Виктор Попов

Дарни и небесное королевство

Глава I

Летающие письма Скайланда

Дарни шла по булыжному тротуару, ведшей вниз, улочки. Каждый шаг доставлял ей удовольствие. Весеннее солнце начало все чаще пробиваться из-за облаков. И поверхность камней окончательно освободилась от ледяной корки. Ноги ступали уверенно и совершенно не скользили. До начала уроков оставалась масса времени. Поэтому девочка была уверена, что успеет зайти на почту. Собственно, эта масса как раз и появилась потому, что Дарни, рассчитав время, заранее вышла из дома.

– Берите пример с Дарни, – не раз говорили учителя ее одноклассникам. – Она все делает обдуманно и четко. Поэтому никогда никуда не опаздывает и прекрасно учится.

Из-за этого некоторые нерадивые сверстники считали ее аккуратисткой и зубрилой, и язвительно называли Точкой. В их представлении, это было самой лучшей дразнилкой от слова «точно». Конечно, такое прозвище задевало Дарни. Но она не привыкла пасовать перед трудностями. Поэтому, чтобы позлить шутников, девочка в школе продолжала вести себя именно так. А вот дома она была совсем другой.

Выполнив домашнее задание, Дарни забиралась с ногами в большое уютное кресло, откидывала голову на мягкую спинку и прикрывала глаза. Нет, она не дремала и не мечтала, а фантазировала. Когда очередная фантазия обретала ощутимую форму, Дарни усаживалась за письменный стол и ее записывала. В результате таких записей у нее накопилось с половину общей тетради. Хотя эти фантазии посещали девочку не только в кресле. Нередко такое случалось и в кухне, и в магазине, и на той же улице. Вот, как сейчас, например.

– Дарния, милая, я тебя не узнаю! – вдруг послышался рядом женский голос. – Идешь мимо и не здороваешься.

Девочка посмотрела в ту сторону и увидела старушку.

– Ой, госпожа Марта, простите! Задумалась, – спохватилась она. – Доброе утро!

Старушка сидела на складном стуле возле крыльца своего дома. По обыкновению она делала это каждый погожий день. Сегодня по раннему весеннему времени поверх пальто госпожа Марта накинула шерстяной плед. Его украшал яркий растительный орнамент. В затейливых переплетениях стеблей, листьев и ягод угадывались сказочные крылатые существа с телом льва и головой орла: грифоны. Поговаривали, что этот плед ей некогда подарил правитель какой-то далекой страны.

– Молодец, если постоянно об уроках думаешь, – похвалила госпожа Марта. – А сейчас, какой предмет повторяешь?

– Если честно, то никакой, – смутилась Дарни.

– Никакой? – почему-то удивилась старушка и, слегка сдвинув брови, добавила, – Уж не вздумала ли ты в школу опоздать? Недаром же такой крюк делаешь. А вот твой прадед себе такого не позволял!

– Нет, что вы! – взволнованно откликнулась девочка. – Я никогда не опаздываю и не прогуливаю! Просто хочу на почту зайти, конверты купить.

– Тогда другое дело, – с улыбкой закивала госпожа Марта и, сощурившись от солнечного света, сказала. – Вот и тепло наступило. Глядишь, через недельку-другую к нам снова перелетные птицы вернутся.

– Я думаю, даже раньше, – подхватила Дарни. – В этом году солнце сильнее обычного пригревает.

В этот момент в воздухе послышался легкий шелест. Обе вскинули взгляды и увидели переливчатую дымку. Та неуклонно приближалась.

– О-о! – воскликнула госпожа Марта. – Уже полетели! Лет пятьдесят подобного не наблюдала. Действительно, в этом году такое значительно раньше обычного произошло.

Возраст старушки Дарни не знала. Но от своего папы слышала, будто бы, когда его дед, то есть, прадед девочки, был мальчишкой, госпожа Марта уже выглядела дамой почтенного возраста. С одной стороны, в это верилось с трудом. Но, с другой стороны, и слова папы нельзя было ставить под сомнение – он ее никогда не обманывал. Может, на госпожу Марту так благотворно влиял горный воздух городка, в котором они жили?

Дарни, счастливо улыбаясь, неотрывно глядела вверх. Дымка приблизилась и обрела более четкие очертания. Теперь стало видно, что это – птичья стайка. Миновав девочку, та устремились дальше.

Проводив ее взглядом, госпожа Марта поинтересовалась:

– А тебе, если не секрет, конверты, зачем понадобились? Кому-то из подружек написать хочешь?

– Нет, – ответила Дарни, – там, за пределами окружающих нас гор я подружками пока не обзавелась, потому что отсюда еще ни разу не уезжала. Хочу в несколько журналов письма отправить. В «Большой журнал всякой всячины», например.

– О, да! – уважительно воскликнула госпожа Марта. – Очень достойное издание! Там на любую тему статьи можно найти. А ты, почему туда написать хочешь?

– У меня в последнее время небольшие рассказики стали получаться, – ответила девочка. – Я их «историйки» называю. Они – о приключениях маленьких человечков: Вудиков и Стоуников, – которых я сама придумала. Те постоянно шалят, балуются, порой ссорятся и даже пытаются делать друг другу незлые каверзы. Но, в конце концов, все заканчивается хорошо. По-моему, историйки очень забавные. Вот и подумала: вдруг их опубликуют?

– Безвредные Вудики и Стоуники, значит? К тому же маленькие? – усмехнулась госпожа Марта. – Хм, действительно, забавно. – И после короткой паузы добавила, – А почему ты это сказочками не назвала?

– Да что вы, госпожа Марта?! – рассмеялась Дарни. – Мне через месяц одиннадцать лет исполнится! Кто же в этом возрасте в сказки верит?!

– Неужели никто? – удивленно вскинула брови старушка. – Я вот до сих пор в них верю. Потому что сказки – это чудеса. Те постоянно находятся рядом с нами. Если суметь их увидеть, они сделают жизнь более разнообразной и удивительной. Тогда даже в туманные зимние дни скучать не придется. А тому, кому посчастливится к ним прикоснуться, они помогут уверовать в свои силы и даже открыть в себе скрытые таланты.

Пока госпожа Марта говорила, девочка с беспокойством думала:

«Если это продлится еще минут десять, я или в школу опоздаю, или на почту не попаду».

В этот момент старушка заключила:

– Ну, да ладно, назвала и назвала. Главное, что ты пишешь. На, вот, возьми в подарок.

И она, недолго порывшись во внутреннем кармане пальто, протянула девочке карандаш. В лучах солнца на его поверхности неярко замерцали золотистые и серебристые крапинки.

– Спасибо! – поблагодарила Дарни, но при этом подумала: «Карандаш – очень красивый. Только я им вряд ли писать стану. Его же постоянно затачивать придется».

Будто уловив ее мысли, госпожа Марта сказала:

– Не сомневайся, этот карандаш хорошо пишет: четкими тонкими линиями. Он – лучше любой ручки, потому что кончик его грифеля никогда не затупляется. А ручку периодически чернилами заправлять надо. Бери, он тебе пригодится.

Затем она ласково улыбнулась и добавила:

– А теперь иди, иначе опоздаешь. И спасибо тебе, детка, за то, что столько времени на душевную беседу со мной потратила. Я теперь ее до вечера вспоминать буду. Ведь мне все больше в одиночестве приходится сидеть. Днем здесь мало кто проходит: все с утра до ночи делами заняты.

– Тогда я как-нибудь на днях еще раз тут пройду, – с готовностью откликнулась Дарни и поспешила на почту.

К этому времени солнце поднялось выше. И его лучи ярко осветили аккуратные двухэтажные домики, которые разноцветными фасадами примыкали один к другому. Девочка шла вдоль них и думала:

«Надо о сегодняшней встрече папе сообщить. Пусть он бургомистру подскажет, чтобы жители чаще мимо госпожи Марты проходили и ее разговорами развлекали. Хотя бы в благодарность за то, что она для города сделала».

И Дарни тут же вспомнила историю, которую ей не раз рассказывали в семейном кругу.

Давным-давно городок, в котором она жила, именовался Монтан. Ударение в названии ставилось на французский манер: на последнем слоге. Он выглядел по-мужски строго и сдержанно. Фасады всех городских строений хранили неизменный серый цвет, словно были наглухо застегнуты в мундиры. Несмотря на то, что жители очень любили свой город, такое цветовое однообразие приводило их в уныние. Это нередко случалось даже в солнечные дни. А уж в пасмурную погоду и того чаще. Горожане не раз пытались освежить стены красками. Но те быстро пропитывались влагой сплошной зимней облачности, начинали пузыриться, трескаться и местами осыпаться. Остатки красок на стенах придавали городу совершенно неухоженный, и даже запущенный вид. Однажды незадолго до рождественских праздников тогдашний бургомистр собрал всех жителей на центральной площади. Он захотел найти выход из сложившейся ситуации. Все хранили молчание, поскольку на этот счет ни у кого не было ни одной дельной мысли. И вот, когда отчаявшийся бургомистр собрался отпустить горожан по домам, голос подала госпожа Марта. «А давайте наш город переименуем, – сказала она. – Пусть он станет называться Монта», – сделав при этом ударение на букве «о». «Зачем? Что это изменит? – удивился бургомистр. – Было французское ударение, а станет английское. Нам это вообще без разницы, потому что нашим официальным языком считается монтанский, хотя мы и крайне редко его используем». «Дело совсем не в ударении, – возразила госпожа Марта, – а в начале. Сейчас у названия города – мужское начало, а будет женское. Как известно, всему женскому сопутствует мягкость, а не строгость; искренность, а не сдержанность. Ну и всякие фантики-цветочки, конечно». «А что, давайте попробуем! Все одно другого варианта нет!», – дружно закричали горожане. Бургомистр сразу же согласился и отправился в свой кабинет вносить необходимые изменения. Лишь только в конце последнего документа появилась точка, как произошло невероятное: здания стали преображаться прямо на глазах! Через несколько дней наступило Рождество. За многолетнюю историю города это был первый праздник, когда фасады домов засияли разноцветными красками, подобно елочным гирляндам.

На подходе к почте над головой девочки снова послышался негромкий шелест. Она взглянула вверх и увидела нечто. Оно очень походило на конверт небесно-голубого цвета. Тот замедлил полет, словно осмотрелся, не ошибся ли, и плавно скользнул в чердачное окно почты.

«Мне показалось или нет? – мысленно удивилась Дарни. – Наверное, это все-таки птица. Какой-нибудь любопытный малыш. Он чем-то по дороге заинтересовался, зазевался и не туда влетел».

Войдя в помещение, девочка выбрала несколько конвертов и, расплатившись, направилась к выходу.

– Постой, – окликнул ее почтмейстер, – тут тебе письмо пришло.

– Правда?! – удивилась Дарни. – Откуда?!

– Я только адреса получателей читаю, – наставительно сказал почтмейстер. – А адресами отправителей не интересуюсь. Потому что это – крайне неэтично. Это – все равно, что в замочную скважину подглядывать.

И он протянул девочке небесно-голубой конверт. Та взглянула на обратный адрес, но ничего не разобрала. Во-первых, потому, что он был написан на монтанском языке, который она, честно говоря, пока знала не очень хорошо. А во-вторых, буквы были исполнены таким почерком, словно автор жил в позапрошлом веке. Они изобиловали невероятным количеством вензелей.

Взглянув на часы, висевшие над конторкой почтмейстера, Дарни спохватилась. До начала уроков осталось совсем мало времени. Поэтому она поспешно сложила конверты в сумку и помчалась в школу.

Учебный день прошел, как обычно.

Вернувшись домой, Дарни быстро переоделась и, даже не пообедав, уселась за уроки. Их задали очень много. Поэтому девочка решила не откладывать дело в долгий ящик, а закончить, как можно скорее, и, тем самым, освободить себе часть вечера для более приятных занятий.

Когда все было выучено, уже стемнело. К тому времени родители пришли домой, и семья уселась ужинать.

После ужина Дарни вернулась в свою комнату и тут вспомнила о необычном письме. Достав из сумки конверт, она начала вчитываться в обратный адрес. Когда, наконец, девочка его разобрала, то несказанно удивилась. В нижней правой части конверта было написано: «Наицентральнейшее место Скайланда, королевский дворец».

Прочитав надпись, Дарни недоуменно пожала плечами. Она хорошо знала географию, но о таком государстве ничего не слышала. Открыв географический атлас, девочка принялась внимательно изучать список стран, названия которых начинались на букву «С». Однако никакого Скайланда не нашла. Тогда она решила вскрыть конверт в надежде, что содержание письма внесет хоть какую-то ясность. Лишь только его клапан распахнулся, как на нее повеяло свежим ароматом. Он очень напоминал запах озона, возникающий в воздухе после теплой летней грозы.

Письмо было исполнено на дорогой бумаге с водяными знаками, изображавшими сложный герб. Поверх него тянулись, написанные на монтанском языке, строчки, утопавшие в таких же, что и на конверте, замысловатых вензелях. Сосредоточившись, Дарни начала читать. Текст письма был коротким. Он гласил:

«Дорогая Дарния!

На наше королевство надвинулась беда. К кому мы только ни обращались, никто не смог помочь. Нам очень неловко тебя беспокоить, поскольку тем самым мы отвлекаем тебя от занятий в школе. Но положение совершенно безвыходное. Поэтому наша единственная надежда на спасение – ты.

С уважением,

Ее Королевское Высочество Принцесса Скайланда

Селена».

– Чепуха какая-то! Скайланд…, Селена…, – пробормотала Дарни и прочитала письмо еще раз.

Но поскольку ни одной строчки к нему, естественно, не прибавилось, она так ничего и не поняла. И вдруг сообразила.

– Все ясно! – воскликнула она. – Письмо – очередная проделка Питера! Этот рыжий постоянно какие-нибудь каверзы изобретает. Надеется, что, в конце концов, я потеряю терпение и в классе ему на радость истерику закачу. Ну, ладно. Я сегодня тоже что-нибудь придумаю и его всем на посмешище выставлю!

Правда, девочке было совершенно не понятно, как он это проделал. Ведь поскольку письмо ей передали на почте, то оно должно было поступить из какого-нибудь другого города.

«У Питера ко всяким глупым шуточкам, прямо, выдающиеся способности, – подумала Дарни. – Лучше бы учился, как следует. Вот как письмо на почту попало? Никак. Если только он господина почтмейстера не уговорил меня разыграть».

И девочка взяла в руки конверт. Она была уверена: если письмо – фальшивка, то на нем не будет штемпеля. Но… штемпель был! На нем проступала четкая надпись: «Королевство Скайланд, главный почтамт».

– Ну, это уже выше моего понимания! – удивленно вскинула брови Дарни. – Ладно, пока не буду никакой розыгрыш для Питера придумывать. Лучше пару раз ему глазки сострою. Может, он растает и расскажет, как ухитрился такой фокус выкинуть.

В это время до нее долетели негромкие мелодичные удары. Стоявшие в большой комнате часы пробили десять. Девочка положила конверт на письменный стол и отправилась спать.

Лишь только комната погрузилась в темноту, как со стороны стола послышались печальные вздохи. Дарни вздрогнула от неожиданности, тут же включила ночник и осторожно двинулась в том направлении. Когда она подошла, то увидела, что с конвертом стало происходить что-то странное. Его небесная голубизна дала глубину и начала наливаться густо-синим цветом, пока не приобрела вид ночного неба. На нем тут же появилась крохотная серебристая точка. Она принялась расти и превратилась в полную луну. Ее сияние выхватило из темноты безмятежно-белые, неспешно плывшие вдалеке облака. Вдруг те заклубились, помрачнели и, обернувшись грозовыми тучами, двинулись к луне. Та начала испуганно метаться из стороны в сторону. Тучи сгустились еще больше. Не осталось никаких сомнений, что они намерились плотно сомкнуться и поглотить луну.

Дарни, не веря своим глазам, неотрывно взирала на конверт. От волнения у нее пересохло в горле.

– Неужели это – не проделка Питера?! – наконец, выдавила она. – Неужели королевство Скайланд действительно существует и ему угрожает опасность?!

Лишь только девочка это произнесла, как письмо внутри конверта пришло в движение. Оно будто попросило изъять его наружу. Дарни так и сделала. Когда она развернула лист, то увидела, что прежний текст увеличился. За подписью королевы следовал постскриптум. Он был следующим:

«Спасибо, милая! Ты, наконец-то, поверила в то, что мы существуем. Подумай, найдутся ли у тебя силы спасти нас? Если да, тогда поднимись на пожарную каланчу и, обратившись лицом на восток, подними над головой конверт. Если нет, значит, не судьба».

– Вот это, да! – оторопело прошептала Дарни. – Наверное, вправду говорят, что мысли способны явью становиться! Едва я поверила в Скайланд, как тут же эта надпись появилась. Что же у них там такое происходит-то?

Однако рассудив, что так гадать можно до бесконечности, девочка решила тут же отправиться к каланче. Но перед этим она приоткрыла дверь своей комнаты и прислушалась. Из спальни родителей до нее донеслось сонное сопение.

«Я быстренько туда-сюда сбегаю, и мама с папой ничего не заметят», – подумала Дарни.

Одевшись, девочка через окно первого этажа выскользнула наружу.

Пожарная каланча была построена в незапамятные времена в самой высокой точке города. Поначалу там неусыпно дежурили пожарные. Но вскоре все поняли, что она – совершенно бесполезна. Город был небольшим, поэтому любой, казавшийся тревожным, дымок был и без того хорошо виден. Поэтому каланчу прекратили использовать по назначению. Но ее дверь держали открытой на случай, если кому-то из жителей захочется полюбоваться видами высившихся кругом гор. Однако никто туда не поднимался – горожане с утра до ночи были заняты неотложными делами. Да и горы из окон их домов были прекрасно видны.

Идти до каланчи, было минут десять.

Несмотря на то, что стояла ночь, Дарни шла уверенно. Нечастые фонари блеклыми маячками указывали ей путь. Но даже если бы их не было, она не заблудилась бы, поскольку хорошо знала город. И, конечно, не испытывала никакого страха. В городе испокон века не водились ни хищники, ни хулиганы. В некоторых окнах еще горел свет. Но по большей части за их стеклами уже царила темнота. Улицы были совершенно пусты. Лишь на подходе к каланче за спиной девочки будто бы возникли поспешные, но осторожные шаги. Она остановилась и прислушалась. Но кругом было тихо.

«Наверное, показалось», – решила Дарни и ступила внутрь каланчи.

Поднявшись на смотровую площадку, девочка повернулась на восток и вскинула руку с зажатым в ней конвертом. Так она простояла какое-то время, но ничего не произошло. Почувствовав, что рука вот-вот затечет, Дарни машинально взглянула на конверт. И тут увидела, что он снова начал меняться: его голубизна приобрела серебристый цвет. С каждой секундой тот становился все ярче, будто накапливал внутри себя энергию. Наконец, конверт озарился вспышкой и выпустил тонкий луч. Тот с невероятной скоростью устремился по диагонали вверх. Куда именно, рассмотреть в темноте было невозможно.

«Интересно, к какой из вершин? – подумала Дарни. – В том направлении их несколько, крутых и непреступных. Неужели там есть пригодные для жизни места?».

В представлении девочки, ее городку несказанно повезло. Он расположился на довольно просторной площадке, каким-то чудом образовавшейся среди хребтов и отрогов. Правда, как и зачем на ней обосновались первые поселенцы, она не знала.

В этот момент вдали, подобно звездочке, появилась светящая точка. И Дарни услышала негромкий, но отчетливый женский голос.

– Дорогая моя, как же я тебе признательна! – с чувством произнес он. – Теперь вижу, мы недаром верили в тебя. Что ж, если ты решилась, тогда послушай, как тебе следует поступить дальше. Итак….

Но это было последним словом, которое девочке удалось разобрать. Ровное свечение вдруг начало пульсировать: то гаснуть, то вспыхивать. Поэтому в последующем до слуха Дарни долетели лишь непонятные обрывки, спутавшиеся звуки и треск. Вскоре пульсация прекратилась. Девочка немного выждала, а потом со вздохом подумала:

«И откуда только эти помехи появились? Может, на солнце снова магнитные бури начались? Ладно, уже поздно, завтра еще раз сюда приду. Надеюсь, за сутки в Скайланде ничего страшного не случится».

И она поспешно спустилась с каланчи. На обратном пути ей снова почудились шаги. Однако в этот раз они прозвучали, когда Дарни собралась забраться в окно своей комнаты. Но поскольку она сосредоточилась на том, чтобы неосторожным движением ненароком не разбудить родителей, то особого внимания на них не обратила.

Проснувшись на следующее утро, девочка увидела, что в комнату обильно втекают солнечные лучи. Обычно в такие дни у Дарни сразу же появлялось радостное настроение. Но сегодня ничего подобного она не испытала. Ее голова были занята только одним: мыслями о Скайланде. То, на что девочка ночью так легко понадеялась, утром приобрело совершенно другие формы. Теперь в ее душе воцарилась необъяснимая тревога. Она не покидала Дарни ни на минуту: ни в ванной, ни за завтраком, ни по дороге в школу. Поэтому девочка неустанно думала, успеет ли помочь и не опоздает ли, когда снова наступит вечер. Эти мысли поглотили все ее существо.

– Здравствуй, Дарния! Ты уже и по дороге что-то сочиняешь? Поэтому ничего вокруг не видишь? – долетел до слуха девочки знакомый женский голос.

Дарни вернулась в реальность и увидела госпожу Марту.

– С добрым утром! – поприветствовала она старушку и тут же спохватилась, – Ой, а как я здесь оказалась?!

– Наверное, как пообещала, решила меня проведать, – улыбнувшись краешками глаз, предположила госпожа Марта.

– Конечно, мне очень хотелось бы слукавить, чтобы сделать вам приятное, – сказала девочка, – но это против моих правил. Поэтому, извините, нет.

– Значит, все-таки новый сюжет придумываешь, – утвердительно кивнула старушка.

– И не сюжет, – покачала головой Дарни.

– Но у тебя очень расстроенный вид, – воскликнула госпожа Марта. – Вот я и подумала: «Наверное, новая историйка не складывается». Или с тобой что-то случилось?! Тогда расскажи. Может, я чем-то смогу помочь.

– Не со мной, не беспокойтесь, пожалуйста, – отозвалась девочка. – С другими случилось или вот-вот случится. Только об этом в двух словах не расскажешь.

– Тогда давай вот, как сделаем, – предложила госпожа Марта. – Если не передумаешь, приходи после уроков. А сейчас беги на занятия. Ведь ты не заранее вышла, а вовремя. Но невольно сделала крюк и оказалась здесь. Поэтому поторопись, скоро звонок прозвенит.

Дарни поблагодарила старушку и поспешила в школу. Перед входом она сделала глубокий вдох и постаралась максимально сосредоточиться. В общем-то, ей это удалось, но не настолько, насколько хотелось бы. Во время уроков девочка периодически возвращалась мыслями к Скайланду. Это порождало рассеянность, которая была заметна со стороны. В результате учитель географии даже сделал ей замечание, чего за все годы с Дарни ни разу не случалось. Язвительно улыбнувшись, он сказал:

– Простите, госпожа Дарния, я вам своей болтовней не мешаю?

Девочка поспешно встала из-за парты и смущенно пробормотала:

– Н-нет, н-нет, что вы!

– Это очень любезно с вашей стороны, – продолжил географ. – Благодарю вас, о, благодарю! Значит, я могу продолжить? – и учтиво склонил голову, как придворный перед принцессой.

Класс взорвался безудержным хохотом. Смеялись все. Даже две лучшие подруги Дарни, занимавшие парту на соседнем ряду. Единственным местом, где царила тишина, была парта за спиной девочки. Там сидел Питер.

«Что же он не гогочет? – промелькнуло в голове Дарни. – Его хлебом не корми, только дай надо мной подтрунить».

– А, может быть, мне помолчать, а станете рассказывать вы? – не унялся учитель. – Ну, ну, не стесняйтесь. Нам не терпится услышать ваш голосок. Повторите то, что я сейчас объяснил классу.

Дарни растерялась, потому что объяснения географа пропустила мимо ушей.

«Ой, сейчас чего доброго „пару“ влепит!», – мысленно содрогнулась она.

– Страны на букву «С», – едва слышно долетело с задней парты.

«Вот оно! – внутренне сжалась девочка. – Питер молчал, потому что новую каверзу придумывал. Сейчас я его послушаю и!..».

– Ну-с, мы все ждем! Можно сказать, даже сгораем от нетерпения! – победно сложив руки на груди, сказал географ.

Дарни с надеждой взглянула на подруг. И с удивлением увидела в их глазах подтверждение подсказки рыжего озорника: «Да, да, давай!».

Перед мысленным взором девочки тут же возникла вчерашняя страница географического атласа, и она начала перечислять:

– Сальвадор, Самоа, Сан-Марино, Сенегал. Сент-Винсент и Гренады, Сент-Киттс и Невис, Сербия, Сингапур, Скайланд,…

– Что-о? – прервал ее географ.

– Скайланд, такое маленькое королевство, его даже не на всех картах указывают, – выкрутилась Дарни, а сама, спохватившись, подумала: «И как оно у меня с языка сорвалось?».

– Что ж, в общем, очень неплохо, – заключил учитель географии. – Ты даже такие государства перечислила, о которых я не говорил. Молодец, что с дополнительным материалом самостоятельно работаешь. Но… Но я все же вынужден сделать тебе замечание. Сегодня ты крайне невнимательна. У тебя на лице написано, что где-то в облаках витаешь.

– Простите, я больше не буду, – заверила девочка и села.

Заняв свое место, она слегка обернулась и благодарно кивнула Питеру, а затем задалась вопросом:

«Интересно, почему он вдруг решил меня выручить? Спросить у него, что ли?».

Однако сегодня Дарни решила этого не делать, а отложить на потом, потому что ей не терпелось встретиться с госпожой Мартой. Лишь только прозвучал звонок, возвестивший окончание занятий, она сорвалась с места и стремглав побежала вдоль улицы.

Старушка сидела на прежнем месте. Увидев девочку, она ласково произнесла:

– Ну, дитя, рассказывай, что там у кого стряслось.

И Дарни поведала ей о событиях вчерашнего дня. Когда она закончила, госпожа Марта сказала:

– Жаль, что связь прервалась, и ты ничего больше не узнала. Я об этом с огромным удовольствием послушала бы.

– А все это вообще, что такое: Скайланд, Селена, письмо, в котором вдруг появляется постскриптум, говорящий луч? – спросила Дарни.

– Всего я тебе объяснить не смогу, потому что не знаю, – ответила старушка. – Я же – не волшебница из сказок, в которые ты, кстати, не веришь. Но кое-что расскажу. О королевстве Скайланд я когда-то слышала. Оно, как ты теперь поняла, действительно существует. Но где точно находится, мне не известно. Это королевство – какое-то обособленное, с внешним миром никаких контактов не поддерживает. Поэтому мы не знаем, какими достижениями там пользуются. Может быть, для его жителей летающие письма и говорящие лучи так же естественны, как для нас – радио или телевидение.

– Что же у них там за беда такая? – задумчиво пробормотала Дарни.

– Трудно сказать, – пожала плечами госпожа Марта. – Ведь в каждой стране – свои проблемы. Австралия, например, от кроликов страдает, Египет – от саранчи.

– Вряд ли принцесса Селена зовет меня с кроликами сражаться, – с сомнением покачала головой девочка. – Боюсь, на королевство что-то более страшное надвигается. Хотя это, тем более, не понятно. Я же – не легендарный рыцарь какой-нибудь.

– Ну, тогда успокойся и выбрось это из головы, – посоветовала старушка. – Тебя же туда никто отправляться не заставляет.

– Не заставляет, – согласилась Дарни. – Но получается, что я, поднявшись на каланчу, вроде как слово дала. А нарушать обещания – не в моих правилах.

– Стойкой же ты девочкой оказалась. Тебя так просто с намеченного пути не сбить, – с уважением произнесла госпожа Марта.

– Ну, да, – грустно улыбнулась девочка. – Только вот об этом пути я ничего не знаю. Как в Скайланд добраться-то? Выйти из города и на восток направиться? Боюсь, я и половину вершин с отрогами не одолею, как время к пенсии подойдет.

– Если ты действительно чувствуешь в себе силы отправиться в путь, еще раз повтори попытку, – сказала госпожа Марта. – Поднимись сегодня с письмом на каланчу. Вдруг связь к тому времени восстановится?

– А если не восстановится? – засомневалась Дарни.

Госпожа Марта ненадолго задумалась, а потом сказала:

– Можно еще один вариант попробовать. Только я не уверена, сработает он в данном случае или нет. Есть такая древняя формула: «Хочу и могу». Она на протяжении всей истории человечества очень многим помогала достигнуть поставленной цели, осуществить заветную мечту. Только здесь есть одно непременное условие. Произнося эти слова надо искренне верить в то, что говоришь. Иначе ничего не получится.

– Спасибо, я обязательно это попробую, если связь не возобновится, – поблагодарила девочка. – А теперь домой побегу – мне перед отправкой надо еще уроки к завтрашнему дню выучить.

– Ты наивно полагаешь, что за одну ночь управишься?! – изумленно воскликнула старушка.

– Мне по-другому нельзя, – сказала Дарни. – Иначе меня учителя с родителями хватятся.

И она в растерянности замолчала, поскольку о том, что ее путешествие может затянуться, даже не подумала.

– Не беспокойся, в этом я тебе немного помогу, – кивнула госпожа Марта. – Если все благополучно сложится, то перед отправкой в Скайланд подойди к пожарному колоколу. Он, как известно, под крышей каланчи висит. От его языка тянется прочная бечева. Ты ее возьми и петлей завяжи.

– Зачем? – не поняла девочка.

– Этим магическим приемом ты закольцуешь городское время, – объяснила старушка. – Тогда для всех жителей оно потечет гораздо медленнее, чем в других городах и странах. И на твоем пути в Скайланд, конечно. Когда там пройдет час, тут минует всего лишь одна минута. Только не забудь после возвращения снова бечеву развязать.

– Госпожа Марта, так вы – волшебница?! – ахнула Дарни.

– Нет, милая, – улыбнулась та, – просто за долгие годы я много чему научилась. Кстати, не исключено, что тебе в горах заночевать придется. Ночи пока холодные стоят. Чтобы не замерзнуть, возьми в дорогу вот это.

Она сняла плед и едва уловимым движением ловко разделила его пополам. Он разошелся с такой легкостью, словно его составили два отдельных полотна. Старушка аккуратно сложила то, что предназначалось Дарни. В результате получился маленький, почти невесомый сверток, который без труда уместился в сумке девочки.

– Не забудь бутерброды и термос с горячим чаем, – наставительно произнесла госпожа Марта. – И обязательно возьми тетрадь с историйками и мой карандаш. Будет возможность, свои впечатления запишешь. Тогда у тебя целая история получится. И ее непременно «Большой журнал всякой всячины» опубликует. Ну, все, ступай. Счастливого пути!

Дарни поблагодарила госпожу Марту и пошла домой. Приготовив в дорогу все необходимое, она с нетерпением стала ждать ночь. Когда та наступила, девочка подхватила сумку и поспешила к пожарной каланче. На подходе к той ей снова почудились осторожные шаги. Но времени на размышления о том, следит ли кто-то за ней или нет, у Дарни не было. И она вприпрыжку начала подниматься по лестнице.

Оказавшись на площадке, девочка обратилась лицом на восток и вскинула конверт в ожидании светового сигнала. Прошло довольно много времени, но тот не появился. Она посмотрела на конверт и увидела, что тот едва тлеет. Видимо, прошлой ночью он израсходовал почти всю энергию. Дарни с нетерпением начала его подбадривать.

– Ну, давай же, миленький, давай, понатужься!

Совершив невероятное усилие, конверт, наконец, выпустил едва приметный лучик. Вскоре ему навстречу издалека сверху потек ответный луч. Он был не стремительным, словно двигался с большим трудом. Следом за ним тянулся какой-то угловатый световой шлейф. Когда тот приблизился, девочка поняла, что это – ступени лестницы, которые луч тащил за собой. Они медленно, но неуклонно приближались. Сердце Дарни затрепетало от радости.

«Сейчас я на них взойду, лестница отправится обратно и быстро доставит меня, куда нужно», – подумала она.

Но в этот момент ступени дрогнули и замерли, точно натолкнулись на непреодолимую преграду, созданную неведомым врагом. Желая им помочь, Дарни искренне воскликнула:

– Хочу и могу!

И тут произошла удивительная вещь: ступени устремились в направлении девочки.

«Ой, как они быстро мчатся! – мысленно ахнула Дарни. – Как бы лестница в каланчу не врезалась!».

Но все обошлось. Приблизившись вплотную к верхней площадке, та издала шипение, словно тормоза локомотива, и замерла. Не тратя времени, девочка подбежала к пожарному колоколу и завязала его бечеву петлей. А затем ступила на лестницу. Та колыхнулась и плавно отправилась в обратный путь. В этот момент Дарни показалось, что у подножия каланчи кто-то изумленно ахнул. Она склонила голову и различила одинокий неясный силуэт. Но кому он принадлежал, разобрать в темноте было трудно.

Словно обрадовавшись, что возвращается домой, лестница набрала скорость. Дома, улицы и фонари городка быстро удалялись. Постепенно они слились в точку, а вскоре пропали совсем. Вокруг Дарни высились лишь горные кручи. Они, едва проступая из ночной мглы, мрачно нависали с обеих сторон. Это порождало в девочке неприятные ощущения. Ей казалось, что она находится в недружелюбных тисках, которые вот-вот сомкнутся.

«Ничего, ничего, – успокаивала себя Дарни, – лестница ведет вверх. Скоро она поднимет тебя над горами, в небо, и станет легче. Потерпи немного. Смотри, даже сейчас не страшно. Вон у нее ступени, какие: широкие, надежные и даже немного светятся. А скоро и совсем будет замечательно».

И она с надеждой посмотрела вперед.

В этот момент над ее головой раздался скрежет. Девочка вскинула взгляд и увидела, что нависавший невдалеке уступ пришел в движение. На его поверхности, подобно пузырям на кипятке, стали возникать многочисленные выпуклости. Неожиданно они разом отделились от уступа и ринулись вниз. Возможно, каждый из них, не превышая размером кулачок Дарни, серьезного ущерба лестнице не нанес бы. Но во время их падения произошла невероятная вещь. У этих небольших камней появились, напоминавшие руки, отростки. Ими они сцепились между собой и большим валуном упали на лестницу. Та содрогнулась, затрещала и осыпалась разрозненными угасающими осколками. Вместе с ними девочка полетела вниз.

От ужаса Дарни крепко зажмурилась. Но едва она содрогнулась от мысли о нестерпимой боли при ударе о твердый склон, как вдруг… Как вдруг ощутила, что ее подхватила какая-та упругая поверхность. Девочка распахнула глаза и увидела под собой… плед! Когда тот успел выскользнуть из сумки, осталось загадкой.

Плед заложил головокружительный вираж, ловко облетел камнепад и продолжил путь вверх, точно тот был ему хорошо известен. Над причиной случившегося Дарни решила не задумываться, ведь в горах всякие неожиданности происходят. А отростки у камней ей в темноте могли и привидеться. В этот момент все мысли девочки были обращены к госпоже Марте.

«Если она и не волшебница, то уж точно не из простых людей», – с благодарностью подумала Дарни.

Девочка полетела дальше. Вскоре ее глазам предстал горный хребет. У него было странное и даже, как казалось Дарни, нелепое название: «Триединый клык». Она знала о нем из уроков географии, но ни разу его не видела – тот находился очень далеко от ее городка. Его венчали три вершины. Одну из крайних густо усеивали раздробленные камни. Другую – бурелом из сухих ветвей и сучьев. А центральную, самую высокую вершину покрывала ледяная корка. Плед пошел мелкими складками, словно сморщился от отвращения, резко взмыл вверх и оставил Триединый клык далеко внизу.

За ним Дарни увидела величественную гору, которая была значительно выше хребта. Ее вершину скрывало огромное белое облако. Плед направился прямиком к нему.

– Ой, – растерянно пробормотала девочка, – оно же из мельчайших капелек влаги состоит. Вдруг плед ею пропитается, отяжелеет и упадет?!

Но когда она оказалась внутри облака, то успокоилась. Оно было совершенно сухим, будто состояло из кварцевого песка. По мере продвижения Дарни он мелодично шелестел и веял свежестью озона. Постепенно к нему начал примешиваться нежный аромат каких-то диковинных цветов.

Наконец, облако закончилось, и девочка поняла, что оно – не сплошное, а представляет собой невероятных размеров кольцо, у которого есть основание. Ну, как детский надувной круг с дном. Потому что внутри, будто защищенная им, как надежной крепостной стеной, раскинулась долина. С высоты полета Дарни в свете полной луны хорошо видела, что на ней изысканным орнаментом поблескивали речушки и озера. На их берегах в окружении садов, рощиц и дубрав стояли аккуратные домики, походившие на маленькие сказочные замки. В самом центре из основания долины выступала вершина горы. Ее венчал необыкновенно красивый дворец. Его окружали три ряда крепостных стен. Верхний ряд почти вплотную примыкал к дворцу. Между этими тремя рядами угадывались городские постройки, разделенные неширокими улочками. Крепостные стены с обеих сторон были плотно увиты какими-то растениями, зубчатые листья которых напоминали, не то плющ, не то виноград. Свежая зелень растений пестрела диковинными цветами. Наверное, именно они издавали тот аромат, который Дарни уловила, преодолевая облако.

