Юлия Журавлева

Курьер по особым поручениям

1. Неожиданная встреча

Командующий страдальчески осмотрел меня, всем своим видом показывая, что не рад такому пополнению, но деваться некуда. И посылку от высокого начальства тоже брал нехотя, сразу отложив ее подальше.

Уверена, он скоро поймет, что ему несказанно повезло. Вон, шеф меня практически от сердца отрывал.

— Лет-то тебе сколько, курьер? — настороженно спросил он, видимо, заранее готовясь к худшему.

Но здесь мне было чем его порадовать.

— Двадцать два, почти двадцать три, — с готовностью отрапортовала я, и мужчина заметно расслабился.

— Ладно, сойдет. Тогда переходишь в подчинение к капитану четвертого подразделения. Он отвечает у нас за разведку и коммуникации, — принял решение командующий, дотрагиваясь до браслета.

— Как скажете, — покладисто согласилась я, а внутренне напряглась.

Четвертое подразделение обычно составляли некроманты. Собственно, нежить, особенно духи, прекрасно справлялась с разведкой, а главное, в отличие от живых людей, ее было не жалко пускать в расход.

Так что я вполне могла напороться на кого-то из знакомых по академии.

С другой стороны, с несостоявшимися коллегами найти общий язык было бы даже проще. Наверное.

— Вызывали, магистр-командующий? — послышался за спиной такой до боли знакомый голос, что у меня волосы на затылке зашевелились.

Не веря, я медленно обернулась, чтобы глаза в глаза встретиться с тем, кто превратил мою учебу в кошмар.

— Лара? — Джастин тоже не скрывал удивления.

— Вы знакомы? — Кажется, магистр Лейд если и уловил повисшее между нами напряжение, то значения ему не придал. Впрочем, когда это военные отличались особой чуткостью? — Вот и славно. Капитан Хейс, принимайте присланного нам в часть магического курьера.

— Слушаюсь, магистр-командующий! — Джастин тут же взял себя в руки, подобрал челюсть и с готовностью кивнул.

А вот я так просто соглашаться не собиралась.

— Магистр-командующий, а нет других вариантов? — Я три с половиной года его терпела! Чтобы спустя два года встретиться и терпеть снова?

— Других вариантов? — переспросил магистр. — А чем вас этот не устраивает?

— Всем. — Я с ненавистью повернулась к Джастину.

— Простите, магистр, мы отлично сработаемся с Ларой Донован, — шагнул вперед бывший жених. — Между нами имелись некоторые разногласия, но они остались в прошлом. — И бросил на меня красноречивый взгляд.

— Очень на это надеюсь, — командующий сурово посмотрел на меня. — Мы на войне, курьер, и здесь нет места старым счетам или женским капризам.

Я с шумом втянула воздух, понимая, что возражениями сделаю только хуже.

— Пойдем, я введу тебя в курс дела, — миролюбиво предложил Джастин, беря меня за руку и таща за собой из командирской палатки.

Я позволила себя вывести, дождалась, пока ткань за нами закроется, и с силой выдернула руку.

— Не смей. Меня. Касаться, — четко проговорила, глядя бывшему в глаза. — Ни-ког-да.

— Больше не буду. — Джастин поднял руки и демонстративно сделал большой шаг назад.

— Я дам тебе контакты браслета, будешь связываться со мной через него. Не желаю видеть твою мерзкую рожу. — Я вытянула руку, активируя браслет для создания канала прямой связи.

Джастин Хейс почти не изменился за минувшие два года. Разве что возмужал, став чуть крупнее и шире в плечах. Пусть особым ростом он никогда не отличался, но сложен был неплохо, признаю. Да и юношеская смазливость сошла с его лица, сейчас покрытого двухдневной щетиной. Глаза цвета гречишного меда; светлые, чуть в рыжину волосы до плеч; игривые ямочки на щеках, когда он улыбался. Милый мальчик, всеобщий любимец и обаяшка. Моя полная противоположность внешне.

И мерзкая двуличная сволочь внутри.

Подумать только, из всех людей и частей меня угораздило попасть именно к нему!

— Хочу напомнить, что командир здесь я. — Было видно, что Джастину не нравится ни мой тон, ни разговор. Ну и я сама, конечно, ему тоже никогда не нравилась.

— И мне уже жаль тех несчастных под твоим началом, — зло огрызнулась я.

Проходящие мимо нас военные оборачивались. Бывший стиснул челюсти, на лице заиграли желваки.

— Пойдем обсудим все у меня в палатке, — как можно спокойнее предложил он.

— Нам нечего обсуждать. Я буду выполнять твои приказы, раз деваться некуда, но лишний раз видеть твою небритую рожу не желаю. — Я еще раз тряхнула вытянутой рукой.

Джастин отчетливо скрипнул зубами.

— Лара, не усложняй, — понизив голос, попросил бывший. — Мы на войне.

— Между нами и в академии была война, забыл? Так я напомню. Все шрамы от укусов зомби зажили?

Бывшему тогда неплохо досталось, ведь главный удар пришелся именно на него.

— Давай оставим это в прошлом?

— Тебе легко сказать — «оставим в прошлом», — спародировала его голос я. — Ведь прошлое не поставило крест на твоем будущем!

Джастин глубоко вздохнул и резко шагнул вперед, а я с трудом удержалась, чтобы остаться на месте, не собираясь демонстрировать и малейшую слабость.

Дымка заклинания слетела с левой руки бывшего, и нас накрыло пологом тишины. Вот теперь я не удержалась и дернулась назад, но не от испуга. Просто ощущение, будто я разом оглохла, ударило по голове. На миг захлестнула паника, но тут Джастин заговорил, и слух вернулся.

— Лара, прости. — Нет, кажется, я все-таки оглохла, а это — галлюцинации. — Я не хотел, чтобы тебя отчислили, серьезно. Мне очень жаль. Я думал, что мы разорвем ту дурацкую помолвку, не нужную ни мне, ни тебе, ты принесешь всем извинения, как сделал бы любой нормальный человек на твоем месте, и продолжишь учиться дальше. И когда узнал, что ты отказалась и забрала документы, то попытался все исправить. Я понимаю, что тебе нелегко пришлось, и искренне рад снова встретить тебя. Может, я смогу еще как-то загладить свою вину?

Бывший протянул руку в знак примирения и выжидающе посмотрел на меня.

— Джастин, — я улыбнулась, почувствовав, как отпускает напряжение. — Я тоже рада тебя встретить. И твои слова прямо бальзам на сердце, — на лице бывшего отчетливо читалось облегчение, и я не сдержала смешок. Ну-ну. — Так приятно тебя снова встретить и сказать: засунь свои извинения умертвию в задницу и полезай туда сам!

О да! Ради того, чтобы увидеть это вытянутое от удивления лицо, стоило пойти в армию курьером! И никакого диплома после этого не надо!

И пока бывший не опустил протянутую руку, я быстро вытянула свою и коснулась браслетом браслета. А после ловко развеяла окружавший нас полог тишины, возвращаясь в реальный и шумный мир.

— Жду ваших приказаний, командир, — ухмыльнулась ему в лицо, продемонстрировав браслет. — Исключительно по переговорнику.

И, круто развернувшись, отправилась в расположение некромантов. Сама его найду, как и место для заселения, благо эманации смерти чувствовать не разучилась.

Взгляд Джастина долго жег мне спину между лопаток, но, на счастье бывшего, догнать и поговорить со мной о былом он больше не пытался. Видимо, понял, что бесполезно. Молодец.

А значит, мы сработаемся.

Палатки некромантов традиционно находились в стороне. У многих имелась подконтрольная нежить, и ее следовало держать подальше от людей. Мало ли.

А ведь у меня тоже имеется подконтрольная нежить, если подумать… И ее не стоит светить хотя бы из тех соображений, что я, не получив диплом и не защитив звание некроманта, не имею на нее права.

Женская палатка у некромантов оказалась только одна, на самом краю их лагеря. Слабого пола среди магов смерти традиционно мало, так что все некромантки уместились под одной крышей. Всего в палатке было занято пять мест, три женщины в сером нашлись внутри и встретили меня спокойно. А одна, окинув меня жалостливым взглядом, тут же предложила леденец на палочке. Отказываться не стала — сладкое я всегда любила.

— Такая юная, а уже на войну, — послышался вздох у меня за спиной, когда я уже закрыла за собой полог, выйдя наружу.

Да уж, моя внешность в ком угодно разбудит материнский инстинкт.

Теперь вопрос: что делать в свободное время, пока нет приказов от командира? От одной мысли о Джастине меня буквально перекашивало, так что план созрел сам собой. Надо обойти территорию и посмотреть, есть ли кто еще из академии. Если мой бывший здесь, то и его прихвостни наверняка тоже.

А значит, мне не мешало бы подготовиться и желательно разжиться защитными артефактами. Помня наше бурное прошлое, я предпочитала быть наготове и во всеоружии.

Я, не торопясь, прогулочным шагом шла мимо палаток. Вокруг слышались голоса и смех — пока что война официально не началась и люди, наверное, слабо верили в происходящее. Они же не были в плену и еще не успели потерять товарищей, в отличие от меня.

Я в задумчивости разглядывала незнакомые лица, пока не услышала со спины:

— Девушка, давайте знакомиться?

— Уверен, что оно тебе надо? — Я развернулась и сложила руки на груди.

Парень с бородой, которой меня не обманешь, чуть поднял взгляд, до этого явно изучавший мою пятую точку. Глаза у него тут же округлились.

— Лара?! — А вот и первый однокурсник и один из дружков Джастина. Но надо отметить, что из всего окружения бывшего Даффин был самым нормальным.

— Не ожидал? — усмехнулась я. Кажется, у Дафа вытянулось не только лицо, но и борода стала чуть длиннее.

— Вообще нет, — честно признался парень, пусть с бородой он выглядел как заправский матерый лесоруб. — Джас в курсе?

— А то. — Удивленная рожа бывшего снова встала перед глазами. Я тут же отогнала ужасное видение. — Счастлив несказанно, — сыронизировала я.

— Догадываюсь, — протянул Даф. — Но я правда рад встрече. Ты тогда так внезапно исчезла, мы все гадали, куда ты делась после отчисления.

— Теперь я магический курьер. — Все равно ведь узнает.

— Серьезно? — поразился Даффин. — Ты? Прирожденная некромантка?

— И ни капли об этом не жалею, — подтвердила я.

— Да уж… сюрприз так сюрприз… — парень усмехнулся. — Пойдем, что ли, к остальным. Сейчас как раз ужин по расписанию.

— А кто еще из наших здесь? — не спешила соглашаться я. Всегда можно прибиться к другому костру, уверена, меня с моими большими голодными глазами ниоткуда не прогонят.

— Только Асмур, помнишь его? — Я кивнула. Асмур в число моих врагов никогда не входил. — Ну и Джас, разумеется.

— Пойдем, — решила я. — Буду вливаться в коллектив.

— Вот и правильно, — заулыбался Даффин. Видно было, что он слегка настороженно отнесся к моему появлению, но вроде настроен нормально.

В любом случае стоило присмотреться ко всем сразу.

Костер разводили сегодняшние дежурные, наши повара поставили котел и начали готовить на собранной здесь же полевой кухне.

Меня сразу заметили и принялись наперебой знакомиться: с женским полом в лагере была напряженка, немудрено, что каждая новая девушка вызывает подобный ажиотаж.

Асмура я тоже заметила, он приветливо помахал мне рукой и подсел ближе.

Кто-то из новых знакомых всучил мне кружку и поднял тост за меня же.

Кажется, пока все шло на удивление неплохо.

— У тебя такие волосы длинные. — Даффин не стесняясь разглядывал меня. — Ты вообще очень изменилась. В лучшую сторону, — поспешил он с уточнением. — Когда тебя исключали, у тебя была короткая стрижка. Решила отращивать?

— Не то чтобы, — я пожала плечами. — Просто не стригла, а они как-то сами отросли.

— Да, в академии твоим волосам доставалось, — улыбнулся Даф. — Помнишь, ты даже как-то совсем без волос была?

— Серьезно? — засмеялись откуда-то сбоку. — Хотел бы я на это посмотреть!

Я повернула голову на голос, заметив и нашего капитана. Джастин сидел справа и угрюмо таращился в костер, хотя вокруг него все веселились, видимо, представляя меня лысой.

Да, очень смешно. Я думала тогда, что навсегда без волос останусь. Уже планировала, какую набью на голый череп татуировку, склоняясь к паутине с пауком. Но волосы мне целители спасли, к всеобщему счастью. Потом я пришла к мысли, что никакая татуировка их не заменит. Особенно зимой, в мороз.

Но они серьезно думают, только надо мной можно смеяться? Нет, дорогие мои, я стала взрослее, злее и, смею надеяться, умнее, теперь со мной этот фокус не пройдет.

— Да ладно, это еще ерунда, — отмахнулась я, забыв, что у меня кружка в руках, и едва не расплескав ее содержимое. — Лучше вспомни, как Джастин с Холом несли какой-то труп из морга для поднятия, а я наложила ледяной наст на полы.

— О! Я помню! — рассмеялся Даффин. — Они тогда валялись все втроем в обнимку!

— А Хол еще орал, что труп уже ожил и его лапает, — поддержал Асмур, подсевший еще ближе, и тоже рассмеялся.

— Это я его шевелила, точечное воздействие, вызвавшее сокращение мышц, — призналась бывшим однокурсникам и скромно потупилась под одобрительный смех.

— Веселое было времечко, — вздохнул Даффин, делая большой глоток. — А стоило тебе уйти, как сразу стало скучно и тухло.

— И Джас ходил сам не свой, — добавил Асмур.

— Еще бы, со мной-то ему было всяко веселее, — согласилась я. — Он как-то хотел сходить на свидание с кем-то из девчонок, а я ему в шапку подсадила вшей. Самых настоящих. А он не понял, пока не снял ее. Не помню уже, с кем он там встречался, но визжала она знатно.

— Ага, он тогда у целителей три дня провел в отдельном боксе, чтобы его вши не разбежались, — заржали парни, и остальные, сидевшие у костра, легко подхватили всеобщее веселье, поглядывая на закипающего капитана.

Что, почувствовал себя в моей шкуре, умник?

— Кстати, Даф, помнится, и ты попадался под горячую Ларину руку, — напомнил ему Асмур, кажется, единственный более-менее адекватный на нашем некромантском потоке. От него мне ни разу никаких подлянок не прилетало. Так что мы, считай, почти друзья.

— Было дело, — хохотнул Даффин. — Но заметь, Лара, я выводы сделал быстро и больше в их забавах не участвовал.

— Зато со стороны наблюдал с удовольствием, — припомнила я.

— Я всегда болел за тебя! — горячо заверил бывший однокурсник, подняв свою кружку.

— За Лару! — тут же поддержали остальные некроманты, со смехом косясь на командира отряда.

Я же купалась в лучах славы, словно в тепле, шедшем от костра. И первые грели куда сильнее.

В общем, вечер воспоминаний у нас однозначно удался. Мы еще около часа просидели у костра, перемывая Джастину кости, и начали расходиться. Моя палатка была чуть дальше остальных, к ней я и направилась одной из последних.

— Лара, — Джастин едва не напугал меня, вынырнув из-за угла.

— Ох ты ж! — Я стряхнула с пальцев заготовленное и в последний момент удержанное заклинание. — Если хочешь жить — больше так не делай. — И попробовала его обойти.

— Надо поговорить, — загородил узкий проход наш бравый капитан.

— Что, не наговорился за вечер? — притворно удивилась я. — Ах да, ты же больше молчал! Странно, неужели не нашел о чем рассказать из наших многочисленных забав? Я по твоей милости минимум раз десять попадала в лазарет. Мог бы и похвастаться.

— Я этим не горжусь. В отличие от некоторых, — процедил Джастин.

— А я горжусь и не стесняюсь этого. Все же справлялась одна против нескольких парней, а порой и примыкавших к ним девушек.

Благородненькие мальчики и девочки легко сплотились против незаконнорожденного ублюдка, как меня там частенько называли. И то, что я сильнее всех на потоке и лучше других подготовлена, лишь осложняло ситуацию.

— Я заметил, — бывший жених выдохнул сквозь зубы. — Лара, пожалуйста, я понимаю, что ты на меня злишься и обижаешься. Но мы вышли из стен академии, через несколько дней начнутся полномасштабные военные действия, нас вот-вот бросят в бой. Прошу, соблюдай хотя бы элементарную субординацию и не выставляй меня на посмешище.

— Значит, так, — я сложила руки на груди и прямо посмотрела на Джастина. — Во-первых, без понятия, как тебя, вчерашнего выпускника назначили капитаном, — бывший уже рот открыл, чтобы начать объяснять, — и мне плевать, — не дала ему вставить и слова. — Но если твой авторитет так легко подорвать подобными шутками, то капитан из тебя хреновый. — Некромантская зелень отчетливо полыхнула в его глазах. — И если уж ты вспомнил про военные действия, то твоим людям необходимо поддерживать боевой дух. И лучшего, а главное — более безобидного способа выпустить напряжение, чем посмеяться, просто не найти. Так что смотри на все проще, капитан Хейс.

И безо всяких церемоний шагнула мимо него, задев плечом. Щадить его чувства я не собиралась, как и чего-то там соблюдать. Пусть учится разгребать последствия своих поступков. Если уж судьба свела нас снова после стольких лет коллективных издевательств надо мной, спровоцированных трусливым парнем, не посмевшим возразить родителям, чтобы разорвать помолвку, а гнобившим меня три с половиной года, то я уж за все отыграюсь. Выжму из нашей ситуации максимум. Пусть он сам заботится о своем авторитете и переживает из-за субординации. Раньше думать надо было. Как там говорится? Отольются кошке мышкины слезки.

И как бы искренне ни говорил сейчас Джастин, если он действительно искренен и правда сожалеет, я все равно не собиралась его прощать.

Нельзя сломать человеку жизнь, а потом подойти и сказать: «Извини пожалуйста, мне очень жаль. Честно-честно. Я не хотел».

А уж мне-то как было жаль! Вылететь из академии и оказаться на улице без поддержки семьи, связей или хотя бы денег. Если бы не подобравший меня тогда, как брошенного котенка, Виро и если бы не шеф, давший работу, пусть он тот еще властный упырь, то не представляю, что бы я делала дальше.

Я стиснула зубы и со злостью откинула занавеску в своей палатке, задев что-то гремящее рукой и запоздало вспомнив, что сплю в ней не одна.

— А, это ты, новенькая, — подняла голову одна из женщин. — Потише там, ладно?

— Извините, — буркнула я.

Внутри было душновато, зато тепло. Так что я влезла в свой бывалый спальник и свернулась в нем калачиком, прикрыв глаза.

Во мне все по-прежнему шипело и пенилось, словно уксусом на соду плеснули. Этот Джастин, будь он неладен. И — надо же! — капитан. Мой в том числе. Извинения его, просьбы, попытки договориться. Нет уж, точно, все умертвию в зад. И его попытки казаться хорошим — не более чем притворство.

Хорошие так не поступают.

Эдриан бы так точно не поступил.

Я зажмурилась, приказывая себе забыть о напарнике. Бывшем. Как много бывших в моей жизни.

Бывшая семья, бывшие однокурсники, бывший жених, бывший шеф, бывший напарник. О последнем думать категорически нельзя, хотя так хотелось бы узнать, как он там? По ту сторону фронта…

Джастин, скотина, прав. Мы на войне. Это надо принять и пережить, любой ценой пережить, получить проклятый диплом и продолжить как ни в чем не бывало. Оставить всех бывших в прошлом и сосредоточиться на настоящем, которое пока будущее.

Тьфу. Запуталась во временах.

Все, Лара, спать.

Я поудобнее устроилась в спальнике, и сон все-таки меня настиг.

2. Первое задание

— Просыпайся, новенькая, — позвал меня приятный женский голос, но я только посильнее укуталась в спальник. — Завтрак проспишь.

— Завтрак? — Это было волшебное слово, действующее на меня безотказно. — Уже?

— Уже, — усмехнулась некромантка, вчера угощавшая меня леденцом. Невысокая и полненькая, но достаточно привлекательная и еще молодая, она выглядела этакой доброй тетушкой. Интересно было бы посмотреть на нее в деле.

Пришлось оперативно собираться и идти по запаху к полевой кухне, где меня внезапно дожидались Даффин и Асмур.

— Ну ты и здорова спать! — Даф тут же передал мне тарелку каши с торчащей из нее ложкой. А рядом поставил железную кружку, на которой лежал бутерброд.

Я подозрительно покосилась на еду, потом на парней.

— С раздачи возьму, — приняла решение я.

— Лара, ты чего? — возмутился Даффин. — Думаешь, мы тебя отравим?

— Может, и не отравите, но я бы рисковать не стала. — Привычка ждать подлянки от однокурсников въелась слишком глубоко.

— Ас, ну хоть ты ей скажи! — воскликнул обиженный Даф.

— Лара, там ничего нет, — подтвердил Асмур. — Но если хочешь, бери новое, а то каша твоя уже остыла. Да и чай. Разве что бутерброд нагрелся, — улыбнулся парень.

Асмур забавно смотрелся с Даффином, при взгляде на них сразу вспоминалась игра в контрасты, когда нужно называть противоположное по значению слово.

Ас был невысокий, смуглый, худощавый, с вьющимися, я бы даже сказала, курчавыми черными волосами. Типичная ровенская внешность. Но родился и вырос он у нас в Виларе.

А Даффин был родом из горного княжества. Здоровенный, плотно-упитанный, а теперь еще и бородатый. Соломенного цвета прямые волосы плавно переходили в густую растительность на лице, только та имела чуть более темный оттенок.

Да и по темпераменту они отличались. Даф был громогласным и веселым, а Асмур — спокойным и тихим, но улыбчивым парнем. Он мне всегда нравился. А еще он никогда не трогал меня, не тыкал моей незаконнорожденностью и просто держал нейтралитет в нашей войне с Джастином.

А вот и наш капитан, стоило помянуть.

— Лара, ты позавтракала? Для тебя дело есть, — без предисловий начал Джастин.

— Только начала.

Я показательно взяла тарелку каши с кружкой, бутерброд примостила на угол тарелки, поудобнее устроилась на траве и принялась есть, смакуя каждую ложку.

Джастин постоял с минуту, буравя меня взглядом, но после красных глаз шефа его некромантская зелень для меня — просто тьфу! Не впечатляла ни разу.

— Зайдешь ко мне, как поешь, — не выдержал бывший, круто развернулся и ушел.

— Слушай, может, ты не будешь сильно обижать Джаса? — подсел ко мне Даф, успевший съесть «мой» бутерброд и сейчас уплетавший за обе щеки взятую для меня тарелку каши.

— Да разве я обижаю? — удивилась я, проглотив кашу. — Я, кажется, даже субординацию не нарушила. Просто на вопрос ответила.

— Он очень переживал по поводу твоего отчисления, — не унимался Даф, но и есть при этом не забывал.

— Еще бы! Полтора года не над кем было издеваться! Как он доучился-то вообще?

— Как видишь, неплохо, — сел с другой стороны от меня Асмур, откинувшись на руки и подобрав ноги. — Сосредоточился на учебе, выбился в отличники, сумел блестяще себя проявить на прошлогодней практике, получил внеочередное звание. Я бы даже сказал, что конкретно ему твое отчисление пошло на пользу. Он стал более рационально тратить время. И с девушками, кстати, завязал.

Я подозрительно покосилась на Асмура, не понимая, с чего он-то взялся выгораживать Джастина? Они не были друзьями, Асмур относился к категории тех, кто сам по себе. И во время учебы всегда держался особняком.

— Может, вшивый парень никого не прельщал? — я улыбнулась, вспомнив одну из своих самых удачных выходок.

Та девушка оказалась весьма впечатлительной особой и, ко всему прочему, еще и очень болтливой, благополучно разнеся слух про вшей Джастина по всей академии.

— Не думаю, — усмехнулся Ас. — Девушки вились вокруг него вдвое активнее, чем раньше. Разрыв вашей помолвки неплохо подстегнул его популярность.

— Кстати, да, Джас — завидный жених. Сильный некромант, из богатой уважаемой семьи…

— Еще хоть слово о Джастине, и эта тарелка каши окажется у тебя на голове, — предупредила я Даффина.

— Ты готова пожертвовать своим завтраком? — шутливо удивился Асмур.

— Представь себе. На что только не пойдешь, чтобы не слушать про этого мерзкого типа.

Я дожевала бутерброд, запила его ароматным чаем, а тарелку с недоеденной кашей вернула на раздачу.

От мысли о Джастине весь аппетит пропал. А ведь мне еще придется с ним сейчас общаться!

Я нехотя поплелась к капитанской палатке, на которую мне указали бывшие однокурсники, попросив быть с Джасом помягче. Я только хмыкнула: помягче, как же!

Джастин стоял у стола с разложенной картой.

— Давай, чего там у тебя, — с ходу спросила я, желая получить указания и как можно быстрее отделаться от бывшего.

— У меня не самая хорошая новость, — не отрываясь от изучения карты, проговорил Джастин.

— И не сомневаюсь. — Я тоже подошла к столу, всмотревшись в незнакомую местность. По ней так же, как и у магистра армии, ползли точки. Парочка застыла неподвижно. — Это курьеры?

— Это разведчики из нежити, — покачал головой Джас. — Духи.

— Я догадалась, что не зомби, ближе к делу.

— Лара, а ведь я все-таки твой капитан…

— Ой, не напоминай, ладно? — поморщилась я. — Мне от одной мысли о тебе тошно. Ты меня по делу вызвал или так, поболтать?

Джастин вздохнул, но дальше перешел к сути.

— Вот эти замершие явно что-то нашли, — он ткнул в точки на карте. — У них у всех кристаллы-накопители с собой, чтобы собирать информацию. Тебе придется забрать кристаллы. И заодно посмотреть, что с духами.

— А где это вообще? — я ткнула в карту.

Две точки зависли недалеко друг от друга, но на карте были только странные символы и пунктиры вместо привычных для меня обозначений рельефа и дорог.

— У нас карты немного другие. Это возле границы с Ровеной в районе городка Шалер. — Палец бывшего переместился на схематичный домик, рядом с которым стояла неразборчивая надпись.

— Кто это рисовал? Что за каракули? И где масштаб? — Я наклонилась, чтобы разглядеть дополнительные ориентиры.

— Вообще-то я, — прозвучал недовольный ответ.

— А, тогда понятно, вопрос снят. — Я выпрямилась. — Буду искать нежить некромантской чуйкой, иначе здесь никак.

Я вызвала на браслете карту, скидывая приблизительные координаты. О точности речи и не шло. Видимо, подобные заговоренные карты создавались каким-то хитрым способом, зато позволяли отслеживать нужные объекты. Ладно, на месте разберусь. Все лучше, чем сидеть в лагере и вечно натыкаться на Джастина.

— Если с духами все в порядке, то пусть продолжают патрулирование дальше, — принялся дополнять задание капитан. — Вот кристаллы на замену. — Льняной мешочек лег на карту, я подхватила его и тщательно проверила содержимое.

Жизнь и общение конкретно с этим типом научили меня осторожности.

— Нам повезло, что наш курьер еще и некромант, — решил похвалить меня Джас, но наткнулся только на мой скептический взгляд.

— А мне-то как повезло, до сих пор не верю в свое счастье. Что делать, если с духами проблема? Загонять во вместилище?

— Просто упокой, — в голосе Джастина прозвучало недоумение. Ну да, обычные некроманты не возятся и не церемонятся с нежитью. Зачем возиться со старой, когда всегда можно призвать новую?

— Принято. Если других указаний нет, то я полетела.

И уже шагнула было в сторону.

— Слушай, а почему ты сама не разорвала помолвку? — Прозвучавший вопрос несколько сбил меня с толку. Кажется, мы только что план действий обсуждали, что за резкие переходы? — Могла бы попросить отца. Вряд ли я тебе нравился.

— Вряд ли?! — Я сначала едва не подавилась воздухом от злости, а потом рассмеялась, осознав всю нелепость ситуации. — Слушай, Джастин, ты вообще в себе? Да ты мне не просто противен, я тебя ненавижу с первого дня нашего знакомства, когда нас только представили друг другу и ты скривил свою смазливую рожу при виде меня. Но ты серьезно думаешь, что отец бы внял даже самой слезной моей просьбе отказаться от нашего брака? Или не так: ты думаешь, я не просила?! Я выслала десяток писем, напоминала при каждой личной встрече, которых было буквально две или три за время учебы, и все, чего я добилась, — лишение содержания, «чтобы не смела думать о ерунде!» Я просто поверить не могу, что ты считал, будто мог мне хоть каплю нравиться!

— Извини.

— Нет. — Ох, моя месть будет сладка! — Не извиню. Хотя если ты встанешь на колени и начнешь целовать мои ботинки…

— Все, Лара, довольно, я понял, — прервал поток моих фантазий наш капитан. — Думаю, на месте ты сориентируешься лучше, чем по такой карте, где даже масштаб не выдержан. Она схематичная, только для слежения за нежитью.

— Уж как-нибудь. — Я убрала кристаллы в карман и развернулась к выходу, но не смогла сделать и шага. Мне ведь тоже было интересно. — А ты? — Я не оборачивалась, не хотела видеть его лицо, еще долго после отчисления снившееся мне в кошмарах. — Почему ты не мог просто разорвать помолвку, если настолько не хотел на мне жениться?

— Не мог. — Джастин приблизился, я кожей чувствовала, что он прямо у меня за спиной. — Моей семье было жизненно важно породниться с твоей. Со старшей, законной дочерью не сложилось, так что родители согласились на тебя, особенно когда увидели метрику с магическим потенциалом. Отец пригрозил, что если я еще хоть раз заикнусь о смене невесты, он вычеркнет меня из списка рода, лишит наследства и вообще всего на свете.

— А так всего лишили меня, — понятливо кивнула я, шагнув на выход.

— Кладбищенская нежить! Лара! Я не хотел! — Джастин схватил меня за плечо. — Ты — один из сильнейших некромантов в нашем поколении! От тебя просто не могли отказаться! И исключать не должны были!

Я развернулась и посмотрела ему в глаза.

— Скажи это тем, кто отказался и исключил. Но я рада, что ты ничего не потерял в этой истории. Хорошо уметь выходить сухим из воды. Полезное качество, не так ли, капитан?

А после сбросила его руку и вышла. Пара шагов — на большее меня не хватило — и судорожно схватилась за артефакт полета, как за спасительную соломинку. Крылья будто вернули мне способность дышать.

В бездну некромантию! Хорошо, что я не с трупами и призраками вожусь, а летаю. Вернусь с задания — непременно скажу Джастину спасибо.

Крылья развернулись за спиной, привлекая всеобщее внимание. Раньше на меня удивленно и восторженно смотрели из-за белого оперения, но, кажется, черные мышиные в полтора моих роста притягивают взгляды куда сильнее.

Но главный плюс новых крыльев — их мощь. Даром что они магические и нематериальные, но теперь я без усилий взлетаю и уверена, что легко бы пронесла какое-то время и взрослого человека, не говоря уже про ребенка. Дальность и скорость полета тоже существенно возросли, так что я искренне радовалась возможности использовать их. А уж шанс улететь подальше от лагеря…

Даже дурацкое задание из серии «лети туда, не знаю куда» не смущало. Наоборот, будет повод полетать подольше и сказать, что долго искала из-за кривой карты.

Хотя искать что-то без нормальных координат мне, конечно, не впервой.

До того самого городка Шалер я долетела без проблем. По земле даже на лошадях путь бы занял весь день, а я долетела чуть больше, чем за час. К тому же мне не нужны дороги, и их качество тоже мало волнует. Да еще я некромант, умеющий работать с нежитью, — золото, а не курьер. Сама себя не похвалишь…

А теперь мне предстояло искать духов, имея весьма приблизительное представление об их местонахождении.

Но сначала нормально поесть!

И уже здесь возникли первые трудности. Вход в город оказался закрыт наглухо. Я постучала в маленькое смотровое окошко, но получила только невежливый посыл идти лесом.

Ну понятно, город недалеко от границы, пусть и чуть в стороне от основных торговых путей. Новости и слухи летают быстрее меня, народ услыхал о войне и готовится.

— Я курьер по особым поручениям! Готова подтвердить свою личность! — крикнула я, все еще надеясь, что смогу наверстать упущенный завтрак.

— Пшла вон, — раздалось приглушенное с той стороны.

— Я вообще-то маг, — начала закипать я.

— Тем более пшла!

— Именем короля! — Наглеть так наглеть! — Открывайте ворота, или вынесу все к такой-то матери! И накормите меня уже!

Окошко приоткрылось, на меня внимательно посмотрели, а потом дверь открыли. И стоило мне пройти — тут же захлопнули.

— Не рано ли вы перешли на осадное положение? — съязвила я, видя ощетинившихся мечами и копьями стражников.

— Не перейдешь тут, когда вокруг такое творится. — Пожилой стражник убрал свой меч и кивнул остальным. — Нормальная вроде.

— Я-то нормальная, а вот с вами что? — С подобным приветствием я не сталкивалась еще ни разу.

— У нас тут упыри бродят, кладбища поднимаются, люди пропадают. Последнюю неделю не пойми что творится. Так что ты там про подтверждение личности заливала?

— Пожалуйста. — Я протянула браслет, на который и так, и эдак посмотрели, но потом махнули рукой и пропустили.

Правда, с едой у них было туго. В небольшой городок набились люди со всех окрестных деревень. Все были напуганы и взволнованы, тревожность буквально витала в воздухе, а столько подозрительных косых взглядов я не получала уже давно.

Неподготовленные люди несли всякую ересь про упырей, разгуливающих средь бела дня, злыдней, разумных зомби и прочий фольклорный бред. Так что я решила обратиться за разъяснениями к подготовленному.

Маг нашелся быстро и даже — о чудо! — сразу согласился со мной побеседовать, оценив и браслет, и подвеску-крыло.

И еда у него имелась, пусть и самая простая, но сытная и по-домашнему вкусная.

— Вы к нам или просто мимо пролетали? — с затаенной надеждой спросил белобрысый молодой мужчина — лет на десять старше меня. Неподалеку крутились его жена и двое мелких, которых она только и успевала ловить, чтобы те не мешали взрослым.

— Скорее — мимо, но чувствую, задержусь, — прожевав, ответила я. Маг меня не торопил, зная о важности еды для магического курьера. Но выглядел, как и остальные, нерадостно. — Расскажите пока, что у вас за напасть? Меня особенно интересует нежить.

Не могли же наши рабочие духи выйти из-под контроля? Мой бывший, при всех его качествах, не идиот, наверняка задал все положенные ограничения.

— Нечего рассказывать, — признался маг. — Я не некромант, да и не самый сильный целитель, — логично, сильного бы в такую глушь не отправили, — но уже с неделю к нам приходят напуганные люди, приносят тяжелораненых. Раны почти все — магические. Но народ грешит на упырей, а выжившие рассказывают про красные глаза нападавших.

— Упыри пьют кровь, — заметила я.

— Укусов ни на ком не нашел. Как и любых физических ран от зубов и когтей.

Упыри, зомби, умертвия — сразу мимо.

— А кладбища поднимаются? — вспомнила я один из местных слухов.

— Я сам не видел, но в последние дни я только и делал, что лечил раненых, за ворота города не выходил. Да и не выпустили бы.

Еще бы! Кто же выпустит единственного мага-целителя?

— А гонца вы отправлять пробовали?

— Уже трое уехали, пока ни один не вернулся. — Маг выглядел грустным и несчастным. Оно и неудивительно!

Даже я погрустнела. У меня четкое задание: найти духов, заменить кристаллы, а не сражаться со странной псевдоупыриной нежитью.

И что теперь делать? Связаться с лагерем по браслету? Или пока браслет не использовать? Сразу вернуться обратно и все рассказать? А что, собственно, я скажу? Перескажу местные байки про красноглазых упырей, шастающих средь бела дня? Провести разведку? С земли или с воздуха?

Впрочем, я уже один раз провела разведку, так что сейчас надо думать головой, а не идти на поводу у эмоций.

— Я выполню задание и вернусь в часть, где сообщу о проблеме. К сожалению, это все, что я могу для вас сделать.

Маг понимающе кивнул и поблагодарил за участие.

Я же покидала город в задумчивости. Не нравилось мне все это, но вернуться сразу и сказать Джастину, что я не выполнила первое же простое задание, было выше моих сил. Стоило хотя бы попытаться.

Я вышла за ворота, услышав, как позади меня загремели замки и залязгали цепи. Двери запирались на совесть, цепи заговоренные, но уже порядком поизносившиеся. В них ощущались лишь отголоски силы, вряд ли они сдержат кого-то существеннее парочки зомби. А духам никакие цепи и ворота не помеха.

Следовательно, дело не в духах.

Но раненые есть, да еще с магическими ранениями. Если где-то бродит спятивший маг — то дело плохо.

С другой стороны, почему он не добивал жертв? Нелогично в такой ситуации оставлять свидетелей…

— Грег, — позвала я своего призрака.

— Чего тебе? — простонал мой неживой друг.

— Ты не чувствуешь ничего странного? — Нежить лучше ощущает присутствие другой нежити или остаточный фон от темной магии.

— А ты? — вопросом на вопрос ответил Грег.

— Я — нет.

— И я нет. На этом все? А то я сейчас исчезну надолго.

Призрак действительно был едва заметен при свете Матушки. Все же у духов есть свои плюсы.

— Все, — отпустила его я.

Магический фон был спокойный. Я специально прошла мимо кладбища (любой некромант безошибочно чует захоронения) — никаких разрытых могил или следов недавних ритуалов. Здесь все чисто.

Духи Джастина должны патрулировать границу, мне до нее час пешком мимо полуопустевших деревень. Остались по домам только самые отчаянные, и те заколотили ставни и укрепили двери. По одному двору ходил облезлый петух с тремя заморенными курицами — видимо, их даже брать не стали, оставив на съедение неизвестной нежити.

Только нежить тоже оказалась разборчивой и на суповой набор нападать не спешила… Что для нее совсем нехарактерно.

Нет, дело точно в чем-то или в ком-то другом.

Я раздвинула границы сознания, настраиваясь на неживой мир. Но ни одного духа в радиусе моего восприятия не находилось. Разве что Грег отдавал слабой пульсацией в браслете.

Странно, по моим подсчетам, хотя бы одного пограничного духа я должна засечь. Правда, по той кривой карте сложно утверждать наверняка.

Небольшая деревушка осталась позади. Никто так и не вышел ко мне, хотя присутствие людей я чувствовала. Но страх пересилил любопытство.

Взлететь бы и осмотреться с воздуха, да только слова целителя о магических ранах не шли из головы. Нормальный щит я в воздухе не разверну, зато мишенью буду отличной.

Так я и шла по небольшой петляющей тропке, словно прокладывали ее после баклажки самогона. Вокруг пели птички и жужжали насекомые — весна на юге давно наступила и активно переходила в лето. Картина идиллическая и разительно отличающаяся от той, что мы видели в местах нападений на курьеров. Что, с одной стороны, радует, а с другой — добавляет новые вопросы.

Интересно, как там Эдриан? И ведь не свяжешься и не спросишь — браслет-то у меня новый.

По моей правильной карте к границе я уже подошла, пусть лес продолжал тянуться дальше и по виду в Ровене ничем не отличался от нашего. Уверена, местные жители раньше активно бегали туда-сюда по грибы да ягоды.

Ладно, по логике — если я продолжу двигаться вдоль границы, то обязательно наткнусь хоть на какого-то нашего духа. Только логика в этих местах работать отказывалась. Я брела до полудня по лесу, но ни живых, ни неживых так и не встретила.

Нет, так дальше продолжаться не может, ноги у меня не казенные. К тому же неизвестность всегда изматывает куда сильнее.

Так что я размяла пальцы, создала легкий щит против нежити, а потом произнесла заклинание, подкрепив его таким количеством магии, что если в дне пути какая-то нежить и имеется, она должна стремглав броситься ко мне, наплевав на все ранее данные команды.

Остается только немного подождать, ведь духи перемещаются очень быстро, быстрее, чем я по воздуху. Какое-то время я топталась на месте, ожидая наплыва бестелесных сущностей, но почему-то никто не спешил на некромантский призыв. Устав стоять, я села на ближайшее поваленное дерево, закинула ногу на ногу и подперла подбородок рукой.

Ну и где вся нежить, спрашивается? На карте Джастина, будь он неладен, я насчитала не меньше десятка духов. Ладно, предположим, двое по каким-то причинам выбыли, но остальные?

Мои мысли прервало… что-то. Я толком не успела осознать, что именно, просто усилила щит и всмотрелась вперед. Кто-то шел через лес, и это явно не дух. И заклинание, полетевшее в меня, тоже не относилось к разделам некромантии. Обычная шаровая молния, с треском врезавшаяся в мой щит и рассыпавшаяся от удара.

Значит, моя магия все-таки кого-то приманила. Теперь бы понять — кого.

В правой руке запульсировали подготовленные атакующие заклинания, дополнительную защиту в левую я не набирала — боялась, что не удержу и то и другое.

А потом в меня с другой стороны вылетел огненный вихрь, едва не снеся щит, а следом что-то срезало дерево, и то начало заваливаться на меня.

Трое нападающих? Мы на такое не договаривались!

Я понеслась обратно, понимая, что надо скорее взлетать, но не в лесу, через ветки, да еще с тремя магами на хвосте…

Бросив наудачу парочку заклинаний в надежде, что не попаду, так замедлю, я выскочила на относительно открытое место. Взлечу — не взлечу? И практически одновременно со мной на полянку вышел еще один человек. Маг. Но что-то в нем смущало, не пойму, что именно?

Некогда думать!

Мой последний удар он отразил, спасибо, что не развернул. Набирать новые заклинания было некогда, заготовок в руке больше не осталось. В кармане лежала парочка артефактов как раз на подобный случай. Но первыми нашлись злосчастные кристаллы, которые я тоже активировала. Пусть зафиксируют магическое искажение и ауру незнакомца — в лагере разберутся.

Я швырнула небольшой вихрь в первого нападавшего — того отбросило далеко в лес, только и раздавались удары и треск ломающихся сучьев. Позади послышались шаги, я резко развернулась, встретившись с красными глазами второго. Ты смотри, не врали местные!

Второй артефакт сработал не так эффектно, но не менее эффективно, — нападавший замер на полушаге, красные глаза остекленели и закрылись. Глубокий и здоровый сон на следующие несколько часов ему обеспечен. Уверена, он мне еще потом спасибо скажет, что выспался!

Где-то бежал третий…

Дожидаться его я не планировала, сбросила артефакт-ловушку и активировала крылья.

Взлететь мне удалось без проблем, позади со свистом сработала магическая ловушка, захватывая призрачными жгутами третьего. Как я вовремя ушла!

И уже набрав высоту, я заметила, как поднялся с земли второй красноглазый маг, сбрасывая с себя сонное заклинание и посылая в меня заряд молний.

Удар пришелся в крылья, еще бы, мимо них захочешь — не промахнешься. Искры от встречи двух магий брызнули в стороны, меня закружило в воздухе, по телу пронесся разряд, перед глазами заплясали мушки, в ушах зазвенело, из носа крупными каплями полетела на землю кровь. Мои старые крылья бы уже исчезли, эти же продолжали держаться и держать меня в воздухе.

Надо вернуться в лагерь.

Эта мысль придала сил. Направление я определила скорее наугад, не в состоянии нормально сориентироваться или хотя бы вызвать карту. Буду надеяться, промахнулась не сильно, в любом случае крылья несли меня прочь, подальше от странных красноглазых магов.

Гул в голове нарастал с каждой минутой, слабость разливалась по телу, а в глазах темнело так, что я с трудом угадывала местность вокруг. Самое главное — не отключиться в воздухе, все остальное, кажется, мои новые замечательные крылья выдержат.

Я твердила себе это, как заклинание, повторяла каждый раз, когда сознание начинало уплывать.

И даже долетела. Уже различала разбитый лагерь с копошащимися человечками и палатками. Ну же, еще немного! Люди выбегали навстречу, я почти успела приземлиться…

И крылья исчезли, растворившись в поглотившем меня беспамятстве.

Последнее, что я отчетливо запомнила — удар, выбивший из груди воздух, и дикая боль от треснувших ребер.

А после смазанные картинки, среди которых перепуганное лицо Джастина, его руки и невнятное бормотание, чтобы я не смела умирать.

«Не дождешься, — подумала я, — еще столько нервов невымотанных, крови непопорченной».

И полностью отрубилась.

3. Призраки прошлого

Я приходила в себя медленно, словно меня кто-то рывками вытаскивал из трясины небытия, но что-то усиленно тянуло обратно. И когда все-таки открыла глаза, тут же заметила двух нависших надо мной целителей-близнецов в зеленом облачении и с пышными усами под красноватыми носами картошкой.

— Сколько пальцев? — синхронно спросили оба и протянули ко мне руки.

Я вгляделась, проморгалась и собрала двух целителей в одного.

— Всего пять, — просипела я. — Открыто два.

— Молодец, считаешь умеешь, — похвалил меня усатый мужчина в единственном числе и протянул стакан.

Я без задней мысли сделала глоток и едва не подавилась: жуткая горечь растеклась во рту и провалилась в горло.

— Что за гадость? — я попыталась вернуть стакан целителю, но тот настойчиво поднес его обратно к моему лицу.

— Надо все выпить, — с нажимом произнес он. — Давай, будь умницей, открой ротик и скажи: «А-а-а».

Пришлось превозмогать себя и допивать зелье, а после вытирать выступившие слезы.

— А теперь конфетка. — Мне протянули карамельку в простенькой обертке, которую я поспешно развернула и закинула в рот. Сладость потихоньку вытесняла горечь.

— Молодец, — одобрил целитель. — Денек отлежишься и будешь как новенькая. Тебя неплохо приложило, хорошо, что твои крылья настроены на поглощение магии и могут подпитываться извне и впитывать излишки. Иначе бы такой удар молнией мог и сердце остановить.

Я внимательно слушала целителя, кивая в такт его словам.

— А как вы про молнии догадались? — спохватилась я, когда мужчина уже выходил из палатки, оставляя меня отдыхать.

— Так капитану некромантов какой-то дух рассказал, — пожал он широкими плечами и вышел.

Мне же потребовалось несколько секунд на переваривание услышанного и еще на то, чтобы убедиться: браслета с Грегом у меня на руке нет.

Какой там отдых?

Я вскочила с лежанки и тут же плюхнулась обратно — голова закружилась, и ноги подкосились. Ладно, поняла, так резко не стоит.

Вторую попытку я предпринимала куда осторожнее, поднимаясь медленно и плавно. Держась за попадающиеся под руку предметы, я добрела до выхода из палатки и выглянула: снаружи успело стемнеть, Отец высоко висел над лагерем, внизу подсвеченным редкими кострами.

Надо полагать, я где-то у целителей, некроманты должны находиться с противоположной стороны. Через весь лагерь идти…

Но делать нечего. От мысли, что моего Грега могут упокоить, пока я тут разлеживаюсь, внутри все заледенело. Если Джастин только пальцем посмеет его тронуть…

Именно фантазии о карах, которые я обрушу на голову бывшего, гнали вперед. Мечтать об этом оказалось упоительно приятно, я даже не заметила, как проделала приличный для меня в нынешнем состоянии путь и вышла к капитанской палатке некромантов.

Внутри были люди, но под пологом тишины не разберешь — сколько и что делают.

Ничего, сейчас все выясню!

Я эффектно отдернула занавеску на входе и повисла на ней, поскольку сил двигаться дальше не осталось.

— Лара?

Джастин обернулся, здесь же нашлись и Даффин с Асмуром, а также еще несколько неизвестных мне магов.

— А вот и ты! — не растерялся бывший и уверенным шагом подошел ко мне, взял за руку и довел до стоявшего у стола стула.

— Ты как? — Асмур заботливо налил мне горячего чая, щедро насыпал в него несколько ложек сахара и поставил дымящуюся кружку передо мной.

— Ну и напугала ты нас! — хлопнул меня по плечу Даф, едва не свалив со стула.

— Осторожнее, — Джастин придержал друга. — Пусть она придет в себя.

— Так она уже к нам пришла, — хохотнул Даф, но сразу посерьезнел. — Мы обсуждаем принесенные тобой кристаллы, так что ты как раз вовремя.

— Где мой браслет? — я впилась взглядом в бывшего, который тут же нахмурился и наклонился ко мне.

— Потом, Лара, — шепнул он и добавил, видя, что я не собираюсь от него отставать: — С ним все в порядке.

— Надеюсь, — сквозь зубы проговорила я и только теперь обратила внимание на стол, на котором вновь была разложена та злополучная и кривая карта.

— На кристаллах остались отпечатки аур напавших на тебя существ. — Асмур провел ладонью над кристаллами, тут же выдавшими уменьшенное изображение магов, вернее, их разноцветные образы в магическом зрении.

Сначала один, который отлетел от брошенного мною артефакта, затем позади меня появляется другой и застывает, чтобы спустя мгновение упасть, и третий, попавший в ловушку. Дальше я смотрела внимательнее. Вот второй дергается, будто по его телу проходят сильнейшие судороги, поднимается и запускает в меня заклинанием.

С ходу.

Нет, я, конечно, все понимаю, артефакт плохо сработал — некачественный, разрядился, или у красноглазого имелась какая-то своя защита. Но почему не сбросились заклинания с руки? Должны были, по идее, если он упал и отрубился. И заново создать заклинание так быстро нереально…

А если не отрубился?

— Лара, опиши нам нападавших, — задумчиво попросил Асмур. — Насколько они отличались от людей.

— Да маги как… — Я осеклась, вспомнив красные равнодушные глаза. А потом всмотрелась в изображения.

Искаженные ауры отдаленно напоминали человеческие, но были будто порваны и наспех склеены. Цвета местами перемешались, жизненно важные точки сместились.

— У них были красные глаза, у одного точно. — Все же остальных я не успела рассмотреть, и первый увиденный стоял слишком далеко, чтобы утверждать наверняка. — Они двигались… странно. — Тогда у меня не было возможности анализировать, но, проматывая воспоминания заново, я ловила какое-то несоответствие в слишком скупых и выверенных движениях. Даже многолетняя подготовка не дает такого эффекта. — И их лица ничего не выражали, никаких эмоций вообще — на меня нападали молча, с таким отрешенным видом, с каким задумчиво ходят по улице, а не сражаются. Такого в схватке точно не бывает, даже малейшее напряжение передается через мимику, тут же — ничего. Как неживые.

Я закончила и поняла, что смущало меня прежде всего. Такой ауры никак не может быть у живого человека, особенно применяющего магию. Она словно застыла, никаких внутренних токов сил, магия в руках статична, и да заклинание не сбилось, потому что висело на пальцах, будто приклеенное. Мой противник дважды ударил меня одним и тем же заклинанием, бывает ли такое? Обычно набирают разные, в арсенале любого мага найдется пятерка атакующих, чтобы не повторяться. Конечно, оно может быть коронным и любимым… и все равно должно было сбиться при падении.

— По структуре чем-то напоминают упырей, — незнакомый маг в синем — здоровенный боевик-стихийник — убрал неровно отросшие волосы за уши и оперся на стол, разглядывая изображения. — Но средь бела дня… к тому же с магией…

Упыри — создания вампиров, запрещенные пару столетий назад. Их создавали как стражей ночного клана и мелких слуг. Каждый упырь подконтролен создателю-вампиру и беспрекословно выполняет любые его поручения, теряя волю. Да и живыми их уже не назовешь, упыри четко относятся к нежити. И при том, что обращенный человек приобретает невиданную силу и ловкость, он также получает светобоязнь — глаза вампиров не воспринимают яркий свет. А еще упыри полностью теряют способности к магии, если они имелись при жизни.

— Они не пьют кровь, — добавила я. — Мне встретился местный маг-целитель, он подтвердил, что следов укусов, как и когтей, ни на ком не было. Все повреждения людям наносились магией.

— Похоже, мы имеем дело с новым видом нежити. — Все тот же незнакомый маг теперь задумчиво разглядывал меня.

— Возможно, это последствия сильного ментального воздействия? — предположил Асмур. — Все же аура ближе к человеческой, видите, жизненные силы имеются.

— В любом случае это надо проверить, — принял решение Джастин. — Завтра отправимся в Шалер.

— Там люди сидят за воротами города и очень ждут помощи.

И надеюсь, дождутся.

— Бьен, мы выступаем на рассвете, — обратился Джас к боевику. — Вы с нами?

— А то! — Улыбка боевика куда больше напоминала оскал. — Пойду к парням, обрадую, что завтра разомнемся. Измаялись уже здесь от безделья.

Маг пожал всем руки, подмигнул на прощание мне и вышел из палатки.

— Думаю, и остальные могут быть свободны, — Джастин обвел глазами оставшихся некромантов. — Советую сразу лечь спать, завтра выступаем с рассветом.

— Как скажешь, капитан, — Даф выглядел довольным. — Мы тоже не прочь размяться.

— Вот и разомнемся, — подхватил Ас, поднимаясь и накидывая свою куртку. — Целый день в седле, потом марш-бросок по лесам.

— Какой ты нежный, — поддел его Даффин, вылезая из палатки и низко пригибаясь при этом.

Ответ Аса я не услышала — полог тишины приглушал все и снаружи. Еще парочка некромантов вышла, оставив нас с Джастином вдвоем.

— Мой браслет, — тут же потребовала я.

— Лара, давай обсудим…

— И не подумаю. Ты немедленно возвращаешь мне браслет и не трогаешь больше чужие вещи. Жаль, что родители тебя не научили этому еще в детстве.

В светло-карих глазах Джастина заклубилась зелень.

— Я не трогал твои вещи, — ледяным тоном ответил бывший. — Призрак появился сам.

Ох, Грег! Верну тебя и проведу воспитательную беседу!

— Это не повод забирать его вместе с вместилищем.

— Да что ты? — кажется, сегодня терпение Джастина было не столь велико. — Наличие подчиненной нежити у не получившего лицензию некроманта? Даже не знаю, что тогда вообще повод в твоем понимании.

— В моем понимании все, что одобрено магистром-командующим армии, разрешено, — надавила на должность я.

— Командующий армии далеко, а куча некромантов, способных почуять твоего призрака и задать ненужные вопросы, очень близко. Зачем тебе лишние неприятности?

— Да какое тебе дело до моих неприятностей? — взвилась я. — Ты мне устраивал их три с половиной года учебы!

— Давай оставим в прошлом…

— И не подумаю!

— Лара! — рявкнул Джас. — Ты ведешь себя как обиженный ребенок, у которого отобрали опасную игрушку!

— Если начну кричать, топать ногами и кататься по полу, вернешь? — я состроила жалобное лицо.

— Тебя могут наказать за такое, — устало ответил Джастин и, придвинув стул поближе, присел ко мне. — Давай дождемся окончания войны, а после попробуем решить твой вопрос с отчислением? Тебе достаточно будет экстерном сдать академический минимум — и тогда можешь заводить себе нежить.

— Отлично, — съязвила я. — Даже спрашивать не хочу, как ты собрался решать вопрос с моим отчислением, и меня это не волнует! — сразу предупредила я, не желая выслушивать бредовые идеи. Но и говорить, что мне обещали диплом, тоже не стала. — Мне нужен мой дух. То есть призрак! — быстро поправилась я. — И ты мне его вернешь.

— А то что? Снова подсадишь мне вшей?

— Как вариант, — усмехнулась я. — Согласись, идея была отличной.

— Ага, очень. И все же как твой капитан я не могу вернуть тебе браслет. Вернее, браслет могу, но без призрака.

Я смотрела на Джастина, пожалуй, впервые находясь к нему так близко и не боясь, что он что-нибудь выкинет. Бывший выглядел откровенно уставшим и вымотанным. Волосы взъерошены, под глазами тени, а в глазах — тревога. Не обычная насмешка, которую я наблюдала во время учебы, или презрение, что часто сквозило во всем его облике, когда он вынужденно находился рядом.

Странно было видеть его таким… безобидным?

Наверное, полтора года назад я бы устроила скандал или попробовала отобрать браслет силой. Да я бы и пару месяцев назад так поступила, если честно.

Но скандалом я ничего не добьюсь, Джас явно намерен стоять на своем до конца. А силой… возможно, будь я в оптимальной форме, то могло бы и получиться, пусть мне и не хватает тех полутора лет учебы и практики, зато грубой магии не занимать. И все же нападать на капитана слишком даже для меня.

Я еще с тех выпущенных зомби сделала выводы на этот счет.

Поэтому мы пойдем другим путем.

— Джастин, — я серьезно посмотрела в глаза бывшему. — Я не буду напоминать, что именно из-за тебя лишилась всего.

Джас нахмурился и подобрался, готовясь к отпору в ответ на новые обвинения. Только их не последовало.

— Грег — призрак в браслете — многое со мной прошел и не раз выручал, вытаскивал из беды, жизнь спасал, прикрывал мне спину. Я знаю, что некромант не должен привязываться к нежити, но Грег для меня больше, чем нежить, он — мой друг, мой напарник, если хочешь. Прошу, не отбирай у меня еще и его.

Здесь главное не переигрывать, но на эмоции вывести.

— Лара, — бывший запустил руку в волосы, густые, пшеничного цвета. Сейчас, в искусственном освещении, рыжинка в них была еще заметнее. — Пойми, это неправильно.

— Никто не узнает, я поговорю с Грегом. — Еще как поговорю! — А если узнают, то я готова клясться, что ты был не в курсе.

Джас все еще колебался, но я видела его внутреннюю борьбу. Поэтому решила добить его словом, не зря называющимся волшебным.

— Пожалуйста…

Такого бывший точно не ожидал, поэтому с тяжелым вздохом поднялся, дошел до небольшого сейфа, стоявшего среди груды вещей, открыл и достал мой браслет.

— Постарайся, чтобы никто не узнал, — попросил он, протягивая мне артефакт.

Стоило мне коснуться браслета, как Грег не заставил себя ждать.

— Лара, ты как? — призрак закружил надо мной, разглядывая со всех сторон. — Я боялся, ты не выкарабкаешься! Хорошо, что я предложил усилить крылья, сделав их устойчивыми к попаданию магии, а еще нашел способ стабилизировать…

— Грег, спасибо, — прервала я обрушившуюся на меня потоком речь. — Видишь вот этого дядю, — я кивнула на Джастина. — Не связывайся с ним никогда, он очень плохой и может тебя обидеть. Потом, конечно, извинится, но боюсь, будет уже слишком поздно.

Наш капитан стиснул зубы, в глазах полыхнула зелень, кулаки сжались до побелевших костяшек и выступивших на руках вен.

— А теперь полезай в браслет, мы позже поговорим. И, если что, я тоже тебе очень рада.

— Эм… — Грег переводил взгляд с меня на Джастина, наверное, почувствовав напряжение, затопившее палатку. — Пожалуй, я действительно пойду.

И исчез как не бывало.

— Удачи вам завтра в походе, — пожелала я и, оперевшись о стол, встала и направилась к выходу.

— Хватит, — Джас положил мне руку на плечо, ощутимо стиснув пальцами. — Прекрати задевать меня при каждом удобном случае.

— А то что? — повторила я его же вопрос. — Добьешься того, чтобы меня выгнали и из армии?

— Я не хотел твоего отчисления! — буквально прорычал Джас. — И я жалею… очень жалею обо всем! Я был молод и глуп, признаю!

— Был? — усмехнулась я. — Ну ты и самонадеянный!

Я дернулась, но не рассчитала сил, вернее того, что у меня сейчас этих самых сил не имелось, и едва не рухнула на землю. Подхватил меня, что примечательно, Джастин.

— Ты в порядке? — И снова беспокойство в голосе! Да чтоб его!

— Нет, пока ты рядом, я не в порядке, — огрызнулась я, убрала оказавшуюся уже на моей талии руку бывшего и, пошатываясь, пошла прочь, подальше от капитанской палатки.

Соблазн дойти до шатра, в котором меня поселили, был велик — он куда ближе. Но в нем, помимо меня, спали еще минимум пять женщин, если не появился еще кто-то новенький.

А целительская палатка вся в моем распоряжении, поэтому я с остановками на отдышаться поплелась к ней. Правда, пока дошла, сто раз пожалела.

Так что на лежанку я садилась с огромным облегчением. Внутри было темно и тихо, а если еще добавить полог тишины…

— Грег, — позвала призрака я.

Тот проявлялся медленно, видимо, осматривался, одни мы или нет. И где, спрашивается, была его осторожность раньше?

— Как себя чувствуешь? Неплохо тебя приложило в воздухе, даже мне слегка досталось, — пожаловался призрак.

— Грег, зачем ты появился перед Джастином? — серьезно спросила я, игнорируя его жалобы. Досталось ему, видите ли! Пусть радуется, что не развоплотили на месте.

— Он за тебя переживал, как и я, вообще-то! Заставила ты нас поволноваться!

— Джастин — некромант! Да еще мой капитан! Он мог тебя развоплотить, ты в курсе?

— Но не развоплотил же, — резонно возразил Грег, чем взбесил меня еще сильнее. — К тому же проблема не в этом, так? Что вас с ним связывает?

— Тебя это не касается!

— Мы же друзья, я столько раз прикрывал тебя, жизнь спас, что там еще, не напомнишь? — почесал затылок Грег.

— Ах ты, шпион недоделанный! Может, стоило отдать тебя Джастину, пусть бы он отправил тебя на разведку, как обычную нежить?

Нет, ну надо же, а? И как только смог так легко материализоваться и подслушать?

— Не отдашь, — уверенно заявил Грег и опустился рядом на лежанку, слегка провалившись сквозь нее.

Особенность призраков и главное отличие от духов в том, что единственный ориентир для них — земля, почва под ногами. Ни полы, ни стены, ни что-то еще не останавливают их. Но землю они чувствуют и могут на нее опереться. Привидения на это уже не способны, они всегда парят в подвешенном состоянии.

— Я бы поспорила, но сил нет, — признала поражение я. Грега и в лучшей форме поди переспорь, а уж в моем нынешнем полудохлом виде…

— И все же, — не отставал призрак. — Этот Джастин показался мне неплохим парнем. За что ты его так не любишь?

— Это долгая история, а мне спать надо. Сон — лучшее лекарство, слышал такое выражение? — Я улеглась на лежанку и устроилась поудобнее, вытянув ноги прямо в Грега.

— Эй! — возмутился он нарушением личного пространства и переместился чуть дальше. — Не уходи от ответа.

— Грег, возвращайся к себе во вместилище и дай мне поспать, ладно? — попросила я, поворачиваясь к нему спиной. Сил действительно не было, пусть и спать не хотелось.

Но говорить о Джастине не хотелось еще больше.

— Если выговоришься — станет легче, — увещевал дух, летая надо мной.

— Мне станет легче, если ты вернешься во вместилище.

— Лара, если ты просишь меня что-то сделать, то должна объяснить почему. Раз уж мы друзья.

Ох, все, теперь эта дружба будет мне аукаться до конца жизни. Лучше бы оставила его на одну ночь у Джастина, ничего бы он с Грегом не сделал. Хотел бы — сразу бы развоплотил.

— Друзья обычно выполняют просьбы.

— Слушай, ты столько упираешься, могла бы мне уже все десять раз рассказать! — Голова Грега вылезла прямо через ткань палатки.

— А ну быстро вернулся целиком назад! — рявкнула я. — Что ты вообще ко мне привязался? Я же не лезу к тебе в душу!

— Да ты только что в меня ногами залезла!

— Грег!

— Лара!

— Развоплощу!

— А попробуй!

— Ах ты, наглая нежить!

— Весь в хозяйку!

Я в сердцах запустила в Грега подушкой, пролетевшей сквозь него и плюхнувшейся на другом конце целительской палатки. Ну вот! Теперь еще с нагретой лежанки вставать!

Я с трудом проделала путь от одного края палатки к другому и вернулась обратно. Спать по-прежнему не хотелось, так что я села и обняла подушку, положив на нее подбородок. Грег висел недалеко от меня, настороженно наблюдая, но упорствовать прекратил.

— Джастин Хейс — мой бывший жених. А еще человек, превративший мою учебу в академии в один сплошной кошмар, — все же сказала я. Но, судя по заинтересованному лицу призрака, ему требовались подробности. — Помолвка произошла по воле семьи, нашего мнения никто не спрашивал. Впервые я увидела Джаса в пятнадцать лет. Мы ровесники, так что вместе должны были в будущем поступать в академию и учиться. И поначалу я даже была не против.

Сейчас и думать дико, что я без колебаний приняла наш брак, а тогда мне казалось, что это решит мои проблемы. Хоть кто-то начнет меня любить.

У меня никогда не имелось настоящей семьи. Равнодушный отец, ненавидящая мачеха и брат с сестрой, тоже не питавшие ко мне теплых чувств. В день помолвки я надела все лучшее (а с одеждой у меня было негусто), привела в порядок волосы — я не особо заморачивалась с прической и обычно ходила лохматая. Во многом назло мачехе, которая терпеть не могла мой диковатый вид. Но мне хотелось понравиться жениху. Я же не знала, что моя затея заранее обречена на провал.

— Семья Хейса — потомственные некроманты, очень старый род. Но они слишком часто разбавляли кровь союзами с другими магами или вообще немагами, поэтому магия в них начала слабеть. А вместе с ней — и их позиции у власти. Им срочно требовалось улучшить породу, настолько, что они согласились и на внебрачную дочь. Вот только Джастин был не согласен, что восстановление былого величия пойдет за его счет, — я невесело усмехнулась, вспомнив, как мы впервые встретились.

Он приехал вместе с отцом, матерью и двумя старшими сестрами. Вроде бы обычный дружеский визит, а на деле — первое знакомство. Для меня, которую никуда с собой не брали, по гостям не водили, да и дома перед гостями особо «не светили», — целое событие.

Я стояла и во все глаза смотрела на зашедшего последним в зал мальчика или уже юношу. Он был действительно ослепителен по тем моим меркам. Прекрасно одет, стильно подстрижен, привлекателен, строен — что еще нужно для пятнадцатилетней девчонки?

А он прошел мимо, окатив волной равнодушия и презрения, еще и поморщившись, словно от меня воняло.

Потом был ужин, на котором я в очередной раз играла такую привычную для меня роль пустого места.

И прощание, когда Джастин под строгим взглядом своего отца, кривясь от отвращения, поцеловал мне руку, а потом чуть наклонился и шепнул на ухо: «Я никогда не женюсь на такой, как ты».

Пожалуй, именно в тот день окончательно рухнули все мои надежды на нормальную семью.

— Второй раз мы встретились уже в академии два года спустя, — продолжила я рассказывать историю наших непростых взаимоотношений. — И вот там-то Джастин проявил себя во всей красе. Он спал и видел, чтобы избавится от меня любым возможным способом. К тому же наша помолвка секретом не являлась, а он открыто демонстрировал свою неприязнь. И теперь представь ситуацию. Столичная академия магии с кучей молодых и родовитых магов и буквально несколько самородков из низов, которые стараются не выделяться. А с другой стороны я, как бельмо на глазу. Незаконнорожденная, самая сильная, самая подготовленная. Конечно же, я не могла им понравиться. А тут еще пренебрежение жениха, его постоянные подколки и мое неумение их игнорировать.

Я вздохнула, покрепче сжав подушку. Наверное, будь у меня чуть другой характер, все сложилось бы иначе. Но я никогда не отличалась покорностью. Дома, когда следовало промолчать и не перечить мачехе, я делала назло, прекрасно понимая, что мне же потом будет хуже. Куда проще и лучше было бы согласиться, опустить голову, молча выслушать все упреки и нотации, чаще всего несправедливые. Зато выйти из ситуации без особых потерь.

Но я всегда отвечала, подбирая нарочито грубые и дерзкие фразы, глядя жене отца в глаза. А потом получала наказание. И так по кругу.

И в академии все повторилось, только в куда большем масштабе.

Мне ставили подножки — я с силой отдавливала всем ноги. Меня дергали за волосы — я била по рукам. Мне портили вещи, рвали конспекты, уничтожали мои работы — я находила обидчиков и возвращала им все с лихвой. И что бы мне ни делали — я всегда отвечала ударом на удар. Скорее всего, если бы я не обращала внимания на подколки, умела сдержаться, когда надо, просто была выше всего этого, то когда-нибудь от меня бы отстали. Во всяком случае, такая вероятность имелась.

Я много думала над этим потом, уже после отчисления. Благо времени в полетах предостаточно.

Вот только сдержанность не в моем характере. К тому же, хлебнув дома, я всегда остро реагировала на любые выпады в свою сторону и с готовностью бросалась в любой, даже заведомо проигрышный бой, отстаивая себя.

И постепенно война с однокурсниками вышла на такой уровень, когда уже невозможно было остановиться.

— Все золотые детки быстро сплотились вокруг Джастина, мечтавшего любыми путями уйти от женитьбы на мне. Я стала не просто изгоем или объектом насмешек, мне откровенно вредили, пытаясь перещеголять друг друга. Остальные предпочитали не лезть в наши разборки, чтобы не попасть под горячую руку одной из сторон. Я сильный маг, но их было больше. И наверное, стоило бы уже тогда понять, что это не может хорошо закончиться.

Но привычка биться до последнего сыграла со мной злую шутку.

Грег уже не висел в стороне, он сидел у моих ног на земле и смотрел вниз. Я же продолжала сжимать подушку.

— Не могу сказать, что Джастин был хуже всех, там нашлись и похлеще. Но с него все началось, он запустил цепь событий, которые едва не закончились трагедией. — Пересказывать все, что было за три года, не хотелось. Ведь сначала шли мелкие шалости. Но с каждым курсом шутки становились все более жестокими. Да и никакой ночи на все не хватит. — Тут уже вспоминали ситуацию, когда я осталась без волос. Во время тренировки кто-то подмешал мне что-то в шампунь, и после мытья в общей душевой волосы у меня стали лезть клоками. За два дня их не осталось. И знаешь, я даже не расстроилась, — не покривив душой, призналась Грегу я. Вопросы внешности меня тогда уже заботили мало.

Вернее, сначала меня захлестнула паника, но потом шутка обернулась против Джастина. Его все начали подкалывать, что у него будет лысая жена, из-за чего бывший только сильнее бесился.

Но мою новую прическу, вернее, ее полное отсутствие, заметили преподаватели и отправили к целителям. Те долго рвали волосы уже на себе, не понимая, что делать, но как-то вернули мне шевелюру, попросив впредь быть осторожнее со средствами для депиляции.

— Но то, что случилось потом… — Я уткнулась лицом в подушку, и мой и без того тихий голос стал совсем приглушенным. — На занятии по алхимии мне или подложили другие ингредиенты, или подбросили их в пробирку. Не суть. Пробирка взорвалась. И знаешь, меня спасло лишь чудо — я чуть отодвинулась и отвернулась, отвлеклась на кого-то. Потом, когда целители в очередной раз приводили меня в порядок, то сказали, что шрамы от ожогов магической кислотой они сведут, но попади жидкость мне в глаза — я бы ослепла. Новые глаза, как ты понимаешь, никто не вырастит. Наверное, тогда я впервые по-настоящему испугалась.

До этого шутки были хоть и жестокие, но балансировали на какой-то грани. Мы не переходили черту непоправимого. Даже волосы — и те начали отрастать.

— И спустя несколько дней на практике на меня снова опрокинули реагенты. Джастин что-то сказал по поводу исходящего от меня запаха, я даже не расслышала, что именно, меня буквально захлестнула ярость. — Меня и сейчас трясло, даже зубы щелкали, хоть подушку кусай. — В десяти шагах за защитным барьером толпилась куча нежити, сама не понимаю, как взяла всех под контроль. А барьер и вовсе не заметила, сняла его одним махом. Мне потом даже интересно было, смогла бы я это повторить еще раз? — Смешок вырвался какой-то истеричный. Столько лет прошло, а воспоминания все живы. — И толпа нежити кинулась на неподготовленных студентов.

Наверное, если бы я разговаривала не с магом, то он бы не увидел проблемы. Середина четвертого курса, все уже, по сути, состоявшиеся некроманты, умевшие сражаться. Упокоить нежить для любого из нас — раз плюнуть. Вот только создание заклинаний требует времени — от нескольких секунд до нескольких минут в самых сложных случаях, поэтому маги и заготавливают их всегда заранее. Даже целители — и те имеют подвешенные к пальцам заклинания, которые применяют после активационных пассов. Создать что-то в условиях боя — та еще задачка. И за те секунды, потребовавшиеся зомби, умертвиям и скелетам, чтобы добежать до потенциальной еды, никто ничего сделать не успел. Может, просто растерялись, все же подобного не ожидали даже от меня.

И я ведь могла отозвать нежить. Могла. И должна была.

Но не отозвала.

Если честно, я жалею об этом поступке, потому что маг не имеет права на подобные срывы. Но извинений не принесла бы и сейчас.

Грег вздохнул, сел подле меня и обнял за плечо. Правда, его призрачная рука провалилась куда-то ниже, оказавшись в районе моей груди.

— Это еще что такое? — возмутилась я наглой конечности, торчащей из весьма пикантного места.

— Я случайно! — тут же исправился Грег и поднял руку повыше. — Решил поддержать, — он хитро улыбнулся, так что у меня немного потеплело на душе.

— Да не надо меня поддерживать, сейчас-то все в порядке, — буркнула я, но отодвигаться больше не стала.

— А тогда? После мини-нашествия нежити? — Голос призрака звучал ровно и без осуждения, иначе бы я и ему ответила. Сдержанности мне по-прежнему недостает.

— Тогда все было ужасно. Обвинения, требования извинений, в которых я в грубой форме отказала, отчисление и возвращение домой, где меня на пороге встретил отец. И встал он, само собой, не на мою сторону. — И вот это оказалось страшнее всего. Хотя сейчас, оборачиваясь назад, я понимаю, что глупо было ожидать чего-то иного.

Насколько я знала, семья Джастина заплатила за меня огромные деньги, в самом прямом смысле купила. И разрыв помолвки означал, что отцу придется все возвращать, да еще выплачивать компенсацию сверху.

Плюс пятно на репутации семьи: нестабильный ребенок. Сразу встает вопрос: а насколько стабильны другие два?

Так что мне дали выбор: или я покорно извиняюсь и выхожу замуж за Джастина, чтобы замять скандал, или могу проваливать.

