неудивительно, что демоны считали смертных слабаками. Я чувствовала себя непобедимой.

Орион смотрел на меня сверху вниз, словно бог-победитель, ожидающий жертвы.

– Я точно знаю, кто ты. Ты мой злейший враг и всегда была им.

Резко выпрямив ногу, я ударила его в колено, ровно туда, куда выстрелила Нама. С рычанием Орион отшатнулся назад. Не вставая с земли, я пнула его по икрам, сбивая с ног. Когда он упал на спину, я прыгнула сверху и обвила руками и ногами его талию и шею. Но пока не стала сжимать, просто угрожала. У меня выросли когти, готовые вырвать ему сердце, и я тут же прижала их к груди Ориона.

– Я не знаю, Мортана ли я! – закричала ему в лицо. – Если я когда-то и была ею, то она стала для меня чужой, незнакомкой. Я не то, что ты думаешь обо мне. Ты твердил, что Мортана заботится только о себе, что ею движет чувство самосохранения. Ты как-то упоминал, что эмоции заставляют демона проявить истинную сущность. Но не страх за собственную безопасность раскрыл мою демоническую сторону. Каждый раз, когда я начинала испытывать ярость, это было из-за желания защитить тебя. Я думала о тебе, как о маленьком мальчике в тюрьме. – Мое сердце сжималось от боли. – Моя демоническая сущность проявилась, потому что я хотела защитить тебя. Я выжгла скрывающее заклинание, потому что хотела уберечь тебя. Так что я не знаю, кто я, но точно уверена, что не тот монстр, которого ты ищешь. Но ты? Ты тот, кто предал меня, Орион. Ты притворялся, что помогаешь найти убийцу мамы, хотя все это время это был ты.

Я зарычала.

Он смотрел на меня, словно завороженный.

– С чего ты взяла, что это был я?

– Я помню тебя той ночью.

– Нет. – Он поморщился. – Я никогда не лгал тебе о том, кто я есть. Я не скрываю ошибки и поступки. Если бы я убил твою мать, я бы сообщил тебе, как только встретил. Только вот теперь у меня есть новый огромный недостаток.

– Какой?

– За последние две минуты я мог бы убить тебя пять раз. Я могу убить тебя прямо сейчас. Но что-то чертовски идиотское останавливает меня. – Он сжал челюсти. – Я никогда не ненавидел себя больше, чем сейчас, и поверь мне, это о чем-то говорит, потому что я погрузился в самые глубины ненависти и презрения к себе.

– Не меняй тему. – По моему лицу потекли слезы. – У тебя пятиконечная звезда. Я помню ее с той ночи, когда маму сожгли заживо в лесу. Это был ты.

– Может, тебе посмотреться в зеркало, Мортана, – выплюнул он. – Я не единственный, у кого есть огонь, и, кажется, Люцифер благословил нас обоих. Мы оба отмечены как Светоносные. Но если ты думаешь, что отнимешь у меня трон, то ты ошибаешься.

Внутри меня начал подниматься ужас. Сама не своя я поднялась и, спотыкаясь, побрела прочь от Ориона. Со слезами на глазах я полезла в карман за телефоном. Он наполовину расплавился и не работал, но в черном экране я могла разглядеть отражение и то, что сияло у меня на лбу.

Пятиконечная звезда. Этот образ ударил меня, как кулак по горлу.

Без единого слова я со всех ног бросилась бежать по коридору.

Однако я бежала не от Ориона. Я бежала от воспоминаний. Причины, по которой я была так одержима поиском убийцы мамы. Это был мой самый большой страх, самая темная правда, похороненная в глубинах разума, то, чего я так боялась.

А вдруг это я убила маму?

Мы поругались той ночью. Она все время требовала, чтобы мы переезжали с квартиры на квартиру. Я считала ее параноиком. Она думала, что нас кто-то преследует, но никогда не говорила, кто именно, и я помню, как не хотела идти с ней.