Плед уверенно полетел в направлении дворца. Лишь только он опустился у ступеней парадного входа, девочку тут же обступила стража. Она появилась в мгновение ока, словно выросла из-под земли. Доспехи стражников отливали перламутровым цветом. Вскинув копья и луки, они замерли в ожидании команды. Увидев это, плед моментально свернулся и юркнул в сумку девочки. Вперед вышел мужчина с проседью в волосах. Его голову украшал обруч из белого металла, в центре которого сиял крупный густо-синий сапфир. Наверное, он был отличительным знаком принадлежности его владельца к высшему сословию. Окинув гостью мрачным взглядом, он сурово произнес:

– Что, попалась, ведьмина лазутчица?!

Дарни так растерялась, что тихо с запинкой пробормотала:

– Вы, совсем, что ли? Какая я лазутчица? Я – обычная девочка.

– То-то у тебя голос дрожит, – недобро усмехнулся мужчина. – Не ожидала, что будешь обнаружена? Думала: если ночь, то мимо стражи незамеченной проскользнешь? Решила во дворец проникнуть, чтобы принцессу погубить? Эй, схватите ее и заточите в темницу!

– Да принцесса меня сама позвала! – не на шутку испугавшись, запротестовала девочка. – Вот даже письмо прислала, – и запустила руку в сумку, чтобы представить доказательство.

– Не сметь! – в ярости крикнул незнакомец. – Держи руки так, чтобы я их видел! Не то вытащишь какую-нибудь колдовскую дрянь и всех нас обездвижишь. А ведьма этим воспользуется. Давай сюда сумку, а сама отправляйся, куда я приказал.

– Оставь ее, Арктур! – вдруг раздался сверху повелительный женский голос. – Она действительно – наша гостья, дорогая и долгожданная.

Дарни вскинула взгляд и увидела на верхней площадке парадной лестницы молодую статную женщину. Ее лицо, как и не скрытые богато расшитым платьем участки кожи: шея и руки, – излучали едва заметное серебристое свечение. Мужчина хмуро взглянул на нее и спросил:

– Гостья? Ты уверена? Нет, все-таки лучше ее в подвал бросить. Так безопаснее будет.

Женщина сверкнула на него гневным взглядом, и тот, смутившись, добавил:

– Хотя, конечно, это – не мое дело, тебе виднее. Но я рад, что девочка – званая гостья. Не то начал тревожиться, не ослабла ли защитная магия нашего облака.

Затем он учтиво поклонился Дарни и сказал:

– Прости, меня о твоем прибытии не предупредили, поэтому так и получилось.

– Ничего страшного, – улыбнулась в ответ та, – ведь вы же принцессу охраняете. Вот и проявили бдительность.

В это время Селена спустилась по лестнице и, обняв девочку, с чувством прошептала:

– Спасибо тебе, милая, что не отказала! А сейчас давай, отдохни с дороги, пока до рассвета время есть. Утром за торжественным завтраком в честь твоего прибытия все и обсудим.

Арктур тут же сделал шаг вперед, но Селена жестом остановила его.

– Не беспокойся, – сказала она. – Я сама гостью провожу.

Обе ступили во дворец. Пока они шли по богато украшенным коридорам, переходам и сквозь залы, до них с разных сторон, то и дело, доносился звон металла. Наверное, его издавали доспехи и оружие стражников, которые неустанно расхаживали внутри дворца. Чуть позже они спустились по небольшой винтовой лесенке, и дорога пошла под уклон. Она была не путаной, но довольно долгой.

– Потерпи немного, скоро придем, – наконец, сказала принцесса. – Сейчас мы миновали ту часть города, которая расположена между верхним и средним ярусом стен. Я специально дальние покои выбрала, чтобы тебе никто не помешал. Они в основании среднего яруса находятся.

– Спасибо, Ваше Высочество, – вежливо отозвалась девочка.

– Ну, что ты! Зачем так церемонно? – со смехом воскликнула Селена. – Называй меня просто по имени. И на «ты», как у нас тут принято всех называть. Не то мне придется к тебе «досточтимая госпожа Дарния» обращаться. А как иначе с твоими-то возможностями?

Эта фраза обескуражила девочку, поскольку она ни о каких своих возможностях совершенно ничего не знала. Поэтому, чтобы хоть как-то прояснить ситуацию, она осторожно спросила:

– А какие они, ты знаешь?

– Ну, это тебе виднее, какие, – с уважением покачала головой собеседница.

– А кто тебе о них сказал? – продолжила задавать наводящие вопросы Дарни.

– О-о! – торжественно произнесла принцесса. – Мне об этом поведал сам Неисчерпаемый ковш, который столетиями питает нас живительной энергией. Когда я отчаялась получить помощь со стороны, то обратилась к нему. И он указал на тебя.

Из этих разъяснений девочка ничего не поняла, а только еще больше запуталась.

«Ладно, – подумала она, – утром Селена мне все расскажет, тогда и будем решать, как помочь. Вдруг то, что им кажется проблемой, выеденного яйца не стоит. Может, никаких особых возможностей и не потребуется».

В это время обе свернули из очередного коридора, сделали несколько шагов по ведшим вверх ступеням и оказались в узком боковом проходе. Он был недлинным и заканчивался тупиком: прочной каменной кладкой. Не успела Дарни удивиться, как Селена надавила на один из выступов. И часть стены бесшумно отъехала в сторону. За ней находилась небольшая спальня.

– Хорошего отдыха! – пожелала принцесса. – Когда наступит время завтрака, я сама за тобой приду. Ведь это место никому не известно. Но если вдруг ты захочешь выйти, вот тут нажми. Правда, я тебе это делать не советую, не то заблудишься.

На этом они распрощались, и Селена удалилась. Дарни огляделась. Комната была очень уютной. В двух противоположных ее стенах располагались узенькие, сродни щелочкам, оконца, выходившие на обе стороны средней крепостной стены. Разглядеть их снаружи в переплетении повители, да еще и замаскированных под швы между каменной кладкой, было практически невозможно. Дарни с любопытством припала к одному из них. Но много она не увидела, потому что из-за размеров оконца обзор оказался затруднен.

«Ну и ладно, – подумала она. – Я же сюда прилетела не для того, чтобы в окна глазеть».

Лишь только Дарни улеглась, как провалилась в сон. Он был безмятежным и очень глубоким. Такого с ней не было ни разу в жизни. Наверное, это стало результатом необычного путешествия. Через некоторое время в него начал пробиваться звон металла.

«Во, – все еще пребывая в неге, подумала девочка, – какая подготовка к торжественному завтраку идет! Повара так крышками гремят, даже здесь слышно».

Вдруг до ее сознания дошло, что кроме металлического лязганья воздух наполнен отчаянными криками. Дарни села в кровати и недоуменно прислушалась. В этот момент что-то жутко загрохотало, и спаленка сотряслась. Девочке показалось, что звуки донеслись от нижнего яруса крепостных стен. Позабыв обо всем на свете, Дарни вскочила и бросилась к оконцу, выходившему на ту сторону. Увиденное привело девочку в неописуемый ужас.

В ночной темноте в третьей стене угадывалась большая брешь. Над ней и над примыкавшими городскими постройками поднимались многочисленные темные дымы. С каждой секундой они становились гуще и плотнее, поскольку породившее их пламя разгоралось все сильнее. Дарни едва подавила вырвавшийся крик отчаяния и метнулась к противоположному окну. Там она увидела каких-то отвратительных существ. Фигуры одних тварей имели угловатые формы и походили на осколки камней. А фигуры других – узловатые и напоминали скрученные древесные стволы и корни. Ростом они не превышали метр. Но их было необычайно много. Накатывая волна за волной, существа непрерывно штурмовали верхнюю, защищавшую дворец стену.

Дарни почувствовала, что все внутри нее похолодело. На негнущихся ногах она кое-как добрела до кровати и села. Так продолжалось довольно долго. В течение этого времени битва ни на минуту не затихала. Вдруг девочка спохватилась.

«Ну и что ты тут расселась?! – мысленно обратилась она к самой себе. – Селена на тебя надеялась, а ты?! Надо скорее по подземным переходам к ней пробраться. А там посоветуемся и решим, что делать».

Дарни проворно вскочила, перекинула сумку через плечо и выскользнула из комнатки. Настороженно прислушавшись, она миновала боковой проход и свернула в коридор. Но тут же замерла, как вкопанная. Его перегородил завал. Подняв голову, девочка увидела затянутое гарью небо и все поняла. Часть средней стены тоже разрушилась и, проломив потолок коридора, его засыпала.

– И что теперь делать? – принялась вслух рассуждать Дарни. – Есть два варианта. Первый: вернуться в спальню и немного подождать, посмотреть, что будет. Но за это время все может печально закончиться и помогать станет некому. Второй: выбраться наружу и подобраться к стенам, окружающим дворец, в безопасном месте. Вдруг эти твари их не со всех сторон штурмуют? А что, это – мысль. Все кругом так дымом заволокло, что незамеченной вполне можно прокрасться.

Решив так, она, было, собралась взобраться по завалу к отверстию в потолке, как вдруг замерла.

«Хм, а как же я стены преодолею?», – обескуражено подумала девочка.

И тут же воспрянула духом.

– Вот ведь я чудачка! – радостно прошептала Дарни. – С этими переживаниями совсем из головы вон. У меня же плед есть! Вдруг он и сейчас выручит? Не может не выручить. Иначе, зачем тогда меня сюда принес? И красться никуда не придется. Выберусь из провала и тут же взлечу.

Девочка начала подъем. Но едва она выбралась наружу, как невдалеке сквозь шум боя до нее долетели два голоса. Один принадлежал старухе, а второй – мужчине. Его голос звучал приглушенно. Казалось, что мужчина тщательно прикрывает рот рукой и намеренно искажает звуки.

«Словно опасается, что его кто-нибудь по голосу опознает», – отметила про себя Дарни и затаилась.

– Где она?! – с напором прошипела старуха.

– Ищу, – ответил мужчина.

– И сколько ты еще будешь валандаться?! – в ярости прорычала собеседница. – Она мне нужна! Срочно! Видишь, без нее никак до дворца не доберусь, потому что мощи не хватает! Штурм за штурмом проваливается! Или передумал здешним наместником становиться?!

– Ты же знаешь, под городом несметное количество проходов прорыто, – ответил неизвестный. – Их за один час не обследуешь. Не волнуйся, время у нас есть. А осажденные никуда не денутся.

– Если время есть у тебя, то у меня его нет! – взвизгнула старуха. – Я каждую минуточку считаю, жду не дождусь, когда с ними за гибель брата поквитаюсь!

– Если ты так торопишься, то Огненного змея в подземные переходы запусти, – предложил мужчина. – Он по ним мигом растечется и все решит.

– Ты думаешь, о чем говоришь?! – ахнула старуха. – Змей же ее пламенем уничтожит!

– И что? – невозмутимо отозвался незнакомец. – Он только живое губит, а неживое не трогает. Поэтому ее вещи не пострадают. Ты их заберешь и, что нужно, сама с ними сделаешь.

– Не сделаю! – отрезала собеседница. – От этого никакого толка не будет! Она должна сама, собственной рукой все исправить! Поэтому вот, что! Даю тебе срок до утра! Найди ее и доставь ко мне! Иначе!..

После этого она повелительно крикнула:

– Отступаем!

Масса уродливых тел тут же схлынула со стены и оттекла за пределы города. Судя по удаляющимся шагам, старуха с мужчиной тоже ушли. Вскоре вокруг все стихло.

«Самое время!», – подумала Дарни и расстелила плед.

Забравшись на него, она просительно зашептала:

– Ну же, миленький, ну, давай, взлетай!

Тот затрепетал и начал подниматься.

«Ура! – мысленно возликовала девочка. – Получилось!».

Однако поднявшись на пару метров, плед затрепетал, пошел бессильными складками и опустился на землю. Наверное, он не смог пробиться сквозь, витавшую в воздухе, гарь, которая возможно была еще и пропитана темной магией.

– Так, не отчаивайся! – призвала себя Дарни. – Будем искать другой вариант.

В это время невдалеке от нее послышались осторожные шаги. Отбегать к провалу, уже не было времени. Девочка внутренне сжалась и затаила дыхание. Вскоре из марева проступила высокая угловатая фигура, словно она принадлежала подростку. Та неуклонно приближалась, и девочка стала различать детали. Вот, подобно пламени костра, полыхнули рыжие волосы. Вот под ними обозначилось круглое веснушчатое лицо.

– Питер!.. – ахнула Дарни.

– Ох, наконец-то! – с облегчением выдохнул тот.

– Как ты здесь очутился?! – в недоумении воскликнула девочка.

– Потом расскажу, – отмахнулся Питер. – Сейчас давай выбираться отсюда. Здесь вообще, что творится-то?

– Потом расскажу, – в тон ему ответила Дарни. – А выбираться я не могу. Мне Скайланд спасать надо.

– Спаса-ать? – переспросил мальчик. – Тогда я тоже остаюсь.

– Тебе-то это, зачем? – изумилась девочка. – Тебя сюда никто не звал, о помощи не просил.

– Нет, я тебя одну здесь не брошу, – категорично заявил Питер.

– Спасибо! – искренне отозвалась Дарни, у которой от такой неожиданной поддержки на сердце стало значительно легче. – Тогда давай подумаем, как во дворец пробраться.

– А что тут думать? – пожал плечами собеседник. – Пойдем, тайный проход поищем. Ведь тот дядька не сквозь стену же прошел.

– Ты его видел? – встрепенулась девочка. – Как он выглядел?

– Видел, – кивнул Питер, – но как выглядел, не знаю. На нем был какой-то бесформенный балахон надет, а лицо капюшон скрывал.

– Эх, жаль! – раздосадовано вздохнула Дарни.

– Я не понял: тебя, что именно интересует? – удивился мальчик. – Проход во дворец или дядька?

– И то, и другое, – откликнулась девочка. – Во дворце надо у принцессы узнать, чем я смогу помочь. А дядька, один из ее приближенных, может оказаться предателем, потому что служит ведьме.

– Тогда пойдем скорее, – заторопил Питер.

Когда они оказались около стены, мальчик сказал:

– Он вроде где-то здесь исчез.

Но сколько ребята не бродили вдоль нее, сколько не перебирали повитель, никакого, даже узенького лаза не обнаружили. Вдруг Дарни вспомнила, каким образом попала в спальню. Обратившись к спутнику, она сказала:

– Нам надо камень найти и на него надавить. Тогда потайной проход может открыться. Давай, ищи.

Девочка принялась внимательно осматривать кладку. И тут с удивлением увидела, что Питер ее примеру не последовал. Он начал колотить стену руками и ногами. После нескольких ударов раздался негромкий щелчок, и несколько камней отъехало в сторону. Миновав образовавшийся проход, ребята оказались внутри последнего оборонительного рубежа Скайланда. Их тут же обступили стражники. Один из них: наверное, старший, – узнав недавнюю гостью принцессы, учтиво промолвил:

– Прошу немного потерпеть. Мне нужно Арктура разыскать и ему о вас доложить. Он сейчас караулы обходит. Но уверяю: это будет недолго.

– Не надо его разыскивать, – возразила Дарни. – Отправляйся прямиком к принцессе. У нас к ней – срочное дело.

– Хорошо, – согласился стражник, – ждите здесь и никуда не уходите.

Сказав это, он направился во дворец.

– Кто такой Арктур? – поинтересовался Питер.

– Какой-то высокий чин, – ответила Дарни, – наверное, очень близкий к принцессе человек.

– А почему ты с ним не захотела разговаривать? – снова задал вопрос мальчик.

– Потому что боюсь, что он снова начнет массу ненужных предположений высказывать, – пояснила девочка. – А у нас и без того времени нет.

Лишь только она это произнесла, как из дверей дворца вышел Арктур. Увидев девочку, он округлил глаза и удивленно воскликнул:

– Как ты здесь оказалась?

– Добрый вечер! – приветствовала его Дарни и уклончиво ответила, – Вот, оказалась. Так получилось.

«Ну, не говорить же ему, что у них ведьмин шпион завелся, – подумала она. – Это, прежде всего, принцессе надо сообщить. Она сама решит, рассказывать Арктуру или нет».

– Да-да, добрый вечер, – спохватился тот. – У тебя все – в порядке? Ни ссадин, ни ран нет? Рад, очень рад. А вещи – на месте? Ничего не потеряла? Как вижу, нет, – и красноречиво повел глазами на сумку. – Ну, так пойдем скорее, я тебя к принцессе проведу. Правда, она сейчас очень занята, и не знаю, когда освободится. Но ты не волнуйся: в уютной комнатке пока побудешь, на мягком диванчике отдохнешь.

– Почему ты только обо мне говоришь? – спросила Дарни. – А Питер, что делать будет?

– Ты – гостья принцессы, – ответил Арктур, – а этого мальчика она не приглашала. Поэтому до ее распоряжения он здесь подождет. Идем же! Иначе Селена разгневается, когда узнает, что я к тебе должное уважение не проявил.

– Нет, мы оба здесь останемся, – возразила девочка. – Нам так старший стражник приказал.

– В силу своего высокого положения я его приказ отменяю, – заявил Арктур. – Если ты настаиваешь, я готов нарушить правила и отвести вас обоих. Только размещу в разных комнатах. Так положено.

Дарни пожала плечами и, пробормотав «ну, ладно», вместе с Питером вошла во дворец. Едва они миновали половину парадного холла, как увидели Селену. Она поспешно шла им навстречу.

– Как я рада! – еще не успев приблизиться, воскликнула принцесса. – Вся извелась, пока думала, что там с тобой могло случиться. Уже и наиболее опытных воинов подобрала, с кем решила ночную вылазку предпринять, чтобы тебя оттуда вызволить.

– Ты лично захотела за мной отправиться? – удивилась девочка.

– Конечно, – кивнула Селена, – ведь то место они без меня не отыскали бы. Оно же только мне известно.

– Спасибо, – улыбнулась Дарни, – только, как видишь, все обошлось.

– Принцесса, можно тебя на минутку по государственному делу? – вступил в разговор Арктур.

Они отошли в сторону, и Арктур что-то зашептал на ухо принцессе. Но как он не таился, девочка все же услышала последние слова:

– Сама подумай, как проникла-то? Не иначе, магию применила. Может, все-таки…

– Нет, – тихо прервала его Селена, – мы никого под замок сажать не станет. И твое неусыпное наблюдение за ней тоже будет лишним. Не тревожься, темной магией от нее не веет. А в том, что она ею обладает, ничего удивительного нет. Иначе ее Неисчерпаемый ковш нашей последней надеждой на спасение не выбрал бы. Все, спасибо тебе, ступай.

– Ну, как знаешь, – покачал головой Арктур. – Смотри, не ошибись. Как бы потом жалеть не пришлось.

После этого он удалился.

– Что же ты меня с молодым человеком не знакомишь? – обратилась принцесса к девочке.

– Это – Питер, мой друг, – представила Дарни мальчика.

Он, до того стоявший с непринужденным видом и с любопытством глазевший по сторонам, вдруг как-то сразу подобрался. Выпрямив спину и расправив плечи, Питер галантно склонил голову, как и подобает при общении с королевскими особами.

– Ну, прям, светский кавалер! – засмеялась Селена и, обняв ребят за плечи, повела их по лестнице в верхние покои.

Вскоре они оказались в небольшом каминном зале, уставленном мягкими креслами и диванами.

– Располагайтесь, – предложила принцесса, – а я пока на кухню схожу, посмотрю, что там перекусить найдется.

– Сама?! На кухню?! Ты же – принцесса! – изумился Питер. – Неужели не можешь в ладоши похлопать или в колокольчик позвонить? Тебе сразу все, что захочешь, принесут.

– Я всех поваров отдыхать отпустила, – сказала Селена. – Им очень тяжело пришлось. Ведь сюда, все побросав, жители из разрушенных кварталов сбежались, чтобы за этими стенами укрыться. А их надо было накормить. Вот повара без устали и готовили.

С этими словами она вышла. Ребята остались одни. Дарни принялась с интересом осматривать зал, как вдруг заметила, что Питер не спускает с нее глаз.

– Ты, чего уставился? – почувствовав себя неуютно от пристального взгляда одноклассника, нахмурилась девочка. – Если я испачкалась, так и скажи. Хотя и ты не лучшим образом выглядишь. Где потереть-то надо?

– Нигде не надо, – ответил Питер.

– Тогда, зачем так смотришь? – не поняла девочка.

– Вот думаю, почему ты меня как друга принцессе представила? – отозвался тот. – Если бы как одноклассника, тогда понятно. Если бы ей сказала: «Да это – так, не обращай внимания», – тоже. А ты другом назвала.

– Хм, – пожала плечами Дарни, – это как-то само собой получилось. Наверное, из-за того, что ты для меня сделал. И сюда явился, и отказался домой возвратиться, и во дворец помог попасть. Кстати, ты обещал рассказать, как здесь оказался.

– Да очень просто, – сказал Питер. – Ты, наверное, не знаешь, что я астрономией увлекаюсь. Поэтому недавно мне отец небольшой телескоп подарил. И разрешил иногда на час позже домой возвращаться. Ну, чтобы я в темноте за звездами мог наблюдать. Позавчера на пустынной улице я тебя заметил и следом пошел.

– Проследить за мной решил, – слегка нахмурившись, прервала его Дарни.

– Не проследить, а сопроводить, – невозмутимо возразил Питер. – Мало ли, что. Так случайно и стал свидетелем того, что произошло. Только не понял, что к чему. Пошел следующей ночью. Увидел, как лестница появилась, как ты по ней отправилась, как ее валун разрушил. Едва ты вниз полетела, в воздухе плед распахнулся, точно такой, как у госпожи Марты. Несмотря на поздний час, я тут же к ней побежал и рассказал, что случилось. Она мне вторую половину пледа отдала, и я за тобой отправился.

– За мной? – удивилась Дарни. – Зачем?

– Н-ну, есть причина, – замялся Питер и снова взглянул на нее.

Он посмотрел и сказал так необычно, что Дарни почувствовала, будто вот-вот покраснеет. Желая скрыть смущение, она резко поднялась и обратилась лицом к окну. В ночном небе сияла полная луна, и приветливо мерцали звезды. Размышляя над таким необычным поведением задиры-одноклассника, девочка в задумчивости опустила глаза. И увидела множество костров, горевших за пределами города.

– Что тебя там заинтересовало, милая? – раздался за ее спиной голос вернувшейся принцессы.

– Вон, костры горят, – указала головой девочка. – Наверное, те твари еду готовят.

– Вряд ли еду, – сказала Селена. – Насколько мне известно, они ничем не питаются: ни сырым, ни жаренным, ни вареным. Вероятнее всего, ведьма для них колдовское зелье варит, чтобы к завтрашнему штурму им сил прибавилось.

– Это – те, кого ты опасалась, когда письмо мне писала? – догадалась Дарни.

– Да, – кивнула принцесса, – только тогда я думала, что у нас в запасе пара недель есть. И мы успеем что-нибудь предпринять. А получилось вон, как. Они атаковали сразу после твоего появления. Хотя хорошо, что не перед ним. Не то даже подумать страшно, что бы с тобой произошло, попади ты сюда в разгар штурма.

Тут Дарни невольно вспомнила валун, который обрушился на лестницу. А вернее то, из чего, как ей показалось, он состоял. Те существа очень походили на многих из сегодняшних нападавших: были такими же плотными и прочными.

«Неужели они неустанно следили за дворцом? – промелькнуло в голове девочки. – А когда увидели появившуюся оттуда лестницу, решили ее разрушить? Зачем? Чтобы я сюда не добралась? Значит, они чувствуют, что я смогу помочь королевству? Вот это, да! Все об этом знают, только мне одной ничего не известно. Потом я здесь все-таки появилась. И они тут же напали. Чтобы я не успела понять, в чем моя сила?».

И обратившись к принцессе, попросила:

– Селена, расскажи, пожалуйста, что это вообще такое?

– Охотно, – устроившись напротив ребят в кресле, отозвалась та. – Вы угощайтесь, а я буду рассказывать.

Наше королевство существует давным-давно. Последнюю тысячу лет им управлял мой добрый мудрый отец. И все его подданные были счастливы. Они жили в достатке, их никто не разорял, ведь в Скайланде не было войн. Даже два многочисленных племени великанов: походивших на каменные глыбы Стоунов и напоминавших гигантские деревья Вудов, – обитавших в соседних горах, не решались на нас напасть. Потому что мой отец был могущественным чародеем. Пятьсот лет назад в этих местах объявилась черная ведьма Бруханегра. Она решила завоевать наши благодатные земли. И уговорила великанов выступить на ее стороне. В награду ведьма пообещала им половину королевства. Те согласились. Ведь жить на равнине, богатой лесами и реками, гораздо лучше, чем на голых горных склонах. Собрав силы, они неожиданно напали на Скайланд. В первые часы перевес был на их стороне. Наши воины бились отчаянно. Но, будучи не готовыми к войне, шаг за шагом отступали. Увидев это, отец пришел в ярость. Он так разгневался, что сотворенная им магия в считанные минуты уничтожила коварных врагов. Она раздробила Стоунов на мелкие камни, а Вудов разнесла в щепы. Собрав весь этот хлам, отец ссыпал его подальше от королевства по обе стороны одинокой горы. А на ее вершине разбросал останки, стертой в порошок, Бруханегры, которые сковал льдом. Теперь это называют «Триединый клык». Последующие пятьсот лет были для нас безоблачными. Но год назад мой отец скончался. И вокруг Скайланда начали происходить тревожные события. Я почувствовала, что Брухонегра пытается возродить себя и великанов. Наверное, это произошло потому, что после кончины отца его сдерживающая магия, витавшая над «Триединым клыком», ослабела. Поэтому я бросилась искать помощь. Вот и все.

– Странно получается, – пожал плечами Питер. – Неужели тебя отец не научил магии? Если бы ты ее применила, тоже всех врагов в пух и прах разнесла.

– У нас этому не учат, – пояснила Селена. – Магические знания в единый миг вливаются в наследника Неисчерпаемым ковшом, лишь только тот встает на престол. А я пока принцесса.

– Так почему ты королевой не становишься? – удивился Питер.

– Есть еще одна наследница, моя сестра, – сказала Селена. – Хотя она и младше меня, я не могу занять трон, пока она добровольно не откажется от него в мою пользу. В нашем королевстве бразды правления не передаются старшим детям, как в других странах.

– Что же…, – начал, было, мальчик, но Дарни его перебила.

– Подожди, пожалуйста, – сказала она. – Сейчас не время выяснять родословную королевской семьи. Лучше давайте подумаем, что я могу сделать.

В ответ Питер с Селеной только пожали плечами.

– И я не знаю, – вздохнула девочка.

– Тогда вот, что сделаем, – предложила принцесса. – До рассвета есть еще немного времени. Отправляйся-ка ты, милая, отдыхать. Уляжешься в мягкую постель, расслабишься и спокойно подумаешь, в чем твоя сила. Например, что ты хорошо умеешь делать и здесь способна применить. Может, ответ на поверхности лежит. Просто из-за своей обыденности он тебе в глаза не бросается.

С этими словами она поднялась и повела ребят по коридору. В его середине для них отвели спальни: одну напротив другой. Пожелав им спокойной ночи, Селена удалилась.

Решив не снимать верхнюю одежду, Дарни улеглась поверх одеяла и задумалась.

«Сначала надо понять, что я вообще делаю. А уж потом решить, что делаю хорошо, – принялась размышлять она. – Итак: учусь в школе, помогаю маме по хозяйству, читаю книги, смотрю телевизор, пишу историйки. Кстати, я уже три дня к ним не притрагивалась. – И, мысленно обратившись к их героям, добавила, – Вы уж на меня не обижайтесь, милые мои Стоуники и Вудики. Я о вас не забыла. Как только получится, сразу к вам вернусь. Ведь я очень соскучилась. – А потом продолжила перечислять, – Еще я…», – и тут же спохватилась.

– Постой, постой…, – сосредоточенно забормотала девочка. – А Стоуники и Вудики, которых я выдумала, не осколки ли настоящих Стоунов и Вудов?! Если представить, что да, тогда… Тогда выходит, что ведьма не сможет завоевать Скайланд, пока те снова в великанов не превратятся! А такое произойдет лишь после того как я собственной рукой историйки перепишу. И из маленьких весельчаков огромных злодеев сделаю. Ведь именно об этом старуха тому дядьке говорила. Вот это, да! Надо срочно все принцессе рассказать!

Но едва Дарни поднялась с кровати, как дверь распахнулась, и в спальню вбежал Арктур. Увидев девочку, он поспешно сказал:

– Прости, что без стука! Вижу, тебя эти звуки уже разбудили?!

– Какие звуки? – не поняла Дарни. – По-моему, кругом все тихо.

– Значит, они сюда пока не докатились, – продолжил Арктур. – У меня есть сведения, что на это крыло дворца скоро произойдет нападение. Поэтому быстро собирайся, я отведу тебя в безопасное место. И сумку не забудь, чтобы все вещи при тебе были: ну, зубная паста там, щетка, контур для губ…

– Да не пользуюсь я контуром, мне еще рано, – дернула плечом девочка. – Только термос с чаем. Наверное, он еще горячий, потому что я в пути не успела…

– Все, все, прекращаем разговоры, бежим! – прервал ее Арктур и, крепко взяв за руку, повлек к двери.

Только они оказались в коридоре, как из противоположной спальни выбежал Питер.

– Куда ты ее тащишь? – хмуро спросил он.

– Не тащу, а веду в безопасное место, – парировал Арктур.

– А меня, почему не ведешь? – подозрительно сощурился мальчик.

– Я за тобой позже приду. Не мешай, возвращайся в свою комнату, – отрезал тот.

– Нет, я без Питера никуда не пойду! – громко запротестовала Дарни.

В этот момент в конце коридора распахнулась двухстворчатая дверь, и оттуда вышла Селена. Сейчас она совсем не походила на принцессу, потому что была одета по-домашнему просто. Поверх ночной сорочки на ее плечи был накинут неброский халат. Поеживаясь и сонно моргая, Селена спросила:

– Вы, что тут расшумелись?

– Принцесса, – тут же подбежав к ней, отчеканил Арктур, – мне поступили сведения о готовящемся нападении. Вот, пытаюсь обезопасить твою гостью. А она отказывается.

Услышав о готовящемся нападении, принцесса как-то сразу подобралась и со словами: «Ждите тут, никуда не уходите!», – скрылась в своей спальне.

Через минуту Селена снова появилась. Теперь она выглядела, как настоящий воин. На ней были надеты сапоги, брюки и короткий камзол, который прикрывали легкие металлические доспехи. С пояса принцессы свисал меч. Дарни, разглядывая ее, удивленно хлопала глазами.

– Ты на меня так смотришь, словно видишь какую-то несуразицу, – усмехнулась Селена. – В случае опасности я всегда так одеваюсь. И мечом неплохо владею. Против меня десяток опытных бойцов не могут устоять. Лучше скажи, почему ты отказываешься следовать за Арктуром?

– Он мне про какие-то тревожные звуки начал говорить, – насупилась девочка. – А кругом тишина стоит.

Принцесса вопросительно взглянула не придворного. Тот замялся, пожевал губами, а потом сказал:

– Иногда сведения бывают недостоверными. Может, и сейчас так произошло. Но я решил упредить события.

– Тогда иди и проверь эти сведения еще раз. Как исполнишь, немедленно доложи. Если они подтвердятся, будем готовиться к штурму.

Арктур поклонился и поспешно ушел.

– А нам, что делать? – спросила Дарни.

– Пойдемте в каминный зал, что-нибудь перекусим, – предложила Селена. – Если начнется бой, неизвестно, когда поесть посчастливится.

Едва они там расселись, девочка спросила:

– Скажи, Селена, а кто такой Арктур?

– Если я стану называть его многочисленные чины, звания и награды, вы запутаетесь, – ответила та. – Поэтому скажу просто: он – мой ближайший соратник.

– То есть, ты ему полностью доверяешь, – заключила Дарни.

– Конечно, – кивнула принцесса. – Ведь кроме всего прочего Арктур – мой родственник. А кровные узы, как ты, наверное, знаешь, очень надежная вещь.

Вдруг она слегка сдвинула брови и, с прищуром взглянув на девочку, сказала:

– А почему ты об этом заговорила? Тебя что-то насторожило?

– Нет, нет, не обращай внимания, – начала отнекиваться та.

– Если ты ошибешься, ничего страшного не будет, – сказала Селена. – Прошу тебя, поделись своими сомнениями. Может быть, я не все вокруг себя вижу. Тогда ты мне и в этом поможешь.

– Ладно, – кивнула Дарни. – Вот смотри. Если верить словам Арктура, всем нам грозила опасность. Но он хотел увести только меня. А Питера не захотел. К тому же, как я думаю, он был должен тебя в первую очередь оповестить. И еще он к моей сумке прицепился. Все время о ней говорит, будто боится, что я ее потеряю.

Едва дослушав, принцесса прыснула смехом.

– Ты, что?! – не поняла девочка.

Но та, безудержно хохоча, только махала руками и не произносила ни слова. Самое обидное было в том, что ей вторил Питер. Дарни насупилась.

– Не дуйся, – вытерев выступившие слезы, наконец, произнесла принцесса, – меня замечание про сумку очень развеселило. А на твои слова я так отвечу. В нашем королевстве званый гость окружен особым почетом. И тот, кому его поручают, несет за него полную ответственность. Он должен даже жизнью поступиться, только бы с гостем все было хорошо. Поэтому Арктур так о тебе и печется. А о Питере, понятное дело, нет. Если бы что случилось, его обычные воины в безопасное место вывели. О моем спасении вообще речь не идет – я за себя постоять способна. А доложить о надвигающейся беде он и на пять минут позже мог бы. После того, как тебя укрыл. И ничего страшного не произошло бы. Потому что о готовящемся нападении военачальники вовремя узнают, которые и принимают решения, как атаку отразить. Поняла?

– Угу, – кивнула девочка.

– А в отношении сумки вот, что скажу, – снова заулыбалась Селена. – Она для многих женщин бесценна. Потому что в ней масса милых сердцу мелочей умещается. Смотришь, и сумка-то вроде размером с кулачок, а начинаешь из нее безделушки вынимать, мешка не хватает. Потеря одной равносильная вселенской трагедии. И Арктур об этом прекрасно знает, вот и беспокоится. Не хочет, чтобы ты расстроилась. Кстати, у тебя там что-нибудь ценное хранится?

– Золотых украшений в ней, конечно, нет, – в ответ улыбнулась Дарни. – Но есть одна вещь, которая дороже всего может оказаться. Я о ней вспомнила, когда в спальне очутилась.

– То есть, ответ на поверхности лежал? – оживилась принцесса. – Ну-ка, ну-ка!

Но девочка не успела ничего сказать, потому что в зал вошел Арктур.

– Селена, тебя ожидают военачальники, – сказал он. – Они срочно хотят посоветоваться. Эти твари что-то затевают.

– Как, до рассвета?! Странно. Ведь после приема колдовского зелья они только утром должны в полную силу войти, – вскинула брови Селена. – Что ж, идем. – И, взглянув на ребят, добавила, – Вы пока тут подождите. Если что-то будет не так, оповещу.

И оба удалились.

По прошествии некоторого времени в зале снова появился Арктур. Обратившись к Дарни, он произнес:

– Селена распорядилась тебя в безопасное место вывести. Сама прийти не смогла – военный совет еще не закончился. Поэтому решай: будешь противиться или согласишься? Спрашиваю потому, что чувствую: ты мне не доверяешь.

– Да нет, отчего же, теперь доверяю, – сказала девочка и поднялась с дивана.

– Прекрасно! – с облегчением выдохнул Арктур. – Тогда следуй за мной. О своем друге не беспокойся – за ним скоро придут.

Перед выходом из зала девочка оглянулась. Питер ободряюще улыбнулся и вскинул руку со сжатым кулаком: мол, ничего, прорвемся.

Арктур, периодически прислушиваясь, долго вел Дарни сквозь многочисленные коридоры, залы и переходы дворца. Они протянулись нескончаемой чередой. Вскоре у девочки начало рябить в глазах. Хотя ей порой казалось, что интерьеры некоторых помещений, будто повторяются.

«Даже не представляла, что дворец внутри – такой огромный, – размышляла она. – До дальних покоев, куда меня Селена сопровождала, значительно ближе было. Или мы так хитро петляем, чтобы следы запутать? Если бы мне пришлось одной возвращаться, никогда обратную дорогу не нашла».

Наконец, оба начали подниматься по узкой винтовой лестнице, которая, очевидно, вела в одну из башен дворца. Достигнув верхней площадки, девочка увидела крепкую дубовую дверь. Ее полотно было усилено широкими железными полосами. Когда оно распахнулось, Дарни увидела тесную комнатку с узким стрельчатым оконцем. По обе стороны от него горели два факела. Из мебели там была только, накрытая одеялом, лавка. Рядом с ней стоял небольшой мешок и кувшин с водой.

– Не взыщи, – будто извинившись, сказал Арктур. – Конечно, не так уютно, как в каминном зале. Зато надежно. Тут до тебя никто не доберется. Еда и вода – вот тут. Держись! Скоро я за тобой приду, – и вышел.

Едва дверь за ним затворилась, как девочка услышала, что в замке провернулся ключ.

– Эй, ты зачем это сделал?! – крикнула она.

– Для твоего же блага, – невозмутимо отозвался Арктур. – Если враги вдруг прорвутся и окажутся здесь, то, увидев закрытую дверь, подумают, что комната пуста. И не станут в нее ломиться.

