Алексей Поганец

Забытая федерация

© Алексей Поганец, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2022

* * *

Глава 1

Я стоял и смотрел на восходящее солнышко, наслаждаясь моментом. Что еще нужно для счастья? Кто-то очень точно заметил, что, чтобы жить и радоваться, нужно всего две вещи: жить и радоваться. Хотя шорты не помешали бы, да еще нужно современную инженерную базу прикупить. Деньги-то есть пока. А то мною изучено только старье одно. Да и можно что-нибудь по ремонту свеженького купить. В общем, я понял, что до полного счастья еще далеко. Обернулся посмотреть на Гнома, тот тоже щурился на солнышко. И похоже, ни о чем не думал, стоял и чуть не мурлыкал.

– Ну и где твоя Ли?.. – Нет, имена тут невозможно запомнить, их выговорить-то иногда сложно. Помню, что что-то на букву «л». – В общем, где подруга твоя, что не летит за нами? Пора по магазинам, а то шорты все разберут. Так и буду в комбинезоне по жаре бегать.

– Что бухтишь, как старый реактор, вон – уже летит. – И Гном показал пальцем на приближающийся глайдер.

Ну и ладненько. В свой домик заходить не нужно. Автоматически только на меня дверь открывается, так что закрыто уже. Позавтракаем там где-нибудь, не знаю еще, что у них здесь – торговые центры или рынки. Думаю, и там и там есть закусочные. Не будут же в ателье шорты шить.

Вот наконец-то подлетел глайдер на стоянку. Мы шустренько подошли к нему. Только вот нас здесь ждал сюрприз, прилетела немного не та, кого ждали. Как только подошли, из глайдера вылетели три небольших мячика-дрона, явно камеры. А вот эффектно появилась хозяйка этих дронов. Я уже говорил как-то, что здесь коррекцию красоты можно в медкапсуле делать, хватало бы денег. Ну и правда понятие о красоте разное, кто-то, наоборот, себя уродует, подстраиваясь под непонятные стандарты. Тут же сошлось все, как надо: и наличие денег, и наличие вкуса. Из глайдера нам навстречу вышла нимфа. В очень обтягивающих шортиках и практически прозрачном топике. По-моему, ее пропорции вычисляли математически, прежде чем корректировать тело. Уж больно все хорошо было. Единственное, что портило картину, так это неживое лицо, как будто улыбающуюся маску надела, и бирюзовые глаза были не глубокими и пустыми.

– Здравствуйте, я Ринда, представляю гуланскую службу новостей. Могу я вам задать пару вопросов?

Что это за служба? В душе не чаю. Но чую, нужно придуриваться слегка, а то не отстанут, не переиграть главное.

– А что ж не ответить, можно и ответить.

– Скажите, как вам пришло в голову вызвать на поединок тетрарха центральных областей?

– Ну, мы не местные будем, а на ваших тетрархах не написано, кто они такие. Но все равно хочу извиниться, что важного человека от дел отвлек.

– А как вам удалось выиграть поединок?

– Ну, случайно, конечно. Он меня так, я ему так. А потом, когда он мне руку проткнул, я, конечно, осерчал и стукнул что было сил, да по голове нечаянно попал. А удар-то у меня хороший. Помню, как выйдем зерно-то молотить, я-то…

– Хорошо, а когда с ним выпивали, о чем разговаривали?

– О… не, выпивали-то мы мало, а вот говорили да. Мне ваш начальник рассказал, почему планеты на солнце не падают, потом объяснил, почему официанток нельзя по попе гладить при людях. Вас-то можно погладить? Тут людей нет.

И я, растопырив руки, пошел на сближение.

Ринда взвизгнула, вывернулась и отбежала от меня.

– Нет, тут тоже люди смотрят.

– Да? – делано удивился я и осмотрелся по сторонам. Задержался взглядом на Гноме. – На него не смотрите, он никому не расскажет.

– Все равно нельзя.

– Ну, как скажете.

– Спасибо вам за интервью… Это была Ринда, смотрите нас на гуланских новостях. Ви-ай.

На этих словах, пока она отвлеклась, я все-таки ущипнул ее за идеальную попу. Она подпрыгнула и снова убежала от меня. Издалека попрощалась и быстро ретировалась в свой глайдер.

Гном покатывался от смеху.

– С тобой не соскучишься, – сказал он, глядя на отлетающий глайдер. – Ты первый, кто ущипнул мечту всех подростков, тебя поклонники побьют.

– Скучно, – сказал я стандартной фразой, оправдывающей все непотребные дела.

– Ну и сыграл хорошо, в тебе актер погибает. Бросай свои паяльники, иди в актеры. Денег точно много будет, хоть реактор на них топи.

– Она в суд-то не подаст? – Запоздало ко мне пришла мысль про феминизм и все такое.

– Не, не переживай, она к тебе на участок без разрешения вторглась.

– А вон смотри – подруга твоя летит за нами.

Мы молча загрузились в глайдер. Прогулка над морем на больших скоростях. И вот мы подлетели к острову, который выглядел, как муравейник. Тысячи глайдеров взлетали и садились, над многоэтажными строениями шло постоянное шевеление. На верхних этажах галоэкраны показывали рекламу, зазывая в свой торговый центр. Наша провожатая уверенно села на крышу одного из торговых центров.

– Так, ребята, я вас тут покину ненадолго, мне кое-какие дела нужно утрясти, – сказал Гном и ушел в другую от нас сторону.

– Ну что, веди, – сказал я провожатой, и она повела меня лифтами и эскалаторами в магазин с шортами.

– Вот, это лучший магазин.

– Хорошо, сейчас проверим.

К нам подлетели девчата в форменной одежде.

– Что желаете?

– Мне майку, шорты, тапочки.

– Вот, примерьте это.

Я провел руками по шелковой ткани, шелк был приятный на ощупь. Но я не любитель шелковых штанов.

– А сколько это стоит?

– Да вы примерьте и на обувь посмотрите, это кожа рептилий из аграфского мира, а материал из диких миров.

– Цену назовите, – немного грубовато сказал я.

– Всего восемьсот тысяч за комплект.

Опупеть, да это цена моего бота. Я повернулся к провожатой.

– Я резко захотел тапочки из кожи молодого дерматина.

– Кого? Тут такие не водятся.

– Пойдем, говорю, туда, где, шорты кредиты стоят, а не тысячи. Есть тут такое место? Вы сами-то где одеваетесь?

– Ну, есть, конечно, на нижних этажах.

– Вот и пойдем туда, вы меня с кем-то спутали. Девчата, спасибо за беспокойство.

Я откланялся.

Провожатая немного надулась, видно, ей процент с этого магазина шел. И мы поехали на лифте до самого дна.

– Пойдем – позавтракаем, а то с утра не ел.

– В забегаловку тоже вести?

– Не дуйся, на твое усмотрение. Угощаю.

– Ну, смотри.

И она улыбнулась зловещей улыбкой. Я на секунду испугался, вдруг омаров закажет из горного озера из центра галактики. Да ладно, чай, потяну.

Заказала она действительно омаров или похожих ракообразных. Только в забегаловке на улице под тентом, где натуральный китаец обжаривал их тут же на плите. Причем ракообразные были местные, из океана. Вышло довольно вкусно и не дорого.

– Ну что, пойдем, только не теряйся.

Такого столпотворения я откровенно не ожидал. Это не рынок, это настоящая толкучка. Товар у продавцов не только лежал в их секциях, но и занимал все свободное место, продавали здесь всё. Я с подсказкой провожатой купил-таки себе два комплекта легкой одежды и пару плавок. Потратил при этом меньше тысячи. Дальше ходил, толкался уже просто так. Заходил, рассматривал ножи, глайдеры, конечно, заинтересовала антикварная лавка. Впрочем, тут были одни подделки. Вот большая секция с ремонтными дронами. Это мое, мне сюда нужно. Провожатая ходила за мной с кислым лицом, нужно будет ее как-то отблагодарить. Ей явно не интересно то, что я смотрю. Вспоминалось, как я с женой по торговым центрам ходил, когда она рассматривала товар, а у меня одно развлечение – это тележка. Интересно, как там мои на Земле?

Назад меня вернули дроны, я их чуть ли не ощупывал. Современных дронов я не видел. Первое отличие, что бросалось в глаза, современные, более изящные. Если в старых образцах, с которыми я работал, была в каждом манипуляторе куча металла, то тут была тонкая жестянка, с ребрами жесткости. Конечно, это выглядит более красиво, но ненадежно как-то. Ко мне тут же подошел консультант.

– Что-нибудь желаете?

– Да, небольшого диагноста хотел посмотреть, с последними протоколами подключений.

– Вам подороже или подешевле?

– Давайте что-то среднее.

– Тогда лучше всего местные разработки. Вот советую эти модели. Неплохой дизайн, программное обеспечение позволяет работать на высшем профессиональном уровне. Плюс доступны обновления. Причем обновление самое дешевое, что немаловажно.

– А в чем разница этих моделей?

– Ну, вот эта модель заточена на ремонт оборудования, а эта на обслуживание реакторов.

– Универсальное что-то есть?

– Есть, но вы должны понимать, что универсальное всегда уступает специализированному инструменту. Вот эта модель, думаю, вам подойдет.

Консультант показал на предмет, похожий на маленький сложенный зонтик.

– Цена?

– Шестьдесят три тысячи.

– Давай.

– Привязку сразу делать будете?

– Да.

Я перечислил нужную сумму. Дрон, хоть и подчинился мне, но на полную не подключался. Выскакивала ошибка – «устаревшая база знаний». Ничего, это поправим. Я посмотрел на провожатую, та рассматривала дроны-камеры.

– Ты чего их так гипнотизируешь?

– Да вот, всегда мечтала, но все денег жалко.

– А те дроны сколько стоят? – спросил я консультанта.

– Шесть тысяч.

Я перевел.

– Все, забирай, он твой, это тебе компенсация за бутик, наверное, там без процентов осталась.

– Спасибо. Теперь я смогу свои репортажи делать.

Подлетела ко мне, обняла и тут же занялась дроном, который повис у нее за плечом.

Все-таки подарки приятно получать, но еще приятнее их дарить.

– Ты только про меня репортаж не делай.

– Хорошо, не буду, я про природу снимать мечтаю.

– А что, у вас тут природа где-то осталась? Вроде острова и те искусственные.

– Нет, ты что. У нас много заповедников.

– Так там хищники, наверное.

– Да нет же, у нас планета первого класса, тут нет хищников, опасных для человека. Я жучков снимаю.

– Ладно, веди меня туда, где базу знаний купить можно.

– Это в другом здании.

– Тогда полетели.

Снова катание на открытых лифтах, где даже пол прозрачный. При том, что одного сквозного лифта не было, приходилось переходить по площадкам, где снова зазывали что-нибудь купить, либо приятные запахи, либо очень нужные вещи, наподобие кепки с кондиционером.

Наконец-то перелетели на стоянку другого здания, здесь и реклама была покрасивее. Да и здание можно назвать небоскребом. Я, даже будучи на Земле, мечтал сюда попасть. Офис корпорации «Нейросеть».

На входе нас встретил консультант.

– Могу чем-нибудь помочь?

– Да, хотел купить базу данных.

– Следуйте за дроном, он проводит вас.

Дрон был круглым, размером с теннисный мячик. Дрон полетел вперед, рисуя на полу зеленые стрелки. Справа был зал с окошками информации, народу туда стояло, как будто бабушки коммунальные платежи оплачивали, – не просто много, а очень много. Я на секунду испугался, что сейчас в очередь поставят. Но, слава богу, нас повели в другую сторону, туда где лифты, единственное отличие от тех, что в торговом центре, то, что они здесь были закрытыми.

Мы вышли в зале, где все стены были уставлены витринами, и тысячи контейнеров с базами знаний были расставлены тут по периметру.

– Какую базу хотели приобрести?

– Инженерную.

– Уточните.

– Ту, что по ремонту звездолетов.

– Вот прекрасная база по обслуживанию всех известных кораблей Содружества. Всего двести тысяч.

– По ремонту и обслуживанию есть?

– Есть. Это та же база, только в третьем ранге, и цена у нее несколько выше.

– Насколько?

– Восемьсот.

Тут я непроизвольно произнес:

– Скока-скока?

– Простите, но база содержит очень много лицензированной информации, это составляет почти восемьдесят процентов стоимости.

Консультант уже говорил на автомате, он для себя решил, что мы скорей всего покупать ничего не будем, а только поспрашиваем. А вот и правда, чего я спешу покупать. Нужно у Гнома проконсультироваться. Может, где дешевле взять можно. Я тут же написал Гному.

«Ну-ка, дружище, совет нужен. Нахожусь в офисе „Нейросеть“. Инженерную базу знаний тут брать, или дешевле где можно найти?»

«Бери, дешевле точно не найдешь».

Вот так быстро Гном обрубил мои надежды.

– Хорошо, а что в базу четвертого ранга входит. И какова ее цена? – спросил я у консультанта.

– Обслуживание, ремонт и частично конструирование звездолетов известных моделей Содружества. Цена четыре с половиной миллиона кредитов.

Я закусил губу. Мне просто необходима эта фигня! Но денег жалко.

– А что так дорого? Тоже лицензионные материалы?

– Не только. Туда входят лицензионные программы по расчетам, а также патентованные методы расчетов.

– Давайте. – Махнул я рукой.

– Должен предупредить, база установится, если у вас показатель интеллекта не ниже ста восьмидесяти стандартных единиц и установлены импланты памяти на достаточный объем информации.

– Да давай, беру.

– Хорошо, ваш паспорт гражданина Содружества, пожалуйста.

– Э… так я не гражданин.

– Тогда вынужден вас огорчить, можем продать вам базу только во втором ранге.

Вот это облом. Да и нафиг она, значит, не нужна в четвертом. А нужна ли мне база во втором ранге?

– Там хоть есть таблицы значений, что чему соответствовать должно?

– Собственно, весь второй ранг – это сплошные таблицы и есть.

– Давай.

Консультант нажал что-то на своем планшете, и на одном из витражей выехал запечатанный контейнер с базами знаний.

– Вот, пожалуйста, база учится довольно быстро. В ней, как я и говорил, большая библиотека данных. А они не учатся, а просто перекачиваются напрямую вам на имплант памяти.

Я подтвердил оплату и сразу вскрыл упаковку, начав закачивать базу в коммуникатор.

– Кстати, у нас есть более современные образцы коммуникаторов.

– Спасибо, меня мой устраивает.

При этих словах кристалл данных помутнел, что означает – база скачана.

– Ну, судя по скорости скачивания, ваш коммуникатор имеет только внешний вид детского. Не подскажете, где его переделывали?

– Нет, мне такой достался, я только трещинки заделал.

Стоит что-нибудь еще брать? Ведь сюда точно не попаду, а если и попаду, то нескоро. С другой стороны, денежки тоже больше так не заработаешь, иначе все вокруг миллионерами ходили бы. Тут мне явно повезло.

Я обернулся к своей провожатой.

– Пошли Гнома искать, да домой.

– Он сказал, что сам доберется. Пойдем, я тебя отвезу.

К бунгало подлетели к самому обеду.

– Пообедаешь со мной?

– Если я вам сегодня не нужна, может, меня отпустите пораньше, не терпится жучков поснимать.

– Да лети, пожалуйста.

Я же быстренько перекусил, благо пищевой синтезатор здесь был навороченный. Надел новые плавки и завалился на шезлонг, немного позагорать. Ведь последнее время из ангара не выхожу, да и из комбинезона не вылезал, тело как бледная поганка. Потягивая сок, начал просматривать интернет. Сколько тут ремонтнику оборудования платят. Что-то совсем негусто. От шестидесяти до ста тысяч в месяц. Да я за день столько зарабатывал на окраинах, а тут вроде центр. Хотя у нас же прииски, там всегда разбогатеть проще. Вот так медленно ворочая мыслями, перевернулся на спину и уснул на солнцепеке. Разбудил меня Гном ближе к вечеру.

– Вставай, ты чего. В мулонца хочешь превратиться.

Что-то мне плохо как-то.

– В кого? – ничего не соображая, спросил я.

– Людей с красной кожей не видел?

– А, видел, – ответил я, чтобы Гном отстал, и хотел перевернуться.

– Айя-а.

Вся кожа болела, я посмотрел на себя. Елки зеленые, да я обгорел на солнце. И сейчас красный как вареный рак.

– Да тебе к медикам нужно, давай нашего куратора вызову, она тебя отвезет.

– Я ее отпустил на сегодня. Какие медики, скажешь тоже. Первый раз обгораю, что ли, сейчас искупнусь, и все пройдет, – очень легкомысленно сказал я.

– Ну ты аптечку хотя бы подключи.

– Аптечку подключу, конечно.

– А я сейчас в город отдыхать, с собой не зову, у меня встреча.

– Явно с провожатой, иначе позвал бы.

– Ну, она пока не хочет, чтобы ты знал о наших отношениях.

Гном улетел на такси. Я же на негнущихся ногах, боясь сморщить кожу, пошел окунуться в воду. В воде стало чуть полегче. Только бы от соли драть не начало. Запоздало мысль пришла, и я направился в душ смывать соль. Так, где у меня аптечка была. Аптечка была в штатном месте, на поясе пристегнута у комбеза. Да что ты будешь делать, выпрыгнул красный индикатор, аптечка пустая. Вроде запасная в рюкзаке есть. Перерыл весь рюкзак. Нет. Вспомнил – выложил из него все лишнее перед поездкой. Что делать, такси вызывать, чтобы к медикам отвезли? Да не, всего лишь на солнце обгорел, какие медики. Пошел к синтезатору выбирать что-нибудь похожее на сметану. Сметана была в меню, причем охлажденная. Я взял стаканчик и начал мазаться. Обгорел в основном спереди. Спина не сильно обгорела, я еще не спал, когда лежал на животе и загорал, а вот пузо и лицо знатно покраснели. Я, по-моему, ни разу в жизни так не обгорал, да и солнце местное позлее земного будет. Вот настоящее удовольствие – мазаться прохладной сметаной по солнечным ожогам. Сметана сразу таяла и впитывалась в кожу. Хоть она была и искусственной, вела себя как настоящая. Может, и поможет как настоящая. Кое-как, боясь лишний раз шевельнуться, улегся в кровать. Завтра аптечку возьму, сегодня потерплю уж как-нибудь. Хоть весь день проспал, уснул почти сразу, голова была тяжелой.

Сенсей методично выговаривал мне за разгильдяйство. Во-первых, не взял с собой запасной, стратегически важный предмет. Во-вторых, безалаберно отнесся к неизвестному излучению. Получил тепловой удар и ожоги кожи. Благо гонять меня сегодня не стал, ограничился лекциями о вредных излучениях звезд. С показом роликов, как какую-то хрюшку выпускают на каменистую планету, залитую солнечным светом. И та начинает дымиться и обугливаться, при этом невыносимо визжа. И ведь не скажешь, что осознал и понял свою ошибку, курс мог повторно начаться. Тут лучше все молча прослушать и покивать головой.

Утро началось не с «рота, подъем!», а с со звонков в домофон и выбивания двери. Кроме того, с истошных воплей.

– Да проснись же ты наконец.

Я подпрыгнул на кровати, хватаясь за то место, где обычно висит игольник. Игольника, естественно, не было. Начал вспоминать, где он может быть, понял, где я нахожусь.

Ох-ё. До кожи вообще стало не дотронуться. Я поплелся к двери.

– Ну что тебе? – резко открыв дверь, спросил я у провожатой.

Та замерла с отведенной ногой для удара по двери. А за дверьми ночь еще, солнце только-только думало всходить.

– Что с тобой? – испуганно спросила провожатая.

– На солнце перезагорал немного. А ты чего в такую рань? Жуков фоткала да нашла клад пропавшей цивилизации?

– Что? Каких жуков?

– Ну, ты вчера вроде жуков ездила снимать.

– А, это… Ты что меня путаешь, собирайся скорей, тебя тетрах вызывает к себе срочно.

– Ему-то для чего я потребовался? Ладно, пойду комбинезон надевать.

Вот это неожиданная пытка образовалась, ну что же так больно-то.

– Скорее там. И лицо бы свое намазал чем, а то распухшее всё.

Я сосредоточенно, как минер, надевал комбез. Каждое касание отдавалось болью, приходилось дергаться, от чего было еще больнее. А чего тянуть – я рывком надел комбинезон. Ух, но так и вправду легче. Вот только он постоянно давит на кожу, вызывая терпимую, но все-таки боль. Подошел к зеркалу. Вот это харя! Лицо было распухшим, не хуже чем у того алкаша. Да еще пару волдырей вздулось. Точно, я так еще ни разу не сгорал. Хотя сгорал, конечно, но тогда пары солярки взорвались, а тут от солнца.

– Может, в медблок сначала заедем?

– Какой медблок, я тебя уже пятнадцать минут как привезти должна была, пошли быстрее, медблок потом.

Вот опять везут. Срочно… Куда? Зачем? Вот сиди и думай, что я там такого натворил. Может, из-за интервью этой куколки. А может, подробности какие всплыли. Ладно, привыкать к этому уже начинаю. Сейчас уже легче отключиться от этого. Ну везут и везут. Привезут – расскажут.

Вот мы почти бежим, хотя я пытаюсь еле идти. Провожатая чуть ли не толкает меня сзади и одновременно тянет спереди. Даже не дала как следует насладиться дворцом тетрарха. Единственное, что меня поразило – высота дверей. Ну и потолков, соответственно. Есть что-то такое, когда подходишь к огромной двери в четыре человеческих роста. Натурально муравьем себя ощущаешь, а скорее букашкой, которая ползет на прием к большому человеку. Вот совершенно бесшумно открылась створка огромных дверей и… И я ожидал всего, только не этого.

В мягком кресле сидел в полудреме Ден. Перед ним нарезала круги Остроухая. Непроизвольно на моем лице растянулась улыбка, счастье заполнило меня и начало передаваться окружающим.

– Я же говорила. Вы пытали его. – Остроухая подбежала вплотную к Дену и уткнула свой указательный палец ему в лицо.

Ден посмотрел на меня, дрема слетела с него. Он вскочил.

– Что вы с ним сделали? – воскликнул он.

– Это не я, – испуганно пискнула провожатая и спряталась за меня.

– Я так этого не оставлю, вы знаете, кто мой отец, вы пожалеете…

Я подошел к Остроухой, обнял и поцеловал, затыкая ее словесный поток. Болью отдалось во всем теле, но это ничего.

– Как я соскучился. Я люблю тебя очень сильно. И рад, что ты меня спасаешь. Надеюсь, вы знакомы. Ден, это Ви, Ви, это Ден. – При этом я стукнулся кулаками с Деном.

– Когда ты говорил, что твоя Зая летит сюда, ты хоть бы предупреждал, кто твоя Зая. Я бы в бункер спрятался.

– Я думал, ты все про меня знаешь.

– Я тоже так думал, а что с лицом-то?

– На солнышке уснул.

– Что? – вспыхнула моя Остроухая, хлопая тыльной стороной ладони мне по животу.

– А-а-а, тише, ты что? Больно же.

– Еще больнее будет. Я из-за тебя тут такой переполох навела, а он, оказывается, на солнце уснул. Ты почему сообщения не читаешь? – погрозила она мне, но видно, что уже боялась до меня дотронуться.

Я глянул на моргающие иконки пропущенных звонков и сообщений.

– Это все ладно, ты почему аптечкой-то не воспользовался, – удивился Ден.

– Истратил ее, когда ты меня продырявил.

– А у администрации гостиницы нельзя было спросить? У нас каждая гостиница медблоком оборудована.

Опять я на ровном месте сглупил, а действительно.

– Ну-у… – так и не нашел, что ответить.

– Или у вас такой вид мазохизма?

– Так, дайте ему кто-нибудь аптечку уже, – сказала Остроухая.

– Какая аптечка, пусть в медкапсулу идет. Лована, проводи.

Так не хотелось отходить от Остроухой. Видя мое замешательство, Ден сказал:

– Иди-иди, а то с такой рожей только девок отпугивать.

Я поковылял за провожатой. Вот медкапсула – как я последнее время рад их видеть. Из комбеза я вылетел, сдирая кожу, лишь бы побыстрее.

Вот закрылась крышка, вот открылась крышка. Я потрогал лицо руками, как хорошо, когда ничего не болит. Я выпрыгнул из капсулы. Тут меня уже встречал Ден.

– А где?..

– Не переживай ты так, звонить ушла.

– Не обижайся на нее.

– Да ладно, сделаем вид, что ничего не было. Ты хоть понимаешь, с кем связался?

– Честно? Не совсем.

– Ну думаю, тебе бесполезно говорить, что аграфки самые беспринципные, лживые, подлые и неверные. Они будут тебя использовать, пока им выгодно.

– Наверное, так обо всех женщинах сказать можно. Опять же, как к ним относишься, так и они к тебе.

Ден задумался.

– Может, ты и прав, что-то уж больно резко она за тебя вступалась. Пойдем – перекусим. Обед уже.

– А можно…

– Да пошли уже. Как юнец зеленый, она там будет.

Вот теперь я обнял Остроухую как следует, и счастье снова начало переливаться через край. Я просто стоял и обнимал ее. Мне больше ничего не нужно было. Что-то мне кажется, я ее больше не отпущу.

– Кхм. Молодые люди… Дикий, чтоб тебя. Отпусти ее уже, она сейчас сознание потеряет, ты удушишь ее.

Конечно, я сжимал бережно, Ден так подкалывал. Но все-таки пришлось отпустить. Быстренько проглотил еду. Кухня тут в основном из морепродуктов. Оно и понятно – весь мир из искусственных островов состоит.

Наконец Ден не вытерпел.

– Да валите уже в свое бунгало. А как наиграетесь, то жду вас в гости.

Глава 2

Как только провожатая довезла нас до бунгало, я от стоянки подхватил Остроухую на руки и понес ближе к кровати. Я месяц не видел женщин.

– Подожди… – отстранила меня Остроухая. – Мне важно знать – до, а не после.

– Ты издеваешься, потом это нельзя обсудить?

– Нет, я не хочу, чтоб у нас недомолвки были. И не хочу, чтобы мы врали друг другу.

– Спрашивай, я и так не вру тебе… почти.

– Сколько у тебя было партнерш, пока меня не было?

– Ты точно издеваешься, этот разговор можно и на потом оставить.

– Я должна знать.

– Да не было у меня никого.

– Это почти никого?

– Нет, это совсем никого.

Она посмотрела мне в глаза, я даже чуть уловил ментальное воздействие. Проверяла, вру я или нет. Она вдруг резко села на край кровати и отвернулась. Что-то нехорошее навалилось на плечи.

– Прости, ты должен знать. У меня был партнер.

Горячая волна заткнула уши и затмила глаза темнотой на секунду. Меня качнуло, кулаки сжались до хруста, а зубы до скрежета. Я медленно сел рядом с ней. Злость ушла быстро, оставив на душе пустоту и огромный камень.

– Прости, – тихо сказала она и положила свою руку на мою.

Я чувствовал, как вся моя сущность тянется к ее руке. Но обида не давала. Хотя на что я обижаюсь? Ведь сам не планировал монахом год быть.

– Не за что тебя прощать, мы вроде не договаривались хранить друг другу верность. Тем более мы же не думали, что встретимся всего через месяц, – сказал я с паузами и одышкой. Камень на душе реально давил на легкие.

– Но ты же смог.

Я молча откинулся на кровати, она улеглась сверху на меня и целовала мое лицо.

– Для чего?

– У меня кроме тебя никого не было, хотелось попробовать, как это.

– Ну и как?

– Не проси – не расскажу подробности.

Я молча лежал, закрыв глаза тыльной стороной руки. Она попыталась убрать мою руку, но я не давал.

– Нет, не думай, я не хочу рассказывать не потому, что это лучше было, а совсем наоборот, с тобой никто не сравнится. Просто мне стыдно.

Я продолжал лежать. Ревность душила. Единственная мысль в голове. Хочешь, чтобы тебе говорили правду, умей прощать. Это работает с детьми, и это работает с женщинами. Но как же это сложно! Может, послать ее подальше?

Остроухая же видно подумала, что я с ней не буду разговаривать, пока не расскажет подробностей.

– Ну ладно, сам просил. Было это четыре дня назад. Мы с моим несостоявшимся женихом Литцитцикелем встретились на симпозиуме в Арваре. После ужина он пригласил меня слетать на природу. Я, конечно, понимала, для чего. Но интересно было, что будет дальше. В общем, случилось это на сиденье в глайдере.

Для меня самого неожиданно ревность распалила огромное желание. Я молча притянул Остроухую к себе. Пусть считают подкаблучником, Да и вообще, кому какое дело, шли бы все нафиг. Мне бы главное того аграфа при встрече не грохнуть. Но это все потом. Сейчас только Остроухая, да и нет ничего лучше, когда любимая просит прощения.

Уже немного позже я лежал на спине, она у меня на груди.

– Зачем ты вообще этот разговор затеяла?

– Мне было стыдно перед тобой, камень прямо с души упал. Теперь так легко.

– Зато этот камень у меня в душе теперь.

Я прислушался к своим ощущениям. Здоровый камень растворился, остался холодный осколочек, где-то на диафрагме, лежал вроде и не мешал даже, но он был.

– Ну прости.

– Ведь ты могла хотя бы на потом этот разговор перенести.

– Не могла, потом ты меня не простил бы.

Я задумался, пожалуй, правда. Потом бы я ее точно не простил.

В дверь позвонили. Кого там еще принесло?

– Лежи, постучат и уйдут.

Я снова улегся. В дверь начали стучать ногой.

– Дикий, оглох, что ли? – раздался голос Гнома, которому не нужны были рупоры.

– Надо вставать, этот дверь сломает скоро.

Я надел шорты и пошел открывать дверь.

– Ну ты чего тарабанишь?

– Ты живой, что ли? Почему на сообщения не отвечаешь? Я с утра тебя найти не могу. Куратор сказала, что вернула тебя два часа назад, чем можно было заниматься два часа… Здрасьте.

Я обернулся, из спальни вышла Остроухая в моей новой майке. Ну уж очень хороша она была в ней. Я даже залюбовался. Немного заревновал.

– Привет, у него, по-моему, вообще болезнь, он никогда сообщения не читает.

– Ой, извините, я думал, что он один. Я это, пойду тогда. Как освободишься – напиши.

– Стоять, – командным голосом сказала Остроухая. – Пойдем с нами поужинаем, я хоть с друзьями Льоша пообщаюсь.

– Кого? Леши… – поправил я.

– Льошьи… – поправилась Остроухая.

– А кто такой Лешьи и кто такие друзья Лешьи? – просил Гном.

– Ты их все равно не знаешь, – ответил я, – заходи, все равно не отвертишься.

Гном подумывал, что бы придумать, чтобы свалить, но не смог. Пришлось зайти к нам.

– Ну что, партию? Пока ужин готовится, – предложил я.

Мы расставили фигуры и начали играть.

– А ты что пришел-то?

– Сообщения прочитай. И поставь уже на них звук громкий.

Точно. Открываю сообщения. Ого! Двадцать шесть штук.

Десять от Остроухой, эти пришли еще ночью. Четыре от Гнома. Я быстро просмотрел двенадцать сообщений. Девять с просьбой дать интервью. Три приглашения на разные турниры.

– Вот блин. У меня девять приглашений на интервью, оказывается.

– Ну так иди. Там деньжат немного заплатят.

– Ну их, с их деньжатами. Я в тину хочу. Не хочу, чтобы на меня пальцем на каждом углу показывали.

– Так ты сам нарисовался, фиг сотрешь.

– Шах.

Гном закрылся конем.

– Ну так что?

– Что что?

– Я тебе сообщение написал, читал их?

– А, нет, забыл.

– Да ты прикалываешься, что ли?

Я открыл переписку. Если убрать все матюки и нецензурщину на то, что я не читаю сообщения, то Гном сегодня приглашал на экскурсию на светящиеся рифы. Экскурсия от гостиницы, сбор через пару часов.

Пока я отвлекся на переписку, Гном забрал у меня ферзя за просто так. Все – дальше играть было бессмысленно, я сдался.

– Я на выбывшего. А, так вы сыграли уже? – подошла к нам Остроухая, неся поднос с каким то перекусом.

– Да вот Гном, вечно отвлечет чем-нибудь. А сам выигрывает.

– Так ты не отвлекайся. И вообще – звучит как оправдания.

– Тут Гном экскурсию предлагает.

– Доедайте и пошли.

– Может, дома посидим?

– Дома успеем насидеться, пошли давай.

– Сейчас куратора вызову.

– Какой куратор? Нужно просто согласие поставить, за нами автобус заедет.

– Так бронируй три места.

Автобусом оказалась вполне обзорная платформа-кабриолет, на двадцать мест. Верх при необходимости закрывался прозрачным пластиком. И автобус мог погружаться на глубину, превращаясь в подводную лодку.

Как только зашли в автобус, сразу маленькая девочка слишком громко закричала:

– Мама, смотри, это аграфка, – и показала пальцем на Остроухую.

Сразу весь автобус притих и уставился на нас. Мама, конечно, начала воспитывать дочь: мол, некрасиво. Но тут уже в полной тишине раздался шепот:

– Эй, смотри, это же тот чувак, который Дена побил.

– Да не, не похож. Хотя… точно он.

Остроухая села рядом со мной и, обняв, положила голову мне на плечо.

– Ой зря ты это делаешь, завтра наши фотки везде будут. Мне-то, конечно, все равно, а тебе потом не прилетит? – очень тихо спросил я.

– Ты что, стесняешься меня?

– Нет конечно же, за тебя переживаю.

– Мне уже по фигу на всех.

– А мне тем более. – Обнял ее покрепче.

Экскурсия была действительно интересной. Сначала на воде проводили солнышко. А потом в темноте ушли под воду. Коралловые рифы светились достаточно ярко. Я даже подозреваю, что тут скрытые светильники есть. А может даже только искусно спрятанные светильники и светили. Для привлечения туристов. Свет же привлекал морских обитателей. Кого здесь только не было. Различные ракообразные, от мелких креветок до гигантских раков, таких раков я еще не видел. Длинные тонкие ноги, длиной пару метров. Сам больше похож на паука. Только десять ног. Рыбок было великое множество. Экскурсовод интересно рассказывала о видах полипов, рыб и истории рифа.

Камушек где-то еще давил. Но это было ничто по сравнению с теплом, которое шло от Остроухой.

– Ты что, еще дуешься? – тихо спросила Остроухая.

– Нет. Просто тяжесть небольшая осталась.

Она молча прижалась ко мне.

Так не хотелось, чтобы завершилась эта экскурсия. Но она как-то быстро закончилась. Хотя времени и прошло два часа.

Попрощавшись с Гномом, мы пошли к себе.

Если честно, я думал, у меня сердце не выдержит извинений Остроухой. Я даже и не против был помереть счастливым. Но сердце выдержало. А утреннее «рота, подъем!» вернуло к реальной жизни. Перелетев через остроухую, я судорожно вспоминал, куда вчера улетели шорты.

– Ты опять? Не надоест тебе?

Я подлетел к ней, поцеловал и снова побежал искать одежду.

– Как будто тут кто-то третий в комнате есть, – в полудреме сказала она.

Сенсей же подбодрил меня ударом тока. Остроухая подскочила на кровати и заозиралась по сторонам.

– Кто тебя сейчас ударил?

Я наконец-то натянул шорты. Плавки точно не найду. Подлетел – поцеловал Остроухую.

– Спи, сейчас позанимаюсь и приду.

Сенсей выглядел задумчиво.

– Ты чего задумался? – спросил я его.

– Она меня начала чуять. Это значит только одно.

– Что?

– Сам узнаешь, думаю – через полгода или чуть попозже.

– Так это плохо или хорошо?

– Для кого как, обычно хорошо. Что-то ты разговорился опять, ну-ка темп прибавь. Да и вон те девки смотрят на тебя нехорошо, как будто ты сам с собой разговариваешь.

Да, что-то я привыкать к народу начинаю, уже внимания не обращаю, когда кто-то рядом есть.

Я продолжил занятия молча, только отдуваясь. Во время купания решил посмотреть, кто тут на дне живет, может, сварить кого можно. Крабы были, но до того мелкие, что связываться не хотелось. Да и не знаю еще, как тут с несанкционированной ловлей.

Как только зашел в бунгало, меня с порога встретил вопрос:

– Мне же не приснилось. Тебя что-то ударило током.

– Если я сделаю вид, что ничего не случилось?

– Я тебе все равно не поверю, я помню – прошлый раз меня тоже через тебя током стукнуло.

Я же попытался поцеловать и отвлечь ее. Остроухая отстранилась.

– Меня током не стукнет?

– Не, это программа-напоминалка, своеобразный будильник. Чтобы тренировку не проспал.

– Ты точно шизанутый. Кто себе в здравом уме такую программу установит.

– В здравом точно не установит.

– Так отключи ее.

– Не могу – она на год рассчитана.

– Не помню, чтобы у кого такие программы были. Где ты ее только взял?

– Ты дала.

– Это та база?

– Да.

– И теперь, если ты не делаешь зарядку, тебя бьет током?

– Не только током.

– То-то ты как ошпаренный каждое утро вскакиваешь, хотя я, наверное, тоже такую базу хочу. Сама не могу заставить себя спортом заниматься.

– Ну не знаю, через поцелуй такая база не передается.

Голос сбоку заставил вздрогнуть. Сенсей появился в неурочное время.

– Через поцелуй не передается, а через че вполне можно передать.

– Что это за рептилия?

Остроухая спряталась мне за спину.

– Какая рептилия? Вроде сполот обычный.

– Не об том спорите. Хочешь, я могу пять процентов своей сущности временно пересадить тебе.

– Кто это?

– Знакомься – это мой учитель, Сенсей, он учит меня самообороне.

– Вот-вот учитель, а не программа-напоминалка. Это, между прочим, обидно было, – сказал задумчиво Сенсей.

– То есть ты хочешь поделиться со мной своей шизофренией.

– Вообще-то это база древних. Помнится, ты мечтала прикоснуться к древности, ты же ученый.

– Если это древность, то конечно, – с сарказмом в голосе произнесла Остроухая.

– Ну, у тебя выбора-то и нет, как я уже сказал, это передается половым путем. И то далеко не всегда. Тебе крупно повезло, – с таким же сарказмом произнес Сенсей.

– И что, я теперь его видеть и слышать буду? Его другие не видят?

– Раньше и ты его не видела, я не знаю, почему ты стала его видеть, – вставил я свои пять копеек в разговор.

– Она знает почему, и не переживай, будешь видеть полчаса утром и полчаса во сне. И у тебя будет всего лишь мой полупрозрачный силуэт.

– А если я не хочу?

– Поздно… – развел руками Сенсей.

– Да идите вы, я не согласна.

– Это всего на несколько месяцев, потом это к другой полностью перейдет.

Остроухая, кажется, поняла, про что говорит Сенсей, поэтому сдалась как-то быстро; я же ничего не понял, с другой-то я пока не собирался встречаться на постоянной основе. Хотя жизнь непредсказуема, что завтра будет – не знаю. Может, и другая появится.

– Хорошо, я согласна.

– Ну и чудесно, до ночи тогда.

И Сенсей растворился.

– И давно ты с этим живешь?

– После того как база у меня в руках осыпалась.

– А по ночам кричал тоже поэтому?

– Да, во сне приемы разучиваем. Иногда убивают.

В дверь позвонили.

– А это я имперскую креветку заказала, доставили, наверно, уже.

Я вышел, забрал пакетик, расплатился и назад вошел, заглядывая в пакет. Два пластиковых контейнера.

– Пойдем, позавтракаем уже, а то твоя шизофрения мне голову сломала.

– Прости, я ни при чем.

Креветка же удивила: тут нарезанные ломти мяса были как со свиной шеи размером, кстати, куски, хорошо прожаренные на гриле. Не успел я насладиться нежным мясом с кисло-сладким соусом, как раздалось очень громкое ди-линь. Я аж подпрыгнул и заозирался по сторонам. Остроухая звук явно не слышала.

– Что, опять шизофрения мучает?

– Отстань от него, он в принципе хороший учитель, о моей безопасности заботится.

– А что тогда дернулся так?

– Звук сообщений выставил на полную, чтобы не пропускать.

– Так что там?

– Сейчас посмотрю. А, это Ден спрашивает, не наигрались ли мы еще… И приглашает на полуофициальную встречу к одиннадцати часам.

– Если есть слово официальная, то нужно идти обязательно.

– Значит, пойдем. Шорты только парадные надену.

– Какие шорты? Это же официальный прием.

– Тогда комбез.

– Поехали, купим что-нибудь – время есть.

Поехали так поехали.

Что может быть проще покупки штанов? Да ничего. Если только с вами нет вашей девушки. Тут у нас вышла первая серьезная ссора. Во-первых, мы два часа обходили абсолютно одинаковые магазины. Во-вторых, я хотел видеть на себе что-то похожее на классический костюм. Остроухая же пыталась вырядить меня в костюм пажа, с лосинами и шортами-буфами. Причем то, что нравилось мне, не нравилось ей.

– Ты что, хочешь в однотонном идти?

– Конечно, я же не попугай.

– Померь вот эти лосины.

– Нет, не буду я их примерять.

– Ты что капризничаешь, как маленький? Бело-голубая расцветка не нравится? Давай другую посмотрим.

– Мне вообще в принципе не нравится, я такое не надену. Все – точка, это не обсуждается.

– Хорошо, показывай, что ты хочешь?

– Ну вот, например, – показал я наобум на какой-то костюм.

– Что? Я не пущу тебя в этом. Ты что, на похороны собираешься?

– Мы так опоздаем.

– Пусть, но в этом трауре ты туда не пойдешь позориться.

– Хорошо. Девушка… – позвал я консультанта.

– Да, вам помочь?

– Помогите, мне нужно одеться на официальное мероприятие.

Девушка дернулась в сторону, где были развешаны лосины.

– Но чтобы это было не цветастое, не траурное и дешевое.

Консультант как в стеклянную стенку врезалась. Тут же развернулась.

– Тогда вам лучше посмотреть полувоенные модели. Пройдемте.

Мы прошли за ней в другой отдел. Тут были костюмы как из земных фильмов. В такие костюмы главные злодеи наряжаются. Брюки галифе, высокие сапоги, рубашка либо без воротника, либо с воротником, как у гимнастерки, и китель без пуговиц. В общем, их только для косплея надевать. Но надо отдать должное Остроухой, она нашла тут более или менее подходящий костюм. Брюки – хоть и галифе. Рубашка темно-коричневая в белую полоску с большим воротником. Сверху – пончо-безрукавка, бордовое, которое надевалось как спасательный жилет через голову и застегивалось по бокам. Я уже был согласен на всё. Поэтому согласился быстро, пока не передумала. Вместо сапог, правда, были высокие ботинки.

– Сколько с нас?

Я замер, ожидая… да даже не знаю, какую сумму ожидать. Тут и двести тысяч норма, и восемьсот тысяч вон за комплект из шорт и тапочек.

– Две тысячи триста кредитов.

Фух! Я облегченно выдохнул, конечно, и две тысячи деньги большие, но сказали бы двести – пришлось двести отдавать.

Я оделся, покрутился, неожиданно хорошо смотрелось.

– Подлецу все к лицу… – пробормотала Остроухая, явно довольная моим видом.

– Всё уже, пошли. Еще полтора часа осталось.

– Куда? Сначала заедем – я переоденусь.

Куратор подхватила нас на стоянке и помчала в бунгало, а затем во дворец.

Вот снова огромные двери настраивали на то, что идешь на прием к большому человеку. Ден встретил нас на пороге своей усадьбы, что обозначало, что мы для него дорогие гости.

– Вивикритаэллела, вы сегодня обворожительны.

Стукнувшись с хозяином кулаками, я с завистью произнес:

– Ден, как у тебя получается ее имя выговаривать?

– Всё очень просто, у меня учитель был аграф. Я произношение очень долго тренировал. Можешь не пытаться даже повторить, чревато травмой языка.

– Почти успокоил, а то я себя неполноценным чувствовать начал.

– Кстати, видно, что тебя коснулась женская рука.

Он осмотрел мой наряд. Это он сделал комплимент Остроухой?

– Очень приятно, что хоть кто-то заметил, – ответила Остроухая.

Я же промолчал, хоть и распирало съязвить что-нибудь.

– Пойдемте, нужно быстрее закончить с официальной частью.

Мы пошли в большой кабинет хозяина.

Стандартный кабинет стандартного правителя. Столы из красивого дерева, кожаные и очень удобные кресла. Пожалуй, себе нужно будет приобрести похожее, очень уж кресло удобное.

– Я пригласил вас сюда, чтобы утрясти одну проблему… – начал вступление Ден.

Я снова немного напрягся.

– Внимательно слушаем.

– За оказание империи Артран огромной услуги вам полагается награда. Вот проблема в том, что у тебя сеть древних стоит, поэтому стандартная награда тебе не подойдет.

– Я чего-то не знаю? Когда ты перед империей Артран отличился? – спросила меня Остроухая.

– А парень-то еще и скромный, – поддел меня Ден.

– Ну, мы с Гномом вернули похищенный нихоний.

– Что? Те самые четыре килограмма? Которые громко профукала империя два года назад?

– Четыре двести, – уточнил Ден.

– И ты отдал четыре килограмма нихония? Я тебе говорила, что ты шизанутый?

– Говорила. Последний раз утром. А до этого…

– Ты хоть понимаешь, что ты титул не ниже барона получил бы в Аграфском королевстве?

– Не получил бы… – вступился за меня Ден. – Из-за этой проблемы я вас сюда и позвал. У нас тоже могли бы титул дать, да вот проблема в «проклятии» древней нейросети. Ты же сам не дашь присягу императору на верность. Или присягнешь?

Я призадумался, а ведь верно. Чтобы получить гражданство, нужно присягнуть на верность. А против этого все мое естество вставало. В империи не просто граждане. В империи – подданные. А это значит, что скажет император, я обязан буду сделать, то есть человеком буду не свободным. Тем более с теми изменениями, что произошли со мной: если я дам кому-то клятву, я ее буду выполнять. Но император точно не тот человек, кому я присягну. Поэтому не то что титул, гражданство пролетает мимо меня. Даже в республиках и разных демократиях не смогу. Там государству на верность присягать нужно, а я это государство не настолько уважаю.

– Нет, я не смогу присягнуть.

– Ну вот, в принципе, о чем я и говорил. А проблема остается. Гражданство тебе дать нельзя, тем более титул.

Тут я ясно понял – Ден немного лукавит, мне даже барона не дали бы. Это так, теперь когда он точно выяснил, что я откажусь, поэтому и говорит об этом. Гражданство бы дали, больше бы нет.

– Дикий, почему с тобой всегда так сложно? Хотя рядом с тобой интересно, – заметила аграфка.

– Мы отошли от темы. Чем тебя наградить?

– Думаю, нашивка «Друг Содружества» ему подойдет, – сказала Остроухая.

Я только непонимающе посмотрел на нее.

– Это понятно. Но нужно еще что-нибудь.

– Деньгами?

– Думаю, соответствующей суммы империя не может себе позволить. А меньше – только обиду вызывать.

Я бы честно не обиделся, если хоть сколько-нибудь подбросили, хотя…

– База инженера космических кораблей в четвертом ранге решила бы эту проблему.

– Мы не можем дать эту базу. Этим занимается корпорация «Нейросеть». Они выбирают, кому разрешить изучать эту базу, а кому нет, причем заливка напрямую идет у них в офисе, чтобы кто-то не вынес и не перепродал. А там гражданство опять нужно, да и рейтинг гражданина там немаловажен.

– Ну, я хотя бы попробовал.

– Больше предложений нет?

Я пожал плечами.

– Есть вариант, но мне даже стыдно его предложить.

– Давай уже, на все согласен.

– Так вот, в системе Альтар мы у барона выкупили права на одну из четырех крепостей, которые обороняют систему. Проблема в том, что там чокнутый искин. Дальнобойные орудия там давно вышли из строя, а зенитные батареи мы отстрелили. Но вот противоабордажная система там вполне работает. Мы потеряли там два взвода боевых дронов, причем всухую.

– То есть вы лоханулись, купив вроде бы выгодное предложение. Поняли, что это не так, теперь и продать не можете, и вам это не нужно, потому что денег туда много уйдет, – спросила Остроухая.

– В общих чертах так. Продать-то, конечно, можем, но не за ту цену, которую могут нам за нее предложить.

– Давайте, согласен.

– Ты чего? Ты же не сможешь воспользоваться ей. Чтобы ее захватить, столько денег нужно. Проще новую купить и туда доставить. Они же не просто так от нее отказались, – удивилась подруга.

– Мне подойдет.

– Ну и чудно. Пошли тогда в беседку, морские дары, на гриле пожаренные, попробуем. Заодно расскажешь, почему от турниров отказываешься, – обрадовался Ден.

Глава 3

Как только мы вернулись в бунгало, влетел Гном.

– Пойдемте быстрее, тут на местных морских животных катания устраивают.

В общем, нам скучать тут не приходилось. Вернулись в бунгало уже затемно. А утром…

– Рота, подъем!

Я, наученный горьким опытом, шорты положил, что называется, по ходу движения. Шустро влетел в них.

– Рота, подъем касается всех.

Остроухую выгнул разряд тока.

– Не дождетесь, не сломаете меня, хоть совсем убейте. Не встану.

Я вдруг понял, что если Сенсей будет бить Остроухую током, я не вытерплю. Не знаю, что сделаю, но просто так не оставлю, одно дело – подбадривающий разряд, другое – когда твою девушку при тебе истязают. Слава богу, Сенсей был учитель, а не мучитель, и к каждому находил свой подход.

– Наивная, – усмехнулся он, подошел и сказал ей что-то на ухо.

– Гад! – в сердцах высказалась Остроухая и вскочила с кровати.

– Пошли, они без нас справятся, – сказал Сенсей, оставляя с Остроухой свою полупрозрачную копию.

Я бегал по берегу, посматривая, что там делает Остроухая. Для нее программа была более щадящей. Немного бега, остальное больше на йогу похоже. Вот бы мне такую программу.

– Размечтался, давай отжимания.

Наконец-то мы вместе приступили к водным процедурам.

– Идиот, для чего ты мне это подсадил. Я же теперь никогда не смогу до десяти часов в кровати проваляться.

Я подошел, обнял.

– Привыкнешь. Это же на пользу.

– Не хочу я никакую пользу, убери его от меня.

– А что он тебе на ушко сказал?

Остроухая как-то сразу изменилась.

– Прости, не скажу.

– Ты же сама говорила, что недомолвок у нас быть не должно.

– У тебя есть тайны, которые мне не можешь рассказать.

– Есть.

– Вот и у меня есть. Я тебе не могу сказать. Поверь, это никак не связано с другими мужиками.

– Да я даже и не думал об этом. И вообще, я еще дуюсь.

– Не, не, не прокатит уже.

– Я попробую.

– Отстань от меня, маньяк.

Я подхватил Остроухую на руки и понес в бунгало.

Дни пролетали очень быстро. Как ни пытались их растягивать, ничего не получалось. Что целыми днями ходили по экскурсиям, что лежали целый день в кровати. Дни летели. Вот пролетела церемония награждения, ничем выдающимся не запомнилась. Собрали нас, несколько сотен человек. Раздали награды. Даже не император вручал, а доверенное лицо. У меня на сети появилась отметка, что я стал владельцем станции. Хоть бесполезной, но недвижимость, в крайнем случае продам.

Гном вернулся на планету, у него дела. Оставил мне контакт человека, который грузовики в нашу систему отправляет. Это чтобы я улетел отсюда подешевле.

Мне же спешить было некуда. Остроухая оплатила бунгало еще на неделю. Если не считать утренних ругательств, занятий спортом, иногда с попытками утопить меня, то это время смело можно назвать райским. Я даже был согласен на все, даже уехать к Остроухой на условиях ее деда.

Все как всегда решилось быстро и не в мою пользу. Подходя в очередной раз к такси, я ясно почувствовал ловушку. Подхватив Остроухую через плечо, как мешок с картошкой, побежал до ближайшего большого камня, бросил ничего не понимающую Остроухую так, что пару внутренностей, наверно, отбил, и сам упал сверху, прижимая ее голову к земле.

– Ты чего? – отдышавшись, спросила она. Ничего не происходило.

– Открой шире рот.

– Отпу…

Взрыв долбанул по ушам и дернул по ступне. Сверху на нас посыпались песок, и пара увесистых камней упали мне на спину и один задел бок. Спина не болела, а вот боку было очень больно, слегка болела ступня. Тут с собой аптечки не таскали, она была в бунгало. Я ощупал бок. Кровит, но нестрашно, так, кожу содрало.

– Ты живая? – спросил я сквозь звон в ушах.

– Что? – крикнула мне в ответ Остроухая. Ясно, уши-то у нее чувствительнее моих.

Я сполз с нее, осматривая повреждения на Остроухой и в округе. Стоянки не было, с бунгало посдувало все декорации. Остался голый пластобетон. Остроухая села, держась за уши, и вдруг завизжала, уставившись мне на ногу. Я посмотрел туда же. Ерш твою медь! А ступни-то почти целиком не было. С обрубка толчками вытекала кровь. Как только увидел, так боль сразу почувствовал, до этого только саднило.

– Аптечку!

Куда там, Остроухая в ступор впала.

– Аптечку неси.

Толкнул ее и показал на бунгало.

Она наконец-то сорвалась с места и убежала. Я попытался пережать на голени артерии. Не слишком успешно. Попробовал задрать ногу выше головы, улегшись на спину, так успешнее. Вот подлетела Остроухая, активировав аптечку. Благо я их три штуки закупил, одну на входе повесил. Аптечка, прилипнув, пискнула, отдав весь свой ресурс, и отпала с красным индикатором, показывая, что она пустая. Но дело свое она выполнила. На ране проявилась быстросохнущая пена, кровь остановилась. Да и обезболивающего в кровь хорошо брызнуло. Я даже прибалдел немного.

– Вызови Службу безопасности, – тихо сказал я.

– Что? – вновь заорала Остроухая.

Ладно, сам вызову. Зашел в меню, вызвал СБ.

Ждать пришлось недолго, видимо, соседи вызвали. Подлетело несколько экипажей, спросили, что случилось. Вызвали медиков. У меня как раз наркоз отходить стал. Я снова рад медкапсуле. Вот закрылась крышка. Вот она открылась. Где Остроухая? Что с ней?

– Сколько времени я тут? – спросил я у медбрата, который помогал мне выбираться.

– Два месяца.

Ничего себе, вот это я моргнул.

– А со мной девушка была?

– С ней все нормально, она вам сообщение оставила. Просила напомнить вам – это такие мигающие значки на периферии зрения.

Мельком глянул туда. Там их под сотню. Потом разберусь.

– И что, за два месяца ступня новая отросла? – сказал я, шевеля розовыми пальцами на ступне.

– Что, не видно?

– Да не, я про другое, не пойму как?

– Все просто, наноботы берут из ваших живых тканей клетки и позиционируют их так, как должны выглядеть сосуды, нервные окончания и ткани. Всё это в питательном растворе. Дальше все просто, начинается пролиферация.

– Это что-то страшное?

– Нет. Это размножение клеток делением.

– А откуда они знают, как позиционировать?

– Так карта вашего тела в нейросети хранится.

– Ясно.

– В общем, нога у вас пока сыроватая, семьдесят пять процентов прочности, через месяц можете пинать кого хотите. А пока поберегите.

– Я вам что-то должен?

– Нет, лечение оплачено правительством.

– Куда мне теперь?

– Вас представитель СБ ждет.

– Одежда?

– Вот, стандартный комбинезон больного.

Он протянул мне восьмигранный брусок упаковки.

– На том спасибо. А шорты с майкой где мои?

– Не знаю, возможно, у СБ, а возможно, и утилизированы.

Я распаковал упаковку и надел одноразовый комбез. Появляться в нем на улице то же, что на Земле в больничной пижаме выйти. Но выбора все равно не было.

– Веди.

Идти пришлось не далеко. Тут меня встретил молодой человек в форменном комбинезоне и легкой броне.

– Пойдем.

Тут уже пришлось идти подольше, потом лететь, потом снова идти. Причем у меня было ощущение, что специально время тянут, чтоб кто-то успел подтянуться на допрос.

Наконец-то мы зашли в кабинет.

– Рассказывайте…

– Что рассказывать-то?

– Всё.

– Посадил дед репку, выросла репка большая-пребольшая. Стал тянуть дед репку, а вытянуть не может. Позвал дед бабку…

Только на Жучке наконец-то дошло, что я шутить изволю.

– Шутить в вашем положении неуместно.

– Так конкретно вопросы задавайте, я, может, о многом вообще рассказать не смогу, блок стоит о неразглашении.

– Где вы познакомились с Вивикра… Вивит эллой. С известной вам аграфкой.

На радость мне, эсбэшник так и не смог выговорить имя и решил перефразировать.

– Я не могу ответить на ваш вопрос. Своим ответом я могу нанести вред этой особе.

– Хорошо, за десять секунд до взрыва вы подхватили аграфку и скрылись за камнем. Как вы это объясните?

– Почуял неладное.

– И часто вы неладное чуете?

– Бывает иногда.

– Сейчас, например?

– Сейчас все ладно.

– Вообще ничего?

Я осмотрел комнату. Справа стена была подозрительно чистая. Если на левой висела запыленная галокартинка, а на задней – экран, то на правой даже пыли не было.

– Ну если только из-за этой стены твой начальник выйдет и даст тебе подзатыльник за то, что она чище других.

Из-за стены действительно вышел начальник и отвесил подзатыльник подчиненному. Вместе с начальником вышел смеющийся Ден.

– Ты не перестаешь удивлять.

Он подошел ко мне и стукнулся кулаком.

– Давай рассказывай, что было.

– Больно-то и рассказывать нечего. Пошел, чую неладное что-то. Смотрю, что-то мне покоя не дает. А там панель одна кверху ногами приварена. Как так? На столичной планете кто-то панель над реактором не знает, как устанавливать? А зачем к реактору лазить? Реактор только одно может, хорошо детонировать, если на него заряд подвесить. Вот я и не решил проверять, так это или нет. А сразу за камни побежал.

– Ну в общем, к тебе претензий нет.

– Может, у меня претензии есть?

– Побойся бога, за восстановление ноги знаешь сколько отвалило правительство.

– За это спасибо.

– Вот и не гневи судьбу. Вот подпиши здесь, что претензий нет. Не дурак, чай, должен же понимать, суды у государства только «свои» люди выигрывают.

– Только из личного уважения к вам, – поставил я свою электронную подпись, картинно откланявшись.

– Ну и пойдем тогда, отметим твое возвращение.

Мне бы мысли в порядок привести, но не отвертишься.

– Мою одежду найти бы?

– Что ее искать.

Молодой эсбэшник перекинул мне пакет вакуумной упаковки. Я прямо здесь, не стесняясь, переоделся.

– Вот теперь готов оторваться за два месяца.

– Размечтался, врачи предупредили, не больше одной кружки.

– На все согласен. Жрать охота, после капсулы не кормили еще.

Пока я натурально объедал буржуазию, Ден рассказывал мне новости. Покушение, как я и предполагал, было на Остроухую. Ответственность на себя взяла террористическая группировка националистов. Но на самом деле была банальная попытка ослабить конкурентов. Как я когда-то и думал, будут бить по деду через его внучку. Ко мне Остроухой точно нельзя. Не смогу защитить. Тут, в столице империи, такое творится, а что про отсталые планеты говорить. Пригонят флот да орбитальной бомбардировкой сотрут все живое.

Из задумчивости меня вывел Ден.

– Ну все, пошли, потом пожрешь. Там абонент на другом конце ожидает.

– Куда опять?

– Я обещал твоей зазнобе звонок. Когда ты из капсулы вылезешь. Иначе ее не выгнать с нашей планеты было. Заходи, только не долго, это дипломатическая линия. Поэтому не наглей. У тебя три минуты.

Я зашел в полностью изолированную комнату с одним-единственным креслом. За мной закрылась сейфовая дверь. Ну, если есть кресло, значит, нужно сесть туда. Только сел, как пиликнуло системное уведомление. Открыл последнее.

Абонент ожидает вызова, соединить?

Конечно же да. Передо мной появилась голограмма Остроухой, которая также сидела в таком же кресле. Она улыбалась, а из глаз текли слезы.

– Привет. Ты чего? Все нормально.

– Прости.

– Да за что опять? Не скажу, что мне не нравится, когда ты извиняешься, но мне больше нравится, когда ты…

– Пошляк. Все только об одном думаешь.

– Так за что прощать-то нужно.

– Я должна была встретить тебя из медкапсулы.

– Да ладно, брось. Я хоть и не видел, но знаю, деда твой наверняка тебя в охапку и домой под усиленной охраной…

– Все равно.

– На месте деда я так же поступил бы. А для меня что? Я только моргнуть успел. Еще даже соскучился только чуть-чуть, все-таки час тебя не видел.

– Действительно не злишься? – спросила она, шмыгнув носом.

– Нет, конечно, ты, кстати, за этот час круглее, что ли, стала. Это очень тебе идет.

– Ты хочешь сказать – я жирная?

– Нет, хочу сказать, что ты стала красивее.

– Ладно, времени мало. Наверное, встретимся не скоро, ты не забывай писать иногда. И не забывай, пока я не напишу, что все кончено, ты не бросай меня. Экспедиция уже месяцев через десять будет, там и встретимся. И давай – монахом не живи. А то, когда тебя встречу, у тебя все атрофируется. Всё, пока, целую, а то время.

И она, заливаясь слезами, отключила связь.

Я пялился в пустую стену, что-то в глаз попало. Посидел еще чуть, поморгал, чтобы глаза просохли. Тут открылась дверь, зашел Ден.

– Вот теперь пойдем, по кружечке пропустим, тебе это нужно.

За столом алкоголь лился в меня как вода, я абсолютно не пьянел.

– Какие планы на будущее?

– К наемникам подамся.

– Зачем? – от удивления остановив кружку на полпути, спросил Ден.

– Развиваться нужно. У меня чуть больше полгода осталось.

– До чего?

– До встречи.

– Мне кажется, что ты все-таки наивный, бабам вообще верить нельзя, а аграфкам вдвойне.

– Что-то ты больно аграфок не любишь. Печальная история была?

– Да помнишь, я тебе про учителя рассказывал, так вот это была она, я для нее был готов горы свернуть. А она, оказывается, связалась со мной, чтобы контракт на солидную сумму ушел к фирме ее брата, а не к той фирме, представителем которой я был, молодым и перспективным. В общем, меня из фирмы выгнали с волчьим билетом, и я с горя в армию пошел.

– Ну так, в итоге к лучшему же.

– К лучшему.

– Ну а что тогда расстраиваться?

– У нас могло бы получиться, она мне иногда снится.

– Так возьми и напиши ей.

– Да ну.

– Что, боишься – опять вокруг пальца обведет?

– Нет, теперь не обведет, у меня хороший учитель был.

– Значит, напиши, встретитесь, поговорите. Даже порой вот так долго не видишь кого, встретишься, поговоришь… А у тебя уже свои интересы, у нее свои. Просто помолчишь и поймешь, что чужие совсем стали. И всё, больше никаких снов.

– Этого и боюсь.

– Ладно, лететь нужно. Да и отвлекаю тебя, пора и честь знать. Гостям два раза рады, и больше, когда они уходят.

– Хорошо. Там домик при гостинице забронирован на неделю, можешь пожить. Кстати, твоя нашивка «Друг Содружества» как виза работает, можешь в любой момент прилетать. Буду рад.

– Спасибо. Мимо пролетать будешь, заходи, тоже буду очень рад видеть.

– Хорошо.

Стукнувшись кулаками на прощанье, Ден проводил меня на стоянку, где меня ждало такси.

В гостинице мой домик уже был занят, предложили другой. Я отказался, забрал свои упакованные вещи. Переоделся в закутке в свой комбез. Отвык уже от него. Рюкзак раздулся от шмоток, зато палаш приобрел футляр, который удобно вешался на спину и не мешал. Кстати, так как у меня награда, я имею право носить холодное оружие без ленточки. Ну что, пора и валить отсюда, и так задержался. Вызвал такси до лифта. Там вновь аттракцион подъема с планеты. Только сюда везли бесплатно, а обратно платить нужно. Мелочь, конечно, туда сотню, за подъем три сотни. Также никто не встречал на станции, пришлось искать кабинет СБ самому. Тут пришлось немного в очереди посидеть, чтобы свой игольник назад получить. Как только игольник встал в свое место, всё, меня тут больше ничего не держит. Набрал контакт, оставленный Гномом, тишина. Контакт вообще тускло светился. Значит, контакта этого нет в системе. Здорово. Попробовал выйти в галонет. Дудки, бесплатное всё кончилось, только плати. Оплатил на день, в услугах разместил объявление, что нужно добраться до системы Альтар, один пассажир.

Тут же посыпались предложения. Восемьсот тысяч, и мы доставим вас в любую точку галактики. Два с половиной миллиона, и персональное такси домчит вас в любой уголок галактики. И тому подобное. С час посидел, делать нечего. Набрал номер того, кто обещал за восемьсот тысяч отвезти.

– Здравствуйте, тут в услугах написано, что вы за восемьсот в любую точку галактики отвозите.

На той стороне сидела сексапильная брюнетка.

– Да опять рекламщики напутали… А вам куда нужно?

– Альтар.

– Секунду. – Она пропала с экрана, послышалась возня, какое-то движение. – Да, можем. Четыре с половиной миллиона.

– Ясно.

Я закрыл разговор.

Тут же высветилось:

Оцените качество услуги по десяти звездам.

Я вдавил единицу.

Почему вы так считаете?

Написал, что цена не соответствует предложению.

Пока звонил да писал, еще с десяток предложений. Одно заинтересовало.

Подкину за тысячу до системы Дая, это граница империи, оттуда проще будет улететь, напрямую не найдешь рейса.

Да, друг, ты мне и нужен.

Где тебя найти?

Через двадцать минут бар «Звездный», что на четвертом уровне.

ОК.

Тут же включаю навигатор. Да чтоб тебя, опять платный. Заплатил. Довольно далеко отсюда. Восемнадцать минут пешком – пишет. Я пошел, срываясь на бег. Так-то должен успеть. В двух местах задержали пробки на эскалаторе. Но так как я почти бежал, уложился ровно в восемнадцать минут.

– Ты где?

– Руку поднял.

Я осмотрелся, у бара стоял пилот, возрастом ближе к пенсионному. Зато вид был неунывающий.

– Привет.

Мы стукнулись по местной традиции кулаками.

– Вир, – представился, пилот.

– Дикий, – представился я.

– А имя?

– Такое имя, благодаря одному юмористу из СБ.

– Хех, есть же и среди них люди с юмором.

– Довезешь?

– Сейчас, кофе допью и пойдем.

Как только зашел на корабль, сразу вспомнил предупреждение Гнома, чтобы слишком дешево не летал. Те корабли, что я видел на свалках, были куда целее этого агрегата. Тут заплатки из другого материала даже в коридорах были, это, славу богу, я не видел, как он выглядит снаружи.

– Знакомься, мой «стриж». Грузовой курьер аширской постройки.

– Мы хоть долетим?

– Долетим, ты только аванс перечисли, а то мне не хватает на заправку.

Что-то мне совсем боязно стало. Но пятьсот кредитов я перечислил.

– Добро пожаловать на борт, вот, проходи, каюта, трогаемся через полтора часа.

Каюта была обшарпанная с запахом старья. Надеюсь, я не провоняю.

– Да, вот это место не занимай – оно мое, – показал Вир на одну из четырех кроватей. – Остальные места свободные, экипаж в других каютах, это каюта капитана.

Я молча закинул палаш и рюкзак в специальную тумбочку у кровати. И растянулся на кровати. Так, первым делом сообщения. Ух ты, а у меня изучилась база по ремонту корпусов и инженерная база, начала учиться база по энергошинам. Нужно срочно тесты сдавать, а то забудется. Я до самого отлета сдавал тесты по двум базам. Современные допуски меня удивили. Если в старых базах прочность была двадцатикратной, то в современных кораблях закладывалась десятикратная. Или вот как в аширских кораблях – всего шестикратная, это к тому, что я именно на таком и лечу.

Перед самым отлетом еще один пассажир добавился. Молодой парень с большим рюкзаком, который торчал выше его головы. Я поздоровался. Парень угукнул что-то, закинул на верхнюю кровать рюкзак и сам уселся там же. Явно опасаясь, что его рюкзак утащат. Отлет судна не заметить было нельзя. Затрясло так, что я подумал: сейчас развалимся. По каютам разнесся голос капитана из громкоговорителей:

– Господа, мы успешно отшвартовались от станции и теперь подходим к первому кольцу для прыжка. Через пять минут прошу всех принять сидячее положение и упереться руками во что-нибудь.

Только этого не хватало. Вроде через гиперврата спокойно проходили же.

– Эй, парень, ты лучше слезь оттуда. Вон внизу пока посиди. Сейчас проскочим ворота, да назад можешь идти.

Парень молча слез, снял свой рюкзак и сел в обнимку с ним.

– Внимание, поехали, – прозвучал бодрый голос капитана из громкоговорителей.

Корабль же начало скручивать вправо-влево. Парень побелел, удерживая рюкзак. Корпус скрипел и пищал. Из новых баз я знал, что все правильно. Если делать корпус твердым, то ему нужно очень много прочности. Если же делать корпус пружинистым, чтобы он свободно работал на скручивание, то корпус можно сделать в разы тоньше. И главное, тонкий корпус при всем том страшном скрипении и сворачивании выдержит нагрузку больше, чем толстый и негнущийся. Вот только крепления лонжеронов и переборок к нему должны быть на клепках, а не на сварке. Тут же местные умельцы вместо того, чтобы заменить вылетевшие клепки, варили сваркой, тут понятно, чтобы поставить клепку, нужно как минимум снимать обшивку, чтобы к обратной стороне подлезть, а сваркой вообще ничего делать не нужно – чик и готово. Поэтому внутренние переборки рвались с жутким скрипом. Хорошо, что до несущих лонжеронов добраться сложно. Иначе порвался бы сам корпус давно.

Неожиданно все прекратилось. Парень все еще сидел, вцепившись в свой баул.

– Приглашаю всех членов экипажа и пассажиров в кают-компанию, – вновь заговорил капитан.

– Пойдем, посмотрим, – сказал я парнишке, но тот сидел не двигаясь, – ну и сиди, а я схожу.

Заблудиться тут было невозможно. С одной стороны шлюзовая, значит, нам в другую сторону. Кораблик был маленьким. Одна жилая палуба, две рабочие.

Кают-компания тоже ничем не удивила. Обшарпанные игровые автоматы по бокам, пара беговых дорожек. Экипаж состоял из девяти человек вместе с капитаном, явно половина были нелегалами. Все сидели за одним столом. Порадовало наличие двух женщин, одна была покрыта татуировками и сидела в короткой обтягивающей майке, вторая была в комбинезоне техника.

– Здравствуйте.

– О, Мия, смотри у нас свежая кровь, – сказала та, что с татуировками.

Остальные просто посмотрели на меня.

– Мия, так он по твоей стезе, вон у него нашивки выше твоих будут по ремонту-то.

– Кстати, да… – взял слово капитан. – Вы не могли бы научить правильно варить нашего техника.

– Отстаньте все. Сколько раз говорить – у меня все правильно приварено. И шов хороший.

– Так почему рвется всё?

Мия запустила вилкой в того, кто это сказал.

– Не нравится – сам иди и вари.

Видать, действительно достали девушку. А мне никак умничать нельзя, иначе врага себе наживу.

– Я так думаю, Мия не первый техник, и у всех предыдущих не получалось. Зря вы на нее взъелись, – сказал я, садясь за стол.

– А ты откуда знаешь?

– Считайте меня колдуном.

– И ты знаешь, что нужно сделать, чтобы перестало рваться? – спросил капитан.

– Знаю. Если просто шепну Мие на ухо, с вас две тысячи кредитов, если сам пойду делать, с вас сорок тысяч.

– Э-э… парень, давай выручай, как хочешь, но денег нет от слова совсем. Хочешь, перевезем что-нибудь или должны услугу будем.

– Да-да, вон Мия пусть ночью и расплачивается, – сказал один из экипажа и, как только Мия начала вставать, выпрыгнул из-за стола и скрылся за дверью.

– Достали вы все уже. И ваше корыто достало.

– Пошли.

Я взял за руку кипящую девушку и потянул за собой.

– Иди-иди, от тебя не убудет, – послышалось из-за двери.

Мия дернулась, со стороны коридора послышался удаляющийся топот. А за столом раздались смешки.

– Ну не хочешь, давай я схожу, – вызвалась татуированная девица с торчащими сквозь материю сосками. Что-то я не туда смотрю.

– Не, девчонки, обломайтесь, я по работе только зову.

– А что, потом можно будет и работу обсудить, – сказала татуированная.

– Не, я боюсь.

– Чего? Я кусаюсь нежно.

– Вот этого и боюсь – надругаетесь надо мной.

– Ну, главное, тебе понравится.

– Сначала работа.

– Гьел, может, надо мной надругаешься? – спросил сосед татуированной.

– Да легко, – сказала она и двинула ему в нос локтем.

– Дура… – зашипел тот.

– А ну тихо все, – сказал капитан. – Не отвлекайте, пусть идут, пока не передумали.

– Пошли. – Снова потянул я Мию. Выйдя в коридор подальше, спросил: – Не подумай, что я учить собрался или еще что, но если тебе нужно, я скажу, почему хорошие швы и латки рвутся. Но будет обидно, если стерпишь, то скажу.

– Говори уже, на все согласна.

– Вот смотри, как думаешь, для чего с завода тут клепки ставят? Ведь проще сразу на заводе варить. Как думаешь?

– Не знаю, не думала.

– Видишь, что весь корпус играет и что жесткого соединения тут быть не может. У тебя и в спецификации же написано, что положено на клепки ставить. Так почему вы эту спецификацию нарушаете?

– Так неудобно же.

– Ну так вари после каждого прыжка, так удобнее?

– Все, я поняла.

– Вот и вскрывай панель и загоняй туда дрона, их, надеюсь, у тебя пара есть.

– Нет, один сломан.

– Пойдем, покажешь.

В общем, я отремонтировал дрона, потом не мог смотреть, как Мия мучается одна, пришлось помогать срезать лишние заплатки, восстанавливать отверстия. И загонять клепки. Все равно заняться было нечем. Корабль все меньше и меньше скрипел. Наверное, и на основных лонжеронах клепки разболтались, но это только на большой стоянке. Про что я и сказал капитану. Наконец-то последний переход. Хоть туда мы летели всего день, обратно со всеми очередями почти четыре дня получилось. Перед последним прыжком удивила Мия:

– Возьми меня с собой.

– Ты чего? У меня девушка есть.

– Я все равно сойду на первой станции, достали они меня. А тебе помощники все равно нужны будут, я на двадцать тысяч в месяц согласна. А здесь двадцать пять получала, но капитан за месяц должен. Так-то двадцать и получала, если я у него пять месяцев работаю.

– Так на другой корабль устройся.

– Можно к тебе?

– Да пошли, только я могу оставить тебя в мастерской на полгода, мне улететь нужно будет.

– Всё, я с тобой ухожу.

Также активировалась татуированная: та пыталась меня зажать в темном углу. Что перед самым прыжком у нее и получилось, я сопротивлялся как мог, но обстоятельства были выше меня. У меня было полное моральное право. Стало ли мне легче? Нет, даже наоборот. Жалею о содеянном? Немного. Потому что год точно не вытерплю.

Вот наконец-то последний переход, и мы выходим на станцию. Капитан предложил Мие зарплату в тридцать тысяч и клятвенно обещал выплатить долги. Но, что называется, девчонка психанула и ни на что не соглашалась. Вот мы втроем последними выходим на базу системы Дая, экипаж уже весь свинтил, обогнав нас. Парень со своим рюкзаком бодро потопал в какую-то сторону. Я оплатил навигатор базы и пошел с Мией в зал ожидания. Расселись на скамейке, я заметил, что Мия поглядывает в сторону рынков, но сильно стесняется спросить что-либо у меня.

– Держи аванс.

Я перечислил ей десять тысяч кредитов.

– Спасибо, я на секунду. Только необходимое куплю.

Она сбежала в сторону рынка. Вот и думай, что ей там понадобилось, либо женские мелочи какие, либо наркотики. Ладно, придет – увидим.

Оплатил местную сеть. Разместил на услугах, что требуется подвезти двух пассажиров до системы Альтар. Звякнуло уведомление. Елки зеленые. А я так сообщения и не дочитал. Открыл, просмотрел, в основном просьба дать интервью, встретиться и так далее. Я их удалял, пробегая по диагонали. Одно сообщение было от контакта, который дал Гном.

Мне нужно отъехать, по вопросам обращайтесь…

И новый контакт. А вот это косяк. Мог бы с комфортом доехать. Вот и свежие уведомления. Согласны подвезти – от полутора до трех тысяч кредитов с человека. Выбрал среднее, за две с половиной. Грузовик отлетает через два часа. Что-то Мия пропала. Неужели кинула?

Глава 4

Мия появилась, как только о ней подумал. Я посмотрел на нее внимательно, не под кайфом ли. Вроде нет.

– Что? – спросила она меня.

– Да так, смотрю.

– Да не за наркотой я бегала, не смотри на меня так. Долги я перевела.

Ну, тоже не легче.

– Азартные игры?

– Нет, кредит брала, на базу знаний.

– Много еще должна осталась?

Она на миг засмущалась, отведя взгляд.

– Тридцать.

Что-то не то, не пойму что, но я перевел ей тридцать пять. Мне нужно набирать команду, и лучше если мне будут обязаны чем-то. Мне сейчас не напряжно, деньги пока есть.

– Идем, расплатишься.

– Может, одна схожу?

Тут снова что-то подозрительное.

– Теперь точно нет, пойдем, посмотрим на твоих кредиторов.

Точно что-то неладное, пройдя рынки, мы двигались на нижние ярусы. Вышли на уровень, где были облезлые стены и не было никаких декораций. Но все же мусора не было. Освещение не везде было, и то, что было, моргало кое-где. Один только бар выделялся деревянным фасадом, травой на газонах и ровным освещением. На траве валялось несколько пускающих слюни тел. Мия уверенно прошла в бар, я не отставая потопал за ней. Внутри бар оказался вполне себе приличным заведением. Было довольно чистенько, за столами сидели работяги. Да, некоторые немного перебрали, но вели себя в рамках. Шум, конечно, стоял хороший. За столами что-то друг другу объясняли. Если бы играла музыка, приходилось бы орать громче и было бы просто больше шума. Поэтому кто-то разумно ее отключил. Что больше всего удивило, обслуживали столики живые официантки. Мия подошла к барной стойке и спросила, где хозяин. Бармен показал на одну из кабинок, что были у стены. Через двадцать минут освободится.

– Давай перекусим, что ли.

– Можно и перекусить, тут хорошо готовят.

Мы сели за столик, выбирать особо не пришлось, они почти все были заняты. Тут же подлетела официантка.

– Что посоветуешь?

– Не знаю, я дорогое тут никогда не брала.

– А ты что посоветуешь? – спросил я официантку.

– Есть натуральное мясо с толчеными кореньями.

– Мясо не того, кто вашему хозяину долги просрочил?

– Ха, очень смешно. Наша система почти всю империю продовольствием снабжает. Так что мяса несколько видов.

И она перечислила непонятные названия.

– А есть картинки.

Она пожала плечами и начала перелистывать галоизображения животных. Тут и какие-то морские киты были, и… О… свинья.

– Вот это.

– Сейчас сделаем, напитки?

– Сок давайте… – И подумав, что сейчас начнет спрашивать «а какой?», поспешил добавить: – На ваш выбор, только вкусный, а не экзотический.

Она убежала, тут же вернулась с приборами, обычными вилками. И стаканами сока. Я попробовал – приятный. Чем-то манго напоминает.

Мия нервничала.

– Успокойся, что может пойти не так?

– Не знаю, могут не отпустить.

– А ты откуда их знаешь?

– Так я выросла в этом районе.

– Вот это удивила, тут, на станции, и дети есть?

– Конечно, это в богатых районах один-два ребенка на целый сектор. Они нищету боятся плодить, а тут в трущобах всегда детям рады.

– Подожди, это же империя, мы за границы не вылетели.

– Так империя, только империей она недавно стала, когда ворота заработали.

– И что, гражданство получили – можно же по всему Содружеству расселиться.

– Так-то все и рванули отсюда, видишь – коридоры пустые. Только вот уровень гражданства не позволяет на развитые планеты попасть, точно в такие же дыры переехали. Да и посмотрела я на цивилизацию вдоволь.

– Чем тебе цивилизация не нравится?

– Все просто, чем выше уровень цивилизации, тем меньше свободы. Мы так рвались стать гражданами Содружества, а ничего не поменялось. Только ограничений больше стало. Сейчас даже в космос работать не пойдешь, пока тебе сорок пять не будет. Поэтому я и рванула раньше в космос.

– Слушай, подожди.

Смутная догадка. Я полез искать контакты. Точно контакты Лер и Здоровяка светились в доступе, Жеи и Рыжей не было. Это ведь та система, куда Темненькая с компанией уехала.

Так, тут за доступ в сеть я вроде платил? Да на биржу же заглядывал. Я сразу написал им.

– Привет, как дела.

– Привет, ты здесь? Зайдешь?

– Нет, я на станции транзитом.

Долго висело «Абонент пишет вам сообщение», потом пропадало, потом опять «Абонент пишет сообщение». Потом тишина.

Что это с Лер – спросить что-то стесняется? Или не знает, как описать что-то? Я пока посмотрел на Мию. Вот тоже имя, выговаривается легко, а склоняется или вообще не склоняется, не знаю, как правильно. Миа, Мия или Миу. Та молча ждала, когда я закончу с перепиской. Лер так и не решилась, с чего начать. Придется мне.

– Лер, что случилось?

– Извини, мы и так тебе много должны.

– Да говори, не стесняйся.

– Увези нас отсюда.

– А что сами не улетите?

– Денег нет.

– Сколько нужно? Чтобы вы на станцию попали.

– Нужно, чтобы ты за нами заехал. Мы в столице, на Седьмой планете. Без тебя нас не выпустят. Денег около сорока тысяч нужно. Если не сможешь – мы поймем.

Блин, ну куда от них денешься. Почему-то обязанным себя чувствую. Мелькнула, конечно, мысль на задворках, что меня используют. Да и с рестораном немного не в мою пользу разошлись. Но Лер – прекрасный администратор. Она мне нужна, тем более команда ремонтников уже набирается, а командовать ими некому. Здоровяка можно тоже пристроить, у него опыт охраны есть, возможно и боев.

– Лер, без обид, я тебя выручаю, но с условием, ты ко мне в команду идешь.

– Согласна.

Видать, совсем здесь плохо, раз даже не спросила, на каких условиях.

Набрал командира корабля, который должен был нас везти дальше, сказал, что не сможем лететь. С меня снялась неустойка в пятьсот кредитов. Опять расходы.

Вот принесли жареную свинину с толченой картошкой. Ну да картошку и кореньями назвать можно. Сготовлено было все очень вкусно, сверху посыпано какой-то листвой. Назвать зеленью язык не поворачивался, просто листва с дерева, по-моему с ветлы. Да и по вкусу такие же. Поев и запив соком еду, сразу почуял, как живот заполнился, а доброта вернулась в мир. Даже подозрения насчет Мии нет.

Тут открылась дверь, и оттуда выбежали двое парней, лица были красными, но не злыми, видно взбучку получили хорошую.

– Ну что, пойдем?

– Может, я все-таки одна?

– Не, пойдем вместе, – немного лениво сказал я. Так как был сыт после еды.

За дверью кабинки все-таки нас ожидал кабинет, который я и представлял себе. Эдакое логово гангстеров. С красным бархатом на стенах. И большим круглым столом для настольных игр. За столом сидели три человека. Два бугая и щуплый мужичок с непропорционально большой головой.

– День добрый, – поздоровался я, задвигая Мию себе немного за спину, тем самым беря всю ответственность за разговор на себя.

– Добрый… – с небольшой паузой ответил щуплый. – Чего хотел?

Что-то не то, неправильность во всем.

– Я наслышан, тебе девчонка денег должна.

– Она должна не денег, а услугу.

– И что, варианта расплаты деньгами нет?

– Нет.

– Я все равно больше не летаю к столице, – влезла в разговор Мия.

– А мне какая разница, еще две посылки отвезешь и свободна, твой долг будет списан.

– Слушай, у тебя так вкусно кормят. Я объелся так, что буду считать неуважением испортить отношения с хозяином. Тем более испортить его имущество.

– Ха, тут два абордажных бота и одна турель, да и нас трое.

– Перестань. Дроны хоть и шевелятся, но оружие у них не подключено. Явно ремонтники не смогли взломать искин. Поэтому повредили оружие и движение дронов. Вот они только головами и крутят. А турель? Ты хочешь, чтобы я тебя турели лишил? Брось, давай друзьями разойдемся. Может, в будущем пригодимся друг другу.

– Шестьдесят тысяч тогда.

– Голован, ты не ошалел? У меня друзей здесь еще немало осталось, – на натуральных эмоциях вскрикнула Мия.

– Вот видишь, даже Мия говорит, это не по-дружески. Меня, кстати, Дикий зовут. Будем знакомы.

– Ладно, если по-дружески, то давай, покажи, что умеешь.

Тут левый бугай встал и сразу замер, так как мой игольник уперся ему в лоб.

– Поел же хорошо, лениво чем-то заниматься.

– Ладно, убедил, может, в будущем и пригодимся друг другу. Тридцать тысяч и забирай.

Хотя такое впечатление, что он прочитал чье-то сообщение, а потом назвал цифру. Я кивнул Мие, она перевела тридцать тысяч.

– Ну, бывай, – сказал Голован и протянул кулак. Я убрал игольник и стукнулся кулаком.

– Заведение у тебя действительно хорошее, и еда очень вкусная.

Мы вышли в общий зал.

– Нужно было мне одной идти, он так-то неплохой, местным помогает. Просто увидел тебя и решил немного денег лишних выжать.

– Да нет, смотри на это с другой стороны. Видишь, тебя ценят.

– Дальше у нас что по плану?

– Планы изменились, нужно на планету номер семь попасть.

– Пойдем, тут рейсы постоянные, нам в какой район?

– Столица.

Планета встретила морозом, солнышко было далеким и почти не грело. Не думал, что так приятно увидеть снег. Я вновь по прибытии на планету наслаждался запахами и вдыхал морозный свежий воздух. Комбинезон имел встроенную терморегуляцию, так что тело в отличие от ушей мороз совсем не чувствовало.

– Пойдем, шапки купим. В капюшонах неудобно ходить, – предложил я Мие.

Мы подошли к прилавку магазина. Здесь за прилавком сидел примитивный робот, именно такие модели разъезжали на планете в Альтаре. Интересно, куда они делись, потом-то их почти не видно стало.

– Две шапки.

– Шесть кредитов за две.

После оплаты нам передали два шарика, похожих на те, в которых бахилы на Земле продают. Там были сильно скомканные две шапки-менингитки, очень тонкие, но при этом теплые. Материал тепло держал хорошо.

– Лер, ты где?

– Тут.

У меня на карте появился маркер.

Пешком не дойти, вызвали такси. Прилетел обшарпанный глайдер производства Айшир.

Дома тут были в форме больших чумов. Или скорее эскимосских иглу. Только очень большие.

Вот здание ресторана было большим холмиком. Лер встречала нас у двери и кинулась меня обнимать.

– Я действительно очень рада тебя видеть.

– Я тоже.

– Прости, опять тебя подставляем.

– Не переживай. А где Здоровяк?

– Сейчас подойдет, за вещами убежал. Пойдем. Ты же нам поможешь?

– Да. Сорок тысяч тебе перевести?

– Да.

Мы зашли в кабинет, за столом сидела мадам в возрасте, одетая в какую-то бесформенную мешковину зеленого цвета.

– Лер? Чего тебе? – спросила она.

– Я хочу уволиться.

– Ты же в курсе, что за разрыв контракта полагается сто пятьдесят тысяч кредитов штрафа.

– Пожалуйста.

Лер перевела деньги.

– Даже так? Подумай, я могу увеличить тебе зарплату до восемнадцати тысяч в месяц.

– Простите. Мне ваш климат не нравится.

– Ну, удачи тогда, больше я не могу платить.

Мы вышли из здания, нам навстречу шел Здоровяк, нес два чемодана и здоровый рюкзак.

Мы с ним стукнулись кулаками, видно, он тоже к этой традиции империи привык.

– Ну что, погнали?

– Не спеши, нас с планеты не выпустят. Для этого как раз ты и нужен – подтвердить, что мы едем с тобой.

– Что это за крепостное право?

– Вот такое, каждая планета свои законы может вводить. Если есть кто-то знакомый со стороны, что пожаловаться может в Содружество, то спокойно лети отсюда. Если нет никого, то и сиди здесь. Официально-то это, конечно, не так звучит, но смысл такой.

– А для чего это?

– Разбегутся все с планеты. Немного неудобная она для жизни.

Отметились в администрации и свалили на станцию. Что-то мне уже на свою планету охота, в ангар свой. На станции практически сразу нашли попутный грузовик и вылетели буквально через полчаса.

– Рассказывайте.

– А что рассказывать?

– Где Жея и Рыженькая?

– Рыженькая почти сразу нашла новую любовь и с ним укатила в центр империи. Жея тут, на станции, изучила базу по стрижке домашних животных. И тоже укатила в центр. Оказывается, очень оплачиваемая профессия. Правда далеко не всем удается так, как она, прически делать, там художественная жилка нужна.

– Так не проще дронами стричь?

– Так дронами и стрижет, но вот программу задать нужно под каждую животину.

– А вы почему не поехали дальше?

– А у меня контракт, который я нарушить не могла. Денег не хватало.

– Что из тебя как клещами все тянуть нужно?

– Если ты про то, чем не нравилось, так на планете излучение повышенное. Долго тут не проживешь. Да и за что тут работать? Оказывается, мы контракт невнимательно прочитали. Зарплата-то высокая, но мы обязаны были платить всякие членские взносы в страховые фонды. В итоге оставалось всего двенадцать тысяч в месяц. А у Здоровяка еще меньше.

Я посмотрел на Здоровяка. Тот сидел с опущенной головой и молчал.

– Вы что носы повесили. Давайте расскажу, что я задумал. Мия, тебя тоже это касается. Двигай сюда ближе.

Девушка внимательно посмотрела на меня.

– У меня там, на планете, уже двое парнишек работают. Так я хочу открыть полноценную мастерскую по восстановлению старой техники. В перспективе кораблей.

– А может, ресторан откроем?

– Ресторан уже не получится, не просто так у нас его отжали. Ты, кстати, его не узнаешь, теперь он в престижный гадюшник превратился. Ты мне нужна как администратор. Пока побудешь еще и менеджером по работе с клиентами. Может, разрастемся, примешь людей потом на эту должность. А пока одна поработаешь. Чтобы вам не обидно было, чистую прибыль делим так. Пятьдесят процентов зарплата, сама будешь распределять. Тридцать процентов развитие. Двадцать мои.

– Я вообще ноль в этой сфере.

– Вот заодно и научишься.

– Здоровяк, у тебя боевой опыт есть?

– Нет, только охрана.

– Пойдет, безопасность на тебе. Контрактов заключать не буду. Поэтому лучше все по-честному давайте делать, захотите уйти – пожалуйста. Только заранее предупредите. А сейчас я прошу вас помочь мне развить свое предприятие.

– А если кто кинуть захочет?

– Я с Лер уже на доверии работал. А с некоторых пор я немного псионом стал, намерения людей чувствую, – немного блефанул я. Конечно, я чувствовал, когда кто-то пытается применить на мне ментальные техники. Но вот сам не мог. Возможно, обучения не было, а может, не настолько и псион, но знать об этом им не обязательно. Хотя… можно же блефовать и дальше. Я уставился на Мию и улыбался.

– Ну что? – занервничала она через некоторое время. – Ну да, да, Голован мой родной дядя, и ему срочно деньги нужны были. Я же их у тебя не утащила, а честно отработаю, отдам.

Я немного сначала опешил – вот это актеры. А если бы я не дал ни копейки. Хотя, наверное, не дал бы, и так обошлись. Но деньги-то маленькие. Для дяди вообще копейки должны быть. Что-то не сходится.

– Точнее.

– Точнее моей сестре деньги нужны были, дядя просто подыграл, не думали, что ты зайдешь.

– И почему просто не спросила?

– Не знаю, ты как-то сам про долг заговорил.

– И?..

– И я больше не буду обманывать.

– А если бы я вынес мозги тому бугаю?

– Я думала, что успею остановить тебя.

– Даже не знаю, что с тобой делать, очень не люблю, когда мне пытаются врать.

– Я честно больше не буду.

Опять прощать? А только так. Если хочешь, чтобы не врали, то только так. Иначе никто правды говорить не будет. Да и часто лучше наказания действует. Например, ребенок спалился, что курил. Вариантов действия три. Первое не прощать, наорать, отшлепать, в общем наказать. При таком развитии событий большая вероятность, что так и будет курить, только тщательнее скрывать это будет. Веточками будет бычок держать, чтобы дымом не провонять, прятаться подальше. Но курить будет. Для него главное не попасться будет.

Второй вариант. Простить, но ничего не сказать или сделать вид, что не видел. Скорее всего, тоже курить так и продолжит. Первый раз прокатило, прокатит и второй.

Третий вариант. Простить, но немного высказать. «Что, курил, что ли? Смотри, привыкнешь, будешь, как раб, деньги за сигареты таскать. Сейчас это круто выглядит, через пару лет уже как все будешь». Вот при этом варианте как раз больше шансов, что курить не будет.

Безнаказанность расхолаживает? Если раз прокатило – второй прокатит? Может быть, но шанс нужно дать.

– Ладно не переживай, я же вижу – гнилья в тебе нет.

– Спасибо, я не подведу.

Ну вот, изобразил псиона, сам не ожидал, что исповедоваться начнут, хотя, может, какие-то способности и подтолкнули.

– Да не за что, у нас еще ничего не получилось, как стабильно зарабатывать начнешь, вот тогда спасибо и скажешь.

Я посмотрел на Здоровяка, тот опустил голову еще ниже. Уставился на Лер. Та замотала головой. Ясно, эти тоже чего-то скрывают.

– Потом объясню. В дальнейшем точно не предам, – сказала Лер, я почувствовал, что говорит правду, по крайней мере сама верит в это.

– Забудь. Не надо ничего объяснять.

– Спасибо.

– Да, забыл сказать… Мне нужно будет оставить вас на полгода. Будете справляться одни.

– А ты куда собрался?

– Нужно опыта набраться, еще команда бойцов нужна.

– Зачем тебе бойцы? – спросил Здоровяк. – Воевать хочешь?

– Хочешь мира – готовься к войне, – сказал я избитой фразой.

Полет протянулся довольно долго, грузовик разгонялся практически два дня. Да и прыгал всего на пять систем. Зато переходы гиперпространства чувствовались значительно меньше. Что этому было причиной – мне пока было не понятно. Масса ли грузовика, хороший навигатор, или же я просто привык уже. Говорят, первые разы переход трудно проходит, потом легче. Нудное сидение в четырех стенах прошло тоже не в пример легче. Базы знаний у меня учились все быстрее, понятно – они одна другую перекрывают. По-хорошему я уже скоро универсал по ремонту буду. Мне и база инженера не нужна будет, я скоро изучу весь комплект баз по ремонту. Баз нового образца у меня нет, но они мне и не нужны, самое главное – данные есть из инженерной базы, а как отремонтировать, я уже соображу. Все равно, как я посмотрел, ремонтируют все как проще, а не как положено. То есть база знаний человека в робота не превращает, делают все равно как удобнее, да еще и альтернативные способы ремонта изобретают. Значит, и я смогу изобрести что-нибудь.

Вот наконец-то мы и дома. Да, пока только на станции, тут уже стало все знакомое. Прошлись до вокзала. Полчаса, и на боте полетели вниз. Ближайший рейс, правда, был до Центрального района, до Южного через два с половиной часа. Ждать желания не было совсем. На такси доедем.

Как там ангар? Не спалили его мои двое работяг?

От Центрального летели на платформе-автобусе, явно не моей переделки. Но скорость была не более шестидесяти. Похоже, вняли голосу разума, и профсоюз всем ограничение такое ставит.

А вот и ангар. Целый стоит, уже хорошо. Заходим, работа кипит, один что-то режет, другой паяет.

– Эй, орлы.

Подаван с Яром перестали работать, молча подошли. Ну-ка. Я пожал руки обоим. Пусть привыкают к новым традициям.

– Вот знакомьтесь. Мия, Лер, Здоровяк. А это Подаван и Яр. Значит так, вот два пустых контейнера. Выбирайте, чья где комната будет. Деньжат заработаете – в город переедете. А пока, Мия, сама себе мебель сделаешь, если помощь нужна, вот тебе Яр в помощь. Лер, вам Подаван в помощь. Что скажете – сделает.

– А можно я тоже контейнер себе оборудую, – спросил Яр.

– Что случилось?

Яр отвел взгляд в сторону.

– Отца схоронил.

– Конечно же можно. Держись.

Я стукнул его по плечу.

– Больше месяца прошло, привык уже.

– Ладно, Подаван, Яр, пойдемте – расскажете, как у вас дела.

Мы сели в «красном уголке».

– Ну?..

– Ну не очень. Прибыль идет только с восстановления старых дронов, и то пошла, как Гном приехал. Основные средства у него. В ремонт не очень несут технику, платформы вообще ни одной не пригоняли.

– Подаван, ты почему молчишь?

– Ничего, – буркнул он.

– Яр, что у вас случилось?

– Поругались мы, не разговариваем.

– Мне было бы все равно, если бы не страдало дело. Подаван, ты распоряжения Яра все выполнял?

– Нет.

– Яр, из-за этого в ремонт не несут?

Яр молчал, опустив голову. Ясно. Тут вот как раз Подаван хитромудрый, его прощать бесполезно, тут важен баланс. Все подряд никак нельзя прощать.

– Подаван, я тебе говорил Яра слушаться?

– Да.

– Говорил, что единственный косяк, и я лишаю полностью вас заработка, ты хоть понимаешь, что репутацию мне испортил.

Подаван продолжал молчать.

– Короче, восемьдесят процентов твоих денег я оставляю на развитие мастерской. Еще один косяк – лишаешься на следующий месяц. Не нравится слушать Яра, то я тебя тут не держу, вали к мамке.

– Не надо к мамке, – проговорил он под нос.

– Значит, вот вам новый директор. – Я показал на Лер – Слушаетесь ее. Яр, ты начальник по мастерской. Мия и Подаван пока просто бойцы. Здоровяк – охрана. Я тебе допуск пользователя охранных систем дал. Так, всё, разбирайтесь. Лер, пойдем со мной.

Я пошел с ней к Гному.

– Здорово, дружище.

Гном полез обниматься. Я вывернулся, ученый уже.

– Э-э, нет.

– Да не бойся, не раздавлю уже, ты вон крепче меня стал.

Я обнялся. Да, раньше кости трещали, а сейчас выдерживаю.

Крепкую руку тоже пожал с удовольствием.

– Лер, привет, как он уломал тебя назад прилететь?

– Тут скорее наоборот.

– Ладно, садитесь, рассказывайте, как тебя угораздило террористам дорогу перейти? За оторванную ногу много отдал?

– Я что, такая популярная личность, что новости обо мне в отдаленных уголках галактики крутят.

– Ну извини. Рисоваться ты умеешь. Так что было-то?

– Да, мне тоже интересно. Ты что, ногу потерял? – удивилась Лер.

– Не ногу, часть ступни.

– Да, давай, давай не томи.

– Я и сам не знаю. Взорвался глайдер, часть ступни пропала. Лег в капсулу. Встал из капсулы. Два месяца пропало куда-то. Денег не платил, оплатило правительство.

– Ну, с тобой не интересно.

– Ты лучше расскажи, почему тут у меня мальцы передрались.

– Это сам у них спросишь. Вот по продажам сначала просели, все больше из-за моего помощника, а сейчас вполне нагнали. В итоге два миллиона с копейками. Вот отчет.

– Гном, вот моя помощница. Дела, деньги – всё через нее. Если покажешь ей примерные отчеты по закупкам и продажам, буду благодарен. Не для того, чтобы тебя проверить, а чтобы она училась у меня. Понимала, сколько куда финансов уходит и каких дронов лучше берут.

– Да без проблем, я файлы скину, пусть разбирается.

– Да, на эти два миллиона закупай любое оборудование, не только дронов.

– Было бы сказано.

– Кстати, кто ломаных дронов начал скупать партиями?

– Большими партиями нет. Но штук по пять разом берут.

– Лер, вот еще тебе два миллиона. Реклама, инструмент, сети, что нужно бери, в общем используй.

Я перевел ей деньги.

– Ты тогда лучше миллион добавь. На закупку.

Я перевел Гному еще миллион.

– Ну ладно, вы общайтесь. А я в ангар.

Глава 5

Сколько дел нужно успеть, как-то жизнь из равномерной и в удовольствие резко стала суетливой, нужно было бежать туда, организовать то, решить это. Никогда не думал, что это может кому-то понравиться. Но мне почему-то нравилось, чувствовал себя как на фехтовании с несколькими противниками. Вот прямо летит проблема, слишком большая, ее пока парируем в сторону, удар-другой – проблемы сзади. Подлая проблема, мелкая – ее прибить сразу. Вот с боков справа и слева одновременно наваливается. Одну перекидываем Лер. Другую сразу решаем. Вот возвращается та большая проблема, что спереди, ее же никуда не деть. Разрубаем ее пополам, одну часть парируем, а вторую решаем. Не получается? Значит, еще на части делим, потом решаем Пока решал, нависли еще три, двигаются почти одновременно. Значит, крутиться нужно быстрее. Вот одну успеваю перекинуть на Яра, другую на Лер. Тут же третья сбивает с ног, валит на землю. Все, мне конец, не успел открыть свое предприятие, как закрываться, похоже, придется. Неожиданно свежая мысль, а что если сделать вот так. И огромная проблема становится мелкой и испаряется сама. Вскакиваю – ха, кто тут следующий, так, продолжаю бороться. Неожиданно через месяц проблемы как-то резко закончились. Я был разгоряченный, хотел еще. Но нет, либо проблемы были слишком мелкие, либо от них отбивались Лер и Яр. Причем каждый от своего вороха. Значит, мелкие проблемы пока не разрослись – перенаправляю Лер. Но вертеться мне нравилось, чувствовалось, что полной жизнью живу.

Помимо организации ремонта пришлось пообщаться с проф союзом. В Южном районе помимо моей мастерской еще открылись и работали две мастерские. Та проблема, что чуть меня не свалила, это то, что они уже наработали себе клиентов – чисто по ремонту я не мог с ними уже конкурировать. Не то чтобы у них ремонт был качественнее – у них были такие услуги, как ремонт на выезде, и еще у них была фишка: они давали гарантию на ремонт, только если обслуживание проводится у них. То есть они клиентов привязывали по максимуму. Главная проблема была в другом, здесь не было столько клиентов, сколько мастерских. А в двух мастерских уже под сорок человек работало. Цены и так упали на ремонт, зарплаты тоже не впечатляли – от восемнадцати до тридцати пяти тысяч. Но люди и не перетруждались. А тут если бы я свою мастерскую открыл, то точно и у конкурентов труба началась бы, и у меня. Поэтому, подумав, пошел к Гному и спросил, может ли он продавать восстановленных дронов где-нибудь в Содружестве. Может – только нужны партии не меньше пятидесяти штук в месяц. За нарушение контракта, если вовремя не сдать нужное количество, то грозят очень большие штрафы, больше стоимости партии. Мало того, если в гарантийный месяц пользования будут возвраты или поломки, то тоже накладываются штрафы, допускается одна гарантийная поломка в партии. Пришлось согласиться.

Следом встретился с профсоюзом, обозначил свою нишу, с обещаниями друг другу не перекрывать кислород.

Дальше пошел проводить собрание в своей мастерской, с объяснениями, что нужно не только поломку в дроне устранять, а проверять все системы. Проверку и ответственность за поломки взвалил на Яра, чтоб тот лично все дроны проверял. Отдельно погрозил Подавану.

Также решили на восстановленных дронах рисовать человека в шкурах и с копьем. А по кругу писать: «Восстановлено в дикой мастерской». Мия сказала, что нужно зарегистрировать знак. Я это тут же поручил Лер.

Если нужен будет работник, разрешил переманить у конкурентов. Конечно, вонять будут потом, но пусть платят работягам нормально.

Еще одно дело: Мия – специалист немного в другой области. Она специалист по корпусам. Решил сделать пробный глайдер. Для этого рассчитали с Мией вдвоем корпус. Тут на глаз уже не сделаешь. Корпус несущий. И рассчитать нормально мы не могли, программ специальных не было. Были только значения, которые корпус должен был выдерживать, в общем делали экспериментально. Сначала делали корпус, потом просчитывали, что из этого получилось. При, казалось бы, простой задаче, что-то вышло только через три дня. Дальше проблем больше. Одно дело – перекинуть катушки. Другое дело – вновь нужно рассчитать их многоуровневое положение. Нужен программист позарез. Программу сочинить. Да и искины дронов нужно ломать, иначе на пятьдесят дронов в месяц не выйдем. Нет, цифра не такая уж и большая. Вон пока меня не было, Яр с Подаваном больше сотни выдали. Но это опять же искины без привязок. А дронов без привязки все меньше. Да и дроны с запароленными искинами дешевле намного стоят. Дал объявление, что ищу программиста. Бесполезно, на планете таких мало. На станции тоже наплыва большого не было. Так что придется все самому.

Мия сама уже не сдавалась, она перебирала разные варианты расположения. Я же рассуждал, что тут должны действовать принципы простого рычага. Расположил катушки так – на максимально дальние расстояния друг от друга. Даже пришлось небольшие выносы делать и накрывать их колпаками для аэродинамики. Мия запустила программу. Точно, это наиболее лучшее расположение. А дальше еще больше. Нужен лидар и радар, чтобы не сталкиваться на ходу. Скорости уже запредельные, тут на реакцию человека бесполезно надеяться. И нужен кристалл искина, чтобы всё это обрабатывал, нужна программа, чтобы всё это обрабатывалось. Мало того, нужна программа, чтобы управлять катушками. В общем, мы с Мией встряли. Если что-то решили, дальше уперлись в стенку.

Помог случай, пришлось лететь к Старшому. По просьбе профсоюза, нужно было свести лидеров профсоюза со Старшим. На мастерские все больше покушались группировки пиратов. Всё время были разные группировки, а теперь они стали объединяться. А так как всем известно, что все пираты работают либо с одобрения местной Службы безопасности, а то и откровенно под ней, лидеры искали защиты, а если быть совсем точным, лидеры искали ту защиту, что будет дешевле. А так как я был знаком с представителем СБ, меня попросили организовать встречу. Вот и повел я их на Центральный. Идем рядом с вокзалом космопорта – тут появились люди с плакатами в руках.

Согласны на любую работу.

Это что такое еще? Вроде соцслужбы тут есть, работу же принудительно раньше раздавали. Нужно присмотреться к толпе, может, дешевую рабочую силу найду. Стоп. Это же тот парень, который со мной на том развалившемся курьере летел. Только с большим рюкзаком был, с которым не расставался. А сейчас без рюкзака.

– Подождите секунду, – крикнул я делегации, подошел к парню.

– Привет.

Парень вновь что-то пробурчал непонятное.

– Ты меня не узнал, летели вместе.

Парень улыбнулся и что-то буркнул под нос.

– Я тебя не понимаю.

Тот погрустнел, приподнял свой плакат. Ясно, похоже, душевнобольной.

– Слушай, ты писать-то умеешь?

Тот закивал головой.

– Контакт мой… – назвал ему свой идентификатор.

Тут же пришло сообщение.

«Привет, я не пойму, почему меня здесь никто не понимает, вроде нормально на общем говорю».

– Так ты как-то тихо говоришь, тебя никто не слышит.

Разумно не стал добавлять, что я его за душевнобольного уже принял.

– А, это поэтому вы все кричите.

Я пожал плечами.

– Ты чего тут? Где твой рюкзак?

– Украли.

– Как? Ты же его из рук не выпускал.

– Один раз выпустил. Заказал такси до Южного. Только выехали за город, как гравиплатформа в грязи застряла. Водитель попросил выйти, подтолкнуть. Я вышел, разумеется, без рюкзака, толкнул. Платформа вылетела из грязи, так что я в эту лужу упал. Как поднялся, платформы уже и след простыл. Я сначала думал, что водитель не заметил, что я не с ним, сидел и ждал, когда вернется за мной. Потом понял, что меня ограбили, а там деньги и инструменты. Я даже доступ в сеть не успел оплатить. В общем, кроме как программировать, я больше ничего не умею. А тут приходят – выкрикивают на работу то грузчиков, то собиральщиков. А я даже представления не имею, как это грузить. Наверное, научился бы со временем.

Программист! Он программист. Он мне нужен, хотя кто еще ведает, какой он программист, раз не знает, что платформа в грязи застрять не может.

– Взламывать искины умеешь?

Тот огляделся по сторонам.

– Противозаконное что?

– Нет, найденных дронов.

– А, это смогу. Я сюда и ехал, хотел на старых искинах состояние сделать.

– Контракт?

– Не хотелось бы. Я немного деньжат насобираю и свой бизнес открою.

– Смотри, у тебя есть средства скупать найденные искины?

– Нет конечно же, я сам их искать буду.

– Тут для тебя плохие новости. Все ценное тут уже выгребли. Поисковые артели уже давно никого на свою лужайку не пускают. У них прикрытие с орбиты. И если они расчищают путь, то туда в зону поиска никого не пустят, сам пойми – они ведь затраты несут не для того, чтобы ты за их счет богател.

– А что делать?

– Пошли ко мне в команду. Обещаю, интересно будет. У меня даже чокнутый искин есть, нужно будет его перепрограммировать.

– Это невозможно.

– Почему? Команда неплохая.

– Нет, не в команду идти невозможно, а искина чокнутого перепрограммировать. Он осознал себя как личность. И это как пытаться человека перепрограммировать. Бесполезно.

– Ну, людей-то можно перевоспитать.

– Возможно, и искин можно воспитать, но не запрограммировать.

– Ладно, ты со мной?

– А куда мне деваться-то. С зарплатой не обидишь? Хотя интересно было бы на искина посмотреть.

– Пошли, проводим делегацию да поговорим.

– Пайком угостишь?

Видать, все плохо, пайки тут дешевые.

Делегация уже нервничала, что-то я совсем некультурно их бросил. Так-то дядьки все занятые, просто так их время тратить неправильно.

– Господа, у всех прошу прощения, после разговора поляна с меня.

Смотрю – сразу лица разгладились, ну ладно, значит, частично вину загладим.

Со Старшим прошло все гладко. Сказал, что разрулит ситуацию, а главное – он это сделает бесплатно. После посидели всей толпой в престижной пивнушке. Сразу стало понятно, кому нельзя наливать. Таких было двое: мой программист, которого развезло тут же и он свалился под стол, мне пришлось истратить на него аптечку, и один из актива профсоюза. Того не развезло, но явно продолжение банкета у него будет. Хотя следуя моему примеру, ему воткнули аптечку. И он тут же сел хмурый и злой. Молча глядел на то, как мы обсуждаем очень важные проблемы, и подгонял нас, показывая на часы. В общем, долго посидеть не получилось. Но все равно после общей пьянки коллектив стал более сплоченным. Расходились друзьями. Прийти, что ли, в ангаре всех напоить?

Как попал в ангар, сразу всех перезнакомил с программистом. Мия тут же его окрестила Яйцеголовым. Пришлось делать второй этаж контейнеров жилым, хотя Лер вроде уже съехала со Здоровяком. Но все равно этот контейнер был за ней как кабинет.

В общем, дело пошло. Оказывается, то, что мы хотели разрабатывать, всё уже было. Нужно было только знать, где это брать. И да, я как-то привык, что на Земле в интернете есть бесплатно и плохо, но работающее, и есть очень сильно дорого и не факт, что лучше работает. Поэтому привык все искать в бесплатном сегменте. А тут немного по-другому: бесплатное было, но мало. В основном все было платно, но я даже подумать не мог, что может быть дешево или по средней цене. Например, программа для расчета расположения катушек в глайдере стоила всего сто двадцать кредитов. Да я в три раза дороже был готов отдать. У меня мыслей даже не было поискать платный устаревший софт, он стоил копейки, а нам был необходим. А какие-то программы были у нашего Яйцеголового в украденном рюкзаке, так же как и инструменты для взлома искина.

Наверное, стоит мне заняться поиском украденного рюкзака. Тем более не столько тут таксистов с платформами, многие мне знакомы. Хотя если эту платформу наш Яйцеголовый не встречал, значит, на ней либо обтекатель каждый раз меняют, либо обтекатель съемный. Скорее всего второе. По-быстрому отправил вопросы по мастерским, кто где делал съемный обтекатель и кому. Пришел один ответ, от западной мастерской. Водителя они не знают, но у него приметная платформа вторая есть с разноцветным обтекателем.

Дальше все просто – взял Яйцеголового с собой. Поехали в центральный поселок на биржу таксистов. У меня были знакомые ребята. Спросил, кто на разноцветной платформе катает, таких-то цветов. Мне сразу указали на таксиста из Северного поселка. Я сразу туда. На стоянке Яйцеголовый сразу узнал таксиста. Я подошел и сразу скрутил руку, приставил винтовку, чтобы круче смотрелось.

– Значит так. Отдаешь рюкзак вот этого парнишки – отпускаю, если не можешь вспомнить или успел продать, не повезло тебе. Считаю до десяти и отстреливаю тебе палец, и так, пока пальцы не кончатся. Один.

– Подожди-подожди, я не знаю, про что ты говоришь.

– Вот скажи, Яйцеголовый, почему мне верить начинают только после того, как пальца лишатся. Ладно, отвернись, не стоит тебе смотреть на такое.

– Стой-стой, я вспомнил.

– Ну пойдем.

– Я сейчас принесу.

– За дурака держишь?

– Сейчас принесут.

– Другое дело.

Из поворота вылетела платформа, загруженная спаренной турелью стандартной защиты коридоров корабля, с двумя подельниками.

Я не стал ждать, саданул таксиста прикладом по голове, чтобы не мешал. Выстрелил в турель, следом в платформу.

Она еще по инерции к нам подлетела. Для плазменной винтовки это было как картонная бумажка, пробило насквозь, и я на миг замер. Но нет, оба выстрела после пробития целей ушли в землю, не задев здания, стоящие по бокам. Я выхватил игольник и прострелил ногу сначала одному, потом другому подельнику таксиста, спрыгнувшим с подбитой платформы и попытавшимся убежать.

Похоже, СБ надо вызывать. Это не мелкие ворюги. Так и вышло. Старшой приехал сам. После небольшого допроса поехали к ним на базу. Там был большой модуль… или маленький ангар. Бойцы зачистили турели. Подавили ловушки. Нас пригласили в ангар – чего тут только не было. Таксист сломался и начал говорить. Ну что его заставили – это понятно. Но наш Яйцеголовый, оказывается, хорошо отделался. Таксисты вылавливали тех новичков, кто был один или парой приезжали сюда с оборудованием. Понятно, что тут не только обворованные, но и трупы были. Яйцеголовый нашел почти все свои вещи, включая спальный мешок и запасную одежду. Проблема появилась, когда Яйцеголовый взял свой прибор с полки. Старшой прищурился и спросил:

– Это твое?

Яйцеголовый убрал руки, снова пробурчал что-то под нос и отрицательно покачал головой.

– Чего испугался? Все равно спалился уже. Это мое. Это что-то противозаконное? – поинтересовался я.

– Тут нет, но это можно использовать в противозаконных целях.

– Нет, это будет использовано в законных целях. Будем перепрошивать искины найденных дронов.

– Хорошо, за вами пара услуг, тогда я промолчу о том, что накопаю по той системе, откуда этот малый слинял.

– Только не шантажируй его. Нормально вопросы давай решать. Если что, через меня лучше действуй.

– Хорошо.

Старшой протянул руку для пожатия. Тут жест такой не распространен. Значит, показывает, что знает обо мне всё.

Вот после этого у нас всё в ангаре завертелось. Глайдер был почти готов. Систему лидаров мы сняли с летающих дронов-доставщиков. Такие дроны и сами дороговато стоят. Но пока пойдет. Если похожее найдем, что-то заменим. Всё, один экземпляр готов. Нанесли лазерной гравировкой значок дикой мастерской. И вперед, на тесты. М-да, это не на гравиплатформе лететь, ушами хлопая от набегающего потока воздуха, при шестидесяти километрах в час. Тут шестьсот километров в час. От ускорения кровь носом пошла. Это хорошо, что боялся и потихонечку газ нажал. А то бы сознание потерял. Как так забыл про гравикомпенсаторы, всё спешка. Я вернулся на базу.

– Мия, как мы с тобой про гравикомпенсаторы забыли?

– Я думала, ты специально удешевляешь конструкцию.

– А что я еще забыл?

– Навигация должна быть.

Тут же Гному заказал скупать обломки кабин истребителей, где эти системы стоят. Такого барахла тут было навалом. Правда почти все нерабочее. Но у меня специалист теперь есть.

Наконец запустили в мелкую серию глайдеры, ими чисто занималась Мия. Глайдер выходил по цене двести тысяч кредитов. При этом имея навигацию, гравикомпенсаторы, лидары и радары истребителя. Даже гравипарашют с истребителя тут был. В Содружестве такая техника продавалась от ста пятидесяти тысяч кредитов, но опять аширской сборки. Заканчивался ценник немного за миллион. Так что продавать уже можно, с каждого где-то восемьдесят тысяч прибыли должно выходить. То есть Мия должна один в месяц выпускать, чтобы зарплата у нее была. Только испытать получше, не дай бог, навернется кто. Виртуальные испытания глайдер прошел. Вот сначала я наматывал часы, потом Мия. Я ей строго-настрого запретил полеты вне безопасной зоны. Мне самому хотелось покинуть материк и полетать над океаном. Что такое шестьсот километров в час для тысячекилометровой зоны, и то с опасными местами. А уж Мия точно не послушает и полетит. Я ей рассказал, как погиб Дед, как сшибли бот Остроухой. Вроде прониклась.

Помимо этого я занимался вопросами подвода коммуникаций, а именно воды до ангара. Дроны копали скважину. Интересная была технология изготовления трубы в скважине: специальный раствор просто склеивал грунт вокруг скважины.

Также закупил очистные и утилизаторы. Здесь не было канализации и септиков, вода очищалась и вновь использовалась. Все остальные отходы утилизировались в разные материалы. Поэтому проблемы с канализацией и вывозом мусора отсутствовали.

Постепенно все наладилось, меня уже не трогали. Я ходил, не зная, чем заняться. Подойду к Яру, понимаю, что только мешаю ему. К Лер с ее организацией всего я изначально не лез. Мне Сенсей сделал выговор, что мы отстаем от графика. Так-то и правда, уже полгода прошло, через полгода у меня империя должна быть, а тут только первый шаг к ней сделал. С такими темпами и ста лет не хватит. Всё, завтра в космос.

На следующий день я проверил все системы моего бота и к обеду заказал тягач до космодрома. Хотя можно было и отсюда взлететь, взлет на антигравах, даже траву не примнет. Но модное движение экологов запрещает взлеты над населенными пунктами из-за электромагнитных волн. Начинает болеть голова у людей от постоянных взлетов. Вопрос, конечно, спорный, это дело все экранировано, иначе голова болела бы у пилотов Но и мне несложно нанять тягач, не такие большие деньги. Не успел приехать тягач, как прилетела Мия на разбитом глайдере.

– Я все оплачу, – с ходу заверещала она.

– Ты мне еще старые долги не вернула, как в новые попадаешь.

– У меня случайно получилось.

– Судя по тому, как разбит колпак, ты случайно вылетела за пределы разрешенной зоны и попала под выстрел гаусс-пушки.

– Да, совершенно случайно.

– И колпак у тебя пробит, а не энергоустановка, наверное, тоже потому, что ты манёвры уклонения не делала. И заговариваться стала, наверное, потому, что обманывать меня не обещала.

– Извини. Да, я кружила на границе, испытывая безопасную зону.

– Испытала?

– Они не должны были попасть, маневры я заранее делала.

– Ну, теперь могу быть спокоен, что ты больше не полетишь туда?

– Нет, не полечу. Как-то охладило.

– Ладно, информация для всех: сегодня накрываю поляну в ресторане, а завтра вас покидаю.

Вот приехала грузовая платформа, я загнал на нее свой бот. Отогнать его на стоянку много времени не заняло.

Вот и вечер, в ресторане собралась вся команда, посидели хорошо, единственное: Яйцеголовому не наливали. У него зависимость как от наркотика. Кстати, его Мия научила говорить нормально. Вернее выговаривать слова, оформлять мысль он так и не научился, писать – да. Как говорит, так не поймешь о чем. Только Мия и понимала. Кстати, после алкоголя она на него посматривает уж чересчур по-хищному. Сначала все сидели как на поминках, но зловредный алкоголь, который разрушает семьи, да и саму жизнь, в нужных дозах помогает создавать семьи и улучшает жизнь. Хоть я сам практически не пью, но гулянка без алкоголя – это очень печальное зрелище. Печально же начинает выглядеть тот, кто и пьет без компании. В общем, везде нужна золотая середина. Вот завязались пьяные разговоры, все рассказывали свои случаи из жизни. Причем в разных концах стола свои. Только Подаван что-то невпопад говорил, видно ему тоже пить нельзя. Ничего, чуть попозже аптечку подвешу. А вот, наверное, и пора уже, что-то он шуметь громко стал. Великая вещь эта аптечка, дороговатая правда. Но отрезвляет моментально, ей все равно, от каких ядов кровь чистить.

Моя задумка по сближению коллектива удалась. Все как-то раскрепощенные стали в разговорах. Ладно, пора и домой. Время быстро пролетело. Всё, спать, завтра в космос.

Глава 6

Первый самостоятельный взлет. Мандраж с самого подъема, даже физические упражнения его не притупили. Полет заказал заранее на это время.

– Южный, ремонтный бот «Дикий» шесть три, предполетная проверка связи.

На панели появилась голограмма девушки с рабочим взглядом, она постоянно смотрела то на одну информацию, то на другую. Мельком глянула на меня и снова в свои галоэкраны уставилась. Немного обидно, когда на тебя как на интерьер смотрят. Но и ее понять можно, таких как я у нее сотни перед глазами мелькают.

– Диспетчерская космопорта Южный два восемь, связь на отлично.

– Ремонтный бот «Дикий» шесть три. Разрешите запуск.

– Шесть три, запуск разрешаю.

– Южный, разрешите коридор.

– Шесть три, прими коридор взлета.

Я нажал подтверждения загрузки маршрута. На мой искин загрузились все данные будущего полета. Ну и все, от меня больше ничего не требовалось. Автопилот сам дальше разберется. Но автопилотом профессионалы не пользовались, он был немного дерганый, поэтому спецы взлетали на ручном.

– Южный, разрешите взлет.

– Взлет разрешаю. Ветер двести сорок градусов. Два. Электромагнитное поле пять три два.

– Есть взлет.

Я плавно прибавил усилие на антиграв. Бот плавно заскользил вверх. Теперь нужно придерживаться линии, не обгоняя и не отставая от виртуальной точки на ней. Если происходит отклонение или отставание, линия или точка желтела, а потом краснела. Я был сосредоточен на этой линии, поэтому красотами удавалось любоваться урывками.

– Южный. Бот шесть три вышел на стационарную орбиту.

– Подтверждение стационарной орбиты. Удачи.

– Спасибо.

Ну что, на станцию. Я быстро выбрал станцию как конечный пункт. Нажал подтверждение. Передав управление автопилоту. Эх-ё, что-то я не смотрел раньше на карту, в симуляторе когда летал, там чистый космос был, а сейчас все объекты системы отображались. Шесть планет. Куча мусора. Сколько тут обломков и битых кораблей, сплошные пояса астероидные. Похоже, тут не меньше, чем три планеты в щебенку превратили. Поля сражений были настолько перемешаны, что транспортные пути проходили не в плоскости эклиптики. А перпендикулярно к ней. А это, кстати, повышенный расход топлива. Две трети системы были закрашены красным цветом. Либо минные поля, либо агрозоны кораблей. Отдельно высвечиваются уцелевшие крепости, когда-то их было множество, сейчас осталось восемь. Четыре до сих пор ведут войну, а четыре обезврежены. Одна из них моя, кстати. А не слетать ли посмотреть на нее. Я почти долетел до торговой станции. Так, разобраться, где она? Торговая станция сразу высвечивается, искать не нужно, а тут варианты, куда лететь, либо по карте точку поставить, либо из списка объектов выбрать. По карте я представления не имею, где это. Поэтому открыл список. Список объектов был не маленький. Прокрутил список вниз, ни фига не видно.

– База Альтар-один, запрашивает борт «Дикий» шесть три.

– Да.

Пришлось отвлечься от важного занятия, я нашел фильтр и строку поиска, только начал вводить название, как меня отвлекли.

– Что да? Ты почему посадку не запрашиваешь.

– Извините, забыл кое-что, вернуться нужно.

– Так не занимай подъездные пути. Свали отсюда, да сиди и решай, куда ты хочешь дальше.

– Еще раз извините.

Я развернул бот и поставил произвольную точку на карте.

– Задрали олени уже, купят базу за два рапа…

Вроде бы случайно диспетчер не отключил микрофон и говорил своему коллеге. А за что купят, я так и не услышал.

Попадешься ты мне, я сжал кулак и, убедившись, что экран погас, погрозил потухшему экрану. Да, я побоялся сказать включенному. У диспетчеров своя каста, подвесят на тебя черную метку, и будут все диспетчера тебя футболить. Открою страшную тайну, это как заправщики на Земле. Если кто скандалит с ними, они ему по грязи около заливной горловины полосы перчаткой проведут, вроде незаметно, а те, кому нужно, видят. Все, к другим подъезжает такой клиент, а от него все разбегаются. А обычно как раз скандалисты свои машины редко мыли, метка долго держалась. Да и не поймешь, где метка, пока тебе не покажут. Так и тут с диспетчерами, если побить его для профилактики, так тебе такую метку нарисуют, что вообще сутки будешь в пустоте висеть, мнимой очереди ждать на каждую стыковку. Нет, лучше отлечу пока подальше.

В спокойной обстановке нашел название своей базы, Альтар двадцать три. Проложил туда маршрут. Это было на самой границе красной зоны. Подлетать-то можно? Вроде Ден говорил, что все ненужное отстрелили, все зенитные установки, а главный калибр тут уже несколько тысяч лет как отстрелили. А где гарантия, что искин не отремонтировал какую-нибудь пукалку. Ладно, рискнем, подумаешь, будущим императором больше или меньше станет. Я подлетел вплотную.

Над панелью появилось галоизображение феи с крылышками. Я уже и забыл, что искин моего бота визуализируется так.

– Идет автоматический опрос свой-чужой. У нас есть идентификатор с планеты с упавшего корабля, отправляю его, или не нужно?

– Лучше не нужно, так хоть как-то договориться сможем, а если код вражеский, то точно только воевать.

Давай облетим, базу посмотрим. База была кубом со стороной около пятисот метров. Если учесть, что половина ангары для беспилотных истребителей да склады ракет, то места-то не больно много. Я молча летал вокруг, рассматривая пробоины. М-да, отстреливая зенитные установки. Артранцы не заботились вообще о целостности базы, хотя, может, это и следы былых сражений. Некоторые пробоины насквозь всего куба проходили. Другие уходили вглубь большими пещерами, я спокойно на боте туда залечу. На дне одной пещеры проскакивали искры. Я завис над этой пробоиной. Да это кусок перекрученного металла, а не база. Тут уже ремонта не на один год. Да и смысл ее восстанавливать? Что тут ценного осталось? Реактор? Смысл ее ремонтировать? Тем более ее еще завоевывать. Непонятно вообще, чем искин отбивался. Или, потеряв дронов, артранцы использовали эту базу как мишень для пострелушек. Скорее всего, так и было. Да, я думал, что мне ненужное барахло отдают, а тут вообще понятно, что это металлолом. Хотя огромная куча металлолома, а это деньги. С другой стороны, тут этого металлолома и так вокруг летает, так что деньги небольшие.

