Николай Метельский

Охота на маску. Разбивая иллюзии

Глава 1

– Ну, чего молчишь, рассказывай, – произнес император.

Только очень близкие люди могли бы заметить в его голосе нетерпение. Нарухито как раз был из их числа.

– С мыслями собираюсь, – усмехнулся он. – Впрочем, можешь почитать доклад, – кивнул принц на рабочий стол отца.

Бросив взгляд на толстую папку, император сдержал вздох. Канцелярщина потом, сначала надо послушать, что скажет сын.

– Собирайся с мыслями и говори, – велел император.

– Что ж… – пожевал губами Нарухито. – На самом деле я и правда не знаю, с чего начать. Все это дело – одна большая загадка.

– Кто на них напал? – решил помочь ему монарх.

– Неизвестно, – ответил Нарухито. – Ни одного трупа нападавших найти не удалось.

– Это как? – удивился император.

– Не знаю, пап, – покачал головой Нарухито. – Разрушения, будто армия сражалась, но среди погибших – только слуги Аматэру и молодой Тоётоми. Я тебе больше скажу – повреждения у некоторых убитых такие, будто они со зверями дрались.

Император нахмурился.

– Что сами Аматэру говорят? – спросил он. – Хотя стой, дай догадаюсь – дела рода?

– Именно, – кивнул Нарухито. – Я с Синдзи-куном еще не говорил, а остальным он твердит о делах рода, секретности и тому подобном. Думаю, и мне ничего не скажет, но надеюсь, что хоть намекнет.

– Хм… – выдал недовольный император. – Погибшие среди посторонних есть?

– Хочешь на это надавить? – приподнял бровь Нарухито. – Совсем – того?

– Просто спрашиваю, – ворчливо ответил отец.

– Нет таких, – произнес Нарухито.

Да и если бы были… Слишком много нюансов. Начиная с того, что Аматэру защищались на своей территории, и заканчивая тем, что это древний род, который имеет право на свои личные секретные дела. При соблюдении законов империи. Про статус братского рода и говорить нечего. В общем, не получится надавить на Аматэру через погибших подданных империи. Они в своем праве. А даже если бы император и попробовал, Нарухито горой встал бы на защиту прав Аматэру.

– Что по тем, кого из домов вытащили? – задал следующий вопрос император.

– Все спали, – ответил Нарухито. – В момент нападения все в паре кварталов вокруг дома Аматэру спали. Ни одного свидетеля.

– Так, – потер лоб император. – Что спецы говорят? Что это за артефакт такой?

– Арфа Морфея, – начал Нарухито. – Бубен Нидры. Это из того, что известно, где находится. Есть еще Колокольчик Власти, но он потерян около тысячи лет назад. Ну и Мнимая Смерть, что лежит в нашей сокровищнице.

– Бубен у индийцев, а у кого Арфа? – спросил император.

– У филиппинского короля, – ответил Нарухито. – Точнее, у их рода. Ну ты понял.

– Филиппинцы? – посмотрел на сына монарх.

– Очень сомневаюсь, – покачал тот головой.

– Да я и сам… – поморщился император. – Но кто тогда? Во всплывший из небытия потерянный артефакт я не верю.

Бросив на отца удивленный взгляд, Нарухито спросил:

– Почему? У нас на руках Маска Вечности. Кому, как не нам, верить в подобное?

– Потому что такое не происходит каждый день, – ответил император со вздохом. – Где это видано, чтобы за столь короткий промежуток времени начали всплывать потерянные артефакты? Ну ладно, ладно… – поднял он руки. – Я признаю, что это возможно, но не верю.

– Но филиппинцы? – иронично произнес Нарухито. – Тогда уж индийцы.

– Этим сейчас не до того, – покачал головой император.

– Так и на Филиппинах не все спокойно, – напомнил Нарухито.

– Дела-а-а… – протянул монарх.

Помолчали.

– Кстати, есть еще кое-что, – нарушил тишину Нарухито и, после того как отец посмотрел на него, продолжил: – Нашлись свидетели, которые видели над кварталом Аматэру висящие в воздухе техники. Один даже заснял их на смартфон. Девять огненных мечей с одной стороны и очень проработанный дракон из молний с другой. Я молчу о том, что техниками так и не воспользовались, что уже странно, тут другое интересно. Единственный боец, способный выдать что-то подобное из огненной стихии, был вытащен из полуразрушенного дома. Спящим. А с «молнией» у Аматэру на таком уровне вообще никто не работает.

– Что за техники, определили? – спросил император.

– Мне предоставили восемнадцать возможных вариантов огненной техники и двадцать два стихии молнии, – ответил Нарухито, усмехнувшись. – Все не меньше уровня Мастер.

– То есть это было что-то родовое, – произнес император задумчиво.

– Не о том думаешь, отец, – вздохнул Нарухито. – У Аматэру не было никого, кто бы мог создать нечто подобное. Так что либо к ним пришли на помощь, либо у них есть еще один неизвестный Мастер. И я очень надеюсь на второе, потому что первый вариант вызывает множество вопросов. А, точно, забыл сказать. Мы не знаем, что сейчас творится внутри поместья Аматэру, но на улице не замечено ничего сожженного. И я этого просто не понимаю. Там определенно сражался минимум Мастер огня, но даже следов этого Мастера нет. Да, кое-где имеются подпалины, но… Мастер огня – минимум Мастер – не оставляет после себя всего лишь подпалины.

– Значит, это была помощь в последний момент? – приподнял брови император.

– Либо Мастер-универсал, – кивнул Нарухито. – Предположительно стихий ветра и огня.

Постучав пальцами по подлокотнику кресла, император произнес:

– Давненько я не встречался с таким количеством загадок. В одном деле. Еще что-то есть?

– Детали там, – кивнул Нарухито на стол. – От себя я все сказал. Может, что-то и упустил, но ничего существенного.

– М-да-а-а… – протянул император. – Попробуй прояснить обстановку у самих Аматэру. В их тайны особо не лезь, но мы должны знать, с какой стороны их надо прикрыть.

– Попробую, пап. Благодаря тебе нам только и остается, что пробовать.

– Свободен, – раздраженно махнул рукой император.

– Господин, – окликнули меня.

Повернувшись, увидел Каджо Суйсэна, протягивающего мне мобильник.

Вдох-выдох. Сейчас мне предстоит неприятный разговор. Минут… Ну да, шесть минут назад я попросил старика связаться с самым старшим из тех, кто сейчас находится в токийском особняке Тоётоми. Просто у меня всего два номера этого рода – Кена и того самого особняка. Можно и другие номера найти, но особого смысла в этом нет.

Взяв мобильник, поднес его к уху.

– Это Аматэру Синдзи. С кем я сейчас говорю? – спросил я.

– Тоётоми Такуми, Аматэру-сан, – услышал молодой голос.

Блин, брат Кена. Я все-таки надеялся, что это будет кто-то другой. В отличие от Токугава, у Тоётоми все еще полно взрослых, правда, не в главной семье. У Кена помимо Такуми оставался еще один брат, совсем мелкий, и две сестры, так что старший в роду сейчас именно Такуми. И теперь я должен сообщить парню, что его старший брат и глава рода умер, будучи моим гостем.

– Здравствуй, Такуми-кун, – начал я. – Мне очень неприятно это говорить, но твой брат погиб.

– Чт… Что? – раздалось из трубки. – О чем ты? Син… – мы с ним не то чтобы друзья, но в свое время он был достаточно близок ко мне, чтобы называть по имени. – Что значит – умер? Как?

– На мой особняк напали, – ответил я. – Окружили и напали. Я не мог не то что Кена вывести, даже своих женщин. Как ты понимаешь, твой брат не пожелал отсиживаться за спинами слуг. Да и… Да и кто бы, обладая гордостью, смог? Мне правда жаль, что так получилось. Сегодня мы многих потеряли, но Кен… Твой брат до конца оставался мне другом. Я понимаю, что твоя боль и горечь поболее моей, но поверь, я сейчас произношу не формальные слова соболезнования. Мне тоже…

– Да будь ты проклят! – выкрикнул Такуми. – Чертов урод! Скольких еще ты убьешь?! Сколько еще Тоётоми должно умереть, чтобы ты успокоился?! Тварь… Как же я тебя ненавижу…

Парня можно было понять. Я даже злиться на такое не мог. Впрочем, и разговора уже не получилось.

– Приезжайте за телом, – произнес спокойным тоном.

В ответ раздался скрежет и связь оборвалась. Такое впечатление, что Такуми не звонок сбросил, а тупо раздавил мобильник в руке. Ну или телефон разбил. Не знаю, что у него за аппарат.

– Еще приказы, господин? – спросил Каджо, беря в руку протянутый мной смартфон.

– Нет, – ответил я. – Пока просто побудь рядом. Что там с Торемазу, узнали?

– Ее только что доставили в больницу, господин, – ответил Каджо. – У нас пока нет информации о ее состоянии.

– Понятно, – пробормотал я.

Тори нашли недалеко от нашего дома, буквально в паре кварталов от него. Ее машина врезалась в забор стоящего у дороги дома, и, судя по информации нашедших ее слуг, состояние девушки было довольно опасным. Как и ее водителя. И да, они оба просто заснули в какой-то момент, из-за чего машина потеряла управление. Ее семье я уже отзвонился, так что они в курсе. Расшаркиваться перед Акэти я не намерен, так как в их случае, в отличие от Тоётоми, Аматэру с любой стороны не при делах. Правда, сам я толику вины все же чувствовал. Хотя, опять же, чисто технически ни Аматэру, ни я лично вообще ни в чем не виновны.

– Господин, – подошел ко мне один из охранников, – Хэгури Ватару-сан просит о встрече.

– Ха-а-а… – вздохнул я, после чего повернул голову влево, чтобы посмотреть на небольшой блокпост на краю квартала. – Сейчас подойду.

Находился я на том месте, где совсем недавно были ворота, и по факту ничего не делал. Самыми важными делами занимались без меня, а я лишь принимал доклады и вел разговоры с большими шишками. Сначала с капитаном полиции ближайшего участка, потом с представителем мэрии Токио, потом с заместителем главы ИСБ, теперь вот прибыл глава рода, являющегося вассальным императорскому. Хэгури, к слову, негласно контролируют канцелярию, как имперскую, так и императорскую. Хотя последнее не очень важно, главное то, что они вассалы императора.

Пока шел по дороге, следил за тем, как рабочие расчищают разрушенные дома. Не мои рабочие, вполне себе городские. Из всех служб, представители которых сейчас сновали по кварталу, только часть медперсонала можно назвать моим. Во всяком случае, две машины «скорой помощи» прибыли из моей ближайшей больницы. Остальные из других, но тоже ближайших. К сожалению, одна больница не может взвалить на себя весь фронт работ, в конце концов, там и без этого есть чем заняться.

Я, кстати, тоже помогал при разгребании завалов. Ну как помогал? Показывал, где находятся метки живых существ. На удивление, по предварительным подсчетам, за пределами особняка в квартале никто не погиб. Хотя некоторые здания, точнее, их состояние, прямо-таки кричали о том, что здесь должны быть одни мертвецы. Например, особняк напротив моего, который мы так и не сумели купить, буквально сложился как карточный домик, но я все равно чувствовал в нем четыре метки живых людей. А там как раз четверо и жили.

Рядом с блокпостом, точнее, его имитацией, стоял массивный стол со стульями, которые мои люди вытащили из ближайшего разрушенного дома. Нашего дома, мы ж не воришки. Хэгури ждал недалеко от стола. Один. За его спиной виднелась черная машина с тонированными стеклами, в которой сидело еще двое, но ко мне он отправился в одиночестве. При моем приближении дернул рукой, поправляя рукав кимоно, после чего поклонился.

– Приветствую, Аматэру-сан, – произнес он одновременно с поклоном.

– Хэгури-сан, – кивнул я и указал рукой на стол, – прошу.

Забавно, а ведь не так уж и давно именно я гнул перед ним спину, пытаясь выкупить Накамуру. Точнее, умаслить род Хэгури, чтобы они не злились на позволившего себе лишнего полицейского. Тогда уже бывшего полицейского. И ведь отмазал Накамуру, не пошли Хэгури на принцип как те же Ямана – последние еще и нагрубили нехило. В общем, даже во времена моего «простолюдинства» Хэгури показывали себя с лучшей стороны. Во всяком случае, в отношении меня, но не стоит забывать, что они все-таки вошли в число тех родов, которых допекал Накамура. То есть грешки за ними водятся. По словам Гая, два молодых члена рода Хэгури неслабо напились и полезли в драку с толпой таких же пьяных простолюдинов. Как итог – семь трупов и ни одного свидетеля. При том, что простолюдинов было четырнадцать человек. Тупой молодняк, он и у вассалов императора тупой молодняк.

Усевшись за стол напротив Ватару, изобразил ожидание. Мол, давай, говори, зачем пришел.

– Что ж, – постучал он пальцем по столу. – Думаю, вы и так понимаете, зачем я здесь. На территории квартала, где вы проживаете, произошел бой, в результате которого у вас имеются потери. Его величество обеспокоен наглыми действиями нападавших. Напасть на главу братского рода в столице его страны, используя непонятный, но весьма мощный артефакт сна – это если и не вызов его величеству, то очень близко. Никто не пытается лезть в ваши дела, но вы хотя бы можете сказать, кто на вас напал?

– Нет, – ответил я коротко.

– Вы не знаете, или… – замолчал Хэгури многозначительно.

– Это дела рода, – ответил я спокойно. – И само нападение, и личности нападавших. Мы ничего не скрываем, но и говорить не намерены.

– Без вашего содействия расследовать это дело будет очень сложно, – произнес он.

– Вы уж простите, – вздохнул я. – Но это не мои проблемы.

– Аматэру-сан… – потер Ватару лоб. – Я не понимаю, что такого в раскрытии личности напавших? Никто ведь не собирается лезть в ваши дела.

– Хэгури-сан…

– Нет, – поднял он руку. – Послушайте меня. У его величества, у всего императорского рода, как и у нас, его вассалов, как и у чиновников, военных и многих других, кто служит стране, есть определенные обязательства. Долг. И сейчас очень многие считают, что те, кто на вас напал, могут оказаться угрозой для страны. Эти… личности использовали очень могущественный и редкий артефакт. Вы уже должны знать, что не только ваш квартал, но и все соседние погрузились в сон. Кто даст гарантию, что завтра ваши враги не захотят навредить вам… ну не знаю… выкрав с военных баз нашей страны какое-нибудь оружие помощнее? Или не погрузят в сон дворец императора, чтобы похитить кого-нибудь из императорского рода и шантажировать вас? Пусть даже для того, чтобы что-то изменить в документах, хранящихся во дворце. В общем, они могут сделать что-то, что повредит стране или императорскому роду, лишь бы добраться до вас.

– Вы преувеличиваете, – хмыкнул я.

– Не зная, кто на вас напал? Не зная, на что они способны пойти? Не зная… вообще ничего? – произнес Ватару иронично. – Артефакт, которым здесь всех усыпили, может находиться только у очень могущественных людей. Он редок. И если кто-то решился его засветить, это означает, что этот кто-то готов пойти на многое.

Хэгури, кстати говоря, в некотором смысле прав. Я без понятия, на что готов пойти Древний, чтобы добиться своих целей. Только вот я не могу ему ничего рассказать. Я даже императорскому роду не очень-то хочу что-то рассказывать. Император наверняка скажет, что это теперь не только мое дело, а значит, ему можно предпринимать что угодно. А ёкаи? Вот где гарантии, что император не решится на жесткость, взяв их под контроль? Божественный дар? Пф, он не делает нас автоматом друзьями ёкаев. И вроде, с одной стороны, мне плевать, а с другой, меня устраивает именно нынешнее положение вещей. Мне на фиг не нужен шухер в Токусиме, после которого я ничего от ёкаев не получу. Если они решат, что я к этому причастен, конечно. В общем, если я заговорю, все станет настолько неопределенным, что лучше уж я сейчас молча потерплю.

– Беда… – протянул я. – Его величеству не позавидуешь – работать в такой опасной обстановке!

– Ваша ирония неуместна… – начал Хэгури.

– Как и ваша настойчивость, – прервал я его, добавив в голос жесткости. – Такова жизнь, никто не застрахован от действий могущественных психов. О большей части которых мы даже не знаем. И что? Это ваша обязанность – заботиться о своем сюзерене, а у меня таковых нет. Идите, Хэгури-сан, и не лезьте в дела Аматэру. Поверьте, так будет проще для всех.

Поджав губы и немного помолчав, Хэгури покачал головой.

– Не хотел я напоминать вам об этом, но все же скажу: Аматэру всего лишь свободный род, и ваши разборки терпят ровно до того момента, пока они не становятся опасными для членов императорского рода.

Ну да. Аристократы из свободных родов довольно бесправные ребята, и до сих пор я выезжаю только за счет фамилии. Если бы не она, император, к примеру, не стал бы плести вокруг нас интриги, а просто пришел бы и забрал то, что ему надо. Причем на законных основаниях. А война с Тоётоми? Точнее, не сама война, а утаивание важной информации. Я как глава свободного рода был обязан рассказать, кто взрывает инфраструктуру Токио, я был обязан донести на Тоётоми, когда узнал об их далеко идущих планах, а не изгаляться, добиваясь, чтобы они сами признались. Может, доказательств моего проступка и нет… А может, и есть. В любом случае сейчас все все прекрасно понимают, сложно не догадаться, что я был в курсе всего, тем не менее весь удар приняли на себя именно Тоётоми. А сколько мелочей, о которых я даже не задумывался? Блин, да не будь я Аматэру, даже история с Малайзией пошла бы по другому пути. Вряд ли бы она была кардинально другой, но точно не такой, как сейчас. Вот поэтому я и хочу клан. Этим ребятам совсем не обязательно заботиться о жизни и благополучии правящего рода. Отвечать на призыв императора – да, но не более. В ином случае никакого сёгуната не было бы. У каждого свои дела. Позвал на помощь? Ладно. Но лезть в каждую бочку затычкой и махать хвостиком перед правящим родом кланы не обязаны. Я уж не говорю о том, что их и без статуса братского рода правители боятся трогать. Кланы Хоккайдо тому пример. А уж клан, где главный род братский императорскому – вообще убийственное комбо. Правда, сейчас этот статус под вопросом, но мне и просто клана хватит.

– Если это дружеское предупреждение, то я вас услышал, если же это угроза… – произнес я, но был прерван.

Видимо, Хэгури и сам испугался сказанного.

– Никаких угроз, Аматэру-сан, – поднял он руку. – Прошу прощения, если мои слова были грубыми, я… Нет, мои слова определенно были грубы, и я извиняюсь за них. Все, что я хотел сказать, это то, что у вас как у свободного рода есть определенные обязанности, и вы должны их учитывать.

Слегка сумбурно и неопределенно, но ладно, прогиб засчитан.

– Мои личные отношения с вашим родом всегда несли лишь позитивную окраску, и мне не хочется с вами ссориться, – произнес я. Типа, следи за своими словами, дядя. – Так что замнем. Я вас услышал. А теперь, если вы сказали все, что хотели, то я, пожалуй, пойду. Сами понимаете, дел навалилось немерено.

– Да, конечно, – вздохнул он – мужику явно хотелось иного результата разговора. – Благодарю, что потратили на меня время.

– Не стоит, Хэгури-сан, – изобразил я улыбку. – Для вас у меня всегда найдется немного времени.

Тоётоми приехали через два часа после моего звонка. На трех машинах – две легковые и один микроавтобус, куда, видимо, и положат тело Кена. Останавливать их у блокпоста мы не стали, точнее, не всех – микроавтобус пропустили. Подъехав к тому месту, где когда-то были ворота, машина затормозила, и через секунду дверь с левой стороны кабины открылась. Выбравшийся наружу Такуми оглянулся и, поджав губы, направился в мою сторону. Тело Кена к тому моменту вынесли на простыне и положили рядом со мной. Помимо Такуми из машины выбрались двое мужчин, которые, пристроившись у него за спиной, пошли следом. Я же ждал в одиночестве. Нет, слуг и охраны во дворе хватало, но все они занимались своими делами, а рядом со мной не было никого.

– Аматэру-сан, – кивнул Такуми, остановившись передо мной.

– Здравствуй, – кивнул я в ответ. – Извиняться не буду. Ни я, ни он не могли поступить иначе.

– Прошу прощения за свои слова по телефону, – выдавил Такуми. – Я был несколько не в себе.

– Понимаю и не сержусь, – произнес я.

Бросив взгляд на тело брата, Такуми прикрыл глаза. Постояв так три секунды, вновь посмотрел на меня.

– Кто это был? – спросил он.

– Не могу сказать, – качнул я головой. – Извини, но вам в это лучше не лезть.

– Они убили моего брата, – процедил он.

Мне на это оставалось только вздохнуть.

– Я вассалов императора лесом послал, – произнес, глядя ему в глаза. – Прошу, не лезь в это. У вас и так проблем хватает.

Замерев на секунду, Такуми приложил основание ладоней к глазам и сильно потер их.

– Да что ж это за жизнь такая? – пробормотал он, после чего убрал ладони от глаз и вновь посмотрел на меня. – Ты, император, Церингены, теперь вот какие-то убийцы. Все имеют Тоётоми. Я хоть кому-нибудь смогу отомстить?

– Церингенам, думаю, сможешь, – произнес я слегка неуверенно. – Когда-нибудь.

Не знал, что у них проблемы с дружественным родом.

– Забудь, – вздохнул он. – Как он хоть умер, можешь сказать?

Не хотелось бы этого говорить, но… Увы, он имеет право знать.

– Твой брат спас жизнь Казуки, – ответил я. – Отвлекся на него и пропустил удар в спину.

– Иронично, – усмехнулся он с горечью. – Вы нам должны теперь, получается? Забавная штука – жизнь.

– Максимум – тебе, – произнес я чуть холоднее.

– Кен был главой рода, – заметил Такуми. – Теперь вот, похоже, я. И как ты хочешь разделить меня и род?

– Один раз я это сделал, – нахмурился я. – Из-за чего твой род выжил. Или ты думаешь, мне есть дело до Тоётоми в целом? Хотя ладно, хорошо. Давай поговорим на твоем языке. Мне должен твой клан в целом, твой род отдельно и ты в частности. Видимо, кое-кто забыл, что я сохранил ему жизнь при штурме поместья? О, а я ведь тогда многим сохранил жизнь. Там, помнится, твои матери были, бабка, сестра мелкая. Получается, и они мне должны. Что на это скажешь, выбиватель долгов?

– Я… – начал он, но промолчал, поджав губы. – Я был не прав, извини.

– Ты должен успокоиться, Такуми, – произнес я мягко. – Ведешь себя как тупой подросток. А мы ведь ровесники, между прочим. С Аматэру лучше дружить. Поверь, мы умеем быть благодарными.

– Кен, вон, дружил… – пробормотал он, повесив голову. – В любом случае – извини. Ты прав, мне надо успокоиться.

– Кен… – начал я, но выдохнул, не закончив. – Да ты и сам все понимаешь. Ладно, возвращайся уже домой. Охлади голову, займись похоронами. Когда все устаканится немного, я свяжусь с тобой. Нам еще есть о чем поговорить.

– Как скажешь, – произнес он тихо и, немного повернувшись влево, махнул рукой.

Этого хватило, чтобы двое мужчин, стоявших у него за спиной, направились к телу Кена, лежавшего на простыне.

– Я понимаю, что тебе сейчас непросто, но – соберись, – произнес я, глядя на парня. – Жизнь не кончена. Теперь ответственность за клан на тебе, и ты обязан бороться до конца. В том числе держать свои чувства в кулаке.

– Бороться? – вскинулся он. – Хех. Знал бы ты… А-а-а, – отмахнулся он. – Пойду я.

– Я позвоню через пару дней, – произнес ему в спину.

На что он просто махнул рукой. Даже не обернувшись. Правда, через пару шагов остановился и, обернувшись ко мне, сказал:

– Еще раз извини за то, что я тебе по телефону наговорил, – поймал он мой взгляд. – Просто… Просто извини.

Складывалось впечатление, что он разбит. И смертью брата, и, видимо, проблемами клана. Слишком резко на него все навалилось. Тут от смерти старшей родни отойти пытаешься, а тебя по голове новыми проблемами бьют, да еще и говорят, что теперь ты за всех в ответе. Блин, надеюсь, он не сломается. Такуми не является моим другом, но хорошим приятелем он мне точно приходится. Точнее, он был им раньше, а как теперь – уже и не знаю.

Спасатели закончили работу только ближе к девяти утра. Честно говоря, не знаю, насколько это быстро – учитывая, что японские здания далеко не образцы крепких домов, тут у нас царствуют гипсокартон и дерево. Не без камня, конечно, но Япония сейсмоактивная зона, и дома стараются делать так, чтобы было больше шансов вытащить человека из-под завала. Исключение – Хоккайдо. Там материалы немного иные, да и технология строительства, но по-другому никак – зимы на Хоккайдо вполне себе русские. В общем, спасательные работы закончились утром, но это не значит, что квартал опустел, работы продолжились, только уже другие. Необходимо расчистить территорию от строительного мусора, некоторые дома разрушить и убрать, так как это проще, чем заниматься их ремонтом. Электро- и газотехническим специалистам тоже нашлась работа. И много чего еще. Короче, шум и гам стоял знатный. А ведь когда муниципальные службы закончат работу, придет время строителей. А так как мне надо, чтобы все работы сделали побыстрее, то здесь и ночью будут шуметь по полной. При этом наш дом пострадал относительно слабо. Да блин, без «относительно», просто – слабо. Ну порушили нападавшие несколько стен и дверей, в основном бумажных, ну навели бардак… Кстати, все перевернуто с ног на голову, как будто ёкаи что-то искали. Недолго, по ходу движения в центр здания, где и расположен двор с сакурой. И, честно говоря, я не понимаю, что это значит. Что-то искали? Так не очень активно. Скорее, бардак они наводили активно. По злобе своей все переворачивали? Время тянули? Видимость поиска создавали? Не знаю.

Короче, дом пострадал не сильно, и жить здесь можно, а с комфортом, как и раньше, жить можно будет уже через пару дней. Хотя, учитывая шум снаружи, про комфорт я, пожалуй, загнул. Так вот, жить-то можно, но с безопасностью – беда. Защитная инфраструктура разрушена довольно значительно, плюс простота попадания в квартал, плюс целая толпа чужих людей рядом с домом. А у меня две беременные женщины рядом, ребенок, старушка, которая недавно слегла с микроинсультом. Так что, когда к нам прибыли городские службы и наши слуги, то есть стало возможно разгрузить женщин, дать им отдохнуть, я принял решение отправить всех в онсэн за городом. В тот самый, где Атарашики прожила многие годы, пока не переехала сюда. Вот уж где с безопасностью и отсутствием посторонних все нормально. Подумывал я и про Токусиму, даже озвучил свое предложение дамам, но кроме Рейки, которой лишь бы от школы откосить, уезжать в другой город отказались все. Настаивать я… пытался. Но меня задавили фактами. Точнее, женскими логическими выводами и двумя угрозами истерики. Ну а так как им мало что угрожает – Древнему-то я нужен – плюс в онсэне реально хорошая охрана, я сдался. Оставался шанс, что древнее ископаемое решит взять заложника, но тут уж ничего не поделаешь… Или все же просто приказать им уехать в Токусиму? Не чую я опасности, вот и даю слабину в споре со своими женщинами.

Цветок-артефакт я, кстати, отправил с Атарашики. У него, правда, несколько лепестков сгорело, но, по словам Хирано, его защитные функции все еще на высоте. Вот тоже дело на будущее. Надо бы скооперироваться с ёкаями Токусимы, чтобы они мне защиту на особняк поставили. Хоть какую. Уровня токусимского поместья достичь даже близко не получится, там мастера веками работали, но более-менее удовлетворяющий уровень защиты я получить смогу. Заодно и главный онсэн, куда уехали женщины, дополнительно защитить стоит. Просто на всякий случай, чтобы было место, куда можно со спокойной душой отправить домочадцев и не жалеть, что Токусима так далеко. Хотя наше островное поместье – это что-то с чем-то в плане защиты. Хирано как-то говорила, что людям будет проще его захватить, чем ёкаям, а ведь знаменито поместье именно защитой от людей. Да блин, там на холме в центре поместья по кругу корабельные двенадцатидюймовые орудия стоят. А это, между прочим, калибр чуть больше трехсот миллиметров. Современные орудия, их предшественники во Вторую мировую даже пострелять успели. Американцы тогда предприняли достаточно безумную, но имеющую шанс на успех операцию по захвату города. Вот и шмаляли орудия Аматэру и по порту, и по пригороду. Так там еще и полноценный батальон пехоты сидит, усиленный четырьмя тяжелыми МД. И все это, напомню, в очень хорошо укрепленном поместье. В основном эта силища находится там для защиты подземных хранилищ, где Аматэру испокон веков держали самое ценное, что не влезло в Хранилище Древних, а если туда приезжают члены рода, то оборона поместья укрепляется дополнительно. Точнее, туда подтягиваются городские силы в виде полиции и гвардии некоторых родов, с которыми у нас договоры. Ну а если начинается реальная движуха, то, как показала практика, остальные аристократы Токусимы подтягивают свои войска сами по себе. Так, чисто выгуливают их неподалеку.

В общем и целом Токусима для Аматэру – это крепость. Как сам город, так и поместье. И я бы хотел, чтобы мои дамы переехали туда, но будем объективны – Атарашики мне нужна здесь. Эрна, в общем, тоже. На этих двоих много дел завязано. Казуки по факту слабак, и я за него не меньше переживаю, но при этом он парень, и технически не слабее Ветерана, то есть в глазах общественности ему невместно сбежать, поджав хвост. И я такого приказать не могу, если не хочу испортить ему репутацию. Вот и получается: эти здесь, а эти там. Смысл?

Ну и да, напомню, опасности я пока даже близко не ощущаю, хоть это и не показатель. При атаке на особняк мне моя чуйка не очень-то и помогла. Далекие по времени события она вообще предсказывает… рандомно. То чую, что произойдет через пару недель, то нет. Гораздо чаще – нет. А даже если я что-то и чувствую, то это… То понять надо, что это.

С момента нападения прошло два дня. Городские службы практически закончили расчищать квартал, а я чуть не утонул в навалившихся делах. Увы и ах, но, как я и говорил, отсутствие рядом Атарашики и Эрны – довольно неприятная штука. Именно мне пришлось взвалить на себя часть их работы. Еще какую-то часть взяли на себя мои правая рука и мастер на все руки. Примерно треть дел осталась за женщинами, та, которую они могли сделать, находясь безвылазно за городом. Немного перепало и Казуки. Так-то он в этом плане был практически свободен, разве что все, что связано с Токусимой, висело на нем, но сейчас пришлось и его нагрузить.

А вот Хирано ничего не делала. Счастливая женщина, блин. Правда, даже ее поведение после штурма особняка слегка изменилось. Она по-прежнему проводила большую часть времени с книжкой или планшетом в руках, но теперь старалась быть поближе ко мне. Так она это еще и настолько тактично делала, что я не сразу заметил. А когда спросил, что происходит, она ответила, что без цветка-артефакта ей лучше находиться где-то неподалеку от меня. И ведь мне сложно с этим спорить. Да, я силен. Трудно оценивать, но где-то на уровне средненького Виртуоза. Тем не менее что я могу сделать с, например, заклинанием сна? Фиг знает. От молнии я увернуться могу или щит поставить, а от такого вот ментального воздействия? Смогу защититься? Подействует ли? А если заклинание вообще не на меня нацелено, а, скажем, на несущие стены дома? И ладно – токийское поместье, выживу, а если я в каком-нибудь высотном здании? А, хотя тоже выживу. Были в прошлом мире прецеденты. Там, правда, здание взрывали, но оно тоже в итоге сложилось внутрь. В любом случае я просто привожу пример. Так что присутствие неподалеку девятихвостой кицунэ, которая как минимум предупредит о магическом воздействии, вполне себе обоснованно.

Правда, после того как вопрос с ее присутствием разрешился, хвостатая вообще, не скрываясь, находилась рядом со мной. Я работаю у себя в кабинете, а она в кресле напротив книгу читает. Ну хоть не лезет. Хотя в бабском выносе мозга Хирано и не была никогда замечена. Ладно, сидит и сидит. Мне-то что? Разве глаз постоянно на аппетитные формы косится. Эта древняя девочка даже когда просто сидит, не двигаясь, очень даже отвлекающий фактор. Но не признаваться же в этом? Я как бы брутальный мужик, а не подросток со спермотоксикозом. Я могу себя контролировать.

Блин!

– Хирано… – откинулся я на спинку кресла. В ответ кицунэ подняла голову и глянула на меня с приподнятой в немом вопросе бровью. – Вот скажи мне – я мужик?

После услышанного Хирано приподняла уже обе брови.

– Как минимум, – ответила она.

– Ну так иди переоденься! Это твое платьице меня отвлекает, – махнул я на нее рукой, точнее, на ее белое платье до колен. – Юкату надень, ты же японка, в конце-то концов.

– О-о-о, – протянула она, после чего растянула губы в улыбке. – Как скажете, Аматэру-сама.

Отложив на стол книгу, Хирано молча поднялась и вышла из кабинета. И это все? Вот так просто? Чую подвох.

И он случился, когда лисица вернулась. Я реально чуть не подавился, увидев ее. Проблема в том, что даже в древности… да пусть даже в средние века, юкаты были разных видов, а уж в современной реальности чего только не напридумывали. И да, Хирано надела юкату, но, стерва, короткую. По сути, это тоже платье, только с японским колоритом. Так юбка у этого платья еще короче, не до колен, как в прошлом, а до середины бедра.

– Ну ты и вредная… – покачал я головой. – Ведь нарвешься когда-нибудь, лапать начну.

– Всего лишь? – фыркнула она. – Мелко метите, господин.

– А что? – изобразил я удивление. – Могу и большее себе позволить?

– Ну себе-то вы много чего можете позволить, – усмехнулась Хирано перед тем как сесть в кресло. – Тут вопрос в моей реакции.

– И какая она будет? – стало мне любопытно.

– Кто знает? – ответила она, беря в руки книгу и теряя ко мне интерес.

Взрослые, умные, знающие себе цену бабы… Чтоб вас. Ну дай ты уже четкий ответ! А теперь что? Переспрашивать и уточнять, показывая, что я озабоченный мальчишка? Ой, да хрен бы с этим, все понимают, кто есть кто, хуже, что я у нее на поводу пойду и, как показывает практика, динамить меня в этом случае будут еще очень долго.

Хм, стоп. А мне ли не пофиг? Я как бы и не стремлюсь ее в койку затащить. Легкий флирт к этому не обязывает. Зря я, наверное, всех женщин из особняка отослал. И служанок в том числе. Ну то есть почти всех. Лена, моя секретарша, осталась, как и еще несколько женщин из секретариата. Но Ленка как бы занята, а остальные либо староваты, либо замужем. Я однажды, кстати, опростоволосился с замужней служанкой. Это еще до женитьбы было. Зажал девушку в углу, а она и не против, а как бы даже за, только вот на следующий день совершенно случайно узнал, что у нее есть муж… Ёкарный бабай, было стыдно. Красотуля-то – слуга рода. Теперь, блин, докажи, что все было по обоюдному согласию. Появилось у меня чувство лжи, но спрашивать ее о таком тупо стыдно. А услышать ответ – боязно. Так что в итоге сделал вид, будто ничего не произошло. Даже переводить ее в другое место не стал, да и сложновато это сделать, учитывая, что девушка – целитель. Служанка и целитель одновременно. С особым статусом служанка, но все же. Причем она не из бывших Докья, а вполне себе потомственная слуга рода Аматэру. И во время нападения находилась на самом краю первого круга, подтаскивала к себе раненых и лечила их.

Так к чему я это все? А, ну да. На меня навалилась куча работы, а рядом ни одной доступной женщины, так что и развеяться не с кем. Жена уехала, Акеми должна была вчера вернуться, но я ее сразу в онсэн перенаправил, служанок из тех, с кем можно, тоже нет. Только древняя красавица перед носом маячит. И что мне делать? Идти в клуб и снимать девчонку? Так это… непонятно, можно ли. Надо бы, кстати, по-тихому уточнить у Атарашики, что мне в этом плане вообще позволено. Как ни странно, я данным вопросом, не считая пары уточнений, не интересовался, так как повода не было. Со служанками можно, особенно когда жена не в кондиции, а значит, все норм. А тут такое…. Стоп! А ведь Хирано говорила, что…

Возникшую в голове мысль прервал стук в дверь.

– Господин, – поклонился старик Каджо, – прибыл его высочество принц Нарухито.

– Что ж, – произнес я со вздохом. – И правда, надо бы отвлечься от… – покосился на Хирано, – дел.

Глава 2

Его высочество ждал в гостиной. Впрочем, где находиться гостю, который пришел без приглашения? Не на кухне же? Так тут еще и высокий статус принца, ограничивающий выбор мест, куда можно его пригласить подождать хозяина дома. Например, в центральный парк к сакуре его не отведешь – слишком фамильярно. В общем, принц сидел в большой гостиной и пил чай.

– Добрый день, ваше высочество, – произнес я, подойдя к нему и сев в кресло напротив.

– Просил же попроще обращаться, – произнес он со вздохом.

После чего поставил чашку на столик между нами.

– Прошу прощения, Нарухито-сан, – ответил я. – Привычка. Мне сложно обращаться к людям вашего положения… не по протоколу. Все-таки наследный принц – это наследный принц.

– Ну… – начал он и после небольшой паузы усмехнулся: – Ты уж постарайся – мне тоже не очень удобно разговаривать с Аматэру, как будто с чужими.

– А вашему отцу подобное обращение не мешает, – улыбнулся я.

– О, ну там возраст, – пожал он плечами. – И его, и твой. Может, и я в его годы буду спокойно к этому относиться. При разговоре с твоими внуками, – добавил он весело.

Думаю, все посложнее, но да ладно. Не о том речь. Надо подтолкнуть его к тому, ради чего он и пришел. А то мы так минут двадцать можем болтать ни о чем.

– До внуков еще дожить надо, – изобразил я тяжкий вздох.

– Да… – перевел он взгляд на свою кружку, по-прежнему стоящую на столе. Просидел так четыре секунды, после чего поднял на меня взгляд и продолжил: – Думаю, ты догадываешься, зачем я пришел к тебе.

– Мм… Почти уверен в причине, – ответил я.

– Я не хочу… – начал он, но прервался. – Не так – я не намерен лезть в ваши дела… – и опять замолчал, прикрыв глаза. – Так уж сложилось, что мы, императорский род, очень хорошо представляем себе, что такое «дела рода» в устах Аматэру.

Мне прям любопытно стало.

– И что? – спросил я.

– Большие проблемы, – ответил он. – Для вас. Вы удила закусываете, только когда у вас намечаются или идут в полный рост большие проблемы.

– Какое-то не очень логичное утверждение, – нахмурился я. – По-вашему, других причин…

– У нас в родовом архиве специальная папочка лежит, – чуть наклонил он голову, глядя на меня исподлобья. – В качестве доказательства моих слов. Там перечислены все зафиксированные случаи, когда Аматэру начинали говорить о делах рода. Двадцать два случая за последние шесть тысяч лет. Более ранних записей у нас нет, но уверен, ничего не изменилось бы. Двадцать две очень опасных для Аматэру ситуации, когда вы врубали свою гордость и отговаривались делами рода.

– Да бросьте, Нарухито-сан, – нахмурился я. – Быть того не может. Дела рода могут и не быть связаны с чем-то опасным.

– Около пяти тысяч лет назад, – произнес Нарухито. – Почти пять тысяч лет назад среди Аматэру практически произошел раскол. Но даже тогда вы пошли к императору, чтобы он рассудил спорящие стороны. И мой предок не подвел, сумев избежать худшего. Вот уж где были дела рода. А вот, например… – поднял он руку. – К демонам слишком уж далекие времена. Тысяча лет назад. Война Аматэру и Тяньшаньхуа. Вы тогда реально были на грани. Догадайся, что отвечали Аматэру на предложение помощи с нашей стороны?

– Это ни о чем не говорит, – хмыкнул я. – Дела рода связаны не только с войной.

Кстати, о расколе внутри Аматэру я не знал. Что нормально, так как история рода состоит из хреновой тучи книг только официальной истории. Ну нет у меня времени прочитать все. Да, честно говоря, и желания нет, в летописи ведь наверняка воды на океан.

– Когда твоего предшественника убили, мои отец с дедом прорабатывали несколько планов мести, – произнес он серьезным тоном. – И предлагали эти планы Атарашики-сан. Знаешь, что она ответила?

– Мы были в составе клана, – ответил я слегка раздраженно. – Вы и не могли ничего сделать.

– Очень даже могли, – не согласился он со мной. – Просто в отрыве от Аматэру. Среди прочего, кстати, прорабатывался и план по выводу твоего рода из состава клана Кояма. В общем, Атарашики-сан могла принять нашу помощь, однако ответ был где-то даже очевидным.

– Мы и сами справились, – дернул я плечом.

– О да, – кивнул он. – До сих пор вы умудрялись справляться с проблемами. Но так не может продолжаться вечно. Все мы когда-нибудь исчезнем, вечных родов не бывает, но зачем настолько сильно рисковать? Мы ведь не чужие вам люди!

На самом деле, довольно забавная информация. Признаться, я не помню, отговаривался ли я до этого делами рода в каких-то менее опасных ситуациях. В торговых, например. Вроде не было такого. Про тех, кто жил до меня, я вообще ничего сказать не могу. Неужто мой род и правда начинает говорить о делах рода только в крайних случаях? Или все наоборот, и именно в крайних случаях мы всегда вопим о делах рода?

– Уверен, Нарухито-сан, всему есть логичное объяснение, – произнес я.

– Конечно, есть, – кивнул он. – Гордость.

– Я как раз и имел в виду, что это не обязательно гордость, – ответил на это.

– А я вот считаю, что это именно гордость, – хмыкнул Нарухито. – Вас ведь не зря называют честью и гордостью нации. Подобное мнение просто так не формируется.

Блин, сбил с мысли. О чем я там…

– И тем не менее это далеко не всегда гордость, – произнес я. – Атарашики-сан, скорее всего, отказалась принимать помощь, чтобы вас не подставлять. Про более давние времена ничего сказать не могу.

– Со своими врагами Аматэру справятся сами. Или сдохнут, – произнес Нарухито, ухмыляясь. – Прямая цитата из Атарашики-сан.

– Ну а что она, сопли должна была разводить? – произнес я раздраженно. – Нормальная отмазка. Я с ней в этом вопросе не согласен, но с ее стороны все было сделано правильно.

– Синдзи, – улыбнулся Нарухито, – ты реально думаешь, что в планах отца и деда не учитывалась грозящая нам опасность? Ты думаешь, до Атарашики-сан не довели, что в этом, этом и этом случае нам ничего не будет? Просто для понимания: они разработали семь тактик, в трех из которых нам вообще ничего не грозило. Тактики были менее эффективны и результативны, но были. Она просто гордость свою врубила. Я бы на ее месте за любой вариант ухватился, чтобы отомстить, но Аматэру не такие! Вы в этом вопросе просто до безобразия, до откровенной глупости горды.

– Ну и зачем вы тогда сюда пришли, если заранее знаете, что я скажу? – подпустил в голос легкую иронию. – И да – я все равно с вами не согласен. Наверняка гордость не всегда была причиной отказа от помощи.

– Твое право, – кивнул он. – Но у Атарашики-сан, чисто ради любопытства, ты этот вопрос проясни. По поводу того, зачем я сюда пришел, скажу так… – Он замолчал, не договорив. – Давай сразу уточним, ты ведь согласен, что выживание рода – прежде всего?

– Согласен, – ответил я, примерно представляя, что он скажет дальше.

– Тогда хотя бы намекни нам, куда смотреть, – произнес Нарухито слегка просительно. – Мы не лезем в дела твоего рода, но нам бы очень не хотелось, чтобы вы исчезли. Мы вмешаемся в самый последний момент… Я даже так скажу – мы вмешаемся в последний момент и только после того как ты будешь мертв. Позволь нам стать вашей подушкой безопасности. В конце концов, ты в ответе за Аматэру, у тебя должен существовать запасной план.

Технически он предлагал мне отличный план для подстраховки. Я не считаю себя бессмертным и помереть могу в любой момент. В теории. Если я отброшу копыта, – а Древний может мне такое устроить – кто-то должен будет позаботиться о роде. Более того, не имею ничего против, если кто-то поможет мне убить врага. Да, с недавних пор в деле появился личный фактор, но это не значит, что мне критично важно убить Древнего своими собственными руками. Главное, чтобы он умер. Так что правильнее было бы не просто намекнуть, а рассказать Нарухито все. Да и с какой стати я должен воевать с этим ископаемым монстром в одиночку? С другой же стороны… Наличие ёкаев в этом мире не совсем моя тайна. Правда, с меня даже подобия обещания не брали, чтобы я молчал. Просто доверились. Токусимцы мне доверились. Так еще и помочь пытались, дважды впаривая очень полезный, как выяснилось, и дорогой защитный артефакт.

И вроде фиг с ним, у императорского рода тоже есть метка Аматэрасу, но нет, не все так просто. Как говорила Хирано… не помню дословно. В общем, метка – это лишь повод выслушать, а не бежать в объятья ее носителя. Вот придет к ним император, и они его выслушают, скорее всего, даже помогут, но хотят ли они вообще этого разговора? Да и здраво рассуждать метка ёкаям не мешает. Например, с главой государства они встречаться не хотят, потому что человек такой величины может и не удержаться от… всякого разного. Естественно, ради страны, а не из-за какой-то там жадности. Он ведь о-го-го, ответственность, все дела. А если без иронии, то как минимум Хирано как раз и опасается обычной человеческой жадности вперемешку со страхом.

И вот что мне делать? Рассказать – логично, промолчать – благородно. Ну или, если смотреть с другого ракурса, то рассказать – подло, а промолчать – глупо.

– Мм… – нарушил я двухминутную тишину. Все это время принц тихонечко сидел, давая мне спокойно обдумать его предложение. – Обстоятельства гораздо сложнее, чем вы думаете, Нарухито-сан. Поверьте, тут не в гордости дело, просто это не совсем моя тайна.

На что Нарухито удивленно моргнул.

– Это как вообще возможно? – спросил он. – Нападение на вас – не ваша тайна?

– Как-то так, – развел я руками.

– Синдзи-кун, – потер он в замешательстве лоб, – я не понимаю. Ты хоть аналогию какую приведи. Для меня твои слова звучат довольно бредово.

– С аналогиями тоже сложно, – вздохнул я. – Давайте остановимся на том, что Аматэру сами разберутся с этой проблемой.

– Как всегда, да? – поморщился принц.

В этот момент справа от нас из коридора выглянула Хирано и, поиграв бровями, качнула головой, показывая себе за спину. Поговорить хочет? Сейчас? Хм, а ведь она прекрасно знает о важности разговора с принцем. И разговор могла запросто подслушать. Впрочем, причина может быть совсем в другом, и если она зовет меня в такой момент, это определенно важно.

– Прошу прощения, Нарухито-сан, – поднялся я с кресла. – Я отлучусь буквально на пару минут.

– Да, конечно, – махнул он рукой.

К моменту, когда я вышел, Хирано отошла подальше и стояла на перекрестке коридоров, прислонившись плечом к стене.

– Что-то случилось? – спросил я.

– Я слышала ваш разговор, – ответила она, не отрываясь от стены. – Подслушала, уж извини. Не ради какой-то цели, просто любопытно было, как ты беседу аж с самим принцем поведешь.

– И? – приподнял я бровь. – Молодец, что призналась, но лучше так больше не делай.

– Брось, как будто ты не чувствовал меня рядом, – дернула она плечом.

– Я не сканирую пространство ежеминутно, – хмыкнул я. – Моя паранойя еще не на таком уровне.

– Ладно, не будем о пустом, – отмахнулась Хирано, отрываясь от стены. – Как я понимаю, у тебя проблемы с дозировкой информации?

– Дозировкой? – не понял я. – Тут как бы либо говорить все, либо нет. Полумеры только хуже.

– Как скажешь, – не стала она углублять тему. – Я договорилась со старейшинами, что могу вести дела от лица ёкаев Токусимы…

– Когда? – не дал я ей договорить.

– После нападения на твой дом, – ответила она. – Так вот. Одобрение старейшин мне не очень-то и нужно, но лучше уж договориться, чтобы они мне потом нервы не трепали. Я это к чему?

– Почему сразу не сказала? – опять перебил я.

– А смысл? – улыбнулась она. – По сути ведь ничего не изменилось. Я бы в любом случае сделала так, как хочу. Просто теперь… – задумалась она. – Просто теперь тебе будет проще принять мои действия и… некоторые советы.

– Например? – Я по-прежнему не догонял, чего она хочет.

– Например, сейчас я могу посоветовать… – запнулась она. – Могу дать разрешение – от лица Токусимы – рассказать о нас принцу. Если он поклянется, что эта информация не дойдет до его отца.

– О как, – произнес я, глядя на Хирано. – Это многое упрощает. А дар богини как-то влияет на твое решение?

Просто любопытства ради спросил.

– Конечно! – удивилась она. – Окажись он из другого рода, я бы не рискнула помогать тебе подобным образом. Даже будучи такой беспредельщицей, какая я есть. Мне, знаешь ли, гораздо спокойней от мысли, что люди о нас не знают. Но принц… – вздохнула она. – Можно рискнуть.

– Когда-нибудь он станет императором, – напомнил я ей.

– Не трави душу, – поморщилась Хирано. – Остается надеяться, что он не изменится сильно. В идеале попробуй выбить из него клятву, что он вообще никому ничего не расскажет. Тебе так даже лучше будет. Все операции с ёкаями в будущем он станет проводить через тебя, что еще больше повысит значимость твоего рода.

– Попробую, – произнес я медленно. – Хм. Тогда я пошел. Будь недалеко… Хотя… Хотя да, будь неподалеку, ему наверняка потребуется подтверждение моих слов.

– Так давай я сразу с тобой пойду, – приподняла бровь Хирано.

– Нет, – качнул я головой. – Я бы на его месте напрягся, а потом…

– Ты его с собой-то не сравнивай, – хмыкнула Хирано.

– Просто дай мне с ним поговорить, – скривился я.

– Как скажешь, – подняла она руки.

Тоже мне… У меня вполне себе нормальной величины паранойя. Рабочий уровень, можно сказать. Для человека моего положения. Уверен, принц ничем не лучше в этом плане. Блин, да она вообще хоть раз видела настоящего параноика?

Вернувшись в гостиную, уселся обратно в кресло.

– Еще раз прошу прощения, Нарухито-сан, – произнес я.

– Все нормально, – чуть улыбнулся он. – Надеюсь, ничего плохого не случилось?

– Просто уточнил один вопрос, – ответил ему. – Возвращаясь к нашей теме. Я могу вам кое-что рассказать, но только вам. И только если вы поклянетесь не делиться услышанным здесь ни с кем другим.

– Но как я тогда смогу помочь? – нахмурился он.

– Помогите мне держать его величество подальше от данной темы, – произнес я. – Этого будет достаточно.

– Ха-а-а… – выдохнул он, потерев лоб. – Синдзи-кун… Это ведь не помощь.

– Это с какой стороны посмотреть, – пожал я плечами. – Вы просто не знаете, о чем идет речь.

Нарухито поглядел на меня исподлобья, так и не убрав руку ото лба.

– Хорошо, – выпрямился он в кресле. – Клянусь молчать о том, что ты мне сейчас скажешь. И раз уж на то пошло, ты же утверждал, что это не твоя тайна.

Неплохая формулировка, с точки зрения ведьмака. Надеюсь, он не станет использовать дыры в клятве. Во всяком случае, уточнять невежливо. С другой стороны, хорошая проверка, посмотрим, как он поведет себя в будущем.

– Я договорился, – пожал я плечами.

А Нарухито после такого ответа покосился в сторону коридора, куда я уходил к Хирано.

– Понятно… что ничего не понятно, – произнес он медленно. – Что ж, внимательно тебя слушаю.

Я уж хотел было начать говорить, но запнулся, не зная, с чего начать. Просто… Ну вот что тут сказать? Это как в моем прошлом мире утверждать, что на тебя напал инопланетянин. Который подговорил Бабу-ягу, которая, в свою очередь, натравила на тебя Змея Горыныча. О’кей, ладно. Не настолько сказочно, но все равно удивительно. Впрочем, пауза была не такая уж и большая, просто я не смог с ходу озвучить положение дел.

– Мы… – ай, да ладно. – Род Аматэру враждует с Древним, который натравил на нас ёкаев.

Немного помолчав, глядя на меня без каких-то особых эмоций, Нарухито слегка качнул головой.

– Не понял, – произнес самую малость удивленно. – Прости, Синдзи-кун, не мог бы ты сказать прямо, без всех этих аллегорий. С кем именно враждует твой род?

М-да. Он не то чтобы не поверил, он посчитал, что я просто намекаю на кого-то посредством некоего сказочного образа.

– Это не аллегория, Нарухито-сан, это вполне себе конкретная древняя сволочь, – произнес я серьезно. – И этот урод имеет то ли связи среди ёкаев, то ли подчиненных, которых он на меня и натравил.

– Древний… – произнес Нарухито медленно. – И ёкаи, они же Ушедшие. Я правильно понял?

– Правильно, Нарухито-сан, – кивнул я. – Как вы понимаете, о подобном рассказывать не очень удобно, потому и возникают «дела рода».

Пожевав губами, Нарухито открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и замер, промолчав. Закрыл рот, вновь открыл, опять закрыл.

– Ладно. Я понял. Древний, ёкаи, хорошо. Приму как данность, – выдал он несколько рубленых фраз. – Как точку отсчета. Предположим. Э… То есть Ушедшие не ушли?

– Ушли, но не все, – пожал я плечами. – Небольшая часть осталась.

– Чтоб меня… – пробормотал он.

– Я так понимаю, для вас эта информация сродни сказке, ну или чему-то волшебному и удивительному, – чуть склонил я голову набок.

– Примерно так, – произнес он тихо, пребывая в этот момент в своих мыслях.

– Ну так забудьте, – чуть охладил я тон, чтобы взбодрить его. И у меня получилось, во всяком случае, он вновь сосредоточился на моих словах. – Среди высших чинов жреческой братии о них известно. Род Чакри столетиями живет бок о бок с очень сильным ёкаем. Фактически на его территории. И они частенько общаются между собой. Данная информация не уникальна. Подозреваю, о ёкаях знает достаточно много людей. Помимо жрецов.

– Но не мы, – произнес он, откинувшись на спинку кресла и расслабившись. По крайней мере, с виду расслабившись. – И как так получилось? Почему божественный дар не сработал?

– О-о-о… – протянул я, после чего усмехнулся. – Метка богини не более чем поручительство. Она просто говорит, что мы нормальные люди и с нами можно иметь дело, это не обязательство бежать к нам и рассказывать о своем существовании. К примеру, я с ёкаями познакомился совсем недавно, когда один из них попытался меня убить.

– Оу, – в удивлении приподнял Нарухито брови.

– Как-то так, – дернул я плечом. – Он был сумасшедшим, как мне потом объяснили. Собственно, те, кто за ним охотился, и стали моими проводниками в их мир. И, честно говоря, я не знаю, как повернулся бы наш с ними первый разговор, будь я из другого рода. Так что, можно сказать, божественный дар очень даже сработал.

– Ладно, это понятно, – прикрыл на мгновение глаза Нарухито. – А что там с Древним?

– Война у меня с ним, – пожал я плечами. – Причины не знаю. Однажды он просто послал ко мне убийцу, а недавно и вовсе небольшую армию. Кстати, информация о Древнем как раз уникальна. Про него даже ёкаи не все знают, а люди и вовсе не в курсе, что в этом мире остался еще кто-то из их вида. И я так понимаю, что он последний из Древних на Земле.

– И когда ваша вражда началась? – спросил Нарухито.

– Мм… – промычал я, задумавшись. – Не знаю насчет вражды, но есть подозрение, что убить он меня решил после дуэли на турнире Дакисюро. Именно тогда я показал всем, что сильнее обычного Патриарха. То есть перешел некую грань в плане силы.

– Хм, – задумался на несколько секунд Нарухито. – А ведь Алдер умер через несколько дней после той дуэли. Может так быть, что Древний решил зачистить вообще всех Патриархов? На всякий случай?

– Не знаю, Нарухито-сан, не думал об этом, – покачал я головой. – Все может быть, но, как по мне, глуповатое решение.

– Мы просто не знаем всех нюансов, – произнес он задумчиво. – Хорошо, с этим понятно… – Он вздохнул, но, так ничего и не сказав, обеими руками с силой потер лицо. – Надо собраться. Дай мне минуту.

– Конечно, Нарухито-сан, я вас не тороплю, – кивнул я.

С мыслями он собирался достаточно долго – чуть больше трех минут. Может, и дольше молчал бы, но в какой-то момент в гостиную зашла Хирано, неся в руках поднос с чашками чая. Поставив их на стол, она забрала пустую чашку принца и с поклоном удалилась. Нарухито все это время внимательно наблюдал за ней.

– Она ведь ёкай? – спросил он, когда Хирано удалилась. – Или имеет к ним какое-то отношение, да?

Учитывая, что я решился рассказать ему о ёкаях после того, как отошел поговорить с Хирано, мысль вполне логичная. Да и в Сукотай, где, по моим словам, живет ёкай, сотрудничающий с Чакри, я ездил именно с ней. Для тех, кто следит за Аматэру, я сейчас не про шпионство, Хирано вообще достаточно заметная личность. А еще загадочная.

– Кицунэ, – чуть улыбнулся я, готовясь к неприятностям. – То ли шесть, то ли семь хвостов.

– Почему так неуверенно? – приподнял бровь Нарухито.

– Количество хвостов у кицунэ зависит в том числе и от возраста, – ответил я, усмехнувшись. – Можете попробовать спросить у нее, сколько ей лет.

– Оу, – покивал он. – Понимаю. А, если не секрет, в каком качестве она находится при тебе?

– Консультант, – пожал я плечами.

– То есть можно нанять консультанта? – уточнил он.

– Можно попробовать, – хмыкнул я. – Профессор Хирано помогает мне только потому, что у нас с ней общие цели. Древний и ей нагадил.

– С этим ясно, – произнес принц, взяв в руку чашку, и, слегка покрутив ее, сделал глоток. – Вернемся к нападению. Ты не в курсе, что за артефакт применили… – замялся он. – Ёкаи? Способность усыпить людей в радиусе двух кварталов делает артефакт очень опасным.

– Это не артефакт, – вздохнул я. – Это заклинание.

– Закли… – пробормотал он. – Хотя да, чему я удивляюсь? Это, кстати, усложняет дело.

– Что именно вы имеете в виду? – решил я уточнить.

– Есть артефакты, дающие защиту от других артефактов, – пояснил он. – Точнее, защищающие от таких вот… ментальных воздействий. Но заклинание… – покачал он головой. – Мы ведь не знаем, что это и как действует на людей с защитой. Получается, высока вероятность того, что охрана высших лиц государства в одночасье перестанет быть эффективной. А как так получилось, что у вас только часть людей заснула?

– Защитный артефакт, – пояснил я.

– То есть они все же работают? – спросил Нарухито напряженно.

Блин. Наверное, стоит пояснить, хотя с практической точки зрения… Да нет, все равно надо, он ведь детали и узнать когда-нибудь может.

– Магический артефакт, – произнес я. – Надо четко различать магию и бахир, точнее, понимать, что это две разные энергии. Артефакты Древних – это бахир. Артефакты Ушедших, такие как блокировщики камонтоку – это магия.

– Жаль, – произнес Нарухито, отведя взгляд. – Я надеялся, что все будет проще. Хорошо, я понял. Другой вопрос. К нам попала запись очевидца, где над местом боя висят две техники, стихии огня и молнии. Да и в целом… У меня такой вопрос – насколько сильны ёкаи?

– Хм, – задумался я. – В этом плане у них все, как у людей. То есть сильные бойцы имеются, но их мало. А учитывая, что ёкаев вообще немного, то сильных бойцов там единицы. Да и с ними можно воевать. Например, нападения на дворец можете не опасаться – слишком он хорошо защищен.

– А заклинание сна? – хмыкнул Нарухито.

– Давайте сразу с этим определимся, – вздохнул я. – Древний скрывается от людей многие века, если не тысячелетия, не будет он открыто нападать на правящий род великой державы. Я ведь, несмотря на все наши разногласия, не стану на подобное сквозь пальцы смотреть. После такого мне даже ёкаи ничего не скажут, если я поведаю о них всему миру. Заодно и о Древнем. Плюс не забывайте, я не единственный носитель тайны. Жрецам нападение на правящий род большой страны тоже сильно не понравится. А такие роды, как Чакри? В общем, бред. Уж кто-кто, а вы защищены.

– Род в целом ладно, а отдельные люди? – приподнял он бровь. – Опять же, пусть отец и я неприкосновенны, а мои братья и другие родственники?

Хотел ответить отрицательно, но чисто технически он прав. Магию ведь и под бахир можно замаскировать.

– Не знаю, – вздохнул я. – Если бы не Древний, точнее, не наш с ним конфликт, я бы сказал, что вам ничего не угрожает, а сейчас не знаю. Вряд ли, но стопроцентной уверенности, конечно, нет.

– И при всем при этом ты ничего не хочешь говорить отцу, – произнес он утвердительно.

– А вы можете дать гарантию, что он, прикрываясь безопасностью рода, не станет жестким с доверившимися мне ёкаями? – спросил я иронично.

Ответить сразу принц не смог.

– Не могу, – вздохнул Нарухито, помолчав две секунды.

– Вот и я о чем… – даже не пожал, а просто пошевелил я плечом.

Наверное, будь наши братские отношения такими, как их описывают Атарашики с Нарухито, я должен был бы помочь императорскому роду с защитой… Но они не такие. Я вообще не так уж много хорошего от них видел, и взваливать себе на плечи еще и их проблемы не намерен. Попросит Нарухито помочь с чем-то конкретным, я подумаю, что можно сделать. Может, даже помогу, если это будет не напряжно. Но не более. Пусть скажут спасибо императору, который не только меня настроил против себя, но и Атарашики. А ведь ее просьбу помочь братскому роду я бы выполнил.

Как ни странно, но принц был довольно тактичен и вопросов задал не так уж и много. Ничего не просил, да и спрашивал скорее по существу. Сколько ёкаев напало, насколько они были сильны, сколько их выжило, почему заснятые на смартфон техники не сработали и так далее. Ушел он от меня загруженный по самое не балуй, но какой-то сильной обеспокоенности я в нем не увидел. Думаю, позднее мне еще не раз придется говорить с ним на данную тему, просто именно сейчас ему надо переварить новые знания.

После того как гость наконец-то свалил, я вернулся к работе, а вечером у меня был запланирован поход в больницу, где лежала Торемазу. С сегодняшнего дня, как мне сообщили еще утром, врачи разрешили посещения больной. Родня, понятное дело, и раньше могла навестить девочку, но посторонних к ней до этого не пускали.

О разговоре с Торемазу, в общем-то, рассказывать нечего. Выглядела она, даже с учетом того, что ее лечили целители, неважно и беседу поддерживать не могла. Да это и без разницы, главное – сам факт моего прихода. Надеюсь, я хоть немного поднял ей настроение. А вот на выходе из палаты я чуть ли не нос к носу столкнулся с ее отцом.

– Аматэру-сан, – кивнул он мне, поджав губы.

– Акэти-сан, – кивнул я в ответ.

– Если уж так сложилось, не уделите мне пару минут? – спросил он.

Что ж, это было ожидаемо. Я даже немного удивлен, что он сам со мной не связался.

– Конечно, Акэти-сан, слушаю вас, – произнес я.

– Отойдем? – кивнул он на окно с противоположной стороны коридора.

Смысла я в этом не видел, но если ему так удобнее…

– Как скажете, – направился я к окну.

Последовав за мной, Акэти остановился рядом и, немного помолчав, начал разговор:

– Думаю, вы и так понимаете, чего именно я хочу от вас, – произнес он хмуро. – Моя дочь пострадала, и если у вас есть хоть какая-то информация о виновнике произошедшего, я прошу вас поделиться ею.

С ним будет посложнее, чем с Хэгури. С морально-этической точки зрения. Послать-то я его могу точно так же.

– Я лично отрубил руки-ноги тому, кто виноват в случившемся, – ответил ему. – Вам некому мстить.

– Что? – взлетели его брови. – Ясно, я рад, что исполнитель мертв, но мне важно знать, кто организатор.

– В этом я вам помочь не могу, – ответил я.

– Почему? – допытывался он. – Вы тоже не знаете? Но хоть что-то у вас есть на руках? Хотя бы японцы это или иностранцы? Нападавшие, я имею в виду.

– Иностранцы, но вам это ничего не даст, – пожал я плечами. – Сами знаете, что исполнителей найти не так уж и трудно.

– Кто это был? – спросил он раздраженно. – Хватит меня путать. У вас должна быть какая-то информация, и я должен знать!

Спокойно, Максимка, он всего лишь переживающий отец.

– Вашей дочери сейчас ничего не угрожает, – произнес я спокойно. – Исполнитель мертв. Если вам этого мало, то это ваши проблемы. А если будете лезть не в свое дело, проблемы начнутся у всего вашего рода.

– Вы нам угрожаете? – удивился он.

– Вы не поняли, – хмыкнул я. – Проблемы вам организуют не Аматэру. Просто радуйтесь, что Торемазу жива, и не ставьте вновь ее жизнь под угрозу. Всего хорошего, Акэти-сан.

Воспользовавшись тем, что собеседник был удивлен и не знал, что сказать, я развернулся и пошел к выходу из больницы. В себя он наверняка пришел быстро, но бежать за мной или кричать в спину ему гордость не позволила.

Следующий день мало чем отличался от предыдущего. Разве что я наконец разгреб все неотложные дела, в которых требовалось мое непосредственное участие. Звонком ли телефонным, подписью – не важно, с остальным справятся и мои помощники. Естественно, совсем без дел я не останусь, хотя бы потому что это невозможно, но теперь мне уже не придется сидеть в кабинете по двенадцать часов. Впервые за несколько дней у меня высвободилось время, и я смогу заняться не менее важными, но уже не настолько срочными делами. Например, могу организовать разговор с братом. В отеле, где он проживает. Можно было его и к себе вызвать, но мне хотелось устроить… сюрприз. Слегка сбить с толку, а не общаться с полностью готовым ко всему человеком. Мелочь, конечно, вряд ли он о чем-нибудь проговорится, но мне сейчас нужно использовать все возможности, чтобы выйти на Древнего.

Сакурай Отои со своим адвокатом поселился в одном из отелей Накатоми. Но об этом я уже говорил. В общем, я сидел в небольшом ресторанчике на первом этаже отеля, пил кофе и ждал, когда сюда спустится мой брат. Позвонил я ему буквально пять с половиной минут назад и обрадовал тем, что жду внизу. Могу ошибаться, но, как мне показалось, он был удивлен. Пяти… уже шести минут, конечно, маловато, чтобы, ответив на неожиданный звонок, спуститься на первый этаж, но почему-то именно сейчас медлительность брата меня немного раздражала. Отчего на седьмой минуте я и воспользовался импульсом, проверяя метку, которую поставил в свое время на Отои. Блин. Этот ушлепок все еще у себя на этаже, правда, в номере адвоката. Обсуждают, поди, как будут разговор вести. Позвал-то я их обоих. В целом, по плану у меня слегка надавить на эту парочку и посмотреть, что будет. Естественно, не прямо здесь, в ресторане, хотя начать можно и здесь, почему нет? За словами следить придется, ну так им тоже. Потом напрошусь к ним, а там видно будет.

Восемнадцать минут. Они меня что, на прочность проверяют? Когда уже спустятся? О, ну наконец. Судя по маркеру, на лифте спускаются. Точнее, Отои спускается, но адвокат должен быть с ним. Ресторан находится в восточном крыле здания, а холл с лифтами в южном, так что парочку я увидел не сразу после того как они вышли из лифта. Успел даже еще раз использовать импульс. Не из-за нетерпения, просто любопытно стало, что это они так задерживаются. Впрочем, причину узнать не удалось, так как маркер Отои показывал, что они вот-вот покажутся в поле моего зрения. Сидел-то я лицом к выходу, а окна в ресторане огромные.

А вот и они. Наконе… Стоп, что за фигня? Отои должен идти слева, маркер же… Посылаю еще один импульс, который четко и ясно показывает, что моя метка стоит не на Сакурае Отои, а на его адвокате. Это как вообще?

Что за фигня здесь творится?

Глава 3

– Аматэру-сан, – поклонился Герхарт Турнс.

Просто уважительный поклон, не более. Иностранцу можно, странно, что он вообще поклонился. И да, забавный момент, но первым поприветствовал меня он. Если бы не поклон, я бы не обратил на это внимания, но раз уж он пытается соблюдать хотя бы формальные нормы поведения этой страны, то первым должен был заговорить Отои. Это ведь он старший в их паре.

– Здравствуй, братишка, – улыбнулся Отои кривовато.

Как будто даже покровительственно. И уж точно высокомерно. Странно. Будто другой человек, не тот, кого я знаю. Блин, да я вообще хоть раз с ним встречался?

– Садитесь, – махнул я рукой на свободные стулья.

Адвокат на мою грубость не отреагировал, а вот Отои поморщился, но, покосившись на Турнса, вслед за ним сел за стол.

Пока еще рано что-то утверждать, но предварительно – именно адвокат отдает приказания Отои, а не наоборот. Все еще может быть иначе, и Отои просто умный парень, который способен отдать управление тому, кто лучше разбирается в ситуации. Только вот чуйка, обычная человеческая чуйка, основанная на жизненном опыте, говорит, что это не так.

– Не могу не спросить, – произнес Турнс, присев за стол. – Вы уверены, что это место подходит для обсуждения наших дел?

– Плохое местечко ты подобрал, – хмыкнул Отои. Буду для ясности его так называть, а там посмотрим. – Торопился?

А может, попробовать его спровоцировать? Чутка надавить, вдруг и ошибется где-то.

– Рот закрой, – произнес я холодно. – Мне сейчас не до праздной болтовни.

– Да ты… – взлетели его брови.

– Рот. Закрыл, – добавил я немного «яки».

Самую малость, просто чтобы он понял, что я серьезен.

– Давайте не будем его злить, господин, – произнес негромко Турнс, причем на немецком.

– Ну тогда ты и веди разговор, – поморщился Отои.

Ответил он на том же языке. Причем с акцентом. Я не настолько хорошо знаю немецкий, чтобы определить, какой конкретно акцент, но само его наличие слышу.

– Прошу прощения за господина Сакурая, – обратился ко мне адвокат. – Это его, конечно, не оправдывает, но сегодня у нас был непростой день.

Отои на это даже не поморщился. Его каким-то неадекватным ребенком выставляют, а ему плевать?

– Проехали, – махнул я рукой. – Для начала хочу уточнить – вы в курсе предупреждения, которое сделал мне ваш подопечный?

– Вы про не совсем обычные связи господина Сакурая? – уточнил адвокат и, увидев мой кивок, продолжил: – Да, в курсе. Мы работаем с ним не один год и очень плотно, так что я в курсе многих его дел.

– В таком случае я жду ваши предложения, – произнес я, после чего потянулся за чашкой, стоящей на столе.

– Серьезно? – приподнял брови Турнс, после чего демонстративно оглядел кафешку. – Вы хотите говорить об этом здесь?

Повторив его жест, я пожал плечами.

– Народу не так уж и много, – произнес я.

– Даже если не обращать внимания на узнавших вас людей, которые наверняка сейчас внимательно за нами наблюдают, это в любом случае не подходящее место для переговоров, – заметил Турнс.

– В таком случае мы можем пойти ко мне в машину, – изобразил я легкое раздражение. – И я не собираюсь вести переговоры, я просто хочу узнать ваши намерения. В общих чертах.

– Это можно было сделать и по телефону, не привлекая внимания стольких людей, – произнес Турнс, поведя головой.

– Машина? – приподнял я бровь. – К себе в дом я вас в ближайшее время не пущу. Я и к вам-то заехал просто по дороге.

– Аматэру-сан… – покачал он головой. – Давайте все же выберем место и нормально поговорим. Пусть не сегодня, зато обстоятельно.

Изначально у меня намечались другие планы, но сейчас я тоже не прочь был перенести разговор на потом. Точнее, сейчас я хотел просто поехать домой и обдумать произошедшее. И тем не менее отметил, что Турнс тоже хочет свалить. Скорее всего, он просто не желает вести переговоры в присутствии Отои. Парень явно не подготовлен к столь спонтанной встрече.

– Мы и сейчас можем поехать в более подходящее место, – предложил я просто ради проформы.

– Признаюсь честно, Аматэру-сан, – произнес адвокат извиняющимся тоном. – Ваш приезд был для нас полной неожиданностью, и мы не готовы общаться с вами. Так дела не делаются. Давайте все же не будем ставить друг друга в неудобное положение. Найдем место, договоримся о встрече и там все обсудим.

Все. Мужик обозначил свои намерения и вести разговор дальше не будет. Настаивать? Зачем? Мне это сейчас тоже не выгодно.

– Значит, ко мне приходить с бухты-барахты можно, а к вам нет? – усмехнулся я.

– Такое было всего один раз и по очень уважительной причине, – ответил Турнс вежливо.

– Ладно. – Я демонстративно скривился. – Раз уж вы такие непрофессионалы, ищите место и звоните.

– Благодарю за то, что вошли в наше положение, Аматэру-сан, – произнес Турнс, вставая вслед за мной из-за стола.

– Не затягивайте со звонком, – бросил я, проходя мимо Отои.

На что оставшийся сидеть за столом «братец» промолчал.

Машину я оставил на подземной парковке отеля, так что сделал звонок, пока шел на выход из отеля, и дождался ее уже на улице.

– Домой, – бросил шоферу, оказавшись внутри авто.

Сегодня за рулем машины оказался Вася-тян, а Сейджун сидел рядом.

Итак. Дела принимают интересный оборот, и что теперь делать, я… не то чтобы не знаю, просто в некоторой растерянности. Вариантов немного, но все они настолько ненадежны, что выбрать один из них довольно сложно. Ну, во-первых – ничего не делать. Тупо оставить все как есть и продолжать следить за этой парочкой. Хотя бы до того момента, пока не узнаю, что они хотят предложить. Вариант? Вариант. Проблема в том, что для идеального исполнения этого варианта я не должен был сегодня к ним приезжать. Они не должны чувствовать давления и неопределенности. А теперь я, честно говоря, и не знаю, что они сделают. Все-таки мой приезд довольно подозрителен.

Если раньше я хотел, чтобы они хоть что-нибудь сделали, то теперь… Не знаю. Существо, которое может менять лица и поведение настолько легко, лучше лишний раз не трогать. Причем эта парочка – не ёкаи, иначе на них подействовал бы защитный артефакт. Он бы их просто не пустил на территорию особняка без моего личного разрешения. Впрочем, судя по всему, здесь бывал только адвокат, просто в двух разных ипостасях. А Отои… Непонятно, существует ли он вообще. Хотя нет, кто-то с кровью Сакураев мужского рода определенно существует. Даже если предположить, что кровь была изменена магическим образом – а я сам пример того, что это возможно – то остается понять, где он оригинал крови взял? С чьей именно крови он скопировал эту? И если у него есть оригинал, на фига тогда вообще что-то копировать? То есть, в конечном итоге, следуя логике, кровь мне предоставили вполне себе настоящую, а вот настоящий ли Отои, который приехал с адвокатом, вопрос более насущный. Я ведь сейчас даже не понимаю, можно ли его убить, если что, или необходимо до последнего пытаться взять в плен. Так-то я обоих попытаюсь живыми взять… Это, кстати, второй вариант моих последующих действий.

Вместо того чтобы наблюдать, я могу пойти и попробовать захватить обоих. Будь они простыми людьми, я бы так и сделал. К сожалению, я не знаю, кто они. Адвокат, например, может быть как человеком с артефактом, так и тем самым Древним, а Отои вообще может оказаться кем угодно. При таких вводных мне очень сложно планировать не то что захват этой парочки, а даже банальную слежку. Ой, чуть не забыл, они же сидят в отеле Накатоми, то есть даже захват будет тем еще испытанием. Если я не хочу ссориться с уважаемым родом, который мне в целом нравится, действовать придется максимально скрытно. Договориться с Накатоми – не вариант, для них безопасность клиентов – дело чести. Они, может, и рады были бы со мной договориться, но позволить себе этого не могут.

Со всех сторон засада.

Звонок мобильника отвлек меня от мыслей об этой чудесной парочке. Достав телефон, глянул на номер звонившего. Хм, Кагуцутивару Баку. И что от меня нужно главе рода?

– Слушаю, – произнес я.

– Здравствуй, Аматэру-кун, – поприветствовал Баку.

– Здравствуйте, Кагуцутивару-сан, – ответил я.

– Извини, что беспокою, ты сейчас можешь говорить? – спросил он.

– Да, все нормально, – сказал я. – Слушаю вас.

– Не буду ходить вокруг да около, меня тут попросили кое-что у тебя уточнить, причем два разных человека, – перешел он к делу. – Это по поводу Хейгов. До тех, кто пристально наблюдал за вашим конфликтом, дошла информация, что ты предположительно сражался с Виртуозом. И я подозреваю, что те двое не последние, кто меня об этом спросят. Что мне отвечать, Аматэру-кун?

Умный старик. «Что мне отвечать», а не «правда ли это». Что ж, было очевидно, что битву с Азуной не скрыть. Слишком масштабные разрушения остались после нее. При этом все мои бойцы, тянущие на Виртуозов, находились совсем в другом месте, и это легко проверяется.

– Можете ответить, что это правда, – произнес я, глядя в окно машины. – Я действительно сражался с Виртуозом и победил. С очень неопытным Виртуозом, но тем не менее.

Ответил он через три секунды молчания.

– Потрясающе, Аматэру-кун, – произнес Баку спокойным тоном. – Прими мои поздравления. Ты первый Патриарх, который достиг подобного уровня.

– Благодарю, Кагуцутивару-сан, – сказал я.

– В связи с услышанным хочу спросить, исключительно для себя, – начал он слегка неуверенно. – Твой нынешний уровень – пиковый, или ты будешь и дальше становиться сильнее?

В корень зрит старик.

– Исключительно между нами, – улыбнулся я. – Слышали о древних героях?

Ответил он после небольшой паузы.

– Слышал.

– Ну так это пик могущества таких, как я, – произнес я, слегка поморщившись. Все-таки сказанное мной – не совсем правда. – Если бы у Патриархов была система рангов, то я сейчас был бы где-то на уровне Ветерана.

– Это… – произнес он и замолчал на пять с половиной секунд. – Это впечатляет.

– Справедливости ради. – Я выразительно вздохнул. – Их уровня и правда очень сложно достичь. За десять тысяч лет не наберется и десятка человек, которые смогли стать с ними вровень. Даже таких, как я, было немного. Заявляю авторитетно, так как у Аматэру есть некоторые… редкие тексты.

Чувствовал я себя в этот момент довольно странно. Вроде и не врал, но не врал только потому, что и сам не знал, что тут правда.

– Что же, надеюсь, ты сможешь это сделать, – произнес Баку. – Когда-нибудь.

Несмотря на пожелание, я отчетливо слышал в его голосе облегчение. Которое он пытался скрыть. Но это и понятно: кому хочется иметь под боком монстра уровня древних героев? Даже если ты в хороших отношениях с этим монстром. Да и в целом неприятно осознавать, что устоявшийся миропорядок может рухнуть из-за плохого настроения одного-единственного человека.

– Не уверен, что мне это на самом деле надо, – хмыкнул я в трубку. – Вы просто не знаете, как этой силы добиваются. Но об этом я вам рассказать не могу. Извините.

– Ничего, я понимаю, – ответил Баку. – Спасибо за ответы. Лишнего от меня никто не узнает.

Хех, «лишнего». Довольно размытое определение. Впрочем, я учитывал, что он может и проговориться. Хотя и вряд ли сделает это сейчас. Бессмысленно. А по поводу того, что я Виртуоза завалил… Пусть знают. Параноик в глубине души говорит мне, что кто-то может испугаться силы главы Аматэру, собрать коалицию и напасть, но логика говорит, что это маловероятно. Даже не будь я Аматэру. Тут с талантливыми простолюдинами стараются договариваться, чтобы в будущем проблем не отхватить, как те же Хейги от Адама Райта. Для войны нужна более серьезная причина, чем «а-а-а, он слишком сильный». К тому же, при наличии древних родов и их камонтоку уровень моей силы не так уж и пугает. Уточню – возможный уровень моей силы в будущем. Как раз сейчас, глядя на меня, люди будут лишь уважительно качать головой. Что мне, в общем-то, и надо.

Минус во всем этом лишь один – теперь меня точно не будут недооценивать. Увы, но сыграть на том, что я слабак, больше не удастся.

– Могли бы этого и не говорить, Кагуцутивару-сан, – добавил я радушия в голос. Ну или попытался, фиг его знает, получилось ли. Потому и предпочитаю личное общение – обманывать вживую как-то попроще, чем по телефону. – Я бы сильно удивился, если бы вы проболтались.

– Что ж, в таком случае прощаюсь, – произнес он. – Всего… Хотя, стоп. Прошу прощения… – Вслед за словами я услышал шуршание. Вроде стук задвигаемой полки. О, вот это точно шорох бумаг. – Вот, нашел. Это не совсем моя тема, точнее, слишком мелкая, но до меня дошла информация о тендере на новое программное обеспечение для министерства торговли. О нем пока не объявили, но я перешлю вам требования. Уверен, хорошенько подготовившись заранее, вы с легкостью обойдете конкурентов. По уму им бы сразу в «Шидотэмору» обратиться, но закон есть закон.

– Благодарю, Кагуцутивару-сан, – сказал я.

– Да не за что, – ответил он. – Что ж, не буду вас больше отвлекать. Всего хорошего, Аматэру-кун.

– И вам, Кагуцутивару-сан, – произнес я, после чего нажал на отбой.

Контракт с министерством торговли – это весьма неплохо. Сверхприбылей мы на этом не получим, но – по зернышку, как говорится. К тому же контракты с государством выгодны не только с финансовой точки зрения.

Вернувшись домой, я первым делом пошел искать Хирано. Нашел в библиотеке… что неудивительно.

– О, вернулся? – произнесла кицунэ, оторвавшись от книги. – И как оно?

– Мм… Странно, – ответил я. – Вот скажи, какие есть артефакты, позволяющие полностью менять внешность?

– Синдзи, – вздохнула она устало, – опять ты спрашиваешь у меня про артефакты. Ну не разбираюсь я в них.

– Ты знаешь о них лучше любого в этом доме, – возразил я.

– Тебе достаточно сделать один звонок, чтобы поговорить с теми, кто занимается этим на профессиональном уровне, – склонила она голову набок.

– Просто ответьте, профессор, – закатил я на секунду глаза.

– Профессор истории, – проворчала кицунэ. – И вообще, после всего, что было между нами, мог бы и по имени ко мне обращаться.

– Разрешаешь? – поднял я бровь.

– Разрешаю, – махнула она покровительственно ладонью.

– Ну так что там с артефактами, Хатсуми-кун?

– Просто Хатсуми, – скривилась она. – Что ж ты такой формальный? Ладно. Я знаю всего два таких артефакта. Тысячеликая – это маска, если что, – уточнила она. – И Зеркало Ян-Аши. По легендам, оба артефакта позволяли менять внешность, но к маскам у Древних было особое отношение, так что подозреваю, что Тысячеликая получше Зеркала Ян-Аши будет. Как именно происходит смена облика, насколько сильно человек может изменить его, где сейчас эти артефакты, я не знаю. Детали запроси у своих спецов.

– То есть ты даже не знаешь, пропали эти артефакты или нет? – уточнил я.

– Без понятия, – покачала она головой. – Разве что маска – легенда европейской части мира, а зеркало – азиатской.

М-да, не очень информативно. Видимо, и правда придется… Хотя о чем я, в любом случае придется звонить старикам, что сейчас исследуют трофеи затонувшего Хранилища. Просто я надеялся, что смогу получить хоть какой-то ответ здесь и сейчас. С профессорами о таких вещах по телефону не поговоришь, тут надо спецсвязь организовывать, а это время. Пусть и небольшое.

Покинув библиотеку, на автомате направился в кабинет, но, проходя мимо домашней гостиной, где мы обычно сидим с Атарашики по утрам, мысленно плюнул непонятно на что и упал на диван напротив телика. Я до сих пор не определился с тем, что делать с Турнсом и Сакураем. Даже общего плана в голове не было, не то что краткосрочного. Что мне вот прям сейчас делать? Забить и ждать их звонка? Или подготовить операцию по захвату? Слишком много нюансов. На самом деле, куда ни плюнь, везде эти долбаные нюансы, и мне очень не хочется ошибиться. Провороню свой шанс сейчас – и упущу возможность выйти на Древнего. А если Турнс и есть Древний, то его побег еще обидней. Хотя если он Древний, то тут не о поимке надо думать, а об устранении. Поймать такую цель практически нереально. Вот тебе, Макс, и еще один нюанс – Древний или не Древний? В зависимости от ответа надо строить совершенно разные планы.

Ладно. Когда не знаешь, что делать, вспомни устав. В данном случае стандартные армейские процедуры. Какие у меня вводные? Хрен пойми что происходит, но время подумать есть, а значит, первым делом надо получить больше информации, то есть – нужна разведка. Я, конечно, уже наведывался в отель к этой сладкой парочке, но ничего провокационного там не нашел и, если сейчас все повторится, я как минимум буду знать, что они спокойны и не собираются творить какую-нибудь дичь. Ну или по-быстрому сваливать.

Достав мобильник, набрал номер Змея.

– Слушаю, господин, – донесся его голос из трубки.

– Зайди ко мне прямо сейчас, – выдал я приказ.

– Уже иду, господин.

Сбросив звонок, в очередной раз задумался о том, что нужна постоянная связь, которую нельзя прослушать. Работы ведутся, но дело это небыстрое. Кстати, пара лицензий из приданого Анеко может очень помочь в создании своего собственного сотового оператора. Точнее, не в создании – процедуры по созданию и сейчас ведутся – приданое поможет неплохо развивать новое дело. Как минимум выходить по деньгам в ноль. Иметь свою телекоммуникационную компанию, которая постоянно сосет из тебя деньги, могут себе позволить очень немногие, и эти немногие уже давно все это имеют. Те же Тайра или Отомо. А вот Кагуцутивару, к слову, решили с этим не заморачиваться. Помимо этого, «Шидотэмору» работает над мессенджером. С суперпупершифрованием. Я-то в этом плохо разбираюсь, но меня уверяли, что все будет очень круто.

Вообще сотовая связь довольно безопасная в плане секретности вещь. Все операторы в этой – и не только – стране так или иначе принадлежат аристократам, и если выяснится, что данные уходят налево, этим родам придется очень несладко. С другой стороны, как минимум, владельцы таких телекоммуникационных сетей будут в курсе переговоров людей. Это терпимо, но до определенной степени, совсем расслабляться не стоит. А в случае с Древним, у которого неизвестные, но явно большие возможности в техническом плане, доверять сотовой связи вообще нельзя. Даже если бы я имел своего собственного оператора. И ведь этот уродец наверняка держит мои средства связи под контролем. Общедоступные средства. В ином случае… Да нет, сомневаюсь, что он может взломать спецсвязь, иначе я бы уже давно ощутил последствия на своей заднице.

Примерно на этой мысли в гостиной появилась Хирано.

– Ты так и не сказал, что у тебя случилось, – произнесла она, направляясь в соседнее кресло. – С чего это тебя вдруг заинтересовали подобные артефакты?

– Адвокат моего братца, похоже, может менять облик, – ответил я, наблюдая за ее перемещениями. Элегантна все же чертовка. – При этом он точно не ёкай.

– А может, он… – замерла она возле кресла.

– Древний? – хмыкнул я. – Да, я тоже об этом подумал.

Плюхнувшись в кресло и положив руки на подлокотники, Хирано некоторое время молча смотрела на меня.

– Тогда мы должны… – начала она, но не договорила. – Демоны… А что мы должны-то?

– Вот и я в недоумении, – пожал я плечами. – Он ведь может быть и обычным слугой.

– Захватывать? – бормотала она себе под нос, слегка опустив голову. – Следить? Ждать его следующего хода?

Последний вопрос она задала, уже глядя на меня.

– Для начала – разведка, – ответил я. – Сегодня ночью навещу их.

– Ты ведь там уже был, – приподняла она бровь.

После чего положила ногу на ногу и чуть наклонила голову набок.

– Ты меня опять соблазнить пытаешься? – усмехнулся я.

– Что? О чем ты… О-о-о, мужчины! – закатила Хирано глаза. – Соберись уже. Если бы я хотела тебя соблазнить, ты бы не спрашивал, а точно знал.

Хм, и правда. Как показывает практика, в исполнении Хирано такое сложно с чем-то спутать.

– Слушай, – неожиданно пришел в голову вопрос. – А ты не знаешь, из какой касты наш Древний?

– А ты меня об этом разве не спрашивал? – нахмурилась она. – Да и ладно. Строитель он. Правда, у меня нет доказательств и это лишь предположение. Мое личное мнение, скажем так.

– И почему ты так считаешь? – уточнил я.

– Хм, – задумалась она. – Он точно не Воин, эти действуют более прямолинейно. Сейчас-то ладно, но он и раньше не особо рвался драться. Про Ученых, как и про Строителей, я знаю гораздо меньше, но Ученые… – замолчала она, подбирая слова. – М-да. Расскажу одну историю. Она произошла лет шестьдесят назад. В Токусиму тогда прибыл ёкай, за которым много лет охотился Древний. Обезьяна из клана Сунь. Их сейчас даже в Китае совсем мало осталось. В общем, Сунь Мучи – зовут его так – шестьдесят лет назад приехал в Токусиму, где и осел. Парнишка хоть и молодой, но при этом считается самым искусным мастером печатей в мире. Очень хвастливый тип. Вот он мне как-то и похвастался, что много лет от Древнего бегал. Естественно, это сопровождалось множеством конкретных историй, как он обводил его вокруг пальца. Например, однажды он вывел из строя целую телеграфную станцию, что дало ему несколько дней, за которые он свел в могилу несколько прислужников Древнего. Понимаешь, Синдзи? Телеграфную станцию.

– Не понимаю, – признался я.