Когда его шаги стихли, Дарни забралась с ногами на лавку и задумалась. В ее представлении, получалась какая-то чепуха. С одной стороны, запас продуктов. То есть, вроде бы на долгое время. С другой стороны, уверенное заявление «скоро я за тобой приду». Нет бы сказал «надеюсь» или «верю». А тут – «скоро». Еще и ключ забрал. Значит, не сомневается, что вернется? Не боится, что с ним в бою что-то произойдет, и он, например, погибнет? Но ведь Арктур, взрослый мужчина, должен был такое допустить и понять, что в подобном случае она никогда отсюда не выберется. Однако запасной ключ ей не оставил.

Наверное, Дарни и дальше развивала бы эту мысль, как воздух за стенами замка, будто взорвался. Толпы тварей с яростным ревом бросились в атаку. Все вокруг тут же огласилось криками и звоном оружия.

«Когда же этот кошмар закончится?!», – с содроганием подумала девочка.

И тут спохватилась.

– Когда, когда?! – крикнула она сама себе. – Когда ты прекратишь сидеть на лавке, как курица на насесте, и делом займешься!

Дарни расстегнула на сумке молнию и достала тетрадь. Закусив карандаш, она принялась поводить глазами в поисках сюжета новой историйки. Девочка чувствовала, нет, она была почти уверена, что это поможет. Так Дарни просидела какое-то время, но ничего путного ей в голову не пришло. Ее постоянно отвлекал нарастающий шум битвы.

– Все, хватит! – приказала она правой руке. – Давай, начинай писать первую строчку! А дальше само пойдет.

Та, крепко сжав карандаш, послушно приблизилась к тетрадному листу и вывела:

«Однажды Стоуники и Вудики пошли купаться на речку».

– Ну, ну, еще! – затеребила ее девочка.

Рука поколебалась, а затем написала:

«Она протекала недалеко».

В этот момент комната озарилась вспышкой. Взглянув на окно, Дарни поняла, что за ним заполыхали многочисленные пожары.

– Не дайте им прорваться! – послышались снаружи отчаянные крики. – Со стен – ни шага!

Судя по всему, враги предприняли такую мощную атаку, что сдержать ее было крайне тяжело.

– Неужели ты больше ни на что не способна?! – вновь обратилась к руке девочка.

Та вздрогнула и явила еще одну строчку:

«На небе светило солнце, и было очень тепло. Вдоль речки зеленели кустики, и желтел песок».

– Фу, ты! – раздосадовано фыркнула Дарни. – Пейзаж можно до бесконечности описывать. Но тогда мы до главного не доберемся.

Крики и звон оружия стали громче.

«Неужели враги уже стену миновали, и я закончить не успею?!», – мысленно ахнула девочка.

Тут она услышала отчаянное пыхтение и, скосив глаза, увидела, что из сумки поспешно выбирается плед.

«А если он колдовскими чарами ведьмы пропитался и теперь хочет на меня напасть?!», – с испугом подумала Дарни и, съежившись, непроизвольно подтянула ноги ближе к груди.

Оказавшись на полу, плед развернулся и принялся подрагивать. От этих движений цветы орнамента на нем начали раскачиваться вверх-вниз. Вместе с ними задвигались и вышитые крылатые существа. Вскоре те оторвались от поверхности пледа и зависли в воздухе. С каждым взмахом крыльев существа увеличивались, пока не достигли размеров кошки. Издав раздраженное шипение, они устремились к оконцу. Выскользнув из него, существа сразу же обернулись огромными грифонами, которые, спикировав, обрушались на тварей. Среди нападавших началась паника. Защитники дворца дружно закричали: «Ура! Подмога!», – и начали теснить противника. Судя по удаляющимся воплям отчаяния, враги откатились за пределы крайнего оборонительного рубежа.

– Грифоны дали мне возможность историйку дописать! – воскликнула Дарни и вновь обратилась к тетради.

На этот раз дело пошло веселее. Воодушевившись отступлением неприятеля, мысли вышли из оцепенения и присоединились к руке. Правда, та не писала своим обычным, красивым и аккуратным, почерком. Буквы скакали рассыпавшимся горохом, а неровные строчки наползали одна на другую.

«Человечки плескались и вздымали облака брызг. Они, то плавали наперегонки, то играли в пятнашки, то плюхались в воду „бомбочкой“. Им было очень весело. Вдруг рядом с ними раздался противный голос. И они увидели жуткую старуху в черных лохмотьях».

В этот момент за окном возник чудовищный грохот. От этого стены комнатки заходили ходуном, а рев тварей снова приблизился. Наверное, ведьма изрыгнула мощнейшее заклинание, которое придало нападавшим силы для новой атаки.

«Хватит бездельничать! – прорычала ведьма. – Лучше делом займитесь! Помогите мне вон тот дворец захватить! А я вам взамен в нем жить позволю. Не бойтесь, на стену карабкаться не придется. У меня там верный человек есть. Он откроет ворота».

Стало слышно, что площадь перед дворцом наполнилась топотом многочисленных ног. Судя по всему, твари преодолели последнюю крепостную стену.

«Предложение было очень неожиданным. Поэтому первые мгновения Стоуники с Вудиками стояли и недоуменно переглядывались. Наверное, ведьма расценила их молчание как желание выторговать больше. Поэтому она сказала: „Еще и часть королевских земель подарю“.

От основания башни кверху устремились звуки бега разъяренной толпы захватчиков.

– Ой, я так ничего не успею! – испуганно прошептала Дарни и продолжила.

„Нам чужого не надо“, – ответили человечки. – „Ах, так?!“, – завопила злодейка. – „Тогда я вас покараю!“. И она начала творить сильнейшее темное заклинание».

В этот момент дверь комнатки сотряслась от жуткого удара, словно в нее выпалили из пушки.

– Ну же, ну же, ну! – взвыл снаружи противный старушечий голос.

Удары посыпались чаще. Дверь заходила ходуном и затрещала. Девочка в страхе вздрогнула и непроизвольно надавила на карандаш. Если бы он был обычным, его грифель наверняка сломался, и писать стало бы нечем. Но этот, подаренный госпожой Мартой, остался целым. Поэтому Дарни смогла продолжить.

«Несмотря на свой небольшой рост, человечки были храбрыми и сильными. Они сжали кулачки и начали колотить ведьму…».

Тут одна из досок двери раскрошилась в щепы. И в образовавшуюся брешь стали протискиваться атакующие.

Чтобы не было никаких сомнений, девочка поспешно добавила: «…коварную Бруханегру», – и в тревоге взглянула на дверь.

Прорывавшиеся твари в проломе застыли в оцепенении.

«Неужели получилось?!», – мысленно ахнула Дарни и вывела еще пару строк.

«Та взвыла от страха и бросилась наутек за тридевять земель. Туда, откуда ей никогда не суждено вернуться. Вместе с ней исчез и предатель Арктур. А Стоуники и Вудики продолжили весело плескаться в реке».

Поставив точку, девочка вскинула взгляд. В щели никого не было видно. Во дворце стояла тишина. Лишь за его пределами слышался удаляющийся, преисполненный отчаяния, визг.

Несмотря на это, Дарни в напряжении продолжила оставаться на месте.

«А вдруг не получилось? – тревожно размышляла она. – Вдруг они затаились, чтобы собраться с силами для решающей атаки?».

Так прошла минута, затем пять минут и десять. Вдруг на винтовой лестнице послышались поспешные шаги.

«Неужели Бруханегра возвращается?!», – с содроганием подумала Дарни и вскинула острие карандаша, как пику.

Она решила биться до конца.

В скважине зашевелился ключ, замок податливо щелкнул, и дверь распахнулась. В проеме появилась запыхавшаяся Селена.

Окинув девочку взволнованным взглядом, она спросила:

– Ты, как?!

– Нормально, – ответила та, – а ты?

– Как видишь, тоже, – кивнула принцесса и обессилено опустилась на скамью рядом с Дарни.

Немного отдышавшись, Селена сказала:

– Думала, через несколько минут королевству конец придет. Но вдруг какое-то чудо произошло! Враги в единый миг исчезли!

Она недоуменно, будто все еще не в силах поверить в спасение, повела глазами и увидела раскрытую тетрадь.

– Ну-ка, ну-ка, покажи, что ты тут написала? – пробормотала Селена и углубилась в чтение.

Пока она читала, в комнатке появился Питер.

Закончив, Селена засияла от счастья и, обратившись к Дарни, с благодарностью произнесла:

– Спасибо тебе, милая! Теперь я поняла, в чем твоя магическая сила!

Затем она сделала короткую паузу и, покачав головой, добавила:

– Только, по-моему, зря ты так с Арктуром поступила. Он всегда верным соратником был.

– Ничего и не зря! – вмешался в разговор Питер. – Тот мечтал твое место занять. Так в королевских домах нередко бывает. Поэтому он в сговор с Бруханегрой и вступил. Я слышал, как она ему должность наместника предложила, если он Дарни отыщет. А еще вспомни, как ты его направила проверить подлинность сведений о готовящемся нападении. Он потом с таким довольным видом вернулся. Только ты, пребывая в тревоге, на это внимания не обратила.

– Да, но ведь нападение состоялось, – попыталась возразить Селена.

– Конечно, состоялось, – сказал Питер. – Потому что он ведьме сообщил, что Дарни нашлась и во дворце находится. Вот Бруханегра сразу же, не дожидаясь рассвета, и атаковала. Чтобы у Арктура повод появился Дарни изолировать. И поверь, если бы он был честным человеком, запись Дарни ему не навредила. Потому что с хороших людей дурная молва и косые взгляды, как дождь с оконного стекла, скатываются.

– Какой же ты, Питер, не по годам мудрый мальчик! – с уважением воскликнула Селена.

«Ага, – мысленно хмыкнула Дарни, – если бы еще и учился, как следует, ему цены не было».

В это время в комнатке появился старший страж.

– Принцесса, – торжественно произнес он, – у дверей дворца тебя ожидает делегация.

– Делегация?! – удивленно вскинула брови Селена. – Что ж, проводи ее в тронный зал. Я сейчас приду.

И, обратившись к ребятам, сказала:

– Составьте мне, пожалуйста, компанию. Я с вами себя более уверенно чувствую.

Когда все трое вошли в зал, то увидели двух небольших, с метр высотой существ. Фигура каждого выглядела необычайно мощной. У одного она, будто состояла из прочной скальной породы, а у второго – из столетнего крепчайшего дуба. Оба чинно поклонились и промолвили:

– Принцесса, мы – старейшины Стоунов и Вудов. Прости, что, подпав под чары ведьмы, атаковали твое королевство. Но сейчас мы опомнились и прогнали ее прочь. Поэтому пришли просить о вечном мире. Если ты согласна, обещай, что за наши прегрешения не превратишь нас в камни и щепы, как это сделал твой отец. А мы клянемся не только впредь не нападать, но и всемерно поддерживать тебя в трудную минуту. Ведь, несмотря на наш небольшой рост, мы – очень храбрые и сильные.

– Я согласна, – не задумываясь, сказала Селена. – Будем жить, как добрые соседи. Станем друг другу помогать и в гости ходить.

– В гости?! – радостно воскликнули человечки. – В званые?!

– Конечно, в званые. Как же иначе? – улыбнулась собеседница.

– О, благодарим тебя, принцесса! – склонили головы старейшины. – А сейчас, если позволишь, мы отправимся обрадовать этой вестью наши народы, – и повернулись к выходу.

Селена взглянула на тетрадь, которую девочка все еще держала в руках, и спросила:

– Кстати, вы не хотели бы снова сделаться великанами?

– Нет, нет, что ты! – замахали оба руками. – Когда мы были огромными, нас переполняла воинственность и злоба. А теперь внутри нас царит миролюбивость и доброта. И мы хотим со всеми дружить.

После этого переговорщики ушли. Проводив их взглядом, Дарни сказала:

– Знаешь, Селена, хотя все так хорошо сложилось, думаю, тебе все же надо королевой стать. Чтобы, на всякий случай, безграничную чародейскую силу обрести. Хочешь, мы с твоей младшей сестрой поговорим, постараемся ее убедить от трона отказаться?

– К сожалению, не получится, – вздохнула принцесса, – она не здесь, а в вашем мире живет. А для отречения сестра должна сама, по доброй воле сюда явиться. И, обратившись к каждому из семи имен Неисчерпаемого ковша, торжественно заявить о своем отказе.

– Семь имен? – задумчиво сдвинул брови Питер. – А ты, случайно, не Большую ли медведицу имеешь в виду?

– Да, – кивнула Селена, – это созвездие у вас именно так зовется. У него – много имен: у каждого народа – свое. Но у всех оно считается очень мощным священным покровителем.

– Почему же сестра не хочет сюда прибыть? – удивилась девочка. – Она на тебя за что-то обиделась?

– Нет, – покачала головой Селена. – Думаю, та просто ничего об этом не знает.

– Как это? – не поняла Дарни.

– Это – великая тайна нашей семьи, – тихо сказала собеседница. – О ней никто не знает. Даже Арктур не знал. Наверное, поэтому и считал себя единственным претендентом на престол, кроме меня. Но вам я ее поведаю. В благодарность за то, что вы сделали для Скайланда. Когда я была подростком, мой отец овдовел. Прошли годы, и он полюбил земную женщину, которую встретил во время одного из путешествий в ваш мир. Он, в отличие от меня, бывал там нередко, потому что перемещался туда с помощью магии. Отцу очень нравились тамошние просторы, и он ими неустанно любовался. Вскоре у них родилась дочь. Взяв возлюбленную и ребенка, он отправился в Скайланд. Но по пути случилась какая-то беда. Что именно произошло, отец мне никогда не говорил. Я лишь смутно догадываюсь, что ему неожиданно пришлось вступить в бой. Решив их уберечь, он при помощи магического заклинания направил обеих обратно. Это было в начале марта, когда тепло еще не установилось. Поэтому, чтобы кроха не замерзла, он укутал ее в плед. Когда все благополучно закончилось, отец за ними вернулся. Но там, где рассчитывал, мать и дитя не обнаружил. Наверное, та сила, что ему противостояла, исказила его заклинание и забросила их в другое место. Многолетние поиски никакого результата не дали.

– То есть, ты ей об этом никак не можешь сообщить? – сочувственно спросила Дарни.

– А куда? Ваш мир – необъятен, – воскликнула Селена. – Другое дело, если бы сестра мне весточку подала о том месте, где находится. Думаю, у нее это получилось бы. Ведь она от отца должна была часть сверхъестественных способностей унаследовать. И я сразу ее сюда пригласила бы. Только сестра живет и ни о чем не догадывается.

– Скажи, она давно потерялась? – поинтересовалась Дарни.

– Около двух столетий назад, – сказала Селена. – Не удивляйся, мы, жители королевства, очень долго живем. Думаю, моя сестра еще здравствует.

Дарни взглянула на посветлевшие окна и, поняв, что приблизился рассвет, заторопилась.

– Знаешь, Селена, нам, наверное, назад надо отправляться, – сказала она. – Если еще что-нибудь понадобится, сообщи. Мы тут же явимся.

– К сожалению, это невозможно, – грустно отозвалась принцесса. – Люди из вашего мира могут посетить Скайланд лишь единожды. Поэтому, прощай. И прости, что за наше спасение не смогу тебя одарить ни золотом, ни серебром. Даже если бы я этого очень захотела, ничего не получится. У нас принято помогать бесплатно.

– Даже если бы ты могла, я ничего не взяла бы, – искренне воскликнула девочка. – Потому что такое не только у вас принято, – и направилась к выходу.

– Правда, я очень надеюсь, что тебя отблагодарит Неисчерпаемый ковш, – по пути сказала принцесса. – Наделит чем-нибудь. Какой-нибудь уникальной способностью, например.

Они вышли на площадь и увидели толпу жителей. Лица у всех сияли от счастья. После трепетных объятий Селены ребята расстелили пледы и, усевшись на них, поднялись в воздух. Едва они преодолели защитное кольцо облака, как половинки соединились и образовали целое полотно. Ребята оказались бок о бок. Несмотря на встречный, довольно холодный ветер Дарни отчего-то почувствовала себя комфортно и уютно.

«Наверное, из-за того, что присутствие Питера внушает надежность», – с улыбкой предположила она.

– О чем ты сейчас думаешь? – спросил мальчик.

– А ты, о чем? – вместо ответа задала вопрос Дарни.

– Я первым спросил, – сказал Питер.

– Но я же – девочка, – возразила та. – А мальчики девочкам должны уступать.

– Ладно, скажу, – махнул рукой тот. – Я думаю, что мне с тобой рядом хорошо. Теперь – твоя очередь.

– И я об этом думаю, – смутившись, сказала Дарни.

– Слушай, – оживился Питер, – тогда давай за одной партой сидеть!

– Давай, – кивнула девочка. – Я с Жаком поговорю. Думаю, он согласится с тобой местами поменяться.

– Пусть попробует не согласиться, – нахмурился мальчик. – Тогда я с ним сам поговорю, – и сжал кулак.

– Нет, нет, нет! – запротестовала Дарни. – Только без драки, пожалуйста! Не то ты ему, чего доброго, синяк поставишь или нос расквасишь. Тогда он не сможет свою фотографию в «Большой журнал всякой всячины» направить.

– Зачем? – не понял Питер.

– На конкурс «Самый очаровательный подросток», который он мечтает выиграть, – пояснила девочка.

– Ему бы спортом заняться, а не волосы прилизывать, – проворчал Питер.

– Не придирайся, – с укоризной сказала Дарни, – у каждого – свое увлечение. Лучше давай я к тебе переберусь. Ведь ты же один сидишь.

– Вот придумала! – ахнул Питер. – Отличница и на последней парте! Нет уж, давай я – к тебе. А Жака я уговорю. Не беспокойся, без драки. Я ему на неделю свой телескоп дам. Он на него давно поглядывает. А за твоей партой я, может, лучше учиться стану.

– Вот в этом можешь не сомневаться, – заверила Дарни. – Теперь я тобой займусь.

Тут она лукаво взглянула на Питера и спросила:

– Слушай, а ты хочешь пересесть не для того, чтобы меня стало удобнее дразнить?

– Нет, что ты! – закрутил головой тот. – Я тебя больше никогда дразнить не стану.

– А почему ты раньше это делал? – поинтересовалась Дарни.

– Хотел твое внимание привлечь, – зарделся от смущения Питер.

– Разве так мальчики внимание девочек привлекают? – рассмеялась та. – Они их за косички дергают или портфелем колотят.

– Косичек у тебя нет, – улыбнулся Питер. – А в портфеле я «Атлас звездного неба» ношу, иногда его на уроке украдкой читаю. Он тяжелый, тебе больно было бы.

За разговором ребята не заметили, как достигли пожарной каланчи. Едва они приземлились, плед свернулся и юркнул в сумку девочки. Кругом царила ночная темнота. В этот момент городские часы пробили половину одиннадцатого. То есть, с момента отправления девочки прошло всего полчаса. Дарни проворно поднялась на верхнюю площадку, распустила кольцо времени, и ребята поспешили домой.

Оказавшись в своей комнате, девочка подумала:

«Надо будет завтра пораньше в школу выйти и к госпоже Марте завернуть. Возвращу плед, поблагодарю и вкратце поделюсь тем, что произошло. Если ей станет интересно, тогда после уроков зайду и обо всем подробно расскажу».

Из большой комнаты донеслись голоса родителей. Переодевшись, Дарни приоткрыла дверь и выглянула.

– Ой, прости, – спохватилась мама, – мы тебе заснуть не даем.

– Я пока не хочу спать, – улыбнулась девочка. – Если не возражаете, через полчасика лягу. А вы, почему не ложитесь?

– Да вот, поздравление сочиняем, – сказал папа.

– Кому? – поинтересовалась Дарни, и тут на столе увидела красивую коробку с пышным бантом. – У кого-то торжество намечается?

– Да, – ответила мама, – у госпожи Марты завтра – день рождения, и мы, как всегда, приглашены.

– Как всегда?! – изумилась девочка. – Впервые слышу, что вы раньше к ней ходили. Почему ни разу не сказали?

– Да мы этому никогда значения не придавали, – пожал плечами папа. – И ты не интересовалась. Ну, пошли кого-то поздравить и пошли.

– И много там гостей будет? – спросила Дарни. – В ее возрасте, наверное, тяжело большую компанию принимать. Может быть, ей чем-нибудь помочь?

– Там лишь мы одни будем, – сказал папа. – Кроме подарка традиционно принесем тортик, мама заварит чай. Так что не волнуйся, ей это будет не обременительно.

– А почему только вы? – продолжила допытываться девочка. – У вас прямо какое-то привилегированное положение получается.

– Ты не раз слышала, – сказал папа, – что госпожа Марта, будучи зрелой женщиной, взялась опекать твоего прадеда, когда тот был подростком. В это трудно поверить, но было именно так. Она заботилась о нем и даже дополнительно учила разным предметам. Когда он стал взрослым, то продолжил ее навещать. Эта традиция передалась его сыну, твоему деду, а потом и мне. Раз в неделю мы с мамой ходили к ней и развлекали разговорами. Но однажды, за месяц до твоего рождения она нам сказала: «Дорогие мои! Я очень благодарна вам за доброту. Но скоро у вас появится малышка. Поэтому прошу: свое время лучше посвящайте ей. А меня навещайте реже. Ну, скажем, раз в год». Естественно, мы не смогли не последовать ее просьбе, и стали посещать ее лишь в день рождения. Теперь поняла?

– Угу, – кивнула Дарни и, озадаченная, вернулась в свою комнату.

На следующее утро девочка отправилась к дому госпожи Марты. Та, как всегда, сидела на стульчике возле входа в свой дом.

– Здравствуйте, госпожа Марта, с днем рождения! – приветствовала ее Дарни. – Спасибо вам за плед. Вот он, возьмите.

– Вижу, не удалось в Скайланде побывать? – спросила та.

– Что вы, наоборот! – воскликнула Дарни и рассказала ей о произошедших событиях.

Но не обо всех. Она намеренно опустила детали жутких атак и своих переживаний. Поскольку сочла некорректным портить ими настроение старушке в день рождения. Поэтому сообщила только о счастливом окончании истории и рассказе Селены о сестре: о том, что та ее разыскивает.

– Хм, какая необычная история, – как показалось, немного растерянно произнесла госпожа Марта.

– Если хотите, я ее вам более подробно расскажу, – предложила Дарни. – Завтра после школы, например. Сегодня-то не получится – ведь вы будете гостями заняты.

– Конечно, конечно, – закивала старушка и погрузилась в задумчивость.

Вечером мама надела праздничное платье, папа повязал галстук, и оба отправились поздравлять госпожу Марту. Но не прошло и получаса, как они вернулись. Вид у них был растерянным.

– Что случилось? – удивилась Дарни.

– Госпожа Марта исчезла, – недоуменно пробормотал папа.

– Как исчезла?! – ахнула девочка. – Вы в полицию сообщили?!

– Нет, – покачал головой папа, – потому что следов борьбы в доме не было. К тому же в нашем городе лет двести никаких преступлений не совершается. Мы вошли, видим, на столе лежит записка.

«Милые мои! Спасибо, что пришли. Уверена, ваш подарок, как всегда, замечательный. Присаживайтесь, угощайтесь. Обо мне не беспокойтесь. У меня все – хорошо. Не тратьте время и нервы: не ищите меня.

Любящая вас Марта».

Какое-то время все стояли в оцепенении. Потом папа зябко передернул плечами и сказал:

– Как-то в доме очень прохладно стало. Хотя удивляться нечему – начало марта. Надо камин растопить. Пока дрова будут разгораться, вы бы, девочки, что-нибудь теплое на себя накинули: одеяла или пледы.

Услышав последнее слово, девочка, мысленно возвратившись к рассказу принцессы, вдруг подумала:

«Начало марта, плед, долгожители Скайланда. Госпожа Марта, которая принялась опекать моего прадеда… Куда же она исчезла-то?».

Ни через неделю, ни через месяц, ни даже через два госпожа Марта в свой дом не вернулась.

Дарни с Питером шли по булыжному тротуару неширокой улочки. Кругом стояла теплынь. Солнце начищенной золотой монетой ярко сияло в безоблачном небе. Настроение у обоих было прекрасное. Во-первых, потому, что до начала летних каникул осталось чуть больше недели. А во-вторых, сегодня Питер впервые в жизни получил «пятерку». И не одну, а целых три!

Ребята беспечно болтали: делились планами на предстоящий отдых. Вдруг над их головами, едва не задев, прошелестели легкие быстрые крылья. Дарни непроизвольно вскинула взгляд, но птицу не увидела. Она лишь краем глаза заметила, будто какое-то небольшое серенькое существо проворно впорхнуло в чердачное окно почты.

– Ух, ты! – удивленно воскликнула девочка. – Шли прямиком домой, а оказались вон, где!

– Ничего себе! – подхватил Питер. – Как же мы не заметили, что такой крюк сделали?!

Через распахнутое окно был виден почтмейстер. Он сидел за конторкой и по обыкновению разбирал поступившую корреспонденцию. Услышав голоса, тот выглянул на улицу и с улыбкой сказал:

– О, Дарни, как ты вовремя появилась. Тебе – письмо.

– Правда?! – обрадовалась девочка. – Наверное, ответ из «Большого журнала всякой всячины» пришел. Может, там согласились мою большую историю напечатать?

И она в предвкушении вскрыла конверт. Из него тут же изошел свежий запах озона. Тот же, что и тогда, когда она получила письмо из Скайланда. Дарни с удивлением взглянула на конверт. Но он никак не походил на предыдущий. Этот выглядел совершенно обыденно: небольшой, серенький, с неброскими цветочками по краям. В адресе отправителя стояла надпись: «Сама знаешь, откуда». Почтовый штемпель отсутствовал.

Девочка извлекла письмо. Оно было исполнено на листе, вырванном из тетради в клеточку. Письмо содержало пару строк, без каких бы то не было вензелей и завитушек: «Приходи сегодня с Питером на каланчу. Узнаешь кое-что интересное. Твоя Селена».

– Пойдем?! – спросила приятеля Дарни.

– Конечно, пойдем! – кивнул тот. – Буду ждать тебя в десять около твоего дома.

В назначенное время Дарни привычным образом: через окно, – выбралась из комнаты, и ребята побежали в пожарной каланче. Забравшись на верхнюю площадку, девочка вскинула над головой конверт. Тут сразу же испустил короткий световой импульс. Через недолгое время из глубины гор ему навстречу устремился тонкий яркий луч. Он мчался необычайно быстро. На подлете к смотровой площадке каланчи тот резко затормозил и, словно столкнувшись с невидимой преградой, растекся широким светящимся пятном. Его диаметр был никак не меньше пары метров. Составлявшие пятно мерцающие частички пришли в движение и явили четкое цветное изображение. Ребята, как в экране телевизора, увидели обширную равнину, испещренную лентами рек и речушек. Те плавно вились между рощицами и дубравами. По берегам рек стояли аккуратные домики, походившие на маленькие замки. В центре долины высился величественный дворец. Пейзаж колыхнулся, словно поверхность пятна нежно омыли прозрачные воды, и на его фоне появилась молодая женщина. Это была Селена.

– Здравствуйте, мои дорогие! – с улыбкой приветствовала она ребят. – Я очень рада, что мы снова увиделись. Как у вас дела?

– У нас все хорошо! – радостно сообщила Дарни. – Скоро наступят каникулы. Еще Питер сегодня три «пятерки» получил. А у тебя как дела?

– Как видите, тоже, – откликнулась Селена и легким кивком головы указала себе за спину.

– Ты хочешь сказать, что вы за такое короткое время все восстановили?! – не поверила глазам девочка. – Или это – просто красивая картинка?

– Нет, не картинка, – засмеялась в ответ собеседница. – Все, что вы видите, настоящее.

– Как же вам это удалось?! – в восхищении распахнула глаза Дарни.

– Тут у нас одна необычайно мудрая дама появилась, – хитро прищурившись, ответила Селена. – Она некое предложение высказала. Сначала мы в него не поверили. Но потом решили попробовать. И получилось: все за одну ночь само по себе преобразилось!

Она отодвинулась чуть в сторону, и на освободившемся месте появилась еще одна женщина. Та была так же молода и красива, как и Селена.

– Ну, наконец-то! – воскликнула незнакомка. – Как же я по вас соскучилась!

Услышав ее голос, девочка обомлела. Не было сомнений, что он принадлежал госпоже Марте.

– Ой! – только и смогла произнести Дарни.

А Питер вообще ничего не сказал. Он стоял с открытым от изумления ртом и часто моргал глазами.

– Не удивляйтесь, – улыбнулась госпожа Марта. – Там, у вас я все нормы превзошла: несколько земных жизней прожила. Вот и была старушкой. А тут подданные королевства сотнями лет не старятся. Поэтому у меня соответствующий здешним меркам облик и появился. Неплохо выгляжу, правда?

– С чего бы тебе плохо выглядеть, сестрица? – обняв госпожу Марту, рассмеялась Селена. – Ты же на сто десять лет моложе меня!

– Спасибо тебе, Дарни, что ты мне помогла узнать, кто я такая, – склонила голову госпожа Марта. – Лишь только ты рассказала о тайне рождения младшей дочери короля, как ко мне сразу пришло понимание, что нужно сделать. Оно смутно пребывало во мне всю жизнь. Но до поры я не знала, как им распорядиться. Я подала весточку сестре и вскоре оказалась здесь. И все закончилось счастливо, как в сказках. – И, лукаво улыбнувшись, добавила, – В которые ты почему-то не веришь. Ах, да, совершенно забыла: тебе же уже одиннадцать. В таком зрелом возрасте, какие могут быть сказки?

– Была рада помочь, – в ответ поклонилась Дарни и, смутившись, негромко проронила, – А в сказки я теперь верю. Хотя, наверное, они в этом не нуждаются. Просто живут рядом с нами и в нас, вот и все.

– Селена, – с нетерпением вступил в разговор Питер, – что же со Скайландом произошло? Госпожа Марта отказалась от трона, ты стала королевой и при помощи магии все восстановила?

– Королевой я действительно стала, – ответила Селена. – Но восстановление страны – исключительно заслуга Марты. Благодаря ей, произошло то, что в свое время – с вашим городом. Был Скайланд, королевство с мужским началом, а стала Скайла. Лишь только мы исправили документы и, где надо, скрепили их печатями, все сразу стало, как прежде.

– По правде сказать, после отказа от права на престол и преображения королевства я хотела вернуться обратно, – сказала госпожа Марта. – Но сестра уговорила меня остаться. Да и то: там бы я снова оказалась одна. Ведь одиночество сопровождало меня почти всю жизнь. Я лишилась мамы, едва достигла пятилетнего возраста. А здесь у меня появилась семья: сестра и родственники. И мне очень хочется провести в их кругу оставшиеся годы.

Изображение начало меркнуть.

– Пришло время прощаться, – воскликнули Селена и Марта. – Не грустите, мы еще увидимся!

Ребята спустились к основанию каланчи и отправились домой. По дороге Дарни подумала:

«Как хорошо, что у каждого из нас есть семья: родные и близкие люди. Пусть они остаются в нашей жизни, как можно дольше!»

Глава II

Тень колдуна

Ночное небо было густо усеяно бриллиантовой россыпью звезд. Те приветливо мерцали, то слегка удлиняя, то чуть укорачивая свои лучи. От этого казалось, что они, подобно трепетным пальцам, нежно оглаживали теплый летний воздух. Тот, подрагивая от блаженства, растекался по отрогам, замерших в сонной дреме, гор.

На откосе одной из них находилась небольшая ровная площадка. В ее центре горел костерок. Языки его пламени выхватывали из темноты лица нескольких подростков. Их привел сюда старый почтмейстер. Это было для детей большой радостью, поскольку тот во время летних каникул устроил для них настоящий праздник: поход с ночевкой. Правда, родители отпустили в него далеко не всех желающих. Поэтому сейчас вокруг костра расположились только шесть мальчиков и одна девочка: Дарни.

В молодости почтмейстер мечтал стать учителем. Но все вакансии в городе были заняты, и ему пришлось выбрать другую профессию. Однако безграничная любовь к детям у него осталась, и он посвятил им все свободное время. Почтмейстер, то устраивал для них викторины, то проводил веселые соревнования, то, демонстрируя марки на конвертах, рассказывал о городах и странах, откуда пришли письма.

– Дядюшка Самуэль, расскажи, пожалуйста, какую-нибудь историю, – попросил самый младший из ребят: мальчуган с глазами цвета спелой маслины и темными вьющимися волосами.

– Какую же ты хочешь услышать историю, Антонио? – улыбнулся в ответ почтмейстер.

– Про тень колдуна, – отозвался тот.

– Это – очень страшная история, – покачал головой дядюшка Самуэль. – Послушаешь, а потом спать не будешь. Ладно, если бы я ее там рассказал, – и он кивнул в направлении, где в нескольких километрах чуть ниже площадки виднелись фонари их родного городка. – Ты был бы дома, рядом с родителями. А тут, среди гор, да еще и ночью…

– Расскажи, дядюшка Самуэль, расскажи! – хором подхватили остальные. – Мы ее толком ни разу не слышали.

– Не слышали, потому что вам еще рано, – сказал почтмейстер.

Но глаза детворы взирали на него так просительно, что он сдался.

– Ох, чувствую, мне сегодня бессонная ночь предстоит, – вздохнул дядюшка Самуэль. – Придется между палатками бродить и вас успокаивать.

– Не волнуйся, дядюшка Самуэль, не придется, – заверила Дарни. – Мы уже достаточно взрослые, нас никакими историями не напугать. А Тони я в свою палатку возьму, и ему не будет страшно. Ведь там места на двоих хватит – я же одна в ней ночевать буду.

– А я их обоих охранять стану, потому что собираюсь в свой телескоп за звездами понаблюдать, – подхватил Питер. – Усядусь у входа в палатку Дарни, а ближе к утру спать пойду. Мне двух-трех часов для отдыха хватит.

– Ну, вот, что мне с такими хитрецами делать? – покачал головой почтмейстер. – Ведь прекрасно знаете, что я вам ни в чем отказать не могу. Потому и пользуетесь моей добротой. Хорошо, слушайте.

Однажды в стародавние времена, когда нашего города не было и в помине, над этими местами вдруг возникло необычное свечение. Оно накрыло здешние горы подобием купола, который неугасимо сиял и ночью, и днем, и был виден издалека. Зрелище было настолько притягательным, что жители окрестных селений, как завороженные, устремлялись сюда целыми семьями. Они надеялись обрести здесь покой и достаток. Но едва добравшись, все от мала до велика бесследно исчезали. Когда местность вокруг гор полностью обезлюдела, купол раздался вширь. Так он двигался все дальше, занимая новые опустевшие территории. Это очень встревожило соседние народы, и они воззвали к небесам. Там, в хрустально-голубой выси раскинулась волшебная страна, именовавшаяся «Скайланд». Ее правителем был могущественный маг. Он проникся чаяниями людей, сотворил молнию и поразил ею купол. После удара окрест раскатился такой чудовищный грохот, что показалось, будто Земля раскололась на куски. Купол треснул, и из его многочисленных щелей повалил густой черный дым. Когда он рассеялся, стало видно, что от купола не осталось и следа. Обнажившаяся местность выглядела ужасно. Если бы рядом с ней оказались люди, то они от страха наверняка попадали в обморок. Все кругом было черным-черно, словно густо посыпано сажей. Основания и откосы гор усеивали странные, напоминавшие прогоревшие головешки, столбики разной высоты. Это были те, в ком когда-то пульсировала жизнь: мужчины и женщины, старики и дети. Повелитель Скайланда произнес заклинание, и они стали погружаться в почву. Горы упокоили останки несчастных, а их души вознеслись. Через недолгое время чернота исчезла, все кругом преобразилось и приняло прежний вид.

После этого почтмейстер примолк.

– Дядюшка Самуэль, – тут же подал голос Тони, – а почему ты сказал, что нам эту историю слушать рано? Даже мне не страшно.

– Ну, да, – с готовностью подхватил Питер, – сказка, она и есть сказка.

Почтмейстер вздохнул и произнес:

– Погодите, я еще не закончил. Все это выглядело бы выдумкой, если бы не одно «но». По прошествии времени в здешних горах по ночам начала появляться мрачная, клубящаяся черным дымом тень. Мой прадед ее однажды увидел. В густых вечерних сумерках та приблизилась к городу и собралась в него войти. Но в этот момент зажглись уличные фонари. Их свет отпугнул ее, и она исчезла.

– Разве тень может чем-то навредить?! – невольно перебив дядюшку Самуэля, со смехом спросил Питер. – Она же – бестелесная! Даже если вдруг дымом окутает, ничего страшного! Чихнул пару раз, и все!

– Это – не простая тень, – продолжил почтмейстер, – она принадлежит злобному колдуну. Тому, кто когда-то создал губительный купол. Ведь он, продвигая свое творение дальше и дальше, собирался захватить многие земли и уничтожить там все живое. Магическая молния повелителя Скайланда лишила колдуна сущности и превратила в тень. И теперь, как правильно сказал Питер, она не может никому навредить. Пока не найдет жертву, которая поможет колдуну возродиться. И такой жертвой обязательно должен стать ребенок. Лишь только его кровь прольется, как к злодею вернутся прежние силы. Вот потому-то вам об этом никто и не рассказывает. Не то станете каждый день озираться и от страха трястись.

– А тень постоянно в горах бродит? – с опаской поведя глазами по сторонам, шепотом спросил Тони.

– Нет, не постоянно, – ответил дядюшка Самуэль. – Она появляется приблизительно раз в сто лет. Иногда чуть раньше, иногда чуть позже. Это длится ровно три ночи, а потом тень исчезает. Но ты не бойся. Последний раз ее видели семьдесят пять лет назад. Так что в ближайшие годы ничего страшного не случится. Иначе разве я вас в поход повел бы?

– Дядюшка Самуэль, я вот чего не понял, – обратился к почтмейстеру Питер. – Как может тень детскую кровь пролить? Ведь она ни камень, ни палку не удержит.