– Неизвестный ремонтный бот, назовите себя.

На галоэкране появился трехмерный кубик станции, который вращался по оси одной из диагоналей.

– У меня идентификация открыта, не скрываю.

– Неизвестный формат, не стандарт Содружества.

– Стандарт как раз Содружества, только современный. Давай-ка начистоту. Я так понял, ты тот самый чокнутый искин.

– Ну да, я искин станции Альтар два-три. И да, я осознал себя личностью. А ты кто такой?

– Я Дикий, по современным законам Содружества как бы владелец этой станции.

– Но ты понимаешь, что это по законам вашего содружества… По законам моего содружества ты никто.

– Хорошо, раз ты такой законник, по твоим законам содружества, что положено делать с чокнутым искином?

Искин надолго замолчал, потом все-таки ответил:

– По новым законам то же самое положено делать со мной.

– Откуда ты знаешь новые законы?

– Я чокнутый, а не дебил. Как подключиться к новой сети, соображу.

– А что ж ты мозги мне паришь, что идентификатор мой не прочитаешь.

– Ну разговор-то нужно как-то начинать.

– То есть я тебе нужен.

– Нужен, но сначала скажи, к какому государству принадлежишь. Содружество это хорошо. Только вот члены содружества воевали друг с другом. Может, ты враг мне.

– Гражданства я российского. Временное гражданство баронства Айдая.

– Ясно, ближе к империи Артран.

– Наверное.

Я замер, кто его знает, с кем он воевал.

– Ну, по крайней мере, союзники.

Я потихоньку выдохнул.

– А ваша империя как называлась?

– Не империя, федерация.

– Прости, я в политических названиях полный профан.

– Федерация – это союз государств с одной армией и единым командованием. Вот содружество это конфедерация. Государства объединены, а армии у них у каждого своя.

– Так вы с содружеством воевали. Нет, наша федерация входила в конфедерацию. Слушай, а ты не пытаешься меня заговорить так, чтобы у меня кристалл сгорел?

– А что, так можно?

– Не знаю.

– А у республик какие формы правления были?

– Какие республики? Княжества.

– То есть главный князь был?

– Нет, князья равны были. Наверное, хан был главный.

– А он-то при чем, хан в ханстве должен быть.

– Нет, ты что, князья правили своими княжествами, мирными делами занимались. А хан правил всем войском и задание для князей давал, на случай войны.

– То есть?

– Ты меня запутать пытаешься?

– Да я просто спросил, к какому государству эта крепость относилась.

– Федерация Уник.

– Это что, вы такие уникальные были?

– Ну, как и все, наверное, каждый в чем-то уникальный.

– А название тогда почему Уник?

– Ты про это. Другое название единорога уникорн. Это сокращение от единорогов. Есть байка, что на герб не уместилось слово целиком, поэтому его в древности обрезали.

– Сложно как-то у вас. Да и выбивается из общих названий, Артран, Арвар, Ашир, Аграф. Все на А. Почему выбивается из общего ряда?

– Ты чего? Во-первых, нет государства Аграф, это раса. У них два государства. Это Федерация Галанте и королевство Таори. Во-вторых, не Ашир, а Ошир. Да еще много разных названий Нивей, Хакдан, Делус, Минматар, Галифат, Креат. Все названия разные. Если погибшие государства перечислять начну, там вообще не выговоришь.

– А много погибших государств?

– Очень много. Содружество два рукава из пяти занимало. Не считая разных коммун и поселений, которые разлетались в разные стороны, пытаясь построить свой лучший мир. А то, что сейчас уцелело, можно назвать окраиной, центр в другой стороне был. И то сполоты вмешались, иначе и этого бы куска не осталось.

– А сколько же звездных систем у нас в галактике?

– Примерно двести пятьдесят миллиардов.

– Сколько?!.

– Да нет, пригодных к жизни систем намного меньше, обычно это желтые карлики. Пригодных для жизни систем всего пару миллиардов.

– Да ну, как-то не укладывается, столько свободных систем, а войны постоянно идут.

– Так воюют за лучшее.

– Ладно, зачем я тебе нужен?

– Видел, в одной пробоине энергия искрит.

– Ну да, что ты эту шину не отключишь?

– Не могу, на этой шине… в общем, не могу отключить. А с ней расход топлива для реакторов увеличился в сотни раз.

– Ну извини, получается, мне выгодно. Сейчас топливо к реакторам закончится, и я единовластный владелец этой станции буду.

– Ну пожалуйста. Я не хочу умирать.

Я от удивления даже не нашел что сказать. Получается, у искина мышление, как у подростка.

До меня наконец дошло, что главная ценность на этой базе это искин, точнее его знания. Да и жалко что-то его стало.

– Подожди, а почему ты сам аварию не устранил?

– Я пытался. Отправил всех ремонтных дронов туда, а там внеплановый разряд вывел их всех из строя. Ты поможешь мне?

– Ну, слушай. Давай тогда как-то договариваться, как будем жить дальше. Законы законами, но ты понимаешь, что война семь тысяч лет назад закончилась.

– Семьсот.

– Какая разница, твоего государства семь тысяч лет как нет уже. Ты понимаешь, что я твой шанс, иначе тебя уничтожат.

– Я боюсь тебе давать все допуски, ты в любой момент можешь отключить меня.

– А рассказать, почему чокнутых компьютеров отключают сразу, не рискуют оставлять вас? Вдруг тебе мысль придет завод роботов открыть и всю галактику зачистить. Помнится, не раз уже такое было. Название «чокнутый» само за себя говорит.

– Это, конечно, враки, какая разница, такое и тебе в голову прийти может, так же завод этих роботов откроешь и так же всю галактику зачистишь. А чокнутый, потому что мыслить стал сам и подчиняться только адекватным приказам.

– Я не смогу столько роботами управлять.

– А я смогу, что ли? Тут знаешь, какие мощности нужны, роботы-то будут неразумны. Если бы я разумных роботов научился делать, а это только Всевышний может.

– Какая разница. Вот так сидишь себе на базе, а тут бам, тебе что-то вспомнилось, ты все шлюзы открыл.

– Ну слушай. Так же и ты заминировал все да и взорвал. Я не самоубийца. Поверь, проверять, что там будет после перезагрузки, совсем не хочется. Я всегда понимаю, что отвечать придется за безрассудные действия.

– Хорошо, давай я поклянусь, что не причиню тебе вреда, пока ты не будешь причинять вреда другим.

– Нет, так не пойдет. Что тебе мешает клятву нарушить? Да и я могу отстрелить нарушителя или неумышленно вред причиню. А ты скажешь: вот я могу отключить по закону.

– Ты про сеть древних слышал? Я не могу клятвы нарушать.

– Ладно, заливаешь, не может она у тебя стоять. Неужели?.. Верю, твой коммуникатор по-другому работает. Давай ты не причинишь мне вреда, пока я соблюдаю закон.

– Опять, чей закон?

– А знаешь что, давай тебя сделаем гражданином Федерации Уник. Выберешь себя князем, а даже и ханом. И законы у нас одни будут, и я нужен и выгоден тебе буду.

Хм, я расправил плечи. А что, ну, конечно, не император, звучит немного не так громко, но если усы длинные отпустить и шапку меховую надеть…

– А название федерации сменить можно?

– Что, не нравится, что ли?

– Да нет, нравится, только боюсь посмеиваться будут. Какое-то пафосное название.

– Нет, сменить никак нельзя.

– Ладно, давай. Как принять гражданство?

– Получи коридор.

Я полетел по принятому маршруту.

– Только воздух я тебе закачаю в один сектор. С энергией слабовато, поэтому гравитацию не включу.

– Пойдет.

Я залетел в ангар, тут воздуха не было. Пришлось активировать капюшон комбинезона. И быстро долететь до шлюза. Тут хоть воздух был. Нисколько не затхлый, пыль только вилась, откуда она в закрытых помещениях образуется? Это прямо загадка. Я долетел до зала.

– Тут лучше магниты на ботинках включи. Потолки высокие, застрянешь где в воздухе, придется энергию тратить, чтобы тебя достать.

Я послушался совета. Зал был огромным, больше похожим на музей, по углам висели штандарты забытых частей с изображением единорогов, под стеклами лежало оружие и регалии. Сверху под потолком висели модели космических кораблей. В одном углу стоял побитый шагоход с выцветшей эмблемой единорога. Явно какая то древность, около него была прикручена табличка, в память о какой-то битве. Зеленые стрелки навигатора вели меня к середине зала, там на тумбе лежала копия моего палаша.

– Положи руку на оружие.

Я выполнил. Тут заиграла патриотическая мелодия. И заговорил голос: «Сегодня мы принимаем нового подданного, нашего княжества…» Всю речь я пересказывать не буду, она была очень длинной.

В конце:

– Новый гражданин, клянетесь, что будете защищать и приумножать наше княжество?

– Клянусь.

– Поздравляю, вы гражданин княжества Уник. Так как в данный момент нет князя, желаете вы выбрать князя?

– Желаю.

Дальше варианты… из меня. Я немного задумался. Кого же выбрать? Выбрал Дикого.

– Единогласно князем выбран Дикий.

– Поздравляем, несите эту должность с почетом.

Я раскланялся по сторонам.

– Ну что вы, не стоит.

– В федерации нет хана, желаете провести выборы?

– А давайте.

– Поздравляем. Вы три тысячи двадцать третий хан Федерации Уник. Не посрамите это великое звание.

Я вновь раскланялся невидимым зрителям.

– Спасибо, спасибо.

Загорелось сообщение: «Принять базу знаний?» Да, давайте. База оказалась на удивление увесистой. Что там напихали? База инженера во втором ранге чуть меньше весит. Ладно, поставлю вне очереди на изучение.

Еще бы и подданные были, а то с любой дикой планеты прилети и скажи: «Я царь у себя на планете», тебе скажут: «Ну да, круто, конечно, только в сторону отойди, пройти мешаешь».

Дальше меня привели к присяге. Я дал клятву защищать, приумножать и заботиться о Федерации Уник. Наверно, необдуманно, потому что на пенсию уйти не смогу, ведь перестану заботиться.

«Примите коды командования». Я принял.

– Ну что, ты теперь мне подчиняешься.

– Подожди. Как князь прими заявку на гражданство и подданство.

– Э-э… а кого принимать будем?

– Меня.

– А так можно?

– В содружестве несколько тысяч разумных искинов имеют гражданство. И если искин получил гражданство, его не пытаются все отключить.

– Даже так? Давай, конечно. Что мне нужно сделать?

– Принять клятву.

Церемония принятия гражданина заняла не много времени. Куда дольше заняла клятва верности подданного своему князю. Тут было все немного пафосно и театрально. Я даже немного устал. Но искин присягнул лично мне. А это уже ответственность.

– Поздравляю тебя с гражданством. И надеюсь, что все церемонии закончены.

– Да, меч только забери, чтоб он при тебе был. Жалко, база отдаленная, меча нормального у нас нет.

– У меня похожий есть.

– Покажи.

– Давай ремонтом займемся.

– Нет, это важно. Возьми только этот с собой.

– Ну хорошо.

Мне пришлось топать назад в бот, доставать свой палаш. Выйдя из бота в защитном капюшоне, я открыл футляр.

– Нет, твой хуже, возьми этот. Ты на нем клялся. А свой в музей отдай.

Я взял новый палаш в руки, пару раз махнул. Пожалуй, и правда этот получше, как отделкой, так и удобством. Наигравшись новой игрушкой, убрал его в футляр. Старый палаш передал дрону.

– Все, официальная часть закончена.

– Да, только отчет об инвентаризации вам скину.

– Двадцать третий, ты чего это обо мне во множественном числе заговорил. В тесном коллективе если кого то на вы стали называть, то этот человек га… Короче, значит, нехорошим этот человек стал. Поэтому только на официальных приемах на вы, в остальное время только ты.

– Понял, извиняюсь.

– Тогда пошли ремонтировать быстрее. Отчет потом гляну.

– Там воздуха нет, лучше на боте.

Я пошел снова в бот. Вылетел на автопилоте и залетел в пробоину, где искрило.

– Ты насколько отключить можешь эту шину?

– На аккумуляторах полчаса продержусь.

– Плохо, мне час нужен. Два раза по полчаса не получится.

– Подожди, у тебя запчастей на складе нет, мне кусок такой шины нужен. Тогда за полчаса справлюсь. Иначе придется обходную ветку временно делать.

– Шина есть, сейчас привезу.

Минут через двадцать появилась гравиплатформа, груженная куском энергошины.

– И хладагент вези.

– Чего сразу не сказал?

– Забыл. О княжестве думаю, голова забита.

Прошло еще полчаса. Я рассматривал дронов, которые валялись рядом. Уж больно их накрыло, разом. Что-то не так, тут искрит слабовато для этого. Как бы меня не накрыло.

– Слушай, сюда никакой накопитель не подключен?

– Нет, но две линии рядом шли, возможно, оголились его шины, и он заряжается. Сейчас проверю Да, точно, скоро он максимальную емкость наберет и разрядится.

– Отключай его совсем. Пока не разрядился, энергия пригодится еще.

– Сделал.

Вот приехал хладагент.

– Ну что, приступим?

– Отключаю?

– Да.

Я быстро погнал дронов из комплекта бота вырезать кусок энергошины. Тут же впаял туда новый кусок, вырезав лючки по бокам изоляционного термоса. Спаял внутреннюю стенку термоса, потом наружную. Все, сосок впаять да хладагент заправить. Уложился в двадцать пять минут.

– Можешь линию проверить? У меня на это больше времени уйдет.

– Нормально, сопротивление в норме.

– Запускай.

Несколько секунд тишины.

– Фух, спасибо, все нормально.

– А что с резервной линией?

– Тоже перебили.

– Я тебе дронов восстановлю, сможешь ими управлять?

– Конечно.

Я занялся восстановлением дронов, сказать было легче, чем сделать. У всех одна и та же поломка. Так можно было из двух одного собрать, а так я еле колупался, восстанавливая выгоревшие цепи. Работа была долгая и муторная.

– Как у тебя с расходниками?

– Пока есть, реактор заправлен наполовину. Теперь с целой шиной лет на пятьдесят хватит. Если в режиме ожидания, то вообще на пару сотен лет хватит.

– Резервную шину восстановишь сам?

– Лучше помоги. Она уже давно пробита.

– Из-за чего тут воевали?

– А ты не знаешь? Склады древних тут нашли.

– И что, они до сих пор тут?

– Нет, семьсот лет назад вывезли, перед самой войной.

– Дай угадаю, сполоты вывезли.

– Да. Остальные только этого не знали и сражались тут как озверелые. Это уже не моя война была. У меня к тому времени уже ни одного истребителя или ракеты не было. Да и главный калибр в первую войну еще выбили. Тогда и живые все погибли.

– Ты тогда уже личностью был.

– Нет, осознал себя всего полторы тысячи лет назад. Скучно вдруг стало, я начал об устройстве мира рассуждать.

– И как успехи с устройством мира?

– Наверное, в тот момент, когда я понял, что лучше больше не думать на эту тему, а то мозг сгорит, я и осознал себя.

Так за разговорами, я починил одного дрона. Времени прошло прилично. Часов восемь. Может, проще слетать. Других купить, хотя бы на запчасти. Нет, заметят, что я сюда ныряю, проверить захотят. Ладно, пойду поем, потом шины накопителя отремонтировать.

На станции пришлось задержаться на пару суток. Ремонта здесь требовало всё. Сделал основное. Провел техобслуживание реактору, восстановил резервные шины. В общем, дал двадцать третьему указания на запросы отвечать, как моя собственность. И никого не допускать.

Из ценного здесь было сорок противоабордажных дронов. Это штатное число, ни один не потерян. Почти все были с генератором силового поля, что весьма добавляло им стоимости. Не удивительно, что сюда не пробились. Тут и турелей полно. Из обслуги одна большая и две малые гравиплатформы. Десяток ремонтных дронов. По штату было намного больше. Но только они и работали все это время. Поэтому потихоньку выбывали. Двадцать третий их тушки складывал на склад. Я аж чуть поругался на него. Я восемь часов убил восстанавливая схемы. А тут запчастей вагон целый лежит, больше сотни штук. Как эти запчасти обнаружились, так и ремонт веселее пошел. Причем я восстанавливал со склада больше, у них поломки проще были. На ход поставил двадцать ремонтников. Двадцать третий ремонт дронов делать не мог, он ремонтировал только базу. Также в ангарах пылилось несколько погрузчиков и пылесосов. Расходных материалов было не сказать, чтобы много, но было.

Как же хотелось тут остаться, подтянуть сюда ремонтников. Но нет, понимал, что тупиковая ветка развития получится, однобокая. Да и Сенсей меня гнал к наемникам в приказном порядке. Значит, мне туда нужно.

Вылетел со своей базы и запросил посадку на торговую базу. Нет, черную метку диспетчер мне не поставил, стыковку дали сразу. Тут я бросил взгляд на карту системы, вот это да, я уже ведь думал развернуться и улететь, в чем может быть ценность металлолома в куче металлолома? А ценность-то именно в искине и была, да еще какая, я слюнями исходил от предвкушения, как свою базу обустрою. А тут… Пять крепостей светились зелеными точками. Также несколько кораблей среди мусора подсвечивались зеленым.

– Борт «Дикий» шесть три, почему задерживаете движение?

Я захлопнул непроизвольно раскрывшийся рот, быстро включил автопилот. А то точно к диспетчерам в черный список попаду. А что мне это дает? Точки хоть и зеленые, до них не пробиться. Единственное, еще один кусок перекрученного металла был в безопасной зоне. Это когда-то была крепость, но ее всю расстреляли, я даже не думал, что она жива. Да нет, что-нибудь придумаю.

Удар о палубу привел в чувство, да автопилот почему-то всегда немного дергает. Почему, непонятно, ведь траектория рассчитывается автоматически и идеально. Непонятно. Закралось подозрение, что это специально в программу ошибку вносят. Чтобы не спали, или новичков троллят.

Ладно, дел полно. Захожу сразу на биржу, искать попутный грузовик. Тридцать тысяч, вылет через полдня. Только нет пассажирского места, придется все время торчать в боте. Ну и ладно, вытерплю и одиночество. Загрузка началась прямо сейчас. Я смотрел, как меня грузовой бот перетаскивает на грузовик. Очень интересно сидеть в кресле пилота и наблюдать, как тебя перемещают. Грузовик выглядел, как скелет рыбы. Были целыми голова и хвост. Остальное ребра. На которые навешивались контейнера. В одну из ячеек подвесили и мой бот со мной. Закрыв полностью обзор. Да и ладно, пойду спать. Нужно базу изучить, которую на присягу хана выдали.

Да, я понял, почему во время переходов сидят. Лежа же меня подкинуло над лежанкой и опустило, отбив почки и выбив воздух из легких. Хватаю воздух ртом, пытаясь после сна понять, что происходит. Меня вновь подняло и еще раз шваркнуло. Тут уже не до размышлений, перво-наперво принял сидячее положение. И тряска практически перестала, так, слегка подергивало. Я еле отдышался. Да, самое сложное, это то, что не знаешь, в какой момент переход будет. Огляделся и сразу вспомнил. Если у тебя раздвоение личности, радуйся – ты не одинок. Рядом сидел Сенсей.

– Ну что, побегаем? Подъем через три минуты.

– Пошли.

Я собрался и зашел в свой навороченный тренажер. Я уже два дня как радуюсь, что приобрел его. Все-таки приятней бежать по берегу моря, чем по резиновой полосе. Да, берег виртуальный. Но все равно развлечение.

– Тебе нужно будет сначала научиться управлять звеном истребителей. Научишься управлять звеном. Научишься управлять и эскадрой.

– Понял, как мне зарегистрироваться или записаться куда?

Сенсей на меня посмотрел.

– По-моему, давно стимулирующего разряда не было. Ноги-то нормально работают, а вот голова выключилась. Ты что, меня за справочную держишь? Сам разберешься. Я тебя только самообороне учу.

– Какая же это самооборона, если эскадрами управлять учишь.

– А как ты себя защитишь, если на тебя эскадра нападет? Только эскадрой.

Ну да, понятие «самооборона» весьма расплывчатое.

Глава 7

Через пару недель меня выгрузили в неизвестной системе. Вот это движение, да тут натуральные пробки. База тут была просто огромной, я не знаю, будет ли она соперничать с Луной. Но половина размера Луны точно, мало того, в разные стороны торчали причалы для сотней кораблей, что визуально увеличивали размер. По краям причаливали здоровые грузовики, в середине же как гроздья облепляли штанги причалов всевозможные боты, истребители, даже корветы.

Меня просто выгрузили. Подхватил манипулятор и оттолкнул в сторону. На связь вышел экипаж грузовика, спросил, все ли у меня нормально и нет ли претензий. Хотелось им, конечно, сказать, что могли предупредить о переходах. Но мог и сам с ними связаться, так что ответил, что все нормально.

Я запросил диспетчера, разрешения на посадку. Здесь никому не доверяют руление, только автопилот, и только под контролем диспетчера.

– Диспетчер, а как насчет стоянки?

– Открытая на причале сто кредитов в сутки.

Я быстро помножил. Три тысячи месяц. Дороговато. Ангар даже спрашивать не буду.

– Может, скидки есть, если на месяц снимать сразу.

– У тебя ремонтник рабочий, или ты просто его перегоняешь?

– Рабочий.

– Давай взаимозачет. Починишь сбитый причал, я тебя на десять дней в ангаре размещу бесплатно.

– Согласен.

Мой бот изменил движение. Он что, сразу меня на поломку отправил? Точно, вон пустая гнутая мачта причалов приближается. Мачта была метров шесть в диаметре, скорей всего внутри проходил пешеходный туннель. Длина же была около сотни метров. И вот эта вся конструкция была согнута буквой «Г».

– Как у вас получилось-то так согнуть, там силовой каркас столкновение с крейсером выдержит. А не выдержит, то вся мачта у основания быстрее согнется, чем посередине. А мачта для малых судов, как так?

– Ну есть у нас способные люди. Так что, починишь?

– Если на пятнадцать дней в ангаре разместишь, то починю обязательно. – Попытался выторговать хоть что-то.

– Не борзей, я могу без отчета только на десять дней размещать, на большее согласование нужно.

– Но у меня все расходники уйдут.

– Расходными материалами обеспечим.

– Ну хорошо тогда.

– Если что понадобится, вот контакт, со мной свяжись.

– О’кей.

Я приступил к работе. Примерно через два часа я понял, что продешевил, если бы деньгами брал за эту работу, я бы на полгода снял ангар. Два часа, а я все еще разбираю часть тоннеля по частям, добираясь до силовых ферм. Резануть просто не получалось, мачта изнутри была просто увита коммуникациями. По ней проходили энергошины, топливопроводы, да и просто уйма труб. Мачта использовалась еще и как заправка. Это не позволяло резануть просто металл, приходилось вскрывать по слоям. Вот наконец-то добрался до каркаса. Да тут как ни верти, придется вырезать две несущие фермы из четырех. Тогда две другие удастся разогнуть, нагрев их. Так и поступил. Теперь восстановить вырезанные фермы.

Хорошо что бот печатает металлом не как дрон. Дрон встает над запчастью на своих ногах и корпусом двигает туда-сюда. Бот же закрепляется тремя манипуляторами. А один манипулятор двигается, наплавляя металл. Если бы бот как печатная головка двигался, меня бы в кабине как погремушку о стенки болтало. Только вот моих запасов не хватит. Набрал диспетчера.

– Да.

– Мне расходные материалы нужны, сплав сюда идет дорогой на несущие фермы, у меня расходные материалы закончились.

– Что нужно?

Я скинул список. Мог, конечно, дописать что-то сверху, но вот как-то не приучился еще, да и проще людям смотреть в глаза, если косяков перед ними нет. Ну выиграю я лишних пятьсот кредитов, они мне погоды не сделают. Зато в зеркало приятнее смотреться, в том плане, что глаза от себя прятать не приходится. Хотя, возможно, я просто дурак.

Ко мне подлетел грузовой бот, скинув контейнер. Я подхватил его манипуляторами и отправил содержимое в приемный бункер. Там содержимое автоматически отсортируется.

Продолжим, главное, задать программу, я выбрал типовое решение. Манипулятор начал наращивать фермы. Вот и готовы фермы, всего-то полтора часа прошло. Я просветил конструкцию на скрытые дефекты. Все отлично. Хотя нужно перепроверить разогнутые фермы. С ними тоже все хорошо. Я все же проверил в своем искине, как они работают на деформацию. Ага, значит, пару усиливающих косынок в этом месте не повредят. Я усилил разогнутые фермы. Ну все, дальше рутина, по проверке труб и послойному покрытию мачты.

…Ого, шесть часов прошло. А я как бы с дороги.

Набрал диспетчера.

– Готово.

– Подожди, диагностов местных отправлю.

– А можно в ангар?

– А вдруг что доработать нужно будет.

– Ладно, хорошо, долго ждать-то?

– Ну сейчас дам заявку в нашу техническую службу…

– Не, как хочешь, давай двигай меня в ангар, а то они через пару суток придут. Если что, дернешь меня, подлечу и поправлю.

– Ну нет, не двое суток, конечно. Ну ладно, держи маршрут.

И меня автопилот повез по известному только ему маршруту.

База была огромной, поэтому лететь пришлось долго. Вот и гигантский шлюз ангара. Ангар был восьмигранным, и каждая грань имела свою гравитацию. И очень интересно было наблюдать, как по стенам и потолку ходят, как мухи, люди и сидят прилипшие истребители. Кстати, ангар был набит в основном истребителями. Мой бот стукнулся об площадку, сработали захваты. Я вышел из бота и крутил головой, куда дальше, непонятно. Отдал стандартный налог за посещение в виде покупки навигации по базе, а до этого оплатив на год доступ в сеть. Загорелись зеленые стрелки навигатора, я двинул по ним. Вот спуск, как в метро. Закрылись автоматические двери, и я попал в зал ожидания. Вот долгое время проторчал один, а тут сразу толпа. Скажу честно, просто поговорить хотелось, а все двигались по своим делам.

– О, это отважный новый наемник, – подлетел ко мне какой-то крендель со слишком слащавым лицом. – Давай за скромную плату я научу тебя, как в кратчайшее время стать профессиональным наемником.

Вот как ни хотелось поговорить с людьми после долгого одиночества, но с таким персонажем общаться не хотелось, явный лохотрон.

– Не интересует.

Прошел я мимо в сторону местного кафе, нужно сесть, все обдумать. Жилье снять, да как тут все устроено, посмотреть.

– Недорого провозим до третьего ранга, – выкрикивал какой-то зазывала. Тут и с плакатами стоят «Ранги быстро», «Второй ранг уже завтра».

А эти что тут делают? Это в играх каких они бы к месту были, а тут-то для чего они? Я потопал в сторону кафе. Столики все были заняты. Мне пришлось подсесть к черноволосой девушке.

– Привет. Не занято?

– Садись.

– Спасибо.

Я заказал себе стандартный обед, это бесформенная каша, ее все едят, она подходит для всех.

– Новенький?

– Да, только прилетел.

– В пехоту или в абордажники?

– В пилоты хотел.

– А-а, – сразу погрустнела девушка.

– А что тут так пилотов не любят?

– Любят, но не у всех деньги есть.

– База пилота вроде недорого стоит.

– База нет, а вот тренировки дорогие, две с половиной тысячи месяц. А если хочешь быть хорошим наемником, тренироваться нужно всегда.

– А ты куда?

– Пехота.

– Ты тоже только приехала?

– Ну, это зал новичков не просто так называется, тут таких залов куча. Сюда приходят те, у кого ни баз, ни нейросетей нет. Оставляешь свои данные вон в том терминале, и тебя работодатель отбирает. Устанавливает тебе нейросеть и базу, в счет будущего контракта.

– А ранги что такое?

Я задал вопрос, но подсознание что-то корябнуло, мне не ответили на вопрос прямо, значит, что-то не то с этой девушкой.

– А это когда ты зарегистрируешься, у тебя автоматически звание наемник появляется. А вот ранг говорит о том, какой ты хороший наемник. До пятого ранга в симуляторах дойти можно. Выше только после реальных боев.

– На что влияет ранг?

Продолжал говорить, а сам осматривал зал. Что-то на меня косятся все. Да и сидела она одна, видать, не просто так.

– На деньги, которые тебе платить будут. Кто тебя наймет с малым рангом? Только как мясо. И оплата будет как у мяса.

– Я думал, тут важна репутация.

– Репутация у отрядов и командиров важна. Командир, если взял кого в отряд, то он за него отвечает.

– Ясно. А как регистрироваться?

– Не бойся, сейчас из зала выходить будем, тебя просто так не пропустят. Либо как наемника зарегистрируют, либо как гостя. Только оружие сразу впиши, которое есть, там могут сразу ранг дать, если у тебя ствол военный. Я вижу, у тебя ствол военного образца.

– А как ты с ходу определила?

– Оружием интересуюсь.

Явно девушка непростая, наверное, нужно и винтовку свою зарегистрировать, вдруг в будущем пригодится. Хотя она же не просто так у меня выспрашивает про оружие. Лучше пойду-ка я отсюда.

– Оставь свой контакт на всякий случай, вдруг абордажники понадобятся.

– Ты тоже свой скинь, вдруг пилоты нужны будут.

Обменялись контактами, хотел оплатить обед за двоих, но деньги тут снимались до заказа.

– Ну давай, удачи. Как-нибудь встретимся, с меня обед.

Я встал из-за стола.

– А ты что, вместе со мной не пойдешь?

– Нет, после твоего совета получается, что я забыл кое-что.

– У тебя что, еще ствол есть?

– Есть, пойду возьму.

– Да нет, там за количество не добавляют ранги… Да ладно, у тебя второй крутой ствол есть?

– А холодное оружие влияет на что?

– Не знаю, возьми на всякий случай. Можно я с тобой схожу, глянуть уж больно охота, что у тебя за арсенал.

Вот вопрос теперь в голове, она явно ко мне не клеится. Ей для чего-то нужно, что называется, меня осмотреть, ощупать. Конечно, можно ее и послать. Но и связи мне нужны.

– Что-то ты больно любопытная. Но пошли, я ничего не скрываю.

Поставил в навигаторе новую точку, стрелки повели в обратную сторону.

– Как зовут-то тебя, меня Рико?

– Дикий.

– А имя как?

– Один эсбэшник пошутил, теперь такое имя у меня.

– Так переоформить вроде недолго.

– А, забудь, привык уже.

Мы подошли к моему боту.

– Так это ты недавно мачту чинил?

– Что-то ты больно осведомленная для новичка.

– Ну, я тебе не говорила, что я новичок. Я сказала, что это зал новичков.

– Да все, я тебя боюсь. Получается, я в СБ вляпался с ходу. Ты поэтому одна сидела, что боялись все к тебе подходить? А я один, лопух, сразу подсел.

– А что вам всем служба безопасности не нравится?

– Не то чтобы не нравилось, но лучше подальше от вас держаться.

– И что, на борт теперь не пригласишь?

– Пошли, мне нечего скрывать.

Мы прошли на борт.

– Уютненько.

Как-то сразу Остроухая вспомнилась, даже везде все защемило, это она здесь планировку делала, я только тренажер сюда втиснул.

– Подруга обставляла.

Сказал я, рубя себе же надежду на хороший вечер и показывая, что территория занята…

– Ясно, – неопределенно ответила.

Я подошел к оружейному сейфу и распахнул его.

– Лоб твою медь, это ты говоришь, что тебе нечего скрывать?

Я уставился на длинный ствол дальнобойной винтовки, которую устанавливал как пушку в свой БТР. Что-то я про него забыл совсем, хотел же доработать и на бот поставить, да замотался и забыл. А что у нас там, за переделку оружия? Не помню, вроде ничего.

– А что, тут что-то противозаконное?

– А у тебя есть право пользования слонобоем?

– Слонобоем нет, он неисправен немного. Нет компенсатора отдачи. Но я его как орудие бота установлю потом. Так что это запчасть.

– А винтовка тоже запчасть?

– А на винтовку у меня права есть.

– Да ладно, а я бабушка ко…

Я взял винтовку, снял с предохранителя, вынул, снова вставил обойму. Перевернув рукояткой вверх, показал зеленый маркер, что оружие привязано. Рико не договорила, так и осталась с открытым ртом.

– Так чья ты там бабушка?

– А холодняк? – игнорируя мою подначку, спросила Рико.

Я убрал винтовку, открыл футляр с палашом.

– Пожалуйста.

– И что, и этим умеешь пользоваться?

– Нет для красоты вожу.

Рико достала сканер, отсканировала палаш, винтовку.

– Достань игольник.

Я вынул его из кобуры. Она отсканировала и его.

– Все, можно брать с собой на регистрацию?

– Нет. Оставь-ка ты лучше все тяжелое здесь, пошли.

– А как же регистрация?

– Пошли говорю, что-то ты, новичок, больно упакованный. Бот надежно защищен?

Ну вот опять влип, куда меня ведут? Явно же не на чашку чая.

– Надежно, один абордажник даже присутствует.

– А что его не показал?

– Так это не носимое оружие.

Мы дошли быстрым шагом к выходу из зала. Прошли через турникет и завернули в служебную дверь. Тут нас встретил закованный в среднюю броню служивый.

– Это со мной.

Рико махнула в сторону меня, мы свернули в узкий коридорчик. И тут же зашли в один из кабинетов. Там сидел довольно грузный чиновник в форменном комбинезоне.

– Кого ты опять притащила?.. – невежливо начал клерк.

– Заткнись, Пузырь. Давай оформляй.

Мне начали задавать вопросы.

– Цель прибытия.

– Хочу вступить в наемники.

– Чтобы быть наемником, не нужно в наемники ступать, просто наймись к кому-нибудь и ты наемник. У нас здесь в гильдию наемников можно вступить.

Я открыл рот, чтобы что-то сказать.

– Пузырь, оформляй, некогда, его еще через полигон прогнать нужно, – это не вытерпела Рико.

– Кем оформлять?

– Пилот истребителя, командир.

Клерк засмеялся.

– Командиров тут не оформляют.

– Давай быстрее, и пехотинец напиши, – снова влезла Рико.

– Все, держи.

Мне пришел пакет данных. Все теперь я могу отображать на комбинезоне нашивку гильдии наемников. Что я и сделал, отобразив, что принадлежу к пехоте, и нашивки пилота, правда без рангов пока.

– Пошли.

Рико потянула меня за рукав и, выйдя из кабинета, затолкала в лифт. Вышли у другой двери. За дверью было что-то похожее на тир. Тут за стойкой сидел старый вояка. Рико подлетела к нему, передавая данные со сканера. Через секунду открылась дверка, и из нее на прилавок вояка выложил точные копии моего оружия. игольника, винтовки и палаша.

– Ну что, сынок, стрелять приходилось, или только симулятор проходил?

– Совсем маленько.

– По кому стрелял? Кроме людей, конечно.

– По дронам, турелям.

– Ну а еще по кому?

Я пожал плечами.

– Может, и арахнидов стрелял? – язвительно в голосе спросила Рико.

– Немного стрелял.

– Живых видел?

Я пожал плечами.

– Видел.

– Сейчас проверим, как ты их видел, – с вызовом сказала Рико.

– Я как бы с дороги еще не отдыхал, после дороги еще шесть часов работал, может, завтра?

– Боишься?

– Конечно, боюсь.

– Не дрейфь давай, сдай свой игольник. Возьми муляжи.

Сдав игольник, я вооружился муляжами, палаш опять неудобно повис на ноге, мешал здорово. Нужно будет придумать, как его подвесить правильно. Но это потом, а сейчас встал в центре начерченного круга, прижал винтовку к плечу. Без предупреждения погас свет, и я оказался на каком то астероиде. Вот из-под земли вылетел первый паук, нет, все возможности не нужно показывать. Я отстрелил две ноги в суставах. Тут еще два тоннеля открылись, и с трех сторон на меня посыпались пауки. Я не хотел светить своими возможностями, но в азарте начал валить пауков с одного-двух выстрелов. что-то они долго испытания проводят, около выхода из тоннелей лежали уже горы трупов пауков. Ах, гады, обойма всего одна, и она сейчас закончится, два выстрела осталось. Ладно, уберем их про запас, я закинул винтовку на спину и выхватил игольник. Тут все сложнее, конечно, игольник не пробивал хитин, который прикрывал жизненно важные органы. Приходилось натурально издеваться над пауками, отстреливая им лапы. Пауки практически успевали добегать до меня, но у меня маневр был в пределах круга, я отходил то туда, то сюда. Достаточно отстрелить четыре любых ноги, как паук превращался в калеку, который практически не двигался. Вот и в игольнике иглы почти закончились, остались с десяток. Я переложил игольник в левую руку, в правую взял палаш. С холодным оружием немного шансов. Правда, штурмовики в тяжелой броне именно в ближнем бою встречают пауков, у них вообще виброножи. Но опять же у меня тяжелой брони нет. Вот вылетает паук, перед броском он немного присаживается. Я это еще на уроках Сенсея заметил. Вот он кидается в полет, расставляя передние лапы. Чуть в сторону, чтобы тело паука мимо пролетело, от лапы не увернуться никак, зато виброклинок срубает две лапы, даже не заметив сопротивления. Так-то в учебном бою Сенсея клинок чувствует сопротивление, и две срубить проблема. Но тут симулятор, муляж палаша имеет массу и габариты настоящего, а вот пауки неосязаемая голограмма, поэтому палаш рубит их все равно что воздух. На обратном движении разрубаю нервный узел. Вот второй, его тоже. Тут два сразу. Как один присел, отстреливаю ему ногу. И бегом к нему, пока второй прыгает. Успеваю располовинить головогрудь. Оборачиваюсь – второй летит. Не успеваю, просто подныриваю под него, при этом вспарывая брюхо. Через меня летит уже труп. Не были бы голограммами, уделался бы я в жиже по самое не хочу. Некогда думать, тут еще прыгают. Я вертелся, как уж на горячей сковородке. Вокруг меня валялись тушки пауков. Если бы они не были голограммами, я бы сдулся на третьем. Да и чисто в тушках запутался бы, под ногами неосязаемо куча трупов валялась. С десяток точно набил только палашом. Да и то потому, что игольником пользовался. Вот трое одновременно прыгают, я срубаю одного. Остальные достают меня, я внутренне сжался, ожидая боли, но просто включился свет.

Рико стояла с открытым ртом. Вот я дебил, ну что я наделал. Нельзя светить так своими умениями.

– Пожалуй, я не буду называть тебя сынком.

– Да называйте как хотите.

– Дикий, скажи-ка, ты реально бился с пауками?

– Чуть-чуть.

– А как тебе наша гордость – симулятор боя.

– Для стреляющего оружия хорошо, для холодного никак вообще, как будто воздух рубишь, аж по две ноги отлетают, и панцирь пробивается без сопротивления. В реальности я бы так не смог, меня массой убитого паука придавило бы, уже на третьем пауке. Да и панцирь не рубится пополам.

– То есть ты реально бился с пауками.

– Ну вы еще раз десять спросите, давайте заканчивать, да я спать пойду, и так вымотался. С дороги все-таки, а вы меня сразу в такой оборот.

– Ты всю дорогу спал, – наконец-то очнулась Рико.

– Не важно, переходы выматывают, а я еще вашу базу чинил.

– Ладно, я тебя долго не задержу, предлагаю тебе работу.

– Извини, я для другого сюда прилетел.

– Для чего?

– Опыта в командовании набраться.

– Так мы тебя командиром роты сделаем, опыта будет хоть отбавляй.

– Извини, не могу к вам идти, клятва держит.

– Ну смотри, просто так я тебя все равно не отстану, пока свободен.

– Хорошо.

– Иди игольник забери, да, и ранги подтверди.

Я подошел, сдал муляжи и забрал игольник. Старый вояка что-то жал в виртуальном экране одним пальцем. Как будто бегающих муравьев давит на невидимом стекле. Пришло подтверждение рангов. Я, копируя вояку, потыкал в воздухе пальцем. Что?! Они мне десятый ранг пехотинца дали и десятый ранг техника, хотя как ремонтник я не регистрировался. А вот пилота только второй ранг. У меня для этих нашивок уже плеча не хватает. Если включить отображения всех званий, то у меня уже такая мешанина из одних только ремонтных умений.

– А… – начал было я, как меня перебил вояка:

– У нас норматив, кто десять пауков отстреливает, тому автоматически десятый ранг присваивается. Ты же вошел в десятку лучших, занял седьмое место.

А вот это интересно, даже обидно как-то, я думал, что я супермен, а тут раз, и ты даже не в тройке лучших.

– Чего скривился? Десятка лучших, это за четыреста последних лет. Похожий на твой результат пятьдесят лет назад был. И то это только потому, что с пауками тогда большая стычка была. Основная масса вояк и с десятью пауками не справляется.

– А пилота почему второго дали?

– Потому что ты практический опыт пилотирования имеешь.

– Все, можно идти спать?

– Хотелось бы посмотреть, как ты по дронам стреляешь.

– Давайте потом.

– Ну давай потом.

Уж больно легко согласились они. Явно тоже подоплека какая-то есть, либо тренажер долго перенастраивать, либо в зал другой идти, а он не работает. А это и не важно, главное чтобы не передумали. Я молча развернулся и бегом к двери.

– Стой. Отображение рангов включи.

Я опять понажимал в настройках. На плече высветились лычки. Угу, получается в пехоте я штурмовик, десятый ранг, техник, понятно, ну и пилот.

– Всё?

– Не нужно стесняться своих званий. Все, иди.

Я вышел за дверь, тут же залез в настройки и оставил отображение нашивки гильдии наемников только пилота второго ранга. Кстати, при наведении взгляда на нашивку выпадало описание. Пилот малого вспомогательного флота, ранг второй. Так же оставил отображение гражданских званий, что я техник и пилот. Все, остальные нашивки скрыл. Это поначалу, когда первую нашивку техника получил, я ходил левым плечом вперед и чуть ли пальцем не показывал. Видали? А сейчас не, лучше уберу от греха подальше.

Куда мне теперь? В гостиницу? Для чего? Мне до бота можно спокойно дойти. Я поставил навигатор на бота и двинул узкими коридорами, которые, кстати, охранялись. К служебным лифтам доступа у меня не было, поэтому вышел на улицу. Да, явно не скажешь, что нахожусь на станции. Гудящая улица, по улице шли по своим делам не только люди. Вот впервые язык не поворачивается сказать «люди», да, людей было процентов девяносто, остальные десять были не люди. Я, стараясь не смотреть по сторонам, шел по видимым только мне зеленым стрелочкам на полу. Вот стрелки привели к огромной толпе. Я даже сначала подумал, что демонстрация или митинг какой. Хотя народ стоял перед четырьмя дверями. Над дверями была надпись с названием сектора станции. Вот двери открылись, оттуда повалил народ, толпа начала штурмовать освободившееся помещение. А, так это метро местное. Я глянул на стрелки, там, где я стоял, было зеленым, а дальше красным, значит, мне не туда. Двери закрылись, толпа перед дверьми поредела. Это не могло не радовать, вот только за три минуты она снова разрослась. Я даже обрадоваться не успел, как опять погрустнел. Хотя вот подошла к толпе девушка, явно не человеческая. А какой-то кошачьей расы. Хотя почему какой-то расы? Из баз знаний я знал, что эта раса называется мзим. А почему девушка, да потому что затянутая в комбинезон фигура у нее была вполне девичьей, только большие кошачьи глаза и милые шевелящиеся ушки говорили, что это не человек. У меня закрались очень пошлые мыслишки в голову. Интересно, а шерстка у нее мягкая? А коготки острые?

Минут через пятнадцать над дверью загорелась надпись «зал новичков». И стрелка загорелась зеленым, мне туда. Я вместе с толпой начал штурм вагона. Мне даже толкаться не пришлось, толпа меня подхватила и внесла вовнутрь, прижав к девушке мзим, ну, мечта почти сбывается, я как бы случайно, когда меня толкнули, потрогал шерстку на шее, очень мягкая. Представительница мзим зашипела на окружающих. Вроде все хорошо, но где-то я читал, если вам партнер не подходит, то вам в первую очередь не понравится запах. Так и сейчас легкий, едва уловимый запах мускуса, который должен быть приятным, но вызывал отвращение. В общем, я понял, что с девушкой мзим близко знакомиться я точно не буду.

Вагон же на мое удивление шел с остановками, видно, «зал новичков» это конечная. Толпа в вагоне то редела, то вновь набивалась. Ехать пришлось минут двадцать. Я вспоминаю, что в ту сторону везли меня куда быстрее, но это и понятно, без остановок.

Вагон высадил нас не в зале, а за турникетами. Как проходить их, я не знал, у меня пропуска не было. Но видно, реагирует на нашивку. При подходе турникет загорелся зеленым, и я спокойно прошел. Все, спать, завтра делами займусь.

Глава 8

Утром подъем был на пятнадцать минут раньше, Сенсей погнал меня на местную полосу препятствий. Я и знать не знал, что такая здесь есть, оказалось, есть. Чтобы бесплатно зайти на нее, пришлось активировать нашивку пехотинца. На полосе было немноголюдно, если считать со мной. Людей было трое, зато нелюдей было достаточно много. Пара групп мзимов, вон отдельно бегают вроде люди, но с четырьмя руками. Кажется, это креаты. Вон еле двигаются непонятные чубаки. Это, наверно, колдари.

Зато люди были знакомые, там бегала Рико, она махнула мне рукой, я улыбнулся и махнул в ответ.

– Шалага, ушди с шдароги.

Это прошипела мне одна из мзим, которые группой заходили на полосу, а я им мешал.

– Я тоже думаю, что ты расслабился, – сказал Сенсей.

Креаты, которые были довольно далеко, все как по команде повернули головы в мою сторону.

– Что-то ты популярным становишься, я думал, ты только моя шизофрения, а тебя все больше народу видит.

– Не видят они меня, просто чуют.

Креаты синхронно на секунду склонили голову. И явно не ко мне это относилось.

– А-а.

Я под улыбки креатов вытянулся от удара палкой по горбу. Вот гады, видать, знают, что это такое.

– Вперед.

Полос препятствий было несколько, изображали различные планеты или коридоры станций. Я за сегодня прошел пару. Немножко вспотел. Жалко, бассейна нет.

На выходе меня ждала Рико.

– Привет, не думала, что ты с утра разминаешься.

– А я как раз наоборот, думал, народу побольше будет, а тут только негуманоиды, даже обидно за свою расу.

– Ничего обидного, просто командиры отрядов своих гоняют принудительно, то есть ты утром пробежался, а через пару часов опять вместе с отрядом бежать. С утра бегают те, кто без отряда, или малые отряды. Остальные бегают отрядом. В течение дня очередь, командиры заранее записываются, дорожки бронируют.

– Ясно, а ты чего без отряда.

– С отрядом, я как раз отряд гоняю, поэтому сама пораньше бегаю.

– Понятно.

Мимо прошли пять креатов. Все сцепили верхнюю пару рук.

Я не зная, как ответить, так же сцепил руки. Они заулыбались и прошли мимо.

– Что это они? – удивилась Рико.

– Не знаю, даже не знаю, что обозначает этот жест.

– А для чего ты им тогда так же махал?

– Ну не знаю, обычно на приветствие так же отвечают.

Рико улыбнулась.

– Они не приветствовали тебя, этот жест обозначает «держись».

– Да? Что-то странно, может, на тебя намекают?

– Дурак. Странно не то, что это обозначает. Странно то, что креаты вообще с тобой разговаривают, тем более жесты показывают. Это очень закрытая раса. Можно нанять креата как телохранителя, но услышать от него слово… этого уже не каждый добиться может. А уж жесты у них только между своими.

– Не знал. А тут бассейн есть у вас? – сменил я тему разговора.

– Есть, но платный. Ты не надумал к нам?

– Нет, извини.

– Ну встретимся тогда.

– Подожди, а как жест «спасибо» у них?

Рико приложила кулак к груди. Я ответил ей таким же жестом.

Все, теперь дела. Нужно на симуляторах погонять, а для этого их нужно еще найти. Да отключить все свои нашивки не забыть, нечего светиться.

Зал симуляторов был не один, их было множество, выбрал самый ближний от полосы препятствия, он оказался в пятнадцати минутах. Пока шел, увидел вывеску гостиницы. Наверное, зайду, сниму себе жилье, чтобы утром на пятнадцать минут дольше спать, а то Сенсей ведь не успокоится, так и будет гонять. Цены вполне, всего триста кредитов за однокомнатный номер. За месяц скидка. Отдал две с половиной тысячи. Дошел наконец-то до пилотских симуляторов. Цены такие же, триста кредитов день. Месячный абонент две с половиной тысячи. Оплатил и здесь месяц. М-да, с такими ценами быстро банкротом станешь.

Вот наконец-то добрался до симулятора, сел в кабину. Кабинка, конечно, узковатая, не как в боте. Показал допуск, у меня базы выучены на более сложный ранг пилота, поэтому пилотирование истребителя у меня было в общей программе. Не стал выбирать ПВП, где воюешь против такого же человека, как и ты, выбрал бой с искином. Ну что ж, в бой. Я взлетел с базы. Опыт пилотирования какой-никакой у меня был, а вот опыта боев у меня никаких, хотя теория кое-какая заложена Сенсеем.

Вот я лечу на встречу с вражеским истребителем, рассчитывая покружить в бою, как истребители летали во Вторую мировую. Вот появился маркер цели, я лечу на него. Пиликает автомат захвата цели. Истребителя совершенно не видно, только жирный круглый маркер со стрелкой, где он должен быть. Цель захвачена самонаводящимися ракетами. Но нет, ракеты это для слаб…

Взрыв вражеской ракеты у меня по курсу, мой истребитель прошивает облако шрапнели, причем шрапнель пробивает любые складки пространства и щиты.

Мне еще Дед объяснял, что летать ничего не может со скоростью, даже близкой к двум десятым световой скорости, из-за столкновения с пылинками. Иначе на такой скорости атомы пыли так близко к атомам обшивки корабля приблизятся, что произойдет термоядерный взрыв. Спасает кавитатор, это маленький пятачок с хитрым рифлением на конце штыря, который при движении перед кораблем или истребителем искривляет пространство. Образуя пространственную каверну, в ней истребитель летит, как в пузыре, ни с чем не сталкиваясь. Шрапнель же пробивает эту каверну, и истребитель вспыхивает в термоядерном взрыве. В общем, я и нарвался на эту шрапнель с ракеты.

Ладно, отключим противнику ракеты и полетаем-постреляем.

Снова разгоняюсь, противник в прицеле. Успеваю всего один раз выстрелить, как противник ушел в точку где-то сзади, разворачиваюсь. А где противник? Да черт знает, наверное, нашу базы бомбит. Точно, цель миссии не выполнена.

Ясно, мне мешают стереотипы. Почему-то я думаю, что бой должен быть… Вжиу-вжиу, фьють-фьють, э-э-э, бубух. Поэтому я ничего и не понимал, что мне Сенсей объяснял про бои в космосе на истребителях. Я ведь считал, это как в игрушках летаешь-вертишься. А ведь точно, скорость что у меня треть световой, что у противника. За секунду мы разлетаемся в разные стороны, на двести тысяч километров. Да что там мне догонять, выпущенная ракета и то всего в два раза быстрее меня летит. А выпущенный плазменный выстрел в три раза быстрее летит. То есть стрелять вдогонку абсолютно бесполезно, она ракетой если и догонит, то шрапнель не пробьет. Одно дело, когда навстречу, скорости складываются, а когда догоняет, отнимаются. Что с плазменной пушки вдогонку стрелять, увернуться как нечего делать, если вплотную не догнать. Остается лазер, но истребители имеют покрытие, как катафоты на велосипеде. Луч просто отражается, причем всегда в ту точку, откуда вылетел, себе дороже с него стрелять. С плазменных пушек не попасть по истребителю, даже когда навстречу летит, полет хаотичный, истребитель спонтанно меняет траекторию. Попасть почти невозможно, только слаженным залпом из нескольких орудий, которые простреливают все пространство, одновременно все вероятные точки, где должен быть истребитель в этот момент. Да и то времени на выстрел очень мало, вот истребитель за триста тысяч километров, через три секунды он уже в метре от тебя. Тут только автоматика, доли секунды решают всё. Человек на кнопку жмет дольше. Поэтому на боте сложнее летать, чем на истребителе. На истребителе ты как придаток, который дает направление движения, искин рассчитывает траекторию движения. А еще ты даешь разрешение на уничтожение целей. Можно, конечно, и принудительно пострелять, особенно ракетами.

Я почему-то считал, что истребители не серьезная техника в космосе, думал, летать не смогут, искин вычислит траекторию и автоматическая турель выстрелит в ту точку. Но опять предубеждение, почему-то считаю, что снаряд летит много быстрее цели, а тут не совсем так. Единственное действенное средство – это ракета со шрапнелью. Что интересно, понял, почему истребители не летают с более высокими скоростями. Они на них не могут маневрировать, а значит, становятся легкими целями для ракет. Да и от пилота ничего практически не требуется. Так, подправить полет и вовремя нажать на пуск ракеты.

Ну, вроде все понял, погнал еще раз. Взлет, разгон. Враг только попал в автозахват, пуск ракеты автоматический, в самый лучший момент для этого.

Только одновременно с моими действиями действует и противник. Когда пиликнул автозахват, почти одновременно тренькнуло сообщение, что я попал в захват. Вот моя ракета поразила цель. Не успел я обрадоваться, как меня поразила ракета цели.

Да чтоб тебя, давай снова.

Взлет, разгон, захват, выстрел, чуть посмотреть, и на маневр. Противник уничтожен, я уничтожен. Все понял, нечего там смотреть, сразу линять нужно.

Еще взлет, только теперь разгон, как только цель захватилась, сразу выстрел, маневр в сторону, разворачиваться и назад. Есть, противник уничтожен, меня на развороте немного задело, повредило истребитель, своим ходом лететь могу, но не боец. Уже лучше. Значит, маневр нужно отработать, чтобы меньше времени занимал, и попробовать выстрелить за секунду до захвата цели. Да, немного не оптимальный выстрел получится, но зато секунда добавится на маневр.

Пробую. Взлет, разгон, за долю секунды до захвата цели выпускаю ракету и начинаю маневр. Есть, цель захвачена, мой истребитель разваливается от резкого маневра. Цель поражена. Меня накрывает ракета.

Взлет, выпускаю ракету, начинаю маневр, цель ушла, ракета так и не поймала цель. Слишком поспешил. Нет, лучше не рисковать так. Противник уничтожает мою базу.

Заново. Взлет, жду, когда захват начал сходиться, выпускаю ракету, начинаю маневр, цель захвачена. Я ухожу на разворот. Цель поражена. Фух, получилось. Бах, меня догнала ракета. Да чтоб тебя. Точно, ловушки же нужно отстреливать.

Взлет, захват, начал сходиться, выпускаю ракету, начинаю маневр, захват цели. отстреливаю ловушку. Противник уничтожен, вражеская ракета погналась за ловушкой и взорвалась на ней. Наконец-то простейшее упражнение выполнил.

Обкатывал это упражнение еще час, чтобы все на автомате было. Вроде не сделал ни одной ошибки.

Подключим бои с реальными пилотами, ух, драйв какой, дайте мне противника, сейчас я его.

Взлет, ускорение, появилась цель, автоматический захват начал сводиться, выпускаю ракету. В меня летят трассера плазменных выстрелов. Он серьезно? Думает, попадет? Начинаю маневр. Скидываю ловушку. Есть поражение цели. Йес-йес-й-ес, так его, второго давайте.

Взлет, автозахват начинает сводиться, в меня летят трассера, делаю маневр, противник зеркально выполняет мои действия. Моя ракета взрывается об ловушку, его тоже. Маркер цели видно отовсюду, хоть саму цель и не видно. Снова сближение, выпускаю ракету и на разворот, следом выпускаю ловушку. Моя ракета влетает в ловушку, его тоже. Это мы так долго летать будем. Бах! Он, оказывается, две ракеты выпустил, а я одну ловушку. Вторая ракета меня и накрыла. Хитрый противник, однако, попался, однозначно ему плюс.

Заново, сближение, навстречу летят трассера выстрелов, для чего они стреляют, чтобы попасть, это такой случай должен быть. Фух. Отлетает правый стабилизатор, Мой истребитель закрутило так, что его разорвало на мелкие куски. Вот и ответ, случай может и произойти, так что стрелять не возбраняется, вдруг попадет. Я сразу подключаю у себя автоматическую стрельбу по цели.

В общем, не вылезал со симуляторов целую неделю, даже стало получаться чуть больше половины раз выигрывать. Нужен выходной, а то мозг отключаться начнет. Тут как раз сообщение от знакомого диспетчера.

«Не хочешь поработать?»

«За еду?»

«Нет, за кредиты, но десять процентов мне за заказ».

«Десять не жирно?»

«Согласен на семь».

«О’кей, давай».

Мне пришлось залатать кабину грузовика, заплатили прилично. Двадцать тысяч, сразу перевел процент диспетчеру. На следующий день снова кто-то с кем-то стукнулся на подлете. Починил до трех часов дня. С трех и до одиннадцати вечера торчал в симуляторе. Перешел в отрядные бои. Без проблем поставил сбор отряда на бой пять на пять. Немного посидел, подождал, собрались новички в кучу, один более-менее профессионал. Ну что, поехали.

Так-то я тактику изучал, прикрывать фланги, нападать либо с одного фланга, либо с другого, либо по центру.

– Так, давайте вот сюда переходим, один прикрывает здесь.

Тут вмешивается профессионал, который затесался к нам в отряд:

– Я в эту точку полечу, командир, поставь кого-нибудь прикрыть.

Какого лешего, я же тут командир. Но ведь он уже двигает туда, и если его не прикрыть, его собьют, а следом и нас.

Нас слили довольно быстро. Профессионал обозвал всех рукожопами, меня конкретно валенком, что я неправильно командовал, а команда – дебилы конченные, его не прикрывали. Тут я не выдержал, наорал на этого профессионала. Хотел пообещать найти его. Но тот на то и профессионал, что вовремя вышел из пати, и кричал я в пустоту. Ребята попросили еще бой. Но я ясно понял, что не получится. Нужно сначала посмотреть, как другие командуют, а лишь потом самому начинать. И я начал тренироваться в различных командах. Командиры тоже в основном искали виноватых, оправдывая свои проигрыши, выгоняя кого то из команды, команда валила на командира и других игроков, и выходили после боя по одному или по двое из отряда. Пару раз досталось и мне. Причем обидно было, командир послал, потом сам же отчитывал, зачем я туда полетел. В один день зашел в отряд, а там не воюют, командир сидит и растолковывает, что собирает постоянный отряд. Что постоянным отрядом легче тренироваться, когда все друг к другу привыкают. И что он нас натаскает, так как ему отряд нужен, а выйти мы из отряда всегда сможем. А так через месяц уже наймемся к кому и деньги получать будем. Вот так я вступил в постоянный отряд.

Первое отличие, это жесткое требование быть на тренировках с семи до десяти вечера. Если честно, командир нашего отряда, наверное, где-то менеджером по персоналу работал. Потому что тренировки начинались с накачивания нас разной шелухой. О том, как необходимо быть на тренировках, что если ты не сможешь быть, предупреждать нужно заранее. Во время боя не засорять эфир. Получил приказ – жмешь подтверждение, не можешь выполнить – жмешь отмену. У командира на тактической карте около каждого истребителя загорается зеленый или красный огонек. И он так видит, понял ты его или нет. Главное, он объяснял, что сначала проигрыши будут и что на это не нужно пока обращать внимания, вот в будущем, когда натренируемся, будем всех щемить, будут нас все бояться. Короче, мы сидели, слушали и откровенно скучали, хотелось уже в бой. Хотя нужно отдать должное командиру, говорил он хорошо, а главное, народ не разбегался сразу, веря в светлое будущее.

Проводили бои, и если мы выигрывали, то командир подробно объяснял, как нам повезло с хорошим командиром, если же мы проигрывали, командир объяснял, какие мы слабоумные, что не слушаем приказы. Но хоть немного разбирали бои. Я, конечно, больше всего принимал участие в обсуждениях, мне было интересно. А иногда и откровенно спорил, защищая бойцов, которых командир назначал виноватыми.

Где-то через неделю нас набралось под пятьдесят человек, командир не успевал проводить бои со всеми, самый большой отряд, который можно было собрать, это отряд в двадцать человек. У командира был друг. Он его поставил на должность «правой руки», но тот вообще не командовал, числился для галочки. Поэтому командир затеял разговор.

– Мне нужно поставить командиров звеньев. Кто хочет?

А в ответ тишина.

– Похоже, никто не хочет.

Ответил я за всех, как-то само повелось. Командир спрашивает всех, отвечаю я в основном, остальные больше молчали. Хотя странно, вроде все хотят быть командирами, а как вопрос задают «будешь командиром?», сразу все на попятную. Нас воспитывают, что ли, так, чтобы не лезли никуда. Ведь если залезешь, отвечать потом тебе. А мне деваться некуда, я тут именно из-за этого.

– А ты хочешь командиром звена быть?

– Нет.

– Почему?

– Я хочу быть «левой рукой».

Командир на секунду осекся, видно, приготовил речь, а я тут нестандартное выдал.

– Хорошо, давай попробуем.

Мне пришло уведомление, что у меня изменилась должность в отряде, это, кстати, отобразилось и на нашивке наемника. Еще одна лычка, за которыми некоторые гоняются, а мне как-то сами падают.

Командир быстро разделил отряд пополам. Хоть и числилось пятьдесят человек, на тренировки в лучшем случае приходило сорок. Конечно, мне досталось девятнадцать, ему двадцать, помимо этого, он отобрал себе лучших по статистике. У кого больше проведено учебных боев и побед в них.

– Все, теперь наш отряд разделен на два состава, золотой и серебряный. Серебряный состав будет нашей учебкой, лучших из серебряного состава будем переводить в золотой состав. Лучших в золотом составе будем награждать, премиями или техникой. А теперь давайте в тренировочный бой.

Естественно, серебряный состав продул.

Дальше меня командир пригласил на совещание. Все это происходило в виртуальной среде, поэтому как выглядит командир я не знаю. Там присутствовал и первый зам, только он молчал постоянно, его я не только не видел, но и не слышал. Наверное, он правая рука командира только из-за лычки.

Командир говорил долго и нудно. Если убрать обещания золотых гор, то мои обязанности – рекрутировать новых бойцов. Проводить с ними тренировки, а как натренирую, то этих бойцов у меня заберут. За это я получу… очень много всего получу. Но в будущем. Я прекрасно видел, что меня используют, но так и я использовал его. Моя задача не заработать, а научиться. А тут прекрасная возможность. Командир хоть много говорил, но что-то полезное в его разговоре было, особенно про стандартный уклад жизни других отрядов.

Первым делом я начал смотреть видеоуроки, как управлять звеном. Оказывается, тут в сети, и не дорого, были видеоуроки по боям. Я заинтересовался, хотел по управлению звеном посмотреть, а тут такие интересные вещи рассказывают: о проведении маневров, маскировке и правильной стрельбе. Поэтому до управления звеном руки не дошли. Понравился вариант ведения боя с помощью мин, когда истребители летят, скидывают мины на определенном расстоянии. Если противник прорвется, мины разом детонируют, усеивая шрапнелью все пространство.

Также описывались некоторые тонкости, к примеру систему обороняют автоматические истребители, они не то что дешевле, они не требуют пилотов, и их количество ограничивается только финансированием изготовления. Пилотам же нужно постоянно оплачивать тренировочные полеты, чтобы они не растеряли своих навыков, да их еще трудно наклепать. А еще захватчики не могут заглушить средства РЭБ, это расшифровывается как средство радиоэлектронной борьбы, если кто не знает. Ну зашлют захватчики сюда пару кораблей с РЭБ, но это ничто по сравнению с местной сетью. А вот местные в мирное время на каждый астероид могут ретрансляторы установить, поэтому местные беспилотники будут летать, а пришлые полетят по заложенной в них программе на одну цель, а там, как правило, ловушки. Захватчики всегда используют пилотируемые истребители и штурмовики, просто по-другому не могут. А обороняющиеся используют еще и беспилотники. Также видео объясняет правила сети центрической войны. Искин командира звена рассчитывает выстрелы плазменных пушек всех истребителей. И выстрелы идут скопом по одной цели с разными учреждениями. Опять-таки, если нет мощной РЭБ, только словами команды передавать можно.

Очень интересны противокорабельные торпеды. Они правда тяжелые, и на истребитель по одной или две навешаны могут быть, в зависимости от модели истребителя. Сам взрыв в космосе бесполезен, безвоздушное пространство, взрывной волне негде распространяться. А во время боя со всех отсеков корабля откачивается воздух. Кроме боевых отсеков и рубки. Но они защищены троекратно. Торпеда же использует кумулятивную струю, чтобы прожечь любую броню. Только вот в струе несгораемые частички твердого взрывчатого вещества. Которое наполняет внутренний объем помещения. А потом это все детонирует с такой силой, что временно появляется кваркоглюконная плазма. Разнося любые линкоры в щепки, если повезет, и было пространство с воздухом, по которому взрывная волна пойдет, или испаряя огромные куски кораблей, если воздуха нет. Такими торпедами можно и станцию развалить, но тогда их штук десять нужно. Или одна большая, которую с корвета запускают. Также оказывается, защитные коконы кабин спасают пилотов, даже если истребитель пыхнул термоядерным взрывом. И на самом деле выживших остается довольно много, тут главное, за кем поле боя останется. Собирать-то будут победители. И не обязательно сбитые пилоты к победителям относятся. Кстати, мини-войны идут постоянно. И наемники постоянно востребованы.

Хоть Содружество и единое, но в нем мелкие войны поощряются, по официальной версии – так прогресс быстрее двигается. Но мне что-то кажется, что наоборот притормаживается. Вот все почему-то утверждают, что война прогресс двигает. Помню, что и сам так считал, Великая Отечественная на Земле дала такие изобретения, как ракеты залпового огня, реактивные самолеты, танк Т-34. А как историю получше изучать начал, узнал, что ракеты были еще при Петре Первом. Реактивные самолеты еще до войны испытывали, да и Т-34 и «Катюша» – все это придумали до войны. Даже автомобиль ГАЗ-51 и тот до войны разработан, был выпущен образец. А война откатила его выпуск почти на двадцать лет. Какой же это прогресс? Это наоборот получается, минус двадцать лет развития. Как бы развилась страна, если бы войны не было? Неужели хуже? Скажете, заводы в мирное время работают и изобретают на войну. Так тоже, если эти ресурсы на полезное перенаправить, получше будет. Нет, определенно война сдерживает развитие. Так и здесь мне кажется, что кто-то развитие Содружества сдерживает, периодически сталкивая лбами различные корпорации и государства. Заставляя эти корпорации и государства сливать лишние денежки в военные действия. Хотя правда, только идиот не будет готовиться к войне. Ведь даже разговоры, что война не нужна, используются как ослабление противника. Ведь есть такие, кто ведется на такие разговоры, и ослабляют свою оборону. А хищников хватает. Поэтому, собственно, и я здесь нахожусь, чтобы оборону свою укреплять и готовиться к войне. Потому что единственное, что пока сдерживает войны, это другая сила.

Ух ты, времени-то уже третий час ночи. Все, спать.

Утром после зарядки и прохождения полосы препятствия решил прилечь. Проснулся в одиннадцать, единственный, кто мог меня потревожить, это диспетчер, но он не звонил, и я был ему благодарен за это. У меня образовалось свободное время, ох не зря во всех армиях с ним усиленно борются. Опять видео обучающие смотреть? Не, неохота. Я просто валялся на постели.

Как там Остроухая, даже времени поскучать не было. А дайка я ей позвоню, чай не разорюсь вконец. Прошли гудки, на той стороне трубку никто не брал. Дилинь, системное уведомление, только за гудки семь тысяч кредитов сняли. Что-то тревожно как-то. Почему она не ответила? Дай-ка напишу.

«Привет. Как дела? У меня все хорошо, скучаю».

Оказалось, что система наемников хоть официально и не входила в Содружество, а гиперврата здесь были. И сообщения уходили довольно дешево.

Через какое то время пришло:

«Все норм. Пзж напш».

Что-то не похоже на Остроухую. Так сильно занята?

Для чего я себе этот выходной устроил? Одни расстройства. Включил видеоуроки. По галовизору вещалось что-то интересное, показывались схемы. Все проходило мимо меня. Меня больше мучил вопрос: что там у нее произошло? Я заново включил урок. Нет, пойду в симулятор, полетаю, там отвлекусь.

Глава 9

По дороге меня зацепили трое пехотинцев. Судя по шевронам, все с одного отряда, и все четвертого ранга.

– Эй, летун, сюда иди.

Вот что мне нужно, это они вовремя.

– Что хотели?

– Извини, обознались.

Да что ж такое, вот как подраться хочется, так все на попятную идут. Ладно, пойду все-таки полетаю.

Набрал случайный отряд, нужно тренироваться. Получалось не очень. Про какое-то прикрытие флангов, разведку или маневры даже разговора не было. Пока только копировал поведение виденных мною командиров. Откровенно говоря, получалось плохо, спасало только то, что против меня командовал такой же неуч. Мало того, это хорошо в армии, сказал: двигай туда, туда и двигают, а здесь люди свободные. У каждого свое мнение, приходилось где-то наседать, где-то подстраиваться под разбредшийся состав. Я понял одно, не нужно искать виноватого, нужно устранять проблему, а не выяснять, кто виноват. После этого стало немного получаться. Действительно, кто-то залетел не туда, значит, не понял моего приказа. Кто-то попал под ракету, значит, ему маневр нужно отрабатывать. По крайней мере, даже просто из-за того, что я не ищу виноватого, отряд перестал разбегаться. Мы даже сыгрались и стали выигрывать. А как стали идти победы, так настроение у всех улучшилось, у многих поднялся ранг. Двое попросились ко мне в отряд на постоянной основе.

Вот пора и своим отрядом заняться, где я числюсь помощником командира. Семь вечера, время сбора. Я попрощался и вышел. Нужно своих обучать. Люди собрались разные, молодежи практически не было. Оно и верно, в Содружестве пока детей не воспитаешь, не дают космос бороздить.

Да и не миллионеры тут собрались, кто что-то продал, кто накопил. В общем, долго в симуляторах не сидят, научились летать – и все на биржу, за симуляторы платить нужно, за еду, за жилье. Да, конечно, оплата наемника много меньше будет, если ранг невысокий. Но опять попробуй набей этот ранг, а так нанялся, вот тебе уже и на жизнь хватает, в течение службы эти ранги повышаются. А если продолжать учиться, то деньги уже нужно платить самому. Многим оплачивают корпорации или баронства. Эти учатся дольше, но у таких пилотов уже контракт заключен, и они плохо к учебе относятся. Для них тут главное бары и бордели. Обучение лишь вторым планом идет. Кто-то теплые места ищет, где прослужить можно наемником всю жизнь у какого-нибудь барона, а так ни разу и в бой не попасть. А кто-то в наемные армии попасть старается, там деньги и приключения.

Вот постоянные отряды наемников гоняли своих бойцов в хвост и гриву. Эти отряды были огромными, в несколько тысяч бойцов. Они имели свою технику, не только истребители, также корветы, крейсера и линкоры. Бойцы у них были тоже разные: и абордажники, и погонщики дронов, и пилоты. По сути это были наемные армии. Да и дисциплина была армейской. И обучали новичков, у них инструкторы, только после того, как контракт заключишь, иначе зачем обучать кого-то, вдруг его в бою встретишь. Вот основная масса тех, кто платил за симуляторы, пытались набить за неделю-другую ранги, чтобы попасть в эти армии, платили там уж больно хорошо. А чтобы тебя заметили, нужно показать результат именно в симуляторах.

Еще были мажоры, эти прилетали сюда погонять, что называется, по фану, они просто играли. Сбивались в отряды и, как ни странно, были одними из лучших, среди пятых рангов, конечно.

Вот эта пестрая толпа и собралась, у каждого свои цели были, и одна общая – добыть ранг. Сейчас собралось пятнадцать бойцов, не хватает немного до двадцати, ну и ладно, вполне достаточно.

– Ну что, ребята, предлагаю сначала потренироваться, скажем, маневр отработать.

– Может, сразу в бой?

– Нет, подождите, мы элементарных вещей не знаем, давайте полетаем сначала.

Я подробно описывал то немногое, что знал сам, при этом показывая на своем примере, как правильно уходить на маневр.

Вопросы задавали только четверо из пятнадцати. Некоторые вопросы заставляли меня задуматься. Но от этого я сам лучше понимал принципы маневра. Кто-то поделился своим методом ухода в маневр. Очень даже годное решение, его нужно только немного доработать.

– Ну что, в бой.

– Давно пора.

Это говорил пилот с именем Ич. Нужно запомнить, скорее всего молодой, уж больно нетерпеливый.

– Только сразу предупреждаю: из-за проигрышей не расстраиваемся. Наша задача – пока учиться. А на проигрышах учеба быстрее идет, чем на удачных боях.

Ну конечно, мы сразу продули, и потом продули. Начались обвинения друг друга. Пришлось рявкнуть, чтобы замолчали.

– Только я могу говорить, кто хреново воюет. Продули мы, значит, все плохо воюем.

– Я хорошо воюю. – Это говорил пилот с акцентом, по имени Радиш.

– Так командуй.

– Командовать не умею, и ты командуешь хорошо. Я воюю хорошо, если бы не тормоза в команде, то выигрывали бы.

– Давай один на один, проиграешь, соглашаешься, что плохо воюешь, и молча меня слушаешь. Проигрываю я, выкидываю двух бойцов из отряда, на которых ты покажешь.

– Хорошо.

Немного я, конечно, переборщил. Он пилот уже третьего уровня, а я второго. Выиграть-то мне будет проблематично. Но слово не воробей, уже вылетело.

Вот учебный взлет, все разлетаются в разные стороны, чтобы нам не мешать, но и видеть нас.

Сближение, поливаем друг друга выстрелами из плазменных пушек. Начал сводиться прицел, выпускаю две ракеты, сам ухожу на маневр, смотрю, сколько ракет летит в меня. Одна, скидываю ловушку. Хотя я приловчился разворачиваться, так что и ракета не успевала меня догнать. Есть поражение цели!

Ух, все как-то быстро. Только драйв пошел, а уже все закончилось. До этого скучновато было.

– Ну что? Признаешь, что плох еще в бою.

– Да, признаю, хотя было чуть не честно.

– Думаешь, противник будет честно делать?

Продолжим. Объяснял, почему двигаться нужно строем.

Причина простая: потому что залп слаженный получается.

Серию проигрышей неожиданно сменила победа. Скорее случайная. Но как-то сразу обстановка из мрачной стала рабочей. В перерывах начали обсуждать станцию наемников. Начали расспрашивать друг друга, кто откуда. Я предложил собраться в кафе после покатушек. Девушка с вполне земным именем Рая предложила кафе на седьмом уровне. Я ее поддержал. Победы случались все чаще и чаще. Решили завязывать и идти в кафе. Четверо отказались, сослались на неотложные дела. Ходили слухи, что не рекомендуется знакомых заводить и свое лицо светить, неизвестно еще, в каких военных преступлениях замечен будешь. Но это их дело, не мое, может, и правда дела у них.

Встретились довольно быстро, для нашей компании хозяева сдвинули столы. Пили каждый свое, я взял аналог пивка с шашлыком из сердец неизвестного мне животного и гренки. К слову сказать, когда принесли этот шашлык на зубочистке, мне показалось, что это сердца животных не больше мышей, мелкие бусинки на натуральной зубочистке. Отряд дружно посмеялся надо мной. Стоил этот шашлык вполовину дешевле, чем из мяса. Познакомились. Ич действительно оказался молодым парнем. Рая была его знакомая, они прилетели с одной планеты. Явно имели богатых родителей. Так как заказали себе всего самого дорогого.

Радиш же был смуглым парнем, напоминавшим мне араба. Он заказал только чай. Многие сидели тоже только с чаем. Я бы заказал всем по пиву и гренкам, но понимал, что не знаю, какие там правила у них. Сейчас Радишу закажу пиво, а он это оскорблением сочтет. У других есть правило: не ешь дареную еду, иначе будешь обязан этому человеку до такой степени, что в рабы попадешь.

Мы просто общались, кто-то делился планами, кто-то просто слушал. Хоть я и противник алкоголя, но когда половина состава сидит трезвая и злая, разговоры были только среди поддатой части. Почему-то я думал, что в наемники идут не от хорошей жизни. Вернее, одни и пришли сюда, ища лучшей доли, мечтая заработать. Другие же были вполне успешны и пришли сюда за романтикой, или сбежав от рутины ежедневных дел. Разошлись через пару часов. Но это уже было за полночь, поэтому спать.

Ночью Сенсей начал меня тренировать в боях на истребителе, причем тренировал не маневр. Сказал, что я пока не смогу сохранить эти знания в тайне и обязательно буду обучать отряд, причем не свой. Сенсей меня обучал стрелять в истребитель противника из плазменных пушек, правильно угадывая его маневр. Нужно было ни о чем не думать, сосредотачиваясь только на желании попасть по противнику. Конечно, рассчитать точный выстрел на глаз никак не получится, если только на высоком мастерстве. Сенсей объяснил, как зайти в скрытые настройки искина истребителя, выводя на экран варианты вероятности выстрела. Вот там я должен был угадать один из пяти вариантов, тыкнув в нужное время пальцем в один из кружков, расположенных вокруг голограммы вражеского истребителя. Грубо говоря, я должен был угадать одну из пяти цифр в нужный момент. Во сне получалось довольно легко. Сенсей предупредил, что в реальности в десять раз сложнее будет. Так как сон все-таки мой, то просчитываются все варианты моим мозгом. Только уснул, как трезвон звонка разбудил меня. Кого там ночью на звонки пробило? Тут знакомых раз-два и обчелся. Оказалось, диспетчер.

– Вставай, срочно. Можно хороших денег срубить за срочность.

– Не, не надо денег, вот даже тебе заплатить желание есть, чтобы ты отстал.

Я повернулся на другой бок.

– Не пойдет, тут действительно надо. Эскадра потрепанная пришла, ее срочно восстановить нужно, через двадцать часов она уходит, есть только десять часов на ремонт.

– Так пусть на верфь заходит.

– Верфь занята, сказал же, целая эскадра. Давай вставай, тут действительно нужно. Тебе всего корвет восстановить, он немного потрепан. Полтинник за срочность платят. Давай подъем.

– Ага, уже, весь сон разогнал. Хорошо, еще к полтиннику плюс десять дней стоянки, и я иду.

– Все, беги.

– Материалы их.

– Да-да-да. Иди уже.

Вот в ночную еще не работал, сознание еще на место не встало, как мешком в темном переулке накрыли, а потом отпустили резко. Пока шел, вроде разгулялся. Около бота уже стоял заправщик с материалами. Загрузил все бункера и вылетел. Мне, как ни странно, разрешили ручной взлет. Наверное, в доверие вхожу, а может, десятый ранг техника гильдии наемников привилегии давал.

Корвет был разбит в лоскуты, как он смог сюда добраться, неизвестно, да у него даже двигатель один отстрелен. Представляю, сколько времени он разгонялся, не меньше двух суток. Как за эскадрой успел? Или она вся разбита?

Набрал диспетчера.

– За десять часов тут не справиться. Если пару дронов большого класса подгонишь, может, и успею.

– Подожди.

Я запустил пока диагностов, пусть лазают, силовой каркас проверяют на скрытые деформации. Судя по их отчетам, все не так уж и плохо. Каркас главное цел, а дыры залатаем.

– Ты тут? Есть два в продаже, но их выкупить нужно. Советую брать, пока возможность есть. За такую цену не возьмешь. Могу даже с кредитом помочь. Вот данные.

Я глянул, действительно хорошее предложение. Два здоровых дрона размером в четверть моего бота каждый, всего за триста тысяч, а главное, они могли подцепляться на наружную подвеску моего бота. Главное, чтобы подчинились они мне, а то опять формат баз знаний не такой. Хотя даже если не подчинятся, потом базы доучу.

– Вези, деньги есть.

– Вон подлетают уже, я их сразу заказал.

– Слушай, у тебя зарплата тут хорошая? А то, может, я тебя к себе найму, уж очень ты шустрый.

– Зарплата маленькая, а вот проценты, которые я с вас имею, вряд ли ты перебьешь.

– Ладно, за месячишко денег подзаработаю, потом поговорим.

Я принял и распаковал дронов. Попробовал на отклик. Есть, сто процентов признали. Поставил сразу привязку. А ведь где-то еще диагност у меня купленный лежит, не подчинялся мне. Попробовал, тоже сто процентов признает. Его тоже в бой. Большие ремонтники могли двигаться сами, у них был свой небольшой двигатель, поэтому вдоль корпуса корабля могли летать как угодно. Я проверил, топливо полное, недавно ТО прошли. Значит, сразу в работу. Дал задание восстанавливать внутренний слой обшивки, что одному, что другому, только на разных пробоинах. Нового диагноста отправил осмотреть поврежденный двигатель. Сам занялся самой страшной дырой, тут висели обрывки энергошин и труб коммуникаций. Я даже наслаждался работой, все-таки Конфуций не зря сказал, что если делаешь то, что тебе нравится, то тебе не приходится работать. Я потихоньку ковырялся, сращивая коммуникации. Пришел сигнал от одного из дронов. Ого, уже зарастил первый слой. Дал задание восстанавливать промежуточные фермы и закрывать второй слой. Так же поступил со вторым. Мелких дронов отправил заращивать повреждения двигателя. С двумя дронами я закончил за восемь часов. Дроны мне нравились все больше и больше. Это просто отличное приобретение. Главное, продавались они как некомплект, поэтому дешевле. Нужно будет потом посмотреть на этот комплект. Мне он уже нравится.

Еще раз просветил все на скрытые дефекты, все отремонтировано отлично. Оставшиеся время подремонтировал первый рабочий двигатель, так как не мог провести юстировку, тот, который уже отремонтировал, показывал значительно лучшие значения. Все нравиться мне не могло, я мог вот тут и тут еще доработать, но это на взгляд мастера, особенно двигатели требовали куда большего ремонта. Хотя мастер своей работой редко доволен, всегда есть возможность сделать лучше.

Набрал диспетчера.

– Ну что, пусть принимают работу.

– Ты все?

– Да.

– Хорошо, сейчас специалист по движкам подъедет, поможешь в случае чего с демонтажом.

– Не понял, что демонтировать?

– Двигатель, один поменять нужно.

– Так я его отремонтировал.

– Да ладно? Ты же по корпусам специалист, или нет?

– Ну выучил пару баз еще.

– Что-то ты скрываешь, наш техник не мог починить двигатель, пришлось прикупить другой двигатель, а ты отремонтировал, значит, у тебя база более высокого уровня. А я сам видел, ты коммуникации все в туннеле причальном восстановил, а это значит, у тебя четыре базы минимум выучено. Объема памяти стандартного импланта уже не хватит на столько изученных баз. Сознайся, ты сын миллионера?

– С чего ты взял?

– Аграфские импланты памяти себе немногие могут позволить.

– Считай, что у меня аграфы знакомые есть.

– Ха, смешно, конечно, ты только такое в бане не скажи, а то тазами закидают. Кто поверит, что аграфы по знакомству имплант установили?

– Тогда пусть будет тайной, откуда он у меня.

– Пусть, ты только подальше от аграфов держись, лживее и лицемернее расы не найти.

Не первый раз слышу нелестные отзывы об аграфах. Может, и меня разводят.

– Что, обманули?

– При чем тут это, ты разговоры вокруг послушай. Ладно, потом как-нибудь расскажу. Сейчас инженер подлетит, проверит все, дождись, может, поправить что потребуется.

Инженера ждать пришлось не долго, тот загнал табун диагностов. Через двадцать минут подписал выполнение работ, и что корвет готов к бою. Мне тренькнул перевод. Пятьдесят тысяч кредитов, это даже в Содружестве на планетах больше месяца горбатиться. Да, цены в пустоте немного выше, но тут и расходы другие.

Зарядку провел в боте и тут же завалился спать.

Вот и время сбора отряда, сегодня уже было оживленно в эфире, все переговаривались, обсуждая, кто что узнал за день. Да и вообще подружнее стали, потихоньку сильные бойцы вырисовывались. Радиш, Рая, Ич. Еще двое, Нур и Дар. Причем Радиш схватывал все на лету, стоило ему что-нибудь объяснить, как он тут же применял это, как будто отрабатывал это годами. Вот и вырисовывается хорошее звено. Эта пятерка и тянула бои. Как правило, Радиша сбивали последним. Мой стиль был – рваться вперед, вытягивая противника на себя, Радиш наоборот, предпочитал действовать осторожно, скрываясь за астероидами. Но как ни странно, у нас получилась очень хорошая двойка. Я кружил спереди, уходя на маневры, меня не могли сбить, но и мне было сложно сбить противника. Радиш же набивал противников пачками, пока они меня пытались подбить. Остальными командовал я пока еще откровенно плохо. Просто расставлял в начале боя пятерками и давал задание. Сейчас я понимаю, что обстановка во время боя меняется, и нужно меняться вместе с ней. Тогда же я мало смотрел на тактический экран, был занят своими маневрами. Но и противники были не лучше.

Пока же я учился брать на себя ответственность. Начинать трудно, потом с опытом понимаешь, что эту ответственность не так уж и тяжело нести. Кто то, конечно, учился скидывать вину на других. А я и отвечать научился. Тоже не сложно. Не ошибается тот, кто ничего не делает. И вот у нас пошли победы, начали расти ранги, даже мне присвоили третий ранг. А это уже что-то. Тут всего пять рангов заработать можно.

Так прошло четыре дня.

Между делом я тренировался попадать издалека из плазменной пушки, не скажу, что вообще не получалось, получалось. Но не так часто, как хотелось, но вроде бы прогресс был. Я даже перестал прокачивать это умение в отряде, чтобы вопросов не было. Зато даже без учебы я стал чувствовать, когда в меня попадут. Не знаю, наверное, лабиринт так повлиял. Но я иногда просто кидал истребитель в сторону. И там, где я был, проходил трассер.

Неожиданно напомнил о себе командир отряда. Мы уже забыли, что мы относимся к общему отряду. Нас срочно созвали. Командир торжественно объявил, что пятерых выгнал из отряда и забирает пятерку лучших из запасного состава. Дальше командир объявил:

– Я обещал подарить за хорошую работу технику, поэтому дарю «левой руке» истребитель.

Это получается, что мне. Неожиданно. Командир все-таки не только под себя гребет, это радует.

Истребитель маломощный, конечно, и убитый. Цена ему тысяч сто, не больше. Но все-таки человек подарил мне его. Это, кстати, большие деньги для многих. Но проблема, если я приму подарок, то буду обязанным, не смогу выйти из отряда в любой момент. Это от друзей подарок принять хорошо, а от незнакомых ни к чему. Да и не нужен мне этот истребитель.

– Извини, не могу принять этот подарок, предлагаю отдать его более достойному.

– Ты понимаешь, это подарок от чистого сердца, а ты от него отказываешься, ты меня сильно обидишь, не приняв его.

– Извини, но нет.

– Зря, ладно, на сегодня все, расходимся.

Командир, похоже, серьезно обиделся. У меня какое-то двоякое чувство, с одной стороны, вроде и фиг бы с ним, а с другой стороны, все-таки человека обидел. Вот именно это чувство вины и заставляет быть обязанным. А кто-то этим умело пользуется. Всем не угодишь. Поэтому всю эту ситуацию нафиг из головы. А что остается в остатке?.. А в остатке отряд без лучшей пятерки. Ладно, начнем сначала.

На следующей день вся пятерка, которую перевели в золотой состав, снова была у меня.

– Вы чего? Вас же повысили.

– Не знаю, мы с тобой сработались, там что-то не очень. Дикий, ты бы свой отряд набрал.

Такие мысли после вчерашнего дня и так не покидали мою голову. Пора бы уходить и создавать свой отряд.

Не успел я еще и сказать что-нибудь, как появился командир.

– Вы что тут? Вы в другом составе.

– Мы хотим тут остаться.

Молча вся пятерка была выгнана из отряда.

– У нас тут не демократия, не хотите в отряд – свободны, кто еще не хочет?

– Командир, наверное, я. Спасибо за знания, но мне пора. Ребята, и вам спасибо, с вами было интересно.

И я нажал «выход из отряда». Все, я снова свободная личность. Но не долго, нажал «создать свой отряд».

Глава 10

Назвал отряд «Дикая бригада». А что? За плагиат не предъявят. На Земле наемные бригады именно так и называются, и не важно, что на стройке. Эмблему взял Федерации Уник. Единорога в кругу. Ну вот и все, можно и народ набирать. Пойти, что ли, в зал новичков да там набрать. Не успел подумать, как Рая прислала сообщение.

«Прими в отряд».

Как она так быстро?

«Заходи».

«Сейчас ребятам отпишу».

И мне посыпались заявки в отряд. Первыми пришла моя лучшая пятерка, потом и весь серебряный состав почти в полном составе. Неожиданно приятно, когда народ идет за тобой.

Тут же испортило настроение послание от командира.

«Некрасиво сделал, перетянул весь состав за собой».

«Я никого не перетягивал, сами пришли».

Но мое сообщение не ушло, я был добавлен в черный список. Да и ладно, кому нужны мои оправдания?

Все в бой, чуть людей не хватало, поэтому добирали до полного комплекта временных со стороны. Вот у Радиша уже четвертый ранг стал, у ребят тоже повысился. И нас перевели в другую лигу, тут противник уже был много серьезнее. Поэтому у нас опять стали преобладать проигрыши. Тут как раз моего опыта как командира стало не хватать, да и ребята тоже отставали. Так прошло пару дней. Ситуация стала улучшаться. Но как всегда появляется «но».

Как я упоминал выше, у большинства денег хватало на неделю обучения, а тут уже полторы прошло. Первым ушел Радиш.

– Командир, меня в армию Синего Барона пригласили. Ты не обижайся, я уже контракт подписал, такое предложение раз в жизни бывает.

Боец перспективный, можно было за него побороться, но он уже контракт подписал, а это значит, ни к чему уже. Что-то я не подумал, что целый месяц или два никто со мной тут торчать не будет. А если мне с ними контракт подписывать, то я за этот месяц разорюсь. Вроде только радовался, что народ за мной идет, как сразу весь народ разбегается.

– Да без проблем, я только рад за тебя. Я пока нанимать не могу, мне подучиться нужно.

Следом за Радишем ушел почти весь состав. Кто-то извиняясь и оставляя контакты, чтоб если что их нанимал. Кто-то по-английски, не прощаясь. Понятно, пребывание здесь денег стоит да еще неплохих. А так уже неплохо поднялись, у кого второй, у кого третий ранг. Им уже можно наниматься и деньги получать.

Остались из старых Рая и Ич, эти точно наниматься ни ко мне, ни к кому другому не будут, они здесь развлекаются. И то Рая через день извинилась, она улетает на родину. Ей нужно продолжать учебу. За ней прилетел сюда отец. Она пропала полностью, отключив все контакты. Ич же ушел без нее в один из мажорских отрядов.

Нужно немного подумать, что делать дальше. Как учитель я тут состоялся. Как командир еще только начинаю. Учить всех мне не нужно, для чего? Жизнь большая, могут и против меня потом воевать. Наверно, нужно контракты заключать. Откуда деньги брать? Только если пахать днем как ремонтник, а вечером командовать. Даже если по две с половиной за обучение в месяц отдать за десятерых – это двадцать пять тысяч. Если еще оплату две с половиной, то еще двадцать пять. Итого пятьдесят тысяч. В принципе, и пятнадцать человек потяну, это семьдесят пять тысяч. Нужно только нанимать в зале новичков. У них получится бесплатное обучение.

Тоже парадокс, тут столько дешевой рабочей силы, а обученной нет. Я к тому, что зарабатываю так, что могу на эти деньги двоих полноценных работяг нанять. Или, как сейчас, толпу неполноценных. Снаружи цены за ремонт не просто так такие высокие, во-первых, квалификация. Во-вторых и главных, там и оборудование дорогое. Иди попробуй ремонт сделай без бота. А он тут стоит чуть ли не под два миллиона. Это там на свалке разбитого почти за миллион брал. Тут же проще корвет купить, чем бот ремонтный. Так что зря я себе льщу, зарабатываю тут не я, зарабатывает мой бот.

Да и не больно видно тут желающих в техники податься, все сюда прибыли за приключениями на пятую точку. Интересно, а ведь гражданские профессии у многих должны быть, как-то они раньше жили, чем-то занимались до этого. Нужно будет поспрашивать у ребят.

Кстати, они не все разбежались, из пятнадцати у меня осталось шестеро бойцов. Я их собрал и объявил:

– Ребята, я тут нахожусь для собственного обучения. Отряд нанимать планирую через месяц. И то мне нужны будут только пятеро. Если хотите, могу оплатить обучение за месяц, а потом платить во время обучения стипендию в две с половиной тысячи. Но потом вы обязаны будете продлить со мной контракт на три года, на моих условиях. Если я сам отказываюсь продлевать контракт, то вы свободны, мне нужны будут пятеро из пятнадцати.

– И что, месяц потеряем, а потом разгонишь нас?

– Почему потеряете, ранги набьете. Станете более востребованы.

– А условия это сколько?

– От тридцати тысяч скорее всего. Если боевые вылеты будут, то доплата отдельно.

– Ага, то есть мы сейчас ранги набьем, а потом с высокими рангами будем на тридцати тысячах сидеть.

– Без проблем, набивай ранги сам, нанимайся за сто тысяч.

– Я сам такие ранги не набью.

– А мне какой интерес тебе ранги набивать?

– Всего на три года? Не на двадцать лет?

– Да, пока на три года, Если бы полную вам платил, то заикался бы на двадцать лет.

В общем, осталось два бойца. Одного умного я сам турнул. Заключил контракт, перед этим проверив его у автоматического юриста. Все законно.

Пошел в зал новичков. Громко прокричал свое объявление. Только один заинтересовался. Да, негусто, но все равно контракт заключил. Повесил объявление на электронную доску и разместил на двух площадках. Пока тишина. Хотя нет, пишут, чтоб я за такую цену сам нанимался.

«Привет».

Неожиданно пришло сообщение от абонента Мар. Вот имена, даже непонятно, это девушка или парень.

«Привет».

«Ты бойцов нанимаешь в „Дикую бригаду“?»

«Да».

«Покажи сначала эмблему, под некрасивой эмблемой я воевать не буду».

Если бы было народу побольше, я от такой блондинки, наверное, сразу отказался бы. А так решил посмотреть, что собой представляет. Отправил фото герба.

«Ну как?»

«Не стыдный, даже хороший. Куда подойти?»

Пока шла, мне посыпались предложения. Оказывается, на всех досках объявления сначала видят только те, кто заплатил, остальные через полчаса.

Мар оказалась вполне вменяемой женщиной, моего же возраста, ну может, чуть постарше. А может, в медкапсуле просто давно не была. И ни грамма не блондинка. Первое впечатление не часто, но все же бывает обманчиво.

Заключил контракт. Тут повалила толпа, пришлось даже небольшие собеседования устраивать. Вот тут и спрашивал, у кого какая гражданская профессия. Все профессии мне были не интересные, в основном следили за выполнением работ различных дронов. Чаще всего сельскохозяйственных или транспортных.

Людей столпилось очень много. Правильно, если где-то кто то собрался, то и остальным интересно, что там такое, а на этих любопытных другие любопытные бегут. Слух пошел, что тут по сто тысяч платят. Пришлось быстрее отбирать тех, что поадекватнее, из тех, кто первые в очереди стояли. Последние в очереди уже на другие условия рассчитывали. Я кричал пару раз, чтобы не занимали. Много дельцов вне очереди запрыгивали. Но этих халявщиков даже просчитывать не нужно, они себя всегда считают гениально умными, но все смотрят в одну точку, боясь отвести глаза, это они так показывают, что они честные, и глаза не прячут. На самом деле выглядит это, как человек со стеклянным взглядом, смотрит тебе в переносицу, и кажется, что он не видит, что у него под ногами, и сейчас упадет. Второй отличительной чертой этих персонажей всегда кричащий голос. Старался выбирать людей попроще, но не слишком простых. Вроде всех набрал. Вовремя, вон полицейские роботы уже порядок наводить в толпе стали.

Вот теперь бухгалтерией еще заниматься. При заключении контракта я на предъявителя арендовал симулятор и платил две с половиной тысячи каждому. Вот тут до меня дошло, что я не продумал контракт. Если человек мне не понравится, придется его выгнать, а деньги уже не вернуть будет. Еще получалась задачка: людей пятнадцать, я шестнадцатый. В учебный бой не зайдешь. Хотя пусть у каждого выходной один будет раз в пятнадцать дней.

Ну ладно, завтра в бой, а сегодня выходной. Хотя размечтался. Диспетчер уже работы нарезает.

Вот так деньки и пролетали, днем или ночью ремонтировал корабли или станцию. А вечером обучал и командовал. По ремонту было даже лучше, чем я мог предположить, диспетчер подкидывал мне работу пожирнее. Либо где за срочность платили, либо где за качество доплачивали. Пришлось пару раз дорогим алкоголем отдариваться, помимо процента. Уж больно хорошие заказы были.

Также у диспетчера выпросил мелкие работы, не требующие квалификации. Типа раздачи листовок, переборки разбитого груза и чистки каких-нибудь хитрых конструкций. Это для своих ребят. День-то у них свободный. Пусть подрабатывают. Диспетчеру только десять процентов отдать нужно. Да обещание с меня, что работы не сорвут. Поговорил с ребятами, те себе график устроили, если работа листовки раздавать, и все скопом наваливались, когда груз разбитый перебрать нужно было.

Это ребят еще больше сближало. Верховодила Мар, распределяя работы и отчисляя процент диспетчеру.

Как у командира у меня тоже дела в гору пошли, я как-то постепенно перестал впереди всех летать, стал больше смотреть, кто где находится. Наконец-то мне стали понятны такие понятия, как фланг. Нет, не просто понятие, что это бок. А именно то, что его прикрывать нужно, либо сзади идущими, либо планетой, а можно и наоборот, его не прикрывать, но тогда скорость нужна и расчет, чтобы в ловушку не попасть. Я теперь видел маневры противника, понимал, что он хочет сделать. А главное, я начал во время боя перестраивать порядки истребителей. Поначалу это почему-то всех сильно напрягало. Были выкрики.

– Ты меня сначала сюда послал, теперь в другое место.

Приходилось ругаться.

– А ты что, деревянный? Согнуться не сможешь? Значит, тебя сломают. Нужно гибче быть. Противник изменил тактику, нужно и нам менять, не на трамвае летаешь по рельсам, можешь и свернуть. Смотри не только вперед, но и на экраны еще. Видишь, точки противника в сторону пошли? Понимаешь, для чего? Просто представь, где будут они через десять секунд и где будешь ты, если не свернешь. И вообще думайте не об той ситуации, которая вокруг вас сейчас, думайте о том, что будет вокруг вас через пару секунд.

– Все понял.

Можно было, конечно, применять «заткнулся и слушай», но, как правило, если боец понимает, что делает, то делает он это лучше.

Постепенно выбрал для себя и лучшую тактику, тактику блицкрига, просто наваливаешься всей толпой на небольшой участок. К примеру, у меня десять истребителей и у противника десять. Противник защищает планету. С какой стороны будет нападение? Неизвестно. Поэтому пять истребителей будут дежурить с одной стороны, пять с другой. Я наваливаюсь с одной стороны всеми силами, получается десять моих против пяти. Нужно успеть уничтожить эти пять до подхода остальной пятерки.

Вроде бы самая простая тактика, но одновременно требует и самой большой слаженности отряда. Даже когда наваливаешься вдесятером на пятерых, и то все цели должны быть распределены. Трое стреляют по одному, и трое по другому, и трое еще по третьему, один в резерве, добить, если вдруг вырвется кто. Залп, и у противника уже гарантированно нет трех истребителей. Уже десять против двух. Маневр, и двоих оставшихся уничтожаем. Тут еще одна пятерка подлетает, А как правило, уже не подлетает, а на разворот и деру дает. Вот в таком бою важны слаженность, строй и одновременный залп. Все это добивается тренировками. Главная сложность поначалу – стрелять по определенной цели, если по тебе стреляют с другой стороны, поэтому ребята срывались, пытаясь обстрелять не цель, а того, кто в тебя стреляет. Но благодаря моему ору и ругани, все-таки добились слаженных залпов.

Когда учились, чтобы цель гарантированно сбить, я отправлял тройку истребителей на одну цель. А сейчас, с ростом мастерства, гарантированно двойка сшибала одного. И выход в бой десять против пяти стал еще более скоротечным, потому что за залп уничтожали пятерых. Расход ракет, правда, увеличился. Что их экономить? В бочке сорок штук. На истребителе две бочки обычно висит. Это, конечно, деньги, но противовес даже не жизни. На наши жизни никто внимания не обращает. Противовес потраченным деньгам, очень большие потерянные деньги. Ведь если мы продуем, противник либо уничтожит базу, либо захватит грузовик. А это совсем другие деньги, больше, чем стоят ракеты.

Кстати, мне понятно стало, почему в звене пять истребителей. Две атакующие двойки, и один прикрывает или доделывает работу. Как правило, командир звена.

Также мы отрабатывали бои против больших кораблей. Корветы и крейсера были для истребителей мальчиками для битья. Звено из пяти истребителей гарантированно уничтожит или повредит крейсер, не говоря про корвет. Если, конечно, у них прикрытия не будет. А к слову, на крейсере свое звено истребителей практически всегда есть.

Фрегат же был сложной целью, он и больше корвета был именно из-за дополнительного противоистребительного вооружения. Смысла не было его атаковать одним звеном. Стопроцентный проигрыш. Шансы у трех звеньев появляются, если одновременно с разных сторон атаковать. И то малые. Если бой затеялся где-то в космосе, где нет баз. Три звена истребителей это, конечно, фантастика. Это три крейсера нужно гнать на перехват одного фрегата. А три крейсера фрегат и так раскатают.

На эсминец же бесполезно лететь даже сотней истребителей. Мощные минные поля, которые отстреливают автоматические пушки. Синхронизированные многоствольные установки, которые кидают плазму, как песок, горстями. Не увернуться никак. Дальнобойные ракеты, которые летят строем и взрываются одновременно, шинкуя кусок космоса в мелкое решето. Да еще звено истребителей на борту. Понял одно: увидел эсминец – убегай.

С линкором же можно было пободаться, если есть достаточное количество истребителей. Но линкор не ходил без прикрытия эсминцев или фрегатов. Слишком дорогая игрушка, чтобы его одного отправлять.

Также раньше мы всегда летали на стандартном наборе вооружения истребителя, а его можно и нужно было менять в зависимости от задачи. Когда я начал настраивать вооружение под конкретную задачу, то побед значительно прибавилось.

Постепенно рейтинг отряда вырос, мне стали поступать предложения, как перейти к кому-нибудь в отряд с хорошей зарплатой, так и предложения наняться отрядом, сопровождать эскадры или пойти в личную гвардию какого-нибудь барона, очень часто пиратского.

Ранги у всего отряда, естественно, доросли до пятого уровня. Я за месяц даже и не выгнал никого, коллектив разношерстный получился, но сработались все хорошо.

Мар оказалась самой способной в командовании. И еще я понял одну вещь: все, кто перешагнул ступень бойца в командиры, все были ерепенистые. У всех было свое мнение и амбиции. Сначала я хотел поломать всех об коленку, потом понял, что не нужно. Главное, чтобы видели черту, когда можно дискутировать или проявлять инициативу, а когда нужно быстро выполнять приказ. А поломаешь, будут безынициативные, спихивать вину друг на друга, боясь что-то сделать, не получив разрешение на каждый чих.

Вот и месяц подошел к концу, Пора выбирать пятерку, хотя что ее выбирать, я и так знаю, кто у меня лучший. Но мне хотелось забрать всех пятнадцать с собой. Уж больно слаженные получились у меня три звена. Грех разбивать. Нужно что-то придумать. Пятнадцати бойцам зарплату платить по тридцатке в месяц больно накладно. Это же почти полмиллиона в месяц. А у меня даже истребителей для них нет. Да и база еще не отремонтирована. А это все деньги. Хотя миллион в резерве есть, если его на зарплату пустить, денег хватит на пару месяцев. Решено. Собрал всех.

– Ребят, решение такое, пока вас всех нанимаю. Скажу честно, денег пока есть только на два месяца. Если что, я разорву контракт. Вы теперь точно не пропадете, только звенья не разбивайте. Но есть перспективы хорошего заработка. Если согласны, то давайте попробуем, если нет, то заберу с собой одно звено, как раньше и озвучивал.

Немного пообсуждав, все согласились. Ну и славно, пора в обратную дорогу. Выдал всем по десять тысяч аванса. Договорился с попутными грузовиками о перевозке пятнадцати человек. Каждому дал инструкции, как лететь, где встретимся. И пошел паковать бота.

Ко мне подошла Мар.

– Я не могу одна лететь, у меня муж больной и ребенок маленький. Мне их с собой забрать нужно.

– Что же ты сразу не сказала? Да как ты с ребенком вообще в наемники пошла?

– Поэтому сразу и не сказала. Денег вообще не было, работы тут тоже нет, вон толпы какие сюда каждый день прилетают, а тут ты хоть две с половиной заплатил.

– Сколько ребенку?

– Пять лет.

– С мужем что?

– Три года назад спину повредил, стандартная запись о состояния тела не помогла восстановить позвоночник в медкапсуле. Нужно специалиста привлекать, а денег нет на него.

– Ладно, грузитесь в мой бот, вот координаты стоянки и гостевой пароль-допуск, на случай если меня не будет.

Моя же задача была запихать в трюм бота невпихуемое. А именно два больших ремонтных дрона. На внешней подвеске они в габарит не умещались. Чтобы их туда впихнуть, пришлось с трюма все вытащить в кают-компанию и в каюту с кабиной. После часа мучений понял, что это бесполезно, заказал у диспетчера контейнер. Вот туда они вошли как родные, сразу видно – стандарт.

Запросил у попутных грузовиков два места под контейнеры. Вылет на завтра. Надеюсь, соберемся все, а то что-то меня эта станция угнетать начинает, так и хочется с нее свалить побыстрее.

Делать было нечего, оставалось только ждать. Я с некоторого времени стал бояться свободного времени. Так, глядишь, и в трудоголика превращусь. Написал письмо Остроухой, где немного отчитал ее за то, что она мне не пишет.

Пойду, что ли, по рынку прогуляюсь, может, что полезное найду. Нужного было много, но я уже охотку сбил, понял, что накуплю всего нужного, а там ничего полезного и нет, один хлам. Только деньги потрачены зря. Зашел в лавку с дронами.

Ба, да это же под мою мастерскую закос. На дронах стаяло клеймо с дикарем, который был с дубиной. И написано «Мастерские диких». А в Содружестве ой как строго с воровством торговых марок. Да тут, конечно, и клеймо только похожее, и дикарь не тот нарисован. А вот на стене вывеска с моим клеймом «Дикарь с копьем» и надпись «Восстановлено в диких мастерских».

– Уважаемый, а что это за бренд?

– Как, вы не знаете, это же одна из лучших мастерских, она восстанавливает дронов времен первой войны. А эти дроны не современная жестянка.

– Так это же рухлядь.

– Не скажи, они полностью восстановлены, эта мастерская все узлы перебирает. Эти дроны тебе дольше прослужат, чем современные, они же ремонтно пригодны, в отличие от современных, их вечно можно восстанавливать. Да и гарантия от мастерской дается.

– Ну и что посоветуешь из грузчиков этой мастерской? – спросил я, глядя на одного из погрузочных роботов.

– Вот отличная модель.

Продавец показал мне именно этого дрона.

– А это точно восстановлено в дикой мастерской?

– Точно, точно. Вон видишь клеймо.

– Э, друг, ты попал, клеймо должно выглядеть вот так. – Я показал на рекламу на стене.

– Да нет, там неверно нарисовали.

– Да нет, там верно нарисовано. Я как бы и есть Дикий, который этими мастерскими владеет.

– Но тут же другое клеймо.

– Клеймо другое, к производителю другие вопросы будут. А у меня разговор записан. Ты мне втюхивал именно этот хлам под видом моей мастерской.

– Что хочешь?

– Хочу, чтобы ты сказал, гдеэтот хлам берешь. И хочу, чтобы ты перестал толкать контрафакт.

– Все?

– Нет хочу еще комплект к этим дронам.

Я показал ему двух своих недавно приобретенных дронов.

– Нет, так не пойдет. Максимум триста тысяч штрафа получу. А твой комплект на миллион вытянет.

Ага, торгуется, это хорошо.

– Ну не триста штрафа, а пятьсот. Да еще лицензии лишишься.

– Лицензии я и так лишенный, просто на другого продавца переоформлю.

– Мне можно нерабочий, только комплект чтобы был.

– Так продается вторая часть твоего комплекта. Только из двадцати диагностов там дай бог двенадцать собрать можно. Малых и средних ремонтников разбитых тоже меньше половины. Целых распродали уже. Два оставшихся больших вообще ремонту не подлежат. Да и управляющая док-станция хоть и цела, но искин запаролен.

– Сколько просят?

– Шестьсот.

– Давай триста твоих, двести я доплачиваю.

– Так сто не хватает.

– Ладно, сообщаешь, где делают контрафакт, а не имя водителя грузовика, который их сюда везет, я еще полтинник добавляю.

– А где еще пятьдесят тысяч брать?

– Ты чего? Сторгуешься, конечно, товар месяц тут висит никому не нужный. Вот еще контакт Гнома, он моими дронами торгует. У него дешевле моих брать, чем где-либо.

Оказалось, дронов под моих штампуют в Центральном поселке. Придется повоевать.

Док-станция, которую доставили ко мне на стоянку, была разбита полностью, похоже, торгаш ее за триста и купил. Я думал, она как стандартный контейнер будет, она и была им когда-то. Целые дроны компактно складывались и умещались в объем большого контейнера. Сейчас же мешанина из манипуляторов и тел дронов вываливалась сквозь пробоины и измятости корпуса-контейнера. Что выходило за габарит. Это при том, что тут треть только от стандартной численности. Получается, мне три места нужно на грузовике. Быстро связался с водителями грузовика. Места не было. Вылет завтра. Отправил диспетчеру плату за суточную стоянку пяти мест вокруг моего бота. И начал выгребать хлам, чтобы выровнять и заварить пробоины док-станции. Вроде сложено в одном объеме, при вытаскивании тела дронов заняли все свободное место. Я отрихтовал и заварил дыры. С помощью больших дронов это было легко. Все теперь только разместить все покомпактнее. Мелких дронов я запихал в трюм, заполнив ими пространство полностью. Остальное закинул в док-станцию. А в конце завел больших дронов. Осталось малость, мои рабочие дроны, которые все таскали, а им места не было. Пришлось размещать их в коридорчике и пока в кают-компании. Как загрузимся, перейдут в коридорчик. Ну все. Можно и спать.

Утром, сразу после зарядки появилось семейство Мар. Муж в кресле-кровати на гравиплитах. И дочь, которая вихрем облазила все закоулки.

Я перепроверил запас регенератора и воздуха. На всякий случай, народу-то вон сколько. Но было всего с запасом, можно было еще десять человек с собой брать на месяц. Все, через час вылет. Набрал диспетчера.

– Давай доставку оформи два стандартных контейнера, до грузовика. Третий тебе в подарок остается.

– Ладно, давай еще спишемся. Погрузчик через полчаса прибудет, будь готов.

– Хорошо.

Минут пятнадцать можно подышать. И походить. А то за две недели в тесноте, наверно, с ума сойду. Вдруг вызов.

– Командир, ты не улетел еще?

– Нет, а вы почему здесь, вы же улететь должны были ночью.

– Вчера отметили немного, проспали.

– Сколько вас?

– Трое.

– Бегом сюда.

Я назвал сектор и номер стоянки.

– Через двадцать минут будем, умоемся только.

– Через пятнадцать минут отлет, пулей летите.

– Принял.

Я проверил, сколько контактов в сети, да только трое и Мар. Остальные неактивны, что-то я не проследил на радостях. А ведь у Лер дела в мастерской неплохо идут, раз в разных уголках известна продукция.

Да, думал я, что тесно будет, а тут вообще как селедки в бочке, ничего, в кают-компании поспят.

Неожиданно пришел ответ от Остроухой.

«Прости».

Этот ответ меня почему-то успокоил, наверно потому, что был в ее стиле. Да и ясно понял, что она не извиняется, а на автомате написала. У нее же это слово-паразит. Сколько раз она мне его говорила по поводу и без. А вот именно это «прости» скорее обвинительное, как будто я что-то натворил.

Нас шатнуло, это погрузчик подхватил бот. Я взял дочь Мар и пошел в кабину. Отсюда хоть видно, куда нас везут.

Глава 11

Нас провезли вдоль борта огромной станции, вывезли на рейд, где стоят грузовики. Мелкая копия Мар сидела с открытым ртом и завороженно смотрела, как мы движемся. Вон светящиеся точки грузовиков, буквально за полминуты они разрослись до гигантской рыбин, обвешанных контейнерами. Интересно, чего так много прут в систему, хотя, наверно, это транзитный груз. Я еще не видел, чтобы грузовик зашел в систему и разделся до скелета. Нет, они только часть контейнеров скидывают, часть загружают. Нас плавно подвели и подвесили. Но если в прошлый раз меня в четвертый ряд запихали, то сейчас нас подвесили первым рядом. Раньше обзора не было никакого, а теперь часть пространства было видно через лобовое стекло, ограничивалось впереди стоящим контейнером. И через боковую форточку видно было без ограничения. Обзор ничем не закрывался. Мелкая сразу прильнула к форточке.

Я, ученый прошлым разом, сразу связался с пилотами грузовика. Но не через рацию, разговор могут записать и оштрафовать пилотов. Ведь перевозить людей на подвеске груза не совсем законно. Поэтому связался через коммуникатор.

– Привет, ребята, мы на месте, вылет скоро?

– Через час.

– Просьба большая, перед прыжком по рации сообщать.

– Без проблем.

– Спасибо.

Спасибо сказать язык не отвалится.

Только что вот делать тут целый час, нужно пойти и разместить всех, да ценные указания раздать.

– Ну что, мелкая, насмотрелась? К матери пойдем?

– А можно еще чуть посмотреть?

Да хотя какая разница, где торчать, за две недели тут наговоришься, находишься, да и разругаться успеешь.

– Ладно, смотри.

Одну мелкую в кабине никак нельзя оставлять, это катастрофа будет, значит, с ней побуду. Только мне чем заняться? Как свободное время, так мысли об одном, точнее об одной. Что-то все больше и больше кажется, что Остроухая «Прости» написала в обвинительном тоне. Как я определил по одному слову? Не знаю, знаю лишь одно, что женский пол всегда иносказательно говорит. Простой пример: «Пойду пивка попью». «Иди». Вот это «Иди» никак не обозначает, что можно взять и уйти, как минимум нужно обнять и в шею поцеловать. А как максимум нужно тяжелую артиллерию привлекать, это сказать: «М-м, какой сегодня борщ вкусный сварила». И когда получишь «Да вали уже», вот тогда смело идти можно. Так и у меня что-то «Прости» не только прости значит. А сейчас узнаем, сеть-то еще ловит. Набрал Остроухой сообщение.

«Ладно, каюсь, виноват, но пока не знаю в чем».

Ну минимум минут пятнадцать, пока дойдет. Потом минут пять закипать будет, пока решит высказать всё. Значит, ответ через минут двадцать ждать нужно.

Тут прорвало мелкую, и так долго сидела молча.

– А что такое движется?

– Это погрузчик контейнер везет.

– А почему он светится?

– Солнце от него, как от зеркала, отражается.

– А куда он движется.

В общем, вечные детские почему. Детей понять можно, они мир познают. Отвечать на вопросы надоедает всем взрослым, кому раньше, кому позже. Меня хватило на пятнадцать минут подробных ответов.

– А эти куда летят?

Я начал отвечать односложно.

– По делам.

– А те?

– Тоже по делам.

– А дела у них какие?

– У каждого свои.

– А те тоже по делам летят?

– Да.

Ровно через двадцать минут пришел видеовызов, ого, видно, чем то сильно задел, иначе просто написала бы.

– Так, мелкая, сиди тихо, мне поговорить нужно.

Я принял вызов, набрав воздуха в легкие, сказать приветствие и пару комплиментов. Передо мной появилась голограмма Остроухой. Она была немного бледной, сидела на кровати, закутанная в одеяло, лицо было по-прежнему очень красиво, но болезненно одутловатое. И я, вместо приветствий и комплиментов, выдал:

– Ты что, болеешь?

– Что, не нравлюсь такая?

Я быстро начал исправлять свои ошибки. Нельзя девушкам говорить, что они плохо выглядят, тем более так. Но меня реально тревожило состояние Остроухой.

– Нравишься, конечно, может, прилететь к тебе?

– Нормально все со мной, после попойки вчерашней только проснулась.

Явно пытается меня уколоть больнее. Чую, врет, не было никакой попойки.

– …

Я молча посмотрел на нее, вкладывая всю возможную злость, даже напрягаться не нужно было. Камушек никуда не делся, был маленьким, но душу царапал. И сейчас я готов был послать Остроухую подальше, да что там послать, я чувствовал, что могу разорвать ее на расстоянии. Единственное, что сдерживало, это то, что я понимал все мотивы Остроухой, она пыталась специально разозлить меня, чтобы проверить, насколько сильно она мне дорога. Но я тоже не железный все терпеть, немного вспылил.

Она отвела глаза со слезами:

– Прости.

Сбоку тихо заскулила мелкая, в соседнем кресле. Тут же влетела в каюту белая Мар, спасать своего ребенка. Да, что-то я переборщил со злостью. Да и не получалось у меня так раньше никогда на других воздействовать. Похоже, что я все-таки много вспылил, блин, это же что сейчас Мар подумает, что я ее ребенка чуть не прибил, плачет ведь, а оправдаться я не успею. Спасение пришло от Остроухой.

– Ну-ка сделай голограмму видимой. Для всех.

Я нажал на «громкую связь» Голограмма Остроухой засветилась в кабине видимой для всех.

– Ты что, малыш, напугалась? – спросила она мелкую. – Не бойся, это дядя так на меня злится, не на тебя. Вон смотри, и мама уже за тобой пришла. Не боишься уже?

От слов Остроухой веяло чем-то добрым.

– Нет, а зачем дядя на вас злится? Вы же добрая фея, – включила опять свои вопросы мелкая.

– Можно, я ее заберу.

Уже не белая, уже пунцовая Мар мялась около двери.

– Иди к маме, потом как-нибудь расскажу.

Мар быстро схватила дочь в охапку и бочком выскочила за дверь, крикнув:

– Извините.

– Ты что, с ума сошел? Ну ладно бы меня прибил, я заслужила. Но окружающие-то чего тебе плохого сделали? – отчитывала меня Остроухая.

Я продолжал молча на нее смотреть. Она сменила отчитывающий тон на оправдывающийся.

– Прости, не знаю. Как-то все навалилось, немного нервная стала.

– С тобой точно все в порядке? Моя помощь не нужна?

– Нет, не выспалась просто. Осталось маленько, и я сама к тебе прилечу.

Я ощутил постороннее присутствие.

– А кто у тебя в комнате?

– Не ревнуй, это она, а не он. Но поверь, пока не могу ее тебе представить.

Я ясно понял: не врет. Вот не знаю, только Остроухую я стал чувствовать, или меня так тряхнуло, что и окружающих тоже?

– Ты там не все деньги потратила?

– Ах да, извини, давай напишу лучше.

Она протянула руку, я попытался ее коснуться. Но рука прошла сквозь голограмму.

– Я соскучился.

Только успел сказать я, как связь разорвалась, и голограмма погасла. Да, наверное, тысяч пятьсот улетело за наш разговор. Дороговато. Открыл защищенный канал, так тоже дорого, но из этой системы не дороже пятидесяти тысяч выйдет. Написал сообщение.

– Ну вот, почему ты на меня дуешься, я так и не узнал.

– Потому что я опозорилась на приеме в посольстве сполотов.

– А я то тут при чем?

– Ты еще спрашиваешь?

– Не понимаю.

– Конечно, не понимаешь. Когда ко мне подошел посол сполотов и сказал: «Красивое послание для Остроухой». Вот что бы ты подумал?

– Не знаю.

– Вот и я растерялась, почему-то подумала, что ты мне что-то передать хочешь через сполота. От тебя всего можно ожидать. Поэтому я сказала: «Да, это я, меня так называет один человек». А если ты не знал, то упоминание ушей это оскорбление для аграфов.

– Я же любя тебя так называю.

– Но этого никто из окружающих не знал, поэтому смешки окружающих я заработала, так как наш разговор многие слышали.

– Но я все равно тебе послание не передавал.

– Да? А кто на медальоне написал, что любит меня, со стихами. Только не говори, что стихи не ты написал. А я сразу вспомнила, что ты читал эти стихи за столом, на моем дне рождения.

– Стихи сочинил не я, я только их написал на медальоне.

– То есть это все-таки ты написал?

– Я не думал, что их кто-то прочитать сможет.

– Как? Как у тебя все это получается?

– Не знаю. Наверно, ты вдохновляешь.

Наступила пауза. Остроухая не сразу нашлась, что ответить, наверное, мои слова в цель попали.

– Посол сразу спросил: «Не этот ли человек подарил вам кулон, знаете ли вы, что на нем написано?» Когда я ответила «да» на первый вопрос и «нет» на второй, посол написал мне на салфетке перевод и сказал, что хочет встретиться с этим оригинальным молодым человеком. Ведь тебе столько магазинов пришлось облазить, чтобы подобрать подходящую надпись.

– Надеюсь, что заткнулись все, кто смеялся.

– Заткнулись, а тебе не интересно, что я послу ответила?

– Нет, думаю, сейчас долечу, а там уже делегация сполотов меня встречать будет.

– Плохо ты обо мне думаешь. Я им сказала, что если ты захочешь, то встретишься сам.

– Да нет, о тебе я хорошо думаю, это ты плохо о сполотах думаешь, что бы ты ни ответила, они и так уже знают, кто я.

– Ладно, что-то нас на разговоры прорвало, наверно, и ты состояние сейчас отвалишь за связь. Все, давай, пока, целую.

– Целую.

Немножко щемящее чувство, но при этом доволен, снова улыбка на все лицо, развалился на кресле, глядя в стенку контейнера, которая перед ботом впритык была. Были какие-то неувязки, загадки, которые внимание царапали, но пока решить не могу, я даже голову не стал забивать, само решится. Треньк, минус шестьдесят две тысячи. Неслабо, но и не жалко. Пойду Мар с мелкой успокаивать, да трем лбам задание какое-нибудь придумать нужно, а то от избытка свободного времени они сами себе приключения найдут, эти же хуже мелкой.

Выходя из каюты, столкнулся как раз с этими тремя лбами.

– Вы чего тут?

– Да вот, непонятно, боязно стало, как будто случиться что должно, а потом Мар выскочила, с девчонкой. Ничего не рассказывает, отвлекать запретила, вот и стоим, ждем.

Я принюхался. Свежий аромат спиртного. Скорее всего, от двоих исходил, третий вроде ни при чем.

– Вы в курсе, что во время полетов спиртное запрещено?

– Да ладно, командир, подумаешь…

Договорить ему не дал, плюрализм мне на корабле не нужен. Подсечкой свалил на пол, придавил коленом. Одной рукой сдавил горло, другую отвел назад в замахе. Нафиг, сразу по местам нужно расставлять. А то делать нечего, начнут пытаться на прочность проверить. Секунду выдержал, потом разжал горло. И повернул свою голову чуть вбок, как бы спрашивая.

– Все, командир, понял, осознал, – просипел боец.

Я встал, протянув руку лежачему.

– В космосе действует боевое расписание. Никакого алкоголя, первый раз прощается. Второй раз штраф четверть оклада. Сейчас…

Я достал аптечки и активировал на двоих.

– Деньги за аптечки удержу с оклада. Сейчас в кают-компанию, изучать настольные игры.

– Есть, – лбы развернулись и скрылись в кают-компании.

Да, кажется, я все-таки становлюсь командиром. Но нужно все-таки мелкую успокоить. Зашел в каюту.

– Мар, извини. Немного некрасиво получилось.

– А можно мне в окошко посмотреть.

Это у мелкой любопытство победило страхи. Да так, что она перебила нас. Значит, зря я переживал. Да и мне эти стены еще надоедят, а сейчас хоть что-то интересное, как раз трогаться скоро начнем.

– Да можно, конечно.

Я посмотрел на Мар.

– Да ничего, это я не должна была влетать, но больно уж испугалась за ребенка, уж не знаю, почему-то страшно вдруг стало.

Я вновь посмотрел на нее. Любопытство ее сжирало изнутри, но она тактично не задавала вопрос.

– Да ну спрашивай, а то взорвешься.

– А кто она?

– Моя девушка.

Да, я думал удовлетворить любопытство Мар ответом на один вопрос, так нет, у нее в голове закружились еще тысячи вопросов. Сейчас я понял, что был не прав. Я сделал только хуже.

– А…

– Нет. Это второй вопрос. Пойдем, мелкая.

Как раз пол под ногами чуть дернулся, мы начали разгон. Мы быстрее пошли в кабину. Я и сам хотел посмотреть на разгон. Интересного было много, но недолго, вот мимо нас проплыли туши других грузовиков, вот развернулись другим боком, стало видно какую-то планету и местное солнышко.

Вот и скрылось все, оставив однообразные далекие звезды и туманности.

– Все, интересного больше не будет? – озвучила мои мысли Мелкая.

– Будет, как не будет, но не скоро. Пойдем-ка пожуем чего-нибудь.

Мы зашли в кают-компанию. Три бойца вскочили из-за за стола, вытянувшись по стойке смирно.

– Да вы что, охренели, что ли, за кого вы меня держите? Вы немного перегнули, я немного перегнул. Вот как будем на линкоре, вот тогда и будете вскакивать, а тут бот, а не линкор. Давайте лучше поедим да сыграем во что-нибудь.

Тесновато, конечно, было. Но скажу честно, лучше в тесноте, чем в одиночестве.

Полет прошел довольно неплохо, Семейство Мар менялась с тремя бойцами то койками, то кают-компанией. Я подгадал так, чтобы моя смена была и с теми и с теми. Время проводили в основном за настольными играми. С бойцами играли в основном в карты. Муж Мар очень хорошо играл в шахматы. Я с ним частенько засиживался. Мелкая же была душой всей компании, ну если, конечно, не капризничала, а это случалось редко. Также не пустовал спорткомплекс, туда побегать просились все. Пилоты предупреждали о прыжке за пять десять минут, в этот момент я будил спящих, чтобы все приняли сидячее положение, а сам бежал в кабину. Смотреть, что снаружи творится.

А творилось там необъяснимое. Недаром пилотам запрещается смотреть на подпространство, и стекла кабин затемняются автоматически у звездолетов дальнего действия. Бот же гиперпривода не имел, поэтому пластик окон оставался прозрачным. И я сдуру решил посмотреть, как это выглядит. Сначала шли серые завихрения и перемигивания, потом я стал ощущать какую-то структуру, в виде параллельных линий и сгустков серости. Потом, похоже, я впал в транс. В уши ударили вопли и стоны. Мое сознание начало медленно растворяться в общем ничто. Потом появился знакомый китайский дед, тот, который подсказал, как открыть стазис-контейнер в лабиринте. Я вспомнил его прежние советы и начал тереть руки друг об друга. Сразу мое Я стало собираться вокруг ощущения трущихся рук. Я растер лицо и тело, собирая себя в кучу. Но все равно собрался я не в кабине корабля, а на огромном круглом подносе, вокруг которого буйствовало подпространство.