Орион говорил, что не умел контролировать магию, когда был младше…

Я думала, что она выжила из ума. Я кричала на нее, я была так зла…

Тошнота поднималась из глубины желудка, и я едва понимала, куда бегу. Мне казалось, что стены вокруг меня рушатся.

Неужели я была Мортаной и просто забыла об этом?

Глубоко внутри, под ложью, которую я скармливала себе, вдруг я действительно зло?

Я бежала и бежала, пока не увидела в лунном свете Осборн. Скользнув в тень, я оказалась на набережной. Пронеслась мимо пивоварни, бара. Я понятия не имела, куда направляюсь, но мне было необходимо двигаться.

Только вот мне никогда не удалось бы скрыться от того, от чего я бежала на самом деле.

Глава 38

Я откинулась на спинку кровати в своей комнате в подвале и уставилась на стену. Налила очередной пластиковый стаканчик дешевого красного вина, уже не заботясь о том, что пауки ползают по всему покрывалу.

Пусть ползают.

Я находилась здесь почти сутки, и это была моя вторая бутылка.

Ориону не составило бы труда найти меня и снова бросить в тюрьму. Я даже не стану прятаться. Я снова оказалась там, откуда пришла: в заплесневелом подвале с шестью соседями. Теперь я испытывала меньше страха, но гораздо больше отвращения к себе. Если бы Орион потащил меня обратно, то я бы не сопротивлялась, так и пошла за ним в старых легинсах и запачканной вином футболке с Дэвидом Боуи.

Мой взгляд блуждал по комнате, затем остановился на огнетушителе. Истерически рассмеявшись, я пролила вино на одеяло.

Очевидно, настала пора избавиться от противопожарного оборудования.

Телефон завибрировал – пришло очередное сообщение от Шай, отчаянно пытавшейся узнать, что происходит. Я не отвечала, потому что, честно говоря, понятия не имела, что сказать.

Да, я оказалась демоном. Но не хотелось писать эту новость в сообщении.

Тем не менее следовало дать ей знать, что я жива.

Я взяла новый, чрезвычайно дешевый телефон. Не придумав ничего лучше, отправила ей смайлик в виде бутылки вина и бокалов.

Это должно было сработать.

У меня закружилась голова, и начало слегка подташнивать. Когда я в последний раз ела?

Комната закружилась перед глазами. Видимо, превращение в демона сделало меня быстрее и сильнее, но не повысило устойчивость к алкоголю.

Но мне и не хотелось, чтобы прояснялась голова. Я не могла смириться с вероятностью того, что моя собственная магия огня убила маму.

Когда телефон снова завибрировал, я обнаружила безумное сообщение с заглавными буквами от Шай:

«ТЫ В ПОРЯДКЕ??! ЧТО ПРОИСХОДИТ? ДВА ГЕРЦОГА МЕРТВЫ?? Я видела Легиона в округе Сатаны. Набравшись смелости, я спросила его, где Мортана. Он сказал, что никто не видел тебя и что, по слухам, ты спалила двух герцогов. ТЫ В ПОРЯДКЕ?»

Я поставила вино на столик и начала печатать ответ:

«Я в порядке!»

А знаете что? Да пошло оно все! Я всегда переживала о том, что подумают люди, или о том, что могу заставить кого-то испытывать неловкость из-за тьмы, которую несу с собой. Я не желала никого обременять своими тревожными мыслями. Наверное, мне и в самом деле стоило кое-чему поучиться у Ориона. Может, стоило попробовать… просто выйти и заявить о себе.

Со странным чувством головокружения я напечатала новый ответ:

«Оказалось, что я демон. Я владею огненной магией. И у меня на лбу метка в виде звезды. А вдруг это я убила маму? Вдруг я – зло?»

Я наблюдала, как точки двигались по экрану, пока подруга писала мне, а мое сердце колотилось так, будто меня ждал суд святого Петра.

«Злые люди не задаются подобными вопросами, Роуэн. Им плевать».

Моя грудь сжалась, и я выронила телефон.

Святые небеса. Конечно, она была права.