– Как именно, не знаю, – ответил тот. – Но только думаю, что ей достаточно ребенка напугать. Тот, сломя голову, из города убежит, в темноте оступится и с обрыва сорвется, – и замолчал.

Дети, осмысливая услышанное, притихли.

Пока длилась пауза, Дарни протянула руку, извлекла из стоявшего рядом рюкзака тетрадь и принялась записывать историю. Сидевший рядом с ней Питер одобрительно кивнул и прошептал:

– Ты – молодец! Как настоящая писательница, все впечатления тут же записываешь. Даже при таком тусклом свете. Я бы, наверное, ни буковки не различил.

Тут он заинтересованно прищурился и спросил:

– А что это у тебя между страницами заложено? Вон, краешек торчит.

– Конверт с письмом, в котором Селена нас с тобой на пожарную каланчу пригласила, – ответила девочка.

– И зачем ты его с собой носишь? – не понял Питер.

– Я тетрадью очень часто пользуюсь, – пояснила Дарни. – И каждый раз, увидев конверт, вспоминаю Селену и госпожу Марту. От этого мне всегда радостнее становится.

В это время старый почтмейстер обвел взглядом притихших детей и сказал:

– Что, теперь сами не рады? Будете в следующий раз знать, как меня о запретном просить. – А потом, ободряюще улыбнувшись, весело добавил, – Теперь выбросьте это из головы! Запомните: ничего плохого сегодня не случится! Укладывайтесь и спите спокойно. А завтра я вас в одно очень красивое место отведу. Вернетесь вечером домой, будет, что родителям рассказать. Спокойной ночи!

Мальчики попарно разошлись по своим палаткам. А Дарни забрала Тони в свою. Там она заботливо укутала мальчугана одеялом и, нежно поглаживая его вьющиеся локоны, принялась тихо приговаривать:

– Спи, спи. Все хорошо, все спокойно. Я – рядом, Питер – рядом, дядюшка Самуэль – тоже. Нас много, мы смелые и никого не боимся. Ночь скоро закончится, и солнышко снова начнет светить.

Малыш придвинулся ближе к девочке, благодарно улыбнулся и тут же уснул. К Дарни сон пока не шел. Она лежала и поводила глазами. Сквозь не застегнутый полог палатки виднелось звезды. Вдруг ей почудилось, что те на миг, будто померкли: словно их заслонила огромная мрачная тень. Сначала девочка невольно напряглась, но затем с ухмылкой подумала:

«Видно, дорогая, тебе такие истории на ночь, глядя, категорически противопоказаны. Ты для этого слишком впечатлительная. Вон даже маленький Тони успокоился, а ты лежишь и глазами хлопаешь».

В этот момент, как показалось, в палатку втек едва уловимый причудливый аромат: смесь сладкой ванили и острого перца. Он окутал Дарни, и та, несколько раз вдохнув его, тут же крепко заснула.

Через недолгое время на краю площадки возник негромкий хруст, будто кто-то крадучись ступил на устилавшие ее мелкие камешки. Этот звук разбудил Тони, и тот громко прошептал:

– Эй, Питер, хватит бродить! Выбери себе место и сиди тихо! Ты же всех разбудишь!

Но ему никто не ответил.

– Прекрати! – снова подал голос малыш. – Я из-за тебя классный сон не досмотрел! Вот пожалуюсь дядюшке Самуэлю, тогда узнаешь! В следующий раз он тебя с собой не возьмет!

Однако и в этот раз его обращение не увенчалось успехом: хруст не прекратился.

– Ну, все, ты довредничался! – сердито произнес Тони. – Я иду жаловаться!

Он решительно поднялся и выскользнул наружу.

Какого же было удивление мальчика, когда у входа в палатку он увидел Питера. Тот сидел с низко опущенной головой и сладко посапывал. Тони повел глазами в сторону звуков и удивленно вскинул брови. В паре десятков метров от него, заслонив часть гор и небосвода, клубилось нечто темное и вертикально вытянутое. Как столб, широкий у основания и узкий в вершине. «Вот так штука! Кусок тучи, что ли, такой необычный на землю опустился?!», – обескуражено подумал мальчик. В этот момент в верхней части странного явления появилась пара дыр. Сквозь них без труда просматривались звезды. В следующее мгновение те исчезли, и на их месте возникли два раскаленных угля. И клубящий столб сразу же принял другие очертания. Теперь он напоминал сгорбленный мужской силуэт, облаченный в длинную, до пят, мантию. Та, подобно дыму, продолжала клубиться и источать запах сладкой ванили и острого перца. С темного непроницаемого лица на Тони взирала пара жутких алых глаз. От них веяло таким ужасом, что мальчик, забыв от страха обо всем на свете, бросился бежать, сломя голову. Зловещая фигура качнулась и устремилась следом. От резкого движения струи дыма, обрамлявшие ее голову подобно копне всклокоченных волос, издали треск и выпустили сноп обжигающих красных искр. Несколько из них, достигнув беглеца, прожгли его рубашку. От нестерпимой боли тот непроизвольно вскрикнул. Но вместо громкого пронзительного звука из горла мальчика изошел едва слышный сдавленный сип. Стало понятно, что несчастный даже не смог позвать на помощь.

Насмерть перепуганный Антонио мчался в полной темноте изо всех сил. И вот, когда ему показалось, что он вот-вот оторвется от преследователя, произошло нечто ужасное. Его нога не нащупала надежную твердь, он оступился и полетел куда-то вниз. Однако падение продлилось не долго: всего миг. На счастье мальчика склон в этом месте был не обрывистым, а достаточно пологим. Поэтому он угодил в узкую щель между двумя валунами. Тони сжался в комок и затаил дыхание.

Дымный силуэт тут же остановился и в блаженстве закатил пылающие глаза. Казалось, он с нетерпением ожидал, что с ним произойдет заветное перевоплощение. Однако все осталось по-прежнему. В недоумении поведя головой, силуэт приблизился к краю склона и плавно заскользил вниз. Он внимательно глядел по сторонам в надежде отыскать маленького беглеца и окончательно покончить с ним.

Не заметив Тони, мрачная тень продолжила спуск. Достигнув основания горы и не обнаружив жертву, она поплыла в обратном направлении. Но с каждой последующей минутой ее движения становились более нервными – приближался рассвет. Не успел первый солнечный луч взметнуть над горным хребтом, как тень лихорадочно затряслась и, протяжно взвыв, исчезла. Лишь только это произошло, как силы покинули мальчика, и он потерял сознание.

Едва взошло солнце, как дети проснулись и высыпали из палаток. Всем не терпелось поскорее отправиться к тому необычайно красивому месту, о котором накануне говорил старый почтмейстер. Ребята сновали туда-сюда и, перекидываясь шутками, весело собирались в дорогу.

– Да не суетитесь вы, пожалуйста! У меня от вашей беготни уже в глазах рябит, – воззвал к ним дядюшка Самуэль. – Вы зачем начали рюкзаки складывать? Мы же не на Северный полюс отправляемся. Оставьте все здесь, только немного еды возьмите. Дойдем до места и там позавтракаем. А потом сюда вернемся, пообедаем и домой отправимся.

Радостная суматоха тут же прекратилась, и дети построились в походную колонну. Старый почтмейстер окинул их одобрительным взглядом и вдруг нахмурился.

– А где Антонио? – строго спросил он.

Ребята растерянно переглянулись.

– Может, он за кустики отошел, – предположила Дарни. – Ну, по своим делам, – и крикнула, – Эй, Тони, иди скорее сюда! Тебя все ждут!

Однако на ее призыв никто не отозвался.

– Тони, Тони, перестань дурачиться, выходи! – дружно закричали дети.

Но вокруг все было по-прежнему тихо.

– Куда же он делся? – обеспокоенно воскликнул дядюшка Самуэль и спросил Дарни, – Ты видела, когда Тони из палатки вышел?

– Нет, – покачала та головой. – Когда я проснулась, его там уже не было.

– Ну не ночью же он ушел, – задумчиво промолвил почтмейстер и обратился к Питеру, – Ты, пока бодрствовал, ничего не заметил?

Мальчик потупился и смущенно пробормотал:

– Да я почти сразу уснул. После того, как странный запах появился, меня сморило.

– Какой запах? – насторожился дядюшка Самуэль.

– Ванили и перца, – тут же подхватила Дарни. – Я его почувствовала, и со мной то же самое произошло.

– А вы запах уловили? – обратился почтмейстер к остальным детям.

Те в ответ отрицательно покачали головами, потому что, едва улегшись, тут же уснули.

– Ох, как же все это нехорошо! – едва слышно пробормотал помрачневший почтмейстер. – Получается, запах был направлен именно на тех, кто бодрствовал? Чтобы они не помешали? Неужели?…, – И решительно объявил, – Поход отменяется! Идем искать Тони!

Ребята подхватились и отправились на поиски. Разойдясь в стороны, насколько возможно, они безостановочно звали пропавшего мальчика. Было уже за полдень, когда им откликнулся слабый голос. Все тут же подбежали к краю обрыва и метрах в трех ниже, в щели между валунами увидели Тони. Лицо того было настолько бледным, что больше напоминало полотно, неделю пролежавшее в отбеливателе. А его глаза утратили цвет созревшей маслины и стали походить на кофе, щедро разбавленный молоком.

Старый почтмейстер размотал крепкую веревку, которую предусмотрительно прихватил с собой, и один конец опустил вниз.

– Обвяжи ее вокруг пояса, – наказал он мальчику. – Только не торопись. Узел должен быть крепким. Сможешь?

– Конечно, – кивнул тот, – ты же нас этому учил.

Когда Тони с этим справился, дядюшка Самуэль вместе с ребятами вытащили его из щели. Едва он оказался среди друзей, те бросились обнимать мальчика. А потом все пошли к месту стоянки. После произошедшего ни о каком походе к красивому месту не могло быть и речи. Во время пути никто не задал Тони ни одного вопроса. Дядюшка Самуэль и ребята прекрасно понимали, что тому нужно прийти в себя. И только после того как мальчика усадили у пылающего костра, укутали в одеяло и напоили горячим чаем, почтмейстер вопросительно взглянул на него. Порозовевший Тони облегченно вздохнул и рассказал о том, что с ним произошло.

Когда он закончил, почтмейстер покачал головой и, нахмурившись, изрек:

– Ушам не верю. Как такое могло произойти? Ведь до срока еще много времени осталось. Он не должен был так рано появиться.

– Он… это… колдун? – шепотом спросила Дарни и настороженно огляделась. – Может, ты ошибся, дядюшка Самуэль?

– К сожалению, нет, милая, – с тяжелым вздохом ответил тот. – Все сходится: и облик, и запах. Прадед именно так рассказывал. – И, словно очнувшись, приказал, – Все, закругляемся! Сворачиваем лагерь и отправляемся домой! Нам до темноты вернуться надо!

Дети бросились разбирать палатки и укладывать рюкзаки. Вскоре все было готово, и ребята спешным шагом двинулись в обратный путь. Но едва они прошли половину расстояния, как начало смеркаться. В этом не было ничего удивительного, ведь дети находились не на равнине, а в горах. Закатное солнце прощально вскинуло свои последние лучи и скрылось за хребтом. Кругом потемнело еще больше. Тропинка, по которой шли путники, стала едва различимой. На фоне угасавшего лазоревого неба горные вершины начали напоминать оскаленные зубы хищника.

Питер, который шел следом за Дарни, повел настороженным взглядом и шепотом предложил:

– Может, нам побежать, пока не поздно?

– Не выдумывай, – возразила та. – Мы даже фонари с собой не взяли: так были уверены, что передвигаться только днем будем. А тут и темнота, и тропинка извилистая. Так на бегу и с обрыва сорваться недолго.

В этот момент возглавлявший процессию почтмейстер сбавил шаг и сказал:

– Все, останавливаемся. Ночевать будем здесь.

– А как же тень колдуна? – со страхом спросил Тони.

– Если мы предпримем меры предосторожности, ничего страшного не случится, – заверил дядюшка Самуэль. – Гораздо хуже, если мы путь продолжим. Неровен час, тень появится, вы испугаетесь и разбежитесь. Тогда кто-нибудь из вас точно для него добычей станет. Мы вот, что сделаем: будем держаться вместе. Сейчас расстелем на земле палатки, чтобы теплее и мягче было. Все, кроме одной. Оставшейся укроемся, как следует. Ее края под себя подоткнем, чтобы ни щелочки не осталось. И, на всякий случай, руки между собой сцепим. Тогда колдуну ни одного из нас не удастся наружу выманить.

Ребята кинулись выполнять его указание. Через короткое время они улеглись. В центре расположились Дарни с Тони, следом – ребята, а по краям – дядюшка Самуэль и Питер. Сначала в душе детей царила тревога, и они обеспокоенно прислушивались. Но прошел и час, и второй, и третий, но все осталось по-прежнему тихо. Постепенно дети успокоились, поскольку решили, что тень вполне может бродить в другом месте: где-то далеко отсюда. Вскоре ребята один за другим благополучно заснули, и под брезентовым пологом воцарилось сладкое сопение. Чуть позже к нему присоединилось тихое похрапывание старого почтмейстера, который продержался дольше других.

Дарни, как и прошлой ночью, почему-то не спалось. Нет, она совершенно не испытывала страха, потому что в компании друзей чувствовала себя под надежной защитой. Чтобы скоротать время, девочка принялась обдумывать сюжет новой историйки, связанной с сегодняшними событиями. Тот, к ее радости, разворачивался легко и интересно.

«Пока утром все будут собираться, я его записать успею», – с мечтательной улыбкой подумала она, как вдруг напряглась. Невдалеке возник хруст мелких камешков. Кто-то явно двигался в ее сторону. Едва девочка успела это осознать, как пространство под пологом наполнилось вчерашним запахом. И ее соседи засопели еще слаще.

– Дядюшка Самуэль, дядюшка Самуэль, там кто-то бродит! – задохнувшись от волнения, громко прошептала Дарни.

Но почтмейстер даже ухом не повел.

– Питер, Питер, просыпайся, он вернулся! – встревожено крикнула девочка.

Но верный друг на ее призыв никак не отреагировал. Поняв, что не сможет никого разбудить, Дарни сжалась в комок и затаила дыхание.

«Хорошо, что я в середине улеглась. Может, так колдун до меня не доберется», – судорожно размышляла девочка.

Невидимая поступь начала кружить вокруг полога. Она возникала, то с одного края, то с другого. Когда та ненадолго замирала, ее сменяло глухое устрашающее рычание. От него веяло такой магической силой, что Дарни каждый раз хотелось вскочить, выбраться наружу и бежать, куда глаза глядят. Однако она, приложив неимоверные усилия, продолжила оставаться на месте.

По прошествии некоторого времени тень колдуна, очевидно почуяв приближение рассвета и поняв, что ее усилия не дают результата, активизировалась. Она начала издавать звуки, походившие на рев урагана вперемешку с волчьим воем. Противостоять им Дарни уже не смогла. Оказавшись во власти колдовского наваждения, девочка утратила самообладание и решила выбраться наружу. Ей показалось, что только там, среди гор, она сможет обрести спасение: убежать от злодея.

Дарни рванулась всем телом и попыталась подняться на ноги. Но не тут-то было. Беспробудно спавший Тони там крепко обвил ее руку, что встать с таким грузом было невозможно.

– Да отстань ты, отцепись сейчас же! – не помня себя, закричала девочка и принялась трясти мальчугана, чтобы освободиться.

Но у нее ничего не получилось.

Вдруг Дарни почувствовала, что у нее под боком что-то зашевелилось.

«Все, проник! – в ужасе подумала она. – Сейчас меня схватит!».

Девочка покосилась на то место, и тут сообразила, что это зашевелился ее рюкзак. Следом его клапан сам по себе приоткрылся, и в образовавшейся щелочке показался серый прямоугольный предмет: конверт с письмом из Скайланда. Тот, издав едва уловимое внутреннее свечение, мгновенно потемнел и стал напоминать грозовую тучу. Та заклубилась и с легким треском выпустила вверх зигзагообразный, походивший на молнию, луч. Он, прошив брезентовый полог, полыхнул яркой вспышкой. Ослепленная тень колдуна, раздосадовано взвыв, тут же исчезла. Едва поняв, что опасность миновала, Дарни лишилась чувств.

– Эй, соня, вставай! – раздался над девочкой веселый голос.

Та открыла глаза и увидела стоявшего рядом с ней Питера. Сощурившись от лучей уже поднявшегося солнца, Дарни увидела, что брезентовый полог снят. Ребята под руководством дядюшки Самуэля снова собирали вещи, готовясь продолжить путь.

– Вот ты неугомонная! – со смехом сказал Питер. – Даже ночью, в полной темноте свои историйки пишешь.

– С чего ты взял? – не поняла Дарни.

– Да с того, что вон, твой рюкзак открыт. А из него конверт высовывается. Наверное, ночью он из тетради выскользнул, а ты и не заметила. Гляди, потеряешь его ненароком, жалеть станешь, – сказал мальчик.

Девочке тут же вспомнились жуткие события минувшей ночи, и она дрогнувшим голосом произнесла:

– Я ночью ничего не записывала. Тут дело – совсем в другом.

И Дарни рассказала о том, что произошло.

– Вот оно что! – ахнул почтмейстер. – Получается, колдун себе другую жертву наметил! Странно. Поговаривали, что раньше он преследовал только кого-то одного. И в горах, и на улице, и возле дома того поджидал. До тех пор, пока срок его пребывания не заканчивался.

– Тогда надо Дарни следующей ночью охранять, как следует, – предложил Питер. – Ведь она же третьей, последней будет. А потом все снова наладится.

– Хорошо, если бы так, – покачал головой дядюшка Самуэль. – Только теперь я в этом сильно сомневаюсь.

– Почему? – спросил его Питер.

– Потому, что сейчас дело по-другому складывается, – ответил тот. – В этот раз тень и появилась до срока, и жертву поменяла. Вдруг она и бродить дольше будет? Так что пойдемте скорее домой. Мне надо срочно обо всем бургомистру сообщить, чтобы тот своевременно надлежащие меры предпринял.

И все поспешили в город.

Питер шел рядом с Дарни и зорко смотрел по сторонам. Несмотря на то, что стояло утро, он всеми силами пытался оберечь девочку от неприятностей: внезапного нападения, например. Кто его знает, что еще непредвиденное в этой изменившейся ситуации может произойти. Через некоторое время он ее спросил:

– Слушай, а как получилось, что письмо Селены спасительный луч выпустило? Я думал, что в нем энергия давно иссякла.

– Я тоже в этом была уверена, а получилось по-другому, – кивнула девочка.

– Знаешь, о чем я сейчас подумал? – вдруг оживился Питер. – Может, оно, почуяв опасность, снова магической силой наполнилось?

– Может быть, не знаю, – пожала плечами Дарни. – А к чему ты это сказал?

– К тому, что нам бы через него Селену о помощи попросить, – пояснил мальчик. – Подняться на пожарную каланчу и луч в Скайлу направить. Та появится, и мы ей все расскажем. Теперь она – королева, которая магической мощью отца обладает. Ведь именно он черного колдуна уничтожил.

– Ты думаешь, о чем говоришь?! – изумленно вскинула брови девочка. – Это же ночью надо будет сделать! А если тень в город проникнет, тогда, что?! Она же меня точно сцапает!

– А я не тебя имею в виду, а себя, – сказал Питер. – Ведь я письму – не чужой. Поэтому и подумал, что у меня получится.

– Нет, – недолго поразмыслив, закрутила головой Дарни, – я тебя одного не отпущу, вместе пойдем. Так надежнее. Во-первых, мы будем вдвоем. Это осложнит колдуну нападение. Во-вторых, он вообще может в городе не появиться. Ведь сейчас уличные фонари светят гораздо ярче, чем во времена прадеда дядюшки Самуэля. Злодей, тем более, их испугается. И, в-третьих, я на помощь Скайланду отправилась, даже не представляя, какой ужас меня там ждет. А тут враг известен. А когда знаешь, чего опасаться, считай, половина успеха уже достигнута.

– Есть одно «но», – возразил Питер. – Если твои родители узнают о случившемся, то с тебя глаз не спустят.

– Я им ничего рассказывать не собираюсь, – решительно сказала Дарни. – Хорошо, чтобы и другие помалкивали.

– Эй, давайте договоримся: взрослым – ни слова! – тихо, так, чтобы не расслышал почтмейстер, обратился мальчик к остальным. – Не надо их пока волновать. Пусть дядюшка Самуэль все бургомистру расскажет, и тот сам решит, что делать.

– Известно, что, – шепотом отозвался Антонию. – Он сразу общий совет на площади соберет. Тогда все обо всем узнают. И нам влетит за то, что промолчали.

– Может, узнают, а, может, и нет, – рассудительно произнес Питер. – Если расскажет, в городе паника начнется. И бургомистр не сможет управлять ситуацией. А такое к худшим последствиям приведет. Вдруг он что-нибудь придумает? Например, объявит, что получил сведения о нашествии летучих мышей. Тогда до утра по улицам будут ходить добровольцы с фонарями, чтобы крыланы испугались света и облетели город стороной. Так что все держим в тайне. Уяснили?

Ребята согласно закивали, тем самым дав понять, что никому ни словом не обмолвятся.

Вернувшись в город, старый почтмейстер спешным шагом отправился к бургомистру. А дети разошлись по домам. Их родители были на работе, поскольку день едва перевалил за середину.

Дарни уселась за письменный стол и собралась записать историйку, которая пришла ей на ум, когда она находилась под пологом палатки. Однако сюжет, в отличие от ночи, почему-то не развивался. Подаренный тетушкой Мартой карандаш, то и дело, зависал над страницей и с трудом выводил кургузые неинтересные строчки. Тогда девочка решила ненадолго отвлечься и, пересев в уютное кресло, взяла в руки книгу. Но и из этого ничего не получилось. Глаза Дарни перебегали от предложения к предложению, но их смысл до нее упорно не доходил. Вскоре она поняла, что ее мысли заняты совершенно другим. Девочка невольно прислушивалась к доносившимся с улицы звукам, ожидая, что там вот-вот возникнут встревоженные крики и суматоха. Но за окнами было по-прежнему тихо.

Так в напряжении Дарни провела остаток дня. Когда вечером она услышала, что вернулись родители, то вышла из комнаты поприветствовать их. К ее радости, те были совершенно спокойны.

– Слышала новость? – спросил девочку папа. – Бургомистр объявил, что сегодняшней ночью над городом может появиться туча летучих мышей. Поэтому он попросил, чтобы с наступлением темноты никто без крайней нужды из дома не выходил.

– Нет, не слышала, – ответила Дарни. – А с чего это они вдруг?

– По рассказам стариков, такое изредка случается, – сказал папа. – Может, место обитания меняют: из одной горной пещеры в другую мигрируют. Или еще по какой-то причине. Никто не знает, почему. Это, как с китами или дельфинами, которые сотнями вдруг на берег выбрасываются. Необъяснимые явления природы. Но вы, девочки, не волнуйтесь: в этом ничего страшного нет.

– Страшного, конечно, нет, но все равно противно, – поморщилась мама. – Они же своими фекалиями весь город испачкают. Как потом по улицам ходить? Б-р-р!

– Может, и не испачкают, – отозвался папа. – Сейчас по распоряжению бургомистра на улицы добровольцы с фонарями выйдут. Их свет мышей отпугнет, и они город стороной минуют.

– И ты, конечно, в их ряды уже напросился, – нахмурилась мама.

– Честно говоря, попытался, – рассмеялся папа. – Но бургомистр меня попросил дома остаться. Мне завтра ранним утром очень ответственная работа предстоит, поэтому надо выспаться, как следует.

Мама сразу оттаяла, и семья уселась ужинать. После этого Дарни рассказала родителям о походе: естественно, опустив тревожные подробности, – а потом все разошлись по своим спальням.

В десять часов Дарни, прихватив конверт, аккуратно открыла окно и внимательно осмотрела улицу.

– Не бойся, выходи, – послышался из темноты шепот Питера. – Я уже все проверил.

Девочка бесшумно выскользнула наружу и тут увидела в руках друга объемный футляр.

– Ты зачем эту тяжесть с собой тащишь? – удивилась она. – У нас не будет времени за звездами наблюдать. Мы же по делу идем.

– Я взял телескоп для маскировки, – невозмутимо ответил Питер. – Если кого-то из патрульных встретим, то вот оно, объяснение. А без него наша ночная прогулка будет выглядеть подозрительно.

– Молодец, ловко придумал, – похвалила его девочка, и они направились к пожарной каланче.

На перекрестках ребята приостанавливались и осторожно заглядывали за углы. Им очень не хотелось натолкнуться на кого-нибудь из взрослых. Объяснение объяснением, но если их тайная вылазка станет известна родителям, то влетит по первое число. Но пока все складывалось благополучно. На счастье детей, свет патрульных фонариков виднелся, то в середине, то в конце поперечных улиц.

Вдруг из-за угла очередного дома поперек их пути пала тень. От неожиданности друзья оцепенели и встали, как вкопанные. Тень колыхнулась и удлинилась. Это красноречиво указало на то, что кто-то двинулся в их сторону. Вскоре до ребят донеслась чья-то равномерная поступь.

– Это – он! Бежим отсюда! – едва слышно, прошептала Дарни.

Питер, донельзя округлив глаза, ничего не ответил, а только коротко кивнул. Но едва друзья развернулись, как за их спинами раздался требовательный голос:

– А ну-ка, стоять!

Не помня себя от страха, дети обернулись. И… тут же с облегчением выдохнули! В нескольких шагах от них стоял учитель географии.

– Идите оба сюда! – произнес он тоном, не терпящим возражений.

Ребята, понурив головы, направились к нему. И лишь подойдя, они поняли, откуда взялась, напугавшая их, тень. За спиной учителя светил уличный фонарь. И чем дальше географ от него отходил, тень больше удлинялась его тень.

«Эх, знать бы раньше, прижались бы к стене дома и остались незамеченными!», – с досадой подумала Дарни.

– Отвечайте, как вы здесь оказались?! – требовательно спросил учитель.

– Нас родители ненадолго отпустили, – не раздумывая, выпалил Питер. – Через несколько минут в небе будет наблюдаться редкое космическое явление. Оно раз в пятьдесят лет бывает. Мы одним глазком на него глянем, и сразу – домой.

– Ну, если родители и ненадолго, тогда ладно, – кивнул географ и отправился дальше.

Лишь только тот удалился, как Дарни напустилась на приятеля с упреками:

– Ты зачем про родителей брякнул?! А если он проверит?!

– Можно подумать, у тебя лучше вариант был, – хмыкнул Питер. – Сейчас он, по крайней мере, к нам придираться не стал и восвояси не отправил. И проверять нас ему некогда будет. Вернется домой после патрулирования и спать завалится. Проснется, другие заботы появятся. Через день-другой он об этом забудет. А к началу учебного года и подавно.

После этого ребята поспешили в пожарной каланче. Когда они поднялись на верхнюю площадку, Дарни извлекла из кармана конверт и вскинула его над головой. Так она простояла несколько минут, но ничего не произошло.

– Может, давай я его подержу, не то у тебя, наверное, рука устала, – предложил Питер.

– Пока нет, – едва слышно прошептала девочка. – И, пожалуйста, помолчи. Может, ему настроиться нужно. А ты его своими разговорами сбиваешь.

– Да никого я не сбиваю, просто помочь хочу, – насупился мальчик.

– Хорошо, помоги, – согласилась Дарни, – Давай вместе конверт подержим.

Едва Питер сжал пальцами свободный край конверта, как тот затрепетал и принялся перетекать тусклым свечением. С каждой секундой оно становилось все ярче. Наконец, поверхность бумажного прямоугольника приобрела цвет раскаленного добела металла и выпустила тонкий луч. Тот устремился вверх в восточном направлении.

– Получилось, получилось! – радостно прошептали друзья и принялись тормошить друг друга.

Громко говорить или кричать они опасались, чтобы не привлечь внимание бдительных патрульных. Умерив восторг, оба с нетерпением воззрились туда, где исчез луч. Через некоторое время Питер начал напряженно прищуриваться.

– Глаза устали? – спросила его Дарни. – Тогда не смотри, я одна понаблюдаю.

Однако мальчик на ее предложение никак не отреагировал, а продолжил вглядываться в ту сторону. С каждой секундой он все больше хмурился.

– Почему ты молчишь? – удивилась девочка.

– Смотри, что там творится, – насторожено пробормотал Питер.

Дарни подняла глаза выше и увидела странное явление. За ближайшими вершинами, там, где предположительно находился Триединый клык, часть звездного неба заволокло темное пятно. Оно клубилось и увеличивалось в размерах.

– Вот это, да! – ахнула Дарни. – Неужели оттуда, и в самом деле, летучие мыши надвигаются?!

Но не успел Питер высказать свое предположение, как из-за гор выскользнул ответный луч. Он на мгновение замер, словно сверился с направлением, и потек в сторону пожарной каланчи. Ребята, забыв обо всем, замерли в предвкушении долгожданной встречи.

Луч становился все ближе. Вот он преодолел треть расстояния, вот – половину. Сердца детей заколотились чаще и радостнее. И тут!..

Темное пятно взметнуло гигантской волной и с силой обрушилось вниз. После его падения простор между каланчей и горами затянула сплошная беспроглядная копоть. Спасаясь от покатившихся в стороны клубов, ребята моментально присели на корточки, обхватили головы руками и крепко зажмурились.

Когда они снова открыли глаза, то увидели, что гарь полностью исчезла. Вместо нее в воздухе кружили редкие хлопья темно-серого пепла. Луча видно не было. В том месте, где друзья видели его в последний раз, маячил непонятный темный столб, широкий в основании и зауженный к вершине. Лишь только дети на него взглянули, как тот колыхнулся и двинулся в их сторону. С каждой секундой он все более напоминал сгорбленную мужскую фигуру, облаченную в длинный широкий балахон. Поняв, кто это, Дарни побледнела и прошептала:

– Это – тень колдуна! Бежим отсюда скорее!

Однако ее так поразил страх, что она не сдвинулась с места.

– Давай, давай, давай! – затормошил девочку Питер.

Он крепко сжал руку Дарни и повлек ее за собой вниз по ступеням. Выбежав наружу, ребята, сломя голову, помчались к дому. Уличные фонари проносились мимо них с невероятной скоростью. Несмотря на риск споткнуться и упасть, дети все время обеспокоенно оглядывались. Достигнув дома, девочка, подобно птице, влетела в окно первого этажа. Поднявшись в свою комнату, она уселась на полу в дальнем углу, сжалась в комок и затаилась.

Из спальни родителей доносилось безмятежное сопение. От него веяло такой надежностью, что вскоре Дарни начала приходить в себя. Она подошла к окну, проверила запоры и улеглась в кровать. Укрывшись мягким одеялом, девочка почувствовала себя необычайно уютно и вскоре заснула.

Через некоторое время снаружи в ее сон прокрались какие-то негромкие шелестящие звуки. Дарни открыла глаза и взглянула на окно. На улице шел тихий мелкий дождь. Периодически его капли, плотно усеивавшие оконное стекло, сливались вместе и стекали извилистыми ручейками. От этого падавший на них отблеск уличных фонарей причудливо изменялся, переплывая от одного края рамы к другому. Казалось, что место, где он отсутствовал, поглощала тень.

Мысли о тени заставили девочку зябко поежиться. И она поняла, что теперь, то и дело, будет коситься на окно. Поэтому, чтобы снова заснуть, Дарни решила задернуть плотные ночные шторы. Но едва она приблизилась к окну, как в комнате потемнело. И девочка увидела, что его заслонил мрачный силуэт. Тот, припав к стеклу лицом и распахнутыми ладонями, шумно принюхивался. Правда, черты лица силуэта не были видны, поскольку их скрывал, накинутый на голову, капюшон.

Поняв, кто это, Дарни в ужасе шарахнулась в сторону и спряталась за шкаф. Силуэт раздраженно зарычал и принялся вертеть головой. Так он попытался обнаружить жертву, которую ему до того удалось учуять. Но у него ничего не получилось, потому что шкаф заглушил запахи девочки. Тогда силуэт замер, как изваяние. Вскоре на его непроницаемом лице появились две узенькие горизонтальные щелочки. Внутри них, как в печной топке, бушевали огненные всполохи. И спальня Дарни начала наполняться кроваво-красным свечением. Оно было совершенно необычным, поскольку, словно рентген, пронизывало каждый предмет мебели насквозь.

«Ой, это же – его глаза! – со страхом догадалась девочка. – Если он распахнет их, то наверняка меня обнаружит! Что же делать?! Родителей на помощь позвать?!».

Но тут же Дарни поняла, что сделать это не сможет. Поскольку, то ли от переживаний, то ли из-за магического свечения у нее пересохло в горле.

С каждой минутой глаза силуэта открывались все шире. Заполнившая спальню алая пелена почти полностью поглотила очертания находившихся в ней вещей. Они, лишившись граней, едва проступали ребрами, больше напоминавшими тонкие нити. Еще немного, и девочка окажется перед злодеем, как на ладони.

И вот, когда должно было произойти самое ужасное, силуэт сотрясся и исчез. Комната тут же приобрела свой прежний вид. Но не успела Дарни с облегчением вздохнуть, как снизу до нее донеслись осторожные шаги.

«Ой! – мысленно содрогнулась девочка. – Неужели он в дом проник?!».

Не раздумывая ни секунды, она бросилась к двери, чтобы запереться изнутри. Но едва Дарни протянула руку к ключу, как увидела, что сквозь замочную скважину пробился неяркий, изошедший с первого этажа, свет. Следом послышался шум воды и негромкое мурлыканье. Так всегда делал папа, когда брился. И тут девочка все поняла. Сегодня папа встал спозаранку и включил на первом этаже свет. Это спугнуло тень колдуна, и она исчезла.

Обессилев от переживаний, Дарни рухнула в кровать и сразу уснула.

Сколько она проспала, неизвестно. Но вдруг ее сон нарушило тихое постукивание. Девочка с трудом разомкнула отяжелевшие веки и огляделась. Стояло позднее летнее утро. К этому времени дождевые тучи рассеялись, и спальня наполнилась светом.

– Тук! – раздалось в очередной раз, и от оконного стекла отскочил мелкий камешек.

Дарни подбежала к окну и выглянула наружу. Внизу стоял Питер и весело щурился от солнечных лучей. Девочка приоткрыла одну из створок и с шутливым укором сказала:

– Опять ты за свое! Нет бы, как все, в дверь позвонил. А он, видишь ли, манеру взял камнями в окно кидать. Смотри, когда-нибудь разобьешь стекло, и тебе влетит.

– Не разобью, не беспокойся, – усмехнулся Питер, – потому что я очень ловко камешки кидаю. А позвонить в дверь каждый дурак может.

– Лучше бы ты свою ловкость где-нибудь в другом месте оттачивал, а не на моем окне, – шутливо насупилась девочка.

– Ладно, если тебе не нравится, больше не буду, – кивнул Питер. – А ты, почему дома сидишь? После дождя такая замечательная погода стоит! Пойдем гулять.

– Гу-лять?…, – задумчиво переспросила Дарни и внимательно оглядела улицу.

– Да ладно тебе, – рассмеялся собеседник. – Последняя, третья, ночь закончилась. Теперь можно еще сто лет безбоязненно гулять! К тому же сейчас день стоит. Выходи.

– Хорошо, – кивнула девочка, – подожди, я – быстро.

Дарни проворно оделась и выбежала из дома. И только тут сообразила, что не позавтракала.

«А, ладно, – мысленно махнула она рукой, – сейчас зайдем в кафешку и булочку с чаем купим. Пока будем перекусывать, я Питеру расскажу, что ночью произошло».

Ребята шли по залитой солнцем улице. Вдруг за их спинами раздался знакомый голос.

– Гуляете? – спросил он.

Друзья обернулись и увидели географа.

– Здравствуйте, господин учитель, – вежливо приветствовали они.

– Здравствуйте, – отозвался тот. – Ну, как прошло ваше наблюдение?

– Прекрасно, – улыбнулся Питер. – Спасибо, что пропустили нас. Так интересно было!

– Значит, увидели то, что захотели? – покивал головой географ. – А когда возвращались, ничего необычного не заметили?

– Это вы, о чем? – насторожилась Дарни. – Что-то случилось?

– Нет, нет, не волнуйся, – ответил собеседник, – ничего не случилось. Просто я себя проверяю. Ночью мне показалось, что время от времени какие-то странные запахи стали возникать. То гарью потянуло, будто кто-то чадящий факел пронес. То ванилью с перцем повеяло. Я за этими запахами проследовал и у твоего дома оказался. Но никого не заметил.

Друзья понимающе переглянулись и в один голос ответили:

– Мы ничего подобного не почувствовали.

– Вот и хорошо, – улыбнулся географ. – Наверное, я переутомился. В связи с каникулами у меня свободное время появилось. И я за большую научную работу засел. С раннего утра до поздней ночи этим занимаюсь, чтобы до начала учебного года завершить. Потом на нее и часа не выкроить. Ну, идите, гуляйте, – и отправился дальше.

Когда учитель удалился, Питер озадаченно взглянул на Дарни.

– Мне это очень даже не нравится, – сказал он. – Получается, что тень за нами прокралась, чтобы узнать, где ты живешь. Хорошо, что ничего не случилось.

– Ну, это, как сказать, – вздохнула девочка и сообщила другу обо всем произошедшем.

Когда она закончила рассказ, мальчик помрачнел.

– Знаешь, – хмуро произнес он, – мне сейчас слова дядюшки Самуэля вспомнились. Ну, о том, что сейчас все необычно сложилось. Вдруг прошедшая ночь, и вправду, не последней была?