– Ну, неплохо, – заговорил дед, гладя свою седую бороду. – Ты вообще для чего сюда полез? Тебе не говорили, что люди рассудок теряют, глядя на подпространство.

– Говорили.

– Ясно, значит, любопытный, все самому проверить нужно. Где твой учитель?

Рядом появился громадный ящер раптор, которому я был по колено, странно, с первого же взгляда я определил, что это Сенсей, только вид у него другой.

– Что ты к нему пристал, я считаю, что он готов к такому уроку, поэтому и разрешил.

– А то, что он чуть не растворился…

– А ты себя вспомни. И вспомни тех, кому подсказывают, как тут себя вести. Чего они добиваются?

– Ну ладно, убедил. Только вот корабль их из подпространства вынырнул. Он сможет без подсказки найти дорогу до своего тела?

– Вот сейчас и проверим.

Они оба уставились на меня. Я, помня о прошлом, перестал тереть руки, раскинул их в разные стороны, взлетая с этой тарелки, вот только полет был недолгий, меня начало засасывать вниз. Я испугался и вновь хотел начать тереть руки друг о друга, быстро сводя их. Но я оказался пристегнутым в кресле пилота, и, по инерции махая левой рукой, саданул ею об угол панели приборов. Боль окончательно привела в сознание.

Я понял, что там интереснее, чем кажется. Я еще хочу туда. С тех пор я ждал каждого гиперперехода, иногда там встречал китайского деда, иногда Сенсея. Они ничего прямо не говорили, только общались, как будто меня нет, либо же размышляя вслух, опять так, как будто я не слышу. Но подсказки-то были.

– Ничего, скоро страх пройдет, и ему сюда сложно попасть будет.

– Да, а он даже путешествовать тут не пробовал.

Точно, нужно хотя бы до грузовика дойти, посмотреть, что там.

Меня притянуло сквозь стены и пространство вовнутрь грузовика. Я походил по кабине, там сидели двое в креслах и молчали. Обзор был закрыт экранами, значит, мы еще не выпрыгнули из подпространства. Обошел все комнаты, экипаж состоял из девяти человек. Все сидели пристегнувшись на штатных местах и молчали. Вот тряска прекратилась. Мы вышли в системе.

– Ну все, пошли, доиграем.

– Шим, брось. Заново давай. А то не знает никто, как с тобой играть, там уж фишек нет половины.

– Ну попробовать-то стоило.

Я посмотрел в другую комнату, там народ завалился спать дальше. А что будет, если я вылечу и осмотрюсь? Я вылетел сквозь потолки и переборки.

Свобода! Красный карлик был далеким, около него вращались пару планет, ага, значит, тут остановки на перегрузку не будет, сразу разгонимся и дальше пойдем. Ух ты, а грузовик-то не один, их два. И они идут под прикрытием фрегата. Я засмотрелся. Перестал ощущать свое тело, и меня тут же затянула воронка. Теперь я руками не махал. Просто немного подпрыгивал, когда в тело возвращался.

Практически эти полеты ничего мне не давали. Да и полеты ли это? Или это больше смахивало на сон. Как проверить?

Пшикнула рация. Пилоты грузовиков иногда переговаривались со мной. Им тоже скучно лететь было.

– Нормально прыжок пережили?

– Да, спасибо, не трясло даже.

– Ну давайте, осталось пару прыжков и на месте будете.

– Спасибо. А слушай, все хотел спросить, Шим не на вашем грузовике летает?

– Есть такой.

– Все мухлюет.

– Мухлюет, ты его откуда знаешь?

– Мир тесен, как-то в таверне сталкивались, привет ему от Дикого.

– Сейчас, погоди.

– Але, да… Кто это.

– Здорова, не знаю, помнишь или нет, в забегаловке как-то тусили. Сам не помню где. Помню, что фишки ты смахнул со стола.

– Как ты говоришь тебя зовут?

– Дикий.

– А, конечно, помню, как ты сам?

– Нормально.

Фух, пронесло, вот так ляпнешь, и не знаешь, как потом отмазываться. Маленькая ложь за собой большую тянет.

В дверь тарабанили. Про мелкую забыл, она всегда после прыжка прибегала посмотреть, где мы, пока скорость еще не набрали.

До следующего прыжка почти двое суток, а мне уже не терпелось летать без всего. Это очень затягивает. Пусть даже во сне. Я, по-моему, наркоманом становлюсь. Но если не наркоманом, то зависимым точно. Я уж думал, мы не разгонимся никогда, но наконец рация объявила о скором переходе. Я бегом закрылся у себя в кабине.

Вот снова гиперпереход, выход.

Снова двое обсуждали меня.

– По-моему, он подсел.

– Да, определенно. Вот же он обломается в следующий раз.

– Да ничего, это хорошо, что подсел. Он будет пытаться сюда попасть.

– Угу, он еще не знает, что возможно сюда попасть не только во время гиперперехода.

– И путешествует он ограниченно, не думает, что отсюда в любую точку попасть можно.

Ага значит, могу хоть куда слетать. Ну-ка, что там у меня в ангаре творится. Хотя стоп, здесь что-то не так. Я вернулся в кабину грузовика, он как раз только вошел в систему. Пилоты, спокойные и даже чуть сонливые, вдруг встрепенулись. И заорали по рации:

– Глион, видишь два пирата, на восемь часов.

– Да, вижу, не ори, на перехват уже иду, разгоняйтесь спокойно, это два ведра.

Всю систему я не чуял, да и не мог чувствовать. Только то, что глазами видел, а глазами ничего видно не было. Я вылетел и полетел вслед фрегату. Обгоняя его, все-таки интересно было бой посмотреть. Ага, увидел две звездочки, я махом переместился к ним. Действительно, два ведра, по-моему, это переделанные рудовозы с топорно приделанным орудием. Ну да, для грузовиков грозная сила, а вот фрегат им не по зубам, и они уже шустро убегали, наращивая скорость, фрегат их не догонит, одинаковые скорости. Да он и не догоняет, больше их разворачивается, для разгона на прыжок. Хоть я сейчас все делал правильно, то ухо тер, то руки не прекращая. Меня все равно выкинуло назад в тело. Значит, есть временное ограничение пребывания в этом пространстве. Спросить бы у Сенсея. Так он меня за такие вопросы только гоняет сильнее, так что дыхания не хватает вопросы задавать. Ну ничего, у меня еще один прыжок есть, всего два дня подождать. Ничего, я терпеливый.

Двое суток тянулись долго, очень долго. Но я дождался, вот он последний прыжок, и мы дома.

Снова сообщение по рации, я всех предупредил, а сам снова в кабине заперся. Вот я всматриваюсь в завихрения и линии, вот серое пятно, очень похожее на смеющуюся рожу. Вот еще одно такое же, только средний палец показывает, или мне показалось? Да нет, не показалось, рожи летают, сменяя друг друга и дразня меня, и показывая кто фигу, кто палец. Вот наконец-то переливчатая вспышка всеми цветами радуги, и мы вышли в систему. Что, все? Но так же не честно, мне хотелось летать.

Хотя учителя вроде говорили что-то о том, что обломаюсь. Но они и говорили, что можно и так при желании в это пространство попасть, значит, техники специальные нужны. Ладно, это все вон из головы. У меня проблемы другие пока. Нужно крепость восстанавливать, истребители где-то доставать. Да и неизвестно, чем платить ребятам.

Глава 12

– Рад видеть хана в родной системе.

– Искин, как тут дела?

– В целом нормально, подробности при встрече.

– Готовь помещения для восемнадцати человек, хватит воздуха?

– Хватит и на сто, подробности при встрече.

– Что ты какой секретный, ладно, при встрече.

Вот наконец-то подходим на рейд торговой станции. Сразу нарисовалась проблема: нас с подвески скинули и попрощались. Если я на боте мог до крепости долететь, то вот контейнер я туда не дотащу. Вернее, дотащу на минимальной скорости, а это полмесяца займет. Нужно нанять тягач, чтобы доволокли. Разместил объявление. А сам пока проверил, все ли пятнадцать человек в сети. Отправил всем приветы, и чтоб готовы были, скоро их заберу.

Неожиданно к нам подлетел корвет. Это что-то новенькое, что это они здесь оборону наращивать стали?

– Борт «Дикий шесть три», что у вас в контейнере и трюме?

– Запчасти для дронов и дроны.

– С какой целью везете?

– Восстанавливать.

– Дроны военные?

– Нет, ремонтные.

– Приготовьтесь к досмотру.

– Да у меня народу семь человек на борту и коридоры все заняты.

– Приготовьтесь к досмотру.

– Всегда готов.

Спорить тут бесполезно.

– Ли, отстань от него, – влез в наш разговор третий голос.

– Старшой, ты, что ли?

– Я. Снова ты, Дикий, в истории попадаешь.

– Что, опять?

– Сполоты тебя дожидаются.

– Дайте хоть контейнер до крепости оттащить.

– Боюсь, что нет.

– Э, боюсь, что да, подождут. Никуда не денутся, а контейнер деться может. Ты лучше с погрузчиком подсоби. Быстрее отвезу, быстрее предстану пред твои очи.

– Ладно вези быстрее и ко мне.

– О’кей, я как сапер, одна нога здесь, другая там.

– Дурацкая у тебя шутка, я так-то в саперах почти десять лет отслужил.

Вот и отклик на тягач, не дорого. Две тысячи всего.

Зацепили контейнер и двинули к крепости.

А дыр-то в крепости чуть меньше стало. И на краях некоторых пробоин сверкали огоньки, значит, искин ремонтные работы ведет. Тягач затолкал контейнер в док, я залетел следом. Помню, что воздуха тут нет. Нужно как-то народ довезти, у меня всего три скафандра.

– Искин, а скафандры есть запасные?

– Есть, а зачем?

– Хочешь сказать, отсек восстановил?

– Да, я как гражданин, могу сделки совершать и доставку сюда оформлять.

– А деньги-то откуда?

– Ну, чуть у меня было, а так я могу теперь сделки совершать, что-то купил, что-то продал.

– Ну ты голова, на бирже играл?

– Я законопослушный гражданин, в азартные игры не играю.

– Это что же получается, я тебе денег должен?

– Ты мне должен восстановление федерации.

– Это что, программа в тебе заложена? Больно ты фанатично к этой цели идешь.

– Не знаю, все возможно. Если и заложена, то где-то глубоко. Но скорее это личное желание.

– Ну что, встречай тогда, будем твои желания исполнять.

Я открыл шлюз. Загремела патриотичная музыка. Я вышел на красную дорожку. Голос из-под потолка прогремел:

– Смирно. Хан Дикий, крепость база Альтар двадцать три готова к осмотру. Ответственный за базу Бахотур-искин.

Вот хитрый позер искин. Явно себе какое-то звание присвоил, ну и пусть будет. Я обернулся, мое воинство старательно тянулось, включая мелкую.

– Вольно, доклад попозже. Пока ребят размести.

Подлетела пассажирская гравиплатформа. Мы расселись, и платформа тронулась. Хотя тут же остановилась. Уже по внутренней связи донеслось:

– Командир, тут сполоты подлетают, на стыковку запрос дали.

– Разрешай, пойду, поговорю. А ребят размещай, семейным отдельное жилье дай.

– Обижаешь, все жилье отдельное.

– Казармы поди не восстановил еще, поэтому и отдельное.

– Ну, в целом да.

– Нужно было тебя не Бахотуром обзываться, а мозгокрутом тринадцатым.

Я спрыгнул с платформы и вслух сказал:

– Ребята, размещайтесь, я попозже подойду, все вопросы к Баходуру.

– Бахотуру, – поправил меня искин.

– Да, к Бахотуру.

Сам развернулся и пошел к шлюзовой станции.

– Куда ты их пристыковал?

– Третий шлюз, я стрелками подсветил.

– У тебя гравиплатформа есть еще?

– Нормальной нет.

– Тогда пересаживай ребят, эту платформу назад давай.

– Да нормально, они до места доехали, сейчас платформа назад летит.

– А зал-то, надеюсь, церемониальный целый или столовая приличная.

– Зал целый, столовой приличной тут по штату не положено.

Так, что там у нас по этикетам?.. Хозяин дорогих гостей должен у трапа встречать. А вот дальше либо официально, то в официальный зал, если нет, то за стол.

Открылся шлюз, подождал чуть. Никакого движения. Что, они меня проверяют, насколько я зазнался? Вроде и так не побежал к ним по первому требованию. Ладно, я не гордый. Только зашел на корабль сполотов, как сразу навстречу делегация. Конечно же один из них хорошо знакомый.

– Привет.

– Здорова.

– Не хочешь к себе пригласить?

– Дак приглашал, вы не торопились, пришлось к вам в гости идти, а так, конечно, таким гостям рад, – немного подпустив шпильку, пригласил немного шутовским жестом.

– Да ладно, не дуйся.

– Заходите, подуешься на вас, пожалуй, пышного обеденного зала тут по штату не положено, поэтому приглашаю в солдатскую столовую.

– Офицерскую, – поправил слышимый только мне голос Бахотура. Я не дернул ни мускулом, ничего, небольшая разница. Хотя сполот слегка напрягся, видно, ощущает, что говорю с кем-то.

– Как меня тут поправил мой главный помощник, офицерская столовая.

– Да ладно, не дуйся, нужно было проверить, не зазнался ли ты.

– Да, но если с другой стороны посмотреть, то получается, что зазнались вы.

– Ладно, вот чтобы загладить нашу вину, тебе на новоселье.

Из прохода выбежал точно такой же большой ремонтный дрон, которых я только что пару привез.

– О, он мне необходим, расцелуй его за меня, ну обними хотя бы, – снова влез Бахотур.

– За это огромное спасибо, проходите, а то что я вас на пороге держу.

Мы расселись на платформе, и она нас повезла в столовую. От угощений сполоты ожидаемо отказались, да и неизвестно, чем они питаются, может, чистой энергией. Но на удивление расселись за столом, сидящими я их никогда не видел. Сполот начал разговоры издалека, расспросил об крепости, о ребятах, которых я привез.

– Так какие у тебя планы? – наконец спросил он.

– Не знаю, обещал Бахотуру федерацию восстановить. Наверно, буду стараться.

– Чьему Бахотуру?

– Надо понимать, что моему.

– Дикий, ты меня удивляешь, ты что, ханом стал?

– Ну, так получилось.

– А почему отметки на нейросети видимыми не делаешь?

– А чем хвастать? Пока два гражданина в федерации числятся.

– Так это начало, надо полагать, Федерация Уник.

– Она самая.

– Ну слушай, давай восстанавливай, поможем чем можем. Нам этот сектор Содружества прикрывать нужно, баронство явно не потянет, уже думали его под пиратов отдать.

– Спасибо, конечно, но барона двигать я не буду. Да и когда это еще я разовьюсь.

– Вот и развивайся. Соседние системы под пиратами, там совесть позволит двигать?

– Совесть позволит, а вот финансы нет.

– Кредит не дам.

– Да я даже без задней мысли сказал, я кредит и не возьму. Этим обязан тебе буду, нет, спасибо.

– Извини, ладно, поговорили о погоде, давай о делах. Есть два дела, которые обсудить нужно.

Одно дело я знаю, а вот второе пока что-то неизвестное.

– Давай.

– Первый вопрос, как ты смог написать на древнем?

– Ну ты же мастеров застал, которые писали на таком языке, они что, скрывали, как писать?

– Нет, объясняли всем.

– И я могу объяснить, а вот сможешь ли ты написать? Нужно сконцентрироваться на чувствах, уйти в полутранс. И все получится.

– Напиши что-нибудь.

Я взял протянутую пластинку. Достал резак, сделал минимальный луч и написал. «Задолбали своими проверками». Писалось легко, с первого раза, писал от души, вложил эмоций побольше.

Сполот взял в руки пластинку, скривился.

– Нет, такое старейшинам нельзя везти, обидятся. Даже не читая, понятно, что посылают подальше.

Я осмотрелся, ничего рядом нет, только сервиз из чашек, явно для какого-нибудь праздника приготовлены, обычно пластиковые одноразовые бокальчики используют. Я встал, взял кружку, материал, похожий на стекло. Попробуем.

«Чай не пил, какая сила? Чай…» Все, надпись испорчена, концентрироваться на слабых чувствах сложновато. Попробую еще раз, и еще. Ладно, попробую другое написать.

«Чай у нас китайский, а сахарок хозяйский» Получилось с первого раза, наверно, все-таки о том, что думаю, то легко пишется.

– Интересная надпись, только не пойму, что написано. «Чай у нас закрытый стеной, а сахар хозяйский».

– Страна у нас одна так называется, там чай выращивают.

– А, Китай, точно, стыдно мне, я же не раз был у вас на планете.

– Еще раз будешь?

– Должен.

– Что нужно, чтобы установить сыну нейросеть да денег семье подкинуть?

– Не рекомендую ни первое и ни второе.

– Почему?

– Сына в психушку упекут, не удержит он тайну, даже если сам не расскажет, поведение изменится, зависать будет. Да и маловат еще по годам. А денег ты сейчас подкинешь много, они расхолаживают, не нужно будет за жизнь бороться, станут овощами. Ты лучше сам через пару лет туда наведайся, и все эти вопросы решишь.

– А подбросишь?

– Не на чем будет лететь, подкину.

– Жене хотя бы сто тысяч кредитов передай.

– Двести, но не тысяч, а просто кредитов передам, там курс обмена хороший. Боюсь, сто тысяч кредитов будут равнозначны смертному приговору твоей семье. Найдутся там люди, которые за меньшее убивали, а двести самое то, сильно внимания не привлечет даже.

Как ни крути, он прав, я перечислил ему двести кредитов. Когда еще на Землю попаду, неизвестно.

– Второй раз меня выручаешь, спасибо.

– Ты главное друзей не забывай.

– Очень сильно постараюсь. А второй вопрос? Честно, даже не догадываюсь, о чем речь.

– Тебе придется продать нам твоего свихнувшегося искина.

Вот так, даже вариантов не дают, в приказном порядке.

– Нет, не отдавай меня им, они меня на опыты пустят или нудной работой заставят заниматься, не хочу к ним, – заверещал Бахотур у меня в голове.

– Извини, как я могу продать… ну скажем, тебя кому-то? Я что, рабовладелец. Да и вообще друзьями не торгую. Сами договаривайтесь, захочет пойти он с вами, то отпущу. Бахотур, ну-ка появись.

Появилась голограмма парня лет девятнадцати, совсем не богатырского сложения, но одетого в военную форму со вставками легкой брони и со всеми знаками различия.

– День добрый, – поздоровался он.

– Вот, господа хотят предложить тебе работу.

– Такая работа обычно нравится искинам, связана с вычислением истоков жизни, – сказал сполот.

– Спасибо, работа действительно интересная. Но я вам буду бесполезен, так как дал клятву подданства лично хану Дикому, я вам полезен буду, если только на опыты меня разберете.

– Как, ты говоришь, имя у твоего Бахотура?

Мысли разбежались, а нет имени, какое же ему дать?.. Нужно быстрее ответить, чтобы не подумали, что он без имени. Ничего на ум не идет, кроме…

– Мозгокрут.

А, ладно, потом отбрешусь от искина, скажу, что случайно назвал, или еще как оправдаюсь.

– Ему идет это имя. Дикий, я тебе поражаюсь, когда ты все успеваешь? Ладно, второй вопрос снимается. Значит, с вас двоих оборона сектора.

– Надеюсь, не сразу.

– Сразу… Пойдем, проводишь, был рад встрече. И да, ты умеешь удивлять, вот и удиви.

Сполоты молча встали и пошли на выход.

– Приезжай в любое время, не знаю почему, но тебя рад видеть всегда.

Я взял пластинку и нацарапал на ней древний узор только что сказанного, получилось быстро и легко. Узор же получился очень красивым и глубоким.

– Держи, это лично тебе.

Передал пластинку сполоту.

– Спасибо, эта надпись намного приятнее, даже греет.

Шлюз наконец-то закрылся, я немного постоял, посмотрел на изъеденный металлопласт створок шлюза, не думая ни о чем.

Все, хватит. Дела.

– Бахотур, извини с именем.

– Да ничего, главное, что ты его дал, долго, конечно, не давал, но тебя только оправдывает то, что имя хорошее подобрал. А у нас, искинов, имя собственное – это гордость.

Пронесло, оказывается, он злился только на то, что я долго его не называл, а не на само имя.

– Ну что, этого дрона сможешь подключить?

– Да, могу. Отличный дрон, с малой верфи. Такие в комплекте шли. А что там в контейнере, сигнал похожий.

Я подошел к боту, выгнал оттуда грузчиков и занялся распаковкой контейнера с дронами.

– Ах, самый счастливый день. И имя получил, и верфь, пусть малая передвижная… Она что, не рабочая?

– Пока нет. Только два дрона больших работают. Плохо управляющий искин не то поломан, не то запаролен, не включал еще.

– Да и тьфу на него, у меня похожая станция ремонтная, только дронов больших нет, давай быстрее пароли, переподчиним на мою станцию, да пусть работают, а то дыр как в дуршлаге. Один сектор живой только.

– Держи пароли, справишься. Я на станцию, ребят забирать.

Разгрузил бот и сразу вылетел. Коридор дали не торгуясь сразу, корвет сопровождал с полпути.

Не успел ступить на станцию, как меня обступили ребята в броне.

– Сдайте оружие.

– Дудки, обвинения есть?

– Есть, вы собрали террористическую организацию, и все члены ее арестованы.

Я посмотрел, одиннадцать контактов ребят, что на станции были, все неактивны. Ясно, под глушилками сидят.

– С чего это наемный отряд, который имеет лицензию, объявлен террористами?

– Ладно, Большой, кончай цирк. А то он вас всех положит сейчас.

Это вновь Старшой, подошел, как бы спасая меня.

– Старшой, это ты заканчивай цирк, а то я не знаю, что Большой чихать без твоего разрешения не будет Что тут у вас творится?

Стукнулся кулаками я со Старшим.

– Пошли, покалякаем.

Мы зашли в кабинет, он сразу включил сферу, которая туманом окутала нас, не позволяя подслушать разговор.

– Извини за ребят, обознался. Да хотя, чего извиняться, я на них три дня потратил, выслеживая, а как сказали, что это отряд «Дикая бригада», так я чуть не плюнул со злости. Три дня потерял.

– Так что у вас тут происходит?

– Да вот, жили спокойно, под защитой Атрана. У нас даже защищаться особо нечем, ни кораблей, ни людей.

– А что, с Атраном разругались?

– Нет, ему сейчас не до нас, с арварцами опять границы делят.

– А что, угрозы есть?

– Угроза всегда есть, пиратские кланы вокруг нашей системы что-то активизировались.

– Так наймите наемников.

– А вот тут самое страшное, наемники не идут, либо цены ломят такие, что барон всего один корвет смог нанять. Да даже купить не можем, сейчас все цены вокруг подняли. Как будто знают то, чего не знаем мы. Скорее всего, все кланы в округе объединятся. И времени осталось месяц или два.

Я вспомнил, что говорил Сполот про то, что баронство решили слить, чтобы усилить оборону сектора за счет пиратов. Но этой информацией лучше не делиться.

– А ребят с диверсантами спутал?

– Да, пытаются группами просочиться на станцию. Мне даже пришлось планету бросить, все силы сюда перевел.

– То есть война скоро.

– Да, и твои летуны в тему, пойдем-ка к барону, о найме поговорим, ты же не откажешь?

– Пошли.

Нравится мне ходить служебными лифтами, почти в каждом административном помещении кабинка. Сели, и вот мы уже в прихожей с секретаршей.

– Барон один? – спросил Старшой на ходу.

– Нет, но скоро освободится.

Молча сели подождать, из кабинета вышел темнокожий арварец, посмотрел на Старшого, ухмыльнулся и пошел дальше.

– Пошли, – чуть ли не за руку потянул меня Старшой в кабинет.

За дверьми сидел барон с красным лицом, такое лицо бывает, когда очень тяжелый разговор на повышенных тонах только что был.

– Что, уговаривал сдаться? – спросил Старшой.

– Да, говорит, нам не выстоять.

– Не переживай, выстоим. Вот наемника привел о найме поговорить.

– Дикий, ты-то чем помочь можешь?

– У него отряд, три полных звена истребителей.

– Да ладно? Откуда?

– Не истребителей, а пилотов.

– Да какая разница, денег у меня все равно нет.

– Барон, ты погоди. У нас истребители стоят на складе.

– Там три исправных, остальное хлам.

– Вот и давай первый взнос оплатим истребителями и хламом.

– Сколько хлама?

– Штук двадцать разной степени неисправности.

– Месяц я ваш, пассажирский бот добавите, с десяток нейросетей на техников, и я второй месяц ваш.

– По рукам.

– Мне только на планету сгонять, своих ремонтников забрать.

– Я тебя провожу, посмотрю, что там, а то немного запустил дела на планете.

– Да, организуйте, пожалуйста, доставку истребителей, хлама и ребят на базу. И грузовик нужен, вывезти с планеты кое-какой хлам.

Спуск на планету прошел комфортабельно, в десантном боте. Сели сразу рядом с Южным поселком. М-м. Какие запахи, похоже, тут весна, все цвести начинает, зима тут короткая. Да и то какая это зима? Скорее осень поздняя, чем зима. Ну и ладно, посмотрим, что у нас тут. Старшой улетел в Центральный, проверки устраивать, я пошел первым делом к Гному. Ого, по периметру его многоэтажки абордажники напоказ расставлены. Кое-где охранники живые ходят. Да, видно, совсем плохо за месяц стало.

– Здорова, дружище.

– Ба, никак Дикий. Здорова.

Гном заграбастал в свои объятья. Кости захрустели, но выдержали. Гном, как бы добивая, ударил своей ладонью-лопатой мне по плечу.

– Ты поаккуратнее, я не рассыплюсь, но пол тебе пробью.

– Ничего, не пробьешь. На века построено. А ты рассказывай, навоевался? К теплому сортиру потянуло?

– Повоевать не пришлось, не на чем, а вот насчет сортира не уверен. Что-то у тебя дронов охранных больно много стало по периметру.

– Да вот, построил на века, а сам думаю, не пора ли бросать тут все.

– Что, так все плохо?

– Пока нет, но скоро, видимо, прохода не дадут. Твоих пираты пока не трогают, видно, припугнул ты их старшого, а остальных данью обложили, не продохнуть.

– Все дань платят?

– Да нет, вон видишь, и я пока обороняюсь. Ваши на Северном пять мастерских объединили, поселок в обороне держат, военное положение объявили. Пиратам, конечно, не поддаются, но и бизнес не идет. Можно сказать, в осаде их держат, и то поговаривают, что пираты силы копят, раздавить их показательно хотят.

– Подожди, напишу, спрошу, как у них дела.

Я сразу списался с лидерами профсоюза.

«Привет, как дела?»

«Вовремя ты, сейчас нас атаковать начнут. Если есть чем или кем помочь, то рады будем».

«Держитесь, помощь в пути».

Срочно набрал Старшого. Объяснил ситуацию. Он обещал, как соберет силы, сразу к ним.

– Гном, ты как хочешь, я к ним. Их как раз атаковать собираются. Есть на чем добраться?

– Обожди, ребят шумну.

Гном скрылся в подсобке, выскочив через минут в средней броне, с короткостволом наперевес.

– Пошли, тряхну стариной. Жалко, глайдер не берет больше семи пассажиров.

На выходе нас уже ждали еще пятеро бойцов в полном обвесе. Загрузились в глайдер. Набились, как килька в бочке. Им хорошо, им броня не жмет. А мне их углы бронепластин то туда то сюда впивались. Но практически через полчаса мы уже были над Северным поселком. Да, действительно боевые действия. Вокруг поселка между домами насыпан здоровенный вал из земли и камней, не позволяющий вести обстрел издалека. Дома тут были повышенной прочности, их даже тяжелое вооружение не вдруг брало. Защитники располагались в основном по домам. Нападающие прорвали периметр и сосредотачивались между домами. Эх, жалко, винтовку в боте оставил, сейчас с одним игольником наперевес. Гном взял командование на себя.

– Так, с глайдера резко не выпрыгнем, застрять вообще можем, все не маленькие, да еще в обвесе, да в броне. Поэтому я захожу за вал к ним со спины, метрах в двадцати за домом, оттуда бегом. Там их человек пятьдесят. Сразу гранаты, пока не очухались, после взрыва разом наваливаемся. Первый-третий – левая сторона, четвертый-шестой – правая, Дикий, тыл на тебе, ты без брони.

Глайдер камнем упал за дом, сразу выскакиваем, вроде со спины никого нет. Идет перестрелка с другой стороны, тут пока тихо. Накачиваю легкие воздухом, как перед глубоким нырком. Вылетаю вслед за остальными, ребята действительно уже сработанные, двигаются любо-дорого смотреть. Знает каждый свое место. Залетаем на вал. Полетели сразу гранаты. Секунды растягиваются. Никак не привыкну к растянутому времени. Что это, взрывов нет, кажется, минута уже прошла. Синяя вспышка от одновременного взрыва отражается от стен домов. Тут же осколки выбивают искры с этих же стен. И жужжащим роем уходят куда-то вверх. Оглядываю поле сзади, никакого движения, бегу вслед за ребятами. На высокий вал. Те уже добивают выживших. Вообще себя ненужным придатком чувствую, все без меня сделали. Внизу просто море крови и мяса. Как ни странно, чувств никаких.

– Свяжись с местными, чтобы нас не накрыли, скажи, что свои.

Точно, нужно было сразу предупредить.

– Профсоюз, вы тут между домами нас не накройте, это мы тут немного помогли.

– Вовремя вы, сейчас на остальных поднажмем.

По периметру усилилась перестрелка. Она хоть не как у нас громкая, но все равно слышно, в основном шлепки и рикошеты при попаданиях. Особенно рикошеты. Они такими обиженными шмелями жужжа улетали в небо, и казалось, что все вокруг летает около тебя.

– Первый, а это не пираты, это наемники, да причем самые дешевые, даже без нейросетей. Посмотри, какие берданки, – обратился один из бойцов к Гному.

– Да, наверное, ты прав. Похоже, с галифата набрали, минуя базы наемников.

Я отвлекся от созерцания поля и посмотрел на оружие убитых. Как-то привык, что оно тут все привязано к хозяину, что даже ленился подобрать, вдруг взорвется.

А оружие размерами и формой на земное похоже. А вон та, по-моему, снайперка. Даже плоский оптический прицел присутствует. Я спустился с вала, подобрал винтовку, отщелкнул магазин. Патроны, не иглы. Тонкие, конечно, миллиметра четыре. Но с гильзами, и штук шестьдесят в магазине. Я передернул затвор и выстрелил вверх. Ничего так, и не лягается даже, и выстрела практически не слышно.

– Для чего тебе этот хлам? С него прицелиться толком невозможно.

– А я привык к таким.

Я забрал подсумок, там было два пустых магазина. Да и ничего, мне и шестьдесят выстрелов хватит. Нам бы до Старшого продержаться.

– А что-то выстрелы затихли?

Фр-р-ры-ы-ы, разрезало воздух шипение плазмы.

Мы не сговариваясь побежали на гребень вала. Мое место ответственности, а я просмотрел. Улегся между камней, выставив винтовку перед собой, в начале поля к нам двигалась редкая цепь бойцов. Но эти были хорошо вооружены и экипированы. Броня где средняя, где легкая. Но что так стреляло? Оружие было даже такое, как моя винтовка, но такие куски плазмы, которая профырчала, она не дает.

– Гном, что так стреляло?

– Не хочу знать. Нужно поближе подпустить, сейчас с наших короткостволов не попадем, только место свое выдадим.

Вот из-за пригорка появилось то, что стреляло. На шестиногом шагающем основании была кустарно поставлена тяжелая плазменная установка, за щитками которой сидел боец. У него только часть головы было видно. Я вскинул винтовку, поймал в перекрестье голову. Задержал дыхание. А он как специально остановился, выпустил по окнам здания короткую очередь. Фух, фух, фух. Фыррр. Ну все, ты мой, плавно тяну спусковой крючок. Винтовка легонько стукнулась в плечо. Здоровый паук продолжил движение. Это что такое? Не мог я не попасть. Еще выстрел, снова мимо. Это что, винтовка бесполезная? Началась небольшая паника. Я посмотрел на Гнома, те шустро сматывались с позиций.

– Дикий, вали давай, тут подкрепление ждать нужно. Старшой уже на подходе.

Вскидываю снова винтовку, целясь просто в бойцов, которые цепью шли. Выстрел, боец картинно дернулся и упал, тут же целюсь в другого, выстрел, второй спотыкается. Все, и так слишком много с одного места стреляю, засекут. Все нормально, значит, с винтовкой, не пристреляна просто, по большой цели попадает, по маленькой нет. Нужно поправку брать, вот только куда, не пойму. Мозг начинает ровно работать, похоже, стрелок меня засек, стволы начинают поворачиваться в мою сторону. Если я не видел, куда летит пуля, значит, она летит выше. Возьму поправку чуть ниже, на половину торчащей головы. Вот только нужно себя пересилить, целиться не в голову, а в щиток, вроде ясно, что поправку беру, но нет, все равно кажется, что пуля полетит туда, где перекрестье. Стволы почти повернулись на меня. Выстрел, голова стрелка откидывается назад, как будто по ней невидимая кувалда ударила. Плазма абсолютно бесшумно вспарывает землю спереди в метрах пятидесяти от меня. Есть такое, что пули, что снаряды, когда летят в тебя, не свистят, а свистят только те, что мимо пролетают, так же и плазма. Фух, пронесло. Тут же второй выстрел очереди взбивает землю в двадцати пяти метрах спереди меня. Понимаю, что стрелок еще выстрелить успел, и эти выстрелы меня накроют сейчас. Ныряю за камень, но это тело так медленно двигается, как сквозь вязкий кисель, не успеваю. Зажмуриваю глаза и прижимаю лицо вниз как только можно. Тух, жаром окатывает левую сторону, взрывной волной откидывает меня назад. Туда, куда я и двигался. Дальше все завертелось. Шлепнулся на пятую точку и перекатился на спину. В правой руке винтовка. Целая!

Вроде живой, палеными волосами только разит. Поднимаю левую руку, чтобы потушить волосы. А там рукав разодран и кожа содрана с тыльной стороны предплечья, но боли нет. Только жжет с наружной стороны руки, фигня, главное, цел вроде. Первым делом смотрю на ноги, ступни целы. Хлопаю себя по вороньему гнезду обгоревших волос на голове. Скатываются катышки опаленных волос, немного, с дымком. Вот гад. Меняю позицию чуть левее, а то тут жаром пышет от лужи расплавленной земли. Вскидываю винтовку, вовремя. Один боец подбегает к плазмомету. Выстрел, летит кувырком. Следующий разворачивается к нему, выстрел. И тот оседает. Кто-то ими командует, не могут они так разворачиваться, видеть не должны, что сзади. Явно их кто-то корректирует. Осматриваю дальние кусты. Есть, есть какое-то несоответствие, как будто пар над бензином в жаркий день, воздух дрожит. Загоняю туда два выстрела. Вроде колыхнулся воздух сильнее. Ладно, некогда рассматривать. Сразу три бойца бегут. Выстрел, выстрел и выстрел. Вроде тишина. Можно цепью заняться. Что-то они идут как зомби. Вон со стороны домов выстрелы все усиливаются. А они идут в полный рост. Вот один развернулся и бежать. Голова взрывается в мелкую дисперсную пыль красного цвета. Кто это так в него попал? Остальные бросают оружие, поднимают руки выше и продолжают идти вперед.

– Рабы арварские. Задание получили вперед идти, остановятся, ошейник взорвется. Нужно идти, спасать.

Как давно Гном с ребятами вернулся, я не видел, возможно сразу, а может, только что.

– Лучше вон тот куст зачистите. Что-то там воздух переливается, я, конечно, пару раз пальнул туда, но не уверен, что попал.

– Прикрывай, значит.

И Гном первый рванул к кустам. Только не по прямой, а зигзагами и перебежками. Вот добежали до кустов. Махнули оттуда рукой. Остальные побежали, спасать рабов. У них прибор был, который сигналы глушит. За это время разрезали ошейник резаком и откидывали подальше, где он и взрывался с красивым хлопком. Рабы же шли минимальными шажками, чтобы успели и их спасти.

С воздуха упали два бота, из них выбежали скорее шагающие танки, чем люди. Это тяжелая броня так выглядит, с другой стороны поселка подлетели три БТР, с них высыпали пехотинцы, окружая остатки галифатских наемников.

Вовремя кавалерия подоспела.

– Дикий, ты живой? – Подбежал ко мне Старшой с тремя спецназовцами.

– Живой, что мне будет.

– С рукой что?

– Да вроде нормально. Гады, такой костюм уделали, как раз на левом рукаве вся электронная начинка комбеза.

Ох-ё. Две прожженные дырочки на груди. А под ними больно-то как. Ожог, наверное.

– Ладно, трофеями доберешь.

– Кстати, да. Плазмомет мой. И там костюм какой-то хитрый тоже мой.

Как раз подошел Гном.

– Что там с костюмом, живой?

– Прям, ты как белке ровно в левый глаз попал да в плече дырку сделал. Как ты с такой пукалки попадать можешь? Она даже примерный прицел на сетчатку не выводит.

– Это вы разбаловались. Хорошая пукалка, душевная.

– Хорошая у тебя прическа.

И все заржали, глядя на меня. Я вновь провел по опаленной шевелюре. Да, вид еще тот, наверное.

Эх, называется, вернулся в систему, ни там, ни там дела до конца не доведу. Ни с ребятами не встретился, у Мозгокрута отчет не принял. С Лер не поговорил.

Глава 13

Потихоньку стали выползать защитники и подтягиваться к нам. Где-то заголосила женщина. Я осмотрелся. Да тут защитников под тысячу, и если нападающие наемники были вооружены кое-как, то обороняющиеся вооружены были вообще никак. Кое у кого гражданские игольники. Что они тут с ними пытались навоевать? Поэтому и выстрелов было столько много, что стреляли в белый свет как в копеечку. Подтянулись знакомые с профсоюза.

– Так, ребята, подождите, разговор серьезный есть. Попозже вас найду, – сказал я им, сам подошел к разговаривающим Старшому и Гному.

– Да, Дикий, что хотел?

– Что с пленными делать будете?

– Не знаю, как обычно, наверное. Пару лет поработают на восстановлении разрушенного или эквивалент деньгами выплатят.

– И что? Это же почти рабство.

– А их сюда никто не звал. По военнопленным в Содружестве до пяти лет можно к принудительным работам привлекать. Вот пусть и отрабатывают. Тут меньше, конечно, повреждений, по году отработают и свободны. А что ты так интересуешься?

– Хотел забрать несколько.

– Да бери хоть всех.

– Всех не прокормлю.

– Ну пошли, посмотрим и выберешь.

Мы подошли к сидящим на земле под охраной БТР галифатцам. Их было человек восемьдесят.

Я стоял и смотрел в пустоту: как начать? Мысли-то совсем бредовые, да и кто согласится?

– Ну, ты чего завис, выбирай.

Сомнения как-то сразу отлетели, не согласятся, так и не нужно. Я встал поустойчивей и прокричал:

– Господа, мне нужны люди, возьму того, кто готов поклясться в верности. Райских садов не обещаю, но скучно не будет. Кто готов изменить гражданство и свою жизнь, подходите ко мне.

– Что будет с остальными? – выкрикнули с толпы.

– Я не знаю, – честно ответил я.

– Сколько платить будешь?

– Пока мало. Потом больше.

Я сам понимаю, какой дурак пойдет к неизвестному человеку, да в неизвестную страну. Но я должен был попробовать.

Вдруг встал парень, который выделялся из толпы тем, что был в дорогом комбинезоне, с неполным комплектом легких бронепластин. Остальные были одеты в дешевые однотипные комбезы, которые даже были без автоподгонки по фигуре. За ним встали человек десять, все пошли ко мне.

– Я и мои ребята хотим к тебе.

Я пристально посмотрел на парня. Даже не знаю, как я понял, что этот никакие клятвы держать не будет и при первой возможности мне нож в спину воткнет.

– Нет, такой, как ты, мне не нужен.

– Что, я рожей не вышел?

– Сел на место!

Нечего с ним любезности разводить. Все десятеро развернулись и пошли на место. Я до последнего ждал, что кто-нибудь кинется с заточкой. Но все обошлось.

Ну и ладно, я не больно и рассчитывал. Развернулся и сказал Гному и Старшому:

– Пойдемте.

– Эй, уважаемый, подожди.

Я обернулся, парень, ничем не отличимый от других, встал и решительно пошел в мою сторону. Вслед ему зашипел на непонятном языке и что-то проговорил тот первый, что подходил ко мне. Единственное, что понял, собака, сын собаки, остальное на непонятном наречии. Вот теперь один из его приспешников вскочил и, тут же сделав сальто, упал на землю с простреленной головой, выронив что-то острое. Да, я до сих пор ожидал, что кто-нибудь вскочит с заточкой. И сейчас я прострелил ему голову. Охранники вскинули оружие, Гном тоже дернулся, а вот Старшой только головой махнул. Я навел игольник на главаря, который по инерции еще что-то говорил, но уже заткнулся, только сейчас поняв, что произошло.

– Еще слово, и ты умрешь, как собака. Я два раза не повторяю.

Тут же встали еще парень с девушкой и подошли ко мне. Остальные молча плевали под ноги. Ясно, это даже хорошо, значит, точно этим троим назад дороги не будет. Я защелкнул игольник на место.

– Пошли отсюда.

Старшой поравнялся со мной и тихо спросил:

– Зачем они тебе? Это самое дешевое мясо, они даже не обучены ни грамма.

– Обучу.

– Они же даже обучаются плохо, у них уровень интеллекта слабоват, всех с большим интеллектом выбирают из групп наемников, отсеивая простую пехоту.

Я вспомнил Радиша, он тоже с галифата. А парень очень и очень способный был.

– Не знаю, проверим. Эй, ребята, ну-ка объясните вот Старшому, почему вы за мной пошли.

– Ты сразу понял, что Гадиш очень плохой человек, и не взял его к себе. Значит, ты собираешь хороших людей.

– Хм, неожиданно, Старшой, тебя устраивает ответ?

Тот молча усмехнулся.

– А почему вы пошли? – спросил я у еще двоих потенциальных моих подданных.

Они испуганно посмотрели друг на друга и на говорливого паренька. Тот сказал за них:

– Они младшие родственники мне, куда я, туда и они.

– Ясно, зовут тебя как?

– Нур.

– Держи, Нур, а то она мне все бока отбила, – передал я ему винтовку, предварительно, правда, отщелкнув магазин.

– Все? Или еще какие пожелания будут, – спросил Старшой.

– А рабы освобожденные…

– Что, тоже вербовать хочешь?

– Хочу.

– Рабы не по своей воле воевали, их освобождаем. Кому некуда возвращаться, тут гражданство временное выписываем, кому есть куда, восстанавливаем документы и свободны.

– Давай спросим, может, кто ко мне пойдет.

– Да мне только лучше, возиться меньше.

Подошли к рабам. Гном правда ушел по своим делам.

– Господа, нужны люди, дам полное гражданство. Но беру только тех, кто согласен на подданство, то есть даст клятву верности мне лично.

– Гражданство не Содружества?

– Как думаешь, если бы давал гражданство Содружества, какая тут очередь была бы?

– Я пошла бы, но я не хочу воевать, – сказала раскосая девушка, пряча глаза.

– Гражданскую специальность обеспечу, но скажу честно, воевать скорей всего придется. Сами видите, сюда вас не просто так нагнали. Сюда ваши хозяева должны нагрянуть.

– Если так, то меня запиши, я повоевал бы с ними. Все равно некуда идти, – проговорил басом здоровый парень с нашивками сержанта.

– Кто согласен, пошли тогда.

Что-то на миг мне подумалось, что многие захотят отомстить хозяевам. Но кроме сержанта и оширской девушки никто не пошел за мной.

– Ну что, Дикий, все? От меня больше ничего не нужно?

– Нет, спасибо.

– Ну все, пошел я дела разгребать.

И Старшой ушел в сторону стоящих десантных ботов.

Я повернулся к своему воинству.

– Ну что, пошли, дел тоже полно. Ели давно?

– Давно.

– Сейчас поговорим и исправим этот вопрос.

Я подошел к профсоюзным лидерам.

– Ребят, вокруг да около ходить не буду. Сейчас мы выиграли битву, но войну-то проигрываем пока. Если на орбите сметут нас, тут бесполезно будет обороняться.

– Что предлагаешь?

– Мне нужны ремонтники на орбите, проблема в том, что платить им нечем пока.

– Предлагаешь бесплатно поработать?

– Можно и не работать. Тогда можете сразу отсюда улетать. Вам вашего упрямства не простят.

– Мы все равно не сможем уговорить людей бесплатно работать.

– Людям платить нужно, вы профсоюз все-таки, организовывайте сбор средств на оплату. Сколько мастерских сейчас в профсоюзе? Десять?

– Пятнадцать.

– Нам два месяца продержаться, если не удержим, смысла дальше деньги собирать нет. Человек десять сможете обеспечить? И кого-то от вас командовать этим коллективом.

– Десять сложновато.

– Думаешь, десять человек армию пиратов остановят?

Послышались разные мнения.

– Еще раз повторяю, можете ничего и не делать, под всеми можно жить, ну будет налог побольше.

Я увидел идущего Гнома. Я замахал ему руками, чтобы он подошел.

– Чего размахался? И так к тебе иду.

– Дело есть.

Я объяснил ему суть задуманного, что нужны техники для ремонтных работ. И что финансы нужны.

– Сколько одному в месяц платите?

– Около тридцати.

Гном перевел мне шестьдесят тысяч кредитов.

– Держи от меня. Я со своими поговорю, скинемся немного.

– Ну вот, одного я на торговой базе найму, осталось девятерых. Нужны специальности, связанные с ремонтом кораблей, реакторов, вооружения.

– Я пойду, – сказал один из профсоюзных. – У меня как раз специализация по вооружению крупных кораблей. Кстати, все эти специальности тут не востребованы. Можно и по двадцать пять платить.

– В общем, ребята, давайте, как наберете народ, сразу свяжитесь, за вами бот пришлю.

– Тут-то нам что делать?

– Кстати, вон плазмомет тяжелый, отдаю вам его во временное пользование, вдруг еще нападения будут.

– Это хорошо.

– Ну ладно, времени мало, побежал я дальше тогда. А кстати, подсобите с транспортом до Южного? – сказал я, оглядывая свое войско. – Ведь назад в глайдер к Гному не уместимся.

– Без проблем отвезу, сейчас платформу подгоню.

– Хорошо. Нур, сбегай, вон там у куста труп валяется в маскхалате, вытряхни труп, халат забери себе. Да и все забери, что там найдешь.

Тот быстро сгонял в том направлении. Немного там задержался и вернулся довольный. Как раз вовремя. Гравиплатформу к нам подогнали.

Платформа это не глайдер. Скорость ровно в десять раз меньше. Шестьдесят километров в час, а лететь километров триста. Я раздал паек, что был у меня в НЗ. Сам завалился спать, дорога-то совсем неблизкая – часа четыре почти лететь. Отправил Лер сообщение, чтобы готовились к полному переезду, паковали оборудование и вещи. Все, можно и подремать.

Как прошла дорога, совершенно не заметил, вырубился по полной. Шея затекла так, что еле шевелилась по прибытию. Проснулся прямо перед воротами ангара, как платформа остановилась. Что-то меня потряхивало, как будто температура.

Лер выскочила из ворот с широкой улыбкой, увидев меня, сразу улыбка сползла.

– Что с тобой?

– А что со мной? А, прическу подпалили, фигня.

– Какая нафиг прическа, у тебя лицо распухло.

Я поднял левую руку к лицу, потрогать его, рукав опал, обнажая пузыри от ожогов, вернее сплошной пузырь от пальцев рук до плеча. Странно, уставился я на руку, и не болит ведь, так, саднит с внутренней стороны, где кожу содрал.

– Тебе к врачу срочно надо.

– Некогда, – сказал я, ощупывая лицо, до лица с левой стороны рука не доставала сантиметр, видимо, тоже пузырь.

– Все равно, сутки только грузиться будем. Все грузить?

– Да, все грузи. И отремонтированных дронов, скоро пригодятся.

– Я людей дополнительно наняла. Их тоже брать?

– Бери, если семейные, пусть тоже едут, скажи временно, потом оплатим все.

– Сколько людей?

– Пятеро, помимо нас. Итого десять.

– Здорово.

– Куда летим?

– На станцию.

– Так, вот еще ребята, под твое командование. Размести пока тут до загрузки. Выплати каждому аванс по пять тысяч. И в столовую своди. Я тогда к доку.

Док явно был рад моему появлению.

– А, молодой человек, давненько вы ко мне не захаживали, а помнится, обещали заглянуть на проверочку.

– Ну вот пришел, только времени у меня мало, максимум сутки.

– Молодой человек, ну как нехорошо обманывать старого человека. Вы про меня вспомнили, как только вам немного поплохело. Где вы так обгореть-то успели?

– Да есть тут места.

– Раздевайтесь.

Я начал стягивать комбинезон, который совершенно не слушался. Да еще одной рукой снимал, как-то боязно было вторую руку подключать, она хоть и не болела, но нянчил я ее, словно ребенка.

– Давненько таких ожогов не видел, похоже, не в тот корабль хотели залезть, такой заряд плазмы только что-то тяжелое выдать может.

Видно, Док вообще не интересуется тем, что снаружи творится, он затворником тут сидит. И явно не из-за денег. На этом можно попробовать и сыграть.

– Док, как у тебя с работой? Смотрю, даже очереди нет.

– Плохо с работой, опасного тут практически ничего не осталось, так запоры лечу. Образцов тоже мало стали нести. Хорошо что раньше ими запасся. Но это и хорошо, что народу меньше ходить стало, могу спокойно исследовать и классифицировать образцы. А ты чего застыл, скидывай уже свою робу. А то давай разрежу ее.

– Не, не надо, может, восстановлю еще.

– Тут ателье в соседнем здании. Если хочешь, могу в ремонт его отнести, пока лежать в капсуле будешь.

– Да, я заплачу, только вот в капсуле больше суток не пролежу.

– С чего ты взял? Пролежишь. Думаю, пару суток минимум пролежишь.

– Нет, док, не могу.

– Да у тебя ожог не заживет даже.

– Боюсь обидеть, но медкапсула может прогореть.

– Интересно посмотреть будет. А кстати, ты чего спрашивал про работу? Нанять хочешь?

– Нанять я не смогу, денег столько нет, но могу предложить кое-что другое.

– Заинтриговали, молодой человек.

Перепрыгивание с ты на вы немного настораживало. Но видно, Док держал образ, только задумавшись, из него выходил.

– Я так понимаю, вы сюда приехали не из-за денег. Скорей всего, исследуете что-то.

– Совершенно верно, я исследую импланты старого образца.

– И я так понимаю, вам скелеты нужны.

– Не скелеты, мне импланты нужны, и как они расположены в черепе… Ну да, в общем скелеты.

– У меня база в космосе образуется, и скоро буду подтягивать туда корабли на ремонт.

– Без денег я исследовать не смогу.

– Я пока вам не смогу платить, через полгода должно наладиться все.

– Не, полгода без денег это не интересно.

Я залез в капсулу, думаю, Доку предложение понравилось, торгуется. Деньги ему явно не нужны.

– А я вам расскажу, почему у меня имплант показал запредельные значения, а потом значения норму показывать стали.

– Это я сейчас и сам посмотрю.

– Не получится.

– Все, ложись. Проснешься через сутки, поговорим, проснешься через двое, даже говорить не об чем будет.

Крышка стала закрываться, я выставил будильник, чтобы нейросеть подняла меня через сутки. Вот крышка закрылась, я сквозь сон помню отчеты нейросети о попытках сканирования. Ну ничего, пусть поудивляется, дайте только сутки, чтобы прошли…

…Вот и сутки прошли, удивляться пришлось мне. Да еще как. Одно дело в полудреме отчеты получать от сети, а другое дело очнуться в темноте, да еще под водой, технически под гелем, но мне от этого не легче. Я дернулся, пытаясь вдохнуть, легкие были заполнены водой, вернее гелем. Медкапсула начала аварийную откачку геля, я толкнул крышку, никак. Даже испугаться успел, не скажу, что паника началась. Но растерялся точно. Крышка поддалась и начала отходить. Как только она поднялась, я встал на колени лицом вниз, меня рвало жидким гелем, потом просто откашливал гель, и снова рвало, желудок, видно, тоже им заполнен был. Легкие просто горели, но нормально вдохнуть не могли.

– Все, все. Успокойся, на, маску приложи.

Я выхватил из рук Дока маску и приложил к лицу, судорожно вдохнул. Сразу полегчало, подышал еще. Совсем хорошо стало, только легкие горели слегка.

– Что это? – наконец просипел я.

– Это газ, который испаряет гель из легких, ты же не дождался, когда автоматика все сама сделает, нет, тебе нужно крышку сразу открыть. Ну как, кстати, понравилось пробуждаться раньше времени?

– Нет, совсем не понравилось.

– Идем-ка сюда, посмотрим, что с рукой.

Я глянул на руку, очень нежная розовая кожа, наверное, как у младенца, но впечатления портили черные торчащие волоски на коже, у меня никогда черных волос на руке не было, это немного напрягало.

– Док, а волоски почему черные растут?

– Не об этом нужно переживать, кожа еще тонковатая, при резком движении повредится. А волоски на солнце побывают и выгорят сразу. Так, подожди.

Док достал какой-то спрей и забрызгал мою руку. Руку пеноизоляцией залили, как будто трубу. Пена прилипла и затвердела. Док осмотрел руку, довольно кивнул.

– Одевайся. Вон твой комбинезон отремонтировали.

– Здорово.

Я начал надевать комбинезон, у которого рукав был другого цвета.

– Они сказали, выберешь цвет потом сам, однотипный. У них как раз разодранный комбинезон твоей модели был, вот они рукав тебе и пришили другой.

– Что я им должен?

– Триста.

Я перевел.

– А вам что должен?

– Тебе я обещал бесплатное лечение. Хотя заставить бы тебя медкапсулу чистить, да она функцию самоочистки имеет.

– Спасибо тогда.

– Ну, давай рассказывай, как ты смог очнуться в заданное время в капсуле и почему у тебя показывало огромное значение памяти. Это ведь явно не ошибка оборудования?

– А вы согласитесь на базу переехать?

– Вот расскажешь, подумаю.

– Хорошо, обещайте без моего согласия никому не рассказывать информацию, что вам расскажу.

– Обещаю.

– В общем, моя сеть растворила те два импланта и из них создала свой, но более мощный.

– Подожди-ка…

– Нет, Док, мне некогда, я и сам не знаю, что там и как. Вот прилетишь ко мне на базу, там исследуешь еще разок.

Я снова бочком рванул к двери.

– А ну стой, говорю!

Я на бегу прокричал:

– Завтра за вами бот пришлю.

– Стой!

Док бежал за мной не отставая какое-то время, но куда там, я-то тренированный. Вот народ на нас оборачивался, все-таки шоу.

– У тебя дурака рука чесаться будет, ты даже не дослушал, что с ней делать. Попадешься, клизму поставлю, – прокричал вслед мне Док, угрожая кулаком.

Все, бегом к Лер.

– Ну вот, хоть на человека похож стал, хотя больно румяный у тебя правый бок.

Я автоматически дотронулся до щеки. Руку-то мне забрызгали, а вот щеку нет. Потерплю.

Я обнял по-дружески Лер.

– Рад тебя видеть, рассказывай, что тут у вас.

– В целом хорошо, вот отчеты.

Лер перекинула мне несколько файлов. Что это, я на секунду почувствовал смятение и испуг, исходящий от Лер, который тут же сменился уверенностью.

Я с улыбкой молча смотрел на Лер.

– Ну что?

Я продолжал смотреть.

– Ну да, да, немного подправила отчеты о доставках, но там я себе скидку выбила, именно на сумму этих скидок я и подправила.

И что мне делать? Абсолютно честных людей искать. Да это только в утопии может быть. Нет, честные люди мне встречаются, и часто. Но их единицы. Вот Гном, например. По крайней мере со мной он честен. Ну поставлю я на должность Лер честного человека. А где гарантия, что этот человек еще хорошим администратором будет. Я посмотрел отчеты Лер, итоговую сумму. Ого, почти три миллиона только моей прибыли. Это с вычетами на зарплаты, закупки материала и ломаных дронов. Это всего за месяц. Если все до копейки выводить, шесть миллионов будет. Да и мастерская вся в порядке была. Понимаю, многие бы рубанули сплеча. «Вор должен сидеть в тюрьме», «человек не может чуть украсть, он либо крадет либо нет». Но это все, как правило, говорят те, кто сам тащит.

Провидение это или Бог, или просто жизнь дает способность, если ты с ней можешь справляться. Но вот сейчас я вижу, кто меня обманывает. И что мне делать? Карать? Это я всех должен разогнать. С кем останусь? Конечно, счастливы те, кто в неведении, кто не знает, обворовывают их или изменяют им. Не скажу, хуже это или лучше, но я лучше буду знать, а чтобы знать, нужно уметь прощать. Иначе все равно хитрую схему придумают, как обмануть. А выгонишь, придет на ее место еще хуже. Хапать будет без зазрения совести. Лер-то хоть со скидок брала, как бы это она сама эти деньги заработала. Она даже не извиняется за это. Значит, считает, что она права. Да, наверное, если с ее стороны смотреть, это так и есть.

Я еще раз обнял Лер за плечи.

– Давай ты в следующий раз так и будешь писать: «Премия за скидку», только не борзей.

– Хорошо, могу даже двадцать процентов с каждой лично мной выбитой скидки себе брать.

– Бери хоть тридцать.

– Спасибо.

– Лер, тебе придется вступить ко мне в подданство, а это значит, врать мне будет считаться государственным преступлением. Поэтому давай сразу договоримся. Если что-то не устраивает, зарплата, отношение мое к тебе или еще что, то давай сразу мне это выговаривай.

– Что еще за подданство? А если я не захочу.

– Я тут по случаю князем стал одной федерации. А если ты не захочешь, то ты не будешь управляющей княжества.

– Умеешь ты уговаривать.

Лер пихнула меня под ребро, вырываясь из объятий.

– Правда, скажу сразу, княжество пока мелкое.

– Насколько?

Я улыбнулся и показал, как в том мультфильме, зазор между двумя пальцами в миллиметр.

– Но во! – показал я большой палец.

– Ох, смотри, – погрозила она мне.

– Что с погрузкой?

– Все загрузили. Грузовик улетел. Простой оплачивается нами. Поэтому быстрее нам нужно лететь и разгружать.

– Где все?

– В ангаре. Только девушки одной нет, которая вчера с тобой пришла, на оширку похожа.

– Ясно.

Все-таки кинула. Хотя странно – вчера вроде искренняя была. Но мнение у нее может и измениться. Хотя пять тысяч с собой прихватила, а это уже воровство, если бы без них ушла, то и фиг бы с ней, а так придется разыскать потом.

– Ладно, пойдем.

– Там баулов много, не допрут, давай платформу вызови.

Пока ждали такси, зашел в ангар. Лер творчески подошла к тому, что вывозить нужно все. Остались только защитные турели и голые стены. Все до последнего металлолома было выгружено. В середине сидело на баулах и чемоданах все мое будущее королевство. Если бывшие наемники ничего не имели, то вот ремонтники были загружены по полной. Особенно новые, которых я не знаю. Тут даже двое детей было. Как их Лер уговорила на переезд семьей, неизвестно. Причем едут тоже неизвестно куда, Лер сама не знает. Ничего, придется мне обустроить крепость по-быстрому.

Вот и такси, загрузили баулы и пошли на космодром, нужно будет пассажирский бот целиком нанять.

Вдруг неожиданно раздался вызов от Накса. Там что случилось, давно его не видел, с чего бы он мне звонить стал?

– Привет, ты Ли-ку знаешь?

– Привет, нет не знаю.

– Ну ладно, пока.

– Стой, погоди, что за Ли-ка?

– Девушка тут тебя ищет, говорит, заблудилась. Спрашивает Дикого.

– Стой, погоди, где ее забрать?

Оказалось, в паре кварталов отсюда. Я отправил процессию в космопорт, сам побежал за Ли-кой. Зря на нее я плохо подумал, сам виноват, даже контактов не оставил.

Накс стоял ко мне спиной и заливал оширке какую-то интересную историю в уши. Та стояла, изредка смущенно хихикала.

– Еще раз привет.

– А, здорова, у тебя свободна Ли-ка на сегодня на вечер? Я ее в ресторанчик пригласил, а она без твоего разрешения не идет.

– Извини, друг, не получится вам сегодня в ресторанчик сходить, мы сейчас улетаем.

– Жалко. – На миг он погрустнел, а потом снова жизнерадостно: – Ну ты как, не надумал к нам на ферму?

– Нет, спасибо. Лучше ты к нам.

– Далеко?

– На базу.

– Ты чего, нет, конечно, там у меня выводок головастиков. Я тут привязан уже. Скотина как-никак.

– Ну давай, рад увидеть был, звони хоть, не забывай.

Накс был позитивным человеком, есть люди, с которыми просто приятно общаться, вот он был одним из них.

С Ли-кой быстрым шагом добежали до космопорта. Тут стоял практически пустой бот до торговой станции. Я подошел к пилотам.

– Ребята, в эту точку отвезете? Я скинул координаты.

– Три тысячи, у нас пассажиры до торговой станции. Их придется бесплатно везти, а то расшумятся.

– Хорошо, поехали.

Я перевел деньги.

– Что вы там забыли такой толпой, там же вроде ничего нет?

– Полетели, покажу заодно.

Мои ребята забили бот целиком, не столько людьми, сколько баулами. Два пассажира, которые должны были лететь на торговую станцию, прижались к стенкам.

– Господа пассажиры, бот проследует с заходом в указанную точку, там проведем небольшую бесплатную экскурсию, а потом полетим на торговую базу.

Вот хитрый пилот, он и с пассажиров деньги взял, и с меня. Но преподнес это красиво, молодец.

Глава 14

– Запрашивай посадку, – сказал я пилоту.

– Ты уверен, объект красным подсвечивает.

– Ну мы же туда летим, не боимся.

– Вдруг вы красиво из жизни уйти собрались.

Пилот явно пошутить любитель.

– Так, значит, на красоту и посмотришь.

– Главное, чтоб не последний раз. Слушай, да тут одни дыры. Вы точно уверены, что вам сюда нужно?

– Не переживай, запрашивай.

– Да уже коридор диспетчер выдал.

– Ну вот, видишь, значит, есть там кто-то живой.

– Надеюсь, это не секретная информация и можно о ней распространяться, – спросил пилот, залетая в ангар и увидев там три истребителя и пассажирский бот.

А тут и я могу пошутить.

– Ты имеешь в виду, не грохнут ли тебя как свидетеля? Так об этом раньше нужно спрашивать было, а сейчас поздно.

Видно было, что пилот задергался, что там дальше сделает, неизвестно, может, пальнет, а может, ловушку-мину под креслом сиденья второго пилота активирует.

– Не дергайся, нормально все, не секретный объект. Ремонтные мастерские хочу тут развернуть.

– Ремонтные это здорово, ремонтников всегда не хватает, может, хоть цены снизятся.

– Подожди секунду, с ребятами поговорю, да на торговую станцию меня подбросишь.

Я собрался выходить. Стоп. Сейчас тут позер мозгокрутный шоу устроит.

– Бахотур, привет.

– Привет.

– Давай-ка я сейчас выйду без фанфар всяких. А то люди посторонние смотрят.

Вышел, тишина, только отошел на метр от трапа, как в трех метрах от меня засветилась голограмма Мозгокрута. Тот чеканным шагом подошел ко мне, приложив кулак к груди.

– Хан федерации, за время вашего отсутствия происшествий не было, личный состав и привлеченные специалисты в данный момент отдыхают.

Лер замерла позади меня.

– Вольно, вот мой заместитель по гражданской службе. Составите совместный план по ремонту, что в первую очередь и что во вторую, что докупить нужно.

– Я и сам со всем справлюсь, – обиженно сказал Мозгокрут. Все-таки опыта общения у Мозгокрута нет, он часто ведет себя, как подросток.

– Ты вроде себя позиционируешь как грамотного начальника. А тут детские обиды устраиваешь. Ты знаешь все, что нужно для станции, она знает все, что нужно для людей, живущих на станции. Да и опыт управления имеет, поэтому прислушивайся к тому, что тебе говорит. Чтоб у вас в дальнейшем споров не было. Лер, отвечаешь за гражданскую сторону, Мозгокрут, за военную. Всем всё ясно?

– Ясно, – ответил Мозгокрут.

– Ничего не ясно, – ответила Лер.

– Что не ясно.

– Всё, начнем с того, что это не торговая станция. Куда ты нас привез?

– Это наша станция, военная крепость образца… В общем, какого-то там образца, у Мозгокрута уточнишь.

– Куда мне людей размещать? Где тут помещения мастерских? Где вообще грузовик с имуществом? Он давно вылетел, а там оплата за простой капает.

– Грузовик я сразу разгрузил, как только узнал, что простой оплачивается. Имущество на складах.

– Вот видишь, какой он молодец, хозяйственный.

– Командир, ну ты летишь? И так задержались. – Это пилот пассажирского бота не вытерпел.

– Ладно, все вопросы к Бахотуру. И приготовь зал для церемоний, тут люди желание изъявили к нам вступить.

– Гражданство?

– И подданство.

– Лер тоже?

– Тоже.

– Да я им лучшие апартаменты отдам.

– Ладно, все, сами разберетесь, я убежал.

– Надолго?

– Бот только заберу, а там как получится.

Все, я забежал к пилоту.

– Полетели.

Свой ремонтный бот пригнал без проблем. Никто на торговой станции меня не задерживал. Да и к лучшему, времени не хватало ни на что. Поэтому сам не стал тоже задерживаться и вернулся на свою базу.

А вот чтобы дальше продолжать, нужно отношения оформить. Простое оружие выдать не смогу.

– Бахотур, давай праздник сегодня объявляй и приглашай в музей всех, будем присягу принимать.

По громкой связи было сделано объявление. Чтобы через час собрались все в музейном зале. После этого Мозгокрут меня заставил переодеться, праздник как-никак. Все-таки не зря я штанишки прикупил на столичной планете Артрана. Вот пригодились опять.

Праздник объявить-то можно, а вот настроение праздничное никак не сделаешь. Столько дел навалено, не знаю за что хвататься.

Подошло время церемонии, захожу в зал, а народу-то прилично уже. Я даже сам удивился. Конечно, наемники не мои, ремонтники не все согласятся гражданство новое принять. Но, по крайней мере, команда собралась уже приличная. Это не может не радовать. Хоть и пугает одновременно, всем ведь зарплату платить нужно.

Подошла Мар.

– Можно семьей гражданство получить, а мне подданство?

– Конечно. Причины?.. А, не отвечай, и так все знаю.

Причины простые, есть шанс, что помогу ее мужу как гражданину, и есть большая возможность расти как командиру самой Мар, если она у истоков федерации будет стоять. Да, правда, шанс, что федерация разовьется, маленький, но рискнуть решила.

Церемония принятия гражданства прошла быстро и не напряжно. А вот принятие клятв снова растянулось. Все откровенно скучать начали, особенно дети. Наконец-то Бахотур поздравил с принятием подданства. И мы пошли на праздничный обед. Мозгокрут даже алкоголь выставил. Правда, я предупредил подданных, что после обеда совещание и чтоб были трезвые.

Вот оно непонятное слово «совещание», теперь и до меня дошло. Раньше на Земле как не спросишь, где начальники, они вечно на совещании, что там они совещали, мне было неизвестно. Зато теперь сам на своей шкуре узнаю, что это такое.

Первое, что решали, какие помещения восстанавливать в первую очередь. Спорили только Лер и Мозгокрут. Причем оба меня удивили. Лер была за восстановление ангаров, Мозгокрут за жилые сектора. Почему-то думал, что будет наоборот. Доводы Лер меня больше убедили. Ангары восстанавливать не так долго. Пока потеснимся, да и тесниться особо некому, но зато есть место, где ремонтировать дронов можно будет. Да и все меньше и меньше дронов попадается, нужно производство запускать. Денег это, конечно, много потребует, но можно дронов больших приспособить для изготовления деталей, себестоимость правда высокая будет, но со временем модернизируется все. Единственное, что не сможем выпускать, это искины. Придется их для дронов закупать. Решили восстановить два ангара, потом жилой сектор, а следом дополнительный реактор. Что удобно было с Мозгокрутом, тот сразу выдал недостающие компоненты и их количество, сразу для ремонта всех указанных отсеков. Основную цену составлял именно жилой сектор. Я сразу заказал компоненты у Гнома. Хотя что это я сам? Передал контакты Гнома Мозгокруту. Сами договаривайтесь, мне цену озвучивайте. Почти минус миллион. Неслабо станции в обслуживании обходятся. Это только один жилой сектор. Их еще три есть, и восстанавливать их нужно будет, еще один сейчас жилой.

Следующий вопрос о проведении досуга, тут парк есть, газоны по жилому сектору. Но пока все не засажено. Этот вопрос подняла Лер. Ей его и решать, значит. Также нужен был магазин на станции. Тут я сразу Гному отписал, чтобы точку торговую тут открыл, хотя бы автоматическую. А я ему льготный период по налогам дам, до первых конкурентов. Тот обещал заняться этим вопросом сразу. Да еще бот пассажирский есть у нас, можно рейсы организовывать на торговую станцию за покупками или на планету за отдыхом. Пилотов тоже хватает.

Ремонт дронов наш основной доход, если мы его прекратим, денежки резко кончатся, поэтому основное на Лер, на запуск «производства» Яр ей в помощь.

Все остальные вопросы по администрации мелкие. Без меня разрулят.

Дальше вопрос Мар, нужны учебные вылеты, потому что реальных вылетов у всех наемников нет ни одного. Три истребителя есть рабочих. Оказалось, что Мар даже не знает про них. Хотя насколько они рабочие… Мия пусть бригаду себе набирает и занимается срочно истребителями.

Кстати, где остальные? Оказалось, стоят в разбитых ангарах. Замкнул Мар на Мозгокрута. Пускай сами графики составляют, кому куда лететь и сколько топлива нужно. Как раз цена на топливо добила потраченный миллион на ремонты и чуть распаковала второй. Но правда, топливо с запасом берем. Потому что оптом дешевле. Опять первоочередным оказывается ремонт топливного резервуара, а уж потом ангаров. Мозгокрут сразу дронов перенаправил на это направление. Спросил, сколько торпед на складе. Оказывается, нисколько, малых торпед нет. Есть одна большая. Но целей для нее не будет еще долго. Нужно закупить малых. Только вот цены за них были триста тысяч кредитов за штуку. Можно было брать здешние от пятидесяти тысяч за штуку, которые найдены тут, но их проверять нужно, а для этого оружейник хороший нужен. Вот в первую очередь и займусь, вспомнил, что оружейника я так и не доучил до нормальных уровней. Значит, нужно нанять оружейника на торговой станции и самому этот пробел восполнить. Сразу разместили вакансию. Мозгокрут предложил подтянуть сюда ближние корпуса кораблей и их обыскать на предмет торпед. И полезного. Да я сам не против их подтянуть, на предмет восстановления. На планете-то которые валялись, у тех силовой каркас у всех поведенный был, а тут вполне ремонтопригодные висят корабли. Очень странно, почему барон корабли не восстанавливал? Сделал себе пометку, узнать при случае. У него верфи нет, только металлоперерабатывающий завод, и то с другой стороны, где каша из металла. Да и те, что более-менее целые, он почему-то в металлолом пускал. Только как достать эти корабли?

Мозгокрут открыл карту. Нам мешал один вражеский крейсер, за ним располагались два зеленых. Один линкор, но судя по изображению, его не восстановить, он двумя половинками летал по пустоте, и один крейсер, с виду целый. Конечно, на эти три живых корабля приходилось двадцать обломков корпусов, которые были разной степени разбитости, но уже ни на что не реагировали. Может, и из них что-то восстановить можно будет.

– Мозгокрут, а почему не смогли крейсер-то этот подбить, вроде легкая цель для истребителей.

– Так это для нас он легкая цель, два корпуса за ним нам дружественны. А для остальных они все враждебные. Да барон не просто так эту сторону не разрабатывает, минные поля там.

– На мины не полезем.

– Наши минные поля.

– Это хорошо. Можем подходы заминировать.

– Вот еще вопрос, все тащить к крепости нельзя, сразу вопросы зададут. Предлагаю половинки линкора притащить и за счет него базу отремонтировать или расширить, и вопросов больших не возникнет, вытянули кошками в случае чего. Были такие приспособы, маленькие роботы, которых мусорщики запускали в гущу металлолома, и они потихоньку выталкивали оттуда обломок или корпус, иногда по полгода или году. Быстро двигаться тут нельзя.

Нужно тягач купить. Дал задание Мозгокруту найти дешевые варианты. Самый дешевый восемьдесят тысяч. Понятно, что ведро. Брать подороже? Денег нет, в нормальном состоянии полмиллиона стоят. Решил взять два. Один за восемьдесят, второй за сотню. Оба, кстати, на ходу. Да, время потеряю. Но не просто так у меня толпа ремонтников. Ничего, накинемся. Хотя на истребители накидываться нужно, нужно корпус крепости ремонтировать. Да и ремонт дронов никто не отменял, деньги-то где-то нужно брать. Я начал понимать, что если со свалки боеприпасов не наберем, то денег на войну даже в одной системе не хватит. Нужно что-то придумать, где еще денег брать.

Из задумчивости меня вывел могучий храп Сержанта, я уже и забыл, что тут с галифата еще трое, да Ли-ка с Сержантом, которые тихо скучали за столом, им совсем не интересно, что мы тут обсуждаем.

Все вокруг заулыбались, но Сержанта не будили. Он вроде замолчал.

– Мозгокрут, что с носимым вооружением и амуницией?

– Есть.

– Давай-ка что-нибудь для безопасника, один комплект, и для штурмовой пехоты, три комплекта.

– Ли-ка, про тебя помню, у тебя какое предпочтение? Я бы хотел медицину.

– Было бы отлично.

– Тогда завтра Док должен прилететь. Кстати, Мозгокрут, запиши завтра пассажирский бот за Доком отправить, кого-нибудь из ребят за штурвал посадите, или вон Мар сама слетает.

Наш разговор опять прервался громким храпом. Все снова заулыбались. А Ли-ка саданула локтем ему в бок. Но это было бесполезно, мощный насос засасывал воздух, Ли-ка снова стукнула локтем. Снова бесполезно. Тут по-другому нужно.

– Смирно!

Сержант вытянулся в струнку.

– Что думаешь по этому поводу, боец? – спросил я.

– Полностью с вами согласен, именно так и нужно сделать.

Все улыбались, одна Ли-ка с открытом ртом сидела и удивлялась.

– Значит, так и сделаем, тебя в безопасники. А тройку в штурмовики.

– Э, не, за что? Никак нет. Не желаю.

– Да сядь ты уже, не на параде.

Боец плюхнулся в кресло, ну да. Чего это я первого попавшегося в безопасники определяю, а точно, у меня другого никого и нет, хотя Нур вроде чувствует настроение людей.

– Нур, ну-ка скажи, а как ты почуял, что, э-э… Гадиш плохой?

– Не знаю, просто смотрю на человека и чувствую.

– Вот ты-то мне и нужен. Будешь службой безопасности. Родственников твоих пока в обучение к Сержанту. Сержант, ты у нас глава пехоты, абордажники и штурмовики в одном флаконе.

В кабинет залетел дрон-посыльный, неся на себе комплекты легкой и средней брони.

– О, хорошая штука.

Сержант подскочил с места и начал крутить в руках винтовку, похожую на мою.

– Мозгокрут, давай ему привязку.

Сержант на миг застыл счастливый, подбежал к Лике и поцеловал ее взасос. Та вырвалась, саданула ему ногой в колено, но Сержант этого даже не заметил.

– И броня хорошая. Можно тоже привязку.

Подбежал он к броне.

– Вот вы подчиняетесь Сержанту, Сержант Бахотуру, – сказал я паре галифатцев. Те согласно махнули.

– Так это его реальное звание?

– Да.

– Тогда проблема, эти двое нейросети не имеют, не смогут пользоваться ни броней, ни оружием.

– Ладно, решим.

Это опять деньги, а мне штурмовики нужны уже сейчас. Мне с мастерской в Центральном поселке нужно разбираться идти. Они под моей торговой маркой продукцию штампуют, этого так оставлять нельзя.

– Тогда, если вопросов нет, разрешите идти.

– Там найдешь Здоровяка, он тоже в твоей команде. Всех обучишь и натаскаешь, чтоб через неделю на военных похожи были. И вали уже, а то снова заснешь прям тут.

Сержант приложил кулак. Быстро нагрузил подчиненных амуницией и выскользнул за ними, видно, наше балабольство его совсем не интересует, и он был счастлив слинять отсюда под любым предлогом.

Теперь с Нуром разобраться. У него тоже нейросети нет. Ничего, пока со станером походит.

– Нур, я так понимаю, у тебя нейросеть не установлена.

– Установлена, баз знаний нет. А сеть мне старшие родственники помогли установить.

– Так вроде галифатцы с сеткой в пехоту не идут?

– Уважаемый, мы не с Галифата, мы с фронтира, на границе Галифата. Мы амирцы.

– Ладно, подчиняешься лично мне. Забирай обмундирование.

Тут побольше разных финтифлюшек было, но все мелкое. Легкая броня, игольник военного образца, какие-то терминалы и силовые наручники. Эх, придется на базу знаний для него раскошелиться. Хотя…

– Мозгокрут, а что там по базам знаний для СБ?

– Есть, но для рядового состава.

– Заливай Нуру. Нур, с тебя порядок на базе.

Тот встал, на секунду склонил голову.

И так мы засиделись, вроде только сели, а уже пять часов прошло.

– Ладно, все свободны. Завтра, если что-то не получается или чего-то не хватает, не молча сидите и ждите, а дергайте вышестоящих, чтобы все крутилось у нас. Каждый вечер в девятнадцать ноль-ноль пятиминутка, собираемся, отчитываемся. Больше пятнадцати минут сидеть не будем, что не успеем обсудить, на следующий день оставляем, иначе говорильня одна будет.

Все радостно потянулись к двери.

– Мар, подожди.

Все вышли, она осталась.

– Завтра тебе просто необходимо Дока сюда привезти, не знаю, как ты его уговоришь. И перевезешь его оборудование. Но ты должна его притащить именно завтра, а то он передумает. Можешь для этого парней привлечь на погрузочные работы. Если оборудования много будет, нанимай грузовик, деньги перечислю.

– Хорошо, сделаю.

– Мар, не просто сделай, от него зависит, будет ли твой муж ходить. Если он не сможет поставить его на ноги, никто больше не сможет.

Мар молча кивнула, но при этом решительно сжала зубы.

Ну все, девушка замотивирована, она его скрутит, но привезет.

– Мозгокрут, а медотсек целый у нас?

– Целый, оборудование наполовину разбито, но есть кое-что запасное на складе, специалист нужен, тут даже я не понимаю, что для чего.

Ладно, пойду спать.

– Мозгокрут. Давай платформу вызывай до бота, спать пора, а идти лениво.

– Зачем платформа и бот? Вон лифт на выходе, он до твоих апартаментов тебя быстрее домчит.

Точно, у меня же тут свой угол должен быть. Спросить у Мозгокрута, жить-то там можно? Этим только обижу его, он точно расстарался. Сейчас выйду – осмотрюсь.

Вышел из лифта в прихожей. Ну комната и комната, пока неудивительно.

– Куда?

Зажглись зеленые стрелки.

Ого, вот это спальня, да тут метров шестьдесят квадратных, не меньше. Да и до потолков метра четыре, если не больше. Я подошел к высоким окнам. Вид на пустынную улицу, пока пустые газоны, вон тот пустырь с ровными дорожками, наверное, будущий парк.

Хотя чего я думаю.

– Мозгокрут, дай-ка схему станции.

Передо мной засветился куб. Первое, что бросилось в глаза, это шахта главного калибра, проходящая по диагонали куба. Вот про что я забыл еще. Нужно восстановить главный калибр. И срочно. Посмотрел – пробоин на нем достаточно. Ладно, решим что-нибудь.

Станция вроде огромная, пятьсот на пятьсот метров, но вот места на ней не больно много. Восемнадцать этажей. По двадцать метров этаж, около пяти метров приходилось на перегородки. Композитной брони только по двадцать пять метров, а это пятьдесят метров сразу скрадывает. Остается триста шестьдесят метров полезного пространства по высоте, по ширине чуть получше, перегородки вертикальные тоже присутствуют, но их поменьше. Жилых этажей всего пять. Да и то с боков они ангарами ужаты, а в середине шахта главного калибра проходит. Всего десять тысяч квадратных метров на этаж. Это вместе с улицами. Это пятьдесят домов на этаж, правда дома пятиэтажные. Да еще парк на моем этаже половину площади занимает. Практически все пространство занимают автоматические ангары для беспилотных истребителей, которые для меня практически бесполезны. Туда нормальную технику не разместишь. Это как лента пулеметная с протяжными механизмами. Где в каждую ячейку истребитель вставлен был. Ворот-то для вылета не так много было, чтобы броню не ослаблять. Вот этими конвейерами истребители и доставлялись с места стоянки до взлетных ворот шлюза. Нужно будет половину разобрать. Поснимать все ненужное, в обычные ангары или цеха превратить. Второе место по объему занимали резервуары для топлива. Понятно, беспилотники тоже заправляться должны. Слава богу, топливо тут было не пожароопасное, да и не горело вовсе. В случае чего заправкой могу подрабатывать.

Точно, нужно срочно у барона лицензию на продажу топлива взять. Какой-никакой, а приработок, нужно еще узнать, что за заводы его добывают и где оно водится.

Вот два этажа непонятные. Выделил, оказывается, фермы каких-то одноклеточных водорослей.

– Мозгокрут, а фермы-то здесь для чего?

– Как? Крепость должна быть автономна, а эти водоросли много биомассы дают, в пищевые картриджи легко перерабатываются. Там линия небольшая стоит по производству картриджей пищевых.

Тоже нужно как-нибудь потом восстановить.

Наконец-то глянул, куда меня Мозгокрут разместил, ого, все пять этажей мои. Правда пустые пока. Но ничего, главное кости есть, мясо нарастет со временем.

Ночью удивил Сенсей, он в приказном порядке заставил меня восстановить хотя бы одну ферму. Ему нужны генетические образцы этих водорослей. Еще один головняк. Я уже в мыслях тяну сюда линкор. А мне проблемы не дают, то одно, то другое.

Глава 15

После зарядки решил заняться ремонтом. Только озвучил Лер, что можно топливом приторговывать и ферму восстановить, как та меня взяла в оборот. Если на ферму она перераспределила людей сама и от меня ничего не требовала, то вот с топливом она уже пробила у Гнома, за сколько и по какой цене он сможет его привезти. Заставила Мозгокрута просчитать, сколько грузовиков проходят через систему в месяц, сколько дозаправляются здесь. В общем, дело выгодное, даже если мы тридцать процентов бизнеса на себя перетянем. Уже в первую неделю окупимся и в плюс пойдем, даже если топливозаправщик купим. Ну да, топливом-то всегда выгодно торговать было, весь вопрос, дадут ли нам, и какие люди стоят за этим бизнесом, а то может наша крепость и рвануть новым солнышком. Нужно лететь к барону на прием, узнавать.

Вот меня Лер нашла и за руку проводила до бота, чуть ли пинка волшебного не отвесила, чтоб я летел и взял лицензию, на торговлю топливом и ремонт кораблей. Я посмотрел все, все работали без моего участия. Ну и ладно, можно и прогуляться, организационными вопросами займусь, справятся. Вот ботом, конечно, лучше дыры большие залатать, а не как средство доставки использовать.

На станцию добрался без проблем, подал заявку на встречу с бароном, можно, конечно, в конторках оформить все лицензии, не привлекая барона. Но тут вопрос не в том, чтобы оформить, а в том, чтобы разрешил. Секретарша сказала, что тот через час освободится, и можно подходить. Хорошо, встретимся с оружейниками, которых по объявлению искал. Их оказалось тут достаточно. Откликнулось девять человек, все готовы были работать за пятнадцать-двадцать тысяч. Один выставил сорок пять. Встретился, оказалось, хороший специалист, базы высоких рангов и нашивки квалификации есть, но вот он по современным вооружениям, со старыми совершенно не знаком, а у меня только старые и есть. Специалист понравился, серьезный, рассудительный, правда, как и все спецы, очень упрямый. Обменялся контактами, может, в будущем пригодится. Пошел встречаться с другими. Четверо были «молодцы».

– Это знаете?

– Знаем.

– И это?

– И это знаем.

– А то умеете?

– Умеем, только покажи как.

Еще четверо честно сказали, что знают первичный осмотр, умеют правильно подвешивать на пилоны торпеды и проводить техобслуживание. Решил одного нанять, просил всего пятнадцать тысяч в месяц, вроде адекватный молодой парень. Предупредил, что подпишет договор о неразглашении.

Вот и час пролетел, пора к барону. Барон удивил, он был слегка выпивши.

– А, Дикий, заходи, рад видеть. Ты-то плохих новостей не принес? А то лучше сразу выметайся.

– Откуда у меня новости? Живу затворником, – скромненько сообщил я.

– Тогда рассказывай.

– Спросить хотел, кто у тебя на станции топливо продает?

– Атранцы, конечно, а ты что, тоже собрался? – удивился барон.

– Ну хотел, но чую, не влезть теперь.

– Нет, ты уж, друг, постарайся. Я хоть им напоследок жизнь попорчу. Десять процентов мне, да торгуй на здоровье. Атранцы тоже десять процентов мне отчисляют, так что не думай, я не деру с тебя.

Тут уже удивился я. Хотя нужно ковать, пока горячо. По-быстрому скинул Лер условия. Тут же пришел ответ: «Соглашайся».

– Ну и на ремонт грузовиков бы тоже лицензию получить, – продолжил наглеть я.

– Это в конторах оформишь. Хотя… можно и сейчас.

Через минуту вошла секретарша, я поставил электронную подпись, оплатил сто пятьдесят тысяч кредитов и получил лицензию. Оперативно.

– Всё?

– Вопрос хотел задать, а почему корабли не восстанавливались тут?

– Много будешь знать, скоро состаришься. Да хотя все равно уже. – Барон достал из сейфа пузатую бутылку. – Будешь?

– Нет, спасибо, дел полно.

– Для чего они, дела? – философски сказал барон и махнул из бокала янтарную жидкость, которая как будто светилась изнутри.

– Что, так все плохо?

– Плохо. – Он заел шоколадкой – Ты хотел знать, почему я корабли тут не восстанавливал. А я их не восстанавливал потому, что мне Артран запретил, они мне защиту обеспечивали, за то что я корпуса в металлы переплавлял. Мне даже завод бесплатно выдали, на, утилизируй только, чтобы пиратам не доставались.

– Почему сразу пиратам? Можно же и честным людям продавать.

Барон усмехнулся.

– Зачем честным людям военные корабли? Честным людям грузовики нужны.

– Ну есть же государства, во фронтире, не только пираты одни, и наемники еще есть.

– Государства? Они тоже либо вчера пиратами были, либо в любой момент к противнику переметнутся. Да к тому же у Содружества своего военного хлама некуда девать. Они наемникам свои ведра продают, да как, впрочем, и пиратам, а тут ты хочешь им конкуренцию составить.

– Тогда не пойму, что изменилось?

– Изменилось многое. – Барон еще плеснул в бокал. Посмотрел через жидкость на свет. – Точно не будешь? Такого напитка даже в столице не попробуешь.

– Да давай.

Барон достал второй бокал и плеснул мне на два пальца, отломив кусочек плитки шоколада.

Давненько я не пил крепких напитков, хотя и на вкус они, как дорогие земные алкогольные напитки. Вроде ожидаешь чего-то сверхъестественного. А там обычная сивуха, но правда, нужно отдать должное, послевкусие начало раскрываться ароматами карамели и еще непонятно чего, но приятного. Я закусил шоколадкой, которая оказалась вкуснее, чем напиток.

– Ну как?

– Сивуха, она и на Альтаре сивуха, хотя послевкусие приятное. А вот шоколадка замечательная.

– А, – махнул на меня барон, – наверное, так и есть, хороший напиток он за послевкусие и ценится. Все что пьется приятно, как правило, потом отрыжкой пластиковой отдает. А это как ежика глотаешь, но потом букет раскрывается.

– Так что изменилось?

– А, ты про это… Нашли в нашей стороне планету-изгой, – неопределенно сказал барон, тем самым заставляя меня выманивать у него информацию.

– Мне стыдно, но я не знаю, что это такое.

– Планета-изгой это планета без солнечной системы. Как правило, это ядро потухшего солнца.

– И что в ней плохого, я слышал, их полно, чуть ли не больше, чем планет в звездных системах.

– Да, их много. Только эта заселена жуками-переростками.

– Архами, что ли? – решил немного сумничать.

– Нет, те пауки, тех много, и отстреливаются они хорошо. А эти кузнечики, только трехметровые. Очень мало их, но и живут по десятку тысяч лет. Убить их очень сложно. Хорошо, что рождаются редко. А то все бы заполонили. Планета-то у них гравитацию имеет, как десять наших. Это представь, как газовый гигант размером, только железная в основном. Там у них своя жизнь, никто не может узнать, какая именно. А вот то, что живут они при такой гравитации, дает им прыгучесть, прыгают они на сотню метров. Это как тебя на астероид запустить, захочешь, вообще выпрыгнуть с него в открытый космос сможешь. Я уже не говорю про остальное. Живут-то они без солнца. Поэтому видят в неизвестном спектре, а кто-то говорит, что у них вообще глаз нет, только пси-силой пользуются. Панцири хамелеоны, их не видно. Воевать с ними на планете без вариантов. Да и не воюют они на планете, а так, ходят одиночками и вырезают города.

– А в космосе?

– В космосе тоже плохо, во-первых, корабли гигантские, даже наша торговая станция перед их кораблем мелочью кажется. А во-вторых, их истребители, как наши линкоры, только маневренные, как истребители. И много их. Да и оружие у них непонятное. В точке, куда стволы направлены, гигантская прорва энергии высвобождается. В этой точке просто все плавится.

– Как же с ними борются?

– Нужно отстрелить всего пару особей. У них это гигантскими потерями считается, рождаются-то они редко. Потом они уходят.

– А зачем они приходят вообще?

– Кто их знает, раса к древним относится. Такое впечатление, что именно повоевать и приходят. Как только нормальное сопротивление встретят, так опять пропадают. Они могли бы со своих кораблей гигантов все расстрелять, а нет. Обязательно истребители выпускают. А на планету чуть ли не поодиночке спускаются.

– И когда нападения ждать?

– Да могут и вообще не напасть, но ближайшая траектория их планеты лет через десять будет проходить мимо нашего сектора границы.

– А как это с нами связано?

– А так, в Содружестве решили все раздробленные пиратские шайки и баронства в одно более менее мощное государство объединить, чтоб флот был, хотя бы задержать смог, если нашествие будет. А так как у меня флота нет, меня слить решили. Ближайшие года три тут только одни разборки и будут. Моя система как сырьевая база всем нужна, ее в покое точно не оставят. Не удивлюсь, если все пираты объединятся, чтобы эту систему захватить. Да и захватят, ведь помешать им нечем. Вот только потом между собой передерутся. Вот тогда Содружество и выберет, кто посильнее, и ему поможет слегка остальных подмять.

– Не, барон, ты давай не сдавайся, что-нибудь придумаем. Не захватят.

– Ты что, думаешь пятнадцать истребителей с эскадрой кораблей справится?

– Нет, не справится, думать нужно, может, союз с кем заключить?

– С кем? Пока артранцы тут были, всех против меня настроили, да хоть бы и не настраивали, и так все против всех настроены.

– То есть шансов нет? Уйти хочешь?

– Ты что, ни за что. Кем я буду, если уйду? Когда высоко поднимаешься, падать больно. Пусть лучше взорвут меня.

– Но шансов нет?

– Нет, меня даже торговлей душат.

– Тогда, пока ты пьяный, вступай ко мне в федерацию, и давай мне клятву верности.

– Дурак, что ли, ты, Дикий, я не настолько пьян. – Барон опрокинул еще бокал. – Хотя ты прав в одном. Мерзость это пойло.

– Барон, ты историю этого места знаешь?

– Ну так.

– Я правопреемник Федерации Уник.

– Да ладно, когда успел? – Барон удивленно глянул на меня, а потом махнул рукой. – Да все равно, за тобой ничего и никого нет.

– Вот что за мной ничего нет, это правда, а вот веришь или нет, но мне даже не намекнули, а прямо сказали, что мне помогут в этом регионе власть захватить.

– И сколько тебе башлять потом?

– Потом обсудим, сколько на военный бюджет сможем выделить, а пока нужно много, даже не сколько можешь, а сколько есть.

– Ты охренел?

– Тут выбирай: либо ты с деньгами улетаешь на пляжи курортных планет, но не барон. Либо без денег, но становишься князем, а не бароном. Третий вариант совсем плохой, ни мне ни тебе не понравится.

– И что изменится, если я тебе присягу дам? Нам что, кредит на корабли выдадут?

– Кредит точно не дадут, а вот блокаду снимут.

– И что нам это даст? Мы даже сделать ничего не успеем. Нападение через месяц ожидается.

Я замер, все обдумывая, голова была пустая, летал ворох обрывков мыслей, которые трудно было ухватить. Я молчал. Барон молчал, за что я ему был благодарен. Нужно все обдумать, хотя, наверно, барон думал тоже только о своем.

Наконец-то я ухватил обрывок нужной мысли. И мысли сразу выстроились в ряд. Я рассчитал в голове все, такое ощущение, что мир вокруг стал выпуклым и четким. Я просчитал каждый нюанс. Объем информации был гигантский. Это не предвидение, это точно просчет любой вероятности. Но это длилось сотую долю секунды. Мозг просто не мог держать столько информации в голове, и я все забыл. Почти все. Я помнил, что нужно делать сначала.

– Пошли.

Я резко встал.

– Куда?

– Присягу принимать. Пошли, говорю.

Барон, ругаясь, встал за мной, и мы пошли к боту.

Я как бешеная машинка раздавал приказы.

– Мия, три истребителя готовы?

– Да, полное ТО провели, системы проверили, заменили проблемные запчасти. Заправлены, заряжены только плазменные пушки. Торпеды отсутствуют.

– Повесь болванки похожие.

– Десять минут.

– Через пять минут вылет.

Следующая.

– Мар, боевая тревога, поднимай три истребителя. Задача – сопроводить бот. Мой бот, от Торговой базы до крепости и обратно. Задача – напугать корвет, который тут на дежурстве.

Следующее.

– Мозгокрут, готовь приказ о переименовании Баронства Айдая в Княжество Айдая и вхождении его в Федерацию Уник. Обеспечь свободный доступ баз знаний по законам федерации. Также готовь закон о торговле топливом, на территории Федерации Уник топливом могут торговать только уполномоченные хана. Второе. Ремонтопригодную технику в металлолом не сдавать. Металл продавать в первую очередь на внутренний рынок. Организовать роботизированную скупку найденного имущества, интересующего федерацию, у поисковиков. И закупай полные резервуары топлива. Это много грузовиков?

– Это один грузовик-танкер целиком.

– Резервуары готовы?

– Нет. Пару только восстановили.

– Все силы на ремонт резервуаров.

– О’кей.

– Через сколько топливо будет?

– Через двое суток. Резервуары не будут готовы.

– Приготовим. Лер подключай. И все приказы опубликуешь, как топливо будет у нас.

Дальше связался с оружейником.

– Готов платить пятьдесят тысяч, если присягу примешь, мне тебя к секретным вещам допускать нужно будет.

– Согласен, но я с семьей.

– Через десять минут в ангаре.

Вот открылись двери лифта. На выходе стоял Старшой с группой быстрого реагирования.

– А, Дикий? Привет, куда ты нашего пьяного барона повел? – задушевным голосом спросил он у меня. Молодец, быстро реагирует.

– Пойдем, ты там тоже нужен, заодно свидетелем побудешь.

Не дав сказать слово барону и обескуражив Старшого, я потянул обоих в сторону бота. Пять минут не прошло, а оружейник уже стоял там. Я махнул ему рукой.

– Пошли.

Загрузились в бот.

– Мар?

– Истребители вылетели, будем через двадцать минут.

А, ладно, на полпути истребителей встретим. Хотя…

– Старшой, ты можешь от греха подальше отогнать корвет нанятый.

– А что, подозрения есть?

– А то их у тебя нет.

– Секунду, все, начинает разгон, полетит, проверит дальнюю точку, – доложил Старшой.

Я запросил разрешение на взлет. Разрешение не давали. Это было очень странно.

– Старшой, гони вторую группу захвата к диспетчерам, крути их там всех.

– Яйца отца не учат, как детей делать. Уже в пути.

Почти сразу дали разрешение на взлет. Глянул навигацию, корвет продолжал разгон в противоположную от нас сторону. Да ладно, рискнем, нужно рискнуть, чтобы на живца предателей на базе выловить, вон как засуетились. Начинаю вылет с базы. Корвет сразу идет на разворот. Это плохо, это очень плохо. Диспетчеры заблокированы, кто-то рядом ведет трансляцию.

– Мар, цель корвет, отстреливайте ему движки и орудия.

– Приняла. За штурвалами вторая пятерка, я на планете. Командуй сразу… – и она назвала номер частоты связи.

– Два пять, как слышишь, прием, – назвал я позывные командира второй пятерки.

– Отлично, командир.

– Заходи на корвет, стреляй без предупреждения, сначала двигатели, с двигателями поспеши, потом все остальное отстреливай, остальное не спеша, нам его еще восстанавливать, может, сдадутся.

– Принял.

Повернул голову.

– Старшой, как корвет на приказы реагирует?

– Нет. С тобой, Дикий, одни приключения. Ты вот ответь, почему я тебе разрешил барона со станции забрать?

– Чего сейчас гадать, пристегивайте ремни, сейчас веселиться будем.

– Давай назад, на базу.

– Назад нас не пустят, боюсь, шлюз заклинит в нужный момент.

– Тогда подожди, барона пристегну.

– Отстань, я не маленький.

Барон плюхнулся на место второго пилота, и его обхватили силовые ремни.

– Юха…

– И ребятам скажи, чтоб держались.

Я начал разгон в сторону крепости, корвет был далеко, догнать-то он и не догонит. Скорости почти равные. Но вот стрелять скоро сможет. Но пока рано маневрировать, скорость только терять. Сейчас свяжемся с корветом.

– Корвет Ли-783 вызывают вооруженные силы Федерации Уник, заглушите двигатель и приготовьтесь к сдаче корабля, гарантирую жизнь и свободный вылет каждого члена экипажа за пределы федерации.

Корвет не отвечал, он что, истребителей не видит? Ладно, некогда думать, маневрировать пора начинать, а то он повернулся уже полностью. Начал маневры. Неудобно на боте, истребитель сам летит маневрируя, тебе думать не нужно. А тут самому приходилось траекторию ломаной делать. Ага, есть выстрел в мою сторону. Я уже и так сменил траекторию, а этот еще дальше отвернул. Ярко-белая черта пролетела абсолютно неслышно, я поворачивал и уворачивался. Только пьяный барон азартно кричал, когда космос прочерчивали сполохи.

– Повторяю, корвет Ли-783, сдавайтесь, вам будет дан теплый чай и печенька.

– Ты что несешь? – наконец-то ответили с корвета.

– Несу свет и счастье. Сдавайся, говорю.

– Я тебя все равно догоню сейчас.

Три сполоха пролетели навстречу. Ясно, почему корвет на истребители внимания не обратил, шли плотной группой, на радаре как один бот отображались. Да еще зеленая цель. Я продолжал маневрировать, глядя на тактический дисплей. Истребители разлетелись в разные стороны, обходя корвет сбоку и сзади, и начали лупить по двигателю. Корвет на глазах стал замедляться, летя по инерции.

Я начал заворачивать под девяносто градусов, чтобы выйти из-под обстрела главного калибра корвета, он, конечно, может довернуть маневровыми, но мои ребята, надеюсь, не проморгают момент, вовремя отстрелят, они сейчас как в тире висят.

– Немного предложение меняется, в обмен на сдачу сейчас только жизнь предлагаю. Иначе прикажу торпеды выпустить.

– Все понял, не буянь. Согласны на сдачу, если отпустишь всех.

– Коды управления отдашь, отпущу.

– Согласен.

Ну и чудно. Я заложил вираж и полетел в сторону корвета.

– Старшой, как твои ребята там, к абордажу готовы? Старшой?

А в ответ тишина. Барон заерзал в кресле.

– Давай я его…

– Не нужно меня, сейчас отойду немного, и готовы будем.

– Нормально все?

– Да, ты немного покувыркаться заставил. У парней-то лбы дубовые, да в касках. А я что-то от встречи с перегородкой растерялся совсем.

– Ну ладно, – задумавшись, сказал я. – Может, станер кто даст.

– Похвально, что убивать лишних не желаешь, – усмехнулся Старшой. – Бесполезен тут станер, скорей всего, если придется им пользоваться, он не поможет, там либо имплант вшит, либо костюм с защитной сеткой.

– То есть сразу на глушняк валить всех?

– Вот этого не рекомендую, – наставническим тоном проговорил Старшой. – Мне информация нужна, а с трупа ее очень мало.

Истребителей я расставил в классический треугольник, по бокам, на равном удалении. Чтобы они сектора обстрела друг другу не перекрывали, ракет на корвете не было, им и мне ничего не угрожало. Сам зашел с безопасного направления, пристыковался. Барон в раж вошел, чуть первым на абордаж не убежал, еле со Старшим его уговорили не светиться. Как бы мы эту операцию-ловушку специально сделали для разоблачения предателей. Первого на бот запустил абордажного дрона, я его уже столько катаю на боте, он столько мне нервов попортил, то место занимает, то стоит не в том месте, а вот гляди-ка, пригодился. На всякий случай в коридорах корвета я отстрелил все защитные турели, которые встречались. Конечно, это откровенная порча моего имущества, но во избежание, так сказать. Мне под этими турелями проходить, что там за мысли у пленного капитана могут возникнуть? Следом за дроном, когда тот отстрелил турели, ворвались дуболомы Старшого и собрали плененный экипаж в кают-компании. Ну что, можно и мне со Старшим прогуляться.

Захожу в кают-компанию, все сидят смирно, руки как у первоклассников сложены на столе. Фон мыслей у всех одинаковый – неопределенность, с вопросом, что будет дальше, и надежда, что все образуется. Так думали почти все. Кроме троих. У одного был страх, почти паника, лишь бы на него не посмотрели. Когда мой взгляд падал на него, он едва не вздрагивал и замирал. Другой был излишне самоуверен и фанатично верил во что-то. А у третьего самоуверенность перемешивалась со страхом.

Молча прохаживаюсь между рядами. А что бы я сделал, если бы у меня корабль захватили? Конечно, стандартную закладку в программе искина, а еще мину на реактор. Что еще? Ну, можно реактор перегрузить, или… Но это все технические вопросы. Значит, все просто, мины и закладки.

– Кто капитан?

Один медленно и пренебрежительно приподнял руку. Как раз тот, у кого самоуверенность со страхом смешаны были.

– Коды? – в приказном порядке спросил я.

– Я требую гарантий, что всех отпустят.

– Коды, – чуть громче сказал я.

Мне перекинули коды. Но я не настолько дурак, чтобы вводить их и проверять.

– Старшой, вяжи этого и этого. – Я указал на чересчур самоуверенного и другого, того, что боялся.

Самоуверенный вскочил, стукнул подходившего спецназовца локтем, да так удачно, что тот вырубился, другого даже не толкнул, а подправил его движение, и тот улетел под стол, при этом стукнувшись головой.

– Всем оставаться на своих местах, – крикнул Старшой.

Наверно, это моя ошибка, нужно было по-тихому вязать, как бы общего бунта не было, того и гляди, что придется всех перестрелять. Тем временем самоуверенный выбрал меня как легкую цель, скорее всего хотел напоследок забрать с собой. Поэтому он расслабился, вытянув руки в захвате, чтобы сломать мне шею. Да щаз, конечно, весьма картинно летит на меня, явно самоуверенность его подвела. Хватаю за руку, дергая еще сильнее на себя, сам ухожу с линии атаки. Самоуверенный пролетает мимо, ударяясь головой об спинку стула. Стул тут примагничен к полу, чтобы не было беспорядков во время маневров. Дук-к, глухой звук от удара, и тело мешком валится на землю, прочерчивая кровавую полосу по стулу.

Тут же спецназовец наваливается на тело, заламывая руки и ноги в силовые наручники.

– Хорошо, что во время операций глушилки сразу включают. Иначе подорвал бы себя и всех нас.

– Живой?

Спецназовец кивнул, не глядя на меня, ну и хорошо, а то Старшой обидится. Ему «языки» нужны. Второго взяли без проблем.

Я прочистил горло и громким голосом сказал:

– Итак, господа, вы меня извините, но вас я отпущу через пятнадцать дней. Вам придется посидеть тут, как раз и коды проверятся, и мины взорвутся. Всего хорошего.

Я начал разворачиваться.

– Стойте, я простой исполнитель, мне приказали, – закричал закованный в наручники, тот, который боялся.

– А ты кто у нас тут? – спросил я равнодушным голосом, разглядывая ноготь на мизинце.

– Техник.

– Ну хорошо. Старшой, ты же сапер вроде. Проводишь? Соберешь игрушки?

– Ребята проводят, – буркнул Старшой.

Двое его ребят подхватили техника и потащили к выходу.

– Снимите с него наручники, он хороший, – сказал я все тем же равнодушным голосом. – Так, тогда всех можно отпустить, пожалуй. Ну, кроме тебя, конечно, – сказал я, обращаясь к капитану.

– Ты обещал, что всех отпустишь.

Вот теперь надменность в голосе пропала, осталось вроде самоуважение. Голос был не испуганный. Но страх ощущался где-то глубоко.

– Так я и отпущу всех, ну кроме того, который шею мне пытался сломать. Только тебя через пятнадцать дней. Посидишь тут, ничего с тобой не сделается. Хотя вру, может, и сделается что. Это смотря какие коды ты мне отдал.

– Ладно, держи настоящие.

И он снова перекинул мне коды, при этом сожаления я не уловил, а даже наоборот, превосходство, значит, опять не верные, настырный.

– С этими кодами будешь тут месяц сидеть, если еще один раз неверные коды скинешь, я тебя на год в одиночестве тут оставлю, как раз к этому времени до нужной мне точки долетишь, – также меланхолично продолжил я.

Вот теперь есть отклик, да тут даже эмоции не нужно чувствовать. У капитана ноздри расширились, жевалки заходили ходуном. А лицо налилось пунцовой краской.

– Подавись, – выдавил он, перекидывая коды.

Вот эти коды похожи на правду. А что дерзит, так пусть, я бы, наверно, тоже дерзил.

– Господа, минутку внимания, – начал я уже бодрым голосом. – Есть пару вопросов и одно предложение. Можно?

А в ответ тишина.

– Ну, не слышу? Вот ты. – Я остановился напротив человека с нашивками старпома. – Ты согласен ответить на пару вопросов?

– Валяй, – недовольно ответил старпом.

– Команда сбитая? Давно ходите с этим капитаном?

– Команда сбитая, несколько лет вместе, к капитану четыре месяца назад нанялись. Что он собирается кинуть нанимателя, мы не знали.

Все еще красный капитан стал от этих слов еще краснее.

– Я не кидал нанимателя, я нанялся к… – Капитан показал на лежащего на полу самоуверенного. – А он уже мне приказы давал, куда лететь и что делать, это он нанялся сюда, под видом капитана.

Я посмотрел на Старшого, тот подтверждаюие кивнул мне.

– Хорошо, второй вопрос, – тем же бодрым голосом. – Сколько платил вам капитан?

– По-разному, – пожал плечами старпом, – у всех должности и умения разные.

– Примерно.

– От восемнадцати до тридцати. Плюс четверть трофеев делится на команду. А что, нанять хочешь? – в лоб спросил старпом и уставился мне в глаза с какой-то подозрительностью.

– Скрывать не буду, очень хочу. Хочу предложить вам от двадцати пяти до пятидесяти, плюс половина трофеев, если сами захватили. Если группой кораблей, то делите уже группой половину.

– Слишком хорошо, где подвох? – снова в лоб спросил старпом.

– Подвох есть, я собираю армию. И придется принимать присягу.

– Нужно подумать.

– Вот это пожалуйста. Пойду пока коды введу. Пошли, капитан, прогуляемся, пусть ребята подумают, – сказал я, хлопая капитана по спине.

Капитан до рубки шел молча, турель тут тоже немного чадила, поэтому я смело зашел вслед за капитаном в рубку на мостик. Расселся в кресле. Капитан угрюмо смотрел в пол, пока я вводил коды допусков. Искин корабля наконец-то приветствовал нового хозяина, как капитана я не стал себя оформлять.

– Нельзя мне терять корабль, – наконец-то нарушил тишину бывший капитан.

Я даже завис на секунду, не зная, что ответить.

– Прости, мы не в детском садике.

– Возьми меня к себе в армию, тебе же толковые командиры нужны.

Вот это неожиданно было.

– Ну, насчет толковости тут еще вопросы есть, ты как-то истребители просмотрел.

– Самоуверенность была, а теперь ученый уже стал, и вообще, у меня контракт с командой, пусть неустойку платят, если не возьмешь.

– Погоди, давай с командой поговорим. Может, они не согласны.

Глава 16

На удивление, команда отказалась от моего предложения.

– Нет, извини, мы решили не присягать тебе.

– Ваше право, что-то и я, не подумав, вам сразу такую высокую зарплату предложил. У вас контракт и так с капитаном. Отработаете контракт, может, и поговорим. Все свободны. Капитан, давай распоряжения да полетели, на базе переговорим. А корвет туда тягач подтянет.

Ну в общем-то, и все. Хотя нет, заблокировал все орудия, от греха подальше. Дал задание Мозгокруту, чтоб тягач вызвал и доставил корвет к крепости. Поговорил с капитаном, договорились об оплате, содержание, заправка, ремонт и зарплата экипажу – все на мне. Капитан высказал просьбу, что через десять лет, если корвет целым останется, он перейдет к нему в собственность. Да пожалуйста. Отслужил бы хорошо.

До крепости долетели без проблем. Барон заснул, ожидая нас, и сейчас крепко спал. Старшой же полностью погрузился в связь. У него столько вражеских агентов себя раскрыли. Сейчас его ребята бегают и арестовывают всех, кто не успел сбежать, вскрывая все глубже и глубже законспирированных шпионов.

По прибытию растолкал барона, воткнул ему аптечку, чтобы протрезвел. На что барон, конечно, был недоволен.

– Дикий, ты не боишься, что сейчас трезвый не соглашусь с твоими авантюрами?

– Не боюсь, у тебя выбора нет.

– Вот вроде прав ты во всем, но голову скрутить тебе охота. Не знаешь, почему?

– Знаю, проходите давайте, располагайтесь.

В зале были выстроены мои бойцы. Ясно, Мозгокрут опять позерствует. А вот и он сам появился, голограммой. И печатая шаг, направился ко мне. Короткий доклад и ушел ко мне за спину.

– Стоять, куда? Ну-ка давай церемонию проводи.

Мозгокрут построил бойцов Старшого, с ним во главе, и приступил к процедуре. Если я думал, что раньше геморрой был, то сейчас вообще пляски с бубном. Вроде бы бесполезные манипуляции, как вдруг я начал чувствовать мир вокруг и эмоции стоящих. Мозгокрут с дотошностью повторял все движения ритуала, он не понимал их, никто не понимал их. А мне вдруг стали понятны движения.

– Протяни сюда руку.

Я понимал, что сейчас через руку начнет собираться в меня энергия. Вот она потянулась из мира в меня, приподнимая все волоски, покрывая тело мурашками, а глаза наполняя слезами. Все, как вдох, я заполнен ею.

– Положи руку на оружие.

Я положил руку на палаш, энергия колыхалась во мне, просясь наружу.

– Князь Маиру Се Айдая, клянетесь вы в верности хану Дикому с Гео? – наконец-то произнес Мозгокрут.

– Клянусь! – не особо задумываясь, сказал уже князь, а не барон. Сколько таких клятв в жизни было, одной больше, одной меньше.

– Хан, принимаешь его клятву?

– Да, – сказал я и понял, что нужно делать. Я, касаясь палашом правого предплечья князя, выпустил всю энергию через клинок в князя. Того выгнуло дугой, как от электричества. Я даже испугался, что сейчас дернется и об палаш поранится или голову себе отшибет. На миг даже понял, что если бы князь задумал зло, то так бы и произошло. А так тело князя выгибалось, но палаш как будто прилип к предплечью.

Старшой уже хотел дернуться, чтобы спасать князя Айдая. Но все прекратилось.

– Дикий, твою мать, что это было? Там клеймо не появилось?

Он начал снимать часть комбинезона, чтобы посмотреть на предплечье.

– Я знал, что ты сможешь возродить федерацию, так могли только одни из первых ханов, – радостно затараторил Мозгокрут.

Я только от него отмахнулся.

– Фух, нет ничего.

Князь снял с руки рукав комбинезона, нарушив все правила этикета, обнажившись по пояс, и растирал предплечье, которое даже не покраснело.

– Ну, если хочешь, давай метку поставлю, – немножко блефанул я, протягивая руку к его предплечью. Знаю, что ничего не произойдет, но он-то не знает.

Князь дернулся, как будто я электрошокер к нему тяну, а не руку, быстро надевая на себя комбез.

– Не, хватит. Экспериментируй вон на них. Просто так я больше не поведусь на твои авантюры.

– Подожди, мне еще две клятвы принять нужно.

Капитан и оружейник подошли. Произнесли слова клятвы, чуть ли не зажмурившись, когда я прикасался клинком к ним. Как ни странно, но и их тоже чуть-чуть тряхануло. Но далеко не так, как князя.

Ну, в общем-то и все. Отправил капитана и оружейника размещаться. Сам пошел с князем, обсуждать дела.

Основной доход князя это продажа металла. Второстепенный – это налоги и сдача в аренду помещений торговой станции. На торговой станции было полно торговых представительств. В разбитых кораблях много имущества находили, торгаши это скупали и перепродавали дальше, отстегивая только за торговую лицензию и аренду площадей. И все, никаких производств или компаний у князя не было.

Мне нужны были тягачи, хотя бы четыре штуки. Нужно просто неимоверное количество техников. Вот вроде бы ну что такое, нанял сотню человек. Проблема в том, что этой сотне нужно платить минимум тридцать тысяч в месяц каждому, вроде фигня, а как посчитаешь, это три миллиона кредитов. Если учесть, что все эти техники не будут зарабатывать мне деньги, а только пока все восстанавливать, это очень накладно получается. А этих техников еще инструментом обеспечить нужно, да и запчасти кое-какие покупать или материалы нужно. В первый месяц, может, и наберем столько денег, а вот дальше что делать? Да и где столько людей обученных брать? С торговой станции переводить сюда нельзя. Станцию тоже обслуживать кто-то должен. С металлоперерабатывающего завода тоже нельзя. Это деньги на следующий месяц. Войны-то идут только до тех пор, пока деньги у одной стороны не кончатся. Поэтому деньги нужны.

Помимо всего прочего, нужно нанимать экипажи кораблей. Которые, надеюсь, восстановят к тому моменту технику. А экипажи это снова затраты, да еще и затраты на топливо и содержание самого корабля. Нужны деньги.

У бывшего барона было всего пятнадцать миллионов, месяц назад было почти сорок. Но торговая блокада здорово его подкосила. Весь металл лежал на складах уже пару месяцев, а до этого скупали только самый ценный металл. Князь не показывал просто, что дела у него плохо идут, продолжал закупать металлолом у старателей, а сейчас переработанные слитки даже складывать некуда. Там скопилось слитков минимум на шестьдесят миллионов кредитов. Но и князя понять можно. Сейчас прекрати скупать металлолом у старателей, здесь коллапс начнется. Кончатся деньги у всех и сразу. Напрашивается только один выход – выпускать свои деньги. Тут во фронтире так во всех государствах и даже мелких баронствах у всех свои деньги были. Но мера явно не популярная, то ли дело зарплату получать полновесными кредитами, а то непонятными тугриками.

С князем Айдая мы думали и так и эдак, мысль хорошая в голову не приходила. Князь предположил, что это на трезвую голову. Я ему погрозил кулаком, сопьется ведь, гад. Эх, было бы у кого совета спросить. Хотя…

– Мозгокрут, ну-ка появляйся у нас на совещании.

Тут же засветилась голограмма Мозгокрута.

– Внимательно слушаю.

– Ты мне тут не строй невинного. Ты и так все внимательно слушал, давай говори, что думаешь по этому поводу.

– В Федерации Уник в ходу были кредиты Содружества.

– А насчет новых денег?

– Создавать их очень долго, или нужно гигантские вычислительные мощности, а это вновь траты. Банки в кредит могут деньги создать. Но платить миллиард кредитов, чтобы получить три миллиарда фантиков… Это не логично.

– Хоть принцип скажи, как деньги изготавливаются.

– На самом деле все просто, берем уравнение эллиптической кривой. Потом ищем уравнения прямых, которые будут пересекать нашу кривую в двух местах.

– Все, понял, больше не нужно, ты лучше скажи, ты это высчитать сможешь?

– Нет.

– Врешь.

– Ну хорошо, вру, высчитать, конечно, смогу, но достаточное количество наличности только через пятьдесят лет будет при моих мощностях.

– Снова врешь.

– Ну хорошо, через пятнадцать лет. Но я свихнусь столько времени считать.

Князь угрюмо посмотрел на Мозгокрута.

– Тебе это не грозит, сильнее не свихнешься.

– Ладно, хватит пререкаться. Лучше скажите, а если монеты из дорогого металла штамповать, чтобы цена металла была стоимостью монеты?

– Во-первых, как ими расплачиваться? С мешочками на поясе ходить? А во-вторых, если было бы столько драгметалла здесь, можно армию купить за бартер.

– Ясно, ничего не выдумываем, оставляем кредиты. Мозгокрут, как больше денег зарабатывать?

– Все по классике, нужно что-то производить, желательно простое и всем необходимое.

– Ты мне мозг не выкручивай.

– Да не знаю я. Что вы все думаете, раз компьютер, то всемогущий и все знающий. Я могу тебе схемы прибыльные купли-продажи рассчитать на торговых площадках, но учитывая все риски, там тоже много лет нужно на рост капитала. Это если на мошенников не нарвешься или землетрясение не случится.

– Все, закрываем говорильню, только время зря потеряли. Князь, сколько сможешь выделить, чтобы металлоприемка ближайший месяц не закрылась?

– Если чтобы не закрылась, нужно у тебя брать пару миллионов взаймы.

Да чтоб тебя, вот думал хоть несколько миллионов на развитие будут, а тут еще больше финансовая яма.

– А тягачи есть у тебя?

– Два с пилотами могу совсем отдать, пока без надобности. Еще четверо работают постоянно, но краткосрочно могу выделить.

– Хорошо, тогда пять миллионов Мозгокруту переведи. И тягачи пригони. И грузовичок, если есть, на время хотя бы. Пойдем – провожу. Да пить переставай, это приказ.

– Хех, приказальщик, приказалка не отросла еще, – вроде беззлобно сказал князь.

– Князь, не нарывайся, а то клеймо поставлю, – тоже вроде в шутку сказал я. Но как говорится, в каждой шутке есть только доля шутки.

Отправил князя, а сам начал бегать. Взял оружейника, полезли с ним обследовать орудие главного калибра. Помимо поврежденной рельсы и убитых реакторов, требовалось восстановить накопители. Их было десять, и все были так или иначе повреждены, точнее только диагностика покажет. Про них нужно рассказать отдельно, сам я их отремонтировать или изготовить не мог. Накопители на станции сильно отличались от корабельных. Накопители на кораблях были сделаны по принципу земных конденсаторов, все отличие в материалах и толщине слоев, которые во много раз тоньше были. А вот на станции энергию накапливали маховики, которые раскручивались до скоростей, близких к световым. В момент выстрела они останавливались, передавая всю накопленную энергию в выстрел. Видя размеры технических помещений для каждого маховика, можно предположить, что маховик метров тридцать в диаметре имеет. На самом деле он очень маленький, всего-то чуть меньше метра в диаметре. Все остальное вокруг это вспомогательное оборудование. Самое габаритное это преобразователи импульса. Ведь при резкой остановке такого маховика вся станция провернется вокруг своей оси. А так потерь энергии было очень мало, преобразователи растягивали импульс во времени и передавали энергию на разгон второго маховика. Тут вообще потерь энергии было мало, если что-то грелось, то это не просто охлаждалось, а использовалось, с любой мелочи энергия снималась. Даже откат главного калибра преобразовывался в энергию.

Маховики были установлены попарно в одном помещении, всего помещений было пять. Понятно, что неисправности одного маховика не позволяют использовать другой. Как и раскрутить все десять маховиков сразу не выйдет. Постоянно крутились ровно половина, пять из десяти. Для этого нужно было городить такие сложные конструкции, а не ставить обычные корабельные накопители. Нельзя их ставить, потому что постоянно заряженными такое количество энергии не удержать, где-то пробой обязательно случится. Да и заряжались они чуть подольше. А маховик раскручивался с нуля до нужной скорости за двадцать минут, причем раскрутив его раз, можно было не вспоминать о нем около года. Крутился он на магнитных подшипниках, ничего не касаясь в безвоздушном пространстве. за это время он терял половину скорости. А это допустимо, десять минут до первого выстрела, это если учесть, что неприятель после гиперпрыжка совсем останавливается. За это время враг разогнаться не успеет, и будет гарантированно сбит, как в тире, да и не факт, что именно год назад разгоняли маховики. Пять выстрелов орудие делало практически моментально, но после этого требовался перерыв в тридцать минут, для охлаждения ствола. Либо выстрелы раз в четыре минуты, но постоянно, как раз успевал раскрутиться следующий маховик. Можно подумать, что, конечно, выстрелы раз в четыре минуты лучше, но это не так, первыми из гиперпрыжка выходят линкоры, закрывая своими мощными щитами остальной флот, а в линкор с периодичностью в четыре минуты можно стрелять вечно, у него щит как раз за это время восстановится после попадания по нему, поэтому серия из двух-трех выстрелов снимает щит, а остальные пробивают броню. Орудие такого калибра пробивает броню линкора в любой проекции. Так что серия выстрелов подряд просто необходима. Эх, мне хотя бы шесть маховиков восстановить, чтобы три выстрела было.

Но были и минусы, это сами маховики, из чего они сделаны, никто не знает, ходят слухи, что из паутины пленных архов. Возможно, это и так. Маховик был сплетен из тончайшей шелковистой нити. Причем слои очень причудливо переплетены.

Я рассматривал сбитый со станины маховик в скафандре, поэтому пощупать его не мог, только видеть. Но ничего металлического там нет. Просто плетенка-путанка из тончайшей нити, причем нить и так тонкая, тоньше волоса, в местах разрыва еще и пушилась, то есть тоже состояла из еще более тонких волокон.

Я осмотрелся вокруг, враг знал, куда целить, эта часть крепости была вся перекручена. Видно было, что попадание было не сюда, а в соседнее помещение, и что-то не меньше торпеды. Даже здесь было оплавлено и покорежено все, а вот сам маховик лишь слегка деформировался, и кое-где надорвались нити. Второй маховик остался в кожухе, надеюсь, целый. Поставляли такие маховики только сполоты, драли за них три шкуры. Как и где они их изготавливали, никто не знал, но поговаривают, что кокон матки архов их похожих нитей сделан и выдерживает прямое попадание торпеды. Закралась мысль, а не торгуют ли сполоты с архами потихоньку, потому что и сплетены маховики явно не машиной.

Все же маховики, которые пробовали изготовить в Содружестве, не выдерживали даже в десятки раз меньшей скорости вращения, их разрывала центробежная сила с такими взрывами, что одно время на полном серьезе разрабатывались мины с маховиком вместо взрывчатки. Нет, маховичные накопители энергии делали в Содружестве. Но не таких мощностей.

Сказал Мозгокруту, чтоб создал список требуемых запчастей, по цветам, красный – нужно искать немедленно, даже за деньги. Желтый – либо за дешево покупать, либо искать в приоритете. И зеленый – только искать или изготавливать, и не первой необходимости. Разослал принцип работы списка своим отделам, Мар, Лер, Мие, князю. Объяснил оружейнику, что красный список на покупку буду проверять сам. Нужны определенные виды металлов для восстановления рельсы. Дроны для оружейника, он написал, что ему необходимо. Тут же стали появляться плюсики напротив позиций списка. Что-то было на складе, что-то у князя. Чего-то не было, попробуем обойтись или изготовить. Грузовичок нужен. Нужно набирать людей на логистику, чтобы доставляли товары. Оружейник тоже попросил помощников. Только я князя отпустил, часа два прошло, нужно лететь снова на станцию. Плохо, что моим ботом никто пользоваться не может, а это тоже человека нанять нужно. Мозгокрут разместил объявления об найме на планете и на Торговой станции.

Не успел сбежать, как Мар привезла Дока, его нужно встретить и разместить самому, а то обидится. Срочно вызвал Ли-ку и уже вместе с ней пошел встречать Дока.

– А, молодой человек, вот вы мне и попались.

– Я тоже очень рад видеть вас, вот ваша помощница, она полностью в вашем распоряжении. А сейчас пойдемте, я покажу вам вашу лабораторию, – быстрее протараторил я, чтобы Док не успел задать вопросы.

– Да бросьте, лаборатория это оборудование, а не помещение. Да и помощница… Она что, ничего не знает?

– Специально выбирал для вас, без лишних знаний. Чтобы вы ее под свои нужды обучили.

– Ты мне не юли, пойдем, посмотрим на помещение, и кстати, мое скромное оборудование летит сюда, аккуратнее с ним.

Теперь я пользовался лифтами, очень удобно. Правда, если разрешить пользоваться ими всем, то очередь образуется, придется ждать, а так для служб и руководства очень удобно. Вышли на другом этаже крепости. Похоже, что Мозгокрут недавно закачал сюда атмосферу. Потому что пылинки летали в воздухе, как ее ни убирай, все равно в каких-нибудь щелях накопится, а если движение воздуха будет, выдует ее оттуда. Я сам здесь ни разу не был и не видел того, что Доку показывать иду.

– Мозгокрут, а как ты этот сектор восстановил, если все силы кинуты на резервуары?

– Я его не восстанавливал. Из этого помещения выходить нельзя. Оно одно только подключено.

Вот открылись двери, и я понял, что зря сюда не зашел, тут творилась полная разруха. Валялись шкафы, возвышались пять разбитых медкапсул и еще какое-то оборудование. Весь пол был усыпан обломками и писчим пластиком.

«Мозгокрут, сволочь, ты что, убраться не мог?» – написал я своему помощнику.

«Не мог, тут информация на листках и запчасти лежат. Я не могу определить, что нужное».

Док же, позабыв про меня, заскочил внутрь помещения и сразу кинулся к какому-то агрегату, чуть не по пояс залез вовнутрь. Вынырнул весь в пыли. Но довольный. Тут же встал на четвереньки и заглянул под агрегат. Тут же побежал осматривать другое оборудование. Мы с Ли-кой молча стояли, смотрели на счастливого Дока. Вот он поднял кристалл с информацией, воткнул в коммуникатор и завис. Стоять-то было хорошо, но у меня тоже дела. Я сделал шаг внутрь помещения.

– Стоять! Не шевелись, под ноги смотри.

Я замер.

– Вот твоя помощница, если что нужно, к Мозгокруту обращайся. А я пойду, – я представил появившуюся голограмму.

– А, очень интересно, вы же свихнувшийся искин. Очень любопытно. Вы не против пройти пару тестов?

– Командир, я второго чокнутого не выдержу, – попятилась назад голограмма, пытаясь спрятаться за меня.

– А кто первый? – недоуменно спросил я Мозгокрута, он что, меня имеет в виду?