Почему я сама не додумалась до этого? Психопаты не беспокоятся о том, что они злые. Они не испытывают беспокойства. А я? Даже будучи демоном, у меня вагон и маленькая тележка подобных мыслей.

Я встала с кровати и распахнула дверь. Орион описал ее, как того, кто не заботится ни о ком. А я тогда сказала ему правду – мои эмоции вырвались наружу, когда я отчаянно хотела защитить Ориона.

И я не могла быть Мортаной.

Я помнила себя ребенком. Как плакала в бассейне с мячиками и писала в штаны во втором классе. Как мама целый год отправляла меня в школу с вафлями, потому что я отказывалась есть что-то другое. Как другие дети смеялись над моими костлявыми коленками. По ночам мама гладила меня по голове, потому что мне снились кошмары, и приносила воды.

Ребенком я бегала быстрее всех, но не умела лазить по канатам. А еще была влюблена в Мэтта Логана, даже после того, как он сказал мне, что я его раздражаю. Мы с мамой любили смотреть The Price is Right и очень переживали за победителей.

Я вспомнила, как причастилась, когда ходила в церковь с подругой Эми, хотя и не была католичкой. Правда, меня тут же стошнило на статую святой Лучии.

И… теперь я понимала почему.

Возможно, магия и могла подавить воспоминания, но способна ли она имитировать детство? С таким уровнем детализации? Я не была пятисотлетним демоном. Я была Роуэн Моргенштерн – вот и все, что мне следовало знать.

И самое главное, я вспомнила, как сильно любила свою маму, потому что рядом с ней чувствовала себя в безопасности. Как бы ни злилась, я никогда бы не убила ее. По крайней мере, не специально.

Выйдя на улицу, я с удивлением обнаружила, что уже ночь, – совсем потеряла счет времени. Я посмотрела на луну над Осборном, в ее свете чувствуя себя как дома.

Господи!

Я всегда была Роуэн Моргенштерн. Но я также оказалась суккубом, так ведь?

Порождение ночи. Я никогда не принадлежала этому миру.

Я снова взглянула на изображение ключа на руке, теперь запечатленного навсегда. До сих пор я не знала, что произошло, могла лишь догадываться, что мама наложила на меня заклинание, чтобы я всегда была в безопасности. На всякий случай моя кровь на вкус, как у смертной.

Я направилась к набережной. Температура воздуха здесь была гораздо ниже, чем в Городе Шипов, и по коже побежали мурашки. Воздух имел привкус соли и пах водорослями. Дойдя до холодного моря, я позволила теням поглотить меня. На самом деле мне больше не нужно было бояться выходить ночью на улицу. Смертные не могли причинить мне вреда. Демоны не посмели бы.

Дело в том, что раз я демон, то мне было не место в Осборне. Если я снова не попаду за городские ворота, то день или два, и моя магия исчезнет.

Я не была смертной. И не была своей мамой. Будучи лилит – одной из изгнанниц лишь из-за того, что родилась суккубом, – она жила скрываясь, всегда оглядываясь через плечо.

А мой отец? Если он действительно являлся герцогом Молохом, то его убили сразу после моего рождения. Около двадцати лет назад. Наверное, он вернулся, чтобы попытаться спасти меня.

Мой разум зацепился за детский стишок из той книги заклинаний. Значило ли это что-нибудь?

Призрака ночи

Страшатся юные девы,

Но добился он любви королевы.

Хоть власть и потеряна,

В садах Адели семя посеяно.

Король – самозванец,

Чье сердце хранит

Золотое кольцо.

Его забери,

И правитель падет,

А город опять расцветет.

И пусть оно звучало как детский стишок, но я не сомневалась, что в этом стихотворении говорилось о чем-то важном. Секрет, который мне следовало раскрыть.

Из глубины сознания на поверхность поднялся древний инстинкт, и магия пробежала вдоль лопаток.

Мне нужно было подняться в небо. Я хотела ощутить свободу.

Моя спина выгнулась, и крылья вырвались из-под кожи. Я посмотрела на них через плечо. Черные с золотыми крапинками. Красивые.