– Вот и я об этом беспокоюсь, – упавшим голосом подхватила Дарни.

В это время ребята зашли в кафе и, сделав заказ, уселись за столиком.

– Тогда давай думать, как из этой ситуации выкручиваться, – предложил Питер.

Так они в молчании провели около получаса. Вдруг Дарни оживилась.

– Слушай, а может, нам сегодняшней ночью еще раз на каланчу подняться? – сказала она. – Только сразу оба за конверт возьмемся, чтобы наверняка получилось.

– Да ты, что?! – отшатнулся Питер. – А если тень тебя возле дома подстерегать станет?!

– Вот и хорошо, – задорно подмигнула ему девочка. – Значит, ее в горах не будет, и она нам не помешает. Главное, чтобы меня к тому времени уже дома не было. Тогда та под окнами до утра без толка проторчит.

– Как это, «уже дома не было»? – недоуменно заморгал глазами мальчик.

– А вот так, – лукаво улыбнулась Дарни. – Скажешь моим родителям то же, о чем вчера географу наплел. Только не про каланчу, а про балкон твоего дома. И, чтобы мне засветло у тебя оказаться, добавишь, будто я нужна для помощи в долгой наладке телескопа. Не то папа, на ночь, глядя, отправится меня провожать. Тогда тень за мной проследит, и наш план не удастся. А еще ты скажешь, что я останусь у вас ночевать, чтобы в темноте домой не возвращаться. В общем, нафантазируешь. У тебя это так же ловко получается, как и камешки в окно кидать.

– Ого, это ты здорово придумала! – восторженно воскликнул Питер. – Конечно, нафантазирую!

– Только не переборщи, – предостерегла его девочка, – не то родители насторожатся и не отпустят.

– Не беспокойся, все сделаю, как надо! – заверил мальчик.

После этого ребята отправились на прогулку. А через несколько часов разошлись по домам. К этому времени день склонился к вечеру. Едва родители Дарни вернулись с работы, как в дверь позвонили, и на пороге возник Питер.

– О, Питер, – улыбнулась мама, – проходи, поужинай с нами.

При виде одноклассника девочка удивленно вскинула брови. Сейчас тот выглядел совершенно непривычно. Его рубашка была тщательно выглажена и застегнута на верхнюю пуговицу. А серая легкая куртка больше напоминала строгий официальный пиджак. Кроме того, рыжие волосы мальчика, обычно представлявшие собой бесформенную копну, были аккуратно причесаны. Ну, прямо, ни дать, ни взять, молодой ученый!

– Благодарю, но вынужден отказаться, – чинно склонил голову Питер. – Я очень тороплюсь. Мне до наступления ночи необходимо произвести сложную настройку телескопа. Иначе не удастся понаблюдать за редким космическим явлением, которое происходит раз в пятьдесят лет.

Услышав такую витиеватую речь, мама сначала изумленно заморгала. Но, быстро сообразив, в чем дело, спросила:

– Так тебе, наверное, помощь нужна?

– Да, очень, – ответил Питер. – Вы не будете возражать, если я попрошу вас отпустить со мной Дарни?

Родители переглянулись и согласно кивнули, дав понять, что не возражают.

– У меня к вам еще одна просьба, – с серьезным видом продолжил мальчик. – Явление, о котором идет речь, возникнет всего лишь на три минуты после полуночи. Думаю, что Дарни будет полезно его увидеть. Тем более через год мы в школе начнем изучать астрономию. И она сможет выступить с докладом на эту тему. Не беспокойтесь, со своими родителями я договорился. У нас одна комната свободна. И Дарни в ней переночует.

– Ну, если это будет полезно для дальнейшей учебы, то, конечно, – согласился папа.

– Да, да, безусловно, – подхватила мама.

И обрадованные друзья выбежали на улицу.

По дороге Дарни спросила Питера:

– Слушай, а ты кем после школы хочешь стать?

– Пока не знаю, – пожал тот плечами.

– Зато я знаю! – со смехом сказала девочка. – Тебе обязательно надо стать дипломатом! Вон, как ты лихо завернул! Как по писанному! Ведь можешь, когда захочешь!

– Дело – не в «захочешь», а в том, что «нужно», – в ответ улыбнулся Питер. – Но все равно спасибо. Я старался.

Придя домой, друзья поднялись на второй этаж и принялись изображать кипучую деятельность по настройке телескопа. Когда они прекратили это занятие, уже стемнело. Густые сумерки, подобно мягкому одеялу, заботливо укрыли и город, и горы, и невидимые из дома Питера башни Скайлы.

Селена стояла в каминном зале дворца и вглядывалась в окно. Вдруг за ее спиной раздались легкие шаги, вслед за которыми послышался голос Марты:

– Наконец-то я тебя отыскала! Ужин давно накрыт. Куда, думаю, пропала? А она, вон, от окна никак не оторвется. Ну и что ты хочешь в темноте разглядеть?

– Луч из Монты, – ответила королева.

– Луч?! Из Монты?! – изумленно воскликнула Марта. – С чего это вдруг? Я считала, сила твоего письма давно иссякла.

– Я тоже так полагала, – задумчиво кивнула королева. – Но вчера он появился. Слабенький, едва уловимый, словно пробился из последних сил. Легонько ударился о стекло и осыпался с тихим звоном, который больше шелест опавшей листвы напомнил. Хорошо, что в тот момент я здесь оказалась, иначе его не расслышала бы.

– И?…, – вскинула брови сестра.

– Как полагается, я тут же отозвалась встречным лучом, – продолжила Селена. – Когда он выстроился световым тоннелем, я собралась в него ступить и отправиться к пожарной каланче. Но едва занесла ногу, как надежная твердь луча пошла трещинами и опала.

– Ох! – сдавленно прошептала Марта. – Если бы ты оказалась внутри, то низвергнулась вместе с обломками и погибла! Как я рада, что ты замешкалась!

– Я тоже рада, – ровным голосом, не выразившим никаких эмоций, отозвалась королева. – Но дело – не в этом. А в том, почему он вдруг появился?

– Ну, не знаю, – пожала плечами сестра. – Может, дети по тебе соскучились и захотели поболтать.

– Хорошо, коли так, – согласилась Селена. – А если у них что-то стряслось?

– Вряд ли, – покачала головой Марта. – Сама подумай, что там может случиться? Бруханегра уничтожена, великаны присягнули на верность. Если только летучие мыши опять взялись мигрировать. Но ведь это – не беда. Ну, пролетят, ну, город запачкают. Так жители его быстро отмоют. Пойдем ужинать.

– Давай немного подождем, – не согласилась королева. – Я время вчерашнего появления луча запомнила. Поэтому заранее у окна и встала, чтобы не пропустить. До него меньше пяти минут осталось.

Но прошло и пять, и десять, и пятнадцать минут, однако ничего не произошло.

Селена, которая все это время не отрывалась от окна, вздохнула.

– Не грусти, – сказала Марта, – значит, сегодня ребятам не до этого. Может, передумали, может, на что-то другое, более интересное, отвлеклись. Давай мы вот, что сделаем. Через пару дней важные дела закончим и им новое, наполненное свежими силами, письмо отправим.

– Новое письмо?… Через пару дней?… Да-да, конечно…, – погрузившись в размышления, машинально пробормотала королева. А затем, встрепенувшись, решительно промолвила, – Но сейчас давай поспешим в тронный зал! Оповести мудрецов: пусть немедленно там соберутся!

– Зачем? – не поняла сестра.

– Затем, чтобы истолковать произошедшее и решить, следует или не следует что-то предпринимать. Потому что у меня в душе какое-то необъяснимое волнение не утихает, – заключила Селена и вышла из зала.

– А я почему-то ничего подобного не чувствую, – расстроенным голосом ей вслед произнесла Марта.

– Это потому, что мне, как старшей сестре, больше сверхъестественных сил досталось, – долетело из коридора.

Марта подхватилась и отправилась созывать придворных мудрецов. Прошло всего несколько минут, как они собрались в тронном зале. Их было около двух десятков. Длинные, до пола, одежды этих почтенных седовласых старцев изобиловали толстыми витыми нитями, замысловато скрученными подобием накладных розеток. Те были трех цветов: бронзовые, серебряные и золотые. У иных в центре розеток красовались драгоценные камни: сапфиры, изумруды и бриллианты. Но ни одна розетка не являлась украшением. Все они были наградами за заслуги, оценкой мудрых советов, которые помогли королевству в трудную минуту.

Селена поведала старцам о случившемся и замерла в ожидании совета. Те сдвинули брови, сосредоточились и задумались. А потом принялись негромко переговариваться. По прошествии времени один из мудрецов выступил вперед и удрученно сказал:

– Прости, королева, но в данном случае мы бессильны. Нам не удалось предугадать, как тебе следует поступить.

Все остальные тяжело вздохнули и потупились.

– Неужели у вас нет никакого объяснения случившемуся? – упавшим голосом произнесла Селена. – Что же мне теперь делать?

– У нас нет, – развел руками мудрец. – Однако ты можешь обратиться к Неисчерпаемому ковшу.

– К Ковшу?! – изумленно воскликнула королева. – Но это невозможно! Ведь сейчас – полнолуние! А я вправе вопрошать только в те ночи, когда его не затмевает сияние луны. До ее полного исхода еще несколько дней. Это – очень долго.

– А ты все же попробуй, – продолжил мудрец. – Попроси луну от всего сердца. Может, она тебе пойдет навстречу: для благого дела ненадолго покинет небосвод.

– Хорошо, попробую, – вздохнула Селена, – все равно другого варианта нет.

С этими словами она встала с трона и покинула зал.

Пройдя многочисленными коридорами дворца, королева, наконец, достигла самой высокой башни и по витой лестнице поднялась на самый верх. Пол помещения, в котором она оказалась, представлял собой идеальный круг. Своим неугасимым серебристым свечением он напоминал полную луну. Лишенные углов стены были усеяны мерцающими, подобно звездам, точками. Те пребывали в неустанном движении. Они, то расходились, то соединялись и выстраивались, то ли созвездиями, то ли магическими знаками.

Селена вскинула руки и принялась нашептывать заклинание. Повинуясь ему, куполообразный потолок исчез. В образовавшемся проеме в ярком ореоле возникла полная луна. Преклонив колена, королева обратилась к ней с мысленной просьбой. Едва она закончила, как луна, к ее неописуемой радости, исчезла. И на том месте появился Неисчерпаемый ковш.

– Слушаю тебя, – промолвил он.

– Поведай мне, великий, что произошло? – прошептала Селена. – Отчего появился луч? Надлежит ли мне тревожиться?

– Ты могла бы не спрашивать меня об этом, – прозвучало в ответ. – Твое трепетное сердце со вчерашней ночи не находит покоя. А оно никогда не ошибается.

– Значит, там, за пределами Скайлы, стряслась беда?! – воскликнула Селена. – Что случилось?!

– Неожиданно появилась тень колдуна, – сумрачно произнес собеседник.

– Как, почему?! – ахнула королева и, пораженная, замолчала.

– Этого никто не знает, даже я, – печально отозвался Ковш. – В прежние годы мы к ее появлению заранее готовились, защитные меры предпринимали, чтобы она до жертвы не добралась. А сейчас…, – и шумно вздохнул.

– Он ее уже выбрал?! Кто она?! – встревожилась Селена.

– Мне тяжело об этом говорить, но это – твоя юная подруга, – с трудом выдавил из себя Ковш.

– Дарни?! – в ужасе прошептала королева и побледнела, будто приготовилась упасть в обморок.

Но через пару мгновений она взяла себя в руки и, поклонившись, пылко произнесла:

– Спасибо тебе! Я узнала все, что нужно. Прекрасно понимаю, что отсюда, с высот Скайлы, я ничем помочь не смогу. Поэтому немедленно отправляюсь в Монту, – и развернулась к выходу.

– Погоди, не горячись, – остановил ее собеседник. – Сначала подумай хорошенько, правильно ли ты поступаешь? Ведь тебе ни разу не доводилось бывать за пределами королевства. А там все – чуждое, незнакомое, непривычное. И пока ты не освоишься в том мире, твои силы будут не полными. Представь, что станется, если ты, ослабевшая, не сможешь противостоять тени колдуна? Ведь так и себя погубить недолго. Не лучше ли собрать кудесников и чародеев, сотворить защитную магию и отсюда ее направить в Монту?

– Нет, великий, не лучше, – категорично отозвалась Селена. – На это уйдет много времени. А девочка может пострадать в любую минуту. Поэтому я должна быть рядом с ней. Ведь недаром говорят, что долг платежом красен. Если бы не ее помощь, неизвестно, чем бы для королевства закончилось нападение колдуньи.

– Ну, как знаешь, – тихо промолвил Неисчерпаемый ковш и исчез.

Едва он пропал, как помещение залил ослепительный серебристый свет. Это на освободившемся месте вновь появилась полная луна. Она полыхнула необычайно ярко, словно несказанно обрадовалась возвращению на небосвод. Селена непроизвольно зажмурилась. Когда она открыла глаза, стены и потолок уже обрели прежние очертания. Ни секунды не медля, королева спешным шагом направилась в тронный зал. Едва она вошла, как поджидавшая ее там сестра подступила к ней с расспросами. Узнав о решении Селены, Марта не терпящим возражений тоном заявила:

– Я тебя одну не отпущу, отправимся вместе. И не спорь. Я прекрасно знаю тот мир, поэтому буду тебе верной помощницей и советчицей. Так, глядишь, ты быстрее свои магические силы восстановишь.

Королева благодарно обняла сестру и с улыбкой сказала:

– Спасибо тебе, родная. Однако думаю, если ты останешься, от тебя больше пользы будет. Только не надувай обиженно губы, пожалуйста. Я сейчас все объясню. Действительно, там ты мне будешь давать дельные советы, но магической силой, в случае чего, не поддержишь. Ведь у тебя ее, как таковой, нет. Зато здесь, собрав чародеев, ты мне очень даже поможешь. Мы с тобой станем мысленно общаться – это у тебя хорошо получается. Я буду посылать тебе просьбы, ты – передавать их кудесникам, а те – творить магию и направлять ее в Монту. Так, глядишь, общими усилиями и Дарни защитим, и верх над тенью одержим.

– Что ж, будь по-твоему, – согласилась Марта.

Сестры обнялись, после чего Селена поспешила в каминный зал. Встав у окна, она создала световой тоннель. Лишь только королева в него ступила, как он превратился в едва приметный лучик и осторожно, будто крадучись, потек в сторону городка.

Питер и Дарни стояли на балконе второго этажа. Под ним угадывалась, поглощенная темнотой, улочка. Ее обозначали протянувшиеся в ряд неяркие пятна: падавший на тротуар свет уличных фонарей. Кругом царила тишина теплой летней ночи. Рядом с детьми находился устремленный в небо телескоп. Мальчик припал к нему и, направив прибор вниз, принялся внимательно изучать окрестности.

– Вроде все – спокойно, – шепотом заключил он.

– Я в этом не сомневалась, – в ответ улыбнулась Дарни. – Ну, что, отправляемся?

Питер согласно кивнул. Он проворно сложил телескоп и, не зачехлив, сунул его себе в подмышку. В этот раз девочка по этому поводу никаких вопросов не задала. Она поняла, что тот будет весомым объяснением, если они встретят кого-нибудь из взрослых. Ребята на цыпочках спустились на первый этаж и выскользнули на улицу. Неустанно прислушиваясь и осматриваясь, они в обход дома Дарни двинулись к пожарной каланче. Никаких тревожных проявлений на их пути не возникло.

Через недолгое время дети достигли нужного места. Оказавшись на верхней площадке, оба взялись за конверт, вскинули его над головами и устремили взоры в восточном направлении. Так прошло пять минут, затем – десять, потом – пятнадцать. Но все осталось без изменений. Неброский бумажный прямоугольник, почти слившийся с темнотой, не испустил ни проблеска. Дарни раздосадовано вздохнула и взглянула на Питера, решив посоветоваться, что делать дальше. Но едва она перевела на него взгляд, как увидела, что лицо того изменилось. Сначала на нем появилось выражение радости, затем – озадаченности и, наконец, тревоги.

– Что случилось?! – насторожено прошептала девочка.

– Мне показалось, из-за гор луч выскользнул, – так же тихо ответил мальчик. – Я, не разобравшись, сначала обрадовался. А потом удивился. Как он смог появиться, если конверт ничего не направил? И тут же забеспокоился, потому что этот луч мне каким-то странным показался: очень тусклым, едва различимым. Вот я и подумал: не тень ли его создала?

Дарни повела глазами, но ничего не увидела.

– И где он сейчас?! – с замиранием сердца спросила она.

– По-моему, у основания каланчи опустился, – прерывающимся от волнения голосом произнес Питер.

Будто в подтверждение его слов на лестнице раздались шаги. Они были тяжелыми и шаркающими. По мере приближения к ним прибавилось учащенное шумное дыхание. Услышав эти тревожные звуки, дети похолодели от страха. Бежать им было некуда. Они находились на небольшой площадке, со всех сторон окруженной перилами. Перелезть через них и попробовать спуститься по отвесной стене выглядело верной гибелью. Питер ухватил обеими руками телескоп, вскинул его над головой подобием дубины и шагнул к лазу. В этот момент над ним показалась голова. Лица видно не было, поскольку его скрывал темный капюшон.

– Стой на месте, не то огрею! – воинственно крикнул мальчик.

– Тихо, тихо, это – я, – послышался из-под капюшона женский голос.

Не успели ребята понять, кому он принадлежит, как увидели… Селену!

– Вот это, да! – ахнула пораженная Дарни. – Как ты здесь оказалась?!

– Потом расскажу, дайте дыхание перевести, – отозвалась королева. – Я, конечно, знала, что мне здесь нелегко придется, но чтобы так!.. У вас воздух – не как у нас. Он – очень плотный, сильно движения затрудняет. Такое впечатление, будто к ногам пудовые гири прицеплены. Уф!

Пришедшие в себя дети подбежали к Селене, и все трое крепко обнялись.

– Ты в такой темной одежде появилась, словно в прятки решила поиграть, – тихо рассмеялась девочка.

– Ага, и луч был необычным: очень тусклым, – будто скрывался от кого-то, – подхватил мальчик.

– Я это специально сделала, чтобы меня тень до поры не обнаружила, – сказала Селена.

– Так ты о ней уже знаешь? – догадалась Дарни. – Поэтому к нам и на помощь пришла?

– Да, – кивнула королева. – Только давайте разговоры «на потом» оставим. Нам отсюда надо скорее выбраться. Уж очень это место уязвимое. Его со всех сторон видно.

Ребята тут же согласились и, спустившись, оказались на улице.

– Вы сейчас куда направитесь? – спросила Селена.

– Ко мне домой, – ответил Питер.

– Хорошо, тогда я вас туда сопровожу, – сказала королева. – А завтра днем мы встретимся и все обсудим.

– Значит, ты не с нами ночевать будешь? – удивилась Дарни. – А где? На улице, что ли?

– Нет, – ответила Селена, – в доме Марты. Она мне подробно рассказала, где он находится. Туда и придете.

Все трое отправились к дому Питера. По дороге королева, то и дело, поводила головой по сторонам. При этом она слегка морщилась, словно эти движения вызывали у нее болезненные ощущения.

– Может, если больно, тебе головой не вертеть? – предложила Дарни. – Мы с Питером внимательно осматривается.

– Мне не больно, – слабо улыбнулась Селена. – Просто воздух множеством непривычных запахов наполнен. И от этого у меня слегка кружится голова.

Питер задрал нос и начал принюхиваться.

– Точно, – поддержал он, – вот сейчас ночной фиалкой повеяло. Надо же, если бы ты не сказала, я бы и внимания не обратил.

– Да, действительно, – согласилась Дарни, но тут же насторожилась, потому что до нее донесся удушливый запах гари.

Следом за ним потянуло сладкой ванилью и острым перцем.

Все трое вздрогнули и резко обернулись.

В десятке шагов от них колыхался дымный силуэт. Он напоминал человеческую фигуру, облаченную в длинные, до пят, одежды.

Селена поспешно сложила ладони лодочкой, протянула их в направлении силуэта и зашептала заклинание. Через миг в них затрепетал едва приметный язычок, походивший на затлевший фитиль. Не было сомнений, что королева захотела создать яркое пламя и, тем самым, отпугнуть тень колдуна. Но у нее, ослабевшей, ничего не получилось. Огонь так и не разгорелся.

Тень победно расхохоталась и приоткрыла глаза. С каждой секундой они распахивались все шире, грозя превратиться в огромные раскаленные угли.

Увидев тщетность усилий Силены, Питер сделал шаг вперед и тонким концом телескопа сделал резкий выпад в направлении лица колдуна. Наверное, он совершил такое от отчаяния. Ведь навредить этим движением дымной пелене было совершенно невозможно. Это – все равно, что ткнуть палкой в туман или облако. Однако в следующее мгновение произошла удивительная вещь. Едва визир приблизился к глазам врага, как тот затрясся, отчаянно взвыл и исчез.

Королева с удивлением воззрилась на свои ладони, внутри которых все так же бессильно помигивал малюсенький язычок. Потом она взглянула на друзей и обескуражено пробормотала:

– Ничего не понимаю. Как это произошло?

Питер, не меняя позы, только пожал плечами.

– А я, кажется, поняла, – улыбнулась, пришедшая в себя, Дарни. – Вот, смотрите. Узкий конец телескопа оказался перед глазами колдуна. А широкий – напротив ладоней Селены. И злодей увидел многократно увеличенный язычок, который стал выглядеть, как бушующее пламя.

– Какой же ты молодец, Питер! – восторженно воскликнула Селена. – Так здорово придумал!

– Я…, придумал?…, – растерянно повторил мальчик. – Хм… Ну, да, наверное… В общем, я старался!

Поняв причину растерянности друга, Дарни звонко рассмеялась.

До дома Питера дети добрались без приключений и, попрощавшись, расстались с королевой.

Перед тем как отправиться в свою спальню, мальчик спохватился.

– Вот я промашку-то допустил! – с досадой произнес он. – Мне надо было бы Селену до места сопроводить. Она же пока в силу не вошла. Вдруг с ней по дороге что-нибудь еще случится?

– Я сначала тоже об этом подумала, – кивнула Дарни. – Но потом решила, что тень сегодняшней ночью больше не появится. Потому что ты ее напугал.

– Хорошо бы она вообще больше никогда не появилась, – вздохнул мальчик и, пожелав девочке спокойной ночи, отправился спать.

На следующее утро друзья отправились в дому госпожи Марты. Они предусмотрительно остановились на противоположной стороне улочки. А потом принялись внимательно осматривать соседние, примыкавшие к нему фасадами, жилые постройки. Им совершенно не хотелось, чтобы кто-то из соседей увидел, как они вошли в дом, где отсутствует хозяйка. Но ставни всех окон были плотно закрыты. Это было верным признаком того, что владельцы домов находятся на работе.

Перебежав улочку, ребята толкнули дверь, но та оказалась запертой. Едва они собрались тихонько постучать, как из глубины помещения до них донесся негромкий голос Селены. Тот произнес короткое заклинание, и дверь сама по себе приоткрылась. Проскользнув внутрь, дети вынужденно остановились и принялись усиленно моргать глазами.

В помещении, где они оказались, царил густой полумрак. Это было связано с тем, что окна квартиры госпожи Марты тоже заслоняли ставни. В дальнем углу комнаты в кресле сидела Селена. На ее коленях лежал плед с вышитыми на нем причудливыми растениями и грифонами. Королева распускала его и, низко склонившись, внимательно обследовала каждую извлеченную нить.

– Может, немного ставни приоткрыть, – заботливо предложил Питер. – В этой темноте ничего же не видно.

– Нет, нет, не беспокойся, пожалуйста, – отозвалась Селена. – В свете нет никакой надобности.

– А что ты делаешь? – поинтересовалась Дарни.

– Пытаюсь отыскать живительную нить, – пояснила собеседница.

– Что отыскать? – не поняла девочка.

– Живительную нить, – повторила королева. – Она – волшебная, потому что сплетена из лунного сияния и звездных лучей. Эта нить всему силы придает. Благодаря ей плед оказался способен вас по воздуху в Скайланд перенести. Она же и новорожденную Марту жизненной энергией напитывала, чтобы с той среди гор в морозную ночь ничего не случилось.

– А зачем ты ее сейчас ищешь? – спросил Питер. – Чтобы она тебе силы скорее вернула?

– Нет, – покачала головой Селена, – я собираюсь ее как оружие против тени использовать.

– Хочешь, мы тебе поможем ее отыскать? – предложила Дарни.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась королева, – только у вас ничего не получится. Внешне она ничем от других нитей не отличается. Ее почуять надо. А вы на это не способны. Так что присядьте и подождите, пока я не закончу.

Ребята послушно уселись на диван и притихли. А Селена продолжила свою кропотливую работу. Через некоторое время Питер начал задремывать. Размышляя, как бы скоротать время, Дарни повела глазами по сторонам. И тут увидела прошлогодний экземпляр «Большого журнала всякой всячины». Поскольку ничего другого не оставалось, девочка взяла его в руки и начала перелистывать. Где-то в середине она увидела статью под названием «Как приманить летучих мышей».

«Ничего себе! – мысленно удивилась девочка. – Кому это нужно – их приманивать?!».

Заинтересовавшись, она углубилась в чтение.

Из статьи Дарни узнала, что небольшие летучие мыши – очень полезные существа. Они уничтожают вредных насекомых. Например, назойливых мух и противных комаров. Если они кому-то досаждают, те должны соорудить специальные домики. Тогда летучие мыши смогут в них поселиться и освободить от насекомых приусадебный участок. Также в статье упоминались и крупные особи, которых называют «летающие лисицы». Они, в отличие от своих мелких сородичей, обладают прекрасным обонянием, что позволяет им обнаруживать пищу: фрукты и ягоды, – на большом расстоянии. А еще девочка выяснила, что большие стаи летучих мышей взмахами своих крыльев способны создать ощутимый ветер.

«Интересно, а в наших горах, какие летучие мыши обитают? Надо у Питера спросить. Вдруг он знает?», – подумала Дарни.

Но едва она собралась это сделать, как Селена радостно ахнула.

– Вот она, наконец-то! – воскликнула королева.

И девочка увидела в ее руках нить размером в длину пледа. Селена отложила его остатки: где-то около трети, – в сторону и, пританцовывая, двинулась по комнате.

– Что ты теперь будешь с ней делать? – спросила Дарни. – Или это – секрет?

– Совсем нет, – улыбнувшись, ответила та. – Я немедленно отправлюсь на поиски колдуна. Когда найду, то обовью этой нитью. Та начнет вливать в его мрачную безжизненную сущность свежие живительные силы. В конце концов, тень наполнится ими настолько, что ее разорвет на куски. И она больше никогда не появится. Понятно?! – и со счастливым смехом легонько щелкнула девочку по носу.

– Совершенно не понятно, – закрутила головой Дарни. – Во-первых, где ты собираешься найти колдуна днем? Во-вторых, как тебе одной удастся обвить его нитью?

– На первый вопрос могу ответить сразу, – прервав танец, сказала Селена. – Надо найти в городе самый темный и глубокий подвал. Он наверняка там до наступления ночи укрылся.

– А почему ты думаешь, что не в горной пещере? – спросил Питер.

– По пути сюда я успела заметить, что рядом с городом есть всего одна пещера, – пояснила королева. – Но в ней обитают летучие мыши. Присутствие колдуна их напугало бы. Они принялись бы метаться и создавать воздушные завихрения. А те для тени очень вредны, ведь она из дымных клубов состоит. Клубы под воздействием ветра стали бы расползаться в разные стороны. Чтобы собрать их воедино, колдуну потребовалось бы много времени. И вдалеке от города он селиться не станет. Пока сюда доберется, ночь закончится.

– А с ответом на второй вопрос как? – поинтересовалась девочка.

– С ним ситуация сложнее, – покачала головой Селена. – Конечно, мне нужен помощник. Только где его взять? Взрослые – на работе. Пока они вернутся, пока им все объяснишь и растолкуешь, пока они поверят, не только день, но и ночь закончится.

– А я?! – воскликнул Питер.

– Ты еще не дорос до того, чтобы с могущественным колдуном сражаться, – вздохнула королева.

– Ничего себе! – всплеснул руками мальчик. – Как его телескопом отогнать, так – «молодец, здорово придумал». А как нитью обвить, так «не дорос». Если ты хочешь от него избавиться, давай, используй любую возможность. Поэтому сделаем так: мы с тобой пойдем и обовьем колдуна.

– Я тоже с вами пойду, – вступила в разговор Дарни. – Вдруг и моя помощь понадобится?

– Хорошо, – кивнул Питер, – может, даже лучше будет, если окажешься под нашим присмотром. Только, чур, уговор: в сторонке постоишь. Не девчоночье это дело, на колдунов охотиться.

– Ну, ты даешь! – в изумлении округлила глаза Селена. – Взял и все сам решил, даже со мной не посоветовался!

– Не думаю, чтобы у тебя другой вариант был, – посерьезнел Питер. – Поэтому давайте закруглимся и пойдем.

– Куда пойдем-то? – спросила королева.

– В подвал под пожарной каланчой, – уверенно сказал Питер. – Он – самый глубокий и темный. К тому же в него никто не ходит.

– Что ж, давай проверим, – кивнула Селена.

Они вышли из дома и двинулись по безлюдной улице. Походка королевы стала легче. Это указывало на то, что она начала привыкать к новым условиям. Та с любопытством глядела по сторонам и улыбалась.

– Слушай, – обратившись к Дарни, сказала Селена, – а мне у вас очень даже нравится!

– Я рада, – отозвалась та и взглянула на спутницу.

Но в тот же момент она обнаружила, что… королева исчезла! Дарни растерянно повела глазами.

– Не вертись, иди спокойно, – раздался рядом с ней предостерегающий шепот невидимой Селены.

Едва он стих, как из-за угла навстречу друзьям вышел географ.

– Здравствуйте, господин учитель, – приветствовали они его.

– Здравствуйте, дети, – сказал тот. – Гуляете? Ну, гуляйте, гуляйте, набирайтесь сил перед учебным годом, – и отправился дальше.

Лишь только он удалился, как Селена вновь появилась.

– Это была необходимая предосторожность, – пояснила она. – Не то, увидев нового человека, тот принялся бы расспрашивать, и мы время потеряли бы.

Вскоре друзья достигли каланчи. Обогнув ее, они увидели небольшую дверь. Та оказалась не запертой. Питер собрался потянуть за ручку, как Селена его остановила.

– Не торопись, – сказала она. – Я сейчас сестре мысленную просьбу пошлю. Пусть чародеи нам в помощь защитную магию сотворят и сюда направят. Тогда и войдем.

Она повернулась лицом на восток и беззвучно зашевелила губами. Через недолгое время рядом с ними в воздухе повисло небольшое серебристое облачко.

– Теперь пора, – решительно произнесла королева и вместе с облачком двинулась вниз по ступеням.

Питер, не мешкая, отправился следом.

Дарни послушно стояла у входа. Из-за двери не доносилось ни звука. Эта тишина и полное неведение начали вызывать у девочки беспокойство. Поэтому она решила посмотреть, что там происходит. Приоткрыв дверь, Дарни поспешно скользнула внутрь. Та с легким скрипом затворилась за ее спиной. И девочка оказалась в темноте. Когда она на ощупь прошла половину лестницы, ее глаза привыкли. И в нескольких метрах ниже она увидела довольно просторное помещение. В его центре находились Селена с Питером и внимательно озирались. Вдруг оба напряглись и обратили взоры в дальний угол. Там лежала неразборчивая груда хлама, напоминавшая темную полуистлевшую мешковину.

Королева подала знак, и они с Питером разошлись в стороны. Растянув между собой живительную нить, те, затаив дыхание, осторожно двинулись к хламу. Когда до него осталась пара метров, тот вдруг зашевелился. Друзья, не мешкая, бросились вперед, намереваясь обвить его магическими путами. Но груда оказалась проворнее. Моментально превратившись в смердящие клубы, она в мгновение ока взвилась к потолку и тут же опустилась за их спинами. Нападавшие развернулись и предприняли повторную попытку. Однако и та оказалась безрезультатной. Дым растекся по полу и беспрепятственно просочился под нитью.

Селена и Питер начали преследовать тень колдуна. Они заходили, то с одной стороны, то с другой, но ничего не могли сделать. Та уверенно оборонялась и не позволяла себя захватить. Атаковать она не пыталась. Наверное, ее сдерживала магия нити или защитного облачка.

Противостояние все длилось и длилось. И чем оно могло закончиться, было не понятно.

Вдруг в какой-то момент Селена споткнулась. Потеряв равновесие, она вынужденно припала на одно колено и выпустила из рук нить. Увидев это, колдун кровожадно зарычал и бросился на королеву. Если бы не заговоренное облачко, той бы не поздоровилось. Оно, подобно щиту, преградило путь нападавшему. Налетев на него, колдун отпрянул назад. Но пострадало и облачко. После столкновения оно осыпалось безвольными мерцающими пылинками. Наверное, из-за значительного удаления от Скайлы и глубины подвала защита утратила значительную часть своих сил.

Раздавшись в стороны, тень двинулась на королеву с явным намерением обволочь ее со всех сторон.

– Бегите, не медля! – крикнула Селена детям. – Я отобьюсь!

Подчинившись приказу, ребята бросились к выходу. Поскольку Дарни оказалась к нему ближе, то достигла его первой. С треском распахнув дверь, она выскочила наружу. Через пару мгновений рядом с ней появился Питер. Он крепко сжимал нить и в тревоге оглядывался. Его, как и девочку, беспокоила мысль о судьбе королевы.

В этот момент из подвала донесся жуткий вой. Когда он стих, со стороны лестницы послышались шаги. И в дверном проеме появилась Селена. Обрадованные дети тут же заключили ее в объятия.

– Не волнуйтесь, все обошлось, – с улыбкой сказала она.

– Ты его победила?! – с надеждой воскликнула девочка.

– К сожалению, нет, – покачала головой Селена. – Хотя, к счастью, и не пострадала. Злодея отпугнул солнечный свет, который ворвался в подвал после того, как ты распахнула дверь.

– А куда он делся? – поинтересовался Питер.

– Втянулся дымом в щели каменной кладки, – сказала королева. – Теперь будет там до ночи скрываться.

– Пока колдун прячется в подвале, нужно что-то срочно предпринять! – с жаром выпалила Дарни. – Теперь он знает, что мы его разоблачили, и ему негде будет отсиживаться днем. Поэтому злодей постарается завершить свое гнусное дело сегодняшней ночью.

– На это время тебя надо хорошенько спрятать, и тогда он останется с носом, – предложил Питер.

– Боюсь, это ситуацию не спасет, – покачала головой Селена. – Колдун может другую жертву найти. Поэтому давайте думать, что делать.

Они отошли в сторонку и примолкли.

Вдруг Селена вздрогнула и поспешно отодвинулась в сторону.

– Что случилось?! – насторожилась Дарни.

Королева зябко повела плечами и смущенно сказала:

– Да вон рядом мышь пробежала. А я их до смерти боюсь. Если увижу, пиши, пропало: на весь день настроение испорчено. Только вы об этом никому не говорите. Не то на смех поднимут.

– Испорченное настроение, это – плохо, – согласилась девочка. – Ты возьми и на небо посмотри. Оно – голубое, радостное. У тебя настроение сразу улучшится, – и, подав пример, взглянула вверх.

В бескрайнем просторе она увидела белое пышное облако. Казалось, что оно неподвижно висит в воздухе.

«Какое красивое, – мысленно улыбнулась Дарни, – большое и величественное».

В этот момент с гор набежал ветерок. Облако тут же заколыхалось. Ветер усилился. Под его напором облако заклубилось и разошлось несколькими вспененными шапками. Те, гонимые воздушными потоками, скрылись за вершинами.

– С чего это ветер вдруг поднялся? – забеспокоилась Селена. – Может, гроза надвигается? Пойдемте, пока не поздно, домой. Там все и обдумаем.

Питер проворно поднялся. Но Дарни осталась на месте.

– Ты, что расселась, чудачка? – затормошил ее мальчик. – Так и промокнуть недолго.

– Подождите, – сосредоточенно пробормотала Дарни. – Мне тут мысль в голову пришла, а вы меня с нее сбиваете.

Селена с Питером недоуменно переглянулись.

– Я вот о чем подумала, – после небольшой паузы сказала девочка. – Ветер способен развеять все, что угодно: и туман, и тучу, – и даже листву с деревьев сорвать. И, конечно, дым, из которого тень колдуна состоит. Значит, чтобы победить злодея, нам нужно создать ветер!

– Как же мы это сделаем? – обескуражено спросил Питер.

– Мы должны приманить летучих мышей, – заключила Дарни. – Только вот чем: насекомыми или фруктами, – не знаю. И как до их пещеры добраться, тоже не представляю.

– Хм, вот задача-то, – пробормотал мальчик и в задумчивости потер лоб рукой, которой до сих пор сжимал нить. И тут же оживленно воскликнул, – Придумал! Надо обмотать нитью остатки пледа. Тот взлетит и доставит нас в пещеру летучих мышей.

– Боюсь, всех он не выдержит, потому что от него лишь небольшая часть осталась, – с сомнением промолвила Селена.

– Тогда я один полечу, – заявил Питер.

– А с приманкой, как быть? – спросила королева.

– Надо собрать все фрукты, которые продают в городе, – предложил мальчик, – принести сюда и сложить горой у входа. На них тут же слетятся мухи. Я возьму несколько плодов и аккуратно заверну их в тряпочку. Ну, за тем, чтобы мух по пути в пещеру ветром не сдуло. А там мыши пусть сами разберутся, что им больше по вкусу. Лишь только они к приманке потянутся, я обратно полечу. Те помчатся за мной. Представляете: я приземляюсь около горы фруктов, – и, опа!