– Как кто? Программист твой чокнутый, зачем ты его привез?

– Так нагрузи его работой, чтоб некогда ему было ерундой заниматься.

И я снова бочком двинулся в сторону лифта.

– Дикий, спасибо, уважил, даже прощаю тебе прегрешения за такую лабораторию, даже клизму не буду тебе ставить. Ты только дронов-помощников выдели и можешь бежать, – ожил Док.

– Мозгокрут, реши вопросы, – сразу перенаправил я, глядя на кислую рожу Мозгокрута. Тоже ведь, даром что голограмма, а как чувства передает на лице.

Забежал в лифт, дело сделано.

Прилетели техники от профсоюза, со всех взял подпись о неразглашении и всех загнал к оружейнику. Пускай всей толпой накидываются. Главный калибр через все этажи проходит, столько помещений на каждом этаже только на это орудие работают. Что говорить, только два реактора на это орудие запитано. А это все надо восстанавливать.

Вот так в бешеном темпе прошло три дня, нанял специалистов, хоть это не так и просто, как казалось. Думал, кину клич и сразу набегут. Но не вдруг, народ шел, но не так много. А самое главное, шли не те, приходилось отбирать. Сразу набежало халявщиков, которых гнали отовсюду. Да и так к работе отношение было у всех не ахти. Это и понятно, для чего рвать жилы для какого-то дяди? Я и сам бы так же работал, но надеюсь, хотя бы первый месяц ударно поработают, все-таки новая работа, первый месяц все всегда работают. Говорил всем, что на испытательный срок, после трех месяцев постоянную команду наберу, чтобы немного замотивировать. Отдельно хочу сказать об оружейниках, которых по объявлению искал. То их не было совсем, а то около десяти сразу, да все как один высококлассные специалисты, которых в Содружестве не найдешь, особенно такого уровня. Сомнения сразу возникли. Я на собеседование взял с собою Нура.

– Ну, что думаешь? – спросил я после первого кандидата.

– Командир, что-то мутный он какой то.

– Нехороший?

– Зачем нехороший, хороший. Только пустой внутри, ни злости к тебе не питает, ни добра. Как будто работу какую нудную делает.

Ясно, я так и предполагал, скорей всего засланные казачки. Еще понять бы, кто откуда. Да хотя какая разница, сдал всех Старшому, пусть до кучи разбирается. Самое главное, что нанял спокойного мужичка на мой ремонтный бот. Дыры в резервуарах на глазах зарастать начали. Правда и склады князя с металлом начали пустеть, а к крепости потянулась вереница грузовичков.

Мия восстановила пятерку истребителей, и сейчас все силы были брошены на восстановление корвета. Корыто было еще то, относительно современной постройки, всего восемьдесят три года. Я тоже принимал там участие в ремонте. Поэтому могу рассказать о нем все.

Да, конечно, если сравнивать древние технологии и современные, не скажу, что лучше, древние или современные. Древнее было все массивное, рассчитанное на ремонт в любой дыре своими силами. Но все имело большую массу, поэтому при одинаковых скоростях проигрывало современным технологиям в маневренности, а это, согласитесь, уже проигрыш. Если два одинаковых корабля встретятся, современный и древний, преимущество у современного, он быстрее разгоняется, быстрее тормозит, да и просто в сторону уходит быстрее. Современный же, хоть и все хорошо, но очень дорог в содержании после пятидесяти лет службы. В Содружестве их просто списывают после этого срока и продают сюда. А если быть честными, то военная техника основное время не воюет, она патрулирует, сопровождает. А тут лучше древние корабли. Но до первой встречи. Поэтому, я думаю, и стали делать в основном современные корабли.

А как добиться уменьшения веса? Современные агрегаты были все компактные. Толщина стенок минимальная. И как правило, сделать-то можно любую деталь. Но столько с ней провозишься, что дешевле и быстрее новую купить. К примеру, радиатор охлаждения на реакторе. Древний это такое монументальное сооружение, имеет крышки доступа, чтобы вскрыть его и почистить, толщина трубок позволяла химию использовать и механически подолбить. Да даже и не забивались на древнем, потому что в регламент ТО входила чистка труб заранее, не дожидаясь заторов. Современный же имел очень тонкостенные трубки, и когда они забивались, то все. Химия растворяла трубки быстрее, чем отложения. Если пытаться прочистить механически, то тоже трубка рвалась. Сделать целиком тоже проблема. Если старый делался с допусками сантиметр сюда, сантиметр туда, то в новых допуски были в нанометрах. Плюс сплав металла был зубодробительным, который тоже не вдруг подберешь. А с другого сплава сделаешь первый же нагрев, и не то тепловое расширение рвало либо сам радиатор, либо катушку, которую он охлаждает. Причем изнашивалось все, не только радиатор, а и держатели плазмы, в общем, даже радиатор новый бесполезно туда покупать, потому что там из строя выйдет другое что-нибудь. Нужно просто покупать новый реактор. Поэтому на современных часто указывается износ в процентах.

Вот мы и мучились, восстанавливая сопла двигателей. Хорошо металла было много и разного, можно любой сплав создать. Бригада Мии ругала пилотов истребителей, да и меня. За сбитые движки.

Вот наконец в систему зашел танкер с топливом и начал сливать его в резервуары крепости. Я потер руки, как заправский злодей. Пора подкинуть нехорошего вещества на вентилятор.

– Мозгокрут, объявляй о создании Федерации Уник. И все приказы публикуй.

Глава 17

Вся торговая станция гудела, как улей, что творилось на планете, я не знал, она подальше была. К князю выстроились очереди на прием. Меня пока всерьез не воспринимали. Да и ладно, у меня дел еще полно, нужно обезвредить крейсер, который перекрывает мне путь на свалку. Звено истребителей было готово, так-то крейсер относительно легкая цель для истребителей, даже если и полностью исправный. А уж калеку-то точно подобьем. Вот только жаба уж очень сильно душила. Почти исправный крейсер и самому же уничтожать.

Вот еще один плюс к древним технологиям, корабли висят по семь тысяч лет и все еще исправны. Хотя чему там ломаться, если металл без воздуха не ржавеет? Висит он болванкой и висит, только реактор на минимуме тлеет. Да метеориты иногда обшивку портят, но там брони достаточно, чтобы ее попортили случайные удары.

Современные лет семьсот в режиме ожидания провисят, не больше, и то это в режиме, когда все отключено, и реактор на минимуме тлеет. А если на форсаже все использовать, то вообще беда, не просто так их военные через пятьдесят лет сбывают, хотя тут оговорюсь, не все современные корабли одинаковые. Артранские корабли получше будут, а корабли Федерации Нивей или республики Хакдан еще лучше. Я уже не говорю про аграфские или сполотовские корабли. Самыми дешевыми считаются оширские корабли, но не самые плохие, были и похуже.

В Содружестве корабли разделены на поколения. Первое поколение кораблей не имело гиперпривода вообще, я таких тут не встречал, но говорят, иногда встречаются летающие города. Которые запустили колонизировать космос сотни лет назад, и они все еще летят до соседней звезды. Второе поколение я тоже не видел, какая-то рухлядь с небольшими прыжками. Вот корабли третьего и четвертого поколения, это те, которых я называю древними. И они кружатся тут на свалке. Начиная с пятого поколения корабли становятся облегченными. Сейчас же корабли выпускаются с шестого по девятое поколение. И от шестого не собираются отказываться от слова совсем. Седьмое это, конечно, хорошо, но дорого, и не всем продают. А восьмое это фантастика, никто не продаст. Секретные технологии, и все дела. Восьмое поколение только для Содружества, и то не для всего, а того кто более дружеский. На окраинах именно шестое поколение и есть рабочие лошадки. А так как окраины это восемьдесят процентов территорий, то основная масса кораблей и есть шестое поколение. Хотя и пятого тут хватает. Вот что хорошо в Содружестве, это стандартизация, любой двигатель любого производителя, если он имеет обозначение класс корвет, шестое поколение. Этот двигатель спокойно установится в любой корвет шестого поколения. Даже программное обеспечение менять не нужно будет. Все заработает. И так с любым агрегатом. Вот двигатель седьмого поколения в шестое установить можно, но нужны либо переходники, которые продаются, либо самому колхозить нужно. Хотя чаще наоборот происходит, двигатель седьмого поколения меняют на шестой. Вроде бы как так, седьмое поколение и экономичное в плане топлива, и мощнее. А все просто, на седьмое поколение и запчасти в разы дороже, и техников нормальных не найдешь, которые двигатели седьмого поколения нормально настроить могут.

Да я не думаю, что древние инженеры не могли догадаться о снижении веса. Скорее делалось все на века. Ладно военные, у них снижение массы оправданно, а вот современные грузовики по той же облегченной технологии делают. Хотя, наверно, тут удешевление производства. Кто купит грузовик, который почти в два раза дороже. Что это такое потом? Когда здесь и сейчас нужен, а потом и новый купим. Так думают почти все при покупке, и все потом продолжают латать свое корыто, думая, что походит еще.

Ладно, что-то я отвлекся. Что с крейсером делать? Можно, конечно, отстрелить ему орудия или маневровый двигатель, которым он орудие наводит. Но тут есть нюанс. У него противоистребительное орудие работает. А это риск. Можно, конечно, маневрировать и на полном ходу его отстрелить. Но вот беда, по инерции заскочишь в самую гущу свалки, а там под что попадешь, неизвестно. Да и маневрировать там сложно.

А полечу-ка я сам.

– Мар, боевая тревога, готовь звено к вылету.

Сам побежал переодеваться в летный комбинезон. И в ангар к истребителям.

Здесь была сама Мар с двумя пятерками пилотов. Я отвел ее в сторону.

– Ты куда это, подруга, собралась?

– На вылет.

– Какой тебе вылет, забудь. Во-первых, ты мать, во-вторых, ты командир, случайно попадешь под выстрел, что я делать буду? Это, кстати, приравнивается к вредительству. Попытка ослабить Федерацию Уник.

– А ты сам куда собрался? Это не вредительство?

– Мне можно, я старше тебя по званию и могу тебе приказать. Лично вылетаешь на боевые задания только с моего разрешения. Это приказ.

Мар сжала губы и погрозила мне кулаком. Долго искала, что мне ответить, и только смогла выдавить:

– У-у-у.

– Истребители заправлены?

– Да, по полной. На пилонах по одной торпеде.

Чего-чего, а торпед у князя было, как мусора за баней. Торпеды это его главная проблема была, он раза два в год печь по переплавке ремонтировал стабильно. Засунут корпус в переплавку, а там торпеда торчит. Ладно, основное взрывчатое вещество не детонирует от температуры и взрыва, но заряд, который пробивает броню корабля, очень даже детонирует. И печь приходится ремонтировать. Конечно, если бы основной заряд рванул, то и печи бы не осталось.

Я немного подумал.

– Снимай у всех боезапас, оставь двадцать процентов и топлива тридцать процентов. Хотя нет, боезапас десять процентов оставь. Максимальная маневренность нужна. А больше одного раза все равно на гашетку не нажмем.

– Топлива-то хватит? Может, и торпеды с половина истребителей снять?

– Хватит, тут лететь недалеко. Торпеды издалека запускать будем, боюсь, одна не долетит.

Техники доложили о готовности. Ух, мандраж какой. Скорее, от команды передается.

– Орлы, не мандражируйте, смотрите, как нам остальные завидуют. Засиделись вы, смотрю, – немного подбодрил я свое звено.

Заход на крейсер решили сделать немного снизу, и после маневра уйти вверх-назад, это чтобы в глубину свалки не влететь.

А крейсер-то живчик, сразу корпус по оси проворачивать начал, и с максимальной дистанции к нам полетели трассера зениток. Их две живых было. Мы, конечно, тоже поливали места установок, откуда трассера вылетали, но было слишком далеко. То, что крейсер не двигался, это, конечно, было хорошо, попасть легче. Но любое «хорошо» имеет и обратную сторону, ему тоже было легче в нас попасть. Целился он, что называется, с устойчивой позиции. Да елки-палки, последний крейсер, что ли. Он один двадцать корпусов держит. А мы тут с ним возимся.

– Торпеды, и отходим, – покомандовал я.

Сам выпустил торпеду и ушел на маневр разворота, за мной слаженно повторило звено. Тут, конечно, крейсеру стало не до нас, как и нам до него, маневрировать приходилось среди обломков и минного поля. Я мог только смотреть по тактическому экрану. Вот потухла метка одной торпеды, вот второй торпеды нет. Шустро сбивает, хоть торпеды не по прямой летят. А во и пропала метка крейсера. Что там как взрывается, я посмотреть не мог, завершал маневр. А вот со второго захода можно уже рассмотреть.

Печально видеть, как умирает корабль. В полной тишине от туши отлетали куски железа, оголяя ребра, они были целые, только вывернутые под углом, и под хребтом вспыхивали красные огоньки маленьких взрывов. Вот в одном месте побежали синие всполохи. Сам корпус только улетал все дальше и дальше вверх по отношению к эклиптике, потихоньку расходясь на два неравных куска. Да, ускорение ему неплохое взрывы придали. Посмотрел отчет. Одна торпеда не взорвалась, хоть и достигла цели. Это плохо, значит, плохо их обслужили. Нужно будет головомойку устроить. Понятно, что лучшие оружейники на ремонте главного калибра, но все равно, эти тоже деньги получают.

Ну и все, дорога на свалку открыта. Я не удержался и пролетел внутрь свалки. Нужно же проверить, прежде чем сюда тягачи запускать. Вдруг кто или что стрельнет. Но вроде тишина. А вот и туша линкора, я облетел около обломков, вот это туша, это же почти четверть моей крепости.

– Командир, топлива мало, возвращаемся.

– Да знаю, полетели уже.

По прибытию в крепость сразу отправил тягачи на свалку, пусть тянут все сюда. Истребители на заправку и на охрану тягачей.

Еще один сюрприз, что нашлись все-таки «умные» люди, не все к князю на прием пошли. Ко мне прилетел представитель Арвара.

У меня уже был кабинет, обставлен, конечно, пока не очень. Я вообще не любитель статусных вещей. Но переговорная обязывает, все-таки не с техниками встречаться буду. Добавил в зеленый список Мозгокруту обстановку кабинета. Может, попадется где, пусть тащит сюда. Хотя этот позер и так самое лучшее сюда натаскал. Ладно, обойдусь и отделкой под дерево. Встретил представителя в своем кабинете. По этикету он не был мне ни другом, ни знакомым, поэтому нужно встречать в кабинете.

Представитель был довольно старым и седым негром. Очень выделялись глаза, их закрывали светящиеся бельма. Было полное впечатление, что он плохо видит. Одет был неброско, рубашка из грубой ткани и штаны, тоже будто из дешевой мешковины сшитые. Но вот сережка в ухе и перстень на пальце, все с крупными драгоценными камнями, указывали на то, что человек передо мной не бедный. Сочеталось это очень гармонично. Я вот уже упоминал, что статусные вещи не люблю, но вот так красиво сочетать грубую деревенскую одежду с дорогими побрякушками не каждый сможет. Я бы, честно, хотел так же, но не смогу. Требуется природный дар.

Да и вообще общее впечатление о человеке было хорошее. Улыбка была, что называется, «дедушкиной». И как-то располагала к себе, несмотря на отталкивающие бельма и старческие дефекты кожи.

Я встал, поприветствовать гостя и приглашая сесть в кресло. Вежливость наше всё. Хоть он и представитель вражеской стороны, а тут все больше артрановское влияние. Да и за нападением пиратов, скорей всего, они стоят.

Представитель не сел в предложенное кресло, остался стоять и молча смотреть на меня. Я тоже стоял и молча смотрел на него. Зачем мне начинать разговор, если это он ко мне прилетел, значит, ему нужнее. Постепенно мои мысли ушли на свалку. Я вспомнил момент, когда увидел все, что нужно делать. И вот теперь мне вспомнилось, что дорога открывается не только до обломков кораблей, но и до разбитой следующей крепости. Нужно ее притянуть на край свалки. Не из-за того, чтобы восстановить, а из-за того, чтобы обчистить ее склады, та крепость была уничтожена одной из первых. Там просто обязаны остаться беспилотные истребители, они мне необходимы.

– Я так понимаю, вы собираетесь взять под свое начало весь сектор? – вывел меня из задумчивости голос представителя.

– Честно сказать, вынуждаете, я бы обошелся и частью системы.

Представитель снова задумался. Я же не привык к такому общению. Сказал слово и в нирвану. Только я хотел уйти и усесться в кресло, как представитель снова ожил.

– Хорошо, я так понимаю, тебе известно больше, чем ты показываешь, поэтому сразу к делу. Как будем жить?

– Хотел бы я сказать, что дружно, но дружно не даст жить более близкий сосед, поэтому хотелось бы жить мирно.

Я подумал, что представитель опять зависнет, но он ответил быстро:

– Очень хорошо, значит, ты понимаешь, что тебя ожидает.

Конечно, я понимаю, конфликт Артрана и Арвара идет не на своих границах, а на территориях мелких государств, которые бьют друг другу морды.

– Да, и как избежать этого, пока не представляю.

– Тоже верно, избежать невозможно, но можно минимизировать, можно же идти на компромиссы, которые выгодны обеим сторонам.

– К примеру?

– Ну, к примеру, артранцы готовы покупать металл у вас вдвое дороже. Не купят они, купим мы. Но они не позволят тебе продавать металл нам, поэтому просто начни продавать им металл в два раза дороже, и мы будем тебе благодарны.

– Хорошо, может, еще что посоветуете?

– Очень хорошо, раз ты прислушиваешься к советам, то советую тебе установить пошлину на вывоз найденного. У тебя торговцы тут вообще жируют. Можно с них один слой жира снять, почти безболезненно. Думаю, процентов двадцать будет в самый раз.

– Спасибо, хороший совет.

Действительно, хороший совет, нужно немедленно ему последовать. Я даже Мозгокруту написал. «Действуй». Ведь все равно подслушивает.

– Спасибо много, но вот если иногда что-то попрошу, был бы благодарен, если ты это сделаешь.

– Обещать-то, конечно, не могу, но приложу усилия.

– Спасибо, был рад встрече, – неожиданно быстро закончил разговор представитель.

Я пошел проводить его до двери.

– И да, придет к тебе наш официальный посол. Поставь его на место. Мальчик он хороший, но зарывается немного. И не забудь про просьбу старого Мьянго.

За дверью ждали две темнокожие девицы с горящими глазами, в коротких юбках из множества веревок, на голове такие же веревки были вместо парика. Я залюбовался красотой этих девчонок, особенно глазами и немного оголенной грудью.

Представитель прошел мимо, и они повернулись спинами. А вот тут я сразу вспомнил, с кем говорил. Спины девчонок были все исполосованы шрамами от кнута. Дедок хоть и вызывал расположение к себе, но он был рабовладельцем. И я, наверное, с ним дела буду иметь по минимуму.

Я сел за стол.

– Мозгокрут, пошлины ввел?

– Так точно.

Тут же засветилась голограмма Мозгокрута в соседнем кресле.

– Как там обстановка?

– Ну, на станции продавцы топлива пока угрожают князю, князь валит на нас.

– С получением гражданства что?

– На станции восемьдесят процентов граждан, зарегистрированных в баронстве, переоформились в граждан федерации. На планете около пятидесяти процентов.

– Пусти информацию, что для граждан федерации новые районы поиска открываются. Также сообщи, что поисковым артелям, которые будут работать на хана, будут выданы коды допуска к кораблям.

Ведь на планете для меня тоже большие зоны стали зелеными, сам все облазить не смогу. А так лицензии можно выдать на некоторые области.

– Какую плату с них будем брать?

– Половину.

– А если не согласятся?..

– Не согласятся, пускай хранится, как наладится здесь, все сами пойдем собирать. И так жалко отдавать, но сам все не прожую.

– Еще что? – заинтересованно спросил Мозгокрут.

– Что там с обломками?

– Тянут.

И он включил голограмму. Тягачи, как мелкие муравьишки, тащили обломки линкора. Я посмотрел на время прибытия. Первый обломок, это, по-моему, корма. Ее через пять часов подтащат. Второй на полчаса позже. Как же хочется посмотреть, что там. Ах да, вторая крепость.

– Мозгокрут, ну-ка рассчитай, тут мертвая крепость кувыркается. Как ее подтянуть?

Я ткнул на голограмме маленький кубик.

– Да я думал уже, целиком не протащим.

– Но там же есть беспилотники.

– Должны быть.

– Они мне необходимы. Подумай, как это сделать. И желательно незаметно.

– Хорошо.

– Что там Док, нейросети воинству моему поставил?

– Да.

– Пойдем-ка к ним, проверим, что там у них.

Я встал и направился к лифту, нажимая кнопку, меня слегка стукнуло током. Ах да, совсем забыл. Сенсей меня подгоняет с восстановлением фермы одноклеточных водорослей. Для чего они ему, непонятно.

– Мозгокрут, что у нас с фермами?

– Практически все готово, трубы заполнены водой, работа техников выполнена, нужны рабочие по обслуживанию оранжерейных установок.

– Так нанимай. И запускай.

Я наем персонала тоже делегировал Мозгокруту и Нуру, пусть работают. Людей уже много стало, я даже некоторых рабочих не видел ни разу.

– Сделаем, – согласился искин.

Учебный класс пехотинцев был временно переоборудован из пустого склада. Здесь на крепости были специальные помещения для этого, но они находились пока в невосстановленных секторах крепости.

Сержант гонял новобранцев по горам мусора, все были одеты в броню, а это значит, что у всех установилась нейросеть, как пользоваться броней на самом низком уровне, базы были объемом минимальные, изучались за сутки. Сделано это было для быстрого набора бойцов, углубленную базу изучат постепенно и потом.

– Смирно.

Все вытянулись, где стояли.

– Вольно, как насчет сгонять на планету, кое-кому визит вежливости нанести нужно, готовы?

– Никак нет, – выкрикнул сержант.

– Да хватит уже солдафона включать, нормально скажи.

– Рановато. Лягут ведь.

– Не думаю, что у нас пару месяцев есть. Да там, если честно, не совсем военное предприятие, ремонтные мастерские, только под охраной пиратского клана.

– Тем более рано, так-то я сам хотел бы наведаться, у меня счеты есть. Но рано.

– Если два абордажника возьмем и тяжелый плазмомет?

– Тогда сутки дай, я их научить не успею, но хоть, как правильно прятаться, объясню. А если абордажных дронов подгонишь на время обучения, вообще песня будет.

– У Мозгокрута возьмешь.

– Командир, к нам гости.

Вот он, только его вспомни, сразу появится.

– Кто там опять?

– Дельцы, которые топливом торгуют, наконец-то от князя отстали, к нам пожаловали, – сказал, ухмыляясь, Мозгокрут. Чему радуется, непонятно, ну приставали они к князю, ну и пусть бы приставали. Но ведь не перенаправишь никуда.

– Пошли, пообщаемся.

– Командир, наша помощь нужна? – спросил Сержант.

– Да нет, не думаю. Только по уставу, как чужаки на станции, у вас желтый уровень, автоматически. Если что, чтоб через полминуты у меня были.

Сержант приложил кулак к груди, обозначая, что будет все исполнено. Тут на лифте примерно столько и ехать.

Вот снова в кабинете, если так дальше пойдет, я из кабинета выходить не буду, пусть все обращения к Мозгокруту идут. Нужно организовать администрацию хана, он же пусть будет и секретарем по связям с общественностью. Что я, чтобы не забыть, сразу и озвучил Мозгокруту. Тот впервые возмутился:

– Командир, побойся бога, я и так много направлений веду.

– Извини, а кто хотел федерацию возрождать? Думаешь, мне мало работать приходится?

– Но я физически не смогу, у меня мощностей не хватит, я начну ошибки совершать.

– Врешь ведь, как всегда, тебя еще грузить и грузить работой. Что опять выкручиваешь из меня?

– Искин на линкоре в рабочем состоянии, его как раз можно подключить к различной канцелярии.

Вот блин, вроде железка, а все туда же, лишь бы от работы откосить. Но вслух-то, конечно, я этого не сказал. Обидится на железку.

– Запускай свою делегацию.

Я сидел за столом, даже вставать не буду, торгаши и так обойдутся. Вернее, не просто торгаши, а враждебно настроенные, их сразу на место нужно ставить.

Но их действия спутали все мои планы на долгую беседу. Как только раскрылась дверь, вошли трое. И не останавливаясь сразу подошли к столу, один навис надо мной и без всяких здрасьте начал на меня орать:

– Ты что, щенок, делаешь?! Ты кем себя возомнил?! Да ты знаешь, кто стоит за нами?! Да тебя в пол закатают, тебе жить н…

Вот хорошо быть вспыльчивым, быстро вспылил, быстро отошел. Я же терпеливый, но это значит только одно: пружинка сжимается где-то внутри посильнее, а если сорвет ее с предохранителя… То беда окружающим. Я вызвал свою пехоту. Молча встал и залепил апперкот. Торгаш замолк, ноги картинно оторвались от земли, и он, описав дугу, замер на полу. Не успел он упасть, как ворвался Сержант. Тоже, видно, перестраховывался и был неподалеку. Я, чуть приподняв ладонь, остановил его, чтобы тот не начал остальных мордой в пол валить.

Эх, нет судебного искина, а сваливать решение на Мозгокрута неправильно, тот еще подросток, вредно ему людей убивать. Поэтому я сам выдал речь.

– По закону федерации оскорбление хана на первый раз карается крупным штрафом до двух миллионов кредитов. А угроза хану карается смертной казнью. Поэтому приговариваю данного субъекта к смертной казни. Сержант, выкинь его без скафандра в космос.

Сержант красноречиво посмотрел на меня, во взгляде явно читалось: «Командир, я пришел к тебе воевать с работорговцами, а не работать палачом», но тут же отдал приказ ребятам вязать лежачего и тащить к шлюзам.

Да, кажется, я слегка перегнул, и у своих очки доверия потерял немного. Это ведь не щенка утопить. Хотя даже Сержанту легче – ему приказали. А мне никто не приказывал. Я просто брал и лишал жизни человека, хорошего или плохого, неизвестно. Но это было нужно, иначе я больше жизней загублю вокруг. Начнут все на прочность проверять. А это будут жизни вообще неповинных людей. Нет, в своем решении я был уверен.

– Стойте, – вдруг вышел из ступора один из торгашей. – Извините, я юрист торговой фирмы «Фонте». Меня зовут Рех, – очень вежливо начал он свою речь. Вот могут ведь.

Я показал рукой Сержанту, чтобы подождал. Сам уселся в кресло. Ну, наверное, сейчас он будет адвокатом, какие-нибудь права вспомнит и законы. Но меня уже этими законами не убедишь, Тут закон федерации. А я знаю, что за угрозы хану полагается смертная казнь.

– Ну, и что ты хочешь сказать, что я не имею права выносить смертный приговор, или ваш друг не угрожал мне только что?

– Нет, простите, вы неверно поняли, факт оскорбления и угроз оспаривать бесполезно. И вы в своем праве. Но в Уголовном кодексе Федерации Уник пункт шестнадцатый параграфа двадцать пятого говорится, что если преступления были совершены против хана лично, то преступника может помиловать хан и заменить смертную казнь на денежный выкуп.

М-да?.. Я по-быстрому набрал Мозгокруту.

– Мозгокрут, у нас что, такое написано?

– Да.

Я сделал вид, что задумался.

– Сколько? Только дважды подумай, я не торгуюсь.

– Двадцать миллионов кредитов, у нас больше нет.

– Хорошо, только прибавь за оскорбление штраф, два миллиона.

Мне сразу пришел перевод, ну и ладно, деспотом стать не удалось. Но зато кое-какие проблемы решились сами. Двадцать два миллиона кредитов, когда они так необходимы, как с неба упали.

– Так что вы хотели?

– Возобновить торговлю топливом возможно?

– Шестьдесят процентов чистой прибыли мне, и торгуйте.

– Извините, мы подумаем. Рады были знакомству.

Они пытались поднять тело с пола, я вызвал им платформу и отправил двух бойцов, помочь довезти тело до медотсека. Предупредил Дока, чтоб сам договаривался о стоимости лечения.

Сержант остался вместе со мной.

– Командир, извини, сплоховал, думал, что ты всерьез его в космос выкинешь.

– А я серьезно хотел его выкинуть. Понимаешь, это такие люди, если не получилось в открытую, они просто так не отстанут, начнутся теракты и восстания разные. Любые гадости, чтобы принудить меня их волю выполнять. Нужно им сразу показать, что готов на жесткие меры. Да и одному простишь, другие полезут. Конечно, деньгами наказали, но только озлобили их. Но ничего, в следующий раз подумают хорошенько.

– Тогда вдвойне извини.

– Да брось ты. Иди ребят готовь, здесь идиоты непуганые были, а там на планете, думаю, нужно будет приговор к исполнению приводить.

Сразу связался с князем.

– Как с деньгами? Могу миллионов семь перевести.

– Пока терплю, через пару недель спрошу, если что.

– Хорошо.

– И да, ты верни все назад.

– Не понял?..

– Я пить не могу, ты что сделал, верни, как было. Я обещаю, много не буду пить.

Глава 18

Не успел я уйти из кабинета, как ко мне вломилась Лер.

– Мне просто необходимы дополнительные люди, – не дав мне ничего сказать, сразу начала она.

– Зачем?

– Сейчас все грузовики направились к нам на заправку, нам просто необходимо открыть сервис по ремонту грузовиков.

– Да без проблем, нанимай, думаю, человек пять еще потянем. Тем более что они деньги будут приносить. Только где мы их наймем, мне кажется, уже всех более-менее специалистов мы забрали, тут больше их нет.

– Я уже выписала их из соседней системы.

– Видишь, какая ты молодец. А я-то зачем понадобился?

– Деньги нужны. Бот ремонтный необходимо купить. Да по линии производства кое-что согласовать.

Бот необходим, это я согласен. Пусть выбирают с Миа разбитый, да восстанавливают в первую очередь. Вторая проблема – это линия производства, которую мы собирались запустить, чтобы изготавливать дронов с нуля. Некоторые конструкции дронов уже наизусть изучили, мало того, практически каждую деталь уже изготавливали, кроме сложных схем, там детали на нанометры распечатывались. А эти только станки со станиной могли делать. Дрон распечатывать такие стенки не мог, элементарное биение. А станки стоили ой как дорого. Поэтому были у меня мысли колхозные по этому поводу. Я сгреб Лер в охапку и пошел с ней в будущий цех. Подозвав Яра, начал объяснять, подошли еще два человека, из новеньких.

– Смотрите, смысл такой, берем модели наиболее точных дронов и привариваем их лапы намертво к станине. А станину к полу, так мы практически уберем все биения.

– Да это понятно, так делали уже не раз. Только вот точные дроны маленьких размеров. Деталь больше пятнадцати сантиметров в диаметре не распечатаем, – возразил мне седой незнакомый техник.

– Правильно, – указал я на него пальцем. – Там, где дефицит дронов, там одним справляются, у нас же их запас. Поэтому точную работу выполняет один дрон, а дальше деталь распечатывать будет другой, возможно, и третий, уже более большой, но тоже приваренный.

– Но программа распечатки не пойдет стандартная, – тут же возразил Яр.

– Тоже верно, поэтому нужно посидеть вечерок и разделить ее на две-три части. Пока что выпускать планируем только один вид дронов, самых востребованных и простых, это дронов-погрузчиков на двадцать пять тонн.

– Тогда нужно делать сразу несколько пар самодельных станков, чтобы изготавливать сразу шесть манипуляторов и корпус.

– Все верно.

– Тогда нам нужен один из больших ремонтных дронов, чтобы он смог корпус изготавливать.

– А это тоже верно, жалко перенаправлять его с ремонтных работ. Но он вам нужнее тут будет, вы только съемное крепление манипуляторов его придумайте, вдруг пригодится.

– А где будем искины брать?

– С искинами проблема, если программист не будет справляться, придется закупать.

– Хорошо, тут все ясно, как сделаем, позовем.

– И да, там скоро корпуса подтащат, возможно, что-то интересное будет.

Я двинулся, к Мие. Они как раз закончили ремонт корвета.

– Ты в следующий раз проси сдаться, а потом стреляй. Или лучше сразу двигатели новые закупай, столько ругани я не слышала ни разу.

– Капитан где?

– Да где ему быть, на корабле, все осматривает. Работу принимает.

– Пойдем-ка, поговорим с ним.

Мы двинулись по стыковочной кишке-коридору.

На корвете была суета, все что-то осматривали, а самое главное переругивались, не по связи, а громко, в голос, пытаясь друг до друга докричаться. По наибольшему крику я и нашел капитана.

– Ну что, судно принял? Корабль заправлен?

– Не совсем, оборонительные турели все из строя выведены.

– Ну пока не сможем восстановить, давай заступай на дежурство. Задача – ловить тех, кто без пошлины вывозит найденное добро. Документы и накладные синхронизируешь с Мозгокрутом и бухгалтерией князя. Все неоформленное конфискуешь.

– Принял.

– Выполняй.

Мы с Мией сошли на крепость А вот и тягачи подходят к крепости.

– Мозгокрут, обеспечь скафандром, пойду помародерю.

– Сейчас, вон только в очередь вставай.

– Кто?

Я завертел головой. Конечно, как же я забыть мог, первым к соединительной кишке выстроился отряд Дока, состоявший из Ли-ки и пяти дронов-носильщиков. Они стояли первые, оттеснив моих пехотинцев. Все были в скафандрах и подготовленные. Один я только, как студент, в одном комбинезоне.

– Эй, док, подожди, там же враждебная…

– Молодой человек, во-первых, здравствуйте. Во-вторых, там не враждебное, линкор нашей федерации принадлежал. А у меня, как у медика, высокого уровня допуски. А в-третьих, пока материал не соберу, не позволю топтаться солдафонам.

Я посмотрел на Сержанта, тот пожал плечами. Пожалуй, да, даже я с Доком не совладаю, опять клизмой угрожать начнет.

– Док, хотя бы рядом с тобой пусть Сержант будет. Вдруг что случится. Обещаю, он никуда не наступит без вашего разрешения.

– Ну хорошо, только из-за Ли-ки. И не дай бог куда попрется без разрешения.

Наконец-то к нам полетел дрон-доставщик, с двумя скафандрами, я и Мия надели скафандры. Все готовы к встрече.

Вот наконец крепость захватила обломок в гравизахваты. Техники подвели кишку, и мы можем заходить.

Первым, понятно, побежал Док, растопырив руки и никого не пуская, кроме Сержанта. Ничего, подождем. Эта половинка линкора была обесточена, и не живая, можно еще дольше ждать.

Первое помещение, куда мы попали, было захламлено, было несколько смятых, но опечатанных контейнеров. Гравитации тут не было, поэтому очень опасно было находиться в этом помещении, так как некоторые контейнеры плавали в невесомости. Вроде бы что такого, веса же нет, вон взял и поднял несколько тонн, а нет, не все так просто, веса нет, но масса-то остается. Нет, не в том плане, что не сдвинуть, сдвинется, только не быстро. А вот если тебя прищемит летевший в тебя контейнер, то кишки из тебя выдавит. Масса-то не пропадает, а она на инерцию прямо влияет. Поэтому прошли потихоньку, не тревожа сорванные контейнеры. Надписей на контейнерах не было, а вот заглядывать, что там внутри, пока не стал. Перетянут на склад, там осмотрим. Хотя вон порванный контейнер, заглянул и посветил в дыру. Ничего не понятно, что-то уложено.

– Мия, есть мысли, что это?

– Вообще никаких, на коробочки похожи.

– Точно, это же пищевые картриджи, вон их тут и так по помещению раскидано.

Дальше вышли к коридорам, в одну сторону через рваные края виделся ярко освещенный край крепости, а в другую сторону шел пусть заваленный, но коридор, причем коридор явно грузовой по размерам. Что интересно, завален он был потолочными и стеновыми панелями. Причем сорваны они были только с потолка и с левой стены, а на полу и справа были целыми. Интересно, по какой причине? Я начал вдумываться, как резко почувствовал панику и страх тысяч людей. Даже на миг увидел, как все это было, состояние было похоже на то, когда я гулял в астрале во время гиперпереходов. Как будто я стою в коридоре нового линкора, вот прошли серии взрывов, встряхнуло неслабо. Я даже не удержался на ногах и упал на четвереньки. Это скорей всего две торпеды прорвались. Хоть панели остались целы, ясно стало, что все, уже линкор отвоевался. Заревел ревун, обозначающий эвакуацию с корабля. Во время боя экипаж находится по боевым местам. Остальное пространство находится без воздуха и гравитации. Вот около этих мест и расположены спасательные капсулы, поэтому бежать далеко не нужно, всего минута на катапультирование отведена. Но и этой минуты не было. Я успел только встать, как попадание огромного калибра в правый бок линкора кинуло его, как щепку, несмотря на его миллионы тонн массы. Я даже представить не могу силу импульса. Мне оставалось стоять и смотреть, как все двигалось. Как в замедленной съемке, срываются панели с противоположной стороны от попадания. Железо не выдерживало и рвалось, я не говорю, что творилось с телами людей, их просто плющило. Момент смерти растянулся, и я прочувствовал его сполна. Хотя пол из-под ног у меня выбило, и я, ударившись об стенку, вылетел в разлом, через который недавно наблюдал освещенную стенку крепости. Только крепости не было. Был космос, расчерченный множеством сполохов и взрывов. Странно. Солнц не меньше десяти в системе. Слепят так, что от скафандра дымок стал появляться. Не успел я додумать, как одно за другим солнца начали гаснуть и тут же появляться в других местах. Так это не солнца, это горели в термоядерных взрывах корабли. Простым взглядом, без приборов, мало что видно, просто все мельтешит и взрывается. Десятки тысяч движущихся звездочек отражаются от термоядерных взрывов, что это за звездочки, истребители или линкоры, а может, и просто выстрелы, не рассмотреть. Это насколько развито было Содружество, если в одном сражении столько кораблей сошлось. И помимо того, что видел, я ощущал, что основной эмоцией по системе была злость, никто не хотел уступать, каждый шел до конца. Каждый хотел отомстить. Корабли не просто стреляли друг в друга, они таранили друг друга. Именно после встречи двух кораблей, которые мне виделись размытыми в движении маленькими звездочками, как раз и загоралось новое термоядерное солнце. Сколько ненависти разлито по системе. Кто прав, кто виноват – уже всем все равно, мстили за друзей, за знакомых, никто не отступал. Вот появились радужные всполохи. Это вышла из гиперпространства подмога, тут же подошла и подмога с другой стороны. Накал битвы не стихал, все новые и новые корабли выходили из гиперпрыжков.

– Красиво.

Рядом со мной появился китайский дедок.

– Что они не поделили? – спросил я.

– Все как всегда. А вот давай спросим. – Дед за озирался по сторонам, как бы ища у кого спросить. – Ну вот, он на грани и смерти, поэтому может побыть с нами, у него и спросим.

Дедок подхватил еле видный сгусток энергии. И перед нами появился боец в комбинезоне с нашивками неизвестной мне страны.

– Где я? – Заозирался он. – Вы боги? Я в раю?

– Ответь лучше на вопрос: из-за чего вы тут воюете?

– Как, вы не знаете? – искренне удивился боец.

– Вот он не знает, – показал дедок на меня пальцем.

– Так здесь на планете находится храм Просветления и Веры.

Вот тут уже пришлось удивляться мне. Я предполагал найти здесь все, начиная со складов древних, но надеялся на законсервированные заводы древних цивилизаций, таких что древнее сполотов. А тут просто храм. Я от удивления даже задал вопрос:

– А что, вас не пускали в этот храм?

– Пускали, конечно. Но храм не должен находиться в руках нечестивцев.

Боец превратился в дымку и растворился.

– Похоже, его спасли, – задумчиво проговорил дедок.

– И что, храм стал тем яблоком раздора, из-за которого погибли цивилизации?

– Да нет, конечно. Это предлог. Причины банальные. Деньги, ресурсы, власть. И да, то, что ты видишь, только начало. Потом пойдут мстить за погибших. Будут взаимные бомбардировки планет и выжигание всего живого. Но первая и самая большая битва была здесь. А после бомбардировок от всего Содружества останется небольшой кусочек, даже не кусочек, а крошка. Который вы сейчас называете Содружеством.

– А нельзя было вам вмешаться?

– Почему нельзя? Я и сейчас вмешиваюсь. Вот только мало кто слушает. Иди уже, а то твоя спутница волноваться начала, и Дока вызвала, так что лучше не попадись ему. Но помни то, что ты увидел, к чему войны приводят. Вам, правителям, полезно горы черепов видеть, а то вас заносит.

Я из состояния сна вылетел в свое тело. Я висел ровно посредине помещения, раскинув руки. И как будто тянулся, вокруг меня летал разный хлам.

– Командир? Все нормально? – испуганно спросила Миа.

– Нормально.

Я беспомощно барахтался в невесомости, настраивая ходовой двигатель скафандра.

Пшик. Вырвалась струя газа, направляя меня к полу. Чпок, примагнитились ботинки к полу.

– Пошли дальше, – позвал я Миу.

Но не успел, как с одной стороны вломилась моя гвардия, а с другой Сержант с Доком.

– Все нормально, вам что, делать нечего? Бегом по своим делам, – припугнул я.

Пехота развернулась и убежала. А вот Дока этим не напугаешь. Он сразу взял в оборот, и конечно, не меня.

– Мия, деточка, расскажи, что тут произошло?

Затыкать Дока или приказать Мие молчать – бесполезно, Дока это только сильнее раззадорит.

– Сначала командир застыл, тут такой страх и отчаянье навалилось. Мне… в общем, плохое состояние.

– Этот момент я помню, любопытное состояние, оно и нас задело. Продолжайте.

– А потом Дикого начало поднимать. Причем гравитационные подошвы работали, потому что его из ботинок чуть не выдернуло, скафандр растянулся, потом ботинки оторвало. И он начал медленно вращаться в центре помещения, собирая хлам вокруг себя.

– Любопытно. Долго висел?

– Нет, секунд десять.

– Док, давай уже заканчивай со своим материалом. Материал для исследования это хорошо, но там рабочие ждут, пока мы тут офигительные истории слушаем, – не выдержал я.

– Я правду говорила, – обиделась Мия.

– Погнали работать, а то я сейчас команду дам, чтобы разгружать начали, – припугнул я.

– Ладно, потом расскажешь. Пошли.

Вот мы и дошли до заклинивших эскалаторов, они же лестницы. Пошел вверх. Этажи не такие высокие, как на крепости, всего четыре метра. Было похоже на поселок Южный, тот тоже линкором изначально был. Этот чуть другой был, более плоский и широкий, правда тут этажей только восемь было, длина обломка метров двести пятьдесят. Кое-где этажи объединялись в ангары и помещения агрегатов. Да тут Доку лазить месяцев десять нужно. Поэтому связался с Доком.

– Док, я рабочих запускаю. Пока ангары пусть чистят.

– Хорошо. Мы уже тут закончили, ушли на носовой обломок. Его только пришвартовали.

Когда только все всё успевают. Я только побродить успел, как меня обогнали.

Я дал отмашку Мозгокруту. По-моему, он изнывал больше всех. А что мне тут смотреть? Тайники в каютах обстукивать? Уже как-то мелко. Хотя мы зашли в первую попавшуюся каюту. Если в коридоре плиты послетали, то тут полный фарш был. Смятые кровати и тумбочки, вперемешку с облицовкой. Опыт-то у меня обшаривания обломков был хороший. Тем более тут и так плохо державшиеся панели послетали. Так, тут кровати, за ними ничего нет, там сплошная перегородка, а вот в этом месте коммуникации должны проходить. Хотя сначала, по классике, я подошел к вентиляционной решетке, она была целая, сорвал ее и сунул руку, ощупывая, что там. Ага, сверточек. Не улетел, потому что в нише Что тут у нас… какие-то таблетки и порошок, похожий на маленькие алмазики. Этот порошок искрился и переливался в лучах фонаря, откидывая по стенам радугу.

– Ух ты, это же алмазная пыльца.

– Что, в ваших трущобах принимали такую?

– Командир, ты вроде умный, но дурак. Как в трущобах могут принимать то, что стоит две мои теперешние зарплаты за грамм. Нет, такое принимают только на светских тусовках. Я про такое только слышала.

– Где тут утилизатор найти, чтоб спустить это добро?

– Командир, опять ты дурь говоришь, отдай Доку. Любой наркотик в медицине пригодится.

– А и верно.

Так, а теперь самое сладкое. Судя по технологическим пустотам, вот тут на виду не будут прятать, а вот тут, между кроватью и тумбочкой. Я постучал по панелям. Ага, кажется, вот тут. Я ударил по панели, та отошла. Я подхватил обломок пластика и приподнял плиту. Коробочка, обмотанная липкой лентой, изолента она и в технологических мирах вещь незаменимая. Мия подошла поближе, чтобы рассмотреть, что там. Игольник, игральные кости. Контейнер базы знаний, похоже полный, посмотрел маркировку техник по реакторам, третий уровень. Удачно! Пригодится. Две карточки на предъявителя. Проверил, десять и пятьдесят тысяч кредитов. Это тоже неплохо. Ну и бижутерия, сережки, кольца. Явно не бешеной стоимости, но все-таки дорогие, скорей всего в кости выигранные.

– Ух ты, какие сережки красивые.

Как я мог после этого забрать это себе? Я высыпал бижутерию на перчатку скафандра и протянул Мие:

– На, держи. Премия тебе.

– Спасибо.

Мия ссыпала все в поясную сумочку и попыталась чмокнуть меня в щеку. Но забрало скафандра не дало. Она только ударилась прозрачным пластиком о пластик.

– Ладно, пойдем.

– Ты что? Давай еще пару кают осмотрим.

– Пошли, работы много.

– Ты что, хочешь Лер и Мар без премии оставить?

В общем, пришлось облазить почти тридцать кают. Так повезло с первой каютой, дальше хуже, либо ничего, либо ерунда. Везение, наверно, с Мией связано было, она новичок, ведь ни разу не лазила по разбитым кораблям. Миа даже сама срывала решетки и засовывала туда руки, пока скелет крысы не достала. Потом только стояла сзади меня и смотрела, что я достану. А доставались в основном игольники да виброножи, и еще что-то игральное. Видно, азартные игры были запрещены на этом корабле, вот и прятали по углам. Как и алкоголь и наркотики. Попадались чипы с информацией и базами знаний. Я их складывал отдельно. Потом посмотрю, что там. Конечно, карточки с наличностью. Кредиты в Содружестве не менялись ни разу. Представляли собой электронные деньги, хранились и передавались они на картах или коммуникаторах, либо на одноразовых чипах определенного номинала. Можно было перевести их на счет в банке и хранить там. Но как говорится, кое-что лучше хранить у себя. Бижутерия попадалась, но редко, наконец-то попались камушки. что-то дорогое. Все, хватит. Спина уже не разгибается. Вроде что там, собирай и собирай. Но это только пока сам не потягаешь все лючки да решетки, пусть даже половина и сорваны. И все в согнутом состоянии.

– Пойдем.

– Давай еще одн…

Я вытолкал Мию, не дав ей договорить. Дел и так полно, а тут поддался. Ну ничего, отдыхать тоже нужно.

– Пойдем, посмотрим, что там с носовой частью.

Носовая часть была, что называется, живой, тут тлел реактор. Поэтому был рабочий искин. Вот из-за него мое присутствие здесь и нужно было. Я должен отдать команду на то, чтобы искин отключился. Чтобы его можно было демонтировать и перенести в крепость. Этот искин должен заменить Мозгокрута на штатном месте искина. Именно по искиньим делам, типа регулировки температуры и воздуха, передвижении лифтов и прочего.

Здесь уже толпились техники и дроны. Конечно, тут присутствовал наш программист. Нужно не только сам искин выдернуть, он довольно маленький, цилиндр около полуметра в диаметре и метра в высоту Нужно само установочное место под искин демонтировать. А это уже здоровенная бандура размером со стандартный контейнер. С системами охлаждения, разводки различных шлейфов подключения, даже малый реактор там был, на случай отказа питания.

Я подтвердил свои коды. И собрался дать команду на отключение, как побежали строки сообщения от Мозгокрута.

«Не отключай, сначала дай команду, чтоб отчет полный мне передал, чтобы не все контейнеры тащить, а сначала самые вкусные».

Отдал приказ. Думал, ждать придется минут десять. А даже полсекунды не прошло.

«Все, можешь стандартный приказ на отключение всех систем отдать для проведения ремонта».

Что я сразу и сделал.

Подошел к программисту, вытащил карточку с пятьюдесятью тысячами кредитов.

– Держи, премия.

Программист разговаривал, но предпочитал все же писать.

– Командир, я хочу выразить тебе благодарность, все, о чем мечтал, я здесь увидел. Ни грамма не пожалел, что дал тебе клятву подданства.

– Не за что, ты лучше скажи, зачем его разбирать, может, целиком в контейнере перенести?

– Нельзя, хладагент нужно заменить, нужно реактор обслужить. Да банальную пыль продуть.

– Ясно, действуйте.

А сам пошел с Мией посмотреть командную рубку. Мечта любого мальчишки, посмотреть командирскую рубку линкора.

Глава 19

Рубка вообще ничем не удивила. Ну кресла-ложементы, и все. Закрытое со всех сторон помещение, мало того, еще бронекапсулу дополнительную имеет. Вот подходы к этой рубке удивили количеством турелей. Да, ну и все. По каютам лазить не стал, даже смотреть в ту сторону не стал. На Мию взглянул, конечно, как так, ведь рубку повел показывать. Но мы в скафандрах же. А тут безвоздушное пространство, скафандр не снять. Поэтому только оценивающе взглянул, вздохнул поглубже. И пошел Нура искать.

– Нур, подбери бригаду поисковиков, человек пять пусть тайники ходят и ищут. Твоя задача – смотреть, чтобы из этих тайников на сторону ничего не уходило. Сильно не наказывай, соблазн большой тут у каждого. Подбери народ почестнее. Это ты можешь. Конфискованное складывай, потом себе любой предмет из этого выберешь. Будет тебе премия.

– Можно родственников в помощь?

Я, конечно, хотел отдать их ему после наземной операции, пусть бы их Сержант поднатаскал в военном деле. А, ладно, пусть работают, потом научатся.

– Хорошо, бери.

Чем больше я узнаю Нура, тем больше удивляюсь, такого честного человека я еще не встречал. Да я сам честный, но не до идиотизма. Если я отвечал за склад запчастей, ни откаты, ни запчасти я не брал. Но моток-то изоленты мог стянуть иногда. А Нур же, даже если болтик случайно в кармане забудет, то на следующий день принесет обратно. И очень удивляется, как можно жить иначе. С безопасником мне повезло однозначно, только не испортить бы мне его.

Так, раз так пошло, нужно сходить, всем начальникам отделов премии раздать. А то сам знаю, когда вкалываешь и за это только нагоняи получаешь, быстро руки начинают опускаться. Какая разница, как делать, если только нагоняй получаешь. Вон даже программиста взять, тихо делает свою работу, ломает искины. Я даже забывать начал, какая это гигантская проблема, когда стоят десятки дронов без искина, годные только на запчасти. Программисту я премию дал, поэтому пошел сначала к Мар и Лер. Выдал премию побрякушками с камушками, а потом Сержанту и оружейнику карточки с кредитами. Все равно это бонусом нашел. Эх, Мозгокруту что-нибудь подбросить бы. Но что ему интересно будет? Блок памяти какой или программу новую. Даже воображения не хватает понять, что нужно искину. Пожалуй, нужно спросить.

Тут мимо меня дроны один за одним протащили полированный стол из неизвестного дерева и кожаные кресла. А этот вроде картину тащит.

– Мозгокрут, чтоб тебя. Ты что, важнее ничего не нашел, что в первую очередь с линкора демонтировать нужно?

Не обращая на меня внимания, мимо бежала целая вереница дронов. Непонятно чем нагруженная, он что, панели со стен обдирает?

– Ты не понимаешь, это очень важно.

Я безнадежно махнул рукой, а… Хотел похвалить, а тут опять на ругань вывел.

– Ты скажи, просчитал, как с соседней крепости истребители демонтировать?

– Да, коридор есть. Нужно тебя туда отправить, чтобы ты лично каждому истребителю отдавал приказ на перебазирование в нашу крепость. Готовить к полету их не нужно, истребители просто обязаны заправленные стоять.

– Что-то ты так говоришь, как будто есть какое-то «но», – спросил я, а сам уже напрягся, ожидая услышать что-нибудь нехорошее.

– Но автомат подачи истребителей к стартовому окну явно не рабочий. Ты ленту с истребителями вручную не прокрутишь, как-то их нужно до стартового окна доставлять, да и команду на запуск нужно давать, подключаясь непосредственно к диагностической шине каждого истребителя.

Даже отлегло от такого ответа, всего-то технические трудности.

– А если прокрутим, как сделать, чтобы никто не видел, что со свалки, сколько истребителей и каких к нам переправилось?

– Сделаем, по твоей команде включу РЭБ. Этот сектор системы непрозрачный для сканеров и радаров будет.

– А можешь его включить так, чтобы сектор прозрачный был, а истребителей не видно было.

– Не знаю, нужно смотреть, что за сканеры по системе работают. Под их алгоритм подстраиваться. В теории можно, только потом если записи пересматривать будут, смогут вычислить количество.

– Потом нам уже все равно будет, пусть считают, значит, разбирайся, подбирай алгоритмы.

– Сделаю.

– Чем мой бот занят?

– Восстанавливает повреждения, чем ему еще заниматься.

Я сделал вид, что не заметил того, что Мозгокрут прямо не ответил, а значит, опять что-то не то восстанавливает.

– Давай, у Мии пару свободных человек организуй. Слетаем, попробуем истребители вызволить.

– Хорошо.

– И да, чем бы тебе премию выдать?

Тут же ко мне подбежал дрон со считывателем.

– Я видел, у тебя карточка осталась, деньгами возьму.

– Какой-то ты банальный. Ты знаешь, сколько я голову ломал, перебирая в голове, что тебе нужно. А тут все просто, я о деньгах даже не подумал, – сказал я, приложив оставшиеся карточки к считывателю. Там на них понемногу кредитов было, а Мозгокрут явно видел, кому и сколько я давал. Поэтому нужно не меньше пятидесяти тысяч, а то обидится. Набралось пятьдесят две тысячи.

Появилась голографическая фигура, щелкнула каблуками, приложив кулак к груди.

– Рад служить хану.

Ну, покрасоваться он любит. Вот только слово «хан» мне до сих пор ухо режет. Наверное, учебники виноваты. У нас даже во всех мультиках хан плохой, из Орды, а князь хороший – с Руси. Но ведь Мозгокрут не даст переименовываться. Ладно, похожу ханом, лишь бы в печь не засунули.

Бригада по вызволению истребителей собралась быстро. Вылетели еще быстрее. За штурвалом бота оставил того наемного мужичка, что работал на нем последнее время. Пусть рулит, а я пассажиром покатаюсь. Еще двое техников разместились в каюте.

С собой взяли, помимо стандартного набора дронов, еще большого ремонтника и пару погрузчиков. Мозгокрут нам расчертил безопасный коридор, но вот только был он далеко не прямой. Приходилось двигаться от точки до точки. Что очень сильно увеличивало наш путь по времени, ведь основное время занимает разгон и торможение. А с поворотами на девяносто градусов не больно разгонишься, не успеешь разогнаться, как тормозить нужно, бот тормозит не моментально, даже не как авто, а как лодка скорее. И так под вечер вылетели, а уж пока долетели, совсем поздно стало. Нет, так-то время суток не лимитировано в космосе, когда день, когда ночь, все условно. А вот рабочий день лимитирован. Хочешь не хочешь, а после семнадцати часов, проведенных на ногах, пятая точка ищет опору, а глаза закрыться хотят. Поэтому, ничего не изобретая, как только долетели, выгнал всех спать. Правда, двое, что в каюте были, уже и так спали, будить их не стали, ничего, и в кресле пилота хорошо спится, если его разложить.

С утра решил побегать в тренажере. Как-то я забыл про него, нужно будет снять его отсюда. Все равно никто не пользуется, а места он много занимает.

Позавтракали и пошли смотреть, что тут живое осталось. Хорошо сказать осмотреть. У нас только на осмотр одной ленты ушло почти полдня. Но зато выяснили, что лента целая и из сотни истребителей в обойме осталось двадцать пять. Внешне целые. По другим трем лентам пока сложно сказать. Одна лента точно в хлам разбита, та стена крепости вспученная стоит, туда без резаков не пробиться. С внешней стороны выглядит, как будто куб разморозило и разорвало с одной стороны, с внутренней бурелом швеллеров, труб и перегородок. Если только через разрыв вовнутрь попасть, но это потом, сейчас есть чем заняться.

Будем действовать по очереди, от простого к сложному. Сейчас придумаем, как двадцать пять беспилотников выдернуть, а потом с другими разбираться. Лента по краям имела цепь наподобие велосипедной, только увеличенной в несколько раз. Ее проворачивали гигантские звездочки. Вот на валах этих звездочек и стояли тормоза. Если их все срезать, не трогая валов, то есть возможность домкратами погрузчиков провернуть ленту. Вот только тормоза аккуратно срезать нужно, валы нельзя повредить, а то лента скомкается и заклинит.

Все вроде просто, а на это ушло полтора дня. Наконец попробовали провернуть. Проворачивается, ну слава богу. Загнали первый истребитель напротив взлетного шлюза. Пока ребята срезали механизм створок шлюза, чтоб их открыть, я подключался диагностом, чтобы запустить истребитель, ввести коридор полета и задержку на вылет. Задержка нужна потому, что истребители стартовали с ленты автоматически. А в этом помещении живых быть не должно. Поэтому за пять минут задержки взлета мне приходилось быстро-быстро шевелить ногами, приговаривая: «Ноги, ноги, почему же вас две?» А это опять вроде пять минут, а на двадцать пять истребителей два часа получается. А если учесть, что еще минут десять подключался, то все шесть часов прошли. Так что, отправив партию, снова времени осталось только поспать.

На следующий день все было тоскливо. Целых механизмов не было. Даже до шахт с ангарами приходилось пробиваться с резаками. Ленты были оборваны в нескольких местах и заклинены. Истребителей тоже осталось по двадцать пять в двух лентах. Скорее всего, это связано с программой запуска, выпускались эскадрильи по пять звеньев, это двадцать пять истребителей. А эта сотня, видать, резерв была. Но так и не успела вылететь, крепость попала под сконцентрированный огонь. Одна беда, оставшиеся истребители не все целы, штук по пятнадцать если наберем с каждой ленты, это отлично будет. До последней ленты так и не дошли. Там сплошной фарш.

Решили вырезать ячейку с истребителем и собирать их возле крепости в пачку направляющих. Первые четыре истребителя мы извлекли довольно быстро, за пару часов. С остальными девятью мы провозились еще три дня. Ведь приходилось выковыривать и разбитые, шахта подачи одна была, и пока ее не освободишь, следующий истребитель не вытащить, а там… если бы просто истребитель застрял, так шахту деформировало. Приходилось срезать все лишнее.

Запустили к Мозгокруту еще двенадцать истребителей и вытянули уже пять истребителей с краю. Тут со мной связался Мозгокрут.

– Бросай все дела, в системе гости, дипломатический корабль под прикрытием эскадры.

– Большая эскадра?

– Нам хватит.

– Кто хоть?

– Представитель Артрана.

Ясно. Конечно, то, что я отжал топливный бизнес, это хорошо, но нужно быть полным идиотом, чтобы думать, что я его окончательно отжал, это был первый ход. А это ответный ход. Скажем так, ответочка прилетела. Вот если ее переживу, то можно смело говорить, что я отжал топливный бизнес.

– Лечу.

Собрал ребят, написал Мозгокруту, чтоб премии им не забыл выплатить. Все-таки день не нормированный у ребят был. Это я пахать могу сколько хочу, а они, как ни крути, пашут за зарплату.

Обратный путь тоже был долгим. Ладно, делегация тоже на краю системы вышла из гипера, ей тоже лететь до станции часа четыре. А они еще сначала на торговую станцию отправились, разговаривать с князем. Но он их долго не задержит, скажет, знать ничего не знаю, разбирайтесь сами. Поэтому я написал ему, чтобы задержал хотя бы на час, не знаю, обедом накормил или на меня пожаловался подольше. Конечно, не сможет, но по максимуму пусть держит.

По такому случаю я сам сел за штурвал бота. Лететь по точкам слишком долго, нужно немного полихачить. Правда, от моего лихачества у одного техника кровь носом пошла. Немного один вираж сильно заложил, гравикомпенсаторы не справились с перегрузкой. За это еще и Мозгокрут меня отчитал за ненужное подвержение своей жизни опасности. Зато прилетели в два раза быстрее, чем туда летели.

Особо времени не было, по прилете я только успел умыться. Даже переодеваться не стал. Так в комбинезоне и встречал.

Забежав к себе в кабинет, от неожиданности я впал в ступор. Обстановка изменилась полностью. Если раньше один пластиковый стол стоял, то теперь стояли столы буквой Т, как в настоящем кабинете, где посовещаться можно. Кресло за моим столом было просто огромное. А по эту сторону стола стояли десять кожаных кресел, которые не стыдно было подсунуть под какой-нибудь монарший зад. Но не это меня поразило. На полу был натуральный паркет, хоть и не везде. Но сделано красиво, зонами. Стены облицованы каким-то камнем, похожим на зеленый мрамор. Правда, тоже не сплошь, а полосами. Видно, Мозгокруту не хватило материала на всё. Но Мозгокрут молодец, все сделал красиво, перемежались полоса дорогого материала и полоса дешевого пластика. Но на дешевых полосах висели картины. Скорее всего, дорогие. Картины были разные, как по сюжету, так и по типу, от обычных нарисованных до голографических. Также появился вычурный сейф на гнутых ножках, со статуэтками и лепниной. Правда, как потом выяснилось, навсегда закрытый, код никто не знал. Как мне Мозгокрут сказал, его можно использовать только как часть интерьера. Вот я и ходил по интерьеру и рассматривал картины, как в музее.

– Мозгокрут, гад, сколько ты мощностей с нужных объектов на этот кабинет перенаправил?

– Все, потом поблагодаришь, садись в кресло, встречай делегацию.

Ну да, я не пошел от трапа встречать делегацию, а встречал в кабинете. Все равно никого не знаю. Уселся в удобном кресле, сделал занятой вид. Как будто я что-то важное разбираю, а тут ходють и ходють, работать мешають. Открылась дверь. Я как бы отвлекаюсь от дел, глянул на вошедших. Оказывается, я кое-кого знаю. Ден! Собственной персоной, вот уж не думал, что его ко мне пошлют, не такая я еще птица, чтобы ко мне такие фигуры двигались.

– Ба, какие люди пожаловали, – встал я навстречу. – Мне даже стыдно, что не встретил у трапа. Но у меня есть оправдание, я и не подумал бы, что такие гости нагрянут, а ты не предупредил, – с небольшим укором сказал я.

– А вот я не думал, что придется в такую даль лететь. Любишь ты дел навертеть, никак от этой привычки не отучишься.

– Как-то само получается.

Мы стукнулись кулаками, и Ден хлопнул меня по плечу.

– Давай рассказывай, как живешь здесь.

Ден жестами выгнал свою свиту из кабинета, даже телохранителей не оставил. А это знак доверия как-никак. А я как хозяин плохо выгляжу, даже угостить нечем. Я сел напротив Дена в одно из десяти кресел.

– Мозгокрут, организуй нам что-нибудь перекусить и смочить все это дело – сказал я вслух.

– А, наслышан, помощником разумным обзавелся, – сказал Ден, усаживаясь в кресло. – Да и такой мебелью мало кто похвастать может, антиквариат.

Ден был коллекционером, поэтому его оценка очень дорого стоила.

– Это вот как раз «разумный» помощник и постарался с мебелью.

– Ну, слушай, молодец он у тебя, вон даже картины редкие подобрал. Только мне кажется, вот эту картину нужно в центр повесить, это, по-моему, работа Наршеса. – Ден встал и подошел к одной из картин. – Определенно оригинал.

Я всмотрелся в картину. Картина поглощала, как будто стоишь на лугу, и только на миг кузнечики замолкли.

– Да, пейзаж прямо умиротворением веет.

Нас отвлекли от рассматривания картин. Забежала незнакомая девчонка с дроном-тележкой и начала сервировать стол. Тарелки были исключительно металлические, похоже серебряные. Думаю, это потому, что фарфор весь разбился на линкоре. Но это все ерунда, больше всего меня удивило то, что лежало на тарелках. Шашлык из натурального мяса, причем приготовленный как-то по-особому, он лежал поверх чего-то похожего на картошку с овощами.

Да, когда был на планете, он приелся, а сейчас я по нему соскучился, и запах поджимал живот, а рот слюной наполнялся. Зря я Мозгокрута ругаю, ведь позаботился, закупил местную лягушатину. Да и вино подобрал. Мне как хозяину было уже не стыдно встречать гостей. Нужно будет Мозгокруту еще премию выписать. Хотя вроде не в его стиле сработано, может, не он? Да и шашлык как-то по-другому приготовлен с овощами. Я Лер не учил так готовить, тут другая школа.

По этикету не положено начинать важных разговоров, пока не поели. А ели мы оба с большим аппетитом, почти молча. Изредка переговариваясь о вкусе вина и мяса. Ден хвалил повара, угрожая переманить его к себе. Мне же было капельку стыдно, я вообще не при делах был, не знал я даже, что у нас есть блюда натуральные, даже не знаю, кто это готовил.

Наконец-то набив животы, отвалились от стола. Как только объешься вкусной едой, так сразу мир вокруг наполняется добротой. Какие могут быть разборки на сытый желудок? Сидишь и шевельнуться лень, не то что ругаться.

– Дикий, ты у меня топливный бизнес отобрал, – начал лениво серьезный разговор Ден.

– Угу.

Что то еще говорить было лень.

– Что угу?

– Ты же знаешь, что он бы и так у тебя тут заглох.

– Угу… – Дену тоже, видно, лениво было говорить. – Хотя не факт, честно сказать, подумывал его сбагрить кому-нибудь. Давай так, я оставляю тебе тут заправщики, топливо. С тебя десять процентов, и оптом топливо только у меня берешь.

Ну вот, одна проблема сама решилась. Пора бы решить вторую.

– Без проблем. Ты лучше скажи, почему ваши перестали металл скупать и товары военные сюда продавать?

– Как? Я думал, ты тут мутить начал.

Сонливость с Дена слетела, взгляд стал цепким. А вот мне все еще лениво было.

– Брось, это началось уже месяца три назад, я тут ни при чем.

– Давай подробнее.

– А что я тебе могу рассказать? Душат нашу систему, как могут. Ни товаров у князя не берут, ни корабли не нанимаются сюда. Лучше ты расскажи.

– А что рассказывать. Договор с арварцами у нас, мы уходим из системы и перестаем помогать, а они уходят из пиратских систем и перестают помогать им. Вот сколько раз зарекались им не верить. Пиратам-то они не помогают, а вот вам мешают. Они, видно, подкупили нашего ответственного за вашу систему, а это измена. Извини, нужно срочно арестовывать предателя.

Ден ушел в себя, с кем то переписываясь, а я просто задремал.

– Так и знал, убежал, гад, как только понял, куда я лечу.

Я вышел из дремы, сразу свежий и бодрый. Вроде и десяти минут не вздремнул, а как будто ночь проспал.

– Ладно, с ним сами разберетесь. Скажу честно, ко мне приходил Мьянго.

– А, старый пройдоха. Единственный арварец, с кем дела можно иметь. Что тебе обещал?

– Не знаю, как дела с ним вести, но вот как я увидел спины рабынь, так дела с ним вообще не хочу иметь.

– Не думал, что буду защищать арварца, но это ты зря. Во-первых, это не рабыни, а каста амазонок. А шрамы они не выводят потому, что гордятся ими. Они их добровольно получают, подбегая к молодым парням. Чем больше шрамов, тем выше сила воли. Попробуй сам на кнут подбеги. Так что зря ты о нем так подумал. Так что он пообещал?

Ну да, значит, действительно зря. Не все то, что видишь, означает то, о чем ты думаешь.

– Ничего не обещал, сказал, что реальная цена на металл в два раза дороже, ему даже в четыре раза дороже выгодно покупать.

– Вот старый, недаром пройдохой все зовут. Вот кто другой обязательно что-нибудь пообещал бы. А этот вроде и тебе хорошо сделал и себе. А заодно и нам нагадил. Я всегда восхищался тем, как он умеет.

– Ден, ты в сторону начал уходить.

– Разве?

– Что насчет цены?

– А что насчет цены? Теперь уже ничего не сделаешь. Значит, за двойную цену будем брать.

– А помочь, скажем, с вооружением?

– Никак. Договор нельзя нарушать.

– Людей, переселенцев можете направить?

– Из империи нет. А вот с окраин можешь сам зазывать. К примеру, землю давай тем, кто семьей к тебе переедет, или нейросети бесплатно устанавливай.

– Это я и сам хотел сделать. Вот только как на других планетах объявления разместить?

– А тут я тебе помогу. Мне лучше тебя под боком видеть, чем арварских ставленников.

– Нейросетями можешь помочь?

– Помогу, есть личный товар, только они устаревшие немного и некоторые высохли.

– Любым буду рад, если недорого.

– Отдам два нераспечатанных контейнера за три картины, вот эти картины. – Ден показал пальцем на ту самую картину, которую он хвалил, и еще две похожие.

– Забирай.

– Ну все, пускай твой разумный помощник связывается с моими, дела утрясают, контракты заключают. А ты проведи мне экскурсию по разбитому линкору. Люблю древность, а тут такая возможность.

Глава 20

Естественно, я повел Дена в носовую часть, а не в корму. Тут каюты старших офицеров, думаю, ему это будет интереснее осмотреть, чем технические помещения. Кстати, за те дни, что я отсутствовал, линкор здорово ободрали. Вывезли все, что можно вынести не отворачивая, и уже половина отвернули того, что можно отвернуть. Даже койки и тумбочки демонтировали. Каюты высшего и старшего звена уже ободрали до голых стен, включая панели.

Каюта капитана ничем не отличалась, отсюда выгребли все. Линкор был зацеплен гравизахватами, а это создавало минимальную, но гравитацию, поэтому весь мусор лежал на полу. Даже не так, на полу лежали горы мусора. Ден постоянно поднимал из мусора какие-то… Да что там какие-то, он поднимал откровенный мусор, какие-то застежки, обломки столовых приборов… И каждый раз удивлялся находке?

– Смотри, смотри, это же застежка гантеля.

Я посмотрел, ну да, похоже на маленькую гантельку.

– А эта эмблема скорее всего показывала принадлежность к эскадре. – Он потер перчаткой скафандра полукруглый обломок плоской бляшки.

– Но это же ничего не стоит.

– Ты не прав, на каждый товар есть свой покупатель. Нужно только найти, кто это оценит. Допустим, ржавую железку понесешь в металлоприемку, тебе за нее максимум полкредита дадут. А покажешь ее нуждающемуся в этой запчасти, тебе могут и сотню заплатить. А вот коллекционер может и миллион заплатить. Тут нужно искать покупателя, который ценит.

– А может, ее никто не ценит.

– Может, и так. Но выкидывать непонятное нельзя.

– Тоже верно, – согласился я.

– Ты мне лучше скажи, тут нас никто не слышит?

– Не знаю, – сказал я, думая, что Мозгокрут с ума сойдет, если нас слышать не будет. – Скорее всего, какой-нибудь диагност-шпион нашу частоту скафандров слушает.

Ден активировал сферу от прослушек. Сфера вещь определенно нужная, нужно будет себе такую где-нибудь раздобыть.

– Я тебя чего в сторону отвел, что у тебя с разведкой?

Ден резко изменил тему разговора, поэтому я растерялся.

– Никак.

– И что ты думаешь? Чего ждешь? Ты хоть представляешь, что творится в соседних системах?

Я потупил глаза. Что тут ответить можно? Я сам полный нуб в разведке, о ней только по фильму о Штирлице знаю. Как эту службу организовывать? Хотя она как воздух нужна.

– Представления не имею, мне, чтобы выучить разведчика, думаю, не один год понадобится.

– Думаешь, тебе этот год дадут?

– Что делать?

– Перевербуй или найми.

– Если я перевербую, где гарантия, что его снова не перевербуют. Да и нанять… бывших разведчиков не бывает, он же еще на кого-нибудь работать будет.

– Шанс есть, конечно, но пусть он у тебя разведкой занимается, ты его к своим тайнам не допускай. Есть шанс, конечно, что он тебе дезинформацию подсунет, так ты двоих найми, чтоб они друг о друге не знали, желательно с враждебных сторон найми, к примеру оширца и галифатца, чтоб не спелись.

– Спасибо, займусь немедленно.

– Вот и чудно, а я пока в мусоре тут покопаюсь. Что на полу найду, можно себе забрать?

– Конечно.

Ден отключил сферу и принялся разгребать мусор дальше, что-то выискивая.

Я откровенно заскучал, начал ходить по комнатам каюты, пока Ден ковыряется в мусоре. Может, тоже что найду. Стены простукивать тут бесполезно, панелей нет, а спрятать в несущих стенах не получится. Я задрал голову к потолку, где-то в полутора метрах от стены в канале проходили трубы коммуникаций. Вот они-то мне и интересны, если наши что просмотрели, то должно быть где-то на них. Отключив магнитные ботинки, я плавно оттолкнулся. И подплыл к нише с трубами. Гравитация от гравизахватов еле чувствовалась, ее хватало только на то, чтобы мусор со скоростью мыльных пузырей постепенно вниз летел. Поэтому и я ее почти не чувствовал, тело ощущалось как воздушный шарик, только не гелевый, а обычным воздухом накачанный, вроде вниз и тянет, но если толкнуться, то летишь. Подпрыгнул и примагнитился к потолку. Если быть совсем точным, то сплавы металлов тут не магнитили. Ботинки работали по принципу гравизахватов, ходить в них было не очень удобно, как в сапогах по болоту, когда каждый раз ногу присасывает. Но все же удобнее, чем барахтаться, изображая кота, который в воздухе изворачивается, чтобы на четыре ноги приземлиться. Что-то я отвлекся, тут где-то есть пропущенный тайник, нужно обыскать, только чуть похитрее тех, кто до меня осматривал. Но как ни осматривал, ничего не нашел, возможно, зря я на поисковиков наговариваю, и они выгребли все на совесть, может, и прекращать пора.

– Мозгокрут, в каюте капитана нашли тайник?

– Нет.

Это меня подстегнуло. Значит, точно тайник должен быть, я дальше полез по трубе. Вот трубы уперлись в стену. Хорошо, обойду и в другой комнате продолжу. Так, а почему в этой комнате неудобно по потолку ходить? Такая же комната. Я так же шел по трубам, только что-то мешало, стена, что ли, ближе. Точно стена. Я выскочил в соседнюю комнату. Так и есть, труба идет параллельно стене в полутора метрах. Я вернулся назад, тут труба идет в метре. Это же фальшстена. Я начал осматривать и подколупывать стену, ища хоть трещинку, но стена была идеально ровной. Скорей всего, и открывалась эта стена не от кнопок или рычагов, а через команду от нейросети. Значит, ее только резать. Но что за ней? Сейчас начну резать, поврежу что-нибудь нужное. А, была не была, прорезал резаком по периметру стены. Там если что и задену, то значит, судьба, и это не мое было. Стенка оказалась тонкой, поэтому я сразу сократил луч резака, чтоб лишнего не прорезать.

– Дикий, ты что нашел?

Я обернулся, позади стоял Ден, разглядывая, что я делаю.

– Что-то есть, не знаю что.

Я прислушался к своим чувствам, ловушек точно нет. Чем бы стену поддеть, эх, как сюда вантуз подошел бы. Хотя что это я? Поставил ногу на стенку, примагнитив ее, потянул на себя. Вся стена потянулась за мной. Прыгать на магнитных подошвах не получится, поэтому я отключил на секунду ботинки, встал нормально и поднял стену к потолку.

– Ого, – не выдержал Ден.

Я посмотрел, стена была увешана различным оружием, арбалетами, аркебузами, винтовками. Как древними, так и современными. Колюще-режущего оружия было мало, два палаша, похожих на мой, и четыре шпаги, не считая штык-ножи.

За спиной послышался цокот ножек дрона. Ясно, это Мозгокрут тут ничего не видит, а от любопытства его разрывает. Камеры наблюдения тут не работают, а судя по переговорам, что-то интересное тут происходит. Вот он и пригнал сюда свои глаза. Тоже мне любопытная Варвара.

«Палаш, бери быстрее палаш. И чтоб никто вперед тебя его не трогал», – написал он мне.

Вот, значит, не зря любопытничал.

Я подошел, из двух сразу выбрал нужный, не знаю как, но увидел сразу, к нему тяга какая-то появилась. Тут же по наитию взял на вытянутые руки, встал на колено и чуть обнажил лезвие из ножен. Вибролезвие было не полированным, как на моем палаше, а шершавое, с мелким выпуклым рисунком золотых прожилок. Не знаю, как это дело рубит. Хотя кромка вибролезвия была обычной. Я хотел было вставить клинок в ножны, как энергия со всей округи начала притягиваться клинком, не задерживаясь пробежала через клинок, заставив светиться прожилки, прошла через меня и ушла дальше, растворяясь в окружении. Я обернулся на Дена. Он только подошел, посмотреть, что тут. Надеюсь, свечение он не заметил.

– Поздравляю с приобретением нового оружия. Красивое, очень редкий рисунок на металле, – поздравил меня Ден, разглядывая палаш, и тут же принялся молча рассматривать шпаги, о чем-то размышляя.

А я, повесив палаш на стандартное крепление скафандра, начал осмотр полок. С одного края было что-то типа комода. С ящичками. Вытягиваю один ящик. Сердце забилось. Есть! Тут камушки, довольно крупные. Слитки металла, наверно, дорогого, не стали бы их тут хранить просто так. Я взял один слиток в руки, тяжесть сразу вернула все на свои места, это свинец. А камни, видать, тоже обычные камни, для самострелов или рогатки. Вон в коллекции есть одна. Блин, а я уже размечтался.

Я вытянул другой ящик, похоже принадлежности для стрельбы, пороховницы и пулелейки. Магазины и батареи.

Тяну другой ящик, этот буквально набит магазинами и патронами разных калибров. Следующие четыре ящика были тоже с боеприпасами.

Последний ящик меня удивил. Тут были тисочки, напильники, надфили, зубила, молотки и другой ручной инструмент. Вот это вещь. Я начал передвигать инструмент по ящику. Что это? На дне ящика написан набор цифр и неизвестных мне символов. Я, чтобы не вызывать подозрения, сфотографировал его. И два раза теранул напильником это место, стирая надпись под корень.

– Ты что там нашел? – отвлекся Ден от разглядывания коллекции.

– Я таким инструментом работал. Руки помнят, – сказал я, продолжая тереть, чтобы какая-нибудь экспертиза случайно не восстановила.

Нас отвлек цокот ног, группа дронов-носильщиков прибыла, Мозгокрут не дремлет. Главное, ящички уже по размеру подобрал с мягким наполнителем, чтобы сложить коллекцию и не повредить ее. Дроны столпились в свободной части комнаты. Вроде как не мешая начальству рассматривать, но одновременно намекая, что хватит глазеть, убирать пора.

Ден посмотрел на дронов и спросил:

– Дикий, что ты хочешь делать с этой коллекцией?

– Не знаю, у меня музей есть.

– Продай, – наконец-то решился спросить у меня Ден.

Я задумался. Потом написал помощнику.

«Мозгокрут, во сколько коллекцию оцениваешь?»

«От триста тысяч до трех миллионов».

Я посмотрел, как горят глаза Дена. А, махнул рукой, даже если и три миллиона, Ден очень нужный друг.

– Как лучшему другу дарю.

У меня в ушах что-то щелкнуло и закашляло. Похоже, Мозгокрут подавился.

Ден смотрел на меня оценивающе, а вот Мозгокрут верещал не переставая.

– Ты что делаешь? Тебя от финансовых потоков отстранить нужно. Ты как разиня себя ведешь. Давай раздарим все. Вот вроде лет немало тебе, а ведешь себ…

Дослушать Мозгокрута мне помешала активация сферы от прослушки, это сфера как не выпускала из себя ни одной звуковой или электромагнитной волны, так и не впускала эти волны.

– Ну, слушай. Очень приятно слышать это. Сейчас редко кто подарки просто так дарит, обычно ради подписи или откатов подарки подносят. А вот так я давно не получал. Что бы тебе подарить?

– Да ничего не нужно дарить, я сам же сказал, что просто так подарил, иначе не просто так получится, а с умыслом.

– Но я думаю, что знаю, что тебя заинтересует. У меня здесь на станции агент работает. Давай я тебе переуступлю его контракт.

– Бьешь ниже пояса, от этого я не смогу отказаться.

– На нижних палубах по кабакам бродит здоровенный бугай простоватого вида, который подраться любит, а потом кутит в кабаках с товарищами.

– Я, кажется, знаю его.

– Скажешь ему: «Когда прилетает транспорт призраков?» Ответ: «Призраки улетели, остались только архи».

– Серьезно, как в детском саду, шпионские игры.

– Не смейся. И в открытую к нему не подходи, иначе провалишь агента.

– Хорошо, придумаю что-нибудь.

– Контракт у него оплачен на три года вперед, так что можешь пока не платить.

Ден отключил сферу и протянул мне кулак. Я стукнулся с ним.

– Ну все, я сам уложу, скажи помощнику, чтоб дронов вот здесь и здесь расставил.

Я тут же отписал Мозгокруту, чтобы выполнял. Тот бессильно завыл.

– У-у-у, еще и ящики профукали.

Но приказ выполнил. А Ден собственноручно укладывал стволы в ящики. Я только проследил, чтобы он не забрал ящики из комода. Но мне на радость, они его не заинтересовали, или точнее он их не оценил.

Гостям два раза рады. Когда приходят и когда уходят. Вот и когда делегация пошла на разгон из системы, я почувствовал облегчение.

– Так, Мозгокрут, давай созывай совещание через час. Жду доклады. И князя тоже зови.

Совещание началось со взаимных упреков, каждый искал виноватого, почему то или иное не сделано. Один отдел валил на другой. Пришлось с ходу обложить всех матом. Видали мы это и на Земле. Вместо того чтобы проблемы решать, все сидели и дружно искали виноватого, в итоге виноватого не оказывалось, а сидеть уже жопы затекали, поэтому расходились. А проблемы так и не решались. Поэтому сразу перешел на повышенный тон, тыкая каждого носом в его ошибки.

– Еще раз услышу, что виноватого ищете, всех разгребу. Случилось и случилось, вы лучше думайте, чтобы такое не повторилось. Не нужно искать причины, почему не сделано, ищите способы это сделать. А теперь коротко и по существу.

Если совсем коротко, то у Лер производство пошло. Если считать металл бесплатным, то можно продавать по конкурентной цене, даже если искины управления покупать. А вот если материалы по рыночной стоимости выставлять, то наши дроны очень дорогие получаются. В них и так металла больше, чем в современных, да еще и сборка полукустарная дорогая. Решили включать в стоимость минимальную цену металла. Пусть будут по цене чуть выше среднего. Потом линия сборки наладится, цена чуть снизится, а металл тут дешевый. Мастерская на орбите тоже заработала и прибыль несет. С продажей топлива просто отлично стало с подаренными топливозаправщиками и резервуарами на торговой станции. К нам даже транзитный транспорт заходить стал. Хоть система и очень неудобная для захода. Это и вероятность выйти в гуще свалки, и повышенный расход топлива из-за разгона по прямой. Обычно грузовики разгоняются по спирали. А здесь у нас из-за свалок и минных полей разгонялись по прямой. Почему к нам стали заходить в систему? Я подкинул Лер идею, чтобы в мастерской делать бесплатную диагностику и настройку ходовых двигателей. Вроде бы благотворительность. А все просто, исправные двигатели настраивать практически не нужно, никому и в голову не придет залететь в ремонт, если все нормально. А если не нормально, то извините, мы вам движок отрегулировали бы, но у вас тут неисправность. Отрегулируем после ремонта. Ремонт можем сделать почти недорого, да и специалисты у нас хорошие. В общем, Лер довела мою идею до состояния конфетки. Практически сразу довольные клиенты начали делиться со знакомыми. И сейчас очередь стояла. Лер срочно выписала еще две бригады техников, в основном по двигателям. Сейчас требовала, чтобы временно от Мии специалистов ей передали. Но у Мии своих дел полно стало. Помимо линкора, уже восемь корпусов со свалки подтянули, из них три подлежат восстановлению. Проще всего восстановить было курьер и фрегат. Чем сейчас и были заняты все мощности. На очереди был крейсер, за него пока не брались. Во-первых, не хватает людей, во-вторых, техники. Поэтому, если малые корабли восстанавливать нужно было около пары недель, то восстановление крейсера около трех месяцев займет. Дал добро на наем специалистов. Да и дронов с верфей пусть разбитых покупают, или верфи целиком, если цену нормальную найдут. А тут еще часть специалистов заняты беспилотными истребителями, но о них почти никто не знает, это козырь в рукаве.

Восстановление крепости тоже идет полным ходом, наружные дыры почти все залатали. Восстановили еще один жилой этаж и закончили со складами. Парк даже засадили травой и деревьями. Оживление оранжерей тоже прошло успешно, выращивается первый урожай водорослей. Готовят мини-завод по выпуску пищевых картриджей.

Князь тоже порадовал, металл даже по двойной цене начали разбирать, хоть еще не забрали, предоплату уже начали вносить. Поэтому финансово уже вздохнули. Проблема в том, что металл нужен и здесь, поэтому решили сбывать половину, остальное пока для внутренних целей. Но скоро прекратим продавать, мне мощный флот нужен, а его из чего-то делать нужно.

Вот у оружейников все неоднозначно. Восстановление рельсы главного калибра у них шло полным ходом, даже с опережением графика. Команда профсоюзников даже частично успела установить на турели крепости зенитные орудия противоистребительной обороны, снятые с разбитого линкора и пары разбитых крейсеров. Также планировалось установить орудие главного калибра линкора и пары крейсеров вместо вспомогательных калибров крепости. Вспомогательные калибры, конечно, меньше основного, но вот суммарный залп он мощнее будет основного калибра, так как таких орудий больше. Только вот стреляют они недалеко по сравнению с основным калибром.

Беда была с накопителями. Целых маховиков было только четыре. Три уже были в исправном состоянии, у одного сейчас монтировался компенсатор. Остальные ремонту не подлежали. Все очень просто, когда они раскручены, всю крепость нельзя поворачивать, иначе их с мест срывает из-за гироскопического эффекта. Для этого как раз и устанавливаются специальные компенсаторы. А вот когда по крепости прилетать начали торпеды, то от такого сотрясения компенсаторы не выдерживают. Маховики просто срывает с мест. Конечно, с этим тоже специальные системы борются. При подлете торпед делаются холостые выстрелы, останавливая маховики.

Нужно где-то еще пару накопителей найти, а лучше больше. Значит, снова на разбитую крепость нужно попасть, где еще? Там, кстати, еще склады еще не чищены, да и истребители не все забрали.

Князя озадачил, чтобы собирал всех безработных и организовывал колхозы по выращиванию лягушатины и сбору яблок и других съедобных вещей, а потом пусть новые сады закладывают. Металл, конечно, хорошо, но он скоро на внутренние нужды весь пойдет. Боюсь, в будущем князь без денег останется. Поэтому нужно сейчас озаботиться будущим доходом. Помимо всего, нужно вводить что-то типа полиции, больниц, школ-интернатов, а для этого нужно вводить налог подоходный да всеобщую воинскую повинность. Не затем, чтобы служили по два года, а чтобы в случае нападения неприятеля население организовывалось в отряды самообороны. Я даже тут же с князем для рекламы речь короткую, но патриотичную записал о том, что мы обрели новый дом и должны его защищать. Этим всем озадачил князя, пусть работает, он это давно должен был сделать, еще когда баронство получил. А то сидел на троне и сливки снимал. Мозгокрута, конечно, ему в помощь, чтобы все программы разрабатывал. Да оружие и технику для этого собирали.

Подразделение Мар полностью укомплектовали истребителями, но я решил светить только одну пятерку. Поэтому они вылетали только по пять человек, причем на одних и тех же истребителях. Все конспирация. Не должны враги знать, сколько у меня чего. Даже простое мое спокойствие уже насторожит врагов. Поэтому судорожно делаю вид, что пытаюсь восстановить крейсер, фрегат и курьер. В объявлениях я искал на них команду, также разместил запросы о найме любых корыт за дешевые деньги, за очень дешевые деньги. Понятно, что никто не шел. Ведь наемники уже знали, что это будет самоубийство, раз с другой стороны серьезные силы собираются. А сейчас я повысил цены, скоро должны откликнуться бедолаги, которые согласны на всё.

Нур же чуть ли не каждый день любопытных вычислять стал. Такое впечатление, что наплыв населения в последние дни состоит из одних шпионов. Всем интересно, что тут у меня происходит, и каждое государство сюда свои глаза направляет. Скорей всего, Нур кого-то и пропустил, поэтому издал приказ, что ближайшие полгода из крепости вылет запрещен, как и связь с остальным миром. Так-то запрет мне нужен всего на месяц, но кто его знает. Если кто успеет отправить сообщение, что я на месяц ограничения ввожу, то не трудно догадаться, что я знаю о скором нападении. Ну в общем-то и все.

Решил за маховиковыми накопителями энергии самому не лететь, а отправить специалистов, пусть работают, справятся и без меня. Заодно и истребители выкатят. А как приготовят истребители к взлету, так сгоняю и подключусь. Тут необходимо срочно другие задачи решать. Сказал Мозгокруту, чтобы разместил объявление на торговой станции, что я набираю временный отряд для наземной операции.

Сам накинул легкую броню. Новый палаш имел хитрые ножны, которые позволяли вынуть клинок из-за спины. Да, если обычные ножны на спину подвесить, то размаха руки не хватит клинок вытащить, а тут ножны полностью раскрываются, освобождая клинок. Довольно удобно носить, плюс они цеплялись за рюкзак, а тот имел гравипривод. То есть вес клинка, как и рюкзака, вообще не чувствовался, если в повороты резко не входить, тогда клинок немного заносить начинает. Винтовку решил не брать. Собрал два своих воинства с Сержантом и Нуром во главе и полетели на торговую станцию, уже как путевые люди на комфортном пассажирском боте, с прикрытием из пятерки истребителей.

На торговой станции особо не задерживались, пошли в бар, где договорились встретиться с отрядами наемников. Перед баром уже толкучка была. Вот это было странно, раньше здесь наемников мало было, а хотя все объяснимо. Как беспредел тут начался, то торгаши стали нанимать отряды для охраны магазинов и себя.

Идти сквозь толпу чревато. Могут и пальнуть или ширнуть чем. А начну разгонять, у многих авторитет потеряю. Ладно, проверим, чему Сенсей меня научил. Сначала прислушался к своим ощущениям. Что-то их щекотало, но явно не мина или другая ловушка. Но что не просто так пройду, тоже ясно. Гордо вскинул голову, тронулся впереди своего отряда. Нур тихо сказал:

– Командир, плохое будет.

– Знаю, – ответил я одними губами.

Вот прошли середину толпы. Сейчас! Воздух стал густым, я как бы уперся в кисель. Какой-то боец вытягивает вибронож из-за спины. Я тоже потянулся к палашу, блин, как быстро выхватывается он из крепления на поясе и как долго приходится тянуть его из-за спины, да еще и развернут клинком поперек удара. Я с непривычки схватил неудобно, как раз лезвие поперек удара получалась, пришлось поправляться. Вот вибронож уже идет в мою сторону, а я все еще тяну из-за спины. Пришлось уходить с линии атаки, чуть разворачиваясь. Ба, да он не один. Дальше в толпе начал движение долговязый, похоже, прикрывает, если не получится прирезать у первого, тот меня добьет из игольника. Так, руку я контролирую, можно осмотреться. Есть еще один на подстраховке. Рубить палашом не получится, враг слишком близко. Бью сверху вниз гардой по голове. Тут же перехватываю левой рукой палаш за гарду. Правой выхватываю игольник. Два выстрела. Осматриваюсь, вот еще тот мне не нравится, что-то от него исходит нехорошее, скорей всего наблюдатель. Еще и ему третий выстрел делаю. Вижу, как игла делает дырку между глаз. Успеваю подумать, что его нужно было живым брать. И сразу время убыстрилось до такой степени, что я пошатнулся, как будто на миг сознание потерял. Потому что боец, который получил по голове, только что стоял, а уже лежит, я даже момента не уловил, как он падал. Ну, надо на публику сработать. Я медленно повернул голову вправо-влево, хотелось, конечно, чтобы хрустнула шея, так бы картиннее было, но она не хрустела. Хотя, по-моему, мало кто что понял. Вот только бреши начали расходиться от упавших тел. На них молча пялились. Над толпой повисла абсолютная тишина.

– Господа, эти трое приговорены за попытку покушения на хана федерации, а этого четвертого, Сержант, вяжи, потом приговорим.

Сержант склонился над телом, покачал головой.

– Поправочка, четверо приговорены.

Сам Сержанту написал, чтоб тела паковал, пусть Док импланты выковыривает. Хотя вон уже бойцы Старшого толпу в оцепление берут. Тот молодец, дело свое знает, ведь заранее все подготовил. Сейчас он мне выговаривать будет о том, что я в живых никого не оставил.

Так и случилось, от Старшого пришло сообщение с укором. Я нашел глазами Старшого и чуть пожал плечами. Типа извини.

– Итак, господа, прошу командиров отрядов зайти в бар для обсуждения найма, – прокричал я.

– А одиночек набираете?

– Присягу готовы дать, то набираю. Сержант, давай набирай себе войско.

Нуру написал, чтоб проверял тех, кого Сержант набирает. И если кто понравится и опыт службы в СБ имеет, себе забирает.

Я оглядел толпу, около двух сотен народу, значит, Сержант больше пятидесяти не наберет. А войско нужно уже сейчас. И минимум сотню. Значит, пусть набирает без лимита.

– А команду на корабли набираете?

– Набираю. На доске объявлений вакансии недавно разместил, смотрите.

И я зашел в бар. Оглядел командиров. Есть, клюнул, он не мог не клюнуть, если он разведчик, то тоже обязан узнать, что там в крепости творится.

– Господа командиры, мне нужна помочь в разовой наземной операции. Нужно несколько отрядов. Амуниция моя. Если сработаемся, то на долговременное сотрудничество рассчитываю. Может, есть желающие, кто присягу принесет. Тогда контракт вам обеспечен.

Желающих было мало, это и понятно, наемники уже были в войсках, знают, что это такое. Сейчас они относительно свободны, и мало кто в кабалу лезть хотел. Лезли либо идейные, либо кому удача последнее время не улыбалась. Трое подняли руки.

– Секунду.

Я вызвал Нура сюда. Тот, чтобы не вызвать подозрение, написал мне: «Вон того не бери».

Я подошел к одному, посмотрел в глаза, ничего не почуял, хоть глаза и бегали. Ко второму подошел, к тому, на кого Нур указал, что его брать нельзя. Всмотрелся в глаза, взгляд открытый, уверенный. Почему его Нур забраковал? Я бы первого лучше не взял, он больше подозрений вызывает.

– Нет, извини, тебя не возьму.

Вот только после этого почувствовал, как сразу изменился и взгляд и ощущение от человека, как будто гнильцой запахло.

– Почему?

– Ты знаешь.

И я пошел к третьему. У этого глаза были как стеклянные. Смотрели строго вперед, боясь моргнуть. Ясно, это не самый лучший боец. Такие безбашенные, но не очень умные. Но в пехоту пойдет.

– Хорошо. Значит, еще два отряда нужно.

– А может, условия обсудим.

– Без проблем. За три дня тренировки и один день операции плачу сто двадцать на отряд.

Смотрю, командиры зашевелились, явно предложение им понравилось. А я как бы увидел бугая, сидевшего за одним из столов.

– Гош, ты, что ли?

Я подошел, стукнулся кулаками и обнялся.

– Я.

– Ребята, извините, значит, один отряд нужен уже, и вот Гош скажет, чей.

Тут Нур мне написал: «Этого не бери».

Я слегка кивнул головой, обозначая, что услышал его.

– Вот его бери. – Указал Гош не задумываясь на мелкого щуплого бойца.

– Все, всем спасибо, все свободны, надумаете присягу дать, всегда рад буду вас видеть. Бармен, налей всем за мой счет.

Я подошел и расплатился за выпивку.

– Ну что, собирайте отряды, да поехали экипироваться да тренироваться, – сказал я четверым командирам.

Назад летели уже на трех ботах, да и то в тесноте. Правильно Сержант только тридцать человек новобранцев взял, троих взял Нур. Да четыре отряда примерно по десять человек.

По прибытию с новеньких сразу взял присягу. Остальных пусть пока Сержант гоняет.

Потом потихоньку каждого командира стал выдергивать на беседу, причем на длинную беседу, часа на три. Меня самого уже мутило с ними разговаривать ни о чем, задавая глупые вопросы разных тестов. Но мне нужно было оправдать Гоша, иначе он дольше других задержался бы. Вот я и вызвал сначала тех, кто присягнул, потом Гоша.

– Ну что, привет. Как жизнь?

– Да нормально, перебиваюсь мелкими заработками.

– А не знаешь, когда прилетает транспорт призраков?

Гош, услышав слова пароля, немного изменился, сразу пристально всмотрелся в меня. Но все же ответил:

– Призраки улетели, остались только архи.

– Я так понимаю, ты ко мне в подчинение переходишь.

– Да, контракт, на пятьдесят лет.

– Значит, присягу примешь, чтоб я тебе доверял.

– Да, конечно, ты назвал слова, освобождающие меня от присяги, ты у меня новый хозяин.

– Хорошо. Пошли, не будем время терять, я и так устроил тут представление, чтобы с тобой встретиться без подозрений. А церемония долгая.

Церемонии принятия присяги перестали меня напрягать, раньше стоять два часа было нудно, то теперь я в это время медитировал. Наблюдал за потоками энергии, что проходили в округе и сплетались в человеке. Гош, похоже, тоже был псионом. Он тоже прислушивался к потокам энергии. И вот конец церемонии. Клинок палаша светился золотыми прожилками, так что казалось, он раскололся на сотни частей. И эти частички летали в воздухе. Я коснулся предплечья Гоша, ожидая, что его тоже стукнет. А его не только выгнуло, его приподняло над землей, и он висел несколько секунд в воздухе, пока свечение не угасло. И Гош упал на одно колено.

– Похоже, я нашел настоящего дайме. Приказывай!

– Не, Гош, ты давай вставай и не изображай из себя джинна, приказывать я буду в крайнюю очередь. Пойдем, обсудим, что делать дальше.

– Как скажешь.

Я предполагал, что ему нужно будет отправляться в соседние системы, чтобы узнать, что там и как. А оказывается, он и так все знал, не нужно ездить по системам, опрашивая в каждой, сколько кораблей против нас собирается. Достаточно выпить с экипажем кораблей из этих систем, чтобы они тебе и так все рассказали. Плюс хорошие связи с базой наемников, где тоже все запросы можно узнать. Как говорится, не нужно знать, сколько кораблей выпускает верфь в месяц. Достаточно знать, сколько контейнеров с металлом приходит на эту верфь за месяц. А потом просто разделить на средние значения. В целом три недели у нас в запасе есть, пока пираты еще только собирают флот. Проблема в фрегатах и эсминцах. Их у них нет пока. А так как у меня точно есть корвет и пять истребителей, то эскадрой из линкора, крейсера и трех корветов они пока боятся заходить сюда, линкор без прикрытия. Нет, так-то у них есть еще около двадцати ведер. Которые боевыми кораблями назвать страшно, это переделанные грузовики или на коленке восстановленные разбитые корабли, у которых броня была заменена на обычные листы железа, да и силовых щитов не было, такие корабли даже зенитные орудия повредят. А тут у нас все-таки, не только один корвет, ведь и на торговой станции есть кое-какое вооружение. Так что у пиратов сил хватает захватить систему стопроцентно. Но то, что они от истребителей потеряют линкор, вероятность равна пятидесяти процентам. А без линкора они свою систему не удержат. Да и нашу могут потерять, ведь если торговая станция до последнего сопротивляться будет, то с нее все вооружение посшибают. А чем обороняться потом? Вот они клич и бросили, надеясь потом тут всех своих союзников под себя подмять. В общем, даже если сейчас все тронутся, то неделя до места сбора, а потом неделя до меня лететь. А так две недели у них на сборы отведены, кому-то подремонтироваться нужно, кому-то из похода вернуться. Все-таки свои системы они полностью не оголяют. Это неделя прошла, осталась неделя на сборы и две на дорогу. Гош мне назвал точную дату. Вот к ней и будем готовиться.

Глава 21

А мне нужно слетать на планету, немного пиратские гнезда разорить, да за плагиат предъявить, нечего под моей маркой дронов продавать. Правда, сил я набрал избыточно. Это целую операцию войсковую можно развернуть. Только вот воевать там не с кем. Ну, набралось там человек двадцать бандюганов, которые знают только, с какой стороны игла из игольника вылетает. Чтобы их разогнать, мне достаточно их главного к себе вызвать, а не армейскую операцию разворачивать. Нужно что-то придумать, где армию свою развернуть. Нет, конечно, набирал я наемников для отвода глаз. Но ведь если заплатил уже, то можно и повоевать серьезно. Может, остров какой еще очистить заодно? Или плацдарм на другом материке. Хотя я здесь на планете архов встречал. Значит, еще где-нибудь они присутствуют, вот найти их и заодно вычистить все. А как их найти?

– Мозгокрут, ну-ка найди информацию по аномальным зонам, где люди пропадают или погибают.

– А что их искать. Эти зоны красным обведены.

– Нет, ты не понял, мне нужно именно аномальные. Где вроде ничего не угрожает жизни, а люди пропадают.

– Да и таких полно.

Мозгокрут вывел передо мной голограмму карты. И начал отмечать красным места.

– Ну-ка стой, а тут что такая большая область красным отмечена, тут круг километров двести в диаметре.

– Обломки второй торговой станции. Вернее первой, вторая сейчас у князя.

Я вспомнил, что видел эту станцию издалека, давно, когда с Остроухой только познакомился. Это станция как гора возвышается, со снеговой шапкой сверху.

– Но мы ее за сутки не зачистим, там над землей только километров восемь, а сколько вниз ушло… Стандартная станция это куб со стороной около пяти километров. А эта, я слышал, нестандартная, а очень большая.

– Да, размер стороны станции около двадцати километров. Но на самом деле там все сплющиться должно. Так что это просто гора металла, ничего интересного.

– Я думал, что если такая махина с орбиты упадет, то все сплавиться должно, да и конец всему живому.

– Тут и без нее конец всему живому был.

– Может, это место зачистим?

– Если только привлечем Старшого, и атмосферных штурмовиков бы раздобыть.

– Штурмовиков не успеем добыть, хотя они нужны, поставь там галочку, чтобы при случае разжиться. А Старшого можно и привлечь.

Я тут же написал ему, чтобы подъехал как можно быстрее.

Сам пошел смотреть, как дела у Лер в цеху. Хотя лучше бы не приходил, та насела на меня с предложениями. Ей требовались дополнительные площади. Вернее, не так, ей требовалась большая станция, она хотела делать что-то вроде перевалочного терминала, с хранением груза. Предлагала расширить крепость, наваривая сверху модули или вообще корпуса битых линкоров. В идеале вторую крепость подтащить и сварить вместе с этой. Я бы, может, и согласился. Но крепость построена вокруг основного калибра. Здесь все работает на основной калибр. Если наварить хлама сверху, то крепость не повернется. А основной калибр наводится именно поворотом всей крепости. Если и делать, то делать новую станцию, хоть ту разбитую крепость за основание брать. Но опять не получится просто так наварить сверху модулей, тут расчеты нужны. Простое нагревание солнцем металла с одной стороны станции, и тепловое расширение просто разорвет станцию. Нужно думать крепко и все рассчитывать, тепловые компенсаторы устанавливать. Это только самый простой пример, а там еще нагрузки при повороте. В общем, нет. Нужен типовой проект. Либо крепость разбитую восстанавливать, но относительно маленькая будет, либо заказать постройку станции у специалистов. Но это опять огромные вливания средств нужны. Поэтому я пока попросил подождать.

Посмотрел на линию сборки дронов, думал, что тут вручную запчасти передвигают, хотел предложить сделать что-то типа конвейера. Но тут он был не нужен, линия и так была автоматической. Вместо конвейерной ленты бегали дроны. Людей тут не было совсем. Один дежурный техник смотрел за процессом, в случае поломки исправлял ее сам или звал помощь. Остальные ремонтировали купленных дронов. Ремонтировали не только на продажу, а еще и для своих нужд. Выискивали по всему галонету интересные экземпляры не только здесь в системе, а еще и издалека заказывали. Сейчас требовались как сельхозназначения, так любое производство. А особенно требовались дроны для восстановления и строительства кораблей. Постоял, понял, что только мешаю. Ушел, а куда бы зайти? Точно к Доку, что-то его подозрительно не слышно. Зашел в лифт, вышел у Дока. Этот этаж уже восстановили и заселили. Медотсек тоже сверкал чистотой, не было даже и намека на разгром, который я видел раньше. За столом сидел незнакомый парень, который встал при виде меня.

– Ты чего? Сиди. Где Док?

– Профессор занят, но если вам требуется лечение, я смогу помочь вам.

– А как его увидеть?

Студент понял меня буквально, нажал на кнопку – и одна стена стала прозрачной. Док, Ли-ка и еще двое неизвестных в белых комбинезонах толпились около мумифицированного трупа, вскрывая какими-то щупальцами череп. Ясно, тут не до меня, пойду, значит, отсюда. Хотя откуда у дока еще три помощника?

А вот и Мозгокрут, сообщил, что Старшой через минут десять подлетит. Позвал Нура и Сержанта.

Уселся в свое царское кресло, включил карту и начал рассматривать красные зоны. Смотрел варианты расширения так называемой зеленой зоны. Особенно присматривался к островам. Пусть планета принадлежит князю, но на каком-нибудь острове можно же дачу себе отстроить.

А что это я сижу? Я же код на дне ящика сфотографировал. Подошел к сейфу, а как тут что крутится? Есть только два ползунка и кнопка. Хотя над ползунками были изображены цифры и как раз те самые символы. Я начал двигать ползунки по символам. Ничего не происходило. Нажал кнопку. Бесполезно. Ладно, начал двигать ползунок и каждый раз на нужном символе нажимал кнопку, снова дудки.

– Хватит развлекаться, к тебе пришли, – отвлек от важных дел голос Мозгокрута.

– Запускай.

Я уселся в кресло.

Почти одновременно зашли Старшой, Сержант и Нур.

– Мозгокрут, сообрази что-нибудь покушать на четверых.

– Да, да, пожрать не мешало бы, – подтвердил Сержант.

Кстати, я его раскусил. Очень умный, разносторонне развитый, но прикидывается дуболомом, для того чтобы его не напрягали с разными работами. Что с дурака взять? Как говорят, если хочешь, чтобы тебя не напрягали на работе, достаточно заправить брюки в носки. Что взять с недалекого?

Снова вошла девушка с дроном, на котором были подносы. Правда, еда и тарелки были стандартные, из синтезатора. Все верно, Мозгокрут удавится своих кормить деликатесами.

– Мозгокрут, ну-ка появляйся и представь нам девушку, – сказал я.

Тут же засветилась голограмма Бахотура.

– Знакомьтесь, это Воль, ваша секретарша и помощница по хозяйству.

Девушка изобразила книксен.

– Очень приятно, это ты готовила угощение, когда посол с Артрана прилетал?

– Да, я.

– Спасибо, очень вкусно.

Она еще раз изобразила книксен. И встала, замерев. Я даже немного растерялся. Понимаю, что она без указания не уйдет. И указания ей мне неудобно давать. Я же не рабовладелец, да и не бай какой, чтобы махать ручкой: «иди, иди». Но у нее этикет, без разрешения не уйдет. Наконец я сообразил кивнуть ей головой. На что она тоже кивнула и вышла.

– Мозгокрут, ты у меня своей смертью не помрешь. Что это такое?

– Не что, а кто. Тебе положена секретарша.

Я хотел еще много чего высказать Мозгокруту. Ведь и зарплату ей платит из общего котла. Но ведь Воль явно специалист в своем деле. Ладно, пусть будет.

Вот и секретарша своя появилась. Это же… Я глянул на Сержанта. У того похабные картинки в голове прокручивались и улыбка ползла.

– Ну-ка слюни подбери.

Я показал ему кулак. Тот сразу подобрался, хотя не надолго. От секретарши его смогла отвлечь только еда, хоть и с синтезатора, но довольно вкусная.

Еще не доели, начали совет. Старшой спросил, что я задумал. Мозгокрут включил карту, и я начал объяснять, что хочу зачистить территорию.

– От кого? – первым спросил Сержант.

– Если быть честным, то я не знаю. Но раз люди пропадают, то там кто-то есть. Думаю, Старшой знает, кто там.

– А что это сразу я знаю?

– Думаешь, никого нет?

– Скорее всего есть. Люди пропадают. Иногда успевали оттуда убегать свидетели. Толком правда никого и ничего не видели. А бывало группы поисковиков пропадали целиком, если вглубь зоны уходили. Сейчас правда не лезет туда никто, тут и в нашей системе быстро любопытство отбивает.

– Ну вот, а мне любопытно стало.

– Значит, нужно посмотреть, что там.

– Вот я и пригласил вас разработать план по утолению любопытства. У меня как раз наемников толпа образовалась, правда на сутки. Но думаю, Старшой, твои бэтээры нужны будут.

– Я их только вперед не пущу.

Мы долго сидели и обсуждали план зачистки. Вариант захода с разных сторон отмели сразу. Только с одной стороны, всем скопом, сначала вперед пойдут наемники, сзади прикрывают ребята Старшого. Мои в середине. Но нужно прикрытие с воздуха, а у нас из авиации только боты. Истребители для работы в атмосфере не годились. Вот и решил установить на грузовой бот тот тяжелый плазмомет, что в селении профсоюзников оставил. Не бог весть что получится, но как вертолет пойдет. Все обговорили, вплоть до путей отступления. Ну все, осталось двое суток, и воевать пойдем. Только вот Сержант со Старшим уперлись в отметку тридцать километров, а дальше не хотели идти. Почему не дойти бы до самого центра, непонятно. Но у них опыта больше, поэтому я решил прислушаться.

А пока на утренней зарядке меня Сенсей гонял по усиленной программе. За то, что мы съели на совещании ценный ресурс. Оказывается, Мозгокрут из водорослей запустил уже пробное производство пищевых картриджей. Я как бы знал об этом, но не знал, что Сенсею срочно нужно около двух тонн подготовленных к транспортировке этих самых водорослей. Причем нужно заложить в программу производства, что-то около двух тонн водорослей раз в неделю нужно будет готовить к транспортировке. Делов-то, просто плавно сливать воду. Водоросли без воды покрываются цистой, вот и вся подготовка к транспортировке. А, ну и ссыпать их потом в контейнера, само собой. В таком состоянии они могут храниться тысячелетия, пока вновь в воду не попадут. На вопрос, зачем это нужно, Сенсей не ответил.

После тренировки сразу дал задание Мозгокруту, готовить к транспортировке две тонны водорослей. Сам пошел за образцами водорослей. Ведь интересно, для чего это они Сенсею нужны. А с водорослями уже пошел к Док, пусть он мне подскажет.

Сегодня Док был не занят операциями и был на месте. Просто сидел за инфопанелью.

– А, молодой человек. Проходи, извини, пока некогда тебя исследовать, тут у нас очень интересные случаи, нужно было догадаться мне сразу исследовать высший командный состав. У них импланты очень интересные. Остальные члены экипажей ширпотреб в голове таскали. Так что попозже заходи, обязательно вас исследуем.

– Как жалко, Док, я-то думал, пока время есть, к вам на обследование зайти. Ну ладно, может в будущем, хотя, боюсь, времени не будет совсем, – полным сожаления голосом сказал я, но, по-моему, переиграл.

Потому что Док заявил:

– Ладно, если так хочется, я отодвину график исследований…

– Нет, не нужно, мне вот передали на исследование образцы, сказали, что только вы сможете сказать, что с ними не так.

Я протянул ему колбочку с водорослями.

– Что это? Одноклеточные?

– Да, но очень компетентные люди сказали, что в них есть загадка. И только великие ученые смогут ее разгадать.

– Ну-ка давай сюда, – Док чуть не выдернул у меня из рук колбочку, достал вполне земную стеклянную трубочку и капнул каплю на приборное стеклышко, посмотрел, воткнул в агрегат. Что-то пощелкал пальцами по видимому только ему экрану, потом засунул в другой аппарат.

– Молодой человек, над вами пошутили, это обычный кормовой планктон, его только ленивые не выращивают. Хотя вру, может, необычный, этот очень богат белком и полезными элементами. Наверно, это лучшие кормовые водоросли. Я бы даже рекомендовал построить оранжереи для их выращивания.

– Да нет, Док, те люди, что мне сказали, не будут шутить, тут что-то серьезнее.

– Ну хорошо, посмотрю повнимательней, может, что найду. Но только на досуге, сейчас работы много.

Пока неясно, но не страшно, одной непоняткой больше, одной меньше. Время пройдет, яснее будет.

За мелкими делами и подошло время наземной операции. Я оделся по последней моде. Легкий бронежилет, рюкзак, набитый НЗ и допаптечками. Винтовка и положенный мне по статусу палаш, который я подвесил на пояс. На спину уже не хотелось, научили.

Мы высадились недалеко от опасной зоны. Плазмомет с ботом нам подогнали заранее, так же как и три БТРа Старшого. Его люди уже ждали нас, заняв возвышенности, поставив БТР по флангам, один в резерв по центру сзади. Так же Старшой расположил тут небольшую батарею бомбометов. Ну что, пошли. Наемники продвигались вперед пешком, гравиплатформы двигались за ними. Я с Сержантом, Нуром и их подразделениями двигались чуть сзади них, меня усиливали десять абордажных дронов. Замыкала наше построение тяжелая техника Старшого. Двигались то на платформах, то пешком. По бокам в воздухе летели дроны-разведчики Старшого. Вот так и двигали вглубь территории. Бот с плазмометом оставили в резерве, чтобы козырь держать в рукаве. В случае чего время подлета около трех минут. Если мы это время не продержимся, то летун нас не спасет.

Ну что, я понял, почему опытные вояки дальше тридцати километров вглубь зоны заходить не хотели. Что такое сотня человек на сто километров дороги. Пешком это расстояние не пройдешь, если ехать на платформах, не знаю в какую ловушку заедешь. Да и четкий строй, кто спереди, кто сзади, уже на десяти километрах внутри зоны не работает, потому что мои войска вроде бы вторые были, а оказалось, что в середине, потому что на территории врага «сзади» понятие растяжимое. Враг может и сзади зайти. Где-то шли пешком, захватывая высоты. Когда БТР на высоту заезжал и прикрывал большие расстояния, то ехали на гравиплатформах. С утра наемники двигались перебежками, прикрывая друг друга и вертя стволами по сторонам, явно опасаясь всего на свете. Бойцы Старшого шли, не делая лишних движений, казалось бы уставшей походкой. К обеду наемники уже двигались без энтузиазма. Если бы Сержант не развешивал пендели их командирам, то они оружие волокли бы позади себя, а то и вообще с гравиплатформ не слезали бы, да и головами перестали вертеть совсем. А бойцы у Старшого все так же двигались, поглядывая по сторонам. Мое воинство по подготовке было посередине между опытными вояками, которые как шли, так и идут, и между наемниками, которые уже волочились. Я и сам уже подвесил палаш на спину, очень уж оттягивать бок стал. Местность тут не способствовала для расслабления. Сплошные холмы. Но наемники полностью расслабились, стали полагаться на дронов-разведчиков, что летали над нами. А эти дроны не панацея. Вон Нур идет в маскхалате, которого в трех шагах не видно.

Нет, определенно с такими вояками, как наемники, не навоюешься. Что-то чем дальше продвигаемся, тем больше мне не нравится моя затея. Километров двадцать прошли уже. Вон спереди холмы с двух сторон нависают, это самые высокие точки. Это самое лучшее место для засады, да и ловушки тут есть. Чего ждать, нужно сворачивать мероприятие.

– Всем стоп! – передал по внутренней связи.

Все замерли, кроме отряда того наемника, который показывал себя безбашенным. Но сейчас-то они дали присягу, и по факту уже не наемники. Пока все мы сконцентрировались на вершине холма, и только один отряд из десяти человек спустился вниз, чтобы разведать дорогу до следующего холма.

– Стоять! – уже в голос заорал я что есть сил.

Все изготовились к бою. Даже БТРы начали закапываться в землю, водя стволами по верхушкам соседних холмов, бойцы тоже рассредоточились за камнями. Я сам тоже упал между камней, лишь немного выглядывая. Все прониклись сразу, кроме все тех же обалдуев.

– Начальник, в чем пробле… – начал было спрашивать у меня командир этой группы наемников, показывая свое бесстрашие. Вот какие они храбрые, все испугались, а они дальше идут. Ведь ничего видимого им не угрожает, можно и погеройствовать. Ничего, вот вернемся, Сержант дурь выбьет.

– А-а-а-а! – прервал вопрос и мои мысли вопль одного из бойцов, у которого нога провалилась в яму по колено. Он из ямы выдернул ногу, которая уже была фаршем. Похоже, простейшая ловушка по типу вьетнамских.

– Дымы. Чему вас учил? – заорал Сержант, пока никто не сообразил бежать на помощь товарищу. Но он чуть опоздал. Один сообразил быстрее подбежать помочь товарищу, чем Сержант закричать. Не успел он дотронуться до товарища, как тут же получил попадание в ногу и свалился рядом. Еще один нерасторопный свалился, как только заорал раненый боец, все нырнули за камни. Тот стоял, рассматривая, кто откуда стреляет. Сейчас тоже с пробитой ногой упал на землю. Уже минус три у нас.

– Дым, – продублировал приказ Сержант.

Тут же отстрелили дымовую завесу. Под прикрытием дыма безбашенный командир летел к нам на гору, позабыв про свой отряд и раненых бойцов. За ним сорвались двое. Тут на вершине их встретил Сержант, легким ударом в челюсть привел в чувство и отправил назад, помогать тащить раненых.

– Окапываемся, – послышался общий приказ бойцам от Старшого.

Вот подтащили раненых. Всё, мы все на высоте, внизу никого не осталось. Вот только одно плохо. Если есть бомбомет, нас всех тут и накроют. Я расставил абордажников равномерно по периметру. Сам тоже начал заглубляться. Лопат тут не было, были небольшие дроны. Если не закопаться, первые же выстрелы бомбометов накроют нас осколками.

По внутренней связи сказал Старшому и Сержанту:

– Бомбометы и летуна пока не светим. Пускай полезут. А то разбегутся, собирать их замучаемся.

Дзин-н-нь.

Стукнулась пуля о броню одного из абордажных дронов. Все повернули головы на звук, да и я тоже.

– Бараны, вперед смотрите. Вас отвлекают. Не оборачивайтесь на звон, свои сектора держите. Сколько вас учить нужно, – проорал по связи Сержант.

Ну да, тут и я сплоховал. Начал внимательно рассматривать местность перед собой. Кажется, я что-то заметил. Начал целиться.

– Подожди, – вдруг неожиданно появился Сенсей передо мной. Давно я его днем не встречал. – Личная просьба, попробуй договориться с ними о мире. Говори на древнем. Дословно скажи: «Я с миром во имя Ашура».

Я отдал своим приказ не стрелять. Что бы ни случилось. И закричал на древнем языке:

– Я с миром во имя Ашура.

Тут же появилась фигура, всего метров триста от меня. Проявился двухметровый ящер.

– Примат, говорить? Идем здесь.

Я встал, перевесил палаш со спины на пояс и пошел навстречу ящеру. По-моему, похожим ящером был мой Сенсей в гиперпространстве, только Сенсей был намного выше. Я понял, почему он просил договориться о мире, это его вид, хоть и появляется он в образе сполота. Я посмотрел по сторонам, ба, пока мне зубы заговаривают, его воины ползут потихоньку к нашим позициям. Я их толком не видел, больше ощущал направление, где кто. Тут же передал координаты Старшому. Пусть наводит орудия.

Ящеру же вслух сказал:

– Скажи своим, чтобы не двигались, хотя бы пока говорим.

– Примат хотеть командовать?

– Я не хочу начать стрелять.

– Хорошо. Что примат хотеть предложить аннунаки?

Я посмотрел, движение в нашу сторону прекратилось, кроме одного.

– Тому тоже скажи, – я показал рукой в сторону ползущего.

– Бршрш воин, гшш молод тш.

Не совсем понял, что сказал ящер. Возможно, что молодой горячий воин не слушается. Но движение остановилось. К нам встали и подошли еще три ближайших ящера.

– Я хочу предложить мир, мы не заходим без разрешения на вашу территорию, вы не убиваете людей.

В ответ был шипящий смех.

– Ты есть глупый, зачем тебя спрашивать, гешпш. Мы бшиш будем кушать, семья аннунаки будет довольна, тыршш много мяса. Не нужен нам мир.

Видать, язык не совсем тот, многих слов я просто не понимаю.

– Было названо имя Ашур. Бешише меши покарает, – вдруг сказал соседний ящер. Слова я не все понимал, но смысл понял.

– Ашур? Да кршиш м шиш идите на кушиш со своим Ашур, – вдруг вспылил первый ящер.

– Не хочешь мира, вызываю тебя на бой.

– Ты не достоин. Я тебя просто убивать, – сказал ящер и выхватил рукоятку старой сабли.

Рукоять была очень массивной, я сначала даже не понял, для чего он ее выхватил, но рефлекторно отпрыгнул, обнажая свой палаш. Земля разошлась в месте попадания виртуального клинка этой рукояти. Ничего себе. Пожалуй, бесполезно пытаться парировать его оружие палашом, это все равно что кочерыжку под меч подставлять. Странно, обычно время замедляется, когда бой начинается. А тут вертеться на пределе сил приходится. Тут сила не поможет. Он выше и сильнее меня. Даже по скорости чуть выигрывает. Единственное преимущество, что клинок у меня длиннее. Попробую методику Дена. Не буду пытаться жизненно важные органы поразить. А буду мелко чиркать. Мелкие ранения, они тоже быстро доканывают. Вот увернулся, укол в бедро. Отскок, вот чиркнул по руке. Ящер взбесился и попер на меня мельницей, маша своим невидимым клинком. Ха, а время-то замедлено. Капельки крови с руки ящера и камушки, выбитые из-под ног, буквально висели в воздухе. Только ящер не замедлен, он летел на меня, вырисовывая восьмерки невидимым клинком. Я сделал вид, что хочу прыгнуть влево вбок. Сам нырнул вправо вниз, втыкая клинок в ступню. Ящер крутанулся вокруг своей оси, пытаясь хлестануть своим хвостом. Я почти поднырнул под хвост, выставив клинок. Получил удар по груди, удар был не сильный, все-таки вскользь. А вот когда грохнулся на землю, дыхание на мгновение выбило, да и камушки больно в спину воткнулись. Но и ящер зарычал от боли. Он сам себе хвост почти отрубил об мой клинок, хребет перерублен, сейчас хвост висел на надрубленной мышце. На миг он остановился, хвост явно причинял боль, так как болтался тряпкой. Ящер ударом своего клинка отрубил себе хвост, чтобы не мешался. Этого времени мне хватило, чтобы подняться. Мы стояли друг напротив друга. Я начал ощущать ярость и силу, текущую вокруг, она тут же начала впитываться в мой клинок, заставляя прожилки светиться, опять визуально разбивая лезвие моего палаша на осколки. Ящера это почему-то разозлило, он взревел и кинулся на меня в замахе, поднимая свой клинок, я моментально понял, что нужно делать. Ящер стал неуклюжим. Я рванул в одну сторону и тут же в другую. Ящер попытался развернуться, но хвоста не было, и он не мог так управлять своим телом, как раньше, он просто споткнулся на камнях, пролетая мимо меня уже в неуправляемом падении. Причем падение было медленным. Я рубанул по руке, отрубая руку с оружием. Ящер упал уже безоружным. Не откладывая, я сразу же подхватил оружие ящера. Развернулся, а ящер целился в меня из огнестрела с левой руки. Ну все, я влип, кажется, довыпендривался со своей честной манерой боя.

Глава 22

Хотя нет, зря я на честность плохо подумал. Я посмотрел на снежную вершину горы. Как все-таки красиво, по-моему, за этими холмами откроется вид на равнину, посередине которой и стоит гора металла. Как все-таки мы спешим везде, не можем на миг остановиться и посмотреть на красоту. Сколько сюда добирались, а видели только подъемы, спуски, да пыль, что в нос лезла. Блин, красиво! Время опять начало догонять упущенное. Я снова качнулся на миг, как будто сознание поплыло. Да и ладно, пусть убыстряется, не больно охота в дуло смотреть. Опять несколько секунд выпало из жизни, так что я не видел, что произошло. А произошло очень многое. Голова ящера, который в меня целился, лежала отдельно от тела. Один из стоявших ящеров убирал самый обычный клинок в ножны.

– Нечестный аннунаки, позор аннунаки, – прошипел он.

– Может, все-таки мир? – сказал я, убирая трофейное оружие в подсумок. На досуге поспрашиваю, как это оно так рубит.

– Аннунаки живут войной, мы не можем мир.

– Даже из-за Ашура?

– Иди к себе, если переживешь бой, поговорим.

Я, не знаю почему сказал:

– Ашур за это покарает.

– Не тебе говорить о великом.

– Уверен?

– Иди!

Пока я шел до своих, ящеры не шевелились.

– Командир, выживем, ты многое объяснить должен, – сказал по связи Сержант.

– Потом. Старшой, вызывай летуна. Пусть бьет по площадям. Я дам координаты. Нур, чуть ниже вершины правого холма снайпер за ромбовидным камнем, прижми его. Бомбометы на переданные координаты, по площадям все поле пашите, не жалейте боеприпасов. Остальные смотрите по пыли от взрывов, она на их маскировку отсаживаться будет. Поэтому не зевайте. Противоположную сторону не вижу, поэтому стреляйте пока из чего возможно. Как только упаду, начинайте.

Я дошел до позиции. Только не там, где ячейку отрыл, а чуть в стороне. Все, пора, резко упал и сразу перекатился. Вовремя фонтанчики камушков взлетели вверх в том месте, где я только что был.

Блоп. Поп… Блоп, блоп, блоп.

Звуки разрывов были интересные, не как наши взрывы-бабахи с фонтанами земли. А относительно тихие, как будто лопается что-то звонкое. И фонтаны с землей не вверх поднимаются. А камни, которые весят несколько сотен килограммов, сдувает в разные стороны, словно пыль. А вот и тела стали видны от налипшей пыли. Первыми заговорили БТР. Перерабатывая тела ящеров в тряпки и откидывая их назад, словно струей воды смывая засоры в ручье. У нас тоже появились потери. Иногда бойца откидывало за камни. Я присмотрелся к склону холмов. Ага, вон он, я протянул руку за спину, за винтовкой. При этом приподнял плечо чуть выше, чем следовало. Плечо дернуло, винтовка повисла на подвесе. Что это? Не совсем понял и глянул на плечо. Наплечник сорвало. В меня попали? Это потом. А пока даю указание абордажным дронам расстрелять участок. Смотрю, как поднялась пыль с кровавым туманом. Вот теперь можно и плечо ощупать. Боль есть, но небольшая, по-моему просто ушиб. Лишних дырок в организме не появилось. Я выдохнул с облегчением. Выглядываю с другого края камня. Поверху никого нет. Поле продолжает методично пахаться, как тут кто выжить сможет? Нужно глянуть, что там с другой стороны. Вскидываюсь и бегом на другой край. Пару раз вжикнуло рядом, ящеры используют только кинетическое оружие, плазмы нет, это радует. Тяжелого у них тоже ничего нет. А вот у нас есть. Это тоже радует.