Разумеется, второй раз предлагать мне уходить на все четыре стороны из дома отцу не пришлось. А на улице зима в самом разгаре. У меня ни галора в кармане — мое и без того не самое щедрое содержание отменили еще на втором курсе. Подозреваю, отец полагал, будто я одумаюсь и вернусь. Во всяком случае, я надеюсь, что он не отправлял меня на верную смерть от холода и голода.

Вот только упрямства мне было не занимать. И, как всегда, я делала хуже себе, но не принимала ничьи условия.

А потом продрогшую до костей меня встретил на улице Виро…

— Я не могу его простить. — Я снова уткнулась в подушку. — Пусть он последний год почти не трогал меня, предпочитая игнорировать и оставаться в стороне, но его прихвостни… его свора… Они были как хищники, раз попробовавшие крови и не способные остановиться.

— Не беспокойся, подруга, — призрачная рука похлопала меня по плечу, снова углубляясь в меня ниже положенного. — Теперь ты не одна.

— Спасибо, успокоил, — засмеялась я. — Даже жаль, что ты больше не дух. Хотя духа бы мне Джас точно не вернул…

Они слишком опасные и слишком полезные.

— Теперь можешь спать, — разрешил Грег, взвиваясь над землей. — Не думаю, что Джастин рискнет что-то тебе сделать, пусть он и капитан. Все же армия — это не академия. Да и война на носу. Он не дурак, чтобы подставляться и портить свою репутацию.

— Поверь, я себя в обиду не дам. Хотя, наверное, мне стоит меньше нарываться. — Я закинула подушку на лежанку, подтянула одеяло и решила: — Буду учиться игнорировать неприятных личностей.

— Удачи, — усмехнулся Грег, видимо, не особо в меня веря, и смылся в свое вместилище.

Вот же нежить!

4. История капитана

— А вот и наша соня! — услышала я смутно знакомый голос и тут же открыла глаза.

Давешний целитель медленно водил надо мной своей здоровенной лапищей, шевеля густыми усами. Его нос при свете дня казался еще больше и еще краснее.

— Внешне никаких повреждений, — удовлетворенно констатировал он, потерев ладони. — Может, жалобы?

— Нет! — испугалась я, помня про вчерашнее мерзкое зелье.

К тому же чувствовала я себя сегодня на удивление хорошо, в кои-то веки выспалась и отдохнула.

— Тогда можешь возвращаться в строй, — разрешил целитель, старательно скрывая разочарование. — А можешь и не спешить… Знаешь, твоя аура не в самом оптимальном состоянии, у нас как раз специалист есть по лечению магов, — задумчиво проговорил он, вглядываясь в меня так пристально, что я поняла: еще пара минут такого изучения, и меня уже отсюда не выпустят.

— Пожалуй, пойду, — не стала я злоупотреблять целительским гостеприимством. А то ведь обязательно что-то да найдут. Не только боевики скучают от безделья…

Завтрак я, разумеется, проспала, время уверенно приближалось к обеду. Стан некромантов заметно опустел, едва ли не треть отряда уехала в Шалер, но женщины по-прежнему оставались здесь, и, конечно, у них нашлось чем перекусить. Так что до обеда я дотерпела, а потом до ужина слонялась по лагерю, не зная, чем себя занять.

Странное ощущение. Если у меня случались перерывы между заказами, то я летела в ближайший крупный город и коротала время там. Здесь же улетать из части нельзя, а делать нечего. Народ вокруг резался в карты и кости по маленькой или устраивал несерьезные поединки.

В задумчивости я забрела на территорию целителей.

— О! Это же та крылатая девушка, — узнал меня кто-то. — У тебя что-то снова болит?

Я вздрогнула под пристальными взглядами десяти пар глаз, уставившихся на меня в ожидании «да», как жених на свадьбе в затянувшейся паузе у алтаря.

— Отлично себя чувствую! — поспешно выпалила я и быстренько ретировалась, решив в эту часть лагеря больше не заходить.

На ужине еще и оставшиеся некроманты лезли ко мне с вопросами. Сначала интересовались моим вылетом и таким странным возвращением, но я понятия не имела, могу ли рассказать им что-то о задании. Отделалась общими фразами о неизвестных магах, напавших на меня у границы, а отсутствие деталей и подробностей объяснила сначала испугом, а затем ударом головой о землю — весьма удобное оправдание.

Следом посыпались вопросы про нас с Джастином и о том, какие отношения нас связывали.

И пусть у меня имелось что рассказать — историй за три с половиной года нашей учебы накопилось с лихвой, — но без без главного героя они казались сплетнями.

— А кто-нибудь знает, как он стал капитаном? — перевела я разговор, решив заодно выяснить, за какие заслуги у нас нынче звания раздают.

Хотелось бы верить, что не только за древность рода.

— Ты не слышала эту историю? — поразился парень чуть старше нас. Очень высокий и очень худой, буквально кожа и кости, он сам чем-то напоминал лича. Наверное, у такого ладится с нежитью.

— Понятия не имею, про какую историю идет речь, — пожала плечами я.

Сразу несколько человек кинулись мне рассказывать, перебивая друг друга.

— Я расскажу! — подсел ко мне тощий некромант. — Я там был и видел все собственными глазами. — В зрачках его тут же заклубилась зелень, узкие и тонкие черты показались еще острее, а голос чуть охрип, словно у него саднило горло. — Джастин поехал на практику после четвертого курса, там уже рассылали всех без наставников и кураторов по разным местам, откуда приходили запросы на некромантов. Ну знаешь, всякая ерунда, иногда и вовсе домыслы или страшилки из серии «вздыхающих болот»…

Я кивнула, до этой практики я не доучилась, но про нее слышала. И про то, что многие, что называется, «из пальца» высасывали подробности о существующей только в воображении впечатлительных людей нежити для отчета.

— Так вот, у Джаса тоже было плевое, на первый взгляд, задание — проверить кладбище, по которому якобы кто-то ходит. Он сначала даже оскорбился, что ему такую ерунду пытаются подсунуть. Но после твоего отчисления Джас был не на лучшем счету в академии, так что сильно права качать не стал.

— А ты откуда знаешь про мое отчисление? — подозрительно прищурилась я, сперва решив, что нарвалась на обычного сплетнесобирателя.

— Так я на курс старше вас учился, — хмыкнул парень, заставив меня взглянуть на него иначе. — И тоже наблюдал за вашими забавами, от которых стены академии порой содрогались.

— Да ладно уж, — отмахнулась я, — ничего они не содрогались. Только я тебя почему-то не помню…

Я снова внимательно присмотрелась к собеседнику: уж больно он приметный, такого попробуй не запомни.

— Говорю же: я там был. Моя выпускная практика проходила неподалеку, я приехал на подмогу одним из первых.

— А подмоги было много? — удивилась я.

— Короче, не перебивай меня, — шикнул парень. — Тут по порядку надо. Когда Джас приехал, то сперва ничего вообще на кладбище не увидел, фон ровный и минимальный. Но местные в один голос твердили, что там кто-то завелся и бродит ночами среди могил. Тогда он решил подежурить ночку, а если ничего не выйдет, честно написать, что никого не нашел, но на всякий случай дополнительные меры принял, охранные плетения обновил и все такое прочее. И спасло его только то, что он едва ли не от скуки подготовил мощные заклинания с чертежами, ну и сразу поставил на могилы запирающие знаки. На кладбище оказался кукольник.

— Да быть того не может! — ахнула я. — На обычном кладбище?

— На обычном кладбище в обычной могиле, — серьезно подтвердил парень. — Там потом расследование проводили, но мне результаты не сообщили, разумеется. Да и не до этого как-то было. — Некромант болезненно поморщился, и его лицо прорезали крупные морщины, разом состарив его на добрый десяток лет.

Кукольник — некромант, умерший насильственной смертью, но успевший перед смертью наложить на себя специальное заклинание. Тогда магия заполняет жизненные токи, меняет самого человека, делая из него особый вид условно разумной нежити. Хуже только личи — добровольно переродившиеся маги, полностью сохранившие сознание, но таких, к счастью, не встречалось уже давно.

А условная разумность — оттого, что кукольником движет единственная цель — отомстить. И на пути к своей цели он способен смести целые поселения, жителей которых тоже обратит в подконтрольную нежить-зомби, да еще и обитателей местных кладбищ с собой прихватит.

Явление на самом деле крайне редкое. Условий для появления кукольника куда больше, чем пишут в учебниках, и люди обычно знают, кого убивают. Магов всегда хоронят по-особому.

Здесь же убийца, видимо, крупно просчитался…

— И что, Джас столкнулся с кукольником один на один? — не поверила я. Вернее, я могла в это поверить, а вот в то, что он пережил подобное знакомство, — вряд ли.

Кукольники после смерти увеличивают свой магический потенциал раз в десять, все же подпитываются на кладбище напрямую от покойников. Поэтому магический фон в местах их появления всегда низкий — откуда ему взяться, если нежить все поглощает?

— Я же сказал, что Джас, пока ждал ночи, создал несколько сильных заклинаний, в том числе ловушку для нежити, — пояснил парень. — И сумел заманить в нее кукольника. Иначе, конечно, там было без шансов. Не знаю, кем был тот маг при жизни, но кукольник из него получился сильнейший. Странно, что он раньше не вышел с кладбища и не напал на людей.

— Может, вокруг кладбища стояла защита? — предположила я.

— Может, я не проверял, — криво усмехнулся некромант. — Короче, Джас тут же отправил сигнал о помощи, в академии его и получили сразу — там есть дежурные, остальные же обычно снимают браслеты на ночь.

Здесь мне вспомнился Эдриан и подумалось, что, возможно, не такая уж это и плохая привычка — спать в браслете.

— Я увидел разосланный призыв уже утром, как раз встал рано, надеялся успеть закончить свою практику и вернуться. — Парень покачал головой, видимо, памятуя о собственной наивности. — Никакой конкретики в призыве не было, скорее всего, и Джас толком не передал, что у него стряслось. И когда я примчался на помощь, то увидел полуживого Джастина Хейса, а напротив него в ловушке — кукольника…

— Представляю, — передернулась я. Два кошмара одновременно. Брр!

— В ожидании подмоги Джас выжег всю свою магию, поддерживая ловушку. Ты же понимаешь, что кукольника сложно удержать.

Это был не вопрос, и да, «сложно» не совсем то слово, «нереально тяжело» — куда ближе по значению.

— И когда его резерв опустел — начал выжигать жизненные силы. И даже когда я присоединился — не прекратил. Он остановился только ближе к вечеру, когда Матушка уже спускалась вниз и прибыли остальные некроманты.

Я слушала и не верила. Вернее, я понимала, что этот парень не врет, смысл ему придумывать такую невероятную байку? Но рассказ просто не ассоциировался у меня с бывшим. И тот надменный тип, которого я помнила по академии, никак не вязался с человеком, способным на самопожертвование ради незнакомых ему людей. Ведь Джастин вполне мог создать защиту вокруг себя — это куда проще, чем держать ловушку, отправить сигнал о помощи и наблюдать, как кукольник уничтожает близлежащие дома и их жителей. Такая картина легко рисовалась в моем воображении. А вот описанная ситуация как-то не укладывалась в голове.

— Но он же оправился, — заметила я, пытаясь найти несоответствия. Ощущение, что мне нагло льют в уши, не покидало. Совсем не верилось в героизм Джастина.

— Да, три месяца провалялся в лазарете, — с готовностью подтвердил некромант. — Первый месяц вообще толком в себя не приходил, а оставшиеся два без магии — никто уже и не верил, что она вообще к нему вернется. Ему и положенное за такое звание долго не давали — смысл, если он не продолжит службу? Тогда можно и орденом отделаться.

Я всматривалась в собеседника, надеясь подловить его хоть на чем-то, что могло разрушить такую невероятную с одной стороны и складную с другой историю.

— А ты-то кто такой? — не выдержала я. — У нас на курс старше таких высоченных и костлявых не училось!

— Я Лайм, и не говори, что ты меня не помнишь, — хмыкнул он, а потом рассмеялся, глядя на мою отвисшую челюсть.

— Лайм по прозвищу Бочка?! Да в нем десять таких, как ты, помещалось! — Точно, один высокий имелся, да только он в двери не всегда проходил…

— Хочешь похудеть — спроси меня как, — подмигнул парень. — С той злосчастной практики уже год прошел, а я все никак не могу хоть немного мяском обрасти, чтобы снова стать похожим на человека. Теперь у меня прозвище Скелет, — хмыкнул он.

— Да, на Бочку ты больше не тянешь, — согласилась я, осматривая болезненно-худого Лайма.

Глядя на него, трудно было усомниться в правдивости рассказа — слишком разительным оказался контраст между тем необъятных размеров толстяком и нынешней худосочной жердью. Правда, в Джасе я особых внешних перемен не увидела…

Я дожевала ужин, поблагодарила всех за компанию и отправилась в свою палатку переваривать не столько еду, сколько услышанное.

Кажется, сегодня мое отношение к Джастину немного изменилось.

Но только немного.

Следующий день прошел так же, без новостей, приказов и моего бывшего. И следующий тоже. Итого три дня, как некроманты с боевиками отбыли на зачистку небольшой территории.

Не знаю, кто как, а лично я начинала немного волноваться. Не за Джастина, конечно, умертвия с ним, но там же и другие люди есть. Устав мучиться неизвестностью, я не придумала ничего лучше, как прийти с просьбой к магистру-командующему в палатку. Раз уж я в привилегированном положении курьера по особым поручениям, нужно этим пользоваться.

— Можно? — заглянула я, отодвинув полог, стучать здесь было не обо что.

— Чего тебе, курьер? — Командующий сидел за столом, изучая какие-то бумаги, и моему приходу рад не был.

— Магистр Лейд, — обратилась я к суровому мужчине. — Можно мне слетать в Шалер, а то от наших три дня никаких вестей нет. Мало ли, — пожала я плечами, не договаривая, что именно с ними может случиться.

Если подумать — то ничего не должно.

— Я слышал, ты тут приземлилась неудачно, головой, что ли, ударилась? — исподлобья глянул на меня командующий. — Там дюжина некромантов и столько же боевиков. Считай, маленькая армия. Что с ними, обалдуями, сделается? Главное — чтобы сами ничего не натворили!

— Тогда, возможно, у вас есть для меня другие поручения?

— Лети уже, — махнул рукой командующий, возвращаясь к бумагам, и добавил себе под нос: — Женщины, вечно вам не сидится…

Вот и отлично! Разомну свои новые крылья!

В Шалер я отправилась сразу же — до темноты еще далеко, а до города — не очень. Особенно на моих новых крыльях — забыла поблагодарить за них Грега.

К моему огромному облегчению, ворота на этот раз оказались распахнуты — значит, опасность миновала, да и стражники заметно повеселели, даже кивнули мне в знак приветствия.

— Не знаете, где прибывшие некроманты? — спросила я у одного из караульных.

— Так разбрелися все кто куда, — пожал он плечами. — Кто-то у нас остался — вона, видишь, каменное здание — можешь тама посмотреть. — И кивнул в сторону.

Каменное здание было одно-единственное. Плотно стоящие друг к другу деревянные дома его огибали, будто сторонясь такого сомнительного соседства. И чем ближе я подходила — тем неуютнее мне становилось. Узкие окна с решетками, железные двери — не самое приятное местечко. Отчего-то мне тоже резко захотелось его обогнуть.

Внутри все выглядело получше, как ни странно. Свет был искусственный, но на нем не экономили, да и остальные двери оказались деревянные, пусть и надежные. Здание оказалось не тюрьмой, как я подумала вначале, а чем-то вроде военного штаба, сейчас оккупированного нашими.

— Асмур! — окликнула я бывшего однокурсника.

— Лара? — удивился он. — Что ты здесь делаешь? Переживала за нас? — улыбка у него вышла насмешливой, но беззлобной — в этом весь Ас.

— Да, подумала, вдруг вы тут сами не справитесь, — усмехнулась в ответ.

— Помощь не повредит, — неожиданно согласился парень. — Мы поймали одного из тех магов. Вернее, поймали мы всех, но только одного смогли взять живьем.

— Он что-то рассказал?

— Нет, и вряд ли расскажет, — посерьезнел Ас. — Пойдем покажу тебе. Заодно скажешь точно — видела его или нет. Вдруг тут еще есть такие?

— Какие?

— Сейчас увидишь. — Парень повел меня вниз по лестнице в подвал, где все-таки размещалась небольшая тюрьма на несколько камер.

А я поймала себя на мысли, что с некоторых пор недолюбливаю темные каменные помещения.

Пленник сидел в камере на соломенной подстилке, глядя прямо перед собой. На наш приход он никак не отреагировал. И да, это оказался уже виденный мною самый первый нападавший. Судя по успевшим подзажить ссадинам и начавшим сходить синякам — ему тогда неплохо досталось. Свежие раны у него тоже имелись, но, кажется, ничего серьезного. Только нога с привязанной к ней небольшой доской вызывала опасения.

— Да, это один из моих, — подтвердила я. — Вижу, вы смогли его аккуратно поймать, обойдясь без членовредительства.

— Еще бы, ведь до этого ты сломала ему ногу, — заметил Асмур, как бы намекая на мою жестокость. — Может, и не ты, конечно, но мы его уже взяли таким. И не поверишь: он при этом шел, внешне не испытывая особых трудностей. Разве что ногу подволакивал.

— Серьезно? Он не чувствовал боли? — Я вгляделась в пленника, стараясь определить, кто же перед нами: нежить или человек.

Удивительно, но однозначного ответа у меня не было. В нем смешались признаки и того и другого. Застывшая аура, тем не менее не исчезнувшая, как должно быть у нежити. Неживой живой человек.

— Не чувствует, — подтвердил Ас, подходя к решетке и освещая мужчину.

Был тот грязный и оборванный. В светлых, но очень давно не мытых волосах застряли листья и ветки, но его это не волновало, как и налипшая на одежду грязь. Так и хотелось подойти и отряхнуть бедолагу.

— Не выдает никаких внешних реакций. Вообще, — продолжил Асмур, когда я вновь повернулась к нему. — Активность мозга почти отсутствует, видимо, он нацелен только на выполнение заданных установок. Но он не мертв, нам это и здешний целитель подтвердил. Толковый парень, пусть и не особо сильный, но опытный и умелый.

— И что это? Ментальное воздействие? Или какие-то вещества? Артефакты? — Впрочем, ничто из перечисленного такого эффекта не давало.

— Да кто его знает. — Ас тоже задумчиво смотрел на пленника. — Кстати, у него глаза красные, и в темноте он ориентировался не хуже, чем при свете дня.

— Думаешь, вампиры? — Больше никто не отличался красноглазием. У зомби глаза, наоборот, выцветали.

— Они всегда держат нейтралитет. Но если Ровена с ними как-то договорилась — дело плохо. — Асмур кинул последний взгляд на пленника, потом развернулся ко мне. — Идем, он в магических браслетах и в цепях, а еще тут двое наших боевиков при входе — не сбежит.

— А мы куда? Где все остальные? — Боевиков я заметила, а вот некроманты мне на глаза не попались.

— В деревнях, ставят дополнительную защиту на дома, — удивил меня Ас и пояснил: — Джас распорядился.

Я поморщилась, как от кислого. Снова Джастин творит добрые дела. За последние два дня в лагере история о его невероятном подвиге никак не шла у меня из головы. Поэтому хотелось лично взглянуть и убедиться, что он безвозмездно помогает людям.

Распрощавшись с Асом, оставленным в Шалере за главного, я взлетела и направилась к небольшой деревне чуть севернее — именно там, по словам однокурсника, и должен быть наш бравый капитан.

Асмур не обманул. Джастин нашелся почти сразу, как и Даффин, и еще трое из отряда боевиков. Они действительно ставили на дома защиту, причем не только от нежити, но и от огня — тут уж боевики подсобили, некроманты не сильны в стихиях.

— Привет. — Я приземлилась возле Дафа, как раз закончившего напитывать защитный контур одного из домов.

— Подожди, не убирай крылья, — попросил наш бородач. — Ты прям крылатая дева возмездия из легенд.

— Отличное сравнение, — оценила я, покрасовавшись перед парнем и другими магами, также повернувшимися ко мне, а потом все-таки деактивировала артефакт полета — уж очень много он требовал магии, даже когда я стояла на земле. — А что вы здесь делаете?

— Защиту ставим на дома, — пояснил Даф, хотя это и так было очевидно. — Граница близко, странные красноглазые зомбомаги бегают, не хочется, чтобы люди пострадали или остались без крова. Сейчас, если успеем, еще и посевы защитим от огня — с нас контуры, с боевиков — магия. А то завтра надо возвращаться в лагерь, и так подзадержались.

— Его инициатива? — я кивнула на Джастина, заметившего мой прилет и быстро шедшего в нашу сторону.

— Да, — кивнул Даф. — Капитан боевиков, конечно, был не в восторге. Но, с другой стороны, в лагере все равно заняться нечем. Все лучше, чем без дела сидеть.

— Лара, — Джастин подошел к нам и хмуро посмотрел на меня, — что ты здесь делаешь?

— По тебе соскучилась, — усмехнулась я, но Джас, наверное, успел ко мне привыкнуть или, наоборот, отдохнул за три дня, так что сложил руки на груди и терпеливо ждал нормального ответа. — Командующий велел слетать и узнать, как вы тут. Ничего не натворили?

Вот здесь Джас, видимо знавший магистра-командующего дольше и лучше моего, удивился. Но я же в целом не соврала.

— У нас все в порядке, мы захватили одного красноглазого мага, правда, пока ничего от него не добились, — посвятил меня в последние новости бывший.

— Я его видела, Асмур провел на экскурсию в казематы. Он один из тех, кто напал на меня в лесу.

— Это обнадеживает. — Джастин задумался, что-то прикидывая в голове.

— Джас, на поля идем? — крикнул один из боевиков.

— Идем, — отозвался наш капитан. — Лара, можешь возвращаться и передать, что у нас все в порядке.

— Не могу, Матушка почти ушла, а в темноте летать небезопасно. — Отчего-то бывший очень не хотел, чтобы я осталась. Надеялся провести еще одну ночку спокойно?

— Тогда возвращайся в Шалер, Ас покажет, где можно заночевать.

— И поесть. Я после полетов ужасно голодная.

— Само собой. Даф, — Джастин кивнул другу, и тот с готовностью двинулся в сторону полей, на которых уже что-то активно росло.

Я же почувствовала некоторое разочарование. Раньше меня буквально распирало от злости при одном виде бывшего жениха и нынешнего капитана. Сейчас я, конечно, не рада встрече, но и былых эмоций он у меня не вызывает. И перепалки нормальной с ним не вышло, как-то все без огонька.

Я снова призвала крылья, легко поднялась в воздух и оценила фронт предстоящей работы. Интересно, каким образом они будут поля защищать? Если как обычно дома защищают, строя периметр, то этак они не просто до ночи не успеют, но и весь следующий день тут провозятся.

Не удержавшись, я опустилась на одну из крыш, спряталась за толстой трубой и решила понаблюдать.

Джастин дошел примерно до середины поля, остановился и резко крутанулся. Посевы в радиусе полуметра от него превратились в прах. Зато появилось место, где можно начертить рисунок. Джас наклонился и принялся наносить на землю схему, какую — я, разумеется, не видела, но минут через пятнадцать он выпрямился, вскинул руки вверх и задрал голову. А потом выкрикнул какую-то команду, и один из боевиков бросил ему огненный шар, словно оранжевый мячик. Джас поймал его не касаясь и опустил на землю. По молодой, но уже высокой зелени пробежала волна до самых краев.

После этого Джастин пошел в сторону другого поля, а я слетела с крыши и подлетела к отмеченному чернотой кругу, где он только что стоял.

Схема была мне смутно знакома, хотя я бы не поручилась на все сто, что смогу ее повторить. Но главное, чего я повторить не могла, — это сам чертеж, ставший будто каменным. Я осторожно потыкала его рукой, убеждаясь, что просто так его не разрушить и уж точно не затоптать.

Разница в полтора года обучения дает о себе знать.

5. Старая нить

В Шалер я вернулась уже в густых сумерках, к которым примкнул густой туман. Выглядело это как двухслойный пирог: снизу светлое тесто, сверху темная начинка.

Асмур нашелся все в том же каменном здании, там же оказался и виденный мною ранее целитель.

— Лара! — Мужчина обрадовался мне, как родной, схватив за руку и сжав ее своими двумя. — Спасибо вам! Вы без преувеличения спасли наш город!

— Да ладно, — я слегка смутилась. — Я же ничего не сделала, тут справились без меня.

— Если бы вы не прилетели и не нашли тех магов, то и подмоги мы бы не дождались, — возразил целитель.

Его имени я не помнила, хоть убей. А ведь он представлялся… Как-то неудобно сейчас спрашивать.

— Витор, возьмешь Лару переночевать? — спросил Ас, решив воспользоваться благодарностью целителя и извлечь из нее выгоду. — У нас здесь одни мужчины, к тому же столько людей, что нормальный ночлег девушке мы не организуем при всем желании.

— Не стоит! — опередила я целителя, явно готового согласиться и, если надо, уступить мне весь дом, не то что кровать. — Не хочу никого стеснять, и особых условий мне не требуется. Я посплю со всеми, у меня и спальник имеется. Так что вообще не вижу проблем.

— Ну что вы! Нам несложно, — принялся уверять меня мужчина, горячо поддержав предложение Аса. — Если надумаете — вы помните, где я живу. Приходите в любое время.

— Спасибо, — поблагодарила я, но точно знала, что не приду.

Дома с детьми, теплом и уютом — не мое. На обычных постоялых дворах или даже в казармах мне спится куда лучше и комфортнее.

— Зря ты отказалась, — заметил Асмур, когда целитель ушел. — У нас такие храпуны есть, что я сам бы куда-нибудь сбежал. Жаль, Витор не меня пригласил. — Ас с тоской посмотрел в узкое окно, вслед растворившемуся в ночи и тумане силуэту.

— Так ты бы попросил, думаю, он бы не отказал.

Целитель показался мне неплохим человеком.

— Да неудобно как-то. Я же мужчина, должен преодолевать любые тяготы и испытания, — пожал худыми плечами бывший однокурсник, внешне совершенно не созданный для преодоления чего-либо. — Нашла Джаса?

— Нашла, — скривилась я.

Ас привел меня на кухню, где до сих пор горел большой очаг, прошелся по кастрюлям и вернулся к столу с двумя тарелками, в которых аппетитной горкой лежало картофельное пюре, щедро посыпанное зеленью, и по две небольших, хорошо зажаренных котлеты.

— Сам со всей этой беготней нормально поесть не успеваю, — пожаловался Асмур. — То леса зачищали, то наших духов искали, а потом здесь дома защищали.

— Кстати, а что с нашими духами? — поинтересовалась я между котлетой и пюре. — Я ведь призвала всю нежить — никто не отозвался.

— Духов низвели до привидений, кристаллы в них уничтожили, — коротко ответил Ас, тоже слишком поглощенный едой.

— А можно ослабить духа и сделать из него призрака или привидение? — удивилась я, снова остро почувствовав пробелы в некромантском образовании. Ведь тогда можно было бы не переживать за Грега, а просто ослабить его и тем самым спасти от безумия. Но хотя бы то, что привидения медленные, намного медленнее духов, я знала.

— Это способ их уничтожения, — мотнул головой Асмур. — Через недельку они бы окончательно развеялись. На самом деле упокоить их сразу намного проще, но Джастин, как создатель, почувствовал бы. Так что некроманты Ровены пошли более сложным путем. Видимо, не хотели, чтобы мы засекли что-то раньше времени.

— И что теперь? Мы без патрулирующих духов? — От привидений, впрочем, как и от призраков, толку мало, к тому же кристаллы никто из них не удержит. А призвать, как и создать новых духов — дело непростое и небыстрое.

— Джас уже призвал новых, — вновь удивил меня Асмур. — Он как раз на духах специализируется, легко призывает их и работает с ними. Издержки того, что однажды он слишком близко подошел к грани.

— Мне уже рассказали историю про его героическую практику и ее последствия. — Я доела котлету, прикидывая, нужна ли мне еще добавка.

— Значит, теперь ты знаешь, что Джастин не так плох, — констатировал Асмур.

— Не так плох?! — Я сжала вилку и неосознанно направила ее на Аса.

— Но-но! — засмеялся он и поднял руки. — Я вне ваших разборок, забыла?

— А почему, кстати? — Я отложила вилку подальше и для верности отодвинула опустевшую тарелку. — Ты ведь тоже сильный маг, почему не мог вмешаться, я уж не говорю про заступиться за девушку, но просто растащить нас в стороны?

— Тут алкоголя нет, наши уже все проверили, но чай где-то лежал, — задумчиво протянул Ас, поднимаясь и направляясь к буфету.

— Уходишь от ответа?

— И не думал, — обернулся Ас, радостно поднял над головой небольшой мешочек и потряс им, словно нашел сокровище. — Сейчас сделаю чай и вернусь.

— Знаешь, — парень стоял ко мне спиной, наливая кипяток и колдуя над заваркой, — все же близость с Ровеной чувствуется во всем. В Варнаве я нашел нормальные сборы только за баснословные деньги, а здесь они и не ценятся толком. Виларские сорта после этих — заваренная солома. И по цвету тоже.

В тусклом темно-желтом освещении жидкость в кружке, поданной Асом, выглядела совсем черной, на поверхности блестела масляная пленочка. Сама заварка плавала настолько густо, что чай куда больше походил на суп. Но запах действительно шел фантастический, и вкус оказался интересный, насыщенный, с едва уловимой горчинкой.

— Там полынь? — спросила я, пытаясь определить состав.

— Если ты про легкую горечь, то это пустырник. Его в сборе не было, я от себя добавил, — усмехнулся парень. — А что касается твоего вопроса… Знаешь, глядя на тебя, я тоже часто вспоминал Ровену. Я там родился и жил лет до шести, но кое-что помню. — Ас сделал глоток и прикрыл глаза, наслаждаясь вкусом. — Так вот, в Ровене водятся степные коты — совершенно дикие и злющие существа, пусть и очень милые на вид. Небольшие такие, — Ас развел руки, прикидывая размер. Выходило с обычную кошку. — С черными полосками на золотистой шерсти. Их долго и упорно пытаются одомашнить, взять слепыми котятами от матери, выкормить, приручить — все безрезультатно. Дички, одним словом. Когда я впервые увидел тебя в академии — сразу про этих котов вспомнил.

— Спасибо за сравнение, — буркнула я.

— Я же сказал, что они не только злобные, но и милые внешне. — Открытая белозубая улыбка Асмура никогда не позволяла на него злиться. — Ты вела себя именно так. Шипела на всех, чуть что — выпускала когти и показывала зубы. Да и одной демонстрацией редко когда ограничивалась.

— Я никогда не начинала первой! Я всегда только защищалась! — Я со стуком опустила кружку на стол. Горячий чай попал на пальцы, пустырник меня, видимо, не берет.

— Если мы в грядущей войне будем так защищаться, то у Ровены нет шансов, — негромко рассмеялся Ас, жестом убрал влагу со столешницы и посерьезнел. — Лара, ты реагировала не просто на подначки, но и на безобидные шутки. А уж за обидные мстила так, что обратная ответка со стороны обидчиков была закономерна и неминуема. Да, Джастин первый начал, но ты подхватила с таким пылом и подошла с такой выдумкой… В общем, прости, но не выходило тебе сочувствовать.

Я цыкнула и сделала большой глоток. Кажется, горечь в чае начала чувствоваться сильнее.

— Жалеешь, что тебя тогда никто не остановил? — понимающе спросил Джас.

— В одном ты прав: остановить меня бы не получилось, — признала я со вздохом.

— Джастин пробовал остановить своих, правда пробовал, я сам слышал и видел. И если что, я его не оправдываю, он вел себя как скотина.

Я удивленно уставилась на парня. Странно было слышать подобное от вечно нейтрального Аса.

— Но ты не пыталась ничего изменить, не пыталась с ним поговорить, решить вопрос миром. Зато в драки лезла с удовольствием. Уверен, если бы вы оба направили свою энергию на то, чтобы добиться разрыва помолвки, то нашли бы устраивающие обоих варианты. Хотя порой мне казалось, что из вас вышла бы отличная пара.

— Как хорошо, что проверять нашу парность на практике не пришлось. — Я залпом допила чай. — Спасибо за ужин.

— Обращайся, — усмехнулся парень и убрал за нами посуду.

Я же по храпу нашла общую комнату, достала свой спальник и устроилась в уголке. Уж не знаю, помог ли пустырник, но я действительно была на удивление спокойна, чего обычно не случается после разговоров о прошлом и о Джастине. И уснула быстро, никакой храп не помешал.

Утром я рассчитывала улететь пораньше, наши должны отбыть обратно в часть, так что делать мне в Шалере больше нечего. Правда, в лагере я тоже по большей части слонялась просто так. Но Джастин успел меня перехватить.

— Хорошо, что ты прилетела, — неожиданно выдал он, догоняя меня уже на выходе из города. — У нас ведь запрет на переговорники, не полный, но оставили их только на самый крайний случай. Так что передай командующему.

Бывший протянул мне обычное незапечатанное письмо.

— Передам. — Я убрала письмо во внутренний карман и развернулась.

— И это все? — удивился мне в спину Джас.

— А тебе еще что-то нужно? — обернулась я, начиная раздражаться. Как тут тренировать сдержанность, если он вечно лезет и нарывается.

— Ну а как же сказать что-нибудь едкое? Напомнить, какая я сволочь?

— Кажется, ты и так это запомнил. Но обещаю придумать что-нибудь новенькое к твоему возвращению. — Я отвернулась и стремительно вышла за ворота.

Лагерь встретил меня каким-то напряжением, в кости никто не играл и шуточных боев не устраивал. Командующий в своей палатке выглядел собранно и хмуро даже в сравнении с нашей первой встречей, когда его тоже нельзя было назвать радостным, несмотря на отличное пополнение в моем лице.

— Доброе утро, магистр. — Я смело дошла до стола — после шефа-вампира мне никто не страшен.

— Доброе ли? — поднял на меня красные от усталости глаза командующий. — Получено официальное объявление войны. Ровена даже причину какую-то придумала. Так что готовься, курьер, скоро у тебя будет много работы и скучать не придется.

Я сглотнула, подумав, что болтаться без дела в лагере было не так уж и плохо.

— Капитан Хейс просил передать. — Я опустила на стол командующему письмо Джастина, тут же шагнув назад.

Магистр Лейд развернул бумагу, пробежался по строчкам и кивнул то ли мне, то ли своим мыслям.

— Хорошо. Пока свободна. — Я с облегчением вышла из палатки, сразу вдохнув поглубже.

Такое впечатление, будто командующий тоже был немного вампиром, как минимум энергетическим. Вон у него какие глаза красные!

Джастин и компания вернулись ближе к вечеру, с ними ползла запряженная двумя лошадьми повозка. Я издали не смогла разобрать, что в ней, но подходить не стала. А то действительно выглядит все так, будто я скучаю или прямо волнуюсь за них.

Поэтому я вернулась в палатку, решив провести время с пользой — поваляться в спальнике.

Но со спальником у нас не срослось. Буквально через двадцать минут ввалился запыхавшийся и взмыленный Даффин. Как ни странно, явился он не по мою душу.

— Магистр Объятто! — обрадовался парень. — Добрый день!

— Здравствуй, Даффин, — поздоровалась та самая милая женщина, угощавшая меня леденцами. — Как прошла ваша поездка?

— Успешно, — отчитался Даф. — И вернулись мы не с пустыми руками. Нужна ваша консультация.

— Как же так, Даффин, — женщина поднялась, поправив одежду, подчеркивающую пышные формы, — вы только месяц как сдали мой предмет на отлично и уже успели все забыть?

— Магистр, лучше вас разбираться в материальной нежити просто невозможно, — принялся юлить парень. — Кстати, Лара, пойдем с нами, — заметил он притаившуюся в спальнике меня. — Все же ты с нашим пленником дольше всех знакома.

— Да, нас многое связывает. — Я потерла отозвавшиеся фантомной болью ребра и пошла вслед за бывшим однокурсником.

Палатку, куда он нас привел, разбили с самого края лагеря, зато снабдили почетным караулом при входе. Внутри было пусто, на земляном полу одиноко стояла большая клетка, в которой безучастно к собравшимся сидел, подобрав ноги, красноглазый маг. Я мысленно прикинула — встать в полный рост, как и потянуться нормально он все равно не сможет. Не самое гуманное обращение с человеком. Пусть и с пленным. И не совсем живым.

В палатке также присутствовал магистр-командующий, чьи глаза, кажется, скоро сравняются по цвету с глазами пленника. А ведь война еще не началась…

Там же стоял капитан боевиков, как там его… Бьен! Он тут же обернулся ко мне и подмигнул. На шее у него виднелся очень интересный круглый синяк, а из-под кожаной жилетки по плечу тянулись весьма характерные царапины. Кое-кто отлично провел время — вряд ли он в кустах так удачно исцарапался. При этом Бьен еще и, будто невзначай, придвинулся ко мне, едва не коснувшись плечом, тем самым, расцарапанным.

Я уверенно шагнула в сторону, где, как назло, стоял Джастин. Теперь уже бывший косился на меня подозрительно, но я волевым усилием сдержала порыв отойти и от него. Пусть понервничает, вон уже с ноги на ногу переминаться начал. Глядишь, сам от меня отойдет.

Полог палатки откинулся, и к нашей дружной компании присоединились два целителя. Первый — красноносый, лечивший меня, да и второго, невысокого и тщедушного, я раньше видела. Оба мазнули по мне таким заинтересованным взглядом, что мне вообще захотелось уйти. Уж лучше сугубо мужской интерес боевика, чем исследовательский целителей.

Впрочем, они быстро переключили внимание на пленного.

— Так, все в сборе. — Магистр-командующий шагнул ближе к клетке. — Нам нужно понять, кто это и что с ним делать. И побыстрее.

— Его личность мы пока выясняем, — ответил Джас, все-таки отодвинувшийся от меня. — Ни на какие внешние раздражители он не реагирует.

— А какие-то естественные человеческие потребности у него остались? — магистр Объятто наклонилась вперед. — Любое тело нужно поддерживать.

— Если перед ним поставить воду и еду — он поест и попьет. Нужду тоже справляет, правда, как придется, — отчитался Даффин, ответственный за пленника.

— Выгуливаешь? — хмыкнул боевик.

— Это лучше, чем его мыть, — резонно заметил Даф.

— Что скажут целители? — повернулся к ним магистр-командующий.

Целители не спешили отвечать, пристально изучая пленника, потоки их магии так и клубились вокруг него светлыми щупальцами.

— Это живой человек, — вынес вердикт красноносый целитель. — Правда, его организм находится в подобии спячки. Мозг словно что-то блокирует.

— И аура тоже, — подхватил второй, видимо, тот самый хваленый специалист по лечению магов. — Видите многочисленные разрывы? — Вокруг пленника возникло свечение для наглядности, хотя ауру мог бы разглядеть любой из присутствующих. — В обычных условиях они быстро затягиваются. Но в его нынешнем состоянии аура не восстанавливается. Скорее всего, регенерация в целом не работает. А это как раз для живого несвойственно.

— Давайте я скажу. — Магистр Объятто растолкала мужчин своими пышными формами и подошла к клетке. — У него налицо все признаки упыря. Красные глаза — самый очевидный, видите, он избегает света, скорее всего, неосознанно, но сам факт. — Магистр запустила светлячка, и сидевший до этого неподвижно мужчина тут же отвернулся. — Он явно выполнял команды, как это делает упырь. Отсутствие реакции на большинство внешних раздражителей — тоже черта упырей. Они не делают ничего вне воли хозяина. Сейчас его первичные установки не работают, и он как бы в подвешенном состоянии.

— Он не реагирует на кровь, нет клыков, а уж упыриная регенерация не зря стала расхожей фразой, — не согласился Даффин, успевший изучить своего подопечного лучше всех.

— Я полагаю, мы имеем перерождение исключительно на ментальном и магическом уровне. — От пожатия плечами грудь магистра всколыхнулась, сбив настрой оппонентов. Неплохой такой отвлекающий маневр.

— В любом случае, — вмешался красноносый целитель, который был старше и опытнее, а значит, обладал устойчивостью к женским прелестям, — кроме вампиров нам никто не скажет наверняка, их это работа или нет.

— А если и их — не факт, что признаются. Вампиры, как и эльфы, держат нейтралитет, — продолжил мысль Даф и, подумав, добавил: — Обычно держат.

— Ладно, считаем его недоупырем. — Кажется, командующему было плевать, как называть пленника. — Вопрос: что они делали в лесу?

— Они что-то охраняли, — выступил вперед Джас. — Причем на территории Ровены. И на нашу территорию без необходимости не заходили. За людьми не гнались. Только разворачивали их, не убивая и не добивая.

— Интересно… — Командующий прошелся вдоль клетки, будто по пленнику возможно как-то определить, что именно он охранял.

— Подождите, — нахмурилась я, — но ведь на меня они напали!

— Потому что ты призвала нежить, использовала магию, проще говоря, как-то их спровоцировала, — развернулся ко мне Даф.

— А духов с кристаллами они уничтожили… — продолжил командующий.

— Мы провели поверхностное сканирование — ничего не нашли, — отчитался Джастин. — На территорию противника не углублялись.

Командующий кивнул, опять же непонятно, одобряя действия Джастина или чему-то своему.

— Мы могли бы попробовать… — начал Джас.

— Нет, — не дал ему закончить мысль и проявить инициативу командующий. — Нам объявлена война, мы передовая часть. Возможно, вампиры играют в какую-то свою игру, предлагаю отправить курьера с докладом и приложить материалы, раз уж он у нас есть. Она, — поправился командующий, бросив на меня недовольный взгляд. Сразу видно, что моя кандидатура ему не слишком нравится, но другой нет. — За сколько ты долетишь до столицы?

— За два дня. — С новыми крыльями моя скорость, а с ней и дальность полета возросла. — Если повезет — день-полтора. — Проделала же я на старых трехдневный путь за два дня?

— Вот и слетаешь, — кажется, магистр-командующий был даже рад отправить меня подальше.

Наверное, на этом совещание можно было считать оконченным, но полог резко взметнулся и к нам влетел Асмур.

— Мы получили по нему ответ! — радостно выпалил парень. Руны на его браслете светились, оповещая о новой информации. — Мы разослали ориентиры мага, все же магов не настолько много, и вот! — Ас, сверкая глазами, посмотрел на меня. — Лара, это твой коллега!

— Что? — не поверила я. Мир перед глазами на мгновение померк, я пошатнулась, но, заметив цепкие взгляды целителей, тут же взяла себя в руки.

— Он из небольшой северной доставки «Мантикора», магический курьер, пропал около месяца назад. Но они не сразу заявили, только когда кипиш с курьерами поднялся.

Асмур еще что-то рассказывал, я же, слушая его вполуха, подошла к пленнику и заглянула ему в глаза. Красные и пустые.

Так вот что стало с теми, кто отказался присягать Ровене. Или он из присягнувших? В любом случае…

— Мне есть что вам рассказать. Таких… магов, — назвать его упырем язык не повернулся, — должно быть куда больше трех.

6. Озеро смерти

Совещание затянулось, на нем бушевали нешуточные страсти, в которые быстро переросли мирные обсуждения. Пару раз едва до драки не дошло. В палатку подтянулись и другие маги, в итоге людей стало много, но толку все равно было мало.

Версии происходящего звучали разные. Кто-то считал, что Ровена договорилась с вампирами — тогда мы имеем реальную угрозу изнутри. Ночной клан един, пусть и расселен по разным государствам. Разве что в эльфийском лесу их не найти, туда пока только орки сумели просочиться.

Другие считали это все вражескими происками и полагали, что Ровена наряду со взломом переговорных артефактов нашла способы превращения людей в подобие упырей. И теперь пытается стравить нас с вампирами.

По поводу пленника тоже однозначных решений не было, и как вывести его из такого состояния, никто не знал.

Я же стояла недалеко от клетки, боясь, что предложенные варианты приведения недоупыря (так и привязалось к нему это слово) в себя начнут проверять на практике. А безопасностью ни один из предложенных методов не отличался.

Плюс в голове билась мысль, что и Льюис мог выжить. Да, крылья освободились, но если их хозяин в подобном состоянии, то они вполне могли расценить это как смерть. Для мага главное — воля. Именно силой воли он управляет своими способностями. Каждое заклинание — это усилие, надрыв.

Поэтому «застывшие» маги, как я их про себя называла, и использовали одно и то же заклинание, да еще и без подготовки. Когда мозг не обрабатывает кучу информации, не принимает решения, а действует по заложенной схеме, то на создание заклинания (одного-единственного на все случаи жизни) тратится меньше времени и сил.

И это не мои слова, а одного из магов, пришедших на наше изначально небольшое совещание. Там умников хватало, все сплошь магистры и светила науки, жаль, ничего путного они все равно не придумали.

— Грег! — Я отошла от палатки и убедилась, что часовых поблизости нет. А то снова начнутся неудобные вопросы про нежить. — Отзовись.

— Я здесь. — Призрак возник рядом со мной так резко, что я невольно вздрогнула.

— Ты все слышал? — Уж не знаю как, но он нашел лазейку и умудрялся подслушивать прямо из своего вместилища, не проявляясь.

— Слышал. И не нравится мне все это, — вздохнул Грег. — Вампиры — темные лошадки, от них никогда не знаешь, чего ожидать.

— Я все думаю про Льюиса, как считаешь, мог он выжить и стать… таким? — Я передернулась, вспоминая безучастный ко всему красный взгляд бывшего курьера.

А ведь меня могла бы постигнуть такая же участь…

— Вполне, — подтвердил Грег. — Им явно нужны для этого маги, а где их еще возьмешь? Не своих же гробить перед войной? Так что глупо разбрасываться уникальным материалом, согласись.

— Значит, у нас есть шанс его спасти? — Вопрос не был адресован Грегу, скорее — мысли вслух, но он не мог оставить его без ответа. Чтоб Грег да промолчал?

— Шанс есть, но еще более призрачный, чем я. — Грег подернулся рябью, демонстрируя свою «призрачность». — Мало того, что для этого следует его найти и поймать, так ведь еще и в себя вернуть. Я бы особенно не рассчитывал, — резюмировал он.

— Умеешь ты обнадежить, — скривилась я. Был бы Грег материальный, я бы ему чего-нибудь отвесила за такую горячую дружескую поддержку.

— Я за трезвый взгляд на вещи, — сказал тот, кто свою смерть принять не может.

Спорить мне не хотелось — хватило того, чего я наслушалась в палатке, где некоторые и за грудки друг друга потаскать успели.

И тут меня словно что-то легонько коснулось — поисковый импульс. Кому, интересно, я понадобилась?

Грег, поняв все без слов, вернулся в браслет, ко мне же быстрым шагом шел Джастин. Я с неудовольствием отметила, что даже в темноте, разгоняемой лишь тусклым свечением в лагере, узнаю его походку и фигуру.

— Что ты здесь делаешь? — без предисловий спросил он, чем сразу разозлил.

— В кустики по нужде отошла, — съязвила я. — Тебе, смотрю, тоже приспичило? Могу отвернуться.

— Не стоит, я просто хотел убедиться, что ты в порядке, — не стал развивать тему мой бывший. И я как-то тоже вспомнила, что собиралась не нарываться. Эх, ненадолго меня хватило, прямо скажем.

— Я в порядке, спасибо за беспокойство, — холодно поблагодарила я, надеясь сгладить предыдущие слова и вернуться к прежнему мирному курсу. — Хотя понятия не имею, что может со мной случиться в безопасном лагере.

— Безопасность — очень относительная вещь, — философски заметил Джастин. — Ты весь вечер не отходила от клетки с пленником. И выглядела при этом так, будто готова, если потребуется, кинуться на его защиту. Знала его раньше?

— Нет, — я вздохнула, мыслями снова возвращаясь к человеку в клетке.

— Просто он курьер. Как и ты.

— А ты, смотрю, сама наблюдательность и очевидность.

— Ладно, я понял, рад, что с тобой все хорошо. Не отходи далеко от лагеря, — попросил Джас на прощание и развернулся.

— Джастин. — Наш капитан остановился. Я же подбирала слова для вопроса. — Что теперь будет с пленником?

Курьера оставили на некромантов, решив, что к нежити он ближе, чем к живым. Да и целители, случись что, могут с ним не справиться.

— Не знаю, — честно признался Джастин. — Сейчас, пока все тихо, мы можем с ним возиться. Так что попытаемся хотя бы понять, что с ним сделали. Но когда начнется война, все станет сложнее.

Я кивнула, принимая ответ.

Значит, время еще есть и можно попробовать что-то придумать. Я, конечно, тот еще специалист, зато выдумки мне не занимать. Да и Грег — светлая голова, может, родит какую интересную идею.

Война началась на рассвете.

От тревожного звука, вихрем пронесшегося по лагерю, мое тело усыпали мурашки. Я открыла глаза, силясь понять, что произошло.

— Вставай! — Магистр Объятто натягивала форму, остальные женщины тоже споро вылезали из спальников и хватали вещи.

Звук повторился, еще более пронзительный, чем в первый раз, не оставляя сомнений, что случилось что-то страшное. Он стряхнул остатки сна, выгнал из уютного спальника в неприятную утреннюю прохладу, заставляющую ежиться. Туман не до конца рассеялся, Матушка едва встала и светила будто бы слабее обычного, не одобряя происходящего на земле. По дороге от нашей палатки до капитанской звук повторился еще дважды. Там уже стоял Джастин и еще пара десятков некромантов, остальные стекались, на ходу застегивая форменные куртки и оправляя одежду.

Примечательно, но в такую рань никто не зевал, все выглядели собранными и сосредоточенными, а еще хмурыми. Случилось то, чего все ожидали, тут уж сомневаться не приходилось.

Возле Джастина возник дух, сам похожий на большой сгусток тумана, безмолвно передал кристалл и растворился. Наверняка Джас тут же подавляет волю призванных, лишает их памяти и полностью подчиняет. Действует по инструкции, не то что я.

Браслет с Грегом холодил руку, и я посильнее натянула рукав. Нет, Грега я им точно не отдала бы. Это же почти как тот курьер, что сидит в нашей клетке, равнодушный и безучастный ко всему. Никто не заслуживает подобной участи, и язва Грег, оказывается, очень даже мне нравится.

Над кристаллом появилось в десятки раз уменьшенное изображение: пограничная застава, светящаяся вокруг нее защита, и заклинания, беспрерывно проверяющие ее на прочность. Наша армия не выдерживала натиска Ровены даже за укреплениями, рушащимися одно за другим, словно это деревянные муляжи, а никак не каменные, усиленные магией постройки, заполненные водой рвы и высокие насыпи. Я всматривалась в разворачивающуюся в миниатюре картину и своим дилетантским взглядом понимала: дело плохо.

Именно поэтому нас, стоящих в резерве и предназначенных для контратаки, сразу бросают в бой.

— Началось, — проговорил кто-то.

Жаль, видно было плохо, неживой дозорный находился слишком далеко. Джас очистил кристалл и вновь отдал его материализовавшемуся духу.

— Возвращайся на исходную, — коротко приказал он нежити-разведчику. — Мы же действуем согласно плану. Все, у кого есть подчиненная нежить, берут ее с собой. Остальные работают с тем, что будет на поле боя. Примыкаем к нашей части, но держим дистанцию.

Да, некроманты — это не про ближний бой.

Маги организованной толпой двинулись сквозь лагерь к месту, где уже строились основные силы. Солдаты и боевые маги. Целители с походными наборами за спиной стояли поодаль — они находятся дальше всего от основных событий, несколько наших тут же отделились и направились к ним — раненых обычно выносят быстро поднятые зомби из убитых. Мертвым уже ничем не поможешь, а живые не пострадают, вытаскивая товарищей.

— Лара? — Джастин только сейчас заметил, что я иду со всеми. — Останься здесь или иди к целителям. Им твоя помощь точно лишней не будет.

Я колебалась всего несколько мгновений, за которые зрачок нашего капитана сжался в точку, и в ней отчетливо поблескивала некромантская зелень.

— Как скажешь. — Спорить сейчас — последнее дело. К тому же у целителей я действительно буду полезнее.

Кивнув знакомым мне магам в зеленых одеждах, я пошла рядом, держа небольшую дистанцию.

— Грег, — шепнула я в сторону, зная, что призрак услышит. — Я сейчас передам тебе немного силы — много не получится, и нужно, чтобы ты затесался в ряды противников и поискал Льюиса.

— Да ты с ума сошла! — возвестил громкий шепот мне на ухо. — Ты же сама видела, что у Ровены тоже есть некроманты.

— Там будет такой магический фон, что тебя никто не заметит, — прошипела я, увидев, как на меня подозрительно покосился один из целителей. Я улыбнулась ему и снова отвернулась. — Опасность представляют духи, на призрака никто внимания не обратит.

— Можно подумать, они станут разбираться и изучать мою природу, — проворчал Грег.

— Тебе не обязательно подлетать близко, — я еще на пару шагов отдалилась от целителей, — ты же нежить, а значит, воспринимаешь людей иначе и найдешь любого, кого видел, без проблем.

— Так он теперь, выходит, тоже нежить, — продолжал упорствовать Грег. А я подумала, что Джастин не так уж и неправ, лишая своих духов воли, а главное — возможности говорить.

— Ты поможешь или мне самой идти? — не выдержала я.

— А ты можешь сама? — воодушевился наглый призрак, но, уловив мое настроение, все же сменил курс. — Хорошо, но ничего не обещаю.

У бессловесной послушной нежити определенно имеются свои плюсы.

Мы с целителями быстро шагали по широкой дороге вслед за основными силами. Думаю, первые ряды уже успели достигнуть границы — наша колонна растянулась, и я, не удержавшись, взлетела, чтобы посмотреть с воздуха.

Войско змеей извивалось по дороге, а впереди сверкала и искрилась магия. Тут и там вспыхивали огненные всполохи, а огромные, видимые и отсюда валуны разлетались на куски — у границы уже вовсю шло сражение.

Я невольно сглотнула — даже издалека это выглядело страшно, скоро и мы окажемся совсем рядом.

Отыскав некромантов, я выхватила взглядом светлую макушку — Джастин быстро двигался впереди, вокруг него собирались духи, видимо, он стягивал всех с прежних позиций. Черноволосый Асмур выделялся среди преимущественно светловолосых коллег, Даффин просто возвышался надо всеми, разве что Лайм, бывший Бочкой, а ставший Скелетом, не уступал ему в росте.

Надеюсь, все они вернутся.

Целители уже разбивали небольшой лагерь, в котором готовились принимать раненых, и те не заставили себя долго ждать.

Лечить я не умела, так что вместе с нашими некромантами отправилась за теми, кого предстояло выносить с поля боя. Мы выбрали место поодаль, накрылись щитами, и я испытала уже подзабытое чувство, когда вокруг царит смерть. Она была практически осязаема, витала в воздухе, наполняла его особым, неуловимым ни для кого больше ароматом. Так случалось, когда мы спускались в подвалы академии, работая с поднятой для тренировок нежитью. Это всегда будоражило и немного пьянило.

Здесь же никаких тренировок — все сразу и по-настоящему. Я коснулась браслета, почувствовав, как Грег вылетел из него и направился в гущу сражения. Больше времени наблюдать за ним не осталось, раз уж взялась помогать целителям — надо действовать.

Я нащупала первого же мертвеца, поднимая его тело и перенося туда свое сознание. Открыла чужие глаза, но встать не смогла — видимо, позвоночник поврежден. Не подходит. Второй оказался без руки, а с одной рукой пострадавшего не вынесешь. Третий встал, но шел едва-едва, я не стала разбираться, что с ним не так, сразу нашла четвертого, благо их здесь хватало.

Некромантия — это не просто магия, это иное отношение к смерти, отсутствие страха перед ней или особого почтения к мертвым, являющимся для нас материалом. Как лед или пар всего лишь иное состояние воды, так и смерть для человека — это иное состояние его тела. И некоторые вроде меня вполне способны если не обратить пар обратно в жидкость или растопить лед, то придать ему нужную форму.

Четвертый зомби оказался вполне дееспособен, мы с ним огляделись по сторонам, заметили рядом парочку тех, в ком жизнь еще теплилась, и подхватили ближайшего. Веса чужого тела я не почувствовала, как, впрочем, и всего остального — у мертвецов оставались только зрение и слух, — и на том спасибо. Нюхать, к примеру, они не могли — легкие не работали, да и если запустить их, запах — это уже слишком сложно и по большому счету не нужно.

Пригибаясь и двигаясь при этом максимально быстро — мне досталось весьма прыткое тело, я дошла до наших. Некромант, следивший, чтобы вражеская нежить не пробралась к нам подобным образом, внимательно всмотрелся в зомби, узнал в нем меня и одобрительно кивнул. Дальше мы с неизвестным солдатом бегом отправились за холм, где расположились целители.

Мне махнули рукой, показывая, куда класть раненого, я сгрузила бессознательное тело и побежала назад, откуда доносились крики боли, люди падали, а на их место тут же вставали новые. Маги, использовавшие все свои заклинания, отходили, чтобы создать новые заготовки, передавая эстафету коллегам, с ходу поднимавшим щиты. Но в чужом, уже мертвом теле я не испытывала страха, наблюдая картину боя словно со стороны. В чем-то происходящее напоминало сон, но даже во сне бывает страшно. Я же точно осознавала, что все это — не со мной. Я стою на безопасном расстоянии и, словно марионеткой, управляю нежитью.

Сражение набирало ход. Линия обороны отчетливо прогибалась в нашу сторону, вражеские войска теснили нас, то тут, то там возникали бреши. Встав на четвереньки и не боясь, что затопчут — нового подниму, — я проползла вперед, подобрав с краю другого раненого, в сознании и стонущего. Простой солдат, судя по светло-серой форме, не маг, совсем молодой парнишка. Он сперва принялся отбиваться, подумав, что его схватила нежить. Но сообразив, что это такая своеобразная помощь, затих и почти не рыпался, когда я перекинула его через плечо, на манер мешка с картошкой.

Так я успела сделать еще три ходки, подкидывая работы нашим целителям, а потом в голове раздался какой-то крик. Оглядевшись, я попыталась найти его источник — вдруг кому-то срочно нужна помощь свежего зомби, но потом поняла. Крик слышу именно я, а не мой зомбак.

— Что случилось? — спросила я, возвращаясь в свое тело.

Жаль, что я не умею полноценно разделять сознание, но это решается исключительно практикой.

Вокруг меня летал Грег.

— Нашел! Нашел! — ликовал он, довольный собой.

— Льюиса? — на всякий случай уточнила я.

— А кого же еще? — удивился Грег. — Он там, — и ткнул пальцем в самое пекло, где не затухали заклинания. Они били так часто, что практически слились в одно.

Охохошеньки…

С другой стороны, магический фон такой, что мои крылья здесь — буквально капля в море. Да и по земле туда не пройти — еще раздавят или просто попаду под огонь. Это нежити можно поднять сколько хватит магии, а я у себя одна.

Решившись, я отступила назад, на ходу доставая и влезая в сбрую для переноски людей. Понятия не имею, как буду засовывать в нее Льюиса, который к тому же вряд ли облегчит мне задачу и станет покорно ждать, пока я застегиваю ремни. Но тут уж только на месте разбираться. Просто в руках взрослого человека я точно не унесу, поднять на крыльях — одно, а удержать — совсем другое.

Похлопав себя по карманам и убедившись, что парочка артефактов в заначке еще осталась, я сначала активировала браслет невидимости, а за ним и крылья. Легонько спружинив, поднялась в воздух, держа наготове щит на случай, если вдруг в меня полетит случайное или нарочно направленное заклинание. Грег полностью растворился, но я чувствовала натянувшуюся от браслета нить связи с призраком. Он уверенно летел туда, куда мне соваться совсем не хотелось. Даже близко подлетать.

Надеюсь, Грег не ошибся и не обознался…

Определить нужных мне магов оказалось несложно: одинаковые заклинания били через равные промежутки времени — люди так себя не ведут. Всем нужна передышка, как и смена заклинаний.

Мимо меня пронеслась ветвистая молния, и я шарахнулась в сторону, едва успев убрать свои размашистые крылья. Неужели нельзя было сделать их мощнее, но оставить прежнего размера?

Подлетать к творящемуся внизу хаосу было откровенно опасно, но в такой мешанине тел найти сверху Льюиса совершенно нереально.

Хоть бы его еще не убили… Измененных магов бросили на передовую. Кем еще пробивать бреши в обороне?

Связь натянулась и дернулась, привлекая мое внимание. Я безошибочно нашла Грега, пусть он и нематериален, но не для меня. Призрак был в самом низу, неуязвимый для обычных заклинаний. Некроманты сражались в стороне, так что за него можно не беспокоиться. Исключительно за себя.

Сверху вся нежить была как на ладони — и своя в смысле наших некромантов, с чьей магией я уже успела познакомиться, и чужая.

Зомби, вытаскивающих раненых с другой стороны, я трогать не стала. Все же я не убийца, одно дело — работать с изначально мертвыми, другое — делать таковыми живых. Зато боевую нежить — как духов, не видимых невооруженным глазом, так и вполне материальных зомби и умертвий, я проредила как смогла, перехватывая и обрывая их связь с создателями. А удобно участвовать в сражении сверху!

Ледяная стрела просвистела совсем рядом, задев крыло. Были бы крылья настоящими — точно бы рухнула, а так лишь слегка сбился полет.

Пора к Грегу и делать ноги и крылья заодно.

В последний раз я глянула на постепенно перемешивающиеся войска сверху, сердце дрогнуло — а вдруг где-то там и Эдриан? Но разве в таком бедламе разберешь?

Не тратя больше драгоценное время, я спикировала вниз, еще на подлете к земле найдя Льюиса. Он действительно был там. Сражался за Ровену. И двигался точь-в-точь, как тот маг, что остался у нас в лагере в клетке.

Светлые волосы слиплись и потемнели от грязи и крови. Он быстро двигался, пожалуй, быстрее людей, но не особенно пытался уклоняться, поэтому ран на нем было предостаточно. Я опустилась за ним, и Льюис, если его по-прежнему можно так называть, почувствовав что-то, обернулся.

Я встретилась с красными глазами, а потом вздохнула, вспомнив, что артефакт невидимости все еще на мне, и безжизненный взгляд прошел сквозь меня, ничего не заметив. И облегченно выдохнула, потому что не уверена, что смогла бы ударить магией, а вот Льюис в своем нынешнем состоянии не колебался бы.

Он вновь повернулся ко мне спиной, а я, больше не мешкая, достала из кармана артефакт и приложила к нему. Магические путы тут же связали Льюиса, заключив в кокон, и он рухнул как подкошенный, а я, попытавшись его удержать, навалилась сверху.

Место Льюиса занял другой красноглазый, не обращая никакого внимания на павшего товарища. Я быстрее поднялась, активировала щит, растянув его на двоих, и потащила тяжелое, пусть и худое, тело к своим.

Боевики с нашей стороны быстро заинтересовались странным поведением обездвиженного мага. Удар с нашей стороны здорово ослабил мой щит.

— Свои! — выкрикнула я, сбрасывая невидимость и подставляя браслет-переговорник, позволяя считать данные, если формы им окажется мало.

Меня пропустили, тут же сомкнув строй. Бой был слишком жарким, чтобы задавать вопросы, куда я тащу этого человека. К тому же у меня самой не находилось точного ответа на этот счет, пока имелась только цель — убраться подальше, а там разберусь. Правда, далеко я Льюиса не утащу, о том, чтобы поднять его и взлететь, речи больше не шло. Поэтому через пару десятков шагов и окончательно выбившись из сил, я поняла, что надо менять тактику.

Нащупав связь с зомби, ставшим мне почти родным, я перенесла в него сознание, постаравшись не потерять и себя. Зрение тут же поплыло, мой мозг с непривычки не справлялся с двойной нагрузкой, так что я просто поманила зомби к себе, понимая, что сам он дойдет лучше, чем под моим неумелым руководством. Через несколько минут мой верный помощник оказался рядом, странно было его видеть: высокий и крепкий солдат, короткая стрижка, крупное родимое пятно на щеке и сквозная рана в груди. И все же он пока выглядел настолько живым, что мне на мгновение стало жутковато.

Это тебе не давно окоченевшие трупы из морга…

Зато идя рядом с зомби, управлять им оказалось удобно, картинки перед глазами у нас были почти одинаковые и накладывались одна на другую без проблем. Разве что я иногда оборачивалась и смотрела по сторонам, чтобы оценить обстановку и понять, где и как стоит усилить закрывавший нас щит.

До целителей мы дошли быстро, всяко быстрее, чем если бы я одна тащила большого и неудобного Льюиса.

— Что с ним? — Крупноносый целитель, с которым пора бы уже познакомиться, подозрительно прищурившись, склонился над магически связанным Льюисом. — Еще один? — Ну да, красные глаза — уж очень характерный признак.

— Это мой друг! Пожалуйста, давайте что-нибудь с ним сделаем! — взмолилась я.

В глазах целителя мелькнуло неодобрение, но спорить ему было недосуг. Количество раненых исчислялось уже не десятками, а сотнями. Люди в зеленых одеждах перебегали от одного к другому, меняя артефакты и проверяя состояние пациентов.

— Сколько продержится твой артефакт? — Целитель раскрыл чемоданчик и достал шприц.

— По идее — до вечера, но гарантировать не могу, — призналась я, чем заслужила очередной укоризненный взгляд.

— Это сильнодействующее снотворное, — мужчина ловко поднял рукав Льюиса и с профессиональной точностью вогнал иглу в выступающую вену, а после надел и блокирующие магию браслеты — целители их часто использовали, чтобы сила мага не перебивала лечащие артефакты. — У этих… существ замедленный обмен веществ, быстро не выведется. Но все равно присмотри за ним, чтобы не было проблем.

У меня, положим, проблемы точно возникнут. Как представлю, что я скажу Джасу о поимке еще одного красноглазого мага…

— Грег, — призрак, заметно ослабший при свете дня, едва замерцал передо мной. — Сможешь присмотреть за Льюисом?

— Я бы не называл его Льюисом. — Грег скептически посмотрел на лежащего в отключке мужчину. Что-то в нем неуловимо изменилось, кроме глаз, само собой. С ними все понятно.

— Так сможешь?

— Постараюсь. Надеюсь, свои же некроманты меня не прикончат заодно с ним.

— Будем верить в лучшее. — Что Джастин не прикончит в первую очередь меня. — Идем, — кивнула я зомби, словно он подчинялся моему устному приказу, а не магии.

Впереди набирала обороты война. За то недолгое время, что мы потратили на Льюиса, линия фронта заметно сместилась в нашу сторону. Граница осталась далеко, Ровена уверенно проходила все оборонительные рубежи один за другим.

Не знаю, как это видели другие маги или простые люди, но передо мной плескалось если не море, то полноценное озеро смерти.

И оно становилось все глубже.

7. Те, кто уходит в огонь

Я брела глубокой ночью по полуразрушенному лагерю. Кое-где догорали палатки, из-за чего вымотавшиеся люди спали прямо на земле вповалку. Кто-то, кто посвежее, возводили новые укрепления — за день линия фронта подошла к нам вплотную.

В конце, когда сражение начало затухать, а после затрубили отступление, все некроманты, включая меня, подняли погибших и вывели их к огромному костру. Я смотрела, как пламя с благодарностью принимает новые жертвы, какой бесконечной выглядит колонна тех, кто уходит в огонь, и думала, что это всего лишь первый день…

Я смотрела, думала, но почти ничего не чувствовала: ни скорби, ни жалости, ни сожалений. На это банально не было сил и эмоций. Пьянящее ощущение смерти, кружащейся рядом, схлынуло, оставив после себя пустоту. Будто внутри меня тоже все выгорело.

Впереди показались палатки целителей, которые спешно переносили на безопасное расстояние, расставляли и накладывали защиту. Завтра будет новое сражение и новые раненые.

Кажется, все шло куда хуже, чем планировалось.

Рядом с лежащим на подстилке Льюисом надежно висел Грег, вопреки моим опасениям, выглядевший довольно неплохо. Призраком Грег не мог так быстро восстанавливать силы, подпитываясь магией из окружающей среды.

А потом я заметила сидящего поблизости Джастина и тут же подобралась.

Кажется, серьезный разговор предстоит мне раньше, чем хотелось бы.

— Все прошло нормально? — спросила я у Грега, игнорируя нашего капитана.

— Да, вполне, он так и не очнулся, — отозвался Грег, посматривая то на меня, то на Джаса. — Пожалуй, я в домик.

И шмыгнул в браслет.

Вот бы и мне так уметь! Раз — и в домике!

Я развернулась к Джасу, набрав в грудь побольше воздуха, чтобы на всю заготовленную речь хватило.

— Мне призрак уже рассказал, что это твой друг, который помог тебе спастись из плена, — опередил он меня.

— Да, — только и выдохнула я вместо кучи запланированных слов.

— Тогда пойдем порадуем Дафа, что у него теперь два немощных мага на попечении.

Джастин тяжело поднялся и махнул целителям, подзывая.

— И все? — не поверила я. Как-то слишком просто. В чем подвох?

— Мы потеряли двух некромантов, — произнес Джас, глядя на полыхающий вдали огромный костер. — Они подняли слишком много нежити, растворились в ней и не заметили, как к ним самим подобрались враги.

— Мне жаль. — Я не знала, что еще сказать. Но видела, что Джасу дороги его люди.

— Мне тоже, — бывший посмотрел мне в глаза. — И это только начало. Впереди у нас еще много смертей, чтобы сеять их бездумно.

— Спасибо. — И сама почувствовала, что благодарю искренне.

Джас не обязан возиться с Льюисом, но все же не предлагает убить его на месте и не усложнять нам всем жизнь.

Прежде чем целители привели Льюиса в чувство, мы накинули на его блокирующие магию браслеты длинную цепь-поводок. На всякий случай.

Больше всего я боялась, что Льюис кинется на нас или окружающих, что придется как-то усмирять его, но нет. Он равнодушно и покладисто встал и пошел туда, куда его повели.

Прекрасная подчиненная нежить.

От этой мысли внутри что-то оборвалось. Что, если он навсегда останется таким? На что я вообще рассчитываю? Сможем ли мы ему помочь?

Даффин как раз выходил из перенесенной в новое место палатки для нашего красноглазого, когда едва ли не нос к носу столкнулся с еще одним.

— Да вы издеваетесь?! — взвыл парень. — У меня на одного сил не хватает! Еду и воду ему принеси, в кустики отведи, вокруг палатки выгуляй!

— Это друг Лары. — Джас подпихнул Льюиса вперед.

— Вот пусть она сама о нем и заботится! — не сдавался Даф.

— Ты его в кустики води, а с остальным я справлюсь. — На самом деле навешивать Льюиса на Дафа было как-то неловко.

— А с кустиками что? — усмехнулся Даффин. — Там тоже все просто, нужен только пригляд и общий контроль, чтобы не убежал.

— Даффин, кустики на тебе, — рассудил Джастин. — Да и еды тебе на двоих принести несложно.

— Такими темпами мне скоро рук не хватит им всем еду таскать! Я через нежить насчитал таких магов десятка два — и неизвестно, сколько их у Ровены в запасе! — возмущался Даффин больше по инерции, а так мы уже прошли внутрь.

— Нисколько, их для этого первого боя и сделали, — Джастин тяжело вздохнул. — Наши маги не были готовы к такому отчаянному натиску, они их просто смяли.

Да, удивительно, но именно красноглазые маги во многом обеспечили преимущество Ровены. Те, кто без страха бросается на любые защитные сооружения, да еще владея пусть и минимальной, но магией, — страшная сила.

— Куда селить будем? Клетка-то одна. — Даф сам не стал развивать тему. Она отдавалась у всех одинаково болезненно.

— В нее и сажай, — велел Джас.

— Тесно…

— Что ж поделаешь? Комфорт и удобства никто не обещал.

Льюиса запихнули в ту же клетку, потеснив первого жильца.

Я присела на корточки и зажгла несколько светильников. Льюис тут же отвернулся, прикрыв глаза. Не поморщился даже — мимика, как таковая, у него почти отсутствовала.

Н-да… от того человека, с которым я познакомилась и которого успела немного узнать, мало что осталось.

Черты лица заострились и выглядели откровенно хищными, бледные бескровные губы терялись на сероватом лице. Кровь в многочисленных ранах запеклась, одежда кое-где прилипла к образовавшимся коркам — надо бы обработать по-человечески…

— Льюис, — шепотом позвала я его, надеясь, что он хоть как-то отреагирует на имя.

Ничего.

Я сглотнула вставший в горле ком и поднялась.

— Вот. — Даф поставил в клетку тарелку, где осталось немного еды, и кружку с водой. — Сил на большую заботу у меня уже нет. Завтра до рассвета постараюсь их обоих нормально покормить. Все, я пошел.

Слегка покачнувшись от усталости, Даффин отодвинул полог и вышел из палатки, оставив нас с Джастином вдвоем. Пленников можно в расчет не брать.

И больше всего мне хотелось смыться вслед за бывшим однокурсником.

— Ты сама-то ела сегодня? — спросил Джас, и мой желудок, про который я за всем случившимся как-то подзабыла, напомнил о себе. — Понятно, — сделал вывод Джастин. — Идем.

Наверное, все дело в растраченных за день силах и эмоциях, иначе я бы ни за что не пошла со своим ненавистным бывшим к полевой кухне и наспех сложенному костру. И ужинать бы вместе с ним тоже не стала.

Но запах еды витал одуряющий! Или я просто осознала, что ужасно голодна, ведь даже не позавтракала. Пару раз нам приносили укрепляющее питье — на этом все за целый напряженнейший день.

Мы молча ели какую-то крупу с мясом и травами, запивая крепким, успевшим как следует настояться чаем, чем-то похожим на тот, который заваривал Асмур. Только без горчинки пустырника.

— Странно, да? — первым нарушил тишину Джастин.

— Что мы вот так просто сидим и ужинаем вместе? — поняла я. Сама удивлялась происходящему.

— Да, — кивнул Джас, отставляя пустую тарелку и легонько поворачивая туда-сюда в ладонях кружку с отколотой ручкой. — Оказывается, это возможно.

— Да уж, — усмехнулась я. — Для этого мне пришлось вылететь из академии, тебе почти умереть, и в итоге нам встретиться на войне. Отличная схема. А главное — какая была «высокая» изначальная вероятность этого позднего чаепития.