– Очень даже представляем! – захлопала в ладоши Дарни. – Туча летучих мышей поднимет такой вихрь, что колдун, когда выберется из подвала, на куски разлетится! Какой же ты молодец, Питер! Так ловко придумал!

– Это не я – молодец, а ты, – смутился мальчик. – Идея-то – твоя. Я ее только немного развил.

И оба радостно рассмеялись.

Селена с улыбкой посмотрела сначала на одного, затем – на другого и со вздохом сказала:

– Вот ведь вы фантазеры. Сами подумайте: какой торговец станет бесплатно свой товар в кучу сваливать? А для того, чтобы все они прониклись и добровольно это сделали, их неделю будет нужно уговаривать.

– А вот и нет, – возразила Дарни. – Достаточно об этом дядюшке Самуэлю рассказать. Он доложит господину бургомистру и тот быстренько издаст указ.

Она проворно поднялась, чтобы отправиться за почтмейстером. Но Питер ее остановил.

– Лучше побудь тут – я быстрее тебя бегаю, – и умчался.

Через недолгое время он вернулся с дядюшкой Самуэлем. В подмышке мальчик сжимал небольшой сверток. Увидев его, Дарни сказала:

– Ты, как я вижу, за пледом успел забежать?

– Ага, – кивнул тот. – Хорошо, что вовремя вспомнил. Иначе второй раз пришлось бы бегать.

Дядюшка Самуэль чинно приблизился к королеве и, учтиво поклонившись, произнес:

– Здравствуйте, ваше величество.

– Здравствуйте, господин почтмейстер, – сделав книксен, отозвалась та. – Только, пожалуйста, обращайтесь ко мне по имени. Ведь мы не в тронном зале находимся.

– Тогда и вы ко мне тоже, – в ответ улыбнулся дядюшка Самуэль. – По дороге Питер ввел меня в курс дела. Я сразу все понял и, конечно, мог бы сразу к бургомистру направиться. Но решил сначала засвидетельствовать вам свое почтение. Ведь наш городок не каждый день королевские особы посещают. Однако, пожалуйста, не беспокойтесь, что на это ушло какое-то время. Мы все успеем сделать.

– Думаете, бургомистр к вам так сразу и прислушается? – с сомнением спросила Селена.

– Безусловно, – кивнул почтмейстер. – Он – человек умный, за город радеющий. Сейчас указ издаст, и все будет в порядке. Хотя думаю, и без указа обойдется. Потому что у нас все жители – очень ответственные. Чуть что не так, сразу на помощь спешат. А тут такая беда надвинулась!

С этими словами он развернулся и поспешил к бургомистру. А дети и королева остались у входа в подвал. К тому времени ветер стих. На безоблачном небе не виднелось ни облачка. Так что попасть под ливень друзьям не грозило. Но даже если бы на город наползла дождевая туча, они с места не сдвинулись бы. Все трое неотрывно взирали на дверь, опасаясь, что тень колдуна, несмотря на разгар дна, сможет улизнуть.

Не прошло и часа, как до друзей донеслись приближающиеся звуки. Они представляли собой глухое постукивание колес о булыжную мостовую и мягкую поступь ног. Вскоре к каланче приблизилось несколько торговцев. Те двигались очень осторожно, почти крадучись. Каждый катил перед собой тележку, колеса которой были обмотаны толстым слоем мешковины. Днища тележек буквально прогибались под тяжестью наваленных на них ягод и фруктов. Ни слова не говоря, торговцы ссыпали свой груз у двери подвала и так же, молча, удалились. Пришедший с ними почтмейстер шепотом пояснил:

– Бургомистр приказал им двигаться, как можно, тише, чтобы того ирода не спугнуть, – и отправился вслед за торговцами.

Друзья принялись готовить плед к полету. Селена надежно привяла живительную нить к его остаткам. А Питер сложил на них несколько пригоршней фруктов, которые уже облепили мухи. Когда все было готово, плед вместе с мальчиком поднялся в воздух.

Сначала узкая полоса ткани вела себя неуверенно. Она колыхалась и перекатывала волнами, словно, трепещущий на ветру, стяг. Наверное, плед приноравливался к своему новому непривычному размеру. Поэтому в первые мгновения Питеру пришлось прикладывать усилия, чтобы удержаться на его поверхности и не сорваться вниз. Но вскоре все наладилось, и мальчик стал стремительно удаляться.

К тому времени день склонился к вечеру. В улочки городка начали просачиваться сумерки. Чем гуще они становились, тем тревожнее делалось на душе девочки. Ведь неуклонно приближалась ночь, которая была способна возродить силы колдуна. Тогда его тень вырвется из подвала наружу и!..

Потеряв терпение, Дарни с дрожью в голосе спросила:

– Что ж Питер так долго-то?!

– Совсем и не долго, – отозвалась Селена и успокаивающе погладила девочку по руке. – Ты же прекрасно знаешь, что летучие мыши бодрствуют только по ночам. Скоро они активизируются, почуют приманку и прилетят.

Хотя казалось, что королева тоже переживает.

– Скоро и злодей активизируется! – не унялась Дарни. – Вот появится, и что мы будем делать?! У нас даже живительной нити нет, чтобы ему противостоять!

– А про мои магические силы ты забыла? – спросила Селена. – За день пребывания здесь я уже порядком в себя пришла, и они почти восстановились. Да и наших чародеев уже о помощи попросила. Так что будем надеяться, что до прилета Питера выстоим.

– Конечно, выстоим, – раздался сзади негромкий голос.

Обе обернулись и увидели старого почтмейстера.

– Ой, дядюшка Самуэль, ты так тихо подошел, что мы даже не заметили! – удивилась девочка.

– Не только меня, но и остальных, – улыбнулся почтмейстер. – Вокруг каланчи за домами, изгородями и деревьями добровольцы притаились. Ну, на случай, если что-то не так пойдет. У каждого из них – по мощному фонарю. Если все разом включить, колдун ни за что не устоит, тут же наутек бросится.

Вскоре совсем стемнело. В неярком свете стоявших невдалеке уличных фонарей пожарная каланча сегодня почему-то выглядела огромным мрачным монументом. Дарни, затаив дыхание, с напряжением всматривалась в ее основание, туда, где располагалась едва различимая дверь подвала. Вдруг ей почудилось, будто та заколыхалась. Девочка пригляделась и увидела, что из-под двери вытекло несколько дымных струй. Ненадолго замерев, словно внимательно осмотревшись, те втянулись внутрь.

– Кажется, начинается, – с замиранием сердца прошептала Дарни.

– Вижу, – едва слышно отозвалась Селена и свела распахнутые ладони.

Между ними тут же возник тусклый, светившийся серебром шар наподобие снежного комка. В этот момент дверь подвала медленно отворилась. В царившей тишине ее проржавевшие петли издали громкий, бередящий душу скрип. Следом из образовавшегося проема повалили клубы дыма. Королева вскинула руку и с силой метнула в них шар. Угодив точно в середину, тот прорезал в клубах дыру. Клубы зашипели, точно были раскаленной сковородой, на которую выплеснули воду, и метнулись назад.

– А ты, зачем это сделала? – спросила Дарни. – Ведь теперь колдун понял, что мы – здесь.

– Вот и хорошо, – ответила королева. – Ведь наша задача – удержать его в подвале до появления летучих мышей, – и, на всякий случай, создала еще один шар.

Девочка взглянула на его небольшой размер и поинтересовалась:

– Думаешь, такой магии для этого будет достаточно?

– Она на первое время нужна, – пояснила Селена. – Скоро помощь от наших чародеев прибудет.

В этот момент, будто в подтверждение ее слов, с восточной стороны приблизилось с десяток серебристых облачков. Подлетев к притаившимся подругам, они зависли в ожидании команды.

Тут внутри подвала возникло раздраженное рычание. Следом за ним из дверного проема выметнул дымный столб высотой в половину каланчи. Королева повелительно взмахнула рукой, и облачка бросились в атаку. Взвившись кверху, они соединились и образовали купол. Он начал опускаться и давить на столб. Тот отчаянно сопротивлялся, но безрезультатно. С каждой секундой его вершина все больше приближалась к земле. Наконец, столб превратился в дымную лепешку и убрался в подвал.

– Ура, победа! – с ликованием прошептала Дарни. – Теперь колдун ни за что наружу не высунется!

– Хорошо бы, – кивнула Селена. – В противном случае нам его больше сдержать не удастся.

– Почему? – не поняла девочка.

– А ты внимательно на защитную магию взгляни, тогда сама поймешь, – ответила королева и кивнула на облачка, которые продолжили кружить над входом.

Дарни последовала ее совету и увидела, что те значительно поблекли. Наверное, на противостояние злодею они потратили много сил.

– Что же теперь делать? – растерянно спросила девочка.

– Надеяться на то, что до возвращения Питера колдун останется внутри, – со вздохом промолвила Селена.

– Неужели ты ничего не сможешь сделать?! – удивилась Дарни. – Ведь только недавно говорила, что силы почти восстановила.

– Думала, что да, – печально отозвалась Селена. – Но на деле оказалось, что нет. Только магические шары получаются. Да и то небольшие. Наверное, мне для этого здесь значительно больше времени нужно. Эх, если бы мы рядом с королевством оказались! Тогда против моей мощи колдун вряд ли выстоял бы!

– Вот если бы у нас еще одна живительная нить была, – мечтательно произнесла девочка. – Я с ее помощью в Скайлу сейчас полетела бы. Злодей бросился бы за мной. И там ты его, бац, прихлопнула бы!

– Ну, что о несбыточном говорить, – сказала королева. – Давай ждать.

– А если летучие мыши не помогут? – забеспокоилась Дарни.

– Тогда добровольцы фонари включат, – ответила Селена. – Конечно, это – не лучший вариант. Они колдуна не уничтожат, а только отпугнут. И он продолжит выискивать жертву. Ладно, давай надеяться на лучшее: на то, что у Питера все получится.

Но едва она это произнесла, как каланча сотряслась от неистового, возникшего внутри нее воя. Он был настолько жутким, что девочка похолодела. Следом из распахнутой двери вылетело нечто ужасное. Оно не было ни клубами, ни столбом, а пеленой плотной удушливой копоти. Та широко растеклась в стороны и затмила не только свет уличных фонарей, но и сияние полной луны. Наступила такая темень, что в ней было невозможно разглядеть даже собственный локоть. Наверное, этот беспроглядный мрак способствовал увеличению сил колдуна. Потому что вскоре из него начал проступать силуэт, облаченный в длинный балахон. Непонятно почему, но фигура, как казалось, по прочности не уступала скальной породе. От нее веяло неземной сокрушительной мощью. С каждой секундой силуэт увеличивался в размере. Наконец, достигнув высоты каланчи, он замер. В его верхней части тут же появились два алых отверстия. Только теперь они не походили на раскаленные угли, а напоминали огромные, пыхавшие жаром кузнечные горны. Вскоре под ними распахнулась просторная дыра – пасть колдуна. И из нее обрушился угнетающий прерывистый звук. Стало понятно, что злодей разразился победным хохотом. Отсмеявшись, он с тяжестью набатного колокола прогудел:

– Вот как славно получилось! Столько веков впустую потратил, чтобы хоть какую-нибудь человеческую душонку погубить! А тут, на тебе, сколько угодно грабастай! Сейчас всех до единого уничтожу! После возрождения такую мощь обрету, что весь мир к моим ногам падет! Ну, держитесь! – и двинулся к затаившимся добровольцам.

В той стороне послышался негромкий твердый голос:

– Не отступать! Подготовить фонари!

«Ой, ты! – мысленно содрогнулась Дарни. – Сейчас они тень отпугнут, и та потом вернется. А надо, чтобы она больше никогда не появилась. Куда же Питер запропастился?!», – и повела глазами.

Но в густой мгле девочка ничего не увидела. Поэтому было непонятно, где сейчас находился ее друг: далеко или близко.

«Может, он вот-вот появится! – взволнованно подумала Дарни. – Как бы время потянуть?!».

И вдруг, решившись, вскочила.

– Стой! Стой! Ты, куда?! – с ужасом закричала Селена и попыталась удержать девочку на месте.

Но было поздно – Дарни уже успела отбежать на несколько шагов. Набрав скорость, она крикнула добровольцам:

– Пожалуйста, не включайте фонари! Иначе вы все испортите! Я его отвлеку!

И девочка помчалась во всю прыть.

Тень повернула голову в ее сторону, качнулась и, кровожадно вскинув руки, поплыла следом. С каждой секундой она двигалась все быстрее. Теперь плотный сгусток напоминал крейсер, который неумолимо настигает легкое парусное суденышко. Поняв это, Дарни пустилась на хитрость. Она начала проворно петлять. Массивный преследователь был не так расторопен. Он вынужденно тормозил, менял направление движения и лишь потом снова набирал скорость. Сначала казалось, что все складывается хорошо. Но через некоторое время девочка почувствовала усталость и замедлилась. Дистанция между ней и преследователем стала неуклонно сокращаться.

Чтобы хоть как-то помочь Дарни, пришедшая в себя Селена принялась метать в колдуна магические шары. Но те, ударившись о твердь его, будто бронированного, корпуса, рассыпались в прах и опали угасающими искорками. Серебристые облачка соединились и выстроились перед злодеем вертикальным щитом. Однако, совсем ослабев, сдержать его напор не смогли. Тот без труда преодолел преграду. Теперь путь к жертве был свободен.

– Дарни, прячься! Мы включаем фонари! – донеслось со стороны добровольцев, которых в зависшей мрачной хмари не было видно.

– Подождите! Хоть чуть-чуть! – в ответ крикнула девочка. – У меня еще есть силы!

Но вскоре стало понятно, что их у нее осталось совсем немного. С каждым шагом злодей становился все ближе. Поняв, что положение стало критическим и больше рисковать нельзя, Дарни собралась, было, спрятаться, как вдруг!..

Царившая повсюду темная пелена содрогнулась и, превратившись в сумбурный водоворот, разлетелась в клочья. В очистившемся воздухе стало видно, что над крышей каланчи возникла огромная необычная туча. Ее масса пребывала в неустанном стремительном движении. Впереди этого мельтешения летел… Питер!

Мгновенно сообразив, что надо сделать, девочка собрала последние силы и метнулась к двери подвала. Колдун резко развернулся и кинулся за ней. Но едва он достиг, усеянной мухами, горы фруктов, как летучие мыши бросились к вожделенному угощению. Пока одни насыщались, другие с нетерпением кружили над ними. Они, не разбирая преграды, метались, то вверх, то вниз, то вправо, то влево. Созданная ими неистовая круговерть была такой мощной, что казалось, будто даже каланча принялась раскачиваться.

Под воздействием воздушных потоков фигура злодея начала утрачивать свою монументальность. С каждым последующим мигом она становилась все шире и тоньше, постепенно превратившись в подобие вывешенной для просушки простыни. Следом ее края принялись с треском отслаиваться и расползаться. Вследствие этого устрашающая громада стала стремительно терять размеры. Вот она уменьшилась до половины каланчи, вот – до одной трети, вот – до притолоки подвальной двери. Наконец, тень колдуна превратилась в малюсенький темный сгусток размером с детскую ладошку. Тот, натужно подергивая тоненькими струйками полупрозрачного дымка, силился улизнуть. Но не мог сдвинуться ни на сантиметр.

Дарни взглянула на занятых пиршеством летучих мышей и поняла, что теперь те ничем не помогут. Тогда она подбежала к остаткам тени и набрала полную грудь воздуха.

– Постой, давай вместе! – послышались голоса Селены и Питера.

Королева и мальчик встали по бокам девочки, и все трое с силой дунули. И от тени злобного колдуна не осталось и следа.

– Ура! Ура! Победа! – дружно закричали добровольцы и поспешили к друзьям.

К тому времени вокруг существенно посветлело – приблизился рассвет. Поэтому было хорошо видно, что впереди группы мужчин идет невысокий плотный господин средних лет. Подойдя, он учтиво поклонился королеве и сказал:

– Позвольте представиться. Я – бургомистр этого городка.

– Очень приятно, – улыбнулась Селена. – Неужели и вы, находясь при такой ответственной должности, были здесь? Я думала, вам было бы более уместно из здания магистрата всем руководить.

– Ну, что вы! – воскликнул бургомистр. – Когда город – в опасности, разве можно оставаться в стороне? У нас все жители были готовы выйти на его защиту. Большинству пришлось отказать. – И, смущенно потупившись, добавил, – Потому что на городском складе мы очень небольшое количество фонарей храним, на всех не хватило.

Дарни повела глазами и спросила:

– Неужели вы и моему папе отказали?

– К сожалению, пришлось, дитя мое, – вздохнул бургомистр. – Ему снова ни свет, ни заря вставать, чтобы очень ответственное дело завершить. Наверное, он на меня очень обиделся. Впрочем, как и остальные. Теперь придется по домам ходить, перед каждым извиняться. А на это неделя уйдет, не меньше.

– Можно по-другому поступить! – предложила Дарни. – Например, устроить на центральной площади общий праздник. С музыкой, танцами и угощением. Там вы сразу перед всеми и извинитесь.

– Мысль, конечно, хорошая, – согласился бургомистр. – Вот только боюсь, что угощение будет скудным. Ведь городок у нас – небольшой, поступления в казну – невеликие. Поэтому мы вынуждены каждую монетку считать.

– Это – не проблема, – вступила в разговор Селена. – Я сейчас же дам поручение своим придворным поварам. Такой пир закатим, что ой-ей-ей!

И она, повернувшись на восток, принялась что-то повелительно нашептывать.

– Надеюсь, ваше величество, вы тоже будете на торжестве присутствовать? – спросил бургомистр.

– Конечно! – отозвалась Селена. – И я, и моя сестра Марта. Она по всем вам очень соскучилась.

Бургомистр округлил глаза и вскинул брови, не поняв, почему королева так сказала.

– Мне понятно ваше удивление, – рассмеялась Селена. – Вы думаете: «Как такое может быть, если она нас никогда не видела?!». Ан, нет! Видела, и не раз! Моя сестра – та, кого горожане привыкли называть «тетушка Марта». Правда, сейчас она выглядит значительно моложе, чем раньше. И скоро вы в этом убедитесь.

Едва она закончила говорить, как вокруг потемнело. Все вздрогнули от неожиданности и взглянули вверх, опасаясь, что их снова накрыла тень колдуна. Однако оказалось, что это тучей взвились летучие мыши. Насытившись, те направились в свою пещеру, торопясь укрыться в ней до восхода солнца. При виде их королева зябко поежилась.

– Как понимаю, вы этих существ не любите, – догадался бургомистр.

– Вы правы, – согласилась Селена. – Лишь только они появляются, у меня по всему телу мурашки бегут. Фу!

– Хм, – покачал головой собеседник, – ну, это кто к чему привык. Вот, например, в Японии и Китае их символом удачи считают.

Наверное, он, как и говорил дядюшка Самуэль, был очень умным человеком.

Когда стая пропала из вида, все стали расходиться.

Бургомистр отправился первым. Он торопился отдать все необходимые распоряжения для организации праздника.

Следом за ним ушли добровольцы. Они поспешили сдать на городской склад казенные фонари, чтобы не опоздать на работу.

Последними площадку возле пожарной каланчи покинули Селена, Питер и Дарни.

По дороге домой девочка, слушая вполуха беспечную болтовню друзей, размышляла над словом «удача». В результате она пришла к выводу, что та всегда сопутствует тем, кто, приложив усилия, искренне хочет ее добиться.

Глава III

Нашествие Рухлей

В городке, где жила Дарни, росло очень мало деревьев. Причина этому была простая. Корни с большим трудом пробивались сквозь твердую горную породу. Поэтому они не развивались, как следует, и многие деревья погибали. Зато те, которые укоренялись, выглядели настоящими красавцами. В основном это были клены.

За деревьями трепетно ухаживал специально приглашенный городской садовник. Он аккуратно обрезал подсохшие веточки и тщательно замазывал варом трещинки в стволах, чтобы в них не проникли вредные жучки и не погубили его. А еще тот тщательно поливал их полезными для роста растворами.

На такую заботу деревья отзывались с искренней благодарностью. Они зеленели пышными кронами круглый год. И лишь один раз в пятьдесят лет те сбрасывали листву на зимнее время. А весной вновь выстреливали почками и продолжали радовать горожан в течение следующего полувека.

Особый восторг у жителей деревья вызывали в канун Рождества. Они начинали колыхать своими обледенелыми листьями. Те легонько касались друг друга и издавали мелодичный звон. Он растекался по городку переливами серебряных бубенцов. И все понимали, что приближается праздник.

Опавшие листья горожане собирали в мешки и выносили за пределы города. Но не абы куда, а в четко отведенное место. При наступлении ближайшего безветренного дня их там сжигали. Делал это один из жителей, которого выбирали общим голосованием. Но он сжигал листву не просто так, а в строгом соответствии с указом. Его в незапамятные времена издал первый бургомистр города. Поэтому сжигание листвы было не обычным процессом, а настоящим священнодействием. Почему нужно было следовать тому предписанию, никто не знал. Даже нынешний бургомистр. Когда к нему обращались с подобным вопросом, он пожимал плечами и отвечал: «Наверное, была причина. Надо бы в городском архиве порыться. Может, в старинных документах объяснение и отыщется». Но дни проходили за днями, месяцы – за месяцами, а ответ так и оставался тайной. Ведь у бургомистра было много других дел. Вот у него до архива руки и не доходили.

Та осень, о которой пойдет речь, как раз пришлась на год листопада. Собранием жителей самым достойным для такого ответственного задания был признан старый почтмейстер.

Проснувшись ранним утром, дядюшка Самуэль выглянул в окно. В небе светило солнце, а на улице не было ни ветерка. Решив соответствовать торжественной миссии, почтмейстер до блеска начистил ботинки и тщательно отутюжил брюки. Затем он, облачившись в белоснежную сорочку и новый сюртук, отправился к бургомистру за получением инструкций. Тот развернул свиток пожелтевшего от времени указа и зачитал:

– Прежде всего, надлежит сложить листву аккуратным ворохом. Запалив ее, следует неукоснительно следить за тем, чтобы ни один лист не отлетел в сторону. При возникновении такой ситуации незамедлительно вернуть лист в костер. Листья должны быть сожжены все до единого.

– Понятно, господин бургомистр, – кивнул дядюшка Самуэль. – Тщательно сжечь листву – не такая уж сложная задача. Я все исполню, как полагается.

– Тут есть еще один пункт, – добавил бургомистр. – Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы на листья опустился черный туман.

– Как это?! – удивленно вскинул брови дядюшка Самуэль. – Откуда ему в ясную погоду взяться? И почему он вдруг должен быть черным? В наших местах я такого ни разу не видел.

– Я тоже, – согласился бургомистр. – Может быть, он раньше появлялся? Но раз в указе о нем написано, значит, мы это обязаны учитывать.

– Конечно, конечно, – с готовностью сказал старый почтмейстер, – буду смотреть в оба.

С этими словами он покинул здание магистрата и вышел на улицу. Немного пройдя, почтмейстер увидел Антонио.

– Здравствуй, дядюшка Самуэль, – приветствовал его тот.

– Здравствуй, малыш, – отозвался почтмейстер. – А почему ты не в школе? Неужели занятия прогуливаешь?

– Нет, что ты! – закрутил головой мальчик. – Просто учитель географии заболел, и нас с последнего урока отпустили.

– Что ж, тогда тебе повезло, – улыбнулся дядюшка Самуэль, – иди, отдыхай.

Тони робко взглянул на него и попросил:

– Дядюшка Самуэль, возьми меня, пожалуйста, с собой. Я тебе помогать буду.

Услышав это, тот задумался. С одной стороны, он ни разу не слышал, чтобы к сожжению листьев допускали детей. С другой стороны, прямого запрета этому тоже не было.

«Наверное, большой беды не будет, если я ему разрешу», – подумал дядюшка Самуэль.

Но прежде чем согласиться, он напустил на себя строгий вид и сказал:

– Если ты решил мне помочь, то должен понять, что это дело – очень ответственно. Его четко по инструкции нужно делать. Справишься?

– Конечно, справлюсь! – заверил мальчик. – Я же сообразительный. Вон как ловко кроссворды отгадываю. Еще немного потренируюсь и буду участвовать в конкурсе. Его «Большой журнал всякой всячины» собирается проводить. Если займу призовое место, то обо мне в нем статью напишут.

– Ну, если в конкурсе, тогда пойдем, – рассеялся старый почтмейстер.

Вскоре они достигли окраины городка. Сразу за ней на краю обрыва располагалась площадка. В ней было естественное круглое углубление, напоминавшее дно большого таза. Рядом с ним стояли мешки с собранной листвой. Развязав их, почтмейстер и Тони аккуратно ссыпали листья в углубление. За минувшие два дня те утратили свой багряно-золотистый цвет, съежились и потемнели. На их бурой поверхности появились ржаво-коричневые пятна. Поэтому ворох листвы стал походить на кучу ненужной, отслужившей свой срок рухляди. Дядюшка Самуэль поднес спичку, и ворох занялся пламенем. Усевшись рядом, оба начали наблюдать за костром.

Поднявшееся осеннее солнце начало пригревать. Тони расстегнул курточку и сказал:

– Жарковато становится. Будто разогретым утюжком по спине водят.

В этот момент со стороны костра повеяло дымком. Правда, его запах оказался каким-то странным. Он отдавал густой прелостью. Та совершенно не походила на легкую горчинку опавшей листвы. В ней улавливалась гнетущая тяжесть гнили. Дым почему-то окутал лишь почтмейстера и через пару мгновений рассеялся. Едва это произошло, как дядюшка Самуэль побледнел и растерянно повел глазами. А потом с тревогой прошептал:

– Кажется, я утюг забыл выключить! Так и до пожара недалеко! И мой дом пострадает, и соседние! Что же теперь делать?!

– Ничего страшного, – успокоил его Тони. – Сходи, проверь. А я пока подежурю.

– Только ты смотри, чтобы ни один листик в сторону не отлетел! – предупредил мальчика почтмейстер. – Хватай грабли и сразу его на место возвращай! Запомнил? Хорошо. Я мигом обернусь, – и спешным шагом направился в город.

Тони проводил его взглядом, а потом посмотрел на листву. По ее поверхности весело перебегали язычки пламени. Проглатывая лист за листом, те уверенно продвигались к вершине вороха. Прогоревшие листья превращались в золу, которая робко помигивала затухающими искорками. Все шло хорошо.

Решив провести время с пользой для дела, мальчик достал из школьного ранца брошюру с кроссвордами и углубился в их разгадывание. Неожиданно, откуда ни возьмись, возник ветер. И несколько листьев слетело с вороха. Тони проворно вскочил и, вооружившись граблями, вернул их на место. Проверяя, все ли он убрал, мальчик повел глазами. И тут увидел, что склон горы на другой стороне ущелья потемнел. Тони почудилось, что по нему от вершины к основанию, будто потекла какая-то пелена.

«Это – тень от тучи, что ли?», – подумал он и посмотрел вверх.

Однако небо было по-прежнему безоблачным. Тони перевел взгляд на склон. Тот выглядел, как прежде. Словно пелена успела соскользнуть к основанию горы: в ущелье.

«Наверное, мне показалось», – решил мальчик и, успокоившись, продолжил свое увлекательное занятие.

Но едва он приступил к разгадыванию очередного слова, как ветер подул вновь. Теперь его дыхание было коротким и мощным. Оно очень напоминало то, каким стараются задуть свечи на именинном пироге. Часть листьев сорвалась с места и устремилась к обрыву. Тони бросился к его краю, намерившись вернуть листву на место. Но не успел. Гонимая воздушным потоком, та оторвалась от земли и полетела в ущелье. Остановившись у кромки площадки, мальчик посмотрел вниз. Было видно, что к этому времени листья достигли дна ущелья и погрузились в необычную темную пелену. Они преодолели расстояние так быстро, словно их притянули мощным магнитом.

– Как же теперь быть? – раздосадовано пробормотал Тони. – Получается, я дядюшку Самуэля подвел. Конечно, можно ему об этом ничего не говорить. Но если не скажу, нечестно получится. Значит, нужно все рассказать.

В это время на площадке появился запыхавшийся почтмейстер.

– Уф, – облегченно выдохнул он, – все в порядке – выключил! Как у тебя дела?

Тони потупился. На его глаза навернулись слезы, и он дрогнувшим голосом прошептал:

– Плохо – часть листьев улетела. Потому что неожиданно ветер подул. Прости, дядюшка Самуэль, я виноват.

Тот покачал головой и с тяжелым вздохом сказал:

– Не кори себя, малыш, это – моя вина. Не надо было…, – и, не закончив, прервался.

Ему вдруг вспомнился странный дым костра, которым его окутало. Лишь теперь он понял, что тот, будто лишил его воли и помутил сознание.

– А, может быть, и не моя, – насторожившись, пробормотал он и взглянул на костер.

К тому времени тот полностью прогорел.

– А ну-ка, малыш, пойдем к бургомистру и все ему расскажем, – поспешно сказал почтмейстер. – Пока будем идти, постарайся вспомнить все подробности. Особенно те, которые ты воспринял как почудившиеся. Я должен о них знать.

Когда оба миновали вход в ратушу, дядюшка Самуэль обратился к Тони со словами:

– Ты пока здесь, в коридоре подожди. Если понадобишься, мы тебя пригласим, – а сам вошел в кабинет градоначальника.

Тот встретил его с широкой улыбкой.

– Ох, как вы быстро управились! – воскликнул он. – Надеюсь, все прошло, как надо?

– К сожалению, нет, – раздосадовано ответил почтмейстер и поведал о произошедшем.

– Тони здесь ни при чем, – заключил он. – Это – полностью моя вина.

Бургомистр задумчиво побарабанил пальцами по столу, а потом сказал:

– За такое короткое время произошло несколько весьма странных событий. Это – и неожиданный ветер, и темная пелена. Причем она появилась на склоне горы, за которой высится Триединый клык. Что-то уж больно много для простых совпадений.

А после короткой паузы он добавил:

– Боюсь, что это в большей степени – моя вина. Надо было найти время и отыскать ответ в архивах. Тогда причина таких требований указа стала бы понятной. И нам удалось бы избежать то, что произошло сегодня. Поэтому я сейчас же отправляюсь изучать старинные документы. А вы, пожалуйста, пока сохраните все в тайне. И мальчика об этом предупредите. Как думаете, он не проговорится?

– Полагаю, что нет, – отозвался почтмейстер. – Тони – человек дисциплинированный.

На этом они расстались. Дядюшка Самуэль с Тони отправились по домам, а бургомистр – в подвалы городского архива. В течение следующих нескольких дней он в своем кабинете не появлялся. Архивных документов было такое множество, что бургомистр проводил там буквально сутки напролет. Чтобы зря не тревожить горожан, тот придумал своему отсутствию очень удачное объяснение. Он якобы вспомнил о рецепте чудодейственного средства, которое позволило бы деревьям зеленеть сто лет кряду. Вот и приступил к его поискам.

Казалось бы, все проходило спокойно – как и задумывалось. Однако информация о том, что Тони участвовал в сжигании листвы все же просочилась. Наверное, в тот день кто-то увидел, как мальчик вместе с почтмейстером вышли за город. И ребята начали атаковать малыша расспросами.

– Да ладно тебе, не жмись, – приставал к Тони Питер. – Тоже мне, друг называется. Будешь вредничать, я тебе в свой телескоп посмотреть не дам.

– Ну, хоть чуть-чуть расскажи, – упрашивала его Дарни. – Нам же интересно. Может, дядюшка какое-то заклинание шептал или замысловато руками водил? Или что-нибудь еще делал?

– Теперь ты – настоящий герой, – с заискивающей улыбкой говорил мальчику красавчик Жак. – Никому из нас не доводилось при сжигании листвы присутствовать. А тебе удалось. Хоть намекни, как все выглядело?

Такое внимание необычайно льстило Тони. Но он упорно хранил молчание, поскольку, увлекшись, боялся проговориться.

Однажды после очередной неудачной попытки что-нибудь узнать о том событии Дарни сказала Питеру:

– Знаешь, мне эта ситуация совсем не нравится. Будь я на месте Тони, без умолка рассказывала бы. Думаю, ты тоже. А он молчит, как рыба. Да еще и губы крепко сжимает, будто опасается проболтаться. Вдруг там что-то случилось?

– Да ничего там не случилось, не выдумывай, – усмехнулся тот. – Ведь это дело дядюшке Самуэлю поручили. Он наверняка все четко сделал. А то, что Тони молчит, не удивительно. Может, господин бургомистр решил нам сюрприз сделать. Мы догадками изведемся, а он всех в актовом зале школы соберет и попросит Тони выступить. А потом ему еще и почетную грамоту вручит. Как первому ребенку, кто в таком важном деле участвовал. Так что не переживай.

– Хорошо, если бы так, – со вздохом кивнула Дарни.

Однако оказалось, что ее опасения были не напрасными. Потому что на следующий день по городу поползли тревожные слухи. Причиной тому стал учитель географии.

Поздним вечером предыдущего дня у него снизилась температура. Почувствовав себя гораздо лучше, он решил выйти на улицу – подышать свежим воздухом. Погода стояла хорошая. С каждым шагом к организму приливала бодрость. И географ решил прогуляться до края городка. Подойдя к нему, он услышал впереди необычный звук, походивший на громкий шелест опавшей листвы. Учитель пригляделся и увидел нечто.

В полусотне метров от него стоял с десяток предметов высотой в рост человека. Они были плоскими и широкими. Их края имели зазубренную форму кленовых листьев. Предметы слегка скручивались из стороны в сторону, будто поводили плечами. Это и порождало шелестящий звук. Вскоре те стали увеличиваться в размерах. И шелест перерос в скрежет кровельного железа. Когда предметы превысили двухметровую высоту, в верхней части каждого вспыхнуло по паре язычков пламени. Затем они выпустили струйки дыма и погасли. А на их месте появились большие обугленные дыры, походившие на глазные впадины. Следом в центре дыр появились раскаленные угли. И все это начало напоминать жуткие глаза. Неизвестные чудовища – а теперь в этом не было никаких сомнений, – продолжили расти. Потом они сгрудились, растопырили рваные края и стали напоминать гору рухляди. Кроваво-красные пары глаз на ее вершине уставились на город немигающим взглядом. Оторопев от представшего зрелища, учитель географии сдавленно охнул. Существа вздрогнули, попятились и растворились в темноте.

Едва эти слухи дошли до почтмейстера, как он тут же поспешил в ратушу. Войдя в здание, он увидел градоначальника, вышедшего из архива. Вид у того был очень озабоченным.

– Господин бургомистр, слышали, что с учителем географии произошло?! – с тревогой спросил он и рассказал о случившемся.

Тот помрачнел и, ничего не ответив, молча, указал на свой кабинет, пригласив войти. Как только оба там оказались, бургомистр плотно закрыл дверь и с тяжелым вздохом произнес:

– Я думал, у нас в запасе хотя бы пара дней останется. Эх, надо было раньше документы изучить. Вот посмотрите, что мне, в конце концов, удалось отыскать, – и протянул почтмейстеру пожелтевший от времени свиток.

Дядюшка Самуэль развернул его и увидел текст. Он был исполнен неровным почерком, будто написавший его человек сильно нервничал. Строчки в нем наползали одна на другую. От этого слова можно было разобрать с большим трудом. Да и буквы в них выглядели непривычно.

– Что это?! – удивленно спросил он.

– Предостережение, – ответил бургомистр. – Оно исполнено на старомонтанском языке. Сможете прочитать?

– Попробую, – смутился почтмейстер. – К сожалению, мы все и современный монтанский порядком подзабыли. Но думаю, что общий смысл уловлю.

– Я тоже только общий смысл уловил, – кивнул бургомистр. – Но даже та малость, которая мне стала понятна, ужасна! Вот, взгляните. Вдруг что-нибудь больше моего поймете.

Старый почтмейстер сосредоточился и углубился в чтение. В школьные годы ему довольно легко давались древние языки: греческий, латынь и, конечно, монтанский. Призвав на помощь все свои знания, он прочитал текст трижды и, наконец, понял, о чем идет речь. Очевидно, его написал тот самый бургомистр, который издал указ о правилах сожжения листьев.

Манускрипт гласил о том, что в стародавние времена невдалеке от того места, где сейчас находилась Монта, возник огромный купол. Его посредством черной магии создал злой колдун. Снаружи купол сиял притягательным светом, а внутри был черен, как сажа. Жители окрестных селений, прельстившись радужными цветами купола, направлялись к нему целыми семьями в надежде на лучшую жизнь. Но, войдя в него, погибали. Так длилось многие годы. Наконец, люди призвали на помощь могущественного чародея – властителя Скайланда. Тот разрушил губительное сооружение. Лишь только его оболочка рассыпалась, как из нее повалил густой черный дым. Повелитель небесного королевства тут же атаковал его и уничтожил. Но, как потом оказалось, не весь. Его части каким-то необъяснимым образом удалось улизнуть. Она, затерявшись в горах, спряталась в сырой темной пещере и стала ждать своего часа. Прошла не одна сотня лет, и тот, наконец-то, наступил. Это произошло через пятьдесят лет после того, как жители города посадили первые деревья. Лишь только пришло время сжигать опавшую листву, как дым выбрался из своего укрытия. Теперь он напомнил темный гнилостный туман, поскольку насквозь пропитался влажным воздухом пещеры. Дым намерился осесть на ворохе листьев, чтобы породить невиданное зло.