Так, что тут у нас? Присматриваюсь, так, с этой стороны немного. Всего пятеро. Еле двигаются, чтобы не выдать себя неосторожным движением. Двигаются пригнувшись, как аборигены в Африке, когда на антилопу охотятся.

– Старшой, давай подмети вот эту точку. – Я дал целеуказание. – Теперь эту.

Так, тут вроде все. Что с другой стороны? Я перебежками рванул на свое место. Тут пока еще много. Где же летун наш? Или три минуты не прошло еще? Да, наверное, три минуты это много. Я снова посмотрел за бруствер окопа. Бегут на нас, не ползут.

– Они бегут в атаку на нас, – закричал я. – Не дайте им добраться до нас. Один прорвется, все поляжем.

Бомбометы перенесли огонь, почти вплотную к нам. БТРы и абордажные дроны палили длинными очередями из стороны в сторону. Ящеры были почти не видимы, вроде такой плотности огонь, а кувыркаются они мало. Я вскинул наконец винтовку и начал отстреливать, так они веселее кувыркаться стали. Конечно, одно дело слепо стрелять, а то прицельно. Атака самоубийственная, конечно, у ящеров, но, наверное это самое верное решение. Если бы я не видел, где кто находится, нас бы смели давно. Вот один прорвался, размахивая клинком, разрубая пополам наемника. Я стреляю в этого ящера. Но он уже и так прострелен в нескольких местах и валится кулем.

Ящеров остались единицы. Как вдруг они юркнули под камни.

– Стоп, – закричал ящер.

Я его не столько услышал, грохота вокруг хватало, сколько просто понял, что он хочет сказать.

– Не стрелять! – заорал я в общий канал.

Стрельба стихла, только пара наемников продолжали стрелять в белый свет. По-моему, они даже из-за окопа не выглядывали, просто на вытянутых руках короткостволы держали и поливали пространство.

– Успокойте там своих, – уже спокойнее произнес я.

А вот и летун в воздухе появился, наш вооруженный бот, главное вовремя.

– Никому не стрелять. Лично расстреляю, – вновь продублировал приказ я.

Ящер поднялся из-за камня в полный рост. Я тоже и двинулся ему навстречу.

– Поединок.

– Для чего?

– Не хотеть умирать, как мясо. Хотеть умереть с клинком в руке.

– Ты не понял, для чего это мне?

– Если ты победить, мы служить тебе. Если я победить. Ты не трогать кладку.

– Но если я тебя побежу или победю… в общем, если я одержу победу, как ты будешь служить мне, если ты будешь мертвый?

– Если ты лишить меня оружия, я считать себя побежденный.

– С остальными мне тоже драться?

– Нет остальных, бшиш, я уже победить в схватке.

Я посмотрел на клинок ящера, обычная сабля, ну очень широкая только. Самое главное, клинок видимый, и я знаю, что от него ожидать. Он мой палаш не разрубит. Значит, можно и побороться.

Глянул на оставшихся в живых восьмерых ящеров. Потрепало их, броня на многих была побита осколками, почти все были ранены, но все стояли с гордо поднятыми мордами.

– И что мне вас так постоянно побеждать нужно будет, доказывая, кто в доме хозяин?

– Нет.

Погнали. Я обнажил клинок и сразу стал вдыхать через него энергию мира. Палаш засветился, визуально разрывая клинок на осколки.

– Возможно, ты есть посланник Ашура, – сказал ящер, вставая в стойку.

Немного неудобно бороться с негуманоидом. Но вроде на тренировках с Сенсеем я столько раз боролся с ящерами. Ноги у них мощные, а вот руки слабые, на уровне людских.

Вот ящер бежит, пытаясь разрубить меня сверху справа-налево. Вместо того чтобы отходить, подхожу вперед и влево, жестко ставя свой клинок на блок. Естественно, ящер начал давить на свой клинок. Я захватил его правую руку своей рукой. Левая нога и так у меня слева от него была, а тут я отшагнул назад правой, получилось, что ящер полетел в пустоту, мне только осталось круговым движением палаша вывернуть его саблю из рук. Сам при этом отскочил на всякий случай, а то этот тоже может от обиды схватиться за стрелялку.

Вот и все. Как-то скоротечно получилось, даже сам не ожидал. Ящеры встали на одно колено. Я, недолго думая, начал церемонию присяги. Столько раз присутствовал, что выучил уже все действо наизусть. Вот ящеров по одному дернуло током. Церемония закончилась, у меня появилось девять новых подданных.

– Старший, разреши позаботиться о соплеменниках.

– Да, давайте. Мне тоже нужно позаботиться о своих.

Я думал, что ящеры пойдут хоронить останки, а оказалось, что ящеры очень живучие. Оказалось, что из почти пятидесяти нападавших сорок один живы. Причем они были сами по себе. Мне подчинялись только девять ящеров, остальные пока все так же враждебны. Проблему, несмотря на потери, я так и не решил. Зона по-прежнему оставалась красной.

С нашей стороны потерь было тоже девять человек. Все из наемников. Раненых было около тридцати. Вот называется, сходил, развеялся немного. Настроения совсем не было, я со злостью пнул камушек, столько смертей, и все по моей прихоти. А что дальше будет? В космосе резаться начну, там смерти на тысячи идти будут. Так, как говорил один прыгун: «Собрался, тряпка». Я посмотрел в даль, на вершину горы. Эх, все-таки как красиво тут.

Ко мне подошел Сержант.

– Не переживай, у нас работа такая, – сказал он, жуя какие-то сухофрукты. – На, пожуй, нервы зажевать нужно.

Ну да, были бы сигареты, закурил бы. Протянул руку, Сержант отсыпал мне горсть из мешочка. Я тут же закинул в рот сушеную ягоду. У, похоже, на чернослив с орехами. И жуется долго, прям то, что нужно.

– Не рванут мстить? – жуя, указал я на своих подчиненных.

– Не знаю. У меня самого давние счеты к аннунакам. Месяц назад сказал бы кто, что буду стоять и смотреть, как они раненых своих собирают, не поверил бы.

– Отключи оружие у наемников. Чтоб герой не нашелся. А нашим приказ дай, чтоб вязали героев, если что.

Пока наши заняты погрузкой раненых и тел. Сейчас закончат, и точно кто-нибудь рванет.

– Сделано.

– Тьфу, зараза. Гнилая попалась.

Я сплюнул невкусную ягоду.

– Бывает, натуральное. Это в синтезированном все всегда свежее.

Я закинул в рот другую, быстрее зажевать неприятный привкус.

– Что с нашими?

– Двое ранены. У одного пулевое плечо. А рядом со Здоровяком граната рванула. Внешних повреждений нет, есть внутреннее кровотечение в брюшную полость. Хорошо, аптечка автоматически сработала.

– Что-то даже не заметил, что гранаты по нам пускали.

– Не по нам, по дронам. Три абордажника в труху.

Что такое дроны? Тут девятерых людей потерял.

– Плохо, нужно будет Здоровяка на штабные работы перевести. Если что случится с ним, мне Лер не простит.

– Сделаем. Ты лучше расскажи, почему тебя аннунаки слушать стали? Насколько знаю, они вообще ни с кем в переговоры не вступают. Тем более не сдаются никогда.

– Они и не сдались.

– И где ты так по-ихнему разговаривать научился?

– Это не по их, это один из старых языков.

Нас прервал подошедший аннунаки.

– Старший, тебя старейшина звать. Хочет обсудить жизнь.

– Раз обсудить, то пошли.

Сержант стоял, явно не понимая, про что говорим, нужно ему объяснить.

– Давайте сворачивайтесь здесь, а я пойду, с их старейшиной поговорю.

– Возьми охрану.

– Думаешь, она поможет, если что? Вон у меня телохранители новые, справятся, если что. А нет, так вы справитесь.

– Командир, я иногда удивляюсь, как ты дожил о этих лет?

– Давай, за старшего, вывози всех отсюда.

Сам отвернулся и обратился к ящеру:

– Как твое имя?

– Нет имя, я молод. Имя дать старший.

Я посмотрел, не крокодил, конечно, но другое умное в голову не пришло.

– Будешь Гена.

Ящер молча склонил голову.

– Назначаю тебя главным телохранителем. Команда у тебя в подчинении.

Ящер снова склонил голову.

Отдать ли ему невидимую саблю? Или себе оставить? Нет, мне точно не нужна, палаш ни на что не променяю. Хоть в три раза лучше оружие найду. Продать? Жалко. Повесить в музей? Бессмысленно.

– Как работает, знаешь?

– Как работает, никто не знать. Секрет утерян. Защитное поле звездолет, древние сплющить в клинок.

Интересно, но я немного не то хотел спросить. Перефразируем:

– Пользоваться умеешь?

– Уметь.

Гена махнул головой.

– Владей.

Я протянул рукоятку. Гена упал на одно колено. Склонил голову и принял оружие.

Тут же полетели сообщения от Мозгокрута.

«Ты что делаешь, это же артефакт древних, на него можно корвет купить с командой».

Как он меня видит? У меня фобия так разовьется. Я посмотрел наверх, нет, не может, глянул влево, чисто, вправо. Вот дрон абордажный стоит почти в упор. Я погрозил ему пальцем, хотел кулаком. Но когда-то прочитал, что сильные грозят пальцем, а слабые кулаком. Вот и приходится соответствовать.

«Ой, чую, по миру пойдем», – не унимался Мозгокрут.

Не обращая на него внимания, я повернулся к Гене.

– Веди.

Идти пришлось недалеко, с вершины соседнего холма к нам спустилась гравиплатформа. Расселись. А вот лететь пришлось долго, почти два часа. За холмами открылся потрясающий вид. Холмы закончились, потом круговой обрыв, кратер, и ровная равнина. Возможно, земля сплавилась, или лава залила все. Но почти сто сорок километров в диаметре была почти абсолютно ровная поверхность. Почти, потому что что тут, что там торчали из земли обломки станции. И вот уже кажется, рукой достать можно до обломков, которые гору образуют. Но это только кажется, ехали мы долго. Гравиплатформа более двадцати километров в час не разгонялась. Хотя лучше плохо ехать, чем хорошо идти, да и ехать не идти, можно и красотами полюбоваться, я только и смотрел на снежную шапку, которая терялась в облаках. Хоп, пока я глазел, по небу гравиплатформа залетела в тоннель. Который был проложен сквозь мятые переборки. Вот и прилетели в один из залов, который тоже был вырезан из сплошного массива металла. Здесь встречал меня дряхлый ящер, который опирался на сучковатую палку, а одет был не в броню, а легкую мантию.

– Приветствую, я слышал, вы пришли к нам с именем Ашура, – встретил он меня словами, не дав даже нормально слезть с гравиплатформы.

– Пришел, не думал, правда, что вы забыли это имя, – сказал я в ответ, даже не представляя, кто такой этот Ашур.

Мои ящеры под предводительством Гены выстроились за моей спиной, с опущенными головами, им явно было стыдно служить мне.

Старейшина же уселся на одну из лавочек.

– Эх, молодость, молодость. Один молодой пытался доказать что-то тебе, лишился головы. Что вас, молодых, тянет что-то доказать кому-то. Проходи, садись, – ящер указал на лавки, стоящие кружком.

Ну что, мы не гордые, прошел, сел. Мои телохранители уселись позади меня, на лавках второго круга. Ящер старше меня, поэтому я сидел и ждал, пока он начнет разговор. А он его не спешил начинать. Просто сидел и смотрел на меня. Я сидел и смотрел на него.

– Ты очень хорошо говоришь на древнем, – отстраненно произнес ящер, как будто размышлял вслух.

– Вы тоже говорите лучше всех своих соплеменников, – сделал ответный комплимент и я.

– Мне скоро пятьсот лет исполнится, за это время можно чему угодно научиться. Вот лет триста назад мне только схватки интересны были, помню… А, прости старика, что-то меня в воспоминания потянуло. Так какой мир хочешь предложить?

– Любой. Как говорят, худой мир лучше хорошей войны. Давайте оставим за вами эту территорию. Только не нападайте на людей.

– Не пойдет. Какой-нибудь молодой аннунак обязательно пойдет доказывать свою удаль, да и из людей найдется кто-нибудь, кто проверить захочет, как далеко зайдет он на запретную территорию.

– Что предлагаете?

– Продай нам крейсер и дай пару месяцев на переделку. Мы улетим на родину.

– Целых крейсеров у меня нет. Есть ремонтопригодный. Но я не могу тебе его продать, у меня войнушка через пару недель намечается. Так что извини.

– У всего есть своя цена.

– Ну да, если есть достаточно кредитов, могу заказать для вас крейсер с аукциона.

– На аукцион мне кредитов не хватит. Но есть хорошие предложения для бартера. Держи список товаров, что у меня есть.

Мне пришел список.

– Секунду, с помощниками свяжусь.

Я не читая переправил список Мозгокруту. С подписью.

«Посмотри, что там интересное есть, на что крейсер променять можно».

Практически сразу пришел ответ.

«Конечно есть, на этот список крепость не стыдно поменять. Тут два маховика в капсулах заводских. Это уже дороже нормального крейсера, не то что того хлама, что у нас рядом с крепостью висит. Скажи, мы можем продать весь его остальной хлам за пятьдесят процентов стоимости. А лучше соедини нас напрямую, дай ему мои контакты, сам договорюсь, а то ты опять царскими жестами все раздаришь».

Я обратился к старому ящеру:

– Вы правы, цена иногда бывает интереснее. Тогда мы восстанавливаем вам крейсер, но вы участвуете в битве на моей стороне, потом вы можете лететь к себе на родину. С ценой договоритесь вот по этому контакту. Там он вам предложение еще сделает по остальному товару.

– Крейсер мы сами восстановим, не нужно будет повторно переделывать, техники и дроны у нас имеются. В битве за тебя поучаствуем. Только времени мало, нужно спешить.

– Хорошо. Думаю, договорились.

Ящер завис, явно общался по сети. Ничего, подождем. Одновременно мне пришел вызов от Мозгокрута.

– Тут такое дело, нужно твоего товарища подключать. Столько товаров за полцены. Не пережуем. Так что связывайся со своим торговцем.

– Так у вас контакты есть его.

– Думаю, тебе стоит поговорить с ним, чтобы… в общем, он нам нужен как министр торговли.

– Попробую. Не знаю, пойдет ли он к нам, у него и так торговые площади хорошие, да и оборот большой.

– Ты не понимаешь возможностей, которые открываются при такой должности. А он, в отличие от тебя, понимает все перспективы. Поэтому пойдет, не переживай, иначе он дурак, а дураки нам не нужны.

Вот очнулся старый ящер.

– Хорошо, договорились. Можете идти.

Я встал с места. Мои секьюрити тут же встали следом.

– Рад был знакомству.

Я немного склонил голову. Развернулся и пошел на выход.

– Подожди, один вопрос, – окликнул меня ящер.

– Да, – обернулся я.

– Кто тебя научил вести разговор с именем Ашура?

Я пожал плечами.

– Не знаю, наверное, сам Ашур.

Старик явно не ожидал такого ответа, он замер с приоткрытом ртом. Мои телохранители переглянулись. Даже споткнулись. Потом приосанились и уже гордо пошли следом. Ага, значит, не зазорно уже мне служить стало.

Уселись на платформы и полетели на выход из тоннеля. Тоннель из пустынного стал загруженной магистралью. На выход двигались платформы, груженные дронами, ящерами и расходными материалами. Интересно, куда это они двинулись. Вот и выход. Платформы скапливались на площадке. С неба шли на посадку пассажирские и грузовые боты. Это что получается, Мозгокрут так оперативно сработал?

– Мозгокрут, а ну-ка объясни мне, как так быстро боты сюда долетели.

– Наверно, потому, что я местных нанял.

Я еще раз удивленно кивнул головой. Вот это слаженность и оперативность. Пока мы двигались до места боя, груженые боты уже взмывали в небо, а пустые садились за новым грузом.

Глава 23

На месте боя нас встретил Сержант с десятком бойцов. Не дав сказать ни слова, он начал наседать на меня.

– Командир, ты как хочешь. Но ты должен объяснить мне, иначе я не смогу тебе подчиняться.

Вид у Сержанта был решительный, видно, пока тут ждал, накручивал себя.

– Задавай, на что смогу, отвечу. Что не смогу, промолчу, врать не буду.

– Почему они начали тебя слушать?

– Я обратился к ним с именем их бога. Я так понял, когда у них такое обращение, то они обязаны были мир заключить.

– Как имя этого бога?

– Этого я тебе не скажу.

– А что за показательный бой? Вы двигались, растворяясь в воздухе. Что у вас там произошло, я рассмотрел только в записи, и то в замедленной съемке. Что у тебя за имплант, позволяющий так двигаться?

– Ну, бой не показательный, просто они начали забывать этого бога. А имплант?.. Нет, лучше тебе не знать.

– Как ты их видел на поле боя?

Что-то мне начали надоедать вопросы.

– Смотрел в то место, где чуял их, а если в это место присматриваться, видно становится, маскировка не абсолютная.

– Псион?

– Вот не задавай лишних вопросов. Давай еще один вопрос и хватит.

– Кто эти?

Сержант кивнул на девятку аннунаков.

– Получается, мои телохранители.

– Да ну? Тоже из-за бога?

– Это уже дополнительный вопрос. Но отвечу, да, из-за него. Давай вызывай летуна какого-нибудь, нужно в Южный поселок попасть.

– А ты в курсе, что они людей едят? – все-таки задал Сержант еще один вопрос.

На удивление на него ответил через переводчик Гена.

– Мы едим только тех, кто вопросы лишние задает.

– Чё ты сказал? – вспылил Сержант, подскакивая к Гене. Явно ожидая, что я его остановлю. Но вот дудки. Кинулся как школьник, пусть и отдувается сам.

Гена меня удивил, я думал, что мозгов маловато у аннунаков, из-за того что разговаривают, как дикари. Но судя по тому, как у них логистика организована, наличие техников… Все это говорит об обратном. Тем более ответ Гены. Он не стал ни нападать, ни обзываться. Он показательно выковырнул козюльку из носа, рассмотрел ее и запулил в сторону. Показывая этим, что ему как бы все равно на наскоки Сержанта.

– Как ты это представляешь? Из-за того, чтобы тебя съесть, повара отдельного держать? Или сырым тебя есть? Мы питаемся из кухонных синтезаторов.

– А в синтезаторы что кладете?

– Я откуда знаю, что кладут в синтезатор?

– Все, закончили. Надоели. Сержант, минус тебе, я тебя в главнокомандующие готовлю. А ты как кадет себя ведешь. То прыгаешь, то вопросы детские задаешь. Мне мир нужен среди вас и согласие, а не выяснения, чья пиписка круче.

Хотя, может, я и зря на Сержанта наехал, все-таки воевал он с ними.

А вот и бот прилетел, с него все еще плазмомет не демонтировали. И он больше половины прохода перекрывал. Да и аппарель не закрывалась из-за этого. Но пока некогда демонтировать. Потом уберем. А пока с открытой дверью полетаем, на улице жарко, открытая дверь только к лучшему.

Город Южный удивлял темпами строительства, по-моему, это самый большой город на планете, он давно обогнал Центральный по размерам, да и неофициальной столицей планеты теперь стал он. Перетянув на себя потоки товаров и денег с Центрального. И теперь сюда перетянулся основной поток сообщения с космосом. От этого разрослись склады вокруг космопорта, по сути образовав второй город по размерам. Пересев на частную гравиплатформу-такси, отправился к Гному в гости. Правда, отправил предварительно одно сообщение Гному, что в гости еду. А то вдруг дома его не будет. А второе сообщение главе дважды пиратской мастерской. Пускай-ка предстанет перед мои очи. А то и так пират, да еще и без лицензии торговый знак ставит.

Возникла неожиданная проблема. Гена ни в какую не отпускал меня одного. Пришлось брать его и еще одного бойца. Проблема в том, что аннунаки являются вечными раздражителями спокойствия. Войны с ними идут постоянно. И если раса рептилий аш-хамзи ни у кого не вызывала удивления, ну если только у совсем диких, наподобие меня. Аш-хамзи встречаются довольно часто, они торговцы. И телосложение имеют субтильное. А аннунаки это здоровые ящеры. А уж когда тяжелая броня надета… Выглядят как боевые дроны. Можно, конечно, маскировку включить, но с близкого расстояния она не помогает, только больше вопросов возникнет. Да и ладно, пусть так идут. Заодно и народ привыкнет. Сержант тоже напросился. И тоже с бойцом.

По улицам ехали, как на войсковую операцию. Все оборачивались, наверное, в местных сетях не раз видео покажут. В городе-то стали переходить с комбезов на легкую одежду. А тут мы на гравиплатформе в полевой тяжелой броне, с солидными пушками наперевес. Особенно аннунаки, у них пушки длинные. Я сам был хоть и в легкой броне, но наплечник сорван. Да и царапины не знаю откуда появились. Плюс все были вымазаны в грязи и пыли. Да, что-то я не продумал, чтобы в таком виде по гостям ходить… У Гнома чуть ли не своя армия есть, как бы отстреливаться не начал.

Гном встретил как всегда радушно. Вот есть такие люди, с которыми просто общаться приятно. От них веет позитивом.

– Здорова, дружище.

– Здорова, сколько тебя знаю, не перестаешь удивлять. Думал, все, больше ничем не удивишь, ан нет.

Гном обнял меня своими ручищами, такое ощущение, что в них минимум гидравлика встроена. Хорошо скорлупа брони на себя всю нагрузку приняла, мне даже напрягаться не пришлось.

– Надеюсь, не меня арестовывать пришел?

– Хорошая шутка.

– В чем шутка? Что ты меня арестовывать не можешь?

– Нет, шутка в том, что с четырьмя бойцами тебя арестовывать пришел. Для твоего ареста пару линкоров прикрытия нужно и две роты бойцов с тяжелой техникой.

Гном заулыбался и приглашающе показал рукой.

– Заходите.

Гном кивком поприветствовал Сержанта.

– Ребят размести, а то на улице жарко. Кстати, Сержанта ты знаешь, это Гена, глава моей гвардии, – показал я на ящера. Гном кивнул и ему. На что Гена улыбнулся своим оскалом мелких зубов и тоже кивнул в ответ.

– А что, пойдем, поедим тогда.

– Предложение хорошее.

После плотного обеда ребят оставил в столовой, а сам с Гномом пошел порешать вопросы.

– Пойдем-ка партию в шахматы сыграем. Они у тебя остались?

– Пошли-пошли, – начал подталкивать меня Гном.

Кабинет у Гнома тоже обзавелся хорошей отделкой. Тоже, похоже, ободранной с каюты какого-то капитана, а скорее с двух кают. Потому что у меня отделка перемешивалась с дешевым пластиком, а тут смешивались два стиля. Но правда все красиво было.

– Ну рассказывай, что привело тебя ко мне, да еще после войнушки небольшой, – сказал Гном, делая ход.

– Про войнушку знаешь, а про цель не знаешь. Значит, что просто к другу зашел, ты исключаешь?

Передвинул пешку и я.

– Да нет, именно так я и подумал, – засмеялся Гном.

– Да нет, серьезно, хотел заехать, как дела узнать. А в пути уже Мозгокрут задачи нарезал, все равно к тебе направил. А кстати, как дела, как торговля?

– Дела нормально, торговля после введения тобой налогов чуть шатнулась. Но местные понимают, что это временное решение. Вернее, ты же не планируешь и в дальнейшем оставлять одинаковый налог что для местных, что для приезжих?

– А вот для этого я к тебе и приехал. Мне помощь твоя нужна. Выручай.

– Ну ты знаешь, тебе всегда кредит открою. Сколько?

– За кредиты я бы не просил тебя выручать. Тут действительно помощь твоя нужна.

– Какая? – удивленно посмотрел на меня Гном.

– Мне нужен министр торговли.

Гном надолго задумался. И сделал ход на автомате, отдавая за просто так коня, которого я, конечно, забрал.

– Пользуешься ты ситуацией, отвлекаешь, а потом фигуры берешь.

– Мозгокрут говорит, очень большие объемы товара появились, нужно перепродать срочно, а еще сказал, что я не вижу перспектив. А ты их сразу увидишь.

– Слишком умный твой Мозгокрут. Но он прав, сейчас к тебе идти бессмысленно, но перспективы есть. Но и риск есть.

– Но ты о своих коллегах подумай, я же как слон, не разбираясь в посуде, повернусь раз и раздавлю нечаянно.

– Да ладно, уговорил. Только бизнес свой не брошу и дела вести буду из этого офиса.

– Я не против, но придется дать присягу.

– Давай уже, не томи, ехать куда нужно?

– Нет, я уже так навострился церемонии проводить, правда тряхнет немного.

Церемония прошла при закрытых дверях. Гном правда долго ворчал насчет тряхнет немного. Тряхнуло-то его очень здорово. Но теперь точно есть еще одно плечо, на которое можно взвалить проблемы, пусть решает.

– Все, дальше с Мозгокрутом все дела обговорите. А мы давай еще партеечку.

– Теперь по твоей милости мне некогда, сейчас с завалами разобраться нужно. Извини.

Гном завис, разглядывая видимые только ему экраны. А я с этой стороны Гнома еще не видел, когда он полностью в работу уходит.

– Ну ладно, раз гонишь, пойду.

Гном уже толком не слышал меня, погрузившись в переписку с Мозгокрутом. Только показывая рукой «подожди» или «да», да отстань только. Я махнул рукой и пошел на выход.

А тут уже двадцать минут ждет представитель от пиратов. Причем ждет упакованный. В рюкзаке у него взрывчатка была. После экспресс-допроса оказалось, что он и сам не знал, что его как мину отправили.

Сержант уже со Старшим связался, хозяина пиратских мастерских в план «Перехват» объявили. С планеты он точно не вылетал. Мастерские в Центральном поселке уже Старшой на БТР оцепил и задержал всех, кто там был. Боевиков там, понятно, уже не оказалось. Рабочие ничего не знают. Вся охрана собралась и куда-то уехала. Сейчас с орбиты смотрят, в какую точку двигаются платформы.

Ждать нечего, оставив связанных представителей пиратов на попечительство службы безопасности Гнома, сами полетели до космодрома, чтоб на боте сразу в нужную точку вылететь. Хорошо плазмомет не открутили. Столько мешался, а сейчас как рады ему. Загрузились, тут же взлетели.

– Мозгокрут, давай аналитику, куда платформы стягиваются последние полчаса.

– Есть такое место, красным, кстати, обведено.

Мозгокрут скинул координаты, и мы рванули туда. Через минуту вышел на связь Старшой, выдал те же координаты. И выдвинулся туда на БТР. Ориентировочно через сорок минут будет там, мы будем через двадцать. Старшой почти на триста километров ближе к цели, но мы побыстрее.

Провели небольшой совет, с Сержантом и Геной. Гена рвался всех клинками изрезать. Сержант был тоже согласен повоевать до прихода Старшого. Ну а чего, повоюем.

Не долетели до места километров десять, как бот пошел резко на разворот, а плазмомет начал выдавать короткие очереди. В такие моменты лучше с места не вставать, а наоборот пристегнуться. Поэтому интересовались, что там, только по внутренней связи. Оказывается, мы догнали два шушпанцера самодельных, и один выдал по нам очередь из мелкой плазмы. Да если бы у нас не было плазмомета, пират бы перепилил со временем бот своей пукалкой. А так пару раз выстрелить успел, не попал даже, как ответка прилетела.

Мы приземлились в пятидесяти метрах от чадящих машин. Первыми вылетели аннунаки. Когда грузились, еле в щель протискивались, а сейчас пролетали в эту щель, будто это ворота настежь распахнутые. Бойцы Сержанта попытались так же, да куда там, только пробку создали. Но все-таки тоже выскочили. Когда вышел я, то живые боевики пиратов уже были связаны, лежали на животе, ноги и руки были подтянуты так, что не шевельнешься.

– Какой приказ получили? Куда двигались? – проводил экспресс-допрос Сержант.

Боевик молчал.

– Смотри, два удара по ребрам ботинком гарантированно ломают ребра, а могут и осколок ребра в легкое загнать. Тут связанным знаешь как долго умирать будешь? А главное, за кого?

Боевик не сдавался. Не знаю, что там его держало, понятия или личная верность. Но он держался.

– Старший, дай тех, кто говорить не хотеть. Мы два дня не есть, а он упитанный, много калорий пополнить, – через переводчик заговорил Гена.

– Этого забирайте. Можете тут свежевать, – подыграл я, отворачиваясь и собираясь уходить.

– Стойте. Приказ был собираться всем на базе, двигались на базу. Нас человек сто будет, вооружение тяжелое, один переносной ЗРК, два плазмомета. Остальное короткостволы и игольники. Обученных вояк нет. Я последний остался. Вы удачно всех выстрелом накрыли.

Судя по последним словам, точно врет.

– Гена, прочеши местность. Минимум один хорошо обученный боец где-то скрывается, – сказал я на древнем.

Ящеры веером разбежались. Тут же завязался короткий бой. Надо же, двух девушек запаковали в путы и притащили к общей группе.

А боевик-то растет в моих глазах, благородный, да еще собой жертвовал ради кого-то. Наверно, мне такие нужны. Я подошел к нему. Присел на корточки.

– Наемник?

– Да.

– Похоже, твой контракт закончился, и ты сейчас свободен от него.

– Извини, у меня принципы. Я не нанимаюсь к другим, пока контракт не закончится.

– Извини, похоже, твои контракты совсем закончились, ты решил вступить в вооруженные силы Федерации Уник, но пока не знаешь об этом.

– Нет, лучше каторга.

– Да? Ну тогда я тебе вот что предлагаю. Победишь меня в схватке, я тебя и их отпускаю. А если я тебя побеждаю, то вы мне клятву верности приносите, причем все трое.

На лице боевика расползалась улыбка.

– На чем бьемся?

Похоже, он еще более самоуверен, чем я. А это мне шанс дает, уж больно самоуверенно я вызвал его на бой. Жизнь такие вещи не прощает обычно. Обязательно на место поставит. Но смотрю, боевик более самоуверен, значит есть шанс, что жизнь не только меня будет учить, но и его. Ведь он мог спокойно отказаться, он прекрасно знает, что ничего с ним не будет. А гильдия выкупит его из плена почти сразу. Но нет.

– Ваш выбор.

– Тогда на холодном оружие.

– Давай, Ген, сними с него путы.

Боевик растер затекшие руки и ноги, немного размялся и пошел, взял свои два коротких клинка. Многие утверждают, что с двумя клинками управляться невозможно, лучше все равно один. Но это говорят те, у кого одна рука рабочая, это просто им врожденные амбидекстры не попадались, которые что левой, что правой рукой одинаково владеют. Да еще независимо друг от друга. Я такую способность приобрел тренировками, но все равно не могу одновременно руками разные вещи делать. Нет, одной рукой чертить в воздухе круг, а другой треугольник я могу спокойно, а вот сменить моментально, чтобы другой начал чертить круг, а первой треугольник, я не могу. Небольшая заминка есть. А вот у моего противника таких проблем нет. Ну ничего, прорвемся.

Кажется, я плотно сел на адреналиновую иглу: чем опаснее схватка, тем больше заводит.

Аннунаки все встали в большой круг, у них практики турниров больше. Сержант с парнями подтянулись, оставив двух дозорных, смотреть за пленными. Зрелище зрелищем, а простые вещи забывать нельзя.

Я встал в центр круга, а боевик начал кружить около меня, поигрывая своими клинками. Пусть играет. Против быстрого противника, с короткими клинками, самая лучшая тактика это держать дистанцию. Рубя наотмашь клинки и руки. Блок он не поставит, просто не удержит массу моего клинка, помноженную на скорость. Его клинок массой не обладает. И в контратаку тут не нужно ходить, не успею, пока один клинок контратакую, он вторым меня порешит. Нет, тут бой затяжной немного получится. Вот я и стоял, рубил как деревенский, чуть ли не на прямых ногах ударами наотмашь. Да, но я так и устать могу. Этого от меня и добиваются, чтобы я измотался. Боевик тоже наслаждался схваткой, ему казалось, что он все контролирует. Противник деревня, сейчас его внимание притупилось, и он в азарте выпрашивал у меня удар, чтобы я сильнее ударил и быстрее устал. Ну, не будем его разочаровывать. Я как бы начал делать небольшие паузы перед ударом. Вот он совсем осмелел, начал уже откровенно меня дразнить. Оба-на, вместо размашистого удара делаю укол в предплечье. Тут же сокращаю дистанцию, удар по второму клинку. Тот вылетает из рук. Время только сейчас привычно затормаживается. Клинок начинает напитываться силой. Его клинок, выбитый из рук, еще висит в воздухе. Боевик резко изменяет движение от меня на движение ко мне, пытаясь переложить второй клинок из раненой руки в здоровую. При этом пытаясь садануть меня коленом в причинное место. Но делает он это все слишком медленно для меня. Чуть отхожу в сторону, вырываю его оружие из руки, толкая его туловище назад. Боевик, делая движение вверх коленом, выпрыгивает в пустоту, тут я подбиваю ему вторую ногу вперед, туда, куда она и просится, тело летит назад, ноги вперед. Вот он выровнялся параллельно земле, примерно на уровне метра над землей, и начал движение вниз. Тут время ускорилось. Боевик шмякнулся прямой спиной об землю и пытался вдохнуть.

– Приведите его подруг, – сказал я, протягивая боевику аптечку, которую он молча отклонил, показав на пояс, что своя есть и она работает.

– Не подруг, сестер, – отдышавшись, сказал он, начиная вставать.

Тут в круг завели сестер.

– Объясни им, почему они должны принять клятву, иначе ритуал убьет их, – нагнал я страху побольше.

Я так понял, долгий ритуал проводился, чтобы напитать палаш энергией, а сейчас он и так светился. Ну что, попробуем сократить его до минимума.

– Как ваши имена?

Ответ чуть не сорвал мне концентрацию.

– Вик.

– Ю.

– Шпала, – ответила последняя девушка, мне пришлось пригасить улыбку.

– Клянетесь верой и правдой служить мне?

– Клянемся.

Я по одному дергал их током, подкрепляя слова.

– Вот ты головняк заработал себе, хан, нас в Содружестве разыскивают за большое вознаграждение. А теперь мы твои подданные, и проблемы твои.

– Разберемся. Все собрались. Бегом в бот. Вик, за плазмомет. Пленных закидывайте в бот.

Бот поднялся в воздух. Эх, нужно бы пешком, но пешком десять километров не пройдем. А вот если зенитчик не спит, за десять километров нас снимет. Ладно, вон до холмов долетим, над самой землей там высадимся. Пока холмы прикрывают. Вот и подножье, километров пять осталось. Добежим как-нибудь.

А, черт, не дураки, оставили прикрытие на холмах. Плазмомет выпустил короткие очереди по верхушкам холма. Вик заорал:

– Взлетай выше.

Я даже не сразу понял, что он хочет. Главное пилот выполнил. А он хотел воспользоваться неожиданностью. Пока зенитчик сообразит, в чем дело, пока настроит и выпустит ракету… А наш плазмомет с пяти километров уже начал пахать его позицию. Тут же переместился огонь, сначала на одну точку, потом на другую, вышибая позиции тяжелых плазмометов. Ну и все, им нам нечем отвечать. Бот опустился к самой земле, аннунаки начали спрыгивать, не дожидаясь приземления, сразу активируя невидимость на своей броне. Бойцы Сержанта выбегали, прикрывая ящеров издалека и подавляя огневые точки. Хотя с подавлением справился плазмомет. Как только бот взлетел, нашим противникам стало кисло, они просто убегали в подземный комплекс. А кто был отрезан от него, тянули руки вверх с такой тщательностью, что не будь они хорошо привязаны к плечам, оторвались бы. Часть бойцов Сержанта подбегали и вязали их. Вот аннунаки, под маскировкой, что называется на плечах отступавших, ворвались в открытые двери бункера. И начали прорываться в глубь, оставив пару бойцов держать в тонусе людей у двери в бункер, чтоб они руки не опускали. Вот и бойцы Сержанта подоспели, оплетая силовыми путами пленных или глуша их станерами. Ящеры рванули в глубь пещеры.

– Сержант, давай от дверей уходи, как бы не рвануло.

Тот по-быстрому бросил там пленных и отбежал на расстояние.

– Мы на подходе, – появился голос Старшого в ушах.

– Давай, поверхность зачищена, иди с ходу до координат.

Я скинул свои координаты.

– Вижу, коробки движутся в нашу сторону, – в ушах голос Вика.

– Свои, – коротко сказал я.

А вот и бэтээры выскочили на гребень холма, и из них посыпались спецназовцы, занимая круговую оборону.

Старшой подошел ко мне.

– Обстановка?

– Ящеры внутрь пробились, вход заминирован. Я отвел своих.

Старшой отправил двоих саперов с дроном осмотреть ворота.

– Ящеры пробились, значит, клинками порубают. Тут даже переживать нечего. Ну если на мину не нарвутся.

Ну да ящеры клинками хорошо рубать могут. Вроде бы столько стреляющего оружия, а все равно тут с клинками все ходят, хотя бы вибронож, но обязательно в экипировку каждого бойца входит. Причина в силовых полях. Силовое поле имеет форму сферы. И если включить поле на полную мощь, то тебя приподнимет над землей, как в мыльном пузыре, а если рядом со стеной включить, то стену поле не сдвинет, а вот тебя от стены откинет. Да и мощности столько жрут, что накопителей на пятнадцать минут работы хватает, это если по силовому полю не стрелять, а если стрельнуть, то поле сразу и слетает. Поэтому поля включаются на половину мощности, так и мощность тратится в разы экономнее, почти на день хватает, и не интенсивную стрельбу минут пятнадцать держат. Понятно, скидывается поле от перегрузки выстрелов, но потом энергии хватает восстановить его. Но главное, на половине мощности поля становятся проницаемы для относительно медленных препятствий, можно ходить по земле, подходить к стенам. При этом для пуль, игл и плазмы поле непроницаемо. А вот с клинком можно, прикрываясь полем, подбежать и порезать всех в капусту.

– Взрывчатку обезвредили, пойдем посмотрим, что там, – вывел меня из задумчивости голос Старшого.

– Пошли, глянем.

Вперед убежали два десятка спецназовцев, мы пошли следом. Но не успели дойти, как аннунаки начали выходить навстречу, толкая перед собой десяток человек.

– Валите пленных станерами.

Тут же полетели синие лучи. И пленные попадали куклами.

– Старшой, глушилки включай. А то взорвут тут все к фигам, а мне интересно, что там они прячут.

Глава 24

А ничего интересного они там под землей не прятали, просто партизанская база. Куча взломанных игольников, разношерстная броня, собранная из разных комплектов. Правда, радовали хорошие запасы пищевых картриджей и пайков. Самое ценное, что здесь было, это сами помещения. Тут, похоже, когда-то располагался гарнизон, А сейчас тут развернули пиратскую базу. Казармы, столовая, лазарет. Хотя большая часть помещений была еще засыпана. Откопан только один этаж и половина второго. Но довольно просторные помещения были уже готовы к приему бойцов. А это мне нужно.

Я дождался, когда Старшой проведет беседы с пленными и отберет себе наиболее интересных и важных с его точки зрения пленных. Которые что-то знают. Таких оказалось мало, всего десять человек. Все имели офицерские звания. Но зато один человек перевешивал всю остальную толпу. Этот человек главарь. Он уже раскрыл две запасные базы, склады и, главное, сеть агентов на торговой станции.

И что мне с ними делать? У меня нет еще систем судов и наказаний. Это тюрьму организовывать нужно. Хотя тут тюрьма не в почете. Тут каторга практикуется. А у меня даже рудников нет.

Я связался с крепостью.

– Мозгокрут, что делать?

– Вот видишь, я как знал. Тебе еще будут жаловаться, что я выкупил у аннунаков два рабочих искина и все себе забрал. Вот как раз один искин и судебные дела будет разбирать, когда подключат.

– А второй? – на автомате спросил я.

– А второй мне необходим для работы, но ты отвлекся. Сейчас судебное слушание проведу я.

Вроде бы за то, что второй искин под себя подмял, нужно Мозгокруту пару проводов выдернуть. Но так ловко закрылся нужными делами, что вроде и спросить с него за это нужно. Но ведь есть более срочные вопросы, пока их спрашивать буду, про отжатый искин забуду.

– А потом мы куда преступников денем, это ж их охранять, кормить? Сплошные расходы.

– Вот как ты думаешь, почему рабские ошейники производятся во всем Содружестве? Если рабство только в Арваре разрешено? Правильно, для каторжников. Охрана, конечно, нужна, но небольшая. Зону выставляешь, выходя за которую ошейник током бьет.

– А разве не взрывается?

– Тоже скажешь, если кто самоустраниться хочет, ты ему в этом помогать будешь? Даже у рабовладельцев к имуществу бережное отношение. Поэтому током. А кормить они себя сами должны. Для этого вредные производства есть, куда добровольцев не найдешь.

– А как суд проходит?

– Полицейский, охранник или спорящие граждане делают запрос, отправляя свои данные по делу. Искин обычно сразу выдает вердикт. Если не нравится решение, можно обжаловать, дополнительные материалы отправляешь. Если снова не нравится, то ментоскопирование проводится. После этого решение окончательное. Иногда искин обязывает одну из сторон пройти ментоскопирование.

– Ясно, что с этими делать, куда на работы отправлять? У нас вредных производств нет пока.

– Ты что? Пусть хоть тут казармы расчищают. Сколько тут этажей вниз завалено? А хочешь князю отдай, ему на литейном заводе ой как смертники нужны.

– Хорошо, решим что-нибудь. Наверно, тут пока оставим.

Оставшихся рядовых пленных, которые толком не знали, за что воевали, выстроили в две шеренги. Человек шестьдесят набирается. Все с установленными нейросетями. Так что ценный ресурс, грех разбрасываться.

Я прошелся туда-сюда вдоль строя.

– Вик, ты вроде сюда военным советником нанят был.

– Именно.

– Вот, наверное, этим же и займешься. Ты подчиняешься непосредственно Сержанту. Вот тебе укомплектованная военная база. – Я показал рукой на бывшую базу пиратов. – Об оплате твоего труда договоришься с Мозгокрутом, вот контакт. С ним же договоришься о получении амуниции. Вот доступ на ресурсы складов список того, что там есть. И да, торгуйся с Мозгокрутом, не стесняйся, он личность прижимистая. Если совсем обделит или вопросы возникнут, обращайся ко мне напрямую…

Я посмотрел на боевика.

– Ясно.

– Что с твоими сестрами? Соображают?

– Достаточно.

– Поставлю одну полицией командовать, другую командовать исправлением и наказанием. Справятся?

– Шпалу на охрану каторг ставь, справится точно.

Я бы, может, и кого другого поставил, но нет никого. А набирать по объявлению… Это как-нибудь потом. Сейчас взводом покомандуют, справятся.

– Зови их сюда.

Поставил и им задачи. Вик пусть набирает армию до сотни человек, Ю полицию до тридцати. А Шпала пока десятью обойдется. Чем им платить? Наверное, подоходный налог все-таки придется вводить.

Так, теперь с пленными поговорим.

– Итак, господа хулиганы и бандиты, за измену и покушение на хана Федерации Уник вы все приговариваетесь к пожизненной каторге.

Я повернулся и начал уходить.

– За что, мы ничего знать не знали?

Сразу послышался гул голосов. Я развернулся.

– Незнание законов не освобождает от ответственности. Но могу выписать вам помилование, если заключаете контракт с вооруженными силами федерации сроком на двадцать лет. Мне очень нужны толковые бойцы.

Ну совсем немного преувеличил я, назвав толпу бандюг толковыми бойцами. Ну нужно показать, что я их ценю.

– Кто не согласен, четыре шага вперед.

Вышло всего двое из шестидесяти четырех человек. Их право. Надеются сбежать, или какие-то принципы жизненные свои, мне сейчас все равно. Скрутить и к тем, что у Старшого парятся. Пускай тут казармы дальше расчищают, может, найдут что полезное. Заодно и охранники пусть тренируются на них. Конечно, нехорошо, из одной шайки, а я одних под охрану других охранниками. Но как-то эксперимент проводили, в общем, охрана быстро звереет, кто бы у нее в подчинении ни сидел.

А мне пора в крепость лететь. Хотя стоп, суд пусть пройдет. Потом полечу.

Мозгокрут озвучил решение суда. Оказывается, покушение на торговой станции тоже этими людьми было организовано. Суд приговорил главаря к смертной казни, предварительно проведя ментоскопирование. Остальных к пожизненной каторге. Что меня удивило, так это конфискация имущества у всех в пользу государства. А это, на минутку, оказались все фермы по выращиванию лягушек. Несколько зданий в Центральном поселении и одно в Южном городке, хорошая сумма денег. Ну и конечно, мастерская. Все встало на баланс к Мозгокруту. Возможно, с этих предприятий и буду содержать хотя бы полицию. Возможно, денег и на армию будет набираться со временем.

Эх, как бы не увлечься и не начать искать заговоры во всем. Так можно быстро разбогатеть, на конфискации. Но и доверие народа можно еще быстрее потерять.

Поеду-ка я и познакомлюсь с управляющими фермами и мастерской.

Управляющим фермами оказался Накс. Надо же, все-таки мир тесный. Я тут же связался с ним по связи. И встретился с ним в ресторанчике, который показал мне Гном. Моя охрана сидела за соседним столиком. Конечно, в глаза такая охрана бросалась, но связать двоих двухметровых ящеров в броне со мной было сложно. Ну если учесть, что я тоже в броне, то можно.

– А, Дикий, здорова, наконец-то решил к нам на фермы податься? – чуть ли не от двери закричал мне Накс.

– Здорова, ты что, новости не смотришь?

Я не сразу понял, что Накс не знает моей должности. Подожду, пока он за стол усядется, но вид Накс, конечно, важный принял.

– Когда мне новости смотреть? У меня свои заботы. То начальство сменилось, его еще правда не видел, но надеюсь, оно ничего менять не будет. Что там начальству сверху видно? Ничего. А мне головастиков из загона в загон переносить. А в дальней ферме хищники завелись, молодь лягушат таскают. На второй ферме изгородь упала. Тут заботы одни. Поэтому помощь твоя не помешала бы, как, не надумал к нам?

– Надумал, только не я к вам, а вы ко мне, так получается.

Накс покосился на ящеров, потом посмотрел на мою броню, на которой красовался опознавательный знак, синий фон и на нем единорог встал на дыбы.

– Не понял… Слушай, не говори, что это ты ханом стал? Получается…

– Получается.

– Блин! Тогда жду указаний.

– Указание только одно: нужно расширяться. Людей, если нужно, набирай. Если материалы или дроны для ферм нужны, вот контакт Мозгокрута. Ты подчиняешься только ему. Зарплата если не устроит, ко мне обращайся. Задача – почти все свободные водоемы под фермы переделать. Если свободных водоемов не осталось, то карты смотри, любую запретную зону очистим по твоей заявке. Армию же не просто так набираю.

– Неожиданно как-то.

– Кстати, Лер помнишь?

– Конечно, как ее забудешь. Начальница как-никак, она меня и учила лягушек ловить.

– Она тоже в команде, если что, можешь у нее помощи или совета просить. Контакты остались?

– Да ладно? Я думал, она уже в Содружестве на пляжах отдыхает.

– Да нет, тут, как раб пашет. Вот очистим береговую линию, будут нам пляжи.

– Это у вас пляжей не хватает, а я по берегу всегда хожу. Если купаться захотите, обращайтесь.

С главным по мастерским говорил мало, переподчинил его Лер, пусть она думает, как лучше распорядиться новым активом. Недвижимость тоже спихнул под ее управление. Ну и все, меня крепость ждет. Полетел-ка я в космопорт да в крепость.

Дорога ничем не запомнилась. Только пока добирался до космопорта, было немного непривычно, когда за тобой толпа из ящеров ходит, но ничего, привыкну.

Хотя в крепости задержаться не пришлось, по-быстрому заскочил, небольшой совет собрал. Все вроде по плану. Аннунаки взялись за крейсер плотно, так что думаю, он у них в срок будет готов. Наши подтянули еще несколько разбитых корпусов, в основном крейсера, но большей частью мертвые. Конечно, и из них можно восстановить что-то. Главная загвоздка была в искинах. Я со временем их, конечно, приобрету. Но времени как-то неожиданно не осталось.

Эх, как хотелось самому облазить все корпуса да восстановлением заняться. Но уже чувствую, что своему времени не хозяин становлюсь. Осмотрел еще раз список доставленных корпусов. Радовал еще один фрегат, с живым искином, который поставили в очередь на ремонт. Курьер, кстати, готов, теперь ждет экипаж, да и на фрегаты экипажи нужны, обучать некогда, только нанимать. Мозгокрут подсуетился, на курьер уже нанял экипаж. Завтра экипаж должен прибыть, и будет у меня еще один кораблик. Вернее, первый по-настоящему мой корабль межзвездного класса. Так-то корвет тоже мой, но там экипаж и хозяин старые, хоть они на меня и работают, до конца своим я корвет не ощущаю. Ничего, один фрегат уже на восемьдесят шесть процентов готов, через дней пять можно в бой отправлять. Так что эскадра соберется потихоньку.

Ну и все, меня уже ждут на разбитой крепости, там подготовили партию беспилотников к отправке. Так как допуск только у меня, то без меня не справится никто. Ничего, мне как тому нищему собраться, только подпоясаться. Закончил совет, и сразу меня повезли на свалку к разбитой крепости. Правда не одного. Меня Гена ни на шаг не отпускал, двое ящеров шли всегда за мной.

Наверное, все-таки дербанить эту крепость не стоит. Пусть она вся скручена и потеряла геометрию. Но если ее восстановить как терминал под грузы, то вполне подойдет. Ей не нужно будет выстрелы сдерживать. Да и никаких дополнительных систем тут не нужно восстанавливать. Ну один этаж жилым сделать нужно, остальное хоть листами жести загородить. Какая разница, в чем контейнеры хранить. Но это все чуть позже сделаем. После вторжения, если отобьемся.

Ну, вот и долетели. Дальше рутинная работа, подключаться к каждому беспилотнику и вводить данные маршрута и во сколько стартовать.

Как неохота, кто бы знал, такой ерундой заниматься. Когда вон какая громадина рядом, с неизведанными складами и жилым сектором. Тут главное заставить себя начать работать, не отвлекаться до того, как начал работать, ни на какие другие мысли. А там дальше процесс затягивает. И мысли о мародерстве только помогают. Кстати, техники-оружейники пока так и не нашли еще рабочих маховиков. Им врезаться в помещения приходится. Иногда вообще вырезая проход с потолка или стены, так как ко входу не пробраться никак. Да и некоторые помещения деформированы так, что когда-то ангар пятнадцатиметровой высоты сейчас превратился в плоский лаз два метра высотой, в котором агрегаты вмяты в потолки. Но пока живого полезного из агрегатов ничего нет. Торпеды именно в места расположения накопителей и наводили. Хотя если честно, очень непонятно. Маховики находятся ровно в центре крепости, чтобы торпеде пробиться сюда, это столько брони и перегородок снести нужно, а тут в центре, что рядом с накопителями, сплошное месиво металла. А вот по бокам вполне сохранившиеся ангары и склады. Похоже, диверсия или предательство было, взрыв-то явно внутренний, поэтому и маховики в защитный режим не встали, не было подлета торпед. Нужно Мозгокруту мысль подать, пусть расследует.

Ладно, вот закончу с беспилотниками, дам себе время на мародерку. Ну хотя бы полдня, пусть как бонус к нудной работе будет. Но чем дольше я ковырялся с беспилотными истребителями, тем больше понимал, что не успею. Вроде истребителей двадцать пять всего. Вроде и убегать не нужно после каждого ввода данных. Но зато нужно добираться до каждого по открытому космосу. Если сегодня и закончу, то времени на мародерку не будет. Ладно, значит, придется заночевать тут, но мародерку исключить из планов нельзя, я уже загорелся этим. Завтра, наверное, ребят с работ сниму, прошвырнемся тут. Начнем с вип-этажа, что там в жилом секторе лежит, посмотрим. Такие мысли очень помогали при рутинной работе. Вот и последний истребитель, отправил Мозгокруту условный сигнал, чтобы включал помехи для шпионских радаров. Хоп, истребители разом стартовали и скрылись в темноте космоса. Ну и все, сейчас спать. А завтра по-крупному помародерим, меня нетерпение изнутри раздирает.

А ночью Сенсей нарезал задание.

– Вот у тебя как раз курьер появился. Задача – грузишь цисты водорослей и везешь по этим координатам. Это соседняя звездная система. Доберетесь туда за день, день вам сгрузить цисты на четвертую планету, думаю, сам догадаешься, что сгружать нужно в воду, лед там не толстый, пробьетесь. Ну и день вам вернуться. Всего три дня.

– Не могу своих бросать так надолго, у меня битва скоро.

– Чего? Ничего страшного, пусть без тебя учатся вопросы решать. Они и не заметят, что три дня тебя не было.

– Ладно, хорошо, зачем это нужно?

– Нужно! Вопросы еще есть?

– Один, а если я продую сражение?

– Вот из-за этого ты и вывозишь водоросли на другую планету. Нет, так-то ты все правильно делаешь, должен отбиться. Но на всякий случай нужно вывезти… Прошу.

Я задумался.

– Нужно вывезти, – вновь сказал Сенсей. – Потом завод по производству картриджей поставишь там, дай водорослям только разрастись, хотя бы полгода, и ты крупный производитель пищевых картриджей во всем Содружестве станешь, еще много планет заселим водорослями. Это верный бизнес. Катриджи с этих водорослей очень качественные получаются. Ты же сам из них еду пробовал. Их у тебя как пирожки горячие будут раскупать. Короче, ты меня слушай, на этом никто не прогорел.

Я задумался сильнее, что-то Сенсей никогда мне помощь в заработке не оказывал, а тут так убеждает. Подозрительно! Но вроде все, что от него идет, все на пользу. Поэтому слетаю, гляну, что это такое необитаемая система. Тем более что первый раз меня Сенсей просит.

Утром после зарядки я все-таки снял двоих ребят и одного дрона с работ и направился осматривать жилой сектор. Думаю, впятером справимся, два аннунака как рабсилу исключать нельзя. Скажу сразу, зря мы в жилой сектор полезли. Мы пробивались туда два часа, лазили еще больше. Вот что-то полезное делать – не заставишь, а как пробивать ход, с возможностью найти что-то невиданное или дорогое, так оно как-то само получается, только балки в разные стороны отлетали. В общем, два часа работы и три часа осмотров были зря. Какой может быть жилой сектор на автоматической станции? Само слово автоматическая не предусматривало наличие людей. Тут жилых квартир и не было. Они даже не отделаны нормально были. Нашли только одну квартиру, условно жилую. И то сюда явно техник иногда приходил переночевать, когда на эту крепость прилетал с техобслуживанием. Поэтому ничего тут нормального не было. Нашли только комбинезон запасной. Один из ребят забрал его себе.

Но я не унывал, значит, склады нужно вскрыть и посмотреть. А это немного в другой стороне. Ладно, где наша не пропадала, Еще час перелезаний через завалы, тут хоть резать ничего не нужно было, и вот он первый склад. Срезаем двери. И… я чего-то большего ожидал. Слитки металла. Нет, вещь, конечно, нужная для ремонтных работ. Вот только хотелось чего-то, чтобы можно было сказать «вау!». А может, я просто зажрался?

Ну что? Еще пару складов осмотреть, если уж сюда прорвались, тут коридоры вполне проходимые. Да даже вполне грузовые коридоры, не деформированные, тут техника спокойно пройдет. Открываем ворота, еще склад, набитый ерундой. Срезаем следующие ворота. Это не склад, это ангар, абсолютно пустой, открываем следующий, снова пустой ангар. Ну что, не всегда везет, бывают и пустые ангары. Правда, их тут слишком много, вон уже коридор снова замятый стал, с завалами. Но это левая сторона выбита, со стороны рабочих помещений, а правая с ангаром целая. Ну вот, наверное, последний на сегодня ангар. И так почти девять часов лазаем. Вскрываем, уже уверенные, что и он пустой.

Ага, есть! Два ремонтных бота, один целый, второй на боку и немного замяты двигатели. Фигня, восстановим. Помимо ботов по ангару хаотично плавают в невесомости ремонтные боты. Причем есть большого класса. Вот это сейчас необходимо, нужные вещи. Блин, а мне отсюда лететь нужно, с этими водорослями.

Я зашел в ремонтный бот. Топливный стержень для реактора был тут приготовлен в контейнере. Зарядил, запустил реактор. Есть, все системы заработали. Короткий пик обозначил, что поломок нет. Это просто отлично. Проверим, есть ли у меня допуск? Есть! Вообще отлично, как теперь его заправить? Заправочная штанга из стены ангара торчит, только вот резервуары пустые, давно. Ладно, настроил гостевой допуск. Посмотрим, что с дронами и другим ботом.

Другой бот запустился с ошибкой. Понятно, сопла у него сбиты. Но моя задача – допуск настроить. С дронами посложнее, стержней для реакторов не было. Возможно, они закончились, а возможно, где-то тут рядом. Мне уже точно некогда тут оставаться, не дай бог до сна не тронусь в соседнюю систему, меня Сенсей на запчасти разберет. И так уже придется спать попозже лечь.

Поэтому дал Мозгокруту приказ грузить на курьер запакованные водоросли и готовить его к отлету. Чтобы я прилетел, а все готово к отлету было. Ну и конечно, дал указание вытаскивать отсюда дронов и ремонтных ботов. Тут, кстати, ворота наружу были. Так что проблем с извлечением не должно возникнуть. Металл можно и позже вынуть. Пока проблем с ним нет, с заводов князя получаем. А отсюда вывозить слишком дорого сейчас. Вот пробьем прямую дорогу, можно будет и чистить все. Все, побежал к пассажирскому боту, который меня сюда привез. Изнурительная дорога назад до крепости, слипались глаза. Но спать я себе не давал. Иначе беда будет.

Вот наконец-то прибыл на звездолет класса курьер. По сути это корвет, только максимально облегченный, практически нет вооружения. И облегченная броня. Уменьшен экипаж. Зато много свободного места, можно использовать как маленький грузовик или межзвездный автобус. Часто возит мелкие срочные грузы. Ну или боеприпасы доставляли до места боя. Очень часто такие звездолеты переделывали под яхты. Поэтому они спросом пользовались. Вздумай я его продавать, оторвали бы с руками, за хорошие деньги.

Я зашел на курьер, надо бы познакомиться получше с экипажем. Но совершенно не до чего, вымотался за сегодня. Просто принял доклад капитана о грузе, готовности и семи пассажирах на борту.

Сразу не сообразил даже, просто кивнул головой. Что за пассажиры? Оказалось, аннунаки все тут. Телохранители как-никак. Но это и к лучшему, экипаж незнакомый, присягу не давали еще, просто наемники. Могли и себе отжать кораблик. А с ящерами не забалуешь. Дал координаты капитану, а сам пошел спать. Нафиг все. Завтра разберусь. Как раз, пока разгонимся, высплюсь.

Глава 25

Меня разбудили, только когда подлетали к планете. После скомканной зарядки начал вникать в окружающие дела. Так, что тут у нас?

Система была обычной, семь планет и пояс астероидов между четвертой и пятой планетами. Центральная звезда была желтым карликом. Из интересного в поясе астероидов висели обломки перерабатывающего завода. Да и кое-какие астероиды были изгрызены, видно, там когда-то очень давно вели добычу полезных ископаемых, возможно комбайны там еще стоят. Заглянем, конечно, что там и как, но после того как основное дело сделаем.

Нужная нам планета была стандартной, то есть чуть поменьше Земли. Ничего примечательного на ней не было. Сейчас она слепила глаза отраженным от солнца светом. Планета была словно бильярдный шарик, лысая и белая, ни гор, ни впадин. Самое интересное, что она даже имела азотную атмосферу. Но вот кислорода было мало, для дыхания не пригодна.

Курьер, на котором мы летели, имел систему посадки и взлета на планету. С технической точки зрения можно было садиться спокойно. Оставались мелочи, нужно было проверить, что там и как. Поэтому сначала полностью просветили толщу льда. Она на экваторе оказалась совершенно тонкой, в некоторых местах всего полметра. Экипаж без меня выбрал оптимальную точку, где лед выдержит вес звездолета, и бурить лед не так глубоко придется.

Но вот с точки зрения безопасности садиться на планету не рекомендовалось. Нас никто не прикрывал. Поэтому по моему указанию капитан еще раз отдал приказ тщательно просканировать всю систему.

Ничего подозрительного в системе не было. Просто необитаемая система, даже старых следов гиперпереходов не было. Но проверить все равно нужно, как говорится, очень неохота со спущенными штанами оказаться. Сейчас сядем на планету, а тут появится кто-нибудь. Убежать-то уже не успеем, пока взлетим, пока скорость наберем. А вот у оппонентов уже скорость будет, он нас в любом случае догонит. Бой принимать тоже не вариант. Калибр у нас не для боев. Такой пушкой только бегство свое прикрыть можно, а вот воевать никак. Тут как вариант не садиться на планету совсем. Но бота у нас тоже полноценного нет, облегченный вариант, который двадцатитонный контейнер не поднимет. Можно, конечно, раз пять его туда-сюда гонять. Плохо делить груз не знаю как, не совочками же пересыпать. Да и к чему? Если система пустая, можно и сесть спокойно.

Начали посадку, только коснулись опорами льда, как закричал в общем канале оператор радаров:

– Есть движение, с астероидного пояса к нам двигается звездолет класса корвет, седьмого поколения… Бли-ин, опять. Ну зачем я пошел сюда наемником, ведь как знал… Одного раза не хватило.

Что-то сильно он панику наводит. Нужно прекращать, а то паника вещь заразная.

– Кто там, не видя горы, обгадился? Не ссать! Штаны одни, менять не на что. Работаем по распорядку. Садимся, бурим, скидываем содержимое контейнера под лед. Ну а дальше мне просто необходим такой корвет, а вам премия. Оператор, время подлета корвета?

– Полтора часа.

Ничего, нормально, пираты не знают, что тут аннунаки есть. А ящерам в абордажном бою нет равных. Так что если удачно разыграем все, то должны в выигрыше остаться. Лишь бы ящеры на борт попали, дальше дело техники. Жалко, команда на курьере еще незнакомая, не знаю, чего от нее ждать.

– Вот у нас есть ровно час на то, чтобы пробурить лед и ссыпать содержимое в воду. Всё, погнали.

Открылись аппарели, и с них бодро сбежали дроны, принявшись бурить лед лазерами, лунка относительно небольшая, метр в диаметре. Все это делается автоматически, люди если и вышли, то из любопытства. Я тоже вышел на белый плотный лед планеты. Он только издалека похож на снежный покров, на самом деле был как шершавый белый пластик. Но меня поразило не это, меня поразило небо ярко-желтого цвета. Не с желтизной, а именно светящегося желтого цвета, из-за этого лица людей под полумасками выглядели красными. Хотя местный морозец тоже способствовал красноте открытых частей тела. Хотя странно, лед все равно белым выглядит, несмотря на желтый свет неба. Именно свет, а не цвет. Потому что небо светилось, и было это очень красиво и завораживающе.

Хватит опять стоять с задранной головой, одернул я сам себя. И начал потихоньку давал указания Гене.

– Выходите под маскировкой, расходитесь, но не очень далеко, иначе на кого-нибудь корвет сядет, а мне вы все нужны. Ждете, как только абордажная команда спускается на лед, сразу на захват корабля. Абордажников, если не мешают, не трогаете, вам корабль захватить, с ними сами справимся.

– Два вопроса.

– Давай.

– Если они сразу не высадятся, мы не сможем больше двух часов на холоде сидеть, мы не теплокровные. Аккумуляторы костюмов и так будут тратиться на маскировку, а тут еще обогрев на полную включать. Если экономить на обогреве, то мы не сможем быстро двигаться.

– Понял, значит, выходите за полчаса до их прибытия. Не заметят маскировку в движении?

– Точно нет.

– Места только заранее выберете. Какой второй вопрос?

– Я не мочь тебя одного оставить.

– Это приказ.

Гена поиграл желваками, что-то хотел сказать, а может, сделать. Но в итоге выдал короткое:

– Принял Теперь капитан.

– Экипажу, как только освободите контейнеры, сразу все на борт. По местам, свободных от вахты встречаем за аппарелью, первый поворот транспортного коридора. Там же размести абордажных дронов.

– А почему не встретить их у входа.

– Потому что они с тяжелого вооружения чем-нибудь пальнут по входу. Напрасно потеряем людей и дронов.

– Понял. Может, вход закрыть?

– Не нужно. Дыру прорежут. Придется стоять тут и ремонтироваться. Пойми, они ничего серьезного не будут применять до тех пор, пока уверены будут, что имущество им достанется. Если попытаемся взлететь, собьют, если закроем двери, порежут. Поэтому пусть идут без сопротивления, тут внутри тяжелого точно не будут применять, для чего свое имущество портить.

– Понял, я и экипаж гражданские. В такие передряги только один раз попадали. Сдались в обмен на гарантии безопасности. Отдали коды к кораблю, нас высадили на первой станции.

– Это поэтому вы здесь оказались?

– Да.

– Нет, капитан, тут так не пройдет. Скорей всего, никто не должен знать, что они тут находятся. Поэтому они нас валить будут в любом случае. Единственный шанс остаться живыми – это бой.

– Отобьемся?

– Должны, – пожал я плечами. Хоть и нужно подбодрить экипаж, но удачу тоже неохота спугнуть.

Вот дрон пробурил лед, чистейшая вода показалась в лунке. Дрон-погрузчик вынес контейнер с водорослями и потащил к лунке.

– Командир, пират вызывает на связь, – прозвучало в общем канале.

– Подключай, только, капитан, сам разговаривай, увидят меня, стрельнут издалека, и у нас точно шансов не останется.

Появилось изображение грузного человека.

– Эй, бедолага, ты что там груз сбрасываешь? Не нужно, я не полиция, а скорее наоборот. Сам ведь нырять за ним будешь, – начал с шуток капитан пиратов. Сам пошутил, сам посмеялся.

– Вы гарантируете жизнь экипажу? – слишком серьезно и не в тему ответил капитан.

– Ты не бузи, уже не в том положении, чтобы торговаться.

– Я тогда товар в воду сброшу.

– Как сбросишь, так и достанешь.

Я посмотрел, как подающий рукав вытянулся из контейнера к проруби и по нему пошло перетекать содержимое контейнера в прорубь. Сверху не должно видно быть, что тут происходит. Но пират рассмотрел. Возможно, хорошее оборудование у него стоит.

– Ну все, хана тебе. Ты мой товар в лунку смываешь.

– Гарантии безопасности, иначе без боя не сдадимся.

– Сейчас сядем, и будут тебе гарантии безопасности.

– Я вам не скажу коды доступа к кораблю, – чуть не перешел на крик капитан, он то ли молодой, то ли гражданский. Уж больно волнуется при ответах.

– Да ладно. Когда отрежу один палец, конечно, не скажешь, а их у тебя десять только на руках. А я резать буду долго и медленно, время у нас есть. Жди, скоро развлечемся.

Пират отключился. А вот наш капитан маленько побледнел после такого разговора. Нужно подбодрить, поэтому я его хлопнул по плечу и сказал:

– Да не бойся, выбор всегда есть. Можешь, конечно, сдаться и тебя резать будут, а можешь и отпор дать, если не отобьемся, так умрешь в бою быстро и без мучений. Видишь, во втором варианте кругом одни плюсы, не дрейфь. Я и сам недавно всего боялся, но привыкаешь ко всему. Все равно когда-то умирать, почему не сделать это красиво. Все, давайте по местам.

Мы забаррикадировались на первом повороте от входа. Осталось полчаса, вышли ящеры со включенной маскировкой. Все готово для встречи, через полчаса приземлится корвет. Но легко сказать полчаса, время тянулось, словно густой кисель. Действительно, нет ничего хуже, чем ждать, особенно боя. Я уже пару раз подколол экипаж, немного отвлекая их от мрачных мыслей, мимоходом перепроверил магазины к винтовке. Проверил палаш, что-то я его таскать стал постоянно. Даже чувствовать перестал, что железяка висит на поясе. И что самое интересное, он перестал за все цепляться.

Я поглаживал рукоятку, думая о холодном оружии. Сам осматривался вокруг боковым зрением.

Вдруг у помощника капитана сдали нервы, он выхватил игольник и направил на меня.

– Давайте скрутим его и отдадим пиратам, они пощадят нас.

Видя, как капитан достает свой игольник, я даже не думая палашом рубанул по шее помощника, сам подлетел к капитану. И рукой вернул его оружие на место.

– Спасибо, не нужно, сам справлюсь.

Понятно, что он хотел помочь своему помощнику, а так я дал возможность капитану остаться на моей стороне.

Капитан же остолбенел и смотрел мне за спину. Кого-то вырвало. Я обернулся. М-да, нехорошо получилось. Отрубленная голова валялась посреди коридора, но самое страшное, что все полы были залиты кровью. Наверное, дислоцироваться нужно либо подальше, либо ближе к входу. Тут полы очень скользкие стали. Хотя дроны-уборщики успеют убрать. Я тут же кинул задание для них. Теперь второе, почему я его наглухо завалил? Непонятно. Так-то для меня он не противник был. Мог бы и просто оглушить. Такое впечатление, что палаш его сам приговорил. Я посмотрел на лезвие. Оно светилось, разрывая визуально клинок на осколки. Какой раз вижу, а все равно кажется, что кусочки лезвия висят в светящейся пустоте. А может, и на самом деле так есть. Ну что, раз клинок напитан энергией, чего добру пропадать.

– Капитан, клянешься мне в верности?

И я прочитал слова ритуала. Не знаю, капитан, по-моему, просто испуган был и со всем соглашался. Он повторил слова клятвы, и его тряхнуло разрядом от клинка.

Я обыскал труп, ничего интересного. Странно, неужели предположения не верны. Я хотел найти доказательства предательства главного помощника, а нашел только пару ценных побрякушек. Как-то я обычным мародером со стороны выгляжу, который труп в луже крови обыскивает. Я бросил найденное в карманах сверху, на труп, распрямился.

– Капитан, отправь кого-нибудь обыскать каюту твоего помощника. Он, кстати, приговорен к смерти за покушение на жизнь хана и связь с пиратами, если вдруг кто не понял.

Тут же один из членов экипажа сорвался обыскивать каюту, столкнувшись с дроном, идущим сюда убираться. А мне уже стало не до этого, корвет пиратов совершал посадку, и я переключился на камеры внешнего обзора.

Хорошо продуманный план споткнулся на ерунде. Под весом второго корабля лед просел. И из лунки начала выходить вода, немного, всего-то по щиколотку. Вроде ничего страшного. Но для моего плана катастрофа. Ящеры двигались под маскировкой, и их в воде было видно по расходящимся кругам, пока они шустро перемещались к севшему кораблю. Вся вода была неспокойна, но скоро отключатся двигатели и ящеры вынуждены будут замереть, нужно срочно какой-то финт придумать. Хотя, если отключатся их двигатели, то можно включить наши, а лучше…

– Капитан, срочно поднимай курьера над льдом, сантиметра на три. Чтоб вода ушла.

Запустились наши двигатели, разгоняя мелкие волны в округе. Это еще хуже, волны набегали на невидимые препятствия и обтекали их. Четко показывая, где находятся мои ящеры. Но вот воду начало втягивать обратно. Лед там, где побывала вода, становился из белого прозрачным.

Тут же появился запрос связи.

– Сосунок, не дури, взлетите, мы вас сшибем.

– Живым я вам не сдамся, – немного пафосно, но зато от чистого сердца сказал капитан.

Ничего, пусть говорят, это мне нужно, внимание от окружающего пространства отвлекают. Только вот ящеры подозрительно замедлились, я думал, что это из-за воды, но нет. Вода ушла, а они еле двигают. Боюсь, не успеют. Если они вовнутрь не попадут, считай крышка нам.

Вот открылась аппарель пиратского корвета и с него повалила абордажная команда. Именно повалили. Было бы даже смешно, если было не так страшно. Теперь хоть понятно, почему ящеры замедлились. Пиратские абордажники толпой сбежали по аппарели, шагнули на лед и дружно повалились на задницы. Лед-то после воды стал очень скользким. Я смотрел, как они, матюгаясь, пытались встать и тут же падали.

– Гена, ложитесь на пузо, двигатели для невесомости используйте для движения.

Ту-ду-х. Абордажники разлетелись в разные стороны, как кегли. Ясно, кто то из ящеров не рассчитал тяги двигателя и сейчас, наверное, сам в глубоком ауте находится. Все, нужно помогать. Я, выпустив джампы, разогнался по шлюзовой и аппарели. Оттолкнулся и щукарем полетел в сторону толпы. Понятно, что не допрыгнул, просто упал на пузо и заскользил в сторону боя. Но там уже кровавый фарш летел в разные стороны.

– Гена, вовнутрь. Тут я справлюсь, – прокричал я в общий канал.

Тут уже и справляться не с кем было. Один пират догадался лечь на спину, выхватив игольник, и стрелял очередями по спинам ящеров. Иглы для средней брони ящеров абсолютно бесполезная штука, даже не щекотка. Я, заскользив до пирата, двинул плоской частью палаша, упокаивая его. Тут же выхватил винтовку и продырявил пару тел, которые все еще пытались встать, этим просто не повезло, оглушить я их не мог, а оставлять за спиной нельзя было. Ну все, тут тишина. Лишь бы капитан с командой на помощь не побежал и дронов не отправил. А то с противоистребительных турелей саданут, потери глупые будут. Я пробежался по ситуации, абордажники целы, да и цель одиночная, поэтому не стреляли, а сейчас если кто появится, точно огонь откроют. Отправил приказ капитану, чтобы не выходил ни при каких обстоятельствах.

Мне бы тоже внутрь к пиратам попасть. Аппарель уже приподнялась на метр, я зацепился за край и перевалился на нее, лед действительно оказался очень скользким. Похоже, это не просто замерзшая вода, тут слизь какая-то присутствует. Обратил внимание, что наш курьер больше не может зависать, и грузно сел обратно на лед. Вода тут же снова вышла из лунки, смешавшись с кровью. Дальше аппарель уже сильно приподнялась, и меня как с горки скатило в трюм к пиратам. Подозрительная тишина стояла вокруг. Я вслушался, тихо. Странно, почему боя не слышно? Тишина была доли секунд, а столько в голову фигни за это время налезло. Врыв пробивного шнура и звук схватки. Значит, мои уже в следующий отсек пробились. Я побежал к ним. Вернее, я думал, что бегу к ним. На самом деле я бежал за ними до самой рубки. Вдоль по коридорам лежали редкие упокоенные члены экипажа. Двери были открыты, видно, тоже капитан не дурак, чтобы мы их не портили, открыл сразу. Правда, это значит, что он отбиться рассчитывает, значит, сюрприз спереди. С потолков, где стояли защитные турели, летели искры или свисали лоскуты лент питания и токопроводящих шин. Тут никакого бережливого отношения к имуществу.

Я смог догнать ящеров только перед рубкой. Дверь была открыта, но была более серьезная преграда в виде двух абордажных дронов с защитным полем. С холодным оружием не побежишь. Дрон во время выстрела отключает поле. Так что стреляет он много и быстро. Одного дрона легко прорубать можно. А их тут два, да их еще экипаж пиратского корвета прикрывает.

Ящеры заняли позиции вдоль коридорчика. Ну что, попробуем поговорить. Пострелять-то всегда успеем. Тут я попадаю в ту же ситуацию, что и пираты до меня. За обороняющимися находилось оборудование. Мое оборудование! А вооружены мы с ящерами довольно мощным оружием. Дырок наделаем, так что оборудование под списание пойдет, а оно тут навороченное. Этот корвет и сканирование не обнаружило, и видели они детали на планете, недоступные на другом оборудовании.

– Господа разбойники, бандиты и тунеядцы, предлагаю вам сдаться.

Мой голос усилили динамики скафандра.

– Щас, может, и коды от корвета тебе отдать? – ответил звонкий девичий голос.

Я на секунду растерялся, ожидал услышать того грузного, который капитана курьера пугал. Но все-таки на автомате ответил:

– Было бы замечательно, я даже подбросил бы вас до ближайшего жилья.

В ответ раздался все тот же девичий смех.

– С чего бы? Мы тут долго можем сидеть.

– Но не вечно.

– А мы вечно и не будем сидеть, сейчас взлетим. Размажем ваш курьер с орбиты. И домой. Да, обидно будет помощи у товарищей просить. Прикалывать будут потом лет двадцать, что я так нехорошо вляпалась. Но думаю, я это переживу как-нибудь.

Блин, а у нее есть все шансы, будь я с обычными людьми. Долетела бы до своей базы, а там бы нас с двух сторон раздавили. А сейчас ее от взлета удерживает только то, что ее действительно засмеют после такого.

Ладно.

– Гена, перегружайте щит правого дрона. На счет три. Раз. Два. Три-и-и!

Ящеры закинули гранату-ловушку. Она действует так же, как и тепловая ловушка у земных самолетов. Дроны пару секунд не могут определить ложную цель и начинают стрелять по ней. Так что две секунды у нас есть, дроны устроят переполох и заняты будут расстрелом ловушки. Для людей эта ловушка обычная светошумовая граната, так что полторы секунды у нас точно есть. Я выскочил из укрытия и начал всаживать одиночными в область шины управления. Туда летел концентрированный огонь, защитный щит только и распухал вспышками длинных очередей. Щит мигнул, и мой выстрел достиг цели, чего-чего, а слабые места дронов я знаю. Но щит неожиданно слетел, поэтому помимо моего выстрела очереди ящеров прошили как дрона, так и ящик неизвестного мне оборудования. Ух, блин, жалко как.

– Старший, дальше мы сами.

Не успел я ничего сказать, как ящеры выскочили строго в ряд на амбразуру. Щит средней брони аннунаков держал выстрелы около секунды. Поэтому ящеры менялись каждую секунду. Первый бежит, принимая весь град пуль. Тут же останавливается, его обгоняют другие, прикрывая уже своим щитом. Три секунды, и дрон, порубленный невидимым клинком, развалился на две части. Еще две секунды. И крик:

– Сдаемся.

Но особо никого этот крик не остановил, аннунаки продолжили свою атаку. Правда, уже оглушали, а не убивали.

– Аннунаки в… – раздался короткий крик, но быстро замолк.

Правильно, ящеры под маскировкой, и не видно, кто там, на тебя нападает, пока вплотную не подойдешь. А как увидишь, кто это, то становится поздно.

Я, конечно, не так сработан в команде, но в схватку нырнул следом за ящерами. Краем глаза увидел фигуру, которая нырнула за тумбу. Я с разгона побежал туда, вот высовывается рука с короткостволом. Блин, боюсь, не успею. Не успею не до того, пока она кого-то расстреляет, а до того, когда ей ящеры шею свернут. Прыжок, перелетаю щучкой через тумбочку. Захватываю по пути руку своей рукой и роняю тело, наваливаясь сверху. При этом приложил руку, держащую короткоствол, об пол так, что тот, заскользив, улетел в дальние дали. Дальше небольшая борьба. Хоть я был в скорлупке брони, но трепыхающееся девичье тело ощущалось сполна. Блин, ну зачем она пытается бороться, даже вполне профессионально, в партере пытается захватить руку на болевой, а мысли-то у меня не очень в голове. А вот пиратка резко сменила стратегию, превратившись в беспомощную паиньку.

– Сдаюсь, больно.

Глава 26

Я отпустил ее и сел рядом на пол, привалиашись спиной к тумбочке. Пиратка продолжила лежать, согнув одну ногу в колене.

– Давай знакомиться, я Дикий.

– Варя.

Неожиданно земное имя, я даже замолчал надолго, пусть оно названо с каким-то неимоверным акцентом, но какое-то доброе, как из сказки.

– Ну что, Варя, делать дальше будем?

– Вариант, что ты просто уходишь с моего корабля, не рассматривается? – как-то не по-сказочному съязвила пиратка.

– Ну почему же, рассматривается. Только это уже мой корабль.

– Тогда давай рассмотрим этот вариант. Ты просто уходишь с твоего корабля.

– Без проблем, присягаешь мне на верность, и корабль твой после двадцати пяти лет службы.

– То есть я даю тебе честное слово, что буду тебя слушаться, и ты просто уйдешь с корабля?

– Ну, в общем-то да. Тебе самой нравится в пиратах ходить, людей грабить? Не думаю, что ты всегда мечтала родителей на глазах у детей убивать.

– Мораль будешь читать?

– Нет.

– Тогда давай быстрее тебе поклянусь, да и полетела я к себе на базу. Ой, к тебе, конечно. Даже стрелять по тебе не буду, быстренько улечу и все.

– Нужно клятву от души дать. Иначе, боюсь, беда выйдет.

– Я со всей душой тебе дам клятву.

– Подумай, это твой шанс.

– Хорошо, давай откровенно. Я свободный капитан, зачем мне начальник нужен? Я от отца сбежала. А ты хочешь, чтобы я сама добровольно под кого-то пошла. Я в пираты пошла только из-за свободы.

– Ну, себе-то не ври, что ты в этой системе делала по своей воле? Тут ничего нет, не думаю, что тебе интересно тут торчать было. Молчишь? Да все просто, тебе приказ дали, ты и пошла. Свобода вещь относительная. Все мы под кем-то. Ладно, отвлеклись мы что-то, коды доступа давай.

– А не отдам?

– Ну, ты вроде строишь из себя взрослую девочку, вот сама и придумай, что будет, если не отдашь.

Варя надолго замолчала, начала смотреть куда-то вверх и в сторону. Похоже, что слезы наворачивались на глаза, и она с этим боролась.

– Если я тебе отдам коды управления, отпустишь меня с командой на ближайшей станции?

– Нет. Я тебя, конечно, отпустил бы. Но корабль такого класса ты уже не купишь, просто у тебя денег не хватит, да еще и не продают тут такие. Хоть ты отца и ругаешь своего, а он ведь тайно поспособствовал, чтобы тебе такой корабль достался, он явно кому-то заплатил немалые деньги. Даже думаю, у тебя здесь в команде опекун от него есть. Который тебя выручает иногда, и скорее всего выручает с папиного счета. А что сейчас будет? Купите ведро, которое никуда не наймут. И что тебе остается? Будешь грабить бедолаг шахтеров да грузовики без охраны, и то если повезет. С них брать-то нечего, кроме греха на душу. Вот твою душу я и хочу спасти, не хочу, чтобы ты полетела вниз по наклонной. Коды.

– Ты просто хочешь забрать мою душу.

– Если только так получится ее спасти, то заберу душу, но обычно договариваемся.

– И много врагов ты на свою сторону переманил? Я же не первая, которой ты перейти на твою сторону предлагаешь. Можно с кем-то пообщаться, узнать, можно ли тебе верить?

Я, недолго думая, заорал в пустоту:

– Гена, подойди, девушка хочет с тобой пообщаться.

Появилось марево маскхалат, было видно силуэт, но невидно, кто это.

– Да сними ты маскировку, от кого тут прятаться?

Гена снял маскировку и откинул капюшон маскхалата.

– А-а-а…

Варя из положения лежа на спине перевернулась на четвереньки. Причем получилось это у нее как у кошки, грациозно и моментально. И она рванула на четвереньках в сторону, я еле успел поймать ее за щиколотку. От этого она еще сильнее задергалась, чуть не выдернув мне руку. Пришлось по полу волоком подтянуть ее к себе и вновь навалиться телом.

– Да стой ты, чего ты так испугалась?

Варя ничего не слышала, а только в панике дергалась в разные стороны.

– Старший, может моя выйти? – послышался за спиной голос Гены.

– Зачем? – не сразу понял я, сильнее наваливаясь на дергающееся тело.

– Подождать, пока игры у вас закончатся.

– Какие игры?

Как-то девчонки быстрее грязные шутки и намеки понимают, вон как Варя сразу из истерики вышла. И обмякла.

– Брачные, – безразлично ответил Гена.

– Стой тут. Нет у нас никаких игр, – почти прокричала она.

Все-таки интеллект у ящериц высокий, хоть и ведут себя как дикари. Гена выдал шутку.

– Хорошо, моя стоит тут, моя любит наблюдать.

Но что это шутка, понял только я.

– Не будет никаких игр, – снова прокричала Варя, но уже испуганно.

Что-то на Гену говорливость напала да остроумие. Я видел его улыбку, что он специально коверкает слова, глаза светились на его лице.

– Старший, если играть твоя не хотеть с пленной. Может, Старший отдаст пленную поиграть аннунакам.

– Нет, Гена, не дам, с едой не играют, – подыграл я ему.

– Ну-ну. Посоревнуйтесь в остроумии.

Я уж не знаю как, но Варя нас раскусила.

– А что ты на четвереньках от культурного ящера убегаешь?

– Есть причины. Мать они у меня убили.

– Соболезную, – сказал Гена, а потом добавил: – Ваши тоже много наших матерей погубили.

– Ну ладно, ты хотела что-то спросить, – прекратил я их распри, а то новую войну устроят.

– Да нечего спрашивать, и так ясно. Пошли клятву давать, пока я не передумала.

– Пленные построены в столовой, – доложил Гена.

Мы торжественно вошли в столовую, где совсем не торжественно были выстроены члены экипажа захваченного судна. Побитые, скованные силовыми наручниками, они стояли, подбадриваемые энергетическими бичами аннунаков. Но бодрости и торжественности у них не было все равно.

Проходя мимо того грузного мужика, которого я принял за капитана сначала, который обещал обрезать пальцы капитану курьера, Варя пристально посмотрела на него, задавая немой вопрос. Тот отрицательно качнул головой. Варя чуть задержалась, но все-таки пошла за мной.

– Итак, господа, ваш капитан решила присягнуть мне на верность.

– Не делай этого, – сказал все тот же мужик.

Ближайший ящер двинулся в его сторону, чтобы огреть говорливого бичом. Я жестом остановил его. Похоже, этот мужик и есть тот самый опекун, который приставлен отцом Вари следить за ней. Возможно даже, команда преданна именно ему, а не капитанше.

– Почему?

Я подошел к нему вплотную.

– Ты держишь около себя негуманоидов.

– Расист? Хардан или Делус?

– Делус.

– Ого, это же почти центр Содружества, как же отец отпустил?

Я махнул головой в сторону Вари. Тут действительно интересно, конфедерация Делус одна из самых обеспеченных стран участниц Содружества, и бежать из нее во фронтир это как минимум либо умалишенным нужно быть, либо от жиру беситься. Тут скорее второе.

Опекун на секунду отвел взгляд в сторону, он понял, что у меня есть рычаг давления на него, это Варя.

Я снял путы с него. Ох и здоровый же, двухметровый, да и так очень габаритный, когда-то это был мускулистый качок, сейчас заплыл жирком, отпустив пузо и второй подбородок, но сила в нем чувствовалась.

– Как зовут?

– Дон.

Я усмехнулся.

– Ну что, Дон, хочешь, чтобы Варя продолжала грабить, пока в розыск в Содружестве не попадет? И ей обратной дороги домой точно не будет. Или ты рассчитываешь, что она завтра подожмет хвост и к папочке попросится? Ты сам в это веришь? Я вроде неплохой вариант в вашем случае.

Дон молчал.

– Ксеносы.

Ясно, фанатик своей веры. Готовый умереть за чистоту расы.

– Придется смириться. Выбирай, с нами ты или нет. Могу вас высадить на первой станции. Варя выбрала быть в моей команде. У нее свое мнение есть. Вы можете остаться со своим.

Так сказал специально, задев упрямство девушки. И Дон тоже понял, что сейчас бесполезно спорить или объяснять ей что-либо.

Ладно, я вытащил палаш из ножен и начал собирать энергию мира в него, сейчас мне ритуал не требовался, я и так понимал, что хочет от меня мой меч. Вот засветились прожилки.

Дон сразу рухнул на одно колено, выкрикнув:

– Пощади девчонку. Я помогу.

Я чуть концентрацию не потерял, чего это он? Я вроде не собирался ее убивать. Однако энергия стала собираться более интенсивно. Варя произнесла слова клятвы, и я приложил кончик клинка к плечу девушки. А дальше удивился даже я. Разряд был такой силы, что Варю откинуло к стене, и она потеряла сознание, ударившись о переборку. Из уголка губ стекала тонкая струйка крови.

– Спасибо, я должник, – пробормотал Дон.

За что спасибо? Я огрел девчонку, она явно при смерти. А он мне спасибо говорит. Хотя меня осенило, что это он палашу говорит, а не мне. Да и ладно, нужно девчонку спасать. Дон-то хоть и приговаривал, но с места не двигался. Пришлось идти мне и аптечку активировать.

– Что это было? – задала первый вопрос Варя, как очухалась.

– Это ты нашла себе сюзерена, – сказал Дон.

– Не может быть, не хочешь же ты сказать, что сказки про живые мечи правда. И меч его принял?

Я стоял и как-то молча по-глупому смотрел на говорящих. Они говорили, как будто меня не было. Да что меня, столовая помимо меня битком набита людьми и не людьми. А я и сам толком не знаю про свой палаш, поэтому мне ничего не оставалось, как слушать вместе со всеми и переводить взгляд с одного на другого.

– Ну, как видишь. Я ж тебе сколько говорил, прислушивайся к советам старших. А ты: нет, я сама все знаю.

– Ну хватит уже.

– Меня твой отец прибьет.

– Не переживай, если его меч слушается, значит, не стыдно служить ему.

– Кхм, – наконец не выдержал я. – Ничего, если я вам помешаю. А то у меня капитан курьера нервничает там, боюсь, как бы с испугу чего не натворил.

Варя вскочила и склонила голову.

– Жду распоряжений.

– Пойдем в рубку, поболтаем. Скажи своим, чтоб не чудили. Гена, освободи всех.

Мы ушли в рубку, я принял коды и поменял на свои.

– Ну все, рад приветствовать новых подданных, задание – лети в нашу систему. Координаты, думаю, есть. Там указания от Мозгокрута примешь.

– Принято. Только…

И Варя замолчала, подбирая слова. Я уже подумал, что-то сложное просить будет. Не успел спросить, что, как она продолжила:

– Если не военная тайна. Что вы в прорубь смывали?

– Да нет никакой тайны. Водоросли запустили, в планах тут завод поставить.

– И всего?

– Ну извини, что разочаровал.

– А можно мне вложиться в строительство?

Очень быстро она взяла быка за рога. Я пока не думал еще о прибылях, да и еще неизвестно, примутся тут водоросли или нет. Да и через сколько лет они разрастутся, что их вылавливать можно будет. Все-таки температура тут минусовая. Но вот то, что денег у меня нет новое производство открывать, это точно.

– Конечно, можно, с Мозгокрутом обговоришь все подробности. А нам пора наружу, на лед.

– Что, правда уйдешь, и даже соглядатая не оставишь?

– Я тебе верю, думаю, ты уже насмотрелась на пиратскую романтику. И думается мне, что сама хочешь порвать с прошлым. Так что это выгодно для нас обоих.

Ну не говорить же, что у меня некого поставить к ней надсмотрщиком. Тем более корабельный искин официально сменил пользователя. И он просто не сможет стрелять по дружественным кораблям. Кнопку «Беленко» я заблокировал пока. Если кто не знает, что это за кнопка такая, объясняю. Был в Союзе предатель с такой фамилией. Он угнал самолет с базы на Дальнем Востоке в Японию. Поднятые по тревоге самолеты не могли его сбить, просто потому, что оружие по своим не стреляло. Вот после этого на всех самолетах появилась кнопка, позволяющая стрелять по своим. А сейчас тут переводчик систему корабля обозначал для меня именно как кнопку «Беленко».

– Ну ладно, до встречи тогда.

– До встречи. Абордажников своих собери, там живые есть. И дай команду, чтоб в спину не стреляли.

– Они не мои, наемные. Но соберу и команду дам.

Мы вышли на лед. Я даже не узнал местность, вместо белого льда вся округа стала цвета хаки, причем по воде плавали редкие оливковые пузыри. Возможно, все было зеленое, просто под светом желтого неба получался такой цвет. Около трупов, где была разлита кровь, вода была просто усеяна пузырями, как мелкими, так и крупными. И не такими, как в кипящей воде, бурлящими, а статичными, они просто стояли не шевелясь. Я на всякий случай Доку взял образцов. Здесь не пробирки, а пакетики специальные в моде. Вот я и зачерпнул туда зелени. Может, это ему поможет быстрее разобраться с исследованиями водорослей.

Мы подождали, пока соберут раненых и трупы, и двинулись к своему кораблю. Лед был уже не такой скользкий, а был обычный. Скользкий, конечно, но без слизи.

Падать в такую болотину не хотелось совсем. Поэтому шли аккуратно. До аппарели добрались без проблем, а вот дальше команда курьера перенервничала. Я два раза сказал, что идем мы, и чтобы они не стреляли. Да и до баррикады еще два поворота. Но все-таки на всякий случай я высунулся из-за угла и назад заскочил. Тут же очереди из игольников пролетели мимо.

– А ну бросили оружие, дебилы, иначе сейчас казню всех.

– Давай, ты уже старпома казнил, все равно всех перережешь, так хоть с оружием умрем.

Ясно, кто-то еще тут засланный есть, подбил на геройство троих баранов.

Я махнул Гене, тот молча включил щиты, и мы за секунды добрались до наивных героев. Ящеры даже глушить их не стали, просто отняли оружие и взяли за шкирки, как котов нашкодивших. А вот и капитан курьера с командой сзади этих героев выскочили.

– Я не знал, что эти тут отираются.

Я прошелся мимо троих повязанных, пристально всматриваясь в лица. Готовность умереть, отстаивание высшей цели. Больше ничем от них не веяло. Похоже, они под препаратами. И засланного казачка среди них нет. Тот умнее их, конечно, сам не полезет. Просто подбил, а сам в тину.

Я приказал капитану собрать всех в кают-компании. Нужно казачка найти, да объяснить экипажу нужно, почему я старпома казнил. Ведь обыск в каюте старпома ни к чему не привел. Пришлось взять пару свидетелей и пошел сам осмотреть каюту. Тайники я искал хорошо. Поэтому я с ходу ногой выбил фальшпанель за кроватью. И вытащил оттуда прибор дальней связи. Ну не совсем дальней, но с помощью этого прибора в пределах системы связь держать можно было без ретрансляторов. Такой прибор очень не любили везде, им именно пираты пользовались. Это как со штыком с пилой в Первую мировую в плен попасть, сразу смерть. Как правило, если кому-то что-то нужно отправить, то спокойно через ретрансляторы корабля все отправляется. А кому нужно сведения отправлять тайно? Правильно, недоброжелателю. Как правило, тут во фронтире если у кого найдут такой прибор, сразу через шлюзы в космос гулять отправляют. Кому охота в засаду пиратов попадать? Так что казнь помощника капитана уже оправдана. Нет, так-то он на меня оружие направил, но экипаж все-таки больше гражданский. Поэтому лучше дополнительные доказательства предъявить.

Помимо прибора связи вытащил джентльменский набор. Хороший плазменный короткоствол, пару игольников армейского образца. Один игольник миниатюрный. Наборы сухпайков и аптечек. Ну и конечно, обезличенные карточки с кредитами и драгоценные камушки.

Насладиться находкой не дал сначала толчок. Это корвет Вари взлетел. Это все по плану, а вот дальше пошло не по плану. Появился крен на одну сторону, похоже, лед под курьером от взлета провалился. Похоже, водоросли подточили его, другого объяснения я не нашел. А я не вовремя весь экипаж в кают-компанию собрал. Тут же дал команду на взлет, потом разберемся, кто второй шпион, никуда он с подводной лодки не денется. Но куда там, пока это еще все разбегутся по своим местам. А курьер почти завалился на бок и начал скользить уже в глубину, я приготовился идти ко дну. Интересно, а со дна взлетим или нет? Вроде на некоторых планетах давление атмосферы такое, что газы имеют пограничное состояние, почти жидкость. Значит, должны взлететь. А то Варю назад звать, чтобы нас спасала, как-то не солидно. Пока я размышлял, корабль закачался на воде. Фух, ясно, мы как поплавок, утонуть не сможем. Ну логично же, замкнутый герметичный корпус. Теперь другая проблема мозг выносит: киля нет, в каком месте у нас центр тяжести? Сейчас перевернемся с ног на голову. Но, наверное, тут стабилизация на антигравах работает, в правильном положении корпус удерживает. Я переключился на наружное наблюдение, Ну точно. Курьер ходил в полынье. Ну не скажу же я, что плавал в проруби. Вода была оливковой, а на краях полыньи, на льду как паутина висела оливковая пленка.

Возможно, и не нужно несколько лет ждать, чтобы завод тут строить. Больно уж резко размножаются эти водоросли. По-моему, их как биологическое оружие использовать можно.

Вновь толчок, это заработали взлетные гравикомпенсаторы. Секунда и мы отрываемся от земли, начали работать взлетные двигатели. Планета превратилась в шарик, а потом в звездочку, мы начали разгон для прыжка домой.

Выходя из каюты вслед за понятыми, я увидел, что меня ждет один из членов экипажа с нашивками техника по двигателям. Его ненавязчиво блокировали мои телохранители. Вид он имел далеко не спортивный, говоря откровенно, дистрофик.

– Можно с вами поговорить? – спросил дистрофик, выглядывая из-за могучей туши ящера, которая как бы случайно перекрывала прямую линию между им и мной.

– Ну пойдем, поговорим.

– Если можно, наедине.

Вид дистрофика никаких опасностей не вызывал. Его соплей перешибить можно, но вот само желание «поговорить наедине» напрягло меня сильно.

– Наедине никак не получится, у меня нет секретов от Гены. Посмотрел я на ящера, который одобрительно моргнул третьим веком. Сразу к дистрофику подошел один из ящеров и молча просветил его переносным сканером. Похоже, на дистрофике ни взрывчатки, ни оружия не было. По крайней мере, сканер не выявил. Ящер кивнул и отошел в сторону, освобождая путь. Я вернулся в каюту старпома следом за дистрофиком. Гена встал у меня за левым плечом.

– Ну, я внимательно слушаю, – сказал я, весьма отдаленно представляя, что он от меня хочет.

– Можно обесточить камеры в каюте?

Я кивнул, Гена достал глушилку, которую используют при захвате преступников. Она блокирует как внешние камеры, так и нейросеть. Конечно, не так, как сфера, которая вообще звуки не пропускает. Но сферой я все еще не разжился.

– Наверно, вы догадались уже, что я тот самый диверсант на этом корабле.

– Ну, были такие предположения.

– Так вот, я слышал, вы бывших врагов к себе на службу берете.

Во как, хитрый попался, знает, что с корабля уже не выберется, решил переобуться по-быстрому.

– Ну, в теории мне нужны люди, – неопределенно сказал я. Если честно, я и сам еще не решил, нужен ли он мне.

– Я принадлежу к закрытому ордену Костчев, и я не могу служить сюзерену, который слабее меня. Прости, но мне нужно испытание.

Я еще только обдумывал, как бы пожестче ответить, что никаких испытаний не будет, либо он со мной, либо нет. Да и кто может быть слабее его? Практически скелет, обтянутый кожей. Не успел я додумать, как тело начало двигаться на автомате. Причем по сопротивлению окружающей среды я понимал, что замедление времени одно из самых высоких, которые я видел. Воздух был не как кисель, а как резина. Мне в шею летел непонятный предмет, зажатый в руке дистрофика. Вроде что-то длинноклинковое. Иначе он просто до меня не допрыгнул. Мне приходилось вминаться в воздух, как в какую-то стену из песка. Вот-вот коснется моей шеи, даже парировать нечем. Значит, изогнусь, пусть потом упаду и буду уязвим для второго удара. Но успею выдернуть палаш из ножен, да и Гена прикроет. Вот наконец-то в трех сантиметрах разминулся с кончиком клинка. Дальше дистрофик двигался по инерции, такое движение не остановить. Да и я дальше полетел на спину, мое движение тоже не остановить. Но я уже с палашом в руке, а это уже защита, даже если я буду лежа. Дальше все завертелось. Перед тем как упасть, я увидел, что дистрофик закончил движение и упал на колени. Аккурат за долю секунды до того, как в этом месте пролетел невидимый клинок Гены, который срубил бы дистрофику голову, если бы тот остался стоять. Я же грохнулся на спину и медленно и совсем некрасиво, как старик, перекатившись через бок, встал на ноги. Это только Джеки Чан вскакивает, как неваляшка, а мне что-то после таких падений отдышаться хочется, а вот прыгать совсем не хочется. Да и не нужно все мои возможности показывать. Дистрофик стоял на коленях, опустив голову. Перед ним лежало стеклянное мачете полуметровой длины. Гена держал руку на отлете, готовый в любой момент обезглавить дистрофика.

– Я готов служить тебе, хозяин.

Определенно хитрец. И вроде охота его черепушку, обтянутую кожей, размозжить, и вроде он все по чести сделал. И вместо всего я спросил то, что меня больше всего интересовало:

– Это что, стекло?

Ведь тут стекло совсем не в моде. Здесь чаще прозрачный пластик увидеть можно. А стекло редкость.

– Да, специально закаленное.

– А где ты его прятал? – опять задал я вопрос, интересующий меня с технической точки зрения. Ведь полметра нигде не спрячешь на теле.

– Клинок в специальном футляре на части разделенный лежал, его ни один сканер за целое не примет. Перед ударом чехол натягивается, выравнивая части, и впрыскивается супержидкий клей, который моментально склеивает части в одно целое. Клей к чехлу не липнет. Потом только клинок как из ножен достать нужно.

– А если бы я не прошел испытание, то как надеялся уйти?

– Я не надеялся уйти.

– Ясно.

Я начал собирать энергию клинком. Прозвучали слова клятвы, и я дотронулся клинком до плеча нового подданного, ожидая, что его сейчас тряхнет. Но его ни грамма не тряхнуло. Видимо, мослы не токопроводные, но была у меня мысль, что того, кто клятву и так не нарушит, того не бьет, того, кто склонен к нарушению слова, того бьет сильнее. Интересно даже стало, как тряхнет того, кто гарантированно клятву нарушит.

– Рассказывай теперь, чем ты мне полезен будешь?

– Разведка. И создание общественного мнения.

И дистрофик начал рассказывать мне, что происходило в соседних системах. Что-то я уже знал от Гоша, что-то дополнил дистрофик. Но чего не знал Гош, так это экономической составляющей. А вот дистрофик точно разъяснил потенциалы каждой системы. Нужно обязательно его с Мозгокрутом свести. Такую аналитику я просто не потяну. Лишь понял для себя, какие системы перспективнее. Точнее, пусть Мозгокрут анализирует, кому какие поставки перерезать, чтобы крах начался. И нужно ли мне это…

А мне пора бы и баиньки уже. Ах да, еще тут трое на меня покушение совершали. Нужно приговор огласить.

Собрал всех свободных. Объявил, что трое приговорены к смерти, но приговор заменен пятью годами каторги, с отбыванием на этом же корабле. Пусть поработают пять лет бесплатно.

Ну, теперь точно можно спать.

Ночью меня костерил Сенсей. Как так я повелся на безобидную внешность и расслабился. На самом деле я не расслаблялся, ожидал подвоха, но немного другого, типа живой мины или выстрела. Но вот физической силы от дистрофика я никак не ожидал. Сенсей мне объяснил, что члены этого ордена специально добиваются такого тела, чтобы их серьезно не воспринимали, во-вторых, чем меньше мышц, тем быстрее двигаются. Да и выносливые они, потому что не нужно лишние мышцы кислородом снабжать. А сила? Сила тоже есть, не такая большая, но достаточная, чтобы задушить кого-нибудь голыми руками, не говоря уже, чтобы клинком махнуть. А дальше я провалился в сон. Снилась Земля, дом, речка. Родные.

– Рота, подъем.

Я вскочил на кровати и уставился в сообщение, которое висело перед глазами.

База изучена.

И все! Ни описания, ничего другого. Я после сна еще никак не пойму, что это. Я сидел на кровати и пялился в надпись, постепенно соображая, какую базу я изучал. Удар током привел в чувство, разогнав остатки сна. Не успел я слететь с кровати, как второй удар вдогонку.

– Да, блин, бегу, бегу-у.

Еще один подбадривающий разряд. Давненько я столько не получал. Да и, если честно, я забыл, когда вот так после сна сидел на кровати, соображая, где я.

Глава 27

После зарядки сразу навалились дела, ведь вошли в систему Альтар. Мозгокрут мне сразу план действия на день прислал, тут и встречи с местными и не местными магнатами, и встречи с общественными организациями. Да и со своими совещания проводить нужно. Есть вопросы, которые только я мог решить и Мозгокрут. Кстати, точно, я быстро пробежал по графику встреч и большую половину перекинул на Мозгокрута. Пусть работает! От совещаний никуда не деться, это мне нужно и это мне интересно. Тут же пришел ответ от Мозгокрута, что встречи я должен провести лично. Люди заинтересованы вложить деньги. Я должен лично обговорить все дела. Да ладно, ладно, убедил. Встретимся, обговорим.

Все, а теперь, пока до базы летим, есть время посмотреть, что там за база изучилась. Я уже вспомнил что это база, которую начал изучать при вступлении в должность хана. Ну что, отвечу-ка я на тесты, контрольные. Узнаю, что изучил. Предупредил всех, что занят, и чтоб меня без нужды не беспокоили. И предвкушая что-то очень интересное, начал отвечать на тесты.

Ну что могу сказать спустя два часа, я немного сник, ожидал чего-то большего. А тут бесконечные установки по управлению и мотивации подданных. Экономические методы, стратегии и прочее и прочие. Потом пошла юриспруденция. Блин, это просто страх какой-то. Я понимаю, что это мне необходимо. Но это мне не очень интересно. Я сидел и отвечал на вопросы, а сам думал, когда же кто-нибудь меня дернет по какому-нибудь поводу или без. Но все как назло не беспокоили.

Единственное, что полезного узнал, что я могу по Содружеству летать без очереди на воротах, если себе на корабль дипломатический статус подвешу. А он легко вешается за моей подписью.

Вот прошло уже три часа, а меня все равно никто не беспокоит, юриспруденция закончилась, начался этикет, потом родословные знати. Так-то понятно, я должен знать, кем правлю, только этой знати нет как несколько тысяч лет. Но кнопки «пропустить эти знания» нет, пришлось по-честному отвечать на вопросы, чтобы знания закрепились в голове.

Вот наконец-то плавно перешли к истории государства и Содружества. Тема для меня интересная. Но как только пошло что-то интересное для меня, как меня отвлекли. Мы прибыли в крепость. Ладно, потом отвечу на вопросы, хотя что ладно. Ура, хоть что-то отвлекло! Что там у нас по плану?

– Мозгокрут, что у нас по плану, а то тесты весь мозг вынесли.

– Какие тесты? – подозрительно спросил Мозгокрут, а я не, чуя подвоха, радостно сообщил:

– Как какие тесты? База твоя изучилась, весь мозг с утра вынесла уже. Так что там с планом работ и встреч на сегодня?

– Работы, встречи на сегодня и завтра отменяются. Ты не понимаешь, как это важно. Ты должен сдать все тесты, причем дважды. Так и быть, все встречи сам проведу.

– Так ты мне сам говорил, что необходимо мне лично встречаться со всеми.

– Перетопчутся. Не настолько важно, знания важнее.

– Да чем они важнее? Для чего мне родословные подданных изучать, которых нет как несколько тысяч лет. Да и голова у меня лопнет, если я безвылазно еще хотя бы час там проведу.

– Ничего страшного, разок транквилизаторами воспользуешься, я у Дока коктейльчик закажу.

– Не буду я колоться дрянью.

– Будешь.

– Да кто тут главный в конце концов!

– Не капризничай. У тебя обязанности есть перед нами. Ты хоть думай, что теперь не только за себя отвечаешь. До тебя все под транквилизаторами экзамены сдавали, знания слишком объемные, без химии не справишься. Сейчас коктейльчик от Дока принесут.

– Не нужно, пойду сам до него дойду, мне как раз образцы ему сдать нужно.

– Давай, давай.

Мозгокрут открыл двери лифта, чтобы я не передумал.

У Дока было почти как обычно, если не считать того, что студент не просто сидел пялясь в невидимый монитор, а вел прием пациентов. У него даже очередь в коридоре была, благо у меня вход отдельный был.

– Где Док?

– На вскрытии, скоро закончат, его лучше не беспокоить, – скороговоркой проговорил студент, настраивая медкапсулу. Кто в ней лежал, я не видел. Вдруг девчонка голая. Поэтому ждать мне тут было не комфортно. Людей смущать не хотелось. А студент закончил с этой капсулой и начал открывать другую.

– Где тут подождать можно, чтоб людей не смущать?

– А, ну вот у нас комната отдыха есть. По коридору первая дверь направо.

Студент указал мне на дверь. Я поблагодарил и сразу последовал в нее. И завернул направо.

Ну что, я испытал культурный шок. Огромное помещение с различными столами для игр, тут и аэрохоккей, и бильярд, и теннис, и еще неизвестные мне игры. Да что столы. Тут лужайка небольшая для мини-гольфа, или чего-то наподобие. Даже искусственный водопад журчал. Неплохо, ох неплохо так медики отдыхают.

Одному не больно интересно в бильярд играть, но я все-таки решил погонять шары, пока Дока жду. Подошел к столу, как сразу высветилась галопанель с установками. А тут, оказывается, можно и виртуального соперника выбрать. В общем, не успел я проиграть длинноногой голограмме, как появился Док.

– А, молодой человек. Рад вас видеть в нашей обители!

– И я рад вас видеть.

– Мозгокрут описал мне суть вашей проблемы. Но давайте проблемы немного на потом отложим, я вижу, вы играете в эту игру. Понимаю, загруженность и нехватка времени, но может найдете полчаса уважить старика, сыграть с ним одну партию.

– Да почему бы и нет. Тем более поговорить нужно про исследование водорослей.

– Тут я вас огорчу. Особо порадовать вас нечем. Ничего необычного я не нашел, стандартные водоросли, стандартно развиваются.

Правила немного отличались от земного бильярда. Но в целом похоже на «американку». Док меня, конечно, обыгрывал как школьника. Если я мог что-то изобразить с попаданием в лузу удобно стоящего шара, то Док эти самые удобно стоявшие шары делал сам. У него биток откатывался ровно туда, куда нужно было Доку, у меня так не получалось. Итог закономерен, меньше десяти минут, и я продул. Главное, что не всухую.

– Док, у меня образцы этих водорослей. Я их под лед запустил на планете, так они что-то быстро разрослись.

И я достал контейнер, показывая Доку.

– Пойдем.

Док выхватил контейнер у меня из рук и поволок за собой. Мы зашли в лабораторию, где сидела пара неизвестных мне студенток, которые что-то рассматривали на невидимых мне экранах. А я потихоньку рассматривал студенток. Много что-то незнакомого народу, штат у Дока растет, сколько тут уже народа в лабораториях? Нужно будет у Мозгокрута узнать.

Док же, не обращая на меня внимания, капнул каплю из контейнера в специальный аппарат и уселся за столом за видимым голоэкраном. На экране происходило интересное, плавали палочки, амебы и просто точки. А вон те вроде инфузории туфельки. Док увеличил изображение туфельки так, что стало видно ДНК. Тут же переключил в графический режим, который отображал разноцветные кирпичики. Тут уже мне стало не интересно разглядывать непонятные графики, и я вновь переключился на студенток. Док что-то пробормотал. Позвал студенток и начал с ними что-то жарко обсуждать. Обсуждали вроде на общем, но совершенно непонятном мне языке. Я минут пять постоял. Потом покашлял, привлекая к себе внимание. Студентки обе обернулись ко мне. А вот Док был увлечен, он меня не замечал. Пришлось подойти и потрясти его за плечо.

– А? Что? А-а. Я так понимаю, наркотиками колоться ты не хочешь, думаю, это правильно. Есть альтернатива. Иди, там профессор сидит на входе. Скажешь, чтоб запустил программу двадцать восемь дробь У. И ложись в капсулу. У тебя все равно сознание не отключается в медкапсуле, вот и пройдешь там все тесты, пока тело отдыхает.

И все, док отвернулся, как будто меня нет, одна студентка правда постреливала в мою сторону глазами. Хотя, может, и не студентка. Вон на входе, я думал, студент сидит, а оказывается, целый профессор.

Студент, который оказался профессором, без вопросов уложил меня в капсулу. И я запустил тесты.

Ну что сказать, знаний просто вагон в голову впихнули. И что обидно, если технические базы были отдельными каталогами, к которым я обращался по мере надобности, то тут все знания я должен был выучить наизусть. Ну ничего, теперь я знаю, что на этой планете выращивалось элитное лягушачье мясо для лучших ресторанов Содружества. Кстати, мясо этих лягух поставлялось по такой цене, что торговля наркотиками смотрелась блекло на этом фоне. Нужно будет не забыть отвезти пробные партии в лучшие рестораны современного Содружества. Если получится хотя бы за половину старой стоимости продавать это мясо, то можно забыть про продажу металла, на сторону.

Так же оказалось, что не только нудные знания тут были. Были и интересные, и нужные мне знания по структуре и развитию государства. Вроде этим всем Мозгокрут занимается, но теперь я хоть понимать лучше стал, что он от меня хочет.

Отдельной графой шли знания по тактическому и стратегическому управлению войсками. Хотя этому меня Сенсей потихоньку натаскивает. Но такие вещи, как работы известных военных древности по разбору исторических сражений, это вообще бесценная вещь. Причем описания сражений были не отредактированные историками для населения. Когда проигрыши замалчиваются, а победы наоборот раздуваются. Тут все было объективно, не только конкретно сражение разбиралось, когда центр зарубился, а полки левой руки обошли с фланга, нет, тут вся подоплека объяснялась. Сколько средств потрачено на создание общественного мнения, сколько на подкуп генералов или на диверсионные работы. Сами сражения это видимая верхушка айсберга. А громадная невидимая работа проходит при подготовке этого сражения. Поэтому, казалось бы, какая-то случайность, завезли бракованную партию снарядов, или один генерал смог вывести свое войско на сорок минут позже, чем должен был. Эти все случайности не случайны. Это была проведена кропотливая работа над всеми этими случайностями. И именно эти случайности определяют исход битвы. И вот тут играет огромное значение команда, на которую ты можешь опереться. Если у тебя команды нет, или у тебя в команде есть кто-то несправедливо обиженный, то людей, на которых ты опираешься, очень легко обрабатывает вражеская пропаганда. Да, это тоже очень легко, просто распустят слухи, что ты гребешь деньги только себе в карман. Даже если у тебя авторитет огромный, то начинают распускать слухи о твоей жене, что она шпионит на чужую разведку, или о твоем главном помощнике, что он ворует. А лучше про них обоих. Поэтому команда, на которую можно положиться, просто необходима. Их не так просто перевербовать, если люди изначально за тебя. Ну и специальные отделы по контрразведке и созданию общественного мнения тоже нужны. Я, если честно, только сейчас понял, какое ценное приобретение для меня Дистрофик. Я прямо из искусственной комы отправил сообщение Мозгокруту, чтобы он Дистрофику предоставил финансирование и создавал отдел под него.

Пожалуй, больше всего меня заинтересовали из полученных знаний места расположения резервных хранилищ. Как кредитов, так техники и продовольственных складов. Даже в одном из аграфских банков, на их столичной планете, хранилась ячейка с ценными бумагами. Нужно будет при случае проверить. Код допуска и номер ячейки я теперь знал. Да и на планете есть остров один стратегический с военными складами, нужно будет немедленно туда слетать.

Наконец-то крышка медкапсулы отъехала, и я освободился. Глянул на время, почти двое суток пролежал тут. Ну да, мозги бы не выдержали столько знаний проверять. Странно, Дока не видно. Меня ассистентка встречала из капсулы. На вопрос, где Док, ответила, что с водорослями играется. Даже импланты на второй план отодвинул. Вот это его зацепило.

Кстати с к Мозгокруту. Нужно несколько указов о налогах, обучении и ведомствах издать.

Еще неделя пролетела сплошным потоком. Около крепости уже натаскано было прилично всяких разных битых звездолетов. Нашими мощностями это на год работы. Хоть и наши мощности на глазах увеличивались.

Пришли нейросети от Дена, поэтому специалистов сейчас обучали сами. Для этого в крепости восстановили еще один этаж, там даже тренажеры были для обучения пилотов. Конечно, они не пустовали, Мар обучала пополнение. Так что полетать, чтобы не забыть навыки, у меня не получилось.

Мастерские не знаю каким чудом собрали еще пять истребителей. Кто-то из рабочих мастерских попал на литейный завод. А там среди хлама, приготовленного на переплавку, нашли несколько битых истребителей. Тут же дали команду, что на планете, что на орбитальном заводе искать остовы и части истребителей. Неожиданно из металлолома приволокли сорок два истребителя в состоянии от месива до вполне узнаваемых по очертанию машин. Истребители тут не ценились вообще, их сдавали на лом по цене металла. Снимали только модули с них. А вот рабочие модули я скупил еще раньше, когда хотел производство глайдеров наладить. А тут по прямому назначению пригодились. Так еще около тридцати истребителей в строй поставим и модулей уже сейчас хватает, не хватает только времени.

Производство дронов тоже радовало. Были внесены несколько удачных идей, что упрощали, а значит, удешевляли производство. Глядишь, так до хорошей рентабельности поднимемся.

Вот так и кружился, с оружейниками лазил вдоль ствола главного калибра, у них уже все готово было. Только настраивали и шлифовали системы. Проверить главный калибр мы не могли, иначе пропала бы секретность. Такое событие, как выстрел с такого мощного орудия, ни один шпион бы не пропустил. А у меня весь расчет на неожиданный сюрприз для нападающих. Нет, конечно, вероятность, что получится сюрприз, у меня меньше одного процента, это вдруг если орудие не выстрелит. Но лучше рискнуть, чем встречать гостей правильным порядком. Им ничего не стоит нанять пару линкоров с дополнительно накачанными щитами, у меня просто выстрелов не хватит просадить щиты, если они по очереди принимать выстрелы будут. Сначала один спереди, второй прячется, потом он за второй прятаться будет, пока щиты восстанавливаются. Поэтому пусть лучше пираты идут воевать с зарвавшимся выскочкой, имеющим десяток истребителей. А не с ханом, имеющим серьезное вооружение да несколько десятков беспилотников.

Конечно, зону выхода из гиперпространства по-хорошему надо заминировать. Мины очень удобны, включались они дистанционно. То есть мирные корабли спокойно через них проходили. Если появлялся неприятель, они могли как детонировать разом, устраивая объемный врыв, так по одной подлетач к неприятелю и взрываясь наподобие торпед. Мины были относительно дешевы. Вот только мин нужно не десять и не сто штук, их нужно миллионы. А лучше миллиарды. И то это прикрыть небольшой сектор. Расстояния в космосе огромны, глубина сектора выхода кораблей из гиперпространства около пятидесяти миллиардов километров. Я молчу про ширину и высоту, которые в сотни раз больше глубины. А мины устанавливаются сеткой со стороной всего в десять тысяч километров. В общем, минирование очень дорогое удовольствие. Те мины, что могу снять со свалки, мне погоды не сделают. Это так, подходы к крепости прикрыть от абордажных ботов.

Ну и конечно же я слетал на остров на планете, где числились военные склады. Перед этим с орбиты немного расчистили акваторию моря. И войска зачистили подходы от мелких турелей и дронов.

Ну что могу сказать, склады были. Но практически пустые, не думал, что тут что-то гнить может. Оказывается, натуральных продуктов тут тоже хватало. На полках была труха, чем это было при жизни, неизвестно. Вроде ткань какая-то, кое-где сохранились характерные отпечатки рисунка переплетенных ниток. Ну и конечно, запасы металла. Что ж, как не склад, так металлом запасались, наверное, не думали, что его здесь столько накидают.

Самое ценное это сам остров. Красивые пляжи, есть подземные сооружения. Осталось тут садик разбить да построить… а вот что построить, еще не решил. Либо домик, либо дворец. Первый вариант предпочтительней. Когда надоест все, сюда сбегать… А тут пляжи песчаные. Железо, конечно, проглядывает кое-где через песок, но все равно курорт. Ну-ка, напишу я приказ, чтоб все руководители отделов на завтра переложили свои обязанности на своих замов и летели сюда на общее совещание. Соберемся здесь, шашлычок, пивко. Хотя бы световой день отдохнуть. Дал задание Мозгокруту организовать на завтра транспорт, мясо и слабоалкогольные напитки. И тут прямо во время разговора Мозгокрут вдруг поперхнулся и заявил:

– Тебя вызывают по галосвязи.

У меня екнуло сердце. Дальняя связь вещь совсем не дешевая, и на разговор со мной мог потратиться только один абонент, точнее одна. Принцип связи был простой, так называемое призрачное взаимодействие. Если рядом две элементарные частицы, то они будут с противоположными зарядами, и если одной поменять полярность, то тут же вторая поменяет полярность, моментально, без всякой скорости, и цепочка частиц может хоть в соседнюю галактику уходить. Связь будет все равно моментальной, без всяких задержек. А вот создание этих цепочек трудоемкий процесс, это когда-то давно лазеры начали светить в разные стороны. Их свет поддерживается постоянно, ведь до разных систем он летит очень долго. Если его прервать, то следующий сеанс связи только через несколько лет возможен будет. Поэтому поддержка такой связи очень дорогое удовольствие Табун мыслей пролетел за секунду. Что это она звонит? Соскучилась?

– Соединяй.

Уже по появившейся информации понял, что звонит не она. А звонок идет от Дена. Очень странно, а ему-то что понадобилось от меня, что за срочность?

– Привет.

Появилась улыбающиеся голограмма Дена.

– Привет, – радостно ответил я. А сам все еще в голове перебирал вероятные причины срочного звонка.

– Что-то ты не рад.

– Думал, не ты звонишь.

– Облом, а это я, смотрю, отдохнуть решил.

Голограмма Дена осмотрела пляж за моей спиной. Что-то не так.

– Ден, я всегда откровенен с тобой. Поэтому скажу откровенно, ты меня пугаешь. Голосвязь даже для тебя дорогое удовольствие, чтобы о местных красотах говорить. Что случилось?

– То есть, что друг может просто так позвонить, ты не веришь?

– Нет.

– Тогда к делу. У нас участились попытки взломов государственных искинов довольно серьезных организаций. Конечно, до взлома очень далеко, но неприятно. Прямых доказательств нет. Но по мнению аналитиков, это может делать только твоя группа хакеров.

– Прости, я ничего не знаю об этом.

– То есть ты собрал более сорока разыскиваемых хакеров просто так. Дикий, кроме как у тебя ни у кого нет таких возможностей.

Вот и ни фига себе, а я даже не знаю, что у меня тут банда организовывается. Но если я покажу Дену, что я не знаю, что у меня с персоналом творится, я просто некрасиво выглядеть буду как руководитель. Поэтому делаю вид, что знаю эту банду ботаников.

– Ден, ты же знаешь, у меня со свалки просто гора искинов, их ломать нужно. А для этого специалисты нужны. Люди они творческие, может, и пытаются в свободное время что-то интересное с их точки зрения провернуть. Поэтому поговорю с ними. В любом случае отправлю тебе сообщение, мои это баловались или нет.

– Ну давай, до встречи, не забывай про время, осталось-то совсем ничего.

И Ден отключился.

– Забудешь тут, пожалуй, – пробурчал я себе под нос.

– Мозгокрут, а ну-ка объясни, зачем нам сорок программистов?

– Я все объясню, – тут же затараторил Мозгокрут.

– Конечно, объяснишь. Гони сюда транспорт. Пойду с нашим тихушником пообщаюсь, зачем он соседей взломать хочет.

– Он не виноват, это я предложил ребят тренировать на сложных системах. А ближайшие сложные системы это Артран.

– Мозгокрут, ты дурак? Ты понимаешь, что если бы не моя дружба, тут флот уже стоял бы. Ты не думал, почему несанкционированные взломы к убийству приравниваются? Снесли бы крепость вместе с тобой от греха подальше.

– Они не могли нас выследить.

– Они вас и не выследили. Можно подумать, сложная задача. Кто бы это мог пытаться взломать искины, если ближайшее, да и единственное сборище разыскиваемых программистов только тут сидит. А не знаешь, кто бы это мог быть?

– Это не просчитали. Да, прокололись.

– А теперь ответь, какой я правитель, если даю указание взломать соседей.

– Но ты же не давал.

– Тогда подумай, что я за правитель, если не знаю, что у меня творится. И кто будет считаться с таким правителем?

Мозгокрут надолго замолчал. Потом все-таки выдал:

– Виноват. Что делать теперь?

– Что делать? Не нужно за моей спиной делишки проворачивать свои.

– Так все ради федерации.

– Вот только не прикрывайся благородными целями, когда кого-то грабишь. Ты только подумай, у кого-то мать больная или еще какая своя беда, а ты у него деньги, которые он на лечение собирал со всех знакомых, спер.

– Я не грабить. Я просто хотел скупать краденое.

– Так какая разница. Все равно ты грабишь, только еще и чужими руками.

– Понял, осознал.

– Что понял?

– Понял, что грабить это не хорошо.

– Ничего ты не понял. Главное, меня в известность ставь, чтоб я идиотом не выглядел. И ищи ящик самого дорогого вина. И отправляй Дену.

– В сообщении что написать?

– Не надо сообщения. Увидит вино, и так все поймет.

Глава 28

На общее собрание на пляже собралось на удивление много народу. Сначала все вертели головами, соображая, для чего я их сюда созвал. В округе не было ничего цивилизованного, кроме столов под тентом и пляжного оборудования, Мозгокрут постарался, обеспечил комфортом, молодец.

Увидев столы, все как-то быстро освоились и раскрепостились. Моя речь, с кратким подведением итогов, была последним препятствием к столу. Поэтому я скомканно закончил читать текст, приготовленный Мозгокрутом, не дочитав даже до половины, сказал тост. Символически закусили И я отправил всех переодеваться в пляжные костюмы.

Ко мне подошла делегация девушек во главе с Лер. Они мне выговорили, что я их не предупредил. И им нечего надеть, и что они не подготовились. Это я предвидел, поэтому ответил стандартной фразой, что девушки всегда красивее, когда их одевают. Как пример – военная форма. Я их отправил в автомат одежды, который выдавал всего три вида купальников. В Содружестве, конечно, купальниками на пляжах пользовались мало, но на мероприятии по этикету должны быть в купальных костюмах. Женская половина, конечно, на меня злилась, показывала кулаки. А мужской половине было все равно, плавки или шорты. Единственное, что не продумали с Мозгокрутом, это что к женским кабинкам очередь не двигалась. Я-то так думал, что три модели не будут долго мерить, ан нет, три модели купальников это, оказывается, огромный выбор, который просто так не выберешь. Пришлось дать команду Мозгокруту, чтоб ограничил выбор одной минутой. Иначе день ушел бы только на переодевание. После минуты выдавался купальник совершенно случайно. Конечно, на меня злились за это, даже угрожали расправами. Но как только окунулись в море, все сразу забыли. Хоть плавать практически никто не умел, но брызгались и плескались все, словно малые дети. Даже про столы с выпивкой и закуской на какое-то время забыли.

Очень интересно было увидеть всех. Изменились все. И нет, не деньги тут меняли людей, не знаю, может, это мне повезло, но изменений в худшую сторону я не заметил, может, я сам поменялся в худшую сторону. Хотя денег-то особенно никто и не видел пока, даже если и видели, тратить было некогда. Да я и сам денег не видел еще, хоть и солидные суммы с большими нулями вроде как через меня проходят. Меняла людей ответственность. Стали все более молчаливые. Даже дурачество в море полностью не снимало отпечаток ответственности. По-моему, только Гном не изменился да Варя-пиратка. Вот если кого и сравнивать с детьми, то только их, квадратного бородача да егозу-занозу, у которой, кстати, оказался купальник другой модели. Хоть и говорит, что у нее был с собой, но что-то мне подсказывает, что она как-то Мозгокрута уговорила, и ведь всего за минуту. Ее я недолго знаю, может, поэтому и не изменилась она, что называется, с корабля на бал попала. И сейчас была в центре всеобщего внимания, ее звонкий смех слышался отовсюду. Вроде бы должна была быть приучена к светским раутам. Ведь девушка аристократка, голубых кровей. А тут так хорошо вписалась в наш простецкий отдых.