— Высокая, — уверенно ответил Джастин. — Волю судьбы не изменишь.

От того, как серьезно он это произнес, без тени шутки или иронии, я невольно вздрогнула и повернулась к бывшему жениху, силясь понять, что у него на уме.

В мерцающем свете костра Джастин выглядел старше, куда старше, чем он есть на самом деле. Вспыхивающие языки пламени и стреляющие в стороны искры одну за другой высвечивали его морщины со впалыми щеками и заострившимися скулами.

Нет, дело не в костре и темноте. Он в принципе не тянул на свой возраст даже днем под лучами Матушки. Я просто слишком зациклилась на том, что Джастин — это Джастин, среднего роста, худощавый, с чуть отпущенными светлыми волосами. Но если бы встретила его впервые, то меньше тридцати не дала бы и при свете дня.

— Тебя так изменила встреча с кукольником?

Джас молча покачал головой и бросил сухую травинку из-под ног в огонь. Пламя слизнуло ее с толстого полена, даже не заметив.

— Все началось раньше. Почти сразу после твоего отчисления.

— Опять я виновата? — не сдержалась я.

— Нет. — Джастин выплеснул остатки чая в костер, и тот обиженно зашипел, будто потревоженный кот. — Я тебя не виню.

Я подозрительно покосилась на бывшего. Хотелось продолжения и каких-то пояснений, но не хотелось спрашивать и открыто демонстрировать свой интерес. Вот такое противоречие.

— Через месяц после твоего ухода в родах умерла моя самая старшая сестра, — все так же глядя в огонь, произнес Джас, будто и не мне. — Мать слегла, отец запил. У средней сестры тоже не все гладко, она обычный человек без дара. И жизнь у нее не сахар.

Я весьма смутно помнила двух разодетых девиц, пришедших тогда на вечер знакомства. Да и родители Джаса отложились в голове только смутными образами. Сочувствовать им всерьез не получалось.

— Встреча с кукольником стала логическим завершением всех неприятностей, обрушившихся на меня и мою семью. Я и не особо удивился, когда понял, кого встретил на кладбище.

— Еще скажи — не испугался.

— Испугался, конечно. Жить-то хочется всегда. Особенно когда оказываешься на грани, а то и немного за ней. Кладбищенская нежить! В тот момент я так отчаянно хотел жить, ты даже не представляешь!

Джастин опустил глаза, а потом резко вскинул голову и посмотрел на меня. В отблесках огня в его зрачках тоже чудилась краснота.

— Знаешь, как я выжил в ту ночь и в следующий день, держа ловушку?

— Как? — Почему-то мне было страшно услышать ответ. Но и не спросить я не могла.

— С рассветом любая нежить слабеет, и я надеялся до него дотянуть. А Отец, как нарочно, полз по небу так медленно… — Джас сглотнул и поднял взгляд на темное небо, где тонкое ночное светило наблюдало за нами, будто подглядывало в щелочку. — И в надежде на чудо я поклялся, что если выживу, то обязательно исправлю все, что случилось с тобой. Сделаю для этого все возможное. И невозможное, если потребуется. И потом, когда лежал в лазарете не вставая, вспоминал данную клятву. Мне кажется, силы вернулись только из-за нее.

Джастин тяжело вздохнул, переводя дыхание. Эта история далась ему нелегко. И тогда, когда мало кто верил в его полное исцеление, и сейчас, ведь выворачивать передо мной душу для него то еще испытание.

Поэтому тоже молчала. Даже никаких колкостей говорить не хотелось вроде того, что это его кара за прошлое. Злорадство выглядело здесь совершенно неуместным. Как ни странно, но он уже хлебнул за все сполна.

Вот уж точно, того, что пережил Джастин, и врагу не пожелаешь.

— Когда я увидел тебя у магистра-командующего, — продолжил бывший, — то сразу понял — это судьба. Напоминание о неисполненной клятве. И шанс наконец все исправить.

— По правде говоря, мне от тебя ничего не нужно. — Я уткнулась в свою кружку, понимая, что говорить, оказывается, очень легко. И слушать тоже, если постараться.

Асмур прав, может, стоило попробовать это сделать еще года три назад? Или все пять, сразу при поступлении. Но, возможно, тогда мы были просто не готовы к такому серьезному разговору.

— Не скажи, — покачал головой Джастин. — Как ты собираешься спасать своего друга?

И тут я по-новому посмотрела на Джаса. Пожалуй, его я меньше всего видела в помощниках и уж тем более в союзниках. Правда, он еще и не согласился.

Никто еще не согласился.

— У меня есть один знакомый вампир… — медленно протянула я, прикидывая, как буду строить разговор с бывшим шефом. Бывший жених рядом с ним — ерунда. — Хочу попробовать попросить его о помощи.

— Думаешь, наш командующий одобрит привлечение тех, кого уже записал во враги?

— Пока рано записывать, ничего не доказано, — возразила я.

— На войне достаточно и подозрений, — не согласился Джастин.

— Тогда мне нужен командующий армией, Рихард Конард. С ним мы как-то проще нашли общий язык. К тому же он знает вампира, к которому я хочу обратиться.

— Неплохо, — одобрил Джастин. — Осталось к нему попасть. Я не могу отправлять сообщения через голову руководства.

— Но ты можешь напомнить нашему магистру-командующему о пленных и необходимости что-то с ними делать.

— Пожалуй, в таком ключе я бы вопрос не ставил, — усмехнулся Джастин. — Но я тебя понял. Постараюсь.

— Правда? — Мне все еще сложно было ему доверять, но если Джас готов встать на мою сторону…

— Да. — Он поднялся и протянул мне руку; помедлив, я обхватила пальцами его ладонь и подтянулась.

— Тогда спасибо.

Джастин кивнул и следом за мной убрал руку.

— Отдыхай. Завтра будет хуже.

— Куда уж хуже? — в сердцах спросила я; воспоминания сегодняшнего дня пронеслись перед глазами страшными кровавыми картинами.

— Они прощупывали нас. Уверен, сегодня был пробный заход.

— Тогда до завтра. — Я покрутила головой по сторонам. — А где теперь наша палатка?

Джастин весело усмехнулся.

— Пойдем провожу.

И все это было странно. Но на душе стало удивительно легко. Возможно, наше перемирие временное, закончится война, и все вернется на круги своя. Только сейчас я отчетливо поняла, что мне куда больше нравится сотрудничать и договариваться, а не делать друг другу гадости.

Хотя в гадостях тоже что-то было…

— Джастин, — повернулась я к бывшему, когда мы дошли. — Я хочу, чтобы ты знал: я тебя не прощаю и вряд ли когда-нибудь прощу, — его глаза чуть замерцали зеленью, — но я тебя не ненавижу. Во всяком случае, не так, как раньше.

— Это, определенно, прогресс, — улыбнулся он. — Отдыхай.

В спальник я залезла не раздеваясь, только ботинки скинула.

А с рассветом нас всех вновь разбудил тревожный вой походного рожка.

Новый день начался.

8. Особо важный курьер

В то время, которое и утром назвать язык не повернется — горизонт только-только окрасился желто-оранжевым и подсветил синеву неба, я уже осознанно шла к месту сбора. И пусть я понятия не имела, где Джастин установил свою палатку, но некромантская магия отчетливо пульсировала в одной точке, куда оперативно стягивались и остальные.

Наш капитан, несмотря на ранний час, вовсю раздавал указания, менял связки, проверял защитные артефакты. Я на секунду подумала, что если бы его духи, как мой Грег, обладали собственной волей, то им вполне можно было бы поручать задания посложнее патрулирования территории. Например, предупредить некромантов о слишком близко подобравшемся враге…

Но это усложнит и контроль. Мне самой временами хотелось прибить Грега, а если бы их было двое? Интересно, начали бы они ругаться и конкурировать между собой? Или, наоборот, сговорились бы против меня?

Так что идея, наверное, так себе. Вряд ли я первая, кто до нее додумался, и нежить не просто так подчиняют и лишают воли.

Я стояла чуть поодаль, наблюдая за работой некромантов. Джастин не так давно стал капитаном отряда, где-то с полгода, получается. Но все члены отряда действовали четко и слаженно, даже смена позиций и тактик была отработана. Никто не задавал лишних вопросов, легко ориентируясь в новых схемах и связках.

— Лара, — подозвал меня Джас. По нему было видно, что на ногах он задолго до тревожного рожка, да и спал всего ничего. Если вообще ложился.

И едва оплеуху сама себе не отвесила — такими темпами еще, чего доброго, начну беспокоиться о бывшем, о его сне и здоровье!

— Да, капитан, — по-деловому подошла я к нему.

— Держи. — Джастин протянул небольшой тубус, в котором что-то гремело. Я сразу магически осмотрела его — кристаллы. — Доставишь верховному командующему армии Рихарду Конарду.

— В столицу? — Улетать так далеко прямо сейчас не хотелось. Войска отступают, и что станет с Льюисом, если наших совсем припрет? Позаботятся ли о нем или предпочтут избавиться?

— Нет, он находится недалеко отсюда, прибыл накануне. — Джас вытащил из нагрудного кармана вчетверо сложенный лист. — Здесь карта, как его найти.

— Надеюсь, не ты рисовал? — подозрительно спросила я, разворачивая бумагу.

— Как видишь, — усмехнулся бывший.

Карта действительно была нормальной, привычной и понятной.

— В тубусе не только письмо по твоим красноглазым коллегам, но и другая информация, — предупредил Джас.

— Не потеряю, — заверила его я, надежно убирая тубус в выданную сумку, по свойствам и по заверениям Грега ничуть не уступающую курьерскому мешку.

Надеюсь, проверять не придется.

— Будь осторожна, — попросил Джастин.

— За себя беспокойся, — абсолютно искренне посоветовала я.

На этом мы разошлись. Джастин поспешил к своим, я же нашла место для взлета поудобнее, сверила выданную карту со своей в браслете и определила курс.

Лететь было недалеко — если по прямой, практически вдоль линии фронта. Или сделать крюк…

Курьер должен быть быстрым, а еще живым. Так что я выбрала более безопасный путь, пролегающий пусть и не по широкой дуге, но все же на почтительном удалении от передовой.

Вызвав крылья и поднявшись повыше, я обернулась. Ровенцы волной двигались на нас. Наши же готовились принять удар за наспех возведенными за ночь укреплениями…

Не в силах на это смотреть, я развернулась и полетела.

Перелет занял у меня буквально несколько часов. В этих местах вдоль границы тянулись непролазные заболоченные леса и, ясное дело, никаких боев не было. Зато меры безопасности принимались по полной программе.

Стоило мне подлететь на расстояние видимости, как мимо меня просвистело предупреждающее заклинание. Достаточно далеко и в целом, даже если бы и попало, особо не навредило бы, но общий посыл я уловила и тут же приземлилась. Прямиком в заботливые руки стражей, качественно досмотревших меня, едва ли не на зуб проверивших браслет, который содержал специальную отметку курьера по особым поручениям. Разочарование на лицах угрюмых мужчин от того, что не удалось развернуть меня восвояси, выглядело даже забавным.

Поэтому остаток пути до небольшого, но хорошо укрепленного городка я прошла пешком. На входе через толстые ворота меня еще раз досмотрели с пристрастием. Да уж, военное положение обязывает.

В самом городке было так пусто, что он казался вымершим. Нигде не лаяли собаки, окна наскоро заколочены, никаких снующих горожан, только люди в форме время от времени попадались. К счастью, за воротами меня больше никто не останавливал и не проверял, а ставку верховного командующего я нашла без труда. Собственно, ее было видно издалека — за два дома начиналась очередь, в которой топтались и военные, и простые люди, стоявшие к командующему армией с разными прошениями.

Оглядев растянувшуюся едва ли не на пол-улицы живую змейку, я невольно скисла. Кажется, застряла я здесь надолго…

Интересно, а если рискнуть и попробовать тактику «мне просто спросить»?

Но, глядя на сосредоточенные лица людей, судя по всему, ждущих своей очереди не первый час (надеюсь, хотя бы первый день), я решила не нарываться. Летаю я, конечно, быстро, но всяко не быстрее файербола.

Народ не двигался, так что я привалилась к стене, сквозь тонкую куртку ощущая все ее неровности, и приготовилась ждать.

Вообще, магические курьеры проходили сразу к двери, стучали и отдавали посылки, не переступая порог. А некоторые и до порога не добирались — время от времени из занятого под нужды армии дома появлялся молодой мужчина, помощник, судя по всему, и забирал корреспонденцию еще на подходе.

Хм… похоже, вариант «подойти и спросить» не так уж и плох. А там, глядишь, как-нибудь и просочусь внутрь.

Я уверенно прошла сквозь очередь и постучала. Створка распахнулась почти сразу, явив мне того самого помощника.

Вблизи он оказался куда моложе, на вид лет на пять старше меня. Добавлял ему возраста разве что взгляд, очень серьезный и холодный, а глубокая синева глаз только усиливала эффект. Гладковыбритое холеное лицо с забранными в хвост черными волосами и идеально сидящий мундир с сияющими нашивками довершали образ.

— Я адъютант верховного командующего, всю корреспонденцию необходимо отдавать мне, — с ходу заявил он, глядя на меня сверху вниз — ростом этот тип тоже был не обижен.

— У меня послание лично для верховного командующего армией Рихарда Конарда, — четко, глядя этому адъютанту в глаза, выговорила я. Надо будет не забыть бывшему шефу при случае спасибо сказать — после его взгляда меня вообще ничем не пронять.

— По личным вопросам верховный командующий не принимает, — почему-то сделал интересный вывод адъютант.

— У меня не личные, просто важные документы. И передам я их лично в руки адресату, — объявила я, глядя на то, как у адъютанта появляется нехороший блеск в глазах. Но я останавливаться на достигнутом не собиралась! — Настоятельно советую доложить верховному командующему, что прилетела Лара Донован с особо важным донесением. — Судя по снисходительному выражению лица, мою просьбу адъютант видал где-то в другом месте. — Очень рекомендую это сделать, — с нажимом добавила я. — Во избежание проблем. Ваших личных.

Парень хмыкнул и ушел, хлопнув дверью. Наверное, таких самонадеянных здесь по двадцать штук за день. Возле уха тут же послышался шепот Грега.

— Ты же планировала не нарываться и учиться сдержанности, — ехидно напомнил призрак, взявшийся, видимо, играть роль моей совести.

— Точно, — я поморщилась, вспоминая лицо парня и взгляд, которым он меня напоследок наградил. — Но это было выше моих сил.

— Чую, стоять теперь тебе… — предрек Грег и перед тем, как смыться в браслет, добавил: — Хоть в тенек отойди, а то напечет твою и без того дурную голову.

Ну что за человек? Нет, не так.

Ну что за нежить, а?

Вопреки моим опасениям, не прошло и десяти минут, как дверь вновь отворилась, выпуская адъютанта и последних посетителей. Вот только новых запускать не спешили, адъютант нехотя шел ко мне, словно невеста к алтарю, насильно выдаваемая замуж за старого и страшного маразматика.

— Верховный командующий армией готов принять вас, — буквально через силу выдавил он, глядя куда-то в сторону.

Я, не удержавшись, проследила за его взглядом, вдруг это не мне? Но кроме стены там ничего не было.

— Или тебе нужно особое приглашение лично от магистра? — Кажется, у меня не самый мерзкий характер в округе.

Молча — иначе бы точно не удержалась от какой-нибудь колкости — я прошла мимо людей, с завистью смотрящих в мою гордо выпрямленную спину, перешагнула порог и оказалась сначала в предбаннике, а за ним в длинном темном коридоре, откуда вело несколько дверей. Я заглянула в ближайшую: домотканые ковры, плетеные салфеточки на полках, ажурный тюль, герань на окнах — здесь все так и дышало теплом домашнего очага. И даже впопыхах собранные вещи и небольшой беспорядок не портили общего впечатления.

Я слегка замешкалась, оглядываясь по сторонам. Всего насчитала три открытые двери, из одной доносились мужские голоса, плюс в конце коридора была лестница на второй этаж. Мне куда?

А еще на секунду навалилось осознание: а не слишком ли я нагло действую? Как бы меня сейчас не прогнали взашей с моими просьбами о личной встрече. Вот адъютант-то порадуется!

Но парень протиснулся мимо меня и распахнул дверь, молча пригласив внутрь.

— Лара, приветствую, — тут же среагировал Рихард Конард, отрываясь от чтения очередного письма, пока я разбирала спутавшиеся в голове мысли. — Мой адъютант передал, что у вас нечто очень важное и срочное.

— Да, — уверенно подтвердила я, подходя ближе к столу с кучей бумаг и донесений и склоняя голову. — Приветствую вас.

Магистр только коротко кивнул и указал мне на стул для посетителей. Обстановка была небогатая, комната небольшая, мебель простенькая, стол так вовсе походил на обычный обеденный. Все это не шло ни в какое сравнение с его прежним кабинетом. Но мужчина все равно смотрелся достойно, и осунувшееся лицо его не портило. Он выглядел как и раньше — спокойно и доброжелательно. Разве что слегка нахмурился, читая принесенные мной послания. Затем активировал кристалл, на котором был запечатлен наш первый пленный в миниатюре. Но красные глаза у него все равно были хорошо заметны даже на уменьшенном изображении.

— Новый вид нежити? — задумчиво проговорил он, возвращаясь к письму.

— Не совсем. Фактически они живы, но личность будто стерта. Их создали из захваченных курьеров, — пояснила я. — На них плохо действуют заклинания, особенно влияющие на разум, вроде сна, сами они владеют только одним боевым заклинанием и четко выполняют поставленную задачу. Вне ее никаких признаков активности не проявляют.

— Вы с ними сталкивались? — Командующий вновь посмотрел на висящий над его столом небольшой, с мужскую ладонь, образ.

— Было дело. — Я повела плечом, вспоминая нашу первую встречу. — У нас их сейчас двое.

— Для сравнения взяли? — заинтересовался верховный командующий.

— Не то чтобы… — замялась я, но вспомнила, что говорить стоит четко и по делу. — Второго я знаю и хочу попробовать ему помочь.

— Каким же образом, если не секрет? — улыбнулся магистр Конард. — Тут написано, что команда магов пока не пришла к решению, но некроманты продолжают исследования. Есть какие-то подвижки?

Верховный командующий разгладил так и норовящее свернуться в трубочку письмо.

— Нет, но у меня есть мысль обратиться к знакомому вампиру за помощью. — Вот мы и подошли к самому главному. — Вы позволите это сделать?

Я затаила дыхание, дожидаясь решения Рихарда Конарда, которое он, как назло, не спешил озвучивать. Командующий подпер кулаком подбородок и задумчиво перечитывал письмо, время от времени поглядывая на изображение пленного.

— Ты можешь сделать это, Лара, — все-таки разрешил он, и я едва не выдохнула от облегчения. — Но сама, неофициально. Личная просьба к знакомому вампиру. Не более. Если он согласится — хорошо. Если нет — он не обязан. И мы Ночному клану тоже ничем не обязаны. Но поскольку я догадываюсь, к кому именно ты собираешься обратиться, то особо на удачу я бы не рассчитывал. Вернее — только на нее рассчитывать в данном случае и остается, — невесело усмехнулся мужчина.

— А как быть с пленными, если вампир не согласится? — задала животрепещущий вопрос я.

В человечность Дамьена, по правде, не очень-то верилось. Собственно, глупо ждать человечности от вампира.

— Тогда пусть некроманты действуют по обстоятельствам, — жестко ответил верховный командующий. — Как только пленные станут балластом, от них придется избавиться. Пока же есть возможность — посмотреть, что можно сделать с этими несчастными.

Я нашла в себе силы на кивок. Видимо, мне придется очень хорошо уговаривать Дамьена…

— На этом все, курьер, вы свободны, — уже совсем другим тоном закончил нашу встречу командующий.

Я быстро поклонилась и развернулась на пятках, чтобы выйти.

— Лара, не знаю, кого ты спасаешь, но удачи тебе, — пожелал магистр Конард.

Я слегка обернулась и улыбнулась ему в знак благодарности. Дальше тратить время командующего не планировала.

Отойдя подальше от ставки, я завернула за угол очередного пустого дома, огляделась по сторонам и, убедившись, что за мной никто не наблюдает, вызвала Грега.

— Ну давай, скажи, что у меня ничего не получится, — пробурчала я, прекрасно понимая, что здесь я поддержки не дождусь.

— Шанс есть, — внезапно ободрил меня призрак. — Мизерный, конечно…

— Лучше бы ты остановился на первой фразе, — заметила я и едва не выругалась. — Я в новый браслет бывшего шефа не внесла…

Как-то не додумалась тогда свести наши браслеты… Но не лететь же в столицу, раз верховный командующий дал мне карт-бланш. Или лететь?

— Лара, — призрак так устало вздохнул, будто он и впрямь мог со мной притомиться, бедолага, — браслет связи — это инструмент. Все контакты у тебя здесь, — он постучал указательным пальцем по своему затылку, а поскольку его фаланга целиком ушла внутрь, показалось, будто в мозгу поковырялся.

— И с Эдрианом я бы смогла связаться? — Мысль была внезапной и совсем несвоевременной. Я даже пожалела о ней, стоило произнести слова вслух.

— Если вы с ним ни разу так не общались — то нет. Да и с вампиром будет сложнее обычного, — предупредил Грег.

— Да с ним и так будет непросто, — пробормотала я, заранее предвкушая.

А потом собралась с духом, прикрыла глаза, активировала нужную руну и представила себе шефа-упыря во всем его красноглазом великолепии.

В голове тут же раздался легкий звон, пока далекий, напоминавший вибрацию одинокой струны. Он становился все громче и пронзительнее, а потом я услышала голос, вернее — слово. Мое воображение само придало ему нужное звучание и вопросительную интонацию.

— Лара?

— Дамьен?

— Ты тоже удивлена? — Кажется, или мой бывший шеф развеселился.

— Нет, — тут же сориентировалась я. — Надеюсь, у вас с Санти все хорошо?

— Да, у нас все хорошо. И я рад, что ты жива, раз связываешься со мной.

— Я по делу, — уточнила на всякий случай. А то вдруг он себе напридумывает что-то не то.

— По важному? — Видимо, вампир все еще продолжал забавляться. Надеюсь, к сказанному мною дальше он отнесется серьезнее.

— Очень, — заверила я. — Мы поймали парочку пропавших курьеров, из них создали весьма любопытную нежить, до боли напоминающую упырей…

— Я совершенно уверен, что вампиры здесь ни при чем, — даже через переговорник прозвучало резко и жестко. — На этом все?

— Выслушай меня! — Я испугалась, что сейчас Дамьен оскорбится и разорвет связь. — Мы пока точно не знаем, что с ними, и помочь им не получается. Возможно, ты бы смог если не вытащить их, то подсказать, как действовать.

— Лара, мне почти сто пятьдесят. И поверь, я бы не дожил до этих лет, если бы каждый раз бросался помогать всем и каждому.

— Верю, — в чем в чем, а в этом я ничуть не сомневалась, — но ведь я прошу помочь не людям.

— А кому же?

— Вампирам. Пока что все ниточки ведут к вам, не лично к тебе, разумеется, — поправилась я, не желая накликать гнев бывшего шефа, — я в общем. Представь, что Ровена нарочно стравливает людей и вампиров в Виларе. Возможно, для того, чтобы когда начнется травля — а она начнется, если количество красноглазых магов из наших продолжит увеличиваться, — привлечь на свою сторону Ночной клан. Вроде как Вилар в этой ситуации поступает плохо, убивает ваших братьев. Давайте же все дружно его покараем!

Проговаривая все это вслух, я сама поражалась, насколько складно и правдоподобно звучит версия. А действительно? Как еще привлечь на свою сторону такую силу, всегда соблюдавшую нейтралитет? Ночной клан един на всех землях, если люди где-то начнут целенаправленные гонения на вампиров, остальные в мгновение ока встанут за своих.

— Поэтому предлагаю не доводить до подобного, — продолжила я, не дождавшись реакции Дамьена. — Ты же помнишь, что не так давно была охота на вампиров. Неужели хочешь повторения?

— Я не просто помню, — вклинился в мой монолог Дамьен. — Я ее застал. Так что можешь мне не рассказывать о том, как это грустно.

— Но сейчас же вам живется хорошо, — зашла с другой стороны я. Ведь мой бывший шеф, если судить по его шикарному особняку в центре, неплохо устроился. — И вот представь, как средь бела дня к тебе ворвется вооруженная толпа. — Только полные психи придут к вампиру ночью. — Снесут кованую ограду, затопчут клумбы и газоны, выбьют красивую входную дверь, испачкают ковры ручной работы, испортят мебель, разобьют все чашечки из твоего любимого фарфорового сервиза эльфийской работы в виде распускающихся бутонов…

— Все, Лара, достаточно, я понял! — прервал перечисление последствий погрома Дамьен. Вампиры очень привязаны к месту, обожают вить гнезда и создавать уют. Не знаю, что у них за пунктики такие, но нам на расоведении рассказывали про их любовь к дорогим вещам. И речь не всегда про цену. — Про чашечки было слишком жестоко, ты вместе с ними мне практически сердце разбила.

Конечно, за что еще вампир согласится сражаться или хотя бы напрягаться? За эльфийский фарфор, разумеется, не за людей же, правда?

— Ну так что, ты прилетишь? — с надеждой спросила я.

— Ненавижу летать в начале лета, — пожаловался Дамьен. — Ночи самые короткие.

Точно! Вампиры сильны, но есть нюанс…

— Где находится твой лагерь с пленными? — от услышанного я едва в ладоши не захлопала и радостно посмотрела на Грега, как-то странно за мной наблюдавшего. Призрак даже не летал вокруг, а напряженно замер напротив меня.

— Мы отступаем к крепости Монгейт, скорее всего, будем там через пару дней, — и уйдем в глухую оборону…

— Я найду тебя, Лара. До встречи.

И почему подобные слова всегда звучат от бывшего шефа, как угроза?

На этом связь оборвалась.

— Грег! Он согласился! — возликовала я.

— Очень хорошо, а теперь медленно садись на землю.

— Зачем?

В реальность я возвращалась не сразу, чувства постепенно включались заново, и странный привкус во рту я ощутила спустя несколько мгновений. Как и пришедшее на смену эмоциональному подъему головокружение.

— С вампирами и вживую не стоит долго общаться, — ворчал закруживший возле меня Грег. — А такую связь поддерживать еще сложнее. Ты лететь-то сейчас сможешь?

— Не уверена, — честно призналась я. Меня ноги-то с трудом держали, какие там крылья?

Больше всего хотелось лечь и нет, не умереть, конечно, но просто полежать, свернувшись калачиком, и чтобы никто не трогал.

— Позади тебя крыльцо, посиди немного, — подсказал Грег. — И козырек большой, не напечет.

И пусть на этот раз призрак не стал развивать мысль, четкое продолжение про дурную голову я прекрасно уловила.

9. Служебный роман

— Эй, ты что здесь делаешь? — кто-то теребил меня за плечо.

Я сонно разлепила веки, пытаясь проморгаться и осознать произошедшее. Ничего себе «посидела на крылечке»! Матушка уже клонилась к самой земле, совсем чуть-чуть — и окончательно стемнеет. И что мне, спрашивается, делать? Неужели Грег не мог разбудить пораньше?

И хуже всего то, что надо мной нависал давешний адъютант, недоуменно хлопая глазами.

— Я здесь сижу, — глубокомысленно ответила на ранее заданный вопрос. Хотелось еще добавить «и сплю», но это показалось уже слишком шокирующим.

— На моем крыльце? — Кажется, мой новый знакомый или незнакомый, его имени я ведь так и не услышала, не понимал, как реагировать на происходящее.

Я же точно знала, что надо делать уверенное лицо и утверждать, что так и задумано. Поэтому вскакивать не спешила.

— Замечательное крыльцо. Удобное, — похвалила я, мысленно жалея, что никто не удосужился повесить табличку, кого сюда поселили.

— Если ты пришла извиниться… — На этом мои глаза, должно быть, увеличились вдвое. По ощущениям, так точно. — …то я не придаю серьезного значения рабочим моментам. — Спокойствие. Грег прав, я планировала тренировать терпение и выдержку. — И, к слову, романов на службе тоже не завожу, — многозначительно добавил этот…

— Чего?! — взвилась я, подскочив с крыльца и почувствовав резкое головокружение. По счастью, стена оказалась под рукой, а то бы еще, чего доброго, рухнула в объятия одного не в меру наглого типа. Потом бы точно не объяснилась.

Жаль только, что все мое спокойствие пошло умертвиям в зад. Нет, ну это же надо додуматься?!

— С тобой все хорошо? — поинтересовался адъютант.

— Со мной-то да, а вот у тебя, наверное, проблемы. Откуда вообще такие мысли? Какие еще романы?!

— Если ты сидела и дожидалась меня с полудня на крыльце, значит, у тебя был веский повод, — построил логическую цепочку адъютант, я же закрыла ладонями лицо и застонала.

Вот это самомнение! Даже я завидую!

— Да как я могла узнать, что ты здесь живешь?

— У любого встречного спросить, все знают, куда меня определили, — пожал плечами наглец.

Нет, здесь объяснять что-либо бесполезно.

— Я даже не знаю, как тебя зовут! И вообще уже ухожу! Но на всякий случай: я сидела здесь просто так, понимаешь? Просто так! Уж точно не ждала тебя. Не принимай все на свой счет. И да, извиняться тоже не планировала. — Вот в какие только ситуации мне попадать не доводилось — и в страшные, и в опасные, но чтобы в такие дурацкие!

Правда, сказать в моем случае было легче, чем сделать. Слабость не собиралась отпускать так сразу, и я обреченно подумала, что сегодня опять весь день не ела, а магии потратила прилично. К тому же ночь на носу…

Лара, соберись! А то этот тип решит, что ты не хочешь уходить, поскольку сражена его неземной харизмой и обаянием.

Так что я осторожно, по стеночке пошла вперед, лишь бы убраться отсюда подальше. Стоило узнать, где здесь можно поесть, но и это я спрошу у кого-нибудь другого. Раз здесь все всё знают.

— Эй, курьер! — донеслось мне вслед. — Ты точно в порядке?

— Поесть бы… — пропел тоненьким голоском Грег. Я едва не задохнулась от возмущения! Да что эта нежить себе позволяет! Покараю! Развоплощу!

— Тогда заходи, а то на общий ужин ты все равно опоздала.

Я, не до конца веря в приглашение, обернулась. Адъютант уже распахнул дверь и ждал.

Вообще, я планировала сказать, что пошутила. Ну не объяснять же про своевольного призрака, вечно лезущего, когда не надо? Но новость о прошедшем общем ужине как-то поумерила мой пыл. Да и тогда я бы точно выглядела в его глазах полной идиоткой.

— А как же служебные романы? — не сдержалась я.

— Заходи уже. — Кажется, кое-кто тоже не отличался терпением.

Жилье адъютанта оказалось значительно проще, чем у командующего, которому, разумеется, выделили один из лучших домов. Вся мебель была надежно сколоченная и непритязательная. Никаких цветов-салфеточек, вместо тюля — обычные ситцевые занавески.

— Я — Рэм, — коротко представился адъютант, отодвигая для меня табурет в единственной комнате, служившей всем и сразу.

— Лара, — ответила я.

Табурет оказался разноногим и качался во все стороны. Стол грубо обтесанный, но вроде чистый. Узкая кровать. Лавка, на которой лежал неразобранный походный заплечный мешок, и печь.

Рэм — вот и познакомились — устало сбросил куртку и расстегнул верхнюю пуговичку рубашки, стянул завязку с волос, пару раз расчесав их пятерней, и едва заметно помассировал голову — болела, наверное.

— А почему ты не с командующим живешь? Должен же кто-то денно и нощно ему помогать.

— А ты думаешь, я у него один? — усмехнулся Рэм, ставя передо мной две банки домашнего варенья и разворачивая рядом на салфетке большой ломоть хлеба.

— И откуда такая роскошь? — Я покрутила ближайшую баночку в руке и прочитала накарябанное карандашом на клочке бумаги: — Земляника?

— Мама с собой дала, — немного смущенно признался Рэм.

Кажется, что вместе с форменной курткой он сбросил с себя и образ важного адъютанта, и изрядно прилагающейся к нему спеси.

— У тебя замечательная мама, — одобрила я. — А если она тебе еще и кофе в дорогу положила, то нам точно не избежать служебного романа.

На это Рэм только рассмеялся, ловко отрезав несколько ровных кусков хлеба.

— За кофе я бы и сам с кем угодно роман закрутил, но увы, — развел он руками. — Могу чай с укрепляющими травами заварить.

— Давай чай, — согласилась я, уже жуя бутерброд.

Мага-стихийника видно сразу. Рэм не стал разводить огонь, просто обхватил ладонями старенький закоптившийся чайник, и спустя несколько секунд послышалось характерное бульканье.

— Откуда ты знакома с командующим? — с любопытством спросил адъютант, щедро засыпая травяной сбор в кружки и заливая его кипятком. — Признаться, я был очень удивлен, когда он согласился тебя принять. К магистру тяжело попасть даже высшим чинам.

— О, это долгая история, — решила напустить тумана я.

— Так мы и не спешим, — пожал плечами Рэм. — Ты же все равно до утра не улетишь.

— Ты меня уже и на ночь оставить готов? — удивилась я. — Точно не собираешься заводить со мной…

— Точно, — не стал дослушивать парень. Кажется, он уже и сам пожалел, что сказал мне о служебном романе. — Не выгонять же тебя в ночь, раз уж ты весь день дожидалась меня на крыльце.

А он не промах, языкастый. Наверное, других в адъютанты и не берут.

— И что же ты, бедный, целый день отбиваешь Рихарда Конарда от назойливых посетителей?

— Ты же видела, какая к нему очередь, — пожал плечами Рэм. — А моя главная задача — не пускать к нему кого не следует. Правда, магистр принимает не один, у него еще несколько помощников. Но из курьеров ты точно первая, кого он принял лично.

И снова он впился в меня заинтересованным взглядом.

— Я особенный курьер, — гордо ответила я, осторожно цедя кипяток из кружки.

— Особенно наглый?

— Кто бы говорил! Такого надменного типа еще поискать!

— У меня работа такая, — не согласился Рэм. — А вообще я очень вежливый, как видишь. — Я только усмехнулась на данное заявление. — К тому же до тебя к нему человек десять пыталось проскочить всеми правдами и неправдами. А парочка и кулаки в ход пустила. Где же мне столько вежливости на всех набрать? — пожаловался адъютант. — Или, к примеру, кто-то недоволен решением магистра, но ему этого в лицо не скажешь, а на меня сорваться — так это за милую душу.

— Ну и работенка у тебя… — Я по-другому взглянула на парня. — Я б не выдержала.

Причем уже на первом же наглом посетителе. Мне много не надо.

От пришедшего на браслет вызова я едва не выронила бутерброд, руна переговорника засветилась, а сам браслет плотно обхватил мое запястье. Да, тут захочешь — не пропустишь сообщение. Уже нельзя сказать, как с прошлым: я не почувствовала…

— Лара, ты где? — прозвучало в голове голосом Джаса.

— В ставке командования, а что? — Вдруг в мое отсутствие что-то случилось с Льюисом?

— Почему не предупредила, что не вернешься? — Вопрос был справедливый, но…

— А должна? — Ответить иначе я просто не могла.

— Вообще-то да. — Кажется, Джас был зол.

— Завтра утром буду, — нехотя пообещала я. — Сегодня прилететь не получилось.

Как же трудно объясняться с Джастином! Нелегко перестроиться так сразу после стольких лет вражды.

— Ты в порядке?

— В полном. Еще приказания будут?

— На этом все. Мы отступаем к назначенной точке быстрее, чем планировали. Корректируй свой курс, ладно? — Его эмоции дорисовывало мое воображение, и, кажется, оно слишком переборщило с заботой в голосе.

— Ты меня еще летать поучи!

— Рад, что с тобой все хорошо.

На этом Джастин связь оборвал.

— Только не говори, что это был твой командир? — оторопело спросил Рэм.

— Учись, как надо с начальством, чтоб не расслаблялось, — подмигнула я и вернулась к бутерброду.

— Неудивительно, что магистр согласился тебя принять, — улыбнулся парень. — С тобой спорить себе дороже.

— Да ладно, я добрая. — Не объяснять же, что я обычно не настолько вспыльчивая, это исключительно на Джастина у меня такая реакция.

И то в последнее время мы почти не ругаемся.

— В таком случае я перестелю тебе кровать, а сам посплю на лавке, — рассудил Рэм и принялся готовить себе ночлег. — Удобства, если что, на улице. И умывальник там же.

Я же с трудом удержалась от вопроса, он что, всерьез рассматривал вариант положить на лавку меня?

— Рэм, — уже укладываясь под одеяло, я повернулась к внезапному соседу. — Что говорит командование? Эта война надолго?

— Будем надеяться, что да, — адъютант пытался устроиться на лавке поудобнее, — иначе получается, что Ровена захватит нас быстро.

— Все настолько плохо?

— Они накопили огромное количество преимуществ. Заклинания, артефакты, переговорники, которые мы не используем, а они продолжают. Ты сама видела, сколько курьеров прошло буквально за полчаса. А за день их бывает больше сотни. Координировать войска сложнее. Ровена же будто опережает нас во всем на шаг.

— Звучит так себе, — прокомментировала я.

— На деле еще хуже. Давай спать. У меня завтра будет новый поток людей и куча донесений, которые придется сортировать по степени важности, и все такое прочее.

Пожелать после этого «спокойной ночи» у меня не получилось.

Утром Рэм поднял меня с рассветом, не сказать чтобы я выспалась или прямо уж так отдохнула, но лететь могла. А после завтрака, оказавшегося не в пример вкуснее нашего — ставка командования, как же! — была вполне готова к подвигам.

— Спасибо за варенье, — поблагодарила я вновь собранного и застегнутого на все пуговицы адъютанта.

— Держи, на память. — Одна непочатая банка клубничного и уже неплохо распробованное мною земляничное перекочевали в мою сумку. Не отказываться же, правда?

— Рэм, передай командующему, что у меня получилось, — попросила я.

— Что именно? — нахмурился парень.

— Он поймет. А об остальном я доложу потом сама.

К счастью, Рэм спешил и больше вопросов не задавал. Да и мне пора было возвращаться.

За какие-то сутки линия фронта сдвинулась так, что я забрала глубоко на север, дабы не попасть под огонь. Уже на подлете с тыла почувствовала, где сейчас наши некроманты. И приземлившись, сделала по инерции несколько шагов.

— С возвращением, — поприветствовал меня Джастин, не оборачиваясь, и я невольно вгляделась в его затылок в поисках глаз. Но потом заметила стоявшего поодаль зомби, как раз контролирующего происходящее вокруг.

— Где нужна моя помощь?

Войска отступали медленно, и это было именно отступление, а не бегство. Некроманты вновь расположились далеко от основных действий, и все же находились в самой гуще. Именно нежить сдерживала лавинный натиск Ровены, позволяя людям отходить.

— Думаю, сегодня мы будем использовать тебя по назначению. — На губах Джаса мелькнула улыбка. — Лети на север, к нашему командующему, и узнай, где стоит усилить заслон. Также предупреди, что вражеские войска начинают перегруппировываться, готовят удар с запада — там у нас сейчас меньше всего магов. Вернешься с ответом.

— Лечу.

Здесь было не до споров и препирательств. Впервые от меня зависели жизни людей. Столько жизней. И этот груз тяжело лег на плечи.

За день я сделала бесчисленное количество перелетов туда-обратно не только к некромантам, но и к боевикам, к целителям, в обычные немагические войска, обратно к командующему. Где-то помогала нейтрализовывать чужую нежить. Где-то вытаскивала раненых, где-то закрывала щитами людей, спасая от магических атак.

К вечеру все события смешались в один сумасшедший калейдоскоп. Единственное, что более-менее внятно выделялось, — крепость Монгейт, куда доставили раненых и где разместили основные силы. Она стояла на крупной и полноводной реке, мосты через которую уже были уничтожены на много дней пути отсюда. За крепостью раскинулся огромный лагерь беженцев из людей, согнанных с насиженных мест и оплакивающих сожженные дома.

Среди солдат уже шли разговоры, что следом за войной придет голод. Юг был самым урожайным и хлебоносным регионом Вилара. Теперь он отчасти захвачен, отчасти пуст — люди, боясь дальнейшего отступления армии, бежали от войны дальше, на север, бросая едва взошедшие посевы.

Я брела вдоль крепостной стены и слушала тех, кому не нашлось места внутри. Лететь не хотелось, впервые в жизни я понимала, что налеталась так, что от одной мысли о том, чтобы подняться в воздух, становилось дурно. А ведь мне случалось летать и побольше…

— Привет. — Я заглянула в палатку, где разместили красноглазых пленных. Стояла она за пределами крепости, разумеется, внутри и не всем обычным солдатам место нашлось. Некроманты со своей нежитью традиционно находились в стороне.

— Здорово. — Даффин внешне почти не отличался от своих подопечных.

— Как они? — Оба бывших курьера мало изменились, разве что выглядели еще более потрепанными.

— Без особых изменений. Клетку зомби перетаскивали и пару раз уронили, если что, — пояснил Даф. — Выпустить и отправить их шагать самостоятельно я, как ты понимаешь, не мог.

— Понимаю, — кивнула я. — Спасибо, что заботишься о них.

— Да ладно, — махнул рукой парень. — Пойдем, о себе позаботимся, что ли…

Льюис даже не шелохнулся, когда я подошла и коснулась сквозь прутья его руки.

«Продержись», — мысленно попросила я.

Очень надеюсь, что Дамьен не станет затягивать с визитом к нам. И что летает он быстро.

На раздаче я столкнулась с Джастином.

— Держи, — капитан передал мне взятую для себя миску и стакан, сам же вернулся за другими.

— Успешно слетала? — спросил он, возвращаясь от полевой кухни с новой порцией.

— Думаю, да. Разрешение, пусть и неофициальное, получено, как и согласие Дамьена хотя бы прилететь.

— Хорошо. И, Лара…

— Буду предупреждать, если задерживаюсь или что-то идет не по плану, — пообещала я, не дожидаясь отповеди.

— Я не про это, — усмехнулся наш капитан. — Но предупреждать тоже будет не лишним. Завтра начнем возводить дополнительные укрепления, понадобится твоя помощь как некроманта. Людям требуется передышка.

— Некроманты на все руки, — вздохнула я. — Правда, от меня пользы мало. Я могу только одним зомби управлять, и то в идеале находясь внутри него.

— Значит, потренируешься, — принял решение Джас, залпом допивая чай. — К тому же, помнится, у тебя были неплохие задатки в управлении большим количеством нежити.

— Ну ты сравнил! — вспомнила я про момент, стоивший мне учебы. — Там всего-то простая команда. А здесь у каждого будет своя задача.

— Это только кажется, — не согласился Джас. — А на деле разница не такая уж серьезная. Завтра покажу.

— Договорились.

Я уже встала, чтобы отнести посуду и отправиться спать, и только теперь заметила, какая тишина повисла у костра. Все глазели на нас и слушали, разве что уши не развернув поудобнее. Да, мирная беседа Лары и Джастина — это что-то новенькое.

На следующее утро картина у крепостной стены открылась не для слабонервных. Несколько десятков не самых свежих и уже изрядно помятых зомби трудились едва ли не в поте лица, если бы могли потеть, конечно. Одни вкапывали колья, другие таскали наверх огненные заряды, третьи делали насыпи и укрепления.

Поручать нежити что-то серьезное вроде обтесывания бревен, разумеется, никто не стал — они скорее ногу себе отрубят, все же координация у них сохраняется посредственная. Я бы зомби и смолу в ведре доверять побоялась. Но Джастин уверенно эксплуатировал неживой труд.

Три моих зомби копошились недалеко от меня, периодически падая, ломая что-нибудь и сталкиваясь друг с другом. Вообще, сначала их было двое, но Джас, решив, что мне слишком просто работается, подкинул еще одного. К тому же пригрозил, что к вечеру их будет уже пятеро.

Поначалу мой мозг взрывался, но потом худо-бедно научился разделять изображения и звуки, не наслаивая их друг на друга.

Позади, через реку, стояли ровенцы, и я затылком чувствовала их обжигающе-злые взгляды. Зомби, трудившиеся на благо Вилара, были некогда солдатами из их армии, своих мы, ясное дело, не использовали. Во-первых, профессиональная этика. Во-вторых, это подрывает боевой дух.

А вот работающие зомби в светло-коричневом, напротив, радовали взгляды наших бойцов.

— Давай еще одного передам, — предложил Джас, заметив, что с тремя я управляюсь.

Сам он тоже активно участвовал в работе едва ли не наравне с зомби. Делал то, с чем неживые пальцы уже не справятся. И разделся по пояс — день выдался жаркий, я сама с сожалением поглядывала в сторону речи, понимая, что путь туда заказан. Наша магическая защита заканчивалась аккурат у кромки воды, даже пальчики не помочить.

Я вновь вернулась взглядом к Джастину — шрамов на нем хватало. Могу поспорить, что большинство из них — моя работа. Мог бы и свести.

— Слушай, я тут подумала, — уже на этих словах Джас закатил глаза. — За утро туда-сюда с десяток курьеров пролетело. Возможно, там я нужнее?

— Это обычные курьеры.

— И что?

— А ты у нас числишься «по особым поручениям». Держи зомби и делай насыпь.

— Спасибо за особое поручение! — выкрикнула ему в спину, перехватывая нить управления. Четвертая картинка вторглась в мой мозг, сбив три предыдущих, новые звуки вызвали неприятную какофонию. Я сглотнула подступившую тошноту.

Ничего! Все справляются, и я справлюсь!

10. Призрачный шанс

После наступления темноты у костра, ставшего нашей традицией, собрались почти все. Знакомые и не очень некроманты кивнули в знак приветствия, стоило мне подойти с кружкой в руках. Даффин и Джастин тут же подвинулись, освобождая место. Асмур, чьих зомби я видела едва ли не в десяти разных местах, ушел отсыпаться.

Ровенцы тоже не теряли времени даром и что-то готовили на своем берегу. Так что наша передышка временная. Лагерь беженцев, только вчера стоявший позади Монгейта, успел исчезнуть. Люди уходили дальше на север, не веря, что мы удержим крепость.

Плюс еще потери окончательно подсчитали, цифра оказалась настолько удручающей, словно мы уже проиграли. К тому же среди пропавших числилось с полсотни магов, так что нам, вероятнее всего, снова придется встретиться с товарищами, чьи глаза будут красными, и убить практически своих.

Все было совсем не весело, и даже редко звучавшие шутки не вызывали ни у кого особого отклика.

Среди некромантов мы не досчитались восьмерых.

Краем глаза я уловила какое-то движение сверху. Судя по тому, как напряглись остальные — не я одна. Все начали прясть пальцами, набирая заклинания, я же, кажется, догадывалась, кто пожаловал к нам на огонек.

Он приземлился чуть в стороне от костра, так, чтобы стало видно силуэт, но не разглядеть всего остального.

— Это еще кто? — проговорил Даф поднимаясь.

Красные глаза — единственное, что было отчетливо заметно в темноте.

— Ужас, летящий на крыльях ночи, — усмехнулась я, хлопнув однокурсника по плечу и выйдя вперед. — Добро пожаловать, Дамьен, как долетел?

Вампир подошел ближе, и его крылья медленно исчезали, эффектно растворяясь во тьме. Они чем-то напоминали мои нынешние, только покрытые множеством мелких и не очень шипов. Артефакт отлично уловил и передал суть хозяина.

— Главное, что долетел, — улыбнулся бывший шеф, так открыто, что если кто из присутствующих вдруг сомневался, то теперь уж точно был уверен в нашем ночном госте. — Показывай, где там ваши якобы упыри.

— Доброй ночи, — Джастин подошел к нам и встал, чуть оттеснив меня от вампира. — Я Джастин Хейс, капитан отряда некро…

— Лара, это тот самый? — не дослушал Дамьен.

— Ага, — подтвердила я. — Тот самый…

— Хочешь, я его убью? — просто предложил вампир.

Джас заметно напрягся, но, надо отдать ему должное, не дрогнул и даже не отошел подальше.

— Не надо, — вздохнула я, отказываясь от столь соблазнительного предложения. — У нас временное перемирие.

— Жаль, на войне списывать людей особенно удобно. — Острые клыки мелькнули в хитрой улыбке. — Так вы мне собираетесь показывать тех, ради кого я сюда прилетел? Или ты хочешь со мной еще о чем-то поболтать? — Дамьен посмотрел на Джастина, чуть наклонив голову к плечу.

— Идем, — я решительно поманила вампира в сторону нужной палатки, пока наш капитан чего-нибудь не выкинул. Я же слышу, как он разве что зубами не скрипит. — А почему ты так уверен, что это не ваших рук дело?

— Потому что я в курсе всех дел Ночного клана, — сухо ответил Дамьен. — И могу заявить, что вампирское сообщество здесь ни при чем.

— Ну да, вампиры всегда ни при чем, — послышалось бормотание от шедшего позади Джастина.

— Может, все-таки убить? Мне как раз не помешает восстановить силы после полета… — вслух проговорил бывший шеф, как бы размышляя. И Джастин наконец понял и немного подотстал.

— Расскажи мне о них все, что знаешь, — попросил Дамьен, пока мы шли.

Очень коротко я обрисовала первую встречу, а затем и вторую — с Льюисом. А текущее состояние захваченных магов Дамьен вот-вот увидит сам.

Мы подошли к палатке и, миновав защитный контур — все лучше, чем оставлять здесь дежурных, — прошли внутрь.

Там, в клетке, слишком тесной для двоих, безучастно сидели наши пленные.

Вампир, только что довольно улыбавшийся и очевидно настроенный в пух и прах разнести все наши подозрения, разом посерьезнел, стоило ему лишь взглянуть на них.

Он медленно приблизился и присел возле клетки.

— Отоприте решетки, мне нужен физический контакт, — велел он, и Джас тут же вскинулся.

— Открывай, Даф, — опередила я Джастина, готового возразить. — Дамьен именно для этого сюда и прилетел.

Даффин вопросительно посмотрел на капитана, и тот нехотя кивнул в ответ.

Стоило решетчатой дверке распахнуться, как оба пленника вылезли и встали перед вампиром, словно ожидая приказов. А нам приходилось их буквально вытаскивать…

— Ну, что скажешь? — сгорая от нетерпения, полюбопытствовала я. — Только скажи что-нибудь хорошее, ладно?

Хоть бы их еще можно было спасти!

— Лара, помолчи. Не усложняй мою и без того непростую задачу, — попросил вампир.

Он держал самого первого пленника за виски, пристально и не мигая глядя ему в глаза. Это все длилось, длилось и длилось, и уже начало казаться, будто никогда не закончится. В итоге я пропустила момент, когда Дамьен оторвал взгляд от мага и отвернулся. Выглядел он при этом так, будто постарел на пару десятков лет.

Куда-то исчезла юношеская легкость в движениях и жестах, лицо вампира заострилось, приняв откровенно пугающее выражение, вены потемнели и вздулись. Клыки чуть удлинились и выглядывали из-под верхней губы.

Прямо скажем, такому Дамьену хотелось не вопросы задавать, а бежать от него из палатки прочь, да подальше.

Краем глаза я заметила, что Джас и Даффин начали набирать заклинания в руку. Вампир тоже заметил и хищно улыбнулся.

— Мне нужно немного прийти в себя, — пояснил он и повернулся к Дафу. — И кстати, стандартное упокоение на меня не подействует. Я не нежить.

Даффин фыркнул, как кот, но одно заклинание с указательного пальца сбросил и демонстративно заменил чем-то другим.

Неплохо. Считается, что определить точно, какие есть заклинания в заготовках, невозможно. Как мало мы знаем о вампирах.

Дамьен немного отдышался, вернув себе если не прежний цветущий вид, то хотя бы убрал клыки.

— Ну что ж, признаю, это сделал вампир. Ни один человек не способен… — Дамьен осекся, потом мотнул головой, — на подобное, — закончил он. — Сначала я подумал, что кто-то хотел создать себе слугу-упыря, просто не выполнил все условия, но, судя по второму экземпляру, неизвестный мне вампир действовал осознанно. В них есть различия, скорее всего, их создатель экспериментирует и ищет оптимальный вариант. По твоему рассказу, — Дамьен обернулся ко мне, — они не убивали людей, думаю, это нечто вроде проверки — смогут ли выполнять любые приказы и останавливаться. Обычная нежить, включая упырей, не способна так хорошо контролировать жажду убийства. Упырь, почувствовав кровь, не сдержался бы.

— Что именно произошло с людьми? Вы сможете вернуть их к жизни? — принялся задавать вопросы Джастин.

— Вот этого, — Дамьен указал на первого пленника, — вернуть уже точно нельзя. Некого возвращать. Его личность и сознание исчезли, осталась пустая оболочка. Во втором же еще что-то теплится, я чувствую его угасающее сознание. Но возможно ли ему помочь — не знаю. Если бы у вас имелась какая-то вещь, содержащая его частицу, можно было бы попробовать, а так, — вампир развел руками.

— Как якорь? — предположила я, вспомнив, как Грега удерживали его артефакты невидимости.

— Вроде того.

— А крылья бы подошли?

— Крылья сродняются с носителем, они точно подойдут.

Вот только крылья улетели вместе с Эдрианом…

— Вы не ответили, что именно с ними произошло. — Джастина куда больше интересовало именно это. Для него два курьера не были столь важны и значимы. Особенно в свете потерь, которые мы несли ежедневно.

— И не отвечу. — Вампир посмотрел ему прямо в глаза, и я заметила, как Джас сглотнул. Ну да, выдерживать красный взгляд Дамьена очень нелегко, понимаю. И это он еще свое вампирское очарование в ход не пустил! — Во-первых, всех тонкостей я и сам до конца не понял. Во-вторых, этот процесс слишком похож на создание упырей и обращение в вампира, а значит, является секретом Ночного клана.

— Это важно, — попробовал спорить Джастин, но осекся и отступил.

Да, с шефом всегда было тяжело спорить. Особенно сейчас, когда он выглядел не юным мальчиком, а опасным и старым существом.

— Дамьен, ты сказал, что первому уже не помочь, — напомнила я.

— Он пуст, — подтвердил вампир. — Тело продолжит существовать… еще какое-то время. Но долго без сознания оно не продержится.

— А второму, Льюису, значит, еще помочь можно, так? — Мне было страшно услышать обратное или прямой отказ. Ведь Дамьен не обязан, да и широтой души никогда не отличался.

Вампир вновь обратил свое внимание на Льюиса, сейчас мало похожего на того мужчину, которого я знала и помнила.

— Можно приостановить процесс, вернее, немного закрепить его сознание в теле, — после очередной долгой паузы ответил он. — Процесс разрушения замедлится, но потом он все равно исчезнет. Даже если мы выудим его личность, тело тоже серьезно изменено.

— И ничего сделать нельзя? — мне не хотелось верить, что Льюиса невозможно спасти.

Неужели и во второй раз я позволю ему умереть?!

— Имаго, — Дамьен развернулся и поднял Льюиса за подбородок. — Промежуточное состояние. Не думаю, что он сможет стать человеком, невозможно обратить жизнь вспять и сделать старика младенцем. Но его можно подтолкнуть вперед.

— В смысле? — То ли ночь, война и общая усталость на мне сказываются. То ли вампир говорит нечто странное и, судя по нахмуренным лицам остальных, совершенно непонятное.

— Попробовать сделать из него вампира, — закончил мысль Дамьен.

— Но из взрослого человека не получится вампир! Ты же сам говорил!

— Из мага можно, — нехотя признал Дамьен. — Но шанс, что получится, действительно невелик. Создать вампира на физическом уровне — половина дела, гораздо сложнее перестроиться ментально. Принять ночную жизнь, жажду крови, научиться ее контролировать. Этому учат с детства, воспитывают, готовят. Ты бы смогла вонзить в человека клыки и сделать хотя бы один глоток горячей соленой крови? — Я передернулась от отвращения, представив себе картину. — Именно об этом я и говорю, — подтвердил вампир.

— Но если Льюис не сможет? — Его характер плохо вязался с клыкастыми хищниками, лишь внешне похожими на людей. Дамьен прав, отличия между нами куда глубже, чем кажется на первый взгляд.

— А что мы теряем? Он и так почти мертв, и если не получится… — Эту мысль, к счастью, вампир заканчивать не стал.

— Так давай попробуем! — Действительно, Льюис и без того почти мертв, а быть вампиром, судя по Дамьену, не так уж и плохо. Всяко лучше, чем умереть таким изощренным способом.

— На обращение нужно разрешение клана — раз. Второе — сначала надо пробудить его сознание, используя близкую и дорогую вещь или человека. Третье — я в любом случае не гарантирую, что из него получится вампир, а не упырь.

— Тогда хотя бы останови процесс!

— Хотя бы? — Вампир поднял бровь, и я поняла, что немного увлеклась с приказами.

— Пожалуйста, Дамьен, ты же такой сильный и могущественный, ну чего тебе стоит? — попробовала подлизаться я, подходя ближе и заглядывая в красные глаза.

— Чего мне стоит? — поднял вторую бровь вампир. — Прорвы магии как минимум.

— Готова поделиться резервом, — щедро предложила я, пусть и терпеть не могла этого делать. Очень неприятные ощущения!

— А кровью? — Вампир резко оказался вплотную ко мне, обняв за талию.

— Может, обойдемся магией? — попробовала отвертеться и отодвинуться я.

Дамьен насмешливо посмотрел на меня, а потом повернулся чуть в сторону. Оказывается, возле меня уже стояли Джастин и Даффин. И какими бы грозными они ни выглядели, что-то мне подсказывало, что эти двое вампиру на один зуб, вернее клык.

— Должна будешь, — проговорил вампир, наклонившись слишком близко, вроде шепотом, но чтобы все услышали. И в довершение заправил мне выбившийся из хвоста локон за ухо. Глаза его при этом отчетливо смеялись, и сам Дамьен, похоже, откровенно наслаждался ситуацией.

— Подождите, Лара ничего вам не должна, — попробовал вступиться за меня Джас. — И ты не давай таких обещаний.

Джастин заступается за меня. Вампир соглашается помочь. Наверное, завтра снег выпадет, а то и еще чего похуже случится.

— Лара, угомони своего бывшего, — попросил Дамьен и бросил предупреждающий взгляд на Джастина. — Пока этого не сделал я.

— Джастин, не лезь, будь добр, — передала я просьбу нашему капитану, словно он сам ее не слышал.

Надеюсь, и витающую в воздухе угрозу Джастин уловил. Я, конечно, не видела, чтобы шеф на людей бросался, но все бывает в первый раз.

С Льюисом вампир возился еще дольше. Лезть ему под руку я не стала, молча стоя в сторонке, дождалась, пока все закончится. И когда курьер вернулся в клетку и прикрыл глаза, совсем не удивилась. Кажется, теперь он будет еще незаметнее, чем раньше.

— Это поддержит его на какое-то время, — прокомментировал вампир, вытаскивая из своего уха сережку-гвоздик и с нажимом вставляя в непроколотую мочку Льюиса. — Но советую не затягивать с поиском дорогой для него вещи. Я же попробую получить разрешение клана на обращение. Самому интересно, получится или нет.

— А со вторым что делать? — хмуро спросил Даф, отвечавший за наших пленников.

Погруженный в крепкий глубокий сон Льюис сразу стал выглядеть лучше. Лицо, напоминавшее маску, расслабилось и приняло умиротворенное выражение. На несколько недель о нем можно забыть. Хотя нет, нельзя. Нужно добыть вещь, способную помочь ему вернуться. Иначе все окажется напрасным.

— Убейте, — просто ответил вампир, словно речь шла об испортившейся или ненужной вещи. — Можете, кстати, отдать его мне. Я тут немного поиздержался, пока их исследовал и помогал второму. Мне не помешает восстановить силы кровью.

Я с ужасом посмотрела на Джастина, ожидая его решения. Тот же колебался, отчетливо понимая, что держать такого пленника живым глупо и негуманно. Но взять и отдать вампиру тоже рука не поднималась. И надеюсь, не поднималась из жалости, а не из-за его рачительности — вдруг этот пленник нам самим еще пригодится.

— Он все равно вам не нужен, это всего лишь пустая оболочка, не человек больше, — речь вампира лилась рекой, подхватывая нас, словно щепки, и унося за собой по течению. Я почувствовала уже знакомый звон и легкость в голове. Все-таки обратился к своим способностям!

— Почему не нужен? — Внезапная мысль оказалась настолько яркой и пронзительной, что позволила разом сбросить вампирское очарование. — Нам очень даже нужна, как ты выразился, пустая оболочка!

— И зачем? — поинтересовался Дамьен, разве что не облизываясь. Он явно уже считал пленника своим поздним ужином.

— У меня есть кандидат на вакантное тело! Грег!

Призрак, кажется, сам немного обалдевший от моего предложения, появился посреди палатки.

— Как тебе? — я кивнула на пленника.

— Честно говоря — не особо, — Грег облетел бывшего курьера по кругу. — Я при жизни посимпатичнее был.

— Ничего, отмоешь, причешешь — и будет отличное тело. Сейчас-то у тебя и такого нет.

— Лара, — Джастин тоже отмер, а за ним и Даффин, уставившийся на меня во все глаза, — что ты несешь?

— Мы попробуем приживить в него Грега.

— Это, во-первых, запрещено, во-вторых, — невозможно.

— Если бы это было невозможно, то и запрещать бы не стали, — резонно возразила я.

— Как ты себе это представляешь? — Мой бывший просто не знал, что я однажды уже совершила невозможное и тоже с Грегом. Так что нам не впервой.

— Я представляю это себе так: ты, побывавший возле грани, поможешь мне направить призрака в тело и зафиксировать его. — Джас уже рот открыл для возражений, так что я заговорила быстрее, не желая слушать. А то вдруг он в кои-то веки скажет нечто разумное, и я передумаю. В таких ситуациях действовать стоит быстро, пока запал не иссяк. — Даф отлично работает с телами и материей — у меня есть мысль, как провернуть закрепление Грега внутри.

Придется пожертвовать браслетом невидимости, ну да ладно.

— А Дамьен, как непревзойденный менталист, распространит и приживит сознание Грега в теле. Как вам? Здорово я придумала, да?

— Ты сколько нарушений магических постулатов насчитал? — обратился Даффин к Джастину. — Я четыре. По одному на первых двух этапах, а на менталистике целых два. Но в теории…

— Это нарушение закона. Дальше можно не обсуждать, — Джас сложил руки на груди и широко расставил ноги, показывая, что костьми ляжет, но не согласится и нам не позволит.

— Я смотрю, ты стал таким законопослушным! Никогда бы не подумала!

— Это называется — повзрослел.

— Ой ли? — В глазах Джаса заклубилась зелень, а я вспомнила, что хотела тренировать выдержку и учиться не нарываться. Отличная возможность, надо ловить момент. — Мы ведь ничего не нарушаем. Во всех запретах на подобные ритуалы речь шла об умерщвлении. Здесь же человек и так фактически мертв.

— Слова вампира не являются для меня истиной в последней инстанции, — заявил Джастин, хотя я бы на его месте дважды подумала, прежде чем говорить подобное.

И реакция самого вампира не заставила себя ждать.

— Я помогу, — неожиданно согласился Дамьен. — Но тогда кровь точно будет с тебя. И не надо так на меня смотреть, — улыбнулся этот коварный тип. — И заклинания тоже уберите. Мне не хватит сил на то, о чем ты просишь. Хочешь помощи — заплати за нее. Или могу взять кровь второго.

— Нет! — Отдать Льюиса я тоже не могла, он и без того неважно выглядел. К тому же это как-то нечестно, что за мою прихоть должен расплачиваться кто-то другой. — Я согласна.

— Лара… — застонал Джастин, закрыв ладонями лицо, и столько эмоций в одном слове.

— Смотри, ты уже согласилась. — Краснота в глазах вампира потемнела и стала цвета спелой вишни. На мгновение я почувствовала, что готова отдать ему не только свою кровь, но и всю себя.

— Джастин, Лара права, — неожиданно поддержал меня Даффин, наваждение тут же спало, а я недовольно посмотрела на бессовестного вампира. — Я наблюдаю за пленным уже не первый день, и его состояние все хуже, он сдает буквально на глазах. Думаю, он и без нашей помощи в ближайшие дни отойдет в лучшие миры. Но тогда это будет напрасная смерть. Призрак же дорог Ларе и полезен, если я правильно понял.

— Очень полезен, — подтвердила я, надеясь, что Грег не зазнается вконец.

— Подождите, — подал голос призрак, — может, если он в таком плохом состоянии, то не стоит меня в него переселять? Найдем кого-нибудь получше и посвежее…

— Грег! — возмущенно одернула я его. — Имей совесть! К тому же в живого мы тебя не вселим — это, действительно, нарушение закона, и не одного. А мертвое тело, даже если оно мертво всего пару секунд, можно только поднять. Это будет умертвие.

— Живого человека мы из него все равно не получим, — гнул свою линию Джастин. — А создание подобной нежити относится к разряду запрещенных ритуалов.

— Если у нас в итоге получится нежить, я лично ее упокою, — приняла решение я. — Но Грег не может вечно существовать в виде призрака. А шанс, что мы сумеем захватить целым и относительно невредимым другого такого мага, не слишком высок.

К тому же этого хотя бы здесь никто не знал, а новым вполне мог оказаться кто-то из знакомых, с кем мы только недавно сражались плечом к плечу… И объясняй потом резкую смену его поведения.

— Лара, учти, что бы вы там ни решили, ты уже пообещала мне кровь, — напомнил вампир.

Я только цыкнула — обложили со всех сторон.

— Я бы попробовал, — посмотрел на нашего капитана Даффин. — Когда еще выпадет такой шанс?

— Ты обещал мне помогать, помнишь? — наседала я на Джастина. — Поклялся даже. Так давай, выполняй данное слово.

— Клялся я не об этом, — сквозь зубы процедил Джас. — И у нас все равно ничего не получится.

— Тем более, — легко согласилась я. — И чего ты теряешь?

— Лично меня разжалуют, если о нашем ночном приключении станет известно, — заметил Джас. Но уже явно согласился. — Для начала озвучь, как вообще ты себе представляешь вселение. И не в общих чертах, а нормально. Как ты закрепишь душу в теле, после того как я заключу призрака в пустую оболочку?

— Ты ведь не повторную привязку имеешь в виду? — уточнил на всякий случай Даф.

Висевший все это время Грег только и успевал крутить головой от одного к другому.

— Нет, — помотала головой я. — Смотрите. Они с браслетом единое целое. Придется вживить браслет в тело, прямо в руку.

— Не просто вживить, а вплести заложенную в нем магию в ауру человека, сделав как бы новым органом, — поправил меня призрак, тоже наверняка просчитывающий, как все наилучшим образом провернуть.

— Здесь бы нам не помешал целитель, работающий с магами и с повреждением аур, — прикинул Даффин.

— Нет, обойдемся собственными силами, — отрезала я. Чем меньше людей об этом узнает — тем лучше.

— Не обойдемся, — хмуро проговорил Джас, — нам понадобится прорва магии. Плюс если надо вживлять браслет в тело, то пригодится Асмур. Он еще в академии экспериментировал в слиянии живого с неживым.

— А кстати! — оживился Даффин. — Ас вставлял кристаллы-накопители в зомби, чтобы сделать их сильнее и долговечнее. И у него получалось!

— Разбудишь его, — скорее попросил, чем приказал Дафу Джастин.

— Подожди. — Мне было как-то страшно выпускать их из поля зрения. А вдруг они сейчас приведут сюда подмогу и сорвут весь наш гениальный план?

— Не беспокойся, Лара, — разгадал мои мысли Джастин. — Если бы мы хотели тебе помешать, то куда проще было бы сразу отказаться или саботировать сам ритуал.

— А ведь и правда… — с подозрением протянула я. — То-то ты так легко согласился.

— Тебе придется или поверить нам, или делать все самой, — пожал плечами Джастин и сел на землю, подобрав под себя ноги. — Мне твоя идея больше нравиться не начала, если что.

— Ну так что, идти будить Аса или нет? — поинтересовался Даф, стоя у занавески. Кажется, ему самому уже не терпелось приступить к ритуалу.

— Иди, — решилась я, придя к выводу, что сама точно не справлюсь.

Придется рискнуть.

11. Новый друг

Развернувшись от еще трепыхающейся занавески, я тут же наткнулась на взгляд вампира, полный алого предвкушения.

— Дамьен, — запоздало спохватилась я. — А Грег тоже станет вампиром?

Не хотелось бы, если честно. С другой стороны, вампир лучше, чем призрак.

— Не станет, — одними губами улыбнулся бывший шеф, поняв мои опасения. — На физическом уровне ритуал не завершен. Думаю, это будет иметь свои последствия, возможно, глаза навсегда останутся красными и излишне чувствительными к свету, но клыки у него точно не вырастут, и жажда крови не появится. А на ментальном уровне там вообще другая личность, которая никаким воздействиям не подвергалась.

Грег опять с сомнением покосился на свою будущую физическую оболочку.

— Но, если что, уверен, получить для него разрешение Ночного клана на обращение будет не проблема, — продолжил Дамьен, а призрак на всякий случай подальше от него отлетел.

— Нет, давайте как-нибудь без этого, — попросил он. — Я, конечно, человек без предубеждений, но хотел бы остаться им и дальше. Человеком, в смысле.

— Для начала тебе бы не стать нежитью, — проворчал Джастин. — Нам понадобится чертеж, чтобы распределить магические потоки и заключить призрака в тело.

— Ну так действуй, — широким жестом разрешила я.

Джас со вздохом привстал на корточки и принялся подготавливать поверхность. Трава на земляном полу тут же истлела, а после и застыла, ровным и гладким слоем обозначив место будущего ритуала.

— А мы приступим к нашей части плана, — напомнил вампир, все это время не сводивший с меня взгляда.

Мне, как и всегда, досталось все самое «лучшее». Но тут уж не отвертишься.

— Цени, что я ради тебя делаю, — подняв указательный палец вверх, обратилась к Грегу. Не уверена, правда, что он проникся.

— Лара, ты совершаешь ошибку, — попробовал достучаться до моего разума Джастин. Наивный, и не такие пытались.

— А ты не лезь не в свое дело, — насмешливо ответил за меня Дамьен. — Может, отойдем подальше, чтобы нам никто не мешал? — промурлыкал вампир мне в ухо.

И я уже почти сказала «да».

— Она никуда не пойдет! — снова влез Джас. — Лара!

— Кусай уж, — не выдержала, оттягивая ворот рубашки и подставляя шею.

Дамьен медленно прошелся пальцем по плечу, задел ключицы, нащупал трепещущую жилку пульса, потом наклонился и с наслаждением втянул мой запах. Я же невольно вспомнила, что с банными процедурами на войне все довольно сложно, день сегодня выдался жарким и насыщенным, а искупаться мне так и не удалось. Странно, что вампира это не смущало. Или он не такой привередливый, как я думала?

— Это так соблазнительно, — проговорил он, отступая на шаг. — Но впредь, если хочешь жить, никогда не подставляй вампиру шею.

И уже без лишних слов взял мою руку, ловко расстегнул пуговичку на манжете и вонзил клыки в запястье.

Я с шумом втянула воздух. Поговаривали, что делиться с вампиром кровью едва ли не приятно. Чувствую, это все происки и агитационная кампания Ночного клана. Ничего приятного в том, что тебе прокалывают вены на запястье острыми клыками, а затем начинают тянуть из них кровь, нет.

Не скажу, конечно, что так уж больно, терпимо, но второй раз подобные процедуры проходить не хотелось бы.

Дамьен насытился быстро, хотя отрывался с видимым трудом. Что самое примечательное, пил вампир аккуратно, не проронив ни капли. И после быстро достал чистый платок из кармана и собственноручно туго перевязал мне запястье.

— Если кровь продолжит идти — обратись к целителям, — посоветовал Дамьен, внимательно глядя на меня. — Но вообще наши укусы заживают хорошо.

Джастин недовольно поглядывал на нас, но чертеж потихоньку намечался. Грег вился над ним, буквально фонтанируя идеями и советами. К тому же артефактор, разумеется, лучше умел работать с чертежами и схемами. Не привыкший к подобному поведению нежити и без того не самый радостный Джастин зверел буквально на глазах.

— Кто так резко обрывает один поток, да еще при спайке нескольких заклинаний? — подлетел с очередным замечанием призрак.

— Ну извините! Я как бы не спец по запрещенным ритуалам, — огрызнулся Джастин.

— Да, от тебя всегда было мало пользы, — мимоходом заметила я и тут же наткнулась на взбешенный взгляд Джаса. — Прости, это я по привычке. Ты очень полезный. Черти, не отвлекайся.

Кажется, Джастину много чего хотелось мне сказать, но тут полог в палатку откинулся и внутрь зашли всклокоченный со сна Асмур и приведший его Даффин.

— Ого! — Ас подошел к нам, осторожно переступая через линии чертежа. — Признаться, я до последнего думал, что Даф меня разыгрывает!

— Если бы, — сердито отозвался Джастин, в очередной раз перечерчивающий забракованные Грегом линии.

Нашу идею Асмур выслушал внимательно и, к моему облегчению, отказываться от участия не стал. Напротив, сразу попросил браслет.

— Необычная привязка, — покрутил он артефакт. — Я такую раньше не встречал.

Ас посмотрел на меня, наверное, ожидая пояснений.

— Сама не знаю, как так вышло, — развела руками я.

Не объяснять же, что я перепривязала Грега, совершив невозможное, по мнению магической науки. Да и не факт, что поверят.

Ни один из присутствующих некромантов не стал допытываться, скорее всего, списав нестандартную привязку на мою неопытность. А вот усмешка Дамьена от меня не укрылась. Вампир действительно видел и понимал куда больше людей.

— Какое назначение у артефакта? — продолжил Асмур.

— Невидимость, — тут мне скрывать было нечего, к тому же это легко проверялось.

Парень удивленно поднял брови.

— Это интересно… Если мы вживим браслет по твоему плану, сделав частью тела, то и его свойства передадутся человеку.

— Как это? — заволновался Грег, оставив в покое Джастина и подлетев к Асмуру.