«Странная запись, – поведя глазами по сторонам, подумал почтмейстер. – Откуда тогдашнему бургомистру все это стало известно?».

Затем он снова взглянул на свиток. Оставшаяся часть текста была совсем короткой. Там было написано:

«Предостерегаю и заклинаю вас всем, чем только можно! Не допустите соединения тумана с листвой! Иначе случится непоправимая беда! Имя ей – Рухли!».

На этом текст заканчивался. Под ним стояла дата.

Дядюшка Самуэль покачал головой и сказал:

– Указ и предостережение были написаны в один и тот же день. Почему же они хранились порознь? Насколько мне известно, все документы архива подшиваются в строгом порядке. Они сброшюрованы четко по неделям, месяцам и годам их создания. А с этими как такое могло случиться?

– Трудно сказать, – пожал плечами бургомистр. – Возможно, кто-то из прежних архивариусов допустил оплошность. Поэтому указ и предостережение оказались на разных стеллажах.

– Может быть, и так, – задумчиво пробормотал почтмейстер. – А может быть, и по другой причине. Вдруг их кто-то намеренно разъединил?

– Кому же такое понадобилось? – удивленно вскинул брови бургомистр. – Да и зачем?

– Не исключено, что это было кому-то нужно, – отозвался дядюшка Самуэль.

– У вас есть какие-то подозрения? – насторожился собеседник. – Что же вы раньше молчали?

– Эта догадка появилась у меня только сейчас, после прочтения предостережения, – ответил почтмейстер.

– И кого же она касается?! – воскликнул бургомистр.

– Главного садовника нашего города, – заключил дядюшка Самуэль.

– Да полноте! – махнул рукой бургомистр. – Мсье Нуар – очень достойный человек. Он прекрасно знает свое дело. Так тщательно ухаживает за деревьями, что любо-дорого смотреть. Как только вам такое в голову пришло?! – и строго взглянул на собеседника.

– Садовник – не коренной житель нашего города, – невозмутимо ответил тот. – Он появился у нас ровно двадцать пять лет назад. На следующий день после того, как прежний садовник покинул свой пост. Помните, как мы переживали по поводу его ухода? Опасались, что долго не найдем нового садовника?

– Это ни о чем не говорит, – возразил бургомистр. – Простое совпадение, вот и все.

– А у вас не отложилось в памяти имя предшественника мсье Нуара? – продолжил почтмейстер.

– Отчего же, – отозвался бургомистр, – я его прекрасно помню. Это был герр Шварц.

– Совершенно верно, – кивнул дядюшка Самуэль. – А до него, как рассказывал мне мой дед, в должности городского садовника состоял мистер Блэк, который сменил синьора Неро. Если мы поднимем архивные документы, то узнаем имена всех садовников.

– Не понимаю, к чему вы клоните? – затряс головой бургомистр.

– Я не сомневаюсь, что их, казалось бы, разные фамилии в переводе означают одно и то же слово – «черный». А это уже не совпадение.

– Да быть этого не может! – воскликнул бургомистр. – Ну-ка, пойдемте в архив!

Оба спустились в подвальный этаж ратуши. Взяв с полки подшивку необходимых бумаг, они принялись ее просматривать. Ознакомившись с половиной документов, бургомистр помрачнел и закрыл том.

– Читать дальше не имеет смысла, – с тяжелым вздохом сказал он. – Вы правы, так оно и есть. Все имена переводятся как «черный». И каждый новый садовник появлялся в городе точно на следующий день после увольнения предыдущего. Только не пойму, что это может означать?

– Только то, что все садовники – один и тот же человек, – заключил почтмейстер. – Вернее, существо, которое искусно маскируется под людей с разной внешностью.

– Вы… уверены?! – оторопело спросил бургомистр.

– Теперь уверен, – кивнул собеседник. – Мсье Нуар – давайте для простоты понимания называть его именно так, – не может служить садовником столетия подряд. Это вызвало бы подозрения: живет, но не старится и не умирает. Вот он и меняется раз в двадцать пять лет. Это – вполне разумный срок для рабочей деятельности. К тому же, некоторое время назад произошел вот какой случай. Мы с ним встретились на улице, поговорили и начали прощаться. Едва он развернулся, чтобы уйти, как подул ветер. От этого длинные волосы садовника колыхнулись. Под ними, за его левым ухом я увидел нечто темное и будто разбухшее от влаги. Сначала мне подумалось, что это – обычное родимое пятно. Я бы до сих пор так считал, если бы только что не обратил внимания на одну запись. Вот она.

Почтмейстер отыскал нужную страницу и показал ее бургомистру.

– Взгляните. Это – ходатайство синьора Неро. Оно написано около ста лет назад. В нем он просит за счет городского бюджета выделить ему увлажняющую мазь. К ходатайству приложено заключение тогдашнего врача. Из него следует, что тот внимательно осмотрел родимое пятно за левым ухом пациента. Оно выглядело иссохшим, потрескавшимся и кровоточащим. Это причиняло пациенту боль и вызывало головокружение. В итоге врач поддержал просьбу синьора Неро. Он посчитал, что применение увлажняющей мази позволит садовнику избавиться от страданий и положительно повлияет на его работоспособность. Видите дату? В то лето стояла страшная жара. Поэтому так называемое родимое пятно грозило полностью засохнуть. А этого садовник никак не мог допустить.

– Почему? – не понял бургомистр.

– Наверное, с его влажностью связано что-то важное, – предположил дядюшка Самуэль.

Неожиданно бургомистр прихлопнул себя по лбу и воскликнул:

– Постойте, вспомнил! Моя жена случайно увидела, как герр Шварц покинул город. Он пошел не вправо, не по той дороге, которая ведет к подножию, где много поселений. А влево, в горы. Это ей показалось очень странным.

– То есть, он направился в сторону хребта, за которым находится Триединый клык?! – прошептал пораженный почтмейстер. – Тогда нельзя исключать, что именно там, в какой-то сырой пещере и скрываются остатки того дыма, который превратился в черный туман.

– Вы хотите сказать, что садовник приходит в пещеру и напитывается темной магией на последующую четверть века? – задумчиво пробормотал бургомистр. – Хм, разве возможно, чтобы человек за одну ночь смог добраться в такую даль и вернуться обратно?

– Повторяю, это – не человек, а неизвестное нам существо, – сказал почтмейстер.

– Если это – так, то почему оно не уничтожило предостережение? – спросил бургомистр. – Такая мера была бы для него более безопасной – мы никогда ничего не узнали бы.

– Не уничтожило, потому что не смогло, – отозвался почтмейстер. – Когда я принял у вас манускрипт, то почувствовал, будто мои пальцы обдало жаром. Не исключено, что тогдашний бургомистр защитил его светлой магией, которая оказалась неподвластна садовнику.

– Еще один вопрос, – сказал глава города. – Зачем это существо так тщательно ухаживало за нашими деревьями?

– Ответ вполне очевиден, – произнес почтмейстер. – Чем сильнее они будут, тем большей мощью станут обладать Рухли.

– Вот оно что! Это требует тщательного расследования! – прошептал пораженный бургомистр и покинул архив.

Дядюшка Самуэль направился следом.

– Срочно вызовите ко мне господина городского садовника! – распорядился бургомистр.

Оказавшись в кабинете, оба стали ожидать прихода мсье Нуара. Но он все не появлялся. По прошествии часа бургомистру доложили, что того нигде нет.

– Не медля, оповестите членов городского совета! – скомандовал бургомистр. – Пусть отложат все дела и соберутся в моем кабинете! На повестке дня – очень важный вопрос!

В то время, пока шло совещание, Дарни в сопровождении Питера и Антонио возвращалась из школы. Погода стояла безветренная. На безоблачном небе ярко светило осеннее солнце. Но оно малыша не радовало. Тот хмурился и часто моргал глазами, будто собирался заплакать.

– Ты почему такой мрачный? – спросила его Дарни. – Двойку получил?

– Нет, просто настроение плохое, – мрачно отозвался тот.

– Настроение просто так плохим не бывает, этому всегда есть причина, – возразила девочка. – Рассказывай, что у тебя стряслось?

– Не у меня, а из-за меня – у всех, – всхлипнул Тони. – Я ворох листьев упустил. Тот улетел. А теперь вон, что произошло. Рядом с городом какие-то чудовища появились. Они, как огромные кленовые листья, выглядят.

– Ну, ты и фантазер! – усмехнулся Питер. – Их же никто, кроме господина учителя, не видел. А тебе не пришло в голову, что они ему могли привидеться? Он же несколько дней с высокой температурой пролежал. Значит, ослабел. Вышел на улицу, и у него голова закружилась. Вот в темноте непонятно что и пригрезилось. Твои листики тут совершенно ни при чем.

– Правда?! – приободрился Тони.

– Конечно, правда, – поддержала Питера Дарни.

В этот момент ребята подошли к перекрестку. Тони облегченно вздохнул и со счастливой улыбкой свернул за угол – по направлению к своему дому. А Дарни с Питером продолжили путь. Вскоре им повстречалось двое членов городского совета. Вид у них был встревоженный. Рассеянно поздоровавшись с детьми, те продолжили разговор. И до друзей долетели его обрывки:

– Да, дело – чрезвычайно серьезное. Кто бы мог подумать?! Из-за каких-то листьев, и такое!.. Неужели это он натворил, а теперь скрылся?! Вечером еще раз соберемся, будем решать, что делать. Наверное, придется телеграфировать, батальон регулярных войск в помощь просить.

Едва Дарни об этом услышала, как тут же замерла и взглянула на Питера.

– Получается, что все это – правда?! – округлив глаза, прошептала она.

– Да не паникуй ты раньше времени, – отозвался тот. – Повторяю: кроме географа этого никто не видел.

– Но ведь члены совета это уже обсуждают! – возразила девочка.

– Вот и хорошо, – сказал Питер. – Заранее, на всякий случай. Еще раз соберутся и что-нибудь решат.

– Ты сам веришь в то, о чем говоришь? – вскинула брови Дарни. – Если бы речь шла об уборке снега на улицах или покраске фасадов, тогда, конечно. А если это – колдовство?! Что они против него сделают?!

– Да успокойся, – откликнулся мальчик. – Мы-то, чем поможем?

– Как, чем?! – ахнула девочка. – К Селене за помощью обратимся!

– Вряд ли у нас это получится, – покачал головой Питер. – Я думаю, ее письмо давно свою энергию истратило. Поэтому его луч до Скайлы не долетит.

– Тут не думать, а действовать надо! – решительно заявила Дарни. – Думает он, видишь ли. Не хочешь, я одна справлюсь.

– Да не заводись ты, пожалуйста, – примирительно сказал Питер. – Я же не против. Давай, пойдем на каланчу и попробуем. Только сейчас это трудно будет сделать. Как мы поздним вечером у родителей отпросимся? Летом было проще, потому что каникулы. А теперь, только заикнемся, они нас вопросами замучают. Начнут допытываться: «Вы точно все уроки выучили? Как следует? Ничего не забыли? А как завтра вставать будете? Не проспите? А другое время выбрать нельзя? А…».

– Постой, – прервала его Дарни. – И, правда, давай днем на каланчу сходим.

– Давай, – согласился Питер. – Когда?

– Да прямо сейчас, – предложила девочка. – Сначала зайдем ко мне. Оба возьмем конверт и с полчасика в руках подержим – попросим, чтобы помог. Ведь у нас такое один раз получилось. Потом сбегаем на каланчу. И домой до прихода родителей с работы вернемся. Идет?!

– Конечно! – воодушевленно кивнул мальчик, и оба поспешили к дому Дарни.

Проделав необходимую процедуру с письмом Селены, они отправились к пожарной каланче. На улицах, как и всегда в дневное время, было немноголюдно. Никто из горожан по ним не бегал и не метался. Значит, никаких тревожных событий больше не произошло. Судя по всему, утренние слухи за повседневными заботами благополучно забылись.

Поднявшись на смотровую площадку каланчи, ребята с двух сторон сжали конверт и, вскинув его над головами, развернулись на восток. К радости обоих, их пальцы сразу же ощутили тепло. Вскоре письмо нагрелось еще больше, затрепетало и… выпустило луч! В ярком солнечном свете тот был едва различим. Но он двигался! Причем, очень быстро!

Дети увидели, как, летевший горизонтально, луч сначала миновал границу города, затем – площадку для сжигания листвы, а потом – ущелье, отделявшее Монту от горного кряжа. Достигнув его склонов, тот изменил направление и устремился вверх, к перевалу. Еще немного, и он достигнет Скайлы!

– Получилось, получилось! – не в силах сдержать восторг, закричали оба.

Но в этот момент на другой стороне горной цепи раздалось громкое чваканье. Оно напомнило звук, который при колыхании издает жидкая грязь. Дети от неожиданности вздрогнули и посмотрели в том направлении. То, что они увидели, заставило их сердца сжаться. Дальний край луча, видневшийся над перевалом, утратил яркость и набух, словно насквозь пропитался сыростью. Это тревожное потемнение начало стремительно поглощать светлую нить луча, протянувшуюся от каланчи. Вскоре оно достигло смотровой площадки. Лишь только чернота коснулась конверта, как тот покрылся плесенью и вместе с остатками луча стек на пол зловонной жижей. Ребята едва успели разжать пальцы и в оторопи отпрянули назад.

– Это…, что-о?! – дрогнувшим голосом спросила Дарни.

– Н-не знаю, – оторопело пробормотал Питер. – Может, луч нельзя было днем направлять? Вдруг его солнце растопило?

– Такого быть не может, – уверенно заявила девочка, – свет светлое не уничтожает. Это могла сделать только тьма.

– Откуда же ей было взяться? – удивился Питер.

– Здесь неоткуда, – сказала Дарни. – А там, за хребтом?

– Там?…, – недоуменно повторил Питер. – Это, где же?

– На склонах Триединого клыка, – ответила девочка. – Луч как раз над ними пролетал. Наверняка там много глубоких расселин или пещер. Ну, таких мест, куда солнце никогда не проникает. В них темное колдовство вполне может скрываться.

– Вряд ли, – пожал плечами мальчик. – Купол колдуна давно уничтожен, он сам тоже. И его тень.

– Может, там что-нибудь еще осталось – то, о чем мы не знаем, – предположила Дарни.

Потом она с досадой поморщилась и сказала:

– Так все хорошо началось! А теперь… Теперь даже посоветоваться не с кем. Эх, жила бы сейчас в городе тетушка Марта!..

– Давай с дядюшкой Самуэлем посоветуемся, – предложил Питер. – Он – мудрый. Вдруг что-нибудь подскажет?

– Ой, и, правда! – оживилась девочка, и оба поспешили к почтмейстеру.

Увидев их, тот приветливо кивнул и сказал:

– Зря пришли, ребятки. Сегодня для вас писем нет.

– Мы – не за письмами, а посоветоваться, – сказала Дарни.

– Если вам нужен мой совет, приходите завтра, – напустив на себя занятый вид, отозвался дядюшка Самуэль. – Мне сегодня некогда. Сейчас надо почту разобрать, а потом к господину бургомистру успеть. Я ему зачем-то понадобился.

– Да мы знаем, зачем, – сказала Дарни. – Тебя на второе заседание городского совета пригласили, чтобы один очень важный вопрос обсудить.

– Откуда вам эта тайна известна?! – удивился почтмейстер. – Ну-ка, рассказывайте все начистоту, – и отложил корреспонденцию в сторону.

Дарни с Питером рассказали ему все без утайки. И об опасениях Тони, и о разговоре двух членов совета, и об уничтоженном луче.

– Вот оно что, – озадаченно пробормотал дядюшка Самуэль. – Оказывается, вы знаете больше, чем остальные горожане. Это в корне меняет дело. Выдумывать отговорки не вижу смысла. Ну, так слушайте. Только дайте слово, что это – строго между нами. И обещайте ничего не предпринимать, не посоветовавшись. Если слова господина учителя подтвердятся, опасность окажется очень даже реальной.

После этого он повесил на входную дверь табличку «Обеденный перерыв» и начал свой рассказ. Почтмейстер поведал детям обо всем, что узнал из манускрипта и архивных документов. Закончив, он наставительно поднял указательный палец и повторил:

– Запомните, о чем я вас предупредил. Никому – ни слова и никуда – ни шага!

Друзья согласно кивнули и покинули почту. Сначала оба шли, молча. Но через некоторое время Дарни не выдержала и спросила друга:

– Ты о чем думаешь?

– Да о том, о чем и ты, – понуро ответил тот. – Ситуация – гораздо хуже, чем казалась. Я надеялся, что географ ошибся, и все это – пустые разговоры. А тут… Теперь и к Селене не обратишься – луч-то до нее не долетел.

– Ну, да, – вздохнула девочка, – не долетел.

Вдруг она вскинула голову и слегка сдвинула брови, будто ее посетила некая мысль.

– Не долетел…, – задумчиво повторила Дарни и тут же с оживлением добавила, – Но ведь не только он летать может!

– Ну, да, – погруженный в невеселые размышления, машинально кивнул Питер, – еще птицы, самолеты и вертолеты.

– Очнись! – легонько толкнув его локтем, воскликнула девочка. – А про плед ты забыл?!

– Не забыл, – покачал головой тот. – Я плед намеренно не назвал, потому что от него меньше половины осталось. Знаешь, как я опасался, что он меня до пещеры летучих мышей не донесет? А она – гораздо ближе, чем Скайла.

– Но ведь другого выхода у нас нет! – с жаром выпалила Дарни.

– Хорошо, – после некоторого раздумья кивнул Питер, – я согласен.

– Согласен с чем? – не поняла девочка.

– К Селене слетать, – сказал Питер.

– Нет, – возразила Дарни, – мы вместе полетим.

– Да ничего из этого не получится, как ты не понимаешь! – воскликнул мальчик. – Хорошо, если с таким грузом плед от земли не оторвется. А если он в середине пути из сил выбьется?! Тогда, что с нами будет?! Оба ведь разобьемся!

– Я тебя одного не отпущу! – категорично заявила девочка. – И не волнуйся, наобум мы это делать не станем. Мы, как и конверт, попросим его помочь. Но не полчаса, а час или два, чтобы он проникся. Вдруг получится?

– Фу, ты! Тебя не переспоришь! – махнул рукой Питер. – Только как мы до пледа доберемся? Он же в доме тетушки Марты остался.

– Очень просто, – сказала Дарни. – У моих родителей есть ключ. Они туда время от времени приходят и пыль протирают.

– Зачем? – удивленно вскинул брови мальчик.

– На случай, если тетушка Марта захочет город посетить, – пояснила девочка. – Приедет, а комнаты чистотой сияют. Ей приятно будет.

Решив так, они забежали в дом Дарни, взяли ключ и отправились за пледом.

Квартира тетушки Марты находилась на первом этаже. Ее окна заслоняли массивные ставни. Поэтому во внутренних помещениях стоял густой полумрак. Дарни, чтобы было лучше видно, оставила входную дверь распахнутой. Однако Питер тут же закрыл ее и запер на ключ.

– Ты зачем это сделал? – спросила девочка.

– Затем, чтобы сюда никто из взрослых случайно не зашел, – ответил Питер. – Не то пристанут с расспросами, и мы ничего не сделаем.

Вскоре глаза ребят привыкли к темноте, и они начали искать плед. Друзья внимательно обследовали обе комнаты и кухню, но его не обнаружили. Так прошло какое-то время.

– Я ведь точно помню, что в прошлый раз Селена оставила плед рядом с креслом, – начав беспокоиться, сказал мальчик.

– Вот именно, что рядом, – вздохнула девочка. – А это – непорядок. Вот его родители и убрали куда-то. Лучше бы на подлокотник кресла положили. Теперь ищи его неизвестно где.

– Давай еще чулан проверим, – предложил Питер.

– Вряд ли мы его там найдем, – с сомнением сказала Дарни. – Ведь обычно в чуланы ненужные вещи складывают.

Тем не менее, оба заглянули в небольшое тесное помещение. Оно было до верха забито какими-то коробками, банками и другой, отжившей свой век ветошью.

– Ну, я же говорила, – упавшим голосом произнесла девочка. – Идем обратно.

– Погоди, – остановил ее мальчик. – А что там из-под подшивки газет торчит?

Он приподнял пухлую стопку пожелтевшей бумаги, и они… увидели плед! С одного его края свисала спутавшаяся бахрома распущенных нитей.

– Теперь понятно, почему он здесь оказался, – обрадовавшись находке, бодро сказала Дарни. – Родители посчитали, что он порвался. Вот и убрали его в чулан.

Ребята расстелили плед посреди комнаты. А затем, приложив ладони к яркой мягкой поверхности, начали мысленно просить его о помощи. По прошествии часа Питер вопросительно взглянул на Дарни.

– Думаю, можно, – кивнула та.

Мальчик уселся на полосу ткани и в ожидании замер. Плед тут же колыхнул краями и легко приподнялся над полом.

– Теперь и ты попробуй сесть, – предложил Питер.

Девочка осторожно уселась за спиной друга и подобрала ноги. К ее радости, плен даже не прогнулся. Его поверхность была ровной и упругой, будто совершенно не испытывала веса детей.

– Ура! – негромко взвизгнула Дарни. – Забираем плед и выходим за город.

Однако едва она это произнесла, как тот рухнул на пол.

– Что это он вдруг?! – растерянно спросила девочка.

– Совсем и не вдруг, – отозвался мальчик. – Не зря я опасался, что его силы могут иссякнуть. Хорошо, что он в комнате всего на полметра поднялся. А если бы это над ущельем произошло?

Дарни сникла и, огладив ткань, печально произнесла:

– Эх, пледик, мы на тебя так рассчитывали!..

Тут ее ладонь ощутила мелкую вибрацию. Девочка присмотрелась и увидела, что плед исходит мелкой дрожью. Дарни насторожилась и, понизив голос до шепота, сказала Питеру:

– Мне кажется, дело – не в силах. Плед кто-то напугал.

– Кто его может напугать, если здесь, кроме нас, никого нет? – удивился тот. – Ведь…, – и тут же прервался.

Ставни одного из окон сотряслись от удара. Затем та же участь постигла другое окно. Потом наступила очередь двери.

– Это кто там такой смелый? Жак, ты?! Или ты, Тони?! – грозно крикнул Питер. – Глядите, сейчас оба получите! – и сжал кулаки.

Однако вопреки ожиданиям на улице не возникло ни хихиканья, ни шуток юных шалунов. Вместо этого оттуда долетел противный скрежет кровельного железа. И ставни с дверью снова заходили ходуном.

– Неужели это – Рухли?! – ахнула девочка. – Почему они появились?! Ведь сейчас – не ночь, а только вечер!

Словно в подтверждение ее слов, откуда-то издалека долетели те же звуки, что и из-за двери. Только там их было значительно больше.

– Точно, напали! – сжалась в комок Дарни.

Питер, пытаясь побороть возникшую дрожь, прислушался и тихо сказал:

– По-моему, тот скрежет от здания магистрата доносится. Если совет не закончился, беда. Никто к обороне не успел подготовиться.

Однако в этот момент со стороны центральной площади донесся голос бургомистра.

– Запаливайте факелы, отгоняйте их огнем! – скомандовал тот. – Дружнее давайте, дружнее!

Наверное, эта мера оказалась действенной. Потому что скрежет сменился боязливым скулением и начал отступать к краю города.

– Если так дальше пойдет, то, может, нам и лететь никуда не придется? – с надеждой спросила Дарни.

Но вскоре ситуация резко изменилась. В воздухе возникли тревожные крики обороняющихся.

– Чудовища машут краями, создают ветер и тушат факелы! – закричали они.

– Зажигайте новые, скорее, скорее! – громко отозвался бургомистр.

– На складе их больше нет, все закончились! – послышалось в ответ.

Тревожные звуки снова надвинулись. Но теперь они послышались не только со стороны центральной площади. Скрежет раздался с разных концов города. Со временем к нему прибавился треск и грохот, словно кто-то принялся что-то ломать или крушить.

– Теперь понятно, что Рухли задумали, – мрачно произнес Питер. – Часть из них отвлекла на себя наших добровольцев. А остальные набросились на дома.

– Зачем это им нужно?! – в испуге распахнула глаза девочка.

– Думаю, они хотят город разрушить, – отозвался мальчик. – Помнишь, нам дядюшка Самуэль про купол рассказывал? Про то, как он все вокруг уничтожал? Наверное, Рухли то же решили сделать.

В этот момент ставни снова сотряслись и затрещали.

– Если все взрослые – на площади, значит, они нас не спасут? – прошептала Дарни. – Был бы здесь подвал, мы в нем спрятались. Что же теперь делать?

– Выбираться отсюда, – решительно сказал Питер.

– Как же ты это сделаешь? – спросила девочка. – Ведь за окнами чудовище бродит. Оно нас не выпустит.

– Давай через черный ход попробуем, – предложил мальчик.

– Давай, – согласилась Дарни и потянулась к пледу.

– Может, лучше его здесь оставить? – сказал Питер.

А потом, обратившись к пледу, как к живому существу, добавил:

– Ты на нас не обижайся, пожалуйста. Но сейчас нам лишняя ноша ни к чему. Полежи пока тут. А когда все закончится, мы за тобой вернемся, – и ободряюще похлопал мягкую ткань, словно плечо друга.

Плед перестал дрожать и замер.

– Он – не лишняя ноша, – возразила девочка. – Он нас сколько раз из беды выручал. Неужели мы его тут одного оставим? А если Рухль ворвется и плед в клочья растерзает? Нет, я его с собой возьму.

Дарни подняла плед с пола и прижала к груди, как любимого плюшевого медвежонка. В следующее мгновение тот выскользнул из ее рук и завис в метре от пола. Его поверхность была упругой, будто демонстрировала решимость.

– О-о, – округлил глаза Питер, – никак ты к полету готов? Вот спасибо! Отнеси нас хотя бы к краю города. Мы там где-нибудь спрячемся и спокойно подумаем, как быть дальше.

После этого друзья направились к черному ходу. Тот выходил на другую улицу. Приоткрыв дверь, они осторожно выглянули наружу. Там все было тихо. Дарни с Питером уселись на плед, и тот взлетел. Не успели дети и глазом моргнуть, как оказались над крышами домов.

В вечерних сумерках были отчетливо видны трехметровые силуэты Рухлей. Одни из них находились на площади и, выстроившись плотной шеренгой, пытались оттеснить добровольцев из числа горожан. А другие тем временем с ожесточением набрасывались на городские постройки. Правда, движения чудовищ не отличались резкостью. Они выглядели замедленными и прерывистыми, словно у механических кукол. Серьезных повреждений видно не было. Стены домов высились, как и прежде. Лишь кое-где на них угадывались глубокие царапины. К нанесенному ущербу можно было прибавить несколько опрокинутых уличных вазонов и сорванных ставен с вывесками. Вот, пожалуй, и все.

– Смотри, – обратилась Дарни к Питеру, – а дома-то целые стоят. Получается, Рухли – не такие уж и опасные?

– Это пока, – отозвался тот, – а дальше неизвестно, что будет. Географ говорил, что в тот вечер они были с него ростом. А сейчас вон как вымахали. Если они еще больше вырастут, у них силы прибавятся. Вот тогда и начнут крушить.

– Если у них сил недостаточно, зачем же они сегодня напали? – спросила девочка.

– Не знаю, – пожал плечами мальчик, – наверное, примериваются.

Когда дети отвлеклись от наблюдения за событиями, оказалось, что они миновали границу города.

– Все, спасибо, можешь снижаться, – обратившись к пледу, сказал Питер.

Однако тот никак не среагировал и продолжил полет.

– Э, э, ты, куда?! – спохватился мальчик. – Не надо к ущелью направляться, не надо!

Но и это обращение было оставлено без внимания.

– Слушай, он, что творит-то?! – обернувшись к Дарни, обеспокоенно спросил Питер. – А если мы грохнемся?!

– Мне кажется, нам надо ему довериться, – ответила та. – Если летит, значит, чувствует, что нас до места доставит.

– Да-а?! – озадаченно пробормотал мальчик.

– Да, – заверила девочка. – Не волнуйся, скоро у Селены чай будем пить.

– Нам бы Триединый клык без проблем миновать, – отозвался Питер. – Плед прямо на него летит.

– Ничего удивительного, – сказала Дарни, – ведь он, как и конверт, – порождение Скайлы. Вот и движется, подобно лучу, строго по прямой линии.

– Жаль, что у него ручного управления нет, – вздохнул мальчик. – Тогда я его в обход Триединого клыка направил бы.

– Ага, – хмыкнула Дарни, – тебе бы только до руля дорваться. Я видела, как ты на велике по городу гоняешь. То туда, то сюда, то рванул, то тормознул! Пока ты своими пируэтами не насытился бы, мы до Скайлы, наверное, целый год безостановочно летели.

– Почему же безостановочно? – откликнулся Питер. – Иногда приземлялись бы.

– Зачем? – не поняла девочка.

– Здесь в труднодоступных местах редкие цветы растут. Такие у нас не встретишь. Я их нарвал бы и тебе подарил, – слегка смутившись, ответил мальчик.

– Мне?! – зардевшись от удовольствия, воскликнула Дарни. – Спасибо! А они хорошо пахнут?

– Говорят, сказочно! – сказал Питер. – Сейчас покажу, как.

Он обернулся и, сощурившись от удовольствия, с шумом втянул воздух.

– И, правда, изумительно! – подыграв ему, расплылась в улыбке Дарни.

Но в следующее мгновение девочка была вынуждена поморщиться. Окружающий воздух повеял какой-то несусветной плесенью и гнилью. Дети с удивлением закрутили головами. Оказалось, что к этому моменту они уже миновали ущелье, отделявшее город от горной гряды, за которой таился Триединый клык. Друзья неукоснительно приближались к перевалу. От него вниз по склону тянулась широкая темная полоса. Та напоминала след селевого потока, оставившего после себя грязевую массу. Именно она, не успев просохнуть, и издавала этот тошнотворный запах.

– Слушай, – настороженно спросил Питер, – а не здесь ли черный туман на дно ущелья протек, чтобы на улетевшей листве осесть?

– Ну, вот что ты за человек такой?! – всплеснула руками Дарни. – То меня успокаивал, а теперь решил напугать?

– Нет, нет, прости! – извиняющимся тоном отозвался мальчик. – Не обращай внимания. Это – так, мысли вслух.

– Ты уж, пожалуйста, свои мысли при себе держи, – сказала девочка. – И без них тревожно. Мы же к Триединому клыку приблизились.

– Тогда давай смотреть в оба, – посерьезнел Питер. – Если что-то необычное появится, сразу говори. Тогда вместе начнем плед упрашивать. Может, он нас послушает и маршрут изменит?

И они принялись наблюдать. Питер глядел вперед и вверх, а Дарни – в стороны и вниз. Вдруг девочка громко ойкнула.

– Что случилось?! – тут же напрягся мальчик.

– Вон, смотри! – прошептала девочка.

Питер взглянул в указанном направлении и увидел под собой странные предметы. Они во множестве были разбросаны по склону Триединого клыка. Каждый из них имел форму небольшой полусферы, которая неярко перетекала цветами радуги.

– Ох, ты! – вздрогнул Питер. – Они напоминают купол, который черный колдун сотворил.

– Опять ты за свое! – нахмурилась Дарни. – Нет бы сказал, что это – те самые цветы.

– Цветы? – задумчиво пробормотал мальчик. – Хм, вряд ли. Эти штуки на аккуратные клумбы похожи. Кто же их в такой глуши разбить мог? Ведь сюда не добраться.

– Мало ли кто, – невозмутимо сказала девочка. – Может, эти клумбы какой-нибудь сказочный народ создал, который внутри гор живет.

Во время разговора Дарни неотрывно взирала на радужные переливы. Они притягивали к себе взгляд, словно были магнитом. В этот момент плед пошел на снижение.

– Вот видишь! – победно воскликнула девочка. – Это – цветы! Наш пледик об этом точно знает. Сейчас приземлимся, и ты, как пообещал, их для меня нарвешь.

Когда до склона осталось не больше пары десятков метров, ближайшая клумба громко заскрежетала. На ее поверхности тут же появились глубокие трещины. Находившиеся между ними куски оболочки часто задрожали. Каждый из них начал напоминать крышку закипевшего чайника, которую пытается вытолкнуть наружу образовавшийся внутри пар.

– Это – ловушка! – истошно завопил Питер. – Она плед заманила! Давай, упрашивай его, чтобы срочно свернул! И я тоже стану!

Они припали ладонями к мягкой ткани и во весь голос закричали:

– Сворачивай, сворачивай, сворачивай!

Очевидно, плед и сам понял свою оплошность. Попытавшись вырваться из магических пут, он принялся биться, как выброшенная на берег рыба. Дети подбадривали его словами и прикосновением рук. В общем, все трое старались, что было сил. Вскоре это дало результат – расстояние до склона начало увеличиваться. Но едва дети приготовились с облегчением вздохнуть, как полусфера с треском развалилась. Изнутри нее со скоростью молнии вылетела полоса черного дыма. Она была узкой и напряженной, словно клинок кинжала. Мгновенно преодолев дистанцию, та достигла пледа. Однако вопреки ожиданиям дымное лезвие не пронзило его. Едва коснувшись ткани, оно растеклось, подобно мутной туманной пелене. От обилия окутавшей его влаги плед тут же отсырел и безвольной мокрой тряпкой рухнул.

Как друзья остались целыми и невредимыми, они так и не поняли.

Немного придя в себя, Дарни огляделась. Вдалеке тут и там мерцало несколько полусфер. На месте той, которая их атаковала, зияла воронка. Над ней поднимались нити темных тающих дымков. Рядом с девочкой лежал плед. На его поверхности виднелись черные пятна. Они стремительно расширялись и поглощали яркий орнамент, подобно жгучей кислоте. Не успела Дарни моргнуть глазом, как от пледа остался лишь небольшой кусочек. На нем золотой нитью был вышит грифон. Клочок трепетал и вибрировал, будто упорно не желал мириться со своей участью. На глаза девочки навернулись слезы. И она потянулась к узору.

– Зачем? – еще не отойдя от потрясения, машинально спросил Питер.

– На память, – ответила Дарни. – Ведь плед нам, как друг, был.

Но едва она коснулась вышитого клочка, как, откуда ни возьмись, налетел ветер. Он дохнул коротко и мощно, словно виновник мрачного торжества, которому вздумалось задуть свечи праздничного пирога одним махом. Порыв подхватил это последнее напоминание о пледе и унес его в неизвестном направлении. В руке девочки осталась лишь одинокая золотая нить. Убрав ее в карман, Дарни грустно вздохнула и тихо произнесла:

– Ладно, хоть какая-то память осталась. – А потом, обратившись к Питеру, спросила, – Ну и что теперь делать?

Тот покрутил головой и сказал:

– Надо на вершину Триединого клыка подняться.

– Ты в этом уверен? – с сомнением пробормотала девочка. – Выше на склоне еще какое-нибудь зло может таиться.

– Оно здесь везде может быть, – возразил мальчик. – Думаю, возвращаться назад нет смысла – очень долго получится. Даже если без помех отсюда спустимся, придется на горную гряду карабкаться. Потом снова спускаться придется. Куда? На дно ущелья, за которым наш город находится, не получится. Оно – очень глубокое, мы оттуда не выберемся. Остаться на склоне и позвать на помощь – тоже не вариант. Нас могут не услышать. А тут только до вершины Триединого клыкаа нужно дойти. Невдалеке за ним Скайла в небе парит. Покричим, руками помашем. Селена с Мартой нас заметят и выручат.

Взвесив в уме все «за» и «против», Дарни согласилась с предложением друга. И оба направились вверх по склону. Они шли очень осторожно, постоянно прислушиваясь, присматриваясь и принюхиваясь. Попадавшиеся на пути радужные полусферы друзья обходили стороной и не смотрели на них. Они опасались, что те снова их зачаруют и притянут к себе. Так прошел остаток ночи. Незадолго до рассвета Дарни остановилась и попросила спутника:

– Слушай, давай немного передохнем – у меня уже сил нет.

– Давай, – с готовностью согласился Питер, который тоже очень устал. – Наверное, мы даже вздремнуть сможет. Вряд ли при солнечном свете какая-нибудь гадость появится.

Мальчик с девочкой повели глазами. В нескольких шагах от себя они увидели вертикальную трещину. Войдя в нее, дети огляделись. Они находились в небольшой пещере. В ее противоположной стене виднелся узкий проход, ведший вглубь Триединого клыка. Опустившись на землю, друзья с блаженством вытянули ноги. Кругом стояла успокаивающая тишина. Дарни, облегченно вздохнув, прикрыла отяжелевшие веки. Но только лишь она это сделала, как рядом раздался шорох. Девочка мгновенно вскочила и тревожно взглянула на то место, откуда послышался звук. Там что-то шевелилось. Сначала Дарни показалось, что это – какое-то неизвестное крылатое существо размером с шершня или слепня.

«Если он создан темной магией, то обязательно нас ужалит, и мы отсюда не выберемся!», – подумала она.

Однако приглядевшись, девочка поняла, что ошиблась. В шаге от нее, утопая в густой пыли, копошилось семя клена.

– Смотри, – сказала Дарни Питеру, – откуда оно тут взялось?

– Не знаю, – пожал тот плечами.

– Конечно, он не знает, – вдруг сухим надтреснутым голосом прошелестело семя. – Даже если ты его сто раз спросишь, он не ответит.

– Ой, – удивилась девочка, – разве ты умеешь разговаривать?! В нашем городе я такого ни разу не встречала!

– Не встречала, потому что там нам не дано разговаривать, – отозвалось семя.

– Каким же ветром тебя сюда занесло? – спросила Дарни.