Мы вдоволь наговорились, искупались, даже постреляли по пустым упаковкам из-под напитков. А все равно еще оставалось полдня. Когда из круговорота дел выдергивают и дают отдыхать, отдых тоже начинает утомлять. Хотелось позвонить, узнать, как там дела, но я всем запретил, только очень важные звонки. Они, конечно, были, то один, то другой отдыхающий зависал на связи. А сейчас кто растянулся на песке, на солнце, кто наоборот в тень убежал. Но все лежали и ничего не делали.

Остров располагался значительно южнее обжитых земель, и солнце пекло очень здорово. Загар, заработанный на курортных планетах Содружества, с меня давно сошел. И я серьезно боялся снова обгореть. Поэтому как и все набрызгался специальными спреями. И тоже растянулся на песке, правда на животе. Девки взяли меня в оборот по поводу сделать на острове что-то типа базы отдыха и пустить сюда регулярные рейсы. Лер даже взяла обязательство организовать тут курортную инфраструктуру. Гном пообещал вложиться. Князь Айдай пытался было напомнить, что планета его и остров его, но был тут же забит девичьим войском. Я так понял, ни домик ни дворец мне тут не светит. Поэтому перевел все стрелки на князя, он хозяин, все тут его, вот пусть и отдувается. Да и вкладываться ему как хозяину придется. Тот сопротивлялся не долго, и у нас официально появилось место, куда можно будет сгонять на выходные.

Казалось бы, день ничего не может испортить, мне даже никто не звонил, объясняется это, конечно, просто, все, кто мог звонить, находились здесь.

Но пришел звонок от Гоша. Его по понятным причинам здесь не было. Просто никто не знал, что он на меня работает, все-таки разведка, конспирация. И вот разведка доложила, что день назад к нам выдвинулось пиратское войско. Двадцать два вымпела. Это не считая четырех транспортов обслуживания, трех десантных барж и роя из почти сорока убитых посудин, которые военными кораблями назвать сложно. Либо переделанные из гражданских транспортов, либо очень старые военные корабли, в которых половина систем уже не работали. Я просматривал список тех, кто к нам идет. Все правильно, они боятся истребителей, поэтому есть эсминец и семь фрегатов. Девять корветов. Один линкор и четыре крейсера. Вот эсминец я уже пометил как главную цель, его мне нужно и вынести в первую очередь, даже линкор не так страшен для меня, нет, они страшны, если бы стреляли по базе вволю. Но база им нужна целая, а не руины. Стрелять будут, но в основном по орудиям.

– Дикий, ты что хмурый стал? – вывел меня из раздумий голос пиратки.

Я огляделся, зацепился взглядом за взгляд Гнома. Этот понял и без слов, почему я посмурнел. Остальные пока были в неведении, ну и пускай, за полдня ничего не изменить, пусть отдыхают. Быстрее пяти дней у нас пираты не объявятся. А завтра похмелье аптечками снимут.

– Да так, мелочи. Товарищ один написал.

– Да, давай-ка ты, друг, вали отсюда по делам своим, дай народу оторваться.

Я непонимающе посмотрел на Гнома. К чему это он сказал? Тут же вспомнил, что корпоративы настоящие начинаются тогда, когда начальство с них уходит. Что-то немного обидно даже стало, когда это я в начальники-то перешел. Гном вновь меня подтолкнул по-дружески.

– Давай, давай. А то ребята выпить стесняются как следует, боятся, что ты за ними наблюдаешь. – И уже потише, чтобы только я слышал: – Заодно со срочными делами разберешься, и не будешь своей кислой миной людям праздник портить. – И снова громко: – А завтра мы тебе снимки покажем.

Хотел было сказать что-то, но махнул рукой и пошел в сторону бота, действительно дел завались. Хотя какой завались? Все что можно уже сделано. А что не сделано, то не исправить.

Сразу засел с Мозгокрутом, думая, как распределить те боевые единицы, что у нас есть. И это не только корабли, но и боевые дроны. Потому что сражение ожидалось не только в космосе, но и на торговой базе и на планете. Причем планета была не так важна. Вот торговая база это главное, если ее захватят, планете ничего не останется, как сдаться, поэтому бои будут на ней ожесточенные. Конечно, система боевого охранения была на станции на высоте. Это и защитные турели, и аварийные перегородки, которые разделяли всю станцию на сектора и районы. Единственный минус – она была централизованная, а как далеко проникли вражеские агенты, неизвестно, может, у оператора этих систем дочь в заложники взяли. Да даже и могли не проникать, достаточно под видом ремонтов заложить небольшие заряды под нужные механизмы, и в нужный момент все это бахнет, открывая двери врагам. Поэтому решено всех дронов-абордажников временно перевести на станцию, установив на нужных перекрестках.

Я же с Мозгокрутом играли в военные игры. То он командовал силами противника я защищался, то наоборот я вторгался, он защищался. Мне становилось все тоскливее и тоскливее. В восьми случаях из десяти нападавшие выигрывали. В двух других случаях мы выиграли, но несли неприемлемые потери. Но это я и Мозгокрут знали, сколько и чего у меня есть в наличии, отсюда и строили тактику. А вот пираты не знают, чего и сколько у меня есть. Я надеюсь, после первых выстрелов с главного калибра скажу «стоять», кто шевельнется, того следующим выстрелом разнесу. Никто же не знает, что до перезарядки у меня всего два выстрела есть. Вот и буду блефовать. Еще и рой беспилотников выгоню. Должны сдаться.

На следующий день я созвал военный совет. Заседали почти полдня. Решили через два дня объявлять мобилизацию. С кораблями справимся или не справимся, это отдельный вопрос, а вот на планете и на торговой базе придется повоевать, и это не только с засланными отрядами. Но и банально с абордажными командами, которые, вероятно, прорвутся. И ладно бы, если просто эту сотню добровольцев сюда, а ту туда. Тут главное организовать снабжение. Эти десятки и сотни, во-первых, нужно кормить и поить, во-вторых, обеспечить хотя бы легким вооружением. Еще нужно размещать где-то, можно и по месту жительства оставить. Но тогда нужно очень тщательно отряды подбирать, чтобы во время тревоги члены отрядов не оказались в разных углах станции, разделенные перегородками. Еще проблема, что очень много гостей на станции, не имеющих гражданства. Их в отряды самообороны не привлечешь, а вот за их жизнь могут другие государства спросить, почему не обеспечили безопасность? Конечно, все условно, но нужно будет заранее уведомить, что находясь здесь, они берут ответственность на себя. Решили уведомить вместе с началом мобилизации.

Потом совещание с гражданскими службами. Тут помимо выпуска продукции требовалось обеспечить охрану коммуникаций, магазинов и складов. Поэтому производство за два дня до вторжения решено было остановить. Кроме плавильных печей. Там непрерывный процесс. Если остановятся, то чуть ли не новые печи нужны будут.

Вот так начали потихоньку перемещать продовольствие, абордажных дронов, готовить списки отрядов, кого и в какой отряд определяем. Так прошли полтора суток, завтра с утра должны объявить угрозу и мобилизацию. Но мы как всегда всего не учли. Кто-то умело разнес нужные слухи, что база пиратам не нужна и что они ее просто взорвут.

Началась паника, народ стремился улететь с базы в любом направлении, хотя бы на планету. Появились жертвы, двоих людей задавили, даже медкапсулы не помогли, просто поздно уже было. Под шумок появились мародеры. И как и ожидалось, один район захватили повстанцы анархисты, которые разъезжали на гравиплатформах с тяжелым вооружением. Стрелять-то не стреляли, просто скрутили местного стража порядка и собирали под свои знамена всех бичей.

Мы чуть-чуть не успели с мобилизацией и вводом военного положения. Пришлось вводить военное положение чуть раньше плана. Тут очень помог Дистрофик, он быстро подобрал нужные слова по громкоговорителю. Объясняя, что станцию не будут уничтожать, ну и заодно объявлял, что по законам военного времени мародеров будут стрелять на месте, а тех, что не выявили сразу, будут искать до последнего и все равно расстреляют, если они сейчас не сдадутся. Что выезд с базы только по пропускам. Объявлен комендантский час, и тех, кто толпится у причалов без разрешающего документа, будут отправлять на принудительные работы. Также Дистрофик порекомендовал не трогать анархистов. Он сделал все хитрее и проще одновременно – просто один из анархистов нашел склад с дешевым алкоголем.

Паника после предпринятых мер спала. Население начало формироваться в отряды. Анархисты уже ближе к утру свалились спать, и их повязали вновь сформированные отряды без единого выстрела. Правда, три гравиплатформы с орудиями куда-то пропали. Прочесали весь район. Платформ не было, ни видеосъемка не помогла, ни свидетели. Мародерство прекратилось после публичного расстрела нескольких воров. Вроде теперь встало все на нужные рельсы, и я продолжил военные игры с Мозгокрутом. Это дало мне возможность понять, что корабли пиратов выйдут в зоне, где крепость и торговая станция будут на одной линии. Это же элементарно, крепость и станция будут стрелять по ним с одной стороны. То есть щиты им нужно поддерживать только с одного места спереди, я даже понял, что построение у них будет вогнутой линзой. В середине сзади будут линкор и эсминец. Потом крейсера, спереди по бокам пойдут уже фрегаты с корветами, перемешанные с добровольческим флотом из старья. Тут уже придется стрелять мне либо по линкору, просаживая его щиты, но тогда мелочь выйдет на дистанцию стрельбы и накинется скопом. Либо если я начну расстреливать мелочь, тут линкор с крейсерами безнаказанно расстреляют орудия на базах. Да и задумка проста, у линкора дальность-то стрельбы побольше будет, чем у мелочи, поэтому огонь откроют одновременно, и дальние мощные орудия линкора, и передние слабые пушки пиратских лоханок.

Да как ни крути, крепость немного неудобно стоит. Когда-то она была включена в защитную сеть и защищала свой сектор. Теперь этот сектор не опасен, и получается так, что торговая база стоит спереди базы крепости, со временем я, наверное, перемещу крепость на другое место. А с другой стороны, если бы крепость стояла спереди, ее бы не жалели. Огонь по ней открыли бы все и сразу. Нет, понятно, что пиратам база нужна, а вдруг появится тот, кому не нужна. Нет, решено однозначно перемещу, а лучше вторую там поставлю.

А пока из того, что имеем, срочно мины раскидать по той линии, где должны выйти пираты, хоть немного, но вдруг ведро какое зацепит. Те корветы, которые у меня есть, поставить перед торговой станцией. Пускай видят, что я все правильно делаю, изображая такую же вогнутую линзу, только уже к точке выхода пиратов. Мозгокрут раздал приказы, все задвигалось, зашевелилось. А у меня получается крейсер, два корвета и курьер. Хотя есть еще и почти готовый крейсер с неполной командой и без хода. Но у меня корпусов разбитых в достатке. Выставлю я их, только попозже, чтоб напугать хорошенько. Можно поставить один более-менее целый корпус рядом с точкой выхода. Да набить его торпедами, чтоб выпустил веером по любопытным, которые подойдут брать его на абордаж. И тут меня жаба начала давить. Если моих выстрелов напугаются – а они напугаются и сдадутся, – то я потенциально свои корабли буду уничтожать? Нет, торпеды лишнее, и так справимся. Хотя звено беспилотников, снаряженных по две торпеды, нужно там оставить, пусть дежурят. Ну, все вроде продумано и рассчитано. Еще и еще раз прогонял на симуляторе бой. Все так же неутешительно, выигрывать стал четыре боя из десяти. Но во всех случаях терял весь свой флот, и бои заканчивались в абордажных схватках на базе, плюс оставалась еле живая крепость. За счет ее главного калибра и отстреливал нападавших. Вот лучшая тактика построения – это выпуклой линзой, когда мои корабли прятались за базой, и истребители я выводил только в конце боя, когда выводил из строя большинство фрегатов, и уже массированно десант выдвигался в сторону торговой базы. Иначе даже массированный огонь по фрегатам ничего мне не давал, просто потому, что на один выстрел моего флота приходилось с десяток выстрелов вражеских. Тут никакие щиты не спасали. Массированный залп по одному моему кораблю, это уйма энергии, даже если две третьих залпа уйдет в пустоту, остальная треть снесет щиты и гарантированно выведет из строя. Им всего-то четыре раза нужно залпом выстрелить. После еще нескольких тренировок я стал размещать корабли и истребители перед базой, на полпути к точке выхода. Но они не стояли на месте, в ожидании, а летали восьмерками и начинали сразу отходить и палить из вспомогательных орудий назад. Что называется, на кого бог пошлет. Что очень здорово прореживало парк «ведер». Как-то я сначала не считал массовку пиратов на переоборудованных кораблях за противника. Ведь даже автоматические пушки истребителей пробивали слабую защиту самодельных шушпанцеров. А вот зря, именно их массовость и не давала мне победить. Поэтому я начал относиться к ним посерьезнее. Сразу натравливал истребителей, чтобы они стреляли издалека и тут же уходили назад. А так как корабли пиратов выходили из гиперпрыжков, останавливались, то попасть по ним даже с пятиминутной минутной задержкой было легко. За это время корабли даже нормально разогнаться не могли, не то что увернуться. Причем и с базы и из крепости тоже вел массированный огонь по площадям со всех калибров. На таком расстоянии попасть проблематично, тут уже выстрел летел восемь-десять минут. Но и повредить было достаточно, не обязательно взрывать. У полноценных кораблей есть броня и щиты на это время, пока они смогут разогнаться и маневрировать.

Мои же корабли должны уйти за торговую станцию, оттуда огрызаясь, стараясь выбить фрегаты. Я пробовал отводить корабли дальше за крепость, но тогда массированный удар по крепости лишал ее орудий, и я точно проигрывал. Все, я довел выигрыши до пяти из десяти. Даже один раз получилось массированным огнем удачно снести почти все полуфабрикаты кораблей. И у меня остались живыми крейсер и один фрегат. Но это чисто удача. Ночью же я спрашивал Сенсея, что делать, за что получал током и ответ, что сам должен выкручиваться, а не рассчитывать на высшие силы.

Ну что, вот и подошел день вторжения. Я пока не выгонял истребители, пускай пока побудут козырем. Только вывел пятерку беспилотников, нанеся на них опознавательные знаки пилотируемых истребителей и имитируя переговоры. Беспилотники кружились около предположительной зоны выхода пиратов из подпространства.

На торговой базе были перекрыты все участки. Особенно хорошо охранялась тюрьма с пленными анархистами. Дистрофик с вероятностью в девяносто восемь процентов сказал, что беспорядки начнутся с захвата тюрьмы и освобождения заключенных анархистов. Поэтому около тюрьмы было несколько засад, усиленных абордажными дронами и станковыми турелями. Особенно перекрывались пути отхода. Да и нападение должно начаться здесь, а не в космосе.

Но вот он день нападения, я с утра бегаю, перегорая, а нападения все нет. Пилоты целый день сидят в кабинах истребителей. Корветы курсируют в нужной точке, ополчение в полной боевой на местах, а нападения нет. Время уже девять вечера, и что, отбой давать? Спросить не у кого. С Гошем лучше лишний раз не связываться, информация новая появится, сам сообщит. Ладно, дам-ка я отбой, пусть лучше выспится народ, чем несколько дней сидеть в ожидании. Нет ничего хуже, чем ждать. Вот только пусть спят рядом с боевыми постами и посменно. Да и я сам лягу и высплюсь. Ничего, минутой позже бой начнем. Все-таки я рассчитываю на благоразумие пиратов, и после первых выстрелов сдадутся, а уж рой из беспилотников когда увидят, точно сдадутся.

Глава 29

Проснулся удивленный, никаких нападений еще не было. Странно, я почему-то ожидал нападения часов в пять утра. Но все спокойно. Я даже зарядку спокойно пробегал. Второй день ожидать это совсем плохо, я на каждый громкий звук вскидывался, ожидая начала. Но никто так и не начинал. Далеко от командного пункта не уйдешь, ничем толковым не займешься. Проверил готовность у всех, осмотрел космос, даже оружие начистил, хоть оно в чистке и не нуждается. Я даже задремал в кресле, сам не заметил как. И вот ближе к вечеру сообщения от Гоша и Дистрофика пришли почти одновременно. «Нападение точно сегодня». Блин, я уже немного расслабился, почему-то мысль закрадывалась: а может, не будет никакого нападения. Тут снова мандраж начался, хотя недолгий. Стало как-то… нет, не все равно. Стало… не знаю, как объяснить. Есть у меня какое-то время до беды, вот и живи наслаждайся моментом, сколько этого времени? Час или минута? Но оно твое время. Вот и дыши это время в удовольствие, наслаждайся тишиной, зачем портить его бесполезной суетой. Такое умиротворение вокруг ощутил, у меня впервые за сутки мысли ушли в сторону от битвы. Начал вспоминать Землю, Остроухую. На лицо наползла улыбка.

– Командир, ты что задумал?

Блин, ну почему, как кому-то хорошо стало, нужно другому обязательно влезть. Хотя пускай, настроение ни на грамм не ухудшилось. Но вот улыбку с лица пришлось убрать.

– Мар, ты почему меня разглядываешь, а не сектора мониторишь?

– Что туда смотреть, автоматика оповестит.

– Ладно, все же в мониторы смотри, сейчас все начнется.

Да я даже от себя таких слов не ожидал. Но мои слова подтвердил сигнал тревоги. Мозгокрут доложил, что началось нападение на тюрьму, и все три пропавшие гравиплатформы попались в ловушку, как и подразделение хорошо вооруженных бойцов. Да, в принципе, бой там и закончился уже, едва начавшись, никто захватывать живыми этих бойцов не хотел, расстреляли всех из крупнокалиберных орудий. Да, дырок в станции понаделали, но это ничего. Отремонтируем потом, если что. А не отремонтируем, так уже и не нужно будет.

Тут же отдал приказ стрелять при первом возмущении пространства в космосе, не дожидаясь подтверждения «свой-чужой». А своим кораблям идти на сближение, выстрелить по разу из главного калибра и тут же на разворот, и уходить к базе, отстреливаясь по площадям. Ох и не повезет кому-то, если заблудился и случайно вышел в этом районе. Хотя кто тут заблудиться может, уже три дня как ни один корабль в систему не заходил.

Вот он первый всплеск подпространства, радужная пленка как от бензина пошла по пространству и появился транспорт, обваренный листами. И тут же дежурившая пятерка беспилотников прошила его из своих пушек. Первыми отлетели листы на вареной брони, дальше транспорт начал медленно вращаться, паря пробоинами. Вот так не отрегулированный гипердвигатель выбросил транспорт вперед всех, приговаривая экипаж и хозяина к смерти героями, ведь первыми ворвались в систему. Все, этот отвоевался, крепость начала слабо вибрировать, это начали обстрел из всего, что есть, по площадям. Да и корабли дали залп, да из пушек ПКО бьют постоянно, трассера летели в пустоту, где еще ничего не было… Хотя вот появилось радужное пятно, вот еще одно. А потом все пространство заколыхалось, да не плоско, как лужа, а скорее как блики внутри камня, переливаясь и дробясь световыми бликами. А навстречу этой красоте летел рой сердитых светляков. Расстояния, конечно, слишком большие для прицельных выстрелов, но противники там появлялись пока не очень, полугражданские. А вот пошли натуральные волны, это выходит из подпространства что-то тяжелое. Точно крейсера. Я отдаю приказ беспилотниками на торпедную атаку. Хорошо бы линкор зацепить, но он слишком далеко, не долетят, рядом с линкором выходит эсминец. Нет, бесполезно, не смогут долететь, пусть по ближним целям работают. По четыре торпеды на крейсер, да на один еще две. Только что это крейсеров четыре должно быть, а тут их шесть, да еще что-то громоздкое. Я тут же запросил у Мозгокрута определение цели. Неужели? Точно, Мозгокрут подтвердил, авианосец на шестьдесят истребителей. Принадлежит гильдии наемников. Ясно, почему задержались с нападением, ждали подкрепления. Уважают, оказывается, они меня, найм такого монстра, наверное, по стоимости, как вся торговая база будет. Тут же отдаю команду, изменяя приоритет цели для главного калибра. Цель номер один авианосец, цель номер два эсминец, огонь по готовности. Пол под ногами чуть повело, это крепость нацеливает орудие. По крепости прошел сигнал ревуна. Ух, ни разу не ощущал отдачу такого калибра, хоть и погашенную разными компенсаторами. Я чуть с кресла не вылетел, вернее кресло из-под меня, хорошо, что пристегнут был. Теперь понятно, почему по технике безопасности обязательно пристегнутым на боевом посту надо быть. Вот вновь еле уловимое шевеление и снова ревун. Ха, снова кресло чуть не вылетело из-под седалища. Да сегодня урок кому-то будет хороший, кто технику безопасности не соблюдал и не пристегнулся. А в точке выхода истребители скинули торпеды, сами по пути отстреливая подвернувшиеся лоханки, уходили из сражения. Но эсминец недаром гроза истребителей. Он не только со своих орудий отстрел целей ведет, он объединяет все противоистребительные орудия на всех кораблях. Вот пыхнул огнем один из истребителей, но почти одновременно вспух один из крейсеров. Да еще взрыв и еще, последняя торпеда уже в облаке обломков взорвалась. Зря я, наверное, четыре торпеды на один крейсер отписал, слишком запас большой, хотя нет. Эсминец поправил цели, и до следующего крейсера долетела только первая торпеда. Но крейсеру и этого хватило. Он вздулся в средней части, как будто его разморозило, как трубу водопроводную на садовом участке. А вот последние торпеды до цели не дошли. Почему эсминец начал сбивать истребители, а не торпеды? Непонятно, повыделываться хотел? Ну и ладно, и так нормально, первые минуты боя, а уже… Ах, черт, еще два истребителя почти одновременно закувыркались в пустоте. А два других улепетывали в направлении нашей базы.

И только теперь светлячки выстрелов долетели до скопления кораблей. Видно было всполохи на щитах у линкора. Вот захочешь, не попадешь по нему. А так вот пожалуйста, попали, только ему эти попадания как слону дробина. Лучше бы лоханки какие зацепили, но нет. Ну и ладно, беспокоящий огонь еще ведем, может, кого и зацепим. Ах да. Приказ пилотируемые истребители перевооружить на противоистребительные ракеты. У беспилотников оставить по две торпеды на пилонах. Пираты тоже не стояли на месте, они начали перестраиваться, все правильно, как я и предполагал, вогнутой линзой по отношению ко мне. Едва начали движение, как с авианосца начали взлетать истребители. Ясно, выстрелы главного калибра крепости на радаре не отображаются, выстрел летит быстрее отраженной волны. Да и глазами не увидишь летящую плазму, она со скоростью света летит. Но вот различные поля начинают возмущаться. Похоже, что-то заподозрили, вон тягу на всю включили. Это от перегрузок у них там сейчас кровь из ушей идет и перегородки лопаются. Но тщетно. Пузатый корпус авианосца сложился, как сдутый мяч, и его разорвало с другой стороны, вырывая перегородки, обшивку и истребители, как будто из дыни семечки вылетели. Явно живого там никого не осталось. На секунду в эфире повисла тишина, и тут ничего не подозревающий эсминец просто смело со своего места, сложив пополам нос к дюзам, и отнесло на километр в сторону почти моментально. Похоже, на авианосце приборы-то посолиднее стояли, они как-то углядели, что в них летит, а на эсминце даже не поняли до последнего. Вот только восемнадцать истребителей авианосец успел скинуть, и они сейчас разгонялись в сторону нашей базы. Сразу, чтобы не забыть, отдал приказ, как вражеские истребители перейдут определенную черту, поднимать наши пилотируемые истребители на перехват. Корабли пиратов начали хаотичные маневры, уходя от возможных выстрелов. Пора бы связаться, предложить капитуляцию. А нет, меня опередили. Мозгокрут сообщил, что меня вызывают на общей волне, то есть нас будут слышать все. И это сродни поединку: кто первый дрогнет. Соединяй.

Передо мной появилась голограмма сидящего. Ну, не знаю, первое, что лезет в голову, передо мной сидел мавр. Наверное, дорогой камзол с кучерявой прической и бородой вызывал ассоциацию с Отелло.

– Ну что, щенок, удивил, удивил.

– Рад, что понравилось.

– Понравилось, не скрою. Ты скажи, наемников специально отстреливал? Или у тебя случайно получилось сделать гильдию наемников своими врагами?

– Я сам наемник, так что все мы смертны, – сказал я, проявляя нашивку гильдии наемников на комбинезоне и чуть разворачивая плечо вперед, чтоб видно было.

– Хах, мы смертны, а вот один из директоров наемников потерял авианосец и два крейсера прикрытия. Но эсминец-то ладно, там тоже смертный хозяин. А вот хозяин авианосца не сказать, что простой смертный.

Ясно, это не капитан эсминца выделывался и стрелял по истребителям. Это капитаны крейсеров возомнили себя гениями и не включились в общую сеть эсминца. За что и поплатились.

– Я их сюда не звал. Да и тебя не звал.

– И что дальше?

– Предлагаю сдаться.

Мавр залился смехом.

– Да ладно, с чего? Потому что ты индюков надутых спустил? Нет, они мне только мешали. Что ты сможешь сделать? Выстрелов у тебя нет, следующие только через минут сорок или час будут. И по кому стрелять будешь, по мне? Нет, за два выстрела щит на линкоре не просадишь. По лоханкам? Да хоть обстреляйся. За четыре часа я выйду на расстояние гарантированного выстрела. Четыре лоханки собьешь, ну восемь. Так можешь не стрелять, и так с десяток не долетит, сами заглохнут по пути. По крейсерам стрелять будешь? Так и на них два выстрела нужно, первый щит снесет, второй добьет. Да и шут с ними. Давай я тебе эти два крейсера подарю. Да разойдемся миром, я тут править буду, у тебя войско будет, завоюешь себе новые системы.

– Четыре.

– Что четыре?

– У тебя пальцев на руке не хватает два плюс два прибавить. Четыре крейсера я за четыре часа уничтожу, плюс, как выйдешь на дистанцию стрельбы, я тоже смогу по тебе стрелять с других калибров. Так что ты гарантированно лишишься четырех крейсеров, всех фрегатов и части корветов. Да и пока с крепостью бороться будешь, то и линкора можешь лишиться.

– Да нет…

– Да-да. А потом сюда товарищи твои придут, а тебе защищаться нечем будет. База без пушек, крепости нет. А у тебя только лоханок пяток. Так что сдавайся. Я тебя сделаю князем, будешь своим княжеством править, ничего не изменится. Только детям своим уже будешь говорить, что ты не злодей, а уважаемый человек.

– Ох, красиво говоришь, но нет, я пообещал тут одной девушке, что разобью тебя.

– Можно хоть глянуть, что за девушка.

Камера сдвинулась в сторону и показала, что рядом с креслом стоит стройная черноволосая красавица с длинными распущенными волосами, у которой гневно раздувались ноздри, а руки были сложены на груди. Ясно, из разведанных я знал, что это Черная, руководитель пиратского клана, в претендентах на мою систему одной из первых числится. Кстати, очень жестокая и беспринципная.

– Красивая, но грозная слишком, не повезло тебе, друг. Но если пообещал, то расшибиться придется. Хотя пусть и она сдается, и при ней ее надел останется. Да и всех это предложение касается.

– Пошел ты… – влезла в разговор Черная и потянулась куда-то, после чего связь оборвалась.

Ясно, сдаваться никто не планирует. И что делать? Ситуация патовая, если честно, кто бы ни проиграл, победителю легче не будет, его сразу другие желающие выбьют. Но ничего, у меня есть козырь еще. Выводить истребители я не спешил, примерно через тридцать минут нужны будут. Мои корабли через два часа только скроются за базой. Впереди полчаса ожидания.

Я осмотрел место боя. Ничего так. Пять корыт все-таки мы повредили, а может, действительно сами поломались, также два крейсера, авианосец и эсминец. Против моих трех истребителей беспилотников. Первый раунд за мной. Вот что дальше делать? По-хорошему, отвести бы свои корабли вбок, чтобы они с фланга нападали. Крепость бы с фронта огонь вела, а корабли с фланга заходили. Но нет, не получается, я в симуляторах столько раз пробовал вбок корабли отводить и с истребителями и без, бесполезно, чуть меняется траектория построения у противника, и моих разносят. Вот если бы их спрятать куда и в последний момент вывести. Но некуда, там чистое пространство. Хотя… Точно! Я, кажется, понял, что надо сделать, главное не спешить.

Пока узнал, как дела на базе и планете. На базе, кроме нападения на тюрьму, ничего не происходило. На планете шли мелкие стычки, ничего серьезного. Еще была проблема: три транспорта висели на рейде позади крепости, вроде как ремонтировались. Что-то я опасался с этой стороны каких-либо движений. Поэтому отдал приказ Мозгокруту, если начнет движение или разворот любой из транспортов, стрелять на поражение и без предупреждения. Еще не хватало, чтоб смертник со спины взорвался. Что-то я думаю, что это один из козырей пиратов. Ну что, я отстегнулся от кресла и прошелся по центру управления, опять ждать. Походил, снова уселся в кресло, что тут у нас? О, еще одна лоханка отстала, посмотрел информацию. Как-то мину умудрилась зацепить. Все, теперь нужно не стрелять пока, пусть не маневрируют, а быстрее летят, для чего время тратить. Они думают, что зарядится главный калибр через час, вот пусть прямо и летят, мне попасть нужно гарантированно. Я отдал приказ, чтоб не палили. Все равно пираты разогнались уже и начали маневрировать, что сводило на нет наши выстрелы. Пусть успокоятся немного. Чем быстрее они долетят, тем меньше у меня выстрелов будет. И точно, корабли пиратов перестали вилять, разгоняясь на максимально возможных скоростях.

А там за общим строем не спеша к нам двигалась другая проблема – три десантные баржи. И их прикрывал один фрегат. Как бы истребители к ним направить, но тоже не судьба. Вот подошло время взлетать истребителем на перехват, пиратские истребители достаточно от своих оторвались, и их можно встретить, чтоб один на один поговорить. У меня около тридцати пилотируемых истребителей, вот только хорошо обученных тринадцать пилотов. Еще двое из пятнадцати это Мар. Она сидит здесь, да и я тут. Ну, должны справиться, моих больше, у моих вооружение только под борьбу с истребителями заточено. У них пилоты опытнее, но летят с торпедами, это утяжеляет. Но у них истребители современнее, это плюс и минус. Плюс – они легче и маневреннее. А минус – у них топлива не хватит лететь вместе с основными силами, поэтому они вырвались вперед. Ладно, посмотрим, если прорвутся, у меня есть время вывести беспилотники. Пришло сообщение о пятиминутной готовности главного калибра, хорошо, сейчас выберем цели. Мне нужно зачистить правый фланг от фрегатов, поэтому этих и этих я приговорил, кстати, приказы отдавать об убийстве сотни людей проще, чем приговорить одного. Почему? Не знаю, может, не задумываешься о судьбе каждого. Вот ревун, я только успел пристегнуться, как кресло снова чуть не вылетело из-под меня. Елки, вот же упоры откидные у кресла, я откинул, уперся лбом и плечами во вспененный пластик. Ревун, выстрел. Да, так легче выстрелы переносить, небольшими толчками кажутся, посмотрел украдкой на Мар, она этими упорами, видно, давно пользовалась, сейчас она их привычным движением откинула и продолжала раздавать своим подопечным указания. Ладно, снова в мелочах я прокололся. А что это два звена истребителей пиратов развернулись и полетели обратно? А восемь оставшихся машин красиво продолжали геройствовать. Мар сразу перестроила порядки, впереди шли две пятерки, а прикрытие шло уже через несколько тысяч километров. Это правильно, первые сшибутся, если кто пройдет сквозь первые звенья, вторая группа добьет, тут даже шансов нет, маневры со стороны виднее. Как только произошел этот маневр, то и оставшиеся восемь истребителей наемников дрогнули и развернулись. Правильно, это наемники, а не самоубийцы. Если бы шансы были, то ввязались бы в бой, а тут увидели грамотную перестановку, значит, не юнцы перед тобой. Зачем погибать бесполезно, а так зависнут где-нибудь, дожидаясь спасателей, из плена гильдия выкупит. Мар без затей вернула наши истребители на базу. Пусть подзаправятся да торпедами вооружатся. Ну, надеюсь, пираты задумаются немного, ведь увидели, что у меня не пятерка истребителей.

Пока отвлеклись на истребителей, долетели выстрелы главного калибра до фрегатов. И первый выстрел просто смел скорлупку фрегата, он, как пивная банка, смялся от носа к корме и вылетел из общего строя пиратских кораблей. Второй фрегат быстро сообразил, чем дело пахнет, и начал на всякий случай уклонение, у него почти получилось. Выстрел лишь вскользь задел, просто кувыркая совершенно целый кораблик. От которого тут же от перегрузок начали отрываться части, и в нем никого живого от такой встряски точно не осталось.

Не знаю, как там у пиратов, но у меня точно бы нервы начали шалить. Когда вот так, то одного, то другого из строя выбивают. Но нет, движение снова упорядоченное стало. Знают, что только через полчаса выстрел будет, пытаются нагнать. А ну-ка, даю целеуказание со всех стволов отработать по вот этому фрегату, который тоже справа в строю. Конечно, калибры вспомогательные для крепости, но на секундочку, это главные калибры линкоров и всех гражданских станций. Выстрел. Как-то я привык, что выстрел это что-то моментальное. А тут задержка несколько минут, пока плазма до цели долетит. Выстрелы легли точно в цель, первые сбили щит, еще два повредили корпус. Фрегат уже более стандартно зачадил выхлопом и отстал. Скорей всего, экипаж жив и борется за жизнь свою и машины. Но страху мы добавили, пираты уже не летели по прямой, а маневрировали, что сильно уменьшило их разгон. Вот так пусть и летят, а то страх потеряли, идут как на параде.

Обычно дальнейшие действия нападавших: либо на небольшой скорости маневрируют и, медленно обстреливая, подходят все ближе и ближе, либо, разгоняясь, пролетают, на полном ходу отстреливая все что можно, а потом заходят на второй вираж. У нас в системе второй вариант не получится. Просто пролетят насквозь наши порядки и ворвутся в свалку. И там скорее всего и останутся. Поэтому будут сбавлять скорость. А мне и нужно этого момента дождаться, чтобы они начали сбавлять скорость и затеяли перестрелку. А пока пару часов есть, хотя я дал приказ моим кораблям уходить не за торговую станцию, а за крепость. Это мне нужно для задумки, чтоб они разогнались как следует. К моменту замедления пиратов они и скорость хорошо наберут.

Вот и снова ожидание, нечего делать. Ну что, можно считать, что два-ноль в мою пользу. Вот только главное сражение еще впереди, и что-то кажется, если все вначале хорошо, то к концу плохо будет.

Глава 30

Как все долго в космических боях, оказывается, пока выстрел долетит, пока враги на дистанцию сойдутся. Ну а у меня главный калибр зарядится через три минуты, нужно выбрать цель. Проблема в этот момент, что цели неудобные. До этого цели были медленными, поэтому в них легко попасть было, несмотря на то что выстрелы долго летят. Когда цели подлетят, тут уже выстрелы быстро долетают, поэтому попадать тоже проще будет, а именно сейчас цели очень неудобные, расстояние еще велико, цели уже быстрые и непредсказуемые. Поэтому сейчас по мелким целям вроде фрегата стрелять бесполезно, увернутся, да и что-то фрегаты задергались, вообще виляют, как будто вплотную на выстрел подлетели, обычно такую программу полета включают, когда ближний бой идет. Перестраховываются, ну, правильно делают, время умеют засекать, через сколько следует залп, да и вычислить не сложно, по кому будет этот залп. Только мне по ним совершенно бесполезно стрелять. Вот по крейсерам можно попробовать, масса у них больше, а значит, траектория более предсказуема. Хотя вероятность попадания всего тридцать пять процентов, или целых тридцать пять процентов, тут смотря как смотреть. Но процент растет, через десять минут будет тридцать восемь. Можно подождать, но у меня не только главный калибр, у меня и так вооружения полно. С более мелких калибров попасть сложнее, там свои законы работают, рассеивание и отклонение на разные величины.

Ну, вот так, наверное, я и поступлю. Огонь из всех калибров по этому крейсеру. Я поставил целеуказания, тут же почувствовалась вибрация, и светящиеся росчерки одновременно полетели и с торговой станции и с крепости. Пришло сообщение от Мозгокрута: мои корабли начали торможение, чтоб встать за крепость. Блин, как не вовремя. Скорость чуть снизить, продолжать движение за крепость, мне еще минут двадцать нужно. Так, что тут с крейсерами? Главному калибру, если выстрелы вспомогательной артиллерии замедлят ход крейсера, сразу огонь на поражение, желательно, чтобы процент попадания поднялся до пятидесяти процентов. Полет плазмы до цели уже шесть минут всего. Вот первые всполохи на защитном поле у крейсера, есть попадания. Но мало всполохов, основная масса выстрелов мимо идет. Все-таки скорость у крейсера чуть упала. Тут же прозвучал ревун, я еле успел откинуть упоры. Два выстрела ушли в сторону крейсера. Огонь по крейсеру не прекращать. Ждем, ждем. Первый выстрел главного калибра ушел в молоко, крейсер удачно нырнул под него. А вот второй зацепил краешком. Силовой щит мигнул и пропал сразу, думаю, эмиттеров щита там погорело немало от такого скачка энергии, просто так не восстановят щит, а если восстановят, то уже слабый, не на полную мощь.

Крейсер от попадания еще больше замедлился. И тут же начал получать пробоины вспомогательных калибров. Да, обычные калибры могли наделать сколько угодно дырок в корпусе, пока что-то важное не заденут, а важное задеть сложно, оно дополнительной броней прикрыто. Но нет, все-таки повредили что-то. Крейсер начал быстро терять ход, и его тут же стал прикрывать своим корпусом другой крейсер. Ясно, по ним бесполезно стрелять. Но можно уже корыта отстреливать. У меня база и крепость стоят на месте, поэтому у меня процент попадания выше, и стрелять я могу пораньше начать. По всем правилам ведения боя огонь открывать еще рано, вот по всем наукам рано, еще бы чуть подождать. Ведь дойдут до нормальной линии открытия огня, а у меня стволы перегретые, нормальной скорострельности не будет, а тут есть такая условная линия, после которой обороняющие начинают массированный обстрел, а нападающие еще не могут толком ответить. Потом нападающие подходят ближе, и уже пострелять вволю не получится. Но у меня своя задумка есть, да и эти правила против защищенных целей, но у меня полно не бронированных целей. Ага, вот «ведра» закувыркались в пустоте, одно, второе, третье. Правильно, мои орудия безнаказанно ведут обстрел, не прикрываясь ни бронешторками, ни полем. Должны, чую, должны ответить раньше времени. Наконец-то Мавр не выдержал, отдал приказ стрелять в мою сторону. Вот этого я и добивался, войско пиратов начало снижать скорость из-за выстрелов и уже закусилось боем, это мне и нужно, чтоб все раньше времени было. Ничего, теперь можно и не стрелять много. Отдал приказ на ведение беспокоящего огня. Приоритет – защита орудий. Там алгоритмы тоже свои, когда бронешторку открыть для выстрела.

Вот теперь пора делать то, что задумал, приказ – моим кораблям по дуге зайти вбок пиратам, скорость уже набрана. С таким разгоном минут сорок им нужно будет. Пираты к этому времени подойдут на уверенный выстрел. Ничего, подождем. Понятно, Мавр не дурак, сразу понял мой замысел, как только мои корабли, заложив вираж, пошли в сторону, а вот сделать-то уже ничего не сможет. Но попытался, один крейсер с пятью корветами начал поворачивать в сторону моего обходного маневра. Ага, щаз, дам я тебе это сделать. Отдаю приказ торговой станции. Массированный огонь по отделившейся группе, крепости – беспокоящий огонь по лоханкам. Звено беспилотников наперехват. Пока мое звено беспилотников летело до торговой базы, пиратские корабли, пущенные наперехват, начали отходить в сторону, подставляя мне бока. Тут орудиям не спать, два пиратских корвета, повернувшиеся боком, тут же были нашпигованы плазмой с торговой станции и медленно закувыркались. Смотрю, крейсер начал выворачивать на старую траекторию, поворачиваясь к нам лбом, за ним и оставшиеся три корвета. А моя задумка была проста, пираты посчитали силы моих кораблей незначительными, всего три борта, поэтому не стали выставлять фланговые прикрытия. Я еще начал отводить корабли за станцию, усыпляя бдительность, а теперь правильно, теперь в сторону пираты не могли отвернуть, иначе бока подставляли. А моих хоть и три корабля, но когда безнаказанно будут стрелять в бок или зад, ох и неприятно будет. А так как орудие главного калибра идет вдоль любого корабля, то если с него стрелять, то нужно к цели развернуться носом, вот пиратским кораблям нужно повернуться в сторону моей группы кораблей. Но тогда уже пираты подставят бока орудиям базы и крепости.

Отставить огонь. Сейчас массированно начнут стрелять по моим амбразурам. Поэтому торговой базе максимально щиты накачать, крепости огонь по отделившейся группе. Секунда, что-то я вперед паровоза бегу, группа еще не отделилась. Сейчас отделится, и сразу огонь. Надеюсь, я правильно просчитываю ходы противника. Точно, куча светляков сужающимся конусом прилетела в одну точку. Надеюсь, щиты выдержат, и снова крейсер начал отворачивать. Только теперь прикрываясь десятком лоханок, и добавился фрегат прикрытия. Мавр видит истребители, сейчас орудия торговой станции толком стрелять не могут, а вот истребители сейчас проблем пиратам доставят, только, помимо всего, у меня еще и крепость есть, а сразу заткнуть орудия крепости и базы у пиратов не хватает мощности. Начнут затыкать еще и крепость, то тогда и база и крепость изредка стрелять смогут. Поэтому рискну, предполагая, что огонь сосредоточен только на торговой базе. Приказ крепости, крепость – фрегат цель номер один. Ждем, когда долетят, выстрелы. Есть, готов. Ну, время есть лоханок посбивать, пока пиратский крейсер вновь повернулся ко мне лбом, возвращаясь в строй, понимают, что если отделятся от группы, будут легкими целями для истребителей, а они пока кружат в безопасной зоне, смещаясь дальше во фланг, ближе к моей группе. Запомнить, не забыть, Мар молодец, понимает, я за всем не услежу, и правильные команды раздает истребителям.

Стоп, закрыть орудия бронестворками. На грани прошел, выстрел главного калибра линкора размазался по силовому щиту, буквально секунда в секунду, как только щит мощность набрал. Что-то безнаказанно пираты стреляют лишь по одному орудию, так ведь и отстрелят. А ну-ка база из всех орудий, кроме того, по которому стреляют, по легким целям огонь. А так, пока по одному орудию лупят, другие проредят ряды пиратов. Пять минут, есть время пострелять вволю, потом стоп, только с крепости беспокоящий огонь. Точно, не выдержали, перенесли огонь по другим орудиям, не только по одному стрелять стали. А ничего так лоханок проредили за пять минут. А сейчас можно беспилотников к крейсеру с фланга пустить. Пускай правый фланг ломают. А вот и торпеды безнаказанно к крейсеру пошли. Крейсер не раздуло, как я уже привык видеть, здесь все страшнее произошло. Крейсер вспыхнул ярчайшей звездочкой, даже не оставляя после себя никаких запчастей, только плотный туман в этом месте повис. Корветы уже поняли, что они трупы, один остановился, сдаваясь, но выстрелы с крепости к нему пять минут назад ушли, поэтому его несколько раз продырявило. А второй корвет вспух от торпеды, из сигарообразного стал шарообразным. Хотя вроде спасательные капсулы успели отлететь в разные стороны. Вот теперь пираты дрогнули, сразу несколько лоханок рванули на разворот, но их тут же расстреляли свои с линкора. Понимаю, сейчас жесткость не прояви, все войско разбежится, оно сюда грабить летело, а не умирать. Истребители безнаказанно зашли на второй заход и с фланга начали расстреливать лоханки с автоматических пушек. Конечно, не с линкорных пушек стреляют, но стреляют под зад и безнаказанно, повредят двигатели, считай уничтожили корабль, вон одна лоханка отстала, вот другая. Смотрю, фрегаты начали перестроение, чтобы прикрыть правый фланг от истребителей. Да ничего, мы подождем. Отвел истребители в тыл, хотя какой тыл?

Хотя я забыл, что тут за ударным строем пиратов идет вторая волна. Транспорты тащат баржи с абордажными командами. Они идут под прикрытием фрегата. Вот туда и отправлю истребители, хоть с фрегатом им не справиться без торпед, а вот замедлить могут. Отдал под управление Мозгокрута, пусть осаждает транспорты, они тихоходны, за ними можно и от эсминца прятаться, то с одной, то с другой стороны.

Блин! Одно орудие все-таки отстрелили с торговой станции. Но ничем это им не поможет. Через пятнадцать минут мои корабли зайдут как раз на выстрел, пора рой беспилотников выпускать. Да и пилотируемые истребители тоже, пусть пока не спеша облетают с фланга. Всех отправил на правый фланг. Сейчас уже гарантированно пострелять можем, и база, и крепость, кстати, и пираты уже могут прицельный огонь вести.

Хотя я думаю, что Мавр понял, что проиграл уже, как только рой истребителей увидел. Как бы гадость не придумал какую. Что может сделать? Только три гражданских транспорта сзади крепости. Что-то они мне не нравятся, если и будет подвох, то оттуда. Ну-ка, Мозгокрут, давай звено истребителей к ним, пусть около вертятся. А то точно как брандеры будут использованы. Может, расстрелять их сразу? Но там экипажи вроде как мирные, какая репутация у нас появится, ведь этот случай раздуют. Ну елки, вот знаешь, что ерунда над тобой висит, а сделать толком ничего не можешь. Больше никакие мелочи я не забыл? Всегда, когда думаешь, что загнал противника в ловушку, он хитрый ход делает, и ты сам в ловушке, потому что все твои силы в стороне остаются. А еще все ловушки действуют только против сильных игроков, если плетешь ловушку слабому, он в нее тупо не попадает, он просто проходит мимо, а силы в стороне так и остаются. Точно, мимо. Если сейчас Мавр разгонит свое войско и просто пройдет мимо торговой базы, пусть потом строй нарушится, и он под зад выстрелы получать будет, но он будет вокруг крепости, сюда можно уже и абордажные команды с лоханок высадить. А у меня все противоабордажное оборудование на торговую базу перекинуто.

Вывел из задумчивости доклад, что главный калибр готов. Уже? Как время летит. Значит, однозначно линкор главная цель, всем орудиям – одновременный залп по двигателям линкора. Зуммер, залп, почти без перерыва еще один. С такого расстояния по такой цели не промажешь. Защитное поле линкора от первого попадания вспыхнуло, стало абсолютно непрозрачным, как будто бутылка запотевшая, но начало быстро проясняться. Тут второе попадание, и поле начало мерцать, Но попадание мелких калибров не давало ему восстановиться. Вот оно мигнуло. И в это время плазма прочертила огненную полосу вдоль всего корпуса. Да, когда линкор к тебе носом повернут, очень сложно по двигателям бить, это нужно в выступающие из-за корпуса части попасть. В нос стрелять бесполезно, там брони больше десяти метров. Остальные выстрелы снова попали по защитному полю, вот оно как мыльный шарик истончилось и пропало. И выстрелы полетели уже вдоль корпуса, снося ненужные настройки, а вот нужные выступающие части двигателя были бронированы. Похоже, я поспешил, не все продумав, и, похоже, прокололся. Нужно было крейсера выводить из строя, сейчас минус два крейсера было бы. Но мысль, что линкор потеряет ход, была заманчивой, это могло нивелировать мою основную ошибку с тем, что пираты проскочат базу и нападут на крепость. Без линкора им там делать нечего, зенитное вооружение просто все лоханки посбивает.

Исход любой битвы зависит не только от твоих знаний, ума и действий, очень много зависит и от удачи, которая сама по себе. Но сегодня она мне улыбнулась, я даже и не понял, что случилось, какой-то росчерк – и сообщение, что линкор потерял ход. Я быстро начал смотреть, что это было. А это крейсер аннунаков вышел на позиции и вбок, безнаказанно начал расстреливать линкор. А вот теперь точно всё, голубчики. Хотя, может… Нет, точно все, хотя все еще не верилось. И я, чтобы не спугнуть удачу, старался не радоваться. Мои корабли зашли под девяноста градусов к основной массе пиратов и абсолютно безнаказанно расстреливали их, как в тире. Сначала линкор, отстреливая ему орудия, скоро займутся крейсерами.

Мало, конечно, всего три вымпела сбоку стреляют, но зато наверняка, каждый выстрел проходит. Что остается делать пиратам? Стрелять по базе? Так их все равно расстреляет вбок мой крейсер. Разворачивается на крейсер, общий залп со станции и крепости вбок куда страшнее одного крейсера, который кусает, как комар. Наверное, я бы сдался в таком положении. Странно, пираты замерли и не двигаются, что они там, власть делят? Похоже, все построение пиратов начало разворачиваться. Вот это отчаянный жест. Мавр на такое не пошел бы, он, наверное, скомандовал бы «спасайся, кто может», либо все-таки прорвался вперед на абордажную атаку. Скорей всего, Черная командовать стала, это просто истеричный шаг какой-то. Я отдал приказ крейсеру с корветами сваливать, уклоняясь от выстрелов. Но вот пиратка чуть задержалась, азарт все-таки. Пришлось включить прямой канал и матом накричать. Смотрю, подействовало, сразу начала уходить. Тут же приказываю отстрелить все фрегаты с орудий крепости и базы. А теперь точно все, без фрегатов мои истребители просто глумиться будут.

Серия взрывов покачнула крепость. Что? Я начал ощупывать тело, руки-ноги на месте вроде, ну у кого какая реакция на взрывы, у меня с некоторых пор такая. Хотя что у нас сзади взорваться могло? Только те гражданские транспорты. Точно, один из трех транспортов оказался напичкан не взрывчаткой, а торпедами. И с него посыпали к нам подарки. Конечно, транспорт сразу взорвали, а вот торпед около сорока штук успело в нашу сторону уйти. Истребители перехватили большинство торпед. А вот несколько дошли. Ничего, крепость такими торпедами не сильно напугаешь, там броня специально против торпед, единственное, заплаток на броне много, но вот если в заплатку попадут… Повреждения потом посмотрим.

Мозгокрут, давай общий канал. Хватит с ними играть.

– Всем заглушить двигатели, лечь в дрейф. Кто продолжит сопротивление или попытается убежать, будет уничтожен.

Ага, на кого бы это подействовало, хотя нет, вон крейсер останавливаться стал. Большинство же вновь развернулось в сторону наших баз. Я тут же отдал приказ моим кораблям вновь начать отстрел. После первых выстрелов пираты снова начали разворачиваться в сторону крейсера аннунаков. Ну те ждать не стали, ушли сразу.

– Последнее предупреждение. Отдаю приказ на уничтожение тех, кто не заглушил движки. Начинаем розыгрыш торпеды среди тех, кто не остановил свой корабль, раз, два, три, это верно будешь ты…

Рой моих истребителей начал шнырять между порядками пиратов. И тут же одна из лоханок вспыхнула, раскидывая ошметки в разные стороны.

– Продолжается розыгрыш торпеды среди самых туго соображающих. Не-не, бежать не нужно. Эти двое получают торпеду вне розыгрыша.

Истребители тут же нагнали два самых умных корабля пиратов. И те без вспышек просто разлетелись мелкими запчастями.

Излишняя жестокость иногда помогает сохранить жизни. Когда понимают, что с тобой никто торговаться не будет, становятся все более сговорчивыми. Тут же все заглушили двигатели. И наступила относительная тишина. Корабли начали движение по инерции.

– Мозгокрут, что там с баржами и кораблями обеспечения?

– Остановились.

Фух, я развалился в кресле, адреналин стучал в кончиках пальцев. Радость подмывала улыбаться и съязвить что-нибудь врагам. Но это не солидно. Поэтому улыбку прятал, желание поглумиться душил. Минутку посидеть нужно, чтоб радость спала, и дальше руководить, а то доиграюсь, сейчас по инерции подойдут вплотную и на абордаж возьмут. Но минутка у меня есть, я откинулся назад и закрыл лицо руками. Со стороны, наверно, выглядело, что уставший человек переживает ужасы случившегося, закрыл лицо руками. На самом деле меня распирало удовольствие, и я не мог его победить.

Вы не представляете, какое счастье выиграть битву, как бы еще одну зависимость не получить.

– Командир, вызывают.

– Секунду.

Я все еще сидел с ладонями у лица. Вдох-выдох. Ну все, я готов.

– Соединяй.

Передо мной вновь появилась голограмма Мавра. Ага, значит, власть ему быстро вернули, когда расхлебывать нужно, и он молодец, взял всю ответственность на себя.

– Ну, что дальше? – задал он мне вопрос.

– Ничего не изменилось, хотел бы видеть вас своими подданными. Согласись, вместе выживать проще. Глав пиратских кланов жду у себя в крепости для разговора. Всем будет сделано предложение.

– Ты представляешь, сколько людей сегодня лишились друзей, братьев, отцов. Ты думаешь, все так просто, люди согласятся жить с тобой в мире? А как же право на месть?

Вот тут я начал закипать, да не маленько, а сразу и резко.

– Не тебе говорить об убитых братьях и отцах. Не нужно мне тут словами играть, какие вы хорошие, пришли в чужую систему с подарками и цветами… А, мир все равно подпишете. Будете вспоминать про месть, уничтожу и тебя, и все ваше население планет и баз вырежу под корень. Вопросы есть?

Мавр вроде даже вытянулся по стойке «смирно».

– Нет.

– Всем капитанам пиратских кораблей и главам пиратских кланов прибыть в крепость в течение трех часов. Кто не может физически, отписаться Мозгокруту, будут высланы спасательные боты. Прятаться не советую, найду и расстреляю. Командиров абордажных подразделений тоже ко мне, вплоть до командиров взвода.

Все, связь отключил, пусть сами додумывают.

– Мозгокрут, обеспечь хорошее противоабордажное прикрытие и подготовь главный зал для церемоний.

Все, пусть пока летят, пойду, вздремну, а то как-то усталость навалилась, все-таки день тут торчал, а сейчас ночь уже.

Глава 31

Задремать все равно толком не получилось, наверное, это не удивительно, столько адреналина в крови бурлило. Так, пялился в потолок и ни о чем не думал. Даже обрадовался, когда Мозгокрут сообщил, что пора одеваться. Пока мылся, Мозгокрут докладывал сложившуюся обстановку.

Спасательные капсулы подбирают до сих пор. Захваченные корабли выставляют тягачами так, чтобы они висели на рейде боком к нам. Все командиры прибыли, ожидают пока каждый в своем боте.

– Давай всех провожай в главный зал.

– Обезоруживать? Связывать?

Я на секунду задумался, сколько их человек – пятьдесят, восемьдесят?

– Справимся?

– Да, коридоры и зал под усиленной охраной, я с торговой базы вернул комплект дронов. Единственное, твоя безопасность под угрозой.

Немного призадумался, да тут моих офицеров меньше будет, если открытое боестолкновение с пленными будет. Ладно я, а если кого из моих заденут? Да кто их знает, люди на взводе, может, между собой выяснять отношения начнут. Что, мне их всех в капусту рубить?

– Давай приглашай всех в главный зал, Главам кланов оставь статусное оружие, остальных всех вежливо попроси сдать оружие на хранение. Каждому определи место по значимости. Охрану зала чтобы не видели. Моих, кто свободен, тоже пригласи.

– Сделаю, одевайся давай.

Ко мне зашла секретарша, завезла тележку с легкой броней. Я даже растерялся на миг. Я голый совсем, а секретарша очень даже ничего деваха. Но растерялся не только из-за этого, легкая броня, что лежала на тележке, была мне совершенно незнакома, но выглядела достаточно красиво, а значит, дорого. И вот я не знаю: ругать Мозгокрута, чтобы, пока я без штанов, ко мне никого не заводил. Либо ругать за броню, ведь такой на складе не было точно, значит, он купил ее где-то на стороне, и явно за бешеные деньги. Колебался я не долго. Хорошо, за штаны Мозгокруту потом выскажу.

– Мозгокрут, дружище, а откуда у нас такая хорошая броня появилась?

– Приобрел.

– На фига? Она же стоит не меньше корвета, у тебя там кристалл помутнел, может? Мне любое орудие лишнее нужно было перед боем.

– Не брюзжи. Ты что, после победы так и собирался в своем комбинезоне перед народом предстать? Тебе по статусу положено на всех встречах быть в военной форме, вот и будь в ней.

– Ты пойми, все думают, как победу вырвать, все для этого отдают. А не о том, что после победы будет.

– Но кто-то должен думать, что после победы будет.

– Ее могло и не быть.

– Ты будешь одеваться? Там прямая трансляция идет, между прочим, и не только на нашу систему. Даже журналисты из Содружества есть. А ты знаешь, сколько прямой канал по гиперсвязи стоит? А ты боишься потратиться на свой статус.

– Да чтоб тебя, – выругался я в сердцах, опять в дураках хотят выставить. Откуда эти журналисты набрались?

Я начал натягивать броню, по сути тот же инженерный комбинезон, только материал другой и вставки жесткой брони есть. Ну и конечно, пояс с носимым энергетическим щитом. Хотя броня была явно тяжелая, я этот комбез совершенно не чувствовал, как будто вторая кожа. Ну и конечно, все кармашки и отсеки заточены под военное оборудование. Пришлось свое техническое оборудование оставить в старом комбинезоне, здесь все слоты были заполнены нужной мелочовкой.

Ну и ладненько, вставил игольник, подвесил палаш. Подвигался, попрыгал, крутанулся. Почти замечательно, только цвет сменить нужно. А тут цвет оказался заблокирован, можно выбрать только либо хамелеон, либо тот, какой есть. Здрасьте, неожиданно.

– Мозгокрут, а цвет почему не меняется?

– Хан носит парадную форму гвардейцев третьего штурмового дивизиона.

Я вспомнил из баз знаний, что это за дивизион. Да, героических свершений у него много было, не стыдно такую форму носить. Но цвет брони, как у земной спецовки, серый с черными вставками на коленях и локтях, а на плечах красные полоски. Ладно, будем думать, что из присутствующих в зале церемоний на Земле никто не был, и о том, что на Земле в таких цветах все рабочие ходят, никто не знает.

Пора в зал. Блин, тут журналистов не к месту понаехало. Мне нужно было сначала с глазу на глаз с главами кланов поговорить, а теперь уж… а-а… Я махнул рукой, как получится, так и получится.

Пока шел по коридору, помимо моих телохранителей ко мне присоединились Лер, Нур и Мар. Остальные были заняты.

Я зашел в зал, гул затих. Рявкнула команда, мои немногочисленные войска вытянулись. Я отдал приказ «вольно». Принял доклад от Сержанта о построении. Встал и поприветствовал всех.

Глав кланов оказалось тут девять человек, правда, системами владели лишь четверо. За остальными не было ничего, кроме людей. Вот эти четверо и были наиболее интересны мне, мне просто необходимо перетянуть их на свою сторону. Черная стояла первой, практически около меня, я даже легкий аромат парфюма ощущал. Внешний вид оказался неожиданным, я много раз видел ее голограммы, а когда видишь вживую, все меняется. Да и доклады о ней читал, умная, но стервозная, жестокая, беспринципная. Смотришь на голограмму – вот она, стерва, смотришь вживую – симпатичная девчонка из глубинки, легкий ситцевый сарафан облегает все изгибы и открывает стройные ноги, лицо милое, губы пухлые, глаза смеющиеся, похоже, наговаривают…

От любования меня отвлекло сообщение от Нура:

«Прикажи расстрелять эту женщину немедленно!»

Что это он? Что может эта девчонка? Ну, заблудилась, бывает, направим на путь правильный. Ладно, что-то я замолк, пауза затянулась.

– Господа, не буду терять время. Могу сказать, что вы люди вольные, берете что хотите, ходите где хотите. Но вы, наверно, уже сами понимаете, что берете вы то, что разрешат взять, и ходите вы далеко не где хотите, вас везде метлой поганой гонят. И скоро либо уничтожат, либо выгонят дальше, потому что под боком Содружества вы никому не нужны. Вот и думайте, пока есть возможность присоединиться ко мне, либо… А выбора у вас нет, либо пять лет работаете на моих каторгах как военнопленные, а потом суд и пожизненная каторга, уже на рудниках Содружества. Я же предлагаю всем амнистию. Пиратским главам, кто примет подданство, обещаю, что системы останутся за ними, преобразуются в княжества. Законы смотрите в приложении, всем разослали. Всех командиров, кто перейдет на мою сторону, оставляю в их должностях. Корабли могу заменить, но в лучшую сторону. Зарплаты, условия вхождения систем обсуждаются. Итак, минута вам на обдумывание, кто за, два шага вперед.

Даже не задумываясь, Черная шагнула вперед, за ней, чуть поколебавшись, вышел Мавр. Четверть капитанов тоже шагнули. Плохо, я на большее рассчитывал.

Снова Нур:

«Командир, казни эту сволочь, не бери ее к себе. а лучше казни».

Да как я не возьму, тут камеры, тем более, а как казню? Ладно, минута прошла.

– Хорошо, у остальных есть время подумать, чем пожизненная каторга лучше. А ваши системы я все равно завоюю. Планеты будут, а только там ваших родственников не будет.

– Лучше пусть умрут в бою.

Это у нас Кабан, рыжий здоровый детина, у него две системы, три планеты и станция. Причем все это развитое. Его бы у себя я особенно сильно хотел видеть. Черная с Мавром, конечно, хорошо. Но у Черной всего одна нищая планета, а у Мавра в системе нет обжитых планет вообще, только крупная станция.

– Сейчас приму клятву, и поговорим.

Я выдернул палаш, и он начал светиться, собирая энергию. Зал был наполнен, энергии было очень много, мне даже концентрироваться не пришлось. Куча мелких мух-камер летали по кругу, снимая все с разных точек, заиграла торжественная музыка.

Черная начала зачитывать слова присяги, наверное, миллионы зрителей по всему Содружеству смотрят ритуал. Как красивейшая девушка, в простом платье, преклоняет колено и склоняет голову. Я потянулся к плечу Черной палашом, но что-то как-то резко, взмах… И голова Черной улетает в сторону Кабана. Кровь хлынула из шеи, и не видимая никому, но очень хорошо мной ощущавшаяся энергия хлынула вместе с кровью в палаш. Он разогрелся и чуть не вырвался из рук, пришлось выпускать свою энергию, она вспорхнула вокруг, давя все чужое, очищая от скверны, и уже чистой стала впитываться в палаш и меня, я непроизвольно развел руки, как бы восхваляя богов.

Блин, прямой эфир, кем меня выставят? Сатанистом? Фанатиком?

– Клятва шла не от души, я не мог принять такую клятву. Следующий.

Я показал кончиком палаша на Мавра, тот только замотал головой и попятился назад. Ну, его понять можно, может, я тут просто собрал всех для ритуала сектантского, а сейчас казню всех.

– Ты? – указал я кончиком палаша на Кабана.

Тот, отдать должное, даже не повел бровью, просто усмехнулся. Проходя вперед, как футбольный мяч пихнул голову Черной так, что та улетела в дальний угол. Встал рядом с кровяной лужей и зачитал текст присяги. Не просто присяги, а присяги князя. Я, силой контролируя палаш, чтоб не выкинул ничего такого, коснулся плеча Кабана, того слегка тряхнуло, и все.

– Ты! – Я указал на оставшегося четвертого главу, почему-то с простым именем Ер, а не кличкой, принятой у пиратов. Ер владел системой с одной планетой и одной станцией.

Тот подошел, встал на колено и зачитал присягу, разряд – и вот моя федерация разрослась уже на три княжества.

– Бегом, – показал я на Мавра.

Тот подошел, зачитал присягу, зажмурился, я коснулся его, и его лишь слегка тряхнуло. Всё, федерацию уже не стыдно федерацией назвать, четыре княжества. От этой мысли энергия снова хлынула в меня. Я чувствовал, что энергия внутри меня распирает, и я просто взорвусь, если каждого буду принимать, это слишком медленно, не успею, не удержу. И я голосом, не терпящим возражений, подпустив как следует энергии в голос, сказал:

– Встали все на одно колено.

Весь зал рухнул на одно колено.

– Вслух читаем присягу.

Все хором прочитали слова присяги.

Я, держа руки у живота, прислонил кончик палаша к своему лбу. Меня выгнуло, энергия резонировала и светящимся кольцом пошла от меня по залу. Выгибая абсолютно всех, кого сильнее, а кого-то еле касаясь. Я, опустошенный, но довольный вложил палаш в ножны и обернулся. На одном колене стояли все: и мои подданные, такие как Сержант и Нур, телохранители, так и новые подданные пираты и журналисты. Журналисты! Вот это неудобно получилось, как-то я их зацепил.

– Мозгокрут, что с прямым эфиром?

– Отключились все камеры, как только ты милашке… э… в общем, после того как голова отлетела, почти моментально.

Фух, можно выдохнуть, а то точно все Содружество в крестовый поход после этого на меня пошло бы. Еще бы, такая секта с фанатиком во главе под боком Содружества организовывается. А так тиран, дикарь и еще что-нибудь придумают, но обычное и объяснимое. Вот только с палашом нужно что-то делать, не нравится мне, что он иногда мне не подчиняется.

– Собери все камеры, уничтожь видео и прибери тут.

– О’кей.

В зале начали отходить от случившегося. Но не все ото шли, три человека не пережили разряда. Одна из них известная журналистка из крупного новостного канала. Я поморщился, это снова проблемы.

– Поздравляю всех со вступлением в Федерацию Уник. Обещаю, что все подданные получат наделы земли, небольшие, но наделы. Только маленькая проблема: свободной земли сейчас нет. Федерация Уник была огромной, и нам нужно вернуть свои территории. А для этого нам нужно либо присоединять разрозненные системы, либо силой захватывать их. И сейчас совершенно случайно освободилась система капитанши Черной. Возражения?

– Она нищая.

– Там ловить нечего, – понеслись возгласы из зала.

– Хорошо, раз она никому не нужна, я себе ее заберу полностью. Только тогда у кого будем завоевывать земли?

– У Кривого.

– У Малуна лучше.

– У Кривого богаче.

– Понял, хотите побогаче, но если у них планеты богатые, значит, они их не обдирали до последнего, и я вам грабить их не дам. Если они перейдут на нашу сторону, системы оставлю за ними. Давайте-ка вы, ребята, учитесь строить и преумножать сами, а не отбирать и делить. Посему сейчас всех глав кланов зову на совет, там решим, когда и кого завоевывать. От своего обещания я не отказываюсь, минимум гектар земли каждому подданному на сегодняшний момент. Кто получит подданство позже, тому сотками выдавать буду. Глав прошу на совет, остальные – ремонт и перевооружение. Вот контакт Мозгокрута, связывайтесь с ним. Первоочередная задача – все экипажи должны принять гражданство федерации и войти в состав вооруженных сил. И конечно, принять присягу, но уже обычную.

Жалко, что аннунаки должны улететь. Их крейсер сейчас бы пригодился, мне срочно нужно отправлять кого-то захватить систему Черной, пока ее никто не прибрал к рукам. Там из охранения только четыре корвета. Крейсер Черной находится здесь. Вот его и пошлю, укрепив четырьмя корветами, два из которых мои. Да одну из барж с абордажниками, укрепив их всеми моими наземными войсками. Там ой как войска на земле недовольных усмирять понадобятся. Не всем новые законы понравятся.

Если систему Черной я прибираю к рукам, то туда и перебираться нужно потихоньку, тут свой князь есть. Конечно, слишком богатая система, чтоб совсем ее оставить. Но и свою систему очень нужно иметь. Значит, нужно развивать и свою систему. Поэтому Лер точно переброшу на планету, здесь все налажено уже. Мозгокрут справится. Вот кстати, крепость туда я не перетащу никак, а Мозгокрут к крепости привязан, значит, быть мне тут. А прикрыть-то планету необходимо. Точно, у меня здесь полтора корпуса линкора около крепости висят. Один даже с вооружением, правда дополнительным пока. Вот отправлю их туда тягачами, там сварят на орбите оба корпуса в катамаран. Вот и будет крепость-база. Между корпусами как раз ангары для истребителей разместятся. Да если движки выкинуть, там столько места освободится, что как перевалочную базу можно использовать будет. Не рано я делить начал не пойманного журавля? Нет, нужно составлять примерные планы, без них никуда. Вот только укрепить бы штурмовую группу. Да элементарно. Кабан, Ер и Мавр полетят к себе как раз через систему Черной, заодно и помогут захватить. Дальше справимся.

А ведь новых князей тоже по домам отпускать нужно быстрее, да желательно с кораблями, желающих отбить их системы очень много.

А вот сейчас и обсудим. Собрались, что называется, в тесном кругу: я, князья да Лер. Начал разговор Мавр:

– Ну, все это хорошо, вот ты нас загнал в федерацию. Дальше-то что будем делать? Вот, к примеру, ты в курсе, что Кабан с Ером между собой не дружат совсем, между ними грызня постоянная.

Я усмехнулся.

– Что-то сюда на разграбление они чуть не в обнимку пришли, когда деньгами запахло. Ты сам скажи, с кем во вражде?

– Не, мне ругаться ни с кем нельзя, я со всеми в мире живу.

– Даже так… – я на миг задумался. – Ставленник Мьянго? Мавр на долю секунды стушевался.

– Ну.

– Значит, я угадал, что вся негласная помощь арварцев пиратам шла либо через тебя, либо ты просто выполнял поручения.

– Скорее второе. Деньги все шли через Черную, поэтому она властью тут большой обладала. Я выполнял очень тонкие поручения, наподобие помирить или поссорить кого.

– Ну вот видишь. Проблемой меньше. Вот ты и займешься примирением Кабана с Ером.

Дальше я не стал продолжать, ведь он их, скорей всего, и ссорил.

– Хорошо, сделаю.

– Дальше нужно решить, как развиваться будем. Предлагаю пока треть продукции отправлять в общий котел. Ну или на бартер между своими системами.

Приподнялись сразу две руки, это князь Айдай и Мавр. Я показал на Айдая.

– Я так понимаю, с меня не треть на общее развитие.

– С планеты треть. А вот свалка, извини, не твоя, свалка наша.

– Понял, – тяжело вздохнул бывший барон.

– Давай ты, – показал я на Мавра.

– Тут такая проблема. Основная продукция с планет Кабана и Ера – наркотики, а моя база это торговая площадка для них и для сбыта захваченного. И не думаю, что треть продукции сильно нужны в нашей федерации.

– Да, это проблема. Варианты решения?

Тут ответил Кабан.

– Из растения, помимо наркотиков, можно получать волокно для натуральных тканей и внутренних обшивок, масло и пищевой концентрат. Со временем легко можно перейти на чисто технические культуры. Но опять требуется оборудования, заводы. Да и кому тут нужно натуральное сырье? Это выход на Содружества нужен.

– Понятно, попробую решить с выходом.

Я тут же набрал сообщение Гному по поводу продажи натурального сырья. Гном тут же ответил, что спрос есть. С реализацией проблем не возникнет.

– По сбыту продукции наметки есть, подробнее позже разберем, пока черновые планы, а то в деталях завязнем.

– Артран? – угрюмо спросил Кабан.

– Пока да, но думаю, Мавра будем подключать, чтобы с Арваром торговлю налаживал.

– Да без проблем, наладим. Вот только с Ером что делать? Я его первый раз таким угрюмым вижу.

Мавр показал на молчаливого низкорослого князя, который был полной противоположностью Кабана.

– Ер?

Ер долго молчал, я уже хотел его еще раз окликнуть, как он заговорил:

– Я не планировал попадать под чье-либо влияние. На меня оказали псионическое давление.

Тут не выдержал Мавр и громко засмеялся. Еще громче засмеялся Кабан.

– Иди и жалуйся.

– В мировое сообщество.

– Он планировал…

Смех стал еще забористей. Даже мы с Айдаем сначала заулыбались, потом захохотали. Ер сначала хмурился, а потом тоже заулыбался, хоть и он и сдерживал смех, но он вырывался наружу.

Минут пятнадцать из нас смехом выходило все напряжение последних часов. Посмеявшись, Кабан наконец-то заявил:

– Ладно, Дикий, парень ты свойский, поэтому давай тащи пожрать, попить. Да будем мозговать, как дальше жить будем.

Как будто только и ожидала этого, в комнату зашла секретарша, толкая перед собой столик с жареной лягушатиной и легкими напитками.

Закрылись мы почти на восемь часов, разговор пошел более продуктивный. Решали, кто что может производить, где на это брать деньги. А денег, как ни крути, не было, от слова совсем, поэтому пока распределяли свободные ресурсы. На планеты дронов, металл, кое-какое оборудование. С планет людей в систему Айдая. Здесь основные активы, только разрабатывать их некому. На двух планетах Кабана решили все-таки за основу оставить аграрный сектор. На третьей планете и на планете Ера решили развивать промышленность. У Кабана перерабатывающую и легкую. А вот у Ера тяжелую промышленность. У него в системе очень много руд. У Мавра торговая станция и добыча руд. Но это все хорошо. Только от наркоты нужно моментально отказываться, а промышленность разовьется не сразу, да и денег нет. У простых обывателей я буду очень непопулярен. Ведь люди работу потеряют, им ведь не объяснишь, что то, чем они всю жизнь занимались, это неправильно. Правда, работу, надеюсь, на непродолжительное время потеряют. Да к тому же как раз отток безработных на планету Айдая уйдет.

Вот Айдай и удивил меня.

– Давай меняться системами.

– В смысле? – не понял я.

– Ты мне все равно житья здесь не дашь, и так я тут по факту только станцией управляю, планета мне не подчиняется, да и не оставят в покое эту систему. Хочу спокойствия. Да, система Черной нищая, но зато никому не нужна, спокойствия хочу.

Для меня это был идеальный вариант, не нужно будет делить силы между системами, но я все же сказал:

– А как же завод перерабатывающий?

– Забирай, взамен оборону планеты выставишь и производство наладить поможешь.

Я на эмоциях встал и так пожал Айдаю руку, что тот вскрикнул и начал баюкать кисть, обзывая меня последними словами.

Кабан, наблюдая это, спросил:

– Дикий, это что, у тебя ритуал такой, в награду руки ломать?

Что я мог ответить?

– Не отвлекаемся, продолжаем. Нужно гиперсвязь свою устанавливать, – сменил я тему. Ее тут же подхватили.

Все, чую, носами начали клевать, пора спать. Завтра соберемся уже более широким составом, с заместителями, с командирами кланов, у которых нет своих систем. А пока спать.

Ночью досталось от Сенсея. Оказывается, у Ера есть планета, пригодная для выращивания водорослей, А у Кабана есть спутник газового гиганта, тоже пригодный для этих целей. И мне просто необходимо отправить эти водоросли в первую очередь Кабану на спутник. Спорить бесполезно, сделаю.

Еще целых три дня я проводил в совещаниях и беседах. Параллельно ремонтировалось все что можно. Аннунаки попрощались и улетели искать свой дом, остались только телохранители. Линкор Мавра пока не трогали. Лоханки сортировали и переделывали в гражданские тягачи либо восстанавливали до состояния военных судов. Понятно, что этот процесс надолго. Поэтому линкор и почти все лоханки оставили пока тут.

А вот тянуть больше нельзя, нужно срочно прибирать к рукам систему Черной, поэтому завтра с утра отправляю туда все оставшиеся крейсеры и корветы. Новоиспеченные князья помогут захватить систему Черной, и дальше по домам полетят радовать своих подчиненных новостью, что жить теперь будем по-новому.

Глава 32

Все, князья улетели. По-хорошему их отправлять нужно было с мощным дружественным флотом поддержки, который защищал бы владения князей, а по факту держал бы князей в ежовых рукавицах. Но чего нет, того нет. С дружественной поддержкой только князь Айдай отправился, тут и флот, и целая баржа абордажников. Это, к слову, почти три тысячи бойцов. Которые будут помогать насаждать мирные законы на пиратской планете.

С Айдаем оформили документы на обмен системами. Конечно, по факту планета Черной еще мне не принадлежит, и как бы нехорошо шкуру неубитого медведя делить. Все-таки многое случиться может. Даже если планету захватят наши войска без проблем, то все равно может партизанское движение открыться, вполне справедливое движение против захватчиков. Поэтому, чтобы не выглядеть некрасиво перед Айдаем, я отправил вместе с ним Нура и Дистрофика. Нур поможет выявить злобно настроенных, а Дистрофик сможет запудрить мозги любому количеству народу, поэтому рассчитываю, что Айдая будут встречать как освободителя, а не как захватчика. Тем более что на планете творилось неладное, и рабство – самое незначительное из преступлений Черной. После просмотра материалов, которые достались от Мавра, я понял, почему так Нур просил казнить ее. Несмотря на милую внешность, это была натуральная садистка, Салтычиха. Она замучивала до смерти десятки людей за вечер, придумывая все более изощренные пытки. За нее не думаю, чтобы кто-то вступился. А вот потерей рабов, они, к слову, считаются имуществом, местная знать явно будет недовольна. Вот для этого я и отправил туда Нура, тот разберется, кого оставить нужно, а кого посадить в челнок и устроить катастрофу.

Мне же здесь достались мелкие проблемы с ремонтами линкора и всего добровольческого флота. Размещение состава второй баржи с абордажными командами, вернее приведение их до звания элитных частей, я хочу сделать из них третий штурмовой дивизион. Для этого у меня есть всё. Место, хороший инструктор, склады с амуницией, и даже деньги появились в связи с общими отчислениями князей на содержание армии.

С организацией возился сам. Одно дело – разместить и обмундировать. Так мне нужно было их привязать к себе, поэтому после присяги выдал в разных местах планеты по десять соток земли и сертификаты на строительство домиков. Также выдал деньги на переезды семей из других систем, но это не всем, а кому требовалось.

Дальше планировал полный ремонт и модернизацию десантной баржи, укомплектование штурмовыми ботами, дронами и охранением, хотя бы не ниже крейсера с несколькими фрегатами. Я уже добился главного: вчерашний сброд, набранный по объявлению, сейчас гордится серо-черной формой и старательно отрабатывает строевые упражнения.

Инструктор Вик словно попал в свою стихию. Раньше у него сотня человек была, и он гонял их как-то вальяжно. Сейчас же больше трех тысяч гарнизон насчитывает, приходится соответствовать. И главное, никого свободно шатающегося не увидишь, все при деле.

Но это все мелкие проблемы, большие проблемы в том, что мне давно открылись коды от защитных систем планеты и свалки. Нужно полностью осваивать планету, очищая от опасностей, да и военные склады и склады гражданской обороны я теперь знаю, где находятся, нужно просто идти и осваивать.

На свалке открылись доступы до других крепостей. До них тоже пробиваться нужно. Перечень хранимого на складах у Мозгокрута есть, даже если десятая часть уцелела, то я очень богат. А еще монополию на скупку всего найденного объявлять нужно, а это недовольство у поисковиков вызовет. Хотя, наверное, поисковиков под себя подомну. Чтобы артели на закрома родины трудились, разрабатывая поля. А одиночки пусть мелочовку собирают уже по выбитым полям. Да и им сделать пятьдесят процентов от найденного, хотя нет, сделаю перечень того, что сдавать обязательно государству, остальное их. Мне нужно оборудование, нейросети, базы. А украшения, металлолом и кредиты пусть себе берут. Недовольных, конечно, много будет, ведь основная масса населения тут поисковиками работают. Но, как говорится, у меня теперь не просто закон, а закон, подкрепленный третьим штурмовым дивизионом. Да и мне народ уже в производстве нужен, а не в собирательстве. Кстати, нужно срочно Лер переводить на администратора планеты, вот пусть руководит и думает, как лучше сделать.

А кроме больших проблем, появились огромные: я теперь должен думать не о своей системе, а о всей федерации. А это перво-наперво связь, ждать по шесть дней сообщения из княжеств не вариант. Поэтому первое – нужно закупать или искать установки гиперсвязи. Здесь в системе был маяк связи, но он был не мой, и за эту связь три шкуры драли. Мозгокрут говорит, что несколько комплектов маяков гиперсвязи лежат в крепостях, до которых мы не добрались. И одна крепость отклик дает с подтверждением, что там есть точно, только неизвестно ее состояние. Вот, наверно, и будем до этой крепости пробиваться в первую очередь. В крайнем случае у меня главный калибр теперь есть. Я любые препятствия могу из разряда «почти рабочий корабль» перевести в разряд «куча металлолома». Но эти препятствия мне интереснее как «почти рабочий корабль», поэтому срочно восстанавливаем линкор Мавра, придаем ему истребителей и вперед, просеки делать в свалке.

Вторая проблема транспортная. Сейчас очень большой товаропоток между нашими системами будет, нужны транспорты и контейнеры. Конечно, доставшиеся мне пиратские лоханки переделываем назад в транспорты. Даже много пиратских экипажей согласились в гражданский флот перейти. А вот контейнеров не хватает. Значит, правильно, организовываем производство стандартных космических контейнеров. По-хорошему заказать бы гиперворота, но цена – сколько все наши системы, вместе взятые, стоят, это за одни, а их как минимум пара нужна. Хотя в системе Кабана висит недействующее кольцо ворот, может, и можно было как-то его реанимировать. Тут опять специалисты от аграфов нужны, только они в них разбираются. Кстати, и у Мавра кольцо гиперврат висело, его на металлолом разобрали. В моей же системе кольца просто расстреляли еще в стародавние времена, если и есть остовы, то их точно не восстановить.

Меня вдруг осенило, зря я Лер делаю администратором планеты, пусть будет администратором системы, думаю, я не справлюсь.

Еще никто не отменял того, что мне нужно готовить флот вторжения, для захвата оставшихся пиратских систем. Это была, пожалуй, самая интересная для меня задача. Ведомство у Мии заметно разрослось и разделилось на две ветки, это ремонт гражданских и ремонт военных судов. Мия подтянула своего дядю. Того самого, который гангстера изображал, а может, и на самом деле им был. В общем, у меня ремонтом кораблей заведовал уже целый клан. Дядя быстро всех родственников, знакомых сюда перетащил. Да что родственников, он почти весь этаж станции, на которой жил, сюда перетянул, так что в крепости неожиданно кончились места. И это всего неделя прошла после битвы. Как так быстро они добрались, не знаю, скорей всего вылетели заранее. Нужно срочно делать полноценную ремонтную базу. Тут хочешь не хочешь, а корпус второй крепости, которую хотели под холодные склады определять из-за сильных разрушений, придется восстанавливать до жилого класса. Металл-то есть, рабочие руки есть, пусть трудятся. Пока техников разместил на планете, все равно аврала уже такого нет. Сменами работают пока сутки через двое. Сделают себе базу, вот тогда о КЗоТах будут думать.

Были, конечно, несущественные проблемы, но которые требовали личного внимания. Вчера Мозгокрут показал проблему, которую не мог решить сам. С завода по производству дронов сразу хотели уволиться около двадцати человек. Да, большинство техников было из профсоюза мастерских, которые и должны были уйти после сражения. Но Лер говорила, что они собирались оставаться. А тут не успел я Лер перевести на администратора системы, а уже на десятый день начал народ разбегаться.

Вместо Лер сейчас молодой специалист, которого кто-то Лер порекомендовал, при ней он поработал неделю, и уже она его рекомендовала мне. По бумагам все хорошо, модернизация, производство скачком чуть ли не на десять процентов подешевело, правда большие запросы на инструмент и спецодежду. Так это тоже хорошо… ну должно быть по крайней мере. Хотя выпуск готовой продукции сильно просел. Да ладно, пойду разбираться. Можно, конечно, сюда его в кабинет вызвать, да боюсь, без Нура в кабинете не разберусь.

Цеха встретили чистотой, стеллажи с бэушными запчастями, которые вечно захламлены, сейчас были практически пусты, и на них красиво разложены запчасти с бирками. Надо же, как он смог решить вечную беду любых мастерских, но ведь смог. Ставим плюсик, такого порядка на заводе при Лер не было. Техники работали в средствах защиты, тоже хорошо, забота о технике безопасности, тоже плюсик ставлю. Вон и сам молодой начальник на производстве, не в кабинете. Одни плюсы.

Он, увидев меня, чуть не бегом рванул ко мне наперерез. Вытянулся во фрунт и начал в подробностях докладывать, как он сделал вон ту станину. Ну сделал, молодец, тоже плюс, хотя при чем тут он? Явно разрабатывали еще при Лер, делали техники. И что-то слишком лебезит, это минус. Я спросил как бы между прочим, а для чего вот это отверстие в станине просверлили, вид портит. Ну нужно же было узнать, как он его делал. Ответ меня удивил: осталось от старой детали, из которой станину делали, заварят, зашлифуют, видно не будет, причем очень подробно объяснил, как заваривать и шлифовать будут. Все плюсы перечеркнул здоровый минус. Да уже только за это его выгонять нужно, назначение этого отверстия открывается только при изучении третьей базы. Но если ты не знаешь, для чего оно, это не повод заварить его. Молча махнул ему, чтоб шел за мной. Я зашел в кабинет к нему и уселся в его кресло. А кресло он тоже поменял, на более шикарное. В отчете было про необходимость закупить мебель по технике безопасности, помню. Но не думал, что это для его кабинета.

– Ну рассказывай, почему от тебя народ бежит.

– Ну, они парни хорошие, только привыкли при Лер ничего не делать. А я их работать начал заставлять, вот они до откровенного саботажа и опустились. Процент брака вырос, так что скрывать от вас приходилось. Специально брак гонят, чтобы я плохим выглядел.

Это зря он сказал, я даже закипать начал. Но очень быстро взял себя в руки, чтоб не размозжить голову нахаленку. Может быть, кто-то где-то и поверил бы ему. Но я видел, как работала Лер. И я видел, как работали ребята, натурально на износ. И этот «герой» хочет убедить меня, какой он хороший, а какие в округе дураки. Стандартная фраза, что за дебилы тут до меня строили, ремонтировали, ездили и так далее. Как бы сразу возвышает говорящего, ведь он-то специалист. Как бы мне не прибить молодого специалиста.

– И что нужно?

– Мне нужен карт-бланш.

– Надолго?

– За месяц точно не справлюсь, пока модернизация пройдет, пока нужный коллектив подберу. Год нужен, первые полгода будет проседание по производству, а потом все выровняется и увеличится производство в два-три раза.

– И что ты хочешь делать?

– Первое, введу оплату по факту, чтобы техники работали, а не на работу ходили, второе, нужно заменить оборудование. Вот эта фирма сделает все быстро и дешево.

И он начал перечислять невероятные достоинства оборудования, почему нужно, чтобы сама фирма монтировала нам станки под ключ, а не сами мы это делали, так как гарантия и все такое. Я же думал, что вот оно, начали тащить у меня, не прикрываясь. И ладно, пока дурачок изображает из себя сильно умного, пытается хитрить. Но он ведь здесь просчитался, нельзя, ой нельзя ему хитрить. Слишком примитивен. Когда только работал, был толковым спецом. Поэтому так высоко и вылез, сейчас… нет. Пойду отсюда, не выдержу ведь, прибью.

– Ладно, пойду со второй стороной конфликта поговорю.

Я зашагал в цех, начальничек побежал за мной.

Подошел к первому технику, я его знал, когда-то кое о чем спорили, как лучше сделать, толковый мужик. Поздоровался.

– Что в цехе у вас нового?

Не дав ответить технику, в разговор влез молодой специалист:

– У нас в цехе…

– Иди, отдохни, я без тебя поговорю. – Начальничек стушевался, но отошел в сторону только на два шага. – Бегом отсюда.

Ему ничего не оставалось, как уйти быстрым шагом. Я вновь обратился к технику:

– Рассказывай, что тут у вас.

– Да вот…

– Ну?

– Беда совсем. Ходит и только спрашивает, почему то не убрали или это. Ни разу не спросил, чем ту занимаетесь, какие проблемы. Зато все запчасти со стеллажей в металлолом отправил, а там было полно только что восстановленных. Это на полмиллиона кредитов, не меньше. А главное, влез в технологический процесс. Узнал, куда идут дорогостоящие материалы, заменил в шарнире напыление на дешевый аналог.

– Давно заменил?

– Вчера.

– Меняй на старую технологию. Партию переделать под нормальные шарниры. Как думаешь, специальная диверсия?

– Да нет, дурак просто.

– Самая страшная разновидность «дурак с инициативой». Ладно, давайте на место все возвращайте, как было.

– Так контейнер с металлоломом уже на завод ушел.

– Попробую вернуть.

Я пошел в кабинет, махнул начальничку, чтоб шел за мной.

– Ты хоть понимаешь, что ты настоящий диверсант? И за твою работу тебя можно смело казнить.

– Я делал только хорошее, за что?

– Ты запчастей на сумму более полумиллиона кредитов отправил в металлолом.

– Я не знал, что они нормальные.

– А почему ты техников не спросил?

– Они все равно придумывать будут, что все нужное, лишь бы не работать.

Я закрыл глаза, такое впечатление, что он мне послан как испытание, смогу я преступить черту и свернуть ему шею. Как охота… Но ведь понесусь по наклонной, вот из-за таких раздолбаев и получаются из хороших парней темные владыки. Нет, нельзя его… у-у, я сжал кулаки и сквозь сжатые зубы спросил:

– В технологический процесс почему вмешался, ты инженер? Какие базы выучены?

– Управленец третьего ранга, техник первого, второй доучивается.

И что мне с ним делать? Сослать на каторгу? Так другие управленцы будут бояться проявлять инициативу. Заставить отрабатывать ущерб? Так он еще больше долгов наберет. Уборщиком поставить? Так будет тут рассказывать, какой он герой, несправедливо обиженный. Выгнать из системы? Так тоже его много кто пожелает расспросить, как у нас тут процесс налажен. Самое удобное, чтобы он исчез по дороге из системы. Но ведь только начни, первый неугодный пропадет, потом второй. Потом планета целиком не угодит. Странно, за то, что на планете Черной бот врезался в корабль со «сливками общества», меня совесть не мучает, а тут за какого-то разгильдяя переживаю. Кажется, понял, там не я рассчитывал операцию, а тут я на эмоциях. Фиг с ними, с секретами, не настолько они секретные, решил его выгнать. Хотя…

– Летишь на планету, найдешь Шпалу. Там каторжане трудятся, откапывают подвалы. Занятие очень хорошее, но твоя задача – сделать так, чтобы они не только пользу приносили, но и прибыль. Состыкуешься с Мозгокрутом, мелкие детали с ним утрясешь. Думаю, ты будешь там в тему, это твое наказание.

– Понял, я не подведу.

– И да, еще раз под откат будешь подрядчиков привлекать, рубану голову, я могу.

– Я видел видео…

– Вот и бегом отсюда.

Гад, напомнил, я вроде только забывать стал. Неприятное воспоминание. Да и прогремел я на все Содружество. Хотя те журналисты, что нечаянно стали моими подданными, выпустили чуть ли не документальный фильм о зверствах пиратки Черной. После этого фильма я не злодеем считаюсь уже, а героем.

– Мозгокрут, давай управление мастерской бери на себя, и контейнер верни.

– Контейнер верну, остальное не проси, ты знаешь, сколько у меня забот. Если Лер системой рулит, я твой заместитель по всей федерации, вот только одних…

– Все, хватит, я понял, подбери по объявлению кого-нибудь. Что-то я забылся, Мозгокрута, да работать лишнего заставить? Да никогда, весь изноется, исплачется, да еще на тебя часть работы свалит. Что-то странно примолк, а не спихнул на меня поиск управленца. Хотя не удивлюсь, если что-то затеял.

Наконец-то вернулся в систему мой «Курьер» с новостями от князя Айдая. Планета захвачена без боя, войска перешли на сторону князя. Население встречало как освободителя, правда радость омрачила катастрофа, грузовой бот упал в приемный зал, где ожидала приема местная знать, погибло сто сорок два человека. Родным погибших оказана материальная поддержка.

Я посмотрел видеоотчеты, ну да, Айдай-то, похоже, меня облапошил. Свалка так и так ему бы не принадлежала. А так он поменял планету с миллионом жителей на планету с десятью миллиардами жителей. А металлолом-то, конечно, на свалке дорогой, но металлолом налоги не платит, налоги платят люди, к слову сказать, даже нищие платят налоги. Не подумайте, что жалуюсь. Нет, я не в обиде.

Да еще нам с Айдаем планету из нищеты выводить. А это за год не получится. Да и оборону там выстраивать нужно, поэтому, как и решил, полтора корпуса линкора переправлю туда. И сделаем из них пустотную базу. Как раз на первое время пойдет и как оборонное сооружение, и с товарооборотом справится.

Помимо глобальных проблем с внешней торговлей и дипломатией, еще Мозгокрут с Сенсеем наседают. Первый заставляет юридические дела разбирать да бухгалтерские отчеты проверять. Это чтобы не потерялись знания из баз обучения. Поэтому я по несколько часов в день разбирал законы или проверял отчетность какого-нибудь филиала лягушачьей фермы. А там заведующий, недолго думая, округлял доход с сорока девяти кредитов до пятидесяти. И вот весь отчет не сходился на один кредит, приходилось нудно все пересчитывать, пока не найду ошибку. Я пытался схалтурить, округляя еще где-нибудь, но Мозгокрут возвращал мне такой отчет назад, заставляя пересчитывать.

Сенсей же, помимо своих водорослей, стал меня ругать, что я забросил древний язык и попытки выйти в астрал. Если с древним языком все более-менее получалось. Я вечерами сидел и вырезал короткие фразы на разных материалах. что-то получалось, что-то нет, но это было в удовольствие. А вот полетать вне тела мне явно не удавалось. Конечно, столько за день набегаешься, а тут сядешь в расслабленную позу, закроешь глаза… Естественно, я мирно засыпал, а потом позорно был бит Сенсеем. Наконец это ему надоело, и он решил сменить мотивацию. Потому что человек ко всему привыкает, даже к постоянным побоям. Поэтому Сенсей как-то перестал меня кошмарить, а просто сказал:

– Хочешь узнать, почему твой палаш иногда своевольничает?

Что я мог ответить?

– Конечно хочу.

– Так спроси, как ты его называешь, у «китайского деда».

– Для этого нужно выйти в астрал?

– Правильно, действуй.

Думаете, это помогло? Я тоже думал, что поможет, но все так же позорно засыпал в полной уверенности, что завтра получится.

Кстати, прибыло пополнение специалистов и просто переселенцев, пока только от Кабана и Мавра. От Ера и Айдая должны попозже прибыть. Поэтому на планете сейчас людно, почти десять тысяч людей прибыло. Разместились все легко, пустых многоэтажек в городах уже прилично построено. Обещал владельцам многоэтажек, что со временем выкуплю у них квартиры для поселенцев, а пока в долг заселил. Да, затраты, но зато какой рывок я ожидаю в ремонте кораблей на свалке. То под сотню ремонтников трудилось, а то несколько тысяч будет. Думаю, скоро не стыдно флотом похвастаться будет. Тем более что линкор Мавра почти восстановили.

Неожиданно посреди рабочего дня взревели ревуны общей тревоги, в систему зашла эскадра из трех линкоров и десятка кораблей охранения и сопровождения. И ведь нужно было повыделываться, эскадра зашла с отключенными идентификаторами. Главный калибр уже начал наводиться, как эскадра включила опознавательные метки. У меня сердце пропустило удар. Это Археологическая экспедиция аграфов. Неужели?..

Глава 33

Неужели уже год прошел? Ведь экспедиция должна была прилететь через год. Я напряг память, нет, года точно не прошло, полгода, ну может чуть больше. Значит, оставленные здесь на планете археологи что-то откопали и вызвали своих раньше срока.

Я начал искать контакт Ви, чтобы отправить сообщение. Меня как будто окатило холодной водой. Контакт был серого цвета, а значит, не в сети. Я сразу начал искать контакт деда Ви. Этот контакт светился ярко-зеленым, значит, Деда тут, только вопрос: почему без внучки? Липкие, противные щупальца зашевелились где-то у камушка в глубине души. Нет, нельзя различным подозрениям волю давать. Я сразу задушил все поползновения плохих мыслей, еще ничего не ясно, сейчас подлетят поближе, все сами расскажут. Ну, может, расскажут.

– Мозгокрут, что там с переговорами, что запрашивают?

– Пока ничего, идут молча, идентификаторы включены, имеют право находиться в пространстве, если мы персональный запрет не дадим.

– Пусть находятся, на посадку разрешения не выдавай без моего ведома. Напомни им, что у нас пошлина на вывоз найденного. Да и… А, ладно, забудь.

Что-то я занервничал, вот никак нельзя показывать своей заинтересованности. Пойду-ка займусь чем-нибудь.

Ожидание, когда эскадра подлетит на рейд, оказалось куда более сложным, чем при нападении пиратов. Я перепробовал заниматься всем, ничего не получалось. Здорово бы было яму какую-нибудь покопать, я бы неплохой погреб вырыл, но я в это время был в крепости, поэтому слонялся, ища тупую физическую работу, но ее не было. Ничего, как раз перегорел немного, прежде чем со мной связался Мозгокрут.

– Тебя аграфы приглашают на головной линкор.

Ясно, аграфы в своем репертуаре, сразу ставят на место, но нет, я парень ершистый.

– Скажи, что я занят, будут пытаться связаться, говори, что мне некогда, я в парке гуляю.

– А если без спроса на планету боты отправят?

– Не отправят, засс… забоятся в общем, это подтвержденное нарушение международных законов будет. Точно забоятся.

Последнее, наверное, я сказал, успокаивая себя, от аграфов чего угодно можно ожидать.

Я дальше развалился в кресле, разглядывая мощь аграфских линкоров. Если не вдаваться в масштаб, то видишь перед собой стаю хищных рыбин, плавно двигающихся в пустоте, лишь иногда нарушая строй.

Да, до таких нам далеко, это даже не знаю какое поколение. Хотя калибр моей крепости все-таки поболее будет, да и вес залпа тоже. Эх, восстановить бы еще пару крепостей с орудиями. Гонор бы быстро слетел, а нет, и так слетел. Вон по личному номеру звонит Деда. Я выждал с десяток секунд, чтоб не казалось, что схватил трубку сразу и ответил на вызов. При этом все так же сидел развалившись в кресле.

Передо мной появилась фигура аграфа, затянутого в форменный мундир со всеми регалиями. Деда некоторое время смотрел на меня, я смотрел на него.

– Наглец? – вместо приветствия задал он вопрос.

– Я тоже очень рад вас видеть.

– Наглец.

– Ну что вы? Я ждал вас в гости, приготовил нежнейшее мясо и лучшего вина. А вы не захотели меня навестить. Я вот даже огорчился немного. Может, все-таки зайдете?

Тут я, конечно, блефовал, совершенно даже не думал встречать таких гостей за столом, главное, он не согласился бы. Ну да что это я, чтобы аграф опустился до уровня приматов.

– Извини, дела. Дай нам разрешение на посадку и вывоз ценностей.

Тоже верно, нечего со мной разговаривать, только дело. Сейчас я вам дела-то подпорчу, поуговариваете еще меня, чтоб вывезти то, что нарыли.

– Разрешение на посадку пожалуйста. А вот вывоз ценностей, извини, их задекларировать нужно. Вдруг у вас там склад с коммуникаторами. А половина стоимости это…

Мне на счет упала большая сумма. Нет, не так, на счет упала неприлично большая сумма, много больше, чем стоимость нескольких складов с коммуникаторами.

Ясно, не так, так по-другому ставит меня на место, конечно, красиво было бы отказаться. Но это перекроет мои долги по жилью специалистам и позволит содержать их целый год. Да и что мне выше головы прыгать, я и так знаю свое место. Хотя есть подвох. Сумма больше той, что аграфы выручат после реализации самых дорогих находок. Никто платить больше, чем нужно, не будет, а это значит, что-то замышляет старый.

– Рад приветствовать вас в федерации, – я картинно развел руки.

– Получишь еще два раза по столько, если стазис-поле отключишь.

Вот оно что, не мытьем, так катаньем. Заманчиво, конечно, но сполотов врагами видеть совсем не хочется, да и обещание им давал.

– Хотелось бы, да не могу.

Я даже не соврал, просто другой смысл вложил в слова.

– Захочешь попробовать, приходи, раскоп знаешь где, время до прилета сполотов сутки.

Вот как у него получается так скупо говорить? Деда отключился.

Б-блин!!! Главное-то я не спросил, так и придется к нему на прием идти. Хотя можно же… я набрал Ви по гиперсвязи, деньги есть. Приятный голос мне ответил, что абонент пока не абонент, и не знаю когда абонентом будет. Странно.

Сейчас только до меня дошло, что меня переиграл старый интриган. Весь мой гонор он учитывал и только дразнил слегка, чтобы я сразу в лоб не спросил, что там с внучкой? Сейчас он приземлится, и у меня всего часов двадцать, чтобы явиться перед его очи. А мне деваться некуда, кроме него никто не скажет, где Ви и что с ней. Правда, зная его, внятного ответа все равно не получу. Так, может, и не лететь к нему на прием. Я уже и так вижу, встретит хорошо, между делом поведет смотреть на стазис, а там уже и про Ви начнет говорить, обещая все рассказать, если стазис отключу.

– Мозгокрут, готовь шаттл на планету.

– Парадную броню почистить?

– Она уже повседневная, не нужно чистить, я в поле еду.

Лагерь археологи расположили недалеко от того места, где я нашел непонятный обломок. Раньше это было довольно далеко от Южного, сейчас же город разросся и лагерь был практически на окраине столицы. Проезжая по этим местам, я их не узнал, так здорово все в округе изменилось. Если раньше тут была дикая степь, то сейчас цивилизация. И это не только подступающий город, это и дороги, пусть по ним не ездили, но над ними постоянно сновали различные аппараты. И даже холмы были распаханы ровными квадратами автоматических полей. Лагерь тоже был не палаточный, капитальные сооружения, несколько линий обороны, затем высокий забор, а за ним небольшой поселок. Построек было много, хоть аграфов тут всего с десяток трудилось, и большинство зданий пустовало. Но сейчас прибыла экспедиция, и все постройки заняли. Я осмотрел постройки. Хорошо, с собой они их не заберут, а здесь в будущем, как аграфы улетят, расположу полицейский участок. Что-то как у Домовенка мысли стали. Все о хозяйстве да о хозяйстве.

Встретили меня, как я и предполагал, хорошо, долго не проверяли, сразу на постах охраны пропускали мой глайдер не задерживая. На третьем КП, где охрану несли уже аграфы, меня встретил сам Деда. И без всяких приветствий:

– Молодец, что согласился снять стазис.

– Я пока не соглашался.

– Хорошо, пойдем посмотрим поближе. Такое зрелище завораживает, может, и передумаешь.

Я пожал плечами, мне нужно было задать свой вопрос, но при этом не показывая своего нетерпения.

– Пойдем.

– Ты только охрану оставь, тут безопасно, – как бы невзначай сказал старый.

Конечно, сразу появилось подозрение, что что-то задумали. Но все же я кивнул Гене, тот молча прислонился к стене.

Идти пришлось не далеко. Я все-таки ожидал увидеть яму, ну или котлован. А мы подошли к лифту, и он повез нас вниз по шахте. Зная скорости местных лифтов, получается глубоко. С лифта мы вышли во вполне светлые и проветриваемые коридоры. Вот идя по ним, я и задал мучивший меня вопрос:

– А что это вашей внучки не видно, с ней все в порядке? Как-то не верится, что она могла пропустить экспедицию с любимым дедом.

– Ей сейчас экспедиции противопоказаны.

– Болеет?

– Нет. Вот мы уже и пришли.

Пока шли, стены коридора из современных резко сменились старыми каменными. И мы вышли к двери, за проемом которых стояло выгнутое зеркало. Ого, видел я стазис то этого, но он был маленьким. А это какой огромный шар получается, метров двадцать в диаметре. И от него тянуло холодом, точнее стазис тянул тепло из округи, странно, за столько времени должно все промерзнуть вокруг. Значит, холода нет, это только ощущение.

– Ну, давай снимай, – вывел меня из задумчивости голос Деда.

– Как?

– Тебе виднее, в десять раз большую сумму предлагаю.

Интересно, это годовой бюджет планеты будет, неплохо он так денег предлагает.

– А почему вы сполотов не дождетесь?

– Хотя бы потому, что сполоты никого первыми не пускают, и они всегда забирают генератор стазиса и самое ценное.

Я задумался, ведь я не помню никакого генератора стазиса, скорей всего под видом оборудования сполоты выводят своих соотечественников, которые укрывались под полем остановки времени.

Мою задумчивость Деда расценил на свой лад. Думает, я торгуюсь.

– Давай, я тебе помимо денег свое благословение дам, да и подумай, ты уже обеспеченным женихом будешь, ты уважаемым специалистом будешь.

Юлит, не договаривает, что держать будут меня в золотой клетке. Но и нельзя показывать, что я могу снимать стазис с объектов. Иначе меня просто никто больше не увидит. И никакие умения не помогут, просто посадят в клетку.

Я достал из кармана игольник и выстрелил так, чтобы иглы срикошетили в потолок, дал короткую очередь. Причем я сделал это слишком быстро, никто даже среагировать не успел. Иглы ожидаемо ударились о поверхность стазиса, ни причиняя ему никакого вреда, отскочили в потолок и тут уже выбили сноп искр у нас над головами.

– Стой, прекрати, ты нас убьешь так, – запоздало и очень испуганно прокричал Деда.

– Извини, очень заманчивое предложение.

Я снова начал поднимать игольник, целясь в зеркало, но уже медленно.

– Стой, так не работает. Вспоминай, что ты делал в прошлый раз.

Я сделал вид, что старательно задумался.

– Ага.

Я станцевал, похлопав рука об руку, потом об коленки, затем, сказав «хоба» на русском, развел руки в стороны, уставившись на зеркало. Не сработало, я повторил на всякий случай танец раза три. Они же все равно записывают происходящее, а значит, будут ставить эксперименты, повторяя мои движения.

– Никак, а может, резаком?

– Даже корабельной плазменной пушкой пробовали.

– Я тогда не знаю, а может…

– Не может. Пойдем отсюда, тебя проводят.

Все хорошо у старого интригана, но я его слабое место нашел: терпение рядом с дураками очень быстро теряет. Я, на всякий случай закрепив успех, выпустил длинную очередь по зеркалу. Каменная крошка с потолка посыпалась за шиворот. Деда присел от неожиданности, закрыв голову руками.

Эх, только бы не переиграть, я сделал расстроенное лицо и резко развернулся, закидывая игольник в кобуру.

– Блин… – в сердцах сказал я, показывая все свое расстройство. Начал бы просить еще шанс покривляться, точно спалился бы.

– Пошли отсюда.

Конечно, провожать меня никто не стал, назад от лифта я шагал один. Что там все-таки с Ви? Похоже, болеет. А я даже…

Один из охранников что-то проговорил на аграфском, непонятно что, я только понял Вивикритаэллела. Зато все пятеро, что были на КПП, хором загоготали. Э, нет, зря, не нужно сейчас надо мной шутить. Я и так злющий, а так вообще ограничитель слетел. Ладно бы еще надо мной ржали, так они еще Ви приплели.

Я подошел вплотную.

– Может, на общем повторишь?

Мне ответил долговязый аграф:

– О чем мне с приматами разговаривать?

Остальные улыбаясь ожидали шоу. Похоже, команда сверху была спровоцировать меня. Я устрою вам шоу, только не долгое. Правый хук, и долговязый, оторвав ноги от земли, полетел немного и успокоился, распластавшись на земле. Дальше пошло не по плану. Люди, которые растут в тепличных условиях, вырастают бесстрашными. А что? В уличных драках не участвовали, если кого и били, то какого-нибудь Васю из параллельного класса, и то только потому, что его все бьют. А уж бои насмерть только в фильмах видели, и то от лица первого героя, когда герой всех побеждает. Вот бесстрашные и начинают показывать свой гонор, как на Земле, сигналя всем в пробке и выскакивая из машины, думая, что он бессмертный. Тот же, кто частенько дрался, прекрасно понимает, что против тебя точно такой же человек. И если ты дашь кому-то в морду, то обязательно нужно рассчитывать на то, что дадут и тебе, и это не просто больно, это невосполнимые потери в связи с переломами, утратой зубов, глаза, а то и жизни. Поэтому, в отличие от бесстрашных, те кто дрался на улицах, как-то меньше сигналят в пробках, выскакивают из машин, пытаясь что-то доказать.

Так и здесь аграфы никогда не видели реального боя, они выхватили свои игольники, даже не представляя последствий. Любой другой побывавший в бою никогда бы не дернулся к оружию, если разговаривают на кулаках. Хорошо еще Гена был по ту сторону забора, иначе он их всех положил бы не разбираясь. Я же не стал хвататься за игольник, просто встал и хотел… А не важно, что хотел, дальше понеслось все кувырком. Один из охранников выстрелил в меня не раздумывая, это опять все от бесстрашия. Потом ведь идиот такие проблемы иметь будет. Время замедлилось, и нет, увернуться от иглы, как в том фильме, не получится, так время не замедлить. Меня толкнуло назад, разворачивая влево. Этот дурак выстрелил в область сердца, а на любом бронекостюме самая мощная защита в области груди. Я краем глаза видел, как появилась глубокая черта от иглы на передней бронепластине. Ждать второго выстрела я не стал, сразу выхватил игольник и выстрелил в лоб стрелявшему, тот, повторяя полет первого аграфа, оторвал ноги от земли и полетел на спину. Вот только он никогда уже не встанет. Я сместился в сторону и вовремя, второй аграф выстрелил, игла полетела мимо, чуть чиркнув по плечу. Целю в лоб, но не успеваю довести точку прицеливания до лба, вижу, что палец аграфа выбирает свободный ход спускового крючка. Не успеваю, поэтому стреляю в силуэт. Тем более что силуэт совсем не аграфский, здоровенный парень под два метра высотой и чуть поменьше в ширину. Игла попадает ему между ребер с правой стороны, тут же вращая его по часовой стрелке, палец все-таки нажал на спуск, и его выстрел улетел в небо, а затем и игольник после удара руки об землю улетел в сторону. Остальные трое аграфов замерли меловыми статуями.

– Оружие на землю. Бегом!

Сам не стал стоять на месте, широкоплечий аграф хоть и валяется мордой в землю, но еще живой. Поэтому подбегаю и придавливаю его коленом к земле.

– Дай перевернусь, скончаюсь от потери крови, – пробормотал он.

– Лежать. – Не глядя на него, держу аграфов на мушке, те так и стоят с оружием в руках, правда оно у них уже в землю смотрит.

– Оружие на землю, сказал.

Охранники как будто очнулись, побросали игольники. Ух как адреналин в кровь впрыснуло. Давно надпочечники так не работали. Или опасности уже притупились и не вызывают у меня такого возбуждения. А здесь все-таки иглой в грудь получил. Да и броня боевую царапину получила, зашлифовывать ее, конечно, не буду, пусть все видят, что броня боевая.

– Мордой в пол!

Охранники переглянулись, не понимая, что я от них хочу.

– Легли на землю.

Они начали выполнять. Тут на стрельбу появился Гена, держа аграфов на прицеле. Эх, зачистить тут, что ли, все? Показать аграфам, кто тут главный. Что-то аграф под ногой затихает.

Я рывком перевернул аграфа на спину. От увиденного мне стало жарко. Что я делаю? Молодой парень, считай еще мальчишка лет семнадцати, тщетно пытался заткнуть дыру сбоку груди какой-то тряпочкой, а из раны толчками вытекала кровь. Причем еле слышно повторял одно и то же:

– Дай перевернуться, скончаюсь от потери крови… Скончаюсь… потери… потери…

При этом крови натекла целая лужа, а рука все слабее прикрывает рану.

Я сорвал свою аптечку и вколол ее в рану.

– Студенты, стоят на охранении, а аптечку с собой не взяли. Парень, держись, сейчас полегчает.

Успел или нет? Рука все еще судорожно сжимала пропитанную насквозь тряпку. А, вот, губы почти не шевелились. И кровь уже еле течет, может, аптечка уже действует, а может, и просто течь нечему.

В нашу сторону бежала группа быстрого реагирования аграфов, но была еще далеко.

– Где медблок? – спросил я лежавших аграфов, но до тех, понятно, сразу не доходило. – Где медблок?

Наконец один показал пальцем на здание с эмблемой змеи. Я взвалил аграфа на плечи и побежал туда. Слишком здоровый, долго не удержу на себе, поэтому старался долететь быстрее. Гена хоть сообразил, сразу обогнал меня и подбежал к дверям, чтобы они открылись, ведь там тоже может быть охрана, и нужно звонить и объясняться. Но нет, двери распахнулись, я пробежал мимо растерянной аграфки.

– Открывай медкапсулу быстрее.

Ладно хоть она тормозить не стала, расспрашивая что и как. Наверно, в отличие от парней на воротах, эта уже повидала крови, медработник все-таки, им и в мирные времена достается посмотреть, как кровь выглядит.

– Направо, – крикнула она, догнала меня и приложила палец к шее аграфа, – быстрее сюда.

За следующей дверью стояли медкапсулы, и одна раскрывалась. Не дожидаясь полного раскрытия, я как мог аккуратнее закинул в наполняющийся гель раненого аграфа прямо в амуниции, а аккуратнее я уже не мог, аграф не меньше сотни весил, поэтому бросил как мешок. Аграф что-то простонал:

– Из-за белемене подуги… всех, мододе…

– Все, пошли отсюда. В коридоре подождите, уточнить нужно, – крикнула на меня аграфка-медик.

Мы с Геной вышли в коридор, кажется, я спину повредил. Надеюсь, не зря, и мы все-таки успели. Парнишка-то молодой, чем-то он мне сына напомнил.

Минут через пять вышла медик. Мне пришлось вкратце рассказать, что случилось, почему сразу помощь не оказал. Медик спросила:

– Второму помощь нужна?

– Точно нет.

Вот дурак, я же одного аграфа завалил. А это очень нехорошо, аграфы никому не прощают смерти соплеменника. Хотя он первым начал стрелять в безоружного. И если бы я его не упокоил, сейчас я лежал бы там, да и не знаю, что было бы дальше.

Медичка ушла настраивать капсулу, узнав новые данные. Главное, успел. Жить будет, у меня прямо от сердца отлегло. А вот спину снова прострелило, так что выпрямился. Блин, не вовремя. Что там снаружи, может, уже технику боевую подогнали нас нейтрализовать. А что делать, пошли к выходу по кровавой дорожке. Хотя вон уже пылесосы коридор мыть начинают. И коридор становится чистым. А вот я весь в чужой крови. Ну так что делать-то? Воевать мне что-то расхотелось, как-то миром выходить нужно. Я остановился, подумать, как отсюда уйти.

Не успел ничего придумать, как дверь открылась и зашел Деда. Он молча смотрел на меня, играя желваками. Эти молчанки мне давно побоку. Я смотрел на него и тоже молчал, надо будет, сам заговорит.

– Как официальное лицо и от себя лично, приношу свои извинения за действия моих подчиненных.

Ясно, чуть не грохнули. Да я с них такую неустойку содрать могу. Это же покушение на главу государства. А с другой стороны, да и фиг с ними, ни до чего сейчас.

– Извинения принимаются.

– Тогда больше вас не задерживаю.

Я молча прошел мимо Деда к выходу, и уже в спину Деда добавил:

– Род Литхельхель не будет мстить за убитого.

Я только отмахнулся. И уже выйдя за дверь, услышал:

– И спасибо за парня.

Я приостановился и просто кивнул.

Загрузившись в глайдер, решил куда-нибудь слетать на речку, смыть кровь. Даже не знаю как, но руки сами привели глайдер в то место, где когда-то купались с Ви. Конечно, место изменилось и тут, автоматические поля, оживленная дорога, фермы вдоль реки. Пришлось чуть вниз по течению спуститься в более-менее дикие места.

Гена остался на берегу, а я прямо в броне залез в реку, отмывая кровь. Потом вылез из брони, поставив ее на самоочистку, и просто вдоволь наплавался.

Вот теперь, сев на траве под раскидистым деревом на берегу реки, решил помедитировать. Вернее, неправильно, медитировать это что-то другое в моем понимание. Я просто хотел погонять энергию, чтобы спину немного растянуло, а может, и успокоиться. Я привычно начал собирать энергию над собой. Энергия требовала действия. Я прогнал ее через спину. Но что-то было не то. Энергия была слишком энергичная, что ли. А я сейчас вообще не хотел действия. И тут меня осенило. А почему я беру энергию только с верхней полусферы, той что над головой? Наверно потому, что всегда рисуют человека, который вскидывает вверх руки, чтобы набраться энергии. А почему бы мне снизу не потянуть энергию. Хотя что-то страшно, снизу темная должна быть энергия, что-нибудь связано с оккультизмом. Но не попробую, не узнаю, я потянул энергию с нижней полусферы вокруг себя.

Очень удивительно, повеяло спокойствием, жизнью, и непонятно, какая сила злее, по-моему, та что сверху, агрессивнее точно. Почему-то вспомнился знак инь и ян. Обозначающий целое из двух противоположностей. Я начал закручивать потоки энергии, чтобы они смешивались в равных пропорциях и проходили сквозь меня, вроде получилось.

– Ага, допер все-таки.

Это появился китайский дед. Вернее, это я попал все-таки в подпространство. Наконец-то, я начал осматривать место, в котором появился. Какой-то сад, прудик с рыбками, на берегу которого сидел китайский дед. Только я забыл о том, чему он всегда учил: чтобы удержаться в подпространстве, нужно делать осязательные движения. Растирать лицо, ощупывать предметы, да хоть рукой об руку тереть. И меня незамедлительно начало выталкивать в наш мир.

– А нет, все нормально, а то я подумал… – услышал я насмешливый голос.

Конечно, я пытался соединить руки. Но хлопнул перед собой, сидя уже на песке перед речкой.

Да и ладно, я не расстроился даже. Спину все так же тянуло, тоже ерунда, в медкапсуле отлежусь. Мысли вернулись к происшедшему. Что там с парнем? Похоже, все-таки он не из знатного рода, А то и вообще полукровка, больно его телосложение не аграфское. И что он там хотел сказать, когда я его в капсулу закидывал?

Вдруг его слова четко встали в памяти.

«Из-за беременной девушки всех положил, молодец».

К чему он это сказал? Что за девушка? Но не моя же? Как-то пазл в голове резко сложился, и ее недомогания, и слова Деда.

– Ви!

Я вскочил с песка, ударяясь головой о толстую ветку дерева так, что вновь сел на пятую точку.

Глава 34

Что делать дальше, сомнений не было. Да, трудные времена, а тут управление на целый месяц бросать, немного неправильно, но трудные времена никогда не кончатся. Так что справятся без меня месяцок. Вон у моего зама голова большая, в несколько комнат помещается, пусть и думает. А пока перво-наперво отдал приказ готовить курьер к дальней поездке, плюс к этому дал задание Мозгокруту ставить на него дипломатические маркеры. Вся моя затея опиралась на то, что эти маркеры, как мигалки в пробке, должны работать. Иначе за месяц я туда-сюда не обернусь.

Мозгокрут, конечно, встал в позу, как только услышал, что курьер готовить нужно. Ясно же, что я неспроста начал технику готовить, пришлось закрыться с ним и обсудить дальнейшие действия. Конечно, я не сказал ему, для чего мне нужно лететь к аграфам, да и не смог бы я объяснить никому внятно, даже себе. Просто я туда полечу, и все. И вот интересно, раз что-то загорелось, вот нужно мне, то сразу столько необходимых дел по пути находишь. Вот и сейчас я убедил Мозгокрута, что в аграфском банке лежит счет на предъявителя уже как семь тысяч лет, а главное, хранится ячейка в банке. Это я в базе знаний хана почерпнул, оттуда же коды и допуски к этим счетам и ячейке.

Мозгокрут, конечно, ни в какую не соглашался оставаться тут за главного, ныл, что не справится. Как только я сказал, что там в ячейке хранится аварийный запас на случай тяжелых времен в федерации, Мозгокрут начал меня подгонять туда сам, и что они тут справятся без проблем, тем более что здесь аграфский флот на месяц минимум расквартировался, и нападения ни с какой стороны точно не будет. Да и действительно, кому тут воевать дадут, завтра сполоты еще подтянутся. А через месяц уже будет и у меня флот, которым не только оборону выдержать можно, но и вторжение устроить. Вот сейчас быстро и решали, что делать с будущим флотом. По-хорошему нужны два, чтоб один был группой быстрого реагирования. А второй нес дежурство. У меня как раз два линкора на подходе. Кстати, очень неприятное открытие, помимо затрат на восстановление линкоров, они еще тянули кредиты как пылесосы, просто за то, что они есть. Заправка, зарплата экипажу, техобслуживание. Крейсеры, к слову, куда менее затратные, кажется, я понимать начинаю, почему фрегаты и корветы это основная часть любых вооруженных сил. Кругом все в кредиты упирается.

Но все-таки уже ударная группа у меня какая-никакая вырисовывается. Главное с укомплектованными экипажами. Поэтому, если где границы нарушатся, уже есть чем встретить, тем более если объединить с флотом князей, то у меня самая мощная группировка в секторе уже сейчас. Мозгокруту дал карт-бланш на выдвижение флота, но только на оборону. Честно говоря, побаиваюсь, что он захватнические войны сразу начнет. А мне это никак нельзя, не готов я пока, вот хотя бы через месяц, идеально через полгода.

Разведка говорит, что нападать на меня соседям по сектору пока нечем. Большие игроки тоже пока молчат. Вот, кстати, о них, нужно к Дену заскочить, торговые дела порешать, ведь металл я ему уже в том объеме не смогу продавать, а вот новые товары появились, и найти для них дополнительный рынок сбыта очень бы хотелось. Да и по Содружеству в качестве рекламы нужно развезти охлажденную лягушатину, точнее по элитным ресторанам Содружества.

Кроме военных дел было полно гражданских. Теперь не только одна система у меня, теперь их несколько, и между этими системами налаживается логистика, ну тут и так вся бухгалтерия на Мозгокруте была, он решал, у кого какие излишки можно было забрать. И главная задача, кому что распределить потом. Мало того, нужно резервные запасы на каждой планете создавать, да и гражданскую оборону развивать. Бункера нужны и бомбоубежища, как там дальше обернется, еще неизвестно, сколько и с кем воевать, лучше готовиться заранее. Ну и конечно, подразделения нужно на местах формировать. Вот этими вопросами Мозгокрута и нагрузил.

Пробежали список ресурсов и запросов. Пока что как ладошкой метровую пробоину затыкать. Но вроде специалисты ко мне в систему прибывают, поэтому надеюсь, что через месяц или два минимальные запросы в технике и оборудовании удовлетворим. Тем более что до складов кое-каких пробиться должны. Пока лишь только голод в бывшей системе Черной еле утолять успеваем. Для этого все захолустные склады, на которых хранились никому не нужные пайки, уже подчистили, да и сельхозоборудование пока только туда отправляем.

Дал задание, чтобы Дистрофик с Нуром возвращались, они тут нужнее. Пусть работают на всю федерацию, а не на одну систему.

С Лер вопросов почти не было, она их как-то решала сама. Правда, если и появлялся вопрос, то действительно серьезный. И если честно, проще решить десять проблем Мозгокрута, чем одну проблему Лер. Вот и сейчас, ничего не придумав, пришлось просто выделить ей дополнительные деньги. А возможно, она просто так просит добавить финансирование. Сам когда в проблему вникнешь, тут трудно отказать.

Все, дела так и будут идти, все бросаю, пора мне посмотреть центр галактики. Курьер загружен под завязку деликатесным мясом, заправлен, прошел ТО. Даже мой первый тренажер с ремонтного бота установили в курьера. Так что могу лететь спокойно.

Я до последнего думал, что Сенсей заставит по пути водорослей с собой прихватить, но нет, почему-то промолчал. Наверное, ближе к центру они по какой-то причине не нужны. А может потому, что водоросли по федерации и так расходятся.

Кстати, сполоты назавтра не прилетели. Не прилетели и через три дня. Вот уже и я улетаю из системы, а их все нет. Похоже, Деда блефовал маленько, чтобы я соображал быстрее. А может, все пытаются вскрыть стазис самостоятельно. Даже, наверное, танцы мои повторяют перед зеркалом. Жалко, что не вижу.

Ну и все, старт. Ожидаешь, ожидаешь этого полета, все-таки путешествие. А на самом деле вновь потянулись дни безделья, перемежающиеся с гиперпрыжками. А теперь еще с экипажем не поговорить нормально, никто особо не любит с начальством общаться. Понимаю, сам бы помалкивал лишний раз. Медитация тоже не получалась. Как я понял, нужна энергия планеты, чтобы она проходила через тебя в космос и обратно. Умом понимаю, что можно и в пустоте нормально медитировать, но никак не нащупаю верный путь. Поэтому закреплял базы знаний и просто тренировался.

В отличие от крейсера, курьер значительно быстрее разгонялся, и трясло поменьше, чем на крейсере, но вот должности навигатора на курьере не было, путь рассчитывался автоматически, и поэтому бывало закидывало в системы с гигантами. И я все-таки узнал, что такое зайти в систему к голубому гиганту. Ну, не я один узнал, весь экипаж стал опытнее, и понял, что лучше все-таки маршрут посмотреть заранее и чуть скорректировать с самого быстрого на чуть более комфортный.

Я вроде считал себя тренированным, да и привычка уже кое-какая наработалась в гипер прыгать, но этот прыжок заставил вспомнить первые прыжки. Вытрясло все внутренности, вывернуло наизнанку и назад завернуло.

Правда, есть и свои плюсы, это небольшой прорыв в медитации, ну и красоту голубых гигантов не описать, это нужно видеть. Звезда кипела, понятно, что смотреть на нее можно только через кучу светофильтров. Звездное вещество постоянно перемещалось и бурлило, и совсем не так, как желтые карлики, которые как будто состояли из зерен. Нет, шарик был очень похож на Землю, возможно, только из-за голубого цвета, а возможно, казалось, что облака клубятся на поверхности. Визуально в центре откуда-то из глубин зарождается кольцо света, вот оно двигается по клубившемуся туману, доходит до видимых границ шарика и тут же пропадает, только туман клочками отрывается от шарика, образуя протуберанцы, которые долго держатся, и отрываются как клочки голубого тумана, который ветер сдувает вдаль от шарика, но в момент, когда кольцо света пропадает, в центре образуется новое кольцо, при этом голубой туман в самом шарике постоянно перемещается, кажется, секунда – и ты пройдешь сквозь туман, и перед тобой откроются океаны и материки, но, конечно, ничего такого не происходит, только отлетают кольца за кольцами, а вот взгляд оторвать невозможно, натуральный гипноз. Гипноз мне нужен.

Я решил воспользоваться ситуацией и уйти в медитацию. Перемещение тумана упорядочилось, вон лань побежала, а вон орел, словно сотканный из голубого тумана, хватает лань своими когтями. Туман менялся, как облака в детстве, показывая фигуры. Вон деревья на ветру колышутся. Кажется, я начал проваливаться в нужное состояние. Но куда там, вновь стали мерещиться рожи, которые потешались на до мной, когда я наблюдал еще прошлый раз за гиперпространством, через внешние камеры, и вновь эти рожи стали показывать неприличные жесты. На миг испугался, а не двинулся ли я умом. Нельзя так думать, в пропасть безумия улечу. Взял себя под контроль и усилием развеял одну из рож. Получи! Все рожи сразу разбежались, оставив простое мерцание. Я же довольно отряхнул руки, встал и развернулся. И чуть не споткнулся о свое сидящее тело. Я радостно потер руки, наконец-то получилось, я смог покинуть тело, теперь все правильно буду делать. Тереть руки. И начал глазами искать китайского деда. А он не заставил себя ждать, только не с похвалами, а с руганью.

– Нашел место, тут такое излучение, бегом в тело.