— Он будет невидимый? — не поверила я.

— Нет, конечно, — рассмеялся Ас. — Но как-то точно отразится. Я в зомби закладывал защитные артефакты, они создавали пассивную или активную защиту, в зависимости от типа заклинания. А как отразится невидимость — не скажу. Но очистить браслет от заклинания, не нарушив привязку, все равно не получится. Так что увидим, что из этого в итоге выйдет.

Грег страдальчески посмотрел на меня.

— Ничего не знаю, — ответила я на его невысказанный упрек в издевательствах над безответной нежитью. — Сам такой артефакт создал.

— Впредь будешь работать над артефактами здоровья, долголетия или мужской силы, — хохотнул Даффин.

— Тоже мне остряк, — надулся Грег и вернулся к Джастину, как раз закончившему чертить.

Схему эту мои бывшие однокурсники еще десять раз перепроверили, внеся в своей части изменения. Я же стояла в сторонке, вспоминая, что всегда работала безо всяких чертежей и использовала подручные средства. А тут у каждого личный ритуальный кинжал, подогнанный по руке.

Бывшего курьера положили в центр, зажгли самые настоящие некромантские свечи, нашедшиеся у запасливого Асмура. Грега зафиксировали сверху, так что призрак и пошевелиться не мог.

— Я начинаю. — Глаза Джастина светились некромантской зеленью.

Грег медленно опускался вниз, пока целиком не скрылся в теле мужчины.

— Он внутри, заключен, но не уверен, что надолго. Связь с Ларой и браслетом тянет его назад. — Джас откинул со взмокшего лба налипшие волосы.

Наша с Даффином магия активно подпитывала чертеж, не позволяя призраку выбраться, пока Асмур возился с браслетом. Его решено было крепить на левой руке, и металлический ободок плотно обхватил запястье, а затем вошел прямо в кожу, став частью руки. Да, с плотью Ас работать умел.

Вампир, стоявший до этого в стороне, наклонился и с силой обхватил голову курьера. Ментальная магия ударила хлыстом по нервам, заставив нас дернуться. Мы с Дафом, вынужденные находиться ближе всех и поддерживать схему, с трудом держались на своих местах, борясь с желанием отползти подальше по примеру Асмура и Джастина.

А потом все прекратилось, и мы синхронно выдохнули.

— Получилось? — подался вперед Асмур.

Я тоже замерла в ожидании. Тело лежало без движения с уставившимися вверх открытыми глазами. Но вот зрачки чуть сдвинулись, а за ними повернулась и голова. Человек неловко сел, заваливаясь то на один бок, то на другой. После нашел точку равновесия и поднял свои руки, с удивлением разглядывая их.

— Грег? — позвала я, чувствуя совершенно дикое волнение.

— Лара? — ответил он чужим голосом, более высоким, чем обычно говорил с нами. И тут же замер, прислушавшись к себе. — Я живой?

— Живой, — подтвердил Асмур, во все глаза разглядывая человека. — Он точно не нежить.

— Разбирайтесь дальше сами, я задерживаться не могу. Ночи слишком короткие, а у меня, благодаря вам, образовалось много дел. — Дамьен, убедившись, что Грег прочно занял тело, легко встал и пошел к выходу. — Лара, — обернулся он, — будь осторожнее.

Такое напутствие лично мне звучало подозрительно.

— Спасибо тебе! — поблагодарила я, понимая, что одного «спасибо» слишком мало за то, что он сделал.

Но Дамьен только подмигнул и вышел, а я уловила отголоски знакомой магии — вампир активировал артефакт полета.

— Как ты себя чувствуешь? — вернула я внимание к бывшему призраку.

— Непонятно. Но мне определенно не мешает помыться. — Грег приподнял руку, понюхал свою подмышку и поморщился.

— Он управляет телом, — с благоговейным трепетом прошептал Даф. — И не зависит от воли создателя…

Второе стоило проверить и убедиться в том, что связь между мной и Грегом исчезла. Она и после перепривязки к браслету и без того была весьма условная, но все же. Потому что я по-прежнему его ощущала, но уже не как призрака. Между нами будто появилось нечто новое. Но говорить об этом при всех определенно не следовало.

— Лара, я снова человек! — Грег, пошатываясь, поднялся, протянул подрагивающие руки и обхватил мою голову. — Я все ощущаю! — продолжал восторгаться он, потрогав мои волосы, затем спустившись на плечи, затем ниже…

— Ты что творишь! — шлепнула я наглеца по одной из разгулявшихся конечностей.

— Прости, увлекся. — Грег потряс ушибленной кистью, а затем потер ее другой рукой. — И боль чувствую! Ну-ка, ударь меня еще!

— Хочешь, я тебя ударю? — предложил Джастин, который, несмотря на явный и безусловный положительный результат нашей затеи, довольным не выглядел.

— Ладно, с этим потом еще поэкспериментируем. — Обретший плоть призрак никак не мог поверить в собственное счастье.

— На сегодня все, — командным тоном распорядился Джас. — Убираем следы ритуала и расходимся. Нам всем нужно завтра быть в форме.

Асмур и Даффин деловито принялись стирать чертеж и собирать остатки магии. Грег же с наслаждением вытянулся и потянулся.

— Я ужасно затекший, — посетовал он, начав разминаться и крутить руками.

А выйдя из палатки, полной грудью вдохнул влажный ночной воздух.

— Уже и забыл, каково это — дышать, — с блаженной улыбкой пробормотал Грег. — И комар меня пытается укусить!

— Может, еще на одну ночку в клетке оставить? — наклонился ко мне Даффин, то и дело поглядывающий на Грега. — Пусть бы в себя пришел.

— Я в клетку не пойду! — услышал Грег.

— А куда ты пойдешь? — с насмешкой спросил Даф.

— К Ларе, конечно, куда же еще? — Грег уверенно шагнул ко мне, а до меня дошла страшная истина, что кое-кто слишком привык быть со мной всегда и везде.

— Даф, посели его куда-нибудь, — устало попросил Джастин.

— Опять Даф, — вздохнул здоровяк. — Ну пойдем, найдем тебе местечко.

Он обхватил Грега за плечи и повел в жилую часть лагеря.

— Этот Грег точно безобиден? — провожая их взглядом, спросил наш капитан.

— Джас, расслабься, — посоветовал ему Асмур. — У нас все получилось, представляешь! Когда закончится война, об этом стоит написать научный труд!

— Я бы не предавал такое огласке, — не согласился Джастин.

— Эм… — Я поняла, что должна им что-то сказать. — Спасибо, в общем. Вы нам очень помогли.

— Не за что, — отмахнулся Джастин. — Спокойной ночи.

На этом наш капитан ушел.

— Лара, мне бы его как-нибудь изучить, — шепотом попросил Ас. — Не сейчас, но после войны, ладно?

— Грег теперь самостоятельная личность, я не могу за него решать, — напомнила парню я. К тому же в словах Джастина о том, что лучше бы нам об этом не распространяться, что-то было.

— Понимаю, но буду надеяться, — кивнул Асмур. — Спокойной ночи.

— Спокойной, — пожелала в ответ я и направилась в свою палатку.

Без браслета рука ощущалась непривычно легко, а вот без Грега, которого я всегда могла призвать в любой момент, обсудить важные дела, сомнения, просто поныть и пожаловаться, было тяжело и грустно. Понимание, что такого друга, пусть местами занудного, местами наглого и упертого, у меня не будет уже никогда, отдавало горечью.

И все же я улыбнулась, вспомнив первую реакцию Грега на пробуждение, его шок и неверие.

Остается надеяться, что с этим телом ему повезет больше, чем с прежним.

Утро началось неожиданно.

— Лара, — позвал меня незнакомый голос. — Подъем!

— Что? А-а-а-а! — Мой рот тут же закрыли ладонью, глаза с красными зрачками возмущенно округлились.

Происходящее постепенно обретало смысл.

— Лапы прочь от девочки, упырь! — Магистр Объятто спросонья не растерялась. Она отбросила одеяло в сторону, без стеснения демонстрируя с трудом сдерживаемые бельем формы, и почти мгновенно создала сразу несколько боевых заклинаний.

Неплохо! Надо бы у нее поучиться!

— Эмм… — Грег, а это был именно он, немного ошалел от открывшегося вида.

Впрочем, тут и куда более подготовленный противник был бы полностью деморализован.

— Лара, в сторону! — скомандовала магистр.

Ох, кажется, Грега вот-вот прикончат во второй раз!

— Подождите, магистр! — крикнула я, отведя ослабевшую под натиском такой женщины конечность друга. — Все в порядке!

— Для тебя я Дора, — отмахнулась свободной от заклинаний левой рукой она. — И ничего не в порядке: пленник выбрался из клетки! Я им займусь, а ты к Джасу: вдруг и второй где-то поблизости?

— Я больше не пленник! — наконец обрел дар речи Грег.

— Да, мы тут смогли вернуть его к жизни, — подтвердила я.

— Правда? — заинтересовалась Дора, совсем позабыв, что она в неглиже.

Грег тщетно пытался отвести взгляд, но его воли не хватало, и я понимала друга. В глаза магистру было сложно смотреть даже мне, чего уж взять с него, мужчины, только-только обретшего тело?

— Хм… — Дора небрежным жестом сбросила заклинания и пригляделась к Грегу. — А ведь и правда. Живой. И как это вы смогли?

— Это, скорее, случайность и стечение обстоятельств. Второй по-прежнему в клетке.

— Ну ладно… — протянула она, накинув себе на плечи одеяло на манер плаща. — Но учти, это не повод так вламываться в женскую палатку!

— Я извиняюсь, — ответил Грег без капли раскаяния. В его голосе скорее чувствовалось сожаление, что магистр вспомнила про одеяло.

— Тогда пошел вон, — совершенно беззлобно сказала Дора и ткнула пухленьким пальчиком в сторону выхода.

Грег кивнул и покорно вышел.

— Подозрительный он какой-то, — прокомментировала магистр. — И чего ему от тебя надо с утра пораньше, интересно?

— Может, извиниться хотел? — предположила я, натягивая форму. — Он же напал на меня, когда под воздействием был.

— И не мог дождаться, пока ты встанешь? — не приняла версию женщина. — Нужно будет за ним приглядеть…

Я пожала плечами, пусть приглядывает, почему нет? Просто Грег слишком привык к бестелесному существованию и ко мне. Теперь ему придется подстраиваться под новые реалии.

Грег ошивался неподалеку от палатки.

— Слушай, а ты хорошо успела познакомиться с этой Дорой? Признаюсь, я впечатлился, — с ходу начал он, стоило мне подойти, а я невольно закатила глаза.

— Нет, знаю только, что она преподаватель из академии, но я до ее предмета не доучилась.

— Магистр, значит… Как думаешь, у меня есть шанс? — потер гладко выбритый подбородок друг.

Я осмотрела его, причесанного, умытого и одетого во все свежее. Светло-русые волосы чуть отросли, его бы подстричь, а то ни туда ни сюда. Рост выше среднего, выше Джастина точно, впрочем, Джас и Асмур были невысокими, а вот на фоне здоровяка Дафа нынешний Грег выглядел достаточно скромно. Зато у него оказались правильные и приятные черты лица: высокий лоб, прямой нос, чуть широкий в крыльях, но не до такой степени, чтобы зваться шнобелем. Выпирающие под кожей скулы — столько дней нормально не питался — и волевой подбородок делали лицо рельефным и каким-то острым, ему бы точно не помешало немного наесть щеки. Да и не только щеки, если присмотреться к щуплой фигуре.

Но в целом очень даже ничего, не считая красных зрачков, которые со временем могут прийти в норму. Или не прийти. Только незнакомый голос выбивал из колеи и буквально резал уши. Почему-то голос мне оказалось принять сложнее новой внешности.

— Шанс есть, — сделала вывод я. — Правда, Доре на вид чуть за тридцать, а тебе в этом теле лет двадцать семь — двадцать восемь, не больше.

— Это же только на вид, — не согласился Грег. — Жизненный опыт у меня очень богатый.

— С этим не поспоришь: твой жизненный опыт включает в себя даже смерть! Немногие могут таким похвастаться!

— Да ну тебя, — надулся Грег.

— Наоборот, — ткнула я его локтем. — Дора Объятто — некромантка, так что ты ее точно сможешь зацепить. Представляешь историю: а вот когда я был призраком…

— И правда, — воспрянул духом Грег. — Надо будет подумать, как сгладить утреннее недоразумение. Как считаешь, если я нарву ей букет полевых цветов — это не слишком простенько?

— Ого! — я по-новому посмотрела на друга. — Сразу цветы?

— Во-первых, здесь особо не разгуляешься с подарками. А во-вторых, я теперь знаю ценность жизни и не собираюсь терять время попусту.

— Поддерживаю. — И хлопнула его по плечу. — Думаю, магистр обрадуется полевому букету, она дама чувственная и наверняка романтичная. А потом ты — артефактор, сможешь сделать ей что-нибудь поинтереснее.

— С артефактами сложнее, — снова скис Грег. — Магия вроде есть, но отзывается неохотно.

— Слушай, не все сразу, — начала утешать я его.

— Вот вы где! — К нам вылетел из-за палаток запыхавшийся Асмур и нагнулся, упираясь руками в колени и переводя дух.

— Ас? — Когда самый сдержанный человек в компании прибегает настолько обеспокоенным, невольно становится не по себе.

— К нам скоро прибудет верховный командующий армии. И он уже предупредил, что желает увидеть наших красноглазых пленных. Обоих.

Мы с Грегом синхронно сглотнули. В целом Рихард Конард был неплохим и адекватным человеком. Но проверять, насколько он готов закрыть глаза на все наши эксперименты, не хотелось.

— В клетку не вернусь! — попятился Грег.

— Для начала вернемся в ту палатку. — Подставить Дафа и Джастина тоже нельзя.

Так что я схватила друга за руку и потащила к выделенной под пленников палатке. Букет полевых цветов для магистра немного откладывался.

12. Предложение

В палатке нашлись Даффин и Джастин. Еще Льюис, разумеется, куда он денется из клетки? А Грег так и остался у входа, готовый в любой момент выскочить прочь, но не дать посадить себя за решетку.

— Как самочувствие? — поинтересовался у него Джас, очень внимательно вглядываясь.

— Замечательно, — буркнул Грег. — Словно заново родился.

— Я не уверен, что об этом стоит кому-то рассказывать, — продолжая смотреть на него, проговорил Джастин и протянул лист с магическим оттиском букв — мы такой делали, когда договор поставки нужно было на бумагу перенести. — Держи и изучай.

Грег бочком подошел к нему, взял листок и вернулся на исходную.

— Это что? — поинтересовался он, пробежавшись глазами по строчкам.

— Твоя краткая биография. Прикинешься тем курьером, Итаном Баурсом, подробности не помнишь, если спросят. Думаю, амнезия в такой ситуации — вещь нормальная.

— А если я не смогу управлять артефактом полета? Это же не у каждого получается, — с сомнением спросил друг.

— Частичная утрата способностей тоже вполне объяснима.

— А как я ожил?

— Вампир помог, тут других вариантов нет, — пожал плечами Джастин.

— Странно звучит, да? — улыбнулся Асмур. — Вампир помог… это прям как «горячий снег», «сухая вода», «холодный огонь».

— У тебя есть идеи получше? — повернулся к нему наш капитан.

— Нет, я поддерживаю твою версию, — примирительно поднял руки Ас.

— Тогда пока расходимся, — скомандовал Джас. — И еще: предлагаю палатку перенести в другое место, мы, конечно, все зачистили, но мало ли.

На том и порешили.

Грег ходил и заучивал свою новую дату рождения, ему действительно оказалось двадцать семь — десять лет скинул. Родился на севере в предгорьях, отучился и поступил на службу в доставку «Мантикора». Что примечательно, родственники у него имелись, причем довольно близкие. Семья у Итана оказалась большая: родители, братья, сестра, племянники и племянницы. И что с таким свалившимся на него счастьем делать, Грег не представлял. Сказать людям, что он занял чужое тело, — совсем не вариант. Объявить Итана Баурса погибшим нельзя. Приехать к родным и прикинуться Итаном… возможно, на радостях они смогут списать возникшие странности на плен и амнезию, но потом неизбежно начнутся вопросы.

Но эти проблемы нам только предстоит решать. Пока же стоит начать с насущного.

Верховный командующий армией, магистр Рихард Конард прибыл ближе к обеду. Прошелся по крепости, лично проверив ее готовность к обороне, осмотрел все заградительные сооружения и укрепления за стенами, дал какие-то дополнительные поручения.

И направился к нам.

Палатку мы перенесли, так что в новом месте ничто не напоминало о нашем ночном приключении.

Грег стоял собранный, как перед экзаменом (листочек-шпаргалка только усиливал ассоциацию), и по-прежнему предпочитал держаться от клеток подальше.

— Зря ты разрекламировала магистру наших красноглазых, — сокрушался Даф. — Вот придет он, а один спит, другой ожил. Нечем нам его порадовать.

— Главное, чтобы он не огорчился, — справедливо заметил Асмур.

Джастин в числе командиров сопровождал командующего и лично откинул для него полог, впуская в палатку.

— Подождите меня снаружи, — попросил Рихард Конард остальных и шагнул к нам. — Приветствую некромантов.

Мы поклонились в ответ.

— А почему пленник только один? — с ходу спросил он о главном. — Где второй?

— Вот второй, магистр, — Джастин спокойно указал на Грега.

Верховный командующий с интересом осмотрел «второго».

— А почему он вне клетки? Вам удалось ему помочь?

— Скорее вампиру, — принялся излагать утвержденную версию Джас. — Он прилетал и подтвердил, что люди подверглись изменению, и виноват в этом действительно кто-то из ночных. Но причастность всего клана отрицает.

— Значит, все-таки вампир… — задумчиво проговорил Рихард Конард. — Это очень плохие новости, капитан, но я рад, что мы узнали их сейчас. И рад за вас, курьер, с возвращением.

Командующий протянул руку Грегу, и тот, слегка замешкавшись, пожал ее. Рукопожатие затянулось, и разжимал ладонь магистр как-то не спеша.

— Покажите вторую руку, курьер, — приказной тон не оставлял пространства для маневра.

Грер сглотнул и посмотрел на меня, и я едва заметно кивнула в ответ. Уверена, Рихард Конард уже сам обо всем догадался. Любые подтверждения не более чем формальности.

Так что Грег вытянул левую руку, на которой под рукавом поблескивал ободок браслета, заменившего часть кожи.

— Оставьте нас, — приказал командующий и прошелся по палатке, повернувшись к нам спиной.

— Магистр, — Джастин не спешил уходить. — Позвольте остаться и кое-что пояснить…

— Не позволю, капитан. Вы свободны.

Джас чуть помедлил, поклонился и вышел вместе с Дафом и Асмуром, то и дело бросая на меня обеспокоенные взгляды.

Мы с Грегом переглянулись. Все так плохо?

Интересно, если Грега прикажут уничтожить, получится ли опять вернуть его в качестве призрака? Такое вообще кто-то пытался проворачивать?

— Итак, — командующий оглядел нас. — Я правильно понимаю, что это Грег в чужом теле?

— Да, магистр, — я покаянно опустила голову.

— Но он при этом не нежить, — продолжил Рихард Конард.

— Да, нам удалось полностью слить его призрачное сознание и энергию с телом мага.

— Каким образом? Рассказывайте все подробно и без утайки, — потребовал магистр, сурово глядя на нас.

— Вы в курсе ситуации с курьером, это первый, которого нам удалось захватить, — осторожно начала я. — И когда прилетел вампир, Дамьен, он сказал, что от него осталась только пустая оболочка. Поэтому мы никого не убивали!

— Верю, — усмехнулся Рихард Конард. — Это слишком нагло даже для вас.

— И я провела ритуал. Одна! — Губы командующего растянулись в насмешливой улыбке.

— Сделаю вид, что поверил, — кивнул он. — Или вампир вам тоже помогал?

— Он обеспечил ментальную часть. — Ментальной магией я не владела совсем. Если остальное чисто гипотетически еще могла как-то провернуть, то тут уж глупо завираться.

— В каких вы отношениях? — просто спросил магистр, а я уронила на пол челюсть.

— С кем?!

— С Дамьеном. Он прилетел по вашей просьбе и даже помог. Если бы я не был уверен, то решил бы, что мы говорим о разных существах.

— Он мой бывший шеф. И все!

— Но вам помогает вампир, что несвойственно для их вида, — заметил командующий.

— Сама в шоке, если честно, — призналась я. — Может, ему было интересно, получится или нет?

— Любопытный стопятидесятилетний вампир — это забавно, — улыбнулся Рихард Конард. — Но думаю, дело не в нем.

— А в ком? — Вариант, что Дамьен настолько проникся ко мне теплыми чувствами, выглядел еще более абсурдным.

— Кто твоя мать, Лара? Ты знакома с ней?

— Понятия не имею. Отец никогда о ней не рассказывал.

Я же не сильно интересовалась женщиной, продавшей своего ребенка.

— А надо бы узнать, — задумчиво и скорее для себя проговорил магистр.

Меня куда больше интересовал другой вопрос.

— Что вы будете делать с Грегом? — Обретший тело призрак стоял молча и выглядел напряженно. Не представляю, как он сейчас себя чувствует.

— А что с ним делать? — удивился командующий. — Грег вполне жив, не убивать же его теперь? Как у тебя со способностями?

— Возвращаются потихоньку, — проговорил бывший призрак, и я вновь напряглась от незнакомого голоса. — Не знаю, что за магия была у моего предшественника и как она на меня повлияет, но я снова стану артефактором. Возможно, не таким сильным, как раньше…

— Для артефактора главное — голова и руки, — отмахнулся магистр. — А они теперь у тебя есть. И я боюсь, Лара, мне придется вас разлучить.

— Как? — У меня сердце замерло. — Вы заберете Грега?

— Заберу. Он нам нужен, — подтвердил Рихард Конард. — Да не бойся ты! Ничего с ним не сделаю, за кого ты меня принимаешь? — возмутился командующий.

— И когда заберете? — без особого воодушевления спросил Грег.

— Прямо сейчас. — Рихард Конард указал ему рукой на выход, куда Грег и поплелся.

Букет полевых цветов продолжал откладываться.

Когда мы вышли из палатки, то я сразу наткнулась на взволнованные лица соучастников и легонько кивнула им, что можно успокоиться. Рэм, угощавший меня малиновым вареньем, стоял тут же.

— Это наш новичок, включить его в состав штаба, — бросил ему верховный командующий. Больше времени он нам посвятить не мог.

— Имя, — тут же попросил Рэм.

— Г… — Грег запнулся, — Итан Баурс, — упавшим голосом представился он.

— Это лучше Пацуфия, — напомнила я, желая хоть немного взбодрить друга.

— Если смотреть с такой точки зрения… Лара, — развернулся ко мне Грег. — Мы ведь друзья?

— Да, — осторожно признала я, догадываясь, что за подобным вопросом обязательно что-то последует.

— И я ведь тебя столько раз выручал, не так ли? — продолжал ходить вокруг да около друг.

— Предположим, я тебя тоже выручила неплохо, — не осталась в долгу я.

— У меня плевая просьба! — заверил Грег. — Нарви цветов для Доры, скажешь, что я передал, ладно?

— Мне, конечно, не сложно, но не будет ли такая посылка выглядеть странно?

— Ничего странного, ты же курьер, — безапелляционно заявил этот друг. — Я же вас, женщин, знаю: сразу не извинишься — понадумаете себе всего.

— Если я передам магистру цветы, она тоже понадумает, — решила предупредить на всякий случай.

— Так ты и передай, что я с самыми серьезными намерениями, — поверг меня в еще больший шок Грег.

— Ладно, разберусь. — Пыл Грега немного пугал, с другой стороны, он, кажется, всерьез решил наверстать все упущенные возможности, почему бы не попытаться. Что мне, цветы нарвать для хорошего дела сложно?

— Идем, — Рэм тронул Грега за рукав. — Лара, у тебя все в порядке?

— Да, а что? — удивилась вопросу я.

Приятно, конечно, что все за меня так беспокоятся, но и настораживает.

— Тут твои товарищи места себе не находили, — пояснил Рэм, оглядываясь и проверяя, не далеко ли ушел командующий.

— Очень меня любят, — покосилась на Джаса я. — У нас со времен академии сложились самые теплые и дружеские отношения.

Наш капитан картинно закатил глаза.

— Повезло тебе с друзьями! Если что — заходи, — пригласил на прощание Рэм и поспешил за своим начальством.

Грега уже взяли в оборот, и тот активно что-то обсуждал с кем-то из помощников командующего, неловко жестикулируя. Видно было, что габариты тела ему пока непривычны, а то, как часто он натыкался на предметы и людей, еще красноречивее указывало на его недавнюю нематериальность. И все же интересно, на чем мы прокололись?

Надо было спросить…

— Все прошло нормально? Твоего друга не развоплотят? — спросил Джастин, когда все лишние люди уши.

— Да, — подтвердила я. — Кажется, нам это ничем не грозит. И как он только так быстро догадался?

— Браслета на тебе не было, — усмехнулся Асмур. — Ты ведь его даже на ночь не снимала, а тут вдруг нет. Рука у тебя тонкая, браслет хорошо и под одеждой просматривался. Зато неожиданно ожил один из пленных.

Я потерла запястье, не ощутив на нем привычного ободка из металла. Да, надо было что-то придумать, а то мы слишком озаботились маскировкой Грега и кое-что упустили.

— Ты невероятно везучая, — проговорил Джас, едва заметно выдохнув.

— Да уж, победительница по жизни, — иронично подтвердила я. — С семьей повезло, в академии была просто сказка, а жених достался и вовсе мечта!

— И все же я не изменю свое мнение. Кстати, у нашего командующего имеется для тебя несколько поручений. Он внутри крепости, думаю, ты найдешь.

— Сориентируюсь, — подтвердила я. — Джас, — я обернулась, — а не могут наши зомби, пока я у командующего, цветов нарвать?

Брови Джастина удивленно поползли вверх.

— Могут, но я не уверен, что они сохранили способность отличать цветы от обычной травы, поэтому, если тебе принципиально…

Кажется, капитан что-то прикидывал в голове, я же только усмехнулась. Конечно не принципиально, принести букет цветов или пучок сена — какая разница?

— Нет так нет, — решила я и отправилась в крепость.

Найти нашего командующего в крепости оказалось куда сложнее, чем я полагала. Людей здесь было предостаточно, народ постоянно прибывал, где кто разместился — пока запомнить не успели. Так что поиск затянулся, и к магистру Лейду я пришла порядком набегавшаяся туда-сюда по этажам и не в лучшем расположении духа.

— Добрый день, магистр-командующий, — я заглянула в небольшую отведенную ему комнату. — Вызывали?

— Давно еще, — магистр Лейд хмуро посмотрел на меня, — что-то ты не быстро, курьер.

— Обстоятельства непреодолимой силы, — не стала вдаваться в подробности я, оскорбленная до глубины души. — А так я очень быстрая.

— Вот и проверим, — недовольно протянул магистр. — Четыре послания, надо разнести за сегодня.

Мне передали запечатанные пухлые конверты с адресами, и даже беглый взгляд показывал, что задача нетривиальная.

Впрочем, «сегодня» — понятие растяжимое.

— Будет сделано! — Я убрала конверты в сумку. — Я свободна?

— Да, и это, курьер, — остановил меня командующий, — если что-то пойдет не так, документы нужно уничтожить. Как закончишь — отчитаешься.

— Понятно, — кивнула я и вышла, в уме уже прикидывая самый оптимальный маршрут.

Как здорово снова вернуться к привычному занятию.

Обратно я прилетела только поздней ночью в абсолютной темноте — к ночи стало облачно и прохладно. Все письма касались снабжения армии, которую нужно кормить и обеспечивать боеприпасами и целительскими принадлежностями. Все это находилось в разных местах, по которым мне и пришлось помотаться. К тому же координаты оказались не совсем точными, потому что обозы имеют неприятное свойство двигаться.

Так что возвращалась я уставшая, злая и голодная, очень рассчитывая сдать задание, передать ответные послания и отправиться на поиски съестного, а затем на заслуженный отдых.

Командующий выслушал мой короткий доклад и что-то пометил в своих бумагах.

— Магистр Конард просил тебя зайти, — «обрадовал» меня наш командующий, когда я уже представляла себе горячую тарелку чего-нибудь съестного. Чего угодно. Можно даже и не горячего.

— Зачем? — вырвалось у меня.

Судя по взгляду магистра Лейда, он был невысокого мнения о моих умственных способностях.

— Вот и узнаешь, — все-таки ответил он, то ли не желая посвящать меня в детали, то ли и сам не знал.

— А где его искать? — вспомнила я, уже открывая дверь.

Сил опять бегать по всем лестницам большой крепости у меня не осталось. Но, видимо, мой командующий считал, что курьер должен обладать нечеловеческой интуицией или уметь находить всех по запаху, не иначе.

— Западное крыло, второй этаж, — не самый информативный ответ, но все лучше, чем ничего.

В итоге я наткнулась на Рэма, возвращавшегося к себе, но вызвавшегося меня проводить.

— Если хочешь, могу тебя подождать, — предложил он, подводя меня к нужной двери, у которой дежурил военный в форме.

— Если ты потом организуешь мне что-то посущественнее чая с бутербродами, то я согласна. — Я и на бутерброды согласна, но все же предпочитаю ставить планку повыше.

— Постараюсь, — пообещал Рэм, устало прислонившись к противоположной стене и приготовившись меня ждать.

После стука и приглушенного ответа «входите», я отворила дверь и зашла к верховному командующему армии.

Он стоял, оперевшись руками о стол и разглядывал карту с разложенными на ней разноцветными фишками.

— А, Лара, проходи, — проговорил магистр-командующий, лишь на секунду подняв взгляд. — Ты владеешь иллюзиями?

— Плохо, — честно призналась я. — Только самое простенькое создать могу.

— Какая девушка на курсе иллюзий в академии не экспериментирует со своей внешностью, — по-доброму улыбнулся Рихард Конард, все же переключая внимание на меня. — Сможешь сделать себе черные волосы и темные глаза?

— Черные волосы? — переспросила я и на всякий случай ощупала свою косу.

Уже давно поняла, что никогда не стоит пытаться угадать, из-за чего тебя вызвало начальство. Что шеф-вампир умел меня удивлять, что верховный командующий поставил своей просьбой в тупик.

— Хочу посмотреть, насколько ты похожа на ровенку, — пояснил магистр и улыбнулся, видя мое вытянувшееся лицо. — Если сможешь сделать кожу чуть смуглее, это тоже будет неплохо.

Мое богатое воображение тут же подкинуло картинки из книжки о ролевых играх и самых разных пристрастиях людей, особенно в возрасте. Небольшая, но весьма познавательная брошюрка ходила по академии настолько активно, что дошла даже до меня.

— Эм… — я шагнула назад, — магистр, а вам это зачем?

Рихард Конард насмешливо взглянул на меня, а после указал на массивный деревянный стул.

— Садись, я не кусаюсь. — Сам он подвинул свое кресло так, чтобы нас не разделял стол.

Я после таких предложений предпочла бы остаться поближе к двери, но это уже с моей стороны выглядело бы странно. Так что я села на самый краешек, чуть отвела правую руку, чтобы ее не было заметно, и создала парочку заклинаний.

Исключительно для собственного спокойствия.

Магистр сделал вид, что не заметил, показательно отведя глаза в сторону.

— Нам пришло официальное сообщение от Ночного клана, вернее, от его главы в Виларе. Он признает, что люди подверглись изменениям, произвести которые способен только вампир, но утверждает, что они здесь ни при чем.

— Решили подстраховаться?

— Я думаю, вампиры понимают все последствия нашего открытия. И не хотят гонений и притеснений, — подтвердил командующий.

— Этих еще попробуй притесни, — проворчала я, чем заработала усмешку магистра.

— И все же я рад, что они пошли на контакт. Значит, дело действительно серьезное и для них. — Рихард Конард закинул ногу на ногу и сцепил пальцы в замок. — Наши вампиры не опознали создателя тех упырей или как их правильнее назвать, и предлагают нам сделать слепок ауры на кристалл, взять образец крови и отнести вампирам в Ровене.

Так-так-так… кажется, картина начинает вырисовываться. Чует моя пятая точка, новое задание меня ждет исключительно интересное и богатое на приключения.

— А сами вампиры не хотят слетать в Ровену с образцами? — больше для порядка спросила я.

— Они опасаются за безопасность членов клана, — подтвердил мои догадки магистр. — А также считают, что подобное вмешательство может быть расценено Ровеной как прямая помощь Вилару и нарушение нейтралитета. А значит, уже Ровена будет вправе устроить на них гонения.

— Какие же они хитро сделанные! — восхитилась я. Все предусмотрели! — А то, что вампиры все же помогают Ровене, значит, ничего?

— В письме глава Ночного клана выразил сомнения в том, что вампир действовал добровольно. Но лично я считаю, что у них произошел раскол, кто-то вышел из подчинения клану. И скорее всего, именно из-за этого глава вампиров не хочет отправлять своих. Он боится не столько людей, сколько собратьев, — высказал предположения Рихард Конард и тут же добавил: — Но это пока только предстоит выяснить.

Командующий пристально посмотрел на меня, показывая, кому именно придется выяснять.

— И… вы хотите отправить меня в Ровену? — Вот уж не думала, что поручения у меня будут настолько особыми. Я в прошлый раз вместе с Эдрианом их границу с трудом пересекла, как пройду одна — ума не приложу.

И браслета невидимости у меня больше нет…

— Лара, понимаю, что это рискованная операция, но после долгих размышлений я пришел к выводу, что если у кого-то и получится, то только у тебя. — И вроде приятно, но тут понимаешь, что лучше б не высовывалась.

— И какие же у меня преимущества перед другими, более подготовленными и профессиональными магами? — полюбопытствовала я.

Мне ведь даже обучение завершить не удалось, и приходится признать, тот же Джастин будет покруче в большинстве вопросов.

— Одно из твоих главных преимуществ в том, что ты девушка, — удивил меня командующий. Впервые мой пол стал где-то преимуществом, всю жизнь наоборот было. — Всех мужчин, проходящих через границу, будут досматривать с пристрастием, к хрупкой девушке отнесутся лояльнее. А если девушка еще и из Ровены…

— Я не продержу иллюзию долго, — сразу обозначила я. — И любой мало-мальски разбирающийся в этом маг тут же сбросит все наносное.

— Волосы можно покрасить, цвет зрачка меняется специальным зельем, правда, оно жжется. — И капается, надо думать, в глаза. — С тоном кожи целители также помогут. Маскировка выйдет временная, но тебе нужно всего-то несколько дней.

Звучало крайне оптимистично.

— И как я объясню свой визит в Ровену? Не лучшее время для путешествий, не находите? Если что, их языка я не знаю, или тут тоже целители помогут?

— Нет, — улыбнулся магистр, — но здесь как раз все просто: ты возвращаешься на свою историческую родину. Решила, что там будет лучше, бежишь от войны в более сильное государство.

— Магистр, а вам не кажется, что легенда слабовата? — Наверное, нехорошо так говорить с верховным командующим, но я уставшая, голодная и злее обычного.

— Это не легенда, твоя мать из Ровены, у тебя там есть живые родственники. — Рихард Конард ждал моей реакции, а я совершенно не представляла, как на это реагировать.

— Откуда вы все это узнали? — Моя мать не числилась ни в каких моих документах. Не понимаю, отчего отец так не хотел ее вписывать, раньше я и не задавалась этим вопросом, а теперь задумалась.

— Я спросил у твоего отца, — честно ответил командующий. — Он, кстати, очень рад, что с тобой все в порядке.

— Да, конечно, настолько рад, что до этого ни разу не поинтересовался, как я жила все эти два года. — Меня аж перекосило от мысли о «семье».

— Он некромант, Лара. И регулярно проверял наличие твоего духа в чертогах Отца.

— От противного, значит, шел, — понимающе кивнула я, поражаясь проявлениям заботы своего родителя. Лучше бы он обо мне живой беспокоился, честное слово.

— И он подтвердил, что твоя мать была из Ровены.

— Была? — уловила главное я.

— Да. Мне жаль. — В глазах магистра промелькнуло сочувствие.

— Не могу сказать того же, — трудно скорбеть по той, кого не знала, — но с такой биографией и маскировка не нужна.

С черными волосами я себя не представляла. А еще жгучие капли в глаза… брр!

— Когда прибудешь в столицу Ровены Биргаро, тебе лучше не выделяться. Как ты понимаешь, настроения среди населения сейчас соответствующие.

— А как выйду обратно?! — Попасть в Ровену — половина дела, надо еще как-то вернуться.

— И вот, Лара, мы подошли ко второй причине, по которой я хочу отправить именно тебя. — Я подалась вперед в ожидании продолжения. — Ты не раз доказывала, что умеешь действовать… нестандартно, — подобрал наиболее корректное определение магистр. Да, это звучит всяко лучше, чем незаконно, необдуманно или как-то еще в таком духе. — Мы сделаем все, чтобы вытащить тебя из Ровены, но прежде всего ты должна будешь рассчитывать на себя и свои… неординарные способности.

Повисло молчание.

— Я могу отказаться? — спросила я после затянувшейся паузы.

— Да, Лара, — со вздохом произнес магистр. — Ты курьер, а не прошедший специальную подготовку маг. Вряд ли у тебя все получится, если ты не будешь действовать по доброй воле. Поэтому это предложение, а не приказ.

— Тогда я согласна. — Я услышала все, что хотела. Мне все равно нужно было на ту сторону за крыльями для Льюиса. И кажется, наше государство готово мне в этом деле помочь — как мило с его стороны!

Глупо упускать такой шанс.

— Я рад, что ты согласилась, — серьезно поблагодарил командующий. — Мы проработаем детали операции и продумаем несколько вариантов, как тебя вытащить из Ровены.

— Спасибо. — Моей благодарности не хватало искренности. Все же было понятно, что рассчитывать придется только на себя.

Еще на подлете я заметила множество огней и оживление на другом берегу, где собираются основные силы ровенской армии. Видимо, они готовятся к пламенной встрече с нами. За эти дни ровенцы несколько раз пробовали пересечь реку, но без особого рвения. Так, прощупывали почву. Вернее — воду. На их стороне много магов, маги измененные и, видимо, вампир, по крайней мере один точно.

Значит, вскоре у наших войск появятся заботы куда существеннее, чем вытаскивать какого-то курьера.

— Можешь отдыхать, — отпустил меня командующий.

На этом мы распрощались, и я с облегчением вышла к Рэму, по-прежнему подпирающему стену напротив двери.

— Все в порядке? — уточнил он, видя задумчивое выражение моего лица.

— Пока да. — За свое будущее я поручиться не могла.

— Тогда идем на кухню, там точно должно остаться съестное, — поторопил он меня.

13. Ромашки

Накормить меня Рэм сумел, как и обещал, не бутербродами, а полноценным ужином, который для нас к тому же подогрели. За ужином я как-то незаметно рассказала о себе, о работе курьером, без подробностей, конечно. Вспомнила опасные и курьезные моменты.

— Везет тебе, — протянул Рэм. — И сейчас у тебя работа интересная, даже в сражениях участвуешь.

— Вот уж точно не повод для зависти, — я поморщилась от воспоминаний и тут же наткнулась на недовольный взгляд повара, задержавшегося специально ради нас. — Все очень вкусно! — поспешно заверила его я, чтобы не принимал на свой счет. А то второй раз не накормят.

— Да, спасибо! — подтвердил Рэм, обернувшись. — Давай провожу?

— Это начало служебного романа? — не удержалась я. Я еще долго буду ему это припоминать!

— Да нет, я просто, — смутился Рэм. — Мне здесь и пообщаться не с кем, в штабе все намного старше и воспринимают как мальчишку на побегушках.

Я усмехнулась, вспомнив, как он вначале кичился своей работой.

— Тебе смешно, — не так понял парень. — А я бы лучше к вам подался, вернее — к боевикам. Я сам боевой закончил, а в итоге с бумажками сражаюсь.

— Ну так иди, в чем проблема? — удивилась я. — Маги сейчас на вес золота.

— Меня командующий не отпускает, — глядя себе под ноги, ответил Рэм.

— Видишь, значит, ты очень ценный кадр!

— Да если бы. — Мой спутник пнул небольшой камешек, оказавшийся зазевавшейся мышью, и пока она не очухалась, ловко добил ее небольшим разрядом молнии. Неплохо!

— Тогда в чем дело? — поинтересовалась я, когда наше молчание затянулось, а новых мышей так и не попалось.

— Его отец попросил, — все так же не глядя на меня, проговорил парень. — Считает, что для будущей карьеры участие в войне очень полезно. А то, что я при штабе всю войну просидел, так никто потом и не вспомнит.

— А кто твой отец? — Я новым взглядом посмотрела на Рэма. Мало кто мог попросить верховного командующего армии об одолжении.

— Не скажу, — окончательно замкнулся парень.

— Да ладно тебе! — Я толкнула его в плечо. — Мне, в общем-то, все равно. У меня отец тоже не последний человек, так-то. Правда, ему до меня дела нет. Представляешь, он мой дух из чертогов Отца пытался призвать, чтобы узнать, жива я или нет.

На самом деле способ-то неплохой, я как некромантка оценила. Надо будет взять на вооружение, перенять, так сказать, родительский опыт.

Зато Рэм, судя по округлившимся глазам, проникся.

— А браслет он не использует?

— Два года назад использовал, сейчас — не знаю, — пожала плечами я. — У нас, как видишь, интересные отношения и способы связи.

— Да уж…

Больше Рэм так ничего и не сказал. Уж не знаю, кто там его отец, но с мамой, положившей сыну варенье в дорогу, ему определенно повезло.

Несмотря на поздний час, многие из некромантского отряда еще не спали.

— Знаешь, Рэм, кажется, тебе все-таки придется на мне жениться или хотя бы закрутить роман, — прокомментировала я удивленные взгляды коллег, которыми они нас провожали. — А то люди не поймут.

— По-моему, я тебя еще не скомпрометировал, — озадаченно проговорил он, на всякий случай отступая подальше.

— Так это дело нехитрое. — Я, напротив, сделала шаг к нему. — В любом случае жду от тебя завтра утром букет цветов. Полевых, — уточнила я. — И побольше.

А то просьбу Грега так и не выполню, оставлю его даму сердца без цветов.

Рэм пораженно посмотрел на меня, но промолчал, довел до палатки и пожелал спокойной ночи.

В палатке я даже полог открыть не успела, как услышала шепот:

— Это кто был? — Магистр Объятто не спала и стояла, скрестив руки на груди. Вернее — положив руки на грудь сверху.

Тон у нее был настолько преподавательский, что я словно вернулась на два года назад, попав прямиком на экзамен.

— Адъютант верховного командующего, — не задумываясь ответила я, только потом осознав, что вопрос-то был из разряда личного.

— А, Рэмстел Грейм, — понятливо покивала магистр. — Он хороший мальчик, отличником в академии был. Так что я не возражаю, — одобрила «мой выбор» она.

А я говорила Рэму, что без романа никак!

— Грейм, — задумчиво повторила я, что-то крутилось в голове, но никак не получалось выудить нужное. На языке эта фамилия оставила какой-то нехороший привкус.

— Сын нашего вице-канцлера, — любезно подсказала магистр, а я с размаху хлопнула себя по лбу.

Хлопок оказался звонким и болезненным, зато все встало на свои места. Ну точно же! Артур Грейм, которому я месяц назад доставляла Санти!

Это, выходит, Рэм с Санти братья? Интересно, у вампиров вообще подобное родство учитывается?

А вторая мысль: неплохую я кандидатуру для романа выбрала. Губа не дура.

Главное, чтобы никто об этом не узнал, зря я про него магистру рассказала, вдруг она всем разболтает. Рэму-то ничего не сделают, а у меня могут возникнуть проблемы. А все потому, что кое-кто не мог сразу сказать, кто его отец!

Утром я вышла из палатки, даже не чувствуя привычного голода: неплохо так меня Рэм накормил. Но где ж это видано, чтобы я завтрак пропустила? Буду давиться, но есть!

С такими мыслями я решительно шла в сторону полевой кухни, когда передо мной из-за палатки вынырнул Джастин, да так неожиданно, что я вздрогнула. Окажись у меня в руке заготовленное заклинание — точно бы не удержалась.

Но сказать я ничего не успела, так как в руках бывшего был внушительный букет ромашек.

— Держи, — неловко протянул мне охапку цветов наш капитан, видимо, тоже чувствуя себя по-идиотски.

Я попятилась назад, словно он не цветы, а связку змей предлагал.

— Эм… Джастин, когда я говорила, что между нами временное перемирие… — начала я.

— Ты вчера цветы просила, — вспылил парень и таки всунул ромашки мне в руки. — Не знаю, зачем они тебе понадобились, но я был свободен утром. Так что не принимай на свой счет.

— Фух! — я облегченно выдохнула, а то уже и впрямь понадумать всякого успела. — Спасибо, ты меня очень выручил!

Примерно в этот момент я издалека заметила идущий к нам второй букет ромашек и чуть не взвыла. Да что ж такое!

Джас, не будь дураком, тоже обернулся, поэтому Рэма он заметил едва ли не раньше, чем Рэм меня.

Какая-то совсем неловкая ситуация…

— Лара? — Рэм подошел, озадаченно поглядывая то на меня, то на Джаса.

— Спасибо тебе, это очень мило, — я ловко перехватила у адъютанта букет второй рукой, развернулась и поспешила скрыться. Пусть дальше сами без меня разбираются, если хотят.

С одной стороны, миссия выполнена, цветы найдены.

С другой — надеюсь, они не выйдут мне боком.

Но утро сегодня явно было не из удачных.

— Лара, стой! — Я чуть поморщилась от нового голоса Грега, к которому никак не могла привыкнуть.

Друг с улыбкой во все лицо бодро догонял меня. И тут сомневаться не приходилось: букетную сцену он видел если не целиком, то достаточно, чтобы теперь вдоволь поглумиться.

— Да ты просто роковая женщина! — притворно восхитился Грег. — А с виду-то и не скажешь, — протянул он, скептически разглядывая мой внешний вид.

Кто бы говорил! Сам тощий и красноглазый!

— На вот, — я передала ему здоровенный букет. — Это я, между прочим, для тебя старалась!

— Мне кажется, дарили их именно тебе, — недоверчиво заметил друг, не торопясь отказываться.

— Если не хочешь — можешь сам набрать.

— Спасибо, меня все устраивает, — прижал цветы покрепче Грег. — Честно сказать, я уже второй день весь в мыле, не то что цветов нарвать — поесть некогда, — пожаловался он, правда, таким радостным тоном, что посочувствовать ему не получилось.

— Поесть бы тебе не помешало, ты худой, как скелет. — Одежда с чужого плеча висела на нем мешком. На фоне магистра с ее необъятными прелестями Грег выглядел слишком тщедушно.

— Да ладно, мясо и жир — дело наживное, — отмахнулся друг, успевший соскучиться по работе. — Дора в палатке?

— Когда я уходила — была внутри. — Я сегодня встала неожиданно рано и собралась предельно быстро.

— Ага… — протянул Грег и добавил уже совсем другим тоном: — А может, со мной сходишь?

— Зачем? — Как-то странно будет выглядеть, если Грег придет вручать цветы, а я стою рядом и контролирую.

— Да что-то я побаиваюсь… Знаешь, такая женщина… боевая.

— Именно та, что тебе нужна, — я хлопнула друга по плечу. — Удачи! Лично я пошла завтракать.

— Лара! — опять окликнул меня Грег. — После завтрака приходи в мою лабораторию в подвале крепости! По поручению сама знаешь кого!

Уже своя лаборатория у него! Ну надо же!

В крепости я едва не прокололась, вовремя вспомнив, что направляюсь не к другу Грегу, а к Итану Баурсу — артефактору. И в очередной раз подумала, что из меня та еще шпионка.

Лаборатория у Грега-Итана оказалась впечатляющей: помещение небольшое, зато оборудованное по последнему слову техники. Причем не только магической.

— Как у тебя тут… атмосферно, — протянула я, трогая вмонтированные в стену кандалы.

В углу валялись разные приспособления для пыток, от одного вида которых я невольно передернулась.

— Не обращай внимания, — не отрываясь от работы, проговорил Грег. — Какое свободное помещение было, то и выделили. Я уже привык.

Наверное, это все стимулирует работать лучше и быстрее.

— Зачем звал? — Второго стула не нашлось, и я примостилась на краешке стола, за что получила недовольный взгляд друга.

— Ты там поосторожнее, — попросил он. — У тебя за спиной лежит опытный образец артефакта. Взрывчатого.

Меня со стола как ветром сдуло.

— А зачем звал… — Грег наконец оторвался от работы. — Командующий велел сделать для тебя браслет, как у ровенцев. Парочку образцов мы вместе с пленными получили. Вот, сижу корплю.

— Сильно отличаются? — Я вытянула шею, чтобы лучше разглядеть лежащий на столе браслет.

Символы на нем были мне незнакомы.

— Язык другой, символы другие, — подтвердил мою догадку Грег. — Плюс немного иной принцип действия — у нас разные школы артефакторики. Дизайн тоже отличается. А вообще рано ты меня освободила, — неожиданно упавшим голосом закончил перечисления Грег.

— Чего? — не уловила я смысл последней фразы.

— Как ты там без меня будешь? — Грег смотрел на меня так, словно впору начинать оплакивать.

— Да ладно, жила же как-то все эти годы. — Нет чтобы подбодрить и сказать, что я справлюсь!

Хотя в этом весь Грег: как был пессимистом, так и остался. Впрочем, чего еще ждать от человека, который однажды умер?

— Вот именно: как-то! — заунывно протянул друг. — Но хоть артефактами я тебя смогу обеспечить.

О том, что на артефакты рассчитываю куда больше, чем на самого Грега, я благоразумно уточнять не стала.

— Показывай, что ты для меня приготовил?

— Начнем с браслета. — Грег деловито взял со стола короткую, вровень по руке металлическую цепочку с крупными звеньями. — Расположение рун такое, как сейчас у тебя — привыкать заново не придется.

Я тут же накинула браслет на запястье, а потом, не удержавшись, защелкнула хитрую застежку. Сел браслет отлично, с остальным разберусь по ходу.

— А дальше начинается самое интересное, — потер руки Грег. — Ровенцы любят украшения, даже многие мужчины носят кольца и серьги, не говоря уже о женщинах. Так что нам есть где разгуляться.

Это и пугало.

— Кольцо, — друг взял массивный перстень с камнем, и я сразу заподозрила неладное.

— Подожди, а не тот ли это опытный образец? — На том месте, где он только что лежал, я и пыталась посидеть.

— Он самый, — гордо подтвердил Грег и тут же продолжил, увидев мои округлившиеся глаза: — Я его стабилизирую, не переживай.

— И он не будет взрываться? — подозрительно поглядывая на перстень, полюбопытствовала я.

— Еще как будет! Это его основная функция, — друг любовно погладил пальцем золотой ободок. — Нажимаешь на камень, бросаешь кольцо во врага, и оно — бабах!

Я отшатнулась от широкого размаха Грега, обозначившего этот самый бабах.

— Потрясающая идея, да? — радостно спросил Грег, видимо, приняв ошалелое выражение моего лица за восторженное.

— Ага… — протянула я. — А если случайно нажать?

— Я нажим потуже сделаю, чтобы с усилием. И с магией, конечно. Случайно не сработает, — заверил друг.

Я же про себя решила, что, пожалуй, выкину такое колечко под первые же кусты. Во избежание.

— Серьги, — торжественно достал следующие украшения друг.

— У меня уши не проколоты! — Впервые в жизни я настолько обрадовалась данному факту.

— Да? — Грег недовольно посмотрел на меня. — Придется проколоть. Все ради твоей безопасности.

— Может, в клипсы переделаешь? — Еще и уши прокалывать…

— Нужны надежные застежки, — бескомпромиссно заявил друг. — Так что проколешь сегодня у целителей.

— А что они делают? Только не говори, что тоже взрываются! — Голова у меня всяко одна, и рисковать ей я тем более не собираюсь.

— Левая — щит огня, правая — щит льда. Используй по ситуации, — напутствовал он и выложил передо мной три обычных с виду браслета.

— Три сразу не надену! — Энтузиазм друга начал откровенно пугать. Кажется, кое-кто дорвался до артефакторики и не мог остановиться.

— Один на руку и по одному на ногу. Ровенки так носят, я узнавал. К тому же под юбкой не видно будет.

Я закатила глаза: уже не помню, когда я в последний раз надевала юбки или платья. До академии еще, кажется. Но Ровена в этом плане более консервативная страна, там женщина в брюках сразу бросится в глаза.

— И что в браслетах? — мысленно готовясь к худшему, спросила я.

— Пока ничего, но будет. В браслеты на ноги добавлю маскировку: «Легкую поступь» для тишины шагов и «Пылевую завесу» для отвода глаз. С браслетом на руку еще не определился, если у тебя есть пожелания — самое время их озвучить.

— В целом можно любое. Главное, чтобы не с прибабахом. — Грег обиженно надулся. — А если невидимость? — Вот что было бы очень кстати!

— Браслет невидимости изготавливается несколько недель, — покачал головой друг. — А так я бы с радостью…

— Тогда сделай что-нибудь еще, — предложила я. — Удиви меня.

Хотя «бабах», конечно, ничто не перебьет.

— Я подумаю, — заверил меня друг. — А с тебя дойти до целителей. Как я понял, они еще и с твоей внешностью должны поработать.

— Да, будут делать из меня ровенку. — Я с грустью покосилась на перекинутую через плечо косу, которой предстояло в скором будущем почернеть.

— И пусть заодно уши проколют, — покивал Грег.

— Может, без сережек? — поинтересовалась без особой надежды.

— Сережки — это почти самое главное! Сразу после кольца.

— Ладно, проколю. — Я убрала сережки в карман и встала. — Ты тоже иногда вылезай из подвала и есть не забывай. А то Доре такой хлюпик вряд ли понравится.

— Ничего, надеюсь, сегодняшний букет растопил лед в ее сердце, — мечтательно заулыбался друг. — Она так долго его рассматривала — значит, понравился.

Я только хмыкнула, не став рассказывать Грегу, что магистр Объятто считает его странным и подозрительным, вот и осматривала букет на предмет подвоха. Или она с практической точки зрения? Все же ромашка — растение в зельеварении и целительстве полезное. Может, она прикидывала, на сколько отваров и примочек хватит.

— Ты в новый браслет свои координаты добавил? — Мы ведь ни разу не связывались подобным образом — призраку это ни к чему.

— Нет, решил, что пусть лучше он будет пустой. К тому же, — Грег наклонился ко мне как-то слишком близко, почти вплотную, и проникновенно заглянул в глаза: — Между нами ведь что-то есть…

— Давай останемся друзьями, — я с силой уперлась во впалую грудь.

— Да ну тебя! Я не про это! — резко отшатнулся мой бывший призрак. — Связь между нами не до конца разорвана. Не знаю, чувствуешь ли ты, но я без труда нахожу тебя в любом месте.

— Да, есть такое… — Хорошо это или плохо — я пока не определилась.

Но связь в каком-то странном виде между нами сохранилась. И с последствиями этого только предстоит разобраться.

14. Преображение

К целителям я шла, превозмогая себя. Я их недолюбливала еще со времен академии, потому что слишком часто к ним попадала стараниями кое-кого. Да и все изменения моей внешности тоже были не добровольные, а вынужденные: то волосы обкорнают, то все лицо прыщами покроется, тоже неестественного происхождения…

Интересно, расскажи я Рэму, как «весело» училась, он тоже начнет этому завидовать?

Чтобы хоть немного оттянуть визит, я заглянула в палатку к Льюису. Он по-прежнему спал и выглядел очень умиротворенно. Но именно спокойствие, застывшее на его лице, пугало больше всего. Чем дольше длится наведенный сон, тем сильнее истощается организм.

Уже с другим настроем я шла к целителям. Как буду искать Эдриана в Ровене, я представляла слабо, но теперь четко понимала, что одно дело — поручение командования и работа на страну. И совсем другое — шкурный интерес и спасение товарища. Пожалуй, ради последнего я была готова потерпеть жгучие капли в глаза и неясные перспективы выбраться живой и невредимой из недружественного государства.

Целители были загружены работой больше всех. Они продолжали лечить раненых, плюс готовили зелья на будущее, проверяли артефакты, чтобы в любой момент быть готовыми помочь людям.

И тут я с цветом глаз, кожи и волос.

Знакомый красноносый целитель встретил меня, как родную, сверился с имеющимися у него распоряжениями командования и передал из рук в руки суровой женщине, худой и угловатой, с резкими чертами лица. Та не горела желанием мною заниматься, но выбора нет.

— Начнем с глаз, — сухо произнесла она и указала мне на кушетку.

Я покорно вытянулась на жесткой кушетке в ожидании обещанных процедур. Вот только процедуры на поверку оказались не такими, как я себе представляла. Целительница резко поставила металлический поднос, на котором недовольно брякнули многочисленные шприцы, зажимы и какие-то совершенно неизвестные мне приборы. Но, кажется, нечто похожее я видела только недавно в лаборатории Грега среди пыточных инструментов.

С шумом сглотнув, я покосилась на невозмутимую женщину, планомерно один за другим набирающую шприцы.

— А… что это за уколы? — дрогнувшим голосом спросила я.

— Эти инъекции мы используем при сильных ожогах или обморожениях, — бесстрастно отозвалась целительница, ни на миг не отрываясь от работы. — Их побочное свойство — локальное затемнение верхнего слоя эпителия. Думаю, пятнадцати уколов должно хватить.

— Пятнадцать уколов?! — с ужасом переспросила я. — Но вы же маг, неужели не существует какого-то заклинания?

— Любое заклинание можно развеять, — раздраженно пояснила женщина. — Медикаментозные изменения надежнее.

— А цвет кожи после этого восстановится? — Мутная жижа в крупных стеклянных шприцах не обнадеживала.

— Со временем. Зависит от вашего метаболизма.

Ответ меня не устроил.

— А вот это зачем? — я указала на странную конструкцию, напоминающую летные курьерские очки без оправы.

— Для фиксации век. После капель несколько минут нельзя моргать.

Мое правое веко нервно задергалось, видимо, почувствовав надвигающуюся угрозу. И левое, по ощущениям, было с ним солидарно.

— А как вы собираетесь менять мне цвет волос? — К волосам я уже привыкла и убедилась, что с ними лучше, чем без них.

— С волосами придется поработать магией, зато результат получится стопроцентный.

— Стопроцентный?

Я облысею? Целители добьются того, чего не достиг мой бывший жених?

— Мы изменим саму структуру волос, чтобы поменять их цвет, — мои волосы зашевелились от ужаса. И, кажется, не только на голове, но и на других частях тела.

— Но это же, получается, их цвет изменится навсегда? — Я резко села на кушетке, чувствуя, что надо бежать, пока есть возможность.

— Мы можем потом провести повторную манипуляцию. Правда, на волосы это влияет плохо.

— Знаете, пожалуй, не надо. — Я встала с кушетки и, боясь поворачиваться спиной, начала пятиться к двери.

Не верю, что нет других способов изменить внешность даже в арсенале целителей. Просто мне попался какой-то коновал!

— Я уже шприцы заполнила! — возмутилась женщина.

— Ничего, кому-нибудь из раненых вколете! — посоветовала я и дернула ручку двери.

Та не поддалась.

Чего?!

Я дернула сильнее — дверь была явно надежно заблокирована.

— Отоприте немедленно! — потребовала я, продолжая пытаться открыть дверь. Но та мало того, что не поддавалась, так вдобавок была зачарована от магических воздействий.

— Послушайте, вам следует успокоиться, — размеренный голос целительницы обволакивал, лишая воли. — Это стандартные процедуры, в них нет ничего страшного…

Последнее вызвало во мне резкий протест: ничего себе «ничего страшного»! И вообще, чего это она тут ко мне ментальную магию применяет?!

— Откройте дверь, — уверенно потребовала я, ставя блок от воздействия.

Спасибо шефу-вампиру за его школу жизни. Удивительно даже, сколько раз за короткий срок я успела поблагодарить Дамьена, он действительно многому меня научил.

— У меня приказ, — целительница откровенно злилась. — Как и у вас. Так давайте их выполним и разойдемся.

— Нет уж, я со своим приказом как-нибудь сама разберусь, — заявила я, формируя заклинание тлена.

Если что, Грег своими артефактами поможет, я тогда и на взрывающееся кольцо согласна.

Дверь я успела магически прощупать и убедиться, что защита покрывает ее не полностью. А механизм замка так и вовсе укреплен лишь снаружи. Все же портить казенное имущество мне не хотелось. Прошли времена академии, где мы с Джастином резвились как могли. Здесь и огрести за подобную выходку можно, причем от самого же Джаса, который стал моим начальником.

Пружинка в замке превратилась в труху, ручка легко повернулась, и я под возмущенный окрик целительницы вырвалась наружу, тут же налетев на магистра Объятто. Ее шикарные формы удар смягчили, собственно, удариться об магистра вообще было сложно, внешне она была очень мягкой женщиной. А вот характер имела очень даже твердый. Магистр сориентировалась мгновенно, стоило ей увидеть выскочившую следом за мной целительницу со шприцем в руке.

— Что здесь происходит? — Дора уверенно загородила меня собой, выпятив и без того немаленькую грудь вперед и уперев руки в бока.

И пусть магистр ростом была чуть выше меня, выглядела все равно внушительно.

— Не ваше дело, — огрызнулась целительница, судя по взгляду, прикидывающая, как лучше обойти неожиданно возникшую преграду в лице магистра.

— Очень даже мое, — не согласилась Дора. — Лара Донован приписана к отряду некромантов, а я — первый заместитель капитана, а значит — и ее командир.

Ничего себе! Вот уж кого не заподозришь в боевом опыте, а у первого заместителя он точно должен быть.

— У курьера приказ изменить внешность, а у меня — помочь ей в этом, — процедила сквозь зубы женщина.

Целительница подошла ближе. Высокая и худая, она странно смотрелась рядом с пышечкой Дорой, но, надо отдать должное, магистр выглядела весьма выигрышно на фоне этой сушеной воблы.

— И какие именно изменения запланированы? — не торопилась сдавать меня магистр.

Мне уже совершенно не хотелось убегать. Все-таки интересно узнать, чем это закончится. Да и что-то подсказывало, что Дора меня не отдаст на экзекуцию.

— Затемнение кожи, волос и глаз.

— Тю! — махнула пухленькой ручкой магистр. — Да мы с этим безо всяких шприцов справимся. Идем, Лара, — Дора подхватила меня под локоть и потащила в сторону нашей палатки.

— Магистр, спасибо вам огромное! — поблагодарила свою спасительницу я. — Если что, посоветуюсь со знакомым артефактором…

— Да не надо ни с кем советоваться, — не дослушала мои благодарности магистр. — У меня есть все, чтобы помочь тебе стать ровенкой. Ведь для этого тебя нужно «затемнить»?

— Да, маскировка, — подтвердила я. — А ваши средства потом сойдут?

— Все сойдет, а польза останется, — подтвердила магистр. — На тело нанесем масло — оно дает эффект загара, смывается за два-три раза. Заодно кожу увлажнит, тебе не помешает. Волосы покрасим басмой — я ею седину закрашиваю. И не смотри на меня так, у некромантов она рано появляется, приходится прибегать к уловкам. — И подмигнула мне.

— А цвет глаз?

— Для глаз у меня есть капли. — Предусмотрительность заместительницы капитана поражала, но после следующей фразы я поняла, в чем дело. — Правда, они влияют на зрение — я вблизи хорошо вижу, а вдали не очень, перед боем приходится капать. Но за несколько применений с твоим зрением ничего не случится.

Что-то мне подсказывало, что даже такие капли всяко лучше тех, которые закапала бы мне целительница.

— Спасибо вам, магистр! — горячо поблагодарила я.

— Для тебя Дора, я же говорила, — поправила меня она. — И можешь мне не выкать, с Джастином ты ведь не особо церемонишься.

С Джасом я вообще не церемонилась, хотя надо бы начинать, раз окружающие это замечают.

— Лара, — Дора внимательно посмотрела на меня. — А ты общаешься с этим курьером, как там его… Итаном?

— Да, — осторожно подтвердила я.

— Он мне сегодня такой букет ромашек подарил, — улыбнулась магистр. — Мне его держать негде, зато целители были в восторге: у них как раз какой-то план по заготовке целебных растений, а им, как ты понимаешь, сейчас немного не до этого. Так вот, передай этому Итану, что я очень люблю зверобой и шалфей, если он надумает принести мне еще букет, то пусть будут они. Только по отдельности! Смешивать не надо — так сушить проще.

— Передам, — давя улыбку, пообещала я.

Все же Грег в Доре не ошибся: вон какая хозяйственная! Ему такая и нужна, точно покормить заработавшегося артефактора не забудет.

В нашей палатке Дора даже соорудила простенькую ширму для меня и попросила полностью раздеться. А после долго охала над моей худобой и пригрозила заняться «и этим тоже!»

— Неужели не нашли никого покрепче, чтобы в Ровену заслать? — возмущалась она, мягкими, но уверенными движениями втирая масло. — Любого из боевиков можно взять. Да и в курьерах почти все — парни, почему тебя-то?

— Верховный командующий решил, что девушке будет проще пройти досмотр. К тому же у меня мать из Ровены, вот я вроде как и возвращаюсь на историческую родину, — со вздохом призналась я, решив умолчать о вампирах и их якобы особом отношении ко мне, как и о том, что мне уже доводилось «сбегать» из Ровены.

— Все б им проще, — цыкнула магистр.

После масла меня ждала басма, а глазные капли магистр пообещала дать мне с собой, чтобы не мучить раньше времени.

Когда Дора протянула небольшое карманное зеркальце, я брала его с некоторой опаской, хотя, признаться, нынешний медовый оттенок кожи нравился мне куда больше обычной бледности. Да и темные волосы мне определенно шли. Голубые глаза теперь выглядели ярче обычного. Так что собственное отражение, вопреки всем ожиданиям, не напугало.

— А ведь ты и впрямь ровенка, — с довольной улыбкой наблюдая за мной, прокомментировала Дора. — Невысокая, худенькая, а сейчас еще смугленькая и чернявая.

— У меня отец, пусть и коренной виларец, тоже невысокий и худой. Примерно как Джастин.

Сказала и удивилась. Раньше мне про бывшего жениха даже думать было противно, а уж произносить его имя вслух…

— Здесь таких полно, — сделала небрежный жест ручкой Дора. — Но посмотри хотя бы на Асмура, ты сейчас выглядишь будто его младшая сестренка.

Я как-то внутренне напряглась. Если с бывшим женихом мы нашли общий язык, то тема родственников вызывала во мне стойкую неприязнь.

— Так, — магистр взяла меня за плечи и усадила на свой спальный мешок, — ненакрашенных ровенок не бывает, у них всегда и глаза сурьмой проведены, и губы как маков цвет.

— Мне так ярко не надо! — попробовала было встать я, но Дора положила мне ладонь на плечо, легко удержав на месте.

Надо будет предупредить Грега, что рука у его дамы тяжелая, а если в ней еще будет скалка или, того хуже, сковородка…

— Я сделаю красиво, — заверила магистр. — Вот увидишь, от тебя никто глаз отвести не сможет.

— Эм… мне в Ровене надо быть как можно незаметнее. — Я туда все же с секретной миссией еду, а не мужа искать.

— Так ты пока не в Ровене, надо пользоваться!

И, не тратя больше время на разговоры, магистр подвела мне карандашом глаза, чуть подчеркнула румянами скулы и выделила губы, чтобы они не терялись на фоне посмуглевшей кожи.

— Все, теперь мы закончили, — полностью удовлетворенная результатом, отошла от меня магистр. — И запомни: даже на войну надо брать с собой косметичку, — наставительно произнесла Дора. — Все же главное женское оружие отнюдь не магия.

— Спасибо, ма… Дора. — Я снова осмотрела себя в зеркальце, убедившись, что магистр не перестаралась. Стрелки вышли тонкими, румяна — едва заметными, да и губы не казались вымазанными в свекле.

В итоге Дора потащила меня в таком виде на обед, решив привести угрозу в исполнение и начав заботиться о моем питании.

— Заодно посмотрим, как отреагируют на твой новый облик наши мужчины, — заговорщицки шепнула она, стоило нам приблизиться к костру.

Я как-то сразу замедлила шаг, но Дора с таким упорством тащила меня вперед, что, наверное, и не заметила особого сопротивления с моей стороны.

Тем временем разговоры у костра потихоньку стихали. Внимание собравшихся некромантов было настолько осязаемым, что мне стоило больших трудов не поежиться.

— Спину держи ровнее! — Магистр ощутимо стукнула меня по лопаткам. — Побольше ей положите, — скомандовала она повару на раздаче.

Тот не решился спорить и бухнул мне от души каши с мясом.

— Я же говорила, что все заметят. — Руки у Доры были заняты своей порцией, так что она поддала мне бедром. Не упала я с трудом, поняв, что против такой красоты устоять тяжело.

Мое традиционное место между Асмуром и Даффином было свободно, и парни в ожидании рассматривали меня во все глаза.

— Ничего себе! — то ли поразился, то ли восхитился Ас. — Да тебя бы сейчас даже моя бабуля в качестве невестки одобрила. А она всегда была против смешения нашей крови.

Я едва кашей не подавилась.

— Шучу, не пугайся, — засмеялся Ас. — К тому же, боюсь, не потяну конкуренции.

Взгляд он метнул куда-то в сторону, я даже смотреть туда не стала.

— Асмур, — проникновенно заглянула ему в глаза я. — Мы, конечно, с тобой не враждовали… но знаешь, никогда не поздно начать.

— Молчу, — поднял он руки, держа при этом в одной тарелку, а в другой — ложку.

— А чего это ты вдруг решила покраситься? — полюбопытствовал сидевший с другой стороны Даф.

— Соскучилась по экспериментам с волосами, — хмуро отозвалась я. — В академии столько раз прическу и цвет меняла, а тут никакого разнообразия.

— Этот вариант тебе идет, — кивнул Даф. — В академии не всегда получалось так удачно.

— Потому что работал профессионал! — заявила Дора, прислушивавшаяся к нашему разговору.

— Магистр Объятто! Вы, как и всегда, на высоте! — прижав руку к сердцу, заверил Даф.

Дора только погрозила ему ложкой.

— У вас хорошие отношения, — тихо заметила я, подумав, а не соперник ли Даффин Грегу?

Даф с усилием проглотил еду и ошарашенно посмотрел на меня.

— Скажешь тоже, я ее экзамен с третьего раза сдал и то каким-то чудом. Думал — все, вылечу на последнем курсе, вот позорище-то.

— А что так? — помнится, Дора хвалила Дафа. Или я чего-то не понимаю?

— Предмет у нее тяжелый, — вздохнул Даффин. — Материальная нежить, ее создание, управление и умерщвление. Убить — это полдела. Управление — тоже худо-бедно, а создание мне совсем не давалось, — пожаловался бывший однокурсник. — В итоге сошлись на том, что я пишу у нее диплом и защищаюсь исключительно на отлично. Иначе она пересматривает оценку и ставит мне неуд. Страшная женщина, — последнее он добавил едва слышно, с опаской поглядывая на бывшую наставницу.

Поела я быстро, несмотря на количество еды. Просто непривычно было получать столько исключительно мужского внимания. Но стоило мне встать и пойти к раздаче возвращать тарелку, как на пути у меня возник Джастин. Как это у него так все время получается?

— Нам надо кое-что обсудить, — с ходу заявил он.

— По работе, надеюсь? — А то его утренний букет не давал мне покоя.

— А нам есть что еще обсуждать? — И вроде даже голос Джаса прозвучал ровно, но заклубившаяся зелень в глазах выдавала его гнев.

Все же он сильный некромант, такому тяжело держать магию в узде.

— Абсолютно нечего, — подтвердила я, поставила пустую тарелку на стол и повернулась к капитану. — Я слушаю.

— Давай отойдем, — предложил Джастин, оглядевшись и найдя укромное, на его взгляд, место. — Меня сегодня уведомили, что завтра ты покидаешь расположение войск. Куда отправляют — не сказали, но по твоему новому цвету волос я догадываюсь.

— И? — Пока я не понимала, к чему этот разговор.

— Тебе не кажется, что это слишком опасно?

— А тебе-то что? — Возмущение во мне медленно поднималось, как я ни пыталась запихнуть его поглубже. — С каких пор ты так заботишься о моей безопасности?

— Если что, хочу напомнить, что у нас перемирие, — Джас сложил руки на груди. — И я — твой командир.

— Вот и держи себя в рамках, — недовольно посоветовала я.

— Я понимаю, почему выбрали тебя, — медленно и спокойно произнес Джастин, но было заметно, что никакого спокойствия он не испытывает. — Дело ведь касается вампиров? Можешь не отвечать. Плюс у тебя действительно непревзойденная способность выживать и выкручиваться. Но твои навыки…

— Были высоко оценены руководством, — перебила его я, не желая выслушивать о моей подготовке от того, по чьей вине я вылетела из академии.

— То есть ты не передумаешь? — сокрушенно спросил Джас.

— Нет. — Удивительно, но если во мне до этого момента и сидела тень сомнений, то теперь я была готова слетать в Ровену исключительно назло нашему капитану.

Как все-таки хорошо действует на меня Джастин! Ободряюще.

— Ты что-нибудь слышала про двойную привязку? — уже иначе спросил Джас.

— Что-то слышала. — Но что именно — уже не вспомню.

— Это привязка одного духа к двум людям. Связь получается слабее, зато я гарантированно в любой момент смогу узнать, где ты и что с тобой.

— Вот еще! Никаких больше привязок с духами! Мне одного хватило — еле отвязалась.

И то не до конца.

— Дух не будет тебя беспокоить, — попробовал уговорить меня Джастин, но я упрямо мотнула головой.

— Джас, давай я как-нибудь сама со всем разберусь, — попросила я. — А то засекут еще привязку на границе, объясняйся с ними потом, что за довесок идет со мной в Ровену.

— Мою бы не засекли, — ах да, Джас ведь подходил к грани, — но как знаешь. Я предложил, и до завтра предложение в силе.

— Спасибо, Джас, но я привыкла сама о себе заботиться. И надеяться только на себя. — Я посмотрела бывшему в глаза, и он, не выдержав, отвел взгляд первым.