– Противным и отвратительным, – ответило семя. – Нет, сначала-то он обычным был – подхватил меня и понес. Я летело и радовалось. Вот, думало, приземлюсь и прорасту. Стану таким же статным и красивым, как и мое родное дерево. Только вдруг ветер тошнотворным гнилостным запахом наполнился. И у меня сознание помутилось. А когда я в себя пришло, увидело, что здесь очутилось. Вот лежу, мучаюсь.

– Бедненькое! – сочувственно воскликнула девочка и взяла семя в руку.

Ласково погладив его, она спросила:

– А ты не пробовало крылышками пошевелить и наружу выбраться? Там, у входа и проросло бы.

– Не проросло бы, – возразило семя. – Потому что вон оттуда, – тут оно повело крылышками в сторону прохода, – темной магией тянет. Она здесь все кругом поразила.

– Темной магией?! – вздрогнув от неожиданности, прошептала Дарни.

– Ну, да, – подтвердило семя. – Как только там противный голос начинает бубнить, та сразу и появляется.

– А он о чем бубнит? Колдует, что ли? – поинтересовался Питер.

– Да вроде того, – сказало семя, – будто кого-то заклинает. Так что вы давайте, уходите отсюда скорее. Если задержитесь, то, как и я, обессилите и останетесь здесь, пока не погибнете. Все, хватит разговоров, бегите, пока не поздно!

– Нет, мы тебя не бросим! – воскликнула девочка и поспешно вышла из пещеры.

Питер последовал за ней.

Когда все оказались на склоне, солнце уже поднялось.

– Давай я тебя вот на этот камень положу, – сказала Дарни. – Ветерок повеет, и ты улетишь. Доберешься до какого-нибудь подходящего места, там и прорастешь.

– Не доберусь, – печально отозвалось семя, – у меня уже никаких сил не осталось. Вот если я хотя бы чуть-чуть водички глотнуло, тогда другое дело. Сразу затрепетало бы своими крылышками, и улетело отсюда далеко-далеко. Но в этом гиблом месте воды нигде нет, одна лишь гнилостная сырость. Так что останусь тут своего последнего часа ждать. Чую, уж недолго осталось.

Его слова прозвучали так трагически, что на глазах девочки выступили слезы. Одна из них скатилась по ее щеке и упала на распахнутую ладошку, в которой лежало семя.

– Ой, как здорово! – обрадовано воскликнуло то.

– Чему же ты радуешься, глупенькое? – сочувственно сказала Дарни. – Это же – слеза. Она – соленая. А тебе свежая вода нужна.

– Да мне сейчас без разницы! – откликнулось семя. – Для меня сейчас главное – хоть какой-нибудь нормальной влагой напитаться! Слушай, а поплачь еще, пожалуйста!

– Ну, это – хоть сто порций! – улыбнулся повеселевший Питер. – Девчонок хлебом не корми, только дай поплакать.

– Я тебя самого сейчас плакать заставлю, – нахмурилась Дарни. – И это твое «хлебом не корми» припомню.

– Да ладно, не обижайся, – примирительно сказал мальчик. – Я пошутил, чтобы тебе настроение поднять.

Несмотря на то, что к этому моменту настроение Дарни улучшилось, она заставила себя выдавить еще несколько слезинок.

– Вот спасибо! – воскликнуло семя теперь уже звонким голоском. – Вы меня от гибели спасли. Теперь подуйте на меня посильнее, чтобы я с ладони слетело. А дальше я само справлюсь.

Друзья дунули изо всех сил, и семя, подобно птице, вспорхнуло. Закрутившись в воздухе, как и положено семенам клена, оно устремилось к городу. Уже издалека до детей донеслось:

– Помните про темную магию! Уходите оттуда скорее!

Дарни прислушалась к себе, потом взглянула на Питера и спросила:

– Ты, как? Слабость пока не чувствуешь?

– Вроде нет, – дернул тот плечом. – Поэтому можем прямо сейчас подъем продолжить.

– Я не подъем имела в виду, а другое, – сказала девочка. – Может, пойдем, проход проверим? Вдруг что-то важное узнаем?

– Пойдем, – согласился тот, – только ненадолго, чтобы нас темная магия не успела поразить. После этого, думаю, засветло и на вершину поднимемся.

Вернувшись, они миновали пещеру и ступили в проход. Тот был узким и вился, как змея, вглубь Триединого кдыка. Вскоре свет со стороны входа угас, и ребята пошли на ощупь, придерживаясь руками за острые выступы стен. Через некоторое время впереди немного посветлело. Свернув в очередной раз, друзья увидели, что проход, будто распахнулся и превратился в полость размером в футбольное поле. Ее полусферические стены, напоминавшие внутренность купола, уходили далеко вверх. По ним перебегало неизвестно откуда исходившее ядовито-зеленое свечение. Метрах в трех ниже того места, где находились ребята, перетекало нечто, походившее на мрачный туман. В нем, то погружаясь, то всплывая, неспешно двигались огромные плоскости с зазубренными краями. Иногда те наталкивались одна на другую и наполняли пещеру металлическим скрежетом. Воздух был пропитан плотным запахом гнили.

Тут на противоположном краю этой затуманенной чаши появился человек. Присмотревшись к нему, Дарни мысленно ахнула.

– Гляди, – сказала она Питеру, – это же – мсье Нуар!

– Да я вижу, – кивнул тот.

Садовник присел на корточки и, уставившись на плавающие плоскости, что-то забормотал. Его голос крепчал с каждой минутой, а остекленевшие, как в трансе, глаза выкатывались из орбит. Вдруг с его лицом начало твориться нечто невообразимое. Оно обвисло и, будто потекло сгустками грязевой жижи. Но это длилось недолго. Через несколько секунд лицо снова обрело четкость черт. Однако теперь друзья увидели человека с другой внешностью. Лицо у него было крупным и красным, а волосы и длинные бакенбарды – рыжими.

– На немца похож, – прошептал Питер. – Может, он – тот самый герр Шварц?

Дарни ничего не ответила, а только кивнула. Она никак не могла поверить своим глазам.

На этом изменения лица садовника не закончились. Через несколько минут кожа на нем растянулась в стороны, а затем подалась к затылку. Лишь только ее края за ним исчезли, как взору друзей предстал узколицый брюнет с тонкими усиками над верхней губой.

– А этот, наверное, – синьор Неро, – предположила девочка.

Вскоре лицо садовника снова завибрировало.

– Прекрати немедленно! – отвлекшись от заклинания, прорычал мужчина. – Ты мне мешаешь!

И он с силой хлопнул ладонями по щекам. Лицо дрогнуло и обрело черты мсье Нуара. Тот снова заговорил. Вскоре издаваемые им магические звуки обрели форму привычных слов. Садовник, обратившись к плоскостям, начал выкрикивать:

– Вы – моя главная надежда! Набирайтесь сил, вызревайте! Завтра вы явитесь в город и завершите дело! То дело, которое сегодня продолжат те, кто явится на помощь вчерашним! С вашей помощью я захвачу весь мир и стану достойным своего великого темного учителя!

После этих слов дети настороженно переглянулись и попятились к выходу. Оказавшись снаружи, Питер нахмурился и воскликнул:

– Оказывается, садовник – ученик черного колдуна! Слышала, что он задумал?! Сегодня направит в наш город еще одну толпу Рухлей! А завтра – вот этих гигантов! И они его уничтожат!

– Срочно отправляемся к вершине Триединого клыка! – взволнованно сказала Дарни. – Нам, во что бы то ни стало, нужно до Скайлы добраться!

Друзья поспешно двинулись вверх по склону. Но в этот момент за их спинами раздались шаги. Ребята вздрогнули и заметались взглядами по сторонам. Однако больших валунов, за которыми можно было бы укрыться, рядом не оказалось. Питер развернулся и заслонил собой Дарни. Затем он поднял с земли камень и вскинул его над головой, приготовившись к обороне. Едва он это сделал, как невдалеке показалась… Селена в сопровождении Марты! Обе были облачены в охотничьи костюмы: удобные, заправленные в сапожки брюки и короткие куртки. В руках они сжимали луки, а из-за их спин выглядывали колчаны, полные стрел. В дополнение ко всему, на поясе каждой висело по длинному острому кинжалу. Опешив от неожиданности, королева с принцессой, молча, стояли и удивленно моргали глазами.

– Ой, – обрадовано воскликнула Дарни, – как вы здесь оказались?!

– Мы сюда поохотиться пришли, – сказала Селена. – В последнее время отсюда мелкая нечисть начала к нам проникать. Так надоела, что сил никаких нет. Вот мы и решили ее шугануть, чтобы она надолго о своих кознях забыла. А вы что тут делаете?!

Дарни вкратце рассказала о темном тумане и нападении Рухлей.

– Вот мы к вам за помощью и направились, – заключила она.

– Темный туман?… Рухли?… – задумчиво пожала плечами Селена. – Я о них слышала, но думала, что это – не более чем легенда…

– Получается, что не легенда, – вступил в разговор Питер. – Там, в пещере ученик черного колдуна заклинания бормочет – в тумане чудовищ выращивает.

– Сестра, – сказала Селена, – срочно отправляйся за подмогой! Созывай всех воинов и возвращайся. А я пока детей в безопасное место отведу.

Марта повела плечами, и за ее спиной появились крылья. Взмахнув ими, она взлетела. А друзья отправились следом за королевой вдоль склона. Вскоре они увидели большой камень, под которым находилось углубление.

– Спрячьтесь тут! – приказала Селена. – Когда все закончится, отправимся ваш город освобождать. А пока носа отсюда не высовывайте.

– А ты? – спросила Дарни.

– Я возвращусь к проходу, стану там войско поджидать, – ответила та.

– Только ты будь осторожнее, пожалуйста, – предостерегла девочка. – Не привлекай к себе внимания до поры, до времени. Их – много, и они – огромные.

– Не беспокойся, – улыбнулась королева и пошла обратно.

Некоторое время все было спокойно. Затаив дыхание, дети стали ждать прибытия воинов Скайлы. Они очень надеялись, что вскоре те явятся, победят Рухлей, а потом отправятся освобождать их родной город. Неожиданно со стороны прохода до друзей долетел пронзительный крик садовника.

– Все – ко мне! – истошно завопил он. – Немедленно уничтожьте ее!

Как ему удалось обнаружить Селену, осталось непонятным. Но в следующее мгновение воздух наполнился ужасающим громким скрежетом. Забыв об осторожности, Дарни с Питером вскочили и помчались в том направлении. Не добежав до прохода пары сотен метров, они увидели жуткую картину и встали, как вкопанные.

Весь склон рядом с проходом заполняли Рухли. Одни их них были огромными. Они на пару метров превышали ростом тех, кого друзья видели в городе. А другие – и того больше. Поверхность последних покрывала мутная влага наподобие испарины. Наверное, это были те, кого садовник срочно призвал из колдовского тумана. Устрашающе размахивая заостренными краями, чудовища надвигались на Селену. Чуть в стороне стоял мсье Нуар. Он яростно топал и гнал Рухлей в атаку.

Королева вскинула лук и начала разить нападавших стрелами. Под мощными ударами чудовища валились на землю, как трава на покосе. Однако недолго полежав, они приходили в себя и вновь поднимались. Когда стрелы закончились, Селена вскинула руки. Наверное, она собралась сотворить светлую магию, чтобы покончить с Рухлями. Поняв, что задумала королева, мсье Нуар вздрогнул и что-то сбивчиво прокричал. В следующее мгновение из прохода выплыл черный туман. Растекшись в стороны, он заслонил собою чудовищ. Тогда, доведенная до отчаяния, Селена выхватила кинжал.

– Да ты что! – будто обратившись к ней, прошептала Дарни. – Спасайся!

Очевидно, та и сама поняла, что уже не сможет противостоять Рухлям. Расправив крылья, она проворно взлетела и устремилась к Скайле.

– В погоню! – завопил садовник. – Не дайте ей уйти! Нельзя допустить, чтобы она свое войско предупредила! За ней, за ней!

Чудовища стремительно поднялись в воздух. Металлическая армада была такой плотной, что, подобно туче, затмила солнце. Выстроившись клином, Рухли погнались за Селеной. Впереди них, призывно размахивая руками, мчался садовник. Когда они пропали из вида, Дарни обеспокоенно взглянула на Питера и сказала:

– Нельзя терять ни минуты! Срочно поднимаемся на вершину! Вдруг Скайле наша помощь нужна!

Совершенно позабыв о том, что недавно они сами мечтали о поддержке королевства, друзья принялись карабкаться вверх по склону. Переживания за Скайлу придали им силы, и вскоре они оказались на перевале.

Невдалеке от них парило кольцо защитного облака небесного королевства. Его обращенная к друзьям поверхность, подобно ранам, зияла множеством рваных отверстий. Не было сомнений, что это были следы от проникновения Рухлей. Сквозь них изнутри облака доносились тревожные звуки: скрежет металла и звон оружия, зверский рев чудовищ и мужественные призывы воинов.

Постояв несколько минут, Дарни озадаченно спросила:

– Как же мы туда доберемся? Сейчас хоть голос сорви, никто нас не услышит.

Питер ничего не ответил. Он хранил молчание и не сводил глаз с облака. Вдруг мальчик заметил, что его часть, находившаяся под одним из нижних отверстий, начала провисать. С каждой секундой она увеличивалась в размере. Вскоре та стала напоминать каплю, которая, набухнув, вот-вот сорвется вниз.

– Смотри, – взволновано прошептал он, – от полученных ран облако истекает! Еще немного, и его не станет!

– Ой, ты! – дрогнувшим голосом подхватила девочка. – Если это произойдет, то защита королевства ослабнет! Тогда ему совсем плохо придется!

В этот момент уплотнение дрогнуло и вытянулось подобием длинного языка. Только тот был направлен не вниз, а под углом в сторону друзей. Не в силах понять, что происходит, те недоуменно воззрились на него. Удлиненное уплотнение снова завибрировало и вдруг стремительно поползло к тому месту, где остановились друзья. Приблизившись к их ногам, оно замерло. Питер, отстранив девочку, попятился и настороженно спросил:

– Это что еще такое? Козни садовника? Он нас заманивает?

– Не знаю, – тихо отозвалась Дарни. – Хотя, может быть, это и не колдовство. Вдруг так нас облако приглашает?

Лишь только она произнесла эти слова, как удлинение завиляло, подобно собачьему хвосту. Увидев это, девочка оживленно воскликнула:

– Смотри, оно, будто обрадовалось тому, что мы догадались! Давай попробуем на него взойти!

– Нет, это – опасно. Поэтому пробовать стану я, – строго сказал Питер.

– Хм, – дернула плечом Дарни, – получается, нам двоим – опасно, а тебе одному – нет?

– Мне тоже опасно, – отозвался мальчик. – Но уж пусть лучше что-то только со мной одним случится, чем с нами обоими.

Девочка с уважением посмотрела на друга и благодарно произнесла:

– Я всегда знала, что ты – очень смелый. Только, пожалуйста, будь осторожен. – А потом, ободряюще рассмеявшись, добавила, – Я тебе за это твое «хлебом не корми» прощу!

– Ну, ради этого стоит попробовать! – в ответ улыбнулся Питер и осторожно надавил стопой на удлинение.

Оно тут же раздалось в стороны, превратившись в довольно широкую тропу. Мальчик сделал шаг, за ним – другой и третий. Потом он обернулся к Дарни и сказал:

– Это длинное облачко – твердое и надежное. Ты, кажется, была права – именно оно нас пригласило.

– Вот видишь! – победно воскликнула девочка и направилась к другу.

Взявшись за руки, чтобы почувствовать себя увереннее, дети направились к облачному кольцу. Время от времени их подмывало поглазеть по сторонам, потому что до этого ни одному не доводилось оказаться на такой чудовищной высоте. Но друзья не отводили взгляды с тропинки, поскольку опасались, что у них закружатся головы и, потеряв равновесие, они сорвутся вниз. Благополучно преодолев этот необычный подвесной мост, ребята ступили в отверстие, пронизавшее облако насквозь. Когда оба оказались на его противоположном краю, их глазам предстала жуткая картина.

Под ними простерлась Скайла. Вся она была окутана дымом и пылью. Из-за этого воды в речках выглядели не прозрачными потоками, а темными омутами. Трава на лугах посерела, а цветы поникли. На месте рощ и дубрав раскинулись пустоши с искореженными пнями. Дома, прилегавшие к крепостным стенам, зияли глазницами пустых окон. На некоторых из них были сорваны крыши. Однако к своей радости дети нигде не увидели неподвижных тел. Наверное, жители успели укрыться во внутреннем городе. Его стены были испещрены глубокими вертикальными царапинами. Их оставили острые края Рухлей, которыми те, пытаясь вскарабкаться, цеплялись за каменную кладку, как когтями. Оборонявшиеся, чтобы не допустить проникновение чудовищ внутрь, закидывали тех камнями, бревнами и осыпали тучей стрел. Сорвавшись вниз, Рухли некоторое время лежали неподвижно. Но потом приходили в себя и возобновляли атаку.

Вдруг, перекрыв шум сражения, со стены донесся чей-то громкий крик:

– Королева, мы так долго не продержимся! Твори магию!

В окне одной из башен дворца тут же появилась Селена. Она простерла руки и начала произносить заклинание. Вскоре по верху крепостных стен протекла серебристая дымка. Обежав их, она сделалась плоской и на пару метров выдвинулась за внешний край. Застыв, дымка начала напоминать полупрозрачный козырек наподобие тонкого льда. Несмотря на кажущуюся хрупкость, она стала надежной преградой для Рухлей. Упершись в нее, те отчаянно заскрежетали, но преодолеть не смогли. Через некоторое время несколько чудовищ, обессилев, рухнули вниз. Достигнув земли, они развалились на куски, которые вскоре превратились в кучи пепла. Увидев это, жители королевства восторженно заголосили. Стало понятно, что остальных нападающих со временем постигнет та же участь.

В этот момент в воздухе раздался жуткий визг. Друзья поняли, что это завопил садовник.

– Ах, та-ак! – закричал он. – Ну, посмотрим, чья возьмет!

Следом его голос стал глуше и превратился в мощное невнятное бормотанье. Не успели дети опомниться, как вокруг потемнело. Они в недоумении завертели головами и увидели, что королевство накрыла мрачная промозглая пелена. Не было сомнений, что это – черный туман, явившийся по призыву садовника из пещеры Триединого клыка. Подлетев, он ринулся вниз и с силой обрушился на прозрачную защиту. Та дрогнула, но удар выдержала. Тогда туман атаковал снова. И опять безрезультатно. Между ним и козырьком завязалась борьба. Один яростно нападал, а другой мужественно сопротивлялся. Противостояние затягивалось.

– Все – назад! – скомандовал Рухлям мсье Нуар.

Те выстроились в колонну и двинулись прочь от крепостных стен.

– Зачем он это сделал? – удивленно спросил Питер.

В этот момент туман растекся и обволок защитный слой со всех сторон.

– Вот оно что! – ахнула Дарни. – Он хочет, чтобы защита Селены внутри него задохнулась. Тогда она иссякнет, и Рухли вернутся. Помнишь, как нам кленовое семя о губительной силе тумана рассказывало?

Тут по-над стенами прокатился призывный крик королевы:

– В укрытие, в укрытие! Закрывайте двери и ставни, затыкайте щели! Иначе надышитесь и обессилите!

Горожане спешно покинули стены и устремились в дома внутреннего города. Вскоре все кругом обезлюдело. Нигде не было видно ни малейшего шевеления. Лишь один только черный туман едва заметно подрагивал. Он, подобно удаву, неспешно, но неуклонно продолжал сдавливать свою жертву.

– А нам что теперь делать? – растерянно спросила Дарни. – Неужели нас облако доставило сюда для того, чтобы мы на это просто посмотрели?

В этот момент облачное кольцо колыхнулось и снова вытянулось тропой. Она устремилась к основанию крепостных стен. Друзья двинулись вниз. Оказавшись там, они принялись искать проход сквозь стену, которым в прошлый раз воспользовались по примеру коварного Арктура. Но это оказалось не так-то просто. Стены были сплошь испещрены следами атак Рухлей: сколами, выбоинами и царапинами. К тому же кругом стоял густой полумрак. Поэтому найти нужное место было крайне сложно. Дети колотили по стене руками и ногами в надежде, что каменная кладка раздвинется. Но безуспешно. Наконец, им показалось, что они обнаружили то, что нужно. Однако едва ребята приблизились к тому месту, как издалека послышался надвигающийся металлический скрежет.

– Рухли возвращаются! – взволнованно прошептал Питер. – Прячемся!

Оба, не сговариваясь, бросились к ближайшему дому. Его входная дверь была почти сорвана и висела на одной лишь верхней петле. Из-за этого между ней и косяком образовалась косая щель – узкая вверху и более широкая внизу. Однако порог дома заваливала груда битого камня. Поэтому вбежать внутрь было совершенно невозможно. Взобравшись на кучу осколков, друзья кое-как протиснулись в дом. Но продвинуться вглубь него у них не получилось. Оказалось, что крыша полностью провалилась и заняла основную часть помещения. Детям ничего не осталось, как укрыться в тесном пространстве рядом с входом. Перебегать в другой дом, у них уже не было времени. Затаив дыхание, они замерли.

Сквозь щель им была видна небольшая часть улицы. Вскоре на ней появилась толпа Рухлей. Впереди нее гордо шествовал мсье Нуар. Он напоминал прославленного завоевателя, который ни минуты не сомневается в мощи своей армии. Остановившись, тот вскинул голову и начал внимательно присматриваться. Чудовища тоже замерли. Вскоре садовник нахмурился и с досадой произнес:

– Вижу, дело еще не закончено. Наверное, для этого еще пара часов понадобится.

Рухли зашевелились и собрались двинуться обратно.

– Стоять! – рявкнул мсье Нуар. – Станем ждать здесь. Как только увидим, что защита обессилела, сразу атакуем. Иначе пока будем туда-сюда ходить, нужный момент упустим. И королева еще какую-нибудь защиту создаст.

Он уселся на обломок балки и прикрыл глаза. Рухли выстроились вокруг него и застыли железными изваяниями.

Сидеть в тесном закутке было донельзя неудобно. Вскоре Дарни почувствовала, что ее ноги затекли, а спина принялась ломить. Поскольку ни двинуться, ни размяться было нельзя, девочка решила хоть как-то отвлечься от неприятных ощущений. Она осторожно порылась в кармане и извлекла оттуда золотую нить. Взглянув на нее, Дарни тут же вспомнила богатую вышивку пледа: цветы, ягоды и диковинных зверей – грифонов.

«Вот видишь, как получилось, – мысленно обратилась к нити девочка. – Был бы сейчас плед целым, мы с Питером на нем взлетели и над туманом пронеслись. Вдруг он от этого развеялся бы. Или Селену к небу подняли. Может, она сверху его чем-нибудь поразила бы. А теперь ни ей, ни нам помочь некому», – и печально вздохнула.

Дарни стало так жалко Скайлу и свой родной город, что она невольно пустила слезу. Та скатилась по щеке и упала на ладошку: туда, где лежала нить. Та шевельнулась, скользнула вниз и исчезла в груде хлама.

«Эх, как же я опрометчиво поступила – смыла слезинкой нить!», – раздосадовано подумала девочка.

В этот момент с верха крепостных стен донесся сдавленный стон. Наверное, его издала магическая защита, которую покинули последние силы.

Мсье Нуар тут же распахнул глаза, радостно потер руки и подал команду Рухлям:

– Наше время пришло! Все – на штурм!

Чудовища подхватились и бросились в атаку. Но едва они полезли на стены, как в одной из башен дворца снова распахнулось окно. И в нем появилась Селена. Она простерла вперед руки и напрягла пальцы. В тот же миг их кончики озарились небесно-голубым свечением, а затем выпустили сноп молний. Те мгновенно прошили черный туман, превратив его в подобие решета. Мрачная пелена истошно взвыла, судорожно задергалась и отлетела в сторону.

К этому времени Рухли добрались до защитного козырька. Тот, изнемогши от противостояния с туманом, выглядел не таким ровным и тугим, как прежде. Местами его плоскость значительно провисла. На ней тут и там виднелись глубокие тяжелые складки. Из-за этого она походила на выстиранное, но не отжатое постельное белье. Однако пробиться сквозь защиту без помех чудовищам не удалось. Они увязали в ней, подобно попавшим в паутину мухам. Казалось, что скоро атака захлебнется, и Рухли отступят. Но тут им на помощь пришел туман. Несмотря на то, что теперь его размер уменьшился, поскольку он сжался, чтобы затянуть прорехи, тот все еще был необычайно силен. Налетев на защиту, туман снес ее со стен в мгновение ока.

– Путь свободен! – истошно завопил садовник. – Ломайте, крушите, уничтожайте все и вся!

Рухли ободрились и тут же забрались на стены. Жители Скайлы отважно бросились им навстречу. Там завязался отчаянный бой.

– Почему же Селена больше ничего не предпринимает?! – выглянув из дверного проема, взволнованно спросил Питер.

– Наверное, для того, чтобы сотворить серьезную магию, ей нужно время! – дрогнувшим голосом ответила Дарни. – А сейчас его у королевы нет!

– Эх, продержались бы они хоть сколько-то! – воскликнул мальчик. – Может, она успела бы еще какую-нибудь защиту создать?!

– Хорошо бы, – кивнула девочка.

– А еще было бы хорошо, если бы ты с собой свою тетрадку прихватила, – вздохнул Питер. – Быстренько написала бы историйку о поражении Рухлей, и все закончилось.

– Да что толку от наших с тобой «если бы, тако бы»? – с горечью сказала Дарни.

– Точно, никакого, – согласился мальчик. – Тогда давай думать. Может, какой-нибудь выход найдем.

– Давай, – отозвалась девочка и, сосредоточившись, задумчиво повела глазами.

Тут ей показалось, что улица перед домом посветлела. Сложилось впечатление, будто из-за грозовых туч выглянуло солнце. Дарни в недоумении вскинула взгляд и увидела облако. Только оно было не белым, а словно покрытым позолотой. А еще то не парило, а стремительно летело к осажденному дворцу.

Когда облако приблизилось, дети поняли, что его образует множество диковинных зверей – золотых грифонов. Каждый из них был огромным, как слон. Подлетев, они широко распахнули крылья и закружили над крепостью спасительным щитом. В следующий миг их оперение испустило необычайно яркое свечение. То пронизало сумрачный туман, и он бесследно исчез. Ослепленные чудовища взвыли от ужаса и, подобно гороху, посыпались со стен на землю.

– Поднимайтесь, поднимайтесь, живо! – грозно закричал мсье Нуар.

Его голос был наполнен такой мощью, что обездвиженные Рухли зашевелились и попытались встать.

– Сейчас я верну вам силы! – продолжил бесноваться садовник. – И вы в клочья порвете этих летающих кошек!

Он закатил глаза и забормотал заклинание. Едва его звуки возникли в воздухе, как чудовища вскочили и приняли вертикальное положение. Чуть позже они начали поводить своими заостренными краями. А следом – стали размахивать ими, как саблями. Не было сомнений, что вскоре Рухли придут в себя и снова вступят в бой.

Дети, затаив дыхание, смотрели на эти устрашающие изменения широко распахнутыми глазами. Они отказывались верить, что тьма и злоба способны победить свет и добро. Наливающиеся мощью Рухли красноречиво указывали на то, что до завершения заклинания осталось совсем немного. Скоро, совсем скоро со Скайлой стрясется непоправимая беда. А следом за ней – и с их родным городом.

Садовник вскинул руки, затрясся, будто в припадке, и визгливо заголосил. Чудовища напряглись и ответили ему решительным боевым скрежетом. Но прежде чем последователь черного колдуна умолк, из поднебесья стремительно спустился один из грифонов. Оказавшись в нескольких шагах от садовника, тот крепко уперся львиными лапами в землю и вытянул вперед орлиную голову. Затем зверь широко распахнул загнутый клюв.

– Что он задумал? – изумленно вскинул брови Питер. – Решил что-то мсье Нуару сказать?

– Больше похоже, что захотел кашлянуть, – отозвалась Дарни.

– Это и в небе можно было сделать, – возразил мальчик.

– Тогда он оттуда и крикнуть мог, – сказала девочка.

– Я думаю, – начал, было, Питер, как тут же застыл с открытым ртом.

Дарни тоже замерла, словно остолбенела.

Из распахнутого клюва грифона потянулась золотая нить. Она очень походила на ту, что выскользнула из ладони девочки. По мере того как нить удлинялась, тело грифона утрачивало четкость форм. Казалось, что оно – вязаный носок, который решили распустить. Вскоре крылатый зверь полностью исчез. А появившаяся на его месте нить стремительно метнулась и оплела садовника с головы до пят. Через несколько секунд тот превратился в плотный кокон. Следом из щелочек сплетения во все стороны ударили золотистые солнечные лучи. Лишь только они возникли, как внутри кокона раздался утробный вой. Затем все стихло. Кокон заколыхался и начал расплетаться. Через короткое время из него снова соткался грифон. Шкура зверя была густо припорошена зловонным черным налетом, походившим на сажу – тем, что осталось от ученика колдуна. Грифон брезгливо сморщился и передернул телом. Это очень напомнило движения пса, который выбрался из реки и решил освободить шерсть от излишней влаги. Мрачный налет тут же пропал, а тело зверя вновь засияло золотом.

Друзья были полностью поглощены превращениями грифона. Вдруг от крепостных стен до них долетел громкий скрежет. Они взглянули в ту сторону и увидели, что Рухли начали стремительно уменьшаться. Достигнув размера опавших кленовых листьев, те зашуршали и сбились в кучку. По ней тут же пробежали трепетные язычки пламени. Листва дружно вспыхнула, испустила прозрачные дымки и превратилась в пятно безопасного пепла.

– Ура! Ура! Победа! – радостно закричали жители Скайлы.

Пока они спускались со стен и открывали центральные ворота, дети подбежали к грифону.

– Какой же ты молодец! – с восторгом воскликнула Дарни. – Ты с братьями всех спас!

И она благодарно обняла мощного зверя. На удивление, его шкура оказалась мягкой и податливой, как ткань пледа тетушки Марты.

Грифон, словно котенок, умиленно замурлыкал и сказал:

– Это не мы с братьями – молодцы, а ты. Если бы не твое искреннее сострадание, я так нитью и остался бы. Но твоя мысленная просьба вдохнула в меня силы. И я стрелой помчался к тому месту, где истлел плед. Разыскав его остатки, я поделился с ними силами, возродил братьев, и мы примчались на помощь.

– Разве такое, может быть? – удивилась Дарни. – Я же прекрасно помню, во что плед превратился.

– То, что не исчезает бесследно, обязательно возрождается, – мудро ответил грифон. – Вот хотя бы семя возьми. Оно – крохотное, едва разглядеть можно. А потом, раз, из него мощное дерево вырастает.

– Поняла, – кивнула девочка. – Получается, нить – семя, а ты с братьями – мощные деревья. Кстати, вы теперь снова в тканые узоры превратитесь?

– Нет, – покачал головой зверь, – мы, пожалуй, здесь останемся, будем Скайлу охранять. Если, конечно, ее величество не будет возражать, – и учтиво поклонился подошедшей королеве.

– Конечно, не буду! – радостно откликнулась та.

А затем, искренне обняв Дарни и Питера, добавила:

– Заодно и спокойствие Монты оберегать станете.

– Ой! – спохватилась девочка. – Нам же надо в город срочно возвратиться! Не то там Рухли бед натворят!

– Не волнуйся, уже не натворят, – успокоила ее Селена. – Они, как и их повелитель, бесследно исчезли. Хотя, конечно, домой вам пора. Неровен час, родители волноваться начнут.

– Как же мы туда доберемся? – вздохнула Дарни. – Ведь пледа у нас больше нет.

– А он, на что? – с улыбкой спросила приблизившаяся Марта и кивнула на грифона.

– С превеликим удовольствием! – воскликнул тот. – Усаживайтесь на меня, мигом доставлю!

– А вам тут наша помощь не понадобится? – спросила девочка. – Ничего не нужно отремонтировать или покрасить? Если надо, мы останемся, только родителей предупредим.

– Ах вы, помощники наши замечательные! – в один голос воскликнули Селена с Мартой. – Тогда от Бруханегры избавили, теперь – от Рухлей! Нет, спасибо, мы сами справимся. Да и вы, как понимаем, без дела не останетесь. В городе же нужно порядок навести.

Попрощавшись с королевой и принцессой, друзья вскарабкались на спину грифона и взлетели. Вскоре они миновали Триединый клык, горную гряду и приблизились к ущелью, за которым виднелся их родной город.

– Ссади нас, пожалуйста, на окраине, – попросила Дарни грифона. – Не то боюсь, жители тебя увидят и переполошатся. Не разобравшись, подумают, что новая беда надвинулась.

Крылатый зверь опустился невдалеке от домов, и друзья, распрощавшись с ним, направились в город.

Возле ратуши было довольно многолюдно. Часть взрослых и детей убирали с площади кучи пепла, оставшиеся после исчезновения Рухлей. Среди собравшихся Дарни и Питер увидели малыша Тони. Тот, закусив от напряжения нижнюю губу и едва удерживая толстое древко, с усилием ворочал большой метлой. Поэтому получалось, что он, скорее пепел разбрасывал, чем собирал.

– Кто же так метет? – рассмеялся Питер.

– Как могу, так и мету, – хмуро ответил Тони. – По крайней мере, в отличие от вас нужным делом занимаюсь. А вы взяли и от нас спрятались.

– Да мы не прятались, – возразил Питер.

– Ага, рассказывай! – ехидно усмехнулся Тони. – Почему же тогда перед битвой вы на совет не пришли?! Ведь мы всех о нем оповестили!

– Перед какой битвой?! – удивилась Дарни.

– Перед решающей! – гордо ответил Тони и расправил плечи, как настоящий герой.

– Это ты, о чем? – не поняла Дарни. – Говори толком. А то объясняешь, будто кроссворд составляешь: «Слово из шести букв, первая – „а“, последняя – „я“». Вот и ломай голову – то ли это – «авария», то ли – «акация», то ли – «агония».

– Не угадала! – во весь голос захохотал Питер. – Это – «ахинея»! Тони как раз ее и несет!

– Сам ты несешь! – рассердился малыш. – Вот как дам тебе сейчас метлой!

– Мальчики, мальчики, не ссорьтесь! – бросилась успокаивать забияк Дарни.

– Да мы не ссоримся, – улыбнулся Питер. – Так, немного поспорили. – И, протянув малышу руку, добавил, – Ну, мир, что ли?

Тот смерил Питера строгим взглядом, но потом согласно кивнул.

– Тони, не обижайся, пожалуйста, – постаравшись сгладить ситуацию, ласково произнесла Дарни. – Так получилось, что в тот момент мы далеко от города оказались. Расскажи, что вы придумали?

– Мы решили взрослым помочь, с чудовищами сразиться, – отозвался малыш. – Дождались ночи, собрались и на площадь пошли. Только к ней приблизились, те нас увидели и – бац! – в пепел превратились!

Он выпятил грудь колесом и крепче сжал метлу. А потом сказал:

– Ладно, не мешайте. Мне еще вон, сколько убрать надо.

– Мы тебе сейчас поможем! – заверила Дарни. – Вот только домой за метлами сбегаем.

Они с Питером помчались со всех ног.

Вбежав в прихожую, девочка распахнула дверь чуланчика и взяла метлу. В этот момент из кухни вышла мама. Увидев дочь целой и невредимой, та радостно воскликнула:

– Ой, как хорошо! У тебя все – в порядке?! Ты, где пряталась-то?! А то мы с папой уже беспокоиться начали!

– Ну-у, – растерянно протянула Дарни, – нашла одно надежное место, – и неопределенно пошевелила пальцами.

«Если мама начнет о нем расспрашивать, я ничего не успею придумать и спалюсь!», – в панике подумала она.

Поэтому, решив увести маму от обсуждения щекотливой темы, девочка сама задала вопрос:

– А почему ты – не на работе?

– Так по случаю победы бургомистр объявил сегодняшний день выходным, – ответила та. – В полдень на площади состоится общегородской праздник. А сейчас мой руки и садись завтракать.

– Можно я позже позавтракаю? – попросила девочка. – Хочу ребятам помочь площадь в порядок привести. Я – на часик, не дольше.

– Хорошо, – согласилась мама. – Через полчаса начну жарить оладьи. Поэтому не опаздывай, не то они остынут.

– Ой, как я твои оладушки люблю! – зажмурилась от удовольствия Дарни и, прихватив метлу, выбежала из дома.

Оказавшись у входа, она остановилась и повела глазами по сторонам в поисках Питера. По ее расчетам, тот уже должен был вернуться. Тут на противоположной стороне улицы девочка увидела молодой клен.

«Откуда он здесь взялся?! – удивленно подумала Дарни. – Раньше я его никогда не видела!».

Некоторое время она стояла и недоуменно моргала глазами. Вдруг, несмотря на полное безветрие, деревце легонько повело одной из веточек, будто приветственно махнуло ей рукой. И тут девочку пронзила догадка!

– Семечко, это – ты?! – восторженно прошептала она. – Получается, что тебе хватило сил из такой дали добраться и так быстро деревцем прорасти?! Значит, твоя мечта осуществилась?!

В ответ клен радостно заколыхал всеми своими ветками.

В это время к Дарни подошел Питер, и они поспешили на площадь.

– Знаешь, что я сейчас поняла? – по дороге спросила девочка друга. – Когда кто-то чувствует в себе настоящие силы, его мечты обязательно осуществляются!

Content

Виктор Попов
Дарни и небесное королевство

Глава I Летающие письма Скайланда

Глава II Тень колдуна

Глава III Нашествие Рухлей