Это было словно освобождение – раскрытие моего истинного «я». Крылья рассекали воздух, унося меня все выше и выше.

Орион теперь ненавидел меня. До мозга костей он был убежден, что я являлась Мортаной.

Но я собиралась выяснить правду. Узнать, что именно случилось с моими родителями и кто я такая.

Что делало человека тем, кто он есть? Душа или воспоминания? Я не знала, но была абсолютно уверена, что я не тот монстр, каким меня представлял Орион.

Я глубоко вдохнула и уставилась на запертые ворота Города Шипов.

В глубине души я осознавала, что именно там мое место. И всегда чувствовала это.

Я Светоносная, благословленная Люцифером. И нравится ему это или нет, но я буду бороться за свое место в городе, который мне суждено возглавить.

Благодарности

Большое спасибо моей семье за поддержку и Майклу Омеру за его критику и эмоциональное участие. Огромная благодарность Нику за его проницательность и помощь в работе над романом.

Джен и Джинни – мои самые замечательные редакторы, благодаря которым эта книга появилась на свет! Спасибо моей команде продвинутых читателей за их помощь, а также сообществу C. N. Crawford's Coven.

Если вы хотите прочесть бонусную главу, не включенную в роман, рассказанную с точки зрения Ориона о его последней встрече с Мортаной в 1820 году, можете перейти по ссылке: https://dl.bookfunnel.com/k9puhu8yds.

Примечания

1

Диссоциати́вная фуга (от лат. fuga – «бегство») – редкое диссоциативное психическое расстройство, характеризующееся внезапным, но целенаправленным переездом в незнакомое место, после чего человек полностью забывает всю информацию о себе, вплоть до имени. Память на универсальную информацию (литература, науки и т. д.) сохраняется. Сохраняется и способность запоминать новое.

2

Мускатная тыква – сорт тыквы, повсеместно встречающийся в Центральной Америке, на юге Мексики, в Колумбии и Перу.

3

Кататония – комплекс психомоторных и вегетативных нарушений, при котором может наблюдаться ступор, «застывание» в одной позе, полное отсутствие речи или бесцельное повторение слов и действий, гримасничанье и другие симптомы.

4

Микробиом (micro – «маленький», bios – «жизнь») – сообщество микроорганизмов, населяющих конкретную среду обитания, или совокупность генов микроорганизмов такого сообщества. Термин часто используется как синоним «микробиоты» или «микрофлоры».

5

Сенешаль – одна из высших придворных должностей.

6

Оцелот – хищное млекопитающее из семейства кошачьих, обитающее преимущественно в Южной Америке.

7

Английский кожевенник, самодеятельный проповедник, сторонник «Пятой Монархии». Известен благодаря участию в короткоживущем парламенте кромвельского периода английской истории, шутливо называемом Бербонским парламентом.

8

Когнитивный диссонанс – это внутренний конфликт, который возникает у человека при столкновении противоречащих друг другу убеждений. Этим диссонанс вызывает чувство напряжения; человек испытывает неприятные эмоции: тревогу, злость, стыд, вину – и будет стремиться избавиться от дискомфорта разными способами.

9

Валак – демон – Великий и Могучий Губернатор, появляется в облике ребенка с крыльями ангела, верхом на двуглавом драконе. Его служба состоит в том, чтобы давать правдивые ответы о скрытых сокровищах и сообщать, где водятся змеи, которых он может принести заклинателю.

10

Городской парк, расположенный в даунтауне Бостона. Созданный в 1634 году, является самым старым городским парком страны.

11

Ежегодное мероприятие по сбору средств в пользу Института костюма Метрополитен-музея в Нью-Йорке. Он знаменует собой открытие Ежегодной выставки моды Института костюма.

12

Центральное женское божество аккадской мифологии: богиня плодородия и плотской любви, войны и распри, астральное божество.

13

Эдип (др. – греч. Οἰδίπους) – знаковый персонаж древнегреческой мифологии, убивший родного отца и женившийся на собственной матери.

Content

Кристин Кроуфорд, Ник Кроуфорд
Город Шипов

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Благодарности

Примечания