После я заглянула к Грегу, уже заканчивавшему работу над артефактами и наотрез отказавшемуся прерываться на обед. Пришлось брать плетку, валявшуюся в углу, и добавлять веса аргументам о пользе здорового питания.

В столовой командного состава кормили не в пример лучше. У них там и овощи какие-то были, и даже сладкие булочки, на которые я смотрела с диким сожалением. Но после большой порции в меня уже ничего не лезло.

Грег сидел с таким оскорбленным видом, пусть и ел с аппетитом, но со мной не разговаривал.

Надо попросить Дору за ним приглядеть, сославшись на то, что «Итан» еще не до конца пришел в себя после пробуждения, — вот и случай будет им познакомиться поближе.

Знакомая фигура появилась в столовой, демонстративно прошествовала мимо с подносом с пустыми тарелками. И на обратном пути тоже на меня не обратили внимания, равнодушно скользнув взглядом.

Как-то быстро закончился наш букетный период. Мы еще до конфет не дошли!

— Привет, — остановила я адъютанта.

— Лара? — Рэм сбился с шага, наконец заметив (или узнав?) меня. — А что у тебя с волосами?

— Покрасилась, — я перекинула черную косу через плечо, — нравится?

— Непривычно, — честно ответил парень и тут же поправился: — Но тебе идет!

— Мне самой непривычно, — усмехнулась я. — Надеюсь, это ненадолго.

— В восемь тебя ждет верховный командующий, — наклонившись ко мне, тихо предупредил он.

— А ты меня подождешь? — Может, хотя бы поужинаю здесь, раз пообедать не получилось?

— Эм… — Рэм замялся и смутился. — Ты знаешь, твой капитан просил держаться от тебя подальше…

— ЧЕГО?! — Я даже подскочила. Нет, ну надо же, какая наглость!

— Просто мне показалось, у него серьезные намерения, — принялся оправдываться парень. — Я, конечно, помню про наш якобы роман, но, может, у вас с ним более давние отношения, — тщательно подбирая слова, закончил он фразу.

— О да, — протянула я. — У нас с ним очень давние отношения. Только они совсем не романтического характера.

— Ты тоже взялась за личную жизнь? — оживился Грег, все это время внимательно прислушивавшийся к нашему разговору. — Это ты правильно делаешь! Одобряю.

— А ты ешь давай, — шикнула на друга я. — Тебе еще артефакты для меня заканчивать.

С трудом дождавшись, пока Грег доест, я отправилась на расправу с Джастином, но, на его счастье, капитан некромантов был чем-то занят и на глаза мне не попался. Ничего, у меня память хорошая, я еще отыграюсь. Раз у нас все серьезно!

Зато Дора взяла меня в оборот на строительстве очередных укреплений. Предыдущие минувшей ночью ровенцы проверили на прочность, и проверку те не прошли. Теперь все планировали серьезно усилить магией, а пока предстояло просто поставить новые колья и вырыть новые ямы.

— Я слышала, тебе полезно тренировать массовое управление нежитью. — Магистр играючи перекинула мне сразу пять не самых свежих, но вполне крепких зомби. — Если что, могу дать еще парочку.

— Не надо, — простонала я, пытаясь собрать все картинки в кучу и вычленить среди них свою.

— Расслабься, — мягкая ладонь легла мне на лоб. — Не пытайся контролировать всех одновременно, давай им общее задание или прикажи каждому по очереди. Это должно стать для тебя естественным действием. Ты же не задумываешься, как поднять руку или ногу?

Я тут же задумалась, и мои зомби синхронно подняли руки вверх, как прилежные ученики за партой.

Магистр вздохнула.

— Здесь только практика. Работайте.

К восьми вечера я чувствовала себя выжатой, словно не зомби несколько часов управляла, а летала целый день. Или сама ров копала. Во всяком случае, отчего-то же болели руки и особенно плечи.

Разминая руки, шею и плечи, я направлялась в крепость, когда почувствовала…

Что-то почувствовала, в общем.

И пусть ощущение трудно поддавалось описанию, я с какой-то обреченной уверенностью пошла в подвал к Грегу.

— Сработало! — обрадовался друг, стоило мне войти. — Представляешь, наша связь действует.

— Ага, — согласилась я. — Ты только не злоупотребляй.

— Так, — Грег строго посмотрел на меня. — А почему ты уши не проколола?

— Да я от целителей еле ушла живой! — До сих пор перед глазами те страшные шприцы стоят. — Ты мне и так столько всего приготовил! Кстати говоря… а не буду ли я фонить на границе?

— Не будешь, — уверенно заявил друг. — Надевай все.

Заявление выглядело смело, особенно с учетом того, что артефакты я чувствовала, даже не настраиваясь на них специально. А уж если искать целенаправленно…

Итого на мне было крупное кольцо-перстень, браслет для связи и денег на руке и по браслету на обеих ногах. Серьги после получаса ожесточенного спора Грег пообещал переделать в кулоны, на чем мы и сошлись. Пока же их прицепили на мою одежду исключительно для демонстрации.

— Хочешь сказать, ровенцы ничего не заметят? — иронично спросила я.

— Гарантирую! — заявил друг и достал тот самый последний браслет, назначение которого мы с ним не придумали.

Судя по всему, Грег так ничего с ним и не сделал, во всяком случае, он ощущался совершенно обычной вещью.

— Специально для тебя разработал, — с нескрываемой гордостью произнес друг и нацепил мне на свободное запястье довольно широкий металлический браслет.

По телу тут же пробежала дрожь, и магия, которую я ощущала в артефактах, словно погасла. Готова поклясться, что магия во мне также стала не видна.

— Потрясающе, — выдохнул Грег. — Ни один, даже самый опытный, маг не распознает в тебе коллегу.

— Как ты это сделал?! — я перешла на магическое зрение, но и в нем не заметила ни малейшей искры магии.

— Этот браслет всегда надевай последним. Он глушит магию всего остального. Если мы сейчас, скажем, что-нибудь снимем, — на этом Грег ловко подцепил пальцем болтающуюся у меня на нагрудном кармане, словно орден, сережку, и снял. — Как видишь, она снова фонит.

— А активировать остальные артефакты, не снимая браслет, можно?

— Этот браслет еще нуждается в доработке, — честно признался Грег. — Боюсь, если ты попытаешься использовать другие артефакты или создать заклинание сама, то оно выйдет намного слабее, а то и сорвется. Лучше не рискуй.

— В любом случае это очень интересная задумка, — похвалила я друга. — Уверена, когда ты доведешь артефакт до ума, он станет по-настоящему востребованным.

О том, что такую вещь, как и браслет невидимости, вряд ли выпустят в массовое производство, я сообщать не стала.

— Пойду к верховному командующему прямо так, пусть он оценит. — Я чмокнула Грега в щеку и вышла из комнаты, резво побежав вверх по лестницам.

Нехорошо опаздывать к столь высокому начальству.

15. Отлет

К Рихарду Конарду меня пропустили без вопросов, зато внутри кабинета было очень приятно наблюдать за вытянувшейся физиономией Рэма, сразу заметившего изменение моего магического фона, и задумчиво-удовлетворенным выражением лица верховного командующего.

— Рэмстел! — воскликнул командующий, когда чай из чайника зазевавшегося адъютанта потек на стол и лежащие на нем документы.

— Простите, магистр! — очнулся Рэм.

Но Рихард Конард уже сам магией собрал всю жидкость в шарик и закинул его в горшок с каким-то чахлым растением. Кажется, для зелени это была первая поливка за долгое время. Правда, не уверена, что она обрадовалась кипятку…

— Оставь нас, — приказал магистр, беря дело и чайник в свои руки.

Рэм вышел, все еще косясь на меня, я же заняла место напротив стола магистра и с благодарностью приняла чашку.

— Ну что ж, Лара, я вижу, Грег расстарался для тебя на славу. — Магистр Конард оперся локтями о стол и, положив голову на сцепленные пальцы, внимательно вглядывался в меня. — Цвет глаз ты решила оставить?

— Изменю ближе к делу. — Был велик соблазн пожаловаться на методы целителей, но вряд ли суровый военный проникся бы ко мне жалостью.

— Хорошо, в целом, с учетом того, что ты полукровка, цвет глаз не должен вызвать вопросов. Но лучше, конечно, изменить.

Верховный командующий помолчал какое-то время.

— Рэмстел сейчас проводит тебя к капитану разведки, магистру Ларсену, он выдаст все необходимое и проинструктирует, куда, если что, можно обратиться в Биргаро, — начал командующий. — Мы решили, что единственный в данном случае вариант попасть в Ровену — морем. Торговые корабли по-прежнему курсируют, сядешь на один такой, три дня — и ты в Ровене. До побережья доберешься по воздуху.

В голове сразу вырисовывался маршрут — карту я уже успела изучить.

Биргаро — столица Ровены — как раз располагалась на побережье. Правда, я сомневалась, что плыть до нее из нашего порта Тьерден всего три дня… впрочем, на кораблях мне до этого путешествовать не доводилось.

— Обратно возвращаешься тем же путем: садишься на корабль и уплываешь. Название корабля и все кодовые фразы тебе назовет магистр Ларсен. И помни: твоя задача — встретиться с вампирами и передать им информацию. На этом все, — строго предупредил командующий, словно я могла там задержаться и попробовать организовать подпольную ячейку.

Но я сочла за лучшее молча кивнуть. Все же я учусь держать язык за зубами, не зря на Джастине тренируюсь.

— Возможности наблюдать за тобой на территории Ровены у нас не будет, их магия блокирует нашу, а усилить маячок на тебе — значит поставить маскировку и легенду под угрозу.

— Ничего, если что — отец узнает, не зря же он столько времени пытался меня призвать из Чертогов, — решила пошутить я, но, судя по лицу магистра, шутка вышла так себе.

— Сейчас в Ровену возвращаются многие, уверен, корабль будет переполнен. Будь там осторожнее, люди встречаются всякие, — продолжал наставления магистр.

Здесь я тоже ограничилась кивком, поболтать со случайными попутчиками меня точно никогда не тянуло.

— И будь предельно осторожна с вампирами. Если у них действительно раскол внутри клана, то доверять им нельзя.

Как будто вампирам вообще можно доверять!

— Лара, — Рихар Конард посмотрел мне в глаза. — Твоя задача — доставить кристалл и образцы крови, ни во что не ввязываясь.

— Не беспокойтесь, я тоже планирую вернуться целой и невредимой, — заверила командующего я.

— И я бы отправил кого-то другого, но у меня есть все основания полагать, что вампиры не согласятся встретиться с другим человеком, — вздохнул магистр.

Лично я не могла представить, что являюсь для вампиров какой-то особенной. Окажись я особенной, бывший шеф на меня бы так не орал. Если подумать, то единственной исключительной в нашей доставке была Стелла, на которую не действовало вампирское очарование. Уверена, она бы там всем «ночным» показала.

Надеюсь, ведьма, как и остальные курьеры «Ветерка», в порядке…

— Я постараюсь сделать все как можно быстрее и в лучшем виде, магистр-командующий! — Я встала и вытянулась по струнке.

Магистр Конард лишь усмехнулся и отпустил меня на этом.

А Рэм встретил.

— Ты улетаешь? — тихо спросил он, когда мы отошли подальше.

Выглядел адъютант откровенно грустным и даже не пытался это скрыть.

— Скоро вернусь, и мы продолжим наш бурный роман, — обнадежила его я.

— Буду надеяться.

— На продолжение романа?

— На то, что вернешься.

— Слушай, — я повернулась к Рэму, — что ты за пессимист такой? Я же надеюсь на лучшее.

— Так и я надеюсь, что ты вернешься, — улыбнулся парень, пусть и как-то через силу.

В комнате, куда он меня привел и оставил, пообещав подождать и сводить на ужин (видимо, в счет нашего романа), ожидал невысокий сухощавый мужчина, который очень скептически оглядел меня, покачал головой и достал объемный дорожный саквояж.

— Я знаю, кто ты, ты знаешь, кто я, — по-деловому начал капитан разведки, магистр Ларсен, решив не тратить время на расшаркивания и приветствия.

Оно и понятно: у него на одном краю стола сгрудились самые разные кристаллы, а на другом — несколько стопок бумаг и папок.

— Кристалл и образец крови здесь, вшиты в подкладку, — магистр передал мне сумку, похлопав по одной из ее стенок, в которой из-за жесткой и плотной подкладки ничего не прощупывалось.

С большим трудом я нашла два небольших бугорка, которые вполне можно было списать на плохую выделку кожи.

— Отдерешь подкладку и вытащишь предметы, — продолжал инструктаж капитан разведки. — Потом пришьешь с помощью нитки и иголки. Походный набор у женщины точно никого не удивит.

Вот бы еще уметь пользоваться иголкой и ниткой. Впрочем, кто там будет изучать ровность шовчика. Как смогу — так и зашью.

Кроме саквояжа мне выдали одежду и местные деньги — «ровны». Название корабля, адреса людей в Биргаро, к которым можно в случае чего обратиться, имена и кодовые фразы меня заставили заучить наизусть. Никаких бумажек и шпаргалок.

К счастью, заучивание формул заклинаний, чтобы они мгновенно всплывали и формировали заклинания, как ничто другое, способствует развитию памяти.

— Веди себя максимально естественно, — посоветовал магистр Ларсен. — Ты сбежала от войны, впервые в Ровене, языка не знаешь, имеешь право на страх и растерянность. Главное — помни, зачем ты там. Назад твой корабль отходит через три дня, времени достаточно, чтобы осмотреться и встретиться с вампирами.

— Постараюсь, — криво улыбнулась я, не став уточнять, что бояться и теряться я не привыкла. Но мало ли как там, в Ровене?

— Капитан корабля — наш человек, он обеспечит тебе прикрытие на обратный путь. Ему не впервой возить курьеров, — заверил меня на прощание магистр.

Ну что ж, на первый взгляд все выглядело неплохо.

Ждущий за дверью Рэм оказался очень кстати. Саквояж с вещами был увесистым и объемным, так что я с удовольствием всучила его адъютанту. Вообще, крутить с ним роман мне нравилось все больше и больше. Что ни говори — выходило удобно!

А уж возможность поужинать в офицерской столовой так и вообще бесценна. Нет, Рэм мне определенно нравится. Если бы не его отец…

Правда, не могу сказать, что сам адъютант проявляет ко мне серьезный интерес, который можно принять за какие-то поползновения, но дружить с ним оказалось легко, комфортно и необременительно. Во всяком случае — для меня. Насколько необременительно для Рэма — я не знала, но он честно нес саквояж, когда провожал меня до палатки, и не жаловался. А главное, он не был в курсе всех моих перипетий, что добавляло ему очков. Все же куда приятнее строить любые отношения с чистого листа, не оглядываясь на прошлое.

Саквояж я тихонько поставила возле своего места — в палатке многие уже легли спать, и мне хотелось последовать их примеру. Но еще больше хотелось вызвать сейчас Грега и поболтать, обсудить происходящее, разработать план действий на будущее.

Он наверняка бы привычно гундел, что я опять совершаю какую-то глупость и втягиваю в это и несчастного призрака. Удивительно, всего несколько дней прошло, как Грег стал человеком, а мне его уже не хватает.

Но, поворочавшись с боку на бок, я все-таки заснула, а утром проснулась от того, что меня настойчиво пытаются выковырять из теплого, уютного спальника.

— А? Что? — открыла я глаза и немало удивилась, увидев над собой Дору.

— Вставай, давай, — поторопила она меня. — Джастин сказал, что ты сегодня улетаешь, а у нас еще вещи не собраны. И позавтракать надо как следует.

— Мне вещи выдали, — сцеживая зевок в кулак, пробормотала я.

— Ой, Лара, не смеши меня, знаем мы эти казенные вещи, — отмахнулась Дора. — Лучше поторопись.

Спорить было бесполезно, магистр вряд ли оставит меня в покое, да и сон как-то прошел, зато появилось волнение. Все же подобных заданий мне раньше не выпадало.

Собралась я быстро, поела тоже, пусть и без особого аппетита, и вернулась в палатку смотреть, что же приготовила мне новая подруга. Я за последнее время просто обросла друзьями, если подумать! Никогда столько не было.

— Так, держи, — Дора с ходу выдала мне приличных размеров сверток. — Тут все самое необходимое.

В кабинете разведки мне говорили то же самое, но Дора выглядела куда убедительнее.

— Во-первых, косметичка, — достала из свертка свое сокровище магистр.

— Но я не…

— Научишься, — не дала мне договорить Дора. — Дальше. Масло. Оно смывается быстро, надо подновлять каждые два-три дня. Я этикетку переклеила, теперь выглядит как обычное увлажняющее средство. В конце концов, что эти мужики понимают в уходе за собой?

И то верно. В нем и я-то мало понимаю, чего взять с бедных задерганных разномастными нарушителями и контрабандистами магов на границе?

— Шаль мне прошлой осенью как раз из Ровены привезли. — Красивая вещь насыщенного лазурного цвета легла передо мной. — А главное — теплая. Исключительно на всякий случай, — пояснила магистр.

Сейчас лето, в Ровене должно быть жарко, и жара эта продержится еще месяца три точно. Но все равно отказываться не стала. Случаи действительно бывают разными.

— Конечно же, капли для глаз. — Их Дора вытащила из косметички. — Помни, что они для дали, так что делай вид, будто ты уже шагах в двадцати начинаешь плохо видеть.

— А как же вы? — забеспокоилась я.

— Захвачу какого-нибудь зрячего зомби, — отмахнулась Дора. — Береги себя, ладно? — попросила Дора, а после крепко стиснула в объятиях на прощание.

Удивительно, но с ней было по-настоящему уютно. Грег точно знает толк в женщинах. Кстати, о нем.

— Ладно, и вы, то есть ты… Дора, — я наконец собралась с мыслями, растроганная неожиданной заботой. — У меня просьба. Присмотри, пожалуйста, за тем курьером, Итаном, он еще явно не до конца пришел в себя и не восстановился. То поесть забудет, то спать не ляжет. Так заморит себя совсем, что мы его, зря спасали, что ли?

— Присмотрю, — пообещала магистр, да так решительно, что я поняла: за Грега можно не волноваться. И за его личное счастье тоже.

— Тебя наш капитан хотел видеть, — с едва заметной улыбкой сообщила Дора, когда мы закончили утрамбовывать вещи в саквояж, а его — в курьерский мешок, который оказался так кстати!

— Схожу, — пообещала ей я, хотя, признаться, не особо хотела видеть сейчас Джастина.

Не давали мне покоя эти его «намерения», серьезные или не очень — неважно. Главное — абсолютно мне не нужные.

Наш капитан нашелся в своей палатке со стопками разных артефактов — то ли проверял их, то ли проводил ревизию.

— Лара? Уже улетаешь? — оторвался от своего занятия он.

— Как видишь, — я пожала плечами, поставив на землю мешок. — Дора сказала, что ты хотел меня видеть.

— Да. — Джастин явно хотел мне что-то сказать, но не решался или не мог — кто его разберет. — Будь осторожна, договорились? — все же выдал он, кажется, совсем не то, что планировал.

Я только фыркнула в ответ.

— Я буду тебя ждать, — продолжил Джастин, игнорируя мою реакцию. — И когда ты вернешься, кое-что тебе расскажу, а ты меня спокойно выслушаешь.

— Зачем откладывать, говори сейчас, — я насмешливо посмотрела на бывшего.

— Не уверен в твоей реакции, лучше скажу тебе это после возвращения, — покачал головой Джас.

— Надеешься, что я снова вернусь полуживая и не смогу тебя прибить?

— Я надеюсь, что ты вернешься в целости и сохранности. — Капитан смотрел на меня серьезно, без тени улыбки.

Это напрягало. Порой я просто не понимала, чего он ко мне привязался, ну правда? Если бы он просто игнорировал меня, то и я бы не подначивала его. Но Джастин будто занимался самоистязанием, вновь и вновь вороша прошлое, словно тыкая палкой в змеиный клубок. Удивительное упорство!

Но заканчивать разговор на столь серьезной ноте я не желала. Как и оставлять за ним последнее слово. К тому же улетаю на несколько дней, кто ему еще здесь нервы помотает?

— И не из таких передряг выбиралась, — глядя бывшему в глаза, проговорила я. — Видел бы ты, как я шла в ученической форме зимой по морозу без галора в кармане. Вот это было тяжело. А тут…

Джастин прикрыл глаза и сделал медленный вдох-выдох, я же не сдержала торжествующую улыбку.

— Хорошего полета, Лара. — Все же нашему капитану удалось взять себя в руки. Ах, какая похвальная выдержка! Я почти восхищена.

— У нас принято желать попутного ветра, — поправила его я, выходя из палатки. — Не скучай, капитан, я скоро вернусь!

И в отличном настроении отошла на свободное пространство, где сжала артефакт полета.

Ну, с попутным ветром!

Я уже успела подняться в воздух, когда услышала душераздирающее: «Стоять!» — и кто-то с силой дернул меня за ногу вниз. Приземление вышло жестким, потому что кости Грега удар не то что не смягчили, напротив, подарили мне парочку синяков на прощание.

— Ты что творишь?! — зашипела я на друга — привлекать лишнее внимание не хотелось.

— А ты почему не зашла попрощаться? — накинулся он в ответ. — Бросаешь меня тут одного на произвол судьбы! — на зависть всем плакальщицам провыл Грег и стиснул меня в объятиях.

Я не успела возмутиться, как услышала гневный шепот:

— Я всю ночь над артефактами корпел, переделывал серьги в подвеску, а ты даже зайти не удосужилась. — Упрек Грег подкрепил болючим щипком за бок и уже громко завыл: — Я думал, что мы друзья… коллеги, — поправился он, — не чужие люди.

Вокруг начинала собираться толпа. Джастин выглянул из своей палатки.

— Отцепись от меня быстро! — прорычала я.

— Сиди смирно, — снова перешел на шепот Грег.

Его руки что-то активно делали у меня в районе шейных позвонков.

— Готово, — шепнул он и наконец отстал, но исключительно для того, чтобы продолжить представление. — Какой я несчастный и никому не нужный! — снова запричитал этот поганец, закрывая лицо руками, наверняка чтобы спрятать улыбку.

Прибила бы!

— Не переживай, — на завывания Грега пришла Дора, уверенно растолкав всех присутствующих, — Лара скоро вернется.

Грег тут же переключил все внимание на свою даму сердца.

— Ты Итан, да? — спросила Дора, беря его за руку. Грег сначала мотнул головой, потом опомнился и закивал, чем вызвал улыбку магистра. — Пойдем, напою тебя чаем. Тебе сейчас не стоит волноваться, а Лара скоро вернется.

Дора махнула мне, чтобы улетала быстрее. И я, решив не искушать судьбу и не испытывать воображение Грега, схватилась за подвеску.

Что-то было не так…

Вытащив артефакт полета из-под воротника, я сначала глазам своим не поверила — на мне была подвеска из трех камешков. Два я узнала, они от вчерашних сережек. А третий в центре, чуть покрупнее, был мне незнаком. И главное, руками он ощущался как крыло, а выглядел как овальный синий камень.

Грег, держащий Дору за руку, оглянулся и подмигнул. Хитрюга! Отличную маскировку придумал!

Я прошлась пальцами по цепочке, почувствовав, что она переплетена со второй, но визуально это была одна подвеска, а не две.

Здорово сработано!

Дальше я медлить не стала, к тому же действительно ненавидела прощания и не собиралась улетать надолго. Через неделю с небольшим вернусь.

Надеюсь.

С воздуха я заметила сидящих вместе на траве Грега и Дору. Даффин с Асмуром выходили от Льюиса. Джастин так и стоял возле своей палатки, провожая меня взглядом.

Махать на прощание никому не стала.

До побережья я долетела без особых приключений с одной посадкой — все же путь оказался неблизкий. А с учетом того, что маршрут я проложила максимально безопасный, то еще и крюк вышел солидный. Так что на дорогу я потратила почти целый день, добравшись к порту под вечер.

Тьерден встретил меня соленым ветром в лицо и позолотившей море Матушкой. Даже жаль, что приземляться пришлось далековато от городских стен, не удалось полюбоваться красотой.

Чтобы не вызывать подозрений, в кустах, оказавшихся на редкость колючими, я переоделась в гражданское, пока наше, виларское. К счастью, у нас женщинам позволялось ходить в брюках и удобной обуви, тогда как длинные платья и туфли, выданные мне для Ровены, заранее навевали тоску. Форму я затолкала поглубже в извлеченный из мешка саквояж и вылезла из своего колючего убежища.

Народ шел в портовый город непрерывным потоком. Шли целыми семьями, ехали на обозах, вели за собой скотину.

Люди бежали от войны. Корабли из Тьердена плыли как на юг в сторону Ровены, так и на север к горным княжествам. Мне нужен был конкретный торговый корабль «Альбатрос», плававший под флагом Ровены, но фактически служащий Вилару, как мне объяснила разведка.

Ходить одной в многотысячной толпе оказалось жутковато. Снова вспомнился Грег, с ним, как ни странно, я чувствовала себя куда увереннее, даже когда он из могущественного духа стал обычным призраком. К тому же вид у меня был слишком ровенский, поэтому я буквально кожей ощущала исходящую от людей неприязнь и только и успевала уворачиваться от «случайных» тычков, чужих слишком длинных ног и широких плеч, которые и не думали убирать.

Скрипя зубами, я добралась до порта, даже удивившись, что без особых приключений. Видимо, народу было не до меня, все думали, как уехать и как устроиться в ожидании корабля. Постоялые дома предсказуемо оказались забиты, а комнаты так же предсказуемо сдавались втридорога.

«Альбатрос» был пришвартован в отдалении вместе с двумя другими кораблями из Ровены. Начальник порта поставил специальный караул, чтобы их не пожгли. Война закончится, а претензии от торговой гильдии останутся. Ссориться с ней никому выгоды не было — торговая гильдия имела почти такое же влияние, как и Ночной клан. И по опасности и проблемам, которые способны создать дельцы, в чем-то даже превосходила вампиров. А уж сколько крови могла попить — любой упырь позавидует.

Поэтому ее корабли продолжали курсировать, несмотря ни на какие обстоятельства.

На «Альбатросе» полным ходом шла погрузка, коробки и целые ящики таскали и портовые грузчики, и члены команды, так что я с трудом подгадала момент, чтобы подобраться поближе.

— Чего тебе? — не слишком вежливо поинтересовался здоровый мужчина, не удосужившись даже папиросу изо рта вытащить. Смотрел он больше на ящики и бумаги у себя в руках, явно что-то подсчитывая.

— Мне нужен капитан корабля, — с ходу заявила я, чем вызвала усмешку на загорелом обветренном лице.

— А я тебя чем не устраиваю? — подмигнул моряк.

Что примечательно, один его глаз украшал свежий фингал, пусть в остальном он выглядел вполне прилично. Одежда опрятная и даже щетина только-только начала пробиваться. А вот нос у него был сломан давно и сросся неправильно, оставив слишком явную, чуть скособоченную горбинку. Темные глаза из-под густых, сходившихся на переносице бровей изучающе смотрели на меня. Волосы незнакомец спрятал под повязкой, но несколько темных завитков все же выбивались.

— Я буду говорить с капитаном, — упрямо повторила я, ставя саквояж у ног — никаких сил не было его держать, а разговор грозил затянуться.

— А с чего ты взяла, что он станет с тобой разговаривать? — Мужчина передал несколько монет грузчикам, закончившим работу и сразу направившимся к следующему кораблю.

— А почему нет? — У меня имелись четкие инструкции на этот счет — только капитан.

— Просто предположу, что у него есть дела поважнее незнакомых девиц. — Моряк сложил руки на широкой груди и насмешливо ждал моего следующего аргумента.

— Мы знакомы, — уверенно заявила я, вздернув подбородок — всегда сложно общаться с такими высоченными людьми.

— Да что ты говоришь? — сросшиеся брови поползли вверх. — Не помню, чтобы капитан о тебе рассказывал.

— А он вам обо всех знакомых докладывает? — не сдавалась я.

— Ну о таких бы рассказал, — многозначительно улыбнулся моряк.

Вот что он, спрашивается, ко мне привязался?

— Кэп! Ты там долго еще? — крикнул кто-то с корабля, я же открыла рот от возмущения. Столько времени мне голову морочил!

— Иду! — отозвался он. — Эх, все удовольствие испортил, — посетовал наглый тип. — Так чего тебе от меня нужно?

«Уже ничего», — хотелось ответить мне, развернуться и уйти.

— У меня сообщение от магистра Ларсена, — понизив голос, сообщила я и важно добавила: — О перелетных птицах.

Капитан корабля, которого мне назвали как Бернар Алваро, тут же воровато огляделся, взял меня под локоть и отвел подальше от любопытных глаз и ушей.

— Сообщай, — разрешил он, когда мы оказались одни на почтительном расстоянии от кораблей и людей.

— Мне нужно попасть в Ровену, — «обрадовала» капитана я. — И вы должны мне в этом помочь. А потом еще вернуть назад.

— Ничего себе, — протянул Алваро. — Мы не берем пассажиров, у нас торговое судно.

— Придется сделать исключение. — По лицу мужчины было видно, как ему не хочется соглашаться. — Дело государственной важности, — добавила я, дабы придать значимости своим словам.

Судя по насмешливому взгляду капитана, в мою государственную значимость он не очень-то верил.

— Мы отправляемся завтра на рассвете, но, так и быть, можешь подняться на борт сейчас, — сделал мне одолжение капитан «Альбатроса». — Все равно место для ночлега на суше не найти, а неприятности с такой внешностью — запросто.

Я кивнула, испытывая искреннюю благодарность. Неприятности мне сейчас были совсем ни к чему.

— И учти, — уже строже добавил мужчина. — Обратно, чтобы не вызывать вопросов у пограничников, поедешь юнгой. Женщину на торговом судне наверняка запомнят.

— Без проблем, — согласилась я, протягивая руку.

Бернар Алваро неопределенно хмыкнул, но руку пожал, да к тому же со всей осторожностью. На борт я заскочила следом за ним, с трудом поспевая за размашистым шагом. На меня сразу покосились все, послышались смешки и не особо приличные шутки.

— За работу! — крикнул капитан. — Лично проверю, как груз закрепили!

Матросы тут же вернулись к своим делам, меня же Алваро практически запихнул в небольшую каюту с единственной койкой и вездесущими ящиками и приказным тоном попросил не высовываться до отплытия.

16. Морской круиз

То, что морские путешествия — не мое, я поняла сразу, стоило прилечь на койку. Во-первых, от верхней палубы, или как там она называлась, меня отделяли только доски в один настил. Бегающие по ним люди, казалось, топали прямо по моей голове. Все крики и шум слышны даже лучше, чем в самых захудалых постоялых дворах, а уж я-то, облетевшая всю страну, знала в этом толк.

Но главной проблемой, конечно, стала качка.

Даже стоявший на месте корабль стоял весьма условно. Он отчетливо покачивался на небольших волнах, и уже от этого мне спустя какое-то время стало нехорошо. Я села на койку, поджав ноги и отдышавшись — немного помогло. Что же будет, когда мы поплывем?

Примечательно, что во время полета мне никогда не становилось плохо. От неба меня не тошнило, а тут не помогали никакие дыхательные упражнения.

Заснула я с трудом, поскольку жизнь в порту бурлила и ночью, и едва ли не активнее, чем днем, а проснулась от криков и команд, отдававшихся зычным голосом капитана. Как он и грозился, мы отплывали на рассвете. В последнем я убедилась, выглянув на шум из каюты, — окон у меня не имелось. Вот только Альваро, находившийся неподалеку, тут же заметил и, невзначай проходя мимо, дверь захлопнул, едва не приложив меня по носу.

Ладно, посижу внутри.

А стоило нам отплыть, как мои худшие предположения оправдались — качка усилилась и терпеть ее стало совсем тяжко. Мне срочно требовался свежий воздух.

— Что-то ты побледнела, — заметил капитан, встав рядом. — Вся смуглость разом сошла.

Город уже не был виден, а море казалось бесконечным.

— Ненавижу плавать, — сквозь зубы поделилась я.

— И часто плаваешь? — насмешливо поинтересовался мужчина.

— Первый раз. И уже ненавижу.

— А завтракать будешь? — то ли в шутку, то ли всерьез предложил капитан, но, увидев мои округлившиеся глаза, рассмеялся и отошел, оставив меня в покое.

К вечеру стало как-то получше, и я смогла впихнуть в себя немного еды. И то через силу. Два раза пыталась уговорить Альваро разрешить мне полететь за кораблем, тот категорически не соглашался, пригрозив, что в таком случае я и дальше буду добираться до Ровены по воздуху.

А на второй день нашего путешествия пришлось переодеваться в платье. Мы покидали нейтральные воды и входили в территориальные воды Ровены. Серьезного флота у Ровены не было, впрочем, как и у нас, но небольшие легкие корабли для патрулирования имелись. Вопрос с пиратством и с охраной своих судов торговая гильдия решала собственными силами, чем существенно упрощала жизнь всем прибрежным государствам. Правда, делала это не бескорыстно и не безвозмездно, но тут уже другой вопрос.

Как мне сказал Альваро, пока я снова судорожно дышала, вцепившись в ограждение палубы, тщательного досмотра кораблей обычно не устраивают. Но на каждом патрульном судне всегда есть свой маг не из последних, а сейчас, во время войны, досмотр ужесточился.

— Поэтому если есть что-то сомнительное — выбрось за борт заранее, — посоветовал капитан.

Больше всего мне хотелось прыгнуть за борт самой и закончить уже эту пытку. Про обратный путь я старалась не задумываться. Задумываться вообще не получалось, хорошо выходило у меня только ненавидеть окружающих. И показавшийся вдалеке легкий парусник я честно возненавидела всей душой. Еще из-за него останавливаться и оттягивать счастливый момент прибытия.

Два корабля поравнялись, и матросы с пограничного судна споро перекинули доски, по которым к нам и перебрались гости.

Досмотр шел своим чередом, я честно сидела в сторонке — мою форму Альваро изъял и перепрятал, на мне самой был убирающий любую магию браслет, поэтому я сидела спокойно.

Вернее, мне было настолько плохо, что на остальное уже просто плевать. К тому же я закапала выданные Дорой капли в глаза, и какое там двадцать шагов? У меня в десяти все плыло.

И когда обещанный маг подошел ко мне и присел рядом на корточки, что-то спрашивая, я только взглянула на него исподлобья, пытаясь сфокусировать взгляд. Ровенский я не знала и ни слова не поняла.

Тут же на выручку пришел Альваро, что-то объяснил магу на ровенском, тот сочувственно посмотрел на меня. Потом мужчины перекинулись еще парой фраз, и ровенский маг достал из-за пазухи флакон, вложил в мои руки, похлопал по плечу и, наконец, отстал.

— Что это такое? — спросила я у капитана, когда ровенцы убрались к себе на корабль, и мы продолжили плавание.

— Успокоительные и восстанавливающие капли, — удивил меня Альваро.

— Зачем?

Если не считать дурацкой и изматывающей тошноты, то я была абсолютно спокойна. Сил нервничать попросту не осталось.

— Чтобы ты меньше переживала о погибшем от рук злобных виларцев женихе, — скорбным голосом ответил капитан.

Я же мгновенно взбодрилась. Этого в моей легенде не было!

— Какой еще жених?!

— С которым ты уехала по делам в Вилар до войны. И не смотри на меня так! В Биргаро можешь рассказывать что угодно, здесь же нам нужно было просто отделаться от Джоваса. Он и так везде свой нос сунул, вдвое дольше корабль досматривал, — поморщился Алваро.

— Но ведь ничего не нашел? — осторожно поинтересовалась я.

— Вроде нет…

Судя по ответу капитана, найти на «Альбатросе» можно было многое…

Утром третьего дня я осознала две вещи: меня уже не так укачивает и мы почти приплыли. Несколько часов я стояла на борту корабля в ожидании вожделенного берега. Это путешествие обещало мне запомниться надолго.

Когда показался Биргаро, все ощутимо обрадовались. Еще один, пусть и короткий рейс подходил для матросов к концу. Люди предвкушали выход на берег, нормальную еду и интересное времяпрепровождение.

Альваро привычно раздавал приказы, пока к нему на капитанский мостик не поднялся один из матросов и не передал подзорную трубу, указав на что-то впереди. И это что-то капитану не понравилось.

— Лара, — мужчина быстро сбежал ко мне и втащил в мою крохотную каюту. — Ты ведь хотела полетать?

— Предположим, — осторожно согласилась я, уже понимая, что что-то пошло не так.

— Будь готова, как только мы причалим, незаметно улететь с корабля.

— Боюсь, незаметно не получится, активация артефакта требует определенного времени, — попробовала возразить я.

Крылья сначала надо вызвать, а потом уже взлетать.

— Времени у тебя не будет, — предупредил Альваро. — Не показывайся никому на глаза, стой в сторонке с вещами. Где-нибудь за ящиками.

— А в чем дело?

— В порту стражи больше обычного, просто кишат. И явно оживились, заметив нас.

— Может, нам тогда не причаливать?

— Это будет выглядеть совсем подозрительно, потом точно не отмажемся. А мы очень удобная мишень и для магов, и для орудий. Еще учти, если нас в чем-то обвинят и арестуют, то и по тем адресам, которые тебе дали, лучше не соваться, поняла?

— Поняла, — кивнула я, вот только куда мне теперь идти — не очень понимала…

— Умница, — отстраненно похвалил капитан, очевидно занятый своими мыслями. — Бери вещи и прячься. Если все пройдет нормально — сойдешь на берег вместе с нами. Если нет — улетишь.

Легко сказать — улетишь…

Ладно, может, все обойдется.

Но когда судно подошло к причалу, стало ясно — не обойдется. Стража собиралась целенаправленно в том месте, где должен был пришвартоваться корабль. Капитан сделал вид, что осматривает здоровенные ящики, за которыми я сидела.

— Как только подойдем вплотную, перелетаешь за борт и за соседние корабли, — не глядя на меня, проговорил Альваро, дергая за веревки, которыми были привязаны ящики. — Понизу. Облетишь весь порт с юга, там парк к морю спускается, никто не обратит внимания на деву из кустов.

— А вы?

— А мы уж как-нибудь разберемся. Без тебя, — с нажимом добавил капитан и отошел, показывая, что разговор окончен.

Собственно, спорить я и не собиралась. К тому же некромант силен только там, где много мертвецов. Сражения, кладбища, мертвецкие тоже подойдут. Но против живых людей у нас не так много заклинаний. И опытный боевой маг сделает практически любого некроманта в два счета.

Второпях убирать саквояж в курьерский мешок было несподручно, особенно в узком проходе, где я пряталась. Швартовка уже шла вовсю, когда я справилась и закрепила мешок ремнем за спиной, стянула браслет подавления магии, убрав его в карман и, выдохнув, перелезла за борт. Ящики не спрячут мои новые здоровенные крылья.

На счет три.

Один…

Выкрик на ровенском и топот ног по палубе не дали досчитать. Я разжала руки и приготовилась открывать пляжный сезон в одежде и с вещами. Но крылья не иначе чудом раскрылись у самой поверхности воды, удержав меня в воздухе.

«Вот это повезло!» — подумала я и низом полетела к тому самому парку.

Надеюсь, у экипажа «Альбатроса» все будет хорошо.

Юбка задорно трепыхалась вокруг ног, периодически оголяя их едва ли не полностью. Я прокляла все, в том числе и дурацкую ровенскую моду на платья, пока долетела. Деревья в парке действительно росли густо, поэтому мне удалось от последнего корабля сразу завернуть на крутой берег и тут же убрать крылья. Вокруг никого не было, середина дня, народ еще не вышел отдыхать, так что я огляделась, поправила юбку и направилась подальше от моря. Даже цветочек для вида сорвала, вроде как гуляю. И саквояж, который пришлось достать из мешка, вот совсем не тяжелый, ни разу руку не оттягивает.

И парк, как назло, по размерам оказался как настоящий лес.

Выйдя из него, я поставила саквояж на лавочку и перевела дух.

Для начала неплохо было бы поесть, три дня в пути и в качке мне было как-то не до еды, а сейчас после всех волнений есть хотелось просто зверски.

С этим я худо-бедно справилась, купив какую-то местную выпечку и стакан сока у лоточника, начавшего торговлю возле парка. Объясняться почти не пришлось, мы сторговались на пальцах.

Карту столицы Ровены я видела и примерно понимала, где очутилась. Но что делать дальше? Идти в указанные места было опасно, а куда еще можно податься — я не представляла. Разве что прямиком к вампирам, но они не факт, что пустят так сразу. А уж на ночь я у них и сама бы не осталась. Языка не знаю и даром что выгляжу как ровенка, начни я говорить, как мигом покажусь подозрительной чужестранкой. Хорошо, что сегодня глаза не капала — как чувствовала, что нормальное зрение пригодится.

Но идти куда-то нужно, не стоять же на месте.

Я с усилием подняла саквояж и направилась в сторону центра, предварительно осторожно сверившись с картой. Исключительно на всякий случай.

Я брела по Биргаро, стараясь не крутить головой по сторонам и не разглядывать непривычно яркие здания, выкрашенные во все цвета радуги. После сдержанных цветов Варнавы, столицы Вилара, это смотрелось дико, но по-своему красиво. Все пространство вокруг было забрано в камень: каменные дома, наглухо замощенные дороги и тротуары без единой разбитой клумбы. Вся зелень, а ее здесь оказалось на удивление много, стояла в больших кадках, висела в подвесных кашпо или обильно украшала в подвесных ящиках перила и подоконники.

Местные, такие же пестрые и яркие, а еще шумные и суетливые, то и дело махали мне и здоровались, стоило встретиться с кем-то взглядами. Поэтому я усиленно смотрела прямо перед собой.

Окрашенные в черный волосы и легкий загар, который придало моей коже масло, не сделали меня коренной ровенкой, но хотя бы помогли не бросаться в глаза своей нехарактерной для здешних жителей мастью.

И все равно меня не покидало ощущение, что все на меня пялятся и видят чужачку. Один взгляд я чувствовала особенно остро, за мной следили, даже не пытаясь как-то замаскировать слежку. Оборачиваться было страшно, казалось, это лишь привлечет большее внимание. Так что я ускорила шаг и свернула в небольшой узкий переулок, надеясь, что он не закончится тупиком. Возле каждой двери стояли кадки с цветами, а то и с целыми деревьями. Здесь было тише, и мои шаги становились слышнее, многократно отражаясь от каменных стен, словно в колодце. Но я не прошла и двух домов, стоявших вплотную друг к другу, как к моим добавились еще одни, редкие, уверенные, мужские.

— Лара?

Я замерла на полушаге, все еще боясь ошибиться и раскрыть себя.

— Лара, это правда ты?

Медленно обернувшись, я увидела Эдриана, такого же, как и при нашем расставании. Все те же брюки со стрелками по линейке, и могу поспорить, что под легкой курткой у него была белоснежная рубашка.

— Лара, — Эдриан тоже, не веря, смотрел на меня.

И я не сдержалась, сделала первый шаг, а когда он шагнул навстречу и развел руки, окончательно отбросила все сомнения и буквально рухнула к нему в объятия.

— Поверить не могу, — прошептал парень, прижимая меня к себе и зарывшись носом в волосы, перебирая пальцами темные локоны. — Я думал, что брежу, видя в черноволосой девушке тебя.

— Это ты за мной шел? — Я взяла себя в руки и подняла голову, понимая, что сдержать счастливую улыбку не смогу.

— Да, я зацепился глазом за очень похожую на тебя девушку, сразу отметив и знакомую походку, но до конца не верил, что ты можешь оказаться здесь, — Эдриан провел по моей щеке, убирая выбившуюся из косы черную прядь. Он жадно разглядывал меня, словно выискивая, поменялось ли во мне еще что-то. — Кстати, а что ты здесь делаешь?

И вот на этом я отстранилась, упершись ему в грудь. Совсем забыла, что Эдриан — ровенец.

И сейчас он мне не друг.

— Лара? — вопросительно поднял брови бывший напарник. Да, именно так, и никак иначе мне не стоит его воспринимать.

— Я здесь по делам, — сухо ответила я, окончательно выбираясь из кольца его рук. В глазах Эдриана мелькнула обида. — И мне пора. Извини.

Я отступила назад, но парень тут же дернулся вперед и взял за руку.

— Скоро ночь, на юге раньше темнеет. Пойдем ко мне, уверен, тебе негде жить. — Он потянул меня к выходу из переулка.

— Почему ты так решил? — Я попробовала упереться, но мои туфли заскользили по гладким камням мостовой.

— Ты слишком бесцельно шла, — улыбнулся он. — Идем, ничего не бойся.

— Я не боюсь!

— Точно, прости, — Эдриан улыбнулся, покрепче сжав мою руку, верно опасаясь, что я вырвусь и убегу. Другой рукой он без просьб и намеков с моей стороны взял мой саквояж и уверенно пошел через пеструю толпу.

Я же, стыдно сказать, не хотела убегать. От такого удивительного и упоительного чувства защищенности и надежности не получалось отказаться. А ведь я уже успела позабыть, каково это — полагаться на кого-то, кроме себя, беззаветно доверять другому, принимать помощь…

Эдриан провел меня через центральные улицы, мимоходом обозначая какие-то достопримечательности, и привел к большому зданию, украшенному лепниной. Судя по количеству дверей, это был не частный особняк, как я ожидала, а многоквартирный дом. На втором этаже Эдриан открыл одну из четырех дверей и пропустил меня внутрь.

— Я думала, ты живешь в огромном особняке с кучей слуг, — протянула я, оглядывая небольшую, но уютную квартиру. Впрочем, это меня ни капли не разочаровало.

— Там живет отец, а мы с ним в последнее время ладим хуже прежнего, — усмехнулся Эдриан, помогая мне снять куртку.

Такие простые жесты, ненавязчивые прикосновения… как же мне всего этого не хватало.

— Ты не вернулся на службу? — Все же он военный, но почему-то не на границе.

— Я бы и не стал туда возвращаться, но меня призывают. Скоро поеду, — Эдриан доставал нехитрую еду: хлеб, овощи, копчености, сыры, последние пахли просто изумительно!

Огромные сложные бутерброды мы нарезали вместе, болтая о какой-то ерунде. Эдриан рассказывал, как вернулся на родину, окончательно разругался с отцом, и, отделавшись выговором от командования, засел в своей квартире. Благо она у него имелась. Но в его исполнении все это выглядело так просто и комично, хотя, зная Эдриана… вряд ли ему так легко все далось.

— А ты? И где же твой артефакт полета? — парень кивнул на вырез моего платья, в котором сейчас красовалась сделанная Грегом подвеска.

Рассказать? Или промолчать? Отшутиться?

Но мы ведь, кажется, научились друг другу доверять. И кто мне здесь поможет, если не он?

— Я пошла в армию, — собравшись с духом, призналась я.

На кухне повисло молчание. Эдриан отложил нож.

— В армию?

— Да.

— Курьером?

— Как видишь. — Я коснулась подвески, выпутав ее из цепочки.

Камень будто потек и на глазах превратился в черное крыло. Я весело улыбнулась, наблюдая за удивлением Эдриана, хотя на самом деле никакого веселья не испытывала.

— Зачем? — Эдриан смотрел на меня так, что под его взглядом я почувствовала себя крайне неловко. А мой поступок со стороны показался каким-то особенно глупым. И заключение контракта, и прилет сюда.

— Мне пообещали диплом мага.

— Если выживешь, не покалечишься и вернешься с войны?

— Да ты оптимист! — я вздохнула, с грустью посмотрев на красивый бутерброд с копченым мясом и овощами, посыпанный зеленью. Видимо, ужин откладывается.

— Я реалист, — вздохнул парень. — Ешь, ты же голодная. Потом расскажешь, зачем тебя сюда отправили и как я могу тебе помочь.

— А ты поможешь? — теперь уже по-настоящему удивилась я. Такого прямого и быстрого предложения я никак не ожидала.

— Смотря с чем. Если это связано с убийством людей — то нет. С остальным — надо подумать. Но мешать точно не стану. Обещаю.

— А… почему? — Уж если кто и будет до конца верен присяге — то это Эдриан, я в нем не сомневалась.

— Потому что теперь я особенно хочу, чтобы война поскорее закончилась. И ты вернулась домой. — От последних слов у меня пробежали мурашки по коже, и я поспешно ухватилась за чашку, чтобы скрыть волнение.

— И ты готов фактически пойти против своего государства? — Я вспоминала честность и принципиальность Эдриана и… не узнавала.

Он встал и подошел к окну, встав ко мне полубоком и задумчиво изучая улицу, словно впервые ее увидел, а не прожил здесь неизвестно сколько.

— Мое государство убило моего брата, держало людей в плену, мы сами едва не погибли, — произнес он, все так же не глядя на меня. — Я потом долго думал над случившимся и понял, что правильно и хорошо — это далеко не всегда одно и то же. Поступи я иначе в пещерах — Льюис остался бы жив…

Его рука скользнула по цепочке на шее вниз, достав подвеску-крыло и сжав ее в кулаке. Ту самую подвеску, за которой я в том числе прилетела.

— Эдриан, Льюис жив.

Он обернулся очень резко, в два шага оказался возле стола и буквально сдернул меня со стула вверх.

— Что ты сказала?

— Он жив. — Я с трудом убрала его пальцы, болезненно сдавившие мои плечи. — Успокойся, я все тебе расскажу.

Все же между «жив» и «в порядке» в нашем случае огромная разница. Почти пропасть.

— Прости. — Эдриан взял себя в руки, на всякий случай отступая от меня подальше. — Извини, больно, наверное?

Он выглядел до того растерянным и виноватым, что я не сдержала смешка, решив не растирать плечи — если синяки и остались, то сойдут быстро.

На магах все заживает без проблем.

— Так вот, Льюис жив. Из него сделали существо, чем-то похожее на упыря. Но! — поспешила добавить я, видя ужас на лице Эда. — Наш бывший шеф, Дамьен, сказал, что это можно исправить.

— Он станет прежним? Его можно спасти? — не поверил Эдриан.

— Нет. — Я набрала в грудь побольше воздуха для следующего признания. — Он станет вампиром.

Эдриан, сгорбившись, сел на стул, оперся локтями на стол и обхватил голову. Да уж, новость, конечно, так себе.

— Это лучше, чем смерть, — тихо добавила я.

О том, что это куда лучше «упыриного» существования, добавлять не стала.

— Да… лучше, наверное, — Эд тяжело вздохнул и выпрямился. — Хотя твой призрак, помнится, и живым фору давал.

— Кстати, Грег тоже жив, — отхлебнув чай, чтобы промочить пересохшее горло, добавила я.

— Серьезно? Он не сорвался? — удивился Эд. — И ты его стабилизировала?

— Ага, — усмехнулась я, — стабилизировала. Он теперь абсолютно стабилен. И материален.

Эдриан нахмурился, а я с улыбкой пояснила:

— Мы смогли вселить его в тело человека, из которого тоже сделали упыря. Говорю сразу, — предупреждающе подняла ладонь я, — тот был в куда худшем состоянии, чем твой брат, и ему уже нельзя было помочь, он был фактически мертв. Дамьен сказал, что Льюис еще существует, и из него может получиться вампир.

— И что для этого нужно? — со вздохом спросил Эдриан.

Видимо, он смирился с мыслью, что у его брата теперь будет небольшая особенность. Да и действительно лучше стать вампиром, чем умереть.

Надеюсь, Льюис на эту ситуацию будет смотреть так же.

— Артефакт полета, — я кивнула на его подвеску. — Нужна дорогая для него вещь, желательно, с частичкой силы.

Эдриан с готовностью расстегнул цепочку и протянул мне.

Ну что ж, с учетом того, как экипировал меня Грег, одним артефактом больше, одним меньше.

Так что я взяла еще одну подвеску и старательно переплела ее с остальными. Крыло на глазах превратилось в продолговатый камень, еще немного — и на шее у меня будет полноценное колье.

— А теперь рассказывай, для чего ты здесь, — попросил Эдриан. — Если я правильно понимаю, чем быстрее ты вернешься с подвеской, тем больше шансов у Льюиса.

— Все так, — подтвердила я, запив последний кусок бутерброда чаем. — Собственно, и из-за Льюиса в том числе. Мне нужно передать образец его крови и слепок ауры вашим местным вампирам, чтобы они нашли предателя в своих рядах. Наш главнокомандующий полагает, что в их дружном сообществе наметился раскол.

По мере моего рассказа лицо у Эдриана вытягивалось, а глаза, напротив, округлялись.

— Тебя отправили к вампирам? — пораженно переспросил он.

— Ну да, — я беспечно пожала плечами, сооружая себе новый бутерброд.

— Я пойду с тобой, — сразу заявил Эдриан не терпящим возражений тоном.

А я, в общем-то, и не собиралась возражать.

— Хорошо. Хотя ничего хорошего, конечно. — Эдриан стащил последний кусок копченого мяса и задумчиво его прожевал. — Давай обсудим еще вот какой момент, — я напряглась от одного тона, уже предчувствуя нечто серьезное, — как ты сюда добралась и как планируешь выбираться?

— Добралась морем на корабле, — начала я, — обратно планировалось так же, но боюсь, экипаж этого корабля арестован, придется искать альтернативные варианты.

— То есть ты понятия не имеешь, как возвращаться обратно, — задумчиво кивнул Эдриан.

— В крайнем случае мои крылья при мне, — возразила я. — Кстати, а браслет невидимости у тебя сохранился?

— Сохранился, — успокоил меня парень. — Думаешь, я бы его просто так кому-то отдал?

— А мне отдашь? — подвинулась к нему я и проникновенно заглянула в глаза.

— Отдам, конечно, — улыбнулся Эдриан. — Только невидимость тебя не спасет, у крыльев слишком высокая магическая активность, тебя засекут на раз. К тому же я не удивлен, что экипаж арестовали. У нас в последнюю неделю ввели дополнительные меры безопасности, комендантский час, а бедные стражи работают, кажется, круглые сутки и без выходных.

Последнее меня не ободряло, долго сидеть в квартире Эдриана я не смогу, мне нужно найти резиденцию местного Ночного клана и договориться о встрече. А тут еще и комендантский час, как назло! Вампиры вряд ли согласятся встретиться со мной средь бела дня. Буду пробираться к ним ночью тайком.

— Значит, придется действовать по обстоятельствам. — А что мне еще остается?

— У меня есть план получше. Помню, что ты уже как-то высказалась по этому поводу, но сейчас, надеюсь, не станешь отказываться.

Эдриан улыбнулся и взял меня за руки. Я непонимающе смотрела на него, теряясь в догадках, что он может мне такого предложить? Обычно его идеи мне не нравились, потому что в них Эд никогда не жалел себя. Но если подумать, чтобы выполнить задание и выбраться из Ровены, я согласна почти на все! На войне, как говорится…

— Выходи за меня замуж.

— Чего?!

Я выдернула руки, вернее, попыталась, но Эдриан рассмеялся и притянул меня к себе, не позволяя убежать от него подальше.

— Я предлагаю фиктивный брак, Лара. Ты будешь моей женой и при этом останешься гражданкой Вилара. Но все равно сможешь легально находиться в Ровене, передвигаться здесь и покинуть страну без лишних вопросов. Я спокойно и открыто проведу тебя через посты. И объяснять ничего не придется. Скажем, что ты едешь к больному отцу, к примеру. А когда все закончится — мы снова встретимся и расторгнем брак. Как тебе идея?

— Даже не знаю…

Звучало заманчиво, но подобные действия как-то плохо укладывались в моей голове. Какие-то совсем крайние меры, честное слово…

— Эдриан, а у тебя не возникнет из-за этого проблем?

— Если ты хорошо сыграешь роль моей жены, так, чтобы ни у кого не появилось сомнений, то нет.

— Знаешь, боюсь, это очень сложный путь. Может, я как-нибудь просочусь через границу? — Я попыталась отодвинуться, но Эд держал крепко.

— Да брось, у нас все получится, вот увидишь. — Эдриан чуть отстранился и заглянул мне в глаза. — Если пойдем сейчас, то успеем до закрытия храма.

— Ох, это слишком важное решение. — У меня голова шла кругом. — Я не ожидала от тебя такой самоотверженности, честно говоря.

— Хочешь, могу опуститься на колено и сделать предложение по всей форме, если это поможет тебе поверить в его серьезность. — В глазах Эдриана бегали смешинки, и губы немного подрагивали.

— Не надо! Не поможет!

— Значит, ты согласна?

Я набрала в грудь побольше воздуха и выдохнула:

— Да.

17. Новый статус

А дальше началось какое-то форменное безумие. Эдриан пошел собираться, я же разрывалась между желанием съесть еще один бутерброд или привести себя в порядок. В итоге закинула в рот кусок сыра и принялась изучать содержимое косметички, которую Дора для меня от сердца оторвала. Знала бы магистр, для каких именно целей пригодится ее подарок!

Решив, что ровные стрелки у меня никогда в жизни не получатся, я ограничилась тенями с легким блеском и подкрасила губы, переплела успевшую растрепаться за день косу — что-то сложное опять же сделать не смогу.

Из одежды у меня все было совершенно обычное, повседневное, призванное не украшать, а, напротив, помогать не привлекать лишнее внимание. Но не плакаться же, что нечего надеть? Смешок вырвался сам собой, стоило представить, как я капризно заявляю Эдриану, что у меня нет подходящего платья.

Поэтому все мои приготовления ограничились тем, что я переоделась в свежее, укутавшись в красивую шаль, тоже выданную Дорой. Нет, у нее определенно есть дар предвидения! И все равно почувствовала себя весьма странно, когда ко мне вышел Эдриан в нарядном костюме песочного цвета. Его, кажется, внешний вид «невесты» нисколько не смущал, и улыбнулся он вполне тепло.

— Я тут нашел кое-что, — он подошел ко мне и открыл небольшую коробочку.

Я же глазам не поверила: в окружении темного бархата лежало потрясающее женское кольцо с рубином.

— Только не говори, что оно предназначалось для твоей настоящей невесты! — Вот только этого мне не хватало!

А иначе объяснить, откуда у него подобное украшение, я не могла.

— Да ну, что ты! — рассмеялся парень. — Это обручальное кольцо моей матери, ничего другого у меня нет, поэтому возьмем его.

— Эдриан, я не могу его принять… Это слишком большая ценность для фиктивного брака…

Я отвела его руку подальше, но оторвать взгляд от изящного кольца с рубином в необычной для него огранке-капле не получалось.

— Значит, у тебя появится дополнительный стимул пережить войну и вернуть его мне.

Эдриан убрал кольцо в коробочку и положил ее во внутренний карман пиджака. Одет он был куда лучше меня, облаченной в платье рядовой горожанки.

— Да мне, поверь, и без того жить хочется, — со смешком отозвалась я, разглядывая себя в зеркале.

— Лара, все должно выглядеть предельно натурально. И кольцо моей матери, как ничто другое, придаст нашему браку достоверность. Идем.

Он осторожно взял меня за руку и повел к храму.

Не то чтобы я часто представляла себе собственную свадьбу, особенно с учетом того, что четыре с половиной года моим женихом числился Джастин. Но все же не ожидала, что приду в храм другой страны и чужих богов в самой обычной одежде, с наспех заплетенной косой, да еще приняв предложение за час до церемонии.

Мы шли по Биргаро, и казалось, что с каждой минутой небо становилось на полтона темнее. Ночь опускалась стремительно, накрывая город, словно покрывало с причудливым узором из крупных ярких звезд. А вместе с наступлением темноты, как грибы после дождя, на каждой развилке, едва ли не у каждого столба появлялись стражи.

Эдриан уверенно шагал вперед, обнимая меня за плечи. Я же жалась к нему, понимая, что одна бы далеко не ушла. Эд же легко подставлял стражам браслет, поясняя, что девушка с ним, и мы продолжали путь.

И кое-что в этой уверенности меня царапнуло.

— Тебе можно ходить по ночам? — тихо спросила я после того, как мы отошли от очередного патруля, остановившего нас для проверки.

— Совсем по ночам лучше не ходить и мне, для этого требуется веская причина и разрешение. Но хотя бы поздним вечером можно передвигаться спокойно, — подтвердил Эдриан, без лишних слов протягивая руку с браслетом шагнувшему к нам стражу.

— И за какие же заслуги у тебя есть такая возможность? — подозрительно поинтересовалась я, когда мы прошли дальше.

Эти бесконечные остановки уже начали утомлять…

— Служба дает свои преимущества, — уклончиво ответил он.

— Служба в армии? — уточнила я, заметив, как очередной страж дернулся было к нам, но, видимо, узнал Эдриана и отступил обратно в тень.

— Тех, кто не на фронте, отрядили в помощь страже, — признался Эдриан, а я резко остановилась. — Идем, — потащил он меня вперед, — не стоит привлекать ненужное внимание.

— А как ты меня так легко нашел? — Радость от неожиданной встречи схлынула, голод тоже утолен, и голова наконец заработала. И вопрос, а так ли наша встреча неожиданна, всплыл сам собою.

— Я искал не тебя, а девушку с арестованного корабля. — Я резко высвободилась, но Эдриан притянул меня обратно. — Я не знал, что это ты, правда.

— А как ты меня вообще выследил? — прошипела я, раздумывая, нужно ли начинать набирать заклинания или врезать просто так, безо всякой магии?

— Я не выслеживал тебя, у нас просто были ориентировки, пограничный маг передал информацию, что на корабле была девушка, — быстро пояснил Эдриан, по-прежнему ведя меня вперед. — Плюс от крыльев остался мощный магический фон, который потерялся в Прибрежном парке. Потом я заметил подходящую девушку и пошел за ней. И что-то показалось мне в ней до боли знакомым… А дальше ты знаешь.

— А почему же ты мне сразу не сказал? — едко поинтересовалась я, все еще не понимая, что теперь со всем этим делать.

— Пока ты мне все не рассказала, я не был до конца уверен, что ищут именно тебя. А потом стало поздно объяснять, надо было думать, как помочь.

— И ты решил на мне жениться! Как мило с твоей стороны! — Подошедший стражник, услышав мои слова, замер и отступил назад, благоразумно предпочтя не вмешиваться в разборки парочки.

На что Эдриан притянул меня к себе и прошептал на ухо:

— Мне проще на тебе жениться сейчас, чем потом вытаскивать из тюрьмы. — Наверное, со стороны это выглядело довольно интимно, особенно учитывая, как серьезно обнимал меня Эд. Наверное, страж думает, будто молодой человек нашептывает слова любви своей девушке. — А если учесть, что от тебя зависит жизнь моего брата, то я заинтересован вдвойне.

Последнее было весомым аргументом. Почему-то мне куда проще оказалось принять помощь Эдриана, зная, что он делает это не только и не столько для меня.

— Хорошо, уговорил. Только ради Льюиса! — А вдруг еще подумает, что это его объятия на меня так убедительно подействовали.

— Так и скажи, что боишься выходить за меня замуж, — поддел он.

— Я не боюсь, а разумно опасаюсь! Все же, знаешь, первый раз замуж выхожу. Все невесты нервничают!

— Я тоже волнуюсь, — неожиданно признался Эд. — Поэтому пойдем уже скорее, сделаем это и успокоимся.

Он протянул мне руку, и я, подумав, взялась за нее. Если уж решилась, то нужно идти до конца.

Небольшой храм, затерявшийся между плотно стоящими друг к дружке домами, был уже закрыт, но после требовательного стука Эдриана дверь приоткрылась. Выглянувший служитель выслушал просьбу, вздохнул и пропустил нас внутрь, где все еще тускло горели немногочисленные светильники.

— Что ты ему сказал? — тихим-тихим шепотом спросила я, опасаясь, что звук разлетится по круглому залу.

— Что я скоро ухожу на войну и нам нужно скорее пожениться — чистая правда, между прочим, — ответил Эдриан, тоже рассматривая тонувшее во тьме убранство храма.

Многочисленные лики строго взирали на нас, словно хмурясь в дрожащем свете живого огня. Я посильнее закуталась в шаль и прижалась к Эдриану. Показалось как-то неправильно то, что мы задумали.

Но не разворачиваться же назад? Служитель уже начал готовиться к церемонии, облачившись в нарядное одеяние. Он медленно ходил по храму и расставлял в положенных местах чаши и свечи.

Эд подошел к столу и взял плотную бумагу с ровенскими письменами.

— Слова брачной клятвы, — пояснил он. — Можно придумать свои или использовать стандартные.

— Стандартные, — тут же выпалила я, поняв, что сейчас слишком нервничаю, чтобы что-то придумывать.

Эдриан несколько раз прочитал мне небольшую клятву, мужской и женский вариант отличался одним словом, но отчетливо показывал распределение ролей в семье.

Служитель что-то сказал, Эдриан ответил, после чего я услышала вполне разборчивое, пусть и с сильным акцентом: «Хорошо, начинаем».

— Я попросил перейти на виларский, — пояснил Эд, за руку подводя меня к небольшому алтарю.

Основную речь жрец произносил на ровенском, но когда дело дошло до клятв, он вполне сносно заговорил на понятном мне языке.

— А теперь ваши клятвы. — Он протянул Эдриану высокую свечу на блюдце, которую держал все это время в руках.

Эд осторожно принял огонь и повернулся ко мне.

— Клянусь любить и беречь тебя, нашу семью и наших детей. — От его клятвы у меня по телу пробежали мурашки. Он так серьезно смотрел, что его слова не выглядели пустыми обещаниями. В них хотелось верить…

Я на секунду зажмурилась, сбрасывая наваждение. Это просто игра. И я сейчас повторю все на женский манер. Свеча на блюдце перешла ко мне.

— Клянусь любить и заботиться о тебе, о нашей семье и детях, — на последнем мой голос чуть дрогнул. Такая короткая фраза далась на удивление нелегко. И руки тоже чуть подрагивали, когда я возвращала свечу жрецу.

Кольцо скользнуло на мой палец. Мне же нечего было надеть Эдриану в ответ, но священник засвидетельствовал наш брак и поставил тяжелую прямоугольную печать на бумаге с символом храма, где были вписаны наши имена. Дополнительная информация о личности и новом статусе была внесена и в наши браслеты. Но если мой был временным, сделанным специально для Ровены, то Эдриан использовал свой, и для него все было куда серьезнее.

— Объявляю вас мужем и женой, — торжественно провозгласил служитель. — Пусть огонь вашей любви никогда не погаснет.

И Эдриан осторожно положил руку на мой затылок, словно боясь, что я от него отстранюсь. Я же затаила дыхание, и чем ближе он ко мне наклонялся, тем сильнее опускались мои веки. Когда наши губы соприкоснулись, я стояла с закрытыми глазами и буквально боялась дышать. Пусть наш брак и был фиктивным, короткий поцелуй вышел настолько пронзительным и искренним, что когда Эдриан начал отстраняться, я невольно потянулась за ним и лишь потом одернула себя.

Это все особая магия храма, точно.

Служитель свернул лист, удостоверяющий наш брак, и вложил в небольшой тонкий тубус, который передал Эдриану, а свечу протянул мне.

— Донесешь до выхода из храма и потушишь перед дверью, — немного коверкая слова, пояснил он.

Я осторожно шла по мозаичному полу, чуть прикрывая ладонью дрожащий на фитильке огонек, почему-то было очень страшно, что он сейчас потухнет. Поэтому у дверей я облегченно выдохнула.

— Можно? — спросила я, все еще боясь оторвать взгляд от свечи.

— Да, — разрешил Эд и сам наклонился задуть огонек, а после открыл дверь, выпуская меня наружу.

На улице уже совсем стемнело и гулял свежий ветер, так что шаль пригодилась не только для красоты. Собственно, кроме бродяги-ветра и стражей в городе никого не было, многие предпочитали закрывать на ночь и ставни, отчего возникало какое-то совершенно жуткое чувство, неприятно тянущее в животе.

Краем глаза я заметила, как Эдриан убрал тубус с документом в карман и набрал несколько заклинаний в свободную руку. Разумеется, не в ту, что он протягивал с браслетом стражам. Тех, кстати, на улицах поубавилось, будто вечером они разогнали и проверили всех, и сочли свой долг исполненным. На обратном пути нас дважды останавливали усиленные патрули. Поодиночке стражи не ходили, и это наводило на мысль, что в Биргаро куда неспокойнее, чем хотят показать местные власти.

Несколько раз мне чудились тени в плохо освещенных переулках, как-то даже на крыше будто что-то мелькнуло, потревожив зашелестевшую черепицу. Какие-то полчаса до дома оказались неожиданно длинными и нервными.

И только за закрытой дверью квартиры я смогла выдохнуть, да и Эдриан наконец расслабился. Но ненадолго.

Стоило нашим взглядам встретиться, как в голове мелькнула мысль о том, что обычно происходит после церемонии бракосочетания.

Нам ведь не нужно ничего консумировать? Я точно не готова даже ради собственной безопасности, спасения Льюиса и дела государственной важности! Против воли я сильнее завернулась в шаль и вцепилась в ее края.

— Может, поужинаем? — неуверенно предложил Эдриан, переминаясь с ноги на ногу. Мысль, что не одной мне неловко, приободрила.

— Нет, у меня сегодня был сложный день. — И неожиданное его завершение. Но последнее я добавлять не стала.

— Да, конечно, — спохватился Эд, — я сейчас перестелю чистые простыни в спальне.

Он сказал «чистые простыни в спальне»?!

— А себе постелю на диване, — поспешно добавил Эдриан, видя мои округлившиеся глаза.

— Так может, я на диване посплю? Все же я в гостях, а ты хозяин квартиры…

— Вообще-то, ты теперь здесь тоже не на птичьих правах, — с усмешкой заметил он. — В любом случае кровать я бы тебе уступил.

Дальше спорить я не стала, взяла выданное полотенце и пошла в душ, о котором мечтала все время путешествия на корабле. А когда вышла, меня ждала заправленная постель и Эдриан, готовящий себе спальное место на диване в гостиной.

Пожелав друг другу спокойной ночи, мы разошлись по комнатам.

И наша первая брачная ночь прошла действительно спокойно.

Утром я неверяще уставилась на кольцо на пальце, оно сидело чуть свободно, но, кажется, спадать не собиралось. А еще донельзя странно и непривычно выглядело на моей руке.

Помнится, семья Джаса тоже присылала мне помолвочное кольцо, но я тогда даже не взглянула на него, даром что украшений у меня почти не было. А уж мысли о том, чтобы надеть и носить, точно не возникало.

Маги вообще не носят обычных украшений, потому что на них любое украшение со временем превращается в артефакт, порой с весьма неожиданными свойствами. Так что перед тем, как вернуть кольцо, нужно не забыть его «почистить». Думаю, Грег справится.

Надеюсь, у него там все хорошо?

Из кухни доносился будоражащий аромат кофе, так что лежать в кровати сил не осталось. Да и дел у меня, если подумать, выше крыши.

Встав и одевшись, а заодно причесавшись и переплетя одну растрепавшуюся за ночь косу в две, я зашла на кухню и остановилась на пороге. Почему-то снова стало неловко, а еще немного страшно от того, что легкость в наших отношениях и общении куда-то денется.

— О, проснулась! — улыбнулся Эд. — У нас на завтрак кофе и свежая выпечка, покупная, конечно, — добавил он, видя мое удивление.

— Отлично! — одобрила я, усаживаясь на стул.

За завтраком мы просто болтали, делая вид, что ничего не случилось, хотя я замечала, что нет-нет да взгляд Эдриана соскальзывал на кольцо на моем пальце.

— Ну что, у нас сегодня на повестке дня главная достопримечательность Биргаро — резиденция Ночного клана, — объявила я, когда с булочками было покончено.

— Такая себе достопримечательность, — нахмурился Эд, допивая кофе. — Я знаю, где она находится, но не представляю, как туда попасть. Даже справки успел навести — они сами высылают приглашения, по которым можно зайти хотя бы на территорию, не говоря уже про само здание.

Нда… у меня никаких приглашений и билетов не имелось.

— Может, у них канцелярия какая-то есть? Запись ведется? Приемные часы? День открытых дверей? Ну или ночь? — с поправкой на упыриность.

— Сомневаюсь, — засмеялся Эдриан. — Конечно, если очень надо, то я попробую поговорить с отцом…

Он поморщился от собственного предложения, мне же такая самоотверженность точно ни к чему. Только лишнее внимание привлекать.

— Вечером, как стемнеет, пойдем, — решила я. — Если не пустят, тогда и будем искать варианты.

Затягивать с визитом к вампирам категорически нельзя — мне нужно как можно быстрее вернуться, а с первого раза попасть в резиденцию может и не получиться.

— Хорошо, а пока предлагаю прогуляться. — Эд поставил чашки в мойку и вопросительно посмотрел на меня.

— Подожди, — в моей голове что-то щелкнуло, — а разве тебе не нужно на службу?

— Мне дали три дня увольнительных в честь женитьбы, — подмигнул он мне.

— Ты всем рассказал?! — Мне дико захотелось закрыть лицо руками.

— Разумеется, рассказал, — подтвердил Эд. — Иначе как бы я потом объяснил внезапное появление у меня жены? А еще договорился, что я отправлюсь в ближайшие дни на фронт и заодно провожу тебя.

— А так никто не удивился, что ты вчера женился? — Ничто ведь не предвещало.

— Удивились, конечно, еще как! — рассмеялся Эдриан. — А уж отец как удивился, когда я прямо из храма отправил ему на браслет образ нашего регистрационного документа.

— Зачем ты это сделал? — взвыла я, вцепившись в косы.

Знакомство с отцом Эда не входило в мои планы! К тому же он, судя по всему, мягкостью характера не отличается и восторгов по поводу свадьбы сына испытывать не станет.

— Ты не понимаешь? — удивился Эдриан. — Я ухожу на войну, там всякое может случиться. Как моя жена ты теперь и наследница моего имущества.

— У нас все не настолько серьезно, — пробормотала я, пораженная столь ответственным подходом к нашему фиктивному браку.

— Церемония прошла по всем правилам, — не согласился Эд. — Поэтому отец должен быть посвящен в такие детали, чтобы потом у тебя не возникло проблем.

— Мы договорились развестись после войны, — напомнила я. — И лично мои планы не изменились. Уж лучше разведенка, чем вдова!

— Ох, как многие бы с тобой не согласились, — усмехнулся парень. Мой муж? Дело набирает обороты, и кажется, теперь стоит на какое-то время привыкнуть к новому статусу.