– Ха-а-а… – вздохнула она. – Это лишь один из множества примеров, но, если коротко – Древний активно использует людские ресурсы. В том числе и технологические. У него подручные – в основном ёкаи, а у нас с бахиром отношения не очень, то есть артефакты Древних большинство из нас применять не может. Но даже те немногие люди, которых он использует… Вот тебе еще один пример. Около десяти лет назад кто-то из тануки умудрился найти на просторах Интернета некий сайт, где координировали свои действия слуги Древнего. Подозреваю, люди, но не факт, что только они. В общем, Токусима несколько лет была в курсе очень многих их планов. К сожалению, мы, как сейчас говорят, однажды спалились, и сайт прикрыли, но сам факт, Синдзи!

– Бред какой-то, – произнес я, нахмурившись. – Древний не только пользуется Интернетом для своих дел, так он еще и не может защитить свои серверы?

– А я о чем, – произнесла она возбужденно. У нее даже уши в этот момент торчком стояли. – Думаешь, Ученые, которые, я тебе это авторитетно заявляю, крайне быстро адаптируются к изменяющейся ситуации, не смогли бы придумать, как защитить свой сайт? Или найти более удобный способ связи для своих слуг? Так я тебя уверяю – эти ребята могут и не такое. Мне отец рассказывал, что война между богами и Древними началась после удара богов. Очень мощного удара, который убил многих Древних. Почему, по-твоему, война тогда не закончилась? Да потому что Ученые до безумия быстро адаптировались к ситуации и практически моментально создали систему защиты. А потом, к слову, и нападения. Если бы наш Древний был из касты Ученых, он бы сейчас… Он бы уже десять лет назад контролировал весь Интернет.

– А Строители на такое не способны? – уточнил я, и так уже зная ответ.

– Они Строители, – отмахнулась Хирано. – Раньше, кстати, их называли «Созидатели». Эта каста строит и создает. Нового они не изобретают. У Древних на них висело создание вообще всего, от одежды до спутников.

– Фиг с ним, не может он создать чего-то нового, но это ведь Древние. У них и своих технологий полно.

– Да, – спокойно согласилась Хирано. – Но они другие. На других принципах. А Интернета… Ну, утверждать не буду, но вроде ничего похожего на Интернет у них не было. Та же система связи у Древних работает на иных, нежели у людей, принципах.

– Речь не о том, – вздохнул я. – Ладно, Интернета у них не было, но как же все остальное? Аналоги, Хатсуми.

– Так они и не делись никуда, – пожала она плечами. – Чем-то типа дронов наш Древний и пятьсот лет назад активно пользовался.

– И почему он сейчас использует человеческие технологии? – спросил я.

– Не только их, Синдзи, – вздохнула она. – Просто… Опять же, это только мое мнение, без доказательств, но, как мне кажется, у Древнего проблема с ресурсами. Потому он и своими устройствами пользуется по минимуму.

– Теми самыми, что могут существовать тысячелетиями? – хмыкнул я.

– Существовать – да, – ответила она. – А вот создавать что-то новое по известным технологиям он уже не может. Какой толк, к примеру, от одной супертехнологичной рации, когда тебе нужна тысяча штук?

– Мысль твою понял, – покачал я головой. – Но…

– Я и не говорю, что стопроцентно права, – улыбнулась Хирано. – Наоборот, сразу предупредила, что это только предположение. Я и сама понимаю, что под мою теорию можно с легкостью подкопаться. Но лично я считаю, что где-то, как-то, примерно так все и обстоит.

– Надеюсь, что ты права, – бросил я взгляд на мобильник, который так и держал в руке. – Но проверять мы это не станем. Будем считать, что проблем с технологиями у Древнего нет.

– Согласна, – кивнула она. – Немного паранойи в нашей ситуации не повредит. Благо у тебя ее чуть больше, чем «немного».

Ситуация меня тревожила. Я не чувствовал опасности, но сам факт того, что в отеле не ощущалось моей метки, именно что тревожил. И я бы все понял и не парился, если бы Сакамиджи, он же Змей, а если быть совсем точным, то его люди, уже не первый месяц не держали отель под наблюдением. То есть моя служба разведки утверждает, что Турнс и Сакурай в отеле, а импульс говорит мне, что как минимум Турнса здесь нет.

Пробраться в нужный номер труда не составляло, так как этажом выше апартаментов, где остановились адвокат с братом, уже с месяц жили наши люди. Все, что мне надо сделать, это надеть парик, переодеться, добраться до нужного этажа, отворачивая лицо от камер, расположение которых хорошо известно, зайти в нужный номер и сделать «скольжение вниз». Вот как раз перед самым «скольжением», стоя посреди гостиной номера, под которым жил адвокат, я и задумался – а нужно ли мне это? Это ведь до крайности подозрительно. И чувство жизни, и чувство разума, и все остальные мои сканирующие навыки показывали, что в отеле отсутствует не только адвокат, но и Сакурай. Точнее, оба их номера пусты. И если уж они свалили отсюда, то явно что-то подозревали и не оставили для меня каких-то зацепок. А вот ловушку оставить могли запросто. С другой стороны, опасности я все же не ощущал.

– Ладно, – пробормотал под шлемом пилотского комбинезона. – Авось повезет.

Вдруг они ошиблись и забыли что-то, а я это найду? Да и, ё-моё, я уже здесь. Уйти, даже не попытавшись что-нибудь найти? Эх, хотелось бы мне знать, как они догадались, что я узнал об их… переодеваниях.

Вздохнув, глянул на потолок, в последний раз прикидывая, на какое расстояние мне надо «скользить», после чего нырнул в подпространство и практически в ту же секунду вынырнул уже в номере Турнса.

Такая же большая гостиная элитного номера, как и этажом выше, только обставлена минималистично. Стол со стулом у одной стены, диван с огромным теликом у другой. Вот как раз на диване я и нашел… братишку. Мертвого. Судя по окоченению, мертв он был уже часов пять как минимум.

– Ну здравствуй, ведьмак, – раздалось у меня за спиной.

Признаюсь честно, мне пришлось приложить значительное усилие, чтобы не вздрогнуть. Давненько меня не заставали врасплох. Развернувшись, увидел Турнса, сидящего за столом. Запустив череду сканирующих навыков, убедился в том, что они его не видят. А значит – что? А значит, это голограмма. Очень реалистичная трехмерная голограмма. Во всяком случае, я на это надеялся, так как в ином случае эти Древние еще более стремные типы, чем я думал.

– Древний… полагаю? – спросил я.

– Так нас называют люди, да, – кивнул он.

– И зачем было его убивать? – отошел я от дивана, чуть приблизившись к столу.

– Ну не тащиться же с ним домой? – пожал он плечами. – Сам я от твоих людей с легкостью уйду, а вот он – нет. Не обращай внимания, этот человек просто статист, не более.

– Интересно, – чуть склонил я голову набок. – Получается, мой братишка для тебя не пустое место. Раз ты его сюда не привез.

– Ты все еще веришь, что он существует? – улыбнулся Древний.

– Ну откуда-то ты взял кровь, – пожал я плечами.

– Похоже, ты недооцениваешь наши технологии, – продолжал он улыбаться. – Впрочем, это твои проблемы. Лучше давай поговорим о чем-нибудь другом. Я давно хотел пообщаться с тобой… – покрутил он ладонью. – Без различных ограничений.

– О-о-о… – протянул я. – Ну давай.

– Как думаешь, из-за чего начался наш с тобой конфликт? – спросил он уже без улыбки.

– Кто его знает? – усмехнулся я. – Из-за ошибки?

– И ты угадал, – кивнул он.

Как предсказуемо. Ну а зачем ему общаться со мной, если не ради урегулирования конфликта и попытки получить пульт от спутника?

– Предлагаешь помириться? – спросил я с иронией.

– Вряд ли это получится, – вздохнул Древний. – Я не снимаю с себя ответственности, ошибка-то в любом случае моя. Просто… – замялся он. – Да любой бы на моем месте поступил бы так же. Слишком уж страшные вы ребята, ведьмаки. Естественно, я попытался убить тебя, пока ты еще слаб. Сглупил, признаю.

– То есть ты был уверен, что мы, так или иначе, станем воевать? – спросил я. – Иначе зачем пытаться меня убить?

– Все сложнее, – произнес он с серьезным видом. – Однажды ведьмаки объявили, что пытаются вернуть в мир равновесие, убивая при этом в основном нас. Что, согласись, довольно пугающая тенденция для Древних. И вот живу я такой, никого не трогаю, и тут появляется ведьмак. Что еще мне было думать? Стоило мне только немного зашевелиться, и тут объявился бы ты. Я банально опасался за свою жизнь.

– Если бы я про тебя не узнал, ничего бы и не было, – ответил я на это.

– Такие, как ты, всегда являлись фактором неожиданности, – произнес он, глядя мне в глаза. Точнее, в забрало шлема. – А я по некоторым причинам не могу залечь на дно и ждать, пока ты помрешь от старости. Мы бы наверняка с тобой встретились.

Хм, неужто Хирано права, и у него тупо заканчиваются ресурсы? То есть спутник ему нужен, чтобы эти ресурсы пополнить?

– В таком случае наш конфликт начался не из-за ошибки, – заметил я.

– Возможно, ты и прав, – пожевал он губами. – Но меня до сих пор мучает чувство, что я поступил неверно. Ошибся.

– Отличная эпитафия на надгробном камне, – произнес я, усмехнувшись.

– Не дождешься, ведьмак, – усмехнулся он в ответ. – Видал я тварей посильней тебя. И? Где они? Сдохли. Сдохнешь и ты. Вопрос, как именно – своей смертью помрешь или от моей руки?

– От твоей? Не смеши, – произнес я. – Трусишка вроде тебя до конца будет прятаться в своей норке.

– Какие дешевые провокации, – покачал он головой. – Ну да, буду, и что? Зачем мне рисковать своей жизнью, пусть только в теории, если с тобой могут разобраться и мои слуги?

– Такие же, как те, что атаковали мой дом? – играть выражением лица я не мог, шлем мешал, поэтому просто наклонил голову набок. – Если это так, то у тебя проблема со слугами.

– Главное, что у меня их много, – улыбнулся он. – А ты не сможешь постоянно прятаться в защищенном месте.

– Зачем мне прятаться? – спросил я. – Чем больше убийц ты ко мне присылаешь, тем у меня больше шансов выйти на тебя.

– Мне нравится твой высокомерный ответ, – произнес он, чуть кивнув. – Не прячься, мне же проще.

Куда-то не туда разговор зашел. Он же не для переругиваний со мной связался.

– Скучно становится, – задрал я голову к потолку. – Это все, что ты хотел? Поугрожать?

– Нет, конечно, – пожал он плечами. – Наоборот. Мы все еще можем договориться.

– Оу, прям даже интересно стало, – перевел я на него взгляд.

– Отдай мне планшет, и я забуду о твоем существовании, – произнес он. – Твоем и твоих близких.

– Какой планшет? – изобразил я непонимание.

– Тот самый, который ты достал из лаборатории, – ответил он.

Вот тут я реально удивился.

– Не понял. Какой еще лаборатории? – спросил, помолчав.

На это Древний на секунду закатил глаза и, словно маленькому ребенку, пояснил:

– Затопленное Хранилище. То самое, где сгинули твои родители.

Если он хотел меня задеть, то у него не получилось.

– Лаборатория? – поинтересовался я.

Нет, ну а вдруг? Почему бы ему и не ответить на пару моих вопросов?

– Объект, назовем его так, принадлежал касте Ученых и использовался в качестве лаборатории, – ответил Древний. – Пока эта тварь, глава лаборатории, не перешел на сторону богов. Больно осознавать, что столь высокотехнологичный и многофункциональный объект стали использовать в качестве банального склада.

– Погоди, дай угадаю: все Хранилища – это объекты предателей? – спросил я.

– Именно, – подтвердил он то, о чем я и так знал. – Предатели, что поставили свою жизнь выше жизни своего вида.

– Вы же и так вроде проигрывали, – заметил я. – Они скорее…

– У нас был шанс! – произнес он зло. – Если бы мы оставались едиными. Если бы каста Воинов… – не договорил он.

Насколько я знаю, после смерти Роги Воинов у Древних почти не осталось.

– Если бы то, если бы это, – произнес я медленно. – Если бы вы не совались на эту планету. История не имеет сослагательных наклонений. Древних больше нет, и это объективная реальность. Ты последний, и тебе недолго осталось.

Мои слова его не задели, он даже успокоиться успел. Во всяком случае, ответил он с улыбкой на лице.

– На определенном уровне реальность не имеет значения, важны лишь наши желания. А у меня, знаешь ли, уровень максимальный. Так что посмотрим, кто умрет в конце.

– Как скажешь, мечтатель, – пожал я плечами. – Проехали. Лучше скажи, получается, у тебя были связи с моей матерью? Или ты ее от начала и до конца вел? Почему тогда сам за этим планшетом не спустился?

Ответил он не сразу. Четыре секунды сверлил меня глазами и жевал губы. Видимо, хотел получить мой ответ по поводу планшета, а не отвечать на новые вопросы.

– Связи были, – все-таки ответил он. – Но не более. Я всегда знал, где находится лаборатория, но вот попасть в нее без ключа не имелось возможности. Именно его твои мать с отцом и искали. А сам я туда спуститься не мог, так как предатели первым делом настраивали защитные системы против лоялистов. И ёкаев заодно.

Ого, их технологии позволяют отличать людей от ёкаев? Прикольно.

– Не было там никакой системы защиты, – произнес я насмешливо. – Сдохла от времени.

– Что? – спросил он тихо. – Как… сдохла?

Выглядел он в этот момент забавно. Удивление и обида на его лице смешались довольно причудливым образом.

– Один-единственный коридор с лазерами, и все, – произнес я. – У объекта не осталось энергии даже на поддержание дверей.

– Понятно, – прикрыл он глаза. – Этсу, тварь…

Да у нее талант гадости делать. Хотя, важнее другое – они все же общались достаточно плотно, и Древний явно полагался на ее информацию.

– Ну и планшет я тебе, естественно, не отдам, – продолжил я. – Я ведь даже не знаю, что это за вещь. А вдруг какое-нибудь супероружие? Ну там… Может, в планшете информация о создании боевого вируса.

– Нету там никакого вируса, – процедил он, сменив растерянность на злость. – Мне очень нужна эта вещь, ведьмак. Не для того, чтобы человечество убить, плевать мне на вас. И я получу планшет, так или иначе. Если сам не боишься умирать, подумай о близких. У них нет твоей силы.

– У них есть я, – ответил холодно.

– Ты не можешь быть везде одновременно, – рыкнул он.

– Если я правильно понял, о каком планшете ты говоришь, то в нем хранится запись последних минут жизни главы объекта. Хочешь знать, почему он умер? Молчишь? Он умер, потому что тронул близких ведьмака. Причем даже не сам, там кто-то из японских богов был замешан.

– Мне нечего терять, – произнес Древний мрачно. – Ты и так на меня нацелился.

– Да, я тебя достану, – кивнул я. – Но что ты скажешь, если я уничтожу планшет? Прям завтра. Как тебе такое, великий Древний? Чего тогда будет стоить наша война? Останется ли в ней смысл?

О-о-о, а ведь я его зацепил. Не знаю, зачем ему так нужен пульт от спутника, но терять его он явно не хочет. Сидит, молчит. То в стол смотрит, то на стену, то на меня, то опять в стол.

– Хорошо, – подал он наконец голос. – Я не трогаю твоих родных, а ты…

– И близких, – прервал я его.

– Откуда мне знать, кто тебе близок? – прорычал он.

– Ну так узнай, – ответил спокойно. – Это не так уж и трудно.

Сомневаюсь, что он не в курсе, но проверка тоже займет время, что мне на руку.

– Не трогаю твоих родных и близких, – процедил он. – Слуги рода не в счет, работа у них такая, за тебя умирать.

– Согласен, – кивнул я.

– В ответ ты не трогаешь планшет, – закончил он.

– Договорились, – произнес я. – Война только между мной и тобой.

– Вы, ведьмаки, проклятье этого мира, – бросил он, после чего пропал.

Хех, оставил за собой последнее слово. Ну да мне плевать.

Оглядевшись, подумал, что после этого разговора искать тут что-либо бессмысленно, но мало ли? Впрочем, в тот же момент по нервам ударило чувство опасности, и я на автомате ушел в «скольжение» на этаж выше. Вернулся обратно. И стоило мне только приземлиться на пол, как услышал звук взрыва, а ноги почувствовали… толчок, не толчок… Вибрацию, в общем.

Это древнее чудо что-то взорвало в своем номере.

– Господин? – окликнула меня встревоженная красотка в халате.

Мое прикрытие в этом номере. Когда Накатоми начнут проверять, а теперь точно начнут, камеры покажут неизвестного мужчину, который зашел к красивой женщине.

– Все нормально, – ответил я. – Создай видимость бурной ночи. Я уйду, когда полиция подъедет.

– Хорошо, господин, – поклонилась она.

Что ж. Итоги моей вылазки, конечно, не идеальны, но, прямо скажем, хороши. Теперь я уверен, что поймать Турнса у нас не получилось бы, максимум убить, да и то… Убежал бы, как пить дать. А вот договор с ним не может не радовать. В свете того, что я его упустил. Но помимо этого во время разговора я получил очень хорошую наводку. По важности она если и меньше, то ненамного, чем договор. Говорят, что шпионы валятся на мелочах, не знаю, не было у меня в знакомых провалившихся шпионов. Но что-то в этом выражении определенно есть.

Глава 4

– Синдзи, – улыбнулась Кагами, приобняв меня, после чего отошла на шаг и осмотрела, – неплохо выглядишь. Для парня с кучей проблем.

– Да ладно вам, Кагами-сан, – произнес я добродушно. – Какие там проблемы? Ерунда одна.

– Не думаю, что император и нападение на особняк – ерунда, – покачала она головой уже без улыбки. – Ладно, не будем о грустном. Пойдем в дом.

Встретила она меня у калитки, так что далеко идти не пришлось.

– Сами-то вы как? – спросил я. – Готовы дать бой Чакри? Когда, кстати, уезжаете?

– Через две недели, – ответила она на ходу. – Хочу успеть к вашей с Мизуки свадьбе.

– Можно ведь было и после поехать, – заметил я.

– Мне так комфортней, – пояснила она, бросив на меня взгляд. – Во-первых, на самой свадьбе меня не будут беспокоить мысли о предстоящем деле, а во-вторых, хочу на свадьбе дочери чувствовать себя дважды победительницей.

– Дважды? – не понял я.

Остановившись на пороге дома, Кагами обернулась.

– Мать, сумевшая отдать за тебя дочь, определенно победительница, – усмехнулась она, после чего зашла внутрь.

– Я прямо какой-то приз, – усмехнулся я.

– Все мы чьи-то призы, – бросила она через плечо. – Все зависит от того, с чьей стороны ты смотришь. Для Акено, например, сокровищем является Мизуки, которую он скрепя сердце отдает парню.

– Так ведь не левому же парню, – произнес я.

– И что? – остановилась она посреди коридора. – Думаешь… – но, мотнув головой, не договорила. – Для нас с Акено ты очень дорог, Синдзи, но воспринимаем мы тебя по-разному, то же самое и с Мизуки. Для меня ты драгоценность, огромный алмаз, прикасаться к которому дозволено очень немногим, а Мизуки, как и Шина, это мои продолжатели, дочери, что должны не посрамить мое имя. Их можно и надо постоянно дергать, поучать, пороть, если потребуется. Для Акено – все наоборот. Ты парень, а с парнями нельзя нянчиться, их надо готовить к суровой реальности, чтобы они смогли защитить себя и своих близких. С ними можно обсуждать войны и предательства, политику и экономику. В частности, как бы кого ограбить. А вот Шина с Мизуки – это его драгоценные камни, на которые лучше даже не дышать и бить по рукам всех, кто тянет к ним свои лапы. Так что для Акено именно Мизуки сокровище, которое он отдает тебе.

После ее слов мы две секунды стояли в тишине, глядя друг на друга.

– Вы идеальная женщина, Кагами-сан, – улыбнулся я. – Повезло мне с вами.

Хотел было намекнуть, что не стану трогать Кояма, пока жив Шо – их сын, но решил не портить атмосферу. Уверен, она догадывается, что я не люблю клан Кояма, но, как и любая мать, до последнего надеется на лучшее. На то, что ее дети, к которым она причисляет и меня, одумаются. Кояма объективно не заработали на уничтожение, да и я, смею надеяться, далек от неадекватности, но с небес на землю я их клан спущу. За действия Кенты по отношению ко мне, за отношение клана к Мизуки, за Атарашики, которую под конец реально начали давить. Случай с похищением Шины довольно показательный. Кента тогда был на грани того, чтобы силой забрать нужное Токугава кольцо. А уж то, о чем он тогда говорил, и упоминать не стоит. Причем после освобождения Шины Кента сделал вид, что ничего не было, даже не извинился. Акено… Цитирую Атарашики: «Приперся и устроил тут истерику». Я пытался выпытать у старухи, не перешел ли он черту, но Атарашики отмолчалась. Подозреваю, что-то такое было, просто она не хотела портить наши с Акено отношения. В общем, мне есть за что спрашивать с Кояма, но пока жива семья Кагами, я подожду. Времени у меня много.

После моих слов Кагами усмехнулась.

– Со мной вообще многим повезло, – произнесла она. – Кстати, ты к нам по делу или просто так?

– Мм… – задумался я. – Из дел у меня – разве что у Мизуки кое-что уточнить. Правда, и долго засиживаться у вас не могу.

– Тоже неплохо, – кивнула она. – Пообедаешь с нами?

– Кагами-сан… – произнес я с укором. – Утро же. Какой обед?

– Ну мало ли, – вздохнула она. – А вдруг бы ты согласился?

Вся семья Акено сегодня дома, так как воскресенье. На весь день они тут не останутся, но и срываться куда-то с самого утра планов ни у кого не было. Собственно, прежде чем приехать, я позвонил и уточнил данный вопрос.

Коридор, по которому мы шли с Кагами, ближе к своему концу пересекался еще с одним. Вот по нему, когда мы приблизились ко входу на кухню, и протопала мимо нас заспанная Шина в пижаме. И через секунду, когда Кагами уже хотела зайти в комнату, показалась вновь. Видимо, не сразу сообразила, что увидела, а когда сообразила, сделала пару шагов назад и уставилась на меня.

– Синдзи? – произнесла она удивленно. – А чего ты так рано?

– Чтобы точно всех застать, – ответил я, улыбнувшись.

Далеко не всегда заспанные девушки выглядят привлекательно, но Шине это удавалось. Как и Мизуки, но рыжую я видел заспанной считаные разы.

– А, ну ладно… – произнесла она и потопала дальше.

– Ха-а-а… – тяжко выдохнула Кагами. – Ладно, в домашней обстановке можно.

Но тут мы услышали топот, и в коридоре, точнее, в том месте, где он пересекается с другим коридором, показалась Мизуки. А если конкретнее, то она пробежала мимо нас. И, как ее старшая сестра, через пару секунд вернулась. В отличие от девственно белой пижамы Шины, у Мизуки она была синей, с изображением каких-то аниме персонажей. Появившись перед нами вновь, Мизуки вытянула в мою сторону руку и, казалось, замычала. После чего уже другой рукой показала в ту сторону, куда бежала до этого. А под конец вскинула голову и руки к потолку, изображая какие-то мучения. И убежала. Все это было проделано в полной тишине.

– Думаю, Шину она уже не догонит, – заметил я.

– Скорее всего, – покачала головой Кагами.

У сестер вечная битва за ванную комнату по утрам. Причем комнат в доме три, но борются они за одну конкретную. Не знаю, в чем там дело, но что Шина, что Мизуки, говорят о гордости и принципах. А Кагами, в свою очередь, уверена, что девчонки и сами не помнят, с чего все началось.

– А у вас с сестрами было что-нибудь подобное? – кивнул я в сторону убежавшей Мизуки.

– Хм… – задумалась Кагами. – Мы с сестрами соревновались, кто больше парней в грязь опустит. Это считается? – склонила она голову набок, демонстрируя невинное любопытство.

– Полагаю, вы выиграли? – предположил я, проходя мимо нее на кухню.

Не стоило мне забывать, кем была и кем является сейчас Кагами. Первостатейная стерва, добрая лишь со своими.

– На самом деле – нет, – произнесла она мне в спину. – Я споткнулась об Акено.

На кухне мы оказались не одни. Стоило мне зайти, как оторвавшаяся от нарезки продуктов Чуни, одна из очень немногих служанок, что сумела прижиться в доме, низко поклонилась.

– Аматэру-сама, Кагами-сама, – произнесла она.

Причем меня она поприветствовала первым только потому, что я первым зашел в помещение. Так-то я лишь гость.

– Все, все, продолжай, – помахала ладонью Кагами и, уже глядя на меня, спросила: – Ты завтракал? Впрочем, не важно. Садись, – кивнула она в сторону стола.

После чего пошла помогать Чуни. И, если что, я не завтракал. Знал, куда еду.

Через десять минут Кагами прогнала Чуни. Видимо, та сделала всю нудную работу, позволив госпоже начать творить. Еще через пять на кухне показался Акено. О том, что я приеду рано утром, он знал, так что не был удивлен. Ну а еще через пятнадцать в помещение влетела Мизуки. То, что они с сестрой воюют за конкретную ванную комнату по утрам, не значит, что проигравший ждет, когда выйдет победитель. Вот и рыжая не стала ждать.

– Синдзи-и-и! – вскинула она руки у входа.

После чего подбежала и плюхнулась мне на колени, мазнув по лицу влажными волосами.

– Ну здравствуй, пушинка, – покряхтел я напоказ.

– Ты что так рано? – спросила она.

– Захотелось поесть супермегавкусной еды, а свободное время у меня только утром, – ответил я.

– Какой у меня непродуманный жених, а не проще было маму на чай пригласить? – удивилась она. – Перед обедом.

– О-о-о… – протянул я.

– Иди сюда, продуманная моя, – произнесла Кагами. – Помогать будешь.

– Ну, ма-а-ам, – заныла рыжая. – Чего там помогать-то?

На что Кагами повернулась и посмотрела на Мизуки. Просто посмотрела. Правда, у нее в руках сковорода была.

– Зря ты так, – заметил я тихо.

– Хей, мам, может, тебе помочь? – слезла с моих колен Мизуки.

– Всем доброе утро, – поздоровалась Шина, заходя на кухню.

– Айда маме поможем, – позвала рыжая, подскочив к ней.

– А? – не врубилась сразу Шина.

– Ты что, не хочешь помочь маме? – удивилась Мизуки, взметнув вверх брови.

Глянув на Кагами, Шина со вздохом позволила утянуть себя к плите.

Сидящий во главе стола Акено положил планшет, на котором что-то читал, и, зевнув, хорошенько потянулся.

– Кстати, – произнес он, чуть наклонившись ко мне, благо сидели мы рядом. – Что там за слухи про твой бой в Штатах? Это правда?

– Вы про… – уточнил я, покосившись на женщин. – Виртуоза?

Кухня у Кояма была немаленькой, так что мы могли себе позволить общаться не шепотом. Правда, голос Акено все-таки понизил. Не хочет беспокоить Кагами? Или боится Мизуки, которая после такой новости может навести кипеш? Не из-за волнения, а просто чтобы увильнуть от работы.

– Да, про него, – подтвердил Акено. – Это правда или всего лишь слух?

– Правда, – пожал я плечами.

– Хо-о-о… – выдохнул он, выпрямившись. – Силен, малыш. Даже жалко, что в мире нет рангов для Патриархов. Но все-таки советую подумать, как подтвердить свой уровень силы более официально. Слухи – не то.

– И зачем мне это? – не понял я. – Мне и так неплохо живется. Уважение? Репутация? Так у Аматэру этого в достатке.

– Да, – улыбнулся он хитро. – В достатке. Но только в Японии. Я даже молчу про налоговые льготы для Виртуозов – тут тебе бюрократия не позволит их получить – но есть же еще и отношения с зарубежными аристократами. Если ты не собираешься тихонько сидеть всю жизнь в этой стране, то титул Патриарха, равного Виртуозу, тебе несомненно пригодится.

А ведь прав он. Я не раз убеждался в том, что Аматэру – это величина только здесь, а в других странах мы просто очень древний род. И, раз уж зашел об этом разговор, я очень даже не прочь получить мировое признание своей силы. Раньше мне приходилось скрываться, а сейчас… А сейчас уже нечего скрывать. Пора добавить своему имени еще немного известности.

– Вы правы, Акено-сан, – кивнул я, как бы благодаря за совет. – Обязательно подумаю над этим вопросом.

Просидел я у Кояма, на самом деле, недолго, а провожала меня Мизуки. Раньше, до нашей помолвки, это могла быть любая из женщин Кояма, все зависело от того, кто дома, ситуации, настроения, но с той минуты, как было объявлено, что рыжая станет моей женой, провожала меня только она.

– Мизуки, – повернулся я к ней возле калитки, – у меня к тебе очень важный вопрос.

– Задавай свой вопрос, – ответила она немного удивленно.

– Помнишь, ты как-то раз выдала мне забавную фразу, что-то типа того, что на нашем уровне важна не реальность, а наши желания?

– Конечно, помню! – заулыбалась она. – Крутая же фраза! – и тут же засмущалась. – Правда, опасная. Я как-то папку хотела поддержать таким образом и в итоге опростоволосилась.

– Вот как… – задумался я. – И при каких обстоятельствах ты ее произнесла?

– Да так… – замялась она. – Он тогда смотрел футбол, и его любимая команда проигрывала. Вот я и…

– Я так понимаю, они все-таки проиграли, – усмехнулся я.

– С позорным счетом, – кивнула она. – Папан на меня тогда та-а-ак посмотрел… – произнесла рыжая, покачав головой.

Что ж, вряд ли Акено после такого повторил кому-то эту фразу.

– А еще кому-нибудь говорила? – спросил я.

– Это твой важный вопрос? – склонила она голову набок.

Правда, вид при этом имела довольно серьезный.

– Да, – ответил я. – Очень важный.

Зная Мизуки, уверен, она не станет уточнять, почему так и что происходит. В серьезных ситуациях она ведет себя крайне тактично. С близкими людьми.

– Хм, – задумалась она. Секунд на десять задумалась. После чего вскинулась и воскликнула: – Норико! Точно, Норико. На турнире Дакисюро. Я тогда побежала ставку делать, может, помнишь, а она за мной увязалась.

Ну да, было дело. Мизуки в тот раз побежала ставить на победу Мамио, правда, узнал я об этом позже – тогда подумал, что ей просто в туалет приспичило. Норико, к слову, тоже на Мамио поставила и тоже выиграла немалые деньги.

– Я так понимаю, она не верила в Мамио, а ты в ответ сказанула пафосную фразу, – произнес я задумчиво.

– Плюс-минус, да, – ответила Мизуки, дернув плечом.

– Ситуация ведь была гораздо серьезнее, чем с Акено-саном, – заметил я, посмотрев ей в глаза.

– Я по этому поводу тебе уже все сказала, – пожала она плечами. – Еще когда выигрышем похвасталась.

Было дело. Она вроде как тупо верила, что если я за что-то взялся, то добьюсь результатов, а за Мамио я тогда взялся серьезно.

– Ладно, проехали, – покачал я головой. – Ты кому-нибудь еще подобное говорила?

– Нет, точно не говорила, – помотала она головой. – Говорю же, опасная фраза. Да и какой прикол повторять одно и то же?

Вообще, в этом вся Мизуки. Она любит выдать что-то этакое, но именно что по приколу. Например, когда мы с ней в карты играли, я от нее услышал фразу про реальность и желание. Мне тогда сильно везло, и я в шутку выдал, что ее выигрыш противоречит реальности. В итоге она проиграла, но отмазалась тем, что, в общем-то, и не горела желанием выигрывать. Вроде как парням надо иногда давать победить, а то у нас слишком обостренное чувство гордости. Короче, я к подобному привык. Мы, то есть я и ее семья, вообще не обращаем внимания на льющийся порой из нее пафос, а вот Норико, знакомая с Мизуки не так хорошо, видимо, прониклась. Раз уж тоже на Мамио поставила.

– Что ж, рыжая, спасибо, – потрепал я ее по голове. – Ты мне правда помогла.

– А в награду получила уничтожение прически, – проворчала она, приглаживая волосы.

– Это… – сморгнул я. – Прическа была?

– Эксклюзив, – продолжала она ворчать. – Называется «Великое рыжее утро».

– Оу, ну извини, – произнес я, после чего вновь потрепал ее по голове.

Кинув прочитанное письмо на рабочий стол, откинулся на спинку кресла. Что ж, пора ехать в Токусиму. Слишком много важных дел у меня там образовалось. И с Норико поговорить, и ёкаев, которые будут ставить защиту на мой дом, найти, и, как теперь стало известно, с главой МИДа Российской империи разговор тоже там будет проходить. Не вживую, понятное дело, по видеосвязи, но вот оборудование для этого разговора проще всего незаметно доставить именно туда. Собственно, в письме без обратного адреса, которое принес сотрудник обычной курьерской службы, оговаривалось, что именно делать, где и когда. Из-за этого, кстати, я не мог тормозить с поездкой, так как сроки были четко оговорены.

Уже на следующий день мы с Казуки вылетели в Токусиму. Для общества все выглядело предельно понятно и не вызывало вопросов. Я и так постоянно туда ездил, а тут и вовсе сам бог велел навестить близких. Или богиня, но такая конкретика вряд ли кому-то в голову придет. Благо я все же убедил переехать в Токусиму своих женщин. Все-таки дела набирают оборот, а пусть и укрепленный, но все же не предназначенный для обороны онсэн, это не то же самое, что родовое поместье.

Хирано поехала со мной, но останавливаться у меня, как и раньше, отказалась. Ее можно понять – помню я, как скрючило инугами, когда она в первый раз переступила порог поместья. Встречали нас всем миром, целая небольшая толпа из женщин. Впереди всех стояла Атарашики, за ней Норико и Эрна, за ними Акеми, Раха, Рейка. Позади хозяев – близняшки Каджо с Фудзикавой Асами – той самой инугами, причем последняя была единственной, кто носил шорты и футболку, остальные дамы, даже Рейка, оделись в легкие кимоно. Ну и завершала композицию Саиджи Рури – личная служанка Казуки.

– Ого, сколько красавиц нас встречает, – изобразил я удивление. – Атарашики, ты помолодела, что ли? Отлично выглядишь.

– Льстец малолетний, – чуть улыбнулась она, после чего кивнула сразу и мне, и Казуки. – С возвращением, дети. Рада вас видеть.

Остальные женщины поприветствовали нас довольно сдержанно, только Рейка протянула руки, чтобы я ее обнял. А потом чтобы и Казуки ее обнял. Но настоящие обнимашки начались уже в доме. Норико и Акеми тискали меня, Эрну осторожно обнимал Казуки, Рейка носилась между нами и демонстрировала неувядающий оптимизм. В общем, было приятно. На душе всегда легче, когда тебя кто-то ждет дома.

О, и да, Акеми в ту ночь попыталась выжать меня досуха, но, хех, ведьмака? Досуха? Даже звучит смешно. Норико тоже попыталась бы, но в ее положении это не очень удобно. Впрочем, это я так решил, а сама Норико таки пыталась меня домогаться, а когда не получилось, отправила к Акеми. Как она выразилась: «Чтоб ты еще со служанками спал, когда наложница под рукой».

В этом мире определенно есть свои плюсы.

В тот день я так и не задал Норико свои вопросы, как-то так все закрутилось, завертелось, что банально забыл. А вот на следующий день, после завтрака, я перехватил ее, когда она шла заниматься. Хоть у нее сейчас и академический отпуск, она все равно продолжает грызть гранит науки. Вместе с ней, к слову, и Эрна, которая уже имеет одно высшее. Когда я увез ее в Японию, она была на третьем курсе из четырех и к настоящему моменту умудрилась удаленно сдать все контрольные и закончить учебу. После чего пошла уже в местный университет. Правда, из-за навалившихся дел рода у Эрны что-то там не ладилось, а когда случилась беременность, она, как и Норико, тоже взяла академотпуск. Вот они сейчас на пару и учатся, чтобы по возвращении в университет не посрамить честь рода. Правда, насколько я знаю, учатся не очень активно… но ведь и не забрасывают это дело.

О, кстати, Эрна у нас биолог, а сейчас на экономиста учится. Ну и, до кучи, раз уж об этом заговорил, Норико учится на филологическом, Мизуки на математическом, а Анеко – на факультете физической культуры, хочет стать тренером. Правда, я еще не знаю, стоит ли упоминать Анеко среди нынешних и будущих женщин Аматэру.

– Норико! Подожди! – окликнул я, увидев их с Эрной в коридоре.

Оглянулись обе, после чего Эрна что-то шепнула Норико и отправилась дальше, а моя женушка осталась на месте, дожидаясь, когда я подойду.

– Что-то случилось? – спросила она.

– Нет, не волнуйся, – чуть улыбнулся я. – Просто хочу кое-что уточнить. И сразу скажу, мне очень важен ответ.

– Слушаю, – немного удивилась она.

Прям как Мизуки. Я что, так редко их о чем-то спрашиваю?

– Во время турнира Дакисюро был момент, когда вы с Мизуки ушлепали ставки делать. На Мамио. Помнишь?

– Мм, да, – ответила она все так же удивленно. – Было дело.

– В тот раз, – продолжил я, – Мизуки выдала тебе фразу, типа «на нашем уровне важна не реальность, а желание». Помнишь такое?

– О, да, это я помню четко и ясно, – усмехнулась Норико. – Сумела меня тогда рыжая удивить. И ведь права оказалась, – покачала она головой.

– Ну а сейчас, внимание, вопрос, – произнес я. – Ты когда-нибудь кому-нибудь говорила то же самое? Это важно, милая, подумай хорошенько.

– Да тут и думать нечего, – поморщилась она. – Когда ты вышел на дуэль с… ну ты понял, этот итальянец, Юлий, утверждал, что тебе каюк. Вроде как нереально Патриарху победить Учителя. Вот я и осадила его немного. Выбесил он меня тогда. Чтобы мой жених – и не победил какого-то выскочку? Пф.

Думаю, не стоит напоминать ей причины той дуэли, хоть и хотелось подразнить немного.

– И все? – уточнил я. – Был еще кто-нибудь?

– Не было, – качнула она головой. – С этим высказыванием вообще опростоволоситься очень просто, да и забыла я его уже, если честно. Ты вот только сейчас напомнил.

Значит, Юлий. Интересно как.

– Спасибо, любимая, ты мне очень помогла, – чмокнул я ее в губы. – Все, не буду больше отвлекать.

– Да я и не против, можешь отвлечь, – улыбнулась она.

– Что? – изобразил я удивление. – Аматэру проиграет какой-то учебе?

– Хрена там! – вздернула она подбородок. – Но мог бы и помочь жене найти достойный повод увильнуть от этого боя.

– С твоими-то мозгами ты и сама можешь найти повод, – усмехнулся я.

Ответила она с небольшой заминкой.

– Ну и вредный же ты, Синдзи, – вздохнула Норико. – Ладно, пойду я. Не хочу быть самой глупенькой из жен Аматэру.

Проводив взглядом удаляющуюся Норико, я направился в рабочий кабинет главы рода.

Итак, что мы имеем? Якшини прямо говорила, что Байхо прибыл из страны Кроноса, а это, в том числе, Италия. Слова Мизуки дошли до Юлиев, которые обитают в Италии. Если подумать, Древний негативно относится к ёкаям и либо подчиняет их, либо старается уничтожить. Это важно, если вспомнить, что именно европейские жрецы устроили гонения на ёкаев. Даже не так, насколько я сумел выяснить, именно на территории нынешней Италии эти гонения и начались. Хм, если подумать, то когда я встретил Турнса в первый раз, я спутал его с итальянцем. Почему? А не потому ли, что моя ведьмачья чуйка – ну или подсознание – говорила, что вижу я перед собой итальянца Юлия? Последнее, конечно, из разряда теории заговоров, но ведь было в нем что-то итальянское! Есть еще Маска, позволяющая менять то ли лицо, то ли весь образ, которая тоже находится в Европе. А если конкретнее, то у все тех же Юлиев. Правда, если Древний – Строитель, то он и без Юлиев может себе сделать подобную маску. С другой стороны, имеются такие штуки как схемы, проекты, чертежи и всякое прочее. Я к тому веду, что даже если Древний из касты Строителей, то далеко не факт, что он может создать любой артефакт. Если только у всех Строителей в голове не было информации о создании абсолютно всех из когда-либо сделанных их видом артефактов. Но что-то мне подсказывает, что это не так.

Выходит, Древний у нас из Юлиев? И вполне может быть конкретно Юлием Ренато? Просто я с трудом представляю, что столь могущественный род позволит нацепить на себя личину их человека и поехать в Японию отстаивать честь нации. То есть Древний в любом случае связан с Юлиями, но вот под какой личиной он живет, непонятно. Может быть, и Ренато, а может, какой-нибудь взрослый. Если уж ему позволено изображать Юлиев, так почему бы не примерить на время образ подростка? Будет хуже, если Древний официально не связан с Юлиями. Или как Азуна у Хейгов, которая числилась слугой рода, а на деле была основательницей этого самого рода. В этом случае вычислить Древнего станет гораздо сложнее. Почти невозможно. Впрочем, даже если он изображает кого-то из Юлиев… Вот как мне узнать, кого именно?! А ведь я и воевать с ними не могу. Тут и разница в силе между нашими родами, и Древний, который просто заляжет на дно при первых признаках того, что ему дышат в затылок.

Дерьмище. Вроде и знаю, где его искать, а толку-то?

Как бы мне уточнить информацию по Древнему? Да никак. Рассказать о нем больше могут лишь его слуги, причем ближайшие, либо он сам. Надеяться на то, что мне повезет встретиться с кем-то из них, спокойно поговорить и поймать на оговорке, не приходится. Шанс этого слишком уж мал. Если вообще есть. Хирано говорит, что Древний не любит рисковать, но это не совсем так – во всяком случае, прийти ко мне лично, пусть и под другой личиной, та еще авантюра. А вот то, что он старается не лезть в драки, скорее всего правда. Иначе он бы не убежал, а попробовал меня убить. Организовать наш с ним бой, да еще так, чтобы об этом не узнала широкая общественность, довольно просто, но нет, он посылает ко мне убийц, а сам сваливает при первой же возможности. Хм… А ведь у нас с ним, фактически, объявлена война, значит, кого-то он ко мне точно подошлет, и этот кто-то не будет слабаком. Какая вероятность того, что сильный, опытный ёкай в курсе некоторых секретов Древнего? Сильных, так или иначе, приближают к себе, да и если ёкай не дурак, то за десятилетия, а то и столетия служения, он тем или иным способом наберется важной информации о своем господине. А значит… Нужна подготовка. Сначала выманить, потом поймать. Выманить можно будет на Филиппинах, лично принимая участие в боях, необходимость чего легко обосновать. Все-таки проще убить цель среди какого-нибудь городского боя, для примера, чем достать в укрепленном доме среди мирной столицы великой державы. Так что Древний должен клюнуть. Хорошо, с этим все понятно, осталось узнать, возможно ли вообще поймать ёкая уровня Хирано. А потом еще и допросить. Тот же Байхо, не задумываясь, убил себя, как только ему начали задавать вопросы.

Без пятнадцати двенадцать я сидел в кабинете. Сидел на небольшом диванчике напротив большого монитора. В полдень у меня назначен разговор с Багратионом – главой МИД Российской империи. Разговор важный, от которого многое зависит, я бы даже сказал – слишком многое, но тут уж ничего не поделаешь.

Вибрация мобильника, лежащего под рукой на том же диване, отвлекла от мыслей о предстоящем разговоре. Глянув, кто звонит, я дернул бровями.

– Слушаю, – произнес, приняв звонок.

– Здравствуй, Синдзи-кун, – услышал голос принца.

– Здравствуйте, Нарухито-сан, – ответил я.

– Тут такое дело… – начал он, как мне показалось, неуверенно. – В общем, после нашего последнего разговора я засел за родовые хроники, да и в целом за исторические документы рода, и выяснил, что токийский дворец, оказывается, был неплохо защищен магически. Когда-то. Правда, у нас мало информации об этом, так как защитой занимались еще Токугава. Но даже по клочкам сохранившейся информации выходит, что все было замечательно. Проблема в том, что с тех пор как ёкаи ушли, дворец не раз отстраивали после разрушений, либо по тем или иным причинам перестраивали. Например, крепостную стену сильно разрушили во время Второй мировой, так что было принято решение снести ее остатки и построить заново. А на эту самую стену было много чего завязано. И так во всем. В итоге на данный момент токийская резиденция моего рода в буквальном смысле беззащитна перед различными магическими проявлениями.

– Нарухито-сан… – вздохнул я. – Мне кажется, это не телефонный разговор.

– О, не волнуйся, – ответил он, усмехнувшись. – Я все понимаю, но мои… – Он выделил слово «мои». – Разговоры по телефону прослушать не удастся. Просто поверь мне на слово.

– Как скажете, Нарухито-сан, – произнес я, продемонстрировав легкую неуверенность в голосе.

– Я, в общем-то, и не собираюсь много говорить, – вздохнул он. – Просто… Помоги, а? Умом-то я понимаю, что ничего нам не будет, но тут со мной еще и семья живет. А после похищения Фусако к их безопасности у меня немного параноидальное отношение. Я… – замялся он. – Серьезно, Синдзи-кун, мне неудобно в таком признаваться, но в последнее время я стал слишком часто присматриваться к темным уголкам дворца. И меня крайне нервирует собственное поведение.

Вообще-то, я могу его понять. Хорошо смотреть на ситуацию с моей стороны – я владею особняком в Токусиме, где могу спрятать близких под защитным артефактом, который прикрывает дом в Токио, у меня есть выходы на ёкаев с их возможностями… В конце концов, я могу видеть тех Ушедших, что умеют скрываться от взора людей. А вот Нарухито буквально голый стоит перед неизвестностью и не знает, что ему делать. Так я его еще и клятвой молчания повязал. Поэтому не мне говорить, что все будет в порядке и семье принца ничего не угрожает.

– Я подумаю, что можно сделать, – произнес я после пары секунд обдумывания ситуации. – Скорее всего, минимальную защиту вам и вашей семье я обеспечить смогу. Но, Нарухито-сан, никаких обещаний. Я и сам… новичок в том мире.

– Понимаю, – произнес он с отчетливым облегчением в голосе. – Спасибо, Синдзи-кун.

– Не за что, Нарухито-сан, мне несложно уточнить данный вопрос, – улыбнулся я на автомате, правда в то же мгновение вспомнил, что говорю с собеседником по телефону и все мои ужимки бессмысленны. – Я свяжусь с вами, когда вернусь в Токио.

– Еще раз спасибо, – произнес принц. – И да, раз уж я все равно позвонил тебе… Тут такое дело, говорят, что ты Виртуоза победил, это так?

– Да, – ответил я, добавив в голос усталости. – Было дело.

– Похоже, тебя успели утомить этим вопросом, – усмехнулся он. – Что ж, я тебя услышал. И знаешь, почему-то даже не удивлен. Наверное, устал удивляться.

– Не сказать, что утомили, – ответил я. – Просто мне казалось, что достаточно подтвердить один раз. К тому же мне не нравится сам факт того, что об этом узнали.

– Но почему? – спросил Нарухито. – Это ведь колоссальная личная репутация, оправдывающая все возможные минусы.

– Даже то, что теперь ко мне будут подсылать убийц ранга Виртуоз? Знаете, – усмехнулся я. – Даже мне попроще работать против Мастеров.

– Не так уж часто это происходит, – ответил принц. – К тому же… Ты и раньше был на таком уровне, когда посылать Мастеров бессмысленно. Твоя сила плюс охрана не оставят убийцам и шанса.

– И все же, мне было бы спокойней, если бы меня недооценивали, – ответил я. – Хоть немного.

– Как скажешь, – произнес он. – Твоя позиция тоже имеет право на жизнь. Но, как по мне, публичным людям выгоднее демонстрировать свой ранг.

– Все может быть, – произнес я. – Может, вы и правы.

Спорил я из принципа, так как мне уже плевать было на данную ситуацию. Что случилось, то случилось, я где-то в глубине души даже радовался, что мне теперь не надо скрывать свою силу. И уж что я сделаю точно, так это воспользуюсь случившимся по максимуму. Если уж о победе над Виртуозом все равно узнали, так пусть об этом знает как можно больше людей.

– Определенно прав, – усмехнулся принц. – Что ж, Синдзи-кун, не буду тебя больше отвлекать от дел. Всего хорошего.

– До свидания, Нарухито-сан, – попрощался я.

Отложив мобильник, вновь уставился на монитор. Правда, думал я в тот момент не о разговоре с русским министром. Принц подкинул мне работенку. Небольшую, но тем не менее вопрос с защитой его семьи от… магических проявлений, скажем так, лучше решить. Если в дело вступает страх за близких, переходящий в паранойю, то человек уровня наследного принца может наломать таких дров, что мало не покажется никому.

Знал бы, что он так остро отреагирует, ничего бы не рассказывал, но мне почему-то казалось, что у Нарухито более крепкие нервы. И по отношению к себе, скорее всего, так и есть, но, когда в дело вступает семья… Ладно, не важно. Разберемся.

Ровно в полдень на связь вышел Багратион. Все та же короткая седая шевелюра и усы. Которые стали заметно больше после нашей с ним встречи. Старый, строгий, опытный. И, как подавляющему числу иностранцев, ему плевать, кто такие Аматэру.

– Здравствуйте, Андрей Витальевич, – поприветствовал я его на русском.

– Господин Аматэру, – кивнул он. – Признаться, я удивлен и заинтригован вашей просьбой устроить этот разговор. Уверен, сегодня я услышу что-то интересное.

Сразу к делу, да? Хорошо, я не против.

– Полагаю, что так и будет, – улыбнулся ему. – Вряд ли к вам часто обращаются с подобными просьбами.

– Значит, просьба, – чуть наклонил он голову.

И в его тоне не было разочарования или насмешки, он просто констатировал факт. Вроде как закрыл один из вопросов, а они там наверняка гадали, с чем я к ним обращусь.

– Да, – чуть кивнул я. – Причем нагловатая.

– Даже так? – улыбнулся он в усы.

– Увы, – покивал я. – К сожалению, просьба у меня достаточно серьезная и, можно сказать, не моего уровня.

– Ну хватит уже, юноша, я же сейчас от любопытства умру, – произнес он, все так же улыбаясь. – Говорите уже, что вам потребовалось.

– Кхм… – кашлянул я. – Для начала мне бы хотелось попросить вас, чтобы этот разговор остался между нами. Не конкретно мной и вами, а между нашими сторонами. При любом его исходе.

– Не сомневайтесь, господин Аматэру, – произнес он с серьезным видом. – Мы не болтливы.

– Тогда… – изобразил я задумчивость. – Начну, пожалуй, с самого начала. Дабы у вас было понимание, зачем и почему. Дело в том, что я задумал напасть на Филиппины.

– Стоп, – приподнял он руку и, прикрыв глаза, помолчал шесть секунд. – Прошу, продолжайте.

По идее, не очень вежливо, но при разнице нашего положения и возраста – в пределах нормы.

– Так вот, – заговорил я вновь. – Нападение на Филиппины. Самая главная проблема в моем плане – это американцы. Как вы понимаете, они просто не дадут мне куролесить слишком долго. Очень может быть, что вообще не дадут. Хотя бы просто из-за непонимания ситуации решат утихомирить вторженца.

– Я бы даже сказал – в основном из-за непонимания, – покивал Багратион. – Насколько я знаю, на Филиппинах сейчас неспокойно, и Штатам было бы даже выгодно, если бы кто-нибудь… отшлепал их подопечных. Но Аматэру… – пожевал он губами.

– А если точнее – японцы, – кивнул я. – Неразбериху вносит и то, что в неспокойной, как вы выразились, ситуации виновен именно я. И американцы наверняка это знают.

Судя по безразличному выражению лица, Багратион в курсе, кто там воду мутит.

– Ну да, – хмыкнул он. – Получается, сначала вы подбиваете филиппинцев против американцев, а потом сами нападаете на них. Я бы тоже не понял, что происходит. Точнее… – задумался он. – Я бы не понял, какова ваша конечная цель, – посмотрел он мне в глаза. – Ясно, что вы против Филиппин. Сначала хотите, чтобы их прижали американцы, а когда они практически готовы это сделать, нападаете сами? Зачем? Что дальше?

Это он размышляет или вопрос задает?

– Полный захват Филиппин, – решил я ответить.

Просто бессмысленно что-то скрывать. Если русские решат сделать подлянку, им и предыдущей информации хватит.

– А вы амбициозны… – произнес он медленно. – Мне нравится. И что вы хотите от нас?

– Я хочу, чтобы вы изобразили третью сторону, которая желает урегулировать конфликт на Филиппинах, – ответил я. – У Российской империи в этом плане довольно серьезная репутация.

Немного помолчав, Багратион произнес:

– Возможно, я слишком стар и закостенел, но что-то я не понимаю, чего вы хотите добиться.

– Причины, Андрей Витальевич, – улыбнулся я. – Аматэру столько времени пытается стравить Филиппины с американцами, а тут приходите вы и ставите мой план под угрозу.

– О-о-о… – протянул он. – Ахм… А… Хм… Неплохо. Это может помочь. Действительно может. Американцам определенно помогут понять ваши мотивы. А если вы еще и поясните, почему так не любите эту страну и хотите их наказать… Да, неплохо. Только вот как быть с нашей репутацией, о которой вы упомянули?

– Не совсем понял, – нахмурился я. – Ваша репутация зависит от взятых на себя обязательств. А если вам придется уйти, даже не начав толком работать, то причем здесь она?

– А вам это поможет? – приподнял он бровь. – То, что мы даже толком не начнем работу?

Головой мне в тот момент пришлось работать очень быстро. Слишком много нюансов.

– Хорошо, – произнес я. – Внесем дополнение. Вы начинаете работать, и в этот момент в ваши политические разборки лезет правительство Японии. Четвертая сторона, которая пытается уговорить вас отойти в сторону. Вам наконец-то удается деликатно отшить японцев, и в тот момент, когда вы готовы приступить к урегулированию конфликта, в дело вступаю я.

Мое предложение Багратион обдумывал довольно долго, чуть больше четырех минут.

– Может получиться, – заговорил он наконец. – Мы еще и работать толком не начнем, а вы за счет братского рода уже будете в курсе наших серьезных намерений.

– Что, естественно, сильно меня встревожит, так как мне не нужно, чтобы на Филиппинах царил мир и порядок, – закончил я.

– Что ж, – покачал он головой, – интересный выход из ситуации, найденный за несколько секунд. Вы меня впечатлили, господин Аматэру.

На самом деле, плюс-минус такие планы у меня и были, просто акценты расставил по-другому. МИД Японии я хотел привлечь, если бы это получилось в качестве дополнительного повода – в глазах американцев, конечно же – напасть на Филиппины. Типа, смотрите, я даже свои связи с правящим родом использовал, чтобы русских убрать, но раз уж не получилось, то у меня не остается иного выбора, как напасть самому. И если бы не получилось, это был бы приемлемый минус. Теперь же, без привлечения МИДа Японии, похоже, весь план нарушится.

Очень надеюсь, что Нарухито мне поможет. Я сейчас даже не про желание принца, а про его возможности. Ему ведь еще надо будет с отцом как-то разобраться. Обосновать разборки с русскими, не упоминая при том Аматэру.

– Вы слишком высокого обо мне мнения, Андрей Витальевич, – покачал я головой. – Не такая уж и сложная эта задачка.

На что Багратион в задумчивости покивал.

– Хорошо. Я понял, чего вы хотите, господин Аматэру, – произнес он. – Это возможно, но я должен проконсультироваться с его величеством. Как он решит, так и будет. Думаю, вы и сами понимаете, сколько подводных камней в вашей просьбе, так что не буду ничего обещать. С его величеством у меня запланирована встреча послезавтра, так что давайте вернемся к этому разговору в это же время через два дня.

– Я могу только поблагодарить за такую оперативность, – чуть склонил я голову.

– Просто сложилось так, – махнул он ладонью. – Всего хорошего, господин Аматэру.

– И вам, Андрей Витальевич, – ответил я перед тем как отключить связь.

Откинувшись на спинку дивана и прикрыв глаза, еще раз прогнал в голове детали нового плана, после чего поднялся на ноги и вышел из кабинета. Надо решать вопрос принца, который, к слову, совпадает и с моим делом. Мне ведь тоже необходимо укрепить магическую защиту дома в Токио.

– Господин, – обратился ко мне стоящий в коридоре Каджо.

Мой Каджо. Каджо Суйсэн. Это важное уточнение, так как поместьем в Токусиме управляет его семья и этих самых Каджо тут полно.

– Что случилось? – спросил я его.

– Двадцать минут назад вам звонили из управления полиции, – произнес он. – Передали, что была поймана какая-то иностранка, утверждающая, что имеет информацию, связанную с безопасностью членов рода Аматэру.

– Ну что за день, – вздохнул я. – Как ее зовут хоть, сказали?

– Амалия Нойман, господин, – ответил Каджо.

Няня Рейки? Во дела… Опасность для членов рода?.. Блин, а в полицию-то она за что угодила?

Глава 5

Когда я видел Амалию Нойман в последний раз, это была полноватая женщина, смотревшая на мир не то чтобы высокомерно, а как человек, знающий себе цену. Мощная, гордая, следящая за своей внешностью дама. Сейчас же, когда ее завели в комнату для допросов, я увидел изрядно похудевшую, потрепанную женщину, которая, как мне кажется, была готова сломаться в любой момент. Лишь та самая гордость не давала ей опустить плечи. Но стоило ей только зайти в комнату и увидеть меня, из нее словно стержень вытащили, и одновременно с этим я почувствовал исходящее от нее облегчение. Даже я со своей недоэмпатией это ощутил.

– Полицейский-сан, не могли бы вы снять с нее наручники? – спросил я у мужчины, что привел Амалию. – Заодно организуйте чай или кофе.

– Да, конечно, Аматэру-сама, – поклонился тот, после чего полез за ключами от наручников.

Когда Амалии освободили руки, ее глаза увлажнились, а когда она села за стол, прикрыла лицо ладонями и беззвучно заплакала. Я не стал ее трогать, дал успокоиться самой. В руки она себя взяла, только когда в комнату занесли поднос с чашками и блюдцем, на котором лежало несколько печений.

– Прошу меня простить, господин Аматэру, – произнесла она, вытирая глаза. – Последние недели были очень сложными для меня.

Недели?

– Ничего, – ответил я. – Все в порядке. Расскажите мне, что случилось.

В общих чертах я знал, что произошло, но только то, что было здесь, в Японии. Амалия Нойман прибыла в Токио неделю назад, в сопровождении двух мужчин. Европейцев, как и сама Амалия. Точнее, немцев. Заселились в гостиницу, два дня не вылезали из номера, а на третий день, когда один из мужчин куда-то ушел, все и произошло. Скорее всего, ей просто не повезло, так как она не рассчитывала, что тот мужчина, который ушел, вернется настолько быстро, иначе не было бы второго трупа. Хронология событий была примерно такой – Амалия алюминиевой ложкой пробила шею первому мужчине, услышала, как в замке поворачивается ключ, схватила пистолет убитого, подбежала к двери и выпустила несколько пуль в не ожидавшего такого второго мужчину, после чего затащила труп в номер, смыла с себя кровь, переоделась и ушла. Камеры в отеле не проверяют – как правило, они работают просто на запись – так что трупы обнаружили лишь позавчера. К этому моменту Амалия успела попробовать встретиться со мной в Токио, узнать, что я в Токусиме, перебраться сюда и уже здесь попасться полиции.

– Еще раз прошу прощения, – произнесла она, после чего сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. – Те люди, которых я убила, были из «Ассоциации». Через пару месяцев после того как я вернулась в свою страну, за мной установили слежку. Я сначала не знала, кто это… Да я, в общем-то, до самого последнего момента не знала, кто это, но на всякий случай решила залечь на дно, благо пока присматривала за Рейкой, проработала несколько путей ухода от преследователей. Только вот на этот раз ничего не помогло. Меня поймали. Тогда я и узнала, кто это был.

– Позвольте уточнить, – поднял я руку. – Говоря об «Ассоциации», вы имеете в виду организованную преступность Европы?

– Да, – кивнула она. – Как «Темные кланы» Китая или «Стоящие рядом» в Персии. Только вот «Ассоциация»… – замялась она.

– Можете не объяснять, госпожа Нойман, – чуть улыбнулся ей. – Я немного разбираюсь в особенностях преступного мира разных стран.

Пришлось в свое время узнавать. В разных государствах подобные группы называются по-разному, но суть у них одна – организованная преступность. В Японии – это «Гарагарахэби», в Китае – «Темные кланы», в Индии – «Ананта даура». Даже в Сукотае есть так называемые «Непризнанные». Ну а в Европе – это «Ассоциация». От остальных «Ассоциация» отличается тем, что распространена она чуть ли не на всю Европу. То есть это преступные организации не одной Германии или Франции, а большинства стран Европы. Разве что в Италии рулит мафия, а в Англии – братства. Ну и Россия с группировками под общим названием «Темень», как и в моем прежнем мире, стоит особняком от Европы. В общем, «Ассоциация» наряду с «Темными кланами» Китая – одно из самых мощных и, что уж там, наглых объединений преступников в мире. «Гарагарахэби» – щенки по сравнению с этими ребятами. Да что уж там, как мне кажется, японским бандюганам помогает правительство, иначе их давно бы задавили иностранцы. Не силой, так экономикой. Силой, кстати, как минимум один раз пытались, но тогда китайцев сумели остановить.

– Да… Так вот… – сделала она глоток чая. – Меня поймали. И, как выяснилось, все дело в Рейке. Этим ублюдкам нужна ваша сестра, господин Аматэру.

– Подожди, – поднял я руку, прикрыв глаза. – Ты хочешь сказать, что какие-то бандиты решили похитить сестру главы рода Аматэру? Я ведь правильно тебя понял?

– Да, так и есть, – подтвердила она. – Лично мне они говорили только о выкупе, но перед этим несколько недель выпытывали различные мелочи из жизни семьи Сакураев. Где они были, когда встречались с дочерью, где встречались, настроение Рейки после встречи. Очень дотошно выясняли. Для выкупа это… – запнулась она.

– Не нужно, – кивнул я.

– Как мне кажется, господин Аматэру, – продолжила Амалия. – Им нужна не совсем Рейка, а то, что ей досталось от родителей.

– Откуда им вообще известно, что ей что-то досталось? – спросил я. – Или даже – откуда им известно про Сакураев и про то, чем они владели?

– Тут… – запнулась она, покрутив в ладонях чашку. – Тут все достаточно просто. Родители Рейки не чурались сомнительных связей, и с «Ассоциацией» они тоже сотрудничали. Конкретно – с гильдией Гехта.

– Которые вас и похитили? – уточнил я.

– Да, – чуть склонила она голову. – Я… У меня было несколько вариантов поведения, и я выбрала максимально нейтральный. Вроде как Рейка – просто работа. Я отвечала на их вопросы, но среди них встречались те, что были оговорены с четой Сакураев. К сожалению, допрашивали меня… профессионалы, так что они заметили… – поджала она губы. – Не знаю, возможно, нестыковки, так как я пыталась лгать и недоговаривать, возможно, мою реакцию на конкретные вопросы. Я… меня не готовили к пыткам, господин, к физическим пыткам. По идее я должна была совершить самоубийство, но тогда никто не смог бы предупредить Рейку… Или вас. Прошу простить, но утаить мне удалось очень немногое.

М-да-а-а… А ей нехило так досталось.

– Я понимаю, госпожа Нойман, не переживайте, – произнес я доброжелательно.

Тут мог бы возникнуть другой вопрос – откуда у нее вообще, скажем так, полушпионские умения, но ответ довольно прост и на виду – Амалия Нойман закончила Международную школу слуг в Монако. А там, как я знаю, чему только не обучают. По верхам, но тем не менее. Правда, ее спонсор сначала обанкротился, а потом попал в тюрьму, так что после выпуска Амалия стала работать на себя. И неплохо зарабатывала. Временная служанка, няня, эскорт услуги без сексуального подтекста и все такое. Образование позволило на начальном этапе заработать репутацию, а репутация в дальнейшем сделала ее заметной фигурой на рынке труда.

– В общем, – вернулась она к своему рассказу, – после того, как из меня вытащили все, что им было интересно, ко мне приставили двух мордоворотов и отправили в Токио. По плану я должна была выманить Рейку, отослать охрану, находящуюся при девочке. Деталей не знаю, обещали рассказать уже здесь.

– То есть подготовка в самом Токио началась еще до вашего прибытия? – спросил я.

– Скорее всего, – кивнула она. – Но точно не знаю – мне мало что говорили на этот счет. Давали только общую информацию, чтобы знала, к чему готовиться.

Хм. А тут нежданно-негаданно на особняк напали ёкаи Древнего, и Рейка переехала сначала в онсэн, а потом и вовсе в Токусиму. Сейчас похитители, скорее всего, залегли на дно. А то и вовсе перенесли операцию на когда-нибудь потом. Или не перенесли, расслабляться нельзя. Бандиты бандитами, но какие силы они привлекли для похищения, я не знаю. Сейчас-то Рейка в безопасности, но не держать же мне ее вечно взаперти?

Нет, ну какая наглость!

– Прошу, объясните мне, – потер я лоб. – Они реально не понимают, с кем связываются? Или что? Считают себя сильнее Аматэру?

– Я не знаю, господин, – бросила на меня взгляд Амалия. – Скорее всего, все проще и банальнее – они просто не верят, что вы до них доберетесь. Как ни крути, а в Германии у вас нет связей. «Ассоциацию» не могут выкорчевать уже лет сто, наверное, и вряд ли у вас получится то, что не вышло у правительства. Пусть даже против вас будет лишь одна-единственная гильдия, но и вы не кайзер. У себя дома они стараются не шуметь, а вот свободный род в далекой Японии – совсем другое дело.

Кстати, да, Япония одна из очень немногих стран, где правительство контролирует организованную преступность. Не управляет, нет, именно контролирует, осаживая в нужный момент. В Европе с этим хуже… и лучше. Как ни странно, но именно простому народу в Европе живется поспокойнее, там преступники ведут себя гораздо осторожнее. Практики задержки выезда полиции, если происходит разборка в определенном квартале, в той же Германии нет, а значит, и той ситуации, что произошла в «Ласточке», когда умерла тетя Наташа, там произойти не могло. Точнее, могло, но не из-за того, что полиция решила не спешить. Я это к тому, что «Ассоциация» действительно умеет скрываться, у ее гильдий вполне себе хватает сильных бойцов и профессионалов в различных сферах деятельности. Ну и, естественно, путей отхода и залегания на дно у них хватает.

– Что ж, я вас понял, – произнес я, добавив делового тона в голос. – Вытащить вас отсюда прямо сейчас я не могу, но, думаю, в ближайшие дни получится. Не волнуйтесь, взбодритесь, будьте готовы переехать в мое поместье.

– Благодарю, господин, – поклонилась она, поставив кружку на стол.

– Не стоит. О вашей дальнейшей жизни мы поговорим потом, когда вы выйдете на волю, – поднялся я из-за стола. – И спасибо. Я ценю то, что вы сделали.

Откладывать в долгий ящик появившуюся проблему я не стал. Правда, и хвататься за телефон сразу, как сел в машину – тоже. Пока возвращался домой, обдумывал ситуацию и что надо сделать в первую очередь, так что, вернувшись, имел первичный план действий. Для начала я нашел Занозу.

– Акеми, – окликнул ее, перехватив в коридоре. На самом деле я шел в библиотеку, где она, по словам слуг, находилась, но так тоже ничего. – Дело есть, пойдем поговорим.

– Как скажешь, – произнесла она с любопытством.

Развернувшись, направился к себе в кабинет.

– Я только что узнал, что одна из гильдий «Ассоциации» хочет похитить Рейку, – произнес, чуть повернув к ней голову.

От услышанного Акеми даже остановилась на секунду, что заставило остановиться и меня.

– Они что, с ума сошли? – произнесла она с крайне удивленным выражением лица.

После чего вновь сдвинулась с места.

– Скорее, зазнались, – продолжил я движение. – Ну да не о том речь. Они поймали няню Рейки и хотели ее использовать, но немка оказалась непростой штучкой и умудрилась сбежать. При этом убила двоих сопровождающих. Сейчас она сидит в одном из полицейских участков Токусимы. Она предполагает, и я с ней согласен, что подготовку к похищению начали до того, как ее привезли в Японию, так что сейчас где-то здесь находятся люди «Ассоциации», и чем они занимаются, я понятия не имею. А очень хочу знать.

– Я поняла, – произнесла Акеми. – Займусь этим немедленно.

– Я еще Змею позвоню, поработаете вместе, – добавил я. – Ваша главная задача – найти и незаметно следить. Не более. Если, конечно, я не определюсь до этого, что делать. Честно говоря, в этом деле очень много вопросов. Например… – нахмурился я. – Возможно, это паранойя, но нельзя отбрасывать и участие Древнего. И пусть то, что я узнал от Нойман, звучит довольно логично, я сейчас готов предполагать что угодно.

– А о чем она рассказала? – спросила Акеми.

Я уже воздуха в грудь набрал для ответа, но понял, что мне лень пересказывать весь разговор.

– По сути все уже рассказал, – произнес я. – Детали узнаете от нее самой. Не знаю, когда смогу ее вытащить, но Сакамиджи, если что, устроит вам встречу. Пока сконцентрируйтесь на поиске людей «Ассоциации».

– Сделаю, Синдзи, – кивнула она с серьезной миной.

– Это, в общем-то, все, – произнес я. – Можешь начинать работать.

– То есть я могу вернуться в Токио? – спросила она.

– Ты можешь пойти взять вкусняшку на кухне, а для работы у тебя телефон есть, – произнес я, глядя на нее с усмешкой. – Ты мне слишком дорога, чтобы выпускать тебя на волю.

А еще секретов в твоей голове слишком много. Я, конечно, договорился с Древним, что он не тронет близких мне людей, но, черт возьми, с какой стати мне ему верить?

– Ох, я вся таю, – приложила она ладони к щекам. – Если бы ты это еще более нежно произнес…

– Ты вообще хоть раз видела, чтобы я был нежным? – спросил, остановившись.

– Оу, а ведь и правда, – произнесла она, задумавшись. – Недоработка с твоей стороны, Синдзи.

– Просто я слишком циничный, брутальный и стеснительный, – усмехнулся я.

– Но это несовместимо! – возмутилась она.

– Ладно, все, беги работать, мне тоже есть чем заняться, – махнул я рукой, улыбаясь.

– Хочу нежностей, – буркнула она обиженно.

После чего, резко развернувшись, ударила по моему плечу заплетенными в косу волосами.

Оказавшись в кабинете, я начал по полной использовать влияние рода Аматэру. Сначала позвонил главе рода Такамуко. Не потому что он является министром юстиции, а потому что какого-то менее значимого телефона у меня просто нет. Найти можно, но Такамуко я хотя бы лично знаю. Объяснил ему ситуацию, не вдаваясь в подробности, договорился, что дело Нойман передадут во второй отдел, он же – АР-2, который занимается преступлениями, связанными с аристократией. Позвонил главе этого отдела по телефону, который предоставил Такамуко. Вновь объяснил ситуацию, договорился, что, когда к ним придут документы, они организуют возможность выпустить Нойман под залог, что в обычной ситуации невозможно, так как факт того, что она убила двух человек, доказан. Но, во-первых, в делах, связанных с аристократией, немного другие правила, во-вторых, дело напрямую связано с Аматэру, ну и в-третьих, убили двух иностранцев, что для немного нацистской страны Японии имеет значение. В общем, как мне сказали – без обещаний, ибо долбаная бюрократия – через три-четыре дня я смогу забрать Нойман. Положив на стол мобильник, даже головой покачал – оказывается, вытащить из тюрьмы убийцу двух человек не так уж и трудно. Да, сыграла роль моя фамилия, но я ведь не один на такое способен. И пусть сейчас я на правильной стороне – чувство лжи показало, что Нойман не врет – но ведь в другой раз другие люди могут настоящее чудовище из тюрьмы достать. Абсолютная монархия с тотальным властвованием аристократии – это беда для очень многих людей.

Впрочем, это их проблемы.

Посидел немного, пялясь на мобильник, вновь взял его в руки – надо связаться с Сакамиджи и обозначить ему фронт работ. Немцев из «Ассоциации» требуется не только найти, но и установить за ними наблюдение. Хм, а можно ведь и организовать одному из них какое-нибудь правонарушение… Хотя зачем? Проще сразу их всех схватить. Или нет? Вдруг у них постоянная связь с центром, что можно будет использовать. Ладно, сначала найти, организовать слежку, а там уже решать, что делать.

После Сакамиджи я позвонил Хирано и договорился о встрече. Не только для того, чтобы обговорить возникшую проблему, мы и так должны были с ней встретиться – по плану у меня поиск мастеров, которые укрепят, точнее, создадут с нуля магическую защиту моего токийского особняка. Теперь же появилось еще одно дело, которое надо обсудить.

Хирано я подобрал возле одной из ближайших к поместью кафешек.

– Здравствуй, Хирано, – поздоровался я, когда она забралась в машину.

– Синдзи… – посмотрела она на меня с укором.

– Хатсуми, – улыбнулся я. – Как всегда, прекрасно выглядишь.

– Это да, я красавица, – пригладила она юбку. – Что есть, то есть. Куда едем сначала?

– Мм… – задумался я. – Надеялся, ты мне скажешь. Если не забыла, то мне надо укрепить особняк, а кто из ваших этим занимается, я не знаю.

– Тогда, – помолчала она секунду. – Тогда давай сначала в Бунканомори съездим. Возле станции находится офис небольшой строительной компании, которая в том числе занимается и магической защитой домов.

– И кто управляет компанией? – спросил я, одновременно с этим хлопнув Сейджуна по плечу. – Слышал? К станции Бунканомори.

– Ты про клан? – уточнила Хирано.

– Да, – ответил я. – Хотя, скорее, про вид ёкаев.

– Это так важно? – приподняла она бровь.

– Нет, просто любопытно, – посмотрел я на нее. – Туда в это время минут сорок ехать, не молчать же всю дорогу?

– Что ж, не знаю, как сейчас, но лет пятнадцать назад компанией управлял тануки, – пояснила она. – Только это не важно. «Кихон но кисо» – это компания межвидовая. Там кто только не работает. Они даже сотрудничают со жрецами и духом места, что живет в пригороде. Но основал ее тануки, если тебе это важно.

– Да не важно, в общем-то, – пожал я плечами. – Просто я думал, что у вас тут все принадлежит кланам ёкаев. Так или иначе.

– У нас тут все как у людей, Синдзи, – чуть улыбнулась Хирано. – Мы от вас вообще мало чем отличаемся. Ты вот знал, что многие ёкаи долгое время работали на правительство Японии? До воцарения сёгуната и некоторое время после. Я, например, много лет управляла Императорской библиотекой. А клан кицунэ Ледяной ветер, который «ушел» в полном составе, очень долго работал в органах правопорядка. И пусть сейчас мы скрываемся, ёкаи… «рожденные» ёкаи, всегда были плотно интегрированы в человеческое общество.

– А «нерожденные»? – полюбопытствовал я.

– А эти, скорее, служили отдельным личностям, – ответила она. – Люди, ёкаи, не важно. Им сложно подчиняться только потому, что их должность ниже. «Нерожденные»… – пожевала она губы. – Помнишь, я рассказывала, что для ёкаев значит сила? И как мы к ней стремимся?

– Помню, – подтвердил я.

– Ну так для «нерожденных» это значит гораздо больше, чем для «рожденных», – пояснила она. – Как стремление к силе, так и подчинение более сильному. Ну или управление более слабым. Из-за этого им в принципе сложно интегрироваться в человеческое общество. Никто не будет подчиняться человеку только потому, что его должность на ступеньку выше. На грубость более слабого они тоже реагируют довольно резко.

– А как же Мику? – вспомнил я хозяйку магазина, где отоваривались мои женщины.

– Во-первых, там было общение по типу «ты мне, я тебе», – ответила она. – Что-то вроде равноправного договора, что для «нерожденных» приемлемо. Во-вторых, это достаточно недолгое общение, никакой интеграции в общество. Ну и в-третьих, – посмотрела она на меня хитро. – Мало найдется дураков, которые станут грубить женщинам ведьмака. К тому же Атарашики очевидно сильнее Мику. Да и со мной ссориться тоже не стоит. У большинства «нерожденных», кто бы что ни думал, присутствует инстинкт самосохранения, из-за этого они и стараются не контактировать с людьми. Никому не хочется, чтобы его заклеймили чудовищем и открыли на него охоту. Сложно доказать аристократу с армией, что ты убил и сожрал его сына не потому, что чудовище, а потому, что тот слишком дерзко на тебя посмотрел, – закончила она иронично.

А мне после ее слов как-то не по себе стало. Получается, в Сукотае мы реально ходили по лезвию бритвы. Один неверный шаг, и пришлось бы драться с якшини. То-то Хирано такая нервная была.

Офис «Кихон но кисо» представлял собой небольшое двухэтажное здание. На первый взгляд, никаких ёкаев там не было, но, как пояснила Хирано, абсолютно все сотрудники компании людьми не являлись. Из-за чего, когда мы вошли в здание, работники офиса узнали не только меня, но и кицунэ. И кланялись нам в равной степени. Хотя, как мне показалось, Хирано они просто боялись. А вот глава «Кихон но кисо», тануки по имени Оно Акаши, уже не гнул спину как болванчик, что не отменяло его вежливости и уважительного обращения.

Выглядел он, кстати, как обычный пожилой японец с седыми висками. Самую малость полноватый.

– Что ж, – произнес Акаши, просмотрев бумаги по моему особняку. – Задачу я, в принципе, понял. Моя компания может обеспечить защиту до восьмого класса включительно. Из двенадцати, – уточнил он. – Думаю, вы хотите именно четвертый?

Разговор мы вели в углу кабинета Акаши, где стояли кресла и небольшой столик.

– Я хочу максимально возможный, – произнес я. – Но двенадцатый, я полагаю, делать слишком долго, так?

– Лет двадцать минимум, – подтвердил Акаши.

– Двадцать? – не понял я. – Мне говорили, что защиту токусимского поместья пару сотен лет дорабатывали.

– Защита вашего поместья, Аматэру-сама, не подпадает под стандартную классификацию, – пояснил Акаши. – Сначала вам установили защиту класса «крепость», а потом – да, еще и пару сотен лет дорабатывали и улучшали.

– То есть существует еще какая-то классификация? – спросил я.

– Была, – вздохнул Акаши. – Сейчас нет мастеров, способных повторить то, что защищает поместье вашего рода. На самом деле, любая классификация – это продукт современного мира, раньше подобным никто не увлекался. Просто когда основная масса ёкаев ушла, оставшимся пришлось подстраиваться под новые реалии. Например, классы «поместье», «замок», «крепость» – не более чем обозначение того, что существует, но чего мы повторить не можем.

– Хорошо, я понял, – кивнул ему. – Что тогда скажете о двенадцатом классе? К кому мне надо обратиться, чтобы защитить мой дом по максимуму?

Вздох Акаши буквально кричал: «Ох уж эти дилетанты!»

– Никто не ставит защиту двенадцатого класса, – произнес он. – Сразу, я имею в виду. Сначала ставят восьмой класс, а потом дорабатывают, приглашая различных специалистов. Все дело в стандартизации, выведенном со времени Ухода оптимуме. Восьмой класс – это идеально сбалансированная защита, продукт не одной сотни лет расчетов. А вот дальше варианты защитного контура могут сильно разниться. Если вы сделали ставку на, к примеру, подавление нарушителя, то вы уже не сможете встроить в защиту усиление союзников. И так далее. Работы Ушедших тем и уникальны, что могут совмещать ныне несовместимое.

– Понятно, – произнес я, осмысливая услышанное. – Благодарю за пояснение, Оно-сан.

– Не стоит, это моя работа, Аматэру-сама, – чуть склонился он.

В итоге я договорился, что «Кихон но кисо» займется строительными работами в моем квартале, в том числе и установкой защиты на особняк. Хотелось бы на весь квартал, но, как ни крути, он мне не принадлежит, так что лучше я позабочусь о своем кусочке земли. Сегодня Оно свяжется с секретариатом Аматэру, через который и заключит предварительный договор, заодно пришлет ко мне своего сотрудника, с которым мы обстоятельно поговорим о том, что конкретно я хочу получить.

После «Кихон но кисо» я отправился в магазин артефактов. Тот самый, где закупались мои дамы и которым управляет цукумогами Мику. Лично мне там ничего особо и не нужно, если только что-то интересное найду, а вот для принца нашего, Нарухито, что-нибудь подобрать надо.

– Кстати, – заговорил я по пути в магазин. – Я тут узнал, что Рейку похитить собираются.

После чего потратил несколько минут на введение Хирано в курс дела.

– Европейские преступники настолько сильные? – спросила она хмуро. – Воевать с Аматэру не каждый сильный род согласится, а тут такое.

– Скорее всего, они и не собираются воевать, – ответил я. – Получат желаемое, после чего залягут на дно.

– Все равно, как-то это… – не смогла она подобрать слова.

– Вот и я так же думаю, – кивнул ей. – Точнее, как мне кажется, вполне вероятно участие в этом деле Древнего. Впрочем, велика вероятность, что он тут не при делах. Если учитывать, что у него был какой-то план, в который входило нападение на мой дом… В общем, я не понимаю, зачем мудрить с нападением и похищением одновременно. Само нападение, как мне кажется, было совершено только для того, чтобы втереться ко мне в доверие. Он вроде как предупредил меня о нем заранее. Ну и шанс на мое убийство был. Потом, судя по намекам, мне должно было поступить какое-то предложение, вполне возможно, чтобы заманить туда, где и произошло бы настоящее покушение. Это хорошо подготовленное место, его территория. Но зачем тогда похищать Рейку?

– Может, она идет отдельно? – предположила Хирано. – Ну, то есть, будешь ты убит или нет, Рейка ему в любом случае для чего-то нужна. Хотя бы из-за камонтоку Минамото.

– Нет, – качнул я головой. – Уверен, у меня все-таки есть брат, у которого, как и у Рейки, камонтоку матери. Тут что-то другое.

– А может, это подстраховка? – произнесла Хирано.

– Может, – вздохнул я. – В любом случае, остается только гадать.

– Слушай, а может, все проще? – спросила она. – Скорее всего, Древнему нужна не сама Рейка, а ее наследство. Мы ведь не знаем, что там ей Сакураи оставили. А вдруг это что-то лежит в каком-нибудь Хранилище? Хотя нет, если у Древнего есть сын Этсу…

– Отец про него не знал, – начал я обдумывать слова Хирано. – Хранилище наверняка регистрировали на кровь Рафу, которой нет у брата. Да и у меня ее теперь не факт, что достаточно.

– Найти бы это Хранилище, – вздохнула Хирано. – Может, Рейка что-то знает.

– Знает, – подтвердил я. – И уже давно рассказала о нем.

– И ты до сих пор там не был? – удивилась она.

– Да как-то… – качнул я головой. – Необходимости особой не возникало. Да и дела постоянно мешают. Я вообще считаю, что это чисто ее наследие, хотел съездить туда, когда Рейка подрастет. Ну… – глянул я на нее. – Чтобы она осознавала, с чем имеет дело и насколько ценно то, чем она владеет. А то, знаешь ли, Рейка уже заявляла, что отдаст мне все, а это неправильно.

– Какой ты порой благородный, – усмехнулась Хирано.

– С детьми и близкими, – отвернулся я. – Я не самый лучший человек на свете, так что пытаюсь сохранить хоть какую-то человечность.

– Ну, это уже слишком самокритично, – услышал ее хмык.

– Ладно, не о том речь. – Я вновь посмотрел на нее. – Нам надо точно знать, замешан ли в этом деле Древний. Если это так, то рядом с немцами должен крутиться его слуга.

– И, скорее всего, это ёкай, – кивнула Хирано.

– Нам нужен разведчик, – продолжил я. – Кто-то максимально незаметный, при этом с мозгами. Сначала проверим тех, кто сейчас в Токио, а потом зашлем его в Германию.

– Я так полагаю, тебе разведчик нужен не прямо сейчас? – спросила она.

– Чем быстрее его найдем, тем лучше, – ответил я. – А так – да, чтобы засылать куда-то кого-то, нужно знать, куда именно засылать. Да и в целом нужна информация о противнике. Над этим сейчас работает Акеми. Потом еще с Кояма поговорю – у них в Германии хватает связей.

– Мм… – протянула Хирано задумчиво. – Ладно, я поняла тебя. Поищу нужного ёкая. Точнее, у меня есть один кадр на примете, но с ним достаточно сложно общаться.

– А что так? – стало мне любопытно.

С кем, интересно, трудно общаться Хирано.

– Юрэй, – поморщилась она. – Как ты наверняка знаешь, это духи умерших людей, и порой эти духи… Плевать им, короче, на силу оппонента. Живут в каком-то своем мире, точнее, по принципам, которые были у них при жизни.

– «Нерожденные»? – задал я, в общем-то, риторический вопрос.

– Да, – ответила она коротко. – Мне придется съездить в Мацуяму, так что пару дней буду отсутствовать.

Мацуяма – это город на западе Сикоку, не так уж и далеко от Токусимы.

– Что хоть за призрак? – спросил я. – Точнее, чей?

– Да ниндзя какого-то, – пожала она плечами. – Он там уже лет шестьсот живет, силушки набрался немалой. Но для меня все равно слабак, на что этому недоразумению плевать. Я время от времени, когда настроение плохое, езжу туда, выбиваю из него дурь, так что отношения у нас не очень, но попробовать договориться стоит. Даже мне потребовалось лет сто, прежде чем я адаптировалась к его незаметности.

То есть она хочет договориться с ёкаем, которого постоянно избивает? Неисповедимы пути и мысли женщин.

– Крутой, наверно, тип… – пробормотал я. – Ладно, оставим пока эту тему. Ты ищи нужного ёкая, а я буду собирать информацию о людях.

– Договорились, – произнесла она.

Вне зависимости от того, что сподвигло «Ассоциацию» объявить мне войну, они будут наказаны. Подобное нельзя игнорировать. Надеюсь, что Древний в этом не замешан. Одно дело – защищать близких от бандитов, тем более иностранных, и другое – от древней хрени с огромными возможностями. И, кстати, если Древний замешан, получается, он нарушил наши с ним договоренности. Хотя нет, еще не нарушил. Планирование началось до нашего с ним разговора, а после него «Ассоциация» так ничего и не совершила. К тому же, что мешает Древнему просто бросить это дело? То есть отойти в сторону, никак не влияя на людей из «Ассоциации». Тогда получится, что начал все он, а закончили бандиты. По своему разумению. Сам Древний как бы и не при делах. Технически договор он не нарушит. И если предположить, что от Рейки ему нужно содержимое Хранилища в Персии, то свое он возьмет. У бандитов, когда они обчистят то самое Хранилище.

Если подумать, Древний в любом случае может повернуть все в свою пользу. Опять же, дело он бросает, бандитам не помогает. Каков шанс, что у них все получится без его поддержки? Небольшой, на самом деле, но тут и не важно, получится у них или нет, я в любом случае обязан отреагировать на подобную наглость. То есть в итоге, так или иначе, либо пошлю своих людей в Германию, либо поеду туда вместе с ними. Там нас будет ожидать ловушка.

– Хатсуми, – обратился я к ней. – Скажи, а ёкаи могут… Не знаю, как сказать… Загипнотизировать человека. Запрограммировать его так, чтобы он ударил в спину своему другу. Я к тому, могут ли слуги Древнего захватить моего человека, и…

– Я поняла, – прервала она меня. – Нет, не могут. Точнее, в теории такое возможно, но для этого у Древнего должен быть либо какой-нибудь уникальный артефакт, причем магический, о бахирных артефактах такого типа я никогда не слышала, либо у него должен быть слуга с уникальной способностью. Ни того ни другого у него нет, иначе за столько лет нашего с ним… «знакомства», – выделила она последнее слово, – я бы об этом знала. Да и не только я. Древний многим подгадил.

– Ясненько… – произнес я задумчиво.

Получается, ловушка в Германии бессмысленна без моего личного участия. А я туда поехал бы, только если бы похищение удалось. Что теперь практически невозможно. С другой стороны, я бы на месте Древнего все равно что-нибудь этакое приготовил. Просто на всякий случай. Блин, да как минимум отправил бы кого-нибудь проследить за разборками своего врага и «Ассоциации». Дает мне эта информация хоть что-то? Естественно. Я просто обязан найти того, кто сначала обнаружит, а потом и проследит за слугами Древнего в Германии. Если повезет, я смогу выйти на него самого.

Эх, это даже звучит слишком оптимистично. Тут столько «если», что хоть за голову хватайся. Блин, что ж так не везет в последнее время – проблемы возникают одна за другой, отчего голова от мыслей пухнет. Император, который не дает мне клан, нападение на Филиппины, что можно отнести к делу с императором, но там столько нюансов и «телодвижений», что рехнуться можно. Древний – одно короткое слово, но оно у меня скоро станет синонимом беды. «Ассоциация», которая и без Древнего тот еще гемор. Мелкие, но от этого не менее важные дела, требующие моего внимания. Свадьба с Мизуки…

Мм… свадьба. Это же как нужно заработаться, чтобы забыть о ней? Тоже, кстати, уничтожающая мои нервы штука.

Запрокинув голову, уставился в потолок машины. Очень хотелось немного повыть – так, чисто для расслабона.

– Судя по твоему выражению лица, – подала голос Хирано, – ты сейчас о своей свадьбе думаешь.

Опустив голову, посмотрел на эту чертовку. Неужто меня настолько легко прочитать?

– Ты меня пугаешь, лисица, – произнес я немного мрачно.

На что Хирано подняла уши и склонила голову набок, изображая дурочку.

– Хатсуми не страшная, Хатсуми хорошая, – похлопала она глазами.

Глава 6

– У малыша прям наполеоновские планы, – пробормотал правитель Российской империи. – О плате он не упоминал?

Разговор проходил в личном кабинете императора, который вот уже двести лет переходил от отца к сыну. Сам император сидел в кресле, стоящем в углу кабинета. Хоть тема разговора и была довольно серьезной, но с Багратионом император мог позволить себе общаться по-простому, а не хмуриться, сидя за рабочим столом.