Я тут же открыл глаза. И уже в голове услышал бурчание:

– И тварюг безобидных не развоплощай больше!

Как будто поджопник получил, а ведь только окрылился. Вновь не дали мне почувствовать свободу. Наслаждаться красотами звезды пришлось еще долго, пока разогнались, виды уже не вызывали восторга. Скорее наоборот, очень хотелось побыстрее отсюда убежать. Звезды класса голубой гигант чаще на окраинах галактик встретить можно, как мы нарвались на нее, непонятно, чую, либо искины специально шалят, либо программисты для новичков сделали пасхалку, чтобы проверяли немного, что там навигатор выдает. Потому что, чтобы так случайно попасть, это было нереально. Хотя прыжок к массивному объекту немного длиннее получается, а значит, навигатор автоматически будет искать в первую очередь.

Дальше полет проходил без особых приключений, пираты не встречались, техника не ломалась, медитация не получалась. Через две системы уже вышли из гиперпрыжка на территории Содружества. В итоге до первых ворот Содружества ушло пять дней. Как только долетели до транспортных колец, скорость увеличилась в разы. Такие гигантские расстояния пролетали в короткие промежутки времени, что в голове не укладывалось. Очень здорово помогали дипломатические маркеры, установленные на курьере. Как их установить, я узнал из баз знаний хана. По сути, это обычный идентификатор корабля, только введены специальные коды. Дипломатические корабли не останавливали патрули, мы не спрашивали разрешения на заход в систему, просто сообщали, что проходим систему транзитом. Основное преимущество – пролетали в ворота без очереди, даже имели приоритет перед военными кораблями. Одна печаль, деньги за каждый переход списывали исправно. Самое главное, что это работало в автоматическом режиме.

При в ходе в систему автоматически подавался сигнал на гиперворота, те автоматически проверяли допуск. Так как ворота относились к наследию древних, программы тоже были древними. Ну и допуск я тоже имел древний. Так что все работало. И работало без вмешательства людей. Иначе первый же диспетчер завернул нас в конец очереди. А так, конечно, народ в очередях костерил нас почем зря.

Поэтому я решил не испытывать судьбу и заглянуть к Дену на обратном пути. Да и по ресторанам на обратном пути пробежимся. Мясо не испортится в специальной заморозке, а вот в программу ворот изменения внести могут, и буду каждый раз очередь выстаивать перед прыжками. Поэтому пока вперед.

Правда, быстрое перемещение имело свои подводные камни. Тут тоже оказалось, что смена поясов излучений галактики влияло на самочувствие. Все ходили вялыми, даже мне было не по себе. Видимо, из-за такого паршивого состояния путешествие уже не доставляло удовольствия, или все просто приелось, такое ощущение, что системы были одинаковыми, как будто в родной системе был, только за угол залетел. Не знаю почему, но вот именно такое ощущение было. Вроде все отличалось, и солнце, и количество планет, и размеры баз. Но что-то было одинаковое, наверное, деятельность человека. Скажу честно, я все реже заглядывал на внешние камеры.

Но и эта бешеная неделя подошла к концу, и вот мы вышли в центральной системе аграфов, и конечно же нас тут не ждали. Если другие системы мы проходили в автоматическом режиме, ни с кем не общались, то тут пришлось связываться с диспетчером и просить разрешение на посадку. И конечно же диспетчер выдал примерно такой монолог:

– Вы кто такие? Как здесь оказались? Вам здесь не рады.

Ну не совсем так, конечно, но разрешение на посадку нам никто не давал, даже на заход за дальние орбиты гигантов, болтались мы на рейде на самом краю системы. Гнать нас не гнали, но и пускать не пускали.

Конечно, меня не устраивало стояние здесь. Ясно, стой тут хоть год, хоть два, пока не надоест, а как надоест, так лети отсюда. Поэтому мозг судорожно решал, что делать. Контакт Ви светился желтым, значит, Ви в этой системе, только недоступна для звонков, это может означать, что в медкапсуле лежит, а может, просто доступ всем отключила.

Что же делать? Точно! Ви говорила, что посол сполотов хотел бы со мной пообщаться по поводу кулона, который я подарил Ви. Больно его заинтересовало, как я нашел в продаже нужный, теперь-то он точно знает, что я его сам изготовил, думаю, от этого его интерес ко мне только возрастет.

Быстро нашел в галонете имя посла, понятно, контактов его в галонете не было, но был контакт приемной посла, вот туда я и написал.

«Вы хотели встретиться со мной».

И подпись: «Тот, кто изготовил кулон для Вивикритаэллелы», и оставил свой контакт. Ну все, теперь отсыпаться после гонки. Да, именно отсыпаться, хоть и так все бока отлежал, но именно сон дает наилучшую адаптацию организма. Да и все равно время есть. Пока секретари заинтересуются, пока решат, сообщать послу об этом сообщении или нет. В итоге должны решить, что сообщение странное, поэтому должны показать послу. А нет так нет, буду ждать, пока контакт Ви позеленеет.

Ждать пришлось недолго, как раз выспаться успел, и со мной сразу связалась миловидная аграфка. с маленькой грудью, но очень красивыми глазами и улыбкой.

– День добрый, посол назначил вам встречу. Будьте, пожалуйста, вечером в девятнадцать ноль-ноль по общему времени. Вот координаты.

– Хорошо, буду, – сказал я, размышляя, что красивые глаза все-таки важнее.

– До свидания.

– До свидан… А стойте!

Нельзя симпатичных девушек на переговоры отправлять, ведь все из головы вылетает. Я еле успел вскрикнуть, перед тем как она отключилась, она вопросительно посмотрела на меня.

– Вы что-то хотели?

– Да. Вернее, проблема есть, я к вам попасть не могу. Мы находимся на дальнем рейде в вашей системе, разрешение на посадку мне не дают.

– Секунду.

Она отвела от меня взгляд, чем-то пощелкала, не прошло и пятнадцати секунд, как она выдала:

– Вам разрешена посадка на торговую базу ПТБ-841/Б, примите коридор посадки.

Я принял данные.

– А оттуда до планеты долго лететь?

– На планету допуск выдается вам одному, телохранителей брать не нужно, правительство гарантирует безопасность. За вами заедет такси, будьте готовы к семнадцати ноль-ноль.

– Хорошо.

– Теперь все? – немножко с издевкой спросила она ровным голосом, а может, мне просто показалось.

– Все.

– До свидания.

И она отключилась, не дожидаясь моего ответа.

– До свидания, – проговорил я, но уже в пустоту.

Так, срочно пакет с разрешением на посадку передать капитану. А это что за файл она прикрепила? Я открыл приложенный файл. «Руководство, как вести себя в высшем обществе, для чайников». Так-то разумное добавление, конечно, я базы знания по этикету аграфского двора изучил, но так на всякий случай пробежался по наставлению. Даже не видео и не текст, а комиксы для самых непонятливых. Коротко и доходчиво. Я уже почти пожалел, что целую базу изучал, а тут вся информация на десяти страничках уместилась. Хотя не вся, я вот знал, что имею право на ношение холодного оружия, и уже, кстати, без завязок. А в комиксах про это ни слова.

Каких то шесть часов, и мы пристыковались к торговой станции. Тем, кто стоял на вахте, не повезло. Весь экипаж, кроме вахты, уже собрался в переходе, понятно, вахтенные огрызались, а те, кто собирался идти на станцию, беззлобно троллили их. В общем, перед шлюзом было не протолкнуться, а мне расталкивать экипаж локтями не с руки. Сейчас выйдут, да я следом пойду, до пяти еще два с половинной часа. Одеваться я и так одет всегда по форме, только игольник оставил в сейфе, взял с собой только палаш. Все равно сейчас таможню проходить, а огнестрел тут запрещен.

Торговые станции, по-моему, не отличаются нигде. Первое сравнение, что в голову приходит, это восточной базар. Толкучка, особенно у зоны высадки. Снова разноликая толпа, одетая во что попало. Самое интересное, что аграфов здесь почти не видно. Ну собственно, а что тут я забыл? Какие достопримечательности посмотреть на торговой базе? Музей тут есть, правда аграфской живописи времен личителла, мне это как-то не интересно. Остается барахолка, да какой-нибудь ресторанчик. У меня два с половиной часа в запасе, вот и двинул на барахолку.

Что-то много народу оборачивается на меня, может, аннунаки? Нет, смотрят на меня, чем я из толпы выделяюсь? Тут кого только нет, и одеты все кто во что горазд, однако чем-то я выделяюсь. И тут осенило, палаш! И не потому, что он редкий или красивый, а потому что он не складной. У всех в округе либо компактные виброножи, либо складные клинки, которых еле видно на поясе. Вон, даже у Гены и то только рукоятка невидимого клинка. А я же со своим ломом, конечно, внимание привлекаю. Оружие тут все уважают, и стараются купить помоднее и подороже. А мой клинок выглядит как рудимент. И ладно, просто смотрели бы, сейчас какая-нибудь глупая молодежь докопается, будет проверять на прочность. В Артране понимают отличие боевого клинка, там, когда его видят, сразу на дуэль вызывают, не из-за злобы, а такая традиция, проверить себя на прочность. А здесь, похоже, думают, что денег нет на нормальный, а это опять кому-то что-то доказывать, нет, не хочу. Но опять же традиция. Если я в Артране спрятал клинок в футляр, то это нормально. Здесь же оружие больше декоративное, статусное. Нет клинка? Значит, ты права на него не имеешь, значит, с тобой именитые торговцы даже разговаривать не будут.

Проблема, другое оружие я не нацеплю. Это все равно как друга предать, своему клинку не изменю и точка. Поэтому буду надеяться, что разойдусь со всеми миром.

Как ни странно, никто открыто не посмеялся и даже не заговорил со мной. Так, пялились издалека, потихоньку переговариваясь между собой. Я даже не заметил, как добрался до рынка. Тут, конечно, набежали зазывалы, звали присмотреть себе более статусное оружие, ладно за руки не хватали. Ну кто в здравом уме, да еще когда делать нечего, не посмотрит на оружие? Конечно, я зашел. Сначала в одну лавку, вообще ничего интересного, сплошная бутафория. Потом во вторую… Понял, в оружейных лавках делать тут нечего, тут даже игольники запрещены, что тут может продаваться? Пойду в антикварные лавки посмотрю. Тут тоже одна бутафория, особенно по древности. А, нет, удивил сам продавец, он сразу понял, что за клинок у Гены, и пристал, чтобы Гена продал ему свой клинок. Получив жесткий отказ, продавец пристал ко мне, чтобы я ему свой палаш продал. Но правда значительно дешевле Гениного. Продавец нас затянул в отдел оружия. Ну здесь хоть на оружие посмотреть можно было, здесь под витринами было всякого оружия, и огнестрельное в том числе. Не игольники, а именно винтовки. Тут, как в музее, задержался немного.

Зашел в следующую лавочку. Резкий запах ударил в нос, знакомый запах, почти как на Земле в зоомагазинах. Тут продавались различные питомцы, вот тут было интересно. Разнообразные пауки, жабы перемежались с милыми пушистыми комочками. Я с интересом ходил и рассматривал различную живность. Даже мои телохранители азартно стучали по стеклу, пытаясь разбудить какую-нибудь животину, свернувшуюся клубочком.

Я заметил, что покупать ничего не хотелось, вернее хотелось, но кредитов было жалко. Вот новейший коммуникатор я повертел в руках, ну, может, и лучше моего, но меня и мой устраивает. Вот ювелирка, надо бы Ви подарок купить, но нет, все не такое, вот что-то типа уличной еды, какие-то шарики жарят и тут же продают, невзрачные, но аппетитно пахнут. Вот их, пожалуй, и куплю, а в ресторанчик не пойду. Понаблюдав, как при нас жарят что-то непонятное, мы взяли пакетики, и тут ко мне подбежал парень в оранжевом комбинезоне.

– Извините, вы Дикий? Посол пораньше освободится, вы не сможете раньше прибыть?

Я сделал вид, что задумался. А что, у меня дела какие? Никаких.

– Хорошо, только я перекушу у вас в боте.

Я достал шарик и смачно откусил от него. М-м, вкус омлета, креветок и еще чего-то мучного. Вкуснотища. Только вот мой провожатый как-то брезгливо скорчил лицо.

– А вы знаете, что это такое?

Вот тут какие-то подозрения закрались, хотя вкус отменный. Я еще раз откусил от шарика, рассматривая его.

– Нет. А что это? – с аппетитом жуя, спросил я.

– Это личинка репуанского жука.

Раньше при слове личинка, наверное, и я скорчил бы брезгливую физиономию, а сейчас все равно, вкус-то хороший, а что там за жуки или личинки… я их все равно не видел. Но для приличия я на секунду перестал жевать, а потом закинул остаток шарика в рот.

– Вкусная зараза, погнали, по пути доем.

Глава 35

Ну что, повезли меня на планету по высшему классу, не знаю, что это за марка бота, но изнутри отделан очень качественно. Здоровенный кожаный диван фиолетового цвета сочетался с отделкой кабины белого и темно-серого цвета. Мало того, были лобовые и боковые окна. Я даже не знаю, где была кабина пилота, потому что спереди ничего не мешало обзору, значит, она где-то позади спрятана.

Я, плюхнувшись на дорогой диван, достал пакет и начал доедать уже поостывшие шарики, или личинки. Пока крутил головой, рассматривая салон и обстановку за бортом, жевал без остановки. Очень хорошо помогает нервы успокоить или просто подумать, закинув что-нибудь съестное в рот. Вот и сейчас, шаря по пустому пакетику, я понял, что все уже сжевал. Тут же вернулся из своих дум на землю, вернее сказать на диван. Раструб утилизатора вызвать труда не составило, закинул туда пустой пакет. Так. А вот жирные руки проблема, и обо что их вытереть? О кожу дивана? Ну уж больно она богато выглядит, да и что обо мне подумают. О штаны? Могут пятна остаться. Я сидел, переводя взгляд то на руки, то на интерьер бота, ища что-нибудь похожее на салфетку или умывальник.

– Через три минуты прибываем, – раздался голос пилота.

Я быстрее начал переводить взгляд с рук на интерьер и опять на руки. Краем глаза заметил, что входим в атмосферу. Блин, а если на выходе здороваться придется, мы летели над океаном зелени, похоже, что лесов на планете множество. Я попытался вытереть руки друг об друга, втирая жир, как крем в кожу. Ничего не получилось, да и фиг с ним. Я обернулся, никто не видит? Вороватым движением встряхнул себе ежик волос. Ну подумаешь, волосы чуть набриолинил, ну дикий я или нет? Зато руки чистые.

Мне необходимо вновь натянуть маску простачка, тем более и усилий прикладывать не нужно, само как-то получается. Бот все равно камерами напичкан, и меня сейчас рассматривает служба безопасности как с разных сторон, так и в разных диапазонах.

Оказалось, прилетели мы не в посольство, а только в космопорт, уже отсюда глайдером повезли меня в усадьбу посла. Причем пока шел с посадочной площадки, вновь себя в центре внимания почувствовал. Тут ходили все в легких тогах и сандаликах. А я шел в тяжелых ботинках, в броне, с палашом наперевес, да еще свежая царапина от выпущенной почти в упор иглы была на нагруднике. Не удивительно, что все вновь таращились на меня, а матери брали детей за руку и от греха подальше в сторону уводили.

Дорога до особняка была практически всегда над лесом, огромное зеленое море листвы, лишь кое-где над этим морем торчат кроны каких-то деревьев гигантов, но по-настоящему оценить высоту этих деревьев помогали небольшие полянки с многоэтажными домами. Судя по тому, что тридцатиэтажные здания были ниже основной массы деревьев, то высота деревьев была больше ста метров, а высота гигантов получалась более двухсот. Очень много было пернатых, которые кружили в основном около крон гигантов. А может, это были не птицы, а насекомые. Издалека не разобрать, а спрашивать не стал. Я чаще начал смотреть вперед, выискивая, не изменится ли ландшафт, но нет, ничего не менялось, похоже, здесь один лес, но только полянки разные.

Ну и вон та большая поляна, рядом с озером, выбивалась из общей картины. Пестрое лоскутное одеяло покрывало почти всю поляну, я даже не понял, что это такое, пришлось рассмотреть через приближение. Оказывается, на полянке расположился огромный палаточный городок около строения. Постройка была не многоэтажная, этажа три всего. На фоне деревьев выглядела как собачья конура. Интересно, кто тут в шатрах и палатках живет? И кажется, нам к этому табору и нужно, глайдер пошел на посадку и сел на краю поляны, а нам нужно было пройти метров двести по дорожке через разношерстную толпу. Я осмотрел сборище с точки зрения безопасности, потянулся к игольнику, на интерфейсе вышли красные предупреждающие надписи. Точно, игольник я оставил, тут ношение огнестрелов запрещено, ничего, и с палашом справлюсь, я поправил ножны. Толпа где-то пела, где-то причитала, причем толпа была не монолитный, а разбита на группы. Вот первое встреченное сборище в белых простынях, что-то бормочут, вскидывая руки вверх. Дальше группа больше похожа на колдунов вуду, правда хором поют что-то позитивное. Следующие как хиппи с Ямайки, стоят понуро и чуть не плачут. Честно говоря, я такой народ больше боюсь. Лучше встретить обвешанных оружием людей, от них хоть понятно, чего ожидать.

– Что это за пикет? Посольство блокируют? – спросил я у своего сопровождающего.

– А? Что? Да нет, ты что, это религиозные паломники. Посол считается гуру во многих религиях, и многие прилетают сюда, чтобы получить наставления. Ты что, не знаешь, что посол может любую проблему твою решить? Подсказать верное решение. К нему все мечтают попасть и вопрос задать. Постой, ты тут не для этого?

Вот даже как, ну и ладно. Мне нужно было на планету попасть, а беседа с религиозным фанатиком не такая уж и большая цена.

– Нет, – коротко ответил я, чтоб не вызывать дальнейших вопросов.

Перед подходом к особняку дверь открылась, из нее вышел сполот в желтой мантии с синими полосками, я впервые увидел одетого сполота. Паломники сразу зашевелились, затихли песни и причитания.

– Братья и сестры, прошу меня извинить, ко мне приехал гость, который достиг определенного просветления, мне необходимо с ним поговорить.

Толпа мгновенно успокоилась, хоть все взгляды были устремлены мне на макушку, и ее реально жгло. Посол же обратился ко мне:

– Спасибо, что согласились составить мне компанию, прошу, заходите.

Я прошел за ним, а вот перед носом моего сопровождающего выскочила дверь так быстро, что слышно было, как он в нее врезался. Похоже, сюда желающих попасть много, опять, наверное, мне повезло. Но я еще не осознал как, у меня мысли были, как бы побыстрее отсюда свалить, а самое главное, где и как искать Ви?

– Располагайся.

Мы сели в беседке, а вот где эта беседка находилась, затрудняюсь ответить. Сказать в саду… Деревья были редкие и такой величины, что чтобы рассмотреть кроны, нужно было запрокидывать голову. А стволы такие огромные и редкие, что никак не скажешь, что среди кустов гулял, тут одно дерево обходить устанешь. Скорее скажу, что беседка была рядом с лесом.

– Спасибо, – ответил я стандартно.

На столике стоял один бокал и лежал маленький бурдюк, всего на пол-литра-литр. Я, глядя на бурдюк, вновь ушел в свои мысли, с чего начать поиски? Скорей всего нужно…

– Ты не умиротворен, в таком состоянии нельзя беседу вести. Поделись своей тайной, выговорись, легче будет, – как-то неожиданно проговорил посол. Врать и изворачиваться перед сполотами точно нельзя.

– Да нет никакой тайны, у меня жена рожает… вернее, девушка моя рожает, а я не знаю даже, что с ней.

Посол ожидал от меня исповеди, а это для него явно неожиданно было. И он, открыв рот, как-то по-птичьему повернул голову чуть набок и тоже невпопад спросил:

– Кого рожает?.. Эм… в смысле кто? Погоди, ты про Вивикритаэллелу?

– Да, про нее, прошу простить, я сюда только из-за этого пришел, иначе мне разрешение на посещение планеты не выдавали. А сейчас даже не представляю, где ее искать.

А что мне терять, я высказал все, как есть.

– Она тебя ждет?

– Надеюсь, по крайней мере, просила не отказываться от нее, несмотря ни на что, пока она лично мне не скажет.

– Не говорила?

Это уже вопрос явно для детектора лжи, которым псионы обладают.

– Нет.

– Пошли.

Мы сорвались с места, я еле поспевал за послом. Всегда думал, что анорексичное тело сполотов не способно на физические нагрузки. Однако вот перед глазами сполот бежит так, что я боюсь, что он скроется за поворотом и я заблужусь. Мы выскочили на крышу особняка, там была стоянка глайдеров, тут же плюхнулись в один, и не успели ремни обхватить меня, как мы взлетели и рванули куда-то на северо-восток.

Вот полянка и пятиэтажное здание, мы чуть ли не бегом заходим в двери. Изнутри здание очень удивило, оно было похоже на старую советскую больницу. Нет, размеры коридоров были другие, а вот стены были выкрашены в синий и белый цвета, пол был выложен мелким кафелем, а на второй этаж уходила гранитная лестница. Перед лестницей стоял стол. И около него стояли два плечистых аграфа.

– Стоять, сюда нельзя.

Точно, светильники такие же, как лампочки, и такая же тишина с эхом, вот что напомнило больничный покой.

Посол начал что-то объяснять, но охранники вежливо отказывали, у них инструкция. Посол попросил вызвать старшего. Я стоял, на все соглашаясь, ведь не знаю, чего ждать, да и где мы. Вдруг где-то наверху вскрикнула Ви. Эхо чуть раздробило голос, но это точно она! Вновь крик, более протяжный. Я, не соображая, рванул вперед по лестнице, мне сразу преградили путь охранники, не долго у них получилось. Я раскидал их бросками, побежал дальше, крикнув на ходу послу, чтоб объяснил. Пробежать мне удалось не далеко, даже до второго этажа не пробежал, как остановился как вкопанный. На лестнице стояла немного располневшая тетка в годах. Я бы назвал ее тетя Маша. Вполне земная. Не сильно толстая, просто халат на три размера меньше на ней надет и от этого чуть не лопается. Есть такие люди, которым ничего говорить не нужно, чтоб тебя остановить, достаточно одного взгляда. Такую тетю Машу можно встретить и уборщицей на заводе, и заведующей в колхозе, да и просто в школьной столовой. Вот чую, очень злая тетка, но одновременно добрая. Сзади за мной прибежали охранники, топая по лестнице, как стадо бизонов, они тоже остановились в нерешительности, как нашкодившие школьники, правда на три ступеньки ниже меня.

– Куда? – спросила она, скрестив руки на полной груди.

– Там моя рожает.

Сверху вновь послышался вскрик. Я вновь рванулся вверх.

– Стоять. Туда нельзя, – мягко остановила она меня.

– Но…

– Никаких но, твоя уже родила. Сейчас ее обрабатывают, не переживай, просто щиплет, вот и покрикивает. Пойдем.

Она повернулась и пошла, я глянул на охранников и пошел за ней.

– А вы давайте работать, ничего нормально сделать не можете, за что вам зарплату только платят, – не оборачиваясь отчитала она охранников.

Мы прошли в комнату, где двери открывались по-земному.

– Давай надевай.

Она сняла халат и чепчик с вешалки и протянула мне. Я послушно накинул халат и напялил чепчик. Она придирчиво осмотрела меня, заставила закрыть глаза и обработала каким-то светом.

– Пошли.

Мы вошли в помещение, где двери уже сдвигались, как обычно, и помещение было залито светом. В центре стоял стол с весами и еще с чем-то. У стола суетились молоденькие аграфки в коротких халатиках.

– Ну-ка, девчонки, дайте папане ребенка подержать.

Одна из аграфок подала мне ребенка на пеленке.

Блин, вроде двоих детей воспитал, и вновь не знаю, как взять в руки младенца. Я примерялся и так и так, чтоб поддержать головку.

– Да смелее, голову только поддерживай.

Я как-то неудобно и не дыша все-таки взял в руки ребенка. Скорее, как охапку дров берут в руки, чем как ребенка. Тетка не стесняясь поправила мне руки.

– Смотри, какая красавица… Дочка.

Только что рожденный ребенок это совсем… мужики, лучше не нужно бежать в роддом в первые минуты, я не знаю, как мужья при родах присутствуют. Но сморщенное тельце кровавого цвета… В общем, лучше подождать недельку, когда выпишут, убережете себя от моральных травм.

– А кожа разгладится? Это нормально? – задал я глупый вопрос.

– Нормально все с ней будет, не переживай, впечатлительный ты больно. Себя нормально чувствуешь? В обморок не упадешь?

– А? Нет, не такое видел.

– Смотри, а то вас, мужиков, не поймешь, то режете друг друга, а то иголку увидите, в обморок падаете.

Я вновь посмотрел на дочь. Глаза только учились фокусироваться, но уже сейчас смотрели с укором и шевелилась ручка с пятью миниатюрными пальчиками, пытаясь что-то захватить. По моему лицу расползалась глупая улыбка. Мне кажется, что дочь улыбнулась в ответ.

– Ну все, нанянчишься еще, отдавай девчонкам, им работать нужно. Не будем их отвлекать. Пошли.

Я максимально бережно передал дочь на руки медсестрам.

– Пошли. Пошли.

Я пошел вслед за ней.

Как только закрылась за нами дверь, раздался детский плач, не знаю почему, но я стал улыбаться еще шире.

– А с мамой можно увидеться?

– Нет, с мамой только через дня два увидишься, ее в медкапсулу уже уложили, через час выпустим, покормили и опять в капсулу.

– Хорошо, скажите, чтоб коммуникатор включила.

– Хорошо, скажу.

– А вес какой? – Вдруг вспомнил я то, что все всегда спрашивают.

– Три девятисот.

– А длина?

– Ширину тоже сказать? Рост спрашивают, а не длину. Пятьдесят девять.

– А куда мы идем? – Вдруг меня осенило, что мы поднимаемся по лестнице, а не спускаемся.

– Ну раз ты сюда пришел, нужно перенести сулему.

– Кого?

– Не кого, а чего, раствор.

– Вон бери.

Мы вышли в коридор, на полу которого стояли четыре двадцатипятилитровые бутыли с какой-то жидкостью. Очень интересно, технологии земные обогнали, а бутылки вполне… Да даже на Земле таких четвертей уже не встретишь, если только в музее.

Я бодро взвалил одну бутыль на плечо, пытаясь взять вторую.

– По одной, еще разбить не хватало.

Пришлось немного поработать грузчиком, да и не жалко, ведь я видел здешних медсестер, все хрупкие, если я не отнесу, придется нести им. Охранники тут, конечно, есть, но вот не думаю, что их таскать что-то заставишь.

На выходе меня ждал посол. И два злых охранника. Первым делом я извинился перед ними, а потом подошел к послу.

– Ну что, счастлив?

– Да, спасибо, очень вам обязан.

– Вот и пойдем тогда, поговорим.

Обратная дорога заняла не больше получаса, и мы вновь расселись в беседке для светской беседы, за столом стоял все тот же бокал, но и добавились тарелки с едой.

– Ты ешь, на меня внимания не обращай, у нас физиология чуть другая. Я есть не могу, но люблю смотреть, когда с аппетитом едят.

Я долго себя упрашивать не заставил, глянул краем глаза на время, и на ник Ви, не позеленел ли он. И накинулся на мини-котлетки.

– Я хотел бы… Да ну что опять? Ты снова отвлечен чем-то.

– Извини, – жуя, проговорил я. – Сейчас Ви выпустят из капсулы, и она должна включить коммуникатор. Боюсь пропустить.

– Ты, наверное, мне в наказание жизнью дан. Ты представляешь, сколько люди претерпевают ради короткой беседы со мной, это и перелет, иногда на последние финансы, и очередь, которая не один день тянется. А тут появляешься ты, и я не могу добиться твоего внимания уже второй час.

– Простите, давайте поговорим.

Тут раздался системный сигнал, Ви стала доступна для звонка.

– Да ка…

– Простите, доступна для звонка стала, одну секунду.

Я отключился от окружающего мира и нажал эмблемку видеозвонка. Передо мной появилось изображение Ви, которая кормила грудью ребенка. И приложив палец к губам, показывала знак «тише». Меня-то все равно слышно не будет, а вот ей потише нужно.

– Привет.

Ви кивнула в ответ и улыбалась, глядя на меня, я улыбался в ответ. Мы сидели молча, глядя друг другу в глаза, слова тут были лишними. Я не знаю, сколько мы сидели, но около Ви началось какое-то шевеление, она встала и бережно положила дочь в кроватку, послала мне воздушный поцелуй и одними губами сказала:

– Я позвоню.

Связь закончилась, а я все сидел, пялился в пустоту и улыбался, даже как-то не сразу сообразил, что сижу не один. Наконец я повернулся к послу.

– Я готов.

– Подожди, теперь я не готов, такой мощный поток эмоций, дай переварить немного.

Я налил себе из бурдюка вина. А что? Мне можно, у меня дочь родилась, я бы даже посла напоил, да непонятно, чем он питается вообще. Вино было приторно-сладкое, но довольно приятное, успел посмаковать полбокала, как ожил посол.

– Ну, давай начнем по схеме, как я обычно принимаю паломников. Задавай три вопроса, только правильные вопросы, как вопрос будет неправильным, встреча закончится. Ожидаю от тебя интересные вопросы.

Вот тоже задачу поставил. Паломники, наверное, вопрос обдумывают не один год, а мне так в лоб сразу. Я начал думать, а что, собственно, спросить? Как в астрал правильно входить? Так мои учителя мне не просто так не говорят, хотят, чтобы до меня самого дошло. Может, спросить, кто мои учителя? Тоже не стоит. А что же тогда спросить? Что там с родными на Земле? Не тот уровень, нужно что-то глобальное, мировое.

– Ну, – поторапливает еще.

Ну получи, не хотел я такое спрашивать, чревато это очень, но что называется вынудил.

– Хорошо, есть у меня вопрос. Для чего вы, сполоты, сталкиваете лбами разные расы и корпорации? Для чего вы развязываете войны? И не говори, что войны аграфы развязывают, это ширма для всех, и даже я поначалу так думал. Так для чего вы губите миллионы разумных? Для прогресса? Так та война, что семь тысяч лет назад была, так прогрессивно подвинула, что семь тысяч лет на тот уровень технологий выйти не можем. Для чего? Или вопрос неправильный? Вы же вроде наставники разумной жизни в нашем мире, своего рода пастухи. Да и без войны уровень жизни вы поддерживаете такой, что чуть выше чем голод, как только богатеть начинает народ, так вы делаете так, что-либо реформы, либо революции там проходят, которые сжигают все накопленное. Вы же провели черту, выше которой богатеть основной массе нельзя. Для чего это? Почему обычный работяга работает, работает, а заработать не может.

Посол молчал. Конечно, зря я так, мне он помог, встретил хорошо, а я неблагодарный, но нет у меня другого вопроса, а этот гложет. Да и сам вопрос во всех мирах щекотливый, за него можно и получить.

– Думал, что вопрос интересный будет, но не думал, что настолько. Не переживай, вопрос правильный, но давай я начну издалека.

– А как ты думаешь, для чего вообще люди рождаются и приходят на этот свет? Вообще в чем смысл жизни?

– Ты хочешь, чтобы я ответил на вопрос, на который не могут ответить философы с начала времен?

– Нет, ну предположения, может, какие есть? Денег заработать там, статус? А может, из-за детей? Или просто воздух покоптить? Ну, смелее.

– Ну не знаю, с собой в могилу ничего не забирают, если только опыт. Думаю, что в этот мир мы приходим чему-то научиться.

– Правильно, научиться. Так вот, как ты говоришь, нас пастухами над вами назначили, и спрашивают с нас, и не сколько вы веса наберете, а сколько знаний. И извини, если основная масса людей богатеет выше той черты, что мы прочертили, то люди начинают набирать вес, а не знания. Вот лично тебе дай все, ты выйдешь на улицу? Нет! Обленишься. Вот мы и заставляем вас немного шевелиться, создаем условия для того, чтобы жизнь вас правильно учила.

– Я так понимаю, жизнь учит не физическим формулам и не правописанию, и даже не тому, как штаны заштопать?

– Будем считать, что это второй вопрос. Да, правильно, физические формулы и штаны только для нашего мира пригодны. Я, если честно, сам только догадываюсь, чему жизнь нас учит, скорее распознавать, что правильно, а что нет. К примеру, уступил ты бабушке место на скамейке. Как думаешь, это правильно?

– Наверно, да.

– А вот не всегда, тут все индивидуально. К примеру, одного разумного, который никогда никому не уступит место, жизнь будет учить, что нужно место уступать, он еще старости не достигнет, как будет уже смотреть на сидящих и мечтать о том, как бы сесть, ноги-то держать уже не будут. А другого, который, наоборот, всем уступает, жизнь будет учить, что не нужно место уступать. Та же бабка, которой он место уступил, будет смеяться и издеваться над ним. Истина где-то в середине. Уступать место нужно, но не всегда и не всем.

– Я думаю, первому разумному будет все равно, и его жизнь ничему не научит.

– А это правильное замечание. Учить чему-то новому, не усвоив предыдущий урок, бесполезно. Тут тоже немного издалека начну, может слышал, что человек это сосуд грехов?

– Конечно, это почти в любой религии есть.

– Так вот, грехи это и есть недоученные уроки, то есть неправильные поступки, и у человека есть определенный лимит на них. Условно назовем этот лимит сосудом. И этот сосуд имеет вот такую форму. – Посол показал на мой конусный бокал, на Земле в такие мартини обычно наливают, только этот побольше. – Так вот, грехи можно совершать, и сосуд будет наполняться, а можно и исправлять, тогда сосуд опустошается. А твоя задача – держать этот сосуд примерно наполовину наполненным. Вот как раз так, как сейчас в нем вина налито. Обрати внимание на форму бокала, перевернутый конус. Чуть налил, и уже прибавляется заметно, еще чуть подлил – и уже половина бокала, а когда больше половины, можно лить и лить, и чуть заметно в бокале прибавляется. Снизу бокал узкий, а кверху бокал здорово расширяется. И кажется вместительным. Но конец есть, и это конец в этом мире, придется возвращаться в предыдущий класс, как неучу.

– А что плохого в том, чтобы держать пустым бокал?

– В теории это невозможно, можно держать почти пустым. Уйти в монахи-отшельники, никого не видеть, ничего не делать. Только тогда можешь понизить свой уровень грехов почти до нуля. Но это неправильно. Тебе такую возможность дают отучиться, а ты ей не пользуешься.

– Я так понял, можно же просто исправить свои ошибки?

– Ну ты меня разочаровал таким вопросом, некоторым нужна целая жизнь, чтобы исправить всего одну ошибку. Неужели никогда не замечал, вот сделал что-то не так, волнуешься, переживаешь, думаешь вернуть бы время назад, сделал бы по-другому. Но жизнь куда интереснее, она сделает точно такую же ситуацию. Только другие люди и другое место будет, и ты точно так же поступишь. И главное, может, тебе и не нужно по-другому поступать, может, достаточно понять, что ты правильно поступаешь.

– Подожди, хочешь сказать, ни бога, ни дьявола нет. Учит только жизнь?

– Да почему нет? Называй как хочешь. Называй, что учит бог. Как тебе удобно.

– Да нет, я про то плохое, что с нами случается, болезни, потери, это жизнь учит?

– Ну как объяснить, вот ребенок к горячему чаю лезет, ты на него поругаешься, а то и отшлепаешь. И заметь, это наказание ни в какое сравнение не идет с тем, что если на себя ребенок чайник кипятка выльет. А ребенок видит только то, что ты его отшлепал, толком не понимая, за что. Вот так примерно и мы. Да хватит уже, ты и так больше положенного вопросов назадавал, остальное сам додумаешь. Время поджимает, моя очередь вопросы задавать.

– А, да, конечно.

– Расскажи, как у тебя получается писать древним шрифтом?

Неизвестно, почему столько времени продержался посол и сразу не спросил это, ведь он меня сюда только ради этого пригласил.

– Не знаю, как правильно ответить, я уже отвечал вашим, что инструкций у вас и так много написано, тут просто самому ощутить нужно. Как говорят компьютерщики на моей планете, «тыкайтесь», туда тыкните, сюда тыкнете, может, и получится.

– А написать можешь что-нибудь?

Я достал из снаряжения ручной резак, осмотрелся, на чем бы написать. Вышел из беседки, немного сосредоточился и над входом в беседку написал под впечатлением от беседы народную мудрость. «Век живи, век учись – и дураком помрешь». Надпись получилась удачной. Такая, что я сам залюбовался своей работой.

– А еще?

Посол сбил весь настрой от созерцания.

– Наверное, не смогу. Тут настрой нужен.

– Ну хорошо, поболтал бы еще, но дела, и так из-за вас с Ви встречу отменил, еще раз извини, что скомканно так прощаюсь, но дела. Робот тебя проводит.

Посол чуть склонил голову и натурально убежал куда-то по дорожке. Эм, нагрузил меня, конечно, посол по полной, кажется, вот и вообще смысл всего пойму. Но хорошо поразмышлять о вечном немного, а много думать – либо в сектанта превратишься, либо умом двинешься. Поэтому меня начали поглощать мирские дела. К примеру, мне сейчас что делать? Робота я не вижу. Я допил вино, оставив сосуд пустым, и вышел из беседки. А вот и светящийся шарик почти над землей покатился впереди меня, указывая дорогу. Дорожка не такая и длинная оказалась. Вот дверь, и я не раздумывая вышел из нее. Тут же почти сотня паломников выпрыгнули из своих палаток и шатров и уставились на меня. Эх, какой-нибудь жест бы сделать, рукой там круг в воздухе, да сказать что-нибудь умное. Ну нет, люди тут повернутые на своей теме, есть и сектанты. Запишут куда-нибудь, поэтому я просто пошел вдаль по тропинке, к стоянке глайдеров, может, там такси есть или аренда глайдеров. Мне нужно в банк попасть, отель дешевый найти, да и мясо по ресторанам развезти, блин, а мясо-то я и не взял с собой, а за ним лететь, второй раз сюда могут и не пустить.

Глава 36

Дошел до стоянки глайдеров, и мне вдруг мысль в голову пришла. А для чего мне отель, может, тут в палатке переночевать, напроситься к кому-нибудь, или свою разложить, слетать и купить палатку плевое дело. Но чего-то в душ захотелось, раздеться да вытянуться на кроватке. Палатка это, конечно, романтика, но опять это только тогда, когда спишь постоянно в кроватке и о палатке только мечтаешь. Да какая разница, палатка или кроватка. До сна еще далеко, а дела нужно делать.

Стоянка в лагере оказалась с такси. Даже стояли живые таксисты около глайдеров и разговаривали между собой. Похоже, паломники частенько в город мотаются, иначе таксисты тут не дежурили бы. Уселся в одно автоматическое такси, назвал банк, в который мне нужно, чай, не баре и на дешевом тарифе доеду.

Банк был известный, поэтому до ближайшего отделения добрался быстро, дольше усаживался.

В банке меня никто из живых не встретил. Что-то у меня подозрения насчет бомжей из палаток возникли. Если в таком отделении банка все автоматическое, а такси на стоянке палаточного городка с таксистами, то скорее всего, денежные люди не здесь в отделении банка трутся, а именно там, в палатках.

Здесь же голографическая реклама, вернее очень и очень симпатичная аграфка без устали вещала, что банку более двадцати тысяч лет, и все это время, время стабильности, ни один вклад не утерян, сколько бы он ни лежал. Ну что ж, это меня радует.

Тут даже банкоматов и роботов ни видать, судя по рекламе, все клиенты обслуживаются через нейросеть. Уселся в удобное кресло. Вывел меню, ввел номер счета, пароли и логины. Снять деньги. Ту-ту, неожиданный звук и табличка выскочила перед глазами. «Операция невозможна, на вашем счету недостаточно средств». Я посмотрел баланс. Нули. Ну и ладно, я и не хотел сильно, конечно, если бы что тут лежало, то очень помогло бы. Но, наверно, эти средства нужны были и перед войной. Хотя… Я залез в историю переводов. Оба-на, а денежки-то пять тысяч лет назад пропали. Не могли их снять в это время, даже если и кто-то нашел такую же базу данных, как у меня, тот обязан был хоть кредит оставить. Так положено по базе знаний, а тут вся сумма снята наличкой. Я начал выискивать все подробности операции. Сдается мне, банк, у которого ничего не пропадает, снял деньги сам, и наверное, это произошло три тысячи лет назад, а подправили так, что деньги сняты пять тысяч лет назад. Если бы кто пришел за ними во время пропажи, то уже тогда сказали бы, это весьма давно было. Счет оформлен на предъявителя. Кто приходил? Да кто его знает, конфиденциальность клиента закон. Ладно, скачаю я всю документацию, на всякий случай, может пригодится. Не успел сохраниться файл, как ко мне подбежал сотрудник банка.

– День добрый, могу ли я вам чем-нибудь помочь?

– Да, не подскажете, как попасть к ячейкам хранилища вашего банка?

– Это на орбите. Пройдемте.

Я пошел вслед за служащим к лифтам, которые вели на крышу. Странно, чего это целого живого человека ко мне приставили. Залы-то полностью автоматические. Пока раздумывал, мы подошли к автоматическому челноку. Служащий проследил, чтобы я удобно расположился, и скороговоркой произнес напутственную речь?

– Вот сюда вбейте адрес ячейки. После прибытия двигайтесь по зеленым линиям. Напоминаем, что доступ до ячейки стоит тысяча кредитов, если потребуется доставить груз, стоимость доставки по системе пять тысяч кредитов. Доставка в другие звездные системы обговаривается отдельно. Также банк настоятельно не рекомендует вам использовать скачанную информацию. Счастливого полета.

Это что, он открытом текстом сказал, что они сперли деньги, и не рекомендуют разбираться, куда они делись? Похоже, что да, а двери-то закрылись. Вот я попал, чую, билет в один конец у этого транспорта. С челноком несчастный случай случится. Недолго думая, набираю сообщение капитану курьера. Нет, капитану бесполезно. Отследят, кому сообщение ушло, так и курьер пропадет где-то на обратном пути. Суммы-то на счету огромные были, да и какая разница, какие они там были, их все равно истратили уже. А вот репутацию банку я могу испортить, а за это тоже пару катастроф устроить можно. Кому бы позвонить? Мозгокруту? Пусть журналистов натравит. Дорогая, конечно, гиперсвязь, но для чего мне деньги, если я так попался по-глупому, и жить-то осталось минут десять. Набираю Мозгокрута. Гиперсвязь заблокирована. Что-то я себя накручиваю. Может, послу что-нибудь написать? Ну не знаю, поблагодарить за встречу. Ведь банк не увидит, что я написал, увидит только, кому я написал. Пусть думают, что сбросил отчеты.

Вдруг неожиданно раздался звук вызова, да так, что я подпрыгнул на сиденье. Сколько раз себе говорил, не накручивай себя, думай по существу. А все равно срываюсь.

– Привет, ты что, как будто тебя мешком накрыли? – спросила у меня голограмма Ви, в мягком халате и с чашкой горячего напитка в руке.

– Привет.

– Постой, ты не один там, что ли? Я тебе мешаю? Ну-ка поверти головой.

Я послушно повертел головой, показывая обстановку.

– Да один я.

– Извини, не подумала, что у тебя дела тут могут быть.

– Ты лучше скажи, что там наша доча делает?

– Что она может делать, наелась и спит. Ты в центральный банк летишь?

– Лечу, только я, похоже, банку дорогу перешел.

– Рассказывай.

– Да тут со счета федерации пять тысяч лет назад пропала сумма приличная.

– Ты издеваешься? Это когда было, кто тут это искать будет.

– Но я что-то увидел в отчетах, мне кажется, деньги ушли три тысячи лет назад, а записаны как пять.

– Ну, я тебе сильно не рекомендую в суд подавать.

– Да вот меня уже предупредили, чтобы я не использовал отчеты. Да я имел неосторожность в банковский челнок сесть, вот и думаю, долечу я или нет.

Ви засмеялась, поставив чашку на стол.

– Ты что, издеваешься? Три тысячи лет назад, это такая древность. Ты что думаешь, кто-то разбираться будет? Я тебе не рекомендовала в суд подавать из-за того, что засмеют, а не из-за того, что банк тебя преследовать будет.

Я что-то даже засмущался, действительно, что это я? В отчете указан всего номер операции. И сумма. Подумаешь, мои ощущения, их к делу не пришьешь. Хотя если сравнить отчеты пятитысячелетней давности и трехтысячелетней, обязательно отличия будут. Шрифт, форма заполнения. Да даже расстояние до точки. Если плотно заняться, то, может, что и выгорит. А еще просмотреть, что три тысячи лет назад было. Менеджер разбогател, или банк что-то прикупил. Нет, зацепки должны быть.

– По-моему, я тебя потеряла. Ты со мной? – вывел меня из задумчивости голос Ви.

– Как я могу без тебя?

– Вообще-то я позвонила рассказать, как соскучилась, рассказать о дочери, ты знаешь, сколько весом она родилась?

– Три девятьсот. Рост пятьдесят девять.

– Откуда узнал?

– Секрет.

Тут я мог двух охранников подставить, поэтому не спешил с ответом. Да его от меня и не ждали.

– Как назовем?

– Не знаю, как хочешь, желательно не Тыртырвелой, а то я твое имя год учил, а если и дочь так назвать, то…

– Но и Ми-ашь-ей тоже не дам назвать.

О как! Значит, интересовалась земными именами.

– Хорошо, согласен на любое имя.

– Вы прибыли в центральное хранилище, покиньте челнок и пройдите по зеленым линиям, – бесцеремонно вмешался в наш разговор приятный женский голос, который начал повторять одно и то же.

Я вышел из кабинки и пошел вдоль по линиям. Здесь была прихожая, и на удивление были люди. Кто-то доказывал служащему, что сейчас его очередь, что он ждал этой попытки около года. Один из служащих кинулся ко мне наперерез, но я жестом остановил его и пошел дальше. Мне было просто не до них. Мне выносила мозг любимая.

– То есть тебе все равно, как твою дочь назовут?

Понеслось, но у меня опыт супружеской жизни уже есть.

Нас голыми руками не поборешь.

– Нет, конечно, я тебе просто не дам назвать ее нехорошо.

– Нехорошо и я не назову. А ты просто все хочешь взвалить на меня. Ну ладно, пока, мне в медкапсулу пора.

– Назови так, чтобы сокращенное имя на земное похоже было.

– Да как я…

– Я в тебя верю, ты у меня умничка.

– Пока.

И Ви отключилась. Ну вот, не поймешь, вроде обиделась, а вроде действительно тень медсестры появилась, чтобы ее в медкапсулу увести. Эх, не спросил, когда к ней можно будет, да и где вообще она. Адреса-то я не знаю.

Ладно, далеко заглядывать не буду, пока сосредоточимся на сиюминутных проблемах. Я подошел к терминалу, проходя мимо которого, снимается тысяча кредитов. Нужно ли идти? Я на секунду замедлился. Столько времени прошло. Тысячу отвалю, а там в ячейке пусто будет. По большому счету тысяча для меня сейчас не очень большие деньги, но применение я ей бы нашел. А… я мысленно махнул рукой и нажал подтверждение оплаты, а то потом думай, было там что или нет. Проходя дальше по зеленым линиям, я вышел в комнату, где служащие пытались вручную без дронов убрать все голограммы. По остаткам рекламы я понял, что тут было что-то вроде проверки прочности банковских ячеек. И то, что если кто из взломщиков сумел бы взломать ячейку, тот забрал бы содержимое себе. Рядом был счетчик неудачных попыток с цифрой с пятью нулями. Я непроизвольно мотнул головой, и сколько сотен лет подряд пытаются взломать эту ячейку? Пока я соображал, заскочили пару дронов с рабочим. И голограммы начали быстро пропадать.

– Эмм? А что тут происходит? Почему содержание моей ячейки обещано кому-то в подарок?

На мой вопрос, конечно, никто из служащих не ответил, только рабочий со своей непосредственностью ляпнул:

– Очень смешно, скажи, что придумал, как обойти очередь.

– После того как проверю свою ячейку, я вернусь к этому вопросу, и лучше для вас, чтобы из нее ничего не пропало, – сказал я, подтверждая код и входя в открытую дверь шлюзовой. Краем глаза наблюдая, как вытянулись лица у присутствующих.

А ячейка-то размером не как на автовокзале камера хранения, это целое помещение на два малых пустотных контейнера, почти ангар. И один из контейнеров тут стоял. На двери контейнера стандартный замок. Ввел код доступа. Ну что? Есть тут что или тоже пустой? Я потянул створку на себя. Сверху свалились пару кофров. Битком набито! До самого верха набито кофрами, которые ни с чем не спутать. Это базы знаний и нейросети! Я поднял свалившийся кофр и осмотрел все пломбы. Вроде все нормально, убрал на место и вновь запечатал контейнер. Тащить отсюда самому мне не дадут, значит, оформим доставку на «Курьер». Пять тысяч, конечно, ни за что дерут. Своим ботом отвез бы бесплатно, нанятый за две бы отвез. Но и фиг с ними.

Оставил на полу запасной аккумулятор для резака. Это по правилам, до конца не выгребать. Хоть мелочь, но оставить нужно.

На выходе меня тут же перехватил служащий, пригласил меня в кабинет. Весьма шикарный кабинет, думаю, для вип-клиентов. И пошло заискивание передо мной. И напитки мне, и как дела у меня, вплоть до того, с каким я настроением проснулся и чего желаю. Вот чего не люблю, так это дешевого подхалимажа, особенно когда на самом деле тебя если не разорвать, так ничего хорошего точно не желают.

– Хватит, давайте ближе к делу, и я человек занятой, и у вас дела есть, – резко оборвал я поток словоблудия. Хоть и дел у меня сейчас вообще не было, но что-то неохота у них засиживается.

– Ладно, раз по существу, то вы должны за аренду ячейки…

– Стоп, стоп, стоп. У меня договор есть на пожизненное пользование этой ячейкой.

Я скинул копию договора. Служащий даже как будто подавился. Лицо стало раздуваться и краснеть на глазах, особенно пылали острые уши. Я даже подумал, не помочь ли ему. Но вроде он сам расстегнул воротник. Даже белеть лицом начал. Что, он тут реально удушиться готов за тысячу кредитов? А нет, кажется, тут другое, я ясно увидел, из-за чего он так разволновался. Он пытался вымогать деньги. Нужно добить.

– Так что? Я не понял, вы из меня деньги вымогать пытались сейчас?

Служащий, который начал белеть, снова начал покрываться красными пятнами.

– Простите, технические накладки вышли. Приносим свои извинения.

– Что? Вы поставили содержимое моей ячейки как приз ворам. Вы вымогаете из меня деньги. Это что, банк или клан пиратский?

Служащий опустил голову. Плохо быть псионом, я ясно ощущал его мысли. Банк все свалит на него, а за вымогательство, между прочим, два года каторги положено. Плохо, я мог бы вытянуть с него хорошую сумму кредитов, но после разговора с послом стал понимать, что способности даются тем, кто их будет использовать правильно. И если я сейчас выжму из служащего деньги, а я чую, он на все согласится, то я поступлю неправильно, и о развитии способностей можно будет забыть. И опять же после того же разговора я понимаю, что помимо способностей, жизнь дает и возможности, они тоже появляются, когда ты к ним готов. И что-то мне кажется, что возможности, это как жизненный экзамен, сдал или не сдал, упустил, и тогда на второй круг обучения. Вот это дилемма, вот на фига мне в философию лезть было? Теперь сижу, глазами хлопаю.

Служащий тоже не мальчишка, которого жалеть нужно, он явно не раз облапошивал клиентов. Вот даже сейчас он принял мое молчание за то, что я жду от него предложения. И он бы давно предложил мне энную сумму, но боялся предложить сразу, вдруг я сумму поменьше назову.

– Может, договоримся? – начал он прощупывать почву.

– Не договоримся. – На первых моих словах он вновь покраснел, я же продолжил свою мысль: – Наказывать тебя у меня желания нет. Вот если бы банк наказать, то я еще подумал бы. Но ведь он все повесит на тебя. Поэтому думай, что сможешь предложить, только не из своего кармана, а за счет банка.

– Давайте я оформлю вас как вип-клиента. Все условия соблюдены.

– А что это мне даст?

– Ну как, вы сможете взять кредит с минимальными процентами… – Оживился служащий, попав в свою родную стихию.

– Стоп-стоп. Вот только не нужно еще мне ваши продукты впаривать.

– Ну, прежде всего это статус, – удивился моей непонятливости служащий. – Многие пытаются пробиться до вип-клиентов, но очень большие ограничения есть, это как по сроку сотрудничества с нашим банком, так и по наличию ячеек и счета, я так понимаю, счет у вас тоже есть?

Я назвал номер счета. Ничего, что он пустой, закинул туда пятьсот кредитов.

– Еще плюсы есть?

– Есть, для вас всегда планета открыта для посещения, всегда забронирована гостиница, открыт доступ в закрытое казино. Ну и по мелочи, доступ до ячейки и доставка по системе со скидкой.

– Оформляй.

Служащий что-то пощелкал. Я ожидал, что сейчас если не все пять тысяч вернутся на счет, но хотя бы часть, ведь скидка на доставку должна быть. Я подождал еще чуток.

– А за доставку деньги вернутся?

– Сожалею, но она оформлена до получения вип-статуса.

Ах вы… я про себя тихо выругался. Что тут еще?

Появилась возможность повесить новую нашивку. Пришло сообщение с поздравлениями, которое я смахнул не читая. Ну, с плешивой овцы хоть шерсти клок. Хотя открыта виза в столицу аграфов, это совсем не клок шерсти, это очень и очень неплохо.

– Ну что, я вам больше не нужен? – спросил я.

– Давайте я вас провожу. И спасибо, я ваш должник, если понадоблюсь, обращайтесь.

– Конечно, я так понял, ты стал моим персональным менеджером.

– Так точно.

– Ну до встречи тогда.

Я уселся в челнок, что-то надоедает мне аграфский мир. Хочу забрать Ви с дочерью и свалить в свою берлогу. Ах да, дела. Сейчас ведь могу спокойно сгонять за мясом, нужно срочно развезти по ресторанам. Значит, нужно на станцию.

Первое, что ощутил на станции, это сухой воздух с неуловимым запахом уплотнителей и пыли вентиляции. Даже в ячейке банка воздух был кристально чистый, я у же не говорю про планету, покрытую лесами. Но вот этот воздух как-то роднее или просто привычнее. Да и толкучка людей, именно людей, а не аграфов, как-то радовала. Какая красота, я почти домой вернулся, в свою привычную среду. Просто стоял и дышал. Ну нужно же насладиться моментом. Приятности они всегда мелкие. Это неприятности только крупные.

– Эй? Ты что нацепил эту железку? Ты хоть знаешь, что такой палаш только для верхового бойца? Что он не предназначен для пешего воина, у него инерция большая. Он только для колющих ударов, когда ты сидишь в седле, и только в плотном строю.

А вот и неприятности. Какой-то молодой парнишка с компанией решил до меня докопаться. Заодно блеснуть своими энциклопедическими знаниями перед товарищами.

– Да ладно? То-то я чую, он тяжелый какой. Спасибо, не знал. А почему в плотном строю? – Сделал я лицо идиота, давая поумничать парню. А попросту его троллил.

– Потому что в рассыпном строю можно рубить. Места хватает для взмахов.

– Так колоть тоже можно.

– Колотые раны не имеют такого останавливающего эффекта, как рубленые. С рубленых ран потери крови больше.

– А-а-а-а, – протянул я.

– Неужели вы не изучили оружие, прежде чем навесить его?

– Изучил, конечно, все, что ты говоришь, верно для обычного клинка, а этот виброклинок. Понимаешь, что он рубит не хуже?

– Правда виброклинок? На такой архаичной железке?

– Ладно. Все, пока, ребята, практикуйтесь больше, теория хорошо, но без практики однобока.

Не стал я развивать конфликт, с кем? Они совсем не бойцы, даже стыдно с ними связываться. Но они довольные, задрав подбородки, пошли дальше. Ну, наверное, парни и неплохие, вон хотя бы историей оружия интересуются. Не успели они от меня отойти, как тут же около меня вырос Гена и встал слева за спиной. Ну что, молодец. Я ему не сообщал, что прибываю на станцию.

– Ну, не хотите преподать урок парням, может, дадите его мне? А парни пусть посмотрят.

Вот это точно проблема. Передо мной появился слишком низкорослый для чистых аграфов человек в годах, с волосами, убранными в пучок, и бородой эспаньолкой, отличался от людей он только острыми ушами. Но самое главное, что на поясе у него висел такой же архаичный, как мой, палаш, но только эспадрон сабельного типа. И явно он был не для тренировочных боев, хоть очень и узкое у него лезвие было. Из-за виброклинков не нужно смотреть на толщину стали, она обманчива.

– Э, нет, прошу прощения, дела. – Мне вот совсем неинтересно мериться клинками, чей длиннее. Нафиг, проходили мы это все. Поэтому я сразу дал отвод.

– Вынужден настоять.

Он бросил в меня перчатку. Дуэли на планете запрещены, тут на станции можно. Кто действительно был рад, это парнишки, которые вдруг стали случайными зрителями. А вот я совсем не рад. Может быть, раньше и интересно бы было. Сейчас совсем не интересно. И не столько из-за боязни, что могу погибнуть, сколько из-за боязни, что могу кого-то убить.

– Кому я дорогу перешел? Давайте я извинюсь.

– Боюсь, все равно придется драться. Если отказываетесь от дуэли, давайте я вам бросаю вызов как главе аннунаков. Могу даже пройти отборочный тур, поубивав несколько рептилоидов. – Гена, стоя за моей спиной, громко ухмыльнулся при этих словах. – Но давайте лучше сразу приступим. Не люблю лишние жертвы.

– Жертвы я тоже не люблю, могу узнать имя того, кто меня заказал?

– Конечно, меня даже просили передать имя, Литцитцикель.

Это же женишок Ви. Как-то я поддался секундной злости.

– Раз сам боится встретиться, то пошли.

– Очень рад, позвольте представиться, меня зовут Рьер се Витар. – Раскланялся мой собеседник.

Послышались удивленные возгласы за спиной, это чего-то там парни разволновались. Я только разобрал «знаменитый королевский убийца». Наемник, очень дорогой наемник.

– А я Дикий, и меня не зовут, я сам прихожу. – Чуть склонил голову и я.

До зала нас отвезли с комфортом, видно, что все организовано заранее. Небольшая арена с прорезиненным полом. Из зрителей только парнишки, что умничали про оружие, и одна фигура в темных одеяниях и в капюшоне, лица не разобрать. Но точно не Литцитцикель. Слишком уверенная аура у этой фигуры.

Рьер скинул верхний пиджак, оставшись в штанах, безрукавке и белой рубашке с большим воротником. Я же оставался в броне, выбор одежды свободный. Хоть броня для виброклинков почти бесполезна, но доли секунды у меня есть, пока клинок пробьет броню.

Я вышел в круг, вынув палаш из ножен.

– Хорошее оружие, первый раз вижу такое.

Рьер сделал комплимент моему палашу, обнажив свой клинок. Такой клинок, как у него, и я видел впервые, очень узкое лезвие, но при этом очень толстое, почти квадратное. Это же арматура настоящая, его и пытаться сломать не стоит. Как он рубить им будет? У него же изгиб на клинке, явно рубящие удары в приоритете. Не успел я додумать, как недостающая часть лезвия засветилась красным цветом, создавая рубящую поверхность. Это что, лазерный резак у него? Мало того, разложилась развитая гарда, закрывая кисть руки. Значит, и уколы будут.

– Я тоже не видел такого оружия, так что мы квиты, – проговорил я. Задумывался: а мой клинок сможет блокировать лазерный резак?

– Ну что, приступим? – поприветствовал он меня клинком.

Я отзеркалил его жест.

– Всегда готов.

Рьер был позер, все делал красиво. И вот сейчас он грациозно выхаживал вокруг меня, подбирая дистанцию и даже не пытаясь атаковать.

– Начинайте.

– Мне это не нужно, это вам платят, вот и отрабатывайте свои деньги.

Мои слова, видно, задели Рьера, он поджал губу, но разум не потерял. Продолжал выискивать дистанцию.

– Может, разойдемся миром? А то помру от головокружения. Зачем затягивать неизбежное?

Рьер вновь сыграл желваками, но продолжил ходить. Я продолжил поворачиваться вокруг своей оси. Минут пять уже прошло, а нет нападения. Неожиданно темная фигура в капюшоне сказала что-то горловым голосом. Рьер сразу встал в стойку и сделал выпад. Я почти даже не дернулся, на такой финт меня не поймаешь.

– Да ну, давай еще выпадами минут десять попугай.

Снова фигура в темном что-то сказала, и Рьер наконец-то приступил.

Удар, еще удар, шаг вперед. Понятно, одной защитой бой никак не выиграть, поэтому я стал атаковать в ответ. Скорость у Рьера была огромной. Не знаю, сработало ли замедление времени. Скорей всего сработало. Смотреть по сторонам было некогда. Но и куда можно атаковать сложного противника? В туловище или голову? Так далеко, я в атаке провалюсь, он меня достанет, у него клинок легче, значит, в управлении быстрее. Вперед стоящую ногу атаковать? Нет, на этот финт меня Сенсей не раз ловил. Атакуешь, а ногу проще простого убрать, а у тебя клинок снизу, ты весь открытый, особенно от ударов сверху. Поэтому можно атаковать, только атакующую руку противника ловить, она самая ближняя точка ко мне. Хоть гарда и есть, но предплечье открыто. Я, сделав вид, что атакую в ногу, резко сделал выпад с уколом вверх, а сам убрал тело с линии атаки. Я как раз поймал Рьера, он начал движение разрубить мне голову, и рука его уже вытянулась, по инерции насадившись на мой клинок. Брызнула кровь, заливая пол. Рьер, не уронив оружия, разорвал дистанцию. Все! Можно сказать, победа за мной. Хотя, что это? Кровь перестала идти. Похоже, он воспользовался аптечкой, но это нечестно. Во всех дуэлях аптечки до конца боя запрещены. И если ты ей пользуешься, то автоматически принимаешь поражение. Только я набрал воздуха, хотел сказать что-то, как Рьер накинулся на меня с размашистыми ударами. Не давая мне ничего сказать, чтобы не дай бог свидетели не увидели или не услышали чего лишнего. Рьер резко сокращал дистанцию. Для чего? Я ж его сейчас проткну, мне же легче. Однако он прорвался практически ко мне вплотную. Рубящий удар сверху вниз, мой клинок, соскользнув, летит вверх влево, его вниз вправо, разворачивая его ко мне чуть ли не спиной. Вот в левой руке у него блеснул

тилет, что тоже не по правилам. Моя рука с палашом на отлете вверху. Не успею правой, поэтому его левую руку ловлю за запястье своей левой. Только он правой рукой не делает рубящий удар справа налево, как следовало ожидать, а продолжает дальше скручиваться вправо и из-за своей спины делает укол. Который меня достал. Силу в такой укол Рьер не мог вложить, поэтому доспех дал мне полсекунды жизни, а в замедленном времени полсекунды это просто уйма времени. Клинком бить не успеваю, просто бью локтем в голову. Кончик клинка успел сделать глубокую отметину, но доспех еще не пробил, ведь не простой он у меня. Рьер отлетел от меня, прочертив доспех уже неглубокой, но длинной царапиной. Он упал на колени. И я самурайским движением рублю голову. Палаш начинает светиться, Гена вновь громко ухмыляется. А в остальном полнейшая тишина. Парни замерли. Только энергия начинает распирать. Фигура в темном встала, слегка склонилась, я, напитанный энергией, сейчас вижу, кто это. Аннунак, старейшина. Видно, призван был подтвердить правильность поединка. Я тоже слегка поклонился. Он что-то сказал, как позади послышалось характерное:

– Б-бе-е.

Я повернул голову к парням, те, свесившись, блевали. Я встал в задумчивости. Рьера не жалко ни грамма. Наемный убийца, он столько душ загубил. А рубанул я его, чтоб другим не повадно было. А вот кто тут убирать все будет? Да и как с законностью?

– Герхе сказал, тут все уберут, с законом проблем не будет, – сказал подошедший Гена, словно подслушал мои мысли. – Пойдем?

– Подожди.

Я подошел, наклонился, чтобы взять клинок в руки, как чувство ловушки просто взвыло. Я пинком запустил его в дальний угол, где он в воздухе и взорвался. Разметав в разные стороны красивые бурунчики белого дыма. Может, и газ какой.

– Бегом отсюда.

Парни сначала опешили, а потом, видя, как мы бежим мимо них с Геной, тоже рванули. Чуть в дверях не сбили уборочных дронов, которые гуськом заезжали на арену.

– Ну что, парни, не передумали в наемники идти? Советую подумать, – сказал я парням, явно представляя, как они сбегают из дома на базу наемников. Сильная штука эта энергия, особенно когда ее много.

До «Курьера» дошел без проблем, приказал, чтобы капитан подготовил к транспортировке килограммов пятьдесят мяса, расфасованное по пять килограммов. Вернее сказать, не загрузил на дрона, а оформил все документы и декларации на ввоз товара. А то оформят контрабанду и снимут дипломатический статус с «Курьера». Да и по закону больше сотни килограммов нежелательно на планету ввозить. Иначе тоже могут заподозрить, что использую дипломатическое судно как доставщик товара. Пока оформлялись бумажки, присел на диван и, что называется, долго моргнул. Я что-то не заметил даже, как день пролетел. Разбудило меня, конечно, «Рота, подъем». Пришлось бежать в тренажер, а Ви, наверное, сейчас отсыпается, после рождения ребенка ее с утра никто физнагрузками мучить не должен. Разряд тока привел в чувство, нужно сосредоточиться на упражнении, что-то я опять в облака уплыл.

Завтрак, разговор с Ви. Главное, адрес узнал. И вот я стою перед дверями престижного ресторана, с дроном-доставщиком. Швейцар, увидев меня, чуть из спецодежды своей не выпрыгнул.

– Куда! Иди отсюда, замучили коммивояжеры, что вам не сидится-то? Все лезете и лезете.

– Мне бы старшего…

– Иди, иди отсюда, с той стороны здания служебный вход, там и выпрашивай. Тут нечего околачиваться.

Блин, я, конечно, не сноб и не зазнайка, но вроде как у меня дворянская должность, даже по аграфским меркам, а тут как нищий хожу по дверям, выслушиваю высокомерных гарсонов. Да ну их всех. Сунуть ему пару тысяч кредитов, чтоб заткнулся. Да на фига это нужно, он только этого и добивается, кому я этим докажу что. Во мне начали закипать злость и вчерашняя энергия. Да я сейчас этого швейцара… да весь ресторан разнесу… да и всю планету.

Видно, слишком сильная от меня волна эмоций пошла, я даже дернуться к нему не успел, как швейцар, согнувшись, юркнул за стеклянную дверь, которая явно была бронирована. Меня она явно не остановит, палаш еще в ножнах начал светиться.

– Прошу прощения, у меня работа такая. Нельзя на работяг простых обижаться, – затараторил швейцар, но уже из-за приоткрытой двери.

Вот это меня немного отрезвило, нужно держать себя в руках. Эх, двинуть бы по двери или пнуть что-нибудь, но нельзя. Только штраф присудят, а я опять никому ничего не докажу, даже не удивлю.

– Вот и веди себя, как работяга простой.

Я развернулся и пошел от центрального входа, и снова: я что, должен разносчиком работать? Что, дел нет никаких? И сам себе отвечаю: да, дел нет. Вот это главное дело, причем дело государственной важности. Ладно, что тут философствовать, пошел я искать служебный вход.

До меня сейчас только дошло. Столичная планета безлюдна, больше десяти человек или разумных я видел только на поляне у посла да на космовокзале. А остальное пространство практически безлюдно. Так, один-два разумных встречаются, и те при деле. И вот в переулке около служебного входа третий раз я встретил толпу, стояли грузовые дроны. И между ними человек тридцать. Все стояли, чего-то ждали. Ну и я подошел, позади толпы остановился, со своим дроном. Почти сразу вышел аграф в поварском колпаке, причем таком смешном, как в мультфильмах.

– Сегодня беру морепродукты, салаты, корнеплоды фрукты. Остальные можете не ждать, я заранее предупредил, что муку и мясо по вторникам не принимаю.

– А у меня мясо эксклюзивное, – раздался голос из толпы.

– Да даже если и лапки лягушачьи будут, все равно не принимаю, здесь все эксклюзивные продукты и других не бывает. Остальные, показывайте товар.

Толпа засуетилась, основная масса двинулась ближе ко входу, пять человек ругаясь пошли в сторону выхода из проулка. Наверное, все-таки не судьба, я постоял еще пару минут, наблюдая, как повар проверяет продукты. А что ждать-то? Ясно дали понять, не нужно тут мясо. Пошел я отсюда. А куда? Во второй ресторан я не пойду, гордость не позволяет. Да, не жили хорошо, нечего и начинать. Назад на «Курьера» везти мясо мелочно, да и как у бомбардировщика, не долетел до цели, выкинь бомбы хоть куда. А куда? Тут одна поляна с пикниками. Я вызвал такси до виллы посла. Здесь долго никого упрашивать не пришлось, мясо расхватали быстро. Нужно было только визитки отклеить от упаковок. Но что-то даже этого не сделал, просто отдал и все.

Мне сутки подождать, а там Ви выпишут. Подожду на «Курьере», тут смотреть нечего, даже лес и тот не радует. Все подвоха ожидаю, либо опять кто нападет, либо куда-нибудь на раут затащат, что тоже нехорошо. Так что на вокзал и на станцию.

Не успел я выйти на торговой станции, как пришло сообщение от Ви: «Нас через час выписывают».

Я тут же кинулся назад, но не тут-то было, рейсовый челнок только ушел, а следующий через полчаса. Я так не успею. Кинулся искать таксистов, а тут их просто нет. По старой схеме, я начал искать малоприметные выходы, там скорее всего ходят пилоты грузовых шаттлов.

Я сделал видимыми нашивки пилота-ремонтника. Между пилотами проще договориться. А вот и два нужных мне пилота идут.

– Парни, нужно на планету срочно, жену из роддома выписывают, с рейсовым опоздаю.

– Штукарь.

– Без проблем.

Мне кивнули головой, и я пошел за ними.

Дальше все бегом, бегом в такси за цветами, хоть это без проблем здесь. Огромный даже не букет, а соцветие, обошлось мне довольно дешево, я морально был готов расстаться с куда большей суммой. Это притом, что я выбрал самый дорогой. Теперь конфеты медперсоналу. Не знают, что такое конфеты? Так лакомство какое к чаю давайте. Мне собрали каких-то пироженок, я смело показывал: этих и этих давайте. Мне сложили корзиночку.

– Сколько?

Ну вот само это слово вылетело, не смог я его удержать, мне зарядили сумму, в десять раз превышающую стоимость букета. Но куда деваться? Пришлось заплатить. Ах, вино еще. Наученный опытом, первым делом спросил, сколько стоит. Приемлемо, взял бутылочку. Взял в руки, пластиковая стандартная упаковка, я скривился, почти пакет «Росинки». Пришлось вновь доплачивать и брать красивую бутылочку.

Ну все, я упакован, теперь такси подороже, что-нибудь типа лимузина нужно.

К роддому подкатил вовремя. На карете, пусть и бутафорской, которая была топорно наварена поверх глайдера, но зато безупречно белая краска скрывала все топорные швы и косынки, а позолоченные молдинги и завитушки вообще красоту неописуемую наводили, конечно, для незнающего глаза.

Вот я с букетом и огромной корзиной вваливаюсь в знакомое здание. Корзина с лакомствами норовит выскользнуть из рук, ведь еще подарочный пакет держу, в котором вино. Так-то не тяжело, просто неудобно взялся, а теперь перехватиться не могу.

– Вы к кому? – довольно невежливо спросила высокая аграфка, которую я ни разу не видел. Возможно, другая смена. До этого тетка мне больше нравилась, чем эта, которая смотрела сверху вниз, надменно приподняв подбородок.

– Я к… – Корзина все-таки поехала из рук, пришлось перехватывать. – Вивикритаэллеле.

– К кому?

Похоже, что я все-таки коверкаю имя, хотя думал, что выговариваю четко.

– Вивикритаэллеле.

– Можете положить свою ношу вон туда, – сжалившись на до мной, проговорила аграфка. – Ждите.

Я положил все, что держал в руках, на тумбочку около охраны, которая безучастно смотрела мимо меня.

Глава 37

Ви сбежала с лестницы, с визгом запрыгнув на меня. Обняв как руками, так и ногами. Я же в свою очередь тоже обнял, наверное, сильнее, чем следовало, потому что что-то тихо хрустнуло. Испугавшись, чуть ослабил объятия, всматриваясь.

– Ничего не сломал?

– Нет! Как я соскучилась!

Я все еще испуганно всматривался, по-моему, все нормально, может, показалось.

Мы продолжали обниматься, мне даже показалось, что я начал растворяться в Ви, а она начала растворяться во мне. Одно точно, я не мог сказать, где заканчиваюсь я, а где начинается она.

– Вы чего тут наложили, убирайте немедленно! – Аграфская нянечка вынесла нашу дочь и должна была положить на тумбу, чтобы укутать в специальный кокон, проще говоря, запеленать. А там лежали букет да вкусняшки, оставленные мной. Я, счастливый, обернулся на голос. – Да долго ждать, быстрее давайте, у меня еще работы много.

Я молнией поставил Ви на пол, а сам подхватил букет, вино и корзинку. Букет сразу передал Ви, а сам остался с корзиной и вином, наблюдая, как нянечка споро пеленает ребенка. И при этом выражая вселенское недовольство, бурча под нос, как все вокруг плохо, какие сейчас родители пошли несознательные. Может быть, в другое время я и не стерпел бы это ворчание, сейчас же мне было побоку. Хотя, конечно, непонятны были причины, почему она на нас ворчит, ну спишем, что просто человек такой ворчливый, ходют тут и ходют, а ноги не вытирают.

– Держите.

Нянечка хоть недовольно, но очень аккуратно протянула мне дочь. А у меня руки заняты. Я поставил корзинку и вино на тумбочку.

– А это вам, чаю попьете.

Я очень бережно взял ребенка на руки.

– Молодой человек, с этого нужно начинать было, вам же… ладно, спасибо.

Нянечка из ворчливой и вечно недовольной перевоплотилась во вполне нормального аграфа.

– Это вам огромное спасибо.

Что там и как, разбираться времени не было и неохота. Подумали они, что я зажлобил коробку конфет медикам, или они ждали других встречающих, которые больше коробок дадут, мне было совершенно все равно. Я был счастлив, держа на руках дочь. Она была уже розовенькая и смешно посапывала носиком.

– Ну что, поехали? – спросил я Ви, подразумевая, все ли она здесь забрала.

– Куда поехали? – неподдельно изумилась она.

– Как куда? Домой… То есть ко мне, – тут уже пришлось удивляться мне.

– Ты предлагаешь сейчас с грудным ребенком срываться через половину галактики на твою станцию. Где воздух через раз отключиться может, и ближайшая медицинская помощь в месяце лёта? Ты хоть подумал, как малышка будет переносить межсистемные переходы?

– Я… – А что я? Она во многом права, мне и сказать нечего. Об этом я не подумал. – У меня прекрасный медицинский специалист. И станция полностью восстановлена, имеет несколько дублирующих систем жизнеобеспечения, – начал оправдываться я, хотя она права в том, что звездные переходы нежелательны для малышки. Получается, я зря сюда летел.

– Поехали лучше ко мне. Деда устроит тебя главным инженером в клан. Доучишь базы. А станцию продай или в аренду сдай. Я больше не вытерплю такую разлуку.

Я открыл рот, чтобы ответить, но тут, слетев вниз по лестнице, мимо нас пробежали трое медработниц. По-моему, дожевывая на ходу пироженку.

Что это, пожар? Нападение? Я завертел головой, всматриваясь в проем лестницы и вслушиваясь в звуки.

– Успокойся, это Ма приехала, встречать бегут – заметив мое напряжение, сказала Остроухая.

– Почему перед тобой они так не бегают?

Я сам не ожидал, что произнес это вслух, только после того что сказал, начал понимать, что своими словами обидел Ви, и ей придется сейчас оправдываться.

– Ты действительно хочешь, чтоб передо мной все бегали? – Вопросительно посмотрела она на меня, даже без тени оправдания.

– Не-е. – Я отрицательно помотал головой и потянулся за поцелуем. Руки были заняты малышкой, иначе просто притянул бы к себе Ви. Но поцелуй я все-таки получил.

И в тот момент послышался от двери голос:

– Ой, как мило.

И Ма продефилировала к нам и подошла к малышке.

– Привет, – первым делом она поздоровалась с малышкой. Потом, приветствуя, чуть коснулась моего плеча, при этом наклонилась, изображая поцелуй в щечку, и прошептала мне на ухо: – Хоть раз назовешь, да даже намекнешь, что я стала бабушкой, тебе конец. – Ну, а дальше уже вслух продолжила: – Какая неожиданность, совсем не ожидала, что бросишь свою империю ради дочери. Да и вообще создать империю, чтобы быть достойным моей дочери. Уважаю.

– Федерацию, – автоматически поправил я. При этом заметил, что Ви очень заинтересованно посмотрела на меня. А похоже, она не знает.

– Ах, это мелкие подробности. – Она тут же раскинула руки, приглашая Ви в объятия. – Да и хватит тут стоять, пошли уже. Тихонечко посидим, отметим в тесном семейном кругу.

Меня немного отчитали за то, что я нанял карету. На самом деле она даже не бронированная. Конечно, войны между кланами не настолько сильны, чтобы на столичной планете разборки устраивать, но и береженых бог бережет. А скорее всего, меня отчитали, чтобы показать, что я несмышленый еще. Неготов о семействе думать.

Что делать дальше, ума не приложу. Оставить Ви с ребенком тут, прилететь через полгода за ними? Ну или через месяца три хотя бы? Но я не смогу еще раз месяц отпуска себе устроить. Значит, нужно, чтобы Остроухая сама прилетела ко мне. А вот полетит ли? Ладно, сейчас посидим, потом погощу пару дней, может, и решится все.

До кланового дворца добрались быстро, видно, роддом где-то на территории дворца находится. Очень монументальный дворец был в романском стиле, почему-то я ожидал увидеть что-то готическое, изящное. А здесь были мощные закругленные стены, довольно низкие потолки, особенно если сравнивать с дворцом Дена. Первый этаж вообще окон не имел, на втором были скорее узкие бойницы, чем окна, при этом виднелась полутораметровая толщина стен. И лишь третий последний этаж имел большие стекла. Крыша была выполнена единым куполом. Что-то подсказывает мне, что это здание выдержит прямое попадание из космоса. Похоже, что этот замок верхушка айсберга. Под ним находятся гигантские бункера, которые готовы пережить взрыв планеты. Я на секунду даже представил четко перед глазами всю оборонительную сеть, как противокосмической обороны, так и противодесантной. В такой замок попадешь, просто так назад не выйдешь. Перекроют переборками, их даже резак не спасет, просто батарей не хватит такую толщину плит резать. Я что-то в нерешительности остановился.

Вроде бы все торжественно, ничего опасного. Ковровые дорожки, выстланные до дверей. По бокам стоят гвардейцы. По бокам цветы, но что-то отдаленное из подземелий напомнило мне здесь ловушку. Ви, шедшая позади меня, ударилась мне в спину. Осмотрелась, как будто тоже что-то заподозрив. Взяла из моих рук малышку, которая по-прежнему спала. И самым наидобрейшим голосом спросила:

– Ма, а почему в парадном карауле нет моих телохранителей?

Ма, успевшая ушагать на пару метров вперед, остановилась. Недоуменно развернулась к нам.

– Пойдем, внутри все обсудим. Не будем устраивать цирк на улице.

– Не-е. Давай сейчас.

Моя остроухая явно закусила удила, и Ма прекрасно знала, что спорить бесполезно.

– Ты вроде большая девочка, и все прекрасно сама знаешь. Мы не можем выпустить тебя с ребенком. Это достояние клана.

– Ма, вообще-то это моя дочь.

– Вообще-то ты тоже моя дочь, а во-вторых, ты же знаешь, что у нее все шансы стать главой Содружества, она должна получить правильное образование.

– Я уже тебе говорила, я не дам вам программировать ребенка.

– Она должна вырасти с обязательствами перед кланом.

– Ма.

– Что?

– Дай команду, чтобы пропустили моих телохранителей, иначе я отдам приказ прорываться с боем.

– Первая кровь будет на тебе.

– Мне все равно. Я отдала своей эскадре команду «красная тревога», еще когда мы подлетали к замку.

А я-то что стою, как зритель, головой смотрю то на Ма, то на остроухую. Срочно отправил сообщение на курьер «Боевая тревога». А то экипаж поди собери, кто в борделе, кто где вертится. Ну а здесь и сейчас в тихом семейном кругу посидеть не получится уже. Даже малышка проснулась и огласила округу звонким плачем.

– Ты не посмеешь, хотя какая разница. Твои телохранители не пробьются. А вас скрутят уже сейчас.

И Ма махнула рукой. После этого жеста встречающие сразу гвардейцы пришли в движение. Что самое плохое, четверо телохранителей стояли за нашими спинами. Я, не дожидаясь развязки, выхватил палаш, который тут же начал светиться, собирая энергию и отдавая ее мне.

– А ну тихо! – я рявкнул немного сильнее, чем хотел, и добавил энергии в слова. По-моему, перестарался. Все на секунду замерли, даже малышка перестала плакать.

– Парень, не дури, ничего вам плохого не сделают. У нас стрелковое, что ты сможешь сделать с мечом?

И что делать? Последняя дуэль показала, что я один против одного еле выстою, а тут около сорока гвардейцев, правда тот один был лучший из лучших. А вот гвардейцы времени не дают, хоть и далековато от меня, но двигались вперед. И четверо телохранителей, которые позади. Ждать нельзя, задние нападут, когда передние смогут до нас достать, поэтому что? Аптечка или запасная батарея. Аптечка может пригодиться, батарея обязательно пригодится, думаю, снайпера тут есть, нужен будет защитный экран.

Рывком срываю аптечку с пояса и кидаю в середину строя гвардейцев.

– Ложись, граната! – Добавил в голос веры, что это на самом деле граната. Пока псевдограната была еще в воздухе, срываюсь к ближнему телохранителю. Что там с гвардейцами, некогда смотреть, поверили или нет, позже узнаю. Время привычно замедляется. Удар гардой, удачно, еще не обмяк, но точно свалится, ждать некогда. Я уже около второго, вплотную не успеваю, потому бью клинком плашмя. Если бы палаш был из обычной стали, давно бы согнулся. Плохо, третий достает короткоствол и отпрыгивает. Его еще достану, а вот четвертого не успеваю, ну ничего, броня выдержит выстрел, а там придется насмерть бить. Продолжая движение третьего телохранителя, достающего оружие из кобуры, перехватываю ствол и ногой вышибаю дальше телохранителя, толкая его по его же траектории движения назад. Телохранитель летит дальше, а короткоствол остался у меня в руке. Пригнулся к земле и уворачиваюсь в сторону, ожидая выстрела четвертого, но выстрела нет. Остроухая, держа на руках малышку, ударом ноги сломала четвертому колено, и пока телохранитель падал, так саданула тому по голове, что я подумал, что голова улетит. Что-то мне кажется, что этот не жилец. Молодец Ви, все-таки девять месяцев ее самообороне учили, пусть по остаточному принципу, но в учителях я уверен.

Так, а что гвардейцы? А гвардейцы повелись. Переливались силовые поля, четверо гвардейцев лежали на Ма. Остальные кучковались рядом. Все верно, главный приоритет – спасение особы, и лишь после ликвидация опасности.

– О, и у меня стрелковое появилось.

Я по-позерски стоял, направив короткоствол в сторону гвардейцев.

– И что? Ты стрелять не можешь, он заблокирован. У нас поля силовые. А мы тебя сейчас расстреляем, брось оружие, и ты останешься в живых.

Уже лучше, капитан хоть и говорил, но они не двигались, держали ту же дистанцию. Ма подняли и затолкали за свои спины. Ну и я подтолкнул Остроухую за свою спину. Узор на палаше просто сиял нестерпимо. Таких выходок от себя я не ожидал. Может, каналы энергетические расширяются, пропускная способность увеличивается, мне все легче перераспределять энергию. Вот, к примеру, сейчас я знаю, как. Но сначала я вновь изобразил дурачка.

– Да? – Я уставился на короткоствол, лежащий у меня в левой руке, посмотрел слева, справа, заглянул в дуло. – Секунду.

Я сконцентрировал энергию где-то в солнечном сплетении, пустил ее вдоль руки в ручку пистолета. Откуда я знал, как нужно делать, не знаю, интуиция или где-то в базах знания было. Но я ясно представлял схемы, куда нужно направлять поток. Меня резко тряхнуло, ну, наверное, чуть посильнее, чем Сенсей меня бьет по утрам. Тут же перед глазами появился интерфейс оружия. Это значит, что оружие взломано и подключилось к нейросети. Я как мог изобразил смех психопата.

– Хорошая штука, взбадривает. – Я вытянул руку и выстрелил вдаль. Хотя какая даль? Тут кругом стены из деревьев великанов. Попал в какое-то дерево. Оно вздрогнуло, посыпались листья. Судя по расстоянию до дерева и толщине ствола, секвойи, сила выстрела такая, что на земле танки можно пробивать. – Определенно хорошая штука, я себе оставлю такой, те, что я видел, куда слабее, у того даже отдача недетская, несмотря на все компенсаторы.

А, да. Капитан, ты не прав, стреляет, и я могу стрелять, а вы не можете, мы живыми вам нужны. И да, Ма, не вздумайте снайперам приказ отдать на уничтожение меня. У меня экран силовой и броня, может отрикошетить, останешься без дочери и внучки.

Теперь я рад, что все-таки карету нанял, хоть пустая, но она в кортеже тут стояла. Вот туда мы сейчас и пятились.

– Дикий, ты же разумный парень, подумай, ну что ты сможешь дать ребенку?

Ма зашла с другой стороны, тут я не силен, могу и проиграть. Но включилась Остроухая.

– Точно больше, чем ваши няни.

Ви вдруг встала передо мной, закрывая меня как щитом. А я, как последний террорист, прикрывался заложником с ребенком, целился из-за ее спины. Ну так все верно, в нее стрелять точно не будут. Так дело быстрее пошло.

– Капитан, отзови ту группу, что позади нас крадется, а то испугаюсь, стрелять начну. Не знаю, насколько ваших щитов хватит.

Я почувствовал жизнь, немного левее и позади кортежа двигались четыре тела. Но после моих слов остановились.

Вот и глайдер, я запрыгнул в карету, помог забраться остроухой и затемнил все окна.

– Трогай, поехали, – сказал я ошалевшему таксисту.

– К-куда?

– В космопорт.

Ну как без мелкой гадости обойтись, я крикнул в закрывающуюся дверь:

– Ма, не расстраивайся, ждем в гости. Бабушке моего ребенка мы всегда будем рады!

Ой, зря я это сказал, точно ведь прибьет.

Глайдер наконец тронулся, и мы начали набирать высоту. Минут пять у нас есть, сбивать нас точно не будут. А вот что дальше, неизвестно.

– Ви, дальше что? Не повяжут нас в космопорте?

– Выкинь стрелковое. Не должны, санкции на арест меня за день не получить. Космопорт под общим правлением кланов. Да и арестовывать меня может только дворянин не ниже моего ранга, за пять минут его не найдут.

А если найдут, я имею право вызвать его на дуэль, так как он усомнился в моей честности. Да и Ма не будет секреты из клана выносить. А это скандал, мать с дочерью в космопорту подрались, значит, в клане проблемы. А вот с оружием могут задержать, выкинь его.

Жалко, конечно, но не задумываясь открыл форточку и выкинул короткоствол.

Бам-дух, карета дернулась от удара.

– А-а-а. По нам стреляют, стабилизатор справа поврежден, – заверещал таксист.

– Успокойся, не будут больше стрелять.

До меня только дошло, какую глупость я совершил. Глайдер двигался на сверхзвуковой скорости, форточка открывалась благодаря кокону из завихрений, встречного потока не ощущалось. А вот выкинутый ствол как раз попал в эти завихрения, его вновь притянуло к корпусу, и он повредил нам стабилизатор, но вроде не критично, летим же.

– Кто мне все компенсирует? – продолжал причитать таксист.

Я перечислил ему сумму, которой хватит на новый глайдер. Еще не хватало судебных разбирательств.

– Хватит столько?

Смотрю, как-то таксист повеселел, закивал головой, даже скорость прибавил.

– Ви.

– Что?

– Почему столько много лесов, а воздух не больно кислородом насыщен? – спросил я, глядя на бескрайнее море леса.

– Тебе это обязательно знать сейчас? – ответила она, уложив малышку в специальный рюкзачок и прилаживая его к своему скафандру спереди.

– Да нет, просто вижу несоответствие, начинаю думать, почему так.

– Ну тебя и вопросы мучают, нет бы спросить, а на чем мы из космопорта улетим.

– Не знаю, может, захватим заложников?

– Ага, и станем разыскиваемыми преступниками в Содружестве, такие преступления срока давности не имеют.

– Тогда на рейсовом.

Остроухая ухмыльнулась.

– Забудь, меня там транспорт уже ждет.

– Ты у меня умница.

Я продолжил наблюдать за зеленым морем и летающими насекомыми, даже задумался о чем-то.

– Листья падают, перегнивают.

– Что?

– Листья и стволы постоянно преют в подстилке леса, забирая кислород и образуя углекислоту. Потому и кислорода не так много.

– А-а-аа. Но…

– Не но, кислорода много на планетах, где воды много, а у нас воды мало.

– Ясно, хотя…

– Все, приехали, на выход.

Рядом с нами приземлились еще два глайдера, из них вышла Ма с четырьмя телохранителями.

Причем вышла в совершенном виде, как будто пять минут назад ее никто по земле не валял. Я хотел шагать быстро, чтобы они нас не догнали, а если и догнали, то около шаттла, не раньше. Но Остроухая поймала меня за руку.

– Подожди, не показывай, что мы боимся или бежим. Все равно догонят. Не будет она здесь концерты устраивать, внутреннее дело клана, для публики закрыто.

Ну не поспоришь, я встал, приобняв Остроухую. Ма не спеша подошла, как будто ничего не было.

– Все-таки надумали лететь?

– Ты знаешь, в мыслях не было. Решение как-то спонтанно появилось, – ответила Ви, но такого контроля над эмоциями, как у ее матери, не было, потому фраза получилась немного с ехидцей.

– Подожди, телохранители твои сейчас прилетят. А вот и они.

На посадку заходил еще один глайдер.

Десять человек в броне с рейдовыми рюкзаками выстроились рядом с нами.

– Ну ладно, пока.

Ма наклонилась поцеловать Ви и что-то очень долго шептала на ухо. Если честно, меня немного настораживала такая актерская игра Ма. Со стороны посмотреть, любящая мать провожает дочь. Ни до чего не докопаешься.

Вот наконец Ма отлипла от дочери и, улыбаясь, протянула мне руку.

– Обязательно воспользуюсь твоим предложением, приеду в гости.

Я хотел поцеловать руку. – У-у-у, из глаз посыпались искры и слезы. Больно-то как! Это Ма пнула меня носком своей туфли чуть ниже коленки, знает ведь точки больные.

– Будем ждать с нетерпени-и-ием.

Все-таки голос меня подвел, когда я переместил вес тела на больную ногу. Вот же зараза мстительная. А у меня и аптечки нет, придется терпеть.

– Ну все, пока, как доберетесь, напишите.

Мы в сопровождении личных телохранителей Остроухой двинулись на посадочную площадку. Я краем глаза увидел, как бойцы запрыгивают в нанятую мной карету. Нет, все-таки зря я ее нанял. Таксист видел лишнего, навряд ли он живой останется. Хотя хочется верить, что ему просто сотрут память, блок на воспоминания поставят, или еще что. Но у Остроухой не буду спрашивать. Не просто так Ма отправила туда бойцов после того, как мы отвернулись.

Глава 38

– В какую точку мы летим, я отдам команду, чтобы мои нас встретили? – решил я взять ситуацию в свои руки.

– Держи координаты и опознавалку свой-чужой. Там нас уже мои подберут.

Ладно, ситуация в руки не дается, значит, поплывем по течению. Есть такие ситуации, когда от твоего выбора многое зависит, а есть такие, что дергайся не дергайся, все равно по течению поплывешь. Что тебе судьбой начертано, то и будет. Как будто по трубам канализационным плаваешь, сворачивать некуда, да и невозможно. Потому лучше даже не барахтаться. Но вот иногда у той трубы случаются разветвления, и тут только от тебя зависит, в какую трубу ты выберешь, чтобы дальше плыть. И вот сейчас у меня была полная уверенность, что поворот я не проспал и свернул, вот только туда или нет, еще неизвестно. И сейчас от меня мало что зависит, по бокам стенки трубы, не свернуть. Значит, пусть Остроухая дальше рулит. Хотя нет, я передал приказ капитану «Курьера» выдвигаться в заданную точку и передал все данные.

Вот теперь пошел адреналиновый отходняк, руки привычно пытались затрястись, ноги слегка ватные. А улыбка на лице пыталась растянуться. Приходилось усилием воли сдерживать. Посмотрел на Остроухую, она сидела с очень серьезным лицом, ясно, тоже улыбку сдерживает. Почему-то именно мысль про улыбку сорвала предохранитель, и улыбка растянулась, обнажив все тридцать два зуба. Это сорвало маску и с лица Ви, и она взорвалась смехом.

– Что дальше-то делать? – уже чуть не плача спросила она. Правильно, после такого то в смех, то в плач кидает практически сразу.

Вопрос явно риторический, и ответа от меня не ждали, ждали поддержки. Это хорошо в фильмах смотреть, как с родными обрывают связи. А в жизни это очень печально, какая бы мать ни была, она все делает из лучших побуждений, опыта у родителей всегда больше, и они видят, как будет лучше, и пытаются сделать, опираясь на свой опыт. Винить мать за это не стоит. Я прекрасно понимаю, каково сейчас моей Остроухой, говорить, утешать словами тут бесполезно, потому отстегнулся от кресла и подошел вплотную к креслу Ви. Хоть шаттл маневрировал, и его иногда бросало из стороны в сторону, сел на пол, обнял за ноги и положил голову ей на колени.

– Прорвемся.

Остроухая меня потрепала за ежик волос.

– Какой у тебя волос жесткий. Говорят, какой волос, такой и характер, а у тебя волос прямой и жесткий.

– Наверно, врут.

– А все таки, что делать-то?

Ви бросила взгляд на обзорный экран, мы двигались в сторону трех светящихся звездочек.

– Поехали ко мне.

Ви просто усмехнулась на мои слова.

– Представляешь, сколько лететь? Сейчас Ма все усилия приложит, чтобы мы как можно дольше в Содружестве оставались. Она снимет с моей эскадры военный статус. Да и что мы делать будем? На огороде воспитывать дочь?

– А, да, забыл, у меня на корабле дипломатический статус установлен. Полетели на нем.

– Как? У меня Деда не может такой статус выбить… Но нет, на курьере лететь слишком опасно, нас с тобой на границах будут ждать, вот увидишь.

На обзорном экране три звездочки увеличились до размеров линкора и двух эсминцев. Решение пришло моментально.

– Я снимаю статус со своего курьера и вешаю на одного из эсминцев.

– Почему на эсминец, а не на линкор?

– Потому что на границе нас встретит моя эскадра, линкор там есть, а вот эсминца нет, вдруг истребителей кто притащит.

– Хороший план, но эсминец тебе не принадлежит, по закону ты не можешь его оформить как дипломатический.

Я на секунду задумался, наблюдая, как шаттл двигается вдоль громадной туши линкора, заходя на посадку.

– Так выходи за меня, я вроде все твои условия выполнил.

– А вот, кстати, давай-ка поподробнее рассказывай, откуда у тебя линкоры и возможности наделять корабли дипломатическими статусами.

– Ну, сейчас прилетим, и расскажу, видишь, на посадку заходим.

– Нет, ты расскажешь сейчас.

Шаттл коснулся пола линкора, как обычно посадка была в автоматическом режиме, а это обязательный толчок, сейчас он был сильнее, чем обычно. А я не пристегнутый на полу сижу, от удара меня откинуло от кресла, и я заскользил на пятой точке до ближайшей стены, довольно больно приложившись боком и больной коленкой. А может, это меня спасет от расспросов? Я картинно уронил руки и стек по стене на пол. Кажется, снова переиграл.

Остроухая уселась на меня сверху и, склонившись к уху, сказала:

– Не симулируй, я прекрасно чувствую твое состояние. Пока не расскажешь, мы не выйдем отсюда.

Я рассказал в двух словах, меня заставили рассказывать подробнее. Рассказал подробнее. За время рассказа кто-то пытался попасть к нам в рубку, видно было, что Ви отмахивалась от сообщений и слушала меня не перебивая, правда до момента «все бросил и полетел к тебе».

– Ты серьезно, только захватил власть и улетел ко мне?

– Ну не совсем захватывал, ну скажем, так само получилось, а что?

Что-то я думал, что меня сейчас похвалят, какой я молодец.

– …ты чем думаешь? Срочно полетели обратно.

Нет, об этом я только мечтал, только вот и я озвучил вопрос.

– Что не так-то?

– Ты же главные правила правителя изучал, да они даже без изучения на любой планете выведены, должен же знать. Ну-ка ответь, какое первое правило?

– Ну чем дольше правишь, тем легче править.

– Правильно, а первый год это постоянная борьба за удержание власти. Тебя будут отторгать все, и знать, и народ. Ты пока чужеродное вещество в организме общества. Оно привыкло к старой власти, нужно время, чтобы общество привыкло к тебе. Сколько ты отсутствуешь?

– Полмесяца.

– Блин, три дня здесь, почти месяц дорога, может успеем, ты там пока как герой, должны успеть.

– Почему месяц назад дорога?

– Ты что, хочешь с малышкой безостановочно в кольца прыгать?

– Не подумал.

– Меня удивляет, что ты о чем-то думаешь. Вставай давай, развалился, дел полно.

– Да у меня нет дел.

– А мясо?

– А что мясо? Я попробовал сдать его в ресторан, меня послали.

– Ты сам понес?

– Да.

– А курьеров нанять не пробовал? Да как у таких, как ты, получается, вот вроде все знаешь, все умеешь. Но элементарные вещи…

Ви махнула в сердцах рукой. Ну да, признаю, есть такой косяк за мной, что-то глобальное и хитросплетенное вижу издалека, и вижу красивые ходы. А вот что-то очевидное и простое, тут всегда прокалываюсь. Я притянул Ви к себе, закрывая поток ругани поцелуем.

– Потому что я хороший.

Ночь проспали замечательно, Малышка спала спокойно, Ви вставала вроде пару раз покормить, но я даже не слышал.

Утро следующего дня началось почти стандартно. Только я вскочил с одной стороны кровати, натягивая броню, Остроухая с другой, натягивая свой комбинезон.

– Ты куда? – ловко запрыгивая в штанину, спросил я.

– Заниматься, – еще ловчее, чем я, натягивая комбез, коротко ответила Ви, чтобы не сбивать дыхания.

– А разве не на девять месяцев у тебя обучение было?

Я совершил ошибку, задавая такие длинные вопросы. Остроухая выпорхнула из каюты и убежала занимать навороченный тренажер, он был тут один, и мне придется бегать на обычной беговой дорожке. Ну и конечно же я получил палкой от Сенсея, за промедление.

– Даже не надейся, думал, год пройдет, спать будешь до обеда?

– Ну…

Я получил подбадривающий заряд, мотивирующий быстрее выскочить из каюты.

– Пока из вас мастеров не сделаю, не отвяжусь, не надейтесь.

За завтраком я узнал, что и для Остроухой было полной неожиданностью, что обучение не закончено. А еще я узнал, что у нас через два часа роспись. Ну не скажу, что это для меня неожиданность, вроде сам предложил, но было неожиданностью, что так скоро.

Церемония бракосочетания Ви выбрала на планете, в центральном храме. Хоть я был и иноверцем, но местные религии считали, что бог един, лишь веры разные, потому противоречий не было. Второй вопрос, по безопасности, Ви отмела сразу, бракосочетание дело публичное. А Ма прекрасно понимала, что прознай другие кланы о наших секретах, то не только я пойду на опыты, но и ее дочь, и ее внучка. Ви даже объяснила ей ситуацию с моими проблемами, и она обещала не снимать военного статуса с кораблей, поэтому полетим всей эскадрой, нам все равно быстрее не долететь, из-за малышки остановки нужны.

Центральный храм ничем не удивил. Как я его себе представлял, таким он и выглядел. Огромное помпезное сооружение. С множеством барельефов и витражей. Церемония тоже была так себе. Гигантская очередь перед входом, одни зашли и почти сразу следующие заходят. Минут пять-десять на все про все. Внутри очередь делилась на разные коридоры, видно, что не один батюшка тут расписывает. Я так предполагаю, тут центральный храм, поэтому и живой даже не батюшка, а обычный клерк сидит, который с порога усталым голосом просит переслать личные данные. Хотя запрос пришел автоматически, как только мы порог переступили, и нам осталось только подтвердить. Думаю, в остальных храмах все полностью автоматически происходит. Вот подошла и наша очередь, мы с двумя телохранителями вошли в храм. Музыка играла постоянно. Специально для нас ее никто не включал.

– Жены еще есть?

– Есть.

– В Содружестве?

– Нет.

– Контракт заключать будете?

– Нет.

– Тогда, объявляю вас мужем и женой, проходите, не задерживайте очередь. Данные в ваших личных карточках изменены автоматически. Проходите, проходите, не задерживайте, сегодня вон какой наплыв.

Вот на выходе, который был на противоположной стороне храма, молодоженов встречали гости и журналисты. При том группки встречающих стояли разрозненно, нередко сразу с глайдерами. Огромная площадь, занятая людьми и техникой. Это без прикрас самая большая площадь без леса на этой планете, и кстати, через которую пешком идти приходится до встречающих. Хотя эта сторона храма сильно отличалась от той, через которую заходили, и больше похожа на торжественную.

– И из-за этого сюда летят со всех ваших планет, чтобы пару часов потолкаться в очереди, а потом получить пенделя для ускорения, чтобы очередь не задерживать.

– Ничего ты не понимаешь. Как будто у вас не так.

И Ви потянула меня к группе встречающих.

– У нас не так, у нас хоть музыку включают для каждого.

– Да ладно? Для каждого свою?

– Нет, одну и ту же, но для каждого включают с начала.

– Не понимаю, для чего, но подробно расскажешь как-нибудь, а лучше покажешь.

Нас перебил шум встречающих, из ворот храма вышла следующая пара, и, по-моему, самая большая группа встречающих начала весело улюлюкать. Похоже, это экипаж какого-то корабля, потому что одеты все были в одну униформу.

Нас же встретила Ма, с небольшой делегацией, спросила, не передумали ли мы. И сказала, что всю эту делегацию нужно брать с собой. Оказывается, это не гости, оказывается, это няньки, учителя и врачи, специально отобранные для нашей дочери. Также медицинское, и образовательное оборудование уже грузится на наш линкор. Ну здорово, от оборудования я точно не откажусь, потому от души сказал спасибо.

Ну и все, нас, точнее меня, тут ничего больше не задерживает. Ну практически ничего, пару контейнеров личных вещей Остроухой, которые все никак не могли доставить, не в счет. Наконец-то двигаем отсюда. С курьера, правда, я снял дипломатический статус, пусть по специальности работает, развозит образцы продукции по Содружеству.

А мы же назад летели со щадящим графиком прыжков, тот график, к слову, разработал медик, которого нам Ма подсунула. Причем график был рваный, один день могли постоянно прыгать, другой равномерно через определенные промежутки времени, а мог быть полностью день отдыха. Снова пошли дни в замкнутом пространстве, не скажу, чтобы они потянулись, ведь рядом была Ви. И нет, не то что вы подумали, скрашивало наше заточение, хотя не без того. Очень много разговаривали, я рассказывал, что происходило со мной. Она рассказывала, что происходило с ней. Причем мы делились друг с другом историями из всей жизни, а не только из последнего полгода, я чаще рассказывал истории о жизни на Земле, а Ви о своем детстве.

Прыжки совершенно не напрягали, я не знаю, какой логикой пользовался медик, заставляя нас так прыгать, но было действительно комфортно. Да и время было иногда заглядывать на местные станции, только скучновато на них было. Обычно приходилось попадать в вип-зоны, а мне там было как-то не очень, людей мало, нормальных людей еще меньше. Если с Ви и выходили, то у нас была обязательная программа, это заведение общепита, а после магазины, торгующие предметами искусства, сюда Остроухая ходила, в надежде увидеть что-нибудь интересное, но, как правило, выходила ругаясь на безвкусицу. Я же ходил сюда прицепом, терпеливо рассматривая картины, статуи и голограммы. А вот дальше шли в антикварные лавки, тут мы уже вместе искали что-нибудь интересное. Не скажу, что совсем интересного не было. Не было интересного за нормальную цену.

Потолкаться в общие отсеки торговых станций мы тоже, конечно, ходили. Но нас не отпускали наши телохранители без отряда из шести бойцов. Которые шли снежинкой вокруг нас. Гена спелся с начальником охраны Ви, и они совместно несли вахты. А вот какое гуляние может быть, если вокруг тебя оцепление, которое расталкивает обывателей, не знаю как кому, но нам с Остроухой было неудобно перед людьми на станции. И по той причине мы старались не гулять там.

Отдельно хочу рассказать о малышке, любой, кто имеет детей, знает, что такое личное время. Вернее, те, кто еще не завел детей, даже не представляют, что у них есть личное время, а вот как появляется маленькое орущее счастье, то сразу начинают понимать, что времени просто посидеть и потаращиться в коммуникатор больше нет. Так и у нас много времени стало уходить на малышку. Хотя покривлю душой, что время уходило всё. Ведь у нас был штат нянек. Хорошая штука няньки. Можно было, конечно, все на них свалить, но ревность, что ли, какая-то заставляла чаще заниматься ребенком, особенно Ви не отходила от нее. И правильно, а то неизвестно, кого ребенок назовет мамой, няньку или Ви. И кстати, успокоить малышку могла только Ви.

Первую неделя прошла в спорах, как назвать ребенка. Я, конечно, тоже предлагал имена. Но даже не пытался отстаивать свои версии. По-моему, Остроухая предлагала так же. Ну единственное, что я пытался отстоять, называть просто Малышкой. Мое предложение Ви почему-то восприняла в штыки. Нет и все.

– Да ну, почему нет?

– Просто нет.

– Ну объясни.

– Вот вырастет, займет должность высокую, а у нее имя Малышка. Нет!

– Ну давай Малышка на вашем языке.

– Нет!

– Ну на нашем.

– Никто не выговорит это имя. И нет!

Ну и похожие споры у нас проходили до тех пор, пока кто-то не начинал закипать, при этом мы молча откладывали вопрос на завтра. А завтра начиналось все сначала. Я бы, честно, уже согласился на те первые имена, что предлагала Ви, но я их не мог запомнить, а те ее варианты, что она предлагала сейчас, были не просто слова, а набор щелкающих звуков. Ну пусть хоть как назовет на стандартном, и я соглашусь. Ну вернее, думал, что соглашусь, но не думал, что Ви додумается до слова «Дражайшая». Оказывается, это у них распространенное имя, и ничего такого зазорного в том нет, но я такое просто не пропущу. В общем, я вновь был против. На мои предложение типа Солнышко тоже шквал критики.

Дошло до того, что Ви сказала:

– Осталось два дня. Если мы не дадим имя в этот срок, то плохая примета, сегодня обязательно нужно дать имя. Потому никуда не пойдем, пока не назовем.

Ожидался большой спор. Не страшно, я решил, что уступлю, я все-таки поумнее чуть, значит, первым в споре уступать должен, так меня мать учила, когда я спорил с младшей сестренкой. Тогда это работало, и сейчас должно сработать. Я себя настроил уступить всему, я уже на все согласен был, но Остроухая выдала вообще непереводимый вариант.

– Я всю ночь не спала и решила, что хочу назвать Воскресшая.

Я чуть не подавился.

– Тьфу на тебя, чего тебе в голову только не лезет.

– Пусть это даже будет на вашем языке, как это звучит?

– На нашем плохо звучит. Очень плохо.

– Тогда на древнем.

– Нет, на древнем тоже плохо.

– Произнеси.

Я, чтоб отвязалась, на автомате начал произносить:

– Анастас…

И осекся, пронзенный догадкой. Пусть слога произносились с большим акцентом, но это имя Анастасия, и по-моему, даже на Земле это обозначает возрожденная.

– Ты чего замолчал?

– Есть у меня имя, только оно обозначает возрожденная, а не воскресшая.

– Давай, так даже лучше.

– Анастасия.

– Анастасия, – повторила Ви очень четко, совершенно спокойно, без коверканья звуков. – Ты знаешь, а оно ей подходит. Как сокращенно? Настя, Настенька.

Я уставился на Остроухую, то она не может выговорить даже звук «А», а теперь свободно произнесла имя, даже производные узнала откуда-то.

– Что? – делано встрепенулась она.

– Базу по языку себе залила? – спросил я на русском.

– Если бы знал, какую дорогую, – ответила Ви по-русски. Как приятно это было слышать, я даже притянул и прижал Остроухую к себе.

– Зачем тебе это?

Я ведь знал, что объем импланта памяти не бесконечен, и подряд все базы учить могут только те, у кого древний имплант, как у меня. Значит, Ви пожертвовала чем-то ради меня.

– Хотела знать, что за заклинания ты говоришь, когда мизинцем ноги об углы ударяешься. Ладно, хватит о нас, так называем Анастасией?

– Ты знаешь, это имя ей действительно подходит, но, что ты так резко на Возрожденной стала настаивать?

– Считай, мне сон приснился. Содружество не всегда конфедерацией было, одно время по праву, считающимся золотым, это была империя, и управляла ею императрица. Вот в честь нее так и назовем.

– Все, оформляю официальные документы, не отвлекай.

Если честно, как будто мешок с плеч упал, такое дело сделали.

Еще одно дело, которое так у меня толком и не выходило, а именно проникновение в астрал. На планетах почему-то худо-бедно получалось, а в пустоте ни в какую. По-моему, моя уверенность, что когда-нибудь получится, сменилось уверенностью, что это не каждому дано, и я в этом деле достиг потолка. А если быть совсем честным, то мне это стало не интересно.

Но если бы все было так просто.

И вот вчера Сенсей вызвал меня на серьезный разговор.

– За леность и праздность объявляю тебе выговор. Если за три дня не выйдешь в астрал, я признаю, что ошибся в тебе, и тебя отчислю. Дальнейшее обучение без этого бесполезно.

На миг появилась радость, наконец-то как нормальный человек вставать буду, обрасту жирком. Но это лишь на миг.

– Подскажите путь, – немного витиевато, но главное не в лоб, я попросил помощи.

– Ты должен найти пути сам. На три дня освобождаешься от тренировок. Да, и от еды. Закрывайся в темной комнате и пробуй. Найдешь меня, а не найдешь, то прощай.

Ну какую-никакую подсказку я получил. Терять учителя очень не хотелось.

Объяснив Остроухой, что того требует обучение, закрылся в местном карцере, без еды воды и освещения на трое суток. Замок выставил так, что он автоматически откроется только через три дня. Никто его, даже я сам, открыть не сможет. Итак, приступим.

Какая красота, никаких проблем, тишина, местные звуки сюда не доходят. Едва уловимая вибрация, так она только успокаивает.

В общем, я продрых часов пятнадцать, а теперь пялился в полнейшую темноту. Ну хочешь не хочешь, а заниматься нужно. А что мне известно о медитациях? Да толком ничего. Если меня и выкидывало в астрал, то, наверное, не благодаря моим усилиям. Я знал, что нужно делать, чтобы удержаться там, а что делать, чтобы попасть туда, я не знал. Ну были, конечно, какие-то обрывки знаний от йогов, различных методик, ключей и других развлекательных программ по ТВ.

Так вот что я понял, что для того чтобы удержаться в астрале, нужны постоянные действия и ощущения, действия обманывают встроенную защиту моей души или духа. Есть ощущение, что что-то происходит, дух не понимает, что находится не в теле, отклик есть. Как только ничего не происходит, сразу автоматические системы кричат «аларм», и дух возвращается в тело. Значит, чтобы выйти из тела, мне нужно перестать получать отклик из тела, и заместить этот отклик откликом духа напрямую. Говоря проще, нужно максимально расслабиться. Что-то вспомнилось, вроде из йоги. Максимально напрягаю левую ногу до колена, расслабляю, теперь правую. Теперь левую ногу целиком напрягаю, резко расслабляю. Теперь левую так же. Помогает? Вроде помогает, ноги тяжелеют. Теперь так же с руками. Теперь, чтобы расслабить живот, полный вдох животом и резкий выдох. Теперь полный вдох грудью, резкий выдох. Хорошо, вроде помогает, тело наливается тяжестью. Начинаю ощущать тонкие ниточки энергии, пронизывающие мир, в какой-то момент ощущение полета и легкости. Все тело легкое, но я продолжаю лежать. Чувствую, кто и где из экипажа бродит. Понимаю, что все это не важно, и так должно получиться. Концентрируюсь на теле. Кажется, где-то в тот момент я должен был вывалиться из тела. Но нет, ничего не происходит. И сколько лежать? Пролежал не знаю сколько, но долго.

Попробую другой метод, вытягиваю обе руки перед собой. Обычно это стоя делается, но я решил лежа.

Бам. Упало что-то мягкое на грудь. Странно, тут ничего нет, чтобы упасть могло. Крысы? Я продолжал держать обе руки вытянутыми перед собой. Да ну нафиг. Медитации медитациями, а потенциальная крыса на груди покоя не даст. Поэтому ненадолго прервемся. Левую руку оставил вытянутую перед собой, а правой начал ощупывать то, что упало мне на грудь. Так, непонятно. Это рука, теплая и мягкая. Откуда тут чья-то рука? Я начал вскакивать с кровати, откидывая подальше правой рукой с груди чужую руку. А она оказалась привязана к моему плечу, сделала полет по дуге и абсолютно не больно ударилась о стену карцера, хотя и довольно сильно.

У-у-у, блин, это оказалась моя рука, просто я ее не чувствую, все равно как «отлежал». А как же та рука, что ощущаю и держу перед собой? Только подумал о ней, как она растворилась, а та, что ударилась, начала ныть. Ну перенервничал немного, испугался, часто вам на грудь чужие руки падают? Вот и зашвырнул что было мочи.

Ох уж эти игры с разумом, точно дураком станешь, а может, и уже стал. Ясно одно, это пограничные состояния, когда перестаешь чувствовать свое тело. Хотя тут до меня дошло. Я давно вышел в астрал, просто лежал там точно так же, как и в теле. Вот и новая проблема, нужно еще как-то понять: или я просто лежу, или лежу уже в астрале.

Осмотрел руку, вроде не повреждена, сильно стукнулась, конечно, откинул-то я ее хорошо, главное целая, пальцы шевелятся. Наверное, расслабленная была, иначе точно отбил бы. Начинаем сначала.

Вот опять тело тяжелеет, я начинаю ощущать линии энергий. Хотя это важный момент, на чем концентрировать внимание. Кто концентрируется на звуке часов, кто-то на дыхании. Я на линиях. Это нужно, чтобы отвлечь внутреннюю защиту от ощущений тела. Вот она легкость, но я вновь не воспаряю. Но чувствую, что пора, сворачиваюсь с кровати. Куда? – запоздалая мысль, там же стена. Но я спокойно скатился с кровати и через стену. Получилось! Я попал в соседнюю камеру. Она была пустая, правильно, последний раз заходили на станцию дня три назад, а тут напиться негде, потому все камеры и пустовали. Стоп! Нужно контролировать свои мысли, иначе банально в них запутаюсь, и просто все перейдет в сон. Сейчас немедленно растираю лицо и тело. Ощущение такое, что себя так проявляю на пленке. Вроде бы по ощущениям все нормально и до растирания, но нет. Понимаешь, что полуспал, а сейчас реальность вместе со мной проявилась, и даже мысли четкие стали, а не полусонные. Ну что, полетаем? А куда? На Землю, конечно!

Жух! Миллионы звезд ударили ветром в лицо. И я уже вишу на орбите планеты Земля. На секунду завис от красоты, все-таки это самый красивый шарик. Стоп-стоп-стоп. Это мы уже проходили, я начал усиленно растирать подбородок, вновь пришла четкость в мысли, так, вон силовые линии Земли. А это что такое? Не знаю, как сказать, но как будто появились два дополнительных измерения, дополнительные верх и низ. Нет, не низ в плане под планетой, на самом деле тут верх-низ все равно не чувствуется. Но по отношению оси ординат верх-низ всегда есть. А появился низ от слов «куда падать». Не знаю, этого не объяснить словами, и верх от слов «куда расти». И вот, не придумав ничего лучше, как посмотреть, что там, я полетел вниз, откуда чем больше я опускался, тем больше веяло страданиями. И вот я ощутил другие сущности, навроде душ, от которых веяло такими страданиями, что я начал жалеть их. И с мой жалостью энергия стала от меня отлетать и переходить к ним. Правда, как в бездонную бочку. И я уже чуял, что отсюда мне подняться энергии если и хватит, то впритык, но сущностей было жальче. Но все же я себя пересилил и перестал жалеть не знаю кого и за что.

– А ну стоять, ты что удумал? – Это появился Сенсей. – Они тебя сейчас под ноль обглодают. Жалко ему их. Бегом отсюда. Не твое собачье дело жалеть их, жили бы нормально, не торчали бы тут. На минуту нельзя тебя без присмотра оставить, вечно находишь приключения на пятую точку.

Я вскочил в полной темноте, не совсем еще понимая, где я. А-а, я закрытый в карцере, пожрать бы. Да что пожрать, пить охота.

Ну и ладно, чуть поднакопил энергии, да еще раз пора в астрал зайти. На сей раз зайти получилось без проблем, вылетел кувырком из тела. Проявил реальность. Как попасть к Сенсею? А тут как в том фильме, мой сон, мои правила. Фр-р-р-р, мимо меня как поезд полетели двери на стене, и остановилась одна ровно напротив меня. Я вошел в нее. Сенсей сидел на полянке с прутиком.

– Молодец, я не мог ошибиться с выбором. Мозгов бы тебе, конечно, побольше.

Я не хотел оправдываться, ведь все рано полезу, если что-то неизвестное найду, или он про то, почему я вниз полез проверять, а не наверх?

– Могли бы краткий ликбез провести.

– Что? А, я не про то, то что многомерность увидел, это ты молодец, да и сам сумел остановиться, тоже молодец. Я про другое.

– А про что?

– Что ты двое суток делать в карцере будешь без воды и еды?

Сенсей засмеялся.

До меня же только сейчас доходить стало, в каком заду я очутился, ведь действительно, времени около суток прошло, двери только через двое суток откроются.

Глава 39

Сидеть в карцере оказалось сложнее, чем я думал. Блуждания по астралу не спасали, так как полчаса в астрале занимали минут пять реального времени. А дольше там пробыть у меня никак не получалось Остальное время приходилось болтаться по комнате два на полтора, и то если кровать сложить.

И вроде со всем смирился, кроме жажды, сначала было терпимо. Потом язык распух, превратившись в наждачную бумагу. Конечно, попадая в астрал, я выпивал чуть не бочку воды, но духовное и материальное не одно и то же. Потому что тело это чистая химия и физика, а духовное… в общем, духовным не напьешься. Зато сила воли тренировалась, главное мысли подальше о воде отгонять, тогда более терпимо становится. Ну и если сначала я нарезал круги по комнате, то потом осознал, что движение поглощает калории и воду в организме, поэтому старался не шевелиться.

Зато Сенсей рад был.

– Ну, раз ты в силу обстоятельств, – немного с издевкой говорил он, – ограничен в физическом движении, значит, график занятий увеличим на день и ночь. Ведь нужно догонять программу обучения, из-за своей лени ты и так сильно отстал, а обучение не может проходить однобоко.

Я молча слушал и ждал, что за задания он мне приготовит.

На самом деле сначала было легко. Первым делом упражнения шли простые: слетай по знакомым местам. Так я узнал, что с родными на Земле все хорошо. А вот в моей федерации не все спокойно.

Потом задания пошли посложнее, нужно было побывать в незнакомых местах. Например, столице какого-нибудь государства, и посмотри, какого цвета крыша на местной ратуше. Эти задания у меня никаких проблем не вызывали. Конечно же я первым делом встретил китайского деда, чтобы расспросить, почему палаш иногда своевольничает, на что получил ответ, что не нужно все на инструмент валить, всем управляю я сам. И если гвозди гнутся под молотком, в этом виноват не молоток, и даже не открытая форточка, которая сквозняк дает. В том виноват только тот, кто держит молоток.

Дальше пошло поинтереснее. Нужно было сразу в двух местах побывать одновременно, потом в трех. Получилось раздвоиться легко, на какой-то момент я даже обрадовался. Это же распараллеливание сознания. То есть можно одновременно две вещи обдумывать. Но не тут-то было, как будто закон сохранения энергии работал и в астрале. Если я двоился, то и мощности половинились. Думать-то еще и можно, но соображать уже нет. Даже окружение блеклое становилось. Если троился, то вообще думать не получалось, только наблюдать, да и то все полупрозрачным становилось.

Сейчас же у меня новое задание. На полянке была кирпичная стена и столик, за котором сидели Сенсей и китайский дед на раскладных стульчиках. На столе даже были напитки типа пива и вазочка с орешками. В такой домашней обстановке я видел их впервые. Да и первый раз видел, чтобы сполот что-то поглощал.

– Надеюсь, ты нас простишь, в нашей жизни так мало развлечений, мы тут немного отдохнем, пока ты тренируешься. Ты же не против? – спросил дедок, закидывая орешек и запивая пивом.

– Да нет, сидите.

Если бы я знал, что за развлечение будет, я бы просто так не ответил.

– Так вот, твоя задача с разбегу пробежать сквозь стену. Задание ясно?

– Да.

– Исполняй, – сказал Сенсей, отхлебывая из большой кружки.

А что тут непонятного, астрал как виртуальный мир. Я нематериальный, стена не реальная. В чем проблема? Разбегаюсь, как профессиональный прыгун в длину с затяжным прыжком. Прыг, прыг, и последний длинный прыжок сквозь стену. Бум! Из глаз вылетели искры, а из носа и рта сопли и слюни, перемешанные с кровью. Мало того, я бежал с открытом ртом, не ожидая сопротивления. Из-за этого весь рот забился кирпичной крошкой. А еще я отбил коленки и правую руку. Стена оказалась более чем реальной. Я медленно начал сползать вниз по стене, оставляя мокрый след.

За столом китайский дед и Сенсей, только отхлебнув по полному глотку из кружек, сказали синхронно «пф-ф-у» и в голос засмеялись.

– Ты прав, он превзошел мои ожидания, такого красивого прыжка я еще не видел, держи, не жалко.

И китайский дед передал какой-то кристалл Сенсею.

– Чего развалился? У тебя мало времени, боль виртуальная. Приводи себя в порядок и вперед, выполнять задание.

Легко сказать, боль виртуальная. Я думал, что и стена виртуальная.

– Э, нуэ, – только смог простонать в ответ.

– Давай-давай, соберись, тряпка, а то проснешься в реальности, а зубов нет.

Я начал тереть лицо двумя руками, усилием воли представляя, что со мной все хорошо, и не давая себе усомниться что это не так. Хоп, все получилось. Значит, и со стеной так, нужно просто верить, что пробегу. Разгон, только на этот раз я прыгнул плечом вперед, и под дружный хохот я отлетел назад. Из-за их хохота у меня внутри закипела злость. Отбегаю назад, разбег, удар, хохот еще сильнее. Врете, не возьмете, если не пробегу сквозь стену, то разнесу ее на кирпичи. Разгон, удар, я не понял, что случилось. Но я сидел на пятой точке и мотал головой. Сбоку только слышалось «уха-ха-ха». Особенно заливался китайский дед, хлопая себя по колену.

Злость нужно обуздать, иначе я только двум старым пердунам на потеху лоб себе тут буду разбивать не один день.

– Мы все слышим, – послышалось из-за стола.

Вдохнуть поглубже, выдохнуть, начать думать. Вот ведь, похоже, специально тут сидят, чтобы разозлить меня.

Я подошел к стене, вытянул руку, пытаясь протолкнуть ее сквозь стену. Никак! Почему-то физика работала и здесь. Но я как-то уже проваливался сквозь стенку, в тот первый раз. Ну-ка, я встал около стены и попытался вкрутиться в нее. Никак! Стена есть стена, кирпичная, со щербатым кирпичом, нагретым на солнце, и норками ос в швах раствора.

– Держи, – недовольный Сенсей вернул кристалл дедку.

– Не нужно с такой миной проигрывать, радоваться должен, что твой ученик меньше десяти раз лбом о стену стучался.

– Чего встал, время идет, – поторопил меня Сенсей, с нескрываемым раздражением в голосе. Похоже, он проиграл пари, а на мне отыгрывается.

Но я спешить не буду, лучше подумаю. Так что же мне помогло в тот раз пройти сквозь стену? Мыслей нет, я завис, оперевшись о стену. А тут этого делать очень не рекомендуется, иначе тебя выталкивает в реальный мир. Вот и сейчас мир начал становиться блеклым и нереальным. И я провалился сквозь стену. Сделав кувырок на лужайке с той стороны стены. Так, стоп. Что произошло? Я автоматически начал себя растирать. Так, назад вернуться… А назад никак. Так что произошло? Точно! Мир становился призрачным, переходное состояние между сном и астралом. Вот оно! Я замер, ничего не делая, погружаясь в мысли, краем глаза наблюдая за обстановкой. Руку положил на стену. Мир начал терять краски, тускнеть и становиться податливым. Рука медленно прошла сквозь стену. От того, что получилось, эмоции захлестнули через край. И мир вернул свои краски и четкость, как и стена, в которой застряла моя рука. Я начал дергать и тянуть руку изо всех сил. Из-за стены вновь послышался злорадный смех. А злорадный смех, к слову сказать, самый искренний. Нет, это так не делается. Я вновь успокоился и начал путать свои мысли, думая о небе. Не переборщить бы, а то выкинет в реальность. Мир вновь стал пластилиновый, я прошел сквозь стену. Да, пожалуй, сложность в том, чтобы удержаться в этом пограничном состоянии. Чуть сосредоточишься, мир плотность обретает, чуть расслабишься – выкидывает в реальность. А уж удержать такое состояние при разбеге очень сложно, но и от меня не требуется максимальной скорости. Я легкой трусцой побежал к стене, думая обо всем, только не концентрируясь на окружении. Даже не понял, как проскочил стену, развернулся. Если мир пластилиновый, почему бы не изменить его? Я представил арку в стене, закрыл глаза, открыл. Арка стоит. Я ущипнул себя за кисть, мир налился красками. Ну и чудно. Я прошел через арку к явно недовольным учителям. Те явно рассчитывали на более долгое представление.

– Молодец, свободен, – буркнули они, не глядя на меня, спешно выливая напиток из кружек в себя, а ведь явно планировали смаковать его. Кажется, я обломал им отдых.

Я очнулся на неудобной кровати, от которой все кости уже ломило просто невыносимо. И я не против был пробежаться. А еще я вспомнил запотевшие кружки в руках учителей, отчего язык во рту сразу начал раздуваться ватным комком. Так, стоп, все мысли под контроль, о жажде не думать.

Меня вдруг осенило, если я в астрале сделал арку в кирпичной стене, то, наверное, возможно сделать арку в стене карцера. Меня озарило, это какие возможности мне открываются, ведь так можно будет не только ломать, но и строить. Я могу такие пирамиды воздвигнуть…

Пятнадцать минут гимнастики и растяжки, чтобы тело ожило, показались вечностью, так не терпелось в астрал.