— Ну что, идем? — Эдриан протянул руку, и мне ничего не оставалось, как взяться за нее.

Прогулка с мужем… кто бы мог подумать.

Приветливый Биргаро был далек от войны, но теперь, идя по городу под руку с Эдом, я внимательно смотрела по сторонам.

Стражи на улицах почти не наблюдалось, я бы сказала, не больше, чем должно быть в столице государства. Но если комендантский час введен, то не только же ночью идет усиленное патрулирование?

— Эдриан, что у вас происходит? — не выдержала я, когда мы прошли едва ли не полгорода. — Почему за безопасностью следят только ночью?

— Днем тоже следят, — не согласился он. — Просто не так активно.

— Оно и видно — мы вечером шага ступить не могли, не нарвавшись на стража. А днем за целый час не увидели ни одного. Отсыпаются? И когда мы возвращались, помнишь, никто не ходил поодиночке, в одном патруле было человек пять, а во втором и того больше. — Вчера сил на обдумывание данного факта не осталось.

— Нас не посвящают в подробности. — Эд покрутил головой по сторонам, убеждаясь, что за нами не следят и не подслушивают, и подвел к небольшому пруду, где малышня подкармливала хлебом здоровенных рыбин, безбоязненно высовывавшихся из воды за угощением. — Говорят, что ночью стало очень опасно, списывают на войну и происки Вилара, собственно, поэтому тщательно перетряхнули и накрыли всю вашу шпионскую сеть.

— Что-то мне подсказывает, что наша шпионская сеть здесь ни при чем. — Я присела на корточки, и парочка рыб тут же подплыла ко мне, полагая, что я хочу их угостить.

К нам, будто бы невзначай, подошел лоточник с незамысловатой выпечкой. Эдриан расплатился за две булки и сел рядом прямо на каменный бортик, подтянув скрещенные ноги к груди. Одна булка тут же перекочевала ко мне, и я, надломив корку, отщипнула мякиш и кинула в пруд. До воды он так и не долетел, самая проворная рыбина выскочила и по-собачьи поймала его на лету.

— Твой рассказ о вампирах наводит на мысли, — произнес Эд то, что настойчиво крутилось у меня в голове.

И отлично объясняло тот факт, что опасно в городе только после захода Матушки.

Лоточник уже вернулся на исходную позицию на другом, куда более оживленном берегу, высматривать новых сердобольных желающих покормить голодных рыбок.

Я же продолжала отламывать кусочки от булки, по очереди закидывая то обитателям пруда, то себе любимой в рот. Рыбины выглядели такими упитанными, что объедать их было совсем не совестно. Мысль в голове также вынырнула рыбкой, но я успела ее поймать и тянула на себя. Улов попался крупный и тянулся медленно, наводя на не самые приятные размышления.

Нападений вампиров не происходило уже больше сотни лет — столько действовало перемирие с ними. Вампиры перестали охотиться на людей, а люди в свою очередь остановили охоту на вампиров. И все до недавних пор были счастливы.

Кому-то не понравился такой порядок вещей?

Жаль, что Ночной клан вряд ли захочет отвечать на наши вопросы.

— Лара, — Эд глянул на меня так, словно набрался решимости, куда большей, чем потребовалась ему, скажем, на предложение выйти за него замуж. — Я хотел обсудить с тобой одну вещь.

— Та-а-ак, — протянула я, уже предвкушая.

Обсуждение обещало выйти занятным, если учесть, что для обычного разговора купол тишины и заклинание отвода глаз использовать не принято.

— Я хочу предложить тебе сделать копию кристалла с аурой Льюиса, — выдохнул Эд.

— Для чего?

Ведь не на память же о брате взамен крыльев.

— Я думал обо всем и вечером, и сейчас, — Эдриан посмотрел в пруд, где копошились рыбы. — Если вампиры действительно оказались непосредственными участниками и виновниками всего этого, то никогда в жизни не признаются, — тут я была абсолютно согласна. — А война уже началась, возможно, ее развязали не без участия членов Ночного клана. Только закончить войну куда сложнее, чем начать. Люди в любом случае не останутся в выигрыше, два сильнейших человеческих государства ослабнут, а у вампиров как раз есть сила, ресурсы, магия…

Да, ночные в любом случае извлекут свою выгоду. А зная их — еще выбьют себе дополнительные привилегии за то, что помогали восстанавливать города из руин и поднимать страны с колен. Даже если поднимать особо ничего не придется, обставят все именно так.

— И что ты предлагаешь?

— Ты же знаешь, что мой отец — личный целитель королевской семьи? У нас король куда влиятельнее вашего, номинально правящего при парламенте, — начал издалека Эд, хотя я уже поняла, к чему он ведет.

— Ты предлагаешь отдать копию твоему отцу?!

— Лара, ты не подумай, — поспешно принялся объяснять свою идею Эдриан. — То, что мы с ним не в ладах, не означает, что он плохой человек. Просто характеры у нас разные и некоторые взгляды на жизнь. Мою, — как-то невесело усмехнулся он. — Но в вопросах интересов людей и государства мы с ним всегда сходились. Да и король, судя по рассказам отца, неплохой. Но ты же понимаешь, что любую информацию можно преподнести по-разному? Если я смогу рассказать отцу версию с участием вампиров и подкрепить ее доказательствами, то, уверен, он не останется в стороне.

Я с шумом втянула воздух и бездумно отщипнула несколько кусочков от булки, закинув их в пруд на радость рыбам.

— Думаешь, там, — я кивнула вверх, — не знают про новых упырей?

— Могут и не знать, — вполне уверенно высказался Эдриан. — Сама посуди, если бы не Дамьен, вы бы тоже не смогли утверждать наверняка, сделали это вампиры или люди переняли технологии? Возможно, кто-то наплел про прорыв в магии, а военные всегда рады новым видам оружия.

— Вот именно! — я сразу вспомнила верховного командующего армии Рихарда Конарда и его неподдельный интерес к артефактам невидимости. Он даже помощь призрака принял не раздумывая, лишь бы получить новые возможности! — И почему они должны встать на другую сторону? Ну подумаешь, помогли вампиры. Молодцы. Они же действуют на благо Ровены, это Вилару нужно беспокоиться.

— Вампиры никогда не действуют бескорыстно. И уж точно не станут помогать людям просто так, — не согласился Эд. — Сама посуди: сегодня они воюют со своими упырями против Вилара, а завтра пойдут на штурм нашего дворца! Только представь: не просто упыри, а с магией, менее уязвимые, более сильные, а главное — полностью подконтрольные! Если таких наберется несколько сотен… это уже полноценная армия и сила, с которой невозможно не считаться.

Я задумалась. То, что отдельные вампиры действуют по собственной инициативе, не ставя в известность клан, было очевидно. Иначе зачем я здесь? Ночные тоже хотят найти своих отступников. Вариант с тем, что правители Ровены пребывают в счастливом неведении относительно появления в их армии нового рода полуживых войск, вызывал сомнения.

— Я не буду тебя уговаривать, — Эдриан сосредоточенно крошил булку рыбам. — Я понимаю, что у тебя свое задание. Но если предположить, что о вампирском следе у нас не знают… или знают не все. Возможно, мы сумеем изменить ход войны. Или закончить ее.

— Или развязать другую. — Я зашвырнула оставшийся приличный кусок хлеба в пруд, и в него вцепилось сразу несколько рыб, принявшись растаскивать такую крупную добычу.

Почему-то на месте булки представлялось совсем иное. У каждого свои интересы. И все попытаются перетянуть лакомый кусок на себя.

Если вскроется, что вампиры причастны к войне, к созданию упырей из магов, начнется полномасштабная травля. И выйдет она далеко за пределы Биргаро. Мне живо представился Дамьен — тот еще упырь, но всегда помогавший мне в трудную минуту. Санти, который, наверное, еще сильнее окреп с нашей последней встречи. Льюис, пока не вампир, но его жизнь напрямую зависит именно от Ночного клана. И от благополучия клана в том числе.

Как же все сложно! И ведь Эдриан, подлец, не может не понимать, что ситуация мерзкая, как ни крути. Война с вампирами нам тоже не нужна, к тому же вестись она будет не на отдаленных границах, а по всей территории. И простые люди в ней будут страдать едва ли не больше.

Я покосилась на парня, методично отщипывающего кусочки и кидающего их в пруд, нисколько не следя за тем, съел их кто-то или нет.

Все он прекрасно понимает. И брат ему куда дороже, чем мне Дамьен и Санти, но Эд уверен и готов рискнуть, раз начал такой разговор.

Если предположить, просто предположить, что вампир действует тайно в том числе и для правителей Ровены или хотя бы для большей их части, то картина вырисовывается совсем неприятная.

А если король все же в курсе, и я передам им кристалл, то что? По большому счету, ничего не изменится. Видоизмененные упыри перестали быть тайной с первой же битвы, в которой они приняли самое непосредственное участие. Да и возможный захват парочки образцов не может стать неожиданностью. Все логично, любая разведка бы так поступила.

Соответственно, вряд ли я умудрюсь навредить сильнее.

Но есть шанс, что сумею помочь.

Или нет?

Проклятье!

И Эдриан рядом упорно молчал и не смотрел на меня. Возьмись он заливаться соловьем о том, как жизненно необходимо передать подобные сведения его отцу, я бы точно заупрямилась и отказалась. Любое давление лишь уверило бы меня в том, что никому ничего отдавать категорически нельзя. Он же, нехороший человек, выложил мне свои доводы и с чистой совестью оставил принимать такое непростое решение. Переложил ответственность на хрупкие женские плечи.

А еще муж называется!

Надклеванный рыбами кусок булки в итоге пошел ко дну. Сами рыбы предпочли более легкую и удобоваримую добычу.

— Ты сможешь перенести отпечаток ауры в другой кристалл? — скрепя сердце поинтересовалась я, по-прежнему сомневаясь.

— Нет, — Эд наконец всем корпусом развернулся ко мне, на его лице промелькнуло облегчение, — но я знаю того, кто может.

18. Криминальные связи

— Надеюсь, это надежный человек?

Я знакомилась с очередным районом Биргаро, который даже с большой натяжкой не получилось бы назвать благополучным. Этакие трущобы с соответствующими обитателями.

А главное, мы приближались к порту, с которым у меня имелись стойкие нехорошие ассоциации. Запах моря и испорченной рыбы становился все более навязчивым.

— Скажем так, он умеет держать язык за зубами. А большего от него и не требуется, — обтекаемо ответил Эдриан.

Что-то он темнит.

— И откуда же у тебя такие «полезные» знакомства? — поинтересовалась я.

Помнится, Эдриан всегда был удивительно законопослушным. Или только был?

Внутри все еще сидели сомнения в обнимку с недоверием и так и норовили зацепиться за любой повод, чтобы встать во весь рост.

— Это все служба в рядах стражи, — нехотя признался Эд. — Приходилось бывать в разных местах и общаться с разными людьми.

А я все еще думала, стоило ли снять браслет, маскирующий и ограничивающий магию, или пока подождать?

В итоге мы вышли к покосившемуся зданию с неприметной выцветшей вывеской, коих здесь было немало. Внутри оказалось не менее убого, грязные окна толком не пропускали свет, словно на улице царил вечер, а не разгар дня. Правда, грязными выглядели не только окна, собственно, абсолютно все в магазинчике — а это была лавка старьевщика — покрывал слой пыли и паутины. Стоявший за прилавком неопрятный пожилой мужчина, подслеповато щурившийся на нас, вполне гармонировал с обстановкой.

— Добрый день, Рунир, — вежливо поздоровался Эдриан, выходя вперед.

«Северянин», — походя отметила я, услышав характерное имя. Ну да, высокий, пусть и сутулый, патлатый и светлоглазый.

— Чего тебе? — не слишком приветливо буркнул он.

— Мне нужна от вас услуга, — уверенно подошел к прилавку Эд.

Продавец нахмурился.

— Нужно, чтобы вы перенесли копию информации из одного кристалла в другой.

— Проваливай, я не помогаю законникам, — грубо ответил продавец.

Но сдаваться так просто Эдриан не собирался. Судя по невозмутимому лицу, чего-то подобного он и ожидал.

— Вашего сына арестовали и вот-вот отправят далеко и надолго. Я могу помочь. В обмен на вашу помощь. — Эд сложил руки на груди и твердо посмотрел мужчине прямо в глаза.

Тот недовольно пошевелил губами, словно что-то беззвучно проговаривал, и сплюнул прямо на пол.

— Почему я должен тебе верить? — резонно спросил Рунир.

— Я дам магическую клятву в обмен на вашу помощь и клятву о неразглашении, — не стал мелочиться Эд.

Продавец колебался с минуту, неприязненно разглядывая нас с Эдрианом, но все же принял нужное решение.

— Закройте задвижку, — бросил он, уходя от прилавка куда-то в глубь дома.

Эдриан развернулся, плотно захлопнул дверь и с трудом сдвинул тугую задвижку. А затем мы вместе прошли вслед за Руниром.

Лично я ожидала такой же заброшенности и от остальных помещений, все же за магазином обычно следят куда лучше, чем за подсобками. Но, кажется, торговля не являлась главным занятием владельца дома. И основную прибыль он получал не с продажи барахла.

В комнате было весьма неплохо и почти чисто. Пыль, конечно, имелась, но совсем небольшим слоем и не везде. А паутины и вовсе не обнаружилось. Зато в комнатке без окон нашелся большой стол в центре и несколько стеллажей вдоль одной из стен — с инструментами, заготовками, а то и готовыми изделиями в коробках.

Теперь я не сомневалась, что попала в вотчину артефактора.

— Давай кристалл, — без тени учтивости протянул он сухую морщинистую руку.

Отбросив последние сомнения, я дернула подклад сумки, которую побоялась оставлять дома без присмотра, и выудила оттуда кристалл.

Вложив кристалл в нетерпеливо подрагивающую ладонь, я с замирающим сердцем следила, как артефактор поднес его к самому носу, чтобы разглядеть, и одобрительно хмыкнул, видимо, оценив работу коллеги.

Ну да, делал-то наверняка Грег.

— У меня нет настолько качественного кристалла, — сразу предупредил мужчина. — Поэтому возможны небольшие искажения.

— Насколько небольшие? — забеспокоилась я.

— Несущественные, — отмахнулся он, но, поняв, что такой ответ нас не устроит, через силу пояснил: — Это слепок ауры, если сравнивать между собой, то какие-то искажения будут, и то заметит только специалист. А так суть передаст точно. Что это за тварь, кстати? Похож на упыря, на человека-мага и на вампира одновременно.

— Не ваше дело, — резко оборвал его Эдриан. — Начните с клятвы о неразглашении.

— Ты предложил — ты и клянись первым.

Эдриан нахмурился, но все же ответил.

— Клянусь добиться освобождения вашего сына в обмен на качественную копию кристалла и клятву о неразглашении.

Магическая клятва произнесена.

— Клянусь сохранить в тайне все, связанное с этим кристаллом и созданной мною копией, — сипло отозвался артефактор и тут же принялся за работу.

Лично я разницы между тем кристаллом, который он взял из ящика на ближайшем стеллаже, и тем, что везла, не увидела.

Сам процесс занял от силы минут десять, за которые я успела известись и десять раз пожалеть о содеянном. Наверное, если бы ожидание затянулось, я бы не выдержала и потребовала все прекратить. Но Рунир хлопнул в ладоши и отошел от стола, показывая, что работа окончена.

Эдриан осторожно взял и активировал копию кристалла, я же активировала оригинал, чтобы можно было сопоставить два изображения и оценить их расхождения.

Честно сказать, их не было. Где-то в паре мест имелись настолько незначительные погрешности, что найти их без первого кристалла мы бы точно не смогли. Да и никто не смог бы.

К тому же артефактор был прав: общую картину это ничуть не изменило.

— Готов оплатить стоимость кристалла. — Эдриан был в своем репертуаре.

— Свали уже, законник, — поморщился Рунир, но в мастерской сплевывать не стал.

Собственно, предложение покинуть сие неприветливое заведение было весьма однозначным, так что задерживаться мы не стали. Убрали оба кристалла обратно в мою сумку и вышли, снова повозившись с тугой задвижкой.

— Ты уверен, что поступил правильно? — тихо спросила я Эдриана, беря его под локоть. — Такой обмен, да еще через клятву…

Мало ли какого преступника мы выпускаем?

— Сын Рунира — мелкий воришка, я внесу за него залог — и дело с концом, — пожал плечами он. — Зато я точно знаю, что Рунир нас не выдаст и никакие журналы артефактов он не ведет. Собственно, мы его за это и прижали недавно. Нелегальный оборот. Отделался штрафом. К тому же не хочется признавать, но он один из лучших в Биргаро, — вздохнул Эд. — К другим мастерам такого уровня ни за какие деньги так быстро не попасть. Запись на месяц вперед.

— Тогда почему столь хороший мастер живет… — Я красноречиво обвела взглядом припортовые трущобы.

— У него непростая судьба. Он сам преступник, однажды свернул на кривую дорожку, а выйти не смог. И попался. Его дар на большую часть купирован, остались крохи. Но мастерство не пропьешь, а много сил на создание такой копии и не требуется. Только умения, которых у Рунира с лихвой.

Какое-то время мы шли в молчании.

— Эдриан, — я подняла на него взгляд, — сначала я схожу к вампирам, чтобы ничто не помешало мне выполнить свою миссию.

И никто. Это не прозвучало, но повисло между нами в воздухе.

— Я понимаю, — кивнул Эд. — Мы пойдем к моему отцу завтра утром, я сегодня отправлю ему сообщение, что хочу познакомить с женой. Уверен, он не откажется.

Теперь, когда у нас имелся второй кристалл, можно было разрабатывать план. И перспектива заходить к отцу Эдриана в роли невестки меня не прельщала.

С другой стороны, действительно отличный повод. Если предположить, что и местные переговорники могут прослушиваться, ничего подозрительно враги не перехватят.

Тем временем Эдриан по переговорнику договорился об освобождении сына Рунира под залог, который вычтут из его жалованья. А после отправил сообщение отцу. И кажется, второе далось ему куда сложнее. Он несколько раз надиктовывал текст и стирал, а после все же не выдержал и отправил как есть.

— Мы с отцом не виделись с тех пор, как я вернулся из Вилара, — пояснил Эд, хотя я ни о чем спрашивать не собиралась. — А сегодня я сообщаю ему, что женился и следом отправляю сообщение, что хочу познакомить с женой.

— А на первое он ответил? — Не то чтобы я хотела знать. Но все равно интересно, насколько сложная встреча нам предстоит.

Кажется, поход в резиденцию Ночного клана пугает меня куда меньше знакомства со свекром.

— Нет, — чуть помедлив, признался Эдриан. — Получил точно, но не ответил.

Хорошо это или плохо — я так и не определилась.

В итоге Эдриан привел меня в небольшой семейный ресторан, где было уютно и мило. А главное — с вкусной едой.

Впрочем, после долгой прогулки и всех переживаний я за вкус еды особо и не беспокоилась, а съела все, что дали.

За окном вечерело, южная ночь наступала куда раньше, чем на севере. Мы просидели в ресторане долго. Эд рассказал, как его в наказание за самовольную отлучку отправили патрулировать улицы вместе со стражами. Сколько курьезных и жутких моментов он успел повидать за эти недели.

— Не поверишь, но уличные драки страшнее магических сражений, — выдал он.

Я передернулась, вспомнив магические сражения и поле боя после них. Поэтому соглашаться с таким спорным утверждением не спешила, решив, что скоро Эдриан сам все увидит и сравнит.

Упоминать о том, что сравнивать он будет на другой стороне, я тем более не стала. Наверное, именно из-за таких вот мыслей в ответ на вопрос, как у меня сложилось в армии, я и ответила не задумываясь:

— Да нормально. Встретила своего бывшего жениха и однокурсников.

По лицу Эдриана скользнула тень. Или это мерцание зажженных с наступлением первых сумерек светильников?

— Надеюсь, он держится от тебя подальше? — Нет, судя по интонации, не показалось.

— Он мой командир, умудрился во время практики стать героем и получить внеочередное звание, — развела руками я. — Поэтому общаться нам все же приходится. Но он повзрослел и поумнел, так что проблем не возникает.

О том, что Джастин стал почти милашкой, терпеливо сносящим все мои подначки, я упоминать не рискнула. По-моему, это не поднимет Эдриану настроения. Кажется, кто-то неплохо вжился в образ моего мужа.

Последнее невольно вызвало у меня улыбку.

— Мне жаль, что тебе придется туда возвращаться. — Эд накрыл своей ладонью мою.

— Да нет, все нормально, — я покосилась на его руку, решив, что ничего такого не происходит. — В чем-то даже рада, что встретила его спустя два года. Это почти как посмотреть на ситуацию со стороны, сразу начинаешь замечать и свои ошибки тоже.

Пусть и признать их порой нелегко.

За окном зажглись редкие фонари. Пора было выдвигаться к вампирам.

Эдриан расплатился и попросил вызвать для нас экипаж. На мой удивленный взгляд он пояснил, что идти пешком далеко, поэтому большую часть пути мы проедем, выйдя пораньше, чтобы не вызывать подозрений. Вряд ли люди часто ходят в гости к вампирам.

Признаться, мне так хотелось оттянуть визит, что я бы и пешком пошла. С другой стороны, у них здесь комендантский час и вообще неспокойно, так что разделаться с этим надо поскорее.

Нас высадили на окраине города, откуда вдоль моря шла хорошая дорога. За почти час, что мы по ней двигались, не встретили ни одной живой души. И неживой тоже, что не могло не радовать.

К резиденции мы вышли после захода под скупым светом Отца. Ночной клан расположился в огромном старинном особняке с барельефами, крылатыми фигурами под крышами и колоннами, поддерживающими козырек над парадным входом.

Как ни странно, на территорию маги-охранники пропустили нас вообще без проблем, стоило мне объявить цель визита. Но предупредили, что придется немного погулять. Для чего именно — не пояснили. Возможно, к нам хотели присмотреться?

Ухоженный парк встретил нас магическими огнями, вечерними трелями цикад, фонтанами, беседками и абсолютной пустотой. Других ожидающих аудиенции не нашлось, так что мы бесцельно слонялись, то и дело бросая взгляд на закрытые двери.

У входа в здание словно из воздуха появились два вампира. Только что не было, а стоило на секунду отвернуться, как уже стоят.

— Пора, — шепнул Эдриан и покрепче сжал мою руку.

Я кивнула, слыша, как громко стучит пульс в висках.

Два красноглазых стража даже не отреагировали на наше появление, разве что один чуть сдвинулся, преграждая путь.

— Добрый вечер, — будто в пустоту поздоровалась я. — Меня зовут Лара Донован, я прилетела из Вилара с образцами крови и ауры обращенного в упыря человека. Можем мы пройти внутрь?

Повисло молчание, и мне уже начало казаться, что меня не услышали или решили проигнорировать. Хотя цепкий и внимательный взгляд вампира прошелся по нам с Эдрианом с ног до головы.

— Мы можем войти? — повторил вопрос Эд, когда пауза уже совсем затянулась, а нам по-прежнему не спешили говорить ни «да», ни «нет».

— Проходит только девушка, — бесстрастно произнес красноглазый страж, настолько безэмоциональный, что я невольно проверила, точно ли это вампир, а не упырь. Но нет, к нежити он не относился.

— Мы идем вместе, это моя жена, — принялся объяснять Эдриан, все сильнее входивший в роль моего благоверного. Но страж и бровью не повел.

— Только девушка, — повторил он, спиной опираясь на дверь и всем своим видом показывая, что вдвоем нас не пропустит.

И все-таки упырь, не по виду, так по духу.

— В таком случае могу пройти я один? — попробовал зайти с другой стороны Эд, решив совершить акт самопожертвования.

— Только девушка, — в третий раз монотонно повторил вампир.

— Почему она может пройти, а я нет? — не сдавался Эдриан, явно уязвленный таким поворотом.

Обычно для мужчин были все двери открыты, а мы, слабый пол, могли разве что рядом постоять. И то не всегда.

И вот, казалось бы, момент моего триумфа… но сейчас я бы предпочла как раз постоять рядом с Эдрианом.

— Она может пройти, — подтвердил непоколебимый страж дверей. — На ней метка вампира, а значит, она допущена в наши дома.

Наверное, мои глаза стали больше раза в два, а брови слились с линией роста волос. Взгляд Эдриана, который я перехватила, выдавал не меньшее потрясение и сулил множество интересных вопросов.

— Подождите, какая метка? — Не припомню, чтобы на мне кто-то чего-то ставил! — Где вы ее нашли?

— Метка на ауре, и видят ее только вампиры, — терпеливо пояснил страж, даже предвосхитив мой следующий вопрос.

— А откуда она взялась? — недоумевала я. Нет, серьезно, вот так живешь и не знаешь, что тебя пометили!

— Это надо спросить у вас, юная леди. — Кажется или в глазах невозмутимого вампира промелькнула насмешка?

— А как обычно появляется?

— Возможно, вы являетесь возлюбленной вампира, или готовитесь к инициации, или и то и другое, — принялся любезно перечислять варианты страж.

— Все-все, — остановила я его, поняв, что это надо заканчивать.

Я обернулась к пораженному Эдриану, количество вопросов у которого явно поприбавилось. Очень хотелось сказать, что это не то, что он думает, но после того, как я это произнесу, он точно начнет думать это самое не то!

— Знаешь, пожалуй, и правда подожди меня здесь, — улыбнулась я, похлопав Эда по плечу. — Я быстро.

— Лара, — начал он, — я не собираюсь отпускать тебя одну в вампирское логово.

— Не стоит так высказываться о главной резиденции Ночного клана в Ровене, — вроде вежливо попросил страж, но от него тут же ощутимо повеяло холодом, даже огонь в светильниках над входом затрепетал.

— Все будет хорошо, — заверила я спутника, сама искренне на это надеясь.

Лично мне очень хотелось выйти обратно, так как теперь у меня образовалось одно интересное дело: во что бы то ни стало разобраться с меткой вампира. Должна же я узнать, как она у меня появилась и как эту пакость теперь вывести? А пока решаем насущные вопросы.

Главное логово упырей в Ровене ждет.

19. Резиденция Ночного клана

Внутри было… по-вампирски. Серьезно, когда я заходила в особняк Дамьена, то видела то же самое: сумрак, едва разгоняемый искусственными светильниками, глубокие тени, в которых легко можно спрятаться, и прохлада в любое время года — вампиры ненавидели жару.

Вот и сейчас я шла по длинному коридору в абсолютной тишине — шаги тонули в ковре с густым ворсом, и полнейшее безмолвие дома ощутимо давило на плечи.

В итоге я уперлась в высокие двойные двери, что примечательно — без ручек. Судя по плотности заклинаний на них, там находилось что-то действительно важное.

Я уже подняла руку, чтобы постучать, предварительно найдя относительно свободное от магии место, но не успела и прикоснуться к двери, как она приглашающе распахнулась сама. И тоже без малейшего звука или скрипа.

Лучше бы уж заскрипела, честное слово. А то все вокруг будто неживое, ненастоящее. Я даже не удержалась и все-таки коснулась пальцами двери, дабы убедиться, что она не иллюзорная. Убедилась. Если и иллюзия, то очень качественная, внушающая все необходимые чувства.

Сглотнув и постаравшись собрать всю свою уверенность, которая таяла, как выброшенная на берег медуза, я вступила в комнату, оказавшись в кругу света. Остальные присутствующие стояли в темноте, не спеша из нее выходить, и скорее угадывались.

— Доброй ночи, — поздоровалась я с вампирами, надеясь, что голос прозвучал достаточно твердо.

— Доброй, — отозвался один из них таким зловещим полушепотом, что я как-то сразу в этом усомнилась.

Брошенный украдкой взгляд через плечо показал, что дверь закрылась столь же бесшумно, как и открылась. Но я все равно предпочла держаться к ней поближе.

От собравшихся вампиров веяло силой и пока не явной, но вполне реальной опасностью. И то, что я не видела их лиц, а лишь размытые силуэты, только подстегивало воображение. Оно у меня и без того богатое, а сейчас и подавно разыгралось так, что никак не угомонится.

— Я курьер по особым поручениям Лара Донован, — начала речь я, чувствуя, как предательски потеют ладони, а слова выходят чуть дребезжащими, но меня властно прервали.

— Мы знаем, кто ты и зачем пришла. Можешь отдать кристалл и кровь.

Я залезла в сумку и достала из нее искомое, без слов передав ближайшему вампиру, протянувшему руку. Мужскую — все, что я сумела понять. Гладкую, без морщин и с аккуратно подстриженными ногтями. Кристалл исчез в ладони, а посреди помещения вспыхнула аура Льюиса, с непривычки больно ударив по глазам.

О том, что будут делать с кровью, старалась даже не задумываться.

Вампиры хранили молчание, не спеша пускаться в дискуссию или хоть как-то реагировать на увиденное.

— Вы сможете определить, кто именно сделал это с человеком? — не выдержав, спросила я.

— К сожалению, нет, — без какого-либо сожаления в голосе констатировал тот же вампир, что забрал у меня кристалл. Кажется, он заранее знал ответ и ничуть не расстроился.

В отличие от меня.

— Значит, я проделала такой путь зря? — Разочарование мне сдержать не удалось. Даже страх отошел на второй план.

До конца ведь надеялась, что они скажут: «Ага! Теперь все ясно!» И решат все возникшие проблемы.

— Уверен, ты получила от поездки намного больше, чем рассчитывала, — прозвучало так многозначительно… Они все знают? Про фиктивный брак? Или про крылья для Льюиса? Да плевать! Больше всего я рассчитывала получить ответы!

— И все же хотелось бы узнать хоть что-то, — не сдавалась я. — Мои товарищи рискуют жизнями на войне, страдают и гибнут люди! А вы…

— Довольно, — прервали меня.

И я замолчала, на мгновение ужаснувшись собственной так не вовремя взыгравшей смелости и тому, что собиралась сказать.

Озвучь я все, вертевшееся на языке, вышла бы потом из этих темных стен?

— Мы видели уже несколько слепков аур, они все отличаются, — совершенно неожиданно ответил мне другой вампир. — Скорее всего, отступник действует в связке с человеческими магами, поэтому результат каждый раз разный.

Я не очень поняла фразу, но суть уловила. Маги тоже в деле и активно участвуют в происходящем. К тому же вдаваться в подробности вампиры не намеревались.

— Нам нужен этот человек. Если он выживет, то сам почувствует своего создателя.

Прозвучало как приказ.

И самое неприятное, что у меня не возникло никакого внутреннего протеста, я с трудом удержалась, чтобы не уйти и не отправиться прямиком за Льюисом.

Ментальное воздействие налицо. Неудивительно, что мне так сложно контролировать себя.

— Его будут обращать в вампира, — предупредила я больше из-за того, что остатки разума настойчиво требовали что-то возразить. Просто чтобы не проявить такую несвойственную мне покорность.

— Мы знаем и будем его ждать.

— И ничего не делать? — вырвалось у меня.

— Ты похожа на свою мать, — один из вампиров шагнул ко мне, оказавшись на самой границе света и тьмы, — такая же дерзкая и несдержанная на язык.

— Вы ее знали? — Это было так странно.

Отец не любил рассказывать про женщину, с которой он изменил законной жене, всегда делал это с огромной неохотой и был предельно лаконичен. Тем удивительнее слышать упоминание о моей матери от незнакомого че… вампира.

Почему-то это показалось важным. Важнее, чем все остальное.

— Она так же приходила сюда. И так же требовала от нас каких-то действий. — В безэмоциональном и пустом голосе проскользнула насмешка.

— Каких?

— Это не имеет значения.

Еще как имеет! Но я не рискнула возражать. Эмоции немного улеглись, да и упоминание о моей матери сбило с толку.

— Ты выполнила свою миссию и можешь идти. — Позади почудилось движение воздуха, и я едва не подпрыгнула на месте.

Но это оказалась всего лишь вновь открывшаяся дверь.

— Ночью в городе неспокойно, — заметила я, медленно отступая к выходу. — Почему?

— Ночной клан к этому непричастен. Мы ждем новообращенного, как только он сможет передвигаться.

В этот раз раздражение в голосе говорившего слышалось совершенно отчетливо.

Дальше судьбу я испытывать не стала. Прошла тем же путем к выходу, где меня на ступенях ждал Эдриан, играя с вампиром в гляделки. Вампир казался совершенно спокойным, несмотря на полный арсенал заготовленных у Эда заклинаний — по пять в каждой руке.

Он что, всерьез собирался прорываться через стражей и брать резиденцию штурмом, если бы я там задержалась?

— Лара, ты в порядке? — спросил он, отводя руки и не спеша сбрасывать заклинания.

— В полном, — чуть покривила душой я. Внутри царила сумятица.

Посещение вампирского логова можно даже считать удачным. Пусть вопросов только прибавилось, но я вышла оттуда живой и невредимой, что само по себе неплохо.

Эдриан кивнул и взял меня за руку, так и оставив заклинания во второй. Всю дорогу до ворот я чувствовала пристальный взгляд в спину, так и хотелось повести лопатками, чтобы сбросить это ощущение. Но враждебности в нем не было, только нечто похожее на интерес.

— Как все прошло? — спросил Эд, когда мы покинули территорию резиденции и отошли на приличное расстояние.

— Трудно сказать… — Однозначного ответа у меня не имелось, в том числе и для себя самой. — Они не знают, кто предатель, и вычислить его не могут. Но надеются на Льюиса, что он успешно обратится и почувствует своего создателя.

Рука Эдриана задеревенела, да и шаг стал чеканным. Видимо, после посещения резиденции ночных ему еще сильнее претила мысль, что его брат станет таким же.

— А откуда на тебе метка вампира? — чуть резковато задал вопрос он.

— Понятия не имею, — в тон ему ответила я.

Правда, кое-какое предположение у меня все же имелось. Перед глазами встало яркое воспоминание, как Дамьен, не отрывая от меня взгляда, медленно поднимает мою руку и вонзает клыки в запястье. Запястье тут же зазудело, и я с трудом удержалась, чтобы не почесать, а только незаметно потерла о бедро.

— Извини, — Эдриан вздохнул и посмотрел на меня, едва ли не впервые после выхода из резиденции. — Просто… странно все это.

— Согласна, — криво улыбнулась я.

И за сегодняшний вечер странностей существенно поприбавилось.

Мы входили в предместья Биргаро, темные, едва освещаемые Отцом. Удивительно, но тени даже при столь слабом свете получались знатные: кривые, гротескные и пугающие.

Комендантский час уже давно начался, на улицах ни души, окна наглухо закрыты ставнями. Даже собаки почти не лаяли. Так, одна тявкнула по привычке, но словно спохватилась и тут же замолчала. Не удивлюсь, если и лапу поверх носа положила, чтобы снова не прорвалось.

— Пойдем быстрее, — предложил Эдриан, ускоряя шаг. Я с трудом поспевала за ним, даже перейдя на легкую трусцу.

Мою руку он отпустил, чтобы вновь набрать на пальцы заклинания. И я, подумав, последовала его примеру, сняв браслет-ограничитель и убрав его в карман. Подумав, еще и подол платья подоткнула за пояс. Уж лучше с голыми ногами, зато при необходимости смогу нормально бежать.

Если бы не сумка, которую приходилось нести, все было бы почти удобно. В следующий раз поеду с заплечным рюкзаком, и плевать на конспирацию. Хорошо, что почти все вещи я догадалась выложить, и хотя бы вес сумки меня не утягивал. Только левую руку занимала, пришлось набирать одни атакующие в правую. В целом, с учетом количества некромантских атакующих заклинаний без использования нежити, как раз все пять имеющихся и пригодились.

— Ты слышал? — я покосилась на Эдриана, старающегося контролировать ситуацию и не выпускать меня из виду.

— Что именно? — При такой концентрации особо не поговоришь.

— Шорох. На крыше. Кажется.

Я смотрела на дома справа, покрытые старой черепицей. В той же стороне стояли раскидистые деревья, может, это листва? Но ветра нет.

Ветра нет, а ветви колышутся…

— Эдриан! — Я шагнула почти вплотную к нему.

— Вижу, — шепнул он. — Идем.

До города оставалось всего ничего, а там, глядишь, сдадимся какому-нибудь патрулю и проведем тихую спокойную ночь в уютной камере в приятной компании людей, а не непонятной нечисти, которая бродит по улицам.

Возле одного из домов темнота показалась неоднородной, тень задрожала, словно там копошился кто-то еще. Еще более темный…

Наверное, это все напряжение последних дней, а то и недель. Череда событий, которые мой мозг не успел усвоить или переварить. Банальное нервное напряжение. Любая струна, если сильно тянуть, рано или поздно лопнет.

И я, не отдавая себе отчет в том, что творю, выпустила заклинание в темноту, в самую густую ее часть.

И попала.

Эдриан встал как вкопанный, когда округу огласил рев, не похожий ни на человеческий, ни на собачий, ни на чей-то еще. К его чести, ругаться он не стал, только крикнул: «Бежим!»

Далеко убежать мы не успели. Тени, на поверку оказавшиеся вполне материальными, бросились на нас отовсюду: с крыш, с деревьев, из подворотен. Одна тварь подобралась ближе других, за что с ходу получила от меня сумкой в пасть и сразу приотстала.

Поняв, что убежать не удастся, Эд остановился и развернул над нами купол. Очень вовремя, потому что я набрать защитные заклинания не успевала — надо было в самом начале сумку бросать, — а из атакующих площадных у меня был только тлен. С учетом того, что дома вокруг жилые — не самое хорошее решение.

Мы стояли спина к спине, так что лица Эдриана я не видела. Зато чувствовала его спину, и это успокаивало куда сильнее.

— Что это за твари? — Ч оглядывала человекоподобных существ с красными (красными!) зрачками и не понимала, что здесь вообще происходит?

— Понятия не имею, — честно признался Эд. — Раньше у нас таких не водилось.

Их было семеро, и они определенно когда-то были людьми, сейчас же…

— Эд, это упыри, — не веря собственным глазам, пробормотала я.

— Измененные?

— Да нет, самые обычные!

А ведь их даже среди «наглядного учебного материала» не имелось! Просто потому, что упыри запрещены уже сто пятьдесят лет как! С момента заключения мира с вампирами.

И они все еще утверждают, что Ночной клан ни при чем?

— Уверена?

— На все сто!

Подумать только! И они ходят рядом со столицей Ровены!

— Справишься? — задал главный вопрос Эдриан.

— Постараюсь, — с заминкой ответила я.

Все же и упокоение этого вида нежити проходилось тоже исключительно в теории. Вот и попрактикуюсь. Будет что бывшим однокурсникам по возвращении рассказать.

Я сбросила все заклинания, начала вдумчиво набирать новую пятерку — заклинание упокоения для упырей было не самым простым, мягко говоря. У зомби достаточно уничтожить оболочку, призрака развеять. С упырем все куда сложнее, потому что его подпитывает сила создателя, он куда устойчивее и зомби, и призрака. Семь объектов — семь пальцев — четыре на правой и три на левой руке.

— По моей команде убери часть купола, — попросила я. — Заклинание через купол не пройдет.

— Хорошо, — чуть поколебавшись, ответил Эд.

Брешь в защите его не радовала, но защита, не пропускающая физические объекты, весьма затратна. Долго ее не продержать. Атаковать все равно надо.

— На счет три. Раз, два… три!

Целый сектор в одну пятую купола разошелся, и туда ломанулись сразу три упыря. Я решила сделать эффектно и отправила в них все заклинания с левой руки.

Заклинания достигли цели и… прошли насквозь без какого-либо эффекта. А один из упырей таки прорвался внутрь вперед товарищей, прыгнув на меня.

Я только и успела вскрикнуть и выставить согнутую руку, в которую вцепились мертвой хваткой с явным намерением если не раздробить кость, то вырвать кусок мяса.

От заклинания Эда все вокруг вспыхнуло, тварь заорала и выпустила мою конечность, переключив свое внимание на более опасного противника. Две других кинулись следом, успев проскочить до того, как купол вновь сомкнулся, но огненный вихрь смел их, задев и меня. Я зашипела, спешно сбивая огонь с рукава.

В здоровой правой руке оставалось еще четыре заклинания, и я выпустила одно в ближайшего упыря исключительно на удачу. Не подействовало.

Разбираться, в чем причина, буду потом. Сейчас же важнее другое. Пока Эдриан расходовал свой запас заклинаний с рук, я сбросила ставшее ненужным упокоение и набрала новые.

Перехват, подчинение, подвязка. Все для нежити, которая стояла передо мной.

Я отползла к ногам Эда, чтобы не попадать под заклинания, и выпустила первое. Перехват — без результата. Подчинение — без результата. Подвязка — аналогично.

Да что за ерунда?!

Ну что ж, кажется, пришло время артефактов Грега. Одной рукой я обхватила ногу Эдриана, чтобы его не задеть, второй сжала камень в подвеске, не разбираясь, огонь в нем или лед.

Огонь. Щит ударил вперед, превратив тварей в головешки, врезался в купол и обязательно полыхнул бы, но я успела активировать второй камень. Лед остановил огонь, не дав пламени сожрать и нас заодно. Два полярных заклинания нейтрализовали друг друга. А когда развеялись, оставив лишь слабо сияющий купол, вокруг нас никого не было. Стоявшая за границами защиты четверка исчезла без следа.

— Ты как? — Эдриан не спешил убирать купол, хотя поддержка заклинания давалось ему откровенно нелегко.

— Нормально, только рука…

Эд подвесил светляка. Вот лучше бы он этого не делал!

Пока я не видела свою пострадавшую конечность, она даже болела меньше. Но стоило мне разглядеть месиво из ткани, крови и разорванной кожи, как показалось, будто рука у меня вот-вот отвалится. И кусок та тварь все же выдрала, во всяком случае — ощущения были именно такие.

— Лара, держись! — Кажется, Эдриан испугался не меньше моего.

Он рывком за подмышки поставил меня на ноги, перекинул здоровую правую руку через свое плечо и сам обнял меня, потащив вперед.

Мелькнула мысль, что если на нас нападут снова, то отбиваться Эдриану в одиночку будет нелегко. Нежить плохо поддается воздействию боевой магии. Боли она не чувствует и не боится, а уничтожить ее с одного удара способны лишь очень мощные заклинания, которые нормальный маг посреди жилых домов применять не станет. Разве что снова ставить купол, чтобы магия не распространилась, и рисковать исключительно своими жизнями.

Только вот нежить ли?

Рука болела нещадно, словно в нее до сих пор впивались чьи-то зубы. Красные глаза, характерные повадки. Это определенно были упыри.

Только почему не сработало упокоение?!

Ладно, положим, я ошиблась в редком заклинании, в свое время не отработанном на практике. Но остальные? Ни одно заклинание, которое всегда отлично берет нежить, так и не подействовало.

Если бы не изматывающая боль, я бы попробовала восстановить картину боя. Но пока большая часть сил уходила на то, чтобы как можно быстрее передвигать ногами и не стонать. А еще стараться не совсем уж висеть на Эдриане.

Еще и дорога какая-то бесконечная. Правда, по моим прикидкам, резиденция Ночного клана находилась очень далеко от квартиры Эдриана. Я еще днем хотела поднять вопрос, как мы будем добираться обратно, но решила, что как-нибудь уж доберемся.

Добрались.

— Пришли, — огорошил меня Эд, подходя к незнакомому дому за высокой увитой плющом оградой.

Вопрос «Куда?» я задавать не стала. Побоялась, что точно начну подвывать от боли, стоит лишь открыть рот.

Ворота приоткрылись, впуская нас, короткий замощенный передний двор, и входная дверь открылась тоже, осветив каменную лестницу в три широкие ступени и крыльцо полукругом.

— Господин, что случилось? — раздался обеспокоенный мужской голос.

Не уловила, что там ответил Эд, поскольку организм решил, что он в относительной безопасности и достаточно потрудился на сегодня. Ноги стали ватными, но осесть на пол мне не дал Эдриан, подхвативший на руки и уложивший куда-то. На мягкий ковер, судя по характерному ворсу.

Наверное, я бы все-таки потеряла сознание, но в реальность меня вернула громкая фраза, сказанная незнакомым голосом.

— Сын? Кажется, ты предупреждал, что нанесешь визит утром, а не ночью.

И пусть свекор у меня был не менее фиктивный, чем муж, но неловко мне стало, как перед настоящим. Все-таки умею я производить первое впечатление…

— Текущий вопрос утра не дождется.

Эд поднялся ему навстречу, мне же тоже искренне захотелось встать и сказать, что очень даже дождусь и извиниться за беспокойство, но тут отец Эдриана наконец заметил и разглядел меня в тусклом ночном освещении.

И неторопливо вышедший к нам седой мужчина в очках резко споткнулся.

— Аманда? — неверяще спросил он.

— Отец, это Лара, моя жена. — Эдриан встал так, чтобы в любой момент загородить меня широкой спиной от отцовского гнева.

Но гнева не последовало, скорее замешательство.

Мужчина пару раз моргнул, беря себя в руки.

— Простите, Лара, — неожиданно сипло извинился он, его акцент в виларском стал заметнее, чем в первых фразах, как бывает при волнении. — Вы мне очень кое-кого напомнили.

— Ничего, — выдавила улыбку я, приподнимаясь на здоровом правом локте, дабы не выглядеть совсем уж жалко.

Спрашивать, кого именно, я не собиралась. О матери, помимо того, что она фактически «продала» меня отцу, мне было известно лишь одно. Ее имя. Ну и сегодня выяснилось, что она тоже побывала с какой-то просьбой у вампиров.

Эдриан подозрительно перевел взгляд с меня на отца и обратно, но неуместных сейчас вопросов задавать не стал.

— Так, — свекор собрался и окинул профессиональным взглядом мою руку. — Кажется, я вижу цель визита. Эд, перенеси свою жену в мой рабочий кабинет на кушетку.

Его деловой тон понравился мне куда больше. Сразу захотелось возразить, что я дойду сама, но Эдриан мне такого шанса давать не собирался, подняв на руки и перенеся в глубь дома.

— Сможешь сама снять платье? — шепотом спросил он.

Правая рука у меня оставалась вполне рабочей, так что я кивнула, возможно, слишком резко и поспешно. Перед глазами вновь все поплыло, но я проморгалась, вернув четкость зрению.

Дверь в кабинет в этот момент чуть щелкнула — Эдриан вышел, — а его отец несколько недоуменно покосился ему вслед, но комментировать уход сына не стал. Да, со стороны муж, оставляющий свою жену в такой момент, выглядит странно, согласна.

Я кое-как стянула с себя платье, с грустью отметив, что оно в куда более плачевном состоянии, чем мне бы хотелось. Порван был не только рукав, но и подол, который, видимо, дернула одна из тварей. Про неравномерный, но очень заметный на свету слой разносортной грязи и говорить нечего.

— Кто тебя так? — поразился свекор, а я только теперь поняла, что не знаю его имени.

Спросить? Или попробовать обойтись нейтральным обращением на вы?

Он еще не коснулся меня, а по руке уже пробежался приятный обезболивающий холодок, возвращая способность мыслить здраво и думать о чем-то, кроме боли.

— Упыри. Наверное. — Точно утверждать не бралась.

Я подняла глаза, наткнувшись на удивленный и недоверчивый взгляд карих глаз. Совсем как у Эдриана. Они определенно похожи, хотя его отец был уже немолод. Но он по-прежнему оставался в неплохой форме, сухощавый, поджарый, совсем немного ниже Эда, чуть смуглее и черты немного резче.

— Ты тоже очень похожа на свою мать, — неожиданно мягко улыбнулся он в ответ на мое откровенное разглядывание. — Только глаза серые.

— А почему вы думаете, что знали мою мать?

Ее и я-то не знала, а тут сразу столько людей и нелюдей.

— Ты не удивилась, услышав имя. Вернее, удивилась, но иначе, — поправился он. — К тому же вряд ли бывают два настолько похожих чужих человека.

— Вы были знакомы? — Может, от него мне удастся добиться большего, чем от вампиров.

— Да, были, — он улыбнулся своим воспоминаниям так тепло, что у меня защемило сердце.

Отец пусть и никогда не высказывался о матери плохо, но говорил о ней сквозь зубы, цедя слова. Или он просто всегда так со мной разговаривал?

— Я видел ее в последний раз больше двадцати лет назад. Ей тогда было лет девятнадцать, кажется, если не младше. Совсем девочка.

— А что потом? Вы перестали общаться? — Я слушала с такой жадностью, которой никогда в себе не ощущала. Впервые у меня возникло настоящее желание узнать что-то о той женщине.

— Она сбежала из дома, — он произнес это с усмешкой, осторожно накрывая ладонью мои раны. Холод, шедший от его пальцев, чуть обжигал. — Собрала вещи и ушла ночью, тайком, оставив короткую записку.

— С кем-то сбежала? Или одна?

И в какой момент встретила моего отца?

— Одна. Ее родители запрещали ей обучаться магии. Некромантии. У нас до сих пор эта магия считается для женщин дурным тоном. — Тут отец Эдриана рассмеялся, заметив мое вытянувшееся лицо. — Я не придерживаюсь подобных взглядов. Да и мой сын, как видишь, тоже.

Я не знала, что на это сказать. Но кажется, у нас с матерью определенно имелось что-то общее. Как минимум — уход из дома и непростой характер.

И пусть мне теперь кто-то только попробует что-то сказать по поводу моего непростого характера! Теперь я могу смело пенять на наследственность.

— Кажется, все.

Отец Эдриана убрал руки, и я пораженно уставилась туда, где только что кровоточила ужасная рваная рана, а теперь остался лишь красный рубец.

— Шрамов не останется, — заверил меня свекор, неправильно поняв мой интерес. — За неделю все рассосется. Сейчас еще дам тебе пару зелий, одно нужно принимать хотя бы дней пять — организму требуется поддержка, чтобы регенерация не забирала слишком много сил.

Да уж, сразу видно — королевский целитель.

Мужчина подошел к шкафу со стеклянными дверцами, достал из него две склянки, из одной сразу накапал мне зелья в стакан с водой.

На вкус оказалось весьма прилично.

— Сейчас тебе необходим отдых, — начал было он, но я вспомнила о кое-чем более важном.

Откладывать на утро не хотелось, к тому же восстанавливающее зелье взбодрило. Да и после короткого, но яркого боя спать мне пока не хотелось.

— Нет, мы с Эдрианом собирались с вами поговорить.

Я взяла в руки драное платье, не решаясь его надевать. Сейчас оно куда больше походило на половую тряпку, чем на одежду.

— Я распоряжусь подобрать что-нибудь из вещей жены, — совершенно неожиданно предложил свекор. — Она, конечно, была повыше тебя, но в крайнем случае утром подгоним. А заодно — чтобы накрыли поздний ужин. Любой разговор лучше идет за столом и вкусной едой.

— Спасибо, — кивнула я, чувствуя искреннюю благодарность.

Уж не знаю, какие были у них с Эдрианом разногласия, мне этот человек определенно начинал нравиться.

20. Ночной разговор

Минут через десять, которые я просидела в одиночестве, разглядывая стеллажи — разгуливать по чужому кабинету в неглиже не хотелось, — в кабинет зашла крупная заспанная женщина. Через плечо у нее было переброшено платье, в руках небольшой тазик с водой и плавающей в ней тряпицей, а из нагрудного кармана наскоро завязанного и немного перекошенного фартука торчала расческа.

— Добрый вечер, — несмотря ни на что, с улыбкой поздоровалась женщина, хотя ее явно выдернули из постели, а ночь уже переходила в раннее утро. — Я — Элия, экономка, сейчас постараюсь привести вас в порядок. После ухода госпожи горничную не держим, но я тоже кое-что могу.

Все это она говорила на абсолютно чистом виларском, осторожно перебирая мягкими пухлыми пальцами мои волосы и вытаскивая из них мусор. Как хорошо, что зеркала в кабинете нет, чувствую, вид у меня совсем плачевный.

Элия ловко переплела мне косу, а после влажной тканью стерла всю кровь, поминутно вздыхая о том, что такой милой девушке так сильно досталось.

— Комендантский час же, — беззлобно ворчала она, помогая мне с платьем, оказавшимся едва ли не на ладонь длиннее и слишком широким в талии.

— Да стой ты, не вертись, — попросила она, доставая из кармана швейный наборчик. — Сейчас все подгоним, пока наметками, а утром я до ума доведу, не переживай.

— Вы из Вилара, да? — Я вытянула шею, чтобы посмотреть, как ловко экономка орудует иголкой и нитками.

— Да, вместе с госпожой приехала, — с нотками грусти проговорила она. — Да здесь многие из Вилара. И весь дом говорит по-виларски, покойная матушка Эдриана так толком и не выучила ровенский. Не нравился он ей.

— Все, — отчиталась Элия через несколько минут, — пока так, оно в ночи и незаметно. А утром уже по-нормальному дошью.

На самом деле мне бы и так сошло. Но не хотелось обижать добрую женщину, да и отец Эдриана действовал из лучших побуждений, выдавая мне одежду из гардероба покойной жены.

— У вас золотые руки, — похвалила работу я.

— Да ладно уж, — заулыбалась Элия. — Баловство это. Вон Эду, пока был маленький, то и дело одежду чинила. На нем все горело просто, и госпожа вечно расстраивалась, что его только и успевали переодевать. А он такой живой ребенок был, как уж тут без дырок?

Я вновь почувствовала легкий укол зависти. Эдриана любили не только родители, он и Элии был как родной. Вон с какой теплотой о его проделках рассказывает.

А меня не то что за дырки, за любое едва заметное пятно в детстве ругали так, словно это конец света.

Такие уютные дома всегда действовали на меня удручающе.

Но стоило зайти в небольшую столовую, и все «удручение» как ветром сдуло. За столом друг напротив друга сидели Эдриан с отцом, и атмосфера была настолько напряженная, вот-вот заискрит. И я сразу почувствовала себя спокойнее. К такой обстановке я вполне привыкла. Это ж почти как у меня дома.

— Ты как? — первым заметил меня Эд.

— Отлично, рука как новенькая, — я продемонстрировала пусть и не самый красивый рубец, но он смотрелся всяко лучше разодранного мяса.

— Кхм… — кашлянул отец Эдриана. — Я понимаю, что ситуация не располагала, но ты не представил нас друг другу по всем правилам.

— Да. — Эдриан не выглядел воодушевленным, но против давно усвоенных правил приличий не попрешь. — Лара, это мой отец — Карлос Ролан. Отец, это Лара Донован, моя жена.

На лице Эда с твердо сжатыми челюстями и раздувающимися ноздрями читался вызов, словно он готовился к бою, а не к разговору.

— Донован? — переспорил Ролан-старший. — Любопытно… Лара, надеюсь, ты как-нибудь обязательно расскажешь мне о себе и своей маме. Мне всегда было интересно, как сложилась ее судьба.

— Судя по тому, что сейчас ее нет в живых, а меня с трех лет растил отец, вернее его законная жена, — то не лучшим образом, — честно ответила я.

Наверное, мне не стоило это вот так прямо рассказывать, с ходу выдавая свою незаконнорожденность. Но большего я о матери все равно рассказать не смогла.

— Жаль, — отец Эда вздохнул и снял очки, потерев переносицу, на которой слегка отпечаталась дужка. — Очень жаль.

Удивительно, но я Эдриана настолько мужем не воспринимала, как Карлоса Ролана — свекром. И то, что новость о столь сомнительном происхождении невестки его не шокировала, тоже говорило в его пользу.

— Отец, мы планировали прийти к тебе по делу. — Эдриан помог мне сесть и сам устроился рядом. — У Лары есть информация, которой мы сочли нужным с тобой поделиться.

— И какая же? — Карлос Ролан тут же надел очки обратно и подался к нам.

— Льюиса, брата Эда, захватили ровенцы, — начала я.

Ответом мне стал тяжелый вздох. Отец Эдриана потер пальцами лоб, а сам Эдриан напрягся еще сильнее, хотя казалось — куда уж. Чувствуется, что тема Льюиса поднимается не впервые.

— Лара, мне искренне жаль Льюиса, — устало проговорил Карлос. — Я знал его, он всегда был славным мальчиком и вырос в такого же мужчину. Но на войне неизбежны жертвы, поймите. Как ни горько это признавать, но его смерть остается только принять и жить дальше.

— Он жив, — слова Эдриана отдавали звоном металла, как от встречи двух клинков, — вот только от моего брата там одна оболочка.

— О чем ты? — нахмурился Карлос. — Какая еще оболочка?

Эдриан взглянул на меня и, дождавшись одобрительного кивка, достал из кармана кристалл-копию, положив его на стол и активировав.

— Как видишь, от человека там осталась немного, — жестко заметил он.

Да, такого Эдриана мне видеть не приходилось…

— Это точно он? — не поверил Карлос. — Аура… нечеловеческая.

— Точно, — подтвердила я. — Я видела Льюиса собственными глазами. И вампир, осматривавший его, подтвердил, что без вмешательства его сородичей не обошлось.

— Его осматривал вампир? — Кажется, данный факт удивил отца Эдриана сильнее, чем текущее состояние Льюиса.

— Да, есть у меня один знакомый. — Я покосилась на Эда, но он по этому поводу никаких эмоций не выражал.

— А при чем здесь другие вампиры?

Или Карлос великолепно играл, или он правда был не в курсе.

— Сейчас расскажу с самого начала. — Я потянулась к чашке успевшего подостыть чая, поскольку в горле заранее запершило.

Историю эту я пересказывала уже несколько раз в разных вариациях и смогла вычленить нужное сразу. И о плене, которого я коснулась лишь вскользь, но взгляды двух Роланов на этом моменте скрестились, как мечи. И о первой случайной встрече с измененными. И о том, как мне удалось найти и поймать Льюиса. И про вердикт, что он скорее мертв, чем жив, и его можно разве что попытаться сделать вампиром, а не вернуть в исходное человеческое состояние.

— То есть вы хотите сказать, что в деле замешаны вампиры? — Карлос задумчиво изучал кружку, из которой ни разу не отпил. — Они всегда придерживались нейтралитета и не вмешивались в дела людей. С чего им вдруг так резко менять позицию?

— В клане есть отступник. Возможно, не один. Вампиры, как вы понимаете, не особо распространяются об этом.

— У вампиров очень развито коллективное начало. Их же с детства обращают, а после растят как часть чего-то большего, великого. — Карлос оставил в покое чашку.

— Ты знаешь о процессе обращения? — тут же спросил Эдриан, до этого старательно молчавший и не участвовавший в нашем с его отцом диалоге.

— Что ты, это тайна за семью замками, — отмахнулся Карлос. — Только слышал, что они не обращают взрослых. Говорят, что это намного сложнее и выживаемость слишком низкая.

Мы с Эдрианом переглянулись, наверняка подумав об одном и том же.

— А ведь ты знаешь про это, — медленно проговорил Эдриан, не глядя на отца, а рассматривая свои пальцы. — Тебя не удивило существование измененных. Только вампиры вызвали вопросы.

Я чувствовала, как Эд с трудом сдерживается, как подбирает слова.

Он был зол. Наверное, надеялся, что его отец не знал ни о чем, но тот не скрывал своей осведомленности. И отпираться не стал.

— Это проект наших магов. — Карлос тоже посмотрел в сторону.

Кажется, между ним и сыном стоял не стол, а раскинулась настоящая пропасть. Они сидели рядом, такие похожие и при этом невероятно далекие и чужие друг другу.

— В чем он заключается? — требовательно спросил Эд.

— Тебе не следует это знать, — покачал головой мужчина. — А Лара, как я понимаю, и вовсе представляет другую страну.

— Мы оба имеем право знать, — голос Эдриана пополз вверх, — потому что непонятные твари напали на нас при входе в город!

— В Биргаро комендантский час. Идет война, нужно проявлять осторожность, а не шляться где-то по ночам, — принялся то ли возражать, то ли оправдываться Карлос.

— То есть это нормально? Что упыри бродят по улицам?

— Я не говорю, что это нормально. Эд, услышь меня хотя бы раз, — устало попросил Карлос и повернулся ко мне. — Я не вижу смысла требовать клятву о неразглашении. Если ты вернешься в Вилар, то все равно расскажешь об увиденном, так ведь?

— Не если, а когда, — поправил его Эд.

— Хочется понимать, с чем мы столкнулись, — твердо произнесла я. — Потому что по виду это были классические упыри. Но их не просто не взяло упокоение, ладно, положим, я ошиблась в редком заклинании. Но ничего из некромантского арсенала на них не сработало. Так не бывает!

Я на миг вернулась на темную улицу, где один за другим посылала перехват, подчинение, подвязку — и все уходили в молоко.

Такой беспомощной я себя, наверное, никогда не чувствовала. На будущее стоит заказать у Грега побольше разных артефактов для таких вот непредвиденных случаев.

— Они не нежить в общепринятом понимании. — Карлос снял очки, теперь начав крутить их. — Это люди, преступники, приговоренные к смерти. Их назвали ночными стражами.

— То есть их правда создали у нас? Это все официально и одобрено? Изменение людей?

Кажется, мир Эда если не рушился, то серьезно переворачивался.

— Их бы убили.

— А так создали чудовищ.

Эдриан встал из-за стола и отошел к окну, за которым потихоньку начинало рассветать.

— У первых ночных стражей имелись некоторые проблемы с контролем. Но, насколько мне известно, для армии сделали уже более совершенных существ.

Контроль… это слово резануло слух. Сразу вспомнились слова Дамьена, что в случае с первыми встреченными нами измененными кто-то экспериментировал. Проверял, насколько они подконтрольны. Обычные упыри не останавливаются при виде крови. А необычные… усовершенствованные действовали четко по приказу.

А ведь со словами Дамьена сочеталось и сегодняшнее замечание вампира, что неизвестный отступник клана работает вместе с разными магами, поэтому результат отличается. Дамьен тоже говорил, что между Льюисом и Итаном, в которого мы подселили Грега, имеются различия…

— Вы утверждаете, что их создали люди? — вернулась к разговору я.

Эдриан предпочитал смотреть в окно, чтобы не видеть отца. Карлос разглядывал свои очки и вытирал с них несуществующую грязь.

— Я ничего не утверждаю, — покачал головой он. — Но со слов магов военного ведомства — это исключительно их детище. Об участии вампиров я впервые слышу от вас. Как вы могли заметить, ночные стражи — не упыри, пусть некоторое внешнее сходство имеется.

И это внешнее сходство нас едва не убило! Ведь я была уверена, что имею дело с упырями.

— На кристалле уже четко виден вампирский след. — Я вновь активировала артефакт. — Можете сами посмотреть, это не человеческая аура. Что-то среднее между вампиром и упырем.

— Форма человеческая, стандартная аура мага, — возразил отец Эда, приглядываясь. — Но содержание…

Тут ему возразить было нечего.

— Я встречалась с вампирами, они не отрицают причастности кого-то из клана, но не всего, а отдельных его членов. Отступников.

— Тебя приняли вампиры? — поразился Карлос. — Но как? Они и первых лиц государства не всегда соглашаются принять.

Эдриан делал вид, что не прислушивается к разговору, думая о чем-то своем. Но на этом моменте его взгляд стал несколько чаще скользить в нашу сторону.

— Я ведь курьер, привезла им информацию, — принялась выкручиваться я. Не о метке же рассказывать, правда?

— Обычно все передают на входе, даже на территорию мало кого пускают, — задумчиво ответил отец Эдриана, но, к моему счастью, тему развивать не стал. — Но сам факт участия вампиров, пусть это не клан, а чья-то, скажем, личная инициатива… вызывает вопросы.

Да еще какие, если подумать. Вампиры — реальная сила и реальная угроза. Даже поодиночке, если решили объединиться с людьми. А еще не стоит забывать про их сильнейший ментальный дар.

И сегодняшняя встреча… Куда делись те четверо? Если бы они были дикими и безмозглыми, то не сбежали бы, а все-таки попытались до нас добраться. Но они почему-то исчезли. Испугались? Или их кто-то отозвал?

А так ли они бесконтрольны?

— Вы смогли бы передать эту информацию дальше? — осторожно спросила я.

— К слепку ауры нужны более весомые доказательства. — Кажется, Карлос и сам просчитывал варианты.

— А если предложить создателям этих тварей повторить свое творение? Пусть сделают это сами. — И тогда станет ясно, что человек не способен так изменить другого человека. — Или взять одну из тех тварей, что бродят ночью, и как следует изучить. Кстати, я не сомневаюсь, что их аура не будет похожа на ауру Льюиса. Именно по содержанию, ведь преступники не были магами, так?

— Не были. — Карлос еще раз всмотрелся в кристалл. — Но я очень сомневаюсь, что вампиры официально подтвердят участие в подобном, даже если кто-то из них действует за спиной остального клана.

— Ночной клан Вилара подтвердил, что вампиры замешаны, но конкретно они здесь ни при чем, — не согласилась я.

— Ваши находятся в несколько ином положении, — покачал головой свекор. — Создания вампиров, если верить вашей теории, воюют против Вилара, и не начни они сотрудничать, то тем более попали бы под подозрение. Для них это вопрос безопасности клана. А наш клан ничем таким не рискует. Наоборот, в случае чего повернет ситуацию в свою пользу. Скажет, что помогает Ровене, а значит, его не в чем обвинить.

— Это все так, — Эдриан по-прежнему не спешил возвращаться к столу, но не смог остаться полностью безучастным, — но кому подчиняются измененные? Сейчас не только Вилар, но и Ровена несет потери, армия будет ослаблена, маги также гибнут. А неизвестный вампир или несколько вампиров создают свою небольшую армию из измененных, причем абсолютно легально, у нас под носом! Война когда-нибудь закончится, а вампиры останутся. И их измененные тоже.

Если честно, мне это не нравилось все больше и больше. Не знаю, насколько Эдриан прав, но с его слов картина получалась далеко не радужной. Армия уменьшится, ряды собственных магов поредеют, а из пленных получатся отличные измененные, обладающие силой, устойчивые к некромантии и не боящиеся боевых магов.

Куда их направят дальше?

— Я попробую, — принял решение Карлос. — Как вы понимаете, обещать ничего не могу, это вне моей компетенции. Но информацию донесу.

И бережно убрал кристалл в нагрудный карман рубашки.

— Эдриан, — обратился он к сыну, — я слышал, ты возвращаешься в армию?

— Да, — после небольшой паузы ответил Эд.

— Надеюсь, на этот раз все пройдет без эксцессов? — Голос Карлоса стал строже.

— Я тоже надеюсь. — Эдриан небрежно пожал плечами и отвернулся, показывая, что разговор окончен.

Отец еще немного побуравил его недовольным взглядом, но быстро понял, что большего от сына не добьется.

— В таком случае предлагаю вам остаться до завтрака, — начал Карлос, но тут уже Эдриан молчать не собирался.

— На улице уже светло, думаю, мы спокойно вернемся домой.

— Вы оба устали и нуждаетесь в нормальном отдыхе. К тому же время совсем раннее, вряд ли в такой час стало безопасно.

— Нам недалеко, — возразил Эд, но уже без прежней уверенности и с тревогой поглядывая на меня. Все же безопасность была серьезным аргументом.

— Мы дойдем. — С огромной неохотой, но я все же встала из-за стола, готовясь покинуть теплый дом и выйти в такой жестокий мир, по которому в качестве ночной охраны бродят весьма опасные твари.

Но выбирая между фиктивным мужем и фиктивным свекром, я все же остановлюсь на муже. Мы с ним многое прошли вместе, и до дома Эдриана как-нибудь дойдем.

— Последний вопрос, — повернулась я к Карлосу, успев заметить, что он расстроен таким решением, но старается не подавать виду. — Зачем их вообще выпустили, этих… «ночных стражей»?

— В Биргаро прокатилась волна убийств высших государственных чинов, магов, — нехотя ответил Карлос. — Все указывало на Вилар, в одном месте даже характерные для вашей страны артефакты нашли. Стража не справлялась, большую часть магов отправили на передовую. Решили в качестве эксперимента рискнуть, и убийства сразу прекратились. Измененные реагируют больше на магов, как на основную угрозу. Но и простым жителям с наступлением темноты лучше оставаться дома.

Да уж, попробуй тут выйти. Наверное, никогда в Биргаро по ночам не было так спокойно, как сейчас. Тишь и благодать. Как в могиле.

По правде, меня нещадно клонило в сон, и я бы не отказалась от теплой постельки. Но пришлось выходить на улицу, набирать заклинания в руки и пытаться сохранить бдительность. Правда, при свете Матушки уже было не так страшно, поэтому дошли мы без приключений.

А в квартире Эдриана я поняла, что должна срочно лечь, иначе засну стоя.

— Извини, — Эд тоже выдохнул и окончательно сбросил все заклинания. — Надо было остаться, а не рисковать и не мучить тебя.

— Да ладно, — я с трудом подавила зевок. — Зато прогулялись. И, к слову, у тебя неплохой отец, особенно если сравнивать с моим. Не знаю, почему вы не ладите. Мне он даже понравился.

И попадись мне на самом деле такой свекор, я была бы только благодарна судьбе.

— Да мы никогда не ладили, — Эдриан заметно погрустнел. — Все детство отец был ко мне строг и требователен. Он считал, что его сын должен соответствовать его высоким стандартам и идеалам, быть лучшим во всем. И я старался, правда, старался. А когда вырос, понял, что мой отец далеко не так идеален. Что он сам не соответствует своим же требованиям. Он говорил про безоговорочное послушание и преданность семье, но сам задвигал ее на второй план, отдавая предпочтение работе. Он просил быть всегда честным, но сам часто не то чтобы врал, но так умело недоговаривал, что его правда не стоила ничего. И так во всем. Он не был идеальным, но при этом был вечно недоволен мной.

Эдриан выдохнул и замолчал. Видимо, у него тоже накопилось и очень хотелось выговориться.

А на меня отец никогда внимания не обращал и вообще делал вид, будто меня не существует. Реагировал только на прямое обращение к нему, зачастую повторенное несколько раз. А уж про то, что на меня никаких особых ожиданий не возлагали, и говорить нечего. Иначе бы не договорились о браке еще до академии.

Даже не знаю, что хуже. Игнорирование или чрезмерные ожидания? Но я бы для себя однозначно предпочла второе.

Но уснуть мне все эти мысли не помешали, стоило только добраться до кровати и выпутаться из платья.

21. Конец миссии

Утром я проснулась от взгляда. Такое странное чувство, будто по лицу скользит солнечный лучик, вроде невесомый, но ощутимый.

Эдриан сидел на краю кровати и наблюдал за мной.

— Эд… — Я повыше натянула одеяло и постаралась проморгаться. — Пора вставать, да?

Честно говоря, я словно только легла, а тяжелая голова не спешила подниматься с подушки.

— Да, мне было так жаль тебя будить. — Эдриан по-прежнему неотрывно смотрел на меня, и его взгляд становился каким-то все более тяжелым.

Но потом он резко выдохнул, встал и направился к двери.

— Завтрак уже принесли, я сварю кофе, — предупредил Эдриан, притормозив у выхода из комнаты.

Это весомый аргумент, чтобы выбраться из уютной кроватки!

И причина, по которой мне не дали возможности отоспаться, выяснилась быстро. Оказывается, время отпуска Эдриана подходит к концу. Завтра утром ему надлежит быть в части, а значит, нам пора выдвигаться.

Возвращаться хотелось и не хотелось. В Биргаро мне не очень-то понравилось. Да, город красивый, южный, все дела, но слишком уж неспокойный. Твари разные ночами бродят, вампиры что-то нехорошее замышляют. В общем, так себе курорт.

И все же хотелось задержаться еще ненадолго, не из-за красот столицы Ровены, разумеется. Я смотрела на Эдриана, задумчиво помешивающего ложечкой кофе, и понимала, что буду скучать. Что с ним как-то невероятно просто и уютно. Даже в таком недружелюбном на поверку Биргаро.

— Извини, что нормально мы так и не погуляли, — встрепенулся Эд, перехватив мой взгляд.

— О, не переживай, — отмахнулась я. — Впечатлений мне хватило с лихвой.

— Уверен, после войны все наладится, и я смогу показать тебе город, — пообещал Эдриан, добавив: — Нормально показать, а не окраины или неблагополучные районы.

— Там тоже было интересно, — заверила я Эдриана, но, кажется, его это не успокоило. — Скажи лучше, как ты планируешь добираться?

— Я планировал морем… — начал он, но мой стон сбил его с мысли.

— О нет! — Я обхватила голову, вспомнив, как мучилась по дороге сюда. Да лучше пешком, чем снова терпеть качку. — У нас же крылья, может, долетим, а?

— Артефакт полета очень редкий, возникнут вопросы, если и моя жена прилетит со мной.

— Мы долетим до ближайшего крупного города, — предложила я, уцепившись за вариант с крыльями. — А оттуда возьмем какую-нибудь повозку.

Я раскрыла карту из браслета, того, который выдал мне Грег на время командировки. Собственно, Ровена на ней была во всех подробностях, кажется, у меня в основном браслете Вилар не так детально расписали.

— Мне сюда, — Эд указал на самую границу с Виларом, ближе к морю, чем к крепости Монгейт.

Надеюсь, ее там еще не захватили в мое отсутствие?

— Мне главное — через границу перебраться, а дальше я прилечу к своим. — И буду смело использовать артефакт полета. — Только одежда нужна нормальная, а то в юбке особо не полетаешь.

Иначе только и буду делать, что следить за ней, а не за курсом, чтобы после случайного порыва ветра или крутого виража юбка не оказалась у меня на голове.

— Хорошо, — Эдриан озорно улыбнулся. — Купим тебе одежду — и вылетаем!

Он ведь тоже любит воздух и полеты.

Женскую одежду мужского покроя в Биргаро так с ходу найти не удалось. Мы заглянули в несколько магазинов, где на нас посмотрели с недоумением, а в одном месте с откровенным пренебрежением. Ну какая порядочная женщина, к тому же замужняя, будет ходить в брюках? Даже для верховой езды из готового ничего подходящего не нашлось на мой невысокий рост и скромные параметры.

— У меня есть идея, — начал старую песню Эд, когда мы в очередной раз вышли из лавки ни с чем.

Честно сказать, я уже согласна была и на рабочую униформу, правда, мужское на мне бы село мешком, но сил и желания привередничать после обхода нескольких магазинов не осталось. Только вариант Эдриана оказался еще более интересным.

— Ты серьезно?! — Я остановилась возле магазина, к которому целенаправленно вел меня фиктивный муж.