– Нет, ваше величество, – ответил министр иностранных дел. Сидел он в таком же кресле и вместе со своим повелителем пил чай. Точнее, пили они в самом начале разговора, а теперь чашки были отставлены в сторону. – И, как мне кажется, промолчал он специально.

– Поясни, – велел император, поймав взгляд Багратиона.

– Это… – замолчал министр. – Мне показалось, что он нас проверяет. Если мы упомянем о плате, он просто учтет это при следующих переговорах.

– Наглец, – покачал головой император. – Проверять императора…

– Это еще и рискованно, ваше величество, – кивнул Багратион.

– Так он у нас рисковый парень? – хмыкнул император.

– В том-то и дело… – пожевал губами Багратион. – Если верить собранной информации, он рискует, только когда ситуация выходит из-под контроля. Но даже таких ситуаций наши аналитики смогли нарыть всего пару штук. Этот парень либо очень везучий, либо очень умный. Если последнее – к чему я склоняюсь, то его проверка – не более чем сбор информации. Он примет любой наш ответ без эмоций, после чего проанализирует и выстроит план дальнейших действий. В связи с чем я считаю, что мы для Аматэру – основной вариант, но не единственный. То есть для него проверка вашего величества не такой уж и риск.

– Тебя послушать, так это монстр какой-то, – качнул головой император.

– Подобные выводы мы сможем сделать лет через двадцать, – улыбнулся Багратион. – Пока слишком мало данных, и максимум, на что тянет парень – это просто на очень умного человека. Гении и монстры – это немного другой уровень.

– Что есть, то есть, – произнес император задумчиво. – С какими трудностями мы столкнемся, если решим ему помочь?

– Хм, – задумался уже Багратион. – Если все пройдет быстро и по плану Аматэру, то проблем у нас не будет. Трудности… Вполне рабочего характера. По сути, наши действия воспримут как попытку немного надавить на Штаты, что при их нынешней активности на Аляске… Знаете, ваше величество, даже если бы к нам не обратился Аматэру, мы и сами должны были бы сделать что-то подобное.

– Только в том регионе слишком много сильных игроков, – заметил император. – Уж лучше в Латинской Америке что-нибудь устроить. Причем на Филиппинах это будет выглядеть именно как попытка. Не знаю…

– Никто не запрещает нам потом помочь той же Венесуэле, – пожал плечами Багратион.

– А в Венесуэле есть проблемы, требующие нашей помощи? – нахмурился император.

– Проблемы несложно организовать, – заметил Багратион.

– Не понимаю, как при твоей агрессивности ты умудрился сойтись с Аматэру, – хмыкнул император.

– «Сойтись» – слишком громко сказано, ваше величество, – улыбнулся Багратион. – Просто он предлагает выгодные вещи.

– И сейчас тоже? – бросил на него взгляд император.

– Сейчас у него просьба, добавляющая нам работы, но в будущем, уверен, мы сможем это использовать, – пояснил свою позицию Багратион.

– То есть ты за то, чтобы помочь ему? – прямо спросил император.

– Да, – ответил Багратион коротко.

Глубоко вздохнув, император откинулся на спинку кресла и запрокинул голову к потолку. Посидев с закрытыми глазами несколько секунд, он вновь выпрямился и посмотрел на Багратиона.

– Хорошо, одобряю, – произнес рабочим тоном. – Займись этим лично.

– Как прикажете, ваше величество, – поклонился Багратион.

Пока Хирано отсутствовала, я бил баклуши. Нет, понятно, что делами рода я и в Токусиме занимался, но по основным направлениям работали другие. Заноза со Змеем искали немцев в Токио, Хирано искала ёкая-разведчика, подготовку ко вторжению на Филиппины сейчас вели наши финансисты, в то время как мне требовался ответ русских. Хоть какой-нибудь ответ. В конце концов, если подумать, они не единственный вариант для прикрытия. Лучший, но не единственный. Так что их ответ мне нужен. Правда, с Древним, точнее, родом Юлиев, у меня возник затык. Я просто не знал, как к ним подступиться. Они и сами по себе не те, о ком легко собирать информацию, а тут еще и Древний со своими технологиями и ёкаями. Я, например, до сих пор не понимаю, как он узнал, что его спалили. Как по мне, единственный логичный вариант – это сенсоры, расставленные в отеле. То есть, возможно, он просто считал информацию с моего тела. Я, конечно, крут и организм свой контролирую, но не настолько, чтобы подавить эмоции. В общем, я должен как-то собрать информацию по Юлиям, вычислить Древнего, но как именно это сделать, я не знаю – пока, надеюсь.

Помимо прочего в процессе еще и подготовка к свадьбе с Мизуки, но и тут меня незаметно отстранили мои дамы, что меня, в общем-то, устраивало. Так что делами-то я занимался, но вполне себе обыденными. Правда, и их было немного, спасибо Нэмото и Ёсиде. Да и всему секретариату в целом. Да что уж там, спасибо очень многим людям, что дел у меня не так уж и много.

Через два дня произошло сразу два события. Днем вернулась Хирано, а вечером со мной связался Багратион.

С лисицей я встречался в магазинчике Мику, что и понятно – ни сама Хирано, ни юрэй, которого она привела, в моем поместье оказаться не хотели бы. Хозяйка магазина встретила меня у входа и всю дорогу, пока вела к Хирано, болтала. Началось все с восхваления меня, а закончилось рекламой нового товара. Хорошего, судя по всему, товара, мне бы пригодилось, но принцу нужнее. Во всяком случае, лучше уж ему отдам, чтобы он меня больше не донимал.

Привела меня Мику в полупустую комнату. Точнее, в практически пустую – только три стула у одной из стен. На одном из этих стульев меня и дожидалась Хирано, причем в полном одиночестве.

– А где… – развел я руками.

– Не все так просто, – поднялась она на ноги. – Я с этим юрэем не в самых лучших отношениях, так что пришлось тащить его сюда силой.

– Ну здорово, – вздохнул я. – И где он?

– Здесь, – ответила она и достала из воздуха хрустальный шар.

– В смысле? – не понял я.

– Отойди к стене, – попросила кицунэ и вышла в центр комнаты.

– Как скажешь, – пожал я плечами.

Сделав, как она сказала, я облокотился спиной о стену и принялся наблюдать за лисицей. В комнате мы находились одни, так как Мику в комнату не заходила. Положив шар на пол, Хирано отошла к другой стене и, раскинув руки, пропела что-то на неизвестном мне языке. Практически сразу вслед за этим на полу проявился рисунок круга, внутри которого горели красным какие-то письмена и различные геометрические фигуры. Постояв с раскинутыми руками две секунды, Хирано резко их опустила, а в центре круга появился плешивый мужичок в дешевеньком деловом костюме. Появился и стал испуганно озираться.

– Сорей Аваши, – произнесла Хирано громко. – Истинного имени не знаю. При жизни был шиноби на службе рода Мацудайра…

– Не рода, – неожиданно возразил Сорей. – А лишь главы.

Голос у него тоже оказался невыразительным.

– Юрэем он стал лет шестьсот назад, – не обратила внимания на его слова Хирано. – Точно не скажу.

– Ладно, эту старую каргу я знаю, а ты кто такой? – спросил Сорей, при этом проявившиеся вначале страх и растерянность куда-то подевались.

– Ты ему что, вообще ничего не рассказала? – удивился я.

– А он бы меня и слушать не стал, – хмыкнула лисица. – Я его уже лет триста избиваю, кто ж знал, что он когда-нибудь понадобится.

– Гадина хвостатая, – зло выплюнул Сорей.

– Нет, ты слышал? – махнула она рукой. – Вообще безбашенный тип. Но прикольный. Так забавно матерится на умпаку.

Умпаку, если что, это японский диалект, а не иностранный язык.

– Ну так кто ты? – посмотрел на меня Сорей, типа игнорируя лисицу. – Меня явно сюда из-за тебя притащили.

– Совсем дурак, – вздохнула Хирано. – Взгляни на него, Сорей-тян, хватит человека изображать.

Секунду он смотрел на меня скептическим взглядом, видимо, осмысливая слова Хирано, а потом его глаза расширились, и юрэй упал на одно колено.

– Прошу прощения, Аматэру-сама! – произнес шиноби, чуть повысив голос.

Уже вполне себе всамделишный шиноби. Черные брюки, черная куртка, черный капюшон с черной тканевой маской. Просто, пока он падал на колено, успел перевоплотиться. Даже телосложением другим стал, более тощим. Да и повыше, кажется, сделался.

– Я так понимаю, этот круг, – кивнул я на пол, – не дает Сорею сбежать?

– Это высокоуровневая комплексная печать, – пояснила Хирано. – Не из самых лучших, но весьма достойного качества. Помимо сдерживания она еще и не дает пленнику врать. Печати получше и вовсе могут подавить сидельца до состояния овоща, но нам ведь это не надо?

Чуть склонив голову, стоящий на колене шиноби, казалось, хотел что-то сказать, но, удержавшись, вновь повернулся ко мне.

Как интересно-то.

– Юрэй, насколько я знаю, это душа умершего насильственной смертью, так? – спросил я, глядя на шиноби. – Причем, как правило, юрэи – это духи мщения. Как вы умерли, Сорей-сан? Почему стали ёкаем?

Ответил он не сразу, а после пяти секунд молчания.

– Меня обманом заставили убить своего господина, – произнес, глядя в пол.

– Но злиться на врагов глупо, – заметил я. – У них задача – любым способом убивать противника. Вам ли, Сорей-сан, не знать? Вы ведь тоже немало врагов убили и, учитывая вашу специальность, вряд ли честно.

– Меня обманули не враги рода, а родственники господина, – произнес он со злобой в голосе.

– Вы отомстили, Сорей-сан? – продолжал я задавать вопросы.

– Отомстил, – ответил он. – Но господина это уже не вернет.

Блин, жаль. Я надеялся сыграть на помощи в мести. Потомкам, конечно, но Мацудайра мне никто. Вот вредить Фудзивара я не дал бы, но на их вассалов мне плевать. С другой стороны, все верно – хотел бы юрэй, которому столько лет, отомстить Мацудайра, сам бы все сделал. Думаю, современные Мацудайра крайне плохо защищены от ёкаев.

Так, стоп.

– И ты до сих пор не нашел господина? – спросил я. – Ради чего ты тогда существуешь? Ты ведь не простой обыватель, чтобы прожигать жизнь.

– Достойный… Я… Не нашлось достойного… – пробормотал он.

– Тогда что ты делал все это время? – уточнил у него строго. – Какова цель твоей жизни?

В ответ он начал что-то мямлить. Я даже толком не мог разобрать слова.

– С призраками все очень непросто, Синдзи, – взяла слово Хирано. – А юрэи – это, в сущности, призраки. Если совсем коротко, то они и сами не знают, чего хотят. Даже когда кажется, что цель ясна. Данный представитель призрачной фауны убил своих обидчиков просто из-за обычного человеческого гнева, а потом… – пожала она плечами. – Сколько его знаю, он изображает обычных людей. Живет среди них. Просто существует. Без цели и смысла. Видимо, ждет, когда кто-нибудь решит за него все проблемы.

– Да что ты понимаешь, дрянь старая?! – выкрикнул призрак, повернув к Хирано голову. – Я просто… просто…

– Вот видишь, – усмехнулась она мне.

– Да ладно тебе, – пожал я плечами. – Может, у него инстинкты. Он же шиноби был, вот теперь и собирает информацию, живя среди обычных людей.

Хирано даже рот открыла для ответа, но ее перебил Сорей.

– Да! – воскликнул он, глядя на меня. – Я просто собираю информацию. Это моя работа, в конце концов.

– А для кого ты ее собираешь? – наклонил я голову набок. – Какой в этом смысл?

– Просто… – вновь растерялся он. – Работа… я же… Пригодится… когда-нибудь.

Подойдя к краю печати и немного наклонив голову, я заговорил, используя «голос»:

– Так, может, пора найти себе господина? Того, кто даст тебе цель. Того, кто даст тебе смысл. Того, кто даст тебе работу. Настоящую, а не имитацию. Служи мне, Сорей. Кто как не глава Аматэру достоин твоей верности?

Пока говорил, а делать это я старался медленно и пафосно, Сорей стоял в середине печати на одном колене с опущенной головой, но стоило мне замолчать, он пошевелился, и меня пронзил взгляд светящихся золотом глаз.

– Я присягаю вам, господин, – произнес он, причем его голос словно вибрировал. – Возьмите мою верность, возьмите мою душу. И дайте цель!

Что делать дальше, я, честно говоря, не знал. С простыми людьми понятно – принял клятву, и все, а тут как? Глянув на Хирано, увидел крайне удивленную женщину. Она-то чему удивляется? Ну да, я помню, что ёкаи не очень-то любят присягать на верность, но это же не уникальный случай. Вон, Норико подтвердит. Все, что я мог сделать, глядя на лисицу, это поиграть бровями, мол, подскажи, чё мне делать-то? Она, видимо, поняла, так как вытянула вперед руку ладонью вверх. Что я и повторил. И как только я это сделал, из груди Сорея вылезла золотая светящаяся нить, которая, пролетев вперед, обвила мою кисть. А через пару секунд исчезла. Ну или стала невидимой.

– Я так понимаю, – произнесла Хирано. – Печать можно деактивировать.

Похоже, это конец ритуала. Простенько как-то.

– Деактивируй, – опустил я руку, – Сорей.

– Господин, – склонил он голову.

Все это время шиноби так и стоял на одном колене.

– В скором времени у меня будет для тебя работа, – произнес я. – До этого заканчивай свои дела, если они есть. Ну и… познакомься с Токусимой, – вряд ли он знаком с городом, так как здесь живет Хирано. Сомневаюсь, что он часто сюда заглядывал. – Не знаю, займи себя чем-нибудь. Как мне с тобой связаться, если что?

– Просто позовите, господин, – ответил он. – Наша связь поможет мне услышать вас и очень быстро прийти.

– Понял, – кивнул я. – Все… хотя стой. Сначала съездишь со мной в поместье, надо бы дать тебе разрешение входить туда. Ну а сейчас… – Я бросил взгляд на стулья. – Расскажи мне, на что способен.

– Ладно, голубки, тогда я пошла, – произнесла Хирано, направившись к выходу из комнаты. Как связаться со мной, ты знаешь.

– Спасибо за помощь, Хатсуми, – произнес я ей в спину.

– Обращайся, – ответила она, не оборачиваясь.

Ну а я пошел на ее место. Не то чтобы у меня ноги устали, просто зачем стоять, когда можно сидеть. Тем более, чую, наш разговор с Сореем может выйти за рамки его способностей и слегка затянуться.

Дотошный я, что уж.

Вечером того же дня со мной связался глава российского посольства и сообщил, что его начальство приняло решение. Заодно и о времени связи сказал. Так что в десять вечера я направлялся в свой кабинет, чтобы узнать ответ русского императора. А пока шел, столкнулся в коридоре с Фудзикавой в облике большой собаки. Шла она, грустно опустив голову, вызывая своим видом желание приласкать. В обычной ситуации я как минимум узнал бы, в чем дело, но в этот раз, все было ясно и так. Видимо, инугами вновь проиграла Рейке в компьютерной игре, за что и расплачивалась – сидящая у нее на спине девочка радостно смеялась, подгоняя ее вперед.

– Вперед, лошадка, вези меня к приключениям! – голосила Рейка, махая рукой.

Второй рукой она держалась за шерсть инугами.

Проходя мимо, Фудзикава подняла голову и проводила меня грустным взглядом. Нет уж, проиграла – плати. Помогать я тебе не буду. Кстати, ёкаи, заключившие магический контракт служения, вполне неплохо себя чувствуют на территории поместья. Сорей, по его словам, практически не просел по силе. Разве что постоянное ощущение меча у шеи напрягало. С Фудзикавой такая же ситуация, только она ощущала удавку на шее. А еще инугами поделилась с Норико информацией, что Сорей в разы сильнее, чем она.

На связь Багратион вышел в положенное время и после приветствий сообщил мне, что Российская империя поможет Аматэру. Ну и слава богу, хоть тут проблем нет. Правда, это было только начало разговора, так как мы еще полтора часа обсуждали детали и обговаривали форс-мажоры. Все-таки даже такое государство, как Российская империя, не может просто взять и начать оказывать помощь другой стране. Эта самая страна может просто не захотеть ее принимать. Было бы у меня побольше времени, но тут и наш император не пойми что делать будет, и с подключением к делу некоторых – пока предполагаемых союзников – возможно упустить момент, да и Штаты могут рубануть сплеча, приструнив филиппинскую аристократию.

– Что ж, на этом закончим, – закруглился Багратион. – Вы на удивление неплохо разбираетесь в политике, юноша. Для вашего возраста неплохо, – уточнил он.

– Вы мне льстите, Андрей Витальевич, – улыбнулся я, чуть кивнув. – Просто логика и немного информации.

– Многим не хватает и этого, – хмыкнул он. – Ну а вы в будущем поймете, что политика – это часто отсутствие логики. Особенно, когда дело затрагивает гордость.

В общем-то, на этом наш разговор и закончился. Не знаю, к чему он упомянул гордость, но надеюсь, что это просто способ завершить беседу. На следующий день я отправился в Токио. Дела с Филиппинами закрутились, а значит, пора и мне сделать пару шагов. Например, поговорить с Меёуми. В его согласии поучаствовать в филиппинской авантюре я не сомневался. Вопрос, который я хотел с ним обсудить, связан с нашей давней проблемой – где взять моряков. В прошлый раз мы наняли малайцев, в этот раз такой ход не прокатит. Да блин, мне им и платить-то нечем. Сорея я оставил в Токусиме – хотелось протестировать, как быстро он сможет явиться на мой зов, и как показала практика – чертовски быстро. Три секунды, и он стоит рядом.

– Расстояние для тебя вообще имеет значение? – спросил я. – В смысле, я помню, что ты с другого конца света меня услышишь и придешь, но как быстро? И, это, встань.

Сорей как появился, тут же упал на колено, но в моем кабинете это выглядело несколько… глупо, плюс я его из-за стола плохо видел.

– Чем больше расстояние, тем дольше я перемещаюсь, господин, – ответил, поднявшись на ноги. – Но максимум… – задумался он. – Максимум двадцать секунд, господин. Где бы я ни был, я приду на ваш зов максимум за двадцать секунд.

– Неплохо, – произнес я медленно. – Учту. Ладно, сейчас должен подойти человек, с которым тебе предстоит работать – Сакамиджи Асуя, заместитель главы разведки.

Точнее, фактически глава разведки, просто его начальник руководит и разведкой, и контрразведкой.

– Я должен ему подчиняться, господин? – поинтересовался Сорей осторожно.

– Ты должен выполнять его просьбы, – ответил юрэю. – Я физически не могу заниматься всеми делами лично, и если я стану прокладкой между тобой и главой разведки, это создаст множество проблем. Не волнуйся, я не отдам тебя в подчинение, но иногда тебе придется ему помогать. Особенно сейчас, когда он занимается очень важным делом. Сакамиджи тебе все расскажет, и ты сам поймешь, насколько серьезна ситуация. Для понимания – мою сестру хотят похитить, и есть подозрение, что стоит за этим Древний. Мы обязаны выяснить, насколько это верно.

– Сделаю все, что в моих силах, – пообещал призрак, вновь упав на колено.

В этот момент в дверь постучались.

– Заходи! – чуть повысил я голос. – Знакомься, Сакамиджи, этот ёкай будет тебе помогать.

Бывший бандит с опаской осмотрел плешивого мужичка в неприметном сером костюме, стоящего у моего стола на одном колене.

– Доброе утро, господин, – поздоровался он неуверенно.

– Сорей, будь добр встать и не падать на колени у меня в кабинете.

Естественно, познакомятся они не здесь, но представить-то мне их друг другу надо было? Ну а по факту Змей пришел с докладом. Оказывается, за пару дней он вычислил всех немцев, связанных с «Ассоциацией» в Токио и с гильдией Гехта в частности. Собственно, сейчас его люди просто следят за ними, ожидая приказа на захват. Вот тут-то Сорей и пригодится. Не для захвата, а для проверки. Надо же узнать, не крутятся ли рядом с немцами ёкаи. Ну а после, скорее всего, юрэю придется слетать в Германию и поработать уже там. Впрочем, пусть сначала завершат операцию в Токио.

Доклад Змея проходил утром, а днем я отправился в небоскреб Кояма, где у меня состоялся разговор с главой клана.

– Это даже на наглость не тянет, – потер лоб Акено. – Это безумие какое-то.

– То есть, по-вашему, бандиты из «Ассоциации» не могут зазвездиться? – спросил я его осторожно.

– Могут, конечно, – вздохнул он. – Просто должны же они понимать, что Кояма помогут Аматэру? Демоны, да даже если бы мы не были близки, Аматэру в любом случае обратились бы к тому, кто имеет влияние в Европе. А мы не просто так международный клан, и в Германии нас знают. Действия гильдии Гехта просто глупы.

– А если приз оправдывает риски? – спросил я.

– Приз должен быть очень серьезным, – откинулся он на спинку кресла. – Они должны быть свято уверены, что у них получится похитить твою сестру и что ты отдашь за нее выкуп. Большой выкуп.

Как обычно, сидели мы с ним в его личной комнате отдыха, расположенной рядом с кабинетом. Я устроился напротив него и размышлял о том, стоит ли рассказывать ему о ячейке в персидском Хранилище. Это не совсем секрет, просто наследство родителей принадлежит Рейке. С другой стороны, мне нужно от него осознанное адекватное мнение. Я и так о многом умалчиваю.

– Родители оставили Рейке ячейку в персидском Хранилище, – решился я все-таки. – А чем они занимались, вы и без меня знаете.

– Хочешь сказать, твоя сестра имеет доступ в Хранилище, заполненное артефактами? – спросил он удивленно. – А откуда об этом знают бандиты?

– Родители сотрудничали как раз с гильдией Гехта, – ответил я. – Плюс бандиты пытали няню Рейки, которая пусть и не знала всего, но какую-то информацию о родителях имела.

– Хм, – задумался Акено. – Там должно быть что-то действительно ценное. Бандитам ведь в любом случае придется залечь на дно, что будет означать уничтожение их гильдии как организации.

– С чего бы? – не понял я.

– Конкуренты, Синдзи, – усмехнулся Акено. – Ладно – охотники, у них ведь и конкуренты есть.

– И правда, – согласился я с ним.

– В общем, да, в этом случае они могли бы и рискнуть, – произнес Акено. – Гильдии придет конец, но ее руководство будет в плюсе. А может, даже вернут потерянное, мы ведь не знаем, за чем именно они охотятся. Может, это какой-то могущественный боевой артефакт. Ну или что-то в этом роде.

– Это вряд ли, – покачал я головой. – В смысле, возвращать потерянное не будут. Какой бы артефакт там ни лежал, высовываться им в любом случае нельзя. Думаю, даже им известно, что аристократы столетиями помнят обиды.

– Ну, – пожал он плечами. – Это уже детали.

Значит, бандиты и без Древнего могли на такое пойти? Хорошо бы.

– Думаю, спрашивать, поможете ли вы мне, не стоит, – произнес я.

– Естественно, – пожал он плечами.

– Тогда у меня просьба – пока ничего не предпринимать, – посмотрел я ему в глаза. – Пока рано. Нельзя их спугнуть.

– Как скажешь, – кивнул он. – Это дело твоего рода и лезть в него без твоего разрешения я не буду.

Вечером я все-таки добрался до Меёуми. Жил он в пригороде в небольшом домике… Тьфу, зажрался я. Нормальный у него дом, я в похожем у Кояма жил. Для многих и такой – предел мечтаний. Дверь мне открыла его жена, уж не знаю, какая по старшинству, она же проводила меня в гостиную, где находился ее муж. При моем появлении Меёуми поднялся с дивана и поклонился.

– Добрый вечер, Аматэру-сама, – произнес он. – Прошу, садитесь.

– Добрый, Меёуми-сан, – поздоровался я.

Сев в указанное кресло, с улыбкой кивнул второй его жене, которая выставила на стол между нами чашки с чае… а нет, кофе, и тарелку с выпечкой.

– Вы по делу или по делу? – улыбнулся он, беря со стола чашку.

Мне даже немного неудобно стало, я ведь и правда с ним только по делам общаюсь. Ну или на прием зову.

– По делу, – вздохнул я.

– Вы по поводу учений? – спросил он.

– Каких уче… – не понял я сразу. – А-а-а, нет, не совсем.

Среди отчетов я видел смету военно-морских учений, но там была смешная сумма, так что я не особо обратил на это внимание.

– В таком случае, внимательно вас слушаю, – принял он серьезный вид.

– Не буду ходить вокруг да около, Меёуми-сан – нам нужны люди, – произнес я, после чего сделал глоток кофе.

– Опять? – спросил он, правда, без особого удивления. – Я работаю над этим, Аматэру-сама. В скором времени будет укомплектован еще один корвет. Кстати, пользуясь случаем, сообщаю: в ближайшем будущем учебных выходов станет больше.

А значит, и денег на это придется выделить. Хорошо, учтем.

– А что насчет наемной команды? – спросил я. – Появились люди?

– Да, – ответил он. – Война в Малайзии официально закончилась, так что японские моряки возвращаются домой. Даже Хатано-сан не может долго содержать столько наемных моряков. Да ему это и не нужно. Кстати, можно его попросить помочь, тогда у нас будет еще больше людей.

– То есть все на удивление неплохо, – произнес я.

– Так и есть, Аматэру-сама, – кивнул Меёуми.

– Тогда… – задумался я. – Для начала хочу предложить тебе поучаствовать в еще одной войне.

– Я поддержу вас в чем угодно, Аматэру-сама, – ответил он, поставив чашку на стол.

– Воевать будем с Филиппинами, – добавил я.

После этих слов у Меёуми взлетели брови, но через пару секунд опустились.

– В чем угодно, Аматэру-сама, – повторил он.

– Спасибо, – поблагодарил его. – Я ценю это. Больше, чем, возможно, кажется со стороны.

– Вы даете мне не меньше, – улыбнулся он. – Где бы еще мне довелось командовать пусть и небольшим, но флотом?

Кивнув в ответ, я продолжил:

– То, что я сейчас сообщил, – секрет. Как вы понимаете, войну с Филиппинами, которых поддержат Штаты, мы никак не потянем. Поэтому я разработал план выведения Штатов из игры – на время, но его должно нам хватить. Предполагается, что мое нападение будет спровоцировано некоторыми событиями, которые еще не произошли, поэтому, если кто-то узнает, что мы готовились заранее, нам сильно не поздоровится.

– Понимаю, – кивнул он задумчиво. – Получается, наемников мы сможем набрать только после определенного момента.

– Именно, – подтвердил я. – До этого времени продолжай искать людей в прежнем темпе. Параллельно подготавливая остальные корабли. Я пущу слух, что Аматэру хочет их продать.

– Некоторые из них необходимо ремонтировать, – заметил Меёуми. – А это немалые деньги.

Даже с учетом того, что после войны с Хейгами у нас осталось всего пять кораблей, два из которых как раз и стоят на приколе из-за повреждений.

– Деньги у тебя будут, – произнес я.

– А что с десантным кораблем делать? – спросил Меёуми. – Мы его так толком и не использовали, а содержание довольно-таки затратное.

– Его тоже готовь, – ответил я. – На Филиппинах он нам пригодится.

Принц приехал утром. То ли у него окно в рабочем графике в это время, то ли он сгорал от нетерпения. В общем, ко мне он заявился в десять утра.

– Нарухито-сан, – поприветствовал я его в гостиной, куда принца привел старик Каджо. – Рад вас видеть.

– Как и я, Синдзи-кун, как и я, – ответил он доброжелательно.

– Прошу, присаживайтесь, – указал я на кресло, размещаясь в точно таком же напротив.

– Спасибо, – сел он вслед за мной. – Ты говорил, что хочешь посоветоваться о чем-то и, честно говоря, я немного удивлен. Думал, ты принципиально не станешь просить помощи у моего рода.

– Эм… – несколько растерялся я, так как много чего мог ответить на это. – Во-первых, я просто не хотел говорить о деле по телефону, точнее, вообще о том, что у меня к вам какое-то дело, вот и озвучил такой повод, а во-вторых – помощи у вас я все-таки попрошу. Но у вас, а не у вашего рода.

– Понятно, – произнес он медленно. – Не могу не заметить, что я принц и мои телефонные звонки прослушать… крайне трудно.

– В том-то и дело, что вы всего лишь принц, – дернул я уголком губ. – И над вами есть люди.

– Отец не стал бы этого делать, – покачал он головой.

– Позвольте мне сохранить толику недоверия к вашему отцу, – ответил я, грустно вздохнув.

– Как скажешь, – хмыкнул Нарухито. – Итак, что за дело?

– Для начала хотел бы преподнести вам подарки, – кивнул я на стоящий рядом стол, на котором лежала куча разного хлама.

Немного помолчав, разглядывая вещи, Нарухито вновь посмотрел на меня.

– Магические артефакты, да? – уточнил он.

– Так и есть, – кивнул я. – Всего понемножку. Три картины в японском стиле, проявляющие невидимое, – именно этот товар рекламировала мне Мику в последнее посещение ее магазина. – Статуэтка женщины, блокирующая слабые ментальные воздействия типа наведенного сна или приказа говорить только правду. Зеркало, показывающее висящие на вас заклинания. Зеркало, кстати, показывает все заклинания, даже если они позитивные. Пять колец, защищающих от магических атак. Не очень сильные, зато их не надо подпитывать магией. В целом последнее относится ко всем представленным артефактам. Четки – целительский артефакт. Довольно сильный, замечу.

– Прости, что перебиваю, – приподнял руку принц. – Насколько магическая медицина лучше… бахирной?

– Плюс-минус такая же, – ответил я. – Но ёкаи могут делать лечебные артефакты, что при определенных условиях очень важно.

– Спасибо за ответ, прошу, продолжай, – кивнул Нарухито.

– Отсюда не видно, – махнул я рукой в сторону стола. – Но там еще лежит стопка жреческих печатей, которые мешают творить заклинания. Просто распихиваете их по укромным местам – и все. Вон та бутылка, если залить в нее вино… ну или любой другой спиртосодержащий продукт, сильно ослабляет магический взгляд. Причем как заклинание, так и личные способности. Вино со временем исчезает, так что не забывайте подливать. Ну и свечи, которые загораются, если рядом с ними используется магия.

– Спасибо, Синдзи-кун, – кивнул он, даже, скорее, чуть наклонил корпус. – Огромное спасибо. Ты даже не представляешь, какой у меня камень с души свалился.

– Не стоит, Нарухито-сан, это всего лишь деньги, – пожал я плечами. – Когда-нибудь… когда вы станете императором, мы пересмотрим наш договор, и вы сами сможете покупать такие вещи.

– И все равно – спасибо. Я ценю твою помощь, – качнул он головой.

– Ладно, закончим с этим, давайте поговорим о моей просьбе, – произнес я.

– Внимательно слушаю, – собрался он.

– В скором времени Российская империя придет на Филиппины, чтобы урегулировать конфликт с американцами.

– Что? – удивился он. – Когда ты узнал об этом?

– Вчера, – улыбнулся я. – Собственно, я и попросил их сделать это.

– Синдзи… – нахмурился Нарухито. – Это не очень хороший ход.

– Я прошу вас на дипломатическом уровне попытаться им помешать… и отступить, – произнес я, глядя ему в глаза. – Они знают, что вы будете это делать.

– Так, – пожевал он губами. – В чем суть твоего плана?

– Хочу напасть и захватить Филиппины, – ответил я просто.

– Оу… – взлетели его брови. – А ты… не надорвешься? Все-таки… Подожди, – поднял он руку. Похоже, начал догадываться. – Насколько я знаю, это твои люди мутили там воду, уверен, Штаты тоже об этом знают. И тут приходят русские и начинают сводить на нет твою работу. Япония пытается им помешать, но у нее ничего не получается, после чего ты нападаешь на Филиппины. И если сначала американцы думали, что ты работаешь против них, то тут до них доходит, что твой враг – Филиппины. А так как им в любом случае надо как-то урегулировать конфликт с филиппинцами, они дают тебе время на то, чтобы хорошенько их отдубасить. Но, Синдзи-кун… Если ты не успеешь захватить страну, тебе достанется очень сильно. Захватить ты ее, кстати, хочешь, чтобы отцу передать?

– Да, – подтвердил я. – И если не успею, все будет плохо. Я понимаю.

– Это крайне опасно, – покачал он головой. – К тому же ты создашь кучу проблем нашей стране.

– Императору, не стране, – возразил я. – И не проблемы, а… геморрой, скажем так.

– Отец может не согласиться принимать Филиппины под свою руку, – вздохнул Нарухито. – И причин для этого у него полно.

– В обычной ситуации – да, – кивнул я. – А если он сам задал такие условия, ему придется пойти на это. О его требованиях знают многие. Точнее, его слова на том приеме прочитали многие. Причины не знают или всего лишь догадываются, но условия озвучены и услышаны. Он сам загнал себя в ловушку. И если он не выполнит обязательств, то поставит под сомнение слово всего вашего рода. Если ваш отец откажется от Филиппин, я даже напрягаться из-за этого не буду, просто предложу земли Китаю. Или Сукотаю. Или русским. Или французам. Я найду, у кого получить клан. И не говорите мне, что ваш отец этого не понимает. Точнее, что он не поймет этого, когда все закрутится. В любом случае, даже если он рискнет… – вздохнул я. – Найдет какой-нибудь железобетонный повод послать меня куда подальше, так остаются еще Аматэру. Нас поводом не обманешь. Это будет крах наших с вами отношений. При этом у меня появится полное моральное право пакостить вашему роду. Никто не сможет назвать меня предателем нации. Но это – край, мне не нужно вам пакостить, да и не буду, скорее всего. Первым не начну, во всяком случае.

– Я все понимаю… просто… – Он не знал, что сказать. – Просто Аматэру, которые вредят стране, звучит сюрреалистично.

– Вы как-то… – Я не знал, с чего начать. – Может, я чего-то не знаю? Или не понимаю? Вот что такого могут сделать Штаты, чего они и без меня не делают? Войну объявят? Бред. Санкции? Так плевать на них. Пошлины на наши товары поднимут? Так наши страны и до этого раз в пять лет устраивают небольшие торговые войны. Мы со Штатами со Второй мировой не в ладах, что они еще могут сделать, чего не делали до этого? Или не сделают потом? В конечном итоге все упирается в тот самый пресловутый гемор, который они могут создать, причем не для страны, а для императора. Ну да, вам, наследнику, тоже придется поработать на износ. Уж простите.

– Чтоб тебя, Синдзи-кун, – провел принц ладонью по лицу. – Умеешь же ты людей в угол загонять. Ладно, хорошо, я понял. Будь что будет. Я помогу тебе. Но как же мне хочется отвесить тебе подзатыльник!

– Если вы это сделаете, я уволю вашего сына, – произнес я, усмехнувшись.

Не забудем, что он работает в «Шидотэмору» под прикрытием. Заодно я обозначил, что знаю об этом.

– Это шантаж! – воскликнул он возмущенно и удивленно одновременно.

– Самый что ни на есть настоящий, – кивнул я. – Меня этому один американец научил.

Глава 7

– Совсем никого? – задал я, в общем-то, глупый вопрос.

– Совсем, господин, – ответил Сорей. – Я не смог заметить никого из ёкаев.

Разговор проходил в моем кабинете, в котором помимо меня и Сорея присутствовали Сакамиджи и Хирано. Последняя тихонечко сидела в одном из гостевых кресел, в то время как мужчины стояли перед моим столом. А обсуждали мы бандитов «Ассоциации», за которыми Сорей следил несколько дней. Эти самые бандиты, к слову, разместились в трех разных отелях и ничего не делали, видимо, ожидая приказов из дома.

– Что ж… – произнес я задумчиво. – Ладно. Хорошо. Я понял. Тогда не будем больше ждать. Разрешаю захват. Они нужны мне в максимально хорошем состоянии. Передадим потом полиции.

– А это обязательно, господин? – спросил Сакамиджи.

– Нет, но надо же закрыть дело Нойман? – пожал я плечами. – Да и зачем они нам? Вопросы зададим, ответы получим, и все. Ладно были бы среди них те, кто принимает решения в гильдии, а так… На исполнителей мне плевать.

– Их стоит убить просто за то, что они согласились участвовать в этом деле, – заметила со своего места Хирано.

Порой мне кажется, что я слишком жесток и бессердечен даже для этого мира, но бывает и наоборот. Если брать всех, кто хочет причинить вред мне и моему роду… С другой стороны, желание и намерение – разные вещи.

– Сакамиджи, – сказал я, глядя на него, – какие вопросы задавать, ты плюс-минус знаешь. Если у меня появятся новые, я тебе сообщу. Полиции их отдадим – все-таки вопрос с делом Нойман нам нужно закрыть. Ну а как только они попадут в тюрьму, позаботься, чтобы их там встретили с распростертыми объятиями.

– Сделаю, господин, – поклонился он.

– Далее, – продолжил, переводя взгляд на Сорея. – Вне зависимости от полученных ответов, ты отправишься в Германию. Твоя главная задача – вычислить всех руководителей гильдии Гехта. Вычислить и отслеживать. Второстепенная задача, но тоже важная, выяснить, не общаются ли они с ёкаями. В «Ассоциации» могут не знать, что сотрудничают с мистическими существами, учитывай это. Если выйдешь на ёкаев Древнего… – задумался я. – Следи за ним. Или за ними. По степени важности задания могут поменяться местами. Если Древний замешан в этом деле, я должен… – Я вновь задумался, взяв более длительную паузу. – Я должен знать об этом ёкае как можно больше, но твоя незаметность на первом плане. О тебе вообще никто не должен догадаться.

– Понял, господин, – поклонился Сорей.

Где-то в подсознании у меня трепыхалась мысль, которую я не мог ухватить. Что-то важное… Нет, что-то нужное. Что-то, что я мог бы использовать. Что-то… Ладно, потом.

– Сакамиджи, поможешь ему с легендой, – обратился я к Змею. – Сорей может перевоплотиться в европейца, учитывай это.

– Господин, – подал голос Сорей, – прошу прощения, что не сказал об этом раньше, но у меня проблема с акцентом. Я знаю много языков, но полноценно сыграть немца не смогу.

– Прям немца и не обязательно, – ответил я и бросил взгляд на Сакамиджи.

– Все сделаю, господин, – тут же отреагировал тот. – Подберем нужную национальность в соответствии с акцентом.

Кивнув на это, я продолжил:

– В Германии ты пробудешь несколько месяцев минимум, – я перевел взгляд на шиноби. – Если не случится форс-мажора. Так что времени у тебя будет достаточно. Не торопись, главное, чтобы тебя не раскрыли. К ликвидации гильдии Гехта приступим после захвата Филиппин. Предварительно, конечно. Там видно будет. Не хочу спешить. Информацию от Кояма вы получили?

– Да, господин, – подтвердил Сакамиджи.

Если за бандитами «Ассоциации» приглядывает какой-то ёкай, он может быть очень скрытным, а если учитывать, что дело происходит в Европе, он обязан быть очень скрытным. Так что лучше дать Сорею побольше времени, ну а гильдия Гехта никуда не денется. С Сореем мы их с легкостью достанем.

– Не лучше ли сейчас отправить Сорея в Германию? – спросила Хирано. – Если там узнают, что их людей схватили… – покрутила она ладонью.

– Ну ты уж совсем-то Сакамиджи за дурака не считай, – хмыкнул я. – Разберется.

– Шаблоны легенд у меня есть, Хирано-сан, – произнес тот, посмотрев на нее. – Сорей-сан профессионал, так что в роль войдет быстро. Нужную информацию по местным членам «Ассоциации» он собрал, и ее более чем достаточно для захвата. Более того, мы сможем водить за нос начальство гильдии. То, что их людей захватили, они узнают ой как нескоро.

– Да, да, – отмахнулась Хирано лениво. – Хорош нудеть.

В общем и целом дело о похищении Рейки переходит в долгую фазу, и в ближайшее время я могу о нем не вспоминать. Если бы не Древний, мы бы уже отправились валить гильдию Гехта, но, как было сказано выше, Сорею нужно время. Я просто обязан знать, не связан ли с бандитами Древний. И тут лучше подождать, но хорошенько все проверить.

Операция по захвату немцев прошла без сучка без задоринки. Что и неудивительно – даже будь они бывшими военными специалистами, чего не было, инициатива полностью оставалась на нашей стороне. Мы знали про них все, а они про нас – ничего. Дальше мы пару недель аккуратно выбивали из них ответы на свои вопросы. Аккуратно – это без жесткого членовредительства. Нам же их еще полиции отдавать. Впрочем, они и не упирались особо. С другой стороны, и знали они не так чтобы много. Исполнители, что с них взять? Получив с них все, что можно получить, передали бандитов полиции, оставив себе одного. Так, на всякий случай. В планах у меня – отправить его обратно с каким-нибудь посланием. В конце концов, вдруг получится выманить ёкаев Древнего, если станет известно о, например, моем личном участии в карательной операции против гильдии. Хотя послание можно донести и как-то иначе… Да нет, пусть будет, способ послать сообщение тоже порой важен.

Нойман освободили, но что с ней делать дальше, я не знал. Ее преданность и желание защитить Рейку мне, несомненно, импонировали, но… Гребаный Древний делал меня еще большим параноиком, чем обычно. К тому же «запрограммировать» человека можно и без применения бахира или магии, достаточно гипноза и некоторой «дрессуры». Достаточно волевые личности защищены от этого, но кто бы мне сказал, насколько Нойман волевая личность. Несколько месяцев в плену за ее плечами было, и что там с ней делали, достоверной информации нет. Точнее, Нойман рассказала все и даже не врала, но… В общем, допускать ее к своим близким мне не хотелось. Бросать тоже – как ни крути, она жизнью рискнула ради Рейки. И это только в данном случае. Сколько раз она рисковала ради нее при живых родителях, я даже не спрашивал. В итоге до окончания разборок с гильдией Гехта поселил ее в квартале своего токийского особняка. В конце концов, сейчас ей в любом случае лучше находиться рядом со мной. Естественно, я объяснил ей свои мотивы. Узнав о возможности «программировать» людей, Нойман была удивлена, но в целом восприняла все спокойно и даже поблагодарила, что я помогаю ей. Вот интересно, а в этом мире вообще в курсе, что людей можно «программировать»? Может, моя паранойя слишком разыгралась? С другой стороны – даже если так, сделать я с этим ничего не могу.

Помимо прочего устроил немку в детский сад, который организовала Эрна – один из многих ее проектов. Сделал я это, предварительно посоветовавшись с Нойман. Уверен, она и сама о себе может позаботиться, но на всякий случай предложение сделал. А она согласилась. По ее словам, это практически идеальный вариант, а организовывать свое дело, как в Германии, она не хочет. Устала. В первую очередь – от слишком большой ответственности. Денег у нее хватает, так что возня с детишками, за которую она тоже деньги будет получать – то, что надо. Мне в тот момент даже показалось, что предложи я ей стать слугой рода, она откажется.

В таких вот мелких делах и проходили мои дни, и в какой-то момент я с удивлением узнал, что Кагами уезжает в Сукотай на дуэль. Я к тому, что свадьба с Мизуки подкралась как-то слишком уж незаметно. Одновременно с этим, то есть с отъездом Кагами, мир облетели новости о том, что русские пришли на Филиппины. Именно так, грозно и масштабно. На самом деле на Филиппины приехала небольшая группа МИДа Российской империи и заявила о желании наладить торговые связи между странами. Пока все только начиналось, но мировые СМИ уже стали раздувать из мухи слона. Самое забавное – небезосновательно, но об этом-то знали очень немногие люди. Так что у СМИ либо хорошие информаторы, либо хорошая чуйка. Либо желание словить хайп. Но лично я думаю, что первое – Штаты сделали свой ход, первый, очевидный и очень простой.

Выйдя на улицу, я обвел взглядом двор особняка. «Кихон но кисо», строительная компания ёкаев, которая приняла заказ на постановку магической защиты моего дома, уже некоторое время работала вовсю. В данный момент я наблюдал полностью пустой двор – ни забора, ни газона, ни кустов. Они снесли все, перекопали двор и сейчас возились в ямах, которые предназначены для фундамента забора и… чего-то еще. Возможно, для охранной системы, так как ёкаи работают в тесной связке с братьями Кадзухиса, которые отвечают за техническую часть охранного периметра. И если ёкаи сконцентрированы на куске родовых земель, то Кадзухиса работают во всем квартале. К этому моменту мы сумели выкупить последние не принадлежащие нам дома, так что внуков Фантика ничто не ограничивает. Сам дом тоже начинают подготавливать к магической обработке, но пока жить в нем можно, хотя часть помещений и фасад уже выглядит так, будто здесь прошлась толпа мародеров.

«Кихон но кисо» помимо магической защиты занимается еще и самым обычным строительством, так что в квартале посторонних нет – лишь ёкаи, техники Кадзухиса и толпа охраны.

В гараж не пошел, так как его уже не было, пришлось топать на границу квартала, где меня ожидала машина. Сегодня я уезжаю в Токусиму и обратно вернусь уже дважды женатым. Дома остаются Нэмото и Ёсида, которые не только присмотрят за стройкой, но и продолжат разбтраться с мелкими делами рода. Хирано тоже осталась. Я предлагал ей поехать со мной, но она буквально одним взглядом и парой фраз указала на глупость моего предложения. Попасть-то на свадьбу она не сможет, ну и что ей тогда там делать? Если потребуется, она приедет, но у меня уже достаточно связей в мире ёкаев, чтобы решить большинство вопросов без ее участия. Так что она лучше посидит здесь и наконец спокойно почитает. Не опасаясь, что некий Аматэру вновь заявится со своими вопросами.

Казуки, естественно, тоже отправился со мной. Его отсутствие на моей свадьбе выглядело бы странным. Заодно и Бранда с Идзивару прихватил.

В Токусиме нас встретила предсвадебная суета. Примерно такой же упорядоченный хаос, как и в токийском особняке, но если там мне ломали мозг строители, то тут – женщины рода. Впрочем, справедливости ради, я в этой суете практически не участвовал, наблюдая все это со стороны. Как и с установкой защиты особняка, к слову. Но если в Токио я мог послать всех куда подальше, то в Токусиме мне приходилось прятаться у себя в кабинете. И то не всегда выручало.

– На, глянь напоследок, – протянула Атарашики несколько листов бумаги.

Вздохнув, я забрал у нее бумажки.

– Список гостей? – озвучил очевидное. – Ладно. Но ты ведь понимаешь, что ничего не изменится?

– Сейчас не тот повод, чтобы пренебрегать подобными вещами, – ответила она строго.

– Да, да… – произнес я, лениво просматривая список.

Уж лучше это, чем обсуждение смысла и подтекста расстановки цветов по двору. Ничего мозговыносящего там нет, но боже, как же это нудно и неинтересно. Мне. Женщины со мной почему-то не согласны.

– Держи, – вернул я ей список. – Нормально все.

– Как-то быстро ты, – проворчала она, забирая листы бумаги. – Смотри, Синдзи, если что, виноват будешь ты.

– А когда иначе-то было? – хмыкнул я. – Все там нормально.

На это Атарашики вздохнула.

– А вот меня до сих пор смущают Тоётоми в списке, – произнесла она устало. – Ты уверен, что хочешь их пригласить?

– Это не обсуждается, Атарашики, – посмотрел я на нее. – Кен просил помочь его клану, и я это сделаю.

– Как скажешь, – покачала она головой, после чего отправилась на выход.

У Тоётоми, как я выяснил, на самом деле сейчас лишь одна глобальная проблема – они все еще очень богаты. При этом находятся в серьезной опале как у императорского рода, так и у Аматэру. А все вместе – это словно знак для родов и кланов попроще, что Тоётоми можно рвать на куски. Никто не придет к ним на помощь. Даже союзники от них отвернулись. Их, к слову, и так было немного. При этом, если глянуть со стороны, складывается какая-то мистическая ситуация, когда связанные с Тоётоми рода раз за разом падают на самое дно. Из тех, кто столкнулся с этим при мне, можно отметить Токугава, но, как я недавно узнал, были и другие. Например, известный случай с братом императора, который держал в осаде поместье Аматэру. Сам он с Тоётоми связан не был, а вот с родом Якоси, союзником Тоётоми – был. Древний род, более четырех тысяч лет истории, буквально за пару месяцев после проигрыша брата императора скатился на самое дно аристократического общества Японии. А до них был род Амаго, который при поддержке Тоётоми выиграл войну у имперского рода Итомуку, но после получил такой счет от императора, что в итоге из принципа переехал в Китай после выплаты всей суммы. Тот случай больно ударил по репутации императора, но Амаго пострадали еще больше. Без сил и денег они до сих пор влачат жалкое существование среди китайской аристократии.

В общем, союзников у Тоётоми не осталось. На это сыграло слишком много факторов единовременно. История, проигрыш в войне, слухи о планах Тоётоми относительно противостояния с императором и так далее. Поодиночке эти факторы – ерунда, терпимы, во всяком случае. И в войне многие проигрывали, и с императором бодались, и с Аматэру, и союзников теряли, но, когда все сошлось в единое целое… Так что сейчас Тоётоми – лакомый кусочек для многих, в том числе и для довольно серьезных личностей, среди которых выделяются Тайра, Кагуцутивару и Матарэн. Тоётоми до сих пор не порвали на части только потому, что еще не решили, кто что себе заберет.

Рвать задницу ради Тоётоми я не намерен, но хотя бы попытаюсь их прикрыть, и для начала надо обозначить, что Аматэру относятся к ним благосклонно. И смерть Кена, как бы цинично это ни звучало, в этом поможет. Во всяком случае, у меня есть более чем достойный повод вмешаться в эту свару. А без повода все выглядело бы слишком подозрительно – а вдруг я хочу заграбастать богатства Тоётоми себе? А вообще отношения Аматэру и Тоётоми со стороны, наверное, выглядят странно. То дружим, то воюем, то опять дружим. В будущем, уверен, снова будем воевать. Не удержатся они от мести. Но теперь Кена нет, и стоит им только сделать один неверный шаг – я их с дерьмом смешаю. По уму это надо сделать сейчас, но… Не могу я проигнорировать последнюю просьбу Кена.

Мизуки приехала в Токусиму вместе со всей семьей за день до свадьбы, когда с обеих сторон все было подготовлено. Но даже после этого мы общались с ней считаные разы. И это не какая-то традиция, просто дел у нее было много. Блин, да я с Кагами больше общался, чем с ней. Про Акено и вовсе молчу – он, как истинный мужик, старался не мешаться под ногами у женщин, так что мы с ним вместе прятались. Казуки тоже прятался, но за день до свадьбы, чуть позже Мизуки, в Токусиму приехали его школьные друзья, поэтому молодежь тусовалась в своей компании.

О, кстати, в Сукотае Кагами победила Чакри. Ее горделивое выражение лица, когда мы встретились в аэропорту, надо было видеть. Зная Кагами, уверен, она еще пройдется по его гордости во время приема, куда Чакри тоже приглашен. Не любит она, когда кто-то посягает на ее лидерство в готовке. Сама Кагами не вдавалась в подробности своей победы, а вот Акено рассказал, что после объявления победителя весь зал, огромный зал, в котором из простолюдинов был лишь персонал, уважительно ей поклонился. Видимо, для сукотайцев эта дуэль была чем-то большим, чем для японцев.

Ну вот и день свадьбы… По идее, мы с Мизуки, как главные действующие лица праздника, должны были лишь отдыхать и веселиться, но это только в теории. По факту праздновали лишь гости. Ну ладно, ладно, еще Мизуки. Моя почти жена вместе с остальными женщинами провела грандиозную подготовку к мероприятию и теперь пожинала плоды, а вот для меня это был очередной рабочий день. Особенно после того, как мы вернулись в поместье. Но это было под вечер, а перед тем пришлось пройти через такие испытания, как фотосессия – а учитывая размах свадьбы, это целое событие – через сам свадебный ритуал в храме Аматэрасу, постоянно ожидая гласа с небес, через представление молодой жены городу. Последнее вроде имело другой смысл, я как бы делился с окружающими своей радостью, но по факту – представлял Токусиме нового члена рода. При этом от Мизуки уже ничего не зависело, она могла лишь наслаждаться праздником, именно я в тот день был ведущим. Именно я решал, как повернуться, кому улыбнуться, в какой момент помахать рукой и так далее. Не то чтобы сложно, но немного напряжно.

Ну а когда с делами в городе было закончено, мы вернулись в поместье, где к тому времени уже собрались гости. И это был единственный однозначно хороший момент праздничного мероприятия. Не считая свадьбы как таковой. Пока мы с Мизуки куролесили по городу, Казуки с Атарашики встречали тех самых гостей. Основную их часть, так как некоторые, особо приближенные, ездили по городу вместе с нами. По этикету с Казуки должна была находиться его жена, но Эрна с недели на неделю ожидала родов, и ее освободили от необходимости стоять несколько часов у входа.

– Бедненький, – произнесла Мизуки, поглаживая Казуки по голове. – А ведь теперь и мне придется этим заниматься. Синдзи, пожалей меня! – повернулась она ко мне.

Голову моей теперь уже жены покрывал традиционный свадебный головной убор, так что погладить ее по голове я не мог, впрочем, и жалеть рыжую тоже не собирался. Гостей-то ей принимать не в одиночестве.

– Как будто ты до этого не занималась подобным, – хмыкнул я.

– Ну, во-первых, – надулась она, – я провожала гостей, а не встречала их. А во-вторых, теперь я не смогу сбежать к соседу.

– Ну да, – вздохнул я. – Только ты можешь поменяться местами с Норико, а мне вот меняться не с кем.

– Зато у тебя есть миленький раб, – произнесла она, после чего повернулась к Казуки и вновь его погладила. – Бедненький.

После возвращения в поместье Мизуки удалилась в дом, где переоделась в красную юкату и поменяла прическу. Вышла девушка уже вместе с Норико. Собственно, до конца приема меня сопровождали обе мои жены. Правда, под конец, когда молодожены должны уединиться в традиционном домике, Норико оставила нас. Не то чтобы местное общество осуждало групповуху, но именно сегодня я принадлежал только Мизуки. В домике мы по все той же традиции обменялись подарками. Я подарил ей серьгу, которая сильно упрощала поддержание Доспеха Духа. Правда, к этому артефакту приходилось привыкать, так как на первых порах Доспех Духа мог включиться как будто сам собой. Малейшие испуг или волнение грозили стать триггером. Ну а Мизуки подарила мне ПлПу-101 «Чиж». Естественно, не простой, а с красивой и пафосной гравировкой в виде самурая на рукоятке, который держит меч над плечом, а лезвие меча вытянуто вдоль ствола. Прикольно, мне понравилось.

Ну а закончился этот долгий день попыткой Мизуки измотать ведьмака. Что само по себе тянет на подвиг, а уж в первую брачную ночь, будучи девственницей… В общем, ничего у нее не получилось, но попытка была зачетной.

В начале июля Эрна родила мальчика. Девять часов мы всей семьей, кроме Рейки, которую отправили спать, ждали результата родов. При этом никто не нервничал… Ну или максимум нервничал. Казуки, казалось, не до конца осознал, кем он скоро станет. Надо будет его в следующий раз не в гостиной держать, а в коридоре, рядом с комнатой, в которой рожает жена. Пусть послушает крики и поймет, что это не игра. Слишком уж он молод. Может, повесить на него мальцов, что я из Штатов привез? Пока они здесь живут, в Токусиме, но после появления еще одного младенца их в любом случае стоит забрать. Не хочу, чтобы члены рода отстранялись от них, и я в первую очередь. Они тоже Аматэру, и это надо уложить в наших головах. Если раньше я не хотел держать дома двух младенцев, которые, хочешь не хочешь, будут забирать часть моего времени, то теперь деваться некуда. Бли-и-ин… А ведь на подходе роды Норико… Мало проблем, так теперь еще детский сад под боком будет. Понятно, что лично мне останется снимать сливки, так как самую сложную часть возьмут на себя женщины, в том числе и слуги, но мужская чуйка все равно шепчет, что будет непросто.

В Токио я, кстати, так и не вернулся. Точнее, жить остался в Токусиме, при этом постоянно мотаясь между городами по делам. И причина этого довольно прозаична – ремонт. Великий и ужасный. Даже когда я уезжал, дом хоть и был более-менее жилым, но обитать там уже стало неудобно. Все самые важные и секретные вещи были перевезены в онсэн на родовых землях, а большинство мебели – в соседние дома. Даже так я бы нашел, где жить, однако зачем, если можно переехать в Токусиму к семье? Правда, по делам я все же в Токио выбирался, ночуя то у Акено, то у Кагуцутивару. Просто они самые близкие некровные родственники в городе, и обитание в отелях или купленных в квартале домах, которые именно что приложение к поместью, выглядело бы, как будто у нас с ними не все в порядке.

Помимо дел пытался разобраться с проблемами Тоётоми. По факту мне было достаточно договориться с Тайра, Кагуцутивару и Матарэн, после чего и роды поменьше придержали бы коней, но в том-то и проблема, что договориться я мог только с Кагуцутивару. К Матарэн у меня было мало подходов, мы с ними друг друга не знали, если вывести за скобки приемы. Единственным способом как-то повлиять на них были Отомо, но и те… Если перевести на простой человеческий язык, Отомо были родителями моего приятеля. Хорошо, ладно, Отомо решают мне помочь, но вот беда, у них у самих с Матарэн очень сложные отношения. Фактически вражда, которую они пытаются урегулировать, женив Акинари на внучке главы рода Матарэн. То есть Отомо толком не могут повлиять на Матарэн, а значит, и просить их об этом не стоит. Так помимо этого рода есть еще и Тайра… Вот уж с кем у меня напряженные отношения. С другой стороны, если я смогу их уговорить, Матарэн точно задумаются, а стоит ли ссориться с Аматэру, нападая на Тоётоми. Только вот как это сделать?

В какой-то момент в гостиную зашла служанка и сообщила, что Эрна родила, после чего мы всей толпой отправились к роженице.

Первым в помещение зашел Казуки. Не потому, что стремился быть первым, а потому, что я был вторым и постоянно держал парня перед собой. Сам Казуки выглядел слегка потерянным, как будто не понимал, что происходит. Он и к кровати вымотанной, но улыбающейся Эрны подошел только после моего тычка в спину. И даже после этого как дурак стоял возле жены и тупо смотрел на замотанного в пеленки ребенка, лежащего рядом с матерью. Поймав взгляд стоящей рядом служанки, я кивнул сначала на младенца, а потом на Казуки. Когда на руки Казуки положили сына, тот и вовсе замер, боясь пошевелиться.

– Как его зовут, Казуки? – произнес я в тишине.

Да, мы все уже давно знаем, какое имя они с Эрной выбрали, но он должен произнести его вслух, и именно сейчас. Подняв на меня взгляд и помолчав несколько секунд, Казуки произнес:

– Его зовут Хироки. Аматэру Хироки. Радость своих родителей. Сила своего рода.

Японский МИД официально прибыл на Филиппины после моей, опять же, официальной встречи с принцем Нарухито. На деле мы с ним ничего серьезного не обсуждали, просто выпили чая. Заодно я ему подарил магическое кольцо, которое он может, не скрываясь, носить. Колечко, кстати, интересно тем, что, несмотря на магическое воздействие, питается бахиром. Сделано специально для людей, против людей, и заставляет цель заснуть. Воздействие направленное, по площади не бьет, зато и сопротивляться ему обычный бахирщик не сможет. Правда, и бахир кольцо жрет в немереных количествах. Эксклюзив, к слову. Современные артефакторы создать ничего подобного не могут, и дело не в эффекте, а в том, что оно питается бахиром. Я бы, может, себе его оставил, но, как мне сказали, эффект у кольца довольно слабый… Точнее, не так, эффект сильный, но вот избежать воздействия довольно легко, достаточно иметь не самый хороший защитный артефакт. Магический, естественно.

В общем, Япония влезла на Филиппины, якобы пытаясь договориться с русскими об их уходе. Осталось немного подождать, и можно начинать собирать силы для вторжения. Правда, как выяснилось, ждать пришлось даже меньше, чем я думал. Буквально через пару недель после появления японцев произошел инцидент, заставивший дипломатов Нарухито свалить домой. Причем в полном составе, а не только переговорную группу. Толпа филиппинцев в пару тысяч голов окружила посольство и практически силой выдворила дипломатов из страны. Случай не то чтобы уникальный, за последние сто лет такое пару раз происходило, но именно что пару раз. Ни к чему хорошему это не приводило. Я уже было обрадовался, что смогу продолжить выполнять свой план, но тут до меня дошло, что все летит в тартарары. Ведь если я теперь нападу на Филиппины, мои действия будут воспринимать как месть императора за своих дипломатов.

Дерьмище.

Я оказался в тупике. Вообще не понимал, что теперь делать. Даже принцу позвонил, надеясь, что он посоветует, как поступить. А Нарухито, когда рассказывал по телефону, что происходит, был скорее в недоумении. Такого он точно не ожидал. Правда, в том же разговоре он меня успокоил, типа, рано паниковать, Филиппины определенно должны отреагировать на официальном уровне, так как произошедшее не выгодно в первую очередь им. Это ведь очень серьезные ухудшения отношений с соседями. Причем с соседями, которые не в восторге от американцев. В итоге все утряслось буквально за несколько дней. Пара сотен отправленных в тюрьму простолюдинов, десяток отлученных от двора аристократов и одно официальное извинение филиппинского короля.

Блин, я знал, что большая политика – непредсказуемая вещь, но как-то не думал, что настолько. И месяца не прошло, а ситуация успела перевернуться с ног на голову и вернуться обратно. Так принц еще и переговорную группу не стал возвращать. Посольство вернул, а люди, которые должны были убрать русских c Филиппин, остались дома. При этом вполне себе обоснованно, типа не стоит нам ссориться с русскими. Обоснуй в данной ситуации, конечно, спорный, но вполне рабочий. Только вот на мое дело данная история в любом случае кидала тень. Американцы определенно станут подозревать, что Аматэру работают на пару с императором, а значит, надо как-то подстраховаться. Я целый день ломал себе мозги, пытаясь решить, как это сделать, и все, что пришло мне на ум, это встреча с главой государства. Мне ведь мало соломку подстелить, мне долбаный батут под задницу нужен. Никто не должен сомневаться, что я действую самостоятельно. И самый лучший вариант – получить отказ в помощи от императора. Но… Этот старый хрыч слишком умный и опытный, плюс моя просьба, в принципе, имеет плюсы для государства. Ах да, я еще и Аматэру, которым император скорее пойдет на встречу, чем не пойдет. Короче, я собирался сделать крайне рисковый ход, но лучше обделаться сейчас и переработать план, чем обделаться перед американцами, глядя на их военный флот, обстреливающий наши позиции.

Так что мне придется пойти к императору и попросить помощи таким образом, чтобы и не поссориться с ним окончательно, и чтобы он мне отказал.

Император Акихито встречал меня в своей оранжерее. Два плетеных стула, такой же стол с кружками и чайником, небольшой пруд рядом и много-много зелени вокруг. Сам он сидел на одном из стульев и был одет в брюки, рубашку и легкую безрукавку. Я же пришел к нему в строгом кимоно серого цвета.

– Здравствуй, Синдзи-кун, – приподнял он руку, после чего указал на свободный стул. – Присаживайся.

– Добрый день, ваше величество, – поклонился я перед тем как сесть.

– Прошу, – указал он на одну из кружек, беря при этом вторую. – Отличный чай, думаю, даже ты оценишь.

– Благодарю, – произнес сухо.

Надо было настроить его против себя, но так, чтобы он реально не разозлился. Раздражение, вот что мне от него требовалось.

– Ну как? – спросил он, после того как я сделал глоток.

– Отличный чай, – произнес я, ставя чашку обратно на стол. – У меня дома есть не хуже, и если вы так любите этот напиток, могу выслать вам грамм двести.

– Оу… – чуть склонил он голову набок. Блин, лишь бы не перегнуть палку. – Будь так любезен. Ну а сейчас я тебя внимательно слушаю. В сообщении ты говорил, что у тебя есть какая-то просьба.

– Да, так и есть, – кивнул я. – Только это не совсем просьба. Точнее просьба, но… Прошу прощения за косноязычие, просто я в некотором недоумении по поводу одного из ваших решений.

– Какого именно? – приподнял он бровь.

– Отзыва переговорной группы из Филиппин, – ответил я, на мгновение поджав губы. – Русские явно обнаглели, и мне совсем не нравится, что они пытаются провернуть свои дела у нас под носом. К тому же, одним своим присутствием они рушат мои планы. И я прошу вас, ваше величество, что-нибудь с этим сделать.

– А какие планы, позволь уточнить, они рушат? – спросил он вкрадчиво.

– Мм… – изобразил я неуверенность. – Давние…

– А конкретнее? – чуть надавил он голосом.

Прикрыв глаза, скорее даже медленно моргнув, я изобразил усталый вздох.

– Я собирался устроить хаос на Филиппинах, – ответил ему. – Сделать так, чтобы американцы хорошенько проредили их аристократию.

– Хм… – задумался император. – Прежний глава твоего рода, да? Но знаешь, это уже перебор. Я очень хорошо понимаю причину твоего желания отомстить филиппинцам, но не всей же стране. Из-за горстки аристократов ты хочешь устроить резню в масштабах целого государства? Это определенно перебор, Синдзи-кун.

А он определенно умеет сгущать краски. Да, по моему старому плану американцы должны были наподдать филиппинцам, но до «резни в масштабах государства» там не дошло бы. По многим причинам, в том числе и политическим. Но, возвращаясь к нашим баранам… Император вновь сумел меня… В общем, я находился в некоторой растерянности. Не ожидал, что так быстро добьюсь желаемого. И так просто. Мне бы сейчас встать и уйти, но такой ход будет подозрительным – как бы мне ни хотелось, чтобы меня считали малолетним дурачком, этот этап уже в прошлом. По словам моих аналитиков, Император, да и большинство остальных аристократов, считают меня хаотичным из-за все той же молодости, но все-таки умным человеком, который в критические моменты умеет держать эмоции под контролем. На самом деле выкладок по моему характеру гораздо больше, но они описывают мнение мало знакомых со мной людей. Ну и тех, у кого проблемы с наличием актуальной информации. Император же имеет и доступ к информации, и аналитиков, и опыт общения со мной, и, самое главное, отлично работающие мозги. То есть я не могу сейчас уйти, я обязан продолжить добиваться своего просто потому, что подростковый максимализм и вспыльчивость – это не про меня.

– Но ведь русских в любом случае надо выгнать из нашего региона, – заметил я осторожно. – У нас с ними, конечно, нормальные отношения, но не до такой же степени.

– А вот это, – приподнял он уголок губ, – позволь решать императору страны, в которой ты живешь, Синдзи-кун, – улыбнулся он, покачав головой. – Послушай совета опытного человека – не спеши. Особенно с местью. Пусть не сейчас, но Филиппины заплатят за свой поступок. Отступи, подготовь почву, воспитай детей, и если не они, то уж твои внуки отомстят им по полной. У Аматэру тысячелетия впереди, зачем торопиться и рисковать? Особенно сейчас. Русские – не проблема для нашей страны, если бы не твоя просьба, Нарухито и не стал бы никого посылать на Филиппины. Я тебе больше скажу, нам выгодно, чтобы они застряли в нашем регионе, бодаясь со Штатами и Китаем. Ну и время от времени прося у нас помощи. По-настоящему укрепиться они здесь в любом случае не смогут, – пожал он под конец плечами.

– Но… – изобразил я растерянность. – Но вы ведь можете помочь мне. Ничего страшного не произойдет, если русские уйдут.

– М-да… Синдзи-кун, прошу, не лезь в большую политику, – произнес он таким тоном, словно действительно просил. – Для тебя поясню – если они просто уйдут, то ничего страшного, а вот если мы им поможем уйти, это уже проблема. Сейчас я стремлюсь к заключению союза с Российской империей, мне не нужны подобные… мелкие неприятности. Я уж не говорю о твоем желании. Вот уж что для нашей страны невыгодно, так это хаос под боком. Мне и Малайзии хватило. Нет, я доволен состоянием их страны, но хотелось бы довести их до подобного постепенно, а не вдруг и сразу.

– Понятно, – отвел я взгляд. – Благодарю вас за пояснения, ваше величество. Будьте уверены, в будущем я их учту. Всего хорошего.

– И тебе, Синдзи-кун, – ответил он.

Зашедший в оранжерею Нарухито подошел к отцу.

– Видел сейчас Аматэру, – произнес он, садясь на свободный стул. – Похоже, ты ему отказал.

– А ты знаешь, о чем он пришел просить? – хмыкнул император.

– Да тут и дурак догадается, – пожал Нарухито плечами. – Почему отказал?

– Хочу, чтобы он понял, каково это, потерять поддержку нашего рода, – ответил император.

– Брось, – нахмурился Нарухито. – Род как раз на его стороне.

– Это ты брось, – нахмурился в ответ император. – Род еще и сам не знает, на чьей он стороне. Только ты однозначно поддерживаешь Аматэру. Впрочем, я не против, разрывать с ними отношения я не намерен.

– Пакостить ему это тебе не мешает, – хмыкнул Нарухито.

– Во-первых, да, не мешает, – ответил император строго. – Я тоже человек, и этот малец меня раздражает. А во-вторых, меня раздражает только он, против Аматэру в целом я ничего не имею. Ах, ну да, как я мог забыть, есть еще и в-третьих. Пульт от спутников Древних мы получить обязаны! Надеюсь, ты этого не забыл.

– Древних… – произнес Нарухито медленно. – Нет, не забыл. Такое вообще сложно забыть.

– Ну вот и не мешай мне работать, – раздраженно махнул рукой император. – Иди лучше делами займись. Или я сам их тебе найду.

– Ну что? – встретила меня на пороге дома Атарашики. – Как прошло?

Норико сейчас старается меньше ходить, так что первым делом надо навестить ее, а Мизуки рыжим вихрем уже поприветствовала меня у ворот, после чего убежала по своим рыжим делам.

– Замечательно, – улыбнулся я. – Даже лучше, чем думал.

– Эх, – покачала она головой. – Вот уж не думала, что доживу до того момента, когда стану радоваться ссоре с императором.

– Иронично, согласен, – произнес я, чуть приобнимая женщину. – Привет.

– С возвращением, – проворчала она довольным тоном. – Что теперь? Переходим ко второй фазе?

– Именно, – ответил я. – Предварительная подготовка завершена, так что пора собирать войска.

Глава 8

На следующий день после свадьбы Синдзи и Мизуки Норико с предвкушением направилась к мужу. Предвкушение она испытывала по отношению к Мизуки, желая побыстрее ввести ее в дела рода, а если точнее, ей очень хотелось рассказать рыжей пару секретов и посмотреть на ее выражение лица. Ну а к мужу она шла, потому что даже Мизуки он может не захотеть что-то рассказать. Сильно вряд ли, но в таких вопросах лучше перебдеть и удостовериться, получив разрешение главы рода. Но увы, в тот день не получилось – Мизуки конкретно так оккупировала внимание Синдзи, из-за чего до обеда поговорить с этими двумя, особенно с кем-то в отдельности, оказалось проблематично. Нет, будь повод более серьезным – а Норико вполне себе осознавала, что, в общем-то, хочет банально повеселиться – то она отозвала бы Синдзи поговорить, но раз уж такое дело… Пусть. Норико решила считать, что этот день принадлежит второй жене. Будучи первой, она может позволить себе великодушие. Хотя, конечно, немного обидно, что на нее не обращают внимания.

Впрочем, такой настрой долго не продержался. Глядя на буквально светящуюся Мизуки, Норико все сильней и сильней хотелось рассказать ей про затопленное Хранилище, точнее, про вывезенные оттуда артефакты, и про ёкаев. Плюс мысль о том, что раньше ее это может сделать Синдзи, не давала покоя. Оставалось успокаивать себя тем, что для мужа это повседневность, что-то, о чем он если и расскажет, то между делом, зацепившись за другую мысль. В общем, за пару часов до ужина Норико все-таки выцепила Синдзи и спросила, может ли она рассказывать Мизуки о некоторых вещах. Состроив немного удивленное лицо, муж дал разрешение, попросив напомнить рыжей, что это все секреты рода. Дурак. Как будто она могла забыть об этом. А даже если бы и не упомянула, Мизуки отнюдь не глупая и понимает, о чем можно болтать, а о чем нет.

Естественно, она изобразила неудовольствие словами мужа, оставив того в недоумении. Он, наверное, даже не понял, на что она обиделась, все-таки мужчины не очень умные существа, неспособные проследить простейшую логическую цепочку. А потом еще обвиняют в глупости женщин. Удаляясь по коридору, Норико ждала, когда Синдзи ее окликнет и извинится, но, увы, не дождалась. И правда дурак. Он, конечно, уникален, и вообще лучший муж на свете, но порой такой… мужчина. Ладно, боги с ним, сейчас Норико ждет Мизуки, которая просто обязана ее повеселить.

Сначала она увидела Идзивару-сана, вышедшего из-за угла и, судя по всему, направляющегося на кухню. А вслед за ним на цыпочках кралась Мизуки, приподняв руки, как будто собиралась напрыгнуть на нэкомату. Понятное дело, что и рыжая не особо-то скрывалась, и Идзивару-сан просто не обращал на нее внимания, но, если честно, сердечко у Норико ёкнуло. Мизуки ведь не знает, за кем она крадется, не видела, на что способен этот якобы кот. А вот она видела. Своими глазами видела пламя, в котором сгорали напавшие на них ёкаи. Вот этими вот ушами слышала визг и рев сгоравших. Но даже если забыть про пламя, когти кота оказались не менее страшным оружием. И сейчас эта глупышка могла отхватить таких люлей, которые запомнит до конца жизни. Если выживет.

– Мизуки! – повысила она голос, чем заставила подругу замереть и медленно повернуть голову в ее сторону. – Иди сюда.

– Вот ведь ты обломщица, – скривилась Мизуки, после чего выпрямилась и, махнув в сторону кота рукой, произнесла: – Убегай, убегай, мы еще встретимся с тобой в темном переулке. Я знаю, где ты живешь, псевдорыжая скотина! Ну, что хотела? – спросила она у подошедшей Норико.

– Ты бы это… – начала Норико, глянув в ту сторону, куда ушел Идзивару-сан. – Ладно, потом объясню. А ты соберись. Сейчас я расскажу тебе парочку секретов рода, от которых ты выпадешь в осадок.

– А Синдзи о твоем желании что-то мне рассказать знает? – уточнила Мизуки.

– Ты его жена! – возмутилась Норико. – Какая разница, знает он или нет? Впрочем, он знает. Пойдем уже.

– Ну пошли… – протянула Мизуки, которую схватили за руку и потащили к выходу из дома. – А куда идем-то? Или это настолько секретно, что даже рассказывать надо в каком-нибудь бункере?

Норико улыбнулась – про бункер Мизуки удачно упомянула.

– Скоро сама поймешь, – ответила она, слегка улыбнувшись.

– Кстати, Норико, у тебя новый позывной, ты в курсе? – вновь заулыбалась Мизуки.

Норико понимала, что над ней сейчас будут шутить, но, демоны подери эту рыжую, интересно же!

– И какой? – спросила она.

– «Инкубатор»! – воскликнула Мизуки.

– Очень оригинально, – поморщилась Норико. – Но знаешь, Будущий рыжий инкубатор, с этим лучше не шутить. А то ведь и я могу тебе сменить позывной.

– И на какой? – заинтересовалась Мизуки. – Помимо озвученного.

– «Великая вторая», – ответила Норико.

Где-то с минуту девушки шли в тишине.

– С «рыжей» как-то не стыкуется, – заметила Мизуки. – Лады, я тебя поняла, забыли про «инкубатор».

В подземные сооружения на территории токусимского поместья Аматэру просто так мог зайти лишь глава рода, всем остальным для этого нужен был пропуск. Даже женам главы. Даже старейшине рода. А одобрял пропуск лично Аматэру Синдзи. Проблема в том, что Мизуки всего лишь день как жена Синдзи и о пропуске никто как-то не подумал. Сам вход в подземелья Аматэру располагался в небольшом домике, который, по факту, был простым сараем, построенным вокруг того самого входа.

– Прошу простить, госпожа, – произнес охранник. – Но мы не можем пропустить Мизуки-сан.

– Серьезно? – произнесла Мизуки удивленно. – Ты меня на самом деле в бункер тащишь?

Норико на это лишь щекой дернула.

– Вы ведь знаете, что Мизуки жена главы рода? – спросила она, хотя и сама понимала, что переубедить мужчину не получится.

– Понимаю, госпожа, – поклонился тот.

– Ладно. Пойдем, Мизуки, надо тебе пропуск выписать, – развернулась Норико в сторону выхода.

– А может, ну ее, эту нудятину? – проныла Мизуки, которую вновь потянули за руку.

Достать пропуск для рыжей не удалось. Точнее, сделать это быстро не получалось. Так что пришлось использовать тяжелую артиллерию и идти к Синдзи. Мужа они выловили, когда тот шел тренироваться с мечом. Слегка помявшись, так как явно не хотел тратить на это свое время, он все же соблаговолил сходить с ними к посту охраны и лично разрешить Мизуки вход на территорию подземных сооружений. После чего быстро слинял.

– Ты бывала в Хранилище? – спросила Норико, подходя к складу с артефактами.

– Хранилище Кояма? – уточнила Мизуки. – Конечно, была.

– Ты никогда не думала, как круто было бы владеть не одной ячейкой, а всеми? – продолжала спрашивать Норико. – Чтобы все Хранилище со всеми его интересностями принадлежало тебе.

– Да как-то… нет, – натужно улыбнулась Мизуки.

В этот момент в голове Великой Рыжей проносились десятки мыслей, в основном связанных с противозаконными способами обокрасть Хранилище.

– Ты сейчас явно о чем-то не о том думаешь, – заметила Норико, останавливаясь напротив дверей, ведущих на нужный им склад. – Спрошу иначе – ты когда-нибудь мечтала поучаствовать в приключении по поиску одного из потерянных Хранилищ?

Обернувшись к рыжей, Норико ждала ее ответа.

– Никогда, – ответила Мизуки уже спокойно. – Но идея прикольная. Стоп! – взлетели ее брови. – Хочешь сказать, здесь лежит что-то вроде карты, показывающей, где находится такое Хранилище? И мы можем…

– Нет, – покачала головой Норико. – Поздно. Синдзи поучаствовал в приключении до нас.

И, приложив пропуск к электронному замку, толкнула двери, предлагая Мизуки зайти в помещение первой. Естественно, Норико при этом старалась не спускать глаз с лица Мизуки, и рыжая ее не разочаровала. Удивление второй жены Синдзи сменилось осознанием, а потом восторгом. Зайдя на склад, Мизуки остановилась, оглядывая ровные полки стеллажей, забитые всевозможными артефактами.

– Да ла-а-адно… – прошептала рыжая.

– Все это из затопленного Хранилища, потерянного три тысячи лет назад, – произнесла Норико, дабы подкинуть дровишек в костер. – Представляешь, сколько здесь интересного? Одна Маска Вечности чего стоит.

– Что?! – резко развернулась к ней Мизуки. – Та самая?!

– Да, – степенно кивнула Норико. – Только ты ее здесь не найдешь, Синдзи подарил маску императору.

– У-у-у… – завыла Мизуки, приложив ладошки к щекам.

– А еще здесь была маска, которая делает из человека сказочного Повелителя Стихий, – продолжила Норико. – Который, как выяснилось, тоже существует.

– Мм… – зажмурилась Мизуки, слегка присев.

– А сколько тут еще неопознанного… – покачала головой Норико.

– А-а-а! – закричала рыжая, выпрямляясь и вскидывая руки к потолку.

А через секунду, продолжая кричать, убежала вглубь склада, при этом так и не опустив руки.

– Ну беги, беги, – улыбнулась Норико, слушая удаляющийся вопль Мизуки.

Даже интересно, насколько ее дыхалки хватит.

Не было Мизуки достаточно долго. Норико уже хотела идти искать ее, но тут услышала приближающийся звук… скрип? Как будто по полу тащили кусок металла. А через минуту показалась и рыжая, которая и правда тащила за собой огромный кусок металла. Меч, если быть точнее.

– Нори, Нори, зацени! – крикнула Мизуки, кое-как обеими руками удерживая рукоятку меча. – Он офигеть какой большой! Ты только посмотри, насколько он огромный!

– Боги, – закатила глаза Норико. – Ты такой ребенок.

Ненадолго замерев, Мизуки отпустила меч и, не обращая внимания на громкий звук упавшей железяки, подбежала к подруге.

– А как тебе такое? – вытащила она из рукава кимоно небольшой артефакт.

– И что это? – спросила Норико.

– Весы, – ответила Мизуки возбужденно.

Артефакт и правда представлял собой миниатюрные весы в виде осьминога – или чего-то подобного, – который держит в щупальцах маленькие блюдца, подвешенные на миниатюрных цепочках.

– Я вижу, что весы, но что они делают? – произнесла Норико.

– Да я вообще без понятия! – ответила Мизуки радостно.

– И где ты такое нашла? – спросила Норико, пытаясь скрыть любопытство.

Она тут не раз была и эту вещь не видела. Впрочем, здесь столько артефактов, некоторые из которых очень маленькие, что немудрено пропустить.

– Айда, покажу! – произнесла Мизуки, хватая Норико за руку.

Ну и как-то так получилось, что домой девушки вернулись только к ужину, да и то лишь потому, что за ними послала Атарашики. Все-таки вдвоем по складу шататься гораздо веселее.

– Слушай, – обратилась Мизуки к подруге, когда они шли по ухоженной дорожке в сторону дома. – А чего ты хочешь добиться в жизни?

– Ничего себе у тебя вопросы, – удивилась Норико. – Меня о таком в последний раз в школе спрашивали. Не знаю, не решила еще. А ты?

– Хочу стать Виртуозом, – ответила Мизуки серьезно. – Не факт, что получится, но я собираюсь приложить все силы.

– И зачем? – не поняла Норико. – И не надо мне говорить про защиту семьи. Мы обе знаем, что семью должен защищать муж, а если враг дошел до тебя, то тут уже ничего не поможет.

– Если ты Виртуоз, то очень даже поможет, – хмыкнула Мизуки. – К тому же, это круто.

– Круто? – приподняла бровь Норико. – Возможно. Но я знаю, что может быть еще круче. И нет, не поможет. Даже странно, что ты считаешь иначе. Вон, на Тоётоми посмотри. Синдзи прошел через всех, и женщины их рода выжили только потому, что наш муж решил их не убивать.

– Норико, – тяжело вздохнула Мизуки. – А ты там была? Ты лично видела, на что способны женщины Тоётоми? Или ты думаешь, что на свете есть еще один такой парень, как Синдзи? В общем, я тебе из личного опыта говорю – если ты Виртуоз, то у твоих детей гораздо больше шансов выжить. Ты вот привела пример с Тоётоми, а как же Кояма?

– А что с ними не так? – насторожилась Норико.

При всей дурашливости рыжей, спорить с ней было очень трудно, так как она умела подбирать железобетонный обоснуй.

– Моя мать жива только потому, что прабабка, Мастер, замечу, прикрыла отход членов клана, когда Докья начали войну. Точнее, не только бабка, но в том-то и дело, что мужчины к тому моменту в основном были мертвы. Их там на самом деле трое было – мать и две жены Кенты-сана. Три женщины против основного ударного кулака Докья. Если бы среди них был хоть один Виртуоз… – покачала она головой.

– Ты сейчас про «Стальной капкан», про Мию говоришь? – не хотела сдаваться Норико. – Ну так это исключение из правил. Про эту женщину даже я слышала.

– Так в том-то и дело, – посмотрела на нее Мизуки. – Я собираюсь превзойти ее. Стать сильнее. Надежнее. Ты, первая жена, вообще в курсе, какой девиз у Аматэру?

– Конечно, знаю, – проворчала Норико.

– «Во славу нашу, сквозь время», – процитировала Мизуки. – Девиз прям как для меня создан. И мне кажется, что тебе он тоже подходит.

– Естественно, – чуть вздернула подбородок Норико. – Ведь я первая по умолчанию.

– Осталось добиться того, чтобы об этом узнал весь остальной мир, – улыбнулась Мизуки.

– Как будто это так просто, – фыркнула Норико.

– А такое никогда не просто, – пожала плечами Мизуки. – Но повод ли это сдаваться?

– Провокаторша рыжая, – буркнула Норико. – Я подумаю над твоими словами. И, кстати, раз уж мы заговорили о славе, первых и вообще о самых лучших. Ты не в курсе, как Синдзи смог стать таким сильным? Вы ведь с детства дружите.

– Не совсем поняла, о чем ты, – нахмурилась Мизуки. – Потому что он гений!

– Это само собой, – отмахнулась Норико. – Но даже гениям нужны знания. Патриархов ведь неспроста считают слабаками, а тут – на тебе. Может, у него какая-то методичка есть? Древний свиток с техниками, к примеру.

– Без понятия, – пожала плечами Мизуки. – Да мне и пофиг.

– А вот мне край как любопытно, – произнесла Норико немного возбужденно. – Что лежит в основе его силы, как он ее добился в своем возрасте?

– Просто любопытно? – бросила на нее взгляд Мизуки.

А вот Норико после такого вопроса нахмурилась.

– Ты меня сейчас обидеть хочешь? – спросила она сухо. – Думаешь, я шпионка?

– Не в этом смысле, – покачала головой Мизуки. – Тебе просто любопытно или ты хочешь применить что-нибудь… из этой методички?

– Ну… – замялась Норико. – Согласись – это было бы действительно прикольно и уникально. Про Патриарха знают все, а про Матриарха ты когда-нибудь что-нибудь слышала?

– Нет, – пришлось согласиться Мизуки. – Не слышала. Но ты не забыла, что такие как Синдзи не могут использовать бахир?

– Да и к демонам его, – дернула плечом Норико. – Зато я буду единственной и неповторимой.

– Идеально для тебя, да? – усмехнулась Мизуки. – И нет, у меня нет информации об источнике знаний Синдзи. Но мы можем пойти и спросить его об этом.

– Да ну, – произнесла неуверенно Норико. – Вряд ли он расскажет.

– Лично я не замечала за Синдзи любви к секретам, – пожала плечами Мизуки. – Если он о чем-то молчал, то для этого всегда была причина, – и, ненадолго задумавшись, добавила: – Или пофигизм.

– В смысле? – не поняла Норико.

– Ну… Ты ведь не будешь кричать на весь свет о том, что вода мокрая? – спросила Мизуки. – Просто порой он не догоняет, что некоторые вещи действительно интересны и любопытны. Ему на это плевать. Ну мокрая вода, и мокрая. Что в этом такого?

– То есть, думаешь, он нам все расскажет? – спросила Норико.

– А почему нет? – усмехнулась Мизуки. – Мы ведь не побежим раскрывать его секреты. Это раньше над нами висел долг перед другими родами, а сейчас мы Аматэру.

– Тогда пошли, – произнесла Норико, хватая Мизуки за руку и таща за собой в дом.

Впрочем, до и во время ужина поговорить с Синдзи не получилось. Хотелось сделать это наедине, ведь тайна должна быть тайной, к которой причастны лишь избранные. К которым Норико с Мизуки конечно же относились. После ужина, на котором неизменно присутствовала вся семья, гениальные шпионки позволили родственникам разойтись, а потом направились в кабинет Синдзи. Где никого не нашли.

– Вот непруха, – произнесла растерянно Мизуки. – И как нам его искать, не привлекая внимания?

– Утомила ты меня своими играми, если честно, – вздохнула Норико. – Пойдем у слуг узнаем.

Синдзи девушки нашли в небольшой комнате рядом с музыкальным залом, где Рейка организовала компьютерный уголок. Точнее, узнали, что он там, а когда зашли в комнату, обнаружили там и Синдзи, и Рейку, и Казуки с Фудзикавой Асами.

– Си… – начала было Норико.

– Подожди, – положила ей руку на плечо Мизуки. – Пусть закончат.

Игровая сессия завершилась через три минуты, и бой команда Аматэру, похоже, проиграла.

– Вы тащите нас на дно, – произнесла Рейка, снимая наушники.

– Ты на третьем месте среди нас, – заметил Казуки. – Так что кто кого тащит.

– Это потому что я играю на команду! – возмутилась Рейка. – А вы с Асами на себя!

– Брось, мелкая, – ухмыльнулся Казуки. – Просто вы с Асами отстойно сыграли.

– Да к демонам вас! – встала с кресла Фудзикава. – Вот сами и играйте, статисты хреновы!

– Брось, Асами-тян, – повернулась к ней Рейка. – Ты важный член команды.

– Идите в задницу, – отмахнулась Асами.

Грубый тон немного удивил Мизуки.

– А ее обращение нормально? – спросила она тихо.

– Потом расскажу, – ответила так же тихо Норико.

В этот момент Рейка, изогнувшись, забралась в кресло с ногами и, повернувшись в сторону брата, произнесла:

– В нашем отряде дезертиры, братик! Сделай что-нибудь!

Вместо ответа Синдзи встал со своего места.

– Я курить, – произнес он и, посмотрев на сестру, добавил: – А ты прекращай на сокомандников давить или скоро в одиночестве играть будешь.

Нахохлившаяся Рейка не стала отвечать, уселась в кресле, как полагается, и обиженно уставилась в монитор.

– Госпожа, Мизуки-сан, – поклонилась им выходящая из комнаты Асами.

Кивнув, Мизуки и Норико чуть посторонились, давая девушке выйти.

– Подожди, – окликнула ее Норико. – Ты куда сейчас?

– К себе, госпожа, – ответила Асами.

На что получила еще один кивок головой.

– Вы что-то хотели? – подошел к ним Синдзи.

– Да, – произнесла Мизуки. – У нас к тебе есть вопрос. Не важный, но важный.

– Любопытно, – улыбнулся он. – Ладно, пойдем.

По дороге к веранде, где располагалось место для курения, все трое молчали. Девушки боялись спугнуть удачу, а мысли Аматэру Синдзи крутились вокруг тактики, которая так и не принесла им победу в игре. Что-то нужно было менять, либо тактику, либо… Может, поменять роли Рейки и Казуки?

Оказавшись на нужной веранде, Мизуки спросила:

– А поближе курилки нет?

– Она здесь одна, – пожал плечами Синдзи, после чего взял пачку сигарет, лежащую на небольшом столике.

– Одна? – удивилась Мизуки. – Во всем поместье?

– Других мест для курения я не знаю, – прикурил сигарету Синдзи. – Может, где-то слуги и курят, но мне про то место никто не рассказал.