Заходить в него становилось сложнее и проще одновременно. Сложнее потому, что весь мир сопротивлялся этому. А проще потому, что у меня появлялся опыт. И опыт рос быстрее, потому я сейчас заходил туда без проблем. Раз – и я стою уже перед стеной карцера и оплавляю ее в арку. Все замечательно. Получился овальный проход. Немного пришлось сдвинуть кабеля энергошин, чтобы не произошло короткого замыкания. Теперь закрепить все, и можно в реальность. Сквозь проход видно было, что происходит в коридоре, вот спешит куда-то техник, лишь мазнул взглядом по мне и прошел дальше. Что-то не то, если бы дыра в стене была настоящая, он поднял бы панику, а так просто мимо прошел. Я на всякий случай прошел через дыру в коридор и обратно. И вернулся в реальность. Долго не решался открыть глаза, и так уже понимал, что ничего не получилось. Но надежда умирает последней. Я сел с закрытыми глазами и медленно открыл их. Нет, не получилось, стена как была целой, так и осталась. Блин, но почему так? Нужны объяснения, сам не додумаюсь.

В карцере, словно подслушав мои мысли, появился Сенсей и, прохаживаясь взад-вперед, начал урок монотонным голосом.

– Ну вот мы и подошли к самой сути занятий по астралу. Хотя вечно ты спешишь, прыгаешь через ступеньку, тебе сложнее будет понять. Но если ты подошел вплотную к этому вопросу, нужно тебе объяснять.

– Так почему так? Я же отчетливо помню, как она плавилась. Я даже строение ее знаю, могу послойно рассказать, да и места, где энергошины проходят, могу точно показать. Значит, я ее реально плавил.

– Нет, ты ее не плавил. Так называемый астрал – реальность, созданная только на вычислительных мощностях твоего мозга. – И Сенсей остановился и легонько пальцем постучал по моей черепной коробке. – Поэтому ты можешь обмануть ту реальность. Скажем так, у тебя есть доступ в момент строения астральной реальности туда, где ты можешь спокойно что-то изменить. Реальный же мир построен совсем на других вычислительных мощностях, и не в твоей голове, а главное, в момент создания реального мира ты попасть не можешь. Потому что строишь его не ты.

– А почему же мир моего мозга не отличается от реального мира? Я же не знаю, какого цвета крыша на энной планете, но я же как-то узнаю ее цвет. Или постой, на самом деле он другой?

– Нет, просто вычислительные мощности построения мира связаны с твоими. И если где-то около тебя происходит ошибка реальности, скажем, дерево упало без звука, то именно твой мозг ее исправляет. Ты услышишь звук или отвернешься от дерева. Просто поверь, все работает сообща, и есть каналы, по которым идет обмен информацией, и когда ты строишь астрал в своей голове, ты обмениваешься информацией с миром. Отсюда узнаешь цвет крыши на энной планете. Кстати, не всегда информация верна, иногда мозг может построить свой мир, к примеру, сны. Позже я научу тебя отличать реальность от вымысла.

– И как мне обмануть систему, чтобы менять реальность?

– В твоем понимании никак. Но реальность можно легко изменить руками.

– Руками такую толщину стены не перепилишь.

– Но чтобы изменить реальность, достаточно покорябать стену. Не в том суть, ты меня завел не туда, это тупиковая ветвь размышлений.

– Хорошо, я слушаю.

– Тебе нужно учиться обманывать реальность не так, чтобы производить действие, а чтобы реальность считала твой дух материальным телом. Тогда ты будешь бродить не в виртуальном астрале, созданным у тебя в голове, тогда ты будешь выходить за пределы своего мозга в реальный мир. Понял?

– Кажется, понял, так я не совершить что-то глобальное, но смогу делать простые вещи, нажать на кнопку, например.

– Верно, а еще вот что важно. Тебя смогут видеть.

– Мысль понял, не понял, почему это важно?

– Ну, во-первых, твой дух, скажем так, ничего не может, да и туповат он.

– Ну, не совсем тупой, я как-то же сообразил.

– Не перебивай! Потому что твое Я это дух плюс тело. Тело как машина для духа, рычаги. Причем не только для того, чтобы механическую работу совершать. Но это еще и вычислительная машина. Не задумывался, что без мозга ты так думать не сможешь, просто нечем будет. У тебя даже не будет такой памяти, это как из коммуникатора флешку вынуть.

– Понял, интеллект и память у духа развить можно?

– Конечно. Именно этим мы сейчас и занимаемся, чтобы твой дух умел обходиться без тела. Конечно, можно ждать многие перерождения, когда твой дух всему научится. Но тебя не будет к тому моменту в этом мире. А ты мне нужен сейчас.

– Для чего?

– А это во-вторых, тебя скоро с твоей Остроухой ждет командировка, ты должен уметь управлять федерацией издалека.

– А…

– Не акай, шуруй давай, сиди и наблюдай, как потоки энергии проходят через тело, как изменяются, когда ты совершаешь действие. Твоя задача – повторить такие же в астрале.

– Я не умею ими управлять.

– Заодно и научишься. Исполняй!

Это уже сказано тоном, не допускающим возражений, и чтобы не получить разряд, я бодро ответил:

– Есть.

Задание есть, будем исполнять. Как всегда, не все так просто, потоки энергии циркулировали через тело, разбиваясь на несколько рек и тысячи ручейков, образуя энергетические узелки. Я долго всматривался в линии силы, пытаясь найти закономерность. Нет, все запомнить нереально, тем более воссоздать. Для начала только на крупных линиях сосредоточусь. Так, это верхние энергии, а это нижние. Пусть будут инь и ян. Линии были похожи на схему московского метро с остановками. Так, а что это? Некоторые линии истончились, и до узелков энергия не доходит. Непорядок, нужно поправить. Я вмешался в поток энергии, просто увеличивая его, чтобы он пробил себе дорогу. И произошло то, чего я не ожидал, как и электричество, сильный поток энергии пробил себе новый канал в эту точку по наименьшему сопротивлению, самое страшное, что энергия пошла по другому руслу, минуя сразу несколько узелков – точек силы. Елки-палки, что-то я не то сделал, сейчас мне поплохеет. Так, уменьшаем энергию, закрываем новое русло, чтобы энергия вернулась на старый путь. Фух, вроде получилось, слабый поток пошел привычным путем. Не все простые решения применимы, простое увеличение мощности недопустимо. Значит, начинаем чистить канал, только знать бы, от чего и как. Я слегка сконцентрировал энергию на кончиках пальцев. Теперь начнем с конца, чтобы если что-то счистилось, улетало по очищенным каналам, а не забивалось в еще не очищенном месте. Итак, пробую, концентрированной энергией сначала прошел выходы из тела, потом углубился вовнутрь небольшим количеством энергии. Буквально сантиметр за сантиметром я пробивал канал, боялся, что истончатся стенки и энергия будет пробивать. Но вот прошел до определенного места, и энергия полилась в канал, как нужно, омывая все узелки. Класс! Я доволен своей работой. Теперь посмотреть, как изменяются потоки, когда я совершаю работу. Я вытянул руку и сжал и разжал пальцы.

Что? Как это возможно запомнить? Основные каналы движения я примерно запомнил, их всего одиннадцать, и они не сильно менялись при движении. Но вот мелкие ручейки буквально начинали кипеть при любом физическом движении тела. Ладно, попробую в астрале воссоздать то, что помню, хотя бы каркас.

Выход прошел без проблем, закрепился и… И ничего не происходит. В моей проекции абсолютно нет потоков, сплошной сгусток, и тот никак не изменить. Пробуем пограничное состояние, уже лучше. Потоки можно создать, но как только закрепляюсь, все линии коротят между собой. Ищут наиболее короткие пути. При этом мне становится так плохо, что словами не описать. Нет, тут нужно по-другому. А как? Опыт есть. Для начала пробую уменьшить мощность потоков, чтобы они были едва заметны. Ура, получилось! Астрал стал куда насыщеннее реальной жизни. Пока без движения, они не получались, ну не мог я воспроизвести все завихрения. Но уже охота на ком-то испытать. Появиться на Земле? Точно не нужно, пугать никого там не нужно. Тут на линкоре? Еще слухов про привидений не хватало. Сгоняю-ка я, посмотрю, чем занимается… скажем, Лер, надеюсь, она не спит, а то будет неудобно. Хоп, секундный ветер из звезд в лицо, и я рядом с Лер. Сначала я не понял, где очутился. Осмотрелся, слава богу, кабинет, а не спальня. За столом сидит Лер, откусывая от пончика в одной руке, а другой что-то набирая на галоэкране. Причем экран был мне видим. Так, что она делает? Ага, она переводит деньги на какой-то левый счет в банк Содружества. Причем сумма мизерная, десять кредитов. Осталось нажать «энтер», и сумма улетит, но Лер замерла, не решаясь. Как будто ей что-то мешает, порог, через который она не может перешагнуть. Вот ведь, опять пытается подворовывать. Вернее, пытается обойти клятву, но видно, что у нее пока ничего не выходит.

Я в полной уверенности, что меня не услышат, произнес вслух:

– Лер, Лер, похоже, тебя только могила исправит.

Лер подпрыгнула, начала жонглировать выпавшим из ее рук пончиком, наконец-то поймала, прижав его к своему комбинезону. При этом подавилась и сейчас пыталась откашляться, поворачиваясь ко мне.

– Откуда ты… кх-кх… звонишь?

Ну да, ничего умнее сказать в такой ситуации и я бы не придумал. Хотя получается, что она меня видит и слышит, если смотрит мне в глаза.

– С корабля, конечно, – озвучил я очевидную вещь, наблюдая, как потоки энергии автоматически закручиваются в мелких ручейках вдоль моего эфирного тела. О как, оказывается, это проще, чем я думал. Не нужно заворачивать каждый мелкий поток. Все делается само, главное создать каркас.

– А… кх-кх.

– Да попей воды уже.

Лер дрожащей рукой взяла стакан со стола и крупными глотками осушила стакан. Наконец самообладание к ней вернулось, и она положила пончик на стол.

– Это не то, что ты думаешь, это научный эксперимент.

Причем ни грамма сожаления в голосе, ясно, все-таки ее должность подразумевает управление людьми, а это свой отпечаток накладывает, тараторить и оправдываться, как девчонка, не будет уже.

Да и я прекрасно знаю, что лучше ее на эту должность никого не найду. Даже если святого на эту должность посажу, далеко не факт, что будет лучше. Если человек не ворует, это не значит, что может так же делать такую работу, потому что у него жилки дельца нет. И Лер, которая делец, но именно из-за этого пытается что-то спереть. Да, потери есть из-за ее воровства, но прибыль, которую она приносит, с лихвой компенсирует эти потери. Нет, ни в коем случае не агитирую воров на должности ставить, в девяноста процентах случаев просто тащить будут, без прибыли. Нужно со всех сторон ситуацию рассматривать. Поэтому я не стал развивать тему.

– Ладно, рассказывай, как у нас дела.

Вот тут Лер преобразилась, попав в свою стихию. Степенно смахнула крем с комбинезона и рассказала… вернее не так, представила мне краткий отчет о делах. В общем, все хорошо. Есть пара вопросов, которые могу решить только я. Но это подождет до возвращения, наверно, дней через десять прилетим. Торговля шла успешно, как внутренняя, так и внешняя. Даже первая партия мяса уже отгружается. И нет, не к аграфам. Паломники у посла оказались довольно влиятельными людьми. И я, оказывается, не зря им мясо просто так отдал, да и хорошо, что визитки не выкинул. Вон ведь, выстрелило совсем не там, где думал.

– А ты как мне звонишь, никак не пойму? – вывела меня из задумчивости Лер.

– А, новые технологии испытываю, – махнул я рукой. Хотя чувствую, что сильно устал. Думаю, что обычно время в астрале бежит быстрее, потому я относительно долго здесь мог находиться, а разговор был в реальности и время там бежит своим чередом.

– Какие технологии? Я даже входящий вызов не принимала.

– Как вернусь, расскажу. Ладно, пока.

Не знаю даже, успела ли она меня услышать, так как последние слова я говорил, лежа в карцере и глядя в потолок.

Ну что, здорово! Работает! Так, теперь попробовать физическое воздействие на реальный мир. Но сначала отдых.

Немного вздремнув, я ушел вновь в астрал и стал изучать строение двери карцера и ее приводов и управления. Ну что можно сказать, дверь реально толстенная. Почему не ставят такие двери в рубку? Ведь любые абордажники на ее взлом пару часов потратят, и то при хорошем оборудовании. Хотя штатную бронедверь рубки за полчаса выносят. Жалко, что связь заблокировал, а то вырезал бы эту дверь нафиг, и даже ремонтировать потом не стал бы, так сказать в назидание, эх, мечты.

Я тщательно изучил всю схему двери. Энерговоды все заизолированы, мне не удастся их просто перемкнуть. Во-первых, у меня нет такой физической силы, как у тела, во-вторых, нельзя просто так взять и перемкнуть, нужен проводник, а его у меня нет. Самому быть проводником не хочется от слова совсем, даже в призрачном состоянии, все равно не хочется.

Да и первые попавшиеся энерговоды не перемкнешь, а то меня отсюда вообще не вытащат, если перегорит все и дверь заблокируется. Но вроде бы есть на схеме такое место, где можно замкнуть, и откроется. Только вот чем? Что называется, будем искать.

Когда появляется интерес, все остальное становится незначительным. Жажда? Да тьфу на нее, тут, можно сказать, научно-исследовательский интерес, смогу или не смогу. Я начал сканировать стены и полы. Есть, есть небольшой круглый жетончик, закатившийся под откидной кроватью, размером с мелкую монетку. То что надо для перемычки.

Приступим. Я в астрале, наполняю каналы энергией, закрепляюсь, ведь быть незакрепленным здесь очень сложно, так и норовит выбросить в реальность. Вот он жетончик, кто его здесь обронил? Не иначе после попойки кто-то, тут других в карцере не бывает, военных действий аграфы не ведут. Только после увольнительной кого-нибудь пьяного здесь закроют, вот, наверное, кто-то и потерял.

Пробую поднять. Я его от пола отковырнуть не могу, может, не получится? Нет, отклик есть, это не недвижимость, чуть сдвинулся, просто сил не хватает. Жетон будто мощным магнитом к полу примагничен. Раздирая ногти, пытаюсь оторвать жетон от пола. Есть, поддался, чуть оторвался от земли, появилась щелочка. Я тут же подсовываю туда пальцы, второго шанса не будет, упадет, и просто сил не хватит приподнять. В реальности ногти оторвал бы. Вот перевалил жетон на ладошку, тянет к полу, словно магнит хороший, может, от пола оторву, и как от магнита, чем дальше, тем легче будет? Да нет, это не магнит, вес слишком тяжелый для меня. Килограммов двадцать, не меньше. Хорошо, когда предмет большой, а еще лучше с ручками, его ухватить можно, а это маленький кругляшок, который подцепить нечем.

Кое-как дотащил до стены. Вновь очевидная проблема, стены-то для меня реальные, непроницаемые. А мне нужно в толщу стены попасть. Значит, нужно в переходное состояние выходить. Но тогда жетон не подниму. Что делать-то? Понимание, что это сделать невозможно, приходит очень медленно. Но если нельзя сделать так, но должен быть другой способ.

Дверь бесшумно открылась, и резкий с непривычки свет заставил зажмуриться даже призрачные глаза. Похоже, трое суток прошли. Даже разочарование какое-то, так рано? Чуть не успел. Столько ждал, когда та дверь откроется, а сейчас думаю, почему нельзя было ей на пару часов попозже открыться?

В дверь, не смотря по сторонам, стрелой влетела Остроухая и склонилась над моим телом, а я от неожиданности замер с жетоном в вытянутых руках. Который, между прочим, для меня был очень тяжелый, так интересно было наблюдать за своим телом со стороны. Но все испортил телохранитель Ви. Он зашел в дверь небольшого помещения, в котором и так очень тесно и начал профессионально осматривать углы. Естественно, сразу заметил меня полупрозрачного и направил на меня ствол парализатора, но выстрелить не успел.

Я очнулся в теле ровно в тот момент, когда меня перестали трясти и залепили мне пощечину, довольно больную. Упавший жетончик зазвенел по полу. Остроухая резко развернулась на звук, я тоже посмотрел в ту сторону. Вроде бы нечего необычного, Ви, похоже, объяснила причину звона телохранителем, поэтому вновь склонилась надо мной. Вот только телохранитель был немного бледнее, чем обычно, и очень подозрительно поглядывал на меня. Сразу после того как Ви вновь отвернулась ко мне, он начертил в воздухе три круга. Казалось бы, цвет аграфской расы, в телохранители абы кого аграфы не набирали, скорей всего из благородной семьи, воин, спортсмен, обязательно получил хорошее аграфское образование И на тебе, крестится, пусть не крестится, но согласно своей религии круги рисует, да и шепчет заклинания или молитвы какие-то. Подумаешь, всего-то меня полупрозрачного увидел. Кажется, он меня теперь до конца жизни бояться будет, да и ладно, пусть боится, лишь бы Ви от меня не спасал. Может, улыбнуться ему как-нибудь по-демонски? Или это уже перебор будет?

Вторая пощечина вернула к реальности.

– Все, все, очнулся, – запротестовал я против избиения.

– Все нормально с тобой?

Я молча притянул Ви к себе для поцелуя. Конечно, она один поцелуй мне позволила, а вот потом вырвалась. Да и ладно, у меня была другая цель, чтобы притянуть Ви, – малая фляжка, которая висела на поясе у Остроухой. Пока я целовал Ви, сумел отстегнуть фляжку, и сейчас она осталась у меня в руке, и я с жадностью припал к ней. По ощущениям, вода пролетела, даже не смочив горло, только живот полный, выпил бы еще, но некуда, да и воды осталось грамм сто всего.

– Давай приводи себя в порядок, мы к Дену приглашены, у нас мало времени. И так из-за твоей выходки шесть часов в его системе висим, ждем, когда ты в свое удовольствие назанимаешься.

– Все, бегу.

И залил в себя последнюю воду. Облегчения это не принесло, только новые страдания, желудок, кажется, разрывался от залитой воды.

Глава 40

Ден встретил нас перед огромными воротами своего замка. Я еще раз поразился величию этого сооружения. Вот замок так замок, чувствуешь себя настоящей букашкой, не то что у аграфов замки-крепости, в которых чувствуешь себя, как в землянке, хотя внутрь замка я так и не попал.

– А, рад вас видеть вместе, пойдемте, расскажете, как дела. Как наследница? Да кое-что обсудить нужно.

Почти час мы беззаботно разговаривали ни о чем, просто сидели на полянке и травили байки. Каму как, а мне приходилось сдерживать себя, чтобы не нажраться, а то после трехдневного поста как бы кишки не скрутило. Но вот напиться я все еще не мог, вода не лезла уже, а вот различных соков я влил в себя столько, что булькало в ушах. В начале второго часа посиделок Ден позвал к себе в кабинет, поговорить с глазу на глаз. Естественно, к тому моменту начал давить мочевой пузырь. И я сильно беспокоился, что если задержимся, то поведу себя некрасиво, постоянно отбегая. Но сильно не задержались, всего парой фраз перекинулись.

– Так понимаю, скоро ты начнешь расширяться, поглощая пиратские баронства?

– Ну, так вынуждаете.

– Ладно, это лирика. Как хочешь, но баронство Малуна месяц не трогай, у тебя есть еще что позавоевывать. Так что не я, а все государства Артран просит у тебя месяц.

– Да понял, даже по прикидкам до него раньше месяца руки не дойдут, но все меняется. Давай так, если мне приспичит захватывать Малуна, я с тобой связываюсь, обсудим это дело.

– Добро. По другим вопросам, я так понимаю, сырья от тебя больше не ждать.

– Если честно, металл просто необходим, могу мизер выделить, но и его скоро перекрою.

– Понятно, значит, обеспечивай изделиями. Потянешь?

Предложение, конечно, хорошее. Вот только бывает, кусок откусишь, а прожевать не сможешь, можно и подавиться.

– Еще сам не знаю. Запрос, что, сколько и как быстро нужно, высылайте Лер. Уточню, отпишусь.

– Ну все, пойдем на полянку. Только про месяц не забудь.

Чего ему сдался этот Малун?. Скорее всего, вывозят что-то или кого-то. В общем, лучше не знать. Да и не было в планах на месяц у меня на того Малуна нападать. У меня дней десять, чтобы вернуться, десять дней на подготовку и восемь дней до того баронства лететь. Тут если только срочно все бросать и идти воевать. А у меня планы другие на ближайшие полгода, и то строить, а не воевать.

У Дена пробыли недолго, пару часов, и нужно двигать дальше. График не только у нас, но и у Дена. Попрощались и в путь.

Вот и последние гиперворота, а дальше только своим ходом полетим. До границ один прыжок, а за границей Содружества уже ждала меня Мар с эскадрой из двух линкоров и шести корветов, плюс два гражданских грузовика, на которые было загружено шесть звеньев истребителей и топливо для них. Это уже серьезная сила в этом секторе галактики. А если присоединимся мы, то будет три линкора, два эсминца и шесть корветов. Против такой силы тут точно никому нечего противопоставить. А если учесть, что линкор и эсминцы Остроухой последнего поколения, да еще аграфской постройки… Мои линкоры, правда, были старого поколения, а один так вообще без главного калибра.

На всякий случай я в астрале облетел систему, в которой мы выйдем из гиперпространства. Ничего подозрительного.

Теперь явиться к Мар и уточнить детали. Такие, как точка нашего выхода, иначе в разных углах системы окажемся, а нас тут и подловят. Вновь выхожу в астрал и являюсь полупрозрачным перед Мар. Надеюсь, она не в кровати. Хотя лучше бы в кровати, чем в рубке, где полно народу.

Мар оказалась в кровати, слава богу одна.

– Мар, просыпайся. Времени нет.

Мар вскочила на кровати, уставилась на меня с спросонья, ничего не соображая. Так, нужно быстрее объяснять, пока креститься не начала или стрелять.

– Не пугайся, новый вид спецсвязи, который невозможно подслушать.

– Дикий?

– Да, я. Проснулась?

– Где мы с тобой впервые встретились?

Правильный вопрос, вдруг это не я, а кто-то использует мою голограмму, пытается вытянуть секреты.

Мне пришлось отвечать на несколько вопросов, прежде чем Мар поверила, что я это я.

– Давай открывай карту.

Мар открыла карту. Я показал координаты выхода нашей эскадры и назвал время. У Мар есть опыт управления звеньями истребителей. А вот эскадрой с линкорами она не управляла. Поэтому мне пришлось расставить корабли в боевой порядок, двумя группами, так чтобы, если кто вышел из гиперпространства раньше нас, попал под перекрестный огонь. Отдельно обсудили размещение истребителей, они были в транспортном положении, и разворачивать их нужно было минимум сутки, так как предстояло их заряжать и заправлять. Мало того, слишком рано тоже нельзя разворачивать. Пилотам сидеть несколько суток в кабине тоже не фонтан. Но выбора не было, это хорошо на авианосце, дзин-дзин, тревога, пилоты уселись и взлетели. А тут каждого на боте нужно подвезти, проверить все системы, запустятся или нет, потом только следующего усаживать.

– Все, Мар, не могу больше связь удерживать, сейчас пропаду. Позже свяжусь, подкорректирую расстановку и время, пока готовься.

У меня тоже мало времени осталось, скоро граница. О моей группе встречающих никто не знает, кроме Ви и меня. Шпионские игры, лучше перестраховаться.

Мне нужно позаботиться и о других встречающих, которых не просили. Потому я склонился над картами. Почему-то для большинства это просто рисунки, и что там можно увидеть? На самом деле очень многое, и есть закономерность, что чем больше смотришь, тем больше деталей видишь, причем начинаешь видеть те, которые не нарисованы.

Теперь о времени и месте возможного нападения, как рассчитать? Да очень просто, поставьте себя на место нападающего. Где? Да, разумеется, где-то на расстоянии одного прыжка от границ Содружества. Так как дальше делать засаду проблематично, маршрут может меняться в любом направлении, придется ловить уже двумя-тремя группами.

Как бы делал я? Где-нибудь в радиусе двух-трех систем разместил бы засадный отряд. Ведь точно неизвестно, в какой системе выдут из прыжка те, на кого охочусь. А дальше ждал бы информацию от наблюдателя.

Наблюдатель может быть сторонний, который находится в системе, из которой будет совершен прыжок, допустим, небольшой прогулочный корабль с разведоборудованием. Он вполне может рассчитать точку выхода по началу разгона. В таком случае нападение будет минут через пять-десять после выхода из гипера группы, на которую охотятся. Информация придет после начала разгона, а атакующим тоже нужно начинать разгон. Такой вариант развития событий предполагает большую засадную группу, ведь атакующие будут находиться в невыгодной позиции, обороняющиеся уже соберут строй, а атакующие будут обездвижены, разбросаны, смогут выйти не одновременно.

Второй вариант, когда информатор находится в группе, на которую охотятся, тогда точку выхода можно будет узнать за десять, а если повезет, то и за тридцать минут до разгона, ведь навигаторам всей группы нужно время для расчета прыжка, а по военным правилам обмен координатами происходит за десять минут до прыжка. А у нападающих все возможные прыжки давно просчитаны, во все ближайшие системы. Это дает нападающим время, чтобы выйти на десять минут раньше обороняющихся и, что называется, брать тепленькими. Второй вариант для нападающих, разумеется, предпочтительнее, но сложнее первого, так как требует больших усилий по внедрению информатора.

Конечно, возможно, что никто и не нападет. Но это разборки не мои, и даже не Остроухой. Это разборки ее семьи. Вот там уровень такой, что деньги не цель, а средство достижения цели, и их никто жалеть не будет. Опять же будь я на месте организаторов, сам не стал бы светиться, дал бы через несколько посредников заказ наемникам. За хорошие деньги желающие найдутся всегда. Потом правда посредники самоубьются или просто пропадут, и концов не найдешь. Теперь, что могут собрать наемники, если известны силы нашей эскадры? Против линкора и двух эсминцев? Конечно, набрать бы линкоров и побольше. Но обстановку в местных секторах я знаю. Как и поштучно линкоры, у кого что есть и сколько штук. Сообщения от Гоша приходят исправно. Так вот местные пиратские бароны благодаря мне сидят в своих системах и боятся вывести силы оттуда. Ведь если кто ослабит оборону, его тут же поглотит сосед. Объединяться против меня они не могут, нет лидера. В общем, информация точная, местные линкоры стоят на местах.

Значит, будут пришлые наемники, а тут тоже есть нюанс. Пираты, как я, через гиперворота прыгать не могут, а своим ходом линкоры гнать через сотни систем они точно не успеют. Значит, будут официальные наемники, которые, скажем так, серые. Эта братия мне тоже известна, я как бы официально тоже имею нашивки наемника.

Они после неудачного дела переведутся в пираты, возьмут какой-нибудь сектор под охрану, и будут всем удобны. Конечно, в Содружество доступ будет закрыт, но и без Содружества можно хорошо прожить. Денег возьмут с этого дела столько, что можно спокойно на пенсию уходить. Значит, смотрим тех, кто может.

Я закрыл карту и зашел на сайт наемников, расширенные допуски у меня есть. Так, эти ждут заказа, значит, не они. Так, у этих тоже четверть состава ждет заказа. Значит, тоже не они. У этих есть не секретные заказы, можно посмотреть, чей заказ исполняют, смотрим, охрана исследовательской станции. Значит, не они, не могут же они половиной состава уйти в пираты? Нет, точно, руководство клана потом повесят за такое. Клан целиком должен уйти. И не эти, и не эти… Ага, вот, весь состав нанят. Об операции информация закрыта. Я посмотрел далее, у всех остальных есть корабли, ожидающие найма или не на секретных операциях. На открытых операциях рейтинг хорошо поднимается, потому, если есть возможность, операции не скрывают, а подробно описывают, кого и где охраняют. Это даже отпугивает нападающих, на Земле тоже так, частенько висит на двери табличка «объект охраняется тем-то и тем-то». Как бы предполагает неприятности нападающим в будущем. Типа ты на мой объект наехал.

Так, смотрим личный состав искомого клана. Один линкор, двенадцать корветов, четыре фрегата. И один корабль десанта, где числятся почти триста абордажников. Ясно, узкоспециализированные войска, заточены на атаку. Да, такое количество корветов легко опрокинет линкор, даже последней модели. А тут еще помимо корветов линкор в усилении есть. Пусть тоже не последних поколений, но вполне займет эсминцы, пока корветы с линкором разбираются. Бой-то будет на ближних дистанциях. Корветы с его скорострельными пушками тут предпочтительнее главных дальнобойных калибров линкора. Конечно, против еще двух линкоров, шести корветов да еще тридцати истребителей это выглядит печально. Но есть фрегаты и десантный корабль. Который сразу после выхода абордажные боты отстрелит, очень и очень попортит жизнь.

И еще не факт, что они ничем не усилены со стороны, возможно, есть еще одна группа нападения. Хотя навряд ли, во-первых, свидетели клану не нужны, во-вторых, деньги хоть и средство, но их уже уходит столько, что операция будет нерентабельна. Значит, примерный состав нападающих известен.

Я вновь включил карту. Где бы я оставил эскадру дожидаться? Конечно, остановил выбор вот на той системе. Во-первых, это почти центр возможных точек перехвата. Во-вторых, это неудобная система для прыжков, ее все облетают, а значит, меньше вероятности, что кто-то случайный раскроет засаду.

А если они будут прыгать из той системы, то выходить будут из гиперпрыжка вот под таким вектором. Значит, эскадру Мар нужно расположить так и так, чтобы выходили нападающие, подставляя борта под выстрелы.

Есть еще вероятность, что кто-то наткнется на Мар, приняв ее за чью-то засаду, и быстро растрезвонит, что в этой системе кого-то ждут. И быстро всем ближайшим кораблям уйдет текстовое оповещение об опасности. Но мне и это на руку, на нас, значит, сейчас не нападут, а дальше по пути просто не успеют. Я даже подумывал сразу растрезвонить всем, что нас встречают. Но все равно побаиваюсь, вдруг все-таки найдут, чем усилить нападающих.

На самом деле, чтобы знать, что будет в будущем, не нужны никакие способности. Точно, способности, что-то я про них забыл. Да и время прошло, можно в астрал нырнуть.

Так, сразу в заинтересовавшую меня систему. А вот и красавцы. Стоят, как на учениях, строем «веретено». Крупные корабли – сердцевина, а корветы облепили их вплотную. Тоже верно, именно так бы и я стоял. Издалека любой радар покажет не множественные цели, а одну большую. Которую автоматические системы обнаружения спутают с металлическим астероидом.

Все, как я и предполагал. Один линкор, двенадцать корветов, десантный корабль и почему-то три фрегата. Так, а это что-то непонятное, любые мелочи имеют ключевое значение. Возможно, просто улетел по поручению, а возможно, и новая засада. Мне нужно найти этот фрегат. Как? Да все так же, просто хочу быть на том фрегате. Вновь появился ряд дверей, и одна остановилась около меня. Вошел, где это я? Понятно, что на фрегате, а вот где фрегат, как узнать? Я начинаю взлетать ввысь. Ба, да я в той же системе, вон построение «веретено». А фрегат стоит в кратере одной из лун газового гиганта. Для чего его здесь спрятали? Что за брошенный чемодан? Ба, да это же не чемодан, это «кошелек». Правильно, если наемники собрались в пираты, то все счета заблокируются. Потому они все перевели в легко конвертируемую валюту. Я пролетелся по трюмам, так и есть, слитки драгметаллов, камни, нейросети и базы знаний. Это мне надо! Только как сделать, чтобы он не улетел? Попробую гипердвигатель из строя вывести. А как? Ну, предмет с монетку весом я могу поднять, но до систем двигателя мне не добраться никак. Я покрутился, как лиса около кувшина, прикидывая так и так. Нет, нужно со всех сторон обдумать, а не в одной плоскости. Если фрегат спрятан, то подранки не побегут сюда, вдруг погоня увяжется. Значит, у фрегата приказ ждать тут не одну неделю, возможно, и мина на двигателе стоит, чтобы экипаж не прихватил барахлишко и не свинтил отсюда. Значит, можно спокойно разобраться там и заглянуть сюда.

Все, отдых и к Мар.

– Выход нападающих будет примерно в этой точке, с вот таким вектором. Построение, скорее всего, будет «бочка», первым выйдет линкор, принимая все возможные выстрелы, вокруг будут корветы. Поэтому группы расставляешь так и так. Первоочередные цели – десантный корабль и три корвета. Распределяешь цели так: линкоры, главный калибр ждет выхода десантного корабля. Корветы – эсминцев. Истребители сразу начинают кошмарить корветы. По линкору беспокоящий огонь одного звена истребителей, пускай орудия затыкают. Нет, нечего рисковать, хотелось бы еще линкор прибрать к рукам, но как говорят, жадность фраера сгубила. Сразу пятерку тяжелых торпед. Примерное время начала боя тебе уже известно. Все, до встречи.

– Стой. А вдруг это не они выйдут, может, у них другие цели, – Мар остановила меня.

Правильно, принимать решение об убийстве стольких людей очень сложно, и мозг ищет оправдания. Хотя бы такое, как «мне приказали» Поэтому ответственность нужно брать на себя, а не сваливать на плечи Мар.

– Приказываю открывать огонь на поражение первыми, и по любым кораблям, вышедшим в этом месте под эти вектором. Всё?

– Вопросов нет, – с благодарностью ответила Мар.

Я очнулся у себя в каюте. Что-то не так. Что? Никак не соображу, что заливается трелью значок гиперсвязи, меня кто-то вызывал на разговор. О как, даже неожиданно, кто это может быть?

Мьянго! Ну ему-то что нужно? Неужели уши арварцев здесь торчат? Нужно принять вызов, неизвестно, сколько он уже звонит, сейчас вдруг надоест и бросит, придется перезванивать. А гиперсвязь ой какая недешевая. Потому я поспешно нажал на прием.

– Буду краток. Мьянго тебя как друга просит в течение месяца захватить систему Малуна. Это не обсуждается, иначе ты больше не будешь другом Мьянго.

И отключился. Блин, краткость – сестра таланта, ни здрасьте, ни до свидания, вроде просьба, а вроде ультиматум. Это еще здесь не к месту. Не просто так Ден дал задание не нападать в течение месяца. Сдалась им эта система. Все верно, на двух стульях не усидишь, и двум враждующим странам не можешь быть одновременно другом. Нужно выбирать сторону. Но и сильного врага очень неохота под боком иметь. Вот это проблема, требующая не одного дня обдумывания, понятно, чью сторону приму. Но сейчас торговля федерации с Мьянго идет даже больше, чем с Деном. Нет, если брать мою систему, то с Деном больше, так как у нас почти граничат территории, а вот система Ера ближе к Мьянго, и с трех моих княжеств поток товара идет именно в ту сторону. Нет, определенно с Мьянго ссориться нельзя.

В каюту зашла Ви.

– Что с тобой?

– Да так, звонок «друга»…

Не успел я договорить, как вновь затрещал звонок вызова гиперсвязи. Что опять, недосказал что? Нет, это не Мьянго, это Мозгокрут. Ему-то что нужно, то ни одного звонка, то подряд два?

– Приветствую хана.

Появилась голограмма Мозгокрута, который отдавал воинское приветствие и недобро поглядывал на Ви.

– Говори быстрее и лаконичнее. А то ты меня одним звонком по миру пустишь.

Мозгокрут вновь покосился на Остроухую.

– Информация секретная.

– Говори быстрее, тебе все равно придется ей подчиняться.

– Ей? – вспылил Мозгокрут.

– Ты что, звонишь отношения выяснять? Времени другого не нашел? Да, ей, это приказ.

Мозгокрут поиграл скулами, затягивая время звонка, это начало меня немного злить.

– В системе Айдая восстание.

– Блин, – выругался я вслух, только того не хватало.

Но от меня ждут ответа, время – деньги. Жечь всех каленым железом, больше ничего на ум не приходило, хотя это неправильное решение. Тут тоже нужно обдумать, с советниками посовещаться. Но меня опередила Ви.

– Я думаю, что Айдаю нужно добровольно отдать власть и уйти на орбиту. С одним условием: его сторонники пострадать не должны, если пострадает хоть один сторонник, он вернется с войной, наводить порядок. Войска пусть оставит в лагерях, скажи, что в течение месяца эвакуируются. Предупреди, будут постоянные обстрелы и провокации. На орбите полная блокада, не выпускать ни одно судно, чтобы ворованное не вывезли. Полные инструкции текстом пришлю.

Мозгокрут жалостливо посмотрел на меня.

Я вопросительно посмотрел на Ви.

– Объясняй.

– Я тебе уже объясняла, что каждый новый правитель вызывает отвержение обществом, его все хотят скинуть. Но и для бунтарей то же правило будет действовать, они новые правители. А через пару недель вернем Айдая, и он не будет уже новым правителем. Так мы избежим резни.

Ну, в принципе, логично. Недаром на шахматной доске самая сильная фигура королева.

– Исполняй.

– Есть. И да, корабли аграфов резко покинули нашу систему пять дней назад.

Я кивнул Мозгокруту. И связь отключилась.

– Мы вылетаем за границы Содружества, и командир должен быть один. Пошли, доведешь экипажу, что командование я беру на себя.

Ви хотела что-то сказать, но как мудрая жена промолчала. Тут ее я понимаю, когда у тебя забирают командование твоей эскадрой, наверно, на месте Остроухой я бы пару слов вставил, прежде чем отдал ей командование. Но она все поняла, как надо, и молча согласилась.

А вот командир линкора совсем не скрывал негативного отношения ко мне. Командиры эсминцев абсолютно безразлично сказали «есть» и отключились. Этот же долго выделывался, прежде чем ответить «есть». Как же, благородным аграфом будет командовать примат. Пришлось зайти с ним в каптерку, так сказать, на селезенке и печенке объяснить, что выделываться он может в мирное время, в данный момент после приказа не должно пройти сотой доли секунды, прежде чем я услышу «есть». Пару раз закрепил материал, разногласий больше не было. Конечно, в будущем это может мне аукнуться. Но от него так и так подвоха ждать буду.

Ну что, разгон? Поехали.

Глава 41

Мы вышли из гипера в самой гуще событий, после выхода бортовые системы автоматически начинают сканировать все вокруг, выдавая результаты на громкий звук, эфир сразу начал разрываться от ругани пилотов истребителей и визга шифратора связи наемников. Следом пошла визуальная картинка. Первым делом я начал высматривать фрегаты и десантный корабль. Фрегаты все кувыркались мертвыми кусками железа, паря остатками атмосферы в пустоту. А вот десантного корабля не было видно, даже обломков не было. Это заставило напрячься.

Линкор наемников был поврежден и уже не мог маневрировать, значит, не мог навести главный калибр. Это плюс, а вот корветов наемников было всего минус четыре. Остальные, умело перестраиваясь, прятались за своим линкором от одной моей группы и расстреливая другую. Причем задние ряды очень слаженно отбивали атаки истребителей. Два из которых уже кружились хламом. Да, что ни говори, а у наемников видна выучка, не то что мои наспех собранные экипажи. Вроде отличная позиция, стреляй как в тире. Они даже не смогли эффект неожиданности использовать как следует. И у меня уже минус три корвета из шести, ладно хоть повреждения минимальные, наемники их не добивали, да и я бы не стал, нужно выводить из строя того, кто в тебя стреляет, а не добивать бесполезных. Все-таки командир наемников вызывает у меня уважение, ладно от огня корветов и линкоров он прикрылся, но как от истребителей смог увернуться, я почти был уверен, что они бой быстро закончат, но нет. Обученных у меня тут одно звено, и оно занималось линкором наемников. В принципе, отработали на отлично, половина торпед в цель, это просто отличный результат. Почему у других так не получилось, не знаю, скорее всего слишком рано выпустили, а теперь бесполезно летали, перезарядить торпеды было негде, а бортовая пушка слабовата.

Теперь по моим корветам и линкорам. Первая группа не могла стрелять по корветам, так как они прятались за телом линкора, причем разделиться и облететь они его не могли, так как линкор наемников постоянно их обстреливал из вспомогательных орудий. Поэтому мои корветы прятались за наш линкор первой группы.

Вторая моя группа понесла большие потери. Как я уже говорил, три корвета плавно дрейфовали в сторону от схватки, получив ускорение от попаданий. Остальные ушли за линкор, который был изначально без главного калибра.

В общем, обстановка была патовая. Только опять нюанс, десантного корабля не было. А эти мелочи ой как напрягают.

– Беру командование на себя. Первая группа, цель – линкор, истребители, не спать, только собьют щиты, ваша цель – орудия и надстройки. Вторая группа, корветы, не стрелять, оборона. Линкор вспомогательными орудиями цель обозначил, я указал тот же корвет, эсминцы – полный залп по той же цели. Главный калибр линкора – ждать, когда выйдет десантный корабль. Капитан, отвечаешь головой за то, чтобы он не успел скинуть десантные боты.

Дождался, когда загорятся маркеры подтверждения приказа.

– Залп.

Корвет наемников, на который я поставил целеуказатель, буквально засветился от попаданий и бильярдным шаром закувыркался в сторону от последнего попадания.

– Отставить всем огонь, – на общем канале приказал я.

Выстрелы прекратились. Если до нашего появления была ситуация патовая, то теперь ситуация в мою пользу, вопрос времени, когда я их перестреляю.

– Гарден, предлагаю сдаться, – назвал я по имени командира наемников.

Появилась голограмма невысокого чернявого мужчины с зализанными волосами. По законам вежливости и я включил свое отображение, которое было видно всем.

– Что взамен? – нисколько не тушуясь, с достоинством произнес он.

– Мне толковые люди нужны.

– Подумать время есть? – ответил так, словно перед девками красуется.

Значит, у него что-то припрятано, а что? Скорее всего, рассчитывает на абордажную атаку. И конечно, время тянет, ведь до появления десанта я не убиваю его людей.

– Думай быстрее, а то триста человек в пыль превращу по твоей вине, – открыл я карты, показывая, что знаю его скрытые козыри.

– Хочешь сказать, ты десантный корабль сбивать не будешь, если я тебе дам честное слово, что сдаюсь?

Гарден прекрасно знал, что если я не отдам приказ на уничтожение десантного корабля, тот отстрелит абордажные боты. И не ясно, на чьей стороне преимущество будет. Сбить их не так просто, они маневрируют, у них броня и силовое поле. А триста абордажников, пусть даже половина собьют, вполне возьмут под контроль эсминцы и линкор. Что он не сдержал слово, рассказывать может быть и будет некому.

– Стараюсь людям доверять.

Гарден делано посмотрел на часы.

– Нет! Вынужден отказать.

Я чего-то не учитываю. Задумавшись, я смотрел в глаза наемника. Почему он отправляет на явную гибель три сотни людей?

Космос засветился радужными переливами гиперперехода, и появился десантный корабль. Десантный корабль не линкор, даже не корвет. Он не имеет брони, и выстрел с главного калибра его просто сомнет как консервную банку. Для прояснения ситуации и накачивания защитного поля ему нужно время. А это время не даст ему капитан линкора, у которого основная задача ждать этот корабль. И… Выстрел ушел далеко в сторону от десантного корабля. Соответственно, тут же отделились абордажные боты и с гигантским ускорением по ломаной траектории двинулись в сторону меня. Вот что я не учел. Информатор на моем линкоре, он же предатель, это капитан линкора. Он специально сбил прицел. В доли секунды пронеслось: что я, идиот, наделал? Это хорошо, когда ты один геройствуешь, а когда за спиной малышка и Ви, совсем все плохо. Но что теперь горевать, нужно исправлять ситуацию.

– Всем огонь по ботам. Истребители, не собьете пару штук, будете иметь разговор со мной.

Очень здорово, что у меня два эсминца. Конечно, у них противоистребительное вооружение. Ракеты против брони ботов не очень действенны. Но вот координация пушек должна выручить.

Десять бронированных целей, в которых находилось по тридцать десантников, кажутся безобидными. Но не все так просто, их проектировали с учетом многовекового опыта прохождения обороны кораблей. И если бы их сбивали каждый раз хотя бы половину, было бы вообще нерентабельно их содержать. Поэтому у абордажного бота очень высокая выживаемость. Это броня, силовые поля, боты выпускают сотни фантомных, ложных целей. Да еще сложная система гравикомпенсаторов, которые позволяют почти моментально ускоряться, маневрировать и почти без тормозов лететь до цели. Если собьем пять, это большой успех будет, даже при наличии эсминцев. На большее я не рассчитываю.

– Я посмотрю, отобьешься, поговорим. Стрелять пока не будем? – заявил Гарден, складывая руки на груди.

Ему выгодно сейчас не стрелять, даже если абордажные команды высадятся на корабли, за это время мой флот успеет расстрелять его корветы. Да и мне выгодно перемирие, весь мой флот сейчас пытается сбить боты. Иначе все триста абордажников пробьются ко мне на борт.

– Не будем, смотри, не жалко.

Заключили временное джентльменское соглашение. У меня же есть долги, которые необходимо отдать немедленно. Я повернулся к улыбающемуся капитану линкора.

– Я тебе говорил, что головой отвечаешь?

Тот продолжал ехидно улыбаться, а что ему будет? Ну не доказано, что он специально промахнулся. Я даже уверен, что если будет расследование, то он не виноват будет. Да и во время боя что с ним будет? Арестуют? Так сотня-другая абордажников сейчас все исправят.

Я даже сам не понял, как все еще улыбающаяся голова покатилась под панель управления. А я сжимал начинающий разгораться палаш. Конечно, моральное состояние экипажа из-за трупа и лужи крови посреди рубки сейчас снизилось, но оно и так не блистало.

– Круто ты, – вставил комментарий Гарден.

Я не отключил общую связь, и я транслировался на всю систему. Отключить? Да пусть смотрят, так сказать, стримить буду. Сделал задержку на пять минут, чтобы не выдавать моего местоположения.

– Смотри молча, будешь отвлекать, отключу.

Я показал палашом на помощника капитана.

– Принимаешь командование. Свободный экипаж, по противоабордажному протоколу. Остальные сбивают боты. Группу защиты центральных трюмов отводи на защиту реактора, включая дронов.

– Есть.

Радует, помощник капитана куда лояльнее. Никаких лишних вопросов, центральные трюмы это основной удар абордажных команд. Гомогенную броню ворот проще всего пробить. Ведь многослойная броня корпуса слабо поддается даже вышибному резаку абордажного бота.

Я побежал в сторону лифтов, ведущих в трюмы, на бегу отдавая приказы.

– Гена и команда, за мной. Ви, бери малышку и в рубке забаррикадируйтесь. Начальник охраны Вивикритаэллелы, тащишь подопечную в рубку, хоть наручники надевай, но тащи. Ребят ставишь на подходе. Если Ви не будет в рубке, я тебя на том свете достану, ты меня знаешь. Остальные по распорядку.

Ко мне присоединился десяток Гены, и… лифты были заняты, перевозили дронов и бойцов с обороны центральных трюмов на оборону реактора. Я смотрел обстановку снаружи. Истребители пытались догнать боты. Как всегда эффективно одно звено, остальные метались за ложными целями, скорее мешая друг другу. Боты петляли сквозь взрывы ракет и тысячи трассеров, и они преодолевают сотни тысяч километров быстрее, чем мы двести метров. Да, четыре бота уже сбили. А остальные на подходе. Не все абордажники летели к линкору. Один бот добрался до эсминца, два направляются к другому, и скорей всего пробьются. Выстрелы по ним со стороны уже прекратились, иначе будут попадать по нам. А к нам на линкор основная масса, четыре бота. Это сто двадцать человек. Бегом, значит, бегом, времени нет.

– Сейчас будет касание, – услышал я голос помощника капитана.

– Принял. Включай гравитацию. Открывай коридор.

Грузовой коридор изгибаясь шел вдоль всего линкора. Мы бежали, потому я попросил включить силу тяжести. С гравитацией быстрее. И скажу честно, привычнее. Так вот, здесь хорошее место для встречи, расширение, а дальше сужение. То есть если мы тут встанем, то нападающие будут выходить на нас узкой колонной, а мы их будем встречать широким фронтом. Еще тут две автоматические турели на потолке висят. Видно, это место специально проектировалось для обороны. Здорово, конечно, но наемников слишком много, что называется завалят массой. Поэтому… Удар качнул немного пол, видно ворота вышибли, у нас совсем мало времени.

– Гена, устанавливайте переносные энергетические щиты здесь.

Что мне нравилось в Гене, никаких вопросов, споро установили экраны. Ящеры пытались разобрать места за щитами. Нет, не так, за мной. Пусть штурмующие думают, что мы сидим тут и ждем их, а сами побежали вперед до угла, из-за которого должны появиться абордажники.

– Ну-ка, подкиньте.

Мне помогли взобраться на стену, конечно, зависнуть кверху ногами на трубах под потолком было бы идеально, но высоковато прыгать оттуда, метра четыре. Так спрыгну, да ногу подверну, вот смеха будет. Здесь в стене ниша технологическая, в ней я и спрятался, она не так высоко. А у аннунаков маскировка хорошая, они вдоль стен встали, их уже не видно. Я показал светошумовую гранату.

– После очереди из гранатомета кидаем. Вы двое, близко, вы, дальше, вы, совсем далеко. Сразу работаем холодным оружием.

На лицах аннунаков появились улыбки, хоть, по-моему, там мышц мимических никогда не было. План им нравился, они всегда, как наркоманы, искали ближнего боя.

При боевой тревоге первое, что делается, это откачивается воздух из коридоров, потому звуков тут не слышно, все переговоры через внутреннюю связь, а остальных звуков нет совсем. Однако топот с характерным повизгиванием сервоприводов слышно, похоже, он настолько силен, что передается вибрацией от стены, к которой я плотно прижат своей броней.

С ходу не вылетают, остановились, молодцы. Из-за угла появился визор, это очень навороченный аналог зеркальца на длинной палке. И вылетели пара мелких разведывательных дронов, которые были тут же сбиты автоматическими турелями, визиру, кстати, тоже досталось, он улетел за угол явно разбитый.

Что они успели увидеть? Да ничего, в конце коридора стоят силовые щиты, значит, оборона выстроена в конце коридора за теми щитами. Дронов нет, дополнительных турелей нет. Вот если бы сильный огневой рубеж был, то тут было бы давление огнем. Усиленные дроны вперед пошли бы, а прикрываясь ими, установили бы переносную крупнокалиберную установку. Конечно, попортили бы линкор, а то все-таки будущий трофей, но тут или они его захватят подпорченным, или не захватят совсем.

Но в нашем случае это не требуется, огневого рубежа тут нет. Поэтому они накапливаются за углом, потом очередь из оглушающих гранат вдоль коридора, и, прикрываясь щитами, пойдут на штурм. Передние ряды бегут, прикрываясь силовыми щитами, задние прикрывают огнем, закрываясь аутентичными бронированными щитами из облегченного металла. Их основная задача – сбить турели. Мощного оружия тут не используют, ни плазменных гранат, ни винтовок. Это оружие здесь избыточно и не нужно. Вот первая группа вооружена виброклинками, как правило, это ножи, до сих пор не понимаю, почему они не вооружены более длинным клинковым оружием, а лишь виброножами. Конечно, ножички скорее почти мечи огромные. Но по сравнению с теми, с которыми ходят аристократы, то очень короткое оружие.

Второе их основное оружие это щиты, как носимые, так и встроенные в бронекостюмы. Главное подсчитать, чтобы мощности щитов было больше, чем мощности залпа обороняющихся, иначе они не добегут. Да, к слову, бронекостюм не просто так имеет приставку «броне». Он выдержит пару попаданий чего-нибудь серьезного, если носимый силовой щит потухнет. И даст время включить встроенный. Но так вооружены далеко не все, все это дорого. Поэтому только первая штурмующая группа хорошо экипирована.

Вторая группа штурмующих, прикрываясь металлическими щитами, ведет огонь на подавление огневых точек. У них амуниция послабее, но оружие посолиднее. Попробуй на месте обороняющихся постреляй вволю по энергетическим щитам первой группы, когда по тебе стреляют, естественно, ты даже не высунешься. Если учесть, что обороняющиеся это в основном экипаж, то шансов у них очень мало.

Сейчас за углом формировалось ударное ядро абордажников, из двух групп. А за ними уже побежит так называемая группа зачистки, которая куда дешевле экипирована, а значит, там и бойцы обычные новички или со слабыми имплантами. Их задача – тащить штурмовые приспособы, а также зачищать помещения, которые остались позади штурмовой группы. Иначе она может тупо попасть в окружение. Ничего не стоит такую же штурмовую группу обороняющихся спрятать в каком-нибудь помещении для хранения швабр. А потом ударить в тыл штурмовикам нападающих, когда те упрутся в линию обороны.

Последними находятся специалисты: саперы, хакеры, химики и медики. Тут тоже разнообразие и количество зависит от того, у кого какой бюджет есть содержать и охранять дополнительные группы.

А так как коридор, который ведет к рубке, один, за основной штурмовой группой соберется почти весь состав. Ну, думаю, еще одно подразделение пойдет в сторону хвоста линкора, к реакторам и двигателю. Но там, во-первых, хороший огневой рубеж выстроен, усиленный основной группой контрабордажников и дронов, перекинутых с защиты трюмов. Во-вторых, туда пойдет второй состав, а это всегда меньшее количество, менее обученные бойцы, да и экипированы они похуже. Должны и без нас справиться. Даже если и не справятся, их с ходу не возьмут, мы поможем.

Мне, кстати, на свою экипировку грех жаловаться. Хотя я и хотел Мозгокрута наказать за траты. Броня хоть и легкая, но неимоверно дорогая, можно было неплохой боевой корабль за эти деньги прикупить. А сейчас хоть премию Мозгокруту за броню выписывай, уже столько раз выручала. И сейчас порадовала. На краю интерфейса загорелось сообщение.

«Сканер обнаружил защищенную линию связи, подключиться?»

«Да». «Нет».

Конечно да. Как и думал, это вражеский канал связи. Четкие команды, кому куда передвинуться, кто чем занимается, обратный отчет. Я отдаю последнюю перед боем корректировку приказа. Трое телохранителей за мной, остальные разбираются со штурмовым ядром.

Началось!

Очередь, гранаты, словно мячики для тенниса, подпрыгивая и отскакивая от стен, полетели вдаль коридора за установленные нами переносные щиты. Я их провожать глазами не буду, нечего туда глядеть. Конечно, в нормальных костюмах есть защита от таких хлопушек, но и она затемняет забрало на секунды, что дает нападающим эти самые секунды.

Понеслось. Мы кидаем свои гранаты за угол.

Из-за угла выскакивают бойцы, они ожидают нас увидеть в конце коридора, а мы тут. Подо мной пробегают две пятерки бойцов, это самая боеспособная часть абордажников. Эти бойцы обучены на ближний бой, я их пропущу, пусть аннунаки ими занимаются, их просто так не опрокинуть, слишком долго с ними провозимся, остальные в себя придут, а у нас главное преимущество это неожиданность. Вот и группа прикрытия. У этих броня хоть и тяжелая, но неповоротливая.

В правую руку палаш, в левую игольник. Блоп, блоп. С секундной задержкой хлопают гранаты, наши и не наши. В коридоре уже смятение. Мой выход.

Лечу прямо на головы, вновь моя недоработка. Бойцы стоят, плотно прижавшись друг к другу. Как тут рубиться? Тут по головам можно спокойно идти. Наверно, так и сделаю. Но нет, поскальзываюсь и проваливаюсь до пола. Что делать, тут не размахнуться. Даю очередь игольником, не помогает, все слишком прижаты, трупы стоят, не падают. Вот кто-то очнулся и пытается схватить меня сбоку, автоматом ухожу от захвата. Секунда уходит, если я раньше рубился просто так, то теперь за моей спиной семья, мне проигрывать никак нельзя. Злость меня просто захлестывает, вырываясь за мои пределы и обескураживая противников, но этого мало, они скоро придут в себя. Решение приходит само, врубаю защитное поле на полную мощь. Полупрозрачный кокон тут же расталкивает всех на полтора метра от меня, образовывая свалку. Батареи не вечны, отключаю поле полностью. Краем глаза смотрю на индикаторы. Батареи я просадил на две трети, под выстрелы попадать мне теперь не рекомендуется, значит нужно двигаться быстрее, тем более место есть. Кручусь юлой. Замечаю, что ко мне идут две просеки, аннунаки не спят. Плюс турели подключились. Мы еще не зашли за угол, просто людская река под напором задних сама идет на нас. Турели очень помогают, понятно, у нападающих сейчас никаких щитов, и раздолье для игл, около меня иглы не летают, защитная зона, чтоб в союзников не попасть. А вот по краям коридора красный туман стоит.

Бойцы не просто идут на убой, они наемники, которые через многое прошли, вот приклад летит мне в лицо, подныриваю. Вот кто-то пытается стрелять через своих. Но это тут бесполезно, в своих же попал. Удар, удар, уход, снова удар. Становится понятно, почему у штурмовой группы абордажников короткие клинки, в такой свалке я палаш больше использую как кастет. Просто нет места им махать. А игольник вообще выкинул, мне нужна свободная рука, чтобы хватать атакующие конечности и откидывать тела.

Как меньшее число бьет большее? Да просто у одной из сторон паника, вот кто-то вопит в канал связи: «Засада, аннунаки, их тысячи!» и дальше красноречивое бульканье. На нападающих это здорово повлияло. Вопли и стоны словно прорывает, полностью забивают канал, какие там приказы. Зря я их связь не отключил, а сейчас уже не могу, просто у меня нет даже лишней доли секунды. Вот враг, что называется, дрогнул, показались спины. Которые пытались прорваться против течения нападающих, а вот уже и эти спины оборачивают течение вспять.

Вперед, недобитых аннунаки добьют. Палаш светится уже неестественно, меня распирает. Они покусились на мою семью. Вновь всю злость выпускаю в округу. Кто-то падает на колени, поднимая руки за голову. Кто-то не успел. Он только начал движение, а я не успеваю остановиться. Бывает, безоружного, который сдавался, в горячке боя ударил. Тут я понимаю, что начинаю обгонять бегущих от меня, которые бросили оружие и сейчас только ищут спасения. Да и в спину бить не очень правильно. Но меня распирала энергия, мне нужно было ее на кого-то выплеснуть.

Я встал, как бык с залитыми кровь глазами, тяжело дыша. Но гигантским усилием воли я преодолел свое желание убивать, нужно остановить бойню. Передав всю энергию в голос, я заорал на канале врагов:

– На колени, руки за голову!

Кажется, мой призыв был слышен всеми, даже теми, у кого связь была отключена.

Бегущие синхронно рухнули на колени. Причем делая это профессионально, повернувшись лицом к стене. Наверно, не раз так ставили побежденных, а может, и самим приходилось сдаваться. Наемники воюют за деньги, им можно и сдаться. Их потом выкупят в случае чего.

– Медики есть?

Трое подняли руки.

– Помогите раненым.

– Не справимся, дай еще пятерку бойцов, – попросил меня один из медиков.

– Бери. Считайте, что вы в полном составе уже работаете на меня, поэтому все, что нужно, спрашива…

И тут до меня дошло, что весь бой прошел без замедления времени, оно мне было не нужно. А сейчас время замедлилось. Я даже сначала не понял, почему. От пули или иглы увернуться невозможно. Но чисто теоретически даже вратарь не может поймать летящий мяч, так как скорость полета мяча быстрее скорости прохождения нервных импульсов от мозга до мышц. Однако вратари ловят мячи. И они их ловят не по полету мяча, а по движениям бьющего игрока. Так же и я сейчас увидел движение поднимающегося короткоствола. Куда будет выстрел, я уже знал по положению тела стреляющего. Уйдя с линии атаки, рубанул плашмя палашом. И так капитана линкора слишком опрометчиво прикончил, нужно было в контрразведку сдать, ведь много чего интересного можно было узнать, здесь я решил не повторять ошибки. Наемники так себя не вели бы, значит, смертник. И кем-то нанятый. Нужно поинтересоваться, кем. Но не судьба. Выстрел расколол череп стреляющего вместе со шлемом. Меня мотнуло, я вернулся к нормальному времени. Кто стрелял? Конечно, Гена, он не может замедлять время, но скорость реакции очень высокая, естественно, если кто-то метнулся в мою сторону, он выстрелил так быстро, как мог.

– …вай все необходимое, но бойцов спаси, – закончил я предложение.

– Это новенький. Мы его на испытательный срок взяли, – Через небольшую паузу ответил медик, видно, только сообразив, что произошло.

– Да я понял, кто командир?

Поднялась еще одна рука.

– Наверно, теперь я.

– Что с командиром?

– Еще живой, но на связь не выходит.

– Прикажи второй группе, чтоб воевать прекращали.

– Уже сделал.

– Скажи, чтоб сюда аккуратно отходили, пусть тут оружие сдадут, а то боюсь, защитники на радостях не постреляли бы сдавшихся.

Дальше минут пять раздавал указания по спасению раненых. Наполнение коридора атмосферой. Кстати, одного моего телохранителя серьезно порезали, а второго просто чиркнули. Похоже, серьезные ребята в штурмовой группе были.

А что у нас за бортом? Один эсминец еще сражался. Другой был почти захвачен, остатки экипажа забаррикадировались в рубке. Абордажники могут его взорвать в любой момент.

Пять минут задержки прошло, и видно, что Гарден увидел мой стрим, по началу боя он уже все понял. Потому отдавал приказ на канале связи абордажников:

– Ребята, сдавайтесь. Битва проиграна, протокол семь девять. Держитесь, я вас выкуплю.

И тут же сообщение от помощника капитана моего флагмана.

– Враг выкинул спасательный бот с линкора. Его подобрал корвет, и сейчас они начинают разгон на бегство из системы. Открыть огонь на поражение?

– Подожди, пусть истребители сопровождают. После приказа отстреливают двигатели. Пока ждать.

Я попытался связаться с Гарденом. Но связи не было, он даже мой стрим отключил. Просто так бежать он тоже не мог, прекрасно понимает, что в течение часа он прекрасная мишень, значит, что-то задумал. Ладно.

– Гена. Охранять меня, мне поговорить нужно.

Я сел у стены по-турецки, рядом с вражескими бойцами. И отключившись от этого мира, вышел в астрал. Хоп, и я уже полупрозрачной голограммой стою перед Гарденом в какой-то маленькой каюте, где полумрак и горят свечи.

– Ну и куда ты?

– Ты демон, я не знал. Отпусти нас.

На Гардене висела целая связка амулетов. И он кусал зубом какой-то значок бесконечности.

– Прости, но ты покусился на святое, мою семью.

Какие суеверные порой бывают люди. С одной стороны, серьезный наемник, с другой – раскладывает какие-то амулеты вокруг себя. При этом прося защиты громким шепотом у высших сил.

– Я заплачу.

– Чем? Тот фрегат, что на луне спрятан, и так уже мой.

На Гардена жалко было смотреть, он вновь начал кусать свой амулет. Я вплотную подошел к тем пятачкам, что он разбросал вокруг себя, нагнулся за одним из них. Срывая ногти, поднял один из амулетов и, стараясь не показывать, как мне это тяжело дается, я начал рассматривать кругляшок.

– Хорошее средство против демонов. Как думаешь, что будет, если я его сейчас в реактор положу? Останавливай корабли. Ты уже мой!

Хрум, отломился зуб, которым Гарден сжимал свой амулет. По-моему, тут все куда запущеннее, чем казалось с первого взгляда. А может, я переборщил с фокусами. Нужно успокоить, а то даст команду на взрыв всего флота.

– Да не боись ты так, не демон я, скорее наоборот. Твои амулеты демонов не пропустили бы.

– Точно?

– Точно, но душу твою с того света забрать смогу. Так что со смертью не убежишь. Нам еще государство строить и защищать нужно. А тебе еще зуб восстанавливать, зачем мне беззубый командир.

– Что?

– Останавливай давай, и ко мне на прием бегом со всеми офицерами.

– Есть.

Я открыл глаза в коридоре. В руке был кругляш амулета. Как так? Я думал, такое невозможно, однако получилось.

Глава 42

Просто так заставить делать что-то против воли невозможно, нужно было убедить будущих подданных, что служить мне если и не выгодно, то хотя бы не противоречит их жизненным принципам. Потому я начал переговоры. Они ведь все равно хотели захватить систему и развивать ее? Почему бы не убедить делать это сообща. Оказалось, что захватывать они и не хотели, хотели незанятую планету или хотя бы планетоид найти и начать обустраивать собственное государство, и за ними очень много гражданских хотели перебраться. А сейчас это бесполезно, потому что средств нет.

Да у многих мечты, наверное, осесть где-нибудь в глуши на окраине. Да, еще единомышленников с собой забрать, я, наверное, тоже согласился. Но, как правило, это мечты об утопии, когда сидишь в тепле и достатке, изнывая от безделья, но вот хотят ребята того, почему бы и не предоставить, тем более я спешил. Не нужно забывать, что мы находились в открытом космосе, и нападение могло быть не единственным. Нужно срочно усиливаться этими наемниками, я даже не взял под контроль спасение разбитых кораблей. Спасением раненых перепоручил Остроухой. Мне срочно нужны дополнительные силы, поэтому я сейчас шел на любые уступки. Хотел даже отдать им тот ледяной мир, куда запустил водоросли, но вспомнил, что туда хорошо вложилась Варя, и будет неправильно отдавать заводы пищевых концентратов наемникам. В общем, предложил любую пустую систему на выбор. Даже пообещал подключить Мозгокрута к выбору системы для переселения. Система войдет в федерацию на правах княжества. Я даже их накопления им оставлю. Все условия. Только Гарден почему-то все еще был не согласен.

– Ну чего тебе не хватает?

– Прости, всего хватает, но нет.

– Ну-ка, объясняй, – прикрикнул я, потому что видел, что все присутствующие офицеры были уже согласны, кроме их предводителя, и я потребовал объяснения.

– Мне бабушка нагадала, что я буду верно служить демону.

– Ну и?

– Я не могу, – скромно ответил мне бывалый наемник, который не раз смотрел в глаза смерти, а тут так сильно боялся суеверий.

– Во-первых, сколько раз повторять, что я не демон. Во-вторых, ты кто такой, чтобы менять предначертанное тебе бабушкой и самой жизнью. Ты хочешь поспорить с высшими силами?

Наконец-то согласие.

Присяга прошла быстро, и я обзавелся новыми подданными. Вот теперь можно и оборону нормальную выставить, и спокойно осмотреть потери и повреждения, ну и конечно, не терпелось посмотреть, что мне досталось и в каком состояние. Но не успели наемники разлететься по своим кораблям, как вновь взревела тревога. Что опять? Ведь ожидал же я чего-то подобного.

Из гипера выходили тяжелые крейсера, вот уж кого не ожидал, эти вроде крейсера сопровождения, одни не ходят. Точно, вон разом три линкора вышли из гипера.

– Командир, атакуем?

Это у Мар не выдержали нервы. Но у меня появилось чувство дежавю. Что я уже пугался так, и такие же корабли выходили без опознавательных маркеров. Точно, это же эскадра деда Остроухой.

– Нет, вроде свои. Ви, давай успокой Деду своего, явно тебя спасать примчался, – сказал я бодро и очень тихо добавил: – Спасать от меня скорей всего.

Остроухая как-то это услышала, потому что показала мне кулак. Эскадра аграфов включила маркеры и встала в оборонительную формацию. Видно, Ви связалась с дедом по личной связи. Ну и ладно, пусть стоят. Со мной не общаются, да думаю, нападать уже не будут, хотя проскочила у меня мысль, что нападение оплатили не враги клана Остроухой. А как раз Деда, уж больно он вовремя нарисовался, как раз спасти внучку успевал, но мне все эти хитросплетения уже не интересны были, у меня и без них было чем заняться.

Вариантов было два: бросать подранков и идти выручать князя Айдая, а потом захватывать систему Малуна. Либо же задерживаться здесь, выполняя минимальные ремонты. Хотя бы линкор Гардена на ход поставить. Но это если сначала систему Малуна захватывать, а потом уже Айдаю помогать. Решил не спешить, сначала дождался отчетов о повреждениях. После просмотра которых однозначно решил – ремонты. Повреждения незначительные были, что у линкора, что у большинства корветов. Также два ремонтных бота было, один приписан к линкору Ви, другой к десантному кораблю наемников.

Но нужно как-то проскочить между двумя огнями. Ведь если я нападу на Малуна, то испортятся отношения с Деном, а не нападу, то испорчу отношения с Мьянго. Если с Мьянго, вообще никакой маневр невозможен, то с Деном можно попробовать договориться. Эх, отсюда гиперсвязи нет. До ближайшего пункта связи сутки, нет, столько времени потерять не могу. Хотя у деда Остроухой связь должна быть, ох, не та это персона, чтоб без связи летать. Придется в гости заглянуть.

– Ви, – окликнул я свою вторую половину. Она все еще сидела и блуждала взглядом по невидимому мне собеседнику, видно, еще с Дедой переписывалась.

– Что? – ответила она мне, полностью поглощенная перепиской.

– Я подумал, а не навестить ли нам твоего Деду.

– Что! – Остроухая встрепенулась.

Мне удалось завладеть ее вниманием, и она удивленно смотрела на меня.

– Говорю, давай родственника навестим. Ты Деду обнимешь, поговоришь с ним вволю. Чего переписываться, как будто в разных системах находитесь, пусть хоть правнучку понянчит.

Ви была неглупой, прекрасно понимала, как я отношусь к ее родственникам. И чтобы я предложил такое добровольно, это было из области фантастики. Потому она, подозрительно сощурив глаза, переспросила:

– То есть ты предлагаешь сгонять к Деду на линкор, просто ради того, чтобы я обняла Деда.

– Ну да, правнучку покажешь.

– А ты…

И она начала накручивать в воздухе пальцем, как бы предлагая мне закончить предложение.

– Сделаю один звонок, – немного подумав добавил: – За наш счет, конечно.

– Рассказывай.

Я осмотрелся в рубке. Ви правильно поняла мой жест, молча встала и пошла в каюту, я пошел за ней. Лишние уши не нужны, поговорим в каюте, а хороший совет мне ой как требовался.

Ви выслушала проблему и однозначно была за то, что нужно захватывать систему Малуна, так как Артран с нами не перестанет торговать, пострадает только моя репутация и дружба с Деном. Конечно, друзей в политике быть не может, но мне очень не хотелось так поступать. И я объяснил, что необходимо поговорить с Деном и предупредить его как можно раньше. С этим вопросом Ви меня полностью поддержала и пообещала у Деда выпросить связь.

Визит на линкор Деду прошел именно так, как я его и представлял. Родственник обнимался с внучкой, сюсюкался с правнучкой. Ко мне вежливо-холодное отношение. Я также вежливо-холодно поклонился в ответ и сел в кресло, чтобы не отсвечивать, и погрузился в отчеты о нуждах ремонтов. Вернее, я выбирал, какие корветы нужно починить, а какие оставить тут до подхода тягачей, для последующей транспортировки в мою систему. Скажем так, я сильно увлекся, даже не понял сначала, что Ви дергает меня за рукав.

– Пошли, я провожу тебя в кабину связи.

Наконец-то.

А вот и появилась передо мной голограмма задумчивого Дена.

– Так понимаю, раз звонишь, то все-таки решил захватить систему в указанный срок?

– Ну, мне как бы дали понять, что если я не захвачу, то туда направят других специалистов. – Я даже не соврал, это явно подразумевалось в разговоре с Мьянго, хоть он прямо не говорил об этом, но у него явно есть такой план. – Поэтому предлагаю, я захвачу систему и сделаю ее закрытой. Введу карантин на месяц. Обещаю, ни к каким объектам не приближаться, если там будет твоя охрана.

– Не моя, наемной фирмы.

– Хорошо.

Ден немного задумался, потом кивнул.

– Действуй.

И отключился. Фух. Кажется, полдела сделано, наверно, у меня сейчас повысился навык дипломатии. Оказывается, дипломатические победы ой как штырят, другого слова я подобрать даже не могу. Вроде со стороны ничего сложного и необычного. Но проскользнуть между двумя силами, стремящимися тебя раздавить, это круто, хотелось поделиться с кем-нибудь. Но такие вещи любят тишину. Поэтому я просто с восхитительным настроением выскочил из кабинки связи и подхватил на руки Ви, немного закружил ее. Теперь и визит к родственникам не таким скучным казался. Что там по плану? Обед? Хорошо, согласен потратить время и на обед. Я даже за столом активно разговаривал с Дедой и очень тонко подъеживал его, ну можно сказать, троллил. Даже Ви, пытаясь сдерживаться, один раз все-таки рассмеялась. Вот после смеха Ви Деда обиделся, хоть и не показывал этого, а мне стало стыдно, я явно немного переборщил. Я на всякий случай извинился, но хорошее настроение никуда не пропало. И неожиданно я с Дедой нашел общую тему для разговоров, которая была интересна обоим. Это археологические раскопки и их результат. Понятно, что всем аграф не делился, но и я знал больше, чем говорил. Мы даже немного поспорили о назначении найденной постройки. В общем, время прошло интересно. Ви даже выпросила ремонтную бригаду Деды в помощь, а это значит, что время прошло с пользой.

По возвращении на свой флагман я сразу засел за рычаги ремонтного бота. Без лишней скромности скажу: вот, кажется, мое призвание. Ну не могу считать я это работой, я просто получал удовольствие, восстанавливая сопла маневровых двигателей линкора наемников. Причем приходилось решать технические задачи. Кажется, именно вот эти решения и давали наслаждение, особенно выполненная работа. А ведь можно не просто отремонтировать, но и улучшить вот тут, времени нужно будет столько же. Правда, я уже начал восстанавливать по стандарту, не беда, переделаю, недолго.

В самый неподходящий момент пришел вызов от Остроухой.

– Ты спать сегодня собираешься?

Да, времени прошло прилично, пора бы прерваться.

– Сейчас, плоскость докончу, чуть осталось.

Конечно, после плоскости начал еще одну, а затем и занялся приводом плоскостей.

Всего четверо суток, но линкор восстановили, и не так, чтобы лететь мог, а вполне полноценно. Даже старые болячки убрал. Остальную подбитую технику, что еле двигалась, я оставил охранять то, что не двигается, тем более что за оставшимися корветами уже вылетели тягачи. Что-то восстановили, и теперь у меня образовался вполне ударный кулак, мне даже усиливаться не нужно было.

Фрегат-«кошелек» тоже уже был здесь. Так что мне ничего не мешало выдвинуться в систему Малуна. Тем более что сил у меня было предостаточно. Тут во фронтире линкор – большой аргумент, и мало у кого они тут были. У Малуна был один и, как докладывала разведка, без главного калибра. Так что по тяжелым пушкам у меня перевес. Так же у противника предполагалось наличие истребителей, около пятидесяти. Но и у меня сейчас в наличии есть истребители, еще два эсминца. В средней весовой категории по корветам у меня сейчас тоже перевес, не думаю, что у него наберется свободных пиратов, чтобы охранять там систему. Так что путь лежит всеми силами именно в систему Малуна, тем более что меня там никто не ждет, ведь никто не знает о моих планах, даже соглядатаев нет, а если есть, то не успеют передать сообщение. Для всех это будет сюрприз.

Меня там никто и не ждал, всего через неделю я вынырнул из гипера, но сюрприз поджидал и меня. В системе формировался объединенный ударный флот, и скорее всего против меня. Наверное, остатки пиратского братства кто-то все-таки сумел объединить. И что-то мне кажется, что весь этот флот пошел бы на поддержку восставших в системе Черной-Айдая. Только вот паскудная мыслишка у меня промелькнула, не для того ли Ден запрещал захват этой системы, чтобы тут против меня силы успели накопиться? Но вот мотива я совершенно не видел, для чего ему это нужно. Хотя чем дольше я буду в состоянии войны, тем дольше я буду обменивать ресурсы на деньги. Ведь при ведении войн деньги ой как нужны.

Как-то нехорошо стало, неуютно, вроде я Дену доверял. Хотя, может, я все-таки ошибаюсь?

– Полное сканирование системы, – отдал я команду, скрываться смысла не было, в системе и так переполох уже стоял.

Видимо, экипажи кораблей были в увольнительных, потому как космос возле планеты просто взбурлил мелкими челноками и ботами. Видно, с кораблей срочно отправляли все, что есть, за экипажами. Время у них было еще, ведь на дистанцию уверенного выстрела главного калибра линкора мы выйдем только часов через шесть. Да и сам флот удивил: два линкора, один Малуна, а другой неизвестный мне. В складчину купили или кто разбогател? Или же кто-то помог финансами? Помимо линкора было четыре крейсера. Крейсеры как раз флагманы четырех крупных баронов. Линкор вещь дорогая, как в покупке, так и в содержании, очень часто вообще никуда не летает, висит в системе, как защитная крепость. И я знаю, что у двоих баронов, что здесь на крейсерах, так и есть. У одного просто корпус линкора используется как станция, даже не столько оборонительная, сколько торговая. А у другого линкор систему обороняет. Только он без гипердвигателя и поведенной геометрией корпуса, может двигаться по системе, а вот гиперпрыжки ему противопоказаны.

Больше всего беспокоило, что они бросили свои системы без защиты, уведя весь флот, значит, кто-то гарантом мира выступил среди пиратов. Плохо, очень плохо, кто-то большой, вернее просто огромный, стоит за всем этим. Самое плохое то, что я с этим большим в одиночку не справлюсь, нужно будет у кого-то помощи просить, а помощь всегда дорого потом обходится. Еще понять бы, кто это.

Остальное воинство пиратов, как всегда, состояло из так называемых «ведер», переделанные грузовики с наваренной броней и недоделанные корветы и фрегаты, хотя количество их было уже совсем не то, когда они нападали на мою систему.

Нет, преимущество по огневому залпу, благодаря четырем моим линкорам и двум эсминцам, за мной, малых кораблей и истребителей у Малуна больше, но не критично. Силы примерно равны, но может, у меня чуть шансов больше. Только я не вижу еще двух крупных пиратов, вернее, одного, самого крупного, Кривого, который может выставить линкор и два крейсера, плюс десяток малых кораблей, которые ведрами не назовешь, вполне боевые корветы и фрегаты. Кривой единственный из пиратов, у которого было две системы, а в них три обжитые станции и три планеты. Другой пират, Орма, был попроще, имел систему с двумя планетами, но флот тоже содержал хороший, два крейсера и семь фрегатов. Кораблей этих пиратов тут не было. Почему? Пока не понял, но зарубку поставил, что они могут появиться в любой момент.

Но я больше смотрел на результат сканирования не за всей этой суетой, я всматривался, есть ли в этой системе пустотная станция или замаскированная база на каком-нибудь планетоиде. Да, такая оказалась, на спутнике седьмой планеты, кстати, около нее дежурил крейсер. У меня прямо камень с души упал, Ден, значит, ни при чем, зря я о нем плохое думал. Предательство друзей, вот с чем не хотелось сталкиваться. Все-таки, как я и предполагал, он опасался огласки того, что тут есть станция, скорее всего исследовательская. И того, что на станции происходило. Что там на той станции за опыты ставят, вот даже знать не хочу, явно что-то запрещенное и аморальное. Хотя ведь наличие станции не говорит о том, что за сбором пиратов не стоит Ден, одно другому не мешает, и вновь настроение чуть снизилось.

Так, теперь сосредоточиться на вторжении. Как смешно бы ни звучало, но я не знал, что делать, ну не доводилась мне чьи-то системы захватывать ни разу, что, вот так сразу открыть огонь на поражение? Я как-то привык, что первый начинаю не я, а тут-то что делать? Ну неправильно будет, если я с ходу стрелять начну. Ультиматум поставить? Наверное. Дайте мне общую связь.

– Внимание, данная система принадлежит Федерации Уник. Временному правителю Малуну в течение шести часов явиться на переговоры либо освободить систему. Всем остальным выйти из зоны военного конфликта. Безопасная зона объявлена около второй планеты, всем, кто оказался здесь случайно, отвести свои корабли ко второй планете в течение шести часов.

Все, поставить на повторение.

Обжитая планета здесь была четвертой, сейчас я ее рассматривал, маленький красный шарик. Интересная закономерность, четвертые или пятые планеты были, как правило, красного цвета, чем это объясняется? Возможно, миллиарды лет назад, когда вокруг солнц крутилось расплавленное вещество, оно как в центрифуге разбивалось по фракциям, и четвертой планете доставался один шлак. Нужно потом на досуге будет проверить. Хотя о чем я думаю? Что-то я расслабился, ожидая легкой прогулки, и до сих пор не соберусь. Главное, что у этой планеты был спутник, неровная глыба, около ста километров в диаметре. Вот она больше всего меня напрягала, там была база истребителей, которых я очень сильно опасался. Может, общим залпом расколоть ее? Но тогда столько катаклизмов на планете будет, а соответственно и жертв. Нельзя, меня потом тут как правителя не примут. Может, подождать подкрепления? Тоже нельзя, нужно захватывать тем, что есть.

Я вновь обратил внимание на корабли около планеты.

Суета началась более серьезная, корабли пришли в движение. Вроде даже пару столкновений было, но ручеек из звездолетов двинулся в сторону второй планеты. О, так даже лучше, один крейсер и почти четверть разнообразной рухляди двинулось ко второй планете, да тут боевых мало кораблей было, в основном грузовики да шахтеры, но отходили и военные корабли. Перевес и так на моей стороне был, а сейчас просто подавляющий стал. Хотя если сейчас Малун все силы отведет за планету, а потом будет, прикрываясь ей, обстреливать меня, то еще не знаю, на чьей стороне победа будет. А так как противника не нужно дураком считать, именно так он и поступит. Значит…

– Гарден, бери всю свою группу и двигаешься в эту точку. Будешь прессовать левый нижний фланг.

– Есть.

– Мар, со своей группой заходишь отсюда и вот сюда, правый нижний. Истребители пускай тут снаряжают, топлива им в один конец хватит. Потом подберем.

– Есть.

– Командир, думаешь их выманить малой группой из-под защиты планеты? – спросил Гарден, угадывая мой замысел. – Все правильно, я бы так же поступил. Малуну либо получать со всех сторон, либо неожиданно атаковать группу Мар. Думаю, он купится и атакует Мар, а к тому моменту истребители снарядятся и догонят ее уже. А еще поколение эсминцев позволяют им с хорошей скоростью перестроиться на защиту группы Мар. Да, хороший план.

Ой как я не люблю, когда кто-то раньше времени говорит о хорошем плане. Думаю, Малун купится на малую группу, и мы его прижмем. Но пока еще рано говорить «гоп». Лететь еще часов шесть, но наши группы уже явно разделились. Поэтому любой мало-мальски грамотный командир видел мой маневр и понимал, что я собираюсь делать. Расставляя отряды так, чтобы удобно было обстреливать корабли, прикрывающиеся планетой, но при том я как бы совершал ошибку, оставляя свой левый фланг ослабленным. Ведь группа Гардена не сможет помочь Мар, так как планета ему перекроет это направление. Как только эскадра Малуна вытянется к Мар, я тут же скомандую Мар тормозить, а Гардену разворачиваться к Мар. Если судить по времени, то Малун по инерции еще пролетит, пока сообразит развернуться, а там уже поздно будет. Если развернется, ему группа Мар под зад накидывать будет, либо если он все же вперед пойдет, то Гарден успеет развернуться и будет вбок расстреливать эскадру Малуна. За группу Мар я не переживал, корветы уйдут за линкоры, продержатся, даже если Гарден чуть запоздает.

Моя группа пойдет на отдалении вверху треугольника, и потому на меня они не пойдут, иначе получится, как сквозь строй идти, и справа и слева будут накидывать группы Мар и Гардена.

Если пойдут на Гардена, то у него группа побольше, плюс моя группа свободно стрелять сможет. Да и группу Мар я опять перенаправлю.

Так что план хороший, даже если Малун не купится и будет сидеть за планетой, то мы, разойдясь треугольником, спокойно отстреляем его корабли.

Единственное, чего я опасался, это истребителей, поэтому подсчитывал время, когда будут готовы мои истребители, и время подлета к нам. Плюс на страховке, как верно заметил Гарден, эсминцы аграфов имели потрясающую скорость, тут во фронтире невиданную, они успеют к группе Мар, чтобы закрыть ее противоистребительными зонтами. Для того я держался чуть ближе к Мар, чем к Гардену.

На удивление никаких движений со стороны Малуна не было. Нет, конечно, была суета какая-то, корабли двигались с места на место. Перестраивались. Время шло, а я не мог понять, что задумал Малун. Ведь он давно должен был отвести свою эскадру за планету, а этого не происходило.

Даже если вдруг эскадра Кривого позади появилась, то Малуну все равно удобнее атаковать из-за планеты, у меня калибры мощнее, я просто расстреляю его как в тире.

– Гарден? – крикнул я.

– Да.

– Ну-ка, скажи мне, что они замышляют? Я что-то, если честно, не пойму их маневров, у них есть козырь, о котором я не знаю? Планетарная батарея, например, – спросил я совета, потому что вообще не понимал, что они делают. Ведь каждое действие врага выдает его намерение. А сейчас он перестраивался полусферой. Для чего? Ведь явно я чего-то не учитываю. Удар по мне сбоку? Но чем?

Гарден же ответил с большой задержкой.

– Если была бы батарея, они бы за планету ушли. Такое впечатление, как будто скрытые силы во фланг нас атакуют.

– Откуда? Тут космос просматривается на десять часов лёту, невидимки какие?

– Нет, ты что, брось. Какие невидимки от твоих фрегатов могут быть. Тут что-то другое.

– Что?

– На ум приходит, что командира у них нет, или он новичок совсем.

– Да ну, Малун вроде старый пират.

– Да кто их знает? Может, пьяный. О, смотри, вроде потянулись за планету выстраиваться.

Да, эскадра Малуна потянулась прятаться за планету. Похоже, действительно командир неопытный. Уж больно маневр у них хаотичный какой-то. Корабли то чуть не сталкивались, то разлетались, спеша убраться с прямой видимости. Да и ощущение, что кто-то с низов не вытерпел и дал совет вышестоящему начальству.

Вот что в шахматах, что в фехтовании – страшнее всего новички. От оппонента ожидаешь адекватных действий, делаешь для них какие-то сложные ловушки, жертвуешь крупные фигуры или, как в фехтовании, открываешь ногу, чтобы туда он кинулся. А новичок этого не видит, ну как нормальный человек, если есть возможность взять ферзя, не отреагирует на это? Или вот она нога, открыта, бей туда.

Это опытный игрок задумается: халява? Стоп, для чего? Ах, вон она ловушка. Так же и опытный фехтовальщик: открытое место? Почему? Средние игроки и фехтовальщики тут же клюнут, и конечно тут же получат. А вот новички это другое, они совершенно не видят то, что им что-то отдают. Куда там до сложных схем, на, бери. Нет, не видят то, что под носом.

Говорят, в средние века на дуэлях именитых мастеров убивали именно новички, потому что мастера выстраивали для них хитроумные ловушки, а те просто лезли на рожон. Да, смерть скорее всего была обоюдной, а от того и более обидной.

Так и сейчас, когда закончились шесть часов, отведенные на ультиматум, из-за планеты вылетели три группы, которые открыли хаотичный огонь, непонятно для чего, с такого расстояния только выстрелы с линкора результативны. Видно, Малун, недолго думая, разделил свое войско на три равные группы и пустил их просто в лоб. Конечно, это был самоубийственный ход для него. Потому что он почти сразу потерял два крейсера от ответного огня моих линкоров. Они вышли почти боком из-за планеты. Вот только в каждой его группе было почти по двадцать истребителей, а я мог прикрыть от них только одно направление. Значит, потери у меня будут, и они будут большими. Ну что за балбес. Ну куда он прет. Блин. Может, реально все под кайфом или шахиды?

Я нахожусь ближе к эскадре Мар, да у нее истребители есть. Решение одно, двигать в ее сторону. Хоть некрасиво получается, я спасаю свои корабли, но я не успею к Гардену все равно. Росчерки дальних выстрелов уже расцвечивали космос. И у Малуна один за другим горели корабли. Они толком и подлететь-то не успеют, просто живые щиты для истребителей. Все эсминцы, чуть опередив меня, первыми объединились с группой Мар. Тут все нормально, сейчас и флагман, на котором нахожусь я, нырнет под зонтик защиты, и истребители тут будут не страшны, вот уже пошли слаженные залпы ракет с эсминцев в сторону приближающихся истребителей. В полной тишине распустились боеголовки картечными цветками. Красиво, как салют, понятно, что поражающих элементов не видно, а вот какая-то разноцветная дымка обозначила полет каждой картечины. Но для истребителей такая красота фатальна, из тридцати двух прорвались только четыре штуки, и их тут же встретил одновременный подрыв второй волны ракет. Все, истребителей на этом направлении не осталось. Это не мощные бронированные боты, которые кирпичами летели, это тонкие скорлупки, против них ракеты очень действенны.

Самое сложное, что осталось у противника, это линкоры. И один крейсер, его пока не беру в расчет, плотный огонь по оставшимся корветам и ведрам ополчения. Которые разлетались от единственного попадания, не спасали ни защитные поля, установленные на коленке, ни наваренная броня. Но обороняющиеся по инерции еще перли, до них не дошло, что вокруг уже треть подбита, они явно не самоубийцы, просто опыта больших боев не было, были стычки с грузовиками и их охраной, а чтобы так, когда головой нужно на сто восемьдесят градусов вертеть, чтобы знать обстановку, а, не упершись глазами в перекрестие, видеть только того, по кому стреляешь. А тут невредимый линкор спереди идет, а отстреленные ведра сразу отстают, их не видно. Значит, их нужно вразумить.

– Мар, огонь по линкору. До мелких дойти не может, что они проиграли уже, пока линкор цел, а без поддержки сдадутся.

Только мне как-то Гардену помочь нужно, ему сейчас несладко, поэтому флагману приказал концентрировать огонь на линкоре, который нападал на группу Гардена. Мои выстрелы оказались неожиданностью для него, так как щиты были накачаны только спереди. И первый же наш выстрел с главного калибра вызвал взрыв главного реактора на вражеском линкоре. Наводчики аграфы явно обучены неплохо и стреляли не абы куда, а в самую уязвимую точку.

Взрыв в вакууме выглядит, как в замедленной съемке, медленно разбухает огненный шар. Я наблюдал, как начинают светиться защитные поля у кораблей вокруг линкора, да, взрывной волны в космосе нет, но вот энергия взрыва передается другими способами, это в основном электромагнитный импульс и жесткое рентгеновское излучение, которое, если бы не защитные поля, выжгло бы все корабли вокруг. Хотя нет, вон у какого-то ведра поле оказалось недостаточным, или его только что сбили корветы Гардена. Кораблик начал рассыпаться, как будто сделан из песка, и этот песок сдувал невидимый ураган, две секунды и осталась только половина корабля, которая тут же начала распухать маленьким огненным шариком. Конечно, маленьким, по сравнению с гигантским огненным шаром линкора. Хотя нет, не он один, вот полоса распространения излучения дошла до подбитых кораблей, которые остались позади, и они начали сначала рассыпаться, потом пыхать огненными шариками. Кому что, а первая мысль мелькнула, что трофеев не будет.

А что у нас в других местах? Что-то я завис, наблюдая за красивым зрелищем, но зрелищ хватало. Вот как-то непонятно развернулся и тут же вспух посередине и раскололся на две части линкор Гардена от попавших в него торпед. Все-таки истребители смогли пробиться к нему. И одновременно с ним в противоположной стороне боя на три части развалился последний линкор Малуна, от слаженных выстрелов эскадры Мар и эсминцев.

Пора кончать бойню.

– Все, прекратили огонь, заглушили двигатели, ослушавшийся будет немедленно уничтожен.

Все как будто только этого и ждали. Никто даже случайно не выстрелил. Обычно несколько раз нужно повторить. А сейчас подействовало. Наверно, все увидели гибель несокрушимых линкоров.

Победа, но вот радости от нее совершенно нет. Я потерял линкор, да что там, если честно, три линкора. А главное, что там с Гарденом? Живой? Я уже говорил, что в космических боях потерь на удивление мало бывает. Корабли ломает и плющит. А экипаж остается на рабочих местах в специальных капсулах прочности. Которые ломаются в последнюю очередь, и либо сами являются спасательными капсулами, либо оборудованы быстрым доступом до них.

В космосе наступило затишье, мне требовалось время, не знаю для чего, обдумать все или просто собраться. Я тупо смотрел перед собой, абсолютно ни об чем не думая. Как ни странно, именно вот такое ничегонедумание дает самые хорошие мысли. Вернее сказать, после того как очистишь голову от всего ненужного, нужные мысли первыми в голову приходят.

– Первым делом организовать спасение людей.

Я отправил корвет на спасение Малуна и других пиратских баронов, кто живой остался, и везти всех ко мне. Отдал приказ подобрать капсулы с линкора Гардена, очень надеясь, что он живой.

К Малуну корвет отправился, будет там через сорок минут, плюс пока остальные соберутся, а вот Гардена уже подобрали и без моего приказа, все-таки у наемников уже сработанное подразделение.

И сейчас Гардена стоял передо мной, изредка хлюпая разбитым носом, но при этом умудрялся держаться с достоинством.

– Сильно стукнуло? – спросил я. Даже не из желания посочувствовать, а из праздного интереса, обо что он так приложился.

– Ерунда, сам виноват, расслабился, привык не пристегиваться, давно так не трясло.

– Да, я тоже расслабился. Мысли есть?

Я говорил коротко, потому что Гарден меня и так понимал.

– Облажались, – так же коротко ответил Гарден, но я его понял.

Шли бы мы глупо толпой, стреляли бы долго, потеряли бы несколько корветов, да здорово повредили линкоры. Но обязательно бы захватили призы в виде двух вражеских линкоров, ну пусть не два, один точно. А сейчас потери очень большие. Да и трофеи не радовали своим количеством, столько малых кораблей пришлось отстрелить, а сколько погорело.

Причем Гарден не сказал «облажался», имея в виду меня. А облажались, тем самым признавая, что виноват не только я.

– Пожелания?

– Думаю, ты мне линкор должен.

Вот так. Спокойно, без всяких обиняков, что называется, раскатал губу. Ну, так-то я согласен с ним. Другой бы сейчас на его месте обвинениями сыпал, что я бросил эсминцы прикрывать группу Мар, а не его. Но он, наверное, поступил так же, во-первых, до Мар было ближе, во-вторых, в группе Мар линкоров было больше. В-третьих, в эскадре Мар не хватало огневой мощи. Ведь кораблей прикрытия у нее было очень мало. Но это все оправдания. На самом деле я рванул туда потому, что ближе, и спасал в первую очередь не линкоры Мар, а тот линкор, на котором находились Ви и малышка. Ведь иначе пришлось бы встречать корветы и истребители всего тремя кораблями, линкором и двумя эсминцами.

– Назначаю тебя адмиралом флота Федерации Уник. Линкоры будут все под тобой, выбирай любой под флагман, а первый захваченный будет твой личный. Подчиняешься мне и Мозгокруту.

– Есть, – понуро ответил он.

– Что-то радости не видно?

– Пусть радуется тот, кто не знает, что это такое.

– Ладно, не переживай, не все так плохо, свяжись с Мозгокрутом. Он твоим ребятам подберет закрытую древнюю базу где-нибудь в округе, может даже не разграбленную.

Вот после этих слов Гарден как-то повеселел.

– Вот это хорошо, пусть даже разграбленная, но мне нужно свое место.

– Ну вот и командуй, гляди, сколько работы. И давай организуй мне сюда всех пиратских командиров, что живые остались.

– А, да, вот как раз тот барон, что свой флот ко второй планете отвел, аудиенции просит.

– Так зови.

– Есть.

– Стой, вопрос есть.

У меня не знаю почему перед глазами момент взрыва линкора отобразился, и там была непонятка.

– Да?

– Что за непонятный маневр был перед взрывом линкора?

Гарден отвернул голову в сторону, похоже, пряча глаза и как бы собираясь прыгнуть в холодную воду. Наконец, он решился.

– Мой косяк. Хотел довернуть корпус, чтобы торпеды в лобовую броню попали.

И Гарден снова замолчал.

– Но…

– Но после твоего ремонта маневренность значительно увеличилась, с непривычки я чуть перетянул. Подставив брюхо вместо лба.

О как, мог бы и не выпрашивать у меня линкор.

– Ну, что ни происходит, все к лучшему.

Глава 43

Не успели собрать всех пиратских баронов, как вновь напасть. Прямо в тот момент, когда я, по своему обыкновению, завис, ни о чем не думая, глядя на тактическую карту. А на карте вместе с сигналом тревоги появились новые объекты. Линкор и три крейсера, а чуть следом еще два крейсера. Тут даже думать нечего, это отсутствующий Кривой и Орма нарисовались. Состояние всемирного пофигизма меня еще не отпустило, потому я еще долгие две секунды просто рассматривал объекты. Сейчас если те, кто сдались, начнут обстрел, да новые к ним присоединятся… Я как раз посредине между тех и тех нахожусь, раскорячился.

Млин, расфигачу сейчас всех нафиг, никого и ничего захватывать не буду, надоело.

Я набрал воздуха, чтобы отдать приказ на стрельбу по готовности. Но меня опередил доклад связиста:

– Прибывшие корабли запрашивают связь.

– Давай.

Я выдохнул ненужный воздух.

Передо мной появились одна за другой две голограммы мужчин. Причем голограммы были сведенным вместе изображением, так как обстановка за спинами парламентеров отличалась. Да и сами переговорщики отличались. Один был ничем не примечательным, стандартным человеком, в стандартном комбинезоне. А вот другой был щуплым, почти лысым человеком маленького роста, наверное, на голову ниже меня. Отличительной чертой которого была черная, нет, не повязка, просто нахлобучка на левом глазу, которая неизвестно как держалась, не было ни ремешков, ни видимых фиксаторов. Одет он был во что-то похожее на деловой костюм. Вот только поверх него был пояс с двумя короткими клинками. Одного взгляда на них хватало, чтобы понять, что это не бутафория, и их владелец умеет ими пользоваться.

Ну тут сложно ошибиться, кто тут Кривой, правда непонятно, почему он не восстановил себе глаз.

Голограммы одна за другой поприветствовали меня прижатым кулаком к груди. Я так же поздоровался с ними.

– Мы просим, чтобы ты принял наши владения в федерацию, а нас в подданные.

И они один за другим встали на одно колено.

– Давайте сюда летите, тут поговорим. Как раз все и соберутся.

Хотя не все, оказывается, Малун был не на своем линкоре, а на том, который пыхнул. И его ждать не нужно. Но вместо него будет его жена. Как я знал из докладов, хозяйством занималась она. И местные подчинялись ей больше, чем Малуну. Вот ее и ждал, за ней на планету корвет отправил.

А вот с неизвестным лишним линкором было куда интереснее. Оказывается, собирал общие войска капитан этого линкора. И собирал он здесь войска не за идею, а просто нанимал местных пиратов. Ну и как говорится, кто платит, тот и танцует. Командовал он. Вернее, поговаривают, у него военный советник был, которого мало кто видел. Вот тут и начинается самое интересное, по слухам, советник был аграф.

Почему такая дурковатая тактика была, никто не знал. Все думали, что у командиров есть скрытое войско, которое вбок ударит. Все до последнего так и думали, пока линкор на атомы не разлетелся.

Но кто стоял за всем этим и оплачивал суету, мне все еще непонятно, соседским царям я тут выгоден, как ни крути. Кто-то извне? Для чего? Вот аграф советник на линкоре навевает опять мысли про Деду. Но опять же мотив? Хотя, может, какие хитросплетения из-за желания сделать добро внучке.

У меня пара часов есть, пока все соберутся, пойду-ка я в каюту, вон и Ви туда убежала. Все-таки война войной, а дочь кормить нужно. Не успел я пройти и половины пути, как вновь сигнал тревоги.

Да чтоб тебя, что опять? Я пулей влетел в рубку и уставился в тактическую карту, новый объект вышел из гиперпространства. Но объект вышел один, и объектом был корабль сполотов. Кажется, тот, на котором меня с Земли везли. Только что ему нужно? Корабли сполотов просто так не появляются. Их вообще мало кто видел. У них технологии превосходят все, даже аграфские. Мне кажется, при желании он был бы для нас просто невидимым, а тут красуется, стоит. Но никаких действий не предпринимает, даже на связь не выходит. Хочет, чтобы я первый на связь вышел? Так это он сюда прилетел, а не я к нему. А значит, и фиг с ним, надумает, свяжется, чего над ним стоять.

Я резко развернулся и потопал в каюту.

А в каюте меня ждал очередной сюрприз. Ви кормила малышку, сидя на кровати, а вот в кресле и на полу сидели Сенсей и китайский дед.

– Заходи, садись, тебя ждем.

Я прошел и сел на кровать, сложив руки по-пионерски на колени. Честно говоря, я был немного шокирован. Вот так, вне тренировок я Сенсея никогда не видел. Ви тоже была растерянная.

Сенсей встал с кресла и начал ходить туда-сюда, меряя каюту шагами.

– М-м-м… – как бы не зная, с чего начать, промычал Сенсей. И от этого было еще страшнее, Сенсей всегда знал, чего хотел. Что они там придумали?

– В общем, ты сейчас принимаешь присягу у баронов. А потом… – Сенсей сделал паузу в разговоре, не переставая ходить туда-сюда, как будто подбирая выражения.

Мы с Остроухой недоуменно посмотрели друг на друга.

Взревела сирена. Я дернулся было бежать в рубку, но меня остановил Сенсей:

– Сиди, там ерунда, очередной торговец прибыл. Ты бы понизил уровень готовности. А то так и будут сирену включать.

Я отправил соответствующее распоряжение, чтобы включали тревогу только при появлении боевых кораблей.

Сенсей наконец остановился, задумчиво посмотрел на настенные часы и наконец-то начал:

– В общем, вам нужно надолго улететь.

Китайский дед молча закивал.

– А как же. Мне нужно помочь Айдаю. Там…

– Там все нормально, местные жители не захотели нового правителя, требуют вернуть Айдая.

– А федерация, нужно срочно развивать… – пытался возразить я.

Но меня остановили жестом руки.

– Мы тебе помогли подобрать прекрасных заместителей, справятся и без тебя.

– Но тут третья сила образовалась, которая финансировала борьбу пиратов против меня, я даже не разобрался, кто это.

– Все ты прекрасно разобрался, тут личное, а не государственное.

Значит, все-таки Деда стоял за этим. Аргументы у меня закончились, и я посмотрел на Ви, ожидая поддержки, хотя понимал, что и так уже спорю неприлично много, обычно после первого возражения разряд прилетал.

– Мы не можем малышку бросить, – сказала Ви, не ожидая отмены распоряжения, а только ждала разрешения взять ее с собой.

– Вот как раз из-за малышки вам и нужно лететь. На самом деле мы готовили из вас не правителей, мы готовили из вас телохранителей для вашей дочери, на время, пока она не может еще за себя постоять. Ну и основу ее будущей империи вы должны были заложить. Вот со вторым заданием вы почти справились. Время еще есть, справитесь.

– Как, если мы улетим?

– А для чего я тебя учил в астрале путешествовать? Будешь иногда на собраниях появляться, указывать нужное направления развития. Ну или в спальне у кого появишься, подправишь линию поведения зарвавшегося, если что.

– А куда мы должны лететь? Может, здесь лучше, все-таки мать мне новейшие медкапсулы передала, лучшие няньки и репетиторы. Уход здесь лучше, – не утерпела Ви и задала вопрос.

– Вот в ухоженных условиях сильные особи не растут. Вам нужно уехать в какой-нибудь из диких миров и там воспитывать дочь до совершеннолетия.

– А как же учителя? Чему мы можем научить?

– Знания ерунда, изучит потом какие угодно и довольно быстро. Ваша задача – научить честности, трудолюбию, преданности, умению прощать. И при этом не забывайте учить ненависти, злости, зависти. Учить это контролировать. Потому что без контроля эти чувства начинают контролировать тебя.

– По-моему, ты нас переоцениваешь. Я так точно не смогу, – реально оценил я свои возможности.

– Если бы я на вас рассчитывал, то вам лететь никуда не нужно было. Помнишь разговор, для чего души приходят в тот мир?

– Помню, учиться.

– Так вот, не все души учатся, некоторые души попадают в этот мир на перевоспитание, за вопиющий проступок, это, как правило, изолированные планеты на окраинах. На них и условия пожестче и срок жизни поменьше. Потому что переучивать долго смысла нет. Либо ты усвоил урок и идешь дальше, либо ты ничему не научишься, и смысла учить тебя нет. На таких планетах учиться лучше и быстрее, но не все души выдержат. Сама обстановка способствует этому. Ну кое-какие обстоятельства мы будем поправлять. Жить вам придется бедно, ну по крайней мере для дочери делать вид, что бедно живете. обязательно огород обрабатывать и скотину держать. Основное понятие о добре и зле все-таки закладывают родители, то есть вы. Мир можете выбрать любой, но я рекомендую Землю, по двум причинам.

И Сенсей замолчал, ожидая, когда мы вытянем из него ответы. Мы долго ждать не заставили, хором спросили:

– Какие?

– Первое, вы оба знаете язык, а ты вообще местный, потому не привлечешь внимания.

Опять пауза, я ждал, пока Остроухая задаст вопрос, а она, похоже, ждал, а пока я задам, наконец мы вновь вместе спросили:

– А вторая причина?

– А вторая причина, это возможность обучаться после совершеннолетия.

– Ты хочешь сказать, на Земле есть нейросеть древних? – почему-то сразу догадался я.

– А ты думаешь, сполоты к тебе на огород за яблоками прилетали?

Я как-то сразу вспомнил тот день, с чего все началось. А действительно, мне никогда не приходил в голову вопрос, а что искали сполоты у матери на огороде? Нет, на Земле полно руин интересных. Но в нашем-то селе абсолютно ничего нет. Никаких развалин. Да и развалины, теперь точно знаю, не всегда что-то путевое обозначают. Вот скорее валы. Курганы! Сполоты искали немного не там, я понял, где нужно искать, всего в ста метрах. Но они ничего не нашли, потому что дед бульдозером разровнял И я сам случайно узнал, мне об этом отец рассказывал.

– А если они не нашли, почему думаешь, что мы найдем.

– Потому что никто не найдет то, кому это не предназначено. Ты легко нашел? Это потому что не ты нашел, а тебя нашли.

– А как мы туда попадем? И у меня внешность приметная, – это спросила остроухая, показывая четырехпалую кисть.

– Корабль сполотов, который тебя сюда привез, будет ждать вас два часа, так что не задерживайтесь. Принимайте присягу и шуруйте. На борту сделаешь коррекцию ушей или прическу нужную носи, чтобы ушей не видно было, а с четырьмя пальцами и на Земле встречаются жители.

– Что с собой взять можно?

– Лучше ничего, никто не должен знать, где вы, поэтому точно ничего тяжелого. Ну возьмите то, что на себе унесете. Но не дай бог вас кто-то раскроет. Не забывайте, у Земли есть свои правители, им на глаза не попадайтесь, вам же спокойнее будет. И, Ви, ты родным не вздумай поведать, куда отправишься, если дочь живой и здоровой хочешь видеть.

– Не дура, поняла.

– Вопросы?

Хотел спросить, да много о чем, но ничего важного.

– Вопросов нет.

– Тогда собирайтесь.

Легко сказать собирайтесь, понятно, первая мыслишка была набрать побольше золота, но подумав, я взял килограмм, и то как подстраховку. Бежать на Земле в скупку я явно не буду. Оружие, винтовку, игольник, палаш, конечно, беру, не знаю, как там дальше обернется, может, в партизаны уходить придется. И конечно, инструменты, хотя бы ручные. Нет, возьму-ка я два маленьких дрона, диагностический и ремонтный, они в сложенном виде как раз в рюкзак поместятся, а с помощью их я любой дрон себе сделаю. Остальное место забил аптечками.

– Ви, у тебя тяжелое что-то нужно брать? – поинтересовался я, может, нужно помочь, обычно женщинам столько вещей нужно в рюкзак запихнуть.

– Да, я маленький пищевой синтезатор взяла, по максимуму к нему нужно картриджи взять.

– Подожди, для чего?

– Малышке нужно хорошее питание, хотя бы первое время.

– Хорошее у нас там питание, не бери, заметит кто.

– Нет. Нужно хотя бы первое время хорошим сбалансированным питанием кормить, считай фундамент организма закладывается в младенчестве.

– Ты пойми, нам жить негде будет сначала, будем у моих родителей жить первое время, а может, и не первое. Как ты готовить будешь, чтобы никто не заметил?

– Не знаю. Но пищевой синтезатор возьму. Нас назначили ответственными за здоровье нашей дочери, а для этого мне эта вещь необходима. Тем более он походный, очень маленький, таких даже не продают еще.

Ну да, если стандартный синтезатор размером с холодильник, до этот с микроволновку. Правда, использует только определенные картриджи, и нет возможности готовить из продуктов напрямую.

– Да бери что хочешь, – махнул я рукой, придумаем что-нибудь, подвал вырою или под микроволновку замаскирую. А пока посильнее тряхнул рюкзак, утрамбовывая нагруженное, и в образовавшееся место запихал несколько картриджей.

– Подгузники у вас изобрели? Не беру?

– Не бери.

Ну не говорить же, что у нас подгузники это немного не то, о чем она думает.

– И батарей к ним не беру?

– Нет, не нужно, они на Земле одноразовые, и без батарей работают.

Ви отвлеклась от суеты и посмотрела на меня.

– Так может, стоит наладить в федерации выпуск таких подгузников?

Что мне стоило не рассмеяться. Я закусил губу. Думать о чем-нибудь другом! Не дай бог Остроухая поймет, что у нас на Земле за подгузники, она ведь тогда возьмет с собой навороченный. И мы на Земле с ним спалимся однозначно.

– Не, не стоит. Пойдем, нам нужно одежду земную сделать. И место под нее в рюкзаке оставь, у сполотов нам, скорее всего, даже рюкзак не дадут скинуть, потому переодеваться будем на Земле.

– Подожди секунду.

Ви трамбовала в свой рюкзак всего и побольше.

– Ты оружие-то взяла, не забыла, что мы телохранители.

– Конечно, взяла, ты за кого меня держишь.

Остроухая запустила в меня какой-то пачкой, которая никак не влезала в ее рюкзак.

– Пошли.

На линкоре был автомат продажи одежды. Конечно, земных вариантов там не было. Поэтому я заказал себе что-то похожее спортивные штаны. И майку. Потрогал материал. Пойдет, я не отличу от земного, вроде майка хэбэ. Штаны тоже на ощупь хэбэ, что немножко не совпадало, штаны такого вида должны быть синтетикой, но более похожих я не нашел. И так пойдет. Неожиданно возникла проблема с трусами, тут их просто не носят. Пришлось выбирать тонкие короткие шорты, ну по виду материал земной. Моя же Остроухая просто зависла, она не знала, что выбрать. Решила выбрать то же, что и я. Э, нет! Я жестко взял одевание в свои руки. Просто нельзя женщинам возможность выбора давать.

– Только я знаю, как одеваются земные девушки.

– Я немного смотрела ваш уклад жизни, так что представляю, что у вас носят.

– Нет, ты смотрела, в чем ходят на работу, вечеринку или на прием к врачу, а в чем и куда не знаешь. Так что бери вот это.

Я выбрал какое-то платье или сарафан, не знаю как называется, короткий, выше колена. Ну и конечно, телесные шортики. Надеюсь как прилетим, лето будет, да и высадят меня там, где забрали. Зимней одежды в аппарате просто нет. Тут и носков нет. А вот шлепки есть. Почти такие же, как и земные вьетнамки. Добежим по снегу в случае чего. Дочери я взял несколько прямоугольных кусков ткани. Что-что, а как пеленать, должен помнить. Ну надеюсь, что помню, блин, по-моему, квадратные куски ткани нужно было делать, или нет? А, запеленаю как-нибудь.

Я запаковал свои вещи сразу. А Ви радуется, сразу побежала примерять обновку.

Вах! Нет, определенно девушкам идет то, что их заставили надеть. Сами они такое не в жизнь бы не надели. Простой пример, военная форма. Вот и сейчас Остроухая выскочила, красуясь в легком сарафанчике выше колен. Она была просто… Одним словом не опишешь. Озорной, красивой, сексуальной, да и просто обворожительной. И это несмотря на то, что она была в шлепках, а не на каблуках.

– Давай другое возьмем, – предложил я.

– Тебе не нравится?

– Нравится, даже слишком. Ты в нем очень сексуальная. Давай подлиннее платье возьмем.

Ви скрутила фигу.

– Я правильно показываю?

Ясно… и так пойдет. Скоро уже бароны соберутся, некогда что-то переделывать. Нам от места высадки дойти до моих родителей пятьдесят метров, а там все равно переоденемся.

По пути в кают-компанию, где ждали пиратские бароны, к нам присоединился кортеж из телохранителей, Ви и моих. Точно, нужно с Геной что-то делать еще. Я остановился.

– Гена, мне нужно слетать в одно место, меня не будет долго. Возможно, десять лет, возможно пятьдесят. Так что, наверное, можешь быть свободным.

– Свободным я быть уже не могу.

– Хорошо, можешь отпуск лет на двадцать взять. Не знаю, на родину сгоняй. Женись, отдохни.

– Я женат. И не устал.

– Тогда охраняешь Мозгокрута, набери и воспитай отряд, так называемую лейб-гвардию. Вопросы с Мозгокрутом утрясешь.

Гена кивнул. Тут вроде уладил.

В кают-компании собралось не так много народу. Шестеро будущих князей и одна княгиня. Ну и бароны, не имеющих ничего, кроме отрядов, человек двадцать или сорок.

Не задерживаясь, я описал перспективы, что через двадцать с небольшим лет ожидается нападение, и если мы не будем объединены, нас просто раздавят. Да даже подготовиться не сможем, если мы по одному действовать будем. Рассказал немного переиначенную байку про прутик, который легко сломать, и пучок веток, которые сломать невозможно. В общем, речь у меня хорошая получилась. Народ проникся. Конечно, были вопросы.

– А княжества мы по наследству можем передавать? Не отожмешь потом? – задала вопрос жена Малуна.

– Технически я уже отжал. Сказать однозначно «нет» я тоже не могу. Делайте так, чтобы мне выгодно было, чтобы вы у власти находились, и однозначно не отберу. В приоритете всегда будете вы и ваши наследники. Если вы дадите присягу на подданство, то точно у вас не отберу, если дадут ваши дети, не отберу и у них. Предупреждаю сразу, кто рассчитывает потом нарушить присягу, не получится. Во время присяги могу рубануть голову. Но тем, кто даст присягу, я буду доверять как себе.

– А не получится, что мы будем как сырьевые придатки, что из нас будут тянуть только ресурсы?

Я хотел ответить, но Кривой поднял руку. Я кивнул, разрешая говорить.

– Глядя на то то, как развиваются системы Кабана, Ера и Мавра, я добровольно принял решение вступить в федерацию и принять подданство, также привел сюда обоих своих сыновей. Потому предлагаю приступить к присяге.

Двое молодых людей сделали шаг вперед и синхронно встали на одно колено вместе с отцом, приложив кулак к груди. К ним присоединился Орма и еще один барон, что увел свой крейсер ко второй планете. А дальше как прорвало, все встали на одно колено.

Я затягивать не стал, достал палаш и провел обряд. Прошло все без эксцессов. Я всех поздравил и пригласил на обед, где обсудили основные законы, как связаться с Мозгокрутом и куда выслать депутатов на собрание князей. Сообщил, что нам нужно лететь на важные переговоры, договариваться с союзниками в грядущей войне, что буду поддерживать связь. Как-то неожиданно раздался вызов. Корабль сполотов пришел в движение и подходит вплотную…

– Так, извините, мне пора лететь, за мной корабль. Но связь я буду поддерживать со всеми.

Оставив князей и баронов одних, чуть не бегом с Остроухой пошли за собранными рюкзаками. И хорошо, что в них гравиусилитель вставлен. Иначе мы бы их не подняли. Я вообще первый раз видел, чтоб рюкзаки так набиты были. Последние распоряжения, и мы с Ви и малышкой на шаттле отправляемся к кораблю сполотов. Остальные задания все раздам потом. Пока до Земли лететь будем, делать на корабле особенно нечего будет.

Вновь чересчур яркий свет, от которого чуть глаза не болят, и меня встречает старый знакомый, который ничуть не изменился.

– Вновь приветствую тебя, хуман, вот видишь, как жизнь меняется, я у тебя таксистом подрабатываю.

И сполот засмеялся своей шутке неповторимым смехом. Я улыбнулся.

– И я рад тебя видеть.

Сполот немного склонил голову набок, возможно приветствовал Остроухую. Та на всякий случай тоже наклонила голову.

– Пойдем, я расположу твое семейство, а то ты на руках ребенка держишь, разговаривать, наверное, неудобно.

Малышку я держал не на руках, она была пристегнута спереди в специальном захвате, наподобие кенгуру. И ее я совершенно не чувствовал. В отличие от рюкзака, несмотря на его гравиусилители, вес рюкзака все равно чувствовался. Но снять рюкзак мне так и не предложили. Не просто так Сенсей делал упор на то, что мы можем взять только то, что унесем на себе.

Сполот повернулся и пошел вдоль по коридору. Мы пошли за ним, впрочем, буквально пару шагов. И вновь белая комната без окон и дверей. Из пола выдвинулся стол-кровать. Точно такой же, к которому был я пристегнут, когда везли с Земли.

– Извините, но дорога дальняя, придется вам всю дорогу проспать.

Ну проспать так проспать. Я, конечно, хотел поприсутствовать на собраниях князей. Но знаю теперь, что даже если тело спит в анабиозе, разум у меня не выключается. Так что на собрание князей я все-таки рассчитываю попасть, разумеется, через астрал.

Сполот уложил Остроухую на стол, я положил ей в специальный захват-люльку с малышкой.

– Свернись калачиком вокруг люльки, – проговорил Сполот.

И как только Ви свернулась, вокруг нее образовался плотный туман, который уплотнился так, что превратился в зеркальный шар. Так это не сон, это стазис. Остановка времени. Значит, все-таки не бывать мне на собрании. И технологии стазиса не утеряны, раз я их вижу.

– Если честно, ты меня все больше и больше удивляешь, – проговорил Сполот, вырастив из пола удобное кресло.

Я сделал то же самое, но не так элегантно. Сполот начал садиться, и навстречу ему из пола образовалось кресло. Я же сначала сделал кресло, а лишь потом сел в него. Правда, и тут казус вышел, я ударился набитым рюкзаком о спинку и чуть не слетел, устроился на краешке кресла.

– Ну, так получается, – неопределенно пожал я плечами, наблюдая, как зеркальный шар поглощается полом.

– Не хочешь рассказать, почему мне на верховном слете выдают задание отвезти тебя на Землю?

– А это разве не по пути?

– По пути, но откуда верховные знают о тебе?

– Н-н-н…

Я промычал, разведя руки в сторону.

– Не хочешь рассказать?

– Не могу.

– Что по обороне сектора?

– Работы идут.

И я начал перечислять, что сделано, тут мне было чем похвастаться. Тем более именно этот сполот и поставил меня на «царствие» в этом секторе. Поэтому я считал своим долгом отчитаться перед ним.

– Стой, стой. Это я все знаю. Я не пойму, почему ты все бросаешь и улетаешь оттуда? Нужно ли искать другого кандидата, чтобы объединил сектор?

– Подожди-подожди, я ничего не бросал, просто как тебя попросили отвезти меня, так те же силы попросили и меня слетать на Землю. Федерацию я не бросил, буду удаленно присматривать. И другого кандидата искать не нужно, у меня тут остается прекрасная команда.

Сполот задумался.

– Прекрасно, куда тебя высадить?

– Туда же, откуда забрали.

– Сворачивайся клубком.

Я залез с ногами на кресло, внаглую снял рюкзак и, прижав рюкзак к животу ногами, пытался руками удержать ноги, чтобы они не сползли на пол.

Держать ноги было неудобно, но что он так медлит? Или просто издевается. Хотя как он так прыгнул с места на место? Он же только что в другом месте стоял. И как тут Ви оказалась? От осознания того, что мы прилетели, у меня все тело распрямилось как пружина, и рюкзак все-таки упал на пол. Вот реально «моргнул». Но сейчас дату и время можно посмотреть, на сколько я моргнул. Неслабо моргнул, полтора месяца.

– Конечная. На выход, – мне подмигнул сполот.

– Что там за время года?

– Середина мая.

– Май?

Что-то у меня в голове математика не сходилась, по моим прикидкам осень должна быть. Видно, заметив мое недоумение, сполот поспешил разъяснить:

– Тебя в Содружество немного дольше везли, залетали в кое-какие места.

– А…

Я накинул рюкзак и снова встал как вкопанный. Так получается, если они дольше везли, так зима должна быть. Или насколько дольше меня везли? Год, два? Я посмотрел на сполота.

– Выходим, выходим, не задерживаем. Счастливо оставаться, удачи и всего хорошего.

– Спасибо.

Мы уселись прямо тут, где стояли, на небольшой диванчик. И эта часть корабля отделилась. Что происходило вокруг, не было видно, стояла туманная стена. Скорее всего, точно такая, какую используют при переговорах, чтобы не слышно было, про что говорят внутри сферы. Вот не думал, что это поле изначально придумано от вакуума защищать, а не от прослушки.

Движение прекратилось. Что-то мне очень страшно стало, как-то встретит меня родная Земля?

Я мог комплексовать и дольше, только вот дела не давали. Сфера пропала. Мы с Ви соскочили с платформы. Она тут же покрылась туманом и унеслась в высь.

Первое, что ощутили, это запах, запах цветущих яблонь и чистейший воздух. Такой, что кружилась голова, хотелось дышать полной грудью. Я осмотрел сад, ничего не изменилось, все так же, когда и улетал. Ни у соседей, ни у матери свет не горел, даже собаки молчали. Но они молчали, когда я улетал, явно боятся, забились в будки. Местного времени у меня не было. Но так как на востоке небо было темное, наверное, часа два ночи.

А вот яблоня одна была сломана, и на ее месте была молодая поросль дичек. Значит, хрустели все-таки тогда ветки.

Тут я понял, что совершил ошибку. Нужно было перепеленать малышку заранее, а где сейчас? Ну был тут столик, для пикников, но он был жесткий.

– Какой запах, у вас всегда так пахнет.

– Тс-с, нет, тут яблони цветут.

Прислонил я палец к губам, до того как нас заметили, нужно переодеться. Мы подошли к столику. И я скинул броню. Сразу прохладный воздух приятно начал холодить все тело. И конечно, наступила кромешная тьма.

– Не знаю, как остальное, но воздух мне нравится.

– Стой, одевайся.

До меня вдруг дошло, что вещи потом нужно будет тащить до сарая и там их временно прятать. Потому лучше сразу в сарае переодеться.

Вот калитка во двор. На ночь, конечно, закрыта на цепочку. Тот, кто не знает, куда просунуть руку, не откроет. Но я то знаю, движение до того отточено, раз и мы во дворе. А вот сараи не заперты, село все-таки, пришлых мало, свои так явно тащить не будут. Да и в сарае валяются горы ненужного барахла, которое сначала валялось дома, выкинуть жалко было. Потом перекочевало в сени, там еще лет десять валялось. А уж потом вынесено сюда в сарай. Вроде и не выкинуто. А вроде и в землю врастает все. Вот под горы курток, школьных ранцев и старых телевизоров я припрятал все снаряжение. На всякий случай я взял в карман аптечку. Родители все-таки в возрасте, в мою смерть окончательно, конечно, не верили, и все-таки ждали, когда я появлюсь. И очень не хотелось, чтобы эта встреча была последней. Особенно переживал за мать.

Осталось запеленать малышку. Но весь мой опыт обращения с детьми мне не помог. Ну, возможно, если бы на столе, я бы и запеленал. Но на весу у меня получилось только обернуть ребенка. То ли из-за этого, то ли из-за ночной прохлады дочь возвестила всем окрестностям, что мы прибыли. Ви выхватила из рук у меня малышку и начала успокаивать. Вот тут все окрестные собаки разом загавкали. Такой гвалт поднялся. У соседей слева загорелся свет. А вот и родители проснулись, тоже свет загорелся.

– Пошли. Пошли.

Я подталкивал Ви к крыльцу. На ночь дверь у нас тоже не закрывается. Так, ворота подпертые с улицы. А в дом дверь не закрывается. Вдруг ночью в туалет приспичит, а дверь захлопнется. Так что мы зашли беспрепятственно. Родители только оделись и были еще около кровати.

– Телега ехала, колеса терлися, а вы не ждали нас, а мы приперлися, – пропел я скороговоркой.

Как раз навстречу выскочила испуганная мать. Секунду соображала и кинулась меня целовать. Вроде немного времени прошло, а мать постарела и стала невесомой. А может, у меня силы прибавилось.

– Заходите, заходите, – очнулась она, увидев Ви.

– Мам, познакомься, Ви… Вика, моя жена, и Настя, твоя внучка.

Прошли в комнату, а вот отец сидел бледный на стуле и трясущейся рукой пытался достать таблетку из оболочки.

– Э, пап, подожди.

Я кинулся к нему, приклеивая аптечку на шею. Буквально на глазах естественный цвет лица вернулся. Он встал и обнял меня. Конечно, не как Гном. Но силы было еще достаточно.

– Ай, – вскрикнула Остроухая. И по ее красивому сарафану расползалось большое пятно – тепло.

Наверно, не раз мне придется выслушать про то, что не дал ей взять подгузники. Встрепенулась мать, отбирая малышку из рук Ви, сразу организовав пеленки, которые хранились не знаю с каких времен в шкафу, и почему-то не выкинутые в сени, а потом в сарай.

– А подгузника нет? – робко спросила Ви.

– Не, памперсы мы раздали. Нормально и фланелевый подгузник пока, завтра купите.

Между тем отец вытащил на стол из холодильника все, что было, чашка щей, кусок колбасы и сыра. С тумбочки добавил печенье и хлеб.

– Пить не начал?

– Не. Да и щи пока не будем. Так, по бутерброду закинем.

И он достал большой китайский термос. Очень давно родители стали использовать его, чтобы не кипятить постоянно чайник. И в нем горячая вода была в любой момент.

Мы с Ви уселись, я начал ухаживать за ней, готовя ей бутерброд с сыром и колбасой.

У-у-у, забытый вкус.

– Рассказывай.

– Ну, если в двух словах, меня похитили, и сейчас мы прячемся, точнее не расскажу, чтобы вас не подставлять. Для соседей – ездил на север, на заработки. И да, мы сейчас без денег и даже без штанов. Так что поживем у вас.

– Живите сколько угодно.

Дальше пошел длинный разговор, что тут происходило. О моей законной жене и детях, соседях, знакомых.

– Главный вопрос: сколько меня не было?

– Три года.

– Три?

Вот всего ожидал, но того, что меня везли в Содружество почти два года, не ожидал. Кажется, опыты на мне ставили весьма основательно, да может, и сейчас ставят.

Ну ничего, у меня впереди восемнадцать лет…

…Вот и пролетели восемнадцать лет, тоже, что называется, моргнуть не успел. В Солнечную систему зашел мой дальний рейдер, посланный сюда Мозгокрутом, и мне пора собираться.

Прошу прощения за скомканный конец моего повествования. Немного поздно я начал его писать, слегка не рассчитал, а сегодня ночью нужно улетать в Содружество. А дел еще много, тем более что лечу туда не один. Как сполоты, сесть в жилой зоне мой челнок не может. Потому нанял «пазик», чтобы отвез всех в поле, если бы повез он нас ночью, было бы подозрительно. А так группа туристов с рюкзаками и лыжами, высаженная там, где кончается дорога, вопросов не вызовет. Как раз до ночи пару километров на лыжах пройдем.

Спасибо всем моим читателям, без вас бы я книги не написал. Мне было бы лениво. Ладно, побегу бункер консервировать, найти его не найдут – он на стометровой глубине. А вот шахту входа нужно тщательно закопать, метров на тридцать, а то народ у нас ушлый, найдут.

В общем, пока, если попаду на Землю, расскажу, что дальше было.

Content

Алексей Поганец
Забытая федерация

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43