И нет, я не умела читать на ровенском, но витрина говорила сама за себя.

— Зато точно подберем, — подбодрил меня Эд, старательно скрывая улыбку.

Магазин одежды для детей был сомнительным решением, но неожиданно удачным. Продавцы, конечно, переглядывались между собой, но, к счастью, наш выбор вещей не комментировали.

А в примерочной я с еще большим удивлением выяснила, что мальчишеские брюки сели неплохо. Рубашка, взятая на два размера больше, чтобы нормально застегнулась в груди, висла в плечах и в талии была слишком свободна. Но если заправить, а сверху пиджак накинуть…

В итоге в таком виде я вышла из примерочной и решила не переодеваться перед полетом. Мешок с моими вещами висел у Эдриана на одном плече, на другом — его личные вещи, оставалось расплатиться в магазине, выбраться из города и полететь.

— Отлично, — одобрил Эдриан, вызвав новую волну взглядов у работниц.

— Надеюсь, они меня не узнали, — задумчиво проговорил Эд, когда мы вышли, упаковав мои юбки.

— Что, боишься, будут сплетничать о твоей странной жене? — беззлобно поддела его я.

— Скорее, скажут о моих странных предпочтениях, ради которых я собственную жену переодеваю под мальчика, — усмехнулся он. — Вкупе с тем, что я несколько лет отказывался жениться и даже не рассматривал возможных невест…

— Да, я бы тоже задумалась…

— Лара!

— Шучу, — подняла руки я, стараясь не смеяться. Выходило и правда забавно.

Чтобы не привлекать излишнего внимания, мы поймали экипаж, в котором и выехали из города. При свете Матушки Биргаро выглядел спокойным и обычным, ничто не напоминало о том, что ночью здесь промышляют жуткие твари. Разве что мой шрам, еще немного посветлевший и скрытый под рукавом рубашки.

Извозчик, которого Эд попросил остановить в совершенно безлюдном месте, еще долго оборачивался на чудных клиентов, пока не скрылся из виду за небольшим холмом. По-мужски одетая девушка, вроде нормального вида приличный молодой человек и… чистое поле с редкими деревцами. Уединение и природа…

— Ты готова?

Эдриан закрепил свой армейский вещмешок, я проверила, как держится мой, и кивнула.

— Да.

Подвеску я выпутала из связки, определив ее исключительно на ощупь среди остальных артефактов. Крыло Льюиса перекочевало на еще один полет к Эду. Тот с горечью и грустью посмотрел на него, памятуя, для чего оно было отдано, но надел и сжал. Черно-красные крылья выросли у него за спиной, сделав похожим на диковинную птицу. Мои крылья летучей мыши, по размеру оказавшиеся больше, чем у него, Эд разглядывал с неподдельным интересом.

— Тоже работа Грега? — поинтересовался он перед взлетом.

— Как ты догадался? — Кажется, про крылья я ему ничего не рассказывала.

— Слишком тебе подходят, — усмехнулся он и протянул руку.

Помедлив, я коснулась кончиков его пальцев, а он в ответ крепко обхватил мое запястье и потянул вверх.

Такое знакомое чувство легкости и свободы окрыляло не хуже артефакта полета. Нам предстоит полдня провести в небе, ну разве это не прекрасно?

Мы прилетели в небольшой городок Ховеж ближе к вечеру — так много времени заняли поиски одежды. И здесь, в отличие от Биргаро, все дышало войной. Слишком уж близко была линия фронта, слишком много военных в «не нашей» форме, заставлявших меня держаться ближе к Эдриану. Много беженцев, устраивающихся кто как может, а еще достаточно всякого сброда, неизменно появляющегося в таких ситуациях и предлагающего свои сомнительные услуги.

— Здесь должно быть офицерское жилье, — с некоторой долей сомнения проговорил Эдриан.

Лично во мне этого сомнения плескалось под завязку. Городок был небольшой, не особенно ухоженный — это мягко говоря. Жители, и без нас успевшие взвыть от притока незваных гостей, не отличались дружелюбием. Во всяком случае, на вопрос, как найти местную ставку командования, послали нас отнюдь не в ставку, а по другому, куда более интересному и заковыристому маршруту.

Так что искать пришлось самим, благо вариантов имелось не так уж и много. Большие здания здесь можно по пальцам пересчитать, причем одной руки.

В ставке новому военному, да еще и с женой (читай, с балластом) тоже не особенно обрадовались, но хотя бы посылать никуда не стали. И даже койко-место выделили одно на двоих в малюсенькой комнатушке. Порядком озверевший и вымотанный интендант всучил нам какое-то постельное белье, остро пахнущее дешевым хозяйственным мылом, предложив с остальным разбираться самостоятельно.

Кажется, для Ровены эта война тоже шла не так легко и гладко, как виделось мне из отступавшей армии Вилара.

Поужинали мы собственными припасами, предусмотрительно прихваченными из дома, куда Эдриан все равно в ближайшее время возвращаться не планировал. Выходить и снова натыкаться на неприветливые взгляды местных не хотелось даже ради нормальной горячей еды. Да и не факт, что нам она перепадет: кажется, здесь и своим-то не хватало. Так что разжились мы только кипятком, а чай заварили прямо в кружке.

— Я расстелю себе спальник, — с ходу предупредил Эд.

Возражений с моей стороны, разумеется, не последовало.

Кровать в комнате была одна, к тому же узкая, собственно, кроме нее к мебели можно было весьма условно отнести несколько вбитых в стену гвоздей для одежды. И мутное окно без занавесок, которое мы приоткрыли, чтобы не задохнуться.

Удобства имелись такие же условные, как и «вешалки»: общие и на улице. Так что в душ мне как-то и не захотелось. Подъем намечался ранний, чтобы успеть в часть, базировавшуюся у самой линии фронта. Подводы с провизией отправлялись туда с рассветом, поэтому и вставать нам придется затемно.

Но даже с осознанием того, что нормальный сон мне вновь не светит, заснуть не получалось.

Конечно же, мне мешала куча посторонних звуков, доносившихся как из дома, так и с улицы, а никак не Эдриан, лежавший от меня на расстоянии вытянутой руки — большего размеры комнатушки не позволяли.

Я старалась не ворочаться — кровать скрипела при малейшем движении, но лежать в одной позе было еще тяжелее.

— Не спится?

Эд растянулся на спине, положив руки под голову. Тусклый свет Отца беспрепятственно проходил сквозь незашторенное оконце и падал на его лицо.

— Мыслей много, — честно призналась я, переворачиваясь на живот и немного свешиваясь с кровати. — И о том, что творится у вас, и что будет у нас. Ты же видел: никто не рад войне. В Биргаро завелись какие-то твари, как вши на собаке. От границы настоящим паводком во все стороны растекается поток беженцев. Две армии воюют за что-то.

— Возможно, отцу удастся достучаться до короля с советниками, — без особой надежды ответил Эд. — Если хотя бы провести расследование, выяснить, не было ли ментального внушения…

— И что тогда? — перебила его я. Об этом я уже успела подумать, пока маялась бессонницей. — Все извинятся и отведут войска?

Начать войну несложно. Куда сложнее закончить…

Эдриан потянулся и поймал мою свешенную руку, переплетая наши пальцы.

— Мы не сможем ничего больше изменить, — медленно проговорил он. — Мы и так сделали куда больше, чем должны были. И продолжим делать. Ты вернешься, привезешь подвеску для Льюиса. Моего солнечного брата обратят в вампира, зато он поможет найти того, кто все это заварил.

Да, для Эда, если подумать, все происходящее было намного более личным. Сначала он считал, что из-за его страны погиб его брат. А теперь из-за его страны его брат вроде воскрес, только останется ли он тем же Льюисом? Как меняются люди после обращения в вампиров? Это нам только предстоит узнать.

Я уснула под свои мысли, чувствуя, как Эдриан легонько перебирает мои пальцы.

А проснулись мы от громкого стука в дверь и грубого предложения вставать, иначе уедут без нас.

Сонные и всклокоченные, мы вышли во двор, по которому шарили только-только появляющиеся лучи Матушки. По полям густым молоком разливался туман, пара самых ранних петухов извещала людей о наступлении нового дня.

Подводы с запряженными в них худыми лошаденками уже стояли, готовые отправляться. Мы залезли на ближайшую, и небольшая колонна тронулась под матюги возниц и недовольное ржание понукаемых животных.

Половину дороги я продремала у Эдриана на плече, отчего шея затекла, а голова неприятно гудела.

— Хочешь пить? — Эд протянул мне бутылку, вода уже порядком нагрелась, но все равно смочить горло было приятно.

— Далеко еще, не знаешь? — спросила я, совершенно не представляя, где мы находимся.

Со всех сторон нас окружали поля, на них даже что-то росло. Правда, сложно сказать, что-то благородное или просто сорная трава.

Все же близость фронта не располагала к земледелию.

— По моим прикидкам, большую часть пути проехали. И кстати. — Эдриан снял с себя подвеску и передал мне.

Я тут же застегнула ее на шее и переплела с остальными — крыло превратилось в очередной камушек, с виду самый обычный. За минувшие дни я как-то даже привыкла к обилию украшений, под видом которых приходилось носить артефакты. Практика показывала, что ничего лишнего не бывает.

Мы проехали по жаре еще пару часов, вяло болтая, прежде чем впереди показался ровенский лагерь. Стоило его заметить, как я сразу подобралась. Нелегко вот так расхаживать под самым носом неприятеля, никаких нервов не напасешься.

Эдриан накрыл мою ладонь своей и ободряюще сжал.

Здесь все было куда серьезнее. Нас как следует досмотрели, проверили наши с Эдрианом браслеты, задали уточняющие вопросы, кто мы и откуда. Мое присутствие особенно не понравилось местным военным. Вроде вся история выглядела складно, да и мои ровенские корни подтверждались на раз. Но не зря говорят, что самое важное качество у людей — чуйка. Когда никакая логика, закономерности, аргументы и факты не помогают, в дело вступает она. У меня уже и сумку всю перетряхнули, убедившись, что ничего криминального в ней нет.

Но та самая пресловутая чуйка, включившаяся так не вовремя, не позволяла военным меня пропустить. К тому же ровенского языка я не знала, говорить приходилось местным знатокам виларского, что также не добавляло ко мне доверия.

— Вы согласны на ментальный досмотр? — выдал один из них.

— Это моя жена! — возмутился Эдриан, и без того давно потерявший терпение. — Она едет навестить отца.

— Не лучшее время для поездок, — резонно заметил досматривающий нас ровенец.

— Отец стар и плох, — хорошего в нем действительно мало, — неизвестно, сможем ли мы встретиться с ним потом! — пылко возразила я.

Лучше бы не встречаться, честное слово.

— Собственно, вон наш менталист, — заметил идущего к нам человека военный.

Прозвучало как приговор.

А ведь я думала, что стоит рискнуть и воспользоваться снова браслетом невидимости. И пусть идти пришлось бы долго, а фон от него высокий, но против менталиста я всяко не выстою.

— Я не позволю… — начал было Эд, но тут подошедший менталист почти приветливо улыбнулся.

— Я вас помню, вы уже переходили со своей невестой границу в нашу сторону!

Вот это память! Я бы не узнала мельком увиденного человека, особенно когда мимо тебя проходит целая толпа ежедневно.

С другой стороны, на то он и менталист.

— Теперь это моя жена, — веско заметил Эдриан, выходя чуть вперед, чтобы встать между мной и менталистом.

— В таком случае могу вас поздравить, — протянул руку менталист, и Эд с готовностью ответил на рукопожатие.

Только длилось оно слишком долго для обычного жеста вежливости.

— Можете проходить, — разрешил менталист, кивая остальным ровенцам.

Надеюсь, облегчение на моем лице читалось не слишком явно.

— И все-таки это наглость, — недовольно заметила я. — Своих же досматривают менталисты!

Надеюсь, меня в наш лагерь, когда я до него доберусь, пустят без проблем.

— Я тоже не ожидал, — честно признался Эд, выглядевший собранным и серьезным. — Но значит, есть повод для такого досмотра.

Пару раз Эдриан что-то уточнял у встречных людей, так мы и вышли к его отряду боевых магов, где все принялись приветствовать и обнимать вернувшегося в строй сослуживца. Я скромно стояла в сторонке, дожидаясь, пока муж обо мне вспомнит.

Про себя я подумала, что хорошо быть некромантом и сражаться, используя нежить. Даже если я и встречалась с кем-то из присутствующих на поле боя, то собственное лицо не светила.

Вспомнил Эдриан обо мне быстро, как-то поспешно закончив с приветствием и коротким докладом, представил меня и что-то обстоятельно пояснил. Со всех сторон на нас обрушились выкрики и аплодисменты, и я неуверенно помахала окружающим рукой. А после Эд перешел на виларский.

— Лара, мой капитан — Марко Жасо, — подвел он меня к видному мужчине с пышными усами и темными-темными глазами на смуглом даже для ровенца лице.

Тот шутливо поклонился и под ревнивым взглядом Эда поцеловал мою ручку.

— Очень приятно знать, что существуют доблестный женщин, готовый идти за мужем хоть на война, — на ломаном виларском похвалил меня он.

— Ларе нужно пересечь границу и уехать в Вилар, — сразу обозначил Эдриан.

— Так оставалась бы у нам, — удивился капитан. — В Вилар сейчас делать нечего!

— Мы встретимся с ней в столице, когда наши войска туда дойдут, — легко пошутил Эд, за что получил одобрительные смешки и похлопывания по плечам от тех, кто тоже немного знал виларский.

Я же стоически терпела, про себя думая: неизвестно, в чьей еще столице мы встретимся…

— Тоже верно, — кивнул ровенец. — Мы пропускай торговый гильдия, они направлятся в порт Тьерден, караван большой, охрана хорошая. Думай, для тебя это самый удобный вариант.

— Отличный вариант! — согласилась я, именно из Тьердена и начиналось мое морское путешествие.

Кстати, о нем.

— Но я слышала, что у торговой гильдии были какие-то проблемы в Биргаро. Или это всего лишь слухи? — Как бы узнать, что стало с кораблем, на котором я приплыла, и с его экипажем…

— Кое-кто попасться на работа с Виларом, но торгаши устроить ор, пришлось всех отпустить, — недовольно поморщился Марко. — У нас с их теперь напряженный отношения, но через границу все равно пропускать, иначе гильдия прекратить с нами дела.

— Да, я тоже думаю, что караван — отличный вариант. — Эдриан выразительно посмотрел на меня, намекая, что пора заканчивать милое общение и переходить к делу. — С кем можно поговорить, чтобы взяли пассажира?

— Я сейчас все устроить и договорить, — по-деловому заверил Марко. — Идите за мной.

Несколько обескураженная такой инициативностью, я бросила взгляд на Эда, но тот только кивнул и двинулся следом за своим капитаном.

— У тебя хороший капитан, — тихо заметила я, видя, как Марко по ходу здоровается со всеми, обменивается рукопожатиями и перебрасывается шутками. — И остальные ребята вроде тоже ничего.

— Да, они неплохие, — осторожно согласился Эд. Кажется, к сослуживцам он относился без восторга. — Просто мне сложно настолько разделять общее настроение сейчас, — он вздохнул, чуть сбавив шаг, Марко все равно зацепился с кем-то языками, громко говоря и активно жестикулируя. — Чувствую, в следующие дни мне придется нелегко.

— Все будет хорошо, — я ободряюще сжала его руку.

Мы как раз остановились возле одной из больших палаток-навесов без стен. В глаза бросилась парадная одежда и крупные погоны — кто-то из высших чинов.

Против воли я еще скосила в их сторону глаза, вся обратившись в слух. И вновь пожалела, что не знаю ровенского. Слышно было хорошо, разговор шел на повышенных тонах, но я не поняла ни слова.

Надо обязательно подучить язык соседей, раз уж у нас теперь настолько тесные отношения…

— Поручение выполнено, — раздался знакомый голос у меня за спиной.

И я, не удержавшись, резко обернулась, наткнувшись взглядом на Мориса. Он не изменился, пусть и смотрелся чуждо в светлой форме армии Ровены. Разве что осунулся, это было заметно на его обычно крепкой и коренастой фигуре. Могу поклясться, бывший коллега тоже узнал меня, все же черные волосы — такая себе маскировка. И первым отвел взгляд.

— Хорошо, Морис, пока свободен. Будь готов вылетать через два часа, — не отрываясь от изучения каких-то карт, отозвался местный командующий на виларском.

— Так точно, — кивнул Морис, еще раз мельком взглянул на меня, после чего круто развернулся и ушел.

А я еще какое-то время смотрела ему вслед, пока он окончательно не растворился в толпе.

Могла ли я его осуждать? Возможно, раньше…

Но что бы выбрала сама между вариантом сохранить жизнь или стать подобием нежити? Пожалуй, я была даже рада встретить Мора и узнать, что он жив и здоров. И не измененный.

Все же с совестью договориться всяко проще, чем со смертью.

К тому же он не выдал меня, не ткнул обличительно пальцем с криками «Держите шпионку!», а просто ушел, опустив голову и понурив плечи.

И готова поспорить, в его взгляде также читалось облегчение. Возможно, он тоже рад, что я жива. Или я просто очень хочу в это верить.

— Идем? — тронул меня за плечо Эд, напомнив, что мы подозрительно долго стоим на месте.

— Да. — Впереди меня ждали караван, граница. И новая дорога.

22. Караванщики

До каравана мы дошли с двумя остановками: Марко оказался персоной известной и всем нужной. Еще бы! Капитан боевых магов! Каждый стремился заручиться его поддержкой. Кому-то Марко что-то обещал, а кого-то откровенно слал, я это даже без знания ровенского понимала.

И к каравану Марко подошел так, будто тот являлся не частью торговой гильдии, а его собственностью с нанятыми рабочими или как минимум частью его отряда.

Он показал на меня пальцем и что-то заявил, видимо, что я еду с ними. Без вариантов.

Торговцы несколько ошарашенно переглянулись и даже попытались возразить, но капитан Эда тут же рыкнул на них, кивнул на стоявших рядом пограничников, и те сразу подобрались. Кажется, особо выбора гильдийцам не оставили.

Ох, чувствую, припомнят мне это в дороге… Стоит удрать от них при первом же удобном случае.

— Договорился, — так довольно отчитался Марко, словно ему это стоило каких-то неимоверных усилий, а не парочки угроз.

— Спасибо, Марко, — пожал ему руку Эд.

— Спасибо, — поддакнула я, решив, что с таким типом точно не стоит связываться.

— Они уже отправляться, так что лезь быстрее, если не передумала, — предупредил капитан.

— Да, конечно. — Я уже было шагнула вперед, но Эдриан, державший меня за руку, потянул назад.

Точно! Надо же его чмокнуть на прощание!

Я положила руки ему на плечи и заглянула в глаза. О том, что вокруг куча людей, старалась не думать.

— Пока. — Эд осторожно и невесомо обнял меня, а после медленно наклонился и поцеловал в губы. Легко и быстро. — Береги себя, ладно?

Я даже ответить ничего не успела…

— Эдриан! Ты что нас позорить! Кто так с женой прощаться?! Показать, как надо? — Марко подкрутил ус и заговорщицки подмигнул мне.

А главная засада в том, что теперь на нас смотрел не только Марко. Все стоявшие недалеко военные и караванщики разом обратили на нас внимание. Кто-то принялся подначивать и выкрикивать что-то на ровенском, судя по реакции остальных — что-то пошлое. Другие «зрители» просто отрывались от своих дел и подтягивались к нам.

— Вот что значит — свадьба нормальный не сыграть, — не унимался Марко, чтоб у него язык узлом завязался. — Как вернемся — исправить! Гостей позвать побольше!

Собравшиеся, видимо уже представлявшие себя в роли гостей, одобрительно кивали и поддакивали. А потом и вовсе начали дружно хлопать в ладоши.

Если так происходит и на свадьбах, то замуж по-настоящему я не пойду!

Правда, мы еще с Эдрианом не развелись…

Мысль додумать я не успела, видимо, Эду надоело слушать подначки и улюлюканье, так что он просто притянул меня к себе и поцеловал. Совсем не так, как в храме, и даже не так, как перед нашим первым расставанием.

Мой опыт поцелуев был, мягко говоря, небогат, но так я точно не целовалась никогда. Страстно, до головокружения, бабочек в животе и полного отрыва от реальности. Весь мир сошелся в одну точку, где находились мы двое. И чьи-то выкрики остались где-то на периферии сознания.

И если вначале я упиралась ему в грудь, стараясь сохранить хоть какое-то расстояние, то потом мои руки как-то сами обхватили плечи Эда. Мое тело вообще оказалось на редкость самостоятельным, а мозг в происходящем участвовал постольку-поскольку.

Окончательно закончившееся дыхание вернуло меня в реальность. В которой вокруг стояли радостно лыбившиеся ровенцы, одобрительно смотрящие на нас.

— Совсем другой дело, — похвалил Марко. — Но практика все равно не помешать!

Дальше прощание вышло каким-то скомканным. Мне хотелось поскорее уже уехать и закончить этот балаган, но народ желал продолжения зрелищ, Марко активно подначивал зрителей, а Эдриан, как назло, не спешил меня отпускать. Не вырываться же после такого поцелуя? Ровенского я не знала, так что отдувался и отшучивался муж, мне оставалось только стоять, улыбаться и пытаться сохранить невозмутимое, пусть и горящее лицо.

— Кажется, мы отлично справились, — шепнул Эд и поцеловал в висок.

Караванщики ждали, так что Эдриан подвел меня к одной из крытых повозок, помог залезть внутрь и махнул вознице, что можно ехать.

А потом долго стоял и смотрел вслед. Я видела его высокую фигуру, легко выделяя ее среди других. Кольцо как никогда оттягивало палец, при этом сидя на нем крепко. Я бездумно крутила его, размышляя, как поступить дальше.

Время терять не хотелось, таким темпом до порта мы будем путешествовать дней пять. А так за дневной перелет я бы оказалась у своих. Но не могла же я спрыгнуть посреди степи и заявить, что мне в другую сторону? Неизвестно, насколько у гильдийцев тесные связи с ровенцами, вдруг они через браслет сообщат о моем внезапном уходе? И если я-то улечу, то Эдриану из своей части деваться некуда. Зачем его подставлять?

Карта из браслета показала небольшой городок через два дня пути, вполне подходящий, чтобы я могла там задержаться, якобы для отдыха. Мало ли, вдруг я изнеженная барышня, не подготовленная к долгой дороге без должных удобств?

Ладно, потеряю немного времени, зато конспирация будет соблюдена до конца. А то вдруг еще придется возвращаться в Ровену с очередным особым поручением.

Меня пару раз пытались разговорить, но я отвечала вяло и неохотно, чтобы образ капризной и изнеженной барышни вышел достовернее.

Да и сказать мне им было особо нечего, придумывать на ходу биографию — дело заведомо провальное, а говорить правду я по понятным причинам не могла.

Война практически стерла близлежащие поселения, так что все привалы у нас были в чистом поле.

На ночь мы остановились на окраине какой-то пустой деревеньки, производившей крайне удручающее впечатление. Жители бежали впопыхах, наспех заколотили окна и двери, что все равно не остановило мародеров.

Караванщики заглянули в пару таких домов, но задерживаться там не стали. Гулявший в них ветер, игравший ставнями и дверьми, навевал мысли о призраках. Лучше уж в повозках переночевать.

Я с грустью посмотрела на жилье, на которое так рассчитывала. Ночевать с толпой незнакомых людей, по большей части мужчин, совсем не хотелось. И призраков я не боялась. Но не идти же в дом одной? Изнеженные барышни так не поступают.

Так что меня приютили под своим навесом три женщины. Одна сопровождала в поездках мужа, а две были совершенно самостоятельными особами и вели собственные дела. Каким-то непостижимым образом они так мастерски взяли меня в оборот, что я очнулась, лишь начистив на всех картошки. С академии ненавидела это занятие! Картошка была моим главным наказанием!

Это все поцелуй с Эдрианом, который до сих пор отзывался во мне. Пульс учащался, а дыхание перехватывало, стоило вспомнить о нашем прощании. А вспоминала я часто, тщетно отмахиваясь от назойливой картины и ощущения его теплых губ и ласковых, но сильных рук.

Я растерла плечи, прогоняя мурашки. Надо переключиться хотя бы на картошку, но она, как назло, уже закончилась, а больше нигде моя помощь не требовалась.

Да и в целом я была не из тех, кто любит трудиться на благо общества.

Поэтому в ожидании ужина я лежала на травке и изучала загорающиеся в небе звезды. Вокруг строили защиту три мага — караван не поскупился на сопровождение. Маги были не из последних: бросив беглый взгляд, я оценила защиту и выстроенную сигнальную сеть. Напасть на нас, по идее, не должны, территория эта была захвачена Ровеной, наша армия стояла в стороне и вряд ли бы начала контрнаступление с маленьких степных деревень. Но все равно с магической защитой было спокойнее.

Суп с начищенным мною картофелем варился, побулькивая в походном котелке, с разных сторон доносились разговоры караванщиков на нескольких языках. Перед моим лицом по травинке вверх непонятно зачем медленно ползла какая-то букашка. Подъем давался ей тяжело, но насекомое оказалось упрямым и целеустремленным. Я даже подумывала подсадить ее, когда спину словно полоснуло. Я подскочила и тут же посмотрела вниз, ища наглую живность, посмевшую меня цапнуть, но на периферии зрения скользнула какая-то тень. Знакомо скользнула…

Магия отозвалась не сразу, и я запоздало вспомнила про блокирующий браслет. Со злым рыком я стянула его с руки, зашвырнув в траву — на счету была каждая секунда.

Вот одна секунда — измененные, как нож масло, проходят защиту. Универсальная защита не равна щиту от физических атак. Она не создает сплошную преграду, но сработала бы на людей или на нежить, не уничтожив, так ослабив. Вот только на нечто среднее рассчитана не была.

Твари действовали слаженно, окружив нас со всех сторон. Или они были разумнее, чем полагается родственнику нежити, или ими кто-то управляет…

Я знала, что некромантские заклинания не помогут, физических атак у меня было прискорбно мало, тлен может зацепить людей…

— Стойте позади меня! — Перекричать визжащих женщин — та еще задача, к тому же кричали не только они. Мужики с руганью хватались за оружие, кони ржали.

Только маги молча набирали на пальцы заклинания.

К сожалению, отсидеться под щитом в данной ситуации я просто не могла. Маги не стали задавать вопросов, когда я встала в их строй. С моей стороны шли сразу пятеро измененных, ничего придумать я не успела, поэтому попросту стащила с пальца перстень, подготовленный для меня Грегом, убедившись сперва, что это не обручальное кольцо. А то вышло бы неловко…

Как Грег и обещал, активация кольца происходила магией и сильным нажатием. А уж бабах превзошел все мои ожидания. Снесло не только пятерку недонежити, но и всех, кто не стоял под щитами.

— Предупреждать надо! — крикнули мне, поднимаясь и отплевываясь травой и землей.

— Предупреждаю!

Ледяной щит, как и огненный, неплохо перестраивался в обычные заклинания. Какой именно я схватила, предстояло выяснить опытным путем. На вид и на ощупь камни были одинаковыми.

— Вспышка слева!

Огненный.

— А сейчас справа!

Ледяной весьма удачно заодно погасил зарождающийся пожар. Трех оставшихся тварей добили маги, наверное, побоявшись, что у меня осталось еще что-то убойное.

Стреноженные лошади продолжали ржать, к счастью, убежать не могли. Повозки перевернуло первым же бабахом, кое-где все же горела трава, и оранжево-красные всполохи отражались в ледяных глыбах. Картофельный суп тоже опрокинулся и заледенел. Повезло, что не растекся. Очень удобно, кстати, иметь такой ледяной супчик с собой. Разморозил — и готово.

Красота.

Чувствую, сейчас народ немного оклемается и начнет предъявлять мне претензии за столь грандиозное спасение. Надо действовать на опережение.

— Как хорошо, что я оказалась с вами! — громко оповестила всех присутствующих я. — Мне уже доводилось сталкиваться с этими тварями, и поверьте, без меня вы бы так просто не отделались.

— Просто? — донесся вой главного караванщика. Он так вцепился в собственные волосы, что еще чуть-чуть — и точно выдерет пару клоков. — И это просто?! Да у меня тут…

— Все живы? — не став дослушивать причитания, я показательно осмотрела людей, большинство из которых до сих пор пребывало в шоке, но все же не валялось на промерзшей от ледяного заклинания земле. — Все, — ответила сама же. Трупов, кроме и без того не самых живых нападавших, не было, за это я как некромант могла поручиться. — Значит, все хорошо. Лучше поднимать повозку, чем нежить.

Этот аргумент показался всем весомее. Люди, собравшись с духом, взялись за дело. Кто-то занимался повозками и поклажей в них, женщины принялись заново готовить ужин, все-таки война — войной…

У меня же имелось дело поважнее. Очень хотелось наконец всесторонне изучить измененных. Благо материала мне привалило почти полтора десятка.

Как говорится, на некроманта и нежить бежит.

Нежить в так подходящем для нее количестве тринадцати штук я собрала в одну кучу — все равно их надлежало полностью уничтожить. Мало ли…

Осмотр поверхностный дал неутешительные результаты. При создании данных измененных использовались обычные люди без дара, скорее всего, из ближайших селений. Так что люди бежали не столько от войны, прошедшей от них чуть в стороне, сколько от необъяснимой напасти в лице своих же односельчан.

Интересно, почему они оказались здесь? Да еще в таком количестве…

Маги, восстановив защиту, а заодно усилив ее на все случаи жизни, подошли ко мне и тоже склонились над кучей поверженных врагов.

— Ты правда встречала таких существ раньше? — спросил один из них.

— Было дело. — Рассказывать, при каких обстоятельствах, определенно не стоило.

— Что они такое?

— Кто бы сказал точно, — пробормотала я.

Измененные. Промежуточное состояние между человеком и вампиром.

— А если поднять и допросить? — предложил другой маг, и я хмыкнула. Боевики, что с них взять.

— Если бы все было так просто! Одну нежить нельзя поднять дважды, — отмахнулась от предложения я.

— Но они ведь не нежить, — возразил маг. — Мы заклинания от нежити сразу включили в защиту, а они не сработали.

Резон в его предложении имелся, так что я выбрала самого целого и попробовала поднять его. Не удалось. Я использовала все варианты, и все же нежить подниматься не хотела.

Но что-то проскользнуло, когда я применяла последнее заклинание восстановления. Я уцепилась за тонкую магическую нить и, стараясь не тянуть, сама пошла за ней.

Ох, находись бы здесь кто из преподавателей или коллег-некромантов — убил бы меня собственными руками. Пытаться нащупать сознание у нежити было строжайше запрещено. Мы перемещались в тело, при этом не трогая никакие осколки личности, хранящиеся в затухающем разуме. Чужие воспоминания, отголоски привязанностей и предшествующая смерти боль могут навсегда остаться с некромантом и в итоге свести его с ума.

Но я была мастером по нарушению всего, что только можно нарушить, начиная от магических постулатов, заканчивая всевозможными запретами и банальной техникой безопасности. А если бы все соблюдала и вообще вела бы себя прилично, то закончила бы академию и стала женой Джастина.

Ой, нет, не надо мне такого счастья. Нарушала, нарушаю и буду нарушать.

На нити, как бусины на нитке, были нанизаны картинки из прошлого человека, какие-то чувства и эмоции, врезавшиеся в память, но все они казались далекими и не относящимися к делу. Я перебирала бусы, стараясь не касаться содержимого, абстрагироваться от него, оставаться сторонним наблюдателем чужой жизни, а не непосредственным участником сохранившихся в таком виде событий. Но вот очередная «бусина», даже в таком неосязаемом виде, обжегшая меня до боли. Чужая боль, чужой ужас, от которого невозможно отрешиться, и в какой-то момент я испугалась, что меня поглотит полностью. Наверное, мой страх оказался сильнее того, что испытал этот несчастный при жизни. Вернее — при смерти, вряд ли состояние после изменения можно назвать жизнью. В какой-то момент я словно оттолкнулась от дна реки и смогла добраться до поверхности, вынырнув из чужого сознания. Во всяком случае, дышала я тяжело и судорожно.

Но кое-что заметить все же успела.

Мага, который участвовал в создании данного измененного, не лицо, но образ, который я точно никогда не забуду.

Вампир… он был, но где-то далеко, словно участвовал удаленно. Его почти нет, лишь слабое ощущение присутствия.

Но главное, что мне запомнилось — собственное лицо и оттиск моего образа, который дали измененному, как собаке вещь, и отданная команда. Четкая и конкретная. По сути, мне просто повезло, что маги попались ответственные и поставили хорошую сигнальную сеть, реагирующую вообще на все объекты без какого-либо признака.

Или они, наоборот, схалтурили и решили не уточнять параметры и не усложнять заклинания. Неважно.

В любом случае нападение не было случайностью… кто-то очень не хочет, чтобы я добралась до своих…

— Ты как? — Чьи-то руки тряхнули меня с такой силой, что чуть голова не отвалилась.

А голова у меня, между прочим, жутко болела.

— Норма. — Я отбилась от рук и отползла подальше. — Есть что-нибудь попить?

— Попить или выпить? — последовало важное уточнение.

— Выпить, — решила я. Водичка тут не поможет.

Два глотка вернули меня в реальность, которая теперь даже не казалась такой суровой. А третий и вовсе раскрасил мир яркими красками, даром что вокруг царила непроглядная ночь.

— Фух, — я выдохнула и стерла выступившие слезы, возвращая фляжку.

— Полегчало? — участливо спросили меня.

— Еще как! — Легкость действительно ощущалась во всем теле.

— Давай, там суп почти доварили. Вернее — разморозили после твоего выступления. — Меня со смешком поставили на ноги и довели до костра.

Суп показался не так горяч, как напиток из фляги, зато вернул некоторую ясность мыслям и убрал лишние цвета перед глазами.

Понятно было одно: к умертвиям всю конспирацию, и без того слетевшую с меня, как листья по осени, надо поскорее улетать.

Но подорваться прямо сейчас я не могла по двум причинам: ночью лететь опасно, особенно когда тебя хотят убить. Одно метко выпущенное заклинание — и мой полет закончится. А во-вторых, бросать людей не хотелось, мало ли, сколько бродит таких измененных по округе?

Поэтому и график дежурств на ночь мы составляли с магами на четверых. Себе я попросила последний отрезок времени перед рассветом. Чтобы разбудить остальных и сразу улететь. Они тоже планировали отправиться в путь с первыми лучами Матушки, задерживаться в таком месте никто не собирался.

Но перед тем, как пойти наконец спать, я вернулась к измененным, очертила вокруг них магический контур, чтобы заклинание не ушло дальше, и выпустила тлен, на глазах поглотивший останки.

Есть вещи, которые оставлять за собой не следует. Непотушенный костер и недоуничтоженную нежить. И второе может вызвать куда больше проблем, чем первое.

Ночь прошла нервно. Я знала, что надо уснуть любой ценой, чтобы отдохнуть и за один дневной перелет добраться до своих. Но женщины рядом со мной ворочались в повозке, тоже не в силах заснуть. Кони ржали, как их ни успокаивай. Переговаривались дежурные, двое людей и один маг. Просто перекидывались фразами, чтобы не уснуть.

А когда наступала тишина, становилось еще хуже. К тишине можно прислушиваться до бесконечности, пытаясь различить в вое ветра и шелесте высокой травы шаги и крики.

В итоге спать я толком не спала, но на своем дежурстве честно бдела. И когда пришла пора улетать, а людям — двигаться дальше в путь, ко мне подошел главный караванщик с предложением проводить их до порта за пятьсот галоров и обещанием вкусно и сытно кормить в пути.

Быстро же они меня раскусили!

Я даже едва не согласилась по привычке на халтурку, но потом вспомнила, что работаю теперь не в магической доставке, и с грустью отказалась.

А предстоящий полет навевал на меня откровенную тоску. Чтобы не лететь вдоль самой линии фронта, пришлось построить маршрут по широкой дуге. Если я и доберусь сегодня до своих, то только глубокой ночью. Неприятно.

С другой стороны, у меня быстрые крылья, может, все-таки успею до заката?

Мешкать и рассуждать времени в любом случае не имелось, поэтому я махнула на прощание своим теперь уже бывшим спутникам и спружинила вверх, стремительно уносясь в голубую высь.

Правда, голубая высь скоро сменилась серыми тучами, попадать в которые было неприятно — мелкая взвесь тут же пропитывала волосы и одежду. И если мой «летучий» костюм не пропускал влагу и холод, то обычная ткань подобными свойствами похвастаться не могла.

Приходилось лететь низко под облаками. К дождю.

Но первая половина моего полета прошла нормально, я даже немного расслабилась и напевала под нос неприличную песенку, как-то услышанную мною от дуэта Тилли и Вилли. Песенка оказалась на редкость похабной и такой же привязчивой. Равно как и сами близнецы.

Интересно, как они там?

Примерно на этой мысли перед моим носом сверкнуло заклинание, оглушив и ослепив. Только благодаря чудесным и куда более устойчивым крыльям я не рухнула камнем вниз, а кое-как спланировала, все равно ощутимо приложившись копчиком — не удержалась на ногах при приземлении.

А дальше, пока я терла дико слезящиеся глаза, все произошло за секунды. Короткий приказ на ровенском, суть которого уловила даже я.

Трудно не уловить, когда после нескольких слов тебе выворачивают руки и куда-то ведут.

Н-да, кажется, я кое-чего не учла при построении маршрута: что линия фронта на войне меняется слишком быстро.

Пока меня куда-то тащили, я таки успела восстановить зрение путем отчаянного моргания. И увиденное не радовало.

Я попала на ровенский отряд, замаскированный под кусты. И если бы у них имелось больше магов, они бы маскировались иллюзией, и я бы их почувствовала. Но они хитро обмотались обычными ветками, и их невозможно было заметить с воздуха.

И все же маги тоже присутствовали, двое из них шли по бокам от меня, держа заклинания наготове.

А боевые артефакты у меня закончились прошлой ночью. Эх, так бы сейчас пригодился тот замечательный «бабах»!

Начать отбиваться? Но на меня внимательно смотрят. Взлететь не дадут. Не вариант.

Возможно, попробовать усыпить их бдительность хорошим поведением и сбежать под прикрытием браслета невидимости? Главное, чтобы все артефакты не забрали…

Пока что перспективы рисовались не самые радужные — мягко говоря.

Меня подвели к мужчине с нашивками крупнее, чем у других, и подтолкнули вперед. Магов в отряде я насчитала пятерых, и это фактически сводило все мои шансы на нет.

Разве что ударить убойным заклинанием в надежде утащить с собой как можно больше врагов напоследок. У них никаких блокирующих браслетов не было, иначе бы меня уже окольцевали.

Но это на крайний случай, ведь кто тогда доставит все новости и артефакт полета для Льюиса?

И все же по тону разговора я понимала, что ничего хорошего мне не светит. Судя по недобрым взглядам магов, оценивших мой потенциал, им куда проще убить меня на месте и не мучиться со свалившейся на голову пленницей.

Начни я набирать заклинания, моя кончина точно станет делом решенным и быстрым.

От безвыходности ситуации зашумело в ушах, именно поэтому я и не сразу поняла, что ко мне обращаются на виларском, да к тому же знакомым голосом.

— Что происходит? — Морис, увидеть которого я ожидала меньше всего, подошел и под недовольным взглядами ровенцев отвел от меня руки державших.

— Капитан, — Мор выглядел удивленным, но при этом абсолютно спокойным. — Эта девушка — из наших, курьерских. Почему вы ее схватили?

— А почему я ее не видеть раньше? — подозрительно прищурился тот.

— Так, наверное, не летала по этому направлению, но все бывает в первый раз, — пожал плечами Морис.

Я же предпочитала делать лучшее в такой ситуации — молчать и кивать.

— И куда же ты лететь? — по-прежнему недоверчиво обратился ко мне капитан.

— Куда-то сюда, — я сделала неопределенный жест рукой, косясь на Мориса.

И что дальше?

— Так к вам, наверное, координаты ведь дают только примерные, — не растерялся он.

— Покажи, что везти, — потребовал ровенец.

— Да, Лара, отдавай документы, — миролюбиво попросил Мор.

Я бросила взгляд на бывшего коллегу, но тот стоял уверенно и невозмутимо и даже доброжелательно улыбался.

Непослушными пальцами я развязала мешок. Поверх моего скромного имущества лежал пакет из плотной бумаги с магической печатью, которого при вылете у меня, разумеется, не было.

— Действительно, — протянул капитан, забирая из моих вещей пакет, а заодно внимательно разглядывая остальную поклажу. — А что сразу не сказать?

— Растерялась, — как можно испуганнее пролепетала я. — Я лечу, а тут бац!

И даже особо притворяться не пришлось, меня до сих пор немного потряхивало от пережитого.

Удивительно, как вообще Морис умудрился так быстро и незаметно подложить мне столь крупную вещь? Впрочем, темное прошлое на то и темное, чтобы о некоторых его эпизодах не знать, а лучше и не догадываться.

— А ты здесь как оказаться? — вспомнил про Мориса ровенец.

— Так мимо летел с другими поручениями, вижу — свои, а мне как раз отдых не помешал бы, по нужде опять же спуститься…

Капитан, не желавший слышать о таких подробностях, поморщился.

— Отдохнул? Тогда лететь дальше, — приказал он нам.

Спорить мы, само собой, не стали.

— Спасибо, — шепнула я, когда мы чуть отошли.

— Не за что, — криво улыбнулся Мор. — Сейчас пролети немного назад, вроде как возвращаешься.

— Да, конечно. — Мне и так было страшно, что к Морису возникнут вопросы, если эта история всплывет.

Много у них ли девушек в курьерах?

И ведь мог же просто пройти мимо и не вмешиваться.

— Полетели со мной, — предложила я.

— Не могу, — покачал головой Морис. — На мне столько меток и клятв, что попадись нам более сильные маги, они бы первым делом проверили такие же на тебе.

— Повезло, — только и проговорила я.

— Будешь лететь, держись подальше от озера Шагут и поселка Вижки, — напутствовал Мор, раскрывая крылья.

— И ты осторожнее, — попросила Мориса перед тем, как он поднялся в воздух.

Я взлетела сразу за ним, чувствуя на себе тяжелые взгляды ровенцев. Ну что ж, еще один крюк, зато теперь я точно знаю, что дотемна не успею.

Определенность — это всегда хорошо.

23. Возвращение

До своих я не долетела всего ничего. Но в какой-то момент поняла, что просто умру в полете. Крылья были мощнее, но и магии тянули пропорционально.

Поэтому я приземлилась, не выбирая место. Проблем вырисовывалось три. Первая: я не понимала точно, где именно была. Вторая: Я была явно не со стороны своих, а на территории, захваченной ровенцами. Третья: у меня не имелось ничего для ночевки.

На высокую траву выпала роса, намочив меня так, словно я попала под проливной дождь. Питьевая вода закончилась при предыдущей посадке, а запасы еды мы уничтожили еще с Эдрианом. Кто же знал, что придется ночевать в таких условиях?

А главное, у меня совершенно не осталось сил делать хоть что-то. Магия на нуле, все тело ломит, состояние — хуже некуда.

Я сидела на сырой земле и жалела несчастную себя. Потом стало совсем зябко и голодно, поэтому жалость к себе отложилась до более комфортных условий. Надо было что-то делать. Что-то не требующее серьезных физических и магических сил. И «просто ждать», к сожалению, не вариант.

Мои должны быть совсем рядом, но ровенцы еще ближе. Связываться через браслет опасно, да и с кем я могла связаться? С Джастином? А больше я ни с кем из наших по браслету не общалась.

Только искать помощи у бывшего — последнее дело, даром что расстались мы в последний раз едва ли не друзьями.

От верховного командующего как-то сообщение приходило, но написать ему в ночи показалось слишком наглым даже мне.

И все же… и все же. И все же очень холодно и голодно!

Магии во мне наскреблось две капли, зато осталось три действующих артефакта, не считая крыльев, активацию которых я в таком состоянии не потяну.

Браслет невидимости тоже не обладал собственным резервом. Итого два артефакта: ножные браслеты для отвода глаз и легкой поступи. Самое оно, чтобы красться мимо лагеря ровенцев.

Костры отлично виднелись в темноте ночи, пару раз я чуть нос к носу не столкнулась с их патрулями. А еще дважды едва не потревожила сигнальную сеть, которую заметила в последний момент.

Через час, когда мои нервы были порваны в клочья, а брюки промокли по всей длине, показалась река, за которой стояла крепость Монгейт, красиво подсвеченная бледным светом Отца. Пары башен у нее недоставало, видимо, ровенцы в мое отсутствие успели как следует проверить ее на прочность. Других повреждений в ночи не разглядеть. Надеюсь, больше всего пострадала именно крепость, а не люди в ней.

Проблема в том, что я на этом берегу, позади меня очередной ровенский патруль, неприятно щекочущий нервы, а впереди река. Не кричать же своим, махая руками, что я здесь?

Мысль пришла внезапно и больше походила на жест отчаяния.

У меня есть связь с Грегом, оставшаяся с его «призрачных» времен. Понятия не имею, сработает ли она и как именно, но ведь я почувствовала тогда зов Грега, может, и он поймает мой?

А еще правильно истолкует и определит мое местоположение…

Ну, Грегушка, не подведи.

Наша связь ощущалась едва-едва, на самых задворках сознания. Она казалась лучиком, каким-то чудом пробившимся в непогоду из-за туч. Тонким, слабым, ненадежным.

Не знаю, что у меня в итоге получилось, оставалось только сидеть и ждать, а еще надеяться, что маскирующие браслеты не сильно фонят, и чужие маги меня не засекут.

От реки тянуло холодом, от ровенцев — опасностью. Так я сидела и даже умудрилась задремать, поэтому когда чья-то рука зажала мне рот, отреагировала как положено: укусила от души.

— Лара, — зашипел Джастин, и только теперь я заметила его смазанные очертания под заклинанием маскировки, — это мы!

— Видишь, я же сказал, что надо ей рот закрыть, а то бы заорала, — это Грег голосом Итана, которого я не видела. Но он точно был тут.

Или у меня уже едет крыша.

— Вот сам бы и зажимал, умник, — огрызнулся Джас. Значит, слышу голоса не я одна, это ободряет. Убрав покусанную руку, он повернулся ко мне. — Вставай и держись за меня, а то не увидишь ничего.

Держать его за руку, которую только что сама же и укусила, было странно, но я так промерзла, что спорить не хотелось.

У самого берега стояла невидимая пришвартованная лодка.

Грег сидел на веслах, но обнаружила я его на ощупь — споткнулась об него и едва не рухнула в воду. Но друг поймал, удержал и усадил куда надо.

— Смотрю, ты не терял время, — заметила я, зябко ежась и шмыгая носом, трогая борта лодки. Уставший и тоже замерзший мозг отказывался воспринимать ее как реальную.

— Как знал, что надо активнее заниматься артефактами невидимости, — усиленно гребя, проговорил он.

А на другом берегу нас ждала Дора, которая тут же укутала меня в вязаную кофточку, а заодно отбила от Джастина, желавшего получить всю информацию сразу.

— Отстаньте от девочки, — приказала она, ведя меня к жилым палаткам. — Пусть сначала отдохнет.

И в этот момент я восхитилась интуицией Грега. Он сразу оценил эту великолепную во всех отношениях женщину! У нее еще и термос с горячим чаем нашелся, а к нему — булочки.

Еще немного, и я сама захочу жениться на Доре!

А утром меня первым делом ждали менталисты. Ладно ровенцы, но от своих я такого не ожидала! И пусть меня попросили отнестись к процедуре проверки с пониманием, пообещав сделать все как можно нежнее, мозги все равно вскипятили. Сначала проверили на стороннее воздействие, а после, когда голова и без того гудела, задали несколько каверзных вопросов, чтобы узнать, не перешла ли я на сторону врага.

Меня чисто из вредности подмывало сказать, что перешла. Но я представила себе последствия, и честно ответила, что верна своей стране, была, есть и буду.

И только после этого меня допустили к магистру-командующему. Рихард Конард переехал в новый кабинет — его прежний находился в разрушенной ныне башне.

— С возвращением, Лара, — магистр искренне улыбнулся. — Рад видеть тебя целой и невредимой.

— Да как сказать, — протянула я, взяв со стоявшего для нас подноса чашку кофе. — Без приключений не обошлось.

— Готов услышать все подробности, — заверил командующий. — Заодно о кольце на твоем пальце.

— Это долгая история… — начала я, но по взгляду собеседника поняла, что рассказать придется все без утайки, пусть и максимально сжато.

Рассказ вышел занятный, особенно в части измененных, об этом командующий слушал крайне внимательно, то и дело переспрашивая и уточняя. Заодно я показала на карте место, где меня едва не поймали ровенцы, замаскированные под кусты, и те два места, о которых предупредил Морис. Приятно также, что мне позволили высказаться и мое мнение приняли во внимание. Пусть, кроме ничем не подтвержденных теорий, построенных еще Эдрианом, у меня толком ничего и не было.

— Значит, кто-то из вампиров готовит заварушку… — задумчиво произнес командующий, постукивая тупым концом карандаша, которым делал себе пометки.

— Возможно, вампиров тоже несколько, как и магов, — предположила я.

Все же трудно проворачивать заговор в одиночку. Наверняка нашлись единомышленники.

— Значит, нам нужно, чтобы твой друг как можно быстрее пришел в себя, — продолжил Рихард Конард. — Это твоя следующая задача — связаться с вампиром и проконтролировать, насколько это возможно, обращение Льюиса.

— Магистр, — я запнулась, подбирая слова. — Скажите, когда вы посылали меня в Ровену, то были уверены, что вампиры согласятся со мной встретиться, так?

— Уверен не был, но считал, что шансов у тебя больше, чем у кого-либо, — ответил командующий.

— А почему вы так думали?

— Это всего лишь предположение, не более. — Рихард Конард откинулся в кресле и посмотрел на меня очень внимательно. Но я не собиралась ни отводить взгляд, ни заминать вопрос, так что он все-таки продолжил: — Ты можешь нарушать магические постулаты. Перепривязывать духов, переселять их в тела людей. Возможно, поднимать второй раз нежить.

На последнее я хотела возразить, так как совсем недавно безуспешно пробовала это провернуть. Но вспомнила, что нежить была не классическая, поэтому чистота эксперимента ставилась под сомнение.

— Справедливости ради — переселение мы провели сообща.

— Но без тебя бы у остальных ничего не получилось, — возразил магистр. — Я готов поклясться, что Дамьен согласился помочь только из-за того, что хотел увидеть твою силу в действии.

— Пока что я готова признаться только в одном нарушении постулатов — это перепривязка Грега. И то, — я подняла указательный палец, — возможно, это просто стечение обстоятельств и невероятная воля самого Грега.

А еще его супербраслеты.

— В любом случае я предположил и, как видишь, не ошибся, — усмехнулся командующий.

— В чем именно?

— На тебе метка вампира, какая-то связь с ним. — Хорошо, что не стал уточнять, какая именно связь.

Но с наличием метки, к сожалению, не поспоришь.

— И эта метка дает такие возможности? — осознала главное я.

Тогда, может, стоит повременить с ее сведением?

— Это неизученный момент, как ты понимаешь, — усмехнулся командующий, наверняка заметивший алчный блеск в моих глазах. — Но подобные прецеденты раньше встречались, пусть и крайне редко.

— Странно, что маги толпой не побежали к вампирам за метками, — пошутила я.

— Ничего странного, — серьезно проговорил командующий. — Вампир получает от такой связи куда больше мага. Во-первых, он в любой момент может потянуть из отмеченного силу, а во-вторых, отдать приказ, и ты подчинишься. Правда, для последнего нужен визуальный контакт.

Вот это новость!

Почему у меня всегда к ложке меда прилагается бочка дегтя, а не наоборот?

— Но думаю, ты можешь не переживать. Раз твой вампир до сих пор не давал о себе знать, то, возможно, и дальше не даст.

Утешение прозвучало так себе, конечно.

— Ты обошла историю с обручальным кольцом, — напомнил командующий. — Тебя можно поздравить?

— Это все ради страны, — поспешила внести ясность, — и исключительно временная мера, чтобы спокойно пройти через границу.

— Нет ничего более постоянного, чем временное, — философски заметил магистр. — Я, конечно, не сомневался в твоей находчивости, но, признаюсь, не ожидал, что ты решишь проблему с возвращением настолько… нестандартно. — Сдержать улыбку Рихард Конард не смог.

— Сложные времена требуют решительных действий, — я беспечно пожала плечами, не собираясь выдавать все подробности. К счастью, настаивать командующий не стал.

К тому же стоявший на столе неприметный кристалл ни разу не потемнел. С таким я сталкивалась однажды, в академии перед отчислением, когда рассказывала о выпущенной мною нежити. Артефакт четко реагировал на ложь и показывал даже намерение соврать. Сейчас же он ни разу не помутнел — я была предельно честна.

— Ладно, Лара, ты свободна, — отпустил меня магистр. — У тебя день отдыха, а дальше необходимо уладить вопрос с обращением Льюиса.

— Хорошо, магистр Конард. — Я встала и коротко поклонилась.

— И, Лара, — окликнул меня командующий у двери. — Абы кому такие кольца не дарят. Это так, к слову.

На этом он вновь вернулся к своим делам, я же задумчиво пошла по коридорам крепости, пока не уткнулась в чью-то грудь.

— Извините, — буркнула я, пытаясь обойти возникшее препятствие, но грудь вместе со своим обладателем сдвинулась в ту же сторону.

— Лара, у тебя все хорошо? — участливо спросил Рэм, на лицо которого я только после вопроса сподобилась поднять взгляд.

— Ну, как посмотреть… — протянула я. Привязка к вампиру, охота на меня измененных, Льюис, которого предстоит тоже «овампирить»… — В целом все неплохо.

А в частности лучше не вникать.

— Я рад. — Рэм действительно улыбался. — И что ты вернулась, тоже рад. Пока тебя не было, у нас здесь было жарко.

— Да, я заметила. Даже крепость от жары не устояла.

Собственно, утром, при свете Матушки, все повреждения стали хорошо видны. И почерневшие, местами оплавленные камни особенно бросались в глаза. Видимо, ровенцы действительно горячие ребята.

— Даже вода кипела, — поведал адъютант.

— А может, не так уж и плохо, что я была не здесь… Хотя мне тоже отсыпалось. — Шрам от встречи с измененными в Биргаро до сих пор краснел тонкой ломаной линией.

— Наверное, я должен тебе цветы в честь возвращения? — неуверенно предположил Рэм.

— Нет, извини, я тут вышла замуж, — и продемонстрировала кольцо с рубином, — поэтому наш роман придется прекратить.

— А, ну ладно, — легко и буднично согласился Рэм. — Тогда, может, просто позавтракаем? Я еще не ел, время позднее, но на кухне наверняка что-то осталось.

Я исподлобья посмотрела на парня: ну кто так расстается с девушками? Хоть самой скандал закатывай, честное слово!

Но настрой у меня был исключительно не скандальный. К тому же, кроме кофе, у командующего ничего не нашлось, и мой желудок уже недвусмысленно напоминал о себе.

— Давай, — со вздохом согласилась я, придя к выводу, что служебные романы — это не мое.

За завтраком, который для нас не то что нашли, а вдобавок и разогрели, Рэм рассказал про три попытки ровенцев перейти реку и захватить крепость. Неудачные, но оттого не менее жуткие. Магии они не жалели, а нас уж тем более жалеть не собирались. И измененные из наших же магов тоже не поднимали боевой дух солдат.

— Ладно, главное — отбились, — закончил историю Рэм.

Тут не поспоришь, только сколько все это будет продолжаться? Сколько еще набегов нам придется отразить?

Позавтракав, Рэм убежал по своим адъютантским делам, мне же стоило заглянуть к Джастину, отчитаться. Капитан как-никак. А еще найти и поблагодарить Грега и за все артефакты, так мне пригодившиеся, и за ночную вылазку. Начать решила с неприятного, то есть с Джастина. Грега оставлю на десерт.

Джас нашелся среди нежити, которая активно латала бреши в замке. Раздав своим поднятым указания, капитан отошел со мной в тенек, чтобы выслушать рассказ.

— Даже не знаю, с чего начать. — Я почесала нос, в котором осела строительная пыль и дико раздражала.

— Что у тебя на пальце? — спросил Джастин таким тоном, что я тут же испуганно уставилась на свои руки в поисках как минимум смертельного проклятия.

— Ничего. — Я со всех сторон осмотрела руки и пальцы на всякий случай пересчитала. Все на месте, лишних тоже не приросло.

— Кольцо, — уточнил Джас, и я облегченно выдохнула.

А про себя подумала, что стоило его все-таки снять, чтобы не объясняться со всеми подряд.

С другой стороны, а с какой стати я должна что-то скрывать?

— Воспользовалась командировкой в Ровену, чтобы выйти замуж, — больше чтобы подколоть бывшего, легкомысленно отозвалась я, делая вид, что любуюсь кольцом.

К тому же подробности его совершенно не касались.

Джас долго молчал, в глазах его клубилась зелень, за которой трудно было разобрать их выражение. Но ничего хорошего там не таилось точно.

И это порядком настораживало.

— Не хочешь поздравить? — спросила я, больше чтобы как-то расшевелить его.

— Ты не должна была этого делать, — стало мне ответом.

— Чего?! — Я ушам своим не поверила. — Это ты мне тут будешь рассказывать, что я должна, а что нет?

— Именно. — Кажется, Джас сумел взять себя в руки, чего не скажешь обо мне. — Я ведь обещал кое-что тебе рассказать, когда ты вернешься, — напомнил он.

— Ну так рассказывай, — разрешила я, приготовившись услышать нечто неприятное.

Джастин набрал в грудь побольше воздуха и на одном дыхании выдал:

— Я восстановил нашу помолвку, Лара.

От услышанного я пошатнулась. Или это мир пошатнулся вокруг меня.

— Что ты сделал? Зачем?!

— Я же сказал, что пытался все исправить, — принялся объяснять Джастин. — И как только смог вставать в лазарете после кукольника, написал твоему отцу.

— Какой кошмар! — Я попыталась немного успокоиться, чтобы не наброситься на Джаса с кулаками.

И на всякий случай огляделась, нет ли поблизости зомби и умертвий. Один раз я уже избавилась с их помощью от навязанного жениха, чувствую, пора прибегнуть к их помощи снова. Но на этот раз не повторять прошлых ошибок и избавляться окончательно и бесповоротно, сразу прикопав под ближайшим кустом.

— Послушай, но ведь не все так плохо. — На этой фразе Джастина я поняла, что справлюсь и без зомби с умертвиями, исключительно собственными силами. — Мне казалось, это знак, что мы встретились, поговорили, нашли общий язык…

— Нашли общий язык? Серьезно? — Видимо, у нас на этот счет несколько разные представления.

— Да, нашли, — с напором повторил бывший. Или уже нет? Что за ерунда? Как это вообще могло произойти? — Наши семьи тоже заново обо всем договорились, так что после окончания войны…

— Нет! — Я отскочила и выставила руки вперед, краем глаза отметив, что в них клубится неконтролируемая магия. Пришлось сжать кулаки и загнать ее обратно. — Даже не думай. Я скорее умру, чем буду с тобой!

— Кладбищенская нежить! Лара, выслушай! Я больше не обижу тебя, клянусь! — Джастин тоже встал и шагнул ко мне, в то время как я попятилась назад.

— Я замужем, Джас. — Пожалуй, впервые со дня нашей странной и спонтанной церемонии я действительно осознала свой новый статус.

И поняла, что готова им беззастенчиво пользоваться. Да я, если придется, готова стать идеальной женой для Эдриана: научусь печь пирожки и буду рожать детей, правда не сразу…

Главное, чтобы не с Джастином.

— Нам нечего обсуждать, — продолжила я отступая. — Искренне надеюсь, что тебе хватит совести всем сообщить, что наша свадьба не состоится. Никогда, — твердо добавила я, ставя в разговоре точку.

И решительно пошла искать Грега. Мне было жизненно необходимо выговориться и успокоиться.

— Нет, ты представляешь! — Я расхаживала по подвальной лаборатории друга, изливая на него свое возмущение. — За моей спиной!

Я всплеснула руками, задев свисавшие с потолка железяки непонятного мне назначения.

— Ты там полегче жестикулируй за моей спиной, — наконец обернулся ко мне Грег, который до этого сидел, уткнувшись в какой-то очередной артефакт. — Это единственный экземпляр нового доспеха!

— Да плевать на доспехи! — окончательно вызверилась я. — Ты вообще меня слушал?

— Да тебя попробуй не услышь. — Грег показательно прочистил ухо. — Уже небось вся крепость в курсе.

— И что же я говорила? — Я нависла над другом.

— Джастин восстановил помолвку и хочет на тебе жениться, — протараторил скороговоркой он, все-таки отрываясь от своего занятия и полностью разворачиваясь ко мне. — А ты уже вышла замуж за Эдриана. Кстати, как тебе первая брачная ночь?

— Ее не было! Это фиктивный брак! Чем ты слушал?

— А… так вот почему ты такая злая. Надо будет при случае сказать Эду о его недоработке…

— Да не в этом дело! — Я схватила Грега за плечи. — Джас уже с нашими семьями все решил, понимаешь?

— Понимаю, — кивнул друг. — Но ты ведь уже замужем, так?

— Временно!

— Не торопись с разводом, вот и все, — предложил Грег.

— Я не могу затягивать с разводом, это же будет выглядеть, как… как…

Я запнулась, подбирая слова.

— Как будто ты не хочешь разводиться, — подсказал Грег.

— Именно!

— А ты очень хочешь? — прищурился друг.

— Так мы же договаривались!

— Ну, если договаривались… — важно протянул Грег и попытался вернуться к работе, но я его удержала.

— И что тогда делать?

— Рано паниковать, Лара, у тебя ведь есть еще тот паренек из штаба, как там его…

— Рэм, но я сказала ему, что наш служебный роман закончился, — призналась я.

— Это ты поторопилась, но девушке простительна некоторая ветреность. Скажешь потом, что передумала и надо бы восстановить отношения.

И тут у меня начали закрадываться подозрения.

— Грег, мне кажется, ты надо мной издеваешься. — Мой палец уперся в по-прежнему худую, но уже хотя бы не впалую грудь.

— Я? Над тобой? Да ни в жизнь! Разве что слегка, — улыбнулся друг, а мне захотелось ему вмазать.

— У меня тут проблемы, а ты!

— А я тебя честно выслушиваю, — заметил Грег. — Давай лучше о своей командировке. Все прошло успешно?

— Была бы на твоем месте женщина, она бы меня поняла, — заявила я ему. — Надо было тебе женское тело искать.

— Вот уж точно нет! У вас все слишком сложно, — замахал руками друг. — Так как там в Ровене? Я слышал, Биргаро — красивый город.

— Ага, очень, а уж какие там измененные… ммм… — Я закатила глаза и села на свободный край столешницы — стульев, кроме хозяйского, в мастерской не предусмотрено.

И коротко рассказала о главных моментах поездки, не забыв похвалить его артефакты.

— Да… — протянул Грег, когда повествование закончилось. — Хорошо, что у нас парламент во главе государства. Чтобы что-то протолкнуть, нужно задурить голову большинству, и пока они там до чего-то договорятся — перегрызутся. А в Ровене на все воля короля.

— У него точно должна быть ментальная защита, — не согласилась я. — Иначе бы на него постоянно воздействовали, и Ровену бы только и штормило из стороны в сторону.

— Ментальная защита возможна или заклинанием, которое нужно постоянно держать — не вариант. Или артефактом, — проговорил Грег.

Теперь он вскочил и принялся ходить по помещению, не глядя обходя и переступая сваленные в кучу детали, железки и запчасти.

Я же быстренько соскользнула со стола на его высокую трехногую табуретку, решив, что так оно безопаснее. Мало ли какие бабахающие прототипы у него тут лежат?

— Смотри, нашелся талантливый артефактор, который придумал способ взламывать переговорники, — принялся излагать мысль Грег. — Не исключу, что и там вампиры приложили руку, так как я, сколько ни бился, не понял, как это можно сделать на практике. Возможно, требуются особенные, нечеловеческие способности.

— Здесь я не удивлюсь.

Вампиры были существами неторопливыми, но основательными. А куда им торопиться, когда живут в три раза дольше людей? Есть время подготовиться. Но если уж они брались, то действовали масштабно. Как сейчас.

— Но идея в том, — не успокаивался Грег, которого, кажется, задело, что какой-то артефакт ему не дается, — что этот же артефактор мог создать и ментальную защиту, якобы стопроцентную, новую. Но оставить лазейку, понимаешь?

— Понимаю.

Есть какой-то гений вроде Грега, который создает несколько уникальных артефактов. Разумеется, это не остается незамеченным, его творения попадают на самый высокий уровень, оцениваются по достоинству и заказываются…

— Знать бы, кто придумал тот артефакт «перехвата» сообщений, — вздохнула я.

— Да, я бы с ним тоже познакомился, — проговорил Грег.

— И выпытал принцип действия? — съехидничала я.

— Ага, — подтвердил дуг. — Зря у меня, что ли, весь этот арсенал валяется.

Он кивнул в угол, где так и лежали пыточные приспособления.

— Ты страшный человек, — пошутила я.

— У меня была сложная жизнь, непростая смерть с посмертием, а теперь вот тоже не пойми что, — пожаловался он.

— Кстати, как у вас с Дорой? — полюбопытствовала я.

А то что мы все обо мне, да обо мне?

— Никак, она меня воспринимает как сирого и убогого, — расстроенно отмахнулся друг. — Я ей тут попытался рассказать о своих чувствах, на что она ответила, что это посттравматический синдром, внезапная привязанность и все такое.

— Значит, ты был недостаточно убедителен, — решила я, в душе несколько успокоившись, что не у одной меня проблемы. — К тому же ты сам избрал эту тактику в самом начале.

— Я думал, что она меня пожалеет, а после растает, — вздохнул Грег. — Ладно, кыш с моего места! Мне еще работать надо!

— Прогоняешь меня, — я нехотя слезла с табуретки, уступая ее законному владельцу, — а я ведь скоро опять уеду. Надо закрыть вопрос с обращением Льюиса. Его крылья у меня теперь есть.

Я распутала все подвески, вернув оставшиеся артефакты создателю. Стало сразу как-то некомфортно.

Видя мою реакцию, Грег усмехнулся и пообещал сделать новый комплект. И отказываться я не собиралась!

24. Настоящие друзья

Как ни странно, но после разговора с Грегом мне действительно полегчало. Друг прав: сейчас я замужем за Эдрианом, и неизвестно, когда разведусь. А значит, пока могу спать спокойно.

Да и проблема с Джастином, если посмотреть здраво, не такая уж и серьезная, есть вещи куда сложнее.

Ноги сами вынесли меня к палатке, где по-прежнему в каком-то пограничном состоянии пребывал Льюис. Он не особо изменился за время моего отсутствия, лежал так, как я и запомнила, и не подавал никаких признаков жизни. Не будь я некромантом, точно бы забеспокоилась о том, не отошел ли он в чертоги Отца. Но я не чувствовала смерти, жизнь теплилась в нем, пусть и едва-едва.

Немного постояв рядом с ним, я активировала переговорник на браслете и представила Дамьена.

«Артефакт полета Льюиса у меня», — отправила ему короткое сообщение.

И вздрогнула, когда почти мгновенно пришел ответ: «Ждем вас обоих в резиденции Ночного клана Вилара». Адрес в Варнаве прилагался.

Вот же! Опять лезть в вампирское логово!

— Ну, Льюис, смотри мне! — Я наклонилась к мужчине и поправила упавшие на лицо пряди. — Если из тебя не получится вампира — подниму как нежить!

Реакции ожидаемо не последовало, так что я еще немного постояла и вышла. Нужно подготовиться к транспортировке Льюиса, я-то одна могла и на крыльях, но тут придется задействовать конные повозки. Трудно сказать, сколько мы будем так добираться до Варнавы…

Но было и еще одно дело, которое я не могла оставить просто так. Вернее, не дело даже, а мысль, кружащуюся вокруг назойливой мухой и не собирающуюся отлипать.

У стены трудилась нежить, к счастью, совершенно самостоятельно, без надзирателей. Я выбрала ближайшего зомбака, перехватила нить управления, заранее извинившись перед некромантом-создателем, кем бы он ни был, и заставила пойти за мной, подальше от любопытных глаз.

Когда лагерь остался далеко позади, я все-таки собралась с духом, хотя ощущение, что совершаю очередную глупость, не отпускало.

На пальцах уже были заготовлены несколько плетений. Первым я полностью обрезала нить, лишая нежить всякой магической подпитки, чтобы избежать казусов. А вторым шло упокоение.

Труп чуть постоял по инерции и рухнул на землю лицом вниз.

Ну что, пробовать или нет?

Я сидела на корточках и никак не могла исполнить задуманное. Ведь точно же глупость!

Скорее разозлившись на себя и уверившись, что ничего из моей затеи не выйдет, я спустила третье заготовленное заклинание.

Ничего не происходило, и я с некоторым облегчением выдохнула. Ерунда это все. Нельзя нарушать магические постулаты.

И когда зомбак шевельнулся и поднялся, едва не отпрыгнула.

Да быть того не может!

Повторное заклинание упокоения слетело с пальцев само собой. Это случайность! Наверное, я его недоупокоила, что, в общем-то, тоже невозможно, но я уже ничему не удивлялась.

Убедившись, что труп совершенно, категорически, безвозвратно мертв, я вновь отпустила заклинание поднятия. И наблюдала, как зомби медленно встает.

Может, предыдущий создатель вложил в него слишком много сил? Знаю, что бред, и все же. Я в третий раз упокоила нежить, накинула на указательный палец заклинание поднятия второго порядка, чтобы получить не зомби, а умертвие и исключить какое-либо остаточное влияние старой магии.

Существо преданно посмотрело на меня светящимися глазами. Оно было быстрее и сильнее зомби, сложнее убиваемое и труднее упокаиваемое.

Мы стояли и смотрели друг на друга, пока у меня не сдали нервы, и я уже в который раз по счету не упокоила несчастного.

От вампира я получила многое. Вопрос: что он планировал получить от меня в ответ?

— Хватит издеваться над нежитью, — раздался строгий голос, и я вздрогнула во второй раз — совсем с нервами беда.

Дора стояла поодаль и явно давно наблюдала за моими экспериментами.

— Я тут просто… — Что сказать дальше, в голову никак не приходило.

Я тут просто нарушаю магические постулаты?

— Не буду спрашивать, как ты это делаешь, но хочу заметить, что ты тратишь слишком много магии, — назидательно произнесла Дора поставленным преподавательским голосом. — Когда ты отпускаешь заклинание с руки, то приоткрываешь и магические каналы. За счет этого идут потери. Тебе нужно потренировать этот момент.

— И все? — не поняла я.

— Нет, еще я давно заметила, что ты при управлении зомби проникаешь слишком глубоко внутрь вашей связи. Так можно и сознание зацепить, а это некромантам совсем ни к чему.

— Все, что вы можете мне сказать? — не веря собственным ушам, уточнила я. — Что я трачу слишком много сил и неправильно работаю со связью?

— Уверена, я бы могла научить тебя многому. — Дора выглядела предельно серьезно. — И кстати, мы договаривались на «ты». А как-то комментировать твои способности я не собираюсь. Я еще по Итану догадалась, что ты весьма необычная особа.

— По Итану? — не поняла я. — А, ты про… про курьера.

Чуть не сказала «Грега».

— Он же не курьер, верно? — улыбнулась Дора. — Ты когда-нибудь видела маленьких детей, которые только учатся ходить и познают свои возможности? Примериваются к предметам, чтобы взять их? Легко сбиваются с шага, потому что недавно встали на ноги. И Итан, кем бы он ни был, точно так же осваивает свое тело. Он не самого высокого роста, поэтому забавно наблюдать, как он пригибается по какой-то странной привычке в дверных проемах. Как держит вещи деревянными пальцами. И щурится так, знаешь… — женщина пощелкала пальцами, подбирая слово, — близоруко. При этом проблем со зрением у него нет.

— Вы… ты давно догадалась?

— Что-то такое предполагала сразу, — Дора подмигнула. — Я видела, что из тех двух измененных бедолаг Итан в более плачевном состоянии. И то, что вы сумели «вернуть к жизни» именно его, выглядело подозрительно.

Ну да, странно считать себя самой умной, когда вокруг полно куда более опытных людей.

— Но в любом случае твоим навыкам не помешает шлифовка, — авторитетно заявила Дора. — Давай набирай на каждый палец заклинания, буду учить тебя, как поднимать нежить с наименьшими потерями. Давай-давай, — поторопила меня женщина, видя, что я по-прежнему стою в замешательстве. — Его еще нужно в крепость вернуть, стены залатывать.

— Это был твой зомби, да? — я кивнула на труп, которому выпала нелегкая доля выступать подопытным.

— Мой, — подтвердила она. — И я весьма заинтересовалась, куда и зачем его так нагло уводят средь бела дня. На будущее: брать чужую нежить без спроса нехорошо.

— Извини, — вздохнула я, признавая полное поражение. Любой некромант бы заинтересовался. — И я бы вернула его на место!

В итоге мы прозанимались до вечера. У меня нашлось столько пробелов в знаниях, что мне и самой стало немного неловко, пусть умом я понимала, что не виновата. В академии я училась вполне прилежно. Просто не доучилась до конца.

И еще с Дорой я поняла, в чем талант истинного наставника. В терпении. Да, у меня многое получилось далеко не с первого раза, и я банально отвыкла учиться, все же воспринимать информацию — это тоже особый навык. Раньше, если у меня что-то не получалось, на меня сразу орали. И сейчас после каждой оплошности, после каждого срыва заклинания я готовилась, напрягалась, ждала, что Дора сейчас с чувством выругается и совершенно справедливо назовет меня бестолочью, а то и кем похуже.

Но каждый раз она спокойно кивала, если надо — объясняла и показывала еще раз и предлагала повторить.

В чем подвох — лично я не знала.

А еще между делом мы разговаривали. О причинах моего вылета из академии она уже в общих чертах успела услышать, да и в самой академии я была личностью известной и той еще занозой в мягких тканях преподавательского состава. Но я как-то незаметно для самой себя коротко рассказала о нашей помолвке с Джастином, о разрыве, а после о повторной помолвке без моего ведома.