– Но почему одно-то? – не отставала Мизуки.

– Да я без понятия, – развел он руками. – Я ж здесь редко бываю, меня подобные мелочи не интересуют.

– Лучше бы ты объяснила ему, что курение вредит здоровью, – проворчала Норико.

– Только не ведьмакам, – произнес Синдзи. – А вот насчет беременных не уверен.

– Так я и не курю, – удивилась Норико.

– Но дым вдыхаешь, – парировал Синдзи.

– Не так часто, – пожала плечами Норико. – Очень нечасто. Да и не воевать же с тобой по этому поводу?

– Кстати, это довольно забавно, – вставила Мизуки. – Воевать с ним, я имею ввиду. Он как-то схлестнулся с моими родителями на тему курения, было весело.

– И кто выиграл? – стало интересно Норико.

– Боевая ничья, – улыбнулась Мизуки, пожав плечами.

– Так о чем вы спросить хотели? – Синдзи уселся на стул.

В этот момент Мизуки отметила про себя еще один интересный факт про Синдзи. А может, и не факт, но, если подумать, он не любит стоять, если можно сесть. Как будто находится в постоянном режиме сохранения энергии. При его физических данных он не то что просто стоять, он заниматься спортом может днями напролет, но при этом, если есть возможность где-то присесть, он обязательно ею воспользуется.

– Ага… Так вот… – замялась Мизуки. Почему-то даже ей, несмотря на высказанное мнение по данной теме, было неловко задать нужный вопрос. – Скажи, а как ты умудрился стать таким сильным?

– Мм… – промычал неуверенно Синдзи. – Не совсем понял вопрос. Какие у меня были тренировки или что?

– И это тоже, – кивнула Мизуки. – Просто Патриархи ведь столетиями считались слабаками, а тут раз, и опровержение. Как так? Что произошло? Каким способом ты воспользовался?

– Тренировки особые или, может, свиток древний с инструкциями? – вставила Норико.

Затянувшись в очередной раз, Синдзи немного помолчал. Молчали и девушки, с нетерпением ожидая ответа.

– Система развития Патриархов сильно отличается от бахирных, – заговорил он наконец. – Если упростить, то вы, бахирщики, развиваете энергетические каналы, а потом заучиваете техники. И если нет техник, то вы мало на что способны. У Патриархов, в свою очередь, техник… именно техник, практически нет. Их реально мало. Мы используем навыки, которые зависят от развития… всего сразу, скажем так. И тела, и энергетики, и разума. Для примера – я могу чувствовать взгляды других людей, и этот навык не получить тренировкой. Он просто появляется. В какой-то момент ты начинаешь ощущать чужие взгляды. Вот потом да, потом я начал его тренировать. Или молния из рук… Хотя нет, сначала надо упомянуть чувство пространства. Ты начинаешь лучше ощущать пространство вокруг, потом самого себя в этом пространстве, различая себя и других в этом пространстве, подмечаешь то, чего нет у других, начинаешь использовать… это нечто. В итоге приходишь к «молнии». Сила Патриархов – это умения, которые мы превращаем в навыки. Вы хоть что-нибудь поняли?

– Да, – кивнула Мизуки. – Плюс-минус понятно.

– Ну, тогда закрепим, – выдохнул он дым. – Бахир – это учеба с некоторой частью саморазвития. Патриархи – это саморазвитие с некоторой частью учебы.

– Вообще-то, у нас тоже полно саморазвития, – пробурчала Норико.

– Ваше саморазвитие – это четко заданная учебная программа, – усмехнулся Синдзи. – Без знания учебной программы, что и как делать, какие каналы и в какой последовательности тренировать, как тренировать, бахирщик в лучшем случае станет калекой.

– А у вас не так? – спросила Мизуки.

Синдзи открыл рот и почти тут же закрыл его.

– Хороший вопрос, – произнес он наконец. – Тут, пожалуй, все упирается в терминологию. Например, что такое саморазвитие. Ладно, не будем лезть в дебри. Скажу так – единственное четкое понимание, как мне развиваться, выглядит как преодоление пределов. Выход за свои прежние лимиты. Но, как вы понимаете, это непросто. И единственный способ, который я знаю… стопроцентно эффективный способ, это бой насмерть. Бой на грани. Когда ты почти проиграл. Когда все, край, и либо ты сделаешь хоть что-то, либо умрешь. И вот ответьте мне – позволят хозяева Патриархов развиваться им подобным образом?

– Нет… – прошептала Мизуки. – Не позволят.

Норико не выглядела настолько ошарашенной, как Мизуки, но и до нее начало кое-что доходить.

– Ну а я такой жизнью лет с одиннадцати живу, – пожал плечами Синдзи.

– Боги… – прошептала уже Норико.

– Ой, да ладно, – отмахнулся Синдзи с улыбкой. – Ничего такого, я давно к этому привык.

На этот раз обе девушки синхронно приложили ладошки ко рту.

– Син… – очень тихо произнесла Мизуки.

– Боги, женщины, хватит уже. Не напрягайтесь вы так, – усмехнулся Синдзи. – Психом не стал и ладно.

После этих слов Норико шмыгнула носом и, подойдя к мужу, села ему на колени, обняв за плечи. А Мизуки обошла со спины и, уперев подбородок в затылок мужа, обняла и его, и Норико.

– Бедненький, – произнесла она ему в волосы.

– Девчата, вы мне курить мешаете, – проворчал Синдзи, держа в вытянутой руке сигарету. Второй рукой пришлось приобнять Норико. – Серьезно, хватит. Вы меня утопить в своей нежности пытаетесь? Ну так не дождетесь, я живучий парень. Блин… – произнес он под конец, так как девушки лишь крепче сжали объятья.

Через какое-то время они отпустили Синдзи, который убежал играть с сестрой, и даже особо его ни о чем больше не расспрашивали. В конце концов, главное они для себя выяснили – быть Матриархами, ну или, как говорит Синдзи, ведьмами, это совсем не круто.

Сидя на кухне, Мизуки и Норико пили чай. Пара слуг готовили кухню к завтрашнему дню, а девушки обсуждали предполагаемые возможности увиденных на складе артефактов. Тему с развитием Патриархов они по молчаливому согласию решили игнорировать.

– А я считаю, что маски, при всей их крутизне, довольно неудобные штуки, – произнесла Мизуки. – Надеюсь, там найдется что-нибудь могущественное, но менее заметное.

– Да нам только надеяться и остается, – хмыкнула Норико. – Вряд ли Синдзи даст примерить маску.

– Просто примерить даст, а вот поносить – вряд ли, – уточнила Мизуки. – Слишком уж такие артефакты заметны.

– А еще порой безвкусны, – кивнула Норико.

– Да ладно, я бы на какой-нибудь прием в той лисьей маске сходила, – улыбнулась хитро Мизуки.

После слов подруги Норико резко поставила на стол чашку. Точно! Как она могла забыть? Ей ведь есть что рассказать Мизуки. Заодно узнает, кто такая Хирано. Правда, рыжая с ней плохо знакома, просто пересекалась пару раз в токийском особняке, так что не особо и проникнется, зато Идзивару-сана она знает очень даже неплохо.

– Пойдем, – встала Норико из-за стола.

– Ты чего? – удивилась Мизуки.

– Я должна тебе кое-что рассказать, – ответила она.

– А здесь об этом рассказать нельзя? – произнесла Мизуки, растекаясь по столу и изображая лень.

– Тебе потребуются доказательства. Пойдем, – настаивала Норико.

– Ну Нори-тя-я-ян… – заныла Мизуки.

– Это важно, – произнесла Норико серьезно. – Ты все поймешь, когда узнаешь. Идем.

– Эх… – со вздохом поднялась из-за стола Мизуки.

Норико заговорила вновь, когда девушки были на женской стороне дома, в той его части, где располагались комнаты для слуг.

– То, что я тебе сейчас расскажу, – произнесла она, шагая по коридору. – С одной стороны круто и весело, но, если взглянуть пристальней – страшно и опасно. Я поняла это на своем примере, когда на нас недавно напали.

– О, а кто это был, кстати? – вскинулась Мизуки.

– До этого мы еще дойдем, – ответила Норико. – В общем, я хочу попросить, чтобы ты восприняла мои слова крайне серьезно и не спешила визжать от восторга.

– Я сейчас начну визжать от нетерпения, – произнесла Мизуки. – Говори уже о своей супертайне.

Немного помолчав, Норико продолжила:

– Демоны, даже не знаю, как начать, – вздохнула она.

– Скажи как есть, – пожала плечами Мизуки.

– Да? – посмотрела на нее Норико. – Хорошо. Не все Ушедшие ушли. Небольшая часть осталась. И в этом городе проживает довольно большая их община.

– Мм… Ушедшие? – переспросила Мизуки озадаченно.

– Ушедшие, – кивнула Норико. – Они же ёкаи. Кицунэ, тануки, инугами, зашики вараши, цукумогами и много кто еще. А это, помимо самих ёкаев, означает и наличие магии. Как и магических артефактов вроде этого колечка, – подняла она руку, демонстрируя кольцо на пальце.

Мизуки уже начала осознавать слова подруги, а глянув на кольцо, испытала нарастающий в душе восторг, и глаза ее начали расширяться.

– Потрясно… – прошептала она. – А что оно делает?

– Позволяет чувствовать ложь, – ответила Норико. – Точнее, оно нагревается, когда мне лгут.

– Вау! – чуть ли не светилась Мизуки.

– Да, – чуть приподняла подбородок Норико. – Довольно редкая вещица, завязанная на ментальную магию. Дорогущее. Правда, на Синдзи почему-то не действует.

– Синдзи вообще не любит врать, – пробормотала Мизуки, разглядывая кольцо.

Обе девушки в этот момент непроизвольно остановились посреди коридора. Пожирая глазами эту крутотень, Мизуки буквально захотела отобрать у Норико кольцо, дабы испробовать его в действии.

– Так я, и не скрываясь, все проверяла, – произнесла Норико. – Специально просила его соврать.

– Патриарх, – чуть дернула плечами Мизуки, не отрывая взгляда от кольца.

– Казуки тоже, но на нем все работает, – добавила Норико.

– Синдзи – это Синдзи, – выдала Мизуки все объясняющий, по ее мнению, факт.

– Ну, разве что так, – вздохнула Норико. – Хорош уже такими глазами смотреть, я тебя бояться начинаю.

– Дай поносить! – вскинула голову Мизуки, поймав взгляд Норико.

– Обойдешься, – изобразила Норико высокомерие. Впрочем, тут же спрятала его. – На днях сходим в магазинчик одной цукумогами, подберешь себе что-нибудь интересное.

– Ва-а-а-… – приоткрыла ротик Мизуки и вновь продемонстрировала, насколько широко могут открываться ее глаза. – Магазин… Артефакты… Цукумогами… – бормотала она. – Но сейчас-то дай его опробовать!

– Потом, – вновь стала серьезной Норико. – Я еще не все рассказала.

– Ну ла-а-адно… – протянула Мизуки, последовав за продолжившей движение Норико.

– Так вот, – помолчала Норико. – Все это, как я и говорила, может показаться крутым и веселым, но есть и негативный момент. Как выяснилось, далеко не все ёкаи обращают внимание на фамилию Аматэру. Многим на нее откровенно плевать. В основном заграничным ёкаям конечно же. А еще у нашего рода есть серьезный враг, который управляет толпой ёкаев, он-то и приказал им напасть на нас. Две сотни монстров атаковали наш особняк в Токио. Тут нужно понимать, что ёкаи – это ёкаи. Защита токийского поместья просто не рассчитана на такого противника. Все, что нам оставалось, это собраться на центральном дворе, встать в круг и защищаться. Внутри те, кто слабее, снаружи те, кто сильнее. Я… – остановилась Норико. – В ту ночь я видела трупов больше, чем иные солдаты. Наши бойцы стояли насмерть, даже умирая, они пытались нанести последний удар. Оторванные руки, ноги, разорванные на части тела. Я… мы…

Вспоминая ту ночь, Норико ощутила ком в горле, а в глазах стала появляться влага. Это был ужас, который она не могла забыть. Возможно, девушка удержалась бы от слез, но неожиданно для себя почувствовала объятья подруги.

– Все прошло, милая, все в прошлом, – шептала Мизуки.

– Это было страшно, – заплакала Норико в подставленное плечо. – Я думала, что все, что мы проиграли. Я уже была готова сама вступить в бой, понимала, что не выживу, но я должна была показать этим тварям, кто такие Аматэру. Я… Меня только гордость и спасла от паники. Все эти вопли, рычание, крики, куски тел, пламя… Мне было страшно, Мизуки. Очень, очень страшно.

– Ты выжила, подруга, ты показала им, кто есть кто, – шептала ей на ухо Мизуки, не забывая гладить по голове. – Они ушли, а ты осталась. Ты здесь, с нами, в безопасности.

Все, что оставалось рыжей, так это говорить успокаивающие вещи, пусть и не всегда логичные, и обнимать Норико. Мизуки впервые оказалась в такой ситуации. Обычно, если что, это ее успокаивали, а тут все как-то резко пошло наоборот.

– Все, – отстранилась от подруги Норико. – Все. Я спокойна. Извини. Просто…

– Я понимаю, не переживай, – улыбнулась Мизуки.

– Это была дикая ночь, – вытирала глаз Норико. – Но ты права – мы справились. Продержались до подхода Синдзи. Он тогда во внешнем дворе с кем-то дрался. А когда вернулся, все противники умерли. Просто раз, и умерли. Я тогда думала, что у меня ноги от облегчения подкосятся.

– Синдзи крут, – кивнула Мизуки.

– Ты, похоже, просто не понимаешь всю степень своего преуменьшения, – произнесла Норико серьезно. – Круто – это когда твой муж сильнейший в мире Патриарх, а когда он приходит, и десятки ёкаев, готовых вцепиться тебе в глотку, за секунду распадаются на части, это уже нечто уровнем повыше. Гораздо выше. Ладно, – вздохнула она, прикрыв глаза. – Пойдем. Надо же тебе наглядно показать, кто такие ёкаи. Заодно поймешь, что если вывести за скобки богоподобный уровень Синдзи, самая крутая здесь я.

– Лады, погнали, – произнесла Мизуки, изобразив полную готовность ко всему на свете.

– Кстати, – продолжила Норико. – О теме опасности. Ты бы поосторожнее с Идзивару-саном.

– Поче… – начала Мизуки, но через мгновение ее лицо вытянулось от удивления. – Да ла-а-адно… Серьезно? Он тоже?!

– Да, – кивнула Норико. – Он тоже. Причем Идзивару-сан очень сильный ёкай. – Наверное, только благодаря ему и Бранду-сану мы тогда и выжили… – поджала она губы. – Если бы ты видела, на что способны ёкаи, слышала вой сжигаемых заживо существ, хрип порванных в клочья, но еще живых тварей, ты бы не вела себя с ним так легкомысленно.

– Так, Бранд тоже ёкай? – произнесла Мизуки задумчиво. – М-да… Умеет Синдзи подбирать домашних животных.

– Ты еще учти, что этой парочки даже ёкаи опасаются, – заметила Норико. – По их словам, они… Они непонятны. Невозможны. Уникальны. Пес, чья преданность провела его сквозь смерть, и урожденная нэкомата.

– Ни фига не поняла, – нахмурилась Мизуки.

– Да я и сама не очень понимаю, – пожала плечами Норико. – Да что уж там, ёкаи не понимают. Если совсем просто, то Бранд-сан в прошлой жизни был обычным псом, причем псом Синдзи, но умер. А потом вернулся в поисках хозяина. Не в качестве призрака, а вполне себе живым псом. А потом вроде как опять умер… – произнесла Норико озадаченно. – Но это не точно. Потому что, как мне объяснили, Бранд-сан умер во второй раз и возродился. В том же теле. Словно он бессмертен. Для нас с тобой что одно чудо, что другое – все едино, а ёкаи его реально опасаются, потому что никто с таким не сталкивался и даже не слышал о таком.

– Да я, даже ничего не понимая, офигеваю, – почесала Мизуки затылок. – А Идзивару?

– Идзивару-сан – нэкомата, – ответила Норико. – Ёкаи разделены на два вида – те, кто был рожден, и те, кто появился… иным способом. Ну там… призраки, цукумогами, зашики вараши. Нэкомата – это как раз нерожденный ёкай. Тот, кто появился после смерти кота. Его дух, по сути. Но Идзивару-сан не умирал. Он просто взял и стал нэкоматой. Что, насколько я поняла… невозможно. И для тебя, – посмотрела она на Мизуки строго. – Это очень важно. Идзивару-сан в первую очередь животное, хоть и разумное. Он во многом действует на инстинктах. Представь, что будет, если он полоснет когтями некую рыжую девицу. Я имею в виду, в полную силу. Мизуки, он тебя одним ударом может на лоскуты порвать, причем сам того не желая. Прошу, не надо его раздражать.

– О как… – выдала Мизуки растерянно. – Я обдумаю твои слова. Обещаю.

А еще с Синдзи посовещается. Просто так кошака она в покое оставлять не собирается. Это дело принципа. Гордости. Чести. Она не успокоится, пока они с ним окончательно не решат, кто здесь самый рыжий!

– Мое шестое чувство говорит, что ты не прониклась моими словами, – покачала головой Норико. – Ладно, я потом с Синдзи поговорю, пусть он тебя урезонивает. А сейчас, знакомься! – открыла она дверь, к которой они как раз в этот момент подошли. – Асами… Ты что делаешь?

Подскочившая от неожиданности девушка в этот момент сидела за столом и играла в компьютерную игру. Ту самую, в которую она недавно играла в команде Рейки.

– Я… это… – не знала, куда себя деть, Асами. – Ну… как бы… тренируюсь.

– Но ты ведь убежала от этой игры, – удивилась Норико. – А теперь вновь в нее играешь?

– Я убежала от этой мелкой пигалицы, – проворчала Асами. – Она просто невыносима, госпожа! Думает, что, если хороша в этой игре, так теперь повелительница мира? Я просто обязана ее победить! Поставить на место этот комок высокомерия!

Праведный гнев в исполнении маленькой хрупкой девушки выглядел довольно мило, что и отметили про себя обе Аматэру.

– Как скажешь, – произнесла Норико, состроив скептическую мину. – Ладно, оторвись на минуту.

Кинув тоскливый взгляд на монитор, где ее команда, на этот раз подобранная случайным образом, выигрывала с небольшим перевесом, Асами поднялась из-за стола.

– И что вы хотели, госпожа? – произнесла она грустно.

– Хочу, чтобы ты показала свой волчий облик, – произнесла Норико.

– Я инугами, госпожа… – тяжко вздохнула Асами.

– Да, извини. Превратись, пожалуйста, в собаку, – кивнула Норико.

– А может, хватит ушей? – подняла она уши, покосившись на Мизуки.

– О-о-о… – начала разогревать двигатель Великая Рыжая.

– Это тоже неплохо, – заметила состояние подруги Норико. – Но ты все-таки покажи нам свой второй облик.

Кинув прощальный взгляд на монитор, Асами вздохнула и упала на пол. В виде очень большой собаки. Куда там каким-то волкам.

– У-у-у… – повысила обороты Мизуки, начав притопывать на месте.

– Это Фудзикава Асами, – произнесла горделиво Норико. – Моя личная служанка. И будь уверена, ни у кого в Японии нет такой служанки. Тем более столь величественной, – и, глядя на искрящуюся от нетерпения Мизуки, бросила покровительственно: – Разрешаю. Можешь погладить.

Рывок. Шаг. Хвать. Мгновенье потребовалось рыжей, чтобы оказаться рядом с инугами и начать ее тискать.

– О-хо-хо, какая же ты пушистая и мягкая, Асами-тян. – бормотала Мизуки. – А какой у тебя хвост… О, эти ушки… Покажи зубы. Ну Асами-тян, ну покажи, ну что тебе стоит? У-у-у-о-о-о-а-а-а!

– Боги, – бормотала Асами. – Куда я попала? Госпожа?

Глядя на Мизуки, Норико поддалась ее настроению и, не выдержав, тоже накинулась на бедную инугами.

– Пф… – выдохнула огромная собака и упала на бок.

Так и ей будет удобнее, и этим детям.

Глава 9

– Синдзи-сан? – заглянул ко мне в кабинет Казуки.

– Проходи, присаживайся, – махнул я рукой.

Сам я сидел в одном из двух кресел в углу комнаты, а не за рабочим столом, соответственно, и Казуки сел рядом.

– Вы мне что-то поручить хотите? – спросил он, устроившись поудобнее.

– Да, есть у меня для тебя дело, – ответил я. – Как ты знаешь, нам скоро предстоит воевать на Филиппинах, но для этого нужна армия. Полноценная, а не гвардия рода. И я знаю, где ее достать.

Прервавшись, сделал глоток кофе.

– А собирать ее, похоже, буду я, – вздохнул Казуки.

– Не совсем, – усмехнулся я. – На самом деле, все довольно просто и придумано до нас, и по уму, нам надо было сделать все раньше, но как-то руки не доходили. Чтобы ты понимал, у многих родов в нашей стране есть так называемые наемные отряды. Это не наемники в классическом понимании, они работают только на род. По изначальной задумке эти отряды используют для отбраковки бойцов – лучшим предлагают стать слугами, а остальные… как получится. На деле же их создают в сложные для рода времена, когда своих людей по тем или иным причинам становится слишком мало, плюс во время войн, дабы иметь дополнительную силу. Собственно, такие отряды имеют практически все роды и кланы, просто в мирное, благостное время они существуют только на бумаге. Сам понимаешь, содержать нечто подобное просто так слишком дорого.

– Могу себе представить, – кивнул Казуки. – Я не раз подтверждал бюджет на содержание этого поместья.

Это одна из его обязанностей, если что. Именно ему на стол кладут этот самый бюджет, а он потом передает мне на подпись.

– Бюджет токусимского поместья – это все же покруче стандартного наемного отряда, – кивнул я. – Но поместье хотя бы используется. В отличие от ненужных в мирное время бойцов.

К тому же, в бюджет поместья входит не только содержание охраны и всего, что с этим связано. Правда, даже если взять только военную часть бюджета, все равно сумма получится больше, чем на содержание обычного отряда в сотню голов. Или чуть менее обычного в пять сотен голов. И это численность отрядов мирного времени, которые все же наличествуют у тех, кто готов на это тратиться. В военное время все зависит от количества денег, которое род готов потратить на это. Обычно… Скажем так, у Кояма во время войны с Докья подобный отряд состоял из двух тысяч человек. Точнее, они поддерживали это число, несмотря на потери.

– Так и что я должен сделать? – спросил Казуки. – Создать такой отряд?

– Нет, создавать будут другие, – ответил я. – А ты будешь его покровителем.

– То есть ширмой? – переспросил он осторожно.

– Нет, малыш, ширма – это другое, – улыбнулся я. – Ты будешь именно что покровителем и знаменем. Просто руководить таким отрядом может не каждый, и уж тем более им не может руководить член рода. Слишком жирно будет. Тем не менее члены отряда должны видеть, что они не расходный материал. Что за ними приглядывают и заботятся. Вот ты этим и займешься.

– А это обязательно? – спросил он жалостливо.

– Нет, не обязательно, – вздохнул я. – Но такие мелочи позволяют Аматэру выживать уже хренову тучу тысячелетий.

– Ясно. – Он стал серьезным. – Я понял, Синдзи-сан, сделаю в лучшем виде.

– Ну и отлично, – улыбнулся я. – Самим отрядом на начальном этапе будут заниматься Беркутов и Ёсида. О твоей роли они знают, так что прислушивайся к их советам.

– Хорошо, – чуть кивнул он. – Только я не понял. Беркутов ладно, а зачем нам ваш мастер на все руки?

– Не тупи, Казуки, – хмыкнул я. – Регистрировать отряд вы сами будете? А оплачивать пошлины? Взаимодействовать с разведкой и канцелярией? А деньги из нашего прижимистого финансиста кто выбивать станет? Там хватает мелочей, которыми пусть лучше профи займется. Да и ему лишний опыт участия в производственном аду пригодится.

– Так он же вроде постоянно… – начал было Казуки.

– Ему Нэмото постоянно помогает, – отмахнулся я. – Ладно, о главном я тебе сообщил, остальное расскажут Ёсида с Беркутовым. Они здесь через два дня будут, так что готовься.

Библиотеку в токусимском поместье Аматэру по праву можно считать родовой. Да, там не было самых ценных книг рода, но разных редкостей более чем хватало. Когда на пороге появился слуга, я как раз читал «Тайны пенного берега», книгу, в которой рассказывалась история войны филиппинских ёкаев около двух тысяч лет назад. Я потом еще у самих ёкаев поспрашиваю, кто там из их братии на Филиппинах живёт, но хоть что-то в этом вопросе я понимать должен.

– Господин, – протянул мне трубку телефона слуга, а на мой вопросительный взгляд ответил: – Глава Рода О.

Кивнув, взял в руку телефон. Обычный домашний радиотелефон.

– Але… – начал было говорить, но потом глянул на кнопки телефона и нажал ту, что блокирует звук. – Слушаю, О-сан.

– День добрый, Синдзи-кун, – услышал голос Тоюоки. – Извини, что беспокою.

– Ничего страшного, О-сан, я не очень занят, – ответил благожелательно.

Я и так стараюсь ко всем уважительно обращаться, а тут и вовсе один из немногих Виртуозов Японии. Еще и глава Совета национальной безопасности.

– Рад, что не сильно отвлек, – произнес Тоюоки. – Тут такое дело, Синдзи-кун… Я слышал, что ты сумел Виртуоза победить, это так?

Ну блин, еще один. Хотя… что-то он припозднился с вопросом. Сейчас поди вся страна уже о моей силе знает.

– Есть такое, – подтвердил я. – Но противник из слабейших Виртуозов. Сила была, а вот опыт боев отсутствовал.

– Это не важно, – произнес он довольным тоном. – Ни один Мастер не сможет победить даже такого Виртуоза. В общем, у меня к тебе предложение. Уж прости, что так неожиданно и прямо, но не хотел бы ты подтвердить… свой уровень сил, скажем так. Официально, – добавил он.

– Я как-то не думал об этом, – соврал я, поморщившись. – И… каким, собственно, образом я должен буду это сделать?

– Спарринг, – ответил он коротко. – Ну и толпа свидетелей.

Простейший, но от этого не менее действенный способ.

– С вами, я полагаю? – спросил я.

– И хотелось бы, но нет, – ответил он. – Разве что ты пойдешь навстречу старику и выделишь мне время отдельно. А сейчас твоим партнером желает быть Этсуми-сан.

Жена императора?

– Сразу нет, – ответил я. – Мне крайне неудобно сражаться с женщиной. Особенно с женщиной в возрасте. Лучше я без признания обойдусь.

– Что ж, ожидаемо, – усмехнулся он в трубку. – Я, собственно, ей то же самое говорил. Тогда можно поговорить с Ювой-саном.

А это уже троюродный брат императора. Тоже Виртуоз, причем он урожденный член императорского рода, и, видимо, чтобы добиться своего ранга, в отличие от остального рода, использует лишь одну стихию.

– Не хочу, – ответил я.

– Как-то категорично, Синдзи-кун.

– Не хочу, и все, – произнес я, даже плечом на автомате дернул.

– Понятно, – слегка протянул Тоюоки. – Видимо, слух о ваших напряженных отношениях с императорским родом тоже не слух.

– Можно и так сказать, – ответил я. – Хотя у меня с императором скорее спор, но и с остальными членами его рода я лишний раз связываться не хочу.

– Твое дело. Лично для меня все очень даже удачно складывается, – произнес он. – Против моей кандидатуры ты же ничего не имеешь?

Как-то он слишком напорист. Точнее… Не могу понять, ему-то это зачем? Просто спарринг я с ним и так устроить могу.

– Скажите, О-сан, а вам-то это зачем? – спросил я. – Не сам спарринг, а подтверждение моей силы.

– Просто это выгодно для страны, – ответил он. – Или ты считаешь, только император о таком думает?

– Да нет, – произнес я медленно. – Уверен, что это не так. Просто лично я с подобным не сталкивался.

Вот на такое он сразу ответить не смог. Ну или еще по какой-то причине молчал аж шесть секунд.

– Это из-за того, – нарушил он молчание. – Что среди твоих хороших знакомых нет госслужащих. Плюс мирное время. Поверь, японская аристократия в подавляющем большинстве радеет о своей стране. Даже кланы Хоккайдо, кто бы что о них ни говорил, не предадут свое собственное государство.

– Я вам верю, О-сан, – произнес я. – Но, как вы сами и сказали – сейчас мирное время. Уверен, во время войны они покажут свои лучшие качества, а сейчас все заботятся лишь о себе.

– Ты не прав, – произнес О-сан таким тоном, словно губы поджал от недовольства. – Ну да не будем об этом. Со временем ты и сам все поймешь.

– Очень даже может быть, – ответил я. – Как минимум один аристократ пытается втянуть меня в спарринг с Виртуозом ради страны.

И опять он замолчал.

– Не только, – услышал я его ворчливый голос. – Империя на первом месте, но и внутриполитические интриги тоже присутствуют. Я уж не буду тебе все расклады озвучивать, скучно это, но да – я тоже получу выгоду.

Ему явно неудобно признавать, что я был не то чтобы прав, скорее – близок к истине, тем не менее старик признался. Плюсик в моих глазах он заработал.

– Если я получу признание, или если вы организуете это признание? – спросил я.

– Второе, – ответил он.

– Что ж… – помолчал я две секунды. – Давайте так – я обдумаю ваше предложение и перезвоню. В этом деле присутствуют нюансы, которые я обязан учесть. Надеюсь, время у вас есть?

– Не волнуйся на этот счет, – ответил он. – Времени полно. Но ты все-таки не затягивай обдумывание на годы – я уже не молод, могу и не дожить до спарринга.

– Все вы, старики, так говорите, а в итоге фиг от вас избавишься, – попытался я передать голосом улыбку.

Типа шучу, не подумай чего лишнего.

– Похоже, пора искать новую успокаивающую мантру для молодняка, – усмехнулся он.

– Нас не проведешь, – ответил я.

– Это мы еще посмотрим.

– Трям! – резко затормозила передо мной Мизуки. – Синдзи, дай денег!

– Деньги? – из ближайшего дверного проема появилась мордашка Рейки. – Я тоже хочу денег!

Подловили меня в коридоре по пути в тренажерный зал, причем Мизуки стояла с одной стороны, а выскочившая из игровой комнаты Рейка с другой. То есть отступать было некуда. А еще я был в некоторой растерянности и не знал, что на это ответить.

– Девчат, у вас же есть свои счета и там полно денег, – произнес я, приподняв брови.

– Так то личные деньги, – произнесла Рейка. – А то твои. Твои приятнее тратить.

– Железобетонная логика, – пробормотал я. – А если серьезно?

– Ну, братик, ну да-а-ай! – начала трясти меня за подол футболки Рейка.

– А у меня деньги на счету того… тю-тю, – вздохнула Мизуки.

– Ну бра-а-а… подожди… – удивилась Рейка. – Как это тю-тю? Ты ж богачка!

– Была богачка, – вздохнула Мизуки. – А сейчас я очень бедная, рыжая, несомненно, милая, но нищенка.

Так, стоп…

– Ты что, все деньги на артефакты спустила? – спросил я, задрав одну бровь.

– Ну… как бы… – замялась она.

– Взрослые такие транжиры, – покачала головой Рейка.

– Эй! – возмутилась Мизуки. – А кто уговорил меня купить ей красивый браслет?!

– Не знаю, а кто? – изобразила любопытство Рейка, убирая за спину руку, по-видимому, с тем самым браслетом.

– Я ее боюсь, Синдзи, – произнесла Мизуки громким шепотом.

Хорошо тут Норико нет. Сама по себе моя первая жена обычная девчонка, но как только она кооперируется с Мизуки, превращается в ту еще занозу в заднице. Фактически, вторую Мизуки.

– Так… – вздохнул я, сканируя пространство. А-то мало ли, вдруг и Норико где-то рядом. – Рейка, если хочешь получить денег сверх нормы, ты знаешь, что для этого нужно сделать.

– Не хочу учиться, – буркнула она, насупившись.

– А придется, – улыбнулся я.

– Знаю, знаю, – проворчала она. – Жадные вы, взрослые.

На этой ноте Рейка развернулась и потопала обратно в игровую комнату. В которой она, к слову, не только играет, но и учится. Благо для этого ей нужен только компьютер. И, кстати, моя сестренка на удивление тот еще скупердяй. Денег у нее на счету более чем до фига, так как ежемесячные карманные деньги она копит, а не тратит. Плюс дополнительный заработок за учебу. А если ей хочется что-то купить – справедливости ради, это случается нечасто – то она включает маленькую, милую попрошайку. Страшная женщина растет, тут я с Мизуки согласен.

Переведя взгляд со спины сестры на Мизуки, я вновь вздохнул.

– Ну и как так получилось, что ты без денег осталась? – спросил я.

– Просто там столько магических относительно бахирных артефактов за смешные деньги, что я не смогла удержаться, – понурилась Мизуки.

– И сколько это будет продолжаться? – хмыкнул я. – У меня так денег не хватит на твои хотелки.

– Да ерунда, – отмахнулась Мизуки. – Я почти все, что хотела, скупила. Осталась диадема, скрывающая мысли… ну и так, по мелочи. Я бы не стала к тебе подходить, просто диадема редкий товар, ее могут купить в любой момент.

– А ты в курсе, – начал я осторожно. – Что в мире не осталось тех, кто может читать мысли?

Этот вопрос был одним из первых, который я уточнил у Хирано.

– Но… – удивилась Мизуки. – Ах ты ж подлая старая лиса!

Похоже, цукумогами ее тупо развела.

– Страшно подумать, сколько еще всякой лабуды ты накупила, – покачал я головой.

– Р-р-р… – зарычала рыжая.

Правда, получилось у нее это скорее мило, чем страшно.

– В общем, денег не дам, – произнес я. – Во всяком случае, на эту диадему. И мой тебе совет – ходи по магазинам с Асами.

– Тогда придется и Норико с собой брать, – произнесла Мизуки все еще раздраженно.

– И в чем проблема? – не понял я.

– В том, что эта инку… в смысле, эта брюнетка порой слишком ленивая, – ответила Мизуки.

– И что? – не понял я. – Асами-то тут при чем?

– Так ведь… – начала она, но замерла, не договорив. – И правда, при чем? Туплю.

– Ну раз с этим разобрались, я пойду? – спросил у нее.

– А? Ага… – произнесла она грустно.

Покачав головой, сказал:

– Подкину я тебе денег, не хнычь. Но ты все же поумерь траты.

– Яху! – воспряла Мизуки, напрыгивая на меня. – Не волнуйся, муженек, я умею работать с деньгами, просто ситуация выдалась уникальная. Такого больше не повторится.

– Надеюсь на это, – произнес я, положив руку на ее нижние девяносто.

– Ты что-то от меня хочешь? – промурлыкала она мне на ухо.

– Хочу, – ответил я. – Но ежедневная тренировка важнее.

Слегка отстранившись, Мизуки глянула на меня странным взглядом.

– Ладно, на этот раз обижаться не буду, – произнесла она, качнув головой.

– Ну и странные же вы создания, женщины, – вздохнул я.

– Синдзи? – зашла в кабинет Атарашики. Глянув на нее, я чуть приподнял брови.

– Проходи, не стой на пороге. Что-то случилось? – спросил я.

Судя по ее слегка неуверенному поведению, меня сейчас попросят о чем-то не очень удобном.

– Не то чтобы, – произнесла она, заходя в кабинет. – Хочу тебя попросить кое о чем.

– Присаживайся, – кивнул я на кресло в углу кабинета. – Рассказывай.

– Не стоит, я быстро, – покачала она головой. – Ты скоро едешь в Токио. Не мог бы заодно посетить один из моих театров?

– Просто посетить или посмотреть номер? – уточнил я.

– Второе, – ответила она.

– Блин… – постучал я пальцем по столу. – Это же минимум четыре часа моей жизни.

– Пожалуйста, – попросила она. – Там выступает перспективный актер, и мне надо его пропиарить.

– И когда? – сдался я.

Все-таки просит она не часто.

– Послезавтра, в четыре дня, – ответила Атарашики.

То есть я фактически с самолета должен поехать в театр. Не очень перспективка.

– Ладно, сделаю, – вздохнул я, и тут меня осенило. – Слушай… А сообщи-ка моим любимым женушкам, что они поедут со мной.

– Зачем? – не поняла она. – Не слишком опасно?

– В общем-то нет, – пожал я плечами. – Немного рискованно, но именно что немного. В конце концов, вы в целом сейчас живете в Токусиме, потому что наш дом в Токио ремонтируется. И улучшается, – немного помолчав, добавил: – Фактически заново строится, если учитывать весь квартал. В общем, как только там все будет готово, мы в любом случае переедем обратно.

Как бы мне ни хотелось свести опасность для семьи к минимуму, она всегда будет присутствовать. Но при этом мы не можем позволить себе демонстрировать страх перед… неизвестно чем. Таковы реалии аристократической жизни – если уж пользуешься положением, будь готов принять и минусы. Аматэру должны держать лицо, и испуга на этом лице быть не должно. Одно дело – разумная предосторожность, а другое – спрятаться в Токусиме и носа оттуда не высовывать. Поездкой в Токио с женами я покажу всем, что мы не боимся, просто дом пока ремонтируется. А еще я использую жен как ширму для своей поездки на Хоккайдо.

– Скорей бы уж, – поджала она губы.

Не любит Атарашики токусимское поместье.

В Токио я, как и планировалось, отправился через день после того разговора с Атарашики. Само собой, вместе с женами, которые были этому рады. Даже с учетом того, что я рассказал им о своем плане, который предполагал мое отсутствие на позднем этапе поездки. Да и в целом все было слишком распланировано для таких хаотичных существ, как Норико с Мизуки. Тем не менее покрасоваться им было где и когда, так что они оказались не против.

Первым делом по приезде в Токио мы заскочили к Кояма. Именно там девчонки переоделись и прихорошились, после чего мы и отправились в театр. Само представление меня не впечатлило, но я в принципе не любитель подобного, так что это не показатель качества представления. А так как на толпу косящихся в нашу сторону людей мне тоже было, в общем-то, плевать, удовольствие от этой поездки получили только Норико с Мизуки. Вот уж кто впитывал чужие взгляды как губка, не забывая демонстрировать себя с лучшей стороны. И да, они были прекрасны в своих юкатах, думаю, мне многие в тот день завидовали не только из-за моего положения.

После театра мы вернулись к Кояма, где по плану должны были провести пару дней, в которые я собирался сидеть в квартале безвылазно, как бы демонстрируя, что у меня дел навалом. Ну или просто лень куда-то выбираться. Главная задача такого маневра – убедить окружающих, что хоть меня и не видно, я все еще в Токио. А вот мои девчонки в эти пару дней отрывались по полной, посетили пару приемов и один зоопарк… Не знаю, зачем им это. Плюс они не раз выбирались с Кагами то на разные рынки, то за продуктами, то по магазинам одежды и ювелирки.

Кстати, Норико на удивление неплохо сошлась с Кагами. Они вместе славно так троллили Мизуки, отчего та постоянно находилась в раздражении. Рыжая пыталась огрызаться, но Кагами… С этой дамой не забалуешь. Впрочем, как мне кажется, Норико зря так делает, мы ведь потом к Кагуцутивару поедем, а Мизуки подчас крайне злопамятная девочка.

Я же свою главную задачу выполнил в первый же день, сразу после ужина. Да и то только потому, что ужин следовал сразу за театром.

– Акено-сан… – начал я, когда мы встали из-за стола.

– Синдзи! – одновременно со мной воскликнула Мизуки.

– Спокуха, – поднял я руку. – У меня сейчас крайне важный разговор с Акено-саном.

– Со мной? – изобразил наивность Акено.

– С вами, – кивнул я.

– Опять в шахматы играть будете? – спросила рыжая с подозрением.

– Мизуки… – вздохнула Шина сокрушенно.

Акено перевел на меня любопытный взгляд.

– Нет, – произнес я уже серьезным тоном. – У меня действительно важный разговор к главе клана.

– Оу… – произнесла Мизуки. – Норико, айда Шо баловать!

– Айда, – кивнула Норико степенно.

Пока шли с Акено в его кабинет, болтали о доминировании женщин в повседневной жизни. В самом кабинете прямым ходом направились в уголок с диваном и креслом.

– Может, все-таки отдадите мне его? – упал я на диван.

– Иди на фиг, Синдзи, – уселся Акено в кресло. – Он мой, и этого не изменить. Радуйся, что я позволяю тебе им пользоваться.

– Ну и ладно, – не очень-то и надеялся, что он отдаст мне диван, но попробовать стоило. – Давайте о серьезном.

– Внимаю, – кивнул Акено.

– Кхм… Тут такое дело, Акено-сан… В общем, я собираюсь захватить Филиппины.

Открыв рот для ответа, Акено замер, так ничего и не сказав.

– Так, – закрыл он рот. – Интересно. Не буду тебе говорить про опасность данной авантюры, уверен, ты и так все понимаешь. К тому же, я ведь многого не знаю, так?

– Вообще ничего не знаете, – кивнул я. – План у меня есть, и он неплох… насколько это возможно в подобном деле.

– А от нас тебе помощь нужна? И в каком виде? – спросил он, хмыкнув.

– На самом деле – нет, не нужна, – улыбнулся я.

Удивление на лице Акено было приятно наблюдать. Людей вообще приятно сбивать с толку.

– И чего ты тогда хочешь? – спросил он удивленно.

– Ничего, – пожал я плечами. – Но и проигнорировать я вас не мог. Даже если забыть, кто моя вторая жена, остаются наши близкие отношения. Я просто обязан предложить вам поучаствовать. Кагуцутивару я сделаю похожее предложение, но там – чисто из-за Норико.

– Напасть на Филиппины… – произнес он медленно, не сводя с меня взгляда. – На целую страну… Которую поддерживают Штаты. Рассказывай. Не верю, что ты настолько безумен.

Ну я и рассказал. С чего все началось, ради чего я все затеял, чего хочу добиться, каким способом, кого хочу привлечь, почему их. Правда, кое о чем умолчал. Например, о пульте от спутников, Древнем, ёкаях и тому подобном.

– По тонкому льду ходишь, Син, – покачал он головой, когда я закончил говорить. – Но интересно. Правда, от императора я такого не ожидал. Есть мысли, чего он хочет добиться? Сомневаюсь я, что это жадность.

– Я… – начал я, запнувшись. Да и ладно, Акено же. Ему можно и по факту сказать. – Я вам больше скажу, я точно знаю, чего он хочет, но это уже из разряда родовых секретов, причем не только Аматэру. Как-то так, – пожал плечами. – Прям всего-всего рассказать не могу.

– Не парься, я понимаю, – отмахнулся он. – Возвращаясь к твоему предложению. Я правильно понял, что помощь Кояма тебе не нужна?

– Вы как-то так вопрос поставили… – не понял я, что на это сказать. – У меня не настолько все хорошо, чтобы мое предложение было всего лишь услугой близкому человеку. Если вы согласитесь участвовать, я буду рад. Но в целом план учитывает ваш отказ. И да, я не буду считать это предательством или чем-то подобным. Вы глава клана, Акено-сан, на ваших плечах огромная ответственность. Вы не можете просто так взять и втянуть клан в войну. Особенно учитывая, что призом будет лишь родовая земля, которой у вас с недавнего времени полно.

– Не только, – произнес он, глядя в потолок. – Ты порой слишком рационален и не учитываешь некоторые нюансы.

– Это какие, например? – нахмурился я.

– Репутацию, – посмотрел он на меня.

– Репутацию я всегда учитываю, – не согласился с ним.

И опять он лишь рот для ответа открыл, но ничего с ходу не сказал.

– Ты… – попытался он подобрать слова. – Демоны, не знаю, как выразиться. Ты, Синдзи, учитываешь лишь явные плюсы и минусы, в том числе и репутационные. И если бы ты не был Аматэру, у тебя были бы проблемы. Ну да ладно, сейчас о Кояма. Ты вот упоминал родовые земли в Малайзии, но ты подумал, сколько сил мы потратили на их приобретение?

– Я сейчас могу ошибаться, – начал осторожно. – Но, по-моему, вы почти ничего не потратили.

– Именно, – произнес Акено с усмешкой. – Клан Кояма ввязался в войну, в который мы ничего не показали. Толком, – добавил он. – Я тебя уверяю, многие в Японии считают, что нашему альянсу там тупо повезло. Большая часть наших потерь – из-за англичан, в противостояние с которыми мы могли и не ввязываться. При этом, заметь, мы толком и не победили. Потери есть, победы нет. Я имею ввиду стопроцентной, явной победы.

– А учитывая репутацию сильнейшего клана, да еще и международного, желающих нажиться за ваш счет полно, – произнес я, кивая.

– Нашим конкурентам просто намекни, что Кояма уже не те, и они сразу в стойку встанут, – вздохнул Акено. – До войны, понятное дело, не дойдет, но покусывать начнут. Да и война… – поморщился он. – Сначала кусать станут самые смелые и сильные, потом рыбешка поменьше, а там и до стаи пираний недалеко. А стоит нам только реально ослабеть – и все. Так что клану Кояма нужна победоносная война, но, сам понимаешь, найти нечто подобное, или даже самому организовать, непросто. Из того, что ты мне сейчас рассказал, складывается впечатление, что у нас есть шансы, и очень неплохие. Не без риска, конечно, но терпимо. Даже если проиграем, там такие люди с нами заодно будут, что общество не посмеет говорить о слабости.

– Если мы проиграем, вы понесете потери, – покачал я головой. – Одно дело просевшая репутация, а другое – реальное ослабление.

– Так я и говорю – не без риска, – хмыкнул Акено. – В общем, клан Кояма в деле.

Кагуцутивару приняли нас не менее радушно, чем Кояма. Чуть более официально, но это и понятно – с Кояма у меня и отношения более домашние. Точнее, просто домашние. С семьей Норико нечто подобное только предстоит построить. Ну и да, как я и думал, зря Норико издевалась над Мизуки. Великая Рыжая не зря зовется Великой, она буквально в мгновение ока сошлась с матерями Норико и начала буквально терроризировать мою первую жену. Матерям-то что, просто еще один повод пошутить над дочкой, а вот для рыжей – это сладкая месть. Хорошо хоть меня в их противостояние не втягивали. Я бы влез, но жены не переступали черту ни у Кояма, ни у Кагуцутивару. Было видно, что все не всерьез. Для близких людей видно. Не возьмусь говорить за матерей Норико, но Кагами и сама пресекла бы реальную вражду.

Что важнее – это разговор с главой рода Кагуцутивару, который прошел несколько сложнее, чем с Акено. Помимо того, что у меня с Кагуцутивару не те отношения, так я еще и общался с главой и старейшиной одновременно.

– Теперь понятно, зачем ты просил распустить те слухи, – произнес задумчиво Баку.

Мы втроем сидели в одной из комнат их поместья. Сама комната была отделана в японском стиле, причем довольно строгом. Явно не место для игр детей. Сидели мы на коленях вокруг небольшого круглого столика. Слева от меня старейшина Фумики, справа глава рода Баку.

– Вообще-то это не слухи, – решил вставить я. – А вполне себе реальные факты.

– Не суть, – вздохнул Баку. – Всего лишь терминология.

Не фигово он передернул. Я всего лишь осторожно попросил рассказать правду о том, как император опрокинул меня с просьбой помочь убрать с Филиппин русских. А по его словам выходит, что я пытался втюхать аристократическому обществу Японии какую-то непроверенную информацию. Может, даже туфту.

– На самом деле это важное уточнение, Баку, – вступился за меня Фумики.

Добрый и злой полицейский? Или я слишком заморочился? Если первое, то я к ним вообще ни с чем больше обращаться не буду.

– Как скажешь, – пожал плечами Баку. – Меня сейчас иное волнует. Вот скажи, Синдзи-кун, ты принял во внимание, что мы имперский род?

– Конечно, – ответил я, начиная искать подвох. – А что не так? Главное, вы не вассалы императора. Напав в составе альянса на другую страну, вы принимаете всю ответственность на себя. Нюансов, как с Малайзией, тут нет.

– Дело в другом, – покачал головой Баку. – Судя по всему, император не будет рад, если ты выиграешь. Но если кланы сами по себе, ты – Аматэру, то нас от его гнева вряд ли что-то защитит.

Оу. И правда, не подумал.

– Хм, пожалуй, соглашусь, – вставил Фумики. – Выиграешь ли ты или проиграешь, Кагуцутивару останутся в проигрыше. Но, – взял он небольшую паузу и, переведя взгляд на Баку, продолжил: – Надо учитывать, что при выигрыше альянса наша награда… впечатляет меня больше гнева императора.

– И все же, – поджал губы Баку. – Не стоит слишком жадничать. Я не отказываюсь тебе помочь, Синдзи-кун, но тут слишком много нюансов, которые стоит обдумать.

Так, а вот это надо пресекать.

– Кагуцутивару-сан, – произнес я, улыбнувшись и покачав головой. – Не напрягайтесь вы так. Ну нет и нет, что такого? Я ведь не помощи прошу, а предложение делаю. У меня нет и не может быть к вам каких-либо претензий.

– И все же мне неудобно отказывать тебе, – ответил Баку. – Мы родня, а родня должна помогать друг другу. Просто дай нам все обдумать.

И все равно у меня такое чувство, будто они меня в долги пытаются вогнать. Что ж, раз так…

– В таком случае давайте оставим этот вопрос, – улыбнулся я. – Серьезно, не хочу вас напрягать. Особенно из-за такого пустякового дела.

– Пустякового? – приподнял бровь Баку. – Не думаю.

– Бросьте, – отмахнулся я. – Аматэру найдут, кого привлечь в альянс. Ваше участие – просто приятный бонус. Но вы правильно заметили – кое-чего я не продумал, так что давайте забудем. Вы мне и так во многом помогли.

– И тем не менее, если позволишь, мы все-таки обдумаем твое предложение, – произнес Фумики.

Ого, уже предложение? Не просьбу? Ну пусть думают, дам им еще один шанс.

– Как скажете, – кивнул я. – Я не против, если вы присоединитесь к альянсу.

– Через неделю мы дадим ответ, – произнес Баку. – У нас ведь есть это время?

– Конечно, – кивнул я. – Мне еще надо с другими предполагаемыми участниками поговорить. Можете даже подождать их ответа.

Типа чтобы решение было для Кагуцутивару максимально безопасным.

– Мы… Не стоит, Синдзи-кун. Нам хватит и недели, – ответил Баку.

Проводив взглядом вышедшего из комнаты парня, два старика переглянулись.

– По краю прошли, – заметил Фумики. – Зря ты на него решил долгом давить.

– Не мог не попытаться, – пожал плечами Баку. – Но да, ты прав, надо было чуть раньше тормознуть. Однако в гнев императора он, похоже, поверил.

– Тоже зря, как по мне, – нахмурился Фумики. – Он ведь со временем поймет, что все не так страшно для нас. И как мы будем выглядеть?

– Как два старых интригана, – пожал плечами Баку. – К тому же доля правды в моих словах была.

– Да ну? – хмыкнул Фумики. – С каких пор родню наказывают за то, что она помогает друг другу? Ну… Если это не война с императорским родом.

– Теоретически ты прав, но нельзя не учитывать человеческий фактор, – посмотрел на него Баку. – Да, Кагуцутивару будет недоволен лишь император в отрыве от своего рода, но нам-то от этого не сильно легче.

Фумики задумался.

– Нет, – покачал он головой. – Все же я склоняюсь к тому, что на нас не обратят внимания. В альянсе будет слишком много родов. Кагуцутивару окажутся одними из многих. Да и весь негатив пойдет в сторону парня.

– То есть ты склонен согласиться с его предложением? – уточнил Баку.

– Предварительно – да, – кивнул Фумики. – Но сам понимаешь, сначала надо бы навести справки. По Филиппинам в целом, по их аристократии, по военной силе, по американцам в том регионе, по отношениям между американцами и филиппинцами. И так далее и тому подобное. Давать ответ с бухты барахты я не намерен, тем не менее… Баку, куш, который мы можем выиграть, стоит многого. Мы, кстати, мимо него чуть не пролетели.

– Да, да, я же согласился, что перегнул палку, – помахал тот ладонью.

– Ну а сам-то что думаешь? – спросил Фумики.

Немного помолчав, о чем-то раздумывая, Баку произнес:

– Ты понимаешь, что, если мы согласимся, тебе придется ехать на войну?

– Понимаю, – пожал плечами Фумики. – И даже не против.

– Если с тобой там что-то случится, род многое потеряет.

– Баку… – устало вздохнул Фумики. – Виртуозы существуют не только для того, чтобы пугать. Если не использовать мою силу, то зачем она вообще нужна? И скажи уже, к чему ты сам склоняешься?

Мало кто знал, но серьезный и степенный Фумики – довольно любопытный человек, чем самые близкие ему люди порой и пользовались. Либо, что происходило гораздо чаще, банально издевались над ним.

– Что ж, твою позицию я понял, – вздохнул Баку. – Но сначала давай все же соберем информацию.

– Но мнение какое-то у тебя есть? – не отставал Фумики.

– Сначала данные, потом решение.

– Баку, несносный ты мальчишка, просто ответь на вопрос! – возмутился Фумики.

– Пойду раздам указания, – поднялся тот на ноги.

– Баку!

Глава 10

Перед тем как поехать на Хоккайдо, у меня по плану была еще одна встреча. Фудзивара. Отношения между нашими родами предельно простые – они не лезут к нам со своей помощью, но при этом всегда ее оказывают, если Аматэру просят. Ну и в целом поддерживают Аматэру в различных вопросах. Например, когда Аматэру отдали свои земли вернувшему власть Мэйдзи, вторыми, кто это сделал, были именно Фудзивара. И так уже пару тысяч лет как минимум. Ну ладно, настолько далеко я не лез, лень было в архиве сидеть, но с тех пор как Фудзивара стали кланом, – а это тысяча лет – все именно так. При этом в том самом архиве нет ни одного упоминания о том, что Фудзивара просили Аматэру о чем-то серьезном. Мелкие просьбы, может, и были, такое никто не фиксирует, но чего-то действительно серьезного не было. Да что уж там говорить, недавно Фудзивара попросили разрешения заниматься грузоперевозками нашей нефти, что мелочь по сравнению с тем же возвращением большей части земель Мэйдзи, так что мелкие просьбы реально существовали и раньше. При этом, что забавно, их стратегия работает. Клан Фудзивара имеет несколько больше свобод по сравнению с другими кланами, да и имперскими родами, если подумать. Классический пример – летать на вертолете в черте города. Аматэру никогда не забывали подбрасывать Фудзивара различные… плюшки, скажем так. Если была возможность, конечно.

Так что пора нам в очередной раз подкинуть им еще кое-что интересное. Правда, для Фудзивара, которые и так имеют до задницы родовых земель, пусть и на Калимантане в основном, данная авантюра будет иметь главным образом репутационные и финансовые плюсы. Я даже специально справки навел, и получается, что Фудзивара не хватает совсем немного, чтобы войти в топ пятидесяти кланов во всем мире по количеству родовых земель. Хм, как и Кояма, к слову. Тогда смотреть на них в мире будут уже совсем по-другому. Сотрудничать с ними станут гораздо охотнее просто потому, что «эти ребята умеют вести дела». По крайней мере, в ближайшие пару поколений.

Центральный двор поместья Фудзивара, мимо которого меня провел слуга, выглядел, как и раньше, мрачным. Не знаю, как так получается, учитывая, что на улице солнце, а вокруг зелень, но погруженный в тень двор выглядел именно мрачным. Дойдя до нужной комнаты, слуга с поклоном отодвинул дверь в сторону, давая мне зайти внутрь. В комнате меня дожидался Фудзивара Эйки, глава клана. При моем появлении одетый в брюки, рубашку и безрукавку мужчина поднялся с кресла.

– Добрый день, Аматэру-сан, – улыбнулся он. – Рад вас видеть. Прошу, присаживайтесь.

Подойдя к креслу, на которое он указывал, я чуть склонил корпус.

– Фудзивара-сан, – произнес я. – Благодарю, что приняли.

– Право слово, не стоит, – качнул он головой. – Чай, кофе?

– Кофе, – ответил, присаживаясь напротив него.

На это Фудзивара просто бросил взгляд мне за спину, после чего я услышал, как дверь комнаты закрывается.

– Кстати, до меня дошли слухи, что вы хотите подтвердить свой ранг на всю страну, – произнес он с улыбкой. – Будет любопытно посмотреть на реакцию аристократии, когда вы это сделаете.

– Не совсем ранг, Фудзивара-сан, – усмехнулся в ответ. – Да и хочу этого не совсем я.

Пятнадцать минут мы болтали ни о чем, фактически просто высказывая свое мнение по поводу различных новостей последней недели, и только после этого я решил перейти к делу. Озвучивание моего предложения и пояснений к нему заняло еще минут пятнадцать, правда, только потому, что мне приходилось отвечать на уточняющие вопросы собеседника. И то, уверен, у него этих вопросов было гораздо больше, но до того как он согласится, задавать их не очень уместно. Когда я закончил, Фудзивара некоторое время молчал, разглядывая стоявший между нами стол.

– Очень… – заговорил Фудзивара. – Очень интересное предложение, Аматэру-сан. Хочу уточнить один вопрос – какой статус будет у захваченных земель?

Важный и весьма интересный вопрос. Если начать разбираться глубже, чего до вступления в род Аматэру я не делал, то с родовыми землями связан один очень важный нюанс – это подтверждение их родового статуса. Фактически такие земли делятся на два вида – подтвержденные и неподтвержденные. Разница довольно существенная, хоть и не влияющая на, скажем так, использование. И так и так земли, по сути своей, собственность человека, рода, клана, на которых они могут творить, что захотят. Отличия состоят в том, что неподтвержденные земли не подпадают вообще ни под какие законы и традиции. К примеру, если род уничтожен, то подтвержденные родовые земли отходят государству, в составе которого они находятся, а неподтвержденные будут принадлежать тому, кто первым заявит о праве на них. Такие земли не подпадают под правила передачи или аренды, то есть можно хоть каждый год сдавать их разным людям. Суд Права и Чести, если не повезет, может отобрать у человека его земли, но только те, что подтверждены как родовые. Японские, к примеру, отбираются, а филиппинские – фигушки, ибо правитель не имеет никакой власти над ними.

Но есть и минусы. Например, получить такие земли – это то еще испытание. Обычно правитель дарит роду кусочек земли, что по умолчанию подтверждает его статус. Дарит свою землю – это важно. А вот если аристократ захватывает земли, причем те, что ранее родовыми не были, то тут уже появляются варианты. Например, в Малайзии император признал все, что мы захватили. Если бы он этого не сделал, то все захваченное принадлежало бы только малайскому правителю. Технически. То есть по факту, раз он не может их забрать обратно, они принадлежат захватчикам, которые могут творить там все, что захотят, но это все еще малайские земли. А значит что? А значит, захватившие земли аристократы до скончания веков находились бы под угрозой атаки соседнего государства, и никто бы за них не вступился. Тупо не имел бы на это права.

Если подумать, то остров Меёуми, который император так и не признал родовым, как раз подходит под определение неподтвержденных родовых земель. На них может позариться кто угодно, те же английские кланы, сидящие в том регионе. Да, я вступлюсь за Меёуми, но если бы земли были подтверждены, англичане и не подумали бы проворачивать нечто подобное, так как ссориться пришлось бы уже с японским императором.

Собственно, это еще один минус – ноль защиты, кроме своей собственной. Обычные родовые земли тоже могут захватить, но там хотя бы можно не опасаться иностранных захватчиков. Да и соотечественникам провернуть подобное не так уж и просто: есть куча неочевидных нюансов, мешающих банальному силовому захвату. Самый простой пример – это статус твоего рода. Член клана, имперский или свободный аристократ, вассал другого рода, все это влияет на конечный результат. Самые бесправные в этом смысле, к слову, свободные роды. Даже если бы Аматэру расфигачили Тоётоми в пух и прах в недавней войне, их земли отошли бы не нам, а императору. Имперский род имел бы право претендовать на эти земли и, скорее всего, получил бы их, а какой-нибудь клан спокойно все забрал бы. Но только потому, что с обеих сторон конфликта именно кланы. Из-за подобной практики я был обязан договориться с каким-нибудь американским кланом, прежде чем уничтожать Хейгов, и то Тарворды несколько месяцев судились со всеми подряд.

Возвращаясь к нашим баранам. Та земля, что члены моего альянса захватят у Филиппин, будет принадлежать только им, наш император не будет иметь на эти земли никакого права, так как захвачены они в другой стране, а после того как я передам основную территорию в его руки, можно считать, что у меня все получилось, у членов альянса еще и враг в лице уже не существующих Филиппин пропадет. Почти идеально, если подумать. Но именно что почти. Единственная проблема будет состоять в соседних странах, которые могут спокойно направить свою армию и отобрать захваченное. И вот чтобы этого избежать, перед передачей Филиппин императору мы можем потребовать у филиппинского короля признания земель родовыми, думаю, с этим проблем не возникнет. После этого подтвержденный статус со всеми его небольшими минусами перейдет в новое государство. Это, кстати, верно не только для членов альянса, но и для тех филиппинских аристократов, которые имеют там родовые земли. Стандартная политика, если что, точно так же происходило и с землями Индонезии после Второй мировой.

– Все зависит только от вас, Фудзивара-сан, – ответил я после небольшой паузы. – В том смысле, что как вы захотите, так и будет. Аматэру для своего куска земли никаких подтверждений требовать не будет.

– Понятно, – кивнул он. – А вот я, честно говоря, в некоторой растерянности. Не знаю, что выбрать.

– То есть вы принимаете мое предложение? – уточнил я.

– Конечно, с благодарностью, Аматэру-сан, – повел он плечом. – Это и выгодно, и почетно.

– А еще опасно, – заметил я.

Поймав мой взгляд, Фудзивара улыбнулся.

– Это будет полноценная война, – произнес он. – Естественно, на войне опасно. Но если говорить о победе… – улыбнулся он еще шире. – Это будет война на стороне Аматэру, о чем тут вообще можно беспокоиться?

На Хоккайдо я отправился уже на следующий день. Делал я это втайне, так что ехать пришлось на машине, загримировавшись и по поддельному паспорту. Если бы Хоккайдо не был островом, было бы проще, но, увы – мне, так или иначе, придется либо арендовать что-нибудь водоплавающее, либо, что я и выбрал, использовать подземный туннель, по которому шли поезда. Впрочем, даже это было некоторым перегибом, так как секретность не очень-то и нужна, но я решил перестраховаться. Из-за этого и сопровождения у меня не было, только я и мобильник.

Первым делом, прибыв в Хакодате, взял номер в неприметном отеле, просто чтобы переодеться и снять грим. Естественно, встреча с Мацумаэ была запланирована заранее, так что ждать мне пришлось всего пару часов, да и то лишь потому, что в город я приехал несколько раньше планируемого. Встретили меня не очень приветливо, и дело даже не в слуге, который проводил меня к кабинету главы клана – он-то был очень даже уважителен – а в том, что пришлось сидеть у того самого кабинета в ожидании, когда меня соблаговолят принять… У кабинета! Как какого-то просителя! Ну не сволочи ли? Вот что им стоило хотя бы в комнату какую-нибудь отвести? Мелочные ушлепки…

Ждать пришлось почти сорок минут, только после этого из соседней комнаты вышел слуга, тот самый, что и привел меня сюда, и с поклоном произнес:

– Господин ждет вас, Аматэру-сан.

Очень хотелось выдать какую-нибудь едкость, ну или просто с ноги влепить этому старику, но, естественно, удержался. С одной стороны, бессмысленно, с другой – неадекватно. Старый слуга ни в чем не виноват, в конце-то концов.

Поднявшись со стула, я направился к дверям кабинета. Слуга, чуть ускорившись, успел подойти к ним раньше и с поклоном открыть их передо мной.

То, что я увидел в кабинете Мацумаэ Нозоми, меня удивило. В первое мгновение, а потом мне пришлось усилием воли удерживать «яки», не давая ему выплеснуться наружу. Мацумаэ в кабинете был не один. И ладно, находись тут помимо него один-два человека, что, в общем-то, с его стороны уже некрасиво, но их тут было восемь. Гребаная толпа стариков с парочкой мужчин среднего возраста. Естественно, меня это выбесило. Типа я и мое дело даже не стоим приватности? Я настолько незначителен? На мое дело к главе клана всем плевать? Говори, дитятко, что тебе надо, и вали отсюда? Я и не рассчитывал на гостеприимство, но подобное – это уже перебор.

Дерьмище… Как же хочется их всех перебить.

– Аматэру… – махнул рукой Мацумаэ. Сам он сидел за своим рабочим столом. – Что встал? Проходи, садись.

Волосы до лопаток, частая седина и элегантные очки придавали старику вид ученого мужа, который, если надо, может и мечом помахать. Остальные люди сидели кто где, занимая все свободные кресла в помещении, для меня остался лишь стул напротив стола хозяина. Обиднее всего, что я пришел к нему с очень выгодным предложением для обеих сторон. Так теперь я не могу этого сделать. Слишком много глаз и ушей. На фига, спрашивается, я вообще тогда секретностью заморачивался?

Подойдя к свободному стулу, повернул голову направо.

– Господа, – потом налево. – Приветствую. Мацумаэ-сан. Добрый вечер.

Когда очень хочется ударить, но делать этого нельзя – будь вежлив. Вежливость подчас бьет под дых не слабее колена.

– И тебе привет, Аматэру, – кивнул Мацумаэ, поправив очки.

Причем с таким выражением лица, будто хотел поморщиться, но сумел сдержаться.

– У вас тут, я смотрю, вечеринка, – произнес я с вежливой улыбкой. – Надеюсь, не отвлек?

– Говори уже, с чем пришел, – все-таки поморщился он.

– Мм… – провел я взглядом по потолку. – Забыл, – и, глянув на взлетевшие брови Мацумаэ, добавил: – От неожиданности. Не ожидал, что здесь будет столько народу.

Палку он, конечно, перегнул, но я все еще готов с ним сотрудничать. Не в последнюю очередь потому, что мне это сильно надо. О, я ему все припомню, но не сейчас. Так что давай, придурок, выгоняй своих прихлебателей, это твой последний шанс. Всему есть предел, в том числе и моему терпению.

– Могу порекомендовать отличный отель, – ответил Мацумаэ. – Сними номер, отдохни. Не знаю… В музей городской сходи. А как придешь в себя, возвращайся. Поговорим.

Наверное, если бы палка не была метафорической, я бы сейчас услышал ее треск. Что ж, о’кей, я понял. Зато теперь я знаю, кто будет моей следующей целью после Древнего. Ну или после Филиппин, там как пойдет. Сначала я этот гадский остров ослаблю, а потом уничтожу. Поднявшись со стула, посмотрел на него сверху вниз. Хмыкнул. В этот момент очень удачно мигнула и погасла лампа в люстре, добавляя к моему образу пару очков. Типа даже наверху недовольны поведением Мацумаэ.

– До новых встреч, – произнес я, глядя на него. – Мацумаэ-сан.

Идя к выходу из кабинета, я по-прежнему сдерживал «яки», не давая своим эмоциям поглотить окружающих. Раз уж выбрал образ спокойного человека, то не стоит строить из себя обиженку после того как тебя послали. Однако у самых дверей меня остановил голос Мацумаэ.

– Аматэру-сан! – произнес он, чуть повысив голос. Я даже немного удивился от такой вежливости, что заставило меня остановиться и, обернувшись, посмотреть на старика. – Прими мои извинения – я был неучтив. Господа, не могли бы вы оставить нас ненадолго? Аматэру-сан, прошу, – указал он на стул. – Давайте оставим наши противоречия и просто поговорим.

Медленный вдох, медленный выдох. Надо успокоиться. Кланы Хоккайдо все еще нужны. Ладно… Хорошо… Попробуем поговорить. Они не перестали быть моей ближайшей целью после Филиппин, но это не значит, что я не могу их использовать сейчас. Глядя на то, как народ в помещении поднимается на ноги и идет к выходу, тронулся с места, направляясь к Мацумаэ. Старичье… ну и пара мужиков старались ко мне не приближаться, обходя с двух сторон. Я же на них и вовсе не обращал внимания. Точнее, обращал, но ровно настолько, насколько я в принципе обращаю внимание на посторонних людей в зоне моего контроля пространства.

Сев на стул и дождавшись, когда посторонние выйдут из кабинета, произнес:

– Я буду чай.

Ответил Мацумаэ не сразу, сначала он явно хотел ляпнуть что-то язвительное, но, покачав головой, удержался.

– Слышал, ты не очень его любишь, – произнес он, нажимая кнопку селектора, встроенного в стол. – Принеси нам чай.

– Я к нему безразличен, – пожал я плечами. – Но если это ваш чай, то почему бы и не потратить его впустую? Это ведь будет хороший чай?

– Ха-а-а… – поправил он очки. – Можешь не сомневаться. Еще раз извини за этот цирк, не знаю, что на меня нашло. Ну так о чем ты хотел поговорить?

– Прежде всего, – начал я, – пообещайте, что услышанное здесь останется между нами. Ну и самыми доверенными вам людьми. С кем-то вы захотите посоветоваться. Но общественность не должна ничего узнать. От вас.

Пожевав верхнюю губу, Мацумаэ кивнул.

– Как скажешь, обещаю, – произнес он.

– В таком случае, – чуть улыбнулся я, – информирую вас, что я собираюсь захватить Филиппины. Сюда я прибыл, чтобы предложить Хоккайдо поучаствовать в этом.

– Захватить Филиппины? – вскинул он брови.

– Да, – подтвердил я.

– Государство Филиппины? – всем своим видом показывал он скептицизм.

– Именно. – Я слегка кивнул.

– Ты сумасшедший, Аматэру, – откинулся он на спинку кресла. – Это невозможно. У тебя армии фактически нет. Даже если ты найдешь еще парочку сильных союзников, мы не сможем этого сделать. Это не самое слабое государство, если что. Так их еще и американцы поддерживают, – и после небольшой паузы добавил: – Что, в общем-то, главная проблема.

– Начну по порядку, – вздохнул я. – Помимо нас с вами… По-другому скажу. Кланы Кояма и Фудзивара уже подтвердили свое согласие вступить в альянс. Кагуцутивару раздумывают, но, скорее всего, согласятся. Помимо них у меня в планах привлечь еще одного сильного игрока и парочку мелких родов. Но даже если что-то не получится, даже если Хоккайдо и… тот самый сильный игрок откажутся, вы правда думаете, что я не найду желающих повоевать за родовые земли? Я? Не смешите, Мацумаэ-сан, Аматэру найдут союзников в любом случае. Просто с вами проще – сразу несколько кланов с сильной армией, которую не жалко.

– Что, прости? – оперся он на стол, приблизив ко мне корпус. – Не жалко?

– А вы думаете, что после нескольких попыток меня убить я вас жалеть стану? – приподнял я бровь.

– Этого не было, – вновь откинулся он на спинку кресла. – Мы не пытались тебя убить.

– Да, да, – махнул я ладонью. – В общем, вас не жалко, однако заметьте – я с вами честен. К тому же мои слова не означают, что вы просто пушечное мясо, которое я пошлю на убой. Это банально глупо и непродуктивно. Просто если что, я не буду переживать о том, что у вас потери. Удобно.

– Ну ты и скотина… – покачал он головой.

– Сказал неадекват Мацумаэ, пытавшийся меня убить, – произнес я иронично.

– Ты меня утомлять начинаешь, – состроил он усталую мину. – Я не пытался тебя убить.

Про неадекватность он промолчал. Учитывая, что я намекал на то, как меня приняли, это можно считать некой формой извинения.

– В общем, повторюсь – специально никто не станет посылать ваши войска на смерть, подобная глупость в первую очередь ударит по альянсу. Но если вы где-то опростоволоситесь – печалиться не буду.

– Предположим, я тебе верю, – хмыкнул он. – Что дальше? С американцами ты как разбираться станешь?

– Подготовка уже проведена, – пожал я плечами. – Вы ведь не думаете, что я к вам совсем с пустыми руками пришел?

– И как ты собираешься от них избавиться? – спросил он с любопытством.

– Я не собираюсь от них избавляться, – приподнял я брови, как бы показывая, что он сморозил глупость. – Я просто дам им повод не вмешиваться.

– Это невозможно, – покачал он головой.

– Вы повторяетесь, – хмыкнул я. – Если они будут знать, что я хочу именно захватить Филиппины, то да, Штаты определенно вмешаются, но кто ж им об этом скажет? Аматэру придут мстить за прежнего главу рода. Не более. А так как дело это сложное, они позовут помощников, которым конечно же придется заплатить землями. Американцы будут уверены, что захватим мы лишь кусок территорий Филиппин, а в остальном это просто месть.

Немного помолчав, Мацумаэ качнул головой.

– Они тебе не поверят, – произнес он со вздохом. – Вторжение целого альянса японских аристократов слишком уж подозрительно. Я уж не говорю о том, что тебе не дадут владеть Филиппинами.

– Так я и не собираюсь этого делать, – пожал я плечами. – Под родовые земли будет захвачена примерно треть территорий страны, остальное я отдам императору. То есть все это вольется в состав Японии.

– Э… – начал он, но не закончил. – Ты ведь понимаешь, что императору такие проблемы не нужны? С какой стати ему брать под руку Филиппины, которые считают своей собственностью американцы?

– Вы ведь слышали про конфликт между мной и императором? – спросил я.

– Да кто ж об этом не слышал? – произнес он осторожно.

– В детали вдаваться не буду, – улыбнулся я. – Но у императора не особо большой выбор. Либо принять Филиппины и иметь некоторые проблемы на внешнем контуре, либо не принять и иметь проблемы дома.

– У императора сильные позиции и там, и там, – произнес Мацумаэ серьезным тоном. – Он запросто может выбрать домашние проблемы. Их и разрешить проще.

– Это смотря какие проблемы, – ответил я тем же тоном. – И с кем.

– Аматэру… – произнес он медленно. – Аматэру, конечно, могут создать трудности императорскому роду, но тут все зависит… Не знаю, – вздохнул он. – Нюансов конфликта я, естественно, не услышу?

– Естественно, – кивнул я. – В любом случае мы не прогорим с Филиппинами. Даже если император откажется вливать их в состав государства, я найду, кому отдать земли. Те же китайцы. Или Сукотай. Или, хех, и тем, и другим плюс Малайзия. Этот вариант даже интереснее.

– При этом Аматэру конкретно так рассорятся с императорским родом, – усмехнулся Мацумаэ.

– Скорее, с императором, – поправил я его. – Но да, возможно все. Может, и со всем их родом. Только я не понимаю, почему вы ухмыляетесь, Мацумаэ-сан. Думаете, кланам Хоккайдо пойдет на пользу наш с императором конфликт? И что же вы от него получите? Вы слишком узко мыслите, Мацумаэ-сан, я бы даже сказал – зашоренно.

– И в чем это выражается? – улыбнулся он, приподняв бровь.

Типа давай, давай, поучи меня, сосунок.

– Вы думаете о том, как насолить императорскому роду, в то время как у Хоккайдо сейчас отличный шанс погасить старый конфликт, – ответил я, иронично улыбаясь. – Не разжигать его, а погасить.

Улыбка с лица Мацумаэ слетела вмиг. Я могу понять причины его зашоренности – Хоккайдо уже под полторы сотни лет враждует с императорским родом. Думаю, поначалу еще были попытки помириться, но большую часть этого времени они именно что враждовали. Для Мацумаэ в этом вопросе есть только победа или поражение, компромисса не существует.

– Мне прям любопытно стало, – произнес он спокойно. – Что ж, поделись своими мыслями, как нам это сделать.

– Да отдать свою часть завоеванных земель, – хмыкнул я. – Правильные слова при этом, думаю, вы и сами подберете. Я более того скажу, если вы решите сделать именно так, я даже пойду вам навстречу – выделим вам самый большой кусок земли. Вне той трети территорий, что отойдет остальным. Все равно ведь императору отдавать.

– Он не примет, – хмыкнул Мацумаэ. – Не верю, что все так просто закончится.

Понять его можно – кланы Хоккайдо и Мацумаэ, в частности, живут с этим конфликтом всю жизнь. Более того, уверен, они считают, что и после их смерти все продолжится. А тут на тебе – завершить конфликт еще при их жизни…

– Вот как раз ваши земли он не сможет не принять, – чуть улыбнулся я. – Иначе остальные кланы страны начнут на него коситься. Сейчас у императора есть повод с вами конфликтовать, но после столь шикарного дара, за который вы заплатили кровью, этого повода не будет. Был бы дар похуже, тогда да. Или ваш конфликт вошел бы в горячую фазу, то есть дар выглядел бы как попытка спастись. Сейчас же все тихо-мирно. Есть еще пара моментов. Например, вы исходите из того факта, что конфликт в принципе невозможно решить мирно. А что, если император реально вас простит?

– Этого не будет, – качнул Мацумаэ головой. – Слишком долго все тянется, слишком много ненависти.

– То есть получается, вы и сами не хотите мира? – приподнял я брови.

– Я… – поджал он губы. – Ха-а-а… Я просто не верю, что мир нужен императору. Ну примет он земли, и что? Так и продолжит пакостить.

– Кланам? Пакостить? – спросил я иронично. – Официально простив вас?

– Тогда не примет, – произнес он раздраженно. – В любом случае, придумает что-нибудь.

– Вы в любом случае остаетесь в плюсе, – произнес я. – Если примет дар – это официальная индульгенция. Ничего он после этого не сможет сделать. Если не примет – на него будут косо смотреть остальные кланы страны. Я бы такому правителю доверять не стал. На кого он обидится в следующий раз?

– Нельзя просто взять и обидеться, – усмехнулся Мацумаэ.

– Если задался целью, то можно, – не согласился я. – А судя по тому, что он отвергает настолько мощные попытки решить все миром, это именно что цель. Как минимум теперь. То есть раньше можно было игнорировать некоторые намеки императора на… скажем, то, что ему не нравится тот или иной род. Или торговая операция. А теперь нет. Сегодня обида, а через двадцать лет война? Повторюсь, в вашем случае все зависит от дара, а огромный кусок территории, политый кровью и переданный стране, это весьма существенный дар. Показательный. Мы сделали то, что не сделали тогда. Причем просто так, без принуждения. Серьезно? Вы думаете, что такой посыл никто не увидит? У него будет всего два выбора – завершить никому не нужный конфликт или разжечь новый. Не верю, что император идиот.

– Звучит убедительно, конечно, но… – произнес Мацумаэ неуверенно.

– В конце-то концов, – вздохнул я. – Ну не хотите вы попытаться все закончить, и ладно. Просто получите родовые земли, которые будут только вашими, а не как Хоккайдо, который вроде ваш, а вроде и нет.

– Тоже дело, – произнес он задумчиво, после чего несколько сбил меня с мысли. – Так что там с американцами? Ты так и не пояснил, почему они не станут нам мешать.

Оу, и правда.

– Они будут уверены, что я пришел просто мстить, – ответил я. – Для них это выгоднее, чем русские, которые пусть и разрулят ситуацию, но при этом могут укорениться в регионе. Типа я навожу хаос, а в самый критический момент приходят они и спасают своего союзника. Тут главное успеть захватить страну, пока они не пришли в себя.

– И с чего им думать, что ты всего лишь мстишь? – спросил он, внимательно наблюдая за мной.

– Потому что они знают, что именно я стою за беспорядками, – ответил спокойно.

– Что? – взлетели его брови.

– Это я подбивал филиппинцев выгнать американцев, – пожал я плечами. – Изначально у меня был план стравить их между собой. Уверен, у Штатов вполне достойная разведка, которая обо всем знает. А еще они знают, что я пытался убрать с Филиппин русских дипломатов. Дважды. Во второй раз император отказался мне помочь.

– Да… Об этом даже мы тут слышали, – произнес он медленно.

– Вот и получается, что для мести за предыдущего главу рода мне просто придется вторгнуться на Филиппины, иначе русские мне все испортят.

– Может сработать… – произнес он слегка удивленно.

– А я о чем? Говорю же – все продумано, – заключил я. – Осталось собрать альянс.

После того как парень вышел из кабинета, Мацумаэ Нозоми еще несколько минут сидел в задумчивости. Но потом, мотнув головой, нажал на кнопку селектора.

– Позови Фуджи, – произнес Мацумаэ, после чего, уперев взгляд в двери, вновь задумался.

Только на этот раз начал прокручивать в голове все с самого начала. С того самого, как парень зашел сюда. И, если рассуждать здраво, получался какой-то бред. С какой стати они вообще решили так жестко поступить с гостем, особенно если этот гость Аматэру? Пусть Нозоми не слишком нравился парень, но и какой-то ненависти он к нему не испытывал. Ну да, пытался его клан пару раз грохнуть парня, но не со зла же. Просто конфликт интересов. Сам Аматэру наверняка относится к данному вопросу иначе, но это он, а вот почему Нозоми решил встретить Аматэру подобным образом, вопрос. И ведь действительно считал, что это будет весело…

А потом этот вчерашний ребенок макнул их в грязь лицом своей насмешливой вежливостью. То, что произошло дальше, Нозоми уже может объяснить. Раздражение, гордость, желание наказать парня за свое же поведение толкнули главу клана Мацумаэ совершить главную на сегодня ошибку. Он послал Аматэру куда подальше. Принял предложение о деловом разговоре, пустил в дом гостя, облил помоями, а под конец пнул под зад. Это неприемлемо с любой стороны. Даже будь они врагами, так поступать нельзя. Недостойно. Хочешь послать в задницу, делай это сразу, а не как деревенское быдло.

Осознание того, что произошло, пришло почти сразу. Всего пару секунд он упивался ситуацией, в которую попал парень, а потом Аматэру поднялся на ноги. Нозоми не мог говорить за всех, но сам он в тот момент почувствовал, как его буквально подавляют статус и власть стоящего напротив человека. Такое бывает, когда ты четко осознаешь, что перед тобой стоит тот, кто выше тебя во всем, так еще и обладает властью свернуть тебя в бараний рог. Император давит точно так же, но парень-то… А парень – Аматэру. В юношестве Нозоми вычитал в одной довольно известной книге слова, которые запали ему в душу: «Тысячелетия смотрели из-за его плеча». И сегодня он почувствовал на себе, что это значит. Всю жизнь он старался быть как тот персонаж, но, видимо, в какой-то момент свернул не туда. Предел Мацумаэ Нозоми – это пугать провинившихся слуг, а тут какой-то малец зашугал толпу аристократов… Так Аматэру потом еще и попрощался таким тоном, что на мгновение жить расхотелось. Еще и эта проклятущая лампочка, из-за которой у Нозоми от неожиданности сердце екнуло. И ведь не в первый раз перегорает. Надо бы приказать слугам проверить проводку.

М-да, умные мысли подчас приходят слишком поздно. Остается надеяться, что это не тот случай. По крайней мере, Нозоми успел очнуться и сделать те единственные две вещи, которые могли помочь в тот момент – остановил Аматэру и извинился. И даже обратился вежливо – но это скорее от неожиданности – все еще оставаясь под впечатлением от случившегося. Глупо, наверное, выглядело со стороны – сначала насмехаешься, а потом просишь прощения.

В этот момент открылась дверь и в кабинет вошел ровесник и старый друг Нозоми – Андо Фуджи. С главой клана Андо, тогда еще просто наследником, Нозоми познакомился на свой восьмой день рождения, когда Фуджи впервые выбрался в свет, сопровождая родителей. С тех пор вот уже больше пятидесяти лет они дружат.

– Ну что, старик, как сильно мы опростоволосились? – спросил Фуджи, присаживаясь на стул, который совсем недавно занимал Аматэру.

– Прилично, – вздохнул Нозоми. – Ты знаешь, кто такие Аматэру, и ты знаешь, что подобного они нам не простят.

– После того как мы его убить пытались… – начал Фуджи, но, увидев, как Нозоми вскинулся, замолчал.

– Извини, – мотнул головой Нозоми. – Я сейчас чуть на автомате не сказал, что мы этого не делали.

– Хорошая привычка, – кивнул Фуджи. – В общем, после подобного у нас с Аматэру и не могло быть хороших отношений.

– Не согласен, – произнес Нозоми. – Главное, у нас ничего не вышло, а личная неприязнь ушла бы вместе с самим Аматэру Синдзи. Когда-нибудь. А вот то, что мы главу рода сильно оскорбили, это уже другой уровень.

– И-и-и… я, пожалуй, оспорю данное утверждение, – поднял руку Фуджи.

Они с ним с самого детства любят спорить обо всем на свете, лишь бы был хоть какой-то повод, и в обычной ситуации Нозоми обязательно втянулся бы в спор, но не в этот раз.

– Как скажешь, – отмахнулся он. – Не суть. В любом случае обиду на нас затаили.

– Хм… – помолчал Фуджи, держа на весу руку. – Как скажешь. Все настолько плохо?

Посмотрев на друга, который закинул ногу на ногу и положил на колено ладони, Нозоми тяжко вздохнул.

– Сначала ответь, ты почувствовал давление от Аматэру, или это я такой чувствительный дурак? – спросил он.

– Давление, – хмыкнул Фуджи. – Скорее, подавление. Да, почувствовал. Думаю, все наши почувствовали. Не в такой степени, как ты, на кого все и было направлено, но почувствовали.

– Ну хоть здесь я не одинок, – усмехнулся Нозоми. – В общем, Аматэру сделал нам предложение, от которого очень сложно отказаться.

– Он что, угрожал? – удивился Фуджи.

– Не в этом смысле сложно, – улыбнулся Нозоми. – Просто выгодно очень. Но опасно. Так что я в некоторой растерянности. Ах да, этот разговор должен остаться между нами. Остальным не говори ничего.

– Что так? – не понял Фуджи.

– Обещал парню, – пояснил он.

– Понятно, – кивнул Фуджи. – И? Что он предложил-то?

– Захватить Филиппины, – произнес Нозоми спокойно.

– Что? – взлетели брови Фуджи. – Он рехнулся?

Интересно, а сам Нозоми так же выглядел, когда услышал, что ему предлагают?

– Интересный вопрос, – потер лоб Нозоми. – Скорее всего, но знаешь, у этого психа пока все получается. Малайзия, Тоётоми, Хейги. Так что давай я тебе детали расскажу, а потом мы с тобой подумаем, стоит ли и нам сходить с ума?

– Что ж, – приготовился Фуджи слушать. – Поведай мне о бреде сумасшедшего.

Глава 11

Я сидел за рабочим столом в токусимском поместье и принимал доклады своих людей. Дело обыденное, но именно сегодня немного нестандартное, а все потому, что у меня на коленях устроился Идзивару и мурчал, позволяя себя гладить. Случай не уникальный, иногда на этого одиночку что-то находило, и он забирался на колени или просто садился поближе и изображал обычного кота. А я, суровый ведьмак, в такие моменты боялся его спугнуть. Казалось, что одно неосторожное движение – и кошак убежит, предоставив право гладить его кому-нибудь другому. Той же Атарашики, к примеру. Пока что я все делал правильно, так что являлся эксклюзивным правообладателем мурчащего комка шерсти. Насколько мне известно, только со мной Идзивару позволял себе расслабиться подобным образом.

Помимо Идзивару, в кабинете присутствовал и Бранд. Уж не знаю, договаривались они с котом об этом или нет, но на ласки всегда напрашивался кто-то один. Точнее, немного не так, Бранд постоянно лез под руку, чтобы я его погладил, но вот так – просто лечь рядом, подставив голову, чтобы его было проще гладить, а то и вовсе положив ее мне на колени, Бранд позволял себе только тогда, когда рядом не было Идзивару. Ну или если кот находился хотя бы в нескольких шагах от меня. Вместе они ко мне никогда не липли. В данный же момент Бранд лежал у двери, облокотившись на нее спиной и перекрыв проход своей тушей. А вымахал Бранд в весьма мощную животину. Он сейчас, по-моему, даже больше, чем был в моем прошлом мире.

Продолжая поглаживать Идзивару левой рукой, правой взял ручку и зачеркнул в еженедельнике пункт «биржа, ценные бумаги, будущее».

– Что ж, с финансами закончили, – глянул я на Хигаси, моего суперфинансиста, после чего перевел взгляд на главу техотдела. – Что у нас там с техникой из схрона Дориных? Да и в целом по технике.

– Кхм, – прочистил горло Боков, – в целом… Не очень. Точнее, все в подготовке к войне не очень.

– Меня сейчас именно подготовка и интересует, – вздохнул я.

– Так… – задумался Боков, видимо, подбирая слова. – У нас сейчас ровно две проблемы. Первая – техника из схрона слишком старая. Не в плане технологий, просто она слишком долго находилась без обслуживания. Даже с учетом консервации очень много единиц более не пригодны к эксплуатации. Особенно сильно это ударило по «Лешим».

– Тяжелые МД «Леший»? – уточнил я.

– Да, – кивнул он. – Их там всего было сто единиц, и на данный момент мы можем подготовить к бою всего пятьдесят. И это при том, что часть вышедшей из строя техники мы использовали для починки того, что вообще можно починить. Чуть меньше пострадали БР «Бочка» и «Перун». Но это и понятно – боевые роботы более надежны, чем мобильные доспехи. Но даже так у нас теперь всего двадцать шесть «Бочек» и восемнадцать «Перунов». Из тридцати и двадцати соответственно. С МПД тоже много потерь. Из шести тысяч «Гранитов» в строй мы сможем ввести примерно четыре с половиной. Из ста «Карателей» на ходу всего девяносто, что еще нормально. А вот что действительно обидно – это потеря четверти МПД «Вскрыватель». Уникальная техника, запчасти к которой, если не считать вышедших из строя экземпляров, достать просто неоткуда. Собственно, это уже вторая проблема – уникальные запчасти и расходники. Даже если забыть про вышедшую из строя технику, оставшейся все равно очень много, но в условиях войны она… Будет слишком много «безвозвратных» потерь. У нас просто нет деталей. Один-два активных боя, и все. Либо бойцы воюют в барахлящей технике без части брони, либо надо разбирать на запчасти то, что технически починить-то еще можно. В итоге получается, что японская техника, находящаяся у нас на балансе и проигрывающая в боевой эффективности русской, тупо выгоднее для нас и безопаснее для бойцов.

– Какие запчасти нам нужны? – спросил я и тут же дополнил, не дав Бокову ответить. – Самые нужные. Расходники. То, что будет ломаться чаще всего.

– Ха-а-а… – вздохнул Боков. – Искусственные мышцы, элементы брони, визоры для шлемов, все виды сканеров для МПД… У МД и БР сканеры запрятаны в безопасных местах. Ряд уникальных для той или иной модели техники микросхем, суставные шарниры, гидравлические мышцы для БР… Господин… Нам нужно очень много расходников, и замечу, что только расходников. Про менее востребованные запчасти и вовсе молчу.

Ни фига в этом не понимаю, но звучит внушительно.

– Какие у нас есть выходы из ситуации? – спросил я.

– Да, собственно, выход только один – наладить поставки запчастей из России, – ответил Боков. – Но тут все не так просто. К примеру, с «Лешими», «Бочкой» и «Гранитами» проблем не будет. Это очень массовая и достаточно старая техника, а вот со всем остальным начинаются проблемы. БР «Перун» в нашем варианте на экспорт не поставляют, для этого есть специальная версия техники. Что там с поставками запчастей в другую страну, я просто не представляю. МПД «Каратель» до сих пор является секретной техникой, тут нам ловить нечего, а «Вскрыватель»… – поджал он губы. – Уникальная техника, уникальные технологии. Клан Дориных начал продавать эту модель незадолго до начала войны, в очень небольшом количестве, а после уничтожения клана технологии были утеряны. Даже то, что мы сумели восстановить, я выделил в отдельную группу, так как не даю гарантии, что данные единицы будут работать как должно. Это, кстати, девятнадцать МПД, то есть по факту у нас всего сто тридцать семь МПД «Вскрыватель».

– Так, – произнес я, вновь взяв ручку, – дай мне минуту…

– Конечно, господин, – произнес Боков.

А я в этот момент пытался вспомнить тот род, что подмазывался ко мне в России. Те, что про Симоновых предупреждали. Как же их… Точно помню, выходцы из Польши. Ра… Ро… А, точно – Рахмановы. Они вроде как лет пятнадцать занимаются производством МПД, но каких-то серьезных результатов пока не добились. Тем не менее уверен, нужные связи у них есть и обеспечить нас поставками запчастей они могут. Но этим мы и сами можем заняться, тут другое интересно – в схроне Дориных находилась информация по всем технологиям клана. В том числе и по «Вскрывателю». Плюс у меня есть часть акций «Красного монолита», компании по производству МПД, которая сейчас принадлежит нескольким родам и государству. Не скажу, что у меня контрольный пакет, но довольно значительный. Присовокупим к этому Рахмановых, которые явно желают поработать с Аматэру, и получим пару интересных вариантов кооперации. Хотя я сомневаюсь, что Рахмановы рассчитывают сотрудничать в сфере создания МПД, Аматэру в этом плане ноль без палочки, но это уже не важно. Захотят. Жаль только, что продукты уникальных технологий Дориных мы получим не скоро, гораздо позже окончания войны с Филиппинами, ибо наладить производства дело ни фига не быстрое. То есть с запчастями к «Вскрывателям» мы в любом случае пролетаем.

Ну да не очень-то и хотелось. Четыре с половиной тысячи МПД «Гранит» – это гораздо круче. Особенно в свете собираемого наемного отряда.

После того как добавил в еженедельник пункт «Рахмановы, договориться о сотрудничестве и поставке запчастей», вновь посмотрел на Бокова.

– С обеспечением расходников к технике разберусь, – произнес я. – А ты пока продолжай ее подготавливать. Ах да, выдели несколько единиц шагающей техники и МПД для Казуки. Наемному отряду нужно на чем-то тренироваться. Фанель, Антипов, помогите создать подразделения пилотов и тяжелых пехотинцев. Хотя нет… Беркутов, займись этим позже, а вы, – посмотрел я на глав подразделений ШТ и МПД. – Поможете ему. Казуки, следи за ними и учись.

– Понял, – кивнул Казуки.

– Сделаем, господин, – произнес Беркутов.

– Как прикажете, господин, – произнес Антипов.

– А разве среди наемников будут пилоты? – удивился Фанель.

Что-то как-то да… О пилотах для наемного отряда я как-то и не подумал. Привык, что у меня их хватает.

– Пилотов я постараюсь найти, – произнес хмуро и, бросив взгляд на Фанеля, добавил: – Ты, кстати, тоже подумай, где их достать.

– Постараюсь, конечно, но сами понимаете, господин, пилоты – товар штучный, – произнес он слегка рассеянно. – Это только вы их откуда-то десятками достаете.

– Я, наверное, все, что было в стране, выгреб, так что… – покачал головой. – Просто прикинь, где еще можно людей достать. Я тоже подумаю.

– Как скажете, господин, – кивнул Фанель.

– Хорошо, – перевел я взгляд на Нэмото. – Тогда давайте поговорим о логистике.

В этот момент дверь в кабинет, которая здесь отодвигается в сторону, резко открылась, и перед нами предстала улыбающаяся Мизуки. Правда, длилось это недолго. Рыжая, скорее всего, даже осознать не успела, что у ее мужа совещание, как в дело вступил Бранд. Как было сказано выше, собака лежала у самой двери, облокотившись на нее спиной, поэтому, когда та резко ушла в сторону, Бранд от неожиданности подскочил и метнулся к выходу из кабинета. Прямо в ноги Мизуки, которая и сама, кажется, от неожиданности подскочила. А Бранд, как я говорил, пес не маленький, так что Мизуки он, в буквальном смысле слова, сшиб с ног. И вот сидим мы, значит, и всей мужицкой толпой смотрим на шевелящуюся на полу девчонку, которая, застонав, повернула в нашу сторону голову и замерла. После чего протянула руку и медленно задвинула дверь.

– Мизуки… – пробормотал я, потерев лоб. Не забывая, впрочем, другой рукой почесывать Идзивару за ухом. Коту, к слову, на всю эту движуху было глубоко наплевать. Даже не дернулся от резких звуков. – Так, ладно. На чем я там остановился? Точно – логистика. Нэмото, ты нашел человека, который этим займется?

– Кхм… – оторвал он взгляд от двери. – Да, господин. На самом деле кандидатов хватает – конкретно логистов в роду достаточно. У нас даже есть небольшой отдел логистики…

– Очень небольшой, – хмыкнул я. – В котором работает одна молодежь. Какой у них там опыт в военной логистике?

– Нулевой, – кивнул Нэмото. – Но, господин, я и не предлагаю доверить им всю логистику во время войны. Людей в тот отдел мы еще наберем, я имею в виду, что в этом направлении у нас проблем с людьми нет. Точнее, есть, но она довольно специфическая.

– Поясни, – стало мне любопытно.

– Хм… – сделал он паузу, подбирая слова. – К примеру, у нас есть Беркутов, – посмотрел он на того. – Пусть плюнет мне в лицо тот, кто считает, что он не разбирается в военной логистике.

– У меня, вообще-то, и других дел полно, – проворчал Беркутов.

– Именно, – кивнул Нэмото. – Но заменить-то тебя можно. Вариант, пусть и похуже, найдется.

– Безногий… – нахмурился Беркутов.

– Подожди, – отмахнулся Нэмото. – Идем дальше. Боков.

– А техниками ты рулить будешь? – тут же вскинулся тот.

– Думаю, ты сможешь заместителя найти, – произнес Нэмото. – Но да, заместитель – не ты. Идем дальше – Аошима Суи-сан.

– Я?! – крайне удивился наш главный дипломат.

– Во время войны с Докья, господин, – посмотрел на меня Нэмото. – Именно Аошима-сан заведовал логистикой рода. Это потом он стал дипломатом рода, где показал себя… как мне кажется, даже лучше. Опять же, заменить его как бы можно, но как бы нежелательно. Или Сасаки Айджи-сан. Один из наших Мастеров, официально руководит онсэном рода, а на деле активно помогает Атарашики-сама в организации зарубежных онсэнов. Именно благодаря ему получается строить их так быстро. С ним сразу две проблемки, но тоже решаемые. Первое – он, конечно, отличный логист, но все же гражданский. Второе… Когда я обратился по его поводу к Атарашики-сама, она на меня такой взгляд бросила… – передернулся Нэмото. – В общем, за Сасаки-сана придется повоевать с Атарашики-сама.

И если кто-то думает, что это будет просто, то он ошибается. Перед совещанием я предложил ей прийти, но меня окатили концентрированной иронией и мягко послали на фиг. Типа, не женское это дело, про войну рассуждать. Грубо говоря, Атарашики плевать на детали предстоящей войны, как, похоже, и на саму войну. Она почему-то думает, что это ерунда, которую я с легкостью решу. А раз уж это легкотня, то людей, задействованных в ее проектах, она будет отдавать со скрипом. И плевать ей на то, что Сасаки Мастер, то есть его участие в войне, так или иначе, желательно. Она, после того как узнала, что я в Штатах какого-то там Виртуоза завалил, вообще расслабилась. На эту тему, к слову, мне в свое время пришлось не слабо так вилять в разговоре с Атарашики. Чтобы и не врать, и про ее сестру не рассказывать. Ну а, возвращаясь к нынешней теме, я старуху порой просто не понимаю. То она трясется от страха за меня, то отмахивается от проблем, то переживает, что я не справлюсь, то безгранично верит в мои способности. У нас тут война на носу, подготовка полным ходом идет, а эта старая перечница на днях пыталась выклянчить у меня Щукина. У него здесь дел по горло, а она хочет его в Германию отправить, чтобы он там какие-то мелкие терки с немецкими аристократами разрулил. Естественно, я не поддался на ее жалобные стоны, но факт показательный – Атарашики не собирается вникать в детали предстоящей кампании, при этом она почему-то уверена, что я все с легкостью разрулю. А уж после того как я ее с Щукиным прокатил, за Сасаки она будет биться аки зверь.

– Ну а какие-то более реальные варианты у тебя есть? – спросил я со вздохом.

– Все варианты реальны, – ответил он слегка удивленно. – А вот идеальных со всех сторон у меня нет. Лично я предлагаю отвоевать у Атарашики-сама Сасаки-сана и придать тому в помощь Мамору. Ну, то есть Судзуки Мамору – коменданта токийской базы.

И очень хорошего друга самого Нэмото. Только благодаря Нэмото его дружбан сейчас руководит базой в окрестностях Токио. Точнее, именно он мне его порекомендовал, а уж комендантом он стал благодаря своим способностям. Причем, несмотря на изменившийся статус и кучу навалившихся дел, эти двое продолжают оставаться близкими друзьями. Во всяком случае, если Нэмото где-то и бухает, то обязательно со своим дружбаном.

Посмотрев в потолок, пытаясь найти там помощь, вздохнул.

– Поговорю с Атарашики, – произнес я. – А пока пусть Сузуки начинает планировать логистику.

– Понял, господин, – чуть наклонил корпус Нэмото.

– Ладно, что у нас дальше? – спросил я, продолжая почесывать Идзивару.

– Синдзи! – развел руки Райдон, после чего похлопал меня по плечу. – Как же я соскучился, дружище!

Ну да, две недели не виделись.

– Я тоже, Рей, – ответил я, улыбаясь.

Встретились мы в квартале Охаяси, точнее, в их главном доме.

– Ты к нам по делам? – спросил он и тут же продолжил: – Вот нет чтобы просто к другу зайти.

– На самом деле именно к другу и зашел, – ответил я иронично. – С отцом твоим тоже поговорить хочу, но это дело я и из Токусимы мог решить.

– Ха! – усмехнулся он, после чего почесал затылок. – Вот демоны, теперь я смущен. Ладно, пойдем, глянешь на Анеко в домашней обстановке.

Это он к тому, что я не предупреждал их о своем приезде, то есть Анеко про меня не знает и переодеться и накраситься не успеет. Собственно, блондинку мы встретили уже через минуту. Одетая в короткие шорты и блузку, с волосами, забранными в длинный хвост, она шла по коридору, держа в руке стакан с молоком. И вот в таком виде, да еще и с удивленным выражением лица, Анеко представляла собой ту еще милаху.

– Я… – покосилась она на стакан в руке. – Синдзи? Мм… Мог бы… и предупредить. Привет… Никуда не уходи, я сейчас.

И убежала. Правда, через три секунды вернулась, пробежав мимо нас в другую сторону.

– Не часто я вижу ее такой смущенной, – произнес Райдон, покачивая головой, после чего толкнул меня локтем. – Но ведь хороша, а?

– Бесспорно, – кивнул я. – Повезет кому-то с женой.

– А… Ну так… – замялся он поначалу, после чего, усмехнувшись, добавил: – Ну да, так и есть.

Рей явно хотел напомнить, что как раз мне ее и сватают, но потом понял, что я над ним подшучиваю.

– Кстати, отец-то дома? – спросил я.

– Ты что, совсем без подготовки приехал? – удивился Райдон.

– Удивить хотел, – улыбнулся я. – К тому же сейчас вечер, суббота, велик шанс застать вас всех.

– Удивить у тебя определенно получилось, – хмыкнул он. – Да, отец дома. Тут тебе повезло – он где-то час назад вернулся. К нему и идем.

Главу клана мы нашли в одной из гостиных дома, где он сидел в кресле с ноутбуком на коленях.

– Аматэру-кун, – махнул он рукой, – рад тебя видеть, присаживайся. Ты по делу к нам или как?

– Охаяси-сан, – наклонил я чуть-чуть корпус. – В основном я к Рею, но и к вам небольшое дело есть.

– Заинтересовал, – произнес он, глядя, как сажусь в кресло. Рей тоже сел, но на стоящий рядом диван. – Раз дело небольшое, может, сразу и расскажешь о нем? А то, знаешь ли, любопытно.

– Хочу заказать у вас дроны, – ответил я.

– Хм, – помолчал он две секунды. – Чай, кофе?

– Кофе, – кивнул я.

Глянув на дверь в гостиную, Охаяси перевел взгляд на Райдона.

– Рей, будь добр, – попросил он. – Пусть заодно и мне чай принесут.

– О-хо-хо, – прокряхтел Райдон, поднимаясь на ноги.

Подождав, когда Рей выйдет из комнаты, Охаяси вновь обратился ко мне.

– Какие именно дроны нужны? – спросил он.

– МПИБА-4М-Д, – ответил я. – Полтысячи, для начала.

Вскинув бровь, Охаяси Дай ненадолго задумался. Озвученная модель дрона, если что, это модификация самого массового беспилотника «Охаяси Машин Груп» – МПИБА-4. Он же – мобильный пилотируемый истребитель беспилотников авиационный. Пока модель не пользуется особой популярностью, так как является именно дроном. То есть для данной машины не требуется оператор, что многие считают минусом. И в целом это так – все-таки оператор беспилотника поумнее запрограммированного дрона. Но в отсутствие тех самых операторов, которых у Аматэру ну очень мало, нам просто ничего не остается, как брать числом дронов.

– Не то чтобы сверхбольшая партия, но вот так сразу приступить к заказу наши заводы не смогут, – произнес он. – Сам понимаешь – нам и другие контракты выполнять надо. Да и модель не особо популярна, значит, и отсутствует налаженная линия производства.

– Да, конечно, – кивнул я. – Все понимаю, Охаяси-сан. Дроны и не нужны прямо сейчас. Да и чтобы сразу все, тоже не обязательно. Но хотя бы первую, небольшую партию через… два-три месяца сможете поставить?

– Это возможно, – подтвердил он. – Я так понимаю, первая партия нужна для обучения?

– Ну да, – пожал я плечами. – Нам бы хоть полсотни штук.

– Могу даже сотню гарантировать, – произнес он задумчиво. – Некоторый запас по мощности у заводов есть, как раз для таких вот срочных заказов, но большое количество товара при этом мы не потянем.

– Это нормально, меня все устраивает, – улыбнулся я коротко.

– Хорошо, – посмотрел он на ноутбук у себя на коленях. – Тогда я сегодня же отдам распоряжения, и завтра мои люди свяжутся с твоими.

– Договорились, Охаяси-сан, – произнес я. – С вами приятно иметь дело. И это не дежурные слова.

– Стараемся, – улыбнулся он, разведя руками. – Кстати, если не секрет, такое количество дронов вам нужно для чего-то конкретного или просто на будущее?

Довольно прямолинейно, но Охаяси тем и известны – честностью и прямолинейностью.

– Для войны, – ответил я. – Но это между нами.

– Опять война? – покачал он головой. – Когда ж тебя в покое оставят?

Забавно, учитывая, что именно я начинал все войны Аматэру. Технически. Если подумать, то Хейги и Тоётоми вынудили меня начать войну. Тем не менее именно я инициатор войн в Малайзии и на Филиппинах. Кстати, Охаяси тоже можно было бы пригласить в альянс, но они не так близки мне, как Кояма, у нас нет родственных связей, как с Кагуцутивару, они не древние союзники, как Фудзивара, и не так сильны, как все кланы Хоккайдо разом. При этом кусок земли им выделить придется, а ведь запланированные под передачу членам альянса территории Филиппин не бесконечны. Хотя стоп. А ведь… А ведь если самих войск Охаяси не будет, то и кусок у них будет совсем небольшой. Что им тогда делать? Да блин, захватывать превосходство в небе! Вот уж у кого полно и операторов, и обученного персонала по работе с беспилотниками. И дронами. При этом самой авиатехники у Охаяси навалом. Черт, и как я раньше об этом не подумал? Плюс галочка в резюме: «Участвовал в войне, не сидел без дела». Так еще и в войне в альянсе Аматэру.

– Охаяси-сан, – глянул я на него.

– Да-а-а?.. – протянул он осторожно.

Видимо, на моем лице отразилось… что-то. Что-то такое, что заставило его напрячься.

– Как вы смотрите на то, чтобы поучаствовать в этой войне? – спросил я.

– Не надо так улыбаться, Аматэру-кун, я тебя бояться начинаю, – произнес он медленно. Сейчас Дай определенно тянет время, дабы обдумать услышанное. – И с кем война?

– С Филиппинами, – ответил я.

В этот момент в комнату вошел Райдон.

– Выйди, Рей, – произнес Дай строго.

И резковато, как по мне. Ну да ему лучше знать, как общаться со своими детьми.

– С самыми близкими вы можете поделиться информацией, – произнес я, глядя на закрывающуюся дверь. – Но только с ними, хорошо?

– Естественно, – кивнул Дай. – За пределы рода эта информация не выйдет.

С Даем в итоге я общался гораздо дольше планируемого, но это и понятно. Интересно то, что по итогам разговора он в целом был не прочь вступить в альянс Аматэру. Чего я, признаться, не ожидал. Даже Кагуцутивару взяли время на раздумья. И, к слову, уже несколько дней назад дали положительный ответ. А тут, в общем-то, незнакомый и, прямо скажем, неблизкий мне человек через час разговора дает принципиальное согласие на участие в войне. Естественно, у нас еще впереди обсуждения данного вопроса, естественно, состоится собрание членов альянса, на котором обсуждений будет еще больше, и только после этого представители сторон дадут окончательный ответ. Но даже так позиция Охаяси меня приятно удивила. Он был согласен поучаствовать, при этом не пытался откусить больше предложенного. Типа, давайте мы вам еще и войсками поможем, а вы нам за это земель побольше подкинете. Хотя, конечно, как я и сказал, основные вопросы и предложения будут обсуждаться позже.

После того как закончили общаться с Даем, из гостиной мы выходили вместе. Он – делать появившиеся с моей помощью дела, ну а я искать Райдона. Правда, искать никого не пришлось, так как Рей на пару с Анеко сидели на полу коридора неподалеку от двери и резались в карты.

– Боги, дети, вы что, места лучше найти не могли? – спросил Дай.

– Здесь сухо, тепло и удобно, – ответил Райдон.

– Синдзи слишком хорошо умеет исчезать, так что я решила перестраховаться, – произнесла Анеко, поднимаясь на ноги.

– Эй, а доиграть? – спросил Райдон, возмутившись.

– Потом доиграем, – дернула Анеко плечом.

– Но проигрываешь-то ты сейчас! – потыкал Райдон в карты, лежащие на полу.

– Рей, – посмотрела она строго, – я признаю поражение, если тебе от этого легче.

– Женщины, – вздохнул Райдон, поднимаясь на ноги, – признать поражение вам всегда проще, чем проиграть.

– Ой, хватит уже нудеть, – закатила она глаза.

Дай к этому моменту уже ушел по своим делам, оставив нас одних.

– Так да? – хмыкнул Райдон. – Син, айда постреляем!

На это Анеко иронично приподняла бровь. Типа, ее таким предложением не смутить.

– Вообще-то, я хотел предложить в «Ласточку» сгонять, – произнес я.

– Отличное предложение, – тут же ответила Анеко.

– Да я, в общем-то, тоже не против, – пожал Райдон плечами. – Ты с нашими уже связывался?

– А-а-а, – махнул я рукой. – Все заняты. Мамио с дедом куда-то укатил, Тейджо на Окинаве тренируется, Торемазу… Ее родители из дома не выпускают. Шина уже с подругами тусуется. Остальные в Токусиме. Так что сегодня только мы втроем.

– Ну и ладно, сами виноваты, – пожал плечами Рей. – Но Шину с подругами мог бы и пригласить.

– Мне женщин в жизни и без них хватает. Анеко? – посмотрел я на нее. – Ты с нами?

– Конечно, – ответила она. – Кто-то же должен присмотреть за моим младшим братиком.

– Вот оно, чувство безопасности, – усмехнулся Райдон.

– Кстати, сегодня ночью в «Ласточке» будут ребята из «Интера».

– О-о-о… – протянули они на пару.

Что и понятно. И Райдон, и Анеко уже давно фанатеют по этой группе, так у «Интера» к тому же за последние пару лет популярность вообще до небес взлетела. На данный момент они одни из самых популярных музыкальных групп в Японии и довольно известная группа в мире. В общем, сегодня идем в «Ласточку», заодно с ребятами из «Интера» пообщаюсь. Давненько я их не видел.

На следующий день после похода в «Ласточку», где Анеко трижды защитила целомудренность брата, отчего тот явно бесился, со мной связался Мацумаэ, сообщив, что они согласны вступить в альянс. И это означало, что мне пора ехать в Малайзию, где я попытаюсь найти еще одного союзника. Но сначала надо завершить одно дельце в Японии. Я бы его на потом оставил, но так как было неизвестно, когда Мацумаэ дадут свой ответ, подготовку к встрече с представителем рода Рахмановых я начал заранее. Точнее, как подготовку, я просто связался с ними и попросил о встрече с их человеком, который имеет право принимать сложные решения. В итоге была назначена встреча с Рахмановым Бориславом. Это тот самый тип, что встречался со мной в отеле, когда я был в России. Глава дипотдела и по совместительству племянник главы рода. Так что отменять эту встречу ради поездки в Малайзию, где плюс-минус два дня ничего не решают, было бы в высшей степени глупо и крайне грубо.

Борислав, тридцатисемилетний блондин с короткой стрижкой, прибыл в Токусиму в полдень. Остановился в местном отеле на пару часов, а потом отправился ко мне.

– Борислав Иванович, – поприветствовал я его, когда он зашел в мой кабинет. – Спасибо, что приехали.

– Не стоит, господин Аматэру, это моя работа, – ответил он.

– Прошу, присаживайтесь, – указал я рукой на свободное кресло.

Сам я сидел в таком же, не стал принимать своего гостя за рабочим столом.

– Благодарю, – ответил он, после чего сел в кресло напротив меня.

Через четыре секунды после этого в комнату зашла Цубаки – внучка Каджо, которая несла поднос с чаем и печеньем. Тем самым, «наркотическим», из-за которого меня шантажирует Тарворд.

– То, о чем я хочу с вами поговорить сегодня, не является чем-то особо секретным, – начал я разговор. – Но тем не менее хочу попросить вас не распространяться слишком сильно. Да, – остановил я его попытку что-то сказать. – Я понимаю, что деловые отношения в любом случае любят тишину, но мы-то с вами не простые люди. У нас и помимо бизнеса есть интересы.

– Не волнуйтесь, господин Аматэру, – произнес он. – Мой род знает, что такое тайна.

– Все не настолько сложно, Борислав Иванович, – улыбнулся я. – Просто тщательно выбирайте, с кем вы будете делиться информацией по нашему делу. К тому же сохранить все в секрете и не удастся. Мне важно, чтобы об этом не начали говорить раньше времени.

– Я вас понял, – кивнул он.

– Что ж, в таком случае, – сделал я глоток кофе, – начну с вопроса. Вы в курсе, что Аматэру обчистили схрон клана Дориных?

– Слышал, – подтвердил он. – Но без доказательств, просто предположения и слухи.

– Ну так я вам прямо говорю – мы это сделали, – сказал я. – Ваш император в курсе, без него у нас и не получилось бы ничего.

– Ясно… – произнес он медленно, держа при этом кружку в руке и смотря на нее пустым взглядом. Явно обдумывал услышанное, чему я не стал мешать. – Мой род мог заинтересовать вас только производством МПД, – перевел он на меня взгляд. – И, как я понял, в схроне вы нашли какие-то интересные документы, сподвигнувшие вас связаться с нами.

– О, чего мы там только не нашли, – улыбнулся я. – Как вам, например, технологии, все технологии, позволяющие создавать МПД «Вскрыватель»?

Ответил он не сразу, взял паузу в три секунды.

– Легендарная модель, – произнес он. – Дорины успели продать совсем немного таких МПД, после чего были уничтожены. Повторить их технологии пытаются до сих пор. Сканирующая система, чувствительность искусственных мышц, уникальная для такого класса техники, гироскопы и их синхронизация с мышцами. При том, что до них никто не использовал гироскопы в МПД. Да и сейчас это считается… непродуктивным.

– А это так? – поинтересовался я.

– Технически – да, – ответил он. – На практике же Дорины доказали обратное, создав МПД среднего класса, который позволяет выполнять поразительные трюки в воздухе. И это для слегка тренированных людей. Споткнуться в этом МПД можно, а вот упасть довольно затруднительно. При этом данную технологию тоже не могут повторить до сих пор. На должном уровне. В общем, обладание полным комплексом технологий СПДП-2м, это… – пожевал он губами, – мечта очень многих.

– А еще у «Вскрывателя» уникальная броня, насколько я знаю, – добавил я.

– Так и есть, – кивнул Борислав. – Но технология производства броневого сплава «Вскрывателя» давно уже раскрыта. Более того, в экспериментальном МПД третьего поколения именно он и используется. Фактически «Вскрыватель» является прототипом третьего поколения. Не только из-за брони.

– Интересная информация, – произнес я, после чего допил кофе и поставил чашку на стол. – А что вы скажете по «Карателям»?

– СПД-105у? – уточнил он и после моего кивка продолжил: – Данная модель до сих пор считается секретной. Точнее, некоторые технологии, которые в ней применены. По факту же это не совсем так. Во всяком случае, секретность только на бумаге. Даже у нашего рода есть несколько образцов и контракт государства на улучшение всего, что только можно. Хотя, пожалуй, скажу иначе – у кого только нет этого МПД.

– То есть, – задумался я, – данные по технологиям этой модели для нас, что собаке пятая нога. С одной стороны, производить – означает конфликт с вашей страной, а продавать тайно – бессмысленно, так как технологии уже есть у всех, кому надо.

– Примерно так, – согласился Борислав. – Зато вы можете спокойно использовать уже имеющиеся образцы. Если сможете достать. Из-за такой ерунды с Аматэру ссориться никто не будет.

– Хм, – посмотрел я на него. – А что насчет запчастей к «Карателю»?

– Сложный вопрос, – поставил он чашку с чаем на стол, после чего откинулся на спинку кресла. – Технически вам их никто не сможет поставить, на практике, если договоритесь с нужными людьми из правительства, возможно и такое. Но мы вам тут не помощники. Поставлять запчасти к этой модели мы не можем, как и помочь с переговорами. Неприятно говорить такое, но Рахмановы не того полета птицы.

– В таком случае отложим данный вопрос, – произнес я. – Давайте лучше поговорим о поставках более распространенной модели. Я сейчас о «Гранитах».

– СПД-16? – спросил он. – Или СПД-16у-2?

Блин, а что там у нас-то? О, точно.

– И то, и другое, – ответил я. – Но в основном обычный «Гранит».

– Не вижу ничего сложного, – пожал он плечами. – Но об этом вам лучше говорить с торговым представительством моего рода. Они вам более точные цифры приведут. И по срокам, и по цене.

– Обязательно пообщаюсь, – улыбнулся я. – А как насчет шагающей техники?

– Так… – задумался он. – Мм… Вообще-то, это не наш профиль, но если вы хотите, чтобы этим занялись именно мы, то, думаю, это возможно. Нет, уверен, что возможно.

– А доставить все, заказанное нами, в зону боевых действий вы сможете? – спросил я, глядя ему в глаза.

Вот тут Рахманов реально подвис. Уж слишком много и быстро ему сейчас надо было думать.

– Если не секрет – куда именно? – спросил он после девятнадцати секунд молчания.

– Филиппины, – ответил я. – Не сейчас. Несколько месяцев на подготовку у вас будет. И да, запчастей мне потребуется много.

Чисто технически Рахмановы могут организовать такие поставки. Проблема в том, что сейчас они подобным не занимаются. Перевозки – это не про них. И чтобы начать это делать, их роду придется договариваться. Не знаю, с кем именно, но как минимум с родом, который на этих самых перевозках специализируется. Это минимум. Если Рахмановы захотят все сделать сами, то Бориславу как главе дипотдела придется неслабо так поработать в ближайшем будущем. Вот он сейчас и сидит, обдумывает примерный фронт работ. Даже хорошо, что ко мне послали именно его.

– Это возможно, – нарушил он тишину через четыре с лишним минуты. – Многое еще надо уточнить, но на первый взгляд – это возможно. Более точный ответ я могу дать уже завтра.

– Хорошо, – произнес я. – Аматэру будет гораздо удобнее и спокойнее, если всеми нашими делами в России будет заниматься кто-то один.

– Для нас честь сотрудничать с вами, – произнес Борислав уважительно.

– Что ж, более точный ответ на этот вопрос дадите завтра, – продолжил я. – А сейчас давайте поговорим о другом. Как вы смотрите на то, чтобы… – покрутил я ладонью. – Чтобы организовать совместное дело. По производству МПД, к примеру.

– Очень положительно смотрю, – ответил он осторожно. – Я бы даже сказал – с предвкушением.

Глава 12

Фантик умер. Я уже практически уехал в Малайзию, когда мне сообщили эту новость. И я… Просто… Я был обескуражен. Мне казалось, что этот старикан бессмертный, что он будет жить еще очень долго, а тут… Сердце отказало. Тупо настолько же, насколько банально. Дерьмище. Я уже привык, что местные старички и в восемьдесят бодрячком выглядят, но те старички, с которыми я знаком, за исключением Шмитта, бахирщики. А Фантик обычный человек. Был. Был, да сплыл…

– Синдзи? – нашла меня Норико в курилке. – Что-то случилось? Выглядишь ты не очень.

Обернувшись, встретился взглядом с встревоженной девушкой.

– Классно выглядишь, – бросил я, отворачиваясь.

Темно-синее платье до колен ей и правда шло, правда, вслух я отметил это скорее на автомате, просто чтобы не молчать.

– Син, – подошла она ближе, – если хочешь, чтобы я ушла, просто скажи.

Надо прийти в себя. Если уж не особо чувствительная к подобному Норико беспокоится, значит, я совсем плохо выгляжу.

– У меня друг умер, – произнес я, выдыхая сигаретный дым. – От старости. Беспокоиться не о чем, просто настроение ни к черту.

Постояв несколько секунд, Норико подошла ко мне сзади и коротко обняла, после чего так же молча ушла в дом. Умная девочка. Сейчас и правда хочется просто побыть одному. Бранд не в счет. Вот уж кто может просто лежать рядом и одним своим присутствием поддерживать.

Естественно, поездка в Малайзию откладывалась. Я был обязан присутствовать на похоронах Фантика, точнее, как здесь принято – на кремации. Но перед этим нужно было пообщаться с Кадзухиса. Да, они не знают, кто был им Фантик, но… Тем не менее знакомы они с ним были гораздо дольше меня. Вызывать братьев к себе я не стал, точнее, не стал вызывать их в Токусиму. Встретился я с Кадзухиса в Токио, в тот же день, как приехал туда. Их даже искать не пришлось – почти все свое время они проводили на территории моего особняка, где занимались установкой защиты.

В этот раз я решил не останавливаться у Кояма или Кагуцутивару. Территория квартала, конечно, до сих пор представляла собой натуральную стройку, но конкретно в особняке жить можно было. Особенно если недолго.

– Господин, – поклонились братья, после того как зашли в мой кабинет.

Сидя за своим рабочим столом, я махнул им рукой, чтобы они не стояли у входа.

– Новость у меня неприятная, но вы должны знать – Фантик скончался. Что-то там с фибрилляцией связано. В общем – сердце остановилось. Немолод он был. Вы с ним знакомы очень давно, так что сообщаю.

– Нет… – прошептал Монтаро, младший из братьев.

А вот старший просто зажмурился, поджав губы.

– Кремация завтра, – продолжил я. – Если хотите, можете прийти.

– Мы ведь ему так и не сказали… – произнес сквозь зубы Хидеяки.

– О чем? – переспросил я удивленно.

– Что знаем, кто наш дед, – ответил Монтаро, склонив голову.

– Так вы знали? – взлетели у меня брови. – Тогда какого хрена вы… Дебилы.

– Мы… – начал Хидеяки. – Он так неуклюже пытался все скрыть. Мы просто хотели дать ему время, чтобы он сам…

– Когда узнали-то? – спросил я, прикрыв глаза и откинувшись на спинку кресла.

– Лет пятнадцать назад, – произнес Монтаро тихо. – Просто наняли нужных людей, они все и выяснили.

Не фигово они ему времени дали.

– Проверяли его, что ли? – хмыкнул я.

– Нет, – ответил Хидеяки. – Просто искали родню по отцу. Мы сами удивились, что с нами ведет дела наш дед.

Боже, как же все глупо и обыденно. Ладно – старый упрямец, а эти-то что? Два великовозрастных ребенка… В итоге Фантик так и не поучаствовал в уничтожении клана Хейг. Лично, я имею в виду. Но это и нормально, кто бы ему позволил участвовать лично? Но он и с внуками – именно как с внуками – так и не пообщался. И до обретения ими герба не дожил. С последним особенная засада. Встав во главе рода Аматэру, я стал лучше понимать Кенту, в частности, его отношение к гербу для братьев. Им просто не за что его давать, и повод придумать я не могу. Теоретически Кента мог дать им герб сразу после того, как узнал о смерти их отца. Тут и известность Кадзухисы Акиоши свою роль сыграла бы, и то, что он пожертвовал жизнью в том бою. Но… Кента тупо упустил момент. В этом плане я его, опять же, понимаю – в то время старику было совсем не до этого, проблем и так выше крыши. А позднее – момент был упущен. Давать герб двум детишкам означало сильно просесть в репутации самому и подгадить новому роду. Кадзухиса просто затравили бы. Аматэру, в отличие от Кояма, могут торгануть своей репутацией, не зря же мы ее копим, но тут в другом проблема – Аматэру сейчас свободный род. Единственный способ для Кадзухиса на данный момент – ритуал подтверждения чести, но для двух технарей это крутовато. Впрочем, даже будь Аматэру кланом, это защитит только нас, самим Кадзухиса получение герба «просто так» принесет только проблемы.

– Ладно, идите, – вздохнул я. – Время и место кремации вам скинут. Ах да – все, что заработал Фантик, принадлежит вам, таково его желание. И я очень вас прошу, не надо отдавать деньги на благотворительность или еще как-то от них отказываться. Не обесценивайте его усилия. К тому же вам еще герб зарабатывать, и деньги могут сильно помочь.

– Деньги для герба? – удивился Хидеяки.

– Ситуации бывают разные, – пожал я плечами. – Вон, Шмиттам деньги очень даже помогли получить герб.

На следующий день, глядя, как гроб с телом Фантика исчезает в камере кремации, прощался со старым другом. Пожалуй, первым настоящим другом в этом мире. Кояма это все-таки немного не то, хоть я и познакомился с ними раньше. Что ж, вот и все, Фантище. Надеюсь, следующая жизнь у тебя будет такой же насыщенной, но более приятной. И черт возьми… Не уходи в следующей жизни так неожиданно. Близкие не оценят. Это была довольно неприятная шутка с твоей стороны. Мы ведь даже не попрощались…

Прощай, дружище. И спасибо за все.

В Малайзию я прилетел на частном самолете. Точнее, не в Малайзию, а на свои родовые земли. Помимо обустройства Мири, укрепления военной базы, постройки новых заводов и инфраструктуры на моей территории уже полгода как организовали вполне себе серьезный аэропорт. Так что теперь мне не нужно высаживаться в японском со Второй мировой войны городе с непроизносимым названием и через горы ехать на свою территорию.

У самолета, когда я из него вышел, меня уже ждала машина и группа встречающих. Добрыкин с парой офицеров и Махатхир Мохамад с троицей своих людей. С последним мне очень повезло. Я это и раньше говорил, но повторюсь – Махатхир крайне успешно управляет всей территорией малайских родовых земель. Хотя надо отвыкать от определения «малайские земли», больше это не Малайзия. Теперь это родовые земли Аматэру на острове Калимантан. В общем, Махатхир красавчик. На пару с Добрыкиным, который отвечает за местные вооруженные силы рода, он неслабо поднял качество жизни здешних людей. Нефтяные поля… Все, что связано с нефтью, активно развивается и приносит прибыль. Заводы построены и тоже приносят прибыль. Правда, основную прибыль, как ни странно, в данный момент приносит производство консервных банок. Я бы даже сказал – сверхприбыль. Я до сих пор удивляюсь, но в Малайзии эти жестянки расходятся с такой скоростью, что Махатхир отчитывается о тысяче процентов прибыли. Также он наладил производство различной электронной продукции, но с этим пока не очень – мало специалистов. Но опять же – ведется активное обучение. Мири, а это не только город, но и, условно, все родовые земли, даже без учета нефтянки, в данный момент не только на самоокупаемости, но и приносит прибыль роду. Ох не зря я не стал по образцу других аристократов выгонять местное население. Мне тут недавно на стол положили документы с аналитикой, по которым выходило, что максимум через два года, если не случится чего-то экстраординарного, Аматэру войдут в топ пяти богатейших родов Японии. Без учета императорского рода, но этих гавриков вообще нечасто в статистиках учитывают. Уж слишком они… Короче, они «слишком» по всем параметрам. Да и сложновато эти самые параметры высчитывать – очень много секретности. Например, сколько они в год зарабатывают, можно только гадать. Общество просто не в курсе всего, чем владеет императорский род.

Помимо заработка денег Махатхир неслабо вкладывается в обустройство моих земель. Та же упомянутая ранее инфраструктура, которая состоит не только из отличных дорог, но и из электричества в каждом доме. Обеспечение питьевой водой местного люда в какой-то момент стало проблемой, но и тут Махатхир выкрутился, договорившись с людьми Кояма, на территории которых находится одно из малых водохранилищ Калимантана. Точнее, он договорился, что Мири за свои деньги починит… что-то там, трубы какие-то, и будет их содержать, а Кояма останется только деньги получать. Параллельно с этим, насколько я знаю, сейчас ведутся работы по получению независимого источника питьевой воды. Помимо этого развивается город Мири. Что-то сносится, что-то строится, что-то ремонтируется. Школ в городе стало в четыре раза больше, по сравнению с довоенным временем, больниц – вдвое больше. Но с больницами все упирается в персонал, которого вечно не хватает. Что Махатхиру не хватает, что мне…

Добрыкин тоже не сидит на попе ровно, но ему, как ни крути, проще, чем Махатхиру. Правда, в скором времени сюда начнут прибывать тысячи человек наемного отряда Аматэру, так что сейчас у Добрыкина тоже в мыле все, что только может быть в мыле. Все-таки подготовиться к наплыву такого количества людей ни фига не просто. Так потом нужно будет еще и снабдить их всем необходимым, присмотреть, чтобы не дебоширили, обеспечить тренировки и так далее. В общем, ближайшие месяцы у него будут довольно напряженными.

Родовое поместье располагалось на территории, сравнимой с токусимской. Только без горы в центре, само собой. А особняк с виду выглядел как настоящий дворец в японском стиле. Пустой дворец. Жили тут только слуги, да и то не мои, а Махатхира. Присылать сюда слуг рода – было бы похоже на ссылку, чего никто не заслужил. Разве что вахтовым методом воспользоваться, как с военными, но… К черту, и так сойдет. Жить я в этом огромном здании все равно не намерен и, надеюсь, не придется. Надо было в свое время более ответственно подходить к проекту дома, я же просто подмахнул тот, что выглядел более-менее красиво. На бумаге-то он прикольно выглядел, а вот в жизни все-таки крупноват.

Долго я в поместье не задержался, нечего мне там делать. Собственно, уже на следующее утро я отправился в родовые земли родов Амин и Латиф. Без какого-то особого дела, просто навестил знакомых, а то я их со времен свадьбы Казуки и Эрны не видел. Обычный визит вежливости. Сами земли располагались на границе моих и Кояма, с выходом к морю, плюс Махатхир провел до них дорогу, так что утром я выехал, утром же и приехал. Приняли меня, естественно, хорошо, а под вечер еще и пару смугляночек подсунули. Типа служанки. Только вот было в них что-то от Эрны. Наверняка ведь ее родственницы. Видимо, Амин не думали, что японец что-то поймет. Отказываться от девчонок не стал, с чего бы? Раз уж сами они не против, а у ведьмаков есть способы узнать правду, то можно и устроить себе приятную ночь. Все-таки кобелиная сущность присуща всем мужчинам, а тут еще и общество такое не порицает. А контроль тела позволяет оставить слишком умных малайцев с носом в плане детей. Ну и… смуглянки-малайки. Я с такими за обе жизни ни разу не спал, интересно же.

На следующее утро отправился обратно в Мири, откуда на самолете вылетел в Куала-Лумпур – столицу Малайзии. По идее, туда надо было вылететь сразу, но хотелось и свои земли навестить, с Добрыкиным и Махатхиром пообщаться. В Куала-Лумпур пришлось лететь в день встречи, иначе замучился бы отбиваться от желающих со мной повидаться. Эх, а ведь совсем недавно Юсуф Фарис Петра сам ко мне приезжал. Даже если разговор нужен был мне, я мог просто назначить Мири в качестве места встречи. Теперь же, после окончания войны с английскими кланами, Петре невместно самому ехать на встречу, во всяком случае, не ко мне. Мой род, конечно, круче, но будем объективны – свободный род неизмеримо ниже по положению, чем королевский. С другой стороны, какой еще свободный род может себе позволить спокойно переносить встречу с королем на несколько дней? Мало таких в мире. Да и королей, спускающих такое с рук, тоже немного.

Встреча была назначена в полдень в Каркоса Сен Негара – резиденции рода Петра. До войны с кланами это был отель, а еще раньше, в начале века, дворец какой-то английской шишки. В данный момент он остался безхозным, так как род владельцев полностью уничтожен, как и дворец рода Петра, который англичане сожгли в самом начале войны. Собственно, там вся семья прежнего короля и погибла. Как и большая часть семьи самого Юсуфа. Теперь вот Петра временно обитают здесь.

Встречал меня Юсуф в небольшой гостиной – либо большой комнате. Сидел в одном из кресел рядом с полукруглой лоджией.

– Ваше величество, – поприветствовал я его, слегка поклонившись.

– Аматэру, – кивнул он благожелательно, причем без высокомерия, просто как старому знакомому. – Садись, не стой над душой.

– Благодарю, – присел я в кресло напротив.

– Кофе, – кивнул он на стол, где стояли чашки с напитком. – И прошу, удовлетвори мое любопытство – что там у тебя произошло, что ты перенес встречу с королем? Пусть и не сильно тобой уважаемым.

– Вы не правы, – сделал я глоток кофе. Прикольный, кстати. – Я в целом малайцам не доверяю, а к вам лично у меня претензий нет. Как и предвзятого отношения. Ну а встречу я перенес из-за смерти друга. Похороны, все дела.

– Хм, – потянулся он за своей чашкой. – Прошу прощения. И соболезную.

– Благодарю, – сдержал я усталый вздох. – Все мы там будем.

– Это точно, – хмыкнул Юсуф. – Ладно, не стоит о грустном. Лучше расскажи о своем деле.

– Вы правы, – кивнул я. – Не будем о грустном. Ну а дело у меня к вам, собственно, довольно простое. Сразу оговорюсь – положительный итог во многом зависит от удачи, но, с другой стороны, вам и делать ничего не надо.

– Все вы так говорите, – покачал он головой. – Сначала «ничего не надо делать», а потом убытки на сотни миллионов.

– Э-э-э… – не знал я, что на это ответить. – Не повезло вам с подданными.

– Немного, – кивнул он.

– В моем случае вам действительно ничего не надо делать, – продолжил я. – Причем это и будет вашей работой – ничего не делать.

– Заинтриговал, – улыбнулся Юсуф. – А в целом? Что должно произойти, и какую прибыль получит Малайзия? Или это будет чисто моя прибыль?

– Вам решать, – улыбнулся я иронично. – В целом я предлагаю вам попробовать вернуть себе захваченные англичанами земли.

После моих слов с лица Петры резко пропала улыбка.

– Ты сейчас серьезно? – спросил он, после чего поднял руку. – Подожди-ка. Ничего не делать и вернуть земли? Это как?

– Я собираюсь предложить английским кланам поучаствовать в одной из моих авантюр, – ответил я. – Итогом которой будут земли в другом месте. Но для этого им придется использовать свои войска, много войск, из-за чего захваченные здесь земли останутся без защиты.

– И при этом я должен ничего не делать? – взлетели брови Юсуфа. – Сложно будет.

– Но придется, – ответил я. – Предложение англичанам я сделаю, только если мы договоримся, и если вы нарушите обещание… – многозначительно замолчал я.

– Ну да, нарушать клятву не хотелось бы, – пробормотал он, не спуская с меня глаз. – И ты думаешь, что они согласятся?

– Не знаю, ваше величество, – покачал я головой. – Шансы есть. Во всяком случае, я смогу подобрать доводы, но сами понимаете, захват новых земель – непростое дело. Ваша армия тому доказательство. Возможно, англичане не станут вновь рисковать. Но опять же – вам-то что? Малайзии в любом случае не придется ничего делать. А значит, ничего и не потеряете.

– Бездействие… – начал он, но, прикрыв на секунду глаза, не договорил. – Недополученная прибыль – тоже потери. Возможно, ты сумеешь с ними договориться, начнешь где-то там войну, проиграешь, англичане вернутся. А Малайзия не вернет то, что ей принадлежит.

– Ваше величество… – начал я.

– Да, да, я понимаю, что англичане ослабнут и мы сможем попытаться отвоевать захваченное, – прервал он меня. – Но именно что попытаться. Моя страна сейчас тоже не в лучшем состоянии, а за английскими кланами еще и их король стоит. Вмешается или нет – непонятно, но скорее всего – да. Если мы не сможем захватить территории одним быстрым наскоком. Если война затянется, ему придется вмешаться.

– Ваше величество, – вздохнул я, – не воспринимайте мои слова как упрек или тем более угрозу, но хитрожопость наказывается жизнью. Будьте прямолинейны, стабильны и честны. Это сильно поможет вашему роду в будущем. А хитрить можно начать через пару тысяч лет. Я сделал вам предложение, и вы можете либо согласиться, либо отказаться. Не надо мне рассказывать о недополученной прибыли. Когда я приду к англичанам, мне придется поставить на кон свое слово, и если вы… уже после нашего соглашения… начнете юлить… Минимум, что после этого случится, это уничтожение вашего рода. Максимум, вашей страны.

– Ничего себе не угроза, – усмехнулся Юсуф. – Откуда столько наглости, Аматэру?

– Одни боги знают, ваше величество, – ответил я и, разведя руками, добавил: – Такие вот мы.

Следующие четырнадцать секунд в комнате царила тишина. Я допивал кофе, а Петра просто смотрел на меня и жевал губы.

– Мне нужно время, – заговорил он. – Немного. Завтра дам ответ.

– Как скажете, ваше величество, – кивнул я. – Один день – и правда немного.

– В таком случае – оставь меня, – произнес он спокойно. – Времени чуть, а обдумать надо многое.

– До завтра, ваше величество, – поднялся я. – Уверен, любое ваше решение будет верным.

И надеюсь, мне не придется его из тебя выбивать.

По итогам войны английские кланы Гонт, Аркур, Грейсток и Квинси захватили половину Западной Малайзии. Северную ее часть. Под их контролем оказались округа – ну или как в Малайзии принято говорить, султанаты – Перак, Келантан, Тренгану и половина Паханга. Для постороннего человека эти названия ничего не говорят, но это весьма значительная часть Западной Малайзии. И дело даже не в территории. Не в территории как таковой. У страны отобрали одно из крупнейших в мире месторождений олова. Железо, золото, оно там тоже есть, хорошо налаженное производство сельхозпродукции. Много чего малайцы потеряли. Восточная Малайзия, если вынести за скобки нефтяные поля, не такая уж и большая потеря по сравнению с этим.

А что получили английские кланы? Геморрой. Огромного размера геморрой. Да, захваченные территории, да еще и с природными ресурсами, это круто, но вот условия, в которых они оказались… не внушали оптимизма. Если бы они смогли захватить и удержать контроль над малайской частью Малаккского пролива, будущее у них было бы более радужным, а так…

Встреча с представителем кланов, обосновавшихся в Малайзии, была назначена сразу после того, как Петра дал положительный ответ на мое предложение. Конечно же он пытался юлить и проталкивать свои уточнения в договор, но ему договор был гораздо нужнее, чем мне. Во всяком случае, я всеми силами пытался показать, что это так. И технически все так и есть. Я-то просто пойду искать партнера в другое место, а вот он точно в ближайшие годы не вернет территорию. В итоге мы пришли к общему знаменателю, и если для него тема закрыта, то мне еще с английскими кланами общаться, точнее, с их представителем. Что интересно, встреча была назначена на третий день после моего звонка, а это довольно быстро. Так англичане еще и не стали показывать свое высокомерие и обещали выслать человека прямо ко мне, а значит, не придется ехать на нейтральную территорию к черту на кулички. Ну или где они там могли назначить место встречи. Нет, для меня все было предельно просто. Даже любопытно, чего они такие благожелательные?

Оливер Гонт – аж целый глава дипломатического кабинета рода Гонт, а это сопоставимо с главой МИДа, если что, прибыл четко по расписанию. Более того, у ворот моего дома он вышел из машины за десять минут до назначенного времени, а в гостиную, где я его ждал, вошел за минуту. Мне очень хотелось упомянуть английскую пунктуальность, но я сдержался. Все-таки это не от нации зависит, а от человека.

– Добрый день, господин Гонт, – поднял я руку в приветствии. – Проходите, садитесь.

– Приветствую, милорд, – слегка поклонился он и только потом направился в мою сторону, к свободному креслу.

Сидел я в гостиной, в одной из многих в этом доме, но это помещение характерно тем, что выполнено в европейском стиле. Даже не так, выделяется гостиная все же не этим, а бильярдными столами и баром. Я же обосновался в единственном здесь месте с креслами, обычным столиком и диваном.

– Алкоголь, я так понимаю, вам можно не предлагать? – улыбнулся я, когда Гонт сел напротив меня.

– Не на работе, милорд, – улыбнулся он в ответ.

– Чай, кофе?

– Если только попозже, – ответил он.

– Как скажете, – кивнул я. – В таком случае перейдем к делу. А дело у нас довольно серьезное.

– У нас? – уточнил он.

– У меня к вам, – пожал я плечами. – Но серьезным оно будет все-таки для вас. Я-то найду с кем еще об этом поговорить, а вот вы уже нет.

– Внимательно вас слушаю, – слегка кивнул он, не спуская с меня глаз.

– Для начала позвольте узнать, как вы оцениваете ситуацию со своими родовыми землями в Малайзии? – спросил я.

– Довольно сложный актив, но мы преодолеем трудности, – ответил он.

– А когда? – чуть склонил я голову набок.

– Мм… – промычал он еле слышно. – Странные у вас вопросы. Думаю, в ближайшие годы все устаканится.

– Господин Гонт, – произнес я задумчиво, – давайте будем откровенны. В пределах разумного, конечно. Скажите, а лично вы в полной мере разбираетесь в проблемах ваших малайских земель? Прошу прощения, если мой вопрос покажется вам грубым.

– Ничего, все нормально, – кивнул он. – Да, я очень хорошо разбираюсь во всем, что связано с нашими новыми родовыми землями.

– Тогда ответьте мне – какова вероятность того, что ваш король не станет вмешиваться, если у вас попробуют забрать земли? – задал я очередной вопрос.

– Нулевая, милорд, – ответил он без раздумья. – Его величество в любом случае будет обязан отреагировать.

Хорошее уточнение. Откровенное. Настолько, насколько позволяют отношения между нашими родами.

– В таком случае, позвольте мне озвучить свое виденье ситуации, – начал я. – Уверен, в деталях оно не соответствует вашему, но в целом должно быть похожим. Начну я, пожалуй, с самого начала. Поправьте, но, скорее всего, его величество Георг сказал вам примерно следующее: я вмешаюсь в любом случае, но вы уж там постарайтесь захватить выход в Малаккский пролив. Так?

– «Сделаем как японцы, – явно процитировал Гонт. – Просидите там год, отдадите мне часть территорий, и, если что, я буду иметь полное право прийти вам на помощь».

– То есть… – даже не поверил я в первое мгновенье. – Он вам даже ничего не обещал?

– Он будет обязан отреагировать, иначе с ним… с его родом, – поправился Гонт. – Больше никто и никогда не будет иметь дел.

Хотелось сказать, что они наивные, но на деле их просто обвели вокруг пальца и теперь им приходится держать лицо.

– Забавно, – потер пальцем висок. – Я еще не успел перейти к своему виденью ситуации, а уже споткнулся… Но так даже проще. Что ж, продолжим. Изначально, судя по всему, ваш план подразумевал блицкриг, но невезение началось почти сразу. Например, вы так и не сумели уничтожить королевский род. Да и с геноцидом простой аристократии получился провал. Кто ж знал, что малайцы договорятся со своим врагом и спрячут у него женщин и детей? А потом японские кланы, которые, скорее всего, по плану должны были давить малайцев, почему-то решили помочь им. Но тут, как по мне, не в невезении дело, обычный недочет.

– И в чем же? – вклинился Гонт. – Японцы и малайцы ненавидят друг друга, невозможно было предсказать их объединение. Особенно с кланами, которые вчера их убивали.

– Два нюанса, – показал я ему пальцами букву «V». – Во-первых – мы старые враги. Привычные. А вы предатели, ударившие в спину, что во все времена вызывало очень много гнева. И во-вторых – мы ближе. Им просто некому было помочь, кроме нас. Сукотай, ближайший возможный союзник, в это время воевал с Индией. Так что малайцам просто не оставалось ничего другого, кроме как закрыть глаза на давнюю вражду.

– Это малайцы, – слегка скривился Гонт. – А вы? Японцы ведь отвечают им взаимностью.

– Не совсем так, – качнул я головой. – Малайзию не любит императорский род, а японцам на них глубоко наплевать. Они для нас были обычным источником родовых земель.

– И все-таки я не согласен, – вздохнул Гонт. – Это чистая неудача. Никто не мог предсказать, что Аматэру сумеют объединить две враждующие страны. Без вашего рода у нас все получилось бы.

– Господин Гонт, – изобразил я тяжелый вздох, – вы в любом случае проиграли бы. Япония не так чтобы сильно помогла Малайзии.

– Не сильно, но этого хватило, – заметил он.

Три секунды я прикидывал, как на это ответить, но решил просто продолжить.

– Как скажете, – произнес я после небольшой паузы. – Здесь наши мнения расходятся. Но в любом случае, мы имеем то, что имеем – ваш альянс не смог выполнить план максимум. Правда, как по мне, захват южной части Западной Малайзии – это план минимум. Впрочем, речь не о том. Сейчас вы оказались в довольно… двойственном положении. Начнем с того, что Георг не станет вас защищать, – тут я сделал секундную паузу, чтобы Гонт, если захочет, смог что-нибудь вставить. Но он промолчал. Причем с истинно дипломатическим спокойствием и вниманием. – Имитация помощи будет, как вы и сказали, он не может себе позволить совсем ничего не делать, но это будет именно имитация. Слишком уж далеко Великобритания, слишком сложный регион. Хотя, могу предположить, что его помощь зависит от того, кто и как на вас нападет. Если просто Малайзия, без поддержки со стороны, тогда да, Георг не упустит шанса захватить часть контроля над проливом. Однако надо быть совсем идиотом, чтобы пойти против вас без должной подготовки. И тут мы плавно подходим к самой возможности и желанию той или иной стороны напасть на вас. С малайцами все понятно – им только повод и возможность дай. Хотя повод исключаем, он у них по умолчанию есть. Даже если забыть про гордость и злость, их страна развалится и будет поглощена, если не вернет себе контроль над всей Западной Малайзией. Ваши территории им нужны как воздух. Помимо этого, Петра должны учитывать Сукотай, который, я в этом уверен, уже посматривает, что бы у вас отхватить. А еще есть Япония, которой в целом плевать, но, если появится такая возможность… – тут я запнулся. – Нет, будем объективны – Япония не станет претендовать на ваши земли. Бессмысленно. Только если туда придет сама Великобритания, а не ее кланы. Да и то… Есть и другие варианты. Тем не менее думаю, вы согласитесь со мной, что как минимум поддержку тем же малайцам моя страна точно будет оказывать. Просто на всякий случай, чтобы у вашей страны даже малюсенького шанса не было подойти к проливу. Поправьте меня, если я где-то не прав.

– В целом все верно, – ответил Гонт абсолютно спокойным, даже благожелательным, тоном. – Только вы не учитываете внутреннюю политику моей страны. Вдаваться в подробности не буду, скажу лишь, что насчет помощи его величества вы слегка заблуждаетесь.

И понимай его как хочешь. «Слегка» ли я заблуждаюсь, или «дурачок я малолетний»? В итоге я поднял руки и улыбнулся.

– Будь по-вашему. Заблуждаюсь, – произнес я. – Но от этого вам не легче. Я ведь только что говорил – если в наш регион зайдут официальные войска Великобритании, и вам, и им придет каюк. Япония, Сукотай, возможно, Индия, но вряд ли, Китай наверняка, пусть и не всеми силами, да те же русские не преминут поучаствовать. Пусть последние далеко, но такая возможность есть просто потому, что они сильно вас не любят. Не верю, что Георг этого не понимает. Но ладно, нет у него другого выбора. Предположим. И что дальше? Начало Третьей мировой войны? Вы, в смысле ваша страна, американцев можете подтянуть. Других союзников. Вон, Австралия рядом, почему бы и ее как-нибудь не спровоцировать? А за ней и Франция подтянется. Тут, правда, уже и наши союзники подойдут, та же Германия. Да что там, русские полноценные силы подтянут, за ними испанцы штыки точить начнут. И все это ради чего, господин Гонт? Пролив, а тем более вы, не стоите такой заварушки. Как быстро ваш король найдет повод, чтобы тактично свалить?

Ответил он не сразу. Вздохнул, подумал и только потом заговорил.

– Все дело в принципе, – произнес Гонт. – В какой-то момент стороны просто не смогут отступить. И это не мои предположения, это факт, подтвержденный статистикой. Думаете, только у японцев есть гордость и честь? К тому же вы немного неправильно ставите вопрос. Лучше спросите себя – остальные правители понимают, к чему может привести война в этом регионе? Пойдут ли они на это ради пролива, который им не принадлежит? Или оставят все разборки японцам и нам? Какой смысл вмешиваться тем же китайцам? Ладно, если бы Малаккский пролив принадлежал Великобритании целиком и полностью, а так? Хорошо, предположим, что ваш император договорится отдать китайцам малайскую часть пролива, но это все равно лишь две стороны конфликта.

Посыпался мужик. Бред начал нести. И я сейчас не про то, что японцы могут договориться с китайцами, это как раз вполне реально, просто при таком раскладе англичане точно сюда не сунутся, ну или быстро свалят. В крайнем случае, вспоминаем упомянутые Гонтом честь и гордость, которые заставят англичан стоять насмерть, но тогда Япония на пару с Китаем расхреначат англичан в пух и прах. Китай уже не ограничится небольшим контингентом, за возможность управлять Малаккским проливом они зубами вцепятся. Плюс Япония. Плюс удаленность от самой Великобритании. В общем, если все будет, как говорит… предполагает Гонт, то их альянсу в Западной Малайзии так же придет конец. Они потеряют все.

Я улыбнулся.

– С Китаем вы, кстати, неплохо придумали, – произнес я, слегка потянувшись.

За выражением лица он уследил, во всяком случае, Гонт и бровью не повел на мои слова, но и сразу отвечать не стал. Просто молчал и смотрел на меня аж девятнадцать секунд. А это немало.

– Чего вы хотите конкретно от нас, милорд? – заговорил он наконец. – Я не говорю, что в Малайзии у нас совсем нет проблем, они есть. Некоторые даже довольно серьезные. Но о них мы и сами знаем. Вы же, такое впечатление, просто нагнетаете обстановку. Для чего, милорд?

– Знаете, – усмехнулся я, качнув головой. – Не стоит так делать в будущем. Мне-то плевать, а вот вы можете упустить отличное предложение.

– И что я сделал не так? – спросил он, чуть улыбнувшись.

Без иронии, как будто ему действительно интересно.

– Вы заранее ставите себя в положение «вы ничего не понимаете и ваше предложение нам неинтересно», – ответил я. – Серьезно? Я нагнетаю? То есть вы утверждаете… Ладно, – вздохнул я тяжко. – Не будем об этом. Чтобы понять, почему я тут иронизирую, вы должны услышать то самое предложение, а ведь я, без малого, предлагаю вам выход из ситуации. Точнее, хочу предложить. Да, он будет сложным. Да, опасным. Но более чем реальным и осуществимым.

– Милорд, – сделал вид, что замялся он, – если вам показалось, что я веду себя нагло и неподобающе, то приношу искренние извинения. Я определенно выразился неправильно. В том моя вина, и я ее признаю.

Эх, блин, приятно общаться с умными людьми. И дело не в том, что он, типа, прогнулся передо мной. Совсем нет. Да и не прогнулся он, в том-то и дело. Просто это означает, что сидящий передо мной человек действительно умен и умеет работать. Назвался дипломатом, будь дипломатом до конца. Профи и просто умный человек, а с такими приятно общаться. Или спорить. Или вести переговоры. Даже если ты проиграешь, даже если тебя переспорят, это будет не потому, что ты дурак, а потому, что соперник умный.

Впрочем, того, что ты можешь оказаться дураком, это не отменяет.

– У меня к вам нет претензий, господин Гонт, – обозначил я улыбку. – Просто совет на будущее дал. Пусть это и нагловато со стороны сосунка вроде меня.

– Я обязательно учту ваши слова, милорд, – кивнул Гонт.

– Что ж, – повертелся я в кресле, принимая более удобное положение, пусть только для вида, – в таком случае закончим с прелюдией. Перейдем к тому, что я хочу предложить четырем вашим кланам. Как вы смотрите на то, чтобы поменять захваченные в Малайзии земли на другие? Я предлагаю вам… попробовать захватить земли на Филиппинах. Не в одиночку, а в составе большого альянса. Оставьте территорию Западной Малайзии малайцам, не стоит она тех проблем, которые у вас наверняка возникнут со временем.

– Интересное предложение, – улыбнулся он, не показывая своего удивления. – Но мне нужны детали.

– В скором времени альянс японских родов и кланов, которые я собираю, атакует Филиппины, – продолжил я. – Естественно, не просто так. Естественно, у нас есть план, предполагающий, что американцы дадут нам… повеселиться. Лично меня интересует месть – Филиппины задолжали моему роду. А вот вам и другим членам альянса отойдет часть захваченных земель.

– То есть мы не первые, к кому вы пришли с этим предложением? – уточнил он.

– Конечно, – кивнул я. – Более того, я уже договорился с местным королем, что Малайзия не будет пытаться захватить ваши земли, пока вы воюете в другом месте. Если, повторюсь – если у нас ничего не получится, вы просто вернетесь сюда и сделаете вид, что ничего не было. А если получится, то отдадите малайцам их территорию.

– Мм… Не понимаю, зачем нам что-то отдавать? – спросил он.

– А вы сможете земли удержать? – хмыкнул я. – Или вы хотите предложить альянсу номинальное число бойцов? Но тогда и земель вы получите… – покрутил я ладонью. – Соответствующее количество. И в чем тогда смысл вступления в мой альянс? Ну а если вы выделите достаточно войск, вам придется выгрести их отсюда. Или прошедшая война совсем по вам не ударила? В общем, либо вы воюете на Филиппинах и здешние земли у вас отбирают, либо вы воюете на Филиппинах маленькими силами и получаете крохотный кусочек земли. Либо, – взял я театральную паузу, – вы можете подстраховаться, фактически договорившись с малайцами через меня. Но тогда и платить надо.

– И что нам помешает не отдавать местные земли? – спросил он.

– Думаете, я вам сейчас угрожать начну? – вздохнул я. – Типа, не отдадите земли – и вам конец? Господин Гонт, у вас очень ограниченный выбор – либо вы отдадите малайцам захваченное у них, либо мы с вами не договариваемся и… И, собственно, все. Сидите тут и дальше, Аматэру на это как-то плевать. Если же вы согласны принять мое предложение, тогда будьте любезны дать официальное обещание, может, даже бумагу какую-то подписать, что, получив земли на Филиппинах, отдадите малайцам то, что у них захватили.

– А если они не выполнят обещание? – произнес он с задумчивым видом.

– Вот тогда как раз им конец, – усмехнулся я. – Но с них, если что, клятву и договор я уже стребовал. Сомневаюсь, что малайцы станут одновременно и свою репутацию на дно опускать, и с Аматэру ссориться.

– Согласен, – кивнул он. – Малайцы не настолько глупы. С ними мне более-менее понятно, но вот по всему остальному хотелось бы больше деталей.

– Как скажете, – произнес я. – Что именно вас интересует? Только учтите, что пока вы не присоединились к нам, всех деталей не услышите. Только общую информацию.

– В таком случае… – задумался он. – Поясните, как вы будете разбираться с американцами? Воевать с ними мы точно не станем.

– О, это интересная история, – приготовился я юлить. Все-таки англичане и правда еще не в альянсе и рассказывать всего я не могу. – Все началось много лет назад, когда клан Хейг уничтожил тогдашнего главу рода Аматэру, а сделали они это под флагом Филиппин…

Глава 13

Сидя за своим рабочим столом, глава рода Гонт улыбался.

– А ведь я говорил. Говорил же? – произнес он удовлетворенно. – В глобальном плане у Аматэру всего три варианта отношения к окружающим – друг, враг и все остальные. Говорил ведь? А ты мне все «мы им не нравимся», «не будут они с нами сотрудничать», – передразнил он своего двоюродного брата, который отвечал за дипломатию клана Гонт.

– Саймон… – покачал головой Оливер. – Будь сдержанней. Ну да, ты был прав, они и правда сделали нам предложение…

– Очень серьезное предложение, – прервал его Саймон. – А не твое «мелочь какую-нибудь».

– Боже, – закатил глаза Оливер. – Ты был прав, ты гений. Доволен?

– Был бы, – хмыкнул Саймон. – Если бы ты тон другой подобрал. Ладно, извини, что прервал, продолжай.

Следующие двадцать минут Саймон молча слушал кузена. Порывался несколько раз вставить свои комментарии, но сдержался. А под конец и вовсе ушел в свои мысли, слушая Оливера краем уха.

– Ну, вроде и все, – закончил Оливер. – Основную часть разговора Аматэру лишь нагнетал обстановку, так что по сути сказано было не очень много.

– Но достаточно, – заметил Саймон задумчиво, после чего добавил, уже глядя на брата. – Получается, про то, как он не даст американцам вступить в войну, не было сказано ни слова?

– Если не считать общего «я смогу их убедить» – да. Ни слова, – кивнул Оливер.

– Но несколько союзников он привлечь смог, – пробормотал Саймон. – Сомневаюсь, что они все – доверчивые идиоты.

– Я навел справки, – заметил Оливер. – По сути, если не считать группу северных кланов, все остальные союзники Аматэру пошли бы за ним в любом случае.

– А те кланы? – заинтересовался Саймон.

– Не знаю, – покачал Оливер головой. – Не представляю, чем он привлек их. При этом есть непроверенная информация, на уровне слухов, что отношения островных кланов и Аматэру – примерно как у нас с ним. То есть еще не воюют, но гадость, если представится возможность, сделают.

– Хм… – выдохнул Саймон. – Похоже, он привлек их таким же методом, каким пытается привлечь и нас. Надо бы… Ладно, этим другие займутся.

– Ты сейчас о чем? – спросил Оливер. – Думаешь, те кланы тоже находятся на грани войны?

– Не знаю я, – отмахнулся Саймон. – Не интересовался. Какая мне, к демону, разница, что там у япошек внутри страны происходит? Где они и где мы? Но теперь, конечно, надо будет узнать. И, кстати, ты тоже склоняешься к тому, что войны нам не избежать?

– По-моему, это очевидно, – пожал плечами Оливер. – Другое дело, что Аматэру нагнал слишком много туч. Не так у нас все и страшно.

– О? – откинулся на спинку кресла Саймон. – И что ты на этот счет думаешь?

– Если бы все было так просто, как говорит Аматэру, – пожал плечом Оливер, – весь мир жил бы в условиях непрекращающейся войны. Он почему-то думает, что начать войну так же просто, как пальцами щелкнуть. Причем любой конфликт обязательно завершится глобальной заварушкой. Но это бред. Китай? Его и так все устраивает. Россия? – аж фыркнул Оливер. – Не смешно. Им тут делать нечего, русские ничего не приобретут. Сукотай? Уже реальней, но стоит им только повернуться спиной к Индии, и сукотайцы сильно пожалеют, что ввязались в этот конфликт. А те же индийцы, скорее, нам помогут. Мелкие страны региона будут просто смотреть – им невыгодно вмешиваться и, опять же, они ничего не приобретут, ввязавшись в конфликт. Австралийцы? Им выгоден большой конфликт в регионе, но только если они сами в нем участвовать не будут. По большому счету, сейчас всех все устраивает. Кроме самих малайцев, но с ними мы как-нибудь разберемся. В итоге повоевать нам, конечно, придется, но все не так страшно, как пытается показать Аматэру.

– Какой же ты все-таки… – пощелкал пальцами Саймон. – Дипломат.

– А что не так-то? – не понял Оливер. – Где я не прав?

– Образ мыслей у тебя специфический, – вздохнул Саймон. – Из-за этого ты прав и не прав одновременно. Ну вот смотри. Начнем с того, что большая война в регионе и правда никому не нужна. Даже японцев сейчас все устраивает. Хотя нет, не просто устраивает, сложившаяся ситуация с проливами для них идеальна. Единственные, кому не нравятся итоги войны, – это Малайзия и наш любимый правитель Георг. Но последний… – пожевал губами Саймон. – Судя по тем новостям, которые до меня доходят, Георг махнул рукой на Малаккский пролив. Его, может, и не устраивает итог войны, но еще одна заварушка даже ему не нужна. Как мне кажется, он решил отбить пролив позже, когда мир будет готов к большой войне. То есть по факту еще один конфликт в Западной Малайзии нужен только малайцам. Причем для них он жизненно важен. Это, я думаю, ты и сам должен понимать.

– Естественно, – сдержался, чтобы не закатить глаза, Оливер.

То, что данный факт он озвучил минуту назад, главой клана был проигнорирован.

Саймон хороший человек для своих, но есть у него черта характера, которая всех раздражает – он любит побеждать в спорах и подчеркивать, что умнее других. Причем и сам все понимает, но ничего с этим поделать не может.

– И что же мы имеем в итоге? – постучал он пальцами по столу. – А в итоге у нас под боком сильно обиженная страна с крайне высокой мотивацией начать новую войну. Только вот они выдохлись. Прямо сейчас Малайзия не может продолжать воевать. С этим разобрались. Идем дальше. Что там у нас с возможностями? По деньгам и ресурсам у нас с Малайзией паритет. Точнее, у малайцев всего больше, но у них и траты не в пример нашим. Поддержка великого государства? И у нас, и у них с этим все в порядке. Хотят ли другие государства нашего конфликта? Нет. Влезут они туда, если что? Да, придется. Сейчас забудем про все остальные страны, сойдемся на том, что они будут просто наблюдать и радоваться, как обе стороны несут потери.

– О чем я и говорил, – не удержался Оливер.

– Да, – усмехнулся Саймон. – Но давай теперь поговорим о плюсах и минусах сторон. И знаешь что? Мы проигрываем малайцам по всем статьям. Главный ресурс войны – это деньги. Сейчас у нас в этом плане с малайцами паритет, но если начнется заварушка… Даже не так, она начнется, то есть деньги в армию Малайзия вкладывает уже сейчас. Мы тоже восстанавливаемся, но! – поднял он руку с вытянутым указательным пальцем. – Малайцы готовы залезть в долги по самые уши. Для них возвращение своих территорий критически важно. Они сейчас в буквальном смысле задыхаются. На оставшемся кусочке земли – миллионы беженцев, которых некуда девать и о которых надо худо-бедно, но заботиться. Плюс национальная идея. Вернуть земли для них дело чести. И гордости. У них нет психологического барьера при влезании в долги, сейчас для Малайзии важно совсем иное. И что существенно, у них есть кому продаться. А мы? У нас тоже есть поддержка великого государства, но вот ты готов продаться с потрохами Георгу? Сомневаюсь. То есть по деньгам и ресурсам мы уже в проигрыше. А дальше идут люди. Банальные людские ресурсы. Стоит ли мне говорить, что Малайзия в этом плане нас покроет, как бык овцу?

– Беженцы, – кивнул Оливер.

– Именно, – продолжил Саймон. – Те самые беженцы, что в данный момент даже не мясо в боевом плане, скорее пыль, но только сейчас. В перспективе это миллионы хорошо подготовленных бойцов. С отличным обеспечением, которое малайцам предоставит Япония. Это сегодня мы в боевом плане наравне, а уже через год будем слабее. Пять-семь лет, и нас уже ничто не спасет. Какая там мировая война, нас гораздо раньше выкинут отсюда. А что Георг?

– Он будет обязан нам помочь, – вставил Оливер.

– И он поможет, – кивнул Саймон. – Немного. Думаю, он вполне может пригнать сюда целый флот. Даже парочку. Но дальше-то что? Японцы тоже пригонят свои корабли, тупо из принципа. Пусть им и не нужен конфликт, но и позволить нашей стране тут закрепиться они не могут. Одно дело кланы, а другое – государство. При этом заметь – ни Георгу, ни японцам участвовать в конфликте лично не хочется, а значит что? А значит, пригнанные флоты будут тупо стоять друг напротив друга и меряться стволами. В то время как нас будут вбивать в землю малайцы. И еще – Аматэру во многом прав по поводу Георга, наш король не только не хочет там воевать, он еще и не может себе этого позволить. Слишком наша страна далеко. Так что поддержка у нас будет, но лишь моральная. Если только мы не решимся, как и малайцы, влезть в долги, но родовые земли хрен знает где с назревающей в будущем мировой войной не стоят того, чтобы становиться рабами короля.

– Как-то не тянет подобное на помощь, – засомневался Оливер. – Его здесь не поймут.

– Братишка, – покачал Саймон головой, – я тебе прямо сейчас могу обосновать такое поведение Георга. Знаешь, что он скажет? Даже не скажет, он на всю страну будет кричать, что его флот, всего лишь один флот, сдержал целое великое государство. Не дал им вступить в войну на стороне малайцев. Доблестные английские моряки одним своим видом запугали всех япошек разом. Брось, – вздохнул он. – Этот ушлый тип на раз выкрутится из ситуации, еще и в плюсе останется.

– Получается, нам конец, – поджал Оливер губы. – Хотя, стоп – Аматэру. То есть ты хочешь принять его предложение?

Набрав в грудь воздуха для ответа, Саймон шумно выдохнул, так и не сказав первое, что пришло ему на ум после вопроса брата.

– Это хорошая альтернатива, – произнес он. – Правда, только потому, что единственная. Но и в этом случае нам надо многое обдумать. Слишком много там неприятных нюансов. Самое очевидное – у нас может ничего не получиться. А даже если и получится… Менять одну ловушку на другую… В общем, будем думать, а потом задавать Аматэру много вопросов и снова думать. Ошибиться мы не имеем права. И заметь, я сейчас говорю только от лица клана Гонт, а ведь Аматэру хочет привлечь весь наш альянс. Что остальные скажут, вообще без понятия. Возьмет ли Аматэру к себе только наш клан, тоже под вопросом. Короче… – вздохнул устало Саймон. – Иди уже отдыхай, а я пройдусь до наших аналитиков.

– Ты забыл добавить, – поднялся из кресла Оливер. – Что тебе еще с остальными членами рода общаться. Например, с семьей невинно убиенного Марка.

– Не напоминай, – поморщился Саймон.

В роду Марка не очень любили, но он был из той семьи, член которой погиб как раз от рук Аматэру. И ближайшие родственники Марка до сих пор нет-нет да и напоминали об этом, прося подумать, как бы отомстить японцу. И он даже думал, но… Чем больше Саймон узнавал о парне, тем сильнее не хотел лезть в это дело. В конце-то концов, на войне умирают, и что им теперь, за каждого убитого мстить? Так у войны другие правила.

– Удачи, мой дорогой брат, – произнес Оливер у двери. – И терпения. Они тебе определенно потребуются.

Игорь Чукинов, тридцатисемилетний наемник, поздно вечером сидел в одном из баров Владивостока и, листая странички соцсетей на смартфоне, ждал своего старого друга, с которым был знаком еще со школы. После армии, где, опять же, служили вместе, их дорожки разошлись. Игорь пошел в наемники, а Пашка Геконов остался делать карьеру в армии. Правда, все равно они поддерживали связь и не забывали друг о друге. А пару месяцев назад его друг, дослужившийся до лейтенанта, внезапно сообщил, что уходит со службы. Вроде как все надоело. Был сержантом, все было проще, а как стал офицером, жизнь превратилась в беспросветную тоску. Обязанностей прибавилось, ответственности стало больше, а зарплата и возможности остались на прежнем уровне. Тут Павел, конечно же, немного недоговаривал – зарплата офицера не сравнится с сержантской, но ответственности при этом пропорционально больше. В общем, зная друга, Игорь был уверен, что того просто задолбало однообразие и отсутствие особых перспектив.

Так что Павел решил свалить из армии и по примеру друга заделаться наемником. Тут хотя бы денег побольше срубить можно. Естественно, Игорь сразу же предложил помощь в обустройстве. С командиром отряда отношения хорошие, за друга поручиться мог, в общем, ничто ему не мешало пристроить Павла рядом с собой. Вот они уже более месяца и работали вместе. В данный момент отряд подрабатывал в охране у одного из предпринимателей Владивостока, а конкретно сегодня у друзей был выходной. Утром сдали смену, а вечером решили бухнуть в баре.

– Что ты там с таким любопытством читаешь? – склонился над сидящим мужчиной Павел Геконов. – Майничи? Ты что, решил школоте подражать?

– Отстань, – дернул плечом Игорь. – Садись лучше и заказ делай.

– Мог бы и сам уже заказать, – хмыкнул Павел, садясь за стол и выискивая взглядом обслугу. – Так что там такого интересного? Эй! Приятель! Подь сюды! – помахал он рукой, подзывая официанта.

– Давай сначала хряпнем, – произнес Игорь, откладывая смартфон в сторону.

– Хех, – покосился на него Павел. – Как скажешь.

Геконов знал своего друга очень хорошо, собственно, как Игорек знал его самого, поэтому он не стал лезть, отметив про себя тот факт, что Чукинов собирается вернуться к теме соцсетей. То, что начиналось как шутливое приветствие и способ поддержать разговор, похоже, будет иметь продолжение. Но сначала конечно же надо накатить на грудь. Они не были пьяницами, но в первый день выходных почему бы и не выпить? К тому же, в этом городе особо и заняться-то нечем.

– Ну, за выходной, – произнес Игорь и, звякнув с другом рюмками, одним махом проглотил содержимое.

Само собой, Геконов от него не отставал.

– Ух, хороша, – произнес Павел.

– Согласен, – кивнул Игорь. – Чистая, как слеза. Повезло, что нашли этот бар.

Собственно, проблемой в их случае было то, что «Серебряный Восток» – водку, которую они сейчас пили – делали в Китае, и в магазинах ее не продавали. Только в нескольких барах города.

– Молодцы китаезы, – добавил Павел. – Умеют делать.

– Смотря что, – ответил Игорь.

После этого минут тридцать вели обычный треп ни о чем, где китайская водка была лишь первой темой.

– Фигню говоришь, – покачал головой слегка захмелевший Павел. – Врет твой Интернет. Я «Вскрыватели» вот этими вот глазами видел и уверяю – мобильность у них на уровне.

– Так я и не говорю, что у них мобильность плохая, я утверждаю, что ее слишком превозносят. Не может она быть на одном уровне с «Карателями», – не сдавался Игорь.

– «Карателей» не видел, но… – приподнял Павел пустую бутылку. – Игорянус, у нас закончились боеприпасы.

– Да блин, – обвел тот взглядом зал. – И где носит официанта, когда он так нужен?

Найдя нужного человека и сделав заказ, они принялись терпеливо ждать свои напитки. И закуски к ним.

– Кстати, что ты там в смартфоне вычитал? – спросил Павел.

– А-а-а… – отмахнулся Игорь. – В Японии один серьезный род наемный отряд собирает.

– Свой? – уточнил Павел.

Просто это было важно. Необходимо четко разделять наемный отряд аристократов и наемников, которых они иногда используют.

– Ну да, – ответил Игорь коротко.

– И чем это тебя заинтересовало? – не понял Павел. – Нам-то какое до этого дело?

– Просто об этом весь Интернет сейчас судачит, – пожал Игорь плечами. – А в майничи по этому поводу настоящие баталии в группах идут. Что творится в японском сегменте, вообще не представляю.

Немного подумав, Павел спросил:

– Баталии-то по какому поводу?

– Да по любому, – усмехнулся Игорь. – Начиная от предполагаемого количества человек в отряде и заканчивая тем, берут ли туда баб.

– Ох уж этот Интернет, – покачал Павел головой.

– Армейский ты ретроград, Пашок, – усмехнулся Игорь.

– А ты школота великовозрастная, – ответил на это Павел. – Ну и тебя-то чем тема зацепила? Или ты так, интереса ради за этим следишь?

– Ха-а-а… – покачал Игорь головой. – Сам не пойму, честно говоря. Чую, что тема важная, но… Не знаю.

– Только не говори, что хочешь туда податься, – улыбнулся Павел, но вот ответа не получил. Игорь просто сидел и бездумно возил рюмку по столу. – Да ладно. Ты серьезно? Думаешь, тебя япошки примут?

– Эти примут, – почти сразу ответил Игорь. – У них если что, большая часть гвардии как раз из русских состоит.

– Это… как? – не понял Павел.

– Из бывших бойцов Дориных, – пояснил Игорь. – Перун его знает, как так получилось, но русских у Аматэру полно. Причем именно слуг рода. А уж в наемный отряд меня точно возьмут.

– Игорек… – не знал, что сказать, Павел. – Это ж Япония. Что ты там без языка местного делать будешь? А сам отряд… С чего им вдруг приспичило его собирать? Не думаешь, что они хотят получить просто мясо для мясорубки?

– И об этом в майничи тоже спорят, – кивнул Игорь.

В этот момент официант все же донес до них бутылку водки с закуской.

– Так, уважаемый, – придержал его Павел грубовато. – Давай сразу еще три штуки принеси. И… – осмотрел он стол. – Без закуски. Просто три бутылки водки.

– Будет сделано, господин, – чуть поклонился официант.

– Вежливые какие тут все, – проводил его взглядом Павел. – Я когда под Рязанью служил, зарекся к ним уважительно относиться.

– Это ты в Чуйске не был, – хмыкнул Игорь.

– Где? – прищурился Павел.

– В заднице мира, Пахан, в настоящей заднице мира, – ответил Игорь тоном бывалого путешественника.

– Да и боги с этим Чуйском, – произнес Павел. – Кстати, наверное, даже этот твой Чуйск получше будет, чем Япония.

– Ты сейчас реально? – удивился Игорь.

– Понятно, что в Японии цивилизации больше, – пожал он плечами. – Да только чужая она, эта цивилизация. Япония, Игорь! Там люди себе животы просто так вспарывают! Нам, простым русским парням, их никогда не понять. Будешь жить, как на другой планете.

– Терпимо там все с менталитетом, – отмахнулся Игорь. – С языком, точнее, без знания языка – да, будет сложно. А по поводу мяса… – не договорил он, сделав глубокий вдох. – Непросто тут все. Понимаешь, с одной стороны, репутация у рода Аматэру бешеная. В майничи о них только хорошее говорят, в Интернете частенько и дерьмом поливают, но это нормально, там всех поливают. Проблема в том, что… – опять не договорил он.

– В том, что это Интернет, – покивал Павел. – Никто не может дать гарантии, что информация оттуда – правда.

– Именно, – подтвердил Игорь. – А знакомцев там у нас нет.

– Ну почему, – почесал затылок Павел. – Если ты говоришь, что этому роду служат бывшие Дорины, то тут я тебе могу помочь. Знаю я парочку людей оттуда. Думаю, они не откажут в помощи. Пусть позвонят бывшим соклановцам, уточнят ситуацию, зададут вопросы.

– Ты ведь только что против был, – улыбнулся Игорь.

– Так и ты лишь раздумываешь, – пожал плечами Павел. – К тому же, у нас с тобой по жизни противоположное мнение во всем, но ведь как-то приходим к общему знаменателю.

Молча открыв новую бутылку, Игорь разлил водку по рюмкам и, подняв свою на уровень глаз, произнес:

– За друзей и общий знаменатель.

Из Малайзии я уехал вечером следующего дня после разговора с Гонтом. О каналах связи мы с ним еще под конец встречи договорились, так что, как только они примут решение, со мной свяжутся. Ждать минимум неделю, а по факту я дал им две. Ладно бы они ответили в течение пары-тройки дней, а так… При этом в их положительном решении я не был уверен. Это Кояма, Фудзивара и Кагуцутивару могли дать ответ практически сразу, и то, с Кагуцутивару мне, скорее всего, просто повезло. Я сейчас про время, а не положительный ответ. Поучаствовать в захвате родовых земель вряд ли кто-то откажется, но при этом все упирается в благонадежность организующей стороны и план. В разговоре с первыми тремя сторонами я ничего не скрывал, они в курсе того, что я задумал, а вот кланы Хоккайдо, до того как согласились поучаствовать в войне, оперировали лишь частью данных, что несомненно сказывалось на скорости принятия решения. Плюс та самая благонадежность – с Хоккайдо у нас вооруженный нейтралитет, так что поверить в меня им было еще сложнее. Тем не менее для них это реальный шанс закончить вражду с императорским родом, и я на восемьдесят процентов был уверен в их положительном ответе. Все упиралось во время. С альянсом английских кланов дела обстояли еще сложнее. Им вроде как и терять-то особо нечего, но при этом о плане они знают вообще лишь в общих чертах, с Аматэру у них отношения… пусть будет – напряженные. Так, ко всему прочему, альянс английских кланов – это не Хоккайдо, где есть явный и авторитетный лидер плюс нужда держаться друг за друга. Англичане… Не знаю, но не верю, что у них в отношениях все радужно.

Короче говоря, я дал им две недели, и то Гонт возмущался, уверяя, что такие решения нельзя принимать на скорую руку. Еще и пытался узнать, почему я ограничиваю их во времени. А что я мог ему на это ответить? Ничего. Не говорить же представителю английского клана, что я еще и с русскими сотрудничаю? А они очень осторожно и незаметно подогревают революционные настроения филиппинцев. Да и в целом напряженная ситуация в этой стране – моих рук дело. Говорить о таком вслух было бы бредом. Даже если они примут положительное решение, не уверен, что скажу. Разве что на Филиппинах, когда им некуда будет отступать. Так что отговорился тем, что американцы в любой момент могут навести там порядок, после чего любой кипеш на Филиппинах будет для них невыгоден.

Вернувшись домой, я первым делом нашел Лену, свою секретаршу, у которой на всякий случай проверил, пытался ли кто-то со мной связаться и какие сообщения мне оставляли. Ничего. Кояма, Фудзивара, кланы Хоккайдо, Кагуцутивару – ни у кого никаких вопросов не было. Все на начальной стадии подготовки к войне, которая не предполагает шума и каких-то вопросов по плану. Вот когда мы встретимся всем альянсом, определим свои дальнейшие ходы, форсируем подготовку, тогда придется очень активно сотрудничать, а пока все тихо-мирно.

Хотя, с «ничего» я погорячился – стандартных и не очень запросов от различных аристократов было полно, но это норма. С подобным Лена и сама прекрасно справляется.

На то, чтобы рассмотреть накопившиеся за время моего отсутствия бумаги – а это и почта, и доклады, и запросы различных служб, и много чего еще – мне хватило двух часов. Что-то с ходу одобрил, что-то отложил в долгий ящик, что-то передал своим людям, письма от аристократов со своими комментариями и пояснениями вернул Лене. В общем, обычная рутина главы рода. Спустя два часа у меня на столе осталось лишь одно письмо. От О Тоюоки – главы рода О. От этого рода было еще одно письмо, но там официальщина из секретариата, так что оно ушло к Лене. И оба связаны с предстоящей квалификацией, где официально… почти официально, мне присудят ранг. «Почти» – потому что у Патриархов нет рангов, и никто им ничего не присуждает.

Прочитав письмо от Тоюоки, я хмыкнул, качнув головой, после чего сложил его и бросил в ящик стола. В целом Тоюоки написал то же самое, что и его секретариат, но более человеческим языком и без технических подробностей. Задвинув ящик стола, я потупил еще несколько секунд, после чего достал письмо главы рода О и пошел на выход из кабинета. Просто, если подумать, то это письмо мне больше не нужно. Нафига ему в моем столе пылиться? Пусть Ленка его в архив сдаст.

Рабочее место секретарши находилось в коридоре, в специальной нише, которую для секретарей и сделали. Проходя мимо, положил на стол Лены письмо и произнес:

– Организуй мне и Рейке поездку в Персию. В ближайшие дни. Цель – посещение Персепольского Хранилища. Оно возле Шираза расположено, но, если найдешь более удобный маршрут – используй.

– Поняла, господин, – произнесла Лена, пододвигая к себе письмо. Бросив на него взгляд, она почти сразу убрала его в одну из четырех стопок документов у себя на столе. – Хочу уточнить – ближайшие дни, это…

– Как можно скорее, – уточнил я.