— Вот козел! — прокомментировала Дора, и я поняла, что обожаю эту женщину. — Он после войны планировал защищать звание магистра некромантии… Ну я ему устрою экзаменовку, — пообещала она.

— Да ладно уж, не стоит, — попросила я, пусть на душе разливалась приятная теплота. Надо будет Грегу рассказать, как правильно реагировать на такие новости от друзей.

— Стоит-стоит, — потерла руки Дора. — Он, конечно, все равно сдаст, но пусть вначале помучается.

— На самом деле Джас, кажется, неплохой, — сказала я и сама себе удивилась. Надо же! Берусь защищать ненавистного бывшего.

— Неплохой, — согласилась Дора. — Только молодой и глупый. Был. Сейчас поумнел немного, но, как показывает практика, еще не до конца. И все же некромант, познавший смерть лично, всегда меняется.

Она внимательно посмотрела на меня, и я поняла, что придется пояснить.

— Я не умирала. Все это, — я кивнула на труп, в сотый раз упокоенный и отдыхавший рядом с нами на травке, — дает метка вампира. И да, я не знаю, кто и когда мне эту метку поставил.

У меня, конечно, имелась парочка вопросов к одному клыкастому, но интуиция подсказывала, что Дамьен здесь ни при чем.

Потому что и раньше, задолго до встречи с ним, я чувствовала, что могу немного больше, чем другие маги. Просто никогда не придавала значения тому, что выхожу за рамки. Да и слишком далеко я за них не выходила. Это в последнее время жизнь заставила.

Обратно к крепости мы пошли вечером, помятый сильнее обычного зомби плелся за нами следом.

— Дора, насчет … м-м-м… Итана, — начала я. — Ты бы к нему присмотрелась…

— Ой, он еще такой молодой, — отмахнулась пухленькой ручкой женщина. — Пусть сначала повзрослеет.

— Он старше, чем кажется, — осторожно намекнула я. — Жизненный опыт у него намного существеннее.

— И сильно старше? — насмешливо спросила моя новая наставница.

— Лет на десять.

— И как же так получилось? — поинтересовалась Дора.

— Ты лучше у него спроси, — посоветовала я, решив, что Грегу самому стоит решить, что и кому рассказывать. — Считай, что он начинает новую жизнь.

— Обязательно спрошу, — пообещала Дора. — После много раз поднятого зомби я уже боюсь представлять, что ты сотворила с ним.

— Ничего такого! Физиологически он полностью в порядке!

— Предлагаешь это тоже проверить? — подмигнула женщина, и мы вместе рассмеялись.

Грег точно порадуется.

У всех должен быть шанс однажды начать с чистого листа. Как я когда-то пришла в магическую доставку, где никто не поинтересовался ни моим происхождением, ни причинами вылета из академии. Помнится, первое, что у меня строго спросила Стелла: пью ли я. И, получив утвердительный ответ, с ходу поставила передо мной рюмку. Пожалуй, это единственное, что действительно интересовало моих коллег.

Зомби был направлен обратно на ремонт крепости, я же после ужина, собрав все свое самообладание, отправилась к Джастину.

Что бы там ни было, в текущих реалиях он мой капитан, а Льюис сам собой не перевезется.

Джастин сидел за столом с картами, бумагами и артефактами. Стандартная рабочая картина. На меня он бросил хмурый взгляд исподлобья, но ничего не сказал.

— Джастин, — начала первая я. — Мне нужно перевезти Льюиса в Варнаву, там его ждут вампиры.

— Я в курсе, — отозвался он, по-прежнему уткнувшись в свои бумаги. — Уже организовал для вас транспорт. Завтра утром выдвигаетесь, можешь собирать вещи.

— Спасибо, — сдержанно поблагодарила я. Наверное, он просто жаждет от меня отделаться. — И по поводу твоего сегодняшнего откровения…

— Не начинай, ладно? — попросил Джас, таки поднимая на меня взгляд. — Я все понял, и как только война закончится или в ней наступит какой-нибудь просвет, объяснюсь с твоей семьей. И со своей разберусь.

— А сразу так нельзя было? — не удержалась я. — Не делать подобных ходов у меня за спиной?

— Нельзя, — резко ответил Джас, вскидывая голову. — Когда я вышел из лазарета, тебя и след простыл. Твой отец тоже понятия не имел, где ты. Или, думаешь, я не пытался тебя найти? Ты вообще в курсе, что тебя даже по крови не отследить?

— Нет, но учту. — Еще один приятный вампирский бонус.

Жаль, что следилки вешать можно… Помню, как я глупо попалась ровенскому некроманту.

— Твой отец хотя бы точно мог сказать, жива ты или нет, — продолжил Джастин.

— Да, он пробовал вызывать мой дух из чертогов, — кивнула я и, судя по лицу Джаса, открыла ему новый интересный способ поиска.

Это обычного человека шокирует подобный поиск, некромант же сразу видит все преимущества. Особенно если действительно не может запустить стандартный поисковик.

— В любом случае я надеялся, что за это время ты немного остынешь, но когда мы впервые встретились, понял, что нет.

— И побоялся сказать сразу? — хмыкнула я.

— Обстоятельства не располагали, — признался Джастин. — К тому же я еще тогда понял, что принуждать тебя себе дороже, да и просто глупо. Хотя знаешь, иногда мне жаль, что у нас не сложилось.

— А мне нет, — безжалостно ответила я, проигнорировав если не признание, то нечто весьма похожее.

Джастин криво улыбнулся.

— Вот список всего необходимого: провизия, вещи, которые понадобятся в дороге, — он протянул мне заверенный тремя печатями лист. — Предъявишь на складе, они соберут и подготовят. Надеюсь, твоему другу сумеют помочь.

— А я-то как надеюсь. — Я приняла список, втайне радуясь, что мне практически не придется ничем заниматься. Ненавижу всякую суету и организационные моменты.

— Удачи. И с тем кольцом тоже, — пожелал Джастин и даже улыбнулся. Вернее — попытался.

— Джас. — Я помедлила, не спеша выходить. Наверное, разговор с Дорой, когда я защищала его перед наставницей, помог что-то понять и мне самой. — Я хочу сказать, что я тебя не прощаю. Просто не могу.

Возможно, если бы мы познакомились сейчас, то я бы увидела совсем другого человека. И от помолвки отказывалась бы не столь рьяно.

Но все равно отказалась бы.

— Но ты хороший командир, — продолжила я. — И отличный некромант. И я тоже желаю тебе удачи.

Трудно отрицать, что он заботится о своих, переживает за каждого, заходит к целителям и находит время и силы, чтобы проведать там своих подчиненных. Он виртуозно управляется с нежитью, этого тоже нельзя не признать.

Наши взгляды встретились, и… мне показалось, что ему действительно жаль.

Но на этом я вышла и отправилась в крепость — искать хозяйственников и Грега. Потому что он пусть и не в силах понять мою тонкую душевную организацию, но все равно остается лучшим другом.

Новостей в крепости Монгейт меня ждало две.

Первая — Грег успел наклепать кучу артефактов, часть из них вышла экспериментальной, не отработанной в полевых условиях, но друг ручался, что делал максимально надежно. Браслет невидимости он зарядил и вернул мне. Как и новый браслет, подавляющий и маскирующий магию. Пожалуй, это были самые полезные вещи в моем арсенале. Ну и «бабахи», конечно, куда же без них, сразу пять штук — целый стратегический запас.

— Вот если б ты еще уши проколола… — сокрушался Грег.

— Мне хватит того, что есть, — отрезала я.

И так все на себя навесить не смогу.

— А как тебе это?

Передо мной лег простенький, но изящный гребень, которым украшали волосы. Он разительно отличался ото всего, виденного мною у Грега раньше. Неброский, удобный даже на вид, руки к нему так и тянулись. До этого друг мало заботился о внешнем виде артефакта, предпочитая упирать на его свойства, а не на красоту.

— Беру! — не задумываясь, ответила я.

— Это не тебе, — остудил мой пыл Грег, и я возмущенно посмотрела на друга.

— Что значит «не мне»? — Я уперла руки в бока и двинулась на него.

Но признаю, с моей худосочной фигурой такой маневр вряд ли смотрелся внушительно. Вот и Грег только усмехнулся и убрал гребень подальше.

— Это я Доре сделал. — Друг любовно посмотрел на свой артефакт. — Подумал, что ей такого можно подарить, и решил совместить изящество и пользу, так сказать, сделать артефакт похожим на нее.

Грег мечтательно вздохнул. И пусть формы Доры лично я считала скорее внушительными, нежели изящными, с тем, что она однозначно невероятно полезный человек, спорить не рискнул бы никто.

— А что он может-то? — кивнула я на гребень. Не то чтобы я ревновала Грега к Доре или завидовала… но все же да, немного ревновала и завидовала.

Привыкла уже, что артефакты он делает исключительно для меня.

— Он дольше сохраняет волосы чистыми — защищает от любых загрязнений, даже естественных.

И тут я поняла, что вдвойне хочу такую вещь! Помыться и помыть голову в текущих условиях — целое приключение, особенно с учетом того, как отросли мои косы, почти до пояса, постричься бы не мешало. Да и вообще красивое…

Но предназначалось не мне.

— Потом сделаешь мне такой же, — потребовала я. — А то я вообще-то тоже девушка и нуждаюсь кое в чем еще, кроме боевых артефактов.

И Грег клятвенно заверил, что непременно сделает. Просто как-то не подумал.

А вторым сюрпризом стало, что Рэм едет со мной в столицу. И это настораживало всех. Отзывал его лично отец вице-канцлер, и оставалось только гадать, почему именно сейчас.

Сам Рэм отнесся к этой новости неоднозначно. С одной стороны, он так и не попал на передовую. С другой — моя компания была для него явно предпочтительнее командующего и его окружения.

— Выдвигаемся завтра утром, — пропыхтел парень под грузом вещей.

Мы с Рэмом вместе передали списки того, что нам необходимо в дорогу, и теперь Рэм честно тащил все свое и самое тяжелое мое. К тому же нам надлежало взять с собой срочные послания и какие-то данные, которые не решались отправить через переставшую быть надежной магическую связь.

Поэтому поклажи набирался целый ворох, но выделить обещали скорый почтовый экипаж, который домчит нас до столицы всего-то — та-дам! — за какие-то жалкие полторы недели. И это если погода будет благоприятствовать, так как дожди и разбитые дороги скорости не способствуют.

А я сюда на крыльях за три дня долетела. Эх.

25. Стратегическое отступление

В палатке меня ждала Дора.

— Уезжаешь, — констатировала она, видя, как споро я начинаю паковать свои пожитки.

— Уверена, мы еще встретимся, — пообещала я.

— Конечно! Тебе обязательно нужно сдать академический минимум и подтянуть знания! — горячо заговорила Дора, беря меня за плечи и разворачивая к себе. — Такие способности нельзя зарывать в землю! И если решишь защищать диплом — обещай, что будешь делать это только со мной!

— Обещаю, — рассмеялась я.

Как обычно, Дора не отпустила меня с пустыми руками. Во-первых, у нее имелся стратегический запас вкусняшек (люблю ее все сильнее!), а во-вторых, косметичка со всем содержимым была торжественно вручена мне в качестве подарка.

— А то ты себе никогда сама не купишь. — Дора сморгнула выступившие слезинки, да и я поняла, как мне будет ее не хватать.

И не только ее.

Ночью нас ждал традиционный костер. Собрались все некроманты, подтянулись боевики, из крепости пришли Рэм с Грегом, который вначале долго мялся, но потом все-таки подсел к Доре и достал приготовленный подарок.

Дальше я не смотрела, но ее восторги слышала. И немного завидовала.

Уверена, у них все наладится. А когда Грег расскажет ей о себе правду — точно наладится. Все-таки честность и искренность в отношениях — самое главное. А еще научный интерес и тяга к познанию…

Рэм принес какой-то струнный инструмент из крепости и, заметно смущаясь, принялся на нем играть. Начал с перебора струн, затем пошли легкие мелодии, а после и веселые песенки, которые он пел весьма неплохо, а уж вместе с целым хором подпевающих голосов — и вовсе хорошо.

— Не знала, что ты умеешь играть и петь, — обратилась я к нему, когда Рэм взял передышку, а кто-то из боевиков перехватил инструмент.

— Это мама. — Рэм покраснел до кончиков ушей. — Считала, я должен быть всесторонне развитым.

Ну да, приличный мальчик из хорошей семьи.

Сдержать усмешку у меня не получилось, и Рэм смутился еще сильнее.

— Мама все правильно говорит, — я хлопнула его по плечу. — Видишь, ты уже местная знаменитость.

Песни у боевиков оказались куда веселее и разухабистее, пусть в ноты они попадали хуже Рэма, компенсируя неумение и отсутствие слуха задором и громкостью. Сразу видно, их под чутким маминым руководством не учили.

— Ты снова уезжаешь? — Ко мне подсел Асмур, по привычке не особо участвующий во всеобщем веселье.

Даффин, занимавший куда больше места, по-дружески бесцеремонно сдвинул всех нас и втиснул свою пятую точку.

— Так я же курьер, — я пожала плечами. — Куда пошлют — туда и лечу. Или еду.

— За нашего отважного курьера! — пробасил Даф, поднимая кружку.

Гул веселых голосов его радостно поддержал, хотя, кажется, народу было все равно, за что пить, но мне стало тепло и приятно.

Или это содержимое кружки на меня подействовало?

— Так даже лучше, — Асмур посмотрел на меня неожиданно серьезно. — К ровенцам подошло свежее подкрепление, наша разведка доложила, что там целый отряд боевых магов. Боюсь, скоро у нас станет еще жарче.

Мое сердце екнуло, пусть я и постаралась не подавать виду, что что-то случилось. Большой отряд боевых магов, среди которых наверняка и Эдриан.

— Мы не пропадем, — заверил меня с другой стороны Даффин, приобнимая своей лапищей. — Разруливай ситуацию с вампирами спокойно. Но быстро!

Мы засмеялись. Все было легко и просто, веселый смех, под стать ему песенки, а потом позади нас что-то громыхнуло, и одна из оставшихся башен крепости начала оседать.

Затрубили тревогу, и вот минуту назад веселившиеся люди вскакивают со своих мест, бросая недопитые кружки, и на бегу набирают заклинания.

— Мои артефакты! Заготовки! — схватился за голову Грег и бросился к крепости, из которой сейчас высыпали люди.

Разумеется, я не могла бросить друга, а за мною побежал и Рэм.

О том, что происходит, спрашивать не стоило. Свежее ровенское подкрепление перешло к активным действиям.

Отовсюду летела магия, и мы прикрывались щитами, а Рэм поставил щит и над Грегом, потому что его собственный ни на что не годился. Все же артефактор — это не боевой маг. Одно дело, сидя за рабочим столом, заложить заклинание в предмет и напитать его магией, а то и использовать накопители, и совсем другое — создать годное заклинание в боевых условиях.

Грег расталкивал всех, стремясь попасть внутрь. Совсем рядом рухнул здоровенный камень со стены, мелкая крошка посыпалась следом. То, что идея соваться туда — не очень, я понимала, но переубеждать Грега бесполезно, проще помочь. Разве что найти какой-то труп, поднять по-быстрому, заломить одному артефактору руки за спину и волоком… но Грег всяко быстрее.

Так что мы спустились в подвал то и дело содрогающейся крепости, где Грег принялся собирать свои богатства с нашей активной помощью.

— Сейчас доспех надену, — заявил он и стянул висевшие под потолком железки.

— Наверху наденешь! — рявкнула на него я, хватая друга за шкирку одной рукой, мешок с заготовками, которые я без разбора смахнула со стола — другой.

Рэм привычно взял самое тяжелое. Грег едва ли не со слезами на глазах обвел взглядом мастерскую, где успел обжиться, понимая, что все забрать не сможет. С особой грустью посмотрел на кучу пыточных инструментов, на которые определенно имел виды.

— Бежим! — крикнула я, когда стены в очередной раз вздрогнули, а с потолка посыпалась пыль.

Только сказать оказалось легче, чем сделать. Ровенцы все-таки форсировали реку, и бои шли на нашей территории. Чужие солдаты и маги попадали и в крепость через новые и новые бреши. Пока что это единичные прорывы, но сдержать такой натиск было слишком сложно.

К тому же впереди, как и в прошлый раз, шли измененные, которым все было нипочем.

Свободной рукой — Грега пришлось выпустить и надеяться на его разумность — я набрала заклинания. Мертвые нашлись недалеко, свои-чужие — я уже не разбирала, просто подняла и пустила вперед, заодно переместив в одного часть сознания. Зря я, что ли, училась воспринимать реальность несколькими глазами? Спасибо Джастину и Доре за обширную практику.

Коридор, через который мы прошли внутрь, завалило, пришлось идти обходным путем и надеяться, что и его не завалит вместе с нами. Ровенцы попадались все чаще, но пока с ними справлялась моя нежить и заклинания Рэма, которые он также набирал в руку.

Грег, кряхтя, волок свое добро, ему было не до заклинаний. Да и пользы от артефактора в бою, честно говоря…

Проблема возникла, когда перед нами впервые появился боевой маг, в два счета разделавшийся с моей нежитью и едва не снесший наши щиты со второго удара. Я успела поднять заготовленный щит на всех, а Рэм — запустить звуковую волну, оглушившую мага, и магическими звездами добить.

— Вот тебе и передовая, — проговорила я, когда мы побежали дальше по коридору.

— Лара, — пропыхтел тяжело дышавший Грег — нагрузки его новому телу явно давались нелегко, — браслет невидимости на тебе?

— Да, — отозвалась я, поднимая новую нежить и отправляя ее на разведку.

Самые основные артефакты я надела, решив не паковать в сумку, а нацепить на себя. Все-таки правило «все свое носи с собой» не раз спасало мне жизнь.

— Активируй, — попросил Грег. — Если что, по тебе с ходу бить не станут.

Логично. А с учетом количества разлитой вокруг магии, засечь меня вряд ли сумеют, даже если начнут искать целенаправленно.

Легкое движение руки и немного магии — и для всего мира я исчезла.

— Только не потеряйся и не отстань, — проговорил Грег, глядя в ту сторону, с которой я от него бежала. — А то мы тебя тоже не видим.

— Я буду громко кричать, — пообещала я.

В этот момент мою нежить снова кто-то смел. Да что ж такое!

— Впереди маг! — крикнула я, и Рэм усилил щиты, а Грег покрепче прижал к себе мешки.

А дальше все произошло одновременно: Рэм ударил, и маг тоже, заклинания встретились и взорвались, раскидав нас в стороны и создав плотную пылевую завесу, сквозь которую разве что силуэт угадывался. Что примечательно, мешки Грег так и не выпустил, предпочтя приложиться спиной об пол.

— Поднимайся! — я потеребила стонущего друга.

Рэм стоял впереди и посылал заклинания, которые вражеский маг легко отбивал, продолжая наступать. Только у Рэма заклинания были в одной руке, а у противника — в двух. И щит куда лучше нашего. Долго не продержимся, близкий магический бой вообще дело быстрое, кто-то обязательно ошибется, пропустит заклинание, не успеет укрепить щит и тогда…

Надо валить!

— Ну же! — я легонько попинала Грега для ускорения, заодно создавая и выставляя собственный щит.

Пыль осела, расстояние между нами и ровенским магом сократилось, и я едва не застонала в голос. Ну нет! Это слишком глупая ситуация!

Грег, шатаясь, поднялся, ни в какую не желая расставаться с артефактами, хотя давно пора их бросить. Рэм израсходовал все заклинания и теперь просто держал щит, подвигаясь к нам и готовясь героически закрыть собой. Я стояла рядом с ними в браслете невидимости.

— Эдриан! — завопила я изо всех сил, надеясь перекричать доносившийся из-за стен грохот, а заодно звуковые эффекты наших заклинаний и гудящих щитов. — Это я! Мы! С Грегом! И другом!

Эдриан изумленно заморгал глазами, быстро осмотревшись по сторонам.

Тут и Грег наконец достаточно пришел в себя.

— Эд, это же я! — обиженно воскликнул он.

В другом теле, с другим голосом.

Не знаю, поверил бы ему Эдриан или нет, но я успела деактивировать браслет раньше, чем он принял решение.

— Лара, — выдохнул он и бросился ко мне. Щит я тоже деактивировала. — Ты цела? — Эд бегло ощупал меня, убеждаясь, что физически я цела. Руки, ноги, голова, туловище — полный комплект. — Надо выбираться скорее!

— Мы это и делали, пока ты на нас не напал! — укорила я его, давя в себе желание ощупать его в ответ, а заодно повиснуть на шее и рассказать, как мне было страшно!

Не до этого сейчас.

— Тогда бежим, я вас выведу!

— Из нашей же крепости, — пробурчал Рэм, но спорить не стал.

Мы шли быстро, к счастью, больше почти никого не встретили. В любом случае своим махали мы с Рэмом, а с ровенцами на родном языке объяснялся Эд.

— Где Льюис? — задал один из самых главных вопросов Эдриан.

— В палатке… Бежим за ним!

Я понеслась к тому месту, где стояла та самая палатка, больше всего боясь, что увижу на ее месте воронку и обугленный остов.

Но палатка стояла, пусть и заметно покосившаяся, Льюис лежал в ней, по-прежнему запертый в клетке. Ключ остался у Даффина, так что я прибегла к тлену, уничтожая замок и петли.

— Брат, — Эдриан побледнел, почти сравнявшись с Льюисом цветом лица.

Он подрагивающими руками вытащил его из клетки, уложив на пол.

Что дальше?

Браслет завибрировал, и я почувствовала прикосновение знакомой силы.

— Да, командующий! — здороваться вежливо и по форме не было ни сил, не времени.

— Лара, Рэм с тобой? — спросил Рихард Конард также без лишнего формализма.

— Да, мы у Льюиса, у измененного.

— Отлично. Хватайте его и бегите к повозкам, они стоят на прежнем месте. Наши маги прикрывают отход людей и целителей с ранеными, ориентируйтесь на них. Твой приказ в силе, выполни его как можно быстрее.

— Есть! — откликнулась я и почувствовала, как связь оборвалась.

У командующего тем более не имелось времени на прощание.

— Нам в столицу, — я развернулась к Рэму. — Вместе с Льюисом, — это уже Эдриану.

Когда мы пробирались к повозкам, вокруг царил уже не такой хаос. Маги выстроились в четкие линии, солдаты заняли свои позиции, отряды действовали слаженно. Тяжесть Льюиса легла на плечи Эдриана, который самолично нес брата, отказавшись от помощи.

— Держи лучше щиты, чтобы нас не зацепило. Они у тебя хорошо получаются, — ответил он на предложение Рэма.

Грег раскрывал свои мешки, раздавая как магам, так и простым солдатам артефакты.

— Может, ты с нами? — ждать друга я не могла, нам необходимо как можно быстрее добраться до повозок.

— Я здесь нужнее, — отозвался Грег. — Бегите.

— Удачи, дружище, — крикнул ему на ходу Эд. — Извини, что я тебя сегодня…

— Сочтемся! — хмыкнул Грег и свернул к очередному отряду, отбрасывая опустевший мешок и перехватывая новый у Рэма.

Не добежав шагов сто до повозок, Эдриан остановился. Он и так с нами забежал в самый тыл, вести его дальше было слишком подозрительно и рисково.

— Береги себя, — попросил Эд, с которым мы в очередной раз прощались. — И Льюиса.

Брата он передал Рэму и заодно пожал адъютанту руку. В текущих условиях это выглядело одновременно странно и нормально. Странно видеть двух представителей враждующих государств, пожимающих друг другу руки. И нормально всегда оставаться человеком и испытывать благодарность за помощь.

— И ты… — Мой голос дрогнул. Вокруг все пылало, слышались крики и взрывы. — Осторожнее.

Эдриан кивнул и поцеловал, не так пылко, как тогда на публику, а нежно и осторожно, как в храме.

— Постараюсь, — ответил он и отступил.

В груди защемило, но надо было бежать дальше. Так что я тронула за плечо Рэма, вежливо отвернувшегося, и мы пробежали мимо наших магов к повозкам. Там нас уже ждал тот самый скорый почтовый, отличающийся от остальных небольшими размерами, с двойкой запряженных лошадей.

— Ни одного документа с собой не взяли, — расстроился ответственный Рэм, когда возница помог нам положить Льюиса и с громким свистом погнал лошадей вперед.

— И вещи все остались в лагере, — вздохнула я.

На мне был единственный комплект одежды, кое-какие артефакты, несколько монет в кармане и, собственно, все.

— Налегке оно быстрее, — бодро отозвался возница. — У меня сухарей на всех хватит, самогон опять же. На край овса заварим.

— Да уж, не пропадем, — улыбнулась я, представив, как мы под осуждающими взорами коней закусываем их овсом самогон.

— Вот-вот, — подтвердил возница, чуть сбавляя темп. — Не кисните.

А что нам еще оставалось?

Впереди занимался рассвет, а позади оставались пылающий лагерь и крепость. Черный дым от них высоким столбом поднимался вверх и был виден еще долго на фоне светлеющего неба, в котором время от времени вспыхивали магические разряды.

В повозке я задремала, все же магический бой для меня вышел пусть и коротким, но нервным и от этого вдвойне затратным. А проснулась между Льюисом, который хоть и числился полутрупом, но все же мужчина, и Рэмом, сопящим мне в ухо.

Вот тебе и замужняя женщина.

Расталкивать Рэма я не решилась, пусть поспит. Опыт показывал, что никогда не знаешь, что может случиться через час. А то и через минуту. Так что пошла спрашивать про обещанные сухари самостоятельно.

Оказывается, пока мы спали, а скорый почтовый ехал через селенья, языкастый кучер сумел разжиться свежим хлебом и сыром. Причем расплатился не деньгами — деньгами каждый может, — а услугой. Подхватил послания и мелкие посылки, чтобы доставить их в населенные пункты, через которые нам предстояло проезжать.

Я с уважением посмотрела на наземного коллегу, с ностальгией вспомнив свою мирную работу и милую сердцу халтурку. А вскоре проснулся и Рэм, совершенно по-детски обрадовавшись еде.

Ближе к полудню мы с ним перебрались с козел в крытую повозку, спасаясь от солнцепека. Не удержавшись, я чуть подвинула и поправила Льюиса, подумав, что не мешало бы его зафиксировать, а то болтает бедолагу по всей повозке. Вряд ли ему от этого плохо, конечно, вон даже синяков не остается, но все равно неудобно перед человеком. Пока еще человеком.

— Тот ровенец — это твой муж, да? — спросил Рэм, наблюдая, как я прижимаю Льюиса к борту, с другой стороны подпирая его мешком.

— Да, а это его брат, — предвосхитила я следующий вопрос.

— Это я и так понял, — усмехнулся парень. — Расскажешь, что с ним произошло и зачем мы его везем в Варнаву?

— Мы везем обращать его в вампира, — вздохнула я и пояснила: — Человеком он не выживет, а процесс обращения уже начат.

— А разве вампиры не обращают только детей? Нам что-то такое рассказывали на расоведении, что взрослый может не пережить инициацию и не стать полноценным вампиром, — почесал макушку Рэм.

— Не знаю, вот и увидим, — развела руками я. — Наверное, это не слишком правильно — делать из человека вампира без его воли или хотя бы ведома. Но даже Эдриан, кажется, смирился с мыслью о брате-вампире.

Не могу не признать, что временами меня терзали сомнения. Но мы не только спасаем Льюиса, а выводим на чистую воду ночных и всех их заговорщиков. Возможно, сможем остановить войну, доказать, что это не люди, заявившие о земельных притязаниях и вспомнившие границы, которые были сто лет назад, а вампиры со своими амбициями.

— А что такого в брате-вампире? — неожиданно выдал Рэм и продолжил развивать мысль: — Он же меняется только в малой части, а в остальном все то же родное существо.

Я заинтересованно посмотрела на парня. А ведь он не знает…

— Скажи, а у тебя есть братья-сестры? — полюбопытствовала я. Вдруг у него их куча и еще один брат погоды не сделает?

— Нет, я единственный ребенок, — посетовал Рэм. — И когда все играли и дрались со своими братьями и сестрами, я сидел с няньками и музицировал или учился под их присмотром. Так что я всегда завидовал тем счастливчикам, что росли не одни в семье.

— Ну… завидовать там, прямо скажем, нечему. — Я вспомнила своих брата и сестру, с которыми мы пусть и не играли, но дрались да, регулярно.

Как правило, я побеждала, но в итоге потом огребала от мачехи.

Так что, считай, выходили на ничью.

— Не знаю, я рос один, на домашнем обучении, — глядя на убегающую назад дорогу, проговорил Рэм. — В академии потом сложно было сходиться с однокурсниками, к тому же многие хотели общаться со мной исключительно из-за отца. Я сначала этого не понимал, да и передать отцу какую-то записку мне было несложно, или сделать что-то самому, если мог и просили. Но потом услышал один разговор… — Он запнулся. — В общем, и там у меня с друзьями не сложилось. А после академии отец отправил меня на военную службу в штаб, где все были намного старше и уже сами не горели желанием общаться с младшим по возрасту и званию. Пожалуй, ты едва ли не первая, с кем я могу нормально поговорить, и кому от меня ничего при этом не надо.

— Почему это не надо? — возмутилась я, а Рэм перевел на меня ошарашенный взгляд. — Без тебя меня бы не кормили в крепости, никто бы не таскал мои вещи, не прикрывал наш ночной отход, и сейчас я бы тряслась здесь в гордом одиночестве. Так что мне, если подумать, надо от тебя побольше многих. Но и ты, если что, обращайся. Знаешь, в дружбе это работает в обе стороны. В идеале, конечно.

Правда, с меня и взять-то нечего, если хорошенько подумать. Даже вещей с собой никаких нет, только то, что на мне надето, да несколько артефактов.

Но предложить обратиться я всегда могу!

— Спасибо. — Рэм так серьезно поблагодарил, будто я уже для него что-то сделала, а не только так, на словах. — На самом деле это уже очень много.

Я хотела было возразить, но, подумав, кивнула.

Какое-то время мы ехали в молчании, размышляя каждый о своем. Не знаю, как Рэм, а я колебалась: сказать или нет? И имею ли я на это право? С одной стороны, мой бывший шеф — тот еще упырь и неизвестно, как отреагирует на появление родственника у его новообретенного сына. С другой — возможно, наличие брата, пусть и клыкастого, действительно обрадует парня, оказавшегося одиноким в «полноценной и любящей» семье. Принять решение мне помог горестный вздох приятеля.

— Рэм, знаешь, возможно, неправильно обнадеживать тебя раньше времени, — осторожно издалека зашла я. — Но у твоего отца есть еще ребенок.

— Ребенок?! — не поверил Рэм.

На его восклицание занавеска между нами и возницей сдвинулась, и в образовавшейся прорехе показалось заинтересованное лицо. Кажется, даже кони замедлились.

Вот так и рождаются слухи.

Я поспешно задвинула занавеску обратно и на всякий случай еще и полог тишины поставила.

— Да, твой младший брат, — недовольно подтвердила я. — По отцу. Ну, знаешь, так бывает, когда неверные мужья ходят налево, и тогда…

— Я понял, не маленький, — нетерпеливо перебил меня парень, который, к слову, ничуть не удивился похождениям отца. — А ты откуда знаешь? Это точная информация?

Да, такого Рэма я видела впервые, вокруг него даже магия заклубилась, так что я быстро развеяла излишки. А то мало ли, полыхнет повозка — знаем мы этих боевых магов.

— Мы с твоим отцом как-то встречались, — начала я, подумав, что времени прошло не так и много, а по ощущениям — целая жизнь. Столько всего случилось.

— Ты встречалась с моим отцом, и он бросил тебя с ребенком?! — выпалил Рэм с совершенно непередаваемым выражением лица — то ли ужаса, то ли радости, то ли еще чего-то.

А я аж воздухом поперхнулась и закашлялась от такого дикого предположения. Как кстати пришелся полог тишины! Представляю, что бы себе понадумал возница, если даже у меня глаза на лоб полезли.

— Ты в себе вообще?

Не удержавшись, я двинула Рэму под дых. У него братьев и сестер, от которых стоило постоянно ждать подлянок, не было, так что закрыться он не успел, и теперь пришел его черед хватать ртом воздух. Нет, ну надо же до такого додуматься?! Хотя чего это я? Он ведь как-то уже предполагал, что я в него влюбилась, поэтому прождала весь день на крылечке.

— Груз я ему привозила, груз! И этим грузом оказался трехлетний мальчуган по имени Сантьяго. Теперь тебе ясно?

— Да, — хрипло подтвердил Рэм, с трудом восстанавливая дыхание. — И что с ним стало потом? Я ничего не слышал про ребенка в доме, уверен, мама бы о таком написала…

Да и не только мама. Не сомневаюсь, что все газеты бы пестрили, попади туда подобная информация. Внебрачный сын вице-канцлера все-таки!

— А вот тут начинается самое интересное. — Уже от этих слов Рэм спал с лица. — Твой отец предложил отвести его в приют, но я не смогла. И отвела его к своему тогдашнему работодателю. Не буду тебя томить, теперь твой брат вампир, но в остальном — живой и здоровый.

Парень облегченно выдохнул. Впервые после удара под дых.

— Я должен его увидеть, — уверенно заявил он. — Даже если отец от него отказался, я от брата отказываться не намерен.

— У него теперь есть новый родитель и новая семья, — предупредила я, прикидывая, достаточно ли будет договориться с Дамьеном или со всем Ночным кланом согласовывать придется.

С них станется.

— Лара, я должен увидеть своего брата, — взгляд Рэма горел от магии, но, к счастью, вокруг него она больше не клубилась, — и сделаю для этого все, что потребуется. Ты же сможешь мне с этим помочь? Как ты сама сказала, по-дружески?

Я только усмехнулась. Как быстро кое-кто усваивает информацию!

— Я постараюсь. — Обещать за Дамьена не хотелось, но почему-то я почти не сомневалась, что тот не станет возражать. — А тебя не смущает, что твой брат — маленький вампир? У него красные глаза и клыки.

— Нет, — уверенно ответил Рэм. — Это все частности. Жаль, конечно, что вампиры узнали о нем раньше, чем я. Но от брата я не откажусь ни за что, разве что он сам не захочет со мной общаться.

На этом Рэм заметно сник.

Мне же вспомнился мелкий кудрявый Санти с его восторженным детским взглядом. И даже красный зрачок не мог этот взгляд на мир изменить.

— Думаю, он не откажется, — решила ободрить парня я. — А с его новым отцом мы как-нибудь договоримся.

И надеюсь, Дамьен меня не прибьет за то, что раскрыла тайну происхождения его сына и подкинула им еще одного родственничка.

26. Свет в темноте

Удивительно, но до столицы мы домчали за неделю. Нам повезло и с погодой, и с наличием сменных лошадей на почтовых станциях, и с возницей, оказавшимся на редкость лихим и бесшабашным. Если была возможность сменить лошадей и ехать ночью — он менял и ехал. Поэтому нас трясло в повозке сутки напролет, и «живых» мест на мне просто не осталось. Кажется, на кочках и ухабах я отбила себе все, что можно отбить. И даже то, что нельзя, ощущалось отбитым.

В общем, Лара болела вся и целиком. Ни один полет не давался мне настолько сложно, как этот переезд. А я еще по наивности думала, что на корабле плылось плохо. Вид у меня действительно был болезненный, но после памятного разговора о Санти возница списывал все не на непривычные условия передвижения, а на мое якобы интересное положение, то и дело на него намекая.

Чем злил меня дополнительно.

В довершение всего спали мы кое-как, и дело не только в частых ночных переездах. Пару раз на нас нападали буквально средь бела дня. Война, как водится, всколыхнула разную шваль и шушеру, справедливо решившую, что властям нынче немного не до них.

Скорый почтовый, наверное, выглядел в их глазах лакомым кусочком, который можно просто остановить и ограбить. И двух разбуженных, уставших, полуголодных и оттого еще более злых магов они точно не ожидали. Мы же с Рэмом, услышав характерные фразы в духе «Кошелек или жизнь!», переглянулись, хрустнули затекшими конечностями и, думаю, надолго отбили у людей охоту нападать на безобидные с виду повозки.

Но после этого приняли решение дежурить и спать по очереди, дабы в случае чего избежать неожиданного столкновения с кем посерьезнее. Добродушия такой режим нам, разумеется, не добавлял. Поэтому покусившимся на почтовую повозку бедолагам порой оставалось лишь посочувствовать.

В столице нам надлежало в первую очередь явиться в штаб, доложить о прибытии, а после ехать к вампирам. Рэм ни в какую не собирался отпускать меня одну. И даже предупреждение, что его, скорее всего, не пустят на порог, не убавило его пыл.

В штабе же, посмотрев на нас-голодранцев, немногим отличавшихся от бандитов с большой дороги, велели не позорить армию и привести себя в порядок в казармах. Особенно это касалось Рэма, заросшего совсем не по-военному. Недельная щетина у него топорщилась и выглядела забавно, но совсем неподобающе для адъютанта верховного командующего.

На меня нашли самую маленькую форму, которую я, где смогла, утянула, решив, что лучше в свежем, пусть и так себе сидящем, чем в одежде после магического боя, гари и недельной дороги, которую с нашей бешеной гонкой и возможности нормально постирать не нашлось. Да и переодеваться было не во что.

У высокого подтянутого Рэма, само собой, таких проблем не возникло. И выданная форма, пусть и без знаков отличия, сидела на нем, как сшитая на заказ.

Дамьену я отправила сообщение загодя и получила опять почти мгновенный ответ, что они готовы и ждут. Что примечательно — в любое время суток.

Правда, освободились мы с Рэмом все равно вечером, и уже новая повозка с новым, куда более осторожным и молчаливым кучером доставила нас на место.

Резиденция вампиров в Виларе находилась в черте города, далеко ехать не пришлось. Величественное здание с колоннами, обнесенное высоким забором, расположилось на некотором удалении от других домов. Стоило нам подъехать, как ворота распахнулись, гостеприимно пропуская внутрь. Из резиденции вышли три человека с носилками, чтобы помочь нам с «грузом».

Льюис уже давно потерял товарный вид, собственно, еще при нашей первой встрече он выглядел так себе. Но перед тем, как передать вампирам, я как могла привела его в порядок, магией убрав самые заметные пятна с одежды и расчесав волосы прихваченным из казарм гребнем. Почему-то так показалось правильно. И, конечно, надела на него подвеску с крыльями.

Теперь точно все.

Мужчины легко уложили Льюиса на носилки, мы с Рэмом спрыгнули следом и пошли в резиденцию, гадая, пустят нас или нет. В целом и мое присутствие больше не требовалось, мы сдали Льюиса с рук на руки, на этом наша миссия заканчивалась.

Но я хотела убедиться, что все будет в порядке. Волнение нарастало, в висках словно стучали молоточки, я безотчетно вцепилась в ладонь Рэма, искренне радуясь, что сейчас не одна.

И во втором же зале с плотно занавешенными окнами нас встретил лично Дамьен. Строгий, серьезный и собранный, он разительно отличался от своего свободного домашнего облика, в котором я его обычно видела. Он даже на общих собраниях не особо утруждался соблюдением всех норм в одежде, вечно оставляя несколько верхних пуговиц расстегнутыми, а волосы — распущенными.

Вампир стоял в черном костюме, застегнутом наглухо, и при галстуке, черная же лента стягивала волосы в хвост. Я его даже не сразу узнала, только когда он преградил мне путь и вопросительно поднял светлую бровь.

— Дамьен? — удивилась я, оглядывая бывшего шефа.

— Привет, — одними губами, не выпуская клыков, улыбнулся он.

Кажется, среди вампиров это считалось чем-то вроде жеста вежливости.

— Привет, — поздоровалась я.

Носильщики со своей ношей замерли, и Дамьен склонился, всматриваясь в Льюиса. Долго всматриваясь.

— Мы же не опоздали? — взволновано спросила я.

— Ритуал покажет, — неопределенно ответил он и кивнул людям: — Несите в зал.

— А мы можем пройти? — В ответе я не сомневалась, но не спросить не смогла.

— Молодому человеку точно придется подождать в гостиной, — предсказуемо ответил Дамьен, удивляя вежливостью местных вампиров. Эдриана, помнится, в Ровене даже в здание не пустили. — А ты можешь пройти, но я бы не советовал, — усмехнулся он.

— Почему? — не поняла я, готовая двинуться следом за носилками. И уже было дернувшаяся за ними.

— Потому что шансы Льюиса на обращение я не знаю, а вот если зацепит тебя, то… красные зрачки тебе, конечно, пойдут… — многозначительно заметил вампир.

— Это ты поставил на мне метку? — прямо спросила я.

— Нет, — уверенно ответил Дамьен.

— А кто? — не сдавалась я.

Вампир не шелохнулся, не повел бровью, показывая, что на данный вопрос отвечать не намерен. Ну что ж, запомним.

— Езжай домой, Лара, — вместо этого посоветовал он. — А ко мне приходи завтра, можешь утром, я, так и быть, нарушу свой режим ради тебя. И Санти будет рад.

— К слову, о Санти… — начала я, а Рэм дернулся вперед, но Дамьен остановил нас жестом.

— Завтра, сейчас мне пора, — он улыбнулся теперь уже с клыками.

— Но я бы хотел поговорить… — начал Рэм.

— Завтра, — с нажимом повторил вампир, и, надо отдать Рэму должное, ему хватило ума отступить сейчас и не настаивать.

Все же полезно иметь чувство момента. Полезно для жизни.

Дамьен круто развернулся и ушел, скрывшись за двойными дверями.

С нами остался один из трех встречавших мужчин-людей, который молчал, но всем своим видом демонстрировал, что нам пора убираться.

Ну что ж, завтра так завтра.

— Куда ты теперь? — поинтересовалась я у Рэма, когда мы вышли из вампирского логова.

— Домой, — пожал плечами он. — Встречусь с мамой.

Про отца, что примечательно, ничего не сказал.

— Если хочешь, заходи к нам в гости, — немного смущаясь, предложил Рэм.

Но знакомиться с чьей-то любящей мамой я была пока не готова. И надеюсь, Рэм не расскажет, кому в итоге досталось то вкуснейшее варенье.

— Может, и заскочу как-нибудь, к тому же ваш адрес помню, — решила ничего не обещать я.

Все же с вице-канцлером у нас тогда не особо заладилось, не хочу продолжать знакомство. Да и от его супруги как-то подспудно ничего хорошего не ждалось. Кроме варенья.

Впрочем, Рэма она вырастила вполне хорошим человеком, так что, может, зря я себе напридумывала.

Отель «Сова» был все такой же — высокий, тонкий, втиснутый между двумя домами, немного обшарпанный, что только добавляло ему шарма и загадочности. Тяжелую дверь я привычно открывала с усилием и ровно настолько, чтобы просочиться внутрь, где все заливал тусклый желтый свет.

— Лара? — Портье неверяще приподнялся на своем месте. Все тот же, седой, сухой, чуть сгорбленный и ощутимо сдавший за прошедший месяц с небольшим.

Но объятия у него вышли крепкие, пусть и руки старика немного подрагивали.

— Здравствуйте, — я смутилась от подобного приема, — я вернулась, только у меня денег нет.

И за постой заплатить нечем…

Как-то я не подумала об этом сразу, наверное, стоило к Рэму напроситься… Вот бы его мама удивилась.

— Твоя комната всегда ждет тебя, — улыбнулся портье, быстро смахивая слезы.

— Спасибо. — Кажется, я тоже сейчас заплачу. Неужели хоть где-то меня всегда ждут? — А есть кто-то из наших?

— У меня никого, хотя Стелла с Зорданом только сегодня заходили, кажется, они оба сейчас в городе. — Но у них собственное жилье, это я знала. — Виро был неделю назад. А от близнецов ни слуху ни духу.

— Эти не пропадут, — улыбнулась я, хотя все же за парней было немного тревожно.

— Я больше всего за тебя беспокоился, — признался портье. — Ты все время так и норовишь влезть в неприятности.

Да уж, неприятности поджидали меня на каждом шагу, как коровьи лепешки на выпасном поле.

— У меня все хорошо, — заверила его я.

— Рад, — улыбнулся старик и протянул мне ключ с бочонком-брелком, на дне которого был нанесен номер.

А комната встретила все той же тишиной, никогда полностью не выветривающимся запахом нафталина и моим любимым скошенным окном, за которым текла река Варна. Сейчас она напоминала черную ленту в волосах вампира.

Огни города мерцали внизу, и все было невероятно спокойно, словно я попала в какой-то другой мир, где не поднималось столбов черного дыма и магические разряды не разрезали небо.

И не разрежут.

Утром я позволила себе поваляться подольше, наслаждаясь нормальной кроватью, от которой уже успела отвыкнуть в походных условиях. А затем и нормальным душем. И завтрак тоже не подкачал. Нормальная горячая еда!

Надо было зайти к шефу, то есть к Дамьену. Необходимо узнать, как все прошло. Да и любопытно, как там Санти.

В особняке меня очевидно ждали, по первому же стуку открыли двери и провели внутрь дома. В ту часть, в которой раньше мне бывать не доводилось.

Дамьен сидел за столом в личном кабинете, обставленном куда проще, чем тот большой и пафосный, в котором он обычно устраивал нам собрания с разносами.

— Ты пришла. — Вампир улыбнулся и поднялся навстречу.

— Как видишь. — Я развела руками, дескать, я тут ни при чем, как-то само так вышло.

— Я рад, — Дамьен заглянул мне в глаза, — пусть и знаю, что ты пришла ради друга. И все же.

Его красные зрачки горели и манили, как и всегда, но почему-то не вызывали у меня обычного отклика. Не завораживали. Не очаровывали, заставляя поддаться его чарам.

Я смотрела на красивого молодого человека. Или немолодого. Да и не человека. Но определенно красивого. Не очень высокий, тонкокостный и обманчиво-хрупкий, светлые волосы небрежными волнами обрамляли породистое лицо. Но я любовалась им как-то отстраненно, не чувствуя ни капли прежнего трепета и восхищения, не говоря уже про слепое обожание.

Зрачки вампира сжались в точки, он плотно сомкнул губы и отвернулся.

— Вижу, ты не теряла времени зря. — В голосе Дамьена проскользнули раздраженные, а то и откровенно злые нотки.

— Война меняет людей, — пафосно заявила я, внутренне ликуя: неужели я научилась сопротивляться его ментальной магии? С ума сойти! Вернее, теперь моему уму ничего не угрожает в его присутствии.

— Война ли? — поднял бровь вампир и внимательно прошелся по мне взглядом, остановившись на правой руке. — Не помню у тебя этого кольца, раньше ты не носила обычных украшений. Тоже военный трофей?

— Типа того. — Не рассказывать же про нашу с Эдрианом свадьбу, в самом деле?

— Значит, тебя можно поздравить? — Почему-то в голосе Дамьена угрозы только прибавлялось.

— С чем? — Руку с кольцом я на всякий случай убрала за спину, прикидывая, не пора ли начинать набирать заклинания?

— С замужеством, Лара, с чем же еще поздравляют, видя обручальное кольцо? — Говоря все это, вампир приближался, пока не подобрался ко мне вплотную.

— Если хочешь. — Я чуть отступила под таким натиском.

Вообще, как некромант я не боялась вампиров, хотя к нежити их относили ошибочно, путая с упырями. И все же именно наша магия была наиболее эффективна против них.

Но сходиться в схватке конкретно с этим я бы не рискнула.

— Почему? Неужели ты не понимаешь, что я могу дать тебе несравнимо больше, чем любой человек? — От вкрадчивого голоса у меня едва не закружилась голова.

— Так-так-так! — Я уперла руки в грудь бывшему шефу, отодвигая его подальше, чтобы создать дистанцию и несколько ослабить давление. — Я обращаться не хочу, мне и человеком неплохо живется.

— Но почему? Ты точно станешь сильным и полноценным вампиром и сможешь получить… — Дамьен огляделся по сторонам, будто прикидывая, что именно. — Все.

— Мне столько не надо.

Когда-то я мечтала стать великой некроманткой, чтобы всем доказать…

Что доказать, кому доказать? Отцу, которому до меня не было дела? Мачехе, которая меня никогда не любила и только и ждала, чтобы убрать с глаз долой? Брату и сестре, указав на то, кто из нас в итоге оказался круче? Или просто мечтала о чем-то таком, чтобы ни одна сволочь не посмела меня обидеть.

Потом я вылетела из академии, а следом и из дома. И начала летать, но уже по-настоящему. И как-то быстро поняла, что все это — мишура. Для счастья, на самом-то деле, нужно много меньше. Уж точно не это пресловутое все.

Наверное, если бы выпал случай стать кем-то, то я бы его не упустила. Вот только вампирская помощь мне для этого без надобности. Боюсь даже представить, какую цену заломит за нее Дамьен.

— Ты сам сказал, что знаешь, зачем я здесь, — напомнила вампиру я, все еще упираясь ему в грудь, готовясь в любой момент выпустить магию.

Под моей ладонью в странном ритме, но все же билось сердце, доказывая, что передо мной не нежить. Но и не «жить». Что-то совершенно иное, промежуточное.

И все-таки Дамьен сделал шаг назад, возвращая положенное мне личное пространство.

— Да, знаю, и могу тебя обрадовать. Ритуал прошел успешно, человек выжил. И больше он не человек.

— Это же здорово! — обрадовалась я. — Он теперь вампир, так?

— Так, — подтвердил Дамьен. — Не знаю, насколько сильный вампир из него получился, здесь должно пойти несколько лет, прежде чем организм полностью перестроится. Тогда станет ясно, на что он способен. Если он не сойдет с ума раньше.

Я сглотнула. Да уж, подобные перемены в себе принять нелегко, особенно когда перемены эти недобровольные. И все же Льюис жив, на сегодняшний день это главное.

— Дамьен, и у меня есть еще вопрос, — осторожно начала я. — Ты видел молодого человека вчера со мной, так вот он…

Я замялась, можно ли назвать Рэма братом Санти? А вдруг вампиры отрицают подобное родство?

— Я знаю, кто он, — раздраженно бросил вампир, — и подозревал, что ты захочешь поговорить о нем. И о моем сыне, — выделил последнее слово он.

— Рэм просто хочет познакомиться с братом. У него было тяжелое детство. И юность так себе. Да и потом тоже. — Вряд ли Рэма можно было назвать действительно счастливым, несмотря на то что у него, на первый взгляд, имелось то самое «все».

— Нашла родственную душу, — усмехнулся Дамьен. — Они могут познакомиться, я не возражаю. А будут ли они общаться с Санти — зависит только от человека и его способности нравиться детям.

— Уверена, Рэм очень постарается! — заверила вампира я. — А где сейчас Санти?

Мне бы и самой хотелось увидеть этого клыкастого мальчугана.

— Спит.

— Ах да, день же. — Как это я…

— Лара, он ребенок! А дети днем спят, представляешь? — Пусть злость на меня у вампира выветрилась, раздражение никуда не делось. Но все же он очевидно смягчился при упоминании ребенка. Его сына.

— А, что-то слышала такое, — почесала макушку я. — Ну, тогда зайду в другой раз.

— Идем разбудим, — вздохнул Дамьен, поманив меня за собой во внутреннюю часть дома. — Когда еще настанет этот твой «следующий» раз? А тебе он точно будет рад.

Святая святых вампира оказалась на удивление обычна. И, что еще поразительнее, уютна. Никаких темных тонов, все светлое и спокойное. Разве что окон в ней не хватало, их заменяли картинки с пейзажами на стенах. Санти спал и выглядел совершенно обычным ребенком, я уже шагнула к нему, но Дамьен меня придержал.

— Бужу я, — предупредил вампир.

— Какой ты собственник! — тихо поразилась я.

— Ты не понимаешь, — покачал головой он. — Спросонья и взрослому вампиру не всегда просто себя контролировать, а ребенок может броситься.

— Понятно. — На всякий случай я даже отступила подальше. — А Льюис тоже будет бросаться?

— Будет, — коротко ответил Дамьен и легонько потеребил сына.

На него Санти не бросился, открыл глаза, потянулся и зевнул, сверкнув маленькими пока клыками.

— Просыпайся, — проворковал Дамьен, вызвав у меня улыбку. — У нас тут гостья.

На этом Санти окончательно открыл глаза и привстал, а увидев меня, вскрикнул и действительно кинулся — все, как Дамьен и говорил. К счастью, отбиваться от него не пришлось.

— Лара! — возликовал он. — Как здорово, что ты пришла! У меня столько новых игрушек!

И я шутливо застонала. Кажется, я застряла в детской надолго.

В итоге целый день я провела в «Вампирской», как теперь про себя называла дом Дамьена. К тому же там, оказывается, вкусно кормили. Вампиры ели как и люди, просто помимо еды обычной им требовалось кое-что еще.

А вот на ужин предпочла не оставаться. Во-первых, детских игр с меня было достаточно. Во-вторых, ненавязчивое, но все равно ощутимое внимание Дамьена нервировало. А в-третьих, — самое главное! Мне впервые перечислили жалованье курьера по особым поручениям за все время моей недолгой, но яркой службы. Деньги для меня были более чем своевременные, так что писк браслета несказанно порадовал. Кажется, с приличной суммой на счете он даже стал увесистее и сильнее ощущался на руке.

Такая приятная тяжесть.

Поэтому первым делом я направилась в то злачное местечко недалеко от Вампирской, где мы нашей командой курьеров «Ветерка» часто проводили собрания, встречи и просто хорошие вечера.

Даже странно было идти туда одной.

Но стоило мне зайти, привыкая к полумраку, как от столика, который мы считали своим, раздалось зычное:

— Летунья!

И я радостно двинулась на голос, сразу попав в не по-женски крепкие руки Стеллы. Зордан, как и всегда, был молчалив, но необычно улыбчив.

— Так и знала, что встречу тебя здесь! — Ведьма, самая настоящая ведьма, не иначе, подвинула ко мне пенную кружку и тарелку с разными нарезками. — Наш портье сказал, что ты без денег, так что угощаю.

— С деньгами, — важно отозвалась я, дегустируя сыры. — Но все равно спасибо за угощение! Отказываться не буду.

Стелла только по-доброму усмехнулась и принялась расспрашивать меня о службе и новостях, дескать, чтобы отрабатывала ужин.

От нее же я узнала, что наши все живы. И это невероятно обнадеживало.

— Кстати! А я теперь тоже не поддаюсь вампирским чарам, представляешь? — решила похвастаться ведьме я. — Все-таки наработала иммунитет.

— Серьезно? — протянула Стелла, как-то по-новому глядя на меня. — Ну что ж, значит, за тебя можно порадоваться. Я надеюсь. — И хмыкнула как-то странно.

— Ну, с учетом того, что мы с шефом почти не общаемся, да и неизвестно, откроет ли он потом доставку…

— При чем тут доставка? Я поздравляю тебя не с «иммунитетом», а с тем, что его вызвало. — При этом ведьма опустила глаза на мои руки. — Я бы даже сказала: с кем…

И с улыбкой отсалютовала мне очередной кружкой.

— В смысле «с кем»? — Я начала подозревать неладное…

— А ты не поняла, в чем дело? — удивилась ведьма и, видя, что нет, весело рассмеялась. — Лара, да нет никакого иммунитета, ни врожденного, ни приобретенного!

— И как же я его тогда приобрела? — недоверчиво спросила я.

— А ты подумай, почему упырь не смог тебя очаровать? — хитро прищурилась ведьма. — Возможно, потому что твое сердце и мысли заняты кем-то другим?

— Да ладно! Все не может быть так просто!

— Просто? — удивилась Стелла, отставив кружку. — Нет, это непросто.

— Ну а ты… — начала было я, но тут взгляд сам метнулся к ее мужу. Ну да, все ясно. — Зордан тоже имеет такой приобретенный иммунитет?

— Конечно. Просто он у меня спокойный, поэтому упырю обычно не возражает. Но может, мы проверяли. — И подмигнула мне, погладив мужа по руке. — Кстати, иммунитет этот не абсолютный, а только на слабенькое воздействие, учти это и не обольщайся. Если сильный вампир захочет задурить тебе голову, он это сделает. А наш упырь нас просто жалел на самом деле.

— Жалел?! — поразилась я. — Ты уверена, что это про нашего шефа?

— Да, — серьезно ответила Стелла. — Ты когда-нибудь думала, почему против вампиров тяжело сражаться?

— На них магия плохо действует. — Это первое, что изучали на расоведении про вампиров.

— Магия не на них плохо действует, — не согласилась ведьма. — Как и на всех, поверь. Просто колдовать, когда тебе, по ощущениям, вскрывают черепную коробку, сложно. А вам, магам, зависящим от концентрации и заклинаний, которые нужно на руку набрать — вообще нереально. Так что запомни, летунья: упыря надо бить первой, пока он не влез тебе в голову! — напутствовала Стелла.

Да уж, ведьмам проще, их сила природная и в заклинаниях не нуждается. Правда, возможностей меньше, но им не нужно сначала набирать заготовки на пальцы, а потом их обновлять. Ведьмы колдуют сразу.

А Стелла — ведьма опытная, явно знает, о чем говорит.

— Запомню, — пообещала я.

— И да, насчет иммунитета, — подалась ко мне Стелла, а я напряглась. Не хотелось это ни с кем обсуждать, вот честно! — Любые чувства тают, запомни. Их надо поддерживать и подкармливать, как костер. Иначе все проходит, и иммунитет твой через какое-то время испарится.

— И это запомню, — вздохнула я.

Как все сложно.

Когда мы покинули замечательное заведение, Стелла с Зорданом вызвались довести меня до «Совы», но я отказалась. На улице царила ночь, и редкие фонари с ней не справлялись. Но у нас тут не Биргаро с их непонятными существами, бродящими во тьме. В Варнаве все спокойно.

К тому же мне было не в «Сову».

Я специально ограничилась одной кружкой пенного, и то из любви к Стелле. И к напитку, конечно.

Дамьен разрешил Рэму встретиться с Санти. Но не только ему. Мне тоже требовалось кое-какое разрешение.

И этой ночью меня опять ждала вампирская резиденция, а в ней Льюис. Новый Льюис, прошедший через завершающий ритуал обращения.

Вампирская резиденция стояла словно в зоне отчуждения. Летом ночная столица не пустела, в ней все равно продолжалась активная жизнь, и даже война не изменила установленный порядок вещей. Открытые летние веранды, танцплощадки, рестораны и разряженные люди, а иногда и нелюди.

Но чем ближе я подходила к резиденции, тем реже попадались всякие злачные места и тем тише становилось. Единственным звуком возле здания с колоннами был шепчущий шелест листвы, в котором чудилось предостережение.

На моей левой руке было два кольца с «бабахом», и я, исключительно на всякий случай, проверила, легко ли они снимаются.

В упырином логове меня спокойно встретили сначала люди, потом перехватил вампир и попросил следовать за ним. И все бы ничего, но следовать пришлось в подвал, возле которого я замерла в нерешительности. О моем визите сюда знал только Дамьен, могу ли я ему настолько доверять? И вообще доверять вампирам? Вот так сожрут в том подвале, а никто и не узнает.

Мой провожатый, заметив, что я остановилась, развернулся и посмотрел на меня равнодушным красным взглядом. Ему было абсолютно плевать на то, пойду я дальше или нет. Его задача — показать мне путь, а уж захочет ли пройти по нему ночная гостья…

Но ведь именно за этим я сюда и явилась.

Назвать освещение внизу тусклым было бы серьезным преувеличением. Темнота разгонялась ровно настолько, чтобы худо-бедно различать очертания предметов и не врезаться в стену. Хотя шла я все равно медленно, держась рукой за стену и осторожно ставя ноги сперва на ступени, а затем, когда лестница закончилась, и на пол.

— А можно я подсвечу? — не выдержала я, готовясь зажечь магический огонек.

— Нет, зрение новорожденных вампиров очень чувствительно, — ровно ответил вампир. — Лучше не раздражать.

Кажется, последнее относилось не только и не столько к зрению.

— Мы пришли. — Вампир остановился, указывая на решетку, отделяющую большое пространство подвала. Во всяком случае, других стен я в темноте не разглядела.

— Спасибо, — озадаченно поблагодарила я провожатого.

Больше всего это напоминало даже не тюрьму, там обычно маленькие камеры. Просторный вольер для опасного хищника — вот первая пришедшая на ум ассоциация.

— Близко к решетке не подходите, — предупредили меня, чем только уверили в правильности сравнения.

— Вы уходите? — Я удивленно заметила, как вампир возвращается назад.

— Здесь сложно заблудиться, — отозвался он, даже не обернувшись. — Вы вполне сможете найти обратную дорогу сами.

И я осталась одна.

От желания набрать заклинания ладони начали зудеть, и я потерла их друг об друга.

Если бы это было небезопасно, меня бы не оставили одну. Наверное. Да и решетка выглядела надежно.

В темноте вольера почудилось какое-то движение, от которого у меня мороз по коже прошел. Или здесь просто прохладно?

— Льюис? — шепотом позвала я. — Ты здесь? Это я, Лара.

И сделала пару шагов к клетке, но так, чтобы до меня нельзя было дотянуться через прутья.

Сердце гулко билось в груди, и я, затаив дыхание, напряженно ждала ответа.

И темнота внутри зашевелилась, затрепетала, словно марево в летний зной. Кажется, человеческая фигура, что медленно приближалась ко мне, была вся соткана из этой тьмы.

Я непроизвольно шагнула назад.

— Льюис? Это ты?

Может, у вампиров живет чудовище, которое они пожелали подкормить?

Не выдержав, я сняла одно кольцо и сжала в кулаке, готовая использовать его при малейшей угрозе.

Силуэт приближался.

Мои нервы напоминали перетянутую струну, которая того и гляди лопнет.

И только когда он подошел вплотную, обхватив прутья решетки руками, я смогла разглядеть черты и выдохнуть.

Это действительно был Льюис.

Или уже нет?

Его глаза слабо мерцали красным, напоминая едва тлеющие угольки в костре.

И все же он жив, насколько могут быть живы вампиры.

— Льюис, — в который раз повторила я. — Как ты?

— Зачем? — только и спросил он чужим сиплым голосом, как после сильного долго крика.

— Ты умирал, — я почувствовала, как подступает к горлу ком. — Другого способа спасти тебя не было.

— Это не спасение, — ответил Льюис и отвернулся в сторону.

— Ты сможешь найти вампира, который сделал это с тобой, — привела еще довод я, понимая, что довод «ты жив» сейчас не сработает. — Который развязал войну.

— И что потом? — по-прежнему глядя в сторону, спросил Льюис.

— Не знаю, — мне не хотелось врать, — но, может, ты привыкнешь.

— К чему? — Льюис вновь повернулся ко мне, его глаза засветились краснотой вполне отчетливо. — К тому, что, глядя на тебя, я вижу кровь, бегущую по венам, и мечтаю вонзить в тебя клыки? К выжигающей изнутри жажде? К холоду, от которого не согреешься?

Я хотела возразить, объяснить, донести, а потом неожиданно для себя разозлилась. Нет, реакция Льюиса понятна и предсказуема, но ведь я столько сделала, чтобы он не умер! Я его из самого пекла вытащила, договаривалась ради него с людьми и вампирами! Подвеска-крыло, которая и теперь висела на его шее, тоже досталась мне непросто.

— Есть те, кто живет без ног или рук, — медленно начала я. — Или мучаются от постоянных болей, медленно умирают и не могут ничего поделать или изменить это. И знаешь, они бы наверняка с радостью поменялись с тобой местами! Подумай об этом.

После этого я круто развернулась и пошла прочь. Льюис не из тех, кого стоит жалеть, он и сам скоро все поймет. И сам справится и научится жить по-новому.

Я оглянулась перед тем, как шагнуть на лестницу, различив в темноте два горящих глаза.

— Эдриан был очень рад, узнав, что ты выжил, — негромко сказала я, зная, что вампир услышит. — И я рада.

На этом мое посещение можно было считать состоявшимся.

А в «Сове» меня ждал неожиданный сюрприз.

Рэм с цветущим всеми оттенками синего и фиолетового правым глазом, заплывшим до состояния щелочки, сидел на потертом диване.

— Ого! Это кто тебя так? — с ходу спросила у парня я.

— Да у нас тут с отцом разговор случился, — отвел здоровый левый глаз в сторону он.

— Вижу, беседа вышла интересной, — усмехнулась я.

— Очень, — подтвердил Рэм. — Настолько, что я теперь живу здесь, этажом ниже тебя.

Вот это новость!

— А почему? Тебя выгнали из дома? — поразилась я. Все же вице-канцлер должен дорожить своей репутацией…

— Я сам ушел, — гордо ответил Рэм. — Решил, что раз ты смогла, то и я смогу. — Да, дурные примеры заразительны… — И уже начал волноваться, время за полночь, а тебя все нет.

— Не боись, я не пропаду, — отмахнулась я. — Навещала Льюиса.

— И как он? — Рэм тут же посерьезнел.

— Он теперь вампир. — А что еще добавить? — Ты бы лед приложил.

Фингал вышел знатный, заметный издалека.

— Да ну, само заживет, — отмахнулся Рэм.

— И с братом так знакомиться пойдешь? — прищурилась я.

А Рэм растерялся, кажется, об этом моменте он не подумал.

— У меня есть мазь, — скромно подал голос из-за стойки портье. — Я уже предлагал молодому человеку.

— Бери, — скомандовала я. — А то Дамьен тебя на порог не пустит.

И это был весомый аргумент.

— Я еще в штаб сегодня вечером успел зайти, — уже на лестнице сообщил Рэм. — Подал заявление на перевод в отряд боевых магов.

— Короче говоря, ты пошел вразнос, — улыбнулась я.

— Решил, что раз ушел из дома, то мне теперь все можно, — кивнул Рэм. — Так вот, командующий возвращается в Варнаву.

— Ого! С ним все в порядке? — Рихард Конард мне всегда нравился, не хотелось бы, чтобы с ним что-то случилось.

— Не поверишь, но Ровена предложила временное перемирие, — выдохнул парень, сам, кажется, не до конца переваривший данный факт. — У них там что-то произошло в верхах, и они отозвали свои войска. Причем едва ли не сразу после того, как практически взяли крепость Монгейт. То есть легко бы продолжили наступление вглубь.

— Ничего себе… — протянула я.

Неужели отец Эдриана сумел-таки чего-то добиться и доказать?

— Но в боевые маги я все равно переведусь, больше сидеть при штабе не собираюсь, — закончил Рэм.

— Удачи. — Я хлопнула его по плечу и задумчиво поднялась на свой последний этаж.

За окном моей комнаты ночь укрывала Варнаву. Но темнота никогда не бывает беспросветной. Наверху рассыпанным зерном серебрились звезды, а чуть особняком ото всех — полукруг Отца. Внизу роем светлячков желтели фонари.

А еще мне вспомнились красные глаза в подземелье. Уверена, и Льюис скоро поймет, что в темноте есть свое очарование. Например, в ней лучше виден свет.

Эпилог

Следующие дни Варнава кипела. Новость о неожиданной передышке распространилась быстрее лесного пожара. Теперь все пытались понять и спрогнозировать, что дальше. Перемирие — это еще не мир.

Рэм, дико волнуясь, таки познакомился с Санти и, разумеется, понравился мелкому с первого взгляда. А с учетом того, что Рэм мог без устали играть в войнушки, для чего притащил большую коробку со своими же солдатиками…

— Как знал, что пригодятся! — радостно заметил он, когда мы покинули Вампирскую. — А то моя мама все пыталась раздать по приютам, столько игрушек моих отдала, пока я в академии учился, — взгрустнул этот великовозрастный мальчик.

В «Сову» возвращались курьеры. На шее Виро я висела долго, зная, что она у друга крепкая, двух таких, как я, выдержит. И близнецы прилетели, правда, теперь они были уже не так похожи: у Вилли через левую щеку шел тонкий, но заметный шрам, а у Тилли не хватало верхнего кончика правого уха и шевелюры, подпаленной шальным заклинанием.

Про Мориса я рассказала остальным в нашем любимом заведении, недалеко от дома Дамьена.

— Ну что ж, будем надеяться, что он выживет и вернется. А там уж мы с ним разберемся, — кровожадно усмехнулась Стелла, и все ее поддержали.

Рэма приняли как своего. Он сперва держался особняком, вроде как не курьер, но быстро влился в нашу компанию. Вернее, влили его близнецы, с которыми Рэм оказался знаком еще по академии и учился в параллельных группах.

— Ни в одной попойке не участвовал, — сдал нам Рэма Тилли. — Не хулиганил, занятия не срывал, занимался прилежно.

— Короче, зря только в академию поступал, — закончил за него брат.

И кажется, теперь Рэм тоже понимал, что в академии магии можно было не только учиться, а проводить время куда интереснее.

Грег приехал, когда я начала за него порядком беспокоиться. Просто в один прекрасный день у меня в груди заныло так невыносимо, и ноги сами понесли куда-то по улице. Даже с ужасом подумала, что это метка активировалась, но потом издалека заметила худую фигуру Грега. Он задумчиво брел по улице, шевеля пальцами и губами. Один раз остановился, начертил что-то палочкой на земле, посмотрел и так, и эдак, потом отшвырнул палку, затер все ногой и пошел дальше, витая в своих схемах и формулах. Пару раз споткнуться на ровном месте умудрился.

— О! — обрадовался друг, в буквальном смысле наткнувшись на меня. — Нашел!

— Кто кого нашел! — не согласилась я, стискивая эту несносную личность в объятиях.

В волосах что-то кольнуло, и я вытащила небольшой гребешок. Не совсем такой, как был у Доры, с витиеватой гравировкой Л. Д.

— Как и обещал, — надулся от гордости Грег.

— Ты настоящий друг и артефактор, — похвалила его я.

От Грега я узнала, что некроманты пока остаются в армии, а вот магистр Рихард Конард возвращается для срочного совещания.

— Кто-то говорит, что война закончилась, — напоследок сказал Грег, которого я тоже привела в «Сову», постепенно заполняющуюся постояльцами. — Но мне кажется, нам еще многое предстоит. Измененных все больше, и того, кто реально занимается их созданием, найти не получается.

Я вспомнила Льюиса, которого так и не решилась навестить во второй раз. Но Дамьен сказал, что он в относительном порядке. «А ко вкусу крови со временем привыкнет».

И я уверилась, что к новой встрече через решетку пока не готова.

Верховный командующий армии магистр Рихард Конард прибыл в Варнаву через два дня после Грега. Меня он вызвал еще через два дня, когда стало ясно, что гражданские курьеры теперь без надобности, и всех рекрутированных начали распускать. Военные курьеры, разумеется, оставались, но я входить в их число не планировала и надеялась, что надеваю форму в последний раз.

— Здравствуйте, магистр! С возвращением! — Я бодро прошла в кабинет и прошагала к столу.

Удивительно, как я привыкла к верховному командующему и насколько была рада видеть его в добром здравии.

— Приветствую, Лара. — Рихард Конард привстал со стула и протянул мне руку, которую я с готовностью пожала. — Отчитывайся.

Я коротко рассказала, что с Льюисом все хорошо, и мою миссию можно считать успешно выполненной.

— Ну что ж, значит, ты нас покидаешь, — подвел итог магистр. — Но я был рад познакомиться с тобой, Лара.

— Взаимно. Я тоже рада, — искренне ответила я и положила на стол подвеску с крылом.

В последний момент пальцы едва дрогнули, разжимаясь. Это были отличные крылья.

Мужчина легонько усмехнулся, заметив мою заминку, и небрежно смахнул подвеску в ящик стола, взамен достав тубус из плотного картона с сургучной печатью.

— Прошу, — протянул он мне диплом мага. — Все как и обещал.

Я разломала печать и вскрыла упаковку. «Некромантия. Специализация: управление духами». Эх, изменили направление, да еще и сузили специализацию, Впрочем, какая разница? Теперь я полноценный маг, а не жалкая недоучка. А программу и сама освою, вон Дора не раз предлагала помощь.

К тому же диплом выписан именно на Лару Донован.

— Благодарю, с вами приятно иметь дело.

Я свернула бумагу в трубочку и вернула ее обратно в тубус.

— Это еще не все, — магистр достал похожий тубус, только куда богаче оформленный, да к тому же с королевской печатью. — Я рекомендовал тебя кое-куда. Жаль совсем терять такие ценные кадры.

Я не сдержала кривую улыбку, не собираясь принимать никакие предложения. Долг родине я отдала с лихвой, диплом получила. На этом все. Задерживаться на службе дольше необходимого я не планировала. Все-таки армия — это определенно не мое.

— Просто открой, если нет — откажешься. Насильно заставлять никто не будет, — предложил командующий, сцепив пальцы в замок и положив на них подбородок, внимательно наблюдая за мной.

Вздохнув, я таки вскрыла тубус и развернула второй свиток.

Верительная грамота?!

Не в силах поверить, я пробежалась глазами по строчкам, найдя главное слово. Ровена.

— Я согласна.

— Рад, что не ошибся в тебе, — магистр улыбнулся так, словно ни секунды не сомневался, что я приму предложение, а после встал и вновь протянул руку: — Добро пожаловать на королевскую службу, Лара Донован.

Я поднялась следом и скрепила наше рукопожатие.

— Тебе полагаются новые крылья, — на стол легла невесомая подвеска-крыло из прозрачного, словно стекло, камня, переливающегося на свету всеми цветами радуги.

Мои третьи крылья. Интересно, как они будут выглядеть на этот раз?

— Когда мне вылетать? — Я без раздумий взяла подвеску и застегнула тонкую цепочку на шее.

— Прямо сейчас, Лара. Ты отправляешься немедленно.

Content

Юлия Журавлева
Курьер по особым поручениям

1. Неожиданная встреча

2. Первое задание

3. Призраки прошлого

4. История капитана

5. Старая нить

6. Озеро смерти

7. Те, кто уходит в огонь

8. Особо важный курьер

9. Служебный роман

10. Призрачный шанс

11. Новый друг

12. Предложение

13. Ромашки

14. Преображение

15. Отлет

16. Морской круиз

17. Новый статус

18. Криминальные связи

19. Резиденция Ночного клана

20. Ночной разговор

21. Конец миссии

22. Караванщики

23. Возвращение

24. Настоящие друзья

25. Стратегическое отступление

26. Свет в темноте

Эпилог