– Поняла. Сделаю, господин.

Отдав распоряжения, я отправился искать Рейку, что в огромном доме токусимского поместья не так уж и просто. Нашел ее в спортзале. Глядя со стороны, незнакомый с внутренней кухней нашей семьи мог бы подумать, что Рейка только и делает, что весь день играет и через силу учится. Например, Тейджо именно так и считает. Мамио, скорее всего, тоже, но наш нюня о своих мыслях помалкивает. В общем, это не так. Рейка вообще довольно активная девочка и занимается многими вещами. Играет, не только в компьютерные игры, учится, занимается гимнастикой. С недавнего времени пробует себя на бирже ценных бумаг. Очень много читает. Последнее не сильно заметно даже близким людям, так как скорость чтения у нее какая-то запредельная и занимается она этим перед сном. В основном перед сном. Но в целом она запросто может за день прочитать пару не самых тонких книг. Помимо прочего Рейка неплохо рисует. Не часто, но комнату для этого ей выделить пришлось. Правда, в Токио такая сторона ее жизни не сильно проявлялась, но там у нас в доме и места меньше, так что рисовала она гораздо реже. И то при переезде в Токусиму Рейка не забыла настоять, чтобы ее картины переехали вместе с ней. Она бы и бахиром занималась, но для этого, как ни крути, она еще слишком молода. В восемь лет детей подобному не учат. Точнее, не так. Детей с раннего возраста подготавливают к работе с бахиром, та же гимнастика – часть подготовки, плюс осторожные попытки работы с самим бахиром. Но последнее – только для того, чтобы выявить, не гений ли ребенок. В противном случае для молодого организма бахир может быть даже вреден. Аристократы за свою многотысячелетнюю историю уже давно вывели для себя некую схему, а вот простолюдины частенько убивают весь потенциал своих детей, нагружая их бахирными тренировками раньше времени. Здоровью это не вредит, но выше Воина из таких бедолаг никто никогда не поднимался. Гении стоят особняком, им плевать, когда они начнут тренироваться и в каком объеме. Правда, бонусов, помимо времени, им это тоже не дает. Что ты в десять начнешь тренироваться, что в двадцать, на получение нового ранга уйдет одинаковое количество времени. Хотя гении в десять лет не тренироваться начинают, а активно идти к новым рангам, до этого им мешает психологический возраст – дети вообще не очень усидчивы. Впрочем, бывают и исключения – Шина, начав тренироваться в пять лет, в десять уже приблизилась к рангу Ветеран. Не вплотную, но достаточно близко. При этом, по словам Акено, активно тренироваться она стала лет с восьми, то есть на пару лет раньше, чем в среднем.

По идее Рейка – Повелительница Стихий, так что она круче гениев, но мне не хочется, чтобы она гробила детство на тренировках бахира. В конце концов, Повелители еще круче таких, как Шина, а Аматэру как можно скорее не требуется Виртуоз, так что пусть занимается, чем хочет. До двенадцати лет, а там уже хочешь не хочешь, но надо начинать делать из нее настоящую леди.

Зайдя в спортзал, я застал там не только Рейку, которая в этот момент стояла на одной ноге, в то время как вторая была вытянута вдоль спины. «Затяжка» вроде бы. Благодаря своим девчонкам я стал немного разбираться в элементах художественной гимнастики. Аристократки вообще очень часто ею занимались, правда, в основном в детстве. Буквально восемь девушек из десяти минимум до пятнадцати лет увлекаются художественной гимнастикой. Хотя как – увлекаются… Родители заставляют увлекаться.

Помимо моей сестры в спортзале присутствовали Норико и одна из ее служанок, стоящая у стены и наблюдающая за госпожой. А вот инугами, если ее распорядок дня не изменился, сейчас на полигоне вместе с Мизуки. Вообще-то, у Норико сейчас четыре личных служанки, и хоть одна всегда присутствует где-то неподалеку. Стандартная практика для беременных аристократок. У некоторых и в обычном состоянии несколько служанок, но это редкость. Хватает и одной-двух. Я сейчас про личных слуг.

– Привет, милая, – чмокнул я Норико в щечку, после чего погладил по огромному животу. – Как тут наш малыш?

Из-за живота, к слову, Норико в спортзале не сильно-то и напрягалась. Конкретно сейчас она всего лишь махала небольшими гантелями. Ну то есть пока я не подошел, махала.

– Напряжен, как кобра перед броском, – ответила она с улыбкой. – Серьезно, Син, у меня такое ощущение, что он в любую минуту на выход попросится.

– Ну так… – запнулся я. – Как раз время. Еще максимум месяц.

– Раньше, – вздохнула она, облокотившись на меня плечом. – Мне страшно. И чем ближе срок, тем страшнее.

Ну, блин, женщина, а я-то что тут могу сделать?

– У тебя муж ведьмак, – произнес я. – В древних текстах упоминается, что мы благотворно влияем на беременных. Так что все будет в порядке.

Хорошо она моего лица в этот момент не видела. Было неприятно выдавать байку – именно байку из моего прежнего мира – за наблюдение древних ученых.

– Правда? – подняла она голову, глядя на меня с удивлением. – Какие вы, оказывается, полезные зверьки.

– То-то на нас все охотятся, – усмехнулся я. – Ладно, милая, ты занимайся, а мне надо с Рейкой поговорить.

– Надеюсь, она ни в чем не провинилась? – поинтересовалась Норико, чуть отстранившись. – Хм, да вроде не должна… В общем, говорю заранее – она ни в чем не виновата.

Забавный факт – Норико постоянно ее защищает. Началось это не сразу, но на данный момент Рейка, если что, бежит за помощью именно к ней. Точнее, к ней она бежит, если действительно провинилась, а к Мизуки – если виновной себя не считает. Хотя тут надо понимать, что Рейка… Мала она, короче, для каких-то серьезных провинностей, а какие есть, происходят нечасто.

– Не волнуйся, – улыбнулся я. – Просто хочу сообщить ей, что мы скоро едем в Персию.

– Ты опять уезжаешь? – вздохнула Норико.

– Извини, малыш, – поцеловал я ее в висок. – Работа у меня такая.

– Иди уж, работяга, – произнесла она, улыбнувшись.

Пока общался с Норико, Рейка выдавала различные элементы гимнастики, словно… Ой, да ладно, безо всяких «словно». Она явно красовалась передо мной.

– Да ты уже почти профессионал, – произнес я, подойдя к сестре. – Молодчина какая.

– Пф, – засмущалась она. – Ерунда. Не очень-то у меня и получается.

– Иди сюда, скромница моя, – развел я руки.

Подошла она ко мне степенно, вроде как уже слишком взрослая для обнимашек, но это ребячество – девчонки в любом возрасте любят ласку. Чего нам, суровым парням, не понять. Стоило мне только обнять сестренку, и она тут же обняла меня в ответ, после чего я приподнял ее и сделал пару оборотов вокруг своей оси.

– Чую подарок, – произнесла она, когда я остановился.

Не прекращая при этом обнимать меня.

– Не совсем, – улыбнулся я. – В ближайшие дни мы с тобой поедем в Персию, где я куплю тебе что-нибудь.

– Персия? – удивилась она и, отпустив меня, сделала шаг назад. – Это из-за Хранилища?

– Да, – ответил я коротко. – Нам все равно надо было туда съездить, так почему бы не сейчас?

– Не очень как-то подарок, – нахохлилась она.

– Говорю же, подарок будет… – начал я. – Ладно, чего ты хочешь?

– Денег! – ответила Рейка моментально. – И огромного плюшевого медведя! Во-о-от такого огромного! – развела она руки максимально широко. – Мизуки говорит, что с таким здорово в реслинг играть.

Мизуки…

– Будет тебе медведь, – вздохнул я.

– И деньги?

– И деньги, – кивнул я. – Но немного.

– Да мне карманных за полгода хватит, – отмахнулась она.

– Откуда в тебе столько наглости, мелкая? – приподнял я брови. – Карманных денег за месяц с тебя хватит.

– А ты че такой жадный? – заявила она очень знакомым тоном, скрестив руки на груди. – Пять месяцев вынь да положь!

Такой тон Мизуки использует, когда быдло-мод включает.

В итоге сторговались на карманных деньгах за три месяца сразу после возвращения из Персии. Ну и медведь. А она ведь еще и в самой Персии будет какой-нибудь подарок клянчить… Эх, но тут уже ничего не поделаешь – чувствует, чертовка, мое к ней отношение, вот и пользуется. Стоит отметить – пользуется в пределах разумного. Что говорит о немалом уме этой маленькой девочки.

Кстати, надо будет не забыть глянуть, как Рейка в «реслинг играет». Уверен, будет забавно. А чтобы было еще забавнее, привлеку к этому Мизуки.

Хм, а может, к черту медведя? У меня же Мамио есть.

Глава 14

Шираз расположен на юге Персии, довольно высоко над уровнем моря. Фактически в горах. Полтора миллиона населения, куча зелени и множество интересных мест для туристов. В целом мне этот город понравился – как туристу. Жить я бы здесь точно не хотел, все-таки выглядит город, несмотря на размер, как какая-то глубинка. Не знаю, честно говоря, есть ли такой город в моем прошлом мире, а если есть, то я без понятия, знаменит ли он хоть чем-нибудь, но в этом мире Шираз славится своим вином. Хотя на туристических буклетах пишут про вино, поэтов и цветы, но в чем это выражается, я не знаю. В поэзии я полный профан, вообще не в теме, зелени тут хватает, но в этом плане Шираз не уникален, а вот вино тут реально продают везде. Надо будет поискать самое дорогое и редкое. Много бутылок я с собой не увезу, но пусть будет дома хоть что-то. Для гостей, так как сам я со спиртным не дружу.

Помимо озвученного Шираз также известен тем, что расположен рядом с Персепольским Хранилищем, которое расположено буквально в пятидесяти километрах от города. Раньше Персеполь был столицей Персии, но было это совсем уж в древние времена и, насколько я знаю, недолго. Близость к объекту Древних не принесла Персеполю удачу – чуть больше ста лет он простоял, а потом случилась какая-то заварушка, и две могущественные сущности сошлись в бою. С одной стороны были Древние того самого объекта, а с другой… никто не знает. Гипотез много, но фактов никаких. Ширазцы, например, уверены, что это были боги, которые победили, после чего объект перешел в руки жрецов, а вот Рейка с очень серьезным видом утверждала, что победили Древние, но понесли такой урон, что глава объекта уже через десять лет после того боя сам передал этот самый объект богам. Учитывая, откуда Рейка могла получить эту информацию, имелись все шансы, что она права.

А еще в Ширазе много представительств различных родов и кланов. Правда, именно что представительств. Несмотря на количество аристократии в городе, жить здесь на постоянной основе они почему-то не желают.

– Нам не нужна девчонка, – вещал на ломаном русском старик в легком МПД. – Пусть забирает охрану и уматывает. Нам нужен только ты!

И вот как так получилось? Стоило только прилететь в город, выйти на экскурсию, дабы порадовать сестру, и буквально через два часа мы попали в засаду посреди дороги. Умом я понимал, что Тумтайбасовы не единственный род, который попытается меня похитить, но вот так нагло? Посреди не самого задрипанного города? Силами, если верить гербам на одежде, семи родов? Так они еще и сориентировались на удивление быстро… Хотя нет, последнее вполне объяснимо – прилетел я сюда на своем самолете, а это значит, что местный аэропорт был предупрежден заранее. Оттуда информация о моем прилете и ушла к местным за пару дней до моего прибытия.

– Дай мне минуту! – произнес я, повысив голос.

И, не получив ответа в течение двух секунд, развернувшись, подошел к главе моей охраны. Который с другими мужчинами прикрывал Рейку.

– Господин? – спросил он напряженным голосом.

– Тут всего лишь двадцать шесть человек, – начал я. – Угрозу чувствую только от троих, да и то… Максимум Мастера. Сейчас ты берешь своих людей, забираешь Рейку и едешь назад. Недалеко. Выбираешь место получше, магазинчик какой-нибудь, и занимаете там оборону. Для этого вас пятерых должно хватить с головой – учитывая, что все пятеро Учителя. Запомни – не удаляйся от меня более чем на три километра. И старайся не шуметь, а то местные чинуши могут и докопаться.

– Понял, господин, – кивнул командир отряда.

– Теперь ты, – повернулся я к Итагаки. – Когда все завертится, бежишь на полной скорости в тот магазин, – покосился я влево. – Ломись прямо сквозь витрину, не тормози. Там занимаешь оборону и достаешь подавитель. Ну и стреляешь во всех, кто окажется в пределах радиуса артефакта. Цели я тебе обеспечу.

– Понял, – кивнул он.

– Ну а вы, маленькая леди, – глянул я на обеспокоенную Рейку. – Слушаетесь старших, не пищите и сохраняете спокойствие.

– Я поняла, братик, – произнесла моя хмурая сестренка.

Вернувшись обратно, а если точнее, просто сделав несколько шагов в сторону решивших поиграть со мной персов, показательно осмотрелся. Зажали нас, как я и говорил, посреди проезжей части, банально перегородив дорогу двумя машинами спереди и двумя сзади. При этом сами похитители расположились в том числе и с обеих сторон вдоль дороги. Двадцать шесть бахироюзеров до ранга Мастер включительно. Довольно внушительная сила, да что уж там, без «довольно», просто внушительная. Только вот опасности я от них не ощущал. Угрозу – да, беспокойство, причем, скорее, из-за Рейки. А вот опасностью от них почти не веяло. То есть именно как боевая сила они слабы. Нет, стоп, какое, к черту, «слабы»? Сильны они, просто я еще сильнее.

– Я согласен на ваши условия! – повысил голос. – Девчонка уезжает с охраной, я остаюсь здесь!

– Пусть валит! – махнул, по-видимому, главный.

За Рейку можно не переживать. Во-первых – старик не врал, когда говорил, что она им не нужна. А во-вторых – похищать ее будут явно не здесь. Либо в отеле, либо у аэропорта. Похищать будут точно, просто на всякий случай – девочка, путешествующая с главой рода Аматэру, наверняка достаточно важная персона. Даже если конкретному старику она и не нужна, то нельзя говорить, что она не нужна вообще никому. Но опять же, делать это прямо здесь, точнее, устраивать засаду прямо здесь – нелогично. Слишком много переменных. Потому я и сказал охране не удаляться от меня на расстояние дальше трех километров. А, ну да, еще и для того, чтобы было проще найти Рейку по ведьмачьей метке. Наблюдая за тем, как машина с охранниками и Рейкой проезжает мимо разъехавшихся легковушек, думал о бренности жизни, идиотизме и наглости. А когда машина отъехала достаточно далеко, повернулся к старику в легком МПД. Он, кстати, единственный здесь одетый подобным образом, остальные носили либо повседневную одежду, либо, как те шестеро – военную.

Не сводя со старика взгляда, чуть наклонил голову в сторону Итагаки.

– Иди уже в магазин, – произнес я тихо. – Чуть что – беги.

И Итагаки молча пошел.

– Сдайся, Аматэру! – заговорил старик. – Сопротивление бессмысленно, ты просто зря пострадаешь!

– Это банальные слова, старик! – произнес я с усмешкой. – Ты правда думаешь, что они смогут повлиять на меня?!

Надоело мне что-то перекрикиваться с ним. Скорее бы они начали атаку. Первым я не полезу, так как в чужой стране это может выйти боком. Да и обеспечивать таким образом обоснование их агрессии для местного общества я не намерен. Правда, решение дождаться их удара поколебала очередная сканирующая волна, которую, в числе прочих, я в таких вот ситуациях с некоторой периодичностью пускаю на автомате. В общем, в нашу сторону, судя по скорости, ехали еще двенадцать человек на трех машинах. И если там будет еще парочка Мастеров, ситуация несколько осложнится. Не критично, конечно, но тот же Итагаки может кони двинуть даже при наличии подавителя.

Времени в обрез. Подкрепление этим типам придет минуты через две, потому, похоже, они и тянут время. Вряд ли проиграть боятся, скорее, меня случайно зашибить. Хреново, что я вычислил подкрепление только сейчас. Видел и в прошлые сканирующие волны, но это же долбаный город, тут таких машин навалом. А следить за пространством в десятки километров постоянно я не могу. Точнее, не могу делать это в городе – мигрень жуткая.

– Взять! – выкрикнул старик.

И я тут же ушел «рывком» в сторону, чтобы не попасть в появившуюся на том месте, где стоял, ледяную клетку. Это странно. С чего это они… Может, конфликт групп? Типа те опаздывают, а эти хотят захапать приз себе? Ну мне это только на руку.

Очередным «рывком» ушел от второй «клетки» и тут же сделал еще один, уходя от чего-то ветряного. Чего – не понял, так как техника появилась четко за моей спиной и была не видна. Впрочем, оказавшись рядом со стариком, сделал подшаг в сторону и увидел какой-то пылевой купол. Видать, аналог «ледяной клетки». Удар в живот, еще один, в виде апперкота в челюсть согнувшемуся противнику, и… «Ускорения» и «фокуса» на мне было накинуто достаточно, чтобы заметить мужика пенсионного возраста, который создает что-то огненное, да еще и смертельное. Плюс чуйка сообщила и о других техниках, что должны меня вот-вот накрыть. В общем, толкнул старика на траекторию огненной техники и сделал максимально возможный по дальности «рывок». Как раз к пенсионеру с огненной стихией. Из «рывка» вышел в паре метров от цели, и в тот момент, когда я уже собирался сделать самый обычный прыжок вперед, выпущенное им «огненное копье» – а это, если что, «мастерская» техника, испарило голову и плечи старика, с которым мы еще минуту назад так мило разговаривали. Минус Мастер, судя по ощущениям.

На поле боя в этот момент все замерли. Что для меня было неожиданностью. С чего это они… А-а-а… Во-первых, один член рода убил члена другого рода. А во-вторых, с начала потасовки прошли секунды, то есть нападавшие просто не успели осознать мою опасность и начать бить насмерть. То есть данный индивидуум изначально не пытался меня поймать. Забавно. Эти ребята явно не ладят друг с другом, раз интригуют в такой момент.

– Вот теперь, ребятки, вы точно напросились! – подлил я, прикола ради, масла в огонь.

И ускорился еще сильней. Не из-за того, что в меня смертельной техникой пульнули, просто я немного ошибся с расчетом времени прибытия подкрепления к этим гаврикам. Они вот-вот подъедут. Видать, отсутствие пробок сыграло свою роль.

Следующую минуту я метался между противниками, почти не используя дальнобойные навыки. Один раз запустил россыпь мелких шаровых молний в группу сбившихся ближе друг к другу, и все. Одного из них даже убил. Видимо, неудачник совсем слабеньким оказался. В остальное время использовал «рывок» и «удар». Этого более чем хватало. В основном меня пытались поймать бойцы ранга Учитель, которые для нынешнего меня вообще не противники. Один Мастер был мертв, другой успел выпустить всего пару техник. Точнее, это нормально, что всего пару – времени-то у них не было – плюс поймать меня не то что в прицел, просто взглядом, сложно, тут другое интересно. Этот самый Мастер использовал не летальные техники, как, в общем-то, и остальные противники. Только группа в военной форме осыпала меня смертельными ударами, но и они использовали слабые, зато быстрые техники, что для меня было неопасно. К тому моменту, как к моим врагам подъехало подкрепление, от этих самых врагов осталась треть. Хотя нет, меньше. Шесть человек в военной форме во главе с огненным Мастером и пара достаточно крепких мужиков, которые шевелились, пытаясь подняться на ноги. Второго из трех Мастеров убил Итагаки. Тратить время я не стал, так что парой пинков отправил своему телохранителю жертву, которую он банально пристрелил под подавителем. Окружающие на это и среагировать-то не успели, в смысле, тупо не обратили внимания, так быстро все происходило. Да блин, противники не то что на смерть второго Мастера среагировать не успели, они до последнего использовали нелетальные техники, пытаясь меня поймать или оглушить. То есть я успел их ушатать настолько быстро, что они даже опасности не почувствовали. Я бы и мужиков в военной форме уничтожил, но они оказались слаженной боевой группой, которую быстро не вынести. Единственный раз, когда я попробовал это сделать, меня встретили сразу три огненных щита, огненный шар и огненная волна. Пришлось отступить и заняться другим Мастером. Тем самым, которого чуть позже грохнет Итагаки.

После того как подъехали машины с новыми действующими лицами, ситуация изменилась кардинально. Такого я, признаться, не ожидал. Из первого подъехавшего пикапа, который только начал тормозить, на ходу выпрыгнул какой-то мужик в красном халате и широченных черных брюках. И с ходу, даже не потрудившись подняться на ноги, вытянул руку в сторону бойцов в военной форме, после чего те просто упали. Шесть не самых слабых бойцов просто сложились, будто куклы, у которых обрезали ниточки. А я замер и не понимал, что дальше делать. Да и что, вообще, происходит.

Поднявшись на ноги и отряхнувшись, мужик в красном халате сделал шаг вперед. Правда, тут же резко остановился и поднял руки. Постоял так пару секунд и вновь пошел в мою сторону. К этому моменту из подъехавших машин уже вылезли бойцы в легких МПД, причем со шлемами, в отличие от того старика. Сейчас они занимали позиции, стараясь не приближаться ко мне, и брали под прицел своих французских штурмовых винтовок окружающее пространство.

– Господин Аматэру, – заговорил мужчина в халате. – Мы не причиним вам вреда. Мы здесь для помощи вам.

Говорил он на хорошем русском. В Персии, как и в Японии, и в других странах, есть иностранные языки, которые… более популярны, нежели остальные. В Японии – это немецкий и русский, а здесь изучают французский и русский. Так что в том, что ко мне уже дважды за сегодня обратились на русском, не было ничего удивительного.

– Это как минимум неожиданно, – ответил я остановившемуся в четырех шагах от меня мужчине.

– От лица рода Урук приношу извинения за действия своих соотечественников, – чуть поклонился он.

– Пожалуйста, опустите руки, – попросил я его. – А то как-то неловко.

– Еще раз прошу прощения, – выполнил он мою просьбу, после чего полноценно поклонился.

Покосившись на тех, кого этот мужичок уложил одним взмахом руки, хмыкнул. Мелькнула у меня мысль, что Урук это нападение и устроили, дабы втереться ко мне в доверие, но… Шестому в десятке древнейших родов мира подобное не очень-то и нужно. К тому же, вряд ли они убивали бы своих помощников. Хотя возможно всякое.

– Просто для уточнения, – произнес я, включая чувство лжи. – Это ведь не вы организовали нападение?

– Нет, нет, нет, – помахал он руками. – Ни в коем случае. Мы и сами узнали об этом всего час назад. А так как телефона вашего у нас нет, то и предупредить мы вас не могли. А про место засады узнали и вовсе минут двадцать назад.

Ну да. Я с Рейкой чуть больше двух часов гуляю, то есть они даже в отель позвонить не могли.

– Могли бы не мне, а им позвонить, – кивнул я на трупы.

– Мы пытались, – вздохнул он. – Но… Давайте я не буду вдаваться во внутреннюю политику. Если кратко, то эти недостойные нас просто проигнорировали.

– Проигнорировали род Урук? – приподнял я бровь.

– Мы сильны, велики и влиятельны, но мы не правим этой страной, – развел он руками.

С одной стороны, Аматэру в такой же ситуации тоже могли бы проигнорировать, тут, правда, все от родов зависит. С другой стороны, род Урук – это вам не Аматэру. Гораздо круче со всех сторон. С третьей стороны, он не врет. Ладно, сойдемся на том, что они и правда не смогли помешать нападению и просто приехали помочь.

Только непонятно, почему. Зачем им вся эта суета?

– Полагаю, вы знаете, кто я, но все же представлюсь, – произнес я и слегка поклонился. – Аматэру Синдзи, глава рода Аматэру.

– Рад приветствовать вас в нашей стране, господин Аматэру, – поклонился он в ответ. – Меня зовут Ахман. Урук Ахман. Глава представительства рода Урук в городе Шираз.

– Приятно познакомиться, господин Урук, – произнес я, улыбнувшись. – Не могли бы вы помочь мне с машиной, а то моя…

Не договорив, посмотрел на чадящую легковушку, которая не пережила одно из попаданий огненной техники.

– Конечно, господин Аматэру, – улыбнулся он в ответ. – Без проблем, можете воспользоваться одной из наших.

– Благодарю, – кивнул я, после чего, повернув голову, крикнул: – Итагаки! Бегом сюда! Это мой помощник, смотрите не подстрелите.

– Как можно, господин Аматэру? – типа возмутился Урук. – Никто его и пальцем не тронет.

Впрочем, до того как он что-то крикнул на персидском своим бойцам, несколько человек навели-таки стволы на идущего в нашу сторону Итагаки.

– Господин, – протянут мне Итагаки браслет из маленьких черепов, – не знаю, что он делает, но бахир поглощает.

Видимо, это с убитого им Мастера. Хм, у других тоже может что-то быть, но как-то невместно Аматэру шмонать трупы поверженных врагов. Во всяком случае, при свидетелях.

– Если позволите… – подал голос Урук.

– Да? – посмотрел я на него.

– Ваш человек принес защитный артефакт, – произнес он. – Довольно специфический. Эта вещица защищает от ментального воздействия.

Так он японский понимает? Интересно… Подождите, что? Но ведь Хирано говорила… Хотя, стоп. Она говорила, что читать мысли никто не может, а ментальное воздействие – это не только чтение мыслей. К примеру, у Аматэру есть артефакт, который стимулирует болтливость. Тоже в своем роде ментальное воздействие. Ну или кольцо, использующее бахир, но воздействующее магией, которая усыпляет цель. Надо будет потом протестировать браслет, в частности – защищает ли он только от бахира, или еще и от магии? Точнее, дать приказ сделать это. Мне-то в любом случае им не пользоваться, так что и любопытство мое не более чем… то самое любопытство.

– Благодарю за пояснение, – кивнул я.

– Кстати, моя помощь вам, судя по всему, не очень-то и требовалась, – произнес Урук, оглядывая разбросанные тут и там трупы.

Причем многие из них выглядели довольно непрезентабельно. Убивал-то я их голыми руками, что при моей силушке означает в буквальном смысле полуоторванные головы. Даже когда я пробивал грудину, разрывая в клочья внутренние органы, выглядело это весьма кроваво, так как после такого кровь лилась из всех возможных щелей. Вот блин, а ведь это был отличный шанс поработать мечом против «доспеха духа». Протестировать мои новые возможности. Я же по привычке отработал руками.

– Тем не менее, – посмотрел я на него, – я благодарен вам за ваши намерения. У вас не будет проблем со всем этим? – окинул взглядом улицу и напоследок кивнул на группу в военной форме. – И, если не секрет, как вы их так?

– Если только небольшие проблемы, – пожал Урук плечами. – В конце концов, мы их предупреждали. А остальное – просто родовая способность.

Врет. Ну да его право, тут я без претензии. Род Урук использует стихию света, а камонтоку сжигает сердца людей. В буквальном смысле слова. Если провести вскрытие, то у тех людей вместо сердец должны оказаться хорошо прожаренные куски мяса, но такая смерть выглядит иначе, чем то, что я наблюдал. Не настолько мгновенно. То, что видел я, было, скорее, похоже на отключение бытового предмета от сети. Просто раз, и все. Так что тут, скорее всего, поработал какой-то артефакт.

– Если хотите, я могу вам выделить людей для сопровождения, – произнес Урук, пока мы шли к выделенной для нас машине. – Понимаю, вам это не очень нужно, но ситуации разные бывают.

Интересное предложение. Немного подумав, ответил:

– Не стоит. Просто донесите до местных, что с нами лучше не связываться. Я все равно здесь ненадолго.

– Воля ваша, – пожал он плечами, а когда мы были уже у самой машины, добавил: – Напоследок хочу сказать, что род Урук не преследует каких-то целей, помогая вам. Это просто гостеприимство. Не воспринимайте нашу помощь как одолжение. И я еще раз прошу прощения за своих соотечественников. Поверьте – моя страна более доброжелательна, чем вам могло показаться.

Может, он и говорит про отсутствие долгов – впрочем, их и правда нет, я их ни о чем не просил – тем не менее пару плюсов в моих глазах род Урук заработал, что несомненно повлияет на наши возможные отношения. А они будут. Может, не сейчас, и даже не через десять лет, но они точно будут. Просто потому, что я Патриарх невиданной силы. В этом плане Урук нехило подзаработали на этой истории.

– Не очень умные люди есть везде, – ответил я, открыв дверь машины. Итагаки в этот момент залезал на водительское сиденье. – В России меня, вон, тоже пытались похитить. И тоже, как вы понимаете, неудачно. Да и в Японии дураков хватает. Я благодарен вам за помощь. Пусть вы и говорите, что долгов нет, я запомню эту историю. Всего хорошего, господин Урук.

Подобрав своих людей с Рейкой в какой-то забегаловке, где они сидели рядом с черным входом, направился прямиком к Хранилищу. Туристическое настроение было убито напрочь, и сейчас надо мной властвовало исключительно рабочее. Хотелось побыстрее завершить местные дела и свалить домой. А ведь если в Хранилище найдется множество полезных артефактов, придется когда-нибудь возвращаться, чтобы это все вывезти… С другой стороны, а зачем? Получить ячейку в Хранилище не так уж и просто, и если там ничего не будет храниться, ее просто заберут. Ладно, в любом случае самое ценное нужно будет забрать – не ездить же сюда каждый раз, когда это «что-то» потребуется?

Вход в Хранилище был выдолблен в скале. Причем не на уровне земли, а гораздо выше. Так, чтобы подойти к нему, сначала надо было подняться по огромной лестнице, которую тоже выдолбили в той самой скале. Но это ерунда, меня больше заинтересовал Персеполь. Раньше я думал, что это руины, типа туристическая достопримечательность, ан нет, как выяснилось, Персеполь уже лет семьдесят как восстановили и используют в качестве огромного храмового комплекса. Может, в древние времена это место и тянуло на город и даже столицу, но по современным меркам данное сооружение – не более чем большая крепость.

Прихожая Хранилища, назовем это так, представляла собой огромный пустой зал, в котором по углам стояли столы, а за ними сидели жрецы в одеждах, напоминающих туники. Белые туники. Стены зала были, понятное дело, каменные, но у стены напротив входа выделялся прямоугольник другого цвета, рядом с которым из пола росли прямоугольные каменюки. Рядом с ними стоял еще один жрец, смуглый, как и все персы, к нему-то мы и направились.

– Прошу прощения, – обратился я к нему. – Вы говорите по-русски?

– И на французском, и на английском, и на японском, и на многих других языках, – ответил он с улыбкой.

На русском ответил.

– Прошу прощения, если сморозил глупость, – улыбнулся я вежливо.

– Нет-нет, не стоит, – приподнял он руки. – Ахура-Мазда свидетель, ваш вопрос не был глупым.

– Я рад, – кивнул я. – Но давайте к делу. Мы тут, чтобы посетить Хранилище, но есть небольшая проблема – наши родители мертвы. Сам я здесь никогда не был, сестра была, но давно. Она и сейчас-то ребенок, а тогда и вовсе… – вздохнул я.

– Соболезную, дети, – склонил голову жрец. – Помнит ли ваша сестра, какую именно ячейку они посещали?

– Рейка? – посмотрел я на сестренку.

Русский она, с горем пополам, знала, пусть и не так хорошо, как немецкий, так что, о чем говорит жрец, должна была понять.

– Я не помню, братик, – ответила она на японском, прижавшись ко мне еще сильнее.

Ей вообще здесь, похоже, не очень нравилось.

– Она не помнит, – пояснил я жрецу.

– Что ж, это не проблема, – ответил он бодро. – Просто приложите руку к этому камню и немного подождите.

Первым моим порывом было положить руку на камень, но потом я вспомнил отношение ко мне Этсу и не рискнул. Рафу не стал бы разделять нас с Рейкой или блокировать мне доступ… Точнее, делать его исключительно для себя, Этсу и Рейки, а вот моя горе-мамаша могла. Втайне от Рафу, конечно, но могла.

– Рейка, положи ладошку на камень, – обратился я к сестре.

Что она, самую малость неуверенно, и сделала. После чего рядом с камнем со стороны жреца появилось голографическое окно, в которое он несколько секунд тыкал пальцами.

– Отлично, – произнес жрец. – Можете убрать руку, юная леди. Теперь вы, господин.

– А это обязательно? – уточнил я, прикладывая руку к камню.

– Девочка несовершеннолетняя и, по вашим же словам, Хранилище посещала только она, – сказал он, параллельно возясь с экраном. – Мы как минимум обязаны удостовериться, что вы ее брат. Хм, – бросил он на меня удивленный взгляд.

– Что-то не так? – напрягся я, стараясь этого не показывать.

– Нет, все в порядке, – ответил жрец. – Я отправил запрос, так что через пару минут к нам подойдет человек, который проводит вас к ячейке хранения. А сейчас, господин, позвольте уточнить, как к вам обращаться?

Странно, что он спросил об этом сейчас. В принципе, мог бы и вовсе не спрашивать.

– Аматэру Синдзи, – ответил я.

– В таком случае, господин Аматэру, я обязан сообщить вам, что конкретно у вас есть доступ в еще одну ячейку.

– О как… – пробормотал я. – И чью?

– Рода Мейкшифт, – ответил жрец. – Ныне, насколько я знаю, уничтоженного.

– Мной и уничтоженного, – кивнул я. – Что ж, я вас понял. Сможет сопровождающий показать и эту ячейку?

– Конечно, господин, – ответил он. – И сразу говорю – мирские разборки не интересуют служителей богов. Во всяком случае, тех, кто достаточно приближен к ним, чтобы работать в Хранилищах. Так что информация о вашем доступе в ячейку Мейкшифт не станет достоянием общественности.

– Я вас понял, – произнес я спокойно.

То, что жрецы, работающие в Хранилищах, не выдают секреты своих клиентов, факт давно известный и не подвергающийся сомнениям. И то, что я имею доступ к ячейке Мейкшифт, тоже неудивительно, кровь-то у нас очень похожая, забавен сам факт того, что я про эту ячейку узнал. Кстати, если бы Мейкшифты не считались уничтоженными, мне бы никто ничего не рассказал. Примерно это потомки Азуны и собирались провернуть, уничтожив Аматэру. Они бы просто приехали в Японию и тихо-мирно пришли в Хранилище Фудзи, где им предоставили бы доступ в нашу ячейку. В которой, помимо прочего, лежат и артефакты блокировки-разблокировки камонтоку.

Где-то даже иронично, что мы поменялись местами.

Жрец, который пришел нас сопровождать, мало чем отличался от того, с кем мы до этого общались, такой же смуглый перс в белой тунике. Разве что у прибывшего жреца были небольшие седые усики.

Первым делом я попросил отвести нас в ячейку Мейкшифт. Вряд ли там есть что-то интересное, – этот род просто не успел бы такое приобрести – но посетить ячейку надо. Так что я решил оставить самое интересное напоследок и сначала сходить к Мейкшифтам. В целом персидское Хранилище ничем не отличалось от тех, что я видел до этого. Точно такой же дизайн, точно те же двери, сквозь которые проходишь, словно сквозь стену песка. Интереснее было то, что помещение для самих ячеек оказалось больше. Точнее, таких залов было как минимум три. Пройдя через первый, мы опустились по самой обычной лестнице вниз, где минули еще один коридор с ячейками, там зашли в «песочную» дверь и вышли в третье помещение. И уже там нас подвели к двери, над которой был нарисован герб Мейкшифт. Взяв Рейку за руку, я приложил руку к двери, и через секунду она стала проваливаться внутрь. Сестра, хоть у нее и не было нужной крови, спокойно прошла вместе со мной, так как такое позволялось – если был физический контакт.

Внутри ячейки мы обнаружили ящики. Почти все пространство ячейки было заставлено деревянными ящиками, в которых лежали золотые и серебряные слитки. Ничего более, кроме толстенького блокнота на одном из ящиков, я так и не нашел. А вот блокнот был интересным. Как выяснилось, в нем записана история самой Азуны. Ее мысли и действия. Все я не просматривал, так что, вполне возможно, Азуна записала сюда и что-то более… актуальное. Но блокнотом я потом займусь. Да хоть во время перелета домой. А вот что делать с драгметаллом, непонятно. Похоже, придется вернуться сюда позже с грузчиками. Ну или оставить все как есть, пусть будет неприкосновенный запас деньжат.

Выйдя из ячейки, обратился к ожидавшему нас жрецу:

– Аматэру являются кровными наследниками уничтоженного рода Мейкшифт, так что у меня такой вопрос – можно ли перерегистрировать ячейку на фамилию моего рода?

– Ахура-Мазда не одобряет смену фамилии, – прикрыл глаза жрец. – То, что было дано нам при рождении, должно уйти с нами в чертоги блаженных.

Хотел я заметить, что тот, кто зарегистрировал ячейку при рождении, был именно Аматэру, но не стал. Вряд ли жрецы из-за такого станут менять правила или делать для меня исключение.

– Благодарю за ответ, – произнес я. – Теперь можно идти к ячейке Сакураев.

Вернувшись во вторую комнату с ячейками, пошли не к лестнице, а к другой двери, которая привела нас в очередной коридор, вдоль которого располагались двери хранилищ.

– Братик, – подергала меня за рукав Рейка. – А как тогда здесь женщины фамилию меняют?

С чего такие вопросы? А-а-а… Это ее слова жреца зацепили.

– В Персии женщины не меняют фамилию, они добавляют к ней фамилию мужа, – пояснил я ей.

– А еще госпожа не учитывает, что простым людям позволено больше, чем слугам богов, – вставил идущий впереди жрец. – Мало кто следует догматам Ахура-Мазды и его божественной семьи до последнего слова.

Да как и везде, в общем-то.

В ячейке Сакураев было гораздо больше разнообразных хранящихся предметов. Я прям так сразу и описать-то все не смогу. Ящики, стенды, шкафы, ряд каменных табличек, лежащих прямо на полу. Но больше всех выделялся стол, расположенный прямо напротив входа. Выделялся он, правда, лишь тем, что на нем не было ничего, кроме пары ежедневников – потрепанного, явно очень старого, и почти нового, между страницами которого был вставлен лист бумаги. Его я и открыл в первую очередь.

«Если ты это читаешь, – было написано на листе, – значит, мы мертвы. Крепись, доченька. Знай, что бы ни произошло, что бы тебе ни говорили, мы любим тебя. Все, что ты найдешь в этом Хранилище, принадлежит тебе. Используй это с умом. И помни, не доверяй никому, особенно своему так называемому брату Синдзи. Обязательно прочти оба блокнота, это важно».

А чуть ниже приписка уже другим почерком:

«Твоя мама предвзята, милая – Синдзи нормальный парень».

Веселая у них парочка была.

– Братик! – окликнула меня Рейка, которая стояла рядом с небольшим ящиком и держала в руках листок. – А одноразовые подавители – это круто или нет?

Подойдя к ней, увидел, что ящик разделен на двенадцать небольших секций, в девяти из которых лежат те самые подавители. Точно такие же, как и тот, что подарили мне родители. Девять штук. Офигеть просто. Мои старички-профессора во всем затопленном Хранилище собрали двадцать восемь штук, а тут парочка археологов за одну не такую уж и долгую жизнь – аж целых девять. Даже больше, девять – это только то, что находится здесь и сейчас. А ведь они говорили, что у них всего два таких… Соврали? Понятно, что да, вопрос, почему я… Впрочем, я не всегда включал чувство лжи при встрече с ними. Либо включал, но уже поздно, а уточнять считал излишним. Хм, если у них тут есть подобные вещи, то мне еще интереснее, что здесь лежит.

В общем, после такой находки я не смог устоять и прошелся по всему помещению, вчитываясь в пояснительные записки, которые родители приложили почти к каждому артефакту. Двадцать минут на это потратил, но так и не нашел больше ничего интересного. Полезностей тут навалом, этого не отнять, но чего-то выдающегося я так и не обнаружил. Хотя, стоит быть объективным и учесть, что я просто зажрался. Затопленное Хранилище слишком завысило мою планку ценности артефактов. Так что стоит отдать должное Сакураям, их профессионализм и удача просто поражают. Очень немногие роды в мире обладают коллекцией, равной той, которую собрали два простолюдина.

Положив на полку одного из шкафов листок, в котором объяснялось, что здесь лежат артефакты призывающего типа, поднял руку, в которой так и держал все это время блокнот со стола. Открыв первую страницу, лениво прочитал:

«Для начала запомни и прими как данность – в мире все еще существует один Древний, а Ушедшие не очень-то и ушли».

К черту каракули Азуны. Кажется, я нашел более познавательное чтиво.

Глава 15

– Добро пожаловать домой, Синдзи, – произнесла Атарашики, встречая нас с Рейкой у входа в особняк.

– Я дома, – улыбнулся ей.

Естественно, встречала нас не только она. Норико, Мизуки, Акеми, Казуки, Эрна, Раха и куча слуг стояли у нее за спиной. Разве что Норико и Мизуки стояли не совсем за спиной, а скорее за плечами, чуть позади. А уже все остальные за их спинами, выстроившись в ряд. Ох уж мне этот этикет.

– С возвращением, Рейка, – улыбнулась сестренке Атарашики. – Рада, что с тобой все хорошо.

– Я дома, – чуть поклонилась сестренка.

Вид при этом Рейка имела довольно смущенный.

Приветствия надолго не затянулись, и после них мы всей толпой отправились в дом: я рядом с Атарашики, а Рейка – прилипнув к Норико. Живот у моей жены, кстати, раздуло о-го-го как. Скоро увижу своего наследника.

Оказавшись в доме, я первым делом отправился в душ, а уже потом – искать Атарашики. Нашел я ее в одной из гостиных, которую моя семья, не сговариваясь, признала семейной. В токийском особняке такой гостиной была та, в которой висел самый большой телик. Здесь он тоже был, и тоже огромный.

– Поел? – встретила меня Атарашики, сидящая в одном из кресел.

– Нет, потерплю до обеда, – присел я напротив нее.

– Что ж, рассказывай, – поставила она чашку с чаем на стоящую под правой рукой тумбу. – Видимо, у тебя что-то важное, раз ты сразу ко мне пришел.

И это так. Увы, но самое важное я прочитал в записях не Сакураев, а Азуны.

– Скажи… – не мог я с ходу подобрать слова. – Я в курсе того, что аристократы проводят над своими младенцами ритуал красоты. Можно ли его как-то отменить или обратить вспять?

– Никогда о таком не слышала, – ответила она удивленно. – Но это ритуал Ушедших, у них и спрашивай. А зачем тебе это?

– Эх-х-х… – вздохнул я. – В Персидском Хранилище обнаружилась ячейка Мейкшифтов. Из ценностей там только драгметаллы и записи главы рода. В них-то и было упоминание того, что они проводили некий ритуал, принципиально очень похожий на ритуал красоты, только в нем закладывались не внешние данные, а… ненависть к Аматэру.

Судя по лицу, услышанное Атарашики сильно удивило, а потом не менее сильно напрягло.

– Те дети… – не договорила она.

– Да, – отвел я взгляд. – С ними у нас явно будут проблемы.

Младенцы, что я привез из Штатов, оказались бомбой замедленного действия, они, когда вырастут, в любом случае будут нас ненавидеть. Мне жутко повезло, что я наткнулся на то Хранилище. Даже дважды повезло – Азуна могла и не упоминать про тот ритуал, но, как она написала: «Это важно, и я не могу о таком умалчивать». Ну и сам ритуал описала. Точнее, она описала ритуал красоты и нужные для дополнительного эффекта действия.

– Откуда они вообще подобные знания получили? – произнесла Атарашики задумчиво, после чего вновь обратилась ко мне: – Дети должны умереть. Если ты такой принципиальный, я сама этим займусь.

– Принципиальный? – бросил я на нее взгляд.

– Извини… – вздрогнула она.

– Я все-таки напомню… – начал я.

– …Синдзи, правда, извини, – попросила она.

– …что у Мейкшифтов детей хватало, – закончил я.

– Я была не права, извини, – прикрыла она глаза.

Затолкав злость поглубже, поднялся на ноги.

– Если ты не знаешь, как отменить ритуал, то у меня все, – произнес я. – Пообщаюсь с Хирано. И не напрягайся. Просто… – глянул я на нее. – Просто не напоминай мне лишний раз, сколько на моих руках трупов детей.

– Я поняла, еще раз извини, – ответила она.

Тьфу ты, все настроение от возвращения испортила.

Перед ужином, идя в душ после тренировки, столкнулся в коридоре с Мизуки. Выглядела она хреново. Казалось, даже шорты с футболкой обвисли на ее теле. Выглядела она жалко, но при этом все равно мило. Парадокс.

– Мизуки, – окликнул я ее.

– Синдзи? Ты-то мне и нужен, – произнесла она, принимая бодрый вид.

Ну или пытаясь принять.

– Выглядишь погано. Пойдем к целителю заглянем, – подхватил я ее под локоток.

– Потом, – повела она рукой, вынимая локоть из моего хвата. – Сначала сходим на кухню.

Не понял…

– Зачем? – спросил я.

– Ты правильно заметил, выгляжу я плохо, а знаешь почему? – спросила она и тут же ответила: – Траванулась я. Грибами жареными. А виновата в этом поварская мафия!

– Ага… – не знал я, что на это ответить. – А я тебе зачем?

– Мы сейчас туда придем, и я устрою им бандитскую разборку, – ухватила она меня за руку. – Но без тебя многие успеют убежать. Мне нужно, чтобы кто-нибудь блокировал выход с кухни, – объяснила она достаточно бодро.

Прямо-таки удивительно бодро.

– Но там два выхода, – заметил я.

– Какие умные преступники пошли, – процедила она сквозь зубы. – Придется запрашивать подкрепление.

– Давай только без меня, – попытался я вырваться из ее хватки.

– Без тебя не выйдет, – ответила она, изображая тяжкие думы.

– Мм… – попробовал я разжать ее кулачок, который удерживал мое запястье. – Думаю, ты сама виновата. Незачем было грабить кухню и есть жареные грибы.

Но, вообще, конечно, странно, что на кухне Аматэру присутствуют плохие продукты.

– Я не грабила! – возмутилась рыжая. – Я тихо позаимствовала стоящую отдельно ото всех миску. Ограбила я их на бананы, яйца и йогурт, а грибочки были взяты тихо и незаметно.

– А потом все это было сожрано, – посмотрел я на нее осуждающим взглядом.

– Скушано, – отвернулась она.

– Отпусти уже меня, – вздохнул я. А когда она это сделала, смущенно убрав руки за спину, обнял ее за талию и потянул за собой. – Пойдем.

– Куда? – удивилась она, так как тянул я ее в противоположную кухне сторону.

– К целителю.

– Зачем? – удивилась она еще больше.

– Милая моя рыжая красавица, – вздохнул я в очередной раз. – У Аматэру на кухне не бывает испорченных продуктов. А если такое чудо и произошло, то давай-ка сначала все-таки сходим и узнаем, что у тебя случилось. Если, конечно, тебе действительно плохо.

– Как скажешь… – произнесла она неуверенно.

Вырываться и убегать она не стала, позволила вести себя к доктору, но при этом постоянно оглядывалась назад.

– Да никуда они от тебя не убегут, – заметил я после того, как она в очередной раз оглянулась.

– Да? – глянула Мизуки мне в глаза. – А если меня в постель уложат? А завтра уже другая смена работает, если что.

Если я сейчас ударюсь в логику, меня высмеют. Рыжая и высмеет. Ей только повод дай. Можно, конечно, и поперешучиваться с ней, но сейчас я хочу просто добраться до душа.

– Прапорщик Бранд и лейтенант Идзивару их все равно выследят, так что не переживай, – произнес я.

– Ха! Под предводительством капитана Мизуки их кто угодно выследит! – задрала она нос к потолку.

И почти тут же согнулась, борясь с тошнотой.

Дальше я ее не повел, завернув в ближайшую комнату, усадил на диван.

– Сиди не двигайся, – произнес серьезным тоном.

– Да ладно тебе, Син, это всего лишь…

– Без шуток, – прервал ее. – Сидеть.

– Гав, – выпрямила она спину, положив руки на колени.

– Вот… – сбила меня с мысли. – В общем, я сейчас вернусь.

В итоге, спустя час после происшествия с Мизуки целитель сообщил мне, что моя рыжая женушка беременна.

Еще раз – Великая Рыжая ждет ребенка.

После того как я узнал о состоянии Мизуки, мне пришлось два дня сидеть дома. Точнее, по делам в Токио я уехал только через два дня. Понятное дело, что меня никто не удерживал в Токусиме, но нельзя же было показывать, что мужу плевать на столь знаменательную новость! И мне на самом деле не плевать, просто… «Не плевать» мне в том числе и в Токио. Не важно, чем я занимаюсь, мне не наплевать на то, что Мизуки беременна. Но женщины мыслят иначе. Узнал о беременности и свалил? Боится? Злится? Плевать? Непонятно, но определенно плохо. В прошлой жизни я такую ошибку совершил, потом пару месяцев проблемы разгребал, здесь этого не будет. С Норико все прошло нормально, а значит, и на Мизуки надо пару дней потратить.

В Токио я приехал в основном из-за предстоящей дуэли с О Тоюоки. Точнее – из-за спарринга. Надо было обсудить с ним кучу мелочей, типа – где, кто, когда, во сколько, сколько и так далее. Интересен сам факт того, что мы встречаемся с Тоюоки в Токио, все-таки обычно он на своей Окинаве сидит. Я бы к нему не поехал, ибо… да с чего бы? Не мне этот спарринг нужен. Может, мне еще хвостиком повилять? А сам Тоюоки ко мне не мог приехать из-за политической подоплеки, связанной с этим спаррингом. Я не вдавался в подробности, но он вроде как не мог показать себя мальчиком на побегушках. Обычно, если в деле задействованы Аматэру, этот повод не рассматривается, но сейчас у них там в правительстве разразилась какая-то мини-войнушка. В общем, сам он приехать не мог, но очень просил устроить нам встречу. В Окинаву не поехал бы уже я, вот мы договорились встретиться в Токио. Он туда по работе приехал, а я… ну, мне тоже будет чем заняться.

Сама встреча прошла в деловом ключе. Ни о чем, кроме дела, мы с ним не разговаривали. За вычетом пустой болтовни в начале и в конце разговора. Но это просто хороший тон, не более. Ну а после Тоюоки я отправился в клуб «Ласточка», но на этот раз не для того, чтобы потусить. Был у меня разговор к одной особе.

Еще до того, как на особняк в Токио напали ёкаи, я попросил главную повариху помочь Шотгану. Тагути Тамико, да и все остальные работники кухни в моем токийском особняке, не отличалась каким-то особым талантом к готовке. Обычно я списывал это на то, что сравниваю их работу с готовкой Кагами, но после переезда в Токусиму пришлось признать – да, они не из лучших. Но при этом Тагути прекрасный организатор, не раз отмечал это, так что, когда мне потребовался человек, который занялся бы кухней «Ласточки», тот, кто заменил бы погибшую тетю Наташу, мой выбор пал на нее. Возможно, стоило поискать более профессионального человека, но она была под рукой, вот я и не стал заморачиваться. Я бы и в дела клуба лезть не стал, но проблема была в том, что Шотган тоже, в общем-то, в эти самые дела перестал лезть. На сам клуб мне плевать, никогда особо к местам не привязывался, в отличие от людей. Хонда был мне дорог. Он один из тех первых, с кем я действительно подружился в этом мире. Фантик, Шотган, Джернот Шмитт, семья Кояма, Святов, Ёхай Ёги – это те люди, которые стали друзьями для пытающегося выжить мальца. Кояма могут позаботиться о себе сами, Святова и Ёхая я приблизил к себе и присматриваю за ними, Джерноту помог с гербом. Единственные, кому я не успел помочь, были Фантик и Шотган.

Но Фантик умер…

Шотган до сих пор в депрессии из-за Натальи, и я уже давно думаю, как ему помочь, только вот психологические и душевные травмы – не мой профиль. Если только не надо их наносить. В общем, самое малое, чем я мог ему помочь, это найти человека, который сохранит «Ласточку» до того момента, когда Шотган наконец продолжит жить. И таким человеком стала Тагути Тамико.

В клуб я зашел через главный вход, минуя длинную очередь. Не для того, чтобы покрасоваться, все-таки я мог зайти и через черный вход, а для пиара клуба. Типа Аматэру сюда ходит. Я так всегда делаю, если прихожу в рабочие часы. Кивнув двум охранникам, зашел внутрь, игнорируя поднявшийся шум за спиной. Не возмущенный, просто люди узнали Аматэру и начали активно это обсуждать. В зале грохотала музыка, Шотган стоял за барной стойкой, а официантки, работающие здесь еще со времен моего простолюдинства, разносили напитки и закуску. С одной из них я встретился взглядом и поприветствовал взмахом руки. На что она заулыбалась и прямо на ходу, с подносом в руках, поклонилась мне.

– Привет, Шотганище, – подошел я к бармену.

– А, мелкий алкоголик, – пошутил он с мрачным видом.

Он меня так часто подкалывает, но раньше делал это с изрядной долей иронии, а теперь – мрачно.

– Как клуб, как гарем? – спросил я, подразумевая под гаремом официанток и работниц кухни.

– Так же, как и неделю назад, как и две недели назад, как и три недели назад, как и…

– Я понял, понял, – поднял я руки.

– Нормально все, – произнес он, ставя чистый стакан на место и беря другой, не менее чистый.

Он эти стаканы нон-стоп полирует. Отвлекаясь только на заказы.

– По твоей мрачной роже этого не скажешь, – усмехнулся я.

– Нормальная у меня рожа, – ответил он спокойно. – «Фелиз», как говорят испанцы.

Без понятия, что это значит, но Шотган вообще любитель выдать что-нибудь этакое… иностранное. Привычки моего мрачного друга после смерти Натальи в принципе не изменились, пострадало только его отношение к жизни. Оно стало крайне пофигистическим. Хотя нет. Выдавать иностранные словечки он начал относительно недавно. Да и в целом сделался более разговорчивым. Сразу после уничтожения Тачибана разговорить Шотгана было тем еще испытанием. Он только с Фантиком и болтал.

Надеюсь, что мои подозрения по поводу положительных изменений в Шотгане не просто подозрения. Собственно, я сегодня здесь как раз для того, чтобы попытаться решить его проблему. Мм… не так. Я здесь для того, чтобы переложить эту проблему на женские плечи. Давно разговор намечался, пора бы уже.

– Я сегодня тут по делам, так что, если будут спрашивать, так и говори, – произнес, оглядывая зал.

– Договорились, – кивнул он, протирая стакан.

– Кстати, – вспомнил я. – Личные вещи Фантика. Перешли их его внукам. Не хочу, чтобы они здесь без дела лежали.

– Сделаю, – произнес он, на пару секунд перестав тереть стакан. – Только адрес скинь.

– Хорошо, – кивнул я. – И это… Не печалься о Фантике, все там будем. Он хотя бы прикольную и долгую жизнь прожил.

– Парень, – прервал меня Шотган, – хватит брать все на себя. Как будто я не знаю, что для тебя его смерть похуже, чем для меня. Успокойся, малыш, все со мной нормально будет.

– В штанах у тебя малыш, – нахмурился я. – А у меня вполне себе стандартный рост.

– Хех, – покачал он головой. – Иди уже, стандартный ты наш.

Главная цель моего приезда в «Ласточку» – поговорить с Тагути Тамико. Я так или иначе раз в месяц сюда заглядываю для получения устного отчета, но сегодня я тут не за этим. Сегодня я хочу поговорить с ней о ее… О ее заигрываниях с Шотганом. В прежние, не только плановые, посещения клуба я не раз отмечал, что Тагути откровенно флиртует с барменом. И первое время я считал это обычным женским развлечением. Но она не успокаивалась. А потом, помимо докладов о клубе – а я послал ее сюда именно клубом заниматься, чтобы Шотган его не просрал – она начала осторожно жаловаться на то, что Шотган совсем себя не бережет. И тут у него проблемы, и здесь, а вот хорошо бы сделать так или так. А можно я его пну, чтобы он хоть немного пошевелился? А можно ему достать направление к целителю? Я когда последнее услышал, даже всполошился, но тогда выяснилось, что Шотган банально простудился. Достаточно сильно, но целитель там был не нужен.

В общем, складывалось впечатление, что Тагути реально запала на Шотгана. Не как Наталья. Та была более рациональна и последовательна. Более спокойна, если так можно выразиться. А вот с Тагути я до сих пор не уверен, понимает ли она сама, что происходит. Так-то она женщина взрослая, опытная, но все эти любовные эмоции делают людей слепыми. И упертыми до того, что они сами не желают признавать очевидного. Не раз в этом убеждался. Ну и главное – я могу ошибаться, и Тагути просто… Не знаю. Просто заботлива по жизни. Зачем, правда, тогда флиртовать? Впрочем, ее поведению может быть много объяснений, для того я и приехал сюда, чтобы расставить все точки.

– Хей, девчата, привет всем! – зашел я на кухню. – Анзу-тян, привет. Ли-тян. Ким-тян, как ты тут, не обижают старшие?

Идя по помещению, здоровался с местными девчонками. Всего две из них отвалились после нападения на клуб, но многие остались. А ведь ситуация тогда была сложная и, что уж там, для девчонок довольно страшная. Но не убежали, работают с Шотганом. Я-то был тогда Сакураем, да и, прямо скажем, тем еще мутным типом, так что вряд ли они надеялись на меня, точнее, на то, что я все урегулирую. С тех пор их коллектив пополнился двумя девушками, пришедшими взамен уволившихся, и продолжает работать. А, ну и плюс Тагути, которая смогла влиться в этот шотгановский «гарем», при этом оставаясь начальницей, а не еще одной подружкой. Например, тетя Наташа тут была за этакую мамашу, которая не стеснялась огреть полотенцем. Тагути же… А фиг знает. Ни разу не видел, чтобы ее не слушались или делали какие-то ошибки, за которые нужно наказывать. Все как и в моем особняке было – дело делается, хорошая атмосфера поддерживается.

– Рада вас видеть, господин, – поклонилась подошедшая Тагути.

Внешность у Тагути на уровне – потомственная слуга рода как-никак. Если даже забыть ритуал красоты, остается еще банальная селекция. Так что в свои сорок пять она выглядела очень даже достойно. Про фигуру и вовсе молчу – Атарашики с самой юности не любила полноту в людях, и чем больше у нее появлялось власти в руках, тем больше слуг на постоянной основе занималось спортом. Не бахиром. Занятие бахиром – это другое.

– Здравствуйте, Тагути-сан, – улыбнулся я ей. – Вы не сильно заняты? Хочу поговорить с вами.

– Все в порядке, господин, они и без меня справятся, – ответила она, бросив взгляд направо, где суетилась за плитой пара девчонок.

– Тогда пойдем, – кивнул я на второй выход из кухни.

Там у них подсобка, если что, и лестница на второй этаж.

– Дайте мне минуту, господин, я приготовлю чай, – встрепенулась Тагути.

– Не стоит, – качнул я головой. – Не хочу ни чая, ни кофе.

– Как скажете, господин, – чуть наклонила она корпус.

Поднявшись по лестнице, зашли в комнату отдыха. Посреди помещения стоял большой стол со стульями, на один из которых я сел, кивнув Тагути на другой.

– Так, с чего бы начать-то? – произнес я, ни к кому не обращаясь. Тагути к тому моменту уже сидела напротив меня. – Скажите, Тагути-сан, какие у вас планы насчет Шотгана? Даже не так. Есть ли у вас вообще планы на его счет, и если да, то серьезные ли они?

– Мм… – растерялась она. – Я… Не совсем… То есть понимаю, но…

– Я поясню, – решил ей немного помочь. – Шотган для меня очень важный человек, у которого недавно еще и трагедия случилась. Как я и говорил в самом начале, ваша главная задача – это сохранить клуб, который ему очень дорог, но на который именно сейчас ему плевать. Тем не менее только слепой не заметит, что вы имеете к нему интерес. Я не знаю, какой именно, потому и спрашиваю. Если это просто развлечение…

– Нет! – вскинулась она. – Прошу прощения… Я не играю с Хондой-саном, он мне и правда нравится.

– Если это так, то я только приветствую вашу настойчивость, – улыбнулся я. – Шотган, несмотря на его брутальный вид, тот еще стеснительный тормоз. Для меня было бы большим облегчением знать, что у него появился кто-то, кто будет заботиться о нем не потому, что ему так приказали. Если вы действительно имеете к нему какие-то чувства, то я поддержу вас, если это обычное человеческое желание устроиться получше… – запнулся я, подбирая слова.

Все-таки любовь-морковь далеко не всегда ведет к хеппи-энду. Порой простые меркантильные отношения на основе взаимного уважения гораздо лучше. Впрочем, подобрать слова я не успел.

– Я не могу утверждать, что мои чувства к нему – это какая-то безграничная любовь, господин, но я точно знаю, что он мне нравится гораздо больше, чем друг, – произнесла Тагути. – Я обещаю, что не причиню ему вреда, просто позвольте нам самим разобраться в наших отношениях.

И вроде без каких-то особых интонаций все сказала, но у меня такое чувство появилось, что я – ребенок, который лезет в любовные дела взрослых.

– Как скажете, Тагути-сан, – пожал я плечами. – Делайте, что хотите. Я на эту тему все сказал. Если будет нужна помощь – обращайтесь, все-таки Шотгана я знаю лучше вас.

– Обязательно, господин, – поклонилась она, не вставая со стула.

Еще будучи в Токио, в очередной раз попытался увидеться с Торемазу. Не вышло. Типа ее до сих пор никуда не пускают родители. По телефону мы около часа болтали, а увидеться так и не смогли. Поэтому, вернувшись в Токусиму, я решил поговорить об этой ситуации с женщинами. Нет, ну а что? Моя мужская чуйка благим матом орала – не лезь в это дело. А когда такое происходит, я, как правило, иду по пути наименьшего сопротивления – либо забиваю болт, либо скидываю все на своих дам. В данном случае поговорить я хотел с Норико, Мизуки и Кагами. Последняя приехала вместе с Акено, когда мы сообщили им о положении Мизуки, но Акено через день уехал, а Кагами осталась. Так что сначала пообщаюсь с ними, потом с Атарашики, узнаю женский взгляд на ситуацию, а потом уже буду думать, что с этим делать.

На женскую сторону особняка из мужчин свободный доступ имели лишь я и Казуки, из-за чего тут порой творилась та еще вакханалия. Я знаю, о чем говорю, были прецеденты. Так что, увидев выбегающую из-за поворота Мизуки, одетую в одно нижнее белье под цвет волос, я как-то особо и не удивился. Изначально она явно бежала куда-то в другое место, но, заметив мужа, резко сменила направление и с разбега прыгнула на меня. Дело привычное, она с детства подобным увлекалась, правда, в одежде, но тем не менее. Подхватив ее нижние полушария, с вопросом уставился на повисшую на мне рыжую беспредельщицу.

– Выручай, Син, за мной гонится чудовище! – заявила она и тут же сменила тему: – Кстати, заметь, на тебе висит голая красавица. Правда, здорово? Ты рад?

– Эта красавица с двенадцати лет на мне висит, я привык, – усмехнулся я, чмокнув ее в нос.

– Ха! – изобразила она горделивую позу, насколько это вообще позволяла ситуация. – Ты только вдумайся, сколько лет я тебя радую. Демоны, как же я крута…

И тут с того места, откуда появилась рыжая, раздался спокойный голос:

– Мизуки…

Спокойный-то он спокойный, но вот мурашки по спине у меня забегали.

– Чудовище, – прошептала мне рыжая на ухо.

– Здравствуйте, Кагами-сан, – произнес я, чуть наклонив голову набок, чтобы было проще видеть женщину. – Я так понимаю, вы сейчас на охоте?

– Правильно понимаешь, – ответила Кагами. – Мизуки, иди сюда. И даже не думай больше убегать.

На что рыжая посмотрела на меня жалостливо-просящим взглядом.

– Иди оденься и приходи в Круглую гостиную, – обратился я к ней. – У меня к вам разговор будет. Норико где сейчас?

– В Круглой гостиной, – ответила рыжая, слезая с меня.

– Беги тогда, – шлепнул я ее по попе. – Кагами-сан, у меня к вам с девчонками разговор есть, давайте в гостиную пойдем.

Проводив взглядом убежавшую Мизуки, Кагами вздохнула.

– Не иди у нее на поводу, Синдзи, – произнесла она. – Иначе с ума сойдешь.

– Постараюсь, – улыбнулся я.

Однако дойти до гостиной спокойно мы не успели – нас остановила пробегающая мимо служанка.

– Господин, у Норико-самы воды!

Ха-а-а… Похоже, скоро я увижу своего сына. Ладно, понеслось.

Именно круглая гостиная находится ближе всего к комнатам наших с Казуки жен, так что в ней мы ждали, когда рожала Эрна. Естественно, и появления моего первенца мы ожидали тут же.

– Ты вообще не волнуешься? – спросил Казуки. – Выглядишь, как будто чаю пришел выпить.

– Я умею держать свои чувства под контролем, малыш, – да и был у меня уже подобный опыт. Когда жена в прошлой жизни рожала, вот это была нервотрепка, а сейчас я почему-то уверен, что все будет хорошо. – Не волнуйся, все будет нормально.

– Конечно, будет, – кивнул Казуки. – С таким-то медицинским обеспечением.

Боже, малыш пытается меня подбодрить. Это так мило.

– Я в курсе, Казуки, не нервничай ты так, – улыбнулся я ему.

Сидели мы с ним отдельно от остальных групп, но надо понимать, что эти самые группы не были статичны. Полчаса назад со мной сидела Атарашики. Час назад я оказался окружен мужчинами Кагуцутивару. Два часа назад… Ну, там просто был небольшой хаос из перемещающихся людей. Забавно, кстати, но Кагуцутивару здесь собралось даже больше, чем Аматэру. И это даже если приписать к нашей группе Рейку с Кагами. Отец Норико, матери, братья, малолетняя сестра, два деда, две бабки. И это только самые близкие, так-то Кагуцутивару весьма большой род, состоящий из десятков людей.

– Ты, я смотрю, вообще не волнуешься, – произнесла подошедшая с матерью Мизуки.

– Милая, твой муж ведьмак, чего ему бояться? – усмехнулся я.

– Не поняла, к чему ты это, – нахмурилась она, присаживаясь рядом на татами у небольшого столика, за которым мы сидели.

– Ведьмаки благотворно влияют на беременных, – в очередной раз выдал я байку из своего прежнего мира. – Все с Норико хорошо будет.

– Так вот почему мне удалось родить третьего ребенка, – улыбнулась Кагами. – Помнится, когда я была беременна, ты постоянно крутился рядом.

– Нет, тут только ваше величие, Кагами-сан, – покачал я головой. – Третий ребенок это, как ни крути, третий ребенок.

– Ясно, ясно, – покивала Кагами. – Так о чем ты там хотел поговорить? Если это не секрет, конечно, – повела она глазами в сторону, намекая на Кагуцутивару.

Бросив взгляд ей за спину, я вновь посмотрел на Кагами.

– Пойдемте на кухню сходим, – произнес я. – Заодно жахнем по кружке кофе.

– Лучше чая, – начала подниматься на ноги Кагами.

– Чай жахать нельзя, – с улыбкой поднялся я вслед за ней. – Это только с кофе возможно.

– Женщины Кояма вообще ничего не жахают, – ответила она. – Так что я все-таки выпью чаю.

– А я к Эрне пойду, – произнес Казуки, поднявшийся на ноги вместе с Мизуки. – Я, может, и не женщина Кояма, но мне тоже ничего жахать не хочется.

– Слабаки, – заметила Мизуки. – А вот женщины Аматэру могут сделать что угодно. Если захотят, конечно.

– Ты, наверное, точно так же думала, когда по дому голышом бегала? – ухмыльнулась Кагами.

– Не по дому, а по женской его половине. Различай! – подняла она палец вверх. – Ты у себя дома привыкла, что ничего такого у вас нет, а здесь живут просвещенные Аматэру.

– Ох и нарываешься же ты, доченька, – произнесла Кагами с улыбкой.

Отчего Мизуки занервничала. Дуреха, всю жизнь она вот так нарывается.

– Пойдем уже, чего стоим-то? – произнесла она скороговоркой, направившись к выходу из гостиной.

Зайдя на кухню, я сразу отправился к обеденному столу, а Мизуки направилась делать чай – кто бы что ни думал о ее характере, рыжая красотка была истинной дочерью Кояма Кагами и, если она что-то могла делать на кухне для мужа, она без разговоров шла и делала. Мизуки и моим прокормом занималась бы, но, в отличие от особняка Кояма, тут надо готовить на очень много людей, так что она оставила эту работу поварам. И то… Недавняя история с грибами – не первая в своем роде, Мизуки вообще часто на кухне бывает, и не для того чтобы стянуть оттуда вкусняшку. Она эти вкусняшки сама делает. Чаще всего отдельные блюда, которые потом попадают к нам на стол.

А воровство еды у Мизуки проходит по категории соперничества с Идзивару. Такого же дурацкого, как и в целом воровство чего-либо с кухни. И я сейчас про обе рыжих морды говорю, а не только про Мизуки. Идзивару ведь тоже понимает, что это тупость, но то ли гордость, то ли вредность толкают его на преступление.

Бросив взгляд на дочь и на секунду замерев в нерешительности, Кагами отправилась к столу вместе со мной.

– До сих пор непривычно видеть в ней хозяйку кухни, – произнесла она, пока мы шли, после чего гораздо тише добавила: – Как время-то летит…

На кухне мы были не одни, слуг тут тоже хватало, и несмотря на это, чаем Мизуки занималась исключительно сама.

– Да уж, – покачал я головой. – Я тоже порой поражаюсь тому, как быстро летит время. Вроде совсем недавно Шина показывала ей, как надо правильно разбивать головой кирпичи, а теперь вон… Ребенка ждет.

– Причем твоего, – усмехнулась Кагами. – И правда, кто бы мог подумать, что все так обернется?

– Видимо, вы? – улыбнулся я.

– Нет, – вздохнула она, садясь за стол. – У Мизуки был жених, а вот с Шиной да, имелись планы свести вас. И кстати, раз уж об этом зашел разговор… – замялась она. – Есть у меня к тебе одна бестактная просьба.

– Оу, – произнес я, сев напротив нее. – Любопытно. Внимательно слушаю.

– Кхм… – Серьезно, я впервые видел Кагами настолько смущенной. Оказывается, она может выглядеть красивее, чем есть. – Тут такое дело… Шине тоже пора иметь ребенка, – да ладно, она серьезно к этому ведет? – На самом деле ей уже замуж давно пора, но из-за статуса гения найти мужа моей старшенькой не так уж и просто. Да еще и Акено психовать начинает… – поморщилась она. – Но с мужем мы разберемся. Однако гораздо проще будет, если Шина родит от тебя. Для нас, ее родителей, проще. Будь отцом ее ребенка кто-то другой, это была бы катастрофа, но Аматэру-Патриарх… – замялась она вновь. – А-а-а, к демонам, – потерла Кагами переносицу. – Скажу как есть – я хочу, чтобы Шина родила от тебя. Не потому, что ты Патриарх, а потому, что дорог нам. Заодно это несколько отложит социальную проблему отсутствия у взрослой девки мужа, – и, немного помолчав, подняла на меня взгляд. – Мы так и не смогли затащить тебя в клан, сделав своим сыном, и я как мать хочу хотя бы внука от тебя иметь. Я понимаю, что мои слова звучат неприглядно и двусмысленно, но поверь – за Виртуозами пусть другие бегают, а мне нужен внук-Кояма.

– Вы совсем ее мнения не учитываете? – вздохнул я. – А Акено-сан? Он знает о вашей просьбе?

– Никто ничего не знает, – пожала она плечами. – А если будут против… – посмотрела на свою ладонь, которую сжала в кулак. – Ну, пусть попробуют.

– Кагами-сан, – начал я осторожно, – ладно Акено-сан, но если Шина будет против, то я не намерен участвовать в изнасиловании. И вообще, – поднял я руку, не дав ей ответить. – Давайте вернемся к этой теме позже. Я вас услышал и обдумаю ваши слова, но не сейчас.

– Хорошо, – чуть поникла Кагами. – Извини, если давила. Да и за саму просьбу…

– Не стоит, Кагами-сан, – прервал я ее. – Я правда подумаю. Мы еще вернемся к этому разговору, но позже.

– Как скажешь, – кивнула она.

– Что обсуждаете? – спросила подошедшая Мизуки.

– Я тебе как-нибудь потом расскажу, – произнесла Кагами, наблюдая за тем, как ее дочь расставляет чашки и начинает разливать чай.

Я тоже на это смотрел, при этом думал о словах Кагами. Вот уж чего я действительно не ожидал, так это подобного. Хотя, нет, умом я понимал, что они могут попросить ребенка для Шины, но то умом. На деле же мне такое даже представить было сложно. Особенно то, что Кагами затеет разговор в обход мужа. К самой просьбе у меня претензий нет. Ну попросили заделать ребенка, и что? Во-первых, это Кояма. Во-вторых, Шина вполне себе красивая девчонка. Не старуху же меня обрюхатить просят. Ну и в-третьих, я мужик, нам сама природа велела детей на стороне делать. На всякий случай, чтобы род не прервался… Хотя тут я уже куда-то не туда лезу. В общем, технически внутреннего неприятия у меня нет. Но как это будет происходить, я даже не представляю. Типа я договорился с твоими родителями, так что все норм? Меня попросила Кагами, так что давай, раздевайся и ложись? Ты сама все понимаешь, так что давай побыстрее с этим закончим? Не будь это Шина… Тогда бы я и не пошел на это… В общем, теоретически, не будь это Шина, и я бы не парился. Поставил раком, сделал дело, свалил. Но это Шина, та самая подруга детства, с которой у нас вышла некислая ссора и до сих пор идет медленное примирение. Я просто не представляю себе секс с нею.

– Хм, неплохо, – произнесла Кагами после первого глотка чая. – Делаешь успехи.

– А то, – вздернула носик Мизуки. – Следую по стопам великого учителя!

– Лесть, конечно, слишком очевидная, но сойдет, – произнесла Кагами. – Итак, Синдзи, о чем ты хотел с нами поговорить?

Так, надо собраться.

– Кхм… Тут такое дело, – начал я. – Но это между нами. Совет нужен, женский взгляд. В общем, в ту ночь, когда на особняк напали, ко мне приезжала Акэти Торемазу и попросила помощи.

После чего я за пять минут пересказал наш с Тори разговор. Благо там и рассказывать-то особо нечего. Когда я закончил, мать и дочь молча переглянулись.

– Если ты хочешь узнать, насколько подобная история правдива, то, как по мне, не очень, – первой взяла слово Кагами.

А вот я удивился. Вообще-то, мне нужен был совет, как эту ситуацию разрулить, а мне говорят, что она не очень-то и реальна. Интересные дела.

– И в чем это выражается? – спросил я осторожно. – В смысле – в чем Торемазу соврала?

– Не могу точно сказать, – ответила Кагами. – Понимаешь, сама ситуация довольно нетипичная. Чтобы молодая аристократка искала помощи в таком деле у третьей стороны? Прекрасно понимая, что эта сторона ее в жены не возьмет? Она что, хочет подставить друга? Ладно, предположим, она дура, но ее что, вообще не воспитывали? То есть для нее дела рода – пустышка? Хорошо. Опять же, предположим, что это так, но… Мизуки, что бы ты сделала, если бы тебя заставляли выйти за очень неприятного тебе человека?

– Мам…

– Теоретически, – добавила Кагами. – Тебе жених очень не нравится, а родители очень хотят тебя за него выдать. Все, край. Помощи ждать неоткуда.

– Вышла бы из рода, – поморщилась Мизуки. – Это парней без гроша в кармане оставляют, а нам, девушкам, с голоду умереть не дадут. Такова традиция. Но это действительно край. Торемазу точно не в таком положении. Она…

– Подожди, – прервала ее Кагами. – Сначала я закончу.

– Как скажешь, – пожала Мизуки плечами.

– Так вот. Как видишь, девушка, воспитанная девушка, если ее прижмут с женихом, может выйти из рода.

– Люди разные бывают, – заметил я.

– И тем не менее, – вздохнула Кагами. – Я не говорю, что такого не может быть, но выглядит все… странно. Придя к тебе, она подставила себя, свой род и тебя до кучи, если бы ты попытался вмешаться. Я немного знакома с Торемазу, и, как мне кажется, она не настолько глупая и подлая. Да и сила воли у нее присутствует. Не знаю, что там у вас произошло, но выглядит все именно что странно.

– М-дя… – вздохнул я и, глянув на Мизуки, спросил: – Ну а ты что скажешь?

– Бред, – ответила она категорично. – Тебя тупо на ребенка пытаются развести. Не поссорься ты с ними, и последовала бы попытка договориться. Как всегда с Патриархами. Но вы поссорились, вот они и используют единственный доступный им ресурс.

– Это немного грубовато и категорично, без учета множества нюансов, – произнесла Кагами ровно. – Но да, очень на то похоже.

После чего сделала очередной глоток чая. А вот я в свою чашку пока только смотрел.

– У тебя ведь и обоснуй какой-то есть? – спросил я Мизуки.

– Естественно, – хмыкнула она. – Начнем с того, что Торемазу любимая дочь и племянница. И это не просто слова, над ней реально трясутся. Что дядя, глава клана, ее постоянно балует, что отец. Боги его знают, откуда такое отношение, но даже ее младшая сестра смотрит на нее как на божество. И тут она говорит, что ее хотят выдать замуж против ее же воли? Серьезно? Да никогда я в это не поверю! – всплеснула Мизуки руками. – К тому же у Торемазу очень плохой характер. Это с тобой она милая малышка, а с другими та еще тварь.

– Мизуки! – одернула дочь Кагами.

– Прошу прощения за выражение, – проворчала рыжая. – Просто тут по-другому не получится сказать. Это Шина с мамой, – посмотрела она на Кагами. – Ну и я самую малость стервы, а она именно что тварь. И вот скажи мне, ты веришь, что верхушка клана Акэти не знает особенностей ее характера?

– Могут и не знать, – пожал я плечами. – Любовь затмевает…

– Да все они знают. Мам?

– Да, знают, – подтвердила Кагами. – У Акэти к этому отношение проще – главное, у нас все с ней замечательно, а на остальное плевать. Естественно, пока она не переступает черту.

– Во-о-от, – протянула Мизуки. – А теперь как думаешь, что сделает Торемазу со своим слабым и ненавистным мужем?

– Что-нибудь плохое, – кивнул я.

– И что после этого будут говорить про род Акэти? – продолжила Мизуки и сама же ответила: – Что они даже женщин своих воспитать не могут. И это только начало. Ведь тут, если потянуть за ниточку, столько всего придумать можно… – покачала она головой. – Например, что в роду Акэти слабые бесхарактерные мужчины, которые даже девчонку урезонить не могут…

– Хватит, Мизуки, – произнесла Кагами. – Синдзи все понял.

– Тебе просто неприятно про друзей такое слышать, – фыркнула Мизуки.

Насколько я знаю, Кагами действительно дружила с некоторыми женщинами Акэти. Ну так между этими кланами еще и союз есть. Однако, насколько я знаю…

– Дружила когда-то, да, – ответила Кагами спокойно. – Теперь только использую. Ну а ты, доченька… – оторвала она взгляд от своей чашки, глянув на Мизуки. – Заканчивай со своими нападками на мать! Ты ведь не хочешь, чтобы я еще и с тобой поссорилась?

– И-извини, – резко растеряла задор Мизуки.

Плечи поникли, взгляд в пол, руки на коленях.

– Кагами-сан, прошу, уберите «яки», – обратился я к ней. – Мне-то плевать, а вот моей жене неприятно.

– Ох, прости, – вскинулась удивленно Кагами. – Я правда и не заметила… Демоны, Мизуки, довела же мать.

– Извини, мам, – пробубнила рыжая.

– Ох, милая, – вскочила она из-за стола. – Это ты меня извини, – после чего обняла Мизуки со спины. – Прости, доченька, прости. Видят боги, я не хотела.

– Да нормально все, мам, – погладила ее по руке Мизуки. – Правда, нормально. Что я, не понимаю? Ну сорвалась, бывает.

А я в этот момент просто сделал первый глоток чая. Почему Кагами так всполошилась, я понимаю – «яки» вам не хухры-мухры. На родных и близких такое направляется только по ошибке или вот как сейчас, когда человек сорвался. Я, правда, не понял, с чего это Кагами сорвалась, ну так я и не знаток душ. Мало ли что у Кагами в голове было и на душе за день накопилось…

Думал я и о том, что потерял еще одного друга. Получается, в ту ночь я потерял двух друзей. Просто один погиб, а вторая… А вторая решила меня поиметь. Что ж, бывает. Я еще уточню данный момент у самой Торемазу, но слова Кагами и Мизуки звучат довольно убедительно. Надо бы еще узнать, насколько сильно в этой афере Торемазу участвует род Акэти. Одно дело, если это кучка дамочек интригует, а другое – весь род. От ответа на этот вопрос зависит степень моего плохого к ним отношения. От – «полный игнор», сейчас я с ними хотя бы здороваюсь, хоть и стараюсь не пересекаться, до – «надо бы им пакость на бирже устроить».

– Ладно, красавицы, пойдем обратно, – поднялся я из-за стола. – И спасибо за пояснения. Они мне прям глаза открыли.

А через два часа у меня родился сын. Крепкий малыш, которому дали имя Юдзиро. Аматэру Юдзиро. Наследник, что когда-нибудь возглавит род Аматэру.

Непередаваемые чувства…

Глава 16

Вообще-то, мне не хотелось устраивать прием в честь рождения наследника, но это был отличный повод собрать членов альянса и обговорить начало сотрудничества. Самые важные моменты, которые нужно обсуждать всем вместе. Понятно, что совсем уж секретно не получится, но мне это и не нужно было. Слухи о том, что что-то начинается, и так курсируют по стране, ибо невозможно скрыть факт сбора сил крупными родами и кланами. Кагуцутивару и Фудзивара и без этого на виду, так что их подготовка у всех на слуху. Создание огромного наемного отряда Аматэру тоже обсуждают. Некоторые умники уже успели совместить наши телодвижения и даже пойти дальше, окинув взглядом страну, после чего начали всплывать новые факты. Род Токугава перекидывает свои силы на родовые земли Калимантана. Тем же, но в меньших масштабах, занимаются и Фудзивара. У них и так там немалые силы находятся. Охаяси ограничивают количество техники в своих новых контрактах, переводя освободившиеся мощности на производство боевых дронов, которые тоже уходят на Калимантан. Даже Цуцуи, которые, как всем известно, связаны с Аматэру, собирают свои хилые силы и готовятся их куда-то транспортировать. А Меёуми, за которым с недавних пор приглядывают, опять формирует команды для кораблей, принадлежащих Аматэру. Кояма… Всем известна связь данного клана с Аматэру, но что происходит на их родовых землях, узнать довольно сложно. Про Кояма, я думаю, тоже скоро слухи пойдут, так как они на Калимантане не одни сидят, те же Абэ, уверен, прекрасно видят, что их соседи к чему-то готовятся.

Про англичан никто не говорит, но это и понятно – нужно еще додуматься посмотреть в их сторону. А те же кланы Хоккайдо и так в постоянной боевой готовности. Они то и дело собирают войска и куда-то их отправляют. В Японии все в курсе, что Хоккайдо уже много лет тренируют свои войска в различных горячих точках мира.

Так что уже очень многие догадались, что что-то намечается, только вот не могут понять, где именно это «что-то» произойдет. Из-за чего некоторые роды, не входящие в альянс, сами начали, чисто на всякий случай, собирать войска. Например, Нагасунэхико и Тоётоми. Это из тех, по мнению общественности, кому есть чего опасаться. Их, может, тоже причислили бы к группе, связанной с Аматэру, но… Наши отношения с этими кланами секретом не являются. Кланы Хоккайдо, к слову, тоже приписывают к группе Нагасунэхико и Тоётоми, просто с хоккайдовцами сложно понять – готовятся они к чему-либо или нет. Что ж, скоро они начнут массовый сбор войск, раскиданных по всему миру, и все станет более понятно.

В общем и целом японская общественность уже активно обсуждает непонятные телодвижения очень крутых родов и кланов. И не просто обсуждает. К Акено активно пристают кланы, входившие в состав их недавнего альянса, к Кагуцутивару напрашиваются на прием имперские аристократы, а такие мастодонты страны, как Тайра и император, и вовсе в открытую задают вопросы. У Аматэру тоже пытаются выведать информацию. Те же Отомо позвонили и спросили предельно прямо – что происходит и стоит ли им готовиться к большому замесу? Думаю, чуть позже они и к альянсу присоединиться попытаются. Кстати, Отомо можно будет и позволить поучаствовать. Потом, когда их роль уже не будет иметь какого-то значения, а значит, и земли им достанется немного. Хотя и помощь от них тогда окажется небольшой. Ладно, там видно будет.

Из-за всего этого, когда каждый следит за каждым, встретиться всем альянсом довольно непросто. Вроде и плевать, ну узнают, кто именно входит в альянс, и что? С другой стороны, узнав состав альянса, окружающие начнут обдумывать, кто является целью нападения, а эту самую цель хотелось бы сохранить в тайне до самого последнего момента.

Из-за этого я решил провести небольшую и не такую уж хитрую операцию по переводу стрелок на англичан. Пусть все думают, что именно на них мы решили напасть. В итоге пришлось принять решение о проведении приема. Причем, чтобы добавить еще больше непоняток и тем для разговора, только в этот раз я приглашу в том числе и тех, кого недолюбливаю. В частности – Нагасунэхико, Акэти, Абэ, Тайра и так далее. Там же будут и кланы Хоккайдо, которых, по идее, должны отнести как раз в категорию «не любят, но раз уж такой повод, то и их пригласили». Там же будут и представители английских кланов, но у них, как я уже говорил, своя роль. О, кстати да, англичане еще не согласились поучаствовать в войне, пока что они дали лишь принципиальное согласие, но конкретный ответ обещали дать только после разговора со мной. О чем будет разговор, предсказать несложно – англичанам нужны гарантии, что их не выкинут и с Филиппин тоже.

Предстоит сложный разговор, так как никаких гарантий я им дать не могу.

Пока организовывался прием – а это в любом случае дело не быстрое – я решил сделать еще одно небольшое, но важное дело – поговорить с Хирано по поводу ритуала Мейкшифт. В поместье кицунэ заходить не хотела, так что пришлось ехать к ней.

Место жительства Хирано не меняла, так что нашел я ее во все том же двухэтажном домике в одном из спальных районов Токусимы.

– Какие гости, – произнесла она, открыв дверь. – Решили навестить бедную забытую лисичку, Аматэру-сама?

– Прекращай, Хатсуми, – поморщился я, отводя взгляд в сторону. – Иначе когда-нибудь нарвешься на сексуально озабоченного ведьмака.

– И это определенно будет весело, – улыбнулась она.

– Вот и посмотрим, – хмыкнул я. – Но не сейчас. Я к тебе по серьезному вопросу, а ты меня на пороге держишь.

– Ох, невежливая я лиса, прошу, Аматэру-сама, проходите, – посторонилась она, пропуская меня в дом.

Спрашивать, буду я чай или нет, она не стала, просто махнула в сторону гостиной, где мы общались с ней в первый раз, а сама ушла на кухню. Не забыв махнуть хвостом. Что в сочетании с коротким платьем выглядело… Ох, лучше не думать об этом. Когда Хирано вернулась с подносом, я обратился к ней:

– Завязывай со своими шуточками, тема разговора у меня действительно серьезная.

– Шуточки… – проворчала она тихо. – Одни лишь шуточки…

Я же потянулся к одному из блокнотов, который перед этим положил на стол. Найдя нужную страницу, протянул его Хирано.

– Прочитай, оцени и скажи, можно ли это снять, – произнес я.

– Хм, – взяла она блокнот в руки, после чего, подойдя к дивану, плюхнулась на него.

Описание ритуала, который использовала Азуна, было довольно подробным, но коротким. Там, в общем-то, и делать особо нечего. Выставить свечи кругом, положить в центр ребенка, зажечь свечи, провести над ними спицей и, когда пламя станет черным, уколоть ребенка спицей. Произнести заклинание, потом внушение… Да и все. Примитив, явно заточенный под артефакты. Те самые свечи и спицу.

Читать Хирано закончила быстро, после чего, опустив блокнот, чуть меньше минуты смотрела на стол пустым взглядом.

– У тебя сразу две проблемы, Синдзи, – сообщила она серьезным тоном. – А у меня одна.

И замолчала.

– Ты не торопись, подумай, – произнес я, делая очередной глоток чая. – Спешить-то мне некуда.

– Иронизируешь? – приподняла она бровь. – А зря. Во-первых, этот ритуал нельзя обратить вспять. И уж тем более – отменить. Нечего там отменять. Принцип ритуала точно такой же, как и с ритуалом красоты… Да что уж там, это и есть тот самый ритуал – с небольшими изменениями. Хотя нет, скорее, доработками. Грубо говоря – плюс одна функция. Точно так же, как нельзя обратить вспять ритуал красоты, так и здесь ничего нельзя сделать. Если чуть углубиться в теорию, то этот ритуал дает лишь направление для тела, в какую сторону ему развиваться. То же самое и с дополнением, только тут задается направление для сознания.

– Какое там у детей сознание? – уцепился я за ее слова.

Ну а что мне еще оставалось? Край как не хотелось убивать детей.

– Зато с подсознанием и памятью все хорошо, – вздохнула она, положив блокнот на стол. – У детей, особенно маленьких, с восприятием мира вообще все отлично. В общем, нечего там отменять, Синдзи. Ритуал не оставляет после себя чего-то… магически-материального.

– А если провести еще один ритуал? – спросил я. – И задать новые установки? Или отменить старые?

– Тут тоже две проблемы, – ответила она. – Первая – дети могут сойти с ума. Не сразу, а со временем. А вторая – для ритуала нужны специальные артефакты. Не обычные, которые у всех, а специально для этого ритуала созданные.

– Но ведь кто-то же их создал, почему бы не повторить? – не сдавался я.

– То есть то, что дети психами станут, тебя не волнует? – усмехнулась она грустно. – Не выйдет. В этом твоя вторая проблема. Ну и моя заодно. Дело в том, что в ритуале, судя по описанию, применяется «осквернение пламени».

– Это что, какое-то злобное колдунство? – нахмурился я.

– Нет, – ответила она. – Это просто один из магических приемов. Ничего запретного. Характерен он для конкретного клана кицунэ, который уничтожили тысячу лет назад. Вместе с якобы последним Древним. При этом подобный вариант ритуала никогда не существовал. Я точно знаю.

– То есть это новодел? – спросил я задумчиво.

– Да, – кивнула Хирано. – И это, в свою очередь, означает, что клан Иллюзорного пламени жив. Как минимум отдельные его представители.

– И продолжают служить Древним, – закончил я за нее. – Но нам-то что? Было бы глупо считать, что у Древнего только Байхо был сильным ёкаем. Ну есть еще как минимум один, справимся, – пожал я плечами.

– Клан Иллюзорного пламени помимо своего знаменитого магического приема известен иллюзиями. Ты вот готов сражаться с ёкаем, которого не видишь? А каково тебе будет сражаться в джунглях, в то время как ты находишься в центре города? А шпионов их ты как будешь вычислять?

– Паршиво, – согласился я с ней. – Но у Древнего всего три сильных ёкая. Было, пока мы Байхо не убили. Сейчас осталось двое. При этом… – потянулся я за вторым блокнотом. – Где оно тут было. Вот. «Мужчина европейской наружности, но дать гарантии, что он действительно европеец, я не могу, так как он на наших с твоим отцом глазах превратился однажды в скрюченную старуху». Мм… Где-то… а, вот. «Я один такой уникальный, – сказал он нам, – и вам лучше запомнить это».

Несколько секунд она смотрела на меня с удивлением, после чего спросила:

– Что за блокнот? И про что там написано?

– Это записи Сакураев, которые они оставили своим детям, – произнес я, после чего усмехнулся: – В основном – Рейке. Эта парочка сумела меня в очередной раз удивить. Аж с того света продолжают это делать, – покачал я головой. – Они были в курсе существования Древнего и ёкаев, сотрудничали с ним и даже пытались шпионить за ним. Неудачно. Но кое-какую информацию собрать сумели. В частности, про трех доверенных слуг Древнего. Байхо, про которого они знали только то, что он молнии любит и в Китае родился. Этот самый «европеец»… Все, что у них на него было, я прочитал. И какой-то Кирин, о котором оба ёкая отзывались крайне уважительно. Ах да, еще они вычислили, что один из этой троицы всегда находится в каком-то секретном месте. Они время от времени меняются, но один всегда где-то там сидит. Подозреваю – это место обитания самого Древнего. Сакураи, к слову, даже знали, что Древний из Юлиев.

– Блокнот Сакураев ты в Персидском Хранилище достал? – спросила Хирано.

– Да, – ответил я коротко.

– То есть ты мог узнать всю эту информацию еще боги знает когда? – приподняла она иронично бровь.

– Не трави душу, – вздохнул я. – Успокаиваю себя тем, что я до всего и сам дошел. То есть Сакураи ничего особо нового мне не поведали. Мелочи и технические детали, вроде того, что у Древнего осталось всего два ёкая уровня Байхо.

– Зато каких, – покачала она головой. – Кицунэ, не дай боги, девятихвостый, с силой иллюзии, и Кирин. Последний, к слову, это вообще мрак.

– Да блин… – потер я в раздражении лоб. – И что там с этим Кирином?

– Кирин, он же цилинь – это не имя, а вид ёкая. Причем он нерожденный, а не один из нас. Природный ёкай. Их вид служил одно время китайским богам, за что они и получили прозвище «божественные звери». А богам, если что, слабаки не служат, а прислуживают. Но чаще просто поклоняются. Так вот, кирин стоит на уровне дракона. Настоящего, а не пародии вроде Байхо.

Дерьмище…

– То есть с ним мы не справимся? – спросил я осторожно.

– Я – точно нет, – ответила лисица. – Через пару тысяч лет такое возможно, даже – скорее всего, но не сейчас. А ты… – вздохнула она тяжко. – Сейчас нет, но ведьмаков не зря называют фактором неожиданности.

– Это может быть какой-нибудь слабый кирин. Молодой, – заметил я.

– Да нет среди них слабых, – хмыкнула она. – Кирины сразу появляются максимально сильными. В этом их плюс и, одновременно, минус. В отличие от многих других ёкаев, кирины со временем не становятся сильнее.

– И как его вообще подчинили? – поджал я губы, глядя на кружку в руке.

– Скорее всего, его не подчинили, а заключили договор, – произнесла Хирано. – Нам от этого не намного лучше, но держать в голове этот факт необходимо. Собственно, Байхо тоже не подавляли, а заключили договор. Только вот кирины те еще гордецы, как и драконы, так что полного подчинения от них не дождешься. В смысле, не станут они заключать договор с такими условиями.

– Хоть что-то… – пробормотал я, обдумывая пришедшую неожиданно мысль. – Слушай, Хатсуми, а ты сможешь определить, проводили ли на детях тот самый ритуал? Все-таки они еще достаточно маленькие. Мейкшифты могли и не успеть что-то сделать.

– Это запросто, – пожала она плечами. – Приноси их в магазин Мику, проверю. Следы этого ритуала, скорее всего, будут видны в течение пяти лет, как и с ритуалом красоты. Хотя, если там будет один ритуал, значит, и другой тоже.

Детей в магазинчик Мику я притащил на следующий день. Ну а что тормозить? С этим делом надо было разобраться как можно быстрее. Привез я их в двойной люльке в сопровождении Итагаки, который детей и нес. Он, кстати, впервые оказался внутри магазина, а я впервые видел на его лице столь сильные эмоции. Мой телохранитель был буквально ошарашен, увидев огромное пространство склада, запрятанное в небольшой домик. Да и самой цукумогами был впечатлен. Конечной точкой нашего маршрута была та самая комната, куда Хирано притащила Аваши – юрэя-шиноби.

Указав на центр комнаты, Хирано произнесла:

– Клади сюда. И отойди к стене, – после чего добавила уже мне: – Ты тоже.

Подняв уши и показав хвост, Хирано встала рядом с люлькой и произнесла… видимо, заклинание. Для меня это звучало как напев на непонятном языке. После этого печать на полу засветилась синим. Как и дети, которые покрылись синим туманом.

– Твою мать… – пробормотал стоящий рядом Итагаки.

И было с чего. Над люлькой появился… появилось… Больше всего эта хрень напоминала гнилого скарабея. Над люлькой появились два гнилых скарабея, от лапок которых к детям шли красные линии. На эту хрень Хирано разве что взгляд бросила, после чего отправила в игнор, пристально разглядывая детей, лежащих у ее ног.

– Ну что ж, – нарушила она тишину. – Могу с полной ответственностью заявить, что никаких ритуалов над детьми не проводили. Вообще никаких. Они чисты, словно младенцы, – после чего, запнувшись, посмотрела на меня. – Ну ты понял, в общем. Чисты они.

– А это тогда что? – указал я рукой на «скарабеев».

– Это? – приподняла она брови. – А это, Синдзи, не что иное, как блокиратор камонтоку. Именно так он выглядит на магическом плане.

Охренеть можно. Довольно мерзко, как по мне.

– Оба вида блокировки так выглядят? – спросил я.

– Да, – ответила она. – Там разница во вложенных установках. В одном их больше, в другом меньше. Оттого и артефакты для блокировки различаются.

– Ладно, хрен с ним, я понял, – постарался я абстрагироваться от этого чудовища. – Мм… И больше на детях ничего? То есть они не возненавидят нас только потому, что мы Аматэру?

– Нет, – усмехнулась Хирано. – Какими воспитаешь, такими они и будут.

– Ну и слава богу, – произнес я тихо.

Минус одна проблема.

– Кстати, раз уж ты здесь и все подготовлено, – произнесла она, подойдя ко мне. – Как смотришь на то, чтобы и самому провериться?

– Зачем? – нахмурился я. – Думаешь, на мне что-то есть?

– Вряд ли, – пожала она плечами. – Но мало ли? Тебе самому-то не интересно?

– Я… – бросил я взгляд на выход. – Да как-то не очень. У меня с бахиром и магией как-то не складываются отношения.

– Да брось, – взяла она меня за руку. – Я же вижу, что тебе интересно. А насчет остального не переживай – эта печать ничего тебе не сделает. Сейчас. В данном ритуале. Просто окутает силой, и все. Внутрь не полезет, – прошептала она мне на ухо.

Вообще провериться надо бы. Чисто на всякий случай. Но если я лишусь своих сил, меня эта ушастая тут же изнасилует. А потом еще и попросит взять на себя ответственность… Ай, ладно, была не была.

– Давай, только по-быстрому, – произнес я неуверенно.

– Эй, – окликнула она Итагаки. – Забери детей.

Что он и сделал, бросив перед этим взгляд на меня и дождавшись моего кивка.

Встав в центре комнаты, приготовился… Напрягся, короче. Хирано же, не убирая с лица улыбки, произнесла все то же заклинание, после чего меня окутал синий туман. И чувствовал я себя при этом довольно странно, будто что-то хотело войти в меня, но я вполне себе волевым усилием, то есть сам, не давал этому произойти. Более того, я чувствовал, что могу и вовсе рассеять этот туман. А это важно. Одно это оправдывает мое решение встать в центр печати. Теперь я знаю, что могу бороться с магией. Хоть как-то бороться.

– У меня такое чувство, что ты пыталась меня обвести вокруг пальца, – произнес я, следя за рассматривающей меня Хирано. – А потом поиметь во всех позах.

– Интересная идея, – ответила она, обходя меня по кругу. – Надо будет как-нибудь попробовать так и поступить, – и, сделав круг, вновь оказалась прямо передо мной. – Ничего, как и предполагалось. Ты еще чище младенцев.

– Ну и закончим на этом, – ответил я, решив попробовать оттолкнуть от себя синий туман.

В итоге по комнате прошелся натуральный ветер, окружающая меня магия развеялась, печать погасла, а пол, на котором она была нарисована, пошел трещинами.

– Я это… – растерялся я. – Извини, короче…

А Хирано, обведя ошарашенным взглядом помещение, приложила ладонь к лицу.

– Дерьмище, – простонала она. – Ты хоть знаешь, чего мне стоило создать эту комнату?

– Больших денег, полагаю… – произнес я осторожно. – Аматэру оплатят…

– О-о-о… – подняла она на меня взгляд. – Вот тут я не сомневаюсь. Ты мне за все заплатишь.

Приглашая такое количество людей, я знал, что мне придется принимать их несколько часов. Потому и начало приема было назначено не на вечер, как обычно, а на полдень. Возможно, это было ошибкой, так как народ в любом случае собирался до самого вечера. Шесть долбаных часов я стоял на входе в поместье и принимал гостей. Шесть часов! Серьезно, под конец мне хотелось проклясть их всех. В итоге я даже пошел на некоторое нарушение протокола и отправил Мизуки отдыхать, оставшись встречать гостей в одиночестве. А когда меня намеками спрашивали, почему я один, в ответ намекал на их медлительность. Никогда больше не повторю подобного. Впредь буду приглашать только избранных и тех, кого надо пригласить. Успокаивало меня только то, что и в этот раз такое количество гостей не ошибка, а необходимость. Мне было необходимо, чтобы нужные люди затерялись среди остальных, вот я и… Ха-а-а… Понаприглашал.

Почти две тысячи человек посетили сегодня Аматэру. И встреча гостей – одна из самых маленьких проблем, связанная с данным мероприятием. Например, размещение этих самых гостей – проблемка покруче. Поместье в Токусиме, конечно, огромное, но даже оно с трудом вмещает в себя столько народа. Точнее не вмещает, а позволяет нормально проводить прием. А ведь есть еще проблема с парковкой, с аэропортом, гостиницами и так далее. В другой ситуации я бы и внимания не обратил на эти нюансы, но прием-то для аристократов, с этими гавриками всегда все непросто. Тот же аэропорт Токусимы, способный принимать огромное количество самолетов любого класса, просто по проекту не способен принять десятки частных самолетов в сжатые сроки. Пришлось договариваться с гостями заранее – кто когда прилетит и где будет ждать начала приема. Приготовить еду на такое количество людей тоже непросто. Мы ведь Аматэру, у нас все должно быть на высшем уровне, то есть помимо качества еда должна быть еще и свежей. Нельзя готовить заранее. Короче, было непросто. Ничего сверхсложного, это все-таки две тысячи разнородных гостей, а не двести избранных, но поднатужиться пришлось.

Проводив взглядом последнюю группу гостей, а это, к слову, оказался принц Нарухито с двумя женами и двумя дочерьми, повернулся к воротам поместья и тяжко выдохнул. Осталось выждать несколько минут и можно идти к гостям. Хотя нет, сначала я пойду в дом покурю, а уже потом к гостям. Всех обходить для более детального приветствия мне не нужно, этикет учитывает такое количество гостей, но с самыми именитыми и близкими людьми поговорить придется в любом случае, а там уж как я сам захочу.

Еще два часа из жизни. При этом я даже не смог поговорить со всеми, с кем должен был по этикету. Про очередность и вовсе молчу.

– Чесуэ-сан, – подошел я к мужчине, – рад вас видеть.

На этот раз Чесуэ был без жен, и когда я нашел его, он стоял возле одного из столиков с закуской и ел рыбные шашлычки.

– А, парень, – бросил он на меня взгляд. – Неслабое мероприятие ты устроил. Впрочем, оно и понятно – наследник, все дела.

– А как оно вам в целом? – спросил я, после чего зацепился глазами за главу рода Чакри метрах в пятидесяти от нас.

– Суетно, – ответил Чесуэ. – И еда так себе. У Кояма лучше.

– Ну вы сравнили, – усмехнулся я. – Божественная готовка Кагами-сан вне всяких сравнений.

– Простите, что влезаю в разговор, – подошел к нам Охаяси Сен. – Готовка Мизуки-сан уже года три назад мало чем уступала произведениям ее матери.

– Кстати, да, – кивнул Чесуэ. – Подтверждаю. Оно, конечно, понятно, гостей слишком много, но уж один столик с едой от Мизуки-сан могли бы и организовать.

– Хм… – перевел я взгляд с Чесуэ на Сена, который наколол на шпажку какой-то рулетик. – Вы ведь уже были здесь, что где немного представляете.

– Немного, – посмотрел на меня с любопытством Сен.

– Тогда идите во-о-он туда, – кивнул я ему. – Там, где каменная статуя непонятной конфигурации. Рядом с ней стоит стол с розовой скатертью. С правой стороны стола готовка Мизуки, с левой – Кагами-сан.

– Приятно было пообщаться, Аматэру-сан, – бросил Сен уже на ходу.

А Чесуэ с тоской посмотрел ему вслед.

– Знаешь, я вот тоже не прочь туда пойти, – обратился он ко мне. – И если у тебя нет ничего важного, то, пожалуй, так и поступлю.

– Приятного аппетита, Чесуэ-сан, – улыбнулся я и уже ему в спину добавил: – Если решите о чем-нибудь поспорить сегодня, ставьте на то, что все не так.

Обернувшись и немного посверлив меня взглядом, Чесуэ все так же молча поклонился.

Ну а я направился в сторону главы рода Чакри. Раз уж нашел его, необходимо поприветствовать.

Сегодня на приеме вообще хватало иностранцев, надо же мне было как-то замаскировать всех тех, кого здесь быть не должно. Вот я и решил не ограничиваться теми, с кем у Аматэру натянутые отношения. Так что разослал приглашения многим своим иностранным знакомым. Рахмановы, Коширские, Тумтайбасовы из России. Чакри из Сукотая. Латиф, Амин и Петра из Малайзии. От последних здесь был наследный принц. Английские кланы, атаковавшие Малайзию. Тарворды из Штатов. Парочка незначительных немецких родов, с которыми сейчас сотрудничает Атарашики. Послы, само собой.

Кстати, по поводу Рахмановых. Наше совместное предприятие уже создано, а скорость обусловлена тем, что оно только на бумаге. Тем не менее процесс запущен. Наши спецы решили, что входить в уже существующий бизнес Рахмановых не стоит, гораздо продуктивнее создать новый. Так вообще многие делают, как выяснилось. Жаль, что реальный продукт мы увидим еще очень не скоро, а то есть у меня небольшая мечта – заиметь свой собственный бренд МПД, известный на весь мир. Да, я люблю известность. С кораблями такое не прокатит – слишком… Слишком немассовый продукт. А вот МПД, которые станут так же известны, как калаш, М4, русский МПД «Гранит» и немецкий «Пехотинец-4» – вполне себе реальная цель. Нет – мечта. Для цели слишком сложно и не важно.

– Господин Чакри, – поздоровался я. – Госпожа.

На прием Наронг приехал с двумя женами и тремя детьми. Где они сейчас, я не знаю, рядом с ним стояла лишь одна из его жен.

– Договаривались же по имени обращаться, – поморщился он.

– Прошу прощения, господин Наронг – привычка, – произнес я. – Мне сложно фамильярничать со старшими.

– Да ладно, проехали, – дернул он плечом. – Кстати, у меня тут появилась интересная идея – а что, если в следующий раз на твоем приеме устроить соревнование? Моя готовка против госпожи Кагами? Приготовим все заранее, расставим по разным столам и посмотрим, у кого еду сметут раньше.

– Это вы… – растерялся я. – Это вы лучше с Кагами-сан обсуждайте. И почему у меня?

– Потому что на приеме у Чакри или Кояма исчезнет объективность, – ответил он.

– Как скажете, – произнес я осторожно. – Но я редко организовываю приемы, ждать удобного случая придется долго.

– Да я и не тороплюсь, – улыбнулся он. – Ты, кстати, Кояма не видел? А то гостей на приеме столько, что даже я теряюсь.

– Час назад они были на востоке поместья, – кивнул я себе за спину. – А сейчас и не знаю.

– Хм, раз уж речь зашла о поиске людей, – слегка замялся он. – Не представишь меня госпоже Хирано?

– Увы, – улыбнулся я, разведя руками. – Ей очень некомфортно в этом месте, так что она тут не появляется.

– Тут – это в поместье? – уточнил он.

– Да, – подтвердил я. – Защита класса «Крепость», если вы понимаете, о чем я.

– Понимаю, – произнес он уважительно, после чего огляделся. – Я и не думал, что это настолько… выдающееся место.

– С вашим городом оно не сравнится, – качнул я головой.

– Тут ты не совсем прав, – произнес Чакри. – Плюсы и минусы есть у обоих подходов.

– Поверю вам на слово, господин Наронг, – улыбнулся я вежливо. – В данной теме я разбираюсь плохо.

В общем и целом пакость Хирано работает. Чакри уже не в первый раз пытается с ней встретиться, но каждый раз ему что-то мешает. Стерва наивысшего уровня эта лисица.

Поговорить с англичанами я решил, уже когда стемнело. Хех, «решил». Смог, когда уже потемнело. А ведь после этого предстоит собрать всех членов альянса и общаться уже с ними… Блин, как же геморно.

Встречались мы, понятное дело, в доме. Учитывая количество людей в поместье, отсутствия четырех человек никто заметить не должен. Хотя, конечно, больше, чем четырех – остальные члены альянса тоже в доме, но в другом месте. Сначала мне нужно переговорить с англичанами.

Встретились мы в одной из гостиных особняка. С их стороны присутствовали главы кланов Гонт, Аркур, Грейсток и Квинси. Довольно впечатляющая компания, если что. Их кланы даже после войны в Малайзии, где они понесли потери, остаются одними из сильнейших в Англии. Про влияние и репутацию – особенно после все той же победоносной, как ни крути, войны – я и вовсе молчу. Да, они не достигли всех целей той кампании, но даже то, что они смогли сделать – впечатляет. Все-таки четыре клана сражались со всей страной. А не как «простолюдинский» альянс – против части армии, да и то недолго.

Все четверо были плюс-минус ровесниками. От пятидесяти девяти лет, как тот же Саймон Гонт, до шестидесяти одного, как Артур Грейсток. Все старики – Мастера. И все довольно сильно отличаются внешне. Саймон Гонт – аристократ с длинными черными волосами, которые он убрал в конский хвост. Артур Грейсток – престарелый мачо с седой прядью в волосах. Майкл Квинси – худой как жердь и довольно высокий. А Эндрю Аркур выглядит как банкир в дорогих очках.

– Приветствую, господа, – произнес я, когда они расселись вокруг круглого стола. – Рад, что мы наконец встретились. И для начала, не сочтите за лесть, я хочу лично выразить вам свое уважение. То, что вы сумели удержаться в Малайзии, действительно впечатляет.

– И теперь ты хочешь, чтобы мы повторили подвиг на Филиппинах? – усмехнулся долговязый Квинси.

– Нет, – улыбнулся я. – Ваш подвиг нам не повторить, так как кроме вас в альянсе будут и другие стороны. На этот раз все в разы проще.

– Логично, – ухмыльнулся Квинси.

– Что ж, – продолжил я. – Вы проделали огромный путь не для того, чтобы выслушивать дифирамбы в вашу честь. У вас есть вопросы, и я готов на них ответить. Спрашивайте.

Переглянувшись, старики вновь уставились на меня.

– Ваш император знает, что именно вы задумали? – задал первый вопрос Гонт.

– Нет, – ответил я. – Он вообще не в курсе того, что я собираюсь провернуть. Не могу сказать, что абсолютно ничего не знает, все-таки разведка и аналитики у него хороши, но точного ответа у него нет.

– Проводилась ли какая-либо работа среди аристократов Филиппин? – спросил Аркур, поправив очки. – В частности, меня интересует, будут ли против нас абсолютно все, или кто-то решит отсидеться?

– Все, что я делал, это разжигал их ненависть к американцам, – ответил я. – Лучше всего считать, что против нас будет сражаться вся филиппинская аристократия.

– Что с каналами поставок припасов? – спросил Грейсток. – Каждый сам за себя или один на всех?

Вопрос нормальный. В альянсе слишком разное обеспечение войск. Мы вот, например, делаем ставку на русскую технику, кланы Хоккайдо на немецкую и так далее. И это только техника.

– Это технические детали, – ответил я. – Но я хочу, чтобы поставки были едиными. Хотя бы большая их часть. К сожалению, обеспечить вас английской техникой, вооружением и амуницией у нас возможностей нет, так что некоторой частью припасов вам придется заниматься самим. Но даже в этом случае, уверен, мы сможем договориться о помощи друг другу.

Опрос продлился полчаса. Я, если честно, думал, что он пройдет иначе. Мне казалось, что они будут задавать вопрос, а потом сотни уточнений к нему. Но нет, все четко, все по делу. Вопрос – ответ. Следующий вопрос. Такое впечатление, что англичане скорее меня проверяют, чем добывают нужную им информацию. Во всяком случае, на все их вопросы можно было получить ответы, и не приезжая сюда. Фактически, как я и думал, по-настоящему их интересовал лишь один вопрос, ответ на который я должен был дать лично, а не через посредников. И как раз через полчаса он прозвучал.

– Какие у вас гарантии, что нас не выкинут с Филиппин? – спросил Гонт. – С самими Филиппинами, я так понимаю, вы рассчитываете как-то договориться, но что насчет Японии? Любой более-менее серьезный конфликт между нашими странами может стать причиной захвата наших территорий. В Малайзии у нас есть хоть какое-то прикрытие.

Глубоко вздохнув, произнес:

– У меня нет никаких гарантий. Я физически их не могу дать. И вы должны это понимать, – обвел я собравшихся взглядом. – Тем не менее, в случае, если в предположительном конфликте ваши кланы не будут принимать участие, я буду активно протестовать против захвата ваших земель. А мое слово в Японии стоит очень много.

– Ответ, не внушающий оптимизма, – заметил Гонт.

– Другого вам никто не даст, – ответил я. – Просто держитесь подальше от конфликта с Японией, и, скорее всего, никто вас не тронет, пока не начнется большая война. А она начнется, уверен, вы это понимаете. Да, не скоро, но мир слишком изменился со времен Второй мировой, слишком многое требует… нового распределения. И когда все завершится, удержаться в Малайзии вам будет гораздо сложнее, чем на Филиппинах.

– Очень, – выделил это слово долговязый Квинси, – спорное утверждение.

– Я понимаю, – кивнул я. – Но плюсы и минусы вы и без меня прекрасно видите. Все, что вам могут дать Аматэру, – это гарантии того, что мы будем на вашей стороне. Если вы не замешаны в конфликте с Японией, – уточнил я, после чего изобразил неуверенность. – К тому же… Не знаю, как это выразить словами, но вы умные опытные люди, должны меня понять. Сидя под боком у великой державы, гораздо проще убедить ее в своем нейтралитете.

И вновь они переглянулись, взяв молчаливую паузу.

– Кажется, я тебя понимаю, – заговорил Гонт. – В Малайзии мы всегда будем для вас врагами.

– У которых другие покровители, – продолжил Грейсток.

– Имеются пути отхода, – покивал Квинси.

– Обязательства, – дополнил Аркур.

– На Филиппинах и правда будет проще в этом плане, – произнес Гонт. – Но лишь в теории. Нам в любом случае придется ужами вертеться между двумя странами.

– Что для кланов, в принципе, возможно, – произнес Квинси задумчиво. – Но да – сложно.

– Выглядеть будет не очень красиво, – заметил Грейсток.

– С чего бы? – вскинулся Аркур. – Я, конечно, говорил про обязательства, но это так…

– Господа, – прервал их Гонт, после чего посмотрел на меня, – мы услышали все, что хотели. Благодарим вас. А сейчас, если позволите, мы бы желали обсудить услышанное. Минут десять, не больше.

– Конечно, господа, – поднялся на ноги. – Не буду вам мешать.

Идя в сторону двери, спиной чувствовал четыре взгляда. Уверен, они примут мое предложение. Сильно сомневаюсь, что они прилетели сюда без четкого ответа. Вот если бы я где-то опростоволосился, предложил бы неприемлемые условия, повел себя как-то подозрительно, они бы послали меня. Но, как мне кажется, выступил я неплохо. Просто неплохо. Выступать на отлично и не нужно было. Естественно, существует шанс, что они откажут. Или, что вероятнее, возьмут еще больше времени на обдумывание. Однако моя чуйка говорит, что это не так. Тон голоса, поведение, вопросы – все указывало на то, что они точно согласятся.

Так что скоро нам придется начать активную подготовку, после которой уже абсолютно всем станет ясно, что эти типы собрались с кем-то воевать. А вот с кем именно мы будем воевать, нам и надо попытаться скрыть.

На первом собрании альянса не могли обсуждаться серьезные вопросы. Оно как-то так всегда получается. Сначала идет притирка союзников, хотя бы начальная. Тем не менее детали плана мы обсудили. Точнее, я рассказал, а англичане потом кучу вопросов задали. Многие из которых были интересны и остальным членам альянса. Но в целом, как мне показалось, англичане были удивлены. И, кстати, да, с этого момента они тоже поклялись молчать о том, что происходит внутри альянса. Даже забавно, что больше всего сохранение тайны выгодно самым враждебно настроенным ко мне сторонам, а именно – англичанам и кланам Хоккайдо. Именно они потеряют больше всех, если война пойдет по наихудшему сценарию.

После собрания, когда все стали расходиться, я перехватил английских аристократов и предложил им немного запутать всех любопытных. Выслушав мою идею, они вновь стали переглядываться, да и ответ дали не сразу.

– Идея неплохая, – начал неуверенно Гонт. – Но актеры из нас не очень. Да и не хотелось бы устраивать цирк на людях.

– Господа, вам надо всего лишь сурово хмуриться, – улыбнулся я. – Ну и произнести что-нибудь типа: «Этого никогда не произойдет».

– То есть ты что-то нам предлагаешь, а мы с возмущением отказываемся? – спросил Квинси.

Старик реально длинный. Стоя рядом с ним, чувствуешь себя совсем мелким.

– Именно, – произнес я, задрав голову, чтобы смотреть ему в лицо.

– Это я могу устроить, – кивнул он.

– Ну и отлично, – произнес Гонт с облегчением. – А мы тогда просто изобразим злость.

Ради представления мы даже решили не секретничать, пытаясь вернуться к гостям тайно, старики просто вышли всей толпой прямо во двор. Гостей, а значит и свидетелей, там было более чем достаточно. Я же шел чуть позади.

– Господа! – окликнул я их, когда мы слегка углубились в толпу гостей. – Вы все-таки обдумайте мое предложение! У вас и выбора-то особо нет!

Все четверо резко остановились и, повернувшись ко мне, изобразили еле сдерживаемый гнев. В этот момент Квинси отделился от их группы и, подойдя ко мне, буквально выплюнул:

– Этого не будет никогда!

А после одним движением стянул с себя перчатку и бросил мне в лицо. Что было неожиданно, из-за чего я натурально замер от удивления. А старик вернулся к своим товарищам, после чего они направились на выход из поместья. И, видимо, злость они изображали вполне натурально, так как народ перед ними расступался.

Не переборщили ли мы?

– Что это, вообще, было? – спросил подошедший Тайра Масару.

Глянув на главу относительно враждебного рода, пожал плечами.

– Вы, взрослые, почему-то довольно вспыльчивые, – ответил я, посмотрев на перчатку в руке. – Так что я и сам ничего не понимаю.

– С тобой сложно по-другому, – произнес он, хмыкнув. – Что ты им такого предложил, что они вспылили?

– Да так, – пожевал я губами. – Кое-что. Не волнуйтесь, я умею договариваться. Уверен, смогу и их убедить в своей правоте.

– Сомневаюсь, – посмотрел он сначала на перчатку, а потом вслед ушедшим англичанам.

– Ну… – покрутил я в руке перчатку. – С малайцами-то смог договориться. И с Хейгами смог. И с Тоётоми. Смогу и с англичанами.

– О как, – приподнял он иронично брови. – Что ж, попытайся. Будет интересно на это посмотреть. Обращайся, если что, – закончил он по-прежнему иронично.

Проводив взглядом ушедшего старика, тяжко вздохнул.

– Эх, что ж вы все такие злые, – произнес я тихо, убедившись, что на меня смотрят. – Посмотрим, на чьей стороне боги.

Торемазу с отцом стояли в сторонке от основного столпотворения гостей. При этом, пока я до них добирался – а это четыре сопутствующих разговора – они ни с кем так и не пообщались.

– Акэти-сан, Тори-тян, рад вас видеть, – таки добрался я до них. – Не скучаете?

– Все хорошо, Аматэру-сан, – кивнул Акэти.

– Еще раз здравствуй, Синдзи, – произнесла Тори, смущенно смотря себе под ноги.

– Я украду у вас дочь на пару минут? – обратился я к Акэти. – Давно ее не видел.

– Не думаю, что это будет уместно, – ответил он без эмоций. – У нее сейчас особый период в жизни, и гулять с мужчинами без сопровождения – не лучший повод сблизиться с женихом.

Я много чего мог бы на это ответить, но я к ним не для этого подошел.

– Ясно, – слегка протянул я. – Значит, Тори все же помолвлена? Просто официально я об этом не слышал.

– Помолвлена, – соврал он. – А не слышали вы об этом, потому что никто ничего не объявлял. Не вижу в этом смысла.

– Достаточно и слухов, понимаю, – кивнул я.

– Достаточно для чего? – нахмурился он.

– Для того, чтобы свадьба не была неожиданностью для общества, – ответил я.

– Вот уж что меня не волнует, так это реакция на свадьбу моей дочери, – пожал Акэти плечами.

Бредовый какой-то разговор, если честно. И, в общем-то, его можно заканчивать. То, что помолвки нет, я уже узнал, то есть как минимум клан Акэти что-то мутит. Не факт, что это «что-то» нацелено на меня, но очень на то похоже. Мне бы еще с Тори поговорить наедине, но, похоже, ее отец этого как раз и не желает. Впрочем…

– Помолвка, значит… – произнес я задумчиво. – Что ж, мне остается только пожелать Тори счастья. А вам – удачи, – улыбнулся я. – Но тут такое дело… Я очень скоро уезжаю из страны и не знаю, когда вернусь, а поговорить с вашей дочерью мне надо. Не могли бы вы все же отпустить ее со мной? Хотя бы просто позволить ей отойти в сторону? Мы будем в пределах вашей видимости.

– Я… – начал он неуверенно. – Конечно, Аматэру-сан. Почему бы и нет? Если вы будете рядом, то я не против.

– Благодарю, – чуть склонил я корпус, после чего улыбнулся девушке. – Тори-тян. Отойдем?

– Да, – ответила она смущенно.

Отойдя вместе с Торемазу на двенадцать метров в сторону, остановились у одного из столов с закусками.

– Похоже, твоя семья серьезно намерена выдать тебя замуж, – произнес я.

При этом постарался встать так, чтобы меня нельзя было прочитать по губам.

– Это так, – ответила она, не глядя на меня. – Я не знаю, что делать, Синдзи.

– Может, тебе избить жениха? – произнес я с улыбкой.

Типа пошутил. Ответила она не сразу, а через шесть секунд.

– Уже, – произнесла она нервно, по-прежнему не поднимая взгляда. – Не помогло. Только рассердила всех.

Блин… Мне даже наводящих вопросов не потребовалось. Она сейчас соврала, причем во всем. Никого Тори не избивала, а значит и не злила.

– Так, может, никакой помолвки и нет? – спросил я осторожно. – Может, они просто хотят тебя… наказать за что-то?

Она даже вскинулась на это, показав мне возмущенное лицо.

– Я бы о таком точно знала! – заявила она. – Они совершенно точно хотят выдать меня замуж за этого слабака!

Хорошая актриса. Но такая врунишка. И тут сам факт вранья говорит о том, что она в курсе того, что помолвка фиктивная.

Обидно. Кена, к примеру, вынудили меня предать, и то он различными намеками пытался предупредить. Правда, я ни фига этих намеков не понимал, пока гром не грянул. А тут, похоже, Тори полностью на стороне своих родителей. Играет она, во всяком случае, отлично. Если бы не чувство лжи, я бы поверил.

– Понятно, – постарался я не скривиться. – Собственно, я хотел сказать о том, что меня некоторое время не будет в стране, но твоим делом я занимаюсь. Свадьба – дело не быстрое, так что время у нас есть.

– Я только на тебя и могу надеяться, – вновь опустила она взгляд. – Родня совсем с моим мнением не считается.

И вновь она соврала. Учитывают ее мнение. А это значит, что Торемазу в какой-то мере и сама участвует в плане, а не только выполняет указания.

Хреново-то как…

– Ладно, давай расходиться, а то твой отец, наверное, нервничает, – произнес я.

– Да и плевать на него, – произнесла она хмуро.

Хм, реально безбашенная. Я с таким отношением к отцу среди аристократов пока не сталкивался.

– Не в этом деле, – ответил я. – Сейчас мне очень важно, чтобы он не всполошился.

И не начал творить какую-нибудь дичь. Сейчас у меня и без Акэти проблем хватает. И тут дело даже не в том, что родня Торемазу добавит мне новых, а в том, что мне придется мстить за их попытки меня использовать. Хотя мстить – слишком сильно сказано. Отвечать, скажем так. Сейчас я готов закрыть глаза на действия Акэти. В счет бывшей дружбы с Тори. Но если они продолжат давить… А может, и пусть? Честно говоря, я немного зол на эту семейку.

– Хорошо, я поняла, – кивнула Торемазу.

– Тогда пойдем, – приобнял я ее за талию. – Не будем его провоцировать.

Глава 17

– М-да… – листал я доклад Накамуры Гая. – И сколько их всего?

– На второй странице, господин, – произнес мой контрразведчик. – Если вкратце, то около двух тысяч. На сегодняшний момент точно не скажу, но позавчера было две тысячи восемнадцать заявок.

О-хо-хо… Кто бы мог подумать, что в наемный отряд попросится столько иностранцев?

– Ладно, – закрыл я папку с докладом. – Потом прочитаю более внимательно. Из каких стран наемники?

– В основном из России, Германии, Китая и Сукотая, – ответил он. – Это основной пул наемников, примерно полторы тысячи. Также подали заявки французы, персы, австралийцы, швейцарцы, норвежцы, испанцы.

– Что у них с опытом? – спросил я. – Это обычные люди или как?

– Из всех иностранных заявок только тридцать пять человек отметили в анкете отсутствие боевого опыта. По большей части это люди, так или иначе связанные с войной. Чаще всего – наемники, но много и бывших слуг уничтоженных родов. Кстати, господин, среди иностранных заявок семьдесят один человек определяет себя в качестве пилота шагающей техники.

– Мм… – потер я лоб. И вот как им отказать? Пилоты всегда нужны, а тут пилоты в наемном отряде, куда своих переводить не хотелось бы. С другой стороны – ну иностранцы, и что? Пусть воюют, если хотят, а самых достойных, и я сейчас не только про иностранцев, которых можно принять в род слугами, я в любом случае буду проверять лично. Ох и геморно же… – Пилоты – это хорошо. А помимо них какие там специальности указывали?

Несмотря на то что это не его сфера ответственности, ответ он дал. Думаю, скоро мне и от Казуки доклад придет, где будет то же самое, но в более подробной форме.

– В основном обычная пехота, – ответил Накамура, ненадолго задумавшись. – В принципе, среди иностранцев присутствуют почти все военные специальности. От пехоты, в том числе тяжелой, до пилотов вертолетов. Последних – всего шестеро.

– Ну а что по твоей теме? – вздохнул я.

– Прошу прощения, господин, – поклонился он. – Но прежде всего хочу отметить, что мой отдел зашивается. У нас просто не хватает людей, чтобы проверять такое количество народа. Уже сейчас, помимо иностранцев, подали заявки около восемнадцати тысяч японцев. Тем не менее общую проверку проходит каждый, но с иностранными заявками все очень сложно. На данный момент мой отдел отклонил восемнадцать человек, которые показались нам подозрительными. Помимо этого есть еще шесть человек, которые «очень», – выделил он последнее слово, – подозрительны. Их заявки мы решили одобрить и вести наблюдение.

– Почему не наоборот? – спросил я. – Эти шестеро могут быть приманкой.

– Прошу прощения, господин, – поклонился он. – У нас просто не хватает людей. Мы не можем себе позволить проводить проверку и назначать наблюдение за теми, кто, возможно, вполне обычный человек.

Вечная проблема с нехваткой людей. А ведь необходимо еще и военную разведку-контрразведку создать. И где мне для этого спецов взять? А нужны именно спецы, которые все организуют. Пусть даже не очень хорошие. Пусть даже пришедшие из других служб, как тот же Накамура. Но у меня и этого нет.

Взяв ручку, открыл еженедельник.

«Нужны спецы для армейской разведки». И, немного подумав, дописал:

«И контрразведки. Думай, где взять!»

Положив ручку, зацепился взглядом за другую запись.

«Отдать Хирано Виртуоза».

После чего мысль несколько раз скакнула. Хирано, магия, печать, артефакты, шпионы. О! А че это я туплю? Существуют же артефакты, которые определяют ложь. Да, в основном они… палевные, скажем так. Например, свеча, которая меняет цвет пламени, если кто-то рядом врет. Но существуют ведь и более незаметные, как те же кольца, которые нагреваются. У меня даже есть несколько штук таких. Правда, они у охранки и Змея, причем у последнего целых два таких артефакта – кольцо и браслет. Хотя у Змея эти магические приблуды именно что сейчас, а так они кочуют из отдела в отдел. Дорогие они, если хочешь незаметности. И редкие. Плюс наличие подобных артефактов не отменяет поиска специалистов, да и сами артефакты – не панацея. В общем, надо бы сегодня наведаться к Хирано. Решу сразу два дела.

– Ладно, я понял, – произнес я, закрывая еженедельник. – Сейчас у меня дело появилось, так что можешь идти. Доклад твой прочту. И не пропадай сегодня. Будь в городе.

– Понял, господин, – поклонился Накамура. – Буду на связи.

Людей в наемном отряде соберется очень много, и двумя, пусть даже пятью, если забрать у охранки, артефактами многое не сделаешь. Тут пара десятков колец нужна. Причем в постоянное пользование, а не как сейчас – сегодня у Змея, завтра у Накамуры, послезавтра у дипломатов или верхушки «Шидотэмору».

Вечером, предварительно предупредив Хирано, повез ей Виртуоза. Точнее, и Виртуоза, и Мастера. По словам Хирано, печать, которую я сломал, действительно очень дорогая. Как по деньгам, так и по редкости ресурсов для ее создания. Причем жертвы, которые для ее активации требуются, не самая дорогая часть. Повезло, что у кицунэ были припрятаны остальные ресурсы. В общем, все упиралось в жертвы. Нужны были существа с энергией – мана, бахир, без разницы. Но сейчас, в современном мире, достать нечто подобное сложнее, чем раньше. Ёкаев Хирано трогать не хотела, так как их и мало, и запросто можно получить клеймо монстра среди своих. Печать подобного не стоит. А люди… Две сотни Воинов, в принципе, достать несложно – преступников с таким рангом полно, но, как сказала Хирано: «В задницу эту грязь». Так что надо было где-то найти шестьдесят Ветеранов, что является минимальным порогом для активации печати, причем будут недоступны некоторые ее функции. Либо пару десятков Учителей. Либо семь Мастеров. Ну или одного Виртуоза. Не считая пары последних пунктов, задача не такая уж и сложная, но долгая и муторная, опять же – если не хочешь прослыть монстром. С Мастерами все несколько сложнее и даже опаснее, а Виртуозы и вовсе все на виду. Хирано, конечно, крута, но тут велика вероятность разоблачения ее сущности. В прошлый раз она активировала печати Ветеранами и парочкой Учителей, поэтому, когда услышала мое предложение… Я аж по телефону ощутил, что она почти визжит от радости.

Первые минуты, когда «паковали» пленников, я чувствовал… позывы жадности. Обидно, что это плата за сломанную вещь. То есть я с них ничего не поимею. С другой стороны – неплохо иметь за спиной Хирано с какой-то суперпечатью. Мало ли для чего пригодится в будущем? А деньги… Да плевать на них. С голоду не помираю – и ладно. К тому же, как по мне – и Атарашики со мной согласилась – использовать врагов в качестве жертвы для ритуала круче, чем просто отдать их на опыты. В современном мире эти самые опыты не такие уж и болезненные. Роджера Флеминга, конечно, жаль, но я просто не смог придумать, как мне отпустить плененного гения и не получить потом Виртуоза-мстителя. Я его уважаю, но семья дороже.

Хирано встретила нас на улице, возле входа в магазинчик Мику. Собственно, сама цукумогами стояла рядом.

– Ух ты мой пусечка, – ущипнула Хирано за щеку Флеминга-старшего, когда его спящего выносили из микроавтобуса. – Вот это я понимаю – подарочек.

Флеминга-младшего она тоже проводила жадным взглядом.

– Умрут они, я так понимаю, без мучений? – спросил я, идя вслед за Хирано в магазин.

– Фига себе без мучений, – обернулась она с удивленным взглядом. – Из них силой будут вырывать всю их энергетику. Это очень больно, Синдзи.

– А… Ну, это тоже хорошо, – произнес я, отводя взгляд.

На Виртуоза-то мне плевать, так даже лучше, а Флеминга-младшего жаль. Достойный мужик, хоть и враг.

– Точно хорошо? – уточнила она, приблизившись. – А то вы, люди, порой становитесь очень жалостливыми.

– Нормально все, – пожал плечами. – Они знали, на что… – запнулся я. – Короче, нормально.

– Ну, сам смотри, – продолжила движение Хирано. – Только не обвиняй меня потом в излишней жестокости. А лучше думай о хорошем – у нас появится магическая платформа Элюмине. Полноценная платформа.

– А до этого она была неполноценной? – удивился я.

– Ну как сказать, – произнесла она на ходу, даже не оборачиваясь. – Функции-то все были доступны, но из-за некачественных ресурсов некоторые из них работали ну очень недолго. Теперь же… Ох-х-х… – обхватила она себя руками. – Теперь эта платформа даже меня сможет удержать. Больше чем на тридцать секунд, – добавила она.

– То есть жертвы еще и по качеству различаются? – спросил я.

– Качество энергетики сильно влияет на результат, – обернулась она на ходу. – Виртуоз – это в первую очередь качество энергии, а уж потом количество. Потому-то использование Воинов вообще смысла не имеет. Улучшить-то энергию потом нельзя. То есть потратил кучу ценных ресурсов, как ту же лунную пыль, а на выходе пшик. Что-то работает, что-то нет.

В итоге мы с Хирано разошлись. Она ушла вместе с охранниками, которые тащили Флемингов куда-то вглубь магазина, а я отправился с Мику на склад искать нужные артефакты. Увы, но нашлось всего четыре – два кольца, браслет и серьга. По словам цукумогами, подобные вещи очень редки, так как являются продуктом ментальной магии, а с ней сейчас в мире все очень непросто. Чтение мыслей в любом виде и вовсе недоступно. Впрочем, я был рад и этому. Уходя, попросил Мику сообщить, если у нее появится нечто подобное. Ну и резервировать, чтобы кто-нибудь раньше меня не купил. Она на это поморщилась, проворчав про ограничения свободы торговли, но согласилась. А когда я уходил, посоветовала заглянуть к тэнгу. Якобы они смогут мне помочь, если договорюсь. Правда, вредная старуха не уточнила, что тэнгу работают с ритуалами, а не с артефактами, так что, забегая чуть вперед, мне пришлось испытать некоторое смущение, когда я хотел получить у них конкретные вещи, а меня вежливо слали куда подальше. Точнее, смутился я, когда объяснили, что к чему.

По итогам встречи с ёкаями-воронами мы заключили договор о создании десяти допросных комнат, которые способны не только показывать, врет ли человек, он еще и болтливым становился, да и критическое мышление у него несколько снижалось. Одна проблема – такие комнаты по сути являются ритуальными площадками, и перенести их в другое место не получится, так что место под них придется выбирать с умом. И надолго. В идеале устроить нечто подобное на планируемой военной базе возле Токусимы, но она именно что планировалась. Точнее, сейчас велись переговоры о покупке частной собственности на острове Шимада, что на севере Токусимы. Даже пришлось просить помощи принца Нарухито, чтобы все прошло побыстрее.

Ладно, что там у меня еще на сегодня? Бросив взгляд в окно машины, я достал еженедельник. Ага. «Поиграть с Юдзиро». О’кей, это я запросто.

Время, как говорится, летело. И, естественно, делало оно это незаметно. Огромный кусок земли на острове Шимада был куплен, самые важные постройки возведены, места под стрельбище подготовлены, спортгородки поставлены. Правда, электричество и водопровод не проведены, казарм слишком мало, а внутри них лишь койки, да даже дорог нормальных там еще нет. В общем, база строится. Людей тоже начали нанимать. Первые две тысячи как раз обитают на недобазе. Но это на сегодня. Просто заявки начали одобрять всего лишь позавчера. Если так пойдет и дальше, то к концу месяца армия будет сформирована. Хотя это я, конечно, слишком нос задрал. Армия, хех. Просто будут собраны люди, а армию из них надо создавать еще пару месяцев. Да и на самих Филиппинах тренировки будут продолжены. По возможности. Сначала, все-таки, в бой пойдет гвардия рода, а новобранцы из наемного отряда со временем подтянутся. Собственно, основные силы Аматэру сейчас на стадии подготовки к отправке на Филиппины. Плюс-минус то же самое и у союзников. Только им сначала надо попасть ко мне на калимантанские родовые земли, и уже оттуда после недолгих совместных учений мы все и ломанемся на Филиппины. Разве что англичане отправятся из своих портов – они до последнего будут изображать подготовку к отражению нападения моего альянса.

Примерно такая же суета происходила и у Меёуми. Только матросы у него уже были, и сейчас пошло слаживание и привыкание к кораблям. Блин, война еще не началась, а деньги словно в трубу утекают.

В общем, как я и сказал, время шло. И очень незаметно, хочу отметить. Вроде только передал артефакты Накамуре, а тут хлобысь… И спарринг с Виртуозом. Подкрался неожиданно, как Новый год. Вроде готовишься, ждешь, и вдруг тебе в полдень пораньше звонит О Тоюоки с вопросом:

– Синдзи-кун, а ты сейчас не в Токусиме, случайно?

– Ну да, а что? – не понял я.

– У нас с тобой после обеда спарринг, – ответил он строго. – И если ты опоздаешь, я обижусь.

И будет прав. Он со мной еще неделю назад связывался по этому поводу, и я все равно забыл. Чувство времени четко давало ответ на мой вопрос, но я на автомате все же глянул на настенные часы.

– От дерьмище.

Естественно, я успел. Когда аристократу не мешают, он способен на очень многое. Даже добраться с Токусимы до Окинавы за два часа. Уже подъезжая к родовому поместью рода О на их машине, которая ждала меня в аэропорту, подумал, что мог и не торопиться, теперь придется час ждать. Даже с учетом того, что все подготовлено, если сказали в три часа дня, значит, в три часа дня.

Сам спарринг решили проводить на том самом островке, на котором мы с Тоюоки уже как-то спарринговались. Причем узнал я об этом только сейчас. До этого данное место фигурировало как «арена для спарринга». Возможно, я дурак, что не проконтролировал данный вопрос, но как-то оно…

– О-сан, – обратился я к старику, который стоял рядом со мной. – Вы ведь плюс-минус представляете, на что я способен?

– Да, – ответил он. – Плюс-минус.

– Тогда вы должны понимать, что этот островок… невыгоден для меня, – произнес я осторожно. – Маленький он.

– Ну так и я не смогу использовать всю свою силу, – пожал он плечами.

Стояли мы как раз рядом с мостиком, ведущим на остров, так что, оглянувшись, отметив расстояние до пустых сейчас трибун, вновь посмотрел на него.

– И почему не сможете? – спросил я.

– Потому, что ты тогда умрешь, – ответил он иронично. – При всем уважении к твоим силам, вряд ли ты сражался с Виртуозом моего уровня и опыта. К тому же не забывай – у нас не бой, у нас показательный спарринг. Мы и не должны сражаться в полную силу. Просто покажи, на что способен.

Блин, и вот как ему объяснить, что остров ну уж слишком мал для меня? Объяснить, и не выдать лишнюю информацию о своих силах. Раздражает.

– Как скажете, – кивнул я. – Постараюсь удовлетворить… – покосился на трибуны. – Комиссию.

Сейчас там, правда, никого не было, но посыл, думаю, и без этого понятен. Так как покосился я именно туда, где должна сидеть императорская чета.

– Уверен, так и будет, – кивнул он.

Минут через двадцать после того разговора места для зрителей начали заполняться. Помимо императора с семьей присутствовали самые влиятельные люди страны. И не только этой, если что. Лично я знал далеко не всех, некоторых и вовсе не знал, но Тоюоки сделал именно такое заявление. Всего трибун было две, с обеих сторон острова, и император сидел на левой, если стоять лицом к мосту на остров. Главное преимущество данной ситуации для меня заключалось в том, что мне ничего не надо было делать. Это не официальное представление нового Виртуоза, это просто спарринг, на который пришли посмотреть знакомые Тоюоки. Так что я был освобожден от общения с гостями. В том числе и от общения с императором. Я просто сражусь с Тоюоки, после чего отправлюсь домой.

Его величество Акихито, правящий император Японии, сидел в богато обставленной комнате особняка рода О и думал о предстоящем спарринге. Честно говоря, конкретно ему было плевать на исход поединка, как и на то, признают ли юного Аматэру равным Виртуозу. Правда, признавать придется все-таки ему, из-за чего он сейчас и сидел в задумчивости. Пусть ему и было плевать на результат, стоило учитывать, что сам поединок устроен теми его подданными, кто хочет повысить свое влияние в правительстве. Министерство иностранных дел, армия, торговая палата получат немного больше влияния на мировой арене, что параллельно увеличит их влияние и дома. Противостояли им министерство юстиции, канцелярия и министерство строительства, которым, в принципе, плевать на Аматэру и его силу, зато поперек горла встали конкуренты из соседних министерств. Как и усиление их влияния. По большому счету шло противостояние личностей, а не министерств, так что императору опять же было плевать, кто победит. Тем не менее ситуацию можно было использовать. Кого-то приблизить, кого-то отдалить. Обычные интриги. Гораздо сильнее императора беспокоила ситуация с собираемым альянсом Аматэру. К сегодняшней интриге это никоим боком не относилось, но каждый раз, когда император вспоминал Аматэру, мысли начинали крутиться вокруг их альянса и того, что они задумали.

– Ты звал, отец? – спросил вошедший в комнату Нарухито.

Одет наследный принц был в деловой костюм, и, в отличие от отца, предстоящий спарринг его действительно интересовал. В том числе и потому, что Нарухито поддерживал О Тоюоки.

– Что там по альянсу мальчишки? – спросил император.

– Почему ты об этом у меня спрашиваешь? – удивился принц. – У тебя этим целая толпа народа занимается. Да и знал бы что-то важное – сообщил.

– Просто скажи, что нарыли твои люди, – посмотрел на него император. – Не верю, что ты не интересовался планами Аматэру.

А еще император знал, что его старший сын вполне себе нормально общается с главой Аматэру. Да этого, в общем-то, никто и не скрывал. Проблема заключалась в том, что Нарухито… У императора не было доказательств, но он буквально чувствовал, что его сын многое скрывает. Это не плохо и не хорошо. Это просто есть. Наследник и должен быть таким – со своим мнением и секретами. Главное, чтобы его мнение и секреты не шли во вред роду и государству.

– Да уж, выбрал ты время и место для таких вопросов, – покачал Нарухито головой, после чего бросил взгляд на свободное кресло, но решил остаться на месте. Долго он тут задерживаться не намерен. – У меня ничего толком нет. Официальная версия – они хотят отобрать земли у английских кланов в Малайзии. Но эту версию, я думаю, ты и без меня слышал. И судя по количеству членов альянса, Японии они ничего отдавать не станут. Либо это будет небольшой кусочек земли.

– И какой в этом смысл? – поджал губы император. – Ему что, земли не хватает?

– Эта земля не будет подтверждена тобой, отец, – заметил Нарухито и тут же поправился: – Как мне кажется.

Ему так кажется? Посмотрев на сына, Акихито вздохнул. Похоже, он действительно что-то знает. Значит, Аматэру хотят получить независимые от страны земли. Понятно. Учтем. Главное, мальчишка не собирается отдать завоеванное ему. В этом случае император попал бы впросак. А так Нарухито, да и их аналитики, правы – учитывая количество родов и кланов, участвующих в альянсе, у Аматэру просто не будет более-менее большого куска земель, которые он сможет отдать. Что ж, пусть воюет. Посмотрим, чем это закончится.

В какой-то момент, а если точнее, то в те самые три часа дня, к нам подошел слуга и сообщил, что все готово и можно начинать. Кивнув ему, Тоюоки обратился ко мне:

– Ну что, пошли? – подмигнул он. – Напомню – деремся не насмерть, так что и ты старика пожалей, и сам учти, что я не собираюсь тебя убивать. В остальном все на твое усмотрение.

– Понял, О-сан, – кивнул я. – Выкладывайся, но осторожно.

– Именно, – чуть улыбнулся он. – Пойдем уже.

– Да. Быстрей начнем, быстрей закончим, – произнес я, последовав за ним.

Пройдя по мосту, разошлись в разные стороны острова. Полигончик был не очень большим, чуть меньше футбольного поля, метров тридцать в диаметре, да и позиции мы заняли не у самого края, так что Тоюоки и кричать-то не пришлось. Так, голос повысил, не более.

– Начали! – дал он отмашку.

И тут же, сделав пару взмахов мечом, приложил клинок ко лбу. Признаю, будь это реальным боем, я бы опростоволосился, но и так хорошего мало. Оправдание у меня есть – я не почувствовал опасности, потому и не среагировал, да и знай я, что он собирается сделать… Сложно было бы ему помешать, в общем. Не сейчас, так позже, но он подгадал бы момент. А все дело в том, что Тоюоки с ходу создал технику ранга Виртуоз. С козырей пошел, так сказать. И ладно, если бы она была атакующей, но нет, Тоюоки создал одну из немногих защитных техник высшего ранга. Их на весь мир-то пара десятков, а более-менее общедоступными являются всего три – у мечников металла, стихии земли и стихии дерева. Вот одну из них Тоюоки и применил.

«Абсолютная защита». И пусть название довольно пафосное и претенциозное, но сама техника крайне эффективна. Слой металла, который покрывает пользователя, замедляет его движения и сильно урезает ловкость, но зачем это все, если ты можешь тупо идти вперед и атаковать. Не обращая внимания на то, что в тебя кидают. Тут даже атакующие техники ранга Виртуоз пасуют. Если их не несколько сразу, конечно.

В общем, Тоюоки мне с ходу сообщил, что сейчас я буду просто бегать по полю и уворачиваться. Энергии «абсолютная защита» жрет прилично, так что сомневаюсь, что он будет держать ее больше двадцати минут. Или тридцати, если решит сохранять защиту до упора. Если я продержусь, у Тоюоки банально не хватит энергии сражаться дальше. Впрочем, я все-таки попробую на прочность эту так называемую «абсолютную защиту». Двадцать минут уворачиваться от техник – это как-то совсем не круто. Глядя на то, как он замахнулся мечом, сделал «рывок» вперед и в сторону. С этого момента все и закрутилось.

Выйдя из «рывка», повернул корпус боком, уворачиваясь от пролетевшего мимо клинка. И тут же наклонился, пропуская над головой еще один. Пока противник развлекается низкоуровневыми техниками, я тоже не намерен был напрягаться. Следующие семь метров я преодолел пешком, постоянно уворачиваясь то от появляющихся передо мной клинков, то от копий, вырастающих из земли и падающих с неба. При этом краем глаза отметил, что эти копья и клинки исчезают далеко не сразу. От девяти до десяти секунд держатся, прежде чем превратиться в стружку. Которая, к слову, тоже не исчезает.

Что, возможно, подготовка к еще одной технике ранга Виртуоз – «последней шутке». Забавное название, никто не знает, как оно появилось, но что есть, то есть. Управляемое облако из мельчайшей стружки называют именно так. Правда, мне казалось, что никакой подготовки для него не нужно и облако просто появляется из воздуха.

Когда я был в трех метрах от Тоюоки, он перестал посылать в меня дистанционные техники, а сделав рывок, сблизился со мной вплотную. Зря. Он и так-то гораздо медленнее меня, а в своей броне и вовсе. Тем не менее пару минут старик все же пытался достать меня мечом. Я же, постоянно уворачиваясь, осыпал его градом ударов. Без толку, правда. Защита такого уровня впечатляет. Одет я был в обычный спортивный костюм, так что кулаки у меня ничем не были защищены. Обычно мне плевать, но после сотни ударов по этому «металлическому голему» даже я почувствовал дискомфорт. Отпрыгнув назад, пальнул в него «молнией» с двух рук. Десять секунд электрическая дуга пилила моего противника. Десять секунд в моей прошлой жизни считалось бы новым мировым рекордом. Прежний, семь и три секунды, кстати, тоже мне принадлежит. На американский танк, чтобы прожечь его насквозь, хватало вдвое меньше. Впрочем, против бахироюзеров «молния» всегда была не очень эффективна.

Пока бил в Тоюоки молнией, мой противник пытался достать меня мечом. Что поначалу показалось мне странным, все-таки я держал дистанцию и махать своей металлической палкой, зная заранее, что не достанешь, довольно глупо. Что он хочет сделать, я допер на восьмой секунде «молнии» – Тоюоки просто отвлекал внимание, точнее, вводил меня в заблуждение. Стоило мне только деактивировать «молнию», старик тут же нанес ряд очень быстрых ударов перед собой. Казалось, он все еще пытается меня достать, на деле же последняя серия ударов была не чем иным, как техникой. «множественный разрез» – это аналог «сети Стрибога» у воздушников, только в тебя летит не воздушная сеть с одинаковыми по размеру отверстиями, а паутина из лески. Условной лески, конечно. К чему-то такому я уже был готов, так что и без чувства опасности знал, что надо валить. Что и сделал, уйдя «рывком» ему за спину. Точнее, я пронесся у его правого плеча, оказавшись позади, а потом обычным шагом приблизился вплотную. Среагировать он не успел, поэтому подбитая нога, а нужную силу удара для этой массивной туши я уже успел вычислить, заставила его потерять равновесие, после чего последовал обычный толчок рукой и мощный толчок в корпус почти упавшего на спину противника.

Пролетел он всего пять метров. Я, конечно, понимаю, что старик сейчас покрыт сантиметровым слоем металла, но это же бахирная техника! Не настоящий металл. Не весит Тоюоки сейчас столько, чтобы я смог оттолкнуть его на жалкие пять метров! Блин… К противнику после этого я шел неторопливым шагом, уворачиваясь от клинков и копий. Чего-то серьезнее он не применял. При этом постоянно пятился, кидая самые примитивные техники, что было крайне подозрительно. Но я играл на публику, так что просто шел вперед. Когда до края острова оставалось четыре метра, Тоюоки резко упал на колено и вонзил меч в землю. Тут и дурак догадается, что сейчас будет что-то крутое, а у меня еще и чувство опасности взвыло, заставив сделать длинный «рывок» назад.

Я чуть не попался, хотя в нашем деле «чуть» не считается. Из «рывка» я вышел на самом краю поля, с противоположной стороны от Тоюоки, и все пространство между нами было заполнено вылезшими из земли мечами. Клинками мечей. А это, на секундочку, почти тридцать метров. Двадцать пять, если включить дотошно-нудного типа. Учитель на такое не способен. Я к тому, что техника эта «мастерского» уровня. Тоюоки меня еще пожалел, так как, насколько я знаю, радиус атаки «поля брани» – сорок метров. И это у Мастеров, у Виртуозов до шестидесяти доходит. Мне же оставили небольшой кусочек на краю полигона, и стоять мне здесь теперь целую минуту, так как клинки этой техники исчезают далеко не сразу.

Раздражает. Он со мной играть вздумал?

Врубив «воздушный купол», я посмотрел на ухмыляющегося старика. Забавно, что создатели «абсолютной защиты» позаботились о том, чтобы она повторяла мимику лица пользователя. Чувство опасности, что-то там вякающее на задворках сознания, при активации защиты тут же замолчало. Постояв так пару секунд, двинулся в сторону противника. Мечи, выросшие из земли, ломались и отодвигались в сторону, я же чувствовал некоторое сопротивление, словно упирался в воздушную стену. Тем не менее идти было можно, что я и делал. А Тоюоки начал бомбардировать меня техниками. Сначала низкоуровневыми, постепенно наращивая скорость. Когда я прошел треть разделяющего нас расстояния, в меня полетели техники посерьезнее, как тот же «множественный разрез». С неба начали падать металлические шары, которые, как я знаю, могут взрываться, создавая плотное облако металлических осколков. Когда я прошел половину пути – а шел я не торопясь – Тоюоки прекратил меня атаковать. Нахмурившись, он постоял так три секунды, после чего создал две техники. Первая – «острый ответ». Масштабируемая техника. Пользователь создает несколько клинков, висящих в воздухе рядом с ним. Учитель – пять клинков, Виртуоз – тридцать. Ну и мощь у клинков тоже возрастает. Стоит ли говорить, что над головой Тоюоки парило тридцать клинков? Техника удобна тем, что ее не надо поддерживать. Создал – и все. А дальше мысленным усилием запускаешь в противника клинки. Либо по одному, либо сразу все.

Вторая техника была попроще. «Спутник» – это металлический шар, висящий в воздухе рядом с хозяином и точно так же атакующий противника по желанию пользователя. Атакует он вырастающим из него шипом.

Когда я подошел к старику на расстояние пяти метров, поле брани исчезло, превратившись сначала в стружку, а потом в незаметно исчезнувшую пыль.

– Надо было выкидывать меня с острова, – произнес я, остановившись.

– Это же спарринг, а не бой до победы, – пожал он плечами.

При этом рот у него не открывался.

– В таком случае давайте покажем, на что мы способны, – улыбнулся я.

И сделал «рывок» вперед, прямо под мечи «острого ответа».

Будь это реальный бой, я бы сначала кинул ему под ноги «сферу давления», чтобы пыли побольше было, но мы же все еще на публику играли… В место чуть впереди того, где я только что был, полетел первый клинок «острого ответа», но я уже приблизился вплотную к своей цели. «Фокусов» и «ускорений» на мне в тот момент было много. Не максимум, я же не хочу демонстрировать свою истинную скорость, но много. Достаточно, чтобы Тоюоки не успевал реагировать на мои передвижения. Два «удара» в голову, один в корпус и еще один опять в голову, шаг в сторону. Два «удара» в корпус, клинок в то место, где я был, два «удара» в голову и один под колено. Шаг в сторону. Еще один запоздавший клинок. Шесть «ударов» по всему телу, подшаг в сторону, апперкот. Прыжок назад, две «сферы давления» в грудь противника, одну ему под ноги и вновь сближение. Теперь Тоюоки не только не успевал за мной, он еще и не видел меня толком из-за поднявшейся от взрывов «сферы давления» пыли. Забавный факт – те сферы, которые прилетели ему в грудь, лишь опрокинули его. Все-таки что-то с его весом не так.

Молния в лицо, пара «ударов» ногой по поднимающемуся противнику, «сфера давления» в спину, заставившая его вновь упасть на землю. Старик не мог ничего толком сделать. Отмахивался мечом, пускал в пустоту клинки «острого ответа», использовал аналог «огненного столпа», когда вокруг него из земли резко выскакивали лезвия. Но на последнее моей «защитной сфере» было плевать. Да что уж там, я даже рискнул принять пару клинков «острого ответа» на свою защиту и, в целом, остался доволен. Удары, конечно, заставили напрячься, но урон от этой техники был вполне терпим.

Пинал я Тоюоки минут десять. Учитывая мою скорость, это очень долго. Все-таки Виртуозы весьма жесткие типы. Во всех смыслах. Тем не менее спустя эти десять минут наступил апогей нашего спарринга. Позже Тоюоки сам рассказал, что после десятиминутного избиения, во время которого он перепробовал все более-менее реальные способы меня отогнать, энергии у него осталось очень мало. Обычно у бахироюзеров такого не происходит, как-то так получается, что бахира им всегда хватает. Во всяком случае, он не заканчивается на тринадцатой минуте боя. Но против Тоюоки играла «абсолютная защита», которая и так жрет энергию не в себя, так еще и я ее сильно напряг. В общем, чтобы не слиться совсем уж бесславно, Тоюоки принял решение снять защиту и использовать очередную «мастерскую» технику. «Плач Кагуцути». Техника названа в честь бога огня и кузнечного дела. Но если для Кагуцутивару он в первую очередь бог огня, то для пользователей стихии металла – бог-кузнец. В общем, техника представляла собой дождь из металлических конусов. По форме напоминающих сосульки.

Естественно, оставаться совсем без защиты он не собирался, так как техника не различает своих и чужих, так что, скинув «абсолютную защиту», он нацепил на себя технику «жидкий металл», аналог различных стихийных покровов, и создал металлическую стену, которая загибалась вниз, создавая таким образом небольшой навес, прикрывающий его сверху. Места под навесом почти не было, так что остаться рядом я не мог и, по идее, должен был свалить куда подальше. В идеале за пределы острова. Но это по идее.

– Я так полагаю, ты сейчас запросто можешь вытолкнуть меня под мою же технику, – вздохнул он, опустив голову.

Я же, стоя рядом с ним под «защитным куполом», развел руками.

– Заметьте, это я вам еще меч не сломал, – кивнул я на катану, которую он продолжал держать в руке.

– Ну так и я показал не все, на что способен, – проворчал он.

И это так. Та самая техника, «последняя шутка», как и любая техника ранга Виртуоз, очень и очень опасна. Управляемая, объемная, сыпучая, если так можно выразиться, защиты от нее практически не существует. Разве что такие техники, как «абсолютная защита». «Последняя шутка» валила Виртуозов по счету раз, вот только против меня она неэффективна. Точнее, малоэффективна. Ведь техника, напомню, управляемая, а не самонаводящаяся, а у меня есть такой прекрасный навык как «отвод глаз».

А еще Тоюоки камонтоку не использовал, но тут уж он и сам понимает, что с моей скоростью его камонтоку просто не попадет по мне. Все-таки камонтоку рода О, по сути своей, это просто прокачанный меч. Если он обычным по мне не попал ни разу, то и родовым не попадет.

В общем и целом, противники, использующие оружие, для меня более легкая цель. А уж если они не собираются сражаться насмерть, так и вовсе… Я сегодня даже не напрягся особо. Правда, как мне показалось, Тоюоки банально допустил ошибку – не стоило ему активировать «абсолютную защиту» с самого начала. Да и использовать ее постоянно тоже. В отличие от других техник высокого ранга, «абсолютная защита» создается относительно быстро, и этим надо было пользоваться. Уверен, Тоюоки учтет эту ошибку в будущем.

– Боги с тобой, – махнул он рукой, после чего поднял ее над головой. – Сдаюсь. Еще полчаса беготни по полю даже меня доконают.

Глядя на то, как отменивший «жидкий металл» старик отряхивается, думал о том, что хочу сразиться с ним по-настоящему. И это была нехарактерная для меня мысль. Несмотря на то, что ведьмаки растут в бою, никогда не стремился повышать свою силу таким образом. Я не раз был на грани гибели, не раз видел, что такое смерть, и рисковать лишний раз совсем не стремился. Собственно, большинство ведьмаков такие. Уточню – в моем прошлом мире. В общем, адреналиновый маньяк и ищущий силу – это не про меня. Мне и так проблем в жизни хватало. Тем не менее после этого боя меня мучило любопытство, как бы он повернулся, сражайся мы по-настоящему?

Бой проходил со множеством ограничений, и в первую очередь эти ограничения, как ни странно, касались именно Тоюоки. Во-первых, он не мог бить насмерть. Это у меня тактика измора, и я могу вовремя остановиться, а бахирщики любят жахнуть от души, но Тоюоки этого как раз и не мог сделать. Ему не убить меня нужно было. Помимо этого, существовало ограничение по обе стороны от поля боя. Даже если техника не супермощная, она может лететь очень далеко, а учитывая, что я постоянно перемещаюсь, Тоюоки все время опасался задеть зрителей. Не знаю, кто тот умник, посадивший их всего в ста метрах от острова, но половина арсенала Виртуоза могла бы запросто достать до трибун, поубивав кучу народа.

Так что да, бился он далеко не во всю силу, тем не менее даже в этом случае любой Мастер на моем месте откинул бы копыта уже в самом начале боя. Все-таки, даже если я говорю «техника уровня Мастера», делает ее Виртуоз. Кроме расстояния и площади, существует еще такой параметр, как мощность. Несмотря на ограничения, битва с Тоюоки явно показала, что мой уровень находится далеко за «мастерским», так как я даже не запыхался. Именно это, легкость, с которой для меня прошел бой, плюс осознание наложенных на старика ограничений, и возбуждали мое любопытство – а как оно было бы, сражайся мы по-настоящему? Насколько бы я напрягся? Смог бы победить?

Ладно, к черту, бессмысленно об этом думать.

Идя вместе с Тоюоки к мостику, который был побит «плачем Кагуцути», наблюдал за исчезающими каплями металлического дождя. В голове назойливо крутилась мысль, которую я все никак не мог ухватить за хвост, и только когда прошли мост, меня осенило. Да так осенило, что я аж споткнулся, чуть не ударившись носом о спину идущего впереди старика. Если подумать, то все эти остатки техник – не что иное, как материализованный бахир. В те же клинки, копья, сосульки, сталактиты, капли от «плача Кагуцути» изначально заложена мощь, позволяющая убивать других бахирщиков. А что будет, если я тупо подберу какое-нибудь металлическое копье и хорошенько вдарю им по противнику? Оно ведь не исчезает мгновенно после призыва. Да, быстро, но с моей скоростью я точно успею пнуть им пару раз свою цель. Что тогда станет с так ненавистным мне «доспехом духа?

В огромном конференц-зале за длинным столом сидели четыре человека из высшей аристократии Великобритании. В том числе и его величество Георг Седьмой. На одной из стен зала висел огромный экран, на котором воспроизводили видео спарринга японского Виртуоза и Патриарха.

– Как-то не очень впечатляет, – заметил Георг. – С какой стати он сдался в конце?

Видео закончилось в тот момент, как оба бойца пошли в сторону мостика, ведущего с острова, на котором спарринг и происходил.

– Патриарх мог вытолкнуть противника под его же технику, ваше величество, – ответил министр внутренних дел герцог д’Эсте.

– Да и сам факт того, что он смог заставить Виртуоза снять «абсолютную защиту», тоже стоит учитывать, – добавил лорд-адмирал Кавендиш.

Последний присутствующий в зале человек, лорд-канцлер Дуфф, промолчал. Его коллеги уже все сказали.

Дуфф и д’Эсте находились тут не потому, что были приближенными Георга, пусть их должности и внушали уважение, дело было в их ранге – просто из Виртуозов страны они находились ближе всего к королю.

– То есть он все-таки на уровне Виртуоза? – уточнил Георг. – Это не подставной бой?

– Лично я не вижу смысла в постановке, ваше величество, – произнес Кавендиш. – Но чисто технически – нет ничего невозможного.

– Мальчишка принял на свою защиту слишком много атак, – заметил д’Эсте. – Уже не важно, постановка это или нет, по чистой мощи он в любом случае на уровне Виртуоза. А учитывая записи его реальных боев, можно смело сказать, что и с тактикой боя у него все хорошо.

– Лорд Дуфф? – посмотрел Георг на лорда-канцлера.

– Согласен с герцогом, – ответил Дуфф. – Виртуоз в принципе не мог ослабить свои техники настолько, чтобы этот бой можно было считать обманом. Слишком много Патриарх принял на свою защиту. Особенно в конце.

– Кстати, да, – вновь заговорил д’Эсте. – «Падение Дану» – это не та техника, которую можно ослабить, а Патриарх спокойно под ней стоял.

– Справедливости ради, – заметил Кавендиш. – Это может быть и другая техника. Просто похожая.

– Ладно, я вас услышал, – постучал пальцами по столу Георг. – Демоны… Вот почему не у нас, а? – естественно, никто не стал отвечать на риторический вопрос. – Как такое вообще возможно, господа? Почему Патриарх стал таким сильным?

Дуфф и д’Эсте промолчали. У них и своей работы хватало, чтобы еще японским Патриархом заниматься. Для этого есть определенные службы, вот пусть они головы и ломают.

– Есть предположение, – начал Кавендиш, – что они всегда такими были. Древние герои как раз и были Патриархами.

– Да ладно… – вскинул брови Георг. Собственно, Дуфф и д’Эсте тоже удивились услышанному. – И… И что нам это дает?

– Ничего, ваше величество. – ответил Кавендиш. – Просто объясняет его силу, – кивнул он на экран.

– Это он что, таким же сильным станет? – слегка напряженно спросил Георг.

– Сомневаюсь, ваше величество, – ответил лорд-адмирал. – Во-первых, многие ученые сходятся на том, что уровень силы героев преувеличивают. И во-вторых, если бы это было так просто, герои появились бы на страницах истории больше одного раза.

– Надеюсь, ты прав, – покачал головой Георг. – Очень надеюсь. Потому что теперь из-за его статуса, известности и силы мы этого мальчишку даже тронуть не можем. Руки у нас вдруг стали коротки.

– Все не так плохо, как кажется, ваше величество, – произнес спокойно Кавендиш. – Главная опасность Аматэру до сих пор в его детях, но в качестве быка-осеменителя он работать явно не хочет. У него для этого есть другой Патриарх. Обычный. Но к этому мы готовы. К тому же новые японские Виртуозы просто не успеют вырасти до начала новой большой войны. Плюс негласный договор на количество Виртуозов от Патриарха. То есть, по сути, Япония просто получила еще одного бойца высшего ранга. Всего одного. Данный факт не повлияет ни на что.

– Только это меня и успокаивает, – поджал губы Георг. – И все-таки это несправедливо. Японцы недостойны того, чтобы иметь такого Патриарха. В моей стране он смотрелся бы гораздо уместнее.

Просматривая запись спарринга господина на мобильном телефоне, Казуки испытывал подъем энтузиазма. Когда-нибудь он определенно достигнет такого же уровня. Обязательно. Пусть господин к тому времени уйдет еще дальше, но это не важно – Казуки и не надеялся сравниться с величайшим. Однако… Как же это круто. Хотя бы вот так он сделать сможет. Когда-нибудь и он будет вот так же пафосно стоять под железным дождем Виртуоза.

В спортзал, где прятался Казуки, ворвалась Мизуки-сан.

– Казуки! Ты уже видел спарринг Синдзи?! – выкрикнула она с порога.

– Глянул одним глазком, – ответил Казуки, убирая мобильник в карман штанов.

– Тогда айда драться! – подскочила она к нему. – Иначе меня сейчас разорвет от такого количества воодушевления!

– Найдите кого-нибудь другого, Мизуки-сан, – произнес Казуки. – Я сейчас хочу просто потренироваться.

– А я хочу выбить дурь из самого кавайного парня в этом доме! – заявила Мизуки. – Так давай узнаем, чья хотелка больше!

Казуки принял вызов. Хочет узнать, у кого больше? Отлично.

– Так, может, я тогда лучше Мамио позвоню? – спросил Казуки. – С ним вам точно веселее будет.

– А-а-атличная идея! – вскинула она руки. – Мамио – идеальный вариант! Заодно испробую на нем пару приемов, – произнесла она уже тише. – А то на медведе уже скучно отрабатывать.

– Тогда я звоню, – достал Казуки мобильник.

– Давай же, давай, не тормози! – притоптывала Мизуки.

Мамио ему было не жалко. Уже давно не жалко. Как-то притупилась жалость за время знакомства. Да и в любом случае – своя задница ближе. На то, чтобы уговорить друга приехать в Токусиму, много времени не потребовалось. Конечно, тот пытался увильнуть, но Казуки слишком хорошо знал Мамио, в том числе и все его слабости.

– Вот и все, – произнес Казуки, убирая мобильник в карман. – Вечером он будет здесь.

– Отлично, – оскалилась Мизуки. – Эй, малыш, а ты куда пошел-то?

– А? – обернулся Казуки.

– До вечера еще полно времени, – сообщила она. – И что прикажешь делать все это время? Ждать? Мне? Так что пошли, Казуки. Убьем время на полигоне! Разорвем его в клочья!

Вот дерьмище, не прокатило. И что теперь делать?

– Ты точно справишься? – спросил Древний своего слугу. – Видео, конечно, не впечатляет, но какое-то представление дает.

– Я справлюсь, господин, – ответил слуга. – Просто подготовлюсь получше.

– Тогда оставлю это дело на тебя, – кивнул Древний. – Только помни – минимум риска, минимум лишних смертей и полная незаметность.

– Как прикажете, господин, – поклонился слуга.

Предстоящее дело его не воодушевляло, но контракт есть контракт. Он обязан выполнять в том числе и такие приказы. Ладно, посмотрим, что там за новый ведьмак.

Глава 18

Тайра Масару сидел за своим рабочим столом в многоэтажном здании Министерства земли, инфраструктуры, транспорта и туризма. И хоть фактически это здание принадлежало государству, являясь министром, заправлял здесь именно он. А до него – его отец, дед, прадед… Двести лет представители рода Тайра занимают этот пост и отдавать его не собираются. В данный момент Масару, поставив локти на стол и сцепив ладони в замок, пристально смотрел на Нагасунэхико Юшимитсу – главу клана Нагасунэхико. Прибыл тот по рабочему вопросу, желая обсудить контракт на доставку экспортной тяжелой военной техники к месту назначения. Клан Нагасунэхико в основном занимается именно грузоперевозками, так что госконтракт для них лакомая добыча. Впрочем, он для кого угодно такой, но Нагасунэхико, являясь одним из лидеров в этой сфере наравне с Фудзивара, может выполнить контракт быстрее и качественнее других. Вообще-то, Масару думал, что к нему еще и Фудзивара обратятся, что позволит немного подзаработать на конкуренции, но последние полностью проигнорировали данное дело. Масару считал, что это неразумно с их стороны. Пусть даже они сейчас готовятся к войне, это не должно мешать заниматься обычным бизнесом. Но что есть, то есть.

– Мм, Масару-сан? – слегка удивленно спросил Юшимитсу. – У меня что-то на лице?

– За неимением достойных конкурентов я передам контракт вам, – произнес Тайра, чем удивил Нагасунэхико. Не результатом переговоров, а скоростью принятия решения. Все-таки он только-только высказал свою просьбу и был готов к торгам минимум минут на тридцать. – А сейчас, раз уж мы с вами встретились, хочу поговорить о другом.

– Внимательно слушаю, Масару-сан, – ответил Нагасунэхико.

Он был все еще немного удивлен, правда, теперь уже сменой темы, но при этом задвинул свое удивление куда подальше, изобразив внимательность.

– Что вы думаете о создаваемом альянсе Аматэру? – спросил Масару.

На этот раз удивление все же вылезло на лицо Юшимитсу, заставив его слегка приподнять брови.

– Клан Нагасунэхико тревожится по этому поводу, – ответил Юшимитсу. – Пусть, судя по всему, их цель не наш клан, но основная база их войск явно будет расположена на Калимантане. Скорее всего, на родовых землях Аматэру. А это очень недалеко от наших территорий. Вряд ли кто-то сможет дать гарантии, что альянс между делом не задумается о получении… дополнительной прибыли.

– Вряд ли, как по мне, – заметил Тайра. – Аматэру уже не раз доказывал, что не является малолетним неадекватом. Ему просто невыгодно на вас нападать. Да и конфликт ваш… – поджал он губы.

– Мы тоже так считаем, но перестраховаться не помешает, – ответил Юшимитсу.

На самом деле Масару поступил бы так же на месте Нагасунэхико. Если бы его земли стоили того, чтобы на них нападать. Ради небольшого кусочка гор Аматэру точно не станут объявлять войну роду Тайра. Да и… Обращаясь к Нагасунэхико, он не договорил, но у него сложилось впечатление, что нынешний глава рода Аматэру довольно практичный тип. Даже не так. Он практичный пессимист. Попытки его убить или личные оскорбления воспринимаются им как рабочий момент. Как будто уже сотни раз такое происходило, и он привык. Хм, иначе говоря, нападки на него лично для Аматэру Синдзи не более чем информация, которую он использует для корректировки своего отношения к тому или иному человеку. Отношения, на которое влияет очень много различных факторов. Между Тайра и Аматэру не произошло ничего, что могло бы привести к войне. К различным пакостям – да, но не к войне. С Нагасунэхико – сложнее. Они чуть не стали причиной крушения его планов. Серьезных планов. Но опять же планов конкретно Аматэру Синдзи. Его род там участвовал постольку-поскольку, пусть со стороны и кажется иначе. Да и погибли из-за Нагасунэхико в основном наемники. Плюс их клан уже понес моральные и репутационные потери после той неудачи. Тайра считал, что парень обязательно если и не отомстит, то нанесет удар, напомнив Нагасунэхико их давний ход, но только тогда, когда будет подходящий момент. То есть Аматэру это не должно ничего стоить. Пока такого момента не подвернулось. Но война? Нет, не пойдет он на войну с Нагасунэхико. А с Тайра у Аматэру и вовсе… Масару не раз и не два пытался представить их отношения со стороны Аматэру, и выходило не очень приглядно. Правда, сам Масару считал свои действия правильными. Может, не оптимальными, но в условиях имеющейся информации – правильными. Да знай он будущее, и поступил бы иначе, но опять же – какая информация, такие и действия. Знай он заранее, что Аматэру нацелились на клан, а не на имперский статус… Эх, насколько же все было бы проще. Увы, но догадываться о том, чего хотят Аматэру, он стал относительно недавно. Да что там догадываться? Сейчас Масару уверен, что Аматэру идут к получению клана. Непонятно только, почему таким сложным путем, но тут явно какая-то интрига на пару с императорским родом. Что-то связанное с Западной Малайзией. Ну и с Малаккским проливом, естественно.

Станут ли Аматэру в такой ситуации нападать на Тайра или Нагасунэхико? Нет. Определенно нет. Можно ли получить с этого выгоду? Несомненно. Но не в одиночку. И сил маловато, и с политической точки зрения опасно. А вот если взять в союзники какой-нибудь клан… Причем именно клан, а не имперский род. В общем, отсюда уже можно танцевать. Нагасунэхико в этом плане идеальны. Помимо силы, репутации, пусть и немного подпорченной, и статуса клана, они еще и отличное прикрытие от самих Аматэру. Хотя нет, не так. Они те, кто из-за конфликта с Аматэру могут в данной ситуации скрыть свои действия в самом начале, так как имеют полное право опасаться и собирать армию в единый кулак. Плюс Нагасунэхико имеют родовые земли на Калимантане, что очень удобно во многих смыслах. Хм… Если подумать… Прикрытие от Аматэру… А ведь есть те, кто может послужить отличным прикрытием.

Пауза после ответа Юшимитсу затягивалась, но он терпеливо ждал, что ему хочет сказать Тайра.

– Что ж, не буду ходить вокруг да около, – заговорил наконец Масару, после чего слегка улыбнулся и добавил: – Если только совсем чуть-чуть. Скажу сразу, то, что я сейчас озвучу, пришло мне в голову несколько минут назад. Это не план. Это даже не предложение. Просто идея, которой я хочу поделиться. И эта идея проста по своей сути. Что вы скажете на то, чтобы использовать альянс Аматэру в своих целях?

Ответил Нагасунэхико не сразу, что было предсказуемо. Однажды они уже пытались использовать Аматэру, и что из этого получилось, обсуждала вся Япония. Да и не только Япония.

– Скажу, что Аматэру Синдзи не тот человек, с которым можно играть в такие игры, – произнес он наконец. – И клан Нагасунэхико прочувствовал это на своем опыте. Тем не менее я достаточно любопытен, чтобы выслушать детали вашего плана.

– Что ж, тогда сразу уточню, – чуть расслабился Масару. – Роль локомотива и собирателя шишек я собираюсь отдать совсем другому клану. Мы с вами будем отрабатывать обычных конкурентов, которые хотят подзаработать.

Вообще-то, Райдон приехал ко мне по делам альянса. Именно он будет номинальным лидером отряда операторов беспилотников, которых выделяют Охаяси. Номинальным лидером он будет потому, что опыта таких операций у него нет. Ни опыта, ни знаний. Не готовила его жизнь к подобному. Он это прекрасно понимал, вот и рвал задницу, пытаясь набраться хотя бы знаний, чтобы, пусть и под конец войны, но убрать «номинальный» статус. Из-за этого Рей и зачастил ко мне. Обсуждали мы, в общем-то, всякую ерунду, по типу координации подразделений, тактики и обеспечения. Ерунду для меня, так как я знал, что этими вещами занимаются другие люди, а Рей просто пытается вникнуть в ситуацию и не выглядеть совсем уж профаном. Времени на подобные обсуждения уходило немного, так что Райдон частенько после этого просто по-дружески общался со мной и моей семьей. Рейка даже затянула его в свою кибер-команду, где он показал себя на удивление неплохо. Не супер, но ворчала на него Рейка не чаще, чем на других. Будь мы в Токио, и он не засиживался бы у нас так часто, во всяком случае, но ехать в другой город только ради плюс-минус часа разговоров… А в какой-то момент Рей и вовсе переехал ко мне. Просто мне подумалось, что связаться от меня со своими людьми ему будет проще, чем из Токио с очень занятым мной. Ну и предложил ему временно поменять место жительства. И если он предложение воспринял положительно, то Анеко, которая чаще всего сопровождала брата в поездках, была, как мне кажется, недовольна. Как пояснил Райдон – ей-то никто здесь жить не предлагал, то есть и поводов сюда скататься у нее гораздо меньше. Я такого не понимаю. Ну хочешь ты приехать в гости к другу, так приезжай. Ладно, бог с ним, довлеют над тобой какие-то аристократические заморочки, но к брату-то ты съездить можешь? Так чего морщишься? На это Рей пояснил, что это уже ее личные тараканы. Сложно понять, что в голове у женщины, особенно влюбленной, но чисто технически ничто не мешает ей навещать младшего брата.

Как-то раз, идя на обед, пересекся с Райдоном и Рахой в коридоре. Эти двое, мило общаясь, направлялись туда же, куда и я. То есть в столовую. Меня они не заметили, так как шел я позади. Болтала в основном Раха, а Рей ее просто слушал, вставляя свои комментарии. Чуть ускорившись, догнал парочку, после чего пошли уже все вместе. Но при этом меня не отпускала мысль, что эти двое довольно сильно сблизились. Они и раньше-то неплохо ладили, а после того как Рей остался у нас, я стал видеть их вместе все чаще и чаще. Мм… Если подумать, Раха даже иногда приходит поболеть за команду Рейки, когда той удается затянуть к себе Райдона. Не всегда, признаю, но раньше-то ее и вовсе все эти компьютерные игрушки не интересовали.

Интересная ситуация складывается.

– Рей! – окликнул я его после обеда. – Давай пройдемся.

Конечно, на его лице не вылезло удивленное выражение, но, судя по тому, что он на полторы секунды замер на месте, мое предложение явно застало его врасплох.

– У тебя какое-то дело? – подошел он ко мне.

После чего мы направились вперед по коридору.

– Да, – ответил я уже на ходу. – Не знаю еще, насколько серьезное.

– Уже любопытно, – хмыкнул он. – И о чем ты хотел поговорить?

– О Рахе, – ответил я, бросив на него взгляд.

Вот теперь он удивился.

– А что с ней не так? – спросил он осторожно.

– Она – Чистая кровь, – пожал я плечами.

– Я зна… – начал он. – Стоп. Ты ведь не намекаешь, что я общаюсь с ней только из-за этого?

– Даже если и так, мне какое дело? – улыбнулся я. – Рей, не мне говорить о чистой и невинной любви. Вы мне Анеко сватаете, постоянно напоминая о ее приданом. Тем не менее хотелось бы уточнить, у тебя какие-то планы на Раху, или вы просто друзья? Мне это нужно для понимания ситуации. Хотелось бы знать, к чему готовиться.

– А ее судьба тебя совсем не интересует? – улыбнулся Рей. – Ты порой почему-то хочешь казаться хуже, чем есть на самом деле.

– Я в любом случае доверяю тебе, – бросил я взгляд в дверной проем, мимо которого мы проходили. – Не станешь ты ее угнетать.

– Конечно, не стану, – кивнул он. – И отвечая на твой вопрос – она мне нравится. Не потому, что является Чистой кровью. Просто… – Он замялся. – Не знаю, нравится, и все.

– Но первую жену выбирает родня, – напомнил я.

– Да, да, – вздохнул Рей. – Фудзивара Рэн. Хорошая девчонка, ничего против нее не имею.

– Помнится, ты еще и со Старостой-тян общался, – улыбнулся я.

– Да брось, – нахмурился он. – Ну сходил я с ней на прием разок, и что? Жениться на ней из-за этого?

– То есть лично твой выбор – это только Раха? – уточнил я.

– Ты как-то… – засмущался Рей. – Как-то слишком торопишь события. Дай мне время. Она мне нравится, с ней комфортно, но… Но, демоны, Син, я с ней знаком всего ничего. Близко знаком, – уточнил он. – Дай в себе разобраться. Грань я не переступлю, не волнуйся.

– Что ж, разбирайся, – глянул я на него. – Но, если что, я не против вашей свадьбы.

– О… Понятно… Учту, Син, – ответил он слегка растерянно.

– Мне все равно надо позаботиться о ее будущем, а ты отличный вариант, – внес я чуть больше ясности. – Во всех смыслах.

– Просто дай мне время, – вздохнул он.

Подготовка к войне шла высокими темпами, и в момент разговора с Райдоном находилась на стадии готовности переброски войск на Калимантан. Не только войск Аматэру, но и всех остальных членов альянса. Даже Фудзивара, у которых там земли, не держали на них все свои войска. Как, собственно, и Кояма с Аматэру. Да, основные наши силы были там, но все-таки не все, а для войны с Филиппинами нам потребуется как раз все, что у нас есть. Почти все. Кое-что и дома оставить надо. Ну и английские кланы, понятное дело, стартуют со своих территорий.

Наемный отряд, принявший свои окончательные очертания, последует на Филиппины позже. Как ни крути, а боевая эффективность у него очень слабая, нужно больше времени на тренировки и слаживание. Тем не менее уже то, что было, мне нравилось. Людей совсем без опыта в отряд не брали, хватало и тех, кто, так или иначе, уже бегал с оружием. Отряд численностью в двадцать тысяч человек состоял либо из бывших наемников, либо из бывших военных. Последних – гораздо больше. Основная часть отряда была представлена токусимцами, а в этом городе служили чуть ли не три четверти мужского населения. Правда, в молодости и недолго. Меньшая часть отряда, примерно пять тысяч, ранее была самостоятельными наемниками. Причем половина от этого числа – иностранцы. И кого там только не было, черт возьми. От русских до парочки эфиопов.

Последние вообще какие-то монстры. Два брата шестидесяти одного года, четыре годика назад взявших ранг Мастера. Простолюдины, которые еще в молодости сумели стать телохранителями своего императора, но потеряли его лет пятнадцать назад. Эфиопия, которая в этом мире ни фига не страна третьего мира, а очень даже древнее и серьезное государство, совсем недавно, по историческим меркам, пережила смену династии. Вот в центре этого переворота наши два эфиопа и оказались. По словам стариков, они выжили только потому, что их император в последний момент, когда уже было ясно, что род не спасти, отпустил их – никаких долгов, никакой мести, просто уходите и помните своего господина. Ну и не служите новой династии. С тех пор эти двое и занимались наемничеством. В основном в находившейся рядом зоне беззакония. В моем прежнем мире те земли называются Сомали и, в общем-то, мало отличаются от того, что я когда-то видел. Так почему же они монстры? Начнем с того, что эти бодрые старички командуют десятитысячным отрядом наемников, который фактически контролирует Свободные земли Сомали. Именно они стали причиной развала двух государств на африканском континенте, на осколках которых появилось три новых. Одно из них появиться не должно было, но старики отстояли право паренька из практически уничтоженного рода стать королем. Помимо своего континента они успели покуролесить на южноамериканском, где за их голову сейчас дают один миллиард долларов. Очень и очень опытные бойцы и полководцы.

Но на этом их уникальность не заканчивается. Что бы я там ни декларировал Казуки, за созданием отряда я таки приглядывал и нескольких человек волей-неволей выделил. В том числе, естественно, и этих двоих. Помимо своей биографии, эфиопы были примечательны еще и тем, что владели стихией черного пламени. Уникальная стихия, которой обладают лишь эти двое. Так что в один из дней я решил скататься на базу наемного отряда и поговорить со стариками. Необходимо было прояснить пару моментов, например – с какого вообще перепуга они решили вступить в отряд? Причем лишь вдвоем, оставив своих людей на заместителей, которые должны стать командирами, если им удастся наняться ко мне.

Войдя в одну из комнат здания, в котором располагался штаб отряда, я почти сразу напрягся. А все из-за двух темных – в цветовом плане – гиеноподобных духов, висящих над головами стариков, которые при моем появлении поднялись на ноги. Очень опытные бойцы в количестве двух штук, в ранге Мастер, с уникальной стихией, которые вполне себе могли предугадать, что с такими личностями я захочу пообщаться. Естественно, я напрягся. Виду не показал, но был готов бить насмерть по любому поводу. И что-то такое они явно почувствовали, так как вздрогнули, когда я упал на диван и окинул их взглядом, зацепив при этом духов. А потом синхронно упали на колени, приложив лбы к полу.

Идиоты. Я реально чуть не вдарил по ним «сферой давления», когда они только начали движение.

– Приветствуем Покорителя Атлантов, – произнес на английском старший из братьев, судя по тем фотографиям, которые я изучил, Уорку Мрагна.

– Братья Мрагна молят о прощении Повелителя и просят усмирить свой гнев, – так же не поднимая головы, произнес младший, Ышету.

– За что просите? – спросил я спокойно.

– Эти недостойные не знают, чем успели вас разгневать, великий, – ответил Уорку.

– Ладно, забыли про злость, – потер я лоб. – Начнем с того, что Атлантиду покорили не в мою смену, так что я к этому не причастен.

– Духи поведали, что вы из тех самых, великий, – произнес Уорку, по-прежнему не поднимая головы. – Тех, кто попирает землю, а не ходит по ней.

– Ведьмины пастухи, что хранят равновесие, – добавил Ышету.

Окинув взглядом комнату, порадовался, что мы в ней одни. Аматэру, конечно, великие, я тоже не промах, но такое почтение… смущает.

– Послушайте, – вздохнул я. – Вы ведь современные люди, не дикари какие-нибудь, давайте вы все-таки встанете с колен и сядете на стулья. И все эти «великий» и «повелитель» оставьте при себе. Мне хватит и стандартного обращения.

– Как мы можем… – начал Уорку.

– Вы меня перед людьми позорить решили? – прервал я его. – Встаньте уже.

И они встали. Помялись немного, после чего сели обратно на стулья.

– Прошу простить, милорд, – произнес Уорку. – Не каждый день встречаешься с легендой. О которой тебе к тому же и рассказывали-то не люди, – кивнул он себе за спину.

– Проехали, – чуть поморщился я. – У меня к вам много вопросов, но сначала давайте поговорим о насущном. С какой стати столь выдающимся людям вроде вас идти в наемный отряд Аматэру?

– Мы, как и все остальные, желаем лучшего для своих семей, – ответил Уорку. – Да, у нас много денег, много сил и влияния в своем регионе, но это все не то. Ненадежно.

Само собой, чувство лжи я включил заранее.

– Вы недоговариваете, – произнес я. – Дайте более четкий ответ. Для чего вы здесь?

Ответили они не сразу, перед этим переглянулись.

– Мы понимаем, что ваша должность предполагает циничность, милорд, – заговорил Уорку. – Но прошу, поверьте нам. Мы пришли сюда потому, что ищем достойного господина. Здорово, конечно, быть самому по себе, но пустота в душе из-за отсутствия цели в жизни довольно неприятна.

– И вспомнили вы об этом только сейчас, – улыбнулся я. – Как удобно.

На это они вновь переглянулись.

– Это всегда было нашей целью, милорд, – ответил Уорку. – Просто подходящего господина найти не могли.

– Много где искали, милорд, – добавил Ышету.

– А год назад стало совсем невмоготу, – продолжил Уорку. – Так получилось, что мы встретили правнука нашего прежнего господина. Случайно. А ведь их род считался уничтоженным. Мы… – запнулся он.

– Мы думали, что нашли того, кто поведет нас, – вклинился Ышету. – В итоге малец решил нас продать. Возможно, скажи мы ему о своем решении попроситься в услужение, все повернулось бы иначе, но так даже лучше. Человек успел показать свое нутро. Мы ведь к нему сразу по-хорошему отнеслись. Помогали. А он ответил предательством.

Не понимаю я таких людей. Сто раз об этом говорил и повторю в сто первый – не понимаю. Ну что вам просто не живется? У вас же все есть. Зачем вам самим отдавать себя в руки другого человека? И ведь их даже уникумами в этом отношении не назовешь, таких людей в этом мире полно.

И да, они не врали.

– Служба… – вздохнул я, глядя в потолок. – Добиться права сражаться рядом с Аматэру не так уж и трудно. А вот сражаться от лица Аматэру – уже совсем другой уровень. Подобное право нужно заслужить.

Самую малость пафосно, но сейчас так и нужно. Я не дурак отказываться от подобных людей, но и просто принять их не могу. Вот пусть сначала повоюют на Филиппинах, а там видно будет. Мое чувство лжи не панацея, как и любой детектор лжи. Пусть даже у меня с точностью все в порядке, остается ведь еще изменчивость самих людей. Их характеры. Сегодня он искренне желает служить, а завтра случается что-то, что меняет его убеждения. Сегодня он рвется в бой, а завтра трусливо жмется под столом, скуля от ужаса. Проверка необходима. Пусть даже простейшая.

– Мы понимаем, милорд, – ответил Уорку. – Мы просим лишь шанса.

– Что ж, шанс у вас будет, – хмыкнул я.

На этом наш разговор, в общем-то, и закончился. Мне было очень любопытно, что за духи над ними висели, но всему свое время, в том числе и любопытству.

Позднее я узнал, что духов-симбионтов им приживил деревенский шаман, когда они были мелкими пацанами. Сделал он это не по доброте душевной, а в качестве последней проверки перед такой же операцией на самом себе. Только вот если с детьми все получилось, то старик почему-то помер. Причем в мучениях. Эти самые духи, к слову, и делают их пламя черным.

В итоге – забегая чуть вперед – я поставил их во главе двух бригад по пять тысяч человек. Привычный им формат, так что уверен, они справятся. Еще пять тысяч человек я разделил на два полка и назначил туда Святова и Куроду. И Дикий кролик, и Лупоглазик, бывший когда-то Папой-кроликом, были в шоке от назначения, не привыкли они командовать таким количеством войск, особенно бывший капитан полиции Курода Асао. Но где-то же им надо набираться опыта. Вот пусть и тренируются. Оставшихся людей разделили на полки и поставили над ними самих наемников. Ну и общее командование осталось за Беркутовым.

Ну а чуть позднее началась переброска основных сил альянса Аматэру на Калимантан. После чего аристократическое общество Японии заметно растерялось, так как помимо известных игроков туда начали перевозить свои войска и кланы Хоккайдо. Удивительно, но северяне умудрились до последнего скрывать свою подготовку к войне. Мой шпион в стане императорского рода, откликающийся на имя Нарухито, рассказал, что никогда до этого не видел у отца столь занимательного выражения лица, больше всего походившего одновременно на неверие и удивление. Пусть доказательств и не было, но на их уровне многие были уверены, что часть покушений на меня в недавнем прошлом организовали именно кланы Хоккайдо. А еще они были уверены, что я в курсе. Степень растерянности императора можно понять по тому факту, что он приказал сыну рассказать мне о попытках северян меня убить. Побыть немного Капитаном Очевидностью. Собственно, из-за этого Нарухито в тот раз со мной и связался.

Случались и неожиданности. Как неприятные, например, шторм, который проще было переждать в порту, чем прокладывать новый, более длинный маршрут, так и странные. К последнему относилось письмо от главы рода Тайра, пришедшее мне через неделю после начала сбора войск.

«Надеюсь, ты понимаешь, что наши отношения не достигли той точки, после которой следует война. Но на всякий случай я буду готов».

А на следующий день мне сообщили, что Тайра собирают войска. Серьезно? Это что, провокация? Просто только дурак на моем месте решится использовать альянс для нападения на Тайра. Начнем с того, что половина альянса в этом случае просто выпадет из обоймы. И закончим тем, что я вообще не понимаю, зачем мне нападать на них. Какой в этом смысл? Что я приобрету? Ладно Нагасунэхико, которые уже несколько месяцев держат свои войска в готовности, их хотя бы понять можно, пусть я и не считаю нападение на них выгодным, но Тайра-то куда лезут? Тоётоми тоже можно понять. Пусть и с трудом. Они не могут не знать, что я в последнее время пытался им помочь, но мало ли что у них в головах? Я бы тоже параноил на их месте. Слишком уж непоследовательны мои действия. Да, о причинах они в курсе, но я изначально должен был поступить иначе, не смотреть на друга, который, по сути, предал, а бить на уничтожение. То есть если забыть про чувства и включить логику, я просто не смог их добить. Сил не хватило. А помогаю… Да мало ли какой план у этого Аматэру?

Репортер со своим оператором напал на меня, когда я выходил из здания Имперской таможенной службы, где решал мелкие вопросы, связанные с поставками полупроводников для «Шидотэмору». Точнее, ее дочерней компании «Ямасита Корп», которая железом и занимается.

– Аматэру-сама, Аматэру-сама, ответьте на пару вопросов! – пытался пробиться ко мне репортер.

Сделать ему это мешали два парня из моей охраны. Бросив взгляд на этого индивидуума, не останавливаясь, я произнес:

– Никаких интервью.

И, больше не обращая на него внимания, направился в сторону стоящей неподалеку машины.

– Всего пара вопросов, Аматэру-сама! – надрывался за спиной репортер. – Я не займу у вас много времени!

Сев в машину, прикрыл глаза и ровно через полторы секунды отдал распоряжение Сэйджуну:

– К Отомо Акинари.

Сегодня я обещал поучаствовать в мероприятии его компании, где, помимо прочего, будет представлена третья часть шутера Офужизун. Эх, блин, а ведь совсем недавно, если подумать, я и сам с нетерпением ждал этой игры. Тихо вздохнув, прислонил голову к боковому стеклу и принялся решать, что теперь делать.

Начнем с того, что никакого оператора не было. Вместо него рядом с репортером я видел призрачную фигуру в виде человека с камерой. А сам репортер носил точно такую же призрачную… одежду. Его лицо, сама одежда, даже микрофон, который он протягивал в мою сторону – все это было иллюзией. Обычные люди наверняка видели человека с черными волосами, в деловом костюме и плаще, я же видел, что под этой маской скрывается азиат-блондин в брюках и черной водолазке.

Похоже, меня посетил тот самый кицунэ из клана Иллюзорного пламени. Зачем? Чего он пытался добиться? Явно не интервью взять. Познакомиться? Но он не мог не понимать, что в образе репортера это ему не удастся. А если в этом и смысл? Ему и не нужно было говорить со мной, возможно, он хотел показать себя. Посмотреть, что я замечу и замечу ли что-то вообще. Тупо разведка. Если я начну искать его, а эмблема на микрофоне соответствовала эмблеме «Токио Асами», он бы понял, что я что-то заметил. Правда, для этого нужны связи в телекомпании. Или хорошая подготовка, которая таки приведет меня к кому-то, но этот кто-то будет не при делах. Останется просто следить за этим человеком, что проще, чем налаживать связи. Впрочем, что я вообще знаю про этого кицунэ? Может, нужные связи он еще до моего рождения наладил. Да и про возможности магии не нужно забывать. В общем, стоит мне только начать его искать, это сразу покажет ему, что я что-то заметил.

То есть не искать? Видимо, да. Все-таки надо понимать, что это существо я вряд ли найду. Он как минимум столетиями скрывается от других ёкаев. Понятно, что он в первую очередь скрывает свою принадлежность к Иллюзорному клану, но и без этого… Про Байхо, к примеру, Хирано знала, а вот про то, что у Древнего есть ручной кицунэ – нет. Я поспрашивал остальных ёкаев, никто из них о нем не слышал. Вот и пусть кто-нибудь попробует убедить меня, что он не умеет скрываться.

И что мне теперь со всем этим делать? Ждать, пока он нападет уже по-настоящему, а не в виде репортера? Он ведь как пить дать сделает это в самый неподходящий момент. Искать не получится, ждать рискованно. Дерьмище. А может… Пришедшая в голову мысль была интересна, но непонятно, как ее осуществить. Тем не менее, если ты точно знаешь, что противник нападет, можно ведь хоть как-то подготовиться. В обычной ситуации – для выживания – я же, если он на уровне Байхо, порубаю его на лоскуты в любом случае и при любом раскладе. Проблема в том, что он может помешать своим нападением чему-нибудь важному. Сначала я подумал о том, что готовиться нужно к тому, чтобы его вычислить и по возможности отогнать силами других бойцов. А вот потом мне и пришла в голову та самая мысль – а может, попробовать его поймать? Только как это сделать? Я бы мог отрубить ему руки-ноги, пусть даже он сильнее Байхо или имеет более неудобные для меня способности. Можно, пусть и с проблемами, но избить его до обморочного состояния. А потом-то что? Смотреть, как он убивает себя? У меня нет возможности помешать этому. Точнее, я не могу с ходу придумать способ, но в таком случае можно спросить специалиста. К тому же этот специалист тоже кицунэ.

Блин, скорей бы домой. А ведь мне после мероприятия Акинари еще в торговую палату ехать, а в конце дня было бы неплохо доехать уже до своей верфи. А то который месяц откладываю. И все бы ничего, но я ведь сам их предупреждал, что приеду. Бедные работяги, инженеры и сам Нэмото Каору лично уже столько времени сидят как на иголках. Знаю, потому что отец Нэмото за эти месяцы девять раз, так или иначе, пытался выяснить, когда я уже приеду. Обычно в конце наших деловых разговоров и очень осторожно, но сам факт… Типа, мой приезд воодушевит работников. Угу. Воодушевит. Очень редко приезд начальника кого-то там воодушевляет. В хорошем смысле слова, я имею в виду.

Эх-х-х…

– Не спите, босс, мы подъезжаем, – вывел меня из раздумий голос Сейджуна.

Отвечать я не стал, просто оторвал от стекла голову и выпрямился на пассажирском сиденье. Покатался и ладно, отдых закончился. Пора за работу.

Глава 19

Перед отъездом домой у меня было еще одно дело, если так можно выразиться, которое хотелось бы решить. На самом деле в моем участии чисто технически не было необходимости, но тут уж играла роль психология. К тому же я изначально стал личным покровителем Миуры Шо и его учителя Кавагути Тадахару. Это важно – личным покровителем, а не через какие-то фонды. Так что и приглашать их в Токусиму желательно было лично. И дело тут не в каком-то этикете или правилах, а, как я уже сказал, в психологии. Эти двое должны чувствовать, что они важны. Будет неприятно, если они начнут ощущать, что я от них устал и поэтому спихнул на своих людей.

В данный момент времени Миура Шо пробует себя в спорте, бегая с одного турнира на другой, зарабатывая спортивный ранг для возможности участвовать в более продвинутых спортивных мероприятиях, а Кавагути выступает в роли неизменного тренера юного самородка. И ведь парнишку уже заметили и начали предлагать места в различных командах. Правда, туда не брали Кавагути, из-за чего Шо до сих пор так и не принял ни одного предложения. Лично мне плевать, где он будет подниматься по карьерной лестнице, так как я всегда могу создать свою команду, куда он перейдет, просто сейчас, в самом начале, это не сильно важно. Тем не менее чуть меньше двух недель назад Кавагути сумел связаться со мной и попросил решить эту, как он считает, проблему. Парню нужна полноценная команда, клуб, который поможет ему в развитии. Коллектив и конкуренция внутри этого коллектива. Много причин, на самом деле. В общем, он просил поговорить с парнем, ну или письмо какое написать – все-таки я человек занятой и не могу приезжать лично, чтобы он наконец перестал кочевряжиться и принял одно из предложений. Пока ему их вообще делают. При этом Кавагути не просил еще и его в это «куда-нибудь» пропихнуть, речь шла только о парне.

Надо признать, что я занимался этими двумя… Кхм. Я ими вообще не занимался. Все описанное ранее я узнал как раз от Кавагути пару недель назад. Это не то чтобы моя ошибка, проблем у меня и без них хватает, но да – мог бы и уделить этой парочке толику внимания. И раз уж такое дело, решил закрыть этот вопрос на несколько лет вперед. Главное – все-таки не забывать интересоваться, как у них дела идут. Короче, решение вопроса оказалось весьма простым, я отдал распоряжение, и мне на стол легла тонкая папка с информацией о токусимских командах по спортивному бахиру. Их, в общем-то, в городе было всего две: одна в местном университете, и одна, «Аматоку» – во взрослой лиге.

Шо с Кавагути нашлись в одном из частных спортзалов, где Шо, когда я пришел, отрабатывал скорость удара.

– Кавагути-сан, – обратился я к стоящему неподалеку от своего воспитанника мужчине.

Обернувшись и увидев, кто именно к нему обратился, Кавагути тут же сделал глубокий поклон.

– Приветствую, Аматэру-сама, – поздоровался он.

– Работаете? – кивнул я на Шо.

Парень, опутанный различными проводами и тросами, в этот момент сосредоточенно долбил по специальному тренажеру.

– Работаем, Аматэру-сама, – ответил он. – Шо сейчас на стадии закрепления результатов. Сами результаты так себе, но мы лишь в начале пути.

Ничего не понял. Что значит «закрепление результатов» в бахирном спорте? Что значит «на стадии»? Ну да бог с ним, не для вопросов я сюда пришел.

– Его можно отвлечь? – спросил я.

– Конечно, Аматэру-сама. Секунду, – произнес Кавагути, после чего быстрым шагом подошел к Шо.

Секунды на избавление от всех этих тросов ему явно не хватит, так что я медленно направился в ту же сторону. Когда подошел, Шо пытался на максимальной скорости избавиться от тренажера. Естественно, не успел.

– Аматэру-сама, – попытался он низко поклониться.

Чему не позволили тросы, прикрепленные к ремням на бицепсах. Отчего он заметно покраснел.

– Не волнуйся ты так, – улыбнулся я. – На самом деле, я сюда ненадолго заскочил, мне скоро в Токусиму уезжать. Держи, – протянул я ему конверт.

Немного удивившись, он осторожно его взял.

– Это приглашение в Токусимский университет, где есть нужная тебе спортивная команда. О поступлении я договорился, экзамен сдавать не надо. Выдающихся оценок от тебя никто не ждет, но мне будет приятно, если ты не станешь забивать на учебу. После университета тебя примут в профессиональную команду «Аматоку». Тоже токусимскую. В общем, я приглашаю тебя в свой город, где у тебя будут все условия для развития и продвижения по спортивной карьере. Как высоко ты поднимешься, зависит только от тебя и твоего упорства. Ах да, пока ты будешь учиться в университете, Кавагути-сан будет работать в «Аматоку» младшим тренером. Набираться, так сказать, опыта. Как высоко он поднимется в команде, тоже зависит от него. Но говорю сразу – я предупредил обе команды, и университетскую, и профессиональную, чтобы были к тебе построже. Топить тебя не станут, но напрячься придется. Преодолей трудности и покажи свою силу. Заодно и «Аматоку» подними повыше, а то они где-то ниже средней планки в национальном рейтинге.

Да и в целом было бы неплохо заняться активной, а не как сейчас, поддержкой спортивных команд Токусимы.

– Я буду лучшим, Аматэру-сама, – поклонился Шо до пояса, порвав при этом все еще мешающие ему тросы.

До отлета в Токусиму оставалось приличное количество времени, но при этом недостаточное, чтобы убивать время у себя в особняке. Путь от спортзала до дома оставит мне на ожидание минут пять, после чего придется снова садиться в машину и ехать уже в аэропорт. Так что я решил сразу ехать туда, а подождать можно и в кафешке какой-нибудь.

Достав из подпространства еженедельник и ручку, нашел пункт «передать приглашение Миуре Шо» и зачеркнул. Быстро пролистав, убедился, что все мелкие задачи в Токио выполнены. Теперь можно и…

Чувство опасности ударило по нервам неожиданно. Не смертельной опасности, но довольно сильной. Вскинувшись, я попытался понять, откуда опасность исходит, и в этот момент Сейджун резко крутанул руль. Как будто пытался избежать столкновения… с чем-то. Только вот рядом находилось лишь две машины охраны – одна спереди, другая сзади. Не от чего было уворачиваться.

Сначала машина вильнула влево, потом Сейджун попытался ее выровнять, уведя вправо… и на секунду замер, как будто вновь что-то увидел и не смог сразу понять, что делать. В итоге машина врезалась правой передней фарой в дорожное ограждение, после чего ее по инерции повело влево, и она врезалась в ограждение другой фарой. Ну а после этого авто перевернулось и понеслось вскачь по автостраде, крутясь вокруг своей оси.

Я же в этот момент, накинув на себя несколько «фокусов» и «ускорений», пытался уловить тот момент, когда станет слишком опасно и мне придется совершать экстренное «скольжение» наружу. До этого, как подсказывала чуйка, лучше посидеть внутри. За Сейджуна я не боялся – Учителя в автокатастрофах не умирают, если только рядом с ними не работает подавитель. Мне же было максимум неприятно, так как ведьмаки и без «доспеха духа» весьма крепкие ребята. Особенно под «фокусом» и «ускорением», когда могут вовремя менять положение тела. Чуть хуже стало, когда в крутящуюся машину на полной скорости влетело авто едущей позади охраны. Вот тут – да, глядя на то, как медленно – в моем восприятии – корежит машину, я уже хотел было валить. Да и пространства для маневра резко стало меньше, а ведь моя тачка продолжала кувыркаться. Правда, недолго – врезавшаяся в нас машина охраны отбросила мой «майбах» к ограждениям, вдоль которых он еще несколько секунд скользил. За охранников я тоже не переживал, так как при перевозке объекта им по правилам вменяется держать «доспех духа». Все-таки нападения во время пути не такое уж редкое явление.

Сам такое проворачивал.

Когда все замерло, я еще какое-то время прислушивался к тому, что происходит вокруг меня. В том числе сканировал пространство всеми доступными мне методами. И ничего. Блин, даже чувство опасности пропало. Машина наша лежала на боку, так что, немного извернувшись, я ногой выбил дверь над собой.

– Сейджун, ты там как, жив? – спросил я, просто чтобы он услышал мой голос и успокоился.

– Все в норме, босс, – ответил он тут же. – Вы сами как?

– Кажется, ни царапинки, – ответил я. – Снаружи все тихо, вылезаем.

Если я свою дверь выбил тупо за счет силы, то Сейджун воспользовался бахиром, создав какой-то каменный снаряд, чтобы вынести свою. Еще вылезая наружу, отметил, что охранники из передней машины бегут в нашу сторону, а из той, что была позади, только-только выбираются. Но там все было чуть более эпично – мечники стихии воздуха очень быстро разрезали покореженную машину на несколько частей.

Оглядевшись и отметив длинный след на асфальте, оставленный моим «майбахом», вздохнул, покачав головой.

– Вася-тян меня с потрохами съест.

И почти сразу услышал шлепок ладони о лицо.

– Демоны, босс, – произнес тихо Сейджун. – А ведь он не вас, а меня жрать будет.

Быстрый опрос Сейджуна и охранников показал, что мы были атакованы иллюзией. Сначала Сейджун увидел неожиданно выскочивший на нас грузовик, что заставило его активно крутить баранкой, а чуть позже он увидел прямо перед машиной маленького ребенка, из-за чего растерялся и упустил нужные мгновения, что и привело к столкновению с дорожными ограждениями. А с охранниками в машине, что ехала позади нас, все проще и сложнее одновременно. Они вообще ничего не увидели. То есть пока нас крутило на дороге, они видели перед собой спокойно едущую вперед машину господина. Из-за чего и протаранили нас на полной скорости.

Выходит, что кицунэ Древнего начал действовать. Не ожидал я, что все произойдет так быстро, думал, он только ведет проверку и подготовку. Суток не прошло, как он показался, и тут такое. Я теперь даже опасаюсь возвращаться в Токусиму на самолете. Я-то ладно, выживу, а вот для пилотов и охраны все закончится гораздо печальнее, чем сейчас. Тем не менее дома надо оказаться как можно раньше – в Токусиме банально легче держать оборону. Там такое количество ёкаев, что кицунэ уже не сможет вести себя столь вольготно. В общем, решил положиться на чуйку. В полете он нас вряд ли достанет, то есть опасаться надо взлета, но если что, думаю, успею остановить пилотов.

Тем не менее по какой-то причине кицунэ от нас отстал. Я не чувствовал угрозы ни в аэропорту, ни на подходе к самолету, что, в общем-то, неудивительно, ни при взлете. Ну и во время полета все было норм. На полпути в Токусиму связался с Хирано и попросил ее навести шороху. В смысле, передать Совету старейшин, что на Аматэру охотится кицунэ из клана Иллюзорного пламени. Уж не знаю, насколько хорошо наш иллюзионист умеет работать в экстремальных условиях, но город, заполненный готовыми ко всему ёкаями, точно будет его напрягать. Впрочем, лишний раз выходить из поместья не стоит в любом случае.

Из аэропорта я первым делом направился не домой, а к Хирано. Слишком многое нам надо обсудить. Находилась она у себя дома, туда и поехал, а по пути все пытался придумать, как поймать хвостатого паршивца. Но это я скорее время убивал, так как без понимания, чем мне может помочь магия, никакой план не складывался.

Дверь Хирано открыла всего через пару секунд после того, как я позвонил в дверной звонок.

– Проходи, не стой на пороге, – произнесла она, оглядывая улицу поверх моей головы, чему способствовал небольшой порожек, на котором она стояла.

Зайдя в дом, направился в гостиную, где и упал в кресло. Хирано же задержалась на кухне, готовя чай.

– Спасибо, – произнес я, беря в руку чашку.

– Рассказывай, что там у тебя произошло? – попросила она, сев в соседнее кресло, и, выгнувшись вперед, взяла вторую кружку.

Я же, глядя на это, поморщился. Чертовка в этот момент выглядела так… Настолько сексуально, что я чуть не сорвался. Вот не вовремя она решила поиграть со мной. Не скажу, что у меня сейчас стресс какой, но когда вернусь домой, обязательно спущу пар с девчонками. А тут, блин, эта вертихвостка…

– Вчера меня пытался перехватить репортер, который оказался кицунэ из Иллюзорного пламени, – начал я свой рассказ.

Много времени на него не потребовалось, в подробности я не вдавался, так что уже через пять минут заканчивал. – И главное, как быстро сработал. Я правда не думал, что от его появления до покушения пройдет так мало времени.

– Я даже немного рада, что тебя заставили напрячься, – качнула она головой. – А то ты в последнее время слишком нос задрал. Понимал же, что на тебя охотиться будут. Но нет, ты же у нас крутой ведьмак. Будешь теперь знать, что проблемам плевать на твой статус.

– А то я раньше этого не знал, – проворчал я.

– Ладно, дальше рассказывай, – произнесла она после глотка чая. – Ты ведь ко мне не жаловаться приехал. Наверняка уже какой-нибудь безумный план придумал.

– Я… А с чего это сразу безумный? – сбила она меня с мысли. Просто, если подумать, то план у меня и правда довольно рисковый.

– Не обращай внимания, – отмахнулась она. – У женщин принято говорить подобное мужчинам.

– Ага… Понятно, – произнес я, после чего пригубил из чашки чая. – В общем, хочу поймать гаденыша.

– Вот поэтому и принято, – произнесла она, приподняв брови. – И как ты себе представляешь поимку ёкая моего уровня? Да и зачем? Слуги Древнего все равно убивают себя… Стоп, подожди, – подняла она руку. – Дай мне минуту.

– Думай, – произнес я.

После чего одним глотком допил чай и поставил чашку на стоящий между нами стол.

Думала она меньше минуты. Всего сорок четыре секунды.

– Твой план чисто технически реален, – произнесла она. – Но только технически. Слишком много нюансов.

– Например? – спросил я.

– Например, поймать его можно только в стационарную ловушку, которую довольно непросто создать. И долго. Чудо-артефакта, который сможет поймать девятихвостого кицунэ, в природе не существует.

– То есть мне надо будет каким-то образом заманить его туда, – произнес я задумчиво. – При том, что на глаза он если и покажется, то сделает это во время нападения. Какие еще нюансы?

– Перевозка, – пожала она плечами. – Нужен спецконтейнер, достать который сложнее, чем создать ловушку.

– Это осуществимо? – уточнил я.

– Да, – поморщилась она. – Но придется в долги влезть. Ладно, это моя проблема. Считай, что с контейнером проблем не будет.

– Какие еще у нас проблемы? – продолжил я ее расспрашивать.

– Не то чтобы проблемы… – помялась она. – Понимаешь, если мы доставим пленника сюда, в Токусиму, то его можно посадить в печать Элюмине, она у нас, как ты знаешь, есть, но даже она не удержит его дольше… – замолчала она, поведя плечами. – Да пару недель максимум. И если за это время мы не сможем вытащить из него всю информацию, его придется убить.

– А мы хоть что-то вытащить сможем? – уточнил я.

– Ах да, ты же не в курсе… – вздохнула лисица. – Моя милая печать благодаря тебе может не только удерживать высокоуровневых ёкаев, но и, скажем так, подавлять их. Если совсем просто, то он сильно отупеет и потеряет волю. Увы, Элюмине далеко до более высокоуровневых платформ, как та же Аль’Тара, так что на вопросы он отвечать будет, но максимально просто. Проблема тут в том, что многих вопросов мы просто не знаем. Понятно, что основные интересующие нас вопросы мы зададим, но даже при этом не узнаем очень многого.

– А-а-а, плевать, – махнул я рукой. – Мне главное узнать, под чьей личиной скрывается Древний. Его убежища, куда он может убежать, зачем ему спутники… – и вот тут я задумался, а ведь и правда, столько всего интересного можно узнать у столь интересной личности. – Не важно, мы ведь ничего с этим поделать не сможем?

– С этим – нет, – вздохнула она. – Как я и говорила, улучшать подобные платформы нельзя. Да и не смогу я этого сделать, знаний нет. Ни у кого в мире нет.

Помолчали, каждый думал о своем.

– Итак, давай суммируем, – заговорил я. – Ловить его можно только в стационарную печать, но для этого надо хотя бы примерно знать, где ее ставить. С контейнером для перевозки ты разберешься. С печатью мы ничего сделать не сможем.

– Все так, – кивнула она. – Добавлю только, что печати-ловушки ставятся в лучшем случае на пару недель, но у нас нет доступа к настолько хорошим специалистам. Так что рассчитывай на месяц работы.

– Понятно, – вздохнул я. – Но без знания, где эту печать ставить, все бессмысленно.

– Ну… – повела она плечами, после чего осторожно произнесла: – Заманить…

– Иллюзиониста? – хмыкнул я. – Хотя, ладно, плевать на это. Я в любом случае не смогу провести его за собой слишком далеко, тут даже дебил поймет, что что-то не так. Значит, нам при любом раскладе надо знать место нападения и ставить печать неподалеку. То есть я его не только куда-то там заманить должен, что мне, видимо, придется делать, убегая, а это тоже вызывает много вопросов, так еще и спровоцировать нападение придется ровно там, где мне нужно. Я… Я просто не знаю…

– А что не так с убеганием? – нахмурилась Хирано.

– А как я, по-твоему, должен убежать от иллюзиониста? – спросил я. – Убежать и не вызвать при этом подозрений, что веду его в ловушку. То есть он должен быть уверен, что я точно слабее него и реально убегаю, иначе не станет меня преследовать. Если он, конечно, совсем не идиот, что вряд ли. То есть должен быть еще один бой, где он… почти победит. И вот как его организовать? Что мне такого сделать, чтобы отогнать девятихвостого кицунэ, но при этом оставить у него ощущение, что он сильнее? К слову, как мне кажется, он месяц точно ждать не будет, раньше нападет. А если нападет лично, а не как в этот раз? Да хотя бы в качестве той же проверки, подготовив пути отступления. Заставить его убежать, но при этом выставить себя слабаком… – произнес я, откинувшись на спинку кресла и рассматривая потолок.

– Ну а просто помахать кулаками, изобразить усталость и убежать? – произнесла она с возмущением.

Как будто я делаю из мухи слона и не хочу в этом признаться.

– Хатсуми, – потер я лоб. – Он иллюзионист. Я, по идее, даже видеть не должен, куда убегать. Вот что он подумает, когда выяснится, что я игнорирую его иллюзии?

– А ты игнорируешь? – спросила она осторожно. – Я думала, ты просто что-то там чуешь. Вроде как человека два, а чуешь ты одного…

– Я в буквальном смысле смотрю сквозь его иллюзии, – ответил я.

– Охохонюшки… – покачала она головой.

– Что не так? – нахмурился я.

– Ничего такого, – вздохнула она. – Просто родовая способность ёкаев отличается от той, что есть у вас, людей. Если коротко, то она усиливается не с возрастом рода, а с опытом самого пользователя.

– И у девятихвостого кицунэ она по умолчанию очень сильна, – кивнул я, поняв, о чем говорит Хирано.

– Показав, что ты можешь игнорировать его родовую способность, ты автоматом покажешь свой уровень способностей, – продолжила она. – После такого изображать слабака будет очень непросто.

– О чем и речь, – хмыкнул я. – Я еще какое-то время смогу изображать слепого котенка, но вряд ли долго. Хотя тут, конечно, как бой пойдет. Паршиво, если он всю свою жизнь только способность к иллюзии тренировал, тогда сам по себе тот кицунэ слабак и в открытую против меня выйти не рискнет. Так и продолжит устраивать автокатастрофы. Это я условно, – махнул рукой. – Имею в виду – исподтишка будет бить.

– Эй, эй, поумерь пыл, великий ведьмак, – улыбнулась она. – Девять хвостов – это при любом раскладе девять хвостов. Он в принципе не может оказаться слабаком.

– Пусть так, – ответил я безразлично. – Что делать-то, мы, в любом случае, не знаем. Ладно, пока подготавливай ловушку и ищи контейнер для перевозки. С остальным я разберусь.

– Подожди, – подняла она руку. – Хочу уточнить. Некоторое время изображать слабака ты сможешь, так?

– Да, – ответил я.

– До того, как мы подготовим печать удержания, а это месяц, он нападет как минимум один раз, – продолжила она, глядя мне в глаза.

– Тут зависит от того, какие у него приказы, – ответил я. – Если он старается действовать скрытно, то варианты защиты есть. Но в целом – да, думаю, если будет возможность, он продолжит атаковать.

– А нам как раз и нужно, чтобы перед поимкой он убедился, что ты слабее, – произнесла она.

– Было бы хорошо, – ответил я осторожно.

Хирано явно что-то придумала.

– Есть у меня идея, – заявила она. – Существует артефакт, который может уничтожить его иллюзии и не даст ему их использовать какое-то время.

– Типа подавителя? – приподнял я бровь.

– Очень похоже, – кивнула она. – Только такие артефакты одноразовые. На самом деле они создавались не против иллюзий и сильно затрудняют использование магии в целом, но достаточно сильные ёкаи могут частично игнорировать данный эффект. Только вот иллюзии… Слишком тонкая работа.

– А менее сильные ёкаи? – поинтересовался я.

– А вот им совсем грустно будет, – усмехнулась Хирано. – Как бахирщикам, попавшим под подавитель, – после чего ненадолго задумалась. – Хм, собственно, подавитель и создан на основе этого артефакта. Древние – они такие, многое у нас скопировали.

– Хорошо, я понял, – произнес я. – Только, раз уж я достал один артефакт, могу достать и другой. Станет ли он вообще после подобного приближаться ко мне?

– Ты в курсе, что у Древних есть артефакты… прерыватели, кажется, которые нивелируют действие подавителей? – спросила она с хитрым выражением лица.

– В курсе, – ответил я коротко. – Полагаешь… То есть получается, есть и магический аналог?

– Именно, – улыбнулась она еще шире. – Причем я точно знаю, что у клана Иллюзорного пламени он однозначно был. А даже если и не так, в свое время их производили в огромных количествах, и до сих пор достать подобную вещь не проблема. Вот артефакты, блокирующие работу с маной, редкость, а защищающие от них – нет.

– А что так? – не понял я. – Если бы люди могли, они бы подавители в огромных масштабах штамповали.

– Сомневаюсь, – покачала она головой. – Но даже если так… Вот представь, что ёкаи не скрываются, они – доминирующий вид. А единственное оружие малочисленного человечества – это бахир. Станут люди давать в руки ёкаям бахирные подавители? Сами – создавать оружие против себя? Вот и ёкаи не горели желанием. Технологии не утеряны, они есть, но мы до сих пор не приветствуем артефакты Магического Шторма.

– Звучит логично, – пробормотал я. – Значит, что у нас получается? На меня нападает ёкай, я использую подави… ну как он там…

– Магический Шторм, не важно, – отмахнулась Хирано.

– Использую подавитель, изображаю сопротивление, но в итоге сбегаю. В следующий раз он приходит ко мне уже с прерывателем, после чего мне требуется, изображая слепого котенка, довести его до ловушки.

– Примерно так, – согласилась Хирано.

– Трындец сколько нюансов и различных «если», – потер я лоб.

– Это основа, – произнесла Хирано. – Детали обдумаешь сам.

И от количества этих деталей у меня уже начала пухнуть голова.

Сидя поздно вечером в гостиной напротив выключенного телевизора, я прокручивал в голове известную информацию по моему противнику. Заодно пытался прикинуть, как его поймать. Точнее, как организовать нападение рядом с ловушкой. Самый очевидный вариант – поставить печать-ловушку и сидеть все время неподалеку от нее. Когда-нибудь он нападет и я, убегая, приведу его прямо к ней. Но тут есть проблема – сидеть долго в одиночестве или с минимумом людей – слишком подозрительно. Так мне еще скоро на Филиппины ехать, а там рядом будет целая армия. Обретаться где-то отдельно от нее, опять же, слишком подозрительно. Как будто я жду, чтобы на меня напали.

Прикрыв глаза, я усмехнулся. В моем случае ситуация довольно ироничная. Это ж надо было спустя столько лет и одну смерть на своей шкуре ощутить, что чувствовали мои враги в прошлой жизни. Когда я пошел против половины мира, действовал точно так же, как этот кицунэ – скрывался, подгадывая момент, после чего наносил удар. Те, на кого я охотился, наверное, тоже ломали себе голову, как и я сейчас, пытаясь придумать, как меня поймать. Они тоже не понимали, где, когда, как и кто следующий. В их планах, уверен, тоже были кучи нюансов и множество «если».

Я тогда победил.

Ладно, хватит воспоминаний. Надо сконцентрироваться на сегодняшнем дне. Попробуем поставить себя на место этого ёкая. Что мы имеем? Противник силен и может использовать иллюзии. Примем как данность, что он не считает меня слабаком и не собирается недооценивать. Вряд ли он знает, как именно умер Байхо, зато точно в курсе, что со мной тогда была Хирано. Скорее всего, пытаясь соблюсти хотя бы видимость договора, Древний приказал ему по возможности не убивать непричастных. Его иллюзии цель не распознают. Задача – уничтожить. Тихо и без свидетелей. Последнее важнее, так как раскрытие миру наличия ёкаев Древнему невыгодно – эти самые ёкаи тогда тоже не будут молчать и расскажут людям о самом Древнем.

Стоит также учитывать, что у Древнего есть еще один очень сильный ёкай. Но из записей Этсу следует, что один из тогда еще троих сильнейших слуг Древнего всегда отсутствует. Их как бы трое, но вместе собираются только по двое. Чем-то один из них постоянно занят. А значит, с высокой долей вероятности охотится на меня только лис из клана Иллюзорного пламени.

Итак, как бы я при заданных параметрах стер цель? Большой бада-бум устраивать нельзя. Самое простое – это ночью усыпить тех, кто не спит, и убить цель, пока она в царстве морфея. Но противник – ведьмак. Вряд ли… Скорее всего, застать его врасплох не получится, мы ведь не относимся к нему с пренебрежением. То есть очень вероятно, какой-то кипеш будет, и тут все зависит от того, где именно находится цель. Посреди города такое не провернешь – слишком много камер. А поместья помимо токусимского у цели… есть. На Калимантане. Где как раз собираются войска альянса и куда глава рода наверняка поедет. Хотя бы на пару дней. Хм. Похоже, я знаю, когда кицунэ ударит в следующий раз.

О’кей, не получилось. Цель свалила на Филиппины, где обитает среди своего войска. Проблемка… На базе будет слишком много людей. Всех не усыпишь. А как показала практика предыдущей попытки убийства, какое-то время цель может успешно трепыхаться. То есть на шум в любом случае сбегутся люди. Их можно заморочить иллюзией, но на технику она не действует. То есть прибежит к тебе толпа в МПД и пара боевых роботов, и что ты будешь делать? Людей в технике заколдовать можно, а камеры той самой техники – нет. Бегать потом от одного МПД к другому, пытаясь уничтожить запись? А лис знает, как это делать? Я вот – знаю и ответственно заявляю – это ни фига не просто. То же самое и с шагающей техникой. А ведь там и дроны будут, и обычные камеры. В общем, нападать на военную базу не вариант.

Тихо подкрасться и ударить в спину? Достаточно сильного ведьмака? Не вариант – опять кипеш начнется. По той же причине не получится довести до меня убийцу из стана филиппинцев. Навести на базу армию врагов альянса? Так Аматэру и не скрываются. Могли бы филиппинцы нас уничтожить, и без лиса бы справились. Нет, атаковать цель на базе не получится. И что тогда? Остается эту самую цель выманить.

Хм… хм… Блин, без понятия, как это сделать. Ладно бы цель не знала, что на нее охотятся, а так… Переговоры? Так цель к себе переговорщика позовет, а не согласится, так и пусть катится. Достаточно важный переговорщик? А кто? Нет таких. Американцы, так они сами к цели своего человека пошлют. На филиппинцев цели вообще плевать, раз уж она к ним с армией пришла. Может, не важный, а любопытный? Но опять же – кто? Да и остается тот факт, что цель в курсе, что на нее охотятся. Тут любопытство и поумерить можно. Чтобы цель выбралась с базы, нужно, чтобы поговорить с ней желал кто-то важный, любопытный и, желательно, скрытный. То есть переговоры должны быть проведены в полной секретности, и чтобы цель признавала право на эту секретность.

Такой личности даже я придумать не могу, что уж там про лиса говорить… Стоп. Подождите-ка. А ведь есть такие персонажи. Целое сообщество, скрывающееся от людей. Если мне предложат встретиться с филиппинскими ёкаями, я могу и клюнуть. А если лис притормозит, не станет нападать какое-то время… Нет, в этом случае я, скорее, еще больше напрягусь. То есть цель напряжется. А значит, попытки должны продолжаться, но достаточно очевидные и неудачные. Хотя рискованно – успокаивать цель надо как-то иначе. Как-то обмануть. Ха-а-а… Ладно, это детали, о которых кицунэ должен думать, а не я.

Шаткий план какой-то. Слишком много на удачу завязано. Соглашусь не соглашусь, это еще более-менее прогнозируемо. А что дальше? Может, я потребую, чтобы ёкаи ко мне пришли. Если уж им так необходимо встретиться. В общем, нужен еще один план. На самом деле, похитить бы кого-нибудь, но договор… А ради тех, кто под договор не подпадает, я жизнью рисковать не буду.

В итоге после двух часов кипячения мозгов я пришел к выводу, что кицунэ будет делать ставку на филиппинских ёкаев. Возможно, у него появится еще один план для подстраховки, но ёкаи – самый реальный вариант. Да и в конце-то концов, ну не получится сейчас, можно же дождаться, когда цель в Японию вернется. Ограничение по времени у Древнего, может, и есть, но оно явно измеряется десятилетиями, а не месяцами.

Взяв в руку мобильник, лежащий на небольшой тумбе справа от кресла, я набрал номер.

– Слушаю, господин, – раздалось из трубки.

– Хочу призвать тебя обратно, Сорей, – произнес я. – Найди место без свидетелей.

– Уже, господин, – ответил шиноби. – Сейчас меня никто не видит.

– Ну и отлично, – произнес я, нажимая на «отбой».

После чего мысленно представил юрэя-ниндзю и так же мысленно позвал его. Через несколько секунд прямо передо мной с тихим хлопком появилось облако дыма, которое почти сразу развеялось, показывая мне стоящего на колене Сорея Аваши в одежде шиноби.

– Слушаю и повинуюсь, господин, – произнес он, не поднимая склоненной головы.

– У меня для тебя новое задание, – заговорил я. – Ты должен отправиться на Филиппины и отыскать все более-менее крупные поселения ёкаев. Отправишься завтра. Сакамиджи тебе поможет. Чуть позже я передам тебе карту с территорией, на которой ты должен сделать акцент в своих поисках, – в конце концов, глупо звать меня на другой конец страны. Скорее всего, со мной свяжутся ближайшие к месту высадки нашей армии ёкаи. – В контакт ни с кем не вступай, действуй максимально скрытно.

– Понял, господин, – произнес он, когда я замолчал. – Сделаю в лучшем виде.

В Токусиме я просидел две недели, после чего отправился на родовые земли на Калимантане. К этому моменту Хирано уже достала контейнер для перевозки будущего пленника и активно готовилась к созданию печати-ловушки. Даже не так – она уже подготовилась и просто ждала отмашки с точным местом установки. Ах да, еще Хирано выставила мне счет на сто двадцать восемь миллионов долларов. При этом, криво улыбаясь, добавила:

– И это только деньги. Некоторые ценные ресурсы и услуги в деньгах измерить нельзя.

Не слабо так контейнер для перевозки нам обошелся. Выглядел он, кстати, не очень презентабельно, обычный серый булыган размером со страусиное яйцо. Да и формой похож. Название тоже соответствует – Яйцо Духа.

В общем, контейнер у нас уже был, магический подавитель мне передали еще раньше, печать-ловушка ждала места и времени для установки. Осталось дождаться моего шиноби и углубить план деталями. Ну а пока мне предстоит встретиться с лисом и убедить его, что если мы сойдемся один на один, то у меня не будет шансов. И это на фоне того, что я толком и не знаю, на что он способен.

Веселая ситуация, блин.

Родовые земли со времени моего последнего посещения стали гораздо многолюднее. В процентном соотношении, учитывая город Мири, людей не так чтобы и прибавилось, но когда десятки тысяч бойцов готовятся к переброске в зону будущих военных действий, суета усиливается в разы. Даже на порядки. Военная база Добрыкина увеличилась раза в три, так как в своем стандартном виде она просто не предназначена для работы настолько большой армии. А ведь рядом с ней развернулась еще одна, временная, где расположились войска кланов Хоккайдо. Побольше, чем у Добрыкина, но меньше, чем нынешняя база Аматэру. К тому же здесь еще отсутствуют войска Кояма и Фудзивара. У этих двух кланов есть свои родовые земли неподалеку, где они и готовят людей и технику для переброски на Филиппины.

А сколько еды нужно для всех этих людей… Одна радость, пусть и небольшая – стандартная кормежка в наших войсках неплохая, но хочется чего-то большего, а тут целый город под боком, куда можно ходить в увольнительную. В общем, какие-то копейки Мири себе вернула.

– Артем Викторович, – окликнул я Добрыкина, – вы не заняты?

– Добрый день, господин. У меня сейчас обед, – отложил он бумаги.

Находились мы в штабе, в его рабочем кабинете, и, несмотря на время обеда, о котором упомянул Добрыкин, еды я здесь не видел. То есть он все равно продолжал работать.

– Я к вам на минуту заскочил, по пути было, – произнес я. – Сегодня вечерком выделите мне пару часов. Буду ждать вас у себя дома.

– По какому вопросу, господин? – поинтересовался Добрыкин.

Что и понятно, надо же ему было хоть немного подготовиться.

– Не по работе, – качнул я головой. – Хочу провести пару экспериментов с бахироюзером высокого ранга.

– Я, конечно, не против, господин, но у вас же Каджо Суйсэн есть, – произнес он немного удивленно.

– А помочь мне можете только вы, – улыбнулся я. – Вы у меня единственный достаточно близкий пользователь «плотной» стихии в ранге Мастер.

– Понял, господин, – кивнул он. – Тогда буду у вас часов в восемь. Устроит?

– Да, нормально, – кивнул я. – У меня, собственно, все. Пойду, не буду мешать.

– До вечера, господин.

Добрыкина я ждал не в самом доме, а на заднем дворе. Вместе со мной тут находились Сейджун и целительница. Я же не хочу вывести своего генерала из строя в такое ответственное для альянса время? Добрыкина сюда привела одна из сестер Каджо, после чего с поклоном удалилась.

– Артем Викторович, – махнул я рукой, а когда он подошел, добавил: – Готовы к экспериментам?

– Конечно, готов, господин, – произнес он с ухмылкой. – Что хоть проверять будем?

– Мне как-то раз пришла идея, – начал я объяснять. – А что будет, если я ударю противника его же техникой? Вы ведь помните, что «доспех духа» для меня – самая неприятная способность бахирщиков?

– Конечно, господин, – произнес он медленно. – Но как вы собрались бить нас нашей же техникой?

– Поправлюсь, – усмехнулся я. – Бить я вас буду остатками ваших техник. Например, шипами, вылезшими из земли. Или вонзившимися в нее. Но как я и говорил – тут нужен кто-то с «плотной» стихией.

– Понятно, – ответил Добрыкин, после чего посмотрел на Сейджуна.

– С ним я уже проводил эксперименты, – усмехнулся я. – Сейчас мне нужен Мастер.

– Ну раз нужен, значит, поможем, – пожал он плечами, после чего спросил: – И как с Учителем прошло?

– Было больно, – подал голос Сейджун.

После его слов Добрыкин покосился на целительницу.

– Ну раз нужно… – произнес он уже не так уверенно.

Я тоже посмотрел на целительницу, которая стояла, закатив глаза к небу. Третий ранг, между прочим. Именно она, к слову, принимала участие в эксперименте с Сейджуном. Штатная целительница при моей семье, которая лечит, по сути, кого угодно, но только не меня. Даже когда я был в довольно плачевном положении после нападения ёкаев на токийский особняк, ей так и не удалось меня полечить. Я бы не стал ее брать с собой на войну, не полевой она медик, но она сама настояла, напирая на то, что в Токусиме свои целители, то есть ей там быть не обязательно, а рядом со мной лучше находиться тому, кто посвящен во многие секреты рода.

Она, к слову, из семьи Ким, что служат Аматэру уже шестьсот лет. Изначально семья прибыла из Кореи. И в том самом памятном нападении на особняк Ким Акари потеряла брата.

– Не волнуйтесь, Артем Викторович, Ким-сан за пару часов все дырки залечила, – заверил я, улыбнувшись.

По возможности – успокаивающе.

– Вот именно что залечила, – произнес Сейджун. – До полусмерти.

Слабак… Всего по дырке на каждую ногу, а до сих пор ворчит.

– Сейджун, – произнесла Ким ледяным голосом, – не зарывайся.

– Надеюсь, – улыбнулся Добрыкин кривовато. – Я окажусь покрепче Учителя.

– Добрыкин-сан… – начал Сейджун.

– Да помолчи ты уже, – произнес я со вздохом. – Не обращайте на него внимания, он просто вредничает.

– С чего бы ему… ну… – махнул Добрыкин рукой.

– Потому что до последнего утверждал, что ничего у меня не выйдет, – усмехнулся я. – Вот теперь и ворчит от расстройства.

– То есть дырки все-таки были, – вздохнул Добрыкин. – Ладно, господин, давайте уже начнем. Что мне делать?

– Для начала, – махнул я рукой на пустое пространство перед нами, – создайте «лес смерти». И не волнуйтесь. Опыт благодаря кое-кому у меня есть, так что максимум царапинами отделаетесь.

– Мне он то же самое говорил, – произнес Сейджун. – Только не про опыт, а про координацию.

Хех, а ведь и правда, если подумать. Было такое.

– Ким-сан… – начал я.

Ким Акари суровая женщина, и удар с правой у нее поставлен хорошо. Даже Сейджуна проняло. Я, правда, хотел сказать, чтобы она тоже была готова, но и так сойдет.

– Не волнуйтесь, господин, – произнес Добрыкин, глядя на то, как Сейджун потирает челюсть. – Я абсолютно спокоен.

Глава 20

На родовых землях я находился уже шесть дней. Почти неделя прошла, а кицунэ-иллюзиониста как не бывало. Если я неправильно просчитал логику его действий, то будет лучше пересмотреть вообще весь план. Благо ничего пока менять и не нужно. С другой стороны – все нормально. Шесть дней на подготовку покушения – это очень мало, особенно если цель – глава военного альянса и находится рядом со своей армией. Но тут кицунэ играет на руку то, что обитаю я пусть и в охраняемой зоне, но при этом в отдалении ото всех. Точнее, территория поместья довольно большая и людей тут мало. Тем не менее шести дней недостаточно для обычного убийцы. Убийцы-человека, пусть и с бахиром, а вот для девятихвостого кицунэ, у которого родовая способность – иллюзии, шесть дней… Да бог его знает. Время до отъезда на Филиппины есть, так что сидим и ждем.

А может, он ждет, когда войска уплывут? Я-то, по логике вещей, вряд ли поеду вместе со всеми, какую-то паузу выжду. Ну там, чтобы войска успели плацдарм захватить и обустроиться. С другой стороны – а толку? Что изменится в охране поместья? Блин, запутал он меня совсем.

Примерно за неделю до отправки войск на Филиппины поток дел, которые требовали моего участия, закончился. Мы вышли на финишную прямую, и теперь все зависело от исполнителей. Активная работа начнется уже там. Единственное, к чему меня могли в это время привлечь, это к решениям споров членов альянса, но их попросту не было. Возможно, соберись мы тут вместе с англичанами, и терки начались бы, но на Калимантане были только те, кто четко знал свою роль и свое место. Даже северные кланы вели себя тише воды ниже травы. Вначале еще было напряжение между Кояма и Кагуцутивару, но Акено решил не провоцировать высокомерных представителей древнего рода и скинул все взаимодействие с ними на меня. В итоге я занимался лишь тем, что нервничал и ждал нападения кицунэ. Который куда-то пропал.

А потом это случилось. Объединенный флот японских аристократов, стоявший на рейде возле бывшей Восточной Малайзии, снялся с якоря и направился в открытое море. Одновременно с этим флот английских кланов, стоявший у берегов Западной Малайзии, также куда-то уплыл. О чем сообщили медиа большинства стран мира. Кто-то вскользь, кто-то более подробно. Все с предвкушением ждали развития событий, на которых можно нехило поднять рейтинг – если говорить о медиакомпаниях – и вдоволь почесать языком, если говорить о простых людях. А вот аристократам был важен результат, от которого они станут отталкиваться, выстраивая дальнейшую политику. Ну и финансисты всех стран мира пристально следили за ситуацией. В этом плане Хигаси Джобэн, глава финансового отдела рода Аматэру, находился в привилегированном положении, имея информацию о реальном положении вещей.

В общем, несмотря на то, что для многих больших дядей практически начавшийся конфликт представлял собой местечковую войнушку аристократов, народ попроще, в том числе и те самые аристократы, состоящие отнюдь не только из королей и их приближенных, пристально за ним наблюдали. Кто-то с ужасом, осознавая свои финансовые потери, кто-то с предвкушением, надеясь подвинуть конкурента.

То, что происходило, когда боевые корабли альянса – транспорт еще не вышел к тому времени – приблизились к берегам Филиппин, описать очень сложно. Столько хаоса в новостях я видел нечасто. Восхищение, гнев, возмущение, поздравления, ужас, воодушевление… И это только официальные источники. Спустя сутки после начала атаки филиппинских сил, кораблей и портов к новостям по телику подключился Интернет. Примерно через сутки активно и подключился. Понятно, что в Интернете данное событие обсуждали и раньше, но там в основном сидели простолюдины, а для них этот конфликт не очень важен. Был. Сначала различные медиа, потом и форумы с соцсетями, поведали блаженным, насколько все может измениться. Блин, да мне самому пришлось изрядно подготовиться к выбыванию Филиппин из мировой обоймы. Те же полупроводники, которые поставляли Филиппины, очень важны для Ямасита Корп. Эта война очень сильно встряхнет мир.

А виноват во всем японский император, который не дал мне клан. Аматэру тут вообще ни при чем.

Ни армия, ни флот Филиппин не оказали достойного сопротивления нашим силам. Хотя, наверное, лучше сказать, что вообще никакого сопротивления не оказали. Хотелось бы, чтобы и дальше так было, но не верю. Да, вооруженные силы Филиппин слабы, в большинстве своем из-за плохой подготовки и отсутствия опыта, но ведь есть еще аристократы. При многих негативных моментах, которые несет в себе кастово-аристократическая система, нельзя отрицать и плюсы. В основном, правда, для государства. Ну и речь идет об аристократах этого мира, а не моего прежнего. Здесь у аристо существует определенный кодекс поведения, традиции, правила. Местное высшее общество не побежит из страны сразу, как только запахнет жареным. Более того, оно будет сражаться за страну и правящий род до последнего. Им просто некуда отступать, никто не примет струсившего и бросившего господина аристократа. Вот если правящий род вырежут, тогда появляются варианты.

В общем, это только начало, и Филиппины еще огрызнутся. Надеюсь, не сильно, но учитывать стоит все варианты. Тем не менее сейчас что армия, что флот позволили спокойно занять места для высадки войск, и за два дня до моего отплытия на Филиппины силы альянса контролировали треть острова Минданао, а в планах у нас захватить весь остров, сделав его нашими родовыми землями. Не только этот остров, на самом деле, еще кучу мелких островов к юго-западу от Минданао, несколько к северу и так, по мелочи. Чуть больше трети всех Филиппин. Причем Аматэру отойдут совсем крохотные, относительно других членов альянса, территории. Ну да мы туда не за землями пришли.

Девятихвостый все не нападал, а мне через пару дней при любом раскладе надо было отплывать на Филиппины. Там меня ждали переговоры с американцами, и с этим лучше не затягивать. Я все еще на Калимантане только потому, что решено не нарушать план и отправиться на Филиппины уже после того, как наши силы окружат город Давао с его очень важным портом. Именно там сейчас собирают флот и армию, чтобы выкинуть захватчиков с острова. Занять его с ходу было невозможно, так как в городе и порту расположен довольно значительный контингент американцев. Не настолько значительный, чтобы остановить нас, но с ходу атаковать армию и флот одной из великих держав? Это если мы договоримся, они оттуда уйдут, а так, без понимания того, что происходит, они будут действовать по протоколу, то есть защищать город от вторженцев. Несмотря на то что сами филиппинцы нехило их притесняют, в том числе и в Давао.

В последний день перед отплытием чувствовал сильное раздражение. Этот долбаный кицунэ так и не напал, а значит, план по его поимке придется пересматривать.

Проснулся я из-за чувства опасности. И, как всегда в такие моменты, мгновенно. Сна не было, мозги работали на полную, анализируя ситуацию и информацию. По старой привычке, оставшейся еще с того мира, не стал сразу сканировать окружающее пространство, так как в прошлой жизни хватало спецов, способных это сканирование почувствовать. Впрочем, через четыре десятых секунды, когда мозг пришел к первым выводам, начал прощупывать, что творится вокруг. Точек жизни ровно столько, сколько и должно быть… плюс одна, которая двигалась в мою сторону. Все остальные находились на одном месте и не двигались, даже охрана, которая должна была патрулировать окрестности.

Ясненько. Либо иллюзии, либо, что вероятнее, сон. В любом случае, что-то очень мощное, способное пробить пусть и не лучшие на свете, но тоже вполне себе неплохие защитные артефакты охраны. Ну да они и не рассчитаны на подобного противника.

Эмоций особых не было, разве что легкое удовлетворение от того, что лис все-таки напал.

Выбравшись из кровати, посмотрел в угол комнаты, где стояла тумба, в которой лежал артефакт Магического Шторма, он же магический подавитель. Ладно, думаю, начинать бой с него не стоит, я же самоуверенный ведьмак. Повел плечами, убирая в подпространство труселя, после чего повторил процедуру, облачаясь в пилотный комбез без шлема. Вышел в центр спальни и принялся ждать. Лис не особо торопился, спокойно продвигался по дому. Вот он дошел до лестницы, поднялся на второй этаж, прошел по коридору, остановился на пару секунд у двери в мою спальню, после чего медленно открыл дверь.

– Какой же ты раздражающий тип, – произнес стоящий перед дверью кицунэ.

Выглядел он так же, как и в нашу первую встречу – азиат в брюках и черной водолазке. А вот иллюзия, которую он накинул на себя, демонстрировала европейца-блондина в деловом костюме и плаще.

– Ты с зеркалом совсем, что ль, не знаком? – ответил я. – Хотя ты их, наверное, не любишь – сложно смотреть и не взбеситься, да?

– Очень остроумно, – улыбнулся он. Обеими личинами. – Сколько лет придумывал?

– А я и не придумывал, услышал где-то, – ответил я.

– Ладно, не будем тратить время на пустой треп, – повел он плечами. – Прошу, посопротивляйся хоть немного.

– Обязательно, – произнес я, готовясь к его удару.

– И можешь ненавидеть меня. Разрешаю, – начал он поднимать руку.

Удар последовал почти сразу после того, как он замолчал. Чувство опасности взвыло, и я выгнулся назад, пропуская над собой огромную, шириной во всю комнату, плазменную дугу. Выпрямившись, хотел уже сделать «рывок» к противнику, но чуйка не то чтобы взвыла, а завопила благим матом. Отчего пришлось не «рывок» делать, а уходить в «скольжение». Появился я прямо перед противником, с которого слетела иллюзия. Обдумать случившееся я не успевал, так что нанес два «удара»: в лицо и по почкам. Первый «удар» он отбил ладонью, второй – заблокировал локтем. Я удивился. Нанес еще три «удара» руками и заблокировал два ответных. После чего сделал «рывок» назад.

Дерьмище. Он не только поддерживает мою среднюю скорость, но еще и в рукопашке кое-что понимает.

– Неплохо, – произнес лис. – И неожиданно. Не думал, что ты припрячешь артефакт Магического Шторма.

А, точно. Так вот почему он без иллюзий. Артефакт, о котором он говорит, активируется после того, как его сломаешь, потому он и одноразовый. Судя по всему, кицунэ сам его и сломал, жахнув чем-то достаточно мощным. Бросив короткий взгляд за спину, немного впечатлился. Части дома, куда угодила его последняя техника, не существовало. Этот… Кицунэ просто спалил нафиг весь второй этаж от моей спальни и дальше. Дерево, металл, пластик, он обратил в пепел все. Хорошо еще, что ночью слуги в отдельном доме спят. Я пытался предугадать все проблемы, связанные с нападением лиса, и сохранение жизни слуг рода находилось вверху списка. Плохо, что над вторым этажом есть еще и третий, который может рухнуть в любой момент.

Надо выбираться на улицу, пока меня тут не завалило. Даже странно, что эта часть дома еще не начала разваливаться.

– А ты на мелочи не размениваешься, как я посмотрю, – качнул я головой. – Нас же тут обоих похоронят.

– Ты думаешь, меня подобное убьет? – усмехнулся он. – Наивный человек. Похоже, ты даже не представляешь, кто такие девятихвостые кицунэ. Неужто эта девчонка Хирано тебе ничего не рассказывала?

А ведь она и правда не рассказывала о своих возможностях. «Ты слабак, а я королева», – примерно такое я от нее слышал.

Блин, ускориться бы по полной, но нельзя. И кстати – девчонка? Черт, а мне вообще нужно изображать слабака?

– Какой-то ты слишком самоуверенный, – похрустел я шеей. – Похоже, ты не в курсе, на что способны ведьмаки.

– Об этом я знаю гораздо лучше тебя, дитя, – ответил он, начав поднимать руки. – Только вот и ведьмак из тебя не очень.

– Громкое заявление, – пробормотал я.

А потом лис резко развел поднятые руки в стороны, а я на всех парах метнулся к пролому дома, стремясь выбраться во двор.

Оказался на газоне в сорока метрах от дома. Перекувырнувшись пару раз, вскочил на ноги и пробежал еще метров десять. А когда обернулся, стал свидетелем того, как полыхающий дом разваливается. Складывается внутрь. И ведь пламя не может распространиться так быстро, так что это явно магический огонь.

И между прочим – магический шторм должен был, помимо блокировки иллюзий, еще и довольно существенно ослабить самого кицунэ. Слава богу, что эффект артефакта распространяется на пару километров в разные стороны, а не как у бахирных подавителей, максимум на десять метров. Так магический шторм, если ничего не делать, еще и около часа длится.

На горящий дом, точнее, его развалины, я смотрел ровно десять секунд, после чего кицунэ все же показался. Взрыв в районе главного входа не только добавил пламени, но и стал сигналом к готовности. Противник появился пафосно. Он медленно шел сквозь пламя в своем истинном облике огромного лиса с девятью хвостами. Причем «огромный лис» – это не фигура речи, он оказался раза в полтора больше двухметровой в холке Хирано. Только, в отличие от той же Хирано, его шерсть была не серебряного цвета, а банально-рыжего.

– Ты бы, хвостатый, поторопился! – произнес я, перекрикивая шум пламени. – Тут через пару минут такая толпа будет, что мало даже тебе не покажется!

– Двух минут мне хватит, дитя, – произнес лис.

– Ну давай посмотрим… – прошептал я себе под нос.

То, что начало происходить в следующий момент, даже для меня выглядело как мельтешение. Я еле успевал за противником, только чувство опасности и выручало. И то – не всегда. Перемещался кицунэ так же, как и я – «рывками». Раз – и его огромная туша вплотную ко мне. Делаю «рывок» назад и тут же наношу «удар» по скалящейся морде лиса, которая, словно я и не перемещался, уже находится у моего лица. Получив по хлебалу, лис не стал пытаться вернуть равновесие, а продолжил движение вслед за мордой, крутанувшись на месте и заставив меня сделать кувырок назад, чтобы не попасть под удар его хвостов. А потом вновь уходить «рывком», так как с кончиков тех самых хвостов в меня полетели… молнии, наверное. Девять черных молний. Две сразу, и семь после того как я вышел из «рывка». Что заставило меня делать еще один, после которого я сразу же поставил перед собой «жесткий щит». Думал, он в него впечатается, а оказалось, что щит защитил меня от двух последних молний.

Да ну как так-то? Как он узнает, где я окажусь после «рывка»?

Оказавшись достаточно далеко от противника, успел отлично разглядеть его перемещения. Это действительно было похоже на «рывок», во время которого за ним словно рыжая тень следовала. И, судя по всему, перемещаться таким образом слишком далеко он не мог, во всяком случае, чтобы добраться до меня, он сделал два «рывка» по прямой. Пауза между ними была практически незаметна, но заметить ее я смог. А если бы не этот остаточный образ… если так можно назвать рыжую тень, заметить паузу было бы проще.

Хорошо. Еще немного информации о противнике собрано.

Приблизившегося врага я встретил апперкотом в его лисью челюсть. Не знаю, насколько это действенно, первый раз сражаюсь с не-гуманоидом, но голова вроде как и у кицунэ голова. Сразу после удара сместился вбок. Среагировал лис почти сразу, начал разворачиваться мордой ко мне, но разок пробить в бочину я успел, после чего отмахнулся локтем другой руки, попав ему в нос. Ну и «рывок» назад, выйдя из которого сразу ударил «молнией» с двух рук.

Скорость – это, конечно, здорово, но и банальный боевой опыт многого стоит. У лиса его полно, но и у меня немало. А еще я очень хорошо умею адаптироваться к изменяющимся условиям. Способен ли на это кицунэ, который, поди, не в этом веке отработал свой стиль боя? Очень может быть, что он слишком привык сражаться в своем стиле и не сможет резко перестроиться. Посмотрим. Вполне возможно, что у него давно уже отработано несколько стилей и он переключается на нужный, в зависимости от противника.

– Прыткий ты, ведьмак, – произнес лис. – Но это ожидаемо.

– Кто бы гово… – начал я, но был остановлен атаковавшим меня лисом.

Окутав руки огнем, он боком подскочил ко мне и нанес два удара. От них я увернулся, не стал принимать на блок и тут же ответил похожим образом. Лис, в отличие от меня, первый удар принял на плечевой блок, а второй слегка отклонил. И пусть контакт с его руками был минимален по времени, но комбинезон все равно начал плавиться в местах соприкосновения.

Т-т-варь! И вот что мне теперь-то делать? Вообще его не бить? На половине доступной мне скорости, которую приходилось удерживать, чтобы показать ему свою слабость, я физически не смогу обойти защиту лиса. А руки уже начало жечь.

Придется стиснуть зубы покрепче.

За следующие девятнадцать секунд кицунэ доказал мне, что в этом мире все-таки существует искусство рукопашного боя. Этот гаденыш ничем не уступал Маздаю – второму Абсолюту в корпусе ведьмаков Российской Федерации. А тот был очень даже неплох в карате. При этом из-за огненного покрова я не мог полноценно работать в своем основном стиле, то есть не мог использовать джиу-джитсу.

Этот долбаный мир постоянно ставит палки в колеса.

Через девятнадцать секунд я понял, что так продолжаться не может. Комбез уже никак не защищал меня, скорее наоборот – те места на руках, где он расплавился, придется отдирать вместе с кожей. Поэтому я решил вернуться к дальнобойным атакам, благо мне и нужно-то не победить, а продержаться до подхода подкрепления. Из-за скорости боя может показаться, что уже время, но с начала схватки не прошло и минуты. Тридцать девять секунд, если быть точным. Всего тридцать девять, а я уже подумываю о том, что и без пленника как-нибудь обойдусь. Может, лучше грохнуть его прямо здесь? Достану катану, ускорюсь максимально, и пусть трепещет.

Ладно, потом. Запас по здоровью еще есть, так что потерпим.

«Воздушная волна» стала для лиса неожиданностью, во всяком случае, он не успел ни защититься, ни уйти в сторону. Миг, и вроде как человеческое тело моего противника, словно кукла, отлетело на шесть метров. Следом я без промедления кинул две «сферы давления» и отполировал все «молнией» с двух рук. Правда, молния, кажется, никуда не попала. Из-за поднятой взрывами пыли было сложно что-то увидеть. Рывок назад, «обнаружение жизни», и еще одна «сфера давления» в сторону противника. Попасть не рассчитывал, но, может, хоть немного собьет его с толку. Буду тянуть время. К черту такие испытания. Не хочу драться с ним, ограничивая себя в возможностях. Да и в целом… Ведь если задуматься, то не только я сейчас ограничен вдвое, он тоже – из-за Магического Шторма. То есть сразись мы с ним, используя все свои возможности, не факт, что мое положение улучшится.

В качестве ответа со стороны противника в меня полетел огненный шар. Чуйка вопила, что ускользать бессмысленно, так что врубил «защитную сферу». Похоже, этот шар самонаводящийся. Столкновение вражеского заклинания и моей защиты ударило по нервам – в отличие от щитов, поддержание защитной сферы напрямую зависит от организма, и когда в нее что-то прилетает, я это в буквальном смысле ощущаю всем телом. После огненного шара, я бы даже сказал, почти одновременно с ним, сверху в защитный купол прилетели девять огненных копий, а вслед за этим – еще семь огненных шаров. Пока стоял посреди моря огня, подумал, что у лиса есть возможность кастовать одновременно девять дальнобойных атак, что я проверил на своем опыте, после чего следует пауза. О’кей. Проверим.

После девятого удара в защитный купол сделал «рывок» назад и в сторону. И сразу еще один. И еще. Уродский лис в образе того самого лиса дико прессовал, каждый раз после «рывка» оказываясь неподалеку и готовясь нанести удар. Хорошо, как скажешь. Рывок. «Жесткий щит». «Рывок». Проделал я это практически мгновенно и был награжден лицезрением того, как огромная туша рыжего лиса уперлась мордой в щит. А он, если что, невидим.

Долго любоваться этим зрелищем я не мог, так что вновь сделал «рывок», перед этим кинув в сторону противника «сферу давления» и россыпь шаровых молний. Может, и зацепит.

И еще – надо бы шлем надеть.

Не знаю, зацепило ли, но лис вновь сменил тактику. На этот раз он почти не перемещался, осыпая меня дальнобойными атаками. И ведь разнообразием-то они не блистали, меня явно решили взять не разнообразием, а качеством. Всего три атаки – два вида огненных шаров и огненные копья. Первый вид фаерболов взрывался и был самонаводящимся, второй – растекался жидким пламенем. Следующие сорок восемь секунд я скакал по двору, уворачиваясь, но чаще принимая на защитный купол удары противника. Сорок восемь секунд этот ушлепок не давал мне продыху, заливая двор пламенем. В прямом смысле слова – заливая. В какой-то момент я осознал, что участков без пламени не так уж и много, и по сути он меня подловил, сильно ограничив передвижение. Может, свалить? Это только пойдет в копилку моей слабости. Я как бы уже показал, что слабее, осталось лишь поставить в этом точку. До подхода подкрепления тридцать секунд… плюс-минус, но можно же и не ждать.

Стоило мне только подумать о побеге, лис снова атаковал. Вновь все те же огненные шары, на этот раз без копий. Только теперь в защитный купол прилетело всего два. Еще два унеслись мне за спину, а остальные в разные стороны, заполняя то небольшое пространство, где еще не горел жидкий огонь. Все. Следующей моей мыслью после мысли о побеге было то, что мне отрезали пути к отступлению. А вслед за этим мой мозг затопило мыслями и просчетами дальнейших действий, так как кицунэ сделал свой следующий ход – он в одно мгновение преодолел шестьдесят метров, оказавшись вплотную к моему защитному куполу. От начала атаки до перемещения прошло очень мало времени, плюс само перемещение не несло непосредственной угрозы, что ввело меня в заблуждение… В общем, я тупанул. Затормозил там, где надо было валить. Слишком много событий в одно мгновение, слишком много надо было просчитать. В том числе – стоит ли показывать больше, чем уже показано. Обычно у нас, ведьмаков, за такое сильно наказывают. Что огромный лис и сделал, крутанувшись на сто восемьдесят градусов и хлестанув по куполу всеми девятью хвостами. От чего защита не выдержала и распалась, ударив мне по нервам. Всего три десятых секунды боли, но стоили они мне многого, так как лис не остановился и следующим его действием был удар задней лапой мне в грудь.

Два сломанных ребра, множество трещин в четырех соседних, практически прожженный в месте удара комбинезон и полет прямиком в озеро жидкого пламени.

Единственным выходом из того положения было «скольжение» куда подальше. «Рывок» я сделать не мог, так как находился в воздухе. Но… Даже в такой момент мозг был занят просчитыванием, плюс боль. А тут еще и чувство опасности говорило, что вроде как все хреново, но не так чтобы до смерти. В общем, не додумался. Шлепнулся прямо на землю, объятую магическим пламенем. Комбез тут же начал плавиться, но это еще норм, такой вид боли я могу терпеть, иначе давно уже начал бы выть из-за того, в каком состоянии у меня руки. Собственно, боль в груди я тоже практически сразу притушил. Блокировать напрочь было бы слишком опасно – болевые ощущения у человека не просто так существуют, природа дала их нам не для того, чтобы помучить.

И вот тут лис совершил ошибку. Наверное, первую за этот бой. Остальные, которые можно так назвать, скорее, относились к проигрышу в тактике боя. А вот сейчас… Ему надо было бить. Не останавливаться. Не дарить мне так нужные в тот момент мгновения.

– Прощай, дитя, – подошел он ко мне в образе человека. – Не скажу, что ты силен, но бой был интересным.

А я в этот момент поймал себя на мысли, что, помимо плавящегося комбинезона, ощущаю себя как в тот раз у Хирано, когда она проверяла меня на различные магические воздействия. Словно вата, в этот раз очень горячая, пытается залезть мне под кожу.

Кицунэ стоял рядом, заложив руки за спину, гордо подняв голову, и смотрел на меня сверху вниз.

– Э, нет… Подожди… – произнес я. И ударил «воздушной волной» на все триста шестьдесят градусов. Лис-то к такому был готов, его разве что ветерок обдал, а вот пламя на несколько метров вокруг меня сдуло. – Мы еще поиграем.

– Это бессмысленно… – начал он, но не договорил, так как я вновь напал.

«Сфера давления», вскочить на ноги, «молния» и удар локтем вправо, где показался лис. Удар противник заблокировал полыхающими руками, но тут же получил пинок ногой в живот. Который тоже заблокировал, на этот раз поднятым коленом, но это уже было не важно, так как бил я не «ударом», а «толчком». Отлетел он метров на шесть, хотя должен был дальше. Еще в полете кицунэ извернулся в воздухе и, перевоплотившись в лиса, приземлился на все четыре лапы.

– Я так минут десять смогу! – крикнул я. – А ты?! Время-то есть?! Мои люди уже здесь, ушлепок. Что ты теперь делать будешь?!

Ответил он не сразу, а после двух секунд молчания.

– Составлю план получше, – произнес он. – До встречи, ведьмак. Можешь помереть раньше времени. Разрешаю.

И бодрой рысцой побежал в сторону от почти добравшихся до нас бойцов с базы.

А ведь если бы я их заранее не предупредил, помощь пришла бы раньше. Но состояла бы она из группы быстрого реагирования, что вряд ли остановило бы лиса. Так что пришлось давать указания, чтобы в случае нападения на их господина дежурные офицеры сначала собрали людей и техники побольше.

Пламя, охватившее все вокруг, неожиданно погасло, и я остался посреди сожженного дотла двора, рядом с разрушенным домом и в полной темноте. Даже особняк не горел, что странно. Вместо пламени кицунэ совсем рядом зажглись фонари приближающихся людей. Учитывая, что по штату они им не положены, можно с уверенностью сказать, что это МПД, а те огни, что в паре метров от земли – МД. Вообще-то технике подобного класса не нужны фонари, и установлены они скорее для пехоты. Ну и мало ли – вояки, вообще, те еще параноики. Впрочем, о появлении техники уже можно было догадаться и по звуку.

Попытался снять шлем. Не получилось. Забавно – крепления расплавились, а сам шлем еще работал. Повел плечами, пытаясь убрать комбез в подпространство, и только поморщился от дернувшей тело боли в тех местах, где он сплавился с кожей. Не стоило этого делать, на автомате сработал. Придется кому-то сильно постараться, вытаскивая меня из пилотного комбинезона.

А вообще, любопытно получается. Если подумать, то кицунэ – единственный, кто в этом мире сумел меня так сильно покалечить. Несомненно, бывали у меня состояния и похуже, но доводил я себя до них сам, своими ведьмачьими навыками. Сейчас же… Да уж. Надеюсь, все пройдет по плану и мне не придется бодаться с этим монстром, когда он не ограничен Магическим Штормом. Может, и выиграю, конечно, но проверять не хочется. Вот с Виртуозом охота сразиться, а с лисом – нет.

Подошедшие отряды бойцов и техники занимали вокруг меня оборону, я же просто стоял и наблюдал за ними.

– Господин, – приблизился ко мне один из бойцов, – целитель подойдет через несколько секунд. Периметр занят. Есть приказания?

– Нет, – ответил я. – Действуйте по протоколу.

– Слушаюсь, господин, – ответил боец.

– А, точно, – посмотрел я на него. – Свяжись с начальством, пусть начнут готовить место для операции. Одежду с меня придется снимать вместе с кожей.

Эпилог

Сидящий за столом европеец устало тер лоб. Вздохнув, он провел ладонью по блондинистым, как и у большинства членов рода Юлиев, волосам.

– Это было слишком коротко, – произнес он, обращаясь к стоявшему напротив него азиату в черной водолазке.

– Как вы и просили, – ответил тот.

– В таком случае ответь более развернуто, – сдержал раздражение европеец. – Твое «у меня ничего не получилось» не говорит мне ровным счетом ничего.

– Это был мой просчет, – ответил азиат. – Я потратил очень много времени на проверку его окружения и подготовку плана, но не учел, что у него может оказаться артефакт Магического Шторма. Зато теперь мы точно знаем, как погиб Байхо.

– Байхо был достаточно силен, чтобы противостоять артефакту, – не очень уверенно произнес европеец. – Точнее, убежать он точно смог бы.

– Вы не совсем правы, господин, – ответил азиат. – Байхо не перешел на последний уровень развития своего вида, так что вся его сила зиждилась на мастерстве. Он как никто умел использовать свои возможности на максимум. Так что, попав под действие артефакта, Байхо растерял три четверти своей силы, после чего в принципе не сумел бы ничего сделать Хирано и ведьмаку разом.

– Но ведь Хирано не такая могущественная, как ты, – не сдавался европеец. – Она тоже во многом выезжает на мастерстве.

– Она кицунэ, – ответил азиат. – Как и я. Наша сила – это накопленная за века мощь. Да, девочка ослабла, но не так сильно, как Байхо. Плюс ведьмак. Собственно, Хирано там и не нужна была.

– Тогда почему они сразу не воспользовались артефактом? – спросил европеец. – Почему допустили потери среди своих людей?

– Господин, – вздохнул кицунэ. – Вы начинаете заражаться благородством Аматэру? Ну так уверяю вас, они не совсем такие, как о них говорят. Да и ведьмак не совсем Аматэру. Я к тому веду, господин, что артефакт Магического Шторма довольно редок. И он явно ценнее жизней нескольких слуг. Вот если бы пострадал кто-то из близких ведьмаку людей, я бы задал этот вопрос вместе с вами. А так… – пожал он плечами. – Несколько слуг и бывший друг, который его предал, не стоят потери такого предмета. Просто Байхо оказался слишком силен для них, особенно при поддержке остальных ёкаев. Или его семья оказалась в тот момент в опасности, из-за чего необходимо было поторопиться. Вот они его и использовали. В последний момент.

– На тебе он артефакт тоже в последний момент использовал? – вздохнул европеец.

Приходилось признавать, что слова слуги звучали довольно логично.

– Мм… нет, – казалось, растерялся кицунэ.

– Он его сразу использовал? – нахмурился Древний. – Он о твоей силе заранее знал?

– Нет, господин, – ответил кицунэ. – Артефакт активировал я.

– Ты… что? – удивился Древний.

– Так получилось, господин, – пожал кицунэ плечами. – Не повезло.

– Так, это как? – уточнил Древний.

– Артефакт активируется, если его сломать, – ответил кицунэ. – И так уж получилось, что я ударил очень сильно. Ведьмак увернулся, а артефакт, лежащий в комнате, – нет.

– Этому мальчишке слишком часто везет, – пробормотал Древний.

– Возможно, – произнес кицунэ. – Но больше подобного не повторится. Он почти проиграл мне, когда я был наполовину ослаблен, в следующий раз ему уже ничто не поможет.

– Лучше бы я тебя дождался, а не отправлял к ведьмаку Байхо, – поморщился Древний.

– Лучше бы вы вообще его не трогали, – заметил на это кицунэ.

– Ой да заткнись! – взмахнул рукой Древний. – И без тебя тошно. Какие у тебя дальше планы?

– Убить ведьмака, – пожал плечами кицунэ.

– Более развернуто, – процедил Древний.

– Скорее всего, в ближайшие дни он не вылезет со своей военной базы, – произнес кицунэ. – А там слишком много людей, слишком много техники и слишком много камер. Я бы мог использовать кого-нибудь из его близких, если бы вы дали разрешение…

– Нет, – нахмурился Древний. – Тогда он точно всему миру о нас расскажет. Такое внимание нам не нужно. Потому людей, помимо ведьмака, старайся не трогать. Звезды его знают, кто из них может оказаться важным для мальчишки.

– Я помню, господин, – кивнул кицунэ. – В таком случае нам остается ждать, когда он приедет на Филиппины, и пытаться достать его там.

– Как будто на Филиппинах он не в центре базы жить будет, – хмыкнул Древний.

– Несомненно, господин, – спокойно ответил кицунэ. – Но сейчас из-за полученных ранений он будет сидеть под защитой своих людей безвылазно, а на Филиппинах уже могут появиться варианты.

– А если не появятся? – улыбнулся Древний иронично. – С чего ему вообще туда ехать?

– Потому что он глава военного альянса, который ведет войну, – произнес кицунэ. – Он не может себе позволить отсиживаться в безопасности.

– Ладно, ладно, как скажешь, – отмахнулся Древний.

Он и сам понимал правоту слуги, но вот настроение у него сейчас было крайне паршивым. Вредность и желание подколоть так и перли наружу. Он очень рассчитывал, что Цин-Цин убьет ведьмака.

– В общем виде план выглядит как ожидание, – продолжил кицунэ. – Пока слишком мало нужной информации. Но одно я знаю точно – попыток у нас немного.

– Почему? – напрягся Древний.

– Ведьмаки слишком быстро прогрессируют, если их постоянно дергать, – ответил кицунэ. – Попытки его убийства в надежде на удачу лишь усилят Аматэру. Удар должен быть один и очень мощный. Даже в бою со мной он пусть на чуть-чуть, но стал сильнее.

Расслабившись, Древний покачал головой.

– Я уж думал, ты мне сейчас что-то новое сообщишь, – произнес он.

– Вряд ли я смогу рассказать вам о ведьмаках что-то новое, господин, – заметил кицунэ. – Больше вас о них никто не знает.

– Ну мало ли, – пожал плечами Древний. – Ты тоже не первое тысячелетие живешь.

– Я ребенок по сравнению с вами, господин, – чуть поклонился кицунэ.

– А-а-а… – махнул Древний рукой. – Иди уже. Раз четкого плана действий пока нет, то и разговаривать особо не о чем. И напиши доклад о том, как проходил бой. Почитаю на досуге, – на что получил тяжкий вздох кицунэ. – Все, оставь меня.

– Как прикажете, господин, – поклонился кицунэ.

У самой двери его окликнул Древний.

– Цин-Цин, – остановившись, кицунэ повернулся к хозяину, – напоминаю – твоя безопасность на первом месте. Смерть ведьмака – это здорово, но твоя гибель очень сильно ударит по моим планам. Кирин один долго не протянет.

– Я помню, господин, не волнуйтесь, – ответил Цин-Цин.

– Свободен, – откинулся на спинку кресла Древний.

Ну а Цин-Цин, закрыв за собой дверь, тяжко вздохнул. Если бы не господин со всеми его ограничениями, он бы уже давно убил ведьмака. С другой стороны, если бы не господин, он бы к ведьмаку и близко не подошел. Вне зависимости от его силы. Все-таки он еще помнит, как умирали Сусано и его смертные потомки из рода Сусанари. Да и Кшатати затопил свою лабораторию не от хорошей жизни.

Да, пожалуй, не стоит торопиться. Лучше подождать и ударить наверняка. Не будет же ведьмак постоянно сидеть в окружении своих людей? Не будет. Или будет? После того как ведьмака спасла лишь подошедшая помощь… ну и немного удачи – вряд ли он высунется из безопасной зоны. Тогда… Тогда придется придумать, как его вытащить оттуда.

Но это потом. Сначала надо поискать усмиритель. Вновь оказаться посреди магической бури без защиты Цин-Цину совсем не хотелось.

Content

Николай Метельский
Охота на маску. Разбивая иллюзии

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог